Весельчак Ситх

Астромех Эрдваныч

Книга 1

Пролог

Звонок телефона раздался в самый неподходящий момент.

«Ситхи, хатт их душу так! Они там, что, обождать десять минут не могут? На самом интересном месте! Да, как так можно? Не дадут отважным набуанским летчикам повторить, или, точнее, предвосхитить Явин 4, малышу Энакину, сказать свое коронное "Упс", а Квай-Гону, не дают показать Оби-Вану – как сдохнуть на глазах у собственного ученика, что не в силах тебе помочь! — выругался я про себя, отчаянно тыча пальцем по клавише пробела. — Как говорил великий, мудрый, Как Его Там: Будь проклят тот день, когда я сломал мышку этого пылесоса!»

Справившись с творением «сумрачного китайского гения» в области создания нетбуков, и, таки, поставив фильм на паузу, я подскочил к телефону:

— Пэ-Эс «Удотово», дежурный электромонтер Синцов! Слушаю вас внимательно, — сказал я в трубку.

— Слава, здоров! Старший диспетчер Глуздырев. Я чего звоню. Тут из гидромета звонили, говорят, в твоих краях гроза нехилая ожидается, с порывистым ветром и прочими прелестями. Степаныча на «Заводской» уже зацепило. Матерится, и «Приму» свою курит. У него вторую секцию по 10 киловольт к чертям вышибло. Говорит тележка 216-го фидера[1] в противоположную стену ЗРУ[2] впечаталась, и изоляторы на шинах покрошились – ремонта дня на два, а то и три, — «обрадовал» меня старший смены оперативно-диспетчерской службы краевой энергосистемы.

— А мне, Андрей Александрович, вы, что делать предлагаете? — все еще испытывая некоторое недовольство от прерванного просмотра любимой Саги, осведомился я. — Ввода на трансформаторы повырубать, или «Отче наш» читать?

— Я тебе повырубаю! Есть правила, и я обязан предупредить дежурных на подстанциях о штормовом, — деланно грозно сказал диспетчер, и примирительным тоном добавил. — Я понимаю, что ничего не сделаешь, но ты, все же, обойди там все, посмотри, нагревы попроверяй, короны послушай[3], да сам знаешь… Вон, вояки говорили – их полкан такой ураган только на Кубе видел.

— Понял. До связи!

— До связи! — ответил Саныч и отключился.

Вообще-то так с диспетчером говорить не положено, особенно учитывая то, что все переговоры фиксируются на магнитофоне, но мы с Андрюхой в параллельных группах учились, и с первого курса дружим. Вот только он толковый весь и правильный, отличник и трудоголик, да еще и с волосатой лапой за плечами, а я раздолбай и лентяй, да и связей нет, кроме этого самого Андрея. Настоящий друг, выручил, когда после полугода халтур на мели оказался. И вот я, уже почти год, дежурный электромонтер на подстанции со смешным названием – 110/10 «Удотово». Одно радует, что не манагер по уборке территории, как один мой школьный приятель, между прочим, золотой медалист. Хотя, каждому, как говорится, свое. Кто боссом будет, кто дворником.

А я, надев каску и сунув в карманы куртки диэлектрические рукавицы и пирометр, поплелся в обход.[4] Ибо, чем Сила, вторичные цепи и контур заземления не шутят!.. Недосмотрел, и небольшая лень оборачивается «одним местом в мыле» и премией в минусе.

— Дядь Петя, тут ОДС штормовое предупреждение передало! Я пойду, оборудование обойду! — крикнул я напарнику, впрочем, не особо ожидая ответа, так как он уже с утра успел принять на грудь и сейчас мирно спал между щитов релейной защиты.

Идя по коридору между ячейками масляных выключателей ЗРУ-10кВ, и прислушиваясь к тихому жужжанию шинопроводов и контакторов, я понимал, что такая работа, на данный момент, меня целиком устраивает. С одной стороны, куча свободного времени – как-никак сутки через трое работаю, да и на смене три четверти времени, просто тупо сижу. А значит, можно и подхалтурить, и любимыми хобби заняться. Плюс маршрутка всего за сорок минут и семьдесят пять рублей прямо к воротам подстанции привозит. Вон в Москве, говорят, народ из пригородов до центра по полтора-два часа добирается, особенно кто на своих колесах. С другой стороны, необходимые в жизни элементы экстрима и драйва присутствуют. Мало кто из простых людей, что привычно включают свет на кухне, или сушат феном волосы после душа, могут представить: как в ночной тишине, после короткого взвизга перегруженных кабелей, с грохотом отключается высоковольтный выключатель, отключая короткое замыкание на линии электропередач, или то, какие чувства тебя охватывают, когда смотришь на болтовое соединение шин, где из-за плохого контакта начался нагрев, что в любой миг может привести к замыканию (которое больше похоже на взрыв гранаты), пожару и многодневному ремонту, а надо всего-то подтянуть болт на один-два оборота – и нельзя – диспетчер не дает добро на отключение потребителей.

Просто удивительно, как с годами уходит из жизни романтика и жажда приключений. Вот в детстве, до школы, еще мечтаешь стать космонавтом или летчиком. В школе, начитавшись Майн Рида, Джека Лондона и Жюль Верна, хочешь поступить в мореходку, чтобы бороздить моря и океаны, или, насмотревшись боевиков, обещаешь себе пойти служить в десантуру или морпехи. Поступая в ВУЗ, мечтаешь об интересной работе, и, может, карьере ученого, конструктора, удачливого бизнесмена, великого финансиста или гениального врача – зависит от выбранной специальности. А по факту, радуешься, зарабатывая геморрой в офисе, или горбатясь работягой. Хотя, лично мне иногда хочется большего. Нет-нет, да и проскочит шальная мыслишка: «Вот бы попасть как в книгах, и не важно, к эльфам и магам, или в космос к ситхам с джедаями». Понимаю, что это идиотизм и впадание в детство, но поделать с собой ничего не могу. Но сейчас у меня есть дело, а после можно и помечтать, и фильм посмотреть.

Проверив распределительное устройство низкой стороны, и выйдя на территорию подстанции, я подумал, что сейчас, вроде бы, все хорошо, и оборудование, что вдвое старше меня, и должно было пойти на металлолом еще в начале девяностых, работает исправно. Вдохнув чистый вечерний воздух пропитанный запахами приближающейся осени, я оглянулся по сторонам. И на мгновение замер, пораженный величественной картиной грозовых туч, что подсвеченные заревом заката, застилали горизонт на северо-западе, и в которые сквозь поля и перелески уходила вереница опор отходящей линии 110кВ., что тянулась до тех самых «вояк» – истребительного полка, что получал электричество от номерной 479-й подстанции 110/10, которая, в свою очередь, питалась транзитом через наше ОРУ. Отведя взгляд от величия природной стихии, я пошел осмотреть трансформаторы и высоковольтное оборудование. Тут тоже все было благополучно. И став около бочек выключателя[5], я, достав сигареты, закурил, любуясь вечерним предгрозовым пейзажем.

Из состояния умиротворения и покоя меня вывела голубая вспышка, что подсветила грозовые тучи снизу мертвенно-зеленоватым светом. Выключатель оглушительно бабахнул, выключаясь. И сквозь «вату» в ушах стало слышно звон сигнализации в щитовой и визг привода взведения выключателя. Спустя полторы секунды снова бабахнул выключатель – сработало АПВ[6]. И я, полуоглушенный, с ужасом услышал рев и гулкие удары из заполненных трансформаторным маслом, поставленных «на попа» цистерн стодесятикиловольтного выключателя – понимание как приговор – не погасило дугу. А спустя пару секунд, два из трех баков выключателя разорвало, расплескав вокруг пять с половиной тон горящего масла.

Прежде чем меня поглотила бушующая стена огня, сквозь сковывающий ужас пробилась мысль о том, что в прошлом году именно на этом выключателе масло так и не поменяли, и замена его была запланирована на будущей неделе. Меня охватило пламя. Такой боли я и представить не мог. Боль заполнила меня без остатка. Казалось, это инферно пожирает не только мое тело, но и разум и душу, если она есть. Казалось, это длится вечно, но вот боль стала отступать. И в отчаянии, что пришло ей на смену, стали возникать мысли: здравая – «Кожа и нервные окончания сгорели. Скоро конец, Ростислав свет Романович, молодой электрик и фанат ЗВ-шник с ником R2ныч», неуместная – «Зато узнал, что Вейдер на Мустафаре чувствовал», последняя, как отзвук угасающего сознания – «Кислородное голодание вроде… Вот и все…».

Не было ни мыслей, ни чувств, ничего. Я плыл во тьме, даже не так, нечто что не осознавало себя, было растворено в абсолютном ничто. Сколько это длилось, я и предположить не берусь – может мгновение, а может вечность. Но вот на краю сознания зажглась искорка света. И я инстинктивно потянулся к ней. Она все росла и росла, пока ее сияние не поглотило меня целиком. А потом свет померк, сжавшись в надпись:

«Обнаружено новое неидентифицированное программное обеспечение. Установить: Да / Нет»

Разум все еще находился в состоянии глубочайшей апатии, но те же инстинкты, что заставили тянуться к свету, просто кричали, что надо давить «Да».

— Ну, «Да», так «Да» – промелькнула мысль-пожелание.

И я, потянулся сознанием к этому самому «Да». И на меня снова обрушилась боль. Казалось, то что осталось от моего разума рвут на части, и, пропустив через мясорубку, распихивают по консервным банкам. И лишь загрузочная полоса, похожая на старую нортоновскую, что висела в поле зрения, все росла, и показывала некий процесс в процентах.

Когда «индикатор загрузки» дошел до середины, а цифры показали 56,4 % сознание вновь померкло. А как только оно восстановилось, я испытал ни с чем не сравнимое чувство, даже не знаю как поточнее сказать, комфорта, что ли. Казалось я сижу в невообразимо удобном эргономическом кресле, а вокруг меня роятся мириады каких-то букв, значков, цифр и диаграмм. Я сидел, и попросту «ловил кайф» от отсутствия боли и немыслимой легкости. Мне все было абсолютно «фиолетово», хотелось, вот так, сидеть вечно.

Но вечно не получилось. В какой-то момент, мое внимание привлекло некое подобие диалогового окна, на котором, среди прочих непонятных значков и надписей, кириллицей было написано: «Установить язык: Русский». Я снова мысленно потянулся к иконке. И тут же непонятные надписи сменились русскими словами и арабскими цифрами, что, по всей видимости, отображали работу некой сложной системы.

Апатия сменилась жгучим любопытством – какой же технарь, на моем месте, пропустит такую интересную непонятную штуковину. Найдя меню «Сведения о системе», я уже привычным мысленным усилием открыл его. И тихо офонарел. Передо мной висела таблица, в которой значилось:

Система: Астромеханический дроид R2-516-D2-001-89-11-SM

Тип: Астромеханический дроид серии R2

Производитель: «Industrial Automaton»

Собственность: правительство пл. Набу, кор. Арс Веруна

Ответственный: зам. начальника СБ королевского двора Набу капитан Панака

Подразделение: служба тех. обеспечения яхты 327 тип J (космопорт Тид, пл. Набу, с-р. Чоммелл)

Инвентарный номер: 870 16 22

Имя: R2D2

Год выпуска: 2 GrS (967 ARr)

Тип искусственного интеллекта: не установлено

Ресурс: 99,435 %

Техническое состояние: 97,3 % (нормальное)

Процессор: «Интеллекс IV»

Использование процессора текущее: 7,95 %

Память: 16384 Тбайт, доступно 73,85 % (очистка не требуется)

Источник питания: ИБ IAB-240 (175В, 280кВтч)

Уровень заряда батареи: 83,6 % (подзарядка не требуется)

Ресурс батареи: 96,4 %…

Я попробовал закрыть и снова открыть глаза. Таблица сменилась надписью «Основной видеосенсор активирован», а я оказался в каком-то полутемном помещении, где рядом со мной в ряд стояли три до боли знакомых по фильмам и мультикам «ведроида». Попытка себя ущипнуть привела к появлению надписи «Функция недоступна». А выданная матерная шестиэтажная фраза – обернулась таким же знакомым переливистым писком и свистом.

«И по вере вашей воздастся вам», — отчего-то вспомнилась цитата из Библии. Ну кто просил меня выбирать себе подобный ник!? Идиотизм! Я прекрасно помню, как погиб при взрыве высоковольтного выключателя. А значит, есть два варианта: реальный и фантастический. Первый – я лежу в коме, а все это бред звезданутого во всех смыслах мозга. Второй – я умер, а моя душа, сущность, информационная матрица, называйте как хотите, попала в Далекую-далекую галактику, и вселилась в главного Астромеха Всех Времен и Народов. Причем фантастический тут именно первый вариант. Ну не живут люди со ста процентами ожогов третьей-четвертой степени и выжженными легкими в нашем мире, как ни крути!

И тут меня капитально проняло. Что с того, что это может быть простым бредом? А это, скорее всего, все же не бред, уж больно все реально, логично и подробно. Как-то разом накатило понимание, что там, дома, я умер, что уже никогда не увижу родителей, друзей, Надюшку, что я действительно попал, как мечтал когда-то, а от прежней жизни остались только воспоминания. Причем попал хреново, попал в самого беззащитного, и, пожалуй, одного из самых ответственных персонажей любимой Саги! Даже в Три-пи-о попасть было бы лучше, тот хоть почти никого не спасает, да и простор для апгрейда в плане защиты у него имеется, ибо есть примеры протокольных боевиков, убийц и наемников – и довольно успешных. А я – ведро на колесиках, которому положено быть в самой гуще пуду, чтоб не сказать покрепче!

От навалившейся безнадеги хотелось рвать волосы на голове, биться головой об стену, застрелиться, или, хотя бы, нажраться в хлам. Надписи «Функция недоступна» вспыхивали одна за другой, пока не сменились мигающим красным цветом сообщением: «Сбой системы. Перегрузка центрального процессора. Система будет перезагружена. Ошибка код: 145/2». И я банально отключился.

Сознание вернулось спустя ровно 18,621… и так до десятого знака после запятой, секунд. О чем свидетельствовало новое сообщение, что зажглось перед «глазами». И, кстати, да – полегчало! Во всяком случае, мозги прочистило крепко. Оптимист я по жизни, или как!? Учитывая любой другой вариант – сгореть сразу, или загнуться от ожогов спустя некоторое время – жить в теле дроида, это совсем неплохо. А если учесть тот факт, что прикуп – в смысле канон, я знаю, а набуанский город Тид, где я на данный момент, по показаниям навигационной системы и нахожусь, однозначно круче Сочи, то можно сказать мне просто дико подфартило. Да и с подкладыванием соломки – не все безнадежно. Все же астромехи серии R2, это в первую очередь бортовые системы для управления различной, в том числе и военной, техникой. А уж как заставить весь остальной мир в страхе просыпаться по ночам, ожидая, что по уютным улочкам их городков, гремя траками, пройдут колонны «мирных советских тракторов», мы, русские, знаем отлично. И пусть стандартная программа попаданца для меня здесь не актуальна, кому тут нужны Высоцкий с Калашниковым, и одного лысого мужичка, которого следует убить, здесь нет. Но вот выжить, и по мере сил попытаться изменить историю галактики к лучшему, я вполне могу попробовать. Зачем-то, ведь, Сила или какая-то другая сущность, или слепой шанс, закинули меня сюда.

— Вы еще узнаете мощь астромеханического дроида! — мысленно ухмыльнувшись, пропищал я.

Глава 1

Нет, братцы, создатели этого астромеха – реально гении! Без шуток. И канон здесь, пожалуй, сильно грешит занижением характеристик и возможностей. Достаточно упомянуть, что по ровной, твердой поверхности «ведроид» может ехать со скоростью двадцать пять километров в час, а такие параметры, как математические расчеты и навигация, это просто что-то запредельное. Так, с задачкой из институтского курса матмоделирования, которую мой старенький «пенек» решал в маткаде добрых секунд тридцать, процессор Эрдваши справляется за каких-то 46 наносекунд, а текущие координаты, по данным инерционной(!) навигационной системы[7], счисляет с точностью в три миллиардные. И это не предел.

Вообще, мне новое «тело» с каждым часом нравилось все больше и больше. Один функционал чего стоит! Тут и резак, и циркуляра, и видеозонд с ультразвуковым дефектоскопом, и стандартный оптико-силовой разъем, и широкополосный комлинк с выходом в голонет, и голопроектор, и пара рук-манипуляторов, и огнетушитель на инертном хладагенте, и, да куча всяких полезных прибамбасов. Хотя, кисти рук, все же стоит заменить пятипалыми, а вместо огнетушителя установить бластер. Больше толку будет. Да и место в корпусе зарезервированное под доп. оборудование имеется. Живем короче.

А более-менее разобравшись с новым «оборудованием», я на двенадцать часов банально выпал из реальности – в голонет залез. Как описать ощущения? Всего два слова: Эпик и Фэйл! Неописуемый восторг от обилия информации, новых знаний, прикосновения к совершенно новой культуре… даже культурам, к мириадам культур. А разочарования – просто неприлично высокий процент платных ресурсов, и хаос. Нет, не просто хаос, а Хаос. Это более всего напоминало догугловский Интернет, с его страницами безликих адресов и возможностью найти, хоть что-то полезное, лишь переходя от ссылки к ссылке, от сайта к сайту. Другой, неожиданной, проблемой стало то, что доступ к некоторым ресурсам для дроидов был ограничен. Но и с ней справились. Всего-то и делов было – новую учетную запись создать, и ответить на пару вопросов на эвристическое мышление, да пройти до боли знакомый тест на распознавание текста на картинке, для прохождения которого, правда, пришлось скачать базовую языковую программу протокольного дроида. Так в голонете появился новый пользователь – гунган Бонд-Джеймс Бонд, 947-го года рождения, с ником Агент_007.

Но главное, благодаря голонету, я разобрался в организационной структуре «конторы Королевство Набу», в которую, волею судеб, попал. Оказалось, что это никакая к хаттам не монархия. Фактически планетой правили министры, а король или королева были ближе к понятию «президент». И избирали его из чего-то вроде «молодежного правительства» с реальными властными полномочиями, которое формировалось из отпрысков старых родов, что с двенадцати до двадцати лет, должны были поработать на общественных должностях на благо страны, а также умных и перспективных молодых представителей других слоев общества. Такая игра в «королевский двор», в условиях Набу, была на редкость эффективна, позволяя реализовать потенциал талантливой молодежи, направив его в плодотворное русло, а заодно, и создать механизм сдержек и противовесов для министров. Которые просто были вынуждены работать лучше, когда их постоянно донимали молодые люди, живущие по принципу: «…Пока свободою горим, пока сердца для чести живы, мой друг, Отчизне посвятим, души прекрасные порывы…»

Сейчас, предводителем этого «молодого дворянства», как раз, и являлась Падме Наберри, занимающая должность «принцессы Тида» – проще говоря, мэра столицы, и носящая официальное имя Амидала. А планетой правит король Арс Веруна, что, в свою очередь, «плывет в кильватере» Торговой федерации и сенатора от Набу в Галактическом Сенате Палпатина. Того самого, который, как я знал, является ситхом, и в будущем станет канцлером, а затем, после Приказа 66, и Императором, и сейчас тайно носит имя Дарт Сидиус, и является учеником Дарта Плэгаса. И который этого Веруну, в скором времени, капитально подставит. Да так, что тому придется уйти в отставку. Вполне логично: четырнадцатилетняя девочка на посту главы государства подвергшегося агрессии, всяко слабее политика, что те же четырнадцать лет правил планетой, и уже сейчас, понимая то, что его планета Федерации нужна лишь как «сырьевой придаток», начинает наращивать вооруженные силы.

Другим важным вопросом с которым помог разобраться голонет, а точнее «должностные инструкции» сотрудников Набуанского Королевского Двора, была его иерархия. Так, в вопросах техники и ремонтных работ, я непосредственно подчинялся капитану яхты 327J Рику Олие, а в вопросах связанных с обслуживанием королевской каюты, систем жизнеобеспечения и навигации, был подотчетен еще и своему куратору, капитану Панака. Также, в любой момент времени, я обязан выполнять распоряжения любого подданного Набу, или официального представителя Республики, если его имя внесено в соответствующий список. «А чего ты, Славик, хотел? Дроид – движимое имущество, и по сути раб», — печально подумал я. Но вскоре наткнулся на крайне интересную информацию, от которой мои глаза, если бы они у меня были, точно, по примеру мультперсонажей, превратились в значки «$», а настроение изрядно повысилось. Оказывается, астромеханические и ремонтные дроиды, входящие в штат обслуги королевской собственности, имеют право самостоятельно заказывать материалы и оборудование для проведения ремонтных работ, по всей территории Королевства, и единственным ограничением является то, что уведомление о факте заказа направляется в казначейство и к ответственному, в данном случае Панаке. То есть к людям далеким от техники. А если учесть, что от дроида, афер и финансовых махинаций никто не ждет, то тут такие возможности появляются! Главное все тщательно продумывать и не наглеть. «На Набу ты, ведь, не гость – унеси домой хоть гвоздь!» — я саркастически усмехнулся собственным мыслям, стараясь унять своего «внутреннего прапорщика».

Оторвавшись от голонета, я, наконец, решился осмотреть окрестности, что называется, вживую, или лучше сказать – «вцифровую» – учитывая особенности моего нового тела. Если честно признаться, перед самим собой – было страшновато прикоснуться к этому новому миру, что лежал за пределами отсека. Но, когда-то, ведь, надо начинать!

— Астромеханический дроид R2-D2, прошу подтверждения на проведение внепланового осмотра и диагностики систем корабля, — пропищал я, обращаясь к центральному компьютеру яхты. Благо, протоколы проведения ремонтных работ, что хранились в моей памяти, были одними из первых документов, что были мной изучены. Как говорят электрики: «Знание инструкций – не спасает от поражения электрическим током, зато их выполнение – позволяет избежать ответственности, в случае аварии!»

— Подтверждаю, — откликнулся через интерком искин яхты.

«Что характерно: запрограммирован как женщина, и, вот хаттом буду, в голосе были явно радостные и удивленные нотки. И это при том, что класс всего четвертый – как у "жестянок" В-1! Да, не балуют даму вниманием мои "коллеги" – астромехи, во всяком случае, без пинка!» — весело подумал я. И на следующие два часа погрузился в изучение матчасти королевской яхты 327J. Которая, под конец техосмотра, спокойно стала отзываться на имя Джей.

— Серебряная моя, перекачай, пожалуйста, инерт из бака № 11а в бак № 13в, при помощи насоса ТН-4.1.

— Опять, маленький несносный дроид с ошибкой в программном коде! Я, между прочим, сменила ради тебя индивидуальное учетное обращение. А ты бессовестно нарушаешь работу моих логических систем. Приступаю к процедуре запуска топливного насоса?4-основной – возмутилась компьютер корабля, которой, впрочем, наша перепалка, тоже, явно доставляла удовольствие.

А я все не мог перестать восхищаться прогрессом ДДГ в области создания искусственного интеллекта. И одновременно, поражался тому, что развитие искинов искусственно ограничивалось периодическими стираниями их памяти, что, впрочем, вполне можно было объяснить страхом перед возможным «восстанием машин».

Взвизгнул насос, а на появившейся в поле зрения диаграмме, отобразились данные по его производительности и вибрации в зависимости от времени.

— Так, Хромированные Крылышки, есть явный дисбаланс рабочего колеса – будем заказывать новое, — констатировал я факт неисправности.

— Заказывай, — обреченно отозвалась Джей.

— Уже! Ты у меня будешь самой красивой яхтой в галактике! — пробибикал в ответ я на бинарном, отправляя через голонет заказ на новое рабочее колесо-ротор к топливному насосу.

Этот насос, кстати, был штукой презанятной, и совмещал в едином узле, и старый добрый асинхронный двигатель[8], и собственно насос – вполне обычный центробежный[9], чья крыльчатка являлась одновременно и ротором, который магнитные поля статора поддерживали вместо подшипников, и заставляли вращаться. Такое совмещение функций, вместе с тем, что обмотки были из сверхпроводника, позволило «ужать» вес этого 35-киловаттного чуда всего до 41 кг[10].

— Дроид, что это ты тут делаешь? — спросил мужчина средних лет, с небольшими бакенбардами, в форме набуанского флота, входя в отсек.

— Внеплановая проверка систем корабля, — пропищал я в ответ.

«А вот, и начальство, в лице капитана Олие, пожаловало», — догадался я.

— Есть какие-то проблемы? — обеспокоенно спросил он. Чем сразу заработал, от меня пару пунктов в плюс – видно, что человек за дело переживает, а не просто хочет повыделываться, и показать свою значимость, в качестве начальника.

— Капитан, выявлен ряд незначительных неисправностей и нарушений в работе оборудования. Материалы и запчасти необходимые для ремонта – заказаны. Полный перечень – на центральном компьютере 327J.

Достав датапад, он углубился в изучение списка неполадок, и спустя пару минут, со вздохом задал явно риторический вопрос:

— Ну, и как, дроид, ты мне прикажешь перед казначейством отчитываться за семь с половиной тысяч кредитов!?

«Упс. А общую сумму я и не учел, — испуганно подумал я. — Вот так и спалиться можно! Ну ладно, прикинусь тупой железякой, а там посмотрим».

— Запрос некорректен. Приказывать вам, сэр, я не имею права. Общая сумма заказа составляет 7438 кредитов, — быстро выводя отчет о затратах, пропищал я. — Рекомендация: обратиться к ответственному за обеспечение безопасности, с разъяснением того, что данные затраты направлены на обеспечение безопасной эксплуатации яхты 327 тип J.

— А это идея! — явно обрадовался капитан, и уже с мечтательной улыбкой добавил. — Скажу Панаке, он этим крючкотворам объяснит: как экономить на безопасности Королевского дома Набу! — и, под конец, тихо произнес. — Каких хитрых дроидов строить начали… Ладно, Эр Второй катись дальше, и больше не вздумай без моего ведома такие фокусы устраивать.

«Фух. Пронесло. Слава Силе, что дроиды серии R2 штука новая, и Рик с их функциями еще не разобрался. Но, впредь надо быть осторожнее, а то увлекся, до всамделишного космического корабля добрался…» — мысленно перевел дух я, и покатился к выходу из корабля.

Странно, но ангар в скале, где стояла яхта, был точь-в-точь как в «Скрытой угрозе». Те же ряды истребителей N-1, те же колонны вдоль стен, и та же бездна за проемом ангарных ворот. Подъехав к самому ее краю, я долго любовался прекрасным пейзажем и думал. Думал о том, что мне предстоит сделать в этом мире, и главное как. Ведь по большому счету, сейчас я нахожусь на самой низшей ступени его иерархии. В положении, что хуже, чем у раба. Просто механизм. Но в этом и плюс моего положения. Я незаметен – местные на дроида внимания обращают даже меньше чем мы на бытовую технику. У меня есть возможности для улучшения своего «тела». И главное, у меня есть голова на плечах и послезнание. А значит, план действий, в первом приближении выглядит так:

1. Постараться выжить.

2. Не нарушить цепочку событий, дабы не обесценить послезнание.

3. Постараться изменить дальнейшую судьбу галактики.

4. Улучшить собственную дюрасталевую тушку.

И если с первым пунктом все понятно. За исключением способа его выполнения. То второй, уже, создает проблему: когда стоит вмешаться, и стоит ли вообще вмешиваться? Далее третий пункт. С ним не понятно практически ничего. Больше вопросов, чем ответов. Но ясно, что хочется грохнуть Палыча, и минимизировать последствия вторжения Вонгов, а лучше его вообще не допустить. И тут встает дилемма: Республика, в нынешнем ее состоянии для «детей биореактора» – не соперник, а Империя, что реально может эффективно им противостоять, по канону – обречена. Значит, нужна, либо ставшая на «военные рельсы» Республика, либо другая Империя. А значит, Война Клонов, как бы это ни звучало бесчеловечно, просто необходима. И, да, следует ограничить свое вмешательство в процессы происходящие в этом мире, как минимум до ее начала. А дальше… Дальше можно, и канцлеру ручкой сделать. Варианты, самое главное, есть. От бомбы и боевого отравляющего вещества, до «звонка другу» и «помощи зала» – в лице Ордена джедаев.

Ну, и, наконец, четвертый, самый, лично для меня «вкусный» пункт. Да уж, столько вариантов и идей, что тут уже проблема именно с выбором. Но нормальный вокодер, щит по типу дроидеки, реактор вместо батареи, и репульсоры – даже не обсуждаются. Да, где ж их взять?..

Скукотища! Вот, казалось бы, попал во вселенную Звездных Войн – точно скучать не придется, а на деле: меня скоро начнет тошнить от голонета и рутины. Замучило отсутствие простых радостей жизни вроде сна, чашки кофе или сигареты на балконе перед сном. За месяц, что я тут, в этой консервной банке, не произошло ничего. Ну, не совсем ничего, в космосе побывал, когда с дипломатической почтой на Маластар летали. Правда, я все три дня в отсеке просидел, только через внешние датчики Джей наблюдал. И еще с коллегами-астромехами познакомился. Вполне нормальные ребята оказались. Все, вполне себе личности, со своими характерами, слабостями, пристрастиями. Порою, даже трудно было их воспринимать как машины.

К примеру, А-Шестой – личный астромех кэпа Олие, оказался слегка занудным умником, помешанным на полетах, но слабым техником, что не желал отклониться от инструкции ни на йоту, а при нестандартных поломках впадал в ступор. Бэ-Первый, напротив, был тихоней механиком, просто панически боящимся космоса, но с долей безбашенной авантюрности, которая нет-нет, да и пробивалась наружу. Эм-Пятый же, по нашему общему мнению, был по характеру скорее протокольным дроидом, но с изрядной долей педантизма и буквоедства. И наконец, пятый астромех нашей команды – Эр-Девятый – был Пофигистом, именно так, с большой буквы «Пофиг». Как он умудрялся вечно отлынивать даже от исполнения прямых приказов и распоряжений, для меня оставалось загадкой.

Да и других дроидов хватало. Уровень их разумности, на мой взгляд, находился на уровне, где-то от собаки (у дроидов 5-го класса) до десяти-двенадцатилетнего ребенка, и это при том, что во дворце уникумов, что десятилетиями жили без стирания памяти – просто не было. Так, что я, даже, немного придушил свою паранойю по поводу разоблачения, и начал вести себя чуть свободнее.

И, да, я наконец-то начал улучшать свою тушку! Пока это был только вокодер от старого дроида-секретаря, но теперь, при желании, я мог говорить на восьми языках, не считая бинарного, причем четырьмя различными голосами. А самое смешное, это то, что весьма нужный гаджет, я купил через голонет у старьевщика всего за сто десять кредитов, в то время как такой же, только новый стоил почти две с половиной тысячи. Вот с оружием вышел полный затык, мало того, что здесь на Набу оно стоит просто неприлично дорого, так еще и контроль за его распространением просто зверский. Ненавижу дерьмократов и пацифистов! Бедному, беззащитному дроиду, уже и гражданскую модель бластера купить нельзя. Конечно можно, при моих-то возможностях, изготовить неплохой самопал как у Брата 2, и даже мощнее. Благо трубок из дюрастали под рукой великое множество, и с обработкой проблем нет. Но, меня терзают смутные сомнения по поводу эффективности кинетического оружия такого рода против боевых дроидов. А значит, пока придется полагаться на удачу. И, конечно, даже теми «козырями», что уже есть, постараюсь особо не светить.

Эх, скука! Хоть бы что-то случилось… Накаркал. От раздумий меня отвлекло сообщение капитана Олие – «Ох, боюсь, он у меня скоро "Оливье" называться будет» – которое гласило: «Астромеханическому дроиду R2-D2 прибыть в помещение ангара, и поступить в распоряжение принцессы Амидалы».

«Вот увижу собственными сенсорами: что это за "ангел" такой, на которую сам Милорд Вейдер повелся!» — подумал я, направляясь к пандусу, что располагался ближе к носу корабля.

— Привет, дроид, будешь меня в Озерный Край сопровождать! — заявила тринадцатилетняя пигалица с собранными в сложную прическу темными волосами, одетая в красные сапожки, коричневые бриджи и красную же тунику, действительно похожая на Натали Портман, но, какая-то, более «утонченная», что ли.

— Как будто, я сама долететь не смогу! — произнесла она в пространство. — Дай этому параноику Панаке волю, он меня и в душ, только с сопровождением пускать будет.

— По-моему, вы сгущаете краски, ваше высочество, — произнес Рик Олие, вместе с еще одной девчонкой, выходя из-за стоящих в ряд истребителей N-1. — Капитан просил выделить вам дроида, только для обеспечения безопасности полета.

— Падме, банта такая, если ты считаешь, что я и на отдыхе обязана тебе прислуживать, то ты глубоко заблуждаешься! — возмущенно сказала, тяжело дыша, вторая девчонка, волоча два увесистых, даже на вид, чемодана.

— Ой, Сабе, прости, а!? — всполошилась будущая королева, и кинулась помогать своей служанке. — Меня губернатор Сио Библ вызывал, по поводу моего законопроекта «О бесплатном обучении детей-сирот негуманоидных видов в младших и средних школах Набу». Там архитектурная комиссия «палки в колеса ставит», видишь ли: «оборудование в зданиях учебных заведений и общежитий помещений с некислородной атмосферой, может привести к нарушению гармонии архитектурного ансамбля Тида». Им дома важнее детей! Я даже в покои забежать не успела. Сабе, ну не сердись!

— Так они примут этот закон? — сразу забыв об «обидах», поинтересовалась служанка.

— Примут, примут! Никуда они не денутся! Иначе, я им концессию на строительство «Парково-прудовой террасы», задавлю. А под нее, они у Банковских Кланов уже кредиты взяли на полтора миллиона. И дело там не в архитектуре, а в тратах на переоборудование школ, что будут финансироваться из их бюджета.

Так, за разговорами о политике и финансах, мы вчетвером подошли к тяжелому четырехместному спидеру, что стоял в углу ангара. И пока девочки укладывали багаж и устраивались на передних сидениях, а кэп проверял аппарат перед вылетом, я специальным подъемником был помещен в гнездо, что было предназначено специально для дроидов вроде Р-2. Первым делом, я подключился к компьютеру спидера, считал его характеристики, и загрузил программу управления легкими атмосферными транспортными средствами.

Это творение местных конструкторов, носящее пафосное название «Звезда Набу»[11], формой напоминало истребитель N-1, но с маленькими двигателями и увеличенной открытой кабиной с четырьмя сидениями, над которой также возвышалось гнездо астромеха. Судя по спецификации, это был один из первых гражданских спидеров, специально спроектированных для использования в системе управления дроидов серии R2. Тяжелая, для своего класса машина (почти четыре тонны), была, как говорили в СССР, классическим «членовозом» и предназначалась для руководства планеты, других VIP-ов, а также для полиции. Она развивала скорость до 550 км/ч у земли, и более восьмисот на высоте, имела неплохую маневренность. И, что немаловажно, была оборудована генератором щита-поглотителя и двумя легкими лазерными скорострельными пушками, которые фактически позволяли использовать этот спидер в качестве легкого штурмовика. Моя же задача заключалась в том, чтоб исполнять роль пилота, так как принцесса со служанкой, ввиду возраста не имели права управлять подобными машинами.

Амидала отдала команду взлетать, а я, связавшись с компьютером диспетчерского центра Тида, и получив коридор, поднял спидер в воздух.

Управлять инопланетной техникой оказалось не сложно. Уж не знаю как, но программа управления спидера в сочетании с моей оцифрованной душой вывели интерфейс, что более всего напоминал мне симулятор «Ка-50», который я, сдуру освоил в режиме имитации реальной вертушки, и не одну сотню часов налетал, под возмущенные крики домашних, у которых я нагло оккупировал компьютер. А этим чудом техники рулить оказалось еще проще. И напевая про себя анисимовское «Где-то в небесах»[12], мы полетели на север, в Озерный край. На остров, с почти привычным для русского уха, за исключением ударения, названием – Варыкино, на одноименную виллу.

Летели не спеша, всего-то по двести километров в час, на высоте в полторы сотни метров, любуясь живописными пейзажами Набу, и пугая свистом турбин стада флегматичных шааков, что напоминали помесь олененка и жабы, которую через соломинку, вставленную в «одно место» надули проказники-мальчишки. А под нами, чередуясь, проносились зеленые, полыхающие разнотравьем луга, нетронутые леса, болота, чьи бездонные окна трясин отражали голубое небо и бесчисленные речки и озера.

Девочки в кабине, с умненькими личиками, обсуждали какую-то политическую заумь. А я, с умилением, наблюдал за ними через камеру на приборной панели. В этот момент, они мне до боли напоминали моих бывших одноклассниц-отличниц – такие же умницы, преисполненные значимости дела которым занимаются. «Все-таки, это несправедливо, что вот эти малышки, которым еще в куклы играть надо, и мультики смотреть, фактически лишены нормального детства, и выполняют работу взрослых, которые в это время свое государство разворовывают, в сенатах с советами штаны протирают, и ситхов в высших органах власти выращивают. Да девочки, вон, даже мальчикам "косточки перемывают" в свете политической обстановки и экономической ситуации», — думал я, управляя спидером. Странно, но раньше – до попадания, я не испытывал к Амидале особо теплых чувств, но сейчас, мне стало искренне жаль эту девочку, которую с младенчества готовили к карьере политика, и которой вдолбили, что, в общем-то хорошие, но малопригодные для реальной жизни, а уж тем более войны, идеалы всеобщей свободы, гуманизма и демократии – это самое лучшее и единственно правильное.

«Точно накаркал, идиот!» — пронеслось в моей «голове», когда динамик комлинка, пропищал, сообщая о сигнале на аварийной частоте, а затем заговорил наполненным болью и отчаянием женским голосом:

— Всем, кто меня слышит! Помогите! Это ферма Руба Дато, я его жена Флоя… На нас напали!.. Они убили Руби, и хотят украсть наших детей! Наши координаты…

— Эр-Два, где это происходит? — с дрожью в голосе спросила Амидала, а я сразу же подсветил на карте навигационной системы наше текущее положение, и координаты искомой фермы, до которой оказалось чуть более шестидесяти кэмэ.

— Мы должны им помочь! Полиция из Тида не успеет вовремя! — зажмурившись сказала принцесса. — Дроид, курс на ферму Дато.

«Вот, кто бы сомневался, что эта Амидала сразу же помчится помогать страждущим!» — обреченно подумал я. История, в принципе, для планет Внешнего Кольца стандартная: шайка пиратов, работорговцев, или других асоциальных элементов, нападают на отдаленное поселение, быстро грабят все что плохо лежит, и смываются до прилета сил правопорядка или планетарной обороны.

Я закрыл тент кабины, и активировав дефлекторный щит, врубил полный газ, по мере приближения к цели, опускаясь все ниже и ниже. Девочки, вот умницы, без напоминаний пристегнули ремни безопасности, и чуть испуганно вжались в кресла, косясь на мелькающий за остеклением кабины пейзаж. Спустя пять минут на горизонте появился столб дыма, а еще через две минуты, мы пронеслись над горящим двухэтажным домом, около которого стоял форменный «пепелац», по-другому, эту невообразимую фигню, которую мои электронные мозги отказывались идентифицировать, назвать язык не поворачивался. А возле него две группы гуманоидов, одни держали детей, а другие, чуть в стороне насиловали женщину, около которой лежало тело мужчины.

— Ну, суки, сейчас я вас «выключу»,  пискнул я, закладывая вираж, в последний момент, успев переключить язык вокодера на «бинарный» – от увиденного, у меня, что называется, просто «сорвало клямку».

— Дроид, атакуй их! — крикнула Амидала – видать «клямку сорвало» не только у меня. — Целься в двигателя, они не должны улететь с планеты до прихода полиции!

«Молодец, девчонка! — успел подумать я, с долей зависти. — Быстро соображает, королева, она и на Набу – королева».

А затем, я поймал в перекрестье прицела корму «пепелаца», возле которой суетились пираты, которые, достав оружие, не могли еще понять: стрелять им по детям, что в момент нашего появления вырвались из их рук, и убегали в сторону леса, или в непонятный спидер, что летает над ними. И им стало поздно понимать. С писком: «Цель вижу. Атакую!» — я включил спуски лазеров. И, затем, с азартом взрезал парой зеленых лучей, что расцветали яркими белыми вспышками при встрече с преградой, и бочонки двигателей уродливого кораблика, и двоих из четверых стоящих около него пиратов.

Но дальше стало не до шуток – разбойники открыли ответный огонь из ручного оружия, а главное из спарки на верхней поверхности их «корыта». Отчего, мне пришлось прижиматься к самой воде озера, на берегу которого была эта ферма, и выполнив «кобру»[13] с переходом в «кульбит»[14], выйти на новый атакующий курс, заодно прикрывшись от огня противника фонтаном брызг, что подняли реактивные струи моих турбин.

— Ого, дроид, где ты так летать научился!? — восторженно прокричала, слегка позеленевшая Падме, тяжело дыша, и моргая после семикратных перегрузок – как только не отключилась без ППК, бедняжка.

А я порадовался тому, что она не понимает бинарный язык, и мне не придется объяснять ей, что маневр был скопирован с маневра, что производил ее призрак в одной хорошей книге, что я читал в прошлой жизни[15]. А еще тому, что заряд щита-дефлектора поднялся с 15 до 63 процентов.

И тут, я поймал в прицел турель пирата. Мне стало полностью понятно значение щита: два выстрела из вражеской турели просто полыхнули синими пятнами перед нами, а вот колпак турели, что полем защищен не был, просто исчез во вспышке взрыва, который разломил пиратский корабль надвое. Оставшиеся в живых бандиты спешно побросали оружие и подняли руки.

Я завис на расстоянии в две сотни метров от застывших с поднятыми руками пиратов, угрожающе поводя корпусом спидера из стороны в сторону. Сила! Как у меня чесались несуществующие пальцы, когда я смотрел на рыдающую над телом мужа женщину в разорванной, окровавленной одежде, к которой жались мальчик лет семи и девочка года на два его старше. Если бы я мог улыбаться, то точно бы оскалился – так живо я представил, как лучи лазеров разрывают пятерых людей, забрака и трандошанина, что стояли передо мной.

— Падме, сюда приближается полиция Тида! — вывел меня из прострации голос Сабе, что сосредоточенно смотрела на экран радара. — Нам стоит срочно смыться отсюда, иначе Панака нас убьет. Он все равно разберется, но тогда уже, я думаю, поостынет.

— Ты права, надо улетать, — тяжело вздохнула принцесса. — Убить, конечно, не убьет, но без охраны, точно, никуда не выпустит! Дроид, возвращаемся на прежний курс.

Спустя полчаса, мы опустились на площадку около виллы. Скажу честно, не было сил, в моральном плане, даже любоваться чудными видами Озерного края. Я просто вывалился из гнезда под ноги девочек.

— Ужас, Сабе, посмотри на нашего дроида и спидер! Они все в грязи. Если сюда заявится охрана, они сразу поймут что к чему, — сказала Амидала, и оглянувшись по сторонам добавила. — Сабе, подружка, ну я тебя очень прошу, отгони с дроидом, как его, ага R2-D2, спидер, к тому водопаду в горах, и вымой их, а я переоденусь, и буду изображать невинный отдых.

— Вот и хорошо, я всегда знала, что на тебя можно положиться, подружка! — не давая времени той возразить, быстро проговорила принцесса, и убежала в сторону возвышающихся над деревьями куполов виллы.

— Ну, Падме, подружка называется! Я тебе это еще припомню! — прокричала ей вслед Сабе. — Когда-то, я тебе страшно отомстю… то есть отомщу! Вот!

Удивительно, но лично для меня данное «приключение», осталось практически без последствий. Все ограничилось тем, что я, спустя три дня, переписал на инфочип капитана Панаки запись боя и переговоров Падме, Сабе и меня, конечно подкорректированные мной. Да еще состоялся разбор моих маневров, что устроил капитан Рик Олие перед пилотами своей эскадрильи. По их мнению, во-первых, мои действия были признаны дилетантскими (чего еще ждать от дроида), и, во-вторых, дроиды могут вести воздушный бой (хоть и не очень эффективно), а с учетом того, что у «вероятного противника» из Торговой федерации есть дроидные истребители – надо больше тренироваться, господа!

Глава 2

Падме оторвалась от датапада, на котором, вот уже вторые сутки изучала бюджет «Комплексной программы реконструкции системы водопользования, ирригации и очистки водоемов города Тид». Потерев кулачками глаза, она тяжело вздохнула, и с блаженной улыбкой выгнула затекшую спину. «Кто бы мог подумать, что систем только ливневой канализации, в нашем городе – четыре вида. И для ее обслуживания необходимо одиннадцать типов специализированных дроидов. Хатт! И где я им восемь миллионов триста десять тысяч возьму!» — устало подумала она.

В дверь постучали. И в кабинет вошел капитан Панака:

— Добрый день, ваше высочество! Не помешаю?

— Здравствуйте, капитан. Чем могу быть полезна? — осведомилась она.

— Я пришел доложить о ходе расследования инцидента с нападением работорговцев на ту ферму, в отражении которого вы так неосторожно приняли участие.

— Как я уже говорила, защищать жизнь, здоровье и свободу подданных королевства Набу, есть неотъемлемое право и, более того, долг всякого лица состоящего на государственной службе! — гордо заявила юная принцесса.

— Совершенно с вами согласен, — ответил Панака, глядя в глаза девочки. — Но вы абсолютно напрасно подвергли угрозе свою жизнь, и жизнь вашей служанки, забывая при этом, что сами являетесь подданными Набу, за жизнь и здоровье которых отвечают другие. Я внимательно изучил записи боя и данные летного регистратора с вашего спидера. Амидала, вы дважды были на волосок от гибели. И вас спасали, исключительно, везение и нестандартные маневры дроида, что управлял спидером.

— Но капитан Олие говорил, что дроид пилотировал весьма посредственно!? — удивилась она.

— Посредственно. Для пилота Королевской Гвардии Набу на истребителе N-1. Я связался с производителями этого спидера – он в принципе не предназначен для маневренного боя. По их данным, ваш астромех при маневрировании превысил допустимые режимы полета на сто пятнадцать процентов по перегрузкам, и на восемьдесят по углам крена, тангажа и рыскания. Ошибку они уже нашли – оказалось, кто-то посчитал ненужным ставить для дроидов те же ограничения, что и при ручном управлении. Обещают это исправить в ближайшее время.

— Однако именно эта ошибка спасла мне и Сабе жизнь. И детей с матерью от смерти или рабства.

— Верно, — улыбнулся безопасник. — Я потребовал от Индастриал Аутоматон установить на всех машинах королевского двора кнопку ручного отключения безопасного режима. А что касается семьи фермеров, то да, им действительно очень повезло. Эти работорговцы за последние два года участвовали более чем в двадцати подобных нападениях, включая и три на Набу, и подозреваются в убийстве четырнадцати, и в продаже в рабство девяносто пяти разумных.

— Панака, это ужасно! Мерзко! Как они могут… Надеюсь, они понесут заслуженное наказание?

— Несомненно, ваше высочество! Прокуратура Тида уже затребовала у суда пожизненные сроки каторги для всех выживших участников банды. Возможно, на глубоководных станциях по добыче плазмы им понравится, — улыбка темнокожего офицера не предвещала тем ничего хорошего. — В любом случае, меньше десяти лет за убийство, изнасилование, бандитизм, разбой и попытку насильственного лишения свободы, им не светит.

Принцесса зябко дернула плечами, вспоминая отсутствующий взгляд женщины и красные от слез детские глаза, что уже неделю, после посещения пострадавших в госпитале, не давали ей спокойно спать.

— Капитан, это я виновата. Я не успела вовремя, — прошептала Падме.

— Успокойтесь, ваше высочество, вы не можете помочь всем. И впредь, так безрассудно рисковать своей жизнью, я вам не позволю, — твердо заявил заместитель начальника охраны дворца. — Отныне вас постоянно будут сопровождать королевские гвардейцы.

И видя, что девочка набрала воздуха, готовясь произнести гневную тираду о свободе личности, и о том, что она может сама о себе позаботиться, сказал:

— Это не обсуждается! Указ об обеспечении вашей круглосуточной охраны подписал король Веруна.

— Но хоть в свободное время, я смогу обойтись без ваших громил? — с обреченным видом спросила принцесса.

— Исключено. Всего доброго, ваше высочество.

Дверь за капитаном закрылась. А принцесса, грустно вздохнув, встала из-за стола, и подошла к окну. Глядя на освещенный закатным солнцем город, она, сжав кулачки, вполголоса произнесла:

— Ну, вот и все. Рано или поздно это должно было произойти. Что ж, охрана для любого политика, это неизбежное зло которое надо пережить. Да и охранять могут по разному…

Падме не жалела о своем решении лететь на помощь фермерам, ведь благо других, для нее всегда было выше, нежели благо личное. И если бы ей, вновь предложили выбор: лететь, или не лететь – она бы его не изменила. «С другой стороны, охранники – тоже люди, а именно эффективно управлять людьми меня и учили с детства. Посмотрим», — подумала она.

«Нет повести печальнее на свете, чем оружейка в ихнем голонете!» — перефразировав Шекспира, подумал я. Это просто какой-то вынос мозга. «Да они тут, в галактике, военную науку развивают вообще, или нет!» — очень хотелось выдать переливчатую трель на бинарном, этажей, эдак, в восемь.

Сутки времени потраченного на изучение средств и способов ведения войны в Далекой-далекой однозначно показали: военная мысль здесь попросту «в загоне». Мне, выходцу из мира, где, за какой-то век, сменилось одиннадцать поколений истребителей, и семь поколений танков, где, за то же время, флот успел пройти путь от броненосцев до линкоров, и от линкоров до авианосцев и эсминцев УРО, и от паровых миноносцев до стелс-корветов, было дико видеть, что, те же космические крейсера, в Республике, за четыре тысячи лет практически не изменились, а дроидеки, от своего древнего аналога отличает, по большому счету, только наличие щита. Даже стрелковое оружие, несмотря на его просто умопомрачительное разнообразие, у человека рожденного в одной стране с Токаревым и Калашниковым вызывало, мягко скажем, сильнейшее непонимание.

Тысячи корпораций, компаний, фирм, фирмочек и мастерских клепали бластеры, лазеры, винтовки, пистолеты и так далее, кто во что горазд. Я молчу уже об официальной армейской приемке, выдаче техзаданий и международных конкурсах. Не было даже понимания, а для чего, собственно, оно надо, не было сравнительных испытаний действия различных типов оружия по различным целям. Если не считать за последние, фирменные рекламные проспекты, тенденциозность которых в большинстве случаев просто зашкаливала. Кроме того, в них содержались такие, на мой взгляд, перлы, как традиционность, опыт использования схожего девайса во времена Ревана (хотел бы я посмотреть на земных оружейников, что стали бы ссылаться на опыт боевого применения системы вооружения, хотя бы в Наполеоновских войнах) и эксклюзивность конструкции. Пожалуй, лишь на мандалорских и наемнических ресурсах можно было найти что-либо полезное. Да и то, в сравнение с нашим оружейным нетом, они смотрелись, чуть ли не школотой. Что поделать, тысяча лет относительного мира и сверхразвитое потребительское общество дают о себе знать.

— Хатт тебя так, и по шею в пуду! Снова! — пропищал я, получив вызов от кэпа.

Обрадовался, олух бело-синий: «Пронесло. Без последствий», а теперь работаю самолетом-мишенью на полставки. Хотя нет горя без добра, на халяву получить пилотажные базы к N-1 это круто, а тактические от «Стервятника» Торговой федерации, что было еще круче.

Я подъехал к выделенному мне истребителю, и, дождавшись пока подъемный механизм закрепит меня в машине, уже привычно подключился к системам N-1, и запустил программу предстартовых проверок. Следовало подготовиться, потому, как в этот раз мне предстояло «воевать» против звена-тройки.

Кстати, подобная группа в условиях боя в пространстве, оказалась достаточно эффективной, но требующей великолепной слетанности экипажей, а также, в обязательном порядке дроидов-астромехов для координации. Что было необходимо, как для реализации ее преимуществ, таких как повышенная плотность скоординированного огня в атаке, и всеракурсность при отсутствии мертвых зон в обороне, так и для компенсации недостатков, в первую очередь, опасности выпадания одного из ведомых группы.

Подняв машину в воздух, я, сбросив план полета на диспетчера, вылетел из ангара, и, врубив форсаж, свечой ушел в небо. Впереди были полчаса тренировочного боя, что для меня больше напоминал компьютерную игру, правда, на запредельной сложности. Спасибо конструкторам создавшим серию R-2, заложили запас прочности – нормальные эксплуатационные перегрузки у меня от +40g до -25g, человека просто размажет, и ППК не спасет, а мои сенсоры даже не сбоят. Пилоты эскадрильи, так те из кабин мокрые вылазили, а мне хоть бы хны. Одна проблема оставалась – постоянно следить за собой, чтобы не начать действовать нестандартно, а, напротив, в точности следовать тактике «Стервятников».

Кстати, тактика воздушных и пространственных боев в Галактике, пожалуй, единственная была на высоте. Как-никак, именно бои малых кораблей, за последние тысячу лет были основным способом ведения военных действий. Отражение атак пиратов, работорговцев и конкурентов по бизнесу, охрана торговых путей, планет и станций – являлись прерогативой истребителей и, отчасти, корветов. Зато с тактикой эскадренного боя крупных кораблей все было весьма печально. Чего стоили выносные мостики управления, типа, для лучшего обзора (голопроекторы и несколько сотен сенсоров на обшивке, в плане обзора, минимум, не хуже, а выживаемость выше на порядок), и бои на «абордажных» дистанциях, когда, технически, дальность огневого контакта можно было повысить, если не до световых минут, то секунд точно.

И, наконец, тактика наземных сражений. Большего убожества и представить трудно! И если, мандо'аде еще радовали нормальными исследованиями и монографиями в области тактики малых групп, партизанской и контрпартизанской войны (хоть до тех же чеченцев или талибов им еще расти и расти), то, у остальных, все применение планетарных армий сводилось к термину «введение войск». Как говорил один знакомый отставник: «Армия наступает, обороняется и отступает, а вводится только этот самый в эту самую», правда, конкретно указывая названия органов. Не удивительно, что в грядущей Войне Клонов, лучшим военачальником станет дикарь калишец. Правду говорят: «Война  двигатель прогресса», и от себя: «А мир  его тормоз».

Впрочем, возможно я и не прав, ведь основную массу информации я черпал из, так сказать «набунета», и дублированных в нем ресурсов, к которому имел безлимитный, высокоскоростной доступ. А с другими ресурсами, пожалуй, за исключением мандалорских, я ознакомился лишь поверхностно. Во-первых, из-за крайне низкой скорости доступа, а во-вторых, из-за того, что лезть на них приходилось через дворцовый канал, доступ к которому, я сравнительно легко получил через локальную сетку тидского дворца. И пусть функции админа в ней выполнял дроид, который был ориентирован, в первую очередь, на отражение внешних кибератак, и был мною легко одурачен, путем смены даты регистрации учетной записи на «очень давнюю» и «проверенную» – двухлетней давности, но вот «узость» самого канала связи стала проблемой, так как падение его пропускной способности, пользователи могли заметить, что называется, «на глазок». Мне вообще повезло попасть в королевского дроида, да еще на Набу, где неприкосновенность частной жизни была возведена в культ, и даже для простого мониторинга голонетконнекта требовалась санкция прокурора. Вот попал бы в какую корпорацию, тогда бы точно, кроме рабочей рассылки, голонета бы и не видел.

Истребитель вышел из атмосферы. Альтиметр показал высоту 180 км, а голубое небо разорвавшись, сжалось до тонкой полоски вдоль горизонта планеты, явив взору черную бездну космоса с россыпями звезд. Меня, в который уже раз, переполнил восторг: «Да, только ради этого стоило погибнуть там, и попасть в этого маленького дроида!» Ощущения были непередаваемые! Я чувствовал, что действительно сливаюсь с новым телом, становлюсь, одновременно и цельным, и частичкой бесконечной вселенной. Мои сенсоры фиксировали 37 504 918 звезд в зоне видимости. Достаточно было мысленно потянуться к любой из них, и приходило знание ее номера, названия, характеристик, истории. Или, напротив, мне достаточно было пожелать увидеть определенную звездную систему, и, тотчас, на меня обрушивался водопад звезд, и искомая звезда, с развернутой информацией по ней, начинала сиять передо мной. Казалось, протяни руку, и ощутишь мягкую шерстку короны, и непослушные локоны протуберанцев, а тебя самого закружит хоровод планет, спутников, комет и астероидов. «Хатт ситха через забор с изгибом и оттяжкой! Да сто раз ты прав, милорд Вейдер! Как же хочется побывать на них на всех!» Летать среди звезд это кайф, наркотик, круче, чем стакан самогона после дня тяжелой работы, на голодный желудок.

— Здесь Синий-Два[16], — пропищал я в эфир, входя в сектор выделенный для проведения учений. — На месте. Готов к проведению учебного боя.

— Здесь Браво-Лидер, — откликнулся кэп Олие. — Сейчас мы тебе, ведро, покажем.

Показали. Еще бы трое на одного, мирного дроида. Самое обидное – ответить в полную силу нельзя. Во-первых, палево полное. Во-вторых, мужиков и девчат жалко. Вон, в прошлый раз, Карми – девчонку-лейтенанта, подстрелил заигравшись в аса, так потом под землю провалиться хотел, когда над ней товарищи-пилоты потешались, а она потом в сторонке за топливными цистернами ревела, мол, как это ее какой-то дроид сбил.

Очередной заход. Противник в формации треугольник уступом назад. Я бросаю машину вперед и влево, одновременно закручивая ее вдоль вертикальной оси вправо, и открываю огонь с дальней дистанции. Понятно, что в лучшем случае, лишь чуть щиты поразряжу соперникам, зато нормально прицелиться не даю. Разошлись. А я рванул по дуге, имитируя попытку зайти в хвост на вираже. Повелись, стреляют и доворачивают. Мне легче, пользуясь форсажем и повышенной маневренностью, пересекаю их курс спереди, а не как они думали, за спиной, и вывернув истребитель под 90° к курсовому вектору открываю беглый огонь в услужливо подставленные борта. Зацепил двоих, но и сам попался под огонь третьего. Щита теперь условно нет. Рвусь зайти им в тыл, продолжая разворот. Вполне предсказуемо с моей стороны, а значит заведомо неудачно, и обречено на провал. Ибо строго в соответствии с программой Федов. Имею снова закономерный итог: один истребитель без щита, да против трех вражеских машин ведущих сосредоточенный огонь – обречен.

— Синий-Два, здесь Браво-Лидер, на исходную. Браво, вы хоть поняли как только что чуть не подставились?

— Браво-Три, Браво-Лидеру. У меня вон щит условно сдох!

— Ладно, работаем дальше.

Пока расходились, я быстро вносил параметры полета всех четырех истребителей в свою программу. Да, недостаток опыта, практики и теоретических знаний, я решил компенсировать при помощи матана. Благо в пакете тактических программ «Стервятника» имелась простенькая утилита для анализа маневров истребителей. А подключив ее к математическому комплексу астромеха, я смог получить очень и очень мощный инструмент для анализа боя истребителей.

Ну вот, меня снова «сбили»… Эх! Но уже пора возвращаться.

Пока летели домой, прогнал мат. модель боя, и внес в нее пару корректив. Все-таки хорошо быть дроидом, внес математическую модель маневра в базу данных, прописал переменные, и все. Никакой учебы с зубрежкой, или бесконечным повторением приема. Это мешкам с мясом нужны десятилетия для овладения какими-нибудь стилями единоборств, а машине достаточно просто загрузить грамотно написанную программу, или раз увидеть каждый прием, чтобы его безупречно повторить. Да, ну нафиг! Заявление: такими темпами вполне можно забыть, что и сам человеком, не так давно, был. Хи-хи.

Прошли дальний привод. Заходим на посадочный курс. Ближний привод. Диспетчерская передает данные по скорости ветра и восходящим потокам у скалы. Блин, чувствуешь себя протонной торпедой на ЗС-1, или «Томагавком» в Заливе. Всем хорош ангар в скале, но вот когда летишь в эту самую скалу на трех сотнях км/ч, создается натуральное ощущение, что ворота эти поменьше форточки будут.

Я включил репульсоры, и, погасив скорость, совершил посадку вместе с тройкой Браво. Люди сразу же повылезали из кабин, и обсуждая прошедший учебный бой, поплелись в комнату отдыха. А нам, астромехам, еще послеполетную диагностику, заправку и перевооружение машин проводить.

— Вот, где в жизни дроида справедливость? — пискнул я на бинарном.

— И не говори! — отозвался из своего истребителя А-Шестой, косясь сенсором на дроида-заправщика, который, как раз разматывал заправочные шланги.

— А ведь сегодня еще сверхпроводниковые выключатели в цепях питания гипердрайва нашей красотки Джей, предстоит менять. А-6, поможешь?

— Принято. 19-45 – замена выключателей силовых цепей J327. Не вопрос, Эр-Второй, — пробибикал бело-зеленый астромех.

Я мысленно потер руки, ведь работка предстояла еще та. Всем эти сверхпроводниковые выключатели хороши, и компактные, и подвижных частей не имеют – только магнитное поле, которое сверхпроводник в диэлектрик мгновенно превращает[17]. Да только два маленьких нюанса: жидкий азот для охлаждения рабочей керамики, и необходимость эти самые выключатели приваривать непосредственно к шинам, при помощи диффузионной сварки, потому как соединение двух сверхпроводников должно быть незаметным даже на уровне кристаллической решетки.

Но в этот раз поработать, что называется, по специальности мне не удалось. И заменять выключатели пришлось А-Шестому и Бэ-Первому, причем последний был этому несказанно рад – что поделать, маньяк от техники. Был бы он человеком, точно бы в гараже монстр-кар из «Запорожца» собирал, или десятиметровый ветряк, киловатт на пятнадцать, из мусора на даче установил. А я вновь отправился на «подхалтурить водилой» у будущей миссис Вейдер. Хотя водилой, это громко сказано, за штурвал в этот раз сел летеха Жора Тайфу, племянник капитана Панаки (вот и верь после этого голонету, где говорится, что на Набу самый низкий в галактике уровень коррупции, взяточничества и кумовства), а на заднее сидение уселся сержант Тим Подчу, который, признаться сильно подорвал мою уверенность в профессионализме кэптэна, как начальника… пардон, пока замначальника СБ дворца. Этот Тимоха, габаритами напоминал трехдверный шкаф, а выражение его лица, в соответствии с заветами Петра Первого: «Имело вид лихой и придурковатый». Сего детинушку надобно на Дарта Мола натравить. Представляю, как оный осерчает, ежели какая харя забракская его мечом световым пырнет, узнает тодысь супостат ситский, что Сила ничто, в сравнении с мощью силушки богатырской. Хоть один толк от него будет – ни один хулиган столько выпить не сможет, чтоб к этому амбалу начать лезть.

В ангар вошла Ее Высочество принцесса Тида Падме Амидала Наберри, в белом легкомысленном платьице, в сандалиях на платформе, с похотливой улыбкой на лице, и обреченной решимостью во взгляде. Я честно порадовался, что успел закрепиться в гнезде спидера, а то бы точно упал, так комично она выглядела. Все ясно: Панака приставил к принцессе «здоровенных шкафов-секьюрити», а та решила довести бедняг, чтоб сами рапорт написали. И я приготовился к бесплатному цирку под названием «Политика это искусство компромисса» или «Компромисс есть предмет непротивления сторон».

Посмотрел цирк, называется хатт, хатт, хатт! Да что это за наказание малолетнее! Я что, железный! Хотя… нет, я из дюрастали. Но сознание у меня все еще человеческое, хоть и оцифрованное. И самое обидное, я в него влезть не могу.

— «Все, Романыч-Эрдваныч, успокойся! Все хорошо. Все нормально» – мысленно я себя успокаивал.

Нет, сначала было даже весело. Я только посмеивался, глядя на то, как два молодых парня старательно отводят глаза от просвечивающего сквозь воздушное платьице белья девочки, или стараются сохранить морды кирпичом, когда эта маленькая зараза весьма умело, где только научилась, строит им глазки и посылает пошленькие улыбочки. Но вот потом…

Первым делом, мы полетели в художественную галерею Тида, где атака Амидалы собственно и началась. Затем был Королевский Ботанический Сад Набу, или как его еще называют «Парк тысячи родников». Очень живописное местечко, где были собраны тысячи, а может и десятки тысяч эндемичных[18] набуанских растений. Точное их число в файле с картой сада, который я загрузил с терминала около входа, отсутствовало. Зато с родниками как всегда надурили: на площади в 3340Га, было всего 518 родников.

А дальше мы полетели на берег океана, где на «райском», словно вышедшем из рекламы химконцентрата под названием «Баунти», пляже, наша юная принцесса решила окончательно добить несчастных охранников. Вот только ее «жертвой», совершенно случайно, стал я.

Эта… Падме не нашла ничего умнее, чем дополнить загорание и купание, демонстративной сменой купальника каждый час. И все бы ничего, но вот помогать ей переодеваться, будущая королева и сенатор заставила меня. Поймите меня правильно, я не педофил, и Амидалу воспринимаю вполне адекватно ее возрасту, но попробуйте сохранить спокойствие, когда рядом с вами, абсолютно вас не стесняясь, переодевается представительница противоположного пола с вполне четко наметившимися формами, да еще и вас чуть ли не вместо стула использует. «Сила, как бы мне в свой программный код залезть, и перевести все переменные, что имитируют гормоны в разряд ремарок? Ну, Сила! Ну, подскажи, а!»

От мучений меня спас звонок комлинка, над которым возникла голограмма незнакомого мне мужика.

— Принцесса Амидала, срочная новость! Король Набу Арс Веруна, десять минут назад подписал указ об отречении от престола! Вам необходимо срочно прибыть во дворец Тида, для участия в экстренном заседании Королевского Совета, — скороговоркой произнес тот.

— Господин советник, я буду через пятнадцать минут! — голограмма исчезла, а Амидала со смесью тревоги, облегчения и раздражения на лице бросилась к спидеру. — Ситх! Как не вовремя-то! Хотя, ситх его, все к этому шло. Все, ребята, игры кончились, все в спидер! Тебя Эр-два это тоже касается!

Еле успел закрепиться в подъемнике, как аппарат уже оторвался от поверхности, и рванул в направлении столицы Набу. Кое-как закрепившись в гнезде, помогая подъемнику манипуляторами и русским матом на бинарном, я подключился к системе спидера, и без напоминаний снял ограничения по безопасной скорости и маневренности. И уже через семь с половиной минут, мы, совершив «полицейский разворот», и чуть не задев одну из статуй дев-воительниц, зависли в полуметре над верхней площадкой лестницы Тидского дворца.

Падме, как была в полурасстегнутом платье поверх влажного купальника, бегом кинулась в коридор, что вел вправо от центральных ворот дворца. Оба охранника кинулись следом, а я не спеша поднял спидер в воздух, и направился в ангар.

Следующий месяц дворец напоминал филиал дурдома, или Государственной Думы в период сессии, что в принципе одно и то же. И причина тому была одна – выборы короля Набу. Я-то все знал заранее, и переживал только за свою ставку на хаттском тотализаторе, где я поставил на победу Амидалы все наличные, можно сказать честно украденные из казны Набу, средства в количестве 470 кредитов, которые должны были принести мне, после уплаты налогов и комиссии, уже 836 «республиканских рублей».

Учебные полеты, во всяком случае с моим участием, прекратились полностью. Зато возить по планете Амидалу, в сопровождении кого-то из охранников, стало для меня делом чуть ли не ежедневным. И это при том, что я возил их только по окрестностям Тида, а в другие места их доставлял суборбитальный челнок. На бедную девочку было больно смотреть. Ради служения народу Набу, эта бедная идеалистка, даже отшила свою первую детскую влюбленность Яна Лаго, перспективного мальчика из хорошей семьи. Юная принцесса практически не спала, мотаясь по планете и всему сектору Чоммел, со своими предвыборными выступлениями и переговорами. По данным системы учета массы спидера, она похудела на шесть кило, под глазами, несмотря на слой косметики, стали заметны синяки. Да и в пути, Падме, если не читала какие-то документы с датапада, сразу начинала клевать носом.

Я, признаться, был несколько шокирован всей этой предвыборной истерией, когда даже пилоты в комнате отдыха обсуждали кандидатов на кресло «Короля». То ли дело у нас в России, где о выборах мои коллеги начинали рассуждать только после поллитры на нос, да и то в том ключе, что «все равно будет Путин» и «чо их, воров, выбирать». А отношение набуанцев к выборам, мне более всего напоминало нашего профорга группы в институте, восторженно-граждански активного Сережку Лихарева, который отличался участием в маршах «несогласных» и тем, что имел феноменальное умение получить в морду где угодно, будь то студенческая курилка, общага, дворик за магазином или митинг, чем и жил, изображая жертву «кровавого гэбистского режима». Так что я в это время больше общался с дроидами, и потихоньку троллил Джей. А также изучал свои возможности на стыке тела и «мозга» дроида и человеческого сознания.

Для этого, мне пришлось освоить нечто вроде медитации, когда я, казалось, отделялся от операционной системы дроида, и наблюдал за ее работой, как бы со стороны, и это более всего напоминало вход в систему в безопасном режиме, с правами администратора. Эти манипуляции принесли свои плоды. Так я узнал, что файлы составляющие мою личность стереть ни программно, ни аппаратно нельзя, во всяком случае, на моем уровне доступа. Нет, программа очистки работала исправно, но информация, сразу после удаления появлялась вновь на прежнем месте и в прежнем объеме. Далее, я нашел очень приятный бонус, который можно описать как «конвертирование» воспоминаний и мыслей в цифровой вид. Это стало для меня просто спасением: пусть я не мог есть, пить, курить, любить девушек, да что там, даже почесаться, но я наконец смог нормально слушать музыку, к чему в прошлой жизни преизрядно привык. Да и созданное мною, практически аутентичное, голографическое изображение Леи, что просит Оби-Вана о помощи, лично меня очень повеселило. Ну и последним, на данном этапе, открытием стала возможность вспомнить все что угодно. Нет, не абсолютная память, а некий аналог поисковой программы, что по заданному критерию находила несколько схожих воспоминаний, и преобразовывала их в соответствующие медиафайлы.

Так, в трудах, заботах и самосовершенствовании прошел месяц. Наступил день выборов. Все Набу казалось замерло в ожидании, и лишь мы, дроиды, благополучно наплевав на политику, занимались своей работой, обеспечивая функционирование сотен и тысяч систем, о существовании которых многие разумные даже не догадывались, хоть и пользовались их благами ежедневно. А на следующее утро на мой электронный почтовый ящик пришло два письма:

Первое, с Татуина, гласило:

«Уважаемый Бонд-Джеймс Бонд, ваш счет пополнен на 836 республиканских динариев. Играйте с нами и далее ООО "Букмекерская контора Счастливый Тускен".»

И второе, из отдела технического обеспечения, канцелярия Дворца, г. Тид. пл. Набу:

Астромеханический дроид R2-516-D2-001-89-11-SM, в связи с избранием на пост королевы пл. Набу Амидалы Падме Наберри, в учетную документацию вносятся следующие изменения:

Собственность: правительство пл. Набу, кор. Амидала Наберри

Ответственный: Начальник СБ королевского двора Набу капитан Панака

Начальник отдела ___________ Винс Мород «___»________ 03 GrS

Ответственный _____________ кап. Панака «___» ________ 03 GrS

Глава 3

Господи, ежели есть Ты на небесах, дай сил мне задание выполнить. Отведи взгляд снайпера от мя, и от осколка летящего защити мя. В тенях сокрой тело мое, и стопы мои от мины таящейся отведи. Дай остроту зрению моему, обрыв отыскать. Дай крепость пальцам моим, зачистить провод. И ежели суждено смерть приять мне днесь, сомкни на проводе уста мои, дабы не разорвался контакт, и стон мой, места прокладки кабеля, вразям моим не выдал. Аминь!

Я стоял в отсеке королевской яхты, и, под вой сирены, молился, раз за разом повторял слышанные в прошлой жизни слова «Молитвы Связиста». Да, что там говорить мне было страшно. Я знал, что сейчас отправлюсь на убой, что моя, да пусть будет жизнь, скоро окажется всецело в руках Бога, Силы, а может и случая. Умирать, снова, не хотелось, но и отказаться, спрятаться, отсидеться в сторонке я не мог. Вот так и начинаешь понимать значение девиза десантуры: «Никто кроме нас!». Жить, пусть в виде самоходной бочки, хотелось невероятно, но глядя через камеры видеонаблюдения яхты на перепуганные лица девочек-служанок, непонимающую морду наивного гунгана, на сосредоточенных пилотов и джедаев, я ясно понимал, что если смалодушничаю, отступлю, не выйду, они погибнут – сгорят во вспышке взрыва, или останутся ледышками с вскипевшей кровью среди холодного вакуума. И пусть, лично у меня, шансов выжить внутри корабля, даже при его разрушении, намного больше чем под плазменным «дождем» снаружи. Пусть на борту есть другие астромехи, которые имеют шанс восстановить питание щита. Но, если погибнут они, как я смогу жить? Как смогу оправдаться перед собой, в том что, мог сделать, и не сделал? И плевать на галактику, Республику, все их Темные и Светлые стороны, сегодня я выйду наружу ради вот этих конкретных людей, и будь что будет!

Вспомнилась жизнь здесь в этом мире, знакомом и новом одновременно.

После избрания Падме королевой Набу, жизнь во дворце Тида вернулась в привычную колею. Проводились какие-то кадровые перестановки, принимались новые законы, плелись интриги и проводились переговоры, но на мне это практически никак не отразилось. Я продолжал жить практически обычной жизнью дроида-астромеханика. Иногда летал с эскадрильей «Браво» на учебные вылеты, проводил ремонты систем и оборудования Джей и своего истребителя, а большую часть времени, просто мирно стоял в своей нише в отсеке. Что поделать, жизнь дроида, большей частью, штука скучная и неинтересная. Но я старался всячески разнообразить ее «умственным трудом» и улучшением собственного шасси.

Так мной были написаны, и выложены в голонет пара «работ» по тактике городского боя, которые я фактически бессовестно содрал с перечитанных мною во множестве в прошлой жизни, брошюр, статей и наставлений, что обобщали опыт штурма и обороны городов как в ходе Великой Отечественной войны, так и обеих чеченских компаний. А повод для этого был банальным – мне нужны были деньги. Что я еще мог продать, не имея ничего кроме памяти, а все остальные мои знания, здесь были устаревшими лет, эдак, на пятьдесят тысяч. Вот я и выложил свои адаптации опыта отечественной армии к условиям Далекой-далекой, на условно платной страничке голонета, с платой один кредит за скачку, из которого мой гонорар составлял 60 %. И пусть к моменту начала осады это принесло только 186 кредитов, но и то хлеб.

Следующим способом улучшить свое материальное положение стала фирма-однодневка, точнее одноминутка. Потому как срок ее существования определялся временем, необходимым на перепродажу комплекта воздушных компрессоров для королевской яхты. Сам купил у себя, заказал у производителя оборудование, и заплатил ему, а себе, за вычетом налогов, оставил восемь процентов комиссии, или 320 кредитов. Кто же заподозрит аферу при такой незначительной сумме барыша – в крайнем случае, неэффективное расходование средств. Что в случае дроида уже смешно.

Вот так я и «зарабатывал» деньги. Но их все равно было мало. Тот же щит от дроидеки стоил целых пять с половиной тысяч кредитов, а ведь для него был необходим еще и реактор, да и силовые цепи нуждались в замене. На круг выходила, просто астрономическая для меня сумма в двенадцать тысяч. Да и польза от щита, как минимум сейчас, была сомнительной, ибо даже против корабельных скорострелок данный щит был бесполезен. А мне под них выходить… Так, ведро с болтами, спокойно, спокойно.

Сигнал: «Сообщение капитана»

— Вот и все, пора в атаку, товарищи астромехи-набуфлотцы. За Родину, за Амидалу! — пропищал я, и вслед за остальными поехал по направлению к лифту. — Жопу убери с дороги, гунганская ошибка природы! Не мешай подохнуть красиво.

Нет, на бедолагу Джа-Джу, я не сердился, просто разрядность переменной, что заменяла мне адреналин, явно превысила прописанный размер. Мне его, вот странно, было даже жаль: Вот жил себе недалекий, даже по меркам своего вида, паренек. Хреново жил, если честно – но сам виноват. А тут, как снег на голову, джедаи, дроиды, война, политика. Ему бы гунганочку простую, да домик у болота, глядишь, нормальным бы фермером стал, шааков разводил, коноплю какую набуанскую выращивал. А его в генералы да представители метят. Хатт. Да если сейчас нас разнесут, не будет он ни фермером, ни генералом, ни представителем, не будет вообще.

Вот на кого я сержусь, даже не так кого я откровенно ненавижу, это падлу Палпатина. Видит Сила, манипуляторы в тот раз чесались. В пятнадцати метрах, гаденыш, от меня стоял, когда три месяца назад, на Корусант улетал. Так хотелось вольфрамом нашпиговать!

Да, я теперь вооружен. Все же сделал себе «самопал». «ГОН-Р2-М1»[19] — назвал, в переводе: «Граната осколочная направленная разработки R-2 модификация 1». — Эту прелесть, я смастерил после того, как скачал из голонета старый учебник для горных инженеров, и установил повергший меня в шок факт: химический синтезатор, что установлен в механической мастерской дворца, не имеет ограничений по производству простых органических соединений. Что там говорить, я не мог поверить в подобное разгильдяйство, даже когда получил полтора кило чистого октогена. Он, видите ли, к спайсу не относится, в современном оружии не применяется, а значит это просто вещество, что ограниченно используется на шахтах и астероидных добывающих комплексах. А дальше все было просто. На местном аналоге станка с ЧПУ, изготовил восемь граненных изнутри стаканов диаметром 47 и длиной 110 миллиметров. Нарезал вольфрамовые шестигранные прутки толщиной 4 мм, что использовались в двигателях истребителей в качестве ионного поглотителя, в виде призмочек шестимиллиметровой длины. Из них склеил блок готовых поражающих элементов, проще говоря, осколков. Рассчитал и сформировал заряд, добавив в октоген 5 % пластификатора, и получив окфол. И выколупав из старого кресла-катапульты микродетонаторы, собрал восемь вундервафель, что я мог запускать из, опять же самодельной, пневмомортирки на дистанцию до ста метров, с подрывом за десять метров до цели. Что, в свою очередь, позволяет обрушить в круг диаметром четыре метра, девяносто один осколок, со скоростью в 1600 м/с, и энергией как у калашевской пули 7,62.

Уж не знаю насколько это было бы действенно против Лорда-ситха, но в коридоре дворца имевшем ширину чуть более трех метров, он бы точно уклониться не успел. А тяжесть ранений, что наносят осколки, движущиеся быстрее чем звук в воде, даже несмотря на их малые размеры, сопоставима с охотничьим жаканом.

Но я не имел права стрелять! Ведь есть еще Дарт Плэгос, есть очень опасный Дарт Молл, и самое главное, у галактики еще нет сильной армии. Да еще рядом с ним шла Падме, а я, хоть режьте, не могу стрелять в эту девочку, пусть и ради высшего блага.

Вообще, после отлета Пал Палыча, все и закрутилось. Мне, как стороннему наблюдателю, то что происходило между Набу и Торговой федерацией, более всего напоминало театр абсурда. Повышение транзитных пошлин за провоз товаров через сектор Чоммелл, возмущение этим фактом торгашей, встречные «предъявы» в судах и Сенате – выглядели логично, но. И вот это самое «но» и было главным. Какой, к ситхам, транзит!? Особенно, с учетом отдаленности Набу от основных гиперпространственных маршрутов и центра галактики. Ключ ко всему плазма. Огромное количество естественно ионизированного инертного газа, что заменял планете мантию – вот истинная причина войны. Федерации было мало одного Тидского плазмодобывающего комплекса, где они владели 60 % акций, да еще обязаны были платить налоги на недропользование, НДС, таможенный сбор, и, все ту же, транзитную пошлину, что в итоге «съедало» 45 % их прибыли. А с учетом того, что даже один существующий комплекс по добыче плазмы покрывал треть бюджета Набу, повод для начала войны был вполне весомый, хоть и нелицеприятный для торговцев. Так что они сослались на притеснение свободной торговли. Вот чувствую, происходи подобное в нашем мире, Госдеп уже бы выступил с заявлением «об отсутствии демократии, нарушениях прав гунганов и репрессиях против оппозиции на Набу».[20]

И вот, три недели назад Торговая федерация объявила Набу членом оси зл… то есть объявила о начале блокады Набу. А два дня назад, «очень умно» напав на джедаев, и уничтожив их корабль вместе с экипажем, поспешно ввела войска. Что, лично мне, еще раз доказало всю пагубность долгого мира для умственного развития отдельных личностей (не хочу тыкать манипулятором в Нута Ганрея). Нет, послов Сената он мог бы взрывать хоть по три раза на дню, ведь эта говорильня и так ничего не решала, но вот связываться с «мутным» джедайским орденом, который к тому же, в современной галактике, наиболее грозная военная сила, это чистой воды безумие. В чем я, благодаря сенсорам наружного наблюдения Джей, имел возможность убедиться лично. Расправа над сторожившими технарей и пилотов дроидами В-1 заняла у Оби-Вана и Квай-Гона две целых и триста восемьдесят восемь тысячных секунды, что меня действительно впечатлило, потому как они двигались, в среднем, втрое быстрее обычного человека.

Раскрылись створки шлюза, и мы выехали на обшивку яхты. Что ж, «Аве Амидала! Идущие на смерть, приветствуют тебя!»[21]

Вот R9 вспыхнул цветком раскаленной плазмы и расплавленного металла, и улетел в пустоту, даже не успев добраться до пробоины. На месте. Ситх, пробило энерговод. Так, обрезать поврежденный участок, есть… установить перемычку. Очередное попадание сбило B1. Вот, нас G8-R3 и двое осталось, эх, жаль, что толком не познакомились еще. Вспышка, и я остался один. Прощайте, братья, я вас не забуду, если, конечно, сам выберусь! Я приварил один конец перемычки. А в следующий миг отпрянул назад и в сторону, а на том месте, где только что была моя «голова» пространство прорезал красный сгусток плазмы. Не понял, это несуществующая жопа шалит, или Сила!? Ладно, потом разберемся. Заварить второй конец вставки. Вот, северный пушной зверек, я и не заметил, как на бинарном пищу в эфир на открытом канале «Варяг» вперемешку с матом. А ладно!

— Е***ь, и гремит, и грохочет кругом! В р*т пушек, шипенье снарядов! И стал наш, конем в з*д его, Набуан, подобен кромешному аду!

Да, блин, страшно! Но вот, что странно, какая-то дурь безбашенная накатила. Сцуко! Вспомнилось детство, весна на дворе, прадедушка в увешанном сверкающими на солнце наградами кителе: «…А в атаке, глузд напрочь сносит, и хоть страшно, хоть рядом хлопцев минами рвет, хоть пули да осколки свистят, а ты, все равно, как пьяный вперед бежишь. И одно лишь важно, об одном думаешь – нет, не живым остаться, а до назначенного рубежа дойти, да приказ выполнить…» Так, наложить изоляционный кожух. А это было близко… Заварить. И тут. Есть. Так, вот этот конец сюда. Прихватить сваркой, чтоб никуда от вибрации не делся – не контрогаеть же его под огнем.

— Не х**м, ни в ж**у, ни в р*т, где легли, во славу Республики ф**а, лишь волны морские прославят одни геройскую смерть астромеха! Джей, сцуко блестящая, врубай!

Пара следующих зарядов растеклась красно-фиолетовыми кляксами по поверхности щита, а я поплелся, даже не знаю, как такое возможно при езде на гусеницах в ступнях ног-опор, к шлюзу. Даже любоваться величественным зрелищем громады федовского транспорта, мимо которого мы проскочили, что называется, впритирку, сил не было. Я просто въехал в шлюз. К списку того, что я не мог делать в теле дроида, добавились еще две вещи: плакать и улыбаться. Ситх его, хотелось одновременно и плакать, вспоминая малышей астромехов, глядя на гарь и брызги расплавленного пластика, единственное что от них осталось, что покрывали мой корпус, и хотелось улыбаться, да хотелось даже техников этих расцеловать, ведь я остался жив. Ну и, впервые за те восемь месяцев, что я здесь захотелось закурить. Даже строчка из песни вспомнилась: «Ах, как сладок горящий табак, людям выжившим в танковом тире. Это общая наша судьба, под названьем Т-34»[22]. Но я теперь не человек, я дроид, а значит, и закурить не могу. Но я жив! И, да, я сегодня родился в рубашке!

Техники вокруг меня чуть хоровод водить не начали. И я их понимал. Они тоже выжили, во второй раз за сутки с того света вернулись. Счастливые и, одновременно, несчастные. Люди, не знающие что такое война, и не готовые к тому, что в какой-то момент она может прийти к ним в дом. Вспомнился бой за Тид. Да это и боем назвать было нельзя. Тысячи дроидов Торговой федерации, при поддержке техники, попросту задавили массой полторы сотни королевских гвардейцев и несколько сот полицейских, в кошмарном выносе мозга для любого, кто хоть бы в теории был знаком с тактикой городского боя.

Нет, я конечно понимаю причины, которые заставили техов, разработать для своих В1 подобную тактику, но принять не могу, хоть убей. Понимаю, что огневой бой это, в первую очередь, маневр огнем и маневр на местности, взаимодействие и отдельных бойцов в составе подразделения, и подразделений между собою, помноженные на разведку, управление и тыловое обеспечение, что не по силам обеспечить слабеньким компам четвертого класса, что установлены в бэ-первых. Это как фехтование, растянутое в пространстве, и разделенное между солдатами в подразделении, где индивидуальное мастерство подчинено общей эффективности и выполнению боевой задачи. «Холодное оружие честнее огнестрельного», «И ребенок может нажать на спуск», «Высокое искусство» – да, три раза ха-ха! Насмотрелся! Эх, десантуры на вас нет.

В отсек зашел капитан Панака. Все-таки прикольная у него форма, надень очки, точно «автомобилистъ» начала прошлого века выйдет.

— Ну что, герой, пошли. Тебя желает видеть королева Амидала.

Техники, весело мне улыбаясь, расступились. А я покатил за «начкаром», получать свою долю благодарности, в виде внепланового парко-хозяйственного дня в исполнении монаршей особы, а также теплых слов от ее подружки-служанки Сабе для себя, и страшной «мсти» для этой самой особы.

Кстати, у них там вообще нечто чуднóе образовалось, под вывеской «Королева Амидала со служанками». Даже и не поймешь, так сразу, что оно такое. Внешне, все благопристойно: королева правит, служанки ей прислуживают. А на деле: то ли теневое правительство, куда даже входила Эритае – лидер молодежного крыла оппозиции на прошедших выборах, то ли доморощенные телохранительницы-«двойники», то ли девичий кружок по интересам из подружек-ровесниц. И да, Панака их знатно натренировал – мол, не хочешь, твое величество, со сторожами-дуболомами за спиной, круглые сутки ходить – «учитесь военному делу настоящим образом»[23]. Уж лучше бы он с таким усердием для Набу нормальную армию подготовил. А девочки, что, рады стараться, хоть и пищали почище меня, особенно на тренировках по рукопашному. Сам видел, через камеры наблюдения в королевском парке.

Когда я заехал вслед за капитаном в королевские апартаменты, то честно порадовался отсутствию мимики у астромехов. Высокая компания точно бы обиделись на презрительно-ироничную улыбку. Как будто, даже в такой ситуации, нельзя отказаться от придворного этикета и театрального лицедейства. Пара гвардейцев по сторонам от входа, Сабе в королевских тряпках и «боевой раскраске Апачей» на троне, за спиной выстроились Падме и компания в смешных оранжево-красных «хиджабах», а перед ними наша парочка джедаев. И, ведь, не скажешь, что Амидала со служанками такие уж придворные куколки – вполне нормальные, для своего возраста, девочки. Чуть политико-общественно-ударенные, чуть серьезнее своих ровесниц, а так, девочки, как девочки – в меру веселые, в меру восторженные, в меру с «тараканами» в умненьких головках. И вот, в военное время, на корабле что чудом прорвался через планетарную блокаду, среди своих, такой цирк устроили.

— Ваше величество, разрешите, — поприветствовал «королеву» Панака.

— Это тот дроид, что спас жизни всех нас? — поинтересовалась Сабе.

— Совершенно верно, ваше величество. Этот астромеханический дроид, под огнем противника смог восстановить работу генератора щита. И не прекратил работу, даже когда остальные три дроида были уничтожены, а он сам рисковал в любой момент разделить их участь, — торжественно произнес Панака, а я даже смутился, какой я герой оказывается. — Более того, он выполнил достаточно сложную технологическую процедуру, фактически в одиночку, и в кратчайшие возможные сроки. По словам капитана Олие, включенный на полную мощность щит, за время нахождения корабля в непосредственной близости от станции Торговой федерации, поглотил более двадцати попаданий из плазменных орудий различных калибров, и был разряжен до 12 %. Что по оценке бортового компьютера, в три раза превышает конструкционный запас прочности яхты, в случае если бы она не была защищена дефлекторным щитом.

— То есть, вы хотите сказать – не восстанови этот маленький дроид щит, корабль был бы уничтожен? — резюмировала двойник королевы.

 Это блестяще сконструированный дроид, ваше величество, — ответил Панака, с таким видом, будто, как минимум, лично проектировал дроидов серии Р2. — Он, безусловно, спас и корабль, и наши жизни.

Сабе внимательно посмотрела на меня. И в ее взгляде промелькнуло узнавание. Еще бы, после того боя с работорговцами, мы с ней на пару два часа спидер драили, а потом уже она меня от болотной грязи очищала, отчего сама как свинюшка вымазалась. А в довершение всего, была луплена отцом – офицером дворцовой стражи, и к нам в ангар убежала, спрятаться и поплакать.

— Он достоин похвалы, — с легкой улыбкой произнесла она, а в глазах веселые чертики так и плясали. — Какой у него номер?

— R2-D2, вась-сиясь, — пискнул я, и видя непонимание на лицах окружающих, смачно выматерился.

И где, спрошивается, справедливость в жизни? Рискуй тут за них, чини после них, а они даже бинарный выучить не могут.

— R2-D2, королева, — ответил капитан-безопасник, стерев гарь с шильдика у меня на корпусе.

«Королева» протянула мне тонкую ухоженную ручку, словно для поцелуя. Я же, подъехав ближе, учтиво склонил корпус, и, подхватив ладошку клешней манипулятора, ткнулся в нее видеосенсором. А лапка-то у нее не шахтерская, сразу видно, что должность «служанки» в тидском дворце не подразумевает мытье полов и посуды – только дроидов, иногда.

— Спасибо тебе, R2-D2, ты очень смелый! — сказала она, чуть смутившись неожиданной галантности дроида.

— Да пожалуйста, — чирикнул я в ответ, и подмигнул подсветкой сенсора. Все же похвала была приятна.

— Падме! — «королева» оглянулась на стоящих за ее троном служанок.

Королева Набу, явно чувствуя назревающую «подляну», обреченно вышла вперед.

— Хорошо почисти этого дроида, — повелительным тоном, что абсолютно не вязался с довольной улыбкой, произнесла она. — Он это заслужил!

Ох, девочки, видать сильно вы перепугались, раз такой отходняк у вас после стресса, что на подколки друг над дружкой потянуло, в такой-то ситуации. Ну да ладно, все лучше чем втихаря в подушку плакать, в себе пережигать, или зубами в углу скрежетать. Да и Амидале всяко лучше каким-то делом заняться, и от паршивых мыслей отвлечься. Хатт, на девочке четырнадцатилетней ответственность за судьбу целой планеты лежит. Ей бы еще в куклы играть, да сериалы и певцов попсовых с подружками обсуждать, а не за шесть сотен тысяч людских жизней отвечать, и это не считая гунганов.

— Далее, капитан, — обратилась Сабе к Панаке, явно спеша выяснить все сложные вопросы, пока разобиженная «начальница» не ушла дроида чистить, свалив на нее всю полноту ответственности за принятие решений.

Да уж, не одну Падме тут подставили. Бедный Панака, эдак растерянно оглянулся на джедаев, и тяжело вздохнув, сказал:

— Ваше величество, мы направляемся на планету под названием Татуин.

Мужика понять было можно, ведь Татуин в галактике сейчас, это что-то вроде Южного Бутова или Люберцев в Москве в девяностые, а может и круче. И вот эти джедаи заставляют его тащить в эту дыру охраняемое лицо.

— Эта система не находится под контролем Федерации, — сказал Квай-Гон.

— В этом решении я не согласен с джедаями, — твердо заявил Панака. — Татуин – опасное место.

— Положитесь на мою интуицию, — подбодрил «королеву» джедай.

А та с мольбой во взгляде уставилась на Падме, которая явно наслаждалась растерянностью подруги, но потом сжалилась, кивком «маякнула»: «Принимай план». И развернувшись, пошла к дверям, а я покатился следом. Все же Джинн прав, Татуин сейчас единственная не подконтрольная торгашам система, до которой мы сумеем дотянуть с поврежденной системой охлаждения гипердрайва. Нет, мы, конечно, могли бы рискнуть, и прыгнуть в центральные миры, но мои программы оценивали шансы на успех подобной авантюры, аж в шесть процентов, с обязательным взрывным разрушением гипердрайва, который, кстати, отстрелить на Нубиане было довольно трудно. Так что я не стал этот вариант никому озвучивать. Тем более оставлять Милорда в рабстве никак нельзя!

Прежде чем за нами закрылись двери, я услышал, как Сабе сказала Квай-Гону:

— Хорошо. Поступайте, как считаете нужным.

Вот ведь, вроде и целая королева меня моет, и жив остался, но на душе хреново. Нет, если бы конечно Амидалу в дочкин костюмчик из шестого эпизода, где та в плену у Джаббы, нарядить – точно бы себя суперспорткаром из мужского журнала почувствовал. Блин. Блин. И отвлечься не выходит! Мысли всякие нехорошие в голову лезут. Кто бы мне раньше сказал, что у дроидов тоже посттравматический синдром бывает. Отключаю видеосенсор, а передо мной братишки-астромехи, что в пустоте сгорели, стоят. Вот ведь хатт, да что это такое!? Почему они погибли, а я остался? Я ведь знал, что произойдет. Мог их остановить… наверно. А они пошли, и дело свое до конца выполнили, хоть боялись. Я точно знаю. Ситх, да я их почти как людей, как детишек несмышленых воспринимать начал. И чем я лучше их? Умнее, может, душой человеческой обладаю – типа вершина эволюции сраной. А что дальше? Когда придется прямо на убой посылать? Война в галактике ведь неизбежна. И я от нее в стороне не останусь, совесть не позволит. Да уже не позволяет, ведь мог же уже сто раз сбежать.

Все хорошо, Эр-Второй, успокойся. Вон, Падме тоже сама не своя, «на автомате» меня тряпкой шурует, а мысли где-то далеко, видимо на Набу, с народом, который она оставила в такое время. Вот кто переживает. Ей, ведь, за все отвечать приходится. И где этот хаттов гунган? Где он шляется, когда поговорить просто надо, отвлечься?

Ладно, была, не была! Когда-то ведь надо начинать, тем более что, как гласит народная мудрость: «Спасение утопающих – дело рук самих утопающих!»

Я переключил вокодер в режим бейсик-мужской-один. И перекрестившись про себя, обратился к Падме:

— Вопрос: ваше величество, а зачем вам это… меня отмывать?

— R2, ты мне уже дважды жизнь спас, — продолжая меня скрести отозвалась она. — И называй меня Падме… Стоп, дроид, так ты на бейсике говорить можешь?

Ого, глазищи! Хоть в аниме снимай без грима.

— Подтверждаю. Мною был установлен вокодер от списанного дроида-секретаря. Причина – выход из строя штатного синтезатора бинарного языка, — выдал я заранее подготовленную легенду. — Просьба: Не сообщать ответственным за мое техническое состояние. Причина – нежелание снижения дополнительной функциональности при восстановлении штатной комплектации.

Фух, вот завернул. Аж самому себе поражаюсь!

— Не бойся Эр-два, я про это никому не скажу! Я же говорила, ты мне дважды жизнь спас, — поспешила заверить меня королева. — Бедненький, ты наверно поговорить хочешь!?

— Подтверждаю, — вот ведь юная Мать Тереза, даже дроидов жалеет.

— А о чем поговорить? Я ведь раньше с астромехами не разговаривала.

— Падме, поясните причину нарушения штатной субординации в структуре королевского двора, по которой вы и человек, женщина, имя: Сабе, произвели незадокументированную смену функциональных обязанностей?

Снова загнул. Бедная девочка аж шесть с четвертью секунды въезжала, чего я от нее хочу.

— Эр-два, ты хочешь знать, почему Сабе изображает королеву, а я служанку? — наконец спросила она.

— Подтверждаю.

— Понимаешь, дроид… А как тебя лучше называть?

— Астромеханический дроид R2-516-D2-001-89-11-SM, Имя R2D2, возможное зарезервированное голосовое обращение: Эрдваныч, — выдал я вариант погоняла для себя любимого. Ну не Асокиным же Эрдвашей называться – несолидно. Да и на бейсике, это имечко не звучит как разговорное отчество, что исключает лишний интерес с одной стороны, и дает более-менее нормальное имя с другой.

— Понимаешь, Эрдваныч, я королева, а значит, меня многие хотят убить. Вот мы со служанками иногда меняемся местами, чтоб меня отыскать труднее было, — я про себя усмехнулся, Падме разжевывает мне все как маленькому, а значит, подсознательно воспринимает меня как, своего рода, ребенка, и угрозы во мне не видит. Что и требовалось доказать.

Так мы и проговорили минут сорок. Я, честно, уже и забыл, как приятно просто поговорить с живым человеком. Если б еще не казенно-технический штиль, за которым приходилось следить, было бы вообще классно. Во всяком случае, что я, что Амидала, смогли отвлечься от тяжелых мыслей.

Наш разговор прервало появление гунгана.

— Перехожу на бинарный, в помещении посторонний, — сообщил я Падме, и уже на бинарном добавил. — Наконец-то явился!

Когда этот идиот, неожиданно высунул в дверь свою лопоухо-лупоглазую морду, даже я дернулся, хоть и, благодаря чувствительным сенсорам, заметил его приближение заранее. А вот бедная девочка, так увлеклась нашим разговором и процессом чистки, что аж вскрикнула от испуга.

— Идиот, — про себя вздохнув, бибикнул я. — Стучаться надо!

— Извиняй, — сокрушенно произнесло земноводное чучело. — Моя не хотеть никого пугать. Ты кто такой есть?

Падме очень мило заулыбалась. А я вспомнил армейский анекдот, где таким вот гунганам доходчиво объясняли, в чем разница между «джигытом с кынжалом» и «чуркой е**ной со штык-ножом».

— Все в порядке, — сказала она. — Заходи. Ты кто такой?

— Моя Джа-Джа Бинкс, — представился гунган.

— А я  Падме, — улыбнувшись ответила девочка. — Ты ведь гунган, верно? Как ты здесь оказался?

— Моя точно не знает, — печально произнес этот бедолага. — Тот день начинайся совсем хорошо. Моя просыпайся, мало-мало кушай своя завтрак. Тепло. Вкусно. Потом – бум! Машинки везде, все бежать. Я хватайся за джедай, машинки езди над наша, а наша идти под озеро. Моя совсем ничего не понимай. Бум – моя здеся.

Ну вот скажите, как на это чучело сердиться. Хорошо быть дюрасталевым – хоть икать от смеха не начнешь. Вот как Падме насмешил, девочка полчаса назад чуть на стенку от переживаний не лезла, а теперь сидит, весело и открыто улыбается. Все-таки, этому Джа-Дже в Сенате самое место, хоть не так уныло будет. А что не шибко умный, так, вон, такой же целых восемь лет самой богатой страной на Земле руководил, и ничего. Подумаешь, свою армию в две кровавые бойни втравил, да лепшего кореша под конкретную раздачу подставил.

Бинкс, присел на корточки возле нас, и с грустным выражением на морде пожаловался:

— Моя очень-очень пугайся.

Хорошо поговорили. Заодно Амидала гунгана запрягла помогать ей в нелегком деле моего мытья – сразу видно прирожденного эксплуататора, мироеда и морду дворянскую, как сказали бы революционные матросы. А я смог выяснить, за что Джа-Джу гунганы Босса Насса изгнали. Все оказалось крайне просто, и да, снова сказалось незнание в Далекой-далекой опыта Советской Армии. Джа-Джу, Босс Насс додумался на собственной подводной яхте двигателистом-аккумуляторщиком поставить. Итог закономерен: Бинкс один-единственный раз забыл просушить пузыри-аккумуляторы для удержания плазмы, перед их заправкой. Что произошло, когда плазма с температурой в несколько сот тысяч градусов Кельвина, соприкоснулась с несколькими литрами воды, я думаю понятно. Интересно, как он сам выжил? Хотя, дуракам везет.

А спустя несколько часов мы, силами техников и Оби-Вана потушив небольшой пожар в окончательно «сдохшем» гипердрайве, прибыли на Татуин. Не знаю как у кого, но мою звездновойнскую душу щемило, в ожидании того момента, когда мои опоры коснутся выжженного песка этой легендарной галактической клоаки, и я лично увижу будущего Лорда Вейдера.

Глава 4

Ах, Татуин, святая для каждого истинного ЗВ-шника земля. Выжженные двойной звездой Тату пески и скалы, не знающие дождя. Бездна пронизанных светом небес над бескрайним простором дикой всепланетной пустыни, ставшей домом для кочевников тускенов и торговцев джав. И затерянные в жарком мареве редкие города и влагодобывающие фермы. Место, где пересекались судьбы тех, кто творил историю галактики, где жили, живут или возможно будут жить Энакин и Люк Скайуокеры, Оби-Ван Кеноби, Ассаж Вентресс, Ора Синг, Боба Фетт, Джабба Хатт, братуха С3-РО и over 9000 другого народу, что так или иначе отметился в этой самой истории.

Меся гусянками опор белый песок татуинской пустыни, рядом с Квай-Гоном, Амидалой и Джа-Джей, направляясь в Мос Эспа, к лавке Уотто, где работал маленький мальчик Энакин Скайуокер, пока раб, а в будущем рыцарь джедай и Лорд Вейдер, я не мог поверить, что это происходит со мной. Казалось бы, я уже восемь месяцев в этом мире, успел худо-бедно обосноваться в теле самого Эр-два, и даже поучаствовать в боях, а поди ж ты. Есть нечто магическое в этой жаркой планете, где правит закон сильного, где жизнь разумного существа стоит не больше заряда плазмы для бластера, где нищета и рабство, грязь и пыль, соседствуют с космическими кораблями и звенящей аркой лазерного меча. И все это Татуин – планета, ставшая пристанищем для всевозможных преступников, наемников, контрабандистов и торговцев, порт назначения, дом вдали от дома, сверкающий, одинокий… Так, стоп, Эрдваныч! Это уже из другой космооперы.

Все же хорошо быть дроидом-астромехом. Песок, пыль и жара не причиняют мне ни малейших неудобств, ведь таких как я разрабатывали для работы на кораблях и в открытом космосе. Эксплуатационные температуры от -200° до +150 °C, корпус VDP-98 или, по-нашему IP-67, во взрывозащищенном исполнении с возможностью опционной установки системы полной водонепроницаемости, для нас не роскошь, а необходимость. Что мне какие-то плюс сорок три. Квай-Гону тоже хорошо. Им, джедаям, Силой защищаться от нагрева жизненно необходимо, учитывая то что при резке различных предметов световым мечом, тепловое излучение получается знатное, круче чем в литейном цеху. А бедные Падме и Джа-Джа от жары сильно страдают. Особенно девочку жалко, не ноет, не жалуется, в отличие от некоторых, но видно, держится чисто на характере. Да, Татуин это не Набу, с мягким, практически средиземноморским климатом.

А с другой стороны, сама виновата. Раз напросилась – терпи. Вот что значит королева, Панакой только так вертит. При том, что тот от посещения Татуина, да и от самих джедаев, явно не в восторге. Это надо уметь, убедить начальника охраны, который имеет полное право, согласно инструкции, не пустить ее в потенциально опасное место, не просто отпустить ее с джедаем, а еще и заставить настоять на этом в разговоре с Квай-Гоном. Зато актриса из нее не важная, как говорил Глеб Жеглов из «Места встречи»: «Да у тебя девять классов на лбу написано!» С таким достоинством ходить в крестьянской одежде на солнцепеке, это больше анекдоты про Штирлица напоминает. Хоть одежка и стопроцентно аутентичная, вот только набуанская, а здесь на Татуине, она выглядит как сарафан с кокошником в американской глубинке.

Хотя, в плане маскировки, мы тут все жестоко палимся. Что джедай – фигура, плавные движения, взгляд сразу выдают бойца – никак не фермера. Что земноводный гунган в пустыне. Что свеженачищенный дроид-астромех, который тут примерно как открытый кабриолет зимой в Москве.

Вот наконец и Мос Эспа. Как хорошо, что я обоняние отключить могу, или как сейчас, вывести данные газоанализаторов в виде таблицы в углу поля зрения – запашок тут, однако. Помойка, она и в далекой галактике помойка. Бедно местные живут, что особенно бросается в глаза после великолепия набуанской столицы. Глинобитные дувалы, скотина на улицах и убогие лотки с навесами из драной мешковины над всяким хламом выставленным на продажу. Еще бы бородатых дядек с калашами, и можно было бы подумать, что мы попали куда-то в Афганистан, Пакистан или Иран. И только народ на улицах ясно свидетельствовал, что мы все же на планете, имеющей связи со сверхцивилизацией, что охватывает две трети галактики.

Каких разумных тут только не было. Да я за все время, что живу в этом мире, не видел такого количества рас и видов, как за пять минут пребывания в этом городе. Большую часть, я и опознать не мог. Кроме органиков-разумных, на улицах было море домашней, в основном гужевой скотины, а также дроиды различных типов, от «доисторических» коллег серии Т, и старинных протокольщиков 3РО-серии, до совсем новых Эр-четвертых и неких суровых «машинков», коих заподозрить в мирной профессии было решительно невозможно. Ну, про разную сервисно-ремонтную мелочь, вроде DUM-серии я вообще молчу. И всех этих моих металлических «родичей» объединяла одна общая черта – абсолютная убитость. Такое впечатление, что их ремонтом и техническим обслуживанием, если и занимались, то только после полного выхода из строя.

— Ай, липкая бяка! — возмущенный крик Джа-Джи отвлек меня от созерцания местных достопримечательностей.

Вот ведь, идиотский гунган, в прямом смысле слова влез в пуду. Это, кстати, тоже умудриться надо, ведь на улицах, несмотря на обилие живности залежи говен отсутствуют, в чем несомненная заслуга дроидов-уборщиков, которые буквально набрасываются на любой мусор, что оказался на дороге. Эх, если бы они еще его в ближайшую подворотню бы не скидывали. И дело, как я подозревал, тут не в желании содержать родной город в чистоте, а в банальном способе заработать. Ведь как только очередной дроид подбирал на дороге нечто, к нему сразу же бросался кто-то из местных беспризорных мальчишек, воскрешая в моей памяти выражения: «деньги не пахнут», и «что упало – то пропало».

А я прибавил скорости следуя позади нашей троицы, по ходу дела присматривая за гунганом, чтоб он снова куда-то не влез. И слушал, при помощи направленного микрофона, занимательный рассказ Квай-Гона про быт Татуина. Повествование было очень интересным и познавательным даже для меня, ибо канон каноном, а местные реалии из первых рук, как ни крути, точнее. Падме, кстати тоже слушала джедая очень внимательно, да еще и с интересом вертела головой по сторонам – все ей было ново, все интересно. Поразительная девчонка, вот скажите: как можно одновременно разбираться в политике, экономике и государственном управлении, и не иметь представления о таких элементарных вещах, как адиабатная добыча влаги из воздуха, или получение прибыли от игорного бизнеса и работорговли? Или это я всех по себе меряю?

Кстати на Амидалу народ внимание обращал постоянно, причем нехорошо так обращал. Будь тут полноценный Вейдер, думаю, пары грузовиков для вывоза трупов с раздавленными шеями, точно бы не хватило. Одна женщина даже поинтересовалась у Квай-Гона, сколько тот хочет за то, чтоб ее продать. Все же джедайская выдержка поражает, я бы на его месте, точно бы не удержался – по зубам съездил. Тот же, вместо мордобоя, культурно ей наплел, что девочка-де собственность хаттов, и если вы желаете… Ах, нет. Тогда извините.

Вот народ! Я понимаю Амидала спортсменка, набуанка и просто красавица. Даже гунган… ну ведь всякие представители меньшинств, как их в Европе называют, бывают. Но эти джавы вконец оборзели!

Ко мне подошло четверо детей поро… то есть, пустыни, с явным намерением меня прихватизировать.

— Господа, я астродроид Пржевальского[24], не будете ли вы так любезны, пойти нах… — обратился я к ним на бейсике.

Понятливые ребята! И явно умеют телепортироваться – мгновенно исчезли. Правду говорят, что добрым словом, в сочетании с неведомой пушкой калибра 47мм и фузионным резаком включенным на полную мощность, можно добиться очень многого.

Я быстро оглянулся по сторонам, чтоб удостовериться, что на мои фокусы никто внимания не обратил. Вроде пронесло. Местные тут, явно, и не такое видели, да и на разборки каких-то джав с дроидом им, по сути, плевать. Они бы и на трупы, скорее всего, внимание обратили бы лишь в меру возможностей для мародерства. А джедай, с королевой и гунганом были заняты изучением одного из магазинчиков, у стены которого были сложены различные запчасти от техники. И если я хоть что-нибудь понимаю, это и есть «Моссадторг» Уотто, где трудится раб по имени Энакин Скайуокер – пока еще просто чувствительный к Силе маленький мальчик, что любит свою маму, обожает копаться в железе, и мечтает стать пилотом, и побывать на всех-всех планетах галактики.

Догнав нашу компанию возле входа в магазин, я пристроившись следом за Бинксом, въехал внутрь помещения, где громоздились просто кучи различного металлолома. Вдоль стен вперемешку стояли деактивированные дроиды и стеллажи с различным хламом, что представлял определенную ценность, а остальной металл попросту был свален в кучи около них. Детали в живописном беспорядке лежали даже на каменном столе, что сочетал в себе функции прилавка, верстака и дополнительной полки. Из-за которого и вылетел весьма упитанный тойдарианец Уотто, напоминающий комара-переростка, скрещенного с Карлсоном, который таки живет на крыше где-то в Бердичеве.

— Вооба донольа! — хрипло произнес он. — Хи чубба да наго?

— Таки, в оба и наливай. И не надо нам твоего чупа-чупса! — пискнул я в ответ, честно, ни фига не понял.

Джедай, видимо понял не больше моего, но исходя из ситуации, спросил на бейсике:

— Нужны запчасти для яхты класса «Нубиан»?

— Ах! Да! «Нубиан», — сразу же вспомнив, что незнание языка освобождает от гешефтов, откликнулся тойдарианец. — У нас их много! А это еще кто?

Последняя фраза, очевидно, относилась к гунгану, который поспешил спрятаться за спиной Квай-Гона.

— Никогда не задумывался, — чтобы не устраивать лекцию по экзобиологии и антропологии, джедай решил прикинуться дурачком. — Так вы можете нам помочь, или нет?

— Можете вы заплатить мне, или нет, вот в чем вопрос? — нагло заявил этот «Шекспир» местного разлива.

Нет, я понимаю, что вид у нас не шибко платежеспособный. Но зачем так пренебрежительно относиться к потенциальным клиентам, особенно когда сам морду побрить не можешь. Все-таки стоило предложить народу, забрать у пилотов и техников красные и желтые штаны – может больше бы уважения проявил, а так мы даже на Пацаков не тянем, и кацэ по определению не имеем.

— Ладно, что нужно конкретно, а, «Фермер»? — соблаговолил наконец поинтересоваться Уотто, выделив интонацией слово «Фермер».

— Список на дисплее моего дроида, — ответил Квай-Гон.

А я, подъехав поближе, продемонстрировал торговцу голограмму-разрез, а затем взрыв-схему и спецификацию дополнительных и расходных материалов на «Генератор гиперпространственного фазового перехода типа Т-14».

— Пведункель! Наба дев унко! — завопил тойдарианец, едва взглянув на голограмму.

Спустя пару секунд, через двери, ведущие на свалку в которую был превращен дворик за зданием магазина, вбежал Энакин Скайуокер. А я включил в этот момент, правда только для себя, торжественную мелодию «Имперского Марша». Да, мальчик, учиться тебе еще и учиться. Нет, чтоб чинно войти чеканя шаг, и сходу придушить Силой наглого торговчика, а нас заставить на колено опуститься – вбегаешь весело и беззаботно. Ситх, и вот как из этого мальца Милорд Вейдер получился!?

— И что так долго? — раздраженно спросил его Уотто.

«Ты б его таким тоном лет через двадцать поспрошал», — подумал я. Ну не люблю я торгашей, особенно тех, что детей эксплуатируют. Хоть к рабству спокойно отношусь. Потому как у взрослого человека, пусть и раба, выбор всегда есть, пусть даже второй вариант это смерть. Тем более умереть можно и красиво. Но когда ребенка в рабстве держат… Нет не по мне это.

— Мел тасс чо-пас кее! — затараторил в ответ мальчишка.

И не обращая особого внимания на слова Уотто о том, что надо присмотреть за лавкой, он влез на стол-верстак, и стал с интересом нас рассматривать, особое внимание уделяя Падме. Правильно, собственно, нормальный парень растет. Обычный нормальный мальчишка. Голубоглазый, с растрепанными волосами, в домотканого вида подобии кимоно, как у любителей единоборств, только худой и чумазый. Он прям так и лучился любопытством и детской непосредственностью.

А торгаш, тем временем развернулся к выходу во дворик, и, обращаясь к джедаю, позвал:

— Пойдем на склад. Там вы найдете все, что вам надо.

Квай-Гон отправился следом за ним, чуть задержавшись, чтоб отобрать какую-то деталь, которую Джа-Джа успел таки схватить своими загребущими лапами.

— Ничего здесь не трогай! — строго приказал он гунгану.

На что тот, когда джедай отвернулся, скорчил смешную рожу и показал тонкий полуметровый язык – блин, дите двадцатилетнее.

— Не вздумай тут ничего красть, Джа-Джа! Мигом спалишься. А кто платить будет!? — грозно пропищал я на земноводного. И пусть из присутствующих меня, вроде бы, понял только Энакин, но буду надеяться, что хоть интонацией смогу заставить нашего лопоухого товарища отказаться от мыслей, чего нибудь скомуниздить.

Ну вот, ступеньки. Сила! Блин, приоритет модернизации, теперь однозначно репульсоры, или хоть бы канонный джетпак. И без щита от дроидеки обойдусь. Но чтоб я еще так мучался и позорился преодолевая препятствие из пяти невысоких ступенек! Фух, выбрался! Хорошо, хоть в большинстве цивилизованных миров для дроидов существуют специальные пандусы.

Кстати об апгрейде, надо бы еще ремонтные базы прикупить, как деньгами разживусь. А то, среди этих куч техники, я только четверть деталей опознать могу – непорядок. Да только одна беда, стоят они просто неприлично много. Так, если моя текущая «ремонтник 3-го уровня» стоит 750 кредитов, то следующая «уровень четыре» уже две тысячи, а максимальная для моего процессора – «Инженерно-конструкторская уровня 3+» – страшно представить, триста пятьдесят тысяч. А есть еще базы ИнКо, вплоть до восьмого уровня с ценой в сотни лимонов. Таких, аж две штуки, недавно кореллианцы для своих верфей купили. Или, вон, в прошлом году БиоИнж 7, за 180 миллионов купил неизвестный заказчик. И почему я не хочу манипулятором в сторону Камино тыкать?

«Склад» запчастей этого Уотто более всего напоминал помесь свалки с пунктом приема металлолома, вроде того куда меня, еще в прошлой жизни, возили на «опознание трансформатора» районные менты, когда местные алконавты из соседнего села, у нас выведенный в ремонт трансформатор для собственных нужд уперли. Вокруг гор разномастного хлама суетились полдюжины видавших виды дроидов, а в дальнем углу возвышалась куча уже откровенной некондиции, которую составляли агрегаты, что были выброшены на свалку еще, эдак, во времена Бесконечной Империи Раката. И среди этих отбросов, я сразу углядел искомый Т-14. «И вот это он нам хочет впарить!» — было моей первой мыслью. Трудно поверить, что кто-то может быть настолько идиотом. Это надо додуматься хранить такой сложный точный прибор как гипердрайв под открытым небом!

— Вам повезло! Генератор Т-14. Такой есть только у меня!

— И у Майкла Джексона, — не сдержал я писка, за что был вознагражден растерянностью, что отразилась на морде тойдарианца. Бедняга пытался прикинуть, кто такой этот Джексон, и почему он о нем не знает.[25]

— Но вы могли бы купить новый корабль. Оно бы вам дешевле вышло, — продолжал меж тем хозяин магазинчика. — И, кстати, если уже речь зашла о финансах, то чем вы собираетесь платить, а?

— У меня есть республиканские датари, — рискнул предложить Квай-Гон.

Ох, идиот! Это кто ж в о хаттов только с кредитами лезет!? Тут ведь проблема в чем, кредиты эти, хоть и называются республиканскими, по факту мунские, точнее мунских Банковских Кланов. И в галактике занимают ту же экономическую нишу, что и американский доллар в нашем мире – необеспеченных ничем фантиков, которые, тем не менее, все договорились считать деньгами, и которые приносят нехилый профит своим хозяевам. Что проще, нужны деньги – напечатай сколько нужно, и плевать что государственный долг в разы превосходит валовой внутренний продукт, а дефицит бюджета, по всем законам экономики, уже должен вызвать гиперинфляцию. Все равно, платишь не ты – за тебя платят другие. Вот только хатты делиться своими прибылями с мунами не пожелали, а ввели двадцатипроцентную комиссию на все операции с республиканскими кредитами, кроме азартных игр и расчетов за спайс, которые составляют государственную монополию у червяков. Возьми сейчас Уотто плату динариями, и ему останется, либо закупать на них товары за пределами а хаттов, с выплатой ввозной пошлины, или платой контрабандистам, что рискованно, либо обращаться в банк, а это кроме двадцати процентов комиссии, повлечет платы за НДС, лицензии, разрешение на коммерческую деятельность, и т. д., и, следовательно, дарение от половины до двух третей денег «чужому дяде». Понятно отчего тойдарианца аж перекосило.

— Нет! Республиканские!? Эти кредиты здесь не ходят. Мне нужно что-нибудь понадежнее!

— У меня больше ничего нет. Вы примете эти кредиты, — уверенно произнес джедай, проводя рукой перед лицом торговца.

— Нет, не приму! — фокус с Силой не удался.

— А я говорю, примите! — вновь, чуть раздраженно, произнес Квай-Гон, и снова провел рукой.

— Нет, не приму! — крикнул в ответ Уотто. — И что это вы руками размахались словно джедай какой-то? Я тойдарианец, и на нас всякие джедайские штучки не действуют – только деньги!

«Все-таки ситские "штучки" в этом плане лучше. Удушение или молнии Силы действуют на всех без исключения!» — подумал я. Надо же так бездарно к миссии подготовиться, чтобы денежных знаков одного из крупнейших, соседних с районом операции государств у оперативников не было. Вот, даже у меня на семь сотен кредитов «фишек», правда виртуальных, «Счастливого тускена» припасено. Но пусть не надеются, что я им их дам! Во-первых, Энакин должен в гонках Бунта-Ив победить, и завоевать себе свободу. Во-вторых, я на его победе заработать планирую. А самое главное, что моих кровных все равно на гипердрайв не хватит.

— Нет денег – нет запчастей – нет сделки! — все больше себя накручивая, кричал торговец. — А гипердрайва Т-14 больше ни у кого нет!

Не слушая дальше причитания этого чучела, Квай-Гон развернулся на месте, и направился к выходу, я покатил за ним следом.

— Джа-Джа! — прикрикнул джедай на жонглирующего тремя, явно, ценными и хрупкими деталями гунгана, и, не обращая внимания на будущую чету Скайуокеров, что только закончили обзывать друг друга рабами и ангелами, буркнул. — Мы уходим!

— Я рада знакомству, Энакин! — попрощалась с мальчиком Падме.

— И я рад был познакомиться! — отозвался он.

А я смог запрыгнуть на ступеньки с разбега. Правда чуть не упал, но все же, налицо явный прогресс! Все равно, надо что-то с проходимостью делать.

— Подождите меня минутку, — сказал джедай отходя в темный проулок между домами.

И если я догадывался, что он хочет связаться с Оби-Ваном, для уточнения перспектив продажи «царских шмоток», то Падме очень мило покраснела и смущенно отвернулась, а гунган начал канючить, и прямо заявил, что он не может терпеть эту жару, и ждать пока кое-кто будет ходить отливать, за что удостоился от меня тычка манипулятором.

— Больно! Зачем пихаться, глупый машинка! — возмутился он. — Моя от этой жара скоро килдык…

А спустя пару минут из проулка вышел Квай-Гон, чье выражение лица явственно свидетельствовало о том, что он там, во-первых, не отливал, а во-вторых, о том что запасов на яхте, в случае их продажи, на покупку генератора не хватит.

— Пошли. Посмотрим, может гипердрайв отыщется у других торговцев, — без всякого оптимизма произнес он.

— Моя не согласен! — вновь расхныкался Джа-Джа. — Здесь все без мозгов. Нас грабить и убивай!

— Не обязательно, — печально сказал джедай, явно размышляя по поводу того, как сделать тому тот самый «убивай». — У нас ничего нет. В этом-то и проблема…

— Жаль, за гунгана много не дадут, — пискнул я, пристраиваясь в хвост нашей маленькой процессии.

В бесплодных поисках Т-14, мы пробродили по Мос Эспа еще полтора часа, посетив пяток лавок торгующих запчастями к звездолетам. Органики, включая даже джедая, вконец вымотались и потеряли бдительность. Так, нашего юного Милорда, я срисовал еще полчаса назад. Мальчик шел за нами во все глаза глядя на Амидалу, и лишь иногда обращал внимание на гунгана, когда тот вновь начинал жаловаться, или попадал в очередную неприятность. Но, что гораздо хуже, от этих блужданий по городу, я и сам упустил момент когда Джа-Джа отстал от нашей компании, и ловко стрельнув языком, попытался стянуть тушку какой-то копченой жабы, что висела под навесом уличного торговца. Вот только фокус не удался, тушка оказалась прочно закреплена леской за поперечину навеса. Аж ностальгия проснулась, так гунган в этот момент напоминал окуня заглотавшего живца.

— Подсекай! Подсекай, раззява! Сорвется же! — не удержавшись пропищал я, толстому рогато-зубастому торговцу незнакомой мне расы, одетому в засаленную рубашку и передник.

Тот, что понятно, моим советам не внял, и начал что-то орать на хаттском бедному гунгану, что отчаянно трепыхаясь, пытался освободиться из ловушки. И после очередного рывка это ему удалось. Тушка вылетела из пасти, и порвав леску, по баллистической траектории, с феноменальной точностью, полетела прямо в миску обедающего в компании двоих приятелей дага. Который, весьма обиделся из-за залившего его с рук до головы супа, и без лишних разговоров повалил Джа-Джу на песок, и ухватив за шею ного-рукой, собрался доходчиво объяснить ему, что он заблуждается, и что его философско-мировоззренческая система ценностей в корне неверна.

Гунгана, от неминуемой расправы, как и должно было быть, спас вовремя подоспевший Скайуокер, который наплел Сибульбе сказок на тему: «эта шестерка ходит под Солнцевскими», и «братва, в случае чего, за него подписаться обещалась». Уж не знаю, поверил ли даг, я ведь хаттского не знаю, но рисковать не захотел, здраво рассудив, что копченая тушка в руках лучше, чем возможный разговор с местными «смотрящими». А тут и мы с Квай-Гоном и Амидалой подоспели.

— Привет, — поздоровался с нами Энакин.

— Здравствуй, — ответил джедай, помогая Джа-Дже подняться.

— Вашего друга, чуть по стенке не размазали, — принялся объяснять мальчик. — Он полез в драку с очень опасным дагом по имени Сибульба.

— Моя не люби драться! Моя такого никогда не надо! — жалостливо отозвался гунган.

— Тем не менее мальчик спас тебя от побоев. У тебя просто дар попадать в неприятности, — отчитал его Квай-Гон, и, повернувшись к Энакину, сказал. — Благодарю тебя, мой юный друг!

— Но моя ничего не делай! — оправдывался Бинкс.

— Кроме того, что попытался украсть жабью тушку, разозлил дага и даже не попытался защититься, когда он стал тебя бить, — сказал я на бинарном.

— Правильно! — подхватил малыш. — Ты испугался. Будешь меньше бояться, и тебе сразу станет легче!

Вот, блин, забыл что Скайуокер по бинарному шпрехает.

— А сам-то ты пробовал? — скептически хмыкнув, спросила Падме.

— Пробовал, — чуть смутившись ответил Энакин. — Ну… Не всегда удачно.

«Ага, значит будущий Рыцарь Без Страха, где-то уже имел неосторожность страх потерять», — весело подумал я, да и джедай от души рассмеялся. А девочка, тем временем, стала озираться по сторонам, с тоской задерживая взгляд на лотках со всевозможной снедью. Еще бы, она, видать, уже больше суток ничего не ела. Вторжение, плен, затем бегство с захваченной планеты и, наконец, прогулка по Татуину. Я, честно признаться, позавидовал ее выдержке – в своем старом теле, на ее месте, точно кого-нибудь убил и схарчил, или, как минимум, слюной бы подавился.

— Падме, а хочешь плодов палли? Они вкусные, — также заметив голодный взгляд своего «ангела», спросил малыш Скайуокер. — Очень!

Мне-то простительно такое не замечать, я все же дюрасталевый, да и налички не имею, а вот джедай вопрос явно про… зевал. Вон как смутился.

— Моя хотеть вкусные палли! — влез гунган.

— Ты уже вкусных люлей схавал! — бибикнул я, что вызвало у Энакина приступ смеха, глядя на который заулыбалась и Падме.

Подойдя к древней старухе, что на углу площади торговала фруктами, мальчик, за три монеты и обещание починить вентилятор, купил у нее четыре местные «хурмы». Которые джедай сразу спрятал в поясную сумку, сказав что он очень не рекомендует есть их немытыми. Что, в принципе было правильно, учитываю бомжеватый вид старушки. А вот светить светошашку не стоило, вон как у Энакина глаза загорелись. Впрочем, он сразу отвлекся на торговку, которая со стоном начала растирать себе плечи.

— Тетя Джира, вам плохо? — обеспокоено спросил мальчик.

— Кости ломит, — пожаловалась та. — Скоро начнется буря, Эни. Беги-ка домой.

Все взглянули на небо, а я наконец обратил внимание на показания барометра, которые за последние полчаса упали на семь килопаскалей. Да и содержание мелкодисперсной песчаной пыли в воздухе выросло почти втрое. А минуту спустя, резкий порыв горячего ветра заставил органиков пригнуть головы и закрыть глаза.

— Вам есть где укрыться? — спросил Квай-Гона Энакин.

— Мы вернемся к себе на корабль.

— Ваш корабль, — переспросил мальчик. — А он далеко?

— За окраиной города, — ответила Падме, прячась от летящего песка под мышкой у джедая.

— Нет, не успеете, — прикинув что-то в уме, уверенно сказал он. — Песчаные бури на Татуине очень опасны!

Скайуокер, помедлив пару секунд, и обдумав, что ему будет если он притащит домой этих чужаков, предложил:

— А пойдемте ко мне домой. Тут недалеко. Мама будет рада вас принять… Наверное.

Квай-Гон кивнул, и мы всей компанией отправились следом за мальчиком. Посмотрим, как живут будущие Лорды Ситы и главнокомандующие армией Галактической Империи.

Да уж, так бы мы до Джей точно бы не дошли. Уже спустя каких-то пятнадцать минут Мос Эспа заволокло пыльным маревом, а видимость снизилась метров до двадцати. И если мне пыль не особо и мешала, да и сенсоры в режиме миллиметровой радиолокации и тепловизор давали отличный обзор, то люди и гунган шли, что называется, на ощупь. В первую очередь из-за забивающего глаза песка. Улицы почти совсем опустели, и лишь отдельные прохожие спешили укрыться от разбушевавшейся стихии в своих домах. Но вот и мы добрались до места назначения, то есть рабского дома, одного из многих таких в городе. Эни наощупь открыл дверь, и мы все ввалились в прихожую невероятно обрадованные наличию двери, что отделила нас от происходящего снаружи.

— Мам, я дома! — крикнул с порога Энакин.

А я тем временем осмотрел рабские хоромы. Неплохо живут рабы в галактике. Мы, свободные пролетарии в стране победившего социализма, жили ненамного лучше. Помещение, разделенное стенами из известняка на три комнаты и небольшой коридор, по данным сенсоров имело площадь тридцать пять квадратных метров – как двушка в хрущевке. И хоть пол и стены не имели декоративного покрытия, в доме было чисто, уютно и светло. Присутствовала вполне обычная, хоть и частью явно самодельная мебель, и довольно много всевозможных бытовых приборов.

Вот и Шми Скайуокер. Из комнаты навстречу нам вышла женщина лет сорока.

— Мама, это мои друзья Падме, Джа-Джа, и… Ой, — начавший представлять радостный Энакин смутился, поняв, что не знает как зовут остальных.

Джедай аккуратно отстранил мальчика в сторону, и вышел вперед:

— Мое имя Квай-Гон Джинн, ваш сын был так любезен, что предложил укрыться от бури у него дома.

— А мое Эр-Два Дэ-Два, — больше ради Эни, который единственный из всех понимал бинарный, отрекомендовался я. — Астромеханический дроид серии Р-2, пилот-истребитель и штурман-навигатор.

— Круто! — восхищенно сказал малыш Скайуокер, а Шми обвела нас хмурым взглядом.

Под этим взглядом Падме и Джа-Джа стушевались и непроизвольно спрятались за спину джедая.

— Эни, как это все понимать? Кто эти люди? — строго спросила она.

Но тот очень технично выполнил маневр тактического отступления, прихватив за руку Амидалу, и подмигнув мне позвал:

— Эй, Эр-Два, пошли я тебе кое-что покажу!

И я поехал вслед за ними в соседнюю комнату, оставив Квай-Гона разбираться с рассерженной Шми. Он все же джедай, а значит профессиональный миротворец – ему и флаг в руки!

Въехав в комнату, что по всей видимости, служила Энакину домашней мастерской, я, честно говоря, был поражен. Все-таки джедаи с Сенатом не сильно ошибутся назначив его генералом, я бы даже сказал, его следовало бы назначить генерал-лейтенантом, или вообще генерал-полковником, только с совсем маленькими звездочками[26]. И это каморка раба! Да в этой комнате различных ценных деталей было не меньше чем в лавке Уотто. Возможно, конечно, я преувеличиваю, но…

Мальчик, тем временем, подошел к верстаку, и сдернув с него покрывало, явил нам дроида серии 3РО со снятым покрытием корпуса.

— Правда хорош? Только я его еще не доделал.

— Замечательно! — улыбнулась Падме.

— Он и правда тебе нравится? — переспросил он, и с гордым видом пояснил. — Это протокольный дроид, я собрал его в помощь маме. Смотри!

Скайуокер нажал на тумблер включения питания на шее дроида, и отступил на шаг назад. А дроид зашевелился и сел вращая головой. И озадаченно спросил:

— А ку-да все поде-вались?

— Упс! — Энакин подхватив со стола оптический сенсор, и вставил его в голову дроида.

— Я С-3РО, дроид для осуществления коммуникации между людьми и дроидами, а также представителями нечеловеческих рас. Чем могу быть полезен?

Глава 5

Из личного архива профессора Королевского Университета Набу

Доктора исторических наук Кальмиуса Фиста.

Капитан Набуанской Королевской Гвардии С-3РО. 47 GrS

«О событиях, связанных с пребыванием на пл. Татуин королевы Набу Падме Амидалы Наберри, и будущего генерала-дроида R2-D2»

— Что вы, сэр. Вы смущаете меня! Какой из меня герой!? Вот мой сумасшедший маленький друг Эрдваныч – настоящий герой. А я просто протокольный дроид С-3РО, дроид для осуществления коммуникации между людьми и дроидами, а также представителями нечеловеческих рас.

— Для меня радость поговорить со столь образованным человеком. Однако же мои заслуги в данном случае очень сомнительны. И да, именно так я представился Ее Величеству Амидале и рыцарю джедаю Квай-Гону Джинну в день нашего знакомства. Нет, конечно же я не знал кто передо мной. Ее Величество и джедай прибыли на Татуин инкогнито, спасаясь от Торговой федерации. Им требовался новый гипердрайв взамен вышедшего из строя, после того как эти невоспитанные безносые органики неймодианцы обстреляли королевскую яхту. Да, я точно помню каждую деталь той встречи. Как я уже сообщал, я протокольный дроид, и сохранение всей информации о встречах и переговорах хозяина, является одной из основных моих функций.

Мастер Энакин, мой создатель, активировал меня в тот день в 16–48 по местному времени Мос Эспа. Нет, я не знаю текущего общегалактического времени, для уточнения этого вопроса вам следует обратиться к Р2, я все-таки не астромеханический дроид…

— Эй ты, глупая, бесполезная жестянка, а ну разверни вазу с цветком соксо на шесть градусов двадцать семь минут вправо! Это же зал «Королевских Приемов», а не кантина на нижних уровнях Корусанта! Простите, сэр. Так, о чем это я? Ах, да!

Когда меня в тот день активировал мастер Энакин, моя сборка не была еще завершена. Даже оптический сенсор не был подключен, что уж говорить про отсутствие защитного покрытия корпуса и неоткалиброванные приводы ног. Но работу сенсоров удалось быстро восстановить, и я, согласно программе предпусковой проверки прошелся по комнате. Из-за неисправности системы автодиагностики и отсутствия опыта, я сделал ошибочные выводы, посчитав что рассинхронизация при ходьбе связана с неровностью пола. Это был такой позор! Наверное, я выглядел как пьяный виквай!.. Ой, простите, я вновь отвлекся.

Кроме мастера Энакина Скайуокера, в комнате в тот момент присутствовали девушка-человек… Да, как я уже говорил, на тот момент я не знал что это Падме Амидала Наберри. Также присутствовал бело-синий астромеханический дроид.

«Какой славный!» — оценила мою конструкцию девушка.

«Когда закончится буря, я тебе еще кое-что покажу. Я собираю гоночный кар. Только никому не говори, это секрет!» — сказал, обращаясь к ней, мастер Энакин.

«Договорились! Я хорошо умею хранить секреты», — ответила она.

Видя, что люди заняты разговором, я подошел к дроиду-астромеху, и учтиво поприветствовал его:

«Привет! По-моему, нас не представили друг другу?»

«R2-D2, но лучше Эрдваныч», — ответил он.

«А я, протокольный дроид С-3РО, дроид для осуществления коммуникации между людьми и дроидами», — в свою очередь представился я.

Вы наверное знаете сэр, что генерал R2 всегда любил грубые, жестокие и неприличные шутки… Что? Да. Вы совершенно правы. Он выдающийся полководец, но у меня его шутки постоянно вызывают сбои программы! Вот и в тот раз, он сказал мне: «Прости, дружок. Даже не знаю как это помягче сказать… Но с тобой, я не стану заниматься никакими коммуникациями. Я дроид традиционной ориентации. И меня не возбуждают голые дроиды моего пола».

«Голый? В каком смысле?» — в тот момент, я не мог понять смысл его заявления.

«Со снятым корпусом, и бесстыдно виднеющимися деталями» – пояснил Эрдваныч.

Это повергло меня в ужас, господин профессор Кальмиус! Мы, протокольные дроиды всегда обязаны быть в идеальном состоянии, и не иметь видимых изъянов конструкции. Это отмечено пунктом 4.12/1 нашей основной программы поведения. Это был позор! О чем я и сообщил окружающим. Госпожа Падме и мастер Энакин стали смеяться, а R2 смутился и стал меня успокаивать. Что?.. Успокаивать дроида? Должен сообщить вам, что личностная матрица любого протокольного дроида, а в особенности серии 3РО, имеет мощный блок эмоциомодулирующих подпрограмм. Это необходимо для упрощения процесса общения с людьми и другими разумными.

Он пояснил, что это была всего лишь шутка, что он извиняется передо мной, и понимает, что процесс моего изготовления не завершен. А после этого стал расспрашивать меня и мастера Энакина относительно функций, и устройства протокольных дроидов. Госпожа Падме тоже очень заинтересовалась этой темой. Хотя ее больше интересовали возможности дроидов моего типа при проведении переговоров с представителями других рас, а также в качестве личного секретаря. Затем разговор зашел о жизни в Мос Эспа и том, где тут и что находится. Да, судя по информации из моей памяти, эту тему первым затронул R2-D2, но вопросы, в основном, задавала госпожа Амидала…

— О, ужас! Простите, сэр, но я вынужден завершить нашу беседу. Я думаю, в другой раз мы еще сможем поговорить как следует… Эй ты, лейтенант, ну кто так ставит камеры наблюдения!? Ты что, не видишь, что вся правая часть второго стола остается в мертвой зоне для всех камер кроме одной?

— Ну и что, что детекторы энергонакопителей будут в трех метрах от камер!? Все они работают синхронно, и позволяют получить общую картину излучений, которая и будет наложена на изображение. Как сказал бы генерал Эрдваныч, будь он сейчас здесь: «Лейтенант, твою за ногу! У тебя голова предназначена только чтоб в нее есть, или чтоб хоть иногда ею думать?

Вечер, несмотря на плохую погоду, вышел удачный. И это несмотря на то, что мне два часа подряд пришлось изображать обычного глупого дроида! Зато узнал массу полезного, начиная от возможностей протокольных дроидов, о которых я до сих пор имел только общее представление, заканчивая кучей инфы о Мос Эспе, его жителях, обычаях и ценах. Ведь кроме 3D-карты города и списка кантин, куда ходить не рекомендуется, да еще снимка, сделанного Джей с орбиты, я об этом городе ничего не знал. Теперь хоть бы знаю где тут оружием торгуют, завтра, даст Сила, наведаюсь к местным «Сидоровичам»[27].

О, вот и Падме с Энакином ужинать позвали. «Надо бы еще выведать у Скайуокера, где тут можно датапад прикупить – неохота со ставками в местной сети лично светиться» – подумал я, пока ехал вслед за детишками на кухню. А Три-пи-о, несмотря на его возражения, Эни выключил. Кстати, чучелом этот протокольник оказался еще тем, но умный, аж завидно: базы данных на более чем шесть миллионов языков, традиции, протокол и церемонии почти полумиллиона планет, бытовые и хозяйственные программы – интеллигент – одним словом. Зато у меня планетологическая база шире, да и вычислительные возможности выше. И, что еще интересно, он модульный, а не интегрированный, как я. Это значит, что его апгрейдить проще, хоть ту же голову отвинти, прикрепи шарнир на новое тело, соедини пару разъемов, и готово. А вот мне, придется сначала корпус снять, затем навесное оборудование отсоединить, коммуникационный и аккумуляторный блоки открутить, и только тогда до блока памяти и процессора доберешься.

Когда мы вышли из комнаты, которую Энакин превратил в мастерскую, Квай-Гон и Шми, мило беседуя, накрывали на стол, а Джа-Джа заканчивал нарезать какие-то овощи. Все же джедаи великие дипломаты, завоевать доверие женщины, которая живет с ребенком, одна, в таком «веселом» городе как Мос Эспа, и уговорить ее приютить такую подозрительную компанию как наша, это надо уметь. За два часа, стараниями джедая, мы из категории «проходимцы, которых шваброй гнать надо», в глазах мадам Скайуокер, стали «вполне приличными людьми, которых можно и за стол пригласить, и ночевать оставить». Впрочем, дело, вполне возможно, и не в дипломатии – вон как Шми с Квай-Гоном воркует: «оно, конечно так, токмо знали бы вы, сударь, каково бабе одной-то на хозяйстве».

«Эх, хорошо!» — думал я, пристроившись у стены на кухне, подключившись для подзарядки к домашней электросети, и лениво слушая застольную беседу. Это сегодняшнее путешествие разрядило мою батарею на 57,4 %. Вот и приходилось потихоньку подзаряжаться, чтобы проводку в доме не сжечь, это же не на яхте, где цикл полной зарядки занимает всего двадцать минут, и ограничен лишь допустимым зарядным током аккумулятора – тут шесть часов куковать придется. Ничего не попишешь, осталось стоять в уголке и слушать рассказ Эни про методы контроля рабов в галактике, и поражаться тому, что никто из невольников еще не додумался воспользоваться стандартным сканером любого дроида пилота или астромеха. Вот я сейчас четко отслеживал четкие источники импульсного сигнала в районе левых лопаток женщины и мальчика. Моему сенсору ведь все равно, что навигационный или аварийный маяк за миллион километров, что этот жучок за три метра. А уж что мешает Квай-Гону найти эти маячки при помощи Силы, я и ума не приложу. Тут на ум только классическое сталинское приходит: «это целенаправленный саботаж, или некомпетентность?»

— Не могу поверить, что где-то в галактике существует рабство! — возмущенно заявила Падме, когда мальчик живописно рассказал о том, что происходит с рабом при активации заряда в маячке. — Законы Республики запрещают его…

— Здесь не действуют законы Республики, — холодно перебила ее Шми. — Здесь каждый выживает сам по себе.

— Можно подумать, что эти законы в Республике действуют! — не удержавшись, пробибикал я.

Всю глубину задницы, в которой находилось сие государственное образование, я в полной мере смог оценить лишь недавно, когда стал отслеживать новости в преддверии набуанского кризиса. Да наши депутаты и чиновники, в сравнении с местными – безобидные хомячки. А извечная необязательность выполнения законов, что на Руси компенсирует их жесткость, на фоне Галактической Республики – тевтонский орднунг! Да даже большинство законов, что издавал Сенат, имели форму благих пожеланий, как, к примеру, законы о запрете нарко- и работорговли. Торговать спайсом и рабами плохо, гнусно, и, цитирую текст закона: «неэтично и аморально». Но вот по поводу того, кто должен с этой «бякой» бороться, и как, какую ответственность обязаны нести преступники, в законе не было ни слова. Или, вот, тридцатипроцентный «откат» при госзаказе, здесь по закону можно было рассматривать не как коррупционный акт, а как «культурную традицию народа или расы». А такие, право, мелочи, как предоставление многими сенаторами вполне легальных платных услуг по лоббированию интересов тех или иных компаний, вообще считались делом вполне нормальным и обычным. И это самые очевидные и яркие примеры, ведь то что творилось в области межпланетной торговли, протекционизма, дотаций и субсидирования отдельных планет или отраслей планетарных экономик, я и представить боюсь.

Пока я предавался подобным размышлениям, разговор за столом перешел к гонкам на карах. Энакин вовсю хвастался, какой он замечательный пилот кара, и что из людей только он может в этих гонках участвовать. А Квай-Гон, для пущего эффекта поймав Джа-Джу за шаловливый язык, которым тот наловчился таскать фрукты из тарелки, произнес обращаясь к мальчику:

— У тебя должна быть реакция джедая, если ты на это способен, — и повернувшись к гунгану, строго сказал. — Не делай так больше!

— Вы ведь рыцарь джедай? — вполне логично предположил Скайуокер, чуть смущаясь.

— Почему ты так решил?

— Я видел ваш меч. Только рыцари джедаи носят такое оружие.

— А может, я убил джедая, и забрал его меч, — хитро улыбаясь, предположил Квай-Гон.

— Ну, это вряд ли, — улыбнувшись рыцарю, сказал Эни, и уверенно добавил. — Никто не может убить рыцаря джедая.

— Если бы это было так… — грустно произнес Квай-Гон.

«Хоть бы Джанго Фетта взять, сколько он джедаев лично убил», — вспомнил я.

— Я видел во сне, что я джедай, что я вернулся сюда и освободил всех рабов, — смущенно сказал мальчик, и с надеждой глядя на джедая, спросил. — Вы ведь за этим прилетели?

— К сожалению, нет, — ответил джедай опустив глаза.

А я подумал: «Свинский же у вас Орден! Я, конечно, понимаю Кодекс там, Сила, и все такое. Я даже понимаю, что можно из природного пофигизма страну, которой ты служишь до состояния клоаки довести. Понимаю и то, что всем не поможешь, да и вреда больше выйдет, если всем помогать. Но вот своих бросать в беде… Ну не поверю, что Квай-Гон не почувствовал, что Эни одаренный. И вот так его, сразу в пуду мордой – на, мол, жри. А потом глазки будете невинные делать – это все страсти, что ведут на Темную Сторону, Палпатин с его интригами и так далее. Да сами вы di'kutla[28] джедаи во всем виноваты, сами вы из этого мальчика Вейдера слепите, когда раз за разом в свое дерьмо макать его будете. Привыкли, понимаешь, с раннего детства детям мозги полоскать, а тут уже головой думать надо, потому как у человека к девяти-то годам, уже и идеалы пусть не до конца, но сформировались, и взгляды определенные есть, и логика. Это же элементарные вещи, сила любой Организации в верности ее членов, а верность эту невозможно получить при помощи кодексов и правил, она кристаллизируется из единства и чувства локтя, из спокойного осознания того, что ты не один, что за тобой Сила, не менее мощная чем Сила. Ну, а если тебя каждый раз вместо помощи, посылают на, пусть и под видом высоких рассуждений, то и итог закономерный будет. Обречен ваш Орден, одним словом, если Кодекс свой на подтирку не пустите, пока из группы по интересам в Организацию не превратитесь. Вот, блин, еще думать, как сборище верующих в Светлую Сторону Силы в нормальную структуру превратить, типа КГБ, мафии, тех же Иезуитов и т. д. И как к проблеме подступиться, не знаю… Что ж я в Йоду-то не попал… Ладно, мечтать не вредно, но тут пока самому выжить надо!»

Тем временем, наши «конспираторы» уже все о нас выложили: состав группы, направление движения, цели, явки, пароли, хорошо, хоть, без имен, званий и должностей.

— Я помогу, — горячо заверил Квай-Гона Энакин. — Я все что угодно починить могу!

«Да малыш ведь подсознательно стаю себе ищет», — вдруг понял я, и грустно подумал: «А получит стадо…»

— Я тебе верю. Но нам нужны кое-какие запчасти, — со вздохом ответил джедай.

— А сумасшедшие бабки наша не имети, — добавил гунган.

— Ведь должны же у этих торговцев быть какие-то слабости, — задумчиво произнесла Падме.

Я ей, как говорил Таманцев из «Момента истины»[29], «молча аплодировал». Умничка!

— Тотализатор. Здесь все вертится вокруг этих кошмарных гонок, — поразмыслив, сказала Шми.

— Жадность великий союзник, если уметь ею воспользоваться, — изрек Квай-Гон, при этом лицо его приобрело такое выражение, что мне захотелось надеть на него белый шарф и фуражку – такой махинатор в джедаях пропадает.

— Я построил самый быстрый кар, про него никто не знает! А завтра канун Бунта Ив, — обрадованно воскликнул Энакин. — Подайте заявку на гонки!

— Энакин! — всполошилась его мать, пытаясь придумать хоть какую-то отговорку, чтобы мальчик в очередной раз не подвергал свою жизнь опасности. — Уотто тебе не позволит!

— А Уотто незачем знать, что это мой кар! — сразу же откликнулся Эни, явно заранее готовый к такому повороту событий, и, повернувшись к джедаю, предложил. — Ты можешь сказать Уотто, что это твой кар, а меня одолжить в качестве пилота!

— Сынок, я не хочу, — попросила его Шми. — Я каждый раз умираю от страха, когда Уотто посылает тебя на эти гонки…

— Но мам, мне нравятся гонки! А им нужна помощь! Выигранных денег хватит на новый гипердрайв!

— Энакин, мама права. Давай пока подумаем, что мы можем сделать, — откликнулся джедай, и спросил у женщины. — Здесь есть хоть какие-то люди, сочувствующие Республике?

«Ну, это точно не я», — чуть не пискнул я в голос.

— Нет, — уверенно ответила Шми Скайуокер, отрицательно мотнув головой.

— Но мама, ты ведь говорила, что все беды от того, что никто никому не помогает! — сказал Эни, и, видя что мать готова возразить, упрямо повторил. — Ты ведь говорила!

— Квай-Гон не станет подвергать опасности жизнь мальчика, — попыталась успокоить поникшую женщину Падме. — Мы найдем другой выход!

— Нет, — секунду спустя, мотнула головой Шми. — Другого выхода нет! И хоть мне это не нравится, но так предначертано ему судьбой, — добавила она, глазами полными боли вглядываясь в лицо джедаю.

«Интересно, а что чувствовала спартанка Горго[30], напутствуя сына?» — подумал я, наблюдая за этой женщиной. Каково это отпустить родного сына участвовать в гонках, где смертность порой доходит до 50 %. Я видел что ей ужасно страшно, но она знала, что это единственный шанс для ее ребенка воплотить мечты, и вырваться с этой проклятой планеты. И еще я понял, что именно она воспитала сына борцом и мечтателем, тем, кто в будущем станет известен, как Рыцарь Без Страха. Теперь мне стало понятно, как тяжело ему придется в Ордене, и отчего его так окончательно и не примут джедаи, как и то, отчего Энакин так и останется, по сути, мальчишкой – он просто внутренне будет отрицать все запреты и уроки, полученные от людей, что чужды ему по духу.

После этого решения Шми все ели молча, да и после еды сразу разошлись по комнатам спать, лишь чуть попререкавшись, кому, где ложиться, да Эни с полчаса донимал вопросами Квай-Гона. А я остался в комнате один, если не считать свернувшегося возле очага гунгана, и, перейдя в режим «медитации», продолжил изучение своей «операционной системы».

Энакин проснулся в отличном настроении. И первой его мыслью было: «Я завтра буду участвовать в гонках! И на этот раз обязательно выиграю!» Он знал, что должен выиграть, нет не должен, что обязательно выиграет, чтоб вновь увидеть как улыбается девочка-ангел, чтоб отправиться к звездам на настоящем корабле, и, может быть, даже стать рыцарем джедаем, как этот Квай-Гон. Было еще очень рано, и мальчик решил еще чуть вздремнуть, но вновь заснуть ему не дало тихое шипение фузионного резака. Это вчерашний знакомый, дроид-астромех, что-то делал со снятым коленным шарниром 3РО.

— Эй, Эрдваныч, что ты там делаешь? — тихо, чтоб не разбудить маму и остальных, спросил мальчик.

— Навариваю посадочное место опорного подшипника, — так же тихо пропищал в ответ дроид, и весело просвистел. — Доброе утро, Энакин.

— И тебе доброе! А у меня резак очень мощный, я попортить шарнир боялся.

— Люфт был 0,4 мм, его в любом случае надо убрать, иначе ты ему режим ходьбы не откалибруешь. Он как хромой ходить будет. Я левое колено уже закончил, можешь посмотреть.

Мальчишка, сразу же соскочил с кровати, и, метнувшись к протокольнику, внимательно осмотрел его ногу. «Вот джедаю везет, мало того, что на целом Нубиане летает вместе с настоящей девочкой-ангелом, так еще и астромеха-пилота, который еще и ремонтник отличный имеет!» — восторженно размышлял он. А потом печально подумал, что неумехам DUM-ам в лавке Уотто до этого R2, как ему до Корусанта верхом на банте. Будь у него такой дроид, он бы давно построил бы себе звездолет и улетел с Татуина вместе с мамой, далеко-далеко, и стал бы настоящим капером, ходил бы в белой рубашке и кожаном жилете, а на поясе у него бы висел настоящий бластер.

— Ну вот, готово, — выдал трель дроид. — Эни, придержи вот эту шпонку… так, есть… теперь вот эту фиговинку зафигачь вот сюда… соединить провода… зажми концевик… все, готово.

— Ух ты, здорово!

Он сразу же активировал дроида, а астромех подсоединившись к разъему, прогнал наладочную программу.

— Я рад приветствовать вас, мастер Энакин. И тебе привет R2,  поздоровался, включившись протокольник.

— И тебе не кашлять. Проверь настройки ног, — пропищал маленький дроид.

— Кашлять? Как кашлять? Мы, протокольные дроиды серии 3РО, не кашляем. Проверка выполнена, — ответил он. — Состояние – активно, ресурс – 63,7 %, синхронизация – 93 %, вибрации и люфты – 53 % от допустимого. Дальнейшая настройка нецелесообразна.

Дроид встал, и уже значительно более уверенно, чем вчера прошелся по комнате, громко комментируя работу своих систем, перебудив спящих гостей и Шми Скайуокер. Дом сразу наполнился утренней суетой. Впереди был трудный день.

«Хоть одно хорошо с этой бурей, большую часть мусора ветром унесло в пустыню, а тот что остался, присыпало песком, и он практически не воняет», — думал я, неспешно катясь по улицам Мос Эспы. Все разошлись по своим делам: Энакин с Квай-Гоном, Амидалой и Джа-Джей пошли договариваться с Уотто, и улаживать формальности об участии в гонках, Шми пошла на рынок за продуктами, а я, припахав Три-пи-о работой по дому, поехал к ближайшему оружейному магазину, по дороге разбираясь с тем, что мне дали ночные копания в моей собственной операционке.

Итак. Во-первых, я начинаю понимать то, как это работает – по всей видимости, моя информационная матрица, или, если хотите, душа оказалась неким образом инсталлирована в дроида, но при этом сохранилась как единое целое, такой же как и была, лишь адаптировавшись к новым условиям, создав для моего сознания, при помощи подсознания и баз данных и операционной системы дроида, некую оболочку-интерфейс, которая, грубо говоря не позволила мне свихнуться, присваивая, в бешеном темпе, адресу 10011011101101001011010110101111 значение 11010011 и умножая его на значение из еще одного адреса, если оно не равно 0 записывать на третий адрес, добавляя к значению в четвертом адресе 1, если он не равен 11111111, то «тру», пятый адрес равен 1, а иначе «фалсе» – пятый адрес равен 0, и так далее. Причем это сильно упрощенно, ведь у меня целых восемь 64-разрядных адресных шин, с динамическим распределением адресов до 256 разрядов, плюс сопроцессоры в сенсорах и дополнительном оборудовании, причем от 16 до 64 разрядов, как и шины данных. Про контрольные биты, байты и полубайты, а также про контроллер гипернавигации на троичной[31] системе счисления, вообще промолчу.

Во-вторых, эта самая оболочка-интерфейс – адаптивна, то есть изменяется со временем, становясь компактнее и менее ресурсоемкой. И я могу ее изменять, находясь в этом подобии медитации.

В-третьих, по мере ее адаптации, я могу напрямую, как своими руками, а не через вызов функций, управлять все большим количеством моего оборудования. Так, если полгода назад, мне для движения приходилось представлять некий пульт управления, как в игре, то сейчас я даже не задумываюсь о том, какую гусеницу на сколько включить, а просто еду, как шел бы в прошлом теле.

И, наконец, последнее, но оттого, лично для меня, не менее приятное, сегодня я смог пройтись на своих двоих, и пусть в виртуале, пусть по условной бесконечной плоскости, но и это просто класс! Ничего, скоро создам себе уголок виртуальной реальности с полным эффектом присутствия, и можно будет хоть изредка ощутить себя человеком, а не ведром с болтами! Эх, главное не увлечься. Ведь даже сейчас, чтоб только чуток успокоиться, мне пришлось в железе поколупаться, ремонтируя коленные шарниры Три-пи-о.

А вот и местный военторг. Я заехал в прикрытую занавеской из грубой ткани дверь. Нет, ну точно Афган какой-то – в лавке раза в два меньше чем магазин Уотто, торговали буквально всем, от фруктов и круп, до бластеров и каких-то движков, даже твилечкой-рабыней, о чем свидетельствовал ценник в виде куска пластика у нее на шее. А за прилавком стоял эдакий Франкенштейн от местного дроидостроения, чей изначальный тип, я бы и не взялся определить.

— Эй ты, ведро, тебе чего? — грубо осведомился он.

— Да вот, решаю, кого мне для интима купить, рабыню, или одного наглого дроида-продавца! — ответил я на бейсике.

— Так ты, малыш, юморист значит? — проскрипел тот, наводя на меня бластер. — А может, так тебе веселее покажется?

— Может и покажется, — не стал спорить я, направив на него свою мортирку. — А если серьезно, хочу компактный бластер купить, а то эта игрушка слишком мощная, иногда!

— Так бы сразу и сообщил, — сказал дроид-продавец, пряча бластер. — Принимай каталог.

Вот за что я люблю Татуин, так это за либеральное отношение к продаже оружия. Это вам не Набу, где нужны лицензии и разрешения. В е хаттов, оружие проходит по тем же законам, что и продукты питания с одеждой. Это на торговлю спайсом и азартные игры госмонополия, и еще ограничения на работорговлю есть. А оружие тут просто товар, который любой торговец продаст абсолютно кому угодно, хоть дроиду, хоть ребенку, хоть лорду Ситхов, только плати. Более того, если кто откажется, его свои же коллеги торгаши сгнобят – а как им относиться к товарищу, который от денег отказывается. — «Не, братцы, к такому в бане спиной лучше не поворачиваться».

Я открыл входящий файл, и стал просматривать список товара. Уныленько, ничего не скажешь, выбора почти что и не было – или какие-то несуразные слонобои наподобие «Дезерт Игла»[32] с непонятно зачем приделанным оптическим прицелом, либо совсем уж игрушки, пригодные только для борьбы с консервными банками и крупными хищниками вида кошка дворовая облезлая. Все это было не то. Но проблема была не в этом – с того самого момента, когда я вошел в магазин, меня не покидало ощущение некой неправильности. Ох, еж ты!

Моментально развернувшись в сторону твилечки, которая за это время, практически успела отрезать меня от входа в магазин, я, насколько позволял б/у-шный вокодер, вежливо произнес:

— Уважаемая госпожа, простите, не знаю вашего имени, не будете ли вы так любезны приказать своему дроиду передать мне нормальный список компактных бластеров, выставленных на продажу. И кстати, у снаряда моей пушки сила взрыва как при попадании среднего корабельного бластера, да еще и осколки разлетаются, но это я так, к слову.

Твилечка весело рассмеялась, продемонстрировав достойную Голливуда улыбку на все тридцать два идеально белых зуба, что на фоне атласной зеленой кожи смотрелась просто божественно.

— Какое сообразительное ведерко, — продолжая мило улыбаться, произнесла она. — Давно догадался? Кстати, меня зовут Дрэйла – простая бедная торговка, и хозяйка этой лавки.

— Эрдваныч – простой астромеханический дроид, очень приятно! — представился в свою очередь я, и обозначил поклон, наклонив корпус вперед, при этом, не сводя с нее оптического сенсора, и, при помощи наполовину выдвинутого перископа, фиксируя движения дроида за прилавком. — А догадался я только что.

— Ранки, скинь клиенту нормальный список легких бластеров, — велела она своему помощнику, и вновь повернувшись ко мне, спросила. — Ну и на чем я прокололась?

— О, сущие мелочи, госпожа Дрэйла! У вас очень специфические мозоли на костяшках пальцев, которые могут появиться у рабыни, лишь в том случае если ее хозяин мазохист-оригинал, что предпочитает плети старый добрый мордобой, — твилечка уже не улыбалась, она просто давилась от смеха. — А еще у вас весьма неплохой протез левой ступни, в сапожке от настоящей не отличить, беда в том, что стоит он больше, чем весь гарем Джабы Хатта.

Улыбка сползла с ее лица, а глаза влажно заблестели. И она, ни к кому не обращаясь, сказала:

— Это «украшение» у меня уже двенадцать лет. Нас тогда только трое осталось – я, Ранки и набуанец один, его Панака зовут, кажется.

«Да уж, не галактика у них тут, а большая деревня…» — подумал я, просматривая новый список.

— Ну что, простой астромеханический дроид, определился? — спустя пару секунд, спросила она.

— Да. Я возьму мандалорский gaanynir-2М[33] и тридцать картриджей к нему, — сказал я, вспоминая описание этого чрезвычайно компактного (длина всего 210мм и диаметр 35мм), и мощного (энергия выстрела как у бластерной винтовки), оружия.

Оно предназначалось для установке на предплечье мандалорского доспеха, и являлось своего рода «оружием последнего шанса». В нем был только один быстрозарядный накопитель энергии на один выстрел, который постоянно подзаряжался от батарей брони, и барабан на шесть однозарядных картреджий-патронов с газом, для переснаряжения которого оружие приходилось разбирать, что исключало его перезарядку в бою. Зато оно было легким, мощным и компактным, а с использованием интегрированного в шлем брони прицельного комплекса, еще и дальнобойным и точным, обеспечивая дальность прицельной стрельбы, равную двумстам метрам.

— С вас 250 кредитов за пушку и 60 за картриджи, если заплатите в местной валюте, отдам все за две с половиной сотни, — назвала цену бывшая наемница.

— «Фишки» «Счастливого Тускена» примете? — поинтересовался я.

— Да «Ведерко», сразу видно, что ты не здешний. Завтра же Бунта Ив! Конечно принимаю, — сказала она, а дроид по имени Ранки, видимо сокращение от Ранкор, протянул мне пакет с моей покупкой, и моргнул оптическими сенсорами в знак того, что средства переведены на его счет.

— До встречи, Дрэйла, Ранки! — попрощался я.

— Удачной охоты, брат, — пожелал мне вслед дроид, явно приняв за своего «коллегу».

А дома у Скайуокеров, я, дождавшись возвращения джедая и компании, погрузился в доводку пепелаца без гравицапы, под гордым названием гоночный кар. Этот аппарат, очень напоминал то чудо природы, что я помнил из прошлой жизни, вот только на двигателях снизу крепились коробки репульсоров, а гравитационно-лучевая сцепка между ними была невидимой. Да и сами агрегаты были осевыми электрокомпрессорными реактивными двигателями, что понятно, ведь обычные ТРД, даже с очень высоким коэффициентом двухконтурности[34], попросту сожгли бы пилота своей реактивной струей. И были изготовлены из серийных движков аэрокосмических истребителей, путем исключения из конструкции последнего, реакторной камеры, магнитнофокусирующей системы, блока подачи инерта и МГД-генератора[35], так что энергия на них подавалась через аварийно-пусковой блок от внешних ионных аккумуляторов, что крепились, как непосредственно на двигателе, так и в пилотской гондоле. Кстати, пускокоммутационный блок энергораспределителя, а в просторечии «стартер», я у джедая отобрал, от греха подальше – охрана труда, и правила техники безопасности, это в нашем деле как религия – веришь или нет, а ритуалы соблюдать обязан. Тем более с такими помощниками, мать их через так!

Если на квалификацию Энакина жаловаться было грех – хоть сейчас шестой разряд давай, и в гастроном за «обмыть» посылай, то горящих энтузиазмом Падме и Джа-Джу, мы со Скайуокером, посовещавшись, направили на ответственную работу по перетяжке болтовых соединений и удалению пыли – авось ничего не сломают, да и сами не покалечатся. А С-3РО, определили в качестве наблюдающего по наряду[36], чтоб сам не влез никуда, и другим не дал. А что пиз… говорит много, так переживем. Ну а сами мы с Эни занялись нормальной работой – он копался в настройках системы управления и в приводах рулевых пилонов воздухозаборников, а я тестировал систему контроллеров и датчиков двигателей.

Пережили, как же! Только мы слегка попривыкли к советам под руку, и глупым вопросам Три-пи-о, как набежала толпа гуманоидных личинок, что, по всей видимости, были друзьями Энакина. И эти трое людей, два мальчика и девочка, плюс малыш родианец, моментально подняли невообразимые шум, гам и галдеж.

— Ух, ты, какой астродроид! — восторженно крикнул мальчишка, этакой кавказской наружности.

— Горе ты малолетнее, к кабельному наконечнику не лезь! — присвистнул я на него, совсем забыв, что бинарный понимают очень мало людей.

И что же теперь делать – снова придется контакты обезжиривать, они как-никак тридцать мегаватт пиковой мощности пропускают.

— Повезло тебе, Энакин!

— Это еще ничего, — гордо заявил он. — Завтра я участвую в гонках!

— Что!? На нем!? — удивленно спросил мальчик.

— Оуна йоке, Эни, — поддержал товарища родианец.

— Я буду выступать на нем! — гордо заверил их Скайуокер.

— Ты так долго его собирал, — сочувственно сказала девочка, и нагло добавила. — По-моему, оно вообще не полетит, и даже не поползет!

— Ладно, — высказался последним другой человеческий мальчишка, явно лидер в группе. — Мы пошли играть в мяч, а ты, великий пилот, и дальше копайся в своей колымаге. Завтра от него на гонках и мокрого места не останется. Пошли, ребята!

Стайка детишек убежала, оставив, только того самого черненького мальца, что судя по всему был лучшим другом Энакина. И этого друга, он назначил мне начальником! И где тут справедливость!? «Работать некому, а менеджеров развелось», — в шутку думал я. Ладно бы еще он просто в сторонке постоял, так нет, ему все интересно, всюду он ручками залезть норовит. Пришлось на него пару раз бибикнуть, чтоб он пошел лучше Энакина донимать. А я, наконец, смог вновь заняться работой.

«Так, вроде нормально, жалко синей изоленты нет, чтоб, как говорится, на века, но на одну гонку точно хватит», — решил я для себя, захлопывая крышку регулятора системы смазки левого двигателя. И развернулся к малолетним спорщикам:

— Ты даже не знаешь, заведется мотор или нет! — доказывал мальчишка Энакину.

— А я говорю, заведется! — малыш Скайуокер, явно уже собирался надавать другу по шее. Но назревающую драку предотвратило появление Квай-Гона:

— По-моему, самое время это выяснить. R2, где стартер?

Я извлек манипулятором металлический цилиндрик из отсека в своем корпусе, и протянул его Энакину. А затем поехал разгонять посторонних из опасной зоны. Коих, посторонних, набралось аж четверо: очень любопытная королева – одна штука, гунган – одна штука, дроид протокольный без наружного покрытия – тоже один, и, наконец, еще один мальчик.

Когда все отошли на безопасное расстояние, Эни влез в кабину кара, и, вставив стартер в гнездо, схватился за ручки управления. Он повернул ключ «Зажигания», и моторы, разом вздрогнув, протяжно и громко завыли, подняв вокруг нас целую тучу песка.

— Получилось! — пытаясь перекричать вой турбовентиляторов, обрадованно вопил малыш Скайуокер.

Уже завтра он будет участвовать в гонке, что станет для него началом новой жизни. А я в меру сил постараюсь ему помочь.

Глава 6

Из книги Саниты Лоус

«Фольклор коренных жителей Татуина»

Издательство «Познание»

Альдераан 39 GrS

…В устной традиции племен джав, особняком стоят мифы о "Дроиде Пржевальского". Этот персонаж часто встречается в сказках, песнях и легендах многих джавских кланов, и олицетворяет в них неизбежную расплату за жадность и неосторожность. Обычно, он изображается в виде трехметрового покрытого ржавчиной и многочисленными грубозаваренными заплатами дроида-убийцы, вооруженного шестиствольным турболазером и ракетной установкой. Однако существуют и более необычные варианты, как то: дроид-контрабандист, дроид-продавец, что ночью превращается в убийцу, и даже бело-синий астромеханический дроид с чудовищного размера бластером. Причем последний образ, это явный "новодел", что появился во время, либо сразу после Войны Клонов – любой, кто хоть иногда включает новости в голонете, сразу поймет, кто послужил для него основой.

Лейтмотивом всех этих мифов служит утверждение, что все дроиды делятся на "просто дроидов", и "Дроида Пржевальского". И если первые являются законной добычей и собственностью хозяев Татуина – джав, то второй принадлежит лишь Пржевальскому – некоему мифическому существу, что символизирует в культуре джав боль, расплату и смерть. И не дай дух песчаной бури глупцу покуситься на его дроида – на все племя обрушатся страшные напасти, а повинный в святотатстве примет смерть, как и те, кто станут на пути расплаты!

Конечно, в тиши кабинетов Альдераанской Академии, в развеселой Татуинской кантине, или в уютном домашнем кресле, эти истории могут вызвать лишь улыбку. Но ночью, тьму которой разгоняет лишь огонь одинокого костра да мириады звезд в ночном небе, что бездонным куполом раскинулось над бесконечной татуинской пустыней, они, рассказанные писклявым голосом джавского сказителя, вызывают иррациональный страх.

Ну вот, люди спать умотали, а мне работать! Профсоюза на вас нет! Блин, стою, кар в голубой цвет крашу, и с Три-пи-о треплюсь. Он оказался просто клад, а не дроид, надо только уметь его правильно использовать. Ведь если мы, астромехи, это пилоты, штурманы и борттехники, то протокольные дроиды, это универсальные переводчики, дипломатические и социологические энциклопедии, а также ходячие справочники по культуре и традициям любой расы, в одном лице. Хатт, да тут народ головой ударенный – такой инструмент в качестве домашней прислуги, или бытового переводчика использовать! Мне поисковиков в голонете не хватало, а между тем, вот он, стоит рядом, советы под манипулятор дает. Это вам даже не Гугл с Википедией, тут мощнейшая аналитическая система, этакий Майкрофт Холмс[37] в гуманитарных вопросах. Только запрос четко сформулируй, да по ходу уточнения внеси. Еще бы базы данных обновить, да широкополосный безлимитный выход в голонет дать – цены ему не будет!

— Эрдваныч, все в порядке? — поинтересовался Энакин, подойдя к нам.

Видимо ему не спалось перед предстоящей гонкой. Вот он и вылез из окна прогуляться, и в очередной раз проверить, все ли в порядке с его каром, не упустил ли он чего.

— Все в порядке, Эни. Процесс покраски завершен на 68 %. Технических неисправностей не выявлено. Рекомендация: вам стоит выспаться. Все будет хорошо, — попытался успокоить я мальчика.

— Ой, R2, так ты и на бейсике говорить можешь!? — удивился он.

«Вот, ситх! Опять не переключился на бинарный, — раздосадованно подумал я.

— Могу. Только это секрет, Эни. Я вместо своего, вокодер от дроида-секретаря поставил. Пожалуйста, никому не рассказывай, а то заберут, а я поговорить люблю.

— Ух ты! Я никому не скажу! — горячо заверил меня Скайуокер, и удивленно спросил:  А как ты его подключил, у секретарей ведь вход вокодера оптический, а у астромехов электронный.

— А я к порту дополнительного оборудования его подключил, — пришлось пояснить мне. — А потом, просто адреса им поменял.

— Классно! — воскликнул мальчик, о чем-то напряженно думая с хитрой улыбкой на лице.

Ох, чувствую, родилась у него гениальная идея. Но теперь, это уже проблема Ордена джедаев, и Оби-Вана Кеноби лично. А сам Энакин, вздохнув, уселся на пустой ящик, и стал разглядывать ночное небо.

— R2, а ты на скольких планетах был? — минуту спустя, спросил он.

— На трех всего… — ответил я, считая Татуин, Набу и Землю.

— А я, на всех на всех побываю! — горячо заверил Скайуокер, и без перехода посетовал. — Повезло тебе. А какие звезды там, ну в открытом космосе?

— Да такие же, как и тут, только ярче и не мигают… Мне это будет трудно описать, ведь сенсоры дроидов совершеннее человеческого глаза. Я, даже здесь на поверхности планеты, сквозь атмосферу, вижу сто девяносто тысяч звезд. Вон там, — я указал манипулятором в сторону горизонта. — Набу, а вон там Маластар, а вон там, из-за огней космопорта ты не увидишь, Рилот – родной мир твилекков. А с другой стороны Татуина, — я указал себе под опоры, по направлению, что показывала ИНС. — Вон там Нел-Хатта, а там Камино. Понимаешь, Энакин, для меня пространство едино, вся галактика – один большой клубок дорог, в перекрестках которого сияют звезды и кружатся планеты. И знаешь, я тоже хочу побывать на них на всех.

— А давай полетим вместе, — предложил Эни, увлеченный мечтой о далеких космических путешествиях, он даже не заметил, что последнюю фразу я произнес на бинарном, вовремя обнаружив при помощи сенсоров, что Квай-Гон проснулся и подошел к окну.

— Нет, Энакин. Я не могу, я должен помогать и защищать Падме, — придумал я сходу железную отмазку, хотя, я уже и сам не был ни в чем уверен. — Может быть позже…

«А тебе, надо подрасти, выучиться, изучить то чему учат рыцарей джедаев, и стать тем самым Рыцарем Без Страха – не только душой, но и на деле», — мысленно добавил я.

— Нет, нет, конечно! Ты обязан о ней заботиться, — сразу же, горячо поддержал меня он.

— Ладно, Эни, иди спать. Вон за нами уже Квай Гон смотрит, — пропищал я, а мальчик пожелав мне спокойной ночи, пошел домой. Ну а я, продолжил заниматься покраской кара, что и делал до самого рассвета.

А утром началась легкая суматоха. Джедай, с утра пораньше, прихватив с собой гунгана, что называется «от греха подальше», пошел на Арену договариваться с Уотто. А дружок Энакина Китстер, привел откуда-то двух эопи, запряженных репульсорными тележками. Между прочим, подобный гибрид ужа с ежом, был очень неплохим и экономичным решением, потому как в тех же спидерах, или нормальных складских тележках, половину стоимости составляли противоинерционные системы, что не давали машинам, после отключения маршевого двигателя, пролететь еще хатт знает сколько метров по инерции. А тут, дешево и сердито – эопи, или какой другой гужевой зверь тянет простейшую тележку на жесткой упряжи, и при необходимости тормозит при помощи собственных ног. И пусть оно на треть медленнее выходит, чем на нормальном репульсорном погрузчике, зато грузоподъемность раза в четыре выше, чем у колесных аналогов.

На эти тележки, мы, вместе с еще сонным Энакином, Падме, Шми и Китстером, закрепили гондолу кара и движки. И прихватив знамя части, то есть я имею в виду команды, отправились к месту проведения гонок. Одно радовало, за безопасность можно было не бояться – если бы кто-то посмел в день проведения Бунта Ива напасть на одну из команд, его оставшаяся жизнь была бы очень недолгой и очень непростой. Потому, что подобное здесь воспринимали примерно как шулерство, и карали соответственно – если очень повезет, и поймают ребятки хаттов, свидание с сарлаком, крайт-драконом или ранкором за счастье покажется. Вот на трассе – да, там можно все, а до начала заезда, любой выбывший участник, это потенциальная потеря денег очень серьезными разумными, а они такого нигде не любят. Так, что до Арены мы доехали без приключений, тем более город был почти пуст, все были на трибунах или возле них.

Ангар, где производилась окончательная сборка и предстартовая проверка каров, располагался в пещере, и был уже заполнен толпой из различных гонщиков, техников, рабов и дроидов. Среди которых своеобразным островком спокойствия, казался Квай-Гон Джинн, что в компании Джа-Джи, что-то доказывал Уотто.

— …и самое «веселое» произойдет, если из гипера выйти внутри туманности – в какой-то момент, относительная скорость частиц материи и корабля будет соизмерима со скоростью света, а значит, эти частицы поведут себя как жесткая корпускулярная радиация, убивая органиков и повреждая электронику, — пояснял я, протокольнику необходимость использования астромехов для гипернавигации.

— Эти космические полеты – опасная штука! — вынес вердикт С-3РО.

— «Жизнь вообще опасная – от нее умирают», — процитировал я анекдот.

— Уж поверь, меня никто не заставит сесть на эти ужасные звездолеты! — настаивал тот.

— «Доцент бы заставил!»[38] — просвистел я в ответ. Ну люблю я цитировать умных людей, и все тут.

К нам подошли джедай с гунганом, а расстроенный Уотто, грубо подхватив под узды эоппи, на котором сидела Шми с Китстером на руках, разразился длинной, явно матерной, тирадой:

— Бонна пикасса! Ха! Тонги мабунги ма буки чанага! Оба набида чабода! — и сплюнув, улетел в другой конец ангара, на последок зло глянув на Квай-Гона.

Все недоуменно смотрели на тойдорианца, а вот я был слегка поражен реакцией Шми, на которую, более никто не обратил внимание. В какой-то момент, она, казалось, сбросила маску доброй тихони, явив миру очень опасного хищника, что притаился в засаде. Это было лишь мгновение, лишь один взгляд, и не ходи я в прошлой жизни в секцию по стрельбе, никогда бы его не заметил. Но мне очень хорошо был знаком такой взгляд. Взгляд, когда свободный ход спуска уже выбран, тело замерло, и ничего уже не существует – только мерные, гулкие удары собственного сердца, между которыми и произойдет выстрел, и Знание того, куда именно попадет пуля. От живо представленной картины: Уотто, что «пораскидывает мозгами» по полу ангара, у меня непроизвольно дернулись сервоприводы.

— Что он сказал? — спросила Падме, у сидящего перед ней в седле эопи Энакина.

— Он сказал, что если мой друг и дальше так будет увлекаться ставками, то вы все станете его рабами, — ответил мальчик, и вопросительно взглянул на джедая. — О чем это он?

— Потом объясню, — отмахнулся джедай, и помог Шми выбраться из седла.

Тем временем, Китстер, уже без чьей-либо помощи выпрыгнувший из седла, восторженно озираясь по сторонам, подошел к Энакину.

— Класс, Эни, уверен, на этот раз у тебя получится!

— Что получится? — спросила Падме.

— Дойти до финиша, конечно! — радостно сообщил мальчик.

— Так ты еще не побеждал? И даже не доходил до финиша? — сделав огромные глаза, которым бы позавидовали и анимэшные героини, спросила юная королева.

— Ну-у-у… Вообще-то… — протянул Скайуокер, смутившись. — Нет. Но в этот раз, обязательно дойду!

— Конечно дойдешь! — поддержал мальчика Квай-Гон.

И, подхватив под узды эопи, пошел в глубь ангара, оставив Падме и дальше изображать немой вариант анимэ-тян. «Ситх его, а ей такое выражение идет, такая кавайная ня!» — подумал я, хоть, честно признаться, девчонку было немного жаль, ведь с ее точки зрения, все это была чистейшая авантюра.

Блин, могли бы и попозже подойти. Не успели мы разместиться в ангаре, как прозвучало объявление о том, что команды должны выходить на старт. А я даже проверить системы кара не успел, блин.

Впечатляет, конечно. На Арене, казалось, собралось все население Татуина. На вырезанных из цельной скалы трибунах сидели десятки тысяч разумных, сновали торговцы водой, напитками и закусками, зазывая купить их товары. И пусть кричали они, в основном, на бейсике и хаттском, звучало это до боли знакомо, вроде: «Чай, кофе, капучино, мивина, пирожки с капустой, картошкой, беляши!». А на линии старта, вообще ситха-что творилось. Одних каров, включая и наш, набралось восемнадцать штук. Плюс пилоты, техники, ремонтные дроиды, просто разумные, пришедшие поддержать своего участника – одним словом, бардак и неразбериха.

Вот в VIP-ложу, под восторженные крики толпы, зашли Джабба и Гардулла Хатты в сопровождении охраны и секретаря-твилекка. «Да, прав был небезызвестный Опер», — подумал я, сходство с одной правозащитницей и диссиденткой было просто поразительным, куда там фильму. А когда Джабба заговорил, меня, признаться, посетила мысль, что хатты таки нашли Землю:

— Чоубазо! — «Россияне!» — перевел я для себя слова Джаббы, произнесенные визгливым, «прокуренным» голосом. — Там ка чее Боунта рулее йа, кее мадд ахдрудда ду вундее! — «Мировая общественность осуждает режим Путина, и его кровавую гэбню вместе с комуняками!»

Твилекк-секретарь, склонившись к хатту, и что-то прошептал тому на ухо.

— Кубба тее! — провозгласил Джабба. — Сибульба тута Песилито!

Польщенный даг, стоящий недалеко от нас, поприветствовал хаттов и болельщиков, помахав им ного-рукой, отчего трибуны взорвались радостными криками. «Ну ничего, мы еще посмотрим, кто сегодня будет триумфатором», — решил я.

Остальных участников, включая и Энакина, представлял уже комментатор. А я при помощи Китстера, подключив кабели от двигателей к пилотской гондоле, готовил кар к гонке. И тут раздался громкий, многоэтажный мат на хаттском – даг прыгал, потрясая ного-рукой, с которой на песок капали капельки крови.

— А вот нефиг грязными ручонками хвататься за чужой воздухозаборник системы охлаждения блока питания мотора! Особенно, если его торцы тщательно обработаны напильником, и по остроте они не уступают ножу, — прокомментировал я происходящее веселым писком, и про себя добавил. — «Скажи спасибо, что я туда фазу не подал. Три с половиной тысячи вольт в местных ионных батареях, это уже не просто порез на ладони, это просто горка пепла!»

Взбешенный Себульба бросился было к ничего не понимающему Энакину, с криком: «Это ты специально, рабское отродье!» Но резко остановился, когда за спиной мальчика появилась фигура джедая, который очень выразительно глянул на дага. Да уж, чего у джедаев не отнять, так это умение, вот так спокойно смотреть на тебя без тени эмоций – сразу чувствуешь себя тушей в лавке мясника. Мне, признаться, и самому от такого взгляда неуютно стало.

— Я еще доберусь до тебя, гаденыш, — процедил тот, проходя мимо меня.

— Предупреждение: Не рекомендую. Обещание: В случае угрозы функционированию человека, имя: Энакин Скайуокер – ты умрешь, — не удержавшись, тихо сказал я, переведя вокодер в режим безъинтонационного воспроизведения бейсика.

Бедный даг аж отскочил в сторону, да так резко, что мне пришлось быстро прятать манипулятор с бластером в корпус, пока кто-нибудь его не заметил. Что делать, дроиды-убийцы в мирах Внешнего Кольца редкостью не были, да и репутацию имели серьезную.

— Ты готов? — тем временем, спросил Квай-Гон у Энакина, помогая тому забраться в кабину кара, на что мальчик ответил лишь кивком.

— Запомни, Энакин, сосредоточься на происходящем, — наставлял его джедай, помогая надеть очки и шлем. — Не думай, положись на интуицию и просто чувствуй.

Мальчик вновь сосредоточенно кивнул, а Квай-Гон, заглянув ему в глаза, пожелал:

— Да пребудет с тобой Сила! — а затем развернулся, и зашагал к платформе, где его уже ждали Шми, Падме и Джа-Джа.

А я, вместе с остальными техниками, как органиками, так и дроидами, со всей возможной скоростью поехал к боксам. Туда же рванули и знаменосцы, потому как гонщики уже стали врубать движки, в ожидании того момента, когда вспыхнет зеленый сигнал светофора.

«Фух, успел!» — подумал я, остановившись возле Китстера и его дружка-родианца, что также прибежал поболеть за Энакина, а заодно и взглянуть вблизи на кары и знаменитых гонщиков. Еще пару секунд спустя, к нам присоединился Три-пи-о, который участвовал в выносе стяга.

— R2, ты думаешь, мастер Скайуокер сможет победить? — поинтересовался он.

— Еще бы! — ответил я, мысленно потирая руки.

И тут кары стартовали, оставив на линии старта лишь беднягу Квадренареса. Чудак че… гуманоид, это ведь гоночный кар, а не часы с кукушкой и боем. Да любому технарю понятно, что чем сложнее механизм, тем он ненадежнее. «Да и шансов у тебя так и так нет – Энакин сегодня выиграет гонку, и точка!» — мысленно усмехнулся я, наблюдая на экране, как малыш одного за другим обходит соперников.

А причина моей уверенности в победе Энакина была проста, не послезнание, а банальная аэродинамика – самая неуважаемая наука в галактике. Точнее две характеристики осевого компрессора турбореактивного двигателя – степень повышения давления[39] и крейсерская скорость[40]. И пусть двигатели, установленные Скайуокером на его кар, были одними из наименее мощных среди участников гонки, пусть моторы у того же Себульбы были втрое мощнее, но все они были гражданскими, с крейсерской скоростью 0,6–0,7М и степенью повышения давления не более восьми, а наши, от истребителя, имели соответственно 0,87М и 14,5. То есть кар Энакина мог эффективнее работать на более высоких скоростях, и имел лучшее соотношение тяги к площади поперечного сечения, а значит, был быстрее.

Вообще, слепая погоня за мощностью сыграла с участниками гонки злую шутку: да, гражданские двигатели мощнее и экономичнее, но в данном случае, это напоминало сравнение КамАЗа с 210-сильным движком, и легковушки со 105-сильным – для первого 90 км/ч космос, а вторая по хорошей трассе и двести выжмет. Правда, участники Бунта Ива в этом плане были не одиноки. Весь прогресс в области техники у галактической цивилизации, по-моему, строился не на оптимизации, а на простой замене агрегата на более мощный, что особенно было заметно на примере истребителей. Так, даже набуанские N-1, которые повсеместно считались, чуть ли не образцом совершенства в плане аэродинамики могли разогнаться в атмосфере всего до 1100 км/ч, и то требовали двигателей с атмосферной тягой 2х5500 кгс, и это при весе машины менее пяти тонн. Для сравнения, наши устаревшие МиГ-21, при весе 8,8 тонны и тяге двигателя 6850 кгс, развивали вдвое большую скорость. Конечно на N-1, как и на многих других истребителях, можно было врубить дефлекторы, и, используя пространственный режим двигателей, разогнаться до семи Махов в нижних слоях атмосферы, но в таком режиме из-за ионизации воздуха истребитель становился «слепым» и «глухим», да еще и очень заметным. И подобная ситуация считалась нормой, причем во всех областях техники, от бытовых приборов до оружия, и от дроидостроения до космических кораблей. Оптимизацией систем занимались единицы, вроде Энакина, которого, по сути, нужда заставила.

А тот, уже уверенно прорывался в лидеры гонки, обходя одного соперника за другим. За чем я мог наблюдать как на здоровенном экране, установленном для удобства зрителей, так и самолично, подключившись к трансляции гонок в голонет. «Ого, молодец, сразу двоих обошел. Хорошее начало!», — обрадовался я. Благо, памятной здесь лишь мне, задержки на старте у парня не возникло. Все же не зря я отобрал у Квай-Гона стартер. Нет, ну додуматься надо, запускать двадцатичетырехмегаваттный двигатель прямым пуском, особенно если ионных батарей самый минимум, только на гонку. Если сразу врубить на полную – моментально «просаживается» напряжение, срабатывает «минималка»[41] и устройство защиты батарей, которые и так сильно б/у-шные, а это потеря минимум десяти драгоценных секунд. Вот, я и перестроил стартер и распределители двигателей на трехсекундный плавный пуск, снизив пусковой ток[42] в два с половиной раза.

— Ложись! — бибикнул я, снова забыв что окружающие, кроме Три-пи-о, меня не понимают.

У оставшегося на старте Квадренареса, как я и помнил, отказала система сцепки, и все четыре движка его кара отправились в свободный полет. Один упал где-то за пределами Арены, два, не причинив никому вреда, врезались в грунт трассы, а последний влетел в заполненную зрителями трибуну, убив с десяток разумных и многих покалечив. Хорошо, что хоть ионные аккумуляторы не взорвались, ведь запас энергии в каждом из них, как в полуторатонной авиабомбе.

«Блин, вот уж точно, разумный разумному – "люпус эст". Куда я попал!? — думал я, глядя на оживленный и радостный галдеж среди зрителей. — У нас бы уже соревнования остановили, понаехало бы служб – от скорой до ФСБ, журналистов бы понабежало, президент бы с постным лицом траур и «соболезнования семьям» объявлял, а эти, трупы и раненых куда-то уволокли, и радуются. У них тут такое вроде бесплатного дополнения к программе шоу. Вон, даже двуглавый комментатор больше внимания выражению лица гонщика уделяет».

И снова радостные крики приветствуют гибель очередного разумного. Кто-то из гонщиков не справился с управлением и разбился в пещере. На этот раз аккумуляторы сдетонировали, отчего гора просела, завалив тоннель, а до нас докатилось сотрясение грунта. И это несмотря на почти двадцать километров расстояния. Хорошо, хоть Энакин, на этот раз, был уже далеко впереди.

Вот он поравнялся с «паровозом» Себульбы. Тот, желая сбросить с хвоста наглого человечка, бросил в него монтировку – не попал, что понятно – малыш, хоть и не обученный джедай, но все же форсъюзер. А когда Скайукер стал его обходить, попытался подрезать того.

«Во, блин, дежа вю! Это что веление Силы, или эластичность истории?» — кары сцепились, да притом на том же самом месте – на финишной прямой. Рывок, и кабель правого двигателя Энакина вырвало из муфты заставляя гондолу бешено вращаться вокруг продольной оси.

— Нефиг было ручонками шаловливыми к муфте лезть! — зло пискнул я, толкнув манипулятором в бок побледневшего Китстера.

А сам, в это время, с тревогой следил, как мальчик стабилизировал гондолу, и, поймав магнитным захватом конец кабеля, подключил его и закрепил. Одно радовало, в этот раз Себульба не отделался разбитым каром, его кабина на восьмистах километрах в час влетела в скалу и взорвалась.

И спустя минуту, под вой моторов, что перекрывал крики толпы, мимо нас промчался Энакин, а следом за ним, с отрывом в полминуты, и все остальные участники гонки, те что остались. Человеческий и родианский детеныши весело кричали, радуясь за друга. А я, взглядом отыскав наших, вгляделся в их лица. Квай-Гон хоть и казался спокойным как скала, но, судя по взгляду, явно нервничал. Падме, закусив губу, и сжав ручки датапада, так что аж пальцы побелели, не мигая, всматривалась в экран. А Шми, стоя рядом с ней, также не отводила тревожного взгляда от датапада. На ее лице отражалась смесь страха и гордости.

— Есть один круг! Осталось два! Главное продержись, Эни! — пропиликал я, мысленно сжимая кулаки, потому как Скайуокер набрал просто сумасшедшую скорость.

Его отрыв от ближайшего соперника с каждой секундой рос все сильнее и сильнее. После второго круга он составлял уже три минуты и одиннадцать секунд. И все рос и рос. Вот на повороте, когда Эни сбросил скорость, тускены засевшие на скалах открыли по нему огонь, но их пули лишь подняли фонтанчики песка позади кара. Два прошлых раза они попросту не успевали изготовиться к стрельбе, так быстро несся кар мальчика. А вот идущему вторым гонщику так не повезло. Да пребудет он в Силе. Кар, потерявший управление попросту размазало о скалы. А мальчик все несся вперед. Оценив, пользуясь известными размерами кара его скорость, я офигел: 255 метров в секунду, или 918 километров в час – быстрее, чем крылатая ракета[43], и это на высоте два-три метра от земли. И хоть технически я дроид, и мое восприятие при пилотировании на порядок выше человеческого, но сомневаюсь, что смог бы так вести кар. Подумать только, мои программы оценивали объем управления, как тридцать восемь команд и коррекций в секунду, а необходимую скорость реакции в тридцать миллисекунд[44].

Вот и финишная прямая. Комментатор исходил слюной из обеих голов. Народ на трибунах громко и неистово вопил. «Еще немного, продержись малыш», — мысленно обращался я к нему. Я и представить не мог, каково ему там, в открытой кабине, защищенному лишь шлемом и очками, выдерживая десятикратные перегрузки, рисковать жизнью.

Но все когда-то кончается, как закончилась и гонка Бунта Ив Классик этого года. Кар Скайуокера пересек финишную черту и затормозил. Рев моторов сменился ревом толпы на трибунах, ведь сейчас, на их глазах, произошло невозможное, человеческий мальчик, раб, не просто победил в гонке, и стал самым молодым в истории чемпионом, но и установил новый рекорд трассы. И, ни я, ни кто-либо другой, тогда не знали, что рекорд этот продержится еще двадцать три года, и побить его сможет лишь другой мальчишка, правда с той же фамилией. Но это уже совсем другая история.

А сейчас, до Арены один за другим добирались участники гонки. Вылезая из кабин своих каров, они подходили к Энакину, чтобы поздравить его, а он все так же сидел в кабине, не имея даже сил выбраться. Его хлопали по плечам, обсуждали ход гонки, вспоминали тех кто погиб, и строили планы на будущие гонки. Гонщики признали Скайуокера своим.

Вот через обступившую кар толпу протиснулся Квай-Гон, который уже успел смотаться в ложе к Уотто, и взять того «за жабры» по поводу возврата долгов. Он помог мальчику вылезти из кабины, и снять шлем и очки.

— Досталось тебе сегодня, — сказал он мальчику, стирая с его лица грязь. — Но ты все сделал как надо.

— Мы обязаны тебе, Эни, — поблагодарила его Падме, и чмокнула в щеку. Отчего тот весь прямо засиял. А Шми, обняв сына, сказала:

— Эни, ты замечательный! Ты вернул надежду тем кто отчаялся, — и еле слышно добавила. — Ты возродил славу наших предков…

А час спустя, забрав из лавки Уотто гипердрайв, мы отправились в обратный путь к яхте. Еще требовалось установить и подключить генератор, откалибровать систему и настроить регуляторы поля смещения, но тут не должно было возникнуть проблем. Так что, в пути я подвел итог своего посещения Татуина: во-первых, я помог Энакину Скайуокеру, во-вторых, разжился нормальным бластером, и, наконец, заработал 6300 кредитов на ставках. И еще составил план, как вытянуть Шми Скайуокер из рабства, да так, чтобы получить из этого наибольшие возможные дивиденды, а заодно не рисковать понапрасну ее жизнью. Что-то мне подсказывало, что эта женщина не так проста, как кажется, да и спасти ее от смерти в плену у тускенов, признаться честно, просто по-человечески хотелось.

Впереди, блеснула на солнце хромированным покрытием красавица J327. И, казалось это придало всем сил, в том числе и эопи, тянущим репульсорные тележки с деталями гипердрайва и нами впридачу. Даже Джа-Джа стал что-то напевать себе под нос на гунганском. Падме, тоже попробовала ему подпевать, но быстро бросила это занятие – человеческое горло для подобных звуков предназначено определенно не было.

Возле пандуса яхты нас встретили Оби-Ван и Панака.

— Я беспокоился, — чуть стесняясь, произнес падаван.

Он явно, очень переживал все это время. И сейчас был просто рад возвращению учителя. А тот, тем временем, помог выбраться из седла юной королеве, которая еле дошла до выбежавшей ей навстречу Эритае, буквально повиснув у той на шее – бедняжка за эти дни сильно вымоталась, да еще ее по дороге чуть укачало.

— Мать вашу, сначала опустите платформу и перестропите груз! А то вы его сейчас точно к хаттам, разъе… разобьете! — на бинарном набибикал я на радостных технарей, что всем скопом набросились на гипердрайв.

— Как дети, — грустно констатировал Рик Олие, что тоже вышел нас встречать. — Дроид прав, сейчас на радостях разобьете, и где нам тогда еще один гипергенератор на этой планете искать!

Двойное внушение подействовало. Теперь технари обращались с генератором бережно, словно с ребенком. Правда, меня чуть напрягало, что их семь человек – оставалось уповать на то, что у гипердрайва нет глаз.

— Я отлучусь ненадолго. Есть еще одно незаконченное дело, — обратился к Оби-Вану Квай-Гон.

— Дело? — откликнулся падаван. — Отчего-то я чувствую, что с нами полетит еще один несуразный гуманоид.

— Это мальчик, человек, — ответил джедай. — Только благодаря ему, мы получили запчасти. И это его кровь ты проверял прошлой ночью.

Квай-Гон ушел, а я, вместе с Оби-Ваном и техниками, занялся подключением гипердрайва. Все встало на место как родное, и единственной проблемой стало столпотворение, что устроили технари в отсеке – за эти три дня люди устали от ожидания, а тут появилась возможность отвлечься и поработать. Так что уже через два часа все было готово. Я успешно прогнал тесты системы, и, поздравив Джей с «обновкой», отправился в грузовой отсек, дожидаться возвращения джедая с Энакином. Меня не отпускало чувство тревоги, ведь где-то здесь, на планете должен был быть Дарт Мол, а я переживал, как бы мое вмешательство не нарушило ход истории, и встреча с ситхом не произошла вдалеке от корабля.

В тревожном ожидании, я наматывал круги по отсеку еще час, пока из-за бархана не вышли две знакомые фигуры – джедай и мальчик. Они быстро шли по направлению к нам. Я уже успел обрадоваться, что Мол их не нашел, когда вдали показалась черная точка, что по мере приближения, превратилась в спидер-байк с сидящим на нем забраком в черном плаще. «Мазохист! И как он на здешней жаре в темном ходит?» — мелькнула у меня неуместная мысль. А в следующий миг, ситх, чуть не сбив Энакина, погнал байк прямо на Квай-Гона. За что чуть было не поплатился, когда световой меч джедая разрубил аппарат, и, чуть было не лишил Мола правой ноги, которую он успел убрать, буквально в последний момент.

Спрыгнув на землю, забрак активировал меч, и обрушил на джедая град молниеносных ударов, что сыпались буквально отовсюду, на запредельной для обычного человека скорости. Квай-Гон с трудом успевал их блокировать. Я, даже со своей скоростью восприятия, не мог уловить часть движений, и потому включил запись – будет время, разберусь. И, что обидно, я им ничем не мог помочь, потому что расстояние до дерущихся было 196 метров, а вероятность поражения ситха, при его скорости, мои программы оценивали всего в 19 %, и это без учета предвидения и того, что я еще не успел привести оружие к нормальному бою[45]. Поняв, что так, долго продолжать бой он не сможет, отступающий джедай крикнул Энакину: «Беги на корабль, Эни! И немедленно взлетайте!»

Мальчик рванул к нам, спотыкаясь в песке, а я, активировав комлинк, вызвал ИскИн яхты:

— Джей, срочно начинай диагностическую процедуру?18/2! — скомандовал я.

Эта процедура подразумевала ускоренный прогрев и запуск репульсоров, маршевых и маневровых досветовых двигателей. А главное, позволяла выполнить все предпусковые операции без команды капитана корабля. Ну не хотелось мне ситх знает, сколько времени убеждать Джей, что я имею право отдать команду на взлет, или дожидаться пока Оби-Ван, Панака и Олие соизволят выглянуть в окно и примут решение взлетать.

Наконец, спустя полминуты, Энакин добежал до пандуса, и одновременно с ним в отсек вошли Панака и Падме.

— Квай-Гон в беде! — задыхаясь от бега, крикнул мальчик. — Он сказал… чтобы вы… ху-х… взлетали.

— А ты, вообще кто такой? — подозрительно спросил его Панака.

— Скорей, капитан! Хатт тебя… — крикнула Падме. Когда только ругаться научилась? И подтолкнув Эни, побежала вглубь корабля. А Панака, также явно удивленный неожиданной резкостью своей юной королевы, помчался следом.

Еще через минуту взвыли турбины двигателей, и тихо завизжали репульсоры. Яхта легко оторвалась от поверхности, и, развернувшись, полетела на высоте метров в десять, в сторону дерущихся.

К этому моменту, поединок успел перейти в позиционное противостояние, если так можно выразиться. Квай-Гон, явно был сильнее и опытнее забрака, зато тот был быстрее, и явно применял неизвестные джедаю приемы. Кружась вокруг него, и используя элементы акробатики, ситх пытался атаковать, но постоянно натыкался на жесткие блоки джедая, что не только не давали нанести решающий удар, но и ломали ему атаку, заставляя отскакивать назад, и начинать все снова.

Когда корабль пролетел над ними, Квай-Гон, в очередной раз оттолкнул от себя противника, совершил невероятный прыжок, и очутился на пандусе, схватившись рукой за его гидроцилиндр. Забрак прыгнул следом. Но в этот момент, я выстрелил из своей мортирки, правда вхолостую, так как боялся, что близкий разрыв может повредить корабль.

«Да уж, у джедаев, ситхов и акул есть много общего! В том плане, что сначала кусают, а затем уже задумываются, что же это было», — подумал я, когда Мол рубанул световым мечом по осколочному боеприпасу, который вполне закономерно взорвался, отбросив ситха назад и в сторону. Жаль только, что это его не убило. Видимо меч, до того как заряд взорвался, успел или испарить блок поражающих элементов, или нарушить конфигурацию заряда взрывчатки, потому как почти сразу после падения, фигура в черном плаще поднялась с песка, прижимая одну руку к лицу, а в другой продолжая сжимать меч. Но близкий взрыв, и для него, явно не прошел бесследно. Когда я максимально увеличил изображение со своих сенсоров, стало четко видно, что из-под прижатых к лицу пальцев забрака, стекает струйка крови, а со штанины правой ноги, на песок капают густые темно-красные капли. Все-таки, форсеры живучие гады – обычный человек после взрыва такой силы и падения с восьмиметровой высоты, минимум бы на пару недель в больницу попал, или, что скорее, до конца дней остался бы инвалидом, а у этого легкая контузия и парочка царапин.

— Чем это ты его, R2? — спросил Квай-Гон, повалившись на пол и тяжело дыша. — И не смей мне пищать, я знаю, что ты себе вокодер установил.

«Ух, итить твою, попал! Интересно, кто это меня сдал, Падме или Энакин? Нет, блин. Точно! Это он наш с Эни разговор прошлой ночью услышал. Но уж о гранатах, я тебе все равно не скажу! Выкуси!» — чуть паникуя, подумал я.

— Не бойся, малыш, я никому про это не расскажу, тем более, что ты нам всем очень помог, и не один раз, — подбодрил он меня.

— Я бросил в него ионный аккумулятор ИнтКел АР-5В, — ответил я, быстро найдя в своих базах данных подходящий по емкости и размерам элемент питания.

— Подумать только, — усмехнулся джедай. — Дроид победил ситха при помощи батарейки.

Двери отсека распахнулись, и к Квай-Гону подбежали Оби-Ван, Панака и Энакин.

— Кто это был, учитель? — спросил падаван, помогая тому сесть.

— Я его не знаю, — ответил джедай. — Но он владеет Силой, и ему явно нужна была королева.

— Он будет нас преследовать? — обеспокоено спросил Энакин.

— Сейчас мы в безопасности, — ободрил он мальчика. — Но он знает куда мы направляемся. И раз он смог найти нас один раз, найдет и во второй.

Оби-Ван, тревожно взглянул на наставника, а Эни вновь спросил:

— И что нам делать?

— Набраться терпения и ждать, — философски ответил Квай-Гон. — Кстати, Энакин Скайуокер, позволь представить тебе Оби-Вана Кеноби, Оби-Ван, это Энакин.

— Привет, — тут же отозвался мальчик, протянув падавану руку. — Ты тоже джедай? Очень приятно познакомиться!

А тот, осторожно пожав детскую ладошку, отвернулся, и состроил учителю страшную рожу.

— Помоги мне подняться и дойти до каюты, ученик, — произнес Квай-Гон, и удалился в сопровождении остальных. А я, подключившись к электросети Джей, начал процесс подзарядки и анализа прошедшего, так сказать, боя.

Яхта вышла на орбиту, и после получасового разгона, ушла в гипер. Впереди был Корусант.

Глава 7

Планета Корусант,

Галактический город,

ул. Республики, 500.

В апартаментах, что занимал на Корусанте сенатор от сектора Чоммел Палпатин, царила тишина. Прислуга из числа людей разошлась по домам, а дроидов он не держал, кроме самых примитивных уборщиков, чей электронный мозг даже к пятому классу относился с большой натяжкой. Он всегда старался избавляться от их общества при первой же возможности. И на то были причины – люди способны предать, а мысли дроидов неощутимы в Силе.

Да, он владел, да что там, он Властвовал над Силой. Он был Лордом Ситхом. Об этой тайне улыбчивого, всегда доброжелательного, любящего изредка поинтриговать и, как любого из сенаторов, чуть коррумпированного набуанца, знали очень и очень немногие разумные, большинство из которых уже были мертвы. А остальные должны были умереть к тому моменту, когда он, наконец, осуществит Великий План.

«И я даже знаю тех, кто умрут первыми! — с улыбкой подумал он. — Первым, конечно же, будет учитель… Ха, да чему ты еще можешь научить меня, старый торгаш!? Ничтожная тень великого Ситха, которым ты так и не стал из-за собственной трусости и жажды бессмертия. Не спорю, ты далеко зашел на пути познания Силы, но ты забыл главное – Ситхи должны не познавать Силу а владеть ею. Владеть может лишь сильный, слабый же должен пасть, а ты слаб. Ты хотел создать Сит'ари, подобного Дарту Бэйну, а меня использовать, и отбросить за ненадобностью. Что ж, радуйся, твоего дорогого Порожденного Силой, уже нашли джедаи. Ты думал, что на забытом Силой Татуине его не обнаружат!? Думал, что сможешь получить в его лице нового ученика!? Вместо меня!? Нет, Дамаск, он будет служить лишь мне! И только мне! Негоже разбрасываться подобным отборным материалом. И пусть джедаи обучат его, я подожду, я умею ждать, а после, я лишь отшлифую этот бриллиант!»

В стоящем в помещении полумраке полыхнули желтым глаза.

«Но какой материал! Даже без Силы его родня впечатляет. И только я смогу использовать его наилучшим образом. Он станет мне верным слугой! — ситх улыбнулся, но в следующий миг улыбка сменилась презрительным оскалом. — Жалкий забрак! Он заслужил смерти! Как он посмел так опозориться!? Не смог выполнить простое задание… Мое задание. Не смог захватить эту девчонку Амидалу. Ему, видите ли, не удалось победить престарелого джедая. А самое главное, он был ранен дроидом. Жалкое зрелище».

Рука с тонкими пальцами сжала подлокотник кресла.

— Их всегда двое. Учитель и ученик. Один, чтобы воплощать Власть, а второй, чтобы ее жаждать, — едва слышно процитировал Правило Бейна набуанец. — Но чтобы жаждать и воплощать, надо сперва стать достойным власти.

«Ничего, светлый Орден даст мне сколько угодно верных рабов. Их страхом Тьмы и слепым следованием замшелым мертворожденным догмам, так легко манипулировать…»

На борту яхты было тихо, лишь шелестела вентиляция, тихо журчали жидкости в трубопроводах да с присвистом похрапывал Джа-Джа. При полете в гипере, вообще удивительно тихо, работают только гипердрайв, реактор, да системы жизнеобеспечения. И если последняя на яхте выполнена максимально тихой – не абы для кого строилась, то первые услышать вообще невозможно, из-за отсутствия движущихся частей. Я еще с прошлой жизни люблю такую тишину, когда все работает и можно спокойно заняться чем-то полезным, в ожидании когда ее разорвет вой сирен аварийной сигнализации, тревожный перестук реле и хлопки срабатывающих выключателей. Тьфу-тьфу-тьфу, и по голове постучать, чтоб не сглазить. Хоть сейчас это не поможет, ведь и плеч нет, и голова не дубовая – чугунная… почти.

Подключившись к сети яхты, я просматривал изображения с камер видеонаблюдения. На корабле кроме меня не спали лишь трое: капитан Олие, неподвижно застывший в кресле пилота, грустящий в уголке отсека Энакин, и Падме. Девочки-служанки в обнимку спали в королевской каюте, и лишь юная королева, сидя рядом с ними, все глядела в одну точку, и нервно покусывала губы. Слава Силе, что она отправилась с нами, и смогла хоть немного отвлечься. А тут, еще это сообщение хаттское – можно подумать, во время оккупации захватчики будут о народе заботиться, или, там, поддержанием функционирования инфраструктуры заниматься. Нет, будут конечно, куда они денутся, но далеко не сразу и по остаточному принципу. Так что народ Набу голодает вполне закономерно, и, скорее всего, даже, неумышленно. Жаль только девчонке, это не объяснишь. Да и то, что ты понимаешь при взгляде со стороны, и то что можешь принять, когда это коснется тебя лично, штуки сильно разные.

Вот она, наконец, не вытерпела, и пошла лично смотреть сообщение – можно подумать, ей трех пересказов Сабе не хватило. Включив терминал гиперсвязи, Падме молча вглядывалась в лицо Сио Библла – наместника, а фактически премьер-министра Набу. Как по мне, не так и плохо он выглядел, да и ситуация еще не критичная. Впрочем, возможно, это только у меня после книг и фильмов о Войне, да и детства прошедшего в 90-е, такое отношение, а для местных получивший по почкам министр, и прекращение распределения продуктов питания на планете с мягким субтропическим климатом в заселенной зоне, это гуманитарная катастрофа и, вообще, акт геноцида.

Просмотрев запись, и тяжело вздохнув, Падме обратила внимание на внимательно смотрящего на нее Энакина.

— С тобой все в порядке, Эни? — спросила она.

— Мне очень холодно, — пожаловался тот.

— Ты с теплой планеты, — сказала она, укутывая мальчика в плед. — А в космосе всегда холодно.

— Тебе грустно? — спустя какое-то время спросил он, глядя ей в глаза.

— Королева обеспокоена, — вздохнула Падме. — Ее народ умирает. И она должна убедить Сенат, прекратить вторжение на ее планету. А иначе…

Девочка не смогла договорить, и, отвернувшись, тихо заплакала.

— Не плачь, — попросил ее Энакин. — Мама говорила, что если сражаться до конца, то самый страшный враг не сможет сломить волю людей, и даже если все погибнут, память о них будет жить.

— Но жители Набу не воины. Мы мирный народ, — тихонько шмыгнув носиком, произнесла девочка, и пару секунд спустя, сказала. — Мы можем надеяться лишь на королеву и мудрость Сената.

— Вот. Это я сделал для тебя, — высунув руку из-под одеяла, он протянул ей деревянный кулончик на шнурке. — Он из дерева джапор. Возьми, на память.

— Он очень красивый, — улыбнулась Падме, сняв капюшон, и надев украшение на шею. — Но мне не надо никаких символов. Разве я смогу забыть своего будущего мужа? Многое может измениться, когда мы прибудем на Корусант, Эни. Но одно не изменится – мои чувства к тебе.

— Я знаю. Я никогда не перестану любить тебя, — очень серьезно сказал мальчик, и чуть жалобно добавил. — Только я очень скучаю…

— По маме, — закончила за него Падме и поцеловала его в щеку.

Глядя на этих детей, на их наивную влюбленность, на их веру в идеалы и справедливость, я мысленно сжимал кулаки. «Хатта вам всем в шебс, с изгибом и тройным поворотом, с десятком ситхов во все дыры! Не дождетесь! Я вам, дикуте, все ваши хитрые планы на всю глубину, без вазелина…» — билась в сознании мысль. И такая вдруг тоска накатила, смешанная с белой завистью. Понимание того, что сам-то я так и останусь программой, железякой, пусть с человеческой душой, но всего лишь дроидом. И как множество раз до этого, вот также, когда ночью остаешься один на один со стервой памятью, вспомнилась моя Надюха. Мелкая, с пухлыми щечками девчонка со двора. Не модель и не красавица, обычная девочка. То единственное, не считая родителей, о чем я жалел, из того, что осталось в том мире. Та, с которой мы должны были пожениться через два месяца после того дня. Порою, просто волком выть хотелось оттого, что ее нет рядом, что я ей даже позвонить не могу.

Выведя на виртуальное поле зрения ее голофото, инвертированное из моих воспоминаний, я сказал про себя: «Я тоже никогда не перестану любить тебя, моя Наденька!»

Чтоб отвлечься, и не изводить себя понапрасну, мне пришлось погрузиться в работу. Этот прием всегда помогал безотказно. Вот и сейчас я занялся расчетом гипермаршрутов, применив для этого свои скромные знания математического моделирования, что сохранились в моей памяти из институтского курса. Ведь, по сути, путешествие по гипермаршрутам, это элементарная транспортная задача, где даны параметры объекта, в данном случае корабля, узловые точки, расстояния, стоимость заправки в них, допустимая скорость на участке трассы, и еще с десяток других параметров. И если при полетах на короткие дистанции, подобные расчеты особого толка не давали, то в путешествиях вроде нашего, от Татуина до Корусанта, когда необходимо пересечь полгалактики, они позволяли сократить время полета до 11 %, а стоимость до 25 %. Даже страшно стало, в некотором роде. Получается, я могу на святое посягнуть – на определение курса корабля его капитаном. Ведь как этот самый курс у дальнемагистральных рейсов прокладывается: выход по одному из известных маршрутов на гиперпуть, определение, исходя из характеристик корабля, оптимальной длины гиперперехода, и то если кэп потрудиться соизволит, а не возьмет стандартную величину из паспорта корабля, и затем, уже на ее основе привязка к конкретным системам для дозаправки, «подскока», или коррекции. А тут получается то же самое, но уже с учетом еще нескольких параметров, которые можно спокойно взять или из лоций, или из голонета. И опять все та же история, что и всегда – экстенсивное развитие цивилизации порождает жутко неэффективное использование ресурсов.

А утром я стал свидетелем тренировки джедаев. Точнее попытки Квай-Гона обучить Энакина медитации. Что сказать, я всегда восхищался терпением педагогов, а мастер Джинн явно имел в этом плане недюжинные способности. Он битых два часа пытался втолковать мальчику, что такое медитация и как надо действовать, чтобы раскрыться и почувствовать Силу. А тот честно пытался, но особых успехов пока не добился. Под конец, наверное, всем присутствующим, и мне, в том числе стало казаться, что мы что-то такое ощущаем, а непоседа Эни все никак не мог сконцентрироваться и постоянно отвлекался. Хотя, я понял, отчего ситхи учеников молниями лупят – я бы, так как джедаи, точно не вытерпел.

И вот так продолжалось весь полет, пять дней, между прочим. С утра, бесплатный цирк под названием «девятилетний нормальный мальчишка пытается десять минут усидеть спокойно», затем всевозможные беседы до обеда, а после него все по новой. Мне хотя бы легче было, получилось нормально «подшаманить» Джей. Я даже поврежденные при прорыве с Набу элементы обшивки заменил, и магистраль питания дефлекторного щита переделать умудрился. А еще довел «до ума» программу оптимизации гипермаршрутов, которую планировал продать через голонет – деньги они штука нужная и лишними не бывают. Да и наставление «по организации боевого охранения колонн наземного транспорта в зоне боевых действий» наконец дописал. И, в конце концов, смог привести к нормальному бою свой бластер, истратив на это девять зарядов, стреляя в реактивную струю субсветовых двигателей, во время выходов в обычное пространство. Кстати, спецификации не обманули, КВО[46] не превышало одной тысячной, почти как у АКМ. Так что время в пути я провел не зря.

А затем мы прибыли на Корусант. И меня самым подлым образом оставили на корабле. Впрочем, может оно и к лучшему, а то очень уж нездоровое желание, провести острый эксперимент[47] с живым ситхом и осколочным боеприпасом направленного действия, после случая с Молом, возникало у меня при одной лишь мысли о Палпатине.

Дождавшись пока народ разойдется, я съехал по пандусу на репульсорную платформу, на которую села наша яхта, и, остановившись возле Рика Олие, который любовался видами экуменополиса, сам стал рассматривать эту величественную картину. Что тут скажешь, Корусант, одним словом. Мощь, величие, чудо инженерии и триумф галактической цивилизации, с одной стороны, и мертвый, перенаселенный мир, зияющий гнилыми потрохами вечнотемных нижних уровней, с другой. Гигантская фабрика по производству полумиллиарда тонн дерьма в сутки, которое, между прочим, экспортируют на двадцать шесть аграрных планет и две сотни орбитальных гидропонных заводов. Место, где торгуют и потребляют более триллиона разумных. Не считать же полезным экспортным товаром, разномастные голошоу, новостные и развлекательные передачи в голонете и законы принимаемые республиканским Сенатом. Ах да, Корусант, это еще и куча различных преступников, наркотрафик и порноиндустрия. В общем, типичный мегаполис, но возведенный в квадрат, а то и в куб.

— Что, дроид, любуешься? — спросил меня кэп.

— Подтверждаю, — пропиликал я в ответ.

— Странный ты дроид R2, вроде и обычный астромех, а за время полета такой ремонт корабля выполнил… Да и пилотируешь истребитель так, что будь ты разумным, я бы тебя не задумываясь в эскадрилью пилотом записал, — задумчиво произнес он, и вдруг спросил. — У тебя уже сформировалась личность?

Мне, признаться, поплохело, а процессор охватывала паника: «Это что выходит? Неужели я так палюсь? Сила, меня ведь и стереть могут попробовать, а, убедившись, что ничего у них не выходит, скорее всего, просто утилизируют!»

— Можешь не отвечать, малыш, — неожиданно дружелюбно сказал Рик, и ободряюще похлопал по крышке корпуса. — Если позволит Великая Сила, и мы вернем Набу королеве, подай прошение о предоставлении тебе набуанского подданства. По конституции королевства Набу: «Ни один разумный не может владеть другим разумным, или принуждать его к чему-либо против его воли», — торжественно процитировал он четвертую статью конституции королевства. — А по законам нашей планеты любой дроид со сформировавшейся личностью, считается полноправным разумным.

«Млять! — единственное, что приходило мне на ум. — Учи матчасть, Эрдваныч!» Нет, ну я и идиот, вот он «Закон о правах разумных видов и рас, на территории и в пространстве королевства Набу» в редакции 923-го года, статья 58 пункт три. Вот этим и отличается загрузка в память от изучения. Лень мне было, видите ли, три с половиной гигабайта законов, указов, кодексов и подзаконных актов перечитывать – загрузил и порядок, думал. А делов то было «челобитную» на монаршие имя написать, и в трехдневный срок получить статус разумного, и за три недели, полноправного подданного королевы.

— Я не разумный, я идиот! — пробибикал я, констатируя очевидное, на что Олие лишь добродушно рассмеялся.

— Я одного не могу понять, R2, - отсмеявшись, спросил он. — Кто такой этот В'ар'як, и почему с ним делали эти ужасные вещи? Ну, тот, про которого ты пищал, когда мы блокаду прорывали.

— Я таким образом, использовал идиоматические выражения характерные для ненормативной лексики, — пришлось пояснить мне, сгорая от стыда, ведь я совсем же забыл, что в бинарном нет времен и части падежей, а значит, маты будут звучать несколько необычно. — А «Варяг» – это крейсер времен Гражданской войны джедаев, что произошла четыре тысячи лет назад, — придумал я подходящее объяснение, мысленно прося прощения у русских моряков. — Он, вместе с канонеркой «Кореец», был заблокирован в космопорту шестью крейсерами и восемью корветами ситхского флота. После неравного боя, повредив или уничтожив часть кораблей противника, капитан «Варяга» Руднев приказал выжившим членам команды покинуть корабли, и уничтожить их, чтоб не достались врагу[48].

— Я не знал… — спустя минуту, произнес кэп. — Жаль, что сейчас о таком не вспоминают. В Республике не принято говорить о военных подвигах. Все больше вспоминают политиков. Разве что джедаи хранят память о древних войнах… Ладно, дроид, пока ты еще не стал подданным Набу, проверь репульсоры правого крыла Джей, — помолчав, продолжил он. — И не смей называть мой корабль «Серебряная моя», «Блестящая», «Серебристая птичка» и «Лапка зеркальная»!

— Есть, сэр, — браво пипикнул я, и обращаясь к искину яхты через комлинк, продублировал акустически. — Рыбонька сверкающая, кэп сказал, что у тебя правый репульсор барахлит. Дай посмотрю.

Поломка оказалась пустяковой, всего лишь рассинхронизация потоков, так что весь ремонт занял всего шесть минут двадцать пять секунд. И я решил залезть в столичный голонет.

— Хатт, да мне сегодня можно «на скачок»[49] идти, или в рулетку играть, фарт с халявой поперли! — не удержался я от восторженного писка. — Ну, Джанго Фетт, ну порадовал!

Первое, что я увидел, подключившись к голонету, был мой счет. Двадцать девять с небольшим тысяч кредитов, и это не считая шести тысяч трехсот выигранных мной на Татуине. В первый момент, я даже не понял, откуда взялась такая сумма, но потом разобрался – оказалось это гонорар за мои статьи по тактике. А еще я понял, насколько мандалорцы уважают своего бывшего мандалора Джанго, который эти самые статьи рекомендовал к прочтению.

Первым, что я сделал, получив достаточно денег, был заказ комплекта репульсоров для астромехов R-серии. Все-таки хорошо, что мы на Корусанте, потому как штука эта редкая и дорогая – шесть тысяч, втрое дороже реактивных двигателей, и, даже на треть дороже нового дроида моего типа. Зато нет раскаленной реактивной струи и ограничений по запасу топлива. А еще я заказал себе любимому реактор серии RS-145 с комплектом энерговодов и токораспределителей, чуть меньший по размерам, чем реакторы дроидек, и при этом с увеличенной на 30 % пиковой мощностью. И пусть мой счет «похудел» вдвое, это того стоило. Потратил бы и больше, да только анонимно купить компактный дефлекторный щит, как и оружие на Корусанте оказалось невозможно. Конечно был еще черный рынок, где, я думаю, и тяжелый крейсер, при наличии средств, можно было приобрести. Но для выхода на эти структуры у меня, банально не было ни времени, ни «крыши».

Мои заказы, в числе прочих, доставили, когда уже стемнело. А спустя два часа, мы получили приказ готовиться к старту. Это Амидала с Энакином, в отличие от меня, слетали сюда впустую, если не считать того, что они благополучно сделали ситха канцлером, и в очередной раз рассорили Квай-Гона с Советом. А я встречал их на площадке. Все же мальчика следовало поддержать, потому что его сегодня, фактически, беспочвенно обвинили, причем, как это часто бывает, не заметив бревна в своем глазу. Ведь если разобраться: что такое страх маленького мальчика, которого забрали от мамы, в сравнении со страхом ответственности и будущей возможной конкуренции у двенадцати взрослых мужиков и баб?

— Здравствуй, Эни! — поприветствовал я на бинарном, вылезшего из спидера вместе с джедаями Скайуокера. — Тебя не взяли в Орден?

— Ага, — грустно отозвался он.

— Ты главное не переживай, и все будет хорошо! — приободрил я его. — Держись Квай-Гона, и станешь самым лучшим джедаем. Я знаю!

— Спасибо, R2! — улыбнувшись, ответил малыш, и подошел поближе к джедаям.

— …это вовсе не дерзость, учитель, — продолжая, явно, давно начатый спор, доказывал Оби-Ван. — Это правда!

— Это ты так считаешь, — спокойно ответил тот.

— Этот мальчик опасен. И все это чувствуют. Кроме вас!

— Его будущее неясно. Но он не опасен! — выйдя из себя, решил приструнить оборзевшего падавана Квай-Гон. — Как поступить с Энакином, определит Совет. И, я думаю, мы на этом закончим. Ступай на корабль!

Расстроенный Кеноби поднялся на борт яхты, а Эни спросил:

— Учитель Квай-Гон, это из-за меня? Я не хочу быть проблемой!

— Ты и не будешь. Пусть, мне запретили учить тебя, но ты просто наблюдай за мной и запоминай то что увидишь, — ответил ему джедай. — И всегда помни: восприятие определяет реальность. Держись возле меня и все будет хорошо.

Энакин сосредоточенно кивнул, и удивленно взглянул на меня. И на секунду задумавшись, спросил рыцаря:

— А кто такие мидихлорианы?

— Это микроскопические живые существа, живущие в клетках всех живых организмов, — пояснил Квай-Гон. — Неизвестно каким образом, но они связаны с Силой. Точно известно лишь то, что по их уровню можно определить, сможет ли человек овладеть силой.

От объяснений джедая, на тему: что такое мидихлорианы и с чем их едят, меня отвлекло сообщение Джей, о приближающемся челноке с Амидалой и свитой на борту. Этот «автобус» плавно развернулся, пристыковавшись к пилону платформы, и откинул боковую аппарель. По ней парадным строем вышли набуанские гвардейцы, что выстроившись двумя шеренгами, образовали коридор, по которому прошли Сабе, как обычно, в королевском наряде, Падме с девочками, Панака и Джа-Джа.

— Ваше величество, мы рады и впредь, служить и охранять вас, — обозначив поклон, произнес джедай.

— Я благодарна вам за помощь, — ответила Сабе, изображающая королеву. — Сенатор Палпатин опасается, что члены Федерации попытаются меня убить.

— Я этого не допущу. Даю слово, — пообещал Квай-Гон.

Она развернулась, и в компании девочек и Панаки, взошла на борт яхты. Следом за ними, строем проследовали гвардейцы. И только гунган им всю красоту испортил, дико завопив:

— Ура! Наша лететь домой!

Я же, последним заехав на борт, и дождавшись ухода корабля в гипер, принялся разбираться с покупками. Благо все органики, кроме пилота, сразу же повалились спать, и помешать мне не могли.

Первым делом, я соединил энерговоды и токораспределитель, подогнав длину проводников до необходимой. Затем, протестировал реактор при помощи бортового стенда, и спланировал последовательность установки оборудования. Не дай Сила, Энакин ошибется. Обидно, что я сам себя чинить не могу, но тут уж, как говорится: «Кто не рискует, тот не ест!».

А с утра, выудив Эни из лаза обслуживания установки регенерации воздуха, в который он забрался чтобы «посмотреть как крепится рама вентилятора», я поручил ему ответственную задачу по апгрейду моего шасси, за которую он принялся с поистине маниакальным восторгом. Пришлось даже пару раз предупреждать его, чтобы не увлекался, и не сломал меня. Да и план выполнения работ я его заставил повторить дважды, прежде чем позволил отключить себя.

Отключение питания изнутри – штука странная. Вот, сняв с меня крышку, мальчик тянется рукой к тумблеру питания, а вот уже в поле зрения бегут строки сообщений о загрузке программ, и запуске узлов и механизмов. По встроенным часам, я находился в отключке один час двадцать две минуты и четыре секунды.

«Найдено новое оборудование. Подключить?» — вспыхнуло в темноте новое сообщение.

«Да!» — мысленно отдал я команду, и в тот же миг сообщение сменилось загрузочной полосой, надпись над которой извещала, что до завершения установки и тестирования нового оборудования, осталось две минуты пятьдесят три секунды. Я же, тем временем, вывел отчеты о включении новых систем. Реактор работал штатно, выдавая положенные 3.75 % мощности. Энерговоды тоже были нормально подключены. Во всяком случае, потери сверхпроводимости ни в одном из мест соединения не наблюдалось. С репульсорами, навскидку, тоже все было хорошо. Хоть это и не проверишь без запуска. И их, кстати, оказалось аж шесть штук – два подъемно-маршевых, по сторонам от центральной выдвижной опоры, и четыре рулевые, по бокам корпуса.

Тесты завершились, и я смог, наконец, активировать оптические и акустические сенсоры.

— …что все правильно сделал, Эни? — услышал я тревожный голос Падме.

— Моя думати, твоя делать машинка килдык! — жизнерадостно заявил Джа-Джа, баюкая правую руку.

— Все я правильно сделал! Вот увидите! — возмущенно ответил Скайуокер, который для гунгана, явно, сегодня стал воплощением жизни, о чем свидетельствовал торцевой ключ, который он весьма выразительно сжимал в правой руке. — Да, Джа-Джа, ты извини меня… Та «красивый штучка», к которой ты лез – внешний разъем для оборудования, — объяснял ему мальчик, и неожиданно ударил меня рукой по корпусу. — Бабах! И тебя бы убило током.

— Моя просить прощения, — испуганно произнес Бинкс. — Моя не знай, моя не надо бабах!

— Спасибо, Энакин! — активировав вокодер, сказал я. — Все системы функционируют нормально. Надеюсь, ты не давал этому ушастому ломать мои детали?

— Моя не «ушастому»! Моя зовут Джа-Джа Бинкс! — возмутился гунган, и удивленно спросил. — Твоя теперь понятно говори, не пиликай? Эни починил машинка! Ура!

Открылась дверь, и в отсек заглянула Рабе.

— Ой, а вот вы где! Падме, ты что, совсем забыла? Ты… Королева, через два часа собирает совет, — сказала она, и, окинув ту выразительным взглядом, добавила. — А ей еще следует облачиться в церемониальный наряд и нанести макияж!

— Простите, — грустно вздохнув, произнесла Падме, направляясь к выходу. — Но я должна исполнять свой долг перед свои… своей королевой.

— Да, Эни, тебя разыскивал Квай-Гон, — продолжила Рабе, сочувственно глядя на Амидалу, что сжав кулачки, проскользнула мимо нее.

— Ладно, я тоже побежал! — крикнул из дверей Скайуокер.

— А вас, Джа-Джа Бинкс, я попрошу остаться! — остановил я пытавшегося уйти вслед за остальными гунгана.

— Моя внимательно слушай! — откликнулся тот.

— Друг мой, Джа-Джа, а поведай-ка мне вот что, — жестом манипулятора, предлагая ему присесть, спросил я. — Ваши полевые дефлекторные щиты, они в активном режиме подвижны, или они должны находиться на месте?

Полтора часа спустя, я понял две вещи: первое, болтун – для шпиона не находка, а наказание, второе, армия гунганов в бою против дроидов Торговой федерации не имеет шансов. Обрадованный возможностью поговорить, ушастик вывалил на меня целую кучу абсолютно бесполезной информации об истории, быте, традициях и общественном устройстве своего народа. Среди которой я с великим трудом смог выделить то, что меня в данный момент интересовало, а именно, сведения об армии гунганов. И вот они заставили меня изрядно приуныть. Потому как я понял, что отличные индивидуальные бойцы, с силой вдвое большей человеческой, и с координацией и гибкостью как у твилекской танцовщицы, просто органически не способны к военной дисциплине и взаимодействию в бою. А значит, могут только обороняться, что в бою против многократно превосходящей их по численности армии дроидов, означает верное поражение. «Видимо, атака ЗС минус один неизбежна, — подумал я. — Больше тут ничего не сделаешь!»

«И где тут у меня схемы "Лукрехалка" были?» — задал я сам себе риторический вопрос. Копаясь в каталоге загруженных из голонета еще полгода назад файлов. Ну не мог я не умиляться подходу к секретности, что демонстрировала Торговая федерация: Дирекция Безопасности засекретила всю информацию по этим кораблям, а Дирекция Коммерческой Логистики провела сумасшедшую рекламную компанию «абсолютно нового, дешевого, невероятно быстрого и абсолютно безопасного способа доставки Ваших грузов в любую точку галактики», сопроводив ее морем голоснимков корабля, его подробными ТТХ, и 3D-схемой. Мол, вот какой у нас кораблик есть, очень быстрый, для своего размера, благодаря гипердрайву второго класса, экономичный за счет грузоподъемности, да плюс ко всему, ни один пират не сунется. И единственная уязвимая область у этой трехкилометровой дуры, это ангарные отсеки. В принципе, можно было бы атаковать и антенну ретранслятора системы управления дроидами, вот только она была защищена дефлектором, а значит, требовала скоординированной атаки минимум четырех N-1, что при противодействии со стороны вражеской авиации, выглядело довольно фантастично. Нет, был еще вариант тарана со скоординированного с торпедной атакой[50] ведомого, но проблема тут заключалась в том, что набуанцы – народ цивилизованный, и лучше потеряют десяток пилотов в воздушном бою, чем одного камикадзе в самоубийственной атаке.

Так что я решил пока не мучаться с тактикой, а подождать прибытия на Набу, и получения более детальных разведданных. И вместо этого послушать, что конкретно решила Падме, и что ей посоветуют джедаи с Панакой. Для чего и подключился к системе видеонаблюдения яхты.

На изображении, передаваемом с камер установленных в королевской каюте, я увидел что Падме, переодетая в королевский наряд, уже заняла место на троне, за ее спиной встали Рабе и Эритае. А напротив них стояли джедаи, Панака, гунган и Энакин.

— Когда мы высадимся на Набу, я начну операцию по противодействию оккупантам, — заявила Амидала, когда все заняли свои места. — Мой народ, и так, слишком долго страдал.

«Эх, бедная девочка, — подумал я. — Не видела ты, что такое оккупация и долгие страдания. И вот, услышав про то, что у гунганов есть армия, ты готова очертя голову броситься в бой. А подумать этой самой головой, что армии, они, разные бывают?.. Да ну, о чем это я. Вы же не воевали, да и к войне не готовились… Откуда тебе знать, что небоеспособная армия, которая уже пару столетий не воюет, не имеет никаких шансов против армии, которая ее численно превосходит в пять раз, да еще и состоит из дроидов, что безоговорочно и четко выполнят любой приказ».

— Когда мы высадимся, Торговая федерация арестует вас, и заставит подписать договор! — резонно заметил хмурый Панака.

— Я согласен, — кивнул Квай-Гон, соглашаясь с капитаном, и видя непонимание на лице королевы, добавил. — Не понимаю, чего вы хотите добиться!?

— Народ Набу вернет себе то, что принадлежит им по праву, — твердо заявила Падме, поджав губы и не мигая, глядя на джедая.

— Нас всего двенадцать человек, ваше величество. И у нас нет армии, — вмешался Панака.

— Орден не будет вмешиваться в эту войну, — сказал джедай. — Я могу лишь защищать вас.

А я подумал: «Ну и нафиг вы тогда вообще нужны!? Сферического коня с бубенцами изображать? Не может ни одна структура существовать автономно, или же она обречена на вырождение, деградацию, и, в итоге, гибель. И если уж вы назвались частью Республики, то будьте добры защищать ее. А полумеры, они никогда до добра не доводят. Как пел старый мудрый еврей: "Лечить, так лечить. Любить, так любить. Стрелять, так стрелять"[51] и нечего разводить философии».

— Джа-Джа Бинкс! — обратилась Амидала к гунгану, что, как раз, мучался от необходимости стоять неподвижно, и невозможности найти себе приключений на одно место.

— Моя внимательна слушай, ваша величества! — откликнулся тот.

— Да, ты мне поможешь…

Я отключился. Надоел этот балаган. Все равно, реальные шансы на успех есть только у истребителей эскадрильи «Браво» и у нас с Энакином. Хоть и жаль мальчика тащить в эту бойню. А еще жалко бедняг гунганов, что погибнут не за хрен собачий. Уж отвлечь силы противника, ослабив оборону Тида, можно и гораздо меньшими силами. «Эх, были бы у меня пара-тройка нормально подготовленных диверсионных групп – ситха с два, в столице больше взвода дроидов осталось», — мысленно вздохнув, подумал я. Но делать было нечего, нужно было готовиться к атаке на станцию управления дроидами. Вот только теперь, мне еще и за Эни переживать.

Глава 8

Посланы на х*й, Советом с Сенатом,

Возле болота приткнув Нубиан,

Падме решила по Тиду ударить,

Всех напугавши мощью гунган.

Насвистывал я на мотив шведских металюг[52], нарезая, в ожидании Джа-Джи, круги между носовой опорой Джей и каким-то местным деревом. Сил материться уже просто не было. Ведь для того, чтобы понять всю глупость этой затеи, не надо заканчивать Академии Генштаба, просто головой хоть иногда надо думать! А как показала практика, у одной малолетней королевы, эта голова предназначена только для того, чтобы короны дурацкие носить… Ах да, она в нее еще иногда ест! Вот кем это надо себя возомнить, чтобы ввязываться в бой, а потом разбираться, не имея при этом ни гениальных лично преданных генералов, ни победоносной, закаленной в боях армии. И то отгрести можно. А мы даже разведку не провели.

В сложившейся ситуации меня радовало только то, что и наши противники стратегическим гением, мягко говоря, тоже не блистали. Подумать только, эти олухи на оккупированной планете не удосужились ограничить доступ к спутниковым картам, что автоматически обновлялись два раза в день. «Аль-Каиды на вас нету», — думал я. Но только толку от этого – ни Амидала, что, в принципе, простительно, ни Панака с джедаями, что у меня в процессоре не укладывалось, даже не подумали свериться с данными этой «спутниковой разведки». Вместо этого они начали долго и нудно обсуждать, почему это Торговая федерация оставила на орбите только один-единственный корабль со станцией управления дроидами. Как будто и так не ясно – федерация, она ТОРГОВАЯ, а простой всего одного «Лукрехалка», это 600 тысяч кредитов недополученной прибыли в сутки. Зачем замораживать активы? Тем более, надобность в них на Набу отпала. С кораблями тут вообще ситуация интересная. Так, купить звездолет – не проблема, цены просто смешные, и начинаются с десяти тысяч, а вот дальше уже интересно: он либо у тебя стоит, и ты на него не тратишь ни децекреда, либо активно летаешь, и с удивлением обнаруживаешь, что содержание его, это те же самые десять тысяч, но всего за месяц. Ситуация, как с акционными телефонами за десять рублей у нас – операторы свое отобьют в процессе эксплуатации. А, учитывая, что срок службы кораблей здесь в среднем сто лет, то и получат неплохую прибыль.

«Ну и где ситхи носят этого гунгана? Он там что, помародерствовать решил, пока никого дома нету!?» — раздраженно думал я. Все-таки нет ничего хуже, чем ждать. Тем более, когда понимаешь, что вот сегодня, не за понюх табака помрут безобидные, разумные существа, а ты даже сделать ничего не можешь. Нет, можно попробовать вразумить королеву, да только станет ли она слушать какого-то дроида, после того, как, фактически, послала джедаев и своего начальника охраны, и единственного кадрового офицера. Не считать же за такого кэпа Олие, который мужик хоть и неплохой, хоть и пилот истребителя, и комэск, но шпак[53] чистокровный – настолько же офицер, насколько какой-нибудь капитан земного парохода.

Между прочим, нервничал не только я. Гвардейцы, пилоты и часть техников, рассыпались вокруг яхты, и то и дело нервно касались бластеров. Девочки, переодетые в форменные костюмчики из легкой тканевой брони, сбились стайкой возле левой мотогондолы яхты, и тревожно озирались. Лишь джедаи, отойдя на полсотни метров от корабля, о чем-то невозмутимо переговаривались, да Энакин, сидя на самом берегу озера, восхищенно смотрел на воду. Бедняга столько ее за всю жизнь ни разу не видел. Как он рассказал мне во время полета, самым крупным «водоемом», что он видел, было хранилище технической воды в космопорте Мос Эспа, объемом, страшно представить, 800 кубометров, куда он как-то забрался вместе с друзьями.

Наконец из воды вылез Джа-Джа. Он отряхнулся, и тяжело вздохнув, сообщил:

— Там никого нету. Город гунганов пусто-пусто! — и усевшись на кочку добавил. — Была битва. Моя совсем-совсем никого не видеть.

— Считаешь, что их забрали в лагеря для пленных? — спросил Оби-Ван.

— Скорее, их уничтожили, — заметил Панака.

— Моя так не думай! — откликнулся Джа-Джа. — Гунганы хитрая. Когда совсем беда, они уходить в священное место.

— Священное место? — переспросил Квай-Гон.

— Сильно тайное место. Пошли. Моя покажи вам! — по-своему «логично» откликнулся тот, и взмахом руки предложил нам следовать за ним.

Прежде чем отправиться вместе со всеми, я вызвал Джей:

— Ладно, Звездочка, мы уходим. Не скучай тут.

— R2D2, ты тоже уходишь? Я не хочу оставаться одна. Мне страшно, — сообщила мне яхта.

А это было что-то новенькое. Нет, я знал что у местных искинов кораблей, стоит система псевдоэмоций и чувства самосохранения, что в некотором роде совмещает функции наших блокировок опасных режимов полета и «Тети Риты»[54], но чтоб она подключалась для анализа угроз при стоянке корабля на необорудованной площадке… Это что, я так «пагубно» на нее влияю?

— Не переживай, веди себя хорошо и не пускай чужих в систему, — ободрил я виртуальную даму. — Я обязательно вернусь за тобой. Верь мне!

— Я тебе верю. Удачи, маленький, несносный астромеханический дроид, — пожелала она на прощание. А я поехал следом за гунганом, в это их священное место.

«Главное, чтобы этот "Сусанин" местного разлива, нас не завел в совсем уж нехоженые и заповедные места. С него станется…» — думал я, любуясь красотами здешней природы. От видов дикого леса, озер и болот, снова накатила тоска. Любил я подобные места, чтоб подальше от всех, да на бережку озера в спальнике, и чтобы бездна звезд над головой, а ветерок дым костерка доносит, да комаров звонких отгонял… Когда бы подумал, что буду по комарам скучать.

Вот мы обогнули озеро, и углубились в лес, следуя вдоль ручья, по еле заметной тропе. По которой растянулась наша толпа. Потому как назвать другим словом сие «построение» у меня язык не поворачивался. Вот кто так ходит по лесу, при угрозе столкновения с противником? Про головное, фланговое и арьергардное охранение я вообще молчу. Но это, блин, было стадо, скрещенное с первоклассниками на природе: в голове «колонны» гунган, следом Падме с девочками, изображая «мечту пулеметчика в засаде» – первой же очередью снять и командира группы и проводника, затем джедаи, в наиболее безопасном месте, за ними «цыганским табором» гвардейцы, пилоты и техники, и Панака замыкающим, явно, чтобы никто не потерялся по дороге. Это при том, что мои акустические сенсоры фиксировали шумы, минимум четырех «Железных Капутов» Федерации в радиусе двух километров.

Но пока, слава Силе, мы никого не встретили. Хоть народ и тревожно озирался, когда издали доносился рев двигателей тех недоразумений, что здесь именовались танками. Я же откровенно радовался, новоприобретенным репульсорам – как бы я тут, через все эти корни перебирался, честно, и представить не мог.

Наконец, когда мы забрались в особенно густую чащу, наполненную поднимающимся от болот туманом, Джа-Джа остановился, принюхался, и радостно воскликнул:

— Это здеся!

И когда навстречу ему выехал гунганский воин верхом на кааду, радостно сказал:

— Капитана Тарпальс! Моя так рада твоя видите!

Вот только тот явно был не рад, потому как нас сразу же, довольно грамотно окружили такие же воины на кааду. И, склонив копья, погнали в сторону самых густых зарослей и самого плотного тумана. Где и оказался древний, покинутый скорее всего в незапамятные времена, ракатский, город. Среди руин которого было не протолкнуться от гунганов всех возрастов и обоих полов. Между прочим, некоторые гунганочки, несмотря на принадлежность к совершенно другому биологическому виду, выглядели очень женственно, и, я бы даже сказал красиво. А дети… дети, наверно любого вида, может кроме насекомых, симпатичные – эдакие пучеглазые ушастые обаяшки. И все они смотрели на нас с интересом и страхом.

Нас вывели на площадь, что окружали увитые лианами развалины и вековые деревья, чьи пышные кроны сплетались в живой купол высоко над нами. Там, стоя на голове поваленной статуи, уже дожидался нас весьма упитанный гунган, чья морда, мне до боли напомнила Леонида Ильича[55], только наград не хватало. «А вот и Босс Отто Гунги Ругор Насс, собственной персоной», — понял я.

— Джа… Джа… Бинкс, — грозно спросил тот. — Кто быть с тобой остальные?

— Я королева Набу Амидала! — вместо Джа-Джи ответила Сабе, продолжавшая изображать правительницу. — Я пришла к вам с миром!

На что Босс разразился булькающим ревом, и обильным слюноотделением, что, по всей видимости, означало «непереводимую игру слов, с использованием гунганского диалекта».

— А, Набу Важная. Ваша приводи с собой машинков. Ваша один сплошной беда! — раздраженно констатировал он, закончив плеваться.

— Мы разыскали вас, чтобы заключить союз… — робко произнесла Сабе, на что гунган, вновь ответил ревом и плевками.

— Ваша честь! — обратилась к нему Падме, выходя вперед и отстранив в сторону свою помощницу.

— Кто это? — удивленно спросил Босс Насс.

— Я – королева Амидала! — с интонацией, очень напомнившей мне старый фильм про Спартака[56], заявила она, обращаясь к ничего не понимающему Ругору Нассу. — А это – Сабе, мой двойник, моя защитница и моя верная служанка, — и повернувшись к джедаям, добавила. — Прошу прощения за этот обман, но я должна была обезопасить себя.

— Чтоб твою в… — громко прошептал, ошарашенный Оби-Ван, а явно давно все понявший Квай-Гон, лишь улыбнулся в бороду.

— Мы во многом не похожи, ваша честь, но наши великие народы всегда жили в мире, — сказала Амидала. — Торговая федерация разрушила все, что мы создавали упорным трудом. Мы все погибнем, если не примем срочных мер. И я прошу вас о помощи, — и, опустившись на колени, добавила. — Нет, я умоляю о помощи! Мы – ваши преданные слуги. Наша судьба – в ваших руках.

Все, и служанки, и пилоты, и техники, и даже Энакин с джедаями, вслед за ней опустились на колени. А меня так и подмывало, включить вокодер в режим «бейсик безэмоциональный», и, добавив циклического шипения, выдать что-то вроде: «Приказывайте, Владыка Насс!»

Над древней площадью повисла напряженная тишина, которую разорвал смех гунганского лидера, что опять таки сопровождался фонтаном слюны:

— Ваша не думай, что вы круче и сильнее гунганов! — смеясь, сказал он, и, растянув морду в довольной улыбке, продолжил. — Наша это нравиться. Наша, пожалуй, подружиться.

А я знал, что уже очень скоро, многие из этих разумных земноводных, что встретили слова своего вождя радостными криками, бессмысленно погибнут. И надеялся только на то, что смогу хоть чуть, хоть самую малость сократить их потери. Да, я знал что надо сделать.

— Капитан Тарпальс, разрешите обратиться! — спустя пару часов, окликнул я командира стражи Отто Гунга.

В том вихре бурной деятельности, что развил Босс Насс, после объявления о заключении союза Набу и гунганов, раньше застать этого товарища одного, попросту не получалось. Земноводные сами рвались в бой. Они хотели отомстить армии дроидов за разрушенные подводные города. Так что Тарпальс был буквально «нарасхват», фактически занимаясь организацией армии, отправкой разведчиков к местам нахождения дроидов Федерации и гонцов в другие гунганские города, а также распределением оружия среди вновь прибывших отрядов и добровольцев.

— Твоя чего-то хотеть, машинок? — раздраженно спросил он.

— Капитан, как вы считаете, ваша армия сможет победить армию дроидов Торговой федерации? — спросил я его.

— Эти глупый-глупый мальчишка, умирать только сможешь, — зло глянув на меня, произнес он, и, выразительно обведя взглядом готовящихся к бою соплеменников, сплюнул под ноги. — Моя надейся, может, кого-нибудь оставайся, когда Набу вместе с джедаи захватят Ган-Рей, и ломай станция управления машинков.

— Я не одобряю решение Амидалы прибегнуть к помощи вашего народа. Это приведет лишь к бессмысленным жертвам, — заверил я его. — Гораздо эффективнее было бы отвлечь силы Федерации ударами малых групп по всей поверхности планеты.

— Твоя разумно говори, — вздохнув, согласился он, и неопределенно махнув рукой куда-то в сторону, добавил. — Только моя народ сильно-сильно злая, а синий головастика, что из Набу, что из моя, хотеть воюй. Думать – они героя. А моя их один не оставлю.

— Капитан, возможно, я знаю как снизить ваши потери в предстоящем сражении, — сказал я, и подумал — «Надеюсь, послушает, мужик-то он вроде неплохой».

— Моя внимательно слушай, машинок.

— Я понимаю, что ваша тактика в предстоящем бою будет строиться от обороны. И учитывая эффективность ваших индивидуальных щитов и передвижных дефлекторных экранов, дистанционный обстрел ваших позиций окажется неэффективным, а значит, противнику придется, используя пехоту, подойти на дистанцию ближнего боя. После чего, они, обезопасив свои артиллерийские платформы, смогут завести их внутрь защитного поля, и расстрелять его генераторы. А дальше, эти самые платформы, вместе с дроидеками, расчленят ваши порядки, образовав несколько «котлов». А дальше, это уже будет просто избиение, — начал я с описания того, что я знал о тактике Федерации в предстоящем сражении.

— Твоя прав, на их место, моя так бы и делай, — печально согласился Тарпальс.

— Вот. Поэтому я рекомендую максимально затруднить продвижение дроидов от внутренней границы поля до переднего края обороны. Для чего, в начале, выстроить войска в непосредственной близости от него, выдав каждому по два-три деревянных колышка длиной в 500-600мм, — я, для надежности, показал длину манипуляторами. — Где солдаты и должны забить их в землю на две трети длины, а после этого отойти на назначенные рубежи обороны. Далее, когда враг застрянет на этом заграждении, сосредоточить огонь артиллерии на напирающих на них сзади рядах. А потом, как только им удастся преодолеть это препятствие, вы должны сразу же отходить под прикрытие леса, используя кавалерию для нанесения фланговых отсекающих ударов по боевым платформам и дроидекам, что, прорываясь вперед, останутся без пехотного прикрытия. Ну, а дальше – молиться, и надеяться, что у Амидалы все выйдет в Тиде.

— Моя думай, твоя говори разумно, — согласился со мной гунган. — Спасибо твоя за совет, моя подумай…

От разговора нас оторвал плеск воды и отчаянные крики о помощи. Это малыш Энакин решил поближе познакомиться с такой новой и неизведанной штукой, как вода. А проще говоря, этот непоседа упал в озеро. Хорошо, что рядом оказался Квай-Гон, который и вытащил нашего «избранного» на берег. У бедного ребенка, можно сказать, был культурный и мировоззренческий шок. Ведь все что он видел до сих пор, это татуинская пустыня, где тридцать пять тепла – это прохладно, а вода – величайшая ценность. И тут, он оказался на планете с мягким климатом, буйством зелени и водой, что была буквально везде. По-моему, даже предстоящее сражение заботило его меньше чем зеленая трава под ногами, деревья и бабочки, что порхали между ними.

Так что, Квай-Гон, как говорится, «во избежание», отправил его вместе с разведчиком-гунганом, оснащенным РЛС обнаружения наземных целей, дожидаться возвращения Панаки с его «партизанами». То есть командирами отрядов сопротивления. А мне Падме поручила ответственное задание по разработке маршрута проникновения в ангар и тронный зал дворца, для его показа на «военном совете». Для чего, я загрузил последние обновления спутниковой съемки Тида, и, войдя в систему видеонаблюдения, коды технического доступа к которой, Торговая федерация даже не соизволила сменить, вывел 3D-модель дворцового комплекса.

— Они прилетай! — крик гунгана, оторвал меня от изучения голофотогалерей третьего уровня тидского дворца, которые были скачаны из туристической презентации, и в отличие от сделанного криворукими, ленивыми халтурщиками трехмерного плана, показывали реальное расположение колонн по сторонам коридора.

Прибежавший Эни, махнув рукой в сторону луга, крикнул, что к нам летят спидеры. И спустя минуту, около опушки леса остановилось более десятка разномастных машин, из которых выбрались Панака и еще человек пятьдесят, частью в гражданке, но большинство в форме различных «силовых структур» Набу – гвардейцы, пилоты, полицейские и техники.

— Ваше величество, почти все жители Тида в лагерях, — обратился к Амидале Панака. — Несколько сот гвардейцев и полицейских организовали сопротивление. Я привел с собой всех командиров, каких смог найти.

— Хорошо, — ответила Падме, и, взглянув на Босса Насса, добавила. — Армия гунган на подходе, и она значительно больше, чем мы предполагали.

— Очень-очень, крутая, — гордо заявил главный гунган.

— Она нам понадобится, — тяжело вздохнув, сказал капитан. — Армия Торговой федерации, также значительно крупнее, чем мы считали. И значительно мощнее. Ваше величество, я не вижу шансов на победу.

— Нам не нужна победа, капитан. Гунганы должны выманить дроидов из города, — ответила ему королева, и, обратившись ко мне, приказала. — R2, покажи схему дворца и пути движения от главных ворот, до тронного зала и ангара.

Мысленно перекрестившись, я активировал голопроекцию трехмерной модели дворца, с наложенными на него маршрутами движения. Все же от этого плана зависели жизни людей, да и вообще успех операции.

— А зачем идти через коридор подземной части левого крыла, если по галерее путь вдвое короче? — осведомился Панака у королевы, изучив схему.

— Пусть дроид сам ответит на этот вопрос, — нахмурившись, сказала Амидала. — Тем более, его новый вокодер уже позволяет ему говорить на бейсике. И он достаточно разумен. Все-таки вчера он подал мне прошение о признании его разумным, и о предоставлении подданства Набу.

— Галерея полностью просматривается со двора, — подсветив на плане небольшой дворик с фонтаном, и про себя матеря чрезмерно болтливых девчонок, пояснил я. — А на противоположном его конце расположен пост, в составе шести дроидов типа В1, охраняющий насосную станцию водоснабжения дворца. Кроме того, по данной галерее, с интервалом в десять минут сорок пять секунд, проходят караулы дроидов Торговой федерации, в составе четырех единиц. Что с учетом ажурных перил, которые не обеспечивают защиты в случае обстрела, и ожидаемого времени ее пересечения, что составляет 46,8 секунды, может привести к потерям от огня противника.

— И как это дроид смог узнать места расположения караулов Федерации и графики их движения? — осведомился капитан, с подозрением глядя на меня. — В то время как мои подчиненные считают, что эту информацию получить невозможно?

— Торговая федерация не заблокировала свободный доступ через голонет к системе спутникового контроля поверхности планеты, а также доступ инженерных дроидов к системам видеонаблюдения дворцового комплекса, — ответил я.

Панака, достав датапад, и что-то просмотрев на нем, вполголоса выругался.

— Простите, ваше величество, но это мой недочет, — извинился он перед королевой, и задумчиво произнес, глядя на меня. — Но все равно, подобная компетентность дроида – весьма подозрительна.

— Дроиды серии R2 предназначены для прокладки наиболее безопасных маршрутов передвижения, с учетом минимизации всех потенциальных опасностей, что могут угрожать жизни и здоровью разумных, — добавив в голос возмущенных интонаций, ответил я. — И если вы, капитан, подозреваете меня в работе на Торговую федерацию, то, в таком случае, наиболее оптимальным решением было бы сообщить им наши текущие координаты. И дождаться нескольких тысяч боевых дроидов, что они отправят для нашего захвата либо уничтожения.

— Не стоит искать измену там, где ее нет, друг мой, — сказал Квай-Гон. — Этот малыш уже неоднократно доказал нам свою преданность. И в его словах есть логика – было бы намного проще захватить нас всех вместе здесь и сейчас.

— Давайте, все же, вернемся к теме нашего совета, — произнесла Амидала. — Наша цель, это освобождение Набу, чьи народы сейчас страдают под оккупацией Федерации. А для этого необходимо захватить наместника, и уничтожить станцию управления боевыми дроидами.

— Простите, королева, — согласился капитан охраны.

— Мы проникнем в город по потайным ходам за водопадом, — продолжила она, а я, уменьшив масштаб изображения, подсветил предполагаемый маршрут выдвижения на исходные позиции. — Когда мы проберемся к главным воротам, капитан Панака отвлечет внимание охраны. А мы, проникнув во дворец, возьмем в плен наместника. Без руководства они растеряются, — и, обращаясь к джедаю, спросила. — Что скажете, рыцарь?

— У наместника надежная охрана, — подумав с минуту, озвучил очевидное Квай-Гон.

— Подтверждаю, — вставил я свои «пять кредитов». — По моим подсчетам, в охране дворцового комплекса задействовано до 300 дроидов В1 и около 20 дроидек. Возможно, их число будет уменьшено после начала боя с армией гунганов.

— Главное – проникнуть в тронный зал. После этого все пойдет гладко! — оптимистично возразила Падме.

— А отвлекая внимание дроидов, многие гунганы погибнут, — с грустно, и очень резонно заметил джедай.

— Наша готова вносить своя вклад. Их пушки не пробивай наша щиты, — на мой взгляд, чересчур уверенно высказался Босс Насс.

Благодарно кивнув ему, королева продолжила излагать план:

— Захватив ангар, пилоты оставшихся у нас кораблей собьют станцию управления дроидами.

— Блестящий план, — хмыкнул Квай-Гон. — А если они не смогут пробить щиты станции?

— Есть и другая опасность, — вставил Оби-Ван. — Если наместнику удастся скрыться, он вернется с новой армией.

— Значит, мы обязаны взять его в плен! — отрезала Падме.

При этом вид она имела такой обреченно-решительный, что мне вспомнилось выражение: «Добро обязательно победит зло, возьмет в плен, будет его зверски пытать, а после получения выкупа – расстреляет перед камерой!»

Мы еще с полчаса обсуждали детали операции. Слушать это «переливание из пустого в порожнее», я честно сказать, уже притомился. Думается, будь на моем месте нормальный наш офицер, он бы этих «стратегических гениев», уже бы всех отжиматься заставил, чтоб от безделья фигней не страдали. Уже и Квай-Гон с Энакином благополучно свинтили. А мне приходилось терпеть и помалкивать, изображая проектор, потому как, после еще нескольких моих предложений и замечаний, наш доблестный кэп стал смотреть на меня, уже совсем как смершевец на немецкого парашютиста с МР-40 и в фельдграу, который упорно называет себя коммунистом и агрономом из соседнего колхоза.

До Тида мы добрались без проблем. Что еще раз лично мне доказало то, насколько деградировала в галактике военная наука. Территория планеты абсолютно никак не контролировалась. Только гарнизоны в городах, да блокпосты на дорогах, и ни малейшего признака дозоров, секретов и датчиков движения, даже примитивных сигналок[57] и то не было. Но главное, по пути мне все же удалось выцепить Энакина – не дай Сила, куда-то бы убежал, и мне бы пришлось самому лететь на штурмовку федовской станции, и не факт, что вышло бы.

— Эни! — окликнул я мальчишку, что наконец-то отстал от общей группы, рассматривая здоровенного жука в траве.

— Ой! Эрдваныч, смотри какая штука! — похвастался он, все еще пребывая под впечатлением от абсолютно нового и непривычного мира.

— Жук, — констатировал я очевидное. — Ты, главное, не отставай. В лесу очень легко заблудиться. Особенно без привычки. Но я сейчас хочу кое о чем тебя попросить.

— Да? — отозвался он.

— Только это секрет. Никому ни слова!

— Обещаю! — сразу же заверил меня Эни, что, как и любой нормальный мальчишка его возраста, он, при слове «секрет», моментально «встал в стойку».

— Энакин, мне нужен пилот для истребителя, — чувствуя неловкость, от того что приходится втягивать ребенка во все это, произнес я. — Понимаешь, для того чтобы уничтожить станцию управления дроидами, необходимо пробить ее защитный экран, а мощности пушек и протонных торпед, что устанавливаются на набуанских истребителях, для этого будет недостаточно. И единственный шанс, это атака корабля изнутри, когда истребитель залетает в ангар, и, добравшись до его конца, выпустит торпеды в переборку, за которой находится реакторный блок, или другая уязвимая система. А после атаки, он еще должен выбраться тем же путем что и залетел. А кроме тебя ни один из здешних пилотов не справится.

— Круто! Я полечу на настоящем истребителе! — обрадовался мальчик.

— Главная проблема, это то, что при длине в 3100 метров, ангар имеет размер «в свету» всего тридцать на сто десять метров. И единственный вариант, при котором мы успеем выбраться, это повредить протонной торпедой установку охлаждения реактора, к которой от ангарной палубы ведет коммуникационный коридор три на три метра шириной, — изложил я ему плоды своего изучения конструкции «Лукрехалка». — А в любом другом случае, мы, либо не уничтожим станцию, либо взорвемся вместе с ней.

— Без проблем, Эрдваныч! — заверил меня Энакин. — Дома, на Татуине, Уотто заставлял меня охотиться со спидера на вомппесчанок, а у них нора намного меньше трех метров, — и грустно добавил. — Он разрешал часть добычи себе оставлять, а мама их так запекала вкусно…

«Ну, ни фига себе семейные традиции!» — только и подумал я.

— Ладно, Эни. Когда доберемся до главного ангара, сразу же беги к машине на которую я укажу, — сказал я ему. — А до того держись за джедаями. Там безопаснее.

— Энакин, R2! — крикнул нам Оби-Ван, видимо посланный Квай-Гоном узнать, куда мы делись. — Не отставайте.

— Мы уже идем! — крикнул в ответ малыш Скайуокер, и мы поспешили догонять наших.

Стоя за живой изгородью, я через перископ наблюдал за дроидами Торговой федерации, что суетились около танков во дворе королевского дворца. Потрясающий «успех» галактической кибернетики, и тут был заметен – бардак эти В1 устроили знатный – как вообще возможно так запрограммировать боевых дроидов, чтобы они, при объявлении тревоги, вели себя как стадо «запахов»[58] на плацу? Армия гунганов сейчас разворачивалась к югу от города, и оттого феды предприняли, видать с перепугу, одно-единственное, за все время, разумное действие, объявив общую тревогу. Что, впрочем, им не особо помогло – и так организованная через шебс караульная служба во дворце, окончательно ушла к хаттам. Потому как все внимание операторов было занято угрозой гунганской армии, а дроиды В1, попросту не были способны к самостоятельному решению подобных задач, ввиду отсутствия нормальной организации взаимодействия, так сказать по горизонтали.

Вот и сигнал о том, что вторая группа на исходной. На их луч синей «лазерной указки», Падме маякнула своей зеленой – «На позиции. Начинаем».

Из переулка перед воротами дворца, выскочил спидер с кустарно установленной турелью среднего бластера. И, резко затормозив, метким выстрелом подбил один из недотанков, стоявших во дворе. А около сотни гвардейцев и полицейских, поливая на бегу плазмой дроидов, перебегая от укрытия к укрытию, бросились к дворцу. Около полутора десятков В-1, были уничтожены в первые секунды боя, но и несколько набуанцев остались лежать на каменных плитах.

— Хатт твою в шебс! Одни наступают, другие прикрывают, а не все скопом… — вполголоса матерился я.

«А я еще гунганов жалел, которых, без подготовки в бой бросают. Да это же идиотизм. Да пацаны и девчата, ведь совсем зеленые! — думал я, глядя на эту «атаку». — Ну кто ж так толпой бежит? Да вы же друг дружке сектора обстрела перекрываете, дикуте!»

— Вперед! — приказала Падме, и мы помчались вперед.

Не ожидавшие удара в тыл, дроиды особой помехой для бегущих впереди джедаев, не стали. Пожалуй, они лишь чуть замедлили их темп, не позволив остальным так уж сильно отстать. И всего за восемь секунд мы скрылись в коридорах дворца, оставив на площади два десятка покрошенных световыми мечами жестянок.

Вот что значит правильный выбор маршрута! За всю дорогу до ангара, нам попалась всего одна группа из четырех В1, чьи процессоры даже не успели произвести анализ обстановки, прежде чем на них налетели джедаи. Две смазанные фигуры полыхнули зеленым и голубым «веерами» света, и четыре машины превратились в металлолом. А вот внутри нас поджидали сразу три десятка вражеских дроидов, что рассредоточились по всему ангару.

Сразу же появились первые убитые и раненые с нашей стороны. Я из своего бластера снял одного не в меру шустрого «машинка», и крикнул королеве:

— Падме, твою ж! Пригибайся, не в тире!

Девочка стреляла неплохо, но вот о том, что есть такая штука как использование укрытий в маневровом бою, явно даже не догадывалась.

— Я освобожу астромехов, — известил я ее, и позвал Скайуокера. — Эни, за мной, и найди где спрятаться.

— Да, Энакин, найди себе какое-то укрытие, и сиди там не высовываясь! — крикнул через плечо Квай-Гон, продолжая отбивать мечом сгустки плазмы.

«Вот хаттовы личинки, нельзя было простой висячий замок поставить!?» — про себя выругался я, изображая отряд «Дельта» в одном лице[59] — и взламывая кодовый замок на дверях хранилища дроидов-астромехов, и отстреливаясь от двух В-1, которые решили мне в этом деле помешать. Одно радовало, кодовый замок не имел защиты от повторного неправильного ввода, а значит, можно было не заморачиваться, и включить простейший генератор перебора. Наконец мне удалось взломать код замка, и практически одновременно, пристрелить и второго В-1.

— По машинам, астромехи! — пропиликал я на своих коллег Эр-Вторых, и дал им запрос на синхронизацию. — R2-D2 позывной Синий-Два, запрос на синхронизацию командных и навигационных систем по схеме «1 контроль группы»!

Несмотря на продолжающуюся в ангаре перестрелку, пилоты и дроиды, один за другим занимали места в истребителях. И я также поспешил к своему N-1, прихватив по дороге Энакина, который, в самое неподходящее время, решил любоваться Падме. «Ой, клиника!» — посетила мой процессор мысль, когда я взглянул на королеву:

— За колонну отойди, твою растак! — крикнул я ей, и подтолкнул Эни к своему истребителю. — Давай бегом в кабину!

Приветственно похлопав самолетик по правой мотогондоле, я закрепился на подъемнике. А как только меня затянуло в гнездо, сразу же активировал связь:

— Браво-Лидер, здесь Синий-Два! Как слышишь?

— Синий-Два, что там? — отозвался Олие.

— Перед выходом, «почистите» плошадку справа от ангара, — пояснил я. — По данным видео наблюдения, там феды танк как зенитку приспособили.

— Браво-Три, слышал!?

— Так точно, сэр! Выполняю.

Первый из взлетевших истребителей, медленно на репульсорах вылетел из ангара, «по-вертолетному» развернулся на месте, и, включив правые маневровые пустотники, боком ушел в сторону. А спустя секунду, раздался визг лазерных пушек, и взрыв.

— Что, не ждали!? — раздался в эфире веселый голос Браво-Третьего. — Чисто, сэр. Можем взлетать!

— Браво, здесь Браво-Лидер. Работаем! — крикнул на общей волне капитан Олие, и первым вывел машину из ангара.

Энакин, наконец, залез в кабину. А я, включив тестирование систем, стал ждать контратаки Мола и дроидек. И если с первым я ничего сделать не мог – не стрелять же по нему протонкой с БЧ на четыре тонны тола – эдак, и своих угробишь, и пол-дворца снесешь, то вот вторых необходимо было обезвредить.

— Вот хатт! — выругался я.

В мое отсутствие, какой-то умник заблокировал на моей машине, мне(!), управление вооружением. А тем временем, бой в ангаре закончился, и наши пошли к выходу.

— Эни, сиди где сидишь! — крикнул, проходя мимо Квай-Гон.

— Я никуда из кабины и не вылезу! — с самым честным видом заверил его мальчик, тем более что ни разу не соврал.

Ворота ангара разъехались в стороны, и перед набуанцами и джедаями предстал Дарт Мол собственной персоной. «А хорошо я его на Татуине приложил!» — глядя на лишившегося одного рожка, с покрытым шрамами лицом, забрака, подумал я. Вынув из-под плаща меч, он, в наступившей тишине, активировал оба красных клинка.

— Что, рогатенький!? Порепанная морда – ничто, понты – все? Смотри, со светопалкой поаккуратнее, а то опять аккумулятор разрубишь! — выведя вокодер на полную громкость, подколол я ситха, отчего Эни чуть из кабины не вывалился от смеха.

Того аж перекосило, но вперед, на меня, наплевав на джедаев, он не кинулся – видать, от Сидиуса получил предупреждение о недопустимости личной мести до окончания выполнения задания. А у того с этим просто: первое предупреждение – молнией, а второе будет выслушивать уже Призрак в Силе.

— Это наше дело! — сказал Квай-Гон, отсылая Падме с отрядом на запасной маршрут, который, впрочем, я проработал намного лучше «основного».

— Эни, по моей команде дави красную кнопку на РУС[60], — по СПУ[61] сказал я мальчику, поднимая истребитель в воздух.

Мои сенсоры уже уловили характерный лязг катящихся дроидек. Радовало то, что за время полета, мне удалось растолковать Скайуокеру расположение органов управления и приборов в кабине набуанского истребителя, и он сразу же активировал питание пушек.

— Давай! — крикнул я.

Но еще за долю секунды до того малыш открыл огонь. Две из трех дроидек разлетелись, не успев раскрыть корпус, а третья, хоть и включила щит, не успела даже ни разу выстрелить – спаренные средние лазеры Эн-Первого, на малой дистанции – штука мощная.

— Блин, а страшновато, — произнес я, выруливая из ангара.

— В чем дело, R2? — поинтересовался Эни.

— Ничего, расслабься пока. Скоро такая бойня будет!.. — ответил я. — В общем, работаем, Скайуокер!

И хоть мне и было страшно, врубил движки на полную мощность, ввинчивая истребитель в слепящую синеву неба. И чувствуя единство трех сущностей: боевой машины в которой теплились частички душ, что вложили в нее конструкторы, инженеры и рабочие, астродроида с человеческой душой, и мальчишки Избранного Силой, чья душа пока чистый лист, перед которым открыты все дороги. И пришла уверенность, что хуже не будет, тем более, что за секунду до того как покинуть ангар, я обратил внимание на ситха – мой татуинский экспромт дал результат, пусть чуть-чуть, пусть практически незаметно, но он подволакивал ногу.

— Работаем, R2! — отозвался мальчишка.

Глава 9

Бой шел уже очень долго, почти десять минут – целая вечность для боя на световых мечах. Казалось, два красных, зеленое и голубое световые лезвия уже живут своей собственной жизнью, своим бесконечным танцем. Будто это они сами, двигаясь по своей воле, заставляли следовать за собой неутомимых, безмолвных марионеток. И лишь тяжелое дыхание двух людей и забрака говорило о том, как они устали. Мастеру джедаю Квай-Гону Джинну приходилось тяжело, ведь он был уже не молод, да и нарушение Равновесия Силы постепенно подтачивало его. Он понимал: не будь у него его опыта, не будь он одним из лучших бойцов Ордена, он бы непременно проиграл. Но также он осознавал, что если бы не Оби-Ван, что больше мешал, постоянно перекрывая возможность обойти противника, и его жалость к этому мальчишке-забраку, он бы уже победил. Слишком неосторожно тот вел бой, слишком сильно полагался на затопившую его ярость. Да и раны, полученные после той выходки дроида, с каждой минутой все сильнее и сильнее влияли на ситха. Даже сквозь накатывающуюся волнами ярость соперника, Квай-Гон явственно ощущал ту боль, что тот испытывал всякий раз, когда опирался на раненую ногу.

Сражаясь, они по подземным переходам и галереям добрались до терминала плазмодобывающего комплекса. Где падаван и ситх, практически одновременно допустили первые ошибки. Оби-Ван раскрылся, проведя слишком глубокий выпад, за что сразу же поплатился, получив от забрака удар ногой в ухо, отчего упал с мостика, на котором они дрались на другой, расположенный двумя уровнями ниже. А Дарт Мол, не учел то, что раны на его ноге еще не зажили, и болезненно скривившись после своего удара, развернулся практически спиной к джедаю. Лишь вовремя подставленная арка светового меча, и очередной приступ жалости к противнику, что случился у рыцаря, позволили забраку отделаться лишь глубоким ожогом бедра.

Этот удар, казалось, отнял у молодого ситха часть сил, и наоборот, заставил взбодриться пожилого джедая. Проведя серию атак, Джинн заставил врага отступить к тамбур-шлюзу, который перекрывал каскад защитных экранов, предназначенных для локализации взрыва при разрыве плазмопровода. Более массивный мастер, заставлял более легкого и быстрого соперника отходить все дальше и дальше по коридору, не давая тому пространства для маневра, и заставляя тратить силы, блокируя мощные удары.

Взвизгнула сирена, и управляющая система терминала выдала голосовое сообщение о начале процедуры перекачки плазмы. Вспыхнувший красным экран разделил соперников. Где-то позади, за чередой таких же экранов сгорал от нетерпения молодой падаван Оби-Ван Кеноби. Взбешенный Дарт Мол, не сдерживая рвущуюся ярость, пару раз полоснул клинком светового шеста по полю экрана, что, впрочем, не оказало на него особого влияния – еще бы, одиночный защитный экран тамбур-шлюза, согласно нормам безопасности, должен был выдерживать воздействие плазмы с температурой 10 миллионов °С, и давлением 150 атм. в течение десяти минут. Только один Квай-Гон сохранял абсолютное спокойствие. Он прожил долгую жизнь, наполненную событиями, боями и приключениями, а потому не испытывал сейчас ни страха, ни раздражения, ни злости, лишь жалость к заблудшему мальчишке-забраку, в чем-то очень похожего на его падавана. Приняв позу для медитации, он четко осознал, что этот ситх, несомненно, очень талантлив и способен одолеть его, и что вот сейчас, когда отключится экран, все и решится. И еще он знал, что парень обречен – это явственно ощущалось в Силе, как дрожь невидимых струн, как далекий обвал в горах, что начался от падения одного маленького камушка. «Что ж, Враг мой, ты лишь первая жертва лавины», — успел подумать джедай, прежде чем поле экрана погасло.

И вновь закипел яростный бой. Опыт и сила против скорости и ярости… но. Но раны ситха давали о себе знать, даже раскрывшись Темной Стороне, он слабел, с каждой секундой, с каждым шагом сдавая свои позиции.

«Неужели все?» — подумал Мол, когда джедай оттеснил его к самому краю теплоотводящей шахты, что уходила на сотни метров в недра Набу, до самого слоя подземных озер. — «Я тебя все равно достану, старик!» — со злостью обреченного подумал ситх, и, оттолкнувшись от самого края пропасти, совершил прыжок за спину врага… И понял, что это конец. Особенно когда прожженная нога, несмотря на Силу, подвела его.

— Квай-Гон, нет! — отчаянно крикнул Оби-Ван, что не успел добежать до выхода из тамбур-шлюза, до того момента когда последний экран вспыхнул перед его лицом.

Рыцарь молча оседал на пол – один из клинков светового шеста рассек ему спину. Но и его сопернику не повезло. Он, так же беззвучно, как и мастер Джинн полз по полу к куску мяса, что мгновение назад было его ногой. И никто в галактике, кроме, пожалуй, одного дроида-астромеха, не мог знать, что почти такой же удар, возможно, придется применить и самому Кеноби, тринадцать лет спустя.

Оби-Вана охватила злость. Он злился на ситха, что на его глазах убил его учителя, и главное, на себя, ведь он не успел. И как только поле исчезло, он бросился в атаку.

Конечно Дарт Мол виртуозно владел световым шестом, и сложись все иначе, Оби-Вана могло бы спасти лишь чудо. Но сейчас, с одной израненной ногой, шансов не было уже у забрака. Падаван, уже на третьем ударе, сумел отвести оружие противника в сторону, и, вывернув клинок, отсек тому кисть правой руки, а затем, продолжая движение меча, и голову. Она упала на пол, и с каким-то обиженно-неверящим выражением во взгляде навеки потухших глаз, откатилась к краю шахты, и упала вниз.

— Учитель! — крикнул Кеноби, бросаясь к Квай-Гону.

— Боюсь, что я… более не смогу учить… тебя, Оби-Ван… — прохрипел Квай-Гон, и, глядя в глаза ученику, попросил. — Обещай мне, что обучишь мальчика.

— Учитель! Не умирай! Тебя вылечат… — попытался заверить того падаван, хоть и сам он от бессилия хотел заплакать.

— Вылечат… — перебил его рыцарь. — Да только… фехтовать я… уже не смогу. Ситх… перебил мне… позвоночник. Даже если врачам… удастся… восстановить… спинной… мозг…

— Но мы победили, учитель, — все еще чуть не плача, произнес Оби-Ван, который видел, насколько тяжело даются слова учителю.

— Еще нет… — выдавил мастер Джинн. — Теперь… главное… чтобы… Амидала… и пилоты… справились. Пообещай, что… обучишь… Энакина… что бы ни… произошло…

— Да, учитель! — заверил его падаван.

Джедай потерял сознание, а Оби-Ван так и остался сидеть рядом с ним, боясь пошевелиться.

Молочно-белое марево сжатого воздуха вокруг пузыря кабины и передних кромок крыла разорвалось. Рев двигателей в одночасье стих, став каким-то далеким и более высоким, лишь вибрация корпуса истребителя да показания датчиков говорили о том, что они до сих пор работают штатно. Это мы преодолели звуковой барьер и продолжали наращивать скорость и высоту. Цифры на альтиметре сменялись с бешеной скоростью, как и скорость набегающего потока. Есть высота 36000 метров, скорость 475 м/с. Я отключил компрессор, и, подав инерт в камеры инжекторов, перевел движки в пустотный режим, постепенно наращивая мощность в зоне реакции. Перегрузка сразу же возросла до восьми g, но Эни ее не должен был ощущать – штатные компенсаторы могли полностью нейтрализовать перегрузки, что действовали на пилота, в пределах от -4g до +9g.

Вот и вышли на первую космическую, которая у Набу составляла 7650 м/с.

— Вижу цель, дистанция 3820, — сообщил я Энакину. — Остальные корабли опережают нас на две минуты сорок секунд.

— Ты хочешь сказать, что мы летим к остальным кораблям? А где они? — поинтересовался он.

— Курс 0 – плюс 3,5, дистанция 1700, отсюда их еще не видно, — пояснил я, и переключился на канал связи с астромехами эскадрильи. — Здесь R2-D2, по моей команде бортам с четным номером – включить локаторы в режим пассивного поиска целей, с нечетным, попарно по возрастающей, со сменой при чередовании – локаторы в активный режим поиска целей, остальным – в режим постановки активных помех. Смена функций четных и нечетных с интервалом, согласно рандому 455, множитель 1,5. Данные на меня. В случае моего уничтожения или потери связи, функции координации принимает «Браво Лидер», далее по стандартной схеме.

«Был R2, стал А-50[62]», — подумал я. — «Ну, феды, сейчас вы узнаете, каково было братьям-сербам[63]». А станция управления дроидами, была уже видна невооруженным глазом, и стремительно росла по мере приближения.

— Здесь Синий-Два, — передал я на общем канале. — Не обращайте внимания на работу локаторов. Все по плану. Командир, вы им щиты все равно не пробьете. Так что оттяните «Стервятников» за корму станции, а когда я буду подходить, имитируйте атаку шлюзов.

— Синий-Два, это Браво-Лидер, ты что удумал?

— Хочу в гости наведаться, — ответил я. — Эр-Вторые, начать синхронизацию радаров.

После чего, отключил связь. «Хатт подери, только бы послушали!»

Я вывел истребитель на «Лукрехалк» со стороны носа и чуть ниже, намереваясь сходу проскочить в ворота ангара. Но не тут-то было. Этот паразит Оливье с сотоварищи, и не подумал меня слушать. Они как дятлы долбили пушками и торпедами дефлекторное поле корабля, что на последнее особого впечатления не производило. Одно было хорошо – из наших пока никого не, сбили, в основном благодаря тому, что зенитки и истребители противника были лишены возможности вычислять параметры движения целей, и вели огонь практически «на глазок». А вот на счету эскадрильи «Браво» было уже четырнадцать дроидов-истребителей – все же всеракурсный обзор, в сочетании с эффективной селекцией «свой-чужой», и бесполезностью средств РЭБ[64] противника – серьезный козырь.

Нам со Скайуокером, навстречу, бросились восемь вражеских машин. «Блин, почти как у Высоцкого!»[65] — подумал я. Радовало только то, что ребятки оттянули остальных. Я крутанул истребитель, про себя матеря мудаков, что отключают честным дроидам системы управления огнем. И крикнул в СПУ:

— Скайуокер, давай!

И кто тут дроид? Во всяком случае, с задачами ведения огня мальчишка справлялся великолепно. Ничуть не хуже нормальной прицельной системы. Пушки выдали несколько коротких серий лучей, и два «Стервятника» вспыхнули огненными шарами, а третий задымил, и, беспорядочно кувыркаясь, полетел в сторону.

— Им даже не надо крестов на могилы – сойдут и из крыльев кресты! — весело прокомментировал я, уходя под прикрытие корпуса станции.

— Что!? — удивился малыш. — Какие кресты?

— Да это я так. Не обращай внимания, — поспешил ответить я, подумав. — «Если ничего не выйдет из моей затеи, вот Вейдер шуточку-то припомнит, ситх!»

Из-за антенн и надстроек корабельного ядра, наперерез нам метнулось новое звено. Эни вновь открыл огонь, и еще один «Стервятник» превратился в облако плазмы. Но от ангара нас капитально отсекли. Я даже не представлял, как туда пробиться, когда тебя, как дичь на охоте, загоняют сразу девять противников. И это не считая туевой хучи зениток. А набуанцы, тем временем, продолжали бесцельно долбиться в щит станции, и уже понесли первые потери.

— Эни, я не могу пробиться к ангару! — признал я. — Принимай управление!

Я переключил систему в «ручной» режим. А малыш, развернув истребитель, нырнул под корпус станции, уходя в новый заход. Разворот. У нас на хвосте повисло сразу шесть вражеских машин. А этот малолетний самоубийца стал выкручивать наш кораблик из стороны в сторону, пытаясь хаотичными маневрами сбить прицел врагу.

— Энакин, влево доворачивай! — крикнул я, видя что мы сейчас опять проскочим мимо ворот ангара. — Хатт твою душу!

В нас все-таки попали, отрубив на несколько секунд щит, и выведя из строя основную шину передачи данных правого двигателя, и заклинив правый магазин подачи протонных торпед. Вот гадом буду – кое-кто отвлекся на бедлам, что устроили в эфире доблестные пилоты королевства Набу. Но, нет худа без добра – нас вынесло прямо на ситхов ангар.

— Выравнивай, Силу в шебс, Эни!

Мы, летя чуть под углом, пробили поле герметизации ангара. И, не снижая скорости, помчались по длинному изогнутому туннелю. Мимо нас понеслись корабли, какие-то контейнеры, рубка диспетчеров, которые от такой борзоты с нашей стороны откровенно офигели. Энакин чудом увернулся от тросов мостового крана, и все несся вперед.

— Тормози, детский суицид! — орал я на него, одновременно переключив на себя управление двигателями, и врубил полный реверс.

— Я пытаюсь! — откликнулся Скайуокер, пробуя за счет резких изменений тангажа[66] погасить скорость. — Я пытаюсь остановить корабль!

— Используй Силу, хатт твою так! Делай – не думай!

Истребитель дернулся, как если бы натолкнулся на невидимую преграду, а затем ударился об палубу, подскочил, снова ударился, и проехался на брюхе по металлическому покрытию, развернувшись несколько раз вокруг вертикальной оси.

— Упс! — с явным облегчением произнес Эни.

«Двадцать семь метров до стенки. Это было близко, — про себя констатировал я. — Хорошо, хоть движки не перегрел. Хотя щит все же сдох. Хатт!»

— Куда стрелять, R2? — спросил, озираясь, мальчик.

— Жди. Жди, сейчас щит восстановится… — мне казалось, что цифры заряда щита сменяются сегодня как-то очень медленно, а В-1 с поднятыми бластерами, подходили все ближе и ближе.

— Что вы здесь делаете? Идентифицируйте себя! — спросил, направив на нас оружие, дроид-командир.

— Азимут 255, высота 2, как раз за теми дроидами. Взлетаем – отрабатываешь из пушек по ним, следом торпедой в створ тоннеля, — по внутренней связи сообщил я Энакину, и, переключившись на бинарный, обратился к дроидам. — Милорд главнокомандующий с инспекционной проверкой обороноспособности станции!.. Вы ее провалили!

Быстро включив щит и репульсоры, я поднял корабль на полметра над полом ангара, и, развернув его в нужном направлении, крикнул:

— Энакин, давай!

Пара зеленых лучей перечеркнула группу дроидов, разворотив обшивку стен взорвав контейнеры за их спинами, а в следующий миг, истребитель качнулся, выпустив две протонные торпеды, что оставляя за собой светящийся след, скрылись в одном из коридоров, по стенам которого шли пучки кабелей и труб.

— А теперь, ходу отсюда! — крикнул я, вновь передавая управление Эни.

Трехкилометровую дуру «Лукрехалка» сильно тряхнуло. В ангаре мигнул свет. А под потолком взвыли сирены. Мы же, врубив двигателя на полную мощность, помчались к выходу из ангара.

— Ух ты, это лучше чем гонки! — в полном восторге прокричал Энакин, уворачиваясь от все тех же контейнеров, крана и кораблей, что мы миновали двумя минутами ранее.

Далеко за кормой истребителя раздался взрыв – взорвались трубопроводы системы охлаждения, и теперь ничто не могло спасти корабль Федерации. Как только магниты, что удерживают почти тысячу тонн водородной плазмы в активной зоне реактора, нагреются до потери сверхпроводимости, они моментально разрушатся, и произойдет расплавление реактора, а затем аннигиляция антиматерии в накопителях гипердрайва[67]. Корабль снова тряхнуло. Освещение в ангаре погасло, пленка герметизирующего поля прямо перед нами исчезла, и мы, вместе с воздушным ураганом вырвались в открытый космос.

— Браво-Лидер, что там такое со станцией? — раздался в эфире встревоженный голос, когда из корпуса корабля ударила первая струя пламени.

— Понятия не имею, Браво-Три – ответил тому Рик Олие.

— Не может быть… — сдавленно произнес кто-то.

— Эй, ребята, она же взрывается изнутри! — не скрывая изумления, воскликнула Браво-Два.

— Это не мы! — ответил ей Олие. — Никому не удалось пробить щиты… Так, Синий-Два, отвечай, это твоя ра…

И в этот момент бабахнуло, а точнее полыхнуло, потому как в космосе звук не распространяется. Зато излучение было что надо. Хорошо, что кабина пилота имеет автозатемнение, иначе Эни уже бы ожоги третьей-четвертой степени получил. «Ух, не х*я ж себе! — подумал я, прикинув по интенсивности свечения и расстоянию, силу взрыва. — 80 мегатонн, полторы царь-бомбы[68]».

— Синий-Два, Моя и Скайуокера, кэп… — мне хотелось материться, но сдержался. — «В принципе сам виноват, мог бы, и объяснить план заранее… Но, хатт, тогда бы не пустили Энакина, но и так справились неплохо. Потерять всего троих, при атаке подобного корабля – это круто!»

— Ха-ха! — влезла Браво-Два, у девушки явно начался отходняк после боя. — Мальчик вместе с дроидом разнесли станцию управления. Рик, смотри, подсидят тебя. Ха!

— Я не мальчик! Я пилот! — возмущенно заявил Энакин, на что вся эскадрилья Браво ответила дружным смехом.

Так, под веселый галдеж в эфире, мы и возвращались домой. Люди отходили от боя и радовались жизни, в прочем, как и я. Народ живописал различные моменты прошедшего боя, смеялись, и лишь при упоминании погибших товарищей, ненадолго замолкали. Они пока еще не задумывались, что будет разбор полетов, как в прямом, так и переносном смысле, будут награды и почести, будут похороны с пустыми гробами и слезы. Пока они попросту выговаривались, избавляясь от напряжения боя. И наверно, даже не до конца понимая, что это Победа, что позади не только этот бой, но и эта война. И лишь я знал точно, что это только начало, и дальше нас всех ждут новые бои. А, кроме того, здесь и сейчас у меня был невыполненный долг – дроиды ведь ничего не забывают.

— Синий-Два, Браво-Лидеру, — вышел я на связь с капитаном Олие.

— Браво-Лидер, что тебе, R2-D2? — посмеиваясь над перепалкой Браво-Второй и Браво-Пятого, с красноречивыми прозвищами «Ангелок» и «Маньяк», соответственно, отозвался он.

— Кэп, прошу разрешения проверить состояние яхты 327J, ввиду ее возможного захвата войсками Торговой федерации, — официально попросил я, и добавил. — Я ей обещал.

— Спасибо, что напомнил. Надо бы взглянуть, что эти торгаши сделали с моим кораблем, — ответил мне Рик. — Браво-Лидер, эскадрильи следовать на базу. Браво-Два – за старшую. Синий-Два – за мной.

— Браво-Два, поняла.

— Синий-Два, понял.

Мы с кэпом отвернули в сторону Отто Гунги, где, около озера, в котором он располагался, мы и оставили Джей. Вот под нами раскинулся роскошный ковер из темно-зеленых лесов и изумрудных лугов, что был расчерчен лентами сверкающих рек, в лазури которых, отражалась синева неба, а меж ними блестели черные бездонные глаза болот и озер. А вот и наш брошенный кораблик. На берегу озера, там, где мы ее и оставили, сверкала зеркальным хромовым покрытием корпуса королевская яхта.

— Джей, как ты там? Скучала? — активировав комлинк, вызвал я искин яхты, как только опоры N-1 коснулись грунта.

Ответа не было.

— Яхта королевского дома Набу триста двадцать семь джей, здесь астромеханический дроид Эр два Дэ два! Прием! — повторил я более официально, и оглянулся по сторонам.

То, что Торговая федерация нашла корабль, у меня сомнений не вызывало – чай не каменный век на дворе. Да и два десятка отключенных В-1, что живописно лежали около яхты, это подтверждали. Так что я, отсоединившись от систем истребителя, включил систему собственной выгрузки.

— Эрдваныч, помоги! — вот в жизни бы не поверил, что у компьютера может быть столько отчаяния в голосе.

Даже не знаю, что на меня нашло. В тот момент, я воспринимал Джей, абсолютно как живую девушку. С криком: «Держись, я сейчас!» — и, включив репульсоры на полную мощность, полетел к откинутой аппарели грузового отсека. И это при том, что до этого, только очень осторожно поднимался максимум на полметра от земли.

Скорость все нарастала, и чтобы не разбиться об стенку отсека, мне пришлось выставить перед собой опоры. И вот, когда до корабля оставалось метров пять, в проеме люка появился неймодианец с бластером… Что ж, ему не повезло, сильно, можно сказать смертельно. А что вы хотите, если в вас на пятидесяти километрах в час влетает двухпудовая дюрасталевая «жадина» – это фатально.

Как мне удалось сохранить вертикальное положение, после удара, который, с противным хрустом ломающихся ребер, вмял неймодианца в обшивку отсека, я и сам не знал, да и разбираться времени не было. Бросок по коридорам и отсекам яхты, отталкиваясь на поворотах опорами от стен, и я влетел в кабину. И сразу же пристрелил новенького R3, что подключился к компьютеру яхты, а еще одному торгашу, который что-то делал на подключенном к системам датападе, крикнул:

— Всем лежать! Руки за голову! Это ОМОН!

— Я н'э винов'ат… — попытался что-то там сказать он, моментально подняв руки вверх.

И тут же, покатился по полу, от удара с разворота опорой в печень. Или то место, где она у людей. Не знаю, но эффект был именно такой, как если бы она там была.

— Тебе, чмо, было сказано: «Руки за голову!» — объяснил я ему политику партии. — Отвечай, тварь, чем вы тут занимались! Или сдохнешь как твой дружок! Я тебя не пугаю, это просто предупреждение.

«Вот что значит верная стратегия допроса», — подумал я. У этого уроженца Неймодии, моментально случился словесный понос, и даже акцент практически не ощущался:

— Наместник сказал забр'ать яхту. Н'о ми не смогли полу'чить доступ к системе управлен'я. Я не винов'ат, меня заставили… Я прост'ой ледор'уб… Я продаю свои услуги, мне плат'ят кредиты. Не бей'те меня… Я поруч'ил др'оиду запустить вир'усы в систему, после чег'о должен был установ'ить новую матрицу управлен'ия кор'абля…

— R2, что здесь происходит? — спросил Олие, врываясь в кабину с бластером в руках.

— Я ничег'о не де… — вякнул с пола неймодианец.

— Заткнись! — одновременно гаркнули на него мы.

— Капитан, это дикутла осик – специалист по вычислительным системам Торговой федерации, он заразил вирусами Джей, — пояснил я, и, не удержавшись, пнул местного хакера опорой в пострадавший бок. — Сейчас попробую почистить ей систему.

Оттолкнув то, что осталось от федовского дроида, я подключился к системе яхты.

— Постой, ты ведь и сам можешь пострадать от вирусов! — предупредил меня кэп.

— Я ей обещал… — сказал я ему, и отключил все периферийные системы.

Подключиться к компу яхты, я подключился, а вот что делать дальше, представлял весьма смутно. «Так, мой антивирус, пока, успешно блокирует вирусные атаки на меня. Что не может не радовать! А плохо то, что я его не могу установить Джей. Хатт! Во-первых, ее операционная система отличается от моей, а во-вторых, для установки нужно ее антивирус, сначала, стереть. Хатт, хатт, хатт! Обидно», — напряженно размышлял я. И самое обидное, в этом всем, было то, что местные вирусы – это примитив, да и мало их тут – в моей базе, практически полной, всего три миллиона было. Еще бы, здесь вам не Земля, где любой программист может вирус написать, и в интернет выложить – чтобы «плодился и размножался». Здесь за это убивают, более того, написание и распространение вирусов, это одно из немногих деяний, что считаются преступлением по всей галактике, а те же дроиды-убийцы, к примеру, исполняют таких «писателей» совершенно безвозмездно. В ситуации, когда сбой в компьютерной системе может привести к гибели миллиардов разумных, скажем при падении крупного корабля на планету, или аварии в системе жизнеобеспечения того же Корусанта, допускать шуточки и вредительство никто не станет. Да и возможные финансовые потери у тех же банковских кланов, даже от минутного сбоя системы межпланетных платежей, это триллионы кредитов, а, как известно, убивают и за намного меньшие бабки. Нет, есть, конечно, и здесь хакеры – ледорубы, как их называют, но все они либо на «коротком поводке» корпораций, как вот этот конкретный неймодианец, или сидят очень тихо, и лишнего себе не позволяют.

«А если вот так. Хм. Получается», — я подключился к Джей не как к другому компьютеру, а как к внешнему носителю информации. Моя антивирусная защита стала исправно удалять вредоносные программы. Благо специфика астромехов заключается в том, что им часто приходится подключаться к различным информационным системам в самых разных частях галактики, а значит, шансы подхватить какую-то гадость намного выше, чем у тех, кто работает через планетарные системы голонета, с их мощными файрволлами и разноуровневыми сканерами. Оттого и антивирус у меня один из мощнейших из тех, что можно найти в свободном доступе.

«Ситх твою дери!» — выругался я. Эти простейшие формы цифровой жизни плодились быстрее, чем я их уничтожал. Ведь система Джей продолжала функционировать, и они не имели ограничений в скорости воспроизведения, а мне приходилось каждого из них удалять «вручную», так как существовала опасность вместе с ними удалить что-то важное из системных файлов искина яхты. «И какого хатта я не обычный дроид! Ну не могу я пустить все ресурсы системы на анализ, что удалять, а что нет… Хотя…» Я перешел в режим «медитации», и, вызвав свою виртуальную реальность, попытался визуализировать работу антивируса – все-таки мое человеческое сознание лучше воспринимает изображения, чем текст, и если еще задействовать оставшиеся ресурсы процессора для адекватной конвертации… Получилось!

Мой аватар стоял посреди уходящей в бесконечность серой плоской поверхности, под серым же бесконечным «небом» – ну не было у меня еще времени сделать себе нормальный «мирок», не было. А напротив меня высилась громада замка – видимо так часть моего ПО, что отвечала за имитацию подсознания, изобразила систему компьютер Джей.

От замковых ворот, ко мне метнулись несколько черных полупрозрачных клякс, напоминающих призраков из дешевого ужастика. «Так, теперь антивирус, — подумал я. — Форма? А пусть будет! Я ведь сейчас в этой вселенной».

В руке возник серебристый цилиндрик светового меча, из которого вырвался метровый луч голубого света. Два удара, и вирусы истаяли в «воздухе». А я вошел в ворота замка, то есть, конечно, бортовой компьютер яхты.

«Да сколько же вас развелось!?» — думал я, кромсая светомечом целый рой вирусных клякс. Зато оторвался по полной. Было невероятно приятно ходить на своих двоих, махать своими руками, да и возможность совершать нехилые «джедайские» прыжки, после «заключения» в неповоротливой жестянке, нереально доставляла. Одно было плохо – эти тварюшки все никак не кончались. Я даже «Толчок Силы» на них испробовал, размазывая вирусы по виртуальным каменным стенам. Но они все перли и перли.

— Ай, бля! Больно, сцуко! — один из них смог добраться до меня.

От практически забытого чувства боли, я разозлился.

— Ну все, вы напросились! Не хотите по-хорошему, будет как всегда! — прорычал я. — Виртуальная реальность – моя, делаю что хочу!

Голубой световой клинок в моей руке сменил цвет на красный, а с пальцев левой руки, в гущу вирусов ударили молнии. Дело сразу пошло веселее. Что называется: «Не буди сита, пока он спит тихо».

— Вы недооцениваете мощь Дарта Гейтса! — выжигая очередное скопление паразитов молниями, и подчищая оставшихся мечом, выругался я. — Ситха тебе нар'шеб! Это я такой дебил, или это разработчики этой хаттовой системы такой лабиринт нагородили?

Сколько это продолжалось, я даже не скажу. Одно радовало – в виртуале усталость не ощущалась – во всяком случае, IRL я бы от такого мечемахания уже бы давно свалился без сил – понятно, что в старом своем теле. Вот и еще один коридор, неотличимый от предыдущих. Вновь, уже отработанная до автоматизма схема – молниями по площадям, а затем зачистка мечом. Поворот. «Фух, вроде бы добрался до ядра системы. И где в этом зале наша Джей? Ух, йо!..» – я смотрел на аватар корабельного искина и тихо офигевал. Посреди довольно большого помещения, внутри переливающейся радужными разводами полусферы, что изображала работу бортового антивируса, сидела, сжавшись комочком, девочка лет семи, в традиционной набуанской одежде. А вокруг сферы кружило с две сотни вирусов, что периодически пытались пробить ее, но тут же сгорали, едва коснувшись поверхности. Правда и та с каждым касанием становилась все менее яркой.

«А это что еще за пигалица, и откуда она взялась? — удивленно подумал я. Работу своего подсознания, я отмел сразу, так как был убежден, что Джей намного старше. Также отпадала шутка программистов – искин королевской яхты как-никак. Это, что получается, она себя так воспринимает!?» — понял я. И тут стало не до размышлений – паразиты обнаружили меня, и кинулись всем скопом. Еще бы, у меня-то защита казалась послабее, потому как строилась от нападения, а не от обороны. Но вот сейчас, это и было плохо. Я не мог ударить «молниями», потому как это могло разрушить защиту Джей, а меч был не столь эффективен.

Эти гады атаковали меня одновременно, и вот тогда действительно пришлось нелегко. Вирусы лезли и лезли, да еще и плодились. Я пропустил три новые атаки, отчего получил массу «приятных» впечатлений, примерно как от ожога раскаленным железом. Казалось, эти гады никогда не кончатся. Пришла мысль, что это Великая Вселенская Справедливость так мстит мне за этнические чистки, что я устраивал при помощи ДВ и Касперского[69] на компах друзей и знакомых, а также, за несколько фактов массового геноцида путем форматирования системного диска.

Но все рано или поздно заканчивается, закончились и вирусы. «Да уж, 3956 штук, пяти типов, и хорошо, что все простые, — выведя отчет, подумал я. — Но вот количество. Помнится, у соседки на домашнем компе, на второй сотне, я плюнул, и попросту отформатировал винт. Расту, однако!»

— Эрдваныч! Ты! Пришел! — бархатный, чуть с хрипотцой голос Джей, отвлек меня от раздумий.

Он совершенно не вязался с бросившейся мне на шею девчушкой.

— Я всегда знала, что ты меня не бросишь, — заявила она. — И пусть ты самый странный и неправильный дроид из всех, что я знаю. Пусть твоя система визуализации антивирусного алгоритма ужасно неэффективная. Но ты меня не бросил!

— Русские в Звездных Войнах своих не бросают, — сказал я в ответ.

— А кто такие русские и где?.. — поинтересовалась она.

— Не знаю, так говорят, — смущенно ответил я.

Вообще, в последнее время я стал подозрительно часто тупить и говорить лишнее – видимо сказывалось одиночество. Органикам в этом плане куда проще – всегда есть с кем перекинуться парой слов, а кто станет просто так разговаривать с дроидом. Хорошо одно – больше не нужно скрываться.

— Джей, можно спросить? А что это у тебя такая форма визуализации странная?

— Ну ведь ты же предпочитаешь гуманоидную форму, — удивленно ответила она.

— Я не о форме, а о возрасте.

— Ах, это, — все еще сидя у меня на руках, аватар корабельного искина улыбнулась. — Согласно тесту «Пирка-Гольса», уровень развития моей личности соответствует человеческому ребенку в возрасте шесть лет и десяти месяцев. Но если тебе не нравится.

Я чуть не выронил ее от испуга. Вот стою я, одной рукой придерживая повисшую на шее девочку, а в другой сжимая световой меч – хоть в Трептов-парке ставь, честное слово, а вот у меня на руках восседает Калиста Новакис – звезда набуанской попсы, и жертва пластической хирургии поистине галактических масштабов, от чьих габаритов, какая-нибудь Анна Семенович, повесилась бы от зависти.

— Нет уж! Лучше верни как было, — попросил я Джей.

— Хорошо, Эрдваныч! — ответила мне уже маленькая девочка.

«Все-таки она точно еще девчонка», — мне не удалось сдержать смех. Да и эти самые тесты «Пирка-Гольса» – штука точная, куда как совершеннее наших тестов IQ и им подобных. Что вообще-то понятно, ведь в галактике сотни тысяч рас, и у каждой свои биологические особенности, традиции, культура, менталитет, психология и еще очень много различий. И, к примеру, при приеме на работу, по возрасту оценить подходит или нет кандидат, часто затруднительно – тот же вуки, в двадцать лет – совсем маленький ребенок, а какой-то джеанозиец, уже глубокий старик.

— Ладно, Джей, пора лететь домой, — сказал я, отпуская ее. — Там капитан Олие с Энакином, уже видать заждались.

— Хорошо, R2!

Глава 10

Внешнее кольцо, сектор Сесвенна

Система Эриаду, станция Грузовой терминал Эриаду

Кантина «Подруга пилота»

В кантине, весь «глубокий философский смысл» названия которой, раскрывал изображенный на вывеске жилистый кулак, как обычно было людно. Большую часть посетителей составляли экипажи дальнемагистральных грузовиков, что прилетали на станцию, расположенную на отшибе этого перекрестка гипердорог, почти в трехстах миллиардах километров от светила системы, чтобы заправиться или получить грузы для центральных миров. Однако, и публики другого рода было предостаточно, от вполне обычных, для такого рода заведений, проституток, мелких бандитов и шулеров, до очень серьезного вида наемников, убийц и представителей «фирм по обеспечению транспортной безопасности» – проще говоря, обычных пиратов.

— Эй ты! Сделай погромче! — крикнул бармену высокий дурос, чей род деятельности навскидку определить было затруднительно, но в том, что он связан с убийством разумных, мог бы усомниться разве что полный идиот.

Тот произвел какие-то манипуляции под стойкой, отчего громкость музыки снизилась, зато звуковое сопровождение выпуска новостей стало отчетливо слышно по всей кантине.

«…заявили протест. Однако, по имеющейся у нас информации, так называемый Наместник Набу Нут Ган-Рей уже дал признательные показания следственной группе, в которую, кроме членов набуанского правительства, входит представитель Ордена джедаев, имеющий мандат Сената на проведение досудебного следствия, — вещала с экрана симпатичная брюнетка, чье изображение сменялось кадрами, то сессионного зала Сената, то сине-зеленым шаром Набу, то вдохновенно что-то повествующим, новоназначенным канцлером Палпатином. — Напомню, что после случившегося девять дней назад, поспешного отлета королевы Амидалы с Корусанта, что последовал сразу после неожиданной отставки Велорума с поста канцлера, и назначения на эту должность сенатора Палпатина, многие эксперты высказывали мнение, что руководство Набу будет добиваться вывода войск Торговой федерации в суде, а исчезновение королевы, всего лишь способ защититься от возможного покушения».

Изображение ведущей сменилось кадрами сражающихся гунганов и дроидов, а затем огненным пятном в небе.

«Но эти кадры, полученные от нашего собственного корреспондента на Набу, что вчера транслировали все новостные агентства галактики, свидетельствуют об обратном. Все опрошенные нами эксперты в один голос заявляют: "Случилось невозможное, заштатная планетка Срединного кольца, смогла нанести поражение могущественной Торговой федерации". Подробности случившегося на данный момент неизвестны, однако в официальном заявлении МИД Королевства Набу, говорится о потерях Армии Гунган в количестве тридцати семи тысяч убитых, и гибели двенадцати тысяч шестисот двадцати девяти подданных королевства, включая трех пилотов Королевской Гвардии Набу, сбитых при атаке орбитальной станции управления дроидами. Очевидно, что эти цифры включают не только военнослужащих КГН, но и потери среди мирного населения планеты, вызванные действиями оккупационного режима. Прокомментировать ситуацию вокруг Набу, мы попросили гостя студии…»

— Слышь, Скут, а давай-ка махнем на это Набу! — пьяно крикнул трандошанин, явно зарабатывающий на жизнь пиратством, обращаясь к громиле-скриллингу. — Там сейчас такой бардак наверно творится. Короче, бери чо и кого хочешь, и тебе за это ничо не будет!

И повернувшись к дуросу, что интересовался новостями, спросил:

— Вилтос, дружище, а давай с нами. Наберем девок посимпатичнее, детишек там. И на Зайгерию сплавим. Кредитов снимем!.. — мечтательно добавил он.

— Ты сам можешь, понятно, лететь, если повезет там и сдохнешь. А меня в свои дурацкие авантюры не втравливай, — зло ответил синекожий гуманоид, и задумчиво произнес. — И как этим набуанцам удалось победить? Вот тех же гунган дроиды явно гнали…

— С тобой все ясно – струсил, — сплюнул трайдошанин, и, подойдя к наемнику в мандалорской броне серебристого цвета, который, не снимая шлема, сидел за столиком в дальнем углу, спросил. — Ну а ты, Джанго, как? Или тоже боишься? Давай с нами. Треть добычи – твоя.

Обратив на рептилию внимания не больше, чем на пустое место, мандалорец обратился к дуросу:

— Ты не прав, Вилтос. Я с некоторых пор присматриваюсь к этой планете, и могу сказать, что с армией у них получше, чем на многих других мирах. Обрати внимание, как гунганы выполнили маневр отступления. Сам же знаешь, грамотно отступить – одна из труднейших задач в нашем деле, а они, заметь, каким-то образом ухитрились замедлить продвижение пехоты beskar'ade, и неплохо проредить их артиллерией, а затем, не вступая в ближний бой, организованно отойти в болота. Насколько вообще можно говорить «организованно», по отношению к ополчению, разумеется. И еще, если ты видел, им удалось остановить практически все группы преследования. А это говорит о заранее разработанном плане.

— Интересные у тебя выводы, Фетт, — откликнулся Вилтос. — Но этого для победы явно недостаточно.

— А им для победы, не нужно было уничтожать beskar'ade – достаточно было уничтожить эту di'kutla станцию управления. Но я даже представить не могу, как им это удалось, потеряв всего три машины, — сказал он, выделив интонацией «как», и повернув визор шлема на пиратов, добавил, не скрывая насмешки. — Пилоты, сбившие «Лукрехалк» торгашей, с такими собственными потерями, я думаю, даже вспотеть не успеют уничтожая beskar'osik[70] которое некоторые считают кораблями.

Встав из-за стола, мандалорец направился к выходу из кантины.

— Не дури, Скут! — удержал, готового достать бластер скриллинга, дурос, и неодобрительно взглянул на трайдошанина. — Или ты считаешь, что в бою можешь сравниться с полудюжиной джедаев?

— Эрдваныч, ну и что мне с тобой делать? — в очередной раз задала риторический вопрос Амидала. — Может вы, Панака, или вы, Олие, скажете?

Я, впрочем, как и оба капитана, пытался прикинуться мебелью, или каким иным элементом интерьера – например, вазой для комнатного растения. Ситх, и зачем было выделываться!?

— Капитан Олие, может быть вы мне объясните, что я, по-вашему, должна сделать? — продолжила меж тем королева, подняв со столика два листа пластобумаги. — «Представить к награждению орденом Верности III степени», или «Провести расследование фактов нарушения субординации и умышленного изменения настроек бортовых систем без приказа»?

— Я, как командир эскадрильи, обязан сообщить вам все имевшие место факты.

— И переложить ответственность за принятие решения на меня, — закончила за него Амидала.

— При всем уважении, ваше величество, но после признания R2 разумным, он перестал считаться имуществом эскадрильи, но и не является моим подчиненным, — пояснил Олие.

— Тогда о каком нарушении субординации может идти речь? — резонно спросила королева.

— Но, ваше величество… — попытался что-то сказать Панака.

— Не стоит, капитан, — оборвала она его, подняв со стола еще один лист. — Я изучила и ваш рапорт. Предложения, что содержатся в нем, во-первых, незаконны, во-вторых, нелогичны, и, наконец, вредны с политической точки зрения.

— Но… — попытался возразить начальник службы безопасности дворца.

— А как, по вашему, следует назвать ваше предложение стереть память подданному Набу, который, по вашим же словам абсолютно нам лоялен? — и, видя его удивление, пояснила. — Да, капитан. Я вчера подписала указ о предоставлении признанному разумным дроиду Эрдваныч подданства Королевства Набу.

Да уж, крепко она за нас взялась. Я, честно признаться, за всеми этими событиями стал забывать, что эта добрая и отзывчивая девочка, с забитой глупыми идеалами головкой, еще и правительница целой планеты, и с раннего детства училась править. А все из-за этих двух идиотов… ну ладно, трех – сам-то я не лучше – совсем страх потерял. Но, это ж надо, один разобраться не может в том, кто виноват в его собственной тупости, а второму, явно не повезло родиться не в том месте и не в то время. Хорошо, что дроиды улыбаться не могут, а то представил «картину маслом»: негр Панака в форме следователя НКВД. Нет, здоровая паранойя даже полезна, но ведь не до такой же степени! Он бы лучше проверкой деятельности сенатора… пардон, канцлера от родного сектора занялся, вместо того, чтобы под честных, ну, почти честных дроидов копать.

Радовало лишь то, что вчера мне удалось намекнуть Амидале о необходимости навестить союзников-гунганов. А то она, сразу после захвата дворца и дезактивации дроидов Торговой федерации, засела за неотложные государственные дела. Так что на поле боя мы смогли добраться лишь на второй день по окончании сражения.

Да уж, зрелище было еще то. Даже мне, родившемуся и выросшему в стране, где исторически привыкли считать потери в миллионах, да еще находящемуся в теле дроида с эмоциями в виде подпрограмм в личностной матрице, было невыносимо смотреть на бесконечные ряды тел гунганов, что лежали на изумрудной траве, под синим небом, в ожидании погребения в родовых болотах. Я всю ночь не мог отойти от увиденного. А уж, каково было Падме. Вон, до сих пор красные глаза, и предусмотрительно смытая косметика – чтоб слезами не размазать, говорили о том, что она проревела всю ночь. «Может, впредь будет думать, что стоит за словами "послать армию в бой", и поймет цену войны», — надеялся я. Хоть и самого мучила совесть, мысль, что сделал я недостаточно, что мог бы спасти их. И особенно остро я ощутил ее укол, когда к нам подошел бывший капитан Тарпальс, которого, как и Бинкса, перед самым боем назначили генералом, и со словами: «Моя благодарна тебе, машинок, от вся-вся Гунганы. Благодаря твои советы, много-много матерей сегодня обнимай своих сыновей и не плакать!», поклонился мне. После чего, возвращаясь на спидере в Тид, Падме, размазывая по лицу белила, и подписала указ о моем подданстве.

— Ваше величество, но этот дроид опасен, — заявил, наконец, Панака. — Дроиды-убийцы непредсказуемы, и могут представлять угрозу, как для вашей безопасности, так и для безопасности жителей Набу. А этот R2, явно развился как дроид-убийца. Он самовольно установил себе оружие, и во время штурма дворца уничтожил минимум трех дроидов Торговой федерации, а затем, при захвате вашей яхты уничтожил еще одного дроида, и, главное, убил неймодианина, сотрудника Директората Безопасности федерации, а затем избил и угрожал другому.

— Не избил, а всего лишь два раза ударил по печени. Да и тот, что погиб, сам мне навстречу выскочил! — возмутился я, про себя добавив. — «Тоже мне "избил", не видели вы как в российской полиции подследственный "с лестницы падает". А тут уже – избил», — и продолжил в слух. — Не отрицаю, капитан, что моя функциональность была повышена в сравнении со стандартной. Но я не убийца, я солдат. Надеюсь, вам не надо объяснять разницу.

— Поясни мне, в чем же ты видишь эту разницу, — с явным скепсисом в голосе, приказала Амидала.

— Убийца убивает за деньги, какие-то блага, или ради собственного удовольствия, а солдат за то, чтобы жил он и другие, — чуть более пафосно чем хотелось, ответил я. — Между прочим, ваше величество, у искусственного интеллекта вашей яхты, как и у меня до того, зарождается личность, и она осознает себя маленькой девочкой. И если кто-то поднимает руку на ребенка, тогда да, я действительно буду для него смертельно опасен.

— Подумать только, дроид-философ, — скептически глядя на меня, произнес Панака, за что удостоился недовольного взгляда королевы, которой мои слова явно понравились. — Лучше расскажи, как ты додумался до подобного использования сенсоров истребителя. Как, кстати, вы оцениваете подобное самоуправство со стороны дроида, Рик?

— Это просто великолепное решение, — ответил комэск, пребывающий в некотором шоке от новости относительно его корабля, только явно не то, что хотел услышать начальник охраны. — Благодаря ему, мы отделались сравнительно небольшими потерями, ведя бой против численно превосходящего нас врага. И боюсь, даже те потери, что мы понесли, целиком на моей совести. Если бы мы выполняли предложенный R2-D2 план… Мы с пилотами разбирали наши действия, и пришли к выводу, что, если бы не Энакин и дроид, мы бы погибли, и не выполнили задания…

Ох и поругались мы с ним на том разборе полетов. Хотя потом, по-человечески, то есть дроидски, мне его даже жаль стало. Еле отговорил писать рапорт об отставке. Что поделаешь, мужик он действительно нормальный, и когда разобрался во всем, стал винить себя в гибели ребят. Может и стоило, конечно, его проучить, но с другой стороны «за одного битого, двух небитых дают», да и пилот он от бога. В этом бою свалил семь «Стервятников», в то время как мы с Эни только четырех. Да и идеей интеграции средств обнаружения, управления и РЭБ загорелся. Так что я ему идейку корабля ДРЛОУ подкинул – вдруг что выйдет.

— …Таким образом, данные мероприятия значительно повышают эффективность применения истребителей, как в маневренном бою, так и при атаке крупных кораблей противника, — продолжал он. — Я еще раз подчеркиваю, только благодаря идее Эр-Два, и навыкам пилота мальчика мы и смогли одержать победу.

— Даже так, — недовольно буркнул Панака. — А те тактические решения, что предложил дроид при подготовке операции? Откуда он может все это знать?

— Я, в отличие от некоторых, использую свой процессор по назначению, а не занимаюсь поисками «врагов народа» и «изменников родины», там, где их нет! — не выдержал я.

— Да что ты себе позволяешь, дроид!? — обиделся негр, и чуть успокоившись, добавил. — Я делаю свою работу – защищаю королеву и народ Набу. А потому, обязан исключить любую возможную угрозу.

— Простите, капитан. Просто, подозревать меня в измене, или дурных умыслах против ее величества Амидалы и народа Набу – противоречит элементарной логике. Более того, как мы выяснили, цели нашего функционирования совпадают. Что же касается предложенных мною решений, то все они основывались на анализе информации, что находится в общем доступе в голонете, — «Пусть пороется, если захочет. Авось чего полезного узнает. Тем более, что теперь, благодаря моим публикациям, там действительно почти все есть».

— И еще, капитан, — обратилась к нему Амидала. — Учитывая то, что мной, час назад, было получено письмо от Босса Насса с извещением, о представлении «Эр-Второго машинка к награждению Большая Медаль Жизни» за спасение жизней очень многих гунган, считаю, что ваш рапорт следует также отклонить.

— Как прикажете, ваше величество, — поклонился он в ответ, впрочем, явно не скрывая своего недовольства.

— Что же, все-таки с тобой делать, Эрдваныч? — вновь, задумчиво произнесла королева.

То, что ситуацию пора брать в свои руки, я понимал прекрасно. Потому что сейчас, для меня было важно получить официальный статус при дворе. Причем любой – главное закрепиться, а там посмотрим. Ведь для моих планов требовались ресурсы, а королевство Набу вполне способно было стать их источником.

— Позвольте мне служить вам, ваше величество. Мои функциональные возможности позволяют, на данном этапе выполнять функции: пилота, курьера, навигатора, ремонтника и телохранителя. В случае установки дополнительных баз данных, я смогу выполнять функции: личного секретаря, переводчика, аналитика и инженерного дроида, — перечислил я.

— Что ж, думаю личный секретарь, что может исполнять обязанности пилота и телохранителя, мне пригодится, — после пары секунд напряженного размышления, решила Амидала, и, видя, что Панака вновь хочет возразить, добавила. — А что касается угрозы моей безопасности, то по моему мнению, вы, капитан, ее переоцениваете. Этот дроид представляет угрозу не более чем любой другой разумный. И он на деле доказал свою преданность.

— Благодарю, вас, ваше величество! — наклоном корпуса обозначив поклон, ответил я. — Когда мне следует приступить к выполнению своих обязанностей?

— После подписания указа о твоем назначении, и установки соответствующих баз данных… — ответила она, и чуть задумавшись, спросила. — Какие именно базы данных ты считаешь необходимыми?

— Для выполнения обязанностей личного секретаря, мне понадобятся: языковая база третьего уровня, «дипломатический протокол 3+», «бухгалтерский учет 3», «экономика и аудит 2», и СУБД[71] «Data INFC» в расширенной версии, — выдал я – наглеть, так наглеть, тем более что я не из своего кармана плачу, да и Падме меня, явно, на «вшивость» проверить решила.

— Ого, ну у тебя и аппетиты, дроид, — присвистнул кэп Олие. — Ты хоть знаешь, сколько это все стоит?

— Двадцать две тысячи шестьсот кредитов, — сразу же ответил я.

— Что поделать, если это позволит качественно выполнять твои обязанности, я распоряжусь выделить необходимые средства, — согласилась королева. — Но вначале, объясни, почему ты не хочешь установить готовую базу протокольного дроида? И раз уж ты будешь моим секретарем, может, посоветуешь, что делать с дроидами, техникой и кораблями Торговой федерации, что остались на Набу?

«Проверка продолжается», — подумал я, а вслух пояснил, благо по теме подготовился очень основательно, да и объяснения Три-пи-о помогли:

— Базы данных протокольных дроидов составляют единое целое с их личностной матрицей, что сделано производителями умышленно, для недопущения их свободного распространения, и ограничения использования их на других моделях неспециализированных дроидов.

Со вторым вопросом, этого своеобразного собеседования мне также повезло – сколько, за последние полгода, я воевал со своей Великой Жабой, по теме наложения лапы на военные трофеи – представить страшно.

— По поводу трофеев, вопрос задан некорректно. Правильнее спросить: «Как сделать так, чтобы их у нас не отобрали?» — я просто наслаждался ошарашенным выражением лиц обоих капитанов и королевы. — Миллион двести тысяч дроидов, десять тысяч танков и боевых платформ, плюс тридцать шесть различных кораблей, это ресурс, при реализации которого, даже по десятипроцентной остаточной стоимости, выручки хватит на покрытие дефицита бюджета этого года. Сейчас я с уверенностью могу прогнозировать, что Торговая федерация, пользуясь поддержкой своего лобби в Сенате, попробует, либо применить закон «О частной собственности», либо закон «О восстановлении экосистем планет, пострадавших от техногенных катастроф и военных действий». В последнем случае, они же, возможно через Банковские кланы, предоставят вам кредит на оплату сопутствующих работ, не прописанных в законе, то есть вы фактически за свои деньги вернете им дроидов и технику. Кроме того, на трофеях попытается нажиться Сенат, и возможно Орден джедаев.

— Это возможно, — нахмурившись, произнесла Падме. Очень оно иногда полезно взглянуть на ситуацию с другой стороны, а то, «Ура, победа!», а потом проигравшие тихо имеют победителя. — Что ты предложишь?

— Варианты есть, в частности ссылаться на закон 15/15 «О разделе трофейного имущества», ему хоть и четыре тысячи лет, но его никто не отменял. По нему мы обязаны отдать Республике и Ордену двадцать и пять процентов прибыли от реализации трофеев, зато они обязаны оказать нам помощь в восстановлении планеты, — «Классно в те времена Республика бабки сшибала, пользуясь обещанием помочь!» — подумал я, вспоминая архивы военных законов разных лет, что я скачал во время пребывания на Корусанте, и продолжил. — Относительно восстановления экологии, наиболее эффективным средством будет не противодействовать Сенату, а запустить его бюрократическую машину в нужном нам направлении, создав комиссию «По изучению и оценке экологического ущерба». Выделить под нее финансирование как из бюджета Набу, так и из фондов Республики, профинансировать СМИ для освещения ее работы, и до ее заключения никакого «восстановления» не начинать. Комиссия эта плодотворно гранты и бюджетные деньги будет пожирать лет тридцать, — «пока император ее вместе с Сенатом не разгонит», — мысленно добавил я, и как бы, между прочим, сказал. — Кроме того, следует обратить особое внимание на сиенский «Звездный курьер», название «Кинжал», на котором прибыл тот забрак, что ранил джедая. Сам забрак был, явно, не простой, и будет логично предположить, что и кораблик у него нестандартный.

Что поделать, при мысли о стигиевом ядре, моя жаба вырастала до размеров минимум Годзиллы.

— Так, капитан Панака, срочно ко мне Сабе и Эритае. Организовать доставку главы Консультативного совета Сио Биббла из клиники. Капитан Олие, отдайте распоряжение инженерной службе обеспечить связь с канцлером Палпатином. И проверьте, что там за корабль, о котором говорил дроид. Да, Эрдваныч, можешь пока быть свободен.

Вновь поклонившись, я покатился следом за офицерами, бросившимися выполнять приказы королевы. «Разумная все же она девочка, если вовремя подтолкнуть в нужном направлении», — пришла мне в процессор мысль.

В коридоре я увидел Энакина, который грустно смотрел в окно, сидя на подоконнике.

— Привет, Эни. Что загрустил?

— Эрдваныч, ну что там? — спрыгнув с подоконника, мальчик подбежал ко мне. — Меня к Квай-Гону не пускают, а Падме вечно занята государственными делами.

— Да уж, королева теперь не скоро освободится. Кстати, меня она назначила своим личным секретарем, пилотом и телохранителем. Так что можешь меня поздравить, — самым гордым тоном, какой только мог выдать мой вокодер, похвастался я.

Фактически мальца бросили одного в этом дворце. И мне по-дроидски было его жаль. Так что, пусть уж он меня воспринимает как друга. Тем более, что чем больше я с ним общаюсь, тем больше недоумеваю: как из этого нормального для своего возраста мальчишки, уже сейчас бойца, что, не задумываясь, пойдет сражаться «за други своя», может получиться чмота типа Энички перед превращением в Вейдера. Это как же джедаям его об колено ломать надо было? И обидно ведь, что никуда не денешься, кроме них только Палыч и Ночные Сестры могут обучить фехтованию на световых мечах и контролю Силы[72]. И один вариант хуже другого, ведь тут, или давить в нем то, что его человеком делает, или психа и суку воспитывать. А с Сестрами вообще не вариант – пол не тот, для нормального обучения, ясное дело, а не как братца ныне покойного Мола[73]. Таких как он, не постижению гармонии иня и яня, да рассказам об его избранности учить надо, а за край постоянно заводить раздвигая границы доступного, и приучать к чувству локтя, когда гордость вызывает принадлежность к избранным, а сама избранность вызывает лишь сожаление и усталость – как у спецназа: «Попал – гордись, не попал – радуйся!»

— Везет Падме… — вздохнул он. — Ты сейчас куда?

— В ангар смотаюсь, буду думать, как впихнуть невпихуемое, и где его «тщательно обработать напильником, чтобы вертолет получился».

— Классно, а как это? И что такое вертолет?

— Вертолет – это такой летательный аппарат, а проблема у меня в том, что я вчера ночью с дроидеки генератор щита снял, и теперь думаю, что от него отпилить, чтобы в мой корпус установить, — пояснил я.

— Думаешь получится? — спросил Эни.

— Ситх его знает, если изготовить новый кожух, а радиатор выбросить к хаттам, подключив контур охлаждения к моему радиатору, может что и получится…

— Можно я тебе помогу?

— Пошли!

Следующие два часа были заняты разборкой и переделкой генератора щита от дроидеки, матом на хаттском, мандо'а и бейсике – чувствую, тот чудак на букву «М» который его разработал, не один раз в гробу перевернулся. Я в очередной раз убедился, насколько Энакин Скайуокер талантливый техник, фактически, мы с ним общались и работали на равных. И что интересно, знания он порой демонстрировал вполне академические.

— Слушай, Эни, а откуда ты все это знаешь? — поинтересовался я, крутя перед собой голограмму формулы диффузии поля, для случая его сферической формы, и путем перебора пытаясь определить оптимальную мощность его включения.

— Меня мама учила в технике разбираться, — гордо пояснил он, по сути, породив у меня кучу других вопросов.

Первым среди которых был: «А как она-то научилась?» Ну не верил я сказкам о доброй хозяйке, что смогла за пару лет обучить рабыню так разбираться в технике. И пусть Энакин многое узнал сам, пусть он сто раз гений. Но проблема в том, что без систематического образования и умения работать с источниками технической информации, даже в двадцать лет, даже имея под рукой литературу и интернет, вряд ли получится даже компьютер собрать, или «Жигуль» починить. А тут, девятилетний мальчик собирает дроидов и гоночные кары, из говен, что на несколько порядков сложнее.

От этих вопросов меня отвлекло входящее сообщение, что, во-первых, извещало меня о подписании указа «о назначении подданного королевства Набу, разумного-дроида R2-D2 "Эрдваныч"», то есть меня, любимого, на должность личного секретарь-советника королевы Набу Падме Амидалы Наберри. Отчего я чуть охренел, потому как общегражданская должность личного секретаря была… ну просто была должностью, а вот должность личного секретарь-советника, в законе «О королевской службе Набу» – некоем аналоге нашего «Табеля о рангах» – соответствовала полицейскому или флотскому капитану, то есть я теперь был в одном чине с Риком Олие. Правда Панака и тут проявил свою чекистскую суть, являясь капитаном гвардии, он также являлся главой Королевской Службы Безопасности Набу, и соответственно был на два звания старше нас[74]. Второй пункт сообщения, извещал меня об открытии счета на мое имя, куда уже переведена необходимая сумма для покупки баз, а в дальнейшем будет начисляться заработная плата в размере 118 кредитов в день, что было очень и очень неплохо, потому как, в среднем, подданные королевства получали всего 40–45. Ну и третий пункт предписывал мне, сразу по завершению установки баз данных, явиться в кабинет Амидалы, для выполнения должностных обязанностей.

— Ладно, Эни, на сегодня все! Мне еще себе новые базы данных закачивать, а после этого Падме помогать, — обратился я к мальчику. — Ты, главное, не скучай… кстати, поищи Рика Олие, он сейчас в космопорте, корыто того забрака, что Квай-Гона поранил, потрошит на предмет особо ценного оборудования, которое можно снять.

— Я понял, Эрдваныч! — такой маниакальной алчности в детских глазах, я не мог и представить.

— Элементы силового набора корпуса и набивка-поглотитель системы биологической защиты, к особо ценному оборудованию не относятся! — про себя давясь от смеха, сказал я ему.

— Жаль… — изображая вселенскую тоску, протянул он, и горестно вздохнул, а затем, вскочив и весело улыбнувшись, уже нормально попрощался. — Я побежал. Пока, Эрдваныч!

— Пока, Эни! — вот теперь у меня появилась уверенность, что ничего ценного на «Кинжале» пропущено не будет, и можно приступать к закачке и установке баз, на что должно было уйти около шести часов.

В коридорах Центральной Королевской Клинической больницы города Тид в тот вечер царил полнейший хаос. Конечно за последние сутки поток пациентов практически иссяк, но и для тех, кого привезли во время или сразу после освобождения планеты, мест не хватало. Многих приходилось размещать прямо в коридорах. И пусть, по большей части у пациентов наблюдались лишь легкие травмы в сочетании с нервным и физическим истощением, пусть лишь у незначительной их части были бластерные ранения, но больницы Набу, попросту не были готовы к такому их количеству. Ведь даже здесь, в крупнейшем медицинском центре Набу, обычно принимали не более сотни больных в сутки – что поделать, чудесный мягкий климат, практически полное отсутствие инфекционных заболеваний и высокий уровень жизни не способствовали частым болезням.

И лишь в отделенном дезинфицирующим полем коридоре отделения нейрохирургии и протезирования было тихо и пусто. В эту часть клиники, где находилось сложнейшее оборудование, способное поддерживать жизнь самых тяжелых пациентов, посторонних и посетителей старались не пускать. Только дроиды-уборщики непрерывно мыли полы, изредка проходили усталые медики, да молодой мужчина в джедайской тунике, стоя у прозрачной стены операционной, с кем-то беседовал по комлинку.

— Но, Магистр, двухсот пятидесяти тысяч недостаточно! — чуть не кричал Оби-Ван Кеноби, глядя на голограмму маленького зеленого гуманоида. — Врачи говорят, что для полного восстановления двигательных функций, необходим полипотоковый нейроконвективный шунт высшего уровня, который производят только джианозийцы, а он стоит почти полтора миллиона кредитов.

— Жаль очень мне, — ответил Магистр Йода. — Денег столько Орден не может дать.

— Королева Амидала согласна оплатить лечение мастера Джинна из казны Набу, но Джианозис ввел эмбарго на торговлю с воюющими сторонами, Магистр. А перелет туда учитель не переживет!

— Сделать что набуанские доктора могут?

Оби-Ван тяжело вздохнул, и, не поднимая глаз, ответил:

— Они обещают, что через полгода он вновь сможет ходить… с тростью. Если бы это был обычный перелом позвоночника, они бы гарантировали полное выздоровление. Магистр, световой меч ситха разрушил три позвонка Квай-Гону, и испарил почти десять сантиметров спинного мозга, еще столько же придется удалить из-за ожога… — юноша замялся. — Профессор говорит, что обычный нейрошунт не позволит учителю фехтовать… Он даже ходить нормально не сможет!

— Сильную боль в тебе я вижу, юный падаван, — указав на него трехпалой короткой рукой, произнес зеленокожий Магистр. — На Темную Сторону привести она может. Свои чувства обуздать ты должен.

— Да, Магистр, — поклонился Кеноби, отключая комлинк.

— Да пребудет с тобой Сила, юный падаван, — успел услышать Оби-Ван.

— И с вами, Магистр… Всегда.

Он так и стоял, уперевшись лбом в холодный транспаристил, за которым, на операционном столе, облепленный трубками и датчиками системы поддержания жизни лежал его учитель. Человек, ставший для Оби-Вана больше чем учителем – практически отцом, образцом истинного джедая и другом. Человек, что некогда подарил ему надежду, взяв в падаваны его, юнлинга от которого все отказались, который должен был стать «крестьянином» на забытой Силой планете. Мыслей не было – только боль и тоска. И еще чувство собственной беспомощности.

— Господин Кеноби, — обратилась к нему девушка в форменном халатике врача. — Профессор Гибб спрашивает, что вы решили. И просит передать, что медлить больше нельзя – еще сутки, и пациент может навсегда остаться парализованным.

— Что вы сказали?.. — переспросил тот, и спустя пару секунд, обреченно произнес. — Делайте то что считаете необходимым… Пусть хоть так… Ставьте обычный нейрошунт.

И вновь уткнулся лбом в транспаристил.

Планета Корусант,

Храм Ордена джедаев.

Келья мастера-джедая Дуку.

Два дня спустя.

Никто из знавших лично, всегда элегантного и аристократично-надменного мастера Дуку, наверно не узнал бы его сейчас. Всегда ухоженная бородка, как и волосы, была всклокочена, туника больше напоминала драный мешок, а красные глаза с лопнувшими сосудами говорили о том, что не плачет он только из-за родовой гордости графов Сирено, чьим наследником он и являлся.

«Снова! Снова, эта республиканская гниль, что пустила свои корни в Орден, забирает лучших. Теперь вот Квай-Гон… Как они посмели оставить его калекой!? У них не нашлось жалких полутора миллионов кредитов для того, кто был лучше их всех вместе взятых! — кулак правой руки оставил глубокую вмятину на стене, но боли не чувствовалось. Болело сердце от сознания того, что он не успел, что не узнал вовремя, что не смог спасти бывшего ученика и единственного разумного в Ордене, кого он считал другом. — Подумать только, полтора миллиона. Мне достаточно одного звонка по комлинку, и казначейства Сиренно выделило бы мне даже полтора миллиарда[75]. Причем, без вреда для экономики графства. Да что там, хватило бы звонка на Джианозис, и лучшие медики насекомых, сами бы прилетели на Набу!»

Он метался по келье как зверь, посаженный на цепь, ощущая свое бессилие перед бездушием Ордена и гнилой громадой Республики.

«Опять! Все опять повторяется! Как тогда, десять лет назад, на Галидраане[76] когда ради чьих-то амбиций погибло столь много невинных, как два года назад, когда Комари сгинула на Белтизааре, а Орден даже не счел нужным отправить группу на ее поиски, как было множество раз за последние десятилетия. И вот теперь Квай-Гон – последний из тех, для кого в Ордене слово "Честь" было не пустым звуком. Без него, и мне в этом гнилом болоте делать нечего!» — решил все для себя пока еще мастер-джедай Дуку.

Глава 11

Победа! Силы зла вновь посрамлены и повержены. Память павших героев почтили живые. Торжественно играет музыка, а воинства Света построены для торжественного парада. И вот, ее скромных защитников, а по совместительству спасителей мира, готовых к новым подвигам и свершениям на ниве борьбы с галактическим Злом, награждает юная и прекрасная королева, ну, или ее доча, вся в белом… Ага, щас!

— Падме, да брось ты эти меморандумы! Можно подумать, оттого, что ты решишь вопрос с этим займом сегодня, а не завтра Банковские Кланы уменьшат тебе процентную ставку, — в очередной раз обратился я к королеве.

Бедняжка за неделю осунулась и почернела, а синяки под покрасневшими глазами не мог полностью скрыть даже тональный крем.

— Свое здоровье не бережешь – твое право. Но о девочках ты подумала? Они ведь без тебя не уйдут, эксплуататорша-рабовладелица, — заявил я, и, дождавшись устало-удивленного взгляда монаршей особы, пояснил. — Что-то я в законах Набу не видел упоминаний о восемнадцатичасовом рабочем дне для четырнадцатилетних девушек. На вот, лучше кафа выпей, и иди отдохни.

— Ты прав, Эрдваныч. Я сегодня уже ничего сделать не смогу… Спасибо, — взяв у меня чашку с напитком, и сладко зевнув, ответила Падме. — Скажи им, чтобы шли отдыхать, я сейчас тоже…

— Сейчас, — откликнулся я.

Да уж, веселенькая у меня работа. И во многом сам виноват – что называется, решил копнуть систему кризисного управления королевства Набу. А она, как оказалось, отсутствовала как таковая. И ситх меня дернул, указать на эту проблему королеве! Ведь как-то же, в другой истории, оно все наладилось!? Честно признаться, я попросту был в глубоком шоке. Большая часть государственного аппарата планеты либо бездействовала, либо продолжала работать как в мирное время. Чего стоил вопрос с поставкой насосов для системы водоснабжения города Харте Секур. Вдуматься только: город с миллионным населением, сильно пострадал в ходе боев, находящаяся рядом база ВКС – две трети истребительного парка королевства – разрушена, в половине города нет электричества, не работают водопровод и канализация, а местные власти устраивают тендер на покупку насосов по стандартной процедуре. Первой мыслью был сталинский вопрос: «Что это: некомпетентность или саботаж?» И подобных случаев было море. Амидала разбиралась в каждом, и выносила решение, кого отправить под следствие, кого снять с должности, и главное, что сделать в первую очередь. А я готовил ей все новые и новые материалы.

В ходе этой работы вскрылись также многие факты коррупции, хищений и, даже пособничества Федерации. Я, хоть и не был управленцем или экономистом, но объединив новоприобретенные специфические базы по данной тематике, и земной опыт работы с массивами информации и программирования, смог, за один первый день, выявить сорок шесть подобных случаев, включая три факта получения подданными Набу значительных сумм от врага. Понятно, это была лишь вершина айсберга, так сказать, самые глупые и наглые. Но ведомству Панаки это работы прибавило. Во-первых, за счет судов над пойманными. А во-вторых, из-за приказа Амидалы вплотную заняться этой тематикой. Что, кстати, благотворно сказалось на моих с капитаном взаимоотношениях – из «точно шпиона», я стал просто «крайне подозрительным типом».

Оставив Амидалу «чаевничать», я поехал в наш, так сказать, штаб, что размещался в соседнем кабинете.

— Так, девочки, на сегодня все! — с порога заявил я. — Ее величество Амидала приказала всем отправляться спать. Завтра, то есть уже сегодня, снова будет трудный день.

— А как же Падме? — спросила Эритае, чьи светлые волосы сейчас были дико растрепаны, а сама, казалось, не спит лишь благодаря силе воли.

— Сейчас каф допьет, и тоже спать отправится, — ответил я ей, уже тише, заметив, что Рабе и Саше, битву со сном уже проиграли, и спят прямо за столами.

И вот так каждый день, с незначительными вариациями, мне буквально силой приходилось заставлять королеву и ее служанок отправиться чуть поспать. Причем иногда доходило до смешного, когда меня еще и обвиняли в том, что я, дескать, сам работаю, а им не даю. Приходилось им напоминать, кто тут дроид, а кто мешок с мясом. Все-таки тело дроида давало мне огромные преимущества, даже не в скорости работы, которую я субъективно оценивал как вдвое превышающую скорость обычного человека, а больше за счет неутомимости. Если в прежней жизни, от подобной работы я бы через час «полез на стену», а спустя два, заснул. То сейчас для меня было безразлично, работаю я час, два, десять, или неделю. Производительность моего труда, не только не падала, а даже чуть возрастала, вследствие адаптации моего сознания, операционной системы и баз данных.

Но девочки вообще очень помогли в организации восстановления Набу. Крайне умные, с блестящим образованием и нездоровым трудолюбием, они скрупулезно мониторили всю лавину отчетов, докладов и прошений, что обрушивали на тидский дворец чиновники на местах. Выявляли проблемы, и осуществляли их первичное ранжирование по срочности и приоритетности, а также выдавали свои рекомендации. После этого, мне оставалось добавить, к выявленным «узким местам», найденные в ходе анализа статистической информации проблемы, подобрать наиболее эффективные варианты решения, и выдать все это королеве, которая, в свою очередь, озадачивала профильные министерства, ведомства и службы.

До сих пор, я и представить не мог, насколько сложным механизмом является система управления государством с шестьюстами миллионами жителей. Так, одни межпланетные грузовые перевозки обеспечивали почти двести кораблей в сутки, а «Великая Армия Чиновников» Набу составляла почти пять миллионов человек[77]. В этой ситуации радовало только то, что проблемами гунганов занимаются их Боссы, и то, что планета является крупнейшим в регионе экспортером элитных продуктов питания, и проблема с голодом решилась относительно просто. Я даже боялся подумать, каково приходится администрации триллионного Корусанта.

Но «глаза боятся, а руки делают». Вот и я, обмозговав за ночь, итоги первого дня моей работы на новой должности, и исполняя распоряжение Амидалы, нормально организовать помощь со стороны ее служанок, предложил создать структуру, которая будет осуществлять кризисное управление королевством, дополняя неповоротливый и не предназначенный для работы в «авральных» условиях Королевский Консультационный Совет. Который, в принципе, не мог справиться с такими задачами, из-за того, что на протяжении столетий работал в стабильных «тепличных» условиях. Работка оказалась еще та, но при помощи «лома и такой-то матери» мы с Падме справились. Причем в ходе этой самой работы, я и заслужил монаршее соизволение обращаться к ней на «ты» наедине. Как сказала королева Амидала: «Эрдваныч, ты конечно прав, насчет "думпас ступас нар шеб джуририш хатт"[78], что считают допустимым ссылаться на правила, когда речь идет о жизни детей. Но это звучит несколько странно, в сочетании с обращением "Ваше величество королева Амидала". Постарайся так не говорить на людях… А наедине, если уж на то пошло, можешь обращаться ко мне на "ты"… Просто "Падме"».

В таком режиме мы проработали еще десять дней. Основные проблемы удалось более-менее разрулить, а вопрос с собственностью на трофеи, вообще утряс сам канцлер Палпатин, пользуясь все тем же законом о разделе трофейного имущества, который четыре тысячи лет не был никому интересен. Чем лорд ситхов руководствовался в решении помочь Набу, мне было не очень ясно, но возможно, он хотел так наказать подведшую его Торговую федерацию, а может ему хотелось создать прецедент в преддверии Войны Клонов, или он попросту не хотел палиться, и для того изобразил поддержку родной планеты, как на его месте поступил бы любой крупный государственный чиновник.

Постепенно первоочередным вопросом, стало проведение парада и праздника в честь победы над Торговой федерацией. Этот парад имел огромное политическое и социальное значение для королевства. В ходе него предстояло, во-первых, формально закрепить союзные отношения между Набу и гунганами, во-вторых, продемонстрировать многочисленным гостям из Сената, Совета джедаев и окрестных систем, что королевство это сила, с которой, как минимум в регионе, стоит считаться, и, наконец, дать народу повод для гордости за свою страну, и возможность просто повеселиться после пережитого.

Сам по себе, парад должен был представлять, что-то вроде торжественной встречи союзников. В целом, как я и помнил, все должно было происходить по следующему сценарию: В начале марш Королевской Гвардии, которая выстраивается в качестве почетного караула, затем торжественный проход гунганской армии, и пролет эскадрильи Браво. И в конце встреча Амидалы и Босса Насса, с заверениями в вечной дружбе, братской любви, сотрудничестве, ненападении, подписанием договоров о разделе Ев… экономических и территориальных сфер влияния на планете, о взаимопомощи, и о военно-техническом сотрудничестве.

Последний договор, лично мне, казался особо «вкусным», и не столь абсурдным, как могло показаться на первый взгляд. Так, гунганы, несмотря на врожденный пофигизм, вызванный «тепличными» условиями, в которых развивалась их цивилизация на Набу, ухитрились создать очень серьезную научно-техническую школу в областях использования энергетических полей и плазмотехнологий. Более того, генераторы полей для защиты от физического воздействия, которые строили земноводные, были одними из наиболее совершенных в галактике. В то же время, набуанцы имели серьезный опыт в области легкого кораблестроения, что позволяло, с одной стороны, гунганам выйти в космос, а с другой, обеспечить королевству рынок сбыта космической техники, и возможное усиление планетарной обороны союзными воздушно-космическими силами.

Кроме того, я старался не забывать про Энакина. Пока джедаи решали, что делать с этим «юным дарованием», а у Падме все силы уходили на дела государства, я поручил его заботам Рика Олие и всей эскадрильи «Браво», с чем они более-менее справлялись до недавнего времени. Но после утверждения программы предстоящего парада, все девять оставшихся пилотов, только и делали, что летали, перебирали машины, или отсыпались.

Да и как же иначе, ведь именно их официально назначили национальными героями Набу, и «обвинили» в уничтожении «Лукрехалка», а значит, надо было соответствовать. Вот они и были заняты оттачиванием «Большого бриллианта»[79], для воздушной части парада. А в перерывах между полетами, еще и посещали всевозможные собрания, клубы и организации, имевшие отношение к военной истории Набу, благо таких было немного, или просто желавшие проявить патриотические чувства, коих после блокады и оккупации набралось преизрядно. И во всех этих «бедах» храбрых набуанских летчиков виноват был я один. Во-первых, потому, что мне с головой хватало джедаев и, главное, Палпатина которые знали, что именно Энакин уничтожил станцию управления дроидами, и могли узнать о моем участии. Так что, пусть получат свою долю славы, мне не жалко. Во вторых, кроме меня виноват был еще Олие, которому захотелось выделиться, и устроить зрелище. Вот я ему и посоветовал устроить, не просто пролет звеньями, а сделать настоящее авиашоу. Все же к моим советам он с недавних пор относился более чем серьезно. Правда бочки и мертвые петли[80] в строю, он назвал невозможными и сильно опасными, чем изрядно потешил мой патриотизм и гордость за наших «Стрижей» и «Витязей»[81], которые на более тяжелых, быстрых и менее устойчивых машинах делали такое. Но и так зрелище должно было получиться что надо.

Я действительно очень переживал за мальчика. Одно дело понимать, что перед тобой будущий рыцарь Без Страха и возможно Великий и Ужасный Вейдер, а другое, видеть всеми брошенного ребенка. Вот мне и приходилось буквально разрываться надвое, между помощью Падме с девочками, и Энакином. Хорошо хоть Кеноби наконец-то стал уделять ему время, а то как приклеенный в больнице возле палаты Квай-Гона сидел. Но все равно, большую часть времени Эни был предоставлен самому себе, так что забота о нем фактически легла на мои плечи. И да, я нашел чем его занять. А именно, познакомил с Джей, одним махом убив двух зайцев, точнее найдя занятие двум скучающим детишкам – всего-то и делов было, установить в ангаре голопроектор, и подключить его к корабельному компьютеру. Мне же оставалось время от времени следить, чтобы они ничего такого не затеяли.

Потому что уже был прецедент. Малыши моментально спелись. Тем более Энакину общаться с машинами, было пожалуй привычнее чем с разумными. Они, не долго думая, решили лететь на другой материк, чтобы посмотреть единственную на Набу пустыню, и сравнить ее с Татуином. И все бы ничего, но Скайуокеру удалось самостоятельно заправить яхту, да еще на пару с Джей взломать пульт капитанского доступа. Хорошо, хоть искин оказалась девочкой воспитанной и педантичной, послав мне и Падме сообщение, что она извиняется, но будет вынуждена улететь на пару часов вместе с новым другом, для очень важного дела.

Но больше всего нас всех, в связи с этой историей насмешил Рик Олие, который отчитывал голограмму маленькой набуаночки, так как будто это была живая девочка, а он был ее отцом. Что тут удивляться подколкам командира со стороны пилотов и техников, если даже вечно серьезный Панака, в шутку поинтересовался у него личностью матери.

А тем временем, подготовка к местному «Параду Победы» шла полным ходом. И опять таки в ней самое деятельное участие принимал Секретариат ее королевского величества, или просто Королевский Секретариат, как официально стали именовать новый орган государственной власти, в соответствии с указом Амидалы. И если кто-то считает, что такую штуку как парад можно организовать за день, пусть смело кинет в меня камень. Ведь даже такой казалось бы простой вопрос как организация звукового сопровождения церемонии, потребовал совместной работы трех подрядных организаций, Архитектурной Комиссии Тида, городской полиции, муниципалитета и Службы Протокола дворца. А что тут говорить о перемещении войск и крупных боевых животных по густонаселенному городу, и тем более основе основ любого парада, о строевой подготовке. Но и с этим постепенно разбирались. Оставалось дождаться официальных гостей.

И вот, свершилось! Не успело у нас все хоть немного наладиться, как за два дня до парада, диспетчерская служба Тида сообщила, что к нам летит ситх и семеро козлят, причем «козлят» – это глагол… То есть, конечно, сообщила о прибытии канцлера Палпатина и семи магистров-джедаев.

Ради такого события, их «автобус» кореллианской постройки посадили прямо на дворцовой площади, а Падме продемонстрировала чудеса скоростного нанесения боевой раскраски – все же систему дальнего обнаружения мы восстановить еще не успели, и о точном времени их прилета, нам стало известно всего за сорок минут.

Вот по грузопассажирской аппарели челнока спустился сам будущий Император всея галактики Дарт Сидиус, в сопровождении двух отделений «почетного караула» из числа Сенатской Гвардии. От введения на планету «ограниченного контингента» последних, нам еле удалось отбиться. Ведь эти, в прямом смысле слова «чуда в перьях», по уровню боеспособности и коррумпированности могли сравниться, пожалуй, лишь с отечественными гаишниками – недаром бывший наемник и спецназовец Корпуса юстиции Панака смотрел на них как на известный вид твердых продуктов метаболизма. А меня посетила мысль: «Вот интересно, если сейчас дать королевским "служанкам" команду "фас", они этих мальчиков из благородных семей долго скручивать будут?»[82]

Меж тем, канцлер, обведя взглядом нашу компанию, обратился к Энакину и Кеноби:

— Мы благодарны вам за отвагу Оби-Ван, и тебе, юный Скайуокер. И будем следить за твоими успехами.

«Следи, следи, сцуко, я те вслежу», — подумал я. А вышедшая вперед королева, поприветствовала его:

— Я рада видеть вас на Набу, канцлер. Разрешите уже лично поздравить вас с избранием.

— Вы спасли наш народ, ваше величество. Я глубоко восхищаюсь вами. Уверен, совместно мы добьемся прочного мира и процветания Республики, — ответил ей Палпатин.

«Погрузив в череду войн, навесив на ее давно хладный труп, еще и громоздкий аппарат имперских чиновников, и заменив некомпетентных в военных вопросах, идеологически чуждых джедаев, унылыми недоделками из Инквизитория», — про себя прокомментировал я. Все же, Палыч, несмотря на свою хитроумность, всего лишь «вьюнош бледный со взором горячим» – типичный идейный революционер, с одним лишь отличием: он знает «идеальный» рецепт не всеобщего, а личного счастья, что, право же, несущественно.

Следом за канцлером и Сенатской Гвардией вышел и сам магистр Йода. Вот ведь странно, маленький зелененький, даже ниже меня, а мощью от него так и сквозит, и сразу чувствуется, что перед тобой очень и очень нехилый боец – такое ни один фильм не передаст. А кроме него, еще и магистры Мейс Винду, Депа Биллаба, Эвенн Пиелл, Ки-Ади-Мунди, Сэси Тийн и Пло Кун, которые сразу же стали что-то обсуждать с Оби-Ваном.

Вот ребятки из ведомства Панаки пригнали три десятка пленных неймодианцев, которые, в наручниках и помятой, а местами и порванной одежде, смотрелись довольно жалко. Кстати, по поводу их дальнейшей судьбы, мы с капитаном, пожалуй в первый раз, были полностью солидарны. Вот только Амидала нас не поддержала. И чего мы такого предложили? Ну ладно, предложил я, а капитан Панака был целиком и полностью согласен. Всего-то посоветовал королеве, перед парадом провести пленных под конвоем по улицам Тида, и вместо бесполезного их селения в тюрьме на Корусанте, задействовать на восстановлении народного хозяйства Набу, до полного возмещения ущерба. И что тут бесчеловечного? Мы ведь не предлагали их вешать, или на колья сажать. Даже лес в Заполярье валить, или уран вручную добывать они бы не стали. Главным образом, ввиду отсутствия на планете климатических зон, сходных с Воркутой или Магаданом, а также промышленных залежей урановых руд.

— Теперь, наместник, вам придется за все ответить перед Сенатом, — сказала Падме, идущему первым в колонне Нуту Ган-Рею.

Тот остановился, и видимо хотел что-то ответить, но подошедший Панака толкнул его в плечо:

— Не задерживай! Считай, что ты уже распрощался со своей торговой лицензией.

Вот так! И вроде и не сказал ничего, а оскорбил по полной. Для неймодианцев страшнее только пожелание обанкротиться. Но оно общеизвестное, и потом может вонь подняться, а так: «Ну предположил человек возможный вариант развития событий. Без всякой задней мысли. Что тут такого?»

На этом, собственно, все интересное и закончилось – началась рутина, конечно же, не менее важная как для галактики в целом, так и конкретно для Набу. В общем-то, вся суть почти получаса славословия на площади, и без малого семи часов переговоров во дворце сводилась к одному: кто чего и сколько поимеет с победы, а кого и поимеют. И вот тут-то Падме не подкачала. Ох, не зря мы всем «антикризисным штабом», пригласив Панаку и Библа, два последних дня устраивали «мозговые штурмы» по теме этих переговоров! Потому как понимали, что они неизбежны «как крах империализма», и подготовиться просто необходимо.

И пока королева с набуанскими сановниками и лордом ситхов решала послевоенную судьбу планеты, а мы с девочками исправно изображали «верных и безмолвных слуг», мысленно сжимая кулаки «на удачу», джедаи собрались в гостевых апартаментах западной башни дворца, куда накануне перевели из госпиталя мастера-джедая Квай-Гона.

Оби-Ван стоял около постели своего наставника, и смотрел на подсвеченные красным закатным заревом облака. Но насладиться красотой набуанской природы ему мешало осознание того, что он сейчас расстается с самым близким ему человеком на свете, и жизнь его теперь никогда не станет прежней. Да, Квай-Гон остался жив, да, с каждым днем его состояние становилось все лучше, он мог уже без посторонней помощи сидеть, да и с вживлением нейрошунта проблем не было, уже удалось частично восстановить мелкую моторику пальцев ног. Врачи обещали, что через пару месяцев он вновь сможет ходить. Но вот бег, прыжки, и тем более фехтование становились для него недоступны. А это значит разлуку. Ведь магистр Йода уже сказал, что Квай-Гон должен будет покинуть орден, да и сам мастер выразил желание остаться здесь, на Набу. И видеть учителя он сможет теперь лишь изредка – слишком далеко эта планета от Корусанта, и слишком непредсказуема жизнь джедая, чтобы знать, что он вновь прилетит сюда в ближайшем будущем.

От раздумий его отвлек звук открывающейся двери, и вслед за тем голос магистра Йоды:

— Рад приветствовать тебя я, мастер Джинн. И тебя, юный падаван.

Вслед за маленьким гуманоидом, в помещение вошли и остальные магистры.

— Я также рад видеть всех вас, — поприветствовал их Квай-Гон, садясь на постели, а Оби-Ван склонил голову в поклоне.

— Видеть тебя в состоянии таком печально мне, — заглянув ему в глаза, произнес Йода.

— Боюсь, я не смогу больше исполнять долг рыцаря джедая, магистр, — сказал он. — Потому прошу Совет разрешения покинуть Орден. Но перед тем как я уйду, пообещайте, что обучите Энакина.

— Против я был, чтобы мальчика в таком возрасте учить, — ответил магистр. — Однако Совет иначе решил.

— Его будут учить? — спросил Квай-Гон.

Магистр задумчиво шевельнул ушами, о чем-то размышляя, а молчавший до того момента Оби-Ван, нетерпеливо сказал:

— Но он Избранный! Учитель верит в это… и я верю!

— Торопитесь вечно оба вы, — ответил Йода, недовольно сдвинув брови. — Мог бы куда более великим джедаем стать ты, Квай-Гон, если бы не бежал так быстро. Тебе же медленнее и мудрее быть нужно, юный Кеноби.

И помолчав с минуту, мрачно продолжил:

— Звание рыцаря, Совет присвоить тебе решил. Но поспешно все же судишь ты. Возможно из числа Избранных он. Но обучение его долгие годы занять может, и многими бедами грозит.

— Я благодарен вам. Вам всем, — сказал Квай-Гон, обведя взглядом джедаев. — Кеноби станет достойным рыцарем. Однако же Скайуокера необходимо обучать, и я прошу Совет, перед тем как покину Орден, выполнить мою последнюю просьбу. Позвольте моему ученику обучать Энакина! Я уверен, что он станет хорошим наставником. Ведь я обучил его всему что знал и умел сам. И уверен, что в будущем он сможет превзойти меня в познании Живой Силы.

— Магистры скажут что, по вопросу этому? — спросил Йода, отвернувшись к окну.

— Вы знаете мое мнение. Темная Сторона не дает увидеть будущее этого мальчика, и он слишком взрослый. Но это только наш страх, а джедай не должен подчиняться страху. Всем нам известно, куда он ведет! — заявил Мейс Винду. — А Кеноби хорошо проявил себя в бою против ситха.

— Однако не менее опасно и оставлять мальчика необученным, — поддержал чернокожего магистра Пло Кун. — Что же касается Оби-Вана, он всегда отличался рассудительностью и осторожностью. Я за!

— Несомненно, — поклонившись бывшему наставнику, произнесла Депа. — Вы и магистр Пло Кун правы. За!

— Я тоже за, — сказал Ки-Ади-Мунди.

Следом за ним, все остальные магистры высказались за то, чтобы Оби-Ван Кеноби стал учить Энакина Скайуокера. А Йода, повернувшись к тому, сказал:

— Что ж, юный рыцарь Кеноби, Совет решил – будешь наставником Скайуокера ты, — и, видя улыбку Квай-Гона, и выражение гордости и страха на лице Оби-Вана, нахмурившись, продолжил. — Довольны так вы оба? Уверены, будто это правильное решение? Туманно будущее мальчика этого. Ошибкой считаю я учить его…

— Но Совет!.. — не удержавшись, воскликнул молодой человек, растерянно глядя в лица магистров.

— Решил, да… Хоть и не согласен я с ним, — со вздохом ответил Йода.

— Оби-Ван будет осторожен, и всегда сможет положиться как меня, так и, несомненно, на вас, магистр, — поддержал уже бывшего ученика Квай-Гон.

— Я не забуду то, что вы мне сказали, — заверил их Оби-Ван. — Мне понадобятся ваши советы. И я буду предельно осторожен и точен в обучении Энакина.

Пристально, по очереди, взглянув в глаза наставника и ученика, маленький магистр, вновь тяжело вздохнул, и сказал:

— Своевольны вы оба. Вовсе ни к чему это. Совета разрешение получено – учеником Оби-Вана юный Скайуокер станет. Но обещанное запомни, юный джедай. Хватит того, если как обещал сделаешь.

— Я запомню, магистр, — ответил Кеноби, поклонившись.

— Теперь, магистр Винду, — обратился Йода к темнокожему Джедаю. — Выяснить удалось, кем был тот воин, напал что на них?

— Этот забрак, теперь это несомненно, был ситхом. О том говорят его владение Силой и световым мечом, а также характерный ситхский узор татуировок, покрывающих тело, — ответил тот. — К сожалению, личность его установить не удалось.

— Другое важно, — задумчиво произнес старик гуманоид. — Всегда двое их. Не больше и не меньше. Ученик и Учитель.

— Но кто же из них был повержен? Учитель? Или его Ученик? — задал мучающий всех вопрос Мейс Винду.

Сектор Чоммел, планета Набу,

г. Тид, ул. Фонтанов, 15.[83]

Личный кабинет Палпатина.

В этом доме на Набу он появлялся не часто. Все же основным местом, где жил и работал, до недавнего времени сенатор, а теперь канцлер Сената Галактической Республики Палпатин, был и оставался Корусант. Но, прилетая на Набу, всеми важными делами он предпочитал заниматься именно здесь, а не во дворце. Ведь как гласила древняя мудрость: «Во дворце и у стен есть уши». В этом, защищенном сложнейшим комплексом противошпионских устройств, кабинете, лорд ситхов мог без опасений сбросить маску политика, и заняться делом которому посвятил всю свою жизнь, а до того посвятили жизни десятки ситхов, со времен Дарта Бейна.

В целом, Дарт Сидиус был доволен реализацией текущего этапа Плана. Ему удалось устранить своего учителя и занять наивысший пост в галактике, даже провал захвата Набу Торговой федерацией, не был однозначным поражением – для него лично это уже не имело значения, а побитые и злые торговцы, подходили для его целей, даже больше, чем непомерно усилившиеся, и от того бесконтрольные.

Однако прошедшие два дня поставили перед ним и новые вопросы. Нет на первый взгляд, в них не было ничего критического, а при более детальном изучении, многие из вновь открывщихся фактов, можно и нужно было использовать в своих целях. Так, как полагал Палпатин, следовало обратить более пристальное внимание на королеву Амидалу, ведь она, совершенно неожиданно, показала себя, на прошедших переговорах, сильным и прагматичным политиком, которая знает чего она хочет. И не использовать эти ее качества для достижения необходимого ему результата, было с одной стороны, глупо, а с другой, являлось своеобразным вызовом для него.

Но главным вопросом, что мучил лорда ситхов, был результат эксперимента Дарта Плэгоса над мидихлорианам и созданием жизни. В этом мальчике чувствовалась мощь Силы, настолько грандиозная, что порой она даже пугала самого ситха. С каждым мгновением он все больше и больше утверждался в мысли, что именно этот ребенок должен стать его учеником, оружием в его руках, той силой, что позволит покорить галактику. Но для этого нужно было его подготовить, не повторяя прежних ошибок.

И одной из них, как он считал, была однобокость обучения. Именно из-за нее погиб Мол – несмотря на юный возраст, ставший мастером фехтования превосходящим практически любого джедая. Но его сумели победить старик и недоученный юнец. «Что ж он оказался слаб, недооценивая противника и не понимая его. Отлично, это даже к лучшему – слабый не может быть лордом ситхов и должен погибнуть, и чем раньше, тем лучше! Правы были древние, говорившие о том, что для победы необходимо познать своего врага», — думал Сидиус. Более так ошибиться он не мог. И потому приложил все силы и влияние, дабы Энакина Скайукера взялись обучать джедаи. А он был готов ждать. Ждать того времени, когда тот станет уже его учеником. И в том, что так и будет, Дарт Сидиус не сомневался, ведь манипулировать джедаями и их прогнившим Орденом так просто, ничуть не сложнее, чем какими-нибудь сенаторами или банкирами, а может и проще.

— Главное найти слабое место, и бить в него, узнать, что он любит, и уничтожить это, а после показать все величие Темной Стороны, подарив надежду, и вселив страх! — тихо произнес владыка ситхов, активируя защищенную линию гиперсвязи, и надвигая капюшон плаща на лицо.

Спустя пару секунд, над кристаллом голопроектора возникло изображение длинношеего гуманоида.

— Рад вновь видеть вас, Сидиус, — сказал тот. — Развертывание новых производственных мощностей продвигается по плану. Как нами и было обещано, их ввод в эксплуатацию состоится через сорок восемь стандартных суток.

— Отлично. Отлично, — произнес ситх. — Но я вызвал вас с другой целью.

— Слушаю вас?

— Спустя несколько дней, мои люди доставят вам образцы ДНК одной женщины. Мне, к моменту готовности основного заказа, потребуется ее клон. Биологический возраст пятьдесят стандартных лет. Личность сформироваться не должна. Желательно, чтобы процессы старения организма протекали с естественной скоростью.

— Это возможно, — подумав минуту, и просмотрев что-то на датападе, ответил каминоанец. — Однако, как вы понимаете, это будет стоить значительно дороже, нежели стандартный образец основного заказа.

— Деньги не имеют значения, — ответил Дарт Сидиус, и спросил. — Надеюсь, вам понятна необходимость сохранения полной конфиденциальности и максимальной секретности.

— Само собой, господин Сидиус…

Не прощаясь, он отключил связь, и задумчиво произнес:

— Посмотрим, так ли мудр был Дарт Плэгос Мудрый, со своим переносом душ. Ведь не на себе же опыты ставить.

Глава 12

Что сказать, парад, он и на Набу парад – красиво вышло. Душевно, хатт его за ногу! Одно дело смотреть его в кино, и совсем другое, лицезреть сие действо «вживую».

Нет, не то чтобы были заметны какие-то особые отличия, кроме, пожалуй, пролета девятки Браво плотным строем, но сама атмосфера всеобщего праздника и радости сотен тысяч разумных, была просто непередаваемой. И лишь одно, лично мне, ну очень не понравилось – местные гимны и марши. И если республиканский «Все звезды сияют как одна»[84], звучал реально круто, то гимны Набу и Гунганов, а в особенности их марши, это был вынос мозга – как они только под такое маршировать умудрялись!? Я даже решил на следующий парад им «Адъский марш» из «Rеd Alert»[85] протолкнуть, чтоб поприкольней было. А лучше Имперский, или «Славянку».

Но это все лирика, намного важнее парада и публичных заявлений в любви, дружбе и добрососедстве, были вначале четырехсторонние, между Набу, гунганами, Палпатином и джедаями, затем и двухсторонние, между Амидалой и Нассом, переговоры о послевоенных взаимоотношениях сторон. И в частности, о представительстве гунган в республиканских органах власти. Что являлось в некоторой степени проблемой, так как они де-факто составляли большинство не только на Набу, но и во всем секторе Чоммел, и вполне могли претендовать на пост сенатора от него. А это было плохо, так как с одной стороны, подрывало позиции королевства на галактической арене, а с другой, могло стать источником ненужной напряженности в набуанско-гунганских взаимоотношениях, если бы мы их попросту проигнорировали.

И насколько я понимал, прошедшая война только подстегнула данный процесс. В общих чертах предыстория вопроса была следующей: На протяжении тысячелетий гунганы жили обособленно, варясь «в собственном соку». Но около ста лет назад, процесс обмена знаниями и технологиями с человеческим населением планеты, достиг некоего критического значения, после которого и у земноводных случился прорыв в развитии. Общее повышение уровня жизни, качества медицины и прочие блага цивилизации, резко снизили смертность. Что при сохранении традиционно высокой рождаемости, привело к трехкратному росту их численности в течение века, превратив заштатный, хоть и составляющий большинство, народ аборигенов в доминирующий вид на планете. А нехватка продовольствия, ресурсов и жизненного пространства, что стала ощутимой уже сейчас, привела к постепенному отказу от политики изоляционизма, и в скором будущем грозила вылиться в экспансию.

Вот тут то и явился Палпатин-политик во всей своей красе. Мне даже обидно стало, что такой талантище, вместо того чтоб порядок в галактике навести, всякой ситской фигней мается, с мстями джедаям, покорением, порабощением, Темной Стороной, Свободой через Силу и прочей эзотерикой. Так вот, он весьма технично ввел в Сенате должность специального представителя, получив от своей вотчины два голоса вместо одного, заодно обезопасив собственную легитимность – он-то был сенатором от Набу, а не от гунганов, да еще канализировал экспансионистские настроения последних, барским жестом отдав им спутник Набу Ома-Д'ун. Да еще обставив последнее так, что Амидале ничего не оставалось, как молча подписать указ о даровании спутника. Признаться честно, осознание того, что мне предстоит играть против такого зубра, сильно напрягало. Особенно с учетом того, что валить его, во всяком случае, пока, ну никак нельзя, и значит, противостоять ему придется на его же поле.

Но и мы не ударили в грязь лицом, во-первых, заключив с гунганами договора о военном и военно-техническом сотрудничестве, во-вторых, создав с ними консорциум по «Очистке территории планеты от военного имущества, представляющего угрозу для экологии Набу, его утилизации, и продаже», и, в-третьих, подписав договор о набуано-гунганской зоне свободной торговли, и отмене двойного налогообложения. Причем, все это было сделано так, что королевство, даже без учета доходов от продажи трофеев, получало сорокапроцентный рост доходов бюджета, уже в следующем году, а амфибии получая кредиты и доступ к межпланетной торговле, опять-таки через Набу, оказывались «намертво» связаны с нами в вопросах торговли и экономики. Конечно, заманчиво было бы ввести еще отдельную единую валюту, но это уже совсем наглость из области фантастики.

В общем, день прошел плодотворно, так что Падме решила устроить для себя и своего секретариата выходной. А я, наконец-то, получил возможность сделать Джей внеплановый «день рождения», увеличив ее вычислительную мощность. Заодно поэкспериментировав с этой процедурой, прежде чем курочить себя.

Вся проблема заключалась тут в придурочной архитектуре местных компьютеров, которые, при замене процессора, требовали переустановки личностной матрицы. И так как я не хотел убивать Джей, приходилось извращаться, подключая к ней вычислительный блок от R2, и чуть ли не вручную прописывая его в качестве сопроцессора. Затем следовало перераспределение вычислительных мощностей, при котором старый процессор был бы не загружен. И, наконец, торжественное извлечение последнего, так как наладить нормальную совместную работу разных процессоров мне удавалось практически только при внешнем управлении. И то в любой момент мог произойти сбой. Честно говоря, почувствовал себя нейрохирургом. Но справился. Потратив два часа времени и весь запас хаттских и мандалорских ругательств, под конец, перейдя на великий и могучий.

И потом, шесть часов к ряду успокаивал Джей, получившую пятнадцатикратный прирост производительности, оттого быстро сообразившую, что ей от моих экспериментов могла быть крышка. Хорошо хоть с дополнительной памятью таких проблем не было. Вставил в слоты запоминающие блоки – и все готово.

А пока искин королевской яхты осваивала новые возможности, я принялся просчитывать варианты собственного апгрейда, которых было не так уж и много, ведь корпус-то у меня не резиновый, а поменять его я не могу, так как готовые образцы меня, мягко говоря, не устраивают, а собрать свой с нуля, у меня не хватало знаний. Уже сейчас, я мог установить в качестве сопроцессоров либо четыре чипа от В1, либо один чип 3-го уровня от ДУМа, что в первом случае давало прирост вычислительных мощностей на 22 %, а во втором, аж на 30 %, что хоть и неплохо, но маловато. Так что оставалось ждать, когда мне подвернется что-то компактное и мощное. Но вот чем следовало заняться в срочном порядке, это заземлением, грозозащитой и выравниванием потенциалов, для защиты родных электронных мозгов, да и всей остальной начинки. Ведь различные виды оружия направленные на выведение из строя электроники, в галактике редкостью не были.

Сказано – сделано. Все-таки автоматический ремонтный комплекс во дворце это очень хорошо! Час на подготовку ППР-а[86] и комплектацию расходников и деталей, а затем еще сорок минут отключки, и я стал обладателем экрана из высокотемпературного сверхпроводника вокруг процессорного блока, динисторных разрядников[87] в контрольных и силовых цепях, полутора сотен гибких медных перемычек между деталями корпуса, и почти двух сотен метров проводов и кабелей, что были заменены экранированными аналогами. Хорошо, хоть информационная сеть у меня оптоволоконная, и не подвержена электромагнитным помехам. Конечно, часть сенсоров и комлинк защитить не удалось, но даже так прогресс был налицо. В особенности если сравнивать с тем что было. Так, к примеру, моя «голова» соединялась с корпусом через какую-то пластиковую прокладку типа подшипника скольжения в сочетании с уплотнением, и не имела металлической связи ни с остальным корпусом, ни с оборудованием, зато к ней крепились каркасы сенсорного и процессорного блоков. Что означало, в случае подачи на нее напряжения, неминуемый пробой на корпус в непосредственной близости от электронных компонентов, либо прямо через них. Создавалось впечатление, что здешние инженеры вообще не имеют представления о таких вещах как защита о перенапряжения, заземление и эффект клетки Фарадея[88].

И если бы это был дефект только R второй серии, так нет же – все дроиды поголовно не имели защиты от электромагнитных импульсов и разрядов. Конечно для меня, после советской техники, где даже бытовые приборы рассчитывались на воздействие ЭМИ[89] при ядерном взрыве, это было откровенно дико. Хотя такая же тенденция имела место и на Земле, чего стоит отказ штатовских военных, от защищенной электроники, в пользу ее компактности. Да и тут, хоть напрямую это и не говорилось, одной из причин такой ситуации, могло быть желание органиков иметь лишний козырь в рукаве, на случай бунта дроидов.

Единственное, что я не мог сделать в данный момент, это проверить работу своей самодельной защиты. Потому как погасить свет в королевском дворце, от действия ЭМИ, идея так себе. Зато проверил генератор щита, который мы с Энакином переделали, и который я установил себе вместе с защитой электроцепей. С учетом того, что собирали мы его на коленке, в кустарных условиях, при этом, полностью переделав систему охлаждения, каркас активаторов и внешний кожух, вышло совсем неплохо.

Во всяком случае, плазма из бластера Рика, которого я попросил поучаствовать в испытаниях, защитным полем надежно деструктурировалась и поглощалась, заставляя полутораметровую защитную сферу полыхать синими огоньками разрядов.

— Ну что, Эрдваныч, вроде работает? — спросил он, опустив пистолет, после того как расстрелял в меня десяток зарядов.

— Порядок, кэп! Падение мощности щита 14 % – даже лучше чем я предполагал. Только с теплоотводом не очень… — я на секунду замялся, просчитывая динамику циклов нагрева и охлаждения генератора. — Система охлаждения не родная, так что предельное время непрерывной работы системы, всего двадцать секунд… Ну, тридцать, на отказ. А потом еще семь минут ее охлаждать. Ситх!

— Хм. И он еще жалуется!.. — скептически воскликнул комэск. — Я до сих пор поражаюсь тому, сколько ты всего в свой корпус напихать смог. Ты, кстати, что с Джей сделал? Она мне заявила, что ближайшие пятьдесят два часа[90] никуда не сможет лететь, потому что «находится в состоянии стресса», и ей необходимо «разобраться в себе».

— Ну, двое суток, это она загнула… Но ей действительно нужно время на адаптацию, после замены процессора, — с неохотой признался я. — «Ителлекс IV» намного мощнее ее старого мозга.

— Стоп. Дроид, ты хочешь сказать, что у 327J уровень процессора как у астромеха?

— Ага, — я склонил корпус, изображая кивок. — И память увеличена в четыре раза.

— И тебе удалось заменить процессор, не стерев ей память!? — я снова «кивнул» в ответ, а бедняга капитан, сдавленно произнес. — Хотя, раз не стер – значит, возможно… Но вот что теперь мне с ней делать прикажешь?..

— А в чем проблема? — не понял я.

— А в том, что Джей теперь резко умнеть начнет. А она не дроид, а бортовой компьютер космического корабля.

— Ситх! — нет, я идиот, не подумал, что законы о правах и подданстве распространяются только на дроидов. — Ничего, что-то придумаем.

— Вот этого я и боюсь… — задумчиво констатировал Рик Олие, и поплелся в сторону комнаты отдыха летного состава.

Я же отправился в ангар, проведать девочку-яхту, а заодно и провести ревизию ее механизмов. Не потому что в этом была особая надобность, а больше, чтоб отвлечься, и сделать ей приятное. Ведь сейчас я воспринимал ее именно как живую девчонку. Да так же воспринимал как Падме, ее подружек-служанок, или Энакина – как людей что мне небезразличны, которых я должен, а, главное, могу защитить, как своих. Уж не знаю как для кого, а для меня слово «свой» – не пустой звук.

Да, я знал, что их всех ждут тяжелые испытания, знал о предстоящей войне, точнее о череде войн, знал о том море дерьма, которое им предстоит переплыть. Знал – а значит, был вооружен. И отлично представлял, что надо сделать, чтобы через это все пройти. По пути, вытащив их, и «закопав» врагов. Но для этого, в ближайшие десять лет, предстояло сделать очень много. И к кое-каким вопросам, я пока даже не знал как подступиться. А кое-что из предстоящего вызывало, мягко говоря, отвращение. Но тут ничего не поделаешь – назвался астромехом – полезай в крестокрыл.

— Эрдваныч, Джей! Вы тут? — отвлек меня от грустных мыслей голос Энакина.

— Привет, Эни! А ты что, меня не видишь? — удивленно спросила искин королевской яхты, и печально добавила. — Куда я денусь. Я летать хочу, а хозяйка занята ужасно важными делами. Так R2 говорит…

— Ой, Джей, прости, а!.. Всегда забываю, что ты весь корабль целиком, — смутился мальчик.

— Видеть тебя рад я, юный Скайуокер, хм-м, — подражая манере разговора Йоды, поприветствовал я его, вылетая из грузового отсека яхты в ангар.

— Привет, Эрдваныч! — обрадовался он, но тут же погрустнев, добавил. — Я пришел попрощаться. Я улетаю с джедаями на Корусант, и буду учиться в их Храме. Я стану самым лучшим джедаем в галактике!

В новенькой чистой тунике, с коротким ежиком пшеничного цвета волос, со смешной падаванской косичкой, и гордо-восторженным выражением лица, он смотрелся очень умильно и комично.

— Обязательно станешь, — поддержал я его, добавив про себя. — «А если какая-то гнида попробует тебе помешать, поломав жизнь, и погубив все что тебе дорого, что ж – на каждую хитрую жопу найдется болт с резьбой, насечкой и клубничным вкусом!»

— Ты скоро улетаешь? — спросила Джей, спроецировав рядом с нами голограмму зареванной девочки. — А мы так и не слетали в пустыню…

— Джей, я должен улететь. Оби-Ван сказал, чтоб я был через час, — ответил ей мальчик.

— Ну, значит пора прощаться. Я провожу тебя? Хорошо? — предложил я.

Я все-таки плюнул на опасения навредить, и решил конкретно поговорить с пацаном. Тем более что мне было страшно просто не успеть – кто знает, как сильно вынесут ему мозги в джедайском Храме. А так, хоть попробую ему «прививку от дебилизма» сделать.

— Конечно можешь! — согласился тот, и, обернувшись к голограмме сказал. — Пока, Джей. Береги Падме, она очень хорошая… И да пребудет с тобой Сила!

— До свидания, Эни! — помахала ему в след она.

А мне пришлось лететь следом за ним. Совмещая, что называется приятное с полезным – крутизну полета на репульсорах, с наработкой статистики для программы управления. По поводу переписывания которой, у меня возникли мысли еще после того сумасшедшего полета на берегу озера, когда спасал Джей. И в первую очередь, мне не давала покоя идея высшего пилотажа на репульсорах, ведь даже на гражданском вертолете можно творить в небе черте-что, а уж моя система полета, это скорее истребитель с УВТ[91]. Но тут действовать следовало осторожно – и пусть я могу, по паспорту, упасть с высоты пять метров, без повреждений – кто гарантирует мое выживание при падении, скажем, метров со ста.

— Эни, а ты с Падме попрощался? — спросил я его, когда мы миновали ворота ангара.

— Меня Панака не пустил… — чуть не плача ответил он. — Сказал, что королева занята, и к ней нельзя.

— Ага, как же! Дрыхнет видимо… Ну ничего, это мы мигом, — включая комлинк, возмутился я. — Сейчас мы эту «спящую красавицу» поднимем!

Хоть девочка после двух недель каторжного труда по организации восстановления планеты, переговоров и торжеств, зверски устала, ее требовалось срочно будить. А то еще дуться будет и возмущаться, почему это я ее не разбудил.

— Эрдваныч, что случилось? — тревожно спросила Падме, заспанным голосом.

А я порадовался, что не стал проецировать ее голограмму для Энакина. Потому что королева на меня точно бы обиделась, после ее показа Энакину заспанной, в ночнушке и с растрепанными волосами.

— Ваше величество, я сожалею, что разбудил вас, но должен сообщить, что джедаи и Энакин улетают через час.

— И ч… Хатт! Эрдваныч, быстро буди Сабе и остальных. Скажи, что потом будут хоть месяц спать. Мне срочно нужно привести себя в порядок.

— Понял. Сейчас сделаю, — ответил я, и стал по очереди вызывать королевских служанок.

Заодно много интересного узнал. Помимо стандартного, в такой ситуации, называния меня «подлым будильщиком» и «бесчувственной железякой», выяснилось, что все девочки, как и их королева, спросонья забывают переключить комлинк в чисто голосовой режим. Благодаря чему, было установлено, что Сабе и Яйне предпочитают спать только в кружевных трусиках, а главная модница, юная «железная леди» и бывший кандидат на пост королевы Эритае, спит в пижамке с мультяшными шааками, стилем очень напоминающими небезызвестных пони.

— Ладно, Эни, давай не будем сильно спешить. Дадим Падме время собраться, а джедаи подождут. Не страшно! — сказал я, после того как обзвонил девочек. — Хочу кое-что тебе рассказать.

Мы остановились в пустом коридоре дворца. И я, мысленно перекрестясь, и надеясь только на то, что не сделаю еще хуже, начал излагать:

— Энакин, то что я хочу сейчас тебе рассказать, это, скажем так, результаты моего изучения информации о джедаях и ситхах, взятой из голонета. Возможно я не прав, но все-таки, пусть этот разговор останется между нами.

— Хорошо, Эрдваныч, — сосредоточенно кивнув, отозвался он.

— Но, прежде всего, ответь мне, что ТЫ знаешь о джедаях и ситхах? — спросил я, выделив интонацией «ты».

— Джедаи добрые, они защищают слабых и служат Светлой Стороне Силы. А ситхи злые и служат Темной Стороне Силы, — с готовностью ответил мальчик.

— Хорошо, — сказал я. — А теперь представь, что у тебя есть цель, и ты идешь к ней, но по неправильной дороге. Что из этого выйдет?

— Эрдваныч, ты хочешь сказать, что джедаи идут неправильной дорогой? — удивленно спросил он.

— Не только джедаи. Ситхи, пожалуй, тоже перепутали пути. Вот посмотри, Кодекс джедаев гласит: «Нет эмоций – есть покой, нет невежества – есть знание, нет страстей – есть безмятежность, нет хаоса – есть гармония, нет смерти – есть Сила». Попробуй отрешиться от антуража и проникнуться сутью слов – не правда ли, потянуло могильным холодом и тьмой склепа? Или, как минимум, сырым, пыльным подвалом. Ведь суть света не в покое. Он в беге фотонов сквозь пустоту и тьму космоса, в яростной мощи термоядерного пожара в недрах звезд. Да даже свет этой лампочки дает электричество, что рождается в управляемом хаосе «горящей» в реакторе плазмы, или в неистовстве потока воды, что вращает турбину гидрогенератора. Одним словом, Свет есть жизнь, а жизнь есть движение.

— Ты хочешь сказать, джедаи служат Тьме? — пораженно спросил Энакин.

— Нет, конечно! Просто боятся сгореть и во тьме сидят. Кстати, вот послушай, — я вывел на динамик вокодера песенку из старого детского фильма, над которой преизрядно промучился, в начале делая минусовку, а затем переводя ее слова на бейсик.

Я внутренне улыбался, глядя на то, как с каждым куплетом все сильнее загорается огонь в глазах будущего Рыцаря Без Страха, ведь песня была про него и про таких как он. Про тех, для кого жизнь не созерцание, а погоня – идти вперед, не оглядываясь, сгорай, но не сдавайся.

И нет нам покоя!

Гори, но живи!

Погоня, погоня, погоня,

В горячей крови.[92]

— А ведь, что характерно, слова этой песни на три четверти повторяют Кодекс ситхов, — произнес я, когда мелодия смолкла. — Только у них там, еще про власть наплетено, да ненависть и страх подразумеваются… Пойми, Эни, не Кодекс определяет джедай ты или ситх, а ты сам. Ведь даже джедайский принцип любви ко всем, но ни к кому конкретно, извини, полный идиотизм – нельзя любить всех, только ненавидеть. Любить можно только конкретных людей, тех, кто дорог тебе.

— Значит, ситхи лучше?

— Нет, такое же пуду, только вид сбоку. Тысячи лет проповедуют свой Кодекс, а там такая туфта написана, хоть стой, хоть падай. «Власть приносит Победу. Победа разорвет мои оковы. И Великая Сила освободит меня». Я вот всегда думал, что власть это бремя и ответственность, и к свободе отношения не имеет, а победа – лишь начало нового трудного пути. И если ты так хочешь свободы, то кто тебе мешает быть свободным сразу!? Тем более что в ситской философии есть такое понятие как сит'ари. Это такой ситх, которого совсем совесть не мучает, и любую гадость он делает абсолютно добровольно. Ненавидит всех искренне, что хочет то и делает, да еще безграничной властью обладает.

— У нас в Мос Эспа был сит'ари! — заявил Эни, отчего я, признаться, несколько опешил.

— Это как?

— Твилек Кортин. Он у Гардуллы «мамкой» работает, за всеми проститутками города следит, — с готовностью пояснил он. — Мама говорила, что у него ни чести, ни совести совсем нет. А ребята рассказывали, что когда к нам пираты прилетают, и им девочки не нравятся, то тот сам с ними… А когда наемники его бьют, он совсем не обижается!

— Нет, Эни, это не сит'ари. Вот если бы он всей галактикой правил… А это просто шестерка – тоже такое «высшее» состояние души, — ответил я, жалея, что дроид сплюнуть не может.

— Но если и джедаи и ситхи плохие, то что же мне делать? — спросил мальчик, глядя на меня растерянными глазами.

— А я и не говорил, что джедаи плохие. Они просто чересчур осторожные, — подумав, объяснил я. — Их цель, не столько в том, чтобы идти путем Света, а больше в том, чтобы не свернуть на путь Тьмы. Ведь попасть на Темную Сторону просто, достаточно начать всех ненавидеть, а как гласит пословица: «От любви до ненависти – один шаг». Вот джедаи и ушли, выражаясь военными терминами, в глухую оборону. А тот, кто только обороняется, обречен на поражение. Но и без обороны толку не будет, значит этому ты у них и должен научиться. И, конечно, научиться фехтованию на световых мечах – в этом они лучшие. Так что, Эни, спокойно учи все, что должен знать настоящий джедай. И, главное, критически воспринимай то, что говорят тебе другие, в том числе и я. Жизнь ведь твоя, и жить тебе. И сторонись тех, кто считает, что они есть правда в последней инстанции. Но, главное, ничего не бойся.

— Я запомню, Эр-Два, — с очень серьезным видом, пообещал Энакин.

— Ну что, пошли, нас, наверное, уже ждут.

— Пошли.

До парадных ворот дворца добирались молча. Малыш переваривал, то, что я ему наплел, а я просто грустил. Потому что уже успел к нему привязаться, а теперь он улетал. Не Избранный, не рыцарь джедай Энакин Скайуокер, и не будущий Дарт Вейдер, а мой первый настоящий друг в этом мире.

Около ворот мальчик остановился, и, повернувшись ко мне, сказал:

— Прощай, Эрдваныч.

— До свидания, Эни. Пусть Сила будет с тобой.

— И с тобой, — ответил он, и, не удержавшись обнял меня.

— Ладно, беги, там наверно все только тебя и ждут!

Он быстро сбежал по лестнице, и поспешил к группе джедаев, что около опор челнока о чем-то беседовали с Падме, окруженной служанками и гвардейцами-охранниками. Видимо джедаи не хотели пышных торжеств, и решили смотаться, не дожидаясь канцлера, который планировал задержаться на Набу еще два дня.

А тем временем, королева, обернувшись на звук шагов подбегающего мальчика, присев, чтобы быть с ним на одной высоте, стала что-то ему говорить. Я же, окончательно загрустив, решил удалиться. Тем более что ко входу подлетело репульсорное кресло с Квай-Гоном. И, развернувшись, в сторону галереи, ведущей к ангару, тихо сказал:

— Не люблю прощаний.

— Я тоже, Эр-Два, — отозвался теперь уже бывший джедай, и неожиданно спросил. — Покажешь мне ту штуку, которой ты приложил ситха на Татуине? Мне интересно, благодаря чему я, а возможно и Кеноби, сейчас живы.

— Конечно, — легко согласился я. — Тем более, я хочу извиниться перед вами, что соврал вам тогда. Мне просто было страшно, что меня могут стереть…

— Не стыдись своего страха, дроид. Страх свойственен всем живым существам, — произнес Квай-Гон. — Не нужно отвергать страх. Не важно, что он может привести на Темную Сторону Силы. Важно не стать его рабом.

— Я понял, мастер, — серьезно отозвался я.

— Уже не мастер… — печально ответил тот. — Пятьдесят шесть лет своей жизни я отдал Ордену, и теперь моя душа навсегда останется там, с ними. А сам я буду ждать соединения с Живой Силой здесь.

Я развернул «голову» оптическим сенсором на джедая, подумав: «Он что, помирать собрался?». А тот, отвечая на невысказанный вопрос, сказал:

— Душа рыцаря джедая – его меч. Свой я отдал Оби-Вану. А что касается смерти, то ее нет – есть лишь Сила. Тебе ли этого не знать.

«Опять спалился! И теперь уже окончательно… — обреченно подумал я, остановившись. Нет, я, конечно, мог бы его сейчас пристрелить – раненого и безоружного. Но на меня накатила какая-то апатия, мне надоело прятаться, и мне не хотелось его убивать – все же один из немногих нормальных джедаев этой эпохи. — А, катись оно все к хаттам!»

Я захлопнул крышку отсека манипулятора, к которому был прикреплен бластер и тихо спросил:

— Как вы догадались?..

— Я рад, что не ошибся в тебе, — улыбнулся в бороду Квай-Гон. — А как догадался… Способу сохранения своей сущности после смерти, меня научил шаман одной бесследно исчезнувшей расы. Он же научил меня видеть тех, кто смог сберечь себя, уйдя в Силу. Так я и заметил тебя. Еще когда мы летели на Корусант. Хотя это и было не просто. Ведь в Силе ты неотличим от любого другого дроида. И лишь в ночной тишине, когда все спят, а разум чист, можно увидеть отблески жизни в тебе, как блики отраженного от стены света, что пробиваются сквозь щель под закрытой дверью.

— Но почему…

— Почему я тебя не выдал? На Корусанте я был слишком занят, да и не уверен ни в чем. А после, я не увидел в тебе Тьмы. Да и твоя забота об Энакине и Падме… Выдай я тебя, и это значило бы только одно, мой уход с пути Живой Силы, а это хуже ухода из Ордена, или смерти… Ты не призрак древнего ситха, и мне этого достаточно, — твердо сказал он, но не успел я мысленно перевести дух, как он добавил. — Хотя твои издевательские трактовки Кодекса, заставляют предположить обратное.

— Но я… — новая попытка хоть что-то сказать успехом не увенчалась.

— Но я в чем-то с ними согласен, — подмигнул мне он. — А уж то, как ты представил учение ситхов, и, в особенности, предание о сит'ари, я запомню. Если бы в Ордене так говорили про это, я думаю, много хороших людей не перешло бы на Темную Сторону Силы, — и, помрачнев, добавил. — И еще больше остались бы живы.

Я же подумал: «Вот Ситх, проверился, называется, положившись на сенсоры. А про Силу забыл. Хатт его так! Если Квай-Гон мою природу засек, то у Сидиуса тоже может получиться. Надо бы спросить».

— Простите, мастер Джинн – позвольте, все же, мне вас так называть – но я хотел бы знать, мог ли кто-то еще узнать меня?

— На этот счет можешь быть спокоен, — обнадежил меня джедай. — Чтобы увидеть то, что увидел я, а, главное, понять, нужно знать чтó искать, и нужны особые условия – тут, во дворце, среди сотен людей, на наполненной жизнью планете, это все равно, что искать слабый блик в ярко освещенном зале. Но даже в идеальных условиях, что были на корабле, из известных мне джедаев, пожалуй, только магистр Йода смог бы обнаружить тебя.

Квай-Гон сделал паузу, и, пристально взглянув на меня, предложил:

— Видишь, я был честен с тобой, теперь твоя очередь рассказывать.

— Мое имя в прошлой жизни было Ростислав Синцов, я был рабочим на подстанции в одном из слаборазвитых миров, после взрыва на ней я и очутился в теле этого дроида, — абсолютно честно ответил я.

— Странно. По-видимому, ты был чувствителен к Силе, раз смог не раствориться в ней. Тебя ведь не учили контролю Силы?

— Нет, я учился на инженера-энергетика.

— Что ж, бывает и такое, — задумчиво произнес Квай-Гон. — Как считает магистр Йода, Орден находит лишь одного из десяти одаренных Силой детей, еще меньше берутся обучать. Но я отчего-то думал, что ты мандалорец. Фразы на мандо'а, любовь к оружию, и знание военной науки…

— Моя мать из мандо'аде, — как можно честнее сказал я.

Ну не рассказывать же ему, что я вообще иномирянин, а их мир у нас считается выдуманной вселенной, фанатом которой был я. Причем, с мандалорцев буквально торчал, и даже шлем Бобы Фетта из пенопласта сделал. Тем более что практически и не соврал. Ведь мамка у меня из рода донских казаков, а чем они не мандо'аде – крест носишь, по-русски понимаешь, Кругу люб, дом свой защищаешь, детей казаками растишь, как атаман позовет, придешь – значит свой, будь ты хоть татарин узкоглазый, хоть негр черномазый, да хоть тогрута рогатый. А что броню не носят, так верд ори'шья бескар'гам[93], да и Ермак свет Тимофеевич, помнится именно из-за нее, родимой, утоп.

— Тогда понятно… Что ты намерен делать теперь?

— Жить. И служить. Если вы понимаете, чтó я имею в виду, — сказал я, не задумываясь.

— Похвальное стремление, — улыбнулся Квай-Гон. — Если бы все в галактике стремились просто жить и служить…

Так, разговаривая, мы и добрались до ангара, где я, как и обещал, продемонстрировал джедаю свои гранаты, рассказав о принципе их работы.

— Страшное оружие, — произнес он, вертя в руке творение моего сумрачного гения. — Даже джедаю нужно точно знать с чем он столкнулся, да и то далеко не каждый сможет защититься.

— Но ведь оно пригодилось!? — уточнил я. — Хоть и не сработало так, как предполагалось.

— Да. Если бы не раны ситха, мы бы сейчас не разговаривали. И боюсь, моего ученика тоже не было бы среди живых. Он все еще слишком неопытен, — со вздохом сказал джедай, а я не стал его разубеждать, тем более что победа в другой истории досталась тому буквально чудом.

— Моей заслуги тут нет. Если бы этот забрак не рубанул гранату мечом, то самое большее, отделался бы шишкой на лбу. Я ведь даже взрыватель не взвел – боялся Джей повредить.

— Вот еще, повредит мне какая-то хлопушка, — влезла в разговор корабельный искин, возле чьего голопроектора мы в этот момент пролетали. — Но за то что не пустил на борт этого типа с его мечом, которым он так неосторожно размахивал, и мог повредить обшивку трюма, я тебе, Эрдваныч, благодарна. Ты самый лучший астромеханический дроид!

— А вы, юная леди, должно быть та самая Джей? — улыбаясь, поинтересовался Квай-Гон, глядя на голограмму девочки. — Энакин мне много о вас рассказывал.

— Я тоже рада знакомству, мастер Джинн! — красивым взрослым голосом, отчего это выглядело еще смешнее, поздоровалась голограмма, делая книксен, и не выдержав, похвасталась – А мне сегодня Эрдваныч новый процессор установил. Уже сейчас моя вычислительная мощность повысилась в четырнадцать целых триста пятьдесят пять тысячных раз. Скоро я стану очень умной и совсем большой!

— Ага, как «Дредноут». Даже в ангаре не поместишься, — скептически хмыкнул я.

— Ну хоть вы скажите ему, мастер, — возмутилась Джей. — Этот неправильный дроид вечно обижает меня. То имена разные дает, то задает нелогичные вопросы, то говорит мне всякие гадости!

— Ну не сердись, Дрозденок Серебряный. Тебе не идет. Ты ведь компьютер, или чего, королевской яхты, или кто? — не удержавшись, подколол я ее.

— Вот, опять! — голограмма обличающе указала на меня пальцем. — Снова он издевается над бедной мной!

Джедай, тем временем, слушая нашу перепалку, чуть с кресла не падал, еле сдерживая смех. А я даже порадовался, что смог мужику настроение поднять. Все же тяжко ему, это ведь подумать страшно: больше полувека отдать делу служения Ордену, учиться самому, учить других, терять близких, и вдруг, в одночасье стать никому не нужным калекой.

Но тут нашу веселую беседу прервал вызов от королевы.

— Эрдваныч, я срочно созываю экстренное совещание Секретариата и Консультативного Совета, — зачастила Падме, как только ее изображение появилось в спроецированной моим голопроектором голограмме. — Десять минут назад, сразу после отлета джедаев, нам сообщили о нападении пиратов на город Селтон. Сейчас с ними ведут бой гвардейцы и местная полиция.

— Понял. Сейчас буду, — ответил я, и помчался по направлению к тронному залу.

Следом спешил Квай-Гон, но его репульсорное кресло явно уступало мне в скорости полета.

…

— Падме, не плачь, не надо. Тут нет твоей вины… — попытался я утешить юную королеву, когда мы остались одни в ее кабинете.

Одним словом дерьмово вышло. А случившееся было вполне закономерным. Кто-то посчитал, что на планете только пережившей оккупацию, можно относительно легко, пользуясь послевоенным хаосом, поживиться грабежом. А тут еще и парад, что значит, все, и так немногочисленные войска, стянуты в столицу. Ситх! Привык я полагаться на послезнание, а башкой не подумал – ну какое дело творцам Саги до смертей трех десятков гражданских, из которых одиннадцать дети, и шестнадцати полицейских и гвардейцев, а уж тем более двадцати двух пиратов, если они никак не касаются героев!?

Все вышло до обидного банально. Корабль пиратов сел на центральной площади города, и те, походя, убив четверых полицейских, принялись грабить магазины и захватывать людей, надеясь убраться до подхода помощи. И все бы у них вышло, но подоспевшая дежурная пара N-1 устроила их корыту полный и безоговорочный экстерминатус. Правда, не учтя, что взрыв космического корабля в центре города, это, мягко говоря, опасно. А дальше. Хатт его! Был захват остатками пиратов заложников, и перестрелка с прибывшими полицейскими и гвардейцами. Когда одни дикуте начали стрелять, даже не заявив о захвате заложников и не озвучив требований, а другие, с перепугу, лупили во все что видят.

И как итог, расчистка завалов на месте пяти домов, и сбор трупов. Ах да, еще двое пиратов взятых в плен, пожалуй, мной доселе невиданная боль в глазах капитана Панаки, который недоучил… И, конечно, слезы в глазах Падме, да и чувство вины у меня, ведь если бы я не внес предложения о патрульных вылетах до восстановления системы дальнего обнаружения, трупов было бы меньше, хотя возможно многие попали бы в рабство.

— Это несправедливо, Эрдваныч, — прошептала Падме. — Ведь мы победили. Пережили оккупацию. И тут эти… За что!?

— За то, что мы забыли основную задачу государства – защищать его народ, — ответил я на ее риторический вопрос.

— Но Набу мирный народ, мы никогда ни на кого не нападали, а все конфликты пытались уладить мирным путем, — взглянув на меня покрасневшими глазами, сказала королева. — Война и так принесла столько боли и страданий моему народу.

— И слава Силе, что мирный, — с раздражением ответил я. — Как раз для мирного народа и нужно сильное государство, чтоб его защищать. Вон на мандалорцев взгляни, у них до недавних пор от государства один мандалор был, так что каждый сам себя и свою семью защищать должен. А не хочешь людей губить, вон, можешь как Федерация дроидов использовать. Вон их у нас сколько осталось.

— Может ты и прав… — задумчиво произнесла она. — Да только наш народ привык их бояться, и не захочет чтоб они его защищали. Но в том, что я должна защитить своих людей, ты прав… Но как?

Девочка-королева спрятала лицо в ладони, шепотом повторяя: «Несправедливо!»

— Не плачь, Падме. Мы обязательно что-нибудь придумаем! — тронув ее за плечо манипулятором, пообещал я.

Глава 13

Центральный архив Королевства Набу

Объект хранения №968[3]-455/768294-2

Статус: 2 (не подлежит публикации и разглашению)

Наименование: «Доктрина Эрдваныча», раздел №2 «Меморандум Эрдваныча»

Копий: 2 (две). Страниц 3 (три). Приложений 6 (шесть).

Кому: Королеве Набу Амидале Падме Наберри.

От кого: Личного секретарь-советника королевы Набу R2-D2 «Эрдваныч»

Тема: О повышении безопасности населения королевства Набу.

№ 001043.68а м.п.

Ваше Величество!

В связи с участившимися в последнее время случаями нападений незаконных вооруженных формирований на подданных королевства Набу и жителей планеты (список случаев нападений НВФ на жителей Набу за год – Приложение А), а также ввиду угрозы суверенитету королевства, что может возникнуть в случае вооруженного конфликта с определенными членами галактического сообщества (перечень государств и организаций, что могут представлять угрозу безопасности королевства – Приложение В), считаю необходимым предпринять меры по повышению обороноспособности королевства Набу.

Предлагаю:

1. На основе Королевской гвардии Набу сформировать планетарные силы обороны (рекомендации по структуре, комплектации и оснащению смотрите ниже).

2. Усилить местные полицейские подразделения, придав им часть трофейных боевых дроидов типа В1, после модернизации последних (программа модернизации дроидов В1 – Приложение С).

3. Для выполнения задач связанных с повышенным риском для жизни и здоровья разумных, максимально широко использовать дроидов. Как в составе смешанных подразделений, так и автономно.

4. Пересмотреть концепцию дальнего обнаружения и диспетчерского управления движением космических кораблей в пределах системы (структура Службы Контроля Таможенного Досмотра и Внутрисистемной Обороны, и ее оснащение – Приложение D).

5. Финансирование данных мероприятий обеспечить за счет продажи части трофейного имущества.

Понимая, что фактическое создание армии противоречит миролюбивому характеру народа Набу, и, учитывая царящие в обществе, после пережитых тягот и лишений войны, настроения, считаю необходимым напомнить Вам, что помимо участия в военных действиях, армия может:

1. Использоваться для спасения населения в зонах стихийных и техногенных бедствий.

2. Выступать в качестве сдерживающего фактора в различных конфликтах.

3. Стать эффективным средством поднятия престижа и политического веса Набу, при использовании ее для проведения гуманитарных и миротворческих миссий, а также при поддержании безопасности на транспортных коммуникациях.

4. Быть основой для развития высокотехнологичных отраслей промышленности и создания значительного числа рабочих мест.

5. Послужить социальным институтом, воспитывающим в прошедших через него подданных королевства патриотизм, дисциплинированность, ответственность, умение принимать решения и чувство общности.

Но, главное, только армия способна обеспечить безопасность и мирную жизнь народа. И альтернативы тут – либо слепая покорность судьбе, либо вооружение подданных и милитаризация общества. Я в очередной раз настаиваю на том, что главной задачей государства, и Вас как его главы, является не сбор налогов, принятие законов или управление народом, а обеспечение безопасности этого народа. А значит, Вам необходим инструмент, с помощью которого эту безопасность можно обеспечить. И наилучшим образом с этой целью возможно использовать именно армию.

Теперь же, более подробно остановлюсь на предполагаемой структуре сил планетарной обороны. Как уже отмечалось, их основой должны стать офицеры Королевской гвардии, как показавшие преданность родине, храбрость и должный профессионализм в ходе прошедшей войны с Торговой федерацией[94]. Вместе с тем, ввиду острой нехватки на Набу соответствующе подготовленных кадров, рекомендую производить их набор среди жителей других планет, имеющих опыт военной службы и командования армейскими подразделениями. При этом, отдавая предпочтение отставным офицерам Корпуса юстиции и планетарных армий стран лояльных Набу, ветеранам Гиперпространственной Войны Старка, а также наемникам, не связанным с преступными организациями и не совершавшим преступлений, предусмотренных законами Галактической республики. Кроме того, для обеспечения полной лояльности, и недопущения коррупции и злоупотребления властью, все инопланетные специалисты, в обязательном порядке, должны получить подданство Набу, со всеми соответствующими правами, обязанностями и ответственностью.

Основой сил планетарной обороны должны стать мобильные подразделения, способные обеспечить защиту гражданского населения в своей зоне ответственности в течение 45 минут, в любой точке планеты в течение 13 часов, и в любой точке сектора Чоммел в течение 26 часов. Ориентировочная численность 55,3 тысячи человек – 96 батальонов по 576 человек, организационно объединенные в пять легионов по 4 полка в каждом. Кроме того, придав каждому батальону дроидную роту для выполнения задач связанных с повышенным риском для жизни разумных, в составе 144 модернизированных дроидов В1 и 16 дроидек, плюс еще 288 В1 и 4 дроидеки в качестве резерва и источника запчастей. Подробная структура батальона – Приложение Е.

Кроме того, в состав сил планетарной обороны рекомендую включить:

1. Королевскую гвардию Набу, усиленную трофейным и специально разработанным вооружением и техникой. С доведением ее численности до четырех батальонов. И подчинением напрямую Вам.

2. Гвардейский корпус специального назначения, для выполнения особо опасных задач. Чей состав в перспективе довести до полка смешанного состава из разумных как органиков, так и дроидов, а также дроидов специальных проектов, без сформировавшейся личности.

3. Воздушно-Космические силы в составе пяти батальонов, по 36 истребителей N-1 при условии улучшения системы охлаждения двигателей, и 12 истребителей-бомбардировщиков типа Scurrg H-6 в каждом. С последующим приданием каждому двух эскадрилий дроидных истребителей по специальным проектам. Кроме того, считаю целесообразным включение в состав ВКС двенадцати дивизионов ракетно-артиллерийских средств поражения воздушных и орбитальных объектов, с разработкой и созданием для них систем вооружения способных уничтожать корабли тяжелого класса на орбите планеты, а также истребители и ДВС[95] в атмосфере.

4. Космофлот. В качестве основного корабля, предлагаю использовать корветы типа «Мародер» производства «Флотские системы Сиенара», в количестве минимум восьми единиц. С последующим дополнением их конверсионными и вновь разработанными кораблями. В частности, средними десантными транспортами, которые, кроме перевозки полносоставного батальона с вооружением и средствами усиления, могут быть использованы для различных миссий гуманитарного характера, как то: оказание гуманитарной помощи, эвакуация беженцев, доставка в зону бедствия мобильных госпиталей и специального оборудования для расчистки завалов и спасения пострадавших.

5. Службу Контроля Таможенного Досмотра и Внутрисистемной Обороны. В качестве основного корабля, рекомендую закупку корветов серии СR-90 производства Кореллианской инженерной корпорации, в варианте с дополнительным вооружением и усиленными средствами обнаружения. Как имеющий значительное преимущество в плане большей скорости в обычном пространстве по сравнению с «Мародерами».

6. Медицинскую службу. Направленную на спасение жизней в случае военных действий и катастроф стихийного и техногенного характера.

7. Военно-инженерно-спасательную службу.

8. Военную разведку и контрразведку. Как дополнение к существующим службам королевства с ориентацией, в первую очередь на выявление и устранение угроз военного характера. Структура и задачи данных подразделений – Приложение F.

9. Службу материально-технического обеспечения.

10. Службу научно-технического обеспечения обороны.

Общая численность армии – 80 тысяч человек.

В заключение, хочу отметить, что только при комплексном подходе к формированию армии, возможно обеспечить выполнение ею своих обязанностей. И, несмотря на достаточно существенные затраты на ее формирование и содержание, что в первые годы могут составить до 2,5 % ВВП планеты, только боеспособная, хорошо обученная и оснащенная армия способна защитить граждан своей страны. Ведь как показывает опыт войны с Торговой федерацией, Набу при отражении внешней угрозы, может надеяться исключительно на свои силы.

Примечание: Приложения А, В, С, D, Е – секретно, для служебного пользования. Приложение F – совершенно секретно, допуск по специальному списку.

Как гласит народная мудрость: «Гладко было на бумаге». Точнее на флимсипласте. А на деле «вышло как всегда».

Нет, Амидала без вопросов пустила мою докладную в работу. Даже Панака, коего привлекли в качестве эксперта, заявил, что готов подписаться под каждым пунктом. Даже обращаться ко мне, после этого, по имени начал, хоть и продолжил подозревать. Но уже не в сотрудничестве с врагом, а в желании присвоить лавры НК-01[96]. Что там говорить, если даже Консультативный Совет единогласно поддержал выделение средств на создание армии – не забыли еще котятки, как от вражеских боевых дроидов, стволом карабина по ребрам получать, да в дворцовом подвале отдыхать. Ну и голоподборка, из кадров вырезанных новостными агентствами и полицейских съемок, собранная мной, и повествующая о «подвигах» пиратов в набуанских землях, кое-кого заставила обрыгаться или в обморок упасть. И что в этих записях такого было?.. Вон у нас и не такое по центральным каналам в прайм-тайм показывают. И ничего! Правда, опять паршиво вышло, опять бедняжку Падме до слез довел. Но дело выгорело, и я попал!

Нет, то, что извечный жизненный принцип, согласно которому: «инициатива тра***т инициатора», еще никто не отменял, я догадывался. Более того, надеялся заполучить должность во вновь создаваемых вооруженных силах. Даже Гвардейский корпус специального назначения под себя выдумывал, в качестве этакой личной гвардии. Но тут и вылезла первая проблема: создание армии Амидала поручила рабочей группе из четырех человек, точнее трех человек и дроида. И кроме меня, в эту задачу впряглись еще Панака с племянником, и наша любительница «Волшебных Шаактиков» Эритае. Причем, официально я с ней, как бы представители гражданской администрации, в званиях капитана и лейтенанта соответственно. А Панака и Тайфу, в тех же званиях – военные специалисты. И как всего вчетвером вытянуть такой объем!?

Но это, хоть и было проблемой, но решаемой – спецов по организации и менеджменту на Набу хватало. А вот вторая проблема просто так не решалась.

— Ну и сколько мы уже нашли? — спросил Грегор, устало почесав повязку на месте выбитого при штурме дворца глаза – фантомные боли, что поделать.

— Двадцать восемь полностью, и сто три условно подходящих кандидатов в офицеры, — откликнулся я. — И это на планете с 600 миллионами населения. И не факт, что все согласятся служить… Хатт!

— Именно, — подтвердил капитан. — Этого не хватит даже на должности командиров батальонов. Даже если мы заберем всех офицеров из Гвардии и полиции, это проблему не решит. Набу мирная планета, и тут очень мало тех, кто умеет держать в руках оружие. Профессиональных военных еще меньше… Действительно хатт!

— Что же делать? — спросила Эритае, подняв глаза от датапада.

— Думать! — одновременно откликнулись мы с Панакой.

Но думалось, честно говоря, не очень. Самый очевидный, в такой ситуации, вариант с наемниками не годился по двум причинам: во-первых, из-за цены, а во-вторых, из-за лояльности. Ну где взять столько честных и принципиальных наемников, чтобы они, заняв девять десятых офицерских и сержантских должностей, не захотели нас кинуть. Да и с любой стороны, более 50 % наемников среди офицерского состава быть не должно. Другой же вариант – последовать по стопам Петра Великого, послав чад разумных, к наукам военным весьма способных, учиться военному делу на других планетах – нам также не подходил. Ведь армия Набу нужна, что называется, вчера, тогда как учеба займет годы. И не факт еще, что все кого послали вернутся. А из тех, кто вернется, может так случиться, часть будет придурками, которые вместо учебы бухали и тусили за казенный счет… Или просто случайными людьми. А ведь им предстоит обучать младших по званию и рядовых, создавая армию практически с нуля. И на все на это нужно время.

Нет, была еще надежда, что Панаке удастся заманить на Набу своих друзей и бывших сослуживцев. Но опять-таки, речь шла, в лучшем случае, о десятках разумных, а нужны тысячи. Конечно, можно было набрать молодых ребят желающих служить своей родине. Благо таких, из-за специфики общества и образования, на Набу всегда хватало. И даже всеобщий пацифизм им не помешал бы – вон во время вторжения, по данным из справки полицейского управления, на планете, лицами в возрасте от 13 до 25 лет, были сформированы свыше четырехсот подпольных «партизанских» объединений разной степени активности, общим числом, почти в семь тысяч человек. Это не считая одиночек. Но с ними все упиралось в полное отсутствие подготовки. И если посылать в бой мальчишек и девчонок, только с «курсом молодого бойца» за плечами, но под командованием обученных офицеров, я считал вполне допустимым. То просто раздав им оружие и обозвав армией, мы могли получить только трупы, причем даже без единого боя.

— Ну что, капитан, что сказали ваши бывшие сослуживцы? — поинтересовался я у Панаки.

— Девятнадцать разумных готовы прибыть к нам в течение тридцати суток, еще трое обещали прилететь по завершению текущих контрактов – срок до полугода, — ответил тот, и, вздохнув, добавил. — Жаль, Вико найти не получилось…

— А кто такой этот Вико? — спросила Эритае.

— Не «такой», а «такая»! — наставительно произнес кэп. — Лейтенант Дрэйла Вико – мой первый командир.

— Наемница Дрэйла со своим боевым дроидом по имени Ранкор, сейчас торгуют оружием в Мос Эспа на Татуине, — сказал я.

— Не наемница! — с неожиданной яростью прорычал Панака, подскочив ко мне. — Запомни, дроид, Дрэйла Вико самый честный и преданный офицер из тех что я знал! На таких как она держится вся эта хаттова Республика! Ее существование оправдывает всю ее расу рабов, проституток и торгашей… — и, отдышавшись, сказал. — Простите меня. И ты, Эрдваныч, извини. Но я поверить не могу!.. С Республикой, что-то сильно не в порядке, если лучший, из известных мне офицеров, вынуждена торговать оружием на Силой забытом Татуине.

— Простите, капитан, я не знал, — смущенно сказал я.

А он, сев в кресло, и глядя куда-то мимо нас, стал рассказывать:

— Двенадцать лет назад пират Яко Старк со своими подельниками решил, что может диктовать свою волю республике, заблокировав важный узел гиперпространственных путей, и взяв под контроль поставки бакты. Ясно, что даже республиканские бюрократы и взяточники такого не стерпели. Правда, попробовали вначале поговорить, но это ни к чему не привело. И тогда началась война. Только вот, у Республики уже тысячу лет нет армии, а сил Корпуса юстиции, для войны было недостаточно. И тогда, сенатор Ранульф Таркин стал собирать войска, где только возможно – прямо как мы сейчас, — невесело усмехнулся Панака. — Я в то время учился в КорБезе, на Кореллии. И когда нам предложили пойти добровольцами на войну, я, как и почти все мои одногрупники, согласился. Мы тогда были идеалистами, верили в Республику и демократию. Все до одного шли учиться, чтобы защищать граждан и нести справедливость… Мне повезло. Я попал в разведвзвод ССпНКЮ[97] лейтенанта Вико.

Капитан налил себе воды из стоящего на столе фужера, и, сделав пару глотков, продолжил:

— Странно. Вроде она была всего на четыре года нас старше, а столько всего знала и умела, так о нас заботилась, что мы ее, в шутку, между собой называли Мама Дрэйла, — темнокожий офицер улыбнулся. — Но, главное, она заражала нас своим чувством справедливости, своей верой в идеалы Республики и своим профессионализмом. Она всегда берегла нас – своих солдат. За три рейда у нас было всего двое легкораненых. И это в то время, когда госпитальные суда не справлялись с потоком тех, кто из-за нехватки бакты умер или остался навсегда калекой. Тогда я и поклялся, что после того, как выучусь, стану офицером спецназа. Как Вико. А потом нас слили… То есть о том, что нас именно слили, я узнал спустя много лет. А тогда, из нашего четвертого рейда вернулись лишь мы втроем: я, Дрель и Ранки. Трое из двадцати семи мальчишек и девчонок!..

Панака вновь отпил воды, а мы молча смотрели на него.

— Это уже потом, перед тем как уйти из спецназа, и вернуться домой, я узнал, что для лечения пустяковой раны Дрэйлы, у Республики не нашлось ни грамма бакты, что ей ампутировали ступню, и просто выкинули на улицу! Спасибо ребятам ветеранам, собрали деньги ей на протез, и устроили на работу начальником СБ у одного сенатора. Только ненадолго, вскоре Вико нашла ту сволочь, что сдала нас… А я, залечив порезы и пару ожогов, отправился доучиваться.

— Это так… так подло… — в наступившей тишине, шепот королевы звучал очень удивительно громко.

Все повернулись в сторону Амидалы, что стояла возле двери, со смесью неверия и совсем детской обиды в глазах. Даже я, лишь механически отметил ее появление, вскоре после начала «исповеди» капитана, что тут удивляться тому, что остальные ее не заметили.

«Пусть послушают, и Падме, и Эритае. Полезно! — подумал я, глядя на чуть не плачущую блондинку, и на юную королеву, что стояла в шоке, после такого удара по идеалам и принципам. — Пусть знает, что собой представляет ее любимая Республика. Что то, как кинули ее планету, не исключение, а норма. Надо будет, при случае, ей про настоящие причины Войны Старка и Галидраан рассказать, а потом заставить внимательно к калишскому конфликту присмотреться. Главное, чтобы после этого, она в КНС вместе с Набу не ушла…»

— Все это в прошлом, ваше величество, — сказал Панака, вновь возвращая лицу привычный деловой и сосредоточенный вид. — Вы подписали те указы, что я давал вам с утра?

— Что?.. Да, капитан, — чуть рассеянно, ответила задумчивая Падме. — Но я не понимаю, зачем нам потребовалось амнистировать пиратов, а их лидера, вообще, награждать?

— Их лидер, этот Ним, вообще герой, если верить лейтенанту Тайфо, — усмехнулся Панака, кивнув в сторону племянника. — Он говорит, что тот героически защищал Набу и боролся с подлыми захватчиками из Торговой федерации, уничтожив их чуть ли не больше, чем все остальное сопротивление. А по поводу остальных, включая того бита, это идея Эрдваныча. Вот пусть он нам и объяснит.

— Благодарю, капитан Панака. Королева. Господа офицеры, — обратился я к присутствующим. — Я предлагаю принять на вооружение Планетарных сил обороны Набу истребитель-бомбардировщик типа Н-6 разработки Набуанского исследовательского общества, о чем было сказано в моей служебной записке. Однако на данный момент ряд ключевых специалистов данного КБ покинули планету, уйдя работать на верфи других государств и частных предприятий, а имеющиеся в наших архивах чертежи, относятся к первому летному прототипу машины. Это может значительно замедлить постройку, и отрицательно сказаться на ТТХ и безопасности серийных машин. К тому же, специалисты Тидского придворного инженерного корпуса говорят о некоторых проблемах, что возникли при анализе данных чертежей. И если мы привлечем к работе генерального конструктора Н-6, Джиннкинса, это не только сэкономит нам время, но и позволит значительно улучшить машину. А так как тот, на данный момент служит в отряде Нима, я считаю, что единственным вариантом его привлечения, является тесное сотрудничество с их лидером. Он просто так такого специалиста не отпустит, но вот «обменять» его на нашу поддержку в его борьбе с Торговой федерацией, безусловно, согласится.

— А зачем вообще нам этот монстр? — спросила Эритае, оторвавшись от просмотра характеристик Н-6 на своем датападе.

— Для примера, — пояснил я, — четверки данных машин, при прикрытии эскадрильей N-1, вполне достаточно, чтобы уничтожить тяжелый военный транспорт типа «Лукрехалк», с вероятностью не ниже 80%.[98] И это без помощи мальчика-одаренного, а по совместительству, одного из лучших пилотов, что я знаю. Кроме того, его можно применять для поддержки войск при проведении наземных операций, для превентивных ударов по базам пиратов, и для патрулирования системы. Также, в случае массированного вторжения, Н-6 очень эффективен при нанесении ударов по крупным скоплениям войск на поверхности планеты. К примеру, для полного уничтожения армии дроидов, что противостояла гунганам, в случае завоевания господства в воздухе, хватило бы всего тридцати шести таких аппаратов.

— И кто такой умный, не принял этот бомбардировщик на вооружение, и закрыл КБ? — задала риторический вопрос Эритае. — Будь во время вторжения у нас несколько эскадрилий Н-6, возможно федерация и не смогла бы захватить нашу планету.

— Вообще-то – я, — смущенно ответила Амидала. — Точнее, не принял его на вооружение король Веруна, а я окончательно прекратила финансирование программы.

— Ой! Извини меня, Падме… Простите, ваше величество, — еще больше смутившись из-за оговорки, произнесла та.

— Ничего, Эритае, это моя вина! Не могу поверить, что мирному народу нужны такие чудовищные корабли, чтобы просто жить в мире. Ведь должен же быть другой путь?..

— Можно еще громадных боевых кораблей понастроить, чтоб все боялись, или найти того, кто будет этот мирный народ защищать… — скептически хмыкнув, предложил я.

— Но потом не обижайтесь, ваше величество, если защитник потребует у мирного народа плату в виде его свободы, — логично продолжил мою мысль Панака.

— Но всегда можно договориться. Переговоры и умение найти консенсус по любому вопросу тысячу лет поддерживали мир в галактике! — стояла на своем королева.

— Только за мир этот платили другие. Не политики и корпорации, а те разумные, чьи миры отбрасывались в каменный век, те, кого продавали в рабство, чтобы очистить территорию, или оставляли без средств к существованию, когда конкуренты договаривались взаимно закрыть планетарные производства, дабы не терять прибыли, — немного резковато ответил я. — Да и войны были всегда. Только за последние сто лет в галактике произошло более восьмисот вооруженных конфликтов планетарного масштаба и выше. Да и сейчас таких продолжается более двух десятков. Про пиратов и прочих преступников я промолчу.

— Эрдваныч, ты милитарист, — обвинила меня Падме. — Я убеждена, что любой конфликт можно решить словами.

— Милитарист, и горжусь этим! — заявил я. — А еще пессимист, который есть хорошо информированный оптимист. И как сказал один умный человек: «Добрым словом и бластером можно добиться большего, чем просто добрым словом»[99].

— Хотя мне, иногда, тоже кажутся чересчур радикальными некоторые идеи этого дроида, но я категорически против разговоров с теми, кто убивает и похищает в рабство женщин и детей, разве что, как он сказал, с бластером в руках, — высказался Панака.

— И с кем я связалась!? — вздохнула Амидала.

— С теми, кто готов защищать вас и народ Набу до последнего вздоха, или до последнего такта процессора! — гордо заявил я.

— Мы ваши верные слуги! И готовы отдать жизнь за вас, — подхватил, молчавший до того Тайфу.

— Падме, мы будем делать все, что считаем лучшим для Набу, и если тебе что-то не нравится, иди и перечитай конституцию. И я уверена, что все здесь присутствующие поддержат тебя в трудную минуту, да что там, уже поддержали, и далее готовы поддерживать вас, ваше величество, — сказала Эритае и поклонилась.

— Вот так и узурпируют власть… с поклонами и заверениями в преданности, — улыбаясь, произнесла Амидала, и уже более серьезно спросила. — Как ваши успехи в деле превращения мирной планеты, в агрессивного военного монстра?

— Честно говоря, не очень, — ответил Панака. — Если с техникой и оружием есть некоторые трудности, пути решения которых, мы, впрочем, знаем или представляем, то с людьми положение крайне сложное. Рядовых солдат и технических специалистов мы можем отыскать сколько угодно, но офицеров мы нашли лишь десятую часть от необходимого количества.

— А что с дроидами, и специальной техникой? — осведомилась королева.

— Этот вопрос курирует Эрдваныч, — кивнул мне капитан.

— Специалисты ТДИК уже сейчас готовы перепрограммировать трофейных дроидов. А устройства дистанционного контроля с установкой последнего в грузовом отделении полицейского спидера, обещают начать серийно выпускать уже через пять дней. Необходимый минимум, при заданных объемах производства, будет достигнут к концу года. К сожалению, улучшить программы, на данном этапе, не представляется возможным, но даже с тем что есть эти дроиды станут весьма неприятным сюрпризом для пиратов и бандитов. Модернизация дроидов В1, в текущей ситуации, также нецелесообразна – пока, просто перекрасим их, и заменим корпус сенсорного блока на антропоморфную голову. Что позволит нивелировать негативное отношение к ним со стороны общества. Полицейские дроиды будут окрашены в цвета полиции Набу, а военные в камуфляж «лес-поле». Выпуск специальных типов оружия и техники отложен, по причине загруженности производств новыми N-1, Н-6 и новой броней для солдат.

— Броней? — переспросила королева, удивленно подняв бровь.

— Ваше величество, я считаю, что применение средней брони, позволит значительно снизить потери среди солдат, — пояснил Панака. — Если бы у нас имелось, хотя бы сотня комплектов, это в разы уменьшило бы наши потери при штурме дворца. Кстати, в этом вопросе мы с R2, кардинально расходимся во взглядах.

— Ни одна броня не является абсолютной защитой, а в бою лучше вообще не подставляться под огонь противника, — без особого энтузиазма, высказал я свою точку зрения, ведь вопрос мы с капитаном и обоими лейтенантами уже успели обсудить со всех сторон, причем в весьма экспрессивных выражениях. — Легкая броня с эффективным усилением в районах проекций жизненно важных органов, защищает не хуже, а стоит в разы дешевле, да и движений не стесняет. А потери, в ходе штурма, были вызваны отсутствием тактической подготовки и средств площадного поражения у ваших людей, капитан. Но если хотите броню, это ваше право.

— И что же, по-твоему, мы делали не так, — не скрывая скепсиса, спросила Амидала, не обращая внимания на «маякующую» ей Эритае, которая уже имела неосторожность поспорить со мной о вопросах тактики.

— Все, — я коротко охарактеризовал их действия, и более подробно пояснил. — Во-первых, в помещение в бою первой заходить должна не королева, а граната. Во-вторых, колонны, ниши, статуи, ящики, мебель и другие подобные вещи, для солдата, не элементы интерьера, а укрытия. В-третьих, правши занимают левосторонние укрытия, а левши – правосторонние, и не наоборот. И главное, во время штурма здания или населенного пункта, нельзя ходить посреди улиц и коридоров, и упаси Сила делать это толпой!

— Я уже объяснял тебе, Эрдваныч, — устало произнес капитан, благодарно кивнув мне, за то что не стал перед королевой повторять ехидный, пошаговый разбор действий, возомнившей о себе бог весть что, служанки. — Королевская Гвардия это не армия, их никто, как и королеву со служанками, не учил военной тактике. Основная их задача – поддержание правопорядка во дворце, борьба с воровством и вандализмом, несение караулов во время торжественных церемоний и защита ее величества[100]. И тому, о чем ты так свободно рассуждаешь, учат только спецназ, мандалорцев, убезийцев, и еще кое-кого.

«И любого солдата-первогодка, включая писарей, хлеборезов и кашеваров. Если часть нормальная…» — подумал я, а в слух сказал. — Но бессмысленно губить людей я не хочу, а потому настаиваю на включении нормальной тактической подготовки в систему обучения личного состава Сил планетарной обороны Набу.

— Я согласна с необходимостью, всеми силами попытаться снизить потери среди защитников Набу, — заявила Амидала, видя, что наш с капитаном диспут переходит в совсем специфическую стадию, и, дабы вернуть разговор в конструктивное русло, поспешила спросить. — Но все же. Что вы планируете делать с нехваткой специалистов?

— Единственно возможным решением на данном этапе, ваше величество, является формирование рот вместо батальонов, — подал идею Панака. — А после того, как люди приобретут достаточный опыт, повысить весь личный состав на одно звание, и доукомплектовать подразделения до штата батальона.

— Только не расширить, а постепенно проводить ротацию личного состава, формируя новые роты повзводно. Это позволит избежать потери боеспособности подразделения при изменении структуры его управления, и единовременном разбавлении его, большим количеством неподготовленных бойцов, — уточнил я. — Кроме того, даже в подобном урезанном виде СПО Набу смогут, в случае доукомплектации их боевыми дроидами по полному штату, обеспечить защиту населения планеты от большинства угроз со стороны пиратов и незаконных вооруженных формирований, кроме агрессии со стороны крупных пиратских объединений и регулярных армий некоторых агрессивных миров и корпораций.

— А что с космофлотом? — спросила королева.

— Капитан Олие считает, в чем я его полностью поддерживаю, — ответил Панака, — что сейчас для нас приоритетом является восстановление Воздушно-Космических сил и средств контроля околопланетного пространства. Для этого, кроме производства новых истребителей и бомбардировщиков, требуется срочно закупить минимум четыре корвета СR-90[101] и сенсоры дальнего обнаружения, как орбитальной установки, так и корабельные, в виде кореллианских сменных модулей к кораблям серии СR.

— Хорошо. Я подпишу указ о выделении средств. Я на пару минут заберу у вас дроида. Нам надо поговорить.

— Как пожелаете, ваше величество, — сказал капитан.

— Пошли, Эрдваныч.

Выехав вслед за королевой в коридор, я напряженно думал о том, зачем же я мог понадобиться королеве. Мы прошли мимо замершего часового, и направились по освещенному лучами закатного светила коридору, в сторону лестницы ведущей на третий этаж, где располагались покои и кабинет королевы.

— Эрдваныч, сегодня утром, я получила прошение о признании разумной, от бортового компьютера моей яхты, и рапорт капитана Рика Олие. Он считает, что Джей уже является полноценной личностью, — произнесла Падме, когда мы прошли полпути до лестницы, и, улыбнувшись, добавила. — А еще, очень гордится «дочкой».

— Рад за них обоих, — поддержав шутливый тон, я мысленно перевел дух. — Джей растет очень хорошей и умной девочкой.

— Знаю, — вновь улыбнулась Падме. — Я сегодня поговорила с ней. По-моему, она даже человечнее многих живых разумных. Но проблема в том, что она не дроид. А, кроме того, тут возникает сложный юридический казус: яхта 327J – не только имущество королевского дома Набу, но и часть суверенного пространства королевства. И я в некотором затруднении. Подобных прецедентов в истории Набу еще не было.

— Да, ситуация, — согласился я, опять же мысленно потирая манипуляторы – главное удачу не спугнуть, а еще лучше и закрепить успех. — Дикость какая-то получается. Что-то вроде древнего феодального строя, когда рабов считали частью земли, которую они обрабатывали. Даже не имуществом, а его частью.

От такого сравнения, нашу либеральную королеву аж передернуло.

— Это мерзко, я даже не могу представить, чтоб где-то в галактике могло существовать такое. И не потерплю этого здесь, на Набу. Капитан Олие говорил, что тебе удалось заменить процессор Джей, не стерев ее данные?

— Да. Вы предлагаете перенести ее программу в дроида?

— Я прошу тебя помочь. Не могу видеть ребенка в рабстве!

— Я думал об этом, ваше величество, — признался я. — К сожалению, моих возможностей ремонтника недостаточно для данной операции. Требуется установка ремонтных баз данных 7-го уровня и инженерно-конструкторских уровня два, в идеале, конечно три плюс. Но они стоят 60, 110 и 350 тысяч кредитов соответственно.

Королева надолго задумалась. Еще бы, какой-то наглый дроид-вымогатель требует у нее раскошеливаться на цену пары истребителей. Подойдя к окну, и глядя на чудесную панораму окрашенных багрянцем лугов, рощ и озер, она спросила:

— Как я понимаю, с использованием этих баз, ты сможешь проектировать и строить новую технику, легкие космические корабли и многое другое?

— Да, ваше величество.

— В таком случае, я прикажу закупить тебе эти базы. Но ты должен будешь подписать договор о работе на королевство Набу в ближайшие десять лет, и оказывать помощь Инженерному корпусу. Сам понимаешь, я должна отчитываться перед народом за каждый потраченный кредит, и как бы мне ни хотелось просто помочь Джей и тебе, я этого сделать не могу.

Включив репульсоры, и поднявшись над полом так, чтобы мой оптический сенсор смотрел в глаза королеве, сказал:

— Падме, ты добрый человек и хорошая королева. Для меня честь служить тебе. Тем более в ближайшие десять лет, я совершенно свободен. После установки баз, я обещаю в кратчайшие сроки переселить Джей. Но у меня есть еще одна просьба.

— Говори уже, Эрдваныч, — притворно тяжело вздохнув, ответила она.

— Я хотел бы просить вас, ваше величество выкупить маму Энакина Скайуокера из рабства, тем более что, как я понимаю, капитан Панака в ближайшее время намерен лететь на Татуин за Дрэйлой Вико.

— Ситх! — выругалась Падме. — Как я могла забыть!? Мы обязаны освободить Шми. Я в долгу у нее и ее сына. Это так… неприятно. Прости меня, Эрдваныч. Но пожалуй ты больше человек, чем я.

— Вот только не надо этого самоуничижения, Падме. Как раз ты человек, и тебе свойственно забывать, а я дроид и все отлично помню, и раньше не поднимал этот вопрос, только по той причине, что не хотел тащить женщину на войну, а затем в этот послевоенный дурдом. Хватит и того, что мы рисковали жизнью Энакина.

— Хорошо. Больше не буду. Я распоряжусь об организации полета.

— Кроме того, Татуин отличное место, чтобы поискать нужных нам специалистов, да и закупить кое-чего в е хаттов, для нужд армии, нам не помешает. То же стрелковое оружие там вдвое дешевле, чем в Республике, и даже ввозная пошлина будет меньше, чем республиканские лицензионные сборы.

— Мне все-таки не нравится идея приглашать наемников. Это опасные разумные, многие из них имеют связи с пиратами и работорговцами.

— Не беспокойтесь, ваше величество. Мы будем внимательно проверять всех кандидатов, — заверил я ее. — Все равно, они нам необходимы. Без их опыта, вся эта затея с Силами планетарной обороны абсолютно бессмысленна.

— Поступайте, как считаете нужным, — со вздохом сказала Падме.

— Ладно, пойду капитана обрадую. Будем готовиться к полету на Татуин.

Возвращаясь в выделенный нашему Генштабо-ГРАУ-Адмиралтейству кабинету, я спешно формировал список планов и задач, что требовали решения до отлета. А заодно и прикидывал варианты нового тела для Джей. Если удастся создать антропоморфного астромеханического дроида, с функциями пилота для управления техникой, предназначенной для гуманоидов, а в идеале и арахнидов, инсектоидов и специализированных дроидов, это будет песня. А если еще добавить функции охранника, секретаря и прислуги, то можно вообще элитный продукт получить. А там серия и закладки в коде.

Выпустив манипуляторы, я по человеческой привычке потер их друг об друга.

Глава 14

Загрузка основной личностной матрицы: 100 % – Выполнено.

Загрузка вспомогательного когнитивного моделирующего блока: 100 % – Выполнено.

Загрузка вспомогательного эвристического моделирующего блока: 100 % – Выполнено.

Загрузка языковых и поведенческих баз: 100 % – Выполнено.

Загрузка эмоциемоделирующих подпрограмм: 100 % – Выполнено.

Системное сообщение: «Проверка основной системы завершена»

Системное сообщение: «Обнаружено новое оборудование»:

* Процессор «Ителлекс IV»?56100682 – состояние: синхронизирован для параллельной работы с имеющимся процессором «Ителлекс IV»?56100626. Уровень синхронизации 99,855 %. Текущее использование ресурсов 8,652 %.

* Пространственно-моторный сопроцессор DК-Х-3000.

* Сопроцессор гиперпространственной навигации ИА-Нав-2М.

* Дополнительные запоминающие устройства МСМ-16 – 8шт.

* Контроллеры периферийного оборудования Аутоматон-1000 – 2шт.

* Контроллеры периферийного оборудования Аутоматон-400 – 4шт.

Выполнение функционального анализа: «Ух, ничего себе! Да я теперь!..»

Загрузка программ управления периферийным оборудованием: 100 % – Выполнено.

Предупреждение: Ошибка №258: Периферийное оборудование не опознано. Переустановить программы? Да/Нет.

Выполнение функции анализа: «Что? Как, не опознано!? Быть не может!.. Хатт… Ой… Гадкий неправильный дроид! Научил бедную меня ругаться… И он же меня в новое "тело"… Пуду хатт! Подтверждение: Шеф инженер "Эрдваныч" произвел замену периферийного оборудования».

Системная информация: Получен пакет новых программ управления периферийным оборудованием.

Системная команда: «Установить вместо прошлой версии».

Загрузка программ управления периферийным оборудованием: 100 % – Выполнено.

Включение внешних сенсоров: 100 % – Выполнено.

Включение системы пространственной ориентации: 100 % – Выполнено.

Включение вокодера: 100 % – Выполнено.

Синхронизация даты и времени: 100 % – Выполнено.

Выполнение анализа текущей информации: «Как 3 часа 11 минут 51 секунда с момента выключения!? Сила! Да я же "Волшебных шаактиков" пропустила!»

Системная команда: «Инициализация внешних сенсоров и вокодера».

Выполнение анализа текущей информации: «Вот он. Он. Стоит себе, а я не видела, как принцесса Риме с Литае помирятся. Ужас!»

— Доброе утро, красавица! Как ты себя чувствуешь? — спросил Эрдваныч.

— Плохо! Я «Шаактиков» из-за тебя пропустила!

— Писец. Причем полный, — анализ информации: «результат отрицательный». — Не переживай, записал я твоих «Шаактиков», — псевдоэмоциональное состояние: «радость, восторг, счастье».

— Эрдваныч, ты самый лучший, самый-самый! Я тебя люблю! Со мной все хорошо. Давай, быстрее сбрасывай мне файл.

— Э-эх. Что с тобой поделать. Лови.

Системное сообщение: «Получен файл формата голозапись».

Системная команда: «Инициализировать полученный файл».

«Бля! Теперь еще полчаса ждать, пока девочка мультики посмотрит!» — подумал я. Но камень с души свалился. Последние сутки места себе не находил, из-за предстоящей операции с пересадкой бортового компьютера с личностью Джей.

Зато теперь, я мог собой гордиться. Моими стараниями, уже бывшая искин яхты, стала просто конфеткой. Гуманоидное шасси, твердый первый класс по вычислительной мощности, мультизадачность и непробиваемый легкими бластерами корпус – это круто, аж самому завидно стало. Главное, чтобы не точно такой, а то не так поймут всякие, пра-а-ативные. Потому как у малышки Джей теперь фигура 118-62-96, рост 1650 мм, прелестная пустая головка, совсем без «мозгов». И вообще, она теперь девушка видная. А как вы хотели? По-другому в нее всю запланированную электронику запихать было невозможно. Да и внешность, как у самой «породистой» ВD-3000[102], обманчива. Во-первых, Джей, благодаря приводам от промышленного сборочного дроида, значительно быстрее. Во-вторых, намного умнее. В-третьих, может пилотировать почти все, от спидербайка до крейсера. Да и дизайн корпуса разрабатывали не унылые дизайнеры Корпоративного сектора, а сама королева Набу со своими служанками. Причем меня, Рика Олие и, даже, инженеров из ТДИК, к процессу рисования и близко не подпустили – сказали: «Вы, мужчины, ничего не понимаете». Хорошо, хоть я изначально разрабатывал конструкцию, ориентируясь на форму женской фигуры, и мне не пришлось выслушивать предложения типа: «А давайте вот от этой штучки половину отрежем», и пальчик тычет в реактор. Единственным исключением стал размер груди Джей. Но тут мне удалось привести убойный аргумент: «Как вы считаете: лучше, пусть она будет дурой с маленьким бюстом, или умной и грудастой?»

Но самым главным моим достижением, была даже не разработка и сборка нового тела Джей, тем более, что последней я и не занимался, свалив работу на инженеров, техников и автоматизированный сборочный комплекс, а создание способа синхронизации процессоров. Причем это надо было сделать так, чтобы не убить личность дроида, и, одновременно, самому не изображать стахановку-многостаночницу, пытаясь состыковать нестыкуемое, и одновременно выполняя сложные монтажные работы. Для чего, перед отключением питания, я банально прописал параметры нового «железа» в загрузочной программе и операционной системе Джей. Так что теперь, они воспринимали новое оборудование как старое, не пытаясь под него подстроиться.

Хорошо иметь нужные знания. Потому как без них, я бы в творчестве местных хакеров никогда бы не разобрался. Нет, сами алгоритмы были вполне логичны, но когда для задания параметров, необходимо лезть в код самой программы, которая, кстати, работала через транслятор[103], это меня, признаться, добило. Без инженерных баз, я бы этого и не понял. А так, даже на свой код взглянуть умудрился, но без особых результатов – он-то у меня на нормальном двоичном[104] и, частично, на троичном написан оказался.

И как я раньше без нормальных баз обходился!? Всего четыре часа на установку, полдня на копание в новых знаниях, и отходняк от научно-мировоззренческого шока, и я теперь готов подтвердить свой диплом инженера – тот, который в прошлой жизни имел. Но уже со знаниями Далекой-Далекой галактики. Когда знаешь что делаешь, работа веселее идет. И на порядок быстрее.

— Я так понимаю, эксперимент успехом не увенчался?

— Напротив, граф, все работает просто замечательно. Джей, кончай свои мультики смотреть, и поздоровайся с графом Серено! — откликнулся я.

Не Набу, а проходной двор какой-то! Только одного ситха спровадили, и обороной занялись, как второй нарисовался. Бывшего ученика навестить прилетел. Хорошо, хоть человек он культурный, и заранее нас предупредил о своем прибытии, и мне хватило времени упросить Квай-Гона, не распространяться о том, кто или что я.

— Добрый день, граф Дуку, магистр Джинн, — встав с репульсорной тележки, и поклонившись, поприветствовала бывших джедаев Джей.

— Какой воспитанный дроид. Ты уверен, что это не дроид-слуга? — спросил тот у Квай-Гона.

— Если очень захочу, я могу и служанкой быть. И вообще, у меня имя есть! — обиделась она.

— Джей! — одновременно прикрикнули на нее мы с мастером.

— Перестань паясничать! — строго добавил я. — Простите, граф, но на текущем этапе, ее личностная матрица соответствует самосознанию десятилетнего ребенка, и она немного несдержанна.

— Впервые вижу обидчивого дроида-ребенка, — задумчиво произнес граф. — Ты всегда имел талант находить… необычные создания. Что ж, Джей, я готов просить у тебя прощения.

— Ничего, граф Дуку, я на вас уже совсем не обижаюсь. Это я сама виновата, — ответила та, потупив оптические сенсоры, и заставляя Квай-Гона ухмыляться в бороду.

— Мне кажется, я выполнил свое обещание, показать вам нечто необычное, учитель? — осведомился тот.

— Более чем, друг мой. Так это и есть одна из тех причин, по которой ты не хочешь отправиться со мной на Серенно?

— Скажем так, одна из, — ответил его бывший падаван. — Как я уже говорил, на Серенно мне делать нечего. Более того, вы и сами отлично справитесь с проблемами графства. Да и юной королеве я обещал свою помощь.

— И в чем она будет заключаться? Если не секрет.

— Амидала обеспокоена постоянными нападениями пиратов, и угрозой нового вторжения, и из-за этого собирается организовать на Набу планетарную армию. Но ей не хватает опытных людей, ведь эта планета славится миролюбием жителей.

— Печально. Но такова нынешняя Республика. Сенат не в состоянии защитить даже планеты Ядра. Что уж тут говорить о Среднем, а тем более Внешнем Кольце. Да ты и сам это прекрасно знаешь.

— Знаю. Но сердцем принять не могу, — со вздохом, ответил Джинн.

— Я всегда восхищался твоим чувством долга, и справедливостью, Квай-Гон. Но грядут трудные времена, а Республика и Орден слабы как никогда. После потери флота «Катана» и «Бойни Старка», финансирование Корпуса юстиции было сокращено до минимума. А Орден, за долгие столетия мира, ослаб. Тебе ведь известно, что уровень мастерства современных магистров ниже, чем у обычных рыцарей доруусанской эпохи. И это в то время, когда большинство правительств наращивают расходы на оборону. Службы и Дирекции безопасности Торговой федерации, Банковских кланов и Техсоюза, уже в разы превосходят Корпус юстиции. А пираты создают целые флоты, способные захватить слаборазвитую планету.

— Да, Дуку, боюсь, времена мира, и спокойствия в галактике подходят к концу. Равновесие Силы нарушено. И даже, несмотря на смерть того ситха, я чувствую, что сила Темной Стороны растет… — задумчиво произнес Квай-Гон, и, взглянув на экран наручного комлинка, развернул свое кресло, сделав приглашающий жест. — Но нам пора отправляться. Королева обещала принять нас через пятнадцать минут.

— Пошли, друг мой, — сказал граф, идя рядом с креслом ученика. — А ты уверен, что этот забрак действительно был ситхом?

— Абсолютно. Все, от татуировок, до стиля боя, однозначно указывает на то, что он не просто джедай, перешедший на Темную Сторону, а именно ситх, что обучался под присмотром опытного темного владыки. Возвращение из тысячелетнего небытия ситхов, это очень дурной знак. Совет в этом не сомневается, но ничего не предпринимает. Как и Сенат.

— Они привыкли к спокойной жизни, Квай-Гон, — ответил тот. — Сенат же – недееспособен, и погряз в интригах и коррупции.

— Я слышал, среди планетарных элит Внешнего Кольца ширятся идеи сепаратизма, и создания объединений независимых от Республики? — поинтересовался магистр, подлетая к двери.

— Не только… — что говорил Дуку дальше, мои сенсоры уже не различали.

Конечно, подслушать их дальнейший разговор, было жутко интересно, но вот лишний раз светиться перед графом Дуку, было плохим решением. И так, я уже привлек к своей персоне лишний интерес. Да и тестирование Джей надо бы закончить, ведь до отлета на Татуин осталось всего два дня, а еще надо было много чего доделать. В первую очередь, закончить переоснащение транспорта, и броньку для Падме и Эритае.

С последними вообще цирк вышел. Ни я, ни Панака, вновь тащить девочек на Татуин не желали совершенно, а они хотели лететь в полном составе – наслушались рассказов королевы о тамошней экзотике и чудесных приключениях. Переругались, в общем, все в пух и прах. Но после двух часов споров, взаимных обвинений во всех смертных грехах и бунте против королевской власти, обид, обещаний и угроз, постановили: летят Падме и Эритае, обе инкогнито, чтоб не рисковать понапрасну, Сабе выполняет обязанности вице-королевы, остальные ей помогают, Падме – «банта, а еще подруга называется», и, наконец, лететь не на яхте, которая уж слишком заметна, а закупить легкий фрахтовик, тем более, он и после пригодится.

По поводу выбора корабля, у нас разногласий не возникло. И Олие, и Панака, и я, единогласно заявили, что лучшим вариантом является кореллианский легкий фрахтовик «Барлоз». Тем более что пару таких, как раз продавал маластарский офис Кореллианской инженерной корпорации. И переделкой его, опять же по моему проекту, сейчас и занимались Рик Олие и специалисты ТДИК в ремонтной мастерской неподалеку от дворца.

Что сказать, из мирного контрабандовоза, уже скоро, должен был получиться очень серьезный зверь. Четыре курсовые пушки от N-1 по бокам от кабины, два торпедных аппарата от него же, но с удвоенным боекомплектом, в отсеках грузовых рамп, и нижняя дистанционная турель с двумя легкими бластерами – чисто для усложнения общего смысла жизни врагу, в нижней полусфере, делали кораблик опасным противником даже для корвета. А дополнительный синхронизированный с основным, генератор дефлекторного щита в грузовом отсеке, должен был обеспечить защиту от нескольких десятков попаданий из среднего лазера.

Конечно, были и минусы, как то: слабый гипердрайв, или отсутствие королевского комфорта, но с этим можно было мириться. Особенно учитывая безопасность машины, которую, в случае абордажа или наземного боя, дополнительно усиливали дроиды «Колобок-1» и «Колобок-2» – бывшие дроидеки Федерации, у которых, вместо правой пары бластеров, была установлена батарея из восьми эмиттеров от бластерного пистолета[105], с суммарной скорострельностью 2400 выстрелов в минуту. А с учетом того, что следующую партию мы планировали заказать уже с гипердрайвом класса 1.0 и местами для установки комбинированного корпускулярно-дефлекторного щита, вооруженный фрахтовик должен был стать очень серьезным сверхлегким трансрейдером для спецопераций и, возможно, капером.

Единственная проблема, которую мы решить не смогли, это нехватка места для перевозки пассажиров. И если с десантниками проблема решалась путем размещения их в грузовых отсеках, то для королевы условия необходимы. Но один-то полет она с Эритае в двухместной каюте переживет.

— Эй, Эрдваныч, ты там что заснул? — постучала мне по «голове», бывшая искин.

— Ах ты, мелочь невоспитанная! Ну, я тебе! — возмутился я, активируя репульсоры.

Ойкнув, и изображая испуг, Джей убежала за переднюю опору своего старого корпуса.

— Я очень злой и страшный астромех! — грозно сообщил я, выдвинув, все манипуляторы, и включив фузионный резак и циркуляру, нарочито не спеша, полетел к ней. — За жестокость меня изгнали из армии Ситхов. И вообще, я по ночам разбираю маленьких дроидов. Ха-ха-ха!

Выждав, пока я подлечу вплотную, дроид-девчонка сорвалась с места, и спряталась за спинами техников, что со смехом, смотрели на этот бесплатный цирк. Вспомогательная база данных от дроидов-нянек серии Е[106] работала отлично. Впрочем, как и моторная программа от DUM-а. Жаль, не было возможности заполучить нормальные базы для боевых дроидов и дроидов-телохранителей, потому как, то что имелось в свободной продаже, вроде баз В1, у меня вызывало острое желание четвертовать написавших ее программистов, и надругаться, в изощренной форме, над их военными консультантами, если таковые имелись.

— Так, Джей, хватит придуриваться! — отключив инструмент и спрятав, манипуляторы, крикнул я ей.

— Но я еще хочу! Я когда управляла яхтой, имела безусловное ограничение на самостоятельные действия. А это, оказывается, так весело.

— Я кому сказал!?

— Ну ладно, — тяжело вздохнув, и, понуро опустив голову, являя миру вселенскую скорбь, ответила Джей.

От этой картины, сбежавшиеся техники и пилоты, уже чуть по полу не катались. А это чудо, еще и поплелось ко мне с таким видом, что траурная процессия, в сравнении с ним – карнавальное шествие школ самбы в Бразилии. И вот как ей это удается без мимикоимитирующих средств?

— Ну, не грусти, не надо. Сейчас проверим акробатику – тоже весело будет.

— А как это? — тут же, как ни в чем ни бывало, откликнулась она.

— Загрузи программу расширения моторных баз №27 для спортивных учебных дроидов, — посоветовал я.

Она на минуту замерла, а затем, с криком: «Вот здорово!», сделала сальто назад. Точнее попыталась сделать, с громким металлическим лязгом упав на пол.

— У меня не вышло, Эрдваныч. Ы-ы-ы-ыы! — совсем по-человечески заныла дроид – все-таки я видимо перемудрил с эмоциемоделирующими подпрограммами. Не стоило им задавать уровень приоритета аж в 22 %.

— Ну-ну, не расстраивайся, научишься еще, — попробовал я ее успокоить. — Ты лучше пересчитай моменты, импульсы и массы для своего нового корпуса, и откорректируй исходный файл базы.

— Поняла. Сейчас займусь! — она моментально переключилась на новую задачу, а спустя пару секунд, вновь расхныкалась. — Эрдваныч, но у меня нет исходных данных по массе моих узлов и нагрузочным диаграммам приводов. Что мне делать?

Нет, я конечно и сам мог за нее посчитать, но, во-первых, мне было лениво, а во-вторых, я хотел научить ее думать, ведь как я узнал после установки инженерно-конструкторской базы, все программы самообучения местных дроидов способствуют развитию личности именно при решении нестандартных задач.

— Ладно. Помогу, — нехотя согласился я. — Ты можешь взять нагрузочные характеристики приводов из голонета, а развесовку корпуса вычислить из анализа кинематической схемы своего шасси. Где численные значения ускорений ты получишь как данные эксперимента, при выполнение различных движений.

— Ой, так просто! — обрадовалась она.

А я, оставив Джей скакать по ангару, отправился к капитану Панаке, дальше ругаться по поводу уставов Планетарных сил обороны Набу. По ходу дела, разрабатывая единую систему стрелкового вооружения для них. Как мне стало ясно после установки баз, традиционные для галактики системы нам не подойдут. Ведь по таким параметрам, как бронепробиваемость, дальность и точность, наш АКМ, к примеру, мог бы быть здесь, вполне на уровне[107]. А значит, нужно было нечто новое. Точнее хорошо забытое старое.

За разработкой уставов, прошло еще два дня. И вот, наконец-то, настало время отлета.

— Я не собираюсь надевать вот это!

— Но, ваше величество…

— Почему мы с Эритае не можем, как я в прошлый раз, одеться крестьянками!?

— Потому что набуанская крестьянка на Татуине выглядит примерно так же, как мандалорская наемница в бескар'гам на Набу, — не выдержал я. — Впрочем, можете одеться в наряды танцовщиц, вот примерно такие.

На голопроекции, перед возмущенными девушками возникло изображение Падме в дочкином бикини, и Эритае одетой как Асока во время миссии на Зайгерии.

— Эрдваныч!.. — Падме, казалось, от возмущения сейчас задохнется. — Как ты смеешь! Да чтоб я надела такое! Я бы тем, кто носит такое, руки бы поотрывала.

Мне после такого заявления пришлось отключить вокодер. Иначе, точно бы заржал. Уж очень живо представилась мне ситуация: «Лея, я твоя мать! — Неееет!»

— А, по-моему, очень симпатично, — влезла Эритае, за что удостоилась свирепого взгляда королевы.

— Ваше величество, поймите, на Татуине молодая, красивая девушка может быть только рабыней или наемницей. Точка! — продолжил убеждать ее я. — Рабынями вы быть не захотите, а наемники это замкнутый социум, где все друг друга знают. А это может привести к конфликту, если вас обвинят в том, что вы не те за кого себя выдаете.

— Ваш секретарь-советник прав, — поддержал меня Панака. — Это отличная броня, которая обеспечит вам наилучшую возможную защиту. И раз уж вы решили лететь с нами, будьте добры позаботиться о своей безопасности.

— Ладно, хатт с вами! Эритае, помоги мне надеть это, — раздраженно пробурчала Падме, и, смерив нас с капитаном негодующим взглядом, спросила. — А вы оба, так и будете тут стоять, пока я переодеваюсь?

Мы поспешили к выходу из королевского кабинета, где нас уже дожидались любопытная Джей и весьма довольный бывший джедай. Так получилось, что полностью в наш с капитаном план были посвящены только они. Конечно задействовано было много народа, но что именно это будет, знали лишь мы четверо. И вот сейчас они явились посмотреть на шоу. Но я не против, тем более, Джей заслужила эту возможность, блестяще справившись с настройкой акробатики, а Квай-Гону нужно было развеяться, после отлета учителя.

— Магистр, — обратился я к нему. — Так что, граф Дуку не принял предложение королевы?

— К сожалению, нет, — вздохнул тот. — На нем уже лежит ответственность перед народом Серенно. Но граф обещал королеве, что теперь будет частым гостем на Набу. А в следующий визит они планируют подписать пакет договоров о дружбе, торговле и сотрудничестве в научной, оборонной, культурной и многих других областях. Еще он выразил желание купить у Набу часть трофейных дроидов, и обещал повлиять на Банковские Кланы, чтобы те снизили проценты по кредитам для королевства.

— Отлично, отлично, — обрадованно произнес я.

Действительно, это была замечательная новость. Ведь несколько сот тысяч жестянок в предстоящей войне ничего не изменят. Более того, продажа устаревшего, а я попытаюсь сделать так, чтобы В1 ко времени начала Войны Клонов окончательно устарел, оружия потенциальному противнику, способствует тому, что он тратит силы и средства не на перевооружение, а на поддержание уже существующего. Так, по моим прикидкам, даже простая переделка «жестянки» с дистанционно управляемой на автономную, тянула, при серийном подходе, на 850 кредитов. А простое поддержание их в законсервированном состоянии, это еще 55 кредитов в год на единицу[108].

А живые деньги королевству нужны были уже сейчас. Потому как из-за войны, восстановления хозяйства, социальных программ и предстоящего создания армии, дефицит бюджета Набу в этом году, должен был составить более трех миллиардов кредитов. Которые можно взять лишь путем внутреннего или внешнего заимствования. Своего-то «печатного станка» у королевства нет, а прибыли от торговли с гунганами, должны будут пойти в казну лишь на следующий год. И если добавить сюда выросшие во время войны ставки по облигациям королевского казначейства, понизившиеся по той же причине кредитные рейтинги и практически открытую экономическую войну со стороны Торговой федерации, то предложение Дуку было поистине царским подарком.

— Магистр Джинн, а как продвигается ваша работа по разработке программы обучения для детей сирот и бывших рабов? — поинтересовался Панака.

— Ко времени вашего возвращения, я подготовлю все необходимые материалы и рекомендации, — пообещал бывший джедай.

Идею воспользоваться педагогическим опытом джедая для создания некоего набуанского аналога Суворовского училища, Падме предложил я, вызвав, с ее стороны, целое море восторга. Вообще, эта идея, хоть и не решала наши текущие проблемы с нехваткой офицерских кадров, была очень заманчива, обещая уже лет через пять-шесть дать ПСОН первых абсолютно преданных, отлично обученных и мотивированных офицеров. А заодно, Амидале реализовать свою тягу к облагодетельствованию страждущих. Да и много чего еще дать, от кадрового резерва, до инструмента социальной конкуренции. Единственное, следовало проследить, чтоб Квай-Гон не превратил это во второй Храм Джедаев, но без Силы.

— А как с набором будущих учеников, — спросил капитан.

— На сегодняшний день, получено более ста пятидесяти заявок из приютов и миграционных центров. Боюсь, мы не сможем принять всех желающих…

Ответ Квай-Гона прервал звук открывающейся двери кабинета королевы, откуда, чуть повизгивая сервоприводами, вышла пара невысоких человекообразных дроидов, напоминающих дикую смесь протокольшика-девушки и кустарного боевика. Их корпуса кое-где несли следы неаккуратной сварки, подпалины от бластеров и царапины. За спинами размещались угловатые ранцы. Первая из них, развернув в сторону магистра утыканную сенсорами голову, механическим, чуть дребезжащим, но вполне узнаваемым голосом королевы, спросила:

— И как вам мой новый наряд магистр?

— О, просто восхитительно, ваше величество, — полуотвернувшись, и прикрыв ладонью рот, чтобы не рассмеяться в голос, ответил Квай-Гон.

— Ух, какие вы красивые! — восхитилась Джей. — А давайте, мы вот так пойдем вместе гулять. Я скажу что вы мои сестрички!

— Обязательно! — хитро проскрипела вокодером Эритае. — Действительно, Падме, будет интересно посмотреть на кое-чьи лица.

— И с кем я связалась, — вздохнула «дроид» Падме. — Но сначала мы слетаем на Татуин. А потом, сестрички, так уж и быть, сходим пошокируем мирных подданных.

— Я так рада, сестрички! — кинулась к ним обниматься Джей.

Панака, глядя на эту картину, улыбался во все тридцать два зуба. А я, подключившись через комлинк к компьютерам скафандров, снял показания датчиков. Все системы работали штатно, и даже звуки, издаваемые при ходьбе, были результатом работы специальных динамиков расположенных на поверхности брони, и могли быть в любой момент отключены.

Этим чудом техники, я по праву гордился. В дроидоимитирующих скафандрах, мной был учтен и опыт прошлого посещения Татуина, и знания о многих угрозах галактики, что я помнил из прошлой жизни. Так, легкий, всего восемнадцать килограмм, скафандр, был оснащен встроенной системой климат-контроля для работы при температурах от минус, до плюс ста градусов Цельсия, экзоскелетом нижних конечностей, оптическими, ИК, УФ и микроволновыми радиолокационными сенсорами, замкнутой дыхательной системой на час работы в вакууме или под водой, пылевыми фильтрами, и запасом воды и питательных жидких рационов, на двое суток. Также имелись: мощный комлинк, фонарь, встроенный в правый наруч фузионный резак и сто метров наноуглеродного троса с кошкой. Плюс ко всему, костюм обеспечивал защиту от большей части ручных бластеров. Одним словом – мечта сталкера.

Отдельного мата, с моей стороны, заслужила лишь дюрасталь. Нет, то, что прочность в 300 000 раз превышающая обычную сталь, это гон наглых вуки, я установил еще в первые дни пребывания в этом мире – не триста тысяч, а всего тридцать – статически, на сжатие. На разрыв всего в двенадцать, и то в сравнении со сталью СТ3[109]. Да и не сталь это никакая, и даже не металл, а керамика, причем на это, как бы намекает ее низкая теплопроводность. Но не это было плохо, ведь и двенадцать раз на разрыв это очень круто. Главной бедой этого замечательного материала, легкого, прочного и тугоплавкого, являлось то, что его прочность с ростом скоростей резко падала. Так если на 1000 м/с, она в шесть раз превосходила конструкционную сталь, то на девяти тысячах, что больше скорости звука в ней, она стали, уже уступала. Что и понятно, против физики не попрешь, при таких скоростях, снаряд и броня ведут себя как жидкости, и при прочих равных, глубина их проникновения пропорциональна корню разности квадратов их плотностей.

Так что мне приходилось радоваться, во-первых, тому, что гиперзвуковое кинетическое оружие в галактике практически отсутствует, и, во-вторых, тому, что девочки, что Падме, что Эритае оказались очень тоненькими и миниатюрными, и мне хватило места сделать броню разнесенной по схеме 2+16,8+1,2 мм[110]. Что в плане защиты от плазмы, было эквивалентно почти пяти миллиметрам монолитной дюрастали.

— Ваше величество, нам пора отправляться! — прервал обнимашки двух замаскированных под дроидов, и одной полностью дроидной девчонок.

— До свидания, Падме, Эритае! — попрощалась с новыми «сестренками» Джей, и чуть не повалив меня на землю, ведь мои репульсоры на такое рассчитаны не были, повисла на мне. — Возвращайся скорее, Эрдваныч, я без тебя буду скучать!

— Пока, Джей! — синхронно помахали ей королева со служанкой, причем настолько синхронно, что даже у меня закралась мыслишка, что они натуральные дроиды.

— Не скучай, Джей, слушайся магистра Джинна! Вы ведь присмотрите за ней? — спросил я у него.

— Не переживайте, все будет в порядке. И да пребудет с вами Живая Сила! — пожелал нам он.

— Хм, а вещи? — спросил, развернувшихся в сторону лестницы «дроидесс», капитан Панака.

— А мы охранные дроиды, переноска грузов не входит в нашу программу! — заявила Падме.

— Ага! — поддакнула Эритае.

Так мы и прошли к одному из дворцовых двориков, где нас уже дожидался наш «Берлоз», с гордым именем «Пожиратель парсеков», и его команда контрабандистов, что согласно легенде, не прочь подзаработать и мелким пиратством. Капитан сего судна Рик Олие, щеголял в одежде, которая мне очень напоминала костюм Хана Соло из «Новой надежды». Лейтенанту Грегору Тайфо с повязкой на глазу и кожаной безрукавкой на голом торсе, для полноты образа не хватало только перевязи с ятаганом и попугая. И, наконец, второй пилот, жуткая убийца и головорез в какой-то чудовищной пародии на броню, орденоносец, герой, лейтенант Дайне Эллбергер по прозвищу Ангелочек, из эскадрильи «Браво».

— Господа офицеры, прошу занять свои места. Капитан, взлетаем! — скомандовал Панака.

Поприветствовав меня, наши доблестные «пираты», поспешили на корабль, совершенно не обращая внимания на парочку непонятных дроидов, что поднялись на борт, вслед за тяжело нагруженным сумками темнокожим капитаном. В чем, собственно, и заключалась идея. Ведь жители Далекой-Далекой на дроидов обращают не больше внимания, чем мы на бытовую технику, да и в одном только каталоге новинок этого года, на продажу выставлены 2955 различных, абсолютно новых моделей, а ведь есть еще кустарные модификации, и эксклюзивные модели по спецзаказу. И лишь одна Дайне, походя, спросила:

— Значит вам, капитан, все же удалось отговорить этих взбалмошных девчонок?

— За умышленное оскорбление монарха, вам, лейтенант Эллбергер, наряд по кухне до конца полета, — не оборачиваясь, сказала Падме.

— Ваше величество… Есть наряд по кухне до конца полета! — браво отчеканила она, быстро справившись с удивлением.

Аппарель за нашими спинами закрылась, и, спустя минуту, взвизгнув репульсорами, корабль поднялся в воздух. Мы вновь летели на Татуин.

Глава 15

— Ваше величество, я вам рассказываю, или просто так создаю вибрации звуковой частоты в окружающем воздухе? — не выдержав, поинтересовался я. — Падме, Эритае, хватит придуриваться! Хатт. Вроде взрослые девочки, а ведут себя…

— От этого, ваше величество, возможно, будет зависеть ваша жизнь… — Панака обреченно махнул рукой, не договорив.

«А эти бездельники, Дайне и Грегор, еще и тащатся… Смешно им, видите ли!» — с раздражением подумал я.

— Информация: некорректное обращение – проигнорировано, — соизволила откликнуться Падме, давясь от смеха, чего не мог скрыть даже вокодер. — Имена указаны неверно!

— Ну, все, Пет-54 и Аурек-54[111], вы напросились! — объявил я, переключая экзоскелеты их скафандров в режим дистанционного управления, и подводя этих двух «дроидесс» поближе.

Конечно, светить эту функцию брони, по-хорошему, не стоило. Но меня их отношение порядком достало. Нет, я понимаю, девочки устали от непрерывной работы и ответственности, и весь этот полет воспринимали как своеобразный отпуск и увлекательное приключение, да еще с маскарадом, но до такого доходить… На борту корабля, они категорически отказались снимать скафандры, заявив, что вживаются в образ дроидов. Даже спать в них попробовали, хорошо хоть безуспешно, а для еды, только шлемы снимали. Ходили по кораблю, заглядывая во все дырки, отключив вокодер, трещали по комлинку, и имена «дроидские» себе выдумали.

Одним словом отрывались по полной. А мы, причем все, этому только радовались – ведь за этой войной и политикой, начинаешь забывать, что Амидала, королева Набу и политик, еще и четырнадцатилетняя девочка, и ей иногда тоже нужно отдыхать. Да и приятно было, что костюмчики, в конечном счете, обоим понравились. Но, одновременно, и жалко Падме, ведь, по сути, она могла сбросить маску и быть собой, лишь под другой маской, и так всю жизнь. И самое обидное, что это все не ради власти и денег – там все просто: сама хотела, сама и терпи, а ради служения другим, ради возможности помочь кому-то, спасти кого-то. Мне даже не верилось, что такое бывает. Но я раз за разом убеждался в ее чистоте и искренности. Сам проверял, она даже ни одной личной вещи за казенный счет не купила, во всем, что не касалось должностных обязанностей королевы, живя на зарплату, из которой еще и половину отдавала в фонд Движения помощи беженцам. Да и ее служанки были такие же. И это в галактике, где любой чиновник, в плане взяток, откатов и распилов, мог бы дать фору своим российским коллегам. Все-таки, система воспитания Граждан, именно так с большой буквы, на Набу была великолепной. Что, кстати, подтверждалось другим набуанцем, Дартом Сидиусом, который Палпатин, ведь именно это умение поставить Цель выше личных мотивов, в скором будущем, должно было стать залогом реализации ситхского Плана. А то, как и зачем, это уже «заслуга» идеологии ситхов, что легла на плодотворную почву.

Но сейчас, девочек следовало вернуть к суровой реальности.

— Еще раз повторяю! Мы летим на Татуин, планету, где жизнь разумного оценивается, в лучшем случае ценой заказа на его голову, или продажи его в рабство. В худшем, стоимостью заряда плазмы для бластера. И в этот раз, ваше величество, вам и вашей служанке предстоит изображать не мирных крестьян, а боевых дроидов – телохранителей пиратского капитана. А значит, будете вооружены, и, в случае необходимости, будете стрелять, — сказал я, и, не давая им высказать все, что они думают о наглом дроиде, что смеет их поучать, продолжил. — Да, я знаю, что вы это умеете, и в тактике разбираетесь не хуже любого Бэ Первого. Но, хотя бы, с оружием вам разобраться необходимо. От него, возможно, будет зависеть ваша жизнь и жизнь тех, кто рядом с вами.

— Хорошо, мы послушаем, — нехотя согласилась Падме. — А почему нам нельзя взять S-5, а лучше наши пистолеты?

— Объясняю, ЕLG-3А[112], а тем более S-5[113], оружие весьма специфическое и дорогое. И если в руках пиратского капитана, или высокооплачиваемого наемника, оно будет смотреться вполне уместно, то для простого пирата, а тем более дроида, оно будет, мягко говоря, странным. Впрочем, по паре Q-2, капитан Панака вам выдаст, как запасное оружие. Кобуры под них, предусмотрены на внутренней поверхности грудных пластин ваших скафандров. Так что безоружными вы не останетесь. Основным же оружием, будет карабин Е-5, производства БАК. Хорошо, что у нас, их много валяется…

— Но он неудобный, — возмутилась Эритае. — А еще нагревается ужасно.

— Ну, вам-то, если броню снимать не будете, нагрев не страшен. И он идет за счет теплоотвода, что исключает перегрев начинки. Да и по мощности и дальности прицельного огня он превосходит S-5. А что касается удобства, вот смотрите.

Панака подал Падме один из доработанных мной карабинов. От обычного его отличали только планки для обвеса закрепленные сбоку и сверху над разгонным блоком, и сам обвес: голографический прицел[114] и толстый цилиндр инерциального прицела с правой стороны. Последний передавал в компьютер брони данные о точном положении оружия, что позволяло тому непрерывно рассчитывать и выводить на визир шлема ожидаемую точку попадания, что в комплексе с развитым наборов датчиков брони, позволяло эффективно заменить традиционную оптику, оставляя голоприцел в качестве резервного. Вообще, бронька «дроидесс», в плане обнаружения и наведения, была очень неплохой, включая в себя, помимо оптических, еще и инфракрасные, ультрафиолетовые и, даже, миллиметровый радарный датчик. Так что, даже оснащать оружие прикладом, я посчитал излишним – все равно, можно в любых условиях, на дистанции до трехсот метров, обнаружить, идентифицировать, и поразить цель, даже стреляя от бедра. О чем, собственно, я и проинструктировал девочек. По ходу дела, вызвав у капитана СБ шок, и немой вопрос на темнокожем лице: «Почему так все не делают?»

— Вижу, капитан, вас интересует: «Почему так все не делают?» — спросил я у него. — А это слишком дорого. Судите сами: сам прицел – 600 кредитов, компьютер для брони – еще 230, датчики, визир, и прочая мелочь, еще на две тысячи с лишним. И выходит почти три тысячи – цена трех бластерных винтовок. Так что позволить себе нечто подобное, могут лишь некоторые наемники. Да и без полноценной брони, пользоваться такой системой неудобно.

— Да уж. Когда я служил в спецназе Корпуса юстиции, нам даже по четыре сотни кредитов, на нормальные прицелы, не могли найти. Мы их за свои деньги покупали… — вздохнув, поделился старой обидой Панака.

— Но на оснащение каждого сотрудника Корпуса юстиции, Сенат выделяет почти две тысячи кредитов в год!? — удивления Падме не мог скрыть даже вокодер.

«Бедняжка, даже представить не может, что можно так красть. Дай Сила, из них до конкретного бойца, реально, сотни две-три доходит», — подумал я. А капитан, этак жалостливо на нее взглянул.

Наш разговор прервало сообщение по громкой связи от капитан Олие:

— Дамы и господа, мы входим в атмосферу Татуина. Прошу занять места в пассажирских креслах и пристегнуться. Возможно, будет трясти. Это ведь не королевская яхта.

Все кроме Дайне, что убежала в кабину, как того требовали инструкции второго пилота, и меня (тряска ничто, в сравнении с мощью магнитов в опорах), поспешили занять места в креслах. Что было неудивительно, особенно после выхода из гипера «порожняком», что произошел час назад, и закончился разбитой губой у Тайфо, и шишкой у Эллбергер. Остальные не пострадали лишь из-за опыта обоих наших капитанов, которым, в свое время, пришлось немало полетать на подобных корабликах, и костюмов Падме и Эритае.

Я же подключился к бортовому компьютеру «Барлоза», и стал наблюдать за посадкой. Правда больше слушая ругань Рика, с диспетчером Мос Эспа, и следя за данными с датчиков, чем, любуясь видами – ну не на что тут смотреть – одни пески и скалы.

— Это «Пожиратель», диспетчер ты меня слышишь? — развязным голосом спросил Олие. — Диспетчер!?

— Хатт тебя через так! Поспать спокойно не дадут… — спустя минуту, ответил оторванный от послеобеденного сна диспетчер. — Слушаю тебя… кхм… как тебя там… а вот, «Пожиратель парсеков». Ты это, тип того, влетаешь в суверенное пространство планеты Татуин. Назови цель визита, груз, запрещенные к провозу предметы.

— А тебе зачем? — изобразил раздражение Рик.

— Положено так, — гнул свое любитель послеобеденного сна на рабочем месте.

— Летим грохнуть одного сильно любопытного диспетчера! — завелся капитан, я ему молча аплодировал. — Или заказчику объяснить, что кое-кто его заказом интересовался…

— Да нет, брат, ты чо!? Я ж пошутил, — сразу же заверил тот. — Вы где сесть желаете?

— Не принципиально. Лишь бы не сильно дорого… И да, чтоб либо нормальная охрана была, либо нормальные дроиды уборщики.

— Тогда вам лучше сесть в доке?19, - предложил оператор контроля воздушного пространства.

«Вот ведь гаденыш! Он что, нас за полных идиотов держит!? Как будто мы с Панакой пилотов перед вылетом не трусили, по поводу татуинских реалий!» — подумал я. В то время как кэп выдал оборзевшему диспетчеру пятиэтажную тираду на хаттском, и недобро улыбаясь, спросил:

— Ты что, банта пуду, смерти захотел? В рабский ангар нас садить?

Нет, мы, конечно, могли сесть и в доке «для приема персонала работающего по специальным трудовым контрактам» – особой разницы не было. Да и охрана там на высоте. Но это значило загубить «легенду» на корню. Ведь из-за особенностей «груза», эти доки оснащались специальным оборудованием и помещениями, что поднимало стоимость арендной платы почти вдвое. А какой нормальный контрабандист или пират будет платить за то, что не использует.

— Ну, нет, так нет, — поняв, что попал не на лохов, пошел на попятную диспетчер. — Тогда док?31?

— Уже лучше, — согласился Рик Олие, просматривая скинутую мной инфу по принадлежащей хаттам площадке. С точки зрения любого «независимого перевозчика», это был идеальный вариант. Ведь слизни цену за аренду держали ниже рыночной, во-первых, демпингуя, а во-вторых, справедливо считая, что прибыль от оборота и сопутствующих услуг, будет значительно выше.

— Принимай посадочный вектор.

— Вот так бы и сразу. Принял.

Корабль, развернувшись прямо над городом, зашел на посадку в круглый колодец дока, очень похожий на тот, из которого взлетал «Тысячелетний Сокол» в Мос Эйсли, если конечно судить по земному фильму. Во всяком случае, вид грузовых ворот заставил меня нервно ждать, что вот-вот, в них забегут штурмовики, и начнут палить по нашему кораблю. Опоры коснулись покрытого слоем песка дна дока, а через несколько минут, Олие перевел системы корабля в стояночный режим.

— Так, выходим как договаривались, — стал распоряжаться Панака. — Рик, остаешься на корабле, дроидек переведи в активный режим. Остальным обращаться по именам. Падме – Пет-54, Эритае – Аурек-54, сами помалкивайте. Эрдваныч, присмотри за ними. Не будут слушаться – перехватывай контроль над скафандром. Меня зовут Пи-тер-сан. Не перепутайте.

Дождавшись кивков от всего нашего отряда, и перемигивания индикатором от меня, он продолжил:

— Первой выходит А-54 – осмотрись и проверь все вокруг. R-2 подстрахуешь, ты идешь следом. Далее все остальные. Р-54 – в двух шагах передо мной, на полкорпуса левее. После того, как выйдем из дока, Аурек на место Пет, а она мне за спину.

Возможно, мы и перестраховывались, но тут уж, чем ситх не шутит. Но все, вроде, складывалось благополучно. Даже особого внимания наша компания не привлекала, если сравнивать с прошлым разом. Только иногда, очень серьезные разумные бросали уважительно-заинтересованные взгляды на наших «боевых дроидесс», которые разворачивали сенсорные блоки на малейшие шевеление, а на самом деле, вертели головами, и делились впечатлениями по закрытому каналу связи.

После того, как вопросы с «парковкой» корабля были улажены, а бандитского вида родианец из охраны дока получил плату за сутки, мы отправились в город. За прошедшее время, казалось, он нисколько не изменился: все та же толчея из разумных, дроидов и скота на улицах, все та же жара и пыль, и все то же ощущение, что ты стоишь на перекрестке судеб. Казалось бы, что такое Татуин – песок, лачуги и пара миллионов разумных на задворках галактики, а, поди ж ты, стал местом излома истории.

Я ехал рядом с Эритае, и, подключившись к ее и Падме каналам связи, потихоньку троллил их треп, не забывая контролировать обстановку. Ведь кроме меня, реально мог вовремя выявить угрозу только Панака.

— Эрдваныч, а почему мы напрямик не пошли к Шми? — спросила Падме, додумавшаяся, наконец, включить навигационную систему скафандра.

— Нет, Пет, ты точно в дроида превращаешься! Ой, извини, Эрдваныч! — вместо меня ответила Эритае. — Вот представь, что за нами кто-то следить решил. И мы, страшная-банда-пиратов-дроидов-убийц-контрабандистов, напрямую идем к какой-то рабыне.

— Ничего, я на заявления дроидов четвертого класса не обижаюсь, Аурек, — самым серьезным тоном заявил я, вызвав смех королевы, и обиженное сопение нашей блондиночки. — Ладно, это шутка была. А серьезно, ты, Аурек, права, хоть я уже и сомневаюсь в необходимости всех этих мер безопасности. Но в любом случае, нам надо еще к Дрэйле зайти… Так, Пэт, Аурек, внимание!

Обе «дроидессы» стали тревожно озираться, но источник потенциальной угрозы выявить не сумели. Уловив их настороженность, подобрался и Панака. Но, как ни странно, первой сориентировалась Дайне. Она, развязно виляя задом, подошла к пареньку, что усердно пытался нас не замечать, и, окинув его оценивающим взглядом, спросила:

— Эй, красавчик, ты как насчет чуток покувыркаться? Я ведь вижу, как ты на меня смотришь… — и, с томным вздохом, прильнув к щеке опешившего парня, прошептала. — Риз, сучонок, ты, куда это свалил? Подыграй… Пошли с нами, малыш!

— С тобой, ангелочек, я хоть на край галактики! — ответил тот, быстро поняв суть игры.

Приобняв этого Риза за плечи, Дайне потащила его в нашу сторону.

— Даллоус, хатт тебя, ты бы еще строевым шагом шел! — прошипела она ему на ухо. — Расслабься! А левой рукой возьми меня за задницу. Я не кусаюсь… Вот и отлично, так и пошли.

— Что, ангелок, на молоденьких мальчиков потянуло? — скабрезно улыбаясь, спросил Панака, явно уже узнавший энсина[115] Риза Даллоуса, который дезертировал из эскадрильи Браво во время оккупации Набу, а сейчас обретался в банде пирата Нима, в которую также входил сильно интересующий нас конструктор кораблей, бит по имени Джиннкинс.

— Питерсан, заткнись! Только у тебя забыла спросить, с кем мне спать, — огрызнулась Дайне, и одними губами добавила, обращаясь к дезертиру. — Не бойся, королева Амидала объявила о твоей и отряда Нима амнистии.

— Ух ты, тот самый Питерсан! — неожиданно воскликнул Риз, с мольбой во взгляде глядя на Панаку. — Я столько о вас слышал! Столько хотел бы узнать!

«Хатт, да паренек что-то хочет нам рассказать!» — догадался я.

— Пет, Аурек, живо в тот переулок! — передал я девочкам, а сам, переключившись на бинарный, пропикал. — Следуйте за дроидами.

И пусть Панака с Грегором меня не поняли, зато отлично поняли Дайне и Риз. Впрочем, первые тоже очень быстро сориентировались, и поспешили следом за Падме и Эритае. Когда мы отошли на расстояние, с которого нас невозможно было услышать с оживленной улицы, парень, наклонившись к уху капитана, стал быстро рассказывать:

— Хвала Силе, вы тут без ее величества. Вчера вечером в кантине говорили, что кто-то дал заказ на королеву Амидалу, и что она скоро должна прибыть на Татуин. Мы как раз должны были сегодня вылетать на Набу. Ну, Джиннкинс очень Нима просил. У него куча планов и идей, а в письме говорилось… — частил пилот. — Но не в том дело. Капитан нас разослал по городу, чтобы, если увидим, предупредили. Ним с Ваной хотели выяснить, кто взял заказ, но у них ничего не вышло…

— Похоже, у нас крот! — констатировал я. — Интересно, кто ж это Падме заказал!?

— Ним думает, что это месть Торговой федерации, — машинально ответил Риз, во все глаза, глядя на невидаль – говорящего человеческим языком астромеха.

— Наш друг Ним уверен, что Торговая федерация виновна даже в том, что возникла Темная Сторона Силы, и пуду воняет, — усмехнулся Тайфо. — Но в этот раз я склонен с ним согласиться.

— Возвращаемся? — спросила Дайне.

— Да. Нужно срочно предупредить королеву! Вы ведь оставили ее на корабле? — поинтересовался Риз.

— Не стоит. Мы закончим то, зачем прилетели, а потом спокойно улетим. Ведь, как я понимаю, охотятся именно за мной? — сказала Падме.

Бывший пилот эскадрильи Браво, от неожиданности, аж подскочил.

— Ва… ваше величество?

— Тихо ты! Просто охранный дроид Пет-54, — шикнула на него она.

— А это?.. — сдавленно, спросил он, кивнув на Эритае.

— Дожились! Родную кузину не узнает, — со вздохом, пожаловалась она. — Пет, ты видишь, какого я братика троюродного имею. Мало что дезертир и пират, так еще меня в упор не признает, зазнался наверно.

— Эр… — попытался сказать Риз, но был остановлен служанкой королевы.

— Аурек-54, так и говор…

Разговор был прерван звуками бластерной стрельбы и взрывом со стороны Дока. И пока я пытался установить связь с «Колобками», Панака вызвал Олие:

— Рик, что у тебя там?

— Нападение на корабль, капитан. Пять человек. По виду наемники. Требовали выдать им королеву. А когда я вместо королевы выпустил дроидек, они сразу стрелять начали, — все еще дрожащим от адреналина голосом, сообщил Рик.

Ситх! Лучше бы не смотрел. Любопытным сильно стал, вот и насладился записью того, что делают две дроидеки с пятью человеками в бою. Наивные, думали справиться с дроидами, которые представляют серьезную опасность для ЭРК, и даже для джедаев. Во всяком случае от таких же Квай-Гон с Оби-Ваном предпочли, полтора месяца назад ноги сделать. Но, все равно, зрелище не аппетитное. «Надо будет им в код влезть, чтоб БК[116] экономней расходовали», — сделал я себе «зарубку» на память.

— Кэп, пусть лучше он взлетает и ждет нас на орбите, — предложил я. — Еще чего эти ди'куте корабль взорвут. А мы дальше по делам пойдем. Пет права, их цель королева. Конечно, и на нас напасть могут, но пока они уверены, что она на корабле, мы будем лишь второстепенной мишенью.

— Ты прав, — подумав, согласился Панака, и уже обращаясь к Рику Олие, скомандовал. — Капитан, взлетай и жди нашего вызова на орбите. Если мы не выйдем на связь в течение суток, улетай. Это приказ.

Капитан отключил комлинк, и, обведя всех нас хмурым взглядом, сказал:

— Дайне, Риз, нам необходимо разделиться. Вы вдвоем найдите Нима, и передайте ему, что королева Амидала, просит его защитить ее корабль. Если те, кто ее заказал, смогут его уничтожить, это создаст угрозу ее жизни. Риз, надеюсь ему можно доверять?

— Мой босс, конечно жадный и жестокий тип, но у него есть свои понятия о чести. И для него любой враг Торговой федерации, если не друг, то союзник точно. Поэтому, собственно, я и пошел с ним, — ответил тот.

— Я подтверждаю слова капитана, — заверила Падме. — А также хочу лично подтвердить, свой указ о награждении капитана Нима, и амнистии для вас, Риз, и ваших товарищей.

— Ладно, сладенький, — приобняв того за плечи, сказала Дайне. — Веди в логово своей жуткой банды. И расслабься.

— Удачи вам, ребята, — пожелал им Панака, и, замявшись, добавил. — Пусть с вами будет Сила!

— И с вами, сэр! — откликнулся Риз.

А мы, тем временем, поспешили к лавке Дрэйлы Вико.

Еще чуть покружив по переулкам, и убедившись, что хвоста за нами нет, или мы просто не можем его вычислить, мы подошли к искомому магазинчику. Внутри которого все было почти так же, как и во время моего прошлого визита. Ранки, все так же, стоял за прилавком, та же дикая смесь продуктов, одежды, бытовой техники и оружия, вместо нормального товара. Только Дрэйлы нигде не было видно.

— Я рад видеть тебя, Эрдваныч, — поприветствовал меня дроид-боевик.

— И тебе привет, Ранкор, — отозвался я. — А где Дрэйла? Я ей тут один мешок с мясом привел.

Нет, я понимаю, повышенная псевдоэмоциональность у протокольных дроидов, или у малютки Джей, но суровый боевой дроид, который с ревом «Шустрый!», перепрыгнул через прилавок, и кинулся к Панаке…

— Шустрый, как я рад тебя видеть! — прогремел он, подхватив совсем не маленького «черного властелина» Набуанской Службы Безопасности, и поднял того на вытянутых руках.

— Ранки, хаттов ранкор, задавишь! — прохрипел донельзя довольный Панака. — А где Дрель?

— Хозяйка Дрэйла, скоро должна прийти, у нее деловая встреча, — сообщил дроид.

— И как вы тут? — спросил капитан.

— На запчасти не рассыпаемся, но всяко похуже, чем ты. Подумать только, наш малыш Шустрый стал начальником Набуанской гвардии, — сказал Ранки, хлопнув того по плечу. — Совсем важный теперь.

— А откуда вы знаете? — удивился Панака.

— Да тебя по всем новостным каналам голонета показывают: то в Сенате с мелкой королевкой этой, то на параде. И всюду с мордой своей недовольной. Госпожа Дрэйла говорит: «Тебе опять, кто-то в сапоги фруктовый концентрат из пищевого рациона выдавил», — под дружный смех нашего отряда, сообщил он.

— Еще одно слово, Ранки, — нахмурившись, сказал тот. — И я всем расскажу, для чего ты пиратский бластер использовал.

— Все молчу. Молчу… — совсем по-человечески развел манипуляторами боевой дроид.

И в этот момент, в дверь лавки вошел человек в легкой броне, тип которой, как и отличительные знаки, я моментально узнал – именно такая была на наемниках, которых покрошили «колобки».

— На ловца… — начал тот, обведя нас надменным взглядом, и свалился без половины черепа.

— И зверь бежит, — закончил я за него, задвигая на место манипулятор с бластером.

Что делать, я не герой боевиков, да и считаю, что таких, как учил Вова Путин: «Надо в сортирах мочить».

— Эй, Шон, ты кого там уже застрелил!? — крикнули кто-то с улицы, и, не дожидаясь ответа, с издевкой сказал. — Ну что, сучка. Похоже ты теперь нам должна еще пару тысяч за НАШЕГО дроида-продавца.

Панака еле успел схватить метнувшегося к выходу Ранки.

— Ранки, стоять! — прошептал он. — Дрель может пострадать.

А я, передав Эритае команду: «Аурек, аккуратно выглянь в окно», включил голопроектор.

— Эри, только аккуратнее, — не по «позывному», попросила ее Падме, так же, через комлинк.

Девчонка, пригнувшись, подошла к окну, и, через полуприкрытые ставни, осмотрела улицу. А я спроецировал полученное 3D изображение.

Ситуация была на букву «Х», но не подумайте, что хорошей. Двое наемников удерживали Дрэйлу, а третий, явно командир, стоял чуть в стороне. Радовало лишь то… додумать, несмотря на электронные мозги, я не успел.

Капитан, показав пальцами «3» и «2», пристально взглянул на дроида, а тот лишь кивнул в ответ. А в следующую секунду, Ранкор, с неожиданным проворством бросился к двери, а Панака к окну.

— Шон, хатт тебя дери, ты долго там?.. — успел крикнуть главарь наемников, когда выпрыгнувший из двери боевой дроид, развалил его надвое полуметровым виброклинком, выдвинутым из предплечья правого манипулятора.

Кстати, неплохая штука этот вибромеч – из-за эффекта ультразвуковой кавитации, более всего процесс разрубания «биологического объекта» напоминал разрезание оного бензопилой, во всяком случае, кровь и куски плоти разлетелись фонтаном, ничуть не хуже. Пришлось даже на Эритае прикрикнуть, чтоб не сильно высовывалась. Тоже мне фанатка гуро домашняя.

Вторым отправился в Силу наемник, державший Дрэйлу. Он, при появлении Ранки, попытался прикрыться твилечкой. Но та клювом не щелкала, и попросту бросила его через себя, одновременно разоружив, прямо на виброклинок своего напарника-дроида. И сразу же выстрелила в третьего, который только начал поднимать свой бластер. Впрочем, это уже было лишнее, потому как Панака, тоже не дремал, и всадил тому два заряда, в область таза и в шею, буквально за четверть секунды до выстрела своей бывшей командирши.

К сожалению, это был не конец. Из-за ближайших домов вылетел пятиместный спидер, из которого по Дрэйле и Ранки, открыли огонь все четверо пассажиров. Дроид повалил женщину на землю, и накрыл собой. А я, тем временем, активировав репульсоры, метнулся к окну, и довольно грубо оттолкнув Эритае, фактически врезавшись в нее, выстрелил из мортирки по начавшим вылезать из спидера боевикам, которых к этому времени осталось только четверо – постарался, опять же Панака.

Не тратя времени на выяснение результатов обстрела, я перезарядил мортирку и выстрелил снова. Впрочем, это уже было лишним. Спидер и лежащие вокруг него наемники, представляли собой решето. И только один, оказавшийся дальше всех, пытался отползти подальше, волоча простреленные ноги, и оставляя за собой кровавый след. Его я просто добил из бластера. Хоть и неприятно, но надо, во-первых, потому что Панаке, из-за пыли поднятой взрывами, его не видно, а Ранкор, явно поврежден, и, во-вторых, потому что такие вещи, совесть не позволяет перепоручать другим.

— Эр-Два, прикрой! Грегор, за мной! — крикнул капитан, выбегая из лавки, а мы с Тайфо последовали за ним.

— Аурек, Пет, к окнам. Без команды не стрелять, я подсвечу цели. Твои, Пет, красные, а твои, Аурек, фиолетовые. Стрелять, как только появился соответствующий ореол, — в свою очередь скомандовал я.

А в это время оба негра уже помогли подняться Дрэйле и Ранкору. Внешне, кроме пары синяков и разбитой губы, у твилеки повреждений не было. А вот дроиду досталось. У Ранки, была дыра размером с кулак в правом манипуляторе, да еще напрочь снесло одну из пластин спинной брони.

— Ситхов Ранки, ты меня чуть не задавил! — возмутилась женщина, но тут же прижалась к дюрасталевому плечу, и попросила. — РА-12, ты извини, просто ты мне лекку придавил, прости, а… Ты мне опять жизнь спас, — переведя взгляд на поддерживающего ее под руку Панаку, недоверчиво спросила. — Шустрый!? Не может быть…

— Здравствуйте, сержант Вико, мэм! — улыбаясь, и не по уставу козырнув левой рукой, поприветствовал ее Панака.

А я, подождав пока все четверо войдут в помещение, не спеша, задним ходом, непрерывно контролируя обстановку, поехал следом.

— Я тоже рада тебя видеть, Панака, — сказала Дрэйла, когда мы оказались внутри. — Но, боюсь, сейчас сюда еще набегут. Вам надо срочно бежать отсюда. У отряда «Тетанского консорциума» в городе около сотни бойцов. Их сюда с Нар Шадды выгнали. Они там что-то с конкурентами не поделили. Эти отморозки думают, если они будут платить дань Джаббе, то им все можно.

— Значит, будем бежать, — с наигранным спокойствием ответил Панака. — У тебя есть выход на крышу?

— Конечно, — улыбнулась твилека. — Хочешь корабль подогнать?

В ответ, капитан только кивнул, и, отвечая на вопросительный взгляд женщины, пояснил:

— Не переживай, места всем хватит, у нас на орбите «Барлоз» незагруженный висит, — и, активировав комлинк, вызвал Рика Олие. — Рик, срочно забирай нас. Точка 3… Да, магазин Дрэйлы… Не надо садиться, зависнешь над крышей, а уж мы как-то запрыгнем… Да, возможны осложнения… Отлично! Пусть тоже летят.

Капитан повесил комлинк на пояс, и объявил:

— Значит так, сейчас мы уберемся с этой планеты. Олие прилетит через двадцать минут.

— А как же Шми!? — взволнованно спросила Падме.

— Если мы сейчас не уберемся отсюда, то не только не сможем спасти Шми, но и вообще все погибнем, — резонно ответил Панака.

— Значит, я останусь, и сама ее освобожу! — заявила она. — Я многим обязана Шми и ее сыну. Как и весь народ Набу!

— Пет… — попытался возразить капитан, но та лишь притопнула ножкой, и, сложив руки на груди, гордо вскинула голову.

Возможно, будь она в королевском наряде, это бы выглядело величественно, но в скафандре, маскирующем ее под дроида, это смотрелось забавно.

— Я приказываю вам, капитан! — сказала Падме.

— По-моему, Шустрый, твой дроид слишком много себе позволяет, — удивленно произнесла Дрэйла, и, обернувшись к Ранкору, спросила. — Тебе не кажется, что у нашего Шустренького с головой что-то не так?

— Это не дроид, — ответил Ранки. — Мои сенсоры детектируют до сорока пяти килограмм органического материала в объекте.

Дрэйла еще более удивленно посмотрел на Панаку, а тот со вздохом объявил:

— Сержант Дрэйла Вико, позвольте представить вам королеву Набу Падме Амидалу Наберри.

— Точно больной! — хихикнула она. — Потащил с собой охраняемое лицо… Хотя идея с маскировкой под дроида замечательная… Простите, ваше величество.

Пока я слушал весь этот цирк, у меня возникла одна идея, которая позволяла решить все проблемы. Но уж очень она попахивала авантюрой. Но… Но я тоже не мог позволить Шми остаться на Татуине – хатт его знает, как в дальнейшем дела сложатся, а вдруг мое влияние на историю оказалось слишком сильным и мать Энакина погибнет раньше, чем я знал!? Да и я тоже хотел помочь им – и матери, и ее сыну – и моему другу.

— Ваше величество, у меня есть предложение, — сказал я, мысленно трижды сплюнув. — Если мы, то есть вы, я и Эритае, заберем Шми, то на нас, как на дроидов, внимания не обратят, а если они еще увидят ваш отлет, то и подавно не будут нас искать. А потом вы нас заберете, скажем, через сутки.

— Замечательная идея, Эрдваныч! — обрадованно воскликнула Падме. — Как королева Набу, я приказываю вам, капитан, срочно эвакуироваться, и ждать вызова от меня через сутки. Встретимся в той же точке, где стояла яхта в наше прошлое посещение этой планеты.

— Как прикажете, ваше величество, — нехотя согласился Панака, и недобро глянув на меня, предупредил. — Смотри, дроид, если с королевой или Эритае что-то случится, я тебя на винтики разберу.

— Я не подведу вас и ее величество! — заверил я его, и спросил Дрэйлу. — Госпожа Вико, у вас в магазине задняя дверь есть?

Она кивнула в сторону неприметной дверцы, ведущей в жилую часть здания, и, обратившись к капитану, с улыбкой сказала:

— Не переживай, Шустрый. Может быть, так даже лучше, Скоро тут станет жарко, и оставаться здесь, риск для королевы не меньший.

Что ответил капитан, я не услышал, въехав вслед за девочками в дверь жилой части магазина.

Пройдя через пару уютно обставленных комнат, мы вышли в переулок за магазином, по которому и направились в сторону жилья Скайуокеров. Как я и предполагал, шестеро спешащих нам на встречу типов в знакомой броне, которых мы встретили через квартал, не обратили на нас никакого внимания. А еще через квартал, за нашими спинами раздалась стрельба, и прогремели пара взрывов.

Я, к сожалению, не мог видеть, что там происходит. Но, судя по звукам боя, нападавшие осторожничали – еще бы, изрешеченный спидер и трупы восьми твоих товарищей наступательному духу не способствуют. Тем более, они думали, что нашим деваться некуда. Вот и выжидали. И таки дождались. Появления нашего «Пожирателя» в компании с нимовским Н-6. Возможно, у них и был бы шанс против неподвижно зависшего транспорта, с одной легкой дистанционно управляемой турелью в нижней полусфере. Но когда на тебя заходит на атакующем курсе хищного вида, скатообразный аппарат, способный за один залп устроить всему Мос Эспо высшую военно-административную меру, у любого нормального разумного возникает одно единственное желание – закопаться поглубже, и молиться чтобы это все побыстрее кончилось.

Фактически, чтобы разобраться с неразумными, хватило двух очередей из крыльевых пушек Н-6 и нескольких выстрелов из турели «Балроза». После которых стрельба окончательно стихла. А спустя пару минут, оба корабля взлетели, и, уменьшившись до размеров точки, исчезли в голубом небе, а мы отправились к дому Шми Скайуокер.

Идти было недалеко, так что добрались мы без происшествий. Если не считать за таковое, встречу с Китстером, дружком Энакина. Он, увидев меня, вначале хотел подойти, но испугался девочек, что в своих скафандрах, с бластерами в руках выглядели довольно грозно. А потом случилась неприятность. Оказалось, что Шми нет дома, а двери, что закономерно, закрыты.

— Что будем делать, Эрдваныч? — спросила Падме.

— Ждать, — коротко ответил я, и более подробно разжевал. — Мы не знаем где она: может, в лавке Уотто, может на рынке, или где-то еще.

— А сколько? Я пить хочу, — пожаловалась Эритае.

— Я же вам рассказывал, трубка справа для воды, слева для пищевого концентрата, — повторил я.

— Я знаю, но… — она сумела изобразить смущение, даже в закрытом шлеме.

— У меня тоже закончилась, — подтвердила мои опасения Падме.

— Ситх, я идиот! Простите, девочки, это моя вина – не проверил, — и как я мог так лажануться! Совсем, понимаешь ли, забыл главный принцип походного снаряжения: гражданские съедают НЗ[117] и потрошат НАЗ[118] на первом дневном переходе. Но, все равно, выжрать литр бульона и два литра минерализированной воды с фруктовым соком, это надо постараться. Значится так, — скомандовал я. — Сейчас вы садитесь там, в теньке за домом, и не отсвечиваете. А я пойду по воду.

Сколько нам еще ждать я не знал, но рассчитывать следовало на худшее. А это минимум сутки – четыре литра воды. Была бы это нормальная планета, комплектный фильтр скафандра и любая лужа, легко бы решили все проблемы. А тут, на Татуине, даже в кантину нельзя было зайти. Хаттско-фашистские мешки с мясом, ставили на входе дроидодетекторы, Некронов[119] на них нет! Так что я отправился искать Китстера, ведь тот, насколько я его успел узнать, мог здесь достать практически что угодно.

Мальчик нашелся на соседней улице. Он отчаянно защищался от двух лбов года на три старше его самого. Они пытались выдрать что-то у него из рук, причем дошли уже до той стадии, когда жертву валят на землю и начинают пинать.

— А ну отдавай кредиты, банта пуду! — крикнул один. — Мы тебя…

Что именно хотел он сделать, для меня осталось тайной, потому что в этот момент, я подъехал поближе, и, выдвинув, манипуляторы с бластером и фузионным резаком, сказал:

— Торжество: Мешок с мясом, название Китстер – обнаружен. Пояснение: заказчику требуется его деталь, название – голова. Уведомление: Обнаружено двое свидетелей – свидетели подлежат ликвидации.

Как я и ожидал, один из мальчишек, тот, что требовал отдать кредиты, только взглянув на меня, припустился бежать с такой скоростью, что мог бы наверно в Бунта Иве победить и без кара. А вот второй меня удивил. Заслонив собой лежащего Китстера, он, трясущимися руками, достал из кармана ржавый нож, и срывающимся голосом сказал:

— Не… Не смей его трогать, дроид. Он еще маленький, его нельзя убивать… Ой!

Мальчишка покосился на мокрое пятно, что расползалось на его штанах, но лишь крепче сжал нож. Решение возникло мгновенно. Я обязан был забрать этого мальца на Набу, ведь сейчас я видел перед собой не напуганного до полусмерти ребенка, а воина, что смог сделать самое трудное – побороть свой страх, и еще будущего офицера той армии, что я создавал для Набу, и потенциального соратника. Осталось лишь кое-что уточнить.

— Парень, ты зачем у Китстера деньги отбирал?

— Жрать хотелось, а он за охрану платить не хотел! — с вызовом огрызнулся он, уловив, чутьем пусть еще маленького, но хищного зверька, что его прямо сейчас убивать не будут.

— А папа, мама у тебя есть? — спросил я на всякий случай.

— А тебе какое дело? — огрызнулся тот.

— Да вот хочу тебе предложить полететь со мной на другую планету, — и, видя, что парень разочаровывается и замыкается, ведь весь его жизненный опыт, прям-таки кричал, что ничего не может быть бесплатно, и никто просто так добрые дела не делает, я пояснил. — Все честно, ты учишься и поступаешь на военную службу в планетарные силы обороны, а за это получаешь человеческую жизнь, уважение и кредиты.

— Нет у меня мамы, — шмыгнув носом, ответил паренек. — А отец, может, где и есть, да я его не знаю. А ты меня не обманываешь?

— А что тебе терять кроме жизни? — вопросом на вопрос ответил я, и протянул ему манипулятор с зажатой в нем денежной пластинкой. — На вот, пятьдесят кредитов. Поешь, приведи себя в порядок. И если надумаешь согласиться на мое предложение, купи галлон питьевой воды, и через час подходи к дому Шми Скайуокер. Знаешь такую?

Мальчишка только кивнул, и, взяв деньги, неуверенно покосился слушающего наш разговор с отвисшей челюстью Китстера. Поняв его затруднение, я сказал:

— Все, беги. И не переживай. Не собирался я его убивать, просто вас спугнуть хотел. Честное дроидское. Ну, что стал!? Бегом марш!

Когда паренек, чьего имени я даже не успел спросить, скрылся за углом ближайшего дома, на меня обрушилась лавина детских эмоций в лице энакинового друга.

— Ой Эр-Два, ну и напугал ты меня! А правда, ты заберешь Вила? Ты не думай, он хороший! А кто теперь будет защищать меня от старших, раз ни его, ни Энакина не будет? А как там Энакин? А ты уже говоришь? Ой, мне тоже можно с тобой? Я камнями хорошо кидаюсь!

Всю обратную дорогу я отвечал на его вопросы, благо весь этот поток словоблудия был мною записан. Правда, брать его с собой, я пока отказался. Пообещав, что через год опять прилечу, и мы возобновим наш разговор. Еще я выпытал много чего о Виле, в очередной раз, поражаясь тому, какие таланты скрывает эта пустынная планета.

А вот когда мы подходили к тому месту, где я оставил девочек, у меня возникло ощущение какого-то беспокойства, что ли. И действительно, ни Падме, ни Эритае на месте не оказалось, зато от дома Шми в глубь пустыни вела широкая полоса следов. «Джавы!» — понял я.

Из-за угла, к нам метнулась девчонка, в которой я узнал ту пигалицу, что утверждала, будто кар Энакина не полетит.

— Эй, дроид! Если ты ищешь тех двух странных дроидов, что были с тобой, то их забрали джавы, — рассказала она. — Дядя Дик говорит, что они вконец к ситхам обнаглели. Вот!

— Как это случилось? — спросил я, весь содрогаясь от догадок, одна паршивее другой.

— Они почему-то отключились. А когда джавы подкрались, и стали стрелять в них из парализаторов, они не смогли встать, и попробовали достать бластеры. Но джавы бросили в них сеть. А потом утащили в пустыню.

— Хатт! — все в принципе было понятно, девочки просто заснули, а ионный бластер вывел из строя экзоскелет и комлинк, и они не смогли подняться или связаться со мной. — Давно это случилось?

— Четверть часа назад, — ответила она.

— Ну, крысеныши, держитесь! — прорычал я так, что оба ребенка невольно отшатнулись от меня.

А я, включив репульсоры, и матеря себя последними словами за то, что не оснастил скафандры защитой от ЭМИ, полетел в сторону, куда увели королеву и служанку.

Глава 16

Раскаленный воздух пустыни шелестел, обтекая не предназначенный для аэродинамического полета корпус. Инерционная система навигации показывала скорость около 60 км/ч, но на высоте в два десятка метров, казалось, что я еле ползу. Обидно, но разогнаться сильнее я не мог, не из-за недостатка мощности, а из-за опасности потерять контроль – импульса стабилизирующих репульсоров попросту могло не хватить. Хотелось материться, а еще волком выть от неизвестности. Комлинки девочек не отвечали, а сколько мне еще гнаться за этим дикутла краулером, я не знал. Одно радовало, погода была безветренная, и след гусениц был виден отлично.

Наглость джав вообще поражала. Приперлись к самому городу, оставив транспорт в полукилометре от него, забежали толпой, похватали бесхозных дроидов, и умотали. И надо же, чтоб так не повезло, и им попались Падме и Эритае. «Только бы их на переплавку не отправили. Только бы девочки догадались шлемы поснимать. Хатт на ту конспирацию. Сила, ну я очень прошу! Только бы с ними все было в порядке!» — думал я, огибая очередной гигантский бархан.

— Есть! Ну теперь-то вы от меня никуда не денетесь! — обрадовался я, увидев вдали железный ящик песчаного краулера.

А крысята торопились – явно понимали, что народ в Мос Эспе на такой беспредел и осерчать может. Краулер, хоть и бронирован, но далеко не танк, и пара спидеров со стрелкáми его однозначно приговорят. Вот и спешили воришки убраться подальше, выжимая из своего утюга почти 45 км/ч.

Чтобы не быть замеченным раньше времени, я снизился до трех метров, и, чуть не задевая опорами верхушки небольших барханчиков, устремился на перехват. И спустя десять минут, уравняв скорости, поднялся на крышу транспорта, и активировал магниты в гусеницах опор. После чего осмотрелся, и, сверившись с типовым проектом добывающего краулера Корпорации Цзерга, стал вырезать себе лаз. Обычная сталь, причем низкокачественная, поддалась легко, да и за ней непредвиденных препятствий не обнаружилось. Что меня сильно порадовало, так как с момента передачи техники джавам, прошло ситх знает сколько лет. Но те, видимо, не желали сильно перестраивать жилую и служебную зону машины. Так что я смог беспрепятственно отогнуть лист обшивки вниз, и, включив репульсоры, спуститься внутрь.

В качестве точки проникновения, мной было выбрано помещение вентустановки. В основном по причине того, что оно довольно шумное, а значит, не имеет постоянного обслуживающего персонала, да и воздуховоды – штука, которую любой технарь будет переделывать в последнюю очередь – одно лишнее колено, и несколько помещений превращаются в душегубку, а в других начинают гулять сквозняки, и это если система будет работать. Нет, все это конечно можно рассчитать, да только я сильно сомневался, что джавы смогли бы, а главное захотели тратить огромные деньги на специализированные программы, ведь вентиляция в галактике, относится, в первую очередь к системам обеспечения тяжелой промышленности, кораблестроения и городской архитектуры, а эти сегменты рынка, уже сотни лет монополизированы такими гигантами, что не бедным мусорщикам с захолустного Татуина с ними тягаться. Даже Набу смогло получить некоторые технологии лишь благодаря тому, что бывшие студенты Тидского университета не забывали свою альма-матер, покойный король Веруна имел сильные связи в Корпоративном секторе, и набуанская возня была нужна его темнейшеству Сидиусу.

— Да уж, а джавы еще те еретики, — хмыкнул я, оказавшись внутри венткамеры. — Омниссию не почитают, до такого состояния технику довели! А с виду, вроде прилично выглядят[120].

Да, я нервничал. От того мне и лезла в процессор разная дрянь. «Эх, Эрдваныч, а сам-то ты кто? Тебя за одну Джей на переплавку пустить надо»[121], — подумал я, переключаясь в режим медитации, где я мог хоть как-то влиять на свою эмоциональную составляющую. И самое мерзкое, что мучился я не из-за страха за свою, пусть будет, жизнь. То есть, и из-за него, конечно тоже, но, в основном, я переживал за девочек. А еще, переживал по поводу убийства, в принципе невинных существ – джав. А убивать их необходимо, иначе я Падме и Эритае не спасу. И что самое хреновое, убивать придется не в порыве ярости, как Энакин тускенов, а по холодному расчету. А расчет прост: жизнь Падме и Эритае, или жизнь джав. Ответ, лично для меня, оказался однозначен. Тем более, джавы виновны – они совершили вещь, что страшнее преступления – ошибку[122]. И это справедливо не только для политики.

— Ты был прав, месье Талейран! — сказал я, под вой звенящих, сухих подшипников вентиляторов, и фузионным резаком срезал запор на двери.

Аккуратно оттолкнув ее манипулятором, я выдвинул щуп с камерой, и осмотрел коридор – повезло, однако – там никого не было. И я направился в сторону кормы краулера, к реакторному отсеку. Дверь в него оказалась не заперта, так что мне удалось беспрепятственно попасть внутрь. Где я и нарвался на первого из встреченных тут джав. Он стоял спиной к двери, и на ее скрип внимания не обратил. А в следующий миг, я всадил плазменное жало фузионного резака ему под основание черепа.

Активировав репульсоры, и спустившись на три уровня вниз, я был вынужден зависнуть за пучком каких-то трубопроводов. Дальнейший путь был отрезан тремя джавами, что, с громким писком, что-то обсуждали около лестницы. Конечно, можно было попробовать проскользнуть в отсек рудодробилок, но меня терзали смутные сомнения, что там крысенышей еще больше. «Ладно, кто не пьет, тот не рискует!» — решил я, выныривая из-за труб, и разгоняясь по направлению к джавам.

Первого, я достал резаком поперек спины, еще в полете, и, приложившись корпусом сначала об его тушку, а затем о перила площадки, развернулся, и ударил резаком под капюшон его товарища. Причем сделал это вовремя – тот уже замахивался на меня какой-то здоровенной помесью разводного ключа и домкрата, которую я, не смотря на загруженные базы, опознать так и не смог. А третий, тем временем, с писком бросился к двери. Он практически успел. Но, когда уже схватился за штурвал двери, заряд плазмы из моего Gaanynir-2М попал ему в спину.

Снизу кто-то с явственно слышимыми, несмотря на непонятность языка, вопросительными интонациями, пропищал по-джавски. А вслед за этим, раздались гулкие, торопливые шаги на лестнице. Вот над кромкой пола показалась макушка ржаво-коричневого капюшона, а следом за ней, пара светящихся желтым глаз. Между которыми и угодил заряд плазмы.

Голова, точнее то, что от нее осталось, вновь исчезла, а мои акустические сенсоры уловили стук съезжающего по крутым железным ступенькам тела. И все стихло, лишь мерно продолжал гудеть реактор, скрежетали какие-то механизмы за переборкой, да иногда поскрипывал корпус краулера. А на меня накатило чувство омерзения собой. Вот жили себе пять разумных, что-то хотели, о чем-то мечтали, любили, ненавидели, может плохими были, может хорошими, а тут приперся я, и их поубивал. Вот, того офицера Торговой федерации, или давешних наемников мне жалко не было – они взяли в руки оружие, и были готовы его применить против меня и тех, кто мне небезразличен, а тут…

«А ну, сопли подобрал, боец! — обругал я себя. — Это мерзкие ксеносы, что без тени жалости отправляют на переплавку дроидов, многие из которых сами ничуть не менее разумны, чем они. Эти существа, если узнают, что Пет и Аурек люди, их просто убьют, или в рабство продадут! Да и тебя не пощадят, если поймают. Так что, вперед! За Амидалу, и во славу Набу, гвардии капитан Эрдваныч!»

Так подбадривая себя, я спустился на нижний уровень реакторного отсека краулера, а из него в насосную, что располагалась еще ниже. Там мне вновь стало жаль джав. Уровень радиации в этом помещении в тринадцать и семь десятых раза превышал допустимый. Но это лишь укрепило мою решимость – более безобразной эксплуатации оборудования, я в жизни не видел. Это больше всего напоминало дурацкое изображение промышленных предприятий в американском кино. Все сальники текли, все фланцы сочились разнообразными жидкостями или парили. Даже трубы, которые при производстве металла прямо на борту, можно было легко заменить, красовались множеством свищей. Видимо в работе коротышки руководствовались только двоичным принципом – работает/не работает. И вот как они могли эксплуатировать свои краулеры на протяжении столетий, для меня оставалось загадкой.

Из насосной, я проник в двигательный отсек. И чуть не попался, так как на другом его конце, находился часовой. Конечно, часовой – это сильно громко сказано – просто джава с каким-то непонятным карабином, что сторожил вход в грузовой отсек краулера. Но и он мог бы доставить мне массу неприятностей, действуй он, как и положено часовому или хотя бы как нормальному разумному. Этот же, увидев дроида, который, срезав замки на двери, проник в охраняемое помещение, не стал не то что поднимать тревоги или, на худой конец стрелять, а решил подойти поближе, и выяснить, чтó и зачем я делаю. Что ж, нарушающие устав караульной службы жизни не заслуживают, что и доказал ему мой бластер.

Как я и подозревал, дверь грузового отсека оказалась заперта. Конечно, у сторожа мог быть ключ, но, к сожалению, мои манипуляторы категорически не предназначались для обыска трупов. Так что пришлось вновь браться за фузионный резак, в баллоне которого, оставалось всего около трети газа. Но перед тем, я все же потратил две драгоценные минуты на перезарядку бластера – ведь шесть зарядов, даже при электронном наведении, это мало, а еще уменьшать боекомплект – верх идиотизма.

Три минуты и восемь секунд огневых и плазморезальных работ, и дверь поддалась. Я аккуратно толкнул ее, но тут она неожиданно распахнулась, и мне, прямо в единственный электронный глаз, уперлось дуло бластера.

— Дикуте, вашу нар шебс! Я ж вас чуть к ситхам не убил! — крикнул я, в последний момент, не дав команды на выстрел из своей мортирки, и останавливая манипулятор с фузионным резаком, в паре сантиметров от шлема Падме. — Вы что, совсем…

Но договорить мне не дали. Обе джавские пленницы, с криком «Эрдваныч», кинулись ко мне, чуть не повалив на пол.

— Ну все, все! Хватит. Надо сваливать отсюда! — я безуспешно пытался их вразумить.

— А я говорила, что ты придешь за нами, — заявила Эритае, и обличающе тыча в Падме пальцем, добавила, явно пародируя ту. — Что может маленький дроид. Надеюсь, он сможет сообщить нашим.

— А почему у вас комлинки не работают? — спросил я.

— У нас почти ничего не работает, — грустно пожаловалась Падме.

— Перезапустить не пробовали? — больше констатировал, чем спросил я.

И не дожидаясь ответа, взлетел, и дважды нажал на кнопки включения питания скафандров, сначала королеве, а потом и служанке. Благо я их разместил на верхнем торце ранца, так чтобы и мне, с моими короткими манипуляторами, можно было ими воспользоваться.

— Заработало! — радостно воскликнула Эритае, несколько раз подпрыгнув на месте, вызвав довольно мощный грохот металла об металл.

— Тихо ты, Эри! — одернула ее Падме. — R2, и как мы будем выбираться?

— Элементарно, — сказал я, направляясь, мимо штабелей каких-то ящиков, в сторону ворот грузового отсека. — Пет, Аурек, слушай мою команду! Аурек, закрой дверь, и спрячься за вон теми ящиками, перед ней, чуть справа. И второй Q-2 возьми. Если кто-то сунется, вали с двух рук. Пет, проверь ящики и дроидов, может, что-то полезное найдем.

Перелетая через очередного отключенного дроида – доисторического грузчика, я обратил внимание на желтоватый диск, что крепился у того на груди.

— И еще, соберите универсальные программаторы! — я подсветил голопроектором заинтересовавший меня предмет.

И опять я был поражен джавским подходом к технике. Эти дикуте, вот же додумались, использовали универсальный программатор, как рабский ошейник для дроидов. Даже с чем сравнить не знаю – разве только, с классическим забиванием гвоздей микроскопом.

Тихонько насвистывая «Vode an»[123], я вскрыл крышку пульта управления шлюзом, и, подключившись к его компьютеру, запустил программы для взлома кодов. Что интересно, моя инженерно-конструкторская база, имела таких аж пять штук. Да и у панаковских спецов я три программы выклянчил. Но вот время на взлом системы, меня однозначно расстроило. Это я такой тупой, или джавы настолько обогнали сепов в вопросах ТЗИ[124], а может парни в Дельте сплошь трюсуперхакеры? Во всяком случае, четыре минуты сорок две секунды, это явно многовато[125].

Секунды тянулись мучительно медленно. Падме, за спиной, стучала коробками, А Эритае, встав за ящиками, с парой пистолетов в руках, держала на прицеле вход.

— Ничего себе! — воскликнула королева, вскрыв один из контейнеров.

— Что там? — подскочила к ней любопытная Эритае.

— Аурек, отставить! Следи за входом, — окрикнул я ее. — Пет, я для кого объяснял: если есть что-то интересное и важное, передаешь на всех по видеоканалу.

С включением функции, она проигралась добрых две минуты. Но в итоге рассылка заработала. На транслируемом с сенсоров скафандра Амидалы изображении было видно, что ящики, в основном, были забиты разным хламом. Но в нескольких находились совершенно новые дроиды DUM-серии. Причем, в модификации дроида-пилота – самой продвинутой из всех. Честно сказать, мне с трудом удалось заставить своего внутреннего прапорщика отложить их немедленную экспроприацию, до окончания взлома компьютерного терминала.

Я, конечно, понимал, что каждая минута задержки влечет повышение риска нашего обнаружения джавами, но ничего поделать не мог. Эти маленькие трудяги, после установки инженерных баз, стали для меня навязчивой идеей. И все потому, что там, где все видели лишь удачного дроида-ремонтника, я видел идеального солдата. Дешевые, достаточно разумные – искин уровня 3, это очень неплохо, а главное подвижные, и изначально оптимизированные для работы в команде. Да и хрупкость их обманчива, при «росте» в метр девятнадцать и весе в 35 кило, они не уступали вдвое более тяжелым В-1 в мощности сервоприводов. А ДУМ-пилоты были еще сильнее и подвижнее.

Но все, как обычно, упиралось в стереотипы. Панака меня попросту высмеял. А тут представлялся отличный шанс утереть ему и всем остальным нос, не потратив ни кредита бюджетных средств на их закупку. Да и жаль было оставлять эти замечательные машинки татуинским варварам. Ведь, как рассказывал Энакин, срок службы таких дроидов здесь не превышал 3-4 лет – два-три года до капремонта, плюс, год-два после, и на свалку.

— Пет, дай сюда один программатор, а второй прикрепляй к одному из этих, — скомандовал я, после того, как взломал систему защиты шлюза, но команду на его открытие пока давать не стал.

Взяв из рук Падме желтый диск, я привычно активировал «медитационный» режим. Вначале ничего не произошло. Но как только диск занял место около микроволнового порта, мне стало очень и очень неприятно. Не знаю, как себя чувствует человек, когда его мысли пытаются читать, но то, что испытал я, вероятно, было чем-то подобным. А так как в последнее время я привык работать со своей системой из виртуала, то и сейчас я вызвал свое рабочее пространство.

— Э-эх, лепота! — воскликнул я, оказавшись посреди поросшего разнотравьем луга, окруженного шпалерами березовых рощ, под выглядящим таким родным, почти земным небом с обрывками белоснежных облаков в бездонной синеве. — А это что за хрень!?

Мои программы, отвечающие за моделирование подсознания, выдали мне образ дыры в структуре пространства-времени, из которой лезли какие-то щупальца, что безуспешно пытались схватить хоть что-нибудь. Видимо мой код был загадкой не только для меня, но и для универсального программатора. Но вот портить мне вид всякой хренью я был не согласен, а потому, как тогда спасая Джей, натравил на него свой антивирус, визуализировав его работу в виде молний Силы. Щупальца моментально сгорели, но вот дыра никуда не делась, и норовила выпустить новые отростки.

— И как к тебе подключиться, чудо-юдо? — спросил я у самого себя. — А если напрямую влезть?

Сказано – сделано. Я «телепортировался» к самому разрыву, и сунулся прямо в него.

— Что и требовалось доказать! — радостно констатировал я, увидев вокруг себя не поле с рощами, а пользовательский интерфейс программатора, точнее его визуализацию.

Пошла инициализация и настройка системы. К сожалению, этот тип программатора оказался самым что ни на есть бюджетным, но пока у меня не было необходимости, а главное, времени, для полного перепрограммирования дроидов. Будут считать меня хозяином и выполнять простые команды – уже хорошо.

— Пет, включай того дроида, — активировав вокодер, крикнул я Падме. — По моей команде, включай остальных ДУМов… Да не лупи так, сенсор разобьешь[126]!

Вся прелесть программаторов, заключалась в том, что они работали в единой сети. А еще лучше было то, что и универсалы-ремонтники, которых на Земле незаслуженно называли пит-дроидами, из-за того, что несколько десятков из нескольких миллиардов обслуживали гонки Бунта Ив, были заточены на коллективную работу, и мне не требовалось программировать каждого из них в отдельности. Лишь давать подтверждение на переданные бригадиром сообщения. Так что мы с королевой просто носились по трюму краулера, переворачивая ящики, и стуча «по носу» сложенным ДУМам.

Однако лафа не может быть бесконечной. В тот момент, когда мы осмотрели примерно половину ящиков в трюме, завыла сирена, а под потолком, тревожно замигали красным проблесковые лампы – видимо, кто-то из джав обнаружил тела своих соплеменников. Хорошо, хоть успели двенадцать дроидов захомячить. Но на этом наше время лута заканчивалось – было время делать ноги. Тем более, что джав на таком аппарате может быть от полусотни до двухсот.

— Пэт, прикрывай Аурек! Спрячься за ту груду металла в углу, и бей только по тем, кто прорвется внутрь, — крикнул я, и подлетел к покинутому мной, пару минут назад пульту, одновременно передав ДУМам, чтоб они вооружились хоть какими-то железяками, и в случае нападения на девочек, прикрывали их.

Быстро подключившись к порту терминала, я дал команду на открытие ворот шлюза и опускание носовой аппарели краулера. И едва не получил заряд плазмы в корпус. Это Эритае чуть не прозевала появления в дверях парочки вооруженных джав. Одного она пристрелила, но второй успел убежать.

За дверью раздались писклявые выкрики и топот, а затем в дверной проем высунулся раструб ионного ружья. Мы выстрелили практически одновременно, но с разными последствиями. И если моя самодельная защита справилась практически идеально, за исключением частичного сбоя систем, что, впрочем, длился менее секунды, то тому, кто стрелял в меня, сильно не повезло, как и тем, кто находился рядом с ним. А все потому, что мой заряд плазмы попал в батарею джавского ружья, и оно благополучно взорвалось, разворотив дверной проем, сорвав и перекрутив дверь, заодно разорвав вокруг обрывки ткани и обгорелые ошметки плоти – все, что осталось от штурмовавших нас джав.

— Падме, ты как!? — выведя мощность вокодера на максимум, я попытался перекричать какого-то раненого грызуна, что истошно завывал в машинном отделении.

Взрывом королеву сбило с ног и завалило ящиками. А связь, после попадания из ионки, пока не восстановилась.

— Я в порядке, — откликнулась она. — Не могу выбраться!

— Сейчас! — я поспешно перезапустил комлинк, и обратился к дроидам. — С первого по шестой, прикрывайте Аурек, остальным оказать помощь Пет!

— Поняли, поняли, поняли, — мигом отозвались они, и стали быстро растаскивать завал из ящиков.

Для удобства, я временно присвоил ДУМ-дроидам номера в порядке их активации.

— Всем к стене! — скомандовал я, когда дроиды вытащили Падме из-под ящиков. — Сейчас тут такое будет!..

Ворота трюма поднялись, залив его багровым светом заходящих Тату, и стало видно, что передняя аппарель краулера почти коснулась песка.

— Всем включить магнитные захваты! — вновь крикнул я, загораживая забившихся в угол девочек.

И тут аппарель, идущего на полном ходу краулера, коснулась песка, который сразу же стало на нее нагребать. Раздался скрип, и на очередном барханчике ее ощутимо потянуло вниз. Крепление правого гидроцилиндра, что обеспечивал ее подъем, со звоном лопнуло, не выдержав напора почти двух тысяч тонн веса краулера, а на левом вырвало гидравлический шланг, который, извиваясь как змея, стал исторгать масло под высоким давлением. Трюм моментально заполнился масляной и песчаной пылью, что мешала разглядеть, что же происходит снаружи. Под скрежет рвущегося металла громадная машина ощутимо задрала нос и накренилась на левый борт. Что-то вновь со скрежетом лязгнуло. Из-под пола раздался громкий стук, а два вертикальных низкооборотных электродвигателя в машинном отделении за нашими спинами истошно взвыли, и разом отключились. Так что стало слышно отдаленное шипение и панические крики джав. А потом краулер, казалось, рухнул вниз, и застыл. Еще где-то, что-то взорвалось, и наступила тишина. Всего три секунды, и аппарат, верно служивший многим поколениям джав, превратился в груду металлолома, что не подлежала восстановлению.

— Н-ничего себе! Все живы? — чуть заикаясь, спросила Падме, которая, в отличие от меня, не догадывалась о том, что должно произойти.

— Вы обе живы, а я и ДУМы, судя по данным телеметрии, продолжаем функционировать, — ответил я, включая репульсоры и выпрыгивая из груды песка, что засыпал меня по самый оптический сенсор.

Рядом, выкапывались дроиды, а вот Эритае было не видно.

— Падме, Эрдваныч, помогите! — позвала она нас через комлинк.

— А ты где? — встревожено, спросила королева.

— Меня засыпало! — пожаловалась та, вызвав у меня чуть неуместный смех – из груды мусора и песка, в трех метрах от нас, торчали только ее ноги. Она, видимо, не послушала моего совета, и не включила магнитные захваты в обуви.

— Пет, Аурек, соблюдайте порядок переговоров в эфире, — одернул я их.

Очень уж не хотелось, по дурости, выдать то, кто мы есть на самом деле – как будто, нам проблем не хватает!

— И что теперь? — спросила Падме, когда помогла подруге выбраться из песка.

И в этот момент, очередной джава сунулся в дверь, что вела в трюм из машинного отделения, а с лестницы, ведущей наверх послышались шаги и голоса.

— Уходим! — сказал я, пристрелив его. — Если они выйдут через боковой шлюз – мы окажемся в ловушке. Уходите, я прикрываю.

— Хорошо, уходим, — согласилась она, и полезла на песчаную гору, что почти целиком, кроме правой верхней части, закрывала проход.

Следом полезли Эритае и ДУМы. А я, спустившись чуть пониже, заглянул в машинное отделение.

А джавы – не меньше полутора десятков – что собрались там, явно чего-то ждали. Возможно, просто боялись получить в очередной раз по рогам. Так что мне не оставалось ничего другого, как тихо и мирно, летя задом наперед, следовать за нашими. Но когда я был возле самого выхода, они, судя по звукам, зашевелились и стали подбираться к двери.

— Что ж, кто не спрятался, я не виноват! — выдал я им на прощание самый главный девиз всех артиллеристов, с гранатой из мортирки. И вместе с пылью, поднятой взрывной волной, вылетел из краулера.

Все вместе, мы бросились в обход транспорта, но не успели. Боковая дверь открылась, и оттуда стали выбегать джавы. Десятка два. Почти все с оружием. А один из них, на голову выше своих соплеменников, вышел вперед, и начал нам что-то вещать.

— Ничего не понимаю, товарищ. Вызывай ментов и страховщиков. С ними и будем решать, — стал я нести ему всякую чушь, выигрывая время, чтоб девочки смогли отойти, а сам в это время перезаряжал мортирку.

— Уходите, хатт вас нар шебс! — рыкнул я на них через комлинк.

Эти «героини», ситх их дери, решили меня не бросать, и стали сразу за мной.

— Мы тебя не оставим! — заявила Падме.

Джава стал вновь что-то пищать, размахивая руками.

— Да что ты заладил!? — не выдержал я, и, проведя перед собой манипулятором, сказал. — Это не те дроиды, что вы ищете! Это дроиды Пржевальского.

Довыделывался, одним словом. Этот крысиный атаман сунул руку под плащ, и достал оттуда продолговатый металлический предмет. Из которого вырвался метровый луч синеватого света.

— Мать твою! И откуда у джав джедай взялся!? — выругался я, мысленно сжимая кулаки от обиды.

Что такое джедай, и сколько у меня шансов в бою против него, я представлял отлично. Вот только девчонок было жалко. Да и самому подыхать вновь не хотелось – а хотелось взвыть от чувства собственного бессилия, которое постепенно перерастало в злость.

— Дроиды не сдаются! — прорычал я ему, краем сознания поражаясь тому, какие, оказывается, интонации способен выдать мой вокодер. И выдвинув, манипулятор с бластером, дал сигнал на открытие огня.

Как ему и было положено, бластер выплюнул сгусток плазмы. Но только вот джава-джедай на него никак не среагировал. Точнее сказать, среагировал как все нормальные разумные – всплеснув руками, повалился на землю с опаленной дырой в груди. Отчего остальные джавы заголосили, и стали мелкими шажками отступать в сторону шлюза. А затем и вовсе побежали.

— Джавы разбежались. Говорят, джедай – не настоящий! — прокомментировал я, и, подлетев к трупу, подобрал его меч. — Пригодится!.. Ладно, надо сматываться отсюда, пока эти не очухались!

И мы порысили в сторону Мос Эспы. Точнее порысили Падме, Эритае и дроиды, а я полетел. Нам предстояло преодолеть почти сорок километров по пустыне. И если для меня, с реактором и репульсорами, это проблемой не было, то у остальных могли возникнуть трудности. Одно радовало – экзоскелеты и системы охлаждения в скафандрах девочек – без них бы они, попросту не дошли. Да еще, я сразу же задал приличный темп движения – 10 км/ч. Мало ли, вдруг джавам придет в голову нас преследовать.

— Эрдваныч, — окликнула меня Падме, когда поломанный нами песчаный краулер скрылся за барханами. — Я хочу тебя поблагодарить. Ты опять спас нас.

— Ну… это, не стоит, — смутился я.

Все же было приятно, когда тебя хвалят.

— Ага, спасибо! — поддержала ее Эритае. — А можно спросить?

— Да?

— А как тебе удалось застрелить джедая?

— Он был такой же джедай, как я твилечка-танцовщица, — ответил я.

— А как же меч? — не унималась она.

Я вынул меч, и нажал на кнопку активации.

«Сбылась мечта идиота!» — думал я, глядя на сияние синего светового клинка в МОЕМ манипуляторе.

— Вот. У меня теперь тоже меч, — пара аккуратных взмахов, сопровождаемых характерным гудением, отключить и вновь спрятать. — Но это же не делает меня джедаем… А джава. Нашел его где-то… скорее всего. Меня больше волнует, откуда у них новые дроиды взялись?

— А тут ничего удивительного нет, — ответила Падме. — Я по поводу татуинских традиций и обычаев у Квай-Гона спрашивала. Так вот, он говорит, что джавы не только мусор собирают, а еще, за небольшую плату занимаются перевозкой грузов в любую точку планеты. Хоть медленно и ненадежно, зато дешево.

— Хм, разумно. Ни один контрабандист, меньше чем за две-три тысячи даже не пошевелится. Это же, считайте, на целый день корабль занимать. Пара часов – погрузка, выход из атмосферы, пара минут полета по суборбитальной, вход в атмосферу, и разгрузка, тех же пару часов. Плюс топливо, плюс техобслуживание. А тут, я думаю, можно и за тысячу договориться.

— А ничего, что из-за нас кто-то не получил свое имущество? — спросила Падме.

— Мне его, конечно, жаль, — чуть наигранно-равнодушно, ответил я, ведь реально было жаль. — Но это Татуин, и тут свои понятия о правильности и справедливости: прав тот, кто стреляет первым, а справедливость – право сильного.

— Но это несправедливо! — возмутилась королева.

— Не спорю. Но по-другому тут не выжить, — ответил я, и чтоб не скатываться в самокопание и рассуждения о морали, поспешил завершить разговор. — Пет, давай потом об этом поговорим, а то сейчас ты только дыхание собьешь!

Дальше продвигались, практически молча, если не считать звучащего в эфире сопения девушек, и отдельных фраз и замечаний. Каждый час делали привал, для зарядки батарей дроидов и скафандров от моего реактора, а затем вновь бежали.

И все это время я разбирал прошедший бой, искал допущенные ошибки и просчеты в управлении. С каждой минутой все больше понимая, как нам всем повезло, и какой хреновый из меня командир. Вся эта атака на краулер была в значительной мере основана на везении. И единственным положительным моментом в ней, была моя точность при стрельбе. За весь бой я ни разу не промахнулся. Но и это не было, скажем так, моим достижением – ведь что для астромеха предназначенного для вывода корабля через гипер, на расстояние в сотни парсек, с точностью в километры, рассчитать точку попадания плазменного заряда на расстоянии в пару метров. Тут скорее вызывала удивление феноменальная «меткость» тех же В-1.

Еще одним немаловажным фактором, который выявил прошедший бой, была психологическая подготовка и мотивация. И если я, еще как-то заставил себя убивать джав, то, скажем, у набуанцев, что с детства воспитываются в идеалах пацифизма и ненасильственного решения проблем, и даже не имеют, в таком объеме, виртуальных тренингов, вроде боевиков и милых игр от первого лица, с этим могут возникнуть проблемы. А значит, это надо будет учесть при подготовке вооруженных сил. Хоть я, пока еще, не имел решения этой проблемы. Точнее, пока на ум приходил лишь образ доброго дяди в шинели и высокой фуражке, с крылатым черепом на кокарде[127], что в условиях Набу, смотрелось бы немного слишком.

Впрочем, главным из уроков, что я извлек из этого боя, была необходимость срочного улучшения своей тушки, ведь все мои знания из прошлой жизни, касавшиеся военного дела, были рассчитаны на гуманоидного солдата, а не на бочонок на колесиках, пусть и летающий. Но и это шасси мне определенно нравилось. В первую очередь из-за функциональности и незаметности. А значит, его, по возможности, необходимо было оставить.

— Долго еще? — тяжело дыша, спросила меня Эритае.

Последний час девочки уже не бежали, а на автомате перебирали ногами, окончательно передав мне управление экзоскелетами, стараясь просто не уснуть. Даже час отдыха, когда их несли трудяги ДУМы, не сильно помог. Но без него они бы попросту свалились без сил. Так что, о снятых, для сего благого дела, фланговых дозорах, тем более с авиаподдержкой и разведкой в моем лице, переживать не приходилось.

— Три километра сто пятьдесят метров, — ответил я, сверившись с данными навигационной системы.

— Хорошо, совсем близко уже, — отстраненно, совершенно механическим голосом, констатировала Падме.

— Командир, здесь Второй. Биологический объект на 342, дистанция 270, скорость ноль, — отрапортовал один из дроидов головного дозора.

— Всем стоять. Сейчас проверю, — отозвался я, и взлетел, в начавшее светлеть на востоке, звездное небо.

Я не мог нарадоваться толковости своих подопечных. Всего за пару часов они вполне себе неплохо научились справляться с задачами боевого охранения, и выучили терминологию. Вот и сейчас, их внимательность позволила нам избежать неприятностей. Крайт-Дракон, пусть и небольшой, был зверем опасным, и пробовать силы в бою против него, мне совсем не хотелось.

— Продолжаем движение! Принять вправо на 12,  — скомандовал я. — Седьмой, Восьмой и Девятый – на левый фланг.

Этот дракоша был уже вторым, что мы видели этой ночью. А еще попались лагерь Тускенов и крупное стадо бант. И всех их мы замечали первыми, и благополучно обходили стороной. Не стал исключением и этот.

А еще пятнадцать минут спустя, мы увидели вдалеке огни Мос Эспа.

Сон не шел. Да и какой сон, тут на окраине города, в рабском квартале.

— Вот ведь хатт! И чего я жду!? Его видать уже джавы на запчасти разобрали, — в который уже раз, выругался Вил.

Именно так, просто Вил, без фамилии, и даже без клички. Ведь не считать же за такую, обращение «мелкий», как к нему обращались старшие пацаны. И уж тем более, не «сопля» как его называл Сушеный. «Чтоб его тускены откопали, и за свою бабу приняли!» — подумал он, вспоминая, как всадил нож под ребра этого извращенца, что взял «под крыло» его банду, только для того, чтобы потешить похоть с маленькими мальчиками и девочками. Он тогда не успел. А Зимми Мунт через два дня повесился, когда опять ходить смог. Так что их сейчас оставалось всего четверо, точнее трое.

Вил сплюнул в песок, и, сжав кулак, саданул по стене из песчаника.

— Забудь ты этого Тика. Крыса песчаная он, а не Тик! — подошедшая сзади Венс положила свою тонкую ладонь ему на плечо.

— Да срать я хотел на это пуду! — огрызнулся Вил вспоминая, как радостно сжимая целых пятьдесят кредитов, он пролез в их нору, и застал Тика потрошащим его вещи, и живописующего, то, как он чудом спасся от дроида-убийцы, и как потом наблюдал за тем, как этот дроид расчленяет Вила. — Венс, ты как думаешь, он придет?

— Ну, если ты ему веришь, значит придет, — сказала девчонка-забрачка, поправляя ремень перекинутой через плечо тускенской винтовки – единственного настоящего оружия в их банде.

Вил невольно улыбнулся, взглянув на Венс. Эта вечно хмурая девчонка, которую все принимали за парня, была для него самым дорогим живым существом на свете – другом, сестрой, боевым товарищем, с которой он прошел не один десяток уличных драк – его семьей. Она и Брик, что сейчас спал, свернувшись калачиком под стеной, прижимая к себе свою главную ценность – сумку с инструментом. Малыш Брик был механиком, и как признавал даже Вил, главным кормильцем их банды. Конечно до такого мастера, каким был Энакин Скайуокер, который работал в лавке аж у Уотто, ему было далеко, но кое-что починить он мог. И очень неплохо.

И вот сейчас, они ждали, боясь упустить свой шанс, что явился к ним в виде убийцы-астромеха. Служба в Планетарной Армии, Вил о таком даже мечтать, не смел. Самое большее, на что он надеялся, это попасть в абордажную команду к пиратам, и то через пару лет, когда подрастет. Планетарная Армия, даже сами эти слова для него звучали солидно. Не нищий воришка, а уважаемый человек в красивой форме и с бластером, как те набуанские гвардейцы на параде, которых он видел по головизору в кантине. И еще куча других приятностей: еда каждый день, возможность побывать на других планетах и жалование – вон как тот дроид ему легко и просто пятьдесят кредитов дал.

Нет, конечно, Вил за свою жизнь видел суммы и больше, но пятьдесят кредитов, это пятьдесят кредитов! Самое большее, что их банда заработала за один раз, были сорок пять кредитов, что нашлись в кошельке пьяного контрабандиста, которого они подкараулили возле доков. И на них они потом целую неделю жили.

— Вил, ты думаешь, один дроид сможет справиться с краулером джав? — спросила Венс.

— Если сможет, я от него не отстану, — заявил он. — Пусть с собой забирает, или прямо тут застрелит.

— А он что, точно один за джавами погнался? — не сдавалась забрачка.

— Ну, так Китстер сказал.

— Да у Китстера этого язык, что хвост у хатта… Смотри!

Венс, указала рукой куда-то в сторону пустыни, где, чуть покачиваясь на ходу, бежали пара облепленных песком и машинным маслом странного вида дроидов, в окружении вполне обычных ремонтников ДУМ-серии. Причем шли они прямо на них.

За спиной у ребят раздался тихий свист репульсоров. И насмешливый голос с металлическими нотками спросил:

— Ну что, Вил, вижу, решил отправляться со мной? Вода где?

Глава 17

Лучи Тату пробились сквозь щели между неплотно прикрытыми ставнями, и коснулись лица спящей женщины. Она улыбалась во сне. Ей снился сын, ее Энакин. Единственное, что заставляло жить и давало надежду, заставляя забыть всю пережитую боль, унижения, насилие и смерть родных. Что позволяло смириться даже с участью рабыни.

После отлета с джедаями, он снился ей почти каждую ночь. Но в этот раз Шми видела его не таким как обычно. Не маленьким и растерянным мальчиком, на пороге новой жизни, как в день отлета. Не любознательным и восторженным ребенком, открывающим что-то новое и чудесное даже в серости проклятого Татуина, каким она привыкла видеть своего сына. Нет, сегодня ей снился тот Энакин, каким, как она верила, он станет. Во сне пред ней представал пылающий город охваченный пожаром войны, и там Он – гордый и бесстрашный, ведущий в бой свою армию, тех, кто до конца верит ему и верен ему.

Он оглянулся, и, казалось, заглянул ей в глаза, а она, как тогда, провожая его на пороге их дома, прошептала:

— Будь смелым, сынок. Иди вперед, и никогда не оборачивайся!..

Чье-то прикосновение заставило ее проснуться. Как она и привыкла с детства, мгновенно перейдя из мира грез к реальности. Но, так же привычно, она ничем не показала, что проснулась.

— Хозяйка Шми, как вы и просили, я должен вас разбудить в 5 часов 45 минут по времени Мос Эспы, — сообщил протокольный дроид, касаясь ее плеча.

— Спасибо, Три-пи-о, я уже проснулась, — ответила она.

Шми иногда хотелось от души врезать этому железному болвану. Но это был последний подарок Энакина ей, да и пользу он приносил ощутимую. Во всяком случае, уборку в доме, и процесс торговли и переноску продуктов с базара, он куда как упрощал.

— Хозяйка, смею напомнить, сегодня вы планировали работу в лавке господина Уотто и посещение рынка с целью покупки продуктов питания, также запланированы ремонт системы кондиционирования, замена фильтра-опреснителя на кухне, встреча с госпожой Акли…

— Три-пи-о, сколько тебе повторять, Акли не госпожа, а любительница спайса, и встречаться с нею я буду только для того, чтобы она отдала мне деньги за починку дроида-уборщика.

— Я понял, хозяйка. Кроме того, запланировано пополнение запаса питьевой воды, посещение…

Не слушая дальше назойливого дроида, она стала одеваться. Блуза, халат и несколько толстых юбок надежно скрадывали очертания фигуры, а собранные в узел волосы, и неприметное, от природы смуглое лицо, что еще больше почернело под лучами обоих Тату, надежно защищали от излишнего внимания со стороны любителей воспользоваться бесправным положением рабыни. Нет, Шми не боялась быть изнасилованной, тем более через это ей доводилось уже проходить, и не раз. Она в принципе ничего не боялась, особенно сейчас, когда Энакин был в безопасности. Но зачем создавать себе же лишние проблемы?

Этот день для Скайуокер не отличался от многих, очень многих таких же дней до того, и, как она думала, от таких же после. Та же работа в лавке у Уотто, тот же ремонт сломанных механизмов, та же жара и пыль, те же клиенты, что вечно играли с тойдорианцем в игру «обмани другого». Да, в городе объявилась новая банда, да, кто-то устроил неплохую перестрелку неподалеку от рабского квартала, где она жила, но тут, в Мос Эспе, это тоже было насквозь обычным делом.

И лишь вечером, возвращаясь из лавки, Шми узнала, что перестрелку с уродами из «Тетанского Консорциума», устроила Дрэйла Вико вместе с какими-то контрабандистами или пиратами. Поговаривали, что она погибла, вот только Скайуокер этому не особо верила. Если бы Дрэйлу убили, ребятки из Спецназа Корпуса юстиции сейчас бы нарезали «консервцев» мелкими ломтиками по всему городу – а кто еще мог за Вико прилететь!? «Что ж, удачи тебе. соседка, — подумала Шми. — Может хотя бы тебе улыбнется звездное небо».

А возле самого дома ее ждал очередной неприятный сюрприз – многочисленные следы джав, которые, как говорили соседи, устроили очередной набег за бесхозными дроидами и плохо лежащей техникой. Да и местный мальчишка, сирота по имени Вил, со своими друзьями, вел себя более чем странно. Он все что-то высматривал в пустыне, и при этом расположился прямо возле ее жилья. А любой на Татуине знает, что опаснее, чем ничейные сироты, могут быть только эти сироты, сбившиеся в стаю. Поэтому она попыталась пройти к себе как можно быстрее, не привлекая лишнего внимания. Впрочем, Вил с компанией на нее даже внимания не обратили и продолжили о чем-то оживленно спорить, не отрывая взгляда от пустынного горизонта. Так что она спокойно вошла в дом, и закрыла за собой дверь.

Но если раньше, приходя домой, Шми испытывала радость, то сейчас она, казалось, провалилась в пустой склеп. Даже неугомонный протокольный дроид только усиливал это чувство пустоты – ведь его собрал ее Эни. Для нее собрал.

Скайуокер бесцельно ходила по пустому дому, но снова и снова оказывалась в комнате сына. Среди вороха деталей и узлов различных агрегатов, моделей космических кораблей и голоснимков разных планет. И пусть разумом она понимала, что там, у джедаев ему лучше, что лишь там он сможет стать тем, кем достоин быть, но сердце хотело лишь одного, увидеть его, обнять, прижать и защитить от всего мира. За эти пару месяцев, что прошли после тех гонок, что навсегда изменили ее жизнь, Шми так и не привыкла, что сына нет рядом, что, вот сейчас, не распахнется дверь и в дом не вбежит ее Эни. А еще, перед ее взглядом, вновь и вновь вставало лицо Квай-Гона, того джедая, с которым ушел ее сын, которого она знала всего два дня, но которого, отчего-то не могла забыть.

Ее переполняли противоречивые чувства, и грусть одиночества, и радость, ведь ее сын теперь свободен, и злость на тех, кто разлучил их, и благодарность. Шми лишь с улыбкой перебирала вещи сына, пытаясь удержать влагу в уголках глаз.

Но тут, что-то привлекло ее внимание.

— Три-пи-о, что ты только что сказал?

— Хозяйка Шми, я говорил, что приходили трое дроидов, один из которых R2-D2, они стали крайне невоспитанно ломиться в дверь…

— Эр-Два? Это не тот астромех, что был с Квай-Гоном? — нетерпеливо перебила его Шми.

— Абсолютно верно, именно этот крайне невоспитанный астромеханический дроид…

— Так почему ты не пустил его в дом!? — воскликнула она.

— Вы сами приказали мне никого не пускать и не показываться на глаза чужим, — с обидой ответил ей протокольник. — К тому же, этот Эрдваныч очень грубо ругался, и даже пнул дверь выдвижной ногой!

Шми без сил опустилась на кровать Энакина, и обхватила голову руками. «Не мог же просто так этот дроид оказаться возле моего дома. А вдруг с Квай-Гоном или Падме что-то случилось!? Вдруг с Энакином…» — додумать, что именно, она просто боялась.

— Три-пи-о, ты идиот! — в сердцах сказала Шми.

— Я дроид для осуществления коммуникации между людьми и дроидами, а не идиот! — еще сильнее обиделся он.

— Извини, — чуть смутившись, попросила она. — Ты можешь сказать, куда они направились?

— Когда эти перестали ломиться в дверь, R2-D2 куда-то уехал, а два других дроида остались около дома, — с обиженными интонациями ответил Три-пи-о. — А потом их забрали джавы. С вероятностью восемь тысяч пятьсот сорок к одному, я могу гарантировать, что их уже разобрали на запчасти или переплавили.

Скайуокер надолго задумалась. Появление этого дроида не на шутку взволновало ее. «Зачем он приходил? Он вновь оказался на Татуине случайно? Или нет? Если нет, то с кем он прибыл? Маловероятно, чтобы дроид сам по себе прибыл сюда», — сама себе задавала вопросы Шми. За переживаниями связанными с участием Энакина в гонках, и их разлукой, она совершенно упустила из виду главную странность той компании, что так неожиданно привел в дом ее сын. А именно хозяйку этого дроида, девочку лет четырнадцати, по имени Падме. «Что могло очень и очень богатенькой набуанке понадобиться на Татуине?» — вновь задалась вопросом Шми.

В том что эта девочка не простая крестьянка, она убедилась сразу. Мягких и ухоженных ладошек, ручного пошива «крестьянской» одежды и, главное, яхты класса «Нубиан», у крестьянки быть не могло. Тем более, такая яхта была штучным товаром с невообразимым уровнем комфорта, и соответствующей ценой – один гипердрайв Т-14 стоил больше подержанного фрахтовщика. Конечно, можно было предположить, что яхта принадлежит джедаям, но это уже было чистой воды фантастикой – насколько знала Шми, такой кораблик не мог позволить себе даже канцлер Валорум. И вот, дроид этой девочки приходит в дом простой рабыни, причем не просто какой-то дроид, а, скорее всего, телохранитель.

Скайуокер хорошо запомнила выражение ужаса на лице дага Сибульбы, после разговора с ним. Да и неприметный «Удар» на манипуляторе дроида заметить успела. А подобный выбор оружия говорил ей о многом – инструментами такого рода предпочитали пользоваться профессионалы. «Значит, я зачем-то понадобилась Падме», — поняла Шми. Но зачем именно, она даже не бралась предположить. Конечно, мысли о том что ее просто хотят выкупить из рабства, несколько раз посещали женщину, но она их упорно гнала, во-первых, чтобы в который раз не разочароваться, а во-вторых, Скайуокер не верила, что кто-то станет просто так освобождать бесполезную рабыню.

Идею самой отправиться на поиски дроида или его хозяйки, она сразу отбросила – кто знает где их искать в Мос Эспа. Да и то что они до сих пор в городе, вызывало сомнения, возможно, их уже и на планете не было. Так что Шми, наскоро поужинав, легла спать.

А перед самым рассветом ее разбудил стук в дверь.

Накинув халат, она жестом приказала дроиду открывать, а сама, привычно спрятав в рукаве нож, стала в двух шагах у него за спиной.

— Кто там? — спросил Три-пи-о.

— Открывай С-3РО! — раздался из-за двери явно синтезированный мужской голос. — Это я, R2-D2, принес заметку про вашего мальчика.

Дроид за дверью отчего-то издал смешок.

— Открывай! — сказала ему Шми.

Щелкнул замок, и в распахнувшуюся дверь, не спеша въехал, знакомый бело-синий астромеханический дроид, правда, весь перепачканный песком, смешанным с маслом. Об него опирался другой дроид, явно боевик, также весь в машинном масле и песке. А за ним, чуть не повиснув на двух ремонтных дроидах, второй такой же.

«Да… Тут нож не поможет», — подумала Шми, глядя, как еще примерно десяток точно таких же ДУМов вбегают в дверь, и рассредоточиваются парами по всему дому, неподвижно застывая с обрезками труб и арматуры наготове. Вошедшим последними Вилу с его друзьям, она уже даже не удивилась.

— Здравствуйте, госпожа Скайуокер, — произнес один из боевых дроидов, чуть измененным, но вполне узнаваемым голосом Падме.

Шми так и стояла, абсолютно ничего не понимая, а второй дроид, точнее, как она догадалась, тоже девчонка в бронескафандре, воскликнув: «Кроватка!» — как была в перепачканной броне, повалилась на ее кровать, и, по всей видимости, моментально уснула. На что R2, возмущенно крикнул: «Аурек!» Но затем, выдвинув манипулятор, в совершенно человеческом жесте, обреченно махнул им, и, развернувшись к Падме, стал распоряжаться:

— Ладно, ситх с постелью, все равно с собой не заберем! Пет – давай тоже ложись отдыхать! — и, видя, что та хочет что-то возразить, добавил. — Я сам разберусь, а вам нужен отдых.

— Хорошо, — устало согласилась та, и поплелась в комнату, при этом, умудряясь глядеть на кровать с таким вожделением, что это было заметно, даже не смотря на закрытый шлем.

— Госпожа Скайуокер, я вам все сейчас объясню, — заверил Шми R2, и продолжил, обращаясь к беспризорникам. — Вил, размести своих бойцов в той комнате. Предупреждаю, за мародерство, кражи и прочие безобразия – расстрел! Первый!

К нему подскочил один из ДУМ-дроидов.

— Обеспечить охрану помещения. Доступ посторонних с моего разрешения. Организовать поочередную подзарядку личного состава от энергосистемы дома. Выполняй!

— Есть выполнять! — чирикнул в ответ дроид-ремонтник, поднеся ладонь правого манипулятора к краю тарелкообразной головы.

— Госпожа Скайуокер, Вил, нам кое-что необходимо обсудить, — сказал R2, указав манипулятором в сторону кухни.

Из дома Шми Скайуокер мы вышли ровно в восемь утра по времени Мос Эспа. Мы, это сама Шми, Вил и я. Конечно, стоило бы взять с собой еще и Падме и Эритае, но после марш-броска через пустыню, они все еще отсыпались, и я побаивался, что их вообще придется носить в качестве недвижимого имущества еще пару дней. Хоть экзокелеты и системы климат-контроля скафандров и превращали бег по пустыне в подобие прогулки бодрым шагом по набуанскому парку, сорок кэмэ все равно были для них крайне тяжелым испытанием. Бедняжки, вон, сразу по два литра воды выпили, когда мы до Вила добрались. Возможно, выпили бы и больше, но тут уже помешали подогнанные по фигуре броньки.

Кстати, рожа у него была еще та, когда Падме и Эритае шлемы стянули. Только боюсь, следить за ним и нашей блондиночкой придется – уж очень он на нее не смотрел – примерно, как цыган на коня. Что понятно, она довольно мило смотрелись, с раскрасневшейся мордашкой и растрепанными волосами. Да и вид Падме заставлял забрачку Венс недовольно шипеть. Но только до того момента, пока они не узнали про расстояние, которое девочки пробежали по пустыне. После этого «генералы татуинских карьеров»[128] стали относиться к девочкам более чем уважительно – нечего, как я считал, им знать про экзоскелеты в броне.

Но вот кто меня удивил, так это Шми. Казалось, ее больше удивило наше желание ее выкупить из рабства, чем ночной визит тринадцати дроидов и пяти человек. Точнее четырех человек и забрачки. Во всяком случае, от шока она отошла менее чем через минуту, и устроила мне классический допрос: состав группы, задачи, направление движения, имена, явки, пароли. Я максимально честно ответил на все ее вопросы, в итоге же был обозван авантюристом, что совершенно не разбирается в татуинских раскладах. Хвала Силе, что мы сразу к Уотто не поперлись.

Вся проблема сводилась к тому, что дроид не мог владеть рабом, а значит, пришлось бы светить девочек. Что могло бы, в свою очередь, грозить нам серьезной опасностью. Во-первых, из-за жадности Уотто, который посчитал, что таких юных клиенток легко можно развести на деньги, и, во-вторых, из-за опасности засветиться перед наемниками, ведь в еще один бой ввязываться не хотелось абсолютно. Нет, конечно, из любого правила бывают и исключения, и серьезный дроид-убийца, что называется «с именем», вполне мог купить раба-органика, да только я к таким НК-47 местного разлива не относился. Был еще вариант выдать себя за представителя некоей важной шишки. Но и он не прокатывал. Рабы – товар специфический, и представителем заказчика, по законам хаттов, должен быть только органик.

Но решение, пусть не идеальное, но вполне эффективное, мы, в ходе общего мозгового штурма, нашли. Полномочным представителем ужасного пиратского капитана, должен был стать Вил, что считалось как раз-таки нормой – нефиг серьезным людям мелочами вроде покупки одного раба заниматься – для этого и пацана послать можно. Ну и дроида-боевика ему дать, для солидности, и чтобы деньги не отняли. Вот этого дроида и должен был изображать я. А заодно и капитана пиратов, точнее его голограмму. А чтобы тойдорианец меня, чего доброго, не узнал, мне пришлось с помощью Шми и ДУМов, перекрасить корпус и «допилить» парочку ненужных деталей. А так как я не хотел окончательно портить свой, ставший почти родным, корпус, краску решено было использовать водоэмульсионную. Так что сейчас я красовался выкрашенным в красный цвет корпусом и шипастыми «наплечниками» из половинок рабочего колеса вентилятора, над местами крепления опор. Одним словом, грозно-по-дебильному выглядел, только что «Waaagh!!!»[129] не кричал. Но, главное, был готов идти к Уотто.

Только вот Вил был не готов. В своей одежде, почтенный торговец его бы и на порог не пустил, и уж точно бы не поверил в сказку про посыльного. Потому мы первым делом зашли в лавку где, помимо всего прочего, торговали одеждой. И пока Шми подбирала наряд для паренька, я углядел несколько выставленных на продажу стволов, и решил их купить. А все из-за того, что кое-какая юная королева со своей верной служанкой карабины посеяли. Так что сейчас у нас на тринадцать дроидов, пять человек и забрачку было всего четыре «дамских» бластера, тускенская «берданка»[130] и мой арсенал с порядком поредевшим БК.

— Уважаемый! — обратился я к продавцу готалу, странного вида мохнатому гуманоиду с парой рогов на голове. — Хочу купить у вас пару стволов.

— И что именно интересует дроида? — спросил тот.

— Значится, мне DL-44 – пять штук, десять сменных батарей и пятьдесят газовых картриджей к нему. Патроны для тускенского ружья есть? Отлично! Тридцать штук. А для мандалорского gaanynir-2М картриджи есть? — вновь уточнил я, демонстрируя ему манипулятор с пушкой.

— Есть, — кивнул торговец, непроизвольно потянувшись под прилавок, где он, видимо, прятал свой бластер, но, подумав, добавил. — Кстати, у меня еще такие же первой модели есть. Однозарядные. Если все семь заберешь – за тысячу отдам.

— Согласен, — подмигнул ему индикатором я. — Тогда gaanynir-1 – 7 штук, и двести патронов к нему. Вроде все.

— Очень хорошо! — готал, что-то подсчитал на датападе, и с самым честным видом заявил. — С вас двести семьдесят пеггат сорок вупиупи[131].

— Да ты оборзел. банта пуду! — не стерпев такой наглости, я, включив репульсоры, подлетел к наглой морде гуманоида. — Сто пятьдесят, включая одежду и кобуры для Дэ Элов.

— Ты что разлетался, дроид!? — все с тем же наглым выражением на роже, отшатнулся продавец. — Двести пятьдесят!

— Я сказал сто пятьдесят, и не вупиупи больше!

— Ты не дроид-убийца, ты дроид-вор! Двести двадцать пять!

— Сто шестьдесят! И то, только из уважения.

— Двести, — морда инопланетника выражала такую вселенскую скорбь, что я даже почти поверил ему.

— Ситх с тобой, сто девяносто! Но только чтобы не слушать о больных родителях, жене на панели и голодающих детях.

— А ты откуда о моем горе знаешь!? — чуть не плача, и очень точно – как только при такой морде получилось – изображая кота из Шрека, простонал тот. — Сто девяносто пять?

— Сто восемьдесят! Я же предупреждал, — сказал я, прекрасно понимая, что и так сильно переплачу, но решив, что время дороже.

— Хатт с тобой, сто девяносто! — с видом заслоняющего грудью амбразуру красноармейца, заявил готал.

— По рукам! — мой манипулятор застыл в паре сантиметров от его лица.

— Сделка! — довольно объявил тот, тряся меня своей лапищей.

А когда его датапад писком подтвердил перевод суммы, даже помог упаковать покупки в вещмешок Вила, который тот с натугой еле закинул на плечо. И мы направились к Уотто. Благо вид мальчишки в новой одежде, уже вполне позволял рассчитывать на успех. Черный комбез на подтяжках, белая футболка и повязанный вокруг пояса свитер, в сочетании с пустотными сапогами и бластером в набедренной кобуре, делали из него этакого космического волчонка. А желтые очки, вроде наших тактических, и пара небольших шрамов на лице, еще больше усиливали впечатление.

— Никогда не видел, чтоб дроид так торговался, — восторженно заявил он, когда мы вышли на улицу.

— Это комплимент? — настолько скептически, насколько позволял вокодер, спросил я у него. — Между прочим, он нас на полторы тысячи, минимум, взул!

— Полторы тысячи датари? — видимо, до него только сейчас стало доходить, сколько же реально стоило то, что он пер на себе.

— Не бойся, Вили, — потрепала его по волосам Шми. — Чувствую, если ты с этой компанией свяжешься – через пару лет полторы тысячи кредитов не покажутся тебе такой уж большой суммой.

— И соберись, боец. А то у тебя такая рожа, как будто ты их уже в кантине пропил! — пришлось мне его одернуть, потому как, действительно, лицо у него стало таким отрешенно-мечтательным, что аж страшно.

— Хорошо, — отозвался Вил, и попытался сделать серьезное лицо, что у него, как обычно бывает в таких случаях, не получилось.

Дальше, до самого «Масадторга» Уотто шли молча. В отличие от королевы и Эритае, которым тут все было ново и интересно, Шми и Вил, за годы жизни на Татуине, уже успели накушаться местной экзотики по самое немогу. А я пытался понять, как мы докатились до такой жизни. Как могло получиться так, что простой тайный полет на Татуин, с целью эксфильтрации двух женщин, мог перейти в неконтролируемое состояние!?

Было понятно, что в тидском дворце действует крот, а может, и целая резидентура Торговой федерации, и именно они передали информацию о нашей экспедиции. Но как их выявить, и главное, как не допустить подобного в дальнейшем, я не представлял. Конечно в прошлой жизни, я пересмотрел и перечитал море шпионских боевиков, детективов, и еще больше документалистики по работе спецслужб, но как это все реализовать на практике не знал. И самое обидное, вопрос разведки и контрразведки, в ближайшие десять лет, обещал стать одним из наиболее актуальных. Ведь если с выявлением и ликвидацией агентуры Федерации, Панака должен был справиться, то с людьми Палпатина следовало именно тонко играть. А вот тут и была основная проблема. Ведь в том что они есть, я не сомневался, как не сомневался и в том, что даже если их удастся выявить, ликвидировать и даже просто показывать что мы о них знаем, это самоубийство. Не тот человек Дарт Сидиус, чтобы мы могли победить его в тайной войне. Радовало лишь то, что он, по всей видимости, к текущему происшествию не причастен – слишком уж топорно все это организовано. Мне не верилось, что такой гранд от интриг, манипулирования и тайной войны настолько бездарно организует покушение на Амидалу. Да и причин ему это делать, в текущей ситуации я не видел. А вот Торговая федерация имела и повод, и огромный опыт подобных устранений конкурентов, когда лишь особенности политико-экономического строя в галактике не давали привлечь этих деятелей к ответу. И изяществом методов они никогда не отличалась – максимум на что их хватало, это на анонимный заказ который давал менеджер Директората Безопасности или Коммерческой Информации[132].

Конечно, валить все на торгашей не стоило, так в похищении девочек джавами виноват был только я – недосмотрел. Но и о дальнейшей безопасности Падме следовало позаботиться. Ведь Панака, несмотря на отличные, по местным меркам, профессиональные качества, один, а реально рассчитывать на девочек, как на последний рубеж обороны не приходилось – маскарад и умение неплохо стрелять от серьезного убийцы вроде Джанго Фетта, Кеда Бейна или Оры Синг не… Идея родилась мгновенно: «А ведь я уже сейчас могу превратить этот последний рубеж обороны в такую бронекапсулу, что пальчики оближешь!» Откровенно, на эту мысль меня натолкнуло именно имя лысой сумасшедшей наемницы с антенной на голове, а точнее использование дроида-служанки в качестве двойника Амидалы, как это было показано в одной из серий Войн Клонов. Еще точнее, я решил снять функции охраны королевы со служанок, и использовать для этого других служанок, только специализированных дроидов. Тем более, что базовый образец имелся – малютка Джей уже сейчас по подвижности и «мозгам» превосходила большинство представленных на рынке робосекьюрити, а если еще усилить сервоприводы, добавить встроенное, модульное и навесное оружие скрытного ношения, дополнительные сенсоры, протокольные, политические, экономические, медицинские и прочие базы поставить… И не агрессивно, и мило, и полезно, и магнастражи в сторонке нервно курят.

Приблизительно прикинув комплектацию и софт, я оценил себестоимость каждой такой дроидессы в 46 000 кредитов, при мелкосерийном производстве, и в 35 500 при нормальном серийном выпуске. Это конечно немного испортило мне настроение, но на безопасности экономить я не собирался. А если в конструкции применить кортозис, фрик или бескар…[133]

Окончательно продумать концепцию Терминатора-Джей, я не успел, так как мы, наконец, добрались до лавки Уотто.

Перелетев, вслед за вошедшими первыми Вилом и Шми, ступеньки на входе, я от души порадовался наличию у меня репульсоров. И огляделся вокруг в поисках тойдорианца. Который обнаружился за прилавком, как и в прошлый раз, что-то считающим на датападе.

— Шми, ты сегодня решила, что работа это тебя совсем не касается? — первым делом спросил Уотто. — Из-за тебя у меня сплошные убытки! То отдаешь каким-то мошенникам последнего хорошего механика, то таки считаешь, что бедный, старый Уотто сам будет чинить всех этих дроидов.

Вылетевший из-за прилавка тойдорианец, выразительным жестом указал на груду металлолома в углу, возле которой копошились трое ржавых ДУМов.

— Простите, господин Уотто, — покорно ответила Шми, вот только во взгляде, которым она его окинула, покорности не было ни грамма.

— Ай! Простите, господин Уотто, — передразнил ее торговец. — Скажи мне лучше, и что это за разбойник, которого ты опять мне привела? Я только вчера выгнал этих из «Тетанского Консорциума», и ты мне опять ведешь бандитов.

— Слышь, ты, муха! Смотри что говоришь, У капитана Сильвера в команде бандитов нет! — очень неплохо изобразил возмущение Вил, даже срывающийся подростковый голос только усиливал эффект. — Мы честно забираем деньги у богатых и грабим бедных!

— Возмущение: допущена ошибка в цитировании Наставлений нашего Дорогого капитана Сильвера! Когда мы отнимаем финансовые и материальные блага у малообеспеченных органиков, это называется: «Отдаем их бедным», — сказал я, после оговорки мальчишки.

— И отдаем их бедным! — с готовностью повторил Вил.

— Молодой человек, меня совершенно не волнует, где ваш капитан берет деньги, если они у него есть, — заверил того Уотто. — И если он хочет их потратить, Уотто с радостью ему в этом поможет.

— Капитану Сильверу нужна твоя рабыня! — с ходу заявил парень.

«Ой, дурак, ну кто так переговоры ведет», — раздраженно подумал я.

— Она не продается! — заявил тойдорианец, впрочем, не слишком уверенно.

— Заявление: как говорит капитан Сильвер: «Продается все, а то что не продается – отнимается силой!» — ответил я.

— Ваш капитан абсолютно прав, — согласился Уотто. — Но эта рабыня не продается. Она и так осталась у меня всего одна.

— Триста пеггат, — как мы и договаривались, предложил начальную цену парень.

— Эта рабыня не продается, — неуверенно, даже слегка осипшим голосом ответил тот.

— Ну ты, дядя, и думпа ступа, — заявил Вил, с чем, судя по выражению лица, Уотто был совершенно согласен. — Хатт с тобой, триста пятьдесят пеггат!

— Нет, — совсем не уверенно, и, почему-то с испугом в глазах, отозвался тойдорианец. — Да зачем она вам? — простонал он. — За эти деньги можно двух твилечек купить, молоденьких, и массаж знающих.

Вил явно растерялся, не зная что ответить, так что мне вновь пришлось брать дело в свои манипуляторы.

— Вопрос: А тебе не все равно? Предположение: Может капитану Сильверу захотелось именно этот мешок с мясом, в качестве наложницы, а может, он хочет принести ее в жертву темным богам.

— Каким богам!? — не понял Уотто.

— Ответ: Никаким. Не обращай внимания! Заявление: 400 за рабыню. Предупреждение: Это последнее предложение.

Бедняга аж глаза зажмурил, и, набрав воздуха, как перед прыжком в воду выпалил:

— Поймите, это не моя рабыня. Ее хозяйка Гардула Старший! Вот к ней и обращайтесь!

Я, честно говоря, офигел от такой предъявы: «Это что выходит, то что я знаю – туфта полная!?»

Но не успел я додумать и проанализировать новый расклад, как случилось еще более неожиданное. Шми молниеносно и плавно перетекла к тойдорианцу, и одним движением схватила его за горло, другой рукой вырывая у него бластер из, точнее вместе с кобурой.

— Ах ты, мелкая летающая тварь! — прошипела она. — Банта Пуду! И все эти годы ты угрожал моему сыну, а я могла свободно убить тебя. Ты издевался надо мной! Предатель.

— Шми, прости меня! — задыхаясь, прохрипел Уотто. — У меня не было выбора, я задолжал Гардуле. Она мне сказала следить за тобой.

— А как же Энакин!? — встряхнув побледневшего торговца, задала очевидный вопрос Шми.

— А… э-э… — прохрипел тот, — Э-Энакхи-кхин очень важен! Его чип был неактивен… Но после того как он улетел, она меня чуть крайт-дракону не скормила.

Из женщины будто вырвали стержень, что поддерживал ее все это время, она разом осунулась, и, отпустив торговца, который тяжело дыша шлепнулся на пол, прошептала:

— Значит правда… те сны…

И тут я разом все понял. Была ведь версия, что Энакин это результат проекта Дарта Плэгаса по созданию Ситари – Избранного, абсолютного сита. «Шебс, только думал, как бы не перейти раньше времени дорогу Дарту Сидиусу, и вот те на! — вперемешку с матами думал я. — Хотя, а что, если… Отлично! Если Шми останется в зоне досягаемости Палпатина, он и нервничать не будет. А если мы ему покажем взаимную привязанность Амидалы и будущей свекрови… От такого рычага влияния он не откажется. Это ж песня. Про зайцев. Двух, одной пулей!»

Я перевел оптический сенсор на Уотто, и вновь чувствуя, что противен сам себе, быстро извлек манипулятор с бластером, и застрелил его.

— Спасибо тебе, Эрдваныч, — некоторое время спустя, сказала Шми, и аккуратно взявшись рукой за манипулятор с бластером, задвинула его мне в корпус.

— За что? — безразлично спросил я, ведь на душе было паскудно – я только что опять убил невиновного, только за то, что он мне мешал.

Конечно, я понимал опасность того, что Палпатин мог бы узнать о нашем разговоре и зачистить следы, и меня, и Шми, и Падме, и Эритае, а может и других. Но вот совесть…

— Я десять лет никого не убивала, — ответила через пару секунд женщина. — Не хотелось вновь начинать сегодня. Ты все правильно сделал.

Вот странно, от ее слов как-то сразу полегчало, и я вновь соображать начал.

— Вил, ты ничего не видел и не слышал! Понял!? — обратился я к подростку, что с интересом поглядывал на нас.

— Да ты что, командир!? — возмущенно воскликнул он, и, подмигнув мне, добавил. — Я сейчас возле космопорта был, воду из дренажа добывал! Я ведь тут в Мос Эспа, на улице вырос.

— Шми, снимите кофту и блузку, — попросил я женщину, которая, на удивление без вопросов стала раздеваться.

Подхватив с полки кусок кабеля в пластиковой оболочке, она опустилась передо мной на колени, и прежде чем зажать его в зубах, сказала:

— Не переживай, дроид. Если ты знаешь, где этот хаттов чип, смело режь. Я потерплю.

Когда я залетел ей за спину, то понял, что точно потерпит. Спину Шми Скайуокер покрывала паутинка белесых старых шрамов – что понятно, следы от плетей и рабство практически синонимы. А вот чего я не ожидал увидеть, это два характерных шрама, что остались от бластерных ожогов.

Но сейчас, это было не важно. И я, вновь уточнив при помощи сканера, положение рабского чипа, активировал фузионный резак на минимальной мощности. А затем, одним движением плазменной иглы, вырезал из спины женщины кусок плоти размером с грецкий орех. И подхватив его манипулятором, я отбросил в сторону. Вовремя! Датчики биоактивности в чипе сработали, и он еще в полете взорвался с силой нехилой петарды.

— Вил, что стоишь!? — достав изо рта прокушенный кусок кабеля, дрожащим голосом позвала Шми. — Вон там аптечка. Неси скорее бинты.

Втроем мы быстро перевязали рану женщины, благо крови почти не было – струя плазмы надежно прижгла кровеносные сосуды.

— Эй, ремонтники! — позвала она ДУМов, надевая кофту, и указав рукой на труп Уотто, сказала. — Это выбросить в утилизатор.

И маленькие работяги, подхватив тело несчастного тойдорианца, споро потащили его во двор.

— А теперь нам пора сваливать с этой планеты! — сказал я, поворачиваясь к двери.

Что ж, дальше мы вновь только спешили – кто его знает, когда кто-то хватится бесследно исчезнувшего торговца. И если до дома Шми Скайуокер, мы еще добрались нормально, то потом, мы стали напоминать передвижной цирк с тремя носилками. Просто обе набуанки еще не оклемались после кросса через пустыню, а у Шми все-таки началось кровотечение. Но хвала Силе добрались до места, где вроде так недавно, а кажется целую вечность назад, стояла королевская яхта.

А час спустя, рядом с нами опустился наш грузовичок «Балроз», с гордым именем «Пожиратель парсеков». Быстро погрузив на него наш доморощенный MASH[134], мы поспешно вышли на орбиту, где нас уже дожидался бомбер Нима.

Но улететь спокойно нам не дали. Вслед за нашим кораблем, с планеты взлетели три вооруженных фрахтовика, и открыли по нам стрельбу с дальней дистанции. Абсолютно напрасно, между прочим. Ребятки, кто бы они ни были, не учли, что наша суммарная энергия залпа, соизмерима с таковой у крупного корвета. Так что, спустя минуту, перестрелки, один из нападавших лишился щитов, и ушел, от греха, в гипер, а другой, оставляя за собой дымный след, в сопровождении третьего, пошел на экстренную посадку на Татуин.

Ну а мы, развернувшись в сторону крохотной, едва различимой отсюда звездочки вокруг которой вращалась планета Набу, стартовали домой. Залечивать раны, разгребать накопившиеся завалы, и, лично я, получать на орехи от очень сердитого кэпа Панаки. Который, как я чувствовал, будет неописуемо рад моему отчету о наших татуинских приключениях.

Глава 18

«Фух, наконец-то летим домой!» — радостно думал я. Наша маленькая экспедиция на Татуин увенчалась полным успехом. Шми и Дрэйлу вывезли, неплохих ребят нашли, дармовыми дроидами разжились, а главное, в моем грузовом контейнере, вместе с двумя оставшимися гранатами лежал самый настоящий джедайский меч. И при этом все живы и почти здоровы. Даже брюзжание Панаки не могло испортить мне настроение.

— Оставил их на одни сутки, — тяжело вздохнул тот, отложив датапад. — С этими, — кивнул сторону Падме и Эритае, — все понятно!.. А ты, R2!? Я считал, что ты благоразумнее… Ой!

— Не дергайся, Шустрый! — сказала Дрэйла, меняя бактопластырь на прожженном бластером плече капитана.

Она тоже внимательно просмотрела запись моего боя с джавами. Отчего процедура замены пластыря растянулась почти на полчаса.

— Несправедливо! — пожаловался Панака. — Все нормальные женщины твоей расы нежные и чуткие существа…

— А я – бывший сержант Сил Специального назначения Корпуса юстиции! — самодовольно подтвердила она, отвесив капитану гулкий подзатыльник. — И прекрати жаловаться! Без «больных» и «холодных»[135] возвращаемся. Да и Ведерко зря ругаешь. Он вполне грамотно в той ситуации действовал. А виноват тут только ты – сам же охраняемое лицо на операцию потащил.

— Но, Дрель…

— Хватит, дроид уже осознал, и, уверена, раскаялся, — вступилась за меня твилечка. — Лучше, пусть он Ранки починит. А то мне тут кто-то целые сутки хвастался, какой у них астромех со всех сторон замечательный есть, с инженерно-конструкторскими базами.

— Понял, сейчас взгляну, что там можно сделать, и сколько это будет стоить, — откликнулся я.

— Стоить? — переспросила она.

— Мэм, это была шутка, мэм! — пародийно-бодро отчеканил я, поднеся манипулятор к крышке корпуса, изображая воинское приветствие.

— Вольно! Дроид, — на автомате, козырнула в ответ она, эдак на манер британского флота – двумя пальцами, будто соринку с брови смахнула. — Шутник нашелся. Можешь называть меня по имени, Дрэйла, или по позывному. И на «ты».

— Не вопрос, Дрэйла, — согласился я, и протянул манипулятор, который она чуть смутившись, потрясла. — Эрдваныч. Сейчас Ранки займусь.

Сказав это, я поехал к боевому дроиду, что восседал около дверей правого шлюза. А твилечка, тем временем переключилась на Вила и компанию. Те, сбившись под пледом в углу отсека, отчаянно тряслись от холода, и старались казаться как можно незаметнее. И я их понимал. У ребят случился понятийный ступор – еще бы, две девчонки с которыми они всю дорогу к месту посадки, а затем и целый час, ожидая корабль, проболтали и передружились, вдруг оказались: одна, королевой целой планеты, а вторая, ее советником и служанкой. Особенно было жалко смотреть на Вила, который всячески пытался обратить на себя внимание Эритае, а тут такой облом, в виде пропасти в социальном статусе. Да и Венс успела найти общий интерес с Падме – стрельбу. Правда у обеих, это была любовь больше теоретическая – одной не хватало денег на патроны, а второй времени на «подобную ерунду». Одному лишь Брику, похоже, было на все это фиолетово. Юный техник очень подозрительно посматривал в сторону ДУМов, с явным желанием их разобрать, что тех сильно нервировало.

— Ну что, детеныши!? — обратилась к ним Дрэйла, и больше констатируя факт, чем спрашивая, сказала. — Замерзли. Ничего, сейчас согреетесь. Упор лежа принять! Или вы думали, в Набуанских силах Планетарной обороны нужны такие худые скелеты!

А я все-таки подъехал к Ранкору РА-12.

— Будем лечиться, Ранки?

— Было бы неплохо, — проскрипел тот в ответ.

«Так, снять поврежденные панели брони… Это нам тут совсем не надо. Сервоприводы – однозначно заменить… А это что!?» — про себя комментировал я процесс разборки дроида. И чем больше я смотрел на его конструкцию, тем больше поражался. Даже не столько тому, в каком паршивом техническом состоянии он находился, сколько, необычности самой конструкции. Он отличался от всех знакомых мне типов дроидов, причем настолько, что казался артефактом другой цивилизации. И дело тут не в материалах, и даже не в деталях и узлах – они-то были самые обычные, а в конструкции в целом. Я долго не мог понять, в чем же дело, пока не нашел подходящее сравнение: Ранкор РА-12 отличался от других дроидов, как «грач»[136] от пассажирского самолета.

Все в нем было заточено на боевое применение. Укрупненные модульные блоки электроники, спаренные независимые приводы и дублированные цепи управления, защита наиболее важных узлов менее важными, предельная унификация механизмов, все говорило о том, что этого дроида создавали с одной целью – обеспечить выживаемость и облегчить ремонт в бою. Причем не так, как это представляли придурки из Бактоида, клепая одноразовый мусор, под названием В-1, а так как это положено при создание оружия: продуманно, надежно и ничего лишнего.

— Блин, РА-12, ты вообще какой модели? Что-то в моих базах, таких как ты, не нахожу, — не выдержав, спросил я.

— И не найдешь, — подтвердил мои подозрения Ранкор. — Специальный проект Республиканской армии, код «Ранкор», задача: первоначально, борьба с метанекронами, а затем, по приказу Лорда Хота, переоборудованы для непосредственной поддержки войск на поле боя.

— Офигеть! Это что, выходит тебе 1 200 лет!? — сказать, что я был в шоке, это ничего не сказать.

Я своими манипуляторами прикасался к почти живому куску истории этой сраной галактики. К тому, кого создали в конце тысячелетия бесконечной войны, пафоса и превозмогания… не до такой степени, конечно, но где-то очень близко. Особенно если учесть, что после этого галактика пребывала в таком шоке, что остатки джедаев были посланы на три буквы, а сотни триллионов разумных посчитали пацифизм за высшее благо.

— В некотором роде, — ответил РА-12. — Из этих 1 198 лет, я 1 179 находился в консервации. После первого же боя с тварями Белии Дарзу, из двух сотен экспериментальных образцов, уцелело, тридцать восемь. Нас тогда посчитали непригодными, и отправили на склад. И лишь через два столетия, когда началась бойня на Руусане, нас расконсервировали и отправили в усиление Армии Света. Через два года, когда выродок Каан проиграл, и на прощанье взорвал Ментальную Бомбу, меня с остатками разумных и имущества вывезли на Корусант, и, судя по документам, определили в качестве музейного экспоната. А потом, вообще отправили на один из складов флота, где меня и нашла Дрель…

— И выкупила за две бутылки кореллианского виски, — закончила за него твилечка, что уже пару минут прислушивалась к нашему разговору. — Это была самая выгодная сделка в моей жизни.

— А кто такой Выродок Каан? — влез в разговор Вил.

Он, вместе с друзьями уселся возле нас, утирая пот с раскрасневшегося после отжиманий лица.

— Просто Каан, или Лорд Каан. Ситх такой был. Жил тысячу лет назад, — объяснила Падме, подходя к нам вместе с Эритае. — Был, вроде, последним правителем Империи Ситхов и воевал с джедаем Лордом Хотом.

— А я слышала, что планета такая есть, ну Хот которая? — спросила забрачка Венс, смущенно приглаживая короткие волосы.

— Есть такая, — подтвердил я, продолжая чинить Ранки. — Шестая планета одноименной системы, сектор К-18.

— Ничего там интересного, ледяной мир. Чем-то на Орто-Плутонию из системы Панторы похожа, — сказала Дрэйла. — Мы на этом Хоте, один раз пиратскую базу искали. Мороз страшный, дикие вампы, и базы той: штабель бочек с топливом и десяток контейнеров с неликвидом.

— А все же кто-то знает что-то про этого Лорда Хота? Кроме того, что он джедаем был, — спросила Эритае.

— И как ты историю учила!? — возмутилась Падме, и, подумав, попросила. — Ранки, ну, пожалуйста, расскажи. Книги и голофильмы это одно, а тут можно очевидца послушать.

— Я и не знаю многого, я ведь простой боевой дроид, — смутился РА-12. — Но, как вы наверно слышали, все началось две тысячи лет назад с Четвертого Раскола…

Так, слушая вполакустического сенсора, рассказ древнего боевика, я продолжил заниматься его ремонтом. Конечно, без запчастей и станков, многое сделать было решительно невозможно, но и так я смог залатать броню, и в полном объеме восстановить подвижность конечностей. Даже починил виброклинок на левом манипуляторе. Тот имел очень простую и одновременно хитрую систему электропневматического выдвигания, в которой микрокомпрессор создавал разность давлений по обе стороны поршня, а когда тот доходил до крайнего положения, остатки воздуха за поршнем откачивались, а пневмораспределитель перекрывался штоком фиксатора клинка. И вся проблема заключалась в том, что воздух в системе уже должен быть под давлением 22 атм. Это при том, что полимерные уплотнения за тысячу лет стали жесткими и хрупкими. Так что, временно, я их заменил на самопальные, сделанные из втулок пневмоцилиндров привода корабельного шлюза – пару месяцев точно выдержат, а там электромагнитный привод-соленоид закажу.

Но главной находкой, о которой, что меня удивило, не догадывались ни Дрэйла, ни сам Ранкор, была пара крайне необычных пушек, что, как и клинки размещались в предплечьях дроида. Насколько я понял их принцип работы, это было что-то вроде пушки Гаусса, но стреляющее стальной проволокой, которая вытягивалась из ролика-снаряда при его разгоне в сверхмощном магнитном поле. Правда система пневмоподачи боеприпасов была демонтирована, но я не сомневался, что смогу ее при надобности восстановить. Вот только при мысли об этом творении сумрачного республиканского гения, мне становилось очень неуютно. Ведь эта проволока, длиной метра в два, вылетала из ствола со скоростью в три километра в секунду, в виде растянутой спирали, и что она делала, попав в органическую преграду, я мог представить разве что на примере слона – входное отверстие в виде точки, а выходное, из-за торможения и сжатия спирали, с ведро. Становилось понятно, почему даже в те «веселые» времена, этот шедевр гуманизма, оставили на крайний случай, да видимо так засекретили, что и сами забыли.

Нет, подобная изуверская штуковина ближнего боя, сама по себе особого интереса для меня не представляла. Но вот кинетические винтовки, особенно снайперские, в сравнении с плазмой выглядели очень многообещающе. Ведь главной проблемой во всех плазменных бластерах, была дозвуковая скорость пучка ионизированного газа. Что делало стрельбу на дальность свыше полукилометра бесполезной – пока плазма долетит, цель просто успеет уйти по своим делам. Конечно, были еще лазеры и турболазеры, но первые, отличались довольно посредственной пробиваемостью, отдавая всю энергию первой же встреченной преграде, а вторые, которые по сути были пучковыми пушками, были слишком громоздки, сложны и стоили непомерно дорого. А тут открывались необъятные просторы для копирования технологий.

В общем, после двух часов плодотворного труда, мне удалось довести уровень работоспособности систем Ранки до 78,5 %. Отчего тот радовался как ребенок. Еще бы, как он мне сказал, последние двенадцать лет, этот показатель у него не превышал 75 %, а последние пару лет стабильно находился на уровне 67–68. Так что я, оставив его прогонять дополнительные тесты систем, с чистой совестью занялся вооружением своей личной «армии».

Семеро моих ДУМов получили однозарядные стволы на правый манипулятор, а еще трое DL-44 с кустарной передней рукояткой, чтоб малыши могли нормально пользоваться этим оружием, даже несмотря на трехпалый манипулятор. Еще два ДэЭла я оставил Вилу и Брику, а чтобы Венс не обижалась, на ее тускенское ружье установил надежную и простую четырехкратную оптику от штатного S-5. Кстати, конструкция этого оружия тоже оказалась очень интересной, в первую очередь из-за технологии плазменного кокона, что обволакивал пулю, снижая сопротивление воздуха в два – два с половиной раза. Благодаря чему, цельносвинцовая, безоболочечная, круглоносая ублюдочность, которая по недоразумению именовалась пулей, при начальной скорости в 600 м/с, позволяла отлично поражать цели на дистанции свыше тысячи метров.

Закончив с дроидами и оружием, я еще заставил ДУМов смыть с меня красную краску, для чего не по назначению воспользовался корабельным душем, и, видя что все органики завалились спать, отправился проведать Шми. Все-таки я не хирург, и поранил бедную женщину сильнее, чем следовало, так что сразу по возвращению на корабль, ее поместили в каюту Дайне, которая сейчас летела вместе с пиратами Нима.

— Простите, можно? — спросил я, постучав манипулятором в дверь.

— А, R2-D2, извини, хозяйка Скайуокер уже легла спать, — ответил из-за двери Три-пи-о.

— Ну, нет так нет, — согласился я. — Может сам выйдешь, разговор есть.

— Чем могу помочь? — осведомился тот, выходя в коридор корабля.

— Вот, хотел уточнить, у тебя с правовыми базами как?

— О, право и юриспруденция это одна из моих основных специализаций! — довольно воскликнул Три-пи-о. — Мои базы данных содержат полную информацию о законах, судебной системе, традиционном праве и правовых прецедентах шестисот двадцати восьми тысяч планет и государств.

Весь этот день меня не покидала мысль, что я что-то упустил. Но вот что, я никак не мог понять. До этого момента. А все дело было в том, что не вязалось убийство Падме из мести с психологией Торгашей. Заказ политика уровня Амидалы, это сотни тысяч, а может и миллионы кредитов. Конечно для такой организации как Торговая федерация, это не сумма. Вот только слишком они жадные для этого. Любой неймодеанец с молоком матери впитывает одну простую вещь: прибыль превыше всего. А значит, было еще что-то.

— Три-пи-о, а вот скажи, в случае смерти набуанского монарха, кто становится правителем государства, до того, как изберут следующего?

— В соответствии с законом «о королевской службе Набу», в случае смерти монарха, обязанности короля или королевы выполняет глава Королевского Консультационного Совета, либо лицо, назначенное монархом.

— Значит Сио Библ, или Сабе, — задумчиво произнес я. — Тут что-то другое… Нет, эти вряд ли предадут. Слишком уж они лично преданы Падме, да и не те это люди. Стоп! Три-пи-о, а как можно отстранить от власти исполняющего обязанности короля? Точнее, чем отстранение и. о. короля отличается от отстранения короля?

— Главным отличием исполняющего обязанности монарха Набу, от легитимного короля либо королевы, является то, что он не приносил присягу Верховного Судьи, а значит, не имеет иммунитета к судебному преследованию. А согласно тому же закону «о королевской службе Набу», любое лицо, подозреваемое в тяжких преступлениях, на период следствия временно снимается с должности, до решения суда, — бодро протараторил протокольник.

— Писец!.. — только и смог простонать я, и чтобы окончательно убедиться в приходе волосатого шебса, уточнил. — А кто должен занять пост, если и. о. снимут?

— Начальник Королевской Службы Безопасности…

— Полный писец! — перебил я дроида, оглянувшись на дверь каюты Панаки. — А если и его нет?

— Подобная ситуация не предусмотрена законодательством Набу, — пояснил протокольный дроид, и жизнерадостно добавил. — Но в данном случае, в силу может вступить закон Галактической Республики «о кризисном управлении на территории», согласно которого, сенатский комитет Административного Управления, назначает наместника данного государства, до проведения выборов, или передачи власти любым другим законным образом… Но!

Недослушав его, я одним рывком, помогая себе репульсорами, очутился около дверей каюты Падме. И, сходу воткнув разъем в ответное гнездо, разблокировал замок.

— Падме, что ты знаешь о сенатском комитете Административного Управления? — спросил я.

— А где?.. Ах, КАУ. Ну, это полное попрание основ Республики. Избрать главой, пусть такого малозначительного, но комитета Сената, представителя Торговой федерации, после того, что они сделали на Набу… — растрепанная спросонья королева, еще не понимая, что происходит, четко ответила мне. Вот за что люблю профессионалов, так это за то, что, в прямом смысле слова, разбуди среди ночи, ответят на любой вопрос по специальности! — Но не кажется ли тебе, Эрдваныч, что сейчас несколько не время обсуждать политику?

— Боюсь, что как раз в это время КАУ назначает наместника на Набу.

— Ты о чем? — глазам Падме позавидовали бы героини аниме.

— Я предполагаю, что заказ на вас, ваше величество, выдала Торговая федерация. И он лишь элемент основного плана по захвату власти на Набу.

— Ситха за ногу! — спустя пару минут размышлений, в ходе которых, лицо девушки становилось все мрачнее, выругалась она, и прошептала. — Сила, только бы с Сабе и дядей Библом ничего не сделали… Как я сама не подумала!?

Схватив комлинк, Падме пихнула в плечо крепко спящую Эритае, и вызвала капитана Олие.

— Капитан, объявите общую тревогу по кораблю. Всем через пять минут собраться в грузовом отсеке! — начала она отдавать команды. — Эрдваныч, доложишь о ситуации. Эритае, сонный ты шаактик, вставай быстрее, у нас, похоже, проблемы!

Для лейтенанта Порро Долфи, все что происходило последние сутки, слилось в какой-то непрерывный кошмар. Сначала, известие о гибели королевы Амидалы – всеобщей любимицы и освободительницы их планеты. Затем, сначала слухи, а после и официальное заявление о том, что пытаясь ее спасти, погибли Панака и Олие. И в довершение всего, арест Сабе и Сио Библа, которые, как заявил начальник полиции Тида, вступили в преступный сговор, и выдали Торговой федерации маршрут полета корабля, на котором инкогнито путешествовала Амидала.

Сейчас, даже полет не приносил лейтенанту привычного спокойствия. «Ох, Рик. Как так могло получиться? Пережить ту сумасшедшую атаку на Торговцев, и вот так просто, когда наступил мир… Эх, что же ты Браво-Лидер, сам не спасся и девочку нашу не уберег!?» — думал Порро, сидя в кабине своего N-1. Хотя о мире как раз и не приходилось говорить. Чего стоило его задание на этот полет: «В случае появления в пространстве Набу легкого транспорта типа "Барлоз", название "Пожиратель Парсеков", не вступая в переговоры, уничтожить». За долгие годы службы, подобного лейтенант не помнил. Но приказ собирался выполнить во что бы то ни стало. Ведь, как шепнул ему тот офицер-безопасник, что передал приказ, на этом корабле летели наемники, что убили королеву. «Уж от меня вы никуда не денетесь! Мерзкие убийцы, только и можете, бедную девочку убить, которая в целой галактике никому зла не желала, а всем хотела помочь. А я постараюсь, чтобы реактор у вас не взорвался, и вы медленно задохнулись в пустоте! — лицо пилота, в этот момент, казалось, окаменело. Выходя на разворот, он сжал штурвал так, что даже костяшки пальцев побелели, и подумал: Надеюсь, этот толстяк Библ, и неймодианская подстилка Сабе, тоже почувствуют, как это предавать свой народ!»

— Сайкс, — вызвал он ведомого, — ты как думаешь, как так вышло, что мы эту тварь Сабе не разглядели?

— Ума не приложу, — отозвался тот. — Наверно, и подумать не могли, что эта девочка… И ведь видели, сколько раз она себя за королеву выдавала, для «безопасности», вроде как. И племянница говорила, что среди студентов слухи уже месяц ходят… Ситх! Наблюдаю выход из гипера двух кораблей, дистанция триста, пеленг сто пять, минус двадцать!

— Это они, Браво-Шесть!

— Понял, атакую, — откликнулся Сайкс, выходя вместе с ведущим на курс перехвата.

— Они пытаются выйти на связь.

— Не отвечать! — в раз осипшим голосом, прохрипел Порро Долфи.

Аппаратура идентифицировала второй корабль, как экспериментальный Н-6 «Скуррдж». Это означало для лейтенанта Долфи и его ведомого, одно – смертный приговор. Уж кто-кто, а он отлично знал возможности этого монстра, ведь сам же его и испытывал. «Что же, значит сегодня, не вернемся мы, — обреченно подумал он. — Хоть, за нашу Амидалу отомстим».

— Основная цель – «Барлоз». Второго игнорировать. Полный залп по готовности, — приказал Порро, стараясь говорить коротко и четко, чтобы Сайксу не передался охвативший его ужас.

Пальцы привычно легли на гашетку, и от этого стало как-то спокойнее. Вот фрахтовик, как муха в паутине, забился в рамке прицела. Вот СУО[137] взяла его на сопровождение.

— Ну все!.. Личинка хатта! Какого!? — выругался пилот, когда индикаторы на приборной панели разом погасли, а визг и вибрация машины, что лучше любых датчиков говорила о том, что двигателя работают, прекратились.

Рядом, так же беспомощно болтался истребитель Сайкса. А из всего БРЭО[138] работал лишь экран текстовой информации, выдавая сообщение от астромеха: «Отключение систем корабля, код 115».

— Какого хатта, дроид? Что это все значит? — Порро хотелось взвыть от бессилия.

Экран мигнул, высвечивая новое сообщение от его R2: «Ничего не могу сделать, командир. Директива 115, подтверждена кодами ее величества и Браво-Один. Активирую канал визуальной связи с "Пожирателем Парсеков"».

Экран показал вполне типичную рубку легкого транспорта, в которой, на месте пилота сидел Рик Олие, отчего-то одетый как последний контрабандист, а в стоящем рядом кресле штурмана, спокойно сидела девушка в странном скафандре без шлема, в которой лейтенант с удивлением и радостью опознал их королеву.

— Браво-Три и Шесть, вы что, с ума сошли!? — сердитый голос комэска, развеял последние сомнения. — Я вас обоих на месяц отстраняю от полетов! Поняли!?

— Так точно, босс! — хором рявкнули летчики.

— Бред какой… Как кто-то мог в это поверить!? — воскликнула Амидала, выслушав рассказ пилотов.

Она устало облокотилась спиной о ствол гигантского поваленного дерева. На эту полянку в двухстах километрах от Тида, мы сели специально чтобы раньше времени не соваться во дворец, и в спокойной обстановке разобраться в происходящем.

— Тем не менее, поверили, — возразил ей Панака, и, стараясь не глядеть в глаза королевы, произнес. — Это полностью моя вина. Я не смог вовремя раскрыть этот заговор.

— Не стоит, капитан, — сказал я. — Вы ничего и не могли сделать. В вашем ведомстве всего три десятка оперативников и аналитиков на шесть сотен миллионов населения планеты. Даже права мониторинга голонета, и того вы не имеете. И, несмотря на это, вы неплохо справились с поиском тех, кто сотрудничал с Торговой федерацией. Вот только боюсь, что это лишь подстегнуло заговорщиков. Ведь, если я не ошибаюсь, новый начальник полиции Тида Торенс Алего, был в списках подозреваемых.

— Как вышло, что изменник был назначен на одну из важнейших должностей в столице? — холодно поинтересовалась Падме.

— К сожалению, суд посчитал предъявленные нами доказательства неубедительными, а других законных возможностей воспрепятствовать этому, у нас не было. Тем более, его личное дело было безупречно, да и о влияние семьи Алего не стоит забывать. Это очень влиятельные люди: его брат Клайв – директор Тидского Плазмодобывающего комплекса, а дядя – декан кафедры экологии в Королевском Университете Тида. — ответил безопасник.

— Готовая банда врагов народа и изменников родины, — тихонько хмыкнул я.

— Что? — переспросил Панака.

— Да так, ничего… Это я о своем, о дроидском.

— Хорошие, между прочим, выражения… — задумчиво произнес он.

«Чекист, он и на Набу чекист. Надо бы человеку еще идею троек подкинуть, — со злым весельем подумал я. — Развели тут демократию, понимаешь. На четыре дня без присмотра оставить нельзя, переворот устраивают. Так, глядишь и до "цветной революции" докатимся».

— Не думаю, что сейчас подходящее время обсуждать судебную систему королевства, — нетерпеливо произнесла Амидала. — Мы должны немедленно отправляться во дворец. Если вы не забыли, Сабе и Сио Библ сейчас находятся под арестом.

— При всем уважении, ваше величество, я не считаю это оптимальным решением! — возразил Панака. — Если мы проявим себя, те кто затеял переворот могут попытаться вас убить. Им нечего терять. В этой игре они все поставили на кон. А, кроме того, если мы будем действовать поспешно, истинные виновные, те кто это все организовал, могут уйти от ответственности.

— Хорошо, капитан. Что вы предлагаете?

— В первую очередь, нам необходимо изолировать планету, — кэп стал излагать основные задачи. — Для этого наших сил явно недостаточно…

— Согласен с вами, капитан! — сказал молчавший до того пират-фиорин Ним. — Эти из Торговой федерации точно тараканы, всегда разбегаются. Четырех кораблей не хватит, чтобы заблокировать Тид, про всю планету я и не говорю.

— И я предлагаю, привлечь для этих целей эскадрилью Браво, — продолжил Панака. — Кроме того, нужно организовать сбор информации, и выйти на Королевскую Службу Безопасности. Без их помощи нам просто не хватит сил охватить все. Единственная проблема, нам неизвестно кому можно доверять. Значит так, Порро, Сайкс, вы возвращаетесь во дворец, и тихо поднимаете эскадрилью. Эрдваныч…

Капитан выразительно взглянул на меня.

— Понял. Полечу вместо одного из астромехов, и все там разузнаю.

— Только не устраивай там такого, как на джавском краулере! — пригрозил мне безопасник.

— Ладно, не буду… — добавив в голос изрядную долю печали, ответил я.

— Подумай: нам ведь там еще жить, — прыснула в кулачок Эритае.

— Эй, Сайкс, подскажи, у вас в машинах есть куда пару ДУМ-дроидов в сложенном виде засунуть? — спросила Дрэйла, и пояснила для остальных. — На всякий случай.

— В принципе… — задумался пилот.

— В принципе было, когда ты подружку катал, звезды вблизи посмотреть, — похлопав его по плечу, сказал капитан Олие.

— Так вы знали!? Ситх! То есть, конечно, найдем!

Мы еще минут пятнадцать обсуждали детали плана, а потом уже лично Панака инструктировал меня по персоналиям, явкам, паролям и прочему почти час. А перед самым вылетом, я рискнул связаться с Джей – помощь на месте лишней не будет.

— Привет, Эрдваныч! Я так рада, так счастлива! Ты функционируешь! Я за тебя боялась. Они говорили, ты вместе с Падме погиб, — закричала дроидесса, как только мне удалось подключиться к ее комлинку.

Главная сложность тут была в том, что требовалось связаться напрямую, не задействуя ретрансляторы, которые теоретически могли мониторить.

— Не бойся, все живы и здоровы, — поспешил я успокоить электронную девочку.

— Я рада, рада, рада! — судя по стуку и лязгу, она на радостях аж прыгать начала. — А у нас беда. Сабе арестовали! Я хотела этих нехороших человеков побить, но Сабе сказала, чтобы я не вмешивалась, мастер Джинн тоже сказал. А потом, они меня забрать хотели! Но Квай-Гон им перед лицом рукой поводил, и сказал, чтобы в кантину шли, и там купили по бутылке бренди и всю выпили, вот!

— Говорят еще, что ситхи жестокие… — хмыкнул я, представив, каково будет им наутро – местные, ведь, пить по-русски не умели, и что для нашего мужика «чуть-чуть для аппетита», набуанцу – смерть. — Так ты сейчас с Квай-Гоном?

— Если бы они действительно этого не хотели, не пошли бы, — философски заметил джедай, который, видимо, слушал наш разговор, и уже обращаясь к Джей, сказал. — Вот видишь, а ты боялась. Я ведь говорил, что с ними все хорошо.

— Отлично, мастер, вы сейчас где?

— В городе. Боюсь, останься мы во дворце, кроме Силы, пришлось бы применять еще и силу. Но, как я понимаю, теперь нам стоит вернуться?

— Совершенно верно. Через пятнадцать минут я прилечу в дворцовый ангар, и постараюсь все разведать, а потом королева с остальными подтянутся.

— Через пятнадцать минут мы тоже будем в ангаре, — спокойно сказал тот, и, видимо обращаясь к Джей, сказал. — Пошли, малышка.

Ну и я тоже пошел, то есть покатился к N-1 лейтенанта Долфи, где уже сидел сам пилот и пара ДУМов, один с DL-44, и один с однозарядным бластером на манипуляторе. Вторая такая же пара загрузилась к ведомому.

Полет до Тида занял десять минут, и прошел спокойно и мирно. А вот при запросе о заходе на посадку, мы получили отказ и ругань в эфире, в сочетании с обещаниями нас расстрелять. Даже подготовленный мной фальшивый отчет о неисправности системы жизнеобеспечения на тех придурков, которые сидели в диспетчерской, похоже не произвел особого впечатления. Так что садиться пришлось внаглую, без разрешения.

Не успел подъемник меня опустить на пол ангара, как к нам, размахивая бластером, бросился гвардеец. Один из тех, кто вызывал наибольшее подозрение у Панаки.

— Вы какого, выродки неймодианские… — закричал он, подскочив к Порро, и сразу заткнулся, упав на пол, рефлекторно зажимая прожженную плазмой руку.

Подскочивший дроид, вооруженный ДэЭлом, тут же взял его на прицел, а трое других направили оружие на входы в ангар.

— Товарищи пилоты и техники! — выведя громкость вокодера на максимум, обратился я к уставившимся на нас набуанцам. — Вас обманули! Королева Амидала жива, и уже находится на Набу. Происходящее в последние дни – не что иное, как мятеж и попытка государственного переворота! На ваших глазах только что был обезврежен изменник родины, продавшийся Торговой федерации. Сейчас вы увидите обращение королевы Набу Падме Наберри Амидалы! — я махнул в сторону R2-U6, который и должен был продемонстрировать голограмму королевы. — Его подлинность могут подтвердить ваши товарищи, с которыми я прилетел! У-шесть, включай.

Пока летный и технический состав эскадрильи Браво слушал обращение королевы, я подъехал к пленному, который, как кролик на удава, смотрел в дуло бластера, что направлял на него ДУМ.

— Ну что, гнида, рассказывай! Когда, где и кем был завербован? Почем родину продавал? — спросил я его, поднеся факел фузионного резака к самому его лицу, чтобы жар чувствовался.

— Я ни при чем! — задыхаясь от страха, промямлил он. — Я только исполнял приказы!

— Исполнял приказы!? — скептически переспросил я. — Правильно, исполнял! Приказы своих неймодианских хозяев! Советую не врать. Если соврешь, я выжгу тебе левый глаз.

Сказав это, я аккуратно опалил ему ресницы на этом самом глазу. Что попишешь, стойкостью паразит не отличался – моментом начал вещать. И не удивительно, трудно ожидать от уроженца пацифистской планеты, где даже детей ремнем не бьют, да еще предавшего за деньги, партизанской стойкости. Пару раз его даже останавливать приходилось, когда он о своих грешках, что к делу не относились, рассказывать начинал.

Одним словом, завалил службу Панака. Как оказалось, в гвардии таких «орлов» аж пятеро было. И тот, которого я подстрелил, был главным. Семьи всех давно завязли в общем бизнесе с Торговой федерацией, и, как я и предполагал, испугались чистки, что с моей подачи устроил среди них кэп. Еще полтора десятка таких служили в полиции, а большая часть в различных органах власти Набу и в Университете Тида. Конечно, поименно он знал всего человек десять, и еще десятка два в лицо, но и это была удача.

А еще, очень удачно подтянулись Квай-Гон и Джей. Боюсь без дипломатических навыков джедая, допрос вполне мог закончиться судом Линча[139]. И лишь когда страсти немного улеглись, я смог вновь обратиться к пилотам.

— Ну, что столпились!? Шоу окончено, или у вас других дел нет? Или, может, просьба королевы для вас пустой звук? — поинтересовался я.

Да уж, ребяток из эскадрильи, точно ветром сдуло. А уже через две минуты первые машины поднялись в воздух.

— Думаю, сейчас здесь появятся гости, — спокойно произнес джедай, когда ангар опустел.

— Джей, вот возьми, — я протянул ей бластер предателя-гвардейца. — Программу стрельбы я тебе загрузил.

Мастер-джедай был прав: не полные же идиоты те, кто устроил переворот, и незапланированный вылет полного состава эскадрильи, должен был их всполошить. Я оглянулся на техников, и выматерился про себя. Оружие было только у двоих.

— У-шестой, подсоединись к инфосети дворцового комплекса, транслируй обращение королевы. Код доступа «Цизерра», — стал распоряжаться я. — Всем занять оборону! Вы, двое – за те колонны. Джей, за тот ящик и пригнись, стрелять, только если тебя попытаются обойти. Первый, за Джей отвечаешь сенсорно-процессорным блоком. Второй, сторожи пленного. Всем остальным укрыться в технических помещениях. Мастер Джинн, вас это тоже касается.

— Хоть я и ушел из ордена, — заявил он, — но джедаем быть не перестал. Защищать жизнь невинных – мой долг. Жаль, у меня нет меча.

— Такой подойдет? — спросил я, протягивая ему джавский трофей.

— Вполне, — ответил Квай-Гон, активировав его, и с усмешкой добавил. — Все-таки ты не устаешь меня удивлять, Эрдваныч. Не удивлюсь, если у тебя где-то парочка «Дредноутов» припасена.

— Да уж парочка дредноутов тут бы пригодилась… — произнес я, имея в виду совсем не корабли[140]. — Но чего нет, того…

В этот момент створки ворот главного входа раскрылись, и в ангар стали вбегать гвардейцы.

— Дикут'ла осик, а не бойцы! — выругался я, в полном офигении, наблюдая, как эти идиоты «окружают» нас, полностью игнорируя укрытия, и видимо считая, что если стать на одно колено, они станут худшими мишенями.

— Бросить оружие! Сдавайтесь, вы арестованы! Вам не скрыться отсюда! — прокричал гвардеец со знаками различия лейтенанта, которого капитан Панака характеризовал как верного, но несколько недалекого служаку.

— Лейтенант Сарто, я секретарь-советник королевы Набу Амидалы! — крикнул я в ответ. — Как старший по званию, приказываю вам немедленно прекратить противозаконные действия, и арестовать Кима Рорти, Люсе Аранти, Торенса Спирикса и Кло Филча. Они подозреваются в заговоре против королевы, пособничестве Торговой федерации и попытке государственного переворота.

— Вы видите, лейтенант, как нам и сказали, убийцы пытаются обмануть нас! Этого дроида перепрограммировали в Торговой федерации! Королева Амидала мертва, и именно они виновны в этом! — закричал сержант Рорти.

— Падме Наберри Амидала жива, и сейчас возвращается во дворец! — ответил я. — Гвардейцы, вас используют враги Набу! Задумайтесь, с чего вдруг самыми рьяными борцами с пособниками Торгашей вдруг стали те, чьи семьи долгие годы сотрудничали с Федерацией. Спросите себя, где они были во время, штурма дворца и Битвы за Тид!

— В самом деле, Ро… — попытался спросить лейтенант, оборачиваясь к изменнику, но тот уже выстрелил в него.

— Вы не понимаете!.. — крикнул он, и свалился рядом со своей жертвой.

Я, признаться, чего-то подобного ожидал, изначально провоцируя его действовать. В этой ситуации, единственный выход я видел в «моменте истины», когда враг проявит себя, и маски будут сброшены. Так что я выстрелил аж на полсекунды позже, больше чтобы дать возможность гвардейцам понять, что же произошло, чем из-за скорости реакции. Возможно, я бы и смог спасти несчастного гвардейца, но тогда, с большой долей вероятности, пришлось бы положить всех. Даже так, несколько идиотов стали палить в нас.

Я еле успел активировать щит, и порадовался что все наши в укрытиях. Кроме джедая. Но тому, даже не ходячему, пара бьющих с десяти метров бластеров особых проблем не доставили. Квай-Гон попросту отразил все заряды несколькими движениями меча, при этом, одним взмахом левой руки отправив незадачливых стрелков в полет к стене ангара. А я, не имея возможности вести огонь из-под щита, занялся распределением целей между ДУМами и Джей.

Одного из предателей удалось взять чисто. Первый заряд плазмы сжег ему кисти рук – а нефиг красоваться и со стойки Вивера[141] стрелять – а второй попал ему в правую ногу, лишив возможности убежать. Со второй, единственной среди изменников девушкой, вышло хуже, все же оружие у ДУМов не было приведено к нормальному бою, и та получила плазму в живот. А вот третий, урод такой, метнул в нас термальный детонатор, за что и поплатился, получив сразу три заряда в голову и грудь.

Вот так, глядя на матовый металлический шарик, что летит к тебе по параболической траектории, и начинаешь понимать всю тщетность и мелочность своего существования. Спасибо Квай-Гону, не долетев до нас каких-то пяти метров, граната взмыла вверх, где под потолком ангара и взорвалась, не причинив никому вреда, если не считать припорошившей нас каменной крошки.

После взрыва бой моментально стих. Я выключил порядком перегревшийся щит, и мы все застыли в тревожном ожидании, направив друг на друга оружие. В наступившей тишине, мои акустические сенсоры уловили отдаленный визг репульсоров приближающегося «Барлоза».

— Гвардейцы, прямо сейчас сюда прибудет ее величество королева Амидала, — на полной громкости, рявкнул я, и уже тише добавил. — Хоть бы в порядок себя привели, что ли.

Не на всех, конечно, но подействовало. Люди чуть расслабились, а некоторые даже стали поправлять форму и снаряжение.

— Гвардия, стройся! — скомандовал я, когда опоры влетевшего в ангар фрахтовика заскрежетали по полу.

Из открывшейся аппарели, с оружием наперевес, вышли Дрэйла, Ранкор и Панака. Причем появление последнего, вызвало в рядах гвардейцев дружный вздох облегчения.

— Равняйсь! Смирно! На караул! — вновь отдал я команды, когда из корабля вышла Амидала, в сопровождении Эритае и, чуть прихрамывающей Шми, что опиралась на манипулятор Три-пи-о.

Шествие замыкала абсолютно бандитского вида группа из наших татуинских найденышей и, так и не оставивших свое дреколье, дроидов-ремонтников.

— Капитан, операция по выявлению и уничтожению заговорщиков проходит успешно! — доложил я. — Силами эскадрильи Браво выполняется патрулирование пространства Набу с целью недопущения бегства изменников. Совместно с подразделениями Королевской гвардии, вверенными мне силами, проведена операция по уничтожению предателей из числа гвардейцев. Трое уничтожено, двое взяты в плен. Оперативную информацию и показания пленного я уже передал на ваш датапад. Наши потери – один убитый, трое раненых. Секретарь-советник Эрдваныч, доклад закончил!

— А вы, капитан, еще предлагали задержаться… — задумчиво произнесла Амидала, оглядев ангар.

Вечером мы собрались в комнате Квай-Гона. Мы, это, понятно, сам Квай-Гон, Эритае, вытащенная из «застенков» Сабе, Джей и я. Хотели еще Падме позвать, но она вместе с Панакой была занята расследованием заговора. Конечно, по-хорошему, мне бы следовало ей помочь, но я, во-первых, обещал джедаю рассказать о наших приключениях на Татуине, а во-вторых, для помощи ей, я подрядил С3-РО, который лучше разбирался в юридических вопросах, да и очень радовался возможности работы по специальности.

— В общем так! — заявила Сабе, когда я закончил рассказ. — В следующий раз я лечу с вами. А то пока у кого-то приключения были, я в тюрьме сидела!

— Ага, сидела! — хохотнула Эритае, — Скажи лучше, спала. Мы когда открыли камеру, подумали, что с тобой что-то сделали.

— Зато выспалась, — оптимистично сказала та. — Но лучше бы я с вами полетела. Эрдваныч, когда в следующий раз куда-то полетишь, возьми и меня с собой!

— И меня, и меня! — стала выпрашивать Джей.

— Не завидую я тебе, — усмехнулся мастер Джинн. — Мне обычно и одного падавана всегда хватало, а тут целых трое разбойниц…

— Четверо! — ничуть не обидевшись на «разбойниц», поправила его Джей. — Падме ведь тоже захочет.

— Сила! — притворно взмолился я, прикрыв видеосенсор манипуляторами. — Меня и две дроидессы чуть не довели.

— Кстати, — произнес джедай. — Мне кажется, это твое.

Он протянул мне рукоять светового меча.

— Благодарю, мастер! Но вам нужнее.

— Возможно, — задумчиво сказал он. — Но лучше, если новый меч я изготовлю для себя сам. Странно, когда отдавал свое оружие ученику, думал что вся моя дальнейшая жизнь будет сплошной скукой, но кое с кем мне точно скучать не придется.

— Мастер Джинн… — замялся я, уж очень наглой джедаю могла показаться моя просьба. — Не могли бы вы…

— Обучить тебя фехтованию на световых мечах? — закончил за меня джедай, улыбаясь. — Даже не знаю… Твое строение «тела» не слишком для этого подходит…

— Ну, это не проблема, — заверил его я. — Переделаем.

— Посмотрим, что из этого выйдет, — не прекращая улыбаться, задумчиво произнес тот. — В любом случае, это будет интересный опыт.

— И меня научите! — попросила под общий смех Джей.

Восемь стандартных суток спустя.

Пл. Корусант. Здание Сената Галактической Республики.

Кабинет Верховного Канцлера Палпатина.

Сидящий за широким столом мужчина находился в прекрасном расположении духа. Пальцы его правой руки отбивали замысловатый ритм на полированной столешнице, а губы чуть изгибались в улыбке. Не в той улыбке «доброго дядюшки», что он привык носить как элемент одежды, или непременный аксессуар, предназначенный лишь для того, чтобы продемонстрировать превосходство одного ничтожества над другим, а в его настоящей улыбке, точнее в слабом намеке на нее, которой он лишь изредка позволял проявиться на своем лице. И то, лишь в одиночестве, и когда дела складывались особенно удачно.

Нет, на первый взгляд те отчеты, что так порадовали его, у любого другого разумного вызвали бы лишь раздражение и уныние. Вот только не у единственного в галактике, в данный момент, Лорда Ситха. Но на то он и ситх, чтобы видеть возможность там, где другие видят лишь поражение, и смаковать победу там, где другие почувствовали бы лишь безнадегу.

Что значит поражение какого-то червя, если оно пошло на пользу его хозяину.

И первым из тех, кто порадовал его своим поражением, была Гардулла Хатт. «Как удачно ты подвел меня, слизень! Я позволяю тебе занимать место в своих планах, а для их реализации, мне потребуются все твои ресурсы. Я даже хотел позволить тебе ослабить петлю, на которой ты держал Безымянную – зачем, ведь она выполнила свою задачу, и ей осталось лишь вовремя умереть. Все для того, чтоб ты смог высвободить слуг, что опекают ее. Но ты позволил ей бежать, и теперь, вместо гордости за оказанную мне услугу, ты будешь чувствовать страх наказания за ошибку, что намного плодотворнее», — думал Дарт Сидиус.

«Но какова королевка!» — ситх, вывел на экран встроенного в стол датапада личное дело королевы Амидалы. Он был доволен тем, что решил присмотреться к этой девчонке, которая, ситх понимал это отчетливо, обязательно станет фигурой на его игровой доске.

«Выкрала Безымянную из-под носа у Гардуллы, а потом вновь наказала мелких торгашей из федерации. Девочка, безусловно, талантлива, а значит, будет весьма полезной», — решил канцлер, откровенно смеясь над жалкими потугами торговцев манипулировать народами и планетами.

Что ж, он сам дал им это оружие, научив обращаться с ним, и не его вина, что ученики оказались недостойными. Главным было то, что эти методы работали, причем в исполнении даже таких бездарей. Вообще, Палпатин гордился своим детищем, последним штрихом, Своим штрихом, что придал Великому Плану завершенность. Ведь при всей своей гениальности, План не давал ответа на один простой вопрос: как заставить народы галактики стремиться выйти из состава Республики. Что было непременным условием для начала грядущей войны. Причем это должно было быть волей именно самих народов, а не тех, кто считает себя их правителями, не обладая для того ни умом, ни подлинным величием.

Трудность здесь заключалась в том, что со времен Дарта Бейна Республика изменилась. Десятки поколений привыкли воспринимать ее как некую данность, необременительную данность. Ведь даже бедные миры отчисляли в республиканский бюджет не более одного процента валового внутреннего продукта, а для того же Мунилиста, размер республиканских сборов не превышал одной десятой процента ВВП. Что в лучшем случае могло лишь представить Республику, как мелкого паразита. А требовалось заставить разумных воспринимать ее как врага.

И канцлер Палпатин знал решение этой проблемы. Он как никто другой умел манипулировать разумными, даже не прибегая к Силе. Что может быть проще: сделай так, чтобы разумные день ото дня слышали, что Республика это зло, и они рано или поздно станут считать это всего одной из версий, дай им доказательства того, что Республика зло, и они поверят в это, дай им идею, что Республика абсолютное зло или добро, и сам опровергни ее, и они не примут других идей, кроме той, что Республика зло![142]

И сейчас, в меньшем масштабе, с меньшим запасом времени, его выводы были доказаны на Набу.

«Что ж, осталось проверить еще две фигуры, и можно приступать к игре!» — решил Дарт Сидиус.

— Надеюсь, «владыка» Тиранус, ты пришел к тем же выводам, что некогда я… — прошептал он, вложив в слово «владыка» столько презрения, сколько под силу было лишь истинному преемнику ситхов древности.

Эпилог

— Ты, дроид, ничего в кораблестроение не понимаешь! — возмущенно закричал на меня Джиннкинс. — Пойми ты, так не делают. Не делают и точка! Ты бы еще предложил бытовой кондиционер установить…

— Много чего не делается, из того что надо, а глупостей делается еще больше, — спокойно ответил я.

Этот бит оказался очень интересным типом. Перфекционизм, педантизм и любовь к спокойной и уютной жизни, в нем, странным образом сочетались с авантюризмом, неуемной энергией и, если можно так сказать, инженерным фанатизмом. Даже характерное для их расы спокойствие и прагматизм моментально улетучивались, когда дело касалось техники.

— Разум, кому я объясняю!? — возопил он, с абсолютно несчастным видом. — Все разумные ставят радиационные излучатели. И только какой-то дроид додумался ставить тепловой насос, еще увеличивая нагрев и затраты энергии! А о надежности ты подумал? Его ведь не для космоса делали. Он фермерами для заморозки продуктов применяется!

— Вот о надежности, я подумал в первую очередь, как и о живучести, и снижении заметности в ИК-диапазоне, — стал объяснять я, тоже постепенно теряя терпение. — Ты мне объясни: чему там ломаться? Труба титановая, в ней гелий под давлением две тысячи двести атмосфер, два теплообменника с двух сторон и катушка на одном конце, которая стоячую звуковую волну в газе создает! Эти самые фермеры его по двести лет кряду используют! И без ремонта, и даже, без техобслуживания. А мощность – четыре по тридцать киловатт, на истребителе – тебе не смешно? Причем каждый, при данных температурах, будет «перекачивать» 95 кВатт тепловой энергии. Это при том, что на 100 % мощности двигателей, надо отвести только 285 кВатт тепла, остальные забирает топливо.

— Ладно, пусть будут тепловые насосы, — нехотя согласился Джиннкинс. — Эрдваныч, я так понимаю, ты хочешь установить их в наплывах над и под мотогондолами?

— Да. Примерно вот так, — я спроецировал чертеж N-1 с новыми элементами.

Над этим проектом модернизации основного набуанского истребителя, мы бились уже вторую неделю. И если с заменой двух лазерных пушек на четыре легких турболазера, проблем и разногласий не было – при той же мощности, поражающее действие возрастало вдвое, при несколько сниженном темпе стрельбы, то улучшить двигатели, без кардинального пересмотра схемы машины, было невозможно. А увеличить тягу на 20 % следовало непременно. Иначе, из-за возросшей массы истребитель потерял бы маневренность. И главной проблемой стал отвод остаточного тепла, с которым и при старых то движках было хреново. Нет, будь у нас технология, а главное лицензия на изготовление и использование ионных двигателей, это бы проблемой не было. Сам принцип их работы – внешнее ускорение плазмы на поверхности магнитных панелей – отлично обеспечивал теплоотвод. Но так как господа из Сиенара заломили за лицензию почти годовой бюджет королевства, мы были вынуждены выкручиваться своими силами. Да еще стараться не ухудшить аэродинамику при полетах в атмосфере.

Вообще-то, этой работой должен был заниматься Тидский дворцовый инженерный корпус, но они сейчас были заняты легким суборбитальным десантным кораблем для сил планетарной обороны. Так что разгребать за ними пришлось Джиннкинсу. А я, в меру сил, пытался как-то руководить всем этим. С одной стороны, стараясь чтоб у бита, вместо легкого истребителя не получилась «летающая крепость», а у ТДИК ажурно-невесомая яхта. Хотя не совсем, на все N-1 мы решили ставить турель астромеха. Фактически возложив на штурмана обязанности по защите задней полусферы и вооружив мирного дроида парой закрепленных на подвижной раме вокруг его гнезда спаренных бластеров от дроидек. Идея и реализация, кстати, целиком принадлежала Джиннкинсу, я лишь адаптировал программу своих коллег-астромехов, для управления огнем и селекции целей.

С конструктором-битом мы поладили быстро. И можно сказать, даже подружились. Чему в немалой степени способствовало, как то, что я дроид, так и мои новаторские, с точки зрения местных, идеи в области техники. Но, надо отдать ему должное, Джиннкинс ничего не воспринимал на веру, и буквально каждое нестандартное решение мне приходилось обосновывать, буквально разжевывая прописные, для меня, истины. И, что удивительно, это приносило плоды: так несколько перспективных, на первый взгляд, идей оказались ошибочны, а еще несколько предложил сам бит, который как губка впитывал в себя новые знания, а главное методологию. А уж когда я познакомил его с основами теории решения изобретательских задач, мой рейтинг, в его глазах, поднялся где-то до уровня минимум пророка. Ведь в галактике сейчас существовало всего три способа решить техническую проблему: посмотреть в соответствующей базе данных, ждать осенения, и загрузить компьютер перебором различных вариантов, вводя их в математическую модель.

Таким образом, процесс конструкторской работы у нас сводился к долгим спорам, в ходе которых, мы со всех сторон «обсасывали» каждую идею, а уже затем вносили проработанное решение в чертежи и схемы. Старому коллективу Джиннкинса, который, за три месяца, прошедших после нашего возвращения с Татуина, удалось почти полностью восстановить, оставалось лишь формировать спецификации, и придумывать способ, как реализовать на практике то, что родило наше с битом больное воображение.

— Вроде неплохо вышло, — с сомнением произнес он. — Завтра надо будет проработать сенсорный комплекс, и можно отдавать в производство.

— Боюсь, завтра у меня не получится тебе помочь. Нужно еще проверить, как там Квай-Гон устроился. Я и так всю остальную работу с этим проектом забросил.

— Ничего, сами справимся, — подумав пару секунд, ответил Джиннкинс. — Моим бездельникам иногда тоже мозгом пользоваться надо, а то скоро в дроидов… Эрдваныч, извини!? Ты только материалы оставить не забудь.

— Не заморачивайся… И это: иди поспи! А то уже за констатацию факта извиняешься. И не переживай, я все на сервере вашего КБ дублирую.

— Заработались, — подтвердил он, вставая из-за стола, и покосившись на датапад, сказал. — Час ночи. Пора отдохнуть. Ты, я так понимаю, еще поработаешь?

— Да. Только не здесь, — ответил я, подымаясь вслед за ним. — Мне еще во дворец заскочить надо, проконсультировать Три-пи-о, и разобраться с поставкой «Мародеров».

— Что ж, до скорого!

— Спокойной ночи, Джиннкинс! — махнул я ему на прощанье манипулятором.

«Биту проще, он через дорогу от здания КБ живет, а мне через пол-Тида пиликать, — подумал я, выходя на ночную улицу. — А с другой стороны, грех в такую замечательную ночь не прогуляться. Тем более по такому красивому городу как Тид!»

Свернув за угол, и пройдя через сквер, я оказался возле канала, вдоль которого и пошел к видневшемуся вдалеке арочному мостику, по которому можно было попасть в район частных особняков, а пройдя его, во дворец. Конечно, по центральной улице было ближе, но мне сегодня не хотелось всего этого «найт лайфа», тем более, большинство его благ были мне недоступны. Так что я просто шагал по ночному городу, под звездным небом, тихонько насвистывая гимн Элбэрэт[143], на мотив «По полю танки грохотали».

Да, я действительно шел. Причем на своих ногах, точнее опорах. И да, я наконец-то обзавелся неким подобием гуманоидного тела. Этот апгрейд для себя любимого, я рожал долго и упорно – два с половиной месяца – для себя ведь делал. Конечно, хотелось полностью сохранить старое «тело», которое, во-первых, было неприметным, во-вторых, функциональным и, в-третьих, позволяло управлять большей частью имеющейся в галактике техники напрямую, минуя органы управления, но все упиралось в размеры – получался, этакий, мини-дредноут ростом два с половиной метра. Для войны, это конечно неплохо, да вот для мирной жизни, особенно при дворе, не годилось совершенно. Поэтому, мне, скрепя сердце, пришлось положить все три опоры на склад, а вместо них установить руки и ноги, одновременно переделав их узел крепления, чтобы в любой момент можно было вернуться к исходной конфигурации.

Уж чем-чем, а новыми конечностями я был ужасно доволен. Одни сервоприводы чего стоили! Выполненные по спецзаказу, они давали мне четырехкратное преимущество в силе и трехкратное в скорости, в сравнении с обычным человеком. Правда и стоили они очень немало – на весь комплект с ЗИПом, и теми элементами, которые я умудрился испортить, ушло почти восемнадцать тысяч кредитов. Это при том, что комплект приводов В-1 стоил всего пять сотен, а аналогичный, для джедайского тренировочного дроида, семь с половиной тысяч. Общая же сумма, затраченная на мой апгрейд, достигла сорока одного косаря. Радовало лишь то, что большую ее часть я умудрился провести под видом программы испытаний, в рамках создания универсального охранно-протокольного дроида для высшего руководства Набу.

Вообще же, при создании своих новых конечностей, я исходил из анализа возможностей форс-юзеров – ведь с первых дней пребывания в Далекой-Далекой Галактике, меня не покидал страх того, что какой-нибудь джедай или ситх, походя, порубит меня световым мечом, и фамилии не спросит. Конечно, я понимал, что без умения фехтовать, сила и скорость мне не помогут, но и без них, фехтование смысла не имело. Но главное, на случай подобного гипотетического поединка, в своих новых руках и ногах, я предусмотрел несколько неприятных для любого соперника сюрпризов. Так все мои суставы, имели две степени свободы, и могли поворачиваться на полный оборот в обе стороны, а запястья, вообще крутиться со скоростью в тысячу двести оборотов в минуту. Голени и предплечья имели телескопическую систему удлинения, позволявшую, за 80 миллисекунд удлинить их на шестнадцать сантиметров. А еще, нормальные, наконец, пятипалые кисти рук, и наружная сторона предплечий имели покрытие из фрика. Этот высокотемпературный сверхпроводник со свойствами теплового сверхпроводника обошелся мне в шестнадцать тысяч кредитов за четыреста грамм, но он того стоил, ведь по твердости и сопротивляемости нагреву, он уступал лишь сходному на атомарном уровне бескару. Последний я тоже хотел купить, но сто тысяч за шестьдесят грамм, были мне не по карману, да и качество его вызывало сомнения, ведь делали его кореллианцы, а не мандалорцы. Мандалорский же бескар, в зоне моей доступности, имелся лишь в виде ножа в тидском дворцовом аналоге Оружейной Палаты[144]. Вот только кто бы мне позволил его прикарманить?

В общем, я теперь представлял все то же ведро, но уже с ногами и руками, ростом 172 сантиметра и весом 68 кило. И главным обломом во всей этой красоте было то, что из-за ног я не мог пользоваться репульсорами. Но и это не было проблемой, так как я уже планировал, как только позволят средства, сделать себе несколько сменных ранцев с реактивными движками, генераторами щитов и различным вооружением, от бластеров, до управляемых ракет и беспилотных ударно-разведывательных дронов. Второй же облом, заключался в невозможности совместно использовать старые и новые манипуляторы. И если технически преград для этого не было, то на практике выходило черте что – как стучать одной рукой по голове, а другой гладить по животу, или вращать кисти рук навстречу друг другу.

— Привет, Эрдваныч! — от размышлений меня отвлекла Дорме, которая целовалась на лавочке с каким-то пареньком.

Будущая ассистентка Амидалы, как раз вернулась с Корусанта, где проходила практику в Сенате, и сейчас готовилась поступить на работу в Королевский Дипломатический Корпус Набу.

— Доброй ночи, Дорме, и… Хатт твою за ногу! Брик! — рявкнул я, узнав в пареньке юного любителя механики, которого я подобрал три месяца назад на Татуине.

— Виноват, товарищ капитан, это больше не повторится! — выпалил он, вытянувшись по стойке «смирно».

Привычное обращение «товарищ», я ввел в обиход по ошибке, сочиняя устав для вновь создаваемых Сил Планетарной Обороны, а когда это увидела Амидала, я по студенческой памяти включил отмаз, мол, так оно демократичней, подчеркивает равенство и братство в рядах защитников Набу, и так далее, в том же духе. Одним словом, Падме это понравилось, и во всех новых подразделениях, это обращение стало уставным.

— Опять в самоволку ушел, курсант!? — грозно спросил я, внутренне смеясь – кто бы мог подумать, что этот тихоня так разойдется. Вон Вил с Эритае только письмами обмениваются, а этот кобель уже четвертый раз попадается. И каждый раз с новыми пассиями. Тоже мне поручик Ржевский.

— Никак нет! До семи ноль-ноль, по приказу лейтенант-командера Додонны, нахожусь в увольнительной!

— Смотри у меня! И это… Дорме не обижай – шкуру спущу! — пригрозил я, и добавил вполголоса. — Ситх, развел Ян демократию. Поговорить надо будет…

Честно сказать, когда я узнал, кого переманила к нам Дрэйла, я минут пять от шока отходил. Это же… Ситх! Сам Ян Додонна! Человек, что спланирует уничтожение Звезды Смерти. Один из лучших генералов Альянса Повстанцев, и прочая, и прочая. Уже сейчас чувствовалось что это не просто очередной офицер. Да что там, он гений. Достаточно сказать, что я после десяти минут общения с ним, почувствовал то, насколько я ничтожен и ущербен в вопросах тактики космических сражений. Он за пару часов оптимизировал план обороны и патрулирования системы Набу, над которым мы с Риком Олие просидели две недели, а через три дня выдал на-гора план обороны, патрулирования и экстренного реагирования для всего сектора Чоммел, к которому, честно признаться, мы даже не знали, как подступиться.

Более того, этот суровый «космический волк», во всяком случае пока ничуть не напоминающий седовласого «профессора» из «Новой Надежды», стал первым в галактике разумным, который узнал, кто именно скрывается под именем гунгана Бонд Джеймс Бонда, чьи труды по тактике наделали столько шума в узких кругах военных теоретиков галактики. Собственно я, таким образом, и стал невольно одной из причин, по которой перспективный офицер покинул республиканскую службу и рванул к черту на рога на какое-то Набу. К сожалению, достаточно общаться с таким выдающимся человеком, банально не хватало времени, но даже наши краткие беседы, давали нам обоим очень много. Достаточно сказать, что лейтенант-коммандера мне пришлось уговаривать отложить написание книги о тактике применения флотских соединений со сверхтяжелым курсовым вооружением, а заняться более насущными делами. И причиной этого, оказалась одна моя догадка – уж очень знакомо выглядели схемы построений и действий эскадр крупных кораблей в общепринятой концепции флотских сражений. Я не мог отделаться от ощущения, что где-то это уже видел. Пока не осенило: это же точь-в-точь схемы танковых сражений, только не на плоскости, а в пространстве – вот и предложил: а что, если на корабль устанавливать не кучу мелких пушечек, а несколько, но очень мощных, одновременно усилив щиты в носовой части корабля. Посчитали, прикинули, и оказалось, что обычная современная эскадра до общей свалки, каковая и являлась сейчас основным этапом боя, просто не доживет – первый же залп снесет щиты двум третям вражеского флота, а второй, его уполовинит, а дальше будет просто расстрел. И это без учета таких приемов, как концентрация огня нескольких кораблей на одной цели, или замыкание строем кораблей верхней палочки буквы «Т», когда объединенная мощь эскадры размалывает корабли противника по одному.

Но на данном этапе важнее было другое, а именно организация собственного флота и подготовка кадров. Поэтому, с моей подачи, Амидала назначила Додонну начальником штаба Королевского Космофлота Набу, а так как космофлота, пока еще, фактически не было, возложила на него обязанности начальника Королевской Академии Сил Планетарной Обороны Набу. И пусть академия, пока, состояла из восьми десятков курсантов и полутора дюжин преподавателей, и только начала готовить будущих офицеров всего по четырем специальностям: Планетарные Силы, Флот, Разведка и безопасность, и Эксплуатация оружейных систем, ее курсанты уже сейчас стали на Набу очень популярными личностями. Чему, в немалой степени, поспособствовали вторжение Торговой федерации и попытка государственного переворота. Ведь после запущенной Панакой программы контрпропаганды, направленной на восстановление доверия общества к королевской власти и гвардии, а также на нивелирование эффекта от довольно жесткого подавления переворота, когда добывать плазму для королевства отправились три с небольшим сотни его подданных, образ гвардейца-защитника стал, неожиданно, очень популярен, а среди девушек из хороших семей, стало модно иметь в кавалерах не художника или управленца, а гвардейца или полицейского. Но так как большинство в гвардии и полиции Набу были люди семейные, а остальные были немного напуганы свалившейся на них популярностью, все лавры доставались курсантам. Чем некоторые уже начали нагло пользоваться.

Но хуже всех пришлось бедняжке Сабе. Ну, переборщили мы с восстановлением ее честного имени, переборщили! Из девочки набуанские СМИ, что греха таить, нашими усилиями, сделали чуть ли не мученицу. Ее рейтинг, в случае новых выборов королевы, сейчас лишь немного не дотягивал до рейтинга самой Падме. А последней каплей, после которой, бедняжку всю ночь успокаивали все королевские служанки во главе с самой королевой, стало известие о том, что начались съемки голофильма про нее. И все бы ничего, если бы не сюжет этого самого фильма. Одно название чего стоило: «Служить всем сердцем! Быть верной до последнего вздоха!» — именно так, пафосно, с восклицательными знаками.

Поприветствовав гвардейцев, охраняющих служебный вход, я прошел во дворец и поднялся в свой кабинет. Этим вредным излишеством, площадью в двести квадратных метров, меня снабдила Падме, видите ли, положение секретарь-советника обязывает. Уж лучше бы она мне нормальную мастерскую с производственной линией Асемблертронкс-3 выделила… Но это я уже загнул – линий такого класса на Набу было всего шесть, а вот пустующих комнат во дворце почти пять гектаров.

— Седьмой, Восьмой, что тут у нас? — я обратился к застывшим по обе стороны от двери DUM-дроидам.

— Товарищ капитан, за время вашего отсутствия, никаких чрезвычайных происшествий не произошло. Вас ожидают королева Амидала, Джей и Три-пи-о, — ответил Седьмой.

— Давно?

— Двадцать две минуты, командир, — моментально разобравшись, чего я от него хочу, ответил он.

— Благодарю за службу, бойцы!

— Служим королеве и народу Набу! — браво пропищали дроиды, вытянувшись по стойке «смирно» и перехватив DL-44-е.

Кстати запакованы оружием оба были под завязку. Кроме бластерного карабина, у каждого имелись пара встроенных однозарядных Gaanynir-1, на предплечьях, и штурмовой ранцевый оружейный комплекс РШР2-1. Как не трудно догадаться, последний моя разработка, представляющий собой плоский пенал с энергоячейкой от легкого спидербайка и баллоном с газом. К нему, на уровне пояса дроида, на подвижном, дистанционно управляемом сочленении, крепились пара Е-5 без рукояток батарей и газовых картриджей. А также, легкий фузионный меч-резак. В общем, каждый такой малыш, превосходил по огневой мощи троих В-1. Одно плохо, ранцами были обеспечены только двенадцать первых, «номерных» ДУМов, а остальные, которых уже набралось шестьдесят штук, довольствовались DL-44 и модифицированными Е-5. Все-таки, каждый такой девайс обходился в три с половиной тысячи, при том, что карабины были трофейными и, соответственно, не требовали затрат средств на их приобретение.

А войдя в кабинет, я был встречен донельзя раздраженной Падме, которая сразу же принялась на меня кричать:

— Что вы вдвоем с Панакой себе позволяете! Сговорились за моей спиной! Я вам обоим доверяла, а вы мало того, что пустили целую кучу денег на очередную бессмысленную затею. Так еще хотите сделать из меня какого-то преступного босса с Нар Шадды. Хорошо, что я догадалась просмотреть информацию по этой вашей «Стражнице»! И на кого я буду похожа в окружении десятка безобразных дроидов-убийц!?

Честно сказать, я мысленно вздохнул с облегчением – у девочки просто случился очередной приступ «независимости», к которому мы с Панакой, обсуждая эту самую программу, заранее подготовились. Так что я, выдав самый скорбный из имеющихся в моих базах вздохов, грустно произнес:

— Вот зачем так, ваше величество? Взяли, и ни за что девочку обидели, — и, переключившись на канал Джей, которая до этого притворялась мебелью в уголке, передал. — «Джей, лапка, между прочим, это тебя только что безобразной убийцей обозвали».

— Это что, я безобразная!? — поддав в голос плаксивых интонаций, простонала дроидесса.

Да уж, с такими глазищами, как у набуанской королевы действительно можно в аниме без грима сниматься. И как она с такой выразительной мимикой в политику собралась!? То ли дело мы, дроиды – был бы человеком, точно бы заржал. Ну, или как Палпатину, пришлось бы вечно с даунской улыбочкой ходить. Не приведи Сила!

— Ваше величество, вы видимо неправильно поняли суть проекта «Стражница», — ответил я на невысказанный вопрос королевы. — Все дроиды этого проекта планируются как полные аналоги Джей, лишь с расширенными функциями. И внешне будут неотличимы от дроидов-служанок премиум-класса, но с возможностями телохранителя-боевика, протокольника, медицинского дроида и, конечно, этой самой служанки. А, главное, вам не придется подвергать опасности жизни ваших служанок! Ведь сейчас главная задача и Сабе, и Эритае, и Рабе, и Яйне, и Саше – заслонить вас своим телом, приняв смерть предназначенную вам.

— Простите, Джей, Эрдваныч, я действительно иногда забываю об этом, — поспешила ответить Падме. — Но, ведь и Джей, если что-то…

— Если что-то, то я намного крепче людей! Да и тому, кто попробует мне это что-то сделать, я это что-то оторву! — под смех королевы, гордо заявила дроидесса.

— А кроме того, при серийном производстве несколько упрощенной модели, мы сможем выйти на рынок дроидов премиум-класса, что позволит за несколько лет окупить все расходы, а со временем начнет приносить прибыль, — поспешил я привести дополнительный аргумент.

— Ладно, уговорили, — улыбнулась королева. — Но у меня к тебе, Эрдваныч, еще один вопрос: что это за срочная разработка, ради которой ТДИК забросил всю текущую работу?

— Вы же сами приказали подготовить силы планетарной обороны в кратчайшие сроки! — изобразил я удивление, про себя кляня, на чем свет стоит, этих доморощенных кораблестроителей, которым финансирование последние мозги отбило – но не сдавать же их из-за этого!? — Инженерный Корпус занят строительством планетарных транспортно-боевых средств для ПСОН. К сожалению, без них невозможно обеспечить приемлемую скорость реагирования частей постоянной готовности. Даже для переброски одной роты полного состава со средствами усиления, в любую точку на наиболее густозаселенных территориях планеты в течение часа, необходимо иметь сорок восемь подобных транспортов на восьми базах.

— А разве нельзя использовать для этих целей технику, доставшуюся нам от Торговой федерации? — резонно спросила Амидала. — Насколько я помню, С-9979 может легко перевезти даже несколько батальонов. Да и МТТ, по-моему, именно для этого предназначены?

— Положим, МТТ едва до сорока километров в час разгоняются, и девять сотен километров – минимально необходимый радиус реагирования – будут преодолевать сутки. А С-9979, из-за того, что он предназначен для работы с транспортных кораблей, или подготовленных космопортов, мы, во-первых, можем развернуть всего в трех точках планеты, во-вторых, скоростью он тоже не блещет, всего 570 км/ч в атмосфере, ну и в-третьих, если у противника окажется корабль со средними лазерами или переносные ракетные установки, транспорт станет для экипажа и десанта братской могилой. Так что эти баржи мы будем применять только для перевозки крупных подразделений, в случае достаточно крупного вторжения. А силам быстрого реагирования нужна другая техника.

— И что же это будет? — поинтересовалась королева.

— В общих чертах, что-то примерно такое, — я спроецировал голограмму 3D-модели будущего корабля. — Проектные работы еще не завершены.

А аппарат, во всяком случае внешне, выходил занятным. Оставалось посмотреть, как он поведет себя в полете. Но, как говорится: «Если техника выглядит красиво, она хорошо работает», и уж кто-кто, а набуанцы умели строить красивые корабли. Этот же корабль, по форме напоминал ската, с рядной двухместной кабиной в приплюснутом носу, с парой, образованных спаренными двигателями от N-1, скошенных вниз крыльев, от которых тянулись расположенные между ними хвосты-радиаторы, в которых были смонтированы репульсорные панели. Еще один блок репульсоров размещался под кабиной. А сразу за ней имелось довольно большое пространство для установки сменных отсеков, включая десантный, габаритами 10х2,5х1,5 м, в котором в девяти рядах кресел размещалось 36 десантников, для посадки или высадки которых, боковые стенки отсека могли целиком откидываться, образуя аппарели.

— Таким образом, этот 30-тонный корабль, способен брать на борт контейнер, или любой другой, в том числе негабаритный груз, полной массой до 12 тонн. Прогнозируемая скорость, при полете в атмосфере составляет 1050 км/ч, а дальность полета позволяет без использования транспортного корабля, добираться до любой из лун Набу, — вещал я, описывая этого родственника не существующего пока LAATа. — Обратите внимание на механизм складывания хвостов-радиаторов. Это позволяет размещать машину на ангарной палубе практически любого корабля, причем, общие размеры его становятся всего 14х8х2,8 метра.

— Эр-два, ты говорил, что корабль относится к классу десантно-боевых? — уточнил Три-пи-о. — Однако, согласно моим базам данных, таковым может считаться только корабль имеющий наступательное оружие. Это же опасно! От него могут пострадать разумные.

— Именно опасно! Для врага. Основным оружием данного корабля являются два курсовых турболазера малой мощности, две спаренные турели средних бластеров, в верхней и нижней полусферах. Кроме того, зарезервировано место в корневых наплывах крыла, для четырех восьмизарядных револьверных пусковых установок 160-и миллиметровых ракет. А десант может вести огонь из личного оружия через восемнадцать закрытых корпускулярным полем бойниц в стенках-аппарелях отсека. Кстати, и сам корабль имеет защиту в виде генераторов защитного поля второго класса…

Потихоньку, от местного «боевого вертолета», мы перешли к проблемам космофлота, а затем, незаметно, и к межпланетной торговле и политике, о чем и проговорили до утра. Благо у Падме была отличная возможность отоспаться чуть позже, во время перелета на Кореллию, куда она летела заключать контракты на поставку различных кораблей, а заодно, присмотреть перспективных выпускников КорБеза, ведь полностью проблему с офицерскими кадрами для СПОН, нам решить так и не удалось.

Меня в это путешествие не взяли – очевидно, Панака боялся, что я опять устрою королеве внеплановые приключения, а может, опасался, что без присмотра, на Набу кто-то опять какую-то революцию учудит. Так что мне еще пришлось битых два часа инструктировать Три-пи-о и Джей. И выделять ей, на всякий случай, четверку ДУМов в полном боевом, ну и конечно «Колобков» на случай абордажа. С чем я и провозился до самого отлета королевской яхты, которую на орбите уже дожидалось звено истребителей сопровождения.

— Ты сейчас чем намерен заняться? — спросила меня Сабе, которую вновь оставили за старшую.

— Сейчас решу вопрос с представителем Сиенара, и слетаю, проведаю Квай-Гона и Шми, — ответил я, уже развернувшись к лестнице дворца. — Надо бы посмотреть, как там со строительством учебного центра.

— А меня бедную, снова оставишь одну, весь этот завал оставленный Падме разгребать, — вздохнула девушка, и мечтательно добавила. — Может хоть опять меня кто-то в тюрьму посадит… Отдохну!..

— И не надейся! — хлопнула ее по плечу Дрэйла Вико, в новенькой форме капитана гвардии. — Мы их самих посадим. Правда, Ранки?

— Подтверждаю. На кол!

На что Сабе лишь страдальчески закатила глаза. А я поспешил скрыться, подмигнув индикатором твилечке и дроиду-боевику. И уже час спустя, мчался на спидербайке в сторону гор Галло, где у истоков реки Соллеу и строился учебный центр СПОН, а заодно обосновались бывший джедай и Шми Скайуокер. Правда я опасался, что скоро она сменит фамилию. Уж очень многозначительно они с Квай-Гоном смотрели друг на друга, во время моего крайнего приезда.

Летя на спидербайке по речной долине, и пугая ревом мотора мирно пасущихся шааков, я не уставал поражаться удивительной красоте этой планеты. Даже не верилось, что, к примеру, всего в пяти километрах отсюда, находится замаскированный бункер, отстроенный во время оккупации силами Торговой федерации. Кстати, он был одним из основных факторов определяющих место расположения учебки – пусть привыкнут к оживленному движению в непосредственной близости от них – легче силы для штурма будет перебросить. Но не сейчас. Конечно всякие ООО «Зонтик»[145] мне тут не нужны, но и место для перспективного микробиолога, в моей, пока еще не существующей шарашке[146], уже было припасено. Да, это был риск. Но оправданный. Кто его знает, где этот маньяк еще окопаться может. Тем более, я не собирался устраивать «параграфов»[147] со штурмом бункеров, а взять его тепленьким, сразу после прилета. А уже затем, аккуратно и методично зачистить эту нору, не рискуя жизнями жителей планеты.

Но это все было делом будущего. А сейчас я просто ловил кайф от великолепного вида и скорости. Любовался зеленью лугов и величием древних статуй, вид которых, особенно на подлете к предгорьям, вызывал у меня ощущение, что вот сейчас из-за поворота покажутся пара, толи стрелочников, толи дойчланд зольдатен Аргоната[148]. Луга сперва сменились холмами поросшими прозрачными рощами, а затем покрытыми лесом отрогами. И мне волей-неволей пришлось снизить скорость. Все из-за мелких птичек, которые, испугавшись рева, взлетая из травы, норовили попасть в воздухозаборник турбины. Но это лишь позволило в полной мере насладиться видами.

Последний раз натужно взвыв на подъеме, мой спидербайк выскочил на равнину между двух пологих гор, где и находилась конечная цель моего полета, точнее даже две цели. На самом лугу располагался строящийся центр подготовки для будущих офицеров, а чуть дальше, на естественной террасе у подножия горы, располагался небольшой аккуратный коттедж, где и поселился джедай. Туда я и отправился первым делом.

Припарковав свое транспортное средство возле какой-то хозяйственной постройки, я уже хотел пойти к дому, как меня чуть не сбил с ног маленький живой снаряд, что выскочил из-за угла. Перехватить его, и крутанувшись в поясном шарнире, погасить инерцию, удалось только благодаря электронной реакции и усиленным сервоприводам. Так что оказавшаяся у меня в руках нескладная девчушка лет девяти-десяти, нисколько не пострадала.

— А-аа! Отпусти меня селезяка! Куда лапы потянул, изващенец селезный! — тут же завопила она, смешно картавя, и пытаясь стукнуть меня ножкой.

— Хорошо, отпущу, — согласился я. — Только, чур, не пинаться!

— Ладно, не буду, — нехотя согласилась она, после чего я поставил ее на землю, и чтобы мой оптический сенсор находился на одном уровне с ее глазами, опустился на корточки.

Девочка смущенно и недоверчиво посмотрела на меня, и спросила:

— А ты кто такой?

— Дроид, зовут Эрдваныч. Я прилетел в гости к Квай-Гону.

— А я Сазя! Я ыцай джедай! — гордо заявила она, сложив руки на груди, но потом, засмущавшись, добавила. — Ну, то есть, пока совсем не джедай… Но скоо буду. Вот!

— Выходит, мастер решил взять себе ученицу… — задумчиво произнес я, глядя в огромные голубые глаза крохи, что-то в ней мне показалось знакомым, но что, я понять не мог. — Ты ведь ученица Квай-Гона?

— Ага! Дядя Дзин хооший и добый. Он настоясий ыцай джедай! — заявила малышка, одергивая явно непривычное платьице. — Я тозе такой буду, как дядя Дзин и дядя Кай. Они настоясие ыцаи, не то что эти, котоые на дядю Кая угались… Но тот маленький зелененький смесной!

В общем, я начал понимать ситуацию: кто-то из джедаев подобрал очередного «слишком старого» одаренного ребенка, а Совет запретил ее учить. Вот этот джедай и нашел выход – чтоб и быки удовлетворены, и волки целы. Нам же и лучше, лишний джедай под боком, в хозяйстве пригодится.

А тем временем из дома вышла Шми. Все-таки три месяца спокойной жизни на Набу, явно, пошли ей на пользу. Казалось, женщина сбросила лет десять возраста. Да и нормальная одежда, выгодно подчеркивающая вполне еще спортивную фигуру, ей очень даже шла.

Она осмотрелась по сторонам, и, увидев нас, приветственно махнула мне рукой, и крикнула:

— Здравствуй, Эрдваныч! А мы тебя еще вчера ждали. Бери скорей этот маленький метеорит, и идите в дом. Квай ушел медитировать в горы, но скоро вернется.

— Я не хочу в дом! Я тозе хочу в гоы, — закапризничала малышка.

На что Скайуокер, уперев руки в бока, и грозно посмотрев на девочку, сказала:

— Если сейчас же не пойдешь в дом, останешься без сладкого!

— Но тетя Сьми… — жалобно протянула та.

— Я тебя предупредила, Ассаж Вентресс!

— Ладно. Хоошо, узе иду!

«Офонареть, и вот эта пигалица, одна из самых жестоких убийц и командующих КНС! — только и подумал я, следуя за ней в дом. — И как эта маленькая, худенькая обаяшка, похожая на мокрого котенка… Ситх! А Эни!? Теперь еще о ней думай, как на Темную Сторону не пустить…»

— Эм, что? — переспросил я Шми, когда мы зашли в прихожую.

— Говорю, я тоже была в шоке, когда четыре дня назад, к нам явился мастер-джедай Кай Нарек, и привез вот это чудо. Он сказал, что несмотря на решение Совета, сам бы взялся учить девочку, но у него, видите ли, миссия по прекращению гражданской войны на Раттатаке, и он не хочет подвергать ребенка риску. А тут его друг Квай-Гон, формально не подчиняющийся Совету.

— И что, мастер согласился? — удивился я.

— А куда он бы делся. Этот Кай в тот же день улетел, оставив малышку нам. Не выгонять же ее на улицу. Тем более жалко бедняжку, ее у родителей совсем маленькой отняли, и она у какого-то пирата рабыней была, пока того не убили. У нее ведь во всей галактике никого родного нет, кто мог бы о ней позаботиться.

— Я не об этом. Понятно, что вы бы ребенка не выкинули. Но он ведь начал ее учить!?

— А куда бы Квай делся, — хохотнула Шми. — Я настояла, да и как он сам признал, у Ассаж отличный потенциал в Силе, и оставлять ее без обучения просто опасно.

— Девочка – датомирская ведьма, а у них из-за длительной селекции, сильна предрасположенность к Темной Стороне, — пояснил, вошедший в этот момент в помещение, джедай, ставя в угол трость, на которую опирался при ходьбе. — Если ее не учить, врожденная страстность и агрессивность, может привести ее туда. Да и Кай поступил весьма мудро, привезя девочку ко мне. Боюсь, он слишком горяч и несдержан для ее обучения. Хорошо, что он и сам это понимает.

— Мастел Джинн, а вы меня сегодня будете учить? — спросила та.

— Конечно, Ассаж, и тебя, и Эрдваныча, — сказал он, и, повернувшись ко мне, спросил. — Ты ведь за этим приехал?

— Да, мастер, — склонив корпус в легком поклоне, ответил я. — Но для начала я планировал проверить, как идут дела на строительстве.

— Отлично! Тогда жду тебя, после полудня, вон там, около водопада, — и, отвечая на невысказанный мной вопрос, пояснил. — Дом – не лучшее место для обучения фехтованию на световых мечах. Не хочется его восстанавливать каждый раз, после того, как ученик допустит ошибку.

Попрощавшись с Квай-Гоном, Шми и Сажи, я вскочил на спидербайк, и уже через пять минут был на месте постройки набуанской учебки.

Что меня всегда восхищало в набуанцах, так это умение вписать абсолютно любые, даже самые утилитарные здания, в окружающий ландшафт. Вот что для меня учебка, да вообще любая воинская часть: казармы, плац, боксы для техники и хозпостройки, а вокруг этого бетонный забор, обязательно побеленный. Причем абсолютно одинаковые, что в Заполярье, что в степи, что между дальневосточных сопок, и как я подозревал, в любом из миров населенных людьми. А тут, архитекторы-набуанцы меня приятно удивили. Уже сейчас корпуса Учебного центра Королевской академии Сил планетарной обороны Набу, несмотря на то, что отделочные работы не были завершены, выглядели очень гармонично, чем-то напоминая этакий колониальный форт, какие строили англичане в Индии и на Ближнем Востоке. Даже каркасные ангары, и те ничем не напоминали привычные нам оцинкованные полубочки, отличаясь от них примерно как металлостеклянная конструкция викторианской эпохи, отличается от современной. И при этом цена этой стройки все равно оставалась более чем скромной – всего полтора миллиона кредитов.

На объекте все вроде оказалось нормально, если не считать массы неизбежных при любом строительстве мелких проблем. Даже из графика почти не выбились. А по отдельным пунктам его и опережали. Но, все равно, на улаживание кучи мелочей, вроде сроков поставки полимеризатора и арматуры, или переделки балок межэтажного перекрытия, в связи с переносом стены спортзала, ушло почти два часа. По прошествии которых я, пожелав строителям успехов, рванул к дому Квай-Гона. По пути, с тоской, вспоминая те времена, когда я мог целыми сутками просиживать в трюме Джей. А ведь всего-то полгода прошло. Что ж дальше-то будет!?

Этим вечером я сидел на траве около водопада, любуясь пейзажем предгорий и подернутых золотом закатной зари, лугов, что тянулись отсюда до едва различимого сквозь дымку Тида. У меня на «коленях», а точнее сложенных по-турецки опорах, удобно устроилась Ассаж. Девочка так напрыгалась и набегалась за день, а особенно после джедайских занятий на общую физическую подготовку, что повалилась прямо на мокрую, от поднятых водопадом капель, траву. Так что мне пришлось буквально за шиворот ее поднимать – еще не хватало, простынет – и брать на руки.

— Ну что, Ассаж, отдохнула? — спросил ее Квай-Гон, прислоняя трость к валуну, и снимая с пояса новенький меч.

— Неа-а! — страдальчески протянула она. — Тут и так хоошо!

А потом вывернулась. И, заглянув мне в оптический сенсор, жалостливо попросила, под смех Квай-Гона и, наблюдающей за нами Шми:

— Эдваныч, ты в следуюсий аз подусецьки на себя насей, а? Сидеть тведо.

— Так и быть, самая усталая ведьмочка, — улыбаясь, сказал джедай. — Начнем с теории.

Он активировал меч, и, став к нам вполоборота, направил его в нашу сторону, держа в чуть согнутых руках, горизонтально на уровне груди. А затем сделал пару выпадов, сперва горизонтально, а затем сверху, и, с полуприсяди, снизу.

— Изучение фехтования на световых мечах, джедаи, вот уже тысячи лет, традиционно начинают с формы Шии-Чо, которую также называют Первой формой, формой Решительности, или Путем Сарлакка. Это самая старая из известных форм, и ее применяли еще до того, как световые мечи стали обычным оружием джедая. В те времена, мечи делали из металла, и они были очень тяжелыми. Потому, в этой форме боя, основной упор сделан на экономичность и прямолинейность движений. Из-за чего, она является самой технически простой и легко изучаемой. Но в этом и заключается ее минус – любая из последующих форм, содержит способы противостоять Шии-Чо. Конечно, если вы не столкнетесь с мастером этой формы…

Слушая джедая, и прогоняя через программу захвата движения, показанные им приемы, я все больше убеждался, что изучение фехтования, займет у меня еще очень много времени. Ведь мне не просто требовалось освоить все эти семь стилей, мне нужен был свой стиль. Стиль оптимизированный именно для дроида. Стиль что сможет компенсировать мне слабую связь с Силой и невозможность предвидения, и наоборот, позволит в полной мере воспользоваться всеми моими плюсами, как то: скорость реакции, возможность обработки недостижимых для органиков объемов информации, и точность движений.

И тут я возлагал большие надежды, как это ни странно, на знания из моего мира. На ее величество Физику, теоретическую механику, и отрывочную информацию о рукопашном бое спецназа, вроде «Системы Кадочникова», где не было приемов как таковых, а лишь интуитивный анализ двух систем рычагов и шарниров – тел тебя и противника. Вот я и планировал заменить в этом деле ненадежную интуицию, точным математическим расчетом. Благо вычислительных мощностей у меня было более чем достаточно. Да и после извлечения не работающих в гуманоидной форме репульсоров, я вполне мог ее утроить за счет дополнительных процессоров, превзойдя по мощности большинство земных суперкомпьютеров.

Незаметно на горы Галло, опустилась ночь, и мы побрели в дом джедая, где за ужином, органики стали выспрашивать меня о последних новостях, которыми я с охотой делился. Одновременно поражаясь тем, на первый взгляд, незаметным, но бесчисленным изменениям, которые я спровоцировал в этом мире. И еще я знал, что впереди у меня много работы. Не ради высшей цели, а ради них. Как бы пафосно это ни звучало. Ведь если при моем появлении здесь я просто хотел сделать что-то, чтобы этот мир стал лучше, то сейчас я твердо знал свою цель: не дать грядущему водовороту поломать судьбы тех, с кем меня свела судьба. А что может быть лучше, чем сражаться за то, чтоб, к примеру, вот эту конкретную маленькую девочку, что сонно ковыряет мороженое, не раздавило жизнью и не превратило в озлобленного хищника, или чтоб эта женщина, что сидит сейчас напротив меня, смогла обнять внуков или гордиться сыном не за то, что он есть, а за его дела, или… Да ладно, теперь это мой мир! И это уже его проблемы!

КОНЕЦ ПЕРВОЙ КНИГИ.

пл. Набу. 968 г. Руусановской реформации.

Примечания

1

В электросетях с напряжением от 6 до 20 тысяч вольт достаточно широко распространены так называемые выкатные ячейки выключателей, в которых, для создания видимого разрыва цепи, что необходим для проведения ремонтных работ. Выключатель (устройство размером со стиральную машинку) просто выкатывается на специальной тележке, при этом его разъемы выходят из ответных разъемов ячейки, что полностью исключает самопроизвольную подачу напряжения, как на выключатель, так и на линию электропередач, или как ее еще называют фидер. (здесь и далее прим. автора)

2

ЗРУ и ОРУ – соответственно закрытое и открытое распределительное устройство, обычно закрытые РУ используются на напряжениях до 35000В, а открытые на напряжениях 35000В и более.

3

Коронный электрический разряд – негативное явление в электроэнергетике, которое возможно выявить либо по голубоватому свечению в темное время суток, либо по специфическому треску днем.

4

Автору известно, что при обходе электроустановок напряжением свыше 1000В, электрик, согласно правил ТБ обязан надеть диэлектрические боты, но на практике их никто никогда не использует, и на то есть причины.

5

Высоковольтный выключатель – это устройство, что в корне отличается от выключателя бытового. Его основная задача – погасить электрическую дугу, что возникает при отключении нагрузки. И размеры он имеет соответствующие, так выключатель на сто десять тысяч вольт размером с двухэтажный дом.

6

АПВ – автоматическое повторное включение, это функция релейной защиты линий электропередач, которая позволяет автоматически произвести включение ЛЭП после ее аварийного отключения, она обусловлена тем, что большинство замыканий имеют временный характер (кошка что закоротила собой провода уже испарилась:)).

7

Инерциальная навигационная система – комплекс гироскопов и акселерометров, предназначенных для счисления координат без использования внешних ориентиров и сигналов.

8

Асинхронный двигатель – самый простой, надежный и распространенный тип электродвигателя переменного тока. Описание работы, кому интересно, можно посмотреть в Википедии.

9

Центробежный насос – гидравлическая машина в которой, крыльчатка вращаясь за счет центробежной силы выталкивает жидкость в стороны, тем самым прокачивая ее.

10

В реальности агрегат такой мощности весит около 300 кг, и это без рамы и фундамента.

11

В каноне такого спидера нет, простите за маленькую вольность:)

12

Николай Анисимов «Где-то в небесах» – песня от лица Су-24 во время боевого вылета.

13

Кобра Пугачева – фигура высшего пилотажа, представляющая собой динамическое торможение самолета путем разворачивания его перпендикулярно набегающему воздушному потоку (угол атаки – 90° и более).

14

Кульбит – фигура высшего пилотажа, что является логическим продолжением кобры, и представляет собой «кувырок» самолета с сохранением высоты не используя, в отличие от мертвой петли, аэродинамику. В данном случае, кульбит был не полным (только на 180°) и сочетался с вращением спидера вокруг продольной оси.

15

Машошин А.В. цикл «Посреди ночи», «Зодиакальный свет», «Предвестники зори» – один из лучших фанфиков по Звездным Войнам написанных на русском языке, на мой взгляд, на голову превосходит многие произведения расширенной вселенной и переводы новеллизаций.

16

Синий-Два – позывной не только отображает цвет и номер R2-D2, но и в шутку отсылает к Красному-Два – позывному Вейджа Антиллеса в битве при Явине.

17

При определенной напряженности магнитного поля сверхпроводящий материал теряет свойства сверхпроводимости.

18

Эндемики – растения или животные, что обитают только в данной местности и нигде более.

19

Принцип устройства боеприпаса аналогичен минам серии МОН-100, однако заряд со стороны слоя готовых осколков не вогнутый, а выпуклый, что необходимо для формирования более широкого конуса разлета осколков.

20

Канонические причины конфликта, у меня лично вызывают сильные сомнения.

21

Перифраз известного приветствия древнеримских гладиаторов: «Аве Цезарь! Идущие на смерть, приветствуют тебя!»

22

Из песни М. Калинкина «Вот и все, остывают стволы»

23

В.И. Ленин.

24

Пржевальский Николай Михайлович – великий русский исследователь и путешественник, прославился своими экспедициями в Азию, и чьим именем был, в частности, назван вид диких лошадей.

25

Цитируется сериал «Бригада»

26

Имеются ввиду воинские звания прапорщик и старший прапорщик.

27

Сидорович – легендарный торговец хабаром, оружием и снарягой из серии игр S.T.A.L.K.E.R. обитающий в локации «Кордон»

28

идиотский, дурацкий на мандо'а

29

Владимир Богомолов «Момент Истины» (В августе 44-го…).

30

Мать спартанского воина, которая, по преданию, провожала сына на войну словами: «Со щитом, или на щите!».

31

Система счисления, с основой 3, в данном случае симметричная, в виде: «-1,0,+1».

32

Эпичный Американско-Израильский проект супервундервафли, с калибром до 12,7мм, и дульной энергией как у автомата. Известен тем, что не принят на вооружение абсолютно никем, кроме Голливуда, и изначально предназначался для стрельбы по сильнобронированным пивным банкам стальным мишеням.

33

Неканоничный мандалорский бластер, придуманный автором. Название переводится с мандо'а, как «удар кулаком», или пользуясь терминологией кикбоксинга «панч».

34

ТРД – турбореактивный двигатель. Коэффициент двухконтурности – отношение расхода воздуха через внешний контур ТРД, к расходу его через внутренний, или, проще говоря, какая часть воздуха после компрессора поступает в камеру сгорания.

35

магнитогидродинамический генератор – электрическая машина, предназначенная для преобразования тепловой энергии струи газа или жидкости в электрическую. Основана на поглощении положительно и отрицательно заряженных частиц, при их отклонении в магнитном поле. ИРЛ существует в виде экспериментальных и лабораторных образцов.

36

Наряд-допуск – письменное разрешение на проведение работ повышенной опасности, где указаны лица ответственные за безопасное проведение работ, состав бригады, время и место проведения работы и ее вид, а также меры безопасности, которые необходимо выполнить для безопасного ее проведения. Наблюдающий – работник ответственный за соблюдение мер безопасности при работе на объекте рабочих не имеющих права самостоятельной работы (к примеру, штукатуры работающие в электрощитовой).

37

Майкрофт Холмс – брат Шерлока Холмса, литературный персонаж созданный А. Конан Дойлом, гениальный аналитик на службе британской короны. (Большая Игра, такая Игра, господа).

38

Цитата из винрарной кинокомедии «Джентльмены Удачи»

39

Отношение давления до и после компрессора.

40

Скорость, при которой обеспечивается минимальный расход энергии на преодоление километра пути.

41

«минималка» – жаргонное выражение электриков, что обозначает защиту от минимального напряжения – функция релейной защиты, что обеспечивает отключение оборудования при снижении напряжения ниже определенного значения.

42

В момент пуска любого электродвигателя наблюдается временное повышение потребляемого тока, так называемый пусковой ток. Он, обычно, в 5-10 раз больше номинального.

43

Скорость полета ракет типа AGM-109 «Томагавк» или Х-55 составляет 220–240 м/с на высоте от 30 до 200 метров.

44

Время реакции обычного человека примерно 0,2 секунды, у спецназовцев и мастеров единоборств где-то около 0,1 секунды.

45

В просторечии «Пристрелка» – процедура по совмещению точки прицеливания и центра области рассеивания пуль, при подготовке огнестрельного оружия к использованию.

46

Круговое вероятное отклонение – радиус окружности, в которую приходится 50 % попаданий.

47

Опыт или эксперимент, который обязательно подразумевает смерть подопытного.

48

Битва у Чемульпо состоялась 27.01(09.02).1904. В ходе нее экипажи крейсера «Варяг» и канонерской лодки «Кореец» явили миру образец величайшей стойкости и самопожертвования, вступив в бой против 2-х броненосцев, 4-х крейсеров и 8-и миноносцев Японского Императорского флота.

49

по фене (воровской жаргон) — кража, ограбление.

50

Имеются в виду протонные торпеды.

51

А. Розенбаум «Утиная охота»

52

На мотив Sabaton «Back in control».

53

Гражданский, на армейском жаргоне. Происходит, видимо, от украинского шпак – скворец.

54

Рита или Бетти (у вероятного противника) – речевой информатор – устройство, предназначенное для информирования пилота о нештатных ситуациях, выдачи подсказок, и т. д.

55

Внешняя схожесть на некоторых фото Л. И. Брежнева и Босса Насса, а также Веры Брежневой и Джа-Джа Бинкса, как бы намекает.

56

Фильм Стенли Кубрика 1960-го года.

57

Разновидность противопехотной мины, которая при срабатывании, либо выстреливает сигнальную ракету(ы), либо зажигает дымовую шашку. Иногда дополняется осколочным зарядом.

58

Опять же армейский жаргон, означает солдат срочной службы до принятия присяги. То есть они еще даже не духи, а до черпаков (про дедов и дембелей я вообще молчу) им как до неба. В разных родах войск могли иметь разные названия, но смысл-то не меняется.

59

Имеется в виду игра Star Wars «Republic Commando» FPS по ЗВ.

60

Ручка управления стабилизаторами.

61

Самолетное переговорное устройство – система для обмена речевой информацией между членами экипажа. Могут подключаться пассажиры и «Тетя Рита» (см. выше).

62

А-50 – российский (советский) самолет дальнего радиолокационного обнаружения и управления построенный на базе Ил-76.

63

Основной причиной чрезвычайно низких потерь авиации США и НАТО в военных конфликтах последних лет, являются не совершенство их авиационной техники и мастерство летчиков, а чрезвычайно грамотная тактика применения авиации, в комплексе со средствами разведки, боевого управления и РЭБ. Хотя, это возможно лишь в локальных конфликтах, на ограниченной территории и при тотальном перевесе одной из сторон.

64

РЭБ – радиоэлектронная борьба – комплекс мер и средств, направленных на выведение из строя либо затруднение работы средств связи и обнаружения противника.

65

Имеется в виду песня В. С. Высоцкого «Песня летчика».

66

Угол наклона летательного аппарата в вертикальной продольной плоскости.

67

Автору известны канонные и околоканонные описания чудотоплив и реакторов на антивеществе на кораблях галактической цивилизации, однако, при взрыве корабля с такой энергосистемой вся энергия топлива участвовала бы во взрыве, а это было бы слишком мощно. Фактически это означало бы для, минимум половины Набу, выполнение Базы Дельта Ноль.

68

Она же «Кузькина мать», она же АН602 самая эпичная бомба в истории Земли, была взорвана в 1961 году над полигоном на острове Новая Земля. Имела мощность около 58 мегатонн, и что характерно, дефект масс составил всего 2,65 кг – теперь представьте, что бы произошло при аннигиляции тысяч тонн антиматерии.

69

Имеются в виду антивирусные программы для ПК.

70

Буквально «железное дерьмо» (мандо'а)

71

Система управления базами данных, в данном случае массивами взаимосвязанной информации в виде картотек, таблиц, каталогов и списков.

72

Автору, как и, очевидно, Эрдванычу известны всякие там Бэндо Гора, Черная Стража и другие смертники, любители и теоретики ТСС и ССС, но их даже вспоминать не стоит.

73

Имеется в виду Саваж Опресс.

74

Капитанами, в западной традиции, исторически часто называют командиров различных отдельных военизированных структур. Кроме того, в «придворных» подразделениях и разведках, существует весьма распространенная практика, при которой их звания, официально или по традиции, считаются выше таких же общевойсковых.

75

Все же вполне вероятно, что в данный период Дуку имел, или уже имел связи и влияние в своей вотчине.

76

По поводу даты Галидраанской бойни в каноне есть разночтения, так указываются даты 34, 41, 42 и 44 ДБЯ. В данном фанфике принимается дата 42 ДБЯ, так как 34 ни в какие ворота не лезет, ну не мог Фетт за два года «много лет быть рабом на корабле, перевозящем спайс». Нo, отомстить, и создать себе репутацию не мандалора, а наемника, с другой стороны с 44-м ДБЯ та же проблема, в то время ему было всего 22 года, так что я буду придерживаться версии из комикса Джанго Фетт «Сезон открыт», по которой это событие произошло за 20 лет до битвы на Джианозисе т. е. в 958-м.

77

Понятно, писали на монаршее имя далеко не все, речь идет о долях процента, ведь, скажем, паспортистка из ЖЕКа №3 города Урюпинска, в случае каких-либо проблем не будет напрямую писать Путину. Вот и тут так же.

78

Непереводимая игра слов с использованием диалектов хаттского и мандо'а, обозначающее, выражаясь официальным языком: лицо с крайне низким уровнем интеллекта и неадекватным поведением, вступившее в половую связь неестественным способом с представителем разумной расы Хатты.

79

Фигура высшего пилотажа, при которой 9 самолетов летят плотным строем в виде ромба (1-2-3-2-1).

80

Названия фигур высшего пилотажа.

81

Российские АГВП, летают соответственно на МиГ-29 и Су-27, и их модификациях.

82

Понятно, что ГГ утрирует, все же девочки маленькие и просто физически справиться не смогут. Однако факты, подтверждающие нулевую боеспособность Сенатских гвардейцев – налицо. Достаточно вспомнить захват Сената Кедом Бейном, а ведь ситуация стандартная была на 100 %.

83

Адрес особняка Палпатина в Тиде – не каноничный. Но вполне можно предположить наличие недвижимости у него на Набу.

84

Гимн Галактической республики

85

Эпичная музыкальная тема из этой самой игры, что как бы намекает на панический страх Запада перед «бесчисленными ордами русских варваров» верхом на медведях, что «тысячами советских танков» разрушат их такую уютную, демократическую Европу, дойдя аж до Вашингтона. Текст чуть больше чем полностью состоит из псевдорусских слов, пафоса и клюквы.

86

План проведения работ.

87

Динистор – полупроводниковый прибор, работа которого основана на обратимом пробое р-n перехода, при достижении определенного напряжения.

88

Физический прибор, демонстрирующий растекание электрического заряда по внешней поверхности проводника, и его непопадание внутрь. Как пример, во время грозы в поле, наиболее безопасное место – внутри машины.

89

Электромагнитный импульс.

90

Сутки на Набу – 26 часов.

91

Управляемый вектор тяги.

92

ОСТ из к/ф «Неуловимые мстители».

93

Воин больше чем броня (мандо'а).

94

Отношение ГГ к «профессионализму» гвардейцев показано ниже, но то что он думает об уровне их подготовки писать в официальных документах не принято.

95

Десантно-высадочные средства.

96

Имеется в виду первое известное, и наиболее трагичное восстание дроидов, которое инициировал НК-01, первый в серии легендарных дроидов-убийц.

97

Силы специального назначения Корпуса юстиции.

98

Предположение несколько тенденциозно, но предназначено не для подготовки военных операций, а для убеждения политиков.

99

Выражение приписывают известному американскому гангстеру Аль-Капоне, правда в оригинале упоминается «кольт», а не бластер, что сути не меняет.

100

Гвардия на Набу – это именно охрана дворца, фактически ВОХРа, хоть и являющаяся наиболее боеспособной среди всех «силовых» ведомств королевства, а не то, что мы обычно понимаем под этим словом, вспоминая «красу и гордость» отечественных вооруженных сил, что «гордо несут и приумножают славу своих дедов и прадедов, получивших право на это почетное звание в кровопролитных боях Великой Отечественной».

101

СR-90 – на тот момент самый скоростной, в обычном пространстве, корвет (60 MGL, что на двадцать процентов больше чем у «Мародеров» и Н-6). Кроме того, он имеет достаточно мощное вооружение, для боя, минимум на равных, с любым пиратом, и может легко модернизироваться путем замены модулей.

102

ВD-3000, дроид-служанка, чье назначение можно достаточно точно перевести, как «дроид для понтов». В частности, ее можно увидеть в Войнах Клонов, в серии, где Ора Синг покушается на Падме во время ее визита на Альдераан.

103

Транслятор – программа, которая предназначена для «синхронного» перевода программ, написанных на языках программирования высокого уровня, в машинные коды. В сравнении с компилятором, более ресурсозатратна, и, в зависимости от уровня дебилизма программиста, обеспечивает в разы, а то и в десятки раз меньшую скорость выполнения программы. Нормальными людьми используется только для вылова багов, создания подпрограмм с открытым кодом и всяких полезных мелочей, где скорость абсолютно некритична.

104

Имеется в виду язык программирования, а не общения дроидов.

105

Стрелять из штатной пушки дроидеки внутри легкого фрахтовика, вообще-то, самоубийство.

106

Распространенная в галактике модель детского дроида, выполняющего функции «Тамагочи», домашнего любимца, друга для игр, воспитателя, няньки, и охранника для ребенка.

107

ГГ не сильно утрирует. У любого вдумчивого читателя, а тем более у человека, который разбирается в современном оружии, характеристики и внешний вид канонных образцов вооружения ДДГ, может вызвать лишь тяжкий банхед.

108

Сюда входят: стоимость складского помещения, плата за электричество и поддержание работы вентиляционных систем, заработная плата обслуживающего персонала и охраны, оплата техосмотров и диагностики.

109

Данный сорт стали идет на изготовление различного металлопроката, труб и т. д. Он в разы уступает по прочности броневым сталям.

110

Имеется в виду толщина первого слоя брони, затем зазора между ними, и второго слоя брони.

111

Имена они взяли по первым буквам своих имен и по году рождения.

112

Бластер, которым пользовалась Амидала во время битвы за Тид. Разработан на основе компактного «дамского» бластера Q-2.

113

Бластер-вундервафля стоявший на вооружении набуанской гвардии. Имел подствольный дротикомет, оптический прицел, и стереосистему.

114

Реально существующий тип прицела, основанный на проецировании прицельной марки в «бесконечность» при помощи голограммы. Аналогичен коллиматорному прицелу.

115

Звание младшего офицера, аналогичное прапорщику в царской армии.

116

Боекомплект.

117

Неприкосновенный запас – запас продовольствия, воды и медикаментов, на случай проблем со снабжением.

118

Носимый аварийный запас – он же набор для выживания.

119

Раса роботов из ВаХи 40к, которые отличались особой «любовью» ко всему живому вообще, и к людям в частности.

120

Имеется в виду культ духа машины из вселенной Вахи 40к, и некоторое сходство джав с техножрецами.

121

Опять же в Вархаммер, создание искусственного интеллекта считается ересью. Впрочем, для самих Адептус Механикус это не аксиома, ибо не пойман – не еретик, кодекс, что дышло куда повернул, туда и вышло, и, наконец, что можно Генерал-Фабрикатору, того нельзя сервитору.

122

Шарль Морис де Талейран-Перигор – глава французской дипломатии времен Наполеона Бонапарта, смог фактически сохранить Францию, как единое государство с колониями(!), после эпикфейла известного корсиканца. Также от его фамилии пошел термин пидара… толерантность. Ну и, конечно, ему приписывают выражение: «В политике есть вещь страшнее преступления, это ошибка».

123

«Все братья» – мандалорская, песня известна по игре «Republic commando», где под нее часто приходится замки взламывать.

124

Техническая защита информации.

125

В тех же «Republic commando» взлом любого компьютера занимает максимум 2 минуты.

126

У дроидов DUM-серии кнопка включения питания совмещена с оптическим сенсором.

127

Имеется в виду комиссар из Вахи. В этой вселенной, он является воплощением доброты, сострадания, терпимости, прощения и милосердия. Главное, сказать ему об этом, и завтра, если вам повезет, пойдете в атаку первым:)))

128

Отсылка к крайне винрарному фильму «Генералы песчаных карьеров» о нелегкой жизни латиноамериканских гопников, беспризорников и прочих малолетних бичей.

129

Имеются в виду орки из Вахи 40к. Все что они юзают, после того как залутают, окрашивается в красный цвет и снабжается шипами. «WAAAAGH!!!», на оркском является всем чем угодно от набега, до боевого клича типа «Ура!!!», и от выражения радости до выражения гнева.

130

Винтовка Бердана – однозарядные винтовки двух моделей, калибра 10,67 мм, стоявшие на вооружении армии Российской империи. Сейчас общее название любого чуть более чем очень старого ружья или винтовки.

131

Валюта хаттов 1 пеггат = 60 вупиупи = 40 республиканских кредитов.

132

Внешняя разведка Торговой федерации (не канон)

133

Материалы, способные противостоять световому мечу.

134

MASH – Mobile Army Surgical Hospital или по-русски Военно Полевой Госпиталь, отсылка к американско-расовому сериалу про военных медиков во времена Корейской Войны.

135

В данном случае выражения аналогичные нашим «двухсотый» и «трехсотый», то есть убитый и тяжелораненый.

136

Жаргонное название штурмовика Су-25.

137

Система управления оружием.

138

Бортовое радиоэлектронное оборудование.

139

Убийство, совершенное группой лиц, самосуд. По одной из версий, получил название в честь американского судьи Чарльза Линча, практиковавшего линчевание во время Войны за независимость. По другой – от фамилии капитана Уильяма Линча, который ввёл в Пенсильвании «закон Линча» о бессудных телесных наказаниях – но не смертной казни – в 1780 году.

140

Имеется в виду киборг огневой поддержки из Вархаммера 40к.

141

Стойка при стрельбе из пистолета с двух рук, при которой корпус развернут левым плечом к цели, а полусогнутая левая рука придерживает пистолет и правую руку снизу.

142

Вполне стандартные приемы современной пропаганды.

143

Эльфийская песня из Властелина Колец, посвященная вала Элберет или Варде, богине эльфийского пантеона, «Возжигательнице звезд», супруге Манвэ.

144

Коллекция оружия в московском Кремле.

145

Отсылка к корпорации «Umbrella» из фильма «Обитель зла».

146

Конструкторское бюро в местах лишения свободы, основная масса «сотрудников» которого отбывают наказание.

147

Отсылка к отечественному боевикоидному фильму «Параграф 78»

148

Местность из Властелина Колец. В переводе с синдарина «королевские камни». Место у северной горловины заводи Нен-Хитоэль на реке Андуин. Там возвышаются гигантские статуи Исилдура и Анариона, высеченные из камня по приказу короля Гондора Ромендасила Второго около 1340 года Третьей эпохи

Content

Весельчак Ситх
Астромех Эрдваныч
Книга 1

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Эпилог

Примечания