Альманах «Российский колокол».

Спецвыпуск «Клуб публицистов премии им. Владимира Гиляровского»

Слово редактора

Анастасия Лямина

А есть ли у вас любимый публицист?

Можно ли встретить среди современных публицистов и акул пера тех, кого можно назвать «Гиляровским нашего времени?»

Это риторический вопрос. И в этом спецвыпуске вы не найдете на него ответа, так как здесь мы не будем сравнивать современных писателей и публицистов с именитым русским публицистом, писателем и поэтом Владимиром Гиляровским. В альманахе мы представили на ваш суд работы новых мастеров русскоязычной публицистики, «королей» репортажа и «мастеров» газетных сенсаций. За эти звания, которыми обладал Владимир Алексеевич, на страницах издания потягаются более десятка писателей, работающих в жанре публицистики.

Публицистика – жанр отличный от поэзии, требующий не столько вдохновения и сильных чувств, сколько философского и аналитического взгляда на мир, умения осмыслить происходящее… Однако и поэзия, и художественная литература могут быть не менее философскими, в чём вы убедитесь, ознакомившись с поэзией и прозой этого выпуска.

В этом специальном выпуске альманаха «Российский колокол» вы найдете рассуждения авторов о недалеком будущем и настоящем,

прочтете их мнение об актуальных и вечных проблемах современности и человечества, увидите их философский взгляд на мир и многое другое… И всё это выражается не только публицистическими статьями, но и стихами, рассказами, повестями.

Быть может, после изучения опубликованных в спецвыпуске произведений номинантов на премию Гиляровского у вас появится свой любимый писатель, с которым вы разделяете собственные взгляды на мир. Ведь чаще всего именно уважение и признание читательской публики и являются главной наградой для любого писателя.

Приятного чтения!

Анастасия Лямина,

шеф-редактор журнала «Российский колокол».

Публицистика

Виктор Авин

Родился в Ленинградской области, окончил Ленинградский государственный университет, живет в Санкт-Петербурге, женат, двое детей. В 2012 году в издательстве МГО СПР опубликовал трехтомник стихов и прозы «Миграция души» (первый том – 252 с., второй – 200 с., третий – 212 с.). В мае-июне 2013 года в составе делегации Продюсерского центра Александра Гриценко принимал участие в работе Всемирной книжной выставки в Нью-Йорке.

Как бороться с…

Способ борьбы с хамством в храме я лично нашел такой еще в 90-х: у меня церковь рядом, колокольный звон слышу. Заходил редко. Однажды пришел свечки поставить, поставил и тут же подбегает служка, схватила свечку мою и выдергивает. Я ей шепотом: «Поставьте, я ее только что зажег». Она мне на всю церковь: «В АДУ ДОГОРИТ!!!» У меня кровь в голову, взял ее за локоток, у нее аж что-то хрустнуло и она хрюкнула, и также на всю церковь сказал: «Поставь на место, а то сама пойдешь на переплавку!» Поставила и сбежала. Еще год туда не ходил, заезжаю по пути за город, в деревне светло. Потом заехал в ту, было время, а мне сказали добрые люди причаститься. Что это такое, не знал, хоть и крещеный, я с богом дружу. Зашел. Моего возраста батюшка накрыл меня полотенцем и шепчет: «Ну давай!» Не понял, что ему давать, но тыкать – это на рынке. Посмотрел ему в глаза, а они сальные, как у базарной бабы, горят аж, так он хочет услышать и дальше передать. Говорит: «Кайся, расскажи о грехах». Я даже рассмеялся, говорю: «Детей иногда пожурю, бывает». И он расстроился весь. Больше в эту церковь не ходил, в этом году зашел, а там новый батюшка, в летах и светлый, и сразу светло в церкви стало, сбежали из той церкви бесы. Значит, много людей там боролось с хамством в храме ногами и руками.

29.07.15 (эссе создано в качестве отклика на статью протоиерея Андрея Ефанова «Как бороться с хамством в храме», по адресу: http://www.pravmir.ru/kak-borotsya-s-hamstvom-v-hrame/).

Настоящие мужики

Настоящие коммунисты? Нет, настоящие мужики, подтверждающие правило, что коммунистическая зараза должна быть стерта из матрицы России. Например, Гидаспов Борис Вениаминович, последний первый секретарь Ленинградского обкома, ТЕХНОКРАТ – всю жизнь директор ГИПХА (институт прикладной химии) с выкрученными руками посаженный в обком. Сразу после катастрофы в Чернобыле сам вызвался и поехал в Чернобыль, за месяц построил там завод по переработке радиоактивной пыли, чем фактически спас Европу, поскольку именно в мае там обычно воздушные потоки начинают идти в ее сторону, такая там роза ветров. Гидаспов получил предельную дозу радиации. Вылечился и еще поправил – коммунистическая зараза в Ленинграде была смягчена. Во время путча спас Петербург от крови, как первый секретарь обкома и гражданский член Военного совета Ленинградского военного округа, отдал приказ ОСТАНОВИТВСЯ танкам, выехавшим из Луги на подавление сопротивления путчистам. И танкисты выполнили его приказ, а не приказ министра обороны путчиста Язова: «Идти на Ленинград». Потом Гидаспов отстаивал интересы ВПК в эффективной его части и по совокупности «содеянного» как «путчист» был записан демократами во враги.

Другие факты биографии: «4 апреля 2004 года Гидаспов оказался свидетелем дорожно-транспортного происшествия, в результате которого в реку Фонтанку упал автоагрегат с тремя людьми. 70-летний Гидаспов бросился с моста в воду и спас утопающих.» (с) «Википедия». От этого происшествия не оправился. Умер в 2007-м году. Царствие ему небесное.

26.04.13.

Уолстравитянин – это голова. Или сказка про немецкий порядок

А сейчас, мой маленький друг, я расскажу тебе старую сказку, которую ты знаешь на своей шкуре. Про то, какие французские фермеры, как русские свиньи, ленивые и пьяницы. Потому что себестоимость молока у немцев на порядок ниже, чем у французов. Сказку о том, какие немцы аккуратные и работящие. И у них комбайны круче, и трактора быстрее, и самые плодородные камни. Потому что началось все давным-давно, после Второй мировой, когда уолстравитянин начал по миллиметру, незаметненько так, делать все ту же мину под Европой, мину класса «немцы». Делал это он тихонечко, там колесико довинтит точнее, здесь болтик закрутит потуже. Ведь экономика – это же машина, и у нее есть тысяча мелочей, не видных покупателю в магазине. Одна шайбочка в этом уголке экономики держит или снимает напряжение другого болтика в другом уголке экономики. Естественно, надо все точно закрутить. Но только у одной машины из ста уолстравитянин все докручивает как надо, чтобы немецкий «Фольксваген» пришел первым в Европе на финиш, пардон, на старт новой игры-стрелялки. Поэтому вдруг француз и сделал открытие, что он пашет 25 часов в сутки аки немец, а молоко его в два раза дороже. Почему? – Дойче юбер алее, чи шо? Да ни, это игра такая – «политика вселенского масштаба» называется. И началась новая партия в эту стрелялку в 45-м, когда уолстравитянин начал делать потихонечку главного смотрящего Европы. Это был приз такой за пять миллионов «пешек, скинутых с доски на клетке с координатами «gl» в прошлый раз. Да и с нуля строить, это не на базе «Пежо» «Инфинити».

А захотел, сделал бы звездой на подиуме и русскую корову. Но она священная жертва, у нее другой тип движения – «буквой Г».

28.07.15.

Единая семья

Такие утра тихие пошли

Что отдыхают перед ними вечера

Природа нежная, кротка

Розовощека, утомленная почти

Посвежевшая, не от тоски

После штормов и наводнения любви

Когда бросает в жар и градом пот.

Природу нашу явно Бог дерет

Взял нас в свидетели замужества скачка

То дерево полюбит, обвенчают

То свяжется с такой же, молний даст

Спалит дубы и саженцы продаст

То как завертит со смерчем как с конем

И крышу сносит сразу всем домам

Потом притащится домой с такой дырой

Без озона над своею головой!..

Гулящей станет, как и мы, она ж для нас

Убийца, а мы хотим тепла

Спокойствия, и без переселения

Чтоб было все вокруг, гора

Осталась там, куда поставил Бог

И только мы плясали бы

Резвились на пленере и взрывали бы

В полях цветочки, недотрог.

Была холера нам в такие времена —

Вдруг все поймем, притихнем

Возьмемся за руки, друзья. И это еще что!

Начнем красивости слагать!

Терпеть и ждать, как наша мать —

Стала вдруг святой! Опять дала! Обет. Ага.

Филармонию менять? Что-то не в порядке с головой…

Их сразу стало три. Нет, сто голов!

Как и у нас. Была одна – Единый Бог…

28.07.15.

Портфель Жванецкого

Ровно через год как впервые их сфоткал, все-таки потерял свои старые двухкопеечные очки. Гордился ими, как Жванецкий своим потертым портфелем. Он начал приходить в телевизор без портфеля и погнал. Мораль: не запечатлей свою подзорную трубу? Неужели я перестану видеть маленьких Муз вдали в интернете нашего поселения?… Печалька. Пойду съем печеньку, может, начну писать как Бродский: «ночь, камера, волчок, уярит прямо мне в зрачок… (с) п.с.с. Бродского, издано в Пушкинском фонде. Так им можно было, они в бою, а мат и предназначен, чтобы идти с ним в атаку… Так я за очки. И без них матом не ругаюсь, только когда уже без увеличительного стекла виден наш железный занавес, который помогают опускать рабовладельцы уолстравитяне нашим надсмотрщикам за рабами – коммунистам России под ковром, чтобы привести их к штурвалу. Когда начался майдан, сразу было ясно, чего хотят майданутые хохлы с комплексом неполноценности, подпрыгивающие всю жизнь перед Россией как прыщавые пэтэушники – НЭП второго большого периода хотят нам выключить и включить фазу военного коммунизма, дома наши сжечь. Оплату за это – колбасу вместо сала им обещали, дадут покушать на завалинке новеньких мазанок, которые им построят уолстравитяне. Поняли те хохлы, что Россия больше заводов у них строить и дарить им больше не будет, а больно и надо было, куда как лучше из трубы сосать-воровать да из кармана уолстравитянина за убийство хохляцкого брата москаля мелочь клянчить. Так что со стихом Бродского «на независимость Украины» все ясно, состоялся стих – сбылся на практике полностью, лучше пойду куплю диоптрий только для того чтобы Муз наших видеть на горизонте на горшочках кораблей.

24.07.15.

Эпопея во сне, эпизод №2015

(публицистика в прозе и слегка в рифму)

I. Неопознанный Лунный Объект

Ложится спать сиреневый туман

сомнамбулы по полю тихо бродят

а ежик вдруг залез ко мне в карман

в клубок свернулся и иглой по сердцу водит.

На ворохе исписанных листов

дрожащих от мелодии фрамуги

коровка божья крылышками будит

сознание у вычеркнутых слов.

Во дворике затихла детвора

лишь хлопают полотна простыней

над крышами бараков, высоко

юлой жужжит, в полнеба, НЛО.

Возьмет с собой он тел тщедушных пепел

останется лишь Бог да глупый ежик

на ворохе исписанных листов

иголками водить словам по коже.

2008 (в бумаге моей «Миграции души» с 2012 года)

II. Опознанный булыжник космического пролетариата

Велосипедов мы не искали[1]

Приключений на жор свой тоже

Заносило нас без педалей

И у прохожих мороз по коже:

«Куда вы, дети, без гравицапы?!

От Планеты и от лучины?»

– По туннелю из мысли, папа!

Когда мышцы во сне бездвижны

Растворяешься в левитации

После праведных трудов-занятий

Вдоль по Питерской, в пятой жизни

Летим и смотрим – банан Обама

Сбивает с пальмы в Киеве палкой

Барак порушен, и сбитый, рас-

Потроше́н код из будки Зверя

И Порошенко ест сало в мазанке

С петелек сняты в кладовке двери

И оживают в ней куклы, мутно

В глазах, становятся уже не стразами

Тех, в ком заложена программа «Верю»

И возвращается в третий глаз

Свет, просыпается икона с ладаном

Летят булыжники над Канадою[2]

А в прошлой жизни видали нас.[3]

13.07.15.

«Рекогносцировка «зеленых человечков» это была, – подумал я еще раз, – им главное, чтоб булыжниками космического пролетариата (которые, как уже заметили астрономы, летают вокруг красной Звезды, она теряет грамм притяжения, и они вылетают с орбит своих как из пращи); так здесь они, чтобы вычислить момент, когда той Звезде сделать легкое размагничивание, и порция этих булыжников разбомбит наш уголок, им главное попасть в коллайдер. Тогда у нас будет черная дыра и не пострадает ихний уголок, беда в том, что мы, первобытные земляне, уже можем тупо защищаться, им главное отвлечь наши ядерные дубинки на пещеры политических врагов, чтобы сбивать мы не могли те булыжники подальше от Земли, и фактически выжить нам политически было бы недосуг» (с) (Виктор Авин, глядя сквозь телевизор).

Фотографию молодежи к стиху сделал я прошлым августом, коллажик тоже я смастерил

«Защита Лужина-Авина»

Разглядывая сейчас сделанную мной в прошлом августе фотку: «Океанский лайнер уткнулся носом в мост лейтенант Шмидта», подумал – как хорошо, что у нас теперь есть дамба, спасибо Путину за это – появился короткий путь с севера в Петродворец (о чем мечтал еще Петр Первый), и очень важная кольцевая, и главное – наводнения даже Васильевский остров не подтапливают, несмотря уже о таких наводнениях, которое предупредило Петра и его потомков: «Могу и по первое число этажей Эрмитажа затопить». И я понял, что с тыла Петербург не защищен и наводнения сегодня еще более опасны. Потому что Нева не вытекает из Финского залива, она выпадает из Ладожского озера. И есть вариант (поднятие уровня вод после длительных дождей, шторма на Ладоге, тяжелый ледоход после очень морозной зимы, а любой лед имеет свойство таять, и чем больше льда, тем больше воды, плюс по каким-то причинам заклинившие закрытые ворота у дамбы на длительное время) приведут

к тому, что Петербург затопит с тыла, с Ладожского озера тогда, когда он защищен с передовой природного фронта – со стороны Балтийского моря. Второй вариант – вот такая «дура» – океанский лайнер, во время разворота перед мостом, затонет поперек Невы и заткнет горлышко бутылки по вине какого-нибудь очередного итальянского капитана. Поэтому надо срочно строить вторую дамбу в начале Невы, там, где Шлиссельбург. Петр Первый сказал, слышите, чу…?

12.07.15

«Гоголевская»

Эх, жаль, нет сейчас возможности сфоткать платформу отремонтированной и открытой сегодня станции метро «Гоголевская», извините, «Пушкинская», но все равно у вокзала, с которого в Киев, чур меня, в Диканьку едут сапсаны, пардон, теплушки, набитые солдатами в черевичках для маскировки. Название вокзала вы узнаете, листнув Гугл, а почему «Пушкинская»? Для конспирации вторжения, рядом с улицей Пушкинской у нас станция метро «Маяковская» и улица его имени, которая могла начинаться с конца, тогда бы называлась улицей Салтыкова-Щедрина, в которую упирается ногами Маяковского, все равно сатирика переименовали в Кирочную, и не потому что там кирха была, а потому что называлась она «артиллерийской» со времен Петра еще, страшно же, поэтому чтобы народ кирял, и перейдя Троицкий мост в поисках Авроры, выходил на улицу Куйбышева, половине которого вернули название «Малая Дворянская», половине, потому что с этой половины выходит бывший проспект Маркса, теперь Сампсоньевский, плавно переходящий в непереименованного Энгельса, поскольку он – спонсор Маркса и фабрикант с партбилетом, от которого у станции метро «Удельная» и выходит та самая улица Пархоменко с Луганщины, где его взял в плен батька Махно, а Пархоменко обещал под сохраненный протокол сдать батьке всех коммунистов – так говорит «Википедия», но не успел, потому что перетек в откуда-то взявшуюся улицу Новосибирскую. Так и доехал поезд до Гулага, набитый коммунистами, а оттуда на Аляску и домой к Хозяину, рабовладельцу-уолстравитянину.

Это единственный путь из России на плантации демократии. А я думал, что чиновник, который у дороги на Киев назвал станцию метро «Пушкинская», перепутал его с Гоголем в советской школе, но закончил ее, потому что партком в РОНО рисовал очень грамотное ссср, из которого чтобы вышла такая каша в головах, и маяк во лбу – мавзолей на красном кладбище, пардон, на Красной площади НЭПА с коммунистами в подземном ходе у партийной кассы билетов назад-вперед, два шага в сторону – рейдерский захват за железный занавес и обратно, лишь бы конкурентом хозяевам коммунистов уолстравитянам не стала.

07.07.15.

На смерть Примакова

Умер Примаков. Как и вся страна, и я сидел с ним за одним столом, однажды, и в моем деле он сыграл непонятную мне роль. Царствие ему небесное по-любому.

26.06.15.

Кометный град

К Дню Космонавтики был показан секретный докфильм о Королеве, глубокой ночью – совершенно секретный, как коммунисты «хотели полететь в космос», о ЧУДЕ, которое спасло Королева в Гулаге три раза от верной смерти, потому что Бог так хотел – Королев должен был запустить ракету в космос. После его смерти началось «внезапное» отставание коммунистов в космосе. Это о роли личности в Истории. А если бы Королев погиб в 38-м году? никуда бы коммунисты не полетели бы, остановились бы на содранных с немцев ракетах, цель которых – пещеры противника, и скрывали бы американское освоение космоса как могли, а когда стало бы уже невозможно скрывать, заявляли б, что американцы с жиру бесятся, а СССР строит коммунизм.

Но Богу нужно было, чтобы Королев выжил, и он три раза чудом в Гулаге был спасен. Так же и сегодня, Чудо свершится и бесов с Уоллстрит скинет здравомыслящий позитивный капитал. Ведь с чего все началось? – ПРИЛЕТЕЛ ПЕРВЫЙ ЧЕЛЯБИНСКИЙ – подтвердилось то, что им говорила их секретная армия профессиональных экстрасенсов (многим «радиолюбителям» обрывки будущего являются, как мне сон в 2010-м, зафиксировал в моей бумажной «Миграции души» в 2012-м году в размышлениях-фэнтези «У последней черты», например): упадет один, второй, и начнется КОМЕТНЫЙ ГРАД по всей Планете. А у бесов, у подпольной всемирной партии дьявола цель – принести в жертву дьяволу уже не 50 миллионов, а всю Планету, и бесы стали к нему готовиться уже конкретно:

– Первым был троянский пони Сноуден в Москве, чтобы зачистить АНБ – главную организацию в США, которая способна с американской стороны управлять созданием противокометного щита.

– потом в Москву (!) прилетел американский генерал – главный по американским ядерным ракетам, здесь он напился и бегал с голыми девками, его там сняли и зачистили американских ядерных ракетчиков, которые тоже знают, что будет, и уже роптали, теперь пришли новые, построенные как надо.

И после этой зачистки «игрового поля» началось – срочное создание политического врага пуще прежнего, чтобы отвлечь ядерные ракеты сторожить пещеры политических врагов и не сбивать ими булыжники с неба подальше от Земли, не создавать из ЯДЕРНЫХ РАКЕТ ПРОТИВОКОМЕТНЫЙ ЩИТ ПЛАНЕТЫ (о чем мечтал еще и американский создатель ядерной программы Теллер, и наши ракетчики).

А противокометный зонтик из ядерных ракет – это реально, чем может защититься Планета. Булыжники с неба – это нам не вулканы и землетрясения, говорят, астрономы уже даже открыли Звезду, по орбитам которой эти булыжники летают. Понятно, что происходит – Звезда внезапно теряет грамм притяжения, и порция булыжников вылетает как из пращи. Значит, они летят из одной точки. Неизвестно лишь, сколько будет градин в граде (сколько потребуется ракет), сколько весит каждый булыжник (какой он нанесет урон), и с какой частотой они летят. Сон мне лично приснился в 10-м, первый челябинский маленький по три прилетел в 13-м, когда второй, третий, и когда начнется сам кометный град, каким боком Земля будет повернута к очередному булыжнику космического пролетариата с неба – неизвестно, наверное, все они упадут политически грамотно – на Россию – так американских политиков убеждают их секретные профессиональные экстрасенсы. Ну-ну… А нас спасут инопланетяне! Потому что ядерные дубинки нашим политикам самим нужны сторожить пещеры политических врагов! Вон, зеленые человечки сидят в кустах, это они сбили челябинский, ага. А когда прилетит булыжник нужного калибра, они выскочат из кустов с плакатом: «Земляне, мы пошутили!» и оставят на скрижалях записку мертвецам, что, главное – взорвался этот уголок пространства, иначе взорвется тот, откуда они родом, хорошо, что вы, земляне, развиваетесь политическим путем, вас немножко подтолкнешь, и делай с вами что хошь! И оседлают они свой НЛО и улетят. И останутся на пустой Земле встречать булыжники с неба неизрасходованные ядерные дубинки, нацеленные на пустые пещеры, там, где когда-то просвещенными землянами правили их голые, но умнейшие политические короли… Не верите? Посмотрите ночью на Луну и ее кратеры, оставшиеся от кометного града…

03.07.15.

Чип и Дэйл, пардон, Иван да Марья спешат

«Солнечно утром – дождь или снег на обед»

В головах у живущих откликнется постоянством

Не в одном Петербурге, по Миру, еще сотню лет?

Природа научит, не хочешь? – Заставит людей

Объединиться перед пожаром, потопами, стаей

Оскалиться в сторону смерти, скопом, зверей

Все свои когти, копыта, клыки – технологии перенаправить:

Подготовить Планету к тому что из-за России

(Она сбила боинг, который возил облака

Туда куда надо, теперь они носятся сами)

Провести трибунал, наказать: «Принять к себе Англию

Самим из России уехать и все в кандалах

Чтобы живой население сделало щит, типа дамбы

Вдоль всей границы Америки, – держать океаны»

И жить-поживать.

31.07.15.

Если черный кот дорогу нам найдет

(концерту Эдиты Пьехи 31 июля 2015 года посвящается)

Черный кот дорогу не переедет

Тридцать первого июля будет концерт

Так уж бывает – русско-польская леди

Что-то находит, что мы в гуано потеряли —

Нашу юность, искусство, не партбилет.

А давайте представим, что был у нас Страдивари?

Что жила у нас не Пугачева, а Эдит Пиаф?

Выбились в люди бы, заслуга не партии, а талант

Не ковырялся в носу бы наш царь, его взвился Гагарин

За честные деньги, не из репрессий, не через Гулаг.

Но мерить Историю сослагательным наклонением

Нам запретили и гнобя поднимают талант на щиты

Поют-де, народы и коммунисты так были едины!

Но вопреки им от Лайки страдали их бонзо-коты

Соберутся, и кот ей расскажет, что в магазине

С черного хода надсмотрщикам за рабами

Давали вчера, и собачку однажды дяди позвали

Лайка летит и черного вспоминает кота

Что дал ей свободу по самую невесомость.

И Пьеха споет нам про то, что значит «везет».

Если черный кот дорогу перейдет часовому

То в космос пошлют мавзолей и гипноз пропадет.

И за деньги талант себе дорогу найдет.

И не в тоске он будет замешан, на радости

И исчезнет из глаз у народа их раб, и Пьеха споет:

«За углом продают еще более честный народ

Но только русских за занавес бес ленин берет

Потому что играют они на трубе газ, не фокстрот

За бусы стеклянные уолстравитянину бес продает»…

30.07.15.

Вдоль по Дерибасовской в Канзас

Она с Крыма начинала заграницу

Только ту, что не встречала по белью

И не с Хлудовым плыла судьбы напиться

Не в меху через Берлин завиться в Ницце

Не за франк (старо), не поездатой Анной

Не за корочкой: «член ВПб Ульянова

Заагентурил розу», в Люксембург

Не за мелочью «страдавшей» от В.Путина

Ей не хватило в паспорте страниц

Чтобы штамп поставили «стоп-лист

Невъездная в Крым войны, почти лазутчица»…

Она шла по заграницам чтоб насытиться

Историей, культурой, и добрать и рай и ад

Что маме с папой запретил, ей, ленин, гад…

И путешествие закончила в Крыму.

Заграница там почила, вся в дыму

И большая Родина – Планета – началась

Как когда-то, с Петербурга, малой Родина.

Кое-кто еще порой где против нас

За счастье скоро примут, станет стыдно

Что шельмовали тех кто сбил им тот булыжник

Что пролетал вдоль Дерибасовской в Канзас.

А мы возьмем и не собьем его, промажем.

Пусть Европу охраняют Штаты в саже.

Нам достаточно небес от ШИЗ до БРИТС

Всего-то с пятачок их злой альянс —

Так подумали, наверно, бедолаги

Но широка душа, страна моя родная!

Лишь бы сыты были! Нас иконостас

Прокормит, все для золотых, верховных масс!..

28.07.15.

(Круче я слышал только у дочки в ее пятом классе. По телефону. Она: «Ты тоже едешь летом в Крым?» Подружка: «Да». – «На какой улице встретимся?..» А поколение выросло толковое. И хорошо, что знают: ленин гад = Ленинград).

Большой скачок и его маленькая проблема

Что такое «гибридный коммунизм»?[4] – это наш скрытый коммунизм под ковром с постоянно включенным НЭПОМ – новый тип рабовладельческой системы. Потолок окладов населения (пайка рабам) удерживается не приказом Госплана, а тарифом на электричество. А группа нэпманов на крючке постоянно оживляет экономику, впрыскивая в партийную кассу прибыль, отправляемую рабовладельцу на Уолл-стрит. Коммунисты – надсмотрщики за рабами – находятся в постоянной борьбе со своими хозяевами, как и при капитализме на западе топ-менеджеры в постоянной борьбе с собственниками. Экономистами уже доказано, что в современном мире нет девственного закона спроса и предложения, топ-менеджеры на Западе постоянно создают свои корпоративные цепочки по всему миру для получения своей личной сверхприбыли, поэтому везде побеждают технологические цепочки, выгодные цепочкам топ-менеджеров (экономическая теория «институцианализма»), так предложение искусственно формирует спрос. Сними собственник одного топ-менеджера, и на его защиту встанет целая корпорация топ-менеджеров из разных корпораций. Так же и в нашей рабовладельческой стране нового типа, в России, управление надсмотрщиками за рабами достигается рабовладельцами в процессе борьбы с надсмотрщиками за рабами. Рычаг рабовладельца – крючок, на котором сидит коммунист. Этот крючок железный. Система работает без сбоев. Одна беда – 21-й век на дворе, перед Планетой стоят угрозы, которые абсолютно ломают все прекрасно налаженные политические механизмы. Рабовладельцы хотят и на елке небоскреба сидеть и не уколоться. Тогда как цель – сохранение вообще экономической системы, требует перехода к новой, технократической модели специалистов вне политики, объединяющей все мировую экономику в одно целое: социум-щит против ползучей экологической катастрофы. В такой модели моментально можно поднять тарифы на электричество до разумных, моментально можно уравновесить платежный спрос населения, все переключается мгновенно и стабилизирует систему, поскольку перед ней цель – выжить, а не играть в политические игры. Технологии должны уже лет 10 как развиваться в другом направлении технологической защиты Планеты, технологии – это не политика, их не переключишь поднятием тарифов, железяку надо спроектировать и выточить на токарном станке, и таких железяк нужна целая машина. И это – самое слабое звено СКАЧКА в развитии корпорации под названием «Земля». Да, система управления переключится в новую на счет «три», когда припечет, но виртуальными играми с природой в ней не выживешь, внезапно потребуются реальные машины, которые остались не сделанными 50 лет назад.

Например. Технологически построить противокометный зонтик из ядерных ракет – легко. Технологически. Дубинки уже есть. Осталось научить их сбивать булыжники с неба подальше от Земли. Но эти булыжники – лишь часть проблемы. Планета пришла в разрушительное движение. Что делать с вулканами, землетрясениями и наводнениями? Это единая фронда. Здесь нужны не только духовные скрепы, но и СКРЕПЫ тектонические, удерживающие тектонические плиты от расползания, но их удержание приведет к перенапряжению внутри котла и выбросам из вулканов, а вулканам все равно, куда выбрасывать энергию Планеты – в воздух или в машину. Нужны «свистки», выпускающие пар из котла, «ветряные мельницы», гасящие волны цунами выравниванием воды в стакане, и так по всей технологической цепочке, регулирующей природную цепочку. Или рабовладельцы вместе с надсмотрщиками и рабами начнут бегать по Планете как тараканы в поисках тихих уголков…

«Потому что у этой корпорации все время кто-то пытался единолично завладеть контрольным пакетом акций…» (с) последняя запись в бортовом журнале Бога.

04.07.15.

Или светлая материя из черной дыры

Вечером в газете – утром на окраине:

«Россия будет стерта с географических карт, через поколение о ней забудут, так образуется первая черная дыра в Солнечной системе. Или из черной материи с черной дырой в Америке образуется светлая материя – Россия и ее окраины» (с) Авин, 30 июня.

«Украинская рада рассматривает закон о запрещении произносить слово «Россия», за нарушение этого закона последует наказание – 12 лет тюрьмы» (с) новости РТР только что.

«Кто из Питера, не тратьте деньги на Версаль, берите экскурсию по дороге в Польшу – возвращение Людовика» (с) экскурсоводша из наших в Париже в матюгальник. И действительно, Версаль мой Версаль, деревенька по сравнению с Петродворцом. И куда они полезли соревноваться? Точно, вторых европейских олимпийских не будет. Ну позорище же – Германия, Англия, Франция, Италия, в сумме взяли 71 медаль, Россия – 79. США и Китай – наши конкуренты, и в спорте тоже. Это же очевидно, зачем было в Баку показывать голую королеву? А то еще был случай: гитлер и Сталин сыграли в четыре руки – намолотить максимум людей, прости господи, в жертву дьяволу. Сначала Сталин дурочку включил, понаделал котлов, чтобы фашисты прыгнули к Москве, потом гитлер дурочку включил – в летних шинельках с летним моторным маслом в танках не прошел двух очкариков из ополчения с одной трехлинейкой на троих, они – герои, но трехлинейкой танк не собьешь. Это гитлер просто встал и стал ждать подхода сибирских дивизий, цель же у них была собрать мясорубку. Для этого и на Невском пятачке три года Сталин упорно высаживал полки, чтобы рекорда Гиннесса достичь – максимум погибших солдат на один квадратный метр за всю историю войн, пулеметики на горке, а Сталин упорно три года каждый день туда высаживает пушечное мясо, прости господи, и таких примеров тьма. Начиная с югославского прыщика, который гитлеру так захотелось раздавить и потерять месяц блицкрига, начиная вообще со Швейцарии – хочешь захватить Мир – захвати швейцарские банки. В общем, собрали в 41-м мясорубку, и понеслась… А если бы по честнаку бились главари, не мясники, фашистов уже в Белоруссии бы утопили в болотах, хохлы бы им, конечно, ворота открыли, но дальше Донецка фашисты бы не добежали. Ну вот если так только – по сговору спортсменов (Малкин упорно мажет по воротам), или шулерством судей и допинговых бандкомиссий, тогда да. А вся европа умещается у России в кулаке. Уверен, второго своего позора Европа не допустит, не будет вторых европейских олимпийских, или Россию туда больше не пустят, сотрут ее с географических карт, и через поколение о ней славно забудут – так образуется первая черная дыра в нашей Солнечной системе. Или из черной материи Мира с черной дырой в Америке появится светлая материя – Россия и ее окраины.

29-30 июня 2015.

На день зависимости Планеты от се орбиты

Прошли те времена, когда еврей признавал геноцид армян, а как стал премьер-министром, перестал признавать – по должности не положено. Сегодня речь идет о независимости Планеты от ее орбиты. Все остальные зависят от бесов, взявших Уолл-стрит на абордаж на руинах Близнецов. Я не Путин, я сегодня первым белый халат надел, в этом году поздравлять Америку с независимостью не буду. На-поздравлялись, поверила, что независима от Планеты, полетела маленькая птичка прямо к Солнцу, сверху обкакала, пардон муа, все, так что Планета вот-вот сойдет с рельсов. Обожжется птичка, забинтуем, приземлим, поздравим с возвращением, поставим ногами на землю грешную, дадим почувствовать, где она, кто она, в каком она коллективе, и поздравим с независимостью от ее мании величия. А сегодня – перерыв на процедуры.

04.07.15.

Фотографию гипсовой статуи Свободы сделал я в июне 2013-го, будучи на Всемирной книжной выставке в НЙ в составе делегации от Продюсерского центра Александра Гриценко

Георгий Бурцев

Родился в городе Холмок Сахалинской области в 1950 году. Отец русский. Мать белоруска. Её фамилию – Богданович – я часто использую в журналистике, в случаях, если в газете помещено более одного моего материала. Служил. Сержант. Окончил строительный техникум, курсы военных журналистов, институт психологии, институт управления. Работал на стройке прорабом. На радио – репортёром и диктором. На телевидении – ведущим программы.

В театре – заведующим художественно-постановочной частью. В газете – журналистом и редактором. В школе – психологом и учителем.

Мною написано и опубликовано множество статей. Есть несколько статей и обо мне, как о психологе и учителе. Написал много песен к различным театральным постановкам. Опубликовано много стихов, как в России, так и за её пределами, в том числе на Украине и в Белоруссии. Снялся в нескольких телефильмах и телевизионных программах.

Набат

Уже не первый год говорится о возможном законопроекте, по которому жена не сможет без письменного согласия мужа сделать аборт. Мера жёсткая, но вряд ли она возымеет действие. Любая жена найдёт не один десяток способов обойти закон. И по-своему будет права. Ну, действительно, какой толк от того, что она родит недоумка и доходягу? Ведь многие женщины курят и откровенно и втайне от мужей. Общеизвестно, что витамины не накапливаются впрок. Вымываются. А токсины, напротив, имеют тенденцию к накоплению. И курящие женщины накапливают в своей репродуктивной системе до 4000 названий различных ядов. В итоге вынашивают ребёнка по сути дела в помойной яме. Где ж ему родиться нормальным человеком? Не зря народный фольклор отреагировал на это, как всегда, оригинально и точно:

Покури во славу моды,

От тебя пойдут уроды.

Не солдаты, не сенсеи,

Не в науке корифеи,

А голубенькие геи!

Наметившаяся в последнее двадцатилетие тенденция на снижение рождаемости вызывала сильную тревогу не только в обществе, но и в руководстве страной. Сегодня ситуация как будто пошла на улучшение. Рождаемость сдвинулась к росту. Даже кое-где появились очереди в детские садики. С одной стороны, это уже неплохо. Но хорошо ли? Как это ни парадоксально и отчасти жестоко прозвучит, но постулат «Лучше меньше, да лучше» уместен и в демографии. Ну, действительно, что толку любому государству от такого прироста, если в нём будет высокий процент детей с пониженными физическими и психическими показателями? А ведь именно эта тенденция чётко обозначилась на просторах России. До 85% новорождённых выходят в этот мир с патологиями.

Если оставшиеся 15% в дальнейшем после школы поступят в вузы, то кого же призывать на срочную военную службу?

Кто виноват? Первое, что приходит в ответ на вопрос от многих курящих женщин: ну, естественно, экология. Да, эта самая ухудшающаяся экология, действительно, не абстрактно, а вполне конкретно окружает нас. Но! Сравните окружающий нас воздух с дымом изо рта курящего человека, хотя бы визуально. Разница есть? Несомненно. И значительная. Значит, дело в большей степени не в экологии природы, а в экологии души.

Многие из соотечественниц возражают: дескать, жизнь такая. Однако мои родители родились задолго до революции. Оба пережили Первую мировую, Гражданскую войну, террор, Вторую мировую, тяжёлое ранение и инвалидность отца, разруху, голод… Всё! Однако моей матери в голову не пришло закурить.

Стало быть, дело и не в жизни, не в голоде, и не в разрухе вокруг нас. Верно говорил профессор Преображенский: разруха в головах. Многие женщины, неудовлетворённые своей женской сущностью, страстно желают доказать мужчинам, что они на всё имеют те же самые права. И в последние годы девицы стали откровенно, смело, на глазах у прохожих курить и выпивать. А женская репродуктивная система чрезвычайно чувствительна и уязвима. Это было заметно и в прежние времена. Мне не раз доводилось отмечать, что у курящих матерей рождались дети с различными по степени отклонениями. Есть огромный по объёму материал с конкретными именами и фамилиями, но по этическим соображениям приводить его мы не будем.

Кстати, никакой загадочности кроме цинизма, снобизма и задержки на оральной стадии развития, за сигаретой не просматривается.

Любой из нас, оглядевшись, может и сам заметить, если не у своих детей, то у детей ближайших родственников, друзей, соседей и т.д. признаки физических и психических отклонений, виной чему если даже не сама молодая мама, то её мать или бабушка. Причём эти признаки не всегда могут быть явными, бросающимися в глаза. Здесь показателем может служить плохая успеваемость ребёнка, слабая способность к усвоению материала, плохое поведение, агрессивность в школе, раздражительность в быту.

Ярчайшим примером равноправного употребления табака, сопровождавшимся деградацией всей цивилизации, была средневековая Америка. Когда туда пришли Колумб, а следом за ним испанские конкистадоры, там не курили только младенцы. Можно смело сказать, что выдающуюся цивилизацию инков и ацтеков сгубило равноправие полов. В результате которого женщины рожали слабых мальчиков, которые появились на свет с пониженными интеллектуальными и физическими показателями, с меньшим любопытством и любознательством, с низким стремлением к первопроходству, изобретательству и рационализаторству, но с более высоким порогом ощущения опасности. И что в конечном итоге стало с индейцами? Проиграли войну. Одни племена исчезли. Иные ассимилировались. Другие и поныне пребывают в резервациях. Кое-кто возразит: дескать, а как же герои Ф. Купера, Майн Рида и Карла Мая? Да никак. Это всё не более чем героика, романтика и беллетристика. Да, были отдельные

индивидуумы, оказывавшие сопротивление порабощению, но не более того. Ну и потом, человек с пониженными физическими и психическими данными вовсе не обязательно должен быть дебилом. Если бы все были академиками, кто бы работал физически? Беда индейцев в том и состоит, что они перестали рожать потенциальных академиков и воинов, способных улучшать оружие и методы ведения войн.

Сейчас, через 70 лет после Победы, выясняется, что за последние 10-15 и более лет страну в поисках женского счастья покинули 500 000 девушек и молодых женщин. А это без малого 500 эшелонов! 500!

Порядка 3% из них обосновались там достойно. Вышли замуж, получили образование, нашли работу по специальности. Это замечательно. Ничего не скажешь. Около 15% устроились сносно. А что же с остальными, коих 82%? А ничего. Пополнили панели и бордели различных городов мира. У меня с детьми, слава Богу, всё в порядке. Но мне от этого не легче, ведь Там оказались дети моих соотечественников. Они могли и должны были стать матерями, а стали потерянными не только для нас, но и для всего человечества – позором нации. Их отъезд из страны сам по себе уже удар по генофонду. Проще всего сказать, что в стране на тот момент были неподобающие условия. Но были времена и похуже. Однако никто не бежал из страны. Стало быть, виноваты сами. Не научились тестировать жизненное пространство в силу неадекватной самооценки и зауженного сознания. А ведь что их ждало там, на далёком Западе, совсем не трудно было просчитать. Ведь данной проблеме не год и не два. Полторы сотни лет назад драматург Иван Котляревский написал свою «Наталку-Полтавку», которая не сходила со сцен музыкальных театров весь советский период. А что толку?

Всё напрасно. Уехав отсюда, эти самые красавицы не улучшили гендерно-демографическую ситуацию здесь, но значительно усложнили её там, за бугром.

Женский организм ввиду пониженного содержания в нём дегидрогеназы почти совсем не сопротивляется сливанию, а излечение женского алкоголизма – задача более сложная по той простой причине, что женская воля сильно уступает мужской. Отсюда движение навстречу усилиям врачей-наркологов почти не ощущается.

В-третьих. О татуировках. Если до этого их делали себе исключительно мужчины, что было даже позитивным фактором, так как это вносило лишнее отличие мужчин от женщин, то сейчас у детей это различие стёрто. Мало того, что курят и пьют не только папы и дяди, но, оказывается, еще и мамы и тёти. Кроме того, хрупкому детскому восприятию предлагается ещё одна загадка: в чём же разница между папой и мамой, если и у тех и у других на спинах, на плечах, на бёдрах и других частях тела черно-синие жуткие, в форме каких-то монстров, иероглифы?

Кстати, адекватные женщины татуировок себе не делают. Склонность же к подобного рода экстренностям имеют истерички, семейные Ксантиппы, способные при детях закатывать скандалы, вечно пребывающие в состоянии алярмности и аффекта. Эта самая «алярмность» в переводе на русский язык означает буквально «тревожность». Она бывает двух типов. Одна из них проистекает из антиципации, то есть от предчувствия реальной опасности. Другая же параноидальная, от умфалерского, то есть негативного образа мышления. Так вот эти особы даже не способны просчитать, что нанесение татуировки делается по одной цене, а уничтожение обойдётся ей в десятки раз дороже. Пройдёт ещё несколько лет, отойдёт эта уродливая мода. Придёт другая. К примеру, ходить без уха. Может быть – без руки. И что? А между тем, мне уже известны отдельные девицы, осознавшие глупость содеянного от практической невозможности исправить. Кстати, в Японии татуировки означают принадлежность к якудзе.

Алкоголь, табакокурение и татуировки являются мощными деструктивными факторами в процессе формирования поло-ролевых функций у наших детей.

Сегодня наши дети уже достаточно дезориентированы, для того чтобы чуть ли не поголовно стать геями. Осталось немного – провести парад под одноимённым названием и внести в законодательство юридическую норму, позволяющую регистрировать однополые браки. Это будет действительно ощутимым и окончательным ударом по генофонду, или последним шлюзом, от которого Россия захлебнётся мутным потоком и уже никогда более не станет нормальным здоровым государством.

Хотя обвинять самих геев мне бы не хотелось. Они, за редким исключением, сами в этом не виноваты. Не их вина, что они выросли в неполной семье. Были воспитаны мамочками-одиночками, феминистками, ненавидящими всех мужчин за то, что один из них не захотел быть её мужем. Частенько воспитание мальчика происходило в условиях гиперопеки, то есть такой же бабушки, тоже курящей эмансипированной феминистки.

Нам всем надо знать, что геи, или секс-меньшинства, – это вовсе не представители какой-то субкультуры, а глубоко несчастные люди, дети матерей-одиночек.

Устраивать парад геев равносильно тому, что проводить карнавалы паноптикумов. В то же время геи – это психологически не вполне адекватные люди, не сумевшие верно, в соответствии со своей половой морфологией реализовать себя в сексуальном плане.

Среди них встречаются отдельные индивиды, имеющие отклонения при зачатии, вынашивании и рождении с генной мутацией. Их доля в общем количестве ничтожно мала. Нередко у ребёнка появляются сбои из-за того, что он был нежеланным у матери. Она предпринимала различные способы для прерывания беременности, наносила механический или химический вред будущему ребёнку, который затем появился на свет уже с патологиями, не способствующими адаптации в социуме.

Не зря сказано в Библии: за грехи родителей расплачиваются дети.

Многие сексологи отмечают всплеск обращений женщин с такой аномалией, как отсутствие оргазма. До 80%. Клиентки опять же винят, естественно, в первую очередь мужчин. Но ни в коем случае не себя. А ведь это замечательное чувство просто-напросто теряется по чужим постелям. Это раз. А во-вторых, фаллоимитаторы придумали не врачи, а предприниматели в попытках занять свою нишу в бизнесе.

Может ли женщина, по разным причинам оставшись без мужа, воспитать мужчину? Может, если в её ближнем окружении есть мужчины – собственный отец, брат, дядя. Опосредованно они будут влиять на процесс воспитания, отсекая появляющиеся в его поведении феминистские паттерны.

Дети матерей-одиночек, даже не ставшие геями, в большинстве своём андрогины. То есть морфологические мужчины с прорывающимися в различных ситуациях женскими чертами – дезадап-танты, девианты, потенциальные делинквенты, хронические неудачники, очень часто недоучки, пьяницы и наркоманы. Именно эти юноши становятся фигурантами неуставных отношений на срочной военной службе, сначала в роли «молодых», а потом – «дедов». Загляните внутрь Комитета солдатских матерей. Там поголовно матери-одиночки. И не потому что они «бабы-дуры», а оттого, что они – женщины, естественно, не обладающие мужскими паттернами поведения, то есть адекватными моделями или способами взаимодействия с окружающей средой. Дочки у таких мамаш повторяют судьбу своих родительниц – наследственные разведёнки. И везде один и тот же порочный фактор – неполная семья, из-за неспособности мамы найти только своего партнёра. Высокий процент разводов полное тому подтверждение. А в корне проблемы всего лишь неспособность к адекватной самооценке. Сознание сужено до аффективной страсти. Слабо Супер-Эго. Вместо него наружу прорываются Ид и Эго, а не какая-то мифическая женская сила характера. И так называемой «планки» уровня претензий в реальной жизни быть не может, равно как не существует «венца безбрачия».

Количество матерей одиночек в стране насчитывает десять миллионов. Дефицит мужчин в общей численности населения России составляет те же самые десять миллионов. Сопоставив эти две цифры, вполне можно сделать ошибочный вывод, что в этом и есть причина столь массового явления как одиночное материнство. Но даже если мужчин будет в два и три раза больше, количество матерей-одиночек не станет меньше, так как данный феномен не является проблемой демографической. В основе его не только психология, но и психиатрия. Ведь за редким исключением эти самые дамы при наличии финансов готовы идти на любые страдания, чтобы только улучшить свою внешность и связать узы именно с тем, на кого они положили глаз.

Занимаясь изучением психологии, я с интересом читал появившиеся у нас брачные объявления. Нельзя сказать, чтобы все они были образцами для юмористов. Тем не менее, многие и сейчас вызывают недоумение. На протяжении нескольких лет в одной из газет я читал одно и то же объявление такого содержания: «Всю жизнь считала скромность необходимой чертой любой девушки, а теперь вот не могу выйти замуж».

С трудом вышел на контакт, и выяснилось, что у этой скромницы, вполне скромной внешности и такого же скромного интеллекта, самооценка выше, чем у красавицы с кандидатской научной степенью.

Однако самое большое беспокойство всё же вызывают мальчишки. Это будущие солдаты, созидатели, изобретатели, аналитики, рационализаторы, первопроходцы, без которых невозможен научно-технический прогресс. Всем известно – мир открывают и обустраивают мужчины. Но где же современным мальчишкам стать нормальными здоровыми гражданами, если государство решение многих проблем перекладывает на плечи самих граждан? А граждане, как известно, нуждаются в руководстве и подсказках.

Отдельные тезисы этого трактата я опробовал на разных, и в том числе женских, аудиториях и получил немало проклятий со стороны нежной половины человечества всего лишь за то, что персоналий энциклопедического справочника показывает: научная, креативная и аналитическая активность женщин не превышает 4% от мужской. Однако милые наши дамы продолжают шуметь о мифическом неравноправии. Они и во всех властных структурах желают равного, по гендерному признаку, представительства. Об этом они не устают говорить с самых разных трибун. А при всей своей несравнимой нежности и хрупкости стратегия выбора партнёра несёт в себе более биологические, нежели духовные паттерны – банальная ориентация на особь.

Мужчины же, напротив, при всей своей внешней грубости почти поголовно романтики и пассионарии. Неслучайно им принадлежит гигантская масса открытий, кроме острова Лесбоса. Я вовсе не утверждаю, что все мужчины герои, а женщины – дуры. Нет. Среди мужиков дураков тоже немало. И именно они, чтобы сделать девушку или женщину доступней, посадили их на стакан или на сигарету. Среди женщин есть немало образованных и талантливых личностей. Они были Героями Советского Союза и Социалистического труда, Народными артистками, художницами, поэтессами, певицами, чемпионками и даже Нобелевскими лауреатами. Просто мужчины пока опережают их от одного до нескольких поколений. Для примера возьмём самый свежий в истории прецедент. Доступ к компьютерам был уже абсолютно равным, однако первыми хакерами стали мужчины. Без всякого соревнования. И дело тут не в их агрессивности. Ими движет всё та же Пассионарность.

Но вернёмся к порокам. И не к врождённым, а приобретённым. Чем дольше мы будем говорить о том, что алкоголизм, наркомания и табакокурение – это болезни, тем большей проблемой это будет для здоровой части общества, так как это связано с большими финансовыми потерями. А сами виновники, а по большей части – виновницы, поражены не менее тяжёлым недугом – иждивенчеством.

И вообще, думается, что нам, христианам, не стыдно оглядеться вокруг и присмотреться к исламу. Известно, что в нём нет места женскому курению, алкоголизму, наркомании, татуировкам, проституции и венерическим заболеваниям. А население в исламском мире неуклонно продолжает расти. Кстати, если открыть Коран и задержать взгляд на 85 строке суры «Трапеза», то прочитаем: «Неприятелями мусульман являются безбожники и язычники, но не христиане». Но за последние 20 лет мы обросли всеми признаками безбожников и язычников.

По сравнению с 50– и 70-летним прошлым уровень разводов среди русских уже перешагнул отметку 50% и подкрался к 70% отметке. Конечно, можно было бы винить мужчину в непостоянстве и прочих грехах, если бы он остался один на 142 миллиона женщин. Но он не один. Их 66 миллионов на… 76 миллионов женщин. Характер гендерных отношений всегда будет диктоваться демографической ситуацией. Те, кто постарше, помнят песенку шестидесятых годов: «Очень жаль, что на десять девчонок по статистике девять ребят». Последняя перепись показывает, что ситуация только усугубилась.

Знаю по опыту, что критиковать проще. Общеизвестно также, что добровольно никто бросать курить не пожелает, поэтому предлагаю ограничить продажу табачных изделий и алкоголя женщинам до 40 лет. Предвижу мощное сопротивление со стороны табачного лобби. Предчувствую, какой крик поднимется со всех сторон о наступлении на права и свободы, поэтому хочу напомнить, что рожать недееспособных на шею налогоплательщиков и на обозрение всему миру есть настоящая подлость. Также хочу предложить прикрыть салоны «Тату» как рассадники инфекции и бескультурья. Давайте заглянем в словарь русского языка, где написано чёрным по белому: татуировка является принадлежностью к низкокультурным слоям населения. А ещё настало время в гражданское судопроизводство ввести гибкую практику: при разводах и «дележе» детей не препятствовать желанию отца оставить сына при себе. А если женщина осталась по каким-либо причинам без мужа, но с сыном, или «отсудила» сына себе, то прикреплять её к психолого-диагностическому центру для помощи в воспитании.

Уже известно, чем закончился недавний гей-парад в Белграде. Пролилась кровь. Обильно. И это уже реальные плоды эмансипации.

Геи и феминистки

На эту тему в Европе написано несколько монографий. И все или почти все их авторы утверждают, что появление в семье гея, лесбиянки или феминистки примерно такой же феномен, как рождение девочки вместо ожидаемого мальчика. При этом никто из авторов не удосужился провести опрос внутри данного сообщества на предмет выяснения статуса родителей и вообще их наличия. Анкетирование же среди отечественных геев показывает, что 99,9% из них происходят из неполных семей, то есть воспитаны матерями-одиночками, а нередко и рождены «для себя».

Однако в различных аудиториях и социальных сетях некоторые оппоненты не раз пытались возразить мне, что у него или у неё есть и мать и отец. Но самое короткое расследование показывало: родного отца нет, он неизвестен; в настоящий же момент есть или был отчим, а до его появления ребёнок не знал либо никого вообще, либо у матери была некая череда временных партнёров. Подобные матери-одиночки склонны жить в так называемом гражданском браке.

И в том, и в другом случае у ребёнка налицо было затруднение самоидентификации плюс искривление процесса формирования поло-ролевых функций. Чтобы не растекаться по древу приведу один вполне рядовой, но весьма показательный пример. Молодая женщина, студентка-провинциалка, влюбилась в студента сокурсника, москвича. Пошла с ним на сближение. Но даже когда она обнаружила, что беременна, он не спешил представлять её своим родителям. Объявил ей, что родители не потерпят в доме курящую невестку. В ответ же она только смеялась, называла его несовременным и дремучим. Однако время шло. Выводов она никаких не сделала. Курить не бросила. Родила, не доносив срока. Ребёнок-девочка была слабенькой. Для наращивания мышечной массы молодой матери пришлось потчевать ребёнка анаболиками. В итоге девочка выросла тщедушной с нарушенным гормональным фоном. Правда, в школе училась нормально. После окончания даже поступила в институт. Но уже вскоре обнаружила, что никому из однокурсников не была сколько-нибудь интересной, хотя сама влюблялась. Пережить индифферентного к себе отношения не смогла. Стала впадать в уныние. Успеваемость упала. Пошли неуды и «хвосты». В итоге, не закончив второго курса, бросила учёбу. Из-за неудовлетворённости своей женской сущностью и ненависти к мужчинам пришла к выводу, что мужчинам на этом свете легче и лучше. И решила… сама стать мужчиной, хотя морфологически обычная женщина. То есть мочеполовая система её на сто процентов женская. Правда, вторичные половые признаки выражены слабо. Да, не красавица, но внешность вполне социально приемлемая. При адекватной самооценке и, соответственно, адекватной оценке окружения вполне могла бы выйти замуж. Но время безнадёжно упущено. Сейчас ей 34 года. Никому она не нужна. Никому не интересна. Ни профессии, ни талантов, ни повседневной житейской мудрости. Пустоцвет и злобная феминистка. А кто виноват? Отчасти, конечно, и сама. Но изначально и в основном – мамочка. Вот и получается, что причинами сексуальных отклонений являются:

1. Одиночное материнское воспитание.

2. Материнская никотиновая зависимость.

3. Стресс в период беременности от ухода партнёра.

4. Различные попытки прервать беременность.

5. Материнский алкоголизм.

6. Материнская наркотическая зависимость.

7. Татуировки на теле матери.

8. Выяснения отношений при ребёнке.

9. Генные мутации.

10. Порочные связи.

Моисей-Муса-Мусульмане. Иисус-Иса-Ислам.

Конфликты на межнациональной почве дают о себе знать не только за границей или на российских окраинах, но и в самой столице. Ещё свежи воспоминания о стычке в районе станции метро «Чистые пруды», где трое молодых футбольных фанатов получили ножевые ранения. Один погиб. Потом случай на одном из столичных рынков. Взрывы в метро. В наземном транспорте. Никто из нас, наверное, не выходит из дому с абсолютной уверенностью, что не станет свидетелем очередного эксцесса.

Чтобы понять происходящее сегодня между исламом и христианством, попробуем сначала обратиться к Библии. Но ничего не находим. Настал черёд поискать ответ в главной книге мусульман. Коран состоит из 114 сур, или глав. 131 раз в них упоминается Моисей, или Муса. 37 раз вам попадётся Иисус, или по-арабски – Иса. Единственная женщина, упоминаемая в Коране, – мать Иисуса Христа Мария. 25 раз! Не странно ли всё это? Неверными, или противниками ислама названы язычники. Христиане же противниками не являются, так как их священники не заносчивы. Ну, действительно, чего делить мусульманам и христианам, у которых в Библии и в Коране так много общего? И здесь и там почти все известные персонажи. Только имена чуть изменены на арабский лад. И, тем не менее, напряжение всё же существует. И немалое. Почему? В чём дело?

Конечно, можно все претензии отнести к противоположной стороне. Проще всего предположить, что представители ислама, имея в доме Коран, не открывали его и не читали. Но не лучше ли обратиться к самим себе с вопросом: «А мы-то кто? Христиане ли мы в действительности, хотя бы по форме, не говоря уже о содержании? Многие ли из нас читали Евангелие или Библию?»

Чтобы ответить на этот вопрос, пришлось самому зайти в церковь. Исповедовался. Почти следом зашла женщина. В платье и платочке. Подала записки «Во здравие» и «За упокой». Подошла к исповеди. Помолилась. А вот вошла группа девушек. В брюках. С непокрытыми головами. На кассе взяли платки. Покрыли головы, обмотались другими платками вокруг пояса. Постояли у иконы Николая Чудотворца, возле образа Матроны, кто-то задержался перед Блаженной Ксенией. Ушли, оставив платки там же на кассе. Видимо, попросили хороших женихов или удачи на экзаменах.

Трудно судить о глубине веры. Но это молодёжь. Им некогда. Надо везде успеть. Не буду придираться и фарисействовать, ведь и сам я бываю в храме не каждый день.

Если мы, россияне, вступили в социализм из недолгого капитализма, то в большинстве традиционно исламских республик это вступление произошло из феодализма. Тем не менее, о том, что этот социализм был чужд и недорог им говорить не приходится. Прижились все. И возвращение к прошлому было сродни катастрофе. Никто не хотел возвращаться к эмирам и баям. Никто. Ни ближние мусульмане, ни дальние. Всё, что произошло, случилось по нашей вине. Или по вине наших тогдашних руководителей, которым мы доверили наши судьбы. Это Экзюпери сказал: «Мы в ответе за тех, кого приручили». А мы, говоря современным языком, их просто кинули или сдали.

На Земле то там, то здесь воздвигаются границы. Удаётся это сделать даже в небе. Но в информационном поле, как то в телевизионном или в Интернете, границ нет. Вот и случилось непоправимое. Всё, что творилось тогда на телевидении, делалось из расчёта на одну публику, бывшую в массе своей русской и атеистической. Но смотрели те передачи все. В том числе и наши российские мусульмане. Многие из тех программ для наших братьев-мусульман были не просто неприемлемыми, но оскорбительными, вредными и опасными. Ведь не секрет, что даже менталитет русских православных и атеистов – это не одно и то же. Велика разница в мировоззрении православных и правоверных мусульман. А что нам показывали в «Окнах»?

«За стеклом»? В «Доме-1»? В «Доме-2»? Что проповедовали в программе «Без комплексов»? А какой пример являла «Каменская» с неизменной сигаретой? И после всего мы недоумеваем, почему нас перестали уважать татары и башкиры, ингуши, чеченцы, дагестанцы и осетины. Даже если допустить, что зрителями были только русские атеисты, и то их зрительская масса неоднородна. Среди них было немало таких, которые были знакомы с психологией гендерной, подростковой, школьной, педагогической, военной и юридической. Многие из них не понаслышке знали, что такое мужские и женские паттерны, что собой представляет и к чему ведёт процесс формирования поло-ролевых функций. Кто на телевидении задумывался о проблеме идентичности подрастающего поколения? Смешно, но в качестве экспертов выступали всё те же бескомплексные Лолита, Тина, Татьяна или Ксюша. Ну почему было не пригласить хотя бы бывших психологов и психиатров, а ныне артистов А. Шаца или Г. Мартиросяна?

А теперь давайте представим себе всю постсоветскую зрительскую аудиторию, с разным менталитетом и разными религиозными традициями.

Что должны были думать они о нас, о представителях великой русской нации? Это многим нашим атеистам-пофигистам без разницы, что жена курит, что пьёт и что она там выколола себе на одном месте. Плевать им на то, что будет на Земле через сто или двести лет и кем будут их дети, внуки и правнуки. А православным и мусульманам это не безразлично. Всем нам известно, что на нашем полушарии производителем наркотиков является исламский мир. Правда, сам-то он их не употребляет. Ислам чист или почти чист от таких современных недугов как алкоголизм, проституция, гомосексуализм, венерические заболевания, СПИД и наркомания.

Мне доводилось слышать из уст наших самых красивых, нежных и хрупких вот такое: «Слава богу, что князь Владимир принял не ислам, а христианство, мы сейчас хоть одеваемся во что хотим, можем и выпить, и покурить, и тело украсить, и переспать с кем очень хочется».

С такой жизненной философией стоит ли удивляться тому, что конкурентную массу европейских проституток составляют россиянки?

А почему среди них нет ни одной татарочки или черкешенки?

Для нормального среднего мусульманина татуированная, курящая женщина с банкой пива в руке уже говорит о её нравственности где-то на уровне нижней черты плинтуса. Мужчина же, обнимающий такую особь, проходящими мимо мусульманами рассматривается как извращенец и даже… не жилец.

Мы, христиане, считаем ислам самой стратифицированной религией. Сами они так не думают. А их женщины не чувствуют себя ущемлёнными в правах. Даже напротив. Вспомните французский инцидент 2009 года, когда правительство Франции издало постановление о запрете ношения хиджабов. Воспротивились сами мусульманки! Потому что мусульмане нацелены на долгое и далёкое будущее. Они более чем кто-либо озабочены физическим и душевным здоровьем своей нации.

На нашем телевидении среди телеведущих немало экзотических имён и фамилий. И на основании этого положения, наверное, можно подумать, что оно вполне многонационально. Но само по себе это ещё не решение национального вопроса. И дело даже не в том, кто из них под какой фамилией поведёт ту или иную программу. Главное, чтобы передачи не задевали национальных чувств и не навязывали неприемлемый стиль жизни. Или хотя бы начало передачи предварялось бы объявлением: «Данная программа адресована исключительно русским, так как им уже терять нечего ввиду окончательной испорченности». Да, действительно мусульманам не безразлично, как выглядят и что произносят с телеэкрана Фарида Курбангалиева, Лиля Гильдеева, Арина Шарапова, Роза Сябитова, или вездесущая Ксения Собчак, а заодно и Тина Канделаки. Было бы наивно предполагать, что никто из мусульман не задался вопросом, какую религию исповедует последняя из перечисленных. Женщина без мужа.

Имеет детей. На тыльной стороне левой ладони татуировка. И это у матери-одиночки! Филолога! Человека, баллотирующегося на высокий пост в системе образования России. Слава Всевышнему, что этого не случилось. Для любого верующего или просто нравственного человека это было бы превеликим нонсенсом. Даже язычники, коих мусульмане по Корану нарекли врагами, этого себе не делали. Тогда кто она? Неужели сатанистка? Не хочется думать. Скорее всего, истеричная, экзальтированная, с невысоким самоконтролем и неадекватной самооценкой, с материальной иерархией ценностей, циничная атеистка. Человек, для которого святого в этом мире не так уж много, а точнее – ничего, кроме американского доллара. Да, образованная. Даже талантливая. Но ум и образованность – не одно и то же. Нормально для любого здравомыслящего человека если не скрывать недостатки своего характера, то хотя бы не выпячивать их. Женщина же, нанесшая себе этот изъян, конечно, не подозревая о том, демонстрирует окружению все свои самые чёрные закоулки и без того уже не самой чистой души: «Вот смотрите, дураки, какая я взбалмошная, амбициозная и циничная». Жалко её детей. Очень жаль. И очень грустно оттого, что этот человек продолжительное время работал на ЦТ, являл наглядный пример для молодёжи. А весьма странный Константин Эрнст, приютивший на телевидении множество подобных эмансипированных чудовищ, посылал её даже брать интервью у Рамзана Кадырова. А заглянем-ка в словарь русского языка Даля или Ожегова и прочитаем, что там написано о татуировках. Ну вот. Оказывается, татуировки говорят о принадлежности к малокультурным слоям населения. В Японии это ещё хуже – к мафии! И мы с вами вместо того, чтобы развивать культуру, плодим сущее бескультурье руками и устами тех, кто эту культуру должен поднимать. Ну, как должны относиться мусульмане к нам? Откуда им черпать к нам уважение, если мы сами себя не уважаем?

Мы кичимся тем, что являемся титульной российской нацией. А какой пример мы подаём нацменьшинствам? Для мусульман святее девственницы есть только мать. Выше уже Аллах. А у нас с экранов телевизоров, из радиорепродукторов, со страниц печати хлещет мутным потоком пропаганда свободного секса. Куда мы катимся?

В последние десять-пятнадцать лет нередко можно услышать от бывших наших братьев, что не народ мы, а так – население. В прежние годы на нас оглядывались, как в детстве на родителей, а сейчас и оглянуться не на кого.

Вот и выходит, что в корне всех межэтнических разногласий – наше собственное бескультурье. Не зря Мессия сказал: «Не ищи соринку в чужом глазу, загляни в свой, там – бревно!»

В связи с этим вспоминается инцидент, происшедший на Курском вокзале, где фигуранткой стала самая «Бескомплексная». Там на неё пошли стеной приехавшие пожилые провинциалки. Реакция Лолиты была предсказуемая. Она отражает степень её конгруэнтности. Люди, которые не очень задумываются над тем, что они говорят и что делают, живут долго. А ещё неплохо бы вспомнить, что у так называемых комплексов есть прекрасный, забытый многими синоним – скромность. В поспешной тираде, прозвучавшей из уст Лолиты, были слова: «Уроды, детей пожалели бы». Начало фразы лишний раз говорит о безапелляционности героини. Что же до детей, то ссылка на них всё же неуместна. Ей бы самой их пожалеть. Или хотя бы свою собственную дочь. Данный случай показывает, что талантливая артистка попала в число раздражителей у людей, приехавших в Москву из провинции, ставшей заграницей. А это уже повод к тому, чтобы серьёзно задуматься.

В поисках причин наметившегося противостояния ислама и христианства я внимательно прочитал Коран. И не нашёл в нём ничего того, что говорило в пользу стратифицированного ислама. Да, выходки террористов и тех, кто их направляет, чудовищные. Ведь не сказка, что исламские радикалы казнили однажды русского солдата-срочника Евгения Родионова. Почему? Нет, без священной книги нам никак не обойтись.

Итак, опять Коран. Сура вторая «аль-бакра». Строка 2-134: «эти поколения были в прошлом, им и отвечать за свои дела и поступки, а вам – за ваши. У вас не спросят о том, что делали они».

Строка 2-136: «Мы уверовали в Бога, в то, что ниспослано нам, Ибрахиму, Исмаилу, Исхаку, Якубу, Моисею и Иисусу».

2-178: «При исполнении наказания обязательно присутствие пострадавшей стороны» (кысас: «возмездие, наказание, расплата – возможны, если объект совершил преступление сам без принуждения со стороны третьих лиц. Поэтому казнь захваченного младшего военачальника неправомерна, а убийство пленённого солдата срочной службы и вовсе незаконна (Аль-Джазири А. Аль. Фикх аля аль-ма захиб аль-арбаа. Том 5). Причём, после приведения приговора в исполнение всё тело обмывают водой, заворачивают в саван, совершают над ним погребальную молитву и хоронят. Кстати, решение о смертном приговоре выносится только официальными лицами»).

2-192: Если «они» прекратят нападки, набеги, военные действия, то и вы прекратите.

2-227: Сбивание людей с пути господа ещё более страшный грех.

2– 256: Нет принуждения в религии.

Сура 3 «Алю-Имран». Строка 3-20: «Если кто-то будет спорить с тобой, спроси: «Вы покорны Богу?». Если да, то они следуют верному пути, если отвернутся, твоей миссией будет увещевание. Но ты не можешь и не имеешь права принуждать».

3– 134: «Прощение и райская жизнь уготованы тем, кто подавляет гнев и умеет прощать. Воистину, Аллах любит делающих добро».

3-180 (3): «Страшитесь притеснения, ведь попирание чужих прав – это многослойная тьма».

Сура 4 «ан Ниса», строка 4-92: «Не может верующий убить верующего. Кто сделает это ошибочно, тот должен выплатить компенсацию семье погибшего. Кто же совершит это преднамеренно – тому вечный ад».

Сура 5 «аль-Маида», строка 5-82: «Неприятелями ислама являются безбожники и язычники, но не христиане, так как их священники незаносчивы».

Вот и выходит, что против солдата Евгения было допущено 11 отступлений. Одиннадцать раз был нарушен шариат и законы, прописанные в священной книге. Одиннадцать преступлений против одного. Кто виноват? Коран? Шариат? Ислам? Нет. Виноват тот конкретный субъект, считающий себя мусульманином. А попросту – бандит. Как человек немного сведущий в истории, я всегда считал, что не было ничего религиозного в Крестовых походах, как и в современном столкновении двух религий. Только шкурные интересы. Не более того.

Я умышленно миновал, не упомянув ещё об одном тезисе из Корана, так как он относится к государственному устройству.

Сура 2 «аль-бакра», строка 2-275: «Не занимайся ростовщичеством!» А чем занимается наша экономика? Наши банки? Мало того, что крупный отечественный экономист, вице-премьер и внук великого писателя обнулил все наши вклады, по сути, ограбил нас всех и наших детей, он ещё поднял шлагбаум нашим банкам к самому бессовестному ростовщичеству с грабительскими процентами и такими же кровожадными откатами.

Так за что же мусульмане должны уважать нас? Что удивительного в том, что молодые россияне, юные девушки, студентки, сбегают из своих родных аномальных семей, где отцу надоела курящая, заносчивая, вечно злобствующая жена и он ушёл к другой женщине?

И куда же они, наши юные девы, бросив институты, направляют стопы свои? По-разному. Одни бросаются во все тяжкие. Иные уходят на тот свет. Другие же – страшно подумать – идут добровольцами в ИГИЛ! В так называемое террористическое исламское государство. Это плохо? Это ужасно. Но что им делать? Переломить ситуацию на родине мирным путём не представляется возможным – всё схвачено хозяевами жизни, которые думают только о себе, о своих детях и друзьях. Революцию в отечестве делать нельзя. Это, понимаешь ли, противозаконно. Но и терпеть произвол отечественных лживых экономистов-шкурников тоже нет ни сил, ни времени – жизнь одна. Ситуация патовая. Тупик. Фигура же вербовщика здесь всего-то под номером восемь. Нет ничего проще, чем манипулировать человеком, утратившим душевное равновесие и не видящим перспективы. И вот уже ИГИЛ стучится в наши ворота.

Пощадите Москву

Не так давно главный архитектор столицы Александр Кузьмин обрисовал радужные перспективы развития Москвы, забыв при этом упомянуть, что при нынешних темпах развития к концу столетия Москва покроет собой всю территорию области, тем самым полностью утратит способность производить сельхозпродукцию и хоть частично обеспечивать себя продуктами питания.

А между тем столица исчерпала ресурс развития ещё в начале тридцатых годов прошлого столетия. И первым сигналом тому послужило появление модного тогда проекта строительства метро.

Но в те уже далёкие времена никому и в голову не могло прийти, что невозможно до бесконечности накачивать Москву что можно и нужно развивать малые города. Сибирь, питающая страну энергоресурсами, как таковая сама нуждается в развитии.

Все, кто имеет отношение к строительству, знают, что данная отрасль способна дать работу ещё десятку рабочих мест из расчёта на каждого строителя. Деньги в казне есть. Ведь находятся же они на латание бюджетных дыр, проеденных армией чиновников, и на бонусы банковским управленцам. В последние 20 лет было как-то подзабыто о малых городах и огромной Сибири с её бездорожьем.

На каждого столичного жителя в бюджете закладывалось несколько тысяч рублей по статье социального развития. Столичные пенсионеры даже бесплатно пользуются метрополитеном. Приезжие пенсионеры из своих нищенских пенсий обязаны платить. Хотя метро строила вся страна. В областных центрах социалка не так давно составляла 900 рублей. В провинции эта цифра падала до несчастных 300 рубликов. Что можно сделать на эти деньги? Стоит ли удивляться тому, что малые города за границами Московской области в последние годы пришли в упадок и захолустье? Уровень безработицы там несравненно выше столичного. Неслучайно Москва наводнена провинциалами, приехавшими на поиски работы. По некоторым данным, население столицы вместе с гастарбайтерами почти вдвое превышает официальные цифры.

Сельское хозяйство области вместе с природной зоной почти раздавлено. Мы полностью утратили автономную базу снабжения столицы продовольствием. Москва задыхается в своих собственных автомобильных газах. Захлёбывается в собственных отходах жизнедеятельности. Проблема свалок и переработки мусора одна из первых. Все водоводы от 240 рек и речек работают на пределе. Своей воды хронически не хватает. Как это ни парадоксально прозвучит, но для Москвы некогда абсурдный и экологически вредный проект поворота сибирских рек абсурдным не является. Москва – самый перенаселённый город мира, и исправить это положение может только радикальная мера – прекращение любого строительства в Москве и московской области. Норма комфортного проживания на Западе 15 человек на один гектар. В Москве в десять раз теснее – 150 на один га. Столица занимает 0, 006% территории страны, а проживает в ней 9% всего населения. Это, повторяю, только официально. Однако и этот дисбаланс чудовищный. В условиях невиданной в мире скученности при возникновении эпидемии здесь будет мало места всем – и россиянам, приехавшим в поиске работы, и москвичам, и кремлёвцам. При этом Москва уже сегодня является одним из самых дорогих городов в мире. Цены на основные товары и услуги здесь выше мировых и общероссийских в 3,5 раза. Что ничем объективно не оправдано и не обусловлено, кроме желания отдельных жадин, как можно скорее разбогатеть. Причём, желательно к утру. Покупка жилья для 80% москвичей абсолютно нереальна, и это при том, что санитарноселитебная норма на Западе составляет 50-80, а в Москве – 18 кв. метров на человека.

Многие москвичи, особенно те, кто имеет личный автотранспорт, успешность работы мэра связывают с его усилиями, направленными на разрешение проблемы пробок на столичных магистралях. Но как бывший строитель, а ныне психолог и социолог, осмелюсь заявить, что эту наболевшую проблему в Москве не изжить. Её не решат никакие самые хитроумные путепроводы и развязки. Уже сегодня московский частный автомобильный парк составляет 3,5 миллиона единиц. Улично-дорожные сети по всему миру занимают от 20 до 35%. В Москве – 8,4% от всей территории. Изначальная спонтанная планировка столицы не предполагала, что через 800 лет она принесёт столько проблем.

В Китае один километр четырёхполосной дороги укладывается за 3 миллиона долларов. Максимум! В Москве же – от 100 до полумиллиарда значительно худшего качества, но при этом дороже туннеля под Ла-Маншем или пресловутого швейцарского адронного коллайдера. Всем известен ставший сентенцией феномен, что в Москве не строят дороги или развязки, у нас зарывают деньги. При мэре Лужкове вынашивался проект подземного «Кутузовского проспекта». Можно себе представить, во что всё это обошлось бы нам всем.

В списке самых криминогенных мировых столиц наши СМИ Москву стыдливо не называют, так как она возглавляет этот печальный список. На каждые 100 тысяч европейцев приходится 2,6 убийств в год. В Москве – 10,5.

По экологической чистоте наша столица занимает 201-е место из 215 возможных. Впору организовывать экскурсию по самым грязным местам не только за пределами Садового кольца, но и внутри. И хоть за последние 15-20 лет город стал значительно чище, но с тех пор как туалеты стали платными, Москву впору считать самой зассанной столицей в мире.

Один из главных предметов нашего московского стыда – бомжи. Если бы их было по стране всего столько, сколько лишь в районе трёх вокзалов! Даже если в стране есть хоть один бедный, бездомный и безработный, ни один из обитателей высоких кабинетов Белого дома или Кремля близко не должен подходить к зарплатной ведомости.

От журналистов и управленцев мне не один раз доводилось слышать запальчивый постулат о том, что бомж – это образ мыслей, и потому-де все усилия, направленные на решение данной проблемы, бесполезны. В свою же очередь, поспешу возразить: так могут думать и говорить только те, кто никогда не работал с людьми и не руководил коллективами.

В Москве самый высокий уровень детской заболеваемости, а также дисфункций различных органов и патологий при рождении до 86%. Как в самых экологически неблагополучных регионах.

Москва входит в десятку регионов страны с массовым аварийным жилищным фондом. И он растёт. Неуклонно. И неизбежно. Коммунальные сети перегружены. На отдельных участках их состояние критическое, то есть предельное, на других – аварийное. Но решить проблему практически невозможно из-за перенаселённости города, в котором уже сегодня жить вредно.

Вывод, как и выход, один – перенесение столичных функций в иной город. С ресурсом развития на 300-500 лет вперёд. Психологических барьеров быть не должно. Прецедентов достаточно. Экономически это не повлечёт специальных денег. На это благое дело пойдут те же деньги, что заложены уже и будут отпущены в будущем на распухание Москвы.

С началом строительства новой столицы, а мне это видится в центре Сибири, решатся проблемы безработицы, миграции, межнациональных и межконфессиональных конфликтов, и многие другие.

Однако как прыщ на самом интересном месте вдруг возник проект строительства Новой Москвы на юго-западе от столицы на границе с Калужской областью. В связи с этим напрашивается только один вопрос: неужели наши реформаторы не способны заглядывать дальше завтрашнего дня и могут только портить самое лучшее в мире отечественное образование?

Мой адрес: 101000, Москва, ул. Мясницкая, 26/1, глав, почта, до востребования. Бурцев Георгий Иванович.

Валерий Кириогло

Валерий Георгиевич Кириогло родился 29 февраля 1956 года в городе Макеевка Донецкой области (Украина). Образование высшее. Поэт, журналист-лиценциат (первая научная степень), специалист по коммуникабельным связям. Проживает в России, в городе Коряжма Архангельской области.

Номинант национальной литературной премии «Поэт года 2012» и «Поэт года 2013». Победитель литературного конкурса им. Козьмы Пруткова (2013 и 2014 гг.). Имеет дипломы и грамоты победителя и призёра в различных городских и региональных литературных конкурсах. В 2015 году награждён медалью имени Адама Мицкевича Организацией Объединённых Наций ЮНЕСКО, Интернациональным Союзом писателей.

С 2015 года – член Интернационального Союза писателей, поэтов, авторов – драматургов и журналистов. Автор десяти сборников стихов. Для взрослых – «Шипы и розы», «В ожидании Христа», «Эхо души», «Високосный год», «Путь к жизни», «Друзьям, Отечеству и Богу», «Я надеюсь на «рай в шалаше». Для детей – «Три уникальных детских автора», «Бутерброд», которая также вышла в Турции на тюркском языке под названием «Время стихов».

Рождение человека

В этот мир я родился без спроса,

Моё мнение скрыло табу.

И теперь задаюсь я вопросом:

Почему я рождён и живу?

Валерий Кириогло

1. Кому нужно рождение человека

Рождение человека в этот мир происходит без его согласия. Несмотря на это, изначально он рождается не для того, чтобы быть чьим-то рабом. Желание и любовь родителей малыша помогает ему формировать характер человека, отличающегося от других обитателей мира. От воспитания и среды, в которых находится ребенок, зависит его эволюционный путь развития. Давайте вспомним Булгакова с его повестью «Собачье сердце», в которой профессор Преображенский пса Шарика превращает в человека. И всё же Полиграф Шариков (фамилия и имя нового человека) проявляет самые худшие человеческие черты. То есть Шариков не прошёл путь воспитания истинно человеческого характера. Но формирование характера зависит и от самого ребёнка. От его работы над собой проявится – быть ему творцом-созидателем или разрушителем. В человеке всегда борются два начала – добро и зло. Пока существует на земле человек, они будут бороться за его сердце, и от выбора человека – к чему больше склоняться, зависит жизнь общества. Общество – это взаимосвязь людей, каждый человек в нём зависит друг от друга.

К примеру, мы встречаем незнакомого прохожего и часто даже не задумываемся, что зависим от него. Он может быть водителем, возить товары, которые непосредственно касаются нашей жизни, или работать пекарем, без хлеба которого мы не можем обходиться и так далее. Помня это, мы не должны забывать об ответственности перед другими людьми. Каждому из нас дороги воспоминания о школьных годах, таких трудных и в то же время беззаботных. Именно одноклассники принимают участие в воспитании наших человеческих качеств.

И пусть мы верим в дарвинизм или сотворение человека благодаря Богу всё равно мы не должны забывать, что эти две теории воспевают труд, творчество и желание всегда и во всём оставаться человеком. Благодаря этому человек может проявить свои лучшие качества, которые умножат благосостояние людей в настоящем и будущем.

2. Возрастные изменения в характере человека

Характер начинает формироваться с первых месяцев жизни. Поступки и поведение ребёнка проявляются в подражании своим близким. Таким способом он усваивает формы поведения взрослых. Обычно от двух до десяти лет дети активно общаются со своими сверстниками и взрослыми людьми, которые чаще находятся с ними. Эта взаимосвязь накладывает отпечаток на характер ребёнка. Каким он будет: добрым или эгоистичным, общительным или замкнутым с другими окружающими его людьми, как будет относиться к их бедам. Успехи могут сформировать в ребёнке уверенность в себе, а неудачи – противоположный эффект.

Не могу не согласиться с мыслями А.Г. Маклакова, которые выражены в книге «Общая психология» (СПб: «Питер», 2001 г.) о том, что в подростковом возрасте наиболее активно развиваются и закрепляются волевые черты характера. Подросток осваивает новые для себя сферы деятельности, пробует свои силы в них. Хочу отметить, что именно в подростковом возрасте некоторые довольно хорошие ученики начинают с ленью и безразличием относиться к занятиям. И побуждает их к этому то, что они видят, как богатые люди благодаря своим деньгам устраивают своих малообразованных детей в престижные учебные заведения. Те же, кто хорошо учился, но не имеет финансовой поддержки, остаются «у разбитого корыта».

Но это ещё не повод плохо учиться. А пословица: «Человека встречают по одёжке, а провожают по уму» как нельзя лучше характеризует наше время. И несмотря на то, что в ранней юности окончательно формируются базовые нравственные и мировоззренческие основы личности, характер, как показывает жизнь, может меняться постоянно. Так что мы сами являемся творцами своего характера.

3. Врождённые и приобретённые регуляторы в характере

Обратимся к самым несомненным, очевидным фактам соотношения биологического и социального в характере человека. Бывают такие моменты в жизни, когда мы слышим: «Чего можно ждать от этого человека, если он уродился в такой семье». На слух довольно трудно дать определение, что имел в виду говорящий. Он жалеет человека, что у него проявляется генная недоброжелательность к окружающим, или так его воспитала среда, в которой он живёт? Выражение «уродился» словно является подтверждением, что он урод от рождения. Ему всё негативное передалось через гены родителей. И действительно, есть люди скупые и щедрые, трусливые и смелые, и это в их сущности замечается от самого рождения. Однако можно сказать, что в человеке всё же происходят изменения отрицательных или положительных черт путём воспитания. Примером могут стать такие жизненные ситуации, когда малыш был воспитан приютившими его животными. Когда слепые стали прекрасными музыкантами, певцами, поэтами, учёными и т.д. в процессе воспитания или самовоспитания. Каждый из нас может присмотреться вокруг себя и увидеть, что в характере человека в результате трудовой деятельности действительно происходят изменения тела, органов чувств и ума.

Наследие от родителей путём рождения у нас, конечно, есть: строение тела, цвет глаз, цвет волос и т.д. Изменить кое-что мы в себе не сможем, так как это является результатом биологической наследственности. И всё же вспоминая такое народное изречение как «Человеком рождаются, а личностью становятся», нужно иметь в виду, что многое зависит от нас и от людей, которые нас окружают. Скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты! Так что не будем унывать, выбор всё-таки остаётся за нами.

Зачем люди создают семью

В данное время среди молодых людей можно услышать: «Зачем мне нужна семья, хочется пожить свободным. А то появятся дети, и думай о том, как их одеть, воспитать и поставить на ноги для дальнейшей жизни». И действительно, слушая такие речи, можно прийти к выводу – одни страдания от той семьи. Иногда открывается и другая сторона жизни. Молодой человек пришёл из армии, а любящая его, по её словам, невеста уже замужем. Обещание ему дождаться его так и осталось только обещанием. В оправдании её поступку слышишь: куда ещё дальше ждать, года уже не те. А как же любовь? Если семья создана без этого важного фактора, из какого-то расчёта, то долго ли такая семья будет существовать?

В Священном писании говорится: когда Бог создал Адама, то увидел, что трудно человеку живётся одному. И если человек задаёт себе вопрос – для чего ему нужна семья, то можно и продолжить размышление – а для чего он живёт? Думай его родители так же, то не факт, что сын родился бы. Конечно, на этот вопрос можно ответить: жизнь-то нужна, а нужен ли мне семейный брак? Вот уж действительно плохо сделанный товар называют браком. В то же время создаваемая семья регистрирует брак. Я думаю, что соединяются два хороших человека, которые всё же имеют недостатки в своём характере. Подтверждением тому библейское выражение: «Все согрешили и лишены славы Божьей». И всё же человек, который не имеет семьи, чувствует себя одиноко. Только любимая семья помогает исправить брак в характере. Спиртными напитками его не вымоешь.

Однако возможно ли исправить недостатки в характере, если брак заключён по расчёту и не имеет любви? Те же верующие люди, которые вышли замуж не по любви, а по желанию родителей, учат, что общий язык могут все люди находить, если только нет умственных отклонений. Так что можно, но трудно. Кроме того, не стоит забывать о том, что семья – это ячейка общества. Заботясь о ней, государство даёт нам работу, учёбу, защиту и отдых. В дальнейшем всё зависит от нашего добросовестного выполнения наших обязанностей в семье и обществе. Для этого надо помнить, что демократия – это закон, который стоит на страже любого государства. И все должны подчиняться главе государства – закону.

Кто в доме хозяин

Если в демократичном обществе во главе государства стоит закон, то и в семейных отношениях во главе должен стоять закон, который в бытовых условиях оттачивался годами. В то же время там, где любовь, закон теряет силу. Во главе стоит любимый и любящий человек. И всё же сила власти и гордости в человеке может побеждать даже любовь. Так кто же в доме хозяин?

В классической патриархальной семье жена хозяйствует в доме, а муж на улице. Во власти жены всё, что связано с жизнью в доме: когда трапезничать, стирать, менять постель и т.д. Также она в доме даёт задание мужу – повесить полку, разобраться с отоплением, светом, сантехникой и т.п. Как только они выходят из дома, хозяином становится муж. Он отвечает за огород, хозяйство во дворе, жена начинает подчиняться мужу и полагаться на его защиту. Одним словом, классическая патриархальная семья хороша в собственном доме. Сожительство в многоэтажных домах города в данный момент возлагает семейное хозяйство, в основном, на хрупкие плечи женщины.

Таким образом, при нашей цивилизации, городском образе жизни, когда классический вариант подходит только для деревенской, сельской местности, давайте рассмотрим вторую категорию – это «фифти-фифти», пятьдесят на пятьдесят. В этой модели муж и жена владеют не территорией, а функцией.

Происходит деление по способностям: воспитание детей, составление меню, организация отдыха повседневно и во время отпуска, выбор и закупка одежды и обуви, продуктов и т.д., по способностям и должно даваться право решающего голоса. И всё же, возможно, некоторые функции будут взаимными, оба супруга будут в них равноправными. Помощь детей в семье необходима, так как она приучает их к жизни в обществе.

Давайте ещё поговорим о гендерной модели, когда власть в семье делится по половому признаку. Всё, что связано с физическими нагрузками и защитой, – это мужская работа. Царство женщин – готовка, стирка, глажка и т.д.

С одной стороны, есть что-то похожее на классический образ семьи. Однако если в тех семьях хозяйка дома решает, где мужу повесить полку, когда вкрутить лампочку, а выходя из дома все рабочие моменты решает муж, то в гендерной семье, где бы ты ни находился, ты отвечаешь за свои обязанности по половому признаку.

Как сделать семью счастливой

Замечено: одна из главных причин семейных конфликтов та, что мы постепенно перестаём видеть во второй половине личность, с которой должны делить и радость и невзгоды. Часто женщин больше всего интересует то, чтобы у мужа была вовремя хорошая зарплата и муж в надлежащий час возвращался с работы. Столь же типичное отношение мужа к жене, чтобы был порядок и вовремя пища на столе. Таким образом, мы перестаём ценить лучшие качества в ней или в нём.

Пожалуй, не нужно думать только о недостатках членов нашей семьи, как детей, так и второй половины, данной для жизни. Важно отмечать и положительные стороны, которые проявляются со стороны членов семьи. Именно они помогают взращивать семейное счастье. Давайте не будем думать только о негативных поступках, сделанных кем-то.

Ещё один очень важный фактор в семье – это старание избегать споров. Стараться решать все проблемные вопросы путём обдумывания и решения сглаживать возникшие в семейной ячейке острые углы. Доказано, что это как раз зачастую и даёт положительный эффект в получении семейного счастья. Для такого итога надо научиться выслушивать членов своей семьи.

Хотелось бы отметить, что дети должны не только ждать к себе внимания, но и сами проявлять его к брату, сестре, отцу или матери. Речь должна иметь позитивный характер, и ваша работа, какой бы она не была: в помощи родителям, поведении, а также учёбе – должна быть добросовестной и качественной.

Мы не затронули всех проблем, которые мешают счастью в нашей семье. И всё же мы коснулись основных разрушителей нашего благополучия. Контроль над негативностью в своём поведении поможет и в решении многих других проблем, мешающих счастью вашей семьи.

Мораль и религия

Возможно ли человеческую гордость контролировать в обществе? Хорошо это или плохо? Может ли гордость привести к преступлению?

Мораль

Давайте вначале дадим определение часто употребляющемуся в обществе слову «норма». В переводе с латинского языка оно обозначает – «руководящее начало, правило, образец». И всё же надо отметить тот факт, что нормы вырабатываются обществом, социальными группами, которые в него входят. Например, Франция имела колонии в Африке, в которой жили и каннибалы. Однажды работник-француз встретил каннибала и, зная, что у тех считается нормой убивать людей и употреблять в пищу, решил задать вопрос:

– Сейчас в магазинах, на фермах и т.д. есть немало мяса. Бери, покупай и ешь. Так зачем же убивать людей?

– Мы употребляем их в пищу, чтобы приобрести их смелость, характер, в общем, лучшие качества, – ответил каннибал и спросил: – Вот воюете, убиваете людей, а что вы с ними делаете потом?

– Закапываем, – сказал спокойно француз. На что каннибал задумчиво произнёс:

– И зачем их убивать?

Этот пример нам служит доказательством того, что во всяком обществе есть свои правила, обычаи, традиции, из которых исходят социальные нормы. Кроме того, важна и мораль, по которой живёт общество. Так как обычаи и традиции общества могут нарушать правовые нормы, закреплённые в законах издаваемые государством описывающие границы поведения и наказания за нарушение закона.

Вспомним жителей Кавказа со своей кровной местью. Здесь и возникает вопрос – не погибает ли мораль в плену гордости? Как-никак мораль и религия – наиболее древние регуляторы отношений между людьми. Конечно, к гордости с точки зрения общественной морали можно подойти с двух сторон: позитивной и негативной. Плохо ли то, что человек гордится любимой, дорогой ему страной, своей национальностью и близкими ему людьми? Это патриотизм. Национализмом данную ситуацию гордости назвать нельзя, так как человек так же гордится достижениями, помогающими обществу другой страны и национальности.

Как мы уже говорили, существует и другая сторона гордости, когда человек считает, что он лучше других во всём. Хочу привести пример яркого описания такой ситуации в сказке А.С. Пушкина «Спящая красавица». Душевное состояние мачехи нарушено тем, что её падчерица красивее, чем она. И даже несмотря на то, что её муж, отец падчерицы, любит дочь отцовской любовью, жена вынести это не может, не даёт гордость. Именно гордость ведёт её даже к убийству (жаль, что гордость иногда может быть сильней любви). Как видим, слова этой песни дают чёткое определение гордости. В то же время от искренности гордость отличить порой невозможно. Особенно это часто наблюдается среди творческих людей. И определить обществу, что явилось критикой какого-либо творческого продукта – гордость к Родине или к себе – невозможно.

Мораль – особый тип регуляции поведения людей и отношений между ними, на основе следования определённым нормам общения и взаимодействия.

Наше представление об обществе и его морали с гордым характером окажется неполным, если мы не затронем тему о религии, так как, изучая историю, мы понимаем, какое влияние оказывали религия и вера на политику, экономику социальные сферы общества в разных странах. Говоря о гордости, религия уделяет ей центральное место. Так как считает, что все грехи начинаются с гордости. Алкоголик, например, может понимать, что он живёт аморально, а гордый человек всегда считает себя правым. По словам Священного писания – Бог создал Люцифера весьма разумным существом. И всё же гордость в том, что он может занимать благодаря своему уму место выше, чем сын Божий Иисус Христос, приводят его к анархии. Он считает, что закон лишает выбора. Его имя становится – Дьявол, что в переводе означает «лжец». Несмотря на то, что Адам и Ева недолжны были употреблять плод запретного дерева, Дьявол их надоумил сделать это путём обмана, закрыв глаза на то, что источником главных ориентиров является не гордость, а высшая сила в мире – Бог. Личные характеристики Бога – святость, справедливость, милосердие и другие.

Итак, подведём итоги, касающиеся гордости. Гордость не ставит человека в разумное определение изменения жизненных ситуаций. Эта проблема мешает человеку наслаждаться таким подарком, как жизнь.

Красота спасёт мир

Так как Ф.М. Достоевский является классиком, читаемым во всём мире, то многие знают его известную цитату: «Красота спасёт мир». И действительно: красота, любовь, счастье – извечный треугольник тем, волнующих каждого подростка и взрослого. Вероятнее всего, писатель имел в виду красоту не только внешнюю, которая может приносить как положительные моменты в жизни, так и отрицательные, но и внутреннюю – души и ума.

Так, Цицерон считал, что красота – это неотъемлемое свойство здоровья. Чехову принадлежит авторство мысли, что в человеке должно быть всё прекрасно: и лицо, и одежда, и душа, и мысли. Безусловно, перед красивыми людьми быстрее и шире распахиваются тяжелые двери успеха: красота – это страшная сила, которая сметает на своём пути множество преград. Как сказал Артур Шопенгауэр, красота – это открытое рекомендательное письмо, заранее завоевывающее сердце. С этим высказыванием не поспоришь. Красота – это сила, которая движет миром.

Первый в истории конкурс красоты прошел в Бельгии в сентябре 1888 года, а первый конкурс красоты «Мисс Мира» состоялся в Лондоне в апреле 1951 года. Конкурсы красоты проводят не только для прекрасной слабой половины человечества. Для мужчин также проводятся конкурсы на Мистера Вселенной, но, в отличие от дам, мужчины напоказ выставляют силу и атлетичность. Хотелось бы отметить такой немаловажный факт, что участницами и победительницами подобных конкурсов не всегда были представительницы, обладающие параметрами 90-60-90. Зачастую жюри оценивает в девушках неповторимую, индивидуальную красоту, своеобразие внешнего вида, а не формы, подогнанные под общемировой стандарт. Конкурсы красоты отражают лишь малую часть всего прекрасного. Помимо физической красоты в человеческой культуре сформировалось представление о нравственной, духовной красоте. Эта категория применима к людям независимо от их возраста и пола и определяет отношение к мудрости, честности, уравновешенности, порядочности человека. Если посмотреть на портреты, написанные мастерами-художниками, то невооружённым глазом мы увидим, что каждая эпоха имела свой эталон и стандарт, которому стремились подражать.

В Древнем Риме господствовал культ светлой кожи и белокурых волос. Именно римлянки первыми овладели секретом обесцвечивания волос. Общепризнанные эталоны женской красоты – Венера Милосская и Венера Таврическая – также имеют скромный бюст. Римские женщины, чтобы сохранить стройность, бинтовали специальной тканью грудь и бедра.

В Древней Греции существовал культ тренированного тела. В основе идеала красоты лежит единство, гармония духа и тела. Греки считали величину, порядок и симметрию символом прекрасного. Эталоном красивого тела у греков стала скульптура Афродиты: рост – 164 см, окружность груди – 86 см, талии – 69 см, бёдер – 93 см.

Красоту лица определяли так называемый греческий нос, невысокий лоб, большие глаза с широким межвековым разрезом, дугообразными краями век; расстояние между глазами должно было быть не менее величины одного глаза, а рот – в полтора раза больше глаза. Знатные дамы в Греции весьма любили косметику: пудру, помаду, румяна.

В Средние века земная красота считалась греховной, а наслаждение ею – недозволенным. Блондирование волос провозгласили нечестивым занятием. Фигуру прятали под слоем тяжелых тканей, а волосы – под чепчиком. Идеалом средневековой женщины был пресвятая Дева Мария – удлиненный овал лица, огромные глаза и маленький рот.

В эпоху Возрождения красивыми считались бледный цвет лица, стройная «лебединая» шея и высокий чистый лоб. Если в прошлые века кожа красивой женщины должна была быть белоснежной, то сегодня смуглая красотка, что провела немало времени на пляже или в солярии, утрет нос любой аристократически бледной барышне. А в общем, кто во что горазд влюбиться. Красота – понятие относительное.

Всё в ней гармония, всё диво.

Всё выше мира и страстей:

Она покоится стыдливо

В красе торжественной своей;

Она кругом себя взирает:

Ей нет соперниц, нет подруг;

Красавиц наших бледный круг

В ее сиянье исчезает.

Куда бы ты ни поспешал,

Хоть на любовное свиданье,

Какое б в сердце ни питал

Ты сокровенное мечтанье, —

Но, встретясь с ней, смущенный, ты

Вдруг остановишься невольно,

Благоговея богомольно

Перед святыней красоты.

А.С. Пушкин

Так что же такое красота? У каждого из нас есть свой ответ на этот сложный философский вопрос. Красоту нельзя измерить, ею можно лишь любоваться. Однако можно быть некрасивым, но при этом очень обаятельным человеком: не зря истый француз и настоящий ценитель женской красоты Шарль Монтескье говаривал, что у женщины есть только одна возможность быть красивой (родиться красавицей), а вот чтобы быть привлекательной, есть сто тысяч возможностей.

Эталоны красоты переменчивы, но во все времена красивые люди – это прежде всего здоровые люди. Путь к красоте – это постоянная работа над собой, соблюдение режима питания, регулярные физические упражнения, уход за собой и отказ от вредных привычек.

Кожа не прощает присутствие никотина, у курящих людей она становится дряблой, с желтоватым оттенком. Сидячий образ жизни сказывается на ранней вялости мышц. А пренебрежение правильным питанием приводит к заболеваниям желудочно-кишечного тракта. Это не только негативно отражается на структуре волос и ногтей, но и влияет на характер, он становится скверным.

По мнению экспертов, самый простой «рецепт» выглядеть красиво и счастливо – это ежедневная 15-минутная зарядка, позитивный настрой и прохладный душ перед сном, который снимет отрицательную энергию, накопившуюся за день.

Классическая природная красота – понятие очень редкое, и оно ни в коем случае не является гарантией счастья. Ведь как часто можно встретить ослепительную одинокую красавицу и незаметную, но очень обаятельную девушку, за которой увивается шлейф кавалеров. И не стоит удивляться этому обстоятельству, ведь люди тянутся не к кусочку льда, а к теплу, с которым уютно и спокойно.

…что есть красота?

И почему её обожествляют люди?

Сосуд она, в котором пустота,

Или огонь, мерцающий в сосуде?

Н. Заболоцкий

Эти поэтические строки довольно точно дают понять, в чём заключается человеческая красота, несмотря на то, что заканчиваются вопросительным знаком. Понятие красоты не связано только с внешней привлекательностью. Нравственная сторона вопроса, духовная составляющая является ее неотъемлемой частью.

Во имя своего здоровья – твори добро

Христианский праздничный день Пасхи – как напоминание, что Иисус Христос смертью смерть попрал. И всё же человек должен помнить: многое зависит и от него самого. Не секрет, что в солнечный день каждый может наслаждаться теплом золотых лучей, ласкающих его душу и тело. Однако если человек уходит от солнца в подвал или другое место, то не может наслаждаться этим даром. Человек должен стремиться к добру и избегать зла. Только в этом случае Бог ведёт его к жизни вечной.

Амос в Священном писании передал слова Бога: «Ищите добра, а не зла, чтобы вам остаться в живых, – и тогда Господь Бог Саваоф будет с вами, как вы говорите».

Мы видим, что пророк Амос писал это послание к еврейскому народу, который бы, исполняя Божье повеление, стал выше других народов в развитии жизненных процессов. Однако надо отметить, что классика Священного писания полезна для всякого человека, улучшая его моральный облик в культуре, быту и других образующе важных вопросах жизни. Даже рассматривая жизненный путь невооружённым взглядом, мы находим, что глубоко ненавидим людей, делающих беззаконие, и в то же самое время позволяем себе его творить. И что немаловажно – всегда находим себе оправдание. К примеру, от нас не ускользает тот факт, что все стремящиеся в обществе к добру и правде от этого страдают. Возникает вопрос: не уводит ли это людей от исполнения добра и правды? Верим ли мы в то, что, страдая при исполнении Божьего повеления, Он остаётся с нами

и ведёт к счастливой жизни вечной? Не мешает ли нашей вере духовный голод: излишняя чёрствость, беспокойство, угнетённость, ощущение бессмысленности своего существования?

Конечно, вопросов на этот счёт много. Не секрет, что такое положение в жизни часто влечёт за собой физические недуги. Беда в том, что мы начинаем «лечить» душу алкоголем, а иногда и наркотиками. Все эти неверные попытки утолить духовный голод далеко нас уводят от умиротворения, внутреннего покоя, гармонии в мире с собой.

Учёные с каждым днём находят всё больше доказательств, что только истинная духовность является лекарством для человека. Духовное и физическое тесно взаимосвязаны. Появилась даже соответствующая наука – невротеология, куда входят: биология, неврология и религиозно-духовные исследования. Во время медитации или молитвы проводились исследования над работой мозга, которые показали, что люди биологически предрасположены к духовной жизни.

Учёный из США Герберт Бенсон в 70-х годах 20 века выяснил, что медитация и молитва, глубокое ритмичное дыхание препятствует стрессу, улучшая здоровье. Это явление получило название «релаксационный отклик». Также учёный исследовал «фактор веры». Исследования показали, что верящий во что-то человек быстрее обретает душевное равновесие. Вера помогает побороть болезни и житейские неурядицы. Внутренние установки верующего обладают целительной силой, побеждающей тревоги, гипертонию, а нередко и алкогольную или наркотическую зависимость. Недаром Иисус Христос сказал: «Исследуйте писание, ибо вы через него имеете жизнь вечную, а оно свидетельствует обо Мне».

К счастью, познать смысл жизни можно и будучи здоровым. Для полноценной жизни важно не забывать заботиться о своей душе и её нуждах. Золотое правило: не делать другим того, с чем не желаешь встречаться сам. Как написал Александр Градский: «Ничто на земле не проходит бесследно». Всё имеет свои последствия. Так что зло обязательно вернётся к совершившему его человеку. Вопрос только в том, когда вернётся и в какой форме. Так что давайте спешить творить добро и избегать зла, как говорит нам Бог. Только в этом случае мы сможем быть в ладах со своей совестью, а это так важно в нашей жизни!

Саша Кругосветов

Детский писатель и публицист Саша Кругосветов, математик, философ, мастер боевых единоборств, всю свою сознательную жизнь интересовался личностью знаменитого капитана Александра, жившего во второй половине XIX – начале XX века, и изучал историю его путешествий. В 27 лет стал кандидатом технических наук. Написал три докторские диссертации. Опубликовано более ста научных трудов в области математики и электроники. Заслуженный изобретатель СССР – 27 авторских свидетельств. Все внедрены. Руководил подразделениями, занимающимися исследованием и проектированием в области ракетостроения. Позднее руководил подразделением в Академии наук СССР. Был руководителем ряда опытно-конструкторских и научно-исследовательских работ.

Параллельно преподавал в Институте повышения квалификации руководящих работников. В 1991 году ушел из Академии в связи с закрытием направления. В настоящее время предприниматель, руководитель предприятия. Ветеран труда. Награжден медалями «За доблестный труд», «За вклад в развитие местного самоуправления».

Член Союза писателей-переводчиков г. Москвы, член Интернационального Союза писателей, куратор Петербургского отделения Интернационального Союза писателей, член Международной ассоциации авторов и публицистов APIA (Лондон). Медали им. А.С. Грибоедова, имени Адама Мицкевича. Гран-при Крымского фестиваля фантастики «Созвездие Аю-Даг»-2013: «Новое имя в фантастике». Лонглистер премии «Золотой Дельвиг»-2014 «Литературной газеты». Победитель Всероссийского литературного конкурса «Бумажный ранет»-2014. Премия Крымского фестиваля фантастики «Созвездие Аю-Даг»-2014: «Фаворит НИФа». Премия «Алиса» фестиваля фантастики «РосКон-2014» за лучшее детско-юношеское произведение года. Премия «Серебряный РосКон-2015» в номинации «Повести и рассказы». Лауреат литературной Московской премии 2014 года в номинации «Публицистика» имени Владимира Гиляровского. Премия «Изумрудный город» за лучшее детско-юношеское произведение Крымского фестиваля фантастики «Созвездие Аю-Даг»-2015. Вторая премия «Малая Медведица» Крымского фестиваля фантастики «Созвездие Аю-Даг»-2015.

В студенческие годы писал тексты, рисовал декорации, выступал в КВНах, участвовал в агитбригадах. Выставлял свои графические работы на выставке художественного творчества молодых ученых Академии наук СССР. Был чемпионом Ленинграда по академической гребле. Более 35 лет занимался боевыми единоборствами. Много путешествовал.

Как я вижу себя в литературе

Я себя в литературе не вижу. Пока.

А вот литературу в себе вижу. Что такое литература во мне? В некотором смысле – это виртуальная реальность, которую я сам и создаю, неизвестно каким образом. С одной стороны, известно: придумываю и пишу. Потом правлю, дорабатываю, рихтую, шлифую, переставляю… Но это как бы вторично. Если это не нон-фикшн, то откуда берутся идеи, герои, события, мысли? Неизвестно, это огромная загадка! Ерофеев уподобляет работу писателя приемнику. Все идеи и тексты поступают в голову из высших сфер, из чего-то наподобие всемирного банка данных. А мы их воспроизводим. На это иногда накладываются шумы. Вот шумы-то мы потом и исправляем. Мне кажется, что основой любого творчества – не только литературного – является то, что можно было бы назвать «внимать музыке сфер»… Доступной только чуткому уху, уху незатуманенному… И подобное воспроизведение является потребностью творца. Это можно понять – если ты уже достиг, если тебе доступна, если тебе понятна музыка сфер, разве можно от этого оторваться? Это захватывает целиком, в этом находишь и свою отраду, и счастье, и если хотите – горе и страдание, слезы освобождения, катарсис и очищение души. В каком-то смысле занятие литературой, литературное творчество можно уподобить полету в небесах, можно назвать даром небес. Как от этого отказаться? Творец находит счастье в своей работе. Это и есть литература во мне. Которой я готов служить, которая неизмеримо выше меня самого и перед которой я готов преклоняться.

А тогда – существую ли я вообще в литературе? Если существую – кто я такой в литературе? Что я в литературе? Важный вопрос.

Для писателя огромная радость, если его книги востребованы, если у них есть свой читатель, свои поклонники и свои недоброжелатели; недоброжелатели – это тоже очень и очень важно. Важно и то, как твою работу оценивает писательский цех, пришло ли профессиональное признание и т.п. Есть еще и обычный житейский аспект – может ли писатель жить на свой гонорар? Или, например, – как писать, если денег нет?

Но весь этот блок вопросов – кто я в литературе? – он все-таки вторичен. Важный – но все-таки вторичный.

Мне кажется, писатель не должен бояться выбрать свой собственный путь и мужественно следовать ему. Сколько величайших русских и советских писателей было не признано, умерло в безвестности, в нищете и забвении или трагически закончило свою жизнь. Из недавнего прошлого – трагическая судьба Варлама Шаламова, из более ранних – Платонов, Мандельштам, Коржавин, Корнилов, а до этого – Маяковский, Есенин, Гумилев… Хорошо, если талант будет оценен при жизни. Редко… Не каждый найдет в себе силы сохранить независимость, не прогибаться, не поддаваться воздействию житейских бурь, тоталитарных режимов, революционных диктатур… Тех, кто не выдерживал, кто не выдержал… никого не осуждаю.

Как мне ответить на вопрос «кем ты должен быть в литературе»?

Делай честно свое дело, не изменяй призванию, иди вперед, не останавливайся. А успехи… Пусть они догоняют тебя на горных тропах и снежных перевалах.

Мой любимый литературный герой

Любимые герои были в детстве. Первый – какой-то сказочный богатырь. Я был тогда дошкольником, но уже читал. Богатырь погибает, очень жалко богатыря, слезы так и льются – как же это несправедливо: плохие люди убивают такого хорошего богатыря! С помощью злого умысла и подлого обмана. Но находятся добрые люди и воскрешают богатыря, для этого у них есть живая и мертвая вода.

Потом героем был Павка Корчагин. Сейчас я думаю: может, это результат пропаганды? Вряд ли. Для меня – вряд ли. Мне нравился этот герой. И сейчас нравится. Попробую выступить как его адвокат.

Что за герои у нас сейчас? Золушки и бандиты. Бандиты – такие, как бы почти хорошие, идеальненькие. Сейчас героев не видно. У нас нет своего героя. Корчагин – герой не нашего времени, а я завидую, хочется такого иметь в нашем времени. Великие времена рождают поэтов и героев, наши – суетные, пустые времена – порождают пыль и множество начальников. Бывшие комсомольские активисты – они теперь все в большом порядке – Митрофановы, Мироновы, Матвиенки, Гудковы, Ходорковские, все такие разные и все в одном флаконе.

Почему мы хотим героя? Трагедия всегда востребована, трагедия, как «победа духа над предательством индивидуальной судьбы» (Ромен Роллан). Герой, как образец концентрации оптимизма и энергии, который всегда ищет человек.

Может быть и другой подход: пример Островского – это сочетание наркоза и психотерапии. «Боже мой, ему гораздо хуже, чем мне. А он вон как!» Борьба, преодоление – хороший товар для широких масс в сочетании с утопической идеей. Иногда – с агрессивной утопической идеей. Борец – сплошь и рядом – малоприятная личность.

Однако всеми любимый Платонов (уже после написания «Котлована» и «Чевенгура») писал по поводу героя типа Павки Корчагина: «Для целесообразной жизни народа нужна особая организующая сила в виде идеи всемирного значения». Что он имел в виду – утопию или любовь к дальнему?

В детстве я не думал о таких материях: любовь ко всему человечеству (любовь к дальнему) или любовь к человеку? Любовь к человеку и любовь к человечеству – разные вещи. Доктор Гааз, врач, математик и философ Альберт Швейцер – им надо было добиться переустройства земной жизни, но что они делали? – конкретные добрые дела. Любовь к дальнему не получается на практике, получается любовь к конкретным людям.

«Самое дорогое у человека – это жизнь, и прожить ее надо так, чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы». Почему люди влюблялись и сейчас влюбляются в этого героя? В нас живет потребность в волонтерстве.

Нас привлекает борьба добра и зла внутри человека. Но что мы скажем о судьбе самого Николая Островского? Он из плеяды облапошенных и оболваненных… Если бы он встал… Его скорее всего расстреляли бы, он был бы не нужен этой «идеальной народной» власти. Но это не зачеркивает, а только поднимает его личный подвиг. Он жил в рамках догмы, но он делал то, что считал нужным, и поэтому был свободен. Мы учимся у этого зажатого догмами человека… мы учимся свободе. Что может быть сильнее порыва к свободе? Василий Гроссман: «Море, конечно, не свобода, а лишь символ свободы. Но как же прекрасна сама свобода, если даже напоминание о ней делает человека счастливым!»

Будучи старшеклассником, я считал своим любимым героем Мартина Идена. Честный, смелый, сильный, одаренный, пробивался свои трудом и талантом. Закончил, правда, трагически, «честный творческий человек не может жить в буржуазном обществе!» – так нам объясняли, но мне это было непонятно. Как удивительно распорядилась жизнь. Сейчас мне кажется, именно сейчас, что у меня появилось много общего с этим героем. Мы оба из простой семьи, я всю жизнь пробивался без чьей-то помощи, сам, прошел, как говорят, «огонь и воды», кстати, и «медные трубы» тоже были, теперь я тоже писатель, не такой признанный, как Мартин Иден в романе Лондона, но тоже немного поднялся профессионально. Так же, как и мой герой, всю жизнь не очень ладил с бомондом. В свое время сознательно ушел из высоких властных и бизнес-сообществ. Был в моей биографии и эпизод, подобный роману Идена с Руфью: любил девушку не своего круга, может быть – из бомонда, ну не совсем бомонда – она считала, что из бомонда, вначале она меня тоже выделяла, может, немного и любила, а потом нет, сочла не комильфо. А я и сейчас ее люблю. Но мысль свести счеты с жизнью у меня никогда не возникала. Думаю, и не возникнет.

Я долго размышлял, кто же сегодня мой литературный герой? Какую литературу я люблю? – Мишеля Фуко, Эразма Роттердамского, Эко, Нордингтона, Платонова, Булгакова, Льюиса Кэрролла, Бирса, Маркеса, Борхеса, Кортасара, Кастанеду, перечисляю, перечисляю, а героя не нахожу. Я было решил, что придется мне жить без любимого героя. Но тут я вспомнил о Гайто Газданове. Русский писатель за рубежом. Есть такие, что считают его равным Набокову. Многие вещи написаны им от первого лица. Значит, у него есть лирический герой. Да еще какой! Со сложной судьбой. Русский офицер, участник Гражданской войны. Жил в Париже, работал таксистом, мойщиком, бомжевал, прошел все круги ада… И стал знаменитым писателем. А его отношение к женщине! – и это для меня особенно важно. Не буду рассказывать о лирическом герое Газданова, скорее всего вы о нем не знаете. Для меня большая радость – найти своего любимого героя. А для вас, коллеги, если вы не знаете Гайто Газданова, если вас заинтересует мой любимый герой… Рекомендую почитать. Вас ждет филигранный стиль этого писателя, ждут потрясающие страницы его рассказов и романов. Счастливого литературного плавания, коллеги!

Центральный персонаж серии книг Саши Кругосветова «Путешествия капитана Александра»

21.01.15

«Путешествия капитана Александра» – это сборники приключенческих рассказов для детей и подростков. В серию входят пять книг. Их герой, будучи юнгой, участвовал в Синопском сражении и в обороне Севастополя. Кумирами капитана Александра с детских лет были адмиралы Беллинсгаузен, Лазарев и Нахимов.

Капитан Александр, впоследствии известный русский мореплаватель второй половины XIX века, ходил на деревянных парусных судах и не изменял им даже с появлением железных кораблей и паровых машин. Это были романтические времена Жюля Верна, Германа Мелвилла, Джеймса О'Коннолли (татуированного человека). Времена, когда открывались новые тропические острова, на которых жили индейцы-людоеды, времена, когда миссионеры еще не проникли во все удаленные уголки земного шара, времена, когда путешественники еще встречали экзотических животных, не описанных учеными-натуралистами.

Приключения нашего героя происходят в море, на суше и на островах, имеющих конкретную географическую привязку: Нормандские, Азорские острова, остров Комодо, Галапагосские, Маркизские острова, острова Туамоту, остров Мадагаскар, Патагония, Огненная Земля. Парусный корабль капитана Александра «Быстрые паруса» посещает также Архипелаг Блуждающих Огней (аналог Огненной Земли) и край Большой Ноги (аналог Патагонии). Он преисполнен сочувствия к индейцам и понимания их особого пути. Понимает язык животных. Знает элементы праязыка свиста, который предшествовал фонетическим языкам.

Капитан Александр – еще молодой и сильный, возраст – не более тридцати пяти лет. Блестяще образован. Много путешествовал, воевал, много повидал и пережил в своей жизни. Смелый, добрый, отважный, мужественный. Обладает редкой способностью превращать недругов в хороших знакомых и даже друзей.

Наш герой не всегда тянет на роль центрального героя. Он, конечно, очень положительный, сильный, смелый, отважный, искусный в морском деле и в сражениях с индейцами и пиратами. Наследник княжеского рода Голицыных, он с детства обучался тайным искусствам боевых единоборств, глубоководным погружениям, в более зрелом возрасте занимался духовными практиками с учителями-провидцами американского племени кечуа. Капитан Александр встречался с Жюлем Верном на острове Либерия, индейцы тогда звали его Кауджером. Наш герой – всесторонне образованный человек. Почему же он не всегда соответствует роли положительного героя? Слишком положительный, слишком безупречный. Может, это и неплохо для шести– и десятилетних читателей. Но для 14-15 лет… большой вопрос. Скорее – резонер. Именно поэтому в большинстве эпизодов этих приключенческих книг на передний план выходят другие герои – англиканский миссионер Томас Бриджес, индеец Пуговка, огненный диктатор Джулиус Поппер, мальчики-великаны Дол и Зюл, татуированный человек Джеймс О'Коннолли, польский натуралист Ян Станислав Кубари и многие другие, а капитан Александр остается наблюдателем, комментатором, отражающим подчас авторское видение ситуаций, возникающих при путешествиях на «Быстрых парусах». Особенно это относится к книгам с развитой сатирической компонентой «Остров Дадо», «Остров Мория». Но во многих эпизодах Александр берет на себя ответственность и риск. И тут он не только герой, но и живой человек. Мы узнаем и о его «слабостях» – о трагической потере в молодые годы своей невесты, о его привязанности к принцессе пампас, особой статью и глубоким мелодичным голосом тронувшей мужественное сердце «друга» индейцев («Архипелаг Блуждающих Огней»), о ситуациях, в которых он остается в одиночестве, брошенным близкими друзьями («Черные птицы») или непонятым («Остров Дадо»). Думаю, что появятся продолжения – книги о последующих путешествиях нашего героя, и мы еще узнаем много нового о человеческих качествах капитана Александра.

Опасность

19.04.15

Боец, который провел десятки боев, заточен на опасность. Он ее ощущает. Всеми органами чувств. А может быть, ему говорят о ней другие чувства, о которых мы пока мало что знаем.

Сидит в метро, читает что-то на планшете. На остановке в вагон входят пассажиры. Один из них входит по-другому. У него другие звуки. Не громкие, не резкие, не шуршащие. Такие же, да не такие.

В голове автоматически фиксируется опасность. Глаза продолжают смотреть в планшет, голова следит за звуками приближающейся опасности, а губы шепчут непроизвольно: «Опасность – это возможность возникновения обстоятельств, при которых материя, поле, энергия, информация или их сочетание могут таким образом повлиять на сложную систему, что приведут к ухудшению или невозможности ее функционирования и развития». Сложная система – это я сам. Не обязательно это риск для меня – риск для других, но они об этом еще не знают. Они не заточены… Потому и могут оказаться жертвами. Обстоятельства, что это за обстоятельства пробираются между пассажирами поближе к перилам?

Боец поднимает глаза. Он не ошибся. Боец определяет другого бойца с первого взгляда. По походке, по особым движениям, по аскетичному лицу, по холодному взгляду настежь распахнутых глаз, по не полностью раскрытым жестким ладоням с набитыми багровыми костяшками. Вошедший – не просто боец, он ищет конфликта, ему нужен бой – всегда, здесь и сейчас, ему нужно выплеснуть накопленную силу и жестокость. Он даже не осознает этого. Может, ничего и не случится. Произойдет только в том случае, если он встретит сопротивление…

Или упрется взглядом – глаза в глаза. Как все дикие животные, он воспринимает взгляд в упор как вызов, как хлесткий удар, если тот, другой, не отведет взгляда.

Не бойся его. Если ты смел, если ты боец – не бойся его. Он не ударит первый. Даже если ты заговоришь, даже если он заговорит первым… Смотри на него как в бою – в середину груди или по касательной, так больше увидишь, не смотри в глаза – этим ты сам бросишь вызов, сам нанесешь первый удар. И получишь ответ.

Но если уж столкновение неизбежно, не тяни – иди в бой. Идти в бой не значит ударить. Встань, выпрямись, покажи, что ты готов. Не надо вставать в стойку, сжимать кулаки. Будь спокоен как озерная гладь в тихую погоду, будь готов. Если настрой правильный, произойдет выброс тестостерона, а не адреналина. Ты узнаешь об этом по особой ясности и собранности сознания.

Ты узнаешь. И тот, другой, тоже узнает. Он сразу почувствует. Если ты был вежлив с ним, не оскорбил, не обидел, если не говорил свысока, тот улыбнется и скажет: «Рад познакомиться, братан», или: «Все в порядке, парень», или приветливо махнет рукой и пойдет дальше.

Значит, ты не поддался на провокацию, он потянул на себя, а ты не ответил. Какое может быть действие, если нет противодействия?

Ты не удивился, что заметил опасность. Тебе это не впервой. Ты выходишь на татами, и как только встаешь в стойку, уже знаешь, кто против тебя.

И если это по-настоящему опасно, ты чувствуешь, что против тебя стена, которую, скорее всего, не сокрушить, и нужно быть особенно осмотрительным, тогда у тебя есть шанс не потерять лицо, а может быть, и победить, если тебе поможет бог войны, если ты будешь безупречным воином, без сомнения выполняющим свой воинский долг.

Ах, это упоительное чувство опасности! Которое ищут и ловят альпинисты, паркуристы – летающие принцы батутов, крыш и детских площадок. О, этот знаменитый Дамиан Вальтере, он даже раздевается и пьёт на лету! Мотоциклы, парашюты, болиды Формулы-1, серфинги, боарды, горные лыжи, погружения на 100 метров без акваланга, всего не перечислишь.

Однажды я попал в лагерь на берегу Варзоба – стремительной горной реки на Памире. Три дня ходил по берегу, облизывался как кот на сметану, изучал нрав неудержимо летящего и падающего потока.

В конце концов переплыл реку, покорил своевольную горную красавицу. Взобрался на скалу на другом берегу, прыгнул оттуда в стремнину, отдался течению, которое пронесло меня буграми катальной горки над перекатами, насладился несколько секунд брызгами, радугой, грохотом волн и вернулся на свой берег. Целый и невредимый – без ушибов и ссадин. Почему я сделал это? Я знал, что не прощу себе, если не сделаю.

Опасность! Спутник изменений, спутник жизни.

Где нет опасностей, там застой и болото. Живи всем сердцем, дыши полной грудью. Жизнь каждый день бросает тебе вызовы. Ты узнаешь о них, потому что засосет под ложечкой, пробежит по спине холодок страха.

Ага, все изменилось. Прочь заслуги прошлого, забудь прошлые победы и поражения. Прими вызов, брось в ответ перчатку. Снова – в сотый, в тысячный, в миллионный раз – стань безупречным воином, возьми меч – и в бой.

Сегодня, здесь и сейчас, ты должен доказать свое право называться человеком. Решай задачи, одолевай, терпи поражения, находи силы для новых испытаний. Будь человеком каждый день, черт тебя побери!

Радуйся опасности, предтече испытаний, пей это чувство, пьянящее как вино, как дорогое шампанское лучших марок, обстоятельства бросают тебе вызов – значит, ты жив, жив, жив.

Иди навстречу опасности, тебя ждет Валгалла, небесный чертог в Асгарде для павших в бою, рай для доблестных воинов, борись и побеждай! Побеждай, и тогда – зачем тебе Валгалла? – Господь каждый день дарит тебе рай на земле.

Созвездие Аю-Даг

2013 г.

Ах, как это мило, очень хорошо.

Было и уплыло, было и прошло.

Четыре дня провел в Партените, прибрежном поселке Крыма. Может быть, кто-нибудь знает, раньше он назывался Фрунзенское. Там проходил Седьмой Крымский открытый фестиваль фантастики «Созвездие Аю-Даг». Председатель оргкомитета фестиваля – Светлана Позднякова, директор – Глеб Гусаков. Организаторы и спонсоры – общественные организации, издательства, журналы и телевидение. Среди них – издательство «Снежный Ком М», журнал «Наука и жизнь», Продюсерский центр А. Гриценко, издательство «ЭКСМО», издательство «Вече» и др. Присутствовали представители других фестивалей фантастики, в том числе – «РосКона». Фестиваль был организован безупречно. Мой респект обоим замечательным руководителям. Такой четкой организации публичных мероприятий я не видел со времен советской власти.

Было много докладов, лекций, семинаров. Мне запомнились два мероприятия: доклад Дмитрия Володихина «Три Соляриса» (Лема,

Тарковского, Содерберга) и тренинг Далии Трускиновской по историческому диалогу. И то, и другое – просто класс!

Объявлены победители и вручены дипломы по каждому семинару отдельно, вручены премии Созвездия Большой Медведицы и Созвездия Малой Медведицы. Там же «РосКон» объявил о победителях конкурса «Новое имя в фантастике». Александр Гриценко вручил Гран-при и дипломы лауреатов Лидии Рыбаковой, Николаю Удальцову и мне, Саше Кругосветову. Мне – в номинации «Фантастика для детей». Хочу поблагодарить оргкомитет «РосКона», в том числе Андрея Щербака-Жукова – за доверие и Сашу Гриценко – за поддержку и помощь в выборе направления и шлифовке моего творческого почерка.

Что запомнилось еще?

Изумительно красивая база «Айвазовское», бывший санаторий ВЦСПС. Парк – лучше Алупкинского и содержится в идеальном состоянии.

Очень хорошая обстановка фестиваля – обстановка любви, заботы, дружбы и веселья. Проведение всех официальных мероприятий было стилизовано по канве «Обыкновенного чуда» Е. Шварца с соответствующей музыкой из кинофильма, которая до сих пор звучит в ушах: «Нелепо, смешно, безрассудно, безумно, волшебно…» Или такое:

Давайте негромко, давайте вполголоса, давайте простимся светло.

Неделя, другая. И мы успокоимся. Что было, то было, прошло.

Конечно, ужасно, нелепо, бессмысленно. О, как бы начало вернуть.

Начало вернуть невозможно, немыслимо. Ты даже не думай,

забудь.

Роль волшебника исполнял директор фестиваля, интеллигентнейший, обаятельнейший Глеб Гусаков. Глеб, ау, слышишь меня? – спасибо тебе за этот праздник души!

Ну и наконец – последнее – Крым! Дорогой, любимый, такой близкий моему сердцу Крым. Это для меня не чужая страна. Это мой Крым, моя Россия. Крым – моя родина, как Петербург, Москва, Волга, Днепр, Ладога, Онега. Не забывайте Крым, френды!

2014 г.

Побывал в Партените на Восьмом фестивале фантастики «Созвездие Аю-Даг». Год назад был на седьмом, тогда на территории Украины, теперь – на территории России.

Фестиваль проходил под лозунгом «Фантасты всех стран объединяйтесь!». Конечно, организаторы этого русскоязычного фестиваля хотели сказать, что российские и украинские фантасты должны сотрудничать, как и раньше, несмотря на то, что произошло в этом году в Украине. В какой-то степени это было именно так, никаких трений, политических разногласий между фантастами из Донецка, Киева и из России не было и в помине. Во всяком случае – я не заметил. Обстановка на фестивале была, как обычно, легкая, непринужденная, творческая и абсолютно дружелюбная. Даже любовная. Все делегаты и руководители показали приверженность «Моральному кодексу создателя фантастики», включающему среди прочего принцип 10: «Дружба и братство всех фэндомов СССР, непримиримость к национальной и расовой неприязни». Так же, как и в прошлом году, милые девушки из оргкомитета безукоризненно отработали все вопросы. Безупречные Глеб Гусаков и Дмитрий Скирюк сыграли роли Сталина, Берии, Хрущева, Брежнева, персонажей, которые в данном случае возглавляли партии фантастики. Все было прекрасно. Однако небольшой осадок есть. Делегатов приехало вдвое меньше, чем обычно. Не приехали завсегдатаи из Харькова, Одессы, Киева, не было всеобщих любимцев Олди, да и из России многие не приехали или недоехали.

Но не будем о грустном. Прошли прекрасные семинары. Была великолепная музыкально-поэтическая вечеринка «декаданс-stile» при участии группы музыкантов «Кантикум» – стихи, буриме, музыка, дегустация кофе. Как всегда, блеснула Далия Трускиновская. Историко-литературный тренинг под ее руководством превратился в веселый литературный КВН: «Бойцовские коты» против «Коллективное глубоко-бессознательное (КГБ)». Были также прекрасные доклады Андрея Синицына и Дмитрия Байкалова.

Один из спонсоров фестиваля – Интернациональный Союз писателей (ИСП) – презентовал книги винтажной серии «Современники и классики» и победителей альтернативного международного конкурса «Новое имя в фантастике» в номинации «Фаворит»: Александру Окатову Сашу Кругосветова, в номинации «Надежда»: Нелли Викторову и Татьяну Генис. ИСП на фестивале представляли президент ИСП С.В. Лукьяненко и главный координатор А.Н. Гриценко. В своем кратком выступлении С.В. Лукьяненко сказал, что он надеется: ИСП станет настоящим писательским домом для его членов и сумеет в ближайшее время существенно расширить свою деятельность.

В книжном киоске фестиваля мы увидели много новых книг по фантастике, появившихся в 2014 году. Меня лично заинтересовал очень хороший сборник «ЭКСМО» «Настоящая фантастика 2014». В нем, в частности, мы смогли прочесть прекрасные литературоведческие статьи Володихина, Верова, Первушина, Олди и Галаниной.

Как всегда – очень красивый Крым, прелестный, хорошо ухоженный парк «Айвазовского»…

Огорчила погода… Шторм, ветер, холод, кошки и павлины жмутся поближе к ресепшн гостиницы, где тепло и уютно. Ялта… Увы, Ялта стала совсем местечковая – за последние десять лет ее застроили безвкусными бетонными громадами и шанхаями ларьков и киосков, парка больше нет… Грустные приметы времени. Да и сам пансионат… Дежавю. Ничего не изменилось с восьмидесятых годов прошлого века. В столовую – по жесткому расписанию, угрюмые официантки, ледяные администраторы, вечером нечем заняться, разве только помечтать о кофе… Номера в выходные дни не убирают, полотенца вообще не меняют. Все как в прежние советские времена, о которых теперь многие ностальгируют.

Были оглашены победители, вручены премии и награды. Первое место и премию «Созвездие Большой Медведицы» получил под аплодисменты всех присутствующих С.В. Лукьяненко.

Закрывая фестиваль, Глеб Гусаков и Дмитрий Скирюк, главные исполнители представления, скинули маски и произнесли знаковые слова: «Генсеки уходят, а народ остается. Будущее создается здесь. В том числе – нами. Фантастами».

Неплохое завершение. Снова вспоминается песенка из «Обыкновенного чуда»:

Давайте негромко; давайте вполголоса, давайте простимся светло.

Неделя, другая, и мы успокоимся. Что было, то было, прошло.

Конечно,ужасно, нелепо, бессмысленно. О, как бы начало вернуть.

Начало вернуть невозможно, немыслимо. Ты даже не думай, забудь.

Тот, кто был на прошлом фестивале, поймет меня. До следующих встреч, Глеб, до следующих встреч, Дмитрий… До следующих встреч… Радостных… И немного грустных.

Ах, как это мило,

Очень хорошо.

Плыло и уплыло,

Было и прошло.

Каждый может получить свой Рудис

На литературных курсах

Занятие 1

«Закончилась ли двойная жизнь Гарика Хадеры?Удалось ли ему преодолеть свои комплексы, решить проблемы, на которые у него обычно не хватало пороху ни на работе, ни дома? Или эти комплексы, проблемы и сопровождающие их необычные сновидения еще вернутся к нему?

Конец нашего рассказа кажется вполне счастливым. Хэппи энд. Гарик поправился, вышел из больницы, он женился на Люде и отрастил небольшие усы, за которыми тщательно следил. Вскоре ему повысили зарплату».

Павел Костылев закончил чтение текста, сделал паузу.

– Да, мы с автором изрядно повеселились.

Саша Окатова:

– Я читала весь рассказ целиком. Вовсе он не юмористический. Очень даже серьезный.

– Ну, я, наверное, что-то не понял. Что это за имена такие – Лёля, Люда, Гарик…

Так-так. Вот с героем случились разные события – сны, битва, больница. А в его жизни ничего не изменилось. Лучше бы он умер. Или, например, такой конец – женился, подстриг усы, посмотрел в зеркало и застрелился. Или, чтобы в нем заиграло ретивое – взял дрын и побил хулигана. На крайний случай – отымел прелестную незнакомку в подъезде… И не типа его Люды – сто пятьдесят с кепкой – а повыше, метр восемьдесят, например, – Павел растерянно осмотрел аудиторию, покраснел и опустил глаза.

– Есть жизнь, жизнь продолжается, читатель захочет продолжения. А так… Чистый психоанализ. Мы этим Фрейдом и его либидо сыты, вот где этот Фрейд, со школьных лет. Кстати, у героя с либидо… Депрессивный конец. Очень плохо. Кафка, Гоголь, Платонов, Шаламов – на что известные люди, а ведь все плохо кончили. Читателю или зрителю кино надо выдавать суррогат, чтобы каждому понятно было и продолжения хотелось. То ли дело – «Властелин колец» или «Гарри Поттер». Гоголь в гробу перевернулся, когда узнал, что вышли «Звездные войны» Лукаса. От зависти, конечно.

Писатель, как врач, не должен быть слишком хорошим, тогда читатель будет к нему возвращаться. Вновь и вновь. И требовать продолжения банкета.

Занятие 2

«Закончилась ли двойная жизнь Гарика Хадеры? Удалось ли ему преодолеть свои комплексы, решить проблемы, на которые у него обычно не хватало пороху ни на работе, ни дома? Или эти комплексы, проблемы и сопровождающие их необычные сновидения еще вернутся к нему?

Конец нашего рассказа кажется вполне счастливым. Хэппи энд. Гарик поправился, вышел из больницы, он женился на Люде и отрастил небольшие усы, за которыми тщательно следил. Вскоре ему повысили зарплату».

Андрей Щербак-Жуков закончил чтение отрывка.

– Да, герой неплохой получился. Довольно-таки положительный.

Люда – крошка, метр пятьдесят с кепкой, некрасивая, правда – добрая, безотказная, вот он на ней и женился. Я бы, наверное, не женился на такой. Опять же – слона завалил, не сам, правда, но это неважно…

Саша Окатова:

– Герой – очень тонкий, любитель прекрасного, я читала рассказ.

– Вот – тонкий, любитель прекрасного, я сам-то целиком не читал… Чтобы читатель его принял, надо, чтобы недостатки были. Когда-то фарцевал. Вот. Потом, вот мне Саша подсказывает, Льва-то нет, он – заочник, герой любит, чтобы у его девушек было красивое белье. Очень такое человеческое качество. Это придает теплоту характеру. Помогает читателю проникнуть во внутренний мир героя, лучше понять его, принять как своего. Костылев говорил мне, что лучше было бы убить этого героя. Чтобы конец был более экспрессивным. Я не против. Можете и убить. А герой хороший.

Занятие 3

«Закончилась ли двойная жизнь Гарика Хадеры?Удалось ли ему преодолеть свои комплексы, решить проблемы, на которые у него обычно не хватало пороху ни на работе, ни дома? Или эти комплексы, проблемы и сопровождающие их необычные сновидения еще вернутся к нему?

Конец нашего рассказа кажется вполне счастливым. Хэппи энд. Гарик поправился, вышел из больницы, он женился на Люде и отрастил небольшие усы, за которыми тщательно следил. Вскоре ему повысили зарплату».

Александр Гриценко задумался после чтения отрывка.

– Да-а-а-а, – встряхнул длинными волосами. – Если бы это была женщина, я бы сказал: «Её лучше щупать, чем слушать. Ко Льву это никак не относится, я не интересуюсь мужчинами в этом смысле. О нас с ним, правда, говорят всякое… «Ах, злые языки страшнее пистолета», как сказал классик. Мы с Львом просто дружим и пьем иногда…»

О чем это я? Ах да… Как бы это объяснить. Автору надо учиться. Пойдет на курсы – многое поймет, многое станет ясно.

Саша Окатова:

– Он уже закончил курсы МГО СП.

– Значит, пусть идет на курсы моего продюсерского центра.

– Он и это закончил.

– Пусть учится на курсах ИСП.

– Они так учится. Заочно.

– Знаешь, Саша, ты его не защищай. Закончит курсы – все поймет. Текст серый, невыразительный. Но у Льва получится. Он очень талантливый. Во всех жанрах работает – и детская книга, и нон-фикшн, и мэйнстрим, и фэнтези… Получается, правда, так себе. Мягко говоря.

Да, самое главное… Какое значение имеют все ваши тексты? Хорошо, плохо… Все в мире относительно. Этот текст тоже со временем может стать классикой. Все зависит от продюсера. Вот мы сейчас занимаемся этим автором персонально. Сейчас прямо возьму и позвоню Максиму, еще паре человек. Вы сами увидите – скоро этот текст заиграет всеми цветами радуги. Отрывать этот текст будут читатели… А он тот же. Тот же самый. Как то так.

Занятие 4

В аудиторию входит Игорь Сергеевич.

– Ну, что вы тут читаете, чем, блин, занимаетесь?

«Закончилась ли двойная жизнь Гарика Хадеры? Удалось ли ему преодолеть свои комплексы, решить проблемы, на которые у него обычно не хватало пороху ни на работе, ни дома? Или эти комплексы, проблемы и сопровождающие их необычные сновидения еще вернутся к нему?

Конец нашего рассказа кажется вполне счастливым. Хэппи энд. Гарик поправился, вышел из больницы, он женился на Люде и отрастил небольшие усы, за которыми тщательно следил. Вскоре ему повысили зарплату».

Игорь Сергеевич растопырил пальцы.

– Да, блин, герой у вас беспонтовый. Я понял так – когда-то нанял негра, чтобы слона завалить. Все равно – не фартовый пацан.

Саша Окатова, с обидой в голосе:

– Герой – утонченная натура, настоящий интеллигент, не бычара какой-нибудь.

– Слышь-ка, телка, тебя спрашивают? Пасть порву…

– Я что? Я ничего…

– Ну и помолчи. Вот эта дылда может говорить… Если захочет.

О чем это я? Вообще-то я люблю образованных. Особенно евреев, блин, особенно, если есть лавэ. Ну, этот ваш, фарцевал, я понял… А где лавэ? Ну, сформировал бы бригаду. Крышевал бы фарцу, как я в свое время. Девочек, грят, любит, тоже хороший бизнес. Что это за рукдис такой, болт, что ли? Если любишь девочек, почему шары на болт не поставил?

В общем, так, орелики! Быстренько скинулись по сотне зеленых, что я зря у вас здесь время теряю? Ты, дылда, можешь не давать. Да не мне это. Для меня – это не деньги. Все для каллектива. Каллективу-то есть надо. Что делают? Вы здесь сидите, чаи, блин, гоняете, вам спокойно? Никто вас не трогает? Вот то-то. Потому и не трогают, что каллектиф работает. Это по стольнику для начала. Следующее занятие у вас когда, во вторник? Вот и ладушки. Подготовьте по полторашке. Вот так вот.

До чего люблю образованных. Писатели, гришь? Писателей тоже, если лавэ есть. А герой у вас этот беспонтовый. Гнилой человек. Держитесь от таких подальше. Сами решайте, конечно, но я вам плохого не посоветую.

Игорь Переверзев

Романист Игорь Переверзев родился в 1984 году. Писательскую карьеру он начинал не с художественной литературы. Его первым опубликованным произведением была электронная книга о копирайтинге «Как превратить буквы в деньги», написанная на основе собственного опыта. Однако уже первая художественная книга Игоря Переверзева – роман «История Андрея Петрова» – сделала его лауреатом Международной Московской литературной премии и была опубликована в элитарной винтажной серии «Современники и классики».

Кроме того, автор награждён Международной медалью ООН имени Адама Мицкевича. В настоящий момент занимается крупным публицистическим проектом о современной литературе России и является автором журнала «Российский колокол».

О вере

Как и в любом преднамеренном вранье, начало стоит приукрасить легкой оговоркой: так скажет про все это опытный психоаналитик или парень вроде Пола Экмана. Да тот же знаток Фрейда или маститый человек-барометр, плавающий в этих делах с раннего детства, наверняка с самого начала этого краткого обзора в мир веры и религии, начнет ловить меня на каждой запятой. Должен сказать: это даже приветствуется, тем более – что у меня с собой всегда есть два веских (на самом деле их куда больше, но именно парочку до неприличия логичных доводов я с собой всегда ношу во внутреннем кармане пиджака) замечания.

Первое и главное: покушение на чувства верующих в этом вопросе сразу отпадает, потому что чувства верующих и правда расстроить всегда очень просто, но правда тоже с оговоркой: толпа этих самых верующих – это еще и просто толпа разных людей, способных вести себя в определенных условиях совсем иначе, нежели каждый из нас будет вести себя в одиночестве. В общем, я намекаю на то, что иногда вы, как и на выборах, к примеру, можете голосовать за нового кандидата будучи безработным, а можете иначе: именно так, как сказали вам на родном заводе. В последнем случае вы даже можете прийти и проголосовать против всех (это те счастливые моменты личного триумфа, когда на работе руководство сказало вам после «Ну ладно, хотя бы и так…»).

Вы можете не явиться к избирательной урне вообще, равно как и не читать все это дальше, но только не можете отрицать тот факт, что большинство всегда решит все за вас. Решит в итоге все, что вы можете, а что нет. Вы же верите, что кто-то помолится за ваши несчастья и скорые большие деньги и вы станете вот-вот счастливым на том лишь основании, что другие говорят, мол, это точно так и случится. Вы верите в то, во что верят другие, правда ведь? Так вот, если это и правда так, и вы верите в такие вещи свято и эта ваша вера приносит вам счастье и покой, не читайте дальше, или по окончании не врите себе больше. И мне тоже.

И, наконец, 2-й важный момент, или замечание. Статьи на такие, как их еще называют – резонансные темы, пишутся не просто так и, конечно, не всегда за деньги. Одни, как и в любом тексте, который скорее всего напечатают, решили показать свой широкий кругозор, другие – именно те, кто точно за деньги, и заодно решившие показать миру ту самую ширину кругозора, как всегда думая, что это так же круто, как знаменитый шампунь от перхоти с бальзамом впридачу, тоже вполне обоснованно могут заниматься такой работой. Есть еще и фанатики без своего личного мнения и потому пишущие и доказывающие свою единственную и самую правильную на свете религию всему миру в особенности именно тем, кто хоть пикнет на их немного отличные от вашего взгляда по данной теме. И таких бравых оценщиков ситуации – тоже немало и даже хоть отбавляй.

По примеру последних действовали в моем недавнем прошлом (да и сейчас, наверное, ситуация такая же) члены общины Адвентистов Седьмого Дня, куда я был вынужден долго поневоле прибывать по субботам, будучи «молодым воспитанником традиций данного христианского течения». Это такая протестантская церковь, относящаяся, как я тогда удивлялся, именно к христианству. И это несмотря даже на то, что самая святая из всех святых книг – Библия – трактовалась там каждым новым проповедником на свой лад, размножая толкование этой книги, как ксерокс множит копии листовок с фотографиями задницы главного бухгалтера в крупных организациях, где бывает много лишней бумаги, лишних людей и одна большая задница главного бухгалтера.

Я просто долго посещал подобные сборища и кругозор мой и без того был бы уже на троечку точно, но я никогда бы не стал писать подобные тексты, если бы у меня не было личного опыта и своего собственного отношения к предмету, которое вы можете принять на веру или просто забыть. Ну, или сделать все это своей новой религией, хотя бы проверочной, недельки на две-три…

Как бы там ни было, уж точно не стоит относиться ко мне с презрением, как к человеку, который понимает Библию также по-своему. Такое законное право делать это есть у любого проповедника, который никогда не скажет вслух того что думает, а мне не понаслышке знакомы такие мнения, и, разумеется, я расскажу вкратце и о них тоже и также имею на это полное право. Расскажу все без фамилий, без дат и без вымысла. Мы говорим о вере, а это именно то, что делает сегодня меня мною, а мою фамилию не просто звуками, вылетающими изо рта директрисы-ведущей на моем школьном выпускном, где мне было страшно и больно за себя и свое будущее, если бы не…

Мы с вами просто поговорим о том, что есть в каждом из нас и не имеет ни дат, ни вымысла, как все то, что было когда-то в прошлом. Как все это неясное, невидимое, возможно, за давностью сроков почти всегда в итоге вымышленное, что почти всегда после превращается в помешательство и страхи. Ну что ж с того, даже если и так, даже если я, к примеру, тоже много чего боюсь, но а что еще остается делать, когда я однажды попробовал поверить в сказку, которой никогда не будет, как теперь мне совершенно точно понятно и ясно…

Но Вера, Верить… Верить во что-то другое, в то, что поможет тебе эту сказку сделать, это ведь всегда волнует сердце, согласны? Ну, о том немного позже, а сейчас, братья и сестры, пора приступать и начинать наш этюд. Считайте, что началась наша праздничная служба в храме вашего бога, под знаменами христианства и младших подразделов этой самой многочисленной религии мира. Именно в ней я кое-что узнал за все эти годы и немного обдумал и потому-то не собираюсь говорить ничего лишнего о том, чего раньше не видел, не читал или не понимаю. Ладно, все… начинаем. Я смотрю на священника, позади меня много женщин в платках с грустными лицами, а это, думаю я, верный признак похорон или начало обедни. Ну все, кажется, и впрямь началось…

Представьте, что сегодня необычный день. За большими и толстыми стенами храма и такими же его обитателями, расхаживающими здесь словно у себя дома или на даче, в черных свободных костюмах-мешках, среди всех этих привычных атрибутов церкви, снова стоите старина – вы. Лучи солнца бегают под сводами красивых расписных потолков и стен, среди икон и картин – этих признаков смирения и надежды. Вы снова часть этой толпы, таких же верующих и смиренных христиан, которые много сотен лет собираются здесь вместе посмотреть как горит свеча и удостовериться, что комбинацией большого, среднего и указательного пальцев можно не только солить борщ или требовать за свои услуги, шевеля подушечками этих же пальцев, немного больше, чем просто «спасибо» от человека, которому вы чем-то здорово помогли.

Странно, но вообще-то принято считать этот жест сакральным, то есть таким, которым вы можете закрепить свою просьбу к богу. Своему богу, которому вы молитесь, и рядом с вами в этой безликой толпе иногда встречаются такие похожие на вас люди, пожимающие иногда украдкой плечами или покачивающие головой так же как и вы, не то с презрением, не то с общей усталостью от этих тяжких минут и часов проповеди. Вы в таких случаях обычно отвернетесь, понимая, что не очень-то и приятно быть здесь, особенно когда ты валяешь дурака, так же как и твой сосед, но тот может позволить себе улыбнуться в любой момент и заговорить по мобильному, например, а вы – нет. Не принято при верующем начальнике показывать, что ты веришь меньше или даже наравне.

И вот вы креститесь снова, вот запел хор, вот вокруг вас снова свечи, иконы и полумрак… вот затекли ваши колени и ноет спина, что-то мелькает, как обычно, в памяти из этой странной Библии. Вы смотрите в сторону выхода и вдруг видите резко хлынувший навстречу свет, резко ворвавшийся сюда, как и положено солнцу: всегда вовремя и без приглашения, в любое место и почти в любое время, где оно просто так может вдруг наполнить светом любое пространство, где имеется хотя бы намек на тьму или открытую щель. И вот оно уже светит вам в лицо, вы улыбнулись, и секунду-другую спустя под вашими ногами уже простучали ступеньки парадной этого величественного с виду здания…

На улице весна, и вы верите, что все хорошее, вот хотя бы лето, совершенно точно скоро случится. Постояв пару часов в темном здании и снова называя себя последними словами за эту свою боязнь признаться самому себе, что даже вера в весну куда эффективнее справляется с неудачами, появится вдруг у любого, кто просто возьмет сейчас и выйдет на улицу. Без свечек и непонятных жестов, очередность которых лично я путаю до сих пор. Почему путаю, как же так, ведь у меня неплохая память?! Так, я иногда по старой памяти и с сожалением напоминаю себе, что иногда надо вспоминать о временах, когда надеяться на чудо всегда можно вместе с кем-то, тем более этому занятию уже столько много лет… я напоминаю иногда себе это так, что становится стыдно. А вообще все мы любим традиции, это правда. Все любят традиции…

Только вера и религия – это немного не то, чем, скажем, традиция воевать или готовиться к войне, чем вообще – традиция в принципе. Вера – это то, что помогает воевать и смотря на всех оправдать себя, сейчас такая вера и раньше была таковой. Это то, что делает религию самым мощным из всех средств по превращению человека в робота.

И эта же вера может соединиться с религией, как у нас принято думать, объединяя два этих разных понятия в одно, часто путая и забывая, что это неразделимое почему-то осознание разного призвано не сделать из человека дурака, а наоборот, верный способ задуматься каждому.

Я надеюсь, до сих пор в логике моей не было трещин и вряд ли на данном этапе появится кто-то из признанных экспертов, любящих мусолить одни и те же понятия, сводя их в основном к понятиям разным. Даже старина Розенталь при его колоссальных знаниях языка и сокрушающем в этих делах опыте боялся путать слова и очень точно давал определения и примеры слов, но соединить две эти дефиниции веры и религии в одно, это, как сказал бы Фрейд, то же самое, что сравнивать анатомию и гистологию. Или вот еще наглядный пример для лингвистов и философов: возьмите любую дихотомию и сделайте из нее суп «Детерминированный». Если получится – позвоните мне сразу, я приеду в этот же день, как и тут же вылечу первым рейсом даже ночью, если даже самый главный патриарх из всех главнейших патриархов мира помолится и вера его будет хотя бы с горчичное зерно, способное сдвинуть хотя бы горошину с его, без сомнения, небедного стола.

Бывали времена, когда я даже подходил с просьбами и вопросами к святым отцам в местных церквях, не забывая попросить их объяснить мне очередной стих про веру и горчичные зерна, на что получил столько же разных ответов, сколько и причин отвечающих быстро уходить по своим делам, нести ахинею, кашлять долго или ссылаться на гайморит. Я никогда не думал отомстить или сделать больно этим людям, но я не могу считать иначе, особенно после их невнятных ответов. Просто я знаю, что такое вера, и знаю, что это бесплатно, что это всегда поможет, когда нам кажется что все, это точно конец…

Но я также знаю, что за 30 своих лет я ни разу не видел, как кто-нибудь помолился при мне и хотя бы ребенку, страдающему от насморка, стало бы тут же хоть немного да легче. Я уже не говорю о том, что пробовал истово молиться на природе, где я иногда бываю летом, расположившись полулежа с травинкой во рту среди гор и деревьев. Я уже молчу, сколько раз я лежал среди старых пней на лужайке, залитой солнцем, и, наблюдая целую свору муравьев, как думал, что даже их бессвязные на первый взгляд движения никогда не закончатся тем, что вместо того, чтобы успеть отстроить свой большой дом в срок, они остановятся вдруг от бессилья все разом и начнут водить одновременно своими уставшими лапками по системе слева-направо вверх-вниз и надо же – неподалеку, как в волшебной истории по Гарри Поттера, будет сам собой собираться муравейник-дом, а кто-то из них махнет украдкой другой своей свободной лапкой соседке и, попросив у бога-муравья удачного вечера, вдруг поймает соседний взгляд (или что-то вроде него) симпатичной муравьихи в джинсах и на каблуках, с белой заправленной в тугой и красивый ремень белоснежной футболкой. Но сейчас я лежу и просто смотрю на них. А они даже головы не поднимают, работают, любят и верят…

В моей власти убить их всех одной левой, но они даже не поймут, что это такое произошло. Они не умеют думать, они действуют по программе. А мы думать умеем, но ведем себя еще хуже: хоть и действуем также по программе (это не очень-то нас устраивает, но это и правда отчасти так и есть), также бессистемно, но, зная о том, что у нас есть мозг и внутренний голос, который шепчет и напоминает нам об этом каждую минуту, мы умудряемся делать вещи, которые кажутся похожими на попытки договориться мирным путем выйти из очередного военного конфликта.

Вы в такое верите вообще? Я нет, и они, дипломаты, конечно, тоже не верят. Поэтому мирные переговоры длятся годами, прерываясь разве что на выстрелы во всякие здания ассамблеи или парламента, где переговорщиков, в случае чего, тут же эвакуируют на вертолетах в другие похожие здания, где может снова дерябнуть чаю и поспать в перерыве, чтобы после снова притупить к своей бесполезной работе, сидя с важным видом в дорогом костюме, опять вернувшись к обсуждению и принятию смелых заявлений и прочей туфты, похожей на принятие религии человеком, на том лишь основании, что так делают все, хоть всем присутствующим это не всегда понятно и нравится.

А теперь мы с вами пойдем туда, где идти сложно и на этой дороге много разных тропинок есть, но все же если не отвлекаться, можно ведь выйти из этой чащи хотя бы за брусникой или к водопою. Ну а там как повезет, точнее, насколько у вас хватит мужества и сил. Но, поверьте, что точно хватит, ведь мы говорим о настоящей вере, а это всегда дает сил и всегда, когда вы идете к цели, вы ведь знаете, что дойдете. Вера ваша даст вам все. Задуйте свечку и идите, куда зовет вас ваше сердце.

Основная религия планеты – христианство, а главная ее книга – Библия. Книга эта толстая и непонятная, ну еще бы – ее писали более 40 авторов, а толкуют 400000 проповедников. Разумеется, каждый на свой лад. Это все равно что собирать автомобиль на 40 заводах и нанимать все новых и новых сотрудников, потому что все никак не получается понять: как же собрать эту модель так, чтобы все наконец поняли, что именно нужно делать каждому из сборщиков этого средства передвижения, призванному помогать человеку, а не ломаться на каждом углу, превращая владельца в раба этого транспортного средства, а не наоборот. Действительно, можно зло пошутить и сказать, что именно по такому принципу работают отечественные автогиганты, но принцип этот такой же «очевидный», как и предсказания Елены Уайт – женщина-пророка из рядов Адвентистов Седьмого Дня, пророчества которой не сбылись ни разу и также ни разу прихожане так и не дождались второго пришествия Христа, который так торопился забрать, конечно, именно их. И даже эти легкие промахи главного провидца Уайт прошли сквозь время как неудачный стишок малыша на новогоднем утреннике, точно так же не испортившего общего настроения и не сильно помешавшего вере в рядах вышеупомянутой церкви АСД, относящейся к христианству продолжавшей расти и множиться как кроличье потомство. А что касаемо старушки Лены Уайт, этого несостоявшегося пророка, то все обошлось и в первый и в десятый раз ее откровенного трепа. А если конкретнее и вкратце, то она просто ошиблась подряд во всем в чем можно, а несколько тысяч ослов, ожидающих, наверное, в парадных по исключительному случаю костюмах, этого их долгожданного второго пришествия Иисуса Христа, постояли в тот великий день ожидания лучших времен и грядущей Земли Обетованной, как всегда не дождались… и как обычно разошлись по своим делам: кто бейсбол смотреть, кто дернуть пивка, а кто по привычке позвонить любовнице и сказать что-то вроде этого:

– Эй, Мэгги, малышка! Ты еще любишь белое вино, или старина Джим уже в прошлом?

Библия – книга, вне всякого сомнения, уникальная и самая дорогая в мире по всем показателям. Тот, кто все это дело затеял, безусловно, был человеком (а это человек, хоть и таких прозорливых бизнесменов представить сегодня трудно) практичным и явно любящим деньги и даже просто мысли о них. Как идея по претворению в жизнь конечного ее варианта, как все это воплощалась в жизнь, мы примерно знаем. Никак. Однако как можно забывать, что все это настолько же далеко от истины, насколько так бывает в исторической ретроспективе, если взять последнюю хотя бы за 200 последних лет, когда событие или описание исторической личности со временем превращаются сначала в домыслы, потом в фантастику, а после в религию или просто в пыль ( это, как известно, зависит от задач и способов передачи информации. Ну, и от аудитории, разумеется).

Вот несколько примеров из самого писания: Ной, Моисей, Адам и Ева и первый инцест, ошибки и просчеты Бога в постройке планеты и явные промахи во всеведении и так далее. «По образу и подобию» и уникальное начало книги, о котором я скажу в конце этой статьи, воскрешение людей и нарушение им же созданных физических законов, этот Ветхий Завет – сборник еврейских сказок, откровение и прочие страшные истории для люмпенов и маргиналов, стремящихся к предпоследним. Ошибки и промахи в создании людей, яблоко и змея… и снова нельзя не вспомнить – этот Великий Потоп, и ладно: даже если взять тот самый минимум, те вероятные 600-800 видов животных, путешествующих в одной лодке 40 дней, то получается даже не смешно. В те времена, наверное, была в ходу идиома про «300 тысяч в лодке, не считая собаки». Ну, и несложно представить, что творилось на борту того первого деревянного супертанкера в первые дни путешествия.

Вот стоит на капитанском мостике наш капитан Ной и рядом постоянно мельтешит то жена, то челны этого большого и дружного семейства.

– Пап, ты чего такой грустный? – спросила его дочь, зайдя на цыпочках.

– Не трогайте отца, он вспомнил ужасную вещь. Это его промах… – сказала мать за капитана, стоящая, как и положено, по правую руку.

– Мама, не томи…

– Отец только что признался мне, что ему не 600, а 567 лет… вот, он теперь сильно переживает… но и это еще не все, это не главное, дочь…

– Мам, мое сердце не выдержит, ну же!

– Дочь, посмотри на меня, – скажет жена капитана и придвинет к себе за плечи юную красавицу, которая могла быть куда красивее, наверное… – Только восприми мои слова как взрослый и мудрый человек… в общем, отец забыл пятнистого скунса с его подружкой и один подвид муравья, увы… Что же теперь мы будем делать?! Хотя время подумать есть, шторм будет бушевать еще дней 30.

– Ну и ну… – ответит дочь.

– Кстати, чем будем питаться, еще не думали? – скажет тут же мать, а капитан-отец проглотит слюну и откашляется. Вода, ясное дело, будет в излишке, но я бы на вашем месте подумала бы и о мясе, дочь. Сколько у нас слонов, вроде бы два, верно?

– Да, мам. Плюс братья пронесли на борт пару сотен кур. Ты только папе не говори. На первое время хватит вроде, правда, мамуль?

– Это точно, охххх… ну ладно, ступай, дочь…

Шутки такие заканчиваются ровно в тот момент, когда весь этот набор ветхозаветных историй, в которые даже дети не очень-то охотно верят, написанных одним из тех четырех десятков авторов Библии, умело завернутых в книгу для всех и на все времена, когда все это мы начинаем воспринимать всерьез. Даже несколько сотен видов животных не выдержит в себе или на себе ни один «Титаник», построенный даже не из досок, а из самых прочных материалов, что есть в 21 веке, в нашем технологичном нынче мире.

Не может такого быть просто, вот и все! Не может просто потому, что водоизмещение его должно быть таково, что знаменитый непотопляемый корабль со сладкой парочкой на борту, где Лео ДиКаприо обнимал Кейт Уинслет (фильм – дерьмо, если честно), в сравнении с таким судном будет смотреться как одинокая рыбацкая лодка, что так эффектно смотрится на рекламных проспектах турфирм, заманивая туриста на Гоа или похожие курорты. Не знаю, почему так круто все это смотрится… Быть может, на закате все маленькое и бедное смотрится каким-то красивым и милым, что не может не подкупить даже скептика или даже матерого бандита. Правда ведь, как считаете?

В каждой вере и каждой религии есть свои правила и, конечно, личная составляющая этих понятий, то есть отношение конкретного человека к этим вещам. Принято считать – а я надеюсь, что так и есть – у человека вообще есть свое мнение по каждому вопросу вообще. Однако кроме этого, также необходимо брать за основу понимание всех этих не таких уж и сложных вещей, плюс то, что в вопросах веры нет никого, кто имеет право лезть со своими советами в эту личную для каждого человека область (если это и правда так личная область, хотя туда вообще – лучше не лезть). Однако если все это просто привычка, набор условных рефлексов и бездумные действия социопатов и толпы, которую, так же как и привычку пить и курить, объединяет столько тысяч и даже сотен миллионов людей по всему миру мы имеем право хотя бы высказать свое мнение об этом всем. Каждый имеет право на свое мнение, как и имею такое право и сейчас высказываю свое мнение, и все это только потому и затем, что многие из этой самой толпы соглашались со мной в частных беседах неоднократно, делая мне приятно и даже себе поначалу тоже, но, правда, чувствуя себе после – настоящими негодяями, которые всегда знают и понимают, что с верой так не делается. Веру вообще не предают, если это и правда вера.

Итак, вот и настало время для промежуточных итогов: увы, но принято у нас веру и религию считать одним целым. И самое время сказать, что это далеко не так, точнее, выяснить теперь, почему именно это не так, мои дорогие братья и сестры. Можно быть любителем антиутопий Оруэлла или Герберта Уэллса, академиком богословия или любителем философских трудов Эриха Фромма, можно быть почитателем даже всех этих вместе взятых великих ребят, предвосхитивших будто бы свое время. А можно сказать себе честно и признаться, что одна партия и одна вера на десятки и сотни миллионов – это не что иное, как система управления людьми. Это одна мощная структура, позволяющая одним жить за счет других. Плохо это или нет – это не тема для этого разговора, да и, похоже, смысла нет говорить об этом теперь вообще. У нас другая проповедь и для нас сейчас куда важнее другое.

Вера – это признание чего-то истинным. Признание всего того, что дает вам сил и что поможет точно в житейских делах, как помогает плотнику молоток и стамеска. Все остальное – это иллюзия и подражание толпе, это пользование человеческой глупостью и стадным рефлексом для собственных нужд. Это все, что надо знать о Вере. И почти все это и так знают, но вслух не говорят.

Религия – это то же самое, только без предварительной и практической проверки или, как принято считать по-другому, – это особая форма осознания мира, обусловленная верой в сверхъестественное, то есть во что угодно, чего нет или не видно. Это вера во все то, во что верит (точнее, делает вид) большинство из нас более 2000 лет, называя это новыми течениями, конфессиями и так далее, при этом основываясь на самой святой книге в мире, которую, однако, ни один человек на Земле не понимает. Даже букварь или таблица умножения и близко не стоит по уровню святости рядом с этой книгой, которую даже взрослые побаиваются назвать смешной или не очень-то понятной. И только потому, что страх признаться себе в этом и сказать то, что каждый и так знает, религия и вера является для нас, да и для всех других в мире, наверное – тем самым, что делает из нас толпу и людей по меньшей мере странных. Таких не похожих на собственных детей, таких непонятных и загадочных в своих упрямых желаниях положиться на кого угодно, кроме самих себя. Таких трусливых и беспомощных…

Сегодня религия – это организованное поклонение высшим силам, которые, как принято считать, есть априори, несмотря даже на то, что практической пользы от них никому нет, а заведения или храмы, их представляющие, несмотря на то, что являются те по сути обычными организациями со своей иерархией и мирскими страстями типа борьбы за власть и хорошее жалование, по сути не что иное как обычная, мирская то есть, форма вертикали власти со своими лидерами, скрытыми кардиналами, кругом приближенных и почти всегда бонусами в виде чего угодно, но, конечно, не всеобщего блага, о котором говорит Библия и которое невозможно ни в одной организации, где количество людей стало бы больше 2-х человек однажды. Но что еще более странно, имея в виду тот факт, что всем, похоже, на это наплевать, так это тот факт, что даже в 21 веке, спустя две тысячи лет, этой самой веры величиной с горчичное зерно так ни у кого и не появилось… и более – хотя бы заставить мыльный пузырь полететь в другом направлении никакая церковь, даже будучи в полной боеготовности, не сумеет даже самой ярой молитвой. Похоже, что и правда не много в такой общей вере в религию толку, правда ведь?

Даже понятие «эгрегор», знакомое всем мистикам, да и вообще всем меняемым физикам, которые прекрасно понимают и знают, что есть вещи в мире, которых мы не видим, наподобие электрического тока, когда-то открытого, но, тем не менее, ставшего в быту сегодня весьма практичным и привычным. К примеру, включая в розетку электрический чайник, все мы знаем, что по проводам идет нечто такое, что в конечном итоге преобразует воду в кипяток, и мы сядем вот-вот и дерябнем чайку с медом во славу божью. Но вот ведь странно: религию Тока или Кипятка никто в мире не знает и не знал. Это всего лишь потому, что ток – нам помощник, он есть и в него потому верить теперь не надо. Как говорил Толстой, наш с вами общий знакомый с Ясной Поляны, вера заканчивается там, где начинается знание. И наоборот, конечно, тоже это правило работает также «на ура».

Так вот, вернемся немного назад и подчеркнем, что даже этот самый эгрегор, что по сути является энергоинформационной структурой, или сущностью, как называют ее в оккультизме, ни черта не работает у людей, которые настолько не верят во все, что связано с их непонятной верой на основе восковых свечей и еще более непонятных речей: стоит ли тогда тратить время на такую веру или все же лучше поискать ее в другом месте? В себе, быть может… А она ведь всегда там есть и будто того и ждет, чтобы мы пришли и просто взяли ее, согласны?

Мы живем в стране огромной и разной, наша вера, как и вера других народов (если это до сих пор то, что мы путаем с верой реальной) имеет свои давнишние традиции, восходящие к незапамятным временам (так любят говорить историки, чтобы обезопасить себя от проверок в точности дат). Православная вера или религия – тут уж сами смотрите, как правильно – является одним из ответвлений христианства, также как метро «Битцевский парк», к примеру, является составной частью или веткой системы московской подземки, куда я, приезжая в Москву, почему-то и вовсе перестал захаживать…

Христианство и православие связаны по всем законам жанра как родные братья Каин и Авель, связанные хотя бы по факту рождения для начала. Повязаны в крепкий морской узел эти два понятия по всем гласным и негласным законам, зримым и нет пунктам в этих самых законах и нормах, как государство является одним целым

с любой крупной организацией, где количество людей, как мы уже говорили, достигающее уровня, превышающего допустимый по части угрозы сохранению власти начальный предел в два и более человека, сливаются воедино с любым подобным сообществом и государство, и превращаются в систему управления людьми. Друг без друга, понятное дело, они после этого уже просто не могут жить. Так просто не бывает, вот и все. А Библия – это первооснова любой власти, она сильнее любой конституции, хоть в последней даже ни слова про нее и не сказано, равно как и про христианство или любую другую религию. Их, кстати, основных всего три. Наша любимая – христианская, ислам, а также иудаизм. Это касаемо так называемых Авраамических религий, а основными я назвал их просто потому, что общее количество их приверженцев в разы больше всех других прихожан остальных религий, включая редкие и непонятные. Есть, конечно, еще буддизм и индуизм, даосизм и всякие магические культы вроде тотемизма и анимизма, и прочих непонятных дел. Но нас все же больше интересует христианство. Тут, как говорится, сам бог велел.

Так же как и основных религий всего три, у христианства ровно столько же ответвлений, то есть их тоже три. Это вообще сакральное во многих культах и религиях число, означающее божие дитя и зависимость – в одних культах, и неумение прощать и любовь к сплетням и самодурству – в других. Как бы то ни было, но именно это число фигурирует в большинстве своем на многочисленных флагах и гербах у многих стран мира, в сотнях книг и сказаний, и почему-то именно оно в конечном счете было выбрано главным с эпохи разделения христианства. Наверное, внимательные читатели и любители фрейдовского «Введения в психоанализ» более точно ответили бы, почему именно так, и это отчасти тоже был бы верный ответ, как по мне, но мы и без этого справимся и пример этот, пожалуй, опустим.

В общем, никто не знает, почему именно, но именно эта самая тройка и стоит во главе угла. Так просто случилось, вот и все: зачем изобретать велосипед, когда троекратное «Ура-а-а-а» кричат перекрестившись три раза, когда прут на неприятеля во славу триединого бога живого на поле битвы и так далее и троекратно все такое прочее. Зачем что-то еще, когда дружина отважных парней идет на очередную глупую войну предварительно благословив самих себя на очередную святую битву за земли и пустые в итоге города…

Христианство хоть и считается основным новозаветным почитанием Христа, на самом деле было основано как раз, наоборот, на сказках ветхозаветного иудаизма. Католицизм и протестантизм – это так же как и православие – основа христианства. Просто, как и от любой крупной организации рано или поздно кто-то да отколется в итоге, так и здесь произошло однажды ровно то же самое.

Дело было вот как. В 1054 году христиане разделились сначала на православных и католиков. Православные, как мы с вами знаем, остались и здравствуют до сих пор, да и католики, кстати говоря, – тоже, с той лишь разницей, что последние решили поделиться еще и на протестантов. Случилось это памятное событие примерно в середине 16-го века. Если кому интересно, в качестве гос. религии первыми принявшими на себя ответственность взять ее официально были армяне. Было это еще в эпоху Великой Армении, и как бы кто ни говорил, хоть немного, но все же это случилось раньше, чем произошло то же самое на пару десятков лет позже в Римской империи. Однако к теме нашего разговора это также имеет значение куда меньшее, чем само понятие и польза от всех этих учений и культов.

Католиков сегодня раскидано по миру более миллиарда, а протестантов и православных примерно по 300 миллионов. То есть вообще, христиан в мире столько, что эта религия опоясала треть не только верующих, но и вообще всех и по всех людей на земном шаре. Да и обороты ее храмов и молитвенных домов сравнимы с доходами фирмы Apple примерно за 1000 лет такой же удачной, как и сегодня, деятельности, если взять за расчет, что их айфоны, которыми пользуются на ура, конечно, и православные в том числе, будут так же бойко идти и продаваться не хуже восковых свечей и прочих атрибутов церковных лавок и лавчонок.

Стоит сказать, что наряду с паствой есть еще в мире небольшая группа людей, состоящая в основном из ученых и всех тех, кто занимается вещами прикладными, наподобие вышеупомянутого Фрейда, с которым я когда-то имел честь познакомиться на примере его трудов, имея в виду его психоанализ, который, вопреки мнению многих, объясняет, конечно, не все на свете, но многие вещи делает понятными точно и безоговорочно. Так вот, эти и подобные им люди считают религии и веру в творца как создателя людей по своему образу и подобию, несусветной чушью и основывают свое мнение на Библии. С ними можно соглашаться, а можно спорить, но все же каждый из нас наверняка задумывался хоть раз о всем этом, это я знаю совершенно точно и беседовал на эти темы почти с каждым, кого знаю лично. Я – не исключение, и также имел честь обдумать все это еще в далеком детстве, сидя на очередных уроках святой церкви Адвентистов Седьмого Дня, где за 10 лет наших с родителями туда поездок я все более укреплялся во мнении, что все эти люди либо оправдывают здесь свой страх смерти, либо решают частные задачи, связанные со статусом и собственным общественным положением, либо просто ищут тут друзей, не находя их почему-то за пределами этих домов для душевнобольных, как я тогда называл эти собрания. Да и сейчас, между прочим, я думаю ровно так же.

Нам читали Библию, и я задавал всем этим служащим церкви всякие неудобные им вопросы. Мне было тогда и сейчас одинаково непонятно во всем этом многообразии бессмыслицы, как это бог создал Землю и знает все наперед? Как это он всеведущ и всемогущ, но не рассчитал элементарных вещей и просчитался настолько, что уже по прошествии нескольких дней после создания Земли созданная им же женщина нарушит обет и сожрет ни с того ни с сего запретное почему-то обычное яблоко?! Мне и тогда и позже казалось весьма странным, что инцест, так понятно и ясно описанный Фрейдом и имеющий место в наших обычных желаниях детства и юности, порожденный той самой божьей ошибкой, если верить Библии, именно он и запустил весь этот род человеческий, так, что ли? Мне непонятно также, как сыновья Адама и Евы без наличия у них хотя бы сестры продолжили наш род людской. Мне вообще ни черта не ясно про Моисеевы скрижали и самого Моисея, и как это так, наш этот бог, ошибившись уже в 40-й раз после всех этих историй и его суперидеи с 40-дневным потопом, как после всего этого люди опять начали мстить этому богу и строить эту Вавилонскую башню, чтобы заявить в очередной раз этому глупому и нерасчетливому богу о своих правах на собственное божественное начало! Но еще более непонятно, как тот снова отреагировал как школьник, ничего лучше не придумав, как заставить всех этих людей говорить на разных языках, заставил последних ненавидеть себя еще больше. Даже обычный человек понимает, насколько все это глупо, о каком тогда боге идет речь? Я в такого бога не верю, просто потому что это глупо, а разве глупости помогают жить легче и лучше?

Другое дело – Вера в Себя. Именно она помогла, к примеру, всем знакомому ученому Эдисону создать свою эту лампочку, чего он добился, занимаясь этим всю жизнь… и со стороны его занятие наверняка напоминало больше религию и веру в нее, но ведь именно она имела практическую пользу и была очень личной, правда ведь?! Только представьте, сколько над ним смеялось народу и какое количество крепких выражений он услышал в свой адрес тогда, чтобы в итоге все поверили в обратное…

Вот сейчас, к примеру, я пишу этот текст, а клавиатуру мою освещает та самая лампа, точнее ее правнучка, которая было суждено загореться лишь потому, что этот человек имел стальную Веру в себя, которая и давала ему сил в такие сложные деньки, когда над ним насмехалась вся округа, включая собственных родных и детей.

Вера – это сила, практическая помощь и мощное подспорье, направленные на поиски себя в этом нашем странном иногда мире, на поиски личного счастья. Она всегда связана с действиями, и если хотите, путь к этим удачным попыткам счастья, в конечном счете, счастливым действиям и есть та самая Удачная и Счастливая Жизнь, которую мы часто путаем с выигрышной лотерейной комбинацией. Вера – это действия в нужном направлении, это поиск удачи и счастья в себе самом, которые, как и жизнь без движения вперед, увы, невозможны без трудностей и работы над собой. Вера – это личное, и не бывает она многоликой, да и не может, наверное, быть одной на всех. Одна на всех – это религия, как одна она бывает на войне и на выборах. Вера – это и есть бог, который внутри нас. Каждого из нас. Наш Бог и Наша Вера.

Библия начинается словами «В начале было слово…» Мне как писателю это все, конечно, приятно читать и все такое, однако замечу, что перед тем как сказать, я привык подумать. Странно все это, правда? Я не верю в такой подход, и это не моя вера. Сначала мысль, потом – слово. А что предшествовало мысли, никто из нас не знает, и уж точно в Библии об этом ничего нет и быть не может. Как и моей веры в нее. Я изучил ее и понял, что изучить ее нужно, чтобы знать, знать то, что веры там нет. Вера есть в изучении всего, в поиске истины, моей и вашей – это моя вера и есть. Не надо ее взвешивать и сравнивать, и уж тем более сравнивать и делать единой для всех, не надо порицать, тем более если она не похожа на вашу. С религией – тоже, наверное, нельзя так делать, но – это личное дело каждого, я так не буду делать, а вы – как знаете. Я не буду так делать – это точно, тем более если это и правда ваша вера в такую религию. Я ее уважаю.

Вера и религия… Она ведь как: или есть, или ее просто выдумывают на свой лад. Чтобы внести ясность. Или разлад.

Олёна Ростова

Вольная донская казачка. Родилась и выросла на берегах славного тихого Дона. Поэтесса, актриса, педагог, ведущая и фотомодель. Окончила Высшую школу рекламы, кино и телевидения «Киношанс». Исключительно творческая натура. Мой девиз: «Будь активна и верь в удачу!» Я живу миром искусства, моя сфера – кино, театр, музыка… без него жизнь скучна и однообразна. Люблю путешествовать, знакомиться с историей, культурой, обычаями и традициями разных стран, встречаться с новыми людьми, общаться, совершенствоваться и получать жизненный опыт.

Являюсь актрисой и моделью Актёрского и модельного агентства Александра Кошеля Artcasting.tv.

Играла в спектаклях: «Три мушкетёра» по роману А. Дюма, «Красотка и семья», «Верная жена» – пьесы С. Моэма, «Хождение по мукам» по роману А.Н. Толстого, «Вешние воды» по роману И.С. Тургенева, «Блэз» – комедия К. Манье, «Фабричная девчонка» по пьесе А. Володина, «Несчастливые люди» по произведениям Дж. Даррелла.

С 2011 года принимаю участие в международных кон курсах-проектах альманахов «Золотая строфа» и «Дом стихов», также моя поэзия публикуется в различных сериях и выпусках данных альманахов.

2011 год – публикация стихов в альманахе «Золотая строфа. Стихи о любви – 3», «Золотая строфа. Стихи о любви – 4» и альманахе «Золотая строфа. Выпуск №7».

2012 год – публикация в альманахе «Дом стихов: новая поэзия».

2012 год – публикация в альманахе «Золотая строфа. Стихи для детей».

2012 год – дипломант Международного поэтического конкурса «Золотая строфа» в номинации «Стихи для детей».

2014 год – публикация в альманахе «Золотая строфа. Лучшее». Выпуск №4. 2014 год – публикация в альманахе «Дом стихов: лучшее».

2014 год – публикация в альманахе «Дом стихов: стихи о прекрасной даме».

С 2014 года активно сотрудничаю с Интернациональным Союзом писателей, являюсь кандидатом ИСП.

Также в 2014 году мои произведения прозвучали в программе «Соучастник» на волнах радио «Московская правда».

2014 год – публикация в альманахе «Российский колокол» – выпуск №3.

2014 год – публикация в спецвыпуске альманаха «Российский колокол» – «Новогодний».

По итогам 2014 года была награждена Международной медалью имени Адама Мицкевича.

2015 год – публикация в спецвыпуске альманаха «Российский колокол», посвящённом лауреатам премии имени Адама Мицкевича.

2015 год – публикация в спецвыпуске альманаха «Российский колокол», посвящённом 70-летию Победы над гитлеровской Германией.

В скором времени увидят свет сборники «Антология (Италия)», «Антология (Болгария)», рукописный сборник «Автограф», аудиоприложение к альманаху «Российский колокол».

Лауреат международного литературного конкурса «Любви все возрасты покорны – 2015 (январь-март)».

2015 год – публикация в сборнике «Атланты».

2015 год – опубликована книга стихов в серии «Новые поэты России» под названием «Пусть строчки так легки».

Готовятся к выходу из печати: сборник стихов «Автограф» под брендом журнала «Российский колокол» и книга стихов «По осколкам» в серии «Современники и классики».

Также совсем скоро стихи можно будет не только прочитать, но и услышать, готовится к выходу аудиокнига «Узнай меня».

Путешествие в Наш Крым!

Вступительное словно: «Возвращение домой!»

Как-то так всё время складывалось, что поехать в Крым не получалось, хотя давно было такое желание. Одна моя знакомая уже несколько лет кряду летом ездила по городам и весям полуострова и всегда возвращалась с массой положительных эмоций и незабываемых впечатлений. И вот прошлым летом наконец-то, что называется, звёзды сошлись. И кроме звёзд, сошлось и всё остальное, и самое главное – Крым вернулся в родную гавань, в Россию. Наверное, все мы теперь никогда не забудем и будем рассказывать новым поколениям об этом поистине уникальном историческом событии. И кто бы мог подумать, что предшествовать возвращению легендарного полуострова домой будут совсем не радужные события, а государственный переворот на Украине. Евромайдан, расстрелы людей… В результате к власти в Киеве придёт хунта, которая назовёт Россию агрессором и перечеркнёт всё наше историческое, политическое, экономическое, культурное и духовное прошлое и настоящее, и что называется, поставит крест на будущем. Но на этот звериный оскал в Крыму найдутся смелые люди, настоящие патриоты, которые категорически скажут – «нет» переписыванию истории, восхвалению Степана Бандеры и его приспешников, сносу памятников и отмене исторических символов советской эпохи. И эти смелые люди будут смелы настолько, что не побоятся киевской хунты, а самоорганизуются и в марте 2014 года проведут исторический референдум о признании независимости и о вступлении в качестве самостоятельных субъектов, соответственно, автономной республики Крым (АР Крым) и города федерального значения – Севастополь в состав Российской Федерации (РФ). Конечно, спасибо нашему президенту Владимиру Владимировичу Путину, а также всей его команде, Правительству РФ, Совету Федерации, Государственной Думе и всем гражданам России, поддержавшим этот, можно сказать, дерзкий, но вполне осмысленный и осознанный шаг. Но ничего бы этого не случилось, не будь на то воли самих крымчан, поистине, отважных и храбрых людей. Позже, когда мы с моей мамой приедем в Крым в августе и будем общаться с крымчанами, они расскажут о том, как переживали, как боялись, боялись повторения на полуострове страшных событий, произошедших в Киеве, но делали для себя этот важный жизненный выбор – возвращение домой, возвращение на историческую Родину – в Россию.

Удивительные уголки Красавца-Крыма

Однажды побывав на Крымском берегу…

Однажды побывав на Крымском берегу,

Уж невозможно в этот берег не влюбиться.

И возвращаться в царство рая вновь и вновь,

Как будто следуя за счастьем синей птицы.

Однажды прикоснувшись к памяти веков,

Уж невозможно разорвать святые узы.

И, бросив якорь у родимых берегов,

Ждать вдохновенного прихода сладкой музы.

Однажды испытав волненье пенных вод,

Уж невозможно плыть спокойно по теченью.

И вновь, и вновь нестись в поток, не видя брод,

Чтоб испытать бодрящие мгновенья.

Однажды воздух полной грудью здесь вдохнув,

Уж невозможно жар пустынь ловить ноздрями.

И с новой силой упиваться красотой,

И растворяться в ней как будто бы в тумане.

Однажды побывав на Крымском берегу,

Уж невозможно расковать златые цепи.

Но эти цепи – просто добрый дух,

Что нам велит быть за любовь и за родимый край в ответе.

Здравствуй, Ялос!

Итак, путешествие в наш Крым начинается!

Август 2014 года. Замечательный летний месяц, и замечательный наш Крым. Да, да, именно – замечательный. Крым покоряет вас с первого взгляда и с первого шага, едва вы только ступите на благословенную крымскую землю.

Конечным пунктом своего пребывания мы с мамой выбираем красавицу-Ялту. Самый южный и, как совершенно справедливо считается, роскошный курорт полуострова.

По легенде – название города возникло от греческого слова «ялос», то есть – «берег, прибрежная». Считается, что много веков назад греки, отправившиеся на поиски новых земель, попали в сильный шторм на Чёрном море. Они долго блуждали в морских водах, уже почти пали духом, оставшись без пищи и пресной воды и ожидали гибели. Но как-то поутру, когда рассеялся туман, они увидели долгожданный благодатный берег и зелёно-лиловые горы. Моряки воскликнули: «Ялос! Ялос!» Здесь тогда и было основано новое поселение. Но это всего лишь легенда.

Земля Ялты на самом деле благодатна. Город с трёх сторон окаймляют горы, которые защищают его от холодных воздушных масс. Поэтому климат Ялты действительно уникален. Здесь целебен сам воздух. Народ приезжает сюда просто чтобы подышать и зарядиться здоровьем и бодростью. Недаром многие наши государственные деятели и известные личности – писатели, поэты, актёры, музыканты и художники, приезжали именно в Ялту и её окрестности, строили здесь дома и резиденции, жили, творили и наслаждались этим прекрасным курортом. Кстати, о целебном климате Ялты говорил ещё наш русский врач – Сергей Петрович Боткин, рекомендовавший царской семье приобрести здесь поместье. И, между прочим, одна из улиц в центре Ялты, а именно улица Боткинская, носит имя нашего знаменитого эскулапа. Скажу за себя. Я испытала божественный ялтинский климат на собственной персоне. В течение всего следующего года после кратковременного посещения курорта я ни разу не заболела никакими ОРВИ или ОРЗ.

Кроме климата, Ялта, безусловно, привлекает своими красотами и огромным количеством исторических мест, памятников… Здесь история ждёт вас буквально на каждом шагу.

Однако по порядку.

Мы с мамой останавливаемся в небольшой частной гостинице на Морской улице, в самом центре Ялты, в двух шагах от набережной имени Ленина. Да, да, имени Ленина, кстати сказать, совсем неподалёку, если вы прогуляетесь по красивой ялтинской набережной, вдыхая прозрачный морской воздух, в сторону Массандровского пляжа, вы попадёте и на площадь имени Ленина и даже увидите памятник, поставленный Ильичу. Ялтинцы, в отличие от обезумевших национал-патриотов и радикалов на Украине, свято чтят, хранят и оберегают свою историческую память. Здесь не сносят памятников, не устраивают факельных шествий с погромами и поджогами, не выкрикивают националистические лозунги и не выкрашивают мемориалы в цвета украинского флага. Люди в Ялте просто живут, трудятся, строят своё мирное настоящее и будущее и с радостью принимают гостей со всего света.

Приезжаем в Ялту уже вечером, оставляем вещи и идём что-нибудь перекусить с дороги. Но вместо ужина совершенно неожиданно попадаем на концерт Григория Лепса, который проходит в концертном зале «Юбилейный», совсем недалеко от нашей гостиницы. Концерт – замечательный, зал полон, живая музыка… Лепс работает с полной самоотдачей, а музыканты в его группе просто великолепные, чего стоит одно только соло гитариста. Публика в полном восторге. Артист благодарит зал за тёплый приём и понимание непростой политической обстановки. В такие часы и минуты ещё отчётливее понимаешь, как важно единение и сплочённость.

После позитивного музыкального заряда наконец-то попадаем с мамой на ужин. Здесь же неподалёку, на набережной у самой воды – замечательный ресторанчик «Остров Сокровищ». Рыбка здесь – ну просто пальчики оближешь, впрочем, как и всё остальное. Здесь очень уютно, морской воздух успокаивает и расслабляет. Засиживаемся допоздна, так хорошо, что совсем не хочется уходить. Но нужно выспаться, так как на завтра уже есть планы.

Да, хотелось бы пару слов сказать о гостинице, в которой мы остановились. Гостиница «У моря» очень чистенькая и уютная, всё здесь оформлено в современном стиле и со вкусом. В каждом номере есть даже своя кухня со всем необходимым. У гостиницы очень удобное расположение. Она стоит во дворике, среди домов, подальше от суеты и шума. Но выйдя из дворика и пройдя буквально несколько шагов, вы попадаете в самый эпицентр жизни ялтинского курорта. А персонал гостиницы – очень приветливый, здесь всё по-простому, как дома.

Морская прогулка к мысу Ай-Тодор и «Замку любви»

Итак, новое утро и продолжающееся знакомство с ялтинским берегом. Мы с мамой решаем совершить морскую прогулку к мысу Ай-Тодор, где расположился занятный памятник архитектуры – эмблема Южного берега, так сказать, «визитная карточка» – миниатюрный замок в готическом стиле на краю Аврориной скалы на высоте 40 метров над уровнем моря – «Ласточкино гнездо». О замке сложено множество легенд. Но правда такова, что первый деревянный домик на Аврориной скале был построен неким генералом в отставке, участником Русско-турецкой войны 1877-1878 годов, и назывался он тогда – «Замок любви». А в 1911 году крупный нефтепромышленник барон фон Штенгель приобрёл имение у московской купчихи Рахманиной, и по его заказу в 1912 году известный архитектор Леонид Шервуд построил дворец «Ласточкино гнездо» с башенками и стрельчатыми окнами, очень напоминающий замки средневековых рыцарей. Когда началась Первая мировая война, барон фон Штенгель продал свой замок и уехал в Германию. У замка начинается сложная жизнь. В 1914 году новый хозяин открывает здесь ресторан, а после Великой Октябрьской Социалистической революции здесь располагалась туристская база. 1927 год – сильное землетрясение в Крыму, эпицентр был как раз вблизи побережья Ялты. Часть скалы под замком «Ласточкино гнездо» обвалилась. И только в 60-е годы 20 века были проведены сложные ремонтные работы, скальное основание было укреплено, а сам замок был отреставрирован. После реставрации «Ласточкино гнездо» преобразилось, стало ещё более изящным и привлекательным.

Сейчас «Ласточкино гнездо» – это музей, кое-что ещё на реставрации, но и то, что открыто взгляду – впечатляет. Замок непременно заинтересует не только любителей истории, но и знатоков архитектуры и живописи. Здесь постоянно действуют экспозиции картин известных мастеров. А панорамные виды вызывают восторг и восхищение. Правда, понадобится достаточное количество энергии, чтобы добраться до этого архитектурного чуда, но, поверьте, это того стоит.

Замок «Ласточкино гнездо» знаменит ещё и тем, что известные режиссёры снимали здесь свои легендарные фильмы. Один из них – фильм Станислава Говорухина «10 негритят» по роману Агаты Кристи.

С высоты «Ласточкиного гнезда» открывается и превосходный вид на скалу Парус, которая своими очертаниями действительно напоминает наполненные ветром паруса. Выше от скалы, на вершине, расположился санаторий «Парус». Недалеко от замка находятся корпуса санатория «Жемчужина» и его пляж.

Достоин внимания и расположенный к западу от замка «Ласточкино гнездо» на скале в 80 метров Ай-Тодорский маяк. Маяк был сооружён в 1835 году на месте римской сигнальной башни. Рядом с маяком произрастает фисташка, которой уже более 1000 лет.

История здешних мест уходит своими корнями в глубокую древность. В 1-3 веках здесь стояла крепость Харакс, которая была сооружена римскими легионерами и оставалась форпостом Южного берега Крыма на протяжении 200 лет. Сейчас остатки укреплений можно увидеть на территории парка санатория «Днепр» в районе маяка. Также на территории санатория находится дворец «Харакс», который в своё время принадлежал великому князю Г.М. Романову. Дворец был построен в 1907 году архитектором Н.П. Красновым, он же был и автором проекта величественного Ливадийского дворца. В парке стоит стела с изображением античных сюжетов, беседка в стиле дворика древнеримской виллы. Здесь же расположен и небольшой музей, посвящённый Хараксу. Ваше внимание привлекут археологические находки римского времени.

В этих местах, но уже в 6 веке, византийцами был возведён монастырь Фёдора Тирона. Вокруг монастыря образовалось поселение, оно просуществовало несколько веков. Так знаменитый мыс Ай-Тодор и получил своё название, «Ай-Тодор» в переводе с греческого – «Святой Фёдор».

Садимся на кораблик и отправляемся в обратный путь. По дороге открываются восхитительные виды, вот перед нами лесистая вершина горы Могаби, Крестовая скала, облюбованная скалолазами, а вот и Зубцы горного массива Ай-Петри. А вот – старинное здание в мавританском стиле над скалистым обрывом – это дворец «Кичкинэ» (тюрк. – «Малютка»). Далее следует ряд интересных и необычных архитектурных зданий – это SPA-отель «Пальмира-Палас», санаторий «Горный», санаторий «Курпаты», напоминающий летающую тарелку, престижный санаторий «Нижняя Ореанда», который любила советская партийная элита, любимое место отдыха генерального секретаря СССР Л.И. Брежнева – санаторий «Глициния». А вот среди зелени возникает восхитительный Ливадийский дворец – летняя резиденция императора Николая II и его семьи. Далее видны корпуса санаториев «Ливадия», «Черноморец», «Россия». Вот и самый фешенебельный отель Ялты – «Ореанда», и знаменитая шхуна – «Эспаньола». И, конечно, прекрасная панорама всей набережной Ялты и её морского порта. Морские прогулки всегда незабываемы, а с такими живописными пейзажами, как во всё время нашего пути, – особенно. Некоторые места и архитектурные памятники притягивают с какой-то особенной силой, и поэтому мы обязательно отправимся туда в скором времени.

Вторую половину дня проводим на Приморском пляже. Мы с мамой знакомимся с одной семьёй. Ещё довольно молодые бабушка и дедушка с симпатичным белокурым малышом по имени Саша – москвичи. Из разговора узнаём, что они приезжают в Ялту уже не первый год, проводят здесь довольно много времени летом, нравится климат Южного берега, да и для часто простужающегося Саши здешний морской воздух целебен и полезен. Саша со знанием дела возводит замок из плоских гладких голышей на берегу Приморского пляжа. Кто знает, возможно, спустя какое-то время Саша станет бравым военным, а может, и капитаном корабля Черноморского Флота России. А может быть, станет архитектором, и по его проекту будет построен ещё один великолепный дворец на земле нашего Крыма.

Море, солнце, чайки, то стремглав бросающиеся к волнам, то опять взмывающие высоко в небо, – что может быть прекраснее!

В гостях у сказки

Наступивший новый день мы с мамой посвящаем поездке в Алупку.

Городок Алупка расположился в 17 километрах к западу от Ялты. Он вытянулся вдоль берега. Зубчатая вершина Ай-Петри закрыла доступ северным ветрам, сделав климат города мягким. На Алупку открывается живописный вид с моря. В древности в здешних местах было таврское поселение. Почему Алупка называется именно так, доподлинно неизвестно, одно из предположений, что это слово греческого происхождения – «алепу» означает «лиса». А лисиц в окрестных лесах, действительно, водилось великое множество. Об Алупке ещё в 10 веке упоминает хазарский каган Иосиф в письме к министру испанского двора. А в 14 веке Алупка переходит во владения генуэзцев. Успела Алупка побывать и небольшой татарской деревушкой. И только в 20-х годах 19 века Алупка стала поместьем графа Михаила Семёновича Воронцова, генерал-губернатора Новороссийского края, выдающегося государственного деятеля. Здесь граф Воронцов и решает возвести дворец, дворец, который впоследствии окажется главной достопримечательностью города и одним из главных украшений Крыма. Его назовут архитектурным шедевром, сказкой в камне. Талантливые поэты и писатели будут упоминать о нём в своих произведениях. Известный краевед Марков так описывает свои впечатления: «Нигде, кроме Алупки, я не видел такого сочетания архитектурного гения с гением пейзажиста, моря с горами, камня с лесом, дикости природы с изяществом цивилизации».

И это – сущая правда, когда попадаешь сюда, действительно, ощущаешь на себе какую-то магию, как будто попадаешь в старую добрую сказку.

Иван Бунин, побывав здесь, так описал красоту здешних мест:

Ведёт вдали как будто в небосклон:

Там море подымается, синея

Меж позабытых мраморных колонн.

Там на прибой идут ступени стройно,

И львы лежат, как сфинксы, над горой;

Далёко в море важно и спокойно

Они глядят вечернею порой.

Дворец строился более двадцати лет, по проекту известного и модного по тем временам английского зодчего Эдуарда Блора. Он был придворным архитектором Георга IV, а затем и королевы Виктории. Ему принадлежат проекты Вестминстерского аббатства и Букингемского дворца в Лондоне, а также – замка Вальтера Скотта в Шотландии. Предполагают, что сам Блор никогда не приезжал в Алупку, а об особенностях её ландшафта знал по устным рассказам и рисункам. Карандашные эскизы, графические и живописные картины с видами местности возил ему сам граф Воронцов.

Изюминкой дворца является его стиль, точнее их смешение. Западная часть – Шуваловский проезд – напоминает улицу средневекового города. Здесь вы увидите две массивные башни, суровые зубчатые стены грубой кладки, узкие бойницы. Всё это создаёт ощущение, что вы находитесь перед неприступным европейским средневековым замком. Северный фасад выполнен в стиле поздней английской готики – купола, декоративные каминные трубы. А на одной из башен – часы с боем, которые были изготовлены в Лондоне, и они до сих пор работают. Южный фасад обращён к морю, а в его создании использовались восточные мотивы – высокий портал с глубокой нишей, который украшен орнаментом из лепнины и декоративными балкончиками, и тонкие башенки-минареты по бокам. От дворца к морю ведёт широкая монументальная лестница с тремя парами львов по бокам – спящими, пробуждающимися и бодрствующими. Вся эта картина, уверяю, приведёт вас в полный восторг! Дворец одновременно выглядит изящным и суровым, монументальным и лёгким, неприступным и притягивающим…

Во время знаменитой Ялтинской конференции во дворце останавливался премьер-министр Великобритании – Уинстон Черчилль и, по его словам, здесь, в далёкой России, он почувствовал добрую старую Англию. А прогуливаясь по парку, он обратил своё внимание на «Спящего льва». Черчилль произнёс: «Кого-то этот лев мне напоминает… Знаю, меня». Затем последовало предложение Сталину о продаже ему данной скульптуры. Ответ Сталина был категоричен: «Народным добром не торгуем!»

Строительным материалом для дворца послужил местный камень – диабаз, очень твёрдый и красивый, в два раза превосходящий по своей твёрдости гранит, а по ценности – не уступающий мрамору. Строительством дворца руководил англичанин Вильям Гунт, также на работах были заняты русские и итальянские мастера, а окружающий дворец прекрасный парк создал талантливый немецкий садовод К. Кебах. После посещения дворца непременно прогуляйтесь по этому старинному парку, кстати, в нём как бы две части – верхняя и нижняя. Парк разбит в стиле английских садов. Чернозём сюда завозили даже с Ай-Петринской яйлы и в корзинах разносили по склонам. А ещё из Коктебеля привозили разноцветные морские камешки для дорожек парка. На 40 гектарах было высажено более 200 видов различных деревьев и кустарников из разных стран мира. Фонтаны, озёра и пруды, где по зеркальной глади воды скользят лебеди; каскады, цветники, аллеи; террасы, лестницы, скульптурные группы, каменные хаосы – вы будете просто зачарованы. В южной части парка находится павильон «Чайный домик», здесь устраиваются выставки работ крымских художников. Говорят, что по красоте ландшафтной композиции – это чуть ли не лучший парк Большой Ялты.

Однако внутреннее убранство Воронцовского дворца поразит вас не меньше, чем его внешняя сказочная красота. Богатейшие интерьеры, по-другому и не скажешь: готические камины из полированного диабаза и мраморовидного известняка, потолки, резные панели и двери, сделанные из морёного дуба, мебель из ореха, дуба и красного дерева, бронзовые канделябры, вазы, изделия из хрусталя, фарфора и малахита. На стенах – полотна выдающихся голландских, фламандских, французских и итальянских художников 16-18 веков. Дворец насчитывает всего 150 комнат. Например, Голубая гостиная – выполнена в светло-голубых тонах с тончайшим лепным орнаментом из цветов и листьев. Голубая гостиная была своеобразным домашним театром семьи Воронцовых. Здесь же стоит изящный белый рояль. В этих стенах пели Шаляпин и Рахманинов, читали свои стихи Жуковский и Бенедиктов…

Парадная столовая поразит вас своей торжественностью, которая подчёркивается высокими потолками, панелями из дуба, диабазовым камином и строгой мебелью, а также – резным балкончиком для придворных музыкантов. Из Голубой гостиной в Парадную столовую можно попасть через Зимний сад – это своеобразный переход, одно из красивейших мест дворца – его украшают мраморные скульптурные портреты семьи Воронцовых и копии античных скульптур. Потолок и стены Зимнего сада утопают в лианах, которые были посажены ещё при жизни хозяина.

Библиотека дворца выполнена по образу и подобию библиотеки Вальтера Скотта. Великолепны и Бильярдная, и Ситцевая комната, и Будуар графини – его стены украшены богатой резьбой по дереву и рисовой соломкой, вышитой шёлком и бисером.

Интересна и история дворца. Им владели три поколения семьи Воронцовых. В 1905 году дворец послужил санаторием для раненых в Русско-японской войне, а в 1914 году здесь размещался госпиталь для инвалидов Первой мировой войны. А после Великой Октябрьской Социалистической революции дворец стал музеем, сюда свозили картины, посуду и мебель из других дворцов Крыма. Во время Великой Отечественной войны Гитлер подарил дворец фельдмаршалу Манштейну, из-за чего часть дворцовой коллекции была расхищена.

Территория дворца – райское место для кинематографистов. Здесь снимаются многочисленные исторические фильмы и фильмы-сказки.

Из этих стен совсем не хочется уходить. Возникает желание медленно переходить из одной залы в другую, внимательно всматриваться в портреты, скульптуры, предметы интерьера и рисовать в своём воображении картины жизни их прошлых хозяев. Могу со стопроцентной уверенностью утверждать, что, побывав здесь единожды, вы непременно захотите вернуться и вновь погрузиться в эту настоящую сказку.

Медведь, выпивающий море…

Гурзуф – великолепный модный курорт, ставший таковым ещё в конце 19 века. Это одно из самых очаровательных мест Южного берега, поэтому тот, кто хоть единожды отдыхал здесь, обязательно захочет сюда вернуться. Гурзуф расположен на самом юге Крымского полуострова, в большой полукруглой бухте, окаймлённой горным амфитеатром. Вследствие этого здесь сформировался особый микроклимат. Чтобы Гурзуф предстал перед вами во всей своей красе, совершите незабываемую морскую прогулку. Гурзуфское побережье с занятными бухточками, скалами и гротами весьма живописно и причудливо. Особо живописно выглядит с моря овеянная множеством легенд Медведь-гора, или Аю-Даг, – лакколит, то есть «неудавшийся вулкан». Вот одна из таких красочных легенд.

В отдаленные времена в горах Крыма обитали лишь дикие звери. Много было среди них огромных кровожадных медведей. Хищники уходили далеко за горы, появлялись на равнинах, нападали на живущих там людей. Набрав как можно больше добычи, опять скрывались в лесных дебрях. На самом берегу моря поселилось стадо огромных зверей. Управлял им вожак – старый и грозный медведь.

Однажды возвратились медведи из набега и обнаружили на берегу обломки корабля. Среди этих предметов лежал сверток. Старый вожак развернул его и увидел маленькую девочку. Только она осталась в живых после гибели корабля. Так маленькая девочка стала жить среди медведей. Шли годы, она росла и превратилась в красивую девушку. Старый вожак и все медведи очень любили ее. Девушка громко пела песни, резвясь среди дикой природы, а медведи готовы были сутра до ночи слушать ее чудесный голос.

Однажды хищники отправились в набег на равнину. В их отсутствие недалеко от медвежьего логова, среди купающихся в воде скал прибило к берегу челн с молодым красивым юношей. Еще подростком он был угнан в рабство воинами одного из разбойничьих племен, обитавших на другом берегу моря. Теперь юноша решился на бегство, надеясь вернуться на родину. Буря долго носила его челн по волнам, пока не выбросила на крымский берег. Обессиленный голодом и жаждой, юноша лежал без движения на дне челна. Девушка перенесла юношу в укромное место, напоила и накормила, а челн спрятала в кустах под прибрежной скалой, чтобы медведи ни о чем не догадались. Много раз приносила девушка юноше еду и питье. Юноша рассказывал ей, как живут люди в его родных краях. С интересом слушала девушка, глядя в ясные синие глаза юноши. Она пела для него свои любимые песни. Так они и влюбились друг в друга и решились на побег. Сели в чёлн и поплыли по голубой глади.

Тут задрожала земля под тяжелыми лапами, заколебался воздух от грозного рева. Это вернулись на берег из далекого похода медведи и не обнаружили девушки. Вожак посмотрел на море и понял все. Любовь к юному пришельцу, тяга к людям победили в душе девушки все прошлые привязанности. Навсегда увозит теперь челн любимицу медвежьего племени. Старый медведь яростно взревел. Вне себя от гнева стадо заметалось по берегу, оглашая окрестности громовым ревом. Вожак опустил огромную пасть в голубую влагу и с силой стал втягивать воду. Его примеру последовали остальные. Через некоторое время море стало заметно мелеть.

Течение увлекало челн обратно к берегу. Девушка видела: ее возлюбленному не избежать страшной участи, его растерзают медведи. И девушка запела. Как только донесся до зверей ее голос, они подняли головы от воды и заслушались. Лишь старый вожак продолжал жадно пить… Еще глубже погрузил он передние лапы и морду в холодные волны, бурлило море у его пасти, вливаясь в нее широкими потоками.

Заклинала в песне девушка все силы земные и небесные стать на защиту ее первой, чистой любви. Умоляла она старого медведя пощадить юношу. И так горяча была мольба девушки, что страшный зверь перестал тянуть в себя воду. Но не захотел он оставлять берега, продолжал лежать, всматриваясь в даль, где исчезал челн с существом, к которому он привязался. И лежит старый медведь на берегу уже тысячи лет. Окаменело его могучее тело. Мощные бока превратились в отвесные пропасти, высокая спина стала вершиной горы, достигающей облаков, голова сделалась острой скалой, густая шерсть обратилась в дремучий лес. Старый вожак-медведь стал Медведь-горою.

Посреди бухты выделяются потрясающие скалы-островки Адалары. Скалы-близнецы Адалары, что в переводе с тюркского – «острова», достигают 48 и 35 метров в высоту соответственно. Аю-Даг, или Айя (древнее название горы), что в переводе с греческого «святая», в 8-15 веках пользовалась большим почитанием у верующих, да и до сих пор остаётся местом с особой энергетической силой. Медведь-гора куполообразная, высотой 577 метров. Магма не смогла пробиться сквозь толщу осадочных пород и застыла внутри, образовав магматический диапир – купол несостоявшегося вулкана. Издали кажется, что склоны горы покрыты кустарником, но на самом деле это настоящий густой и тенистый лес, скрывающий много интересных тайн и загадок. Необходимо отметить, что так как Гурзуф окружён с трёх сторон горами и вследствие этого имеет и особые климатические условия, здесь сформировался и особый растительный мир. Для данной местности характерны древесно-кустарниковые заросли – шибляки, которые состоят из дуба пушистого, грабинника, держидерева, можжевельника, фисташки, земляничника мелкоплодного, иглицы понтийской и многих других засухоустойчивых растений.

Ещё одна скала у моря носит имя великого русского певца Ф.И. Шаляпина. Говорят, он любил петь на этой скале и даже хотел построить «Замок искусств», в котором мечтал обучать пению одарённую молодёжь, но, к сожалению, не сложилось. Мыс рядом носит имя А.С. Пушкина, а внутри скалы находится Пушкинский грот, попасть в него можно только с моря.

Также особый колорит Гурзуфу придают тесные извилистые улочки, разбросанные по всему склону горы Балготур. В старых домах здесь прослеживается характерный средиземноморский стиль, где обязательно присутствует деревянная веранда на втором этаже.

На высокой скале Дженивиз-Кая, которая как будто врезается в море, как напоминание о древней и славной истории этих мест, остатки крепости Горзувиты. Она была построена ещё в 6 веке византийцами по указанию императора Юстиниана I, а внизу у берега в то время шумел порт. А уже в 8 веке её разрушают хазары. В 14 веке крепость была вновь перестроена генуэзцами, ведшими на Южном берегу активную торговлю, а в 1475 году – захвачена и окончательно разрушена турками. Остатки крепости, сложенной из дикого камня на известковом растворе, были разобраны на постройки местными жителями. Нужно отметить, что после захвата Южного берега турками Гурзуф превратился в небольшую деревушку.

В 1472 году к берегам Гурзуфа прибыл корабль, на борту которого плыл в Феодосию, возвращаясь из далёкой Индии, Афанасий Никитин.

В наши дни на скале сохранились лишь незначительные фрагменты крепостных сооружений и внушительный сквозной тоннель в скале, пробитый для наблюдения за морем. Эти руины – напоминание о древней и славной истории этих мест. А история Гурзуфа начинается в глубине веков. Здесь сменило друг друга немало народов: тавры, греки, готы, хазары, татары, генуэзцы… Южное побережье Крыма издавна было заселено людьми. Где-то с 10 века до н.э. здесь расселились тавры. Поселения и погребения, так называемые «каменные ящики» тавров обнаружены во многих местах Южного берега Крыма. Этот народ вёл замкнутый образ жизни, помимо земледелия и скотоводства он занимался и морским пиратством. В период с 1981 по 1993 годы на перевале Гурзуфское Седло археологи обнаружили древнее святилище, принадлежавшее, скорее всего, таврам. Здесь они приносили жертвы своим богам. Эта археологическая находка считается поистине сенсационной, она получила название «Крымская Троя». В святилище, просуществовавшем с 3 века до н.э. по 3 век н.э., было найдено 270 античных монет, среди которых были совершенно уникальные, а также «добычей» археологов стали серебряные и бронзовые статуэтки античных богов, оружие, стеклянные изделия и кухонная утварь.

Были в этих местах и римляне. Как известно, возведённая ими в 1 веке н.э. крепость на мысе Ай-Тодор два века была опорным пунктом римлян на Южном берегу Крыма. А греки, осваивавшие это побережье, таким образом, под прикрытием римских легионов, стали вытеснять тавров в горы.

А уже в конце 3 века н.э. в Крым, и в частности на Южный берег, стали проникать немецкие племена готов, и на полуострове стал формироваться гото-аланский племенной союз. После распространения христианства так случилось, что племена, как коренные, так и пришлые, стали перемешиваться между собой. Так образовалась Готская епархия с сильным культурным влиянием на неё Римской империи, а затем и Византии.

Как уже упоминалось в нашем повествовании, по повелению византийского императора Юстиниана I в 6 веке здесь была воздвигнута крепость Горзувиты, а также крепость Алустон. Местные жители (потомки тавров, греков, скифов, алан, готов, которые смешались между собой) начинают сооружать на побережье небольшие крепости, которые впоследствии получили название «исары», что в переводе с тюркского означает «стена». Часть из этих крепостей вырастает на базе ещё таврских укреплений, а часть – сооружается в Средневековье, на протяжении 6-12 веков. Крепости эти были феодальными замками, а вокруг них существовали открытые поселения.

Необходимо отметить, что Гурзуф впервые упоминается в письменных источниках в 555 году. Принято считать, что название «Гурзуф» происходит от латинского слова «урзус» – «медведь», так окрестили его римляне.

Существовало здесь и немало христианских монастырей, возведённых иконопочитателями, бежавшими из Византии. Их руинами особенно богата Медведь-гора. Кстати, сейчас на горе организован ландшафтный заказник и по нему проложены разнообразные маршруты. Самый интересный – от входа на мыс Монастырский. Это – «голова Медведя». С мыса открывается восхитительная панорама окрестных крутых утёсов и небольших бухточек, затерянных среди скал. Спуск к бухтам очень крутой и сложный, поэтому только истинные любители экзотики решаются его пройти. А наградой им становится изумительно прозрачная вода и маленькие, но уютные пляжи.

Итак, как мы уже упоминали, в 8 веке хазары разрушили многие здешние крепости и монастыри, в том числе и Горзувиты.

А в 14 веке побережьем овладевают генуэзцы, которые теснят местных феодалов. Генуэзцы тяготели к православному княжеству Феодоро. И в 1381 году они заключили с ханом Золотой Орды договор, в котором закреплялось право генуэзцев владеть всем Южным берегом Крыма, в том числе селениями Фора (Форос), Лупико (Алупка), Каулита (Ялта), Горзовиум (Гурзуф), Луста (Алушта) и рядом других. Генуэзцы стали реконструировать старые крепости в Алуште и Гурзуфе. А Гурзуфская бухта служила якорной стоянкой для многочисленных судов.

Между феодоритами и генуэзцами неоднократно вспыхивали военные конфликты. И для противодействия проникновению генуэзцев в глубь полуострова феодориты стали возводить крепости на горных проходах, в частности Гелин-Кая (село Краснокаменка, кстати, знаменитое своими уникальными виноградниками и фруктовыми садами, название своё оно получило из-за огромной скальной глыбы Кизил-Таш, что в переводе с крымско-татарского означает «красный камень», возвышающейся над селом). Крепость контролировала и древнюю вьючную тропу к перевалу Гурзуфское Седло.

После захвата Гурзуфского побережья турками жизнь там как будто замирает. И только после присоединения Крыма к России в 1783 Гурзуф словно обретает своё второе рождение. Земли стали щедро раздавать знати, военным и гражданским чинам при условии их освоения и заселения людьми. Таким образом, уже в 1808 году генерал-губернатор Новороссии герцог де Ришелье, ставший владельцем Гурзуфа, построил здесь имение. После его смерти дом перешёл к графу М.С. Воронцову, который был генерал-губернатором Новороссийского края с 1823 по 1844 годы. При нём Южный берег стал развиваться ещё интенсивнее. Было построено шоссе Симферополь – Ялта, и в том числе был сооружён и спуск к Гурзуфу, а затем шоссейная дорога пролегла и до Севастополя. Местные землевладельцы в окрестностях Гурзуфа стали возводить свои летние усадьбы, разбивать парки, развивать виноградарство, виноделие и табаководство.

А уже в конце 19 века стараниями промышленника П.И. Губонина Гурзуф превращается в оживлённое курортное место. Строятся гостиницы, ресторан, электростанция, больница, благоустраивается набережная. Благоустраивается и один из лучших на Южном берегу Крыма по богатству растительности и красоте ландшафтов парк, заложенный ещё в 1803 году. И сейчас обширный парк буквально утопает в зелени. А бывшие гостиницы талантливого промышленника П.И. Губонина, сейчас в некоторых из них разместились корпуса Центрального санатория Министерства обороны, гармонично вписались в парковый ландшафт. Они отличаются яркой и необычной архитектурой, где удачно сочетается восточный стиль с традициями русского деревянного зодчества и античными мотивами. Фантазии старых мастеров не было предела. Они сумели из камня и дерева создать замечательные произведения архитектурного искусства. Все корпуса увиты разноцветным плющом, а вокруг них растут экзотические деревья, пальмы, средиземноморские кустарники, есть даже банановая роща. Украшением парка являются оригинальные скульптурные аллегорические композиции с фонтанами, например, «Рахиль» и самый красивый фонтан в парке – «Ночь» – копия скульптуры немецкого автора, профессора Бергера, приобретённая на Венской всемирной выставке в 1889 году П.И. Губониным. Сказочную неповторимость фонтану придают мотивы античной мифологии. Мастер изобразил Вселенную в виде шара, с поясом Зодиака, а над ней господствует богиня ночи Нюкта с поднятым над головой факелом. Спутники Нюкты – бог сна Гипнос и бог любви Эрот, а ниже располагаются атланты и кариатиды. Из открытых пастей рыб вырываются струи воды.

А в одной из аллей парка установлены бюсты Адама Мицкевича, Леси Украинки, Фёдора Шаляпина, Антона Чехова, Максима Горького, Владимира Маяковского. Их установили в память пребывания этих выдающихся личностей в Гурзуфе.

А ещё один из красивейших парков Южного берега Крыма знаменит тем, что в одном из его уголков расположился Республиканский музей А. С. Пушкина. Интересен тот факт, что дом, в котором расположился музей, – это тот самый особняк, построенный ещё в 1811 году бывшим генерал-губернатором Новороссии и первым владельцем Гурзуфа, герцогом де Ришелье. А летом 1820 года, спустя 9 лет, в нём остановился молодой Пушкин, который прибыл в Гурзуф 18 августа на бриге «Мингрелия» вместе с семьёй героя Отечественной войны 1812 года, генерала Н.Н. Раевского с Кавказа. На борту корабля, кстати, Пушкин написал элегию «Погасло дневное светило».

Пушкин и младший сын Раевского Николай поселились в мезонине. Живя в Гурзуфе, Пушкин совершал прогулки в горы, на лодке плавал к живописным гротам мыса Суук-Су, ныне носящим его имя.

В «Отрывке из письма к Д.» он вспоминал о своих первых впечатлениях при виде Гурзуфа: «Проснувшись, увидел я картину пленительную: разноцветные горы сияли; плоские кровли хижин татарских издали казались ульями, прилепленными к горам; тополи, как зелёные колонны, стройно возвышались между ними; справа огромный Аюдаг… и кругом это синее чистое небо, и светлое море, и блеск, и воздух полуденный…»

Необходимо упомянуть, что возле музея растёт старый кипарис, который помнит поэта и упоминается в его письмах. Пушкин пробыл в Гурзуфе три недели, но считал их «счастливейшими минутами жизни». Все впечатления о проведённых здесь днях были отражены позднее в письмах к друзьям и, конечно же, стихах. Нужно сказать, что восторг от южной природы и замечательных друзей был перенесён в такие произведения поэта как лирический цикл о Тавриде, поэмы «Кавказский пленник», «Таврида», «Бахчисарайский фонтан». Кстати, роман в стихах «Евгений Онегин» тоже был задуман именно здесь.

Музей располагает несколькими прижизненными изданиями поэта. Он был открыт в 1989 году. В нём представлены экспозиции с графическими портретами друзей и знакомых поэта, гравюрами и литографиями видов Крыма первой половины 19 века, многими другими экспонатами пушкинской эпохи. Все они помогают воссоздать Крымские уголки того времени, когда в них побывал Пушкин.

В парке вы можете увидеть и памятник ещё совсем юного Александра Сергеевича.

Да, ежегодно в день рождения поэта – 6 июня, и в день смерти – 10 февраля, музей Пушкина проводит праздники поэзии в Гурзуфе.

А ещё в Гурзуфе находится дача великого русского писателя А.П. Чехова, у самого моря, по улице Чехова, 22. Сейчас это тоже музей, открытый для посещения. Совсем маленький домик, всего несколько комнат, но кусочек берега с великолепными пейзажами тогда покорили писателя, и он купил его для отдыха.

В письме к брату в 1900 году он так описал своё приобретение: «Маленькая бухта, с прекрасным видом, собственными скалами, купанием, рыбной ловлей и пр., и пр.»

После своей смерти Антон Павлович завещал домик своей супруге Ольге Книппер-Чеховой. А бухта и скалы вокруг дома теперь называются Чеховскими. Кстати, здесь была написана часть знаменитой пьесы «Три сестры».

В настоящее время домик, помимо обычных туристов, притягивает киношников, и возможно, скоро на свет появится очередной киношедевр.

Ещё одной достопримечательностью Гурзуфа является домик над самым морем, бывшая дача талантливого русского пейзажиста и художника-декоратора, академика Константина Коровина. Дача была названа «Саламбо» в честь одноимённого балета, созданного по роману Г. Флобера и поставленного в Большом театре. А декорации к этому балету были работой К. Коровина.

Дача «Саламбо» – довольно скромная в архитектурном плане, стиль можно трактовать как аскетичный модерн. Здесь художник создал картины: «Портрет Ф.И. Шаляпина», «Гурзуф вечером», «Базар цветов в Гурзуфе» и другие. Сейчас в мемориальной комнате К. Коровина можно увидеть несколько его работ. У Коровина гостили художники И.Е. Репин и В.И. Суриков, писатели А.М. Горький, А.И. Куприн, здесь же художнику позировал и великий русский певец Ф.И. Шаляпин. Кстати, сейчас вход на дачу украшают скульптуры К. Коровина и Ф. Шаляпина, который ему позирует. В наши дни на даче размещается Дом творчества художников, где действует постоянная выставка картин и этюдов, написанных художниками в Крыму.

Гурзуф манит и притягивает, обязательно приезжайте на этот Южный берег, вы увидите все его красоты собственными глазами и поймёте, что райские уголки на планете Земля существуют, и Гурзуф, конечно же, является одним из таких уголков!

Восток – дело тонкое! Дворец в саду ждёт гостей

На следующий день наш путь лежит в Бахчисарай – бывшую столицу Крымского ханства. Приехав в Крым, просто невозможно не побывать в этом городе, сохранившем средневековый восточный колорит, с извилистыми узкими улочками и невысокими домами с решетчатыми балконами, называемыми «мушараби». Бахчисарай расположен в предгорной части полуострова, на берегах речки Чурук-Су, что в переводе – «гнилая вода». Название же самого города означает – «дворец в саду» (перевод с крымско-татарского). Климат здесь мягкий, но немного холоднее, чем на Южном берегу. Этому способствуют прохладные воздушные потоки, которые поступают из ущелий и речных долин.

История Бахчисарая такова: когда-то, совершая набеги на Хер-сонес, татары останавливались в балке недалеко от современного города. В долине реки Чурук-Су проходил торговый путь с севера на юг, здесь-то татары и решили осесть и образовали первое поселение – Эски-Юрт. Зарабатывали они собиранием пошлины с караванов, тем и разбогатели. В 15 веке татарская знать освободилась от влияния Золотой Орды. Таким образом, бывший наместник хана Золотой Орды решил основать в Крыму самостоятельное ханство, а сам стал его главой. Свою резиденцию он решил устроить в долине Ашлама-Дере, что у подножия крепости Кырк-Ер. Здесь первый хан Крымский – Хаджи-Девлет-Гирей – внук Тохтамыша, ставший основателем династии Гиреев, которая правила Крымом следующие 50 лет, и построил дворец Ашлама-Сарай. Со временем ханский двор разрастался, и возникла необходимость перебраться на более удобное место. Этим местом и стал берег реки Чурук-Су. И в 1519 году хан Адиль-Сахиб-Гирей начал строительство дворца, которое завершилось в 1551 году. Так и возник Бахчисарай – столица Крымского ханства. Дворцовые постройки заняли широкий левый берег Чурук-Су, а на крутом правом – разрастался город. Возводились мечети, мавзолеи (дюрбе) знатных татар, жилые дома и другие строения. Город

стал сердцем всего ханства, в нём проживало до 25 тысяч человек. Кроме татар, в городе проживали греки, армяне и караимы. Однако сложные отношения с Турцией и разногласия между беями привели к ослаблению ханства. А когда 14 декабря 1782 года императрица Екатерина II подписала указ о присоединении Крыма к России и татарская знать и часть населения эмигрировали в Стамбул, Бахчисарай и вовсе потерял своё значение. А 20 мая 1787 года Екатерина II торжественно въехала в Бахчисарай и остановилась в Ханском дворце, который был отреставрирован к её приезду.

При Советской власти Бахчисарай становится сельскохозяйственным центром. В окрестностях города стали выращивать лаванду, розу и шалфей. Появились и первые промышленные предприятия. Кроме того, Бахчисарай всегда славился ювелирами, гончарами, оружейниками.

Во время Великой Отечественной войны окрестные леса стали центром партизанского движения, а в самом городе действовала подпольная группа.

Сейчас Бахчисарай по-прежнему остаётся сельскохозяйственным центром, его окружают фруктовые сады и зелёные виноградники.

И, конечно, у города есть свой особый восточный колорит, и он, как радушный восточный хозяин, всегда рад старым и новым гостям.

Приехав в Бахчисарай, помимо главной достопримечательности – Ханского дворца-музея, который является частью Бахчисарайского государственного историко-культурного заповедника, чтобы прочувствовать город, его уникальность, непременно побродите по узким улочкам старого города. Здесь сохранилось немало древних памятников – старинных фонтанов, мечетей, дюрбе. Посмотрите старейшую из сохранившихся мечетей – мечеть Тахталы-Джами, она была построена в 1707 году. Много средневековых памятников расположено в районе железнодорожного вокзала. Здесь размещено большое кладбище – Азис (Азислар), с мавзолеями ханов, знатных беев и их родственников. Самый древний дюрбе относится к концу 14 – началу 15 веков. Он носит имя Бен-Юде-Султан и был воздвигнут Мухаммед-Шах-беем для своей матери. О чём свидетельствует надпись на двери: «Эту гробницу приказал построить Мухаммед-Шах-бей, сын Мухаммед-бея, для своей матери Бен-Юде-Султан, дочери Аджаган-бея».

Дюрбе Ахмед-бея – более позднее, в нём заметны черты малоазиатских мастеров. Рядом с дюрбе можно осмотреть восьмиугольную башенку с шатровым куполом. Длинная лестница сложена из массивных плит. Это мембер – кафедра проповедника. Это единственная сохранившаяся до наших дней постройка такого типа, всё, что осталось от древней молельни дервишей (мусульманских монахов). Мемберы были предшественниками минаретов.

Интересно и дюрбе хана Мухаммед-Гирея II, отличающееся изяществом. Снаружи углы мавзолея украшают декоративные колонны. Окна располагаются в два яруса, даже сохранились мраморные наличники.

Если вы увлекаетесь живописью и располагаете временем, посетите дом-музей Е. Нагаевской и А. Ромма по улице Восточной, 11. Это небольшой комплекс, в который входят музей, выставочный зал и мини-гостиница.

Посетите и предместье Бахчисарая – Староселье (Салачик) и ознакомьтесь с историко-культурным комплексом «Девлет-Сарай». Здесь в начале 15 века и располагалась первая столица Крымского ханства, тот самый дворец Ашлама, который мы уже упомянули в нашем повествовании. К сожалению, сам дворец не сохранился, но уцелели некоторые другие постройки. Вы можете посмотреть отреставрированное здание медресе Зинджирлы (тюрк. – «медресе с цепью») – так называется духовное учебное заведение начала 16 века. Над его входной дверью висит цепь. Каждый входящий в учебное заведение обязан преклонить голову. Двор окружают арки и помещения для учеников – худжары. Здесь царят простота и аскетизм, ни снаружи, ни внутри – украшений нет. Здесь же рядом открыт исторический музей «Ларишес», располагающий уникальным собранием раритетов: гравюры, литографии, старинные карты, фотографии, рассказывающие о быте крымских татар, а также ценные книги и манускрипты. Также рядом с медресе расположен мавзолей хана Хаджи-Гирея, он был построен в 1501 году его сыном Менгли-Гиреем. А в 1515 году здесь же был похоронен и он сам. Ещё несколько ханов также покоятся здесь, в том числе и основатель Бахчисарая. Дюрбе представляет собой восьмигранник с порталом. Столбы портала, которые поддерживают полукупол, украшены пышным резным орнаментом.

Возле Зинджирлы-медресе расположена и могила Исмаила Гаспринского – просветителя крымско-татарского народа. В Бахчисарае он издавал газету «Терджиман» («Переводчик») на русском и татарском языках. С жизнью и деятельностью просветителя вы можете ознакомиться в музее И. Гаспринского, расположенного на улице, названной в его честь, в доме под номером 47-а, по дороге от Ханского дворца к Чуфут-Кале. Это часть Бахчисарайского заповедника.

Вдоволь побродив по улочкам старого города и перекусив в маленьком кафе любимыми восточными сладостями, выпив по чашечке ароматного чёрного кофе, приготовленного в настоящей турке по специальному рецепту, отправляемся в самое сердце Бахчисарая. Вот и он – красавец Ханский дворец, вход начинается у моста через речку Чурук-Су. Над створками ворот дворцовый герб – две сплетающиеся змеи. Легенда гласит, что дворец был заложен на месте схватки двух змей. За воротами – широкий каменный двор, где, собственно, и расположены многочисленные дворцовые постройки, а также – ханское кладбище.

Наша экскурсия в Хан-Сарай начинается в посольском дворике. В прошлые времена именно здесь иностранные послы ожидали приёма. Здесь же, в посольском дворике, находится самая ранняя постройка дворца – портал Алевиза, или Демир-Капу, что означает – «портал железных дверей». Именно через эти двери иностранные послы и попадали в ханские покои. В 1503 году портал был создан талантливым итальянским зодчим Алевизом Новым, известным у нас в стране под именем Фрязин. Он был приглашён великим князем Иваном III в Москву, но задержался на целый год при дворе хана Менгли-Гирея. Так и возник портал Алевиза, вырезанный из местного известняка и украшенный каменными листьями и цветами. Работа мастера поражает своим изяществом.

К ранним постройкам относится и зал Дивана (Совета и Суда), здесь проходили государственные совещания и решались важные дела. Без согласия Дивана хан не мог принимать ни одного решения. Кстати, во время заседания каждый из присутствующих должен был занимать определённое место. Хан, как обычно, восседал во главе, так сказать, на своём тронном месте. Зал Дивана украшают цветные витражи и роспись на потолке.

Хороша и Летняя беседка, контрастирующая с залом Дивана. Здесь хан отдыхал от государственных дел. В центре беседки расположен мраморный фонтан – чешме, а стену над входом украшает тонкая филигранная роспись иранского мастера Омера.

Кстати сказать, фонтанов, украшающих помещения дворца, было великое множество. В Фонтанном дворике ваше внимание непременно привлечёт Золотой фонтан – Магзуб, сооружённый в 1733 году, во время правления хана Каплан-Гирея. Фонтан Магзуб получил имя «Золотой» из-за позолоченного орнамента на мраморной облицовке. Однако наиболее известен другой, достаточно скромный фонтан – Фонтан слёз – Сельсебиль, фонтан, о котором сложены легенды и который воспели поэты Пушкин и Мицкевич. Он стал своеобразным памятником любви жестокого хана Крым-Гирея к Диляре-Бикеч – прекрасной княжне, рано умершей любимой жене. Изначально фонтан Сельсебиль находился возле стены мавзолея Диляры, а уже потом его поместили в Фонтанный дворик. Мавзолей Диляры-Бикеч, построенный в 18 веке, расположен рядом с Ханским дворцом. Иранский мастер Омер, имя которого нами уже упоминалось, создал из мрамора вечный памятник любви и человеческой скорби, и с тех пор капли воды падают на красную и белую розы, как в поэме А.С. Пушкина «Бахчисарайский фонтан».

Интересно и ещё одно раннее сооружение – Малая дворцовая мечеть, она относится к 16 веку. Здесь нет особых изысков – только предметы культа, старинные литографии и акварели, которые повествуют об истории ислама на территории Крыма. В Малой дворцовой мечети молился узкий круг лиц: ханы, их родственники и сановники. Помимо Малой мечети есть и Большая ханская мечеть – Биюк-Хан-Джами, с двумя стройными минаретами, остроконечные крыши которых украшают алемы – полумесяцы. Мечеть была возведена в 16 веке. Большая ханская мечеть считается самым величественным сооружением дворца. Сейчас, как и раньше, мечеть используют по прямому назначению, пять раз в день в Бахчисарае звучит призыв к правоверным мусульманам на молитву. Фасад мечети был также расписан под мрамор мастером Омером, а в декоративные узоры вплетена вязь изречений из Корана. К Большой ханской мечети примыкает Мезарлык – Фамильное кладбище, на котором покоятся правители Крыма. Здесь более 100 надгробий и два дюрбе, в которых покоятся 13 ханов. Для мусульман это была большая честь – воздвигнуть мавзолей для усопших. Мужские надгробия украшены чалмой и воинскими атрибутами, а женские – подобием клобука в виде шапочки.

Ещё одно дюрбе, старейшее, оно относится к 15 веку и носит название Эски-Дюрбе («Старый мавзолей»), – расположено недалеко от Хан-Сарая. Дюрбе представляет собой квадратное здание с выступающим вперёд порталом. С южной стороны к мавзолею примыкает открытый дворик, попасть в который можно только изнутри дюрбе, предположительно, здесь располагалось семейное кладбище.

Но вернёмся в помещения Хан-Сарая. Неизменным интересом всегда пользуются так называемые «запретные» (араб.) комнаты – гарем – женская половина дворца. Здесь могли бывать только ханы и евнухи. По законам шариата замужние женщины не могли общаться с посторонними людьми без разрешения мужа. Они проживали в отдельных помещениях и соблюдали хиджаб – затворничество. Женские покои были роскошно убраны. Сейчас здесь можно увидеть: ковры, шкатулки, подсвечники, кальян, музыкальные инструменты… Иногда женщинам позволяли подняться на Соколиную башню – Тоган-Кулеси, чтобы полюбоваться окрестностями.

Обязательно посетите Художественный музей, расположенный в одном из корпусов Ханского дворца. В четырех залах размещается постоянная экспозиция. Здесь вы можете посмотреть живопись и скульптуры мастеров 18-20 веков. Гордость музея – парадный портрет императрицы Екатерины II, который написан Ф.С. Рокотовым. Представлены здесь и работы современных художников.

Не обойдите вниманием и Музей истории и культуры крымских татар, который расположен в Свитском (раньше здесь располагалась дворцовая прислуга) корпусе и части Жилого корпуса дворца. В музее представлены предметы декоративно-прикладного искусства, вышивки, мужская и женская одежда, обувь, посуда, ювелирные украшения, предметы быта, сельскохозяйственные орудия. Есть в музее и отдельные экспозиции. Можно посмотреть, например, комнату невесты, крымско-татарскую кухню, а также выставку рукописных книг.

Необходимо упомянуть, что в период Крымской войны во дворце располагался госпиталь, здесь часто бывал хирург Н.И. Пирогов. Также на территории Ханского дворца находится братское кладбище советских воинов, которые погибли в боях за освобождение Бахчисарая и Севастополя в 1944 году.

Бахчисарай – уникален. Своего рода колоритная восточная изюминка на карте Крыма. Не менее уникальны и его окрестности. Поэтому решаем непременно посвятить один из дней нашего путешествия посещению хотя бы одного из древних памятников в предместьях Бахчисарая.

На выходе из Ханского дворца встречаем процессию, как выясняется – это Крестный ход. Люди идут пешком, прямиком из города-героя Севастополя. Здесь и духовенство, и обычные горожане, несут иконы, священные полотна. В Бахчисарае к ним присоединяется ещё больше людей. Крестный ход был предпринят с целью защиты полуострова Крым от вражеских нападок соседнего государства – Украина. Как раз в этот период была очень сложная ситуация на Донбассе. Люди сплотились, оберегая священный полуостров, святые места, жизни людей. Картина Крестного хода буквально врезалась в нашу память. Все, кому встречалась процессия, останавливались, осеняли себя крестным знамением и произносили: «Хоть бы не было войны!» И чудо свершилось, в Крыму – мир и благодать!

Крым прекрасен и удивителен! Всё описанное мною – лишь малая толика того, что откроется здесь вашему взору и, вне всякого сомнения, покорит вас. Отсюда совсем не хочется уезжать, чудесный полуостров навсегда остаётся в вашем сердце. Приезжайте всенепременно, и Крым раскроет для вас свои объятия! А наше путешествие обязательно продолжится…

Сария Маммадова

Маммадова Сария Ага Маммад родилась в Баку Азербайджанской Республики. Окончив с отличием химико-технологический факультет Азербайджанского Института Нефти и Химии (ныне Нефтяная Академия), в 1970 году поступила в очную аспирантуру. Имеет ученую степень кандидата химических наук. В мае 1990 л" | года решением Академии

наук Союза ССР ей было присвоено ученое звание старшего научного сотрудника. Автор более 140 научных трудов, имеет два авторских свидетельства, семь рационализаторских предложений.

С 2007 года сотрудничает с журналом Boutique (Baku), редактор газеты «Общество и женщина». Является обладательницей «Золотого пера» СМИ Азербайджана. Номинант национальной литературной премии «Писатель года» (2013, 2014, 2015). Дипломант премии «Наследие» за 2014 год (финалист). Номинант литературной премии «Наследие 2015». Член Союза писателей Азербайджана. Член Российского Союза писателей (РСП) с 05 августа 2014 года. Полноправный член Интернационального Союза писателей. Является обладательницей сертификата члена жюри Всероссийского фестиваля искусств «Планета детства».

Автор книг: «Воспитание и формирование Личности», «Размышления о важном и главном», «О смысле жизни», «Развитие и воспитание ребёнка в семье и обществе», «Подарки Судьбы», «Умереть не страшно, страшно жить не любя», «Из цикла «Наболевшее», «Такие вечные, порой забытые слова», «Роль книг в жизни детей и взрослых», «Уроки жизни», «Память сердца», «Цель жизни», «Роль книг в жизни взрослых и детей» и др.

Издательством «Авторская книга» выпущены книги: «Секреты долголетия», «Размышления о понятии «бедность», «Старая сказка на новый лад». Издательством Интернационального Союза писателей (ИСП) в серии «Современники и классики» издана книга «О смысле жизни» (2015), выпущена аудиокнига «Красивые душой, лицом и одеждой», «Автограф» рукописный сборник (ИСП, т. 1,2015)

Альманахи: «Писатель года 2013» (т. 11); «Наследие» (т. 4, 2014), «Писатель года 2014» (т. 4, т. 15), «Сборник прозы» (т. 11, т. 12), «Георгиевская лента» (т. 1), «Российский колокол» (№4, 2014; №1, 2015), Российский Союз писателей «Проза 2014» (книга 3), «Наследие 2015» (т. 8), «Сборник прозы» (т. 12, 2015), журнал «Литературная столица» (№3, изд-во «Спутник+»), Петербургский литературный альманах «Край городов» (№80, 2014).

Секреты долголетия

Любовь и благодарность растворяют весь негатив

нашей жизни, какую бы форму он ни принял.

Они также могут преодолеть любую болезнь.

Д-р Демартини

Только бездушье губит нас,

Лечат любовь да ласка

(из песни)

Человечество давно, долго и пока безрезультатно искало и ищет способы, ведущие к продлению человеческой жизни – долголетию человека. Было много версий, поисков, экспериментов. Идеи были самые разные, порой просто абсурдные и даже из области фантастики. Хотя несомненным является факт, что в жизни каждому своё время и свой срок, который удлиняется, если она проживается должным образом. Всем в этой жизни воздаётся по делам и поступкам, и всё в жизни надо уметь заслужить!

Вот что представляет собой научный и, можно сказать, только теоретический подход к общим закономерностям процесса старения и исследованиям, относящимся к области геронтологии, которая изучает биологические механизмы старения. К основным существенным факторам, которые влияют на продолжительность жизни человека, относят пол, генетику, уровень здравоохранения, гигиену, диету и качество пищи, уровень физической активности, образ жизни, социальную среду.

Многие ученые убеждены в том, что наука сможет решить проблему смертности человечества. Радикальное увеличение продолжительности жизни является важнейшей задачей человечества на настоящем этапе.

Отсутствие осознания этого факта в обществе, неправильная расстановка приоритетов в жизни человека и общества и противодействие этой деятельности является одной из глобальных проблем человечества. В последние годы в деле радикального продления жизни началась научная революция, в то время как совсем недавно это тема была почти запретной, опасной.

В настоящее время широко признанным считается метод увеличения максимальной продолжительности жизни за счет диеты, которая ограничивает потребление калорий. Теоретически, увеличение максимальной продолжительности жизни может быть достигнуто за счёт периодической замены повреждённых тканей, «молекулярным ремонтом» или омоложением повреждённых клеток, молекул и тканей. Принято считать, что на среднюю продолжительность жизни влияют регулярные физические нагрузки, вредные привычки, такие как курение или чрезмерное потребление сахара.

Предлагались регулярные физические нагрузки в пожилом возрасте.

Николай Михайлович Амосов, академик АН УССР, член корреспондент АМН СССР, выработал в одно время свою систему здоровья.

«Если нет силы характера – нет ничего», – говорил Николай Амосов и доказывал этот постулат 87 лет. Со временем знаменитый врач придумал свой эксперимент по преодолению старости: решил, что с возрастом можно бороться при помощи сильного увеличения нагрузок. Николай Михайлович разработал гимнастику: 10 упражнений, каждое по 100 движений. Когда в доме появилась собака, к гимнастике добавились утренние пробежки. Систему движений он дополнял ограничениями в еде: вес держал 54 кг. Это и был «режим ограничений и нагрузок», который получил широкую известность. Успех был очевиден, однако со временем состояние здоровья несколько пошатнуло планы Амосова. Как он говорит: «Я убежал от инфаркта, но не убежал от многочисленных болезней сердца».

Знаменитый хирург бегал, конечно, не 5 км, как в начале эксперимента, а примерно километра полтора. «Бегать-то я бегаю, но старение, к сожалению, остановить нельзя. Как сказал кто-то из великих: «Стареть – плохо, но это единственный способ пожить дольше», – говорит Николай Амосов, оптимизму которого невольно завидуешь…

Я бы сказала, что одним бегом или прекращением потребления сахара (см. выше) от процессов старения не убежишь, и давать большие нагрузки организму и сердцу в особенности – не лучший вариант.

Дело совсем не в этом, а в том, как человек живёт, каким принципам и законам бытия отдаёт своё предпочтение, придерживается Писаний. Жизнедеятельность и жизнеобеспечение – целиком зависит от развития его умственных способностей, человеческих характеристик, любящей натуры, отношения к жизни, в понимании своего главного назначения на Земле, о смысле его жизни. Радость существования, любовь к жизни, понимание смысла жизни – жизни во имя цели, ради цели и окружающей действительности, должны быть жизненным кредо, несмотря ни на какие обстоятельства и превратности судьбы. Человек должен жить востребованно и полноценной жизнью.

Позитивные перемены в жизни можно получить, изменив ваше отношение к окружающим вас людям, будьте им полезными, внимательными, сочувствующими, сострадательными, сейте добро и милосердие, дарите тепло своих сердец, согревайте их душу, а главное – совершенствуйтесь творчески и духовно.

Ведь «мир принадлежит тем, кто готов его согреть – не важно, мужчина это или женщина» (Лев Кассиль).

Надо понять, что главное – это не прожигать жизнь, не предаваться излишествам, не насыщать и удовлетворять свое тело и плоть, не создавать культ телу и только заниматься облагораживанием тлетворной оболочки тела, являющейся носителем души. Пытаются всеми правдами и неправдами урвать побольше по жизни, забывая о том, что с собой ещё никто ничего не уносил.

Многие исследования стремятся не только понять природу старения, но и пытаются развивать методы, которые влияют на процессы старения или могут замедлить их. Многие полагаются на будущие прорывы в омоложении тканей организма с помощью стволовых клеток, замену органов (искусственными органами или органами животных, надо же до такого додуматься!). Человек – самое высокоорганизованное существо на земле, как можно заменить, например, его мозг мозгом животного, и даже если теоретически представить такую абсурдную идею, то нужен ли будет такой инфантильный, без активной мозговой деятельности человек обществу?

Дело же не только в том, чтобы создать жалкое подобие человека, ограниченного в основных функциях жизнедеятельности, и радоваться, что мы продлили ему жизнь. Если мы хотим построить высокоразвитое и цивилизованное общество с техническим прогрессом, то нам совершенно не нужны жалкие подобия человека или замороженные непонятно для чего люди, которые когда-то кем-то якобы будут оживлены с полностью восстановленной жизнедеятельностью???

Направление, основанное на методах крионики, предлагает сохранять тело или часть его в надежде, что будущая медицина сможет устранить болезнь, омолодить их и вернуть к новой жизни.

Но никто не задаётся вопросом, кто будет в течение этих долгих лет передавать из поколения в поколение (никчёмное наследство), поддерживать необходимые условия в криогенных залах с подобиями мертвецов, которых когда-то оживят, и даёт сторонникам этого метода надежду, что медицинские технологии будущего (будут ли они вообще, никому ещё не ясно) смогут восстановить криопациента и даже омолодить, продлив таким образом его жизнь. Свежо предание, да верится с трудом!

А теперь самый главный вывод: почему-то никто не задаётся элементарным вопросом, если говорят о продлении смерти, высокопарно – о бессмертии человека, то должно под этим подразумеваться продолжение жизненных функций организма и деятельной активности человека на десятилетия. То есть он должен продолжать мыслить, работать, заниматься полезным человечеству и обществу делами, а не то что бренное от природы тело «криопациента» (придумали же название) будет лежать в криогенном корпусе, и этим мы «продлили» человеку жизнь?

Общепринято, что Господь возвысил человека над другими творениями тем, что вдохнул в него от «Духа Своего». Но человек смертен, смертны его мозг и смертны продукты его мозговой деятельности, которые служат ему только в период его земного существования. Вечен лишь Дух, вдохнутый Богом, который, освобождаясь от земной оболочки, в теле которого он пребывал, покидает своё временное пристанище.

Из Библии:

Бытие 2:7 И создал Господь Бог человека из праха земного, и вдунул в лице его дыхание жизни, и стал человек душею живою.

Екклезиаст 12:7 И возвратится прах в землю, чем он и был; а дух возвратился к Богу, который дал его.

Иакова 2:26 Ибо, как тело без духа мертво, так и вера без дел мертва.

Порою больно видеть и тяжело переносить недостатки и неблаговидные действия недостойных уважения людей. Мы можем просто отстраниться от этого человека, постараться реже с ним общаться. Это сделать нам просто. А как же быть Высшему Создателю, который в ответе за всё живое и созданное Им, который в ответе за всех от момента зарождения до самой смерти? Тому, который установил всякой вещи и всему во Вселенной свой срок и создал всё в Мире долженствующим образом существовать в совершенстве, гармонии, взаимосвязи. А мы – вместо того, чтобы посвятить всю свою жизнь развитию духа, вдохнутого от Всевышнего, печёмся только о своей телесной и тленной, в конечном счёте, лишь оболочке-носителе души и только, прилагаем для её «облагораживания» много времени, ненужных усилий и материальных средств – на приобретение брендовой одежды, пластические операции по увеличению размеров форм тела, губ (всего – кроме мозгов!), посещение парикмахерских, сауны, дорогую косметику, отдых на престижных островах, курортах, которые представляются человеку только для повсеместного и постоянного совершенствования духовного потенциала (духа).

И вообще задавался ли кто-нибудь вопросом – а куда в этом случае (криогенное замораживание) девается душа и как без неё будет восстановлено к активной жизнедеятельности тело?

Или всё происходит по принципу: там видно будет. А ещё есть хорошее восточное изречение на неопределённость: «А к тому времени или шах умрёт, или осёл!» Это просто к слову.

Спрашивается – к какой новой жизни готовил себя человек, что из себя представлял человек, подвергнутый крионике?

А знаем ли мы, кому рядом с ним нужна была помощь? Было ли у него время поделиться с другими хотя бы улыбкой, или уйти в неизвестное, не оставив памяти о себе как о хорошем человеке, жившим на благо близких и дорогих ему людей, окружению, обществу. Или просто были материальные средства, и понаслышке слышал о подобных, по принципу «все говорят!», не апробированных теориях.

Я знаю только одно – умный, творческий, деятельный человек будет заниматься своей нужной, приносящей ему удовлетворение деятельностью, приносить пользу близким и обществу.

Ему и в голову не придёт превратить себя в лежащую мумию, из которой выкачана вся кровь. И который уже с этого момента никому не нужен и, скорее всего, никому даже при жизни не был полезен и не приносил пользу, жил в суете, ненужности, в вечном переливании из пустого в порожнее и бесполезных мелочах.

Некоторые учёные также надеялись, что «молекулярный» или генетический ремонт устранит все процессы старения и болезни. Могут ли такие прорывы случиться в течение следующих нескольких десятилетий, предсказать невозможно.

Но движение по увеличению продолжительности жизни, которое началось в начале 1980-х, быстро растёт среди учёных и широкой публики.

Свойство старения объясняется накоплением повреждений макромолекул в клетках, тканях и в органах. Максимальная продолжительность жизни, иногда достигаемая отдельными людьми, составляет примерно 120-130 лет. Необходимо отметить, что на протяжении жизни процесс отмирания отдельных клеток происходит всегда и организм обеспечивает своевременную замену новыми клетками и удаление остатков из распавшихся клеток. Поэтому большая часть медицины для увеличения продолжительности жизни предлагает активизировать системы организма диетами, пищевыми добавками и витаминами. Другой, менее популярный метод – это применение гормонов или гормональных препаратов.

В 2012 году учёные из испанского Национального онкологического научного центра предлагают использование генной терапии, и оно становится одним из перспективных направлений нарождающейся в настоящее время терапевтической сферы радикального продления жизни и остановки старения.

Биотехнологии и исследования по клонированию частей и стволовых клеток в настоящее время проводятся на животных и не могут предложить замену каких-либо частей стареющего тела «новыми» частями, выращенными искусственно.

Все операции по пересадке сердца дают временные результаты. Клонированные животные тоже жили недолго.

Специальных исследований и статистически значимых результатов по теме клонирования не имеется, поскольку до сих пор неизвестно достоверно о существовании хотя бы одного клона.

Хочу представить вашему вниманию ещё несколько теорий.

Приостановленная мультипликация – замедление процессов жизни искусственными средствами. Дыхание, биение сердца и другие непроизвольные функции могут происходить, но обнаружить их можно только специальными средствами. Эксперименты проводились на собаках, свиньях и мышах. Используется сильное охлаждение для замедления функций. Ученые замещают кровь животных на охлажденные растворы (физиологический раствор), и они находятся в состоянии клинической смерти в течение трех часов. Затем возвращают кровь и запускают систему кровообращения с помощью электростимуляции сердца. Никто не задаётся вопросом: кому нужны такие дорогостоящие непонятные теории с неизвестным исходом и что они дадут нескольким подопытным людям?

Да! Медицину надо развивать, но срок жизни устанавливает только Всевышний. Чем меньше грешит человек, чем моральнее и нравственнее жизнь у него, тем здоровее и удачливее человек.

Я – не нигилист, но эти немалые материальные средства надо тратить на оздоровление общества в моральном, нравственном плане, на образование, развитие культуры, технический прогресс, растить и воспитывать полноценных и нужных обществу людей, грамотных специалистов.

В жизни всё зависит от отношения человека к жизни. Не следует сетовать только на то, что недоспали, недоели, недополучили, а опасайтесь того, что не доучились, не научились, не сумели, не совершенствовались. Одним словом – не состоялись, не были востребованы, и это, пожалуй, одна из основных причин сокращения своей человеческой жизни.

В качестве одной из возможностей продления жизни выдвигается теория того, чтобы человек поменял места обитания. Опять просто выдвинули идею, а как она будет работать – никто не думает. В новой среде обитания со своими особенностями, климатом, языковым барьером, отношением к мигрантам и их проблемам.

Исходя из фабулы данной книги, долгожительство, на мой взгляд, намного проще, а главное зависит от того, как мы распоряжаемся и развиваем заложенные в каждом человеке способности и черты характера, каким приоритетам в жизни отдаём предпочтение, какова наша жизненная позиция и выработанная идеология, принципы и идеалы.

Постараюсь объяснить это доходчиво.

В быту существует понятие «светлая душа», или говорят, что он невинный как младенец. Имеется в виду, что когда ребёнок рождается – он невинен, чист. В нём отсутствуют черты и качества, которые порицаемы в Писаниях и которые могут постичь лишь те, кто телом и душою чист, а разумом – светел. Вот почему так важны среда обитания, обстановка, окружение, в которых ребёнок воспитывается и растёт.

Главное зависит от того, где, кем и как воспитывался ребёнок, кто и как влиял на формирование его психики, мировоззрения и мироощущения действительности, а главное, очень важный аспект, – его миролюбие. Это слово состоит из двух частей, если выразиться сокращенно, то миролюбие – это любить мир.

Чем больше любви в вашем представлении ко всему, с чем вы соприкасаетесь в процессе жизнедеятельности, и чем добрее, милосерднее, человечнее, сердечнее ваши отношения, тем светлее и непорочнее душа ваша.

В душе такого человека больше любви, теплоты, понимания, сострадания, сочувствия к созданному Высшим Разумом Миру – Вселенной во всем её многообразии и проявлении.

Потому так важно, какие люди формировали, воспитывали, наставляли и направляли его на главном и важном этапе становления и развития, то есть, он сам сможет целенаправленно идти по пути его предназначения к свету.

Это не вымысел! Не следует умалять такие природные качества человека, как ум, интеллект, талант. «Чтоб тебя на Земле не теряли, постарайся себя не терять».

Нетерпеливый читатель спросит, а как это связано с долголетием. Немного терпения, всё идёт к этому.

Если подробнее рассмотреть отрицательные и порицаемые качества, пороки и другие неугодные Богу черты характера, такие как зависть, алчность, малодушие, злость, равнодушие, злорадство, жадность и другие, то они формируют неуравновешенную психику и сознание людей, рождают негативные и несовершенные мысли. В итоге оказывается, что у людей такого рода практически отсутствует такое чувство и понятие, как Миролюбие – Любить Мир в лице Отчизны, края, где рождён и вырос, людей, все созданное Всевышним, будь то живая природа или её обитатели.

Вселенная не любит бездуховных, безынициативных, инфантильных и ленивых.

Нельзя быть равнодушными и безразличными к чужим бедам и чаяниям.

Печаль, горести, обиды, кажущаяся безысходность, неудовлетворенность всем и всеми никогда не притянут радость, счастье, хорошее настроение и успех в делах.

Живя в бездействии, томительном ожидании плохого для людей, якобы повинных в ваших неудачах, кляня Судьбу – счастья и радости вам не дождаться.

Но самое главное и важное: завидуя, ненавидя, проклиная, желая отомстить, желая кому-то смерти – вы сокращаете жизнь только себе!

Вообще потребность любить и быть любимым всегда волновала человеческие умы. Мало кто знает, что клетки (нервные сплетения), отвечающие за любовь, отмирают позже других – последними.

Человек, в котором преобладающими являются гнев, зависть, злоба, эгоизм, тщеславие и непрощённые обиды, темные мысли, помыслы и душа, то есть все клетки организма, отвечающие за неугодные качества, отмирают быстрее.

О таких людях замечательно написал А.П. Чехов: «Несчастные эгоистичны, злы, несправедливы, жестоки и менее, чем глупцы, способны понимать друг друга». Порой слышишь, что у него тёмная душа, чёрная аура, а ещё известно, что нервные клетки не восстанавливаются, а следовательно, ненависть, антагонизм разрушают организм, не дают душевного покоя ни днём ни ночью их обладателям, и как следствие – человек не может жить в гармонии с окружающей действительностью, то есть можно сказать – не живёт, а существует.

Согласно китайской мудрости, если человек не борется с природой, а живёт в гармонии с ней, то качество его жизни значительно улучшается.

Известно, что человеческая аура является и энергетическим полем, и отражением тонких жизненных энергий тела. Эти энергии делают нас тем, чем мы являемся, и, в свою очередь, зависят от нашей среды и нашего стиля и образа жизни.

Аура отражает наш характер, наше здоровье, умственную активность и эмоциональное состояние. Аура показывает мысли и чувства человека.

По свидетельству специалистов, аура не только существует, но и обладает вполне конкретными качествами: запах, размер, форма и цвет. По мере духовного роста аура способна увеличиваться. У великих пророков и учителей древности, говорят, аура простиралась на значительное расстояние и была мощной и чистой.

Цвет в течение времени может меняться в зависимости от мыслительной и эмоциональной деятельности человека.

Чарльз Дарвин писал: «Я превосхожу обыкновенных людей способностью замечать вещи, легко ускользающие от внимания, а также особенностью тщательно наблюдать их. То есть он считал, что без употребления и получения постоянной информации в любом виде происходит атрофирование частей мозга, отвечающих за это. Теперь представьте, каков мозг малообразованного, бездуховного среднего человека.

А там, где нет развития, – нет прогресса.

Принято считать, и это уже доказано, что активный мозг не стареет, то есть он постоянно задействован, находится всегда в стадии развития, постоянно растёт база данных, и у такого человека до самой глубокой старости он прекрасно работает, а интеллектуальные способности не меняются и атрофирование клеток не происходит, т.е. мозг не стареет! И даже в этом ответ на процесс крионики, когда мозговая деятельность отключена на долгие годы, а там…

Если у человека яркая и чистая аура, то будьте уверены – это хороший и духовно развитый человек, даже если он скромен.

Если у человека серая или тёмная аура, вы также можете не сомневаться, что такой человек имеет неясные намерения, вне зависимости, как он выглядит и одет. То есть на самом деле он не такой, каким хочет показаться.

Кроме того, известно, что под тьмой понимается только одно – темнота.

А свет изменчив.

Так и у людей – чем чище, безгрешнее и непорочнее душа человека, тем больше света он излучает, который наиболее силен у невинных младенцев, пророков, высокодуховных и просветленных людей, и этот свет не воспринимается обычным зрением. Чем чище и светлее душа, действия, намерения, мысли, тем больше света в его душе. Отсюда и образное понятие – у него светлая голова или разум светел.

Просветление души и разума происходит у высокообразованных духовных людей, то есть большинство людей на Земле имеют очень слабую и матовую ауру. Это связано с последствиями подавления развития сознания, мышления, страха, зависти, ревности и других подобных эмоций. Такие действия и цели разрушают их истинную природу, и их аура также является подавленной.

Вспомним, к примеру, образ Катерины в произведении А.Н. Островского «Гроза», которую критик не без основания называл «лучом света в темном царстве», то есть чем больше человек возвышается над окружающей средой, тем светлее его душа и чище аура. Чем чище душа, тем больше любви у него к окружающей его действительности – к Миру, в котором он родился и живет, к родным, близким и всему живому на Земле. Только такой человек может постичь истинную Любовь, которая целиком поглощает его и замечательна в своем проявлении.

Кроме того, «во Вселенной нет большей силы, чем сила любви. Это чувство – высочайшая из частот, которую вы способны излучать. Чем большую любовь вы чувствуете, тем больше любви вы излучаете, тем большая сила работает на вас» (Джеймс Рэй).

А чем больше любви в сердце, чем больше клеток, отвечающих за любовь, которые живут дольше других клеток, разрушающих бренное тело и тёмную душу человека, тем дольше он живёт.

Это происходит и в том случае, если человек востребованный, то есть полезен окружающим, занимается благотворительностью и нужными обществу делами, занимается наставничеством, воспитанием, покровительством и т. п.

Отсюда следует, что такой человек, разумеется, продлевает себе жизнь.

«Если человек востребован, он никогда не должен беспокоиться о завтрашнем дне» (Автор).

Быть востребованными – это качество, которое не всем дано и немногим понятно. Немногие понимают, как можно радоваться тому, что ты помог даже незнакомому человеку, доставил ему радость, и что от этого становится так хорошо на душе, и ты счастлив, что кому-то нужен, и в тебе нуждаются! И от этого получаешь огромное удовлетворение. И вообще, хватит жить по принципу: «Нам то, что есть – не к чему, нам нужно то, чего нет!»

Приведу ряд цитат знаменитых людей, философов, писателей, у каждого своё представление о счастье.

Д. Дидро считал, что «самый счастливый человек тот, кто даёт счастье наибольшему числу людей».

В. Гюго писал: «Чтобы быть вполне счастливым, недостаточно обладать счастьем, надо ещё его заслужить».

Леонардо да Винчи: «Счастье достаётся тем, кто много трудится». Читая послужной список поля деятельности этого ученого, трудно с этим не согласиться.

Жан-Жак Руссо: «Делать добро – это самое истинное счастье, какое только может быть ведомо человеческому сердцу (душе)».

Далай-лама: «Для счастья человеку нужно иметь пищу одежду кров. Но он от животного мира отличается тем, что ему этого недостаточно. Он способен переживать музыку видеть красоту снега или цветущего сада. Ему нужны здоровье, образование, культура, наука. Но это не всё… Надо иметь доброе и прощающее сердце. Хорошее сердце, теплое сердце – это очень важно для счастья. – А любовь? – Любовь – сама по себе счастье».

Счастье – чувства сами по себе, но чувства положительные, чувства радости и любви.

«Путь к счастью лежит через неравнодушие» (Владимир Спиваков).

Вы вдумайтесь в эти строки, посмотрите, как они отличаются от понятия счастья для большинства живущих на Земле людей, которые жаждут только одного – обогатиться, иметь много денег, причём для этого, считают, все средства хороши. Их девиз только «счастье в деньгах».

А теперь относительно тезиса «были бы деньги, на них всё можно купить».

Я считаю, что духовные ценности и сугубо индивидуальные характеристики и черты характера человека не подлежат денежной оценке.

Быть малокультурным и бездуховным и иметь много денег – не значит быть счастливым.

А когда ими правильно распоряжаются, соответствующим и должным образом, тратят на развитие и совершенствование своего потенциала, на духовное и культурное развитие, на меценатство, в воспитательных целях, на образование, благотворительность и т.п. – они приносят неповторимую пользу и чувство удовлетворения и счастья, любви, а следовательно, постоянный позитив и как следствие – продление жизни, потому что душа очищается.

И ещё. Если вы человек искренний, любящий, у таких людей такое доброе всеобъемлющее сердце, что любви в нём хватит на всех и на всё, а в сердце каждому найдётся своя ячейка.

Но, к сожалению, так как любой человек, даже Пророки, Посланники, Личности – в целом, в силу человеческой природы, несовершенны и подвержены порой сомнениям, то, разумеется, их жизнь не может быть безграничной, а следовательно, они не могут быть бессмертны.

Я считаю, что человек рождается для Любви. Для любви живёт. Любить, постичь, познать Любовь, порою благоговея до слез, не всем дано, несчастны те, которые не любили, не испытали любовь, жили без неё.

Чем больше любви вы подарите в Мир, тем большего достигнете и дольше будет ваша жизнь.

Истинная любовь возвышает человека, делает его душу чище, сострадательней, милосердней.

«Любовь похожа на море, сверкающее цветами небесными, – писал М. Пришвин. – Счастлив, кто приходит на берег и, очарованный, согласует душу свою с величием всего моря. Тогда границы души бедного человека расширяются до бесконечности, и бедный человек понимает тогда, что и смерти нет…»

К этому пониманию М. Пришвин шёл всю свою жизнь.

Осознание греховности плоти, отрицание любви без участия души Пришвин пронёс через всю жизнь.

Один из немногих, М. Пришвин искал в любви прежде всего духовное начало. Всегда предупреждал «опасаться страстей», их тёмная сила затягивает разум.

В любви надо самому расти и расти.

Наверное, любить по-настоящему могут творческие и одухотворенные натуры. У них – иной Мир в голове и душе.

Вообще не существует настоящей Любви без чувства сострадания и самопожертвования ради любимого людей, детей, верности и взаимной поддержки родных и близких и тех, кто нуждается в сострадании, сочувствии и любви.

Сколько любящих людей, столько разных проявлений чувств, эмоций и степени её излияния.

«Ты забываешь о разуме и слушаешь только свое сердце».

«Если ваше путешествие по жизни началось, а вы не узнали это глубокое чувство, считайте, что вы вообще еще не жили».

Разгадка высшего значения процесса влюблённости в том, что без любви нет смысла жить. Через Любовь Человеку даются главные критерии выбора личностью самого главного смысла своей жизни.

Смысл Жизни и любовь связаны между собой необычным образом: ведь жизнь в восхождении – это и есть всё больший поток Любви, остальное – существование.

А потому, пока не поздно, измените своё мышление, отношение к действительности, любите, сострадайте, будьте добрее, милосерднее, сердечнее, востребованнее, и этим вы продлите себе жизнь. Вот весь секрет. Всё так просто, а главное – нетрудно, но, наверное, всё же не для всех.

Долголетие связано только с духовным, душевным миром человека, а не с практикуемыми до изнеможения физическими нагрузками на сердце или другими экспериментами, часто просто абсурдными. А тезисы «живи для себя», «один раз живём» совершенно неприемлемы. Такой человек не востребован, а потому короче его жизнь. Чем больше любви, сострадания вы подарите Миру, тем больше продлите свою земную жизнь.

«Сострадание – это не чувство; скорее, это благородное расположение души, готовое к тому, чтобы воспринять любовь, милость и другие добродетельные чувства». Сострадательная и любящая душа одинаково сострадательна ко всему живому на Земле, и Артур Шопенгауэр считал: «Сострадание к животным так тесно связано с добротой характера, что можно с уверенностью утверждать, что не может быть добрым тот, кто жесток с животными».

Мы постоянно слышим, что добрые поступки поощряются, а злые наказываются. Но от этого не становится больше добрых людей и не уменьшается количество злых. Знаем, что Бог всегда наказывает зло, но многие, творя зло, бесчинства на земле, злорадствуют, что с ними ничего не случается, а когда что-то случается с его родными и близкими, то они даже не осознают, что наказание за его проступки могут коснуться самых дорогих ему людей. Процесс наказания происходит медленно, чтобы произошло осмысление и, возможно, позитивное преобразование, но многие не меняются.

Раньше механизм наказания растягивался на несколько поколений и начинал проявляться болезнями и несчастиями у внуков и правнуков. Сейчас скорость этих процессов возросла настолько (столько сеем зла!), что человек успевает расплатиться за свои поступки уже в этой жизни – и своим здоровьем, и здоровьем детей или несчастьями.

Ограждая себя и детей от того что, как ему кажется, может нанести вред его семье, он, сам того не понимая, наносит непоправимый никем и ничем вред своим близким. Он даже не задумывается о последствиях, а только, как ему кажется, делает это из лучших побуждений и даже лишением жизни живого существа, Божьей твари, которая может в его понимании покусать его детей, то есть берёт большой грех на душу.

Приведу пример из жизни знакомых мне людей.

По доносу соседа приехали, пристрелили дворовую собаку Лайку, сделав неблаговидный поступок.

Прошло много лет. Я всегда с ужасом думала, какое гнусное дело совершил этот человек во имя сомнительного «покоя своей семьи», так как такое зло не проходит без заслуженного наказания. Казалось, что всё нормально, но грянул день возмездия, и какой ценой?

Девочки долго не выходили замуж, а одна из них, выйдя замуж и прожив некоторое время, потеряла молодого мужа, сама осталась беременной вдовой. Когда мне сказали о случившемся несчастье в этой семье, первое, что всплыло в мозгу, – причастность к гибели ни в чём не повинной собачки. Меня никто не переубедит, что это случайное совпадение.

Некоторые люди, поддаваясь веянию моды на экзотических животных, породистых дорогих котов, заводят их, покупают и некоторое непродолжительное время ухаживают за ними должным образом. Но постепенно интерес пропадает, и неугодным тварям приходится ох как несладко.

А где гармония с окружающим Миром, где сострадание ко всему живому, которому надлежит помогать и кормить согласно Божьим заветам, проявлять заботу и гуманизм?

Болезнь – это красный сигнал о том, что человек «не туда идёт», делает шаги не в том направлении. Человек, болея и мучаясь, должен осознать допущенные ошибки, промахи, нарушения жизненных законов, совершенствовать себя духовно, искать новые пути движения, развития. А многие всегда рассматривают болезнь как катастрофу – бежим к лучшим врачам, едем за границу лечиться, тратим порою баснословные суммы, предназначенные на самосовершенствование, благотворительность, полезные дела, то есть совсем не пытаемся рассматривать болезнь как предупреждение об ошибках. А потом даже якобы вылечиваемся, даже не подозревая, что убрали следствие, а первопричина осталась прежней. Врачи лечат медикаментозно, порою хирургическим вмешательством, следствие, не зная и не устраняя первопричину болезни.

Необходимо думать не о достойной смерти, а о спасении духа и своих детей. Это сейчас так актуально и выходит на первый план, судя по разительным переменам в плане морали, нравственности, фривольного образа жизни молодёжи, переоценки жизненных ценностей далеко не в лучшем направлении. У многих изменились главные жизненные приоритеты.

Потребительство и фривольность, безнравственность, вседозволенность в любой форме ведёт к деградации.

О том, что нравственность самым непосредственным образом влияет на наше здоровье и долголетие, с незапамятных времен говорили все священные писания мира. Например, в Библии у Иисуса спрашивают о человеке, который был слеп от рождения: «Кто согрешил, он или родители его, что родился слепым?» (Иоанн 9:1-3).

«Врач мог бы сказать больному: припадок корыстолюбия у вас, или анемия сомнительности, или камни предательства, или чесотка сплетен, или удар ненависти» (Елена Рерих). Но врачу некогда читать нам проповедь о морали и нравственности.

Об этом нам должны были говорить с детства. Вы можете возразить, что есть много людей, вершащих зло и при этом чувствующих себя прекрасно. На это можно ответить так: «Не завидуй славе грешника, ибо не знаешь, какой будет конец его». (Книга Премудрости Иисуса, сына Сирахова. IX, 1).

Энергия же, полученная через высшие, возвышенные чувства, лечит и тело, и судьбу, и Душу.

В связи с этим хочу привести мнение великого музыканта современности Владимира Спивакова. Талантливейших людей такого рода – единицы. То, что он делал и делает – бесценно для духовного развития общества. И если он раньше «отбирал в оркестр высочайшего класса профессионалов, а сейчас хотел бы отбирать высочайшего качества людей. Когда играет таковой, слышно, что у него за душой. Если вы закрываете двери перед ошибками, истина туда не может проникнуть».

Касаясь опять темы о духовном потенциале, должна заметить, что человек должен и просто обязан прилагать все усилия для его развития, ставить высшие цели и не останавливаться на достигнутом.

Если вам всегда кажется, что вы по сравнению с другими обделены судьбой и живёте только в постоянном ожидании перемен и окончания этой, на ваш взгляд, вопиющей несправедливости, при этом ничего не изменяя в себе и в своей жизни, то всё останется на прежних позициях. В томительном ожидании и ничегонеделании само по себе ничего не изменится. Нельзя по жизни идти по пути наименьшего сопротивления, выбирать, где полегче, помягче, неглубоко и беспечно.

В этом недоумении вы будете находиться до тех пор, пока не поменяете мышление, изменитесь к лучшему, и жизнь повернёт в лучшее русло.

Правильное понимание смысла жизни и предназначения, роли человека и его миссии на земле играет важную роль в процессе жизнедеятельности и долгожительства человека, и не всем дано понять и прочувствовать это.

Пауло Коэльо считает, что «великая цель всякого человеческого существа – осознать любовь. Любовь – не в другом, а в нас самих, и мы сами её в себе пробуждаем. Вселенная обретает смысл лишь в том случае, если нам есть с кем поделиться нашими чувствами».

Благодаря этому чувству, которое овладевает нами целиком, не оставляя ни единой свободной клеточки, прахом идет любая попытка проявить агрессию.

Но любящее, доброе сердце – милосердно ко всему окружению, живой природе и её обитателям.

Человек, не обращающий внимания на окружающую неординарность мира, не понявший и не прочувствовавший красоту природы, не завороженный звучанием музыки, хоть раз в жизни не остановившийся у картин замечательных авторов – не может быть любящим, высококультурным, духовным.

Не сочувствующий, не понимающий и не могущий прочувствовать боль, тревоги другого близкого или чужого человека, лишенный сострадания и любви к окружающему его красивому миру (будь это люди, животные, даже насекомые), если всех создал Бог, то это для чего-то и кого-то нужно, и осмыслив, прочувствовав это, мы поймём главное назначение Личности, человека – Гармония, любовь к ближнему и станем добрее, духовнее, милосерднее и обязательно дольше будет Ваша земная жизнь!

В заключение немного моих афоризмов по теме:

• Не сдерживайте чувств нежности, сострадания, участия, любви в те моменты, когда интуитивно хотите сделать это, не откладывая на потом.

• Умение сочувствовать и готовность прийти по помощь в любой ситуации должны быть нормой жизни каждого человека.

• Нельзя одаривать вниманием окружающих людей только тогда, когда вы нуждаетесь в их участии, присутствии и поддержке.

• Пока ты искренне не ощущаешь себя счастливым и благодарным за прожитый сегодняшний день, за то, что по судьбе прошло, благодать завтрашнего дня не получишь.

• Будьте оптимистичными, открытыми, искренними, с радостью, благодарностью и надеждой принимайте каждый прожитый день, уповайте на лучшее, и только тогда вас ждут благополучие, успех, счастье и хорошее здоровье…

• Всё доброе, что вы несёте по жизни, бумерангом вернётся вам и вашим ближним.

• Чем больше любви в сердце вашем, тем легче «ноша» по жизни.

• Когда начинаешь пожинать плоды трудно, но достойно и осмысленно прожитой жизни, ощущению счастья нет границ.

• Приветливость, чувство благодарности и признательности, сделанное добро возвышают Человека, и это – богоугодные качества.

Игорь Чекотин

Игорь Васильевич Чекотин родился 9.05.1964 г. на севере Пермской обл.

Начал свою трудовую деятельность на Севере Тюменской области в 1983 году, оттуда призвался в армию.

По окончании службы вернулся на Ямал.

Начал свою карьеру в должности электромонтера, развивая карьеру, занимался политикой, бизнесом.

Окончил:

– Уральский государственный университет им. А.М. Горького, факультет «Политология»;

– Открытый университет Великобритании, специализация «Менеджмент»;

– Московский институт менеджмента, специализация «Финансовый менеджмент».

Стал бизнес-тренером, бизнес-коучем, антикризисным консультантом.

Увлекся самопознанием, цигун. Соединил свои бизнес-опыт и знания с методиками управления энергией.

В 2011 году выпустил в свет книги:

«Метабизнес – технология успешного бизнеса»;

«Сила реальной мечты»;

«Эффективная личность бизнес-тренера».

В 2012 году открыл частный Высший институт предпринимательства Игоря Чекотина.

В 2014 зарегистрировал авторскую методику «Бизнес-цигун», где проявился эффект синергии западных знаний и восточных энергопрактик.

Сила реальной мечты

Ни мастерство, ни способности, ни знания, ни опыт, ни высокая должность не помогут вам стать настоящим бизнесменом до тех пор, пока не научитесь управлять собой!

Питер Друкер

Согласились с тем, что вся наша жизнь – это продолжение наших мыслей. А мысли, в свою очередь, служат основой наших желаний. Так почему же мы все желаем жить как можно лучше, а живем так, как живем? Мы создали рынок, и рынок управляет нами. Мы создаем свой бизнес и начинаем ощущать, что живем этим бизнесом, который выжимает нас как тряпку, забирая силы, молодость и здоровье. Как быть? И что делать? Эти вопросы часто задаем мы сами себе. Бывает такое, что люди просто не знают, что им нужно в жизни. Предлагаю проложить свой путь к осознанности, постановке целей, превращением мечты в реальность. Если мы уже осознали, что нам это надо, тогда вперед! Наверное, у каждого из нас в жизни есть цель. Если не цель, то мечта. А может быть, и то и другое. И, скорее всего, у многих она не одна. С этого и начнем!

ЦЕЛЬ ИЛИ МЕЧТА?

Пусть наши мысли будут высоко в небе, а ноги крепко стоят на земле.

Что такое цель? Цель – идеальный образ ожидаемого результата будущего. Если вы хотите успешно достигать своих целей, то их нужно правильно формулировать. Очень широко для постановки целей используется методика SMART: она помогает запомнить критерии, которым должна соответствовать правильно сформулированная цель, и сверяться с ними в случае затруднений. Расшифровка SMART такова: цели должны быть

• Конкретными (Specific)

• Измеримыми (Measurable)

• Достижимыми (Achievable)

• Насущными (Relevant)

• Определенными во времени (Timed/Timed-bound)

СМАРТ (SMART) – принцип, на соответствие которому полезно проверять поставленные цели. Согласно этому принципу цель должна быть:

• Specific – конкретной. Конкретика означает, что результатом формулировки цели является ответ на вопрос: «Что сделать?». Варианты: «Чего добиться? Где? Когда? С кем? В каком объеме?» и т.д. В постановке цели не должно быть слов, не несущих смысловой нагрузки (оптимальный, достойный и т.п.), никаких расплывчатых и двусмысленных формулировок.

• Measurable – измеримой. Как ты узнаешь, что уже достиг своей цели? И в какой степени ты ее достиг? Если речь идет о количественной измеримости, нужно оперировать цифрами, если о качественной – к формулировке цели следует приложить задание. Если нет метрик, не всегда можно оценить результаты проделанной работы.

• Achievable – достижимой. Например, цель «стать профессионалом в хирургии за 3 месяца» едва ли достижима. В этом пункте важно трезво учесть профессиональные и личные качества, при этом можно себе ставить достаточно высокую «планку» и ориентироваться на напряженный ритм работы.

• Result-oriented – ориентированной на Результат. А не на процесс.

• Time-limited – ограниченной по времени.

Трактовки и вариации принципа SMART

Принцип SMART не является догматичным. В разных источниках встречаются разные расшифровки пяти пунктов этого принципа.

Например:

1. S – specific (конкретный)

2. М – measurable (измеримый)

3. А – attainable (достижимый)

4. R – realistic (реалистичный)

5. Т – timely (своевременный)

Формулировка цели

В формулировке цели важны следующие моменты: Позитив – формулировка через утверждение, а не отрицание. Смотри Позитивная формулировка цели Ответственность – формулировка, имеющая в виду только то, что зависит напрямую от вас, на что вы можете реально влиять. Конкретика – формулировка, дающая возможность четко определить, цель достигнута или нет. Конкретика в формулировке цели.

Мечта

Мечта – красивый образ желаемого, воодушевляющий ориентир для начала движения. Правильная мечта воплощается в путь и цели. Умение мечтать и воодушевлять себя мечтой к делу – прекрасно, а привычка к пустым мечтаниям, уводящим от жизни, – вредна. Мечта дарит воодушевление и мотивирует. Когда перед глазами правильная мечта – очень хочется поскорее ее воплотить в жизнь. Цель – это мечта с взятыми на себя обязательствами ее достичь. Итак, мы с вами определились, что мечтать не вредно, если мечта станет целью! Все, что вышесказанное, относится к классическому подходу постановки целей. Предлагаю делать еще один шаг в будущее.

Мы видим в мечтах свою цель и часто не задумываемся о том, что потом. Чтобы не было так: «А что потом? А потом суп с котом!» Обязательно более подробно, со всех сторон изучите свою цель, просмотрите, что будет при достижении цели.

ХАРАКТЕРИСТИКА ПОСТАНОВКИ ЦЕЛИ В КЛАССИЧЕСКОМ БИЗНЕСЕ

Человек имеет желание заняться бизнесом. Он понимает, что под лежачий камень вода не течет. Необходимо движение, действие. И человек действует. То, что он не надеется на кого-то, это хорошо, если это касается других людей. При этом, понимая, что он сам все сможет, и это хорошо, если это касается других людей. Рассчитывая только на свои силы, мы отделяем себя от всего мира, как льдинка, плавающая в воде и кричащая: «Я не вода, я – лед». При том, что льдинка не понимает и не ощущает себе единой с водой. Ей неведомо то, что она просто находится в другом состоянии. И следует солнечному лучику попасть на нее, как она тут же превратится в капельку той же воды. Так и человек ограничивает использование своих возможностей. Люди часто зажаты и закрыты миру, опасаясь того, что у них что-то могут забрать, украсть. Как Мир может что-то нам дать, если наши двери для него закрыты? Человек ставит перед собой цель, заведомо заниженную.

1. Конкретная. Человек четко знает, чего он желает. Знает, как он ее достигнет, и прикинул уже, что необходимо будет сделать, если что-то пойдет не так.

2. Достижимая. Человек знает, как он сможет достигнуть цели. Он формирует план действий, который позволит ему достичь цели в результате выполнения определенных этапов. Действия, которые кажутся ему реальными, он их уже совершал, имеет опыт. Последовательность этих действий складывается в этапы плана. Его Сознание знает, помнит этот опыт. Человек считает цель достижимой, опираясь только на свой опыт. Для человека реально то, что он может сделать исходя из возможностей, которые представляются ему на уровне его Сознания. Я знаю, на что я способен, значит, я это смогу сделать. Я знаю, на что я не способен, значит, я это не смогу сделать. Значит, я делаю то, что умею. Не делаю того, что не умею. Человек берет во внимание только свои возможности. Ограничение своих возможностей уровнем своего Сознания. Ограничение себя в достижении цели, только на основе собственного опыта. Опыт – отражение прошлого. Строим будущее, которое отражает наше прошлое.

3. Измеримая. Чтобы понять, что цель достигнута, необходимо её измерить. Чтобы измерить, необходимо иметь критерии оценки. Сумма денег измеряется денежными единицами. Продажи товаров – их количеством и т.д. Если нельзя измерить цель, нельзя понять, что ты её достиг.

4. Определенная по времени. Человек определяет: когда результат должен быть достигнут. Процесс должен быть завершен.

5. Обеспеченная ресурсами. Для достижения цели необходимо время, денежные средства и т.п. Человек определяет: за какое время он может достичь поставленной цели. Сколько ему потребуется времени, кого из друзей, знакомых или наемных работников он может привлечь к этому процессу, какие-то другие необходимые ресурсы и т.д. Все это происходит на уровне поиска необходимых ресурсов в материальном мире, который окружает человека.

Если при этом не хватает денег, нужно их брать в кредит либо начать заниматься перепродажей других товаров и услуг, получая при этом комиссионное вознаграждение. Малоэффективный и длительный труд. Брать в кредит – значит влезать в кабалу и уменьшать свой доход на сумму выплачиваемых процентов по кредиту. Опять снижать эффективность. Происходит ограничение возможностей. Уровень цели сводится к тому, какими ресурсами обладает человек. Получаю не то, что хочу, а то, на что хватает ресурсов.

Пройдя все этапы формирования плана действий (маркетингового плана, бизнес-плана) по достижению цели, человек приступает к его реализации. Делает первые шаги, преодолевает первые этапы и вдруг получает неожиданный результат. При своих расчетах что-то не учел или учел что-то не так. Понимает, что совершил ошибку. При этом затратил время, силы и другие ресурсы. Человек вносит изменения в свой план действий, с учетом полученного опыта. После того как план действий откорректирован, человек снова идет вперед. Он не знает: будут ли еще сбои на его пути. Человек смог предусмотреть то, о чем он знал или что мог предположить. И жизнь показывает, что есть много всего такого, о чем мы даже и не подозреваем, следовательно, не можем предположить.

Для того чтобы повысить свою эффективность, бизнесмен учится управлять своим временем, осваивает тайм-менеджмент. В результате он старается все везде успеть, никуда не опоздать, успеть отреагировать на все внешние ситуации, складывающиеся вокруг него и его бизнеса. Ситуации складываются так, что дела личные, семейные, дела бизнеса перемешиваются. Каждый день к вечеру мы устаем и ждем ночи отдохнуть. Всю неделю трудимся, чтобы дождаться выходного дня и отдохнуть. Весь год трудимся и ждем отпуска, чтобы отдохнуть 2-3 раза в год. Всю жизнь трудимся, чтобы достичь старости и наконец-то отдохнуть.

И таким образом проходит вся наша жизнь. Мы строим планы и думаем, что вот заработаю денег, тогда что-то куплю. Всю жизнь и зарабатываем и зарабатываем, а заработать не можем. А жизнь проходит, и мы, оглядываясь назад, видим, что толком-то ничего не заработали, и если заработали в материальном плане, то нет духовного удовлетворения. При этом, успокаивая себя, говорим: зато приобрели огромный опыт. Только куда его применить сейчас, не знаем. Зато начинаем вспоминать, какими мы были молодыми, сильными и здоровыми. Наша жизнь – это продолжение наших мыслей. Ждем чего-то в будущем – живем этим будущим, а жизнь проходит здесь и сейчас. Ведем себя в соответствии с тем, что происходит вокруг. Реагируем на ситуации и обстоятельства вокруг нас. Учимся управлять своим временем: модный сегодня тайм-менеджмент. Ищем пути выхода из сложившихся ситуаций. Находим и считаем себя героями. Происходит следующее: бытие вокруг нас формирует наше сознание, формирует мысли, действия и поступки в ответ на внешние воздействия и манипуляции социума. В этом случае человек живет не так, как хочет, а так, как отреагирует на создавшуюся вокруг него ситуацию. Всю жизнь человек увертывается, боится куда-то попасть (негативный случай), что-то потерять, куда-то опоздать и т.д. и т.п. И всю жизнь попадает, теряет, опаздывает. Чего боится, то и получает, то и притягивает. Что внутри, то и снаружи. Подобное к подобному. Получается: мною управляют внешние события, мною управляет работа, мною управляет бизнес, мною управляют… ВСЕ, КОМУ НЕ ЛЕНЬ! Человек склонен думать, что это судьба. Это крест, который он вынужден нести и несет. Это КАРМА! Куда от неё денешься! Если человек начинает бизнес, он сразу учитывает на рынке себе конкурентов в бизнесе. И предполагает, и изучает способы борьбы с ними, изучает опыт маркетинговых войн. Изучает искусство управленческой борьбы. Чего больше боимся, наполняя это переживаниями, эмоциями, прокручиванием предполагаемых нежелательных ситуаций, то и получаем в реальной жизни. Он это хочет, он это ожидает, он к этому готовится. Конечно же, пространство ему это обеспечит в полной мере. По закону Соответствия во Вселенной. Что внутри, то и снаружи. Когда в жизни и бизнесе складывается что-то не так, как хотелось, человек начинает расстраиваться, обижаться, злиться на кого-то. Подобное к подобному. Ситуация еще больше усугубляется. Если хочешь кого-то обмануть, «поиметь» – это значит: в лице этих людей ты пытаешься обмануть и поиметь весь мир, частью которого являются эти люди и ты сам. В ответ весь мир может «поиметь» тебя, что в жизни и происходит. Нам с вами следует жить более осознанно в этом мире, понимая все его тонкости.

Сила мысли

Мысль есть энергия, высшая сила, она – начало всему. Все начинается в форме мысли, и яркое глубокое желание – исходный пункт всех достижений. Каждая мысль есть творчество. Мысль магнетизирует и привлекает к вам внешние физические предметы, которые согласуются с природой ваших мыслей. В этом заключена великая истина, и если вы ее поймете, она откроет перед вами тайный доступ к знаниям. Вы станете хозяином своей жизни и капитаном своей души. Только вы контролируете свои мысли и с помощью их осуществляете задуманное вами. Точные мысли – это удача. Мысль – единственная сила, которая способна организовывать, накапливать и собирать факты и материалы в соответствии с определенным планом. Человек обладает возможностью трансформировать мысль в физическую реальность. Господствующее положение человека в мире есть прямой результат его мысли. И именно мысль вы должны использовать для достижения успеха.

Человек – генератор энергии. Используется Закон Вселенной «Принцип вибрации»: Ничто не покоится – все движется, вибрирует. Этот закон говорит о том, что ничего неподвижного нет. Если человек счастлив – в этом заслуга положительных вибраций. Мысли, в зависимости от вибраций, делают человека интеллигентным или безнравственным, радостным или несчастным. Подобное притягивает подобное (что внутри, то и снаружи). Существует много информации об энергиях ЗДОРОВЬЯ, УСПЕХА, ДЕНЕГ, ИЗОБИЛИЯ и т.п. На наших тренингах участники обучаются тому, как генерировать те или иные вибрации. Важно не только знать, важно уметь это делать. Соответственно, человек, изменив себя, изменяет ситуации и обстоятельства вокруг себя. Становится истинным мастером своей жизни во всех ее аспектах.

Энергия в этом Мире первична. Все есть энергия. Все изменения в энергетическом плане являются причиной для изменения в материальном мире.

БИЗНЕС + МЕТАФИЗИКА = МЕТАБИЗНЕС

Сейчас мы с вами проследим путь постановки и достижения цели, используя эффект синергии понимания и применения энергетических практик в нашей жизни. Человек имеет желание открыть бизнес, запустить новый проект или просто ставит очередную жизненную цель. При этом не ограничивая возможностей, а исходя из своего желания. Понимание того, что весь мир с ним, а сам человек с миром.

1 шаг. Постановка цели. 2 шаг. Анализ ситуации, в которой находится человек. Что у него есть для достижения цели. Что необходимо для достижения цели. Чего не хватает для достижения цели. 3 шаг. Формирование плана действий достижения цели.

1 шаг. Постановка цели.

Цель должна быть: – конкретной; – достижимой; – измеримой; – определенной по времени; – обеспеченной ресурсами.

При этом человек дожжен осознать, чего он хочет. Для чего ему это нужно. Что будет, когда он достигнет своей цели. Цель четкая, ясная и конкретная.

1. Конкретная. Человек знает, чего он желает достичь. Он живет в образе того, что цель уже достигнута. Живет в конкретном образе, оттачивая и шлифуя каждую деталь желаемого события. И постоянно повышая свой энергопотенциал через практику. Для человека реально то, что он может сделать исходя из возможностей, которые представляются ему на уровне его Сознания. Я знаю, на что я способен, значит, я это смогу сделать. Я знаю, на что я не способен, значит, я это не смогу сделать. Принимая во внимание следующее:

Я знаю, что я знаю. Я знаю, что я не знаю. Я не знаю, чего я еще не знаю. Я понимаю, что, используя только свои силы, на уровне своего Сознания ограничиваются мои возможности. Я знаю, что есть целый Мир, который меня окружает, часть которого являюсь и я. Еще древние жрецы говорили, что Вселенная – это Макрокосм, а Человек – это Микрокосм. Человек – уменьшенная проекция Вселенной. В нем есть все, что есть в этой Вселенной. Реальная цель, исходя из этого восприятия Мира и себя в нем, будет такой, которая может быть реализована, учитывая возможности целой Вселенной. В метабизнесе все «нереальное» становится реальным. Главное: не навреди ни себе, ни другим!

2. Достижимая. Я могу достичь всего, что захочу. Мои мысли высоко в небе (не ограничиваю себя), ноги крепко стоят на Земле (я не жду, я действую, абсолютная уверенность). Я знаю, что я знаю. Я знаю, что я не знаю. Я не знаю, чего я еще не знаю. Человек знает, как он сможет достигнуть цели. Он формирует план действий, который позволит ему достичь цели в результате выполнения определенных этапов. Действия, которые кажутся ему реальными, он их уже совершал, имеет опыт. Последовательность этих действий складывается в этапы плана. Когда человек осознает, что в этом Мире достижимо все, что он захочет, он достигает абсолютно всего, если он обладает целеустремленностью и волей к достижению цели. 3. Измеримая. Чтобы понять, что цель достигнута, необходимо её измерить. Чтобы измерить, необходимо иметь критерии оценки. Сумма денег измеряется денежными единицами.

Продажи товаров – их количеством и т.д. Либо исполняется желание в нашем материальном мире. Если нельзя измерить цель, нельзя понять, что ты её достиг.

3. Определенная по времени, значит, своевременная. Человек определяет: когда результат должен быть достигнут. Процесс должен быть завершен. Все мы видим линию горизонта, но еще никто там не был. При этом мы понимаем, что все получаем тогда, когда к этому готовы. По готовности нашей и результат. Своевременная – это еще и согласованная с обстоятельствами и ситуациями, в которых мы находимся.

4. Обеспеченная ресурсами. Ресурс, необходимый нам в данном случае, один – ЭНЕРГИЯ. Все в этом Мире есть энергия в разном её проявлении, состоянии. Мы – магнитики в этом мире, в котором есть абсолютно все. Насколько мы обладаем энергией – настолько мы обладаем магнитными свойствами – настолько мы получаем от этой жизни все, что имеем. Бог создал нас по образу и подобию своему – людей, обладающих жизненной силой, здоровьем, деньгами, успешных и богатых, живущих в процветании и изобилии, ЛЮБВИ И ГАРМОНИИ С СОБОЙ И ВСЕМ ОКРУЖАЮЩИМ МИРОМ.

В этом мире нам дано все – бери, сколько можешь. И каждый берет столько, сколько может, насколько у него хватает сил, ЭНЕРГИИ. Все, что мы имеем в этой жизни, – это эквивалент энергии в нас.

Соответственно, если хочешь получать больше – учись наполняться энергией. Если будешь строить свои планы исходя из «наличности в кармане», результат и будет эквивалентен этой «наличности в кармане». Если понимаешь единение с этим Миром, весь Мир поможет тебе в любом деле. Я ставлю цель, используя техники метабизнеса. Логически я просчитываю план действий, учитывая свой опыт, знания и желания. При этом понимаю, что цель поставлена выше, чем подсказывает логика. Потому что силы Вселенной велики, и находясь в процессе работы, постоянно совершенствуюсь, чтобы быть готовым принять результат. Абсолют, приняв наше желание на реализацию, сам найдет оптимальное решение вопроса. Моя задача – постоянно повышать уровень энергии в себе. Необходимо иметь должный уровень потенциала, чтобы быть способным принять желаемое. Чтобы мне что-то получить, мне это надо уже иметь. Я живу в состоянии, что цель достигнута. Пространство формирует обстоятельства вокруг меня, согласно тому состоянию, которое я удерживаю в себе, живу в этом состоянии. Чтобы кем-то стать, я должен им уже быть. Что внутри, то и снаружи. Подобное притягивает подобное. Я делаю то, что хочу. Я поступаю так, как я хочу. Мое сознание формирует мое бытие. Тогда по этим законам Вселенной я начинаю управлять своей реальностью. Я твердо верю, я твердо знаю, что будет только так, как хочу я. Значит, так и будет. Творец творит Мир через нас. Подобно нашему внутреннему состоянию притягиваются соответствующие мысли. Мы облекаем их в мыслеформу, голограмму, наполняем энергией и эмоциями. Они материализуются. Мы сотворцы этой Вселенной, этого мира. Прошлого уже нет, будущего еще нет. Я живу здесь и сейчас. Свой рай, свою сказку я формирую здесь и сейчас. Я живу в этой сказке. Мы рождены, чтобы сказку сделать былью. Творец дал нам для этого ВСЁ. Я живу и радуюсь. Во мне вибрации радости. И вокруг меня, соответственно, формируются радостные события. Живи и радуйся, радуйся и живи. Находясь в таком состоянии – постоянной подзарядке энергией, мне все по плечу. Я занимаюсь собой через энергопрактики. Исходя из того, что мы – магнитики в этой Вселенной, я занимаюсь тем, что постоянно усиливаю свой энергетический потенциал. Тем самым постоянно притягиваю то, что хочу. Тогда все ситуации вокруг меня происходят согласно моим желаниям.

Появляются нужные связи, необходимые суммы денег, во всех делах присутствуют удача и успех. Карма – закон Вселенной. Закон причины и следствия. Я могу корректировать свою карму сразу, как только я это осознал. Если в моей жизни возникают события, как следствия тех поступков, которые я совершил ранее (создал причину), значит, если я начинаю жить по Законам Вселенной – я получаю следствия очень даже благоприятные для меня. Классная жизнь начинается. Я опять творю свою жизнь, свой мир, свою судьбу, свою реальность в очень даже приглядном виде. Я стараюсь обрести силу, власть, могущество и управление над собой.

Когда я начинаю свой бизнес, я знаю, как все идет классно, отсутствуют конкуренты, я удовлетворяю своим товаром или услугой потребности потребителей. Они это принимают с радостью и благодарностью. Я творю бизнес в любви и страсти, радости и благодарности. По закону Соответствия Вселенной я получаю то, что даю этой Вселенной. Подобное к подобному. Что внутри, то и снаружи. В результате применения технологий Метабизнеса мы получаем: – очищение своей энергоинформационной структуры; – установку собственной энергетической защиты; – концентрацию внимания; – управление реальностью; – управление своим здоровьем; – управление эмоциями; – управление успехом и удачей; – развитие интуиции; – обретение могущества, богатства, целеустремленности; – развитие воли; – управление силой мысли; – техники искусства реализации желаний; – создание ситуаций и обстоятельств по собственному желанию; – развитие бизнеса; – умение строить свое счастье, личную жизнь; – учимся правильно ставить цели и достигать их.

Универсальная энергетика в руках человека

Все мы имеем желания: быть здоровыми и молодыми, успешными и богатыми. Нам хочется в этой жизни достичь всего, что хочется. Получаем же мы не всегда то, что задумывали, или не столько, сколько хотелось бы. Хотя каждому из нас дается одинаково, вот получаем мы ровно столько, насколько мы готовы к этому энергетически. Человека можно представить в виде магнита. Сколько магнитной силы в нем есть, столько он и притянет к себе. Рождаемся мы неиссякаемыми источниками энергии. У кого-то этой энергии больше, у кого-то меньше. Мы молоды, полны жизненных сил, готовы сворачивать горы. С возрастом силы наши иссякают и былая удаль куда-то девается. Причина одна – наш энергетический запас иссяк. Весь окружающий нас мир – энергия, проявленная в том или ином состоянии.

Энергия вокруг нас. Энергетическая система человека представляет собой энергетическую сеть, которая пронизывает человеческое тело. Эта сеть снабжает человеческое тело энергией, наполняет жизнью человеческий ум и обеспечивает энергетическую основу, на которой и построено человеческое тело. Это сложная сеть, по которой течет вся жизненная энергия. Энергетическая система человека – это цепь, по которой энергия циркулирует внутри нас. Эту энергию называют по-разному, например, Ци, Ки, биоэнергия или сила. Терминология различна для каждой культуры, традиции, учения, языка, но это лишь разные названия одной энергетической силы.

Выдающийся венгерский ученый Альберт Сент-Дьер писал, что жизнь представляет собой непрерывный процесс поглощения, преобразования и перемещения энергии различных видов и значений.

Если вы овладеваете энергией, вам будут подвластны силы гармонии, радости и любви, мы добиваемся успеха и удачи легко и без всяких усилий. Вы получите доступ к огромному количеству энергии, которая до этого растрачивалась попусту. Вы раскроете свой уникальный талант и достигнете гармонии в этой жизни.

Виктор Шлапак

Родился в Киеве, после школы служил в армии, работал на заводе, учился в университете (филфак, русская литература), работал преподавателем эстетики и русской литературы, писал и печатался, сейчас на пенсии. Член Союза Российских писателей, член Ассоциации украинских писателей, национального Союза журналистов, главный редактор международного литературно-художественного журнала «Ренессанс», директор издательства «Поэзия». Автор пяти романов, сборника пьес, рассказов, шести сборников поэзии, ряда книг публицистики.

Причины поражения… Победы

Заметки к Датам

Да, приближается и вот-вот приблизится, впрочем, как и пройдет, пролетит, промелькнет Дата… Но какая? Скажем, 66… 67… как-то не звучат, а если и упоминались, то тихо, так сказать: либерально, толерантно и, разумеется, демократично, этак рекламно – вскользь, беспарадно. И вот 70-летие, вот это да – круглая, крутая, креативная…

Победа? Да! Но над чем? Разумеется, над войной. Но какой? В каком смысле? Если по количеству – то тут ни один личильнык не справится, не подсчитает… Разве что по объему можно определить, типа: квартальные, скажем – югославская, сирийская… или даже однодневные, типа – 11 сентября, и, конечно же, мировая – тутечки аж дух захватывает…

И действительно, недавно всплыла дата – ес – 100 лет со дня рождения, понятное дело – войны – ну не мира же отмечать. Да и как отмечать дату: ОДНА секунда мира! Да и где, в какой книге рекордов записана эта дата? Нигде! И цэ правда – ни одной секунды без войн: то тут, то там вспыхивают: то с соседями, то с ближним, то с дальними… то с братьями то ли по крови, то ли по духу, а то с самим собой…

А это все-таки мировая, правда, еще скромная, всего – первая.

Прошли и тусовки по поводу – мундиры, лошадки, шаблюки, трехлинейки, обмотки… впрочем, не обошлось уже без гармат, и даже – подлодок, что они искали тамочки, под водой – это науке неизвестно, потому что поиски продолжаются, свидетельствующие о пытливых умах ПТУ-ученых, ну, как же: чем бы еще побряцать – поводороднее, поплачевнее…

Чем же она закончилась?

А закончилась она по скромным подсчетам – где-то около 10 миллионов жертв… Это было бы много, это было бы предельно, даже запредельно и беспредельно, если бы не (см. ниже)…

А успокоилась первая Октябрем. Казалось бы? Но не тут-то было: прошли какие-то там 20-24 секунды, да, да, но по часам истории, как грянула все та же – мировая, но уже следующая, посолиднее, все-таки вторая…

И вот 70-летие Победы!

И спрашивается у всех и каждого: да, Победа была, но почему через семь десятков лет, увы, тех же секунд, она закончилась войной? Войной, свидетельствующей и о сути побежденных, которые провозгласили себя победителями, даже героями, и о… победителях, которые терпят поражение – ведь война идет и, как оказывается, не закончилась и до празднования нет оснований… Что же делать? Неужели острить булыжники, копья, стрелы, ружья, гранаты, бомбы или надо наконец-то понять, узнать так и не познанные, не узнанные за тысячелетия иснування – существования людства причины войн, чтобы сказать всем и каждому ЧТО ДЕЛАТЬ, чтобы остановить это безумие, а война идет и сейчас, красуется… Ведь не назвать же ее у м и е м, чего в ней нет и не наблюдается, а точнее, что уничтожается ею без суда и следствия, стараясь скрыть эти Причины…

Вот чем мы и займемся – раскроем их!

Следует оговориться – в заметках не будет названо ни одного ни исторического, ни современного лица – они и все, и везде, и всегда похожи, как две капли и воды, и слез, да и время не стоит терять – пора решать проблему, а не выяснять отношения.

Названная и определенная нами Проблема – одна, но несет в себе, состоит из десятков-сотен тем, подтем, конгрессов, бундестагов, дум, рад, форумов, саммитов, фондов, грантов, которые размывают, забивают, забалтывают Причины, чтобы уйти от решения проблемы… И даже слово, которое их сразу освещает, стараются не произносить, что мы и сделаем. И это слово есть Жизнь.

Вот мы и рассмотрим данную проблему – причины с точки зрения жизни, взятой в ее простых проявлениях – дышание, еда, работа, учеба, любовь, мир…

Давно замечено, знаемо, что жизнь как целое существует и проявляется в двух измерениях, но становится возможна только в выборе одной из частей: да – нет: или ты говоришь жизни – да, или она тебе скажет сама – нет, если ты или не учишься, или не хочешь учиться, чтобы сделать свой выбор между: добро – зло, правда – ложь, любовь – ненависть, знание – невежество, коммунизм (социализм) – капитализм, народ – власть, мир – война…

И теперь вернемся к изучению этой проблемы, да, исторической, да, глобальной, да, многогранной, но нам хватит и трех Дат, чтобы понять и выяснить общую суть и наконец-то принять конкретное, напомним, жизненное решение, то есть, сделать выбор, отелиться, снестись и сказать, пусть промычать, даже можно промолчать, но только из двух выбрать одно слово – решение, ведущих к или Победе, или к сдаче ее…

Итак, три даты: 1933 – 1991 – 2015…

Но какие? – почти начало и конец века, эпохи и даже начало очередного тысячелетия.

20-40 (1933) годы – это время осмысления результатов, казалось бы, Первой мировой войны, а ля – бойни, которая резко обострила отношения между народом и властью, перед которыми встала главная проблема выбора пути развития – существования: коммунизм (социализм) – капитализм, который и разделил общество на левых и правых, в соответствии их оценок всего происходящего: добро – зло. И получалось, как ни крути-верти: капитализм, порождающий войны, – зло, а коммунизм (социализм), борющийся за мир, – добро!

Так что же еще надо?

Чтобы начать поиск и без того ясных ответов, и давно, надо разобраться в смыслах названных вышеперечисленных парочек, пусть не всех, но главных. Что такое народ – это основная масса людей, которая может или не может, которая осуществляет или не осуществляет свой выбор пути развития или неразвития в зависимости от своего знания или невежества, что такое добро – зло, чтобы принять соответствующее решение и сказать да или нет войне или миру…

А что такое власть – это небольшая часть вышеупомянутой массы, определяющая или не определяющая те же самые оценки. Но в основном, если говорить проще и народнее, власть – это корыто, или бабло, из-за контроля над которым, распределения, и разгораются все эти сыр-боры войн. И на деле, все упомянутое, осуществляют или не осуществляют – левые или правые… Да, левые – это сторонники коммунизма, пока в смысле его начальной стадии – социализма, как идеи равноправия при черпании из того самого корыта, но для всех и каждого. Правые – это сторонники капитализма как идеи черпания из оного корыта исключительно дорвавшихся к нему, но черпания ими же как за всех и каждого…

Итак, как говорится, – суду все ясно: левые и правые – их идеи и цели противоположны и даже взаимоисключающиеся: социализм – капитализм, равенство – тирания…

Вот если бы все так и оставалось, оставалась бы та ясность, что жизнь – это победа добра. Да, зло существует, но только в начале жизни всех и каждого, в начале их образования, – ведь только знания могут открыть смысл и условия существования жизни… И вдруг, на тебе, – войны, войны…

И что же мы замечаем в стане правых?

Напомним об их сутях-корнях и о тех словах, которые эти сути-корни выражают: капитализм и еще раз капитализм как преемник и продолжатель – рабства, разного рода тираний, инквизиций и – не забыть бы – о, империализм, так сказать последняя стадии капитализма, но уже загнивающаяся, это по теории, а в жизни – он цветет и пахнет, он весь – в коронах, в креслах, в народах, в бабле, в войнах, на экранах и в победителях, короче – в шоколаде.

И еще, что мы замечаем, что мы не заметили ни в одной из его организаций ни одного слова, которое бы обозначало и выражало его

суть – смысл: ну где вы видели или слышали о существовании, скажем, – капиталистическая партия, буржуазная, и чего доброго – самая передовая, добрейшая из добрейших, безофшорная, бескорыстная партия империалистов… А вместо этого читаем: либеральная, консервативная, республиканская, патриотическая, националистическая, радикальная… и, разумеется – демократическая, с их заверениями, обицянками-цецянками рая, с гречкой и прочей зеленью, напоминающая скорее всего уже упомянутые шкурки овец, кое-где прикрывающие волчьи зубки…

А что происходит в стане левых?

Чтобы ответить на этот вопрос, да и вообще на любой, надо прежде всего понять суть данного явления, а потом анализировать соответствие или несоответствие разрекламируемой ими сути на словах о корыте с их же поступками, действиями, когда они дорвутся тудема…

Вот и вернемся к всего лишь упомянутым, но еще не исследуемым ключевым датам:

1933 – 1991 – 2015…

Эти даты есть и фактами, свидетельствующие о проявлениях или прикрытиях сути…

Итак, 20-40 годы XX столетия отмечаются ростом левых после победы Октября как примера воплощения теории коммунизма (социализма) в практику… Казалось бы – до победы социализма как первой стадии подать рукой, тем более, что на их фоне становилась все яснее суть, увы, и еще каких – зубок правых… И вот вся эта кавалькада левых и правых двигается на выборы… И надо признать выборы как этап, отражающий имеющийся уровень знаний народов о сутях левых и правых в их движении к миру или войне…

И начнем по порядку: 1933 – к власти приходят правые под именем националы, правда, заметим – победы могло и не быть, если бы не левый довесок в названии – социалистическая, напомним, как о всего-то накидке из шкурки овечки, но что сработало, о чем свидетельствуют 80% голосов за, позднее обернувшиеся в 50 миллионов жертв…

И спрашивается – а почему такое произошло, где же в это время жили-были левые, что делали или не делали, чтобы допустить очередную бойню?

Но пришла Победа со слезами на глазах над новой цифирью жертв, с приговором – наказанием конкретных преступников Коалицией, тут же распавшейся и разошедшейся по своим правым и левым квартирам, а в них, напомним, – по своим корытам, с заборами, со стенами, с проволоками… и пошло-поехало к подготовке и проведению в 91 году очередной Тайной вечери конгрессами, радами, думами правых сил с их толпами, ватагами, оравами оправевших, то бишь – олэвэвших…

С правыми все ясно, а что же произошло и происходит как тогда, так и сейчас с левыми?

Вот мы и подошли к Дате, подошли к ответам на вопросы, к ответам за содеянное…

91 год – распад СССР, казалось бы несокрушимого оплота левых, тем более выразивших свои идеи не в теориях, а на практике двух побед 1917 – 1945 годов, преподнося себя как преемник и продолжатель идей эпох Просвещения, Декабристов, Коммуны…

И на тебе – 33 год – победа правых, достигнутая по все еще не названным причинам, но, увы, так напомнивший и повторившийся в 91 году, впрочем, оба этих цвая берут свои начала еще в до наших эрах и продолжившихся в последующие эпохи и тысячелетия, почему-то названных новыми с их старыми замашками, задвигами, проявившихся в самых крутых датах и вот оживших, созревших и выдавших на-гора свой продукт аж в 2015…

И как и давным-давно тогда, так и сейчас черт знает что происходит: одни радуются, другие плачут, третьи не знают – радоваться им или плакать, четвертые-пятые плачут, когда надо радоваться, а десятые-миллионные радуются, когда надо плакать… А ведь война продолжается, продолжаются и жертвы, жертвы… И по-прежнему ни одного слова о причинах и побед, и поражений, и – дожили – о причинах поражения… побед.

Так что же с левыми? И вот в этом стыке двух лагерей, обнаживших, открывших свои сути, попытаемся подвести давно известные итоги, но с оценками и идеям, и партиям, и лидерам.

Итак, заглянем в стан левых, когда он был еще в своем чистом, советском виде, без всяких привесок, приколов, вывертов правых.

Так что же произошло с идеей? А мы знаем, или должны, знать, что, если оставаться верным ей, то нас ожидают только победы, и факт говорит сам за себя – 1917, 1945, то есть с идеей ничего не случилось и случиться не могло. Но как же объяснить развал социалистической страны? Увы, развалилась не социалистическая идея, а страна, которая стала строить социализм несоциалистическами методами, то бишь, увы, правыми, с их небольшими кучками – номенклатурами, ведущими все те же войны и холодные, и горячие, все за то же бабло – власть, все только для тех же правых или оправевших групп, но все под теми же левыми лозунгами и гаслами, напомним, представляющие для них все те же шкурки овечек… Ведь в ряде других стран эта идея победила и живет, благодаря исправлению допущенных просчетов и в теории, и в практике …

А что произошло с левыми партиями?

Начиная с 1924 по 1991 мы замечаем, как одно целое понятие раскалывается, распадается на части, кусочки: идея – партия – власть – лидер. Служение идее подменяется служение лидеру, возглавившему партию и получившему власть. И этот процесс распада, разъединенности левых движется к своему логическому завершению – предательству и все за те же элементарные бабки… – это и есть одна из главных причин побед правых, причин поражений левых… Эту ситуацию в стане левых образно выразил лучше и глубже всех величайший поэт тогдашней эпохи, которая и привела его к самоубийству, выразил всего в одной строчке : «когда все вокруг мерзавцы», рассекреченной буквально только вчера, после 85 лет трагического выстрела…

Что касается их лидеров – тут происходят аналогичные процессы вышеперечисленных абсурдов; идет развитие наоборот: от личности, от которой всегда стараются избавиться за ее верность идее, до раскрутки особей, с их культами правых бабок и власти под левыми лозунгами и гаслами, под которыми доходят порой до резни за власть и бабки… и без единого слова раскаяния, покаяния за содеянное, за продолжение оного… И надо отметить, увы, отсутствие раскаяния – это так же одна из причин поражения современных левых..

И как результат – наступил, пришел 2015 год как квинтэссенция всех парадоксов, абсурдов и побед, и поражений, как последний, итоговый год всех предыдущих старо-новых эр, эпох, тысячелетий всех времен и всех народов и в то же самое время обычный следующий год… Так какой же?

С одной стороны – победа правых сил в третьей мировой холодной войне и как следствия с последствиями – новейшая война, с иголочки…

С другой – дата 70-летия Победы, символ правоты левых сил, но терпящих поражения от тех, кого они победили и, увы и ах, от раскола в собственных рядах, потоки, потопы предательств, напомним, все за те же бабки…

Неужели ничего нового под луной? И сколько вся эта квинтэссенция будет длиться?

И неужели мы опять, и который раз, остались у разбитого корыта, разбитого нами же?! то есть и всеми – и толпой, и каждым присоединившимся к ней! И мы уже не можем хотя бы не догадаться, что наши действия, наш выбор зависит от уровня знаний, которыми мы обладаем или не обладаем, которые мы хотим или не хотим получать, которые нам дают или не дают…

И вот пришло время переходить от наводнений новостей, фактов, событий, вестей к выводам, оценкам, чтобы наконец-то назвать все и вся своими именами: зло по делам его назвать злом, добро – добром, мир – миром, а не войной… Эти оценки помогут каждому и всем перейти к соответствующим действиям, поступкам, в которых четко должны проявиться наши знания – куда бежать, за кем, почему… и сколько можно – за войнами, правда, с бабками…

На данный этап развития человека на земле выделим из многочисленных дел только несколько задач, но определяющих вектор движения каждого и всех, напомним – к миру, о котором надо не говорить, а исполнять:

Объявить в каждой стране о созыве съезда всех левых сил под любыми названиями, но которые объединяются в одну партию под одним название – ОБЪЕДИНЕННАЯ ПАРТИЯ ЛЕВЫХ, которая выражает одну идею как идею всех и каждого, идею мира и добра. На этом съезде избирается Совет, который и осуществляет все практические действия по выдвижению на выборы этой ОБЪЕДИНЕННОЙ партии в разные там конгрессы – бундестаги – рад думы и прочие правительства и своего представителя на выборы президентов…

Идя на любые выборы любой – каждый человек в любой другой стране должен знать, что любые другие названия любых других партий, повторим и напомним – служат всего лишь шкуркой, прикрывающей их узкие интересы в борьбе не за интересы всех и каждого, а за свои – партейные, номенклатурные, культовые, а в основном – зарубим на носу – за корыто, бабло… и поэтому он, любой и каждый, должен, чтобы наконец прекратить все войны – зло, отдать свой голос за ОБЪЕДИНЕННУЮ ПАРТИЮ ЛЕВЫХ – слово ОБЪЕДИНЕННАЯ должно стать сигналом, рефлексом, позывом, призывом, верой, надеждой, любовью для всех жаждущих мира и добра.

Вынуждены огласить и этот пункт, который просто поможет в исполнение двух первых, потому что он внесет лепту в раскрытии смысла знаний, о чем лучше и глубже всех высказался все тот же народ – человека надо учить, когда он лежит поперек кровати, а вот когда он ляжет вдоль – ему уже не до учебы, тут он и начинает путаться между гаслами и идеями. Так как же его учить? На этот вопрос каждый родитель может получить ответ, заказав и прочитав педагогическую эпопею «МОЙ ВНУК – АМЕРИКАНЕЦ», идея которой и заключается в том, чтобы показать как из маугли (то есть те, которые продают свой голос за тридцатку), которыми рождаются все люди, воспитать Человека (то есть того, который отдает голос за мир и добро). Для этого надо просто перечислить 30 долларов на имя автора книги, а он есть и автор этой статьи, по системе переводов Вестерн Юнион, в стоимость книги входит и стоимость пересылка заказчику.

А что с Победой? К сожалению, победа стала уже памятной датой, которую можно признавать, можно уже отрицать по причине воспевание не победителей, а побежденных, которые не только затеяли ее, но и ведут сейчас, продолжают новую… А вот 70-летие, как кость в горле, напоминающая побежденным об их поражении, но должна напомнить и победителям, что и после парада они, как и когда-то, так и сегодня должны идти на выборы, как в бой, все вместе, каолицией, а иначе их ждет поражение… ведь война идет и еще не закончилась, и она идет не на Украине, Сирии и прочих.., а она идет на земле и ведут ее не наты-штаты-цитаты, а кто? Ведь люди не воюют, тем более против людей, а воюют… Да, она ожила и на реальных полях сражений, но в основном она проходит на полях сражений за знания, да, да, за знания тех самых причин, которые помогут вынести оценки и принять решения – кто же сеет зло и за кого ты отдал свой голос – и смотри в оба, чтобы не вышло так, что в гибели собственных детей, соседей, стран и народов, культуры ты не оказался в числе виновных то ли в победе, то ли в поражении… Если что-то осталось так и непонятым для всех и каждого, надо просто вернуться к двум пунктам и выполнять их неукоснительно, чтобы не просто отметить дату, а стать ее непосредственным участником, творцом, творцом добра и мира, а не войны, которая идет сейчас и в развязывании которой виновен и все, и каждый…

Ирина Эйр

Эксперт по астрологии (новейшая космическая психология, метод «Формула души»), организации личных, деловых процессов и профориентации. Мастер делового администрирования (MBA), сертифицированный тренер школы астрологии «Русские волхвы». Основатель методики «Самоопределение при помощи астрологии». Член правления Интернационального Союза писателей, прозаик, поэт, публицист. Кавалер медалей ЮНЕСКО им. Адама Мицкевича и Министерства культуры РФ «200 лет М.Ю. Лермонтова». www.lrinaAir.ru;www.AstroCoach.ru.

Звездная формула писателя

Пускай живешь ты дворником – родишься вновь прорабом,

А после из прораба до министра дорастешь.

Но если туп как дерево – родишься баобабом,

И будешь баобабом тыщу лет, пока помрешь.

В. Высоцкий

Эта шуточная песенка даёт некоторое представление о том, как надо жить, чтобы душа вселилась в того, в кого надо. Ну, или, по крайней мере, чего следует избегать, чтобы не одеревенеть на века. Шутки шутками, а ведь действительно многие религии и учения говорят о том, что в каждой следующей жизни душа решает задачи, перенесённые из прошлого, и выбирает себе место, семью и род занятий, основываясь на своём предыдущем воплощении. Автор данной статьи поддерживает данное мнение, поэтому дальнейшее исследование базируется на этом допущении.

Владимир Высоцкий, как известно, всю жизнь работал со словом. Он был отличным актёром, писателем и поэтом. Многие его почитали, пели его песни, следовали манере в одежде или копировали голос. Некоторые пытались подражать в своём творчестве. Только никому не удавалось достигнуть его высот в мелодии слога, силе и точности мысли, энергии голоса. Получается, что просто хорошо писать, быть трудолюбивым и обаятельным человеком недостаточно для всенародного признания. Получается, что требуется что-то ещё, чтобы влиять на души людей, менять мировоззрение или хотя бы настроение, заставляя пускаться в пляс от счастья, грустить или размышлять.

Так как же нужно прожить, чтобы душа вселилась в писателя? И какими качествами необходимо обладать писателю, чтобы стать по-настоящему великим и признанным во всём мире? Эти вопросы, думаю, интересуют всех, кто задумывался над феноменом гениальности в этой профессии. Попробуем вместе разгадать загадку при помощи астропсихологии и методики «Формула души» (А. Астрогор).

Для начала несколько слов о методе. Формула души складывается исходя из расположения и характера планет в момент рождения. Формула статична и неизменна. Она указывает на основные способности, таланты, угрозы и предостережения. С точки зрения эзотерики, формула является отражением опыта прошлых жизней и тех задач, что душа взяла на отработку из прошлого или поставила перед собой в этой жизни. Планеты помогают астрологам понять состав этого «багажа». В общем итоге формула отражает суть человека, помогает лучше познакомиться с собой, понять свою миссию, принять, полюбить себя как есть. Ведь все цели и задачи – это осознанный выбор души для того, чтобы совершенствовать себя и быть счастливым. Очень важным понятием в формуле является центр. Планеты в центре указывают на основные характеристики и цели души – её миссию. В дальнейшем мы будем говорить о планетах в центре формулы известных писателей, которые уже ушли из жизни, также прозвучат советы для ныне здравствующих.

Всё мирозданье в себя вобрали,

Много красных узлов завязали.

Проанализировав большое количество формул, можно сделать вывод о том, что у великих писателей обязательно несколько планет в центре или несколько центров. Учитывая то, что каждая планета имеет свой характер и отвечает за определённую область мироздания, возникает ощущение, что писатели сквозь многие жизни вобрали в себя все знания или просто имеют к ним доступ. Для того чтобы читатель поверил всем сердцем и по-настоящему, автору недостаточно читать или слышать про тайны космоса, неведомые страны, тонкости души или силы Вселенной, важно иметь эти знания в себе, в своей крови и плоти, в своём центре.

В формуле Владимира Высоцкого и Михаила Шолохова из десяти планет восемь находятся в центре. У Гёте, Дюма, Хемингуэя и Лермонтова в центре шесть планет, у Льва Толстого, Достоевского и Андерсена – пять; у Пушкина, Льюиса Кэрролла, Агаты Кристи, Гюго и Маяковского – четыре; у Жюля Верна, Булгакова, Сервантеса – три планеты. Души этих людей имеют реальный многогранный опыт, которым они делились на страницах книг.

Как же быть с писателями-фантастами? – вероятно, спросите вы. Неужели они действительно бывали на других планетах, в сказочных мирах или были свидетелями иного хода истории? Отвечу. Во-первых, вполне может быть, что это так. Ведь мы не можем знать наших прошлых воплощений. Нашему земному разуму не дано полноценно исследовать другие галактики или параллельные измерения. Так в этом случае почему бы сказочникам и фантастам не быть свидетелями иного рода цивилизаций? Может быть, их душа скучает по волшебству, вампирам, магии и драконам, оттого и появилось желание поделиться этой информацией. Есть, конечно же, и «во-вторых», но об этом позже. А сейчас давайте по порядку.

Если проанализировать общий вид формул писателей, то сразу обращаешь внимание на обилие красного цвета. Красные значки-планеты выглядят будто раны или тревожные огоньки на карте жизни человека. Не надо знать методологию, чтобы это почувствовать. К тому же из многих источников известно, что жизнь большинства писателей проходила в борьбе с собой, с обществом за любовь, свободу, равенство, признание и так далее. Многие судьбы складывались трагично.

В астрологии красным обозначаются ретроградные планеты. Ретроградность означает отклонение от нормального образа вращения планеты. А. Астрогор писал: «Ретро – это то, что в прошлой жизни не стало опытом, а было лишь страданием; это то, что мы творим не ведая. Поэтому человек – должник сам перед собой, перед людьми, Богом и природой. Всю жизнь ему придётся развязывать узелки своих проблем, а каждая планета даст свои тяжёлые вибрации, которые потребуют большой духовной работы». В жизни ретроградность проявляется как барьеры, причина которых недоступна; как кровоточащие раны на душе; как необъяснимое недовольство собой или жизнью; как постоянное стремление к борьбе или преодолению себя. При этом задача каждого – вырасти над собой, преодолеть препятствия и развязать эти кармические узелки. Если же поддаться агрессии или унынию, то узелки затянутся ещё туже, что сделает эту и следующую жизни ещё тяжелее.

Разрешая конфликты своих героев, писатели стремились решить, в первую очередь, свои конфликты. Именно поэтому гениальные истории кажутся правдивыми и заставляют читателя сопереживать. Все ситуации и возникающие при этом чувства – это реальный опыт писателя, который порой является неосознанным конфликтом из прошлой жизни. Потому истории кажутся нам живыми. Для того чтобы развязать кармический узел, проблему необходимо пережить ещё раз и осознанно сделать выбор в пользу духовного роста. При этом самым экологичным способом является переживание событий на страницах своих книг. Ведь в жизни всё гораздо сложнее. Так мы можем заметить, что некоторые авторы вместе со своими героями преодолевают страх или борются за любовь, или отстаивают нравственные принципы, или пытаются заключить мир с собой. Таким образом, энергия, направленная на разрешение конфликта, преумножается. Во-первых, автор сам всё осознанно переживает, а во-вторых, – огромное количество читателей направляет все свои мысли и чувства на то, чтобы конфликт разрешился и произошёл катарсис. При этом очищение испытывают все: и писатель, и читатели.

Очень мудро к разрешению своего конфликта отнёсся Антуан де Сент-Экзюпери. Он обращался к человеку со словами: «Ты мне нужен, если выстроил себя как крепость, если внутри тебя я чувствую плотную сердцевину», «Я хочу от тебя той душевной устойчивости, которая свидетельствует об основательности наработанной тобой души». Для писателя самой главной целью было «сбыться», то есть преодолеть все преграды и обрести внутреннюю свободу поступать по велению сердца, обрести твёрдую почву под ногами, отказавшись от условностей и программ общества. Это уже совершенно другой уровень энергии и жизни соответственно, которого можно достичь только развязав кармические узлы и реализовав созидательную миссию ретроградных планет.

Ретроградность означает всегда вызов, испытания, постоянный нравственный выбор и физическое усилие и упорство. Именно этот опыт писателя и придаёт вечную ценность его произведениям. История, пропитанная серьёзной внутренней работой автора, навсегда остаётся в нашем сознании и в мировой литературе, потому что там есть правда и глубина.

Ретроградность, безусловно, усложняет жизнь. Но, движимый внутренним порывом во что бы то ни стало преодолеть все барьеры, у писателя есть шанс «сбыться», в случае, если он сумеет сохранить внутренний стержень, благодарность и любовь ко всему живому в сердце. А вместе с писателем «сбывается» и читатель.

Лёгкий, светлый, вечно молодой,

Проводник доброй воли меж небом и землёй…

Опыта и внутренней работы, как вы понимаете, недостаточно, в писательском ремесле важно ещё уметь донести информацию, да так, чтобы заставить вибрировать нужную струну в душе человека. Основной планетой писателя является Меркурий. Именно она определяет физическую возможность получать информацию и делиться ей при помощи слова. Более того, у большинства людей с Меркурием в центре желание писать или говорить является прямо-таки витальной потребностью. Про таких людей можно сказать, что они сыты не хлебом единым, но красноречивым словом, колким афоризмом или метким и уместным анекдотом. У всех перечисленных выше писателей и многих других Меркурий находится в центре и обладает большой силой.

На схеме эта планета напоминает человечка с рожками-антеннами. Это изображение не случайно, ведь Меркурий – проводник информации между космосом и землёй. Антенны помогают настроиться на нужную передачу и подключиться к определённой области знания, а крест соединяет с землёй.

Согласно древнегреческой мифологии Меркурий (Гермес), сын Зевса, был вестником олимпийских богов, посредником между богами и людьми и покровителем путешествий. Таким образом, люди с этой планетой в центре получают информацию напрямую из космоса. Они знают ответ на любой вопрос, причём не всегда осознавая, откуда.

Для Меркурия также важно постоянное движение: духовное и интеллектуальное развитие и путешествия. Эта планета указывает и на способности к иностранным языкам, что необходимо для того, чтобы общаться и нести информацию как можно большему количеству людей на планете. Это качество хорошо иллюстрирует Дж. Толкин, который помимо того, что владел десятью иностранными языками, ещё и придумывал собственные. О его формуле поговорим чуть ниже.

Всем, кто стремится преуспеть в писательской профессии, важно понять, что Меркурий не рождён для себя, но для бескорыстного служения людям. При этом миссия или контракт души, если хотите, – делиться знаниями, быть лёгким и для всех другом, не ожидая ничего взамен.

Очень хорошо характер этой планеты реализован Львом Николаевичем Толстым. Меркурий является основной планетой в его формуле, что и объясняет его непрерывное рвение к образованию, глубочайшее стремление заниматься просветительской деятельностью, переосмыслением религии и обучением безграмотных и бедных.

Меркурий также является хорошим руководителем. Он чувствует поведение коллектива на расстоянии и может его грамотно направить, вне зависимости от его численности. Эта способность хорошо читается в масштабных романах Толстого. В то время, когда читатель теряется в количестве действующих лиц и событий, автор мастерски управляет всем происходящим, исходя из своего верховного замысла. Кроме того, следует отметить поистине меркурианскую любовь к письменности, к языку, к слову, как к ремеслу. Лев Николаевич любил просто писать, как вид деятельности, как образ жизни или переживания своих замыслов, чувств и идей. Он переписывал свои многотомные произведения несколько раз, добиваясь филигранности техники выражения, а также стремясь к идеалу поведения героев.

Владение словом – это дар, который дан, чтобы нести «благую весть». За неверное применение надо держать ответ. Это важно. Как только у Меркурия появляется зависть, корысть или дурное намерение, его слово начинает «затухать». Оно становится колким, едким и солёным, отчего у самого автора откладывается соль в суставах. Кроме этого, поскольку стихия Меркурия – воздух, то вокруг «дурного слова» начинает портиться атмосфера, отчего он теряет друзей и близких. В самом худшем случае это может закончиться болезнью лёгких, удушьем или иной скоропостижной гибелью для самого автора. А дальше всё по песенке – родишься баобабом – это своего рода епитимья молчания на века. На всякий случай стоит отметить, что это метафора.

Финал жизни многих известных писателей хороший пример тому, как Меркурий несёт ответ за дурное использование своего дара. Михаил Юрьевич Лермонтов был убит в юном возрасте за колкость речи, гордыню и презрительное отношение к людям. Писатель глазами своих героев видел мир мелочным и жалким, а землю «грешной» и «ничтожной», платя той же монетой в своих эпиграммах и колкостях. Этим он и нарушил миссию дара Меркурия. Подобная участь постигла и Александра Сергеевича Пушкина, который отличался непростым характером и не упускал возможности для ссоры, особенно в юные годы. Сергей Есенин умер чисто меркурианским способом – перекрыв себе воздух.

Влекомые силой дивною, склоним пред тобою головы.

От тьмы спасайся молитвою, водою, тобой заговоренной.

Кроме Меркурия характер жизни и творчества и Лермонтова, и Есенина определяет Плутон ретроградный. Эта трансурановая планета обладает сильнейшей энергетикой воздействия на массы людей. Её сила приковывает к себе и завораживает. Плутон указывает на широту души и на здоровые амбиции. У него нет руководителей, он сам всеми руководит. Планета изображается в виде креста (связь земли и неба), который держит полукругом круг (сознание). Самые влиятельные и мощные люди имеют Плутон или Солнце в центре формулы. Плутон по силе влияния равен Солнцу, источнику энергии и света для всей Вселенной.

Человеку с Плутоном в центре дано творить историю, управлять армией и вести людей за собой к светлому будущему. В солнечной системе эта планета самая маленькая и расположена дальше всех от центра, из-за чего и была изгнана из парада планет. Это изгнание и порождает наклонность проявлять свои мощнейшие разрушительные качества в случае, если замечает несправедливость. Плутон замечает всё. Сразу заметим сходство с «изгнанником» Лермонтовым. В формуле писателя Плутон ретроградный, указывает на то, что сила власти планеты была использована с корыстными и разрушительными целями в прошлой жизни. В этой жизни великий вождь Плутон перевоплотился в Аида – бога потустороннего мира. Он склоняет к гордыне, презрению, недоверию, мыслям о смерти и саморазрушению. Человек с Плутоном-ретро в центре видит во всём подвох, никому не доверяет, чувствует себя одиноким и изгнанным, подмечает все недостатки. Он может подсознательно стремиться покончить с собой. Именно эти наклонности и погубили Лермонтова, который, будто специально, заигрывал колкими фразами с читателями и властью и подначивал Мартынова вызвать его на дуэль.

Плутон ретроградный также находится в центре формулы Владимира Высоцкого, отсюда его пристрастие к алкоголю и наркотикам – разрушение сознания. Депрессивные настроения работ Фёдора Михайловича Достоевского также объясняет наличие Плутона ретроградного в центре формулы. Александр Дюма, Сергей Есенин, Александр Пушкин, Михаил Шолохов, Мигель де Сервантес, Агата Кристи и многие другие также чувствовали в себе характер этой

планеты, а мы сопереживали, погружались в грустные думы или даже страдали вместе с героями их книг.

Что же делать? – вероятно, спросите вы. Неужели человек с Плутоном ретроградным обречён на вечные страдания, которые превращаются в затяжное самоубийство, если смерть не пришла извне? Нет, друзья, ни в коем случае. Плутон трансформирует человека в иное качество, в случае, если он развивается духовно. Важно всегда иметь молитву в сердце и подмечать во всём положительное, относясь с благодарностью даже к тому, что принято считать неудачей или несправедливостью. Всё справедливо. Как известно, любое событие нейтрально, и лишь мы окрашиваем его в тёмные или светлые краски. Задача Плутона видеть свет там, где не видят другие, и нести этот свет в массы, пользуясь своей необъятной силой – это и есть миссия души. Дар огромен, миссия сложна, отсюда и спрос больше, чем с остальных.

Прекрасными примерами такого служения свету являются Михаил Ломоносов и Иоганн Гёте, которые всю жизнь посвятили любимому делу, были им увлечены до глубины души, при этом отличались скромностью и добродушием. К.Н. Батюшков очень точно описал созидательные свойства Плутона в характере Ломоносова: «Без сомнения, по стихам и прозе Ломоносова мы можем заключить, что он имел возвышенную душу, ясный и проницательный ум, характер необыкновенно предприимчивый и сильный». Те же качества были присущи и Гёте. Хотя влияние Плутона отчётливо читается в его «Фаусте», близкие писателя отзывались о нём, как о доброжелательном, благородном и широкой души человеке.

Вот мы и дошли до «во-вторых» про фантастов. Плутон и иные трансурановые планеты наделяют человека способностями и желанием смотреть за рамки видимого, исследовать космос, заниматься научными и эзотерическими исследованиями, изучать неизведанные области мироздания. Плутон, как уже было сказано, самая далёкая планета. Она может принимать информацию дальних галактик, параллельных миров, а также чувствовать и транслировать энергии тёмного космоса. Очень хорошо проигрывается эта планета в формуле Джона Толкина, отца современного фэнтези, который искусно изобретал новые миры. Вот вам и загадка: являются ли мифы и легенды таинственного Средиземья лишь выдумкой писателя или же этот мир он увидел в реальности зоркими глазами Плутона?

Ты обитаешь на глубине, чужда поверхности рябь или гладь.

Можешь увлечь потоком своим иль навсегда в пучине пропасть.

Существует ещё одна трансурановая планета, которая указывает на способности улавливать запредельное, только теперь оно касается не внешнего мира, а внутреннего – понимания психики человека. Прошу знакомиться – Нептун. Эта планета определяет дар великого писателя чувствовать человека «изнутри», понимать его глубинные мысли, мотивы и переживания. Она получила своё название от древнеримского бога морей Нептуна или древнегреческого бога (Посейдон). Бог морей любит глубину, он не обитает на зыбкой поверхности, отсюда и люди с Нептуном в центре живут, погружённые в свою веру, в глубину сознания и психики, они способны видеть суть вещей. Эти люди пребывают всегда в своих ощущениях и способны чувствовать чужие. Их естественная среда – это «океан» чувств, религиозных и философских течений. Так Нептун познаёт и воспринимает мир. Он видит и слышит не только внешнее видимое всем: события, поступки, слова, – он сразу считывает информацию из первоисточника на уровне глубинных вибрации души, мыслей, скрытых настроений, энергии. А поскольку Нептун ещё и повелитель, то он способен на этом уровне управлять людьми, увлекая их в свои мощные течения.

Если Плутон с мощнейшей силой управляет волей и сознанием в целом, то Нептун управляет идеологией людей. Это очень большая, уверенная в себе и мощная планета. Вокруг неё есть спутники, что говорит о непременном наличии последователей.

Цель далеко не каждого писателя нести духовную сверхзадачу или влиять на идеологию людей, но те, кто в своём творчестве интуитивно выбирали именно эту миссию, непременно обладали свойствами Нептуна. Вспомним, например, как нас завораживают глубокие переживания героев Достоевского. Фёдор Михайлович заставляет нас испытывать те же самые чувства, погружая в пучину внутреннего мира героев: «… и дойдешь до такой черты, что не перешагнешь ее – несчастна будешь, а перешагнешь, – может, еще несчастнее будешь».

Не зря писателя относят к одному из основателей русской философии, которая ранее была неотделима от религии.

A. П. Чехов много десятков лет увлекает в глубину своих точных фраз, идей, образов и конфликтов, имея Нептун с максимальной силой и проявленностью в центре формулы.

B. Высоцкий, И. Гёте, М. Лермонтов, А. Пушкин, М. Горький, М. Сервантес, А. Дюма, Х.-К. Андерсен, М. Шолохов, В. Гюго, Ф. Достоевский, М. Светлов, Л. Филатов и многие другие писатели имеют Нептун в центре формулы.

В то же время и для самого писателя Нептун в центре – это великое духовное и душевное испытание. Он сам легко увлекается различными течениями и волнениями, склонен слепо им верить, а порой и тонуть в их волнах. Тут сразу необходимо дать совет ныне здравствующим авторам. Для Нептуна очень важно жить внутренним, а не внешним, развивая и исследуя свой духовный мир, увлекаясь творчеством, тогда он станет, действительно, королём и центром идеологии для окружающих. В противном случае Нептун рискует быть затянутым в общественные волнения, революции, религиозные секты и прочее. Кроме того, «тёмная водная пучина» может засосать своего короля – Нептун подвержен затяжным депрессиям, склонен к самоедству, осуждениям и алкоголизму. Из этого состояния очень трудно выбраться. Подтверждение тому вы найдете в жизни известных писателей, которые состояли в религиозных сектах, объединениях, верили в революцию и были погружённые в её идеологию с головой, забывая себя.

В заключение хочу сказать, что писать может, конечно же, каждый. Но для того, чтобы вызвать отклик в душах людей, писатель должен обладать определёнными свойствами или «составом души». То есть можно взять упорством, не имея на то «звёздной» предрасположенности, но при этом получится лишь замысловатый текст. Он может быть даже интересным, но лишь развлекательным, мимолётным, испаряющимся сразу после прочтения. Это тоже вариант – почему нет? Совершенно иное значение имеет то произведение, когда на бумаге читается многогранный опыт, серьёзная духовная работа, мощная энергия воздействия и глубина восприятия чувств. Такая книга непременно станет частью читателя, а значит, и частью истории. При этом выбор жанра, художественных приёмов, характера героев, тематики и прочие детали определяются другими планетами, но это уже история для следующего исследования.

Если же анализировать уровень личной силы и социальную поддержку, то большинству наших теперешних любимцев было тяжело отстаивать своё место не только в сердцах людей, но и в обществе в целом. Большинство боролось и трудилось до мозолей на пальцах, до груды сломанных перьев и кашля в груди. Но именно в этой борьбе и рождались гении. Мало у кого получалось по-другому. Ярким исключением является, пожалуй, лишь Гёте, формула которого настолько сильна во всех отношениях, что он добивался всего без особых усилий, лишь протянув руку. Чтобы не создалось впечатление, что ему просто повезло, отмечу, что не верю в везение. Люди рождаются с такой мощной формулой только тогда, когда заслужили это в своём прошлом воплощении. Так что у всех есть шанс!

Досадно попугаем жить,

Гадюкой с длинным веком, —

Не лучше ли при жизни быть

Приличным человеком?

В. Высоцкий

Проза

Валентина Астапенко

Родилась 6 января 1950 года. Пишет с 1982 года. Член Городского литобъединения им. Ю. Аксаментова, кандидат в Интернациональный Союз писателей. Издала сборники – «Подснежник», «Вот такие мы». Сейчас издается в сборнике «Сказки из Сибири» по программе «Неформаты-2014». Публиковалась в СМИ города Усолье-Сибирское, журналах «Первоцвет» и «Сибирь», «Сибирячок», «Северомуйские огни», «Чешская звезда» (Чехия), «Стал судьбой моей Химпром», журнале «Культура», «На перекрёстке. Итоги съезда» – сборнике прозы и стихов, на радио г. Иркутска, в «Иркутском альманахе», в ежемесячнике «Литературный меридиан» (г. Арсеньев), в сборниках города Усолье-Сибирское – «Усольские этюды», «Усольские эскизы», «Усольская лира», «Лирические тетради», «Огни Ангары», коллективном сборнике «Дарю тебе мой стих», сборнике Валерия Лохова «Дети войны».

Имеет грамоты – за 2-е место в конкурсе «И в шутку, и всерьёз», за 1-е место в конкурсе МТОДА «Улыбка лета».

Бабья причуда

Дед Никита, положив на широкую скамью возле русской печи старую телогрейку вместо подушки, прилёг и, разомлев от тепла, мирно задремал. Вошла бабка Матрёна, а за ней увязался в дом ледяным хвостом морозный воздух. Дед поёжился, приоткрыл один глаз и плотнее прижался к печи.

Бабка Матрёна, в чём пришла из стайки, не раздевшись, бухнулась на табуретку, потом, торопливо сняв варежки, взяла со стола очки, усадила их на кончик носа и трясущимися от радостного возбуждения руками аккуратно вскрыла конверт.

– Никита, глянь-кось: младшенькая-то наша, Нюрка, письмо отписала.

После продолжительных положенных здравиц, во время чтения которых старик лениво зевал и покашливал, она вдруг замолчала. Её взгляд, как заговорённый, то и дело опускался и поднимался по строчкам, отчего дед, потеряв всякое терпение, заметил ей:

– Ну, дык чо там? Беда, чо ли, какая? – и, кряхтя, присел на скамье.

– Беда – не беда, а покрутиться нам придётся с тобой! – вздохнула бабка Матрёна и расправила худенькие плечи. Карие глаза заблестели слезами, а морщинки отчего-то собрались на лице в счастливую улыбку.

– Говори толком: дык чо случилося-то? – рассердился дед Никита.

– Чо-чо! Все дети вместе с внуками да правнуками едут, вот чо!

– Сёдни, чо ль? – опешил дед и, подскочив по-молодецки, забегал по дому – маленький, щупленький, как подросток, то и дело заглядывая в разукрашенные морозом окна, словно высматривая там горящими, как уголья, глазами входящих во двор гостей.

– И чо ты, Никитка, замельтешил, ещё путём ничего не узнамши! Охолонись, говорю: не сёдни и не завтра, а летом, в июле… Только я чо-то никак в толк не возьму: почто эт они удумали все враз, одним гуртом, а?

– Погоди… – он резко остановился, точно боднула его вдруг догадка. – У меня ить нониче любилей будет! Прибрось-ка, старая, восемьдесят годов тому, как на свет Божий народился да пошти шиисят, как с тобой мучаюсь.

– Мучишься, мучишься, не мученик, а мучитель ты мой… – незлобиво ответила она на шутку.

– Слышь-ка, Матрёна, чо делать-то будем, а? Надоть бы брагу ставить!

– Давай, давай, прям счас и ставь! Поди, как раз выходится… Ой, да разве доживёт твоя брага, а? По стакашке-то будешь хлебать: готова ли? Да ешо друзья понабегут, помогут. Впервой, чо ли?! – справедливо кольнула жена, в сердцах махнув рукой и уже намерившись освежить его «девичью» память.

– Ну, ладно, мать, не серчай, – насупил дед Никита кустистые седые брови. – Чо было, то быльём поросло. Давай лучше подумаем, сколь браги ставить. – Он подсел к столу, поскоблил лысый затылок, что-то прикидывая в уме и загибая тонкие узловатые пальцы перед самым носом бабки Матрёны, затем сказал вслух: – Я так располагаю: нагнать чистенькой… хм-м… фляги… на три чтоб получилося.

– Да ты чо, родимый, совсем ума рехнулся? – всплеснув руками, теперь она подскочила с табуретки, точно кто шилом ткнул. – А не обопьётеся ли? – сбросила грязную затасканную фуфайку прямо на пол, небрежно скинула растоптанные катанки-«выходцы», и сухонькая её фигурка в серой шерстяной шалюшке, завязанной узлом за спиной, заметалась по кухне.

– Ты, Матрёна Марковна, не кипятися почём зря. Глянь-кось сюда: однех детей, почитай, в полстола усаживать надоть. Как-никак девять душ. Да ещё внуков… да правнуков сколь?!

– А правнуков-то почто считать, тоже самогоном поить будешь? – возмутилась расходившаяся не на шутку супруга. – Сымай их с общего счёту. Ни к чему это.

– А родня понаедет из деревень, а? А соседев как не пригласишь? А-а! – он назидательно выставил указательный палец и потряс им: – Ить уважение надоть ко всем иметь, редьку те на закуску! – эту приговорку дед всегда выпаливал при сильном волнении.

– Оно… конечно… «надоть»… – передразнила его бабка Матрёна и недовольно пробурчала: – Как же!.. Да дружков своих закадычных не забудь к тому же… Петьку Босого да Ильку Хромого. Тоже мне… дегустаторы…

До позднего вечера судили-рядили, но, наконец, сошлись на одном: нагнать тридцатишестилитровых три фляги.

Как словом, так и делом. И вот уже к началу лета готовая продукция стояла в сенцах, аккуратненько прикрытая изношенной скатёркой. Бабка Матрёна хотя и бдительно следила за безопасностью «горючки», однако в один прекрасный вечер приметила непорядок: скатёрка была накинута с изнанки. Заподозрив неладное, решила убрать дедово искушение куда подальше от греха.

Тщательно разработав план, хозяйка, лёгкая на ногу, быстрая, хваткая, немедля принялась за его воплощение в жизнь.

– Никита, а чо эт ты веники не ломаешь для баньки, а-а? До Петрова дня ить надо управиться! – как бы между прочим во время ужина напомнила она.

– Да я и сам вчерась подумывал об том же, – дожевав кусок, отозвался хозяин.

– Гляди, бабы уже ближние-то берёзы все почикали, придётся тебе на дальнюю деляну тащиться. Давай-ка завтра по утречку и начни. А я как раз к обеду подбегу к тебе… на подмогу.

– Хорошо, мать, договорились, – погладив посеребрённые усы и короткую жиденькую бородёнку, согласился он.

Не успел дед калиткой хлопнуть, как бабка Матрёна уже принялась за благое дело. Вытащила из-под крыльца лопату поострее и, проворно юркнув в огород, стала спешно копать на тропе три глубокие ямы. Управившись с земельными работами и едва обтерев головным платком потное лицо, засеменила к своей надёжной подружке. Хорошо хоть, Прохоровна жила недалеко.

Итак, с помощью Прохоровны, в которой силищи было что у быка, фляги живёхонько перекочевали в огород. Чисто заметя следы «подпольного дела», заговорщицы остались вполне довольны и прошлись, усердно пританцовывая, по тропе несколько раз. А уже к обеду спасительница драгоценного напитка, прихватив с собой тележку, подошла к лесу.

Приплелись старые домой, ни рук ни ног не чуя. Уж на что бабка Матрёна моложе мужа почти на десяток лет, а тоже просто с ног валилась. Пока гоношилась с ужином, дед прибрал веники к месту и нырнул в сенцы «проведать» «золотой» запас. Однако, не обнаружив его, дико завизжал:

– А-а-а!.. Матрёна, редьку те на закуску, где фляги?!

И только сейчас она вспомнила о злополучной «горючке», но ничем не выдала себя:

– Да ты чо, и в самом деле? – вбежала в сенцы и давай охать да ахать: – Ах, окаянные, чо сотворили – обокрали! – и тут же, безо всякого перехода, напустилась на мужа: – Вот, Никитка, какой ты мужик непутёвый: нашёл место! Нет чтобы подальше убрать с глаз долой, так выставил же напоказ! – бабка Матрёна, как истинная актриса, картинно раскланиваясь на три стороны, укоризненно, нараспев, продолжала донимать деда: – Приходите, люди добрые, кому не лень, да и разбирайте чужое добро, кому чо надо.., – закрыв лицо тряпкой, которую случайно прихватила с собой из кухни, и натурально всхлипнув, договорила плаксивым голосом: – Не так твоей «горючки» жалко, как фляги люминиевые… Где теперь их возьмёшь?.. Считай, пропал твой «любилей»!

– И верно, ду-р-р-ра-а-ак! Чо теперь делать-то, мать? Чо делать? Опозоримся ить перед гостями-то, редьку те на закуску! – а сам руками машет, словно крыльями бьёт, и носится по двору, что квочка, потерявшая цыплят.

– Ну, чо теперь делать, – присев на скамейку и глубоко вздохнув, супруга сокрушённо покачала головой, – будем покупать. Думаю, что Нинка-торговка не откажет, пособит в нашей беде. Завтра же поговорю с ней.

– Нет уж, Матрёна Марковна, будь любезна, прям счас и сходи, – начал упрашивать дед Никита. – До завтрева, редьку те на закуску, сердце моё зайдётся, не выдержит.

– Ладно, схожу, дай хоть отдышаться-то малость.

Вдоволь насмеявшись с Прохоровной, вернулась через полчасика домой и как ни в чём не бывало принесла добрый ответ:

– Ну, чо, Никита, договорилась, будет тебе «горючка», как раз приспеет к сроку.

… Гости прибыли на два дня раньше намеченной даты: сюрприз имениннику. Радоваться бы хозяину, но его словно кто обухом по голове хватил, сам себя потерял: людей на дворе – тьма тьмущая, а на столе – шаром покати, одна тоска! Отозвала его бабка Матрёна в сторонку и шепнула:

– Иди, Никитка, за лопатой.

– Почто за лопатой-то? – растерялся дед.

– Ямы копать будешь.

– Чо? Каки ямы-то? – глаза у него округлились, а брови ещё больше затопорщились.

– Увидишь счас, пошли в огород.

Указала она место, где «клад» был зарыт:

– Копай здесь! – сказала строго, и ни слова больше.

Глянул на неё дед Никита непонимающе, пожал плечами, но подчинился бабьей причуде и ткнул лопату в землю на тропе. А как только услышал «звеньк» о крышку фляги, понял всё, от радости прослезился и на коленки пал:

– Эх, редьку те на закуску!… Спа-а-сибо, Матрёна Марковна!

Варюшка

Пришла Варюшка со школы, послонялась по комнате пустой из угла в угол (всю мебель продали), послушала жалобы своего животика. Старалась про еду и не думать: ещё тошнее станет.

Шла война. Голодно жилось семилетней девочке в отчем доме. Мать ночью сторожила в экспедиции – на день уходила работать по людям: кому постирать, кому побелить. А приносила, что уж Бог пошлёт: то хлеба кусок, то картошки чуток. Да ещё люди добрые отдавали очистки картофельные (их пекли на дверке печи). Тем и живы были.

Занялась Варюшка самодельной тряпочной куклой. Завернула её в лоскуток и уложила на пол, на старую фуфайку. «Нельзя голодную спать укладывать, – она тяжело, по-взрослому вздохнула. – Э-э… чем же покормить-то тебя?» – и приложила куколку, словно дитя, к груди. «Баю-баю-баюшки…» – тоненько затянул голосок. Реденькие волосики закрыли большие тёмные глаза, бледные реснички незаметно сомкнулись…

Проспала Варюшка часа два, осторожно положила «дочку» в угол, одёрнула примятое платьишко, латаное-перелатаное во многих местах. Тошнота не улеглась, но голова болеть перестала.

«Ой, как есть хочется… Куда бы пойти?» – тоскливо подумала девочка.

У подружки Нины она уже была вчера. Та брала её с собой в пекарню, где работала её мать. Тётя Галя одарила тогда каждую ломтем горячего душистого чёрного хлеба, налила подсолнечного масла в блюдце, и девчонки, макая хлеб и озираясь по сторонам, как голодные собачата, наелись до отвала.

От таких приятных воспоминаний дурманящий запах хлеба защекотал нос. Стыдно снова идти к Нине, но непослушные ноги сами понесли её туда.

Она немного потопталась у дверей подружки и наконец несмело постучалась. Поняв, что её не слышат, повторила ещё раз, но уже настойчивее. В окно выглянула Нина, мотнула одобрительно смешной мордашкой: оттопыренные уши и нос пуговкой.

В посёлке квартиры не запирались, и Варюшка, как затравленный зверёк, осторожно, на носочках, шмыгнула в сенцы, подкралась к полатям и посмотрела на мешок с сухарями, который притаился среди всякого барахла. К счастью, он оказался на прежнем месте.

Девочка прошла в избу и присела на краешек лавки возле русской печки. Мешок с сухарями не давал ей никакого покоя. Лихорадочно соображая, как бы добыть хоть один сухарик, она живо представляла себе, что он уже во рту у неё. Варюшка наконец, проглотив обильную слюну, решилась схитрить:

– Нин, а Нин, а давай в прятки играть, а?!

«Хозяйка» радостно захлопала в ладоши:

– Ура-а! Ура-а! Только чур – я первая считаю! «Вышел немец из тумана, вынул ножик из кармана: – Буду резать, буду бить, всё равно тебе голить!» Фу-ты! Опять я голю. Раз-два-три-четыре-пять – я иду искать!

А Варюшка уже мышонком юркнула на полати, затаилась там в укромном местечке, проковыряла побольше дырочку, сделанную ещё в прошлый раз, дрожащей худенькой ручонкой вытянула сухарик, положила его на зубок и сладко зажмурилась…

Нина измаялась вся, обыскивая дом.

– Ва-а-ря!… Ва-а-рь!.. Варька, я с тобой не играю, так нечестно! – загундосила она, собираясь вот-вот разреветься.

А та не могла оторваться от лакомства, и его, как нарочно, некуда было положить: длинное платье с чужого плеча – без карманов. Судорожно зажав сухую корочку в кулачок, нехотя вылезла и засобиралась:

– Нин, мне домой надо, а то мама заругается.

Подружка вроде ничего не приметила, только обиженно фыркнула, задрав и без того курносый нос:

– Ну и уходи, чёрт с тобой!

С лёгким сердцем Варюшка выскочила на улицу, свободно вздохнула, крадучись затолкала кусочек в рот и с огромным наслаждением обсосала его до последней крошки. Однако чувство голода не прошло, а аппетит разыгрался ещё больше.

Теперь самое время наведаться к Надьке Зубковой. Отец её был директором базы «Заготпушнины». Дом у них большой, купеческий, украшен резным деревом. В одной половине – пекарня, а в другой – Надька с родителями.

Вошла Варюшка бочком, переминаясь с ноги на ногу, бросила растерянный взгляд на ковры, что закрывали стены и пол: не натоптать бы! Постояла молчком. Не в первый раз она здесь, а оторопь берёт. Наконец выдавила из себя:

– Надь, давай поиграем.

– Давай! – радостно захлопала в ладоши подружка.

Девочка пригладила и без того прилизанные прямые чёрные волосы, туго заплетённые в косы. Она выглядела очень нарядной и чистенькой: с большими атласными бантами, в пышном ситцевом платье с весёленьким рисунком. И радость её была искренней.

Уговорились играть в «Дом». Разложили новенькую кукольную посудку, усадили настоящих «магазинских» кукол.

– Надо дочек покормить, – насмелилась Варюшка, – принеси им чего-нибудь поесть.

Надя дёрнула носом:

– Да ну, неохота. Мы ведь понарошку играем.

Не может придумать Варюшка, как бы ещё намекнуть подружке, что ей ужас как есть хочется. Всё-таки додумалась, проговорила жалобно:

– Наденька, я домой пойду: кушать уже пора.

– Ну и уходи! – рассердилась девочка.

Делать нечего. Чуть не плача, поплелась Варюшка восвояси несолоно хлебавши. Ну, к кому теперь подашься? Хотя… есть, правда, ещё одна подружка… Но к ней – нет! Ни за что на свете: жадина эта Римка, буржуйка!

Сегодня утром они вместе шагали в школу. Римма – круглощёкая толстушка, похожая на отъевшегося хомяка, в настоящей школьной форме, с кожаным портфелем в руке. А Варюшка – тощая, бледненькая, в каком-то хламье, с холщовой сумкой, как у побирушки… Римма держала кусище хлеба, жирно намазанный сливочным маслом, а сверху посыпанный сахаром. И не было никаких сил отвести заворожённый взгляд от этой вкуснятины.

«Вот сейчас… сейчас угостит…», – ожидала Варюшка.

Но хлеб неумолимо быстро исчезал.

– Рим, а Рим… Ну, Риммочка, дай хоть разок куснуть, а?

– Самой мало. Видишь? – слова еле выкарабкивались наружу из переполненного рта.

– Ну, Ри-и-ммочка… один только разочек!

– А… фиг тебе на постном масле! У, попрошайка! – ловко выпалила Римма, уже дожёвывая кусок и прицеливаясь к новому.

На пути у школьниц – дыра в заборе. Римма полезла первой. Портфель – вперёд, потом – сама, а рука с хлебом – позади, прямо перед самым Варюшкиным носом. Не понимая, что делает, Варюшка проворно отхватила добрую половину того, что ещё осталось в Римминой руке. Давясь, пыталась заглотить всё разом. Даже слёзы выступили от натуги.

Римма, тут же обнаружив пропажу, отвратительно завизжала:

– Варька, гадина! Воровка! – и, замахнувшись, ударила её по голове портфелем, да так, что у девочки в глазах замельтешили искры. И тогда Варюшка с перекошенным от боли и обиды ртом, набрав побольше воздуха в лёгкие, выкрикнула:

– А ты… а у тебя мамка сидит в тюряге… за кражу! И дед твой – буржуйское рыло! И бабка твоя – ворюга несчастная! Обворовала всю больницу. Тётка Лукерья сама сказывала. А ты… обжора ты толстопузая, вот кто!

– А?! – Римма чуть не задохнулась от возмущения. – А ты зато… – ноздри у неё раздулись, глаза страшно округлились, – а ты зато – голь перекатная! И ещё… – подыскивая самое гадкое, обидное словечко, дрожала в истерике, скорчив при этом омерзительную гримасу, и, словно плевок, бросила в Варюшкино лицо: – И… вшивая!

У, вшивая! Вот тебе, на – выкуси! – и показала перепачканный маслом и сахаром длинный розовый язык.

… Да, дорога к Римке отрезана навсегда. Варюшка до боли закусила губу и умчалась прочь, за сараи, где никто не помешает ей рыдать… одной. И не было в те минуты несчастнее человека, чем она, Варюшка.

Данилова тайна

Дед Данила знал, что доживает последние годочки: они уже давно перекатились за девяносто. И пришло ему как-то на ум: «А не рассказать ли своим о давнёшней моей тайне? Али унесть её с собой?»

В этом году случилось несчастье с его зятем, и младшая из детей, дочь Вера, уговорила отца переехать к ней в город. Дескать, вдвоём-то веселее, вернее, втроём, потому как неженатый её сын все выходные был дома после занятий в институте. Да и за самим стариком уже глаз да глаз нужен. Четверо его сыновей тоже один за другим перебрались в этот же город, но навещают отца редко: некогда, крутятся-вертятся, как белки в колесе.

Дед Данила был могучего телосложения: высокий, плотный, руки как лопаты, в трещинах от вечной работы с землёй. Но вот ноги стали слабоваты. Передвигаются они всё осторожнее, будто исследуют почву, как бы не промахнуться и не оступиться. В поблекших карих глазах не осталось былого задора, огня, стал затухать интерес к жизни.

Однако не скажешь, что он дряхлый старик. Всегда ухоженный, с аккуратно выбритыми щеками, подстриженными бровями. Седых волос осталось немного, лишь вокруг лысины на затылке. Только чуть отвисшая нижняя челюсть выдавала его возраст: будто уже недоставало сил держать её в узде.

Дед Данила стал чаще уединяться, даже притворялся, будто спит, чтобы его не тревожили попусту. Походит по квартире, как потерянный, с угла в угол, потопчется около аквариума, жалея золотых рыбёшек, закованных в неволю, да и вон на свежий воздух, чтоб ветерком продуло да мозги прочистило. Сидеть, как зверюге загнанному больше невмоготу. Того и гляди голова лопнет, душу наизнанку вывернет.

Эх, домой бы, в деревню родимую… Взяткино… Снег откидать от крылечка, поскрипеть катанками по дорожке к поленнице, прихватить охапку берёзовых дровишек, закинуть их в прожорливую печь, посидеть на кукурках возле неё да поглазеть, как она ловко управляется с берёзой, а та, пыхнув будто порох, заполняет теплом всю избу. Вот где думается легко да рассуждается здраво!

…А тайна Данилова была в том, что досталась ему от деда с бабкой заветная шкатулочка с дорогими камешками. И велено ему было не касаться их, кроме как в крайней нужде. Об этом даже супруга ни сном ни духом не ведала.

Сколько раз порывался он раскрыться перед Фёклой, женой своей, любушкой-голубушкой, сколько раз признание обжигало рот и готово было скатиться с языка, но, поразмыслив, заглатывал его снова и крепко-накрепко замыкал рот на замок. «Не время ишшо. Обойдёмся, не баре! Люди живут, а мы чо, хужее их будем? Пусть себе лежат побрякушки, есть-пить не просют. Сами – уж как поработаем, так и полопаем», – уговаривал себя не раз. И только как на фронт уйти, всё-таки насмелился Данила:

– Давай укладывай мальца да выходи в сенцы. Дело есть, – его слова прозвучали каким-то особым, чужим для неё голосом.

У Фёклы от нехорошего предчувствия похолодело в груди. В её глазах, серо-зелёных, глубоких, словно списанных с иконы, застыла растерянность и тревога. Как только Николка смежил глазёнки в люльке, она поспешно выскочила к Даниле.

– Чо случилось-то? – зашептала, дрожа всем телом.

– Тут тако дело, Феклуша… Как батьки-то с маткой не стало, дед с бабкой поручили мне на сохранение одну штуковину. Сама понимать должна: один я у их, как перст, остался. Передаю таперь тебе ту шкатулочку из рук в руки. Мало ли чо со мной может случиться…

Угадав по её некрасиво дёрнувшимся губам начало бабьего воя, он приглушённым голосом, но жёстко предупредил:

– Замолчь. Приняла моё слово, пусть оно в тебе и замрёт. Гляди, рот не распахивай почём зря.

Данила быстро, по-воровски, огляделся по сторонам, будто проверяя, нет ли рядом кого, осторожно развернул тряпицу и обнажил металлическую шкатулку искусной работы, приподнял, сняв с крошечного крючка, узорчатую крышку – и оттуда вырвалось сияние от дорогих украшений. Они точно загорелись от солнечного столбика, просочившегося сквозь щель на стене. Фёкла просто окаменела, едва не ослепнув: будто искрами больно брызнуло в глаза. По правде сказать, ей и не приводилось ещё ни разу видеть этакую диковину. Не смея к ней прикоснуться, она крепко зажала обеими руками рот и с трудом попыталась задушить в себе безудержный восторг вкупе с непонятным страхом. Наконец невольно выдохнула:

– Откудова это?

– Не твово ума дело, схорони и забудь! – и он стуканул кулачищем по воздуху, тем поставив в разговоре жирную точку.

Данила аккуратно опустил крышку, придавил её большой пятернёй, точно припечатал, замкнул на крючок, не спеша обернул шкатулку тряпицей и, словно просветлев лицом, торжественно вложил её в безвольные, будто неживые, руки жены. Неуклюже сграбастав Фёклу и крепко прижав к себе, прошептал мягко, совсем по-ранешному, породному:

– Прости ты меня, дурака, сорвался… А вещица ета деду дарёна была за каку-то велику службу. За каку – не сказывал. Просил сберечь её как памятку, – и, заглянув в ещё настороженные серо-зелёные глаза, с надеждой спросил: – Даёшь ли мне слово без особой нужды не расставаться с ей?

– Даю слово… сохраню, – словно оттаивая душой и телом, промолвила она.

… Вернулся Данила с фронта цел и невредим, ни одной царапины. Уберёг его Господь. Стали с Фёклой налаживать послевоенную жизнь. И как-то между делом напомнила о себе та самая шкатулочка с дорогими камешками.

– Ну, чо, жена, не порушила ли слово своё? – спросил он, улыбаясь, как бы шутя, уверенный, что так оно и есть. – Держи таперь ответ.

Фёкла вдруг с лица сменилась, побелела вся, дрогнули у неё губы, затряслись, но не разомкнуть их, не разодрать; попыталась силком выдавить из пересохшего горла:

– Дакя… я…

– Хватит мямлить, – вдруг вспылив, заиграл он желваками, – не ходи закавыками. Знашь, я этого не терплю. Говори напрямки, как есть.

Она упала в ноги мужу и, скуля словно побитая собачонка, вытягивала из себя по словечку, точно каждое весило по пуду:

– Прости ты меня, Данилушка, Христа ради… Запамятовала я совсем, куды упрятала твою вещицу. Убей, не помню. Когда вакуировали нас, в наводнение-то, ополоумела я, не знала, за чо схватиться… Искала потом долго, но… как в воду канула шкатулочка.

– Ах, так твою растак, чёртова ты кукла! Не уберегла родителеву память!

Ну что, пошумел-пошумел Данила, отошёл-таки сердцем, досадливо махнул рукой – да на том и унялся.

– Ладно, не убивайся, Феклуша. Эка беда! Не жили богато, нече и зачинать, – он притянул жену к широкой груди и, гладя её по голове, как ребёнка, договорил спокойно и внушительно: – Руки-ноги есть, слава Богу, голова на месте – проживём как-нибудь.

Покачиваясь в сильных, но ласковых объятиях мужа, как в люльке, она затихала, всё реже сотрясая себя утробными всхлипываниями.

Фёклу так сильно отхлестали мужнины слова и невыносимо больно грызла ей нутро вина перед Данилой, что она слегла и несколько дней плашмя провалялась в постели. Недаром в старину говаривали: удар языка кости сокрушает.

Потихоньку история эта забылась, и зажили они по-хорошему, по-людски. Друг без дружки никуда. Детей плодили да как могли их растили.

«Вона какие, как сосны во бору вымахали, стройные да высоченные, силищи никому не занимать и на лицо ладные. Девки-то в драку за ими, как за дорогими пряниками… Тьфу ты, чтоб не сглазить, – частенько хвастался Данила самому себе. – Только вот Верка, подскрёбышка наша, и в кого така уродилася? Глядеть ить не на че: тонюсенька да малюсенька, а манерная вся из себя, как барышня.

И за чо только ей нет отбою от парней? Одно хорошо, слава Богу, глаза ей маткины достались, Феклушины».

… Десять лет как нет рядом Фёклы, а кажется, что и не расставались вовсе. Всё чаще она видится ему молоденькой: невысокая, лбом касалась его плеча; русая коса до пояса, большие задумчивые серозелёные глаза; пухленькие, как булочки, щёчки с ямочками… До сих пор передёрнет Данилу, когда вспомянет, как невольно зажигала она в деревенских парнях желание обладать ею. Не единожды приходилось ему обламывать бока слишком ретивым ухажёрам.

– А вот нонче-то, – вслух размышлял дед с горечью в сердце, сидя перед экраном телевизора, – молодь да бабы вовсе сдурели: накрасются, всю морду себе позамажут – глаз не видать, напялют на себя чо ни попадя, запихают в рот дымные соски – и ходют, как клоуны, по городу. Одним словом, чучелы огородные. Как ни малюй курицу, а всё одно – павлиной не станет! Взясть бы добрый кнут да и отстегать их по голым задницам как следоват!.. Эх, Феклуша, любушка ты моя, голубушка… Как же быть-то мне, – тоскливо Данила вопрошал много раз на дню, – рассказать ли ребятам о нашей тайне? Али ну её в баню!

И чем бы ни занялся старик, о чём бы ни говорил, глядишь, а мысли уже опять в клубок собираются и долбят им бедную дедову головушку, пока он не придумает ответа на свой вопрос.

– Неровён час, станут ишшо искать камешки, так греха не оберёшься. Али того хужее, и впрямь найдут – передерутся все, перессорются… А нам это на что с тобой? – он вдруг представил тёплые серо-зелёные глаза жены и терпеливо выждал в них её согласие. – Верно, пущай всё будет как есть. Заработанное-то своим горбом, оно много дороже да ближе к сердцу.

Уже ночью, словно закончив непосильно тяжёлую работу, дед Данила облегчённо вздохнул и тихонько поднялся с дивана; одобрительно крякнув в подтверждение правильности найденного решения, прошлёпал босиком на кухню, отмахнул большую краюху чёрного хлеба, щедро посыпал её солью и с аппетитом умял, запивая кружкой холодной сырой воды. Едва тяжёлая голова Данилы коснулась подушки, как богатырский храп победно прокатился по всей квартире.

… А спустя год в «Новостях» по центральному телевидению сообщили об интересной находке юных следопытов в деревне Взяткино, представляющей огромную историческую ценность. Кому принадлежало это драгоценное колье, ещё предстояло выяснить.

Но деду Даниле уже не суждено было об этом узнать.

Виктор Голубев

Виктор Анатольевич Голубев родился 12 января 1961 года в селе Аулы на Днепропетровщине. Детство и юность провёл в селе Первомайское Верхнеднепровского района Днепропетровской области, откуда ушёл в советскую армию. Трудился пастухом, плотником, трактористом, монтером связи, сторожем в вагоне-ресторане, пожарным, выездным фотографом, водителем-дальнобой-щиком. Начиная с 1988 года занимался всякого рода предпринимательством.

«Не обладая музыкальным слухом, средства к существованию зарабатывал тем, что играл в духовом оркестре на торжественных собраниях и похоронах. Образование – неоконченное начальное: семь с половиной классов сельской восьмилетки.

Первые творческие попытки отношу к концу шестидесятых – в газете «Пионерская правда» был напечатан мой стих «На уроке математики», и я стал самым счастливым ребенком в деревне. Следующую публикацию пришлось ждать более тридцати лет.

В девяностых годах, поддавшись настроению масс, написал четыре криминальных романа. Первый из них я сжёг. Рукописи Булгакова не горят, мои – горели. Второй – «Тень летящей птицы» в 2001-м году в рукописном варианте оформил бандеролью и отправил в киевское издательство «АСК». Рукописи не принимают, но – приняли, справились с моими каракулями, издали тиражом 50 тысяч экземпляров и выплатили 250 долларов гонорара. Я снова был счастлив. Затем вышли в свет «Аферисты» и «Спас на крови». «Спас» издали недописанным – к середине работы над рукописью от всей этой криминальщины меня настигла депрессия, и я дал себе слово впредь никогда не заниматься литературным мародёрством. Оборванный текст дополнили фразой «Продолжение следует» и напечатали. А я принялся писать о том, о чем пишут все нормальные люди, – о смысле жизни. Понимая, что данный бред не попадает в формат издательств, писал «в стол». Затем постепенно охладел к сочинительству и 12 лет занимался другими делами, иногда отправляя безнадёжную рукопись в различные издательства, но киевское чудо упорно не повторялось – ответов не было больше десятилетия. Перед новым 2014 годом предпринял очередную попытку: отправил текст в московское издательство «Захаров», не ожидая результата. Но ответ пришёл менее чем через месяц – 14 января, в день Василия Великого. Из письма я узнал, что талантлив, а рукопись берут. В апреле 2014-го она была опубликована под названием – «Скит с океаном внутри». Воодушевившись, я снова начал писать прозу, что вылилось в новый роман размером в 800 тысяч знаков.Участвовал в многочисленных литобъединениях и литературных кружках. После того, как долго и безуспешно пытался объяснить очередному пятидесятилетнему «дарованию», что словосочетание «старенький мальчик» в его случае является недопустимой формой, прошло и это.В последние годы до того осмелел, что стал называть себя писателем.Никогда не платил за издание. Считаю это недопустимым и унизительным.

Конфуций из новой выставки

I

В дверном проеме чердака крайней деревенской избы стоял ручной пулемет. Двумя черными металлическими лапами он упирался в перекинутую через верхнюю перекладину деревянной лестницы доску которая, качаясь от порывов ветра, передавала ему амплитуду своих движений, отчего по-хозяйски надетая на конец ствола резиновая калоша то и дело болталась из стороны в сторону, делая пулемет похожим на старого, не согласного с чем-то, стриженого эрдельтерьера.

Деревня Луково, не помышляя об автономии, фактически уже десять лет жила на положении окруженной враждебно настроенными державами самостоятельной республики. Причем, три года назад сельская республика благополучно вошла в коммунизм: последний денежный знак – пятидесятирублевая купюра с надорванным углом – был обманно изъят из луковского обращения проезжавшим мимо цыганским табором.

Исчезновение банкноты, видимо, привело в действие какие-то таинственные социально-экономические механизмы, потому что вслед за ним деревня наполнилась неимоверно расплодившимся скотом. Из чего умнейшие из граждан сделали вывод, что деньги на селе являются помехой скотоводству. Как бы там ни было, но лошадей, коров, овец, коз и домашней птицы в деревне развелось столько, что приходилось удивляться, как в ней находится место для людей.

Первое время непрошеной независимости республика изо всех сил старалась сохраниться в первозданном колхозном виде, однако без направляющей руки сверху сделать это было непросто. Если председателя и парторга удавалось избрать простым поднятием рук, то роли кладовщика и землемера не распределялись даже при помощи такого чуда демократии, как тайное голосование; двести сорок избирателей упорно опускали в украшенный красными лентами мешок никак не меньше семисот бумажек с фамилиями кандидатов.

Закончилось тем, что на сто шестьдесят восьмой сходке к четырем часам утра луковчане вынесли историческое решение о разделе общественного имущества.

От гражданской войны молодую республику спасло лишь то, что делить к тому времени было уже нечего. И умнейшие из граждан сделали вывод, что воровство на селе способствует миру; а укравший больше всех бригадир Мирон Скрыник стал основателем и бессменным лидером луковской партии пацифистов.

Из соседних, расположенных за лесом в противоположную от Балуйска сторону держав, на деревенские поля часто проводились набеги. «Печенеги» опустошали грядки и уводили в рабство скот. Спасая имущество, луковчане выменяли у проезжавшего через деревню цыганского табора ручной пулемет за семь коров. С тех пор, заметив агрессора, он немедленно заливался кашляющим металлическим лаем. Набеги прекратились, и пацифист Скрыник, поразмыслив, принял пулемет как необходимый в хозяйстве, не менее воровства способствующий развитию мира, атрибут республиканского бытия.

К описываемому дню железный «эрдельтерьер» стоял на чердаке уже два года, и население Федеративной Республики Луково воспринимало его как неотъемлемую часть родного пейзажа.

II

В полдень по выходящей из леса к деревне Луково грунтовой дороге шагали трое странно одетых для первого десятилетия двадцать первого века путников. Первый – молодой человек средних лет, черноволосый, со строгим задумчивым лицом, – уверенно ступал босыми ногами в дорожную пыль. В двух метрах за его спиной, касаясь друг друга плечами, следовали огромный пожилой, совершенно седой мужчина и невысокая стройная девушка с большими ясными глазами. Мужчина шел тяжелой шаркающей походкой грузного человека в летах. Девушка аккуратно ставила босые детские ноги, стараясь не наступать на камешки.

Странность внешнего вида полуденных путников выражалась в том, что все они были одеты в белые домотканые очень широкие и грязные одежды: на мужчинах – брюки и рубашки, девушка – в длинном до щиколоток платье и старом платке из того же белого льняного материала. У каждого из пешеходов на перекинутой через плечо палке висел узелок, карманов на одежде не было.

Пожилой мужчина и девушка изредка перекидывались ленивыми фразами, не поворачивая головы в сторону собеседника. Молодой человек в разговоре не участвовал, глядя вперед на замаячившую вдали деревню.

– Оленька, – говорил мужчина, – если в течение ближайшего часа нас не накормят, клянусь, я совершу преступление.

– Не отчаивайтесь, Витольд Аристархович, – успокаивала девушка. – Впереди большое село, может, удастся добыть у крестьян что-нибудь съестное.

– Сомневаюсь, – вздохнул мужчина. – С утерей последней имевшей товарообменную ценность тряпки наши шансы поесть равны нулю – не тот сейчас крестьянин, ох, не тот! Вот, помню, в Новой Выставке собаку мне подарили…

– Однако, друзья, – оглянувшись, прервал его воспоминания молодой человек, – у меня хорошее предчувствие. Прошу обратить внимание на открывшуюся нашим взорам деревеньку. Видите пулеметное гнездо на чердаке крайней избы?

– И что с того? – без энтузиазма в голосе спросил мужчина.

– Многое! В отгороженные от мира пулеметами группы людей трудно проникнуть, но уж если проник… За железным занавесом селяне отвыкают от иноземцев, значит, будут слушать все, что скажем. А слова у нас всегда найдутся! Эру обмена товара на товар в нашей жизни объявляю законченной! Мы вступаем в эру обмена товара на качественно произведенное слово. Аристарх, почем нынче логос в российской глубинке? Глядеть весело, казаки! Через сутки вы станете переборчивыми в пище, словно юный король на званом обеде гильдии сапожников. Предлагаю присесть на обочину и выслушать план действий.

Сойдя с дороги, путники уселись в начинающую желтеть траву и устало вытянули босые, испачканные в пыли ноги.

Ян Шубин начал подробно объяснять Витольду Аристарховичу Симановичу-Винскому и Ольге Натковской свой план.

Между тем на чердаке за пулеметом показалась голова давно не чесаного блондина.

– Дядь Коль, – крикнул он старику во дворе, – скажи-ка мужикам, что с перелеску народ валит!

Через полчаса из деревни появилась не очень большая, человек в полтораста, толпа крестьян. Выйдя на околицу, они остановились и уставились на дорогу. К левому крылу толпы примкнули две мечтательные коровы и заплаканная овца. Со ствола пулемета исчезла предохранительная калоша, и он выжидательно развернулся в направлении приближающихся к Луковской республике чужаков.

– Сейчас, Аристарх, запомните основное, – давал Шубин последние наставления Симановичу-Винскому, когда до крестьян оставалось каких-нибудь сто метров, – во всем, что касается потусторонних сил, человека нельзя обременять деталями. Главное, дать направление мысли, остальное он додумает сам. Чем меньше слов, тем больший эффект. И не заискивайте, будьте строгим, тут уважают силу! Далее по плану. Ольга, не глядите на людей, старайтесь, не моргая, смотреть в небо. Сегодня для вас существует лишь оно.

Верхушки обрамляющих деревню лип согнулись от налетевшего порыва ветра. Невдалеке от толпы со стерни скошенного пшеничного поля внезапно поднялась в воздух стая ворон, и небо над головами селян взорвалось пронзительным карканьем. Буренки прекратили мечтать, развернулись и, подбрасывая зады, понеслись к деревне. Овца, прижавшись к людям, боязливо опустила голову и закрыла глаза.

Витольд Аристархович, широко ставя огромные грязные ноги, уверенно шел на чуть оробевших «республиканцев». В пыли за его спиной оставались широкие следы с растопыренными от охватившего художника напряжения отпечатками пальцев.

«Наверное, так шли на сомкнутый строй мои боевые слоны. И все-таки, к чему эта идиотская фраза из сквера?..» – подумал Ян, всматриваясь в лица крестьян.

Точно следуя наставлениям хорунжего, Ольга смотрела в небо и гладила рукой воздух над плечом.

Витольд Аристархович, пронизывая взглядом толпу, глядел вглубь деревни. Грива его белых волос развевалась на ветру. Глаза художника голодно блестели. Штанины, рукава и полы необъятного домотканого одеяния хлопали, словно паруса меняющего курс фрегата. Говоря кратко, не внушить уважения отвыкшим от иноземцев луковчанам передний из пришельцев не мог.

Подойдя к упорно не освобождающей дорогу толпе, Симанович-Винский дико сверкнул правым глазом, рокочущим басом прогудел:

– Уйди! – не останавливаясь, рукой отодвинул несколько крестьян в сторону и зашагал в Луково.

– Не мешайте старцу Аристарху, – утробным голосом обратился к луковчанам Шубин. – Горе вам, люди! Горе страшное! Не стойте на пути спасающего! – и, ухватив обозревающую небеса Ольгу за руку, устремился за художником.

Недоуменно переглянувшись, крестьяне побрели за ними.

– Я извиняюсь, вы кто такие будете?.. – догнал Яна Мирон Скрыник.

– Долго рассказывать, – не глядя на него, ответствовал тот. – Достаточно сказать, что через десять минут в деревне нас уже не будет. Четвертый день идем без остановок. Ваше село сороковое.

– Да куда же?

– Нельзя об этом, паника начнется. Мы не вправе присвоить даже мгновения из отпущенного Им. Пусть отмеренное останется незыблемым. Пулеметы ставите? В землю цельтесь, в землю! Там враг. Единственный и настоящий!

Миновав в центре деревни продуктовый магазин с заколоченными накрест ставнями, Витольд Аристархович выбрал избу побогаче и внезапно остановился, как бы пораженный увиденным.

– Вот! – вскричал он и, завалив ярко раскрашенный штакетный забор, наступив на него, вбежал во двор.

Смертельно напуганная цепная собачонка, сорвав цепь, умчалась в огороды. Куры брызнули врассыпную. Взметнулись к облакам голуби.

Витольд Аристархович подбежал к стоящей на краю подворья старой полувысохшей березе. На секунду замер, затем рухнул на землю и обнял руками белый в черных трещинах ствол.

– Милая… Успел все-таки! Ну все, все. Не бойся! Теперь уже ничего. Теперь мы вместе. Теперь не одолеют. Да разве ж я позволю?! А ты не ждала уже? Не верила… Место я не рассмотрел, потому замешкался. Сорок сёл прошел. Как же ты так-то? Разве можно? – по щекам художника, оставляя чистые полосы по грязи на лице, текли слезы.

Крестьяне во главе с Яном и Мироном Скрыником остановились на дороге в двух шагах от поваленного штакетника.

– Чего это он? – шепнул Скрыник.

– Цыц, не мешай старцу! – громким шепотом ответил Шубин. – Велик подвиг его. Двадцать лет в лесу жил. А недавно откровение ему было. Пятого дня вышел и – прямо к нам в монастырь. «Пошли, – говорит, – великая беда идет на Русь. Если не успеем до полнолуния березку спасти, на тысячу верст вокруг нее пустыня будет. И придет она через тридцать и три дня после смерти березки».

Услыхав шепот Шубина, толпа зашевелилась, передние стали передавать слова задним.

Вволю наплакавшись, старец Аристарх поднялся с земли, повернулся к крестьянам и стал внимательно рассматривать их лица.

– Хм, – сказал он с удивлением в голосе, – не пойму… Вроде обычные люди? За что избраны? – добавил строгости. – Чего стоите, истуканы? Пилы несите да топоры! Да землицы. Чистой землицы! Родник найдите нерукотворный. От его дна возьмите. Быстро, чада глупые! От вас все. От вас, неразумные. От греховности вашей!

Шубин толкнул Ольгу локтем в бок.

– Ну и Аристарх! Не ожидал. Вот что бескормица с людьми делает! Заметьте, не далее чем две недели назад этот проходимец называл меня мерзким лицемером за какие-то там стихи…

Ольга смотрела в небо и гладила полусогнутой ладошкой воздух над плечом.

Выслушав приказ старца, «республиканцы» с минуту нерешительно глядели друг на друга.

– Ну! – рявкнул прочно вошедший в образ художник.

Первым опомнился Мирон Скрыник.

– Не мешкай, православные! – крикнул он толпе и добавил, обращаясь почему-то к Шубину: – Я за пилой.

– Действуй, – одобрил Ян.

Толпа наполовину рассеялась, Витольд Аристархович снова опустился на землю рядом с деревом, обнял его, закрыл глаза и замер, казалось, отрешившись от мира.

Через полчаса все, о чем говорил старец, лежало возле березы. Витольд Аристархович не подавал признаков жизни.

– Старче… – тихо позвал Ян.

По заполнившему подворье народу прошелестело: «Умер старец».

– Выходит, не успел? – растерянно спросил Скрыник.

Не пошевелив ни единым мускулом, Витольд Аристархович открыл глаза.

– Моя могила двадцать лет как вырыта. Придет срок – сам лягу. Это вас с полпути забирают, потому идете неведомо куда. Котятами слепыми мыкаетесь…

Он встал, отошел от дерева на три метра и, пыхтя, забрался на дубовый ствол, предназначенный для приготовления корма скоту. Распрямившись во весь рост, художник с высоты строго окинул взором крестьян на подворье и возгласил:

– Люди! Сегодня всем миром мы можем спасти Русь. Сам я – ничто, пыль космическая. Творец лишил меня чести творить руками. Я мыслью озаренный! Наказанный пониманием. Я инвалид. Вы привыкли видеть калек без рук или ног. У меня же отрезано главное преимущество человека – право выбора. Ох, тяжко мне, люди! Но оно есть у каждого из вас. Я не могу сомневаться. Я должен! Сейчас открою вам то, чего людям на Земле открывать нельзя. Не все, конечно, лишь крупицу малую. Да и то не сразу, а частями.

Симанович-Винский спрыгнул со ствола, от чего дрогнула земля, подбежал к березе и закричал так, что присели лошади в хлеву:

– Думаете, это березка?! Дерево глупое?! Так знайте же – это она и есть – Россия!

«Я бы сказал – Белоруссия. Интересно, согласились бы луковчане спасать Белоруссию?» – шепнул Ян Ольге.

– Здесь! – ткнул Витольд Аристархович грязным пальцем в землю под деревом, – завязан узел сотворения. Березке осталось двадцать два дня жизни. Затем – конец всему! В полнолуние темные силы придут на нашу Родину. Не куда-нибудь за леса и поля. Сюда! В Луково. На каждую улицу, в каждый дом. Не думайте, что черти будут по деревне бегать. Нет! Вам не дано их видеть. Для вас они примут земной вид – атомная бомба либо похожее что-то. Не в форме дело. Но к осени на месте деревни будет пепелище. Даже ворона не найдется, чтобы глаза ваши окаянные выклевал. И прах земля не примет. Пришел час!

Симанович-Винский ступил два шага от березы к толпе:

– На колени!

Крестьяне мгновенно выполнили приказ и бухнулись в мелкую зеленую траву.

– Повторяйте за мной. Громко повторяйте! Не стесняйтесь подвига своего, – Творец наш единственный!..

На подворье взвыл хор из нескольких сотен селянских глоток:

– Творец наш единственный…

Осмотрев толпу – все ли повиновались, Витольд Аристархович продолжал:

– Соль земли дай корням нашим.

Сок жизни пусти по ветвям нашим.

Мысль предков вложи в плоды наши.

Свет солнца оставь глазам нашим.

Озарением мысли понимаю действия свои.

Добру отдаю руки свои.

Тебе вверяю жизнь свою.

Согрей теплом сердце мое.

Дай ключи в руки мои.

Соедини нити в груди моей.

Я – хозяин Земли.

По своей воле пришел!

Прокричав последнюю фразу, художник дождался, пока ее повторят крестьяне, и ласково велел:

– Встаньте, братья! Встаньте и идите ко мне. Берите в руки инструмент и отпилите ветви точно и том месте, где мертвое встречается с живым. Да цельтесь хорошо, нельзя ни мертвому живого оставить, ни живому – мертвого.

Сухие ветки упали на землю.

– Берите землицу со дна родникового, и пусть дети безгрешные чистыми руками замажут ею раны.

Дети помазали березу грязью.

– Все, братья! Первый день спасения закончен. Кажется, мы успели. Возрадуемся милости Создателя! Ставьте столы вокруг святого древа, несите яства. Сядем и отпразднуем по-русски, как отцы и деды учили. С добром, с любовью да с благодатью. Впереди труды великие! Семь дён наш подвиг длиться будет. Совместный подвиг! Дальше мы уж без вас, с иноком Яковом и блаженной Ольгой, внучкой моей. Великая ей сила Творцом дана, да являет не каждому. Может, и вам посчастливится, тут я ей не указ…

Через час вокруг березы стояли столы и скамейки. Закуски на столах были собраны из того, что нашлось в избах – времени приготовить угощение соответственно событию старец Аристарх луковчанам не дал. Но из двора напротив подворья с березой уже слышался предсмертный визг двух погибающих во славу спасения Руси свиней – крестьяне готовились ко второму дню великого подвига.

Старец Аристарх азартно хрустел птичьими костями, с остервенением опустошал тарелки перед собой. Глядя на него, Яну с трудом удавалось сохранять требуемую важностью момента серьезность.

– А старец-то, видать, вконец оголодал, – озабоченно шепнул ему занявший соседнее место за столом Мирон Скрыник.

– Две недели крошки во рту не имел святой человек, – кивнул Шубин. – Обет дал держать пост до спасения России. К нашему монастырю долго добирался, да от нас пять суток. Он точного места не знал, где священное дерево находится. Счастье великое, что у вас оно оказалось. Если бы живым его не застали, так и умер бы без воды и пищи, чтобы вашей гибели не видеть.

– Нешто и воду не пил?! – поразился Скрыник.

– Говорю тебе – ничего!

– Да разве можно выдержать?!

– Он не такой, как все люди. Знаешь, сколько старцу лет?

– Ну шестьдесят, может, чуть больше.

– Сто двадцать девять. Он еще Никольским старцам помогал келью строить. С девятнадцати лет по скитам. А двадцать лет назад откровение ему было о вашей березе. С тех пор и ушел в лес – ждать. В пещере жил, кореньями питался, даже ягодки в рот не брал. Понимаешь, не день и не месяц – двадцать лет. Сейчас он не от голода ест. Ест, чтобы силы набрать. Многие атаки ему за семь дней отразить нужно.

Скрыник слушал Яна, открыв рот.

– А что же внучка у него, коли сто лет по скитам? – спросил он, дождавшись паузы.

«Упущение…» – с досадой подумал Шубин. Вслух же сказал:

– Да это он только говорит так – «внучка». На самом деле блаженная Ольга – его пятое колено. Ты ей в глаза не смотри: там можно и смерть, и жизнь увидеть, смотря чего душа ищет. Ангел над ней неотступно. Голубя у блаженной на плече видишь?

– Нет, не вижу…

– Значит, не дано тебе. Благодари Создателя, это – к лучшему. Легче путь пройти, когда не видишь. Удобнее. Но я бы не хотел…

Ян и Ольга ночевали в избе Скрыника. Витольд Аристархович остался под березой, объяснив луковчанам, что в такое время на ночь Русь без присмотра лучше не оставлять.

Шубин проснулся затемно. Не дожидаясь пробуждения семейства Скрыника, он на цыпочках вышел из избы и направился к подворью с березой.

Симанович-Винский сыто храпел, опершись спиной на священное дерево. Из-за пояса его льняных брюк торчало закупоренное сухим кукурузным початком без семян горлышко лимонадной бутылки советского разлива.

– Старче, озаренный мыслью, вы утратили не право выбора, а всякое чувство меры.

– Что-о? – проснувшись, отодвинулся от березы Витольд Аристархович.

– Общение с адвентистом Супониным окончательно выбило вас из колеи. Вернитесь к реалиям.

Вдали, требуя завтрака, завизжала свинья. Ее вопль послужил сигналом, и вскоре вся деревня наполнилась душераздирающим свиньим визгом ее соплеменниц и криками петухов.

Никакие слова не возымели бы на художника такого действия, как эти мирные утренние звуки.

– Только не это! – простонал он. – Ян, давайте сейчас же уйдем отсюда!

– Вы с ума сошли? Луково просто обязано дать нам средства хотя бы на месяц беззаботной жизни.

– Да тут и денег, поди, нету…

– Скорее всего. Но найдем, что взять. Старайтесь работать на результат. Не пейте, меньше спите. Вы – талантливый актер, играйте двадцать четыре часа в сутки. Спектакль будет длиться всего семь дней, людям в вашей роли приходилось десятилетиями не выходить из образа. Играйте! «Наказанный пониманием» – гениально. Что нам захудалая деревня? – с такими данными можно народы с ума сводить. Нации. Религии зачинать! Вы – не Аристарх Врубель, вы – новоявленный протопоп Аввакум, Мартин Лютер, Конфуций из Новой Выставки. Я ухожу к Ольге, а вы тут создавайте антураж. И не братайтесь с лапотниками. Неистовствуйте!

Шубин ушел.

Витольд Аристархович достал из-за пояса бутылку, с сожалением поглядел на мутную, подкрашенную рассветом, жидкость за стеклом, широко размахнувшись, бросил ее в подсолнухи на огороде, вздохнул и пошел к оставшимся с вечера столам – завтракать, пользуясь отсутствием луковчан.

Второй день великого подвига собрал к березе все население республики Луково. С трудом передвигая ноги, шли даже те, кого давно считали неспособными к передвижению. Инвалиды в колясках обгоняли велосипедистов и старались первыми приложить к дереву больные места. Исцеление наступало мгновенно.

За прошедшую, бессонную для большинства «республиканцев», ночь в избах родилась версия о необыкновенных свойствах священного дерева. Сотни людей вдруг вспомнили, как под березой исчезала головная боль, и прекращали плакать больные младенцы, и птиц на ее ветвях всегда было больше, чем на ветвях других деревьев села.

Люди шли поведать старцу Аристарху о том, что даже смертельно больная, Россия заботилась о них. Истории о бытовых чудесах дерева уходили корнями в первую половину двадцатого века и терялись там, в путанице войн, революций и коллективизации. Кто-то вслух задумался над тем, что и немца-то в селе, видать, не зря не было… Страдающие острым маразматическим склерозом, престарелые очевидцы древних чудес вспоминали мельчайшие детали происшествий под деревом, хотя не могли восстановить ход событий вчерашнего дня. Старики говорили наперебой, стараясь перекричать друг друга, чем наскучили старцу, и он снова забрался на стол-трибуну.

– Люди, что вы помните из жизни своей? – взревел со стола Витольд Аристархович, заглушая голоса и разгоняя живность. – По какому праву беретесь судить день вчерашний? Разве в состоянии вы отделить черное от белого, а зеленое от спелого? А ну, вспомните, какие раньше были зимы и какими они стали сейчас?

Крестьяне заговорили все сразу:

– Раньше снежные и морозные! Помним Рождество в семидесятых. Колядки! Снегирей. Душа радела. Ноне слякоть одна!

– Тихо, неразумные, – прекратил синоптический отчет величественный на своем столе Симанович-Винский. – Так нет же! Зимы какими были, такими и остались. Просто снег и мороз ваша память удерживает дольше, чем грязь. Возомнили, что в состоянии воссоздать прожитое? Нет, вы можете вспомнить лишь то, на что хватило вашего скудного внимания! Да и то – преломленным сквозь призму впечатлений сегодняшнего дня, который, опять же, видите далеко не полностью! – Витольд Аристархович подпрыгнул на столе и заорал совсем уже нечеловеческим голосом: – Не сметь судить Россию!!!

Республиканцы испуганно отпрянули от стола. Старец вернулся в первую октаву.

– Болезни лечить приехали? – тихо, но ехидно спросил он. – Только о себе и думаете. Да если бы о себе, а то, смешно сказать, – о теле бренном. Эх, вы, человеки! Разве можно к ней, – художник указал на испачканную высохшей грязью березу, – сейчас с болезнями? Видать, вас и конец света не исправит. Ладно, кто нуждается в выздоровлении, идите к внучке. Это она наловчилась делать. Баловство. Хорошего бы чего выучила.

Ян приблизил губы к уху Натковской:

– Ольга, когда будете смотреть, представляйте, что входите в темный бесконечный коридор, в котором раньше никогда не были. Мысленно идите и старайтесь пугаться каждого следующего шага. Помните, каждый сантиметр коридора – неизвестность. Бойтесь до ужаса, но идите, потому что останавливаться нельзя.

Первым от толпы отделился мужик, возрастом немного за тридцать. Перекрестившись, он ударил кепкой оземь, схватил за руку азартно упирающуюся молодую бабу гвардейского вида и решительно шагнул к Яну.

– Ты вот что, монаше, скажи блаженной, чтоб бабу мою чуток подправила.

Суть недуга мужик не счел возможным озвучить. Он приблизил свое небритое лицо к уху Шубина и, тревожно оглядываясь на односельчан, прошептал несколько фраз.

– К гинекологу обращались? – деловито поинтересовался Ян.

– Да где ж?..

– Ну, а… – окончание предложения хорунжий сказал мужику на ухо.

– По семь раз на день, – краснея, отчитался тот.

– Ладно, поможем, дело не столь уж сложное. Ставь жену перед блаженной.

Баба полными ужаса глазами посмотрела на Ольгу и взвыла.

– Не пойду!!!

– Изувечу, – доброжелательно пообещал мужик. По тону можно было понять, что обещание имеет под собой реальную основу.

– Красавица, ничего не бойтесь. Добрым людям блаженная Ольга зла не делает. Во время исцеления ни в коем случае не отводите взгляда. Смотрите прямо в глаза блаженной. И думайте исключительно о хорошем, плохие мысли неминуемо обернутся против вас, – елейным голосом объяснял Ян.

Подталкиваниями, уговорами и угрозами бабу удалось установить в полуметре от Натковской.

Взгляд Ольги блуждал по облакам.

– Подожди, блаженная, не опускай очей, дай отойти на безопасное расстояние, – забормотал Ян, отходя от бабы. Остановившись, вдруг пронзительно крикнул: – Убери хворь из тела ее!

Ольга чуть подалась вперед и, медленно опустив взгляд, уставилась в глаза крестьянке. Но представить себя в темном коридоре не успела – та взвизгнула, закатила глаза и снопом рухнула на землю. Вслед за визгом на подворье наступила полная тишина, которую нарушил лишь звук падающего тела.

Мужик дернулся было поднимать лишившуюся чувств жену, но, взглянув на Ольгу, прошептал: «Спаси, Господи…», и остался на месте.

Сильнее всех испугалась сама исцеляющая: ее и без того огромные глаза расширились до размеров кофейных блюдец. Забыв о небесах, она виновато перевела взгляд на толпу. Отчего трое «республиканцев», взвыв, забились в приступе эпилепсии, остальные начали быстро прятаться друг за друга.

– Верни глаза небу, дева Ольга, пощади людей, – закричал Ян, окончательно перепугав крестьян.

Опомнившись, Натковская привычно подняла взгляд и принялась гладить рукой несуществующего голубя на плече.

Шубин, как ни в чем не бывало, подошел к мужику и докторским тоном сказал:

– Все. Дело сделано. Забирай пациентку.

Затем доверительно склонился к уху:

– Пацан будет. А что чувств лишилась, это ничего, каждый человек берет от взгляда блаженной сколько может вынести.

Объяснив мужику результат сеанса, Ян повернулся к луковчанам и скомандовал:

– Следующий!

Инвалидная коляска медленно выехала из толпы. Бородатый калека, стараясь не смотреть на Яна и Ольгу, развернулся в направлении выезда со двора и быстро задвигал руками, придавая коляске ускорение.

Клавдия Голышкина

Родилась и прожила основную часть жизни в городе Уфе. С 2000 года живу в Санкт-Петербурге. По профессии строитель-проектировщик. Стихи писала со школьных лет. Прозу начала писать, выйдя на пенсию. С 2009 г. публикую свои рассказы и стихи на сайте «Проза, ру». 21.03.2013 г. награждена дипломом финалиста национальной литературной премии «Писатель года 2012».

В 2011 году выпущена книжка «Быть собою» (издательство «Любавич», г. Санкт-Петербург (ISBN978-5-86983-258-0). В 2015 году издана повесть «Живая нить» в Карловых Варах.

С 2014 года член Российского Союза писателей.

Два щенка щека к щеке…

– Два щенка щека к щеке грызли щетку в уголке, – рассмеялась только что вышедшая из воды Катя, глядя на лежащих рядышком на ее покрывале, расстеленном на берегу живописного озера, ее друзей, уткнувшихся сосредоточенно в одну книжку. Галя с Володей так увлеклись чтением, что даже не отреагировали на Катины слова. Катя опустилась рядышком на мягкую зеленую, почти шелковистую, траву. Ласково рукой провела по траве.

– Травушка-муравушка, – тихо, будто про себя, произнесла Катя. Затем, обхватив руками мокрые, еще пахнувшие озерной водой ноги, уткнулась подбородком в острые девчоночьи колени.

Господи! Как же она любила это озеро! Этот неуловимый запах озерной воды, эти холодные струи ключей, бьющих с глубины на середине озера! Эти молодые плакучие ивы, полоскавшие свои длинные, тонкие, упруго гибкие ветви в озерной прохладной воде! Эти желтые кувшинки с круглыми, огромными, как лопухи, листьями и белые нежные лилии, растущие в самом глухом, уже начинающем зарастать, затягиваться болотною тиной, уголке, где так близко, так плотно подступал лес! Она любила и этот высокий берег с его мягкой травкой, по которой так приятно бегать босиком, и противоположный берег, заросший высокой травой, среди которой можно было нарвать охапку таких скромных, но бесконечно милых, пахнущих тонким ароматом цветов. Любила и дубовую рощу, растущую правее этого стрекочущего, жужжащего, пахнущего медом луга. Любила этот гвалт детских голосов босоногих огольцов, неизвестно когда успевших уже загореть к началу июня, носившихся друг за другом по берегу, и визг купающейся детворы в коричневой от поднявшейся со дна мути воде на самом мелководье.

Катя повернула голову в сторону друзей детства, продолжавших увлеченно изучать книгу. На какой-то миг ей показалось, что Галя с Володей заворожены вовсе не содержанием книги, а ощущением близости друг к другу, ожиданием чего-то таинственного, неизведанного и бесконечно влекущего…

Катя встала и пошла к озеру. Старая ветла, стоявшая на самом краю берега и подмытая водой со стороны озера, обнажила частично свои толстые, узловатые корни. Они были гладко отшлифованы от воды и касания рук и ног ребятишек, которые, вылезая из воды, цеплялись за эти коряжистые выступы далеко уходящих вглубь берега корней. Цеплялись, чтобы подержаться и отдохнуть от купания, а вылезая на берег, опирались на них коленом, помогая себе этим вылезти, не испачкав ног об илистое дно. Катя села на большой гладкий ствол корневища, спустила ноги в прохладную озерную воду. Поодаль плескались ребятишки. На берегу, как всегда, было много народу. Загорали, лежа в траве, играли в волейбол, справа с соседней огромной ветлы ныряли мальчишки. Карабкаясь по корявому разветвленному стволу старого дерева на крепкий, торчащий в сторону сук и раскачавшись на нем, прыгали с него в воду. Над озерной гладью стоял гам. Справа у берега в воде гонялись друг за другом несколько ребятишек. На середине озера баловались с накачанной от большого грузовика камерой трое подростков, переворачивая ее, чтоб сбросить в воду забравшихся на камеру, потом, взобравшись на нее сами, прыгали с нее в воду.

Катя соскользнула в воду и поплыла. Давно прошло то время, когда она мечтала научиться плавать хорошо, чтобы переплывать озеро. Теперь ей было мало этого, озеро было не очень широкое, и она плавала не поперек, а вдоль озера, чтобы насладиться плаванием. Перевернувшись на спину, она лежала на поверхности воды, смотрела на голубое, без единого облачка небо, и ей было хорошо. Это было первое в ее жизни счастливое лето. Впервые она с удовольствием вспоминала о школе, об одноклассниках, с которыми поначалу не складывались отношения, и, конечно же, о нем…

На линейке в вестибюле второго этажа представляли учащимся двух завучей, пришедших одновременно в их школу. Стоящей в третьем ряду невысокой Кате пришлось встать на цыпочки и вытянуть голову немного вбок, чтобы увидеть из-за голов однокашников тех, кого представляла Кира Васильевна. Наконец-то ей это удалось. Девочка замерла. Она так и осталась стоять на цыпочках, вытянувшись как-то неуклюже вбок, совершенно не замечая неудобства своей позы. Она стояла и смотрела во все глаза на человека, так не похожего ни на кого из ее окружения.

Рожденной под знаком «Рыб», ей самой Вселенной дано было острое восприятие окружающей ее действительности: несовершенство, а порой и жестокости в жизни людей и тонкое чувствование подлинной красоты и гармонии природы. Она всем своим существом, всеми фибрами своей юной, еще неиспорченной души восставала против глуповатого хихиканья подружки, так не вязавшегося с ее практичным не по годам умом. Восставала в душе против «перемывания косточек» живших неподалеку людей матерью другой своей подружки со своей соседкой. Поражалась и как-то съеживалась внутренне, слушая рассказы о «завоеваниях» и поклонниках второй подружки детства, надменной красавицы, уверенной в своей неотразимости. Она восставала всей душой против насмешливых, издевательских реплик учительницы литературы, направленных на незадачливого ученика, плохо ответившего на уроке. Ее поражала холодная черствость математички, учившей их в прошлом году, ведущей уроки сухим казенным, лишенным каких бы то ни было эмоций языком. Будто перед ними был робот с довольно-таки миловидным, даже весьма симпатичным лицом весьма интеллигентного вида женщины.

Впрочем, однажды Катя все же увидела всплеск эмоций этой довольно странной, будто действительно запрограммированной на бездушие дамы. В этот раз против всегдашней своей крайне пунктуальной особенности – входить со звонком в классную комнату своей твердой походкой – она буквально ворвалась в класс с взбудораженным, покрытым красными пятнами лицом. Горевшими от злости глазами она отыскала среди притихших от неожиданности ребят Любку Иванову, немного неряшливую, но довольно-таки благодушную, приветливую девчонку, и всю свою непонятно откуда взявшуюся злость вылила на нее, выкрикивая жесткие хлесткие слова и щедро выплескивая свой негатив не только на нее. После нескольких фраз, прозвучавших в абсолютной тишине класса, довольно странных по форме и черных по содержанию, ребята наконец поняли, что испуганной, втянувшей голову в плечи Любке досталось за ее мать, непонятно чем так взбудоражившую нашу уважаемую, всегда невозмутимую, никогда прежде не выдававшую своих эмоций Аркадию Михайловну.

Кате было дано видеть и остро воспринимать многие стороны этого несовершенного мещанского бытия своих односельчан. Она совершенно не понимала смысла их жизни. Вокруг ссорились, мирились, предавали, сплетничали, предавались разгулу, плодили таких же бездарных, ограниченных, как они сами, детей. Ради чего живут эти люди? Для чего родилась она сама? Ответа на этот вопрос она не находила.

И вот эта встреча… Он был другой. Он был из другого мира, из мира, которого она не знала. В нем была спокойная уверенность знающего себе цену человека. От него исходило обаяние доброжелательности и чего-то теплого и светлого – того, чего не было в других. И пятнадцатилетняя рыжая, веснушчатая, некрасивая Катька почувствовала вдруг, что в ее жизни произошло чудо. Это он! Это Человек! Значит, на свете есть настоящие люди. И это было открытие! Это было откровение для худенькой маленькой девочки-подростка.

Почему она все это вспомнила сейчас, лежа на поверхности водной глади этого теплого, родного до боли озера? Мысли почему-то перескакивали с одного воспоминания на другое. Ах, да… Вовка…

Вовка приехал неожиданно. Приехал на побывку из военной Учебки. Статный, красивый парень! Военная форма шла ему как никому другому. Приехав, он тут же отправился в школу. Ему хотелось посмотреть на школу, в которой он проучился восемь лет и затем не был в ней три года. Заодно, конечно же, показать и себя – такого привлекательного в новенькой военной форме, так идущей ему.

«Жаль, что одноклассников не встречу», – подумал Вовка. Его класс выпустился в прошлом году.

Он стоял посреди школьного двора, неотразимый, подтянутый в своей красивой, подогнанной под его стройную фигуру военной форме младшего лейтенанта, почему-то не решаясь зайти в школу повидаться с учителями. Стоял и смотрел на окна третьего этажа, из которых доносились смеющиеся голоса высунувшихся старшеклассниц.

– Девчонки! Посмотрите, какой красавчик к нам пожаловал, – окликнула своих однокашниц, занимающихся уборкой классной комнаты, всегда улыбающаяся Машка. Девчонки, побросав мокрые тряпки и швабры, кинулись к окну и, свесившись с подоконника третьего этажа, глазели на паренька в военной форме.

– Интересно, к кому он пришел? – сказала черноглазая, острая на язык, Аська. Любопытство заставило и Катю бросить тряпку, которой она мыла пол, и тоже подойти к окну.

– Ой, девчонки, да это же Вовка! Володя! – крикнула Катя.

Парень повернул голову в ее сторону и, заулыбавшись, махнул рукой.

– Тетя Нюра сказала, что ты еще в школе! – крикнул он радостной Кате. – Ты скоро?

– Я сейчас, мигом! – крикнула Катя и, схватив портфель, бросилась из класса.

– Ни фига себе тихоня! Вот тебе и Рыжая! – завистливо сказала худая некрасивая Симка, всегда пытающаяся шутить над другими, но почему-то всегда неудачно: шутки получались злыми, желчными, за что ее и недолюбливали в классе. А Катька, перескакивая через ступеньки, мчалась на встречу со своим другом детства.

Когда Вовка собрался в Учебку, он пришел к Кате, сел у ее калитки на скамейку и стал дожидаться ее прихода. Катя удивилась его визиту. Володя был старше ее на два года. Тем летом он закончил восьмой класс, она – шестой. Катька была тем далеким летом еще совсем сопливой девчонкой, как сказала бы ее мама.

– Я посоветоваться с тобой пришел, – сказал тогда Вовка.

– О чем? – удивилась Катя.

– Кать, сегодня в школу приходили из военкомата. В Учебку агитируют, на военного учиться. Как ты думаешь, стоит ехать? Уезжать из дома придется, Учебка – в Ульяновске.

– Ну, ты даешь! Почему ты со мной говоришь об этом?

– Ас кем мне говорить, с мальчишками нашими, что ли? – усмехнулся Вовка.

– С родителями, конечно!

– Они говорят: сам думай, – сказал как то невесело паренек и отвернулся в сторону, пытаясь скрыть досаду.

– Ни фига себе… – тихо удивилась девочка.

Потом через две недели Вовка пришел попрощаться.

– Кать, можно я тебе писать буду? Ты мне как сестренка, – пояснил он, увидев удивленные глаза рыжей некрасивой девчушки.

Катя, случайно опустив ногу ниже прогретого солнцем слоя воды и ощутив холодные, бьющие со дна родниковые струи, быстро поплыла к берегу. Она плыла не к друзьям, лежащим на солнцепеке и не замечающим его, она почему-то поплыла к другому, противоположному берегу. Вышла из воды, вскарабкалась на высокий отвесный берег, поросший высокой луговой травой. Постояла с минуту, любуясь цветущими травами, вдохнула их пряный аромат. Воздух, насыщенный медовым запахом, казался густым и плотным.

«Хоть режь ножом и намазывай на хлеб», – подумала Катя. Она опустилась в высокую траву, примяв несколько душистых стебельков. Потом легла, чувствуя тепло, идущее от земли. Высокие травы, окружавшие ее, скрыли девочку от взора купающихся в озере людей и нежившихся на другом берегу озера. Ей тоже никого не было видно, а только слышно гомон купающихся в озере и резвящихся на другом берегу людей. А берег, на котором лежала девочка, был пуст. Он находился дальше от поселка и был не так удобен для отдыхающих. Лежа в траве, Катя наблюдала за муравьем, быстро передвигающимся по стеблю иван-чая. Затем закрыла глаза, слушая стрекот кузнечиков.

Поток мыслей ее вернулся к прежней теме – к воспоминаниям, к Вовке…

… – Как сестренка? – переспросила удивленная девочка. Катю признание соседского паренька подкупило. «Не к Лидке, надменной красавице, постоянно задирающей перед всеми нос, а ко мне подошел», – удовлетворенно подумала она и кивнула в ответ.

Через неделю Вовка праздновал свой отъезд со своим другом, который жил тоже по соседству. Два парня пригласили на вечеринку двух своих одноклассниц – оформившихся в округлые формы девчонок, обильно разукрасивших свои привлекательные мордашки дешевой косметикой и надевших на себя непозволительно короткие по тем временам юбки. Катя, возвращаясь из булочной, встретилась с веселой компанией. Вовка сделал вид, что не заметил свою названую сестренку. В детском сердце девочки родилась обида.

«Писать, так я, – подумала девочка, – а на вечер других пригласил!»

Возможно, это была первая в ее жизни ревность, которую она приняла за обиду. Настроение почему-то упало. Катя, придя домой, положила на обеденный стол купленный в булочной хлеб, вышла во двор, взяла велосипед, вышла за калитку. Высоко, по-мальчишечьи, закинув ногу через сиденье, села на велосипед и поехала на озеро. Это озеро она любила, как не любила в своей жизни ничего и никого, разве только мать, да и то неосознанно. И всегда, когда ей было плохо, ей почему-то хотелось прийти именно сюда, на этот высокий живописный берег ее родного Конопляного озера.

Но Катя быстро забыла свою обиду. И получив первое Вовкино письмо, обрадовалась. Ей хотелось узнать, как ему живется в этом далеком Ульяновске. Да и Вовка попросил ее забрать из школы его учетную карточку комсомольца и переслать ему. Катя понимала, что это важное для него дело она должна сделать. Так началась их переписка.

Он писал о его военных буднях в Учебке. Расспрашивал ее о новостях в школе, о соседских мальчишках, их общих товарищах. И Катя добросовестно отвечала на все его письма. Как-то незаметно для себя Катя привыкла к его письмам, стала ждать их, радовалась этим письмам в неприглядных, без марок и картинок, дешевых конвертах и, отвечая, начала как-то исподволь делиться с Вовкой своими полудетскими наивными мыслями, событиями своей незамысловатой жизни. Со временем Катя начала воспринимать Вовку как своего друга.

И вот он приехал, спустя три года. Катя, выбежав из школы навстречу своему другу детства, ожидавшему ее, вспомнила о своей подружке, с которой всегда вместе возвращалась из школы. Она подняла голову, нашла глазами окно их класса. Девчонки с любопытством взирали сверху.

– Галка! – крикнула Катя – приходи! Я книжку дочитала, заберешь.

И, помахав рукой на прощанье, пошла к Вовке. Он стоял посреди школьного двора, польщенный вниманием старшеклассниц, и делал вид, будто с интересом наблюдает за ребятней, гонявшей непонятно откуда взявшийся волейбольный мяч.

– Давно приехал? – спросила подошедшая Катя.

– Сегодня, – ответил Володя.

– С приездом, – сказала Катя. – Пойдем?

И она двинулась к воротам.

– Слушай, – сказал Вовка, – а поехали в город?!

– Зачем?

– Ты была когда-нибудь в «Родине»? Хочешь – пойдем?

– Хочу, – сказала Катя.

В городе она бывала редко. А в лучшем кинотеатре города «Родина» ей бывать еще не приходилось.

«Первый раз в такой кинотеатр иду, – подумала Катя, – да еще с парнем».

Это тоже было для нее впервые. Ей льстило его внимание, льстило, что он, приехав, сразу же пошел ее встречать. Катя посмотрела на своего попутчика. Володя повзрослел. Стал еще красивее. Но его красота почему-то не трогала некрасивую рыжую Катьку. Ей просто было лестно идти с таким видным парнем в военной форме, которая была так ему к лицу.

А было все просто. Катя была еще совсем ребенком, когда Володя уезжал в Учебку. Девочка, закончившая шестой класс, она еще не пробудилась для девичьих чувств. А теперь, три года спустя, Кате было шестнадцать лет. И сердце ее было занято. Она была безгранично, безумно влюблена. И объектом ее обожания и поклонения был отнюдь не этот стройный и привлекательный юноша, приехавший в свой родной город на побывку. Володя опоздал. Он уехал от девочки-ребенка, а приехав, увидел девушку, сердце которой принадлежало уже другому. Катя писала Володе обо всем, но о своей любви к учителю она ему не поведала. Володя сам понял, увидев Катю, что кто-то стоит между ними, но спрашивать что-либо ему не позволяла гордость. Он по-своему был привязан к Кате. Наверное, он тогда, три года назад, не соврал ни ей, ни себе, назвав ее сестренкой. Она была для него не чужой, было в ней что-то, что располагало его к ней. Простота в отношениях, какая-то подкупающая доверчивость. Почему-то именно к ней захотелось прийти, когда ему нужно было с кем-то поговорить. Именно ей проще всего было написать. Но девушкой своей мечты этот красивый юноша, конечно же, ее не видел. Он мечтал встретить красавицу, не уступающую по красоте Лиде, подружке Кати. Володе нравилась внешность Лиды, но он всегда ее побаивался, тушевался под ее насмешливым взглядом. И было в этой красавице что-то, что отпугивало его. Какая-то холодная надменность, высокомерие, которое оскорбляло его самолюбие. С Катей же было все иначе, с ней было спокойно и как-то легко, как будто она была своей.

«Ну почему добрые девчонки, как правило, дурнушки? – спрашивал он себя. – Эх, если бы Катька хоть чуточку была посимпатичнее…»

За время их переписки Володя привязался к этой некрасивой девочке еще больше. Он радовался ее письмам, ждал их. И если почему-то ответ задерживался, чувствовал, что ему чего-то не хватает. Несмотря на это, Володя боялся встречи с Катей. Он, конечно же, очень хотел ее увидеть: какая она, интересно, стала? Неужели все такая же дурнушка? Володе не терпелось увидеть Катю, поболтать с ней обо всем. Но он боялся, что девочка может рассматривать его как

своего парня, боялся того, что она свяжет его своей дружбой. Он не знал наверняка, как она его воспринимает, как расценивает их дружбу. Встретившись с ней, Володя понял, что опасения его были напрасны. Он даже не подозревал, насколько легко ему будет с ней общаться, будто и не было тех трех лет Учебки.

Катя шла рядом, эмоционально размахивая руками, рассказывала о своих одноклассниках, о ребятах со своей улицы и так же заразительно смеялась, как когда-то в детстве, когда он запихивал ей за шиворот снег, отнимал у нее биту, не давая ей «водить», или шептал что-нибудь смешное на ухо, когда они играли в «глухой телефон».

– А ты совсем не изменилась, – сказал он, – только повзрослела немного.

И вдруг неожиданно для себя вынул из кармана фотографию девушки, той самой девушки, которая так нравилась ему, продавщицы из магазина, где он часто отоваривался на свою скудную стипендию. Володя, конечно же, не собирался показывать Кате эту фотографию. Почему же вдруг он ее вытащил? Захотел увидеть ее реакцию? Убедиться в незыблемости их отношений? Он видел: Катя живет какой-то своей внутренней жизнью, неведомой ему. Он понял, что ее сердце принадлежит кому-то, кого он не знает. И почему-то в этот самый момент паренек почувствовал какую-то досаду. Конечно же, вначале, несмотря на задетое самолюбие, он все же, вопреки всему, почувствовал даже какое-то облегчение. Но, глядя на смеющуюся подружку детства, Володя поймал себя на том, что вовсе не слушает, о чем она ему рассказывает. Володя почувствовал, что он почему-то «закипает». Он не понимал, что его так задело, но почему-то почувствовал раздражение, будто у него что-то отняли. Ведь он за эти три года так привык к ее письмам! Ее присутствие в его жизни стало чем-то привычным, почти необходимым! Она была частью его жизни, частью его самого. И вот эта часть его сейчас уходила от него. Он чувствовал это кожей, каким-то шестым чувством. Он даже сам не смог бы объяснить, почему он так думал. Но он знал, что это так. Эта смеющаяся рыжая некрасивая девчонка, которая сейчас шла рядом с ним, уже не принадлежала ему. Он это знал уже наверняка.

«Как она посмела? – злился он про себя – Что она из себя воображает? Конопатая! – со злостью мысленно обозвал он ее. И вынул вдруг эту фотографию Нины. – Пусть полюбуется, – мстительно подумал Володя. – Пусть посмотрит, какие девушки на меня обращают внимание. Не чета тебе!»

Катя удивленно взяла фотографию в руки, внимательно посмотрела на девушку. Внутри что-то кольнуло. Странное чувство охватило девушку, будто кто-то одним махом превратил стоявшего рядом с ней близкого, родного ей человека в чужого.

– Красивая, – сказала она вслух. – Как ее зовут?

– Нина.

– Учится или работает?

– Работает! – отрывисто сказал Володя и почему-то с важностью добавил: – Вот, думаю, жениться или подождать немного.

– Мне пора, – сказала Катя, переведя взгляд с фотографии на Володю.

– Постой, а кино? – неуверенно спросил Володя.

– Знаешь, давай в другой раз.

– Ты что, обиделась? – Володя понял, что поступил как-то не совсем хорошо. Он стоял с виноватым видом, ругая себя мысленно, но не знал, как поступить дальше.

– Привет! – сказала подошедшая только что Галя. – На озеро не хотите сходить искупаться?

– Хотим! – быстро ухватившись за вовремя подоспевшую помощь, сказал Володя.

Катя пожала плечами.

– Идите тогда, переодевайтесь, – сказала Володе Галя, посмотрев на его парадный военный мундир.

– Чаем напоишь? – обернулась она к Кате.

– Угу, – отозвалась Катя.

– Я быстро! – обрадовался Володя, он оживился появлению Гали. Она помогла сгладить неловкое положение. Он энергично направился в сторону своего дома. Девушки зашли во двор Катиного дома.

– Вы что, поссорились? – спросила дотошная Галка.

– С чего ты взяла? – Катя всеми силами старалась не выказать своего настроения. – Заходи, – подтолкнула она к дверям родительского дома свою одноклассницу. Поставив на газ чайник, Катя принесла Гале книжку. – Возьми, потом забуду.

Галя открыла книгу, погрузилась в чтение.

– Ты в купальнике? – спросила Катя.

– Конечно, – не отрываясь от книги, ответила Галя.

– Я переоденусь, – сказала Катя и скрылась в спальне. Она торопливо натянула купальник, надела легкое платье и занялась столом.

Через несколько минут появился Володя.

– Садись с нами, – подвинув стул, пригласила Катя. Она рада была присутствию общительной Гали, которая разряжала неловкость, появившуюся в отношениях с Володей.

– Какое вкусное варенье! – восхищенно сказал Володя, – сама варила?

– Под маминым руководством, – улыбнулась Катя.

– А у меня почему-то из яблок не получается такое прозрачное, словно янтарное, – оторвалась от книжки Галя.

– Это сорт яблок особенный, «Золотая китайка» называется.

Стукнула калитка.

– Тетя Нюра идет, – сообщила, выглянув в окно, Галя.

– У-у-у! Сколько гостей у нас! – произнесла, заходя в дом, мать Кати. – Да вы, наверное, голодные, что же вы чай-то пьете? Там суп в холодильнике, картошка с мясом есть.

– Не, тетя Нюра, мы уже перекусили, спасибо большое, – отозвалась Галя.

– Спасибо! – поднялся и Володя.

– Мам, мы на озеро, – сказала Катя, сворачивая старенькое покрывало.

По дороге разговор как-то сам по себе получился непринужденный. Галя смеялась своим же шуткам, игриво поглядывая на нового знакомого. Володя охотно поддерживал веселый разговор. Катя, улыбкой отвечая на шутки друзей, шла рядышком, стараясь не испортить своим непонятно почему упавшим настроением царившей в отношениях ее друзей идиллии.

На озере, как всегда, было много народу. Конопляное было любимым местом летнего отдыха затонцев. Катя расстелила взятое из дома покрывало на берегу озера на мягкой траве.

– Купаться пойдете? – спросила Катя.

– Попозже, – ответил Володя, подавшись навстречу знакомому пареньку, собирающемуся уже уходить домой.

– А я позагораю вначале, – сказала Галя.

– Ну, как хотите! – ответила Катя, сбросив на траву снятое с себя платье.

Она шла к воде, с каждым шагом все больше освобождаясь от нахлынувшего на нее уныния, словно сбрасывая с себя остатки плохого настроения. Спустилась к воде, поплыла, перевернулась на спину. Высоко в небе плавилось яркое солнце…

На высоком, заросшем разноцветьем берегу, среди белых зарослей пастушьей сумки, фиолетовых колокольчиков и неказистых кустиков с голубыми ромашкообразными цветками цикория, в высокой траве спала рыжая худощавая девочка. Купальник ее уже успел высохнуть. На этом берегу она находилась уже больше получаса. Погрузившись в воспоминания, она не заметила, как уснула. Открыла глаза, почувствовав рядом с собой присутствие постороннего. Рядом с ней стоял Витька, ее бывший одноклассник. Стоял и смотрел на нее сверху вниз.

– Привет! – сказал Витька, присев на корточки рядом с лежащей девушкой.

Катя села, обняв колени руками.

«Надо же! подстригся…» – отметила мысленно девушка, взглянув на паренька и вспомнив совсем еще недавнюю встречу с ним, нечесаным, лохматым, подражающим каким-то западным «панкам».

– Привет, – ответила она, внимательно посмотрев на однокашника.

– А ты, как всегда, в своем репертуаре, – сказал паренек.

– В каком смысле? – удивилась девушка.

– Ты одна так плаваешь: вдоль озера.

– Места мало, – засмеялась девушка, – озеро узкое.

– Ты здесь долго еще будешь?

– Да нет, идти пора, – сказала Катя поднимаясь.

– Подожди, не уходи, – попросил паренек.

Девушка, вопросительно взглянув на него, вновь опустилась на траву. Сорвала травинку, надкусила сладкий стебелек. Вновь

перевела взгляд на юношу. Витька сел рядом, машинально повторив движение девушки, сорвал травинку.

– Кать, можно с тобой встречаться?

– Дружить, что ли? – не поняла девушка.

– Ну, можно и так сказать, – ответил паренек.

– Давай дружить, – улыбнувшись, ответила Катя и поднялась. Они пошли по берегу озера в обход. Витька, окрыленный согласием девочки, начал увлеченно рассказывать ей о бабочке-махаоне, которую, ловко прыгнув в сторону, поймал для Кати. И, теперь, бережно держа бабочку в одной руке, мягкими движениями пальца другой руки осторожно поглаживал ее по туловищу, объясняя Кате, что крылышки трогать нельзя, не повредив их.

– Отпусти ее, – попросила Катя. Она с любопытством наблюдала за пареньком, открывшимся для нее с такой неожиданной стороны.

Подойдя к Гале с Володей, по-прежнему совместно читающим книжку, она, подхватив свое платьице, бросила на ходу своим друзьям:

– Я домой! Пока!..

Не услышав ответа, Катя мельком взглянула на притихшую парочку. Оба молчали, уткнувшись в книжку, будто не слышали Катиных слов.

– Пошли? – обернулась Катя к Вите.

– Пошли, – кивнул в ответ паренек.

Они двинулись в сторону поселка. Катя, на ходу надевая платье, слушала продолжение Витькиного рассказа.

«Надо же! Столько знать о какой-то бабочке! И с каким интересом, с упоением рассказывает!» – отметила про себя Катя, поймав себя на мысли, что думает совсем не о бабочке.

У нее перед глазами стояло только что увиденное… Комментариев никаких в голове почему-то не возникало. Мыслей, определяющих происшедшее, тоже… Просто почему-то внутри образовалась пустота, словно черная дыра в космическом пространстве. Стало как-то неуютно в этом совсем еще недавно таком приветливом и неповторимом мире.

Усилием воли Катя заставила себя переключить свое внимание на собеседника. Витька в это время, подняв руку в приветственном жесте, удостоил вниманием своих друзей, сидевших на обочине находившегося слева от дороги самодельно устроенного футбольного поля, по которому мальчишки гоняли мяч. Двое Катиных и Витиных однокашников, Федька с Пашкой, увидев Катю с Витей, переглянулись. Катя, взглянув на однокашников, уловила усмешку во взгляде Федьки.

«Так вот оно что! Поспорили на меня, что ли?» – Катю захлестнули эмоции. Витька что-то продолжал оживленно рассказывать, улыбаясь, заглядывал в глаза Кати. Но Катю потрясла эта непонятно откуда возникшая вдруг уверенность в своей догадке. В висках застучало.

«Если некрасивая, значит, издеваться можно? Ладно!»

Витька не заметил Катиной обиды, он был увлечен своим триумфом, ему приятно было, что он нашел такого внимательного и благодарного слушателя. Он редко встречал сверстников, которым было интересно слушать его рассказы. А рассказывать Витька умел и любил, и очень любил ощущение своего лидерства и превосходства, подтверждение своей значимости, когда убеждался, что знает намного больше своих одногодок.

– Ну, вот мы и пришли, – сказала Катя, посмотрев прямо в глаза своему попутчику.

Витька как-то осекся на полуслове, наткнувшись на холодный колючий взгляд Кати. Он не уловил, не понял, когда и как произошла перемена в настрое его попутчицы, а главное – почему?

– Почему ты меня гонишь? Что я тебе такого сделал?

– Ну, почему же гоню? Пошли ко мне в гости!

– В гости к тебе? – недоуменно переспросил паренек.

– Ко мне, – подтвердила Катя, – Я тебя с мамой познакомлю!

Витька отступил назад.

– Ладно, Кать, как-нибудь в другой раз… – огорченно произнес он. И, бросив разочарованный взгляд на свою попутчицу, круто развернувшись, ушел. Катя, посмотрев вслед быстро удаляющемуся кавалеру, невесело усмехнулась.

Перед калиткой родного дома замедлила шаг. Села на скамейку. Идти в дом не хотелось. Если дома кто-то есть, придется прятать свое смятение, иначе начнутся вопросы, отвечать на которые уже не хватит выдержки. Из-за угла с соседней улицы завернула соседка. На расстоянии кивнув ей головой, Катя поднялась и пошла во двор. Дома был только братишка, младше Кати на целых два года. Вот кому, уж точно, не было до нее никакого дела. Катя, облегченно вздохнув, поставила на газ чайник. Есть не хотелось. Как-то скорее по инерции, по привычке заглянула в холодильник. Внимание ее от холодильника отвлек стук открывающейся калитки. Во двор входила сестра Таня со своей подругой.

«Подколов мне только сейчас не хватает!» – подумала раздраженно Катя.

Быстро захлопнув дверцу холодильника, она выскользнула из дома в сад, оттуда по тропинке прошла быстрыми шагами в лес, вышла на лесную тропинку, пролегавшую вдоль канавы, ведущую на Конопляное. Катя сняла шлепки, в которые второпях юркнула при бегстве. Пошла босиком по влажной, еще не просохшей после вчерашнего дождя, упруго пружинившей под босыми ногами тропке. Катя подняла голову, посмотрела на густую крону деревьев, заслонявших эту лесную тропку от прямых лучей солнца. Девушка медленно направилась в сторону озера.

«Как хорошо, – подумала Катя, – что есть эта дорожка, такая уютная, скрытая от множества глаз». Люди почему-то предпочитали ходить на озеро по улице. А Катя больше любила эту, скрытую от людей, лесную тропинку.

Кругом щебетали птицы. Легкий ветерок, слегка колыхавший верхушки деревьев, вниз почти не проникал.

Тропинка вывела Катю к озеру, к тому почти безлюдному его местечку, заросшему кувшинками и водяными лилиями. Вдали, на том самом месте, которое она покинула несколько минут назад, стоял все тот же гвалт ребятни. И народу там не поубавилось.

Здесь же, в зарастающем уголке на берегу, почти никого не было. Прошли мимо трое подростков, попытавшихся залезть на стоявшее поодаль дерево и затем нырнувших с нижней крепкой ветки, откинувшейся как-то вбок, почти горизонтально, от ствола этого дерева. Но озеро в этой части было не такое глубокое. И мальчишки, разочарованные в своей затее, направились на прежнее, уже обжитое место.

Катя пошла по берегу, дошла до своих любимых ивушек, села, прислонившись спиной к одной из них. Прохлада озерной воды подействовала умиротворяюще на девушку. Она разделась, подошла к самому краю берега, присев, соскользнула в воду. На этот раз она не поплыла на середину озера, она медленно, мерно разгребая руками воду, плыла вдоль берега, любуясь зарослями ивушек. Доплыв до конца зарослей, повернула обратно. Легла на спину. Небо поразило своей голубизной. Раздражение куда-то пропало. На душе было светло и спокойно.

Вовка больше не появился у Кати. Она даже не знала, когда он уехал. Их встреча произошла через полтора года. Вечером, около девяти часов, возвращаясь в сумерках из клуба с просмотра нашумевшего фильма о конструкторе Королеве, Катя с сестрой Таней завернули на свою улицу. Обсуждать фильм, как обычно, почему-то не хотелось. Фильм произвел сильное впечатление, хотелось просто помолчать, подумать. Катя смотрела себе под ноги, подняв глаза, увидела впереди на освещенном фонарем отрезке дороги приближающуюся парочку. Девушка с парнем шли, по-детски держась за руки. Увидев приближающихся сестер, паренек резко высвободил руку, только что державшую ладошку своей спутницы. Таня удивленно перевела взгляд с паренька на сестру. Катя, тоже не понявшая причины столь резкого жеста, всмотрелась внимательно в лицо поравнявшегося с ней паренька. Вовка кивнул, приветствуя сестер. Катя с Таней кивнули в ответ. На улице поблизости людей не было.

– Что это с ним? – спросила любопытно Таня.

– Понятия не имею, – ответила Катя.

– Это он из Ульяновска себе невесту привез?

– Похоже на то.

На следующий день, катаясь на лыжах, Катя увидела неподалеку от озера Володю, катавшего на санках свою подружку. Увидев Катю, Володя, упрямо сжав зубы, побежал быстрее. Разогнав санки, быстро развернул их, уронив свою спутницу в сугроб. Смеясь намеренно громко, начал поднимать ее, отряхивая снег с ее шубки.

Катя проехала мимо. Она даже не догадывалась, что это их предпоследняя встреча в жизни. Она не знала тогда, что впереди ее ждет только одна встреча с этим пареньком, спустя более пятнадцати лет.

Автобус остановился на остановке «Завод РЭБОР». Катя, подойдя к раскрывшейся двери, стала спускаться по ступенькам старого автобуса. Почувствовав взгляд со стороны, подняла глаза. В трех метрах от нее стоял молодой красивый мужчина в элегантном костюме. Чуть вьющиеся русые волосы его были тщательно уложены, словно он только что вышел из парикмахерской. Его подчеркнутая ухоженность как-то сильно контрастировала с окружающими его затонцами, не слишком-то обращающими внимания на свой внешний вид работягами. Он стоял на автобусной остановке и молча, как-то изумленно, смотрел на Катю. Перед ним как-то неожиданно вдруг возникла давняя подружка детства. Тонкое шифоновое платьице красивой расцветки, удачно сочетавшейся с цветом ее глаз, облегало ее худенькую фигурку, подчеркивая ее стройность. Легкий ветерок слегка развевал легкие пушистые завитки волос цвета спелой пшеницы, которые в отблесках яркого солнца слегка золотились. Правильные строгие черты лица девушки почему-то придавали ей облик молодой учительницы. Катя спустилась с подножки автобуса, сделала шаг в сторону мужчины.

– Здравствуй, Володя.

– Здравствуй, – кивнув головой на приветствие и не отрывая от ее лица завороженного взгляда, произнес Володя.

Катя, улыбаясь, смотрела на своего возмужавшего давнего друга детства. Володя, не отрываясь, глядел в ее зеленые, ставшие почему-то такими выразительными, смеющиеся глаза.

– Как живешь, Володя?

– Хорошо, а ты?

– Я тоже хорошо.

– Дядя Володя, пойдем! Автобус сейчас уедет! – произнесла шестилетняя племянница, потянув за рукав своего почему-то не трогающегося с места дядю.

– Да, Алиночка, – ответил мужчина, не отрывая взгляда от Кати и не трогаясь с места.

– Иди, Володя, следующего автобуса придется минут двадцать ждать, – сказала Катя и направилась в свою сторону. Сделав два шага, обернулась. Володя, стоя по-прежнему на месте, молча смотрел ей вслед. Катя, улыбнувшись, подняла в прощальном жесте руку. И увидев, что Володя кивнул в ответ, двинулась по дороге, навсегда уходя от своего друга детства.

Валерий Гурков

Писать стал в июле 2014 года по просьбе дочери. Писал ей о себе, о своём детстве, юности, чтобы удовлетворить её интерес к тому времени, когда её ещё не было. Через полмесяца осыпался жёсткий диск на компьютере, и тогда я стал всё написанное оставлять на Прозе.ру, чтобы как-то сохранить написанное. Через четыре месяца моего присутствия на этом сайте я был номинирован на премию Писателя 2015 года с предложением вступить в Российский Союз писателей. За полтора года написал более 800 стихотворений, хотя до этого я вообще не любил поэзию, и более 100 рассказов. В большей части это мои воспоминания о себе и событиях, которым я стал свидетелем. В книге, которая перед вами, публикуются мои первые рассказы. Всё остальное вы сможете прочитать на Прозе.ру.

Храни вас Господь! Мир вашему дому. Чистого неба над головой.

Змея

День был погожим и солнечным. Пичужки весело сновали по кустам и веткам. В лучах солнца искрили нити паутин. Я пошёл на просвет в деревьях и не ошибся. Он вывел меня на огромную поляну. Вот тут я и разложу себе костёр, подумал я, пора было приготовить себе обед. Посредине поляны возвышался огромный пень, остаток величавого дуба. Пень был ровный, говорящий о том, что дуб ушёл в прошлое не своей смертью. Теперь его останки стали приютом для довольно большой змеи, которая, свернувшись клубком, грелась в лучах летнего солнца.

Останки могучего дуба и змея, греющая свои бока на нём, вытянули из памяти воспоминания о тех временах, когда я жил в Москве на Кропоткинской недалеко от бассейна и Музея изобразительных искусств имени А.С. Пушкина. Здесь было много коммуналок. Буквально трущобы в центре Москвы из них. Пять-десять комнат с разными семьями и одна кухня на всех. Везло тем, у кого было два санузла, а когда был один, стоял непрерываемый мат и ругань в адрес облюбовавшего «белого друга». Везде висели тетрадные листки в клеточку, на которых каждый из соседей мог улицезреть, когда он может пользоваться плитой, когда ванной и туалетом, когда телефоном. Быстрый забег в туалет без очереди сопровождался тем самым матом или долгим стуком в дверь. Самое смешное, что порою туалет часами был свободен и никому не был нужен, а потом у всех словно прорывалось в одно и то же время… Самое веселье было утром, когда всем нужно было собираться на работу. Зато каждодневная перепалка с соседями напрочь прогоняла утренний сон, и на работу каждый приходил в приподнятом настроении.

Рядом со мной, в комнате через тонкую стену, жила пара уже в возрасте супругов. Хотя в возрасте – это громко сказано. Им было лет по сорок пять. Тогда мне было двадцать, они были для меня в возрасте. Теперь мне самому пятьдесят пять, так для меня их возраст был довольно молодым. Муж был очень высоким и похожим на мулата из восточных сказок. Жена была маленькой юркой блондинкой. Она была миниатюрная, словно девочка. Он не очень заботился о своей внешности, она всегда была просто грациозна. Он был молчалив. Она говорила за них двоих и ещё чуть-чуть больше. Скажем так, я забыл с ней, что такое радио, везде и постоянно слышался её голосок. Музыка, доносящаяся из радио, говорила о том, что Сонечка, а именно так звали блондинку, утомилась и почивает. Он постоянно работал, она не работала вообще никогда. В его отсутствие она либо спала, либо щебетала с нахлынувшими в гости подругами. Но об этом мне удалось узнать случайно, когда пошёл в свой первый отпуск. Я, как и все, приходил в свою комнату ведь только на ночь.

Самые любимые её слова в адрес мужа были: дурак, придурок, скотина, пошёл вон, мразь! Они как эхом отдавались в нашей коммуналке. Но самое удивительное было слышать отборный мат из уст прелестной, ухоженной женщины. Впервые меня это так шокировало, что я разинув рот стоял на кухне минут пять. В ответ муж только улыбался и с мольбой просил: «Сонюшка, ну извини!» После этого мат и ругательства становились ещё громче и настойчивее. Через месяц я привык и уже не обращал на это внимания. «Тварь вонючая, куда ты лезешь? Пошёл вон. Фу, слюнявый! Мразь! Скотина! Ублюдок! Бери чемоданчик, собирай вещички и вали вон с глаз моих! Иди прочь со своим недомерком!» – слышалось в очередной ночи из-за стены от соседей.

Меня послали в очередную командировку, через три месяца я, не по-московски загорелый и цветущий, открыл дверь коммуналки. Переобувшись, поспешил на кухню, с дороги ужасно хотелось кушать. Был рабочий день, и я не ждал там хоть кого-то увидеть. Но я ошибся, за столом сидела в гордом одиночестве соседка. На ней был почти распахнутый махровый халатик, который она быстро запахнула, увидев меня. На столе стояла бутылка с початым вином и красивый хрустальный фужер. Закуски не было. Просто бутылка с вином и фужер. И она, ставшая словно ещё меньше. Вся потерянная и осунувшаяся. Совершенно без макияжа, блеклая, но всё же от природы красивая. Я даже не узнал её, настолько она изменилась. Не было ни былой уверенности, ни шарма, ни обаяния. Это была не грациозно-помпезная женщина, которой позволялось в жизни совершенно всё, а была просто горем убитая обычная баба.

– Тётя Соня, что-то случилось? – спросил я, опешивший от увиденного.

– Случилось? Ты ещё спрашиваешь?! Конечно, случилось! Эта мразь, эта тварь… Он покинул меня! – она зарыдала.

– Как покинул?.. Ушёл? – я даже и представить не мог того, чтобы на всё готовый ради неё её муж мог набраться смелости и всё же взять и уйти от этого маленького деспота в юбке.

– Так ты не знаешь?.. Сдох он, скотина! На тот свет свалил, а меня одну оставил. Вот и как я без него? Я ведь не работаю, теперь даже за комнату платить нечем. Да, любовь зла, полюбишь и козла! Вот полюбила на свою голову. Чтоб он в гробу перевернулся, скотина! – и она осушила новый фужер.

Через месяц она съехала. Отъезд её я не видел, был на работе. От соседей услышал, что живёт она теперь в Твери, в старом домике на окраине.

Змея, увидев меня, приподняла голову. Её мудрые глаза уставились в мои. Поняв, что я надолго, она шустро соскользнула с пня и исчезла в густой траве, среди красных крапинок созревшей земляники и голубых цветков колокольчиков. Через полчаса, перекрестясь, я начал трапезу под завистливые взгляды трясогузок.

Любви все возрасты покорны

Зима – грустная пора. Жена снова угодила в больницу. Сломала ногу буквально на ровном месте. Поскользнулась и, падая, задела ногой о парапет. Итог – больница! Я заскакиваю по дороге в магазин «Цветы», не тот, что на Первомайской, а рядом с больницей, ну вы знаете. Через минут десять я в белом, накинутом на плечи халате уже целую в щёку жену и вручаю розы. Рядом с интересом на меня почти в упор, оценивающим взглядом, смотрит соседка жены по палате. «Божий одуванчик» лет 80-85. Смотрит в упор, не отворачиваясь, так, словно ей 25, не больше, и она с первого взгляда на меня запала. Ну, это вы тоже проходили. Если девушка смотрит упорно вам в глаза, значит, она уже на всё согласна.

Жена теребит вопросами о детях, о том, как дома, да и вообще обо всех новостях. Я рассказываю, а сам чувствую, что краснею. «Одуванчик» смотрит так, словно у неё глаза искусственные и совершено не мигают. Кто у «следаков» был на допросе, тот в курсе, как тебе лампочка ярко смотрит в глаза, не мигая. Вот и «одуванчик» минут десять уже не мигал. Я посмотрел на соседку. Её лицо сразу словно помолодело. С него ушли окопы полного профиля и блиндажи морщин, отрытых жизнью. Глаза ещё больше засияли. В них даже промелькнула слеза. Появилась напряжённая улыбка. Соседка словно спрашивала меня немым укором: какого ляха я делаю у кровати этой молодки, да ещё розы подарил? Жена тоже заметила взгляд соседки и шепнула мне: «Не обращай внимания, она на всех мужчин так смотрит». Теперь настала пора удивляться мне: каких ещё, кроме меня, мужчин видела соседка? Но от этого вопроса меня отвлёк телефонный звонок. Это был телефон соседки, спасший меня от её неусыпного взгляда.

«Хорошо! Жду», – услышал я еле журчащий голосок, и рука сунула телефон снова под подушку. Затем эта же рука извлекла из потайных мест пакет с бижутерией и, при помощи второй руки, словно новогоднюю ёлку, украсила «божий одуванчик». В завершение рука достала губную помаду и чётко заученным движением обрисовала контур губ владелицы. Губы несколько раз сомкнулись, словно в поцелуе, и помада равномерно распределилась по ним. «Молодой человек! Ну как я вам, нравлюсь? – её лицо словно впитало знак вопроса. Я невольно вздрогнул от её вопроса, но, улыбнувшись, ответил: «Вы просто очаровашка!» – и улыбнулся. «Я знала, что вам понравилась! С первого взгляда вашего это поняла», – прожурчал голосок. Ответить я не успел. В дверь буквально влетел на «крыльях любви», скорее всего, тот, кто сейчас звонил. Это был довольно бойкий старичок с какой-то детской неуёмной энергией. На вид ему было не меньше его пассии, а может, даже больше. Но в нём было столько энергии! «Одуванчик» гордо подняла голову и восторженно улыбнулась. Дальше они уже не замечали ни нас с супругой, ни медсестру, принесшую бумажные стаканчики с прописанными врачом таблетками.

Да уж, недаром говорят: ЛЮБВИ ВСЕ ВОЗРАСТЫ ПОКОРНЫ!

P.S. Да, кстати, никто не видел, где мои тапочки, второй день найти не могу, пока жена из больницы выйдет, и себя потеряю…

Не влезала

Забежал на старую работу. Как ни странно, Денис – системный администратор и до кучи мой старый друг – оказался на месте и не просто оказался, а заливался весёлым смехом.

– Не поверишь! – начал он сразу рассказывать, видя моё недоуменное лицо. – Мне арендатор вчера позвонил домой и просил ему оперативку увеличить. Я ему сказал, чтобы он плату с компьютера снял и как образец показал в салоне, где продают запчасти для компов, попросив продать ему такую же память, но не на 1 ГБ, а на 2 ГБ или 4 ГБ, если будет. Затем установить купленную память в компьютер на старое место. Арендатор так и сделал, а потом снова мне позвонил и сказал, что компьютер не работает. Вот пришлось сегодня к нему самому идти…

– И? – многозначительно посмотрел на него я.

– Что «и»? Я пришёл к нему, открыл системный блок. Вынул плату памяти, а она обрезана с одного края. Спрашиваю арендатора: кто это обрезал? Я! – отвечает! Зачем? Не влезала!

И на всю диспетчерскую снова раздался смех Дениса…

12 апреля 1961

Нас было у матушки трое, тянула она нас одна и, хотя она постоянно работала на двух, а порой и на трех работах, средств явно не хватало, и в один прекрасный момент мы переехали из центра Москвы в московскую область в частный дом, а вернее, часть частного дома. Мне было тогда около года. Сам переезд я, понятно, что не помню, так как был спеленут, и меня везли как ручную кладь.

Воспоминания мои о моем детстве начинаются примерно с года и двух месяцев. Это было 12 апреля 1961 года. Дом находился на улице с красивым названием Рощинская и имел порядковый номер 42. Перед домом была большая куча песка. Это был прекрасный солнечный день, матушка с подругой слушали громкоговоритель, висевший на деревянном столбе линии электропередач, который был любимым местом для лазания нашего кота. Хотя мне было уже больше года, я не стоял на ногах, не ходил, а всегда сидел, поэтому мне давали игрушки и забывали про меня. Так было и в этот раз. Матушка болтала с подругой и слушала, как из динамика рассказывали про первый полет человека в космос. Мне дали огромный грузовик и экскаватор, они были почти с меня размером, и я, сидя в песочнице, нагружал экскаватором песок в грузовик. Все были при деле.

Наш кот, как обычно, долезал до середины столба и спускался обратно. Так он сделал несколько раз, а затем, урча, подошел ко мне. Я его погладил, кот постоял, но, завидев пролетающего мимо голубя, помчался за ним. Я оперся на экскаватор, встал и не пошел, а (со слов моей матушки, повернувшейся в этот момент в мою сторону и все это видевшей) побежал за котом. Не знаю, долго ли бы я так бежал, ведь до этого я даже ходить не умел, но у края песочной кучи была ямка, из которой брали песок для огорода. Вот и попав ногой в эту яму, я со всего размаху полетел.

В 1991 году я рассказал об этом Георгию Тимофеевичу Береговому, он долго смеялся, а затем достал из стола значок и вручил его мне. «Держи, – сказал он мне, – ты точно наш». И он вновь залился смехом. Я посмотрел на значок, на нем стояла надпись: «Юный летчик-космонавт»!

Борщ

Пришел мой сын с работы, протянул два набитых продуктами пакета и сказал: «Пап, через 2 часа я со своей девушкой приеду, приготовь что-нибудь вкусное на твое усмотрение, а главное, она хочет твоего борща попробовать».

Я включил духовой шкаф. Поручил дочери помыть овощи, а младшего сына попросил почистить картофель и свеклу. Сам налил в кастрюлю из чайника немного кипятка и кинул в него мясо. Затем помыл курицу, разрезал вдоль груди, смазал горчицей, посыпал приправами и закинул ее в духовку. Взял горшочки, накидал туда порубленные мясо и картофель, закрыл их тестом и поставил на другом противне в духовку. Затем я взял кусок теста, раскатал его в тонкий круг, смазал оливковым маслом и смесью майонеза с томатной пастой, после накидал всякой ненужности типа ветчины, колбасы, помидоров, болгарского перца, все это посыпал сыром! Пародию на очень вкусную пиццу сунул на третий противень в ту же духовку. Все это заняло минут 15, не больше. Сын просил борщ! Поехали!

Чищу лук, быстро шинкую на мелкие кубики, кидаю в разогретое на сковороде масло. Быстро шинкую морковь в очень мелкую соломку; лук уже стал золотистым, пошла к нему морковь. Шинкую корень петрушки, кидаю в сковороду. Режу кубиками томаты, предварительно ошпарив кипятком и сунув под холодную воду, чтобы снять кожицу; помидоры пошли вслед. На отдельную сковороду закидываю мелко нашинкованную свеклу. Кто-то добавляет в борщ перец-горошек и лавровый лист, кто-то льет туда уксус и добавляет обжаренную муку. Я не враг своему здоровью и своим детям, поэтому уксус и мука сразу отпадают! Борщ в моем понимании не суп, это что-то выше, поэтому отпадают лавровый лист и перец горошком! Для усиления цвета свеклы и для кислинки моя бабушка использовала либо квашеную капусту, либо квашеные помидоры; ничего этого у меня нет, значит, тупо беру лимон, совсем чуть-чуть, нарезаю вместе с кожурой – это даст и кислинку, и пикантную горчинку.

Бульон готов, процеживаю, закидываю в него картофель, режу кубиками болгарский перец и закидываю к овощам. Последней идет томатная паста, ее надо хорошо прожарить, чтобы не было изжоги. Затем добавляю бульон и тушу. Пассировка готова. Свекла готова. Беру нутряной жир от курицы, смальца нет в доме, раздавливаю зубчики чеснока и смешиваю с жиром. Добавляю пассировку в борщ, затем свеклу, все это закипает, добавляю мясо. Снимаю с огня и в последний момент кидаю смесь чеснока с жиром, лимон, немного укропа и зелени петрушки. 15 мин постоит, и борщ готов! Пока готовил борщ, все, что было в духовке, тоже приготовилось. Ставлю кастрюлю на плиту, заливаю кипяток из чайника, добавляю сахар, кидаю сухой шиповник. Через 30 минут вкуснейший и полезнейший напиток готов. Кроме этого, завариваю пару сортов чая к торту. Пока я все это готовил, дочь успела приготовить три салата… Все, к приходу гостьи мы готовы! Надо только за сметаной сына послать в магазин, борщ под майонез совсем грустно!

Вечер прошел на ура, все было просто супер, все нахваливали мой борщ! Через полчаса я полез за кормом для котов в холодильник и… увидел грустно лежащий там одинокий кочан капусты. Тут я понял, что сварил борщ без нее.

P.S. С другой стороны, этот юмор будет непонятен белорусам, они ведь всегда варят борщ без капусты.

Тетрадь

В дверь позвонили. Мои все были дома, значит, кто-то из пацанов узнал, что я приехал, и зашел в гости. Я крикнул: «Открыто!» Но меня, видимо, не услышали. Я, когда был дома, дверь на замок не закрывал, дверь всегда была открыта. Запиралась только на ночь. Причина этому была проста – я привык так жить, так же была всегда открыта дверь у моего родного брата, жившего этажом ниже, бояться было некого, мы были у себя дома. Да и дети, а у меня их трое, сновали туда-сюда. Закрывать дверь и открывать за тремя малышами – просто не набегаешься. Я подошел к двери и открыл ее. На пороге стояла соседка с первого этажа с интересной фамилией Косолапова.

Она смущенно улыбнулась и произнесла:

– Здравствуйте, Валерий! Я видела, как вы приехали. У вас нет пары листиков из школьной тетради? Мне письмо надо написать…

– Проходите, сейчас найду.

Я зашел в комнату. Подошел к письменному столу и взял чистую тетрадь. Затем вышел в коридор и отдал тетрадь соседке.

– Вот возьмите, – я протянул ей тетрадь, – надолго хватит!

– Ой, спасибо вам! – она улыбнулась и вышла из квартиры.

У меня было три дня выходных, и я, взяв раскладушку, пошел в свой огород, расположенный прямо возле дома, загорать. Было прекрасное жаркое лето!

Через недели полторы после этого в дверь снова позвонили. Я открыл. На пороге стоял незнакомый мужчина в милицейской форме. Он сказал, что является новым участковым и знакомится со своим районом. Я впустил его в дом, предложил чаю. За чаем он вежливо поинтересовался, где я работаю. В то время в СССР была статья за тунеядство, и участковый был вправе задать такой вопрос. Я достал из кармана рубашки свое удостоверение личности и открыл его. Участковый чуть не поперхнулся, жуя бутерброд.

Через пару лет все повторилось. Снова звонок. Снова участковый, только уже новый…

…Все прояснилось, когда мой одноклассник по школе и одногруппник по МИФИ Миша Шуйский стал участковым. Соседка снизу брала у меня тетрадные листы, а потом на них строчила на меня же, что я постоянно дома и нигде не работаю.

Вот уж точно! Чужая душа – потемки!

Анджело – падший ангел

Поезд подали за 5 минут до отхода. Все свободные марки до пфеннига я просадил ещё неделю назад по гаштетам, поэтому пришлось ехать поездом, а не лететь самолетом. Но дорога прибавлялась к дням отпуска, поэтому я особо и не парился. Дольше едешь – больше отпуск. Найдя своё купе, я поздоровался с тремя остальными пассажирами, которые уже находились в нём. Двое из них были, похоже, супругами. Даже, скорее всего, молодожёнами, решившими поехать в круиз по Европе. Молодого человека звали Марек, а попутчицу – Магда. Они были уроженцами Польши и ехали до Варшавы. Третий был, скорее всего, мулат из Парижа. Он плохо говорил по-русски, но имя он назвал чётко: «Анджело». «Ангел?» – переспросили мы в три голоса, когда стали знакомиться друг с другом. Он вымученно улыбнулся: «Анджело».

Мы не стали с ним спорить, но про себя уже окрестили Ангелом. К тому же он был очень рослый и грузный. Единственно, что портило имидж, это его темнокожесть. С другой стороны, вы видели ангелов? Вот и я не видел. Может, они все такие. Пшекаши сносно говорили по-русски, к тому же я сам ещё помнил, как ругалась моя бабуля, произнося постоянно «курва» и «пся крев холера ясна». Этими знаниями я поделился с новыми попутчиками, что привело в ярко-красный цвет нашу единственную даму в купе.

Ровно в 23.00 по Берлину локомотив дал предупреждающий гудок и состав, задрожав всей своей массой, стал медленно набирать ход. В соседнем купе зазвучала гитара, и пара мужских глоток стала орать на весь вагон песню о дембелях. Затем послышался женский голос, скорее всего проводницы, который пытался урезонить начинающих свои гастроли молодых армейских певцов. Как ни странно, это удалось, и тот же голос через минуту я услышал в нашем купе. Он предложил чай и постельное бельё.

После отхода поезда вновь прибывшие пассажиры стали закидывать ненужные вещи в багажные отсеки, о чём свидетельствовало хлопанье по вагону нижних сидений, а вскоре послышались и характерные хлопки открывающихся бутылок. По всему вагону поплыл запах дорожных припасов русскоязычных пассажиров. Эти припасы надо было съесть до границы, и народ спешил. Мне очень часто приходилось мотаться на поездах на соревнования, в командировки и просто путешествуя. Во время поездок старался есть в ресторанах, когда был на нуле – сидел на чае либо кофейном суррогате. Поэтому, выпив свой чай, я застелил свою постель на нижнее, ближе к хвосту поезда, место. Выше меня уже взгромоздился Ангелок, а на ближнем к локомотиву нижнем месте устроились молодые. При этом они толкали друг дружку и хихикали. Я стал убирать складной стол у окна, но Ангелок стал что-то лопотать быстро-быстро по-французски. Я попытался ему объяснить, что можно упасть и нехило приложиться об этот стол, но он на ломаном русском объяснил, что уже упал, но из-за того, что стола не было. Он спросонья подумал, что стол на месте, и стал смело спускаться. Итог был плачевным, он показал синяк на правой ноге – похоже, растянул, причём сильно. Я понял, что без стола ему никак, и лёг спать.

Ночью поезд резко затормозил. Я понял, что граница… И тут что-то, словно большой мешок с пищевыми отходами, упало у меня прямо перед лицом на стол, а затем на пол. В этот момент проходящая открывать двери пограничникам проводница, от испуга залепетавшая на немецком, зашла с молитвами в купе и включила дежурный неяркий свет. Первым, что я увидел, был Ангел, упавший с небес на стол, а после – еле сдерживающихся от хохота Марека и Магду, они видели это второй раз и уже привыкли. Даже тени удивления не было на их лицах. А больше всего был удивлён я: Ангелок, плохо говоривший по-русски, сыпал сейчас отборным чистейшим матом, даже без акцента.

Я не знаю, как выглядят ангелы. Я их не видел. Но как выглядит падший Ангел, знаю теперь точно.

Лаки

Сын пришел с улицы и на диван выложил маленький белый с серой мордочкой комок, похожий на грязный комок снега. Я был заядлым собачником. Кошки для меня ничего не значили в моей жизни. Даже двуногие занимали мало в ней места, так как я все же предпочитал женщин, а не кошек. Я поднес руку к комку. Его голубые, как бескрайнее небо, глаза вдруг стали красными и он, как змея шипя, кинулся в атаку на мою руку.

– Ладно, оставляй, – сказал я сыну, – похоже, наш человек!

– Я знал, что тебе понравится, – засмеялся сын.

Лаки, как назвал котенка сын, очень быстро освоился в квартире. Он сразу понял, где лоток с туалетом, а где миски с едой и водой. И был он просто вездесущ. Не было такого места в квартире, куда бы он не залез. Единственное место, которое он не любил, это были ванная и туалет. Он панически боялся воды, видно, кто-то преподнес ему уже опыт пребывания в ней. Но даже этот страх не мешал ему запрыгивать на угол ванны и смотреть, как она наполняется водой. Больше всего ему нравилось забираться вверх по шторам и коврам. Он так и сидел на шторах, раскачиваясь на них, как на качелях. На ковры он забирался по их изнаночной стороне, та, которая смотрела на стенку. Делал он это с такой скоростью, что можно было подумать, что ковер простудился и заболел странным заболеванием под названием «бегающий фурункул».

Время шло, котенок рос, и через месяца три из белого комочка встал вырисовываться сиамский кот. Лаки потемнел и приобрел характерный окрас. Но самым характерным для него были его красные глаза. Если что-то было не по нему, сразу глаза наливались кровью и он без размышления шел в атаку. Кого он атаковал и во сколько объект атаки был больше самого Лаки, ему было до фонаря. Он просто шипел и атаковал. Атаковал зубами, передними и задними лапами. Любил он и поохотиться на всех проживающих в доме. Он прятался за угол и нападал на мимо проходящих. Причем ни пинки, ни тапочки, летящие за ним вслед, никак не отражались на его лояльности. Он был охотник, и этим сказано все.

Идешь надевать свою куртку, а с нее кошачья лапа уже атакует твои волосы или голову. Заправляешь постель, и вдруг простыня начинает шевелиться и кусать тебя за пальцы. Нагибаешься за ботинком, а из него торчит кошачья голова. Надо срочно куда-то лететь, достаешь чемодан, только откроешь, а там уже новый жилец. При этом полностью занимает это новое жилье и не подпускает к нему никого. А про сумки и пакеты с покупками и продуктами я уже и не говорю, распаковывать их приходилось с боем.

Ему было месяцев шесть, когда я вернулся с работы, а меня никто не атаковал. На «Лаки» котенок не отзывался, как и на «кис-кис» и на все остальное. Я спросил сына, где котенок. Юрик сказал, что в доме. Тут я заметил открытый балкон, и одно из окон на нем было настежь открыто. Мы жили на втором этаже, рядом с балконом росла большая вишня, с которой мы постоянно летом собирали урожай, не выходя из дома. Котенок мог спокойно по ней убежать на улицу. Я поискал его в квартире, потом пошел искать на улицу. Нигде не было. Часа через два позвонила соседка из квартиры напротив и попросила срочно забрать кота…

Лаки и вправду выпал или по дереву сполз, но оказался на улице. Кот был он домашний, поэтому и поспешил обратно. Он зашел в постоянно открытый подъезд и поднялся на второй этаж. Соседка напротив пошла в это время вынести мусор, Лаки увидел приоткрытую дверь и заселился в новую квартиру. Каково же его было удивление, когда незнакомая тетка с ведром попыталась занять его хоромы. Со слов соседки, у него сразу покраснели глаза, и он ринулся на нее, она еле успела закрыться в туалете. Там она просидела ровно два часа. Кот от двери не уходил. Это было жаркое лето, и духота сморила кота. Он заснул возле двери в туалет. Этим и воспользовалась соседка и позвонила к нам домой.

Хозяева

Накрываю на стол. Беру стул за спинку и пытаюсь выдвинуть из-под стола, чтобы сесть и пообедать. Стул словно приклеен к полу. Дома, кроме котов и меня, нет никого. Заглядываю под стол… На соседнем стуле лежит мой сиамский, или, как модно теперь называть, тайский кот, лапой вцепился в мой стул и держит его. Положить на стул 10 кг гирю и попытаться выдвинуть из-под стола – эффект получился бы тот же.

Ночью слышу разговор из кухни. Встаю, иду смотреть: крыша у меня поехала или и вправду незваные гости. На кухонном столе сидят два моих кота и смотрят плазму. Один из них лежит на пульте от телевизора. Мой приход их нисколько не смутил, они даже головы не повернули в мою сторону.

Вечером сварил себе гречку, чтобы утром не возиться. Оставил на плите, горячая ещё. Ночью проснулся от запаха не варёной, а жареной гречки. Иду на кухню. В раковине сидит один кот и лижет кран, словно пытается воду извлечь, а другой на варочной панели греет себе бок. Крышку с кастрюли он уже снял, включил панель и запахи ловит от гречки, которая уже жариться стала. При виде меня сразу на стулья под стол.

Сын попросил селедку «под шубой» сделать, а дочь – свёклу с орехами. Кидаю свёклу в кастрюлю, заливаю водой и ставлю вариться. Сам пошёл в магазин докупить продуктов. Прихожу. Вода в кастрюле даже не закипела. Плита выключена. Включаю плиту снова и в комнату телек смотреть. Через час возвращаюсь на кухню в надежде, что пора уже вынимать свёклу… Плита выключена. Одно порадовало – вода закипела. А из-под стола внимательные глаза моих двух разбойников, словно глаза учеников в школе, когда кнопку учительнице на стул подкладывают и ждут.

Я вот сижу и думаю: а моя ли это квартира? Может, я тут в гостях у этих замечательных двух пушистых непосед…

Надежда Колышкина

Надежда Ивановна Колышкина – писатель. Автор книг «Небесная вертикаль» (2007), «Когда мы были…» (2013), серии «Споры богов»: «Пир вместо войны», «Тьма над бездной», «Игры героев и гениев» (2014), «Реальность миражей» (2015).

Родилась в Вологодской области в семье военного в 1946 г. В возрасте 10 лет переехала с семьей в Одессу, где и закончила школу. В 1965 году поступила в Томский госуниверситет на историко-филологический факультет. В 1967 г. перевелась в МОПИ им. Крупский, который закончила в 1970 по специальности «Русский язык и литература».

С 1970 по 1974 служила лит. секретарем детской писательницы Зинаиды Шишовой. С 1974 г. по 2001 г. работала в издательстве «Прогресс», куда пришла корректором, а завершила работу ведущим редактором литературы по истории.

Надежда Ивановна работала с такими авторами, как Л.Н. Гумилев, Г.М. Богард-Левин, Б.А. Рыбаков, В.И. Уколова, готовила к изданию беседы с Бахтиным, что и сформировало во многом круг ее литературных интересов. Долгие беседы со Львом Николаевичем Гумилевым заставили задуматься о сложных взаимоотношениях этносов и их исторической судьбе.

Издание трудов западных историков и философов, таких как А.Дж. Тойнби, Хёйзинга, Дж. Франкл, натолкнуло на мысль шире ознакомить читающую публику с мировой мифологией, во многом (наряду с религией) определившей культурную основу нашей цивилизации. Так родился замысел «Небесной вертикали» (новая интерпретация мифа). Книга увидела свет в 2007 г.

По семейным обстоятельствам в эти годы Надежде Ивановне часто приходилось бывать в Одессе, где в 2012 г. вышла книга «Все, что они знают про нас, да не могут сказать» («Мир людей глазами животных»). В Москве переиздана в 2013 под названием «Когда мы были…» (издание дополненное и переработанное).

В 2013 в издательстве «Международные отношения» выходит первый том серии «Споры богов» под названием «Пир вместо войны». В 2014 году выходят «Тьма над бездною» и «Игры в героев и гениев», а в 2015 году увидела свет 4-я книга «Реальность миражей». В настоящее время автор работает над книгой «Опрокинутая Вселенная».

Шмель из Земли Обетованной

Холодноватое все-таки место досталось этим бедным родственникам древнего славного народа, что именовался некогда гипербореями. Когда Гиперборею сковало льдом, ее обитатели стали называть себя ариями, по имени вожака, который повел их в теплые края, где в стычках с соседями они растеряли лучшие качества гиперборейцев – гостеприимство, трудолюбие и широту души. Впрочем, те, что застряли на окраинах своей обледенелой родины, прозванной Росью, по целительным утренним росам и реке, ставшей их главной кормилицей, кое-что от нрава своих предков сохранили. Гостеприимство и открытость при скудости повседневного быта, полет фантазии и склонность к творчеству, – все это восходит к тем блаженным временам, когда души их пели под лиру Аполлона, а бренные тела подчинялись простым установлениям Артемиды.

Нынешние наследники гиперборейцев этого, конечно же, не помнят, более того, чувствительности своей стесняются, считая ее проявлением слабости и изо всех сил стремясь походить на своих более рациональных соседей. Люди вообще мало что помнят. В их головах сохраняется лишь то, что они видят здесь и сейчас, а опыт поколений им вовсе неведом. Вот и приходится им годами учить своих детенышей в школах, у таких же незнаек, как они сами.

Другое дело мы, шмели, одни из древнейших обитателей Земли. Все, что накоплено нашими предками, всегда при нас и всегда выручит в трудную минуту. Хорошо бы и будущее видеть, но это, увы, дано не каждому. Вот и мы не знали, что нам придется выживать, как тем несчастным арийцам, что бежали под вой Борея в направлении, прямо противоположном тому, которое судьба избрала для нас.

Прежде я бездумно летал под лазурными небесами Галилеи, считая навек своими плантации цитрусовых, высаженных упорными израильтянами. Не обделял я своим вниманием и сад соседнего храма, где трудился одинокий монах, тоже чрезвычайно упорный, однако не такой веселый и шумный, как мои кибуцники. То есть в душе он был веселый, но казался строгим из-за своей бороды. Кибуцники в его храм под розовой крышей не ходили, считая, что у них другой бог, который их обязательно накажет, если они придут к чужому богу. Их собратья из ближайшей деревни воображали в неведении своем, что и у них есть свой особый бог, который, как и они, ненавидит соседей. Поэтому они не ходили ни в храм, ни в кибуц, более того, часто норовили напакостить кибуцникам – то траву сухую подожгут, надеясь, что огонь перекинется на теплицы, то забросают камнями проезжающий мимо автобус.

Бог смотрел-смотрел на все эти глупости и разозлился, наконец. Сам поджег молнией поле, что разделяло враждующих, и, попугав как следует и тех и других, остановил огонь ровно у ограды храма. Это было очень убедительно, и несколько дней перепуганные соседи усердно молились. Даже показалось, что они поверили, что Бог един. Но это было не так. Они не догадались поблагодарить общего Бога, и по-прежнему, молились каждый своему.

Лишь один предусмотрительный кибуцник несмело подошел к ограде Храма и попросил монаха поставить от его имени свечку Богу. Он топтался на выжженной черной земле, а по другую сторону, в зарослях цветущих магнолий стоял монах, гостеприимно приглашая прихожанина в храм. В храм, однако, робкий кибуцник не вошел. Он протянул монаху деньги, потом перекрестился три раза и, поклонившись храму, быстро ушел прочь.

Я сам все это видел, так как скрывался от пожара в монастырском саду, где гоготали гуси, горделиво вспомнив, как они спасали Рим, и этим еще больше перепугав кур, которые носились кругами по саду. Если бы не ограда, они бы, право, кинулись в огонь, обеспечив смелым мальчишкам, что любовались пожаром, бесплатное жаркое. Обычно громкие и самоуверенные павлины сбились в кучу, заблаговременно свернув свои шикарные хвосты.

Заметно струхнул и немыслимо-тупой баран, который вообще не умел ни радоваться, ни бояться. Он был милым кудрявым барашком, когда монах выкупил его у соседей, которые собирались зарезать его, в честь праздника. Глупый баран не только не поблагодарил своего спасителя, а нагло наподдал острыми рожками прямо под зад, а потом орал всю дорогу, будто его самого лишили праздника. Теперь это был толстый молчаливый баран с равнодушными глазами, но и он вдруг заблеял тоненьким голоском, как тогда, возле костра, где его собирались зарезать. И всю эту разноголосую стаю пытался защитить от беды громадный, как копна сена, индюк, считавший себя почему-то предводителем этой разношерстной компании.

Монах долго потом молился, стоя на коленях. Я завис тогда прямо у него под носом, втайне надеясь, что он замолвит слово и за нас, часто гибнущих при пожарах. Монах и правда услышал мой призыв. Посмотрел на меня, перекрестился и говорит:

– Всякая тварь Бога славит! Спасибо, Господи, за милость твою и ниспосланный знак! – и перекрестил меня. А потом поднял глаза на икону и говорит ей: – Я услышал Тебя. Буду трудиться, как шмель, во Славу Твою, чтобы братья мои по вере и иноверцы не враждовали боле, и на всех снизошла милость Божия.

Милость Божия, конечно, безгранична, потому что Он-то один, а живых тварей – тьма тьмущая, и каждый норовит или обмануть Бога, или договориться с ним, а то и попросту откупиться. То, что Бог на самом деле один на всех, понимают, в глубине души, и кибуцники, и их соседи. Однако будучи, как все люди, чрезвычайно эгоистичными, они воображают, что Бог опекает только их улей, то есть семью, и готов ради них стереть всех остальных в порошок. Вот и шлют проклятия на голову соседей, не соображая, что проклятый человек становится очень опасным, особенно, если он родной тебе по крови. Но в вопросах крови люди вообще ничего не понимают, более ориентируясь на цвет кожи, волос и другие несущественные признаки. Это как, если бы я стал отрицать свое родство с осами, руководствуясь их чрезвычайной худобой и непомерной злостью. И попросил бы Бога истребить их за ненадобностью.

А вообще-то Бога лучше лишний раз просьбами не беспокоить. Как я жалею теперь, что моля Бога уберечь нас от огня, забыл о таких напастях, как снег, мороз и ледяные дожди. Да я о них, собственно, и не знал тогда, потому что жил беззаботно и бездумно, уподобившись людям, вынужденным при каждом своем рождении начинать жизнь как бы с пустоты, без малейшего опыта и знаний. Людям это дано в наказание за себялюбие и недоверие к Богу. Но и я за легкомыслие свое был наказан.

Воспоминания о днях минувших стали приходить ко мне под шум дождя, нудно барабанившего по крыше теплицы, куда нас переселили из тесных контейнеров, в которых мы проделали путь из Галилеи на Север. Жестокосердные иудеи продали меня и мою семью пришельцам из России, даже не удосужившись спросить, а есть ли там места, пригодные для жизни и разведения потомства. Торговались, правда, долго, и все решили какие-то там паи, да доля в прибылях от клуба, который еще предстояло построить.

Торг велся на террасе, увитой плющом, поэтому я все слышал, недоумевая, что же мы будем делать в ночном заведении, когда нам предписан дневной образ жизни. Клуб у нас в кибуце имеется, и видит Бог, нет места более шумного и неприятного, особенно в ночные часы. Наивный, я решил тогда, что у этих напористых и громких людей из России клубы украшают цветущими растениями, а чтобы они плодоносили, радуя гостей, цветы надо опылять. Не запускать же туда пчел, или – того хуже – ос, вот выбор и пал на нас, надежных и миролюбивых шмелей.

Место, где мы оказались после долгой и тряской дороги, вовсе не напоминало клуб. Это были обыкновенные теплицы, в стеклянные крыши которых упирались кронами апельсиновые деревца. Было удивительно видеть деревья в неволе. Еще понятно, когда укрывают клубнику – жалеют лишнюю ягодку птице скормить, но кто может позариться на апельсины – уму непостижимо. В любом случае – это было лучше, чем клуб, и мы с усердием принялись обрабатывать ароматные цветки, почти совсем такие же, как в родной Палестине.

Первое время было холодновато, но на помощь нам пришли добродушные тетки, белолицые и светлоглазые, пахнущие молоком и землей. Вначале они просто дивились нашим размерам и красоте, однако, вместо того, чтобы радоваться удачному приобретению, ругали почем зря свое начальство. Потом они притащили в теплицу щелястый домик, в котором, судя по запаху, раньше жили пчелы, и мы быстро освоили уютное убежище, пропитанное ароматом меда.

Заботливые тетечки к работе не приступали, пока не удостоверятся, что мы в полном здравии. Даже пытались пересчитывать нас:

– Ой, их, кажись, меньше стало, – кричала маленькая, но громкая Люся, тряся кроны деревьев.

Чтобы уважить суматошную Люсю, мы поднимались на крыло, громко жужжа.

– Как можно таких красавцев на верную гибель посылать? – сокрушалась толстая Нюра, щуря подслеповатые глаза. – Они ведь у нас передохнут в первую же зиму. Им тут и сыро, и зябко, аж съежились все. Поначалу-то были – чистые медвежата.

– Да… Таких богатырей только Свята Земля породить может, – гудел в свою бороду сторож. – А у нас они точно передохнут или измельчают.

Слушать все это было тревожно и в то же время чрезвычайно лестно, поскольку ни Красавцами, ни Богатырями, а тем более – Медведями, нас раньше никто не называл. Нас вообще никто никак не называл, шмели, да и только. Медведей я никогда не видел, зато знал одного богатыря – культуриста Эдю. Он каждое утро приходил в магазин, чтобы набрать полную сумку апельсинов, потому что его богатырское тело требовало много еды и питья. Можно, конечно, отнести к богатырям еще индюка из монастырского сада. Он и крупнее своих подопечных, включая и барана, особенно когда нахохлится. Да и ведет себя по-богатырски – кричит громче всех и лезет в драку без причины. Правда, ни Эдю, ни индюка никак нельзя назвать Красавцами.

А вот нас Красавцами называли все, кроме председателя. Тот звал нас Шмулевичами. А услышав сетования сердобольной Нюры, расхохотался почему-то, вместо того, чтобы огорчиться, и весело сказал:

– А ты им телогрейку свою отдай, чтоб не мерзли. А еще лучше псу эту рвань кинь, на подстилку. Я же выписал вам комбинезоны! Почему не носите?

– Так они же китайские, маломерки, – вступила в разговор приземистая полногрудая Зина. – Только Людке и впору. Мы их ребятишкам разобрали.

– На вас не угодишь, – недовольно проворчал председатель. – Видели бы вы, как красотки-евреечки на работу ходят. Загляденье! Мои Шмулевичи к красоте привыкли, а вы бродите тут, как кулемы нечесаные.

– Да у меня и новая телогрейка есть, еще с советских времен. Теперь так не шьют, вот и берегу, – смущенно проговорила Нюра, скидывая телогрейку и укрывая ею наш домик. – А может, им медку принести для подкормки? А то они схуднули, вроде. У меня еще с прошлого года три фляги. Да позапрошлогоднего литровый бидон. Внуки избаловались совсем. Мед не едят, сникерсов да чипсов просят.

– Вот это дело! – хмыкнул в бороду сторож. – Мед будем заморским трутням скармливать, а внуки пусть ихнюю дрянь едят.

– Сам ты трутень, – огрызнулась Зина. – Шмели – трудяги из трудяг. И корм свой сами добывают. У евреев снегу зимой не выпросишь, не то что меду.

– А ты откуда знаешь? – буркнул сторож. – Ты что, за морями бывала? Какой у них снег? Там лето круглый год.

– Да я про наших…

– Хватит вам ерунду плести, – пресек спор председатель.

А сторож все не унимался:

– Что наши, что ихние. Хрен редьки не слаще.

Сторож вообще очень грамотный, потому что в свободное ото сна время постоянно читает старые газеты, которыми потом затыкает щели в своей сторожке. Поэтому он любит, чтобы последнее слово оставалось за ним.

Председатель махнул рукой и вышел, а говорливые тетки долго еще жалели нас. От них я и узнал, что нас обменяли на золотого тельца. Правда и тут возник спор. Сторож заявил, что на тельца евреи обменяли своего Бога, а потом и нашего продали за тридцать сребреников. А за шмелей, мол, получили ваучерами, так что еще неизвестно, кто кого нагрел. Тут все загалдели, что ваучерам грош цена, и хитрые евреи никогда не клюнут на эту удочку, и придуманы эти ваучеры были, чтобы объегорить наших дураков. Сторож не хотел признавать себя дураком, поэтому совсем распалился и стал объяснять теткам, что ваучер ничего не стоит, когда он один, поэтому он и повесил свой в нужнике, на случай, если газет не хватит, а умные люди скупают их тысячами, чтобы потом оптом скупить всю Россию. Это не я придумал, ученые в газетах так пишут.

Тетки замолчали, потрясенные грустной перспективой, а сторож добавил, что вначале за шмелей хотели получить паями на землю, да вроде, побоялись оформлять на подставных лиц, потому что русская земля иностранцам пока не продается.

Зина не могла смириться с утратой России и попыталась оспорить научные выводы всезнайки-сторожа.

– Что-то не сходится у тебя, старый. Как же землю русскую скупят за ваучеры, если она не продается?

– Слушать надо, балаболка, – гордо отрезал сторож. – Я сказал «пока не продается». А как ваучеров поднакопят, так и предъявят все сразу: – «Ваша бумага? Тогда платите звонкой монетой». А у них в казне кот наплакал. Все по своим растащено, разворовано. Вот и примутся резать землю-матушку.

Все принялись дружно ругать какой-то Кремль, а потом начальство, а я ждал, когда доберутся до нас, догадавшись, что и мы некоторым образом причастны к разграблению России. Но нас по-прежнему все жалели, причем не меньше, чем саму Россию, а сторож рассказал, что завиральную идею купить в Израиле шмелей председатель вынашивал, еще когда был просто Колькой, сыном телятницы Мани, которая всегда выпендривалась и водила сына в разные кружки, где он всякой дури и набрался. А едва его в председатели выбрали, сразу ушла на пенсию и живет теперь как барыня.

Тут сторож явно перегнул палку. По рассказам выходило, что Маня как была, так и осталась своей, а за своих мои добрые защитницы стоят горой. Они замахали на сторожа руками. Кричали, что он сам ни дня на мужской работе не работал, а Маня – большая труженица и пенсию свою заслужила честно, а Кольку лучше называть Николаем Ивановичем, потому что он какой-никакой, а все-таки председатель.

Но все сошлись на том, что со шмелями у него промашка вышла. Зачем было тратиться, когда в правлении только и говорят про какой-то там гольф-клуб, а апельсины, может, к зиме повырубают, потому что электричества не хватает.

Обычно я все понимаю, на каком бы языке при мне ни говорили, потому что мы, шмели, понимаем не слова, а смысл. Но в этой загадочной России говорят так, что смысл зачастую пропадает или проясняется много позже, когда случается что-то непоправимое.

Во всяком случае, поначалу я никакой связи между апельсинами и электричеством не уловил, потому что электричество – это свет из лампочки, который возникает всякий раз, когда человек нажимает кнопку на стене. И нужен он, прежде всего, самому человеку, а нам зачастую даже мешает, как, впрочем, и цитрусовым. Деревья ночью тоже спят, а во сне растут, и яркий свет только мешает росту.

Правда, в России с ярким светом, как и вообще со всем ярким, что-то не задалось. Наши светлоликие попечительницы упорно наряжались в бесформенные серые телогрейки, которые – прав председатель – годились разве что на утепление гнезд. Впрочем, при такой скверной погоде вполне разумно всегда носить свое гнездо при себе.

Мы покидали Палестину, когда все цвело, а здесь все ждали долгожданного лета, а оно все не приходило. По крыше заунывно стучал дождь, поэтому стекла не поднимались, и слетать посмотреть, что творится снаружи, не было никакой возможности, да и не хотелось. Теплицы стояли очень тесно, и единственное, что мы могли видеть, это обреченно прижатые к плачущему стеклу ветки наших соседей – лимонов, вынужденных, как и апельсины, томиться взаперти.

Судьба этих несчастных лимонов и прояснила смысл слов про электричество, которого может почему-то не хватить.

В один недобрый день тепличницы пришли мрачнее тучи. Они не подтрунивали друг над другом, и казалось, вовсе забыли про нас.

– Неужели рука поднимется? – со вздохом сказала Нюра, тяжело опускаясь на ящик. – Мы ведь их сами прививали, пересаживали… Лимоны в этом году, конечно, не уродят, потому что завязь побило, когда этот Мерзавец электричество отключил, но все равно жалко. Вы-то, молодые, не помните, а нас даже медалями наградили, когда первые лимоны пошли в Кремль (опять этот загадочный Кремль?). Что ни говори, а трудовой человек при Советской власти был в почете.

– Не смеши людей! —оборвала подругу Зина. – Никакой Советской власти отродясь не было. Была власть Кремлевской, такой и осталась (немножко прояснилось!). Только тот Кремль нашими лимончиками не брезговал, а нонешние правители к авокадам да фуа-грам в своих заморских владениях привыкли.

– Фуа гра – это гусиная печенка, приготовленная особым способом, – грустно и совсем без насмешки сказала Люся. – А лимоны все равно вымерзнут, если продолжатся веерные отключения.

Последний генератор на ладан дышит, да он и не рассчитан на стационарный обогрев теплиц. Можно, конечно, печурки установить, но где столько дров взять?

– У них и лимоны вымерзнут, и гуси передохнут, а главное для них – это нас поскорее извести, – неожиданно поддержал теток сторож, обычно имевший особое мнение.

– Да что ты такое мелешь, Федя? – всплеснула руками Нюра. – Как же можно без людей-то? А кто на них работать будет?

– Точно говорю, – мрачно изрек сторож. – По телевизору слышал, что этот, толстомордый, чей дед детские книжки пишет – знаю, сам внучке покупал! – так вот он сказал, что надо пример брать с Моисея Ветхозаветного, который сорок лет водил свой народ по пустыне, пока все не перемерли. Ну, а кто выжил, те на него, конечно, работать стали. А наши Моисеи рабов с окраин завезут. Там с работой еще хуже, чем у нас. За кормежку работать рады. Вот и председатель гагаузов нанял, чтобы лимоны корчевать. Наши-то мужики отказались. Я сказал, что спину ломит, Михаил обматерил председателя, сел на трактор и уехал навоз возить, а Петька с Митькой с вечера пьяные лежат. Зойка сказала, что грибами отравились.

– А председатель? – подняла заплаканные глаза Нюра.

– А что председатель? – вопросом на вопрос ответил сторож. – Сказал, что ему тоже жалко лимоны рубить, но теперь, когда Рыжего Мерзавца посадили на электричество, иного выхода нет. Электричество будет строго лимитировано, так что не до жиру – быть бы живу.

– А ты не спросил, зачем он тогда шмелей завозил? – зло спросила Люся. Сторож промолчал, и Люся ехидно добавила: – А то давайте в лес их выпустим. Новую породу выведем – шмель лесной, морозо-стойкий.

Я сидел на цветке, оглушенный известием. В лесу, конечно, есть чем поживиться, да и убежище найти нетрудно, но сколько можно продержаться под этими серыми, вечно плачущими небесами, я, по правде говоря, не представлял.

Тревоги мои развеял сторож.

– Глупые вы, бабы, – взял он свой излюбленный тон. – Благодаря Шмулевичам можно и денег сэкономить и часть теплиц сохранить. Если будут урезать в электричестве, как в прошлую зиму, для

полноценного обогрева хватит от силы на три теплицы. А по расчетам евреев, Валентин говорил, одна теплица, опыленная ихними шмелями, дает урожая как три, а то и пять. Вот лишние и выкорчуют. От лимонов да роз все равно проку никакого, потому что рынок затоварен. Кремль-то, сами видите, не больно до нашей продукции охоч.

– Как, и розы вырубят? – хором выдохнули тепличницы.

– А на что они нужны? – взвился сторож, хотя было видно, что и ему жалко и лимонов, и роз. – На дороге стоять будете, с ведрами? Так никто вам не даст. Это раньше к 8-му Марта – все с мимозами, а у нас – тюльпаны передовикам производства! К Маю, к Дню Победы – гвоздику вынь да положь, а про ноябрьские и говорить нечего – каждый пионер с нашими цветочками на трибуне стоял, а теперь этого добра круглый год навалом.

– Но ведь привозные розы не пахнут совсем! – жалобно проговорила Люся.

– Голландские еще ничего, похожи на натуральные, – грустно вздохнула Зина, – а колумбийские – ну, чисто из папье-маше.

В этот миг я почувствовал, что по стволу дерева, на котором я сидел, прошла легкая дрожь. Цветок судорожно дернулся, норовя закрыться. Из соседней теплицы налетела волна страха, а следом донеслись мужские голоса. Все напряженно замерли, вслушиваясь в глухую речь.

– Не по-нашему, что ли, лопочут? – пожала плечами Зина. – Басурманы валят со всех сторон.

– Басурманам тоже есть охота, – вздохнула Нюра. – От хорошей жизни никто не поедет за три моря киселя хлебать.

– Говорю я вам, гагаузов наняли, из Молдавии они, – буркнул сторож.

– Так молдаване вроде крещеные и говорят по-нашему, а эти – ну чисто турки, – упорствовала Зина, буквально прижавшись лицом к стеклу теплицы.

– Ладно тебе, заладила: «чисто турки, чисто папье-маше». Твое дело следить, чтобы в теплице чисто было, а ты в политику лезешь. Не наше это дело. Пойду я, а то председатель зайдет, а я с вами лясы точу, сказавшись больным. Спиртом, что ли, растереться, а то и правда кости ломит, да и на душе муторно. – Кряхтя, старик поднялся с ящика и поплелся к двери, припадая сразу на обе ноги.

– Ой, мне тоже в спину вступило, и под лопаткой отдает, – с посеревшим лицом из-за деревьев вынырнула Зина.

Товарки усадили ее на ящик, с которого только что поднялся сторож, и затрещали:

– Ну что они там? Рубить пришли? А топоры с собой? А может, лопаты? Там половину выкопать можно и пересадить.

– С бензопилами они, – только и успела сказать Зина, как слова ее заглушил омерзительный вой пилы.

Голосов больше не было слышно, но я и так понял, что гагаузам вовсе не хочется выполнять эту гнусную работу. Более того, они совсем не благодарны нанявшим их людям. А в глубине души они их просто ненавидят.

Пила, взвизгнув, затихла, и густой бас, выругавшись, сказал:

– У них что, и бензина нет? Пила-то незаправленная.

Второй, молодой голос, ответил:

– А моя вроде в порядке. Сбегать за бензином?

– Ладно, сиди пока, – ответил бас. – Торопиться некуда. Нас поденно наняли, а тут работы на полтора часа.

Отбросив в сторону пилы, они пошли вдоль теплицы, осматривая деревца, застывшие в глухом ужасе.

– Мало того, что у нас виноградники вырубили, так все неймется, теперь за свое принялись, – гудел бас. – Ничего святого за душой. Моя у здешнего олигарха служит, так он такие деревья за доллары покупает, чтобы в зале в кадках держать для освежения воздуха. А эти под пилу пускают. Голь перекатная. Не имели ничего и иметь не будут.

– Так, может, и нам к твоему олигарху подкатить? Так сказать, с подарунком. За полцены отдадим, деревца-то молодые, – ответил молодой голос. – Или ему импортные подавай?

– Разберемся, – прогудел бас. – Пометь пока, которые сгодятся. А я выборочную рубку сделаю.

Потом прозвучало самое древнее из известных мне заклинаний: «Чтоб им пусто было», заглушенное визгом пилы.

Заклинание начало действовать немедленно. Зина ойкнула и схватилась за сердце, а моя апельсиновая роща вздрогнула и замерла. Лимоны обреченно ждали конца и, трепеща каждым своим листиком, посылали нам свои последние приветы. Я чуял, что наша кормовая база тоже пропадает. Апельсины, в ужасе от происходящего за стенкой, просто отказывались жить. Они закрыли свои цветочки, а на листиках проступила испарина, но это была не живительная роса, которой они питаются, а то, что у людей называется «слезы».

Первой заметила неладное Нюра.

– Девки, гляньте-ка, апельсины плачут.

Люся подняла глаза от кружки, в которую она капала пахучее лекарство для Зины, и молча кивнула.

Досчитав до шестнадцати, она отдала кружку Зине и, потрогав листик, горько сказала:

– Заплачешь тут, когда кругом людоеды беснуются.

– Да, каждый ноне норовит другого закопать, – вздохнула Нюра. – Свои обиды друг на дружке вымещают. Но им-то что? – и она погладила ствол плачущего дерева.

– Как что? – взорвалась Люся, сама чуть не плача. – За стенкой резня идет, а ты говоришь, им-то что!

– Ты думаешь, они чуют? – спросила хриплым голосом Зина.

– Молчи, тебе нельзя говорить. У тебя, наверное, криз. Губы посинели и пульс неровный, – строго сказала Люся. – Приляг пока на телогрейку, а я побегу, «скорую» вызову.

«Скорая» оказалась вовсе не скорой, а очень медленной машиной, и когда она приехала, над Зиной уже колдовала медсестра, за которой успели сбегать в деревню. Медсестра первым делом приказала открыть форточки. И это было правильно, потому что решившие умереть деревья источали такой одуряющий аромат, что и у здорового человека могла закружиться голова.

– Так шмели ведь повылетают, – слабо возразила Зина.

– Нашла о чем печалиться! У самой душа едва не отлетела, – сказала, как отрезала, медсестра, обильно втирая Зине в руку спирт, чтобы потом уколоть ее длинной иглой, через которую в больного вливают лекарство. Так же, между прочим, поступают и в Палестине, только без спирта. У нас в кибуце был медпункт, так Эдю не раз кололи в нем иголками, когда у него болели перетренированные мышцы. Правда, врачи не верили Эде, что это у него от тренировок, но все равно лечили, потому что у врачей такая доля – лечить всех: и дураков, и лгунов, и даже, говорят, врагов.

А вот на Руси самым действенным лекарством считается спирт. Его принимают внутрь, им растираются, им пропитывают компрессы, самый едкий и летучий, нашатырный спирт, дают понюхать, кроме того, на спирту делают сладчайшие ароматные настойки, которые все очень любят, но от которых можно и умереть. Я попробовал раз, прельстившись запахом спелой вишни, а потом валялся обессиленный на спине, не надеясь вернуться к активной жизни. С тех пор зарекся пробовать яства с человеческого стола. Но это было позже, когда я, по счастливой случайности, обрел собственный дом с садом и замечательными хозяевами.

А пока я наблюдал, как наконец-то прибывшие врачи склонились над Зиной, решительно отстранив медсестру и Люсю, а Зина улыбалась им порозовевшими губами. Врачи ничего делать не стали, сказав, что первая помощь оказана очень квалифицированно, но работать в таком аду они не могут. Медсестра, довольная похвалой, побежала в соседнюю теплицу, где громко обругала гагаузов, и те моментально выключили свою адскую машину.

Больше они ее не включали, но врачи все равно работать не стали, а забрали Зину с собой, хоть та и сопротивлялась, бормоча, что не на кого оставить детей. А вот гагаузы работу свою доделали. Правда, уже ночью, когда теплицы охранял один лишь пес. А сторож тем временем лечился спиртом.

Пес Верный был не робкого десятка. Он зашелся в неистовом лае, когда к теплицам подъехала фура, и из нее выскочили гагаузы с лопатами. Но и те были – парни не промах. Они пришли с подарком. Тот, что говорил басом, вытащил кость, сильно пахнущую кровью, и бросил ее в темноту. Верный заметался внутренне, не зная, бежать ли ему за костью, или выполнять служебный долг. Тут из машины выскочил еще один, высокий и белобрысый, которого Верный, судя по всему, знал. Белобрысый присел возле пса на корточки и сказал насмешливо:

– Ну, Верный, ты и дурак! Один стоишь на страже совхозного добра. Брось, дружок! Никто твоих стараний не оценит. Все равно все пропадом пропадет, а мы хоть бабок срубим.

Верный сильно смутился, ткнул парню морду в ладонь и, похоже, лизнул ее, вместо того, чтобы укусить, обидевшись на насмешку. Правда, его не только дураком, но и дружком назвали, да еще и свежую косточку поднесли. Тут задумаешься. И пес выбрал верный путь, наверное, поэтому его и звали Верным. Сбегал за костью и принялся ее грызть, равнодушный, как баран из монастырского сада.

Гагаузы взялись за дело, и к рассвету их фура была доверху завалена молодыми деревцами. Верный тявкнул пару раз вслед отъезжающей машине и побрел в сторожку, поскольку опять начинался дождь. От косточки остался только запах.

А я с тревогой думал: действительно ли гагаузы поехали рубить несчастных бабок, чтобы закопать их потом в землю, как говорила Нюра, или это такая шутка, понятная лишь тем, кто родился на Руси. Здесь слова часто обозначают не то, что кажется непосвященному. А реакции и поступки гиперборейцев – кстати, я почти сразу понял, что на Руси живут именно гиперборейцы, – вообще непредсказуемы.

Так, председатель вместо того, чтобы наказать Верного за нерадивую службу, обругал почему-то трудолюбивых гагаузов. Почему, мол, они не вывезли и срубленные деревца вместе с выкопанными. Будто не понимал, что дерево без корней уже ни на что не пригодно. А главное, к чему ругаться, когда гагаузов уже и след простыл? Потом без всякой связи закричал на всю теплицу:

– Ну, как тут моим Шмулевичам живется?

А как может житься шмелям на умирающих деревьях? За ночь листья наших кормильцев пожухли и свернулись в трубочки. Нектар еще сочился, но нам его не хотелось. Оставалось надеяться на Нюрин мед. Наконец председатель заметил неладное и крикнул раздраженно, крутя в руках поникшую ветку:

– Что с лимонами-то творится? Листья вянут, цветки осыпаются. Где вы все запропастились? Зина, Люся! Может, вы их не поливаете?

– Николай Иванович! Это апельсины! – выскочила из-за деревьев Люся. – Им полив излишний вредит, особенно в такую сырую погоду. А Зина заболела.

Тут и Нюра приковыляла с дальнего конца теплицы.

– Здрасьте, Николай Иванович. Это ж наша гордость – апельсины, за селекцию которых мы, – помните? – медаль получили!

– Кхе-кхе-кхе… – закашлялся председатель. – Тем более недопустимо небрежение… Кхе-кхе, они явно болеют. Кхе-кхе-кхе…

Люся неожиданно подскочила к председателю и принялась колотить его кулачком в спину, но тот вовсе не обиделся и сдачи не дал.

– Хватит, уже все прошло, это аллергическое. Мать в детстве лимонами с медом перекормила, – миролюбиво молвил он. – А шмели? Где плоды их трудов? Почему цветки осыпаются, не дав завязи? Может, с удобрениями переборщили?

– Какие удобрения, Николай Иванович? – дерзко заявила Люся. – Откуда их взять? Удобрения еще в прошлом году кончились. Вы что, забыли?

Председатель снова закашлялся, а Нюра сделала страшное лицо и дернула Люсю за рукав.

– Шмели трудились вовсю, – робким голосом проговорила она, как бы извиняясь и за Люсю, и за нас. – А листья скукожились и цвет стал опадать, когда гагаузы начали лимоны вырубать.

– Что за чушь?! – отшатнулся председатель, словно опасаясь, что работницы снова примутся его бить. – А где остальные? Где Зинаида, тьфу ты, забыл, что она болеет, а Федор где?

– Так они вчера еще захворали, когда гагаузы-то пришли… – пыталась объясниться Нюра, но председатель перебил ее:

– Дались вам эти гагаузы. Сами работать не хотите, так хотя бы за пришлыми проследили. Устроили чистый лесоповал. Они что, убрать за собой не могли? Как Мамай прошелся. А запах какой удушающий!

– Да мы думали, они еще вернутся, – совсем растерянно проговорила Нюра. – Приходим утром – теплица нараспашку…

– Вы что, уходите, теплицу не заперев? – вконец разозлился председатель. – Так у вас все шмели разлетятся. А может, уже разлетелись? Что вы мне тут зубы-то заговариваете!

Было видно, что ему надоело чувствовать себя виноватым и очень хочется во всем обвинить других. Но Люсю было не унять.

– Мы всегда запираем. Речь идет о соседней теплице, где работали гастарбайтеры, – с вызовом сказала она. – Видать, у них, за границей, нет воровства, вот они и оставили двери настежь, предварительно забрав все, что можно пересадить. Торопились, когда грузили, вот и намусорили.

На дерзкий выпад молодой работницы последовал неожиданный ответ. Председатель расхохотался.

– Ну, молодцы! – просиял он лицом. – Вот это подход к делу! Неужто на рынок повезут? Не к себе же домой! У нас-то всего навалом, вот и не бережем ничего. Ладно, придут рассчитываться, я им ничего не заплачу. Скажу, вы уже натурой свое получили!

Повеселели и мои добрые попечительницы. Чтобы снять с них всякие подозрения в ненадлежащем уходе за плантацией, я победно прожужжал над самым ухом председателя.

Тот обрадовался мне как старому другу:

– Явился – не запылился! Ну, что за красавец! А где твои братья Шмулевичи?

Люся дернулась было, чтобы что-то сказать, но председатель жестом остановил ее.

– Помолчи, Людмила. Шмелей оставляю под твою личную ответственность. Я в Германию на пару недель еду, по обмену опытом. Вернусь – проверю. И чтобы цитрусовые в порядок привели. Кто его знает, может, они действительно шок испытали. Подпитайте старым навозом, слава Богу, этого добра пока хватает.

– А больше рубок не будет? – осторожно спросила Люся. – Бригадир сказал, что электричества на две-три теплицы хватит, а под свободную землю можно инвестора найти.

– Разные есть мнения, – уклончиво молвил председатель. – А Валентин пусть не умничает. Я его как назначил бригадиром, так и смещу, – и, помолчав, добавил: – Мы можем хоть все тут посносить и порубить, а земля от этого свободной не станет. А потом и нам голову снесут.

Последняя фраза оказалась пророческой, но из всех нас это почувствовала одна Нюра. Она перекрестилась и сказала:

– Бог даст, не заморозим наших Шмулевичей…

В том, что она назвала нас Шмулевичами, было даже нечто уважительно-заискивающее.

– Не боись, Нюра, – с деланной бодростью ответил председатель. – Живы будем, не помрем. Я не толстокожее ваших апельсинов. Самому тошно было, когда гагаузов в теплицы посылал. Ничего. Прошлую зиму пережили, и эту переживем. Если, конечно, Рыжий Мерзавец опять тарифы не поднимет. Да ладно, может, в Германии инвестора стоящего найду, а не из наших жуликов. Зря я от немецкого в школе отлынивал, да и в институте не больно жаловал. Хоть переводчиков нанимай.

Приняв решение прекратить экзекуцию цитрусовых и роз, председатель заметно повеселел и даже помолодел. По-мальчишески хлопнув себя по лбу, как делают, приветствуя особо удачную мысль, он обернулся к Люсе:

– Слушай, Люд, а почему бы тебе в Мориса Тореза не поступить? Будешь при мне переводчицей.

– Я бы с удовольствием, – зарделась Люся. – В школе у меня пятерка по английскому была, и аттестат без единой тройки, да, боюсь, теперь в институте платить надо.

– У нас заложены деньги на учебу, – серьезно молвил председатель и весело добавил: – А будет маловато – сама на Минке розами наторгуешь или мать пошлешь. Тетя Маша ведь на розах работала, пока не обезножела. Имеет право получить вспомоществование продукцией.

– А говорили, розы тоже выкорчуют, – пробормотала завистливо Нюра.

– Азеры настаивали, – снова помрачнел лицом председатель, – мы ведь им конкуренты, но я – ни в какую. Конечно, товарного производства не будет, но для своих нужд сохраним.

– Я бы тоже поторговала, – просительно заглянула в глаза председателю Нюра. – А то Марию боязно на коляске-то одну на дороге оставлять.

– Не вопрос, – бодро ответил Председатель. – Ладно, вернусь из Германии – обсудим. Нам бы ночь простоять да день продержаться. А главное – зиму пережить.

Зиму мы пережили, но как пережили – и вспоминать страшно. Апельсины не умерли, но сильно болели. Досталось и нам, потому что человек по кличке Рыжий Мерзавец, которого посадили на электричество, приноровился отключать его в самые морозные дни. Наверное, думали, когда сажали, что электричество его убьет, а он так к нему пристрастился, что всех посадил на голодный паек. А электричество на Руси – это не только свет, но еще и тепло, и вода, потому что воду, оказывается, добывают электрические насосы. Даже коровы перестают доиться, когда Рыжий Мерзавец отключает свет, а мы впадаем в оцепенение и живем исключительно прошлым.

Впрочем, я не уверен, что Рыжий Мерзавец – это кличка. Возможно, Рыжий – это имя, как у местного кота, с которым постоянно дерется Верный, а Мерзавец – фамилия или профессия. Но это прояснилось, как и принято на Руси, при самых неожиданных обстоятельствах. Когда миновали лютые зимние морозы и солнышко стало проглядывать сквозь заиндевевшие крыши, в теплицу вбежала запыхавшаяся Зина, крича не своим голосом:

– Вы не поверите, но Рыжего Мерзавца подстрелили по дороге на Жаворонки.

– Ну и слава Богу, – перекрестилась Нюра, – не все же нашим мужикам гинуть. Собаке – собачья смерть.

– Чем тебе собаки-то не угодили? – ухмыльнулся сторож, почесывая за ухом у Верного. – Гад, он и есть гад, и нечего его с собакой равнять. Собака – друг человека!

– Насмерть, надеюсь, – пробормотала Люся, не отрывая глаз от учебника.

– Чтобы насмерть, осиновый кол нужен. А так он с того света вернется, – продолжал философствовать сторож. – А не вернется, на его место другого гада посадят, чтобы нас окончательно извести. Задание у них такое, а по-научному – миссия.

Зимнее оцепенение окончательно прошло, и тут меня осенило, что Мерзавец – это особая специальность, или профессия, призванная делать жизнь людей невыносимой. И выполняет эту работу определенный отряд гадов. А «рыжий», – тут и гадать нечего, – просто окрас гада. Бывают ведь желтобрюхие змеи, почему бы не быть рыжему гаду?

Память предков подсказывала, что жил на земле некогда Трехглавый гад, уничтожавший людей, и нашелся Герой, который отправил чудовище на тот свет, однако сама земля его обратно вытолкнула, чтобы он держал людей в страхе. Вот и Рыжий гад, натешившись над людьми, собрался, должно быть, полакомиться птичками, а его настиг по дороге защитник жаворонков…

Радость по поводу смерти гада оказалась недолгой. Утром пришла заспанная Люся – она училась на вечернем, поэтому постоянно хотела спать, – и бросила раздраженно:

– Зря радовались. В институте говорят, что на дороге разыграли самый настоящий спектакль. Причем умудрились обойтись без зрителей. Представляете, происшествие на трассе в восемь рядов – и без свидетелей! – повернувшись к сторожу, она сказала просительно: – Дядя Федя, оставь тулуп, я покемарю немного в сторожке.

– Ты хочешь сказать, что Рыжего просто попугали? – спросил сторож, отдавая Люсе тулуп.

– Я хочу сказать, что он сам все и организовал, – ответила та. – Какие-то дураки побабахали на дороге, возможно, им же и нанятые, а он укатил себе в Москву, живее всех живых. А теперь ждет, когда мы его жалеть будем.

– Что-то больно мудрено, – пожала плечами Нюра, – самому под пули лезть. А вдруг бы зацепило?

– Дай жалость наша ему ни к чему, – добавила сомнений Зина. – Пусть не убьют, а инвалидом остаться – какой резон?

– Он не на наших таратайках ездит, а под броней, так что пули ему не страшны, – зло молвил сторож… Хитер, хитер, ничего не скажешь… Может, в президенты метит, или в эти, как его… скипетры. А жалость… Жалость – великая сила. Считай, что любовь.

– Мы можем только гадать, зачем ему этот спектакль, все равно правды нам никто не скажет, – пробормотала, заворачиваясь в тулуп, Люся. – Теть Нюр, я вздремну, а вы с Зиной уйдете потом пораньше. Ладно?

– Ладно уж, спи, студентка.

Долго еще потом обсуждался спектакль, разыгранный на дороге, но так ничего и не прояснилось. У нас в кибуце тоже ставились спектакли под открытым небом, но это были представления детей, которыми любовались родители и гости, которые усаживались в несколько рядов. Даже если спектакль оказывался не смешной, всё равно все радовались и хлопали в ладоши, а потом был веселый ужин.

Чтобы спектакль, призванный вызвать жалость у людей, которые тебя ненавидят, ставился на дороге, да еще в отсутствие зрителей, – такого ни я, ни мои предки не слыхивали. Но здесь, на Руси, все идет по своим законам, а может быть, вопреки им.

Едва утихли разговоры про спектакль с мнимой смертью, как пришла смерть настоящая. О ней говорили тихим, страшным шепотом, прикрываясь рукой, будто боялись, что в рот влетит смерть, поскольку она поселилась у нас в кибуце, то есть совхозе. Председателю она влетела в ухо, прямо в его машине. И все оказались на подозрении, потому что незнакомого человека Николай Иванович в машину не посадил бы. Так говорил какой-то Следак, но ему никто не верил, потому что председатель как раз местных-то в своей машине и не катал, а вечно привозил в совхоз каких-то подозрительных типов.

Про типов сказал сторож, добавив при этом, что Следаку он и не подумает помогать, потому что все они – одна шайка-лейка, и дело, как и в предыдущих случаях, замнут.

Так мы узнали, что еще до нашего приезда здесь убили двух председателей, – старого, заслуженного, и нового, пришлого, которого им навязали со стороны. Николай Иванович был из своих, поэтому никто и не думал его убивать. Более того, предупреждали Марию, чтобы сын не шел в председатели, поскольку драка за землю еще впереди. Да вот не угадали. Убили Николая Ивановича не в драке, а выстрелом в ухо.

Пока хоронили и оплакивали председателя, а потом дружно боролись со Следаком, всем было не до нас, и мы принялись осваивать окрестности. Я на всякий случай слетал в лес, а вдруг действительно нас отправят туда. Поговаривали, что совхоз распустят как нерентабельный и всех бросят на произвол Судьбы. Лучше заранее присмотреть убежище, найти нектарные поля, тогда и Судьба будет к тебе благосклонней. В этих полетах я и убедился окончательно, что нахожусь в Гиперборее.

«Есть ли в мире ароматы более упоительные, чем запах цветущего луга, смешанный с дыханием дремлющего под полуденным солнцем леса? А звуки! Цикады, кузнечики и прочие хозяева разнотравья выводят замысловатую мелодию, соревнуясь с многоголосьем птичьих трелей, льющихся из кудрявых крон. Поляна сменяет поляну, и каждая являет миру чистейший образец чистейшего цвета. Прогалина, усеянная колокольчиками, спорит синью с лазурью небес, поле маков доказывает, что красный цвет – и есть истинно прекрасный, а белые речные лилии поражают неземной чистотой и свежестью. Утренние росы сияют диамантами в лучах ласкового солнца, и каждому становится ясно, почему Гиперборея названа Росью. Вечерами над рекой струятся белые туманы, навевая воспоминания про сказочную страну, где текут молочные реки с кисельными берегами».

Так пишет о Гиперборее хозяйка нашего нынешнего дома. И она права. Грязь на местных дорогах, и правда, очень похожа на кисель, но не дай Бог в ней увязнуть. Не радует и заносчивый Борей, в честь которого названа эта северная страна. К осени он стал налетать особенно часто. Прошумит в кронах вековых лип, срывая первые желтые листочки, спугнет стайку говорливых сорок и улетает за лес, обещая скоро вернуться. А тут и журавли в небе закурлыкали, сбиваясь в клин и готовясь к дальнему перелету. Они словно звали нас за собой, в родную Палестину, но на зов откликались лишь серые деревенские гуси. Их тоже тянуло на юг, но их тучные зады и привычка жить в неволе не давали подняться в небо. Нам же мешал опыт предков. Тот же опыт подсказывал, что пора искать убежище понадежней, чем нерентабельная теплица или продуваемый Бореем лес.

Пересилив страх перед страшно прыгучими и вечно голодными уличными котами, которые, случалось, принимали нас за птичек, мы стали наведываться в деревню, манившую надежными деревянными домами, утопающими в садах. Я облюбовал старый дом под приветливой крышей с толстой кирпичной трубой. Чем холоднее были ночи, тем теплее становилась труба, а главное, она никак не зависела от прихотей Рыжего гада.

Принял нас и добродушный хозяйский кот, который был слишком толст и ленив, чтобы гоняться за нами.

Жизнь стала налаживаться, но на родину предков все-таки тянет.

Александра Окатова

Окончила Институт инженеров геодезии, аэрофотосъёмки и картографии с красным дипломом. Работала в производственном картосоставительском объединении «Картография»: составителем географических карт, редактором, начальником отдела. С 1996 по 2005 год была главным редактором частного издательства «Дизайн. Информация. Картография». С её участием вышли в свет научные и учебные атласы: «Атлас мира. Европа», «Историко-культурный атлас Коми», «Историко-культурный атлас Бурятии», школьные географические атласы, «Большой атлас России». В 2006 году резко поменяла жизнь: вступила в Творческое объединение современных художников.

Пишет рассказы и сказки с лёгким привкусом философии.

В 2013 году вышли книги: «Недоступная принцесса» и «Принц на горошине», сборник стихов «Опавшие листья».

В 2014 году окончила Высшие литературные курсы им. И.А. Бунина. Член Союза писателей России и член Интернационального Союза писателей.

В 2014 году в серии «Современники и классики» вышла её книга «Мир на границе миров», а в 2015 году Александра Окатова стала лауреатом Московской премии в номинации «Фантастика» (имени Михаила Булгакова). Новелла «Демон-хранитель» опубликована в сборнике «Пять уникальных писателей», а три рассказа вошли в сборник МТА-5, и Александра Окатова стала победителем Первого альтернативного международного конкурса «Новое имя в фантастике» в номинации «Фаворит». Награждена медалью Московской литературной премии и медалью имени Адама Мицкевича. В серии «Сергей Лукьяненко представляет автора» готовится к выпуску книга Александры Окатовой «Королева ночи».

Третья смена (Первый поцелуй)

Я не люблю третью смену в лагере. Ненавижу третью смену!

Первая ещё ничего: мы вновь увидели друг друга после учебного года, радуемся встрече, удивляемся: как мы изменились! А третья всегда самая грустная, потому что последняя.

Наши родители работают на одном заводе со странным названием «Кулон». Кто слышит это название впервые, думает, что это связано с ювелирными украшениями, но я-то знаю, что на самом деле «Кулон» от единицы количества электричества, хотя физика начнётся как раз после окончания третьей смены, когда я пойду в седьмой. Мне папа рассказывал, когда со мной гулял, да-да, я гуляю не только с подружками из класса, но и с папой, он рассказывает мне о вещах, сугубо, это его словечко, сугубо научных и специальных, типа усталости металла, или что-нибудь из сопромата, и про лист Мёбиуса, и про магический квадрат, ещё папа любит козырнуть словами вроде «паче чаяния», «вельми» (типа «очень»), «вакация» (типа «каникулы»), а когда играет в преферанс, то повторяет с иронией загадочную фразу «Отлично схожено, отец Мисаил!»

Не только наши родители работают вместе, но и все вожатые тоже работают на этом заводе, где на самом деле проектируют и испытывают самолеты.

Мой отец расследует лётные происшествия.

Вот я и выдала государственную тайну!

Все в лагере друг друга знают, наша вожатая, Таня Головина, работает у папы в отделе, там она лаборант, а здесь она самый близкий мне человек. Именно она первая узнала, что ко мне в начале третьей смены пришли месячные, я не испугалась, ведь с девчонками мы уже давно всё обсудили. А в первые две смены я с лёгкой завистью смотрела на Лену Кострову, Иру Заботину и Таню Виноградову, которые со знанием дела говорили друг с другом о том загадочном и желанном моменте, когда они из девочек превратились в девушек, как будто они стали на ступень выше, а мы, у кого по-прежнему неуклюжие мосластые длинные тонкие руки и ноги и плоская грудь, чувствовали себя детьми, а они уже стали девушками! Когда ходили в баню, я слышала, как Людмила Васильевна, наш воспитатель, сочувственно советовала Ире:

– Ты кровь в холодной воде застирывай, в горячей она ещё сильнее в ткань въедается.

Мне захотелось поскорее стать девушкой, чтобы и на меня с пониманием, как на равную, смотрели взрослые женщины. Вот так всегда: детство обнимает тебя, а ты стараешься побыстрее вырваться.

Теперь и меня приняли в компанию девушек, куда я так хотела попасть! Это оказалось не так интересно и привлекательно, как я думала, зато я узнала, что многие девчонки уже целовались по-взрослому, и мне не терпелось попробовать, как это – целоваться с языком, смешно звучит: «целоваться с языком». Потом мне стало скучно, они всё время говорили о парнях.

Наш корпус, барак с верандой вдоль палат, располагался у забора, как раз за нашим первым корпусом, в котором мы жили шесть лет назад, и я почему-то вспомнила, как Таня ставила на ночь в палату ведро, потому что мы боялись бегать в туалет ночью. Туалет – просто деревянный сарай с дырками над выгребной ямой, думаю, Таня и правда тогда очень боялась: вдруг мы, малявки, провалимся? Сейчас-то мы взрослые и смешно вспоминать, какие мы были крохи, и по утрам Таня заплетала нам косички, а мы с расчёсками в руках стояли к ней в очереди. Сейчас у половины «сессон», а у другой половины – длинные волосы. У меня стрижка.

Теперь мы старшие, третий отряд, можно не спать днём – во время тихого часа девичья палата играет в почту с палатой парней. Искусство эпистолярного жанра цветёт пышным цветом. Мальчишки переписывают любовные стихи друг у друга, неплохо идут дворовые песни, но особой любовью пользуются стихи Асадова, мне они не нравятся и кажутся прямолинейными, мещанскими и пошловатыми, но девчонки их любят. Девчонки кокетничают, назначают свидания у бассейна после ужина, а я молча сижу на своей кровати и сгораю от стыда.

У меня вредный характер: я спорю со всеми, кто даёт хоть малейший повод. Особенно яростно я спорю с теми, кто мне нравится: тогда я задириста и груба, цепляю, как могу. Нравятся мне самые отчаянные и смелые, а это, как правило, плохие мальчики. А стыдно мне из-за того, что я непонятно по каким причинам послала парню, который мне нравится, письмо с конфетой, но на записке зачем-то – постеснялась, испугалась показать, что он и правда мне нравится? – изобразила фигу. Мне пришёл от него ответ: как тебе не совестно? Ты знаешь, что означает твой рисунок? – мне стало стыдно, я захотела провалиться сквозь землю: бесполезно доказывать, что это шутка, ведь значение фиги я знала. Больше я в почту не играла и смотреть ему в глаза не могла.

Третья нелюбимая смена застопорилась на середине, облом с тем мальчиком делал пребывание в лагере невыносимым, я не чаяла, как дожить до конца смены. Печаль моя росла по мере того, как дни становились короче, а в августе это заметно с каждым прошедшим днём.

Вечер приходит всё раньше. Сгущаются сумерки, и мы нестройной колонной идём на ужин, терпеть не могу кислую творожную запеканку с лужицей сгущёнки и еле тёплый безвкусный чай. После ужина все идут на танцы, а я сижу в палате, как Арабелла в каюте, и читаю «Одиссею капитана Влада».

Загораются фонари. Светло лишь вдоль редких асфальтовых дорожек и совсем темно вдоль тропинок, где мелкая как пыль и нежная как пудра земля днём тёплая, а вечером прохладная. Поперёк тропинок, как жилы земли, выступают корни деревьев. Лагерь наш в лесу: среди высоченных елей кружевными свечами стоят ночные фиалки, мелкие северные орхидеи, и пахнут колдовством: «Люби меня, не покинь».

Девчонки пришли с танцев, не могут успокоиться, обсуждают, кто кому нравится, и спорят друг с другом. Подсмеиваются надо мной: всё читаешь? Принца ждёшь? Я улыбаюсь и молчу: на самом деле мне больше нравятся пираты. Принесли новость: завтра в поход с ночёвкой, пока погода не испортилась. Горн, чуть осипший, устало выводит: «Спать, спать, по пала-а-а-там. Пионерам и вожа-а-а-тым».

Наконец все угомонились. Гаснет свет. Никто не спит, но в палате тишина. В окно я вижу на узенькой светлой полоске неба контрастные чёрные ветви. Над светло-розовой полосой через зеленоватый, потом голубой цвета, нежный вечер заливает густо-синим опрокинутую чашу неба. В прогалах между чёрными водопадами ветвей на меня внимательно смотрят крупные лучистые звёзды.

Поход: десять километров вдоль Нары с посещением памятника воинам Великой Отечественной войны, понятно, с возложением цветов, и десять километров обратно. Все предвкушали приключения, радовались ночёвке в палатках, а я просто убивала время, безразлично как солдатик протопала всю дорогу в кедах, панаме, плевать на неё, шортах и светло-зелёной рубашке в мелкую клетку, не обращая ни на что внимания, лишь бы быстрее прошёл ещё один день и поскорее закончилась эта несчастная смена.

Вечером парни с Витей, вторым вожатым, ставили палатки. Я нарубила и заточила колышки для палаток – доказывала, что девчонки не хуже мальчишек могут работать топором. После ужина мы, нахохлившись, уселись на брёвнах и не отрываясь смотрели на костёр. Чтобы отогнать комаров, мы подкидывали еловые ветки, сначала они с шипением остужали пламя, и оно пряталось под белым плотным дымом, из него выступали рёбра веток, потом дым разом вспыхивал огнём, и он быстро съедал подачку.

Витя умный. Мне нравятся умные мужчины. Среднего роста, мускулистый, сухой и сильный – кажется, он нарочно сдерживает свою силу, не хочет показывать. Он – пират?! Витя взял гитару. Я не отрываясь смотрела на загорелые Витины руки, но заглянуть в лицо не осмелилась. Напрасно я волновалась – он смотрел в огонь и напевал: «Я люблю, люблю, я люблю», – а когда дошёл до припева, то я вообще не знала, куда деваться, думала, умру: «Проходит жизнь, проходит жизнь, как ветерок по морю ржи, проходит явь, проходит сон, любовь проходит, проходит всё. И жизнь пройдёт, мелькнёт мечта, как белый парус вдалеке, лишь пустота, лишь пустота в твоём зажатом кулаке».

О, чудо узнавания! Был глубокий вечер, а я увидела в мареве дрожащего, нагретого солнцем воздуха поле ржи, оно переливалось волнами под легчайший свист ветра в ушах, играло, менялось на глазах. Мне как будто вскрыли грудную клетку, я чувствовала себя счастливой и при этом абсолютно несчастной: я влюбилась на всю оставшуюся жизнь в Витю, он взрослый, а я сопливая девчонка, хоть и умненькая, он никогда не посмотрит на меня! Никогда! Я начала усиленно моргать, чтобы загнать вскипевшие слёзы обратно, они стояли в глазах, пока я пыталась проморгаться, делая вид, что смотрю в ночное бархатное небо. Сердце, у меня есть сердце?! – ныло занозой. Небо безразлично смотрело на меня. Мне показалось, что я сверху, а небо снизу: стоит раскинуть руки, и я могу свободно упасть в него.

Витя осторожно отложил гитару:

– Всё! Мальчики налево, девочки направо и марш по палаткам!

– Ну ещё немного, пожалуйста! Спой ещё, – заныли девчонки. Мальчишки громкими криками и свистом выражали презрение к девчонкам и песням, как разновидностям телячьих нежностей. Когда все разошлись, я всё сидела, оглушённая чувствами. Таня посмотрела на меня:

– А ты чего ждёшь?

Я неохотно, нога за ногу, пошла к палаткам и тут меня озарило, я резко села на землю и застонала, посмотрела в сторону костра и всхлипнула ещё пару раз, погромче. Витя рысцой направился ко мне. «Испугался», – удовлетворённо подумала я. Он подбежал и подхватил меня на руки. Я, как взрослая, обняла его за шею. Я почувствовала вдохновение, мне не нужны подсказки, я, будто музыкант, знала, что делать, какую ноту взять: я расслабилась и приложила голову к его шее, макушкой к подбородку. Я слышала его сердце. Или моё?

– Больно? Ногу подвернула?

– Да, – закивала я.

– Сейчас, сейчас! Не плачь!

Если бы я и заплакала, то от счастья! Я опять нарочно всхлипнула, он прижал меня к себе ещё крепче и прибавил шагу, зря я это сделала, так он быстрее отпустит меня, пожалела я, но сделанного не воротишь, у меня есть ещё секунд пятнадцать, мне нестерпимо хотелось поцеловать его, двенадцать секунд: надо только поднять лицо и встретить губами его губы, девять секунд: я вздохнула и – не решилась, пять секунд… Таня отвернулась, не смотрит на нас, через две секунды мы уже будем у костра, если не сейчас, то никогда, я подняла лицо, а Витя не вовремя повернул голову: я мазнула губами по его слегка небритой челюсти и разревелась от разочарования. Он осторожно опустил меня на траву.

– Растяжение, надо перевязать – сказал он Тане, та побежала за бинтами, а он расшнуровал кеды и разглядывал мои лодыжки, пытаясь угадать, какую ногу я подвернула, а мне казалось, я пустая, как будто кончилась энергия. Правая? Я молчала. Он ловко, быстро и туго забинтовал мне ногу и улыбнулся.

«Не догадался», – облегчённо подумала я, он хмыкнул, заговорщицки посмотрел мне в глаза и подмигнул. Или догадался?

Третья, самая грустная, моя любимая смена с прохладными, всё раньше наступающими вечерами, со звёздами, внимательно глядящими сквозь чёрные водопады ветвей, заканчивалась.

Капали последние мгновения.

Детство ослабило объятия, но медлило, не хотело меня отпускать.

Ясное предчувствие конца лета и близкого начала школы.

Несбывшиеся надежды – пустые обещания времени, прошедшего мимо.

Щемящая сладость неосуществлённого мгновения, которое будет со мной всегда.

Мой не случившийся первый поцелуй.

16.02.14

Математика обольщения

Анечка, руководитель группы, сидела на подоконнике в офисе фирмы. Фирма молодая. Анечка тоже. Анечке исполнилось двадцать четыре года. Фирме – тоже двадцать четыре, недели.

Почему Анечка позволила себе расположить аппетитную пятую точку на подоконнике? Потому что рабочий день уже давно кончился. Но сотрудники никак не могут разойтись по домам – бывают такие счастливые фирмы, где хочется работать. Где никак не разгонишь молодёжь по домам, потому что им интересно друг с другом.

В открытое окно, на котором устроилась Анечка, сквозь дрожащую листву старых лип светит солнце, будто беззвучно смеётся.

Анечка тоже смеётся, как солнце, просто так, потому что хорошее настроение.

В большой комнате, где всегда проходит мозговой штурм, человек семь. Двое мужчин и пять девушек: Наташа, Марианна, Ирина, Ольга и сама Анечка. Во главе огромного стола Андрей Петрович, руководитель и хозяин небольшого издательства. Ему не больше тридцати, всего на шесть лет старше Анечки. Он относится к ней как к ценному сотруднику. Анечка этим очень гордится и, как все перфекционистки, которых однажды похвалил начальник, готова разбиться в лепёшку, чтобы он опять заметил её. Она готова день и ночь вкалывать, не есть, не спать, только бы продвинуть работу.

Боря, сисадмин, с особенной улыбкой, которую сама Анечка классифицировала как смесь молчаливого восхищения и отказа от посягательств на целостность Анечкиного духовного и физического совершенства: мол, любуюсь издали! – сидел, повернув к Анечке лицо, как загорающие обращаются к солнцу. Анечке это льстило. Но как только Анечка видела, что кто-то очень интересуется ею, она почему-то сразу старалась отделаться от влюблённого. И наоборот: чем меньше Анечку замечал какой-нибудь таинственный, суровый, печальный мачо, тем сильнее Анечке хотелось добиться от него улыбки или комплимента. А если кто-то осмеливался демонстративно не замечать её, то такая стрела попадала в самое яблочко, то есть в сердце Анечки.

В данный период времени Анечку не замечал её начальник, владелец фирмы Андрей Петрович. Но он-то как раз и не играл! Он и правда был сильно увлечён своим делом. А всякие девушки, даже такие хорошенькие и умненькие, как Анечка, для него не существовали!

Анечка сидит на подоконнике. Июньский день долог! День долог, а век – короток.

Анечка в эти длинные светлые июньские дни смеялась, сидя на подоконнике, и солнце, заглядывая сквозь старые-престарые, выше крыши, липы, тоже смеялось, как Анечка; не хочется расходиться, опять подумала Анечка, потому что ей было приятно и слегка тревожно сидеть на подоконнике открытого прямо в светло-зелёную листву окна. Когда посадили эти липы? Лет сто двадцать назад: аллеями вдоль красных кирпичных с белыми акцентами трёхэтажных, в псевдорусском стиле с высокими стрельчатыми окнами, домов сиротского приюта братьев Бахрушиных. Деревьям, по меркам для лип – меньше чем полжизни, молодые ещё.

Андрей Петрович приближается к Анечке – её чувства взрываются: она одновременно радуется сочетанию красного кирпича и нежной зелени лип, и солнцу сквозь свежую зелень; десять вечера, а оно светит нежно и ласково; и ощущает тепло от крепкого плеча Андрея Петровича, видит, как его рубашка натянулась, облепив бицепс, и гладко лежит на крепкой груди. Анечка будто видит в первый раз и его, и солнце, как долго оно не заходит; прохладно становится, и липы благоухают сладким, свежим, зелёным запахом: ветви вспенились светло-жёлтым с белым и будто под каждым листиком горит свечка – это солнце светит не свысока, а заглядывает под каждый лист.

Анечка так удивилась свежести своих чувств, что поневоле подумала: не Андрей ли Петрович тому виной?

На следующее утро Анечка на лёгких ногах бежала на работу, волнуясь, предвкушая страх и восторг перед встречей с ним. Сама не своя. Даже колени подгибаются, и волнуется она как девчонка, девчонка и есть! Она думает: как бы не показать, не выдать себя, не дать ему догадаться, что она неравнодушна к нему. Почему она так этого боялась, она не могла бы объяснить даже себе самой. Ну что такого страшного, если он увидит, что нравится ей? Но Анечка упрямо старалась не допустить такой возможности.

Она уже подходила ко входу, когда её рука сама потянулась к цветущей липе: два листка и гроздь жёлтых, взбитых с белым, распушившихся тычинками мелких пахучих цветов сама легла в её ладонь.

Анечка поднялась в издательство «Книги о вечном».

Никого нет. Она первая. Анечка заглянула в кабинет шефа и, сама не зная зачем, положила душистую веточку на подоконник.

Целый день воспоминание о своём дерзком поступке наполняло Анечку волнением и сладкой тайной.

Анечка не подымала головы до конца рабочего дня и была довольна собой: она сдала в производство книгу – без опозданий, без ошибок, редкий случай! Оставалось, наверное, минут пятнадцать, когда раздался звонок и незнакомый девичий голосок прозвенел:

– Андрей Петрович просил вас зайти к нему!

– Хорошо, – буркнула озадаченная Анечка: никакого помощника руководителя у них в фирме отродясь, все двадцать четыре недели, не было! Это что ещё за новости?!

«И чего это я так разволновалась?» – подумала Анечка, проходя мимо новенькой девушки, стройной, в мини-юбке и белой блузке, с тщательной небрежностью уложенными длинными волосами. Девушка профессионально, без эмоций, улыбнулась Анечке, когда та вошла к шефу.

На окне не было веточки цветущей липы: Анечка так расстроилась, что не сразу поняла, о чём шеф спрашивает:

– Как дела с книгой?

Аня грустно посмотрела на подоконник, где утром оставила веточку липы. Выбросил, решила она.

– Всё в порядке, отправили в типографию!

– Отлично, это ваша заслуга!

Аня потупилась и от смущения стала разглядывать стол начальника: как всегда, груда книг, большая кружка чая, орехи на блюдечке, плеер с наушниками, горка дисков. И в круглой, размером с большое яблоко, прозрачной вазочке, похожей на аквариум для одной рыбки, – её веточка!!!

Анечка почувствовала, как загорелись щёки и участилось дыхание.

– Вы, Аня, можете завтра отдохнуть, взять отгул.

– Я не хочу отгул, – испугалась Аня, как это ужасно – отгул!

– Прекрасно, тогда приходите, – улыбнулся шеф.

Аня вылетела из кабинета радостная, окрылённая, едва глянув на секретаря: забыла даже спросить, как её зовут. «Да какая мне разница, как её зовут, какое мне до неё дело?» – подумала счастливая Анечка.

Теперь её приход на работу превратился в увлекательное приключение. На следующее утро Анечка едва удержалась, чтобы не оставить на столе начальника любимую ею розово-фиолетовую, пышную медовую головку клевера.

Она же не может каждый день оставлять сюрпризы!

Она стойко терпела. Три дня.

На четвёртый желание оставить безымянный подарок стало нестерпимым, и она тщательно помыла, вытерла салфеткой большое жёлтое в крапинку яблоко и положила на середину стола: нет, слишком вызывающе. На треть длины стола: лучше, но не совсем то, что она видела своим математически точным внутренним взором. Ах, что это она тормозит: конечно, такая тонкая натура, как он, не может не заметить точный расчет и изысканность золотого сечения. Мысленно она поделила стол по длине на пятьдесят частей: отсчитала девятнадцать, положила яблоко, вот теперь хорошо!

Анечка зорко подмечала, как меняется отношение Андрея Петровича к ней: если раньше он её почти не замечал, то сейчас он не замечал её особенно ласково. Она всегда, все шесть месяцев, была необходима ему как ценный сотрудник, ну а теперь на совещаниях он сразу давал ей слово для основного доклада и удовлетворённо чертил в своём ежедневнике загадочные картинки, не поднимая глаз, чтобы не смущать её: она понимала, что он догадывается, кто этот добрый гений места, гений его офиса, гений его издательства – Анечка прямо-таки чувствовала, как в воздухе дрожит и трепещет, неслышно звенит, как тончайшая струна, невидимая золотая нить между ним и ею! Она ходила, прошитая этой золотой нитью. И он тоже чувствует, не может не чувствовать, ведь один конец золотой струны исходит из её груди, а другой конец под наклоном – он ведь выше неё, Анечки, – закреплён в его сердце. Да она горы для него свернёт!

И не случайно он не смотрит ей в глаза, чтобы их сокровенная тайна не стала достоянием общественности.

Безрассудный отчаянный поступок грел ей сердце тревогой и опасностью ещё пять дней. На шестой она решилась: если он такой, как она, если он ей подходит, то он оценит её сюрприз.

Анечка первая пришла на работу, не считая поваров и уборщицы, и преподнесла, вероятно, самый оригинальный подарок в мире: тайно подарила самую свою любимую вещь, если кто-то посмеётся, узнав, что это было, значит, этот кто-то чёрствый, грубый, неромантичный человек!

Такого оригинального сюрприза, простого пустяка из бумаги, математического символа бесконечной любви и верности, несомненно, достоин только он – Андрей Петрович, с его тонкой возвышенной душой, ни один мужчина в мире не оценит такой необычный подарок, волнующий душу и мозг, полный нежной философии и изящной красоты. Анечка чувствовала себя жрицей, волшебницей и феей одновременно: древней и вечно молодой, всезнающей и наивной.

Она не стала оставлять подарок на видном месте, не хотела, чтобы чужие глаза нарушили его невинность. Вот местечко, где шеф не сразу найдет её подарок, и он будет некоторое время незаметно, но настойчиво испускать флюиды любви. Она открыла стеклянные створки книжного шкафа; там гордо стояли пока немногочисленные книги молодого издательства: бестселлер «Как написать книгу о том, как написать книгу», «Любовь без границ» – о любви в исправительных заведениях, «Прелести секса. Карманный вариант», «Гоголь-моголь. История и роль в современном мире», «Мой бюст. Увеличение груди с помощью позитивного настроя», «Как экологично срать в лесу: забытое искусство», «Основы безопасного садо-мазо», «Мир хобби. Вышивание крестиком в свете теории струн» и её любимая: «Гроб вашей мечты. Вам позавидуют соседи».

Самое место для её сюрприза.

Она с бьющимся сердцем и горячей головой вернулась к себе и с большим трудом сосредоточилась на работе. Нахальные мысли не слушались её и всё время возвращались к любимому Андрею Петровичу: вот он вошёл в кабинет, открыл окно, сел за свой стол, поискал глазами подарок от неизвестной феи, слегка разочаровался, не увидев его, а он уже привык! Погрустил, что таинственный гений не отставил ему зашифрованного послания, и принялся за работу. Поднял голову, прислушался. Неясное беспокойство, как писали в викторианских романах, овладело им: он встал, нечто таинственное мягко толкнуло его к книжному шкафу. Он подошёл, медленно открыл дверцу, его рука сама по себе легко потянулась к лежащему на полке…

– А-а-а-а-а-а! – заорала Анечка от неожиданности. На самом интересном месте её фантазий резко зазвенел телефон.

– Аня, срочно ко мне! – деловой и решительный голос начальника развеял все её мечты, и, дрожа внутри, как незастывший холодец, – «Андрей Петрович нашёл сюрприз? он зовёт, чтобы сказать, что не мыслит жизни без меня!» – Аня вихрем понеслась по длинному коридору, пролетела мимо удивлённой помощницы руководителя, как там её зовут? Маша? да какая разница? Ну почему в такой ответственный момент она думает о какой-то Маше или Даше?

– Да, Андрей Петрович!

– Аня, срочно в аэропорт! Вы летите в Венгрию на печать тиража нашей книги, которая взорвёт всё, не побоюсь сказать, библиофильское сообщество! Для вас, Аня, это поощрение: отдохните, погуляйте по Будапешту! И непременно посетите остров Маргит!

Аня стояла, ничего не видя и не слыша: она летит в Будапешт, город легенд и мифов, таинственный и романтичный! Но почему она летит туда одна, без него? Он хочет проверить наши чувства! Так и есть! Хочет посмотреть, насколько сильно он будет скучать без неё! А она? Как она выдержит недельную разлуку?

Аня, как стойкий солдатик, только и сказала:

– Будет сделано!

И решительно вышла из кабинета.

Через неделю Аня, опять же как воин, со щитом, вот игра слов-то – со щитом, летела обратно, прижимая к груди драгоценность: пахнущую свежей, нет ничего приятнее этого запаха, надо бы сделать духи с запахом свежеотпечатанного фолианта для интеллектуальных мужчин и женщин, книгу. Она будет абсолютным хитом продаж: кто же сможет остаться равнодушным к толстенькой, в белой обложке, книге с интригующим названием: «Древнее и юное волшебство кельтского секса»!

Аня была готова: она войдёт – он примет её в свои объятия, прижмёт вместе с книгой к своей стальной груди? к своей широкой груди? ладно, пусть будет широкая. За эту неделю он, как и Анечка, несомненно, понял, что она – единственная и неповторимая, только его женщина, и они вместе пойдут по жизни, держась за руки и за книгу о кельтском сексе.

Ночной перелёт осенил Анечкины веки загадочными тенями, но она решила двинуть не домой, а сразу в офис: в восемь она как штык будет на рабочем месте.

Она прошла по тихому коридору. Недолго отсутствовала, а идёт как по незнакомому офису, чужому, жаме вю, однако.

Её кабинет. Полчаса одиночества, чтобы привести в порядок скачущие от волнения мысли. Анечка села на своё место. Светлое утро безразлично смотрело в открытое окно. Липы отцвели, и на месте пенных цветов в зелени потемневшей листвы едва видны мелкие невзрачные шарики будущих семян.

Анечка открыла верхний ящик стола и испугалась, как если бы там была бомба. Это не бомба и даже не граната. Это гранат. Символ любви. Это его подарок с глубоким и однозначным смыслом: гранат, говорят, а не яблоко предложил змей Еве, а та, в свою очередь, Адаму. Не нужно долгих слов, не нужно объяснений, ясный Анечкин ум расшифровал чудесную посылку. Он меня любит, – безошибочно поняла Анечка.

Она взяла гранатовый плод в руки: он уютно устроился в её ладонях, поднесла к лицу – любовь, заключённая в драгоценных гранатовых зёрнышках, таинственно сияла под плотной, холодноватой на ощупь кожурой. Анечка положила гранат пред собой и тут заметила, что в ящике остался конверт.

О! Чудеса продолжаются! Дрожа от нетерпения, вскрыла: внутри оказалось приглашение на плотной бумаге нежного цвета айвори.

«Дорогая Анечка, – конечно, дорогая, а какая же ещё? Любимая, единственная, – подумала она и продолжила: дорогая, да, – дорогая Анечка, наша свадьба – наша свадьба! – торжествующе повторила про себя Анечка, наша свадьба! – она не ожидала, хоть и надеялась, что всё решится так быстро, – состоится в ресторане «Эдем» 27 июня сего года. Андрей и Мария».

Стоп. Она споткнулась: Андрей и Мария. Сердце стучало у неё в горле. Что это? Какая Мария?! Она Анечка! Анна! При чём тут Мария???

Внизу красовалась приписка, выполненная мелким наглым каллиграфическим почерком:

«Анна Ивановна, – да, она Анна Ивановна, – палиндром такой глупый – Аннаванна, – спасибо вам за моё счастье, за моего Андрея! Если бы не ваши тайные подарки, я бы никогда не вышла замуж за мужчину моей мечты!

Андрюша решил, что маленькие сюрпризы: цветы, яблоко, лента Мёбиуса – это моих рук дело. Я не стала его разубеждать. «Маша, ты – мой добрый гений! – сказал он, – ты выйдешь за меня?»

Видели бы Вы, как он был счастлив, когда я сказала «да»!

Мы даже обручальные кольца заказали в форме ленты Мёбиуса: таких оригинальных нет ни у кого!

Места на лицевой стороне не хватило, и текст переполз на заднюю сторонку пригласительного:

Боюсь, ты не сможешь остаться: тебе будет больно видеть наше счастье. Ты обязательно найдёшь себе новую работу! Такие специалисты, как ты, на дороге не валяются! Мария».

Не просто Мария! Змеюка! И почему она перешла на «ты»? Хамка!

Иван Рассказов

Наумов Герман Евгеньевич. Творческий псевдоним – Иван Рассказов. Окончил Московскую академию труда. Женат, воспитывает пятерых детей. Параллельно занимается общественной деятельностью, благотворительностью. Неоднократно избирался депутатом городской Думы. Инвалид труда. Член Президиума Иркутской региональной организации Всероссийского общества инвалидов. Член правления Московского офиса Интернационального Союза писателей.

Во время своей работы на предприятиях за активную общественную деятельность награжден орденами и медалями, орденом Чести, орденом В.К. Тредиаковского, орденом Сергия Радонежского. Медалями за доблестный труд Правительства Москвы, медалью за вклад в празднование 70-летия Победы в Великой Отечественной войне, медалью «200-летие М.Ю. Лермонтова» – Министерства культуры. От Императорского Дома Романовых её Императорского высочества Великой княгини Марии Владимировны награжден Императорской медалью «Юбилей Всенародного подвига. 1613-2013». Награжден международной медалью имени Адама Мицкевича, учреждённой Организацией Объединенных Наций по вопросам образования, науки и культуры (ЮНЕСКО) и Интернациональным Союзом писателей; дипломом «За вклад в развитие современной русской литературы и сохранение русского языка» оргкомитетом премий «Народный поэт» и «Народный писатель» (Москва, 2013). С рассказом «Саласпилс. Концлагерь Куртенгоф» стал финалистом премии «Народный писатель» (2013). В марте 2015 года удостоен звания лауреата Национальной литературной премии «Писатель года». Финалист премии «Народный писатель» (2014). За рассказ «Ангелы» получил огромное количество благодарностей и отзывов, в том числе от руководителя Фонда социально-культурных инициатив Светланы Медведевой. Лауреат, в сентябре 2015 г. награжден почетной грамотой Правительства Москвы. Финалист и номинант более 19 литературных премий. А также имеет поощрения – более ста грамот чи благодарственных писем.

Публиковался в изданиях Московской организации Союза писателей – журнале «Российский колокол», в альманахе «Российский колокол» Интернационального Союза писателей: «От сердца к сердцу», в русско-шведском, русско-японском и итальянско-российском сборниках, в российских сборниках: «Проза» (том

9), «Писатель года-2013» (том 5), «Писатель года-2014» (том 8), «Российские писатели» (том 5), «Наследие» (том 7), в альманахе «Георгиевская лента», посвященном 70-летию Победы в Великой Отечественной войне, в приложении «Российской газеты» – журнале «Регион», региональном журнале «Любимый край», местных – газета «Ленский шахтер», «Пилигрим», журнале «Бодайбинская панорама», «Бодайбо – золотая столица Сибири», в книге, посвященной 100-летнему юбилею города, – «Город на Витиме».

Изданы книги из серии «Таежные повести»: первая – «Таежные приключения», вторая – «Тайна Шаман-камня», третья – «Избранное», четвертая – «Стихи и проза Ивана Рассказова», пятая – «Военная тайна ветерана», шестая – «Сборник произведений в серии «Таврида», седьмая – «Рассказы о войне» в серии «Библиотека журнала «Российский колокол». Выпущен аудиодиск на студии Интернационального Союза писателей и радиогазеты «Московская Правда».

Является корреспондентом журнала «Российский колокол», учрежденного Московской городской организацией Союза писателей России.

Необычайные приключения писателей на «Росконе»!

Глава 1

Герман стоял и смотрел на уходящие вдаль два автобуса, увозивших шумную ватагу писателей-фантастов. Его сердце щемило, и в голове крутилась одна мысль: надо было уезжать вместе со всеми, тогда бы он сейчас не чувствовал себя брошенным одиноким псом. Но дело было сделано, решение писателя остаться в пансионате Управления делами Президента РФ «Лесные дали» было продиктовано желанием просто пару дней отдохнуть от всей мирской суеты и шума.

Дождавшись, когда последний автобус скрылся вдали, Герман пошёл в свой корпус. По дороге встретил организатора «Роскона» господина Байкалова с другом и, обрадовавшись этой встрече, он вручил ведущим привезенный с собой байкальский омуль и по баночке икры. Обменявшись любезностями и, как всегда это делается при расставании, пожелав друг другу счастливой дороги, новые знакомые расстались.

Передумав возвращаться в корпус пансионата, опустевший после отъезда друзей, Герман решил прогуляться. Неожиданно ему открылся чудесный вид на Москву реку, и, сев на стоящую здесь скамейку, писатель решил встретить начинающийся закат. Сколько времени прошло, пока он смотрел на волшебную красоту заходящего солнца и успел продрогнуть до костей от весеннего вечернего холода, он не знал. Но уже через полчаса, лежа в ванне и слушая звук горячей воды, теплым одеялом окутывающей тело, Герману было так хорошо, что не хотелось ни о чем думать, а только спать. Что он, помывшись, и сделал. Посреди ночи спящего разбудил очень громкий стук в дверь. Герман поспешил её открыть, пока стучавший не сломал замок.

Писатель на пороге увидел улыбающегося и нетрезвого с бутылкой пива в руке своего приятеля Андрея Щербака-Жукова собственной персоной. «Вот нарисовался – не сотрёшь», – подумал Герман и пригласил Андрея в номер. Щербак-Жуков был настолько милым и безобидным человеком, по-настоящему своим в доску для всех знакомых и друзей, что обижаться на него было просто грех!

– Пойдем со мной, друг мой Герман, – обратился к нему Андрей.

– Куда, интересно, мы пойдем на ночь глядя? Стихи твои матерщинные, от которых даже обои на стенах в трубочку сворачиваются, я уже слышал вчера вечером. Чего ты ещё от меня хочешь?

– Тебя к себе Байкалов зовет, – сказал Щербак.

Услышав имя человека, с которым очень давно Герман хотел ближе познакомиться, он начал одеваться. Через пять минут, спустившись в какой-то подвал, Гера спросил у Андрея:

– Мы что, в сауну идем?

– В сауну, конечно, сейчас всё сам увидишь.

Неожиданно коридор закончился, и друзья вошли в большой зал, посреди которого, как полководцы-римляне, сидели на стульях господин Байкалов с друзьями и мой старый знакомый Александр Гриценко.

«Что им ночью нужно от меня?» – подумал Герман и сделал несколько шагов в сторону сидевших.

Неожиданно сзади на него набросили какую-то сетку лишившую возможности писателя двигаться.

«Наверное, хотят разыграть», – подумал Герман, наблюдая за пригласившими его сюда людьми.

Сквозь ячейки удерживающей Германа ловушки он заметил какую-то неестественность в облике своих знакомых. Через несколько минут писатель понял, в чем тут дело: глаза на лицах сидящих в зале были словно нарисованные: не моргали и не поворачивались.

Между собой все общались, подымая руки к друг другу кистями наружу, издавая при этом странные шипящие звуки. Только сейчас Герман разглядел что-то наподобие глаз на ладошках неизвестных существ.

«Вот театр устроили, загримировались и прикалываются надо мной», – подумал он про себя. И, как он убедился позже, разговаривать при помощи рта эти существа умели так же, как люди.

Оторвавшись от питья какой-то жидкости через трубку из небольшой черного цвета коробки, напоминавшей земной аккумулятор, существо, похожее на господина Байкалова, обратилось к Герману с речью:

– Уважаемый писатель, сейчас вам будет предложена экскурсия по нашей ферме, где вы сами всё увидите и поймёте. Потом мы вам сделаем предложение, с которым вы можете согласиться или нет.

После этих слов двое неизвестных существ, одинаковых как две капли воды, посадили Германа на коляску и повезли в другие помещения подвала. Комнат, которые они посещали, было пять: в каждой из них сидело по несколько человек, к голове которых подходили провода, подсоединенные к таким же черным коробкам, похожим на аккумуляторы. Вдоль стен помещений были расставлены стеллажи, на которых рядами стояли, видимо, пустые коробки. Герман заметил во время нахождения в одной из комнат, как сопровождающие его существа заменили у двух сидящих в комнате людей с проводами на голове стоящие перед ними аккумуляторы, предварительно сняв их со стеллажей и отдав сменные коробки появившимся такого же вида существам, которые сразу же их увезли. Находившиеся в комнатах были очень похожи на некоторых авторов фантастики, уехавших на автобусах ещё днем. Так прошло около часа, наконец, опять появился большой зал! На привезенного в кресле Германа никто не обращал внимания, существа сильно шипели, общаясь между собой, это ему стало надоедать, и он гневно закричал на всех:

– Вы что тут, придурки, устроили, я вас всех пересажаю!

На минуту все присутствующие замолчали и повернулись в сторону писателя, потом в его голове что-то щелкнуло, и ему стало понятно шипение существ. С ужасом он слушал, как Байкалов, обращаясь к Гриценко, спрашивал у него, что ему больше нравится по вкусу: фантастика начинающего писателя Н. или букет фэнтези и мистики маститого автора А. На что Гриценко отвечал ему, сравнивая вкус напитка, который он потягивал из черной коробки с какими-то непонятными для обычного человека неземными понятиями и словами. Насытившись таким странным образом, захватчики Германа, наконец, обратились к нему с вопросом:

– Ну, как вам наша ферма? – спросил Байкалов у него.

– Вы зачем у себя в плену столько писателей держите, фермеры хреновы? – ответил Герман. – Вас же поймают и арестуют.

– Ну конечно, разбежались! Кто вам такую глупость сказал? – спросил Байкалов. – Мы из приехавших к нам на фестиваль авторов фантастики отобрали лучших, с помощью самого настоящего профессионального жюри. Затем сделали их копии, один в один, и, как всегда, отправили домой. При этом каждый из членов их семей так и не догадался ни о чем, живут себе и жизни радуются. Копии писателей до молекулы созданы по образу и подобию оригинала. И всё, что напишет здесь у нас его прародитель, то же у себя дома напишет, но с опозданием на час, его копия-фантом. Они практически ничем не отличаются, кроме того, что умение хорошо писать и талант остался в головах настоящих писателей, которые живут у нас на ферме. Двойники лишь копируют мысли и ведут себя в жизни так же, как вели бы себя их оригиналы! А мы при помощи специального оборудования собираем все гениальные мысли и сюжеты авторов в специальные мыслесборы.

– Да кто вы такие, чтобы творить с людьми такое? – закричал Герман.

– Мы – Тофары, из другой Вселенной, в которой питаются не биологической едой, а энергией мысли, возникающей в голове таких существ, как вы, и некоторых других разновидностей, мыслящих рас на многочисленных планетах Вселенной. Так получилось, что на другой планете от чрезмерной эксплуатации доноров все фермы вымерли. Но благодаря таким отрядам, как наш, мы нашли замену на вашей планете для питания жителей нашего мира. У вас очень много талантливых писателей, и было очень просто через вот такие конкурсы собрать всех в одно место. Затем выбрать самых одаренных, у которых такие вкусные и питательные мысли. Небольшую часть их мы съедаем сами, а всё остальное отправляем в гиперплазе адаптера, через гравитационные поля времени в нашу Вселенную. Вот мы и вам хотим предложить возглавить у себя на родине такую ферму. Потому что считаем размещение её в таком экологически чистейшем месте, как акватория озера Байкал, будет самым удачным для нас решением. В противном случае станете таким же сюжетом нашей фермы с приемником на голове, а ваш клон поедет за вас на родину. Вы не думайте: вас выбрали не из-за того, что вы нам понравились. Просто ещё в первую ночь, когда наш агент – сосед по номеру – подсыпал вам в сок снотворное, мы подключали вам наш аппарат-мыслесбор. Но огромный интеллект и сила мысли превысили в разы мощность приемника, и мы отказались на время от ваших мыслей. Теперь нам ничего не остается, как предложить сотрудничать с нами для пользы нашей цивилизации.

– А можно подумать? – спросил Герман.

– Да, конечно, – ответили ему, – но только до утра.

Так прошло ещё несколько часов времени среди существ, называющих себя Тофарами. Герман слышал все разговоры псевдописателей, которые по неизвестным причинам не отключили в его голове возможность понимать чужую для разума речь. Так писатель узнал о существовании ещё нескольких ферм за рубежом и о прибытии в скором времени очень мощного приемника-мыслесбора, который без проблем может принять мысли самых известных и гениальных авторов фантастики. В центре одного из таких разговоров несколько раз прозвучала известная фамилия Лукьяненко Сергея. Прислушавшись к беседующим, он понял, почему все Тофары так ждут новый мыслес-бор.

Герман узнал из разговоров пришельцев о том, что, напоив на одном из мероприятий как-то раз Лукьяненко снотворным, Тофары попробовали надеть на его голову приемник идей и сюжетов фантастики автора. Но ни один приемник-мыслесбор просто не выдерживал и сразу же выходил из строя от супермощных идей в голове гениального писателя. В конце концов один из приемников загорелся и раздался очень мощный взрыв, уничтоживший всю группу пришельцев. Прибывший на место происшествия наряд полиции, вызванный дежурной отеля, застал спящего богатырским сном Сергея, голова которого была опутана проводами, идущими к развороченному и дымящемуся от взрыва ящику.

Очнувшись, Лукьяненко не мог ничего вспомнить, и этот случай списали на обычное дружественное хулиганство друзей фантастов-писателей, не рассчитавших заряда петарды. Поэтому пришельцы решили, пока Сергей не пришел в себя, отпустить его до прихода на землю очень мощного приемника, заказанного специально для интеллекта Лукьяненко, Байкалова, Синицына, Гриценко и других известных авторов. Тофары, рассказывая про этот случай, с ужасом громко шипели и даже, как показалось Герману, плакали, сожалея о погибших товарищах. Такие новости заставили писателя задуматься, что его в будущем ждет такая же участь подопытной жертвы, и у него в голове возник план, как выбраться на свободу. Когда его провозили по коридорам подвала, он заметил открытую дверь с надписью «Туалет». В этой комнате на уровне двух метров от пола находилось приоткрытое окно, под ним батарея отопления, с помощью которого в дальнейшем Герман хотел покинуть своих похитителей. Надо было только придумать, как туда попасть и как освободиться от удерживающей его сети.

Неожиданно его мысли прервали конвоиры. Схватив кресло-каталку, они повезли его по коридору. Через несколько минут, въехав в одну из комнат, сопровождавшие писателя два совершенно похожих между собой охранника оставили его одного. Когда глаза привыкли к темноте, Герман увидел человек пять, сидящих на таких же колясках совершенно без движения. Вглядываясь в темноту, он смог разглядеть сидящего недалеко Гриценко Сашу. Обалдев от такой встречи, Герман обрадованно заорал:

– Саня, слышишь меня, Гриценко, отвечай, черт тебя дери! Что молчишь?

Но сидевший напротив человек, очертаниями очень похожий на его друга писателя Гриценко, молчал, не сделав ни одного движения.

«Вот дела! Что пришельцы с ними сделали! Надо, пока я ещё шевелюсь, выбираться отсюда!» И с этими мыслями Герман стал делать попытки освободиться. Дергая туда-сюда руки, он понемногу стал освобождаться из объятий удерживающей его сетки. Неожиданно в коридоре раздались приближающиеся шаги, дернувшись из последних сил, писатель освободил одну руку, затем с её помощью вторую. В это время в комнату открылась дверь и зашел всего один охранник, в руках он нес предмет, похожий на браслет. Подойдя к притворившемуся спящим Герману, он попытался надеть браслет ему на руку. Но неожиданно спящий вырвал его из рук охранника, с проворностью надев приспособление на руку вошедшего. В следующую секунду, выскочив из потерявшей эластичность сети и пробежав мимо застывшего, как статуя, охранника, писатель направился к окну в туалете. Уже почти у заветной двери с надписью «Туалет» в его голову пришла мысль: а ведь он оставил там Гриценко! На ходу развернувшись, Герман поспешил обратно. Сняв с Александра такой же браслет, который хотели недавно надеть и ему, он стал с удивлением наблюдать, как его друг приходит в себя. Недолго думая и схватив его за руку, Гера хотел уже бежать к спасительному окну. Но Гриценко неожиданно стал упираться:

– Надо ещё Лукьяненко освободить с другими, – сказал он.

И друзья стали снимать браслеты с рук всех, кто находился в комнате. Через пять минут Герман, Гриценко, Лукьяненко, Байкалов и ещё двое писателей двинулись по коридору в сторону спасительного окна.

Несмотря на то, что Сергею Лукьяненко предложили покинуть подвал через окно первым, он отказался и стал помогать друзьям выбираться наружу. Оставшись с Германом вдвоем, Сергей предложил помочь ему выбраться наружу, но тут их планы нарушил топот бегущих по коридору и громко шипящих пришельцев.

Пулей метнувшись к двери, чтобы её закрыть, Гера немного опоздал, и в дверь успел вбежать его старый знакомый из охранников, видимо, и поднявший тревогу.

Закрыв на внутреннюю задвижку дверь, в которую уже стучали оставшиеся за ней преследователи, обернувшись назад, он только успел увидеть, как Лукьяненко с правой так подцепил охранника, что тот, пролетев метров шесть, уселся, не снимая штанов, прямо на один из унитазов, стоявших в кабинках вдоль стены. Сожалея о том, что у него исчезает из рук последняя возможность доказать после плена присутствие инопланетян, Герман надел на руку пытающегося встать пришельца прихваченный с собой браслет.

– Ну вот, дружок, посиди здесь, о жизни подумай, – сказал пришельцу писатель.

После чего он вылез наружу к ожидающим его на улице друзьям. Протянув руки к подошедшему к окну Лукьяненко, товарищи с ужасом услышали треск ломающейся двери и её падение. На писателя со всех сторон накинулись шипящие, как гадюки, пришельцы. И только дружная хватка четырех пар рук за руки Сергея, которые были видны из окна, не позволила затащить пришельцам писателя обратно. Рывок, потом ещё один, и тело Сергея оказалось на спасительной свободе. Пришельцы по каким-то причинам не последовали за ними. Герман, понимавший их шипение, услышал команду старшего Тофара на отбой и сбор всех в зале подвала. Он сообщил об этом всем своим товарищам, которые очень удивились знанию Геры языка пришельцев, но промолчали.

– У меня здесь машина недалеко, надо выбираться из этого осиного гнезда, давай за мной, – закричал Байкалов, вытаскивая на ходу ключи.

Писатели все, как по команде, побежали за несущимся впереди всех хозяином автомобиля. Разместившись в новеньком, недавно купленном большом универсале марки «Ситроен», все успокоились и стали совещаться, что предпринять дальше. Гриценко предложил:

– Давайте уедем отсюда подальше, а потом уже решим, как нам действовать.

– А что, Александр дело говорит, – согласились все, и машина, плавно набирая ход, покатилась на выезд из пансионата.

На КПП их ждал сюрприз: охранник не хотел выпускать автомобиль, ссылаясь на то, что ему позвонило начальство и приказало эту машину завернуть обратно к главному корпусу для получения какого-то пропуска.

– Без пропуска не выпущу, – сказал он, и беглецам не оставалось ничего, как пойти на хитрость.

Покопавшись в бардачке машины, Байкалов нашел какую-то бумагу, похожую на пропуск, отдал её охраннику, который чесал затылок, не зная, что делать, выпускать машину или нет. Наконец пассажирам это надоело, и один из сидящих в машине взорвался, обращаясь к секьюрити:

– Ты знаешь, кто перед тобой? – показывая на писателя Лукьяненко рукой, – это известнейший писатель, написавший про дневной и ночной дозоры, по ним знаменитые на всё страну фильмы сняты. Сергей Васильевич – друг самого Президента! Хочешь работу в Москве навсегда потерять? – спросил он секьюрити.

Угроза подействовала, и, подняв шлагбаум, охранник пропустил автомобиль.

– Вот так-то лучше, – сказал беседовавший с секьюрити пассажир, и машина, набрав ход, вырвалась на трассу. Проехав километров десять по трассе, уставшие и хотевшие пить пассажиры свернули к магазину. Дремавшего до этого Германа вдруг привлекла рука водителя, считавшего мелочь.

Присмотревшись получше, он увидел внутри на ладошке глаз, как у пришельцев из подвала. Его охватила паника. Внимательно осмотрев своих спутников и убедившись, что они на пришельцев совсем не похожи и у них таких меток нет, решил, что водитель – не писатель Байкалов, а засланный Тофарами казачок. «Надо что-то предпринять, тем более, пока мы остались вдвоем, все остальные ушли в магазин».

Недолго думая, дождавшись удобного момента, когда водитель начал поправлять передний чехол, Герман накинулся на него, завязалась схватка, но элемент неожиданности сделал своё дело. Привязав руки сопротивляющегося псевдо-Байкалова ремнем к рулю, Гера решил ждать товарищей из магазина. Водитель, очень похожий на знаменитого писателя, так вихревато матерился на Германа, что только ещё больше убедил того в верности подозрений, что перед ним пришелец или фантом. «Настоящий писатель так матюгаться не будет», – думал он про себя, и тут же на ум пришло негласное застольное творчество Щербака-Жукова. В голове сразу же появилась идея проверить псевдописателя.

– Скажи мне, любезный, куда ты мой подарок утренний дел? – спросил он.

– В багажнике лежит в холодильнике.

Открыв багажник и автохолодильник, где лежали две бутылки пива, пакет с омулем и банка икры, Гера стал сомневаться в правильности своих подозрений. Чтобы точно убедиться в том, что Байкалов не пришелец, он достал из пакета икру омуля и, открыв бутылку пива, попросил водителя доказать ему, что тот не пришелец. Байкалову ничего не оставалось, как сделать то, о чём его просил Герман. Подошедшие из магазина товарищи увидели обалденную картину: Герман кормил связанного Байкалова прямо с ложки икрой и поил пивом. Узнав, в чем дело, писатели помогли развязать водителя и рассказали о том, что ещё несколько часов назад они, заметив глаза на руках пришельцев, нарисовали себе такие же точно и с помощью фальшивых атрибутов пришельцев пытались бежать. Но охранники раскусили друзей, и после такого неудачного побега их всех закрыли в эту комнату, надев браслеты, которые помог снять Герман. От стыда за свои нелепые подозрения Гера готов был провалиться на месте, но дело сделано, теперь надо было хоть как-то загладить свою вину перед Байкаловым. «Как это сделать, будущее покажет», – думал он про себя, наблюдая за проплывающими пейзажами за окном автомобиля.

В салоне стоял стойкий запах рыбы с пивом, который не могли перебить свеженарезанный батон с колбасой.

Пассажиры уплетали за обе щеки бутерброды, нарезанные Гриценко, и в голову полезли мысли, которые не возникали до этого на голодный желудок.

– Что, товарищи писатели, делать будем? – спросил всех Байкалов.

– Ты, Дмитрий, этот вопрос задал, давай, первый вноси предложение, – ответил ему один из сидящих на заднем сиденье.

– Что тут вносить: дело ясное, что дело тёмное, – ответил он. – Надо очень хорошенько подумать, как непосвященным людям про наше приключение рассказать, чтобы нам поверили! Иначе, сами понимаете, как такой рассказ со стороны будет выглядеть, – сказал Байкалов.

Вдали показалась патрульная машина ГАИ. Стоящий рядом с ней гаишник, может быть, никогда и не обратил бы внимания на машину писателей. Но у Дмитрия, сидевшего за рулем и чувствующего свою вину за управление перегруженной машиной и выпитое пиво, сдали нервы, и нога предательски сбросила газ, и машина как-то неуверенно поехала дальше. От стоявшего на дорогах не один год полицейского не могло укрыться такое поведение водителя, и он, предвкушая хороший навар, замахал жезлом, приказывая водителю остановиться.

– Приехали, – сказал всем Байкалов и свернул на обочину.

В открытое стекло водителя на инспектора потянуло пивом с рыбкой. У полицейского даже сердце от радости затрепетало в груди.

– Пили за рулем сегодня? – спросил он Дмитрия.

– Товарищи пиво пили, я – нет, – ответил Байкалов.

Может быть, этим ситуация и разрешилась бы, тем более, в права были вложены пятьсот рублей. Но тут у потерявшего интерес к машине и её водителю полицейского появился новый повод заинтересоваться задними пассажирами. Один до этого задремавший писатель, которого Герман не знал по имени, вдруг очнувшись и увидев полицейского, открыл дверь и бросился обниматься со словами:

– Мы спасены! Ура! Наша полиция нас от этих тварей, пришельцев, спасла.

После этого писатель с такой силой вцепился в инспектора, что тот даже пошевелиться не мог. Второй сотрудник Гаи, увидев, как его напарника кто-то схватил и держит, подумал о нападении на полицейского и стал вызывать по рации подкрепление. Уже через десять минут всю банду, как доложил старшему по рации с поста Гаи, взяли и повезли в ближайшее отделение полиции. По дороге писатели пытались объяснить полицейским, что с ними произошло. Но в ответ только услышали, что пиво с водкой мешать не надо, тогда пришельцы с чертями не привидятся.

– При чем тут черти? – в сердцах сказал подставивший всех писатель и, махнув свободной от наручников второй рукой, горестно замолчал.

Глава 2

В камере стояла гнетущая тишина, несколько человек спали на нарах, другие переваривали информацию о том, что утром всех поведут к следователю и врачу.

– К последнему обязательно все пойдете, господа марсиане, – сказал дежурный полицейский, после того как друзья стали ему наперебой рассказывать о своих приключениях.

Поверить в пришельцев усатый здоровяк не мог и не хотел, его больше интересовал спрятанный в тумбочку бутерброд с колбасой, который он успел только один раз откусить. Трапезу прервала шумная компания с бредовыми рассказами, и голодный и от этого злой капитан решил всех поместить в самую дальнюю камеру отделения до утра. Перекусив и попивая чаек, он внимательно изучал документы задержанных, с удивлением глядя на писательские удостоверения и другие крутые документы. «Каких только корочек не увидишь у преступников, и как хорошо сделаны», – думал дежурный. Капитан был уверен, что задержанные были из той банды, которая занималась автоподставами на дорогах Москвы и потом, прикрываясь корочками, разводила лохов-водителей на деньги.

– Надо же! Президент Интернационального Союза писателей Лукьяненко Сергей, главный координатор союза Гриценко, вот выдумщики! – произнес вслух полицейский, разглядывая очередной документ задержанных. «Ну ничего, завтра всех в психушку свозят, затем все свои романы следователю расскажете», – размышлял полицейский.

Прошло минут пять, и дежурный поймал себя на мысли о сходстве президента Лукьяненко с кем-то, кого капитан знал или видел до этого. Профессиональная память полицейского работала как компьютер! Щелчок, и он вспомнил: несколько лет назад нашумевшие на всю страну фильмы в кинотеатрах страны – дозоры, дневной и ночной. Вот где он слышал эту фамилию! Потом он видел писателя в разных телевизионных передачах и последний раз в программе «Время». «Так, дело, кажется, принимает плохой оборот, мне до пенсии всего ничего, а тут такая подстава в моё дежурство». С этими мыслями капитан пошел к камере с задержанными. Открыв глазок железной двери, он не мог разглядеть лиц, находившихся в камере. Но его все и не интересовали.

– Лукьяненко, идите сюда! – закричал он через дверь. Разглядев в подошедшем знакомые черты, дежурный до конца расстроился и, схватившись рукой за сердце, поспешил обратно к себе. Что завтра на рапорте начальнику докладывать, надо искать какой-нибудь выход. Листая журнал, где записывалась краткая информация о лицах, помещенных в камеры, капитан понял, в чем его спасение.

– Слава, вызывай психушку, сейчас всех этих задержанных в дурдом сдадим, и концы в воду, не будем утра дожидаться.

Позже, слушая, как напарник полицейского пытается объяснить недовольному дежурному психучреждения, почему именно ночью надо забирать задержанных из участка, капитан вырвал у него трубку и закричал:

– У нас тут буйные, на полицейских кидаются, про инопланетян рассказывают, вдруг у них отравление или массовое помешательство? Им срочно медицинская помощь нужна. Я вас предупредил, и если с ними что-нибудь случится, мы не медики – отвечать не будем! Понятно я объяснил?

На другом конце провода слушавший санитар сопел от злости, потом раздался голос:

– Щас приедем, – и трубку бросили.

– Вот и славненько, – потирая от удовольствия руки, сказал дежурный. Через час два здоровенных санитара принимали выходивших по одному из камеры людей, третий был врач, который давал каждому выпить какие-то таблетки. После этого всех провожали в «скорую» с решетками на окнах. Врач укоризненно спросил у полицейского:

– Ну, и кто из них буянит?

Капитан в ответ молчал. Последний из арестантов, крепко спавший, по вине которого сюда все и попали, спросонья нащупав под собой дощатые нары и увидев санитаров, с испугу перепутав тёмную камеру с моргом, истошно закричал:

– Я не умер, пожалуйста, не режьте меня!

Персоналу психушки этого только и надо было. Медбратья, быстро схватив орущего писателя, надели на него смирительную рубашку. Врач, несильно ударив связанного под дых, профессиональным движением закинул ему в открытый рот несколько таблеток и дал запить водой. Затем, забрав у сидящего капитана пакет с документами задержанных, врач сел в кабину. Следом за отъехавшей каретой психбольницы выехал помощник дежурного на машине Байкалова, полицейские полностью хотели избавиться от следов присутствия писателей, переписав даже в журнале задержание друзей и помещение в камеру на передачу задержанных в психбольницу по причине их невменяемости.

Александр Гриценко не стал глотать таблетки, выплюнув их при первом удобном случае. Но, понимая, что лекарство им дали неспроста, решил вести себя спокойно и притворился спящим. Мысли скакали в голове, одна сменяя другую, неожиданно ему вспомнилась рассказанная история его знакомого писателя Александра Захватова, которого задержала полиция, и неприятное приключение, которое ему в связи с этим пришлось пережить. Думая о том, как всё-таки хорошо, что они вырвались из лап полиции, он заснул, очнувшись только на короткое время, когда им санитары помогали укладываться на кровать. Утром, проснувшись и разбудив спящего напротив Лукьяненко, Александр спросил его:

– Сергей, тебя кто-нибудь искать в течение двух-трёх дней будет, если ты домой сегодня не придёшь?

– Даже не знаю, нет, наверное, жена уверена, что я в пансионате на фестивале «Роскон» за городом, да и мои частые командировки отучили её проверять меня каждый день. Я думаю, если не позвоню домой, то дня через два-три она начнет меня искать.

Оглянувшись по сторонам, Александр увидел, что все уже проснулись и внимательно их слушают. Байкалов тоже подтвердил аналогичные опасения по поводу розыска его близкими. Насчет Германа с остальными вообще говорить не приходилось. Они были приезжими, и, пока их хватятся и начнут искать, пройдёт неделя или две.

– Ну ладно, – сказал Гриценко, – поживем-увидим, а пока держимся все вместе, и больше никакую ерунду насчет пришельцев не несите! Или нас тогда точно на законных основаниях на полгода упекут, с диагнозом «с катушек съехали», или проще – «писатели-фантасты дописались»!

Конец первой части!

Резеда Шайхнурова

Резеда Рушановна Шайхнурова родилась 01.03.1986 года в г. Пермь. Высшее юридическое образование (Пермский государственный университет, 2003-2008, с отличием).

В процессе обучения были опубликованы научные статьи:

– Плюсы и минусы законодательства относительно возмещения морального вреда // Норма. Закон. Законодательство. Право. Материалы Всероссийской студенческой научной конференции (Пермь, май 2006 г.). – Пермь: Перм. гос. ун-т, 2007. – С. 187-189. http://www. Iawlibrary.ru/article2079059.htnnl – Правовая позиция Пленума Верховного Суда РФ по вопросам компенсации морального вреда: Законодательство России: проблемы и решения // Молодая наука: Законодательство России: проблемы и решения. Сборник статей студентов юридического факультета. – Пермь: Изд-во Перм. ун-та, 2006, Вып. 1. – С. 126-129. http://www.lawlibrary.ru/article1213547.html Творческая деятельность: с 16 лет печаталась в школьных журналах и газетах (в основном стихи и рассказы). После поступления в университет занималась написанием статей и эссе в рамках программ «Молодые таланты» и «Молодая наука». Публикации: эссе на тему «Любовь в творчестве Кнута Гамсуна» (ж. «Иностранная литература», 2009); рассказ «Черная роза» (ж. «По стопам Шарлотты Бронте», 2006); стихотворение «Ода» (г. «Роман», 2005). Под впечатлением от знакомства с произведениями английских писательниц Шарлотты Бронте, Эмили Бронте, Джейн Остин и др. было написано несколько романов в аналогичном стиле («Дочь Монастыря», «Демон», «Сапфир»), среди которых наибольшее вдохновение и творческие способности выражены именно в романе «Сапфир» (http:// love-library. ru/love_history/1797-rezeda-shajxnurova-sapfir.html,http://www. mini-soft. ru/product/451345, http://aldebaran.ru/ author/shayihnurova_rezeda/kniga_sapfir/).

Видеоинтервью о романе «Сапфир»: http://vk.com/video?z=video3018029_ 170027006%2F75a21fcbbedde2b921%2Fpl_updates.

В настоящее время живет и работает в г. Москве на юридической должности.

Камни Ислама

Сценарий

1. Афганистан. Окраина Кабула. Наши дни.

Женщина лет двадцати пяти в черном балахоне и выцветшем платке плачет над холмиком с могилкой. Она поливает из алюминиевой кружки густоватой белой жидкостью кустик, растущий на горке с землей.

Кадр падает на её загорелую руку с выступающими венами и грязными ногтями.

2. В доме.

Изображение: Просторная убранная комната с красочными коврами на полу и цветастым покрывалом на софе.

Зайдя внутрь, женщина снимает платок и кладёт на ящик перед входом. Тяжелым шагом следует на кухню к печи и раздвоенной деревянной палкой вынимает одну за другой лепёшки.

Слышен хлоп дверью и приближающийся мужской голос:

– Мадина!

В кадре появляется плотный мужчина пуштунской внешности в чалме (головной убор) и национальной рубахе ниже колен с красиво вышитым воротом, сером жилете и широких штанах и следует в комнату.

– Ман инджа, – отвечает женщина и спешит снять с мужа сапоги.

Сидя на коленях перед ним, она вытягивает сапог вместе с пахучим носком и возвращает носок на ногу.

– Саид, – поднимает заплаканные глаза, – позови муллу Мохаммеда! Мне дочка снится, ей неспокойно без обряда. Хоть имя дать…

Не успела афганка договорить, как получает удар в лицо.

– Сына родить не смогла, так ещё командовать вздумала, арзон зан! – мужчина гневно пинает её ногой и садится за стол. – Быстро встала и принесла поесть!

Афганка тяжело поднимается и следует на кухню.

Кадр падает на медный котел с горячим паром. Потом целиком на рыдающую женщину несущую похлёбку и ставящую её на стол. Она быстро возвращается на кухню и выходит уже с лепёшками.

Набравшись смелости, она смотрит прямо на мужа и громко произносит:

– Сам работаешь в больнице, а на роды собственного ребенка не смог прислать акушерку или медсестру!

Афганец яростно встал со стула и, скрежеча зубами, подошёл к жене. Она не опустила взгляда, однако он засмеялся и сказал:

– Я надеялся, ты умрёшь! А узнав, что девочка, пожалел, что обе не сгинули. Пошла отсюда! Я один буду есть. Чтоб сегодня ни крошки в рот не брала!

Женщина повернулась и ушла на кухню. Там была лестница на чердак, служащий ей спальней.

3. На могиле.

Утром Мадина спустилась с чердака и испуганно прошла в комнату. Облегченно вздохнув, она взяла кружку, поставила её на стол и обнажила левую грудь. Потом сдавила ореол тёмного соска, и кружка постепенно наполнилась грудным молоком. То же проделала с правой грудью.

Выйдя во двор с двумя кружками, Мадина сощурилась. Был яркий солнечный день и сильная жара. Её взгляд упал на свежий холмик с маленьким зеленым кустиком. Она вылила своё молоко и шепотом произнесла: «Прости, аз манн хорд!».

Услышав шаги позади себя, Мадина обернулась. К ней подошла женщина в темно-зеленой парандже с открытым лицом. На вид ей было 40-45 лет. Тонкие губы и черные глаза несколько отпугивали, а коричневая кожа вся была испещрена морщинами.

– Почему донимаешь моего сына? Сколько можно страдать по куску мяса? Скажи спасибо, что это был не мальчик, иначе Саид бы тебя убил!

– Мариам, вы одна? Почему вышли без сопровождения?

– Я уже старая, мне не нужно сопровождение мужчины! – крикливо ответила свекровь. – Когда Саид придёт из больницы, скажи, чтобы зашел ко мне!

4. Прелюбодеяние.

– Мадар просила, чтобы ты зашел к ней, как появишься! – произнесла Мадина, поднеся кружку с водой к губам мужа.

– Холодная! – крикнул Саид и вышел на улицу. – У мамы горячий чай попью!

Мадина просыпается от сильного шума в доме и спешно спускается на кухню, потом в комнату. Её муж обнимал хазарейку в пёстрой одежде и без чадры. Она стеснительно хохочет.

– Это мамин подарок! Слышишь, ты? – обращается он к жене. – Теперь эта красавица будет ублажать меня в знак окончания вражды между нашими семьями. – Рошан, теперь твой брат ничего не должен нашей семье! Долг списан! – кричит он пьяным голосом и целует девушку.

– Что ты творишь, Саид? Что скажут соседи, это же позор!

– Не твоё дело, девона (сумасшедшая)! Всю жизнь ты из меня высосала! За семь лет не смогла сына родить! И семья твоя, бесстыжая, на приданом сэкономила! Сестре твоей, гадине, с этим таджиком проклятым почти всё на свадьбу отдала! И где она теперь? Помогает тебе? Приезжает? Даже на похороны твоих родителей не приехала!

– Саид, ты же знаешь, что они с Абдулом от талибов спасались!

– Молчи, зан!

Крупным планом лицо Мадины, лежащей в кровати в темноте. За кадром недвузначные стоны и шорох, изредка прерываемый смешком любовников.

5. Пятно.

Потный мужчина и девочка с растрепанными волосами лежат на полу, завернутые в одеяло. Потом её глаза открываются, и она толкает мужчину в бок.

– Проснитесь, Саид! Когда будем делать никах? Юзуф будет сердиться.

– Какой никах? – буркнул полусонный афганец. – Твой брат продал тебя как уличную девку чтобы расплатиться с долгом нашей семье!

– Нэй! Так нельзя! Это харам!

– Не мешай спать, Рошан! Иначе узнаешь у меня…

– Но меня же убьют! – хазарейка начала плакать.

– Мама подарила тебя мне для развлечений!

Девочка зарыдала в голос как раз тогда, когда в дом зашла Мадина.

– Что случилось? Саид, ты побил её?

Медленно шагая в сторону Мадины, афганец облизывал языком зубы.

– А если бы и побил, то что? Что ты сделаешь-то? Рошан, заткни рот, пока не дал в челюсть! Благодарить меня ты должна, женщина. Ночью она мне на потеху, а днём тебе в подмогу. Умой девку и научи готовить плов! – крикнул Саид и вышел из дома.

Мадина подошла к рыдающей хазарейке и вытерла платком её лицо.

– Сколько тебе лет?

– На прошлой неделе исполнилось одиннадцать.

6. Судьба.

Девочка с заплетенной косой тёмно-каштановых волос, в бархатном халате на два размера больше, выдергивает сорняки из земли, где было захоронено тельце.

– С корнем выдергиваешь?

Рошан поднимает голову и ласково смотрит на Мадину.

– С корнем. Мадина-апа, у меня вчера пошла кровь, когда… Я испугалась и заплакала, а Саид ударил меня и сказал, чтобы я у вас утром спросила, почему она пошла, потому что ему некогда объяснять, и заснул.

– Ты что, совсем не подготовлена, что ли, Рошан? Мама или тётки должны были тебе объяснить.

– У нас с Юзуфом больше никого нет, кроме нас. Мама была вдова и умерла, когда брату было 14 лет, а мне не помню сколько.

– Почему же брат не объяснил?

– Не знаю. Его почти не было дома. Он всё время работал в ауле, чтобы купить поесть. Юзуф говорил, что наша семья после смерти отца осталась должна семье Мариам-апы, но и мама не успела расплатиться. И когда она умерла, ему пришлось отдать трёх кур и двух овец, а ещё большой ковёр отцу Саида, но всё равно мы остались должны.

– Поэтому он тебя продал?

– Он меня не продавал! Он сказал, что для оплаты долга мне нужно будет работать у Мариам-апы по хозяйству! И в этот же день вечером туда пришел Саид, и Мариам-апа сказала, чтобы я шла с ним. Но я сказала, что спрошу сначала у Юзуфа. Тогда Мариам-апа сказала, что если я понравлюсь её сыну и буду его слушаться, то они сделают никах, и брат будет мной гордиться, потому что я попаду в богатую семью. Не всем хазаркам так везёт, вот!

– Не кричи, дитя! – Мадина жестом показала Рошан пригнуться.

7. Наказание.

Маленькую хазарейку толкнул соседский пуштун лет двенадцатитринадцати. На что, сжав губы, Рошан ударила его кулаком в глаз.

– Не трогай мою катушку с леской! – неистово кричал маленький афганец.

Из дома напротив вышел его отец в сером пирантумбоне и тюрбане.

– Что за шум? – подойдя ближе, он презрительно воскликнул: – Да это же дочь той потаскухи Виды из аула! По её же стопам пошла, сучка! Да ещё сына моего бьёшь, гадина!

– Падар, она леску мою порвала! – сын с кровоподтёком под глазом дёргал отца за рукав. – Теперь мой змей улетел!

Из близлежащих домов вышли мужчины и женщины. Жены в паранджах объединились в небольшую толпу, а их мужья пошли на подмогу соседу.

– Ин чи аст (что случилось)? – спросил один из них.

– Это та грешница из аула, Рошан Назари! Она без никаха живёт в доме Саида Садата и позволяет себе выходить без сопровождения, без паранджи и бить наших сыновей. Но Саид – уважаемый сахиб, работает в больнице и вынужден был принять эту неверную от брата Юзуфа в качестве уплаты долга.

Голоса за кадром: «Вывести её на площадь! Камни Ислама на её голову! Грязная хазарка!»

8. Камни Ислама.

На укутанное и связанное тело, лежащее в центре площади, летят тяжелые камни. Слышен неистовый детский крик, приглушенный тканью. Среди многочисленных наблюдателей на скамьях камера ловит хладнокровное лицо Саида Садата, молча кивающего в ответ на происходящее. После прекращения душераздирающих воплей толпа расходится, и камера следует только за фигурой Саида. Когда он подходит к дому, ему навстречу выбегает взволнованная жена и сплошным текстом кричит ему что-то на афганском. Оттолкнув её, муж проходит в дом и садится на софу.

– Сними с меня сапоги!

– Нет! Пока не скажешь, где Рошан! – Мадина приняла бесстрашный вид.

– Там же, где скоро окажешься ты, если будешь перечить своему мужу!

9. Вторая жена.

На матрацах на полу незнакомого богато украшенного дома взрослые женщины в разноцветных паранджах без головного убора раздают сладости и конфеты другим многочисленным женщинам, а в центре комнаты в расшитом зеленом платье сидит красивая смуглая девушка и улыбается. У неё светло-серые миндалевидные глаза, пухлые, но не слишком полные губы, длинные темно-русые волосы чуть ниже пояса и стройная фигура, напоминающая песочные часы.

Камера следует за одной из женщин, которая ведёт молодую девушку в прихожую. Там на стуле сидит Саид Садат, а другие девушки достают из большого таза афганскую хну и по маленькому кусочку раскладывают на ладони смуглой девушки, Саида и остальных присутствующих. Сверху хну перевязывают маленьким парчовым треугольником ткани с длинной ниткой, которой обматывают кисть рук.

В кадре всё та же молодая девушка, только облаченная в красное платье, продолжает таинственно улыбаться. Вскоре раздаётся тупой музыкальный звук, и под удары дойры в комнату с невестой входят Мариам-апа, которая накидывает на голову невестки золотую парчовую шаль, и другие женщины и мужчины.

Утром брат смуглой девушки-невесты завязывает ей на талии пояс из зеленого атласа, внутрь которого вкладывает золотое кольцо и толстый сверток афгани.

У порога стоит российский «ЗИЛ-130», и на нём толпа из дома невесты едет в дом Саида Садата.

В это время в его доме Мадина кричала на мужа:

– Саид, ты должен был спросить у меня, хотя бы сказать о щири-нихури! Ты не имел права заставлять меня готовить здесь пиршество для никаха, обманывая, что это для визита муллы Мохаммеда по поводу нашей дочери!

– Заткни рот, Мадина!

Женщина зарыдала и, схватив платок, выбежала на задний двор к холмику с могилкой.

10. Никах.

У муллы Абдулы, старца с загорелым и испещренным морщинами лицом, в руках никахнаме (документ, удостоверяющий заключение брака).

Он, ещё двое старейшин и Саид с двумя мужчинами и Резой (братом невесты) сидят в комнате одни. Мулла читает какие-то молитвы, после чего посылает одного свидетеля к невесте, которая вместе с другими женщинами сидит на кухне за закрытой дверью.

– Азита, ты подтверждаешь своё желание выйти за Саида Садата?

– Ей нужно подумать, – хохочет одна из женщин с золотыми передними зубами. – У неё тут на примете ещё одна семья афганских туркменов, как и её семья торгующих дорогими коврами, старший сын которых очень хорош собой!

Все присутствующие женщины громко захохотали.

– Азита!

– Согласна, Махмуд!

– А падар вакиль (названый отец, который будет для девушки человеком, имеющим право разрешать её будущие семейные проблемы и защищать её интересы перед семьёй мужа)? Реза?

– Не подсказывай!

– Азита!

– Конечно, Реза!

Махмуд вернулся в комнату и сообщил мулле о решениях невесты. Абдула повернулся к Резе и попросил назвать жениху сумму калыма за девушку.

– Тысяча афгани! – засмеялся Реза.

– Сколько? – воскликнул Саид и тоже засмеялся. – Только если впридачу к сестре ты дашь мне ещё двух лошадей и расписной ковёр!

– Тогда бы я запросил две тысячи афгани! Моя сестра из уважаемой афгано-туркменской семьи, с детства поёт и танцует, шьёт ковры, готовит восточные сладости – алмаз, а не девушка!

– Так и быть! Отдам за неё двести афгани, и по рукам!

– Что? Придётся увезти её обратно и отдать замуж за богатого турецкого бея!

– Да ты что, Реза! Увидев её красоту, разве я позволю увезти Азиту от меня! Думаю, ваша семья заслужила за неё триста афгани! Согласен?

– Обещай беречь мою сестру и не обижать, и тогда по рукам!

– Обещаю!

Жениха и невесту, покрытых шалью, подводят к большому зеркалу (обряд ойнемесоф). Саид осторожно приподнимает шаль с лица невесты, и они вместе смотрят друг на друга в зеркальном отражении. Затем женщины принесли свадебный торт, Саид взял руку Азиты, чтобы вместе надрезать торт.

– Межгян, – обращается свидетель к тёте невесты, – утром ты должна будешь продемонстрировать простынь, чтобы подтвердить честность девушки!

11. Младшая амбог (обозначение жен одного мужа).

Азита в красивом зеленом платье массирует Саиду шею.

– Мадина-амбог, принеси нашему мужу топленого молока! – кричит молодая жена из завеса с их Саидом спального места.

Мадина не отвечает.

– Язык проглотила, зан? – следом кричит афганец. – Иди на кухню, проверь, что она делает! – велит Азите.

Мадины не было. Азита нагрела на газовой горелке молоко. Когда вошла старшая амбог, она обернулась.

– Ты справишься? – поинтересовалась Мадина.

– Да. Но не смогла вытащить лепешки из печки.

– Вичку надо держать вот так, чтобы один конец воткнуть в лепёшку, а другим зажать, чтобы легко вынуть.

Молодая жена налила топленое молоко в кружку, взяла лепешку и ушла в комнату.

Саид нежно её поцеловал и, отломив кусок лепешки, положил в рот Азите.

– Умница моя. Всё-то ты умеешь.

– А что Мадина-амбог делает каждый день на заднем дворе?

– Не обращай внимания!

12. Свекровь.

Мариам-апа пришла рано утром в дождливую погоду к сыну. Он и Азита ещё спали. Встретила свою свекровь Мадина.

– Мадар! Что случилось? – взволнованно произнесла она.

– Просто так прийти нельзя, что ли? Я к сыну в гости, не мешай!

Мариам оттолкнула старшую невестку и прошла в комнату.

– Дорогие мои, просыпайтесь!

Саид вышел из-за завеса.

– Мадар?

– Пришла проведать вас с невестушкой. Азита, выйди, дочка! У меня тебе подарки.

Азита вышла к свекрови в халате.

– Мадар! Очень рада вас видеть!

– Садись, дочка! Смотри, что я тебе принесла!

Свекровь и невестка стали перешептываться. Мариам вынула из шерстяного баула платок, вышитый вручную, и накидку к парандже для жаркой погоды.

– Нравится, Азита?

– Очень нравится!

– Чего стоишь? – крикнул Саид Мадине. – Неси чай и угощенья!

Афганка выполнила приказ мужа и накрыла стол. Саид схватил

старшую жену за плечо и толкнул в сторону стола.

– Мама не ест за столом! Переложи на пол!

– Я помогу! – заявила Азита и вплотную подошла к Мадине, перекладывающей утварь на расстеленную кошму.

В какой-то момент молодая жена взвизгнула и упала ничком на пол.

– Мадина-амбог облила меня кипятком! – закричала Азита.

Старшая жена, держащая чайник, широко раскрыла глаза.

– Куда, моя красавица? – Саид начал ощупывать свою туркменку.

– На руку. Вот, где мокрая ткань!

– Ах ты, девона! – муж ударил Мадину, и та отлетела вместе с чайником.

– Саид, я не обливала её!

– Так ты ещё и клевещешь на мою невестку в присутствии мужа! – вмешалась Мариам.

13. Время.

Саид и Азита сидят в гостях у Мариам. Внизу экрана надпись «Год спустя».

– Что нам делать, мадар? – опечаленно произносит сын, глядя куда-то в сторону.

– Так оставлять нельзя, это точно, – озвучивает свой вердикт старшая пуштунка. – Уже молва пошла по Кабулу, что ты второй раз женился на бесплодной. Надо что-то решать!

Мариам широко раскрывает глаза и рот.

– Мадар! У вас приступ?

– Что ты несешь, Саид! У меня план есть!

– Какой?

– Ты сам только что озвучил, – и Мариам, прислонившись к уху сына, что-то ему зашептала.

Саид зашел в дом. Мадина подметала пол.

– Мадина!

Афганка оборачивается на него и удивленно смотрит (почти за три года муж лишь пару раз называл её по имени).

– Саид! А где Азита?

– Осталась у мадар. Я тут подумал, наверное, стоит позвать муллу Мохаммеда, чтобы по-мусульмански захоронить дочку.

Слёзы покатились из глаз Мадины, и, став на колени перед мужем, она несколько раз поцеловала тыльную сторону его ладони.

Что-то маленькое, обернутое в белую простыню, лежит на дощечках, воткнутых прямо в землю выкопанной могилы. Двое юношей в тюбетейках сверху (над костями ребенка в простыне) втыкают ещё три дощечки, как бы образуя домик для маленькой Тюльпан (как окрестил её мулла Мохаммед). Первым землю с ладони бросил Саид – отец девочки, потом те же юноши закончили работу. И вот над мусульманской могилкой стоит деревянный лакированный памятник с полумесяцем и звездой.

Мадина следит за происходящим поодаль от мужчин в тени большого дерева и плачет. На устах у неё улыбка.

14. Продолжение рода.

– Саид, кажется, воды отошли, – испуганно произнесла Мадина.

– Поздравляю, Мадина-амбог! – заключила в свои объятия молодая жена. – Инш-Алла, будет мальчик!

– Я любому ребенку буду рада.

– Я пойду за акушеркой в свою больницу, Мадина, – засуетился Саид, – а ты ложись и не травмируй живот! Ребенок должен родиться живым и здоровым!

– Тужься! Тужься! – велела старая акушерка.

Вдруг послышался детский крик, и акушерка оповестила о появлении на свет здорового мальчика. Саид забежал за навес и схватил своего сына.

– Осторожней, сынок! Держи головку, пока я высосу слизь из ноздрей.

Но афганец мягко оттолкнул женщину и незаметно вложил ей в руку смятые афгани. «Иди!» – тихо приказал он ей и подмигнул.

Камера падает на вспотевшее лицо Мадины. У родившей не было сил, сын был в надежных руках своего отца, и, расслабившись, она заснула. А проснулась от шепота, который исходил от окна. Саид и Ази-та были во дворе. На руках молодая туркменка держала новорожденного и кормила его коровьим молоком из бутылочки с соской.

– Саид! Что вы делаете?

Молодожены оглянулись на неё.

– Ты проснулась? – спокойно спросил афганец.

– Почему мой сын у Азиты? И чем вы его кормите? У меня же собственное молоко есть!

– Азита, ты иди с сыном погуляй на заднем дворе! А я поговорю с Мадиной.

15. В тени.

– Если ты хочешь жить, жить здесь и каждый день видеть сына, вот мой тебе совет, зан (женщина), – почти не размыкая губ, озвучил Саид, – терпи! Отныне мать Али – это Азита, я отец, а ты моя старшая жена, которая родила мертвую дочь.

Мадина широко раскрыла глаза, явно не понимая, что происходит и о чём ей говорит муж.

– Я запрещаю тебе кормить Али, – продолжал афганец, – называть его сыном, тем более на людях, и внушать ему, что ты его мать! Ты можешь ухаживать за ним, воспитывать его, поскольку Азите будет тяжело справляться одной, но… но забудь про все права матери, поняла?

– Саид, ты ума лишился? – не выдержала Мадина и зарыдала. – Как я могу отказаться от собственного сына! Я же его родила! Так долго ждала чуда в моей безрадостной жизни…

– Я тебя предупредил, Мадина, – без капли сострадания в голосе произнес напоследок Саид. – Выкинешь что-нибудь – и никогда не увидишь сына.

На следующий день начался «Ид е Курбан» (праздник жертвоприношения)

– Я взяла куски жертвенного барана, Насрулла, – обратилась Мадина к вошедшему в дом двоюродному брату Саида, с которым во дворе они резали животное. – Пойду отнесу бедным к мечети. Передай Саиду, пожалуйста!

– Ладно. В такой день можно без сопровождения. Иди!

Следующий кадр:

– Мохаммед-вакилем, помоги! – разрыдалась Мадина в мечети. – Саид грозился убить, если кому-нибудь расскажу, что они задумали со своей матерью и Азитой-амбог. Но я всю ночь не спала, раздумывала, как быть.

Мулла Мохаммед тяжело вздохнул.

– Семья Садат очень влиятельная, кызым (дочка), – начал он. – А вместе с семьей афганской туркменки Азиты ещё и богатая.

– Я знаю, но не могу смириться. И представить не могла, что Саид совершит грех и обманет меня – сблизится со мной ради будущей беременности. Как я могла не понять, что ему нужно от меня, ведь за целый год до и девять месяцев после Азита так и не зачала?!

– Что ты хочешь от меня? Чем я могу помочь?

– Поговори с ним, Мохаммед-вакиль! Ради Аллаха, направь на праведный путь! Иначе сожгу и их, и себя, ведь без сына мне незачем жить дальше…

– Как ты смеешь даже говорить такое! Хорошо! Я поговорю с ним, но не из-за тебя, а выполняя свой долг перед Всевышним.

Мадина быстро встала и, оставив подаяние в честь Рамадана, ушла из мечети.

16. Правда.

Саид пожимает обе руки муллы Мохаммеда, когда тот входим в дом.

– Азита, накрой кошму всем, что есть в доме!

Взгляд муллы падает на молодую туркменку, передающую младенца на руки свекрови.

– Мулла Мохаммед, как мы рады вашему приходу! – лицемерно произносит Мариам. – Вы осветили этот дом своим присутствием!

Мохаммед прижал правую ладонь к сердцу и слегка наклонился.

Когда все расселись на матраце, гость заговорил:

– С твоего позволения, Саид, я бы хотел поговорить с тобой наедине.

– У моего сына нет от нас секретов, – с улыбкой перебила его Мариам.

Старца покоробило от вмешательства женщины.

– Я пришел вот по какому поводу, Саид… поздравляю тебя с рождением долгожданного сына!

– Тэшэкёр (спасибо)!

– Могу я спросить, какая из жен наградила тебя таким подарком судьбы?

Все насторожились. Камера поочередно показывает лицо Саида, Мариам и Азиты.

– Та, что сидит сейчас подле меня, склонив голову, Азита-амбог.

– Дело в том, Саид, что вчера в мечеть приходила Мадина и сказала, что накануне родила сына, которого ты собираешься представить родным и соседям в качестве отпрыска своей второй жены.

Афганец сжал кулаки и почти прокричал:

– Ах, она лживая! Мало ей, что родила мне мертвую дочь, которую вы же нам и помогли похоронить по-мусульмански! Так ещё и клевещет на мою вторую жену, на которой я женился, чтобы продолжить, наконец, свой род!

– Да, конечно же, я помню весь обряд, но всё же, как ты знаешь, являюсь падар-вакилем для Мадины и обязан защищать её интересы. Так вот, я прошу тебя сказать правду, ответить сердцем – кто в действительности родила тебе сына? Азита или Мадина?

Мариам встала и, направляясь на кухню, на ходу воскликнула:

– О Аллах, что же это делается? Наградил ты меня не невесткой, а змеёй! Сейчас приведу эту лгунью и заставлю говорить правду!

Через несколько минут свекровь выволокла Мадину за волосы и толкнула перед сыном.

– Говори, неверная!

– Это я неделю назад родила этого ребенка! Клянусь Аллахом, это мой сын!

Саид вскочил с места и намеревался было ударить первую жену ногой по лицу но успел опомниться.

– Клянёшься? А я клянусь, что за клевету и непослушание выведу тебя на площадь, дабы камни Ислама свалились на твою голову!

Собравшись с силами, Мадина смело встала на ноги и обнажила грудь.

– В моей груди течёт молоко для кормления невинного ребенка! – воскликнула она и сдавила правый сосок так, что молоко брызнуло из её груди. – Если Азита родила Али, то пусть докажет, как доказала я!

– Чего же ты молчишь, Саид? – произнес мулла Мохаммед. – Ты хочешь, чтобы общественный суд забил твою жену камнями за правду?

Хозяин дома молчал и исподлобья смотрел на Мадину.

– Позволь я спрошу у Азиты, – продолжал мулла. – Если она родила твоего сына, то Аллах даст ей сил произнести это вслух.

– Азита, выйди во двор! – велел муж. – А вы, Мохаммед-сахиб, лучше оставьте мою семью в покое!

Мулла встал и направился к двери. Потом остановился и обернулся сначала на названую дочь, затем на Саида.

– Если с Мадиной что-то случится, я организую обращение в Министерство по правам женщин, так и знай! Сегодня об этой ситуации узнают мои верные люди из высокопоставленной элиты, которые в любом случае доведут всё до конца. И ты лишишься и репутации, и имущества, Саид. Не думаю, что отцу Азиты – господину Кёсему – понравится шум вокруг его имени.

С этими словами Мохаммед покинул дом Садатов.

17. До и после.

В кадре двое афганских мужчин с бородой и в чалме беседуют в полутьме. Один из них мулла Мохаммед.

– Благодарю вас, господин Кёсем, что согласились на встречу со мной!

– Если бы разговор намечался не о будущем моей дочери, то, несмотря на уважение к вам, я бы не пришел, признаюсь честно.

– И об Азите тоже, сахиб. Интригами Саида Садата и его матери она может стать жертвой подлой игры, в которой ей придётся растить новорожденного Али как собственного сына, а своих детей в будущем лишить наследства по праву старшинства.

– Что вы предлагаете?

– Я предлагаю более светлое будущее для вашей дочери, господин Кёсем, где она станет первой и единственной женой Саида. Видит Аллах, он и Мариам в ней души не чают, а Мадина там лишняя. Если вы найдете несколько свидетелей, которые подтвердят, что девять или десять месяцев назад Саид Садат трижды развелся со своей старшей амбог, то я смогу найти свидетелей моего никаха с Мадиной в Герате (город на расстоянии 830 км от Кабула) и представить Али своим сыном.

– Это очень серьезно – то, что вы просите, Мохаммед. Вам придется навсегда уехать из Кабула.

– В Герате я уже обо всем договорился. Меня приглашают на службу в тамошнюю мечеть. Ни ваша семья, ни семья Азиты больше не увидит Мадину и её сына. Я обещаю!

Агит Кёсем затеребил бороду, переключая свой взгляд то на собеседника, то на коран, лежащий с четками на комоде.

– Мы с вами очень рискуем, мулла, – произнес он, – но счастье Азиты превышает все риски. Я не хочу, чтобы она всю жизнь имитировала любовь не к своему родному сыну, да ещё и пожертвовала богатым приданым, которое я подарил им на тахтджами, в счёт наследства чужого отпрыска. Разговор с Саидом по поводу якобы произошедшего развода я беру на себя. Он не посмеет мне перечить. Свидетелей тройного талака (мусульманского развода) я также найду.

– Мудрое решение, господин Кёсем.

– Сегодня уже поздно. Завтра… поздно вечером приезжайте за Мадиной и Али! Билеты на поезд купите заранее! Найдёте средства или вам помочь?

– Найду, сахиб!

Экран медленно меркнет и так же медленно освещается в полной тишине (без музыкального сопровождения). Площадь. В кадре – укрытая до шеи темной плотной тканью, лежит Мадина. Её бледное лицо и синюшные губы испачканы спёкшейся кровью от ударов камнями. Глаза раскрыты. Мулла сидит на земле и смотрит на названую дочь, не моргая. Его руки на коленях дрожат. Рядом с телом стоит Агит Кёсем и курит. Его лицо не то напряжено, не то безмятежно. Чуть поодаль от всех стоит Саид.

– Она мне изменила, – быстро проговаривает он. – Есть свидетели.

Конец

Поэзия

Владимир Зюськин

Владимир Зюськин – журналист, поэт, критик, эссеист, президент клуба ЮНЕСКО «Международная ассоциация свободных поэтов», лауреат премии «Золотой Рифей» – родился 10.12.1943 года в городе Шадринске Курганской области. В 1968 окончил Уральский госуниверситет по специальности «Журналистика». Работал в районных, областных газетах, журналах Урала, Сибири, Украины, Сахалина.

Поэтическим творчеством занимается с 12 лет. Уже в зрелом возрасте послал по почте подборку своих стихов Давиду Самойлову. Известный поэт ответил: «Ваши стихи – размышления зрелого, думающего человека. Написаны чисто, грамотно. Думаю, что вполне могут быть напечатаны, если найдете издателя». Положительные отзывы позднее дали также Булат Окуджава, Евгений Винокуров, Юрий Кузнецов и другие известные поэты. Однако конец последней фразы в отзыве Самойлова («… если найдете издателя») говорил, что найти издателя будет непросто, ибо стихи ориентированы на общечеловеческие, а не на классовые ценности.

Этим объясняется, что первый сборник «Гон» Владимир Зюськин издал только в 1990 году – в период гласности и переоценки ценностей. Книжка небольшого формата, объемом всего в 36 страниц, изданная на газетной бумаге, пользовалась большим спросом и получила много положительных отзывов от читателей, а также от кандидата филологических наук Валентины Катеринич, которая дала рецензию на «Гон» в журнале «Дальний Восток».

Печатался в журналах «Сибирские огни», «Дальний Восток», «Голос», «Веси», «Урал», «Уральский следопыт».

С февраля 1990 по март 2015 издал семь книг, шесть из которых – поэтические сборники. Вторая по хронологии из вышедших книг – документально-художественная повесть «Истребители танков», написанная на основе воспоминаний, писем, дневников, документов фронтовиков – ждала издания 18 лет, ибо была слишком правдивой для советского времени.

Лирика поэта исповедальна, порой беспощадна. Жесткая манера письма, метафоричность, концептуальность, трагическое восприятие мира, едкая ирония делают его поэзию узнаваемой. Диапазон тем и жанров отражает все многообразие мира: гражданская, философская, духовая, любовная, бытовая лирика, эротика, сатира, юмор. Тональность – от комического до трагического.

Однако основными своими жанрами поэт считает философскую и духовную лирику. Он пытается ответить на вечные вопросы: что есть мир, человек, откуда они, в чем смысл жизни? Что хочет от человека та сила, которая вызвала его к жизни? Быстротечность времени, иллюзорность целей, страсти, сбивающие с пути, словно гомеровские сирены – эти темы варьируются во многих стихах Владимира Зюськина.

В настоящее время занимается только художественным творчеством. Пишет 2-3 стихотворения в неделю. В общей сложности им создано более трех тысяч стихотворений, поэм на различные темы и в разных жанрах. Наберется по солидному тому духовных, философских, любовных, гражданских стихов, а также по тому сонетов, пародий, юмора и сатиры. В одной из изданных книг – «Посох пилигрима» – напечатан его неоконченный роман в стихах.

Пишет также статьи, рассказы, юморески, эссе.

Гора

(поэма)

1.

Глеб давно хотел взойти на эту гору,

Что, вдали маяча, выглядела странно

И была нередко недоступна взору,

Будто бы закутывалась в плед тумана.

Но всегда мешало что-то, отвлекало.

То вино аркан набрасывало властно

И тянуло, и толкало в тьму провала,

Из которого он тяжко выбирался.

То во вспыхнувшем огне внезапной страсти

Корчился, отказ считая хуже смерти.

И у тяги навалившейся во власти

Забывал надолго обо всем на свете.

Глеб бросался в увлеченья с головою,

Так, что чувство перехватывало горло,

И нередко шел тропинкою кривою,

На потом оставив путь к горе и в гору.

Но сегодня он решился наконец-то,

Пересилив неуверенности тяжесть,

Чтоб с мечтой, которая томила с детства,

Слиться, на гору влекущую поднявшись.

Вроде все продумал: заявление на отпуск,

В рюкзаке – продукты, не «загнуться» чтобы,

Старую надел студенческую робу

И повесил ладанку на шею – пропуск

В мир, который (чувствовал интуитивно)

Полон тайны, что для смертного до срока

Скрыта. Нетерпенье било, колотило.

Но, как должно, он присел перед дорогой.

2.

Двинул напрямик – через овраг, болото.

И карабкался, и увязал в трясине.

Только вот гора не приближалась что-то,

Исчезая то и дело в дымке синей.

Но манить к себе она не перестала,

Да внезапно на него напала дрема.

И возник, после короткого привала,

Преградив ему дорогу, зверь огромный.

Монстр рычал, когтистой лапой бил зловеще.

Пасть клыкастую открыв, глядел свирепо.

Ужас путника сковал и словно в клещи

Сердце захватил. С надеждой глянув в небо,

Начал Глеб молиться, истово и твердо.

Исполин с молитвой каждой уменьшался.

Став размером с кошку, в страхе пискнув что-то,

Скрылся, видимо, поняв, что нет и шанса.

Проявилась вновь гора довольно четко,

Серебристая на бледно-сером небе.

И почувствовал Глеб, словно рюмку водки

Выпил сходу, залпом, хоть ни грамма не пил.

И услышал он биенье сердца – громко

Застучало, и огонь возник во взоре.

Закружила бурной радости воронка.

Затянула. И он шаг к горе ускорил.

Шел легко, как будто за спиною крылья

Выросли – такое может быть лишь в сказке.

Но внезапно туча черная закрыла

Солнце, и как будто вылиняли краски.

Хлынул ливень, и, промокнув вмиг до нитки,

Он вбежал в ближайшее строенье. Это

Оказался бар. За стойкою – напитки,

Барменша лет тридцати. Она одета

В шелковый халат, который не застегнут.

Полы разошлись, открыв полоску тела.

И мужское сердце зачастило, екнув,

Камнем в бездну вожделенья полетело.

Пусто было в баре, и случилось просто

То, что происходит медленно обычно.

Дама вспыхнула, как на огне береста,

Ощущая взгляд горящий, неприличный.

Страсть внезапная – подобие пожара —

Охватила парня, и, не сладив с нею,

Глеб в объятья заключил хозяйку бара —

Анжелику (имя он узнал позднее).

Но, проснувшись утром ранним, мельком глянул

Он в окно, а там – гора на горизонте.

Наваждение развеялось. О главном

Вспомнилось и об утраченной свободе.

От объятий-кандалов освободиться,

На гору подняться, на вершину, к свету!

Мир увидеть с высоты полета птицы —

С силою возросшею вернулось это.

Разомкнув объятья с Анжеликой, встал он

И, сказав: «Прости, прощай!» – за двери вышел.

Донеслось: «Не оставляй меня! Мы баром

Будем управлять вдвоем. Подумай, ты же

Беден, а со мной богатым станешь.

Будет все, о чем и не мечтаешь даже!»

Замер он на миг. Но крикнул: «Парный танец

Кончился, и разбежались тропы наши!»

Снова шел он – лесом, полем и болотом.

Путь пыталась преградить река. Неистов,

Вброд и вплавь преодолел ее. И вот он —

Склон горы, заросший лесом, каменистый!

3.

Долго Глеб карабкался, срывался,

Скатывался. Отлежавшись, снова

Устремлялся вверх. Казалось, трасса

Не окончится, но он другого

Не хотел – лишь только на вершину!

Топал двое суток на пределе

Сил, однако не терял решимость

И достиг своей заветной цели.

Есть вершина! Выше только небо.

И, ободранную руку гладя,

Он застыл, восторженно и немо

В безграничное пространство глядя.

А когда с вершины вниз он глянул,

Сердце, екнув, застучало чаще.

Снова ощутил себя он пьяным,

Над землею высоко парящим.

Поле – под горой. На поле – трактор,

Как жучок, ничтожно малый, хрупкий,

Человечка-тракториста прятал.

Он не виден был в кабине-рубке,

Но понятен. Отработав смену,

Дома сядет есть и ляжет спать он.

День за днем вот так вот неизменно:

Дом, еда, работа, пасть кровати.

4.

Глеб опешил. Он увидел близко,

Словно на большом экране, зал,

Сцену. Там красивая солистка

Пела что-то. Зал рукоплескал.

Кадр сменился: на доске на черной

Старичок с бородкой и в очках,

Видимо, заслуженный ученый,

Формулу писал, мелком стуча.

Что за наважденье? Как возможно:

Видеть близко то, что далеко?

Фантастические бредни мозга —

Сны, что наяву, иль знак какой?

Удивленно Глеб смотрел и ясно,

Будто был не на горе – в кино,

Видел он людей, работой разной

Занятых, но что-то их одно

Всех объединяло. Несвобода!

Рабская прикованность к земле,

Что чревата вечною заботой

О куске насущном и тепле.

Эту истину гора явила,

Видно, и манила для того,

Чтоб ее мистическая сила

Одарила знанием его.

Человек – кто б ни был он: художник

Иль рабочий – воплощенный дух.

Это значит, коль не раб, заложник

Тела, ибо голод и недуг

Не дают ему достигнуть высей,

Требуемых Богом, – не до них.

Несвободен человек – зависим

От своих потребностей земных.

Алчна плоть. Она не знает меры,

И к тому ж подначивает бес.

Даже крепкую имея веру,

Где-нибудь да плотский интерес

Предпочтешь превыше Божьих правил:

Тьма соблазнов на земном пути.

Сатана ловушки так расставил,

Что их невозможно обойти,

В муравейнике людском покуда

Пребываешь. А сейчас с горы

Ощутил Глеб – это ли не чудо! —

Что как будто вышел из игры,

Был включен в которую с рожденья.

Как Всевышний, он теперь смотрел,

Словно из другого измеренья,

На тщету людских забот и дел.

Но свободу от диктата тела

Ощутил лишь на мгновенье дух.

Это ощущенье улетело,

Как от дуновенья ветра – пух.

Голод Глеб почувствовал и холод.

Плеткою земное естество

Било. Ощущение: расколот —

Захлестнуло с головой его.

5.

С рюкзаком пустым с горы спускался,

Силясь горечь в сердце побороть.

А в висках его стучала фраза:

«Горлица – душа, ей клеткой – плоть».

Хлеб насущный застит Небо. Страсти —

Тот же лабиринт. Свободен вход.

Но в неистовом стремленье к счастью

Выход человече не найдет.

Думал Глеб: задача непосильна.

Как в духовность совершить бросок,

Если кожа сделалась гусиной

И скулит желудок, как щенок?!

Правда, есть они, титаны духа,

Что сумели тело обуздать.

Но один – на миллион, и глухо

Небо к человечеству. А кладь

Плотских надобностей губит душу,

Заколачивая в вечность дверь.

Ропот возникает и наружу

Выползает, как свирепый зверь

Из пещеры темною порою…

Глеб, себя Сизифом ощутив,

Попрощался горестно с горою,

Прошептав себе: «Уймись, Сизиф».

6.

Вниз – не вверх. Но силы на исходе.

На себя за слабость-хилость зол,

Глеб не останавливался, хоть и

Спотыкался, падал, все же шел.

Наконец, усталость доконала.

Он упал и встать уже не смог.

Будто бы свалился в пасть провала.

Рухнул и лежал, не чуя ног.

И увидел над собою старца

С головою белой, будто снег.

«Но откуда старику здесь взяться?

Может, вижу я его во сне?» —

Глеб подумал и услышал голос

Старца: «Встань! Иди! Неблизок путь.

На пределе силы, мучит голод,

Но твой срок не вышел, и уснуть

Ты не должен. А впадать в унынье —

Грех. Легко взирать на мир извне.

Но попробуй, избежав гордыни,

В мире жить, среди людей и не

Замараться, грязь приняв за благо,

Устоять, когда заплачет плоть.

Иль, когда соблазн пойдет в атаку,

Сможешь искушенье побороть?

На гору привел тебя Всевышний,

Но вмешались бесы, опустив

Дух твой. Ты проделал путь неближний.

Встань! Иди! И соверши прорыв

В вечность».

Тут видение пропало.

Глеб со стоном встал, продолжил путь.

Спотыкаясь, падая, устало

Шел он вниз, мечтая отдохнуть

За столом, перед тарелкой пищи…

Долгим показался путь назад.

И когда увидел он жилище

Первое, был несказанно рад.

Словно бы с того вернулся света.

Но свалился около дверей

Бара. И опять полураздета —

Вышла Анжелика. Крик: «Скорей

Помогите! Поднимите, занесите!

Умоляю вас! Я заплачу!

Сделайте! Не будете в обиде!

Вы несите! Я звоню врачу».

И два парня, проходящих мимо,

Тело, что ни живо, ни мертво,

В спальню барменши внесли. «Любимый! —

Анжелика позвала его. —

Что с тобой? Ты голоден? Сейчас я!» —

Глеб услышал, приходя в себя.

И кормила с ложечки, любя,

И сияла, вся светясь от счастья.

7.

Быстро на ноги поднялся Глеб,

Силы молодые возвратив.

И шутил: «Пока что рано в склеп.

Мы туда покамест не хотим».

Но кончался отпуск. Он ушел,

Обещав вернуться. Мол, теперь

Заявленье положу на стол

Шефа и я навсегда – к тебе.

Так и сделал. Слово Глеб сдержал.

Бросил свой конструкторский отдел.

А все потому, что стало жаль

Ту, с кем раньше быть он не хотел.

Но сомненье залегло в душе.

Думал: «Не в свою иду среду.

Коммерсантом стану и уже

Путь духовный вряд ли я пройду.

Слышал: не обманешь – не продашь.

Тут попробуй-ка останься чист!

Но ведь слово дал. Теперь куда ж?

Ремеслу торговому учись!»

Глеб учился. Заимел ансамбль,

Стриптизерш, и, дело раскрутив,

Часом удивлялся даже сам,

Видя посетителей наплыв.

Двое полуголых танцовщиц

На шесте творили чудеса:

По нему взлетев с проворством птиц,

Рты скривив, полузакрыв глаза,

Имитировали мастерски оргазм.

Зал восторженно стонал, ревел,

Наблюдая судороги тел,

Излучавших дьявольский соблазн.

И тянулись зрители к вину,

И, казалось, нет важнее дел,

Тех, что не дают просохнуть дну

Рюмки, и ансамбль гремел, гремел.

Глеб, увлекшись бизнесом, завет,

Старцем данный, позабыл и греб

Деньги, но услышал: конкурент,

Разорившись, кончил пулей в лоб.

Эта весть пришла как мощный взрыв,

Уничтожила, сожгла дотла

Планы и текущие дела,

Муку, безысходность породив.

Старец, вновь явившийся во сне,

Глянул скорбно так, что лучше б он

Выругал. Очнувшись, Глеб в вине

Попытался утопить свой сон.

Да вот сам так глубоко нырнул

В темный омут зелья, что не смог

Вынырнуть. Как будто Вельзевул,

На него накинув поводок,

Поволок с такою силой, так —

Что Анжела не смогла отбить.

Сколько было слезных слов, обид!

Сколько уговоров и атак!

8.

Глеб очнулся на кровати. Рядом —

Койка и бормочущий в горячке.

За окном кружился снег и падал.

И таблетку доставал из пачки

Человек в халате белом. «Где я? —

Думал Глеб, пытаясь вспомнить тщетно

День вчерашний. – Чья это затея?»

Встать хотел – не получилось это.

Понял, что привязан он к кровати.

Капает раствор какой-то в вену.

«Видимо, в больничной я палате.

Анжелика постаралась, верно.

Значит, доигрался…»

9.

Прояснилось.

Снег отпадал. Глянул Глеб в оконце

И окаменел. Неужто снилось?

Далеко, в лучах скупого солнца,

Вновь гора знакомая возникла.

Нет, не сон. Она открылась взору.

Ясно видел он все ту же гору.

Сердце екнуло. Как будто иглы

Вдруг в него вонзились. Возглас хриплый

Глеб издал, спросил: «Ты гору видишь?»

Пальцем у виска мужик в халате

Покрутил: «Видать, не скоро выйдешь

Ты из дома этого, приятель.

Здесь, в округе, нету гор в помине.

Отдыхай. Молчи. Развяжем скоро.

Ты, браток, на водке, как на мине,

Подорвался. Ну, на кой те горы?»

Глеб молчал. И, как завороженный,

Все смотрел на гору: стала дальше.

И в себя, как в воду погруженный,

Мысленно просил у Бога: «Дай же

Мне еще попытку!»

Санитарка

С уткою прошла к соседней койке.

И сказала бредящему бойко:

«Ты зачем раскрылся? Тут не жарко!»

Жарко не было, скорей прохладно.

Только Глеб вспотел и капля пота

(Или же слеза?) скатилась. «Ладно, —

Прошептал он тихо, – накажи урода.

Заслужил…»

10.

Смеркалось. Но чуть раньше,

Чем сгустилась тьма, гора исчезла.

Будто растворилась в небе, даже

Ни намека. Словно неба бездна

Поглотила.

Глеба развязали.

С кашей въехала тележка. Ужин.

Пациенты, словно на вокзале,

Враз засуетились. Видно, скучен

Быт больничный – серый, монотонный.

Только Глеб лежал недвижно, глядя

В потолок и судорожно гладил

Потный лоб, издав подобье стона.

4.05.14.

Ночная пьеса

Стадо троллейбусов на остановке конечной

Дремлет, рога опустив. Мостовая пустынна.

Ночь поглотила шумы, но звучит пианино,

Сумрак тревожа мелодией странной и млечной.

В сдержанно-страстной игре ощущается мастер,

Что растревожен любовью, вином иль луною.

Всепроникающей и вдохновенной волною

Звуки плывут из окна, отворенного настежь.

Плещет волна, омывая скамью, где, как птицы,

Двое влюбленных сидят, щебеча неустанно.

Два силуэта, влекомые силою тайной,

Робко сближаются, чтобы в один превратиться.

Кто за окном порождает щемящие звуки?

С чертом в четыре руки упражняется ангел?

Черный маэстро неистовей – гасит, как факел,

Белого и замирает в притворном испуге

Прежде, чем плотскими звуками сумрак усилить,

Чтоб повести за собою скамью, словно яхту.

Пьеса, где действуют двое, к последнему акту

Бурно подходит, пронзая влюбленных навылет.

Стадо троллейбусов на остановке конечной

Дремлет, рога опустив. Мостовая пустынна.

Плотно впечатавшись, словно куски пластилина,

Замерли двое в ночи быстротечной и вечной.

Анна Мартынчик

Анна Сергеевна Степанова (псевдоним – Анна Мартынчик). Родилась 6 января 1994 г.в Минске. Окончила музыкальную школу по классу цимбал. Специальность – «Специалист по ценным бумагам, Фондовый рынок». Работает экономистом-менеджером. Изучает психотерапию и психоанализ. Автор научных работ по психологии. Готовится выйти в свет книга по психологии, написанная в художественном стиле.

С раннего детства активная концертная деятельность: цимбалы, вокал, театральные постановки, а после – поэтические вечера. Преобладает философская и религиозная лирика. Первое стихотворение с названием «Господи, зачем» было написано в 6 лет. Также пишет прозу и детские рассказы.

Лауреат фестиваля молодых поэтов «Мцыри-2013», премия радио «Русский мир» (2014). Публикации в Израиле («Хайфа инфо»), Москве («Часовые памяти» 2014, 2015), Минске («Немига литературная»). Победитель Республиканского конкурса молодых поэтов «Мы рождены для вдохновенья» в номинации «Этот мир придуман не нами» (Брест, 2015).

Автор сборника «Лирика» (издательство «Альбион», 2015), автор сборника стихов «Пред…чувствие» (Минск, 2015), автор книги «Осанна» (2015). Финалист конкурса поэзии «Русский стиль 2015» (Штутгарт, Германия).

Победитель международного конкурса имени Сергея Есенина «О Русь, взмахни крылами» (2015) в номинации «Дебют».

«В истоках – деревня, где высился дуб-истукан…»

В истоках – деревня, где высился дуб-истукан,

И Божие слово, что истине всякой – утроба.

Я помню: парным молоком наполнялся стакан,

И мало-помалу белели гранёные рёбра…

Пущай несмышленая – хлебом единым жила,

Катая клубки на ладонях из хлебного тела,

Но знала, что выше голов за рекой купола…

И таинством сущего небо в реке стекленело…

Господствовал храм над грехом – не вело ко греху

И ладан на углях сгорал, пробуждая кадило…

Блаженное что-то тогда прилегло на духу:

«Не лги…

возлюби…

не суди… да не будешь судима…»

Сплетались крестом на груди три послушных перста,

И я утешалась крестом… по-библейски: всецело…

Навзрыд непорочно прожить обещалась спроста…

Треть века спустя признаюсь: не смогла…

не сумела…

Но то, что во мне расцвело, не истлело в труху!

Пробьётся врожденным ростком у иного истока.

Блаженное что-то приляжет на прочем духу…

И прочий, быть может, сумеет прожить без порока?..

Вопрос

Всевышняя духовность полнит плоть?

И не попустим грех, что пал намедни?

Над нами, с нами и за нас Господь?

Уже не вера, но ещё не сплетни…

Изводит мысль о том, как краток век,

Изводит здравый дух хмельное зелье

И зов сердечный: «Добрый Человек»,

Уже не честь, ещё не оскорбленье…

Сторонники красивых небылиц,

Мы как угодно помним о бывалом,

Друг к другу через занавес границ

Уже не с пулей, но ещё с оскалом!..

Не прижилось адамово ребро!

Не от того ль смирение стращает?!

Искусы: похоть, власть и серебро

Уже вершат, ещё не насыщают…

Всевышняя духовность полнит плоть?

Не повторится грех, что пал намедни?

Над нами, с нами и за нас Господь?

Уже не вера, но ещё не сплетни…

Мать честная

Воплощением истинно чистого,

Богоданного бытия,

Совершенно… Священно… Неистово

Любит матерь своё дитя!

Плодом чрева навеки спасённая,

Добродетельна и кротка,

Слово мудрое, вера калёная…

…Материнство плетёт века!

Пуповина – мирская отметина,

Дабы кровность не забывать!

Непорочна… смиренна… радетельна…

Мать честная… Земная мать!..

«А чего не имеет для веры людская ватага?..»

А чего не имеет для веры людская ватага?

И земля без прикрас, и небесное тело наго…

Было истиной дадено слово… живому во благо,

Во спасение духа – совет не от мира сего…

На веку позволительно всё, но не всяко полезно…

Отделять от плевелы пшеницу не каждый горазд.

Увлекают греховные страсти и губят телесно,

А душа во плоти ощутима как чуждый балласт.

Не внимая призыву: серпы переплавлены в стрелы!

Я свидетель! Немое свидетельство плавится страх.

И боюсь, что пророк, покидая мой дом запустелый,

Отрясёт за порогом смурно́го неверия прах…

Я скора на обеты… язык мой не липнет к гортани!

Притворяюсь устами, заведомо чуя исход.

И хочу налегке, но слова – преткновения камни,

Кои мало-помалу бросаю в чужой огород.

А Всевышний терпел… И об этом терпела бумага…

Меж Землёю и Царствием – веры непрочная нить…

…Было истиной дадено слово живому во благо,

Но живому потребно не букве, а духу служить!..

А напоследок…

А напоследок… просят не о многом:

Лишь памяти… прощения… молитв…

А напоследок крестятся пред Богом…

…Тепло креста спасение сулит.

И не постыдна слабость перед ближним,

Несобрана ладонь, несобран взгляд,

И вторить о любви не будет лишним:

Во всем поймут, ни в чем не обвинят.

И честь судьбы останется залогом

Тому, кто непременно будет жив!

…А напоследок просят не о многом:

Лишь памяти… прощения… молитв…

Извнеутробная

Мне в утробе положено выносить жизнь,

А затем – посвятить в современность…

Изобилием тешу врожденное инь

И лелею как высшую ценность!

Абсолютное благо постигнет душа:

Смертный вечен в любви и… потомках!

Будут истину вторить уста малыша,

Если истины корни в истоках…

Мироздание примет земной красотой,

Кровной памятью вселит единство,

Эту жизнь непременно признаю святой,

Воссияет венец материнства!

Причащённой воспряну пред ликом эпох,

Словно точка отсчета – намедни…

Эта жизнь не делила со мной первый вздох,

Но, даст Боже, облегчит последний…

Созидает любовь добрый путь бытия,

Воля духа всё ближе к Господней.

Благолепие будням подарит дитя,

Воплотясь во мне вечностью горней.

…А пока изобилием радую инь,

Что поистине высшая ценность!

Даром свыше – в утробе вынашивать жизнь,

А затем посвятить в современность!

Ветер

Ветер гуляет… единственный в поле воин!

Клонит упругие травы к честно́й земле!

Духу раздолье!.. Чтоб дух на Руси да неволен?

Грудь нараспашку, а сердце стучит в тепле!

Ветер негордый… попросит в мольбах вернуться,

Будет в твой сон, ностальгируя, завывать…

Там… на чужбине… слезами ветра прольются,

Бескорневая… совсем искорёжится стать!..

Краю святому рождением пригодилась…

Чувства навзрыд! И пробилась молитва вслух…

Родиной – Русь!.. Безгранична Господня милость!

…Ветер салютом крошит тополиный пух!

Ветер гуляет… единственный в поле воин…

Русскими травами проповедь чертит мне:

«Кто благодати пожизненно удостоен,

Счастлив посмертно, предавшись родной земле!»

Ветхий завет

Я старела не раз. И как будто не раз умирала.

Эту жизнь проживу – поле новых времён перейду.

Но не вечной и тленной, мне поля окажется мало,

И последней надеждой – бессмертие в райском саду.

Ощутимо утратив живительной младости удаль,

Помянув ностальгией ушедшую резвость и прыть,

Буду чаще в метро забулдыге протягивать рубль…

…Жаль, что щедрости правой от левой руки не сокрыть…

И всё реже от слов будет кожа пятниться румянцем,

Отвернусь от ветров и подбавлю пожарче огня.

И, до шеи негладкой коснувшись морщинистым пальцем,

Я обижусь на что-то, что явно сильнее меня.

И захочется верить! Ах, как будет нужно поверить!

Что любима как прежде, что стала не хуже с лица,

Что в моём тихоомутье юная белая лебедь

Выплывает на берег кормиться с ладоней Творца…

Объяснюсь, что годам неподвластны ни память, ни чувства.

Гордецы усмехнутся, восторженно ахнет дурак,

Лишь неглупый бывалый простит мне сие самодурство…

И заменит крыла́, за спиной поражения флаг.

Наглотаюсь наук, оставляя невежество в главном:

Что там дальше? Всевышность? А может, другая среда?

Сыновьям не солгу, что становится тайное явным…

Только немо добавлю: «Не всё, и отнюдь не всегда…»

Сотни раз усомнюсь, опасаясь неверно поклясться,

Не желая цеплять новый груз над греховной судьбой.

Станет приторной мудрость… Захочется просто смеяться!

И всё реже над кем-то, всё чаще самой над собой.

И заноют упреком нечастые встречи с родными,

Недостроенный дом, что вдали от петли кольцевой.

Ни к чему, ни про что мои волосы станут седыми…

Будто не было мыслей, что времени хватит с лихвой.

Сколько зим, сколько лет? По итогу окажется мало…

Уповаю на вечность, ссылаясь на ветхий завет.

Я как будто старела… как будто не раз умирала.

Не дивит, не страшит повседневность преклонности лет.

Вырастешь – поймёшь

Совсем дитя, что ведаешь о жизни!

Всё вновь тебе: что видишь, то поёшь…

Не видел эту жизнь во взрослой призме,

Ну что тут скажешь: вырастешь – поймёшь.

Как много в голове беспечной дури,

Веселие звенит кругом и сплошь,

Ещё с усладой «смокчешь» грудь

мамули…

…Как быть без мамки?.. Вырастешь – поймёшь…

Восторг, когда поймаешь лучик солнца,

И держишь не в удел могучий ГРОШ,

Ах, знал бы ты, как радость продается…

Мне очень жаль, но вырастешь – поймёшь.

Вкусишь всю суть намёков и прелюдий,

Рубаху ближе к телу подберёшь,

Театр – наша жизнь, актёры – люди…

Ну, это к слову: вырастешь – поймёшь.

Однажды через игры в «понарошку»

Признаешь, что сладка бывает ложь,

Пока держи покрепче с манкой ложку,

Как вырастешь, поверь, ты всё поймёшь.

Посредственность наивности на смену,

Окрепнет память – въедливая вошь…

Моря уже не будут по колено!..

Я не пугаю… вырастешь – поймёшь.

Однажды безнадежно повзрослеешь,

Ведь от того, что до́лжно, не уйдёшь…

…Ты только не спеши, а то успеешь…

Ещё забыть захочешь, что поймёшь!

Выйду замуж за моряка!

Выйду замуж за моряка

И пойду с ним бродить по морю.

Он примчится издалека,

Чтобы я не была с тобою!

Заведу себе пару псов,

Не с того, что ты любишь кошек,

Псы верны от хвостов до усов,

Зная ласку людских ладошек.

Ты традиций не уберег,

С моряком – сбережем их вместе:

Будем в Пасху растить пирог

В честь того, что Христос Воскресе!

Мы построим в деревне дом,

Не с того, что ты любишь город!

Райский угол земным трудом…

С головой в деревенский омут!

И не будем любви скрывать

От соседей и друг от друга…

Каждый фермер нас будет знать:

«То ж моряк и его супруга!»

Будет всё: домовой, очаг

И походы от края до края!

Да! За мною придёт моряк!

У тебя же болезнь морская?

Кроет измену туман

Кроет измену туман… – распознала с рассветом…

Золотом слёз отжила за окном алыча.

Чувствую тайную жизнь, что течёт под запретом…

…Тишь. Догорает на блюдце ночная свеча…

Двое не целость: двудушие сплошь да двутелость…

Ложные клятвы погубят священность былья,

Ибо прощая любимым былую неверность,

Скроете боль, но ни в жизнь не простите себя!

Ткутся венчальные узы из нитей непрочных,

Горьким обманом уста извергают «люблю»!

Страстолюбиво меняем друг друга на прочих,

Зная, что тщетно друг друга менять на корню…

Кроем пороками судьбы, вверяясь чужому

В мыслях, в мечтах, на полвека и даже на миг,

И обрекаем любимых на злую истому,

Порабощая неволей бесчестных интриг!

Грешная ревность ведёт ко смертельному тлену,

Рубит смирения нить не жалея – сплеча!

Тайна рассвета: туман покрывает измену…

Скорбью на блюдце истлела ночная свеча…

Заживо

А Русь во цвету… Здесь по-прежнему славно живётся!

Цветёт вопреки, кое-где порастая быльём…

Не верят недобрые «некто»… И всё им неймётся,

Земле моей роют могилу… хоронят ЖИВЬЁМ!..

Мы живы! Ещё ароматны сосновые смолы!

Балуем дыханием ширь христианской души!

Мы верим! В углах наших хат оберегом – иконы,

И полнятся хаты сакральностью райской тиши…

По вольным широтам петляют игривые тропки —

Сплетения линий судьбы на ладони Руси…

По-прежнему высятся «гордоребристые» сопки,

Взывая верхами извечное «Иже еси…»

Блестит молоко из кувшина беленою бязью,

Цветет пятилистно сирень и дурманит полынь…

Земля, поглощая дожди, «благолепится» грязью —

Из этой материи хочется вылепить жизнь!

На крепких ногах да с натянутострунной осанкой,

Красавицы русскую душеньку греют в груди;

Здесь внуки смакуют чернику с домашней сметанкой,

Здоровый народ, у которого всё впереди!

Нам жизнь дорога, ибо знаем, чего она стоит,

На генном и чувственном уровне помня войну!

Земля не умолкла об этом – пронзительно стонет,

Про наши лишения, скорби… про ВАШУ вину!

А Русь во цвету! Сердце русского живостью бьётся!

Распахнуты души и хочется петь соловьем!

Не верят недобрые «некто», и всё им неймётся…

Зачем-то всё роют могилу… хоронят живьём…

Русь

А земля моя – дева-скромница,

Вся укуталась во снега.

Побледнела. Притихла. Молится…

По-рождественскому строга.

А земля моя причащается,

Отражая в ледышках рай…

…Русь пред ликом святых – избранница…

Береженный Всевышним край!

И ликует сама Вселенная

В предвкушении славных вех:

Благородная, вневременная,

Русь морозом изгонит грех!

Абсолютное благолепие:

Колоколенка у реки,

Огоньками в январской сепии

Краснощекие земляки!

Сладкий дым над избою стелется —

Дух домашнего бытия,

Дымоходы дыма́ми мерятся:

У кого горячей кутья?!

Ночь Сочельника крестит начисто

Честной ангельскою рукой!

Русь!..

Сияют снега изяществом…

…А в утробе снегов – покой…

Люди Бога Ведают

О Боже, на любовь благослови!

Тебе благодарим, тебе поем…

События, вершимые в любви,

Становятся честны́м со-бытиём…

Пусть ничего не устрашает впредь,

И сердце да не ведает тоски.

Поскольку жить – постольку мудренеть…

Позволь ценить не «за», но «вопреки».

Пущай душа не ищет своего —

Сорадуется истине любой,

Не требуя – надеется всего,

И совершенство че́рпает судьбой!

Благословил Господь живую новь —

И по́ миру пустил благую весть!

Где ЛЮди БОга Ведают – ЛЮБОВЬ —

Смиренность, милосердие и честь!

С возвращением

Тишь деревни не посмею потревожить,

Каждый двор свои объятья распростёр!

«С возвращением!» – хвостом махнула лошадь,

Клубом дыма поприветствовал костёр.

Сеть тропинок разрослась во все четыре,

Мне отрадно и тоскливо… не впервой…

Здесь и дышится, и чувствуется шире,

Средь величия раскинувшихся хвой.

Расцвели в запруде желтые кувшинки,

Белым соком светел яблоневый плод…

Деревянный крест встречает на развилке,

А вокруг ветра сроднились в хоровод.

Ближе к дому – и рубаха к телу ближе,

Образ матери сквозь серый омут слёз…

…«С возвращением…» – встревожило затишье…

…Укоризна?..

Ликование?..

Вопрос?..

Иерусалим

Синий сортовой виноград

Трепетно веранду оплёл,

Солнце миллионом карат

Выстлало лучистый ковёр…

Тёмное сухое вино

Из графина в чашу рвалось,

Море будоражило дно:

Трепетало волнами вскользь…

Будто деревянный башмак —

Лодка рыбака по воде…

Зрел изящной силою мак,

Горожане зрели в труде.

Словно не распят на кресте

Тот, кто Бога знает в глаза!..

Мне покой в земной красоте…

Море… маков цвет… и лоза…

Не вспомню, дышалось ли некогда…

Не вспомню: дышалось ли некогда чуточку легче?

Не тишь, а страшащая немость… взывай не взывай!

Осудит меня за печали всевышнее Вече…

Но примет заблудшую память отеческий край!

Домой!.. Восвояси, где здравый порядок житейский,

Где лихо ночи́ отпугнёт на рассвете петух.

В залатанной глиной печи всё дровишки да трески

Хрустят, усмиряя мой суетный норов и дух.

Отмыла от нечисти банька, что паром сырая,

И чистому телу рубаха сошла – в аккурат!

Березовый лист, на горячих камнях догорая,

Груди даровал земляничный блажной аромат!

И горы осыпались с плеч и воспрянули плечи…

Равнинная ширь приняла мою суть без прикрас.

…Легко… не припомню: дышалось ли некогда легче?..

И канула немость… и слышен спасительный глас!..

Примечания

1

Вопрос: «Откуда на Руси взялась фамилия «Велосипедов» за сто лет до изобретения велосипеда?»

Ответ: «Когда на Руси в церковных книгах крепостным стали давать фамилии, один дьячок, устав переделывать их из кличек, вдруг написал одному крестьянину: «Велосипедов» (с) телевикторина «Что? Где? Когда?»

«Видать, только что прилетел из путешествия на велосипеде времени тот дьячок», – подумалось мне тогда…

2

«если они летят из одной точки и попадают с временной периодичностью, и первый был маленький по три в Челябинск, который находится на 61 градусе по горизонтали, то по законам артиллерийской вилки второй будет с перелетом в графство Риголетт, Канада, чуть севернее НЙ, третий – в десятку – в город Вена, в точке 16 градусов по той же горизонтали, что и челябинский на 61-м градусе (с) (Виктор Авин, зарисовка-повтор №2437, и в предыдущих, в глубь по времени, с отмоткой до 2012 года – до фэнтези «У последней черты», в третьем томе моей «Миграции души»).

3

«весь наш многочисленный поселок (в Канадской глухомани) видел цепочку беззвучных огней, скользивших вдали над озером, у самой воды, все звонили в полицию о том, что, наверное, самолет туда упал, многочисленные поиски обломков результата не дали, только сачками поднимали с воды странную пену, которая тут же исчезала, потом в полиции нам всем сказали, что это был НЛО, и приказали об этом забыть» (с) (воспоминания канадского селянина, секретная американская докфильма по телевизору в четыре утра).

4

«гибридный коммунизм» – название мое.

Content

Альманах «Российский колокол».
Спецвыпуск «Клуб публицистов премии им. Владимира Гиляровского»

Слово редактора

Публицистика

Виктор Авин

Уолстравитянин – это голова. Или сказка про немецкий порядок

Единая семья

Портфель Жванецкого

Эпопея во сне, эпизод №2015 (публицистика в прозе и слегка в рифму)

«Гоголевская»

На смерть Примакова

Кометный град

Чип и Дэйл, пардон, Иван да Марья спешат

Если черный кот дорогу нам найдет (концерту Эдиты Пьехи 31 июля 2015 года посвящается)

Вдоль по Дерибасовской в Канзас

Большой скачок и его маленькая проблема

Или светлая материя из черной дыры

На день зависимости Планеты от се орбиты

Георгий Бурцев

Набат

Геи и феминистки

Моисей-Муса-Мусульмане. Иисус-Иса-Ислам.

Пощадите Москву

Валерий Кириогло

Рождение человека

Зачем люди создают семью

Кто в доме хозяин

Как сделать семью счастливой

Мораль и религия

Во имя своего здоровья – твори добро

Саша Кругосветов

Как я вижу себя в литературе

Мой любимый литературный герой

Центральный персонаж серии книг Саши Кругосветова «Путешествия капитана Александра»

Созвездие Аю-Даг

Каждый может получить свой Рудис На литературных курсах

Игорь Переверзев

О вере

Олёна Ростова

Путешествие в Наш Крым!

Удивительные уголки Красавца-Крыма

Морская прогулка к мысу Ай-Тодор и «Замку любви»

В гостях у сказки

Медведь, выпивающий море…

Восток – дело тонкое! Дворец в саду ждёт гостей

Сария Маммадова

Секреты долголетия

Игорь Чекотин

Сила реальной мечты

Виктор Шлапак

Причины поражения… Победы Заметки к Датам

Ирина Эйр

Звездная формула писателя

Проза

Валентина Астапенко

Бабья причуда

Варюшка

Данилова тайна

Виктор Голубев

Конфуций из новой выставки

Клавдия Голышкина

Два щенка щека к щеке…

Валерий Гурков

Змея

Любви все возрасты покорны

Не влезала

12 апреля 1961

Борщ

Тетрадь

Анджело – падший ангел

Лаки

Хозяева

Надежда Колышкина

Шмель из Земли Обетованной

Александра Окатова

Третья смена (Первый поцелуй)

Математика обольщения

Иван Рассказов

Необычайные приключения писателей на «Росконе»!

Резеда Шайхнурова

Камни Ислама Сценарий

Поэзия

Владимир Зюськин

Гора (поэма)

Ночная пьеса

Анна Мартынчик

«В истоках – деревня, где высился дуб-истукан…»

Вопрос

Мать честная

«А чего не имеет для веры людская ватага?..»

А напоследок…

Извнеутробная

Ветер

Ветхий завет

Вырастешь – поймёшь

Моря уже не будут по колено!..

Кроет измену туман

Заживо

Русь

Люди Бога Ведают

С возвращением

Иерусалим

Не вспомню, дышалось ли некогда…

Примечания