Елена Мищенко

Александр Штейнберг

ШОУ, ЛЮБОВЬ И… СИГАРЫ

Джордж Барнс (George Burns)

…Не было, пожалуй, ни одного человека в Америке, который бы не знал его, не было также ни одного известного (или не очень) художника-шаржиста, который бы отказал себе в удовольствии нарисовать на него дружеский шарж. Еще бы! Ведь это было так несложно: круглые очки, аккуратный пробор и, конечно, сигара!

В 1983 году он получил звание «Король комедии», один из самых популярных в Америке журналов People назвал его «самым любимым пожилым американцем». US News – «человеком года», а журнал Playgirl – одним из самых сексуальных мужчин. В тот год ему исполнилось 99 лет.

Он выходил на эстраду в элегантном вечернем костюме, приветливо улыбался, не спеша раскуривал свою сигару и начиналось удивительное шоу. Что он делал? Он просто разговаривал. Но как! Это мог делать лишь один человек – Джордж Барнс.

«Спасибо, спасибо, друзья, что вы пришли. Садитесь! А, вы уже сидите. Надеюсь, вам так же удобно как и мне? Знаете, сегодня я подумал: вот уже 86 лет я в шоу-бизнесе. Неплохо, а? Скажу вам, что мои первые сто лет прошли довольно удачно. Я бы не возражал, чтобы и следующие тридцать или сорок прошли так же. О, я не обольщаюсь. Я знаю, что уже не так молод, как привык себя ощущать, но ведь и вы можете сказать то же самое о себе. Но я не собираюсь вас покидать. Смерть мне не по карману, это не входит в мои планы. Кроме того, я заговоренный. Да и меня всегда ждут, меня ждете вы, мои друзья. Я знаю, что когда-нибудь кто-то постучится ко мне в дверь, и за мной придут… Но если я уйду, я возьму с собой музыку – а вдруг она кому-нибудь там будет нужна? Но перед тем как уйти, я хочу вам сказать спасибо. Спасибо, вы были прекрасными партнерами!»

Это было его последнее выступление. Он ушел, а нам оставил свои книги, свою спокойную мудрость, тонкий грустноватый юмор.

Он написал семь книг. «Неплохо для человека, который прочел всего одну», – как шутил Джордж. В них он рассказывает о своей жизни, детстве, друзьях, о рождении шоу-бизнеса. Тогда, в далеком детстве, его звали Натан Барнбаум.

«Я родился в бедной семье, – начинает он одну из своих книг, – Как бы сказать поточнее. В сравнении с нами даже очень бедные вполне могли сойти за богатых. Мы были дети иммигрантов. Я рос в еврейском гетто Нью-Йорка в семье, где, кроме меня, было четыре брата и семь сестер. Мы были так бедны, что мне не по карману были собственные сны. Они у нас были общими с моим братом Изей. Мы оба мечтали быть продавцами подержанных машин. Почему? Потому что это была единственная богатая семья на нашей улице. Они жили на углу, и мы знали, что они – богатые, потому что у них на окнах были кружевные занавески.» Родители будущего артиста Дора и Илизар Барнбаумы были ортодоксальными евреями, приехавшими из маленького белорусского местечка, бежав от погромов, казаков в надежде на лучшую жизнь в Америке. Но что-то госпожа Удача задержалась, и большой семье приходилось довольно туго. Отец хватался за любую работу, мать вела домашнее хозяйство, стараясь прокормить и обстирать огромную семью. В 1904 году разразилась эпидемия гриппа. Отец Натана умер в возрасте 47 лет. Дора осталась одна с 12 детьми. Это была настоящая трагедия: умер единственный кормилец. У вдовы не нашлось денег достойно похоронить мужа, деньги собирали по крохам у родственников и знакомых.

Со смертью отца каждый из детей начал зарабатывать хоть и небольшие, но деньги, для того чтобы прокормиться самому и хоть немного помочь семье. Работали все, за исключеием семимесячного Вилли. Мальчишки чистили ботинки, распевали песни, продавали газеты. В то время было два способа разбогатеть: примкнуть к гангстерам или стать артистом. Обе профессии были одинаково уважаемыми. Джордж стал «артистом», когда ему исполнилось семь лет. Он организовал небольшую группу, они назвали себя «Пи Ви квартет». Он был ведущим певцом, а друзья подпевали. Мальчики пели повсюду, где им могли бросить пару монет. «Сначала я думал, что они бросают деньги потому что мы хорошо поем, позже я понял, они платят нам за то, чтобы мы замолчали, – рассказывал Джордж Барнс. – С той минуты как я начал петь, танцевать или что-нибудь рассказывать, я понял, что моя жизнь в шоу-бизнесе. Я начал брать уроки танцев, они стоили тридцать пять центов за урок, я не мог дождаться когда можно будет идти в танцкласс». Итак, первые шаги были сделаны, и, начав работать со своими братьями Абрамом и Изей, Натан Барнбаум взял себе сценический псевдоним Джордж Барнс и нес это имя в течение 91 года.

АХ, ВОДЕВИЛЬ, ВОДЕВИЛЬ!

Водевиль вскружил головы многим молодым людям в то далекое время. Почти все мечтали быть актерами. В 1914, 1915, 1916 годах во многих городах Америки возникали и тут же исчезали, не выдерживая конкуренции, маленькие театрики. Представления были несложными: несколько песен, танцы. Публика принимала все очень доброжелательно, не скупилась на аплодисменты. Это было неплохой школой для начинающих актеров, а Джордж к тому времени стал уже «ветераном» сцены.

Однако семья по-прежнему жила в бедности. Дора шила и стирала чужое белье, дочери выходили замуж, несмотря на отсутствие приданого, селились поближе к матери. Сыновья тоже уходили из родительского дома, находя работу и жилье. Прежде столь тесная квартира стала просторнее, но жить легче не становилось. Довольно часто все ели на обед любимый, популярный среди бедноты, суп: кетчуп, растворенный в кипятке. Интересно, что Джордж Барнс, став богатым и знаменитым, не изменял своим привычкам, и в самых дорогих ресторанах частенько заказывал любимый с детства суп, приводя тем самым в замешательство официантов.

Джордж выступал несколько раз в неделю в шоу – танцевал, пел, катался на роликовых коньках. Его имя начало мелькать в афишах, правда его набирали маленькими буквами. Пора было подумать о чем-то более серьезном. И вот Джордж объединился с молодым актером Билли Лорэном. Они придумали номер «Бродвейские воришки». Это было забавно, публика начала хлопать на «30 секунд дольше», – как отметил Джордж. И все равно это было не то. Барнс чувствовал, что все только начинается, что его скромные выступления – лишь прелюдия к чему-то главному. Что же ждет его впереди?

ЛАВ СТОРИ

Как было бы хорошо, если бы в жизни, перед тем как чему-то важному произойти, раздавался удар гонга, или, скажем, сверкала молния. Так бывает в театре, но не в жизни. Мы редко обращаем внимание на знаки судьбы. Вот так и Джордж Барнс едва не пропустил шанс, который давала ему судьба. А дело было так.

Однажды, после выступления, смывая грим, Джордж вдруг сказал своему партнеру: «Знаешь, Билли, нам, наверное, нужно было бы выступать с девушками. Это бы расширило наши возможности». «Пожалуй, – согласился Билли. – Но где найти подходящих девушек?» «Будем искать!» – решительно ответил Джордж. И с этого момента стал всем знакомым рассказывать о своем решении. Однажды молоденькая актриса Рена привела свою подружку Грейси к Джорджу. (Вот тут бы и должен прозвучать гонг.) «Грейси! – сказала она. – Эти молодые люди ищут партнерш для своего номера. Не хотела ли бы ты поговорить с ними?» Грейси выждала паузу, посмотрела на обоих «Бродвейских воришек» и сказала: «Я тоже ищу партнера для своего номера. Давайте поговорим». Кого выбрала девушка? Джорджа или Билли? Джорджу очень хотелось, чтобы она остановила свой выбор на нем. И тут Грейси чистым прозрачным голосом произнесла: «Я бы хотела работать с вами, Джордж».

Барнс смутился и хотел перенести встречу, но внутренний голос подсказал единственно правильное решение. «Я приглашаю вас на ланч», – сказал он, и они вдвоем пошли в небольшой ресторанчик, где обычно собирались актеры, журналисты, шоумены. Там можно было не только вкусно и недорого перекусить, но также найти агента, узнать что новенького на бирже труда, словом, окунуться в привычную атмосферу.

Джордж был очарован новой знакомой. Ему все нравилось: ее голос, волосы, даже разноцветные глаза. Один был зеленым, второй – коричневым. Грейси была невысокого роста, хрупкая, очень эмоциональная. В пору встречи с Джорджем ей было 17 лет. Разница между ними в социальном и материальном положении была существенной. Грейси Аллен была одной из пяти детей большой и дружной ирландской католической семьи. Ее отец Джордж Аллен держал небольшую театральную труппу, учил детей музыке и танцам и как только Грейси исполнилось три года начал учить младшую дочь. Грейси, как он считал, была словно создана для шоу-бизнеса. Ее призванием были театр, сцена. Во время первого ланча Джордж и Грейси обсудили много вопросов, понравились друг другу и решили начать работать вместе. Джордж тщательно подготовил литературный материал, они часами работали над словом, движениями, песнями. Природу юмора трудно объяснить словами, ведь все происходит так, как написал Барнс в одной из своих книг: «Если ты напишешь шутку на чистом листе бумаги, она не произведет такого впечатления, как та же самая шутка, произнесенная с эстрады. Тут все имеет значение: голос, интонация, настроение». Вот и получилось, что на первом же представлении публика приняла новый дуэт восторженно. Джордж и Грейси составили прекрасную пару. Грейси была комична, забавна, Джордж тактично оттенял ее. Тогда, в тот первый вечер их выступления на Бродвее, в Хилл Стрит Театре произошло рождение дуэта, который существовал много десятилетий: Грейси Аллен и Джордж Барнс.

Грейси привела его к успеху, это было то, о чем он так страстно мечтал всю жизнь, а он вдохнул в нее свой оптимизм, свой удивительный актерский и режиссерский дар, свою жизненную энергию. Это был великолепный союз. Им нравилось работать вместе, и они нравились публике. Их имена печатали крупными буквами на афишах, они почти не расставались. Репетиции, поездки, выступления, – свободного времени почти не оставалось. А как же «личная жизнь»? Впрочем… выход был найден.

«НАШ БРАК – НАША КАРЬЕРА»

Это был единственный выход. «Почему это так поздно пришло нам в голову», – удивлялся Джордж Барнс. «Мы были женаты тридцать восемь лет, а могли быть на полгода больше». Но это было бы невозможно, потому что Грейси была обручена с другом своего детства, способным молодым актером, ирландцем. Семьи готовились к свадьбе.

И вот в рождественскую ночь, после окончания шоу, Джордж пригласил Грейси поужинать в модный ресторан. «Я ни на что не надеялся, я был только отчаянно влюблен и, кроме того, я был страшно голоден. Поэтому я заказал, не глядя на цены, все самое лучшее, что можно было найти в этом ресторане. Перед тем как перейти к десерту, началось бурное объяснение. Грейси колебалась, не знала, кому из претендентов на ее руку отдать предпочтение. Оба были талантливы, влюблены в нее. До окончательного решения оставались считанные часы. Ее жених просил дать ответ к утру 1-го января. Джордж дал ей на раздумье пять дней. Грейси после ужина поехала к себе домой, позвонила Райану, жениху, и сказала, что выходит замуж за Джорджа. Позвонив Джорджу, она сказала: «Ты можешь покупать обручальные кольца». «Ты никогда не пожалеешь о своем решении», – только и сказал он. Разница в возрасте составляла десять лет. Ей – двадцать, ему – тридцать. Он стал ее наставником, учителем, опекуном. «Оглядываясь назад, – писал Барнс в своей книге, – я не могу понять, почему Грейс выбрала меня. Мне ясно, почему я хотел жениться на ней. Она была настоящей ирландской куколкой, очаровательной хохотушкой, была талантлива. А я был никто и ничто. Я начал лысеть, мой голос напоминал кваканье лягушки, я был вторым номером водевиля. Мне кажется, она просто пожалела меня. Но я счастлив, что она сделала это».

Отдадим должное скромности и тонкому чувству юмора Джорджа Барнса, но действительно прекрасно, что они соединили свои судьбы. Как раз к тому времени, когда они поженились, в Нью-Йорке состоялось открытие сезона во Дворце театров. Это был как бы свадебный подарок молодым артистам. Грейси купила сногсшибательный наряд, Джордж отдал в чистку свой фрак. Они выходили на авансцену, взявшись за руки, под бравурную музыку и начинали шоу. Легкость, непринужденность, с которой они вели свой диалог, вызывали восхищение. Невозможно передать словами то, что они делали. Они не просто «работали», – они жили на сцене. После искрометного диалога Грейси пела. Сцена погружалась в темноту, и только луч прожектора выхватывал маленькую фигурку, которая передвигалась по сцене. Звучал ее мелодичный голос, а потом она танцевала с Джорджем. Они были превосходной парой! К ним пришел настоящий успех, и мама Дора была счастлива видеть имя своего сына на афишах. Свою новую невестку Дора Барнбаум приняла с раскрытыми объятиями. Вся большая семья Барнсов собралась как-то вместе, и «золотая пара», как их объявляли в афишах, дала им концерт. Дора смеялась и плакала одновременно: смеялась шуткам и плакала от счастья, переполненная гордостью за своего сына.

Предложения, ангажементы следовали одно за другим – популярность Джорджа и Грейси была огромной. Одно омрачало: болезнь Доры. Она уже не вставала с постели, вся семья по очереди дежурила около нее.

Как только Барнсы возвращались с гастролей, они сразу же ехали к Доре. Однажды, увидев их у своей постели, Дора сказала: «Вы здесь, потому что думаете, что я умираю. Но нет, я еще не готова. Когда буду готова – дам вам знать. Сейчас оставьте меня и идите работать. Я не умру, пока не увижу вас в самом большом театре Америки».

И вот когда у Грейси и Джорджа был большой концерт во Дворце театров, Джордж заказал длиннющий лимузин, послал его в Бруклин за матерью и за остальными родственниками. Его братья Сэм и Уильям на руках принесли Дору и усадили в первом ряду. «Вот теперь я могу умереть спокойно», – сказала она после выступления. Она прожила еще пару лет и неизменно радовалась успехам сына.

ЗА КУЛИСАМИ

Гастроли, поездки, работа над новыми программами отнимали практически все время, но был и дом – большой, уютный, в котором ровным пламенем горел огромный камин, раздавались детские голоса: Грейси и Джордж взяли на воспитание двоих детей – девочку Сандру и мальчика Ронни. Они дождались внуков, словом, у Барнсов была большая дружная семья, где все были рады собраться вместе, обменяться новостями, помочь, если случались неприятности.

Дважды в месяц Барнсы принимали гостей, и, когда приходили их друзья, дом превращался в сценическую площадку. У рояля сидел Джордж Гершвин, Джордж и Грейси блистали своим искусством, Ирвинг Берлин аккомпанировал Элу Джолсону. Сколько прекрасных мелодий звучало, сколько песен было спето! Все они, эти замечательные художники и музыканты, были выходцами из маленьких еврейских местечек, их многое объединяло.

Джордж и Грейси снимались в кино, у них была собственная радиопрограмма, которую ждала вся Америка, это было замечательное время, «очень светлое и радостное», как вспоминают дети Барнсов.

С началом телевизионной эры Грейси и Джордж начали свое телешоу. Однако Грейси стала все больше уставать здоровье заметно сдавало, и после долгих раздумий, она оставила сцену. «Я ушла на пенсию, но только наполовину, – говорила Грейси, потому что даже когда Джордж будет один на сцене, я все равно буду рядом с ним».

Джорджу было сложно менять привычный репертуар, имидж, нужно было найти свой образ, особенный и неповторимый, взять на себя все, что раньше они делили пополам. Каким он предстанет перед публикой? Чем их увлечет?

Решение пришло неожиданно. Джордж всегда курил сигары – это были недорогие кубинские сигары марки «Эль Продукте». А что, если… Об остальном вы, вероятно, уже догадались.

Сигара давала возможность сделать паузу во время монолога, пока он ее раскуривал, сигара придавала облику Джорджа некое очарование, выделяла его. Сигара стала его «фирменным знаком». Не было ни одного интервью, в котором журналисты не задали бы ему вопрос: «Сколько сигар вы выкуриваете за вечер?» «Не вредно ли столько курить?» На что Барнс, улыбаясь, отвечал: «Это вам вредно вдыхать дым, а я его лишь только выпускаю».

Джордж надеялся, что здоровье Грейс улучшится и она снова вернется на сцену. Но этим мечтам не суждено было сбыться. Грейси, его обожаемая женщина, его партнер, первый друг и советчик, ушла из жизни в 58 лет. Это был страшный, непоправимый удар. Он остался один. Джордж сообщил печальную весть своим близким, друзьям, коллегам по шоу-бизнесу и прежде всего верному Джеку Бенни – многолетнему, проверенному во многих житейских ситуациях другу. Он позвонил ему в пять утра. И вот уже через несколько часов дом Джорджа Барнса был полон. Со всех концов Америки приезжали артисты, знавшие и любившие этих замечательных людей – Грейси и Джорджа. Они своим теплом поддержали убитого горем Джорджа, ведь все они начинали в одно и то же время, были коллегами по столь сложной работе – шоу-бизнесу.

Через день после проводов Грейси в последний путь Джордж, собранный, сосредоточенный, был в своем офисе. Нужно было продолжать работу…

«ВСЕМ, КОГО Я ЛЮБИЛ»

Это название одной из семи книг, написанных Джорджем Барнсом. «Неплохо для парня, который прочел всего одну», – шутил он.

В этих книгах с присущим ему мягким юмором он рассказывает о долгой артистической жизни, о своих друзьях, не обходит стороной и свои небольшие увлечения – что за жизнь без любви? Одна из глав, которая называется «Мемуары старого Казановы», начинается так: «Это просто поразительно, как много людей интересуются моей интимной жизнью. Абсолютно все журналисты задают один и тот же вопрос: «Правда ли, что вы встречаетесь лишь с молодыми женщинами?» Я бы хотел прояснить этот весьма пикантный вопрос. Во-первых, женщина в 21 или 22 года не так уж и молода, а во-вторых, с кем же мне встречаться, если женщин моего возраста уже просто не осталось?» «Но, если говорить серьезно, – продолжает Джордж, то единственно настоящей любовью в моей жизни была Грейси. Мы были счастливы 38 лет. После ее смерти я очень долго приходил в себя и никогда не думал о повторном супружестве».

Барнс не был бы самим собой, если бы отказался рассказать пикантную историю. Правда это или вымысел – кому какое дело. Ведь в рассказчике ценится его умение «подать» историю. Итак – «история от Барнса».

«Однажды мне позвонила жена моего друга, известного кинорежиссера и попросила сопровождать ее на парти. Мы были давно знакомы, и я не мог допустить, чтобы очаровательная дама осталась без провожатого, и отправился вместе с ней. Было замечательно весело, и в два часа ночи мы отправились домой. Прежде чем выйти из машины, она пристально посмотрела на меня и сказала: «Почему бы нам не зайти ко мне и не выпить сухого мартини? «Я сказал: «Дорогая, уже два часа ночи». Она посмотрела на меня удивленно. «Неужели существует закон, запрещающий пить мартини в два часа ночи?» «Нет, – ответил я, – но это выглядит несколько интимно». «О, Джордж, – рассмеялась она, – я тебя уверяю, что об этом никто не узнает. Мой муж в Испании, прислуга ушла домой, во всем доме лишь коккер-спаниель, но он нас не подведет». Я зашел, мы выпили мартини, и я ушел домой. На следующее утро весь Голливуд только и говорил об этом. До чего же все-таки болтливы эти коккер-спаниели!»

«Почти все в моих историях правда, остальное – шоу-бизнес», – говорил Джордж Барнс.

В 1996 году Америка торжественно отметила столетие своего кумира. В роскошном Ceasars Casino в Лас-Вегасе состоялось прощальное шоу. Его поздравляли все, кто знал и любил Артиста.

Огромную, яркую и счастливую жизнь прожил этот талантливый человек. Великая судьба была предназначена ему, Натану Барнбауму, седьмому ребенку среди одиннадцати братьев и сестер. «Я скоро увижусь с Грейси», – были его последние слова, которые он произнес в 101-й день своего рождения – день ухода из жизни. Говорят, такой уход уготован тем, кого любит Б-г.

Другие книги серии «Лики великих»

«Жизнь в борьбе и фресках. Бен Шан»

«Русская муза парижской богемы. Маревна»

«La Divina – Божественная. Мария Каллас»

«Виртуоз от Бога. Исаак Стерн»

«Загадка доктора Барнса. Доктор Альберт Барнс»

«История великих коллекций. Пегги Гуггенхейм»

«Династия филантропов. Мозес и Уолтер Анненберг»

«Творец за дирижерским пультом. Леонард Бернстайн»

«Его называли «живой легендой». Владимир Горовиц»

«Еврейский певец негритянского народа. Джордж Гершвин»

«Он песней восславил Америку. Ирвинг Берлин»

«Его скрипка плакала и пела. Иегуди Менухин»

«Король джаза. Бенни Гудмен»

«Великий скиталец – покоритель звуков. Артур Рубинштейн»

«Еврей из Витебска – гордость Франции. Марк Шагал»

«Из Смиловичей в парижские салоны. Хаим Сутин»

«В граните и в бронзе. Яков Эпштейн»

«Прометей, убивающий коршуна. Жак Липшиц»

«Первая леди американской скульптуры. Луис Невелсон»

«Пластика ожившего дерева. Леонард Баскин»

«Путь к славе и гибели. Марк Роцко»

«Из туземных хижин в музеи мира. Морис Стерн»

«Певец земли израильской. Рейвен Рубин»

«Мастер пластики и его Маргарита. Уильям Зорач»

«Великий портретист из Ливорно. Амадео Модильяни»

«Музыка, воплощенная в камне. Эрик Мендельсон»

«Последний импрессарио. Сол Юрок»

«Великий шоумен из маленького штеттл. Эл Джолсон»

«И жизнь, и песни, и любовь… Эдди Фишер»

Об авторах

Елена Аркадьевна Мищенко – профессиональный журналист, долгие годы работала на Гостелерадио Украины. С 1992 года живет в США. Окончила аспирантуру La Salle University, Philadelphia. Имеет ученую степень Магистр – Master of Art in European Culture.

Александр Яковлевич Штейнберг – архитектор-художник, Академик Украинской Академии архитектуры. По его проектам было построено большое количество жилых и общественных зданий в Украине. Имеет 28 премий на конкурсах, в том числе первую премию за проект мемориала в Бабьем Яру, 1967 год. С 1992 года живет в США, работает как художник-живописец. Принял участие в 28 выставках, из них 16 персональных.

Content

Елена Мищенко
Александр Штейнберг
ШОУ, ЛЮБОВЬ И… СИГАРЫ
Джордж Барнс (George Burns)

АХ, ВОДЕВИЛЬ, ВОДЕВИЛЬ!

ЛАВ СТОРИ

«НАШ БРАК – НАША КАРЬЕРА»

ЗА КУЛИСАМИ

«ВСЕМ, КОГО Я ЛЮБИЛ»

Другие книги серии «Лики великих»

Об авторах