Лукьянчук Вероника

Иногда они возвращаются. Главное – не терять крылья

– Я много в себе открыла благодаря ему.

– А он даже не подозревает.

– Ему и не надо это знать.

ПРОЛОГ

Сегодня, когда я вспоминаю из-за чего рыдала несколько лет назад, мне

хочется улыбаться. не назло кому-то, не потому, что я сошла с ума. Хочется

улыбаться от легкости, которая поселилась у меня в душе. А еще от того, что я

научилась осуществлять модное нынче направление – "расставлять

приоритеты".

Но ведь я, правда, научилась их расставлять. И это моя личная заслуга.

Моей дочери 2 года. Мне все еще становится грустно иногда без причины.

Но когда она видит меня с печальной улыбкой, начинает переживать, что

виновата она. Ведь она еще не знает, что она ангел. И не может никому

доставить неудобств в принципе. Я тут же беру себя в руки и запрещаю себе эту

ужасную грусть без причины. Я вспоминаю, что не имею на это больше права.

Грустить можно, когда провожаешь близкого человека в дальнюю дорогу, когда

скучаешь по кому – то невероятно родному, когда … да мало ли когда еще

можно грустить. Иногда это даже полезно. Больше начинаешь ценить то, что

имеешь, в таком случае. Но нужно просто запрещать себе впадать в уныние

просто так.

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Ветер колышет полупрозрачные шторы. В комнате пахнет мандаринами и

глинтвейном. Совсем как под Новый год. Но сейчас конец мая. Год давно

начался. На кухне они сидят втроем. В таком составе именно на этой кухне их

можно увидеть часто. Поводов у этих девушек огромное количество для того,

чтобы посвятить друг другу самое сокровенное, что у них есть, их время. Вот и

сегодня Dry Personen собрались не просто так. Неспокойство на душе одной из

них, вот что заставило их появиться здесь. Хотя почему заставило? Собраться в

этом волшебном месте, дома у Зары, – наилучшее событие.

Перед Новым годом на этой самой кухне они загадывали желания. И

сегодня настал момент подвести промежуточные итоги. В их узком круге кухня

эта считается исполняющей желания. Да, они взрослые девушки, получающие

высшее образование и верящее в то, что желания сбываются в волшебном

месте. Они Dry Personen.

Название это пришло им в голову спонтанно. Во время пары по

немецкому. И было принято всеми. Есть в нем что – то неясное, с намеком на

таинственность, понятное не всем. Ведь оно и не должно быть понятно каждому

встречному.

– Я так и не поняла, кто что ест сегодня? Кира?! – в голосе Зары уже

звучали раздраженные нотки, – сидят они!

– Ну что ты сразу злишься? Дай я тебя обниму. Девочки, я так рада вас

видеть!

– Кира, мы виделись утром на парах!

– Это не то! Не сравнивай даже! Тут так душевно, по – домашнему.

—Не подлизывайся! – лицо Зары уже сияло одной из ее очаровательных

улыбок. Каролина, ты что будешь?

Из ее рук Каролина бы съела что угодно. Ей кажется, в прошлой жизни

Зара была … нет, не поваром. Роскошной мудрой женщиной, баловавшей своего

мужа блюдами, тающими во рту. Такой, которую можно смело назвать

истинной женщиной, таким своеобразным эталоном, на который следует

равняться.

– Я хочу твой шикарный омлет, ну тот, по – восточному рецепту.

– Будет исполнено. Все, идите из кухни, вы мне мешаете.

В этом вся Зара. Каролина знает ее всего пару лет. А как близкого

человека и вовсе гораздо меньше. И ей кажется, она не устанет Зарой

восхищаться никогда. Зара вихрь, ураган и тихий бриз одновременно. Яркая,

жгучая, сильная, непоколебимая. Но при все этом обладательница очень

доброго трепетного сердца.

Зара полная противоположность Каролины. Она не боясь разбивает

мужские сердца. Нет, она не играет с чужими чувствами. Просто ее жизненная

религия подсказывает ей делать мужчин счастливыми, но не обещать им

ничего. Зара готовит так, что начинаешь чувствовать себя никчемной хозяйкой

на ее фоне. А учитывая, что Каролина готовить не любит и не особо умеет, то

чувствует себя не просто никчемной, а хозяйкой с оценкой со знаком минус.

"Be my woman, believe me, forget if you told me…" пел со всей душой Iwan

Rheon. Плед дарил свое тепло, по комнате разносились ароматы из кухни. Еще

чуть – чуть и Каролина готова будет погрузиться в сон.

Dry Personen (игра слов от нем. drei Personen – три человека).

ВТОРАЯ ГЛАВА

Он сидел в ресторане и отчаянно курил. Одну за другой, на автомате.

Руки его гораздо лучше в данный момент осознавали, что делать, нежели разум.

В таком положении он был не в первый раз. Этот опытный мужчина, знавший

жизнь и смеявшийся ей в лицо, встречал любые трудности с холодным расчетом

и трезвой головой. У него на все был четкий план. А сейчас… Сейчас было

задето его самолюбие, мужское "Я", если хотите.

Рядом проплывали люди, мелькали лица, а его здесь словно не было. Он

прокручивал в голове то, что не давало ему покоя, пытался найти этот

злополучный ответ "что дальше". В прошлом, совсем еще недалеком прошлом

это был мужчина, ставивший на первое место свои желания и

удовлетворенность от этой жизни, будь она неладна. И так во всем: в работе, в

бизнесе, в отношениях с женщинами.

Что касается женщин, их он любил. Своей собственной любовью. Но они

всегда присутствовали в его жизни в огромном количестве. Совершенно разные.

У него не было одного типажа, который он выбирал. Он выбирал душой. В

расчетливости его точно обвинить нельзя.

– Эй, Алекс! Где ты витаешь? Я с тобой уже пять минут как

разговариваю!

– Прости, Роджер, я задумался.

– Задумался он. Что-то я раньше за тобой такого не замечал.

– Как ты? Останемся здесь или поедем в другое место? Алекс с

несвойственной ему наивностью посчитал самым лучшим выходом сменить

тему разговора.

– Ты давай тут в сторону не отходи. Рассказывай давай, что случилось.

Ты уже неделю с тех пор, как вернулся, ходишь, как в воду опущенный.

– Акклиматизация.

– Ты еще магнитные бури вспомни. Алекс, я тебе друг или нет в конце

концов?

– Ну, разумеется, друг, Роджер, что за вопросы?

– Так и разговаривай со мной как с другом! Что случилось?

– Я не знаю…этот развод меня подкосил. Я не думал…

– Ты же мне так ничего и не рассказал. Я вчера узнаю от Марко, что ты

вернулся, что развелся с Сильвией. Почему, что у вас случилось?

– Роджер, давай не сейчас. Я тебе все расскажу, но потом. Сейчас мне

нужно просто понять, что делать дальше, чем заниматься. Я до последнего не

думал, что так выйдет. Я запутался…

– Единственное, что я знаю, так это то, что нам нужно сделать сейчас.

Улица Рамбла, красивый дом в готическом стиле. Роджер купил здесь

недавно квартиру, одну из тех, где он появляется один либо в обществе тех, о

ком не должна знать его супруга.

– Ну как тебе? Мне кажется, очень даже ничего. Меня не совсем

устраивает цветовое решение, но думаю, со временем я все исправлю.

– Уютно. Расположение удобное…

– Слушай, я просто так спросил, я прекрасно понимаю, что тебе сейчас

никакого дела нет до моей новой квартиры. Не надо мне цитировать каталог

недвижимости.

– OK, хотя она действительно очень удобно расположена.

– Нашла, значит, другого. Я тебе всегда говорил, что твоя Сильвия не так

проста, как кажется. Да, она в принципе и не кажется простой ни на первый, ни

на второй взгляд.

– Да, мы разные. Да, она не производит впечатление идеальной хозяйки,

но мне было с ней так хорошо. Я чувствовал, что это уже семья. Я хотел с ней

построить настоящую семью…

– Хотел, чувствовал… Ты знаешь, я женщин люблю и очень трепетно к

ним отношусь. Но Сильвия… В общем, не мне ее судить. Я друг твой, поэтому

хочу, чтобы ты был доволен и счастлив. Что ты собираешься делать?

– Я бы предпочел проспать несколько суток.

– Алекс, я серьезно!

– Да, я тоже… Я не знаю, у меня все осталось в Португалии, я собирался

там остаться. Работа, связи, круг общения.

– А я значит, уже не подходящий круг общения для тебя?

– Роджер, ну сколько можно, ты же видишь, мне плохо.

– Вижу. И поэтому отправляю тебя спать. Завтра продолжим. И не

просто воздух сотрясать словами. Я тебя познакомлю с одним человеком.

– Каким еще человеком?

– Завтра. Все завтра.

ТРЕТЬЯ ГЛАВА

– My babies, как-то тихо у нас. Такое ощущение, что на пенсию кого-то

провожаем. У нас же здесь очаг радости, тепла и душевности! Зара была

категорична настолько, что не согласиться с ней было нельзя.

– Что ты предлагаешь?

– Для начала включить музыку. Вот, то, что надо. Glеe Cast "I will

survive", новая версия.

Голос уверенной в себе женщины заполнил комнату "…but then I spent so

many nights, thinking how you did me wrong…"

– А мне иногда кажется, что мне такой уверенной в себе никогда уже не

стать.

– Кира, я говорила тебе уже сотни раз, что пока ты сама в себя не

поверишь, никто не поверит. И вообще, давай по порядку. Вы же помните, я

люблю, чтобы все было четко.

Каролина любит их обеих, несмотря на то, что они такие разные. Зара

уверенна в себе и своих поступках. Она, конечно, тоже ошибается, но уверена,

что любая ошибка – полезный жизненный опыт. Она любит порядок во всем и

всегда: в делах, людях вокруг, своей жизни. Именно от нее Каролина научилась

подмечать полезные мелочи вокруг. Особенно в книгах и журналах, которые

читает. Что касается журналов, так тут Каролина вообще их ярая поклонница.

Когда – то она мечтала работать в глянцевом издании: писать статьи, брать

интервью, собирать материал. Мечта девушки сбылась, ей посчастливилось

оказаться на стажировке в редакции глянцевого журнала. Главный вывод,

который она сделала, что она не хочу связывать свою жизнь с глянцем.

Действительность оказалась не такой радужной, какой Каролина ее себе

рисовала. Но любовь к журналам осталась. Она читает их в огромном

количестве. А благодаря Заре еще и подчеркивает и выделяет умные и полезные

идеи и мысли. Так что взяв в руки журнал, сразу становится ясно, кто его читал.

Кира. Ее Каролина тоже любит. Но она совершенно не похожа на Зару.

Каролина уверена, что если бы таких людей было больше, мир вокруг был бы

значительно добрее. Кира не бесхарактерная, но очень мягкая, не робкая, но

порой чересчур застенчивая. И еще она очень неуверена в себе и своих силах. А

принимая во внимание возраст и то, что для них, молодых и свободных, сейчас

больше всего важно, нужно отметить, что неуверена Кира еще и в своей

внешней привлекательности.

– Давай по порядку. Я недавно поняла, что очень одинока. Я хочу, чтобы

рядом был уже тот самый.

– Прекрасное желание. Значит, нужно решить, что для его появления

нужно сделать. Или кандидаты уже есть?

– Нет… Не знаю…

– Что значит "не знаю"? Тут либо да, либо нет. Третьего не дано.

– Я несколько недель назад познакомилась с парнем в гостях у подруги,

моей однокурсницы из колледжа. И недавно он сказал, что хотел бы

попробовать начать со мной отношения.

– Вот и прекрасно! Что-то я радости в голосе не слышу, – воскликнула

Зара, делая при этом еще тысячу и одно дело. За время разговора она уже

успела доделать наш обед, помыть посуду и расставить все необходимое на

столе.

Каролина с Кирой с удовольствием бы ей помогли, но Зара никогда не

позволяет им это сделать. И вовсе не потому, что не хочет их утруждать. Просто

Зара ненавидит, когда кто-то хозяйничает на ее кухне.

– Он очень милый, симпатичный, воспитанный… Но у меня нет бабочек

в животе.

– Но согласись, это ведь не его минус? – Зара прищурилась.

– Не его…

– Послушай, я тебе могу точно лишь одно сказать, только время

покажет, выйдет из этого что-нибудь серьезное или нет. Дай парню шанс. И

себе заодно.

– Наверное, ты права.

– Нет, она еще и сомневается. Конечно, права. У меня так вообще, уже

какие-то гигантские особи бабочек летают от всех моих кавалеров. Причем не

от положительных эмоций. Так я же молчу!

– Кстати, как они там, – Каролина наконец покончила с вкуснейшим

омлетом.

– Да что с ними станется? Надоели все.

"Бип". Заре пришло сообщение.

– Ну вот, как раз.

"Почему не пишешь? Забыла меня совсем".

– Ну вот вроде бы взрослый человек. Если не пишу, значит не хочу!

Вопрос Киры "что же ты не дашь человеку шанс?" звучал уже под

всеобщий хохот.

Каролина очень любит оставаться у Зары ночевать. Есть в этих разговорах

перед сном своя особенная магия.

Все необходимое было сказано, ужин съеден, фильм посмотрен. Можно

ложиться спать.

– Ой, не выключай свет! Я статью дочитаю! Двадцать одна причина для

радости, – Каролина попыталась остановить Зару.

– Ты сейчас с нами в самом волшебном месте в мире. Какие еще

причины тебе нужны?

Свет погас.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Канада. Уютный загородный дом. Погода резко испортилась, но это никак

не повлияло на настроение находившихся в доме. Все были настолько веселы,

что даже не заметили, как открылась входная дверь.

– Я смотрю, в этом доме воров не боятся!

– Ричард, какая приятная неожиданность! Ты все – таки смог приехать!

– Конечно, я смог. Это же мой любимый племянник к нам заглянул с

другого континента. Один или с дамой сердца уже?

– Один, дядя Ричард, один.

– Ну и зря! У них тут такая романтика…

– Вот и найдет ее здесь среди романтики. Дядя Ричард, дай ему

отдохнуть. Он только с самолета сегодня. А ты сразу на него накинулся.

– А я к вам, значит, полчаса, можно подумать, добирался. Ладно – ладно.

Я вижу, никто не хочет отведать мои фирменные пончики с кленовым сиропом.

– Ну что ты вечно драматизируешь! С каким сиропом пончики ты

сказал…?

– Как же хорошо, что ты выбрался к нам, братик! – Кристина обняла

брата уже который раз за вечер, – мне так тебя не хватает. И мамы с папой

тоже… Все – таки у иммиграции есть один огромный минус. Но не будем о

грустном. Как ты, чем ты меня порадуешь?

– Я наконец покончил со всеми проектами и безмерно счастлив, что

сумел наконец – таки покончить и с этой работой в целом. Все – таки инженерия

не мое. Ну, или не совсем мое.

– Ты оставил работу?

– Да, я решил все изменить. И работу в том числе.

– Может, ты к нам переедешь?

– В Канаду? Нет, Кристи, не сейчас. Может быть, позже. Я пока хочу у

вас погостить, если вы не против.

– Как мы можем быть против? Живи, сколько хочешь! Можешь, даже

переехать к нам.

– Боюсь, Джордж мне этого не простит, – Марко улыбаясь посмотрел на

сестру.

– Мой благоверный муж только счастлив будет. Все его друзья как раз

недавно стали счастливыми папочками и не могут уделять ему свое время.

– Да и родители к этому пока не готовы. Ты же знаешь, как они ко мне

относятся в мои двадцать пять… Да, и кстати, вы уже когда подумаете о том,

чтобы сделать меня дядей? Если что, я уже готов!

– Мы думаем о этом, но еще не решили точно…Мне кажется, нам нужно

увереннее стать на ноги, да и …

– Кристин, я же все понимаю, ты знаешь. Не нужно мне объяснять.

– Да, Марко, знаю. Ну, а у тебя что на сердце? Мама говорила, ты

расстался с Джулией?

– Она уже успела все доложить?

– Да, Марко, но она просто очень за тебя переживает.

– Я знаю. Это и есть одна из причин, почему я здесь. Я хочу отдохнуть.

Морально. От всего. А еще понять, чего хочу от этой жизни.

– Милый, тебе двадцать пять, а не пятьдесят пять.

– И все же. Я поживу у вас, а потом немного попутешествую. Поеду в

Бельгию. У меня есть там одно деловое предложение. Расскажу потом.

– Да, конечно. У нас еще столько дней.

Солнечных семейных дней.

ГЛАВА ПЯТАЯ

– Куда мы едем?

– В ресторан "Cavalli". Европейская и мексиканская кухня к вашим

услугам. Видишь, я учел твои вкусы. Роджер расправил плечи и подмигнул

собственному отражению.

– Барышням будешь своим подмигивать!

– Каким барышням! Я, между прочим, стал серьезным семьянином!

– И давно?

– Достаточно.

– После семи браков давно пора.

– Попрошу не язвить.

У Роджера замечательная жена, Марина. Марина наполовину русская, ее

мать – коренная москвичка. Была. Потом встретила отца Марины и переехала в

Испанию. Но русский язык и культуру не забыла и передала дочери. И хотя

Марина родилась уже в Испании, русским языком владеет в совершенстве. И

благодаря ей их с Роджером дети тоже смело могут назвать себя испанскими

русскими. Болтают они на этом языке так, что только успевай разбирать, что

они там лопочут.

У Роджера это не первый брак. Третий. Он, конечно, ловелас и дамский

угодник, но уже сейчас, к сорока годам, становится остепенившимся

семьянином. Марине он не верен. По крайней мере он прилагает все усилия,

чтобы быть таковым. Он очень вспыльчив, но отходчив. А Марина – очень

мудрая женщина. С другой брак Роджера просто бы не продлился дольше

одного года. Марина из тех счастливых женщин, которые довольно часто

становятся обладательницами часов Cartier или сережек Tiffany без повода.

Точнее, не по поводу праздника. А просто лишь потому, что их супруг обладает

очень вспыльчивым несдержанным нравом, но при этом очень совестливой

душой. Охапки цветов и ювелирные коробочки в день, когда день календаря не

красный, в их семье явление обычное.

– Мы же сюда не просто поесть приехали?

– Разумеется, я же тебе говорил, что знаю, как тебе начать все сначала.

Как верный и заботливый друг я уже все продумал и позаботился о том, чтобы

… А вот и, собственно говоря, наш ожидаемый гость. Роджер кивнул в сторону

приближающегося к их столику мужчины лет тридцати пяти.

– Здравствуй, Роджер, прости, в пробку попал, – гость пожал Роджеру

руку и посмотрел на Алекса. – Майкл, очень приятно.

– Алекс, очень приятно, – Алекс привстал. И словил себя на мысли, что

ему совершенно не хочется ни с кем знакомиться и ни с кем общаться. Так бы и

хотелось просто на время закрыться ото всех. Главное, чтобы этот Майкл не

оказался излишне болтливым и назойливым.

– Может, закажем что – нибудь. На голодный желудок обсуждать дела

как-то несерьезно, – Роджер взял меню.

– Я не голоден, моя Микелла так меня накормила!, – произнося имя

Микелла, Майкл просто засиял.

"Прекрасно, еще одного ненормального семьянина мне не хватало."

Желание Алекса закрыться ото всех укрепилось еще больше.

– Так, вы как хотите, а я голоден как волк. Думаю, карпаччо будет как

раз кстати. Для начала. Алекс?

– Я кофе выпью.

– Ну и зря, тут отличный шеф – повар. Девушка, одно меню оставьте

нам, пожалуйста. Роджер явно был настроен не обидеть сегодня местного шеф -

повара.

– Алекс, Майкл мой давний знакомый, – Роджер наконец вспомнил, что

как организатор встречи должен представить гостей друг другу. Он до

недавнего времени занимался перевозками, у него было свое агентство. Но он

его закрыл. И сейчас планирует заняться туризмом. Майкл готовится открыть

агентство по организации туров по Испании, Барселоне и позже охватить

другие регионы. Он предложил мне стать его партнером. А я предлагаю тебе

стать нашим.

– Роджер говорил, что у вас есть опыт в этой сфере, много связей.

– Да, это так. Только давайте сразу проясним несколько моментов. Во -

первых, предлагаю сразу перейти на "ты".

– Давайте, конечно. Вернее, давай.

– Вот и прекрасно. А во – вторых, я согласен. Я доверяю этому типу, —

Алекс кивнул в сторону Роджера. И сказал самому себе, что каким бы ни было

его предложение, приму его.

– Замечательно. Я принес бизнес – план и подробное описание агентства.

У меня практически все готово. Вы тогда … Ты, вернее. Ты ознакомься. И в

следующий раз мы можем уже начинать вносить изменения, пожелания всех. И

не затягивать с открытием. Лето, конечно, не самый лучший период для

открытия туристических объектов. Но я уверен, что у нас все получится.

Послышалась вибрация. Все рефлексивно схватили телефоны. Звонили

Майклу.

– Да, малыш. Что – то случилось? … Да, конечно, купил. Хорошо. Это

тоже … Я скоро буду. Не скучай.

"Как же мне дороги эти семьянины, как сговорились, как будто

чувствуют, как мне паршиво …", – Алекса снова поглотили его невеселые

мысли. "Хотя, может, это и не жена. Вряд ли бы он так ворковал после

нескольких лет семейной жизни. Явно, он на романтической стадии, когда

любая мелочь, любой нюанс отношений поднимает на три метра над уровнем

неба."

– Ну, что, будем расходиться? – Алекс посмотрел на часы. Я хочу еще

квартиру успеть сегодня посмотреть. Родж, съездишь со мной? Да, и у кого – то

к тому же романтический вечер планируется, – Алекс подмигнул Майклу.

– Ты это мне? Майкл явно немного растерялся. Нет, я..

– Да ладно тебе. Я же шучу. Это круто, когда ты в отношениях, в

которых есть место романтике.

– Микелла – моя дочь. Ей cемь лет и она одна сейчас дома. Алекс, мне

было очень приятно с тобой познакомиться. И я уверен, что у нас получится

прекрасная команда. Я предлагаю в следующий раз собраться уже в офисе,

заодно посмотрите, какое помещение у нас будет.

Когда Майкл уже выходил из ресторана, у него снова зазвонил телефон и

до Алекса и Роджера донеслись слова с огромной нежностью в голосе: "Я буду

через полчаса, родная."

– Он живет с дочерью один? А где ее мать?

– Она ушла. От него. От дочери. Три года назад. Я не знаю

подробностей. Знаю лишь, что она ушла к мужчине, – Роджер задумчиво

посмотрел в сторону. – Он ее очень любит, … дочь. До невозможности. До

безумия. Девочка не разговаривала долгое время после того, как Сабрина ушла.

Cейчас, кажется, все более или менее наладилось. Но он так ни с одной

женщиной и не начал отношений. Растворился в дочери.

– Ясно. Бывает же… Я еще больше убеждаюсь, что не понимаю женщин.

Причем, многих из них. Ну что, ты мне с квартирой поможешь? Съездишь со

мной?

– Что за квартира? Ты мне ничего не говорил.

– Новая жизнь – новый дом. Я вывел новое жизненное правило.

– Вот! То, что надо! Когда едем?

– Если ты свободен вечером, давай сегодня в семь.

– Ok. Мой друг философ… вот кто бы мог подумать.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

У Dry Personen есть традиция – в последний вечер, а порой это и ночь,

перед экзаменом они готовятся к нему вместе. Разумеется, у Зары дома.

Традиция не просто приятная, но и полезная. Волшебные чары Зариной

квартиры приносят удачу. По крайней мере девушки искренне в это верят.

Завтра у них последний экзамен. Что может быть приятнее этого

предвкушаемого ощущения свободы? Наверное, только сама свобода. Но канун

этого экзамена они проведут не вместе. Родители Киры живут не в Минске. В

соседнем городе. И она поехала их навестить. А Каролина с Зарой пообещали

ей не нарушать традицию и не собираться без нее. А Dry Personen свое слово

держат.

Французская кофейня. Вечер. На столе латте и творожный десерт —

любимый классический выбор Каролины на тот случай, когда не хочется ничего

выбирать и поэтому заказ совершается по старым вкусам. К экзамену у нее все

готово. Повторять в сто первый раз одно и то же она не видит смысла. Поэтому

Каролина решила сделать то, чему ее в свое время научила Зара – перед

важным событием расслабиться и сделать что – нибудь для души. "Поверь мне,

пользы от этого и тебе самой и экзамену будет гораздо больше, чем если ты

будешь дрожать, судорожно повторяя билеты. Перед экзаменом нужно навести

красоту, принять душистую ванну, сделать маникюр, поставить волшебные

мелодии, сделать что – нибудь очень приятное и душевное." Какой человек —

такие и советы. Все душевное.

Каролина редко ходит в кафе одна. Но если и идет, то она не видит в этом

ничего предосудительного. Правда, у некоторых людей, в частности молодых

людей, имеется четкий стереотип, если девушка сидит за столиком в

одиночестве, ее цель – познакомиться. Вот и сейчас. Боковым зрением

Каролина видит, как в ее направлении идет мужчина лет тридцати. До

последнего она надеется, что ошибается и с серьезным видом размешивает

сахар в кофе. Он подходит, присаживается за столик и произносит самое

банальное, что только может прийти в голову в этой ситуации "Девушка, можно

с вами познакомиться?" Только не Каролине, а девушке за соседним столиком,

которая тоже сидит там в одиночестве. По счастливой для Каролины

случайности. "Пронесло", думает. Так как настроения заводить знакомства у нее

не было. Хотя она имеет на это полное право.

Каролине двадцать лет. Она не замужем, серьезных отношений у нее нет.

Да и несерьезных тоже. И никогда не было. Почему? Над этим вопросом она

стала задумываться всерьез около года назад. И поняла, что просто не может

посвящать свое время человеку, а ведь именно это подразумевают серьезные

отношения между людьми, которого не считает "своим", родным. "Своему",

родному – сможет. Проблема в том, что она его не встретила.

Размышления Каролины прервались разговором пары, сидящей напротив.

Парень и девушка лет восемнадцати. Он держит ее за руку, рядом – роза, для

которой официант как раз заботливо принес вазу. До Каролины не доносятся

четко слова, но по тому, как нежно он на нее смотрит, понятно, что шепчет он

ей сейчас самое нежное из того, что пришло ему в голову. Это любовь?

Наверное, да.

Каролина вообще любит рассматривать людей. Порой. Когда есть

настроение. Придумывать им имена, догадываться о их профессии. Вот,

например, еще одна пара. Судя по всему, уже семья. Причем не один год.

Возможно, они отметили уже и десятилетие своего брака. Он листает

приложения в IPad, она – со скучающим видом листает меню. Рядом дети.

Мальчик лет шести непринужденно ест мороженое, девочка в розовом платье

Hello Kitty – ох уж эта современная детская мода – уже покончила со своей

порцией и хитро смотрит в сторону десерта брата. Ведь когда – то эта пара

наверняка была такой же влюбленной и беззаботной, как те, с розой. И где

любовь? Настоящая. Там, где поцелуи без повода или подрастающие дети и

пройденное вместе? И возможно ли сохранить эту романтику и блеск в глазах с

годами?

Вспомнились где – то прочитанные слова Урсула Ле Гуин "Любовь не

лежит на дороге, как камень; ее надо сотворить, как хлеб, ее надо все время

творить заново и воссоздавать." Наверное, действительно все зависит от самих

людей. А особенно от женщины. Каролина уверена, что настроение и атмосфера

отношений во многом зависит именно от нее. И если она будет мудрой, то не

только сохранит романтику, но и сделает так, чтобы она увеличивалась с

возрастающей прогрессией.

Не любовь, а какая – то математика уже получается. Жаль только, что

нельзя с математической точностью ответить, где и когда встретишь того, кого

сможешь назвать "своим". А именно этого ей уже сильно хочется.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

– Да, мамочка, не волнуйся. Я не позвонила в восемь, потому что мы еще

спали. У нас же вчера гости были. Дядя Ричард приезжал, Николас с Амелией.

Ты знаешь, у них дочка родилась недавно… Ой, мам, ну не начинай,

пожалуйста. Тем более на ближайшее будущее мне есть о ком позаботиться, я

же Марко сто лет не видела, вот и буду его баловать.

Раздался характерный звук окончания разговора в Skype.

– Ну что, снова тебя отчитали за то, что ты еще не мамочка, как,

например, Амелия?

– Марко, ты уже не спишь? – Кристина вошла в комнату к брату.

– Поспишь тут с вами.

– Я тебя разбудила?

– Да, шучу я. Я привык рано просыпаться. Какие планы на сегодня?

– Пока никаких. У Джорджа небольшой отпуск сейчас. Николас и

Амелия приглашали в гости сегодня. Поедешь с нами?

– А можно я дома останусь? – Марко накрылся одеялом с головой.

– Ну ты прямо как маленький. Оставайся, конечно. Я просто не хочу,

чтобы ты скучал.

– Поверь, я не настолько маленький, чтобы не найти себе развлечение.

– Так, кто тут у нас маленький? – Джордж, муж Кристины, зашел в

комнату. И вообще, что за разговоры? Одиннадцать утра – я бы не отказался от

завтрака. Хотя бы от первого, не говоря уже про второй. И не говори мне – он

посмотрел на жену – что я только о еде и думаю. Человеку свойственно

испытывать голод.

– Пойдем уже, человек. Марко, и ты поднимайся.

– Уже. Я же тоже человек, как никак.

– Ммм … Эти круассаны божественны. Такие только в доме Розы

бывают. Марко, закрыв глаза, наслаждался французскими круассанами и чаем с

французской ванилью.

– Да, бабушка наша – истинная француженка.

Роза – бабушка Марко и Кристины. Но им она настрого запретила так

себя когда – либо называть. Эта женщина – истинная француженка. И не

только по происхождению. По образу жизни и мыслей. Она любит часто

повторять известную фразу "Француженки не красивее нас, просто они

считают, что красивее". И так по жизни у нее во всем.

– Джордж, мы уже опаздываем. Милый, давай быстрее.

– Ну вот, уже и поесть не дают. Иду я, иду. Джордж неспеша пошел в

глубь дома.

– Хоть бы сделал вид, что торопится! – Кристина нахмурилась и

принялась хвататься сразу за несколько дел одновременно.

– Кристи, ты прекрасно выглядишь! Хватит уже поправлять то одно, то

другое, – Марко с любовью смотрел на старшую сестру.

– Вот тебе я почему – то верю. Не скучай без нас, – чмокнула Марко

сестра уже в дверях.

– Обнимите от меня Николаса и Амелию. И привет малышке.

– Она была бы счастлива, если бы узнала, что такой мачо передал ей

привет. Но, к сожалению, она еще для этого немного юна.

– О, Джордж! Я уже и не знаю, как буду жить без твоего юмора.

– Пойдем уже, юморист, – Кристина буквально вытащила мужа за руку

из дома.

Щелкнул замок. И Марко остался наедине с собой. Знакомое чувство из

детства. Его семья, семейство Бова, жили раньше на юге Франции. В то время

Марко часто оставался дома один. Он очень любил эти моменты. Он чувствовал

себя тогда жутко взрослым, самостоятельным, независимым.

Еще одно воспоминание из детства захватило память Марко. Вот он,

девятилетний мальчик, очень серьезный и самодостаточный, рисует карту

сокровищ для своей дорогой сердцу подруги, Джулии. Он спрятал для нее в

саду подарок и нарисовал карту. Подарить его просто так он не мог. Слишком

уж необычной, непохожей на других была для него Джулия.

А вот еще одно. Париж, Франция. Уютный ресторан на берегу Сены.

Джулия в черном кружевном платье сидит напротив и открывает большую

яркую коробку, а за ней еще и еще одну. А у них внутри, в самой маленькой,

подарок, который он так долго для нее выбирал.

Марко хотел всю жизнь дарить ей подарки. Просто так, без повода.

Только у нее появились другие планы на жизнь. И в них было место для Марко.

Но не только для него.

Все, что угодно, ему казалось, он мог простить девушке, но не измену, но

только не то, чтобы быть запасным вариантом. Особенно больно было

принимать предательство от нее, той, которую он знал, казалось, дольше, чем

себя.

Острая боль утихла. Осталось … не обида, не отчаяние, а горечь

разочарования. И незнание того, что делать дальше. Слишком многое в

сознании и планах было связано с ней. И слишком многое нужно было учиться

делать теперь без нее.

Глаза Марко были уже закрыты. И последние воспоминания приходили к

нему уже в полусне. Единственный плюс таких размышлений так это то, что

они клонят ко сну. А во сне у человека есть возможность прожить небольшую

жизнь без гнетущих душу страданий.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

В университет Каролина приехала одной из первых. Кивнула паре

одногруппниц, стоявших неподалеку и решила, что терять время впустую —

глупо. А вот выпить кофе – очень даже полезно перед таким ответственным

мероприятием, как последний экзамен в семестре. И даже больше, последний

экзамен на третьем, предпоследнем, курсе. Излюбленное место Dry Personen —

кафе со звучным названием "Эсмеральда". Порой девушки проводили там

лекции, которые были из разряда скучных, порой – просто свободные минуты.

Но сейчас Каролина сидела здесь одна, повторять билеты совершенно не было

желания и ее захватили воспоминания.

Некоторые люди могут четко назвать момент, когда они почувствовали

себя взрослыми. Каролина же точно осознает момент, когда почувствовала к

постороннему человеку какую-то невероятную душевную близость. Это Зара,

которая совершенно на нее не похожа. Каролина видела ее в родном городе, в

коридорах их школы. Яркая, запоминающаяся. Ее знали все. Ведь не заметить

яркие розовые африканские косички было очень трудно.

Яркая. Хочется еще раз повторить это.

Сегодня Каролина точно знает, что такой человек, как она, был ей

предначертан на жизненном пути. Чтобы изменять, дополнять, вдохновлять ее.

Каролина и Зара родом из одного города. Каролина, студентка первого

курса, поехала в родной город. Она не любит поезда. После ночи в поезде

чувствует невероятную усталость, которая, кажется не проходит, целые сутки.

Но тогда почему – то решила сделать исключение. Девушки учились в одной

группе в университете. И сегодня Каролина уже точно уверена, что это не

может быть случайностью. Одинаковый город, школа, университет.

Но подругами не были. Одногруппницы, темы разговоров которых

ограничиваются фразами "Ты пойдешь на лингвистику?" и "Хороший день

сегодня".

На вокзале Каролина оказалась вовремя. Зашла в поезд, нашла свое место.

Ее никто не провожал. Не то, чтобы ее это угнетало. Но все же иногда так

хочется этих сентиментов: когда машут рукой через окно, обнимают на

прощание, может, даже цветочек у в руках оказался бы. Но Каролину

встречают. А это гораздо более важно.

Соседей в поезде у девушки пока не было, к счастью. И она искренне

надеялась, что и не будет. Наушники готовы, глянцевый журнал. Сидит. "Ну

все! Я готова" – думает. Как будто ее готовность была единственным условием

для поезда, чтобы наконец уже тронуться с места.

Где-то вдалеке слышен знакомый голос, но понять, чей он, Каролина не

может. "Только знакомых мне здесь не хватало!" Видеть никого ей совершенно

не хотелось. Хотелось лишь спокойно полежать, подумать. Каролине потом

довольно часто будут говорить, что она много думает. Мол, надо думать

меньше, от мыслей все равно ничего не изменится. А она не может. Все равно

постоянно что-то в голове прокручивает, додумывает. Но не об этом сейчас

речь. Голос приближался.

– Все пап, я наберу, давай, – Зара подошла к своему месту, рядом с

Каролиной.

Ровно. Каролина относилась к Заре ровно. Наверное, потому, что для нее

Зара была лишь человеком, с которым они вместе сидели на занятиях.

Уважительно. Так относилась ко мне она, как я узнала впоследствии.

– Будешь? – Зара протянула открытый контейнер с мелко и аккуратно

нарезанными яблоками и морковкой.

– С удовольствием. Это у тебя packed lunch такой, – Каролина

улыбнулась.

– Ага, собственного приготовления.

Раздался характерный звук пришедшего сообщения. Одно, второе, третье.

Зара даже не успевала еще написать ответ, а сообщения приходили с

завидным постоянством.

– Хочешь посмеяться, – Зара улыбнулась.

– Давай.

– Как бы ты отнеслась, если бы тебя от всей души, искренне и с любовью

называли "сирун бала"?

– Наверное, с опаской.

– Вот и я так отношусь. Смущает меня это слово. Я бы даже сказала

волнует.

– А это что? Или кто?

– О! Это красивейший комплимент для любой женщины – красавица,

свет моих очей, так сказать. Только на армянском.

– Ты знаешь армянский, – я удивилась еще больше. Здорово.

– Я, как говорится, только учусь. Мой поклонник – армянин. Вернее,

один из них.

Аккуратно нарезанные яблоки и морковка исчезли быстро. А разговор с

Зарой в тот вечер был долгим. О том, как познакомились на улице, когда он

проезжал и спросил дорогу, о его умилительной манере разговаривать на

русском, о горячем армянском темпераменте, о том, как шикарно он умеет

готовить, даже о его превосходных замшевых мокасинах – девушки говорили

обо всем.

Каролина не знает, почему Заре захотелось рассказать ей о нем в тот день,

но знает точно лишь одно – она узнала Зару с совершенно другой стороны, как

совершенно другого человека. Ласкового, мудрого, умеющего дарить и

принимать любовь, а еще невероятно притягательного для нее человека. А,

может, в этом есть и его заслуга, Давида, ухажера Зары. Может, его горячий

темперамент сыграл решающую роль в их дружбе.

– И чего это мы тут сидим, девочек своих не встречаем? – Зара

прилетела как вихрь, выдернув Каролину из воспоминаний.

– А я смотрю, ты хорошо к экзамену подготовилась, – сказала

Каролина, оглядывая стройные ноги Зары в короткой черной кожаной юбке.

– Да, а что? Я же должна нести людям счастье и красоту, чтобы им было

радостно на душе. Let's go, my babies.

В аудиторию они всегда заходят по очереди. И потом соответственно друг

друга ждут. И вот выходит Каролина, Зара с Кирой уже что – то оживленно

обсуждают. И что – то Каролине подсказывает, явно непрошедший экзамен.

– Что я могу вам сказать, красавицы мои? … Я вас и себя, разумеется,

тоже ПО – ЗДРАВ – ЛЯЮ. Да здравствует лето! Шикарные мужчины с

красивым торсом, новые приключения и роскошные купальники!

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Внеочередное собрание Dry Personen хотели провести в суши – баре. Для

разнообразия. В суши – бар они пошли. Насладились вкуснейшими роллами.

Зара успела взглядом сразить сразу несколько мужчин. Все, как всегда. Но

потом девушки все же поняли, что обсуждать серьезные темы в общественном

месте невозможно. И было решено отправиться домой. Разумеется, к Заре.

И под стук бокалов с красным вином Зара провозгласила главный тост

этого вечера: "За лето! Пусть оно будет богатым на приключения!"

– Девочки, – Кира начала неуверенным голосом, – Денис, тот, о

котором я вам рассказывала, пригласил меня поехать вместе на море …

– А этот молодой человек начинает мне нравиться. В качестве твоего

кавалера, разумеется, – Зара засмеялась.

– Я не знаю, если я поеду, это будет значить, что я согласна на что – то …

на что – то большее, – Кира выглядела растерянно.

– Помни главное, ты никому ничего не должна. А вообще лучше всего

обсудить с ним этот момент. Ты главное для себя реши, чего ты хочешь. Ты

хочешь попробовать начать отношения с ним или нет?

– Я не знаю … Это была ее, Киры, милая неотъемлемая часть. Она

довольно часто была неуверена в чем – то, боялась порой признаваться даже

себе самой в чем – то.

– Я не чувствую, что он тот самый … Я хочу, чтобы все было серьезно. А

особенно, что касается близости. Я хочу, чтобы мой первый раз был по любви, с

человеком, который будет меня понимать и ценить.

– Кира, я и не говорю тебе с первым встречным любовью заниматься.

Просто для того, чтобы порой понять, тот это человек или нет, нужно хотя бы

дать ему шанс проявить себя. Дай ему возможность о тебе позаботиться,

показать свое отношение. Вы же знакомы всего ничего.

– Ты думаешь, мне стоит поехать?

– Ты должна решить сама. И помни, что ты ему ничего не должна и не

обязана. А еще лучше познакомь его сперва с нами. Уж я – то в людях

разбираюсь.

– О да! Как никто другой, our baby. А что мы тогда с тобой будем делать,

какой глобальный план на лето? – прищурившись Каролина посмотрела на

Зару.

– План для всех нас – каждый день совершать вечерние прогулки,

открывать для себя новые летние кафе и готовиться к главному событию лета -

открытию новых земель! С Кирой все понятно. Романтика взяла ее в плен. А

нам с тобой, Зара посмотрела на Каролину, – предстоит выбрать страну или

даже континент, которому стоит готовиться к нашествию красоты и обаяния.

Предлагаю кинуть монетку на карту мира.

– Ага, предварительно, вычеркнув те ее кусочки, которые не подходят

нам по бюджету.

– Попрошу без скепсиса. На самом деле у меня есть предложение, от

которого ты, я уверена, не сможешь отказаться.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

– Наконец осуществилась твоя мечта – ты можешь пить кофе по утрам,

сидя за барной стойкой, – Роджер сидел на кухне в новой квартире Алекса и

наслаждался виски со льдом и глянцевыми разворотами журнала Maxim.

Верховая езда, дайвинг, ремонт …, – Роджер прочитал вслух содержимое

листа, выпавшего из журнала. Это что, must – do?

– Эй, читать было необязательно!

– Я что тебе чужой человек, – Роджер попытался сделать обиженное

лицо.

– Я тебя умоляю, не разговаривай как все мои бывшие!

– Ладно, я серьезно, ты составил себе список обязательных дел?

– Почему бы и нет? Надо же как – то приходить в себя…

– Слушай, у тебя сейчас начинается новый этап в жизни: новое дело, я

уверена, наша фирма будет успешной, новая квартира, новые знакомства, новые

женские лица …

– Вот чего – чего, а никаких женских лиц, ни новых, ни старых, я не

хочу.

– Алекс, только не говори мне, что ты собираешься жить монахом?

– Прекрати нести чушь, – Алекс швырнул в друга диванной подушкой,

– я просто не хочу пока никаких отношений.

Алекс ничуть не преувеличивал. Он действительно был истощен

морально. Так чувствует себя ребенок, у которого забрали игрушку, с которой

были связаны его главные увлечения. Так чувствует себя взрослый человек, у

которого рушится его жизненный уклад.

В прошлом Алекс – отчаянный Казанова. Это у него в крови – пленять

женщин. Хотя он никогда никого из них не уговаривал быть с ним, никому из

них ничего не обещал. Все его отношения, как серьезные, так и нет, были

построены на обоюдном согласии.

После двух лет жизни с Сильвией он был готов признаться даже самому

себе, что готов для семьи с ней в ближайшем будущем.

Но у нее были другие планы на этот счет. Сильвия не бросила Алекса, не

разорвала отношения. Отнюдь нет. Она лишь дала ему понять, что не

рассматривает его в качестве мужа. По крайней мере пока. Самое главное, он

устраивал ее полностью в сексуальном плане. И для нее это было вполне

весомым аргументом для того, чтобы продолжать жить вместе. Для нее, а для

него – нет. Для Алекса это было худшее унижение его мужского достоинства,

а от нее – и величайшее предательство.

Ради нее он переехал в Португалию и из – за нее он эту солнечную

гостеприимную страну покинул. А ведь он уже приобрел там жилье, открыл

свой ресторан. Но это были материальные потери и убытки. Гораздо тяжелее

Алексу дались потери душевные. Самое тяжелое было то, что с ней у него

впервые в жизни появилось family feeling. Когда он возвращался домой, у него

было полное внутреннее ощущение, что его ждут, что он живет не просто с

девушкой, не просто делит с ней постель, а делит и жизнь. Возможно ли снова в

жизни ощутить такое? Или это дается лишь раз? На данный момент он знал

точно лишь одно – никаких новых отношений ему совершенно пока не хочется.

"Live me alone" – было единственным его желанием.

Из мрачных размышлений Алекса вернул в реальность звонок Роджеру.

– Да, милая, я у Алекса. Я же тебе говорил, что поеду посмотреть его

новую квартиру! .... Конечно, в следующий раз мы поедем вместе.

– Что, супруга ожидает дома с нетерпением, – Алекс усмехнулся.

– Да … знаешь, если серьезно, я только недавно окончательно осознал,

что я очень счастлив, что у меня такая жена. Я много раз жаловался тебе на

семейную жизнь, был недоволен. Но сейчас понимаю, что я не хочу ничего

другого, – Роджер стал как никогда серьезным.

– Вот и замечательно! Я даже не обижусь в таком случае, что ты так рано

уедешь.

– Э нет. Ты не путай одно с другим. Я очень тепло отношусь к жене и

семье, но сейчас у нас дома полно гостей, приехали наши родственники из

Италии. А ты знаешь, я не люблю все эти родственные ужины и разговоры.

Поэтому с твоего позволения я у тебя останусь и более того, я собираюсь тут

часок поспать вот на этом роскошном кожаном диване цвета топленого молока,

– Роджер уютно устроился на кожаных подушках и тут же заснул.

Роджер всегда завидовал белой завистью таким людям, которые способны

заснуть тут же. Его, как правило, одолевают потоки мыслей перед сном.

"Верховая езда, дайвинг, ремонт …". Алекс пробежал глазами по списку,

который Роджер нашел в журнале. Это были обязательные дела Алекса на

ближайшее время. Первое, что интересовало его кроме работы, был ремонт.

Вернее, ремонт как раз его тут устраивал, а вот мебель … Она была новая и

современная, но чужая. Не он ее выбирал, не его характеру и мироощущению

она соответствовала. Он купил эту квартиру уже с обстановкой просто лишь

потому, что у него не было ни времени, ни желания ждать, обитать в съемном

жилье. Но жить в окружении чужих вещей ему совершенно не хотелось. Когда -

то Алекс мечтал вместе с Сильвией подбирать интерьер для их совместного

дома. У Сильвии прекрасный вкус, хотя она и отвратительная хозяйка, надо

признать. Постель в их доме могла не заправляться по несколько дней, и она

считала это вполне нормальным и естественным. А самое интересное то, что

его, педанта и аккуратиста, этот факт совершенно не смущал. В Сильвии он

нашел то, что должно быть, по его мнению, в женщине, с которой хочется

связать жизнь – сочетание трех "китов": единство тела, разума и сердца. Он

совпадал с ней на всех этих трех уровнях. Любовь ли это? Возможно. И

возможно ли встретить еще в жизни такую женщину? Или это дается лишь раз?

Алекс пошел спать не потому, что ему хотелось, а лишь оттого, что завтра

нужно рано вставать. И как всегда эти мысли, мысли … Но сегодня он понял,

что впервые за долгое время среди его обычных мрачных идей появилась новая.

Он осознал, что всей душой хочет уехать куда – нибудь. Нет, не переехать

снова. В Барселоне ему вполне комфортно. А провести пару дней в другой

обстановке. Но ему нужно направить все свои силы и энергию в работу, не до

отдыха сейчас. А что, если нас в нашей фирме …

И эта последняя идея заставила Алекса заснуть с улыбкой на губах.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Первое, что привлекло внимание Зары и Каролины в аэропорту, было

табло прилетов и отлетов.

Москва – Ереван

Москва – Барселона

Действительно, какое еще местоположение может быть рядом с их

рейсом… Такое ощущение, что некая частичка Армении с ними всегда.

– Здравствуй, сестра, – приветливо поздоровался с Зарой проходящий

мимо кавказец.

– Это он мне?!

– Судя по всему, да, – мы уже не могли сдерживать смех.

– Я, конечно, понимаю, что внешность у меня не славянская, но не до

такой же степени!

– Ну, видимо, что до такой.

– Ну, хоть бы итальянец какой за свою принял. А то, один Кавказ!

– Зато там, куда мы прилетим, тоже за свою сойдешь.

– Спасибо, утешила!

Было такое чувство, что туристы в отеле Каролины и Зары отдыхали уже

недели по три, не меньше. Судя по их загару. И судя по его полному отсутствию

у девушек.

– Мне кажется, мы немного выбиваемся из толпы.

– Забей болтик!

У Зары всегда все четко. И понятно. "А действительно, что я в самом

деле."

– Эй, ты что? Спать сюда приехала?

– Ну, please, давай поспим часик, пожалуйста! А потом вперед, к

вершинам!

– Скорее к низинам уже. Мы на седьмом этаже живем.

– Не умничай.

– Ладно, я в душ. Спим, а потом на пляж.

– Давай.

Когда Каролина вышла из душа, Зара уже видела не первый сон,

наверное.

– Это та, которая спать не хотела, – Каролина мысленно пробубнила и

тоже провалилась в сон.

Каролина очень любит пирсы. Когда идешь по пирсу, создается

впечатление, что идешь по своеобразной дороге вникуда. А вокруг теплое море.

Под ногами горячий песок, близкий человек рядом, купальник от Chanel

для полноты картины. Из приятного забытья девушку вырвали звуки телефона.

Ее телефона. Хотя сообщение написали не ей. Это было уже восьмое сообщение

за первый день отдыха.

– Я смотрю, тот факт, что ты не подключила роуминг твоего мужа не

останавливает.

– Пошел вон!

– Ты это ему скажи!

– И скажу! Надоел! Сколько можно писать уже!

– Он же волнуется.

– Пусть русский подучит лучше!

– Мне кажется, ты к человеку придираешься.

Давид. Человек не менее уникальный, чем Зара. Это о нем в свое время

Зара рассказывала в поезде. И это он сейчас выписывает ей сообщения. На

несчастный телефон Каролины.

Давид армянин. И этим многое сказано. Его горячий кавказский

темперамент настолько многообразен, что каждый раз открывает его обладателя

с новой и новой стороны. Ему удалось – таки стать для Зары не просто

поклонником. Но вот насколько долго продлятся их отношения, покажет только

время. Ведь Зара далека от безропотной армянской девушки, для которой

мужчина стоит во главе и всегда прав. Внешне Зара – вылитая красивая

армянка. Но на этом ее сходство с барышнями данной национальности

заканчиваются. Характер у нее скорее мужской. А как долго смогут уживаться

два взрывных темперамента?

Давид – мужчина горячий и более чем ревнивый. Была бы его воля, он

бы уже был для Зары законным мужем и ни на шаг от себя не отпускал. Но его

воли и желания мало. Каролина уверена, что Зара свяжет себя узами брака не

раньше, чем через лет пять. И то, если мужчина очень постарается. Для этой

девушки свобода, радости жизни и независимость превыше всего.

Но Давид не так прост. Он все же сумел уговорить возлюбленную на один

ответственный шаг – называть друг друга мужем и женой. Ему принадлежит

гениальная фраза – “в армянском языке нет слова парень, есть только муж, на

худой конец жених”. Этим все и объясняется.

Девушки добрались до той части пирса, где были совершенно одни. Зара

сняла легкое платье, открывшее взору роскошный купальник кораллового

цвета, и уверенным шагом направилась к лестнице, спускавшейся в воду.

Каролина медленно и неуверенно последовала ее примеру.

Каролина не умеет плавать. Зара утверждает, что она – тоже, но ее

заслуга в том, что она умеет держаться на воде. Сделать "звездочку" для нее не

проблема. Каролина же не могла сделать даже этого. Воду она любит,

находиться в ней – для девушки одно удовольствие. А вот плавать Каролина не

умеет и боится.

Не прошло и пяти минут, как Зара уже качалась на волнах, закрыв от

удовольствия глаза.

Раз, два, три. Ступенька за ступенькой Каролина становилась к ней ближе.

Вот Каролина уже в прохладной соленой морской воде, которая доходит ей до

шеи. А здесь значительно глубже, чем казалось. Дно она чувствует, но сама при

этом ощущает себя очень неуверенно. Решение в голове девушки пролетело

молниеносно – возвращаться обратно и просто позагорать.

Приятный мужской голос с милым акцентом меня окликнул:

– Куда же Вы? Вы же так и не спустились. Вода сегодня чудесная. И это

явно была не Зара.

– Я не умею плавать, если честно. Думала, здесь мельче. Но нет,

слишком глубоко для меня. Каролина из стороны в сторону вертела головой,

пытаясь увидеть своего собеседника, но так и могла понять, где он.

– Так нужно научиться, если не умеете. Быть на море и не плавать в нем

– это просто преступление.

– Согласна с Вами полностью, но, наверное, все же в другой раз. Я очень

боюсь.

Новый знакомый логично возразил.

– А в следующий раз, что изменится? Думаю, ничего. Меня Рауль зовут.

Я в этом отеле – спасатель. Так что ты точно не утонешь. Можешь быть

спокойна.

Араш. Пронеслось у Каролины в голове при виде этого спасателя. Он был

безумно похож на известного персидского певца. И в связи с этим Каролина,

разумеется, тут же забыла его настоящее имя.

Араш создавал впечатление очень приятного воспитанного молодого

человека лет двадцати пяти. И как выясняется, достаточно настойчивого.

– Посмотри на свою подругу. Вот как на воде держится.

– Не всем это дано.

– Неправда. Я, как профессиональный пловец, скажу тебе точно, что

плавать могут научиться все. Это заложено в природе человека. Главное, что

мешает нам, это страх. То есть вся проблема у нас в голове. Физически плавать

способны все. Давай хотя бы попробуем.

Надо же быть такой мягкой!

– Давай …

– Не бойся. Я буду тебя держать, а ты просто помогай себе руками и

ногами. Смотри, как я делаю, вот так.

Каролина переборола свой страх и попыталась повторять за спасателем.

– А это не так сложно, как кажется.

– Что я тебе говорил. Смотри, ты сейчас плывешь сама.

– Я плыву лишь потому, что ты меня держишь.

– Сейчас я тебя уже не держу.

– В каком смысле?

Тут Каролина поняла, что ее действительно никто уже не держит, и она

плывет сама. Плыла. Потому что как только она это осознала, то тут же приняла

вертикальное положение.

– Вот видишь, то, что я тебе говорил. Вся проблема – в голове. Ты

можешь плыть, просто ты этого боишься.

А давно он ко мне на "ты"?

– Да, спасибо тебе огромное. Я по крайней мере теперь убедилась, что не

безнадежна. В следующий раз обязательно продолжим.

– Ты устала?

– Да, если честно.

Каролина помахала Заре, чтобы она плыла к ней.

Новый знакомый посмотрел на девушку, склонив голову.

– Как тебя зовут? Ты же даже не представилась, как же я в следующий

раз смогу к тебе обратиться?

– Прости. Каролина.

– Очень приятно. Как меня зовут, надеюсь, не забыла. До встречи,

Каролина. Было очень приятно познакомиться

– Мне тоже. До встречи, хорошего дня, Араш, – последнее слово

Каролина вслух не произнесла, но улыбнулась, когда оно пронеслось у нее в

сознании.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

"Dream Holiday.com" встречал своих первых посетителей ароматным

кофе с корицей.

Алекс сидел в своем кабинете с видом на море и листал на мониторе

анкеты фотографов.

Белла Кристиано, снимала пляжи Коста – Рики.

Андреа Браун, обладатель титула The Travel Photographer of the Year.

Сара O'Степмен, автор обложен русских изданий Vogue.

Все не то. На следующей странице внимание Алекса привлекла анкета с

морскими фотосессиями.

Берта Хопсон, индивидуальная фотосъемка, love stories, wedding

photosessions. Номер, гудки, "я вас слушаю" приятным женским голосом.

– Меня зовут Алекс, Алекс Сэмьюэль. Компания Dream Holiday.com

хочет предложить Вам сотрудничество на весьма выгодных условиях.

Несколько минут разговора и в кабинете Майкла раздалось победное "Я

нашел фотографа".

– А теперь потрудись мне объяснить, что все это значит. Что это за твоя

супер – идея, для которой тебе понадобился фотограф, – на радостный голос

Алекса в кабинет зашел Роджер.

– Dream Holiday.com будет организовывать такое направление —

короткие туры, для тех, кто не может в силу каких – либо причин позволить себе

долгое путешествие. Но это будут не банальные несколько дней на пляже. Туры

будут уникальные. И мы будем принимать инидивидуальные заказы, – Алекс

попытался для начала в двух словах изложить свою ночную идею.

– А фотограф тебе зачем, – ни Роджер, ни Майкл этого так пока и не

поняли.

– А я разве еще не сказал? Это наш первый тур – двухдневная поездка в

Барселону с фотосессией в Лабиринте Орта.

Роджер удивленно просмотрел распечатанные Алексом тезисы тура.

– Ты его уже разработал?

– Практически. Осталось определиться с отелем и найти первых

туристов. Я попробую использовать свою записную книжку для этой цели.

Уверен, что найду знакомых или родственников, желающих провести выходные

в Барселоне.

Майкл выглядел очень серьезным.

– Алекс, это очень интересная идея, свежая, необычная. Мне кажется,

она должна иметь успех. Думаю, нам стоит, как только пройдет первый

пробный тур, сделать активную рекламу таких поездок: баннеры, Интернет,

буклеты. Роджер?

– Да, Алекс всегда удивлял своими идеями. Молодец, старик.

– Майкл, я у тебя в кабинете пока поработаю, ладно? У меня там воду

привезли, устанавливают, – Алекс посмотрел на Майкла.

Майкл кивнул.

– Да, конечно.

– Я ненадолго. Сейчас договорюсь с отелем и поеду туда. Хочу

посмотреть, какие у них есть развлечения для гостей.

– Можешь не спешить, Алекс.

Алекс искал, какой отель выбрать для своего тура и понял, что еще не

придумал для него название.

Открываем Барселону, загадки Испании, путешествуем налегке … Все не

то.

Взгляд Алекса остановился на фотографии на столе Майкла среди бумаг.

Нежная розовая рамка обрамляла изображение милой девчушки в голубом

платье, а в руках у нее был плюшевый Teddy Bear. Ангел, самый настоящий …

Ангел, ангельский, божественный …

В голове Алекса обрела четкие формы главная мысль.

"Божественная Барселона". Итак, я буду искать туристов для

двухдневного тура "Божественная Барселона". Мысленно можно поставить

галочку напротив пункта "придумать название тура".

– Майкл, у тебя чудесная дочка. Очень красивая.

– Спасибо, Алекс. Она мое счастье. Я люблю ее больше жизни.

– Я думаю, ты прекрасный отец. Нет! Я в этом уверен!

В отеле Brand Hall Madison Алекса встретила миссис Нормэй, с которой

он накануне любезно пообщался по телефону.

– Добрый вечер, мистер Сэмьюэль. Пройдемте в мой кабинет. Наш отель

новый, но уже успел принять тысячи туристов, – начала заученно рассказывать

Лаура Нормэй, постоянно улыбаясь.

"Улыбается вполне искреннее" подумал Алекс. Ах да, отель же новый,

значит не успела еще устать от работы здесь.

– Главным образом меня интересует то, какие развлечения и

мероприятия вы можете предложить своим гостям. В частности, тем, которые

останавливаются у вас на несколько суток.

– Притягательность нашего отеля – в огромном количестве SPA -

процедур на любой вкус. Живая музыка в холле каждый вечер, мастер – классы

поваров в ресторане. Вот план наших главных мероприятий на ближайшие три

месяца. Вы можете ознакомить ваших туристов с тем, что их ожидает.

Туристы … Кто же будет этими счастливчиками, которые испытают на

себе все прелести "Божественной Барселоны"? Надеюсь, моя записная книжка

меня лишит лишних вопросов.

Вернувшись в офис, Алекс первым делом сел за изучение содержимого

списка своих контактов.

Пара, желательно мне нужна пара. Семь фамилий показались Алексу

вполне подходящими кандидатурами для покорения "Божественной

Барселоны". На e – mail всех семи кандидатов сегодня придет сообщение: "Два

незабываемых дня в Барселоне. Уникальный тур".

Итак, думаю, завтра можно будет определяться с датой, – Алекс

удовлетворенно посмотрел на экран, где высветилось: "Ваше сообщение

успешно отправлено".

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

"Боль расставания. Пустота. Круги под глазами. Курить в первый раз в

жизни. Новая жизнь. Не с другими. Не в чужих объятиях. Новая жизнь внутри

нее. Счастье."

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

Лабиринт Орта – одно из самых любимых мест Алекса в Барселоне.

Безумно красивое, старинное и невероятно притягательное. Алекс знатный

меломан. Наверное, поэтому он так любит посещать Лабиринт в середине лета,

когда в нем дают завораживающие концерты классической музыки. Именно по

этой причине, волшебной красоты сада, Алекс и выбрал его местом фотосессии

для туристов.

Этот ботанический сад XVIII века славится своими фонтанами, редкими

растениями, водопадом и, конечно, лабиринтом из листвы и изящных арок.

Наверняка, влюбленные друг в друга и в Испанию туристы также оценят статую

бога любви Эроса в центре лабиринта.

Фотосессия запланирована на воскресенье, один из дней недели, когда

вход в парк совершенно бесплатный, что должно стать еще одним приятным

моментом для гостей тура "Божественная Барселона".

Самолет Рим – Барселона. Сонные пассажиры. Только одна девушка не

спит. Это Сандра. Она любуется облаками, витает в них, а в те минуты, когда

спускается на землю, с нежностью смотрит на своего родного Грегора, который

явно видит какой – то красивый сон. Он смешно дергает носом во сне, как будто

отмахивается от какого – то, только ему видимого соперника. Какой же он

смешной, милый, любимый! Как же сильно она его любит.

Воздушная яма. Грегор открыл глаза.

– Ты тоже проснулась из – за тряски, малыш?

– Нет, родной, я не спала.

– Как обычно, думаешь о чем – то?

– Ага. В этот раз я думала о том, как же это все – таки прекрасно, что

Алекс пригласил нас в этот тур.

– Да, мамин племянник мне всегда нравился. Предлагаю в его честь

выпить сейчас … яблочного сока.

Лабиринт Орта. Берта настраивает камеру. Фотосессии – одно из

любимых направлений ее работы. Особенно парные съемки. Когда она только

начинала свою карьеру фотографа, Берта была под большим впечатлением от

тех пар, которые запечатлевала на своих снимках. Берта даже запустила

собственный проект – "Течение времени". Она встречалась с теми парами,

которые снимала, через некоторое время. А жизнь особенно запомнившихся

отслеживает и по сей день. И не только как фотограф, а прежде всего, как

человек, как женщина. Берта пришла к выводу, что настоящая любовь и

действительно крепкие отношения, – такая редкость в наши дни … Большая

часть пар через несколько лет, а то и несколько месяцев, после нежнейшей

фотосессии становились друг для друга чужими людьми.

Берта посмотрела издалека на рыжеволосого улыбающегося Грегора и

изящную Сандру. Как же хочется, чтобы эти молодые люди стали успешным

примером "Течения времени".

– Ну что, ребята. Мне очень приятно с вами познакомиться. У вас есть

какие – то пожелания? Идеи? Обязательные условия?

– Нам тоже очень приятно. Мы на фотосессии в первый раз, если честно.

И не особо представляем, что делать. Так что Вам, к сожалению, придется с

нами помучаться.

– Не настраивайте себя так. Я наоборот люблю работать с теми, у кого

нет большого опыта съемок. Такие люди получаются на снимках, как правило,

очень искренними и естественными.

– Надеемся, мы не исключение.

Три часа среди толстых стен из листвы и ажурных завораживающих арок

пролетели мгновенно. У Берты еще не было таких героев – не наигранных,

неустанных и по – человечески притягательных. Они не позировали, а просто

были собой.

У Берты была одна идея для съемки, которую она давно хотела

реализовать. И сегодня она наконец осуществила ее. Идея эта добавила снимкам

немного таинственности, немного задора, немного тепла, сделав их такими,

какими были сами Грегор и Сандра.

Ресторан в отеле Brand Hall Madison. Грегор и Сандра от избытка чувств и

эмоций перебивают друг друга в несвойственной им манере.

– Это невероятный день. Спасибо тебе, Алекс, огромное. Еще утром мы

были в самолете. А сейчас сидим с тобой на берегу моря, едим роллы. Как же

давно мы не испытывали столько эмоций.

Грегор сделал вид, что возмущен.

– Ага, значит я тебе эмоции уже не дарю? Вот так выясняется правда.

Алекс поднял бокал белого игристого вина.

– Предлагаю перемирие.

Звон бокалов утопил в себе их звонкий смех и восклицания радости от

встречи.

– Я действительно очень рад, что вы приехали и что вы довольны. Я

должен вам признаться, этот тур для меня первый, мое собственное

изобретение. И я на самом деле счастлив, что вы разделили со мной эту радость.

Как вам Берта? Я очень долго и тщательно выбирал фотографа. Когда будут

фото готовы?

Грегор был поглощен пиццей, роллов ему оказалось недостаточно. А

Сандра с огромным удовольствием делилась с Алексом впечатлениями.

– Она очень приятная в общении, с ней легко. Особенно для нас,

неопытных, это важно было.

– Да ладно вам. Какой опыт вам нужен – молодость и задор в глазах —

вот вам и весь нужный арсенал для удачной фотосьемки. А всего этого у вас в

избытке.

– Спасибо тебе.

– А когда фото будут, Берта не сказала?

– Примерно через три недели. Хотя мне уже не терпится. Не знаю, как

выдержу.

Грегор наконец покончил со своей огромной пиццей.

– Как – как? Все стенания и причитания упадут на мои бедные плечи.

Сандра потрепала его по морковно – рыжим волосам.

– Такая уж твоя участь, что я могу еще сказать.

И посмотрев на Алекса хитро улыбнулась.

– Но она нам прислала несколько "сырых" вариантов, чтобы скрасить

грусть ожидания.

– Я весь нетерпение.

Алекс листал фото на планшете Сандры и вдруг удивленно воскликнул.

– А почему на большинстве фотографий у Грегора не видно лица, а

только руки, плечи? Он решил – таки поскромничать и не смущать всех своей

красотой?

Грегор уже хотел было возмутиться, но его опередила Сандра, все так же

загадочно улыбаясь.

– Нет. Это было сделано Бертой специально. Она сказала, что придумала

новую идею и решила воплотить ее на нас – снимать мужчину в паре, не

показывая его лица, а только мужской силуэт. Ей казалось, это придает снимкам

больше загадки. А пара выглядит очень гармонично – девушка еще более

женственная, а парень – мужественный. И мне кажется, ей удалось все это

передать. Как тебе кажется?

Алекс кивнул.

– Да, очень необычно. Вот видите, вся ваша поездка, пусть и небольшая,

– один сплошной эксперимент. Для меня, для Берты, для вас. Мне кажется, это

хороший знак.

– Полностью согласна. Жаль только, что завтра нам уже нужно улетать.

Это волшебный город, в нем такая неземная притягательная атмосфера. Еще раз

огромное спасибо тебе за тот e – mail с приглашением.

– Я рад, что именно вы его приняли. А в следующий раз я жду вас не на

два дня! А на полноценные две недели. Или даже больше.

Грегор довольно улыбаясь подмигнул Алексу.

– Это мы с удовольствием. Тем более здесь так вкусно!

Сандра покачала головой.

– Кому что!

– А вот это ты зря, – Алекс одобрительно посмотрел на Грегора – он

прав. Кухня в Барселоне и, правда, достойная. Более чем. Достойнейшая, я бы

сказал. Так что, кто знает, может быть, я специально для вас разработаю

персональный гастрономический тур.

Несколько недель спустя. Все посетители сайта компании Dream Holiday.

com могли прочитать новый отзыв.

"Всем привет! Мы Грегор и Сандра. Хотим сказать огромное спасибо

компании Dream Holiday. com" и всем, кто в ней работает за волшебный тур

"Божественная Барселона". Мы провели два незабываемых дня в Барселоне и

стали героями уникальной фотосессии от лучшего фотографа. Думаем, наши

снимки из неземной красоты Лабиринта Орта не оставят у вас сомнений, в

какую компанию обращаться за впечатлениями, полными адреналина. С

любовью Грегор и Сандра."

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

"Скрип тормозов. Бешеное сердцебиение. Страх открыть глаза. Глаза

ребенка. Второе рождение".

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

Алекс вошел в кабинет к Майклу, и первое, что привлекло его внимание,

было огромное красное пятно. На столе у Майкла ярким цветом пестрел

милейший букет.

– Так – так. Кто – то из клиентов думал, что совладелец компании —

обворожительная леди?

Майкл по – детски искренне улыбнулся.

– Это семейная пара, которая заказала у нас тур в Марокко, принесла

букет для Микеллы. Они увидели ее во время своего прошлого визита, и она их

очаровала.

– Их можно понять. Майкл, я к тебе по такому вопросу. Грегор и Сандра,

наши первые туристы "Божественной Барселоны", подали мне идею новой

поездки. Теперь в нашем арсенале есть гастрономический тур – однодневная

поездка по Барселоне с мастер – классами от шеф – поваров в трех ресторанах.

– Здорово, Алекс.

– Да, спасибо. Рестораны я выбрал, с шеф – поварами общий язык нашел.

Остался один маленький нюанс и можно тур запускать.

– Какой нюанс?

– Название. Оно должно быть запоминающееся, привлекающее

внимание. Дело в том, что гастрономические туры в Барселоне уже есть,

разумеется. Но наш должен быть лучшим.

– Это само собой. Название, название … Мы с моей фантазией в этом

плане находимся на "вы". Это ты у нас великий выдумщик. Ты же создал

"Божественную Барселону". Очень удачно создал.

– Да, но в тот раз меня натолкнул на мысль один человек. Человечек, я

бы даже сказал. Причем, сделал он это совершенно того не подозревая.

Неожиданно Алекса осенило.

– Майкл, а ты Микеллу когда собираешься в следующий раз на работу с

собой взять?

– Не знаю. К счастью, у меня сейчас нет проблем с няней. Она очень

ответственная женщина и не подводит меня.

– А ты не мог бы сделать ей подарок сегодня, раз она такая

замечательная, – лишний час свободного времени вечером?

– Ты хочешь, чтобы она привезла Микеллу в офис?

– Именно.

– Но зачем?

– Если моя идея будет иметь успех, я все обязательно расскажу.

Обещаю.

Рабочий день в Dream Holiday.com прошел на удивление спокойно. Без

форс – мажоров и раздраженных туристов. А закончился и вовсе по -

семейному.

В кабинете Майкла на столе кроме букета теперь возвышалось и

воздушное бисквитное творение кондитеров, приобретенное Алексом

специально для Микеллы. А та, для которой он предназначался, сидела в

папином кожаном кресле и, нахмурив лобик, о чем – то сосредоточенно думала.

Роджер, уже справившийся со своим куском торта, укоризненно

посмотрел на Алекса.

– Тебе не кажется, что ты используешь детский труд в своих корыстных

целях? Да еще и на глазах у ее отца!

Все дружно рассмеялись. Кроме Микеллы. Она все так же серьезно

обдумывала данную ей задачу.

– Дядя Алекс, а ты возьмешь меня с собой в этот гастрономологический

тур?

– Гастрономический, малыш. Конечно, возьму. Это будет твой тур – ты

же придумаешь для него название.

– А вдруг у меня не получится?

– Обязательно получится! Я это точно знаю. Я в тебя верю.

Роджер возмутился.

– Что значит ты? Не слушай его Микелла. Не только он. Мы все в тебя

верим.

Несколько часов пролетело за непринужденной болтовней. Королевой и

музой вечера была, конечно, Микелла.

Но чуда не произошло. Наверное, это было бы даже странно, если бы

ребенок сумел придумать что – то в указанные сроки просто потому, что надо.

Детская фантазия не поддается никакой логике.

Алекс был немного подавлен, хотя вида не подавал совершенно. Не хотел,

чтобы Микелла расстроилась из – за этого. Только Роджер, казалось, никогда не

унывал. Его звонкий голос как никогда кстати поддерживал непринужденную

атмосферу.

– И кто же станет тем счастливчиком, которому достанется самый

аппетитный последний кусок торта?

Уже дома, лежа в постели, Алекс получил сообщение от Майкла: "мое

чудо мне выдало, как только мы приехали домой, что все, что делает дядя Алекс

настолько прекрасно, что у тех, кто поедет в его гастрономологический тур

обязательно останется привкус счастья надолго, а, может, даже навсегда".

Обдумывая, где купить самую лучшую куклу, и одновременно записывая

в заметках, чтобы не забыть, "вкус счастья 4ever", Алекс провалился в сон. Со

счастливой улыбкой на губах.

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

Просыпаться в семь утра во время путешествия значительно приятнее,

чем будучи в родной стране. Ведь, когда ты находишься дома, проснуться в сеть

утра – невероятная рань. А в другой стране, да еще и на курорте, ранний

подъем – залог того, что получишь возможность испытать больше

впечатлений.

Между Зарой и Каролиной было решено, что просыпаться они будут рано.

Не в их интересах терять драгоценное время отдыха.

Вот и сегодня Каролина открыла глаза в 7:05 и чувствовала себя

превосходно. Впереди день, полный впечатлений и, она уверена,

захватывающих событий.

Вспомнилась где – то прочитанная фраза "правильный завтрак – залог

хорошего дня! Особенно правильным, считается завтрак… в обеденное время…

на берегу моря… вдвоем …". У подруг получился просто идеальный вариант

завтрака: в обществе друг друга, в ресторане отеля с видом на море, рано утром.

А это даже лучше, чем в обеденное время, – больше времени останется на

приятные впечатления. Конечно, девушка в душе Каролины грезила о таком

завтраке с мужчиной рядом, но Каролина старалась от себя такие мысли гнать.

Нужно быть счастливой и довольной здесь и сейчас.

Зара – ярый приверженец острой пищи. Для нее самый острый перец —

лучший ингредиент. Но это не утром, конечно. А с утра для девушек лучший

завтрак – завтрак с каппучино. Опять же, Зара пьет кофе сразу, ни секунды не

задумываясь. В то время как Каролина ждет, пока он остынет. Зара же за это

время успевает уже несколько чашек выпить. Но это лишь еще раз доказывает,

что все люди разные. Если человек дорог и близок сердцу, его особенности

умиляют. Вот, например, Кира …

Словно почувствовав, что о ней думают, Кира написала сообщение.

"У нас все отлично. Море волшебное. Он … просто замечательный. Я так

рада, что поехала. Скучаю по вам, мои дорогие", – с выражением прочитала

Каролина вслух. Зара посмотрела на нее, наклонив голову набок.

– Я не люблю это выражение, но все – таки скажу его сейчас: "а я

говорила". Кире было страшно, но ведь все новое пугает и страшит нас. Но она

рискнула и сейчас счастлива.

– А если у них ничего не получится?

– И что? Никто не знает наперед, что может с нами случиться. Мы для

этого и живем, чтобы узнать, что нас ждет впереди. Даже если им не суждено

воспитывать детей вместе, сейчас они счастливы. Им нужно было встретиться,

чтобы принести в жизнь друг друга нечто важное.

– Да, согласна. Хотя так хочется, чтобы это была счастливая для них

обоих встреча. А вот интересно, что должен принести в нашу жизнь Араш?

Ведь наверняка эта встреча не была случайной, – Каролина заулыбалась,

вспомнив вчерашнего нового знакомого.

Но Зара не успела ей ответить. Ее прервал звук пришедшего сообщения.

На телефон Каролины. Но сообщение было для Зары.

"Ангелочек моя. Я очень скучаю по тебе. Как ты? Почему так долго не

писал мужу?" Такие проникновенные слова мог написать только Давид.

Зара нахмурилась.

– Я же ему сказала, чтобы писал только в крайнем случае, потому что я

роуминг не подключила, и писать он будет на твой телефон. Так нет же, как с

гуся вода. Ангелочек моя …

– Он волнуется, ты же так далеко.

– Пусть молча волнуется.

На самом деле Давид для Зары много значит, и он очень ей дорог. Но вот

такая она – неприступная, непоколебимая и очень мудрая не по годам. Она же

подобные мысли лишь подруге высказывает, а не ему!

Благодаря своему разуму мудрой женщины, разбирающейся в мужчинах,

Зара точно знает, что следует, а что нет, говорить мужчинам. Но при этом она

не изменяет себе, не пытается изменить. Она остается верной себе и своему

темпераменту. Для того и нужны подруги. Им можно сказать то, что ты

думаешь, но по разумным причинам не говоришь своему мужчине.

День пошел своим плавным мирным чередом: завтрак, пляж, море,

бассейн.

У Зары длинные иссиня – черные волосы. Видимо, эта изюминка ее

внешности, придающая ей некий намек на восток, послужила знаком для

группы аниматоров на пляже. В результате чего они увлекли ее с группой

других девушек для танца живота. Но Зара не сильно сопротивлялась. Она

словно создана для этого танца. И Каролина с гордостью смотрела издалека, как

летали в воздухе монетки от ее энергичных движений.

В сторону Каролины повернулся лежавший неподалеку мужчина,

надевший по какой – то неведомой причине клетчатую рубашку на пляж.

– Cестра?

Девушка даже не сразу поняла, что вопрос был для нее и поэтому

задумалась на секунду.

– Да, сестра.

– Похожи.

– Спасибо.

С Зарой они, конечно, совершенно не похожи внешне. Разве что очень

отдаленно. Но Каролине было очень приятно, что Зару приняли за ее сестру.

"Попробуйте сами делать что – то для себя, чтобы ваше душевное

благополучие не зависело от него", – утверждал в своей книге Джон Грэй.

Каролина не любит на пляже лежать просто так, только лишь во имя загара и

солнечных ванн. Ей очень быстро становится скучно, а тут еще и Зары рядом

нет. Но посвящать время глянцевым страницам тоже не хотелось, хотя

Каролина ничего не имеет против глянцевых журналов. Сегодня выбор девушки

пал на книгу по психологии "Women are from Venus, men are from Mars" by John

Gray. Наверное, это может показаться немного странным – читать книгу об

отношениях между мужчинами и женщинами, не имея при этом совершенно

никакого опыта этих самых отношений. Но Каролине всегда была интересна

психология, взаимоотношения между людьми и … И также она должна

признаться прежде всего себе самой, что уже хочет встретить его. Нет, не

мужчину мечты, не вторую половину, не суженого. Каролина ненавидит такие

определения. Своего родного человека.

От обычной девочки в школьном возрасте Каролину отличало то, что она

не ходила на свидания, не получала валентинок и цветов. Не то, чтобы ее это

сильно расстраивало, Каролина была достаточно серьезной и рассудительной

для этого, но все же заставляло задуматься иногда. Вот и сейчас. Ей двадцать.

Она свободна. И всегда была свободна. Каролина не могла сказать, что видит в

этом проблему глобального масштаба. Но все же в последнее время все чаще и

чаще она стала задумываться о том, когда же уже произойдет эта встреча.

К счастью, несмотря на отсуствие серьезных отношений, девушка не

смотрит на мир сквозь розовые очки. Она не ждет принца, человека без

недостатков. Того, кто будет лишь обожать ее и неустанно яркими поступками

это доказывать. Она хочет встретить человека, после общения с которым через

некоторое время сможет почувствовать – он “мой”, по всем жизненным

показателям. Но ведь отношения – такой труд! Словно в доказательство

мыслям Каролины Джон Грэй сказал о мужчинах и женщинах с Марса и

Венеры: "Подавляя отрицательные чувства, вы подавляете и положительные. И

тогда любовь умирает. Найдите время делиться своими чувствами".

Но все – таки это самый приятный труд на земле.

После обеда, гуляя и рассматривая территорию отеля, Каролина с Зарой

были заняты очень приятным делом – выбирали экскурсии на ближайшие дни.

Из внушительного списка они отобрали несколько вариантов.

Групповая Обзорная Экскурсия в Барселоне

Групповая Экскурсия "Готический Квартал и Рамблас"

Экскурсия "Готический Квартал, Рамблас и Музей Пикассо"

Вкус счастья 4ever (гастрономический тур)

Экскурсия "Ужин в Испанской Деревне и Волшебный Фонтан"

Экскурсия "Саграда Фамилия"

И теперь предстояло выбрать из него.

Зара наконец выдала свой вердикт.

– Одну выбираю я, одну – ты. И мой выбор, мне кажется, очевиден для

всех – гастрономическая поездка! Где есть вкусная еда, там обязательно

должна быть и я. "Ужин в Испанской Деревне и Волшебный Фонтан".

– Я выбираю "Готический Квартал и Рамблас".

Зара подвела итог.

– Вот и славно. А теперь, ты не забыла, что нам нужно сегодня еще

сделать?

– Что?

– Я так и знала, что забудешь! Что бы ты без меня делала?

Поздороваться с Арашем! Мы же с ним еще сегодня не виделись. Вот обидится,

кто тебя тогда плавать учить будет?

Улыбаясь, подруги пошли к пирсу, наперекор соленому ветру с моря.

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

Утро в доме в пригороде Оттавы выдалось семейным и домашним,

несмотря на дождь, тяжелыми каплями так настойчиво стучавший по крыше.

Это был один из тех дней, когда в доме Кристины и Джорджа не просыпались

никакие гости. Они не сновали по их большому дому в поисках ванной, не

интересовались, что будет на завтрак. А гости в доме Кристины и Джорджа -

явление частое.

Конечно, Кристина, так же, как и ее муж, очень любят гостей и всегда

радушно их принимают в своем семейном гнезде. Но все – таки ни с чем нельзя

сравнить это чувство, когда все довольные теплым приемом гости разъехались и

в ближайшее время не собираются нанести новый визит.

И когда Марко утром услышал разговор, он уже содрогнулся от мысли,

что в доме снова гости. Но когда понял, что слышит лишь один голос,

успокоился.

– Да, Мирват, я обязательно к тебе сегодня заеду и привезу твой заказ.

Просто моя помощница уволилась и у меня голова кругом идет от количества

мест, в которых мне нужно сегодня оказаться … Да, до встречи.

– И от чего это у моей сестренки голова кругом? – Марко поцеловал

сестру и ущипнул за нос, как частенько делал в детстве.

– О, ты решил напомнить мне, что у меня длинный нос.

– У тебя шикарный нос. И ты прекрасно это знаешь.

– Главное, что мой муж так считает. А если еще и любимый брат, то в

таком случае мне уже все равно длинный он или нет.

– Так что за проблемы у тебя?

– Проблем нет, только Роза, моя помощница – помнишь ее – уволилась. И

теперь, пока я не нашла ей замену, у меня все валится из рук.

– Роза – это такая рыжая девица с колючим взглядом?

– Марко! Ладно. Молчу – молчу! Так это ты о ней говорила?

– Да. Она уволилась. И у меня просто из рук все валится.

– Я могу тебе помочь? Дома или в твоем центре?

– Ты же приехал отдохнуть. Я не могу тебя напрягать.

– Кристина! Давай я сделаю вид, что не услышал этих слов. И спрошу

еще раз. Так как я могу тебе помочь?

– Спасибо тебе, Марко, огромное. Что бы я без тебя делала. Отвези,

пожалуйста, заказ Мирват. Здесь недалеко. Там несколько гипсовых фигурок и

большая рамка для фотографий – мое последнее изобретение.

Марко развернул хрустящую бумагу.

– Ничего себе! Это она – вот это розовое великолепие со следами детских

ножек?

– Да. Это настоящие следы ножек дочки Мирват, Анджелины. Моя

недавняя идея.

– Какая же ты все – таки умница! Я горжусь тобой, – Марко поцеловал

сестру. Конечно, я отвезу.

Кристина основала свой семейный центр четыре года назад. И до

последнего не верила в свой успех. Семейный центр "В гостях у Кристины"

занимается изготовлением всевозможных hand – made сувениров, книг,

альбомов. Кристина и ее команда проводят семинары, тренинги, акции для

семей, пар и детей. Она живет этим. И счастлива, что ее дело, дело ее жизни,

приносит не только доход, но и такую пользу огромному количеству людей,

какую нельзя выразить словами.

Мирват оказалась на редкость болтливой барышней. Марко видел много

разговорчивых женщин на своем веку, но она превзошла всех. Поэтому, когда

он вышел из ее дома, ему показалось, что воздух свеж как никогда. И солнце

ярче, и дышать легче.

Мирват живет в элитном коттеджном поселке. Площадь сада вокруг дома

внушительная. Такие же внушительные и заборы между участками соседей. Что

творится на соседнем участке скрыто от посторонних глаз. Но внимание Марко

привлек не предмет, а странный звук, очень похожий на плач.

"Показалось, наверное".

Марко уже готов был пройти к выходу, как плач усилился.

Звук шел из глубины соседнего участка. Он был настолько жалобным, что

Марко не мог просто так уйти.

Ворота соседнего участка были открыты. Марко зашел. Участок был пуст.

На первый взгляд. А на второй …

На красивом плетеном стульчике под навесом из виноградных веток

сидел маленький мальчик. Он плакал.

Марко всегда испытывал смятение, когда в его присутствии плакали

женщины или дети. Он просто совершенно не знал, как себя вести.

– Привет, я Марко. У тебя что – то случилось?

Ответа не было.

– В доме есть кто – нибудь из взрослых?

Ответа нет.

Марко решил, что ребенок имеет полное право на слезы. Особенно на

слезы в одиночестве. Мало ли какие проблемы могут волновать маленького

человечка.

Развернулся. Решил, что не стоит вмешиваться.

– Бабушка в доме, она открыла ворота потому, что ждет кого – то.

Может, Вас?

Мальчик говорил так искренне, что Марко тут же вернулся.

– Нет, не думаю, что я тот, кого она ждет. Вряд ли. Почему ты плачешь?

– Я уронил книгу, которую читал, и не могу ее достать. А звать бабушку

не хочу. Не хочу ее беспокоить.

– Ты всего лишь уронил книгу? Только и всего? А почему ты не хочешь

сам ее поднять?

Взгляд Марко упал на кресло, стоявшее чуть в стороне. И у него в горле

поднялся комок. И так сильно захотелось забрать свои слова обратно … Кресло

было инвалидным.

– Можно я подниму твою книгу?

– Поднимите, пожалуйста.

"Таинственный сад" Фрэнсис Элиза Бёрнетт.

– Я очень любил эту книгу в детстве. Перечитывал ее несколько раз. Она

тебе тоже нравится?

– Я люблю эту книгу. Я тоже читал ее много раз уже. Это моя

настольная книга. Там рассказывается про мальчика, который потерял радость

жизни из – за болезни … Хотя зачем я Вам это все говорю. Вы же читали ее не

раз.

Марко просто не знал, что сказать. Этот маленький мальчик разговаривал

как человек, проживший жизнь. Такой искренний, без притворства …

Интересно, насколько серьезна его болезнь?

– Да, это очень добрая история. Меня эта книга в детстве очень

вдохновляла.

– В детстве .... а теперь ты взрослый … я тоже хочу быть взрослым.

– Наслаждайся детством. Поверь мне, это волшебное время.

Юный знакомый Марко не успел ответить. Его взволнованная бабушка

уже спешила к незнакомцу, разговаривавшему с ее внуком.

Перед тем, как покинуть своего нового друга, Марко обернулся.

– Как тебя зовут?

– Марсель.

– Мне было очень приятно познакомиться с тобой, Марсель.

– Мне тоже. Ты придешь ко мне еще?

– Конечно, если ты хочешь.

– Я очень хочу.

Марко был растерян, мысли в его голове напоминали встревоженный рой

пчел, которые по какой – то причине не знали, в каком направлении лететь.

Марсель за несколько минут знакомства запал в его душу так, как

некоторым людям не удавалось за годы.

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

Утро Зары и Каролины началось с известия, что экскурсии, которые мы

выбрали накануне, не состоятся. Группы туристов для них не собрались.

Каролина расстроилась. Но ненадолго. Ведь рядом была Зара. А она не унывает

никогда.

– Не эти, значит другие выберем поездки. И действительно. Вместо не

собравшихся экскурсий туристам предложили другие. Как говорит Зара "если

закрывается дверь, не забывай, что есть еще окна".

Экскурсия под загадочным названием "Вкус счастья 4ever" обещала быть

интересной. И вкусной. Что немаловажно.

День был солнечный, платье на Каролине – красным, а рядом – Зара.

Что еще нужно для счастья? Только эмоции и вкусная еда. А все это сполна

девушкам уже с самого начала обеспечил "Вкус счастья 4ever".

Они прибыли в один из старейших ресторанов Барселоны Les set portes,

где главный ассистент шеф – повара Грегори Сантини открыл им тайны и

замысловатые особенности каталонской кухни.

Обычно даже когда Зара одета, как она сама говорит "по – домашнему",

она притягивает мужское внимание как магнит. Вот и сегодня в ресторане

исключения не произошло. После мастер – класса туристов провели на

дегустацию коронных блюд ресторана, specialities шеф – повара. Вкусная еда

Каролину с Зарой не оставляет равнодушными никогда, а Зара не оставила

равнодушными процентов так шестьдесят мужского населения в ресторане. Кто

– то просто смотрел, кто – то, посмелее, подходил с неоригинальными

просьбами "познакомиться". Английским девушки владеют в совершенстве, но

все – таки они делали вид, что говорят лишь по – русски. Отлично помогает

избавиться от навязчивых ухажеров.

– Как Вам блюда? Вы любите испанскую кухню? – довольно солидный

внешне мужчина заговорил с Зарой.

Каролина деликатно отошла в сторону.

Позже Зара скажет ей, что сама была в недоумении, что заставило ее

заговорить с ним тогда.

– Люблю. И не только испанскую. Для нас с сестрой (их так часто

принимали за сестер, что они и сами уже в это поверили) Les set portes —

просто идеальное место.

– Очень приятно это слышать. Я очень хорошо разбираюсь в арабской и

испанской кухне. И посоветовал бы обязательно попробовать шиш кебаб, шейх

эль махши и мхасан.

– Спасибо. Обязательно. Поесть, да еще и вкусно, это мы любим.

Мужчина с плохо скрываемым интересом изучил точеную фигуру Зары.

– Я, конечно, до недавнего момента был уверен, что Вы изнуряете себя

диетами, но верю в Вашу любовь к кулинарным изыскам.

– Да, изыски и я ходим рука об руку, можно сказать. В Les set portes

очень вкусные блюда.

– Это один из лучших ресторанов. Но даже в нем нет многих блюд, не

попробовав которые нельзя почувствовать истинный вкус Испании. И поэтому

– мужчина выдержал небольшую паузу – я бы хотел пригласить Вас в еще

один уютный ресторан. Разумеется, все места не посетишь, но все же на один

больше лучше, чем на один меньше. Соглашайтесь!

– Я бы с удовольствием доказала эту истину, но я не могу оставить свою

сестру. Было бы некрасиво с моей стороны оставить ее одну в отеле, когда мы

приехали вместе, а весь наш отпуск не превышает неделю.

– Это даже не обсуждается. Я приглашаю вас вдвоем. Экскурсия

заканчивается в 19:00. В 20:00 я подъеду к вашему отелю. Ах, да. Меня зовут

Роджер. Я совладелец компании, организующей эту экскурсию.

– Очень приятно, Зара.

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

"Архитектура барокко – период в развитии архитектуры стран Европы и

Америки (особенно в Центральной и Южной), охвативший примерно 150—200

лет". Марсель выключил аудио учебник. Надоело. Ни разу в жизни он не был в

обычной школе. Сбежать с уроков, баловаться на них, списывать – все это ему

неведомо. То, что для других детей невероятная обуза, для него – предел

мечтаний.

Он устал, как же он устал.

Несколько лет назад мысли о том, чтобы закончить свою жизнь, посещали

его все чаще и чаще. Теперь уже нет. Он повзрослел. Невероятно повзрослел. В

свои десять лет он рассуждает как взрослый проживший жизнь человек. И это

безумно волнует его родителей и бабушку. Хотя внешне Марсель изо всех сил

старается не показывать свой страх, отчаяние, безысходность. Он научился

контролировать свои эмоции. Меньше всего ему хочется расстраивать своих

близких, которые столько для него делают.

Марсель – бывший спортсмен, хоккеист. Он был маленьким, подающим

большие надежды хоккеистом. Но травма в один миг изменила все его планы и

всю его жизнь. Вот уже на протяжении четырех лет он прикован к инвалидному

креслу. Надежду никто не потерял. Она живет в большом доме семьи Кларинкс

как постоянный член семейства.

Но с каждым днем Марселю все труднее и труднее в нее верить.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

– Вот ты скажи мне, какого черта ты вытащил меня сегодня из дома? Я

планировал посмотреть футбол вообще – то.

– Алекс, какой футбол! Тебе тридцать лет. Здоровый мужлан!

– Сам ты мужлан! Я просто хочу отдохнуть. У меня абсолютно нет

никакого желания ужинать с какими – то незнакомыми барышнями.

– Ты мне друг?

– Друг. Поэтому я иду с тобой. Против совей воли! Слышишь? Цени

меня!

– Я всегда знал, что ты друг! A real one!

– Подожди – ка. А тебя не смущает, что у тебя женщина есть любимая. Я

тебе больше скажу, эта женщина – твоя жена.

– Алекс, из – за таких слов я уже начинаю за тебя волноваться.

Одиночество не идет тебе на пользу. Найди уже себе подругу. Более того, я не

собираюсь делать ничего предосудительного! Ты просто не видел эту Зару -

черные волосы до пояса, талия тончайшая …

– Ты неисправим. Поехали уже.

Три полоски, четыре ромбика, квадрат.

Когда Алексу бывает скучно, он начинает рассматривать окружающие

предметы. Детально, со всеми подробностями. На этот раз его выбор пал на

картину, представлявшую собой абстракцию. Два овала, еще один ромб,

размытый треугольник.

Роджер и Зара вели оживленную беседу об особенностях туристического

бизнеса. Этот ловелас пустил в ход все свое обаяние, но и Зара не выглядела

обычной наивной красоткой, какие обычно попадались Роджеру на пути. Было

видно, что у этой девушки есть свой план, который она не собирается

раскрывать. Интересно, кто кого?

Алекс уже начал обдумывать, под каким лучше предлогом ему уйти, как

официант, подошедший к их столику, случайно задел Каролину, сестру Зары.

– Oh! Excuse me, Miss! I am awfully sorry.

– Never mind. Everything is OK.

Роджер так сильно хлопнул рукой по столу, что все подпрыгнули от

неожиданности.

– Каролина, я так и знал, что Вы говорите по – английски. А мой

непутевый друг так и не удосужился Вас об этом спросить.

Алекс мысленно уже подбирал слова, которые выскажет другу без

свидетелей. Да уж, порой бестактность Роджера не знает границ.

– Каролина, а Вы уже были в Готическом квартале Барселоны? Если Вы

хотите почувствовать ее истинную атмосферу, Вам нужно обязательно там

побывать!

Каролина оказалась на удивление открытым человеком. На удивление

потому, что она выглядела слишком юной. Алекс уже давно не общался с

девушками около двадцати лет. А она выглядела именно так. Спросить было

неудобно. Поэтому Алекс и не спрашивал, а ждал удобный момент.

Алексу было приятно, что он мог рассказывать о вещах, которых она не

знала и о которых ей действительно было интересно услышать. Бульвар Рамбла,

Парк Гуэля, собор Святого Семейства. За время их разговора они мысленно

обошли всю Барселону вдоль и поперек. В результате Алекс уже и позабыл, что

собирался смотреть футбол. И более того, ему безумно захотелось ее обнять,

дотронуться до нее, взять за руку хотя бы. Сделать что – нибудь, о чем его

просила его мужская сущность. Но во – первых, Роджер и Зара никуда не

исчезли. Они хоть и были поглощены своим разговором, но сидели неподалеку.

А во – вторых, и это был главный аргумент, Каролина казалась ему слишком

закрытой. Она сидела рядом с ним, вела эту светскую беседу, но понять ее

состояние и мысли он не мог. Он, знаток женщин!

Но искренности их беседы это не мешало. Поэтому, когда Роджер

неожиданно предложил прогуляться в другой ресторан неподалеку, Алексу

захотелось в него чем – нибудь запустить.

По дороге Роджер уверял Зару, что будет просто непростительно с ее

стороны, не пройтись босиком по траве. Она ведь значительно отличается от

любой другой травы в мире. Алекс уже понял, что друга не унять. И просто

замедлил шаг, чтобы оказаться позади своего шального друга и его спутницы. А

когда

по дороге у Каролины расстегнулась пряжка на обуви, мысленно

зааплодировал дизайнеру обуви за сложную конструкцию. Он предложил

присесть. А когда с застежкой было покончено Роджера и Зару уже не было

видно.

– Ты не против посидеть немного здесь, на свежем воздухе.

– Нет, главное мне потом вернуть мою сестру.

– Не волнуйся. Роджер просто выглядит несерьезным балагуром. На

самом деле он очень порядочный человек.

– Верю.

"Сколько тебе лет?" Этот вопрос Алекс так и не озвучил. Вместо этого

ему опять захотелось к ней прикоснуться. Именно прикоснуться. Не

поцеловать, не обнять, не … Хотя кого он пытается обмануть, этого ему тоже

безумно хотелось. Но больше всего дотронуться до нее. Но впервые в жизни он

не сделал этот, казалось бы, незначительный шаг. Он просто не знал, как она

отреагирует. Даже не мог представить. А испортить этот вечер одним

неосторожным движением он не мог себе позволить.

– Вот и ваш отель. Очень приятно было с вами познакомиться. Спасибо

за чудесный вечер. Надеюсь не последний. Зара, я позвоню завтра?

Алекс слушал Роджера, а сам мысленно улыбался. Он не выяснил,

сколько ей лет. И решил, что ему это не так уж и важно. Он даже не

прикоснулся к ней. Она прикоснулась к нему.

"Каролина, ты любишь спорт? Я в прошлом профессиональный

бодибилдер. Почему смеешься? Ты что, не веришь мне? Смотри, какие мускулы

у меня на руках!"

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ

За завтраком Марко заметил, что Кристина какая – то необычная сегодня.

Было в ее поведении нечто загадочное. А после того, как она хотела уже

насыпать ему в чай сливки вместо сахара, Марко спросил.

– Кристи, мне кажется или у тебя что – то случилось?

– Откуда ты знаешь? Тебе уже Джорджио сказал? Вот он какой! Обещал

же!

– Эй – эй! Ничего он мне не говорил. Но судя по твоей пламенной речи я

так понимаю, что – то все же случилось?

– Я хотела тебе сказать в более торжественной обстановке. И ты знаешь,

ты второй, кому я это говорю. Я даже маме еще не сказала …

– Кристина!

– Ты будешь дядей.

– О Боже! Это так неожиданно! Я вас поздравляю!

– Для меня, если честно, тоже было неожиданно. Я еще до конца сама не

осознала.

– А как муж? В себя пришел от счастья?

– Сказал, что если не рожу ему сына, буду рожать пока не получится.

– Не был бы это Джордж. А маме когда скажешь?

– Вот собиралась после завтрака позвонить.

– Ты же только не говори ей, что она третья, кто узнает. Она будет

обижаться вплоть до твоих родов. Да и после тоже.

– Точно – точно.

– Я как раз ухожу, не буду вам мешать. Говорите спокойно.

– Куда, если не секрет? Мне кажется, или у кого – то из присутствующих

появилась дама сердца?

Марко улыбнулся.

– Тебе кажется.

В доме Марселя приятно пахло выпечкой с корицей. А бабушка его юного

друга, встретившая Марко в холле, казалось, состояла из корицы и пряностей.

– Марко, я так рада Вас видеть. Пройдемте в гостиную. Марсель сейчас

освободится. У него был сеанс массажа. Сейчас они уже закончат. Чай, кофе? Я

испекла сегодня чудесный пирог. Марсель его обожает.

Марко не хотелось ни чаю, ни кофе. Но женщина была так любезна, что

отказать ей было просто невозможно.

– Марко, я так Вам благодарна. После знакомства с Вами Марсель стал

более веселым. Он так Вас ждал сегодня! А он ведь уже несколько месяцев ни с

кем из сверстников не общался.

Марко улыбнулся.

– Я тоже на его сверстника мало похож.

– А это может и к лучшему. Большинство его сверстников, так

называемых друзей, преследовали корыстные цели. Марсель этого не замечал.

Он мальчик очень добрый и наивный. Но мы – то видим. Марко, скажите, …

– Бабуля, ты опять устраиваешь допрос моим друзьям?

– Марсель, ну какой допрос. Мы просто общались. Давай я отнесу пирог

и чай в твою комнату.

Комната Марселя была выполнена в довольно мрачных тонах. Тяжелые

шторы, толстые книги в кожаных переплетах гнали прочь мысль о том, что это

комната десятилетнего мальчика.

– Тебя удивляет интерьер?

– Нет – нет, что ты. Я просто всегда в новом месте рассматриваю

обстановку.

– Я знаю, что она тебя удивляет. Но я настоял на такой обстановке. Я

считаю, что комната взрослого, серьезного человека должна быть такой.

Марко ничего не ответил на это. Ему трудно было понять, как рассуждает

и смотрит на мир этот маленький мальчик с такой недетской судьбой.

– А у меня для тебя подарок есть.

Глаза Марселя из глаз взрослого человека тут же превратились в глаза

маленького мальчика, предвкушавшего сюрприз.

– Правда?

– Конечно, правда. Я надеюсь тебе понравится.

– Что бы это ни было, мне уже безумно нравится.

Наконец усилиями Марселя яркая бумага оказалась на полу, а у него в

руках – подарочное издание романов Фрэнсис Бёрнетт, внушительных размеров

книга с тяжелыми страницами и красивейшими иллюстрациями.

– Это же все мои любимые произведения! Откуда ты узнал?

– Мне бы, конечно, хотелось сказать, что я волшебник и умею читать

мысли, но все гораздо проще. Ты что забыл наше знакомство?

– Ах да! Мне безумно приятно, Марко, спасибо тебе огромное.

Они сидели и долго рассматривали красочные страницы книги. Чай был

выпит, пирог тоже исчез с тарелок, а Марко и Марсель листали и листали.

После книги были фотоальбомы. За свою жизнь маленький Марсель успел

побывать уже в двенадцати странах. Внушительный список!

Вдруг фотографии в альбоме неожиданно закончились. Вместо них —

вырезки из журналов и листочки с записями. Марсель густо покраснел и резко

захлопнул альбом.

– Что случилось? Это что – то личное? Я даже не успел посмотреть, не

волнуйся.

Марсель опустил глаза.

– Однажды мне один психолог, с которым я занимался, посоветовал

вести дневник своих желаний.

– Очень интересный совет! Правильно! Это очень полезно. Ты молодец,

Марсель.

– Просто эти желания никогда не сбудутся.

– Марсель, не говори так. Я понимаю, что мне легко рассуждать. Но

поверь мне, верить и надеяться нужно всегда. В жизни на самом деле случаются

чудеса.

– Ты не будешь смеяться?

– Нет, конечно.

– Я знаю, что мои друзья приглашают девочек на свидания. Они ходят

гулять, пишут им красивые сообщения. И мне кажется, что я никогда не узнаю,

что это такое. Ни одна девочка не согласится пойти на свидание со мной. Разве

только что из жалости.

"Да, я многое потерял в свои десять лет, судя по всему."

Но вслух Марко сказал, разумеется, не это.

– Не говори так, Марсель. Все будет у тебя. И свидания, и много

девочек.

– Мне не нужно много.

– Вот тут я и не сомневался, что ты будешь честным серьезным молодым

человеком. Конечно, не много. Одна – единственная и самая лучшая.

– Марко, можно личный вопрос?

– Да, конечно, Марсель.

– А у тебя есть невеста?

– Нет.

– Тебе грустно от этого?

– Нет, Марсель. Я уверен, что мое время просто еще не пришло. Всему

свое время.

– Ты так думаешь?

– Я точно знаю.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

Утро в Dream Holiday.com было мрачным. Из – за закрытой двери

кабинета Алекса доносился разговор на повышенных тонах.

– Вы должны нести ответственность за имущество своих туристов!

– Простите, но мы несем ответственность за наших туристов, их жизнь и

здоровье во время пребывания на экскурсии, но не более того. Ваши вещи вне

нашей компетенции, поймите. Более того, это же и прописано в договоре,

который Вы подписывали, сэр.

– Но я уверен, что забыл папку с документами в том самом ресторане, а

они говорят, что нет. Вы должны были включить в экскурсию лишь

проверенные заведения.

– Но ее могли украсть, забрать другие посетители ресторана. С таким же

успехом Вы могли забыть ее в другом месте.

– Я это так не оставлю.

Хлопнула дверь. Дважды.

– Эй – эй, полегче. Ты чего как с цепи сорвался? – Роджер пил чай,

когда к нему ворвался Алекс.

– По – моему мир сошел с ума. Этот Эдуардус просто невыносимый! Он

… он …

– Турист, у которого что – то там украли? Успокойся! Подумаешь. Ну,

будет у нас один негативный отзыв!

– Боюсь, я убью его прежде чем он напишет свой отзыв.

– Расслабься! Лучше подумай о наших новых знакомых. Как тебе,

кстати, Каролина? Мне показалось, что она слишком серьезна. Но очень даже

симпатичная.

– Да, симпатичная …

– Ну так и проведи с ней парочку приятных вечеров. Тебе это как раз

нужно.

– Не все девушки такие, как в твоем воспаленном воображении.

– О, мой друг! Ты меня пугаешь все больше и больше.

– Да ну тебя.

Алекс решил посоветоваться с Майклом по поводу разъяренного туриста.

Он устроился в кресле напротив его стола, долго рассказывал ему все

подробности сложившейся ситуации и только потом заметил, что Майкл

невероятно поникший. Такое ощущение, что он не здесь.

– Майкл, у тебя все в порядке?

– Да, нужно что – то придумать, чтобы успокоить этого Эдуардуса.

– Майкл, ты меня слышишь? Что случилось?

– Микелла заболела.

– Все будет хорошо. Она скоро поправится, я уверен. Дети часто болеют.

Простуды для них – обычное дело.

– Мы вчера были у врача.

– Правильно! Без самолечения она поправится гораздо быстрее.

– У нее лейкемия.

Бывают в жизни ситуации, когда слова заканчиваются. И сказать что – то

не получается совершенно: не хватает слов, воздуха. Сейчас у Алекса было

именно такое ощущение. Он не знал и не мог ничего произнести.

– Майкл, это точно? Иногда в таких диагнозах врачи ошибаются.

– Мы провели несколько повторных анализов.

– Майкл, мы можем тебе сейчас как – то помочь? Что мы можем сделать

для вас?

– Спасибо, Алекс. Я знаю, что могу обратиться к вам. Для меня это очень

ценно.

– Может тебе не приходить пока в офис?

– Нет, если я буду дома один, то точно сойду с ума. Я должен

отвлекаться.

– Майкл, помни, что самое главное – это надежда. Микелла обязательно

поправится.

Новость о Микелле была как гром среди ясного неба. Почему такие

несчастья происходят с теми, кто не успел еше в своей жизни никому

причинить вреда и боли? Микелла … Этот ангельский ребенок. Это

несправедливо. А Майкл? Как он с этим справится? Хотя как раз он и должен

справиться сам и помочь дочери. Своей любовью и верой.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

"Огни большого города. Свет софитов. Вкус роскоши. Чужие объятия.

Мнимое счастье. Разбитые надежды. Дорога вникуда".

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ

В жизни все быстротечно. Нужно ценить каждый момент. Здесь и сейчас.

И не ждать удобного случая, лучшего дня. Ведь все может закончиться в один

миг. А вдруг … Алекс вдруг понял, что ему просто необходимо оказаться сейчас

рядом с этой серьезной девочкой. Он ведь даже не узнал, когда она улетает. А

что, если их прошлая встреча была первой и единственной? Кто, как не лучший

друг, поможет в трудный момент?

– Роджер, в каком отеле живут Зара и ее сестра?

Алекс и Каролина сидели за столиком у окна, из которого открывался

роскошный вид с птичьего полета на город.

– Почему вы так скоро улетаете? Неужели недели достаточно, чтобы

посмотреть Барселону?

– Не достаточно. Но, к сожалению, пока мы не можем позволить себе

оставаться здесь дольше. Прежде всего финансово.

– Да, я понимаю. Вы … Каролина, я не помню, говорили мы об этом или

нет, но можно на "ты"?

– Да, конечно.

– Каролина, ты еще студентка?

– Да, остался еще один год.

– Я помню, когда я …

Звонок. На дисплее высветился незнакомый номер. "Только бы не с

работы."

Скрипучий недовольный голос в трубке трудно с кем – то перепутать.

"Только не это…"

– Здравствуйте, это Эдуардус Комплименти. Вы меня помните?

"Тебя забудешь."

– Да, помню, конечно.

– Я бы хотел с Вами встретиться. Когда Вам удобно? Могу я прийти

сейчас в офис?

– Я в данный момент не в офисе.

– Я могу подъехать к Вам. Где Вы сейчас находитесь?

"Как можно быть таким невыносимым?"

– Restaurant Montiel.

Алекс чувствовал себя неуютно от того, что встреча с Каролиной была

испорчена. Да еще кем! Эдуардусом! Хотя с самого начала было ясно, что от

него ничего хорошего ждать не придется.

Каролина пила кофе в то время, как Эдуардус долго и нудно доносил до

Алекса мысль о том, что он "при всем уважении к Алексу и его фирме

вынужден подать на них жалобу".

Все. Это был предел. Да и новость о Микелле лишила Алекса сил

окончательно. Поэтому он сказал:

– Я все понимаю. Это Ваше право.

– Это Ваше полное право. Но Вы очень приятный человек, и поэтому мы

хотим Вас сразу подготовить к тому, что правда будет на нашей стороне. Это

действительно так – ни одна туристическая организация не несет

ответственность за личные вещи туристов. Это опять же, действительно

прописано в Вашем договоре. И это естественный факт.

Эдуардус удивленно посмотрел на Каролину. То же сделал и Алекс. А она

продолжила:

– Давайте, я Вас в таком случае ознакомлю с порядком процедуры. Нашу

сторону будет представлять адвокат. Ах да, и еще. Вам нужно будет оплатить

ряд квитанций, так как Вы инициатор процедуры. Мы вышлем Вам на e – mail

все необходимые данные. После этого Ваша жалоба будет принята к

рассмотрению.

Эдуардус начал издавать странные звуки, напоминающие сопение. Когда

– то у Алекса был мопс Федерико, он, когда был недоволен, произносил нечто

подобное.

– Мне нужно все обдумать.

Тот факт, что это элитный ресторан, не помешал Эдуардусу хлопнуть

дверью.

– Я же не сделала хуже? … Мне кажется, хуже ведь уже и некуда.

Прости, что вмешалась, я просто не могла это больше слушать!

– У меня даже нет слов, чтобы отблагодарить тебя. Спасибо … огромное.

– Я хотела сначала пообещать ему скидку на какую – нибудь экскурсию.

Твою экскурсию. Но потом увидела, что он просто … ужасен. Он бы съездил на

экскурсию, а потом все равно свои жалобы начал писать. Я такой тип людей

сразу вижу и чувствую.

– Ты хороший психолог.

– Немного. Мне интересно наблюдать за людьми, разбираться в их

поведении.

Я

ездила

на

стажировку

в

Канаду

даже,

изучала

психолингвистическое манипулирование людьми.

– Ничего себе. Я общаясь с тобой начинаю терять уверенность в себе. И

знаешь … спасибо еще раз за Эдуардуса.

Образовалась пауза, которая затянулась. Что касается Алекса, ему было

приятно находиться рядом с ней и молчать. Не то, чтобы у него когда – либо

были проблемы в отношениях с женщинами. Более того, он никогда не

испытывал ни неуверенности, ни робости в общении с ними. Но сейчас у него

как никогда была полная уверенность в том, что Каролина не посмеется ни над

одной его мыслью. Ему было очень спокойно рядом с ней, хотя он все же

отдавал себе отчет в том, что она немного юна для него. Хотя ее возраст он так

и не выяснил. А кроме спокойствия он испытал огромное желание ее

поцеловать.

Алекс из тех людей, которые полагаются на чувства и эмоции. Нет, он,

разумеется, твердо стоит на ногах и применяет трезвый рассудок в жизненных

вопросах. Но все же считает, что жить нужно здесь и сейчас.

– Can I kiss you? – сказал и тут же пожалел.

– Я не думаю, что это хорошая идея.

"Кретин, ты просто все испортил".

Алекс смотрел на Каролину, не пытаясь скрыть свой настойчивый

изучающий взгляд. Смотрел прямо в глаза. У нее безумно красивые глаза. И

дело не только в их природной красоте. Впервые в жизни Алекс понял, что

"бездонные глаза" – это не просто красивый эпитет. Глядя в ее глаза,

действительно не видишь дна, предела. Мыслям, чувствам, эмоциям, которые

накрывают волной. Они такие же, как и она сама: серьезные, ясные и

совершенно необъяснимые. В чем их магия? В чем ее магия? Если бы раньше

хоть сама "Мисс Вселенная" отказала ему на просьбу поцеловать ее, Алекс бы

не задумываясь презрительно закончил встречу с ней. А сейчас сидит, как

подросток, и не знает, что сказать.

– Каролина, ты можешь рассмеяться, но у меня такое ощущение, глядя

на тебя сейчас, что ты находишься под каким – то стеклянным колпаком. Я хочу

прикоснуться к тебе, но он мне мешает. А если бы он и исчез, я боялся бы тебя

поранить, причинить вред, даже просто прикоснувшись.

– Алекс, мне кажется, ты просто устал. У тебя был сложный день.

– Да, я, наверное, несу полный бред. Если после него ты все еще хоть

немного уверена в моей адекватности, я очень хочу увидеть тебя завтра.

– Хорошо … Послезавтра мы улетаем.

– Давай я отвезу тебя в отель.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ

Жизнь и работа в офисе шли своим чередом.

Майкл выглядел настолько несчастным, что Алекс даже немного

вздохнул с облегчением, когда он уехал в рейд по новым отелям – ему только

на пользу пойдет смена обстановки.

– Роджер, мне кажется, нужно проведать Микеллу в больнице. Хотя,

если честно, я совершенно не знаю, как себя вести в таких случаях. Да еще и с

ребенком.

– Я тоже. Думаю, она и сама будет смущаться в обществе двух взрослых

дядечек. Да – да. Я знаю, что ты ощущаешь себя на двадцать два. Но, поверь, ей

ты представляешься очень взрослым господином. Да еще и с этой твоей

бородой.

– Это всего лишь легкая небритость.

– Я смотрю на тебя глазами ребенка. И в этих глазах, поверь мне, у тебя

на лице борода. Может, отправим ей подарок?

– Да! Точно!

– Только это сделаешь ты. Я совершенно не умею выбирать детям

подарки.

– И это говорит холостяку отец двоих детей?

– Должны же быть у меня хоть какие – то минусы? И вообще, что мы все

обо мне да обо мне? Расскажи мне лучше о своей новой подруге?

– Какой еще подруге?

– Серьезной, молодой и очень даже симпатичной.

– Попрошу заметить, это ты стал инициатором моего знакомства с ней.

Хотя я и был против той встречи в ресторане.

– А я попрошу заметить, что так и не услышал от тебя слов

благодарности, мой дорогой друг.

– Лучше ты мне расскажи о своей подруге. Из – за нее ведь, собственно

говоря, ты и начал это все.

– Она прекрасна. Я никогда не думал так, но оказывается, красивые и

умные девушки все же действительно существуют.

– Существенное открытие к тридцати девяти годам.

– Попрошу без сарказма.

– Молчу – молчу.

– И только тот факт, что я женатый серьезный человек, стал преградой

для доказательства существования красивых и умных любовниц.

– А такой вариант, что она могла бы отказаться с тобой это доказывать,

ты не рассматриваешь?

– И этот человек еще называет себя моим другом?! Я больше не буду с

тобой разговаривать!

У Алекса был на редкость напряженный день: туристы, клиенты,

партнеры сплошным непрерывным потоком. Но где – то в глубине души он

даже был немного этому рад. У него была официальная причина не видеться с

Каролиной. Не потому, что он не хотел ее видеть. Как раз наоборот, очень

хотел. Он просто не знал, как себя вести, что сказать. Он, покоритель женских

сердец со стажем, не знал, как вести себя с девушкой, которая ему безумно

нравилась. Главная причина была в том, что Каролина не была похожа ни на

одну из его прошлых девушек. Более того, она не была похожа ни на одну

девушку в принципе. Алекс не понимал, о чем она думает, как относится к

нему. Она была для него полностью закрытой книгой. Но одно он понимал

точно. Он должен с ней увидеться, так как завтра рано утром она и Зара

улетают.

Клиентов, а – ля Эдуардус, к счастью, больше не было. А любой турист не

похожий на Эдуардуса уже казался Алексу идеальным. Когда пробило 19:00,

официально рабочий день подошел к концу. Двери офиса для клиентов были

закрыты, и Алекс вышел на свежий воздух. Хотя учитывая +27 за окном,

освежиться было трудно. Гудки, гудки, гудки … "Неужели я неправильно

записал их номер в отеле?" Услышал ее голос в трубке. И трубку бросил. "Я

кретин, полный кретин. Но по крайней мере я теперь точно знаю, что она в

номере".

Здание отеля, где жила Каролина, было внушительным. Алекс,

разумеется, приехал сюда сейчас не для того, что его рассмотреть, но пока

занимался именно этим.

Что сделать сейчас: позвонить ей, пригласить в ресторан, попросить

спуститься и поговорить в машине? И самый главный вопрос – зачем? Она

безумно нравилась Алексу. Как девушка, как человек, как собеседник. Но завтра

она улетает к себе домой. Они говорят на разных языках, живут в разных

странах и более того, у них разница в возрасте около десяти лет. Конечно,

десять лет – это не двадцать или тридцать. Но все же. Отношения с неудачным

концом с Сильвией разделили жизнь Алекса на "до" и "после". Он понял, что

хочет чего – то серьезного и стабильного. А пока не найдет это, готов быть один.

Ему не нужны отношения для развлечения. Уже не нужны. Конечно, до

Сильвии Алекс слыл отчаянным Казановой. Ему не чужды жизненные

моменты, когда просыпаешься с девушкой и даже не помнишь (или не знаешь)

ее имени. Такие эпизоды – часть его жизни, которая осталась в прошлом. А

сейчас … Он еще не мечтает о семье и детях. Но с радостью открыл бы себя

отношениям с той, с которой совпадает на трех уровнях: тело, разум, душа.

Каролина … Здесь все слишком непонятно.

Алекс уже готов был повернуть домой. Завел машину и понял, что если

уедет сейчас, он изменит самому себе, своим принципам "лучше жалеть о

сделанном, чем о несделанном". Набрал номер Каролины.

Она сидит рядом с водительским креслом.

– Каролина, пойми только меня правильно сейчас. Я очень устал. У меня

был напряженный день, да еще и у друга дочь серьезно заболела. Мне очень

хочется с тобой поговорить перед отъездом, но идти в ресторан нет настроения.

Хочется спокойной обстановки. Ты будешь не против посидеть у меня дома?

Небольшая пауза.

– Если ты немного сомневаешься в моей адекватности из – за случая в

ресторане, можешь оставить Заре мой адрес на тот случай, если ты пропадешь.

– Поехали. Надеюсь, мое умение разбираться в людях меня не подведет.

Они пили гранатовый сок – оказалось, что оба его любят – говорили о

работе, туризме и туристах. Алекс рассказывал о своих друзьях, о лучшем

друге, который давно уехал из Испании и теперь живет на Сицилии, о Майкле и

Микелле. Каролина рассказывала меньше, она больше слушала, и от того

Алексу было все еще сложно понять, о чем она думает, как относится к нему.

– Алекс, у нас рейс завтра рано утром, ты отвезешь меня в отель? Если

ты очень устал, я возьму такси.

– Никакого такси, конечно, отвезу. Каролина … оставь мне свой номер

или e – mail. Что – нибудь.

Ему хотелось произнести одну из этих глупых фраз "а что дальше" или

"кто я для тебя". Но, разумеется, он этого не сделал.

Вот у него в руках оказался листок: karolina_jasmin@gmail.com.

Повисла пауза. Если бы у их жизни был написанный сценарий, то по нему

сейчас Алексу следовало бы подняться, обнять Каролину и сказать, как

счастлив он был с ней познакомиться. А затем отвезти ее в отель. Но сценария

не было. Ни в напечатанном виде, ни в виде мыслей у Алекса в голове.

Алекс наклонился к ней. Вот она все ближе и ближе. Впервые в жизни

Алекс столкнулся с ситуацией, когда на поцелуй ему не отвечают. Но мысль о

том, что когда он увидит ее в следующий раз, если вообще увидит, ему не

ведомо, заставила его не остановиться. Секунда, три, пять. Наконец, Алекс

почувствовал легкую, как будто выпрошенную, но все же взаимность. Это

придало ему уверенности. И настойчивости. Было ощущение, что они

целовались несколько часов, хотя прошло всего десять минут. Все – таки уже в

силу возраста и опыта бывшего ловеласа со стажем Алекс понимал, что следует

остановиться, но не мог. На какие – то доли секунды мужчина в нем взял верх.

Ее губы, руки, шея. Даже сейчас ему все еще казалось, что она некое неземное

ангельское создание, а не просто красивая девушка.

Запах. У ее кожи невероятно притягательный аромат. Именно запах кожи,

не парфюма. Алекс и раньше слышал, что по – настоящему заводит мужчину

только та женщина, запах которой сводит его с ума. Но только сейчас понял,

что это означает на самом деле. Ему хотелось чувствовать этот аромат снова и

снова.

Алекс не знал, виной ли тому страсть сейчас, но эта девушка – ангел

казалась ему безупречной во всем: кожа, как у ребенка, этот пьянящий запах,

безупречной формы грудь. В отличие от большинства мужчин ему не нравились

девушки с внушительных размеров грудью. А сейчас он целовал свой идеал.

Целовал бесконечно долго, понимал, что это нравится не только ему и понял,

что нужно остановиться. Практически без слов, по ее взгляду. Наверное, она

права.

За этот вечер они практически больше не произнесли не слова. Вплоть до

ее отеля. Каждый был в своих мыслях. Хотя оба понимали, что думают об

одном.

По дороге к отелю Алекс резко затормозил. Но не развернул, как ему

хотелось.

Поцелуй в щеку, "я напишу завтра же", "пока".

Алекс не знал, как себя вести. Все в этой ситуации было для него впервые.

И если бы кто – то еще хотя бы месяц назад сказал ему, что он будет чуть ли не

в слезах провожать девочку, которая даже целовать его не хотела, он бы

рассмеялся этому человеку в лицо.

– Микелла, для тебя подарок.

Наверное, папа. Хотя он же ушел полчаса назад … Может, забыл?

Девочка раскрыла хрустящий пакет, и перед ней оказалась нереальной

красоты говорящая кукла.

– Скажи мне на ушко любое желание, и оно обязательно сбудется.

На одну улыбающуюся девочку в мире сегодня стало больше.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ

Сегодня в доме Марселя немного пустынно: его родные ушли в гости

играть в бридж. Марсель отказался ехать с ними, оставшись на попечении няни.

И Марко, чему оба были очень рады.

– Марсель, я должен кое – что тебе сказать … Я скоро уезжаю.

Лицо Марселя тут же изменилось. Казалось, оно потускнело за доли

секунды.

– Куда? Зачем? А как же я?

– Марсель, я не живу в Канаде. Здесь живет моя сестра Кристина. Я

приехал к ней в гости, но сейчас должен уезжать по делам в Бельгию.

– Я поверил тебе. Не думал, что ты так скоро меня предашь.

– Что ты говоришь такое? Мы с тобой будем друзьями. Я как раз хотел

обсудить с тобой, как мы будем общаться. Ведь есть же электронная почта,

телефон, Skype. Тем более я снова скоро приеду: моя сестра ждет ребенка.

– Разумеется, ты приедешь. К племяннику. Зачем тебе нужно тратить

время на какого – то инвалида, когда у тебя будет здоровый племянник.

– Марсель, я тебя не узнаю. Ты мне даже не даешь слова сказать …

– Марта! Отвези меня в гостиную. И как можно скорее.

Всю дорогу от отеля в аэропорт, в аэропорту, в самолете Каролина

молчала. Зара тоже. Первая – потому что была в в своих мыслях, вторая —

потому что все прекрасно понимала. Слова были бы излишни.

Было ощущение, что она едет не с курорта домой, а наоборот, из очень

родного места в дальнюю страну.

В жизни каждого человека рано или поздно наступает момент, когда он

понимает, что жизнь разделилась на "до" и "после", и прежним он уже никогда

не будет.

Каролина думала о прошедшем отдыхе, пыталась связать в единое целое

все кусочки своих эмоций, впечатлений, воспоминаний. Ей вспомнились

туристы – французы, которые жили неподалеку в их отеле. Каждый вечер они

танцевали под живую музыку в холле. Француженки завораживали своей

элегантностью, своим изяществом, даже когда были одеты повседневно. От них

исходила какая – то особая энергия, энергия жизни. Они

действительно

умели радоваться жизни, получать от нее истинное удовольствие. Не благодаря

шикарным вещам, их окружавшим, а благодаря умению жить. Это было видно,

когда они не просто обедали, а наслаждались едой. Не просто загорали, а по -

детски радовались солнечному свету и теплу. Не просто болтали, а получали

искреннюю радость от общения друг с другом. Эти люди умели испытывать

истинную joie de vivre.

Но все, даже самые приятные из впечатлений от отдыха, приводили

Каролину к мыслям о ее новом знакомом. Она очень сомневалась, что он

напишет ей, но это не мешало ей о нем думать.

Каролина смотрела на облака, проносящиеся за окном, представляла, на

что они похожи, как в детстве, и думала о своем странном знакомстве. Она

точно даже не знает, сколько ему лет, чем он занимается, чем живет. Но ей было

так спокойно и легко рядом с ним. Нет, не сердце бешено билось (хотя и это

тоже). Не было ощущения, что он нереально привлекателен. Каролина с самого

начала и вовсе не воспринимала Алекса как мужчину рядом с собой. Это был

новый знакомый, рядом с которым она случайно оказалась волей случая и

должна была ради приличия поддерживать разговор.

Но себя не обманешь, ощущения не обманешь, даже если очень сильно

хочется. От Алекса исходило какое – то тепло, что – то безумно родное, что

заставляло думать, что она знает его уже давно.

– Эй, ты что, спишь? Просыпайся! Мы приземляемся.

– Уважаемые пассажиры, оставайтесь на своих местах. Attention, please…

Каролина очнулась как ото сна. Она на Родине, дома. Отдохнувшая,

загоревшая и … cсовершенно чужая сама себе и всему, что ее окружало.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ

– Марко, может, ты еще ненадолго останешься? – Кристина уже еле

сдерживала слезы.

– Кристина, ну что ты в самом деле, – Джордж обнял жену покрепче, —

он же не на Луну уезжает, скоро снова приедет.

– Да, Кристи, не думай, что я позволю тебе ждать моего любимого

племянника без меня рядом. Я приеду и буду следить за тобой: как ты

питаешься, слушаешь ли классическую музыку.

– Хорошо, но приезжай поскорее. И береги себя, мой хороший.

Марко не особо любит такие моменты. Обычно он предпочитает уезжать

самостоятельно, без провожающих. Он не любит все эти слезы, объятия,

прощания. Но сейчас он счастлив, хотя ему и очень тяжело на душе в то же

время. Но он знает, что уезжать ему нужно. Необходимо что – то изменить в

жизни. Или хотя бы попытаться изменить.

Объявляют посадку.

– Марко, кажется, тебя зовут.

Марко оглянулся, и в глаза ему бросилось яркое красное пятно – это

большой тубус. Марсель держит его у себя на коленях и смущенно прячет глаза.

"Ну, вот, не хватало мне сейчас разрыдаться на глазах у всех". Но

предательский комок в горле все нарастал.

– Марсель, я очень рад тебя видеть.

– Марко, кто это, – Кристина удивленно прошептала брату на ушко.

– Марсель, … мой друг.

– Марко, я не знаю, что у вас там случилось, – бабушка Марселя

встревоженно смотрит на Марко, – но Марсель сказал, что обидел Вас.

– Все в порядке. Все отлично. Марсель – большой молодец. Марсель, я

надеюсь, ты на меня не держишь зла.

– Нет, Марко, прости меня, пожалуйста. Я эгоист, законченный эгоист.

– Не говори так. Это не так. Ты просто живой искренний человек,

который умеет чувствовать и испытывать настоящие эмоции. Я рад, что ты у

меня есть.

– А ты у меня. Это тебе. Подарок. Чтобы ты обо мне не забывал.

– Милый, я никогда не буду тебя забывать! Я скоро приеду.

– Я буду тебя ждать.

Уже в Бельгии без сил после долгого перелета Марко откроет красный

тубус и развернет скретч – карту мира. На ней специальной монеткой нужно

вытирать серое покрытие в тех странах, которые уже посетили. Весь мир на

карте представлял собой огромное серое поле, и лишь Канада выделялась

своими неровными очертаниями в виде яркого пятнышка.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ

Утро. День обещает быть солнечным. Как никогда у Каролины сегодня

настроение, вызывающее желание приготовить завтрак не на скорую руку.

Блинчики с земляничным джемом под звуки утренней передачи – очень

душевное сочетание. Дел сегодня много. Одно из них, первостепенной

важности, – встреча с Зарой: нужно приготовить сюрприз для Киры, она

приезжает со дня на день и более того, она приезжает в свой день рождения.

– Так, друг, какие идеи?

– Может, пригласим ее в ресторан, забронируем столик, закажем ее

любимые суши?

– Или устроим ужин дома, украсим все шарами. Она до сих пор по -

детски их любит.

– Или так.

– Так как?

– Давай монетку кинем.

– Ну, давай, орел – дом, решко – ресторан.

– Кстати, можем, устроим ей прогулку на вертолете. Я слышала, это

сейчас модно.

– Ну уж нет! В вертолете по душам не поговорить. А нам нужно именно

это.

– Думаю, ты права. Бросай.

– Орел. Значит, решено, будем встречать ее дома. Ну, это решили.

Теперь рассказывай.

– Что рассказывать?

– Что у тебя, друг, на душе?

– Сама не понимаю. Я постоянно думаю об этом Алексе. Хотя мне

кажется, что он даже не вспомнит обо мне и, как следствие, не напишет.

– Если не напишет, значит, не очень – то и хотелось, я тебе так скажу.

Мне кажется, тебе нужна какая – то деятельность для души. Чтобы направить

твою энергию в нужное и полезное русло.

– Я даже знаю, что мне нужно.

У Каролины есть лекарство для души. Вот что обычно люди делают,

когда опускаются руки, когда кажется, что сил уже нет ни на что? Каролина

делает фотосессии. Не сама, разумеется. Фотограф из нее никакой. Но этот факт

ее ничуть не расстраивает. Она доверяется профессионалу и ловит минуты

удовольствия во время съемки.

Путь Каролины к профессионалу был долгим. С Ольгой, фотографом,

которого она уважает и не хочет ни на кого променять, Каролина

познакомилась несколько лет назад. Ольга называет себя любителем, а не

профессионалом хотя бы потому, что у нее есть "нормальная работа", как она

сама говорит. Но, глядя на ее работы, создается впечатление, что имеешь дело с

мастером. Чувственные, полные красок и какие-то настоящие, а не глянцевые

картинки. Может, еще и потому, что фотографирует Ольга главным образом

детей. А человек, который может запечатлеть эмоции ребенка, уже заслужил,

чтобы его считали профи.

"Шиномонтаж. Корпус № 2." Каролина уже начинает сомневаться, что

приехала верно. Оля предложила сняться в какой-то новой студии. Каролина, в

принципе, за эксперименты. Но тут уже начала сомневаться.

"Где эта студия, где тут припарковаться вообще можно?.." Продолжала

она мысленно бубнеть. Взгляд уперся в кричаще – красное авто. Из него вышла

девушка. Вернее, сначала показались волосы невероятной красоты и длины, а

потом уже и сама девушка. "Может, она тоже в студию?" – промелькнула

надежда. "Ну в самом деле, не на шиномонтаж же она приехала."

Каролина оказалась права. Карина. Так звали яркую обладательницу

шикарных волос.

Она приехала к Ольге договариваться о съемке. И если у Каролины был

чисто праздный интерес к фотосъемкам, то у Карины очень даже

профессиональный. Красавица снимается для афиш и глянца. Она танцует

стриптиз.

– Нет, ну нормальный человек? Он мне предложил жить на две семьи —

мол, так весь цивилизованный свет живет! Бесит! – Карина посвящала Ольгу в

детали своей личной жизни. Пошел вон!

– Как добралась? Быстро нашла? Иди переодевайся, вот гримерка! —

Ольга заметила свою гостью.

Каролина идет переодеваться. А Карина продолжает бушевать, как будто

это Ольга предложила ей жить "как весь цивилизованный свет".

– Он за кого меня принимает? Да я подарок в его жизни. Он всю жизнь

благодарен должен быть, что я на него внимание обратила! Неудачник! Он

потерял свое счастье.

Мысленно я уже даже посочувствовала (а может, и порадовалась за

него…) неизвестному "неудачнику".

– Минус один. Хотя остальные в последнее время тоже бесят! Пора,

наверное, всех поменять. Оля, ну что ты молчишь? Я вообще-то с тобой

разговариваю!

– А что тут можно добавить, а? И так давно понятно, тебе достойного

нет, – Оля улыбнулась.

– Ну я же не говорю, что они все сволочи! …

– Да? А мне кажется, ты именно так и говоришь

– С тобой невозможно сегодня разговаривать!

– Так! Не сутулься. И улыбнись в конце концов!

– Рассмеши меня! Ты же помнишь, я не могу просто так улыбнуться!

– Нет, ну я тебе клоун или как? Сало!

– Оль, какое еще сало?

– Ты сама сказала рассмешить! Обычно на слове сало все начинают

улыбаться! Ты сама не знаешь, чего хочешь!

– О, куда уж мне вас, людей творческих, понять!

– Все! Не кривляйся, а улыбнулась быстро!

– Оль, а эта Карина, она кто?

– Кариночка у нас девушка видная.

– Это профессия у нее такая?

– Ну, можно и так сказать. Наша красавица танцует стриптиз.

– М, ясно. Такая яркая внешность.

– Ага. Знаешь, не нам судить ее образ жизни: у нее всегда несколько

мужчин, каждый из них обеспеченнее предыдущего, некоторые женаты. Но в

одном она права – она любит и ценит себя как никого другого, и в обиду точно

себя не даст. У нее все просто – не устраивает мужчина в чем – то, жадный или

внимания мало уделяет – до свидания. Разговор короткий. Этому у нее стоит

поучиться.

Каролина, как человек любопытный, что касается фотографий, ждала от

Ольги хотя бы несколько рабочих фотографий без обработки. Ждать три

недели, чтобы получить уже готовые фото, было бы для нее невыносимо. Оля

не подвела. Три фотографии вечером того же дня оказались у Каролины на

почте. А рядом с письмом от фотографа – сообщение от адресата

info.dream.holiday@gmail.com.

"Здравствуй, Каролина. Это Алекс. Надеюсь, еще не забыла. Как вы

долетели? Как ты? Мне так много хочется тебе сказать, но что – то сложно слова

подбирать. Может поговорим в Skype? Спокойной ночи".

ГЛАВА ТРИДЦАТАЯ

До начала учебного года, последнего учебного года в университете, еще

оставалось время. Поэтому Каролиной было решено найти себе занятие для

души и развития, пока есть свободное время. Да и после начала учебы при

желании свободное время всегда можно найти. Каролина придерживается

принципа "чем больше дел успеваешь, тем больше свободного времени

остается". И у нее этот принцип каким – то невероятным образом работает.

У Каролины еще с детства есть голубая мечта – работать на телевидении.

Учиться в направлении этой мечты она не пошла, поступив в лингвистический

университет. Но мечту не забыла. И периодически подкрепляла ее

всевозможными курсами и семинарами. Вот и сейчас. Увидела объявление о

новых телевизионных курсах и поняла, что это отличное завершение летних

каникул. Уроки дыхания, постановка голоса, съемки – все это ей знакомо и

близко.

Эти курсы, как узнала Каролина позвонив по указанному номеру,

представляют собой однодневный экспресс – курс для тех, кто уже знаком с

миром телевидения. Чтобы отточить мастерство. Как раз то, что нужно! К

сожалению, Зара уехала на пару дней из города и не может составить ей

компанию. Обычно, когда две эти юные особы, прекрасный тандем, как сами

они себя называют, осуществляют совместные вылазки в свет, ждать нужно

много невероятно полезных для их жизненного опыта моментов. Тандем —

потому что они совершенно разные, но при этом отлично друг друга

дополняют. И что еще также очень важно для подруг, они нравятся совершенно

разным мужчинам. Зара – горячим и темпераментным, Каролина – уверенным

в себе и волевым. Ну разве ли это не отличный тандем?

Так что тот факт, что Зара не составит компанию, немного огорчает. Но

как сама же Зара и говорит, "это не повод для грусти". Поэтому Каролина,

полная энтузиазма, отправляется на занятия.

Учиться она любит. Особенно если это касается любимой и интересной

сферы. Так как это экспресс – курс, занятия длятся с утра до вечера. Целый день

с небольшими перерывами.

К вечеру у Каролины уже болит язык, скулы, губы и все, что еще может

болеть от многочасовых артикуляционных упражнений. А еще к этому нужно

добавить это правильное для телеведущих дыхание животом, как же это все -

таки сложно, и, конечно, скороговорки. В очень большом количестве. Без них

никак нельзя.

"От то – по – та ко – пыт пыль по по – лю ле – тит. От топота копыт пыль по

полю летит. От топота копыт пыль по полю летит …"

"Ба – бу бы да по гу – бам бы, ба – бе бы да по буг – рам бы. Бабу бы да по

губам бы, бабе бы да по буграм бы. Бабу бы да по губам бы, бабе бы да по

буграм бы."

Эта скороговорка стала последней каплей. И уже изрядно уставшие

будущие телезвезды разразились хохотом.

Телезвезды получились очень разношерстными. Девочка на вид лет

шестнадцати (двадцати, как потом выяснилось), красавчик – актер массовки (с

очень непослушной челкой, которую он поправлял на протяжении всех

занятий), слишком уверенная в себе и своей неотразимости мать троих детей,

Каролина и вполне милая девушка с оригинальным ассиметричным каре. С ней

Каролина и оказалась рядом, когда занятие подошло к концу, и сотрудница

образовательного центра холодным металлическим голос объясняла, когда они

смогут получить свои сертификаты.

– Что – то у меня не особо вызывает доверие эта контора, если честно.

– Да уж, в объявлении все выглядело гораздо более привлекательно:

съемка, камеры. В результате ни одной камеры мы не увидели.

– Но я в восторге от преподавателя, мне всегда так нравилась эта Ольга

Сланская, как телеведущая. Ее голос просто невероятен!

– Согласна, да и все остальное тоже – внешность, харизма. Все при ней.

– Катя. Я не представилась.

– Точно. Каролина. Очень приятно.

– Очень приятно. Я уже отчаялась сначала увидеть здесь хоть одного

адекватного человека. Этот Леонид с челкой просто вызвал у меня бурю

эмоций, не самых позитивных, надо признать.

– О да!

– Ну что, будем на связи? Может поедем за сертификатом вместе?

– С удовольствием. Если эта сомнительная организация нам его

предоставит.

– Пусть только попробуют не предоставить!

Вечер. Как приятно после долгого напряженного дня расслабиться в

душистой ванне, полной ароматной пены, масел и множества других, милых

женскому сердцу мелочей. В голове все еще звучат скороговорки, какие – то

обрывки фраз из сегодняшнего дня и мысль о том, что она целый день не

вспоминала Алекса. Может, это и к лучшему. Не хватало еще влюбиться в

человека, который живет за тысячи километров от нее.

Каролина листает страницы в браузере, новостную ленту в Facebook. Где

же она? Вот. Ольга Сланская.

Красивые яркие фото из телевизионной студии, фото из отпуска —

белоснежный песок, загорелые люди вокруг, кажется, Доминикана. Красивая,

статная, уверенная в себе женщина, эта Ольга Сланская. В глаза бросилась

яркая запись на странице телеведущей.

"Требуется девушка – переводчик для сопровождения иностранных гостей

на кинофестивале. Отправляйте свое резюме на kinofestival@gmail.com".

"Может, это удачная альтернатива не самым удачным телевизионным

курсам? Нужно попробовать".

Каролина просматривает свое резюме. Сначала хочет внести в него какие

– нибудь изменения, но потом решает отправить все, как есть. Вполне неплохо.

Отправлено. Как бы с опаской заглядывает во Входящие.

"dreamholiday.com"

Каролина заходит в Skype, добавляет контакт dreamholiday.com. Контакт

онлайн.

– Привет.

– Привет, Алекс.

– Как ты?

– Неплохо. Немного непривычно быть дома. Без моря, испанских

ресторанчиков.

– Приезжай.

– Я бы с удовольствием.

– Каролина, я серьезно. Прилетай.

– Ты же помнишь, у меня скоро учеба начинается …

– Но ведь еще не началась. Если это вопрос денег, не думай об этом.

– Алекс, я не привыкла от кого – то брать деньги, прости.

– Это ты меня прости, я что – то не то говорю. Прости.

– Все в порядке.

– Просто … просто я понял, что не нахожу себе места, когда ты уехала. Я

не могу это объяснить. Мне нужно тебя видеть. Можно я позвоню?

– Да.

Вроде взрослый человек, Алекс теряет на время связь с окружающим

миром. Смотрит на эту девушку с темными волосами, белой, какой – то

фарфоровой кожей и этими притягательными глазами. Назвать их просто

красивыми он не может. Они нереально манящие.

– Ну вот, я столько хотел сказать тебе, а сейчас молчу.

– Красивый у вас офис.

– Тебе нравится? Его проектировал не я. Мы его сняли уже в готовом

виде. Так что спасибо предыдущему хозяину за изысканный вкус. Когда ты

приедешь снова, обязательно зайдешь к нам в гости.

Оба голоса молчат.

– Да … прости. Я просто очень хочу видеть тебя рядом. Каролина,

знаешь, я такой человек. Я не привык скрывать свои чувства. Да, мы знакомы

мало, слишком мало. Но моя душа безумно тянется к тебе.

– Алекс, там мистер Андриано к тебе пришел,

–

послышался

голос Майкла.

– Каролина, мне нужно идти. Прости, если я был слишком настойчив. Но

я честен с тобой. Береги себя.

После разговора Алекс на пару минут что называется "завис". В своих

мыслях. Его преследовало, неустанно наступало сзади и не отпускало чувство

предвкушения. Это сладкое предвкушение. Предвкушение того, что он узнает

эту девушку ближе. Алекс невероятно этого хочет. За свою жизнь у него было

много отношений, встреч и знакомств с женщинами. Некоторые из них

начинались так же мгновенно, как и заканчивались. Но это чувство, которое

греет его душу сейчас, уникально. Это предвкушение близости души.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ

До начала учебного года, последнего учебного года в университете, еще

оставалось время. Да и после его начала при желании свободное время всегда

можно отыскать. Каролина придерживается, или по крайней мере старается

придерживаться, принципа "чем больше дел делаешь, тем больше успеваешь".

Каролина с некоторым беспокойством ждет в приемной. С минуты на

минуту ей представят ее подопечную или подопечного. Того, кого она будет

сопровождать во время фестиваля. Мысленно Каролина уже рисует себе

страшные картины, когда заносчивая горделивая актриса отдает ей свои

приказания. В такие минуты Каролина уже жалеет о своем решении. Но встать

и уйти прямо сейчас было бы глупо и несерьезно.

Дверь открывается. Перед Каролиной предстает женщина в черном плаще

с ярко – малиновым шарфом, небрежно наброшенном на плечи. Темные очки,

несмотря на пасмурную погоду сегодня, тугой пучок волос, сумка Chanel и

тонкий шлейф духов. Глядя на нее, представляется, что она направляется к

любовнику или идет на благотворительный ужин, а может, встречается с бизнес

– партнерами. На вид этой видной даме лет шестьдесят.

– Каролина, это мадам Ренуар, Марина Ренуар. Актриса, режиссер и

кинокритик из Парижа. Мадам Ренуар, это Каролина. Она будет сопровождать

Вас во время фестиваля.

Дальнейший день выдался очень напряженным. Целый день Марина

Ренура посещала кинопоказы, лекции и мастер – классы своих коллег. И

Каролина соответственно тоже.

На мастер – классе семидесятипятилетней актрисы и сценариста госпожи

Барбары Бабетты Марина Ренуар откровенно зевала со скучающим видом. А

когда она наклонилась к Каролине и прошептала: "Барбаре давно уже следовало

бы сменить эту прическу, она ей не идет уже последние лет двадцать пять",

Каролина поняла, что скорее всего она сможет найти общий язык с мадам

Ренуар.

Вечером после последнего мероприятия Каролина подъехала с Мариной к

ее отелю.

– Хорошего Вам вечера, мадам Ренуар. Завтра мы с Вами встречаемся в

9:00 в холле отеля.

– Так, ну, во – первых мне бы хотелось быть Мариной. Когда я слышу

"мадам Ренуар", чувствую себя столетней мадамой. А во – вторых, милый друг,

не составите ли мне компанию для похода в ресторан? Мне совершенно не

хочется идти в номер. Если у Вас нет других планов на вечер, разумеется.

– Нет, планов у меня нет. Но тогда я тоже попрошу Вас … тебя называть

меня на "ты".

– Вот, как – то так и получилось. С Себастьяном, моим третьим мужем,

мы расстались друзьями. А потом – voila! – я познакомилась с четвертым мужем.

Но он знает, что если он разочарует меня, мужем он станет бывшим. Все

просто.

– А дети у Вас … у тебя есть?

– Да, дочь. Живет с мужем в Монако. Я тебе больше скажу, у меня и

внучки есть, две, но это большой секрет. Как у двадцатилетней женщины могут

быть внуки? – Марина рассмеялась заразительным смехом. А ты? Небось

мечтаешь поскорее выйти замуж?

– Нет, не мечтаю. Если честно, какое – то время назад мне очень

хотелось встретить поскорее того самого.

– А теперь?

– А теперь нет. Мне уже начинает казаться, что того самого просто нет.

– Запомни, моя девочка, он есть. И встретишь ты его тогда, когда будет

нужно. А когда этот момент наступит, только Богу известно. А ему, поверь мне,

известно лучше.

– А что делать до этого?

– Как что? Последнее, что нужно делать по отношению к мужчине – это

ждать. Ждать самого мужчину, ждать чего – то от него. Ты должна быть

счастлива сама по себе, независимо от наличия в твоей жизни мужчины. И

более того, даже когда он появится, он не должен быть показателем твоего

счастья. Жизнь женщины – удовольствие.

– А если нет удовольствия?

– Ты не поняла меня. Не в жизни должно быть удовольствие, а жизнь

сама по себе должна быть удовольствием. А найти его источник можно на

каждом шагу. Вот посмотри на этот стейк, – Марина указала на только что

принесенный ей стейк с кровью, – это вкусная еда на первый взгляд, не так ли?

Но не только. Он вполне может стать для меня источником наслаждения, если я

буду есть его медленно, наслаждаясь атмосферой вокруг, твоим обществом,

самим мясом. А если еще и представлю, что повар готовил его с любовью и

словно лично для меня, наслаждение станет просто невероятным.

– Я никогда не думала, что можно посмотреть на мясо с такой стороны.

– Еще как можно. Я тебе скажу больше, не только на мясо. Наивные

мужчины полагают, что наслаждение – это лишь то, что они дарят нам в

постели. Да, не буду отрицать, далеко не все, но отдельные экземпляры,

действительно его дарят. Но это лишь один вид наслаждения. Я предпочитаю

получать удовольствие от всего. Например, когда я принимаю ванну с маслами

и молоком, пик моего наслаждения порой значительно выше, чем нежели во

время страстной ночи.

"Сколько же ей лет, интересно?"

– Ванна с молоком?

– Ну да, чтобы кожа была мягкой. Вот ты что делаешь, когда молоко

скисает? Выливаешь его небось или на худой конец блины делаешь. А нужно в

ванну вылить. Кожа станет божественной. Потрогай.

Марина улыбнулась и протянула Каролине руку в изящных золотых

браслетах.

– Такая мягкая …

– Ты мне очень понравилась, поэтому я буду с тобой честной – мягкая

она из – за крема стоимостью с золотой слиточек, – Марина снова

ослепительно улыбнулась, – но от молока тоже есть польза, я в это искренне

верю.

Самой себе Каролина должна была признаться, что ждет звонка от

Алекса. Ей невероятно хочется узнать, как прошел его день, рассказать ему про

Марину.

Ему, видимо, тоже этого хотелось.

– Добрый вечер! Ты прекрасно выглядишь.

– Правда? Я так устала сегодня.

– Почему?

– Работала на кинофестивале, сопровождала одну актрису.

– О! Бедняжка.

– Почему?

– Я не люблю актрис. Я был знаком с большим количеством актрис в

своей жизни. И не встречал ни одной адекватной.

– Ну, я не знаю, в каком ключе с актрисами знакомился ты, но Марина

невероятно шикарная роскошная женщина. Я бы хотела хоть немного быть на

нее похожей.

– Не говори так никогда, пожалуйста. Ты уникально. Ты не должна быть

похожа ни на кого. Все другие женщины должны хотеть походить на тебя.

– О, Алекс, не преувеличивай.

– Я не преувеличиваю. И это даже не комплимент. Я говорю то, что есть.

Я уже говорил тебе, я прямой человек, предпочитаю говорить без глупых

намеков.

– Хорошо, я обещаю, что буду учиться принимать комплименты.

– Более того, ты должна принимать их достойно. Каролина, я невероятно

хочу тебя поцеловать. И пригласить на свидание.

– Что ты имеешь в виду? Когда я приеду в Барселону?

– Нет. Ну, конечно, я тебя приглашу. Но я также приглашаю тебя прямо

сейчас.

– Я согласна … Хотя еще до конца не совсем тебя понимаю.

– Я тебе должен признаться, и сам себя не до конца понимаю. Мне очень

жаль, что такого ангела, как ты, я приглашаю на столь странное свидание, но, к

сожалению, это пока все, что я способен сделать.

Алекс поворачивает экран монитора, и Каролина видит красные розы и

зажженные свечи на столе.

– Алекс, это так необычно …

– Это меньшее, что я могу сделать для тебя сейчас. Могу я пригласить

тебя на танец?

– Да.

"Could I, could I have this kiss forever…"

– Мне кажется, Энрике Иглесиас сейчас красноречивее нас обоих.

– То есть?

– То есть? Что ты имеешь в виду?

– Каролина, что ты чувствуешь? Я не могу до сих пор понять, что ты

испытываешь. И испытываешь ли вообще ко мне.

– Алекс, я не знаю … Мы так мало виделись и сейчас … это расстояние …

– Каролина, я больше всего не хочу навязываться людям. Если тебе все

это не нужно, я прекращаю в эту же минуту. И не буду тебе надоедать.

– Алекс, ты мне очень дорог. Я сама не понимаю, как это получилось, но

мне кажется, мы знакомы очень давно. Ты для меня какой – то … родной.

– Разве тогда расстояние что – то значит?

– …

– Поверь мне, в таком случае расстояние – ничто.

"Over and over I dream of this night, now you're here by my side, you are next

to me…"

– Закрой глаза, пожалуйста. Я хочу тебя поцеловать. И ты знаешь это.

Если ты тоже этого хочешь, представь это сейчас. Не говори ничего. Просто

представь, а сейчас я желаю тебе спокойной ночи. Я буду обнимать тебя во сне,

оберегая твой сон.

Невероятно, но у Каролины было стойкое ощущение, что Алекс сейчас

рядом. Ближе, чем кто бы то ни было когда – либо.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВТОРАЯ

Стоит уже конец лета, и погода начинает портиться. Это печалит как

никогда. Угасание природы всегда навевает на Каролину мрачные мысли. Хотя

она и понимает, что это неправильно. Нужно радоваться жизни при любой

погоде.

Порой с этим справляться сложнее и сложнее, особенно в такой день, как

сегодня, дождливый, промозглый.

Вечером после невероятно длинного дня на фестивале Каролина приходит

туда, где всегда получает горячий ужин и пушистый мягкий плед. Каролина

заворачивается в этот плед и чувствует, как по венам разливается приятное

расслабление, а усталость в неравной борьбе отступает.

– Как поживает мой милый друг?

– Неплохо …

– А по голосу и не скажешь. Как испанский друг?

– Ты же знаешь меня, я очень часто бываю не уверена в себе. И мне до

последнего казалось, как всегда, что с его стороны это лишь небольшая

симпатия … Но мне кажется, он в меня влюблен …

– И?

– И меня это пугает.

– Все новое всегда пугает. Но я же вижу, он тебе небезразличен.

– Небезразличен.

– Вот и прекрасно. Об одном тебя сейчас лишь прошу – ничего не

загадывай на будущее, не позволяй мрачным мыслям заполнить твое сознание.

Наслаждайся этими моментами влюбленности.

– Это так сложно. Я сразу начинаю думать о том, что может быть

дальше, что мы живем в разных странах.

– А я начинаю думать, что тебе нужно сменить ход мыслей. Я вчера

натолкнулась на книгу "Руководство по отношениям для женщин". Так вот там

автор на триста страниц говорит женщинам, что же делать, если после

нескольких лет отношений мужчина так и не сделал предложение руки и

сердца. Вот что за дискриминация мужчин – почему нет ни одной книги о том,

что делать мужчине, если после долгих отношений женщина так и не хочет

видеть его в роли мужа.

– Мне что – то подсказывает, ты сейчас о ком – то конкретном говоришь.

– Да уж, как не догадаться тут. Давид, он родимый. Он хочет жениться,

– лицо у Зары такое, что сомнений не остается: от идеи Давида она не в

восторге.

Романтичная натура Каролины на несколько мгновений уже поддалась

обаянию этого кавказца.

– Он так трепетно к тебе относится. Почему ты не хочешь дать ему

шанс? Вдруг он сделает тебя счастливой?

– Я и сама очень даже неплохо с этим справляюсь. Я не хочу пока замуж.

В принципе. А за вспыльчивого армянина тем более. Выйди за него – и ты

меня будешь видеть в лучшем случае по праздникам.

– Ну уж нет! Пусть даже не надеется!

Несмотря на горячий ужин и теплый плед от Зары, когда Каролина

вернулась

домой

чувствовала

себя

разбитой.

"Неужели

простуда

подкрадывается? Только этого сейчас не хватает для полного счастья. Как раз

перед началом учебного года!"

Мир так устроен, что в одно и то же мгновение на разных концах Земли

разные люди плачут и смеются. Кто – то радуется, а кто – то во власти отчаяния.

В Барселоне сейчас солнечно. А в офисе Dream Holiday.com особенно.

Майкл зашел как никогда воодушевленный, его уже давно таким не видели.

Нет, Микелла не идет на поправку, но курс лечения, который начали проводить

для нее начал приносить первые маленькие результаты. И более того, и это

самое главное, ее организм это лечение принял.

– Я что подумал, – Роджер с удовольствием потягивается в те редкие

мгновения, когда в офисе нет туристов, – а почему ты не поедешь к ней?

Алекс и сам время от времени задается этим вопросом. Ведь он и, правда,

может на несколько дней оставить работу, купить билеты на рейс Барселона —

Минск. Что его останавливает? Мысль о том, что эта встреча будет лишь на

пару дней. Несколько дней, пусть даже пару недель, это не меняет сути. И от

этого будет только хуже. Снова мучительное расставание. И что потом? Кто

знает, быть может, после еще одного расставания, она и вовсе решит, что сама

попытка их отношений тщетна.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

Офис, исчерканные листы с планами новых туров, обеды наспех, аврал.

Алекс, который вот уже вторую неделю молчит. Нет, он находится в

постоянном контакте с туристами, клиентами и партнерами. Роджер не остается

без его внимания. Сколько вечеров они проводят за игрой в бильярд или за

бокалом Chateau d'Armailhac. Но для Каролины он молчит. Не потому, ему

совершенно нечего ей сказать. И не потому, что он о ней позабыл. Сам для себя

он называет это решение экзаменом. Очень странным, обижающим и ранящим

ее чувства экзаменом.

Университет, лекции, прогулки в последние теплые осенние деньки.

Каролина, которая с радостью совмещает уже начавшуюся учебу и работу на

фестивале, который, к ее великому сожалению, подходит к концу. Совмещает

не потому, что она не устает от такого объема работы. А потому, что в таком

случае у нее нет ни сил, ни времени на мрачные мысли. От того, что он молчит.

"Мой дорогой друг, я желаю тебе как можно скорее поправиться. Но пока

это не произошло, наслаждайся тем, что у тебя есть возможность отдохнуть и

набраться сил. То есть, получай наслаждение, как я всегда тебе говорила. Я

уезжаю через день. К сожалению, я не смогу остаться на закрытие фестиваля. Я

забыла тебе сказать, я еще и художник. И через день у меня выставка в Тулузе.

Ты должна будешь обязательно посетить одну из моих выставок! Загляни в

корзинку, там ты найдешь то, что поможет тебе поправиться поскорее. Ты уже

наверняка думаешь, как бы поскорее дочитать то, что эта пожилая женщина тут

написала, поэтому я заканчиваю. И не думай, что я уеду, не попрощавшись с

моей девочкой. Я к тебе загляну. Я же точно знаю, что ты дома.)"

Каролина заглядывает в плетеную корзинку из тонкой лозы, которую

только что доставил курьер. Баночка с медом, малиновый джем, лимоны,

французский Vogue. Обычно, когда она болеет, Каролина становится очень

сентиментальной. Вот и сейчас у нее уже собираются предательские слезинки.

Как же она все – таки счастлива, что познакомилась с этой роскошной

женщиной. Она еще и художница! Надо же! Хотя, чему тут удивляться, было

бы странно, если бы Марина чего – то не умела делать.

– Здравствуй, моя дорогая! Как ты? Что нового? Совсем меня позабыла.

А ведь я так скучаю. Тебе совсем меня не жаль. А ведь я, может, влюбился в

тебя! – Роджер вложил все свое красноречие в эту речь для Зары.

– Привет, дорогой мой друг. Как ты? Я в порядке, спасибо. Как жена?

Роджер улыбнулся. Не зря эта девушка так ему понравилась – ее

язвительность была такой искусной! Прелесть!

– Спасибо, хорошо. Когда снова в Испанию?

– Ну, если ты сумеешь освободить меня от экзаменов, учебы, то я хоть

завтра, ты же знаешь.

– Ах, да, ты же una studentessa brava.

– А ты как думал. Конечно! Мы с Каролиной такие!

– Я и не сомневался, дорогая моя. К сожалению, я должен идти. Туристы

не ждут. Кстати, мне кажется, ты могла бы стать бесценной бизнес – леди. Ты

подумай об этом.

– Обязательно. Буду обращаться к тебе за советом.

– А у тебя какие планы?

– Ну, какие у нас, студентов, планы: буду готовиться к занятиям, как una

studentessa brava. И Каролину нужно навестить. Она болеет.

– О, пусть поправляется поскорее. Я надеюсь, ничего серьезного.

– Простуда, сильная.

– Передай ей от меня привет. Целую.

– Пока, Роджер. Хорошего дня.

Роджер вытянулся на кожаном диване. Ни одного туриста в офисе не

было.

– Ну, мне кажется, ты и так все слышал. Роджер выключил на телефоне

громкую связь.

– Почему ты не расспросил подробнее, – Алекс кинул на Роджера

недовольный взгляд.

– Не расспросил, о чем?

– О Каролине! Зара же сказала, что она заболела довольно серьезно.

Дома она или в больнице лежит? …

– А не кажется ли тебе, что это было бы уже слишком? Столько

внимания к Каролине от моей скромной персоны! И вообще, что ты как

маленький! Тебе четвертый десяток пошел, а ты просишь меня разузнать об

одной девочке у другой!

– Какой ты умный! Не твое дело. Я не могу позвонить ей сам.

Вернее, не мог. А сейчас, когда узнал, что она болеет …

День пошел своим чередом. Во время ланча Алекс поехал в свой

любимый ресторан. Есть у него такой, французский, на улице Las Ramblas.

Поехал один. Наслаждался вкусом кролика с розмарином, позволил себе бокал

белого сухого Antr de Mar и прокручивал в голове все малейшие подробности

воспоминаний о ней: ее глаза, чувственные губы, запах ее кожи. Хотя кого он

пытался обмануть: детали ее образа не покидали его ни на секунду.

Алекс

никогда не сравнивал женщин, которые были в его жизни. И не посмел бы ни с

кем сравнивать Каролину, она стала для него уже слишком родной. Но сейчас

невольно он вспомнил Сильвию. Свое состояние рядом с ней. Алекс

принадлежит к той категории мужчин, для которых женщина – это прежде

всего не внешность, фигура, походка. Для них женщина – это энергия. И важно

для них прежде всего их состояние рядом с ней. Кем они чувствуют себя с ней

рядом: королем, кем – то посредственным, неудачником.

Рядом с Сильвией Алексу было комфортно, как – то по – семейному.

Алекс переносится на несколько лет назад. Выходные дни. Они с Сильвией

остались дома. Льет проливной дождь. Они проснулись почти одновременно.

Сильвия без косметики по утрам выглядит очень по – домашнему, уютно. Хотя

сама она не любит смотреть на себя в таком виде. Они проснулись, но валяются

в постели. А потом, после завтрака, после повседневных дел снова и снова

возвращаются в постель. Один, два, три, четыре раза … Заправлять постель в

выходные дни в их доме было просто бесполезно. Хотя и в другие дни Сильвия

не всегда заправляла постель, не чувствуя при этом никаких угрызений совести.

Может, она считала, что она выше таких бытовых проблем, а может, ей было

просто наплевать на уют в доме. Алекс никогда не задумывался об этом. У него

было самое главное – чувство семьи с этой женщиной. Он возвращался домой

с работы и понимал, что вернулся не просто в квартиру, а к себе домой. Где был

тот самый очаг, который охраняют истинные женщины. Хотя Сильвия и была

далека от идеала истинной женщины. Но Алексу и не была нужна идеальная. С

идеальной ему было бы по меньшей мере скучно.

– Что – нибудь еще?

– Нет, спасибо. Счет, пожалуйста.

Алекс вернулся в реальность. Время обеда подходило к концу, нужно

было возвращаться в офис. Алекс вышел из ресторана, сел в машину. Но прежде

чем тронуться с места, набрал номер. Гудки казались вечностью. Один, два, три

…

– Каролина, здравствуй. Прости меня, пожалуйста… Нет, не говори

ничего… Я понял, что ты стала частью моей жизни и частью меня. Я никогда ни

к кому не испытывал то, что чувствую к тебе. Это даже не поддается словам.

Прости меня, за этот дурацкий экзамен. Я хочу, чтобы ты была в моей жизни в

любой роли, которую ты выберешь. Просто будь.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

Марко осмотрелся вокруг: деревянные срубы на стенах, деревянный

пологий потолок, на полу – шкура медведя. Посмотрев в окно, Марко окинул

взглядом краешек моря вдали, необычный бассейн со встроенным в него

аквариумом. Когда плаваешь в этом бассейне, видишь под собой рыб, больших

и маленьких, опасных и не очень. Они обитают в аквариуме на самом дне

бассейна. Среди них есть даже акула. Поплавав в таком бассейне, сразу

ощущаешь прилив адреналина. Сам бы Марко, наверное, вряд ли захотел бы

иметь в своем доме такой бассейн. Но Рикардо, его друг и хозяин этого дома,

чувствовал себя более чем комфортно в своем жилище.

– Мистер Марко, Вам завтрак принести в комнату или Вы спуститесь

вниз? – из мыслей Марко вернула Сюзанна, домработница Рикардо, или как ее

называл сам Рикардо, помощница по хозяйству.

– Я спущусь, спасибо, Сюзанна.

Марко бросил взгляд в зеркало, увидел там молодого человека с легкой

небритостью, в голубых джинсах и рубашке в тон, остался доволен тем, как он

выглядел, и вышел из комнаты.

Рикардо был уже за столом. В свои сорок с лишним лет он выглядел как

тридцатилетний мужчина, который ни дня не проводил без тренажерного зала.

В его доме зал занимал почетное место на втором этаже.

– О, кого я вижу, – Рикардо расплылся в улыбке. Мистер Соня

проснулся.

– Почему ты меня раньше не разбудил? Я обычно не сплю так долго, —

Марко посмотрел на часы на стене, было двенадцать.

– Конечно, конечно, рассказывай мне. Прошу к столу.

Алекс осмотрел стол, на котором с трудом помещались блюда и тарелки.

– Ты кого – то еще к завтраку ждешь?

– Нет, а почему ты спрашиваешь?

– Да просто тут такой стол …

– Ну, я же рад тебя видеть. Очень рад. Вот так и проявляется моя

радость. Приятного аппетита.

– Да я тут и половину не попробую.

После завтрака Рикардо показал Марко свой новый дом.

– Я в него переехал пару недель назад, сам еще не все запомнил. Ты же

знаешь, я практически живу на работе. Я не жалуюсь, конечно, все мои фирмы

– результат моей работы и это мои мечты, которые стали – таки реальностью.

Пойдем присядем у бассейна. Сюзанна, принеси нам, пожалуйста, воды со

льдом.

– Ты молодец.

– Знаешь, я очень сильно изменился после того случая, – лицо Рикардо

стало серьезным и немного напряженным. Так выглядит человек, который

вспоминает что – то неприятное, причиняющее боль. Я понял, что тебя мне

послала судьба. Я должен был попасть в тот водоворот, ты должен был спасти

меня для того, чтобы я по – другому посмотрел на свою жизнь. Ты же меня не

просто от смерти спас тогда, ты меня спас от моей никчемной жизни. Она была

пустой. А я проживал свою жизнь и даже не понимал этого.

– Давай не будем это вспоминать, я же вижу, что тебе неприятно.

– Нет, я вспоминаю об этом с радостью теперь уже и благодарностью

Богу и тебе Марко. Ты же помнишь, я так и не отблагодарил тебя. Вернее, ты не

дал мне тебя отблагодарить. Я все еще очень хочу и надеюсь подарить тебе

одну из своих клиник.

– Рикардо, мы же говорили об этом уже много раз. Я не могу ее принять.

Это слишком, слишком дорогой подарок.

– Но ты спас мне жизнь.

– И я нашел в твоем лице прекрасного друга. Поэтому смотри, ты меня

уже этим отблагодарил. Если тебе так хочется избавиться от этой фирмы, пусти

доход из нее на благотворительность.

– Я не хочу от нее избавиться. Я хочу отблагодарить тебя за то, что ты

для меня сделал. Да и к тому же благотворительностью я и так занимаюсь.

Начал после спасения. Так что в этом тоже твоя заслуга.

– Кому помогаешь?

– Детям … С онкологическими заболеваниями в основном. А ты не

вернулся в медицину?

– Нет.

– Марко, может я лезу не в свое дело, но мне кажется, это просто

преступление с твоей стороны зарывать в землю твой талант хирурга.

– Ты же знаешь, я не просто так отказался от этого. У меня есть причина.

– Марко, я все понимаю, но это жизнь. А от того, что ты тогда не спас

одного ребенка, ты сейчас отказываешься спасать сотни других. У тебя дар от

Бога.

Операционная. За дверью ждут Анфиса и Джордж, родители

девятилетнего Роберта, которого оперировал Марко. Операция подошла к

концу. Она длилась около шести часов. Марко опустил от усталости руки.

Меньше всего ему хотелось сейчас выходить из операционной. На ее пороге

Марко ждали родители его маленького пациента. Они ждали все эти шесть

часов. Ждали с надеждой, которая то росла, то становилась поникшей,

разрасталась на ветру и потухала от этого же ветра. Они еще не знали, что

никогда больше не обнимут свое дитя. И об этом им должен был сообщить

Марко. "Не могу, не хочу…!"

Их глаза Марко, наверное, не забудет никогда. Их взгляд, который в одно

мгновение, прямо на глазах у Марко, потух в одночасье. А у Марко навсегда

осталось неимоверное чувство вины. Хотя он и сделал все, что было в его силах.

– Марко, прости меня, брат. Что – то я немного разошелся. Пригласил

тебя в гости и в первый же день загрузил тебя такими тяжелыми разговорами.

Прости, друг. У меня для тебя столько приятных дел, что я надеюсь, ты

простишь меня за это утро.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЯТАЯ

– Да уж, Алекс! Не общаться со мной специально для того, чтобы я

якобы разобралась в моем отношении к тебе…! Тебе не кажется, что это было

даже жестоко, – Каролина попыталась напустить на себя сердитый вид, хотя

получалось плохо, на мониторе Алекс видел предательских чертиков в ее

глазах. И что это получается? Я не прошла твой экзамен?

– Каролина, не говори так, пожалуйста. Я еще раз прошу у тебя

прощения. И хочу сказать тебе еще раз, что я хочу быть рядом с тобой. Сейчас

это особенно меня угнетает. То, что ты болеешь, а я не рядом, не могу сделать

тебе горячий чай с медом, позаботиться о тебе.

– Ладно, я поняла тебя. Только давай не будем больше об этом говорить,

и тем более называть этим неприятным словом "экзамен". У меня в этом году их

еще столько будет!

– Да, кстати, о твоих экзаменах. Когда твой учебный год подходит к

концу?

– Он только начался практически.

– Но все же?

– В мае закончатся занятия. И весь июнь – экзамены, они самые.

– Хорошо …

– Ничего хорошего!

—Ну, я в смысле, что хорошо, что это последний учебный год.

– Ну да.

– Знаешь, у меня небольшие проблемы на работе, поэтому я буду

немного занят в ближайшие дни.

– Что – то серьезное?

– Мой партнер Майкл ушел из бизнеса. Он забрал свою долю. Может, он

и вернется, но пока у нас начнутся трудности.

– А почему он ушел? У него появились другие планы, новая работа?

– У его дочери серьезная болезнь. Ему нужны деньги. И он хочет быть

рядом с ней все время.

– Бедные родители …

– Он воспитывает дочь один.

Каролина мысленно прониклась уже сочувствием к этому незнакомому ей

мужчине. Но вслух решила ничего не говорить. К чему здесь слова?

Алекс продолжил, сказав главное для него.

– Но сейчас ни одна проблема с бизнесом для меня не так страшна, как

раньше. Теперь я знаю, что все разрешимо. У меня есть самая главная

поддержка и источник вдохновения в жизни. И мне кажется, что у этого

вдохновения связки еще не совсем готовы к таким долгим разговорам. Тебе

нужно беречь голос. А еще лучше выпить горячий чай, желательно с лимоном.

– Так уж и быть, послушаюсь.

– Но я не уверен, что удержусь, и не позвоню тебе уже через час.

Отчаянно потратив час на поиски номера телефона, Алекс все – таки

отыскал заветные цифры.

– Ольга Ивановна, это … а можно меня с ней соединить? Хорошо,

передайте, пожалуйста, что звонил Алекс, ее студент из Барселоны, она

вспомнит. До свидания. "Надеюсь, что вспомнит", подумал Алекс, но вслух не

сказал.

Когда – то, так давно, что Алексу это уже кажется неправдой, Алекс

учился в России, в Питере. Это длилось всего полгода, это была стажировка. Но

с тех пор его связывают теплые отношения с его русским руководителем. Ольга

Ивановна Рощина дала ему многое и в плане образования, и в плане жизненного

опыта. Женщина с достаточно сложной, но в то же время интересной судьбой,

до сих пор с радостью поддерживает отношения с бывшим студентом. Не то

чтобы очень старательным в то время, но прекрасным человеком, по ее мнению.

"Надо же, заведующая кафедрой теперь. Как же давно мы с ней не

общались." Алекс почувствовал некоторое смущение, но постарался прогнать

его. Если она поможет ему, он будет век ей благодарен.

Как же тяжело ожидание!

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ШЕСТАЯ

Марко никогда не относился к любителям охоты. Поэтому, когда Рикардо

предложил ему поехать на охоту, он был не в восторге от его идеи. Но решил

другу не отказывать. Все – таки он был у него в гостях и видел, как Рикардо

старается.

Рикардо же охоту обожает. Не то, чтобы он настолько кровожадный, что

ему доставляет удовольствие кого – то убивать. Охота для него – своего рода

спорт, один из способов почувствовать себя мужчиной, доказать свою силу.

Водитель Рикардо очень быстро доставил их к владениям отца Рикардо.

Это были внушительные участки земли, на территории которых простирался

лес.

– Итак, я предлагаю сначала легкий ланч, а потом за дело, – Рикардо

определил порядок действий.

Они зашли в дом. Это было внушительное трехэтажное здание,

обставленное с загородным шиком: кругом дерево, шкуры животных. При

взгляде на них нежелание ехать на охоту у Марко только укрепилось. Он уже

хотел снова мягко попросить Рикардо поехать на охоту как – нибудь без него.

Но Рикардо поблизости не оказалось, он где – то в глубине дома отдавал

указания персоналу. И Марко продолжил осматривать дом. Комнат в доме было

огромное множество. Разумеется, многие из них пустовали, даже когда в доме

были гости. Дом предназначался для большой семьи, с большим количеством

детей, внуков. "Как было бы здорово … Воображению Марко открылась

картина: вот он играет в покер со своими друзьями, которые приехали

погостить, во дворе у бассейна резвятся дети, а его жена угощает всех такими

блюдами, что все мужчины втайне ему завидуют. А на втором этаже …"

– Эй, ты чего завис, – Рикардо появился словно из ниоткуда, пойдем

вниз, Габриэла такую утку запекла, что тебя сейчас из – за стола не поднять

будет. Марко потряс головой, словно прогоняя свое видение. "Да уж, что это со

мной, раньше я за собой подобных мыслей не замечал."

В лесу Рикардо ориентировался как у себя дома. Этого у него не отнять.

Да и экипировка у него была что надо. Со своим ружьем с прицелом он был

грозой всех животных в радиусе сотни километров.

– А вот и первая добыча, смотри, – Рикардо жестом указал Марко на

свое ружье.

Первое, что открылось взору, был олененок. Он, разумеется, находился на

достаточно далеком расстоянии от Марко с Рикардо. Достаточном для того,

чтобы не подозревая ничего дурного с важным видом прохаживать мимо своей

матери. Она, казалось, была занята чем – то очень для нее важным, но в то же

время постоянно бросала заботливые взгляды в сторону своего малыша.

– Ты будешь охотиться на оленей?

– А ты думал на кого?

– Ну, я не знаю … Я вообще об этом не думал.

– Марко, я взрослый человек. Неужели ты думал, я буду тратить время

на то, чтобы подстрелить кролика?

– Я же говорю тебе, я вообще об этом не думал.

– Ладно, дружище, прости. Я должен был подумать об этом и

прислушаться к тебе с самого начала. Прости, я законченный эгоист. Пойдем к

машине. Я не дам этому дню пропасть.

– Слушай, то, что я не в состоянии нажать на спусковой крючок, не

значит, что ты должен менять свои планы.

– Как раз-таки и значит. Я просто эгоист, самый настоящий. Пойдем к

машине.

Марко уже сидел в машине, когда Рикардо прошептал на ухо своему

помощнику:

– Мы поедем кататься на Розанне и Карло. Держи мои снаряжения,

можешь побыть сегодня за меня.

Розанна и Карло оказались на радость Марко двумя белоснежными

гнедыми. Кататься верхом Марко обожает. Лошади чувствуют это и позволяют

в свою очередь ему чувствовать себя королем. Три часа пролетели незаметно.

Лошадь Марко устала, он это заметил. И понял, что пора дать ей отдохнуть.

– Мистер Марко, я знаю эту лошадку с самого рождения, но она еще

никому не относилась с таким расположением как к Вам. Просто фантастика.

Держите.

– Что это?

– Ржаной хлеб с солью. Она его обожает. Если покормите ее им, она

станет Вашим верным другом навеки, – Фабио, мальчик лет пятнадцати

ухаживавший за лошадьми, по – детски улыбнулся, глядя на Марко.

– С удовольствием.

Когда вышел из стойла, Марко закрыл на секунду глаза, вдохнул свежий

воздух и почувствовал себя счастливым. На эти мгновения он позабыл обо всех

своим переживаниях, обо всем, что так тревожило его. И единственное, о чем он

сожалел, что это ощущение так долго не приходило к нему.

Рикардо предложил провести ночь здесь, в домике неподалеку. Но Марко

все же предпочел вернуться в дом Рикардо. Все – таки менять несколько домов

за день, да еще и после долгого перелета не совсем для него комфортно.

Попрощавшись с приветливым Фабио, Марко уже хотел направиться к машине,

ждавшей их у ворот, но путь ему преградило довольно сердитое создание,

отчаянно лаявшее и вилявшее хвостом.

– Эй, Симба, ты что? Я же учил тебя, что так делать нехорошо.

Извините, мистер Марко, он просто маленький еще, немного невоспитанный,

– Фабио очень боялся, что Марко рассердится.

– Ну что ты из меня делаешь какого – то злодея. Как я могу злиться на

него, – Марко потрепал собаку за густую шерсть, – и хватит называть меня

мистером, я чувствую себя каким – то старым господином с седой бородой.

Просто Марко.

– Хорошо, мист … Марко. Понравился Вам наш Симба?

– Чудесный малыш.

– И видно, что Вы ему тоже. Он у нас очень плохо идет на контакт с

чужими, а Вам видно, что доверяет.

Вечером сидя у камина и наслаждаясь глинтвейном Марко вспомнил

Марселя. "Как он там, интересно. Не грустит ли?"

– Рик, слушай, я сегодня у тебя возле лошадок видел такого песика

сердитого …

– Симбу что ли? Он у нас такой.

– Фабио сказал, что я ему понравился, – Марко улыбнулся от мысли,

что произнес это вслух. Слушай, можно я его у тебя куплю?

– Ты серьезно?

– Ну, конечно, серьезно!

– Еще раз что – нибудь подобное скажешь, я реально на тебя обижусь.

– В смысле?

– В прямом. Купит он его у меня. Марко, я тебе посторонний человек?

Ну понравилась собачка, да если еще и ты ей! Бери на здоровье!

– Но …

– Ни слова о деньгах больше, а то кину в тебя чем – нибудь. Тяжелым.

– Это мы еще посмотрим кто кого!

Уже лежа в постели Марко думал о завтрашнем дне, мысленно составлял

список необходимых дел. "Главное – не забыть Марселю написать, что у него

теперь есть собака. А еще лучше фото прислать. А не то он забросает меня сто

одним вопросом. Надеюсь, у него все хорошо. А как его зовут – то? Ах, да,

Симба."

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ СЕДЬМАЯ

Марко с утра пораньше уже был в бассейне, поэтому ничто и никто не

мешал Рикардо закончить давно начатое дело, которое желательно было

совершить без посторонних глаз и ушей.

– Да, мистер Сольери, я Вас понял. Сегодня последние документы будут

подготовлены. Скажите, а если он все – таки откажется?

– Я предлагаю Вам пока брать в расчет удачный исход.

– Будем на него надеяться. Всего доброго.

– До свидания.

– Ну что, дружище, как водичка? – Рикардо вышел из дома к бассейну.

– Учитывая, что он у тебя с подогревом, вода отличная.

– Здорово. Слушай, мне нужно отъехать на пару часов, ничего, что я тебя

оставлю?

– Рик, какие проблемы. Езжай, конечно.

– Только у меня к тебе небольшая просьба есть. Мне тут должны будут

документы подвезти, можешь забрать их.

– Конечно, без вопросов.

– Я сейчас попрошу, чтобы тебе что-нибудь выпить принесли.

– Не стоит, я уже собираюсь выходить.

– Ни в коем случае. Не пойми меня превратно, но в бассейне ты

смотришься шикарно.

Марко обожает плавать. Конечно, больше всего он предпочитает делать

это в океане. Океан не сравнится ни с каким морем для него. Но в бассейне,

особенно таком как в доме Рикардо, ощущения от плаванья тоже незабываемые

и очень расслабляющие.

– Мистер Марко, – горничная Жаклин постучалась в комнату, там

девушка пришла к мистеру Рикардо, я ее к Вам провожу? Ой, простите, —

Жаклин опустила глаза. Марко стоял посреди комнаты с полотенцем вокруг

бедер.

– Хм…, прости, я тут в таком виде. Пусть зайдет через пару минут.

Как назло, и халат, и одежда куда – то запропастились.

Ах, вот же они!

– Не помешаю? – в комнату вошла стройная девушка в строгом

костюме. Правда, когда она повернулась к Марко спиной, его взору открылся

отчаянно высокий разрез на юбке и стрелки на колготках, что сделало ее облик

не строгим, а вызывающе – эротичным.

Марко все еще стоял в полотенце.

– Э … хм. Немного. Я Вас оставлю на пару минут, с Вашего позволения.

Он вернулся, и правда, через пару минут, в джинсах и поло.

Девушка сидела в кресле. Нога на ногу.

– Простите, что заставил ждать. Вы к Рикардо? Его нет. Если…

Она подняла на Марко глаза и пронзительно на него посмотрела:

– Ты прекрасно выглядишь, но полотенце тебе шло значительно больше.

Некоторое время спустя, она – Марко даже не знал ее имени —

прерывисто дышала и царапала его спину. "А что если сейчас зайдет Жаклин,

там же к Рикардо должны какие – то документы привезти, по – моему я даже не

закрыл дверь …"

На этом мысли Марко оборвались. Он не думал ни о чем совершенно,

полностью отдавшись власти незнакомки. У него и раньше были связи с

девушками, имен которых он даже не знал, но было это давно. И Марко

казалось, что это в прошлом. Но сейчас …

То ли сказывалась усталость, то ли все переживания, которые накопились у него

за долгое время: мысли о работе, расставании с Джулией. Но так хорошо ему не

было уже давно, несмотря на его желание и стремление к настоящим

отношениям.

Упав на подушку без сил, обливаясь потом, Марко подумал "Все – таки

это были чулки".

Когда его мимолетная любовница уходила, она обернулась в дверях:

– Я на столе папку оставила, с документами.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВОСЬМАЯ

Еще никогда так Каролина не была рада скорому выздоровлению как

сейчас. Сегодня улетает Марина. И Каролина так хочет ее проводить!

Каролина едет в аэропорт. Она не любит само слово "прощание". Есть в

нем что – то до боли щемящее. Но сейчас встреча именно прощальная. Каролина

с детства приучена дарить подарки. Особенно тем, кто дорог. А Марина ей

дорога. Стала очень дорога за время их короткого знакомства.

– Ну и чего у тебя глаза на мокром месте? Ты меня как будто в

последний путь провожаешь!

– Ну что ты такое говоришь? Мне просто очень грустно. Я так к тебе

привыкла.

– Так все мои бывшие мужья говорили. Ты не подумай, что мне все

равно. Я просто стараюсь разрядить обстановку. А то сама сейчас разрыдаюсь,

полечу некрасивая с красным носом. А вдруг в самолете будет шикарный

мужчина? А я такая! Я себе не прощу.

– Я тебя люблю! Ты неподражаема!

– Ну, что есть то есть, – Марина улыбнулась и прижала к себе

Каролину. Я тоже тебя люблю, куколка. И у меня для тебе кое – что есть.

– У меня тоже!

– Не зря я чувствовала, что день будет роскошный! Ах, какой сверточек

волшебный. Ну все, буду в самолете смотреть, и никакой мужчина мне будет не

нужен. А это тебе! Только дома посмотри, хорошо? Может, вспомнишь меня

добрым словом.

– Ты думаешь, тебя можно забыть?

– Ты точно не общалась с моими мужьями? Они все так говорили. А я

тебе хочу сказать вот что, принцесса. Всегда. Во что бы то ни стало люби себя

больше, чем мужчин. Поверь мне, уж у меня их было много. Ни один мужчина

не важнее тебя самой, куколка моя!"

Самолет взлетел. Каролине уже не хотелось плакать. Она не удержалась,

открыла коробку. Там было маленькое черное платье Chanel и записка "когда

мы окружаем себя хорошими людьми, добрыми мыслями и красивыми вещами

– жизнь начинает меняться в лучшую сторону. Поверь мне, куколка моя".

Придя домой, Каролина была приятно удивлена, обнаружив в своей

комнате букет из двадцати пяти роз. Темно – красных, совсем точь – в – точь как

она любит. "Да уж, это явно не имеет никакого отношения к Марине". На

зеркале маминым почерком было написано: "Когда курьер принес их, я,

конечно, в первую очередь подумала о себе, но потом все же решила, что вряд

ли твой отец сошел с ума. А увидев содержимое конверта, удостоверилась. Так

что это явно тебе".

Под розами, заботливо поставленными мамой в воду, лежал конверт —

приглашение на поход в SPA на две персоны.

– Да, этот твой Алекс мне определенно нравится. Как человек, —

улыбнувшись сказала Зара чуть позже, лежа после невероятно расслабляющего

тайского массажа в джакузи. Вот польза от него как от мужчины двум

девушкам сразу. Согласись, мог ведь и не подумать, что одной тебе будут

грустно идти в салон красоты. А так, позаботился и о компании для тебя. Все -

таки что ни говори, а современные технологии значительно улучшают нашу

жизнь.

– Что ты имеешь в виду, технику массажа?

– Да при чем тут массаж! Хотя он был великолепен, надо заметить. У

этих тайских девушек такие руки … Ну да не о них сейчас речь. Я про то, что

человек может находиться в другой стране, за тысячи километров, и суметь

сделать своей любимой приятно. Ты его хоть поблагодарила как следует?

– Да … правда, у него сейчас не самый лучший период, много проблем с

работой, один из партнеров ушел. И мне так обидно, что я никак не могу ему

помочь.

– А ты и не должна помогать! Ты девушка! Женщина! Ты помогаешь

ему уже тем, что поддерживаешь его, даришь радость, радуешь своей красотой

и присутствием, пусть пока и виртуальным. Готова выслушать и подарить ему

ощущение превосходства, чувство, что он король.

– Когда ты так говоришь, с чувством, я сразу же тебе верю.

– Вот и отлично. Более того, все, что я говорю, так и есть. Проверено

жизненным опытом. Моим. У меня муж Давид, а это поверь мне такая школа

жизни! Мне теперь уже после него ничего не страшно в этой жизни.

– Я извиняюсь, муж Давид? Я что – то пропустила?

– Ты – нет. Давид – да. Он пропустил свою очередь, когда при

рождении людям мозг раздавали. Это он считает, что он муж. Мой. А я уже

устала ему объяснять обратное. Ну и пусть считает.

– Может, он любит? … Просто темперамент такой, горячий.

– Я не знаю, какой у него там темперамент. Но знаю хорошо свое

терпение, и оно скоро закончится. Ты только представь, он не предупредив меня

взял с собой на охоту. А я терпеть не могу, когда убивают животных ради

удовольствия! Так мало того, что мне пришлось на это смотреть, так он еще и

детеныша убил …

Зара стала серьезной. У нее есть такая черта, когда она говорит на первый

взгляд смешные, где – то даже легкомысленные вещи, но на самом деле все

глубоко переживает. Каролина понимала, что Давид Заре небезразличен. Иначе

она не позволила бы себе никаких с ним отношений.

– Какого детеныша?

– Олененка. Там на поляне была семья: мама, папа и детеныш их,

олененок. Он мало того, что выбрал именно олененка, так еще и не скрывал

этого! Ему доставляло удовольствие смотреть на бедных оленей, видеть их

метания … Он считает, что все животные глупы, не могут даже уберечь свою

семью, не понимают, откуда берется опасность. А я понимаю, что это я была

глупа, когда вообще впервые заговорила с ним …

Когда чего – то очень сильно ждешь, время тянется, как назло, невероятно

медленно. В ожидании звонка от Ольги, своего преподавателя из России, Алекс

выполнил, казалось, работы больше, чем обычно. От переживаний, стало быть.

Не находил себе места, покоя. А ему в свою очередь не давала покоя мысль о

том, а не зря ли все это. Может, он все – таки ошибается, глубоко ошибается

насчет Каролины? Неужели у этих чувств, которые так поглотили его, есть

будущее? Разница в возрасте, опять же. Но потом он снова вспоминал свои

ощущения рядом с ней… Не зря говорят, что человек может забыть слова или

поступки, но не в состоянии позабыть то, что его заставил почувствовать другой

человек. А Каролина заставила Алекса почувствовать, что он живет. Не

существует, выполняет некий негласный жизненный план: школа, университет,

работа, и так далее по списку, а именно живет и дышит полной грудью.

Как в песне: “Tomorrow and ever, tomorrow and ever, tomorrow and ever, it’s

a perfect day”. Каждый день прекрасен, к которому она имеет отношение. Пусть

пока даже косвенно, на расстоянии. Как же Алекс уже ненавидит эти

расстояния! Еще и Ольга так долго не звонит. Может, она не сможет или даже

не захочет помогать? Конец терзаниям Алекса подошел вечером того же дня.

– Здравствуй, Алекс, как же давно я тебя не слышала! Как ты? Ну и

задачу ты мне задал! Пришлось поднять все свои связи в Минске.

Невозможного я, конечно, не сделала. Но, если справится, твоя знакомая

сможет сдать уже на следующей неделе все экзамены экстерном.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ

У всего хорошего есть одна отрицательная черта – оно заканчивается.

Время, которое мог себе позволить Марко провести в гостях у Рикардо,

подходило к концу. Их последние дни были особенно насыщенными и

активными. Словно Рикардо хотел в полной мере обеспечить другу

незабываемое время. Один из знакомых Рикардо владелец роскошного курорта,

там Марко и вспомнил позабытый дайвинг и серфинг. Как говорит Рикардо:

“если погрузился в воду и поднялся в небо, самое главное в жизни испытал”.

Поэтому не обошлось в их программе и без парашютов.

В день отъезда Марко Рикардо был серьезный и молчаливый. Марко и

самому было печально, поэтому он не придал этому особого значения.

– Посидим перед дорогой, как в старые добрые времена? Мне нужно

тебе сказать нечто очень важное, – Рикардо был серьезен как никогда.

– Конечно.

– Марко, выслушай меня до конца сначала, даже если тебе и захочется

мне что – нибудь возразить, – Рикардо протянул ему папку. В этой папке

документы и все необходимые бумаги для управления клиникой. Твоей

клиникой.

Марко уже хотел что – то сказать, но Рикардо не позволил ему,

продолжив:

– Да, твоей клиникой. Я не подарил ее тебе, не отдал свою, я ее

специально открыл для того, чтобы ты ею управлял. И я был бы совершенно

счастлив, если бы ты в ней еще и работал. Я много раз тебе уже повторял, что

ты должен вернуться в медицину. Должен потому, что ты врач от Бога, и ты

можешь спасти сотни людей в своей жизни. Да, я знаю, клинику ты не хотел

принимать от меня никогда. Но она уже твоя. И теперь решать только тебе, что

с ней делать. Ты спас мне жизнь, а я лишь хочу спасти врача в тебе. Но если ты

все же поймешь, что не хочешь иметь ничего общего с ней, ты можешь ее

продать или отдавать весь доход от нее на благотворительность. Ну, скажи мне

теперь что – нибудь.

– Когда она начнет окупаться, и я буду отдавать тебе долг, это же не

пошатнет фундамент нашей дружбы?

– Так я и знал! Ничего другого ты, конечно, не мог сказать!

ГЛАВА СОРОКОВАЯ

“Боль близкого человека. Слезы. Бессилие. Поддержка. Долгожданная

улыбка. После все старые проблемы – пыль”.

ГЛАВА СОРОК ПЕРВАЯ

Каролина вышла из душа, надела белый махровый халат, который был

приготовлен для нее, и глубоко выдохнула. Перелет был долгим, утомляющим.

Но еще больше ее утомило напряжение от ожидания, волнение, как все пройдет,

а что, если … И огромное число этих “если”, которое не давало покоя. Да, они

оба ждали этой встречи, так долго шли к ней, но все же были не так долго

знакомы в реальной жизни. И эта неизвестность пугала.

Алекс встретил ее в аэропорту. Он уже ждал ее, когда она вышла. С

багажом, растерянно озираясь по сторонам в поисках его. Поцелуй в щеку,

машина, дорога к дому Алекса.

До этого Каролина никогда не путешествовала одна, более того на

самолете. И одно это было для нее самым настоящим подвигом. А еще

невероятным переживанием, которое лишало сил и вызывало огромную

слабость.

Одним из главных вопросов для Каролины, как в прочем и для Алекса,

было как вести себя, что говорить в первые минуты, первые часы встречи. Они

были и близки, и далеки одновременно.

Когда Каролина думала об этой встрече, старалась представить ее, в ее

сознании всплывали картины из фильмов. Двое бросились в объятия друг друга,

он начал жадно целовать ее, на руках отнес в комнату, усыпанную лепестками

роз.

Их встреча не была лишена романтики, но, к счастью, не была похожа на

кадры фильма или сюжет дамского романа. К счастью, для Каролины. Она ведь

хотела чувствовать жизнь, находиться рядом с живым человеком, а не

идеализированным героем.

Алекс ушел в офис – все – таки работу ему никто не отменял. Каролина

медленно ходила по квартире, внимательно осматривая каждую мелочь.

Квартира Алекса была двухъярусной. Интерьер, как показалось Каролине,

соответствовал его характеру и внутреннему миру. Обстановка была уютной,

без излишнего пафоса. Хотя и было заметно, что вложил Алекс в свое жилье

немало. Светлые тона настраивали на спокойный лад, многофункциональная

мебель и техника позволяли хозяину жилья чувствовать себя более чем

комфортно.

Больше всего Каролина боялась увидеть берлогу холостяка. Такое

современное благоустроенное жилище в стиле хай – тек. Здесь же было видно,

что все обустроено для жизни. Об этом говорили мелочи – сувениры, подушки –

расставленные тут и там. Конечно, эти мелочи могли быть связаны с наличием

женщины, которая и занималась благоустройством квартиры Алекса, но эту

мысль Каролина прогнала как можно дальше.

Каролина выпила кофе, свой любимый, сваренный с корицей. Распахнула

настежь окно, вдохнула полной грудью горячий испанский воздух и решила,

что пару часов до прихода Алекса нужно посвятить осмотру окрестностей.

Чтобы постараться как можно скорее избавиться от ощущения того, что она

здесь турист. Каролина любит ходить по незнакомым местам и чувствовать себя

местной, а не одним из многочисленных туристов, которые фотографируются

на каждом углу. Вот и сейчас, она вместо того, чтобы снимать окрестности,

наслаждается тирамису в летнем кафе и рассматривает местных жителей.

– Ир, а вы на грудном вскармливании еще?

– Нет, я уже стараюсь отучать свою, а ты?

– А я нет пока, решила, пока есть молоко, пусть пьет. Мы такого врача

нашли нового замечательного, в клинике на del Bisde.

– Доктор Рэймонд?

– Нет, Фабрикус.

Каролина стала невольным слушателем беседы двух русских молодых

мамочек. И тот факт, что обе были здесь с колясками и малышами, которым

явно еще не было и года, свидетельствовал, что они не были туристами. Скорее

всего вышли замуж за местных жителей. “Интересно, а я смогла бы вот так,

бросить все, к чему привыкла, и переехать в другую страну?”

Когда была маленькой, Каролина очень любила ждать с работы маму.

Ждать, что вкусненькое она принесет, ждать в нетерпении, чтобы поскорее

рассказать, что ее сегодня напугало или огорчило. Словно от того, что она

расскажет, ее страх или огорчение тут же исчезнут. Есть в этом что-то

волшебное и таинственное – ждать домой близкого человека.

Вот и сейчас, вернувшись домой, Каролина ждала Алекса с работы. Как

тогда, в детстве, маму. Отчаянно и в нетерпении.

Алекс и сам спешил. У него было ощущение, что дома его ждет

маленький ребенок, к которому нужно поскорее прийти.

– Это я. Ты дома? Или увидев мое холостяцкое жилище, уже сбежала из

него?

Каролина вышла в холл, увидела Алекса с большими пакетами из

супермаркета. И …

Все. Стена изо льда растаяла. До последней льдинки. Словно и не было

этих сомнений, долгих дней на расстоянии, бессонных ночей. Вот он стоит,

родной и близкий человек, с пакетами полными вкусностей.

Такой эпизод нередко встречается в фильмах – он бросает пакеты на пол,

подхватывает ее на руки. Но сейчас это не было фильмом. Хотя этот момент

останется в их памяти навсегда.

А потом они готовили ужин. Вернее, готовил главным образом Алекс, а

Каролина на него смотрела. Была музой. Не потому что она не умеет готовить,

или чего хуже, не хочет. Это было полностью желание Алекса – приготовить

для нее ужин. Для них. Он так и сказал. И это слово безумно понравилось

Каролине. “Для них, они, мы”. В этих звуках столько родного и домашнего.

Каролина сидела за столом, опираясь о стену и откинувшись назад.

Смотрела на Алекса, который по своему фирменному секретному рецепту

готовил пасту. Смотрела на него как будто в первый раз. Такое необычное

чувство, видеть мужчину, своего мужчину в таком виде. Каролина понимала,

что ей безумно нравится то, как он выглядит сейчас.

– Еще немного и ты просверлишь мне взглядом дыру в спине.

– Ну ничего страшного.

– Вот так значит. Если я делаю что – то не так, так и скажи.

– Все так, просто …

– Просто?

– Просто ты безумно прекрасен, когда готовишь.

У Алекса было много женщин в жизни. Он никогда не уводил женщин у

друзей, не имел дел с замужними, но в остальном себя не ограничивал. Он

влюблялся, у него были и серьезные отношения, и мимолетные увлечения. Он

долго не мог забыть Сильвию. Он знает, что такое чувства. Но сейчас

испытывал что – то совершенно новое. Не только уже знакомые ему страсть,

огромное влечение и желание. А какую – то невероятную нежность, страх, если

можно так сказать. Страх навредить, ранить, сделать что – то не так. И слабость.

Он, взрослый сильный мужчина, чувствовал себя обезоруженным перед этой

девочкой. Да, Алекс видел, что Каролина хоть и выглядит на свои двадцать с

небольшим, рассуждает совсем не как юная наивная нимфетка. Но почему – то

ему хотелось назвать ее именно девочкой. Девочка со взглядами мудрой

женщины. Нужно же было умудриться найти ее среди миллиардов женщин на

Земле!

Запах ее кожи пьянил, сводил с ума. Алекс никогда бы не смог его

забыть и узнал бы из тысячи. Она считала, что сейчас он здесь главный, он

ведет ее в неизвестность, он накаляет страсть. А он признавался, но только

самому себе, что со всей своей неопытностью, нервным ожиданием и робостью,

она главная сейчас здесь среди этих шелковых фиолетовых простыней.

Последний вздох, оба без сил с прерывистым дыханием. Для нее этот секс

был первым, оттого не самым лучшим в ее жизни, но самым долгожданным и

будоражащим все, от волос до сознания. Для него – не самым долгим,

раскрывающим все его возможности, но и не время сейчас было для них.

Рядом с Алексом была девушка – ангел. Он так долго ждал ее, так долго

пытался разобраться в себе и во всем, что с связано с ней, но потерпел полное

фиаско. Да и прямо в данный момент мысли и вовсе его покинули. Он понял

одно, и эта мысль его пугала и заставляла чувствовать себя последним

ублюдком.

ГЛАВА СОРОК ВТОРАЯ

Алекс хотел взять себе хотя бы несколько выходных, но в виду ухода

Майкла не мог позволить себе такую роскошь. Поэтому сегодня он пошел в

офис не один.

Роджера не было, туристов тоже. Только множество бумаг, счетов и

прочего бумажного хлама, который безропотно ожидал Алекса в его кабинете.

– Sweetheart, пройдись по офису, видишь там в углу белая дверь? Это

выход в сад. Совсем скоро я освобожусь.

Видеть место, о котором ты много слышал и которое видел не раз через

окна Skype, по меньшей мере интересно. Многие уголки были Каролине

знакомы. Вот этот шкаф с фигурками и сувенирами из разных уголков Испании

и всего мира она помнит прекрасно. Внимание Каролины привлекла

фотография миленькой девчушки в керамической рамке. “Наверное, Микелла, о

которой Алекс рассказывал. Интересно, как она? God bless her”.

Несколько часов пролетело незаметно за каталогами с экскурсиями,

яблочным соком и телефонными звонками, на которые Каролина отвечала,

войдя в роль сотрудника Dream Holiday. com.

– Ну что, my lala, прости за временные неудобства, теперь на раз – два –

три можешь снова превратиться в беззаботного туриста, наслажд …

– Я не хочу быть туристом! Я хочу чувствовать себя как дома.

– Ах вот как! Ну значит на раз – два – три превращайся в местную

жительницу, не обремененную походом на работу. Сейчас придет мой

напарник, а мы отправимся …. Впрочем, не скажу куда. Let us go!

Из окна его Шевроле Каролина наблюдала за шумной Барселоной,

вполуха слушая, как Алекс разговаривал с кем – то на арабском. Он знает

несколько языков, и это заставляет его выглядеть еще более сексуально.

Приехали. На причал.

– Душа любой страны, где есть море, заключена именно в нем. И не на

берегу, а так далеко от берега, где под тобой десятки метров соленой стихии.

Honey, сегодня тебе все же придется немного побыть в роли туриста. Мы

поплывем в море на яхте с туристами, туристами Dream Holiday. сom, как ты,

наверное, поняла уже, – Алекс улыбнулся. Но обещаю, что в следующий раз

это море будет принадлежать только нам.

– Ну хорошо, только я предпочитаю быть все же не туристом, а

сотрудником Dream Holiday. Таким еще не очень опытным, но сотрудником.

– Я не посмею считать тебя сотрудником. Скорее уже совладелицей.

– Или так.

Море встретило ласково: тихое, без волн. Все – таки время у моря, и более

того в море, как маленькая жизнь.

И пусть сейчас кругом туристы, много народу, ничто не мешает

чувствовать Каролине присутствие его, такого родного уже человека.

Алекс был все – таки на работе, и их поездку нельзя было считать

романтичной, но Каролина наслаждалась морем.

На яхте работала слаженная команда. Мальчики все как на подбор. (Ох,

Зару бы сюда!) После ланча, они помогли всем желающим снарядиться для

плавания в открытом море. К своему сожалению Каролина плавать не умеет. Но

она и не унывала, оставшись на палубе. Было так тихо и спокойно без галдящей

толпы.

– А Вы почему не плаваете?

– Не умею, если честно.

– Значит в самый раз научиться.

– Думаю, в другой раз.

– Ну как же, самое подходящее время. К тому же спасательный жилет

держит на воде. В нем спокойно плавают даже дети.

– Спасибо большое. Я только первый день здесь, надеюсь, что научусь.

– Нужно говорить, “уверена, что научусь”.

– Уверена, что научусь, – Каролина улыбнулась.

– Вы прекрасно говорите по – английски.

– Спасибо.

– Хотите чаек покормить?

– А как? И чем?

– Рыбой. Вот, держите. Меня Крис зовут.

– Каролина, очень приятно.

– Очень приятно. Смотрите, – Крис поднял голову вверх, – вот они,

красавицы белоснежные.

И правда, чайки роились над яхтой, кричали и острым взором смотрели

вниз.

– Бросайте рыбу вверх, – Крис подбросил кусочек сырой форели в небо,

– и его поймает самая проворная.

Действительно, самая быстрая белоснежная красавица за доли секунды

завладела добычей.

– А можно я попробую?

– Конечно, держите, – Крис протянул Каролине свежую морскую

добычу.

Раз, два, три … Бросок за броском чайки получали свой долгожданный

обед.

– Они ни разу не упустили!

– Конечно! У них это в крови. Их реакции любой стрелок позавидует.

А чайки все кружили у них над головами, совершенно равнодушные к

тому, что о них сейчас вели разговор. У них была цель – получить еду. Они

нашли ее источник, и были заняты только своей идеей. Наверное, этому у них

стоит поучиться. Не обращать внимание на сплетни и пересуды, а четко знать,

чего ты хочешь и добиваться поставленной цели.

Этому Каролину всегда учил и Алекс. Он видел, что для Каролины важно

чужое мнение порой, и его это злило. “Если бы я слушал, что обо мне говорят, я

бы не добился и половины того, что имею сегодня. Никто кроме тебя самой не

знает, что для тебя лучше”.

Быт убивает любовь. Такой вывод навязывают современные фильмы и

статьи в глянцевых журналах. Сама Каролина не могла сделать никакой вывод

по данному поводу еще, но для себя поняла лишь одно вечером после долгого

дня в офисе Алекса и на яхте с туристами – ей невероятно спокойно с ним

рядом в домашней обстановке. Легкий ужин, кофе, душ. Алекс смотрел

новости: где – то на юге страны испанцы проводили забастовки. Каролине

хотелось его внимания, но не настолько, чтобы теребить его рукав со словами

“милый, поговори со мной”. Как говорила ей в свое время Марина – вот уже

кто знает толк в мужчинах – “если мужчина занят, самое время сделать

радость для себя любимой”. Молочный шейк с клубникой, чем не радость?

ГЛАВА СОРОК ТРЕТЬЯ

Каролина заметила, что когда мысленно отрекается от своих

размышлений и мыслей о будущем, то становится поистине счастливым

человеком.

Сегодняшний день начался обычно. Обычно для ее нынешней маленькой

жизни. Окончательно проснулась Каролина уже на яхте. Это было ее третье

утро на солнечной стороне мира. И вся окружающая атмосфера заряжала

энергией с каждой секундой все больше и больше.

Мальчики, работавшие на яхте, уже начали ее узнавать, отчего было даже

неловко немного. Потому что Каролина, к ее большому стыду, не запомнила их

имен. Как – то так вышло. “Сегодня обязательно узнаю и запомню!”

На берегу какая – то суета, последние приготовления перед отправлением.

Каролина закрыла глаза и вдыхает горячий воздух. По телу разливается

невероятная легкость.

Что Каролина обожает делать, когда находится где – то одна, так это

рассматривать окружающих людей. Алекс был занят работой. Да и был он здесь

для нее не Алекс, а мистер Алекс. Начинать приготовления для того, чтобы

загорать было еще рано. И Каролина начала изучать туриcтов. Хотя, нужно

признать, никто особо ее "не зацепил". Женщины, в основном выбравшие себе

купальник не по фигуре, мужчины с пивными животиками и кричащие дети. В

тот день все было именно так.

"Ну, сейчас отплывем немного и можно будет пойти наверх." Ход мыслей

Каролины прервал идущий по направлению ко ней в компании какой – то

женщины Алекс. "Ну, да, позагорала. Конечно."

– Это Каролина, – Алекс указал на нее. Каролина, это Мария, подруга

Роджера, моего партнера"

– Очень приятно.

– Очень приятно.

Обмен любезностями можно было считать завершенным.

"Вот почему обязательно нужно подругу Роджера знакомить со мной? Я

очень хорошо себя и без этого чувствовала." Но вслух Каролина сказала

совершенно другое, разумеется.

– Вы давно в Барселоне? – Каролина решила начать разговор из разряда

“о погоде”.

– Нет, в этот раз только два дня пока, это третий.

– В этот раз? Вы здесь часто бываете?

– Не выкай мне, пожалуйста. Я не могу так разговаривать… Да, я здесь

два года жила, с мужем.

Марии, или Маше, как она сказала ее называть, было около сорока.

Брюнетка, каре, шортики и шелковый платок на плечах не копеечной

стоимости. И какая – то острая тревожность и усталость в глазах. Хотя, понятно

отчего, она же сказала, что разводится, не отдыхать сюда приехала. А еще

Каролине показалось, что ее новая знакомая – явный лидер и скорее всего

руководитель. Не удивительно, если у нее свой бизнес. Чувствовался в этой

женщине стальной внутренний стержень.

– У Вас…у тебя муж был испанец?

– Нет, восточный, араб. Но жили здесь, у меня дом в Барселоне. Был …

Только ничего хорошего я в этом не вижу. Развожусь сейчас, приехала дела

уладить.

Разговор, казалось, зашел в тупик. Собеседнице Каролины явно, как и

самой Каролине, не особо хотелось беседовать. Тем более Каролина уже вообще

не имела понятия, что сказать. Обычная светская беседа уже не клеилась.

Спрашивать человека, как ему море и погода, когда ты знаешь, что он приехал

разводиться, более чем глупо.

– У тебя очень красивые глаза, красиво очерченные, я давно таких у

женщин не видела вживую, без фотошопа, – неожиданно сказала Маша.

– Спасибо, очень приятно это слышать.

– Держи, – женщина протянула Каролине свою визитку. Если долго еще

в Барсе будешь, звони, подскажу номер девчонки, она визаж профессионально

делает. Лучшая во всей Барселоне. Если подберет к твоим глазам нужный

макияж, вообще королевой будешь.

– Спаси …

– Девчонка, кстати, бывшая элитная проститутка. Вышла замуж, родила

детей, теперь макияж делает, сменила так сказать профессию, – Маша хрипло

рассмеялась. И не надо так смотреть. Подумаешь, ноги за деньги человек

раздвигал. Зато кому от этого было хуже? Это естественно. Природой в нас

заложено. Сколько мужиков она осчастливила!

Против незнакомой ей бывшей проститутки Каролина ничего не имела. А

вот ее новая знакомая ей стремительно переставала нравиться.

– Знаешь, я тебе что скажу. Я очень хорошо вижу людей. Я их чувствую.

Я тебя не знаю, но по – человечески за тебя буду переживать. Есть в тебе что –

то сильное и ранимое одновременно. Не верь здешним мужикам. Да и не только

здешним. Верь прежде всего лишь себе, своему разуму. Это я тебе как опытная

самка говорю, уж поверь мне.

Каролина долго еще потом размышляла над словами женщины на яхте. А

еще больше над тем, какое количество судеб повидал этот ставший ей уже

близким город. Она, Каролина, уже полюбила Барселону. Потому что любит

человека, живущего здесь. А сколько людей любит ее по другим причинам?

Сколько ненавидит этот город. Такой яркий и привлекательный для сотен

туристов.

– Love my sex, – Алекс прошептал ей на ухо срывающимся на хрип

голосом.

Желание овладевало Алексом практически постоянно, как только они

оставались одни. Но это не был животный инстинкт, просто желание секса.

Словно занимаясь любовью с Каролиной, он давал понять всем, что это его

ангел. Он тот самый, кто увидел эти полупрозрачные белые крылья у нее за

спиной, и никто другой не смеет даже посмотреть в ее сторону.

– Relax, ты женщина, ты должна получать сейчас удовольствие. Когда ты

будешь его получать, сумеешь доставлять его и мужчине.

– Ты так говоришь, как будто учишь меня для кого – то. Не говори так,

пожал …

– Don’t talk now. Just relax …

ГЛАВА СОРОК ЧЕТВЕРТАЯ

Новый день на яхте был прекрасен. Алекс не был поглощен работой, и

они с Каролиной плавали, обласканные теплым морем. Может, сотрудники

Алекса, или “мальчики с яхты”, как их про себя называла Каролина, и обратили

внимание на подозрительное веселье своего обычно серьезного босса, но

Каролина решила не думать об этом. Алекс всегда учил ее этому – не обращать

внимание на то, что думают или могут подумать окружающие люди. “Если бы я

задумывался об этом, я бы не добился и половины всего в своей жизни”. И вот у

Каролины это начало получаться. “А это оказывается не так сложно”.

Но вскоре внимание Алекса все – таки отвлекли партнеры из Греции,

которые были в тот день на яхте.

– А это сложно? – Каролина с интересом наблюдала, как Крис, парень,

научивший ее кормить чаек, разрисовывал красками лицо пухленького карапуза

под чутким руководством его мамы.

– Нет, совсем нет. Хочешь попробовать?

– Я боюсь испортить.

– Это не сложно, закончи вот эту красную бабочку, точно так же как у

меня. Ну, смелее.

– Как здорово! А эти краски легко смываются?

– Конечно. Обычной водой. Хочешь нарисую тебе? – спросил Крис,

когда довольный карапуз отправился на руках у мамы дегустировать фрукты на

палубе.

– А что?

– Что хочешь, можешь выбрать из каталога, – Крис протянул глянцевый

журнал.

Бабочки, цветы, морские жители, надписи, татуировки.

– Вот эту хочу!

– Ммм. Диамант. Хороший выбор. А что это тату значит, знаешь? —

Крис прищурился.

– Ну, богатство, наверное. Может, власть.

– В принципе верно, – Крис приступил к рисунку. Но не только. Что

такое диамант? Это же не огранённый алмаз. Но пара движений и действий

ювелира – и этот камень станет драгоценным. Так и человек с таким знаком на

теле: он полон еще нераскрытого потенциала.

– А ты, я смотрю, эксперт.

– Ага, не дергайся, а то неровно получится. Я в прошлом тату – мастер.

– Ничего себе! Как же тебя сюда занесло?

– Раскрылась новая грань, – Крис ослепительно улыбнулся. Потерпи

еще пару мгновений. И ты станешь обладательницей многогранного алмаза.

– Ну все, готово.

Каролина уже изнывала от нетерпения. Посмотрела на свою руку – чуть

выше локтя красовался как настоящий голубой алмаз.

– Ну все, – Крис довольный посмотрел на свои старания – теперь не

подведи, раскрой в себе все грани до единой.

– У нас что, романтический вечер? – Каролина с интересом наблюдала,

как Алекс зажигал свечи по всей комнате.

– Почему бы и нет. И кто сказал, что романтические вечера должны

устраиваться лишь по каким – то определенным датам и праздникам! Человек

сам кузнец своих праздников. Вот у нас сегодня, например, день жареного

кальмара.

Сегодня они готовили вместе. Алекс – разрекламированного в их

маленьком обществе кальмара, Каролина была ответственной за гарнир и

десерт.

Алекс стоял к ней спиной возле плиты. Вокруг бедер – белое махровое

полотенце. В таком виде он выглядел невероятно домашним и сексуальным

одновременно! Каролине вспомнилась одна парочка, которая была сегодня на

яхте. Мужчина чертами лица напоминал ей Алекса, потому они и запомнились.

Мужчина сидел с гордым видом орла, думая о чем – то своем, устремив взгляд в

никуда. Рядом с ним сидела девушка, жена или просто возлюбленная,

смотревшая на него с таким обожанием, которое невозможно было не заметить.

Она держала его под руку, клала руку на колено, опускала голову ему на плечо.

Казалось бы, ничего особенного, естественные проявления нежности. Но скорее

всего в этой паре это обычное дело. А еще в сотне других пар. Мужчина

позволяет себя любить, а женщина растворяется в нем, забывая о своих

желаниях. В тот момент Каролина осознала, как же приятно ловить на себе

полный любви взгляд Алекса. А еще … Из мыслей ее вырвал Алекс.

– Прошу к столу. Кальмар от шеф – повара Алекса к вашим услугам.

Кальмар оказался пересоленным. Не чуть – чуть, а очень даже сильно.

Каролина хотела уже пошутить, не влюбился ли шеф – повар, но решила, как

мудрая женщина, все же промолчать. А на полные разочарования слова Алекса

о том, что кальмар не удался, с уверенным видом сказать, что блюдо прекрасно.

– Ну, конечно, я посмотрю, сколько литров воды ты выпьешь сегодня

после этого прекрасного блюда.

– Не понимаю, о чем ты. Более того, ты же знаешь, я люблю соленое.

– Ну – ну. Хотя я понял причину.

– И?

– Это все Роджер виноват. Он сглазил нас сегодня на яхте, gave us a bad

eye.

– Ты думаешь? – Каролина улыбнулась.

– Конечно, больше некому. Скажешь, все что о нем думаешь, при

встрече. Из – за него ты осталась голодной. Что это у тебя на руке? – Алекс

взглядом указал на диамант, нарисованный Крисом.

– Алмаз, на яхте сегодня нарисовали.

– Кто?

– Мальчик, твой сотрудник.

– Мальчик? – Алекс вдруг резко стал серьезным, взгляд у него

потемнел. Какой мальчик?

– Я не помню, как его зовут. Кристиан или Крис. Как – то так.

– Почему он на тебе рисовал? – было видно, что Алексу эта ситуация

более чем не нравится. Каролина никогда его таким не видела.

– Он предложил, мне стало интересно. А что в этом такого? Он на

многих туристах рисовал.

– Ты не турист! И ты не многие! Никто. Слышишь, никто не имеет права

на тебе рисовать! – выпалив это Алекс со злостью начал курить. Прости, я не

знаю, что на меня нашло. Я просто, как представил, что этот Крис держит твою

руку …

– Алекс, …

– Не говори ничего. Еще раз прости.

Все – таки тот, кто изобрел французский поцелуй, спас многих людей от

ненужных и нелепых ссор.

Алекс изучал сайт Dream Holiday.com, пытаясь найти то, что требует

доработки и изменений. Он – в постели, на коленях – ноутбук, в руках —

вода с лаймом. Каролина занята тем же. Только у нее в бокале яблочный сок

вместо воды. Еще полчаса назад они занимались любовью. Долго и со страстью.

А сейчас – словно семейная идиллия. И не нужны долгие разговоры,

признания. Они, признания, в поступках, а не словах. Они в этих самых

бокалах, которые принес Алекс, в лайме, так аккуратно нарезанном Каролиной.

В одеяле, одном на двоих, молчании рядом друг с другом. В сознании Каролины

впервые пронеслись слова, созвучные со словом “семья”. Пронеслись быстро,

даже стремглав. Но оставили после себя приятный привкус счастья.

От экрана устали глаза. Каролина отвела взгляд в сторону. Стала

рассматривать темные тяжелые гардины спальни. Шторы колыхались.

Наверное, от кондиционера. Эти дни они даже спали с включенным

вентилятором. Лето решило полностью показать все свои права.

Тишину спальни нарушил резкий вскрик. Не кондиционер развевал

занавески в комнате с семейной идиллией. У этой причины был длинный хвост

и грязно – серая кожа.

– Алекс, там ящерица!

– Где?

– Ну, вот же. На стене, наверху.

– Я не вижу.

– Ну, вот же она. Она убежала под кровать! – Каролина схватила

Алекса за руку. Она поняла, что никогда больше в жизни не скажет, что боится

пауков или тараканов. По сравнению с ящерицей они милейшие создания.

– Ну, ты же сама сказала, что она убежала. Что я могу сделать? – Алекс

со спокойным видом снова уставился на экран.

– Я, конечно, понимаю, что ты все еще, наверное, злишься из –за

рисунка, но не мог бы ты свой сарказм по этому поводу оставить на завтра? Я

его с удовольствием завтра послушаю. Но не сейчас. Алекс, мне действительно

страшно.

– Какой рисунок? Ах, ты про тот алмаз. Я уже и забыл.

– Тогда в чем дело?

– Ни в чем. Я просто действительно не понимаю, чего ты боишься. Эта

ящерица сама тебя боится.

“Обними меня, черт возьми. Обними. Прижми, возьми за руку. Сделай

хоть что – нибудь сейчас. Прямо сейчас. Мне так это нужно. До слез. Обидно до

слез. Неужели ты не видишь, что мне сейчас не до твоих шуток”.

Одна за другой на колени полетели слезы. Подошла к окну, отвернулась.

– Ты спать не собираешься?

– Нет, если ты не понял, я боюсь ящерицу.

Алекс рассмеялся.

– Да она сама тебя боится.

– Прекрасно. Я очень за нее рада.

– Ну, если ты спать не будешь, я тогда твою подушку возьму, ладно?

– Ага.

Было огромное желание уйти спать в гостиную. Но потом переборола его,

показалось глупым. Уснула рядом с ним, рассматривая его широкую

мужественную спину. Захотелось его коснуться. Но переборола и это не менее

глупое сейчас желание. Обида взяла свое. Ящерица так и осталась в комнате, но

она уже не наводила на Каролину такой ужас.

Она поняла, что никогда больше в жизни не скажет, что боится ящериц.

По сравнению с близкими и родными людьми они милейшие создания.

ГЛАВА СОРОК ПЯТАЯ

Говорят, что человек может забыть слова и поступки другого человека, но

никогда не в состоянии будет забыть то, что другой человек заставил его

испытать.

Он вспомнил ее внезапно, тогда, когда уже не собирался вспоминать. Не

то, чтобы это ностальгия по прошлому, но в его мыслях нашлось место для нее,

той, которая, как думал он, забыта. Сильвия.

Все началось с обычной встречи.

Алекс с Каролиной проводили один из вечеров в уютном ресторанчике

недалеко от офиса. Там Алекс и встретил Маркуса. Вернее, Маркус, его

университетский друг, заметил его. Слово за слово, объятия, вопросы. Алекс

заметил в глазах друга и Елены, его жены, сотни вопросов о его спутнице, но, к

счастью, они ничего не стали спрашивать вслух. Они часто встречались такой

компанией раньше – Алекс с Сильвией, Маркус с Еленой. Праздновали дни

рождения, встречали Новый год и Рождество.

Каролина не была смущена. Чем Алекс всегда восхищался, так это тем,

что она была еще неопытна в отношениях с мужчиной и опытна в общении с

людьми совершенно разных возрастов. Такая маленькая леди. Еще немного

скромная и неискушенная в постели (но даже там Алекс видел, как каждый день

она становится все более и более женственной, и соблазнительной) и уверенная

в себе во время светских бесед.

Тогда почему он вспомнил Сильвию именно в тот момент, там, за столом?

А он вспомнил. Ее, себя рядом с ней, ощутил, казалось, даже запах ее

духов. И мысленно наконец поставил точку в тех размышлениях, которые

терзали его с самого первого дня встречи с Каролиной. Точку, которая

заставила его почувствовать себя последним подонком. Точку, которую ему еще

предстояло произнести вслух. И которая делала его маленькую леди

одновременно такой близкой и далекой.

ГЛАВА СОРОК ШЕСТАЯ

Тот день начался с сообщения от Зары: “Куколка моя, я по тебе безумно

скучаю. Но уверена, что ты шикарно проводишь время. Люблю тебя. А я сейчас

в Ереване. Давид, так сказать, неплохо себя вел, вот и решила его порадовать

своей компанией в поездке. Но он заблуждается, если думает, что теперь ему

все можно. Целую мою красавицу – джан”.

– Счастливый Давид, наверное, сейчас, – Каролина улыбнулась.

Зара знает, как заставить улыбнуться.

Наконец, Алекс сумел освободить себя от работы на пару дней. И дни

напролет они гуляли по Барселоне.

– А ты знаешь, что многие режиссеры и писатели уже оспаривают звание

Парижа городом любви. И удостаивают этого звания Барселону.

– Серьезно? А не твоих ли рук это дело? Не ты ли их всех подбил на это?

– От тебя ничего не скроешь.

Бульвар Рамбла, встречал их как всегда оживленно. Уютные

ресторанчики Готического квартала укрывали от дождя, который порой решал –

таки навестить горячую испанскую землю. Вид, который открывался на город с

горы Тибидабо, завораживал.

– Закрой глаза, – Алекс обнял Каролину сзади. И загадай желание.

– Если загадать его здесь, оно сбудется?

– Да.

– Это местная легенда?

– Нет, – Алекс улыбнулся. Это я придумал. Однажды еще в детстве я

загадал желание, стоя на этой горе, и оно сбылось. Теперь я верю в то, что гора

их исполняет.

– Ну, значит и я верю, конечно.

В счастье дни пробегают стремительно. Испанская деревня, дом Амалье,

дворец Гуэля, башня Бельесгуард, Саграда Фамилия. Алекс хотел показать

Каролине как можно больше красот своего города, чтобы она сполна ощутила

его энергетику. И она ощутила. Растворилась среди его стен, облитая солнцем, и

сама излучающая солнце. Она начинала понимать, что здесь она окончательно

теряет свое сердце. Оставляет его здесь, и ничего уже не может с этим поделать.

И не хочет ничего с этим делать, не хочет противиться.

– У меня есть еще несколько свободных от работы дней. Хочешь слетаем

куда – нибудь?

– Ты же знаешь, с тобой – хоть на край света.

– Замечательно. Но все же в этот раз предлагаю ограничиться чем –

нибудь поближе. Слушаю Ваши предложения и пожелания, мадемуазель.

Каролина задумалась.

– Ты такая сексуальная, когда думаешь.

– Только когда думаю? А в остальное время, значит, так себе? —

Каролина сделала вид, что невероятно обижена.

– В остальное время ты чертовски сексуальна.

– У меня дилемма …. С одной стороны, я всегда мечтала об Италии,

особенно Венеции. А с другой, меня всегда привлекал Восток. Такой сладкий и

манящий, совсем как ты.

– Ваши пожелания приняты, – Алекс встал, делая вид, что уходит из

комнаты.

– Но я же не решила еще! – Каролина пытается его удержать.

– Эй, мистер Алекс, не помню, говорила ли Вам, но я боюсь высоты! Не

могли бы Вы меня поставить на пол.

– Мне очень жаль, но время Ваших пожеланий, мадемуазель, закончено.

– Ты меня сейчас уронишь.

– Конечно! Но разве что на кровать.

ГЛАВА СОРОК СЕДЬМАЯ

– Ну, скажи, куда мы летим!

– Это было бы слишком просто. Потерпи, скоро мы приземлимся.

– Я больше не могу гадать!

– Вот и не гадай, а просто наслаждайся видом из окна. Смотри, какие

облака! Мне кажется, вот то, – Алекс указал рукой куда – то вдаль, похоже на

маленького бегемота.

– Какого еще бегемота! А ведь вроде взрослый человек! – Каролина

нараспев растягивала звуки в словах. Ну куда мы летим?

– Скоро уже объявят посадку.

При выходе из самолета в лицо ударил горячий воздух. Вывеска —

Hurghada International Airport. Дорога, машина, кругом вывески на непонятной

арабской вязи.

– Мы в Египте! Ты все – таки сделал выбор в пользу Востока?

– Не совсем. Пойдем скорее, иначе понесу тебя на руках. Ты не думай,

что мы приехали сюда в отеле сидеть. У меня есть коварный план.

Египет встретил приветливыми лицами и лучезарными улыбками своих

жителей. Номер в отеле радовал глаз видом на море из окна. Даже не касаясь

моря можно было ощутить насколько оно теплое и прозрачное. После перелета

аппетит разыгрался не на шутку. Утолять его было единогласно принято

круассанами и соком манго.

– Подожди, я что – то не поняла. Это сок манго или пюре из манго? —

Каролина поставила в бокал с соком соломинку, и она там стояла не

шелохнувшись.

– Ты никогда не пробовала свежевыжатый сок манго? – Алекс

улыбнулся.

– Нет, только нектар.

– Ну вот, теперь ты никогда больше не захочешь пить нектар. После

того, как попробовала настоящий.

– Это точно. Какие у нас планы?

– Мы едем в Венецию. Ты же хотела.

– Подожди – ка, мы прилетели в Египет, чтобы через пару часов уехать в

Венецию?

– Ну, почти. Собираемся! – Алекс жестом уже собирал чемодан.

– Что мне надевать – то хоть?

– Поверь мне, там будет жарко. Очень жарко.

Алекс взял в аренду машину. Ездить по египетским дорогам, конечно,

было немного опасно для жизни. Особенно с непривычки. Правила на дорогах

здесь соблюдать явно не в приоритете. Но, к счастью, все обошлось. Всего

тридцать километров, и они в месте назначения.

– Добро пожаловать! – Алекс открыл машину перед Каролиной. Эль –

Гуна – египетская Венеция к Вашим услугам, мадемуазель.

Гулять по Эль – Гуне – одно удовольствие. Еще бы! Этот город полон

зелени и водоемов. Что так несвойственно жаркому Египту. Конечно, все

голубые лагуны Эль – Гуны созданы искусственно. Но от этого они не

становятся менее прекрасными. Голубые, волшебного вида, проливы, лагуны и

озера – такой вид простирается перед глазами, когда окидываешь город

взглядом со смотровой площадки. И вся эта красота еще и утопает в зелени.

– Этот город мне нравится все больше и больше, – Каролина устремила

взгляд куда – то вдаль. А это что, площадка для гольфа?

– Да, – Алекс кивнул. Излюбленное место обеспеченных жителей. И не

только Египта.

– Так вот куда мы будем ездить на курорт через некоторое количество

лет, – Каролина многозначительно улыбнулась.

– Ты это о себе? – Алекс прищурился.

– Вообще – то о нас. Меня этому научила одна моя знакомая

француженка. Что женщина, силой своей любви, способна заставить мужчину

сделать такие подвиги, о которых он даже не мечтал.

– Ох, что же ждет этого мужчину!

– Будешь так ерничать, это точно будешь не ты!

– А, так я числюсь в кандидатах. Lucky I am!

Восточного колорита Эль – Гуне также не занимать. В этом Каролина

убедилась, когда Алекс привел ее в Nubian House.

– А эти нубийцы, они кто?

– Народ такой.

– Они египтяне?

– Не знаю. И никто не знает. Они не относят себя ни к египтянам, ни к

любому другому арабскому народу. Живут своей уединенной жизнью, со

своими традициями. Хотя, наверное, не такой уж и уединенной, раз они

впускают на свою территорию гостей.

Сегодня в этом колоритном доме нубийцев был праздник, день рождения

кого – то из членов семьи. Желающие принять участие в праздновании сидели

на полу, на восточных коврах. Остальные же водили вокруг именинника

хоровод, распевая песни на только этому народу понятном языке. Алекс и

Каролина зашли как раз в самый разгар танца и были в него увлечены.

Сопротивляться было бесполезно.

Уже позже, сидя за столиком уличного кафе неподалеку, Алекс сказал.

– У тебя самые нежные руки, к которым я когда – либо прикасался.

– Да ладно те …

– Нет. Это не комплимент. Это факт. Они невероятные. Словно Бог

наделил тебя такими руками и послал тебя на моем пути, чтобы ты исцелила

меня.

ГЛАВА СОРОК ВОСЬМАЯ

Темнеет здесь рано. Уже в шесть вечера непроглядная темнота. Могла бы

быть. Но фонари, огни и свет окон в ресторанах и отелях не позволяли мраку

захватить этот волшебный город. В номере 1220 уютного пятизвездочного

Sheraton Miramar Resort Алекс разливал в бокалы сок манго и думал, о том, как

же много он сам о себе не знает. Он даже и представить не мог, что способен

испытывать такую непреодолимую нежность, которая просто переполняла его

сейчас. Что это, когда одну и ту же девушку ему хочется посадить к себе на

колени, позаботиться о ней и не контролируя себя овладеть на ночном пляже

после?

– Ах, вот ты где! Я тебя по запаху вычислила!

– Я тебя тоже.

– Но я ведь не разливаю сок.

– Ты забыла, что я обожаю твой запах, the smell of your skin, который

сводит меня с ума.

– Как же Вы красиво умеете говорить, мистер Алекс, прямо как тот

мужчина с собакой. Помнишь, тот пожилой господин с маленьким терьером,

которые сегодня попросили нас их сфотографировать. Все – таки так приятно

встречать милых людей. Пусть даже это и мимолетное знакомство.

– Так значит, моего общества тебе уже недостаточно, – Алекс резко

притянул ее к себе за талию.

– Ну давай, давай ревнуй меня к прохожим уже! Между прочим,

истинные женщины, особенно настоящие француженки, флиртуют даже с

младенцами.

– Значит, я буду ревновать тебя к младенцам!

Каролина не знала, сколько дней у них запланировано в Эль – Гуне. И

решила не спрашивать Алекса об этом. А просто наслаждаться каждым

мгновением, каждым новым впечатлением, каждой эмоцией. С каждым днем

она все больше убеждалась, что у каждого человека свое счастье. И ее истинное

счастье в том состоянии души, которое она испытывает рядом с ним. Она

открыла в себе столько новых граней, столько новых образов. Оказывается, она

может быть невероятно мудрой и спокойной, утонченной и изящной,

взвинченной и эмоциональной. И все это за одно короткое время. И только

лишь от того, что рядом есть он, человек, позволяющий ей быть самой собой,

сняв все маски.

Ее счастье не в прогулках под луной, хотя и они безусловно прекрасны. А

всего лишь в том, чтобы ужинать вместе, сидя за одним столом, пусть это будет

даже пересоленный кальмар. Быть дома одной, но при этом ждать его с работы,

целовать небритую щеку при встрече и опять же ужинать вместе. А еще лучше

смотреть, как он готовит, с полотенцем вокруг бедер. Ох, уж это притягательное

зрелище! И засыпать в одной постели, лежа справа от него.

Ночи в Эль – Гуне, как, впрочем, и по всему Египту, невероятно жаркие.

Не спасает даже включенный на всю свою мощь кондиционер. А так хочется

еще больше прижаться к раскаленному, горячему …

– Оh, baby, мне кажется, еще чуть – чуть и я загорюсь, – Алекс лежал на

кровати с еще не восстановившимся прерывистым дыханием. Хотел потянуться

к сигарете, но передумал.

– Это тонкий намек на то, что обнять тебя нельзя?

– Sweetheart, тогда ты останешься здесь наедине с пеплом. Хотя, —

Алекс задумался на миг, судя по твоим глазам, ты не против этого.

– А что с моими глазами?

– Они как всегда нереально сексуальны и сводят меня с ума. И я вижу в

них, что ты мне солгала, что больше не хочешь. Я вижу в них желание.

Огромное желание продолжить сжигать меня до тла, – Алекс резко поднялся и

через мгновение был уже сверху.

– Если ты устал …

– Ты думаешь, это причина для меня? Тем более, я не имею никакого

права не выполнить твое желание.

– Но заметь, я ничего не говорила.

– А тебе и не нужно ничего говорить. Я все вижу в твоих глазах. Если ты

еще не поняла, я читаю тебя без слов. Более того, я знаю тебя лучше, чем ты

сама. Например, в данный момент ты сгораешь от желания. Твоя шея

непреодолимо нуждается в моих поцелуях, руки в том, чтобы их сжали до боли.

– Все, больше ни слова, иначе в пепел превращусь уже я, – Каролина

закрыла глаза, совершенно не думая о том, что нужно дать Алексу понять, чего

бы ей хотелось в данный момент. Она знала, что он исполнит все ее желания,

даже те, о которых она сама еще не знает.

ГЛАВА СОРОК ДЕВЯТАЯ

Отъезд в Испанию стал неожиданным и нервным. Из утренних новостей

Алекс узнал, что в Барселоне волнения. Чем конкретно вызваны забастовки и

митинги, и чего добиваются митингующие Каролина выяснять не стала. Алекс

был напряжен. Хотелось его поддержать, но она не знала, как.

Уже в Барселоне, в офисе Dream Holiday Алекс сказал:

– Тебе нужно уехать, здесь оставаться сейчас опасно.

– Я не боюсь, я хочу быть рядом с тобой.

– Я боюсь. За тебя. Тем более, если это не прекратится, – Алекс

отвернулся от экрана, на котором улицы Барселоны напоминали оживленный

улей с тысячами людей, могут возникнуть проблемы с рейсами. Вылеты из

страны могут быть отменены. Такое уже было несколько лет назад. И тогда

неизвестно, сколько это продлится.

– Я не …

– Я могу себе позволить удерживать тебя здесь в такое время. У тебя

дома семья. Представь, что с ними будет, когда они увидят новости отсюда. Я

сегодня куплю билет.

Я не люблю 4 июля. И хотя с годами боль утихает, и хотя я могу

искренне назвать себя счастливым человеком сегодня, и хотя… Я простила,

действительно простила и сохранила при этом теплое отношение к Алексу,

полюбив при этом себя, но так и не смогла полюбить 4 июля.

Каролина смотрит на свой билет в один конец. Барселона – Минск. Завтра

утром ее здесь уже не будет. Телом. Но душой, мысленно, ей кажется, она не

сможет никогда покинуть эту землю.

День начался как обычно. Они с Алексом собирались на набережную.

Снова яхта, море, но осознание, что это последний день не давало Каролине

получать от всего этого прежнего удовольствия.

– Мы выходим через 5 минут.

Вот как он умудряется собраться, такое чувство, за 10 минут!

Ей захотела съязвить или пошутить по этому поводу, но не получилось.

Промолчала. А еще больше захотелось его обнять. Так, как будто они сейчас

выходили уже, чтобы ехать в аэропорт. Не обняла. Иногда ей все же сложно до

конца понять его настроение. Когда он весь в себе. Как сейчас. Даже хочется

задать глупый женский вопрос "о чем ты сейчас думаешь?" Не задала.

На пристани все было по – прежнему. Хотя чего она ожидала? Что чайки

будут летать с грустью в глазах от того, что она завтра улетает?

– Я сегодня не поплыву, у меня тут неприятности, нужно остаться.

Дико захотелось плакать. "Ну, все, начинается!", – мысленно Каролин

уже начинала себя ругать.

– Ясно, – развернувшись, направилась к яхте. Только разреветься перед

ним не хватало. Это был тот случай, когда Каролина понимала, что поступает

неправильно, но все равно так поступала. Но в то же время, почему она должна

что – то скрывать, подстраиваться, вечно быть мудрой. Надоело быть мудрой в

двадцать с лишним лет. Возможно, в этой ее серьезности не по годам и был

свой определенный недостаток. Всему должно быть свое время. Каролине бы

стать мудрой годам к сорока, а не сейчас. А так…

Так рассуждая она поднялась на яхту. Отправились. Было ощущение

невероятного одиночества. Отчего – то было невыносимо обидно, что он

оставил одну именно в этот последний день. А еще она очень боялась вечера, их

предстоящего разговора перед расставанием. Каролина понимала, что он

должен состояться и боялась его. Они должны были поговорить. Нормально, по

– настоящему. Они же так долго этого ждали, шли к этому. Весь этот долгий год

для них было огромной роскошью – поговорить вживую, не онлайн. Хотя

почему она говорит: для них? Она уже с трудом представляет, что творится у

него в голове.

Когда мы болеем, очень часто не чувствуем вкуса еды, говорим, что еда

безвкусная. А сегодня у Каролины был какой – то безвкусный день. Ну, не

может радовать море, не могут окрылять и внушать доверие чайки, когда от

боли хочется кричать и плакать навзрыд.

– Главное не заплакать, – с такой пульсирующей мыслью Каролина

села в машину Алекса в тот вечер.

Они приехали в ресторан. Вокруг огромное количество расслабленных

алкоголем и весельем людей. Как специально подчеркивающих Каролине: “ты

уедешь, а здесь ничего не изменится. Не думай, что кому – то здесь станет

грустно без тебя”.

– Что – то вы какие – то печальные, – откуда – то из глубины зала к ним

подошел Роджер. И не надо так на меня сурово смотреть, Алекс, как будто я вам

помешал. Я вообще не к тебе пришел.

Роджер протянул Каролине большую коробку с восточными сладостями.

– My dear, передай, пожалуйста, Заре. Скажи, что от меня, от моего

пламенного сердца, скучающего по ней.

– Да, конечно.

– Так – так, – Алекс бросил взгляд на коробку, я теперь знаю, что у нас

сегодня на вечер к чаю.

– Даже не думай, я Заре уже написал, что ее ждет. А коробка, между

прочим, специально запакована так, чтобы сладости перенесли перелет.

– Ох и ничего себе. А ты страшный человек.

– Еще раз спасибо, Каролина, ну, не буду вам мешать. А то он, —

Роджер указал на Алекса, меня сейчас испепелит взглядом.

Роджер ушел. И Алекс с Каролиной разговаривали. Обо всем на свете,

кроме самого главного. Полчаса, один, два …

Она не выдержала первая.

– Алекс, как ты думаешь, когда утихнут забастовки и митинги?

– Не знаю, сложно сказать. Дай Бог, это ненадолго. Иначе я просто

останусь без работы – с туризмом возникнут огромные проблемы.

– Как только все прекратится, я приеду снова, ведь так?

Алекс замолчал. Казалось, он молчал целую вечность.

– У меня же еще много времени, благодаря тому, что я экстерном сдала

все экзамены. Я могу ещ …

– Тебе не стоит приезжать.

– Не волнуйся, я дождусь пока не наступит спокойный период. Не могут

же они вечность так выступать.

– Каролина, ты не поняла меня. Я не знаю, с чего начать, как сказать тебе

то, что давно должен был. We cannot continue any more.

Теперь молчала она. С каждым последующим его словом казалось, что

вот – вот должны подступить слезы, рыдания, но нет. Что это, неожиданность,

шок или не по возрасту сложившаяся мудрость, не позволяющая плакать при

нем, мужчине всей, как казалось, жизни?

– Мне невероятно сложно говорить сейчас все это. Но еще с первого дня,

самого первого дня, я понял, что мы не будем вместе. Я хочу, чтобы ты знала, я

люблю тебя и никогда не смогу забыть. И …, я не хочу, не смогу существовать,

если ты насовсем исчезнешь из моей жизни. Ты навсегда останешься моим

ангелом, моей родной девочкой, которая всегда будет в моем сердце. Я никогда,

слышишь, никогда не относился ни к кому так, как к тебе. Я даже представить

себе не мог, что могу так любить и испытывать такую нежность. Я хочу, … я

надеюсь, что ты сможешь ею остаться после моих слов. Ты нужна мне.

С самого первого дня, как мы с тобой были вместе, жили вместе, – Алекс

задумался, я понял, что у меня нет чувства семьи … I don’t have this family

feeling. Пойми, я хотел, я думал о том, что мы будем жить вместе. И я знаю, о

чем говорю. Я знаю это чувство. Я испытывал его. Я жил с женщиной, и мы

были практически семьей. Я знаю это чувство … А с тобой у меня его не было.

Это либо есть, либо нет, ты же понимаешь. Я уверен, что понимаешь. Ты же

умная, мудрая … У меня было ощущение, что ты моя girlfriend, мы живем в

одном доме, выходим в свет, но это не семья.

Алекс еще долго говорил, много и путано: о своих чувствах, о том, что

она ему нужна больше чем воздух, что он без нее существует, а не живет.

У нее же в голове звучала лишь фраза “we can’t continue any more”. И

словно отчаянная попытка вернуться к жизни старым как мир способом —

отвлечься “все – таки сок манго больше похож на пюре, чем на сок”.

ГЛАВА ПЯТИДЕСЯТАЯ

– Милая, ты не видела мой галстук? – Джордж как всегда носился

впопыхах по дому в поисках своих вещей.

– Там, где ты его оставил.

– Не могла бы ты мне напомнить это тайное место, а еще лучше

принести мне галстук.

– Держи, – Кристина протянула супругу темно – синий галстук. Но

только лишь потому, что у тебя сегодня ответственное совещание, а иначе бы я

с таким животом с места не сдвинулась.

Джордж поцеловал округлившийся животик своей жены.

– Прости – прости – прости. И ты, и наш маленький Даниэль. Ты же

видишь, я уже весь на нервах. Ну, кто там еще звонит в такую рань. Ты кого –

то ждешь?

– Нет. Пойду открою.

Заливистый лай разнесся по всему дому через считаные мгновения.

– Мистер Уильям, я же просил Вас не приходить к нам больше со своим

Бенни. Как Вы не понимаете, Кристи беременна, у нее может начаться аллер …

Марко, ты откуда? Как всегда, не предупредил, – Джордж вышел из глубин

дома, довольный тем, что нашел по дороге еще и потерянный зонт.

– Ты неисправим, – Кристина поцеловала брата в небритую щеку.

Важный такой, с бородой. Ты надолго?

– Не знаю еще, у меня несколько новостей.

– Ты женился?

– Это первое, что пришло тебе в голову, – Марко улыбнулся. Нет, не

дождетесь. Я вернулся в медицину.

Что может быть лучше ужина в семейном кругу? Только ужин в семейном

кругу под открытым небом.

Терраса возле дома Джорджа и Кристины в лучах уходящего солнца

выглядела невероятно уютной, а зажженные на столе свечи придавали ей еще

больше тепла и романтики.

– У нас прямо романтический семейный ужин!

– Это точно, а он еще и невероятно вкусный, этот ужин, – Марко

подмигнул сестре. Я так скучал по этим блинчикам.

– Да – да, рассказывай, – Кристина улыбнулась, откинулась на спинку

стула и поняла, что невероятно счастлива, глядя на своих двух родных мужчин.

– Ай, – она вскрикнула, почувствовав легкий толчок в живот изнутри,

– а вот и третий любимый мужчина дает о себе знать.

– Толкается, – скорее утвердительно сказал Джордж с невероятной

гордостью в голосе. Мой будущий футболист. Кстати, Марко, это прекрасно,

что твоя клиника на юге Франции. Если ты там обоснуешься и останешься

жить, я знаю там отличную школу футбола с двух лет.

– Этот сумасшедший уже отдает не родившееся еще дитя с футбольную

секцию, – Кристина потрепала мужа по волосам.

– Конечно, а как иначе.

– Я если честно, с удовольствием бы уже где – нибудь обосновался. И

раз так получилось, что клиника там, попробую стать своим во Франции. Я

хотел и родителей туда перевезти, но они категорически отказались.

– Да, мама ни за что не бросит свой дом. А я теперь, кажется, знаю, где

буду отдыхать, как только Даниэль родится и немного подрастет. Канны,

Ницца, Монако …. Моя мечта. Да, милый?

– Вот, Марко, смотри. И никогда не позволяй своей будущей жене вить

из тебя веревки.

– Ах, значит веревки. А еще вчера ты называл это благородством и

бесконечной любовью к своей жене. Нельзя вам, мужчинам, верить.

Симба заливисто залаял под общий хохот.

– Вот, я не одинока в своем умозаключении.

Сказать, что Марсель был счастлив при виде Симбы, – ничего не сказать.

Он выглядел, как и подобает выглядеть ребенку, у которого сбылась мечта. Чего

не скажешь о его бабушке.

– Ой, Марко, это так неожиданно. Я очень рада, что у нашего мальчика

появился шанс. Но это так далеко.

– Поймите, мадам, я не обещаю Вам и Вашей семье чудес. Но

попытаться стоит.

– А ты будешь Марселя ведь сам лечить, да? Я тогда буду спокойна.

– Не совсем. Я же хирург, это не мой профиль. Но так как клиника моя,

все лечение, весь курс, все необходимые процедуры будут проводиться под

моим и только моим руководством.

– Ну тогда я спокойна. Хотя все равно невероятно страшно.

– Но вы же хотите, чтобы Марсель начал ходить? Или по крайней мере

сделать все возможное, что в ваших силах?

– Конечно, Марко, мы … мы на все готовы.

На глазах старушки выступили слезы.

– А вот плакать не нужно! Еще не хватало, чтобы Марсель увидел. Все

будет хорошо.

– Все будет так, как решит Бог.

– Да. И он решит все правильно.

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ПЕРВАЯ

Еще никто не возвращался из путешествия прежним.

Вот и Каролина пыталась отыскать в себе черты прежней себя.

Безуспешно. Та девочка, немного наивная, слегка неуверенная в себе, осталась

где – то на страницах прошлого. Несмотря на то, что прошло не так много

времени со дня ее отъезда, казалось, что пронеслась уже целая вечность. Так что

события тех дней можно смело называть прошлым.

Кружка заполнялась чаем, телефон был полон сообщений, только внутри

была … Нет, не пустота. Внутри, на месте той самой девочки, поселилась

женщина лет так тридцати с ощущением неудачной личной жизни. Именно так.

Включила автоответчик, открыла электронную почту.

“Знаешь, Каролина, я считаю, что нельзя вот так пропадать на месяцы!

Я писала, звонила, а вы даже не соизволили ответить. Ни ты, ни Зара! Это

невероятно обидно!”

“Моя любимая куколка, я уезжаю, вернее улетаю, в Рим. Все очень

внезапно и неожиданно. Давид минимально прощен и получил мое

расположение. Но он прекрасно понимает, что один промах – и я буду

украдена горячим итальянцем. Люблю мою девочку”.

“Дорогая моя Каролина, как ты? Я надеюсь, ощущаешь себя как самая

счастливая юная француженка. Я третьего сентября буду в Минске на

съемках. Очень буду рада увидеть мою юную леди. Обнимаю”.

Каролина поудобнее устроилась в кресле. Итак, что же мы имеем?

Кира обиделась. Наверное, Каролине стоило бы расстроиться сейчас, все

– таки Кира была близка ей. Но взрослая женщина, поселившаяся внутри нее,

заглушила все остальные чувства.

Зара уехала. А так хочется с ней поговорить. Ведь она поступит как

настоящий друг. Пожалеть, погладить по голове и сказать “он тебя недостоин”

– это не про Зару. Нет, она скажет обязательно что – то вроде “ну, этого и

следовало ожидать. Сколько раз я тебе говорила не быть такой наивной и при

первом ощущении, что это “твой человек” не бросаться как в омут с головой в

чувства к нему”. Как же нужны сейчас такие отрезвляющие речи!

Марина … А вот Марину с удовольствием можно увидеть. Правда, ей не

хотелось бы выкладывать все, что на душе. И вовсе не потому, что ей нельзя

доверять. Отнюдь. Как раз – таки Марина и заслуживает доверия. Просто не

хотелось бы встречу с ней превращать в “клуб разбитых сердец”. С этой

шикарной женщиной хотелось бы просто говорить о жизни, впитывать как

губка ее опыт, харизму и невероятную энергию.

– Что я могу тебе сказать, – Марина сделала долгую затяжку золотистой

Treasurer, картинно выпустила дым. Она всегда курила их после долгих съемок.

– Ты его любишь?

– Да.

– Надеешься, что все еще может у вас быть?

– Я … не … да.

– А себя ты любишь?

– Я … я не знаю. Наверное.

Марина замолчала. Докурила сигарету. Взяла новую, потом передумала.

– Пойми, девочка моя, я не буду сейчас говорить тебе, что он подлец.

Хотя я так и думаю. Мне важна ты, а не он. И поэтому говорить я буду о тебе, а

не о нем. Проблема в том, что перед тем, как трахнуть тебя, прости меня,

конечно. Он трахнул сперва твое сердце и разум. А для твоего неокрепшего еще

разума, да и для сердца, впрочем, тоже, это оказалось, ой, как рано. Марина

внимательно и очень серьезно посмотрела Каролине в глаза, хотя показалось,

что в самую душу.

– Тебе сейчас кажется, что никто к тебе не будет так относиться, как он.

С такой же нежностью, так?

– Да, откуда ты знаешь?

– Милая моя, у меня было столько мужчин … И все, все мои мужчины

говорили мне, что я прекрасна. Во – первых, “почему я не должна им верить”

спрашивала я себя. И верила им безоговорочно. А во – вторых, тех, которые

начинали во мне сомневаться со временем, я гнала из своей жизни взашей.

Поэтому в мужчинах я разбираюсь не хуже, чем в именах кутюрье. И я очень

хочу, чтобы ты усвоила простую истину. У тебя есть два дальнейших сценария

развития твоей жизни. Ты можешь любить его, любить не щадя себя и своей

жизни, отдавая всю себя этому чувству. И при этом быть ему верной во всех

отношениях в надежде, что однажды он вернется. Ведь он так любит тебя, ты

так нужна ему, а его поступок – лишь временное помешательство. И второй

сценарий. Ты можешь любить его (пойми, первая любовь она такая, возможно,

она останется с тобой с такой же силой, как и сейчас до конца дней твоих), но

при этом еще больше любить себя. А когда любишь себя, делаешь все для того,

чтобы сделать саму себя хоть чуточку счастливее. Хотя что я такое говорю! Не

чуточку! Значительно счастливее. Каждый день ты должна будешь строить

свою жизнь и свое счастье. Какой вариант тебе нравится больше?

Каролина молчала.

– Ты же сама видишь, что в обоих случаях ты любишь его. Заметь, я не

прошу тебя забыть, выбросить из головы. Все это бред. Для этого нужно время.

Да и оно не всегда лечит. Только я прошу тебя полюбить и себя хоть чуть –

чуть. И весь этот никчемный окружающий мир. В нем слишком много

прекрасного, черт возьми, чтобы не любить его!

Марина уехала в тот вечер к себе в отель. Завтра утром у нее самолет во

Францию. Она попросила Каролину не провожать ее, чтобы избавить друг друга

от ненужных слез и горьких объятий. Тем более неожиданным был ее звонок,

когда часы уже перевалили за полночь.

– Собирай вещи. Самолет завтра утром. В одиннадцать. Ты летишь со

мной. Я тут подумала … Ну, не могу я тебя в таком состоянии печальном

оставить. В крайнем случае будешь помогать мне на съемках или проекты мои

вести. Женщина с разбитым сердцем становится невероятно талантливой.

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ВТОРАЯ

Больше всего на свете сейчас хотелось спрятаться в свою конуру,

поперебирать воспоминания. Причинять боль себе этими самыми

воспоминаниями и все равно перебирать.

К счастью, Марина практически не давала Каролине такую возможность.

Она прекрасно понимала, что именно та сейчас испытывает. Но еще лучше она

знала, чего точно нельзя делать – позволять перебирать эти самые

воспоминания. А значит нужно сделать так, чтобы для этого незавидного

занятия не осталось ни сил, ни времени.

Здесь, на юге Франции, у Марины своя модельная школа. А в Каннах —

она почетный председатель жюри на конкурсе красоты, который проходит там

уже второй месяц. Марина и так отлучалась, уезжала на съемки. Поэтому

сейчас, вернувшись, понимала, что просто обязана занять свое почетное кресло

на конкурсе.

Несколько дней она провела все же еще здесь, на юге. Рассказывала

Каролине о своей школе, показывала окресности.

– И не надо расстраиваться. Подумаешь, уезжаю. Я зато уезжаю со

спокойной душой, зная, что здесь все под твоим чутким руководством.

– Марина, если бы ты оставляла все лишь под моим неопытным

руководством, ты бы не узнала свою школу вернувшись.

– И я уверена, что это были бы прекрасные изменения. Если серьезно, с

Крузом, администратором и моей правой рукой здесь, я тебя уже познакомила.

Так что по любому вопросу обращайся к нему, он будет рад передать тебе часть

своей работы, – Марина улыбнулась своей очаровательной улыбкой женщины,

знающей, что она прекрасна. Если тебе надоест преподавать английский моим

начинающим моделям, ты ему так и скажи. Он найдет тебе другое занятие. И

вообще, выше нос! И больше гуляй! Посмотри только по сторонам – разве тут

не сказка?

И это правда. Невероятно красивые, словно кукольные домики,

разноцветные фасады, средневековые деревушки, горные ривьеры – место,

излучающее элегантность и жизнерадостность. Разбитое сердце стоило того,

чтобы здесь оказаться. Неужели она почти произнесла это вслух?

Марина продолжила.

– А еще у меня для тебя одна серьезная авантюра. Прочти это, —

Марина протянула Каролине Vogue.

– 1997 год?!

– Девочка моя, тот факт, что тебе было шесть лет, не значит, что я не

могла тогда писать статьи для данного издания, – Марина прищурилась.

– Я не это имела в виду!

– Это – это.

– Но почему именно этот номер?

– Ну, прежде всего хочу сказать, что я не только похищала мужские

сердца в своей жизни, но еще и занималась психологией. Перед тобой магистр

психологических наук, – Марина изящно поправила шляпку.

– Ты не устаешь меня удивлять каждый день.

– Мой первый муж тоже так говорил. Так вот, я тут вспомнила о своей

статье и исследовании, которое проводила, да – да, в далеком 1997.

“Двадцать одна причина для радости”.

Марина снова закурила.

– Еще до меня какие – то ученые мужи доказали, что за двадцать один

день у человека формируется привычка. А мое исследование было

предназначено тем, кто пребывал в депрессии и потерял вкус к жизни. И

заключалось оно в том, что выполняя в течение двадцати одного дня полезные

дела, полезные для души, тела, а еще лучше общества, человек лечит свою

душу. Лечит ее ощущениями.

– Да ты великий психолог, как же я тебя люблю, – Каролина обняла

свою взрослую подругу.

– Ну, какой я психолог мы посмотрим через двадцать один день. Вернее,

двадцать два, так уж и быть, сегодняшний не считается.

– Что ты имеешь в виду?

– То и имею. Я в далеком для тебя 1997 выдвинула гипотезу, так сказать.

А в сегодняшнем 2015 проведу полноценное исследование. На тебе, как ты уже

поняла.

В памяти Каролины всплыла картинка. Они с Кирой сидят на кухне в

Зариной квартире, этом волшебном месте невероятного уюта. Зара уже

стремится выключить свет и отправить всех спать, а она, Каролина, при

последних лучиках дочитывает статью. “Двадцать одна причина для радости”.

Неужели все тогда еще было решено за меня и для меня где – то там, на

небесах?

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ТРЕТЬЯ

В небе след от самолета. Каролина смотрит на него и думает о том, куда

он может лететь, о чем думают в данный момент его пассажиры, с каким

чувством они отправились в путешествие. Она всегда так невольно делает,

когда видит самолет. Ведь все люди на борту летят в одну страну, но с

совершенно разным сердцем: кто – то с легким, а кто – то отнюдь нет.

Вспоминает свой полет. Из Барселоны. Когда сидела неподвижно, не

хотелось делать лишний вдох, держать в голове мысли. Хотелось отпустить их

всех на волю, а самой словно начать некую новую жизнь, где нет боли от

потери того, к кому приросла душой.

Да, душа лечится ощущениями и это действительно так. Новые люди

вокруг, интересное занятие, другая страна – все это сделало свое дело, и жить

хочется. Хочется с новой, утроенной силой. Но, поймет тот, кто испытывал

подобное, не отпускает, держит мысль, что он, может, и ошибся с выбором, а

она, Каролина, нет. Что он и был тот самый life partner. Иначе почему рядом с

ним душа принимала это состояние неземного счастья? Счастья без особой на

то причины. Почему именно с ним она смогла найти себя, вытащить наружу ту

настоящую Каролину, какой она никогда не была прежде?

Хотелось позвонить, написать. Судорожно проверяла почту в сотый раз.

Только спам.

Что больше всего убивало, так это нежность. Алекс потревожил целое

гнездо птиц нежности внутри нее. Открыл такие запасы нежности в ней, о

которых Каролина даже не подозревала. Оказывается, в человеке ее, нежности,

столько! И сейчас эта нежность убивает. Сжигает изнутри. Бьет, режет до

крови, а ты даже не в состоянии что – либо сделать. Нежность к тому, кому ты

не нужна, губительна.

Марина говорила ей.

– Не держи ее в себе. Нельзя. Нежность нужно выплеснуть, всю до дна,

до последней капли. Но не на него. Ни в коем случае. Даже если он снова

придет, захочет вернуться в твою жизнь. Тот, кто смог от тебя отказаться,

никогда не будет тебе верен, никогда не сделает все для твоего счастья. Ты

можешь выплеснуть свою нежность даже на молодое дерево в саду, на

бездомного котенка, ребенка в слезах.

И несмотря на то, что уехала, Марина свое слово сдержала и была рядом

вопреки километрам. К счастью, современные средства общения этому только

способствуют.

“Итак, моя дорогая, тебе руководство к действию. Начинаем воплощать в

жизнь мой vogueвский план. Первый из твоих двадцати одного дней будет

достаточно простым. Вспомни все свои таланты, которым ты никогда не

придавала особого значения. Может, у тебя есть голос и музыкальный слух, но

ты никогда не развивала их? Или ты зарываешь в землю свои кулинарные

таланты? Я раскрою тебе маленький секрет. Японские гейши были не только

искусными соблазнительницами, но прежде всего женщинами с большой буквы,

истинными женщинами. С огромной, просто неземной женской энергией. И они

умели этой энергией пользоваться, направлять в нужное русло. Так, что она

приносила им еще больше женственности. Так вот одним из способов развития

этой самой женской энергии у них было занятие творчеством. Они познавали

искусство танца, керамики, лепки. Не ограничивались каким – либо одним

общепринятым занятием. Так и тебе нужно найти то, что поможет раскрыть

твою женскую силу. Я больше чем уверена, что к концу моего послания, ты уже

знаешь, что это может быть. Ты же сообразительная девочка. Выбирай одно

занятие и … дерзай! У тебя есть день. Я не хочу знать никаких подробностей и

лишних мыслей. Мне важен результат. До завтра, my dear young lady”.

В этом вся Марина – все четко и понятно. Каролина решила действовать

так же – четко и без лишних эмоций. Решила отодвинуть немного на дальнюю

полку все до единого чувства. Собрать их все и засунуть в самый дальний

душевный чулан.

Что же я умею? Петь, танцевать, плавать брасом? … Не то, не то,

совсем не то. Когда – то читала, что если хочешь раскрыть свои истинные

таланты или найти работу мечты, которая будет приносить невероятное

удовольствие, нужно окунуться в свое детство. Нужно вспомнить, что

больше всего приносило радость и невероятное удовольствие, когда был

ребенком.

В сознании ясно прорисовываются картины. Вот она, Каролина лет шести,

высунув от усердия кончик языка, старательно что – то пишет в розовой

тетрадке. Маме, которая хотела посмотреть поближе ее старания, ничего

показано не было. Ведь процесс еще не окончен! Только спустя несколько

недель та смогла прочитать неровный детский почерк и удивиться. Тому, что ее

дочь сочинила такую сказку.

С этого все и началось. Потом были рассказы и конкурсы по

журналистике, статьи и награды. Но самое главное, что Каролина искренне

любила всех своих героев, больше любых наград. Героев, а еще людей, которые

оставляли комментарии к ее статьям на сайтах изданий. Ведь все они помогали

ей развиваться, становиться лучше. Все закончилось конкурсом коротких

рассказов. Каролина узнала о необычном авторе, который писал рассказы

только из существительных. Это были короткие предложения, без действий и

описаний, но они проникали прямо в сердце. И он, этот писатель, объявил

конкурс подобных произведений. Каролина загорелась этой идеей, тут же

бросилась складывать слова. Написала один, два, три рассказа … На двадцать

шестом решила остановиться. Уже практически отправила их в редакцию. Но …

не решилась. Какой – то внутренний голос – будь он неладен – прошептал ей

“а вдруг не получится?”, “вдруг тебя высмеют”. Рассказы так и остались в

черновиках и неотправленных сообщениях. Это сегодня, случись подобная

история, Зара дала бы ей хороший моральный пинок, не позволив раскисать и в

чем – то сомневаться. Но тогда они еще не были так близки.

Да, это точно то самое, о чем говорила Марина. Я надеюсь, письма в

моей электронной почте хранятся по несколько лет.

17:08

– Ирен, посмотри, какой необычный новенький автор нам материал

прислал, – прозвучало сегодня в одном из французских издательств. На часах

– 17:09.

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ЧЕТВЕРТАЯ

Свое второе дело на пути лечения душевных ран Каролина придумала

сама. Она и не думала особо, как – то само собой получилось. Вспоминала Зару,

думала о том, как она там. И вспомнила Киру. Не то чтобы Каролина

чувствовала себя очень виноватой за то, что долго не писала, забыла ее в

некоторой степени. Алекс вытеснил многое из ее прошлой жизни. Но все – таки

где – то в глубине души было неприятно. Решила, что нужно простить все

обиды и попросить прощения самой. Вот такой простой, казалось бы, поступок

в реальности стал для Каролины невероятным облегчением.

Из приятных рассудительных размышлений на летней террасе модельной

школы Марины ее выдернуло сообщение. От Alex.

“Скажи просто, как ты. Мне нужно это знать. Ты нужна мне. С твоим

отъездом у меня началось существование, а не жизнь.”

Как же ему это удалось – одним сообщением, парой слов нарушить так

старательно выстраиваемое спокойствие?

Марина была очень рада, что задание второго дня Каролина придумала

сама. Быстро втянулась, так сказать, в процесс. К тому же она несказанно

одобряла все, что направлено на налаживание отношений с людьми. Которые,

разумеется, стоят того, чтобы наступить порой на свою глупую неуместную

гордость.

Что касается Алекса, она даже и не хотела это обсуждать.

– Я лучше промолчу, ничего приличного сказать о нем я не могу. А

учитывая, что тебе будет неприятно это слышать, я, как уже и сказала,

собственно говоря, лучше промолчу. Марина отодвинула монитор подальше,

поудобнее устроилась в кресле с бокалом гранатового сока. Вот он жить без

тебя не может, по его словам, разумеется, а что дальше? Что он готов изменить,

сделать? Для тебя, ради тебя, ради вас. Где поступки? А слова, эти пустые слова

без единого действия, ничего не стоят. Она с такой силой поставила бокал на

стол, что весь экран по ту сторону от Каролины, покрылся ярко – алыми

брызгами.

Ничто так не поднимает настроение, как новости от Зары. Не то чтобы

настроение у Каролины было на нуле. Ей было абсолютно некогда скучать —

работа в школе Марины, мысли о плане и делах полностью поглотили ее, но

Зара – это нечто такое родное, свое. Ничто и никто не в состоянии заменить

поддержку и тепло от родного человека.

“Давид уже достал меня своей ревностью. Ездить с ним куда – то – одно

мучение. Уже и глазом никому не подмигни. Ну, что мне сделать, что я не могу

пройти незамеченной никогда! Да я и не хочу ничего с этим делать. Ачон, зачем

так ярко накрасился? Ты мой жена, кукла – бала. Ишь, удумал что – жена я

ему. Это мне теперь что, ходить как бледная моль? Смешно! Ну да ладно с ним,

слишком много чести ему! Как моя девочка поживает? Я нереально соскучилась

по ней. Я что подумала, а не купить ли мне билет в один конец? Мне кажется,

твоя жизнь стала немного серьезной и ее не помешало бы разукрасить как

можно ярче ”.

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ПЯТАЯ

Когда голова полна дел и забот, дни пролетают незаметно. Сначала под

чутким руководством Марины, а вскоре и самостоятельно, Каролина претворяла

в жизнь одно за другим дела начала своей новой жизни.

Каролина очень скептически относится к советам из глянца. Но вот один,

случайно попавшийся ей на глаза, все же совпал с ее внутренним настроением.

“Нужно выйти из зоны комфорта”. Так часто ей говорила Марина. Эту истину

понимала и сама Каролина. Никогда она не достигнет внутренней гармонии,

никогда она не избавится от груза прошлого, так прочно обосновавшегося на ее

плечах, если не начнет строить свою жизнь, поведение и самые, казалось бы,

незначительные поступки под совершенно новым углом.

Третий день на лазурном берегу познакомил Каролину с дайвингом. Как

сказал Мануэль, ее инструктор, “у человека в крови заложено нырять и плавать

под водой, просто многие это тщательно от себя скрывают”. Эмоции

переполняли, били через край. И в какой – то момент Каролина пообещала себе

несмотря ни на что, даже если vogueвский план Марины не принесет

ожидаемых результатов, не оставлять это занятие, так пришедшееся ей по душе.

Чувствуя себя свободной как дельфин, она ощутила полное единение с водной

стихией.

А потом были серфинг, прыжок с трамплина и пони. Для Каролины,

никогда не сидевшей в седле, это оказалось еще каким экстремальным

занятием!

В один из “новых” дней Каролина натолкнулась на необычную находку.

После рабочего дня, решив провести время у моря – а Каролина невероятно

любит море – она заметила, что – то блестящее на берегу. Позже выяснилось,

что это была бутылка. С запиской. Совсем как в книгах про необитаемый

остров. На деле же это была самая обычная декоративная бутылка из тех, что

современные барышни выбирают где – нибудь в IKEA, для своего жилища в

стиле хай – тек. С тем лишь отличием, что на ней было выведено изящными

буквами “Wedding invitation. Andrew&Natali”.

Каролина взяла в руки приглашение, то ли случайно попавшее в море, то

ли брошенное молодоженами на счастье. Судя по дате, они уже должны быть

где – нибудь на островах, поглощенные друг другом в свой honey moon.

Каролина тоже мечтала о свадебном путешествии. Когда была ребенком,

о путешествии с принцем, а совсем недавно – с Алексом. Он не был для нее

принцем, как в детстве. Он был родным.

Предательский комок в горле дал понять, что ход мыслей нужно срочно, в

ту же секунду, менять. Она стала представлять себе свадьбу незнакомых ей

Эндрю и Натали. Это как с самолетами – ничего не изменится от того, что ты

будешь представлять, куда они летят, – но эти рассуждения могут натолкнуть

тебя на что – то очень важное.

Так и вышло. “Пусть они будут нереально счастливы”, подумала

Каролина и поняла, что ей срочно нужен лист бумаги – записать

ускользающую мысль. Это не был очередной пункт плана в стиле Vogue. Но

Каролина понимала, что ее идея – положительный знак. “Спасибо, ребята.

Если вы не на островах сейчас, как же сильно я желаю вам поскорее туда

полететь”.

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ШЕСТАЯ

В скверике на зеленой, еще мокрой от дождя, лавочке сидел мужчина лет

сорока. Молчаливый, погруженный в себя. И ничто, казалось, не могло его

потревожить: ни холодный пронизывающий ветер, ни эта самая мокрая лавочка.

Зазвонил телефон. Через пару мгновений мужчина поднял глаза наверх,

на третий этаж здания напротив. Так и есть – тихий час подошел к концу, его

Федерико проснулся и по тому, как он активно машет руками ясно, что он

требует отца к себе в палату.

Мужчина поднимается и нарочито медленно идет ко входу. Он

невероятно сильно соскучился по сыну за эти пару часов. Но у него совершенно

нет сил, чтобы заставить себя улыбаться. Да и нет смысла себя заставлять —

Федерико все равно чувствует, когда отец пытается бодриться в моменты

отчаяния. Он такой искренний и чуткий!

Прежде чем войти в палату, мужчина присел в приемной. Кресло было

мягким и уютным, но от него словно веяло холодом. Совсем как от той лавочки

во дворе.

Веет холодом страха и безнадежности. Вот уже три с половиной года.

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ СЕДЬМАЯ

Белые коридоры больницы никак не могут быть уютными.

Коридоры да, но только не палаты больницы Santiago. Все они не имеют

ничего общего с обычными палатами, которые всплывают в сознании при

воспоминании о больницах.

Владелец частной детской клиники Santiago сделал все возможное для

того, чтобы ее маленькие жители чувствовали себя как дома. Каждая палата,

или комната, как принято здесь говорить, словно маленький мир. Одна – со

стенами цвета сказочного заката, другая – как лазурное море, третья – лесная

опушка. Практически все юные жители Santiago проведут здесь не один месяц, а

то и не один год. Поэтому ощущение дома и уюта им нужны как воздух.

Каролина заходила в больницу с волнением.

Когда несколько дней назад она приняла решение продолжить

осуществление своего плана не для себя, а совершая нечто полезное для кого –

то другого, она еще не осознавала до конца, как это ответственно – принимать

участие в жизни другого человека. Особенно если этому человеку лет шесть от

роду.

– Мисс Каролина? Доброе утро! Меня зовут миссис Кэролайн. Очень

рада видеть Вас у нас в клинике. Спасибо Вам огромное, что откликнулись на

нашу просьбу. Вы у нас в первый раз?

– Да.

– Давайте я расскажу Вам о нашей клинике.

За чашкой ароматного чая с бергамотом Каролина слушала и понимала,

какое же это счастье не болеть. И какое горе, когда болеют такие маленькие

люди. Самому старшему пациенту Santiago было тринадцать лет.

– Да, в нашей клинике дети получают все необходимые лекарства и

процедуры. Но у многих из них семьи в других городах, у них нет возможности

часто приезжать, а ребятам это так нужно. Вот мы и придумали этот проект.

Многим, да что там многим, всем детям в нашей больнице нужны

положительные эмоции, я бы даже сказала всплеск эмоций, которые, мы

уверены, помогут им если не поправиться, то чувствовать себя лучше. Мы

хотели сначала приглашать известных людей, наш хозяин может позволить

такую роскошь. Но побоялись, что при виде Анджелины Джоли наши ребятки

скорее разволнуются, чем обрадуются, – миссис Кэролайн улыбнулась. А

лишние волнения нам ни к чему.

– Да, это и правда будет слишком волнительно, – Каролина улыбнулась

в ответ. А с кем буду общаться я?

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ВОСЬМАЯ

Собеседник Каролины походил на маленького гномика – маленький

среди облака пуховых одеял и не по – детски серьезный.

– Скажи, а солнышко сегодня колючее?

– Не знаю, – Каролина совершенно не ожидала такого вопроса. А когда

оно бывает колючим?

– Ну, смотри, – малыш поудобнее устроился на кровати, подобрав под

себя ноги. Когда оно светит, но все равно холодно, значит оно колючее.

– Ясно, нет, сегодня не колючее. Сегодня от лучиков разливается тепло.

Можно я присяду?

– Да, конечно. Ты будешь меня лечить?

– Нет, я пришла с тобой познакомиться.

– А как ты узнала, что я здесь, – маленький человек склонил голову

набок и прищурил один глаз.

– А мне рассказали, что здесь сейчас обитает один маленький очень

талантливый художник, – сказала Каролина, бросив взгляд на стену, где в

рядочек висели рисунки. Яркие и местами нелепые, какими и должны быть

детские творения.

– Да, я только начинаю, правда, свою творческую деятельность.

– Главное, чтобы был талант, – пряча улыбку за серьезным выражением

лица, Каролина присела на краешек кровати. А как тебя зовут?

– Федерико, а тебя?

– Каролина.

– Очень красивое имя. Как у принцессы. Я рисовал принцессу недавно.

Но не такую красивую как ты. Хочешь, я тебя нарисую?

– Хочу, только давай мы с тобой договоримся, что будешь рисовать

только когда у тебя будет много сил.

– А у меня всегда много сил! Я же мужчина!

– Да – да, я ни секунды не сомневалась в этом!

– А у тебя есть защитник? Ну, ты же принцесса, а у каждой уважающей

себя принцессы должен быть защитник!

Каролина поняла, что давно уже никто так не ставил ее в тупик.

– Нет, – Каролина покачала головой, – уже нет.

– Тогда я буду твоим защитником.

– Хорошо, – Каролина улыбнулась. Казалось, никто еще так искренне

никогда не хотел ее защитить. Сам еще не зная, от кого и от чего.

Три часа пролетели незаметно. Федерико, так изголодавшийся по новым

лицам, не успел еще и половины рассказать из всего, что переполняло его

детскую душу. Так что приход медсестры отразился на его лице неимоверной

мукой.

– Ну, ты же мужчина, – Каролина обняла его на прощание. Я уже на

тебя рассчитываю. Так что теперь у тебя нет другого выбора, как поскорее

поправиться и куда – нибудь меня пригласить.

– О, да! Ты станешь моей невестой?

– Я помогу тебе найти невесту. Обязательно. Самую настоящую

принцессу.

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ДЕВЯТАЯ

Женщина на кухне выглядела немного взлохмаченной. Одной рукой она

варила кофе, а другой судорожно пыталась отыскать номер портнихи в

записной книжке. Присев на тахту с чашкой крепкого кофе в руке, оглянула

окружавший ее хаос. Чемоданы, груды вещей, свертки кругом —переезд не

прошел без следов. А ведь еще нужно встретиться с Клаудией, ее портнихой.

Совсем скоро свадьба Джима и Стефании, а платье еще не готово. Да и с

костюмом Алекса есть еще проблемы, а он днями пропадает на своей работе!

Елена хотела уже ему позвонить, но передумала. Сегодня с утра он был не в

духе.

Алекс нравился ее всегда. Но у него были серьезные отношения с

Сильвией, и для всех общих знакомых, и Елены в том числе, их разрыв стал

неожиданностью. Точно так же, как и его внезапный звонок однажды вечером.

И все в его поведении дальше было внезапным.

И вот сейчас она здесь, в квартире Алекса. В окружении чемоданов и

баулов с перевезенными вещами.

Елене тридцать два года. Мужчина, который всегда был пределом ее

мечтаний, не сделал ей предложение. Но перевез ее вещи к себе домой.

Счастлива ли она сейчас? Елена не думает об этом. Она довольна.

И усердно ищет номер портнихи.

Дела в Dream Holiday.com идут как никогда лучше. Реклама и

положительные отзывы туристов о фирме сделали свое дело и недостатка в

туристах нет. Атмосфера в офисе тоже как никогда лучше. Сегодня в гости

зашел Майкл с хорошими новостями о Микелле – она идет на поправку. По

этому поводу сегодня в офисе целый день вино и подарки. Их собирают Алекс и

Роджер для Микеллы. А курьеры приносят все новые и новые свертки.

В новостной ленте внимание Алекса привлекло фото на фоне нежного

лазурного побережья.

Его девочка. Его ангел. Angel. Тысячи вопросов сразу. Как она, с кем она

и вообще, какого черта она там делает. С того самого дня он пишет ей каждый

день. Она отвечает. Тоже каждый день. Но уже что – то не так. Все не так, как

раньше. Это и понятно. Алекс сам сделал все для этого. И никто не виноват, и

он сам этого хотел.

Тогда почему на душе так паршиво?

Он не видел семьи с ней. Каролина была для Алекса таким неземным

воздушным созданием и невероятно сильной личностью в то же время. Да, он

не видел семьи с ней. Но любил всем сердцем. И любит сейчас. И не может уже

жить так, как раньше, до нее.

Вскочил со стула, сунул голову под холодный кран. В стену полетела

любимая белая чашка. Жаль, что на осколки разлетелась она, а не огромная

глыба сомнений Алекса.

Когда любишь, искренне хочешь, чтобы другой человек был счастлив. И

Алекс хочет, искренне хочет, чтобы она была счастлива до невозможности. Без

него. Ведь он сам отказался разделить ее счастье с ней. Но осознание того, что

кто – то другой будет касаться его счастья, будило в нем мирно спящего зверя.

День Алекса пошел своим чередом. Обычный, разве что немного

расслабленный от радостного Майкла. Как всегда, Алекс прокручивал в голове,

что еще осталось сделать: отправить факс мистеру Сантьяго, разобрать почту.

Размышления Алекса прервал характерный звук пришедшего сообщения.

От “Елена”.

“Жду тебя, милый. Соскучилась невероятно. Купи вина по дороге домой,

мой сладкий”.

ГЛАВА ШЕСТИДЕСЯТАЯ

– Ну, так что, ты одобряешь такой пункт плана, – Каролина от эмоций,

что Марина наконец приехала, на радостях обняла ее в третий раз.

– Мужика тебе надо, я смотрю, чувства тебя так и переполняют, —

Марина улыбнулась одной из своих обворожительных, но невероятно хитрых

улыбок.

– Не нужен он мне, мужик, ни сейчас, ни потом. Я у себя есть, и пока

мне этого достаточно. А потом, да, пусть появится. Но только мужчина, а не

мужик.

– Моя школа, – Марина довольно затянулась золотыми Treasurer. Я на

самом деле очень рада видеть тебя такой. Знаешь, я боялась оставлять тебя

здесь, уезжать от тебя.

– Но ты же говорила, что уверена во мне!

– А я и была уверена! Но все равно переживала, только тебе не

показывала, – Марина склонила голову набок. Ну, не могла же я тебе этого

показать! Зато сейчас я вижу, что ни капли в тебе не ошиблась. Ты еще сильнее,

чем я думала. Так что делай свою фотосессию. Какой план в стиле Vogue без

фотосъемки. Вообще было бы несерьезно! Я тебе лучшего фотографа дам в

распоряжение.

– Только я не хочу обычную съемку. У меня их было уже много, —

Каролина задумалась. Раньше, в какой – то другой жизни, кажется.

– Так, вот давай только не будем вешать нос! Только я ее похвалила …

– Все прекрасно, – Каролина улыбнулась. Я как раз – таки и не хочу,

чтобы хоть что – то было как раньше. И съемка будет не такая, к каким я

привыкла.

– А кто сказал, что съемка в стиле Vogue должна быть заурядной!

Ничего подобного. А что ты мне еще хотела рассказать?

– Ой, мне кажется, мне следует уже начинать свои мысли записывать. А

то разбегаются они у меня уже. Я столько всего хотела сказать …

– Ты мне про какую – то бутылку говорила. Из моря, что ли. Я еще

тогда, если честно, подумала, что ты какие – то странные вещи говоришь, —

Марина усмехнулась. И в тот момент тоже подумала про мужика.

– Ах, да. Бутылка! Я тебе рассказывала, между прочим. Но ты тогда

была занята своим ненаглядным Бернандоуэром!

– Ах, этот! Он в прошлом! Так что там с бутылкой?

– Это было приглашение на свадьбу, помнишь?

– Ну, да, припоминаю. Но ты говорила, что она тебя на что – то там

натолкнула.

– Да, мне показалось, вернее, я в этом практически уверена. В общем, я

хочу заниматься организацией свадеб.

– Ты хочешь замуж?

– Нет. Вот честно, нет.

– Даже если и хочешь, не вопрос, ты же знаешь, я тебе кавалера хоть

завтра найду.

– Спасибо, – Каролина улыбнулась. Я не сомневаюсь в тебе ни

секунды. Я не хочу замуж. Пока. Я хочу заниматься организацией свадеб. Здесь,

на юге Франции. Если вдруг я смогу еще здесь пожить.

– Сейчас я в тебя чем – нибудь кину. “Если вдруг. Пожить”, – Марина

перекривляла Каролину как только смогла более натурально. Обижусь сейчас.

– Я не в этом смысле! Я … ты … Ну, в общем ты же меня поняла.

– Да, поняла, конечно. И ты знаешь, я всегда тебя поддержу. Ну, или

почти всегда. Если ты соберешься завтра замуж за эмигранта из Эфиопии, знай,

я рада не буду. А все остальное – на здоровье.

– Я хочу делать других счастливыми. Как можно больше, как можно

чаще. Ну, и что там лукавить, питаться их счастьем.

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ПЕРВАЯ

Гуляя по набережной, Каролина обратила внимание на молодую пару.

Казалось бы, ничего особенного, влюбленная парочка, каких много. Но

чувствовалось что – то в их манерах, жестах притягательное, невероятно

нежное.

Они остановились. Девушка держала цветы, явно от возлюбленного, в

одной руке и поводок собаки, а гуляли они втроем, в другой. А потом …

Нет, они не слились в нежнейшем поцелуе. Девушка зевнула. Это жизнь,

красивые влюбленные девушки в обществе своего возлюбленного тоже иногда

зевают. Но то, с какой нежностью парень прикрыл своей рукой рот любимой,

заметив ее растерянность от занятых рук, не могло не заставить умилиться.

У Каролины эта картина вызвала и умиление, и приятную улыбку, и

радость за этих людей, встретивших друг друга на своем пути. Мысленно

пожелав им счастья и здоровых детей, Каролина еще подумала о том, что еще

пару лет назад эта картина вызвала бы в ней бурю эмоций. О том, какие же эти

люди счастливые, как им повезло, что у них такая любовь. А сейчас …

Она не стала жестче. Отнюдь. Просто поняла, что любовь, она разная. Она

может быть не только к мужчине. Даже любовь к самой себе может быть

искренней и нежной. И это не эгоизм. Это умение жить и делать нечто полезное

для этого мира, даже когда некому укрыть тебя одеялом ночью.

Алисия. Эта девушка привлекла внимание Каролины еще в первый день

ее приезда и начала работы здесь, в модельной школе Марины. Еще на первом

занятии по английскому языку Каролина поняла, что в модельном деле главное

место отведено конкуренции. Все девушки были милы, но в то же время

смотрели друг на друга глазами хищников, готовых разорвать за украденную

возможность. Алисия выбивалась из общей массы своим взглядом. Не

хищницы, а беззащитного ребенка, уверенного в себе и самодостаточного в то

же время.

Да и не могла она быть похожей на других. Что отличало ее от всех

других моделей, да и от самой Каролины, так это ее любовь к жизни. Никто так

не любил жизнь, как эта девушка. Которая могла смело сказать, что она знает ей

цену.

Алисия была моделью с девяти лет. Сейчас ей двадцать один. Несколько

лет назад она попала в автомобильную аварию. Села в машину к нетрезвому

другу. Глупый необдуманный поступок, о котором она будет помнить всю свою

жизнь. Алисия не может ходить. Значительная часть ее жизни связана с

инвалидным креслом, но улыбка не сходит с ее лица.

Каролина не уверена, что так было всегда. Но в данный период она видела

перед собой уверенную в себе девушку, полную планов и надежд. К тому же,

заряжающую окружающих своей энергией. А еще в ее глазах читалась доброта.

Довольно редкое сегодня явление.

Наверное, Алисия так и осталась бы для Каролины не похожей на других

моделью (а Марина оставила девушку в своей школе, и более того, она была

одной из лучших фотомоделей), если бы не один случай.

На правой руке Алисии всегда был широкий жемчужный браслет. Очень

красивый и привлекающий внимание. На одном из занятий Каролина обратила

на него внимание, сделав девушке комплимент. В ответ же Алисия стала

невероятно серьезной и до конца занятия не проронила ни слова.

Сказать, что Каролина чувствовала себя неловко – ничего не сказать.

Она вновь и вновь прокручивала свои слова, пытаясь найти ошибку или

оплошность. В результате, решив, что не даст себе покоя не узнав истину,

попросила Алисию остаться после занятия.

– Алисия, мне очень неловко, что я затронула какую – то важную для

тебя тему. Прости, я не хотела.

– Все в порядке, Каролина, правда.

– Еще раз извини.

Разговор, казалось, зашел в тупик так и не начавшись. Алисия уже

развернула свое кресло к выходу.

– Этот браслет мне подарила мама, – Алисия замолчала, задумавшись.

Это мой талисман. Я думала раньше, талисманы должны нас оберегать. Я

никогда не снимала его, даже в тот день. Но волшебства не случилось. Нет, я не

жалуюсь на судьбу. Я осталась жива, и это главное. Я благодарна Богу за это.

Сейчас. Но так было не всегда, – казалось, от долгого молчания и пребывания

в себе Алисии просто нужно было выговориться. Неважно, кому и как. Главное,

сказать все, что было на душе.

Она сняла браслет. Ровно на том самом месте, где он был – рубцы.

– Через полгода после аварии я хотела вскрыть себе вены. Я их вскрыла.

Но меня спасли. Мне кажется, я никогда не избавлюсь от чувства стыда перед

Всевышним за это, за то, что посмела даже думать об этом. Как бы горько нам

ни было, ничто, ничто не стоит нашей жизни. Мы даже представить себе не

можем, что для нас приготовил Господь. У него есть план на каждого из нас. Он

решил, что я буду моделью. И я ей стала. Даже в таком состоянии, как сейчас.

Только сейчас я ценю свою жизнь. И жизнь каждого человека. Даже того, кто

ненавидит меня. Самая главная любовь в моей жизни – Божья.

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ВТОРАЯ

Что Каролина действительно любит здесь, во Франции, так это дом

Марины. Уютнее только гнездышко Зары. Но это вне конкуренции.

– А как там твой Алекс, – Марина даже в таком простом вопросе не

смогла скрыть в интонации свое отношение к Алексу.

– Пишет, что любит …

– Кого? Себя? Никто не сомневался в этом.

– Говорит, что ему плохо очень без меня, что он сделал все, как сделал,

только лишь для моего блага, что я достойна всего самого лучшего.

– Это единственное в чем я с ним соглашусь. И это лучшее – явно не

он.

– Да …

Каролина уловила взгляд Марины.

– Нет, я ни секунды его не защищаю!

– Каролина, пойми, я не пытаюсь тебе внушить мысль, что он последний

подлец. Может быть, он даже неплохой человек, отличный сын для своей

матери и брат для своей сестры.

– У него нет сестер.

– Не в этом суть. Я не отрицаю его лучших качеств. Я говорю только то,

что вижу. То, что он делает в отношении тебя. И главное слово здесь – делает.

Не говорит, а именно делает. Его поступки. Вот что по – настоящему важно.

Слова – это всего лишь вода. Говорить красиво все умеют. Вот даже сейчас,

что сделал он? Я тебе скажу – ни – че – го. Хотя нет, кое – что он все – таки

сделал. Он попытался внушить тебе, что все его поступки вызваны лишь

неземной любовью к тебе. Что он страдает, и ты должна об этом знать. И самое

главное – ему плохо и гораздо хуже, чем тебе. А он спросил, как живешь ты,

что ты ешь и не болеешь ли?

Марина закурила.

– Стало быть, нет. Вот и суди сама. Я не прошу тебя разлюбить его сию

секунду. Я только хочу, чтобы ты полюбила себя хоть чуть – чуть. Хотя нет, не

чуть – чуть. А как можно сильнее. И тогда все станет на свои места. Если ты

будешь любить себя, как самое большое сокровище, которым обладаешь, ты не

в состоянии будешь терпеть такое отношение к себе. И вообще, я больше не

могу о нем говорить, у меня сейчас лоб сморщится от негодования. Ты хочешь,

чтобы у меня были морщины, – Марина сделала свое самое сердитое лицо.

– Нет, конечно.

– Тогда расскажи, что там у тебя еще. Ты заметила, что я уже не требую

от тебя четкого отчета по нашему, вернее, по твоему, плану.

– И с чего бы это?

– У тебя уже и без этой старой женщины все получается.

– Где ты видела здесь старую женщину? Всем бы так выглядеть!

– В твои годы, ты хотела сказать? – Марина поправила алую юбку с

умопомрачительным разрезом.

– В твои самые лучшие годы. Мне звонили из Santiago, попросили

приехать. С чего бы это?

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ТРЕТЬЯ

Каролина не особо любит ехать на встречу, когда не знает ее деталей. Но

сейчас она все же едет. Какой – то внутренний голос словно подсказывал ей, что

она нужна.

В больницу Santiago приехала иностранная делегация: оказать помощь

детям, снять репортаж. Ничего сверхъестественного, обычное дело во Франции.

Каролина дала интервью, рассказала о своем опыте общения с Федерико.

Который счел своим долгом выступить вместе с полюбившейся ему девочкой

(именно так он Каролину называл). Съемка получилась очень душевной. Даже

оператор, суровый брутальный мужчина, признался позже, что был растроган

до глубины души. Еще несколько часов после съемки Федерико не выпускал

руки Каролины и ходил за ней “хвостиком”. На прощание взяв с нее слово, что

она обязательно придет к нему в гости. Когда Каролина сказала, что, конечно,

совсем скоро придет в гости ко всем: и к нему, и к другим ребятам в больнице,

такой ответ Федерико не устроил. Ему важно было знать, что Каролина придет

только к нему. Что не могло не вызвать улыбку. Вот он, истинный мужчина –

собственник, с самых ранних лет.

– Каролина, – заведующая одного из отделений Santiago провожала

Каролину после съемки, – Вы не представляете себе, как Федерико был

счастлив познакомиться с Вами. Мы даже сами не верили в такой успешный

исход. Но врач уверен, тот всплеск эмоций, которые мальчик испытал при

общении с Вами, стал для его организма важным началом на пути к

выздоровлению. Федерико теперь не узнать. В нем столько жизни!

– Я безумно рада это слышать!

– Как жаль, не всем нашим деткам можно так помочь, – миссис Доунер

многозначительно вздохнула.

– Что Вы имеет в виду? Вы же знаете, я с удовольствием …

– Я знаю, моя дорогая, – миссис Доунер мягко остановила Каролину. —

К нам несколько месяцев назад поступил мальчик, он не ходит уже несколько

лет. Он ни с кем не разговаривает. Только со своим лечащим врачом, он его

какой – то родственник, кажется. Я понимаю, он приехал сюда, его семья

далеко, ребенку тяжело с этим справиться. Хотя наши лучшие психологи

работали с ним. Но он не идет на контакт совершенно.

– Можно я попытаюсь с ним поговорить?

– Он не станет, моя дорогая. Но огромное спасибо, что принимаете

участие в жизни нашей больницы.

Сладкий голосок миссис Доунер начинал уже Каролину раздражать.

– И все же. Что мы теряем? Раз уж мы заговорили об этом мальчике,

давайте хотя бы попытаемся что – нибудь сделать.

– Да, моя дорогая, как скажете, а вдруг у Вас что – то и получится.

Давайте я Вас провожу к Марселю.

После очередного “моя дорогая” Каролина испытала огромное желание

оказаться как можно дальше от участливой миссис Доунер.

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ЧЕТВЕРТАЯ

Палата Марселя напоминала пустыню. Желтые стены, изображающие

пески, на одной из стен – оазис. Интересно, он случайно попал в нее или

выбирал сам? Сам же мальчик напоминал маленький кактус – такой же

колючий. Миссис Доунер представила ему Каролину, немного помедлила на

пороге и ушла. Марсель не проронил ни слова.

– Разрешишь мне присесть?

Никакого ответа.

– Я все же присяду, с твоего позволения. Сегодня такая замечательная

погода. А ты любишь гулять?

Каролина долго думала накануне, как повести себя с ребенком. Она

понимала, что до конца прочувствовать его состояние внутри, она не в

состоянии. Даже страшно представить, какая буря и бездна внутри у ребенка,

который вот уже несколько лет не знает, какая на ощупь свежая весенняя трава.

Она долго продумывала темы, вещи, которые можно ему рассказать. Но сейчас,

глядя на него, несла, как ей казалось, полную чушь. Про бабочек, лес и опушки.

Марсель молчал. Отвернувшись к стене, он даже не смотрел на нее.

Через сорок минут – а Каролине показалось, что прошла уже целая

вечность – она поняла, что все бесполезно. Не стоит, наверное, сейчас лезть

мальчику в душу.

– Мне, правда, было очень приятно с тобой познакомиться, Марсель. Я

надеюсь, что очень скоро мы сможем увидеться с тобой снова.

Каролина пошла к двери, которая также не выбивалась из общего образа.

Она была цвета песка пустыни с красавцем – верблюдом и маленькими

тушканчиками.

– Уходи, уходи, уходи же скорее.

Каролине не показалось. Вслед ей Марсель говорил. Хотя вернее сказать,

он кричал. С невероятной злостью в голосе.

– Не надо меня жалеть! Не надо! Уходи! Уходи!

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ПЯТАЯ

– Я так понимаю, что твоя гостья тебе понравилась? – Марко удобно

уселся в уютном “умном кресле” возле Марселя. Кресло приняло форму его

тебя. От чего Марко чувствовал себя превосходно. Чего молчишь? Надулся он,

лопнешь сейчас.

Марко единственный в больнице кто мог себе позволить говорить с

Марселем таким образом (еще бы, это же его клиника). Но самое главное, что

Марселю это невероятно нравилось. Он чувствовал, что они с Марко друзья. А

они действительно стали очень близки за последние месяцы.

Хотя сейчас Марсель отчаянно пытался скрыть свое радость от того, что у

него есть такой взрослый и самый любимый друг. Сделав обиженное лицо, он

молчал.

– И где только научился на девушек кричать? А еще говорил мне, что я

твой лучший друг. Явно еще с кем – то дружбу водишь. Кто и научил тебя так

себя вести.

– Нет, нет, ну что ты! Ты у меня один друг!

– Тогда почему не хочешь мне рассказать все, поделиться со мной?

В лице Марселя читалось, как в нем борются сейчас два желания.

– Она мне очень понравилась. Она так интересно рассказывала всякие

истории. И еще она такая красивая.

Щеки Марселя слегка порозовели.

Марко постарался скрыть улыбку.

– И с чего ты взял, что красивым девушкам жутко нравится, когда

молодой человек начинает верещать?

– Я не верещал!

– Верещал – верещал! Я сам слышал. В другом отделении.

– Не мог ты слышать, – Марсель улыбнулся. Впервые за долгое время

по – настоящему, по – детски искренне.

– Что дальше делать – то собираешься?

– Ты о чем?

– Да о девушке! Мне помнится, – Марко склонил голову набок, – у

кого – то была заветная мечта – сходить на самое что ни есть настоящее

свидание. Так почему бы ее не воплотить в жизнь?

– Такие красивые девушки не ходят на свидания с больными

мальчиками, – взгляд Марселя опять начал затухать. Он был как маленькая

свечка в тот вечер. Одно неосторожное движение – и пламя исчезает.

– Ну, давай мы не будем за нее решать. Твое дело, мужское, – на

свидание пригласить.

– Но я так на нее кричал … Вряд ли она вообще слышать обо мне

захочет.

– Так значит все – таки признаешь, что кричал? – Марко хитро

прищурил глаз.

– Ты вынудил меня это сказать, – Марсель залился хохотом. Прекрати

меня щекотать. Я же боюсь щекотки!

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ШЕСТАЯ

В доме Марины, неважно, в какой он стране, всегда живет уют.

– Знаешь, а мне очень нравится идея твоей съемки, – Марина

рассматривала фотографии Каролины с ее последней фотосессии. Ты здесь

такая живая.

На фото Каролина была с минимумом макияжа, в уютном кашемировом

свитере и рваных джинсах.

– Тебе, правда, нравится?

– Что за вопрос? Ты же меня знаешь, если мне что – то не по душе, я так

сразу и говорю, безо всяких прикрас. Особенно тебе. Ты мне слишком дорога,

чтобы говорить тебе лишь комплименты.

Каролина взяла в руки свои снимки. На нее смотрела она. Та самая

девочка из прошлого. Та, которая жила до встречи с Алексом. Та, которая умела

мечтать. Как только фотографу удалось это запечатлеть? Или она возвращается?

Сама к себе?

– Прекрати! – Марина зашвырнула в Каролину подушку. – Сколько

можно думать! Ты опять погружаешься в свои дурацкие размышления. Я прямо

вижу, как ты в них тонешь. Сколько раз я тебе говорила – живи здесь и сейчас.

Хватит думать!

– Да, я больше не хочу думать. Я вообще уже не знаю, чего хочу!

Каролина не могла понять, что с ней такое происходит: в глазах словно

потемнело.

– Мне … мне просто все надоело. Мне кажется, я так устала. Я уже

запуталась, какой пункт плана выполняю. Я презираю себя за то, что смела

жаловаться на жизнь и говорить о своих проблемах. Все, что было с Алексом,

– это ничто, ничто по сравнению с тем, что испытывают дети, которые не

могут сделать ни шагу. Красивые девушки, которые прикованы к инвалидному

креслу. Это все неправильно! Так не должно быть!

Слова Каролины превратились в один поток. Слились воедино. В один

крик отчаяния. Она слишком долго молчала, держала все свои переживания в

себе.

Потом она замолчала. Они молчали долго. Каролине казалось, что ей

хочется закричать, зашвырнуть что – нибудь в стену.

Но она всего лишь заплакала. Были ли это всего лишь слезы? Вряд ли.

Это было нечто большее, чем просто плач. В каждой слезинке – чувство. Боли,

обиды, разочарования. Но не было среди них отчаяния. Каролина была

несказанно счастлива, что не познала это горестное, убивающее веру и любовь к

жизни, чувство. Самое худшее, что может случиться с человеком, – это

отчаяние.

Вскоре прекратился и плач. Какое – то время они обе не проронили ни

слова.

Марина, как хозяйка дома, приготовила чай. Черный, с жасмином.

Каролина просто не может пить горячий чай! Поэтому за время, пока она

выпила одну кружку, Марина справилась уже с двумя.

– Знаешь, а я ждала, когда же ты дашь волю своим чувствам. Я

знала, что ты не дойдешь до конца этого плана. Не потому, что я в тебя не

верила. Нет, Отнюдь. Просто я знала, что ты найдешь свою дорогу. Я

лишь указала тебе путь, но это твоя жизнь. И никто кроме тебя самой не в

состоянии прожить ее, – Марина задумчиво посмотрела на свою юную

подругу. Я горжусь тобой. Я невероятно тобой горжусь. И вообще, иди

умываться и за дело. У тебя вечером свидание вообще – то, или ты уже

забыла! А на свидание с красными глазами идти, ну, просто несерьезно!

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ СЕДЬМАЯ

Мечты должны сбываться. Для того они и существуют. Галантный

Марсель был самым лучшим тому подтверждением. В своем белом костюме он

был похож на юного лебедя – беззащитного на первый взгляд и такого

уверенного в себе и смелого на другой. А еще невероятно привлекательного. Да,

он не мог сделать шаг навстречу девушке в красном платье, первой девушке,

которую пригласил на свидание. Но ведь для того, чтобы сделать шаг, не

обязательно стоять на земле. Главное, иметь сердце.

– Ты же не будешь против, если наше свидание будет слегка тройным,

– Марсель скромно потупил взгляд, указывая на стоящего неподалеку Марко.

Я все – таки еще недостаточно уверенно себя ощущаю вдали от него.

– Это твой друг, – спросила Каролина, улыбаясь.

– Это моя вторая семья, – Марсель был как никогда серьезен.

Это свидание было только для двоих. Марсель в полной мере ощутил себя

джентльменом, проявляя заботу и ухаживая за Каролиной. Неведомое,

заставляющее его сердце биться от волнения, чувство.

А Марко лишь наблюдал за ними со стороны. С гордостью – за

Марселем, и с неведомым, заставляющим его сердце биться чаще, чувством —

за девушкой в красном.

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ВОСЬМАЯ

Зара бросила Давида. Ушла к итальянцу. Давид разбогател, его бизнес

пошел в гору. У итальянца – никаких ближайших перспектив и полное

отсутствие авто. Но для Зары это не значит ровным счетом ничего. Для нее,

девушки, предпочитающей Chanel. Просто она любит жизнь, любит себя и

получает от этого невероятное удовольствие.

Хотя ушла – громкое слово. Лично я уверена, ее увлечение не продлится и

месяца. Хорошо если недели две итальянец будет удостоен внимания. Самое

главное правило ее жизни – жить так, как велит сердце, жить так, как

хочется ей, так, словно завтра не будет.

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ДЕВЯТАЯ

Извечный, банальный уже казалось бы вопрос, но все же – что такое

любовь? Не к маме, не к сестре, а к мужчине. Человеку, который изначально

тебе чужой. Со временем для себя я частично ответила на этот вопрос.

Ответила только лишь благодаря людям, которые встретились на моем

жизненном пути.

Даже сейчас, сегодня, если я скажу, что не люблю Алекса, я солгу. Я

люблю его. Я не хочу с ним жить, не хочу от него детей, не хочу состариться,

будучи его верной женой. Но только лишь потому, что понимаю тщетность

этих желаний. Этого не будет и точка. Но я его люблю. Не до умопомрачения,

без бабочек в животе. Он научил меня любить. И это именно благодаря ему я с

годами поняла, что такое любовь. К мужчине, к человеку, который изначально

тебе чужой…

Когда ты хочешь видеть и знать, что человек счастлив, даже без тебя.

Когда между вами нет страсти, близости, касаний. Когда ты не готовишь

ему завтрак и не ваши с ним дети идут в школу. Даже когда он живет на

другом конце света. Ты искренне хочешь, чтобы он жил и мог считать себя

самым счастливым мужчиной на земле.

И я желаю. Я проснулась сегодня утром и поняла, что хочу, чтобы он

воспитал своих детей так, чтобы они стали очень достойными людьми.

Почему детей и почему я подумала именно о его детях?

О Боже, как же я хочу, чтобы через пятнадцать, а, может, двадцать с

лишним лет, когда его дети заведут собственные семьи, он не чувствовал себя

одиноким и несостоявшимся. Ведь рядом с ним будет женщина, которую он

выбрал, которая дарила ему family feeling…

Кто – то посчитает меня дурой, кто – то назовет бесхарактерной, но я,

правда, искренне этого хочу. Это и есть любовь. Моя любовь. Навсегда…

ГЛАВА СЕМИДЕСЯТАЯ

Марина пьет кофе и просматривает утреннюю прессу. На страницах

одного из журналов она находит то, что искала.

“Today when I recollect what I was crying about some time ago I start to smile.

I smile not to spite somebody, not because I had gone mad. I have a great desire to

smile because of some lightness that I have in my soul.

My daughter is two years old now. From time to time I still have a bit of

sadness without any reason. And every time she sees I am sad, she starts to worry.

She considers it is her guilt. But she can never be guilty of anything! Because she is a

real angel”.

Марина даже не дочитывает статью до конца. Она знает конец. Хотя

почему конец? Начало. И чувствует невероятную гордость за свою юную

подругу.

ЭПИЛОГ

Сегодня я могу назвать себя счастливым человеком. Я люблю и любима.

И оба эти состояния связаны в моей жизни с одним человеком.

Моей дочери 2 года. Мне все еще становится грустно иногда без

причины. Но когда она видит меня с печальной улыбкой, начинает переживать,

что виновата она. Ведь она еще не знает, что она ангел …

Content

Лукьянчук Вероника Иногда они возвращаются. Главное – не терять крылья