Валерий Герланец

Лена, Катя и Мылопуз Бессмертный (Озорная история с почти шпионским сюжетом)

Карты Мыльного и Маникюрного королевств

Глава первая

Как Лена и Катя породили Мылопуза Бессмертного

Неразлучные подружки Катя и Лена сидели на балконе седьмого этажа и пускали мыльные пузыри. Балкон был Леночкин, соломинки – Катюшины, а пузыри – общие. Их тут же подхватывал шаловливый ветер и нёс над домом, над улицей, над городом, пока они – бах! бабах! бух! – не лопались один за другим.

– Вот пузыри получаются из мыла, – рассуждала Катя. – А из чего само мыло сделано?

– Наверное, из мыльных пузырей, – сказала догадливая Лена. – Когда руки или лицо моешь мылом, оно всегда пузырится.

Катюша бросила на подружку недоверчивый взгляд:

– По-твоему, сидят на мыльном заводе пузырщицы и, как мы с тобой, выдувают пузыри, а другие их ловят и лепят из них мыло…

– А может, и не так все! Может, стоит себе автомат электрический, и – хлоп! – мыло из него выпрыгивает. Белое, розовое, зеленое, голубое…

– Ну а делают его из чего? – не унималась Катя, помешивая соломинкой мыльный раствор.

– Не знаю, – пожала худенькими плечиками Лена. – Когда вырасту, тогда и узнаю, из чего всё делают: мыло, мамину губную помаду, папин коньяк.

– Так не интересно – ждать пока вырастешь. Я бы сейчас хотела знать, из чего мыло, а из чего апельсины делают.

– Апельсины не из чего не делают. Они сами на деревьях растут, в южных странах. – Лена выхватила у подружки баночку с пенистым раствором, погрузив в него свою длинную пластмассовую соломинку.

– Вот бы отправиться сейчас в какую-нибудь далекую-предалекую страну…

– Ой, печёт, печёт! – захныкала вдруг Лена, и по её щекам покатились слёзы.

Оказалось, что один из самых больших пузырей, который она выдула, умудрился лопнуть как раз возле её левого глаза. Расторопная Катя тут же достала из кармашка носовой платочек и принялась «лечить» пострадавший глаз подружки. Спустя минуту Лена уже смотрела на мир обоими глазами.

– Не умеешь пузыри надувать – не берись, – поучала её Катя.

– Это я-то не умею?! А спорим, я сейчас выдую вот та-а-кенный мыльный пузырище – больше Макса.

– А если не выдуешь?

– Тогда лопнуть мне на этом месте.

– Хорошо. Только когда будешь лопаться, я в комнату уйду.

– Макс тем временем безмятежно дремал на коврике, не подозревая, что его восьмилетняя хозяйка вознамерилась выдуть мыльный пузырь величиной со взрослого ангорского кота.

– Лена набрала побольше воздуха, сунула соломинку в рот и раздула щёки – ни дать ни взять хомяк по пути с поля в свою подземную кладовую. Её щеки заходили ходуном, и мыльный пузырь стал расти буквально на глазах. Вскоре по своим размерам он превзошёл не только кота Макса, но и саму создательницу вместе с её подружкой. Его тоненькие стенки переливались на солнце всеми цветами радуги, подрагивая даже от самых слабых порывов ветра.

– Класс! – восхитилась Катя. – Вот это пузырь – больше, чем живот у дяденьки с пятого этажа.

А Лена, выронив соломинку из рук, широко распахнутыми глазами смотрела на мыльного гиганта и не могла вымолвить ни слова. Одновременно с подружкой она увидела, как у пузыря появились глаза, округлый нос, растянутый в широкой улыбке рот.

– Привет, старушки! – весело подмигнул он сначала Леночке, а затем и Катюше.

– При… при… вет, – испуганно пролепетали девочки. – Только мы не старушки, а …

– Для меня вы обе – древние старушенции, – перебил их гигант. – Если учесть, что продолжительность жизни нас, мыльных пузырей, всего несколько секунд… Извините за нескромный вопрос: а сколько вам секунд?

– Мне скоро будет семь, – сказала Катя, – только не секунд, а лет.

– Значит, ты прожила, – на мгновение задумался мыльный гигант, – двести двадцать миллионов семьсот пятьдесят две тысячи секунд.

– А мне уже восемь лет и один месяц, – отчеканила Лена.

– Кошмар! Да вы просто живые ископаемые! – воскликнул мыльный пузырь.

– Сам ты – живое ископаемое! – возразила Катя. – Все мыльные пузыри как пузыри – полетают, полетают и – бах! – лопаются, а ты вон живёхонек-здоровёхонек.

– Я и сам чувствую, что не простой мыльный пузырь, а…

Катя боязливо ткнула пальчиком в тончайшую разноцветную пленку пузыря, но он… не лопнул. Тогда Лена что есть силы дунула на своё загадочное творение, а потом, размахнувшись, стукнула его кулачком. Пузырь по-прежнему не лопался, никуда не улетал, продолжая висеть над их головами и дурашливо улыбаться.

– Раз ты так долго живешь, – проговорила Лена, – значит, ты этот… Бессмертный.

– Как Кощей! – воскликнула Катя. – Мне про него бабушка сказку читала. Поэтому будешь, этим, как его…

– А что, если мы тебя назовем… Мыльный пузырь… Значит, сокращенно – Мы-ло-пуз!

– А ещё лучше, – добавила Катя, – Мылопуз Бессмертный.

– Мылопуз Бессмертный! А что, звучит! Может, когда-нибудь на моей далекой родине таким именем улицу назовут. А ещё лучше – корабль военный…

– Или конфеты шоколадные, – мечтательно проговорила Лена, – я их очень люблю.

– Ой, бабульки, – засуетился Мылопуз Бессмертный, – совсем я с вами заболтался. Так ведь и опоздать можно.

– Куда? – поинтересовались девочки.

– На Праздник Мыла.

– Такого праздника не бывает, – уверенно выпалила Катя.

– А вот и бывает! Только в Мыльном королевстве – на моей исторической родине. Если вы ещё хотите узнать, как и из чего делают мыло, то я могу вас взять с собой.

– Хотим, конечно, хотим!

– Тогда быстро-быстро повторяйте за мной волшебную скороболтушку: мама мыла Милу мылом, Милу мыло изумило, маму Мила поманила и полмыла откусила.

Девочки принялись повторять за пузырем эту нелепую фразу и даже не заметили, как оказались вдруг внутри его гигантской оболочки. Мылопуз Бессмертный легко оттолкнулся от балконного ограждения и вместе с двумя маленькими пассажирками на борту стремительно взмыл в бескрайнюю небесную синь.

В то же мгновение дремавший Макс подскочил, как ужаленный, и, запрыгнув на перила, взвыл, словно принадлежал не к кошачьему, а к собачьему племени. Ведь даже в самом кошмарном сне он не мог представить, что его хозяйка и хозяйкина подружка умеют летать, как какие-нибудь пернатые чирикающие создания.

Глава вторая

Чудо-изобретение профессора Геля

Король Мыльного королевства и провинции Шампунь носил имя Мылослав и порядковый номер Пятнадцатый. В его августейшем роду было принято всем наследникам трона давать имя Мылослав, и почти все они правили мудро и справедливо, приумножая богатства своей ароматной державы.

Как гласила древняя летопись, первое мыло из козьего жира и древесной золы самолично сварил король Мылослав Первый. С тех пор мыловаренное ремесло стало в королевстве одним из главных, если не самым главным и весьма почитаемым. Поначалу мыло было предметом роскоши и ценилось наравне с заморскими пряностями или снадобьями от болезней, но при Мылославе Девятом оно стало уже привычным предметом быта, доступным по цене каждому подданному.

Во времена правления Мылослава Пятого появилось жидкое мыло. Его рецепт специально для своей длинноволосой невесты придумал один молодой мыловар, живший в провинции Шампунь. С тех времен жидкое мыло стали называть шампунем. Затем в твердое и жидкое мыло начали добавлять различные душистые вещества, и подданные королевства стали благоухать кто розой, кто сиренью, кто лавандой, а кто и лесной хвоей.

В середине правления Мылослава Одиннадцатого, прозванного в народе Неустрашимым, на Мыльное королевство коварно напало соседнее – Маникюрное. Его жадный и завистливый правитель Ногтегрыз Тринадцатый вознамерился захватить и разграбить разбогатевшую на торговле мылом страну. Однако оказалось, что мыловары не только прекрасно владели своим основным ремеслом, но и ремеслом ратным. Армия захватчиков была разгромлена в пух и прах, а её главнокомандующий генерал-фельдфебель Надфиль взят в плен.

С тех давних пор между Мыльным и Маникюрным королевствами установились натянутые, если не откровенно враждебные, отношения. Ныне правящий король маникюрцев Ногтегрыз Двадцать Первый, когда говорил о соседней державе, кривился, как от зубной боли.

Пятнадцатый по счёту король Мыльного королевства был не по годам мудр, расчётлив и удачлив. У него были красавица жена по имени Чистолика и двое детей – дочь Цветана и сын Мылославик. Менее чем за три года своего правления королю удалось не только полностью обновить выпускаемую моющую продукцию, но и сделать её широко известной во всём мире. Особой популярностью у мужчин пользовалось мыло, умывшись которым, целую неделю не нужно было бриться. Женщины мгновенно раскупали мыло, обладающее потрясающим эффектом омолаживания. А детворе невероятно нравилось мыло, которое во время купания пело веселые песенки и совершенно не щипало глаза. Ну а за шампунями для плешивых, веснушчатых, прыщавых или меняющими цвет волос семь раз в неделю, неизменно стояли длиннющие очереди покупателей.

Все эти оригинальные мыла и шампуни изобрёл и выпускал главный мыловар королевства – профессор Гель. Он носил огромные очки, то и дело съезжающие на кончик носа, и пышную, местами тронутую сединой шевелюру. Профессор был буквально помешан на моющих средствах и знал о них абсолютно всё, что только можно было знать. Гель мог часами вдохновенно рассказывать о всевозможных маслах, экстрактах, суспензиях и эмульсиях, но стоило лишь собеседнику поинтересоваться рецептом, профессор мрачнел и резко прерывал беседу. Потому что все рецепты своего мыла или шампуня он держал в строжайшей тайне, не посвящая в неё никого, даже свою ближайшую помощницу Глицерину. Знал их, да и то в самых общих чертах, только его величество Мылослав Пятнадцатый.

Вот и сейчас главный мыловар сидел в глубоком мягком кресле напротив короля и докладывал ему о своих последних разработках.

– Ваше величество, спешу сообщить, что мне удалось, наконец, получить то, о чём вы так давно мечтали, – словно паралитик, профессор дернул головой, и очки, съехавшие на самый кончик носа, возвратились на своё привычное место.

– А что показали опыты? – поинтересовался Мылослав.

– Их результаты просто ошеломляют. Оно излечивает от всех, абсолютно от всех болезней. Правда, механизм его воздействия пока не совсем понятен, но я продолжаю исследования.

– Продолжайте, профессор, непременно продолжайте! – не в силах справиться с волнением, король вскочил, подбежал к гигантскому глобусу и, раскрутив его, торжественно провозгласил: – Вы великий ученый, Гель! Ваше открытие обречено стать мировой сенсацией. Подумать только, как всё просто: умылся – и здоров.

– Эксперименты показали, что в самых сложных случаях достаточно всего двух-трёх намыливаний, – уточнил профессор.

– А вы не могли бы наглядно продемонстрировать действие своего чудо-изобретения?

– С превеликим удовольствием.

На королевском столе вдруг засветился экран, на котором возникло изображение шефа охранной службы королевства, непревзойденного мастера восточных единоборств Дзю До.

– Я сейчас занят, – проговорил король, – но готов вас выслушать ровно через полчаса.

Плоская с колючими раскосыми глазами физиономия молча кивнула и исчезла с экрана.

– Так вот, профессор, вчера наследник гонял на велосипеде, – не глядя, король нажал на одну из кнопок, разбросанных по всей поверхности стола, и по монаршьему кабинету стал разливаться наполненный ароматом прохладный воздух. – Упал, стесал коленки, расквасил нос. И это накануне Праздника Мыла! В общем, Мылославик выглядит теперь как солдат-наёмник после жаркого боя.

– А где он сейчас?

Король ткнул пальцем в очередную кнопку, и на экране появилась королева Чистолика.

– Ваше величество, где дети? – поинтересовался его величество.

– Цветана в оранжерее помогает Флорену, а Мылославчик… – Королева растерянно завертела головой. – Вот непоседа! Ведь только что был здесь.

– Пожалуйста, мой ангел, разыщите этого «велогонщика» и незамедлительно приведите ко мне.

Через три минуты пятилетний наследник трона в сопровождении матери и гувернантки уже переступал порог отцовского кабинета.

Профессор Гель достал из своего потёртого портфеля коробочку, в которой лежал небольшой округлый кусок мыла. Смочив его водой, он провёл им по распухшему, цвета перезрелой сливы носу наследника. И – о чудо! Нос Мылослава-младшего на глазах у присутствующих приобрёл бывшие свои размеры и цвет. Те же манипуляции ученый-мыловар проделал и с пострадавшими коленками мальчика. В результате украшавшие их кровавые ссадины исчезли, будто их там никогда и не было.

Королевская чета не могла сдержать своих искренних восторгов.

– Я восхищена! Профессор, вы просто чародей! – воскликнула Чистолика, а её супруг добавил:

– Представляете, сколько людей будут спасены от страшных болезней и травм, когда мы начнем выпуск такого волшебного мыла! А если начать выпуск шампуня, содержащего ваше исцеляющее вещество? Или стирального порошка…

Экран переговорного устройства засветился, и на нём вновь возник шеф охранной службы, который на этот раз заговорил:

– Смею доложить, ваше величество, что на территории дворца задержаны две неизвестные девчонки, прилетевшие на огромном мыльном пузыре.

– Бред! – завопил профессор Гель. – Этого не может быть!

– Не может быть чего? – спросил король.

– Такого пузыря. Вы ведь лучше меня знаете, ваше величество, что мыльные пузыри живут в лучшем случае не более минуты.

– Тем не менее, такой мыльный пузырь существует, – бесстрастно проговорил с экрана Дзю До. – Он даже умеет разговаривать и улыбаться.

– В таком случае немедленно приведите сюда этих маленьких искательниц приключений и их говорящего мыльного друга.

– Вы слышали, что сказал главный мыловар нашего королевства? – спросил у главного охранника король.

– Так точно, ваше величество!

Глава третья

Ногтегрыз и его ОСА № 001

Король Маникюрного королевства Ногтегрыз Двадцать Первый был очень вспыльчивым, чрезвычайно коварным и мстительным. Между собой придворные называли его Чокнутым. Чокнутый ненавидел абсолютно всех своих поданных уже за то, что они жили в его королевстве, ели, пили и дышали одним с ним воздухом, постоянно жалуясь на нестабильность, нужду и полоумного монарха. Но больше всего король ненавидел жителей соседней державы. Причём такой же лютой ненавистью, как и его далекий предок, который начал и позорно проиграл в своё время войну с Мыльным королевством. Последний монарх из династии Ногтегрызов презрительно называл державу мыловаров «Мыльницей», а короля Мылослава – «жалким Обмылком».

Когда король испытывал раздражение, а это было его обычным состоянием, он усердно грыз ногти, съедая их почти до основания. Впрочем, такой же скверной привычкой обладали и все предшествующие ему короли. Хотя официально грызть ногти в Маникюрном королевстве считалось тяжелейшим преступлением, и многие «грызуны» оказывались за решеткой. Поэтому Ногтегрыз, чтобы не быть уличённым в своем противозаконном пристрастии, круглый год носил перчатки.

Бывали дни, когда король впадал в ярость. Он крушил мебель, швырялся всем, что попадало под руку, брыкался и даже плевался. Чтобы после таких приступов немного остыть, Ногтегрыз нырял в бассейн, наполненный серебряной водой, и плавал до полного изнеможения.

Сегодняшний день у Ногтегрыза Двадцать Первого с самого утра не заладился. Противно ныл больной зуб, дергал пораненный вчера палец правой руки, а тут ещё ведущий маникюрщик королевства граф Краплак доложил, что ночью некие злоумышленники угнали с королевского склада автоцистерну с уникальным заморским лаком для ногтей. И что же? До сих пор эти тупорылые ищейки из службы сыска так и не смогли напасть на след ночных наглецов. Затем во время обеда вертлявый наследник короля опрокинул вазочку с соусом, который в мгновение ока превратил любимые светлые брюки его папаши в грязную кухонную тряпку. Но окончательно вывело короля из себя им же разбитое вчера в приступе ярости большое зеркало. Увидев в треснувшем стекле своё мрачное перекошенное отражение, он запустил в него банкеткой и под перезвон осколков стремглав побежал в бассейн.

Но и там плохие вести не оставили в покое его величество. Стоило Ногтегрызу вынырнуть из воды, как он скрестился взглядом с шефом ОСА – особо секретного агентства королевства. Все данные о самом главном агенте, как, впрочем, и обо всех остальных его сотрудниках, были строго засекречены. Даже король не знал его подлинного имени и называл просто – ОСА №001. В королевстве он был единственным, кому позволялось тревожить короля при любом настроении, в любое время суток и в любом месте.

– Ваше величество, осмелюсь вас побеспокоить, – вытягиваясь в струнку, проговорил ОСА № 001.

– В чём дело? Почему сейчас, когда мы решили немного успокоить нервы, побыть наедине, собраться с мыслями. Мы, в отличие от некоторых особо секретных, между прочим, иногда размышляем о том, о сём…

– Но это сообщение не терпит отлагательств, ваше…

– Неужели твои ищейки нашли, наконец, злоумышленников, которые умыкнули автоцистерну с заморским лаком?

– Никак нет, ваш…ичество, но усердно ищут. Но есть другое важное сообщение.

– Тогда валяй, сообщай. – Король поманил шефа ОСА, облачённого в модный костюм в полоску и галстук, к краю бассейна и столкнул его в воду. – Ну, сообщай, мы ждём!

ОСА №001, неуклюже побарахтавшись в воде, принял, наконец, вертикальное положение.

– Только что, ваш…ичество, – пробулькал он, – от нашего суперагента из Мыльного королевства…

– Опять эта мерзкая Мыльница!

– …из, как вы остроумно назвали, Мыльницы была получена секретная информация о том, что там создано волшебное мыло.

– И чем же оно отличается от обычного?

– В шифровке говорится, что это мыло излечивает от всех болезней.

– Абсолютно от всех?

– От всех.

– И от гриппа?

– И от гриппа.

– И от коклюша?

– И от коклюша.

– И от краснухи?

– И от краснухи.

– И от желтухи?

– И от неё, само собой.

– И от безголовости?

– И от безго… – запнулся шеф ОСА.

– И ты, акула спецслужб, рыцарь шантажа, интриг и терактов, супер-пупер секретный агент №001, веришь во все эти сказочки? Тьфу! Три раза тьфу! – в сердцах сплюнул король, и вода вокруг него пришла в волнение.

Ногтегрыз покинул бассейн и, замотавшись в огромное пушистое полотенце, сел в кресло. Настроение у монарха было теперь в сто раз хуже, чем до купания. Следом выбрался и ОСА №001. Из всех карманов его стильного костюма лились потоки воды, а галстук вообще сбился в сторону и прилип к спине.

– Но, ваш…ичество, – шеф секретной службы имел вид ожившего утопленника, – источник, передавший эту информацию, заслуживает доверия.

– Ты не ОСА №001, а осёл №1! – Король выпрыгнул из кресла и стал метаться вдоль кромки бассейна. – Неужели ты своими мокрыми мозгами не понимаешь, что доверять никому нельзя. Ни-ко-му! Даже себе самому!

– Но я посчитал, ваш…ичество, что интересы нашего, то есть вашего королевства могут пострадать, и если своевременно не принять ответные меры…

Ногтегрыз встал в позу заправского оратора:

– Ответные меры! Мой далекий предок уже пытался стереть с лица земли соседнее королевство, эту никчёмную Мыльницу, но фортуна оказалась не на его стороне. И вот опять, опять эти презренные мыловары хотят показать миру, что умнее всех. Волшебное мыло, исцеляющее от всех болезней. Чушь! Миф! Блеф! Ерунда! Может, Обмылок специально подбросил эту фальшивую информацию через нашего агента, чтобы меня позлить? А если такое мыло действительно создано? Если это правда, то Мыльное королевство станет самой сильной и процветающей страной. И самой здоровой! А этого допустить нельзя! Ни в коем случае!!!

– Ни в коем, ваш…ичество!

– А источник сообщил, кто придумал это якобы волшебное мыло? – поинтересовался король, нервно впиваясь зубами в один из своих обезображенных ногтей.

– Его состав разработал профессор Гель.

– Этот мерзкий профессоришка! Попробуй его скомпрометировать, подкупить, переманить.

– Я предлагаю, ваш…ичество: «План А» – выкрасть рецепт чудесного мыла, «План Б» – выкрасть образец этого мыла, «План В» – выкрасть, наконец, самого профессора Геля.

– Нам нужен «План Б» плюс «План В». То есть профессор вместе с его чудо-мылом.

– Будь сделано, ваш…ичество!

– Что ж, действуй. У тебя вполне достаточно «ос», чтобы осуществить… мой гениальный план похищения.

Глава четвёртая

Девочки и Мылопуз попадают в королевский дворец

– Я много лет читаю курс лекций по пузыревыдуванию в Мыльной академии, – профессор Гель расхаживал перед семьёй короля Мылослава так, словно находился на кафедре и читал очередную лекцию. – Поставил вместе со студентами тысячи опытов, но получить мыльный пузырь, который жил хотя бы несколько минут, не смог. Все они – бах! – взрывались, разлетались, лопались.

– Но зачем вам, профессор, понадобились эти мыльные долгожители? – поинтересовалась королева.

Однако ответить на вопрос её величества главный мыловар королевства не успел, так как два широкоплечих охранника ввели Катю и Лену, впереди которых по воздуху, переливаясь всеми цветами радуги, плыл огромный мыльный пузырь. Сделав неуклюжий реверанс, он представился и представил своих юных создательниц.

Профессор поправил, как всегда, съехавшие очки, решительно подошёл к мыльному пузырю-гиганту и с явным недоверием стал рассматривать его со всех сторон. В свою очередь Мылопуз крутился и вертелся, как топ-модель на подиуме.

– Это противоречит всем законам химии и физики, – бормотал себе под нос профессор Гель.– Действительно, натуральный мыльный пузырь невероятной прочности, причём наделённый интеллектом. Феноменально!

Учёный был явно обескуражен. Для того, чтобы окончательно развеять все свои сомнения, он попросил говорящего пузыря позволить к нему прикоснуться. Король и королева тоже не скрывали недоумения и присоединились к просьбе главного мыловара.

– Пожалуйста, – засветился улыбкой Мылопуз, польщённый таким вниманием к его скромной персоне, – можете трогать меня руками, протыкать шпагой, дуть, даже бить теннисной ракеткой или клюшкой для гольфа.

– Не бойтесь, не бойтесь, – добавила осмелевшая Катя, – он же не простой пузырь, а Мылопуз Бессмертный.

Мылослав-младший ехидно захихикал, и мать вынуждена была его одёрнуть.

Профессор Гель осторожно прикоснулся к тончайшей радужной оболочке мыльного феномена, но она лишь упруго прогнулась под его пальцем.

– Смелей! – подбодрил его Мылопуз.

Тогда профессор достал из внутреннего кармана своего клетчатого пиджака шариковую ручку и что есть силы ткнул её острой пишущей частью в округлое тело пузыря. Однако тот, как ни в чём не бывало, продолжал улыбаться.

– Кто же создал это чудо природы? – спросил король у девочек.

– Мы, – дуэтом выпалили Катя и Лена.

– А не могли бы вы, красавицы, более подробно рассказать, как готовили мыльный раствор, – не прекращая борьбы со строптивыми очками, полюбопытствовал профессор, – и как выдули своего…

– Мылопуза Бессмертного? – подсказали девочки. – Мы дали ему такое имя, потому что все-все пузыри у нас лопались, а этот нет.

– Мне имя сразу понравилось, – вклинился в разговор сам Мылопуз. – Не правда ли, ваше величество, оно мне к лицу?

– Пожалуй, лучше и не придумаешь, – улыбнулся король.

– Дядя король, а вы не покажете нам, как делают мыло? – в свою очередь спросила Лена, а Катя добавила: – Нам это очень любопытно.

– Обязательно покажем, – заверил король Мылослав. – И даже пригласим на самый главный праздник нашего королевства – Праздник Мыла.

– Ну а я, – добродушно улыбнулась королева Чистолика, – покажу вам оранжерею, где выращиваются цветы, чьи нежные ароматы наши мастера-мыловары используют при изготовлении мыла, шампуня, стирального порошка.

Девочки пошушукались и согласились, но при условии, что их сначала покормят.

– Мы так долго сюда летели, что очень проголодались, – призналась Лена. – Я бы сейчас, наверно, съела двадцать, нет, двадцать пять пирожных.

– А я, – призналась её подружка, – и пирожные, и мороженое, и бабушкины блинчики с клубникой…

Королева, посетовав на свою недогадливость, тут же отдала соответствующее распоряжение, и слуги в обеденном зале дворца накрыли стол. У юных пузыревыдувальщиц при виде всего этого соблазнительного гастрономического великолепия глаза просто разбежались в разные стороны. На столе в изысканной посуде размещались: салаты, соусы, подливки, рыба, мясо, дичь, всевозможные напитки, экзотические овощи и фрукты. Не было только пирожных, мороженого и блинчиков с клубникой. Их подали на десерт уже в конце трапезы.

Глава пятая

Профессор пытается разгадать тайну бессмертия мыльного гиганта

Отобедав, королевская чета вместе с юным наследником, профессором Гелем, Катей, Леной и Мылопузом Бессмертным отправилась в зал для приёма особо почётных гостей. Его стены украшали парадные портреты всех Мылославов – от первого до пятнадцатого, а в огромных стеклянных витринах на бордовых бархатных подушечках покоились брикетики мыла различных цветов, формы и назначения, стояли флаконы с шампунем, коробки со стиральным порошком и другими моющими и чистящими средствами.

Создательницы бессмертного мыльного пузыря, отяжелевшие от невероятного количества съеденных вкусных блюд, уселись в мягкие кресла и предались воспоминаниям.

– Я налила в банку воды…

– Нет, Катя, это сделала я.

– Милые мои, не важно, кто первой из вас налил воду, – вмешался профессор Гель, – важно, какая именно вода была налита.

– Да обыкновенная – мокрая, – взглянув на него, как учитель на нерадивого ученика, проговорила Лена.

– На кухне стояла бутылка минеральной, а может, крем-соды, – стала припоминать Катя.

– Мы налили воду в банку, и я стала растворять в ней мыло, – продолжила её подружка.

– А какое мыло? – полюбопытствовал профессор. – Ну, припоминай!

– Мамино.

– Ясное дело, – встрял в разговор Мылопуз, – они растворяли в воде мою маму, между прочим, подданную вашего достославного королевства.

– Но как это мыло называлось? – не унимался дотошный профессор.

– Не знаю. Меня тогда ещё на свете не было, – признался мыльный гигант.

– Не помню, – потупилась Лена.

– Хоть, какое оно было?

– Непослушное, всё время из рук выпрыгивало.

– Тогда мы с Ленкой засунули его в кофемолку…

–… а то, что от него осталось, бросили в воду. А потом Катя добавила ещё ложку бабушкиного варенья.

– Так, так. А ложку какого именно варенья? – поинтересовался профессор.

– Кажется, малинового, – попыталась вспомнить Катя.

– Вечно ты всё путаешь, – возразила ей Лена. – Это было варенье не помню какое, но, уж точно, не малиновое.

– А зачем вы его добавили? – удивился профессор.

– Чтобы пузыри получались красивыми-прекрасивыми.

– Интересно, – пробормотал Гель, у которого очки окончательно сползли с носа и сидели теперь на верхней губе, – а я всегда добавлял нашатырный спирт.

– Потом Катя стала всё это перемешивать, ей в глаза попали брызги, и она заплакала.

– Неправда, – возмутилась Катя, – это ты рыдала, когда на балконе один пузырь бабахнул прямо тебе в глаз.

– А потом на свет появился я! – воскликнул Мылопуз Бессмертный. – Чему невероятно рад!

– Он все не лопался и не лопался, – проговорила Лена.

– Вот мы и дали ему такое необычное имя, – добавила её подружка.

– И тогда я предложил своим создательницам отправиться на мою славную историческую родину – в замечательное, чистоплотное и ароматное Мыльное королевство.

– Девочки, а ваши близкие хоть знают, куда вы отправились? – всполошилась королева.

Катя и Лена переглянулись:

– Нет.

– Может быть, кто-то из вас помнит номер своего домашнего телефона? – спросил король.

Помнила только Лена. Его величество тут же достал из кармана мобильный телефон, озорно подмигивающий зелёным глазком, и набрал сказанный девочкой номер. Трубку подняла Ленкина бабушка. Выслушав сообщение Мылослава о том, где сейчас находится её любимая внучка вместе со своей подружкой, она всплакнула и принялась умолять незнакомца вернуть детей.

– Иначе я обращусь в милицию, – пригрозила бабушка. – Уж она-то выйдет на след твоей шайки-лейки и вскоре, слышишь, Король, ты и твои подельники – Мылопуз и Бессмертный окажетесь за решеткой.

Бабуля нисколько не сомневалась: Леночку и Катюшу похитили бандиты и теперь будут требовать за них выкуп.

– Не беспокойтесь, Катя и Лена немного погостят у нас и вернутся домой, – успокаивал бабушку король, но та уже не слушала, потому что искала сердечные капли.

– Что ж ты не уберёг девочек? – сквозь слёзы упрекала она кота Макса, который усердно тёрся об её ноги и жалобно мяукал, словно пытаясь рассказать что-то известное только одному ему.

Глава шестая

Почему мыло моет?

На следующий день профессор Гель повёл Катю и Лену на экскурсию в королевскую мыловарню. И начал он её со своей лаборатории. Именно здесь, колдуя над бесчисленными пробирками, колбами и ретортами с булькающими разноцветными жидкостями, профессор разрабатывал рецептуру мыла самых различных видов, в том числе и мыла, способного исцелять от любых болезней и травм.

Ну а Мылопуз Бессмертный на экскурсию не попал. По просьбе короля он отправился судить отборочные соревнования по выдуванию мыльных пузырей. Его победитель удостаивался чести быть приглашенным в день национального Праздника Мыла в королевский дворец на бал-маскарад.

Сначала профессор Гель познакомил девочек со своей помощницей Глицериной, неулыбчивой худощавой особой неопределенного возраста. Она исподлобья посмотрела на непрошенных гостей, буркнув им что-то вроде «здрассте», и принялась ещё более усердно растирать в ступке какой-то ядовито-зеленый порошок. Кате и Лене помощница профессора сразу не понравилась, и они по секрету сообщили об этом друг дружке.

– Приготовьте, пожалуйста, грязь, стандартную грязь, – попросил помощницу Гель и, повернувшись к своим маленьким спутницам, спросил: – А вы знаете, мои юные коллеги, чем умывались люди в древние времена?

– Я знаю, – выпалила Лена. – В древности древние люди умывались древним мылом!

А Катя высказала своё мнение:

– Древние люди вообще не умывались.

Профессор рассмеялся и рассказал девочкам, что в древности, до изобретения мыла, люди для мытья использовали глину, мелкий песок, древесную золу, соду, всевозможные травы и морские водоросли. А древние египтяне умывались растворённой в воде пастой из пчелиного воска.

После короткого, но весьма познавательного путешествия в прошлое, Катя и Лена задали профессору Гелю давно интересующий их вопрос:

– Почему мыло моет?

– Весьма любопытный вопросец, весьма, – проговорил профессор и, отправив кивком головы очки на их законное место, забубнил: – Мыло – универсальное поверхностно-активное вещество. Его мельчайшие частицы – молекулы – способны адсорбироваться на поверхности…

Гель вдруг запнулся. Он понял, что перед ним не студенческая аудитория, а две маленьких девочки, которые в силу своего возраста еще не изучали ни физику, ни химию, ни биологию. И такие слова, как «молекула», «адсорбироваться» для них – китайская грамота.

Волоча за собой старенький пылесос, ведро и ворох тряпок, в лабораторию вошла уборщица. Она тихо поздоровалась и принялась наводить чистоту и порядок.

– Грязь! – крикнул профессор.

– Где грязь? – подбежала к нему перепуганная уборщица, держа наготове огромную тряпку.

– Я обращаюсь не к вам, Швабрина, а к своей ассистентке. А вас хотел бы попросить об одной мелкой услуге: никогда и ничего не трогайте больше на моём рабочем столе.

Пока уборщица, бросая недовольные взгляды на профессора, наполняла водой своё ведро, Глицерина поднесла шефу миску с отменной черной жижей.

– А ну-ка, Катюша и Ленуша, пожалуйста, ответьте, что нужно сделать, чтобы хорошо запачкать руки?

– Нужно залезть руками в банку с вареньем, – выпалила Катя.

– Лучше в банку с гуталином, – предложила Лена. – Или помочь папе ремонтировать машину.

– Разве это настоящее пачканье рук?! – воскликнул профессор. – Так, баловство! То ли дело выпачкать руки вот в этой замечательной смеси сажи и машинного масла.

Гель смело ткнул указательным пальцем в то, что принесла в мисочке его угрюмая помощница, и бросил загадочный взгляд на юных коллег:

– Ну а вы, что стоите, как приклеенные?

Девочки в тот же миг сорвались с места и с нескрываемым удовольствием чуть ли не по локти окунули свои ручонки в маслянистую и черную, как безлунная ночь, жижу.

– А теперь давайте проведем небольшой эксперимент, – вытирая свой почерневший указательный палец салфеткой, сказал профессор, – поскольку настоящий исследователь ничего не должен принимать на веру. Вынимайте свои грязные ручонки из миски и подставляйте их под струю холодной воды.

Профессор открутил кран с синей сердцевиной.

– Они не отмываются! – закричали девочки.

– Прекрасно! А теперь подставляйте – под горячую.

Профессор открутил кран с красной сердцевиной, и девочки подставили чумазые руки под струю горячей воды.

– Всё равно не отмываются.

– Великолепно! А теперь хорошенько потрите ручки друг о дружку. Потрите их камешком, щеточкой.

Катя и Лена последовали советам учёного, но руки, даже на самую малость, не стали чище.

– Итак, проделав этот простейший опыт, вы убедились, что ни холодная, ни горячая вода, ни механическое воздействие не удаляют с ваших рук эту замечательную грязь.

– Что же нам теперь, так и жить с грязными руками? – растерянно проговорила Катя.

– Ни в коем случае! Вас спасёт… – в руке профессора, как у фокусника, вдруг появился нежно-розовый кусок мыла.

Юные экспериментаторши принялись усердно намыливать им грязные по локоть руки, и через минуту-другую они выглядели чище, чем у младенца.

– Ну, а теперь вы сможете ответить на вопрос, почему моет мыло? – спросил профессор, протягивая девочкам полотенце.

– Потому что оно не любит грязь, – ответила Лена.

– А любит чистоту и эту… гиену, – добавила Катя.

– Не гиену, а гигиену, – поправила подружку Лена.

– Правильно. Мыло, по-научному, называется поверхностно-активным веществом, которое хорошо растворяется в воде. Вы ведь сами убедились, что достаточно потереть руки мыльным раствором, и он тут же захватывает в плен частицы грязи и вместе с водой уносит их прочь…

Настойчивый телефонный звонок заставил профессора Геля прервать беседу и на время покинуть лабораторию, оставив Лену и Катю на попечение Глицерины. Уже на бегу он бросил своей помощнице:

– Глицерина, меня срочно вызвал король. Отложите пока тему, которой сейчас занимаетесь. И займитесь лучше проблемой бессмертия мыльных пленок.

– Но профессор, – попыталась было возразить ассистентка.

– Никаких «но». Вечный мыльный пузырь – вот над чем сегодня нужно поработать. А помогут вам эти очаровательные юные леди.

От удивления и без того узкое лицо помощницы вытянулось ещё больше, и она стала похожа на внезапно выброшенную на берег рыбу.

– Не удивляйтесь, Гли, эти девочки, сами того не подозревая, совершили мировое открытие.

Споткнувшись о забытый Швабриной пылесос, профессор чертыхнулся и выбежал из лаборатории.

Глава седьмая

Охота за создателем волшебного мыла начинается

Шеф ОСА был мрачнее самой мрачной грозовой тучи. Восседая в невероятно большом кожаном кресле, которое досталось ему от грозного и грузного предшественника, он проводил экстренное секретное совещание. На него был приглашен очень узкий круг: два заместителя, удивительно походившие на раскормленных бультерьеров, шкафоподобный командир ГРУПОНа (так все кратко называли группу особого назначения) и худосочный тайный советник по спецоперациям. Несмотря на свой жалкий вид, тайный советник считался головастым малым и уже трижды должен был получить медаль «За рвение», но трижды король, будучи в дурном расположении духа, не подписывал соответствующий указ.

– Его величество в негодовании и возмущении! – Из насупленных глаз шефа едва не сыпались молнии. – Мало того, что ночью, можно сказать, прямо у нас из-под носа наглые злоумышленники угоняют автоцистерну с уникальным лаком, так еще в соседнем королевстве, в этой ненавистной всем нам Мыльнице, изобретают волшебное мыло… А мы? Чем занимаемся, чем? Ерундой!..

– Так ведь мы неукоснительно выполняем указания его величес… – предпринял попытку оправдаться один из «бультерьеров», которого знали как №002, но, встретившись с грозным взглядом шефа, умолк на полуслове. А шеф особо секретного агентства продолжал:

– Молчать! Нужно принимать сверхсрочные меры! Действовать решительно, внезапно, коварно… Итак, есть ли свежие сообщения от нашего суперагента? – вопрос был обращен к заму, носящему №003.

Тот подскочил, вытянулся в струнку и с собачьим рвением стал докладывать:

– Суперагент сообщает, что ему удалось установить круглосуточное теленаблюдение за лабораторией интересующего нас субъекта. Вот видеозапись, которую мы получили ночью по секретному каналу связи.

ОСА №003 взял со стола дистанционный пульт и включил огромный, в полстены, телевизор. На его плоском экране возникла лаборатория: ряды пробирок, реторт, колб с прозрачными и разноцветными жидкостями. Что-то усердно растирала в ступке тощая помощница профессора Геля. Камера зашаталась, скользнула в сторону и остановилась на висящем на стене портрете рыцаря.

– Этот портрет Мылослава Первого – замаскированная под портрет дверца сейфа, – прокомментировал №003. – В сейфе профессор хранит рецепт, а также образец своего волшебного мыла. Электронный ключ от сейфа он всегда носит с собой, не расставаясь с ним ни днём, ни ночью.

– Предлагаю сейф вместе с портретом Мылослава… взорвать, – подал голос тайный советник. – А образец – похитить.

– Нам нужен живой профессор, а не руины лаборатории, – одёрнул советника №001. – А вот образец нам не нужен. Зачем он нам без профессора? Разве у нас есть специалисты, которые бы смогли разгадать его волшебный состав?

– Но, шеф, у нас есть другие спецы, – гордо приподнял острый подбородок тайный советник, – по взрывам, поджогам, подкопам, захватам и угонам.

– Вот, кстати, интересующий нас субъект, – прервал дискуссию №001.

На телеэкране как раз появился профессор Гель, объясняющий Лене и Кате, каким образом мыло смывает грязь. Глава ОСА пристально всмотрелся в экран и поинтересовался:

– А откуда в секретной научной лаборатории профессора Геля взялись эти две замарашки?

– О них суперагент ничего не сообщил, но я, шеф, дам ему задание абсолютно всё выяснить… Гм, действительно, странно: главный мыловар королевства, светило науки вдруг уделяет столько личного времени двум чумазым сопливым девчонкам.

– А может, это заезжие принцессы? – пробормотал агент №003.

– Судя по их нарядам и манерам, они обе простолюдинки.

– Скорее всего, эти девчушки у него вместо подопытных кроликов, – предположил тайный советник. – Видимо, на них профессор Гель проверяет действие своего колдовского мыла?

– Вы, советник, просто прочли мои мысли. Это же прекрасный, великолепный компромат на профессора! – Шеф ОСА выпрыгнул из кресла и, как заводной, забегал по кабинету. – Мы можем предъявить этому очкастому гению мыловарения ультиматум: или он начинает работать на нас, или мы сообщаем мировой общественности о его изуверских опытах над детьми. – №001 снова сел и, окинув всех сверхпроницательным взглядом, продолжил: – Итак, «План А» – шантаж. Но не грубый, а деликатный. Посулите ему, что в Маникюрном королевстве он сразу же займет пост главного лаковара и станет академиком или даже президентом нашей Маникюрной академии наук.

– Но у нас нет Маникюрной академии наук, шеф, – в недоумении захлопал глазами №003.

– Есть академия, нет академии. Какая, чёрт подери, разница! Ну, пока у нас академии нет. Значит, создадим. Подумаешь, для нас это – раз плюнуть!

– А если профессоришка откажется?

– Тогда будем осуществлять «План Б» плюс «План В» – похищение профессора и его волшебного мыла. Или «План Г», но о нём вам пока знать не надо… И – я обращаюсь к каждому – зарубите на носу: его величество, король Ногтегрыз Двадцать Первый, лично будет контролировать ход всей операции, невзирая на то, по какому именно плану мы начнем ее осуществлять. Лично!!!

Главные спецы ОСА сгрудились и стали мозговать, каким образом сделать профессору Гелю заманчивое предложение, а в случае отказа похитить и тайно переправить его из Мыльного королевства в Маникюрное. Осуществить задуманное было ох как не просто, ведь главного королевского мыловара на работе, дома и даже по пути из дома на работу или с работы домой надежно охраняли люди Дзю До.

Глава восьмая

Странное послание

После ухода профессора Катя и Лена, облаченные в белоснежные халатики, вместе с Глицериной пытались создать ещё одного Мылопуза Бессмертного. Однако выдуваемые ими мыльные пузыри, хоть и жили дольше обыкновенных, в итоге – бух! – неизменно лопались.

Глицерина уже не казалась девочкам такой противной, как в момент знакомства, и они без устали с ней болтали, засыпая подчас самыми неожиданными вопросами. Они спросили у профессорской помощницы, сколько ей лет? Нравится ли мыльная пена микробам? Почему нельзя пить шампунь? Из чего делают детское мыло – не из детей же? Стараясь максимально удовлетворить любопытство двух юных пузыревыдувальщиц, Глицерина обстоятельно отвечала на все вопросы.

– Гли, а ты замужем? – поинтересовалась Катя.

– Пока нет.

– А тебе нравится профессор Гель?

– Профессор – ученый с мировым именем, и я бесконечно рада помогать ему двигать вперед мыловаренную науку… Он изобрёл поющее мыло для малышей, омолаживающее мыло, шампунь для лысых.

– Здорово! А зачем лысым шампунь? – спросила Лена.

– Лысыми они бывают только до применения этого шампуня. А после – на их головах появляется прекрасная густая шевелюра.

– Такая, как у профессора? – выпалила Лена, а Катя добавила:

– Значит, он был лысым и смело испытал на себе свой удивительный шампунь?

– А вот и не угадали. Профессор Гель никогда лысым не был. Такая могучая шевелюра была у него всегда.

– А почему ты за него не выйдешь замуж? – полюбопытствовала у Глицерины Лена.

– Он такой умный и добрый, – проговорила Катя. – Я бы за него вышла.

– Но профессор Гель весь в науке… У него совершенно нет времени… на посторонние вещи…

А потом девочки поинтересовались, зачем профессору понадобился ещё один Мылопуз Бессмертный. Глицерина объяснила, что великому ученому нужен не сам Мылопуз, а точный химический состав раствора, из которого получаются такие стойкие мыльные пленки. Девочки были приятно удивлены, когда узнали, что мыльные пленки-долгожители нужны для изготовления тканей, красок и лаков, при вытачивании из металла различных деталей, а также при добыче угля и руды.

– А мы думали, что мылом можно только умываться и стирать куклам платья, – признались подружки.

Неподалеку от троицы экспериментаторов постоянно вертелась уборщица Швабрина. Сначала она пыталась соскрести с пола огромную оранжевую кляксу, которая появилась дня три назад после неудачно проведенного Глицериной опыта, затем стала старательно протирать тряпкой полки, столы и лабораторную посуду, не забыв даже висящий на стене портрет Мылослава Первого.

– А что, если мы в наш растворчик добавим ещё и… – загадочно проговорила Глицерина и направилась к стеклянному шкафу, в котором хранились всевозможные химикаты. По пути она, как раньше профессор, неожиданно споткнулась о брошенный уборщицей посреди лаборатории пылесос. Пытаясь сохранить равновесие, Гли, как крупная птица, отчаянно взмахнула руками и… растянулась, заодно запутавшись в причудливых переплетениях шланга и электрического шнура.

Швабрина тут же поспешила ей на помощь, но, опрокинув ведро с мыльной водой, ойкнула и звучно шлепнулась прямо в разлившуюся по полу лужу. Её примеру последовали и Катя с Леной, которые тоже кинулись теперь уже к двум потерпевшим.

В этот момент в лабораторию в сопровождении никогда не унывающего Мылопуза Бессмертного вошел профессор Гель.

– Что это ещё здесь за ледовое побоище? – спросил он, резко дёрнув лохматой головой и таким образом водрузив непослушные очки на переносицу.

Вместе с Мылопузом он помог всем подняться на ноги. Катя и Лена, если не считать мокрых, слегка потерявших свою первоначальную белоснежность халатиков, вообще не пострадали, а вот у Глицерины кровоточила ссадина на правой коленке, у Швабрины припух и чуть посинел левый глаз.

– Сейчас вы у меня станете как новенькие, – бормоча эти слова, профессор подбежал к гордо взирающему со стены портрету основателя Мыльного королевства и сунул в его ухо электронный ключ. Потайной сейф открылся. Гель извлёк из него округлый кусочек мыла и направился к пострадавшим.

– Ну-ка, девочки, наберите мне, пожалуйста, немного чистой воды, – попросил он Катю и Лену.

– Да поживей, старушенции, – протягивая им большой мерный стакан, озорно подмигнул Мылопуз.

Девочки охотно исполнили просьбу профессора и с нескрываемым любопытством стали наблюдать за его дальнейшими действиями.

Тем временем Гель обмакнул взятое из сейфа мыло в воду и провёл им по пострадавшей от неудачного падения коленке своей помощницы. Прошло совсем немного времени, и на глазах у всех присутствующих «украшавшая» коленку кровавая ссадина как-то сразу стала бледнеть, уменьшаться в размерах, а вскоре и вовсе исчезла. Затем профессор взял чистую салфетку, смочил водой и, слегка намылив, попросил Швабрину приложить её к опухшему левому глазу. Через несколько минут от отёка и синяка не осталось и следа.

– Браво, профессор! – воскликнула ассистентка, и девочки впервые увидели, как на вечно озабоченном лице Глицерины расцвела улыбка. – Всё исчезло – ни ссадины, ни боли. Вы просто волшебник!

– Наша новая разработка, как вы все могли убедиться, действительно обладает уникальнейшими свойствами, – проговорил Гель, – но требует научной доработки и дальнейших исследований.

– А зубы оно лечит? – полюбопытствовала Лена. – А то у меня два зуба шатаются.

– Придётся тебе, Ленка, мыло, как жвачку, жевать, – съехидничала Катя.

Все рассмеялись, и только Швабрина осталась с постным выражением лица.

– Эх, если бы у меня было такое волшебное мыло, – горько вздохнула она. – Хотя бы кусочек или даже полкусочка, я бы тогда смогла излечиться от многих болячек, а заодно и… проблем.

– Если кто-то и впредь будет разбрасывать свои орудия труда, где попало, то никакого волшебного мыла не хватит, – с укором в голосе заметила Глицерина. – Потому что все мы постоянно будем набивать всё новые шишки и синяки, царапаться или ломать конечности.

– Мне тоже непонятно, Швабрина, почему вы вдруг стали бросать пылесос посреди лаборатории? – удивился профессор. – Немедленно уберите его в кладовку.

– Но, господин профессор, в кладовке завелась мышь! – театрально округлив глаза, вскричала уборщица. – А я больше всего на свете боюсь этих мерзких хвостатых тварей.

Для пущей убедительности Швабрина даже пустила слезу.

– Ну, тогда поставьте в кладовку мышеловку, а свой пылесосущий агрегат отнесите, пожалуйста, хотя бы вон в тот дальний угол.

Лицо Швабрины перекосило от злости, но ослушаться главного мыловара королевства она не посмела.

– Что касается моего исцеляющего от всех недугов мыла, – Гель высоко поднял над головой волшебный кусок, – то, надеюсь, вскоре его сможет приобрести каждый. Потому что для любой державы самым бесценным богатством является не количество золотых слитков или нефтяных скважин, а здоровье подданных!

Все, кроме Швабрины, зааплодировали.

– А теперь всем-всем – обедать, – объявил профессор. – Ну а после обеда я поведу вас, мои юные коллеги, на королевскую мыловарню, где вы собственными глазами увидите, как рождается мыло.

– Ура-а! – дуэтом прокричали Катя и Лена и радостно запрыгали.

– Конечно, извините, профессор, – робко улыбнулся Мылопуз Бессмертный, – но я ничего, кроме воздуха, в пищу не употребляю.

– В таком случае можете остаться здесь и почитать мою научную статью об актуальных аспектах промышленного применения долгоживущих мыльных пленок. Она вышла буквально на днях в журнале «Шило и мыло».

Профессор Гель подбежал к своему рабочему столу и стал лихорадочно перебирать бумаги, из которых неожиданно выскользнул незнакомый конверт. Гель придержал на переносице уже хотевшие съехать вниз очки и внимательно осмотрел его с обеих сторон. Письмо было адресовано лично ему, но не имело ни обратного адреса, ни почтового штемпеля королевской почты.

Глава девятая

Дзю До и его ниндзя

С тех пор, как профессор Гель разработал рецепт волшебного мыла, шеф охранной службы Мыльного королевства потерял покой и сон. Даже ежедневные тренировки, на которых Дзю До отрабатывал молниеносные прыжки, удары и делал специальную дыхательную гимнастику, не приносили успокоения. Какое-то шестое или даже седьмое чувство подсказывало ему, что держи эту мыльную тайну хоть за семью замками, всё равно рано или поздно она ускользнёт за пределы королевства. И тогда неминуемо начнётся откровенная охота за секретной формулой исцеляющего от всех болезней мыла, а то и за самим профессором Гелем.

В первую очередь засуетится секретная служба Чокнутого, ведь король Ногтегрыз Двадцать Первый с младенчества люто ненавидит короля Мылослава и всех его подданных. Эта ненависть, видимо, досталась ему в наследство от его августейших предков, не раз пытавшихся завоевать Мыльное королевство. Ногтегрыз из кожи вон вылезет, но не допустит, чтобы соседи-мыловары были всегда здоровы, счастливы, да ещё и процветали. Дзю До уже получил несколько секретных сообщений от своих агентов в Маникюрии, что профессора Геля хотят подкупить, если не получится, похитить, а если не выйдет и с похищением, то…

И, конечно же, этот хитромудрый лис, известный, как ОСА №001, уже разработал «План А», «План Б» и «План В». Но когда и, главное, от кого просочилась к маникюрщикам эта сверхсекретная информация? Пока что шеф охранной службы не находил ответов на эти весьма волнующие его вопросы.

Дзю До помассировал тонкими пальцами лоб, виски и, приоткрыв глаза, пристальным взглядом обвёл сотрудников, которые абсолютно бесшумно просочились в подземный бункер, где он решил сегодня провести инструктаж. По давно заведенному правилу ни один из сотрудников не знал в лицо другого. Поэтому все они всегда, как ниндзя, были облачены в чёрные трико и такие же чёрные капюшоны-маски с прорезями для глаз и носа. Только небольшие, едва приметные цветные полоски на правом плече говорили посвящённым о чине и роде деятельности их обладателей.

Дзю До сдержанно приветствовал безликое собрание и начал инструктаж:

– Обстоятельства складываются так, что обязывают нас, не медля, усилить бдительность. Усилить не на словах, а на деле. В самое ближайшее время возможны провокации, диверсии и террористические акты…

Изумрудная, бардовая и синяя полоски тут же сделали пометки в своих электронных записных книжках.

– Необходимо, – продолжал главный охранник, – провести тщательную проверку всех надземных и подземных помещений королевского дворца, оранжереи, мыловарни, лаборатории, всех окружающих дворец деревьев, столбов и заборов. Столь же тщательно нужно проверить жилища профессора, его ассистентки Глицерины и уборщицы…

– Швабрины, – подсказал шефу ниндзя с фиолетовой полоской.

– Как её зовут, я прекрасно помню. Как помню имя каждого подданного Мыльного королевства. Имейте в виду, повсюду могут быть установлены подслушивающие устройства, подглядывающие устройства, усыпляющие устройства…

– И прочие прибамбасы, – судя по ироничному тону, спрятанное под маской лицо фиолетового растянулось в улыбке.

– Особое внимание обратите на насекомых – ос, мух, бабочек, стрекоз, а также грызунов – крыс и мышей. Среди них могут оказаться искусно сделанные биороботы со сверхминиатюрной разведывательной техникой. Как известно, Ногтегрыз не жалеет средств на подобные шпионские штучки…

Ниндзя с изумрудной полоской понятливо кивнул.

– Нужно ещё раз с головы до пят осмотреть этих буквально свалившихся на наши головы подозрительных девчонок. Уж не замаскированы ли в их причёсках и одежде миниатюрные телекамеры? Сделав чужестранок своими почётными гостями, его величество, на мой взгляд, поступил опрометчиво.

– Особое подозрение, шеф, у меня вызывает говорящий мыльный пузырь по кличке Мылопуз Бессмертный, – привстал ниндзя с бордовой плечевой полоской.

– Вот и займитесь им, – приказал Дзю До. – А заодно Глицериной, Швабриной и Флореном. Я не знаю пока кто, но именно кто-то из них регулярно передает за кордон особо секретную информацию.

– А я, шеф, – привстал ниндзя с синей полоской, – «прозвоню» все телефонные, телеграфные и компьютерные линии, все радио– и телевизионные каналы. Прощупаю спутниковую связь.

– Прекрасно. И ещё: от одного нашего надёжного зарубежного источника получена информация о готовящемся похищении профессора. Но вполне возможно, что могут быть предприняты и попытки похищения членов королевской семьи и даже самого короля.

После этих слов все без исключения ниндзя уткнулись в свои электронные записные книжки, быстро перебирая клавиши.

Тишину прервала мелодия гимна Мыльного королевства, которую пропел сотовый телефон Дзю До. Главный охранник приложил трубку к уху и услышал взволнованный голос Геля. Профессор сообщил, что несколько минут назад обнаружил на своем рабочем столе письмо, которое очень даже может заинтересовать Дзю До и подчинённую ему службу.

– Оставайтесь на месте, профессор, – сощурил и без того узкие глаза Дзю До. – Никого в помещение не впускайте и никого не выпускайте. Я лично буду у вас ровно через пять минут.

Больше всего на свете главный охранник королевства ценил искусство восточных единоборств и точность, поэтому ровно через пять минут он уже находился в профессорской лаборатории. Почувствовав на себе пристально-подозрительный взгляд Дзю До, углубившийся в чтение научного журнала Мылопуз выронил его из рук.

Дзю До внимательно осмотрел найденное Гелем письмо и, словно собака-ищейка, обнюхал конверт, листок с текстом и фотографию, на которой был запечатлен профессор с чумазыми Катей и Леной. Держа фото в руке, Дзю До молча прошёлся по лаборатории, видимо, определяя точку, откуда велась съёмка. После чего он дважды пробежал глазами набранный на компьютере текст письма. Он был таков:

«Уважаемый господин профессор!

Нам хорошо известен Ваш бесценный вклад в мировую мыловаренную и шампуневую науку. Учитывая Ваши колоссальный научный потенциал и практический опыт, энергию и энтузиазм, предлагаем незамедлительно занять пост главнейшего лаковара известного Вам королевства. Гарантируем, что оплата за Ваш труд будет во много раз превышать нынешнюю – мизерную, а потому унизительную для учёного Вашего масштаба. Предлагаем также стать действительным членом нашей Академии Наук, а в самой ближайшей перспективе – и её президентом.

Если же Вы откажетесь от нашего предложения или ознакомите с ним известного мастера восточных единоборств, мы вынуждены будем сообщить всему миру о Ваших изуверских опытах над детьми (фото прилагается).

Ваши друзья».

– Шахматная партия началась, профессор! – холодно проговорил Дзю До. – За нами ответный ход.

Прихватив с собой письмо от заклятых «друзей», главный королевский охранник стремительно удалился.

Глава десятая

Проверка всех и вся

Даже трудно представить себе, что начало происходить во дворце Мылослава Пятнадцатого, а также в его ближайших окрестностях. На всех этажах, по всем залам, анфиладам, комнатам, чуланам, подземельям и чердакам рыскали, словно голодные тараканы, субъекты в масках и без. Одни обшаривали помещения похожими на миноискатели приборами, другие, – озорно подмигивающими разноцветными огоньками, устройствами, а третьих тащили за собой на поводках что-то усердно вынюхивающие псы.

Резвый отряд сыщиков прочёсывал королевский парк и все прилегающие к зданию дворца улицы. Ещё один отряд, в оранжевых комбинезонах и такого же цвета противогазах с опрыскивателями наперевес, начал войну с грызунами и насекомыми.

Всех, кто входил во дворец или покидал его, не взирая на чины, звания и ранги, просвечивали на специальном аппарате. На его экране было прекрасно видно не только что у просвечиваемого находилось в карманах, в том числе и потайных, но даже то, что он съел сегодня за завтраком или обедом. Спецслужбисты, правда, вежливо извиняясь, прогнали через всевидящую «рамку» этого чудо-аппарата Катю, Лену, Мылопуза Бессмертного, Глицерину, Швабрину, а заодно и профессора Геля. Впрочем, такую же проверку прошли все министры, главный казначей, секретари, гувернантки и прочая королевская челядь.

Узнав о происходящем, король Мылослав Пятнадцатый был крайне разгневан, что бывало с ним очень редко. По видеосвязи он вызвал к себе главу своей охранной службы и, едва тот переступил порог кабинета, вскричал:

– Это переходит все границы! Меня, короля, обыскали, как бандита! Заставили вывернуть карманы, снять пиджак, туфли и даже часы. Убеждают, что это в целях моей же безопасности, а также безопасности моей семьи…

– Но, ваше величество! – промямлил Дзю До.

– В чём дело? Почему ваши люди везде и всюду обыскивают, обнюхивают, просвечивают, выворачивают наизнанку? Зачем вы заставили пройти сквозь всевидящий аппарат профессора Геля? А моих почётных гостей, этих ангелоподобных созданий, Катю и Лену? – Мылослав нервным шагом стал мерить лежащий посреди кабинета огромный ковёр. – По какому праву вы, Дзю До, превратили мой дворец в … – король осёкся, не находя подходящего сравнения, и, наконец, выпалил: – …в подобие сумасшедшего дома?!

Дверь в кабинет приоткрылась, и вошла явно взволнованная королева, чуть ли не волоча за собой упирающегося наследника престола. В руке наследник держал клюшку от гольфа, а на его голове красовались наушники от стереоплейера.

– Прошу прощения, ваше величество, – проговорила Чистолика, – но полюбуйтесь на будущего монарха нашего славного королевства. Ходит по комнатам, шарит под столами и диванами клюшкой, заявляя, что ищет вражеских лазутчиков и суперсекретных агентов… – И, уже обращаясь к Дзю До, спросила: – Может быть, хоть вы объясните мне, что происходит во дворце?

– Вот, пожалуйста! – вскричал король. – Перед вами наглядный пример ваших необдуманных действий, опасной игры в шпиономанию.

– Я выполняю свою работу, – спокойно глядя королю прямо в глаза, проговорил тот, – нравится это вам и вашей супруге или нет.

Затем с присущим ему лаконизмом и невозмутимостью он рассказал королевской чете о подброшенном профессору провокационном письме и о тревожных секретных сообщениях своей зарубежной агентуры.

– Значит, Ногтегрыз каким-то образом узнал о волшебном мыле и теперь затевает против нас что-то недоброе, – в раздумье произнёс король.

– Причём как раз накануне святого для каждого мыловара торжества – Праздника Мыла, – добавила Чистолика.

– Чему удивляться, ваше величество, в прошлом году его верные псы из ОСА тоже пытались испортить нам праздник, – напомнил Дзю До.

– Да, да, помню. Они хотели ночью облить нашу главную улицу долго не высыхающим и дурно пахнущим лаком, чтобы сорвать весёлое карнавальное шествие.

– Но мои ребята взяли тогда этих горе-диверсантов с поличным. Не дадим Ногтегрызу осуществить свои подлые замыслы и в этот раз. Ваше величество, уже разработаны и предпринимаются эффективные ответные меры…

– Это я сегодня заметил, – по лицу Мылослава скользнула улыбка, затем оно посуровело, и король вновь нервно заметался по ковру. – Не могу понять: за что, за что он меня так ненавидит?! Я ведь никогда не делал ему ничего плохого. Не оскорблял его королевское достоинство, не объявлял войну, закрывал глаза на многие его откровенно хулиганские выходки.

– Ногтегрыз всегда был злым и завистливым, – сказал Дзю До. – Видимо, у него дурная наследственность. Ему ужасно плохо, когда кому-то другому хорошо.

– Смотрите, что я нашёл, – Мылославик выполз из-под отцовского кресла, держа в руке какое-то крупное, шевелящее лапками насекомое.

Дзю До стремительно выхватил его и стал внимательно рассматривать.

– Жук, а может и «жучок»[1], – задумчиво пробормотал он, – который записывает все разговоры вашего величества и через спутник связи передает их Ногтегрызу? Пойду-ка проверю. А тебе, принц, выношу благодарность за бдительность.

– Служу Отечеству и королю! – вытянулся в струнку королевский отпрыск.

Глава одиннадцатая

Катя случайно узнаёт секрет Швабрины

Как только в королевском дворце стала стихать кутерьма, вызванная поголовными досмотрами и проверками помещений, Гель решил выполнить обещанное и показать Кате, Лене и Мылопузу Бессмертному где, как и из чего делается мыло. Тем более, что профессор всегда следовал трём правилам: дал слово – держи, обманывать детей ни в коем случае нельзя, мыло – это смысл жизни.

Королевская мыловарня, основанная ещё во времена правления Мылослава Первого, располагалась рядом с лабораторией. Она была оснащена самыми последними достижениями научной и технической мысли и походила на ту, первую примитивную мыловарню, как космический корабль на самокат. Её цехи встретили экскурсантов ослепляющей чистотой, нежными ароматами и мелодичным жужжанием хитроумных аппаратов и агрегатов.

– Сейчас, бабульки, вы своими собственными глазами увидите, как мои отважные сородичи проходят огонь, воду и медные трубы, – возвестил Мылопуз Бессмертный. Он зависал то над одной девочкой, то над другой, а то чуть ли не садился на макушку профессору.

– А я хочу знать, – обратилась к Гелю Лена, – из чего это мыло делают?

– К сожалению, мои юные коллеги, наглядно продемонстрировать, из каких компонентов и каким образом оно создается, я не смогу, – развел руки в стороны главный мыловар королевства, – по той простой причине, что все процессы происходят внутри этих очень умных и исполнительных машин. Увидеть, как сказал ваш бессмертный друг, «своими собственными глазами», вы сможете только готовый продукт. А это десятки типов и сортов туалетного, хозяйственного, косметического, лечебного мыла для взрослых, детей и даже домашних животных.

– А моя мама покупала такое, – воскликнула Лена. – Чтобы у кота Макса блохи не завелись.

– И помогает? – поинтересовался Мылопуз.

– Ещё как.

Профессор рассказал, что мыло, на первый взгляд, такое обыденное и привычное, достаточно сложный продукт, состоящий из десятков компонентов и специальных добавок – моющих, отбеливающих, создающих аромат и нужные целебные свойства. Сначала их варят, чтобы получить однородную тягучую массу, которую мыловары называют «мыльным клеем». Этот «клей» охлаждают, делают более пластичным, а на завершающем этапе придают ему ту или иную удобную для пользователя форму. Окончательно затвердев, он становится готовым к употреблению – достаточно лишь его смочить водой.

Гель подвёл девочек и Мылопуза к концу автоматической линии, где они увидели, как формовочный агрегат беспрерывно выстреливал душистыми кусочками, облачёнными в яркие привлекательные одёжки. Они самостоятельно укладывались в коробки, которые подхватывала лента конвейера и уносила на склад готовой продукции. Оттуда мыло разлеталось по всему королевству и белу свету.

– А ты, Ленка, утверждала, что мыло из мыльных пузырей делают, – поддела подружку Катя.

– Когда это я утверждала?

– А кто на балконе про пузырщиц говорил? Я, что ли?

– Про каких ещё пузырщиц?

– Про толстых-претолстых, с пухлыми, как у твоего кота, щеками. Которые целыми днями сидят и выдувают, выдувают мыльные пузыри…

– Зато такого, как я – красивого, умного, весёлого, говорящего да ещё бессмертного, только вы, старушенции, выдуть смогли, – с восхищением и благодарностью проговорил Мылопуз. – Вы лучшие на свете пузырщицы! Вас в эту, как её, книгу мировых рекордов вписать надо.

– Эх, если бы наши пузырщицы смогли ещё точный рецепт состряпанного ими раствора вспомнить, из которого такой феноменальный пузырь получился, – дружески похлопал Мылопуза Бессмертного по прозрачной спине профессор и направился к компьютеризированной линии по производству поющего мыла для малышей.

Каждый кусок этого мыла был запрограммирован на исполнение различных мелодий, поэтому умываться им было очень весело, к тому же его душистая пена совершенно не щипала глаза.

Все пошли следом за великим изобретателем поющего, не кусачего мыла. Все, кроме Кати. Не по годам любопытную девочку привлекла другая, расположенная по соседству с мыльной, линия, где в причудливые по форме бутылочки разливался шампунь.

Вертя по сторонам головой, Катя зашагала вдоль цепочки выкрашенных в разные цвета аппаратов, связанных друг с другом блестящими трубками. Вдруг она увидела две большие кнопки – красную и голубую. Красная кнопка озорно подмигивала, поэтому Катюшин пальчик неожиданно сам собой потянулся к ней и вдавил до упора. Ближайший аппарат мгновенно издал громкий чавкающий звук и окатил свою маленькую обидчицу с головы до пят скользким, как кисель, малиновым шампунем.

Какое-то время Катя стояла, закрыв глаза, ощущая, как по её щекам, лбу, рукам и ногам медленно сползает вниз и капает на пол тягучая масса. Расклеив, наконец, глаза и убедившись, что никто её проделки не заметил, девочка выбежала из цеха, оставляя за собой извилистую шампуневую дорожку.

Катя помнила, что туалет находился между мыловарней и лабораторией, как раз напротив кладовой, где уборщица Швабрина хранила свои тряпки, щётки, вёдра и прочий инвентарь. Вот туда девочка и побежала, а точнее, заскользила, так как передвигалась теперь на манер лыжницы. Тем временем шампунь не на шутку стал щипать глаза, словно в отместку маленькой шалунье за её необдуманный поступок.

Влетев в туалет, Катя тут же подставила лицо под спасительную струю воды, а затем стала торопливо смывать тягучую малиновую жидкость с других частей тела и одежды. Приведя себя в порядок, она хотела было возвратиться в мыловарню, но услышала чьи-то поспешные шаги.

Сквозь неплотно прикрытую дверь девочка увидела Швабрину, которая тащила под мышкой тяжелый пылесос, хотя он был снабжён колёсиками, и его разумней было бы катить. Уборщица настороженно посмотрела по сторонам, отперла ключом дверь кладовки и вместе с пылесосом исчезла за ней.

Катя тихонько выскользнула из туалетной комнаты, на цыпочках подошла к двери кладовки и приникла к замочной скважине. И хоть мама не раз говорила, что подсматривать очень неприлично, и так могут делать только невоспитанные люди, любопытство, охватившее девочку, всё же одержало победу.

Катя увидела, как Швабрина раскрыла пылесос и, чихая от пыли, что-то извлекла из его утробы. Сердце девочки готово было буквально выпрыгнуть из груди. Катя не хотела верить своим глазам: Швабрина держала в руке… мышь. Та самая Швабрина, которая жаловалась профессору, что до смерти боится мышей и поэтому не переступает порога кладовки.

Отодвинув ведро, за которым обнаружилась норка, уборщица присела на корточки и ласково произнесла:

– Беги, малышка, беги…

Мышь юркнула в норку и исчезла.

Глава двенадцатая

Загадочная мышь из пылесоса

Мышь долго бежала по замысловатым подземным ходам. Попадавшиеся ей на пути другие мыши и даже разбойницы-крысы в страхе шарахались от неё или вежливо уступали дорогу.

Только ночью, когда столица Мыльного королевства, в самом центре которой находился дворец Мылослава Пятнадцатого, осталась далеко позади, мышь выбралась наружу. Она покрутила усатой мордочкой по сторонам, а потом резко задрала её вверх.

В чёрном, как бархат, небе таинственно мерцали звёзды. Все они были неподвижны, и лишь одна из них куда-то быстро мчалась. Вот эту маленькую звёздочку, а точнее похожий на звёздочку искусственный спутник, как раз и искала странная мышь. Дело в том, что круживший над планетой спутник посылал сигналы, подсказывающие ей, в каком направлении двигаться дальше.

Мышь замерла, её ушки пришли в движение, улавливая летящий из космоса сигнал, напоминающий живой мышиный писк «пи-пи-и-пи…»

Внезапно над мышью мелькнула огромная чёрная тень, взирающая двумя круглыми жёлтыми глазами. Тень стремительно пикировала прямо на неё. Мышь мгновенно нацелила на ночную охотницу свой длинный тонкий хвост и выпустила ослепительную молнию. От мощного электрического разряда сова несколько раз перекувыркнулась и, потеряв почти половину перьев, исчезла в темноте. Ну а мышь, как ни в чём не бывало, продолжила свой бег, причём с такой скоростью, которой бы позавидовал любой автогонщик.

Вскоре она пересекла государственную границу Мыльного королевства и взяла курс на столицу королевства Маникюрного.

Ровно через час с небольшим мышь уже находилась под южной, внешне неприступной стеной дворца Ногтегрыза. Сдвинув в сторону небольшой камешек, она нырнула в образовавшееся отверстие и побежала дальше, прекрасно ориентируясь в лабиринте темных подземных коридоров, ходов и ответвлений.

Несмотря на глубокую ночь, шеф ОСА не спал, как, впрочем, не спали и многие сотрудники служб его особо секретного агентства. Расхаживая туда-сюда по рабочему кабинету, №001 ещё и ещё раз прокручивал ход предстоящей диверсионной операции. Для её гладкого и успешного проведения не хватало самой свежей оперативной информации от суперагента, внедрённого в окружение профессора Геля. В зависимости от содержания этой важной информации можно было либо слегка уточнить, либо круто изменить намеченные планы.

Шеф бросил злобный взгляд на часы и поскрёб затылок:

–Куда же она запропастилась?

Провести операцию, разработанную его величеством (однако все знали, что подлинным автором был он, агент №001), было поручено ГРУПОНу. Шеф этой группы особого назначения, бесстрашный и неуловимый агент №006, некогда прославился тем, что совершил дерзкое похищение из самой охраняемой тюрьмы Соединенного королевства парикмахеров, визажистов и гримёров доктора Киббера. Там Киббер оказался после того как, ловко вскрыв с помощью компьютера код центрального банка, перевёл огромную сумму денег с чужого счёта на свой.

Дальновидный и расчётливый Ногтегрыз Двадцать Первый не мог допустить, чтобы столь светлая и авантюрная голова находилась за решёткой и фактически бездействовала. Поэтому король дал секретное задание шефу ОСА – любыми мыслимыми и немыслимыми способами доставить Киббера в Маникюрное королевство. Вскоре учёный действительно был похищен и тайными путями доставлен в королевский дворец.

Ногтегрыз с присущей ему прямотой объяснил изобретательному доктору, что, если он откажется сотрудничать с ОСА, то немедленно будет возвращён на родину, причём именно в то место, откуда был взят. Домой доктор Киббер ни за какие коврижки возвращаться не пожелал и поэтому остался в Маникюрии и работал, как одержимый.

Ему не было равных по части создания компьютерных программ, позволяющих нагло взламывать хитромудрые коды правительственных, военных и банковских учреждений ближних и дальних королевств. И уж, бесспорно, он был гением по придумыванию всевозможных шпионских штучек: ручек-стрелялок, плащей-исчезателей, сапог-скоробегов, пуговиц-фотоаппаратов, мух-микрофонов…

Мышь была одним из его последних и наиболее удачных изобретений. И ведь какое название остроумное придумал: мышЬ – мыслящий шпион серии Ь. Это был биоробот нового поколения, оснащённый цифровой видеокамерой, самонаводящейся спутниковой антенной, необычайно чувствительным микрофоном, автономным источником питания и даже мощным электрошоком. Мышь умела плавать, развивать скорость гоночного автомобиля и даже передвигаться по вертикальным поверхностям…

Шеф ОСА вновь нервно взглянул на часы.

– Что-то запаздывает, – пробормотал он, – а ведь раньше всегда прибегала минута в минуту.

В это мгновение за большим кожаным диваном послышалось характерное шуршание, и из-под него показался столь долгожданный маленький хвостатый курьер.

№001 взял мышь в руки и вынул из неё крошечный чип с нужной ему информацией от суперагента из Мыльницы. Прибежавшую мышь он поместил в специальное зарядное устройство, а чип – в другое устройство, соединённое с компьютером. Пробежав текстовые сообщения и посмотрев дополняющий их видеоматериал, шеф ОСА вызвал агента №006.

– Итак, ваш отряд в оговоренное «Планом Б» время пересечёт границу Мыльного королевства на новом удиратиле-исчезателе доктора Киббера…

Широкоплечий руководитель ГРУПОНа вытянулся в струнку и понятливо кивнул. Во избежание утечки секретной информации он имел обыкновение молчать. А вот шеф ОСА, напротив, продолжал:

– Далее действуйте по второму варианту «Плана В» и дополнительной инструкции Ю-2. И не забудьте взять с собой самое последнее изобретение доктора Киббера. Действуйте!

Агент №006 лихо козырнул и, не мешкая, покинул кабинет шефа.

Глава тринадцатая

Праздник Мыла

День, когда все подданные Мыльного королевства отмечали свой самый любимый Праздник Мыла, как по заказу, выдался ясным и солнечным. С раннего утра из распахнутых окон уютных кафешек и жилищ горожан лились бодрящие мелодии и зажигательные ритмы. Однако чаще всего звучала весёлая песенка популярного композитора Душицы, написанная специально к празднику. Её припевчик «Ах, мыло, мыло, сердце мне разбило» распевали абсолютно все, даже те, кто с рождения не имел ни слуха, ни голоса.

Взрослые в день национального торжества обычно дарили своим близким и друзьям оригинальные мыльницы или новинки мыловарения, а дети с визгом и писком обливали друг дружку шампунями или участвовали в конкурсах по выдуванию самого необычного по форме и цвету мыльного пузыря.

По местному телевидению демонстрировали исключительно душещипательные «мыльные оперы», телеигру «Чистюли и пачкули», а также весьма популярное музыкальное шоу «Мылорама».

В утренней программе для детей «Шампусик» показали Катю и Лену. Ведущая представила их как создательниц самого долгоживущего в мире мыльного пузыря. Ну а когда перед заинтригованными телезрителями собственной персоной предстал сам Мылопуз Бессмертный и, обаятельно улыбнувшись, поздравил их с великим праздником – он мгновенно стал всеобщим любимцем мыловаров.

Главная столичная улица Ароматная, берущая начало от центральных ворот королевского дворца, была украшена яркими разноцветными флажками, цветочными гирляндами, а также портретами Мылослава, Чистолики и профессора Геля.

Центральная площадь, к которой вела улица Ароматная, была отдана выставке скульптур из мыла. А чуть дальше, на Розмариновом проспекте, проходили азартные спортивные соревнования по катанию на скейтах и роликовых коньках по мыльным горкам. Для пущей зрелищности судьи то и дело поливали эти самые горки водой.

Гильдия мыловаров по всему городу установила специальные пушки, которые беспрерывно выстреливали вверх тысячи радужных мыльных пузырей, и они, сказочно переливаясь в лучах солнца, парили над королевским дворцом, улицами и парками.

Ближе к полудню на улицы столицы выплеснулось шумное и красочно-пёстрое карнавальное шествие. Его участники танцевали, пели, искусно жонглировали и совершали акробатические прыжки.

Среди них в смешных маскарадных костюмах шли Катя, Лена, профессор Гель и Глицерина, а над ними торжественно плыл по воздуху, широко улыбаясь, Мылопуз Бессмертный.

На обвитом цветами балконе, выходящем на Ароматную улицу, появилась королевская чета с детьми. Король и королева радостно улыбались, приветствуя проходящий мимо нескончаемый живой поток.

Рядом с балконом вспыхнул огромный экран, и на нём появилось изображение Мылослава Пятнадцатого. Его открытая белозубая улыбка привела в восторг подданных, и они стали подбрасывать вверх шляпы и кепки, громко скандируя «Слава, слава Мылославу!»

Король выступил с краткой эмоциональной речью. Он поздравил всех своих подданных с праздником и пожелал им счастья, процветания и здоровья. После чего король принародно раскрыл тайну, рассказав о величайшем изобретении профессора Геля – мыле, исцеляющем от всех болезней.

– Пусть в нашем королевстве останутся без работы только лекари и гробовщики! – провозгласил он.

Один из министров зачитал два высочайших королевских указа. Первый о том, что его величество король Мыльного королевства и провинции Шампунь дарует каждому подданному королевства по куску волшебного мыла. А второй: о награждении великого учёного профессора Геля высшей наградой королевства – Почётным орденом Мыла.

В этот торжественный момент над карнавальным шествием завис неизвестно откуда появившийся гигантский воздушный шар с портретом профессора на круглых боках. Какое-то время шар висел неподвижно, а затем вдруг обрушил на головы веселящихся мыловаров потоки густой белоснежной пены, которой обычно пользуются во время бритья многие мужчины.

Толпе такой неожиданный прикол пришёлся по душе, и она взвыла от дикого восторга. Не присоединились к всеобщему ликованию только Дзю До и его агенты. Ведь густая, растущая, как на дрожжах, пена мгновенно скрыла от их вездесущих глаз и телекамер всё, что происходило под ней.

Глава четырнадцатая

Дерзкое похищение

А в это время под пеной, которая, дико пузырясь, поднималась всё выше и выше, накрывая с головой участников карнавального шествия, произошло вот что. Рядом с профессором, мурлыкающим мотивчик новой песенки о мыле, неожиданно появилась четвёрка шкафоподобных верзил. Они схватили учёного и в мгновение ока нырнули вместе с ним в ближайший канализационный люк. Мало того, похищенной оказалась и Лена, хотя в планы ГРУПОНа, посланного шефом ОСА, похищение девочки совершенно не входило.

Дело в том, что Глицерина и Катя после того, как с небес хлынула пена, были мгновенно поглощены ошалевшей от восторга толпой. Ведь большинство участников карнавального шествия были уверены, что купание в пене – самая «прикольная» часть сегодняшнего праздника. Ну а Мылопуза Бессмертного больше заинтересовала не пена, а огромный воздушный шар, из которого она изливалась вниз, и он полетел посмотреть на шутника, устроившего всю эту катавасию.

Лена же шла рядом с профессором и, когда мускулистые незнакомцы в потешных масках схватили его, смело бросилась на защиту Геля. Девочка мёртвой хваткой вцепилась в похитителя, лицо которого было скрыто под маской зайчика. Лена кричала, чтобы он немедленно отпустил профессора Геля, и даже укусила бандита за руку, когда тот пытался стряхнуть её со своей широкой, как теннисный стол, спины.

– Бегом! – грубо прокричал верзила в маске ягнёнка.

– Но кто вы такие и куда нас ведёте? – спросил профессор.

– Молчать, очкарик! Или мы пришьём тебя на месте! Вперёд – и бегом!

Подталкивая пленных дулами скорострелов, верзилы побежали по длинному тёмному туннелю, высвечивая фонарями дорогу. Вдоль его мрачных стен тянулись похожие на бесконечно длинных змей кабели и ржавые трубы, а по дну журчала вода. Огромные крысы шныряли среди попадающегося по пути мусора, провожая нежданных пришельцев злобными взглядами.

Профессор несколько раз спотыкался, а один раз упал и разбил очки. Лена тоже несколько раз падала и теперь по самые уши была покрыта мерзкой липкой грязью.

– Зачем нам эта малявка? – прорычал за её спиной «зайчик», которого она укусила.

– А мы заставим Обмылка выложить за неё кругленькую сумму, – успокоил его верзила-«белочка».

Позади послышался шум погони, который становился всё ближе и ближе. Ниндзя Дзю До чуть ли не наступали на пятки наглым похитителям. Чтобы держать преследователей на расстоянии, групоновцы то и дело стреляли назад. Пули со свистом пронзали темноту, грозно чиркая по стенам.

Там, где туннель разветвлялся, группу особого назначения поджидал её руководитель – агент №006. Он молча указал рукой милым «зайчикам», «ягнятам» и «белочкам», в каком направлении им нужно двигаться дальше, а сам извлёк из кармана небольшой пульт, подмигивающий красным глазком. Мощный взрыв сотряс стены туннеля, мгновенно превратив их в обломки, которые надёжно замуровали проход.

Вскоре групоновцы вместе с пленниками выбрались на поверхность. Вид у них был такой, словно они не бежали по туннелю, а беспрестанно рыли его, по крайней мере, неделю. Впрочем, профессор и Лена выглядели не лучше.

В небе показалось несколько жужжащих точек. Они стремительно увеличивались в своих размерах, пока не приняли очертания вертолётов.

– Ага, попались, субчики-голубчики! – обрадовано прокричала Лена. – Будете знать, как великих учёных похищать!

Не проронив ни слова, агент №006 указал своим верзилам на большую песочницу со свежевыкрашенным грибком посередине, расположенную во дворе ближайшей многоэтажки. В ней беззаботно лепили куличи два малыша. Верзилы вышвырнули малышей из песочницы и, затолкав туда профессора и Лену, быстро попрыгали сами. Затем они все, спина к спине, выстроились под грибком. №006 вновь нажал на кнопку своего универсального пульта, и… произошло совершенно невероятное. Крыша грибка вдруг съехала вниз, скрыв групоновцев и их пленников. Песочница затряслась мелкой дрожью, озарилась ослепительно-белым светом и, легко оторвавшись от земли, словно космическая ракета взмыла вверх. Через мгновение она уже растворилась в небесной синеве.

Подлетевшие вертолёты, как глупые стрекозы, покружили над оставшимся на месте песочницы квадратом из песка и рыдающими неподалёку малышами и ни с чем удалились восвояси.

– Шеф, – стал докладывать сидящий в головном вертолёте ниндзя с бордовой полоской на правом плече, – они будто испарились, шеф!

– Я всё видел, – прозвучал в наушниках недовольный голос Дзю До.

Глава королевской охранной службы сидел перед огромным полиэкраном, на котором было видно всё, что происходило не только во дворце, но и за его стенами, в любой части столицы.

– Мышь-биоробот, плюющийся пеной воздушный шар, летающая песочница, – кисло улыбнулся Дзю До. – Я вижу, Ногтегрыз не жалеет средств на все эти шпионские штучки, созданные гением афёр и диверсий Киббером… Что ж, посмотрим, чья возьмёт!

Глава пятнадцатая

Допрос суперагента

Дзю До ещё раз внимательно просмотрел наиболее важные фрагменты имеющихся видеозаписей.

Вот Катя взволнованно рассказывает профессору, Глицерине и подружке Лене о странной мыши, живущей в пылесосе Швабрины… Вот шумное карнавальное шествие: нескончаемый поток ярких костюмов, масок, цветов и улыбок. В толпе промелькнули и исчезли лица Глицерины и Кати… Вот Мылопуз Бессмертный поднимается к неизвестному воздушному шару. На боку шара – изображение профессора Геля, изо рта которого льётся вниз поток густой белоснежной пены…

Неужели Мылопуз, как и Швабрина, работает на ОСА?

Вот бегущие к песочнице групоновцы со своими пленниками…

Но почему диверсанты вместе с профессором похитили ещё и Лену? Или она тоже работает на ОСА?

Дзю До стал связывать в логическую цепочку все произошедшие за последнее время события. И чем длиннее у него становилась цепочка, тем возникало всё больше и больше вопросов. Ответить на многие из них могла бы Швабрина. То, что именно она работала на ОСА, регулярно передавая с помощью мышки-биоробота секретную информацию, не вызывало никаких сомнений. Правда, обыск на её квартире ровным счётом ничего не дал, а вот Катин рассказ о мышке из пылесоса…

Поймать бы эту мышку-норушку! Не смогли. И групоновцев, нагло нарушивших границу королевства, тоже упустили. Да, нынешней технической оснащенности особо секретного агентства соседнего королевства охранная служба Дзю До могла только позавидовать. Уж на что Чокнутый слыл чрезвычайно жадным, но на любимое ОСА он денег не жалел.

Главный охранник Мыльного королевства вновь обратился лицом к мерцающему полиэкрану. В одном из его квадратиков он увидел Швабрину в наручниках, понуро идущую в сопровождении двух ниндзя.

– Шеф, суперагент ОСА арестована, – доложил по радиосвязи ниндзя с изумрудной плечевой полоской.

– Ведите её в бокс ДД, – распорядился Дзю До.

Он спустился в маленьком лифте в подземную часть дворца и, пройдя по круглому коридору, остановился перед металлической дверью, на которой красовался отпечаток ладони. Главный охранник приложил к этому отпечатку ладонь правой руки, и тяжёлая дверь тут же беззвучно уползла в сторону.

Окон в боксе ДД не было. Из мебели здесь были только надёжно прикрученные к полу стол и два стула.

Ниндзя молча ввели суперагента и удалились.

– Итак, Швабрина, отпираться бесполезно, – глядя ей прямо в глаза, произнёс Дзю До. – Мы давно пристально за вами следили.

– И что же выследили? Где я храню половую тряпку? Куда выбрасываю мусор или в какую кладовку ставлю ведро?

– Когда вы стали работать на разведку соседнего королевства?

– Какую такую разведку?

– ОСА.

– Какие ещё осы? – глупо заморгала арестованная. – В лаборатории профессора Геля нет никаких ос, мух, комаров и прочей нечисти. Я поддерживаю там идеальную чистоту и порядок.

– Но мышь ведь там есть?

– Мышь? Ах, мышь! Была… Я даже господину профессору и Глицерине о ней рассказывала. С детства страх как боюсь этих хвостатых тварей.

– И где же она сейчас? – полюбопытствовал Дзю До.

– Кто, Глицерина? – глупо улыбаясь, вопросом на вопрос ответила Швабрина.

– Мышь!

– После того, как ваши доблестные сотрудники везде и всюду провели травлю грызунов и насекомых, мышь исчезла. Может, убежала, а, может, коньки отбросила… Я хотела сказать – померла благополучно.

– Жаль. Ведь ей было так уютно жить в вашем пылесосе, который вы, Швабрина, почему-то постоянно забывали посреди лаборатории.

– А где написано, что это возбраняется?

– Оставлять пылесос действительно не возбраняется. Возбраняется фиксировать на видеоплёнку всё, что происходит в секретной научной лаборатории. Возбраняется также заниматься шантажом. Ведь подброшенное профессору Гелю письмо – ваших рук дело.

– Это ещё нужно доказать.

– Докажем, обязательно докажем. И воздушный шар, плюющийся пеной, почему-то появился над крышей вашего, Швабрина, дома.

– Над моим домом и вороны летают. Если вас послушать, начальник, так и птичек этих тоже я запускаю. Да в моём доме живут ещё сто пятьдесят жильцов. С таким же успехом вы можете любого из них обвинить в запуске вражеского радиоуправляемого воздушного шара.

– А откуда вам известно, Швабрина, что шар управлялся по радио?

– По телику сообщили. Диктор так и сказал, что внезапно появившийся над городом шар мог управляться по радио. Можете проверить…

– Проверим, обязательно проверим.

– Я бедная, больная, одинокая женщина, а вы обвиняете меня во всех смертных грехах! – выкрикнула Швабрина. – У вас, господин Дзю До, нет против меня никаких доказательств! С таким же успехом вы могли бы обвинить во всех этих преступлениях самого короля.

– Доказательства, и весьма серьезные, у нас есть, – на скуластом лице Дзю До не дрогнул ни один мускул. – У нас даже есть свидетель вашего трогательного прощания с мышью из пылесоса. Я попрошу ввести этого свидетеля.

Дверь бокса ДД поползла в сторону, впустив Катю.

Лицо Швабрины на мгновение исказила гримаса недоумения, и она истерическим голосом закричала:

– И вы поверили выдумкам этой сопливой девчонки?

– Я не сопливая девчонка, – возмутилась девочка, – а солидная старушенция. Мне уже исполнилось двести двадцать миллионов семьсот пятьдесят две тысячи секунд плюс ещё десять секунд, которые набежали пока я называла свой возраст.

– Назовите себя, свидетель.

– Катя. Я прибыла в Мыльное королевство вместе со своей подругой Леной и Мылопузом Бессмертным.

– Пусть лучше эта негодница расскажет, что она делала в моей кладовке?

– Я умывалась в туалете и случайно увидела, как Швабрина, испуганно озираясь по сторонам, занесла в свою кладовку пылесос. Затем она достала из него мышь. Это показалось мне подозрительным, ведь Швабрина не раз признавалась, что очень боится этих хвостатых грызунов.

– Все это полная ерунда! – воскликнула уборщица. – Я могу быть свободной?

– К сожалению, вам придётся остаться. И, я думаю, надолго.

Вызванные Дзю До охранники отвели Швабрину в камеру. Едва за её спиной с грохотом захлопнулась тяжелая дверь, она, как дикая кошка, кинулась на неё с криком:

– Ненавижу! Всех этих мыловаров – не-на-ви-жу!!!

Так получилось, что Швабрина с детских лет возненавидела мыло и шампунь. Помешанные на чистоте и дезинфекции родители девочки по нескольку раз на день заставляли её мыть руки и лицо, а частенько с головой окунали в белопенную ванну. И каждый раз мыло больно кусало глаза, старалось залезть в рот, нос, уши.

Потом Швабрина повзрослела. Красавицей она никогда не была, поэтому, чтобы выглядеть чуть привлекательней, девушка рисовала помадой губы, румянила щеки, подводила косметическим карандашом глаза и брови. Но вода с мылом или шампунем безжалостно смывала всю эту красоту, вновь превращая её в невзрачную простушку. Даже лак, который она так любила наносить на ногти, после первого же соприкосновения с мылом тускнел и облазил. «Уеду, непременно уеду в Маникюрию, – мечтала Швабрина, – ведь, насколько мне известно, подданные этого королевства крайне редко используют мыло и шампуни». Однако для отъезда в соседнее королевство требовались средства, причём немалые.

И тут скромной уборщице подвернулся агент ОСА, который пообещал за информацию о профессоре Геле и его научных разработках решить все её проблемы. Заветная мечта Швабрины покинуть ненавистное ей королевство стала обретать вполне реальные черты. И вдруг этот, такой неожиданный и нелепый, арест!

Глава шестнадцатая

Двойник профессора Геля

Впервые за кои-то веки король Ногтегрыз Двадцать Первый был в отличном расположении духа. За полдня он не разбил ни одного зеркала, ни единого сервиза, никого из своего ближайшего окружения не обозвал ослом, дураком или уродом. И, что самое удивительное, король даже не грыз ногти.

А настроение ему поднял утренний доклад шефа ОСА. Агент №001 доложил, что, во-первых, план, разработанный лично его величеством, блестяще осуществлён – профессор Гель похищен, причём не один, а вместе с юной изобретательницей вечного мыльного пузыря; во-вторых, самый любимый праздник мыловаров был основательно испорчен, и, в-третьих, посрамлён этот «жалкий Обмылок», который не смог обеспечить надёжную охрану великого учёного и своей почётной гостьи.

На радостях Ногтегрыз с утра подписал высочайший указ о награждении себя орденом Щипчиков и Пилочки наипервейшей степени и даже подумывал подписать ещё один указ о награждении и тех, кто непосредственно участвовал в этой, как он остроумно выразился, восхитительно-похитительной операции.

«Что, жалкий Обмылок, получил оплеуху, – радостно потирал руки в перчатках Ногтегрыз. – Волшебное мыло первыми начнём выпускать мы. И волшебный лак для ногтей, и волшебную зубную пасту, и крем для обуви… Впрочем, зачем туфлям такой крем? Они же не болеют».

Король подбежал к большому треснувшему зеркалу в массивной золочёной оправе. Увидев свое перекошенное изображение, он уже хотел было запустить в омерзительное стекло чем-нибудь тяжёлым, но передумал.

Чтобы прогнать прочь неожиданный прилив бешенства, Ногтегрыз сделал несколько глубоких вдохов, затем подошёл к столу и нажал самую большую кнопку, на которой засветилась надпись «№001».

В тот же миг на пороге королевского кабинета возник шеф ОСА. Его физиономия просто сияла самодовольной улыбкой.

– Ты уже допросил очкарика и девчонку? – спросил король.

– Никак нет, ваш…ичество.

– Почему?

– Жду указаний от ваш…ичества.

– И где они?

– Ваши указания?

– Кретин! Где сейчас профессор и эта сопливая изобретательница бессмертных мыльных шаров?

– Обедают.

– Хорошо… – Король вдруг переменился в лице. – Хотя ничего хорошего в этом мы не видим. Этот полоумный и эта сопливая ещё не принесли нашему королевству даже мизерной пользы, а наш хлеб… Что они, кстати, едят?

– Бифштекс со сложным гарниром, – промакнул платочком вспотевший лоб №001.

– А наш хлеб и бифштекс со сложным гарниром уже наворачивают.

– Так ведь, ваш…ичество, если их не кормить, они того…

– Ладно, приведи пленников сюда. Мы их сами допросим. Как говорится, прощупаем… готовы ли они к сотрудничеству с нами.

Ногтегрыз сел в дорогое кресло и принял подобающий монарху вид.

Два шкафоподобных охранника ввели Геля и Лену. Следом за ними вошёл и стал за спиной Ногтегрыза шеф ОСА.

– Ты профессор Гель? – задал вопрос король.

– Воспитанные люди сначала здороваются, представляются сами, а уж потом задают вопросы, – назидательно проговорила Лена. – И не тыкают всемирно известным ученым.

– Заткнись, малявка! – рявкнул Ногтегрыз.

– Фу, какой невоспитанный и нервный!..

Король пропустил последнюю фразу Лены мимо ушей и повторил свой вопрос, правда, заменив грубое «ты» на вежливое «вы».

– В некотором роде, – ответил профессор, подслеповато щурясь из-за отсутствия очков.

– Значит, увиливаем от прямого ответа, да? – нервно подёргивая щекой, король обратил свой взор к Лене: – Скажи, девочка, этот сощуренный дядя – профессор Гель?

– Не знаю, – скорчила глупую рожицу Лена. – Настоящий профессор всегда носил непослушные очки, а у этого дяди их вообще нет.

– Где же они в таком случае? – теперь король сверлил взглядом профессора.

Гель извлёк из кармана очки – одно стекло в них отсутствовало, другое покрывала густая сеть трещин – и надел их.

– Что поделать, профессор, издержки нашей блестяще проведенной диверсионной операции. Но мы даем честное слово короля, что вам будут подарены новые очки – бронированные, с пуленепробиваемыми стёклами, – пообещал Ногтегрыз. – Потому что очень хотим, чтобы вы приняли наше высочайшее предложение.

– Какое ещё предложение? – удивилась Лена.

– Какая чудовищная невоспитанность – бесцеремонно влезать в разговор двух взрослых людей, – проговорил король и перешёл на крик: – Если ты, мерзкая девчонка, не умолкнешь, я распоряжусь, чтобы тебя посадили в темницу с голодными крысами.

– Ваше величество, – вскричал профессор, – будьте великодушны. Она ведь ещё ребёнок! Лучше уточните, какого рода предложение вы мне сделали?

– Моё предложение изложено в адресованном вам письме, – король едва сдерживался от очередного нервного срыва. – В письме, которое вы, любезный, изволили передать хорошо знакомому и нам, и вам почитателю восточных единоборств.

– Глупо играть в прятки, профессор, – не выдержал шеф ОСА, – тем более, когда вы находитесь в наших руках.

– Но, ваше величество, я действительно не получал никакого письма. Мне уже лет пять никто не пишет.

– Мы располагаем неопровержимыми доказательствами, – король вытащил из ящика стола лазерный диск, – что, как только вы получили письмо, тут же позвонили Дзю До.

– Да не обращался я к нему. Это он ко мне обратился.

– Зачем?

– Чтобы я пришёл на карнавал в гриме профессора Геля.

– Чушь! Бред! Блеф! – Ногтегрыз пулей вылетел из кресла и, как взбесившийся маятник, забегал туда-сюда, а шеф ОСА побледнел, схватился за сердце и медленно осел на пол.

– Не чушь, а чудо перевоплощения. Жаль, главный режиссёр нашего королевского театра не видел меня в этой роли. Ведь все, абсолютно все поверили, что я – профессор Гель, даже я сам поверил. И ассистентка профессора поверила, и девочки… А я не Гель. Я – актер Рампа. «Весь мир – театр, а люди в нём – актёры!» – завершив свой монолог знаменитой шекспировской фразой, псевдопрофессор снял разбитые очки и сорвал с головы парик.

На агента №001 жалко было смотреть. Даже Лена обалдело моргала глазами: ведь она совершенно не заметила подмены. Актёр ходил, смотрел, жестикулировал, разговаривал точь-в-точь как настоящий профессор Гель. И теперь девочку не оставляло какое-то двоякое чувство. Она радовалась, что подлинный профессор находится в полной безопасности, и огорчалась, что спасала от похитителей вовсе не великого учёного.

– А я… я тоже – не Лена, – чтобы ещё больше разозлить Ногтегрыза, соврала Лена. – Я – Катя.

И она показала королю язык, хотя мама всегда ругала её за подобные выходки. Но окажись сейчас здесь, на её месте, мама, она бы непременно взяла папин ремень и всыпала бы этому хулигану-королю по мягкому месту.

– В темницу их! – задыхаясь от ярости, прохрипел Ногтегрыз и испепеляющим взглядом посмотрел на шефа ОСА. – В самую сырую! В самую холодную!

Пока охранники вели Лену и актёра Рампу в самый сырой и холодный каземат, за их спинами слышались звуки разбиваемого стекла и мебели, которые дополняли дикие вопли короля Маникюрии и шефа ОСА.

Глава семнадцатая

Зреет план спасения

Узнав о похищении Лены и профессора Геля, Катя долго плакала. Ей было очень жалко и любимую подружку, и доброго профессора, которые вдруг нежданно-негаданно попали в лапы злых «ос», прилетевших из соседнего королевства. В телевизионных новостях вообще передали полнейшую ерунду: мол, отряд диверсантов ОСА вместе с девочкой и профессором скрылся от преследователей на… летающей песочнице. По мнению Глицерины, у телевизионщиков, которые объявили эту ахинею, с мозгами было явно не всё в порядке.

– Надо их выручать! Немедленно выручать! – твердила Катя ассистентке профессора и Мылопузу Бессмертному.

– Я прямо сейчас готов лететь хоть на край света, чтобы их спасти, – храбро заверял вечный мыльный пузырь.

Но осунувшаяся и побледневшая от переживаний Глицерина мудро рассудила, что прежде чем отправляться спасать Лену и профессора, нужно точно знать, где они находятся, а это может знать либо король, либо шеф его охранной службы.

– Тогда бежим, быстрее бежим к Мылославу, – стала тянуть за руку Глицерину Катюша.

А в это самое время король Мылослав строго выговаривал Дзю До:

– Я поражён и удручен! С вашим опытом, интуицией, информированностью, разветвлённой агентурой. Один отряд неуловимых ниндзя чего стоит! И так опростоволоситься!.. У вас из-под носа крадут профессора, и…

– Но, ваше величество, – перебил Дзю До, – похищен ведь лжепрофессор, а настоящего мы надёжно спрятали. И вам это хорошо известно.

– Да, вы мне об этом уже докладывали… Но Праздник Мыла – святое для каждого мыловара торжество – был испорчен! А Лена! Как вы и ваши люди могли допустить, чтобы это беззащитное дитя попало к отпетым головорезам этого маникюрного диктатора?! Что, что я скажу теперь родителям девочки, её бабушке?

Дзю До стоял перед королём как в воду опущенный и не смел возражать, а его величество продолжал:

– Я, конечно, отправил Ногтегрызу ноту протеста, но ведь от такого вздорного и неуравновешенного монарха можно ожидать чего угодно.

– Ваше величество, нам уже точно известно, где содержат пленников. Мои ниндзя готовы совершить глубокий рейд в…

– Нет, нет… Это очень рискованно. Их могут обнаружить и, в лучшем случае, перевербовать, а в худшем, сами понимаете…

– Тогда давайте поставим Чокнутому ультиматум: или он отпускает пленников, или мы объявляем ему войну.

– Откуда в вас, Дзю До, такая первобытная агрессивность! – вскричал король. – Война! Что может быть хуже и страшнее войны? Только всемирный потоп!

– Есть ещё вариант: предложить обмен их суперагента Швабрины на лжепрофессора и Лену.

– В этом варианте есть некое рациональное зерно, однако…

В этот момент засветился большой плоский экран, на котором возникли изображения Глицерины и Кати.

– Извините, ваше величество, – смущенно проговорила с экрана помощница профессора, – но… но у нас к вам не терпящее отлагательства дело.

– Мы знаем, как спасти пленников, – выпалила девочка.

– В таком случае, я вас жду.

– Детский лепет, – не без ехидства пробурчал Дзю До.

– И все же давайте их выслушаем, – король нажал на одну из кнопок, и тут же двустворчатая дверь его кабинета распахнулась, впустив Глицерину и Катю, за спинами которых парил Мылопуз Бессмертный. Он подлетел к его королевскому величеству и затараторил:

– Ваше величество, я могу спасти профессора и Лену. Не сомневайтесь, доставлю в целости и сохранности. И никакого риска, потому что меня ни кулак, ни сабля, ни пуля не берут. И передвигаюсь я, как вам известно, большей частью по воздуху.

– Великолепная идея! – обрадовался король. – У них – удиратель-исчезатель, у нас – бессмертный мыльный пузырь. Как вы считаете, Дзю До?

– Лично мне, ваше величество, этот мыльный феномен не внушает доверия. – Очень подозрительный субъект! Может, он тайный агент Ногтегрыза, сообщник Швабрины? А девочек он сюда доставил, так сказать, для прикрытия.

– Я подозрительный… тайный… сообщник… для прикрытия, – стал растерянно лепетать Мылопуз и беззвучно брякнулся на пол.

– У вас что, есть доказательства? – поинтересовался у Дзю До король.

– Это мы с Леной его выдули, а никакой не Грызоногть, – чуть не плача, выкрикнула Катя.

– Не будем, юная леди, говорить сейчас о том, кто кого выдул или надул, – процедил главный охранник королевства, – обратимся к фактам, а они, как известно, упрямая вещь… Я располагаю видеоплёнкой, на которой сидящий перед нами мыльный пузырь запечатлён рядом с плюющимся пеной воздушным шаром. Уж не вы ли, господин Бессмертный, привели его в действие, чтобы вражеская диверсионная группа смогла беспрепятственно сделать свое чёрное дело?

– Но я же… Ну это… Я только… – пытался объясниться Мылопуз.

– Ваше величество, – лицо Глицерины стало белее бумаги. – Всё это – чудовищные домыслы.

– А спорим, что все ваши доказательства, – воскликнула Катя, – лопнут сейчас, как простой мыльный пузырь? Во время карнавального шествия Мылопуз был рядом со мной и Глицериной. Ведь так, Гли?

Ассистентка профессора утвердительно кивнула и добавила:

– А Лена с профессором Гелем шла чуть впереди. Когда над нами завис неизвестный огромный шар, Мылопуз сказал: «Слетаю-ка, посмотрю, что за сюрприз нас ожидает?»

– Я полетел из праздного любопытства, – оторвался наконец от пола и привычно завис в воздухе Мылопуз. – Я-то думал, что этот шар с пеной – карнавальная шутка, как говорится, гвоздь праздника.

– Итак, Мылопуз, именем короля Мылослава Пятнадцатого снимаю с вас все необоснованные подозрения и обвинения. И не обижайтесь, друзья, на моего главного охранника. Подозревать всех и вся – его работа.

– Значит, мне можно лететь спасать Лену и профессора? – обрадовался вечный мыльный пузырь.

– Профессора спасать не нужно. – Король нажал на нужную кнопку, и все увидели на вспыхнувшем экране Геля. Он сидел в удобном кресле и сосредоточенно просматривал рукопись, делая в ней пометки и исправления.

– Значит, профессор не… – от волнения Глицерина потеряла дар речи.

– Он находится в абсолютно безопасном месте и, как видите, занят подготовкой доклада о волшебном мыле, который в ближайшее время собирается сделать на международной научной конференции.

– А Лена? – с удивлением спросил Мылопуз.

– А вот Лена и актёр Рампа, который блестяще сыграл роль профессора Геля, действительно находятся сейчас в плену. Как и где их найти, вам подробно расскажет господин Дзю До.

Глава восемнадцатая

Мылопуз вызволяет пленников из темницы

До столицы Маникюрного королевства Мылопуз Бессмертный долетел без каких-либо происшествий. Да и кто там, внизу, обратит внимание на летящий почти вровень с облаками, почти прозрачный мыльный пузырь? Один раз, правда, Мылопуза попытался было клюнуть орёл, но, убедившись в бессмысленности этой затеи, полетел дальше.

Место обитания Ногтегрыза Мылопуз увидел ещё издалека. Не заметить этот «шедевр» зодчества было просто не возможно. Мрачный замок с вычурными башнями, многочисленными пристройками и пристроечками, обнесённый высоченной крепостной стеной, занимал почти половину территории столицы Маникюрии.

Казематы для заключённых под стражу, как объяснил ему Дзю До, находились в левом крыле основного здания. А ещё он сообщил, что разъярённый неудачным похищением изобретателя волшебного мыла Ногтегрыз поместил пленников в самую сырую и холодную темницу. День и ночь из её заплесневелых стен, стекая на пол, сочилась зловонная влага, а всепроникающая сырость вызывала озноб.

Мылопуз стал спускаться ниже, пока не завис прямо перед стражником, кончики усов которого молодцевато смотрели вверх.

– О, пузырь! – удивлённо выкатил глаза усатый.

– К тому же, говорящий, – многозначительно произнёс Мылопуз, подмигивая то левым, то правым глазом.

Стражник на всякий случай направил дуло скорострела на прилетевшего невесть откуда незнакомца и строго предупредил:

– Стой, стрелять буду!

– Стою.

– Стреляю! – крикнул стражник и нажал на курок. Раздался звук осечки.

– Сыро тут, – невозмутимо проговорил Мылопуз, – вот патроны у тебя и отсырели.

– А что это ты тут высматриваешь, а? Что вынюхиваешь?

– В тюрьму хочу попасть.

– Во, дурень! Все хотят оттуда выбраться, а этот… Лети давай отсюда, а не то как щёлкну по носу и – бух! – останется от тебя мокрое место.

– А спорим, не останется!

– На что?

– Ну, если лопну, ты будешь радоваться и ликовать…

– Гы-гы-гы… Ещё бы!

– А если не лопну, запрёшь меня тогда в самой сырой темнице. И опять же – будешь радоваться и ликовать.

– Выходит, хоть так, хоть эдак, я буду радоваться и ликовать. Здорово!

– Вот именно. Кстати, где тут у тебя самая-пресамая сырая темница? – поинтересовался Мылопуз.

– Во-о-он видишь, третья справа ржавая дверь, а под ней лужа, – показал дулом скорострела стражник. – Но она уже занята – там сидят два особо опасных преступника. Но ты не переживай, я тебя в другую темницу определю. Может, в ней сырости и поменьше, зато крыс и тараканов побольше. А ещё, говорят, по ночам в ней появляются привидения.

– Вот спасибо! – поблагодарил столь заботливого стражника мыльный пузырь.

– Да чего уж там! Действую, как предписывает устав караульной службы. А в нём, в пункте тринадцатом, сказано, что стражник обязан всех подозрительных посторонних особ арестовывать и препровождать в темницу. Ну а в случае сопротивления или побега, того – пиф-паф!..

Мылопуз опустился чуть пониже, чтобы стражнику было удобно щёлкнуть его по носу и даже понарошку в страхе зажмурил глаза. Тот долго примеривался и, наконец, отвесил Мылопузу отменный щелчок, а потом ещё один и ещё. Но мыльное творение Кати и Лены как ни в чём не бывало продолжало висеть в воздухе, будто щёлкали вовсе не его, а кого-то другого.

Тогда не на шутку разъярённый стражник сорвал с ремня увесистую резиновую дубинку и что есть силы шарахнул ею Мылопуза по лбу. Однако дубинка, словно теннисный мячик от ракетки, отскочила от широкого упругого лба Мылопуза и крепко стукнула по темени своего наивного хозяина. Кончики усов стражника как-то сразу обвисли, глаза закатились, и он медленно осел на земь.

Мылопуз защёлкнул на запястьях стражника позаимствованные у него же наручники, забрал связку ключей, скорострел и с чувством исполненного долга полетел к ржавой двери, из-под которой непрерывно сочилась вода. Он быстро нашёл нужный ключ и отпер дверь. Со страшным визгом она открылась.

Едва Мылопуз оказался внутри темницы, на него обрушился град ударов двух острых кулачков.

– Вот тебе! На, получи! Ещё! – выкрикивал родной голосок.

– Да это же я, Леночка, я…

– Ой, Мылопузик, миленький, – девочка приникла к толстому упругому туловищу мыльного гиганта.

– Вас что, тоже схватили и заточили? – из глубины темницы на свет вышел актёр Рампа.

– Ну что вы! Я прилетел спецрейсом, исключительно за вами. Именем короля Мылослава Пятнадцатого я дарую вам свободу!

Глава девятнадцатая

Мылослав раздаёт награды и произносит речь

Огромный сверкающий дорогим убранством зал торжеств был заполнен до отказа. Проводить домой изобретательниц бессмертного мыльного пузыря пришла вся королевская семья, а ещё профессор Гель и Глицерина, начальник королевской охраны Дзю До, министры, дипломаты, телевизионщики и газетчики, актёр Рампа…

Был объявлен королевский указ, которым за проявленные храбрость и смекалку Катя и Лена награждались почётным орденом поющего Детского мыла. Отважному Мылопузу было присвоено звание Героя Мыльного королевства с вручением одноимённого ордена, а актеру Рампе дали королевскую премию «Триумф» за блестяще сыгранную роль профессора Геля.

Сияющий от счастья и гордости Мылопуз Бессмертный шепнул стоявшей ближе к нему Лене:

– Теперь уж точно моим именем улицу назовут или новую мыловарню.

Королева Чистолика вручила девочкам большущие корзины, доверху наполненные мылом и шампунем лучших сортов, а профессор Гель подарил им по куску своего волшебного мыла.

Садовник Флорен вместе с принцессой Цветаной преподнёс орденоносным подружкам два невероятной красоты букета из недавно выведенных им голубых и синих роз. Он торжественно сообщил всем, что решил присвоить этим уникальным розам имена Кати и Лены.

Когда официальная часть закончилась, к микрофону подошёл король Мылослав.

– Вы знаете, друзья, – обратился он ко всем присутствующим, – после всего произошедшего я принял очень важное и судьбоносное решение. Прав я или нет – рассудит время. Несмотря на происки короля соседней державы, я отправил ему целый вагон волшебного мыла – гениального изобретения профессора Геля. В официальной телеграмме на его имя я написал, что ненависть и недоверие друг к другу порождают лишь ненависть и недоверие. Что самое главное – сохранить мир и человеческие ценности, наивысшая из которых – здоровье наших подданных… Кто-то из вас, возможно, скажет, – король нашёл среди присутствующих Дзю До и посмотрел ему прямо в глаза, – что, мол, Мылослав Пятнадцатый смалодушничал, испугался грозного соседа. Стал перед ним заискивать, стал его задабривать. Уверяю вас, это не так! Просто гигантские средства, которые оба наши королевства ежегодно тратят на содержание армий, различных спецслужб, разработку и выпуск всё новых и новых видов оружия, можно направить совершенно в другое русло… Зачем держать в секрете мыло, исцеляющее от всех недугов и хворей? Считаю вершиной безнравственности жить без болезней, в то время как наши соседи продолжают от них страдать и умирать… Не знаю, как король Ногтегрыз отреагирует на наши гуманные инициативы. Но ведь когда-нибудь нужно начинать примирение, забыв о подлости, зависти и старых обидах. Кто-то первым должен побороть вековую неприязнь, сделать шаг навстречу.

Король окончил речь. В зале наступила тишина, которая вдруг взорвалась шквалом аплодисментов. Не хлопал, кажется, один только Дзю До. «Придётся искать работу в другом королевстве», – сощурив и без того узкие глаза, думал он.

– Друзья! – поднял вверх руку Мылослав. – Сегодняшний день необычайно радостный и одновременно грустный. Ведь мои почётные гостьи – Лена и Катя, создательницы уникального в своем роде Мылопуза Бессмертного – отправляются домой, где их с нетерпением ждут родные и близкие.

– Ваше величество, а Мылопуз? – одновременно спросили девочки.

– А вот плод вашего выдувательского таланта, новоиспеченный Герой Мыльного королевства изъявил желание остаться.

– Знаете, бабульки, мне так грустно с вами расставаться, – из добрых глаз мыльного пузыря покатились слёзы. – Но я решил серьёзно заняться наукой под руководством профессора Геля. А ещё меня на телевидение пригласили – летающих и к тому же бессмертных шоуменов у них ещё никогда не было.

На открытом сверкающем лимузине, в сопровождении кортежа, впереди которого летел Мылопуз, Катю и Лену вместе с подарками доставили в столичный аэропорт. Там их ждал личный самолёт короля. Мылослав собственноручно позвонил Лениной бабушке и предупредил о скором возвращении её внучки и внучкиной подружки. Вместо слов благодарности он услышал в трубке: «Бандит! Террорист! Аферист! По тебе тюрьма плачет!!!»

В аэропорту, когда Мылопуз прощался со своими юными создательницами, он им признался:

– Я просил, я умолял его величество позволить мне отвезти вас назад, но король сказал, что самолёт более надежное транспортное средство.

– Вот здорово, полетим на самолёте! – обрадовалась Катя, – а то я уже прожила больше двухсот двадцати миллионов семисот пятидесяти двух тысяч секунд, а ни разу на самолёте не летала.

– А я летала, – похвасталась Лена, – даже на космическом корабле. Мне папа такую компьютерную игру подарил…

Глава двадцатая

Пластилиновый Куксик

Через три дня после возвращения, после бесконечных рассказов домочадцам о своём невероятном путешествии Катя и Лена вновь сидели на том же самом балконе. Только теперь они не выдували мыльные пузыри, а увлечённо лепили из пластилина.

Кот Макс в этот раз не спал, а внимательно следил за каждой из девочек. Ему очень хотелось свернуться калачиком на коврике, но ведь так опять можно проспать всё самое интересное.

Лена лепила зайчика. Правда, ушки она ему ещё не приделала, и поэтому на зайчика он пока что совсем был не похож. А Катя старательно вылепливала что-то вообще совершенно непонятное. И когда это непонятно что увидела Лена, она ткнула в него пальчиком и спросила:

– А это ещё что за кикимора заморская?

– Сама ты кикимора, – возмутилась Катя. – А это – Куксик.

– Кто, кто?

У Куксика вдруг прорезались глазки, ротик, резко выперся вперед нос-картошка. Он встал на кривенькие ножки, хитро подмигнул девочкам и проговорил:

– Куксик я, Куксик.

– Что ещё за Куксик? – изумилась Лена.

– Очень весёлый и компанейский. Терпеть не могу, когда кто-нибудь куксится… Ну что, тётеньки, махнём, что ли, ко мне в Куксляндию? Вот увидите, вам там очень понравится!

Книги для детей от Animedia Company

Animedia Company

www.animedia-company.cz

animedia.company@gmail.com

Если Вам понравилась книга, то, пожалуйста, оставьте на неё отзыв.

Примечания

1

«Жучок» – тщательно замаскированное миниатюрное устройство, применяемое в шпионской практике, с помощью которого осуществляют запись речи либо видеоизображения.

Content

Валерий Герланец
Лена, Катя и Мылопуз Бессмертный (Озорная история с почти шпионским сюжетом)

Карты Мыльного и Маникюрного королевств

Глава первая Как Лена и Катя породили Мылопуза Бессмертного

Глава вторая Чудо-изобретение профессора Геля

Глава третья Ногтегрыз и его ОСА № 001

Глава четвёртая Девочки и Мылопуз попадают в королевский дворец

Глава пятая Профессор пытается разгадать тайну бессмертия мыльного гиганта

Глава шестая Почему мыло моет?

Глава седьмая Охота за создателем волшебного мыла начинается

Глава восьмая Странное послание

Глава девятая Дзю До и его ниндзя

Глава десятая Проверка всех и вся

Глава одиннадцатая Катя случайно узнаёт секрет Швабрины

Глава двенадцатая Загадочная мышь из пылесоса

Глава тринадцатая Праздник Мыла

Глава четырнадцатая Дерзкое похищение

Глава пятнадцатая Допрос суперагента

Глава шестнадцатая Двойник профессора Геля

Глава семнадцатая Зреет план спасения

Глава восемнадцатая Мылопуз вызволяет пленников из темницы

Глава девятнадцатая Мылослав раздаёт награды и произносит речь

Глава двадцатая Пластилиновый Куксик

Примечания