Tanza Liz

Я просто отступлю…

Часть 1

Пролог

Дверь распахнулась, и в номер отеля ввалились две женские фигуры. Страстно целуясь, они проследовали к кровати. Когда ноги уперлись в нее, одежда начала с треском сниматься с тел. Белая блузка брюнетки была распахнута одним движением, открывая взору блондинки красивую грудь. Майка блондинки тоже очень быстро была сорвана с тела. Девушки пожирали друг друга глазами, когда срывали очередную вещь.

Повалившись на кровать, брюнетка начала покрывать уже обнаженное тело блондинки поцелуями. Обводя языком ореолы сосков, зажимая их между зубов, она услышала сдавленный стон. Брюнетка наслаждалась каждой клеточкой этого прекрасного тела. Зажав упругую грудь в руке, брюнетка начала спускаться, покусывая нежную кожу к самому желанному месту. Немного разведя ноги блондинки в стороны, брюнетка коснулась горячим язычком не менее жаркого лона. Почувствовав вкус, у брюнетки сорвало крышу. Обхватив бедра руками, она начала вводить свой язычок вглубь лона, доставляя небывалое удовольствие.

Схватившись обеими руками за темные волосы, блондинка еще сильнее прижимала голову к себе, не позволяя отстраниться и прекратить хоть на секунду, а жаркие стоны срывались с губ.

Не прекращая ласкать клитор, брюнетка начала аккуратно вводить сначала один палец, а услышав задавленный рык и второй. Каждый толчок набирал обороты. Скорость возрастала, а от рваного ритма внутри все переворачивалось у обеих девушек. Зажав клитор между зубов, и втянув его немного в себя, брюнетка сделала несколько финальных толчков.

Громкий стон сорвался с пересохших губ, наслаждение обволакивало все тело блондинки.

Брюнетка почувствовала прилив влаги на своих пальцах и отстранившись, села между ног блондинки. Брюнетка засунула в рот свои пальцы, которые только совсем недавно были в лоне партнерши, и облизнула их, собирая все сладкие соки. И с улыбкой Чеширского кота посмотрела на измотанную, но довольную девушку перед ней. Но сидеть так долго ей никто не дал. Блондинка схватила ее за руку и потянула на себя, заваливая на кровать. И мгновенно нависая над брюнеткой, тут же покрывала ее тело несдержанными поцелуями и укусами.

Когда блондинка прочувствовала, что ее игра в поцелуи, нежную ласку довела брюнетку до того самого мига, после которого начинается полет в космос, она отстранилась. Она взглянула в этот затуманенный карий обезумевший от желания взгляд, и с хитрой ухмылкой слезла с кровати, слыша при этом совсем недовольный стон.

– Куда это ты? – но увидев хитрющую улыбку обладательницы белокурых локонов, брюнетка поняла, что та играет и уходить никуда не собирается.

– Поиграем? – спросила блондинка, доставая из своей спортивной сумки наручники. От такого глаза брюнетки насторожено засверкали, но в ту же секунду успокоились, предвкушая дальнейший действий, дальнейшую игру и сладостную пытку.

– Войди… Войди в меня, – уже умоляла, забыв все остатки гордости брюнетка, когда через сладостную, мучительную и медленную пытку ее партнерша добиралась в своих ласках до финала.

Руки скреплены за головой наручниками, опустить их значит проиграть и не получить желаемого. Именно такое условие и поставила страстная блондинка и из-за всех сил брюнетка держится, чтобы не проиграть, чтобы получить свое. Свое удовольствие и свой полет в космос.

И она получает. Блондинка входит в нее. Сначала медленно, изучающе, слыша сдавленные и громкие стоны. Но потом она увеличивает темп и входит практически на полную длину пальцев в такое требующее продолжение лоно брюнетки. И этот рванный, быстрый темп уносит ее на вершину экстаза. Блондинка знала, что нужно для удовольствия. Чуточку ласки, чуточки грубости, немного беспомощности и чувства подчинения партнеру, от которого сносит крышу, даже самым влиятельным в людском мире людям, но таким подвластным в сексуальных игрищах.

Утром, когда брюнетка проснулась, она не обнаружила рядом красивую блондинку с серыми глазами. Оглядевшись, она поняла, что та сбежала.

Да, то спонтанное знакомство не предполагало дальнейшего знакомства, но почему-то от этого было очень плохо. Брюнетка закрыла глаза и сразу вспомнила проведенную с блондинкой ночь. Тяжело выдохнув, брюнетка поднялась с кровати и пошла в душ. Уже через полчаса брюнетка с тяжелым сердцем захлопнула за собой дверь номера, пытаясь забыть о самой красивой девушке и самой лучшей ночи в ее жизни.

Глава 1

Три года спустя.

Реджина Миллс адвокат одной из крупнейших фирм Нью-Йорка. Родилась в штате Небраска в семье фермеров. После окончания университета переехала в Нью-Йорк и устроилась в «Freshfields». Карьера с огромной скоростью взлетела вверх и уже через год Миллс была ведущим юристом компании.

Утро выходного дня сложилось не так, как планировала Реджина. Ее разбудил звонок ее мобильного телефона.

– Да? – сонным и очень злым голосом ответила Миллс.

– Привет, сестренка! – воскликнул радостный мужской голос, – ты что там спишь, что ли?

– Эйден, мать твою! Тебе, что делать нечего в такую рань? – провопила Реджина, лежа в своей постели, полностью укрытая одеялом.

– Не трогай нашу мать, – засмеялся мужчина, – я кстати звоню, чтобы узнать приедешь ты на годовщину их с отцом свадьбы или нет?

– Конечно приеду, как я могу пропустить такое событие, – открывая глаза и вылезая из-под одеяла, ответила брюнетка, – а ты?

– Конечно. Только у меня будет для них сюрприз. Я, наконец, решил познакомить их с Эммой.

– Ты все еще не расстался с ней?! Эйден, ты с ней встречаешься больше года и решил познакомить ее с родителями. Не хочешь ли ты сказать, что остепенился и хочешь жениться на ней?

– Да, Реджи. Именно это я и хочу сказать. Я так ее люблю, что в ближайшее время хочу сделать ей предложение, – протянул мужчина.

– Поздравляю, рада за тебя, братишка, и буду рада с ней познакомиться. Когда вы приедете к родителям?

– Через два дня, а ты?

– Я через четыре. Раньше никак, завал на работе. Но у нас будет три дня до праздника, чтобы я получше познакомилась с Эммой.

– Конечно, я так хочу, чтобы вы подружились. Я надеюсь, что мы все вместе покатаемся на лошадях. Когда ты последний раз объезжала своего Вулкана?

– Полгода назад, когда приезжала к родителям на несколько дней. Я так по нему скучаю, мне безумно не хватает прогулок на нем, – с грустью говорила Реджина.

– Ты сейчас как будто о своем парне говоришь, мне иногда кажется, что тебе никто не нужен кроме Вулкана и скорости, которую он развивает.

– Эйден, ты же знаешь кто мне нужен, поэтому закрой эту тему, – рыкнула Реджина, – ладно, до встречи у родителей, братишка.

– Да, давай, малышка, – сказал Эйден, – я люблю тебя, до встречи, – мужчина повесил трубку.

Миллс откинулась на подушку и закрыла глаза. Она уже всеми мыслями была на ферме родителей и прогуливалась на своем любимом Вулкане.

– Котик мой, я дома, – заходя в просторную квартиру, крикнула Эмма и с усталостью скинула с себя ненавистные ей шпильки.

Эмма Свон – молодая, но очень талантливая художница. Работает в рекламном агентстве «World». Всего год как она туда устроилась простым стажером позволил ей вырасти в профессионального художественного редактора с прекрасным будущем и перспективой дальнейшего роста. И Эмма так и грезила мечтами о работе в Нью-Йорке, а не в их маленьком городке в Небраске. И именно «Мир» стал ее первой и самой успешной ступенькой к вершине и ее мечте.

– Свон, сто раз повторял – я не котик, – буркнул Эйден, – но я рад, что ты пришла пораньше. Малышка, я так соскучился, – парень подошел к девушке и заключив в объятия страстно поцеловал.

Эмма с не меньшей страстью ответила, но через секунду отстранилась и вылезла из крепких объятий парня.

– А я тебе сто раз отвечала, что буду так тебя называть, – усмехнулась Эмма и щелкнула по носу парня, убегая на кухню.

– Паразитка, – крикнул брюнет и недолго думая побежал за блондинкой, – ты отпросилась с работы? – он вновь обнял девушку со спины.

– Можно сказать и так, – ответила хитро блондинка, кладя свои руки поверх сильных рук парня.

– Что это значит? Я сказал родителям, что у меня для них сюрприз, я рассказал Реджи, что приеду с тобой, – парень нежно начал пробираться под майку Свон.

– А у меня сюрприз для тебя, – проговорила Эмма, полностью расслабляясь в мужественных и теплых руках.

– Какой? Приятный, – нежные поглаживания и поцелуи в шею зарождали в мужчине огонек возбуждения и страсти.

– Долгожданный, – прошептала Эмма и повернулась в объятиях парня, немного отстраняя его от себя, – с сегодняшнего дня я главный художественный редактор «World».

– Я тебя поздравляю, но… я так понимаю, что для меня это значит, что я буду видеть тебя еще реже чем сейчас?! – протянул Эйден и сделал один шаг назад, – так ты едешь на юбилей родителей?

– Эйден, – протянула Эмма и сделала шаг в сторону парня, – котик, конечно я еду на юбилей твоих родителей. Я так давно хотела с ними познакомится, ты же знаешь.

Парень улыбнулся своей кошачьей улыбкой и вновь подошел к девушке.

– Они тебе понравятся, и с Реджи ты подружишься.

– Реджи, Реджи, – передразнивала Свон, – слушай, Миллс, если бы я не знала, что она твоя сестра, я подумала бы что девушка. Ты постоянно только и говоришь о ней, – пояснила Эмма и открыв холодильник заглянула внутрь.

– Малышка, Реджи… она самый близкий мой человек. Я очень люблю родителей, но она с детства всегда меня понимала, – улыбался Миллс.

– Да знаю я это, – буркнула Свон, – ты ей благодарен, сильно любишь и очень скучаешь по вашему общению. Эйден, я все это прекрасно помню, – Свон закрыла холодильник и подошла к парню, – вот скажи, если мне предложат работу в Нью-Йорке, ты бросишь свою ради меня или возобновления общения с Реджиной?

– Не знаю, я подумаю. Это трудное для меня решение, но, если это произойдет я обещаю, что подумаю, – серьезно сказал парень, – а сейчас я могу думать только о поездке.

– Нам еще нужно купить подарок твоим родителям, – Эмма хотела рассказать Эйдену еще одну ошеломляющую ее новость, но все же решила повременить и поведать о ней после поездки, – давай, сразу после моей тренировки съездим по магазинам? – Свон подошла к парню и нежно обняла его, целуя в шею.

– А может ты потренируешься со мной?! – поглаживая спину и ягодицы, спросил Миллс.

– Котик, ты же знаешь, что через месяц у меня соревнования, – промурлыкала Эмма, – я не могу пропустить тренировку, – и сама поглаживала руками оголенную спину Эйдена.

– Эмма, вот объясни мне, зачем это тебе? – недовольно спросил парень.

– Что это? Футбол? – спрашивала Эмма и по недовольному тону поняла, что сейчас начнется опять ссора на тему ее интереса к этому виду спорта. И во избежание этого она отошла от парня и направилась в спальню.

– Эмма… ну Малышка, прости, – Миллс пошел за девушкой в спальню, – я больше не буду трогать твое увлечение. У каждого оно свое, у Реджи это Вулкан, у тебя мячик.

– Опять Реджи, – протянула недовольно Свон, – Эйден, ты можешь хотя в одном нашем разговоре не упоминать свою сестру? – Эмме действительно поднадоели постоянные разговоры, рассказы и просто упоминания о Реджине Миллс. Которую Свон уже по одним только рассказам своего жениха считала неотъемлемой частью их будущей семейной жизни.

– Эмма, я просто давно ее не видел и соскучился, – протянул парень, – когда ты с ней познакомишься поймешь, почему я так о ней говорю.

– Вот именно поэтому нам нужно переехать в Нью-Йорк, может тогда в нашей спальне не будет вездесущей Реджины, – проговорила Свон и, стянув с себя джинсы и майку, начала переодеваться в спортивный костюм.

– Свон, может хватит?! Я же не вспоминаю ее во время секса! – Эйден начал злиться на возлюбленную.

– Было пару раз, – Эмма посмотрела на Эйдена и закатила глаза, увидев его недоуменное и возмущенное выражение лица, – когда мы занимались этим в машине, по дороге домой и остановились в небольшом леске. Ты рассказывал, как вы с Реджиной заблудились в подобном и как вас нашли только под утро, – ответила на возмущение Эмма и одевшись подошла к возмущенному парню, обняв его, – котик, давай закончим на этом этот разговор, а лучше поехали со мной на тренировку? А потом заедем в магазины, и я хочу сама выбрать подарок твоим родителям, а потом можем вновь прокатиться в тот лесок. Что скажешь? – Эмма говорила шепотом, обдувая горячим дыханием шею своего жениха.

Миллс подхватил Эмму на руки.

– Может лесок, а потом тренировка?! – парень очень любил свою девушку, которая первая за долгое время глубоко проникла ему в сердце. И поэтому он и сам иногда корил себя за воспоминания и постоянные разговоры о сестре.

Эмма обвила своими руками шею парня, держась за него и засмеялась.

– Эйден, поставь меня на пол, – говорила она и болтала ногами, – у меня через полчаса тренировка, а вот после я вся твоя. И кстати сегодня я хочу праздник по случаю моего назначения. И тебе придется сводить меня в самый дорогой ресторан города.

– Без проблем, – улыбнулся парень, – я тебя отвезу?

– Отвези, – улыбнулась Эмма, когда оказалась на полу и, взяв свою спортивную сумку, направилась на выход из квартиры.

Тот день они провели очень весело и счастливо. Эйден побыл на всей тренировке Эммы, отмечая для себя, что для его девушки футбол очень важен. Она была центральным нападающим и ее скорость, сила удара и футбольные приемы с мячом поражали. Она с легкостью могла играть в сборной какой-нибудь страны и приносить намного больше толку чем присутствующие игроки. Свон забила несколько мячей, которые голкиперу были не подвластны.

После они поехали в торговый центр, в котором обошли все магазины, но так и не смогли найти что-нибудь подходящее. После долгих раздумий Эмме пришла гениальная идея, которую Эйден с удовольствием поддержал.

Вечером был романтический ужин и не было воспоминаний о Реджине, футболе, работе, а только светлое будущее, о котором они мечтали. А ночью был страстный секс, в котором была не только страсть, но и нежностью.

Через два дня они, как и планировали поехали к родителям Эйдена. У семейства Миллс была одна из крупнейших ферм в штате Небраска. Несколько акров земли, гектары, засеянные зерновыми культурами, пастбища для огромного стада крупного рогатого скота и большая конюшня. Несколько коней в ней были одними из лучшими в стране за которых предлагали баснословные суммы денег.

Глава семейства Грэгори Миллс и его жена Коралина прожили в браке вместе 30 лет. За это время вырастили двух детей: сына Эйдена 32 года и дочь Реджину 28 лет. Подняли свое хозяйство, оставшееся от деда Коралины. Выстроили большой дом, в котором были предусмотрены все увлечения каждого члена семьи. Увидев дом никогда нельзя было сказать, что это дом фермера, он был больше похож на элитный коттедж. Белое здание с красиво оформленным фасадом, одна сторона дома была обвита диким виноградом. Во дворе на просторной засыпанной щебенкой площадке стояло несколько дорогих автомобилей, рядом с которыми и остановился пикап Эйдена.

– Ну, что Малышка, пойдем знакомиться? – Миллс заметил, что Эмма волнуется, но из-за этого волнения он не увидел удивления от территории, которую они проехали и парень сказал, что это все принадлежит его родителям.

– Подожди, котик, – Эмма закрыла глаза и немного вздохнула. Она безумно волновалась перед встречей с родителями ее будущего мужа. Ведь про нее знает только его сестра, а родителям Эйден ни разу так и не говорил о своих серьезных отношениях, и Эмма очень боялась, что не понравится родителям избранника.

– Не бойся, ты им понравишься. Они примут тебя, как родную, – Эйден приблизился и поцеловал в щеку блондинку, – пойдем?!

– Пошли, – кивнула Эмма, хотя чувствовала, что ей просто необходимы были еще несколько минут для полноценного настроя.

Миллс вышел из машины и, обойдя ее, открыл дверь Свон. Взяв за руку свою девушку, он повел ее в дом.

– Мам! Мамуличка, я дома.

– Эйден, сыночек, – из гостиной вышла среднего роста, красивая коротко стриженная крашенная блондинка. На ней была белая кофта и широкие черные брюки, а завершали весь образ туфли на высокой шпильке, которую не каждая молодая девушка обует. Эйден пошел навстречу матери и заключил ее в свои объятия.

– Ты не один?! Здравствуйте, милая леди, – Кора отстранила сына и подошла к Эмме, – Коралина Миллс.

– Здравствуйте, миссис Миллс, – сдержанно улыбнулась Эмма, – Эмма Свон.

– Очень приятно, – улыбаясь, сказала Коралина, – Эди?!

– Мам, это Эмма, мы встречаемся и у нас все очень серьезно, – сказал парень, приобнимая Свон за талию.

Кора оглядела девушку с ног до головы.

– Сынок, знаешь… а она у тебя красивая. Эмма, не волнуйтесь я вижу, как вы переживаете.

Но Свон наоборот еще сильнее напряглась и даже засмущалась.

– Миссис Миллс, мне тоже очень приятно с вами познакомится. Эйден много про вас рассказывал, – выдавила из себя Эмма с улыбкой на лице.

– Пойдемте в гостиную?! Кофе, чай, что-нибудь покрепче? – с улыбкой спросила Кора и пошла в гостиную и сразу присела на кресло. Эйден завел Свон в гостиную и усадил на диван.

– Так ты что-нибудь будешь? – спросил парень у блондинки.

– Стакан воды, котик, – совсем тихо произнесла Эмма.

– Слушай, котик, а сходи-ка ты сам, – услышав Эмму, сказала старшая Миллс, – чтобы не напрягать Милу.

Эмма еще сильнее засмущалась, но все же улыбнулась, глядя на мать Эйдена. Свон хоть и была далеко не из робкого десятка, но отчего-то именно в данную секунду чувствовала некую неловкость.

– Я сейчас, – парень поцеловал Эмму в висок и пошел за водой.

– Не торопись. А лучше сходи во двор и позови отца, – сказала мать. Эйден кивнул и вышел из гостиной.

– Эмма, не бойтесь меня, я приму любой выбор своих детей, главное, чтобы они были счастливы.

– Это я понимаю, миссис Миллс, – говорила более уверенно Эмма, – но я не хочу быть данностью.

– Вы не данность. Эмма, поймите, мой сын встречался со многими девушками и знакомил только двух с нами. Вас и еще одну девушку, но это было очень давно. Так что к вам он относится очень серьезно, и я буду относится точно также.

– Благодарю, миссис Миллс. Для меня тоже большая честь познакомиться с вами, – говорила совсем уверенно Свон.

– Эмма, называйте меня просто Кора, – сказала женщина, – Эмма, а где вы работаете, чем увлекаетесь?

– Я главный художественный редактор в рекламном агентстве «World». Вы, наверное, не слышали о таком, – улыбнулась Эмма, – а мое самое большое увлечение – это футбол. Я просто не могу жить без двух вещей. Зеленого газона и кисти в руке.

Миллс улыбнулась.

– Удивлена и восхищена одновременно. Про рекламное агентство «World» я прекрасно знаю. Его владелец мой хороший друг и он очень тщательно подбирает персонал. А на счет футбола, хорошее увлечение.

– Вы знакомы с Эдом Робертсоном? – удивилась блондинка.

– Да. Мы учились вместе, – ответила женщина.

– Очень неожиданно, – сказала Эмма и закинула ногу на ногу. Чувствовала себя более уверенно и раскрепощённее в дальнейшем разговоре с матерью своего парня.

– Эмма, а как вы относитесь к лошадям? – спросила Коралина.

– Лошадям? – вскинула брови Свон, – с опаской, – все же призналась она.

Женщина засмеялась.

– Эмма, не переживайте я тоже также к ним отношусь. Лошади это все для моего мужа и дочери, Эйден тоже безумно их любит, но не такой фанат как они. У нас в конюшне стоит целое состояние, от которого мне не жарко не холодно, а они…

– Я прекрасно понимаю. Про Вулкана я очень сильно наслышана, – засмеялась Свон.

– Вулкан – это конь Реджины. Эйден так злился, когда отец отдал коня ей, но потом понял, что зря. Вулкан очень своенравное животное и однажды Реджи разрешила прокатиться Эди на нем… – женщина закатила глаза и засмеялась, – после этого Эйден катается только на Айсе.

– Эйден рассказывал мне про тот случай, – тоже засмеялась блондинка, – и обещал, что познакомит меня с Вулканом только в присутствии Реджины. Про которую, кстати я знаю, наверное, уже все. Он и дня не может прожить без упоминания о своей сестре.

– Мне кажется, что упоминание о Реджи отпугивало всех его девушек. Мне не нужно видеться с дочерью, мне нужно просто пообщаться с сыном, – протянула женщина.

– Это может и впрямь оттолкнуть, – улыбнулась Эмма, – но знаете, меня утешает одно. Что он любит свою семью. Он дорожит вами, а это самое главное, что мне нужно знать, – говорила искренне Эмма, смотря на Кору.

– Это очень приятно, – сказала Кора и увидела, как в гостиную входит ее муж и сын.

– Я слышал, что у нас в гостях очень милая леди? – сказал мистер Миллс и подошел к Эмме, – Грэгори Миллс, отец Эди.

– Здравствуйте, мистер Миллс, – Эмма сразу встала с дивана и подошла к мужчинам, – Эмма Свон. Мне очень приятно познакомиться с вами.

Мужчина сразу обнял девушку.

– Просто Грэг. Я так рад, что мой сын наконец привел свою девушку, тем более она такая красивая, – отпуская блондинку из объятий, сказал Миллс старший.

– Спасибо, Грэг, – улыбнулась Эмма и подошла ближе к Эйдену.

– Грэг, Эмма у нас футболистка и кстати она работает у Робертсона, – улыбнулась Кора.

– У Эда? Ему очень повезло, я уверен, – сказал мужчина.

– Эйден, давайте вы разместитесь и тогда пообедаем?

– Да, мам. Эмма? – парень посмотрел на Свон.

– Конечно, – согласно кивнула блондинка.

– Пойдем, – парень взял за руку и повел на второй этаж.

– Я надеюсь ты не хочешь отдельную комнату?

– Отдельную комнату? Ты издеваешься? – усмехнулась Свон, – ты. И только рядом, – Эмма приобняла парня и поцеловала его в губы, тут же отстраняясь.

– Это радует. Тогда проходи, – парень открыл дверь свою просторную комнату.

Комната и впрямь была просторной. Большая двуспальная кровать посередине, гардеробная, ванная комнаты и самое главное – вид, открывающийся из окна. На задний двор, а вернее было сказать на целое поле. Зеленая трава так и манила Эмму, и она уже представляла, что тренировки в эти дни она прекращать не будет.

– Хорошо, что я взяла с собой свой счастливый мяч, – улыбнулась Свон, отходя от окна и подходя к парню.

Эйден засмеялся.

– Эмма, тебя не изменить, также, как и… – парень не стал договаривать, – тогда располагайся и если хочешь прими душ.

– Так, когда ты познакомишь меня с этой «также»? – ухмыльнулась Эмма, понимая про кого не стал договаривать Миллс.

– Через два дня, у нее завал на работе, – виновато протянул Эйден.

– Отлично, – протянула недовольно Свон, – и что ты прикажешь мне делать эти два дня?

– Проводить их со мной, общаться с моими родителями, – сказал парень и с удивлением посмотрел на Эмму, – а ты ехала знакомиться только с моей сестрой?

– Ну ты говорил, что мы подружимся, – вдруг Эмма поняла, что неправильно себя повела и даже это могло показаться очень странным. Но Свон действительно очень хотела познакомиться с той самой Реджиной, про которую по разговорам с Эйденом уже знала насквозь.

– Да ладно не напрягайся, – парень отошел и достал полотенце, – вы действительно подружитесь, и я буду этому очень рад. Сходи в душ и расслабься, ты напряжена.

– Так составь мне компанию, – ухмыльнулась хитро Свон и, поманив пальчиком своего парня, пошла, покачивая сексуально бедрами в ванную.

– С удовольствием, детка, – Эйден на ходу снял с себя майку и практически внес девушку в душ, – я так тебя хочу, – он сдернул майку с Эммы и прильнул губами к ее шее.

– Мой дикий котик проснулся? – посмеялась Свон на все резкие движения Миллс, а сама уже принялась расстегивать его джинсы.

– Твой дикий кот безумно хочет сейчас свою девочку, – прорычал Миллс. Он откинул руки Свон и не расстёгивая ее джинсы сдернул их одним движением. Парень, сидя на корточках, начал целовать бедро блондинки томно поднимаясь по нему вверх.

– Эйден, тебя всегда так заводит секс в родительском доме? – прислоняясь к холодной стене, проговорила Эмма, зарываясь пальцами в темные короткие волосы и с хитрой улыбкой смотрела на парня.

– Не знаю, я первый раз буду им здесь заниматься, – прорычал Эйден. Он уже поцелуями поднялся до груди и в несколько уверенных движений избавил Эмму от лифчика, – но мне кажется мне понравится, – он языком дотронулся до возбужденного соска, а на вторую грудь положил руку и немного сжал, слыша срывающийся стон с губ возлюбленной.

– Котик, я так люблю, когда ты такой страстный, – надрывно проговорила Эмма, откидывая голову назад и впечатываясь в стену, а руками гладила спину Эди, проводя ноготками по его ребрам, предплечьям, плечам.

Миллс поднял голову и запечатал страстный поцелуй на губах блондинки, параллельно расстегивая свои джинсы.

– Детка, – он опять присел и спустил трусики, – мне кажется они нам мешают.

– Как и твои джинсы, – проговорила хитро Эмма и, убирая руки парня с его же ширинки, принялась сама стягивать с него джинсы, а заодно и трусы, которые как правильно заметил Эди сейчас совсем мешают.

– Мне они не мешают, – он подхватил Эмму под подмышки и поднял, и перехватив, удерживал ее под ягодицы. Эйден чувствовал, как его член напряжен и ему хочется почувствовать Свон.

Тяжелый вздох был подхвачен в воздухе, и Эмма обхватила руками шею брюнета, стараясь удержаться на весу, а голову опустила ему на плечо нежно целуя, а через секунду тут же кусая, так и показывая, что парню уже давно пора действовать.

Эйден одной рукой удерживал Эмму, а другой подставил головку своего члена к влажному лону и одно резкое движение, и с его губ также срывается стон. Миллс до упора входит в Эмму.

– Котик… – прорычала Эмма, так и чувствуя, как ее заполняет член будущего жениха, как он насаживает ее на него, как двигается, как умело доставляет ей удовольствие. Свон, запрокинув голову назад, томно стонет под этими движениями и действиями.

Эйден начал с каждым движением взвинчивать темп, выходя практически полностью, а потом входя вновь, зная, что Эмме это нравится. Покусывая шею, сжимая в руках ягодицы и интенсивно двигая бедрами, Эйден чувствовал, как хорошо ему с этой девушкой в любых отношениях.

– Я люблю тебя, детка…

– И я, – проговорила на выдохе и со стоном Свон, чувствуя, что ее разрядка приближается к ней и заставляет все яростнее насаживаться на возбужденный член парня, так и прося быстрее закончить эту сладостную пытку и улететь в мир удовольствия.

Миллс отпустил одну ногу Эммы и свободной рукой уперся в стену удерживая равновесие, парень чувствовал, что скоро кончит. Он опустил руку на клитор блондинки и начал его массировать, замедляя темп.

Эмма обхватила своей ногой ягодицы парня, сильнее прижимая его разгоряченное тело к своему, и тем самым сильнее насаживаясь на его член. Она чувствовала по его движениям, дыханию, хриплым стонам, таким же какие срываются с ее уст, что они одновременно вот-вот дойдут до пика. Рука, находящаяся у ее промежности и томно лаская клитор одним резким движением была перекинута на ее грудь, а сама Эмма с протяженным стоном прорычала.

– Быстрее… – и своими руками прижала накаченное тело жениха к своему, так и требуя ускорения, но никак ни замедления.

Эйден очень быстро ускорил темп, впечатывая Эмму в стену ванной. С каждой секундой чувствуя сильнейшее напряжение в члене.

– Детка я сейчас…

– Я тоже, – проговорила на выдохе Свон, но через секунду ее мозг вдруг включился, и она с диким остервенением провела ноготками по спине парня, срывая недовольным рык с его губ.

– Котик, выйди, сейчас же, – проговорила Эмма, хотя сама была уже не здесь, практически улетая.

Миллс сделал еще несколько быстрых толчков и, только выйдя, со звериным рыком излился на живот Эмме.

– Малыш, пожалуйста, – прорычала Эмма, чувствуя, что ее разрядка так и не поглотила ее, оставляя болезненный ком внизу живота.

Парень приблизился и вошел двумя пальцами.

– Сейчас, детка, – двигаясь внутри, Эйден спустился на колени и коснулся языком клитора. Он любил доставлять Эмме удовольствие, но он не понимал почему Свон не давала им закончить вместе.

Эмма, почувствовав пальцы, горячий язычок, руку с силой сжимающую ее бедра, через несколько мгновений все же улетела туда, куда так мечтала попасть. Оргазм накрыл блондинку, через несколько толчков и она с протяженным стоном кончила под умелые и ловкие движения своего жениха.

– Я убью тебя, – проговорила блондинка, чуть отдышавшись от нахлынувших на нее ощущений.

– Почему? Тебе не понравилось? – Эйден поднялся и обнял Эмму.

– Еще мгновение и ты бы излился прямо в меня. В следующий раз я точно заставлю тебя надеть презерватив, – проговорила Эмма и, нежно поцеловав парня в губы, тут же отстранилась и прошла в душевую кабину, – ты пойдешь со мной? – спросила она, видя, как Миллс так и остался стоять на месте, не идя за блондинкой.

– Эмма, почему? Ты постоянно так делаешь. Мы занимаемся сексом, но в последний момент, ты всегда прерываешь, – сказал Миллс. Этот вопрос уже несколько месяцев волновал парня.

– Потому что я не хочу залететь по глупости, – буркнула блондинка, озвучивая самую типичную причину ее поведения.

– Почему по глупости? Мы вместе и если у нас будет ребенок я буду счастлив, – Эйден понимал, что не здесь и не сейчас они должны это обсуждать, но раз он начал, то решил наконец это выяснить.

– Эйден, мы это еще даже не обсуждали. Да и вообще я пока не готова говорить на такие темы, – на корню прервала серьезный разговор блондинка и закрыла дверцы душевой кабины, так и не дождавшись, что Миллс составит ей компанию. И включила воду, тут же подставляя под теплые струи вспотевшее лицо.

Миллс выдохнул и схватив свою одежду вышел из ванной. Он любил Свон, но чувствовал всегда что-то не то именно после секса. Эти мысли сжирали изнутри, поэтому Эйден всегда пытался забыть о них, тем более в другое время все было великолепно, ведь он был счастлив с блондинкой. Надев одежду, он присел на кровать в ожидании, когда Свон выйдет из ванной.

Эмма расслабилась под теплыми струями и вновь и вновь прокручивала у себя в голове прошедший секс с Эйденом. Ей было с Миллс очень спокойно, хорошо, как не было ни с кем и никогда. И секс был просто замечательный и ошеломляющий, но отчего-то Эмма сама за собой отмечала, что не может как правильно подметил Эйден закончить вместе. И этого Свон совсем не понимала, хотя все же догадывалась о причине, такого поведения собственного тела и желания.

– А ты в душ не пойдешь? – завернувшись в одно полотенце, спросила Эмма, выйдя из ванной.

Эйден вышел из задумчивости и посмотрел на блондинку.

– Нет. Одевайся и пойдем вниз к родителям, – парень уже немного успокоился и улыбнулся своей девушке.

– Конечно, – улыбнулась также Эмма и, стянув с себя полотенце, стала вытирать мокрые волосы, подходя при этом к окну.

– Малышка, не заводи меня еще раз, – попросил Эйден, – от твоих форм это неминуемо.

– Форм? – ухмыльнулась Свон, а потом швырнула мокрое полотенце в парня, – смотри и завидуй, – засмеялась блондинка и отошла от окна, подходя к своему чемоданчику.

– Свон, чему мне завидовать? Мне кажется, что тебя должно радовать, что у меня есть… – Эйден встал и расстегнул штаны, демонстрируя внушительный орган, – он, а не грудь и вагина!

Эмма сидела на корточках возле чемодана и медленно подняла голову и увидела невозмутимое лицо Эйдена, со спущенными штанами и демонстрирующего свой член.

– Котик, я просто пошутила, – сквозь смех выдала блондинка и покачав головой, от такого показательного выступления парня, достала из чемодана одну из своих любимых маек и свободных брюк и встала на ноги, – и ты прекрасно знаешь, что до твоего друга, – Эмма взглядом показала на член, который Эди уже спрятал под тканью джинс, – я также любила грудь и вагину, – отчего-то грубо дополнила блондинка последнее и, отвернувшись, начала одеваться.

Миллс закатил глаза.

– Ну, сейчас же ты любишь только меня и моего друга? – решил уточнить Эди.

– Твой друг – мой лучший друг, – улыбнулась Эмма, натягивая нижнее белье, а следом и майку, – котик, ты же знаешь, что я завязала с девочками. К чему снова возвращаться к этому

– Я доволен! Я успокоился, – улыбаясь во все тридцать два зуба, сказал Миллс, – одевайся и пойдем.

Эмма за несколько минут оделась и, высушив волосы, сделала себе небольшую укладку. Она была полностью готова спуститься с Эйденом к его родителям для продолжения знакомства. Миллс улыбнулся и взял свою девушку за руку, и они вышли из комнаты.

Реджине удалось освободиться раньше, чем она рассчитывала. Поэтому с отличным настроением и в предвкушении встречи с родными, Миллс подъехала к дому своих родителей. Расплатившись и попросив оставить багаж, она быстро побежала в дом.

– Мамочка, я приехала! Мам, пап, Эйден, – Реджина осматривалась в большом холле.

– Реджи, – первым вышел отец и очень быстро заключил дочь в свои объятия.

– Папочка, – прошептала брюнетка и увидела, как в холл входит ее мама, – мамуля, – и Реджина уже висела не шее матери.

– Девочка моя приехала, как я соскучилась, – сказала Коралина.

Эйден и Эмма уже подходили к лестнице, когда услышали радостные голоса.

– Эмма, Реджи приехала, – и парень быстро побежал вниз, оставляя Свон стоять на месте.

Свон же медленно спускалась вниз по лестнице, уже сверху видя Реджину. Она спустилась и с улыбкой смотрела на счастливы лица семьи и объятия брата и сестры.

– Ты приехала, я так рад, – Эйден раскрутил Реджину, держа девушку в своих объятиях.

– Эди, отпусти, – смеясь, сказала брюнетка. Парень поставил девушку на пол.

– Эмма! Ты должна с ней познакомиться, – парень приобнял младшую Миллс и развернул к Свон

– Я… – Реджина как в замедленной съемке видела все, что происходило вокруг. Эти глаза, которые она никогда не забудет. Это именно та девушка, которая снилась ей на протяжении трех лет, это именно та девушка, которую Реджина искала каждый раз по приезду из Нью-Йорка. Сердце с огромной скоростью начало колотиться в груди, а дыхание остановилось вовсе. За эти несколько секунд в ее голове пронеслась их превосходная совместная ночь. Радость, счастье… и сильнейший удар – она невеста брата…

– Реджина Миллс… – только и смогла произнести брюнетка, протягивая руку.

Глава 2

– Эмма Свон, – беззаботно улыбалась блондинка, также протягивая руку и поприветствовала сестру жениха, – очень приятно познакомиться.

Реджина вышла из ступора только тогда, когда Эйден ее позвал. Парень немного не понял почему его сестра так смотрит на его девушку.

– Реджи, – парень сам вытащил руку Эммы из руки сестры.

– Да? Эди, прости, я задумалась. Вы очень красивы, Эмма, – протянула брюнетка, вновь улыбаясь, как несколько секунд до встречи.

Коралина стояла в обнимку с мужем и видела со стороны, что происходило с ее дочерью и ее реакцию на Свон. Мать была обеспокоена таким поведением своей малышки и пообещала себе, что поговорит с ней. Ведь сейчас на кону стояла судьба обоих ее детей.

– Спасибо, – улыбалась Свон, – приятно слышать это из уст такой красивой девушки, как ты, Реджина.

– Спасибо, мне приятно, – у брюнетки пролетели сотни мыслей. Она смотрела на девушку, которую видела второй раз в жизни, но она знала, что помнит каждый изгиб ее тела, каждую черточку ее лица, узнает ее голос с закрытыми глазами. Но это она, Реджина помнит Эмму потому что влюбилась в нее с первого взгляда, поцелуя, прикосновения, а Свон может даже не помнить, что у нее был секс с девушкой, которую она встретила в баре.

– Ну, что, дети мои, пойдемте есть?! Тем более, мы собрались дома, и у нас прибавление в виде Эммы, которую мы очень рады видеть, – сказала, улыбаясь, Кора.

– Да, пойдемте. Лично я, безумно голоден, – сказал Грэг.

– Сейчас, я только поднимусь наверх. Дайте мне буквально несколько минут, – Реджина видела, как помощник по дому ее родителей Мартин уже понес ее чемодан наверх.

– Конечно, – сказал отец и они с Корой удалились в столовую.

– Я так рад, что ты приехала раньше, – Эйден обнял вновь сестру, – ладно, мы пойдем, а у тебя 10 минут, а мы с Эммой… может выйдем во двор и подождем Реджи там?

– Да, конечно, – улыбнулась Эмма, но сейчас ее улыбка была немного напряженнее, если не сказать натянутой. Внутренний стержень, который держал девушку все это время знакомства дал трещину. И сейчас, видя, как брюнетка поднимается по лестнице и покидает это помещение, отдается также покиданием, но только уже разума, благоразумия и устойчивого равновесия самой Эммы, которая конечно же вспомнила ту роковую ночь и ту жгучую брюнетку. Пусть у нее были девушки до нее, но вот после… А после оставалась пустота и постоянное чувство неудовлетворение. Причем всегда, со всеми. Пока она не встретила Эйдена, который вернул ей наслаждение и подарил любовь и спокойствие. И кто же знал, что он окажется братом той, что разрушила сексуальную жизнь Эммы и заставила снова и снова вспоминать те поцелуи, те ласки, ту нежность и жгучую страсть, чтобы хоть немного, но прочувствовать под ласками другой хотя бы каплю того удовольствия и небывалого наслаждения, которое испытала с той самой незнакомкой, которая сейчас скрылась на втором этаже огромного особняка и даже не догадывается, какие сейчас одолевают чувства невесту ее брата.

Эйден взял Эмму за руку и повел квыходу на задний двор.

– Ну, что как тебе Реджи? Тебе нужно с ней пообщаться, вы найдете много тем для разговоров. Она расскажет о Нью-Йорке.

– Обычная девушка, – отдаленно ответила Эмма, когда они уже были на заднем дворе и Свон вовсю разглядывала огромное поле, уходящее вдаль и небольшие качели чуть поодаль.

– Как хорошо, что она приехала сегодня, вы пообщаетесь, – Миллс не замечал состояние своей невесты, – пойдем пройдемся?

– Пошли, – вся в мыслях ответила блондинка, и они вместе пошли по полю.

Как только Реджина зашла в свою комнату она прислонилась к двери, берясь руками за голову.

– Нет. Нет. Ну, почему это она?!

«Ее зовут Эмма. Как я давно хотела узнать ее имя. Но… но она девушка Эйдена, а это… значит, что я наконец-то должна забыть ее. Забыть нашу ночь, наш страстный секс и мою любовь».

Миллс не знала, что ей делать. Если девушка ее не помнит она решила никогда не вспоминать ту ночь и не напоминать ей о ней. А если… нет по внешнему виду блондинки можно было со 100% уверенностью сказать, что она не помнит.

Взяв наконец себя в руки, Реджина пошла в ванную умыться. Холодная вода помогла и, переодевшись, через 15 минут брюнетка уже спустилась вниз.

Родители сидели за столом и о чем-то разговаривали. Эйдена и Эммы не было, но повернув голову Реджина увидела их через окно, как они, держась за руки, прогуливались по зеленой траве.

– Они на заднем дворе, – сказала Кора, увидев дочь.

– Да, я вижу, – Реджина натянуто улыбнулась, – пап, а как Вулкан?

– Милая, а у тебя есть другие темы кроме своего коня? – вновь сказала мать.

– Кора! Реджи, он великолепен, – протянул отец, – после обеда можем съездить в конюшню.

– Отлично, папочка, – воскликнула Реджина. Именно это и нужно было Реджине, чтобы хоть немного отпустить тяжелые мысли, – я пойду позову нашу милую парочку, – она сразу направилась на задней двор.

– Детка, ты что так напряжена? – Эйден наконец заметил состояние Свон.

– А? – уйдя в свои мысли и воспоминания, Эмма совсем не замечала, что находится рядом со своим будущим мужем, а уж что он ее спрашивал она и вовсе не слышала.

– Малышка, что с тобой? – улыбнулся Эйден, – ты такая напряженная.

– Эди, все в порядке, – когда Эмма называла парня сокращенным его именем, это означало, что Эмма не пойдет на разговор. Что она сейчас в себе, в своих мыслях, чувствах, эмоциях и что ей сейчас ни да чего, даже до своего парня. И Миллс это прекрасно знал и видел.

Пройдясь еще немного, они услышали знакомый голос.

– Эйден, Эмма, – Реджина быстрыми шагами подошла к ним. Она как смогла натянула на широкую улыбку, – пойдемте кушать, родители уже ждут.

– Сестренка, – парень вновь обнял девушку, – может пройдемся еще пять минут? – парень посмотрел на Эмму, а потом на Реджину.

– Конечно, – выдавили из себя девушки, но не показали, как трудно им это далось.

– Девочки мои, я так рад, что вы обе рядом, – парень обнял обеих девушек за талии, как раздался телефонный звонок на его мобильный, – черт, я сейчас, – он отошел.

– Да. Что? Сейчас, мне нужно посмотреть документы. Реджи, Эмма, прогуляйтесь, я сейчас.

Когда парень убежал в дом и оставил девушек наедине, Миллс не знала, что ей делать. Внутри все переворачивалось.

У Эммы были точно такие же чувства. Она как могла скрывала их и не позволяла шквалу эмоций вырваться наружу.

– Эйден говорил, что ты работаешь в Нью-Йорке, – через пару минут напряженного молчания Эмма первой начала разговор.

– Да. Я три года живу там и работаю ведущим юристом в одной из крупнейших компаний Нью-Йорка. Мне Эйден говорил, что ты художница? – неуверенно спросила Реджина. Она даже боялась посмотреть на Свон.

– Да. Я главный художественный редактор местного рекламного агентства. Хотя моей мечтой до сих пор остается Нью-Йорк, – протянула Эмма, хоть немного, но освобождая свои мысли от этой сексуальной брюнетки к мечтам о городе.

– А почему ты до сих пор не попробовала найти работу там?

– Пробовала. И даже могу сказать нашла, – ответила Эмма, идя дальше по газону, лишь бы не смотреть на Реджину.

Миллс замерла на несколько секунд, – а как же Эйден, ты сказала ему об этом?

– Нет. Пока нет. Он не хочет уезжать из нашего маленького городка. А я не могу уже дышать здесь, – разоткровенничалась Эмма.

– Поговори с ним, он тебя любит поэтому мне кажется пойдет на этот шаг, – уверенно сказала Реджина.

Эмма стояла спиной к Миллс и не хотела поворачиваться и смотреть ей в глаза. Было трудно, а осознание, что эта девушка сестра жениха было во сто крат труднее осознавать. Хотя теперь Свон понимала, почему увлеклась Эйденом, почему получала удовольствие с ним. Хотя два долгих года не могла этим довольствоваться.

– После праздника. Не хочу ссориться на глазах его родителей и твоих, – сказала Эмма.

– Почему ты думаешь ссориться? Если ты объяснишь ему, что это для тебя важно, он поймет, – Миллс сделала шаг и оказалась очень близко, но все же тела не соприкасались, – попробуй, – Реджина уловила восхитительный запах Эммы и с трудом себя сдерживала.

– Потому что он не хочет жить в Нью-Йорке. Он любит этот маленький городок и вообще мы много раз говорили об этом, – сказала Эмма и резко повернулась. Она не уловила, что Реджина подошла очень близко и как только повернулась оказалась вплотную к девушке. Их лица находились всего в нескольких сантиметрах друг от друга, а сбившееся дыхание другой невозможно было услышать из-за колотящегося собственного сердца от такого близкого и опасного расстояния.

Брюнетка не ожидала таких действий от Эммы. Она смотрела в до боли знакомые глаза и внутри все переворачивалось. Она подняла руку и хотела дотронуться до волос, но набралась мужества и сделала шаг назад, а рукой поправила свою прическу.

– Если хочешь, я поговорю с ним?

– Не нужно, – помотала головой Эмма, отгоняя непрошеные воспоминания и картинки их жаркой ночи, которые не раз выручали ее, – я сама с ним поговорю. Только позже

– Хорошо, – протянула брюнетка, – может пойдем в дом?

– А может поговорим? – все же набралась мужества и спросила Эмма у Реджины, но не успела услышать ответ, как к ним подошел отошедший Эйден и сразу приобнял блондинку, разрывая ее зрительный контакт с карими глазами.

Реджина поняла, о чем хотела поговорить Эмма, а это значило, что она помнит. И это не могло не радовать брюнетку с одной стороны и не огорчать с другой.

– Ну что вы немного поговорили? – улыбнулся Эйден.

– Да, твоя девушка очень интересный человек, – ответила Миллс.

– Тогда пойдемте в дом?

– Пойдемте, – кивнула Эмма и посмотрела на Эйдена, а через секунду уже запечатлевала страстный поцелуй у него на губах, чтобы хоть как-то справиться с нахлынувшими на нее ощущениями.

Сердце до боли сжалось в груди от одного взгляда на поцелуй брата. Не став себя мучить, Реджина развернулась и быстрыми шагами ушла в дом.

Когда Эйден отстранился после страстного поцелуя своей девушки, он огляделся и понял, что Реджина ушла.

– Детка, давай больше не будем так делать при ней?

– Почему? – понимая из-за чего убежала Реджина спросила Эмма, смотря в сторону дома в который зашла Миллс.

– Я потом расскажу тебе ее историю, – улыбнулся парень, – пойдем, нас все уже ждут.

Эмма понимающе кивнула, хотя и была в предвкушении истории о Реджине. Взяв парня за руку, она сама повела его в дом, где все только и ждали их возвращения.

Реджина зайдя в дом услышала, как ее родители о чем-то спорят.

– Вы когда-нибудь не спорите?

– Реджи! Папа не хочет завтра ехать со мной в город, – сказала Кора, посмотрев на дочь.

– Ну, давай я с тобой поеду? – садясь за стол рядом с отцом, спросила брюнетка.

– Нет, со мной поедет папа. Мне надоело справляться одной, – Реджина и Грэг улыбнулись и увидели, как в столовую вошли Эмма и Эйден.

– Сыночек, садитесь за стол. Эмма, я надеюсь вы не привередливы в еде? Не вегетарианка или веганка?

– Нет. Я ем абсолютно все, – улыбнулась Эмма и присела по правую руку от Реджины, а рядом со Свон сел Эйден.

Реджина глубоко втянула воздух.

– Ну, тогда приступим, я очень голодна, – с большим трудом и натянутой улыбкой, сказала она.

– Мила, неси, – крикнула Кора и уже через несколько секунд открылась дверь и женщин внесла большое блюдо с шикарным запахом наивкуснейшей еды.

– Мила, ты гениальна, – сказал Эйден, – Эмма, это Мила, наш кулинарный гений.

– Очень приятно, Мила. Я Эмма, – улыбнулась блондинка и посмотрела на принесенный обед от которого и впрямь божественно пахло, так и привлекая к себе и призывая скорее попробовать.

– Мне тоже, – сказала женщина, – так хватит разговоров, пробуйте, я для кого это все готовила.

– Мы обещаем, что все съедим, – сказал Грэг и начал всем накладывать блюдо.

Мила скрылась за дверью кухни, оставляя семью наслаждаться блюдом и общением.

– Реджи… дочь… – заметив, что брюнетка задумалась позвала ее мать.

– Да, мам? – она вышла из задумчивости и посмотрела на мать.

– Эмма, Реджина, вы успели пообщаться? Мне кажется, вы найдете общий язык, – сказала Кора, и на ее слова Эйден улыбнулся приобнимая невесту.

– Да, мы успели пообщаться очень хорошо, – проговорила Эмма и кинула взгляд на Реджину, но тут же убрала его в свою тарелку пробуя блюдо, – действительно очень вкусно, – перепрыгивая с темы, протянула блондинка.

Реджина чуть не подавилась своим кусочком мяса, который успела положить в рот от той для нее двусмысленной фразы, что сказала Свон.

– Может выпьем за встречу? – с улыбкой спросил старший Миллс.

Эмма увидела реакцию Реджины на ее слова и закатила глаза, только сейчас осознавая какую двоякую фразу ляпнула.

– Детка, ты что-нибудь будешь? – спросил тихо у Эммы Эйден.

Реджина посмотрела на отца, – красное полусладкое.

– Тоже, что и Реджина, – ответила громче, чем Эйден Эмма.

– Отличный выбор, девочки, – сказал Грэг и, встав из-за стола, пошел к бару, – Эди, виски?

– Да, пап.

Отец семейства быстро наполнил стаканы и поднял бокал.

– Я хотел бы выпить сейчас за моих детей. За Эйдена и Реджину, которые приехали и сейчас находятся рядом и за этим столом. Дети мои, я очень за вас горд.

– Спасибо, папочка.

– Спасибо, отец.

– Подождите, тост не окончен! У нас прибавление в семействе, это Эмма. Девочка моя, тебя любит мой ребенок, а значит тебя люблю и я, поэтому добро пожаловать в нашу семью, – Миллс поднял бокал.

– Спасибо, Грэг, – искренне улыбнулась на теплые слова отца ее избранника Эмма, – я просто счастлива находиться за этим столом, – и встала точно также, как и Грэг и все они чокнулись фужерами и отпили кто вина, а кто и виски.

– Надеюсь, что через год у меня будет внук, а от тебя Реджи хотя бы зять, – Миллс укорительно посмотрел на дочь.

– Папа, – рыкнул Эйден, защищая сестру.

– Не переживай, папочка, будет, – с улыбкой сказала Реджина, – а что у нас насчет внука?

– Не переживай, Реджи, будет, – также притворно, как и брюнетка ответила Свон и немного почувствовала некую злобу за переведенные Реджиной стрелки.

Миллс улыбнулась, – не сомневаюсь, Эйден плодовитый мальчик.

– Реджи, выключи свои сарказм и язвительность, – уже к разговору подключилась Коралина.

– Простите, я переборщила. Эмма, я не хотела тебя обидеть, – искренне сказала брюнетка.

– Ты совсем меня не обидела, Реджина, – улыбнулась язвительно уже Эмма, – я надеюсь, что и ты не в обиде? – с намеком проговорила Эмма и, взяв фужер, глотнула немного вина, при этом не отрываясь смотрела за реакцией брюнетки, на очередную двоякую фразу со своей стороны.

Миллс усмехнулась.

– Нет, я тоже не в обиде. Мы же обоюдно все поняли, – процедила она.

Мужчины не замечали перепалки и взглядов, но Коралина с любопытством наблюдала за дочерью и будущей невесткой. Эйден на пару с отцом уже угомонили ни первый бокал их любимого виски. А девушки так и продолжали играть в гляделки и кидаться язвительными фразочками, пусть и не открытыми, но обе понимали истинный смысл своих слов и слов оппонентки.

– Эйден, налей мне виски, – когда уже весь обед был съеден, попросила Эмма.

– Детка, ты хочешь смешать вино с виски? – удивленно спросил парень, но все же потянулся за бутылкой.

– Пап, так я увижу сегодня своего красавчика? – спросила брюнетка.

– Конечно, милая, тогда по бокальчику и наверх переодеваться, – дал команду Миллс.

– Детка, ты же поедешь с нами? – приобняв Эмму, спросил Эйден.

– Куда, котик? – приобняв в ответ Эйдена одной рукой, а второй потягивая виски, спросила Эмма и для себя отметила, что нужно было сразу попросить ее любимый напиток, а не нелюбимое вино.

– На конюшню, – улыбнулся парень.

– О, нет, – протянула Эмма, улыбаясь, – я лучше потренируюсь.

– Поехали, ты увидишь знаменитого Вулкана и посмотришь, как я смотрюсь в седле. Я же хожу на твои тренировки, – протянул Эйден.

– Эди, если твоя девушка боится, не нужно ее заставлять, – кинула Реджина, – я переодеваться.

– Ничего я не боюсь, – возмутилась Свон и встала вслед за брюнеткой, – я еду.

– Отлично, тогда пошли переодеваться, – Эйден взял за руку Эмму, и они пошли в след за Реджиной, которая была рада, что Свон повелась на ее провокацию.

Глава 3

Эмма и Эйден поднялись в спальню, и парень открыл шкаф.

– Тебе переодеваться в принципе не нужно, а я быстро.

– Хорошо, – кивнула Эмма и присела на край кровати. Вино подправленное виски плясали по венам и разгорячили сознание и развязали язык.

– Так почему мы не можем целоваться при твоей сестре? – как только Эйден переоделся Эмма обняла его за шею и нежно поцеловала.

– Реджи, меня убьет, если я расскажу, но ты моя любимая девушка и я хочу, чтобы вы подружились, – Эйдену виски тоже развязал язык, – года три назад Реджи отмечала получение работы в Нью-Йорке в каком-то баре, я не смог поехать. Ну вот там она встретилась с девушкой, – парень усмехнулся, – заметь не познакомилась, а встретилась. Я никогда бы не подумал, что Реджи заинтересует девушка. Так вот, это был ее первый и последний опыт. Как она говорит секс был фантастический, – Миллс опять улыбнулся, – короче, на утро эта девушка сбежала от нее, но у Реджи снесло крышу. Она три недели до отъезда ее искала, меня просила найти. Каждый раз, когда приезжает домой она ездит в тот бар. Но меня больше не это волнует, она ни с кем не встречается, у нее ночные отношения, а утром она сбегает, как та девушка из бара. И кстати у нее больше не было женщин. Вот поэтому я так отреагировал, когда ты рассказала, что раньше была по девочкам.

– И что, она до сих пор ее ищет? – сглотнув, спросила только через пару осмысленных минут на полном серьезе Эмма.

– Она ее любит и скорее всего будет искать, – сказал парень и отстранился, – я очень хочу помочь своей сестре, но… найти эту девушку я не смог, а кто еще так проникнет в ее сердце я и представить не могу, – с грустью сказал Эйден.

Эти слова глубоко засели в белокурой голове. Любит. Она ее любит. Повторялось из раза в раз в мыслях Эммы. Она и представить себе не могла, что тот роковой и для нее вечер мог так повлиять и на ту страстную темноволосую незнакомку с прекрасными и бездонными карими глазами. С горячим желанием, с такими же увлечениями и странностями.

Свон не искала. Она сбежала. Вернее, просто ушла, поцеловав в щеку. Ушла с теми же мыслями с какими уходила всегда и не только от нее.

Да. Эмма жила такой жизнью до встречи с Реджиной, именно такой которой живет Миллс, после встречи с Эммой. Вот такой вот парадокс отношений к людям, отношениям, сексу. Единственное, что их объединяет – так это прекращение отношений с девушками. Именно их встреча стала роковой для обеих. Для одной она поселила боль в сердце и заставила закрыться от любых серьезных отношений, только секс и удовлетворение физиологических потребностей. А для другой с точностью до наоборот. Заставила одуматься, остепенится и остановится. Но кто же знал, что остановится она на брате той самой роковой женщины?

– Вот так вот, – протянул Эйден, – ладно, пойдем, они, наверное, нас уже ждут.

– Иди, я не поеду, – отстранено ответила Эмма и отошла к окну, где как раз и находились Реджина и Грэг. Ей сейчас как никогда захотелось остаться наедине со своими мыслями и хорошенько подумать

– Эмма, ты чего? Поехали. А что я скажу Реджи и папе? Будет хорошо, а если захочешь уединиться там недалеко есть лес и речка.

– Скажи, что у меня разболелась голова, – смотря неотрывно на Реджину, сказала Эмма.

Эйден что-то хотел сказать, но остановил себя. Он поцеловал Эмму в белокурую макушку.

– Если что-нибудь понадобится – обращайся к маме или звони мне, я приеду, – и парень вышел.

А Эмма так и продолжала стоять возле окна и вновь и вновь вспоминать ту ночь, те объятия, ласки, чувства, желание и те глаза, которые представляла каждый раз, когда хотела получить те самые ощущение, что и тогда и которых так и не получала. А слова Эйдена про влюбленность Реджины совсем перевернули сознание и заставили глубоко задуматься.

Реджина и Грэг не стали расспрашивать Эйдена про отказ Эммы. Отец был не против просто провести время со своими детьми, а Реджина просто все поняла.

Приехав на конюшню, Реджина практически побежала к деннику Вулкана. За несколько десятков метров было слышно ржание жеребца.

– Мальчик мой, – Миллс открыла калитку. Вулкан бил копытом, чувствуя присутствие хозяйки. Реджина накинула уздечку и сразу вывела коня на улицу, отпуская его, не боясь, что он куда-нибудь ускачет.

– Малыш, как я соскучилась!

Эйден и Грэг смотрели на все со стороны и улыбались. Когда брюнетка вывела коня, только тогда они зашли в конюшню и подошли к своим лошадям. Конь Эйдена Айс был спокоен и поедал свое сено, но, когда парень подошел Айс заржал, приветствуя его. В соседнем деннике стояла кобыла отца Найя.

– Чет, подготовь Айса и Найю и принеси все для Вулкана, Реджина скорее всего сама его запряжет, – крикнул своему конюху Миллс.

Брюнетка действительно никого не подпустила к Вулкану. Она сама одела на него всю амуницию, хотя очень часто каталась на нем и без нее.

– Ну что прокатимся?! – уже сидя верхом на Вулкане, крикнула Миллс и пришпорила коня. Вулкан встал на дыбы, а потом за несколько секунд скрылся из виду.

Мужчины спокойно сели на своих лошадей, зная, что брюнетка вернется через некоторое время.

Эйден и Грэг разговаривали, прогуливаясь на лошадях по своим владениям. Эйден рассказал о своих отношениях с Эммой, и отец одобрил выбор сына. Свон показалась ему очень хорошей девушкой, которой спокойно можно доверить судьбу своего ребенка.

Реджина вернулась где-то через час. Вулкан выглядел совершенно не уставшим, а это значило только одно – Миллс ездила на свое любимое место, где просто разговаривала со своим конем и наслаждалась тишиной.

– Ну что на перегонки? – улыбнулась девушка.

– Реджи, ты издеваешься? Найя долго не пробежит под такой тушей, как я. А Эйден знает, что проиграет, так как Айс недавно потянул ногу, – сказал отец.

– Пап, но я хочу его погонять.

– Давай сейчас просто прогуляемся, а когда поедем домой устроим соревнование, мой джип против твоего мустанга?!

Эйден засмеялся, зная, как его сестра и отец любят соревнования.

Прогулявшись еще какое-то время, семья решила, что пора возвращаться домой, так как уже начинало смеркаться.

– Ну что погоняемся?! – сидя за рулем своей машины, спросил старший Миллс и посмотрел на дочь, которая сидела на своем коне.

– А то, – ухмыльнулась брюнетка и так же, как и в первый раз пришпорила коня. Вулкан рванул с места, увозя свою хозяйку.

Грэг тоже очень быстро тронулся с места. Дорога до дома была где-то минут 20 на машине по дороге, а по прямой на Вулкане Реджина всегда обгоняла отца, но он никогда не упускал возможность все же выиграть у дочери.

Реджина скакала на своем Вулкане. Сейчас девушку переполняла гора эмоций. Она нашла свою любовь, но не может даже признаться ей в этом, не может просто обнять и поцеловать. Сердце разрывалось в груди от безвыходного положения. Сейчас она думала о том, лучше бы она больше никогда не увидела Эмму, чем увидеть и узнать, что она принадлежит родному брату.

За раздумьями Реджина не заметила, как очень быстро добралась до дома. И в знак победы она в очередной раз поставила коня на дыбы.

Эмма весь оставшийся день, на который оставил ее Эйден не выходила из его комнаты. Она конечно не хотела выглядеть неприличной в глазах его матери, но это было лучшим решением, нежели хмурый вид и незаинтересованные ответы на возможные вопросы.

Свон разделась и, накинув взятый халат, легла на кровать, осмысливая все происходящее и приходя к одному и тому же верному решению. Просто забыть, то что сказал Эйден. Просто забыть и никогда не вспоминать ни ту ночь, ни тот переворот ее собственной жизни, благодаря которому она и встретила своего будущего мужа. Именно мужа. Эмма сделала свой выбор на всю оставшуюся жизни и уж точно не будет его менять. Именно так она и решила в мыслях перед тем как погрузиться в сон.

Эйден и Грэг подъехали спустя несколько минут.

– Реджи, как ты это делаешь? Я просил Лэса погоняться со мной, но он ни разу не выиграл, даже на Вулкане, – смотря на дочь, сказал Миллс.

– Потому что это мой мальчик, – похлопывая коня по шее, сказала Миллс.

– Ладно, я к Эмме, а то и так оставил ее на столько, – сказал Эйден и пошел в дом.

– А я к маме, она, наверное, уже тоже заждалась, – сказал отец.

На улице стемнело и поэтому, поцеловав дочь и пожелав ей спокойной ночи, мужчина ушел спать.

Эйден быстро поднялся наверх и зашел в свою комнату. Эмма мирно спала. Не став будить девушку, он пошел в душ. Приняв водные процедуры, парень аккуратно вытянул одеяло из-под Эммы и, накрыв девушку, забрался под него и сам, крепко прижимая Свон к себе.

Реджина только на несколько минут заходила в дом, чтобы взять бутылку виски. Она вернулась на задний двор, где свободно без своей амуниции пасся Вулкан.

Эмма проснулась сразу, как только Эйден обнял ее, засыпая сам. Она подождала, пока парень крепко уснет и только потом вылезла из его объятий и встала с кровати. Тяжелые думы не покинули сознание блондинки, а увиденный сон так ярко всполыхнул прошлые воспоминания, что Эмме совсем не захотелось сейчас снова засыпать.

Она подошла к окну и увидела жеребца, спокойно бегающего по полю, а вдалеке под одиноко стоящем дубом в самом центре газона сидела брюнетка. Свет окружал только начало двора, но Эмме удалось разглядеть Реджину под деревом. Противоречивые чувства все же заставили Эмму спуститься вниз и прямиком направиться во двор.

Миллс села под любимое дерево, на котором в детстве у них с Эйденом было убежище. Небо было обсыпано звездами и светила большая луна. Брюнетка прямо из бутылки пила свой любимый виски.

– Вулкан, – позвала она коня, – что мне делать, малыш? – конь пасся очень близко, фыркая себе под нос.

Эмма вышла из дома и остановилась всего в нескольких метрах от дерева и бегающего рядом жеребца. Свон побаивалась лошадей, и поэтому совсем не хотела подходить ближе, боясь, что он может неправильно отреагировать. Да и к тому же услышав вопрос, заданный Реджиной коню, Свон тем более осталась стоять, скрытая тенью и продолжая слушать монолог брюнетки.

– Вулкан, почему именно она встретилась Эйдену? – Реджина сделала жадный глоток виски, – я не смогу ее забыть и счастье брата я даже не посмею попытаться разрушить. Хотя, о чем я говорю? Это я люблю ее, это я не могу ее забыть, а она… может я одна из… которую она вспомнила чисто случайно и для нее это ничего не значило?!

– Одна из. Но многое значила, – проговорила себе под нос блондинка и не могла больше оставаться в стороне.

Она тихо вновь зашла в дом и, найдя там возле входа на тумбочке фонарик, стала светить им во двор, давая понять Реджине, что она вышла только что и никак не могла услышать ее разговор с Вулканом.

Реджина посмотрела и увидела фонарик, но кто приближался к ней она не понимала из-за падающих теней. И только когда человек подошел и остановился в нескольких шагах Миллс увидела, что это Эмма.

– Ты почему не спишь?

– Можешь попросить своего друга погулять подальше? – Эмма покосилась на Вулкана, который стоял возле Реджины, но с другой от Свон стороны.

– Ты боишься лошадей? – Реджина поднялась и посмотрела на Эмму.

– Тебе, что трудно выполнить такую простую просьбу без вопросов? – Эмма опустила и выключила фонарик, боясь спровоцировать или испугать коня.

Миллс усмехнулась.

– Вулкан, иди погуляй, мой мальчик, – она подошла к коню и похлопала его по боку, конь фыркнул и отбежал на несколько десятков метров, – так лучше?

– Значительно, – вслед коню проговорила Эмма.

– Так почему ты не спишь? – повторила свой вопрос Реджина.

– Плохой сон приснился, решила пройтись, – на полном серьезе, но спокойно ответила Свон, а потом посмотрела на бутылку початого виски, стоящую возле дерева, – а ты почему пьешь в одного?

– Решила расслабиться, – Реджина вернулась на свое место и взяла бутылку, – будешь?

– Не откажусь, – кивнула Эмма и, поправив подол коротенького шёлкового халата, в котором как заснула, так и выскочила во двор, присела на мягкий газон. Так, что ее ноги были в стороне от Реджины, а она сидела полубоком к девушке.

Реджина сделала глоток и передала бутылку Эмме.

– А почему ты боишься лошадей? В детстве неудачный опыт был?

Эмма приняла бутылку и отпила глоток горячительной жидкости моментально, чувствуя, как она растекается по пищеводу и дарит приятное тепло всему телу.

– Нет. Я не имела никогда опыта общения с лошадьми. И честно признаться даже желания никогда не возникало.

– Зря. Это очень умные и преданные животные, – смотря на своего Вулкана, протянула Реджина, – лошади – это моя жизнь, я с детства не вылезала с конюшни.

– Я знаю, – улыбнулась Эмма и, отпив еще один глоток, вернула бутылку Реджине.

Миллс вновь отпила из горла.

– Знаешь про лошадей или про меня? – уточнила она, предполагая ответ.

– Про тебя, Реджина. Я наверное все знаю про тебя, – сказала Эмма, внимательно разглядывая лицо девушки, которое в полутьме так напоминало ей ту ночь.

– Эйден, – укоризненно сказала брюнетка, – мне кажется, что все всё про меня знают. Я люблю своего брата и знаю, что и он меня любит, но иногда он бывает невыносим. А о тебе я знаю немного. Ты красивая, умная, страстная, талантливая художница, – брюнетка также рассматривала лицо Эммы, а потом добавила, – так характеризует тебя Эйден.

– Спасибо и на этом, – усмехнулась Эмма и взяла из рук Реджины бутылку, делая глоток алкоголя, – на счет страстной я думаю, ты знаешь не по разговорам, – все же выдала Свон, переходя уже к той части разговора, к которой Реджина так не хотела переходить.

– Я не хочу об этом разговаривать, ту ночь я считаю ошибкой и не хочу ее вспоминать. Сегодня, когда я увидела тебя, в мою память вновь ворвались воспоминания, которые я давно забыла. Эди я не скажу, что у нас что-то было, не переживай, – холодным голосом протянула Реджина, хотя эти слова довались ей крайне трудно.

– Хорошо, – выдавила из себя Эмма, находясь под впечатлением от произнесенного Реджиной. Она не могла поверить, что это правда. Хотя она и не поверила. Разве, что на секунду и то от холодного и уверенного тона. В последующую она вспомнила разговор с Эйденом и монолог самой Миллс и точно поняла, что брюнетка закрылась и решила для себя все. Приняла единственный правильный выбор – забыть. И Эмма принимала и понимала ее выбор. Ведь ее собственный был аналогичный.

– Иди спать, – с трудом протягивает Миллс, отворачиваясь и делая вид, что смотрит на Вулкана. Но это только видимость, она пытается скрыть слезы, которые ручьями катятся из глаз.

Эмма послушно встает, понимая, что принятие данности тяжело дается Реджине. И Свон решает не бередить эти кровоточащие душевные раны брюнетки.

– Спокойной ночи, Реджина, – быстрыми шагами Свон скрылась в доме, сразу же идя наверх и с дикой борьбой не подходить к окну ложится в постель, обнимая будущего мужа и утыкаясь лицом ему в грудь, старается заснуть.

Миллс вскочила с земли и побежала к Вулкану. Запрыгнув на него и вцепившись ему в гриву, она крикнула:

– Вперед! Но, малыш, но… – ржач жеребца раздался по всему двору и Вулкан моментально рванул с места, увозя Реджину от ее тяжелых мыслей.

Кора стояла у окна и видела, что было с ее дочерью после разговора с девушкой сына. Она не понимала, что происходит и как отнестись к такому поведению девушек. Но Коралина всегда отличалась мудростью, поэтому она решила пока не влезать, тем более, что она даже не знает сути.

Реджина на Вулкане очень быстро добралась до речки. Тяжелые мысли пронзили голову, сделанный выбор душил, перекрывая последний доступ кислорода, а сердце разрывалось в груди.

Да, она никогда не была с Эммой как пара, они не признавались друг другу в любви. И Миллс даже понять не могла, почему она так полюбила эту девушку с первого взгляда и сейчас ее разрывает на сотни кусочков из-за того, что она не с ней.

Луна освещала берег реки. Брюнетка спустилась с коня и подошла к краю воды, падая на колени и рыдая навзрыд. Хотелось рвать на себе волосы от безысходности, потому что нельзя ворваться в дом и сказать всем как она любит.

Вулкан тихо подошел к Реджине и, фыркая, уткнулся мордой ей в спину, как бы поддерживая.

Реджина так и уснула на берегу, под склонившейся ивой. Вулкан всю ночь не отходил от своей хозяйки, оберегая ее и давая защиту.

Глава 4

Эмма проснулась и почувствовала крепкие мужские объятия у себя на талии и тихий храп, исходящий от любимого мужчины. Свон не хотела будить Эйдена и поэтому аккуратно убрала его руки и потихоньку вылезла из-под одеяла.

Сходив в душ и переодевшись в свою форму для тренировок, Эмма, прихватив с собой мячик пошла на задний двор, провести тренировку, а заодно откинуть непрошенные мысли в сторону. Проще говоря забыться в своей любимой манере, загрузив мышцы и мысли тяжелыми упражнениями.

Утро было еще ранее и выйдя в холл, Свон никого не обнаружила и с легким сердцем пошла во двор начинать тренировку.

Эйден проснулся и, потянувшись, повернул голову в сторону, где должна лежать возлюбленная, но Эммы там не оказалось. Парень улыбнулся и, встав с кровати, подошел к окну.

– Эмма, ты неисправима, – Эйден уже хотел пойти в душ, как вернул свой взгляд на задний двор.

– Вулкан… – он знал, что Реджина всегда оставляла коня на ночь там и он никуда не уходил. А сейчас его не было и это взволновало брюнета.

Все же сходив в душ и переодевшись, Эйден спустился вниз к Эмме.

– Доброе утро, детка.

– Привет, котик, – запыхавшись, поприветствовала парня Эмма и прервала и так затянувшуюся беговую тренировку, подбегая к Эйдену и целуя в щеку.

– Ты уже с утра тренируешься? Вы две фанатки, – протянул Эйден, – Реджина при тебе уехала?

– Нет. Я ее не видела со вчерашнего дня, – ответила Эмма, не уточняя времени их последней встречи.

– Вулкан должен быть здесь, а его нет, – подумал вслух Эйден, – ты давно тут?

Эмма посмотрела на наручные часы, которые показывали 9 утра и ответила:

– Часа 3 уже, – тоже взволнованно ответила Эмма.

Парень задумался ведь его сестра никогда не просыпалась так рано, даже из-за Вулкана.

– Эйден, Эмма, мы с папой в город, – крикнула Кора, стоя в дверях дома.

– Хорошо, мам, – крикнул Эйден, посмотрев на мать, – а Реджи, когда уехала? – спросил он, зная, что его родители просыпаются рано.

– Она ночью ускакала на Вулкане, – кинула мать и скрылась за дверью.

Эмма ничего не ответила, но прекрасно поняла, что Реджина ускакала сразу после их разговора.

Реджина проснулась от фырканья Вулкана, который мордой пытался ее разбудить.

– Вулкан, отстань, – поворачиваясь на другой бок, протянула Миллс. Конь не отстал и заржал прямо над ухом брюнетки. От неожиданности девушка подскочила на месте и посмотрела на жеребца. Тот увидев, что хозяйка проснулась развернулся и пошел спокойно к реке.

Усмехнувшись, Реджина встала и пошла за конем и, зайдя в воду, обрызгала его.

– Ну, что, малыш, поехали домой? – она захотела запрыгнуть на него, но он дернулся и не дал ей этого сделать.

– Э, ты чего? Я домой хочу в душ и переодеться, – она залезла на него, но конь непослушно пошел в воду.

– Вулкан, ты что делаешь?! Она же… – Миллс оказалась в воде, – холодная…

Реджине ничего не оставалось, как поплавать с Вулканом. Через некоторое время он позволил на себя забраться и очень быстро помчался домой.

Когда Реджина въехала во двор она увидела Эмму и Эйдена.

– Эйден, вон она, – кивая в сторону Миллс, сказала Эмма и немного выдохнула.

Эйден повернулся и увидел сестру.

– Реджи, – он выпустил Эмму из объятий и пошел к брюнетке, – ты где была? И что с твоей одеждой?

Реджина была вся мокрая, белая свободная кофта немного подсохла, но все равно продолжала прилипать к телу, и было видно, что брюки и высокие сапоги были на сквозь мокрые.

Она соскочила с Вулкана.

– Все хорошо, мы просто решили искупаться.

– Где ты ночевала? – почему-то зло прорычал Эйден, ему не понравилось, что сестра не ночевала дома, а сейчас приехала вся мокрая.

– Эди, – пришла на выручку Реджине Эмма, прекрасно понимая, что ей совсем не хочется отвечать Эйдену на его вопрос, – чем разбираться лучше идем завтракать, – непреклонно скомандовала Свон, а в купе с коротким именем парня, которое из уст блондинки звучит каждый раз грозно парень отступил.

– Я только переоденусь, – сказала Реджина и пошла в дом.

– Эмма, от нее пахнет алкоголем, она вся мокрая и не ночевала дома, а ты мне не дала выяснить, где она была, – сказал парень, идя за Свон в дом.

– Она взрослая девочка, Эди, а ты в конце концов не ее отец или муж, – на корню закрывала разговор Свон и шла наверх. После тренировки ей необходим душ и чистая одежда.

Эйден не мог просто так оставить эту тему, сестра для него очень важный человек и ее судьба для него важна не меньше, чем своя собственная.

– Я поговорю с ней, – парень поднялся в сторону комнаты брюнетки.

– Давай ты составишь мне компанию в душе? – настаивала о ненужности разговора Эмма, – а после завтрака я сама с ней поговорю.

Эйден посмотрел на возлюбленную, – хорошо, я посижу в комнате, но душ без меня.

– Как хочешь, – пожала плечами Свон и, пройдя в комнату, сразу ушла в душ.

Эйден посмотрел на дверь в комнату Реджины и зашел в комнату за Эммой. Парень не понимал, что происходит с его сестрой и поэтому ему дало надежду, что Свон с ней поговорит.

После купания с Вулканом Реджине немного полегчало. Она понимала, что приняла решение и теперь будет просто плыть по течению, не задумываясь о будущем и не зацикливаясь на происходящем.

Приняв теплый душ и переодевшись, Реджина спустилась в гостиную.

Выйдя из ванны, переодевшись и забрав волосы в конский хвост, Эмма подошла к Эйдену и сказала:

– Котик, я готова.

Миллс сидел на кровати и когда Эмма подошла, заключил ее в объятия.

– Детка…

– Котик, пошли завтракать, – Эмма сразу отстранилась от парня и пошла по направлению выхода.

Парень поднялся и пошел за блондинкой.

Когда они спустились в гостиную, Реджина как ни в чем не бывало сидела на диване и читала журнал.

– Я сказала Миле накрывать, так что через несколько минут можем идти кушать.

– Хорошо, – протянул Эйден, присаживаясь в кресло. Он неотрывно смотрел на сестру, которую начало это напрягать.

– Эмма, я заметила, что ты играешь в футбол. Как давно ты им занимаешься? – отвлекая брата от себя, спросила брюнетка у Свон.

Эмма присела на диван рядом с Реджиной, но на вторую его часть.

– Уже лет 10. Увлеклась в университете. Играла за местную команду, – ответила Свон и тоже заметила пронзительный взгляд Эйдена, направленный на Миллс.

– А ты кто? Ну в смысле на какой позиции или как там это у вас называют? – Реджина больше не замечала брата, смотря только на Свон.

– Центральный нападающий, – пояснила Эмма, смотря уже на брюнетку.

– Я футбол несколько раз смотрела и то мельком. Ну, а про меня ты все знаешь, благодаря моему брату. Интересно, что ты не знаешь обо мне? – кинув взгляд на Эди, брюнетка вернула его на Свон.

– Ну то что ты ведущий юрист компании и просто обожаешь лошадей, ну и так по мелочам, – посмеялась Эмма, увидев хмурый взгляд Эйдена.

– Пойдемте есть, Мила, наверное, уже накрыла, – буркнул парень и ушел в столовую.

– Пойдем, – Реджина также поднялась.

– Пойдемте, пойдемте, – ухмыльнулась Эмма и пошла вслед Миллс.

Реджина практически дошла и резко развернулась, оказываясь очень близко к Свон. Несколько секунд, и Миллс делает шаг назад.

– Прости, я просто хотела попросить, чтобы ты не говорила Эди, что мы разговаривали ночью.

– Я и не думала об этом распространяться, – немного отойдя от такого резкого поворота, сказала Эмма, – он, кстати, очень зол на тебя, и я обещала ему поговорить с тобой.

– О чем? – начиная злиться, прорычала брюнетка.

– О твоем не ночевании дома, – ответила Свон, – он беспокоится о тебе.

– Ничего серьезного не произошло, так ему и скажи, – Реджина хотела уйти, но опять резко развернулась, – и передай ему, что не нужно ко мне лезть, у меня все прекрасно.

– Я могу так конечно передать, – делая шаг и вставая вплотную к Реджине, прошипела, злясь Свон, – но тогда тебе придется поговорить об этом с ним. Я с трудом отговорила его не идти за тобой и не разбираться.

– Просто передай, что все хорошо. Ты же можешь убедить его в этом, это в твоих интересах, – протянула Миллс. Тело предательски дрожало от такого близкого присутствия Эммы.

– Что значит в моих интересах? Ты что меня теперь будешь шантажировать? – прорычала блондинка, так и оставаясь стоять в предельной близости и откровенно смотреть в глаза.

– Свон, ты идиотка? Я не буду шантажировать и рушить счастье своего брата. В твоих интересах, чтобы он не трогал и не беспокоился за меня, а был рядом с тобой спокойный и счастливый, – прорычала Реджина, не сводя глаз с лица блондинки.

– Вот ты уедешь в свой Нью-Йорк, и мы снова будем спокойны и счастливы, – выплюнула Эмма и немного отойдя от своей же злости, неизвестно чем так резко вызванной, развернулась и быстрыми шагами проследовала в столовую.

Реджина взбесилась от слов Эммы, ей хотелось сейчас же ее догнать и все выяснить. Но зная, что в столовой Эйден, не стала этого делать и, глубоко вдохнув, пошла вслед за Свон.

Стол уже был накрыт и брюнет молча пил кофе. Эмма сидела рядом и Мила также наливала девушке напиток. Брюнетка присела за стол, сейчас ей не хотелось ни о чем разговаривать, да и есть не хотелось.

– Чем сегодня планируем заняться? – через несколько минут нарушила устоявшуюся тишину Эмма и посмотрела на Эйдена.

– Не знаю, а ты бы чем хотела? – улыбнулся наконец Эйден.

– Может покажешь мне ваши владения? – улыбнулась в ответ Эмма.

– Может съездим все вместе на пикник? – предложил парень. Реджина сразу подняла голову и посмотрела на реакцию Свон.

Эмма заметила заинтересованность брюнетки и поняла, что эта заинтересованность вызвана ожиданием ее реакции.

– Отличная идея, правда, Реджина? – посмотрев на брюнетку, спросила Свон.

– Да, конечно. Мы покажем тебе наши любимые места, – протянула наигранно радостно Реджина.

– Отлично, и искупаемся заодно, как вода Реджи? – кинул Эйден.

– Восхитительно, мне кажется Эмме понравится. Ты же умеешь плавать?

– Конечно, – улыбнулась не менее наигранно блондинка.

Дальше завтрак проходил молча. Только Реджина с Эммой перекидывались не добрыми взглядами.

– Реджи, ты поедешь с нами или на Вулкане? – зная ответ, спросил Эйден.

– Конечно на нем, я же должна дать вам побыть вдвоем, – вставая, ответила сестра.

Эмма только усмехнулась на такой типичный ответ и, встав вслед за Реджиной, поцеловала мимолетно Эйдена и сказав, – я скоро, – обошла так и стоящую брюнетку, направляясь прямиком наверх.

Реджина проводила взглядом девушку и посмотрела на брата, который уловил взгляд сестры.

– Реджи, тебе не нравится Эмма?

– Эйден, мне не не нравится Эмма. Мне нужно чтобы она делала тебя счастливым, а она это делает. Так что я просто пока присматриваюсь к ней, но уверяю тебя мы подружимся, – протянула с улыбкой сестра.

– Буду рад, вам просто надо пообщаться вдвоем, – сказал парень, на что Реджина выдохнула, отмечая для себя плохую идею брата.

– Я пойду надену купальник, – Реджина побежала на второй этаж.

Как Эйден сказал, что они будут купаться, Эмма сразу решила сходить и переодеться в купальник, а заодно немного выдохнуть после напряженного завтрака. Парень может и не замечал царившего напряжения и витающего в воздухе чувства накаливания, но вот девушки прочувствовали это вдоволь. Да настолько, что Свон была просто необходима эта пусть небольшая, но передышка.

Сверху Эмма нацепила обычную майку и коротенькие шорты.

Только выйдя из комнаты, блондинка наткнулась на также выходившую из своей спальни Реджину. И серый взгляд встретился с карим.

Реджина прошлась пожирающим взглядом по телу блондинки.

– А ты не изменилась за три года.

– Ты тоже, – ухмыльнувшись и также пройдясь по подтянутому загорелому телу Реджины, прикрывающимся облегающей белой майкой и совсем короткими шортиками, подчеркивающие упругую попку брюнетки, выдала без стеснения и смущения Эмма.

Реджина улыбнулась и закусила нижнюю губу. Сейчас ей больше всего на свете хотелось затолкать Эмму в свою комнату и не раз повторить их ночь. Когда Миллс переодевалась она неосознанно выбрала самую откровенную одежду в своем гардеробе.

– Пойдем, окунемся в прохладной воде! – охрипшим голосом протянула она.

Эмма, увидев и услышав поведение и голос Реджины, почувствовала, как в ней самой нарастает игривое настроение, как ей, так и представляется их совместная ночь, как сильно нахлынули на нее воспоминания и те самые ощущения.

– Вода – это отличная мысль, – уверенно сказала Свон и этой уверенностью она закрыла все свои теперешние эмоции от одного только вида и хриплого голоса брюнетки, – хотя я бы не отказалась и от не озвученной твоей идеи, – вырвалось все же у Свон и она, недолго думая и не дожидаясь реакции Миллс, быстро побежала по лестнице вниз.

Реджина зарычала, прекрасно понимая, что имела ввиду Эмма. Флирт блондинки еще больше распылял желание в брюнетки. Недолго думая, Миллс побежала за девушкой.

Эйден уже стоял у входа с подготовленной корзиной.

– Девочки, вы сногсшибательны, – парень целовал Эмму в щеку и посмотрел на сестру, – Вулкана уже подготовили, но может ты все же поедешь с нами?

– Нет, Эди, я хочу прокатиться на своем мальчике, – выходя из дома, кинула брюнетка.

– Естественно, – себе под нос проговорила Свон, но так, чтобы Эйден не слышал, но зато по реакции Миллс Эмма прекрасно увидела, что та все же слышала.

– Может мне Эмму прокатить, – ехидно сказала Реджина, зная, что Свон боится лошадей.

– Реджина, давай уже на месте, ты как раз познакомишь ее с Вулканом. Правда, детка?

– Плохая идея и вы оба это знаете, – буркнула Эмма и, развернув Эйдена лицом к себе, страстно поцеловала в губы. А через несколько секунд отстранила его, руками надавливая на грудь.

– Жду в машине, – и развернувшись, подмигнув Реджине, блондинка быстрым шагом покинула дом.

Миллс улыбнулась.

– А она страстная у тебя, – она не показала, как не приятно ей видеть их поцелуи, поэтому натянув улыбку и похлопав парня по плечу, пошла на задней двор.

– Я же тебя просил, – уже садясь в машину, по-доброму спросил Эйден.

– Котик, я не удержалась, – улыбнулась Эмма и через стекло наблюдала, как Реджина оседлала Вулкана и тут же ускакала на нем, скрываясь вдалеке, – и ты не можешь мне в этом отказать, – возвращая взгляд на парня, протянула Свон.

– Детка, я ни в чем не могу тебе отказать, но еще раз прошу не делай этого при моей сестре. Может это бред, но я не хочу, чтобы она переживала, что не может быть со своим любимым человеком, – Эйден погладил Эмму по щеке.

– Только ради тебя и твоего спокойствия, – улыбнулась Свон и только потом почувствовала насколько ее улыбка была натянута.

– Ладно поехали, сейчас мы покажем тебе, где провели все детство. Там очень красиво и спокойно, – Эйден завел машину и тронулся с места.

Глава 5

– Ты поговорила с ней? – спустя какое-то время спросил Эйден.

– Да, – коротко ответила Свон.

– И?

– Ей просто захотелось обкатать своего мальчика и вспомнить старые места. Не переживай. С ней все в порядке, – пояснила совершенно спокойно Свон.

– Эмма, я знаю свою сестру, поэтому это не так. Реджину что-то беспокоит, и я должен знать, что, – Эйден быстро вел машину, но все же изредка успевал посмотреть на Эмму.

– Котик мой, поверь мне. Я как женщина ее понимаю. Просто поверь, с ней все хорошо, и она просто соскучилась по дому, – говорила все еще спокойно Эмма, но уже чувствовала, что Эйден совсем ей не верит.

– Я все равно с ней потом поговорю, – сказал парень, – любимая, прости, что втягиваю тебя в эти проблемы. Я все решу сам и тебе больше не придется в это влезать.

– Малыш, мне совсем не трудно. И я думаю и Реджине от этого легче. Поэтому не береди ни ей, ни себе нервы, – предприняла последнюю попытку Эмма и положила свою руку на коленку парню.

Эйден закрыл для Эммы эту тему и понял, что все равно поговорит с сестрой.

– А вот мы и приехали. Видишь поляну?

– Конечно, – кивнула Эмма и сразу вышла из машины, причем наблюдая, что Реджина уже гуляла по поляне, а рядом бегал Вулкан.

– Вулкан, мальчик мой, отстань, – Реджина пыталась оттолкнуть морду коня, который не переставая лез к хозяйке.

На Вулкане Миллс быстро добралась до места, и чтобы порадовать друга она дала ему морковку, но одной оказалось ему мало.

– О, а вот и вы, мы тут вас уже заждались.

– Спешили, как могли, – улыбнулась Эмма, подходя к Реджине и косясь боязливо на коня.

Миллс увидела взгляд Эммы на Вулкана.

– Иди сюда, – брюнетка резко дернула Свон за руку и обняла со спины держа ее руку, – Вулкан…

Эйден увидел, что творит сестра, но дергаться не стал, боясь, что конь испугается и будет еще хуже.

Эмма не ожидала таких резких действий от Реджины и с замиранием сердца и со страхом в глазах смотрела на коня. Но даже и не думала вырываться из крепких и одновременно нежных рук брюнетки, чувствуя себя в ее руках неимоверно спокойно и даже уверенно.

– Вулкан, иди ко мне мальчик, – Реджина взяла руку Эммы и протянула ее вместе со своей к морде жеребца, – не бойся, он боится больше тебя. И не переживай, я рядом.

Девушки вместе дотронулись до головы Вулкана, точнее дотронулся он. Дернув головой, он дал себя погладить.

– Видишь…

Эмма неуверенно с помощью руки Реджины гладила Вулкана по морде. Но то, что ее поддерживает при этом Миллс Свон придавало сил и уверенности.

– Здравствуй, Вулкан, – проговорила тихо Эмма и почувствовала, как ладонь Реджины перестала держать ее руку, и блондинка уже сама общалась с жеребцом. Но Реджина продолжала держать ее за талию, чтобы животное не испугалось, если Свон сделает резкое движение. Но внутренне Миллс понимала, что ее помощь больше не требуется и можно отпустить, но она этого не хотела. Запах волос блондинки сводил с ума и требовал зарыться носом в мягкие локоны, дрожащее тело призывало обнять и защитить.

– Видишь, не все так страшно, – Миллс достала из кармана морковку, – на, дай ее ему. Просто разожми ладонь и протяни.

– Может покормишь сама? – спросила неуверенно Эмма и повернула голову. Их лица оказались настолько близко друг к другу, что всего пару сантиметров и губы сомкнуться в поцелуе.

– Не бойся, – Реджина, не отрывая глаз от глаз Свон, вложила в ее руку морковь и развернула ладонь. Вулкан недолго думая слизнул морковь с руки и пока девушки все еще смотрели друг на друга полез еще за одной порцией лакомства.

Эмма совсем не замечала, как ловко Вулкан скушал с ее ладони морковку, а затем и вовсе уткнулся мордой к карману Реджины. Сейчас Свон не замечала ничего. Кроме карих бездонных глаз напротив.

Эйден смотрел, как сестра знакомит Свон с Вулканом, усмехнувшись, он начал подходить к девушкам.

Серый взгляд напрочь сорвал у Реджины крышу. Не обращая внимания ни на кого вокруг, она оттолкнула морду коня и уже хотела приблизиться к мягким губам, как услышала голос брата.

– Эй, вы что застыли то?! – парень не придал большого значения поведению сестры и невесты. Брюнетка опомнилась быстрее.

– Вот видишь, Эмма, Вулкан совсем не страшный, – Миллс сделала уверенный шаг назад.

– Совсем не страшный, – повторила слова брюнетки в прострации Эмма и чуть ли не простонала недовольно, когда она отстранилась, но потом увидела приближающего Эйдена и мысленно себя отругала за такое безрассудное поведение и вызванное желание.

– Видишь, детка, Реджина может убедить человека. Правда, Вулкан? – Эйден сам погладил коня, а потом подошел к Эмме и как несколько секунд назад обнимала ее Реджина, обнял.

– Давайте, располагаться. Наверное, поближе к речке? – отходя от парочки, спросила Миллс. Сейчас она только посмотреть боялась на Эмму, так как отчетливо почувствовала желание и ответ на ее порыв.

– Да, неплохо было бы освежиться, – сказала Эмма и, посмотрев на Эйдена, пошла вслед за Реджиной, отстраняясь от объятий парня.

– Эйден, принеси покрывала и корзину, – скомандовала Реджина и, брат развернулся и пошел к машине, – я потом прокачу тебя на нем, и ты совсем поменяешь мнение, – брюнетка кинула быстрый взгляд на Свон.

– Нет, спасибо, – протянула, усмехаясь, Свон и, обойдя Реджину, скинула с себя шлепки и зашла по щиколотку в воду.

– Ну, тогда я тебя искупаю, – Реджина с разбега схватила Эмму за талию и затащила в воду, падая вместе с девушкой.

Эмма от неожиданности начала ахать и хватать ртом воздух.

– Ты что творишь? – прокричала на выдохе Эмма, откидывая прохладные капли со своих глаз и смотря на улыбающуюся брюнетку. И именно эта улыбка заставила блондинку подойти вплотную к Реджине и взявшись руками за ее плечи потянуть под воду, уходя вместе с ней.

Теперь Миллс была в шоке от этих действий. Под водой она обхватила Эмму за талию и вынырнула вместе с ней.

– А теперь, что делаешь ты? Мы чуть не захлебнулись.

Эйден смотрел на все со стороны, ему было приятно, что его сестра веселится с его невестой. Он подумал, что будет очень хорошо, если они немного пообщаются на свои темы, о своих увлечения, Нью-Йорке. Поэтому парень не стал вмешиваться и пошел к Вулкану.

Эмма тоже в ответ положила свои руки на талию Реджины и даже притянула ее к себе, сокращая расстояния между ними.

– Не захлебнулись, и вообще ты первая начала, – говорила с широкой улыбкой блондинка.

– А кто не хочет кататься на Вулкане? – Реджина немножко сжала бока Свон, – ты трусиха…

– Я не трусиха, я просто опасаюсь этих… – Эмма кинула взгляд на коня.

– Не этих, а лошадей, – рыкнула Миллс, – я же не трогаю твои мячики… – сказав, Реджина задорно засмеялась, – нет, я все же трогала твои мячики.

– И хочешь еще? – Эмма нагнулась к Реджине и прошептала это на ухо.

У Миллс мгновенно сбилось дыхание, желание зашкаливало, и рука не произвольно соскочила на ягодицу.

– Перестань или я прямо…

– Девчонки, вы там не замерзли? Вода прохладная, – крикнул Эйден и, брюнетка как от огня отскочила от Эммы, – нет, она как раз освежает, иди к нам.

– Сейчас, осталось немного разложить, – крикнул парень, занимаясь раскладыванием продуктов.

Эмма усмехнулась. Она совершенно не обращала внимания на своего жениха. Только глаза, только действия, запах, мягкие руки. Свон абсолютно не отдавала себе отчет в том, что она в наглую провоцировала брюнетку, играла с ее желанием и настолько, что ее собственное желание и эмоции совершенно застелили разум.

– Она всё равно не помогает, – намекая на прохладную воду сказала Эмма и пошла из речки. Но только выйдя, она моментально скинула с себя майку и шорты, а сама вновь вернулась в прохладную воду, мгновенно подплывая к плавающей Реджине.

Миллс не сводила взгляда с каждого движения Эммы, она так же не обращала внимания на своего брата. Остатки разума улетучились вместе с майкой и шортами блондинки.

– Поплыли, – кинула брюнетка в сторону противоположного берега, – кто быстрее…

– Посмотрим, – кинула с усмешкой Свон и, сказав, – раз, два, три, – начала интенсивно сгребать воду и быстро плыть к противоположному берегу.

Миллс также поплыла, ничуть не уступая Эмме. Но Реджину мало интересовал выигрыш, поэтому, когда они доплыли, она схватила блондинку за руку и потащила ее из воды.

Эмма даже не думала сопротивляться. Она, ведомая Реджиной, шла за ней, при этом не упускала возможности любоваться прекрасным видом сзади.

Забежав вглубь, девушки скрылись за деревьями берега.

– Что ты делаешь со мной?! – Миллс припечатала блондинку к ближайшему дереву и запечатала страстный поцелуй на ее губах.

– Могу такой же вопрос задать тебе, – зарываясь руками в темные волосы, Эмма разорвала поцелуй только, чтобы озвучить ответ, а после сама прильнула к пухлым губам, сразу углубляя поцелуй.

Реджина с остервенением отвечала на поцелуй, руками притягивая Эмму к себе и блуждая по ее телу ладонями. Свон в своих ласках ушла немного вперед и, не отрываясь от сладких губ, руками нащупала застежку купальника и тут же расстегнула его спуская с плеч. А через мгновение поменяла их положение и, уже брюнетка была припечатана к дереву. А горячие губы и юркий язычок блондинки прильнули к оголенному, возбужденному соску, лаская ее и несильно покусывая, руками при этом с жадностью сжимая ягодицы брюнетки. Миллс охнула от таких действий Эммы. Закусив губу, Реджина откинула голову, наслаждаясь этими прикосновениями, зарываясь ладонями в белые локоны.

– Эмма…

– Теперь ты знаешь мое имя, – усмехнулась Свон, так и продолжая играть с грудью брюнетки, а руки уже проникли в трусики сжимая упругую попу своими горячими ладонями.

Разум пытался вернуться, но каждое жаркое прикосновения вышибало его. Реджина подняла Эмму за подбородок и вновь начала целовать ее, уже сама пробираясь под лифчик купальника.

Свон сама руками расстегнула застежку своего лифчика и откинула его в сторону. При этом продолжала страстный поцелуй, который совсем не хотелось прекращать или прерывать.

Миллс опять поменяла их местами, и сама прикоснулась губами к торчащему соску. Об этом теле она мечтала каждый день в течение трех лет. Медленными поцелуями она начала спускаться вниз и встала на колени, целуя низ живота девушке, которую любила.

Эмма запрокинула голову назад, упираясь затылком в дерево и закусывая нижнюю губу. Горячие, страстные поцелуи по ее груди, животу, бедрам сводили с ума и не оставляли ни единого шанса на возврат, на отступление. Разум покинул обеих девушек и для них сейчас существовали только ощущение нереальности и дикого возбуждения, которое они так долго жаждали получить и сейчас получают напрочь забыв, что на другом берегу их ожидает брат и жених.

Реджина спустила плавки от купальника Эммы и прикоснулась юрким языком к набухшему бугорку. Запах, вкус этой девушки был самым приятным и желанным, но осознание происходящего вернулось неожиданно. Не отрываясь от блондинки, Миллс взвыла.

– Нет. Нет, девочка моя! Я так тебя хочу, но мы не можем… Он мой брат, и сейчас мы предаем его, – брюнетка выпустила Эмму из рук, так и продолжая сидеть перед ней на коленях.

Свон подняла голову к небу и тихо взвыла от беспомощности их положения. Она и сама понимала, что каждое их действие, каждый поцелуй, каждое жаркое прикосновение всё неправильно, всё невозможно и не нужно. Но, черт! Как же хорошо, как же хочется. Как же желанен запретный плод.

Миллс встала с колен, и сама надела на Эмму плавки, утыкаясь лицом в ключицу и обнимая за талию. Мозг говорил, что она сделала правильно, что вовремя остановилась, но все остальное говорило об ошибке. Дикое желание разрывало, сердце на доли секунды останавливалось, говоря о том, что отказывать себе любить любимого человека ошибка, душа разрывалась на куски от осознания того, что счастье так близко и так далеко одновременно.

– Прости… прости за то, что не сдержалась. Но перед тобой я всегда буду бессильна.

– Почему? Почему ты так действуешь на меня? – Эмма обняла Реджину за плечи и шептала то, что было у нее на уме и то, что она ощущала.

– Потому что ты так действуешь на меня, – Миллс вдыхала сладкий запах кожи Эммы, который она помнила все эти три года. Нежно целовала ключицу, ощущая мягкость, – что мне делать, чтобы больше не хотеть быть рядом с тобой?

– Я не знаю. Что произошло той ночью? Почему так произошло и почему мы чувствуем такое дикое притяжение? Почему я встретила год назад не тебя, а твоего брата? – Эмма нежно гладила плечи Реджины и задавала вопросы, на которые никто из них не сможет ответить.

– Я искала тебя каждый раз, приезжая домой. Я хотела найти и узнать почему после той ночи я думаю только о тебе, – брюнетка подняла голову и посмотрела Эмме в глаза, – мы не должны больше этого делать! Ты невеста Эйдена, и я уйду в сторону, чтобы не рушить ваше с ним счастье.

– Он мне очень дорог. С ним я чувствую нереальное спокойствие и чувство, что все хорошо, что будущее вот оно рядом. Все эти два года я представляла тебя. Каждый раз встречаясь с кем-то я думала только о той ночи. Я так ни разу и не удовлетворилась. Ни с кем. Только когда встретила Эйдена я почувствовала. Пусть малость, но я ощутила присутствие тебя, особенность той ночи. Раньше я не могла понять почему именно с ним у меня получается, но сейчас поняла. Он брат той, кто отняла у меня удовольствие в сексе на целых два года. Он мне напомнил тебя и сейчас я понимаю почему, – Свон говорила все, что сидело у нее в душе, при этом она понимала сама, что это не любовь, что это просто чувство удовлетворенности и желания, в отличие от самой Миллс.

Реджина не собиралась открываться Эмме, она прекрасно понимала, что блондинка не будет с ней, да и чувства ей ее совсем не нужны.

– Ты получаешь удовольствие с ним, а он любит тебя. Вы поженитесь и построите семью, а я поклянусь больше не вспоминать ту ночь, забуду, что чувствую, когда ты рядом и больше никогда не прикоснусь к тебе, – перед тем как поцеловать Эмму, сказала Реджина.

– Малышка, – вырвалось у Свон после непродолжительного поцелуя, и она заглянула в карий любящий ее взгляд, – прости… – единственное, что сказала Эмма, совсем не понимая себя и только что зародившееся чувство нежности, которое доселе она не испытывала.

– Ты не виновата, – брюнетка отстранилась и начала приводить себя в порядок, – давай все забудем, мы станем подругами. Мы должны, мы обязаны это сделать.

– А ты уверена, что у тебя получится? – Эмма подняла свой верх от купальника и стала надевать его, при этом смотря неотрывно на Реджину.

– Нет, – ответила Реджина, – мне нужно продержаться всего пять дней, и я вновь вернусь в Нью-Йорк, а вы вернетесь к своей спокойной и счастливой жизни.

Эмма усмехнулась, – и продолжишь жить так, как и жила до второй встречи со мной?

– Да, я вернусь к спокойной жизни, найду себе мужчину и обрету счастье без тебя, без мыслей о тебе, – Реджина говорила как можно увереннее, чтобы самой поверить в свои слова.

– Я буду искренне рада, если у тебя получится забыть меня и ту чертову ночь, – проговорила Свон и, отвернувшись, пошла в сторону берега.

Реджина закрыла глаза и выдохнула, прекрасно понимая, что не сможет этого сделать, по крайней мере пока. Она также тихо пошла в сторону берега и, еще не выйдя из-за деревьев, услышала голос Эйдена с того берега.

Парень уже какое-то время сидел на берегу и наслаждался погодой и солнышком, которое так грело, но девушек все не было, и он начал волноваться.

– Эй! Эмма, Реджи, вы где?

– Отлично, он нас потерял, – усмехнулась Эмма, зайдя в воду и видя, как Реджина тоже проследовала ее примеру.

– Ну и почему ты все еще не в воде и не плывешь нас спасать?! – крикнула, улыбаясь Реджина, – нас уже могли несколько раз похитить, пока ты одумаешься!

– Ну не похитили же, – буркнул Эйден, – плывите сюда, я соскучился.

– Как знать, как знать, – усмехнулась вновь Свон, кинув взгляд на Реджину и окунувшись в воду, поплыла к тому берегу.

Миллс поплыла за Свон. Она плыла прямо за ней, думая о разговоре и о том, что они не сделали, вовремя остановив.

Брюнет ждал на берегу с двумя полотенцами.

– Детка, ты не замерзла? Давай согрею, – разворачивая полотенце, спросил Эйден.

Эмма подошла к Эйдену и позволила себя обмотать полотенцем, но взяв за края, отошла от парня на два шага.

– Нет, не замерзла. Вода отличная, – улыбнулась Свон.

– Ну, а ты? – Эйден также обнял сестру замотав в полотенце, но ее не выпустил из объятий, – ты всегда мерзла в детстве и помнишь, как я тебя грел?!

Эти воспоминания были как острым клинком по сердцу брюнетки. Посмотрев на Эмму, она прикрыла глаза.

– Конечно помню, ты всегда был рядом.

– Почему же был? – спросила Эмма, поворачиваясь и замечая тяжелые эмоции на лице Миллс, – он и сейчас рядом, – совсем тихо закончила она.

– Конечно, я рядом, малышка! – Эйден еще крепче сжал в объятиях Реджину, – пойдемте перекусим, у воды всегда просыпается аппетит.

– Конечно пойдем, проглот, – Реджина натянула на себя счастливую улыбку и в обнимку с братом пошла к импровизированному столу.

Эмма тоже вымученно улыбнулась, прекрасно видя и понимая, как по-настоящему дорог Реджине Эйден и как она дорога ему, хотя он даже и не подозревает, как его сестре на самом деле сейчас тяжело. Но зато Свон понимает и прекрасно видит, что Миллс действительно сложно и скорее даже невыносимо находиться рядом и понимать, что не сможет прикоснуться, поцеловать или просто быть рядом с любимой и знать, что она ее. В этом плане Эмме, наверное, легче. Ведь она не испытывает чувства такой силы, как Реджина, не может ответить ей взаимностью на любовь. Но это только, наверное.

С этими мыслями и думами о Реджине и ее чувствах Эмма присела на покрывало, туда же куда и переместились брат с сестрой.

Миллс хотела что-то взять вкусного, что положила им Мила, как несильно получила по руке.

– А руки мыла? – игриво спросил Эйден.

– Ау, Эди! Я только из воды, – брюнетка вновь потянулась за едой и вновь несильный удар, – да что ты делаешь? Дай мне бутерброд!

– Попроси, – брюнет как над маленькой издевался над сестрой.

– Ничего я не буду просить, – но новая попытка захватить бутерброд тоже не увенчалась успехом.

– Нет, проси…

– О, Великий и Ужасный Король Эйден, повелитель всех земель и покровитель морей, позвольте Листовой поганке отведать яств с вашего стола, – с неохотой пробубнила Реджина.

Свон громко засмеялась, услышав сказанное Миллс и даже не скрывала своего удивления и веселья.

– Листовая поганка? – сквозь непрекращающийся смех переспросила Эмма и посмотрела на брюнетку, а потом вновь засмеялась, увидев ее недовольное лицо.

– Этот придурок в детстве придумал мне эту кличку, – пробубнила Реджина видя, как Эмме и Эйдену весело, хотя и самой брюнетке стало веселее от этих воспоминаний, – я люблю осень, когда падают листья. Однажды я зарылась в большую кучу опавших листьев, так, что торчала одна голова, вот он и назвал меня так.

– Поганка ты не поэтому, а потому что в детстве ты постоянно поганила, а от родителей получал я, – ответил парень.

Эмма с теплой улыбкой наблюдала за разговором брата и сестры и все больше и больше убеждалась как же они похожи, как они любят друга и дорожат друг другом, как они на самом деле близки.

– Ну это ведь ты же старший брат, – толкнула Свон локтем Эйдена под бок, – ты должен был ее защищать и оберегать. И получать за ее выходки, – последнее Эмма улыбнувшись сказала, но смотрела на Реджину.

– Детские выходки были шалостью, а вот когда ей исполнилось пятнадцать это было нечто, – протянул Эйден.

– Не ври, – бубнила брюнетка, зная, что Эйден сейчас выдаст всю ее подноготную.

– Не ври?! А кто однажды увел жеребца отца, чтобы сгонять на свидание?

– А вот это уже интересно? – заинтересовалась Свон, – рассказывайте.

– Не было такого, – Реджина не хотела воспоминаний о своих свиданиях.

– Было! Это был Став…

– Стив, – поправила Миллс.

– Значит все-таки было! Это был Стив, он до сих пор живет в поселке. Так вот, Реджи ускакала тогда на Нео, чтобы с ним встретиться, а потом сказала, что это я брал коня. Она до сих пор не рассказывает в тот раз у них что-то было или было в следующий?! – вопросительно сказал Эйден.

– Так ты у нас проказница и шалунья? – приподнимая брови, спросила Свон с ухмылкой смотря на Реджину, – так как, было или нет? Мне теперь тоже интересно.

– Не было. И хватит об этом, я же не рассказываю, как застала Эйдена со спущенными штанами?! – теперь уже веселилась брюнетка.

Эмма вопросительно посмотрела на Эйдена и взяла из корзинки бутерброд.

– Ну что покраснел? Рассказывай!

– А он не расскажет! Ему стыдно, он тогда… – Миллс развела руками, – мне Амелия рассказывала.

– Что она тебе рассказывала?! – провопил Эйден, продолжая краснеть.

– Нууууу, что ты не жеребец!

– Ну, подробнее не можете? – Эмме было сейчас жутко интересно, и она этого и не скрывала.

– Скажешь, я расскажу про тебя, – прорычал Эйден.

– А что твоей невесте не положено знать, когда потерял девственность ее будущий муж? – уточнила Реджина, косясь на Свон.

– Эйден, что в этом такого? – промурлыкала Эмма и приобняла парня, давая понять, что она с ним и не хочет, чтобы он что-либо скрывал или не договаривал.

– Это было довольно-таки поздно для парня, мне было 19. А в тот раз у меня действительно ничего не вышло, – смущенно сказал парень.

– 19?! – засмеялась Реджина, – да у меня и то это было раньше.

– У меня это было в 15, и я очень об этом пожалела, – защищая Эйдена, встряла Эмма, – это должно произойти осознанно, когда человек действительно готов, а не по пьяни или ребячеству, – Свон отчего-то говорила сейчас серьезно.

– Вот у меня так и было. Лорен была первой моей девушкой и первой любовью. Мы встречались несколько лет до того, как поняли, что любим друг друга. Нам было по 21, когда она уехала, оставив меня, ничего не объяснив. Я тогда с ума сходил, ездил к ее родителям, но они сказали, что не знают, где она, а если бы и знали все равно не сказали, – опустив голову, с грусть сказал Эйден, – наверное, это у нас семейное… – посмотрев на сестру добавил брюнет.

– Эй, – привлекая к себе внимание парня, сказала Эмма, – котик мой, не грусти, – ей сейчас совсем не хотелось видеть Эди опечаленным или расстроенным, – все же сейчас хорошо, – она сильнее обняла дорого ей человека, хотя и понимала, что ее действия доставляют боль дорогому человеку Эйдена.

У Миллс сжалось сердце больше от слов брата, чем от самих действий Эммы, поэтому в очередной раз натянув улыбку, она похлопала брата по плечу.

– Но ты же сейчас счастлив?!

– Да, как никогда, – Эйден притянул Эмму и страстно поцеловал, впервые не задумываясь о присутствии сестры.

Свон ответила на поцелуй, закрывая глаза и наслаждаясь губами будущего мужа, но через несколько секунд открыв их, покосилась на Реджину, которая отвернула свой взгляд на спокойную речку. И Эмма тут же прекратила поцелуй, почувствовав небывалую неловкость и неправильность сложившейся ситуации.

Увидев поцелуй, Реджина отвернулась, пытаясь отпустить ревность, злость, убедить себя, что Эмма не принадлежит ей и никогда не будет. Что ее придуманная любовь к девушке фарс и самообман, но закрывая глаза, она в сотый раз возвращалась к ощущению, что эти чувства давали жить все это время без нее.

– Может прогуляемся? – после поцелуя спросил Эйден.

Реджина повернулась и как можно искренне улыбнулась, – прогуляйтесь без меня, а я позагораю.

– Пойдем? – парень протянул руку своей невесте.

– Пошли, – вложив ладонь в крепкую руку и поднявшись с помощью Эйдена, ответила Свон, стараясь не обращать внимания на напряженность Реджины, вызванную как раз их поцелуем.

– Хорошо прогуляться, – кинула брюнетка, укладываясь на покрывало.

Глава 6

Эйден, приобняв Эмму, повел вдоль по берегу. Через несколько минут тихой и умиротворённой прогулки, он спросил:

– Детка, как на том берегу?

– А… – Эмма замялась, но только на секунду, в следующую ответила, – отлично. Мне понравилось, да и у сестры твоей я выиграла заплыв.

– Это радует, хоть кто-то должен сбить с нее спесь, она всегда и во всем лучшая, – протянул с улыбкой Эйден, – вы о чем-нибудь разговаривали?

Свон вновь встала в ступор. Она совершенно не знала, что ответить парню, ведь разговаривали они на запрещённую ему тему, да и разговаривали то мало.

– Всё тебе расскажи, – кокетливо протянула Свон и вновь ударила парня пальчиком по носу и тут же начала убегать, при этом звонко смеясь словно ребенок.

Парень улыбнулся и побежал за Эммой. Догнать девушку удалось не сразу, футбольная практика и выносливость дали результат. Но когда девушка оказалась в крепких объятиях Эйден поднял ее на руки и посмотрел в глаза.

– Я люблю тебя, детка.

– Я знаю, котик, – забрыкалась Эмма и, чмокнув парня в нос, сказала, смеясь, – отпусти меня, Эйден.

– Я никогда никуда тебе не отпущу, – парень быстро начал крутиться вместе с Эммой.

– Эйден! – звонко закричала Эмма.

Брюнет тоже смеялся, но после крика Свон, аккуратно поставил ее на землю.

– Я тебя всю жизнь на руках носить буду.

– Вот смотри, сейчас поймаю на слове и точно с рук не слезу, – поставила руки в боки Эмма и с хитрецой смотрела на парня.

– Детка, – Эйден приблизился и вновь поцеловал Эмму.

Они гуляли по берегу и больше не заостряли внимание на Реджине, разговаривая о своем. Эйден рассказывал девушке о своем детстве, именно о своем, а не совместном с брюнеткой. Эмма тоже рассказала несколько фактов.

Когда они вернулись, Реджина спала, так как проведенная ночь на берегу не дала ей выспаться. Эйден улыбнулся и накрыл ее полотенцем, так как солнце продолжало ярко светить. Эмма изредка посматривала на Миллс, отмечая для себя ее мягкие и спокойные черты лица.

Миллс проснулась еще через несколько часов и увидела, как Эйден и Эмма сидят на берегу.

– Вы что не разбудили меня? – подходя к парочке, спросила Реджина.

Эмма посмотрела на Эйден, а потом вновь на Реджину.

– А зачем? Ты спала, от солнца Эйден тебя закрыл. Выспалась хоть?

– Уверен, что нет, – протянул парень, смотря на сестру, – ей чтобы выспаться часов 20 нужно.

– Не правда, – буркнула брюнетка, садясь рядом с Эммой, – часов 15.

– Так ты соня? – усмехнувшись, спросила Эмма, так и не убирая взгляда от брюнетки.

– Нуууу, да. Я люблю поспать, – честно ответила Реджина, – а мне для жизни мало что нужно – секс, сон, лошади и работа.

– Очень многообразная у тебя жизнь, Реджина, – сказала Эмма с некой долей грусти, и убрала свой взгляд с брюнетки на воду.

– Она врет! – не смотря на сестру, со злостью сказал Эйден, – что ты из себя строишь непонятно кого, хотя ты не такая?!

– Эди, хватит тебе, – Миллс улыбалась.

– А какая ты? – спросила с диким интересом блондинка.

– Мне нет смысла рассказывать, – протянула Миллс.

– Она трудоголик, обожающий свою работу. Она готова сутки не спать только бы разобраться в интересном деле. Да она любит поспать именно после того, как не поспит несколько дней. Лошади – это ее жизнь, она обожает их с детства. А секс, это вообще для нее больная тема, – кинув яростный взгляд на сестру, сказал Эйден.

– Эй. Эйден, ты можешь хоть чуть-чуть дать мне с ней пообщаться? – укоризненно Свон посмотрела на парня, – мы здесь все знаем, что ты очень хорошо ее знаешь. Даже лучше, чем она сама себя, – Эмма посмотрела на Реджину, но потом вновь перевела свой взгляд на жениха, – но все же дай нам самим пообщаться поближе.

Эйден фыркнул, ему не нравилось, как Реджина себя ведет при Эмме. Она то хорошо общается, то выставляет сама себя в неприемлемом свете. Ведь он всегда говорил, что его сестра идеальна.

– Общайтесь, кто не дает, пусть только не несет бред, – брюнет встал и отошел к Вулкану, который так и продолжал гулять по поляне.

– Ты вывела его, – смотря вслед парню, проговорила Эмма.

– Знаю, а он вывел меня, – опуская голову, сказала Реджина, – я не хочу, чтобы ты меня знала и не хочу знать тебя сама.

– Реджина, если мы хотим быть просто подругами, то мне кажется, что нужно довериться друг другу, – Эмма говорила искренне и действительно хотела этого.

– Свон, ты реально думаешь, что я смогу дружить с человеком, которого до дрожи во всем теле, безумно хочу?! Я буду делать вид, что этого не хочу и буду пытаться общаться спокойно, – с закрытыми глазами сказала Реджина. Она поняла, что сказанные ей слова на том берегу при любом желание использовать не сможет.

– Вот именно поэтому нам и нужно стать подругами, – говорила Эмма и смотрела неотрывно на Реджину, – ведь подруги не занимаются сексом.

Реджина усмехнулась.

– Тогда уж лучше сестрами, меня это будет больше останавливать.

– Ну по сути ты скоро и станешь мне вроде как сестрой, – посмотрев в сторону Эйдена, который гладил Вулкана и о чем-то с ним разговаривал, сказала Эмма.

– Мне нужно продержаться несколько дней, – сама для себя сказала Миллс, – ну что ж попробуем. Пойдем, я прокачу тебя на Вулкане?

– Нет, – закачала головой блондинка, – и думай, что хочешь. Я не полезу на этого монстра, в хорошем смысле этого слова.

– Свон, – Миллс засмеялась, – почему ты его боишься? Я понимаю тех, у кого был неудачный опыт, а у тебя какая причина?

– Просто не хочу и все, – огрызнулась Эмма.

– Вот смотри, лошади кусаются так, – Реджина схватила Эмму за бедро и сильно сжала.

– Эй! – дернулась Свон и возмущенно посмотрела на Миллс, – больно же!

– Я знаю, – улыбалась брюнетка, – если ты не залезешь на него, я буду делать так постоянно, так что пошли.

– Нет, – стояла на своем Эмма и вскочила на ноги, – а не то я покажу тебе, как это получить мячом в бедро от лучшего бомбардира женской футбольной команды.

– А я покажу как Вулкан лягается, – Миллс тоже поднялась на ноги, – пошли!

– Реджина, я не хочу, – скрестила руки на груди Эмма.

– Я все равно тебя покатаю, и ты не отвертишься, – уверенно сказала Реджина и, взяв яблоко с покрывала, пошла к Эйдену и Вулкану.

– И как же ты меня заставишь? – стоя на месте, крикнула Свон.

– Увидишь, – кинула Реджина.

– Вулкан, мальчик мой, – Миллс протянула ему яблоко.

– А мне, в знак примирения?! – протянул Эйден.

– А тебе я хоть корзину принесу, если буду виновата, – буркнула Реджина.

– Ну прости, я просто не хочу, чтобы ты так себя вела. Пойми, я беспокоюсь.

– Я понимаю, – Реджина поцеловала брата, – поехали уже домой? Эмма, ты как считаешь?

– Поехали, – ответила Свон, но стояла на том же месте, что и стояла.

– Ты что там стоишь то? В землю ноги закопала? – улыбалась Реджина.

– Опасаюсь, что ты что-нибудь недоброе затеяла, – кинула Эмма.

– Бойся, Свон, бойся, – сделав серьезный вид, протянула брюнетка и пошла собирать продукты.

– Детка, не бойся, она шутит, – кинул Эйден, помогая сестре.

– Я боюсь не ее, а вон того монстра, – кивая в сторону мирно следящего за ними Вулкана, сказала Эмма.

Эйден и Реджина засмеялись.

– Детка, ты слишком труслива, – парадируя Эди, сказала Реджина.

– Сестричка, не называй меня деткой, – буркнула чуть зло Свон.

– Детка, не называй меня сестричкой, – прорычала Реджина.

Эйден захихикал и начал напевать музыку из вестернов, момент, где два ковбоя выходят из укрытий.

Девушки одновременно грозно посмотрели на Эйдена и вновь также быстро вернули гневный взгляд друг на друга.

– Сестричка, не называй меня деткой, и я не буду называть тебя сестричкой.

– Детка, – протянула Реджина и прикусила очень сексуально губу.

– Реджи, Эмма, как дети, – засмеялся брюнет.

– Сестричка, – также протянула Свон и подошла к брюнетке, не обращая внимания на Эйдена.

– Не мешай ковбою разбираться с… – Реджина осмотрела Эмму с ног до головы, – деткой.

– Сестричка, ну ты никак не тянешь на ковбоя, – усмехнулась Эмма, вплотную подойдя к Миллс и кладя руки ей на талию.

– Я то хоть не тяну, а ты то вообще не подходишь на эту роль, – упираясь одним пальцем в грудь Свон.

– То, что ты катаешься на лошадях еще не означает, что ты ковбой, – чуть сдавливая пальцы на талии Реджины, говорила с приподнятыми бровями Свон, – вот скажи, из пистолета ты хоть умеешь стрелять?

– Я умею стрелять из ружья, – шикнула Миллс.

Об Эйдене они благополучно забыли, а парень со стороны наблюдал очередное противостояние сестры и невесты. Зная Эмму и со всех сторон зная характер Реджины, брюнет знал, что сейчас к ним лучше не лезть.

– Ковбои не носят ружей, – проговорила Свон, – они носят револьверы! Вот из него попадешь в десятку?

– А у тебя есть револьвер? – Миллс нравилось это противостояние, и она уже откровенно флиртовала, – детка, не бери на себя много.

– Эйден, как думаешь сестричке понравится моя игрушка? – спросила Эмма у парня, а сама так и продолжала руками сжимать талию Миллс.

– Эмма, нет, – наконец встрял Эйден, понимая, что сестра и невеста переходят за грань, – Реджина, не нарывайся. И оружие – не игрушка.

– Эди, отвянь. Покажешь свою игрушку? – Миллс приблизилась к уху, – прошлыми я осталась довольна.

– Я всегда знаю, как тебе угодить, сестричка, – перемещая руку на поясницу Реджины тем самым приближая ее в плотную к себе и уже обнимая одной рукой, шептала также на ухо Эмма.

– Эйден, у тебя отличная невеста, – Миллс сглотнула и отстранила Свон, – будь уверен, мы поладили.

– Вот теперь я этого боюсь, – складывая покрывало, кинул парень.

– Не бойся, котик, – ухмыльнулась Свон и уже просто по-сестрински приобняла Реджину за плечи, – посмотри какие мы милые, – улыбнулась мило блондинка.

– Очень! Вы напоминаете мне Демона и Черта, я не ожидаю от вас ничего хорошего, – провопил брюнет, смотря неотрывно на девушек.

– Ну и кто из нас Демон, а кто Черт? – спросила Эмма, посмотрев на Реджину.

– Не знаю, решайте сами, – сказав, парень понял, что кинул девушкам очередную тему для спора.

– Я – Демон, – уверенно выдала Миллс.

– А я значит Черт? – недовольно буркнула Эмма, – нет уж. Я – Демон!

– Нет, ты – Черт! Ты с рогами, – язвительно кинула брюнетка.

Эйден протяжно взвыл и пошел к машине.

– Что, значит, я с рогами? – шикнула Свон, отходя от Реджины, но разворачиваясь, смотрела прямо на нее.

– Ну, не ты, а мой брат, – Миллс вскинула брови, растянув губы в язвительной улыбке.

– Вот не надо твоих иллюзий и выдумок, – усмехнулась Свон, – он не с рогами, я не с рогами. А вот ты, сестричка?

– А что я? – Реджина вновь приблизилась к Свон.

– У тебя часом рожки не виднеются? – Эмма подошла и, встав на носочки, посмотрела на темную макушку.

– И с какого… у меня должны они появиться? – Реджина удивленно вскинула бровь.

– Вот и мне интересно с какого они у меня? – не найдя ничего подозрительного на голове, Эмма вновь встала ровно и смотрела на Миллс.

– У меня нет человека, которому я могу их наставить, да и мне наставлять их некому. А вот тебе, точнее ты…

– Что я? Миллс, что я? – наседала блондинка, вновь приближаясь к Реджине.

– А вот ты несколько часов назад чуть не дала мне себя трахнуть, – в Миллс кипели эмоции, а близко находилась только Эмма, поэтому весь удар пришелся на нее.

– Сестричке? Никогда. Миллс, слышишь? Никогда! – проговаривая со злостью отчетливо каждое слово, выплюнула Эмма, а серыми молниями так и сверкала в Миллс, не сумев сдержать свою бурю эмоций от произнесенных слов женщины. Сказав, Свон тут же развернулась и быстрыми шагами проследовала к машине, в которую Эйден укладывал вещи.

Реджина задрала голову к небу, с остервенением втягивая воздух. Она знала, что переборщила, знала, что не права, но это маленький шанс, чтобы Эмма больше не реагировала. Сама не флиртовала, пусть лучше ненавидит и отталкивает. Миллс быстро надела свою одежду и запрыгнула на Вулкана и, бросив взгляд на машину брата, умчалась.

– Отвези меня домой, – рыкнула Свон, прекрасно понимая и чувствуя, что их с Реджиной игры уже далеко не детские. И что остановиться с каждым разом становится все труднее и трудней.

Эйден увидел состояние Эммы и понял, что Реджина опять что-то выкинула.

– Детка, что она тебе наговорила? – зло спросил брюнет, смотря на удаляющегося коня с Миллс в седле.

– Эди, отвези. Меня. Домой. Сейчас же, – прочеканивая каждое слово и специально сокращая имя жениха, которое так ярко характеризует непреклонный тон, говорила зло Эмма.

– Нет, мы едем на конюшню, – прорычал Эйден и рванул на машине с места. Сейчас он был по-настоящему зол на Реджину из-за ее поведения и поступков. Парень первый раз так разозлился на нее, что не мог держать эмоции в себе.

– Если ты сейчас не отвезешь меня к вам домой, то вечером я уеду к себе! – проговорила Эмма, посмотрев на взбешенного Эйдена.

– Мы уедем вместе, – сейчас Эйден был непреклонен, он не мог еще раз упустить возможность серьезно поговорить с сестрой.

– Эди, я уеду к себе! – настаивала блондинка.

– Эмма, – гаркнул парень. Он видел, что Свон не понимает его настроя, поэтому даже не собирался с ней спорить, а просто делал по-своему, – я отдам машину, сама дойдешь до родителей.

– Ты хочешь настроить свою сестру против меня? Давай, действуй. Но только потом не пожалей об этом, – говорила предельно серьезно Эмма, но уже не так грубо, как до этого и стараясь успокоить взбешенного жениха.

– Эмма, ты сама не дала поговорить с ней дома, а сейчас требуешь не лезть. Вот теперь я прошу тебя – не лезь! – крикнул яростно Миллс.

– Я тебе еще раз повторяю. Если мы сейчас не едем домой, то я уезжаю. Я и так взяла отпуск на целую неделю из-за тебя и твоей семьи. А я только стала главным художественным редактором, а ты прекрасно знаешь, как мне это трудно далось. А сейчас ты строишь из себя злого обиженного брата ведь даже не зная о наших взаимоотношениях. И хочешь наорать на сестру, только из-за того, что не понимаешь ее и ее шуток.

– Свон, хватит! Я понимал свою сестру лучше всех на свете и сейчас я хочу понять почему, когда я счастлив это не так. Я не понимаю, что происходит с ней. Эмма, прости, но она моя семья и я не отступлю, – брюнета сейчас еще больше заводили отговоры блондинки от разговора с Реджиной.

– Малыш, а ты подумай, прежде чем делать необдуманных действий и говорить неприятных слов. Ей нужен этот разговор? – спокойно, но серьезно говорила блондинка, отворачиваясь к окну.

– Мне! Мне нужен этот разговор, – ответил Эйден, не поворачиваясь к Свон.

– Я знаю. Вот именно поэтому я не понимаю тебя, – проговорила тихо Свон.

Эйден больше ничего не ответил, он просто вел машину по направлению к конюшне.

Глава 7

Реджина доскакала до конюшни очень быстро, так как напрямую до нее было не более 5 минут. Миллс была зла на то, что наговорила Эмме, на себя, что не может сдержаться от этого, на… на все вокруг, потому что ее любимая находится сейчас не с ней.

Она еще не успела спрыгнуть с коня, как к ней уже подбежал симпатичный парень. Миллс пару раз с ним уже встречалась, когда приезжала домой. Было видно, что он неравнодушен к ней.

– Реджина, давай помогу, – он подал руку и помог спуститься, – как Вулкан, нет никаких замечаний?

– Нет, он великолепен как всегда, – протянула Реджина, осматривая парня с ног до головы.

– Хорошо. Давайте я его заберу, – парень взял Вулкана за уздечку и повел в конюшню, а за ними пошла Реджина.

Эйден с Эммой приехали только через 15 минут, дорога была в объезд так как с полей натекло много воды на прямую дорогу. За это время брюнет немного успокоился и хотел просто поговорить с Реджиной спокойно.

– Если хочешь можешь ехать, я смогу добраться сам, – сказал он Эмме, собираясь выйти из машины.

– Нет уж. Я хочу услышать, как далеко в своей злости ты сможешь дойти, – сказала Эмма и вышла из машины.

– Ты все равно останешься тут, – рыкнул Миллс и пошел в конюшню.

– Ден, где Реджина? – спросил парень одного из рабочих.

– Она с Лори в конюшне, – усмехаясь, сказал мужчина.

– С Лори?! – Эйден не раз слышал, что этот похотливый кобель переспал с какой-то девушкой, но сейчас он даже не хотел думать о том, что Реджина совершит этот поступок.

Миллс быстрым шагом отправился в конюшню. Откуда-то были слышны голоса и Эйден еще ускорил шаг. Проходя мимо пустого денника он краем глаза увидел, что Реджина стоит, прижатая к стене. Ее шею целует Лори, а его руки блуждают по ее телу, на котором уже нет майки, да и лифчик задран вверх. Эйдена накрыла волна ярости. Залетев туда, он отодрал Лори от тела сестры и вышвырнул его за калитку.

– Эйден, ты чего творишь?! – крикнула Реджина, поправляя лифчик и застегивая ширинку на шортах.

Брюнет вообще не обращал на сестру внимания, когда он увидел, что у Лори приспущены штаны и он уже был готов овладеть Реджиной, это стало последней каплей. Миллс подлетел к парню, лежащему на полу и с остервенением начал его бить.

– Эйден, успокойся! – еще раз крикнула Реджина. На шум сбежались несколько мужчин и оттащили брюнета от Лори.

– Эйден, успокойся, – говорил один из мужчин.

– Чтобы больше я тебя не видел, ты уволен! А теперь пошли все вон! – яростно крикнул Миллс. Он был настолько зол, что был готов разорвать всех.

Все быстро вышли и в конюшне остались только Реджина и Эйден. И рядом стоящая Свон, которая всё прекрасно видела, но так и не решилась вмешаться.

Эйден медленно повернулся к сестре.

– Что черт возьми ты творишь?! Ты совсем с ума сошла? Что это сейчас было?!

– Эйден, успокойся. Зачем ты избил парня? Мы просто хотели…

– Я понял, что вы собирались трахаться, но я не понимаю, как ты могла так низко пасть. С конюхом в конюшне, – с отвращением прошипел Эйден, – стоя как кобыла, это омерзительно!

– Что? Может и я тебе омерзительна? Зачем ты приехал? Чтобы сказать какая я? Так не утруждайся, – Реджина собиралась уйти, но брат схватил ее за руку и затащил обратно в денник, закрывая за собой калитку.

– Нет, мы поговорим! Что ты делаешь? Зачем все это, ты же не такая. Ты никогда не вела себя так! Что за перепихи ты тут устроила?! А если бы вошел не я, а отец? Реджина, скажи, что с тобой?

– Отвали! Со мной все хорошо, а парня мог бы и не трогать, он отлично целуется, – сестра так же была зла. Она решила переспать с Лори только для того, чтобы было не так больно внутри от всех пережитых эмоций. Поэтому, когда он полез, брюнетка не оттолкнула.

– Это все из-за нее? – прошипел Эйден, – из-за этой девки, с которой ты переспала три года назад. Да, что она такого умеет, что так тебя зацепило?

– Не трогай ее! Она не причем!

– Как же не причем?! После той ночи ты изменилась. Твои перепихи на одну ночь, только бы удовлетворить свою физиологию. Язвительность. Ты все принимаешь в штыки. Эта девчонка вытянула из тебя умение радоваться жизни.

– Со мной все хорошо, и я не собираюсь об этом разговаривать.

– Я собираюсь. Найди уже ее! Я помогу, я подниму все связи, я…

От этих слов у Реджины сорвало последнее сознание.

– Да нашла я ее, нашла! У нее все хорошо!

Эйден был в шоке от сказанного. Он не верил в то, что говорила сейчас его сестра. Ведь если бы она ее и в правду нашла, то была бы счастлива или нет, но все равно бы ему рассказала раньше.

– У нее есть парень, они счастливы, а я была одна из… с которыми она спала до него. Я не нужна ей. Моя любовь ей не нужна. Эйден, я сама разберусь со своей жизнью и не лезь ко мне! – Миллс оттолкнула брата и вышла из денника, направляясь к мойке лошадей на заднем дворе.

Эмма стояла, облокотившись на соседний денник и слушала весь наполненный гневом и боли разговор любящих друг друга брата и сестры. Слушала и чувствовала, как ее сердце разрывается, как ее разум окутывает пелена злобы и ярости. Ярости на саму себя. За то, что ушла. За то, что бросила тогда утром и даже ничего не сказала. Не оставила записки. Не узнала имя. Не поинтересовалась самочувствием. Просто сбежала, как делала это много раз до нее. Но Эмма даже и предполагать не могла, насколько сильно кольнет ее поступок хрупкое, нежное, чувственное сердечко человека, с которым Свон было также хорошо и жгуче приятно, как не было ни с кем и никогда и вряд ли уже когда-нибудь повторится. Но только ли дело в сексе? Только ли поэтому Эмма переживала все эти годы? Или быть может это только внешняя оболочка? За которой скрывается чувственный мир любви и взаимопонимания?

Кто знает? Никто. Даже Эмма не понимает сейчас своих чувств и эмоций. Глядя на стремительно удаляющуюся спину брюнетки, Свон не знает и крайне не понимает, что творится в ней самой и в ее скрытой потемками душе.

Эйден еще несколько минут стоял и обдумывал слова сестры. Он еще больше запутался и злился сам на себя за это. Непонимание, которое поселилось между ними его вгоняло в отчаяние. Брюнет медленно вышел из денника и взглядом наткнулся на Эмму. Он понял, что она все слышала и сейчас парню хотелось поддержки от своей любимой девушки.

– Что мне делать, как мне ей помочь?

– Не лезь, – коротко сказала Эмма, а потом поддавшись совершенно противоположным сейчас чувствам подошла к Эйдену и, обняв его, уткнулась носом ему в грудь. Свон понимала, как трудно Эйдену видеть сестру в таком состоянии. Но также знала, что его вмешательство только усугубляет и без того болезненное положение его любимой сестры, которая даже не может поделиться своими переживаниями с братом.

– Эмма, хорошо, что у меня есть ты. Я не знаю, чтобы я делал в такой же ситуации, – прижимая Эмму к себе, говорил Эйден, – ты слышала? Она нашла ее… но от того, что она не хочет быть с ней, Реджина совсем потеряла разум. Этот Лори, черт его побрал!

– Котик, успокойся пожалуйста. Не нужно агрессии, не нужно больше никого бить или выведывать что-либо. Пожалуйста, я очень тебя прошу, оставь Реджину сейчас в покое. Ей очень тяжело, поверь. Но еще тяжелее, когда ты вмешиваешься и, пытаясь помочь, только усугубляешь положение, – говорила Эмма в грудь парню.

Эйден выдохнул.

– Хорошо. Ты права, если бы она хотела, чтобы я знал, она бы сама мне все рассказала. Так что поехали домой?

– Эди, я, наверное, поеду к себе, – сказала Свон и отстранилась от парня, не смотря ему в глаза.

– Что? Почему? Эмма, я никуда тебя не отпущу, – сказал парень, – ты нужна мне как никогда, да и родители не поймут.

– Я принесла своим присутствием только разлад и непонимание в вашу семью. Мне лучше уехать, – говорила Свон. Она хотела сбежать быстрее, чтобы не видеть Реджину, не чувствовать своей вины перед ней.

– Нет. Ты не виновата, это не твоя вина, что все так. Это продолжается три года, поэтому теперь ей останется все это принять и забыть ту девушку, возвращаясь к обычной жизни. А ты будешь здесь не причем и не смей меня оставлять в такой трудной ситуации.

– Прости, – прошептала Свон, понимая, как не правы слова Эйдена, но также понимая, как и ему самому сейчас трудно. Свон все же решила остаться, но с одним только условием. Что она больше не будет выводить Реджину и вообще постарается проводить с ней как можно меньше времени, – поехали.

Эйден приобнял Эмму за талию, и они вместе пошли к машине. Подходя к авто, они видели Лори, которому обрабатывали разбитое лицо. Эйден хоть и успокоился все равно кинул яростный взгляд на парня и сел в машину вместе с Эммой, скрываясь с места.

Как только Реджина вышла из конюшни из ее глаз хлынули слезы. Она не знала, как быть, как вести себя и как смотреть в глаза брату которого предала, дотронувшись до его невесты и как находиться рядом с человеком которого любишь. Девушка не знала, она впервые не знала, как ей поступить. Она конечно могла уехать, вернувшись в Нью-Йорк, но что будет дальше? Им все равно придется встречаться. Да и у родителей праздник и уехать это оскорбить их, а так поступить она не могла, считая свою семью превыше всего. Реджина медленно брела, ей хотелось выть, как за спиной она услышала стук копыт, но не поворачиваясь, она продолжала брести. Над ухом послышалось фырканье, и Миллс остановилась. Девушка медленно повернулась, а за ее спиной стоял мокрый Вулкан.

– Мальчик мой, – брюнетка обняла коня за шею и еще больше разрыдалась.

Эйден с Эммой приехали домой, а на пороге уже стоял злой Грэг.

– Пап, вы уже вернулись с мамой? – спросил парень, подходя к отцу вместе с Эммой.

– Эйден, что вы устроили на конюшне? – негодуя, спрашивал отец у сына.

– В смысле? – Эйден понял, что отец знает о его драке с Лори, – пап, ничего такого не случилось.

– Эмма, извини нас, – отец обратил внимание на Свон и натянуто улыбнулся ей, а та понимающе кивнула, – а тебя жду в кабинете, – Грэг вновь посмотрел на сына и скрылся вглубь дома.

– Черт! – прорычал Эйден и пошел за отцом.

– Папа, что тебе наговорили? – заходя в кабинет отца, спросил Эйден.

– Это я у тебя спрашиваю, что вы там устроили, что половина конюшни разрушена? – садясь в свое кресло, спрашивал отец.

– Что? Мы ничего не рушили, а Лори получил по морде за дело, – рыкнул Эйден.

– За какое дело? – повысил голос отец.

– Папа, за… это не твое дело, – крикнул младший Миллс.

– Что?! – закипел отец, – мордобойство в моей же конюшне не мое дело? Сын, ты отдаешь себе отчет с кем ты разговариваешь?

– Хватит! Я сказал, что Лори получил за дело, и ты должен просто мне довериться, а почему конюшня разрушена я не знаю.

– Ты там был, – говорил грозно отец, – во время твоего пребывания там была разрушена мойка, побит конюх и дико взволнованы лошади, и ты смеешь говорить, что это не мое дело и останавливать меня? – стукнул по столу ладонью Грэг.

– Я только побил конюха, а про мойку я не знаю. Где Реджина? – Эйден не хотел говорить отцу про поведение его дочери.

– Меня это тоже очень интересует, – говорил отец, откидываясь на спинку кресла, – и еще мне интересно как ты будешь выходить из этой ситуации?

– Ты объясни мне сначала что с конюшней?! – Эйден не понимал, что произошло там после его уезда.

– Вулкан разгромил всю мойку, – проговорил отец, – но не это главное. Мне сейчас важнее узнать, как ты будешь выходить из ситуации с Лори?

– Никак, я его уволил, – рыкнул Эйден. Он задумался над тем, что сказал ему отец. Он не понимал почему Вулкан так взбесился, брюнет уже хотел уйти из кабинета отца, чтобы позвонить в конюшню.

– Никому непозволительно оскорблять, а тем более бить человека по любой причине, – говорил строго отец и смотрел прямо на сына, – у тебя 24 часа исправить эту ситуацию, или я сам отвезу Лори на освидетельствование и снятие побоев.

– Он хотел трахнуть твою дочь, так что можешь везти, – Эйден уже был вне себя от злости. Из-за этой непонятной любви его сестры рушится все вокруг. Он встал и пошел к двери.

– Сын, – переосмысливая слова отпрыска, позвал уверенно его отец, когда тот уже был в дверях.

Эйден остановился, он знал, что отец не принимает необдуманных решений, а сейчас ему просто известна не вся ситуация.

– Да, пап?

– Хорошо, что ты не убил его, – ухмыльнулся отец, чувствуя некую вину, за то, что так резко говорил с сыном, – ответь мне только на один вопрос. Реджина была против этого?

– Пап, я не знаю, что творится с этой идиоткой, – Эйден вернулся и сел напротив отца, – наверное она была за, но я уверен, что потом она бы пожалела.

– Эди, расскажи лучше ты мне. Она ведь не поделится и не ответит, если я спрошу, – говорил проницательный отец, – она, что против Эммы? Поэтому так себя ведет? Она ведь никогда так не поступала.

– Я не могу сказать тебе всего, это не моя тайна. Она влюбилась в одного человека три года назад, долго его искала и, как я понял, нашла, – протянул Эйден, – пап, она не нужна этому человеку и поэтому или не поэтому, я не знаю, Реджина творит глупости. С Эммой они хорошо общаются, но Реджи все портит своей язвительностью, колкостями, азартом соперничества. Я не понимаю почему на них ведется Эмма, но Реджи это приносит кайф.

Отец усмехнулся на последние слова сына, но тут же вмиг стал серьезен.

– Эди, нам нужно помочь Реджине. Я не хочу видеть дочь расстроенной или творящей глупости. Может ее познакомить с кем-нибудь из твоих друзей или у Эммы есть какой-нибудь хороший молодой человек?

– Я поговорю с Эммой, а с моими друзьями Реджи знакома. Только нужно все сделать аккуратно, чтобы она не догадалась, а тем более чтобы она не знала, что ты что-либо знаешь, – более-менее спокойно сказал младший Миллс.

– Точно. Как я мог забыть, – вдруг воскликнул отец, прослушав то, что ему сказал сын, – Робертсон. У него же есть сын, приемник на его место. Как его? Не помню. Нужно позвать их на юбилей. Всем семейством и уже там невзначай познакомить с Реджиной.

– Его зовут Дэвид или Дени, но это отличная идея, – улыбнулся Эйден, – я узнаю у Эммы что-нибудь о нем.

– Да все равно как его зовут. Главное, чтобы Реджина забыла свою несчастную любовь и обрела счастье, – ответил решительно отец, – а ты обязательно поговори о нем с Эммой. Я уверен, он работает в их фирме.

– Хорошо, отец. Я сейчас же поговорю с Эммой и может и правда Реджи забудет того человека, – поднимаясь с кресла, сказал парень.

– Это было бы отлично, если оба моих ребенка будут счастливы. Ведь ты счастлив, сын?

– Да, – не задумываясь, ответил Эйден.

– Вот это самое главное, – наконец улыбнулся отец, но через секунду добавил, – разберись на конюшне. Я на тебя надеюсь.

– Хорошо, – парень кивнул и вышел, направляясь наверх в их с Эммой спальню, но не дойдя до нее, он набрал номер друга, который работал вторым конюхом и как раз оттаскивал Эйдена от Лори.

– Твою мать, – прошипел брюнет, наконец заходя в спальню.

– Что случилось, котик? Отец в ярости? – спрашивала Эмма, увидев удрученное состояние парня и его фраза точно убедила блондинку, которая как раз и дожидалась Эйдена в спальне, что что-то еще случилось.

– Не отец, а я! – рыкнул парень, – вот что черт возьми происходит?! После того как мы уехали, Вулкан слетел с катушек и разнес помещение мойки. Он сломал стойло, оборудование и отломал несколько автоматизированных щеток и сбежал через открытую калитку.

– Что? Почему он так сделал? Что на него нашло? – спросила Эмма, вставая с кровати и подходя к злому парню.

– Не знаю, у меня только одно предположение – Реджина, – посмотрев в глаза Эмме, сказал Эйден.

– Что Реджина? Эйден, я не понимаю, – говорила Эмма.

– Реджина и Вулкан связаны невидимыми нитями. Он ее друг и чувствует ее настроение лучше всех. Вулкан родился не великим жеребенком, он был слаб, и отец даже хотел его отдать, но Реджи в нем что-то нашла. Она ухаживала за ним, тренировала и сделала из него того, что все видят. Он самый быстрый жеребец в штате, его хотели заполучить многие коне-владельцы, участвующие в скачках, – Эйден сам осознавал сказанные им слова, – Эмма, Вулкан почувствовал, что ей плохо.

– Вот он почувствовал. А что ты, Эди? – покачала головой блондинка, все сильнее ощущая свою вину, – что мы сделали? Не нужно было ее оставлять и уезжать. Вот где она сейчас? А где Вулкан?

– Я не знаю, где она, но я знаю точно, что Вулкан рядом с ней, – закрывая глаза, сказал парень. Его сердце разрывалось на куски от осознания правильности слов Эммы.

– Где она может быть? – задала резонный вопрос блондинка.

– Не знаю. У нее есть любимое место, но о нем знают двое – она и Вулкан.

– Черт! – проговорила Эмма, – значит, остается только ждать. Может она сама объявится. Тем более сколько можно не ночевать дома.

– Это только ей известно. Ладно, я хотел с тобой поговорить, о сыне твоего начальника, – начал разговор Эйден, заваливаясь на кровать.

– О Дэрриле? – с приподнятыми бровями, спрашивала Свон, садясь на край кровати.

– Точно, Дэррил! А я Дэвид, Дени, – махнул рукой парень, – да, о нем. Расскажи мне о нем. Кто он, ну в смысле какой, его качества и все такое.

– Эйден, зачем он тебе? – спрашивала, насупившись Свон.

– Жениться хочу, – протянул с широкой улыбкой Миллс.

– Очень смешно, – буркнула Эмма и, встав с кровати, прошла к своему чемодану.

– Детка, не дуйся. Мы с отцом решили, что с ним бы хорошо познакомить Реджи, мы хотим, чтобы она забыла эту ненавистную любовь, – протянул Эйден.

– Что? – резко развернулась Эмма и смотрела зло на парня. Но через мгновение волна неизвестно чем вызванного гнева утихла и разум вернулся в белокурую голову, – он ей не понравится.

– Почему? Может и понравится, нужно попробовать, – уверял Эйден, – пусть хотя бы пообщаются, а ты мне сейчас про него расскажешь.

– И что ты хочешь от меня услышать? Что он мерзкий, противный, скользкий тип. Слизняк, который получает все, только благодаря авторитету и связям отца? – спрашивала зло Свон. Ей совсем не нравилась эта ситуация, а в особенности, что Реджина вообще с кем-то будет знакомиться.

– Эмма, остынь. Что ты так на него взъелась? Нормальный парень, я его пару раз видел, симпатичный. Отбрось свою неприязнь к нему, с ним будет встречаться Реджи, а не ты.

– Ты просил рассказать о нем, я рассказала, – огрызнулась блондинка, – что тебе еще нужно?

– Я услышал только оскорбления, а мне нужны факты, – Эйден смеялся над поведением и словами Свон.

– А о фактах, дорогой мой котик, – Свон достала из чемодана спортивную форму для тренировок и кинула на кровать, а сама стала раздеваться, – тебе расскажет Реджина, если конечно не прибьет тебя, за твою гениальную идею с знакомством.

– Она не узнает, что это спланированно. Отец пригласит Робертсонов на годовщину, там мы их и познакомим. Если ты конечно уверенна, что Дэррил не подходит, то тогда подбери еще несколько кандидатур. Мне нужно, чтобы моя сестра забыла эту девчонку, – уверенно сказал парень.

– Девчонку?! – переспросила с горькой усмешкой Свон, – да пусть забудет эту гадскую девку, которая ее так нагло использовала и бросила, а потом появилась и добила тем, что счастлива, – прошипела Свон и быстро натянула на себя тренировочную форму.

– А знаешь, пусть познакомится с Дэррилом. Я все же погорячилась. Они должны поладить. Может это он просто на работе такой, а в жизни совсем другой. Хороший и милый. Он ей точно подойдет, – у двери говорила Эмма.

Эйден с удивлением смотрел на блондинку и не понимал, что вызвало такую реакцию.

– Ты на долго на свое поле?

– Как получится, – кинула Свон, не посмотрев на парня и быстро забрав спортивную сумку, скрылась из комнаты.

Эйден выдохнул, он еще некоторое время думал о Реджине, о разговорах с отцом и Эммой. Поднявшись с кровати, он пошел решать проблемы с конюшней, которую разгромил Вулкан.

Реджина еще долго рыдала в шею своему коню. Он был единственным, кто ее не осуждал, а только поддерживал. Да, Вулкан не умел говорить и по мнению многих не умел чувствовать, но он был рядом и Реджина знала кто никогда не откажется от нее. Вулкан опять отвез ее на тот берег реки, на котором она провела предыдущую ночь. Это было ее место с детства и только здесь она могла найти спокойствие.

– Вулкан, вот скажи мне, что мне делать? Я ее люблю, она невеста моего брата и любит его, но я тоже его люблю потому что он мой брат, – посмотрев на Вулкана, выдала Реджина. Послышалось громкое фырканье, – и что ты фыркаешь? Ты же тоже не ровно дышишь к Найе. А папа ее хочет свести с Айсом, – послышалось фырканье еще громче и Вулкан демонстративно отвернулся, вставая к Реджине задом.

– Э, ты чего, я поддержки ищу, – конь вновь повернулся и вновь фыркнул, и облизнул лицо Миллс.

– Фуууу, гадёныш, ты что наделал? Я теперь вся в твоих слюнях, – брюнетка пыталась вытереть лицо руками, – и что ты ел? Я пахну теперь, как газон! – Вулкан заржал и побежал по воде. Реджина улыбнулась и подойдя к речке умылась.

– Мне иногда кажется, что ты человек превращенный в животное злым волшебником.

Девушка села на берегу под той же раскидистой ивой и задрала голову к небу. Все переживания, накопившиеся в душе, просились наружу. Она не знала, как поступить, но почему-то ей еще раз захотелось поговорить с Эммой. И, наверное, хоть что-нибудь прояснить.

Вечером Реджина так и не объявилась дома, и все сильно переживали за нее. Отец уже хотел поехать на поиски дочери, но Коралина и Эйден его отговорили, сказав, чтобы он дал ей время. А Эмма весь вечер изматывала себя тренировкой, не обращая внимания ни на что и ни на кого вокруг. Поэтому вернувшись в спальню и приняв душ, она уснула, не дождавшись Эйдена.

Младший Миллс выполнил указание отца и решил все проблемы. Он вернулся в спальню, когда на дворе было уже темно. Любимая давно спала. Брюнет принял освежающий душ и лег в кровать, прижимая к себе Эмму.

Вулкан привез Реджину очень ранним утром. Девушка очень тихо пробралась в свою комнату и уснула без задних ног.

Глава 8

На утро все поняли, что Реджина дома, так как Вулкан спокойно прогуливался по заднему двору. Никто не поднимал эту тему и даже между собой не разговаривали по этому поводу. Целый день спокойного общения и дружеской обстановки. Они дали Реджине время разобраться в себе, поэтому к ней поднималась только Мила, но брюнетка спала. Женщина оставила еду на тумбочке и не потревожив сон, покинула комнату. Грэг приказал отвести Вулкана на конюшню, чтобы конь хорошо отдохнул и поел.

Свон и Эйден весь тот день, что Реджина спала просто общались, но в каждом разговоре или просто прогулке, которую они себе устроили вечером чувствовалось нереальное и даже небывалое доселе напряжение. Хоть они и провели весь день вместе, ведь Эйдену даже удалось уговорить девушку не тренироваться сегодня, все же отчетливо было видно, что что-то тяготит блондинку. Но Миллс не стал сильно вдаваться в переживания Эммы, которая наотрез не хотела признавать, что что-то случилось. А случилось очень многое. Очень многое Свон осознала и поняла, когда изнуряла себя тренировкой. Она поняла, что ей противно только от одной мысли, что Реджина с кем-то. Что ее кто-то трогал, что кто-то с ней познакомится. Да не просто кто-то, а Дэррил Робертсон. Тип, который постоянно подкатывал к Эмме на работе, и который не упускал ни единой возможности затащить в свою постель очередную дуреху, сославшись на ее будущую известность и принятие на работу в качестве очередной модели. Не раз Свон спорила с финансовым, а по совместительству вице президентом компании Дэррилом по работе и каждый раз их перепалка заканчивалась очередным скандалом и выяснением отношений.

Свон было невыносимо представлять, что он станет ухлестывать за Реджиной, отвешивать ей свои заурядные комплементы, а она возможно поведется на них. Эмма не могла понять, а вернее как раз понимала, что с ней и почему она так реагирует. Но блондинка никак не хотела этого признавать. Ее тянет к Реджине и это далеко не секс, как она думала изначально. Ей была важна сама Реджина. Ее чувства, переживания, эмоции. Ее боль, которая сидела в брюнетке по вине самой Свон. Эмма очень хотела как-то помочь Реджине, но она не знала как, да и нужно ли это было? У нее есть жених. Эйден. Она не может и не должна так с ним поступать. И Эмма весь день, что Реджина находилась в своей комнате пыталась отогнать от себя эти навязчивые мысли. Да настолько, что как только подкралась ночь, Свон быстро легла в кровать и моментально заснула, и даже уговоры и доводы Эйдена не сработали. Ведь блондинка мгновенно провалилась в спасательный сон, отгоняя от себя такие навязчивые и совсем ненужные мысли, которые терзали ее целых уже два дня.

И вот утро предшествующего празднику дня. Эмма просыпается и видит, как Эйден тихо посапывает себе под нос, а у Свон на уме одна единственная мысль. Всего два дня. Сегодня, завтра, а потом они уедут. Реджина вернется в Нью-Йорк, а Свон наконец сможет вздохнуть спокойно. Остается выдержать только сегодня и завтрашний праздник. Эмма вновь в своих думах аккуратно, стараясь не разбудить Эйдена, вылезла из кровати и моментально одевшись в свою тренировочную форму, взяв сумку, пошла восполнять пропущенный вчерашний день.

Реджина проснулась утром и посмотрела на часы, не понимая какой сегодня день и какое время суток, так как плотные шторы были задернуты. Встав с кровати и отодвинув штор, она поняла, что сейчас утро.

– Я проспала целые сутки?!

Приняв душ и одевшись, она спустилась вниз и вышла во двор, так как в доме еще все спали.

– Доброе утро, – немного понаблюдав за Эммой, сказала Реджина. У нее было прекрасное настроение, не зря говорят – сон лучше лекарство.

Эмма сразу оторвалась от разминки и посмотрела на Реджину.

– О, – протянула Свон, – сонное царство проснулось, – с усмешкой говорила блондинка, оставаясь стоять также на поле.

Миллс широко зевнула.

– Да, а что завидно?

– Ты проспала больше суток, конечно завидно, – усмехнулась вновь Эмма и продолжила заниматься разминкой, стараясь не обращать внимания на Миллс, как она себя и убеждала.

Миллс осмотрелась по сторонам.

– Что было пока я спала?

– Подготовка к празднику. Твои родители очень ответственно к этому относятся, – говорила, не прерывая упражнения, Эмма.

– Рада слышать, – протянула Реджина, – ты не знаешь, где Вулкан?

– Грэг приказал отвести его обратно на конюшню. И кстати, он очень недоволен его поведением, – ответила Свон.

– А что случилось? – Реджина не понимала, о чем говорит Эмма.

– Что случилось? – Эмма закончила упражнения на спину и присела на газон, – присядь на ноги, – попросила Свон, кивнув на свои ноги.

Миллс с недоумением посмотрела на Эмму, но потом поняла, что та от нее хочет.

– Так что натворил Вулкан? – садясь как сказала блондинка, повторила вопрос Реджина.

– Он полностью разгромил мойку и сломал там все что только можно сломать, а потом вырвался и убежал, – ответила Свон, начиная качать пресс.

– Малыш?! Так вот почему он был мокрый, – усмехнулась Реджина, – а я все думала, как он оказался около меня.

– Малыш? – усмехнулась Свон, так и продолжая качаться, то приближаясь к Реджине, то ложась полностью на газон, – этот малыш такого натворил, что Эйден потом весь оставшийся день провел в конюшне, разбираясь с этими его проделками.

– Я возмещу отцу все финансовые потери. А Вулкан молодец, мой малыш!

– Да. Именно финансовые потери беспокоят твоего отца, – буркнула Свон.

– Что ты имеешь в виду? – вскинула бровь от удивления Реджина.

– Я имею ввиду, что твоего отца больше волнуешь ты, нежели конюшня! – уже начиная тяжело дышать от нагрузки, говорила Эмма.

– А что со мной не так?! Я отлично себя чувствую, у меня прекрасное настроение, – улыбалась во все 32 зуба Миллс.

– Спроси у него, а? – проговорила недовольно Свон и, закрыв глаза, продолжила упражнение.

Реджина улыбнулась и больше ничего не говорила, а только молча наблюдала за Свон.

Досчитав до 100, при этом несколько раз сбившись, Эмма закончила упражнение и оперлась локтями о газон, тяжело дыша и пытаясь восстановить дыхание, но смотрела при этом на Реджину, которая так и продолжала сидеть на ее стопах.

Реджина продолжала улыбаться, ее не смущало, что она сидела на ногах Эммы. Ей даже было интересно, что блондинка будет делать дальше.

– Я закончила упражнение, – намекнула Свон, давая понять, что Реджине пора встать с ее ног.

– И что? – сделала непонимающее лицо Реджина, – мне удобно и солнышко светит.

– А мне нужно продолжить тренировку, и кстати, ты можешь мне в этом помочь, – тоже улыбнулась Свон.

– Как?

– Для начала тебе следует встать с моих ног.

Брюнетка просто соскользнула с ног Эммы, продолжая сидеть на траве.

– Ну?!

Эмма тут же вскочила на ноги, разминая немного затекшие мышцы, и пошла за недалеко лежащим мячом.

– Ты хоть раз играла в футбол? Или хотя бы просто в мяч? – спросила Свон, подхватив мяч ногой и начиная делать футбольные финты.

– Я умею чеканить и просто пинать мячик. Все что осталось из детства, – протянула Реджина.

– Покажи, что умеешь? – Эмма ловко подкинула мяч в воздух и с лету ударила по нему ногой, тем самым отсылая его Реджине, а в душе надеясь, что Миллс не отойдет от летящего на нее мяча, а наоборот поймает его.

Реджина с легкостью поймала руками мяч.

– Раньше могла 22 раза набить, но это было так давно, – брюнетка подкинула мяч и ударила ногой, вновь поймав руками. Попробовав мяч и повторив так несколько раз, она с легкостью набила 8 раз.

– Ну, что-то типа.

– Для начала неплохо, – улыбнулась Свон и отошла к своей сумке, доставая оттуда утяжелители для ног, блондинка вновь села на газон, завязывая их на ногах.

– Побудешь вратарем или защитником?

– Вратарем, только предлагаю пари, – улыбнулась Миллс.

– Пари?! – усмехнулась Свон, – сестричка, ты действительно хочешь заключить пари?

– Детка, я действительно хочу заключить пари, – в тон Свон сказала Миллс.

– Ну давай. Попробуй, Малышка, – Свон встала с газона и подошла к Миллс.

– Сколько ты забьешь мне из 10?!

– Если играть по-крупному без этих штуковин, – кивая на утяжелители на ногах, говорила блондинка, – то все 10. А так могу раза 3 подхалтурить, чтобы лишний раз тебя не оскорблять.

– 5 на 5 и сегодня ты садишься на Вулкана, – с ехидной улыбкой протянула брюнетка.

– Мне нужно забить пять мячей из десяти? – не поняв правильно ли поняла, нахмурилась Свон.

Реджина засмеялась.

– Если ты забьешь мне только 5 из 10, то ты сейчас беспрекословно садишься на Вулкана, а если забьешь хотя бы 6, то… ты сама выберешь, что делаю я.

– Отличные условия, – усмехнулась Эмма, – придется кому-то скоро сильно попотеть, чтобы выполнить мои условия, – ухмыльнулась Свон и сделав импровизированные ворота, отошла вместе с мячом на несколько метров.

Реджина встала в импровизированный проем.

– Может у тебя перчатки есть?

– Посмотри в сумке, должны быть, – кивнула на правую перекладину Эмма.

Реджина залезла в сумку и так очень кстати и в правду оказались вратарские перчатки.

– Ну, что Свон, посмотрим? – брюнетка встала в проем.

– Посмотрим, Миллс, – усмехнулась Свон и несильно замахнулась.

Реджина приготовилась. Она играла в детстве в футбол, но сейчас она больше хотела позлить Эмму. Так что не надеясь на свою победу, Реджина с ухмылкой посмотрела на блондинку.

Свон же наоборот была уверена в своих силах как никогда. Но отчего-то смотря на эту улыбающуюся девушку напротив, даже не было желания стереть эту ухмылку своим фирменным подкрученным в левый верхний угол. А наоборот хотелось на как можно дольше увидеть эти сияющие глаза, эту искреннюю улыбку, это задорное настроение и продлить этот миг веселья и непринужденного общения на как можно дольше. И Эмма приняла решение, она пробила ударом прямо по центру, но не сильно, так, чтобы Реджина сумела поймать мяч.

Миллс поймала мяч и с улыбкой посмотрела на блондинку.

– Я конечно все понимаю, но, по-моему, ты хочешь покататься на Вулкане! – Миллс было трудно отвести взгляд от Эммы, тем более ей безумно нравилось, как она смотрится в своей спортивной форме.

– Кидай уже мячик, – усмехнулась Свон, понимая, что ее план полностью разоблачен. Только она так и не хочет прокатиться на Вулкане, она хочет просто видеть эту улыбку и озорной карий взгляд, а не потухший взор и грусть в глазах.

– Держи, – Реджина кинула мяч прямо под ногу Эммы.

Свон остановила мяч ногой и с ним же развернулась и побежала в другую от Реджины сторону.

– Ты что делаешь? – удивилась брюнетка. Она не поняла, что же задумала блондинка.

– Тренирую разные удары. Тебя это не устраивает? – спросила Свон, оббегая недалеко стоящее дерево.

– Нет, мне безразлично, как ты проиграешь, – Реджина именно сейчас забыла о той проблеме, которая тяготит ее уже несколько лет.

– Один пойманный тобой мяч еще не означает, что я проиграю, – крикнула Свон, так как уже довольно далеко убежала от импровизированных ворот и от импровизированного профессионального вратаря.

– Посмотрим, может я самый гениальный вратарь?! И во мне огромный потенциал, – крикнула Реджина.

– Если поймаешь этот мяч, я задумаюсь над тем, чтобы порекомендовать тебя в нашу команду, – крикнула Эмма и побежала к воротам, оббегая невидимых соперников, обводя замысловато защитников и отлично ведя мяч, запустила его пусть снова несильно, но прямо под нижний угол рядом с «перекладиной».

Реджина не стала строить из себя великого вратаря и в падении ловить мяч. Она отследила движения Эммы и отбила мяч ногой. С улыбкой посмотрев на Свон, как ни в чем бывало пошла к противоположной штанге в виде бутылки воды.

Свон также улыбнулась на поведение Реджины. Эмма решила поиграть в свою игру, чтобы Миллс немного постаралась, а не строила из себя профессионала.

Счет был 2:0 не в пользу Эммы, поэтому девушка решила отыграть очки. Двумя сильными ударами блондинка без труда пробила ворота, высокомерно улыбаясь. Дальше Эммы била через раз, то давая Реджине поймать мяч, то била так, что у брюнетки не было шанса.

– Ну что, сестричка, 4:5, – протянула Эмма.

– Знаешь, что, детка?! Ты сначала забей, а потом я буду потеть, – прошипела Миллс.

Эмма ухмыльнулась и с разбега сильным ударом пробила по мячу. Брюнетка отреагировала и, дотянувшись рукой, отбила мяч.

– Мать твою как больно! – Миллс было действительно больно после удара Эммы, она не ожидала, что так сильно будет жечь.

Эмма, увидев, как Реджина согнулась от резкой боли в остановившей мяч руке, тут же подбежала к девушке.

– Ну и зачем ты полезла на этот мяч?! К тому же одной рукой? – отчитывала брюнетку Эмма, и сама сняла с больной руки перчатку, видя при этом ярко-красный след.

– А зачем так было лупасить? – стонала Реджина.

– Да я все десять ударов била в пол силы, и этот был не исключение, – проговорила грубо Свон и держа ладонь Реджины в своих руках преподнесла к губам и начала обдувать ее воздухом. Пусть он и был горячим, но это был порыв помочь, которому Эмма не смогла противиться.

– Мне теперь больно, и ты в этом виновата! – ныла Реджина, – но единственное радует – ты проиграла!

– Да я и так бы прокатилась на твоем Вулкане. Зачем нужно было лезть, если видела, что он сильно летит? – возмущалась Свон и потянула Реджину за руку в дом.

– Ты бы не прокатилась, ты бы струсила, – продолжала бубнить Миллс, идя за Эммой, – куда ты меня тащишь?

– За льдом и мазью, – ответила блондинка и вдруг заметила, что ей тяжело идти. На ногах по-прежнему висели утяжелители. Свон, отпустив руку Реджины, нагнулась развязать их.

– Ты чуть меня не покалечила, изуверка. Я ей теперь даже двигать не могу, – преувеличивала Миллс, стоя около Эммы и не сводя с нее глаз.

– Максимум будет синяк. Не нужно так вопить и преувеличивать, – нагнувшись, говорила Эмма, а поднявшись посмотрела в смеющиеся карие глаза и добавила, – я покалечила, я вылечу. Пойдем, – и схватившись за здоровую руку, потянула Миллс в дом.

Реджина шла за Эммой, но продолжала бухтеть себе под нос. Ей безумно была приятна скрытая забота блондинки.

Они зашли на кухню, где в это время готовила завтрак Мила.

– Доброе утро, Мила, – улыбнулась девушке Эмма и, посадив Миллс на стул, прошла к холодильнику. Достав из морозилки большой кусок мяса, вновь подошла к брюнетке. Развернув ее ладонь, она тут же приложила мясо к травмированной руке.

– Эээ, ты что лед не могла найти?! Какой из тебя нафиг спасатель?

– Не могла! Он быстро растает и нужного охлаждения не даст, – ответила спокойно Эмма и, присев на соседний стул, продолжала в одной руке держать руку Реджины, а второй прислонять к руке ледяной кусок.

Мила с улыбкой наблюдала за происходящим.

– Вы как дети, обе! – женщина наблюдала за девушками, еще когда они только играли и была уверена, что это этим и закончится, – вы обе, кофе будете?

– Будем, – ответила за двоих Свон.

– А почему ты отвечаешь за меня? Может я не хочу кофе?

– Реджина, не будь ребенком! Поэтому бери свой кусок мяса, Эмму, и идите в столовую, тем более, что все скоро спустятся к завтраку, – сказала Мила и пошла к плите.

– Пойдем? – посмотрев на Эмму, спросила Миллс.

– Держи кусок и пошли, – сказала Эмма и сама, взяв здоровую руку, положила поверх мясо и встала со стула, направляясь в столовую.

Глава 9

Когда девушки пришли, в это время в столовую входили Кора и Грэг. Реджина опустила глаза и села на свое место.

– Доброе утро, девочки, – не заостряя внимание на дочери, сказала Коралина, также садясь за стол.

– Доброе утро, – улыбнулась родителям Свон и села на место рядом с Реджиной.

– Доброе утро, Эмма, – улыбнулся отец Эмме, а потом перевел свой строгий взгляд на дочь, не убирая его и продолжая стоять, – здравствуй, Реджина.

– Мила, неси завтрак, – крикнула миссис Миллс, чтобы отвлечь мужа.

Реджина посмотрела на отца.

– Здравствуй, пап.

– Выспалась? – поинтересовался отец, стоя возле стола и продолжая сверлить дочь строгим отеческим взглядом.

– Да, спасибо, – Миллс на вид была очень спокойна, но внутри все равно чувствовала за собой вину.

– Я хочу поговорить с тобой. Сразу после завтрака, – проговорил серьезно отец и присел на свое место за столом.

Реджина кивнула и увидела, как в столовую входит Эйден.

– Всем доброго утра, – кинул парень и увидел за столом сестру. Он подошел к Эмме и нежно, но мимолетно ее поцеловал.

– Что у тебя с рукой? – увидев кусок мяса, который держала Реджина, спросил Эйден.

Коралина и Грэг поприветствовали сына и взглядом проводили его до Эммы.

– Неудачная попытка построить из себя вратаря, – ответила за Реджину Свон.

– Она чуть не покалечила меня, – провопила брюнетка.

– Реджи, что у тебя за поведение? Скачки, футбол. Я не отчитывала тебя даже когда ты была ребенком, – посмотрев на дочь, уже грозно говорила Кора.

– А у нас Реджина за детство отрывается, – прошипел Эйден.

Реджина уже хотела ответить, как в столовую вошла Мила и внесла поднос с завтраком.

Все члены семьи Миллс совершенно не понимали поведения Реджины и были очень ей недовольны и даже не скрывали этого. Отец старался больше не смотреть на свою так сильно изменившуюся и не в лучшую сторону дочь. Коралина также не понимала состояния Реджины. Только Эйден понимал, что к чему, но все же был недоволен и даже возмущен таким поведением своей младшей сестры, за которую несет не меньшую ответственность чем родители.

Одна только Эмма понимала Реджину полностью, хоть ей и самой было трудно. Она знала каково сейчас брюнетке, но также знала, что ничем кроме дружбы, веселья, которое они получили утром, Свон не сможет помочь.

За завтраком все молчали, изредка перекидываясь рабочими фразами. Эйден обнимал Эмму, а Реджина заставляла себя не смотреть на них. Когда завтрак был закончен брюнетка под шумок хотела сбежать, избежав разговора с отцом.

– Жду в кабинете, – не успела дочь встать со стула, Грэг опередил ее резким словом и сам встав из-за стола вышел из столовой.

Реджина кинула злобный взгляд на Эйдена и пошла в след за отцом.

Когда она вошла, мужчина уже сидел в кресле.

– О чем ты хотел поговорить?

– Я продаю Вулкана, – сразу выдал отец.

– Что? Ты не посмеешь! Вулкан мой, и я не позволю тебе этого сделать, – Реджина была в ярости. Еще никогда она не повышала голос на отца и не разговаривала с ним в таком тоне.

– Забирай. В моей конюшне он не останется, – говорил совершенно серьезно отец и, открыв портсигар, достал сигару. Он курил только когда очень нервничал или был сильно расстроен.

– Куда? Как я его заберу? У меня работа! Отец, не делай этого. Вулкан убежал ко мне, это я виновата, – Реджина была зла, что отец ставит ее перед таким выбором.

– Ты виновата? Почему? Зачем он сбежал к тебе? – спокойно спрашивал отец, вставая со своего кресла и отходя к окну, при этом начиная курить.

– Мы поссорились с Эйденом, я была расстроена, и Вулкан почувствовав, что мне плохо, сбежал ко мне, – глубоко дыша, чтобы и дальше не кричать на отца говорила Миллс.

– При этом разрушив половину конюшни. А ваша ссора разрушила привычный, тихий уклад и работу моих сотрудников, – говорил холодно отец, смотря на зеленый газон заднего двора. Он был очень расстроен и переживал за Реджину, но в то же время безумно негодовал из-за ее поведения и поступков.

– Я оплачу все расходы, связанные с поломками и буду полностью содержать Вулкана, а на счет ссоры – это наше личное дело.

– Оплатишь и будешь содержать, но не в моей конюшне, – стоял на своем отец, пытаясь вывести на разговор Реджину и хоть немного понять ее, и чтобы она поняла его.

– Если ты продашь Вулкана или заставишь меня его забрать, я уеду из этого дома навсегда. Он единственный кто всегда рядом, когда мне трудно. Вулкан хоть и животное, но понимает меня лучше всех, а вы все только пытаетесь что-то во мне разглядеть, – крикнула брюнетка.

– Реджина, я разочарован. Я сильно разочарован в тебе и твоем поведении, – проговорил с паузами отец, не обращая внимание на нервозность и крики дочери. Подойдя к столу, он потушил так и не докуренную сигару, – тебе уже давно не 15 лет, чтобы делать такие заявления. Но вот почему в тебе проснулся несмышлёный подросток, прости, но ни я, ни мать, ни даже твой брат не понимаем. А сейчас можешь идти. Я не хочу больше с тобой разговаривать, – закончил на корню разговор Грэг, понимая, что от дочери ничего кроме истерик и криков не добьется и сел в свое кресло.

– Моя жизнь и так превратилась в дерьмо, так что не пытайся сделать ее еще хуже, забирая у меня Вулкана, – прошипела Реджина, – и прости, что разочаровала, – брюнетка развернулась и пошла к двери.

– Милая, расскажи мне, – совсем другим голосом просил отец, не успев Реджина выйти из кабинета.

Брюнетка закрыла дверь, которую успела открыть, оставаясь в кабинете.

– Пап, прости меня. У меня в жизни столько всего происходит, что я и сама не могу в этом разобраться, – закидывая голову и смотря в потолок, протянула брюнетка.

– Расскажи, Реджина, просто расскажи мне и тебе станет легче, – Грэг встал с кресла и подошел к дочери, приобнимая ее за плечи и ведя к дивану, возле стены.

Когда они сели на диван, Реджина поудобнее устроилась и отвернула голову, смотря в одну точку на книжном стеллаже.

– Три года назад в баре я познакомилась с человеком. Мы переспали, а на утро я проснулась одна. Я влюбилась как идиотка и искала каждый раз этого человека, когда приезжала к вам.

Отец внимательно слушал дочь и не смел ее перебивать, впитывая в себя каждое слово, эмоцию и чувствуя, как его девочке безумно тяжело и больно.

– Я нашла и тогда мой мир окончательно рухнул. Мало того, что она… – Миллс не знала говорить отцу кто это. Но ей очень хотелось, чтобы хоть кто-то ее понял и знал, что она чувствует, – пап, я люблю девушку и эта девушка – Эмма.

– Эмма? Эмма Эйдена? – безумно удивился отец. Нет, Эйден ему говорил, что Реджина любит и ищет человека. Но он никак не предполагал, что этот человек девушка. А уж то, что это Эмма – невеста его сына, совсем выбило почву из-под ног Грэга, и он даже не знал, что на это сказать дочери.

– Да, это Эмма, невеста Эйдена. Пап, я запуталась, – протянула брюнетка, из ее глаз уже давно катились слезы, – я люблю ее, но я никогда не разрушу его счастье.

– Дорогая, – был потрясен словами дочери Грэг и медленно обнял ее, кладя ее темную головушку себе на плечо и гладя по волосам, и совсем тихо проговорил, – милая. Девочка моя, успокойся. Я понял, я теперь понял, что с тобой творится. Реджина, прости. Как же тебе сейчас тяжело, я понимаю.

– Папочка, папа, что мне делать? Как мне жить? – Реджина наконец почувствовала реальное понимание и поддержку. Она наконец смогла выдохнуть от того, что она не одна хранит в себе эту тайну. Брюнетка плакала, уткнувшись своему отцу в плечо и крепко его обнимала.

– Милая, дорогая моя, доченька, – успокаивал Грэг, – я не знаю. Ты знаешь, как я тебя люблю. Я все отдам за тебя. Но Эди. Эйден. Я люблю его. Он мой сын, твой брат, – говорил Грэг, а потом покачал головой, – Господи, какие же вы сложные, дети мои.

– Пап, вот почему все так? Почему именно он встречается с ней, почему именно мой брат женится на девушке, которую люблю я? – шептала Реджина.

– Игры судьбы, – ответил на полном серьезе отец, ведь это было болезненно, но правдой, – скажи мне, а что Эмма? Она знает?

– Что я люблю ее? Нет. Она помнит нашу ночь, помнит меня, но она с Эди и… и этим все сказано.

– А может стоит ей открыться? – неизвестно зачем спросил отец, но ему было очень больно видеть свою дочь настолько подавленной.

– Зачем? Она с Эйденом, я не хочу, чтобы она чувствовала вину и ей было трудно от этого, – более серьезно говорила Реджина.

– А ты не думаешь, что ей уже трудно? А вдруг она… – Грэг замолчал и посмотрел в красные от слез глаза дочери и ему стало еще тяжелей, чем прежде. Он очень любит Эйдена. Но он сын, мужчина. А Реджина – его маленькая девочка, доченька. И в данной ситуации отец больше жалеет и сочувствует дочери.

Реджина поняла, что хотел сказать ее отец, но мысль об этом испепеляла ее изнутри.

– Пап, я так хочу ей признаться, я так хочу, чтобы она тоже сказала, что меня любит, но тогда я буду ненавидеть себя, так как разрушу счастье любимого брата.

– Милая, – отец понимал, что ситуация безвыходная и что его дочери так и придется с этим смириться, ведь она любит Эйдена. Ведь даже если и признается Эмме, а та ей ответит, Реджина права, она не простит этого себе. Но Грэгу все равно было тяжело и боязно за Реджину, но также он понимал, что он ничем не может помочь.

Они сидели на диване, и Грэг крепко обнимал дочь, даря той хоть небольшую, но все же поддержку, безграничную любовь и понимание.

– Я пригласил Робертсонов на наш юбилей, – нарушил звенящую тишину Грэг, когда почувствовал, что дыхание Реджины подуспокоилось, а из глаз перестали литься слезы отчаяния.

– Кто они? И зачем? – уточнила брюнетка. Эта фамилия ей что-то напоминала, но что она вспомнить не могла.

– Они наши с матерью старые друзья, – ответил отец и тут же продолжил, чтобы не было недопонимания, – они придут семьей, вместе с сыном Дэррилом.

– Пап?! Вы решили позаниматься сводничеством? – Реджина с улыбкой посмотрела на отца.

– А что? – оправдывался наигранно отец, – мы с Эди подумали, что так тебе будет проще забыть свою любовь, правда он совсем не знал, кого тебе стоит забыть.

– Стоп! Эди тебе все рассказал?! Вот говнюк! И это называется брат, сдал меня с потрохами, – наигранно сказала Реджина, девушке больше не хотелось мусолить эту для нее тяжелую тему.

– Если бы он не сдал, я бы с ума сошел, – также наигранно воскликнул отец, – дорогая, если ты не хочешь, я все отменю.

– Нет, не нужно. Мне нужно отвлечься и новое знакомство будет очень кстати, – Реджина встала с дивана и подошла к зеркалу, приводя себя в порядок, – ты же не заставишь меня забрать Вулкана?

– С одним условием, – также вставая и подходя к столу, ответил отец и сразу продолжил, – что ты проведешь с ним разъяснительную беседу и накажешь его сама.

– Спасибо, папочка. Тогда прямо сейчас поеду наказывать, – улыбнулась Реджина.

– Конечно езжай, дорогая. Но только ночуй, пожалуйста, дома, – настаивал отец, – и кстати на счет Дэррила. Его отец Эд Робертсон владелец рекламного агентства «World», в котором и работает его сын и Эмма. Ты можешь с ней как раз и поговорить о нем… – сначала отец говорил живо и с улыбкой, но к концу предложения голос стих и Грэг осознал, что только что предложил Реджине.

– Вот так я и сделаю. Мне нужно учиться общаться с ней на разные темы. Поэтому не переживай, пап, все будет хорошо, – с улыбкой сказала брюнетка, – пап, может ты с нами поедешь?

– Нет, родная. Я думаю, что я вам там не нужен, – улыбнулся отец и немного выдохнул, видя, что дочь искренне улыбается и хоть немного, но отошла от своих дум, – только пообещай мне одно.

– Что еще? – Реджина посмотрела на отца.

– Что больше не будешь скрывать от меня ничего и всегда придешь за советом и поддержкой. И знай, я тебя всегда пойму, дорогая, – говорил отец, вновь подойдя к дочери.

Брюнетка поцеловала отца в щеку и тихо прошептала:

– Обещаю, – еще раз улыбнувшись, она вышла из кабинета, направляясь в гостиную.

Кора разговаривала по телефону, решая очередной вопрос по поводу предстоящего праздника, а Эмма и Эйден сидели на диване и о чем-то разговаривали.

– Эйден, ты поедешь со мной и Эммой на конюшню?

Парень с удивлением посмотрел на блондинку, – на конюшню?

– На конюшню, – подтвердила уверенно Свон, даже и не думая давать задний ход и с вызовом смотрела на Реджину.

– Она сегодня будет кататься на Вулкане, не зря же моя рука пострадала, – подтвердила брюнетка.

Коралина даже на несколько секунд оторвалась от разговора, услышав слова дочери.

– Удачи, – кинула она Эмме и вновь вернулась к разговору.

– Детка, ты уверенна? – неуверенно спросил Эйден.

– Эди, я проиграла, а значит выполню условия пари, – уверенно ответила Свон и встала с дивана, – поехали, – уже Реджине говорила Эмма.

– Ну поехали, – сказал Эйден и встал с дивана. Он поцеловал Кору, и они все вместе пошли к машине.

– Реджи, ты поговорила с отцом?

– Да. И теперь хочу поговорить с Эммой на счет Дэррила, – улыбнулась Реджина, посмотрев на Эмму. Брюнетка села в машину, – а ты братец у меня еще получишь!

Эмма кинула недобрый взгляд в сторону Миллс, понимая, что та специально это сказала, чтобы вывести ее из себя и из равновесия, но блондинка не стала никак реагировать, а просто села в машину.

Когда все они сели в машину, только Эйден хотел уже тронуться, как из дома выбежала Мила, говоря, что парня вызывают к телефону, что-то срочное по работе.

– Ладно, девушки, я вас покину, если освобожусь раньше, то приеду на другой машине, – Эйден был расстроен, что из-за работы он не может поехать с сестрой и невестой.

– Детка, если боишься, то можешь отложить свою поездку на Вулкане.

– Иди уже работай, – кинула Свон, выходя вместе с Эйденом из машины и обходя ее, подошла к парню, возле водительской двери.

– Котик, не переживай. Я сама хочу уже прокатиться на этом неуправляемом коне.

– Хорошо, – Эйден поцеловал Свон, – а ты отвечаешь за нее головой, – кинул он Реджине.

Брюнетка тоже вышла из машины.

– Не переживай, привезу я ее в целости и сохранности. Ну, что, детка, показать тебе наши владения?

– Сестричка, если только покажешь дорогу, – ухмыльнулась Свон и села на водительское сидение.

Эйден и Реджина улыбнулись. Парень пошел в дом, а Миллс села на пассажирское сидение рядом с блондинкой.

– Тогда у нас будет скучная поездка, вперед по обычной дороге.

– Слушай, если ты будешь хорошим штурманом, то пилот обещает, что скучно не будет, – Эмма завела мотор на внедорожнике Эйдена и резко тронулась с места, сразу набирая скорость.

Глава 10

– Тогда через 500 метров сверни направо, там поле кукурузное будет и по нему прямо, – ковыряя ноготь, сказала Миллс, – расскажи мне про Дэрилла?

Эмма ничего не ответила, а лишь с силой нажала на газ, да так, что машина резко дернулась. И не сбавляя скорости, они вошли в поворот. И Реджине было уже совсем не до ногтей. Свон держалась за руль и не почувствовала в большей степени резкий и опасный поворот, зато брюнетку сильно дернуло и потянуло резко в левую сторону.

Когда машина вновь встала ровно и Реджина вернулась в прежнее положение, она с ухмылкой посмотрела на Свон.

– Не говори, что ревнуешь?

Они неслись через кукурузное поле и вокруг было ничего не видно.

– Ревную? Не неси чушь! – рыкнула, но с усмешкой Свон, – просто он мерзкий тип, и я очень тебе не завидую.

– Ну мне принципе интересно какой он – симпатичный, высокий или низкий, почему ты так к нему относишься? Включи объективное мнение, – Реджина улыбалась, она всегда любила так кататься по полям, но ей всегда за это доставалось.

Эмма, не сбавляя скорости, летела по полю и смотрела исключительно вперед, но все же отвечала Реджине, стараясь придать своему голосу спокойствие, хотя ее дико раздражала эта ситуация.

– Симпатичный, высокий кареглазый брюнет. Очень самолюбив и нескрываемый бабник. Через его постель прошли все ведущие модели агентства, а те, кто отказался, так и не смогли стать ведущими, – ответила правду Свон, – единственное хорошее в нем качество, так это честность и прямолинейность.

– Отлично! Значит, мы договоримся, – со своей самой ехидной улыбочкой на лице сказала Реджина, – когда вылетишь с поля налево по дороге через поливные каналы.

– Секс без обязательств, это тебе нужно? – проговорила зло Свон, и через пару мгновений, не дождавшись ответа, вновь резкий поворот руля и направление машины на те самые поливные каналы.

– А почему бы и нет?! Я не готова сейчас к серьезным отношениям, да и через несколько дней я вернусь в Нью-Йорк, а секс с симпатичным мужчиной мне не помешает, – спокойно и уверенно сказала Реджина. Они въехали на каналы. Вода и земля сразу начала попадать на стекла и закрывать обзор.

– Тогда желаю удачи, – прорычала Свон и, включив дворники, вместо того, чтобы притормозить, только ускорилась и грязь стала попадать не только на лобовое и боковые стекла, но и на вообще весь автомобиль, не оставляя ни единого чистого места.

Миллс продолжала наслаждаться приключением.

– Немного в горку, а там уже видно конюшню.

Эмма так и сделала, но только немного свернула вправо на небольшие ухабы со стороны пассажирского сидения и специально изменяла скорость автомобиля от завышено быстрой, до чуть медленней. И только лишь для того, что Миллс отчетливей прочувствовала те самые ямы, по которым Свон специально, разозлившись на ее поведение и на ее слова о Дэрриле и их дальнейших отношениях везла ее.

Улыбка немного сползла с лица Миллс, но вновь вернулась, поняв почему Свон так поступила, подумав о собственичестве блондинки.

– Там дорога намного ровнее.

– А мне нормально, – пожала плечами Свон и продолжила везти автомобиль так, как и до этого.

Они доехали до конюшни и Реджина на себе ощутила, как резко затормозила Эмма.

– Хорошо водишь, ничего не скажешь. Ладно пойдем, мне еще предстоит серьезный разговор с Вулканом, – сказав, брюнетка вышла из машины и увидела во что превратила Свон машину брата, – это будешь объяснять ему сама.

– Заедем на обратном пути на мойку, – огрызнулась Свон, также выходя из машины и сильно хлопая дверью.

– Я могу тебя расстроить – до ближайшей, ну, наверное, километров 30, – усмехнулась Миллс, – ладно пойдем, я попрошу парней сполоснуть.

– Лори? – уколола Свон, стоя со скрещенными на груди руками и с враждебной улыбкой на лице.

– Могу и Лори, – спокойно ответила Реджина и пошла в сторону здания, – пошли.

Эмма буркнула себе под нос что-то явно нецензурное и мысленно отругала за такое типичное свое поведение и пошла вслед за Реджиной.

Миллс зашла в конюшню и поздоровавшись с конюхами среди которых был и Лори, прошла прямиком к деннику Вулкана.

– Привет, мальчик мой. Ты что тут устроил позавчера? Я понимаю, что из-за меня, но зачем было все рушить? – Вулкан фыркнул и отвернулся от Реджины, – ну, не обижайся, я скажу папе, что отругала тебя, и ты наказан. Но с завтрашнего дня. Сегодня ты покатаешь Эмму.

Вулкан медленно повернулся и громко заржал.

– И что это значит? – подойдя, спросила Свон, смотря на жеребца.

– Вулкан, что это значит? – сама спросила Миллс, – ты мне не балуй, ты помнишь, что я тебе про нее говорила, – Вулкан фыркнул и пошел к поилке.

– Он не хочет, – сделала вывод Эмма.

Реджина засмеялась.

– Свон, поверь мне, когда он не хочет он выражает это по-другому.

– А что тогда этим он выражает? – смотря на коня в деннике, Эмма чувствовала себя более-менее уверенной.

– Ничего, – Реджина не стала уточнять, что конь просто ревностно относится к Свон, – Лори, запряги мне пожалуйста Вулкана и Найю.

– Еще раз получить по морде, я не хочу. Вулкана запрягает пусть кто-нибудь другой, – крикнул парень и пошел к деннику Найи.

– А Найя тебе зачем? – спросила Эмма, с пренебрежением смотря на Лори.

– А я на чем поеду? – спросила Реджина и увидела, как к ним идет второй конюх Даг.

– Я думала, что ты покатаешь меня на Вулкане? – настороженно спрашивала Эмма, понимая теперь на что подписалась и что ей сейчас предстоит делать.

– Я и покатаю тебя на Вулкане, только я буду ехать на Найе рядом, может потом если захочешь почувствовать скорость я пересяду к тебе. Пойдем, их сейчас подготовят, – сказала девушка и пошла к выходу.

– Реджина, мы так не договаривались. Я не хочу одна садиться на этого вздорного и неуправляемого коня, – шла и бурчала Свон.

– Эмма, все будет хорошо. Мы просто прогуляемся, я буду держать Вулкана, – улыбнулась Реджина.

– Да конечно! – воскликнула эмоционально Свон, – его четыре крепких мужика удержать не смогли на той самой мойке, зато у тебя получится.

– Свон, сравнила! Меня и четырех мужиков, – воскликнула Миллс.

– А что тебе не нравится в этом сравнении? – приподнимая бровь, спросила блондинка.

– Мне не твое сравнение не понравилось, а твой сарказм в голосе, – брюнетка присела на лавочку около входа.

– Обычный сарказм, – пожала плечами Эмма и встала напротив Миллс.

– Расскажи мне что-нибудь, – попросила Реджина.

– Что ты хочешь от меня услышать, сестричка? – улыбнулась Эмма, – про работу или про жизнь.

– Про что хочешь детка, нам ждать еще минут 10.

– Однажды, когда я еще работала простым дизайнером на фирме был один интересный и даже можно сказать нудный клиент, – начала рассказывать Свон, – так вот. Он требовал просто невозможной рекламы за тот бюджет, что нам предложил. Но зато психовал, истерил и грозился устроить нам нехилую репутацию на будущее. Причем этот клиент был нашим постоянным. Вот ты теперь представляешь, какое терпение должно было быть у Эда, чтобы не послать его ко всем чертям? – усмехнулась Свон.

– Но мистер Робертсон довольно сдержанный человек с клиентами, но достаточно холодный и строгий с подчиненными. Так вот он и дал нам всем задание устроить этому гавнюку такую рекламу, чтобы тот запомнил ее на всю жизнь, да еще и сделал нам скрытую рекламу на будущее. Ну вот мы и собрались всеми начальниками отделов в фотостудии, – улыбнулась Свон, вспоминаю ту знаменитую ночь.

– И? Ты умеешь заинтриговать, – Реджина улыбнулась, смотря на Свон.

– Ну, что было ночью я помню смутно, – засмущавшись, улыбнулась Эмма, – но зато утром нас всех вызвал Робертсон. А то что мы еще и находились все в фотостудии не заставило его нас долго ждать. Так вот, как только он увидел наше состояние, – Эмма покашляла в кулак, и старалась скрыть улыбку, которая так и вырывалась наружу, – сразу объявил нам каждому по строгому выговору, а после добавил это еще и квартальной премией.

Реджина улыбнулась.

– Свон, ты не исправима. Так почему вам дали премию за пьянство на работе?! – Миллс сидела с очень ехидной улыбочкой.

– Потому что пять пьяных, креативных мозга выдали такую идею и состряпали такую рекламу, что этот самый давний клиент был настолько доволен проделанной работой, что увеличил сам бюджет в два раза, а заодно и премиальные за наш своеобразный и исключительный подход, – ухмыльнулась Свон, а потом засмеялась.

Реджина также задорно засмеялась на рассказ Свон.

– А твой пьяный мозг всегда выдает гениальные идеи?

– Ну там был не только мой пьяный мозг. Так сказать, коллективное мышление, – прекращая смеяться, ответила Эмма и посмотрела на ворота, через которые Даг выводил Вулкана.

– Ну в твоем креативном мышлении я не сомневаюсь, – поднимаясь, сказала Миллс, – ладно пойдем, прокачу тебя.

Брюнетка подошла к ящику и достала несколько морковок.

– Держи, он любит ее, это так для задабривания.

Свон тут же взяла овощ из рук Реджины, и с опаской смотрела на коня, который в свою очередь смотрел на Эмму с недоверием и даже фыркнул.

Миллс показала Дагу, чтобы тот отошел и со стороны смотрела на Вулкана и Эмму. Конь, фыркая, смотрел на Свон, но почувствовав морковь, начал медленно к ней идти на встречу.

Эмма удержала себя от шага назад и осталась стоять на месте. Она для себя решила, что нужно побороть свой страх и боязнь и показать этому строптивому коню, что она тоже лыком не шита. Свон показала Вулкану морковь и как только заметила его глаза, направленные на овощ, убрала морковку за спину, при этом широкой улыбалась, наблюдая за изменившейся мордой жеребца. 2

Вулкан сильно фыркнул и начал более уверенно подходить к Эмме. Реджина продолжала стоять за спиной Свон, она только и думала, что Эмма зря затеяла эту игру.

А Свон так и осталась на месте, не прерывая зрительного контакта с конем и даже чувствуя в себе все большую силу и уверенность в своих действиях.

Вулкан подошел в плотную и обнюхал Эмму, понимая, где находится его любимая морковь. Он поднял морду и посмотрел на блондинку, но неожиданно он сильно чихнул.

Миллс была в шоке, она просто не могла сдержать истерического смеха от зрелища, за которым наблюдала. Свон от шока опустила руки и Вулкан спокойно забрал морковь и смотря на блондинку начал ее жевать.

– Вот ж гад! – буркнула Эмма, отойдя от небольшого шока и оцепенения, – будешь еще так делать, я вообще не буду кормить тебя морковью, а дам горькую редьку! – буркнула Свон и слышала, как за ее спиной смеялась Миллс.

– А ты что смеешься? – повернулась блондинка к Реджине, тем самым вставая спиной к Вулкану.

У Миллс просто была истерика, она никак не могла успокоиться. Как только она вновь смотрела на Вулкана и вытирающую лицо Эмму, она снова начинала хохотать.

– Не нужно было с ним играть.

– Ничего, пока он не одумается морковку не получит, – повернулась вновь к Вулкану Эмма и строго говорила ему сощурив при этом глаза.

– А можно узнать, что ты подразумеваешь под одуматься? Просто если ты не объяснишь, он может облизнуть, укусить, отказаться катать и так далее, – скрестила руки на груди Реджина.

Вулкан с невозмутимым видом смотрел на Эмму, причмокивая остатками моркови.

– Одуматься – это значит не вести себя так высокомерно, как ведет себя он, – тыкая пальцем в морду, сказала невозмутимо Эмма, уже совсем не боясь этого грозного на первый взгляд животного, но такого чувственного, умного и понимающего каким он есть на самом деле.

– Там есть бочка с водой и рядом висит полотенце, можешь умыться, если хочешь, – предложила брюнетка, подходя к Вулкану.

– Ну и что ты творишь? – очень тихо спросила Реджина, на что Вулкан громко фыркнул.

Эмма воспользовалась советом брюнетки и подошла к бочке. Ополоснув руки, она тут же ополоснула лицо от проделки коня и, вытерев его полотенцем, стояла и смотрела на то как Миллс отчитывает Вулкана. Тогда Свон набрала в свои ладони воду, быстро подошла к жеребцу и моментально прыснула ему водой прямо на морду, обойдя при этом Реджину.

Вулкан от неожиданности фыркнул и с удивлением посмотрел на блондинку.

– Ой, зря ты это, – протянула тихо Миллс, зная, что Вулкан своенравен и мстителен. Конь не отрываясь смотрел на Эмму.

– Ну что, мальчик, один-один, – не отрываясь от взгляда Вулкана, уверенно говорила Свон.

Реджина улыбнулась.

– Ну, что попробуешь на него сесть? Малыш, веди себя культурно, – Реджина взяла его за уздечку и немного развернула, – вставляй ногу в стремена, подтягивайся и перекидывай ногу через него.

Свон сделала все, как и сказала Реджина, но вот только Вулкан так просто не подпустил блондинку. И как только она вставила свою ногу в стремя, он несильно дернулся. Да так, что Эмма, не удержавшись на одной ноге, упала прямо на пятую точку и тут же услышала ржач жеребца.

Миллс испугалась и сразу бросилась к Эмме.

– Ты как? Не ушиблась? А ты говнюк, что делаешь? Я же тебя просила! – злилась Реджина, смотря на коня и одновременно помогая Эмме.

– Это он так показывает свой неприступный характер, – усмехнулась Свон, вставая с помощью Миллс на ноги и потирая слегка ушибленное бедро, – ничего, и не таких укрощали. Да, строптивый мой? – улыбнулась Эмма и подошла прямо к морде коня.

Вулкан с невозмутимой мордой смотрел на блондинку, а потом вообще отвернулся.

– Давай попробуем еще раз, только я тебя подсажу, чтобы быстрее было, – сказала брюнетка и хлопнула коня по бедру, выказывая свое недовольство его поведением.

– Давай, – согласилась Свон, ухмыльнувшись на поведение коня, так рьяно показывающий свой характер, но в то же время и показывающий, что он не причинит зла или вреда блондинке.

Свон вновь вставила ногу в стремя и с помощью Реджины за считанные секунды оказалась верхом на Вулкане, держась за уздечку двумя руками и привыкая к новым для себя ощущениям и для себя отмечая, что они очень даже захватывающие.

– Ну как, удобно? – Реджина смотрела снизу-вверх и любовалась блондинкой, – только держись крепче.

– Отлично! – говорила Эмма, и все же последовала совету Реджины, держась крепче за поводки и осматриваясь вокруг. А потом нагнулась к уху Вулкану и проговорила:

– Не нужно играть со мной, Вулкан, а не то я тоже умею пошалить, – усмехнулась блондинка, несильно похлопав коня по шее.

Реджина не успела даже среагировать, когда Вулкан понес Эмму. Она просто находилась в шоке несколько секунд. Но придя в себе, она побежала к Найе, которую уже давно вывел Лори. Запрыгнув на нее, Миллс помчалась за Вулканом.

Конь несся с огромной скоростью, он хотел показать на что способен. Показывая блондинке, что он тоже серьезный противник.

Эмма была неопытным наездником, а вернее сказать она вообще не была наездником. Она первый раз в седле, первый раз общается так близко с лошадьми и первый раз в ее жизни ее понес конь. Единственное, что Эмма успела сообразить, так то, что Вулкан фыркнул на ее слова и моментально побежал.

Свон впервые чувствовала страх. Страх перемешенный с нереальным кайфом и переходящий в небывалый адреналин скорости и опасности. Эмма сильно взялась за уздечку и пригнулась, больше ближе головой к голове коня, ближе прижимаясь к нему, но даже не пыталась его остановить, прекрасно понимая его желание высказаться и показать кто здесь главный.

– Я не боюсь, Вулкан. Не боюсь! – кричала с восторгом Эмма все больше и больше осознавая, что ничего кроме наслаждения скоростью, ветром, свободой она не чувствует. Ни страха, ни паники, ни беспокойства. Только нереальный кайф и дикий адреналин.

Миллс неслась за Вулканом и Эммой и понимала, что конь показывает только половину своей мощи, так как она с каждой секундой приближалась к ним. Также Реджина поняла, что Вулкан скачет к ее месту на реке. Приладив Найю стеком, брюнетка догнала жеребца и перегородила ему путь, снижая скорость, а потом и вовсе останавливая.

– Идиот! Эмма, ты как? Не сильно испугалась? – Миллс подъехала и схватила Вулкана за уздечку.

– Испугалась?! – воскликнула очень громко Эмма, – нет! Это просто… Это просто нереально! Вау, супер! – восклицала восторженно блондинка, смотря на Реджину.

Миллс была в шоке, она с глубочайшим удивлением смотрела на блондинку.

– Малышка, ты нонсенс! Ни один человек после такого так себя не ведет, – Реджина говорила с улыбкой, но все равно кидала яростные взгляды на Вулкана.

– Что, красавчик, не удалось сломать меня? – ухмыльнулась Свон, чуть похлопывая Вулкана по его мощной шее, а потом посмотрела на Реджину.

– Спасибо, я никогда не испытывала таких эмоций!

– Ну, во-первых, могу тебе расстроить он не хотел тебя ломать, так как не показал и половины своих возможностей, во-вторых, он еще получит за свою выходку и, в-третьих, я очень рада, что тебе понравилось, – Реджина продолжала не сводить взгляда с Эммы. И, развернув Найю, Миллс повела их к месту, к которому скакал Вулкан.

– Ну я надеюсь он мне еще покажет свои возможности. И не нужно его ругать, он молодец! – похвалила жеребца Свон.

– Ты знаешь, что он мог тебя убить? Ему ничего не стоило тебя скинуть, – рычала Реджина, – Эмма, я ни за кого так не боялась, как за тебя, а он сделал это специально.

– Реджина, – Эмма потянула за уздечку, тем самым останавливая Вулкана и видя, что и Найя остановилась, – почему он специально это сделал?

– У меня два варианта – ревность и помощь. Я очень надеюсь на вариант номер два, так как он привез тебя сюда, – Реджина повернулась и показала рукой на берег реки и высокую раскидистую иву, – это мое место и о нем знаю только я, ну и конечно Вулкан.

– Теперь и я, – улыбнулась Свон, а потом сразу продолжила, – значит, вот почему он так ведет себя. Он ревнивый жеребец, оказывается.

Миллс поняла, что Эмма захотела уйти от темы и Реджина была согласна.

– Да, он еще тот говнюк, – она вновь повела Вулкана и Найю в сторону берега.

– Так это ты здесь провела две ночи подряд? – как только они подошли к воде, спросила Эмма.

– Да. Вулкан, всегда везет меня сюда. Он с детства знает это место, – спрыгивая с Найи, сказала Реджина, – давай, помогу спуститься, – она подошла к Эмме и Вулкану.

– Я сама, – ответила Свон и, отпустив уздечку перекинула ногу и ловко спрыгнула с коня, но в последний момент, уже на земле не удержалась и начала падать прямо на Реджину.

Миллс сделала шаг и заключила Эмму в свои объятия, не давая упасть.

– Не самодельничай в том, что связано с лошадьми!

Сердце вновь бешено заколотилось и все душевное равновесие улетело в трубу, как только лица оказались всего в сантиметрах друг от друга, как только эти крепкие и в тоже время нежные руки не дают упасть, как только Эмма почувствовала горячее дыхание и увидела мягкий взгляд в свою сторону. Свон не выдержала и моментально сократила оставшееся расстояние и прильнула в нежном поцелуе к манящим пухлым губам.

Глава 11

Миллс от неожиданности впала в ступор и несколько секунд не предпринимала никаких действий, но придя в себе, она яростно ответила на поцелуй, еще крепче прижимая к себе тело Свон. Реджина разрывалась от желания продолжить и наконец почувствовать те ощущения, которые преследовали ее три года или оттолкнуть, не давая себе даже мысли посягнуть на невесту брата.

Прекратив поцелуй, она прислонилась лбом ко лбу Эммы и вдохнула дурманящий аромат. Ответ пришел сам собой, брюнетка зарылась ладонями в белые локоны, возобновляя поцелуй.

И уже Эмма яростнее и страстнее начала отвечать на него, руками проскальзывая под майку и тут же начиная ласкать живот и грудь. Мозг блондинки отключился в эти секунды моментально, и она даже и не думала о последствиях, отдаваясь в полную власть эмоциям, ощущениям и дикому желанию.

Реджина начала медленно пятиться назад, увлекая за собой Эмму, понимая, что им не помешала бы опора. Миллс облокотилась спиной к иве, давая Эмме прижать себя сильнее. Ива своей раскидистой кроной и листвой загораживала их от внешнего мира. Реджина в эти мгновения была самой счастливой, так как чувствовала, что Эмма ей отвечает.

Разорвав поцелуй, брюнетка в одно движение стянула со Свон майку и, прикусив свою нижнюю губу, начала любоваться телом блондинки. Нежно, трепетно, невесомо она прикасалась подушечками пальцев к нежной коже.

Эмма без лишних разговоров сама сняла с себя лифчик, но не приближалась к Реджине, так и давая той вдоволь рассмотреть ее.

Миллс очень медленно приблизилась и поцеловала в ключицу, томно спускаясь к великолепной груди Эммы. Реджине нравилось все. Свон была для нее идеальна. Она, не переставая, вдыхала ее нежный аромат, руками ласкала мягкую кожу. Когда ее губы коснулись возбужденного соска груди блондинки, сердце остановилось, а стон сорвался с губ. И не только с губ Миллс, но и Эмма не могла сдержать прерывистого стона. Она запрокинула голову назад, смотря в небо, скрытое за широкими ветвями ивы и глубоко задышала, стараясь оставаться еще в этом мире, соображать и думать. Но эти губы и нежные ласки не давали даже намека на разум, они его абсолютно и полностью взорвали, даря при этом незабываемые ощущения.

Реджина взяла за руку Эмму и начала садиться на траву, растущую под деревом. Свон поддалась и села рядом, Миллс хотела что-то сказать, но слова комом застревали в горле. Она вновь прильнула к манящим губам блондинки и, поддерживая руками, уложила ее прямо на землю, нависая сверху.

Эмма отвечала на поцелуй, но ей катастрофически хотелось почувствовать теплоту тела Реджины. И она, оторвавшись, произнесла хриплым голосом:

– Разденься.

Реджина отстранилась и сняла спортивную майку, под которой не было лифчика. Она сразу вновь нависла над Свон, прижимаясь горячим телом.

Эмма наслаждалась горячим телом. И как только их тела соприкоснулись, Свон закусила нижнюю губу, сдерживая так вырывающийся стон от одних только прикосновение.

Миллс вновь начала покрывать тело Эммы жаркими поцелуями, покусываниями, медленно спускаясь к ремню брюк. Рука уже переместилась на внутреннюю сторону бедра то поглаживая, то с силой сжимая, непроизвольно касаясь ширинки.

Эмма выгибалась навстречу этим прикосновениям, поцелуям, укусам, лишь бы не потерять такой желанный контакт. Лишь бы полностью прочувствовать те самые ощущения, которые она ни с кем и никогда больше не чувствовала. Лишь бы насладиться этим мигом вдоволь и полностью, абсолютно не думая о будущем. Только здесь и сейчас.

Через какое-то время просто поцелуев, прикосновений, Реджина перешла к более уверенным и настойчивым действиям. Посасывая сосок Свон, она ненавязчиво расстегнула пуговицу и молнию на штанах и очень быстро туда проскользнула. Ощущая насколько возбуждена возлюбленная, это факт сорвал остатки разума. Брюнетка отстранилась и села между ног Эммы. Она очень быстро стащила с нее брюки вместе с трусиками.

– Я хочу тебя, я безумно тебя хочу…

– Возьми меня, Реджина, – прорычала Свон, чувствуя, что находится на грани сумасшествия от этих небывалых ощущений. И даже то, что они лежат голыми на траве, совершенно не мешало. Были только они и дикое желание.

Миллс, не вставая с земли стянула брюки и с себя, чтобы полностью ощутить девушку, о которой мечтала. Так же став полностью обнаженной, брюнетка легла на Эмму между разведенных ног, сразу приступая к поцелуям.

Свон завыла в голос. Такие горячие поцелуи сводили ее с ума. Она, уже не сдерживаясь, стонала в голос, так и показывая, как ей на самом деле хорошо и приятно от одних только прикосновений этих сладких губ.

Рука проскользнула между разгоряченных тел и вновь дотронулась до клитора и мокрого лона Эммы.

– Малышка… – простонала Миллс, начиная массировать набухший бугорок.

Эмма уже не знала куда себя деть от этих нахлынувших на нее ощущений и эмоций. Положив руки на спину Реджины, Свон притянула девушку к себе, все сильнее прижимаясь к ней, а бедрами начиная насаживаться на руку, давая понять, что она больше не может ждать.

Миллс не собиралась спешить, она собиралась насладиться полностью и без остатка, понимая, что больше этого не будет. Но сейчас она даже не хотела об этом думать, ведь Эмма рядом и сейчас она только ее. Поцелуями спустившись вниз, брюнетка языком коснулась клитора, одновременно вводя один палец в горячее лоно.

– Реджина! – протянула стоном Свон, выгибаясь в спине, а руками зарываясь в темные волосы.

– Да, Малыш, да, – Реджина ввела второй палец и начала двигаться в такт своим движениям языка, проскальзывая им во все складочки и слизывая все соки. Миллс сходила с ума от этого запаха и вкуса.

Эмма была уже не здесь. Она с остервенением насаживалась на пальцы и шла навстречу юркому язычку и огненным губам, которые забрали все остатки разума, оставляя за собой лишь неизлечимое, дикое желание. Руки легли на плечи брюнетки и сильно сжали, явно оставляя следы от ногтей, которые впились в нежную кожу, даже не замечая, что оставляют яркие царапины.

Миллс чувствовала, как в ее спину вонзаются ногти, но сейчас это совсем ее не волновало. Реджина начала целовать Эмму в губы, рукой ускоряла темп до небывалой скорости, а телом двигалась вместе с рукой, с каждым толчком входя до предела.

Эмма почувствовала собственный вкус на целующих ее губах, но не долго. Как только Реджина ускорилась, Свон отстранилась от пухлых губ и закричала во все горло. Она больше не могла сдерживаться от таких диких и сильный ощущений блаженства, что просто стонала, извивалась, насаживалась, шла только навстречу руке, сама сильнее прижимая к себе драгоценное тело брюнетки все сильнее и сильнее.

Несколько яростных мгновений и Эмма издает истошный полурык полукрик от навалившихся на нее ощущений и понимает, что ее только что накрыл оргазм такой силы, которой она еще ни разу не получала. Даже три года назад ей не было так хорошо и незабываемо как сейчас.

Реджина почувствовала на своих пальцах прилив влаги и этот крик, который ее любимая издала, помог и ей самой получить долгожданную разрядку. Тело содрогнулось в приятной дрожи, и Миллс обессиленно полностью легла на Эмму. Вытащив руку, брюнетка обняла блондинку, положив голову ей на грудь.

– Как давно, – проговорила совсем тихо и сильно сбившемся голосом блондинка, а руками нежно обняла Реджину.

– Что, моя девочка? – Реджина целовала Эмму в грудь, нежно шепча, – малышка моя.

– Как давно мне не было так хорошо, как сейчас. Что ты делаешь со мной? – проговорила Свон, гладя руками темные локоны.

– Я тебя люблю! Прости меня, но я люблю тебя. И не могу ничего с собой сделать, – Реджина смотрела Свон прямо в глаза, – я столько времени тебя искала, я так хотела вновь тебя увидеть. И сейчас несмотря на всю трудность и серьезность ситуации ты рядом, – разрывая сердце мысленно добавила «хоть и только сейчас».

– Я рядом, я всегда буду рядом, – прошептала, закрывая глаза и вздыхая, Эмма, а потом добавила, – я знаю, что ты меня любишь, знаю, что искала, знаю, что тебе сейчас трудно и поверь мне сейчас совсем не легче.

Эти слова еще больше разрывали и так больную душу Реджины.

– Да, ты будешь рядом, но я даже не смогу к тебе прикоснуться и сказать – люблю, – Реджина отстранилась и села около Эммы, зарываясь руками себе в волосы.

Свон дала, сама не понимая, намек Реджине. Но ни одна, ни вторая девушки не услышали и не поняли истинных слов и так разрывающих чувств. Быть может это конечно и к лучшему?!

– Но сейчас же прикасаешься, сейчас же говоришь, – также садясь, проговорила блондинка и аккуратно положила ладонь на истерзанное ею самой плечо брюнетки.

Реджина повернула голову и посмотрела на Эмму.

– Прикасаюсь, потому что у меня нет сил сопротивляться тебе. Говорю, потому что правда люблю.

Эмма медленно почти невесомо проводила пальцем по яркой царапине на плече, замечая при этом, что на другом плече просто яркий след и порезов нет.

– Прости, – прошептала Свон, прикасаясь губами к красной от крови плоти, не слыша слова, которые говорит Реджина, или быть может так не хочет слышать. Ведь правда сказанная из уст брюнетки, как ножом по сердцу полосует сердце самой блондинки.

– Я очень хочу, чтобы остался шрам, – улыбнулась Реджина и взяла руку Эммы в свою руку.

– Что ты говоришь? – возмутилась Свон, так и не отстраняя губ от царапин, – зачем тебе шрам?

– Тогда я буду точно знать, что это был не сон, – брюнетка поцеловала Эмму в белокурую макушку.

– Это не сон. Я здесь, я с тобой и мне очень хорошо, – проговорила искренне Свон, обвивая руками талию Реджины, сильнее притягивая ее к себе.

– Малыш, не тешь меня надеждами. Я знаю, что дальше все будет по-другому, и этого не изменить. Поэтому пожалуйста дай мне просто насладиться твоим присутствием рядом, – Миллс приблизилась и поцеловала Свон в губы. Но Эмма сразу отстранилась и заглянула в карий влюбленный в нее взгляд.

– Я запуталась, – проговорила блондинка, все же решив открыться Реджине и рассказать какие тяготеют ее думы вот уже несколько дней.

– В чем? – немного нахмурившись, спросила Реджина, – прости, но я тебя не понимаю.

– Мне хорошо с Эйденом. Он добрый, милый, надежный, спокойный. С ним, как за каменной стеной. Я знаю, что он меня любит и я безумно дорожу этими отношениями. Но я так до конца и не почувствовала, что это он. Что это тот самый человек, к которому постоянно тянет, которому хочется раскрыться полностью и довериться. Тому, кому хочется все время повторять «Я люблю тебя», – Эмма говорила нервно и не смотрела на Реджину, убирая свой взгляд в сторону реки. Она открывала Миллс свою потаенную тайну, которую даже себе запретила открывать и думать об этом. Но сейчас сидя на берегу реки, под одинокой ивой в относительно спокойной обстановке и чувствуя, как бешено бьется сердце Свон решила раскрыться девушке, которая и заставляет сердце отбивать скорый ритм.

Реджина не знала, как относится к словам Эммы. Радоваться или огорчаться? Эти слова полностью выбили ее из колеи, тем что девушка, которую она любит не уверенна, что любит ее брата. Теперь и Миллс запуталась.

– Я не хочу разрушать то счастье, которое у вас есть.

– А есть ли?- кинула Эмма и, встав, не стала одеваться, а прямо так, обнаженной пошла на берег реки, сразу заходя по щиколотку в воду.

– Конечно есть. Но то ли это счастье, и та ли эта жизнь, которую ты хочешь, Эмма? – уже себе задавала вслух совсем тихо вопрос Свон.

– А чего же ты тогда хочешь? – Реджина сразу пошла за Эммой и слышала ее вопрос, – я понимаю, как сейчас тебе трудно, но так долго это никто из нас не выдержит.

– Прости. Я не люблю твоего брата, но также не могу сказать, что люблю и тебя. Меня тянет к тебе, мне хорошо с тобой, я открылась и доверилась тебе, но… – Эмма не знала, как договорить то, что она сама и не знала, как выразить.

– Но это совсем не те чувства, что испытываешь ко мне ты, – сказала и сразу нырнула с головой в прохладную воду Эмма, плывя под водой как можно дольше.

Реджина в отличие от Свон начала медленно заходить в воду. Через несколько секунд Эмма вынырнула, с жаждой втягивая воздух.

– Я не прошу тебя меня любить. Я не требую ответных чувств. Мне просто нужно, чтобы ты разобралась в себе и дала честный ответ, – громко сказала брюнетка, смотря в глаза Эмме.

– Если бы я знала, то дала бы его тебе прямо здесь и сейчас, – также громко ответила Свон, убирая капли со своего лица и также смотря брюнетке в глаза.

– Такие вопросы так быстро не решаются. С Эйденом ты была год, вы живете вместе и хотите поженится, со мной же ты лишь переспала два раза, и я прекрасно понимаю, что на мои чувства я вряд ли получу ответ. Мне просто нужно знать, что ты и мой брат счастливы. Я понимаю какую ошибку сейчас совершила, не остановив себя во второй раз. Но после того как ты сделаешь свой выбор, я никогда не повторю этой ошибки, – Реджина уже сидела по шею в воде.

– Малышка, если бы я была счастлива с Эйденом, как я всегда мечтала и желала, я бы не позволила тебе даже приблизиться к себе. Не дала совершить то, что ты называешь ошибкой, а я думаю, что это толчок к принятию правильного решения. Решения, которое будет крайне тяжелым для всех, но оно будет моим и только моим, – сказала уверенно Свон. Слова Реджины подтолкнули ее к действиям и мыслям, которые Эмма запретила себе думать, но сейчас поняла, что они необходимы.

Она медленно проплыла мимо Реджины, при этом смотря только вперед, стараясь не смотреть на Миллс и встав на ноги вышла из воды, идя к разбросанной одежде.

Реджина также не смотрела на Эмму, она умыла лицо и также пошла из воды.

В это время на поляне играли Найя и Вулкан, было видно, как жеребец обхаживает ее. Трется шеей и встает на дыбы, показывая свою мощь и силу.

– И давно он к ней неравнодушен? – полностью одевшись через какое-то время нарушила давящую тишину блондинка, выходя из-под ивы и смотря в предельной близости на Вулкана и Найю.

– Всегда! Папа не хочет вязать Найю с Вулканом, он планирует в этом году связать ее с Айсом. Он считает его благороднее, – язвительно протянула Миллс и по ее лицу и жестам было видно, что она явно так не считает.

– А Найя как считает? Или ее не спрашивают? – с издевкой спросила Свон, идя к играющим и говорящим о своем лошадям.

– Ее не спрашивают, – прорычала Реджина, натягивая майку и идя за Эммой, – это на свободе они вольны выбирать, а в неволе все делает владелец.

– Ну значит нужно убедить владельца, – Эмма уже вплотную подошла к Вулкану.

– Ну, что, бравый жеребец, прокатишь меня до конюшни? – спросила Свон у Вулкана.

– Не нужно, – Реджина подошла к Вулкану с другой стороны, – тебе лучше поехать на Найе.

– Нет, – сказала Эмма, смотря прямо в глаза коню, который также отвлекся от Найи и смотрел исключительно на блондинку, – я спрашиваю Вулкана.

Миллс посмотрела на коня, потом на Эмму и сделала шаг назад, давая Вулкану самому решить.

Жеребец посмотрел на Эмму и громко фыркнул, приближая морду к лицу блондинки и начиная с интересом обнюхивать.

– Ну и что ты нюхаешь меня? Думаешь разрешить или нет? – сощурила один глаз Эмма, ставя руки в боки и приближая свое лицо к морде коня еще ближе.

Вулкан дернул головой, отстраняясь, и сверху вниз смотрел на Свон. Он впервые видел такое наглое поведение, в котором не чувствовалось и доли страха перед ним. Реджина также удивлялась, как и ее конь, ведь к нему многие боятся подойти, а тут Эмма, однажды прокатившись, перестала бояться, да и еще с уверенностью напирает.

– Так я не услышала ответ, – также уверенно и высокомерно спрашивала коня Свон, не отрывая их переглядок друг от друга.

Вулкан громко заржал и встал на дыбы. У Реджины чуть сердце из груди не вырвалось от происходящего, но что-то ее остановило и не дало оттолкнуть Эмму. Жеребец вернулся в нормальное положение прямо перед Свон и зло фыркнул ей в лицо и смотря на реакцию девушки.

У Эммы у самой сердце екнуло, но лишь на долю секунды, в которую она и не думала отходить или пятиться, а только наоборот приняла более уверенную позу и с грозным видом смотрела коню прямо в глаза, когда тот вернулся в прежнее положение. Но через несколько мгновений переглядок громко засмеялась, понимая, что этот жеребец совсем не прост, но и Свон, моментально перешагнув через свой страх и боязнь лошадей, не лыком шита.

Вулкан с удивлением смотрел на смеющуюся блондинку.

– Вулкан, Эмма, вы меня до инфаркта доведете! – рявкнула Миллс, – нечего тут проверять друг друга.

Эмма остановила смех и, не боясь, положила свою руку прямо на морду коню. Приблизившись, прошептала на ухо:

– Может ради нее подружимся?

Вулкан смотрел на Эмму и потерся мордой о руку Свон.

– Он принял тебя, – подходя и видя поведения своего коня, тихо сказала Реджина.

– Спасибо, малыш, – совсем тихо и только коню прошептала на ухо блондинка и гладила его по голове.

– Ладно, поехали, – Реджина пошла к Найе, – нас, наверное, ищут.

– Поехали, – сказала Эмма и увидела, как Вулкан сам повернулся к ней боком, давая спокойно забраться на него, чем Свон и воспользовалась.

Реджина уже села на Найю и подъехала к Эмме и Вулкану.

– Никаких гонок! Увижу, ты слезешь, а ты месяц по вольеру гулять будешь.

– А если я сама этого захочу? – спросила Свон, увидев недовольный фырк коня. И не дождавшись, что ответит Миллс, дернула за поводы, слегка дергая и крикнула, – но, малыш, поехали, – и Вулкан обрадовавшись, несильно заржал и поскакал в сторону конюшни.

Реджина быстро догнала их и снизила темп, показывая коню, какую скорость он должен держать. Миллс поняла, что он не сильно доволен этим, но он знал, что угроза будет исполнена, если он ослушается.

– Ты еще неуверенно держишься в седле, чтобы быстро ездить, – сказала брюнетка.

– Хорошо, ковбой, – ухмыльнулась Свон, и тоже как Вулкан показывала свое недовольство.

– И нечего там фыркать, – сказала им обоим Миллс.

Глава 12

До конюшни они доехали спокойно, но уже подъезжая, Реджина увидела машину отца и мечущегося около конюшни Эйдена.

– Твою мать, – прорычала Миллс.

Эмма тут же направила свой взгляд туда куда и смотрела Миллс и не менее враждебно проговорила:

– Черт!

– Так, ничего не говори, я сама, – немного ускоряя Найю, сказала Реджина и поскакала вперед.

Эйден, увидев приближение сестры и невесты, пришел в бешенство, он побежал им на встречу.

– Ты что творишь? Что твой безумный идиот делает, и как ты могла после того, что он сделал вновь посадить ее на него?! – кричал Эйден на Реджину, которая соскочила с Найи.

– Эди, не ори, – крикнула Миллс.

Эмма так и продолжала сидеть на Вулкане и не менее эмоционально крикнула на Эйдена.

– Эди, ты чего орешь?

– Слезай с него немедленно! Я доверил тебе ее, а ты чуть ее не угробила вместе со своим бешеным идиотом! – делая пас в сторону Вулкана, орал брюнет, – его на бойню нужно!

Услышав слова, Вулкан как почувствовал и начал нервничать.

– Тихо, малыш, тихо, – похлопывая по плечу Вулкана, успокаивала Свон, а через несколько секунд слезла с коня, держа за уздечку, чтобы тот не убежал и подошла ближе к парню.

– Эди, это ты идиот! Не смей так говорить, никогда не смей пугать ни меня, ни Реджину, ни Вулкана! Он ничего не сделал! – говорила грозно Свон.

Миллс хотела сказать тоже самое, она было очень зла на брата за такие слова и поведение. Она развернулась и, взяв из рук Эммы уздечку Вулкана, повела его вместе с Найей в конюшню.

– Какой же ты придурок, Эди.

Парень совсем ничего не понимал. Он только стоял и хлопал глазами, смотря то на Свон, то на уходящую Реджину.

– Мне позвонили и сказали, что Вулкан обезумел и понес тебя!

– Эди, ты действительно придурок! – кинула Свон и, не став ничего объяснять парню, пошла за Реджиной в конюшню, чтобы попрощаться с Вулканом.

А в конюшне их уже поджидал Грэг и всем своим видом показывал, как он недоволен и зол.

– Пап, ничего такого не произошло, с Эммой все в порядке, – увидев отца, сказала Реджина, – он не сделал ничего плохого.

– Он ее понес? – спросил отец, но смотрел гневно на Вулкана.

– Пап, он не понес, а быстро повез, – оправдывалась брюнетка. Найю уже забрал Даг и ввёл ее в денник.

– Да, и именно поэтому ты как ошпаренная забралась на Найю и с криками понеслась за ними? – настаивал отец.

– Без криков, – продолжала Реджина.

– Какая разница? – повысил голос отец, – хватит! Мне надоели его выходки.

– Пап, это не выходки. Мы хорошо прокатились. Эмме понравилось, она и обратно на нем ехала, – крикнула Реджина, – со всеми все хорошо!

– А если бы он ее скинул? Если бы Найя не смогла догнать, ведь этот конь безумно быстр, – грозно вновь повысил голос отец и показал рукой на Вулкана, которого по-прежнему держала брюнетка, – ты хоть можешь себе представить последствия этого?

– Да! Но ты сам сказал, что он быстр и что Найя его догнала, сопоставь факты. Вулкан бы не скинул Эмму, Вулкан бы не поступил так со мной. Он знает все, – говорила как о человеке громко Реджина.

И на этих словах в конюшню зашла Свон и подошла прямо к Вулкану и отцу с дочерью, кладя при этом руку на напряженную от такого разговора шею коня.

– Она права. Мы просто слишком гордые, вот и немного поиграли, правда, Вулкан? – говорила совсем не напряженно Эмма и улыбалась, пытаясь разрядить обстановку.

Вулкан по-доброму фыркнул, чувствуя поддержку не только от хозяйки.

– Пап, правда, все хорошо, он будет наказан и такого больше не повторится, я обещаю. Не с ним не со мной, – добавила брюнетка.

– С тобой? – сразу переключился на другую тему Грэг, почувствовав неладное в словах дочери.

– В смысле я больше не буду себя так вести и разочаровывать тебя, – выкрутилась Миллс.

– Очень на это надеюсь, – сказал, как отрезал отец, а потом подошел к Вулкану, – еще хоть один прокол, Вулкан, и ты окончательно потеряешь мое доверие, – а потом перевел свой взгляд на Эмму, – с тобой точно все хорошо, дорогая?

– Да. Грэг. Со мной просто замечательно. Я никогда еще так здорово не проводила время, – ответила Свон с широкой улыбкой на лице.

– Я очень этому рад, – натянул улыбку отец и, кинув подозрительный отеческий взгляд на дочь, пошел из конюшни.

– Спасибо, что поддержала. Утром он хотел его продать, – Реджина повела Вулкана в его денник.

– Как можно продать такого парня? – протянула Эмма, смотря как Реджина заводит коня в денник.

– Он себя плохо вел, и отец разозлился, а во всем виновата я, – взяв щетку и начиная чистить Вулкана, сказала Реджина.

– Ты ни в чем не виновата, – говорила блондинка, облокотившись плечом о стенку и наблюдая, как Реджина заботится о своем коне.

– Виновата, – кинув быстрый взгляд на Свон, Миллс продолжила чистить Вулкана.

– И в чем же интересно? – спросила Эмма, скрещивая на груди руки.

– В том, что Вулкан чувствует мое состояние, – выглянула из-за коня Миллс, – ты, наверное, иди, Эди там тебя ждет. Он сильно за тебя переживал.

– Я знаю. Но я не особо хочу сейчас к нему идти и что-то ему объяснять, после того, что он наговорил, – сказала Эмма, так и оставаясь стоять на месте.

– Тебе все равно придется. И не ссорься с ним, он просто перенервничал.

– Я и не собираюсь ссорится, – сказала Свон.

– Хорошо, что это так. Мне кажется, что тебе вообще нужно побыть одной. Я не хочу навязывать свое мнение, но мне помогает тишина, – Миллс не знала зачем вообще это говорит.

– Побыть одной, чтобы принять решение? – уточняла Свон.

– Нет, чтобы просто подумать, – уточнила Реджина, – чтобы принять решение тебе просто нужно время.

– Нужно, – для себя проговорила Эмма и подошла к Вулкану.

– Ну что, дружок, мне пора, – сказала Свон, погладив коня по гриве.

Вулкан фыркнул и, отойдя от блондинки, перегородил ей дорогу к выходу.

– Эй, ты чего? – усмехнулась Эмма, смотря на коня.

Он вновь фыркнул, смотря на девушек. Реджина подошла и попыталась отвести коня в сторону, но он заржал и даже не сдвинулся с места.

– Эй, ты чего? – тот же вопрос задала Миллс.

Эмма посмотрела на Реджину и понимала, что конь не выпускает их специально.

– Малыш, мне действительно пора, – проговорила Свон, вновь подходя к жеребцу.

– Выпусти ее, – приказала Реджина, кидая взгляды на Эмму. Вулкану были безразличны слова девушек, он только фыркал и не сводил взгляда.

– Дружок, я же еще приеду. Не завтра, а послезавтра и вообще часто теперь буду к тебе заезжать, а ты пообещаешь меня покатать, – улыбнулась на такое поведение коня Эмма и даже обрадовалась тому, что он принял ее, – пусти, а?

– Что ты хочешь? – Реджина хотела подойти, но конь дернулся. От неожиданности Миллс даже испугалась, – черт! Что ему надо то?

– Эй, малыш, ты зачем пугаешь свою хозяйку? – строго спросила Свон, увидев, как Реджина дернулась и отскочила от коня.

Конь не вел себя так никогда, поэтому Реджина даже не знала, что делать.

– Вулкан, уйди! Я тебя накажу. Ты у меня месяц по вольеру гулять будешь, – он стоял как в копанный и чего-то ждал.

– По-моему на него твои угрозы не действуют, – констатировала Свон, посмотрев на Реджину.

– А то я не вижу, – огрызнулась Миллс и яростно посмотрела на Вулкана.

– Да что ты злишься то? – тоже огрызнулась Свон, – ты сама говорила, что это не выходки, а просто своенравное поведение.

– Ну и что он хочет добиться своим своенравным поведением?! Он разрушил мойку, побежал успокаивать меня, он понес тебя, чтобы показать, как хорошо кататься на нем и привез тебя на мое любимое место, а сейчас он закрыл тебе проход… я не понимаю, что он хочет.

– Зато кажется я понимаю, – протянула Свон, а потом посмотрела на коня, – ах, ты хитрющая морда! Ты действительно этого хочешь? – прищурилась Эмма.

Конь заржал показывая, что она правильно его поняла, а Реджина с непониманием посмотрела на блондинку и своего жеребца.

– Вы о чем?

– Вот ж ты… – не стала договаривать Эмма, а развернувшись к Реджине, широко улыбнулась и подошла вплотную. Миллс не понимала, действий блондинки, а уже через секунду ее губы накрыли в требовательном поцелуе, руками при этом приближая к себе. Реджина была ошеломлена поступком Эммы, но отталкивать не стала, а даже наоборот ответно прижимала к себе.

Вулкан тихо наблюдал, а потом спокойно отошел как ни в чем не бывало к поилке.

Эмма наслаждалась поцелуем и нежными объятиями, но понимала, что они сейчас не одни и что в любой момент их могут застукать и первой отстранилась. А потом увидела краем глаза Вулкана, который как ни в чем не бывало попивал водичку.

– Гавнюк он! – кинула Эмма и не замечала, как продолжала держать в объятиях Миллс.

– Ах, ты зараза копытная! – протянула Реджина. Вулкан даже не обратил на них внимания, продолжая пить.

– Эмма, – брюнетка отстранилась, – путь свободен.

– Жаль, – протянула Свон и сделала шаг назад, но продолжала смотреть на Миллс.

– Иди, Эди ждет, – Реджина убрала волосы за уши и отвернулась от Эммы.

– Иду, – сказала блондинка и вышла из денника, но осталась стоять возле, – а ты на чем поедешь? Может мы подождем тебя?

– Я приеду с отцом или оставьте мне машину Эйдена, – не поворачиваясь, ответила брюнетка, глубоко дыша от нахлынувших эмоций.

– Хорошо, – проговорила Свон, – тогда увидимся дома?

– Да, конечно, я обещала отцу, – ответила Миллс.

– До встречи, – сказала Эмма и, отгоняя волнующие ее эмоции, быстрым шагом пошла на выход из конюшни.

Реджина подошла к Вулкану и облокотилась на его бок. Молча, без лишних слов.

Эйден уже давно стоял на улице в метаниях зайти ему в конюшню или нет. Он вроде не считал себя виноватым, но слова Эммы и Реджины дали повод задуматься.

Свон вышла из конюшни и сразу подошла к Эйдену, который и стоял неподалеку.

– Детка, прости, мне просто позвонили, и я… мы с отцом приехали сюда. Вас нет, мне рассказывают, как этот… как Вулкан обезумел и понес тебя. Я так испугался за тебя, – тараторил Миллс.

– Эйден, Эди, все в порядке, – говорила Эмма и тут же обняла взволнованного парня, – Вулкан не навредил бы мне. Он просто прокатил меня. Вы все не так всё поняли.

– Хорошо, но все равно поехали домой, – парень развернулся и повел Эмму к машине, – подожди, а Реджина?

– Она в конюшне, чистит Вулкана, – ответила Свон, – а что Грэг уже уехал?

– Нет, он где-то там, – ответил Эйден, – давай я позову Реджи, Вулкана и Даг может почистить? – парень осмотрелся по сторонам и не увидел машину отца, – стой, а папа, наверное, уехал.

– Раз уехал, то Реджину некому отвезти домой, – тоже озираясь по сторонам, сказала Свон.

– Тогда я ее позову, а ты иди к машине, – брюнет показал на свой внедорожник, – Эмма, а что с моей машиной?

– А… – Свон не знала, что и сказать, увидев всю перепачканною машину парня и поняв, что они не попросили ребят ее помыть, – мы ехали по полю. А что ты так удивляешься? Там везде одна грязь.

– Почему вы ехали по полю, а не по дороге, на которой чисто? – начиная злится, спросил Эйден.

– Потому что так быстрее и интересней, – ответила, как ни в чем не бывало Эмма.

– Реджи опять устраивала сумасшедшие гонки?! Она уже так утопила машину отца, – прорычал Миллс, – ее трактором тогда доставали из воды и грязи.

– Я была за рулем и сумасшедшие гонки устроила я, – повысила голос блондинка, – а тебе не надоело во всем обвинять ее? В чем она сейчас перед тобой виновата? Да сколько можно, Эйден? – запрокинула голову Свон и быстрыми шагами пошла к машине.

Парень был в шоке.

– Что значит я ее обвиняю?! Она ведет себя непонятно как, не ночует дома и трахается со всем, что движется из-за своей неразделённой любви после очередного траха, тем более с бабой! – яростно крикнул Эйден.

Реджина решила проверить уехали Эйден с Эммой и посмотреть не уехал ли Грэг. Услышав слова брата, она впала в оцепенение.

– Ты не смеешь так говорить! – крикнула Свон, останавливаясь и не садясь в автомобиль, а только успев открыть пассажирскую дверь.

– Ты же ее брат? Где все те теплые и любящие слова, которые без умолку ты говорил мне целый год? Где тот добрый и любящий брат каким я тебя представляла? Почему ты себя так сейчас ведешь, Эйден?! И что значит тем более с бабой? Что значит очередного траха?! – на последних словах Свон повысила голос, так как эта тема задевала и ее лично.

– То и значит Эмма, – Реджина вышла из-за загораживающей ее бочки, – он ненавидит меня за то, что я полюбила девушку.

– Это не так! Мне просто надоела твоя ею одержимость. Ты не можешь ее забыть. Поиски, разговоры только о ней, я при тебе свою девушку поцеловать не могу, вдруг тебе больно будет, – Эйден также сорвался.

– Какой же ты идиот, Эйден! – прекрасно понимая, что его слова больно ранят Реджину, Эмма захотела остановить этот разговор и встала к парню лицом, отгораживая его тем самым от сестры, – послушай. Послушай меня, Эди. Где ты? Где тот брат, который так трепетно рассказывал о сестре? Где ты? Ты же ее любишь, почему ты сейчас говоришь все эти ужасные слова?

– Не знаю! Все перевернулось после того, как я привез тебя сюда. Только ты не думай, что ты виновата. Это все ее зависть! Я смог найти свою новую любовь, а она все тешит себя надеждами к первой и единственной, – сказал Эйден.

– Ах, вон оно что! Ты вспомнил о Лорен, которая тебя бросила, не сказав ни слова, – отвечала не менее эмоционально Реджина, – я хотя бы в отличие от тебя знаю, что меня не любили и ни на что не надеюсь, а тебе клялись в любви и бросили!

– Вы все сказали? – взорвалась Свон, переводя взгляды с брата на сестру и обратно, – или может быть еще чего противного наговорите друг другу? Так, чтобы еще побольнее ужалить?

– Нет, я больше не хочу с ней разговаривать. Поехали! – сказал Эйден и пошел к машине.

– Зачем ты вмешалась?

– Нет, стой! – не отвечая на вопрос Миллс, останавливала парня Эмма, – что ты завелся из-за какой-то фигни? Эйден, я совсем не узнаю тебя.

– Эмма, я не хочу сейчас об этом разговаривать, поехали. Миллс, поехали, отец не поймет, если я не привезу тебя, – сухо сказал парень.

– Правда, Эмма, поехали, – сказала Реджина.

Эмма подошла к Эйдену совсем близко и тихо проговорила:

– Эди, пожалуйста, не говори так больше с ней. Ты же ее брат, как ты можешь? – Свон предприняла последнюю попытку, чтобы усмирить не на шутку разгневанного парня.

– Эмма, не лезь! – огрызнулся Эйден и пошел к машине.

Свон только развела руки, осознавая и начиная понимать, что поведение Эйдена ей все больше и больше начинает не нравится.

Реджина с грустью посмотрела на Эмму и, не спрашивая больше ничего, пошла в машину, хоть там и сидел разгневанный Эйден.

Но вот Свон не спешила сесть в машину. Она наоборот отвернулась от автомобиля и начал тяжело дышать, стараясь успокоиться самой и успокоить свои мысли, которые в данную минуту потоком полились на нее. И чтобы не наделать поспешных, эмоциональных решений она решила немного подышать.

Брюнетка села в машину, Эйден сидел за рулем и даже не посмотрел в ее сторону. Реджина не понимала, что произошло с братом и почему он так сорвался. Именно сорвался, потому что Эди всегда был чутким, понимающим и любящим братом.

Эйден тоже думал об этом же. Он сам не понимал почему сорвался на сестру, невесту, того-же Вулкана. Ведь такого никогда не было, чтобы он кричал на Эмму, а тем более на Реджину, с которой даже когда они сорились не повышал голос.

– Эди…

– Реджи, не нужно. Я не хочу сейчас даже разговаривать с тобой, – сказал парень и в машине вновь началась давящая тишина.

Эмма стояла и просто всматривалась в горизонт. Ей не хотелось садиться в машину совершенно. Но с другой стороны она понимала, что так неправильно, но все же вместо того, чтобы сесть в автомобиль она прошла в сторону конюшни.

Реджина наблюдала за Свон и, когда она пошла к конюшне, ей очень хотелось пойти за ней, но присутствие Эйдена ей не давало этого сделать.

– Иди сходи за ней, со мной она разговаривать не будет, – прорычал парень. Он может и понимал, что не прав, но за эти несколько дней на него многое свалилось.

Реджина, ничего не говоря, вышла из машины и пошла за блондинкой.

Эмма зашла в конюшню и сразу направилась к деннику Вулкана. Она не понимала почему идет именно к коню, но сегодняшний день ей доказал насколько лошади умные животные, а Вулкана Свон всего за несколько незабываемых часов полюбила всем сердцем.

– Вулкан, – позвала его блондинка, подойдя вплотную к воротам.

Конь поднял морду и посмотрел на девушку, сразу же подходя к ограждению.

– Малыш, вот скажи, что мне делать? – спросила на полном серьезе блондинка.

Вулкан посмотрел на Эмму и фыркнул, он чувствовал, что Реджина рядом. А девушка медленно подошла к блондинке сзади.

– Ты не первая спрашиваешь его что делать.

– Я догадывалась, – усмехнулась Свон, не поворачиваясь.

– Ну мне он посоветовал тебя забыть, но познакомившись явно поменял свое мнение, – продолжая стоять за спиной, сказала Реджина.

– А что же ты мне посоветуешь, Вулкан? – все равно спрашивала у коня Эмма.

– А тебе не понравится ответ, когда он не выпускал нас, – сказала Миллс, а Вулкан громко заржал.

Эмма улыбнулась и протянула руку к жеребцу.

– Какой же ты хитрющий, наглый конь, – проговорила с усмешкой Свон и почувствовала, как Вулкан подложил свою морду под руку, давая блондинке его погладить.

– Это он тебе еще не со всех сторон открылся, – ухмыльнулась Реджина, – Эмма, я понимаю, что тебе тяжело, ты не принимай наши ссоры с Эди на свой счет, просто… он долго терпел мои выходки.

– Он не имел никакого права так с тобой разговаривать, – категорично и резко отозвалась Свон, – я первый раз его таким увидела и мне это совсем не понравилось.

– Эмма, поверь, ему это не свойственно. Он очень редко срывается, и я в этом виновата, из-за своих несдержанных эмоций я сумела вывести всех вокруг, – виновата сказала Миллс, – Вулкан, папа, Эйден, ты.

– Я знаю, что это ему не свойственно, но не сдержавшись один раз, последует другой. Это мы с тобой знаем, как никто другой, – Свон повернулась и посмотрела на Реджину, – я дорожу им. Его отношением ко мне, его любовью. Я не хочу его терять, но отчего-то я сейчас чувствую, что он сам теряется и сам уходит. И тут дело даже не в тебе. А скорее во мне.

– Эмма, вы разберетесь, и ты поймешь, что для тебя лучше, и я сейчас так же говорю не про себя, – Реджина положила руку на плечо Эмме.

– Ладно. Я не хочу больше об этом думать. Завтра у ваших родителей праздник, и я думаю не стоит омрачать его разборками, – сказала Свон, а потом вновь повернулась к Вулкану, тем самым сбрасывая руку Реджины со своего плеча, – пока, Малыш. Надеюсь мы еще увидимся.

Вулкан подошел к решетке и дал погладить себя Эмме.

– Ну что пойдем? – Миллс тоже погладила Вулкана.

– Пойдем, – кивнула Эмма и еще несколько раз провела по морде коня пошла на выход из конюшни.

– Спасибо, дружок, – приблизившись к морде, прошептала Миллс и пошла за Эммой.

Они подошли к машине и вместе сели на заднее сидение. Эйден, ничего не сказав, завел машину и поехал в сторону дома. Всю дорогу в машине была давящая тишина. Миллс полностью находился в своих мыслях, обдумывая свои слова и действия по отношению к сестре и о том, что он обидел Эмму.

Глава 13

Когда они подъехали, Реджина сразу вышла и пошла в дом. Эмма тоже не хотела оставаться в машине и через несколько таких же молчаливых секунд последовала ее примеру и вышла из машины.

– Эмма, детка подожди, – Эйден выбежал из машины и аккуратно поймал Свон за руку.

– Эйден, я не хочу сейчас с тобой разговаривать, – резко вырвав руку, сказала Эмма и действительно почувствовала неприятное ощущение от одного только прикосновения.

– Малышка, послушай, пожалуйста. Я не прав, я сорвался, прости меня. Сам знаю, что идиот, – перегородив дорогу, с нежностью говорил парень, – любимая, давай забудем, прошу.

– Эди, тебе нужно извиняться не передо мной, – говорила спокойно Свон. Даже эти слова парня ее совсем не успокоили и она, обойдя его, вошла в дом.

Эйден понимал, что его девушка злится, а все потому что он психанул из-за Реджины. И сейчас ему нужно извинится не только перед сестрой, но и перед Эммой. А пока он не извинится перед одной вторая вряд ли будет его слушать.

– Черт, – прошипел он и так же, как и девушки пошел в дом.

Эмма сразу поднялась в их комнату и пошла в душ. Ей не хотелось сейчас разговаривать, а просто захотелось побыть одной, подумать и действительно принять наисложнейшее решение.

Весь оставшийся день Реджина не выходила из своей комнаты, Эйден сидел в кабинете отца и разбирался с работой, чтобы хоть немного отвлечь себя от тяготеющего состояния и чувства вины. Эмма же, проведя около часа в душе и так и не приняв окончательного решения, взялась за старое доброе дело, а именно – тренировка. Но уже без мячика и каких-либо приспособлений, а просто обычный здоровый легкий бег с музыкой в ушах.

Грэг и Коралина прекрасно видели поведения этой троицы, но так и не думали вмешиваться, понимая, что дети уже взрослые и сами должны справиться со своими проблемами и недомолвками.

Наступил вечер и время ужина, который в этот день был гораздо позднее, чем обычно. И это было вызвано тем, что Эммы до сих пор не было дома. Она, перекусив слегка на кухне сразу после душа, моментально покинула дом и убежала на свою любимую долгую пробежку, так и не возвратившись даже к 9 вечера.

Реджина спустилась вниз. Кора сидела в гостиной, в очередной раз разговаривая по телефону. Увидев дочь, она прекратила разговор и посмотрела на Грэга, а потом вновь на Реджину.

– Дочь, что происходит? – женщина все же не выдержала и решила узнать, что происходит с ее детьми.

– Мам, все хорошо, мы просто поссорились с Эйденом. Ничего страшного, – сказала Миллс и посмотрела на отца, – я пойду найду Эмму, – девушка быстро ушла из гостиной, чтобы больше не последовало вопросов.

– Грэг, мне кажется, что между Эммой и Реджи что-то происходит.

– Кора, что может между ними происходить? – улыбнулся Грэг, убирая газету и смотря на жену.

– Я не знаю, но они себя ведут непонятно. Я видела, как в первый день Реджи хлестала виски во дворе, а после разговора с Эммой вскочила на Вулкана, а дальше ты и сам все знаешь, – сказала женщина.

– Дорогая, не думай об этом, – успокаивал ее Грэг, ведь сам то прекрасно знал, что происходит между дочерью и невестой ее брата, – наши дети взрослые и сами во всем разберутся.

– Я считаю, что нужно поговорить с Эди и узнать что-нибудь про его невесту. Может Реджи чего про нее знает? – у Коры было плохое предчувствие.

– А что, тебе не нравится Эмма? – спросил Грэг, сидя в кресле и смотря на свою жену, сидящую на диване.

– Нет. Она симпатичная, умная, дело не в этом. Мне не нравится, что мои дети ссорятся и мне кажется, что это из-за нее, – пояснила женщина, – а еще мне не нравится, как они с Реджи друг на друга смотрят.

– Кора, я тебе еще раз говорю, что наши дети сами разберутся во всем и не нужно сейчас обвинять Эмму за то, что эти два оболтуса ссорятся, – говорил отец, – и придумывать несуществующего тоже не нужно, – говорил про взгляды Грэг.

– Хорошо. А о чем ты сегодня утром разговаривал с Реджи?

– О Вулкане. Мне жутко надоел это вздорный конь, – ответил Грэг.

– А, вот почему Реджи кричала, – улыбнулась Кора, – Грэгори, ты сам ей его отдал.

– Но я никак не ожидал, что он станет неуправляемым, – покачал головой Миллс, – я подумывал продать его.

– Ты хочешь потерять дочь? Она же не простит тебе этого, – немного грубо сказала женщина, – она ради этого животного на многое способна.

– Да знаю я это, дорогая, – говорил отец, вспоминая, чем грозилась Реджина при одном лишь упоминании о продаже, – и я не собираюсь его продавать.

– Милый, ты немного меня успокоил, а то у меня сердце не на месте, – женщина подошла и села на колени мужа.

– Дорогая, ты не переживай. Помни одно – наши дети взрослые, самостоятельные, умные люди и, если им будет нужна наша помощь, они сами придут к нам за ней, – успокаивающе говорил Грэг, гладя по спине рукой жену.

Миллс вышла во двор и даже не знала куда идти и где искать Эмму. Брюнетка видела, как Свон уходила, и просидев на подоконнике она не видела, как та возвращалась. Поэтому она, не задумываясь, пошла прямо.

Эмма, как только вышла из особняка сразу побежала. Точно также, как и Миллс сейчас шла Эмма побежала вперед. Музыка на полную громкость, да так что действительно перебивает совсем надоедливые мысли и решения. Свон бежала довольно быстро и когда почувствовала, что усталость сваливается на нее своими широкими плечами, притормозила и решила просто прогуляться.

Она дошла до речки, промочила вспотевшее лицо, посидела на берегу и совершенно забыла о времени и не обратила внимания на то, что уже становилось темно. И только когда стемнело совсем Эмма поднялась с берега и побежала. Обратно.

Миллс увидела Эмму, бегущую по дороге, и пошла ей на встречу. Реджина не знала зачем пошла искать блондинку, но дома давили стены.

Свон бежала, опустив голову и с так и по-прежнему играющей музыкой в ушах. В темноте она даже не заметила Реджину, пробежав мимо нее на довольно приличной скорости.

Миллс вообще не поняла этой выходки.

– Если ты приняла решение, то хотя-бы можно было и сказать о нем, а не так поступать, полностью игнорируя, – Реджина развернулась и пошла за Свон, решая для себя, что выяснит это позже.

Через несколько сотен метров Эмма резко остановилась, почувствовав крупные капли падающие с ночного неба. Она тяжело дышала от быстрого бега и подняла свое лицо к небу, чтобы прохладные капли освежили лицо и придали больше сил на продолжение пути и не только тренировки.

Миллс также остановилась и из далека смотрела на Свон. Она смотрела на блондинку, ловя каждое ее движения и спрашивая сама себя, что же ее в ней зацепило, что за три года она так и не смогла ее забыть.

Эмма вынула наушники, от уже давящей музыки и просто держала их в одной руке, так и продолжая наслаждаться каплями прохладного, освежающего и такого необходимого сейчас дождя. Она вдыхала прохладный воздух чувствовала, что дождик серьезно усиливается, превращаясь в ливень. Но Свон было на это наплевать, она просто наслаждалась этими мгновениями спокойствия и умиротворения.

С каждым мгновением Реджина давала себе ответы. Эта девушка красива, подтянутое спортивное тело, ослепительные серые глаза и манящие губы. Умна, талантлива, амбициозная, что немало привлекало. Секс, в котором полно страсти и отдачи до последнего мгновения. Она быстро полюбила Вулкана, которого сама Миллс просто обожает. И даже сейчас, когда она, раскинув руки в стороны, ловила холодные дождевые капли, даже это безумно нравилось Реджине.

– Я запуталась. Дай мне знак. Я ведь не хочу никого обижать, подставлять, предавать. Дай мне знак! – говорила в небо Свон и после ее слов послышались раскаты грома и засверкала вдалеке яркая молния, освещая кромешную темноту.

Реджина стояла далеко и не слышала, что просит Эмма, но она не отрываясь пошла к ней.

– А вот и знак, – резко повернувшись, услышав шаги, прошептала Эмма, когда через очередную сверкающую молнию увидела, идущую под дождем Миллс.

– Прости, что помешала, я просто тебя искала, – сказала Реджина, она не знала, как сейчас себя вести.

– А как ты оказалась сзади? Я тебя даже не заметила, – сказала Эмма, убирая наушники в карман спортивных штанов.

– Ты пробежала мимо меня, – пояснила Миллс, – я пойду, и тебе тоже не помешало бы, ты вся мокрая.

– Я не слышала, да и темно. Прости, – сказала смущенно Эмма и подошла вплотную к Реджине.

– Не переживай, я не обиделась, – с полузакрытыми глазами сказала брюнетка, – пойдем домой, я боюсь, что ты заболеешь.

– Почему? – спросила Эмма, беря мокрыми руками, такую же промокшую руку Реджины, – зачем я тебе? Почему ты так относишься ко мне?

Реджина улыбнулась.

– Я не знаю, я просто тебя люблю, и для меня ты лучше всех на свете.

– Ох. Реджина, – горько усмехнулась Свон и, отворачиваясь, медленно пошла в сторону дома, – я чувствую себя в замкнутом треугольнике. Причем тем самым тупым углом, который совсем ничего не понимает.

Миллс сделала несколько быстрых шагов и, схватив блондинку за руку, развернула к себе.

– Эмма, девочки моя, останься с Эйденом… Пожалуйста, я прошу тебя, останься с ним.

– Что ты такое говоришь, Малышка? – спросила Свон, – ты так любишь брата, что готова пожертвовать своим счастьем ради него?

– Я так люблю тебя. Я не дам тебе того, что может дать он – нормальную семью, детей, а не непонятную жизнь с мной, – проводя рукой по холодной, мокрой щеке, сказала Реджина.

– А ты думаешь мне все это нужно? – спрашивала Эмма, – после стольких лет беспорядочной жизни я наконец нашла спокойного и любящего меня человека, с которым по-настоящему захотела иметь серьезные отношения, семью. Но встретив его сестру, я уже совсем не уверена, что он тот, кого я люблю, что он тот, кто сделает меня счастливой, что он именно тот, с кем мне хочется прожить всю жизнь, – говорила искренне Свон и все эти слова так и выражали и показывали как ей тяжел выбор и его последствия и что девушка по-настоящему запуталась.

– Эмма, пойми, наверное, нас с тобой связывает страсть, а с ним ты сможешь понять, что значит иметь полноценную семью, – Реджина приблизилась и очень тихо, на ушко Эммы прошептала, – а я уеду, я никогда не появлюсь в вашей жизни.

– Самое проблемное, – Эмма тоже наклонилась и очень тихо прошептала также на ухо Реджине, – я не хочу, чтобы ты уезжала и исчезала из моей жизни. Но я по-прежнему не могу ответить на твои чувства теми же чувствами, – очень серьезно последнее сказала Эмма, все же приняв для себя определенное, но все же решение. Она быстро отстранилась и посмотрела в карий взгляд и прошептав, – прости, – быстро развернулась и побежала в сторону дома, отгоняя мокрые капли дождя, которые так и сползали в глаза.

Миллс закрыла глаза и задрала голову к небу. Хотелось кричать, выть, рвать на себе волосы от безысходности и отчаянья. Все происходящее пожирало изнутри и не давало даже свободно вздохнуть.

Эйден вышел из кабинета и хотел найти Эмму, родители сказали, что она еще не возвращалась и Реджина пошла ее искать. Взяв зонт, он тоже вышел на улицу. Не успев отойти далеко от дома, парень увидел бегущую Свон.

– Эмма, – он пошел ей навстречу.

– Эйден, – сказала Свон, увидев парня, идущего к ней навстречу, и сама перестала бежать.

– Детка, что ты делаешь на улице в такую погоду? Ты вся мокрая, ты замерзла, – Эйден обнял блондинку, держа над ней зонтик.

– Эди, со мной все в порядке, и я не замерзла, – Свон вырывалась из объятий и сказала, стараясь не грубо, но у нее это не получилось, и грубость так и соскочила с языка, – иди лучше найди Реджину. Она осталась чуть позади, – кивая в темноту, говорила блондинка.

– Реджи тебя нашла? А почему она не с тобой? – Эйден продолжал держать Эмму за руку.

– Эди, обязательно столько вопросов? – возмутилась Свон и вновь почувствовала довольно противоречивые ощущения от одного только прикосновения парня, – просто пойди и найди ее. Вот она точно замерзала, а для меня дождик во время тренировки самое то, – успокоившись и понимая, что грубость излишне, спокойно разъясняла Свон.

– Иди в дом и прими горячую ванну, а я скоро приду, – Эйден поцеловал Эмму и пошел по направлению откуда она прибежала.

Свон посмотрела на Эйдена и прошла под крышу крыльца, но не последовала его совету и осталась стоять возле входа. Она хотела удостоверится, что с Реджиной все в порядке и что она вместе с Эйденом придет домой.

Через некоторое время стояние под ливнем, Реджина пошла в сторону дома. Взяв себя в руки, она тоже приняла для себя решение. Когда до дома оставалось немного девушка увидела идущего ей на встречу брата.

– Реджи, – когда парень увидел сестру, он ускорил шаг, – ты чего в такой дождь гуляешь? – Эйден говорил со всей заботой и нежностью.

– Искала Эмму, тут начался дождь, я сказала ей себя не ждать и продолжать пробежку, – сказала Миллс, продолжая идти.

– Реджи, стой. Давай поговорим? – брюнет остановил девушку рукой.

– Эди…

– Прости меня, я виноват. Я сорвался. Эмма права, я не должен был так с тобой разговаривать. Сестренка, прости меня. Мы же никогда так ни ссорились, – обнимая Реджину, говорил Эйден.

– Эди, прости меня. Я виновата перед тобой и это из-за меня ты сорвался, – наконец в ответ обняв брата, сказала брюнетка.

– Ты чего, малышка, я же люблю тебя. Ты же моя маленькая сестренка, – прижимая к себе девушку, сказал парень, – пойдем домой, ты же замерзла.

Миллс кивнула, и они вместе пошли домой.

Эмма присела на лавочку, стоящую на широком крыльце и находящуюся под крышей и стала ожидать, когда же придут Эйден и Реджина. Свон единственное, что в этой всей ситуации знала и понимала, так это то, что Эди и Реджи не должны ссорится, ругаться и так кричать друг на друга. Они должны помирится и быть всегда вместе, поддерживать друг друга и любить как настоящие брат и сестра. А Эмма сейчас чувствовала глубочайшую вину за то, что это совсем не так и из-за нее они повздорили.

Эйден и Реджина подходили к дому. Они шли молча, но близко прижавшись друг к другу.

Эмма, увидев два приближающих силуэта, встала и вышла на свет от лампочки и стала дожидаться, когда они подойдут. И увидев, что они идут в обнимку, Свон невольно улыбнулась и тихо выдохнула.

– Вот почему она меня никогда не слушает? – увидев Эмму, спросил Эйден, – о тебе заботится, а о себе нет.

– Эди, помирись с ней. Сделай романтику, притащи цветы из маминого сада, – с большим трудом сказала Реджина, она сейчас советовала брату как помириться с девушкой, которую любит она.

– Спасибо за совет, – улыбнулся брат и они подошли к Эмме.

– Детка, почему ты не в горячей ванне?

– Тебя жду, – совсем не подумав выдала блондинка, а потом посмотрела виновато на Миллс.

– Идите, дети мои, – с улыбкой сказала Реджина

– Спокойной ночи, скажи родителям, что мы не будем ужинать, – Эйден поцеловал Реджи.

– Спокойной ночи.

– Что значит не будем? – возмутилась Свон, – я вообще-то голодая.

– Я все устрою в нашей спальне, – прошептал Эйден.

Эмма покосилась на Реджину, но пошла ведомая объятиями Эйдена в их спальню. Миллс с улыбкой повел свою невесту в комнату.

Глава 14

– Иди сходи в душ, а я все организую, – поцеловав Эмму в щеку, сказал Эйден.

– Хорошо, – согласилась Свон и направилась в горячий душ.

Эйден сразу начал метаться по комнате. Свечи, цветы, романтика. Парень сразу из комнаты побежал в сад мамы, в котором росли разнообразные цветы. Накрывшись плащом и взяв фонарик, брюнет вышел во двор. Выбрав классически розы, он срезал семь штук и побежал обратно в спальню, по дороге забежав к Миле и попросив подготовить для него на подносе еду, вино и бокалы.

Он как ошпаренный носился по дому. Через 15 минут комната была обустроена, горел ночник и свечи, ужин стоял на столике около окна, на тумбочке лежали цветы, а в бокалах разлито вино.

– А может и правда лучше синица в руках, чем журавль в небе?

«Может лучше забыть и жить дальше с человеком, который на самом деле дорог? Который никогда не предаст и будет всегда поддерживать? К которому испытываешь нескончаемое доверие и… Нет. Не любовь. Я точно не могу сказать, что люблю Эйдена. Но то, что рядом с ним хорошо и спокойно, это точно! А Реджина? Что с Реджиной? Она ведь любит меня и возможно даже сильнее брата. Но ведь я не знаю, что чувствую к ней. Не могу же я выбрать ее, а через несколько месяцев разбить ее и так израненное этой любовью сердце. Она права, нас объединяет только страсть. С моей стороны так точно. Я не имею никакого права на нее. И нужно закончить сейчас, сейчас же, чтобы потом не было поздно. Она найдет еще человека, с которым ей также будет хорошо, как мне с Эйденом, спокойно и уверенно»

Свон долго провела в ванной думая и принимая наисложнейшее решение, от которого зависит судьба трех человек. И пришла к одному абсолютно правильному на ее взгляд решению – выбрать Эйдена и уехать вместе с ним строить семью.

Она вышла из душа только через час. И забрав волосы в полотенце, накинув халат и натянув улыбку, вышла из ванны.

И перед ее глазами предстала великолепная картина, от которой защемило сердце и заставило улыбнуться не натянуто, а по-настоящему.

– Любимая, это для тебя! Я хочу извиниться перед тобой за свое поведение. Детка, прости меня и прошу тебя подари мне этот вечер? – Эйден взял букет и подошел к Эмме.

– Котик, – протянула Эмма и сама сделала шаг навстречу к Эйдену, при этом осматривая комнату и восхищаясь своим парнем, – ты романтик!

– Для тебя я готов на все, – Эйден вручил цветы и нежно поцеловал в губы и сразу отстранился, – ты хотела кушать? Пойдем.

– Да, я жутко голодна, – улыбнулась Эмма и прошла к столу, но ее взгляд остановился на зеркале, и она увидела свой наряд.

– Ой, мне тоже нужно подготовится, – выдала блондинка.

– Не нужно, ты великолепна, – Эйден сам снял полотенце с головы блондинки и кинул его на кресло, – присаживайся.

Свон поправила волосы и снова улыбнулась, присаживаясь к столу.

– Вина? – спросил парень, – если я не ошибаюсь это любимое из не любимых вин.

– Романтика – это хорошо, и я ценю это, – говорила спокойно и добро Эмма, – но я бы не отказалась от привычного виски.

Эйден ухмыльнулся и, заглянув в шкаф, достал начатую бутылку виски.

– Она давно здесь стоит, будешь?

– Чем дольше – тем крепче, – усмехнулась Эмма, – но ты знаешь, что меня это не остановит.

– Хорошо, – он налил Эмме янтарного напитка и сел за стол, – выпьем за примирение?

– Ты поговорил с Реджиной? – не чокнувшись спросила Эмма.

– Да, мы помирились.

– Тогда я готова выпить за примирение, – улыбнулась Эмма и прислонила свой бокал к фужеру с вином Эйдена.

Ужин прошел замечательно, Эйден не спускал глаз с Эммы. Они разговаривали, вспоминали какие-то факты из своей совместной жизни, первые ссоры, притирки. Смеялись над некоторыми ситуациями.

Чтобы окончательно добить Эмму романтикой, брюнет включил музыку и пригласил на танец. Нежно обнимая за талию, Эди сильными руками прижимал тело Свон к себе.

Виски гулял по организму и позволил окончательно расслабиться и наконец забыться в этих крепких и мужественных руках. Свон приняла решение и теперь остается лишь только плыть по течении, куда их и направит спокойная речка под названием жизнь.

Эйден начал томно целовать шею Эммы, поглаживая руками спину, ягодицы, бедра.

Эмма же прижималась к крепкому телу и чувствовала, как алкоголь затуманивает разум. Пусть она и выпила немного, но Эмма всегда быстро пьянела и сейчас понимала это. Она сама потянула Эйдена к кровати, и уже около нее скинула с себя легкий халатик, моментально полностью обнажившись и тут же легла на постель.

Миллс любовался своей любимой девушкой, он быстро скинул футболку и лег к Свон.

– Детка, ты самая лучшая, – он покрывал поцелуями шею, грудь, – красивая, – лизнул сосок, – сексуальная, – Эйден навис над блондинкой, сжимая одной рукой грудь, а языком игрался с торчащим соском.

Эмма по инерции выгибалась навстречу теплым прикосновениям. Именно теплым. Она сейчас не чувствовала ничего, кроме теплоты ладоней и губ. Закрыв глаза и положив руки на спину парню, Свон стала гладить его.

Парень начал покрывать тело возлюбленной поцелуями, поглаживая рукой всю внутреннюю часть бедра. Он медленными показываниями начал спускаться вниз к жаркому месту Свон.

– Детка, как я тебя хочу.

– Так возьми меня, – застонала Свон и старалась придать своему стону все больше и больше правдоподобности, хотя сама прекрасно понимала, что ее страшные опасения подтверждаются с каждым прикосновением и поцелуем. Это не те поцелуи, не те руки, не те губы и ласки. Все не то.

Миллс скользнул по бедру и дотронулся до жаркого места Эммы, но…

– Детка, ты не так горяча, – улыбнулся брюнет и уже губами и языком коснулся клитора девушки, располагаясь между ее ног.

Эмма начала стонать в голос. Показывая, как ей хорошо и приятно и в то же время стараясь взбудоражить себя томными стонами и восприятиями.

Эйден доставлял удовольствие, томно покусывая клитор, посасывая его, целуя внутреннюю часть бедра. Схватив бедра, он начал входить языком в самое лоно, чувствуя влагу и восхитительный вкус девушки.

– Ты восхитительная, ты самая любимая и только моя…

– Только твоя, Эйден, только твоя! – повторяла надрывно Свон и сильнее тянулась своим не совсем жарким местом к парню, руками притягивая его голову и так и стараясь вновь ощутить те эмоции и те чувства, что были у них когда-то. Но нет. Она не чувствует. Только тепло, только ощущения юркого горячего язычка, но ни возбуждения, ни желания, ни зарождающегося кома внизу живота.

Брюнет отстранил голову и, облизнув палец, аккуратно ввел его в Эмму, чувствуя, что жара все еще нет. Парень знал, что виноват и поэтому понимал, что ему придется постараться чтобы блондинка всеми своими чувствами его простила. Он вновь прильнул губами к лону, также двигая язычком и стимулируя стеночки.

– Войди в меня, – попросила Эмма, прекрасно понимая и чувствуя, как старается Эйден, но его старания не оправдываются и поэтому Свон лучше сама доставит удовольствие парню, раз у него и не по его вине ничего не получается.

Эйден не понял почему Эмма не хочет продлить удовольствие, ведь ей всегда нравились его ласки.

– Малышка, тебе так не терпится? – он вынул палец и, пройдясь языком по всем складочкам, встал с кровати.

– Я просто хочу быстрее ощутить тебя, – проговорила Свон, показывая тяжелое дыхание и жуткое нетерпение.

Парень быстро разделся, по нему было сразу видно, как он возбужден. Он плюнул на руку и обтер головку члена, который был очень напряжен. Эди сразу лег на Эмму между разведенных ног и подставил головку ко входу, начиная медленно входить.

– Быстрее! – прорычала Свон, чувствуя, как тяжело входит член в ее совсем невозбужденное лоно. Но что поделать Эмма не знала. Разве что воображение. Только если представить на месте брата сестру. Но нет… Это не срабатывало ни разу за все те два года и сейчас тоже не сработает. Поэтому Свон расслабилась и постаралась застонать и даже очень громко. Она кричала, чтобы возбудиться хотя бы от криков и представлений Реджины. Пусть это было неправильно, но другого выхода Эмма не видела.

Эйден ускорился, а когда Эмма застонала, да так яростно и необузданно, что у парня сорвало крышу. Он, не выходя из Эммы, поднял ее и сел на кровать, спуская ноги на пол, и с его губ начали срываться жаркие стоны.

Реджина вышла из спальни, чтобы спуститься за стаканом воды. Подходя к лестнице, она услышала голоса. Немного приблизившись, она поняла, что это из комнаты Эйдена, а самое главное, что она поняла, чем сейчас занимаются Эмма с ее братом. Острый клинок вонзился в ее сердце, боль и отчаяние в клочья разорвали душу. Брюнетка сползла по стене, обессиленная и разбитая, с полным осознанием, что Эмма выбрала Эди.

Да она сама просила, сама этого хотела, но она даже не могла представить, что будет так больно. Закусив до крови губу и обхватив себя руками так, что ногти вонзались в предплечья оставляя кровавые следы, чтобы не закричать в голос.

Слушать стоны любимой под другим мужчиной это не выносимо. Когда она услышала и стоны брата Реджина поднялась на ноги и добрела до своей спальни, успевая только закрыть дверь и вновь падая на пол уже без сознания.

Эйден двигался яростно, каждым движением входя до основания. Вновь поменяв позу, он положил Эмму на кровать, а сам продолжал стоять на полу.

Свон не чувствовала ничего. Ей хотелось плакать от осознания своей никчемности. Она не хотела, чтобы Эйден хоть на секунду почувствовал, что Эмме никак. Поэтому она с яростью и остервенением двигала бедрами навстречу члену парня, а с ее губ срывались симулирующие стоны. И с каждым толчком они становились все громче и громе. Но тут до Свон стало доходить, что Эйден вот-вот кончит и она, не дожидаясь этого, начала отстранятся, прося:

– Эди, выйди! Выйди пожалуйста! – проговорила блондинка специально сбивчивым голосом.

Миллс навалился на Эмму и, сделав несколько сильных толчков, кончил. Полностью заполняя Свон своим семенем. Именно сегодня он захотел почувствовать, как это доходить до экстаза со своей любимой, поэтому в нужный момент он только глубже вошел.

Он обессиленно повалился на блондинку.

– Я люблю тебя, детка.

– Эди! – проговорила громко Свон, сталкивая парня с себя, – что ты наделал?!

– Малышка, не переживай, это первый раз, зато какой! – протянул парень, вновь притягивая к себе Эмму, – ты была великолепна, детка!

– Зато ты был… – прорычала Свон и села на кровати, останавливая себя от нелицеприятных слов и запуская пальцы в свои волосы. Она только сейчас начала осознавать какую ошибку совершила и что не нужно было всего, что происходило несколько минут назад.

Парень сел рядом с девушкой.

– Любимая, не злись. Мы же любим друг друга и даже если что-то будет – ничего страшного, – парень целовал Свон в плечо.

– Ничего страшного?! Эйден, да ты хоть понимаешь, что ты натворил?! – прокричала Эмма, скидывая руку мужчины со своего плеча, – я сейчас не готова ни к ребенку, ни к… – не закончила Свон, а встала с кровати и пошла в сторону душа, быстрее бы смыть с себя такие ненавистные сейчас ощущения.

– Детка… – Эйден хотел пойти за ней, но дверь в ванную захлопнулась, явно не собираясь его впускать. Он откинул покрывало и залез под одеяло, с непониманием того, что Эмме так не понравилось.

– Вот черт! – проговорила Свон, находясь под струями душа и наконец полностью осознавая безвыходность и противность всей сложившейся ситуации. Эмма не знала теперь точно, что ей делать. Час назад она была полностью уверена, что будет с Эйденом. Что он хороший и самый лучший для нее вариант. Но сейчас. Сейчас Свон начинает осознавать и понимать всю неправильность своего поступка. Она не сможет жить с Эйденом. Только не сейчас. Не теперь. Не сможет и не хочет. И это уже точно – окончательное решение. Вот только объявить его нужно будет потом. Не сейчас и не здесь. Чтобы не омрачать праздник его родителей. Она скажет ему потом, в городе. А потом соберет свои вещи и навсегда уедет, исчезнет из его жизни и жизни Реджины.

Через некоторое время ожидания Эйден уснул, не дождавшись Эммы.

А Свон, выйдя, увидела, как Эди спит и тихо усмехнулась. Она медленно подошла к парню и накрыла его одеялом, поцеловав в щеку.

– Прости меня, – прошептала она. А потом быстро одевшись и прихватив с собой бутылку виски и стакан, она вышла из спальни, проходя в гостиную. Время было позднее и все уже спали, поэтому Эмма, не боясь, что ее заметят спокойно расположилась на диванчике и медленно стала потягивать напиток.

Коралина не могла заснуть, поэтому под тяжестью мыслей решила выпить бокальчик виски. Зайдя в гостиную, она включила лампу и сразу увидела Свон, бутылку и стакан.

– Эмма, ты что не спишь? И… ты пьешь?

Блондинка от неожиданности дернула рукой и пролила немного напитка на кожаную обивку дивана, тут же вставая и стряхивая капли рукой.

– Простите, миссис Миллс, – проговорила Свон, ставя стакан на небольшой стеклянный столик.

– Ничего страшного, – взяв бутылку виски и стакан, она подошла к блондинке, – выпьем? – мать показала на свою бутылку.

Эмма кивнула и взяв вновь свой стакан присела на диван, внимательно следя за Корой.

Женщина откупорила бутылку и налила себе бокал, запахивая полы халаты, села на диван.

– Я даже рада, что ты тут, хоть пить не одной. И пожалуйста, просто Кора.

– Простите, Кора, – натянуто улыбнулась Эмма и протянула свой бокал, призывая женщину чокнуться с ней.

Кора чокнулась и отпила напиток, смотря на блондинку.

– Может расскажешь, что ты делаешь одна в гостиной с бутылкой виски так поздно?

– Кора, я не очень хотела бы говорить вам об этом. Это будет очень неприятная для вас тема, – Свон допила остатки своего напитка и потянулась за бутылкой, в которой оставалось довольно мало жидкости. Перед тем как Коралина зашла в гостиную Эмма провела здесь больше часа и успела немного опьянеть.

– Не пей эту дрянь, возьми нормальный, – увидев действия блондинки, сказала Коралина, – и давай ты расскажешь, а я уж решу приятно мне или нет.

– Зато он крепкий. Видать давно пылился у Эйдена в шкафу, – Эмма не понимала зачем это говорит его матери, но разве пьяный ум может трезво думать? И вновь глотнула напиток, медленно потягивая и не смотря на женщину в надежде, что она не повторит свой вопрос.

– Эмма, что происходит? Я не идиотка и все вижу, просто я должна знать правильны мои предположения или нет, – Кора положила свою руку на руку Эммы.

– А каковы ваши предположения? – Свон посмотрела затуманенным взглядом на женщину.

– Только не обижайся, если я не права, – Кора дождалась кивка от Эммы, – мне кажется, что между тобой и Реджи что-то происходит. Я видела ваш разговор вечером в день приезда.

– Я не могу обижаться на правду, – ответила Свон и вновь отпила горячительный напиток, несильно морщась от горького вкуса.

– Так что между вами? – Кора знала, точнее догадывалась, но сейчас она хотела знать правду.

– Секс, – без утайки ответила Свон, – простите, если резко. Но давайте я лучше вам расскажу все с самого начала, а уже потом вы можете меня выгнать ко всем чертям из вашего дома?

У Коры сжалось сердце от осознания того, что ее дети спят с одной девушкой и тем более, что ее дочь лесбиянка, а Эйдену изменяют с сестрой. Эта информация как каша смешивалась в ее голове.

– Давай, – протянула женщина, осушая бокал.

И Эмма начала свое повествование. Без утайки и недоговоров. Ей хотелось сейчас высказаться. Хоть с кем-то поделиться этим тяжелым грузом, который так сильно давит сейчас ей на плечи. И начала Эмма с трех годовой давности. Как они встретились с Реджиной, как в пьяном угаре переспали, как потом расстались и больше не виделись. Как Свон мучилась воспоминаниями ощущений, а Реджина чувством безграничной, неразделенной и потерянной любви. Как она искала ее, как переживала и перевернула свою жизнь. Как до сих пор чувствует дикое чувство вины перед братом, как сама уговорила Эмму быть с Эйденом и забыть о ней и ее чувствах. Также Свон рассказала, как познакомилась с Эди. Как он стал тем самым лучиком надежды в жизни блондинки. Как был всегда рядом, как ей хорошо и спокойно было с ним. До приезда в этот дом, до осознания, что эта не ее жизнь. Что она не хочет такой жизни. Не хочет быть, жить, создавать семью с Эйденом. Свон говорила и не смотрела в глаза Коры, а женщина молчала и не смела перебивать блондинку, чувствуя каждое слово и понимая, как это слово тяжело дается Эмме.

И когда девушка рассказала абсолютно все, закончив на сегодняшнем решении – она замолчала и опустив голову дала волю слезам.

– Простите, миссис Миллс, простите, что причиняю боль вашим детям, вашей семье, – шептала блондинка.

Пока Коралина слушала Эмму она успела осушить ни один бокал виски. Эта информация давалась ей очень тяжело как матери и как женщине.

Когда Эмма начала плакать Миллс притянула ее к себе и крепко обняла.

– Ты не виновата. В том, что произошло ты не виновата. Я вижу, как Эйден любит тебя, но я так же вижу и чувствую, как изменилась моя дочь. От того как Реджи смотрит на тебя, у меня сжимается сердце. Я понимаю почему ты приняла такое решение, но не могу ничего сказать по этому поводу. Пойми, мне как матери очень хочется, чтобы мои дети были счастливы и… в любом случае один из моих детей останется с разбитым сердцем, а по твоему решению оба. Я не знаю, как ты поступишь, но знай, я не буду тебя ни в чем обвинять, – поглаживая по голове блондинку, сказала женщина. Она сама знала, что сказала много слов, но на нее свалилось очень много информации и пока что она еще не разложила ее по полочкам.

– Миссис Миллс, у меня нет другого выхода. Только так я смогу отпустить их. Да и это будет куда справедливей, чем всю жизнь жить и притворяться, – сказала дрожащим, но уверенным голосом блондинка, и почувствовала поддержку в этих материнских объятиях женщины, чьи сердца ее детей разбивает на маленькие осколки.

– Эмма, я никогда не смогу сказать правильное решение ты принимаешь или нет, но по себе знаю, что иногда стоит довериться любящему тебя человеку, – продолжая дарить поддержку и с материнской нежностью прижимать к своей груди, говорила Коралина, – Эмма, поверь, любовь сложная штука и в ней очень трудно разобраться.

– Я так понимаю вы не любили Грэга? – по-своему поняв слова Коры, спросила Свон, немного отстраняясь и заглядывая прямо в глаза женщины своими заплаканными серыми омутами.

– Да, я любила другого человека, а Грэг ничего не просил взамен, просто любил и был рядом. Я забеременела от другого, но он меня бросил, а Миллс забрал меня к себе несмотря ни на что, принял моего будущего ребенка, – с тяжелым сердцем сказала женщина.

– Эйдена? Он ему не родной? – потрясённая словами Коралины спрашивала Эмма.

– Нет, Эди родной. Беременность была маленькая и я села на лошадь, а она понесла и, не удержавшись, я упала. Грэгори до сих пор винит себя, что я потеряла нашего ребенка. Я забеременела Эйденом спустя несколько месяцев. Мы даже не ожидали, но я так была счастлива и только тогда я поняла, как я люблю этого человека и отца нашего будущего ребенка, – Коралина сказала это и погладила Эмму рукой по щеке.

– Коралина, я понимаю. Я правда понимаю вас и ваше решение, – говорила серьезно Эмма и опустила взгляд в пол, – но я не вы. Я не могу. Я пыталась, но я не могу. Простите, я не могу жить с человеком, которого не люблю и никогда не полюблю.

– Детка, а почему ты думаешь, что я говорю об Эди?! – улыбнулась женщина. Она видела, как смотрит Эйден на Эмму и как смотрят Эмма с Реджиной друг на друга и именно из этих взглядов могли разгореться чувства любви.

Эмма тут же подняла взгляд на Кору и старалась прочитать в нем хоть что-то. Хоть намек на шутку или простоту предположения. Но увидела в нем лишь абсолютную серьезность произнесенных слов.

– Я не знаю. Я не знаю любовь ли это. С ее стороны да, но не с моей!

– Я не говорю тебе выбирать Реджину, я говорю о том, что ты должна подумать и не отказываться сразу от всего. Если ты не любишь Эди, ты не хочешь быть с ним – не мучай ни себя ни его. А… а там сама решай, – уверенно сказала Кора, – а сейчас иди, наверное, спать.

– Я расскажу ему. После праздника я ему все расскажу, – говорила Свон, – не про Реджину конечно, но про свои чувства. Я не хочу ни его мучить, ни ее и поэтому я принимаю именно такое решение. Спасибо, что вы меня выслушали, – закончила Свон, но с дивана не встала, – можно я останусь здесь? Я не хочу возвращаться к Эди.

– Там рядом со спальней Реджины есть свободная комната иди и переночуй там, во-первых, тут неудобно, а во-вторых лишние вопросы ни к чему, – Коре нравилась Эмма и то, что она искренняя очень радовало, поэтому для себя женщина решила ее поддержать, несмотря ни на что.

– Спасибо, Коралина, – улыбнулась искренне Свон и поднялась с дивана, – спасибо, что выслушали и не осудили.

– Все будет хорошо, не переживай, – Кора обняла девушку и погладила по спине, – спокойной ночи, – Миллс улыбнулась и пошла в свою спальню, которая единственная находилась внизу дома.

– Спокойной ночи, – вслед Миллс прошептала Эмма и, забрав бутылку и бокал, ушла в ту спальню, моментально ложась на кровать и провалилась в спасательный от надоедливых дум сон.

Глава 15

Эйден проснулся и увидел, что любимой нет рядом, он не удивился подумав, что Свон на очередной тренировке. Одевшись и умывшись, он решил все же найти девушку. Из окна было видно, что Эммы там нет, в гостиной, в которую парень спустился тоже не было, поэтому он решил спросить у сестры может она знает, где может быть блондинка.

– Реджи, – парень постучал в дверь спальни сестры, он аккуратно приоткрыл дверь и заглянул.

Реджина продолжала лежать на полу. Она так и не приходила в сознание. Эйден быстро подлетел к брюнетке.

– Реджи, малышка, ты чего? – он поднял ее на руки и перенес на кровать, – Реджи очнись! – парень был взволнован и тихо бил ладонями по щекам.

Миллс начала приходить в себя и слышать голос брата, зовущий ее.

– Эди…

Эйден сходил ванную и намочил полотенце, прикладывая его ко лбу сестры.

– Я сейчас позову маму и Милу.

– Нет, не нужно, со мной все хорошо, – Реджина окончательно пришла в себя и села на кровать, – я помню, как ходила пить, а потом голова закружилась, – сказала Миллс, нагло соврав. Она помнила все, до последней эмоции, до последнего чувства испытанного этой ночью, – не переживай, Эди.

– Не спускайся к завтраку, я принесу его тебе сюда, – Реджина кивнула, а Эйден, поцеловав сестру в лоб, вышел из ее спальни и столкнулся с Эммой, выходящей из другой комнаты.

– Доброе утро, котик, – улыбнулась блондинка, для себя решив ничем не омрачать сегодняшний день.

– Эмма, доброе утро, а что ты делала в той комнате? – с недоумением спросил парень.

– Не хотела тебя беспокоить и шуметь, – улыбалась широко Свон и, подойдя, поцеловала Эйдена в щеку.

Парень решил потом выяснить у Эммы, как она там оказалась, так как его сейчас больше заботило состоянии Реджины.

– Детка, иди тогда переодевайся и спускайся к завтраку, а я Реджи завтрак отнесу и присоединюсь.

– А что с ней? Почему она не спустится? – спросила настороженно Свон.

– Только родителям не говори, я нашел ее утром без сознания на полу, – ответил Эйден.

– Что? Как? – сердце бешено заколотилось, начиная сильно переживать, – как она сейчас?

– Вроде сейчас нормально, – констатировал парень, – ладно я пошел, – он чмокнул Эмму в губы и пошел вниз по лестнице.

А Эмма так и не смогла пройти мимо двери в комнату Реджины и заглянула внутрь, предварительно постучав.

– Можно?

Миллс как раз рассматривала свои царапины, которые сама же себе и нанесла.

– Входи,- прикрыв их руками, ответила Миллс.

– Ты как? Эйден рассказал мне, – Свон прошла и подошла прямо к кровати, обеспокоенно спрашивая.

– Нормально, просто слабость, наверное, – сухо ответила брюнетка, пытаясь даже не смотреть на девушку.

– Может я могу помочь тебе? – спросила Эмма, также стоя возле кровати и не решаясь присесть.

– Спасибо, не нужно. Со мной все хорошо, скорее всего мне просто нужно поесть, – поднимаясь с кровати и отходя к зеркалу, сказала Реджина.

– Эйден сейчас принесет завтрак, – неуверенно говорила блондинка, чувствуя неловкость и отчего-то дикое напряжение так и витающее в воздухе.

– Я уеду завтра, рано утром, – причесываясь, сказала Реджина, – так что вы сможете нормально отдохнуть.

– Я сама уезжаю завтра, – присаживаясь все же на кровать и смотря в пол, говорила блондинка.

– Вы с Эйденом? Оставайтесь, ты еще плохо познакомилась с родителями, – утвердительно сказала брюнетка.

– Я уезжаю одна, – коротко ответила Свон, – не говори пока Эйдену.

– Что значит ты уезжаешь одна? – Миллс резко развернулась, – ты не можешь так просто уехать.

– Я уеду не просто так. Я поговорю серьезно с ним, – говорила не смотря на Реджину Свон.

– Эмма, но вы же… – Реджина не договорила. Она не понимала, что произошло ведь они так страстно провели ночь.

– Что мы же? – настаивала на продолжении Свон.

– Нет, ничего, – Миллс не хотела это вспоминать, а говорить тем более.

– Не говори пока Эйдену. Я не хочу омрачать праздник, – сказала серьезно Эмма и встала с кровати, идя к двери, – завтра меня уже здесь не будет, и вы начнете жить заново, забыв меня.

Реджина была зла.

– Ты молодец, хорошим способом выбираешь, – она вновь отвернулась.

– Каким считаю нужным, таким и выбираю, – грустно ответила Эмма, совершенно не реагируя на злость Реджины, – прости меня, и пусть он простит, – последнее сказала блондинка и вышла из спальни.

Реджина запрокинула голову и начала глубоко дышать. Ей было больно, сердце было окончательно разбито, но плакать, кричать, куда-то бежать не хотелось. Она с достоинством приняла этот удар судьбы и наконец отпустила Эмму, понимая, что теперь она все же будет должна поменять свою жизнь.

Свон, выбежав из комнаты с дикой болью в сердце и осознанием, что это действительно конец. Конец всего этого чертового треугольника, углы которого неосознанно начинают выпрямляться пусть и под болезненными ударами и решениями.

Эмма зашла в комнату и отчетливо понимала, что уехать нужно сейчас. Не дожидаться завтра, не играть счастливую невесту и бить все сильнее по израненным и так сердцам своим подлым поведением.

Свон собралась за полчаса. Оставив чемодан в комнате открытым, чтобы Эйден не заметил скорого сбора прошла в гостиную, решив, что должна сначала посоветоваться, а возможно попрощаться с Коралиной.

Кора сидела в столовой и обсуждала что-то с Милой по организации стола на предстоящий праздник. Грэг сидел рядом и читал газету, когда в столовую вошла Свон.

– Доброе утро, Эмма, – сказал мужчина.

– Доброе утро, Грэг, Коралина, – кивнула в знак приветствия Эмма, а потом подошла к женщине, – можно мне поговорить с вами наедине?

Коралина посмотрела на Эмму и поняла, что она взволнована.

– Да, конечно. Грэгори, мы поговорим в твоем кабинете.

– Конечно, дорогая, – улыбнулся мужчина.

Они прошли в кабинет, и женщина сразу присела на диван.

– Эмма, присядь и расскажи, что случилось, ты чем-то обеспокоена?

– Я поговорила с Реджиной, – ответила Свон, стоя возле двери, – я хочу уехать. Сейчас.

– Эмма, присядь. Ты поговорила с Реджиной или просто сказала, что уезжаешь? Ты вообще поговорила с Эйденом, ведь ты являешься еще его невестой? – Кора обеспокоенно смотрела на Свон.

– Нет. Я еще не говорила с Эйденом, – присаживаясь на диван, ответила Свон, – а Реджине просто сказала. Она знала мой выбор, и я просто озвучила ей решение, от которого всем будет легче.

– Девочка, я понимаю, как тебе трудно, но я уверена, что ты делаешь неправильно. Ты не поговорила с Эди, но сказала Реджи, и я на 100% уверенна, что ты и Эйдену ничего не будешь объяснять. Я понимаю твое решение и принимаю его, но я тебя прошу разъясни все им и дай шанс жить дальше.

– Что я должна сказать Эди? Что я переспала с его сестрой? Что потом она в меня влюбилась и три года искала? И что сейчас вновь повстречавшись я резко поменяла мнение и не хочу выходить замуж? И с ней тоже не собираюсь остаться? – эмоции все же взяли вверх, и блондинка повысила голос на Кору.

– Стоп! Не нужно психовать, нужно найти самые лучшие моменты в вашей совместной жизни. Например, Грэг, когда выпьет виски всегда храпит поэтому я знаю, что он пил и мне безумно нравится его этим подкалывать. Выбери такой же момент и скажи – «Но… Эди, прости, но это не то. Мы прожили счастливо это время, и ты хороший, но я не люблю тебя, и я ухожу, ты не виноват в этом». Когда ты говоришь сначала что-то хорошее, а потом то, что ты хочешь сказать, человек не успевает сообразить, что происходит. И пытайся не кричать, от этого бывает только хуже. И кстати лучше не говорить про… – Кора намекнула на Реджину. Женщина не знала, как расставаться, но она помнила, как расстались с ней и не хотела, чтобы ее детей так бросили.

– Коралина, я все поняла и спасибо за совет. Вы правы, я поговорю с Эди спокойно. Я объясню ему все свои чувства и буду просить прощения, что бросаю его, – спокойно говорила блондинка, – завтра я обязательно поговорю. А сегодня праздник. Я все же не могу испортить его вам. Простите, я же совершенно забыла вас поздравить, – Свон грустно усмехнулась, понимая, что опять совершила ошибку. Что не сдержала все в себе, что испортила настроение Коралине.

– Ничего страшного, Эмма, – Коралина притянула Свон к себе, заключая ее в объятия.

Эйден опять не мог найти свою невесту, но отец сказал, что она разговаривает с его мамой в кабинете и парень, не думая, пошел туда.

Он услышал голоса и обрывки фраз. Парень был ошарашен, что его мать советует его невесте как его бросить. Он открыл дверь.

– То есть сегодня ты еще побудешь моей невестой, а завтра по совету мамы, бросишь меня?!

– Эди, ты неправильно все понял, – Кора вскочила с дивана.

– Нет, Эйден. Все не так, – тоже вскочила с дивана Свон и сделала два шага навстречу парню, испуганно смотря в его злые глаза.

– Что не так?! Она посоветовала, а ты решила, что завтра мы расстанемся! – Эйден продолжал стоять в дверях.

– Эди, я не советовала ей тебя бросать, она решила это сделать, а я только хотела, чтобы это было не так больно для тебя, – говорила женщина.

– Это мое решение, Эйден. Твоя мать здесь не причем, – Эмма начинала злиться из-за непонимания того как любящий сын мог такое подумать про собственную мать, – я тебе все объясню, – она подошла к Эйдену вплотную, смотря ему в глаза.

– Не нужно мне ничего объяснять! Вы сговорились за моей спиной, только я не пойму почему, Эмма? Было все хорошо, мы хотели свадьбу, детей в будущем, а сейчас ты все решила, – пронзительно смотря на Свон, говорил брюнет.

– Эди, все так. Все правильно. Мы хотели семью, детей и будущее, – Эмма смотрела на парня и совесть ее так и гложила. Она не могла говорить, ком стоял в горле, видя гневные глаза и понимая, чем они вызванные, – но случилось то, чего я никак не могла ожидать.

– Что случилось? Что? – очень громко крикнул Эйден, – я не понимаю!

– Эди, успокойся. Дай ей все объяснить, присядь, – Коралина пыталась успокоить сына, – Эмма все тебе объяснит.

Эйден прошел немного в кабинет.

– Что она должна сказать, если она уже решила меня бросить?! Так назови причину и заодно скажи, что я не должен знать! – показывая головой на Кору, крикнул Миллс.

Реджина сидела в своей комнате, когда услышала крики и голос брата. Немедля, она спустилась вниз.

– Что случилось? Эди, почему ты кричишь?

– Реджи, давай уйдем, – Кора пошла к выходу.

– Нет, ты все знала и с ней она подружилась, так может вы скажите, как надоумили ее бросить меня?

– Эди, милый, – Эмма предприняла еще одну попытку приблизиться к Эйдену и взяла его за руку, – они не причем. Прошу тебя, давай поговорим наедине?

– Что здесь происходит? – уже и глава семейства прибежал на крик.

– Милый?! Ты еще называешь меня милый? Да ты несколько минут назад по совету мамы собиралась меня бросить! – Эйден вырвал руку и, не обращая внимания на отца, продолжал кричать.

– Эйден, успокойся! Давай мы все выйдем, и вы поговорите? – сказала Кора и уже собиралась выйти, забрав с собой Реджину и Грэга.

– Кто? Кто он? Кем ты меня заменила? Ты год использовала меня, не говоря ни единого слова о любви, а только «я тоже». Не давала нормально заниматься любовью, апеллируя нежеланием иметь детей по залету. Так с кем же ты тогда кончала одновременно?! – Эйден был в бешенстве и не соображал, что говорит в присутствии родителей.

– Эйден! – не выдержав, крикнула Реджина.

Свон посмотрела на Реджину и совсем не знала, что сказать. Ведь все те грубые слова, которые Эйден говорил пусть и со зла верны. Правильны и абсолютно точно отражали реальное положение, в котором они и жили этот год.

– Это она! – выдала блондинка, вновь переводя взгляд на взбешенного парня, которого даже остановки отца не успокаивали, – она! И о ней я тебе ничего не расскажу! Эйден, я не использовала тебя, я…

– Это я! – уже сказала Реджина, она понимала, что отношения брата и Эммы не вернуть, а всю жизнь прожить во лжи ей было тяжело, – это Эмма. Та девушка, которую я люблю уже три года, это ее я искала.

– Ты? Ты спала с моей девушкой? Сколько раз вы трахались? – Эйден переводил яростный взгляд с сестры на Эмму.

У Коралины подкашивались ноги от того, что происходит в ее доме и что происходит с ее детьми.

– Эйден, успокойся и дай мне сказать! – крикнула Свон и встала между разъяренным парнем и Реджиной, закрывая вторую широкой спиной, защищая от испепеляющего взгляда брата.

– Все было отлично и даже замечательно. Но только до приезда сюда. Когда я ее увидела, когда вспомнила те чувства и ощущения, когда пообщалась с ней во мне как будто что-то щелкнуло! – Эмма говорила очень громко и эмоционально уже не выдерживала этой бешеной нагрузки, – я была полностью уверена, что смогу построить с тобой семью, что когда-нибудь смогу родить тебе ребенка. Но сейчас… Сейчас я совершенно, абсолютно уверена, что это было враньем. Что это всё я себе напридумывала. Самообман! Это был самообман. Я ведь даже ни разу не говорила, что люблю тебя. Сейчас я понимаю почему. Я знаю, что это звучит сейчас подло, гнусно, недостойно. Я не люблю тебя, Эйден. И никогда не любила!

– Ах, ты тварь! Потаскуха. Вонючая лесбиянка. Ты не только разбила сердце мне, но и Реджину заставила страдать. А теперь ты посмела в моем доме мне изменить. Черт! Это бред, ты изменила мне с моей сестрой, – прорычал Эйден в лицо Эмме, – а ты сестренка, как… фу, да это произносить омерзительно. Родная сестра трахнула мою невесту.

– Замолчи! – Кора развернула Эйдена к себе и залепила сыну хлесткую пощечину, – да, они виноваты, но ты что не видел, что происходит вокруг?

– Коралина, не нужно, пожалуйста. Я и так привезла в ваш дом разруху и раздор. Хватит. Я уеду, сейчас же, – говорила дрожащим голосом Эмма. После слов Эйдена ей хотелось реветь навзрыд, хотя в то же время она понимала, что заслуживает таких грубых и резких слов.

Грэгори в это время подошел к жене и приобнял.

– Дорогая, не стоит, – говорил разочарованный таким недостойным поступком сына отец.

– Вы что сбрендили?! Меня унизили, меня растоптали. Моя невеста переспала с моей же сестрой, а вы на их стороне? – смотря на родителей, спросил Эйден.

В это время Реджина стояла за спиной Свон. Она хотела подойти и обнять, сказать, что его слова ничего не значат, но знала, что Эмма этого не захочет и оттолкнет.

– Прости, Эди, прости. Я умоляю тебя прости и отпусти, – проговорила Эмма совсем несдержанно и уже чувствовала соленые дорожки от слез. Она, резко развернувшись, увидела за своей спиной Реджину, но ничего не сказав, быстро выбежала из кабинета, сразу направляясь в комнату Эйдена за своим чемоданом.

Парень не смог больше находиться в родительском доме. Поэтому очень быстро выбежал из кабинета и, схватив с тумбочки ключи от машины отца, вышел из дома.

– Поговори с ней, – показывая на Реджину, сказала Кора, – а я пошла к Эмме, – и быстро вышла из кабинета, направляясь наверх.

Грэг посмотрел на закрывающуюся дверь кабинета, а потом медленно перевел свой взгляд на молчаливую до сих пор дочь. Он медленно подошел к ней и крепко по-отечески обнял, не говоря ни слова, а даря поддержку и безграничную любовь.

– Пап, я потеряла ее теперь уже навсегда, – прошептала Реджина. Не было слез и истерики, она поняла это еще ночью, когда слышала стоны Эммы в постели с Эйденом. И от того, что она даже не останется с ним, результат для брюнетки не менялся.

– Дорогая, почему ты так решила? – спросил Грэгори, гладя дочь по спине, – если она не выбрала Эйдена, тогда возможно…

– Нет, пап, она не захочет этого, а я не буду настаивать. Это не она причинила нам боль, а мы ей.

– Реджина, не говори так, – убеждал отец, прекрасно понимая, что его дочь любит Эмму и гораздо сильнее ее брата, после слов которого отец сильно разочаровался в нем, – борись. Борись за свою любовь, а я знаю, как сильно ты ее любишь.

– Ей нужно дать время, и я его ей дам, – уверенно сказала Реджина.

Кора поднялась наверх и увидела, как Свон застегивает чемодан.

– Эмма.

– Кора? – блондинка резко повернулась от дикой неожиданности, но потом вновь развернулась и окончательно застегнула свой чемодан, – пожалуйста, позвольте мне уйти, без разговоров и очередных выяснений. И простите, что испортила праздник и жизнь ваших детей. Я это не хотела, – Эмма выпрямилась и держа ручку чемодана говорила это Коралине.

– Стой, дай мне несколько минут, – Кора закрыла за собой дверь, загораживая ее спиной.

– Миссис Миллс, я буду всю жизнь жалеть об этом и казнить себя в этом. Пожалуйста, не нужно больше слов, – просила вновь блондинка, но не сдвинулась с места.

– Эмма, да послушай ты. Ни я, ни Грэг не виним тебя ни в чем. Что случилось, то случилось. Но я просто хочу тебя попросить – не кори себя и знай, если что ты всегда можешь обратится к нам, и мы тебе поможем. И еще я знаю, что она будет тебя ждать, – Коралина сделала шаг в сторону, давая пройти.

Эмма отпустила чемодан и хоть Кора дала ей проход она не пошла в дверь, а подошла к женщине и крепко обняла ее.

– Я не смогу себя не винить в том, что произошло и как подло я поступила с ними, – шептала Свон, действительно так думая, – а вам я безмерно благодарна и буду благодарна всегда. Спасибо за поддержку и понимание.

Миллс обняла блондинку и погладила по голове.

– Он простит тебя, он добрый и те слова, что он сказал от обиды. Ты еще будешь счастлива и узнаешь, что такое любовь.

– Мне сейчас главное, чтобы они нашли свою любовь и были счастливы, – всхлипывая, проговорила дрожащим голосом Свон.

– Дурочка, о себе думай. Свое счастье ищи, а они, во-первых, помирятся, а во-вторых также, как и ты будут счастливы, – улыбнулась женщина, чтобы хоть немного поддержать.

– Буду. Но только позже, не сейчас, – Эмма чуть успокоилась, увидев улыбку женщины, а потом отстранилась и пошла за чемоданом.

Кора еще отошла на несколько шагов, давая блондинке спокойно выйти.

– Я попрошу своего водителя тебя отвезти.

– Как мне отблагодарить вас за всю доброту? – Эмма чуть улыбнулась, подходя вновь к женщине.

– Вернись как-нибудь в этот дом, – попросила Кора, еще надеясь на то, что Эмма все же подумает о своих отношениях с Реджиной.

– Разве что навестить Вулкана и вновь сказать спасибо вам, – сказала Свон и, кинув последнюю улыбку, вышла из комнаты, не оглядываясь и с чувством полной подавленности внутри зашагала из дома.

Уже садясь в автомобиль, Эмма кинула последний взгляд на такой уже казалось родной, добрый, понимающий дом, разлад в который она внесла своим приездом, а сейчас и вовсе уезжает, оставляя за собой тяжелый отпечаток печали. В окне кабинета Свон увидела, как во двор и прямо на нее через стекло смотрит Реджина.

– Прости… пожалуйста… – прошептала губами Свон и, сев в автомобиль, навсегда покинула этот дорогой уже ей особняк.

Часть 2

Глава 1

Черный BMW подъехал к огромному небоскребу. В машине находилось две девушки. Одна из которых очень упорно отказывалась выходить из машины.

– Эмма, ну, пожалуйста, пойдем со мной я уже все уши прожужжала Слим. У нее сегодня праздник, пойдем, – упрашивала подругу Элизабет Волсет. Элизабет уже около 5 лет работала юристом в крупной компании куда 3 месяца назад устроилась работать Эмма. Они сразу подружились, найдя общий язык. Сегодня ее пригласила ее подруга на праздник по поводу заполучения ею очень большого и выгодного контракта.

– Лизи, я же тебе уже сегодня сто раз повторяла, что не могу, не хочу и вообще я устала, – пробурчала недовольно блондинка, ведь ей действительно надоедала настойчивость подруги.

– Эмма, что ты как не знаю кто?! Попьешь сока, пообщаться с приятными людьми, пойдем, мы же все равно уже приехали, – клянчила Волсет.

– Лизи, ты же знаешь, я не хожу по всяким вечеринкам. И общения мне хватает и на работе, а сейчас я хочу всего лишь поймать такси и поехать в свою маленькую тихую квартирку, выпить молока и лечь спать, – настаивала блондинка, не поддаваясь на упрашивания Волсет.

– Пожалуйста, если тебе не понравится мы сразу уйдем, и я отвезу тебя домой, – уверяла девушка.

– Лизи, тебя совсем не переубедишь? – спросила блондинка, уже окончательно сдаваясь и понимая, что от нее не отстанут.

– Нет, пошли, – улыбнулась девушка и выскочила из машины.

Эмма глубоко вздохнула и с улыбкой покачав головой проследовала за подругой прямо в здание небоскреба.

Они поднялись на 23 этаж и подошли к металлической двери, из-за которой была слышна музыка. Девушки позвонили в звонок и им открыл парень с очень широкой улыбкой.

– Проходите, мы только вас и ждали. Лизи, почему задержалась? И что это…

– Стоп, девушку не трогать, пошел отсюда, – с улыбкой сказала брюнетка. Парень не обиделся и ушел вглубь гостиной.

Квартира была небольшой, но просторной. Небольшой холл, который позволял сразу попасть в гостиную совмещенную с кухней. Посередине стоял большой светлый кожаный диван, на котором сейчас сидело очень много людей. Оргтехника стояла на стенке из закалённого черного стекла, по среди комнаты на полу лежал большой мягкий ковер. На кухне барная стойка, но все же у большого окна стоял круглый столик с несколькими стульями.

Музыка играла не так уж громко, что позволяло людям спокойной общаться друг с другом.

Хозяйка квартиры стояла около большого окна, открывающее прекрасный вид, в окружении несколько мужчин. На ней было элегантное черное платье с полностью открытой спиной, она не стеснялась своего свежего тонкого шрама на спине, поэтому не пыталась даже его прятать. Короткая стрижка, которую девушка сделала не так давно придавала ей еще большей элегантности.

– А вон и Слим, – показывая на брюнетку, сказала Лизи и, взяв за руку Эмму, повела ее знакомить со своей подругой.

Эмма пошла, ведомая подругой, при этом рассматривая квартиру и ее обстановку, отмечая про себя, что вкус хозяйки квартиры довольно хорош и очень нравится девушке. Нет ничего лишнего, все лаконично и в то же время по-домашнему, что Эмму и саму привлекает. В дизайнерстве квартир, даже которым и она сумела уже позаниматься в своих поисках работы девушка отмечала однотипность и скучность, а здесь все было именно так, как и сама Эмма ни раз обустраивала квартиры под заказ.

Они подошли к небольшому скоплению людей, но за широкими спинами мужчин не было видно хозяйку квартиры, хоть Эмма и пыталась ее рассмотреть, чтобы наконец познакомится с той, про кого все уши ей прожужжала Лизи.

– А ну свалили и дали дамам пойти, – скомандовала Волсет. Мужчины, улыбнувшись быстро отстранилась.

– Слим…

Услышав родной голос, брюнетка с широкой улыбкой повернулась к своей подруге и новой гостье.

– Лизи, еще раз… – сердце пропустило несколько ударов, а дыхание полностью остановилось. Миллс увидела ту, что продолжала любить до сих пор.

– Реджина?! – как только брюнетка повернулась Эмма потеряла дар речи при виде той, что изменила ее жизнь, что повлияла на ход судьбы, что не позволила совершить роковую ошибку и жизнь той, что Эмма так нещадно растоптала, как она думала все эти четыре долгих месяца с их последней встречи в поместье Миллсов.

– Эмма, – Реджина была счастлива увидеть ту, что не надеялась и встретить, она сделала шаг и приблизилась к Свон.

– Э, так вы уже знакомы?! – послышался ехидный голос Лизи. Она скрестила на груди руки и улыбкой смотрела на девушек.

– Да, уже давно, – не сводя взгляд с серых глаз, ответила Реджина.

– Очень давно, – подтвердила Свон, смотря грустными глазами прямо в карий взгляд брюнетки.

– Выпьешь что-нибудь? – дрожащим голосом спросила Миллс.

– Нет, я ненадолго, – отказалась Эмма и с большим трудом оторвалась от карих проникновенных глаз, опуская свои в пол, а через несколько секунд молчания посмотрела на Волсет.

– Лизи, я совсем забыла мне же еще нужно разработать проект для Малькольма, – неуверенно сказала Свон, стараясь вновь не смотреть на Реджину, чувствуя сильную неловкость и дикую вину.

– Потом разберешься. Молодой человек принесите стакан сока и бокал красного вина, – попросила Элизабет у одного из официантов, которых на этот вечер наняла Реджина.

– Тебе же нужны витамины! Эмма беременна, – улыбаясь не задумываясь, выпалила Волсет.

Миллс с недоумением, с непониманием смотрела на Эмму, она не верила словам подруги.

– Лизи! – прошипела Свон, злясь на болтливость Волсет.

– А что? – не понимала девушка.

– Это правда? – не слушая подругу, а смотря только на Эмму, спросила Миллс.

– Правда, – отпираться не было смысла и Свон сказала правду, а потом вновь посмотрела на Волсет, – Лизи, мне нужно ехать. Ты отвезешь меня или мне поймать такси?

– Я отвезу тебя, – встряла Миллс, – дай ключи, – и протянула руку к Волсет.

– Эмма, останься, – попросила Лизи, но увидев взгляды, быстро достала ключи и вложила их в руку Реджины.

– Не утруждайся. У тебя гости, вечеринка, я поймаю такси, – сказала Свон, так боясь оставаться с Реджиной наедине.

– Я не отпущу тебя, либо я отвожу тебя, либо я выгоняю гостей, и ты остаешься здесь, – Реджине в сто раз больше нравился второй вариант, но настаивать она не смела, – так что ты выбираешь?

Эмма посмотрела на Лизи, которая недоумевала от происходящего разговора, но потом перевела свой взгляд на Реджину.

– Поехали, – сказала Свон и, вновь кинув недобрый взгляд на Волсет, пошла на выход.

Миллс взяла свой пиджак и пошла за Эммой. Когда они ехали в лифте стояла гробовая тишина, ни одна не хотела нарушать ее.

– Куда ехать? – уже сидя в машине, спросила Миллс, смотря только вперед.

Эмма сказала четко адрес и ничего лишнего и повернулась, смотря в боковое окно.

Реджина завела машину и тронулась с места. Ей не хватало ее Вулкана и неограниченной скорости, но сейчас она вела машину очень аккуратно. Не делая никаких резких движений, торможений, поворотов. Миллс полностью была погружена в свои мысли, в то, что она вновь встретила Эмму, но ее выбивало из колеи, что блондинка беременна. Когда они приехали к нужному адресу, Реджина все-же набралась смелость чтобы вновь посмотреть на Свон.

– Эмма…

– Спасибо, что подвезла, – сказала довольно холодно Свон. Она в отличие от Реджины совершенно не хотела никого встречать из своего прошлого, чтобы вновь не причинить ни им ни себе дикую, разрушительную и невыносимую боль. Она переехала в Нью-Йорк с одной единственной целью – забыть и жить дальше. Она надеялась, что такой большой город не сможет свести их вновь вместе, но она ошиблась.

– Эмма, пожалуйста, посмотри на меня. Если ты не хочешь меня видеть, я сейчас же уеду и забуду этот адрес, – Реджина смотрела на Эмму, а руками продолжала сжимать руль.

Эмма убрала руку от ручки двери, которую еще не успела открыть и выполнила просьбу Реджины, смотря ей в глаза и ожидая, что она скажет дальше.

– Я думала, что больше никогда тебя не увижу, – Реджина наконец отпустила руль и еще больше развернулась к Свон, – ты беременна?! Я поздравляю тебя, наверное, ты и твой… партнёр счастливы, – Миллс говорила от чистого сердца, но ее голос очень сильно дрожал от волнения.

– У меня нет никого, Реджина, – немного горько усмехнулась Свон, хотя сама понимала почему у нее никого нет. Она ведь закрылась для всех. За эти четыре долгих месяца она смогла открыться только Элизабет и то не сразу.

– Но… – Миллс сглотнула, – Эмма, какой у тебя срок?

– 16 недель, – проговорила сквозь зубы Свон и отвернулась вновь к окну, понимая, что Миллс все сейчас поймет и раскроет.

Реджина закрыла глаза. Несколько математических расчетов и…

– Это ребенок Эйдена и мой племянник. Эмма, почему ты не сказала ему?!

– Потому что это мой ребенок и только мой. Он к этому никакого отношения не имеет, – ответила Свон, но сразу повернулась и продолжила, – да. Сперма его, но это всего лишь биологическое семя и больше ничего.

– Эмма, он отец этого ребенка. У ребенка есть тетя, бабушка, дедушка, ты хочешь всего этого его лишить? Ты лю… ты была с Эйденом счастлива и не можешь лишить его родного ребенка, – убеждала блондинку Миллс, – пойми, ты…

– Нет! Реджина, не нужно сейчас ничего говорить. Я и так привнесла в ваши жизни столько боли и страданий, что я больше просто не имею права вновь возвращаться к этому. Если я тебе хоть немного еще дорога, то не говори Эйдену, – была непреклонна Свон.

– Ты сама говоришь, что привнесла столько боли, а сейчас ты лишаешь нас родного человечка. Эмма, малышка, одумайся, – Миллс взяла Свон за руку, – и… ты всегда мне будешь дорога.

– Пожалуйста, Реджина. Не нужно, – вырвала руку из теплой ладони Миллс Эмма, – раз я тебе дорога, то ты выполнишь мою просьбу. В противном случае нам придется уехать и из Нью-Йорка, – сказала Эмма и не смотря на Реджину вышла из автомобиля.

Миллс выбежала за девушкой. В платье и туфлях это было очень тяжело сделать, но ей все-же удалось схватить за руку блондинку.

– Подожди. Эмма, я не скажу пока что ничего Эйдену, но позволь мне помогать тебе.

– Зачем тебе это? – спросила блондинка.

– Не забывай – это мой родной племянник и я все еще люблю его маму, – поглаживая большим пальцем руку Эммы, с безграничной нежностью сказала брюнетка.

– Все еще? Даже после моего побега? – спросила Свон, так теплея от нежных прикосновений.

– Эмма, я бы не перестала тебя любить даже если бы ты улетела на луну, – Реджина сделала маленький шажочек к Свон.

– Реджина, не нужно, – Эмма наоборот сделала шаг назад, пусть и небольшой, но не позволяя приблизиться к себе брюнетке, – мы это уже проходили.

– Прости, я просто не могу находиться рядом с тобой и не попытаться обнять, – Миллс продолжала держать руку, но теперь она стояла с опущенной головой.

– Вот именно поэтому нам и не нужно было встречаться, – сказала Свон, стоя на месте, – тебе же было лучше эти 4 месяца. Вот давай сделаем так, что этого вечера просто не было. И тебе легче и…

– Кто сказал, что мне было легче без тебя? – Миллс резко сократила расстояние, – кто сказал, что я хоть на секунду тебя забыла? Я люблю тебя и буду любить всегда.

– Это неправильно. Реджина, это неправильно, ты должна научиться заново жить. Без меня, – сказала Свон, сглотнув, но так и не решаясь сделать шаг назад, ей было очень трудно стоять на таком близком расстоянии от Реджины. Коленки подкашивались, а дыхание сбилось. Она вновь и вновь начала прокручивать бесконечное множество одиноких вечеров за эти месяцы. Эмма отлично понимала, что и она не забыла Реджину. Ни один день не проходил без воспоминаний.

– Неправильно что? Что я тебя люблю и хочу быть рядом? Может ты не любишь меня и не хочешь, чтобы мы были вместе, но, пожалуйста, позволь мне быть рядом и помогать тебе, тем более сейчас тебе это действительно нужно, – брюнетка до безумия хотела прижать к себе и поцеловать свою любимую.

– Я не смогу тебе дать того, что ты желаешь. Оставь эту затею, – говорила блондинка, смотря в карий взгляд. Весь игривый настрой, что был у нее до последнего дня нахождения в поместье Миллс был моментально стерт из представлений и ощущений. Осталось только черствость, сухота, холодность. Именно такой Эмма стала за эти месяцы и именно такой и хотела остаться быть.

– А я прошу что-нибудь у тебя? Позволь быть рядом, не в качестве любимой девушки, не в качестве сексуального партнера, а в качестве друга. Который всегда поддержит и просто будет рядом, – касаясь подушечками пальцев лица Эммы, сказала Миллс.

– И ты думаешь у нас получится? – закрывая глаза и наслаждаясь этими прикосновениями, тяжело вдохнула Эмма.

– Давай попробуем, – Миллс с огромным трудно сделала шаг назад и перестала прикасаться к лицу Эммы, – мы станем друзьями.

– Друзьями, – повторила Свон и открыла медленно глаза, вновь смотря на Миллс.

– Можно я зайду? Я просто не очень хочу к своим гостям, – состроив просящую гримасу, протянула Реджина.

– А может лучше не стоит? – проговорила с прищуром Свон, – тебя разве Лизи не ждет?

– Вот как раз Лизи сейчас меня и не ждет. Она потом устроит допрос с пристрастием – где? Что? Когда? Как познакомились?

– Да. Боюсь, что и мне она нечто подобное устроит, – усмехнулась блондинка и развернувшись пошла к подъезду.

– Так я могу зайти? – оставаясь стоять на месте, спросила Реджина, – если ты действительно думаешь, что не нужно я уеду.

– Пошли уже, сестренка, – не поворачиваясь, ухмыльнулась Эмма и вошла в подъезд.

Миллс усмехнулась и пошла за Свон.

Глава 2

– Я не сестренка, а сестричка. Не путай, детка, – догнав блондинку уже в подъезде, сказала брюнетка.

– Проходи, лисичка, – открывая дверь на первом же этаже, пропустила Реджину в квартиру, Эмма.

Ее квартирка была небольшой, но довольно уютной, чистой и с приятной внешней атмосферой. Обычная маленькая съемная квартирка довольно недалеко от центра города. Небольшая прихожая, ведущая в единственную комнату – гостиную или же спальню, довольно просторную, кухню, и ванную комнату. В общем все довольно скромно и умеренно, как Эмма и хотела.

– Может я сниму тебе квартиру получше? Нет, она миленькая, но на будущее явно нужно что-то побольше, – проходя, сказала Реджина, – только не обижайся.

– Я и не думала обижаться. У меня есть деньги, поэтому, когда это будущее появится, я обязательно перееду, а пока мне и здесь хорошо, – спокойно ответила Свон и показала Реджине на диванчик, предлагая присесть.

– Выпьешь, что-нибудь? Чай или кофе я имею ввиду. Алкоголя у меня нет.

– Это хорошо, что нет. Если бы был я бы весь его выкинула, – Реджина присела на диван, – у тебя есть сок, фрукты, витамины?

– Сестричка, у меня есть все, что мне необходимо. Не беспокойся, пожалуйста, – улыбнулась Эмма, продолжая стоять возле рабочего стола в углу комнаты возле окна. Если приглядеться, то под занавеской можно было разглядеть широкий мольберт, к которому Эмма часто прибегала бессонными ночами.

– Я все равно отведу тебя к знакомому врачу в хорошей клинике, – уверенно сказала брюнетка. Она сразу приняла для себя решение, что будет помогать Эмме и будет всегда рядом с ней. Хотя бы просто рядом, не надеясь ни на что. А подумать над тем что Эйден все же должен узнать, что у него будет ребенок, она тоже решила позже.

– Я уже хожу к своему доктору. Реджина, не нужно увлекаться, – наотрез отказалась блондинка, – так ты будешь что-нибудь пить?

– Если можно просто сок. Эмма, мой знакомый работает в лучшей клинике города. Это просто забота, я не хочу все поменять и лезть туда, куда ты не захочешь. Но я тебя просто прошу, сходи со мной к нему, а потом можешь остаться в своей больнице и у своего доктора, – сказала Реджина, смотря на Свон и любуясь ею. В ней ничего внешне не изменилось, но для Миллс она стала еще красивее.

– Я принесу сок, – не соглашаясь, но и не отказываясь от заботы брюнетки, сказала Свон и вышла из комнаты, идя на кухню.

Реджина сидела в комнате и осматривала квартиру. Ей очень было интересно как живет Эмма, ее увлечение в виде стоящего мольберта. Миллс уже очень хотелось посмотреть работы девушки, ведь она всегда считала ее талантливой. Брюнетка осматривалась по сторонам, но не видела футбольной символики, предметов, хотя бы мяча.

– Эмма, ты все еще увлекаешься футболом?

– Увлекаюсь, – входя вновь в комнату, ответила Эмма и протянула Реджине бокал сока, а сама вновь отошла к столу с бокалом молока и продолжила, – телевизионными трансляциями.

– Понятно. А у меня для тебя новость, – широко улыбнулась Реджина.

– Какая? – с интересом спросила Эмма, отпивая молока.

– Вулкан, – загадочно протянула Миллс, – тоже станет отцом.

– Найя? – воскликнула вопросительно Свон, – Грэг позволил?

Вот теперь Миллс немного смутилась.

– У папы не было выхода.

– А… – засмеялась Свон, – когда они успели?!

Реджина посмотрела на Эмму, все воспоминания хлынули в голову брюнетки.

– В тот день когда мы с тобой были на берегу реки, – сглатывая, сказала девушка.

– Значит не только нам в тот день было хорошо, – улыбнулась и совсем не смутилась Эмма и присела за рабочее кресло возле стола.

Реджину порадовало то, что Эмма не пытается делать вид, что ничего не было и что им действительно было хорошо.

– Ну типа того. Только потом мне было не хорошо, когда папа в ярости орал мне в трубку.

– Ну я надеюсь с Вулканом после этого все в порядке? – спросила Свон и медленно попивала теплое молоко.

– Нет, с ним все хорошо. Папа просто до сих пор на меня злится немного, – с улыбкой сказала Реджина.

– Что? Почему? – спросила Свон, отставляя бокал на стол.

– Ну вообще-то из-за моего коня сорвался его план, – ответила Реджина, – он минут 15 кричал, что мой оболтус изнасиловал его девочку, надругался над ней.

– Но Найя же точно была не против, – усмехнулась Эмма.

– Это точно, – усмехнулась в ответ Миллс, – как работается в нашей компании? – Реджина не знала, о чем разговаривать с Эммой, а те темы, на которые они могли пообщаться прямо или косвенно связанны с Эйденом.

– Поначалу было нелегко. Особенно после того, как Робертсон не хотел меня отпускать, и я со скандалом уволилась из «Мира», – ответила Эмма, и даже не задумывалась о том, как ей хочется всё рассказать Реджине.

– Почему ты не позвонила мне или… прости. Просто мама мне сказала, что поддерживает тебя и, если тебе понадобится помощь она в любом случае поможет, не смотря на нас, – Миллс выпила свой сок, – они друзья и ей стоило только позвонить.

– Господи, Реджина, неужели ты не понимаешь почему я не обратилась к ней за помощью? – спросила с неким негодованием Свон.

– Нет, не понимаю. Да, ты уехала, разорвала какие-либо контакты со мной и Эйденом, но почему нужно отказываться от помощи человека, который тебя поддерживает?! – довольно грубо сказала Реджина.

– Потому что я неподобающе обошлась с ее детьми и меня до сих пор гложет дикое чувство вины! Потому что я попросту не могу смотреть ей в глаза, не то чтобы просить о помощи! – эмоционально высказалась Свон и встала с кресла. Она пошла на выход из комнаты, попутно беря бокал из рук Реджины и идя на кухню.

Миллс встала и пошла за ней. Уже на кухне, она оперлась плечом на косяк и наблюдала за напряженной спиной Свон.

– Ты вообще не собиралась никому говорить про ребенка?!

– Нет, – коротко ответила Эмма, моя бокалы в раковине.

– А сейчас? – Миллс не знала, что ей делать. Она один раз промолчала и у этого молчания были тяжелые последствия, а сейчас, когда она знает, что Эмма беременна, мысли сами собой путаются в голове.

– И сейчас. Я не хочу, чтобы они знали. Особенно Эйден, – говорила, так и не поворачиваясь, Эмма, хотя бокалы были уже помыты.

– Что он такого сделал, что ты не хочешь, чтобы он даже не знал о своем ребенке? Те слова, что он наговорил были омерзительны, но все равно Эйден не монстр или садист, который измывался над тобой все то время что вы были вместе, он любил тебя, – Реджина медленно подошла к блондинке.

– Этого ребенка не должно было быть. Я его просила, но он не послушал, не остановился, – говорила Эмма, опустив голову и с силой сжимая край мойки, прямо до побелевших костяшек, вспоминая тот день и свои разрывающие чувства.

Реджина подошла и обняла со спины, с нежностью кладя руки на чуть заметный животик Эммы.

– Но он есть. Этот маленький человек уже живет в тебе.

– Я не смогла отказаться от него. Но и принять его отца тоже не могу, – чуть успокоившись и расслабившись в нежных объятиях, говорила Эмма, – даже как просто отца.

– У него будет самая лучшая мама в мире, – вдыхая аромата Эммы, прошептала Миллс с огромным трудом разжимая руки и делая шаг назад.

Как только Реджина отошла, Свон почувствовала дикую пустоту и холод моментально проник в ее сознание от того, что девушка просто на просто разжала объятия.

– Уже поздно, – Эмма наконец повернулась и посмотрела Реджине в глаза.

– Я понимаю, – Миллс взяла листок и ручку лежащие на столике, – это мой номер, позвони. Я все равно знаю, где ты живешь и номер тоже узнаю у Лизи, а это для того, чтобы это было удобно для тебя, – сказала она, смотря на блондинку.

– Хорошо, – Эмма тут же достала свой телефон и вбила номер Реджины, тут же звоня на него и сразу поясняя, – ты же все равно узнаешь.

Миллс улыбнулась.

– Завтра я заеду за тобой в 11, – Реджина развернулась и направилась к выходу.

– Что? Зачем? – пошла за брюнеткой Свон.

– Мы едем в клинику, – кинула Миллс, – а потом по магазинам или куда захочешь. Спокойной ночи.

– Реджина, вообще-то на эти выходные у меня были немного другие планы, – сопротивлялась Свон, но сама уже готова была согласиться. Планов как не было, так и нет, да и каждые выходные рассиживаться дома настолько надоело, что Свон уже негласно согласилась.

– Сначала разберемся с твоими планами, а потом с моими, – Миллс уже стояла у входной двери.

– Тогда жду не раньше часа дня, – ухмыльнулась Эмма, – думаю тебе будет неинтересно сидеть и ждать, пока я буду составлять проект.

– С тобой мне будет интересно все, – Миллс очень быстро поцеловала Эмму в щеку и вышла из квартиры.

Свон улыбнулась и закрыв дверь на замок вернулась в комнату.

Расстелив постельное белье на диван, Эмма не спешила ложиться. Мысли вернулись в белокурую голову полностью и вернули ее к четырехмесячной давности. Теперь Свон точно знала, что сегодня не сможет уснуть и именно поэтому подошла к мольберту и принялась за свое любимое дело.

Реджина очень быстро доехала до дома. У нее появились крылья, она вновь может видеть свою любовь, которую думала, что потеряла навсегда.

Войдя в квартиру, брюнетка, как и ожидала увидела подругу. Гостей уже не было, а Лизи сидела на диване и потягивала красное вино.

– Ну и откуда вы друг друга знаете? – не поворачиваясь к Миллс, спросила Волсет.

Реджина обошла диван и практически напрыгнула на подругу. И притянув за шею, поцеловала в щеку.

– Волсет, ты лучше всех на свете!

– Слим, что происходит? Откуда ты знаешь Эмму? И почему у тебя улыбка больше твоего лица? – ухмыльнулась девушка.

– Лиз, я самая счастливая на свете, – Реджина положила голову на колени подруги, – благодаря тебе я вновь ее нашла. Лиз, Эмма… это очень долгая история и она не только моя.

– То есть ты не расскажешь почему, когда Свон тебя увидела захотела сбежать?! – Лизи по взгляду Миллс поняла, что подруга ей ничего не расскажет, – ладно, я Свон попытаю. Но между вами точно что-то есть, ведь ты не улыбалась так… да ты так вообще никогда не улыбалась.

– Лиз, я люблю ее. Я думала, что потеряла ее навсегда и теперь вновь нашла, – Реджина не рассказывала никому о своей любви и девушке, которую случайно встретила три года назад, кроме как брату и в последствии родителям.

Волсет сидела в полном шоке, ведь она считала свою подругу 100% натуралкой и никогда не могла подумать, что она скажет ей такое.

– Слим… я… правильно понимаю, что ты любишь девушку? Которая сейчас вообще беременна.

– Ага! А то, что она беременна, делает меня еще счастливее, – Реджина продолжала улыбаться.

– Нуу… поздравляю, – с широкой улыбкой сказала Элизабет.

Девушки еще долго разговаривали. Реджина рассказывала о своих чувствах, но не углублялась в подробности. Этой ночью Элизабет осталась у Миллс, ведь пока они общались девушка выпила бутылку своего любимого вина.

Глава 3

Утром ровно в 11 часов Реджина стояла у двери квартиры Свон.

Эмма всю ночь не отходила от холста. У нее настолько разыгралось вдохновение, что она немного отвлеклась от возникших нахлынувших на нее мыслей и чувств и совершенно не обращала внимание на время, как вдруг прозвенел звонок в дверь. И Эмма сразу встрепенувшись заметила, что наступило утро, а посмотрев на часы просто совсем выпала из реальности, а вернее вернулась в нее и моментально пошла открывать дверь.

Когда дверь открылась, Миллс увидела красивую измазанную красками, не выспавшуюся Эмму.

– Ты чего всю ночь не спала? – Реджина по-хозяйски вошла в квартиру с большими пакетами продуктов и прямиком направилась на кухню.

– А я и не заметила, что ночь закончилась, – улыбнулась такому поведению брюнетки Эмма и пошла вслед за ней.

Миллс активно начала разбирать пакеты.

– И часто ты так не замечаешь, как заканчивается ночь?

– Бывает иногда, – садясь за стол, спросила Эмма и наблюдала, как Реджина хозяйничает в ее доме.

– Ты знаешь, что это вредно? Сейчас ты не можешь думать только о себе, – убирая продукты в холодильник, говорила Реджина, – так, сейчас мы завтракаем и едем в клинику, а потом домой и ты ложишься отдыхать. Что ты ешь на завтрак?

– Может ты у меня еще и приберешься? – широко улыбалась Свон, наблюдая и ловя каждое движение Реджины.

– Я найму домработницу, – буркнула Миллс, – так что ты будешь есть?

– Тогда и повариху, – не ответила на вопрос Реджины и продолжала сиять Эмма. У нее было великолепное настроение. После творчества, отбрасывания тяжелых мыслей и принятие факта как есть, она абсолютно решила поддаться на порывы и просто наслаждаться жизнью и обществом дорогого ей человека. А то, что Миллс была ей дорога в этом Свон не сомневалась.

– Ну готовить я умею и кстати мне это очень нравится, а убираться я просто не люблю, если честно. Будет полезный завтрак, овсяная каша со свежими фруктами и свежевыжатый сок, – доставая коробочку с кашей и ища по ящикам кастрюльку, сказала Реджина.

– Я не потерплю в своем доме чужих людей, – настаивала на своем Свон, – поэтому пошла пока приберусь, а ты готовь, – и встала из-за стола, идя в комнату.

– Ты мне хотя бы потом покажешь над чем ты работала? – крикнула Реджина, наконец найдя кастрюлю.

– Возможно, – также крикнула Свон, начиная уборку, предварительно умывшись от красок.

Миллс принялась за готовку. Пока варилась каша, она нарезала фрукты. Найдя ручную соковыжималку, она выдавила пару апельсинов. Через 20 минут завтрак был готов, и Реджина пошла в комнату за Эммой.

– Пойдем, Золушка, завтрак готов.

Эмма прибрала небольшой творческий беспорядок как раз, когда Реджина пришла за ней в комнату.

– А ты случаем не злая мачеха с отравленным яблоком? – усмехнулась Свон, скрывая мольберт под занавеску.

– Ты путаешь сказки, отправленное яблоко было в Белоснежке, – улыбнулась Реджина, – пойдем.

– Так факт, что ты Злая Королева ты не отрицаешь? – приподнимая брови, спрашивала Свон, идя за Миллс на кухню.

– Свон, я Добрая Фея. У меня крылышки и волшебная пыльца.

– А волшебная палочка у тебя тоже есть? – с усмешкой спросила Эмма, уже сидя за столом.

– Есть, но я тебе ее не покажу, – Миллс поставила перед блондинкой завтрак, – сегодня узнаем у Робинса, что нужно твоему организму и организму ребенка.

– А Робинс это твой знакомый врач? – спросила Эмма, ложкой ковыряясь в каше.

– Не ковыряй, а ешь. Да, Теди мой друг и лучший врач, а его жена лучший педиатр, поэтому с ней мы тоже пообщаемся, – Миллс налила себе кофе и села напротив Эммы.

– Я не люблю каши, – буркнула Свон.

– А надо. И кстати если бы ты мне ответила, что ты любишь, я бы это приготовила. Конечно в рамках возможного.

– Я бы не отказалась от яичницы с беконом, – сказала Свон, но все же положила ложку каши в рот.

– Ну знаешь можно было приготовить просто яичницу и тост с творожным сыром, – усмехнулась Реджина, наблюдая за Эммой, – а сейчас ешь кашу.

– Могла бы догадаться, – буркнула Свон, но все же ела хоть и с недовольным лицом кашу.

– Я спрашивала тебя три раза.

– Если я не ответила не обязательно было варить именно кашу.

– Не бухти и не веди себя как маленькая, доедай и поехали. Нам еще нужно заехать по одному делу, – Миллс съела тост и выпила кофе.

– По какому еще делу? И вообще хватит мной командовать! – возмутилась блондинка, доедая кашу.

– По важному! Все доела? – Миллс вообще не обращала внимание на возмущения Эммы, – тогда переодевайся и поехали.

– Никуда я с тобой не поеду, пока не скажешь, – продолжала сидеть Свон.

– В магазин. Почему ты не можешь просто довериться мне? Зачем лишние вопросы? – Миллс посмотрела на блондинку.

– Потому что я должна знать, что ты задумала, раз уж меня даже не спрашивают ни моего желания, ни мнения, – говорила с упреком Свон.

– Я много что задумала, если начну рассказывать мы неделю из квартиры не выйдем. А по такому поводу я этого не хочу, – сказала Миллс.

– Замечательно, – протянула Свон и встала со стула, выходя из кухни, но оставшись на пороге добавила, – не забудь помыть посуду, – и ушла в комнату переодеваться.

Реджина улыбнулась и без каких-либо вопросов и возмущений пошла мыть посуду.

– Свон, ну, ты что готова? – вытирая полотенцем руки, выходя из кухни, спросила Миллс.

– Только тебя и жду, – проговорила блондинка и вышла из комнаты.

– Так ты скажешь куда меня тащишь? – уже в машине спросила Эмма.

– Свон, что ты ко мне пристала? Сейчас мы едем в клинику, а потом все по твоим показателям, – заводя свою машину, сказала Реджина.

– Я убью Лизи, – пробурчала Эмма.

Реджина засмеялась.

– Почему? Кстати тебе предстоит ее допрос.

– Потому что это она притащила меня на твою вечеринку и лишила спокойного уклада жизни, – проговорила вновь ворчливо Эмма, – а допрос она уже и тебе устроила, нечего меня пугать.

– Ну, понимаешь, я ей рассказала только со своей стороны, а твоя сторона куда интереснее. И кстати я ей очень благодарна, что она тебя привела, – ответила Реджина, ведь улыбка с ее лица не сходила со вчерашнего вечера.

– Еще бы, – улыбнулась Свон, – тебе теперь есть кого мучить.

– Ага, но только я тебя не мучаю, а забочусь, – Миллс аккуратно вела машину, – ты все документы взяла от своего врача? Теди должен все знать, чтобы наблюдать за твоей беременностью.

– Взяла. Только я буду наблюдаться у своего врача. Реджина, не нужно всего этого, я сама с этим справлюсь, – серьезно говорила Эмма и чувствовалась неловкость в ее голосе и такая же неловкость внутри.

– Свон, ты будешь наблюдаться у Теди. И рожать ты будешь в его клинике и хватит со мной спорить, – грубее чем хотела сказала Реджина. Сейчас ей меньше всего хотелось ссорится и кричать на Эмму, но она хотела, чтобы ее любимая и ее племянник были в порядке, а в этом она могла быть уверенна только после слов Теди.

– Послушай, Миллс! – тоже перешла на грубость Эмма, но не став продолжать, просто отвернулась к окну.

– Прости, я знаю, что ты хотела, чтобы я и моя семья исчезли навсегда из твоей жизни, но я здесь и хочу позаботиться о вас. Больше я не позволю тебе исчезнуть из моей жизни, а тем более сейчас, когда я знаю, что ты беременна, – Миллс говорила спокойно и уверенно.

Но Эмма ничего на это не ответила, а лишь продолжала смотреть в окно осознавая, что от Миллс и ее заботы она точно никуда не отвертится, а принять ее дружбу просто обязана.

Через полчаса девушка молча доехали до Пресвитерианской больницы Нью-Йорка.

– Ну что ты действительно так не хочешь идти туда? – Миллс сидела, продолжая держать руки на руле.

– Пойми, я просто привыкла все делать сама. Эти четыре месяца я была одна и делала все сама. Да я вообще всю жизнь справляюсь самостоятельно. Я просто не привыкла к заботе и вниманию. Даже когда мы жили вместе с Эйденом, я не подпускала его к себе близко и не позволяла всего того, что хочешь от меня ты. Да и вообще ты. Пойми, я боюсь подпускать тебя близко. Просто боюсь разбить тебе сердце, – говорила нервничая Эмма и, опустив голову, а потом совсем тихо добавила, – в очередной раз.

– Эмма, я не требую от тебя чувств. Позволь просто быть рядом, хотя бы ради будущего малыша, – Реджина посмотрела на Эмму, – давай сходим, и Теди тебя обследует. Я успокоюсь и… ну, а там ты решишь, что останешься под его наблюдением, – улыбнулась брюнетка.

– Тебя не изменить, – проговорила с улыбкой Эмма и тоже посмотрела на Миллс.

– Как и тебя, – Реджина взяла сумку и вышла из машины, – ну, ты идешь?

– Да иду я, иду, – покачала головой Свон и решила просто плыть по течению и радоваться моменту. Она вышла из машины и подойдя к Миллс приобняла ее за талию.

Реджина не показала радость момента и так же приобняла блондинку за талию и повела в здание.

Уже в приемной Миллс договорилась и их проводила в кабинет Теодора Робинс.

– Подождите пять минут, доктор Робинс освободится буквально через 5 минут.

– Спасибо, – сказала Миллс и медсестра вышла из кабинета.

Эмма присела на стульчик возле рабочего стола врача и посмотрела на Миллс.

– Я так понимаю ты будешь присутствовать при осмотре, – кивая на гинекологический стул, спросила Свон.

– А что я там не видела? – приподняла брови Миллс.

– Но не в этом же кресле, – возмутилась Свон, абсолютно не стесняясь.

– Я же не буду смотреть прямо туда, – Реджина взглядом показала куда и мило улыбнулась.

– Но хочется, верно? – подмигнула Эмма.

– Конечно хочу, – Миллс сидела на диванчике и пожирала блондинку взглядом.

– Тогда придется терпеть и не надеяться, – спокойно ухмыльнулась Эмма.

Миллс уже хотела ответить, но в кабинет вошел доктор.

– Слим, привет. Рад тебя видеть, – мужчина подошел к брюнетке, которая встала и заключил в крепкие объятия.

– Привет, дорогой, тоже рада тебя видеть, – она немного отстранилась и развернула мужчину к Свон, – познакомься, Эмма Свон, твоя новая пациентка.

– Приятно познакомиться, Теодор Робинс, – Теди подошел и протянул руку Эмме.

Свон встала со стула и пожала руку мужчине.

– Очень приятно.

– Присядем, – доктор обошел стол и сел на свое рабочее место. Реджина и Эмма сели напротив него.

– Мисс Свон, можно мне ваши документы?

– Конечно, – Эмма достала из сумочки папку с документами и медицинской картой и протянула ее врачу.

Около 10 минут Робинс изучал показания Эммы.

– Мисс Свон, у вас хорошие показания, но я бы все равно сдал пару анализов. А сейчас мы сделаем трансабдоминальное или трансвагинальное УЗИ.

– Зачем, доктор? – поинтересовалась Свон. Она была полный профан в области медицины поэтому те термины, который озвучил врач, она не понимала.

– Ну, во-первых, посмотреть состояние плода и попробуем определить пол ребенка, – улыбнулся Теди.

– Правда, мы узнаем кто там? – воодушевилась Миллс.

Эмма посмотрела на Реджину, и теплая улыбка так и озарила лицо блондинки. Она, поддавшись порыву, взяла брюнетку за руку, чуть сжимая.

– Конечно, доктор. Мы этого очень хотим.

Миллс продолжала сиять как начищенный пятак и радоваться всему происходящему. Она переплела их с Эммой пальцы и также немного сжала руку.

– Ну тогда проведем трансабдоминальное УЗИ, а если не получится тогда уже трансвагинальное. Раздевайтесь и ложитесь на кресло, я проведу обычный осмотр, а потом посмотрим кто там у вас, – он показал на ширму.

Эмма посмотрела на Реджину и уже сама не хотела оставаться за этой ширмой одна.

– Пошли? – попросила Свон, посмотрев на брюнетку, но продолжала сидеть на стуле.

– Иди раздевайся, а я сейчас подойду, – целуя руку, сказала Реджина.

Робинс тактично опустил глаза в документы.

– Хорошо, – выдохнула Эмма и пошла за ширму и начала раздеваться.

– Слим?! – мужчина поднял глаза и пронзительно посмотрел на Миллс.

– Теди, просто сделай все для нее и малыша.

Миллс поднялась и пошла за ширму.

– Эмма, можно я зайду?

Свон в это время разделась и уже сидела на кресле, укрывшись лежащей рядом специальной простынкой.

– Нужно.

Реджина зашла и подошла к блондинке, за ней зашел Теди.

– Ну что посмотрим?! – он сел на специальный стул и взял пару инструментов, – сейчас вы почувствуете небольшой холодок.

Реджина стояла рядом и держала Эмму за руку, она почему-то безумно переживала.

А Свон наоборот расслабилась и расслабила свои мышцы, давая доктору делать его работу. Эмма не любила ни больниц, ни врачей. Но то, что с ней рядом стояла девушка, с которой спокойно и хорошо и от этого и Свон полностью ушла в эти чувства и только сильнее расслаблялась.

– Ну что там? – уточнила Миллс.

Теди с недоумением поднял голову.

– Там вагина! А ты думала, что?!

Эмма широко улыбнулась, а посмотрев на выражение лица Реджины и вовсе засмеялась.

– Будто ни разу не видела – вставила Свон.

Теди кинул взгляд на Миллс и вернулся к осмотру.

– Видела, – буркнула Реджина.

Несколько минут все молчали.

– Патологий шейки-матки нет. Ну, а теперь посмотрим кто у вас будет, – врач перевел кресло в другое положение и придвинул оборудование.

– Доктор, не томите, – настаивала Свон, когда врач уже несколько минут посматривал в экран, но молчал.

Миллс сжимала руку Свон. Ей не терпелось узнать кто же через несколько месяцев у них родится. Она сама испугалась своих мыслей, но она хотела быть с Эммой и ее ребенком.

– Теди?!

– Подождите, – мужчина увеличил громкость, и все услышали сердцебиение плода, – мисс Свон, наверное, уже слышала, а это для тебя, Слим.

Реджина не могла отвести глаз от экрана. Сердце бешено колотилось, а на глазах выступили слезы.

А Эмма от Реджины не могла оторвать глаз. Она чувствовала всю радость и все чувства, переполняющие брюнетку, даже больше чем свои. А от слезы, которые покатились из глаз Свон еще сильнее улыбнулась и, притянув руку Реджины к своим губам, прошептала:

– Родная, это наш малыш, – поддавшись порыву Свон даже не заметила, как назвала своего ребенка своим и Реджины.

Миллс наконец оторвалась от экрана и посмотрела на Эмму. Долго не думая, она приблизилась и поцеловала блондинку со всей нежностью и трепетом.

Робинс немного смутился, но увидев, как девушки нежно целуются, улыбнулся.

– Девочки, а у вас будет мальчик.

– Мальчик, – протянула Свон, оторвавшись от сладких губ, по которым безмерно скучала, но запретила себе даже думать об этом. Она перевела свой взгляд с Реджины на экран.

– Мальчик! Эмма у нас будет мальчик, – Реджина была рада до безумия.

– С ним все хорошо, развитие согласно сроку, патологий и отклонений нет, – сказал Теди, – какие-нибудь вопросы есть?

– Нет, доктор, все просто отлично, – улыбалась Эмма.

– Ну тогда вытирайтесь, одевайтесь, а я пока пообщаюсь с вашей парой, – сказал Робинс и улыбнувшись вышел.

– Я жду тебя там, – Миллс поцеловала девушку в висок и вышла.

– Парой? – понимая, как они выглядели со стороны, протянула Эмма. Они не пара, хотя так и вели себя, но они не пара, они друзья – твердила сама себе блондинка и принялась одеваться.

Миллс вышла и кивнула, чтобы они вообще вышли из кабинета. Робинс понял и вышел за ней.

– Теди, черт тебя дери, какая к черту пара? – начала шипеть Реджина, – мы друзья!

– Ага, а я Венера Милосская! Слим, у друзей не бывает совместных детей, и они не целуются, узнав пол ребенка, – громко говорил Теодор, так, что на них уже начали обращать внимание.

– Тихо ты! Эмма мать моего племянника. Просто так сложилось… Теди, это очень сложно понять, я сама не понимаю, что происходит. Пожалуйста, не спрашивай меня ни о чем, – дрожащим голосом, попросила Реджина. Она понимала, что к Эмме нужно приближаться очень маленькими и медленными шагами, через дружбу и непринуждённое общение, через заботу и понимание.

– Ладно! Я не буду ничего спрашивать. Теперь Эмма моя пациентка и я буду следить за прохождением беременности. Я напишу какие витамины ей нужно пить, как лучше питаться и напишу направление на анализы, а теперь пойдем в кабинет.

Эмма уже оделась и, выйдя из-за ширмы, никого в кабинете не обнаружила. Но увидела оставленную сумочку Миллс и поняла, что они с доктором просто вышли поговорить, один на один, без лишних Эмминых ушей. Тогда блондинка прошла и просто села на стульчик, ожидая прихода этой парочки.

Реджина и Теди зашли в кабинет, и доктор прошел за свой стол, а Миллс села около Эммы.

– Мисс Свон, придете ко мне на прием через 4 недели, но, если появятся вопросы, звоните в любое время, у Слим есть мой номер. Эти пить обязательно, эти по желанию, но я рекомендую, а вот эти для улучшения развития ребенка, – мужчина отдал список Реджине, – следи за ее питанием, на листке все написано.

– Доктор, я в состоянии и сама следить за своим питанием и принимать вовремя витамины для развития, – спокойно говорила блондинка и потихоньку забрала список из рук Реджины и, сложив, убрала в сумочку, а потом посмотрела на врача, – вы верно нас не так поняли. Мы просто друзья, мы не пара.

– Мисс Свон, Реджина уже мне все объяснила, не переживайте. Мне в принципе нужно, чтобы вы выполняли все мои рекомендации, а с помощью кого вы будете это делать мне все равно, – улыбнулся Теди.

– Все, мы можем идти? – спросила Миллс, не смотря на Эмму.

– Да, до свидания, мисс Свон.

– До свидания, доктор Робенс, – попрощалась Эмма и также не смотря на Реджину, взяла свою сумочку и сразу вышла из кабинета. Не останавливаясь, она пошла к машине.

Глава 4

Реджина и Эмма сели в машину и наконец Миллс набралась смелости посмотреть на блондинку.

– Эмма, мы друзья, не переживай. А то, что было в кабинете просто всплеск эмоций.

– Ага, – не поворачиваясь, произнесла блондинка. Она сама не понимала на что злится, ведь она сама подталкивала Реджину, сама брала ее за руку, сама сказала «наш малыш». Но сейчас Эмма не понимает ни себя, ни свое поведение.

– Дай мне, пожалуйста, листок, который дал Теди, – протягивая руку, попросила Реджина.

– Я в состоянии сама закупить и витамины и следовать диете, – не шевелясь, ответила Эмма, – поехали уже. Я спать хочу.

Реджина завела машину и тронулась с места. Брюнетка понимала, что совершила ошибку, поддавшись эмоциям в кабинете Робинса. И сейчас ей опять придётся делать несколько шагов назад, чтобы потом сделать маленький вперед.

– Можно я отвезу тебя к себе домой? Ты спокойно поспишь, а я поработаю. Просто мы могли бы вечером погулять.

– Реджина… – начала Свон, но посмотрев на Миллс и ее состояние полное ожидания и надежды, Эмма не смогла ей отказать, хоть и хотела, – поехали, – на выдохе произнесла блондинка, вновь отворачиваясь к окну.

Миллс широко улыбнулась и повернула в сторону своего дома. До него было ехать совсем чуть-чуть, поэтому они уже через 15 минут были у дома Реджины.

– Пойдем?

– Пойдем, – согласилась Свон и, выйдя из машины, девушки вместе поднялись в квартиру.

– Ты сразу пойдешь отдыхать? Или чего-нибудь выпьешь? Сок, чай, молоко, воды? Я могу тебе все принести туда, – Миллс сразу пошла в сторону кухни.

– Сестричка, тебе не кажется, что я не инвалид или немощная? – усмехнулась Свон и пошла вслед за Реджиной, – я не хочу тебя обижать, но мне кажется твоя забота чрезмерна и даже давящая.

Миллс повернулась и улыбнулась.

– Прости. Я просто хочу, чтобы тебе было комфортно. Я больше не буду так напирать.

– Мне приятно, правда, – тоже улыбнулась Эмма, а вместе с улыбкой вылезла и зевота, вызванная явным недосыпом.

– Иди отдыхай, спальня там. Если хочешь, могу дать майку и шорты, – показывая на дверь своей спальни, сказала Реджина.

– Только майку, я не люблю спать в шортах или еще в чем-то, – ответила Свон и пошла в спальню.

– На, держи, она свободнее и тебе будет удобнее, – уже достав из шкафа футболку, сказала Миллс.

– Спасибо, – беря ее в руки, ответила Эмма и смотрела на Реджину.

Несколько секунд молчания.

– А, да, я же должна уйти. Все отдыхай, – брюнетка пошла из комнаты из которой больше всего на свете не хотелось уходить.

Эмма улыбнулась и начала раздеваться. Оставшись в футболке и трусиках, блондинка расстелила постель и легла. И только положив голову на подушку, сразу втянула носом воздух, отчетливо ощущая аромат Реджины. И с улыбкой и приятными мыслями Эмма начала мгновенно засыпать.

Миллс металась по квартире. Знать, что в ее спальне, в ее кровати лежит Эмма было невыносимо приятно, но и безумно трудно. С последней их встречи у Реджины ни с кем ничего не было и от этого становилось еще тяжелее.

Через 30 минут брюнетка заглянула убедиться спит ли Эмма. Девушка действительно спала, одеяло было зажато между ног, и поэтому Реджине открылся наипрекраснейший вид. Попка Эммы была превосходна.

– Свон, что ты со мной делаешь? Лучше бы я этого не видела, – пробубнила себе под нос Миллс, закрывая дверь в спальню.

Не выдержав напряжения, Реджина взяла сумку и пошла на улицу. Рядом с ее домом был большой супермаркет, вот там она и решила провести время. Она накупила книг для беременных, добавок и витаминов. Так как Эмма забрала листок, она позвонила другу и узнала, что он прописал. Купив большого голубого зайца, в которого она влюбилась с первого взгляда, Миллс все же направилась домой.

Эмма проснулась в полнейшей темноте. Время было уже вечернее, но это ничуть не расстроило блондинку. А даже наоборот, она почувствовала, как хорошо выспалась и что чувствует себя гораздо лучше, чем до сна. Потянувшись, она села на кровати и услышала хлопок закрывающейся входной двери. Тогда Свон, недолго думая, встала с постели и вышла из комнаты. Слыша, как на кухне шуршат пакеты, она направилась туда.

Миллс разбирала пакеты, когда дверь ее спальни открыла и вышла Эмма. Такая милая, заспанная и безумно сексуальная. Ведь идя на кухню Эмма потягивалась, при этом приподнимая футболку и оголяя бедра и маленький чуть виднеющийся животик. Реджина сглотнул и не моргая смотрела за каждым движением блондинки, при этом напрочь забыв про покупки.

– Ты ходила по магазинам? – как ни в чем не бывало спросила Эмма, не обращая внимания на взгляд Реджины, она прошла на кухню и взяв бокал налила себе воды, тут же начиная ее пить.

– Да, – не своим голосом прохрипела Миллс, – продукты закончились и… я там все же купила кое-что для тебя.

– Хорошо, спасибо, – допивая живительную влагу, сказала Эмма и поставила бокал на столешницу. Но посмотрев на неоднозначное выражение лица Миллс и поняв почему оно неоднозначное, она ойкнула и взглянула на себя.

– Ты выспалась? – найдя в себе силы отвести взгляд, Реджина продолжила разбирать пакеты.

– Выспалась, – ответила Эмма, – я сейчас, – кинула она и вновь пошла в спальню, понимая, что не нужно было вот так щеголять перед Реджиной.

Как только Эмма зашла в спальню, Реджина начала умываться холодной водой. Ведь возбуждение, которое за время прогулки отступило от одного вида блондинки стремительно вернулось.

Свон несколько раз себя отругала, за то, что так безбашенно и необдуманно пошла к Реджине полуголой. Хотя могла бы догадаться одеться и не нервировать, и выводить Миллс, сама понимая, как трудно держаться перед объектом желания. И Свон отдает Реджине должное, ведь та держится просто отлично.

– Сестричка, может давай ужин приготовим или сходим куда-нибудь? – вновь появляясь на кухне в одежде, в которой и приехала в квартиру, спросила Свон и присела за столик возле окна.

– Может приготовим, а потом за телевизором поедим? – Миллс была не против куда-нибудь сходить, но сейчас ей просто хотелось побыть с Эммой.

– Отличная идея, – улыбнулась Свон, ведь она и сама не хотела никуда идти, – тогда решай, что мы будем готовить.

– Давай потушим овощи с индейкой, тебе же нужен белок и бета-каротин, – доставая как раз филе индейки, спросила Реджина.

– А может мы ее лучше запечем? – спросила Эмма, а потом тут же продолжила, – стоп. А откуда ты знаешь, что мне нужен белок и бета-каротин?

– Я прочла это в книжке, – широко улыбнулась Миллс, – давай запечем, а овощи так погрызешь или могу сделать гриль.

– Так погрызем, – ответила Свон и еще подозрительней посмотрела на Миллс, – в какой книжке? Ты что накупила книг по беременности?!

– Всего несколько штук, – невинно ответила брюнетка.

– Еще и не одну, – ухмыльнулась Эмма, смотря в упор на Миллс, – зачем тебе они?!

– Ну, вообще они не только мне нужны. А так я же должна все знать, так как ты ничего не скажешь.

– Ну по книжкам ты не поймешь моего состояния, поэтому придется тебе лучше рассказывать, а то надумаешь не весть чего, начитавшись этой желтой макулатуры, – усмехнулась Эмма и встала со стула.

– Это радует. В пакете еще витамины и добавки, – попав в волну доброты Эммы, сказала Реджина, – ну, что я займусь индейкой, а ты овощами.

– Ох, Миллс, – покачала головой блондинка и принялась, также, как и Миллс за готовку ужина.

Готовя ужин, девушки весело болтали на отвлеченные темы и даже не заметили, как быстро справились с приготовлением.

– Так, а какой фильм будем смотреть? – спросила Эмма, раскладывая все же тушенные овощи по тарелкам, в которых уже лежала индейка.

– Выбирай, мне совершенно все равно, – улыбнулась Реджина. Она наблюдала за Эммой, ей было очень приятно, что блондинка рядом, даже с определением, что они друзья.

– Тогда давай какую-нибудь комедию, – предложила Эмма, – у тебя же есть комедии?

– Должны быть, в ящике под телевизором, давай посмотрим, – Реджина поставила тарелки на столик и пошла к тумбочке.

Свон тоже подошла к ящику и стала смотреть те диски, которые доставала брюнетка.

– Вот, давай посмотрим его? – предложила Эмма, показывая коробочку Реджине.

– Давай, а о чем он? – уточнила Реджина, – я просто редко смотрю диски.

– Я так и не посмотрела его, но слышала, что очень интересный. Пусть это не футбол, а теннис, я бы посмотрела. Хотя наверное, тебе не понравится спортивная тема, – спрашивала Свон, читая описание на коробке.

– Почему, мне нравится спорт. Так что давай смотреть.

– Отлично, – доставая диск из коробочки, протянула с улыбкой Эмма и, вставив его в DVD, вернулась к дивану, куда уже переместилась Реджина.

Комедия была романтическая и девушки не заметили, как съели свой ужин.

– Слушай, а мы очень вкусно готовим, – протянула Реджина, отставляя тарелку.

– Не могу не согласиться, – тоже улыбнулась Свон, – поставь на паузу, я пока помою, – беря тарелку Реджины, встала Свон, намереваясь пойти на кухню.

– Э, ты чего? Во-первых, я тебе не позволю, во-вторых у меня посудомоечная машина, – Реджина забрала тарелки, – сиди и смотри фильм, а я очень быстро.

Эмма не успела ничего и сказать, как Миллс уже убежала на кухню. Свон ничего не оставалось делать, как вернуться на диван. Но поставив на паузу, Эмма развернулась и стала наблюдать за Миллс.

– Слушай, я там тебе подарок купила, только не нужно вопить, хорошо? Он просто мне понравился, – крикнула из кухни Реджина, – за диваном в большом пакете.

Эмма дотянулась рукой через спинку дивана до пакета и достав милого пушистого голубого зайца просто расплылась в счастливой улыбке. Смотря на игрушку, Свон невольно вспомнила детство и так и не отрывала взгляда от зайца, гладя маленькие лапки своими руками.

Реджина решила не заморачиваться с машинкой и помыть руками. И справившись быстро с этим делом, она вернулась в гостиную.

– Ну, как?

– Он такой хороший, – протянула Эмма, не отрывая взгляда от зайчика и невинно продолжила, – спасибо.

– Мне приятно, что он тебе понравился. Я не специально его купила, просто увидела на самом верху стеллажа и подумала о тебе и малыше.

– Ты попала прямо в точку с этим милым зверьком, – подняла счастливые, но совсем немного грустные глаза Эмма и посмотрела на Реджину.

– И чего это ты загрустила? – Миллс чувствовала каждое малейшее изменение в настроении Эммы.

– Просто он напомнил мне об игрушке, которую мне подарил отец, когда я была совсем маленькая, – пояснила Свон.

– Не грусти, – Реджина подсела на диван к Эмме. Она хотела расспросить девушку о ее родителях, но не стала, боясь, что она еще больше загрустит.

Свон отложив зайца, приподняла руку, взглядом показывая, чтобы Реджина придвинулась еще ближе.

Миллс не стала сопротивляться и быстро подсела к Эмме. Она сразу сняла фильм с паузы и отвернулась к экрану, чтобы ненароком не сорваться и не поцеловать блондинку.

Свон приобняла Реджину одной рукой и тоже перевела свой взгляд в телевизор, продолжая смотреть фильм.

Миллс уже не смотрела кино, а наслаждалась моментом. В очередной раз в этот день поддавшись порыву, брюнетка положила руку на животик Эммы, нежно поглаживая.

Так они и смотрела весь оставшийся фильм, в обнимку и с чувством полного спокойствия. И как только пошли титры Эмма посмотрела на Реджину. Миллс также посмотрела на Эмму.

– Хороший фильм, слушай давай мультфильмы посмотрим? – Реджина наклонилась к животу Эммы.

– Малыш, ты же хочешь послушать мультик? – брюнетка широко улыбалась, пытаясь забыть о таком сексуальном и желанном теле рядом.

– Реджина, малыш пока не знает хочет он этого или нет, – улыбнулась Эмма, – а вот его мама точно знает, что уже поздно и что ей пора домой.

– Ну, во-первых, я не с тобой разговариваю, во-вторых, я в любом случае никуда не отпущу его маму, а в-третьих… а в-третьих, не мешай нам, – Миллс перевернулась и легла на бок лицом к животику, – ты же меня слышишь? Да?!

– Он тебя не слышит, зато его мама все прекрасно слышит и понимает, – настаивала Эмма, но не могла не улыбнуться, глядя на Реджину и ее общение с животиком.

– Замолчи и не мешай, – буркнула Миллс, выводя какие-то причудливые узоры пальцем по животику Свон.

– Малыш, я только вчера о тебе узнала, но уже безумно тебя люблю. Ты и твоя мама мои драгоценные, редкие бриллианты, от которых я никогда не откажусь, – Реджина шептала это очень тихо, практически касаясь губами кожи животика.

Эмма, поддавшись внутренним чувствам и желаниям положила свою ладонь на голову Реджины, нежно гладя по темным волосам. И даже больше и не хотела ни сопротивляться, ни отказываться от любви брюнетки и заботы и такому отношению к ее будущему ребенку.

Реджина продолжала что-то шептать, причем темы уже были довольно серьезные. Политическая стабильность в странах третьего мира, связи США и России. Реджине было все равно, что говорить лишь бы этот прекрасный момент не заканчивался.

– Сестричка, по-моему, ты немного отошла от темы мультиков, – усмехнулась по-доброму Эмма, услышав про политику и серьезные разногласия стран большой двадцатки.

– Смотри, малыш, мама у нас возмущается, поэтому продолжим потом, – Реджина поцеловала животик и встала с дивана, – пойдем в спальню?

– Реджина, – уже став серьезной, сказала Эмма, понимая, что это уже заходит за рамки дружбы и тех границ, что она установила.

– Свон, успокойся, я ни на что такое не намекаю, просто в спальне есть еще один телевизор, и мы можем спокойно посмотреть мультфильм там, и это будет гораздо удобнее, чем на диване. Кровать большая и, если захочешь, я даже не прикоснусь к тебе, – улыбаясь, сказала Реджина.

– Я так понимаю, домой ты меня вообще не собираешься везти сегодня? А завтра? Миллс, у меня есть своя квартира и я хочу жить там, – настаивала блондинка, вставая с дивана и смотря на брюнетку.

– Завтра я отвезу тебя домой, я пока не собираюсь полностью ломать твой уклад жизни, так что не переживай, а тащи свою попу в спальню, – сказала наигранно грозно Реджина.

Эмма глубоко вздохнула и, покачав головой, фыркнула, понимая, что спорить с этой девушкой просто невозможно, да и не получается. Свон развернулась и молча пошла в спальню.

– Переодевайся и ложись, а я сейчас приму душ и приду, – Миллс достала из комода пижаму.

– Хорошо, – улыбнулась Эмма и взялась за ту майку, которую ей давала Реджина.

Миллс недолго принимала душ, но за это время под ледяными струями она успела сильно замерзнуть. Когда она практически вылетела из душа, она сразу забралась под одеяло с желанием согреться и даже не обратила своего внимания на Эмму.

– Сестричка, ты чего такая ледяная? – почувствовав совсем холодную кожу Реджины, спросила Эмма и тут же обняла ее, стараясь согреть.

Миллс сразу уткнулась лицом в шею Эммы.

– Контрастный душ принимала.

Эмма начала руками растирать ледяную кожу плеч и рук.

– И зачем же? Чтобы заболеть или чтобы зуб на зуб не попадал?

– Чтобы тебя не хотеть, – под нос пробурчала Миллс, – не переживай, я каждый день так делаю

– Я слышала, – намекнула про первую фразу Свон, но объятий и растираний не прекратила.

Миллс выдохнула, понимая, что нужно быть поосторожнее со своими мыслями вслух.

– Ну что, какой ты мультфильм включила?

– Ледниковый период, – хихикнула Эмма и нажала на кнопку пульта.

Реджина не посмотрела и 10 минут мультфильма. Как только она начала согреваться, она моментально уснула, продолжая обнимать Эмму за талию и сопеть ей в шею.

– Ну вот, малыш, подбила нас на мультик, а сама заснула, – поглаживая живот, прошептала Эмма, через полчаса просмотра мультфильма. Она потихоньку, стараясь не разбудить Реджину, вылезла с кровати, укрывая брюнетку одеялом.

Выйдя в гостиную, Свон прошла к столику и заметила на нем небольшой блокнот. Еще немного похозяйничав в квартире, она нашла ручки с карандашами, а заодно подушку и плед. Блондинка прилегла на диван, укрываясь пледом и начиная рисовать в блокноте. Спать вовсе не хотелось и поэтому Эмма решила приняться за свое любимое дело.

Глава 5

Проснувшись утром, Реджина хотела почувствовать в своих объятиях тело любимой девушки, которая хоть и считает ее другом. Открыв глаза, Миллс осмотрела комнату. Эммы в ней не было. Сразу выйдя из спальни, она увидела спящую на диване блондинку, улыбка озарила лицо Миллс. Она очень медленно и тихо подошла и села на столик, не отрывая глаз от Эммы.

Аккуратно, чтобы не разбудить Свон, Реджина вытащила из ее рук блокнот, на первой странице которого был нарисован берег реки и большая ива. Брюнетка сразу узнала это место, и она начала смотреть рисунки дальше. Там были две лошади, Реджина предположила, что это Вулкан и Найя, просто лошадь, пасущаяся в поле, конюшня и еще несколько рисунков с очень знакомыми местами для нее.

– А смотреть в чужие записи некультурно, – улыбнулась Эмма, проснувшись от хоть и тихого, но все же шелеста листов блокнота.

– Ну, если они находятся в моем блокноте, то это простительно, – улыбнулась Реджина, – почему тебе не спалось в кровати?

– Потому что я не хотела спать. Я выспалась днем, да и друзья как обычно не спят в одной постели в обнимку друг с другом, – ответила Эмма и присела, облокачиваясь на подушку.

– Ну, я кстати не тебя обнимала, а его, – Реджина показала на животик, – а ты тут так типа грелки.

– Спасибо за честность, – ухмыльнулась Эмма.

– Завтракать будешь? – поднимаясь, спросила Реджина.

– Не откажусь, – ответила Эмма и раскрыла плед, спуская ноги на пол.

– Можешь пока принять душ, полотенце в шкафу, – уходя на кухню, кинула Миллс. Она открыла холодильник и достала продукты.

А Эмма сразу направилась в душ, попутно вместе с полотенцем беря коротенький шелковый халатик, надеясь, что Реджина не будет против.

– Я тут воспользовалась твоим халатиком, надеюсь ты не против? – ополоснувшись, Эмма накинула халат на почти голое тело и пришла на кухню, где уже вовсю стоял вкуснейший аромат.

– Я не против, – Миллс уже накрывала на стол и не смотрела на внешний вид Свон. Она приготовила вкусный завтрак из яичницы с кабачком, чай и тост с творожным сыром.

Раздался звонок в дверь и Реджина посмотрела на нее.

– Ну и кого приперло в выходной? Эмма, открой, а.

– Я? – удивилась Свон, но увидев со спины уверенный кивок Реджины, которая так и продолжала сервировать стол, Эмма пожала и пошла открывать.

– Лизи? – открыв дверь, Эмма успела только увидеть, как мимо нее быстро пролетел ураган по имени Лизи и уже ее спине говорила.

– Девочки, привет, у меня проблема, – завопила Волсет и повернулась к Эмме.

Реджина вообще ничего не успела сказать, как увидела хитрый взгляд подруги.

– А вы… это как его… ну… Свон?!

– Лизи! – закатила глаза Эмма и, не подарив подруге ответ, ушла на кухню.

Волсет пошла за Свон и встала около барной стойки смотря на Реджину и Эмму.

– Будешь завтракать? – уточнила Миллс.

– Буду, че тут у вас? – девушка прошлась взглядом по тарелкам, – а что это вы едите?

– Не знаю. Она меня уже второй день кормит какой-то бурдой, – возмутилась Свон, сама посмотрев в свою тарелку и скрючила лицо.

– Ну и чего вы рожи корчите? Это правда вкусно. Свон, а вчера ты сама не сказала, чего хочешь, поэтому ела кашу, – буркнула Реджина, – садитесь и ешьте.

Лизи посмотрела на Эмму и села рядом с ней за стол.

– Может пиццу закажем?

Взгляд Миллс вспыхнул яростным пламенем.

– Давай, – не заметив гневного карего взгляда, согласилась Свон.

– Вы что совсем? Свон, никакой пиццы! Ты не будешь питаться всякой гадостью, а ты не подбивай ее на это, – рявкнула Миллс.

– Свон, а она случайно не твоя мама? – прошептала Элизабет.

– Я вот тоже об этом думаю, – также прошептала Эмма, наклоняясь к Лизи.

– Слушайте, вы сейчас обе от меня получите, я сказала есть яичницу с кабачком, значит будете есть именно ее, – садясь за стол и начиная нервно есть приготовленное блюдо, сказала Миллс.

Лизи с недоумением посмотрела на Реджину.

– Эмма, а из вас кто беременная?

– К сожалению я, – ответила Эмма со вздохом и взяла в руку вилку, начиная медленно пробовать яичницу.

Лизи тоже попробовала блюдо.

– Я могу сказать, что это не так плохо, как я думала, а даже вкусно.

Миллс продолжала сидеть, насупившись и не смотреть на девушек.

– А, так что я к вам пришла то, – вспомнила Волсет, – у меня вечером свидание и мне нужно в магазин и нужна ваша помощь.

– Ты все-таки сумела затащить Джона на свидание? – спросила Эмма, уже спокойно поедая яишенку.

– Да, но сегодня мне еще и Стив позвонил и поэтому мне нужно выбрать, – протараторила Лизи.

– Так, про Стива я знаю, кто такой Джон? – удивляясь, спросила Реджина.

– Джон – заместитель генерального директора, – поясняла Эмма, – она уже месяц вокруг него хвостом крутит.

– А, то есть заместитель головной компании ее уже не устраивает?! – улыбнулась Миллс.

– Просто Джон уже месяц ломается, а Стив после одного корпоратива позвонил, – без скромности ответила Лизи.

– Она не ищет легких путей, – ухмыльнулась Свон, – а еще у Джона есть девушка, ее даже это не смущает. Правда, Лизи?

– Да что вы пристали? Мне нужен хороший, красивый мужик, а какие у него проблемы меня не касается, – намекая на девушку, выдала Лизи.

– Вот ты даешь! Лизи, ты когда-нибудь успокоишься? – улыбалась Реджина.

– Ну, ты же до сих пор не познакомила со своим красивым, умным, образованным братцем. И мне совершенно не помешает его курица, а потом она не стена, спокойно подвину, – Волсет не обратила внимания, как Миллс изменилась в лице.

– А что? Хорошая идея познакомить ее с Эйденом, – спокойно и холодно сказала Эмма, утыкаясь в свой завтрак и тоже сменяя улыбку на серьезное выражение лица.

– Лизи, это не та тема для разговора, – прошипела Миллс.

– А что не так? Эмма, а ты знаешь Эди?

– Знаю, – ответила честно Свон.

– Ну и как он тебе? Миллс говорила красавчик.

– Лизи! – Реджина во чтобы то не стало хотела закрыть эту тему.

– Красавец, умен, интеллигентен – проще сказать весь комплект, – протараторила Эмма, видя, как Миллс, не хочет касаться темы своего брата.

– Лиз, Эйден сейчас вряд ли захочет серьезных отношений, он расстался со своей девушкой, – прошипела Миллс.

– Ладно, ладно и нечего огрызаться, не хочешь знакомить не надо, я все равно сейчас с этими двумя разобраться не могу. Поэтому сегодня я тащу вас по магазинам.

– Мне нужно сделать проект для Малькольма. Поэтому вы отвозите меня домой, а сами катаетесь по своим магазинам, – строго выдала блондинка и, положив вилку на стол, резко встала и пошла в комнату.

– Лизи, мать твою! – Реджина также резко поднялась и побежала за Эммой. Волсет так и сидела, ничего не понимая.

– Эмма, прости, – Реджина зашла в комнату.

Свон в это время уже распахнув халат сняла его, кидая на кровать и беря лифчик со стула.

– Все в порядке, – стоя спиной к двери, говорила блондинка, натягивая верхнюю часть нижнего белья.

Миллс подошла и взялась за застежки, – давай помогу.

Эмма опустила руки, давая Реджине застегнуть бюстгальтер.

– Свон, пожалуйста, поехали с нами или давай я ее выпровожу, и мы пойдем погуляем?! – Миллс продолжала стоять за спиной Эммы.

– Реджина, мне правда нужно доделать проект. Это не отговорки или придумки, у нас завтра совещание и мне кровь из носу необходимо предоставить этот проект, – говорила Свон, а сама в это время натянула на себя майку и принялась за джинсы.

– Обещай, что мы завтра увидимся и куда-нибудь сходим, а вечером я тебе позвоню, можно? – брюнетки очень хотелось обнять Эмму, но она держалась из последних сил.

– Реджина, – Свон окончательно оделась и наконец повернулась лицом к девушке, – неужели у тебя нет своих дел, кроме как не оставлять меня ни на секунду?

– За один день я так тебе надоела? – в груди неприятно кольнуло. Миллс понимала, что ей как любящему человеку находиться рядом с любимой в радость и огромное счастье, а для Эммы, это назойливая дружба, по ощущениям которая ее тяготит, – прости, если я тебе понадоблюсь – позвони мне, – Реджина развернулась и пошла к Лизи, которую оставила.

Но Эмма успела ухватить Миллс за запястье, тем самым останавливая ее.

– Реджина, подожди. Прости меня, – начала говорить Свон, – я понимаю, что мои слова сейчас обидели тебя, но я этого не хотела. Просто… просто… я не знаю, – вздохнула Эмма, и правда не зная, как сказать то что она и сама не хочет расставаться с Реджиной. Ей нравится ее забота, ласка, внимание и присутствие рядом. Нравится их так называемая дружба. Но Эмма боится этой самой дружбой сделать больно Миллс еще больше, думая, что не сможет никогда ответить брюнетке на ее чувства взаимностью.

– Эмма, я все понимаю, не нужно ничего объяснять. Мы друзья и, наверное, ты права, поэтому будем встречаться по мере надобности. Только прости, но я буду звонить и спрашивать о твоем состоянии и состоянии малыша. Он мой племянник и только поэтому я никогда не исчезну из твоей жизни, – Реджина вытащила руку из захвата Эммы. Ей очень тяжело давались эти слова, но лучше их скажет она, чем вынудит Эмму это сделать.

– Хорошо, звони. Я буду рада с тобой пообщаться. Мы будем рады, – переводя тему на малыша, Свон с улыбкой посмотрела на животик, кладя на него руки.

– Хорошо, тогда Лизи сейчас тебя отвезет, а потом мы встретимся с ней сразу в торговом центре, – Реджина, не дожидаясь ответа, пошла в гостиную.

– Лиз, отвези Эмму, а то мне нужно просмотреть одно дело.

– Без проблем, – поднимаясь со стула, сказала Волсет, – когда едем?

– Сейчас, – крикнула Эмма из прихожей и стала обуваться.

– Не гнать, не заваливать вопросами, – очень тихо прошипела Миллс, – узнаю хоть об одном пункте – убью.

– Хорошо, – насупившись, сказала Лизи и пошла в прихожую, – тогда встретимся в торговом центре?!

– Да, – Реджина оперлась плечом о стену и наблюдала за Эммой.

– Жду звонка, – улыбнулась Свон, полностью готовая к выходу и смотря на Реджину.

– Хорошо, я позвоню вечером, – Миллс опять себя сдержала от ненужного порыва поцеловать блондинку.

– Тогда поехали, – Лизи первая вышла из квартиры.

А Эмма, предполагая, что Волсет сразу ушла к лифту, который находился через пролет, подошла к Реджине. И смотря ей в глаза медленно притянулась и быстро поцеловала в щеку.

– До скорого, – улыбнулась Свон и моментально вышла из квартиры, захлопывая входную дверь.

Миллс прислонилась лбом к холодной стене. Она совсем не понимала Эмму, то она подпускает ее к себе, то не подпускает, то разрешает быть рядом, то в очередной раз отталкивает. Взяв себя в руки, Реджина, как и сказала наконец решила заняться работой.

Свон и Волсет молча спустились и сели в машину. Лизи, как и приказала ей Миллс, ни о чем не спрашивала, хотя ее распирало любопытство.

– Ну, что домой?

– Только давай заедем в офис, я захвачу макеты, – спокойно ответила Эмма и уже ожидала расспросов со стороны подруги, полностью готовясь к ним.

– Хорошо, – Волсет спокойно развернула машину и поехала в офис их компании. Привыкшая гонять Элизабет, ехала аккуратно, не дергая и не разгоняя машину.

– Я так понимаю, она уже промыла тебе мозги? – сразу заметив изменение в поведении подруги, спросила с усмешкой Эмма.

– Ты о чем? – Волсет искренне делала вид непонимания.

– Лизи, не делай из себя идиотку больше, чем ты есть на самом деле, – чуть грубее высказалась Свон.

– Спасибо, дорогая, ты прям щедра на комплементы, – рыкнула Элизабет.

– Ты же знаешь, что я не люблю, когда мне врут, – также прорычала в ответ Свон.

– Вот скажи, что я тебе соврала? – Волсет тоже начала злиться.

– Хорошо, не соврала, а делаешь из меня идиотку и увиливаешь. Не хочешь говорить, не нужно. Я и так знаю, что Реджина уже прочитала тебе лекцию, как вести себя со мной, – проговорила возмущенно и даже обиженно Свон.

– Она просто попросила не гнать и не расспрашивать тебя, – ответила девушка, – поэтому хватит тут из себя строить не знаю кого.

– Ну, Лизи, прости, – искренне говорила Эмма, – я сама не знаю, что на меня сейчас нашло. Просто в последнее время перепады настроения довольно часто происходят.

– Ну давай на малыша все скидывай, – улыбнулась Лизи.

– Да причем здесь малыш?! Я не сваливаю на него, – улыбнулась в ответ Эмма.

– Перепады настроения это не из-за беременности? Или другая причина есть?

– Есть и другая. Мои тупые мозги и непонятные даже мне чувства, – проговорила блондинка, понимая, что ей нужно кому-то высказаться. Когда-то она высказалась Коре и это очень помогло блондинке, сейчас она хочет рассказать все Лизи и послушать ее совета.

– Из всего, что ты сейчас сказала, я могу сделать вывод, что ты про Слим? Она сказала мне, что тебя любит давно и все такое, но больше она ничего не сказала. Так что если ты мне расскажешь, то я может что-нибудь посоветую или хотя-бы помогу ей, – Волсет действительно хотела помочь своим близким подругам.

– Помнишь, ты сегодня говорила про курицу, с которой встречался Эйден? – сразу спросила Эмма.

– Ну мы со Слим долго над ней смеялись… стоп! Курица это ты? – с виноватым лицом протянула Лизи, не желая верить в свое предположение.

– Я хоть надеюсь смеялись вы надо мной еще до того, как Реджина со мной познакомилась? – спросила с грустной усмешкой Эмма.

– Ну это до ее отъезда к родителям было, потому что после она вернулась сама не своя. Она постоянно сейчас проводит на работе, собирает все дела из дочерних компаний, – сказала Лизи, – ее очень трудно вытащить куда-либо, и свиданий у нее не было очень давно.

– А теперь послушай всю историю. Ведь я уверена, она если даже тебе рассказала что-то, то явно не все, – сказала уверенно Эмма и тут же продолжала, рассказывая все с самого начала, три с половиной года назад. И Свон рассказала буквально все. Каждое ее слово было пропитано болью и диким чувством вины перед семьей Миллс, перед Эйденом и Реджиной вдвойне. Когда Эмма наконец закончила свой довольно длинный монолог, она только тогда выглянула в окно и увидела, что они уже стоят возле офиса. Причем довольно давно, они припарковались, но Лизи не стала мешать или останавливать блондинку.

– Свон, все что ты мне сейчас рассказала это огромная жопа. Я не представляю, что сейчас чествуют каждый из участников этой истории. Мне больше всего больно за родителей Слим и Эйдена, ведь они вообще ни в чем не виноваты. И сразу скажу, что я за то, чтобы ты рассказала им о внуке, – Элизабет сейчас была серьезна как никогда, ведь эта тема очень глубоко проникла к ней в душу.

– А теперь послушай, что я думаю о ваших отношениях со Слим. Не отталкивай ее своей дружбой, разреши просто быть рядом и заботиться. Вам приятно проводить время вместе так проводите.

– Лизи, я разрешаю, я не отталкиваю и хочу проводить время, но и ты пойми меня, я не люблю ее. Я не любила Эйдена, я просто какое-то чудовище, – самокритично высказалась блондинка, – которое только рушит чужие чувства и приносит боль дорогим людям. И только поэтому я снова не хотела встречаться с Реджиной. Она меня любит, я знаю. Я не хочу причинить ей еще больше боли своими безответными чувствами.

– Ты причинишь ей больше боли, если она будет знать, что ты и ребенок рядом, а она не может быть с вами рядом. Эмма, прости, но ты реально чудовище. Ты заставляешь человека, для которого главное семья не рассказывать о самом счастливом событии. И поверь, ради тебя она пойдет на это, будет врать родным, скрывать тебя и малыша, но представить, как тяжело ей будет. Только сейчас не нужно принимать решение сбежать навсегда, она тебя найдет.

– Лизи, ты просто не представляешь, как мне сейчас трудно, – Эмма вдруг почувствовала, как слезы, так и накатывали на чрезмерно эмоциональную блондинку. Она, не выдержав давления и слов подруги, взялась за ручку и отвернувшись к окну, чтобы Лизи не видела и добавила:

– Езжай, моя машина осталась возле офиса, я доеду, – и быстро вышла из автомобиля, чувствуя соленые дорожки на своих щеках.

– Ну уж нет, – Лизи моментально выскочила и за несколько шагов поймала руку Эммы и развернула к себе, заключая в очень крепкие объятия, – Слим меня убьет если узнает, что я тебя оставила.

– Ты всегда ориентируешься только на нее? – спросила тяжело Эмма, не шевелясь и стараясь успокоить поток собственных слез.

– Я ориентируюсь на то, что попросил меня сделать близкий человек, а она сказала довезти до дома, но и сама бы я тебя в таком состоянии не оставила, – Лизи практически на пол головы была выше Эммы, а благодаря ее высоченным шпилькам так на всю голову. Она по-дружески с поддержкой прижимала Свон к своей груди и гладила по волосам.

– Что мне делать, Лизи? – через минуту молчания и успокоив слезы спросила, заикаясь Эмма.

– Ну я бы на твоем месте поехала к Слим, а если ты спрашиваешь вообще, то если честно не знаю, – не стала придумывать идиотские идеи Элизабет и предложила то, что подсказывало ей ее сердце.

– А как же проект Малькольма? Джон меня убьет, если я завтра ничего не принесу, – говорила Эмма, отрываясь из объятий подруги и смотря в глаза, – я лучше попрошу, чтобы она завтра заехала ко мне после работы и мы все вместе погуляем. Ты же составишь нам компанию?!

– Составлю, если захочешь, – улыбнулась Лизи.

– Конечно, захочу. Ты же знаешь, что ближе тебя у меня никого нет, – улыбнулась Эмма. Они хоть и познакомились всего три месяца назад, но Свон доверилась Лизи полностью и считала ее самым лучшим своим другом.

– Ну тогда позвони вечером Слим и пригласи на прогулку, – сказала Лизи, – а теперь пошли за твоим проектом.

– Позвоню, – улыбнулась совсем мимолетно Эмма и пошла вместе с Лизи за документами и макетами.

Забрав все необходимое, Лизи, как и сказала, довезла Свон до дома. Эмма не стала сопротивляться, хоть и ее автомобиль вновь остался на парковке возле офиса. Волсет все равно обещала заехать утром за ней, и Свон не стала сильно противиться.

Перекинувшись парой фраз, девушки попрощались. Лизи поехала на встречу с Миллс, а Эмма поднялась в квартиру и сразу принялась за разработку проекта, которым и должна была заниматься эти два выходных дня.

Миллс сидела дома и даже не собиралась куда-либо идти. Все ее мысли полностью были заняты Эммой и ее будущим ребенком.

Она знала только одно, что хочет быть с Эммой несмотря ни на что. Она отчетливо понимала, что это уже одержимость, болезнь. Она знала, что, когда Свон рядом, она не может дышать, ведь Эмма для нее воздух и это очень сильно пугало саму Реджину. Ведь своим поведением Миллс думала, что отпугивает Свон. Также Реджина не знала, что делать с тем, что она не может рассказать о ребенке Эммы родителям, Эйдену, ведь несмотря на их ссору она любила своего брата и желала ему счастья. А о ребенке, которого он хотел, Реджина была уверена, что брат был бы просто счастлив узнать. И это еще больше давило на Миллс.

Раздался звонок в дверь, вырывая брюнетку из ее тяжелых мыслей.

– Лизи?! – открыв дверь, она увидела на пороге подругу, – мы же должны были встретиться в торговом центре?

– Да, только я уверена, ты бы не пришла, – Волсет без лишних разговоров прошла в квартиру.

– Лиз, прости, я сейчас оденусь, и мы поедем…

– Сядь! – перебила подругу Лизи, – я все знаю, и ты больше можешь не держать это в себе.

Миллс с таким облегчением посмотрела на подругу.

– Лиз… я больше не могу. Я хочу быть с ней, а она постоянно убегает от меня. Мне только стоит ее найти, как через некоторое время она безвозвратно исчезает.

– Слим, ты сама говоришь, что исчезает, но заметь ты каждый раз ее находишь. Пойми, она боится, – Волсет обняла Миллс, которая села к ней на диван, – боится, что не сможет тебя полюбить и причинит этим тебе еще больше боли. Ведь она и так принесла много… вы поссорились с Эйденом из-за нее, хотя почти никогда не ссорились. Не дави на нее и дай время разобраться в себе, она еще не понимает, что испытывает к тебе, но поверь без тебя она уже не сможет, – улыбнулась Волсет.

Поговорив еще немного, девушки решили отвлечься и лучший способ чем новый иск, поданный на их компанию варианта они не нашли. Время летело незаметно, и только за час до свидания Волсет они вспомнили, чем хотели заняться.

– Слим, я месяц ему глазки строила, а теперь что сама динамо включу?

– Ну что ты переживаешь? Возьми любое из моих платье, – сказала Миллс и увидела озарившую лицо хитрую улыбку своей подруги.

– Правда?! И я могу взять то красное платье с принтом, которое ты купила несколько месяцев назад? – увидев кивок, Лизи завизжала, – Слим, ты лучшая. Самая, самая!

Через 30 минут Волсет во всей красе покидала квартиру подруги.

Закрыв дверь, Реджина легла на диван и обняла зайца, которого сама вчера подарила Эмме. И тут же услышала телефонный звонок на свой мобильный.

Звонила Свон, которая весь день убивала мысли работой и подготовкой к завтрашней презентации перед начальством. Компания в которой работают Эмма и Элизабет являлась дочерней компании в которой работает Миллс и занималась всем, что связана с дизайнерством, рекламой, оформлением различных мероприятий и прочим креативом. Свон работала там рядовым дизайнером по интерьеру квартир и домов в первое время, но потом ее перевели в отдел рекламных разработок, как реального специалиста именно в этой области. Эмма была довольна, хоть также осталась обычным художественным редактором под юрисдикцией двух главных художников компании. А в особенности ее порадовало, что ей через 1,5 месяца работы уже доверили самостоятельный проект по разработке рекламной вывески и самого ролика в компанию Малькольма Стивенса. У него была сеть зоомагазинов по всему городу и довольно большой оборот, который ему позволил не экономить на рекламе и принести существенную прибыль компании Эммы.

И вот именно над его проектом и трудилась весь день блондинка, даже не отрываясь от монитора ноутбука и чувствуя нутром, что ее проект должны утвердить и передать клиенту.

Реджина была счастлива звонку Эммы.

– Привет, ты как? Ты кушала и хоть немного отдыхала? И кстати ты забыла витамины, поэтому поешь попозже фруктов, – тараторила Миллс, а потом резко остановилась, – прости, я тебе и слова вставить не дала.

– Все в порядке. Я так рада услышать твой голос, что готова простить снова твои подталкивания, – улыбалась в трубку Эмма, – отвечу на вопросы. Я кушала, со мной все хорошо, отдохну ночью и сейчас съем апельсин.

– Хорошо, – протянула радостно Реджина, – ты сделала свой проект?

– Еще остались небольшие поправочки, но совсем незначительные, – ответила Эмма и тут же продолжила, – а вы как провели свой день?

– Хорошо. Лизи помогла мне с новым делом, которое я забрала из другой компании, там подали в суд из-за изменения срока, они хотят заработать на нас, хотя я нашла два варианта как заработать на них, – Реджина тараторила, но опять себя остановила, – прости, меня заносит.

– Хватит извиняться. И рассказывай дальше. Мне очень интересно, – садясь на диван, Эмма откинулась на спинку стула и продолжила слушать Реджину.

– А давай лучше ты, – Миллс знала, что, если она начнет рассказывать про работу это надолго.

И тут уже Эмму понесло. Она рассказывала о проекте, о своих идеях, о том, что главным героем рекламной кампании будет конь по кличке Вулкан, который ищет свою любовь по кличке Найя. Рассказывая, Эмма слушала смешные комментарии Реджины и заливистый смех наполнял две одинокие квартиры с уже совсем неодинокими сердцами внутри двух девушек.

Так они проговорили порядка трех часов, рассказывая по очереди и про себя, и про работу и просто интересные истории и даже не замечали, как быстро летит время в общении друг с другом.

– Малышка, тебе пора спать, – Миллс кинула взгляд на часы, – ты должна хорошо отдыхать ради малыша, – ей совсем не хотелось прерывать разговор, но она отчетливо понимала, что это нужно.

– Подожди. Я же самое главное не спросила, – тоже мимолетно взглянув на часы, сказала Свон, – составишь мне компанию после работы? Лизи тоже обещала погулять с нами. Давайте куда-нибудь сходим все вместе?

– Конечно давай, а куда ты хочешь? Парк, кино, ресторан? – Реджине действительно было все равно, главное вместе Эммой.

– Доверимся нашей выдумщице, – улыбалась Эмма, намекая на Лизи, – спокойной ночи, сестричка.

– Хорошо, спокойной ночи, детка. Поднеси трубку к животику, – попросила Реджина.

Эмма ни на секунду не переставала улыбаться и поднесла телефон к животу, как и попросила Миллс.

– Малыш, спокойной ночи. Мой маленький, я так тебя люблю. Я бы сейчас очень хотела быть рядом с вами, – Реджина говорила от всего сердца, – передай своей маме, что я ее тоже очень люблю.

Хоть телефон и находился возле живота, Эмма все равно слышала каждое слово, сказанное Реджиной, а на последних тихо вздохнула и в очередной раз для себя решила просто быть рядом и позволять Реджине заботиться и любить ее и малыша. Ведь она очень дорога Эмме и быть может Свон просто придумала и внедрила в свой мозг мысль, что она ее не любит? Кто знает? Никто. Даже сама Эмма.

– Я хочу, чтобы ты придумала ему имя, – через некоторое время Эмма вновь преподнесла телефон к своему уху.

– Правда? Тогда можно его будут звать Эмет? – Реджина была безумно счастлива.

– Эмет, – протянула Эмма, – мне нравится. А тебе, Эмет? – Свон погладила себя по животу и почувствовала теплоту и легкость и поняла, что это знак согласия.

– Ну как, ему нравится? – с волнением спросила Реджина, зная, что малыш вряд ли даст ответ.

– Нравится, я чувствую, как ему понравится быть Эметом, – ответила Эмма.

– Ну тогда спокойной ночи, Эмма и Эмет, – Реджина с широкой улыбкой сидела весь разговор со Свон.

– Спокойной ночи, малышка, – проговорила тепло и радостно Эмма, и повесила трубку, чувствуя, что детская, невинная и так и не сползающая улыбка с ее лица так и не сползает.

– Люблю тебя, – уже гудкам сказала Реджина.

Миллс порхала, как маленькая счастливая птичка. Сходив в душ, она легла в кровать обнимая голубого зайца Эмета.

– Эмет, Эмма… – с именами любимых на устах она погрузилась в сон.

А Свон, решив закончить с проектом на работе, быстро расстелила постель и моментально легла. Она заметила, что ее улыбка так никуда не делась, что во время разговора, что после. И Эмма даже и думать не хотела, чем, а вернее кем она вызвана, ведь она и так знала это.

Глава 6

Лизи уже 15 минут стояла под дверью и звонила в звонок. Она уже несколько десятков раз позвонила Свон на телефон, но та не брала трубку и это безумно волновало Волсет. Ведь после такого серьезного разговора она не знала какое решение могла принять подруга.

– Эмма! Свон, мать твою, ты где? – Лизи хотела позвонить Реджине и узнать звонила ли ей Свон, но не стала еще и брюнетку волновать, а зная ее темперамент, это вообще было опасно.

– Алло?! – Эмма разлепила один глаз и поднесла телефонную трубку к уху, говоря сонным голосом.

– Свон, ты где? – яростно крикнула Лизи, продолжая звонить в дверной звонок.

– Лиз? Это ты? Ты чего названиваешь? – еще до конца не проснулась Эмма.

– Свон, я убью тебя! Я уже 20 минут стою под твоей дверью, – прорычала Волсет, – открывай, – девушка бросила трубку.

Эмма услышала гудки и медленно, все еще сонно присела на диван. Но здесь послышался громкий стук кулаком в дверь, и блондинка сразу вскочила и поняла, что там Волсет.

Лизи вломилась в квартиру и посмотрела на Эмму.

– Ты что издеваешься? Мы же договорились, что я заеду за тобой. А ты что?! Я не знала, что думать. После вчерашнего разговора ты могла вообще сбежать!

– Волсет, не кричи! – сщурилась от такого наезда Эмма и развернувшись ушла в комнату, сразу ложась и накрываясь с головой одеялом.

– Ты чего легла? Нам на работе нужно быть через 15 минут, а нам добираться только 20, и ты еще не одета. Подожди. Эмма, ты как себя чувствуешь? Может врача или давай я лучше позвоню Слим? – Элизабет достала телефон.

– Не нужно никому звонить. Я просто не выспалась, – пробурчала Свон под одеялом, но через секунду одним резким движением скинула его и быстро вскочила с дивана, – как 15 минут?! Лиз, через час же уже собрание, а я не успела закончить! – Эмма уже начала бегать по квартире и судорожно собираться.

Волсет спокойно села на диван и с улыбкой наблюдала за метаниями подруги.

– Ты раньше не могла разбудить?! – крикнула Эмма из ванны, а через несколько секунд, не успев дождаться ответа уже выбежала и начала одеваться.

Элизабет с недоумением посмотрела на Свон.

– Прости, не могла. Мне мешала дверь, разделяющая нас.

– Надо было выломать, – кинула Свон, продолжая бегать по квартире, только уже собирая документы и макеты.

– Нужно было просто позвонить Слим, – усмехнулась Лизи, – она бы и прилетела и дверь выломала и трепетно разбудила.

– Дааа уж, – усмехнулась Эмма и побежала в коридор.

– Ты чего там расселась?! Поехали! – крикнула уже обувшись блондинка.

– Да иду я, иду, – закатывая глаза, пробубнила Лизи.

Выйдя, они быстро сели в машину и поехали. Волсет помнила правило Миллс и не гнала.

– Может, я выйду и побегу? Так и то быстрее будет! – рявкнула Свон, зло смотря на подругу.

– Сиди и не рыпайся, – немного ускоряя машину, сказала Волсет, – хватит нервничать, это не я проспала. Ты позвонила вечером Слим?

– Позвонила. И именно благодаря ей я и проспала, – буркнула Свон.

– Вы что так долго разговаривали?

– Часа так три, – ответила Эмма, – мы даже и не заметили, как быстро пролетело время. Слушай, Лиз, давно хотела спросить почему вы все ее называете Слим?

– Не все, а я, Теди, Лана и Лео, – пояснила Волсет, – мы с ней поехали отдохнуть на озеро и в соседнем доме жили Робенсоны. Их сын Лео и придумал нам всем клички. Реджину он назвал Слим как персонажа из мультика, а мы только потом увидели совпадение между ее фамилией и ее кличкой. К ней это имя прилипло, хотя ей оно не нравится.

– Вот оно как, – улыбнулась, чуть расслабляясь, Эмма, – но то, что ей не нравится все равно не останавливает вас.

– Если бы ей действительно не нравилось, а так она через раз говорит не называть ее так.

– Ворчит больше, – подытожила блондинка и увидела, как они подъезжают к офису.

– Это точно, – Лизи улыбнулась и остановила машину, – ладно, давай до вечера, а я по делам.

– Пока. И спасибо, что подвезла и разбудила, – улыбнулась Свон и быстро поцеловав Волсет в щеку выбежала из машины.

Реджина целый день порхала на работе. У нее было шикарное настроение и она чувствовала в себе, что может совершить переворот. Представив документы в суде, которые вчера они подготовили вместе с Элизабет, она вернулась в офис. В течение дня она по несколько раз в час отговаривала себя не звонить Эмме, но не выдержав, она все же набрала ее номер.

Эмма прилетела на работу и как ошпаренная занеслась в художественный кабинет, в котором уже сидел ее непосредственный начальник Адам Росс – главный художественный редактор компании.

– Свон, если ты еще хоть раз опоздаешь – будешь уволена, – Росс был очень строг и не терпел недисциплинированного поведения, а тем более опозданий.

– Мистер Росс, я всю ночь работала над проектом. С утра нужно было проверить нужную мне информацию и именно поэтому я… – начала придумывать на ходу блондинка, но была перебита Адамом.

– Мне плевать на причины. Ты опоздала и это вычется у тебя из зарплаты. А сейчас давай все документы и вводи меня в курс твоей идеи. Через полчаса уже совещание, и я не хочу выглядеть там как бы выглядела ты, – зло прошипел окончание Адам.

– Но… мистер Росс, я думала, я буду представлять проект, – не ожидала такой подставы Эмма.

– Рано тебе еще самостоятельные представления, – отрезал на корню начальник и сам вырвал документы и макеты из рук Эммы, – сам разберусь, а ты сходи сделай мне кофе, а потом отредактируй новые вывески, – кинул начальник и занял свое место за компьютером, не обращая внимания на злость Эммы и то что она, сжав зубы и костяшки пальцев, еле сдерживала себя и быстро вышла из кабинета, чтобы не наговорить лишнего. А сказать было что, но Эмма понимала, что скажи она и точно будет уволена из этой компании, в которую так трудно устроилась и так сложно удерживалась.

– Да, алло? – практически крикнула в трубку Свон, не посмотрев кто звонит и отвлекаясь от возложенной на нее редактуры.

– Привет, извини я, наверное, не вовремя, – опешив от такого ответа, сказала Миллс.

– А, Реджина, это ты, – чуть сбавила свой напор блондинка, – прости. Просто настроение ни к черту.

– Что случилось? – поинтересовалась Реджина.

– День не задался с самого начала, а на работе так вообще полный аут, – ответила Свон, откидываясь на спинку стула и откатываясь от компьютера, за которым провела, не отрываясь уже несколько часов.

– Может пообедаем вместе, и я подниму тебе настроение? – улыбнулась Реджина.

Эмма посмотрела на наручные часы и заметила, что время уже послеобеденное, а она еще не обедала, но работы было много поэтому времени все равно мало.

– У меня будет максимум полчаса, – сказала Свон.

– Хорошо, тогда я заеду за тобой через 15 минут, – уже взяв сумочку и ключи от машины и выходя из своего кабинета, сказала Реджина.

Через 20 минут после звонка, Эмма так и не дождалась Адама, который уйдя на совещание потом уехал вместе с Джоном Питерсоном осуществлять в действие проект Свон. И как Эмма услышала он выдал ее идею за свою, и она единогласно понравилась всем начальникам фирмы. Свон не стала дожидаться Росса, чтобы отпроситься, а просто забрала свою сумочку и сказав еще одному рядовому дизайнеру, что ушла на обед вышла из офиса.

– Привет, – садясь в машину Реджины, поприветствовала Свон.

– Ну что куда поедем? – уточнила Миллс, но у видела, что Эмма чем-то расстроена, – что случилось?

– Здесь недалеко, в паре кварталов есть довольно милый ресторанчик, – ответила блондинка на первый вопрос, не став отвечать на второй и показала рукой куда ехать.

Реджина завела машину и поехала в сторону, куда указала Эмма.

– Детка, может ты мне расскажешь, что случилось?

– Сначала я проспала, и Волсет меня разбудила только гранатометом и то не сразу, – начала рассказывать Эмма, но быстро и без улыбки, потому что настроения не было совсем.

– Я так понимаю, что это не самое поганое? – Реджина по голосу Свон могла понять, что с ней что-то не то.

– Да, еще меня оштрафовали за опоздание, поставили на место, приказав сварить кофе и заниматься мелкой редактурой, – говорила спокойно Свон, а потом задумалась, – что-то было еще?! Ах да, еще у меня забрали проект, выдали его за свой и сейчас осуществляют его в жизнь.

Миллс улыбнулась.

– Малышка, не расстраивайся, если ты делала этот проект, значит мелкие детали знаешь только ты, – подбодрила Реджина, уже зная, что она сделает по приезду в офис.

– Меня больше всего выводит, что я уже 3 месяца работаю в этой компании, а меня до сих пор ни во что не ставят, а этот… – не договорила Эмма, потому что машина подъехала к ресторану, – ладно, пошли обедать, – и вышла из машины.

Реджина не хотела продолжать тему и еще больше накручивать Эмму. Они зашли в ресторан и им предоставили замечательный столик в углу.

– Ты что будешь?

– Салат цезарь и апельсиновый фреш, – ответила Свон, не смотря в меню.

– Тогда мне тоже самое только ягодный фреш, – официантка кивнула и ушла за заказом.

– Ты с Лизи не разговаривала, куда мы пойдем вечером?

– Нет. Было немного не до этого, – ответила безэмоционально Свон и отвернулась в сторону окна, но тут же продолжила, – как твое дело?

– Хорошо, оно уже 100% выигрышное для меня. Той стороне не на что надеяться, – улыбнулась Реджина.

– Мм, – протянула блондинка и повернувшись к Миллс постаралась натянуть улыбку, – поздравляю.

– Эмма, не нужно этого, ты не обязана сейчас улыбаться и разговаривать. Я позвала тебя, чтобы ты успокоилась, – Реджину не обижало поведение девушки, ведь Миллс была просто рада находиться рядом.

– Да я спокойна. Абсолютно, – все же убрала вынужденную улыбку Свон, – просто после «Мира» я не привыкла к пренебрежению и вообще… – Эмма опустила голову, не зная, как рассказать Реджине, что переход от начальника в «Мире» к обычному рядовому подчиненному в «Априоре» – нынешней фирме, Эмме немного непонятно и трудно, хотя она и была полностью к этому готова, но таких подстав она просто не ожидала.

– Малыш, не переживай. Поверь, все будет хорошо, меня кстати тоже полгода не замечали, пока я не выиграла дело, которое изначально было проигрышное и компания должна была лишиться огромной суммы. Все знали, того кто будет вести это дело и проиграет его, уволят. Как видишь, я ведущий юрист и ко мне попадают все дела из дочерних компаний. Потерпи и ты получишь то, что заслуживаешь, – Миллс взяла Эмму за руку.

– Сестричка, я не боюсь трудностей, – сказала Свон, посмотрев на ладонь Реджины, – просто не люблю вранье и несправедливость, – а потом взглянула в глаза, – с недавнего времени.

Как раз в этот момент принесли заказ.

– Спасибо, – сказали девушки, и Миллс отпустила руку.

– Кушай, Эмет явно будет рад подзарядиться.

– Эмет у нас молодец. Пока не беспокоит маму, – сейчас Эмма улыбнулась, вспоминая про малыша внутри себя.

– Я читала, что малыши начинают толкаться с 18 недели, но это индивидуально. И кстати звонил Теди, он хотел, чтобы мы пришли через две недели и напомнил, чтобы ты все же сдала анализы, – перевела тему с работы на малыша Реджина.

– Конечно. В выходные съездим, и я обязательно их сдам. Ты же поедешь со мной? – Эмма ела салат и посмотрела на Реджину.

– Конечно поеду, – Миллс радостно улыбнулась.

– Отлично, – улыбнулась Эмма и продолжила обедать, как тут ей позвонили на мобильный и она тут же достала его из сумочки. И посмотрев на дисплей, сразу глянула на Реджину, но не стала уходить, а просто подняла трубку.

– Да, мистер Росс?

– Ты где, Свон? – недовольный голос начальника послышался в трубке.

– На обеде, я подумала…

– Я тебя не отпускал. Быстро в офис, – резко кинул Адам и повесил трубку.

Реджина слышала весь разговор и ее переполняла ярость на этого мужчину. Она косвенно знала Адама, ведь полгода назад именно она замяла дело с его неправильно выполненным заказом. Они тогда очень много времени с Элизабет уделили на это дело.

– Доешь спокойно, а потом я быстро тебя отвезу.

– Реджина, поехали, пожалуйста. Я не хочу скандала, – Эмма убрала телефон в сумочку и встала из-за стола, доставая кошелек.

– Убери деньги и выпей хотя бы свой фреш, – доставая свой кошелек, сказала Реджина.

Но Эмма не послушала Миллс, а достала несколько купюр и просто положила на стол.

– Поехали, – и быстро пошла на выход.

Миллс прошипела что-то непонятное себе под нос и пошла за Эммой.

Свон стояла у машины, и как только Реджина сняла ее с сигнализации Эмма села в нее. Реджина тоже села и сразу поехала в сторону офиса, ничего не говоря. Она уже полностью была погружена в свои мысли. Свон тоже не была настроена на разговор, а молча сидела, отвернувшись к окну и думая о предстоящем ей выговоре от Росса и о том, что ей нужно будет сдерживаться при этом.

Реджина через 10 минут привезла Эмму.

– До вечера?

– Я позвоню, как освобожусь, – Свон посмотрела на Миллс, но пока не вышла из автомобиля, – я могу задержаться.

– Ничего страшного, я подожду, – Реджина улыбнулась и откинула голову, прислонившись к подголовнику.

– Я постараюсь закончить вовремя, – сказала Эмма и взялась за ручку двери, – прости, что так получилось с обедом.

– Не переживай, – Реджина наклонилась и нежно поцеловала Свон в уголок губ.

Эмма не отстранилась, а просто замерла на месте. Но как только Реджина села прямо, Свон смущенно улыбнулась и сказала, – до вечера, – и вышла из авто, сразу побежав в офис.

Реджина широко улыбнулась, провожая Эмму взглядом до входа и сразу вновь приняла серьезный вид. Взяв в руки телефон, она набрала номер главы компании «Северный ветер».

– Мисс Миллс, – послышался властный мужской голос с акцентом.

– Зейн, можем поговорить? – не менее властно спросила Реджина.

– Секунду, – было слышно, как мужчина прикрыл динамик и приказал всем выйти.

– Да, Реджина, – голос кардинально изменился, – о чем ты хотела поговорить?

– Мне нужна помощь в одном личном деле, – Миллс продолжала быть серьезной.

– Говори, помогу, чем смогу.

– Помнишь, в «Априори» работает Адам Росс, полгода назад мы с их юристом с большим трудом помогли компании избежать…

– Я помню. Что ты хочешь?

– Сейчас там работает Эмма Свон, и я хочу, чтобы она не подчинялась ему и ей дали несколько крупных проектов, в которых она могла бы себя проявить. Зейн, я…

– Я понял тебя, Реджина.

– Я уверяю тебя, что она талантлива, и ты не пожалеешь. Также, как и тогда, когда доверил мне первое дело.

– Реджина, я полностью доверяю твоим словам. Через 10 минут твоя Свон получит то, чего ты хочешь.

Миллс широко улыбнулась.

– Спасибо, Зейн, с меня ужин, – они одновременно положили трубки.

Глава 7

– Свон, я разве тебя отпускал? Кто тебе позволил покинуть рабочее место? Тебе было мало утреннего штрафа, я могу добавить и добавляю, – как только Эмма зашла в кабинет, на нее сразу посыпалась критика и ругань.

– Хорошо, мистер Росс, – сквозь зубы прошипела блондинка, понимая, что спорить с этим гнилым человеком просто бесполезно.

– Я снимаю с тебя половину месячного оклада, и ты делаешь месячный отчет. Через два дня он должен лежать на моем столе. Иначе будешь уволена! – проговорил строго Росс, не поведя ни одним глазом, а Эмме еле сдерживала свой гнев и стояла смирно возле стола и слушала молча выговор начальника.

– Мистер Росс, – в кабинет вошел Майкл Селф генеральный директор «Априори».

Эмма сразу повернула свой взор на входную дверь, в которой и появился Селф.

– Добрый день, мистер Селф, – поприветствовала Эмма Майкла и отошла, чтобы тому был виден стол Росса, который встал с кресла.

– Да, Майкл? Что-то еще? – спросил Адам, обходя стол и Эмму, подходя ближе к начальнику. У него не было страха перед начальством, как это обычно бывает. В нем продолжалось чувствоваться уверенность и непоколебимость.

– Мистер Росс, с сегодняшнего дня мисс Свон вам не подчиняется. Вы передадите ей несколько крупных проектов, которых она захочет, – не став ходить вокруг до около, сказал Селф. Он грозно смотрел на Адама и даже не переводил своего взгляда на Свон.

Эмма во все глаза смотрела на генерального и не понимала, что да почему.

– Мистер Селф, – перешел на официальный, но все еще непонимающий и сомневающийся тон Адам, – почему? Свон плохо выполняет свои обязанности, грубо нарушает дисциплину и внутренний распорядок компании. Да и вообще…

– Мистер Росс, вы не поняли меня?! Я сказал, что вы должны сделать и вы должны это сделать, – прорычал мужчина и наконец посмотрел на Эмму, – мисс Свон, теперь вы отчитываетесь мне, либо мистеру Питерсону.

– Хорошо, мистер Селф, – выдавила из себя Эмма, так и находясь под диким удивлением.

А Адам в это время не мог даже вымолвить и слова, а просто смотрел на директора с некой злостью, но пониманием, что ничего противопоставить ему не может.

– Мисс Свон, вы можете идти, – сказал Майкл, – через 15 минут зайдете и возьмете у мистера Росса проекты.

Свон кивнула и молча вышла из кабинета.

– Майкл, в чем дело? Что за дела? – возмутился Адам, как только Эмма вышла.

– Адам, я сам не понимаю. Мне сам Рашид звонил, его решение не обсуждается. Если хочешь иди сходи и узнай у него лично, что это за дела, – Селф был зол, так как Зейн разговаривал с ним достаточно грубо.

– Зейн? К чему ему эта рядовая дизайнерша? – все равно не понимал Росс и сел в свое кресло, – может это он ей ребеночка заделал? Теперь отдувается, чтобы жена не узнала, – усмехнулся Адам.

– Вряд ли, у него проскользнула фраза по просьбе важного человека, – прошипел Селф.

– Майкл, а ты чего на меня ядом брызгаешь? – увидел злость Майкла Росс и также зло спросил, – и вообще зачем ты при ней меня опустил?

– Потому что я уверен, что меня опустили по телефону из-за тебя. Если бы ты не творил, что хочешь этого не было бы, – Майкл увидел взгляд Росс, – хочешь сказать не так?! Ответь честно, кто подготовил проект Малькольма?

Адам хотел что-то соврать, но понимал, что сейчас ему уже не поверят.

– Она, – буркнул Росс.

– Вот именно! Я и Джон мы можем на это закрыть глаза, но не Рашид. Так что отдай ей ее проект и еще один, который она скажет. И не вставляй ей палки в колеса, если не хочешь потерять работу, тем более после того проекта ты и так на плохом счету, – поднимаясь с кресла, сказал Майкл.

– Хорошо, – прошипел Адам, понимая, что действительно на волоске, – мне интересно кто она теперь будет? Поднимешь ее на ровню со мной и Джерри?

Селф повернулся.

– Если она себя проявит, я подумаю. Но ты теперь не имеешь к ней отношения.

– Да понял я, понял, – огрызнулся Адам.

Майкл больше ничего не сказал и, кинув еще один взгляд на Адама, вышел из кабинета.

А через несколько минут в кабинет вошла Эмма и увидела, как Адам достает все бумаги и макеты по проекту Малькольма.

– Зоомагазины снова твои. И можешь выбрать, что взять еще магазин брендовой обуви или туристическую корпорацию Дирка, – сухо разговаривал бывший начальник со Свон.

– Дирка, – просто ответила Эмма и увидела, как Адам положил на край стола документы именно по этому клиенту, причем так, что можно четко почувствовать дикое пренебрежение, он буквально швырнул их на край стола.

– Можете начинать работу, мисс Свон, – проговорил с язвительной усмешкой начальник, развалившись в своем кресле и смотря как Свон разбирает предоставленные ей бумаги.

– Это мне не понадобится, – отложила она ненужную ей папку с совсем другим проектом. И уже забрав все необходимое, хотела пройти к своему столу, который был в другом конце большого кабинета.

– Хороша, мамаша, – не выдержал и вставил гадкую подколку Адам.

– Да пошел ты, – не менее едко остудила пыл бывшего начальника Эмма и ушла к своему столу, сразу начиная работу, не обращая внимания на косые взгляда Росса, да и остальных дизайнеров.

Реджина все еще не могла успокоиться, она очень хотела знать, как там Эмма, но звонить и раскрывать себя брюнетка не собиралась. Поэтому она позвонила Элизабет и попросила ее зайти к Свон и узнать, как у нее дела.

– Эмма, привет, – зайдя в кабинет и подойдя к столу Эммы, с широкой улыбкой сказала девушка.

– Привет, Лиз, – не отрываясь от изучения нового проекта, поздоровалась блондинка.

– Ты чем там так занята? – поинтересовалась девушка, ведь Миллс не рассказала ей как она одним звонком помогла Эмме.

– Сядь и подожди, – скомандовала блондинка, все еще не смотря на подругу.

– Хорошо, – протянула, продолжая улыбается Лизи и сделала так, как сказала Свон.

Эмма убрала взгляд от бумаг через пять минут ожидания Волсет и посмотрела серьезно на девушку.

– Скажи, ты знала, что Росс забрал у меня проект Малькольма и представил его под своим именем?

– Нет, – Лизи не поняла вообще, о чем говорит ее подруга.

– Черт! Тогда я вообще ничего не понимаю, – Эмма мельком взглянула на Росса, который в свою очередь с интересом наблюдал за разговором девушек.

– Ты можешь объяснить, что произошло? Я вижу, ты занимаешься проектом, так что тебя не устраивает?

– Пошли, выпьем кофе, – Свон не могла нормально говорить при непрекращающемся взгляде Адама.

– Пошли, – они направились в комнату отдыха.

– Так что произошло? – спросила Лизи, уже сидя на диване, – стой, а тебе разве можно кофе?

– Я буду зеленый чай, – заваривая пакетик себе и наливая кофе Лизи, сказала Свон. А когда присела на диванчик, протягивая чашечку, продолжила:

– С утра Росс забрал у меня проект, а потом я узнала, что и на совещание он представил его под своим именем. А буквально час назад пришел Селф и освободил меня от подчинения Россу, вернул проект и отдал еще один. Тоже крупный, – Свон отпила глоток чая, – Волсет, я не понимаю, с чего это всё?

– Если честно я тоже не понимаю. Но ты этому рада или нет? Я просто понять не могу, – наслаждаясь кофе, спросила девушка.

– Я не знаю, – честно призналась блондинка, – но здесь явно что-то не просто так. Да я рада, что этого гавнюка наконец-то поставили на место, но взгляды всего отдела, которые после этого на меня смотрят, вот это уже неприятно. Такое чувство, что я специально его либо подсидела, либо подставила. Но ведь это не так.

– Не переживай, его все недолюбливают, поэтому скоро все будут тебе только благодарны, – улыбнулась Элизабет.

– Интересно, с чего вдруг Майкл решился защитить меня? – не унималась Эмма, а потом вдруг ее осенила идея, – Волсет, совсем забыла спросить, как прошло твое свидание с Джоном?

– Нормально, он интересный, общительный, интеллигентный, – начала перечислять Лизи, – но я не знаю что-то отталкивает меня от него.

– Что? Может его девушка? – ухмыльнулась Эмма.

– Нет, она меня несильно волнует, – отстраненно ответила брюнетка, – просто, наверное, я хочу сравнивать его со Стивом. Просто я так долго боролась, чтобы он меня заметил.

– Волсет, ты неисправима, – возмутилась наигранно Свон, – забудь ты про этого червяка Стива, а лучше сходи к Джону и порасспрашивай его аккуратно про сегодняшнее событие. Я уверена Селф с ним точно об этом разговаривал.

Девушка громко засмеялась.

– Ага, Стив червяк, хотя ты даже его толком не знаешь, а Джон хороший… информатор.

– А мне не нужно знать его, чтобы понять, что он за тип. Тем более ты сама рассказывала, что он не ахти, – спокойно объясняла Эмма, медленно попивая чай, – а Джон да, хороший, интеллигентный, надеюсь болтливый, – подмигнула блондинка.

– Вот и кто из нас неисправим? – ехидно спросила Волсет, – я постараюсь до вечера что-нибудь узнать.

– Спасибо! – воскликнула Эмма и, быстро чмокнув в щеку девушку, побежала из комнаты, но через секунду вернулась, заглядывая в проход, – кстати, тебе еще придумывать куда мы идем вечером с Миллс, – и вновь убежала продолжать работу.

Как только Эмма вышла из комнаты отдыха, Лизи сразу набрала Миллс.

– Ну как она? – спросила Реджина, откинувшись на спинку кресла в своем кабинете.

– Нормально, тут кадровые перестановки. Эмме вернули ее проект, и она этому рада, но ей не нравится, что на нее косо смотрит Адам, да и вообще отдел, – рассказывала Лизи.

– Понятно. Может ты ей с этим поможешь? С людьми поговоришь, его припугнешь, можешь меня упомянуть. Намекни ему, что еще один недружелюбный взгляд, и я из обычного очередного дела сделаю такие штрафы и санкции, что он всю жизнь платить будет, – сказала Миллс, широко улыбаясь, ведь ее план удался и ее малышка теперь может спокойно заниматься любимым делом.

– Хорошо пообщаюсь. Слушай, а ты случайно не знаешь кто мог все это устроить? – начиная догадываться чьих это рук дело, уточнила Лизи.

– Ты о чем? – не выдавая себя спросила Реджина, – ладно до вечера, а то ко мне кто-то пришел.

Это был Зейн, мужчина с широкой улыбкой зашел в кабинет брюнетки.

– أنت جميلة,(ты прекрасна) – на арабском сказал мужчина.

– Спасибо, хотя я даже не знаю за что, – улыбнулась Реджина, откладывая телефон в сторону.

После разговора с Миллс Волсет пошла поговорить с Джоном и до конца убедиться в своих предположениях.

– Лиза? – в кабинет заместителя директора компании постучалась Волсет и тут же зашла, – проходи, садись, – сказал Джон уже после того как Лизи зашла и села.

– Привет, – улыбнулась девушка, – как день?

– Обычный рядовой день. Кофе будешь? – спросил Джон, сдержанно улыбаясь и уже нажимая на кнопку вызова секретаря

– Нет, спасибо.

– Кристи, мне кофе и не забудь документы, – сказал через громкую связь Джон, а потом посмотрел на Волсет, – Лизи, ты пришла по делу или…?

– Ну, тебе ничего не говорил Селф? – кокетливо спросила девушка.

– Селф? – откидываясь на спинку стула, с интересом и некой озадаченностью переспросил Питерсон.

– Мне просто интересно почему Росса лишили двух контрактов? – не став акцентировать внимание на Эмме, продолжала спрашивать Элизабет.

– А Росса лишили двух контрактов? – играл несведущего Джон, – кто тебе сказал такую ерунду?

– Джони, – Лизи хитро улыбнулась, – ты же знаешь, что у меня нюх на вранье, а тем более на такое неумелое как у тебя. Так почему Росса лишили этих контрактов?

– Лизи, – также натянуто протянул Питерсон и поставил руки в локтях на стол, приближаясь лицом к девушке, – давай, ты лучше пойдешь, продолжишь свою работу и не будешь вынюхивать ничего по этому вопросу. Тем более у меня. Если тебе это так интересно, сходи к Майклу и узнай лично у него.

– Хорошо, схожу, – Лизи никогда не пропускала мимо себя фразы, которые хоть косвенно задевали ее, – до свидания, мистер Питерсон, – сказала с улыбкой а-ля «ты не на ту напал» девушка и пошла в сторону двери.

– До свидания, мисс Волсет, – тоном начальника проговорил Джон, меняя лицо на серьёзное, так и показывая «куколка, не нужно играть со мной в дурочку».

Волсет была в ярости еще ни один мужчина не вел себя с ней так. На ее улыбку и обаяние клевали все и всегда, а он даже не посмотрел на нее, при том что они уже вместе ужинали. А Джон даже не обратил внимание на ярость и гнев девушки, вновь возвращаясь к работе и не воспринимая всерьез ее теперешнее поведение и посещение его кабинета.

Элизабет срочно нужно было выпустить гнев и единственным подходящим человеком для этого оказался идущий по коридору Адам.

– Мистер Росс, можно с вами пообщаться? – показывая на свой кабинет, мимо которого проходил мужчина, спросила Лизи.

– На меня подали иск? Или по личному вопросу? – огрызнулся Адам, не собираясь заходить.

– По личному, – заходя в кабинет, сказала Волсет.

– По личному могу предложить бордель вниз по улице, – грубо высказался Росс, – если понадоблюсь по работе я буду у себя в кабинете, – через открытую дверь высказался Адам и тут же пошел дальше по коридору.

– Тогда можешь сразу идти в то место, в которое ты указал, потому что завтра на тебя подадут в суд, и я тебя уверяю, что это будет не один клиент, – теперь Волсет завелась не на шутку, теперь Росс задел не только Эмму или Миллс, а именно ее лично.

– Волсет, не бери на себя многого, – кинул Росс, не оглядываясь, продолжая идти в сторону выхода из офиса.

Волсет вышла из кабинета.

– А Миллс?! – крикнула в спину мужчине она. Да, она действительно не могла ничего противопоставить, но она прекрасно знала, что это может сделать Реджина. Ведь она не раз вытаскивала компанию из серьезных передряг.

– Что Миллс? – медленно повернулся Адам, смотря на Лизи.

– Зайди в кабинет, объясню, как Миллс может сделать так, что уже завтра на тебя свалятся все замятые ей дела, – прошипела Лизи, – или тебе тут все это объяснить?

– Ладно. Все, успокойся, – раздражённо прошипел Адам и все же зашел в кабинет Волсет, действительно понимая всю силу и возможности Миллс.

Элизабет села в свое кресло и посмотрела на мужчину.

– Слушай меня, ты сейчас натягиваешь на себя искреннюю улыбку, идешь к себе в отдел и говоришь всем, что Свон тебя не подсиживала, что ей просто дали шанс себя проявить и ты это искренне поддерживаешь. Ты будешь с ней мил, добр и приветлив, и если я узнаю, что ты вставляешь ей палки в колеса или просто у нее испортилось настроение из-за тебя, поверь мне, что тебе не поздоровится, – Лизи выдела, как Адам менялся в лице, – ты понял?!

– Миллс. Значит вот кто тот важный человек, про которого говорил Селф, – чуть отходя от такого тона и сглатывая, проговорил Адам. Он догадался кто к этому напрямую причастен, – кто она ей?

– Это тебя не касается, – уже улыбалась Элизабет, – кто звонил Селфу?

– А это уже тебя не касается, – прошипел Росс и встал с кресла, собираясь уходить, – я тебя услышал. Больше не трогаю Свон и отдел беру на себя. Только я все равно не понимаю, что в этой мелкой дизайнерше такого, что о ней беспокоятся столько человек.

– Если беспокоятся, значит она этого стоит, – уже начиная разбирать свои документы, сказала девушка.

– Что-то не верится, – хмыкнул Адам и вышел из кабинета, больше не смотря на Волсет.

– Слушай, Свон, кто ты? – подойдя к столу Эммы и присаживаясь на стул возле, спросил Адам.

– Мистер Росс, что вам нужно? Я вас не подсиживала, не жаловалась, и не стучала, – говорила довольно громко Эмма, так, что весь отдел слышал и слушал их разговор.

– Я знаю, – просто сказал Адам и встал из-за стола обращаясь к отделу, – она действительно не подсиживала меня. Майкл, Джон и я специально отдали мисс Свон два крупных проекта и полную свободу. Я надеюсь, мисс Свон, вы оправдаете наши надежды, – уже смотря не на отдел, а на Эмму говорил предельно серьезно Адам, а потом нагнулся к уху девушки и прошептал так, чтобы никто не услышал.

– Что, подстилочка Миллс, не ожидала?! Ну ничего, поиграй пока, девочка, – и быстро покинул кабинет оставляя Эмму в полной растерянности.

Глава 8

Миллс подъехала к офису Эммы. Она сама немного задержалась, поэтому боялась, что Свон ее уже ждет. Она набрала номер блондинки. Реджине не терпелось узнать, как дела у Эммы, ведь Элизабет позвонила ей сразу после того, как поговорила с Россом.

– Алло? – грубо ответила в телефонную трубку Свон, не смотря кто звонил.

– Эмма, я подъехала, ты уже освободилась? – Реджина уже не обратила внимание на очередной грубый ответ блондинки.

– Еще несколько минут. Скоро спущусь, – ответила Свон и тут же положила трубку, в очередной за сегодня раз осмысливая фразу Росса, закрыв при этом глаза. То, что сказал этот тип выбило Эмму из колеи и очень больно кольнуло в самое сердце.

Реджина решила позвонить Волсет.

– Лиз, привет. Я уже подъехала и жду вас у входа.

– Ой, Слим, я немного задержусь. Вы можете поехать без меня или подождать буквально минут 15, – сказала Волсет, ей прислали новые документы и их срочно нужно было просмотреть.

– Ну, пока я жду Эмму, так что мы еще позвоним, – Лизи согласилась, и они обе отключились, а Реджина начала ждать Свон.

Эмма вышла еще только через 20 минут. Тихо успокаиваясь и уже спокойно села в машину Реджины.

– Привет, еще раз, – Миллс наклонилась и поцеловала Эмму в щеку, – как дела?

– Я тебе очень благодарна и все такое, но просто скажи, что ты хотела этим добиться? – спокойно, но холодно спросила Свон.

– Ты о чем? – Миллс не сразу догадалась, о чем говорит блондинка, но по серьезному выражению лица она поняла тему вопроса, – Эмма, ты про…

– Да я про твою помощь мне, – подтвердила Свон.

– Да, малышка, я тебе помогла, но я не понимаю твоего вопроса? – это она действительно не понимала.

– Реджина, зачем? Зачем тебе это? И кстати спасибо, – улыбнулась Эмма, но тут же убрала улыбку, серьезно смотря на Миллс, – спасибо, что теперь меня считают твоей подстилкой.

– Что? Эмма… малышка… я… такого не должно быть, откуда ты взяла эту чушь? – Миллс была в ярости, но ни на секунду не выдала своего состояния.

– Хватит, Реджина! – на корню прекращала гнев Миллс Свон, – не важно кто. Важно, что этого теперь не изменить и так теперь будет думать весь офис, начиная с тех самых верхов, на которые ты надавила. А зачем? Просто потому что тебе так захотелось. А меня? Меня ты спросить не могла? Чего хочу я? – говорила горько Эмма.

Миллс заблокировала двери машины, зная темперамент Свон и ее предполагаемые поступки. Брюнетка глубоко выдохнула.

– Пожалуйста, успокойся. Сегодня я видела, как тебя оскорбляло то, что тебя ни во что не ставят и даже не дают себя проявить. Я просто подвинула одного человека, который тебе мешал. А теперь я отвечу на твои вопросы – нет, я не могла спросить. А то, чего хочешь ты, я и так знаю, тебе нужно спокойно заниматься любимым делом, – Миллс говорила спокойно и вкрадчиво, сдерживая свои эмоции, – это Росс сказал такую гадость?

– Это не важно, – отворачиваясь к окну, говорила спокойно, но грустно Эмма, – пообещай мне одну вещь. Всего лишь одну.

– Не лезть в твою жизнь? – спросила Реджина. Она не понимала каким нужно быть идиотом, чтобы не понять обычных слов.

– Просто не нужно делать вещей, о которых я не прошу, – говорила блондинка, так и не поворачиваясь. В ее ушах по-прежнему стояла едкая фраза Росса.

– Ответь честно, что тебя не устраивает в моем помощи? То, что тебя связали со мной? Что тебе отдали то над чем ты работала днем и ночью? То, что дали себя проявить и показать свой талант? – спрашивала Реджина.

– Меня не устраивает то, что ты манипулируешь людьми ради меня. Я знаю, что ты хотела, как лучше. Спасибо тебе за помощь. Но пойми, этого не нужно! Я сама могу с этим справиться. И с Россом, и со всеми остальными, – говорила спокойно Свон, смотря в окно прямо на выход из офиса, – если я тебе рассказываю про проблемы, это не означает, что я жду от тебя их решения. Это означает, что я просто делюсь с тобой своей жизнью, эмоциями. Не вынуждай меня закрыться, я ведь только начала открываться.

– Эмма, я не пытаюсь решить проблему полностью, я помогаю тебе в ее решении. Запомни, ты сейчас не одна, и ты не можешь нервничать и подвергать опасности Эмета. Ты не можешь бросаться на амбразуру, вступать в конфликты, или терпеть пренебрежение от такой сволочи как Росс. И я не манипулирую людьми, я просто попросила человека, который меня уважает и прислушивается к моему мнению, помочь человеку, который мне дорог, – Миллс знала, что Россу не сойдет с рук его неумение держать язык за зубами.

– Реджина, я же сказала, что все понимаю. Но мы уже говорили об этом несколько раз за эти несколько дней. Я довольно самостоятельная личность, пожалуйста, не заставляй меня вновь повторяться, – говорила Свон, прекрасно понимая, что Реджина хотела как лучше и просто хотела помочь и в этом Свон не может ее упрекать, но и не сказать своего мнения тоже не может.

– Нет, ты не понимаешь. Ты постоянно хочешь меня оттолкнуть. Установили мы правила, не установили тебе совершенно все равно. Ты продолжаешь гнуть свою линию и не можешь прислушиться к мнению человека, которому ты небезразлична. Не хочешь, чтобы я тебе помогала – я не буду, но и спрашивать тебя перед тем, чтобы сделать что-то для Эмета я не буду! – сама Реджина напоминала себе Эйдена, понимая прекрасно брата и тогдашний его срыв.

– Вот именно поэтому я и не хотела вообще всего этого. Я сложный человек, а сейчас, когда во мне бушуют гормоны, я точно понимаю, что нетерпимый. Не нужно всей этой заботы и помощи. Мы с малышом справимся сами, – Свон взялась за ручку автомобиля и хотела открыть, но та не поддалась, – открой дверь, – не поворачиваясь к Реджине, попросила Эмма.

– Тебе сколько раз повторять, что я не отпущу вас?! – Миллс развернула Эмму за плечо к себе и страстно поцеловала. Девушка знала, что поступает неправильно, но очень надеялась, что ее не оттолкнут.

Эмма замерла лишь на миг. Всего лишь на один единственный миг. Через который она вспомнила все те эмоции и чувства, которые Реджина вызывала в ней три с половиной года назад, какие в доме ее родителей. То игривое настроение, и те тяжелые думы, что на нее свалились в последнюю ночь. Те эмоции, которые хлынули огромным потоком, когда она вновь увидела ее, а ведь поклялась не вспоминать и те слова, которые вдолбила себе, что никогда не полюбит ее. Всего один миг на раздумье. Один миг на возможность шагнуть назад. Но нет. Свон достаточно шагала назад. Не вперед, а именно назад. В своих чувствах, эмоциях, переживаниях. Она сама себе напоминала дрянного подростка, который не знает, что хочет. Конечно, можно все списать на беременность и гормоны, но разве они были 4 месяца назад?! Когда Эмма наслаждалась теми моментами у озера, теми взглядами и теми нежными прикосновениями…

Вот именно эти чувства, именно эта игривость была следующим шагом. В котором Свон с остервенением ответила на поцелуй Реджины, руками обвивая шею и сильнее притягивая к себе.

Миллс была на седьмом небе от счастья, когда почувствовала ответ, такой страстный и неистовый, что все внутри перевернулось. Осознание того, что сердце Эммы хоть на миллиметр открылось для нее и ее чувств. Было безумно неудобно, но Реджине было все равно, главное в ее руках была Эмма. Она нежно одной рукой гладила ее спину, а другой зарывалась в ее белые локоны.

Элизабет вышла из здания и глазами нашла автомобиль Миллс. Посмотрев на время, она поняла, что девушки, наверное, уже недовольны, что им пришлось так долго ее ждать. Волсет ускорилась, но уже в метрах двадцати от автомобиля резко остановилась, увидев, как Эмма и Реджина целуются. Несколько секунд понаблюдав, она пошла к своей машине, понимая, что ее подругам нужно побыть наедине.

– Что ты делаешь? – чуть отрываясь от губ и задыхаясь от наслаждения, спросила Эмма и тут же возобновила сладкий поцелуй.

– Ну сколько тебе повторять, я просто тебя люблю, – вновь отрываясь только на несколько секунд от таких манящих и желанных губ, ответила Реджина, вовлекая Эмму в новый поцелуй.

– Я знаю, – через несколько минут безотрывного поцелуя Свон отстранилась на миллиметр, чтобы с жадностью заглотить хоть каплю воздуха, – что ты делаешь со мной? – спросила новый вопрос блондинка и не дав отдышаться Реджине вновь накрыла ее губы своими, не уменьшая при этом страсти и чувствуя такой же жаркий ответ.

Они продолжали целоваться, кислорода не хватало катастрофически и Реджина отстранилась. Она посмотрела в любимые серые глаза, а рукой нежно убрала с лица упавшую прядь волос.

Эмма с жадностью хватала ртом воздух, при этом не отрывая взгляда от карих глаз. Но через несколько мгновений она села ровно на сидение и посмотрела в лобовое стекло, а потом и вовсе сказала:

– Отвези меня домой.

Миллс ничего не осталось как завести машину и поехать в сторону дома Эммы. Обе молчали. Каждая находилась в своих мыслях, чувствах и осознание чего-то важного.

Когда Реджина остановила автомобиль около дома Свон, она не знала, чего ждать и даже не хотела предполагать, что будет дальше.

– Пошли, – только и сказала блондинка и тут же вышла из машины, которую Реджина разблокировала. В Эмме бушевали эмоции такой силы, что она совершенно не собиралась им препятствовать, да и не смогла бы. Брюнетка, не мешкая, пошла за Эммой.

Зайдя в квартиру, Эмма тут же схватила, заходившую Миллс за руку, с силой притягивая к себе, а другой рукой захлопнула дверь. Несколько секунд переглядок и Эмма, срываясь, начинает вновь целовать сладкие губы, притягивая девушку к себе за шею, зарываясь в ее темные локоны пальцами.

И Миллс не мешкает, обвивая руками талию Свон, она несильно прижимает ее к стене. Языки переплетаются в страстном противостоянии. А руки уже перемещаются на бедра и ягодицы блондинки.

Свон, ощутив за своей спиной стену, все же чуть оторвалась от нее, понимая, что стоя не очень удобная позиция. Она, не разрывая поцелуя, повела Реджину из прихожей в комнату, попутно ранняя те или иные предметы. Но девушки совершенно не обращали на это внимания, полностью увлекшись собой и своими ощущениями. И вот они уже в комнате, и Эмма несильно толкает Реджину на диван, который по воли просыпа не успела даже застелить. Но на это Свон, да и Миллс было сейчас совершенно наплевать. Блондинка стояла и с жадностью оглядывала сверху вниз брюнетку, лежащую на диване, а сама руками быстро стягивала с себя блузку. Она очень сильно хотела почувствовать Реджину, ее тепло и ласки.

Миллс полностью была не в этом мире. Этот страстный взгляд Эммы, который был виден сквозь сумрак комнаты возбуждал и затмевал последний разум. Она смотрела на блондинку, лежа на диване, опираясь на локти. Но как только Свон начала раздеваться, Миллс также начала сдирать с себя одежду. Не став мучиться с пуговицами на блузки, она просто рванула ее в разные стороны, открывая вид на свою грудь в кружевном бюстгальтере и сразу принимаясь за пуговицу и молнию на брюках.

Эмма также быстро покончила со своей одеждой, оставаясь в одном только нижнем белье. Минута ожидания и Реджина тоже была почти полностью обнажена. Не было слов, были только чувства и действия. И Свон воспользовалась как раз этими действиями. Она моментально навалилась на брюнетку и начала яростно и жадно целовать девушку в шею, а рукой ласкать грудь через ткань бюстгальтера.

– О, Боже… – простонала Реджина, только ощутив огненную кожу возлюбленной. Выгибаясь под странными поцелуями, Миллс и сама успевала руками ласкать Эмму.

Счастье и желание переполняли. Единственное Реджина продолжала помнить про ребенка и боялась, что они с Эммой нанесут ему какой-нибудь вред своими действиями.

– Ты сводишь меня с ума, – прорычала блондинка, кусая Миллс за плечо, но тут же нежно целуя место укуса. Руки переместились на спину и через секунду стянули с девушки лифчик, откидывая его куда-то на пол. Губы прильнули к возбужденным соскам, сразу начиная играться с ними, то нежно покусывая, то жестко посасывая. Одна рука, не успела Реджина и очухаться, от дикого прилива возбуждения, уже пробралось в трусики, начиная массировать клитор.

Миллс действительно не успела даже ахнуть, когда ее коснулась рука Свон. Она даже не успевала сосредоточиться на чем-то одном. Ее тело было полностью во власти блондинки. Реджина выгибалась, а ее соски горели, требуя продолжения действий, а пульсация внизу живота показывала жаркое желание прикосновений.

И Эмма давали эти самые прикосновения. Со страстью массируя клитор и целуя грудь, Свон не могла остановиться. Ей в эту секунду захотелось всего и сейчас же. Захотелось этого тела, как никогда не хотелось. И она, не останавливая ласки в трусиках, медленными, дразнящими поцелуями спускалась вниз, к резинке. Мимолетные и теплые поцелуи смешивались с бурей, происходившей в уже давно заждавшемся лоне. Те жесткие, ритмичные ласки в уже изрядно влажных трусиках, переплетались яркими вспышками эмоций от совсем нежных поцелуев по животу и резинке ткани.

Реджина томно постанывала, закусив губу, она всем телом призывала Эмму взять ее. Тело изнывало от желания, ведь оно уже несколько месяцев не ощущало ласки и прикосновений. Миллс не то, что запретила себе смотреть на кого-то или просто удовлетворять свои потребности, девушка просто каждый раз имея желание получить от партнёра, желаемого вспоминала Эмму.

И вот теперь она вновь рядом, и именно на ее прикосновения тело отвечает мелкой дрожью.

– Какая же ты мокрая, – прошептала Эмма, стянув трусики и устраиваясь между ног брюнетки. Она осторожно начала целовать ее внутреннюю сторону бедра, плавно и медленно переходя к самой сути. Руки ласкали грудь, а губы и язычок делали приятное и так и чувствовали, как от одних только прикосновений Реджине настолько хорошо, насколько это вообще возможно.

Миллс ничего не могла ответить, она вообще сквозь пелену слышала блондинку. Сейчас ее мысли были только о том, что Эмма рядом и именно с ней фантастически хорошо. Через чуть приоткрытые веки брюнетка смотрела в белый потолок, на котором от каждого касания Эммой ее клитора взрывался фейерверк. Она продолжала стонать, все громче и громче, ведь разрядка уже была очень близка.

И Свон, уловив этот момент, не стала дальше мучить Реджину. Отрываясь губами от лона брюнетки, она моментально заменила губы и язык двумя пальцами, сразу задавая им бешеный ритм. Полностью навалившись на девушку, Свон с силой и остервенением доставляла ей удовольствие. А сама уже чувствовала, что ее разрядка настолько близка, от одних только стонов и криков Миллс, что и прикосновений к собственному телу совсем не нужно, всего чуть-чуть подтолкнуть. И Эмма сделала этот толчок. Одной рукой она орудовала в заждавшемся лоно Реджины, а второй нащупала совсем мокрое свое, тут же пробираясь в трусики и моментально проникая двумя пальцами. Охая в голос, блондинка задала ритм наисильнейший, сливая свои стоны со стонами Миллс. Они кончили вместе. Со звериным рыком, сливающимся воедино и разносящимся по всей квартире.

Тяжело дыша, Эмма лежала на Миллс, которую пробивала мелкая дрожь. Веки Реджины поддергивались, а сухие губы были чуть приоткрыты. Тело полностью было расслабленно, а руки нежно прижимали к себе самое дорогое.

– Ты и будущий малыш самое дорогое, что у меня есть, – спустя несколько минут, хриплым голосом сказала Реджина и поцеловала Эмму в висок.

– Я знаю, – Свон уже лежала на боку и обнимала, лежащую на спине брюнетку за талию, и говорила с закрытыми глазами еле слышно и тяжело дыша.

Миллс нежно перебирала белые пряди волос, вдыхая их аромат. Слова были не нужны. Хотя бы сейчас, хотя бы в эти минуты девушки знали, что чувствует каждая из них. Завтра может они и будут думать о происходящим и может Эмма посчитает это ошибкой, но сейчас слова не нужны.

Глава 9

Реджина проснулась от слабых подталкиваний в спину. Девушка совсем не поняла, что происходит и еще несколько минут лежала в теплых и нежных объятиях Эммы.

После той совместной ночи Свон больше не отталкивала Реджину, и сама не боялась находиться с ней рядом. По началу они начали постоянно проводить время вместе. Обеды в перерывах между работой, вечерние прогулки по паркам, полностью совместные выходные. Под напором Миллс совместный просмотр книг для беременных и научно познавательных фильмов, гимнастика. Именно все то, что Свон ненавидела больше всего. Реджина постоянно следила за рационом блондинки, режимом принятия витаминов и добавок, что тоже не мало бесило Свон. Но ради Миллс она была готова потерпеть ее заботу, иногда называя ее «курицей-наседкой». Они вместе посещали Теди. Который с каждым разом замечал изменения в «дружеских» отношениях девушек.

Всем известно, что женщины во время беременности хотят секса в несколько раз больше, так и Эмма не была исключением. Но Реджина пока не проштудировала все книги, интернет и наконец консультации с Робинс она отказывалась приближаться к Эмме.

На работе все было отлично. Эмма занималась проектами, к которым добавилось еще несколько очень интересных. Селф очень хвалил ее и уже совсем не жалел, что тогда так получилось с Россом. Ведь через четыре недели после произошедшего на него подали в суд, и Реджина, как и обещала уладила это дело не в его пользу, при этом приличной встрече, напоминая мужчине, что следует держать язык за зубами. Свон несколько дней была недовольна выходкой Миллс, хотя брюнетка совершенно не пыталась оправдываться и отрицать свой, по ее мнению, очень милый поступок. В чем не мало поддерживала ее Элизабет, которая часто проводила с ними время и пыталась вместе с Миллс убедить Эмму переехать к ее подруге.

Медленно и аккуратно повернувшись, брюнетка поняла, что это за тихие, еле заметные толчки.

– Эмет, малыш, – Реджина сползла чуть-чуть вниз. Так, что ее голова лежала на уровне с животиком спящей Эммы.

– Ты мое счастье, – прикасаясь губами к животику, шептала Миллс. Когда Эмет зашевелился первый раз, Миллс не сдерживала эмоций. Слезы катились градом, Реджина стояла перед Эммой на коленях и целовала ее живот. Считая этот момент, когда их малыш зашевелился внеземным, ведь он не может вставать в сравнение ни с каким другим событием. У Реджины и Эммы сердцебиение Эмета, его толчки в утробе вызывали счастье всемирного масштаба.

– Солнышко мое, ты почему так рано проснулся?

– Может, потому что его тетя слишком чувствительно к этому относится, а он просто перевернулся на другой бок и продолжил спать, – пробурчала сонно Эмма, не открывая глаз.

Миллс еще раз поцеловала животик и подняла голову, смотря на Свон.

– Эмет, ты поспи еще немного, а я сейчас пообщаюсь с твоей мамой, которая постоянно язвит и подтрунивает.

– Нечего настраивать ребенка против матери еще до рождения, – продолжала бурчать Свон, не открывая глаз.

Миллс медленно доползла до лица Эммы.

– У него самая лучшая мама, – сказав, девушка нежно прикоснулась к губам.

– И тетя, – чуть отстранилась Эмма, но только для того, чтобы следом продолжить такой же нежный поцелуй. Свон не знала своих чувств, не думала о будущем, она просто жила все это время с Реджиной. Проводила все свободное время вместе, наслаждалась каждым мгновением вместе. И потихоньку смирялась с той мыслью, а вернее осознавала то, что она что-то испытывает к Реджине. Что скучает, когда ее нет рядом, что просто счастлива, когда есть. Эмма не знала любовь ли это, но то, что это совсем другие чувства и эмоции нежели с Эйденом Свон точно знала. А еще она точно знала, что терять Реджину не хочет точно также, как и она их с Эметом.

Нежный поцелуй прервал звонок в дверь, и Реджине пришлось оторваться от таких мягких и желанных губ.

– Ну, вот и кого сюда принесло в такую рань?!

– Иди открывай, а то я еще сплю, – вновь закрывая глаза, кинула Свон.

– Говорила же я тебе малыш, что твоя мама зараза, – Миллс чмокнула Эмму в губы, в животик и встала с кровати.

Эмма улыбнулась и как только Реджина вышла тоже встала с кровати и надев свой халат пошла в ванную, умыться.

Реджина была в пижаме, поэтому сразу пошла открывать дверь, в которую уже не просто звонили, а трезвонили.

– Ну, что обязательно так… – Миллс открыла дверь и замерла, – мам… пап…

– Привет, дорогая, – сиял улыбкой отец и подошел к дочери, сразу обнимая ее.

– Папочка, – одной рукой погладив по спине мужчину, выдала девушка. Реджина продолжала быть в оцепенении.

– Реджи, – Коралина тоже поцеловала дочь, как только отошел Грэг.

– Ну что ты так на нас смотришь? Не рада видеть родителей? – видя растерянный взгляд дочери, спросил отец.

– Конечно рада, я просто не ожидала вашего визита, вы же ничего не говорили, – приглашая в квартиру, сказала брюнетка.

– У нас к тебе дело и еще мы хотели побывать в Нью-Йорке, – улыбалась Кора, – у тебя отличная квартира.

– Вот сейчас ты нам покажешь, и я уже решу отличная она или нет, – наигранно поворчал отец, ведь Реджина не позволила ему купить ей квартиру, а заработала на нее сама.

– Папочка, не начинай. Вот гостиная, кухня, там спальня, – надеясь, что Эмма все еще спит, говорила Миллс, – мам…

– Грэг, это действительно хорошая квартира, – женщина села на диван.

– Могла бы быть и побольше. А так нам с тобой придется спать вот на этом диване, – присаживаясь на диван, рядом с женой говорил на полном серьезе Грэг, глазами обсматривая кухню и ту же гостиную.

– Вы собираетесь остаться здесь? – выдала Миллс, понимая, что нужно что-то предпринять.

– Да, а что что-то не так? Реджи, что происходит? – не понимала поведения дочери Кора.

– Нет, что вы. Я просто думаю, что вам будет комфортнее в гостинице.

– Дочь, ты хочешь выгнать нас в гостиницу? – и на Реджину направились два проницательных взгляда, ожидающие ответа.

Эмма в это время принимала душ и даже не слышала ни разговора, ни то, что пришли Кора и Грэг.

– Нет, что ты, папа. Мам, хватит на меня так смотреть, просто я подумала, что так будет удобнее, – протянула Реджина.

– Дочь, а что у тебя за детский сад дома? Мишки, зайцы!? – Кора взяла в руки именно того синего зайца, которого Реджина подарила Эмме после того как они узнали, что будет мальчик.

– Дорогая, ты часом не беременна? – выдал отец, также беря одного из медведей, лежащих на диване.

– Пап! Нет, я не беременна, – нервно выдала Миллс, прекрасно понимая, что внук у них все-таки будет.

– Ты что ударилась в детство? – Кора с непониманием смотрела на дочь, – Реджи, что происходит?

– Мам, пап все хорошо. Скажите зачем приехали вы?!

– Мы приехали поговорить о тебе, об Эйдене, – ответил серьезно отец, смотря на так и стоящую перед ними дочь, – может ты уже сядешь куда-нибудь?

– Вы что серьезно решили нас помирить? – Миллс продолжала стоять.

– Мы приехали не мирить, а подтолкнуть к разговору. Вы почти шесть месяцев не общаетесь, – гаркнула Кора, – и сядь наконец!

Грэг встал и подойдя к Реджине подвел ее к дивану, призывая сесть. И она присела на то место, где сидел отец.

– Ты знаешь где он? С кем? Как живет? Реджи, неужели тебе это совсем неинтересно? – спрашивал отец, стоя возле дивана.

– Пап, Эди взрослый мальчик, он сам справится, – Реджина любила брата и беспокоилась о нем, но сейчас у нее была другая забота в виде любимой девушки и будущего ребенка самого Эйдена.

– Дочь, что происходит? – Кора не понимала поведения дочери и ее это уже начинало злить.

– Кора, успокойся, – немного строго сказал Грэг, смотря на жену, – иди сходи, освежись после дороги, – Грэг захотел поговорить с дочерью наедине.

У Реджины расширились глаза.

– Мам, можешь умыться на кухне, – непринуждённо кинула брюнетка, показывая на раковину.

– Что? Где могу умыться? – мать была в шоке, она посмотрела на дочь.

– Кора, подожди нас здесь, пожалуйста, – попросил вновь беспрекословно Грэг и посмотрел на дочь.

– Реджина, не поможешь мне поднять сумки из машины?

Миллс была в пижаме, но отцу сопротивляться не стала.

– Хорошо, пойдем, – она обулась и накинула плащ.

Кора продолжала сидеть на диване и не понимать поведение дочери, ведь что-то явно было не так.

– Там 25 градусов тепла, ты пойдешь в плаще, дорогая? – тихо спросил Грэг, видя совсем взволнованное состояние дочери.

– Я в пижаме или ты мне дашь переодеться? – спросила Реджина, не понимая, что не так.

– Хорошо, – не стал спорить Грэг и открыл входную дверь, пропуская дочь вперед и показывая Коре знак, что все будет хорошо и они просто поговорят.

Кора кивнула мужчине и решила посмотреть квартиру, ну и сразу приготовить завтрак. Открыв холодильник, она увидела огромное количество полезной еды. Йогурты, овощи, фрукты, свежее диетическое мясо.

– Надеюсь, что она объяснит, что тут происходит.

– Дорогая, присядь, – как только они спустились к машине попросил Грэг и открыл переднюю пассажирскую дверь.

Миллс села она совершенно не знала, как сейчас разговаривать с отцом и как рассказать ему про Эмму, про ребенка.

Грэг обошел автомобиль и присел на водительское сидение.

– Так ты расскажешь мне, почему так занервничала, когда нас увидела? – сразу спросил отец.

– Пап, у меня дома Эмма, – протянула Реджина, отводя взгляд в боковое стекло.

– Эмма?! – воскликнул от неожиданности отец и стал понимать нежелание Реджины разговаривать с братом, – так все же она выбрала тебя? Почему ты нам ничего не рассказала?

– Она не выбрала меня. Я встретила ее случайно два месяца назад. Моя подруга случайно привела ее на мою вечеринку, – пробубнила брюнетка, ведь она до сих пор боится, что ее счастье может закончиться.

– Стоп, я ничего не понимаю, – действительно не понимал отец, – расскажи мне все по порядку и желательно честно.

– Пап, мы ждем ребенка, точнее Эмма беременна, – решила сразу сказать брюнетка.

– Вот даже как, – закашлял отец и еще больше растерялся и открыв окно автомобиля, достал портсигар, закуривая.

– Папочка, я люблю ее и люблю Эмета. Она подпустила меня к себе, разрешает заботиться и любить. Я знаю, что она еще не может понять, что испытывает ко мне, но я уверена, что сейчас нам очень хорошо вместе, – наконец посмотрела на отца Реджина.

Но уже Грэг не смотрел на дочь, а выпускал колечки дыма. Но после того, как она закончила, он выкинул недокуренную сигару в окно и повернулся к дочери.

– Дорогая, у вас будет мальчик? – улыбнулся Грэг, показывая, что он поддерживает Реджину и бескрайне ее понимает.

– Да. Эмма захотела, чтобы я выбрала ему имя и мне понравилось Эмет. Пап, у него бьется сердечко, и он толкается. Сегодня я проснулась от его толчков в мою спину через живот Эммы. Представляешь? – рассказывала Реджина, ведь это событие было для нее очень важным.

– Представляю, – улыбался отец, сам вспоминая беременность Коры Эйденом, – Эди тоже часто будил меня таким образом. Я думал вырастит настоящий футболист, – засмеялся по-доброму Грэг.

– Пап, Эмет, твой внук, – опустила глаза дочь.

– Что? – вновь был ошарашен отец, – посмотри на меня, Реджина.

Брюнетка медленно и виновато подняла глаза и посмотрела на Грэга.

– Эмма беременна от Эди? – спросил отец, чтобы точно быть удостоверенным в этом.

– Да, – коротко ответила Миллс.

– Я будущий дедушка, – усмехнулся горько Миллс и чуть посчитал у себя в голове, – шестой месяц?

– Да. Прости, что так долго скрывали, мы просто не знали, что делать, – Реджина была рада, что наконец рассказала все отцу.

– Я так понимаю не только мы с матерью не знали об этом? – с упреком спросил Грэг.

– Да. Пап, ну что ты от меня хочешь? Они расстались не очень хорошо, Эмма сказала, что Эйден сделал это без ее желания и… я не могла позвонить ему и потерять ее и ребенка, – Реджина действительно выбрала Эмму, а не родного брата. И до сих пор ее гложело чувство вины.

– Реджина, я тебя не обвиняю, – утешал отец, – вы сделали так, как считали нужным, и я не имею права критиковать ваше решение или обвинять тебя, что ты хотела, как лучше. Не переживай, все устаканится, обида забудется. Лучше расскажи, как вы сейчас? Как Эмма? – Грэг хотел разговорить брюнетку, он чувствовал, что его дочь очень сильно переживает по этому поводу.

– Сейчас все хорошо. Мы живем раздельно, но Эмма очень часто ночует у меня, а я у нее. Мы все свободное время проводим вместе, – Реджина улыбнулась.

– А почему Эмма не переедет к тебе окончательно? – спросил Грэг, – когда твоя мать была беременна, я сразу перевез ее к себе, – Грэг непроизвольно вывел параллель между их отношениями с Корой и отношениями Реджины и Эммы, но только он совсем не хотел сказать этого вслух и раскрывать семейную тайну перед дочерью, поэтому чуть скрючил лицо, глубоко выдыхая, понимая, что сказал лишнего.

Миллс немного удивилась.

– Пап, вы же жили вместе, когда мама забеременела Эйденом?! – уточнила брюнетка.

– Да, жили, – улыбнулся немного сдержанно отец, – не обращай внимания. Лучше расскажи, какие у вас с Эммой планы на будущее? – переводил тему Грэг.

– Мы не обсуждали их пока, – сделала виноватое лицо Миллс, зная, что ее отцу это не понравится.

– Ох, дочь, – покачал головой Грэг и улыбнулся, приобнимая Реджину за плечи, – не переживай. Поверь, все будет хорошо.

– Я знаю, пап, точнее я очень на это надеюсь, – кладя голову на плечо, сказала брюнетка.

Кора достала яйца для омлета, свежие овощи, чтобы приготовить легкий салат. Еще не зная каких-либо причин, она решила, что, если дочь так питается значит нужно этому придерживаться.

Эмма сходила в душ и, накинув на себя легкий шелковый халатик, вышла в спальню. Не обнаружив Реджину там, но почувствовав вкуснейший аромат из кухни, Свон, не думая, моментально отправилась туда.

– Как вкусно пахнет, – протянула Эмма, выйдя из спальни. Не посмотрев кто хозяйничает на кухне, она подошла к зеркалу, начав причёсываться.

Кора вздрогнула от неожиданности и резко развернулась. Глаза расширились от удивления, когда женщина увидела Свон.

– Эмма?!

Блондинка тоже резко повернулась, услышав знакомый голос и явно принадлежащий не Реджине.

– Миссис Миллс?! – пробормотала хриплым голосом от дикого удивления Эмма и нечаянно выронила расчёску на пол.

Как только блондинка развернулась, женщина оглядела ее и сразу заметила животик.

– Эмма?! – Кора взяла полотенце и, вытирая руки, пошла к стоящей в оцепенение блондинке.

Эмма действительно стояла в оцепенении. Она совсем не ожидала увидеть здесь Кору. Да и тем более сейчас, ее это просто выбило из колеи. Да так, что она и не знала, что сказать, а просто молча смотрела на женщину.

Миллс подошла и вновь посмотрела на животик.

– Ты беременна?! Я рада, что ты вы с Реджи решились на такой ответственный шаг. Только зачем все это было у нас дома? – Кора видела, что срок не маленький, но точно определить не могла. Она подумала, что после отъезда из их дома Эмма и Реджина начали жить вместе, да еще и решились завести ребенка.

– Миссис Миллс, это не то, что вы подумали, – сглотнув, проговорила Эмма, чуть вдыхая воздух в грудь, – мы с Реджиной не вместе. Мы просто друзья, – проговорила Свон и эти слова отчего-то больно ударили в самое сердце, хотя блондинка и не понимала почему.

– А ребенка вы решили завести по дружбе, – Кора была немного зла на дочь и на блондинку. Кинув еще один взгляд, женщина пошла заниматься не законченным завтраком.

– Это мой ребенок. Не наш совместный. А только мой. А Реджина помогает мне, заботится обо мне, – идя за женщиной, виновато бубнила Свон.

– Эмма, я не против, что вы вместе с Реджи. Мне просто непонятно, почему вы не сказали, что ты выбрала ее?! – Миллс действительно была рада, что ее дочь находится рядом с человека которого любит.

– Миссис Миллс, мы не вместе. Мы просто друзья. Полгода назад я и не думала, что снова ее встречу. Но два месяца назад мы встретились на вечеринке в этом доме. Нас чисто случайно познакомила наша общая подруга и тогда я уже не смогла снова сбежать. Реджина узнала, что я беременна и уже не отпустила нас, – Эмма встала возле барной стойки, кладя руку на нее. Ее самочувствие резко ухудшилось из-за нервозности сложившейся ситуации.

– Подожди, ты была беременна до возвращения к Реджине? Ну точнее до того, как вновь ее встретила. Так, какой у тебя срок? – Кора посмотрела на Эмму и увидела, как блондинка побледнела, – девочка, ты чего? А ну иди присядь, на тебе лица нет, – Миллс обошла барную стойку и взяла блондинку под руку.

– Я должна сказать вам кое-что важное, – сквозь пелену тумана перед глазами проговорила Свон, и ведомая женщиной присела на диван. Она понимала, что тянуть больше нельзя, и Кора должна знать, что скоро станет бабушкой.

– Подожди, я намочу полотенце, – Миллс не на шутку испугалась за девушку и поэтому быстро пошла на кухню.

– Миссис Миллс…- Эмма положила голову на спинку дивана и тяжело задышала, чувствуя, что начинает терять сознание.

– Эмма, Эмма, – Кора прибежала с мокрым полотенцем и положила его на голову Свон, – девочка, не пугай меня так, давай приходи в себя. Меня Реджи убьет из-за тебя, – Миллс гладила Эмму по щеке.

Но Свон уже через пелену потери сознания слышала Кору. Она очень перенервничала в эти минуты простого разговора с женщиной, да и просто неожиданного их визита. Да в купе с тем, что Свон беременна и в ней бушуют гормоны вот и результат. Эмма потеряла сознание.

Глава 10

– Черт! Эмма, – Кора взяла свой сотовый и набрала номер мужа.

– Мать звонит, – услышав их с Корой любимую мелодию, которая стояла только на ее вызовах, сказал Грэг и достал из кармана сотовый.

Реджина улыбнулась, ведь они с отцом хорошо поговорили и уже было пора подниматься наверх.

– Грэг, Грэг, Эмма без сознания, что мне делать? – женщина действительно испугалась и быстро тараторила, параллельно пытаясь привести в чувства Свон.

– Что? – крикнул, не сдерживаясь, Грэг, но потом увидел недоумевающий взгляд дочери и взволнованный голос жены, успокоился и попытался успокоить ее, – Кора, дорогая, успокойся и не паникуй. Мы сейчас поднимемся, – и положил трубку.

– Реджина, ты только не волнуйся. Пошли быстрее наверх. Эмма без сознания и мать очень переживает, – выходя из машины, проговорил отец.

Миллс ни секунды не медлила, она выскочила из машины и бегом побежала в подъезд. Грэг ничуть не отставал от дочери.

Пока они поднимались в лифте, Миллс вся извелась, она не понимала, что произошло и почему Эмма без сознания.

– Малышка, Эмма, любимая, – Реджина влетела в квартиру и подбежала с лежащей девушке, – Свон, милая, очнись.

Кора отошла на несколько шагов, испуганно смотря на дочь и бледную как мел Свон.

Грэг подошел к Коре и приобняв ее спросил.

– Дорогая, что произошло? И как давно? – спрашивал конструктивные вопросы Грэг, также смотря на Реджину и Эмму.

– Несколько минут назад. Она вышла, я спросила про ребенка, она ответила, а потом побледнела и вообще отключилась, – не моргая, говорила мать.

– Эмма, очнись! Пап, принеси из спальни мой телефон. Малыш, пожалуйста, не пугай меня, – брюнетка шлепала по щекам Свон.

Эмма зашевелилась, как только Грэг рванул в спальню за телефоном. Она медленно открыла глаза, устало смотря на Реджину.

– Вот телефон, – уже с мобильным в руках вернулся Грэг и увидел, как Свон пришла в себя.

– Найди номер Теди Робинс, он в избранных номерах. Эмма, малышка, ты как? Сейчас я позвоню Теди.

– Не нужно никому звонить, – приподнимая голову и садясь ровно, сказала Эмма, – все в порядке. Просто закружилась голова. Здравствуйте, Грэг, – увидев отца Реджины, поприветствовала его блондинка.

– Привет, Эмма, – улыбнулся Миллс и посмотрел на дочь, ожидая, что же ему делать.

– Звони, – сказала Реджина, – Эмма, приляг. Мам, завари чай. Малышка, что произошло? Эмет шевелится? – брюнетка положила руку на животик и почувствовала толчок, малыш сам ей ответил.

– Видишь, все в порядке, – улыбнулась Эмма, почувствовав толкания малыша внутри, – мистер Миллс, не нужно никуда звонить, – видя, что Грэг чуть отошел в сторону и искал в телефоне номер попросила Эмма. Отец тут же поднял голову и вновь посмотрел на дочь.

– Реджина, а может и правда не нужно еще сильнее нервировать Эмму? – спокойно спросил Грэг, подходя к дивану и наблюдая как нежно и трепетно Реджина гладит животик блондинки.

– Если это повторится я сразу звоню Теди, – грозно сказала Реджина. Она приподнялась и поцеловала Эмму в лоб, – не пугай меня так больше.

– Реджи, – за спиной с чашкой чая стояла Кора, она чувствовала себя жутко виноватой.

– Спасибо, мам, – Реджина забрала чашку, – на, попей.

Свон приняла чашку и начала медленно делать маленькие глотки.

– Спасибо, Кора, – улыбнулась она женщине.

– Эмма, как же ты меня напугала, – женщина села на диван рядом с блондинкой и взяла ее за руку.

– Простите, – виновато протянула девушка, – я сама не ожидала, что так получится. Еще ни разу такого не было.

– Ты не должна извиняться, – Кора наконец немного успокоилась.

– Все хорошо, мам, – также улыбнулась немного Реджина.

– Давайте завтракать, – предложил Грэг, видя на плите уже готовый омлет, а на столе нарезанный салат, – я думаю, Эмет тоже не против перекусить?

– Сначала, наверное, нужно сказать кто такой Эмет, – Реджина посмотрела на Эмму, – детка, уже нет смысла это скрывать.

Кора непонимающе смотрела на девушек.

– Эмет – ваш внук, Кора. Именно это я хотела сказать перед тем как отключилась, – Свон положила руку на живот и смотрела на мать Реджины.

Коралина начала бегать глазами по лицу Эммы, Реджины и Грэга, проворачивая в голове сказанную фразу.

– Внук! Мой внук?! Эмет?!

– Мам, Эмет сын Эйдена, – чтобы не мучить мать, сказала Реджина и переплела их с Эммой пальцы.

– Я буду бабушкой? – совсем не веря в слова девушек, спросила Кора уже с полными глазами слез.

Грэг подошел к жене, приобнял ее за плечи и поцеловал в макушку.

– Дорогая, ты бабушкой, я дедушкой. Нечего сырость разводить. Нужно радоваться за наших детей, – приободряюще говорил мужчина.

Коралина вытерла слезы и с широкой и радостной улыбкой приподнялась и обняла Свон, целуя ее в висок.

– Спасибо. Эмма, спасибо.

Реджина тоже была счастлива и с улыбкой посмотрела на отца.

– Так, понятно, – протянул Грэг, с ухмылкой наблюдая за всеми этими сантиментами, – мужчину в вашем доме кормить не принято. Придется справляться самому, – наигранно поворчал отец и пошел к плите.

– Не ворчи. Ну что пойдемте завтракать? – спросила Кора.

– Да, только мы переоденемся, – поднимаясь и протягивая руку Эмме, сказала Реджина.

Свон поднялась с помощью Миллс и девушки вместе ушли в спальню.

– Ты знала, что твои родители приедут? – спросила Эмма, как только они оказались наедине.

– Нет, – Реджина подошла в плотную к Свон, – клянусь, что не знала.

– Хорошо, – выдохнула блондинка и, отойдя от Реджины, села на кровать, – что нам теперь делать?

Миллс вновь подошла к Свон и селе перед ней на корточки.

– А что изменилось? Почему мы не можем жить, как жили? – она взяла Свон за руки и посмотрела в глаза.

– А как же Эйден? Твои родителя захотят ему все рассказать, – ответила Эмма, смотря в глаза Реджине.

– Да, скорее всего захотят, но почему наши отношения должны измениться? – Миллс говорила спокойно и вкрадчиво, – я вас никому не отдам.

– Ты и так с ним полгода не разговаривала. Ты понимаешь, что эта ситуация может разрушить ваши отношения вообще навсегда? – спрашивала Свон, но ведь и сама чувствовала, что не хочет никуда уходить, снова убегать, прятаться или прятать голову в песок. Она хочет быть здесь, хочет быть с Реджиной. И по-настоящему, впервые за долгое время она чувствует себя дома.

– Я сама поговорю с Эди, если ты захочешь. Я и сама понимала, что рано или поздно придется ему сказать и сказать родителям, – Миллс встала на колени и поцеловала руку Свон, – Эмма, скажи, что мне сделать и чего хочешь, и я сделаю это ради вас.

– Реджина, – протянула совсем тихо Эмма и дотронулась до щеки брюнетки своей рукой, а второй рукой положила ее ладонь себе на живот, – мы не хотим тебя потерять. Ты самое дорогое, что у нас есть.

Миллс поднялась и прикоснулась к губам Эммы, начиная очень нежный и такой желанный поцелуй.

Эмма ответила совсем мимолетно. Но поцелуй не продолжился долго, Свон оторвалась от сладких губ и посмотрела в глаза девушке.

– Обещай, что поговоришь с ним. Все расскажешь.

– Обещаю. – Реджина чмокнула Эмму в щеку, – ты будешь переодеваться?

– Конечно. Если ты помнишь мне еще сегодня с Лизи ехать за подарком, – ухмыльнулась Свон, вспоминая, как неугомонная подруга заставила ее пообещать свою компанию на поход по магазинам, – а ты пообщаешься с родителями как раз спокойно.

– Я думала, что ты не поедешь, – Миллс надула губы и повалилась на кровать, – или возьмите меня с собой.

– А родителям ты, что скажешь? – приподняла брови Эмма и в отличие от Реджины встала с кровати, скидывая с себя халат и подошла к шкафу с одеждой.

– Ну, а они погуляют по городу, – пожирая глазами Свон, сказала Миллс, – у тебя такой сексуальный животик.

Эмма подмигнула и повернулась спиной к брюнетке, находя лифчик.

– Помоги мне, – попросила Свон.

Реджина быстро встала и подошла к блондинке. Обвивая руками талию и животик, она совершенно не обращала внимания на то, что зачем ее вообще позвала Эмма. Руки начали блуждать по оголенному телу.

– Сестричка, – ухмыльнулась Свон, а по телу уже побежали маленькие мурашки, – не заставляй родителей ждать.

– Ну, пожалуйста, я быстро, – Миллс начала целовать шею и спину блондинки.

– Ты же знаешь, что мне будет мало по-быстрому, – проговорила Эмма, запрокидывая голову назад, тем самым кладя ее на плечо брюнетки.

Реджина уже стянула лифчик и взяла в руки грудь Эммы, нежно зажимая соски между пальцев.

– Я по-быстрому, но очень качественно, – целуя шею, шептала Миллс.

– Я ненавижу, когда ты не оставляешь мне выбора, – на тяжелом полувздохе-полустоне проговорила Эмма.

Реджина отошла от блондинки и защелкнула дверную ручку.

– У тебя всегда есть выбор, – она опять подошла к Свон и прижала ее к себе, вновь начиная целовать шею, – где, как и сколько раз.

– Сейчас и много, много, много, – проговорила страстно Эмма и вырываясь из рук Реджины пошла к кровати, сразу ложась на нее, – ты сумасшедшая, – кинула Свон, видя, как опасно подбирается к кровати с грацией Багиры Реджина.

– Ты только это поняла?! – Миллс на ходу сбросила пижаму и залезла на кровать, нависая над Эммой, но не в коем случае не наваливаясь. Поддерживая свое тело на руках, брюнетка целовала девушку, плавно и нежно спускаясь с губ по шее на ключицы и грудь, томно посасывая по очереди соски.

– О, малышка, – Эмма начала выгибаться навстречу губам Реджины. В последнее время даже от таких мимолетных прикосновений срывало голову напрочь и сейчас не исключение. Она уже начала постанывать от таких теплых и нежный касаний.

– Детка, сегодня придется быть потише, – прошептала Реджина, сжимая рукой одну грудь, а с другой игралась зубами, языком, губами. Вспомнив, что обещала побыстрее, она не менее страстно начала спускаться вниз, целуя каждый миллиметр животика.

– А ты не медли, – протянула Свон сквозь вновь вырывающийся стон. Она не может ни сдерживаться, ни терпеть. Ей хочется всего и сразу. Прямо здесь и сейчас.

Реджина спустилась и удобно устроилась между разведённых, согнутых в коленях ног Эммы.

– Детка, – брюнетка дотронулась до уже мокрого лона Свон, – какая же ты у меня.

Реджина начала посасывать клитор, прикусывая его зубами, а пальчиком дразнила у самого входа.

Эмма, не выдержав, закричала в голос, но тут же закрыла свой рот ладонью. Она начала ерзать по постели, так и прося более скорого, близкого контакта. Чувства были на пределе, и блондинка уже находилась на грани блаженства и того самого полета.

– Детка, – Реджина страстно орудовала языком, проникая им в самые потаённые места и проникая в само огненное лоно. Но чувствуя, что Эмме этого мало, она аккуратно ввела два пальца, сразу задавая быстрый ритм.

И как только пальцы проникли внутрь Свон сразу почувствовала, как низ живота наполняется огненной лавой, а эмоции не могут сидеть внутри. Она закричала в голос, вырывая вместе с этим яростным криком те самые ощущения, которые унесли ее в полет в космос.

Реджина широко улыбнулась и облизнула губы.

– Девочка моя, – Миллс сама была на пределе и знала, что, если Свон до нее дотронется она не сможет остановиться, поэтому вытащив пальцы из лона блондинки, она ввела их в свое. Много времени не понадобилось и пока Эмма хватала ртом воздух, Миллс кончила, еще раз целуя блондинку в жаркое лоно.

– Опять ты так сделала, – проговорила сбивчиво и немного ворчливо Эмма, руками притягиваю Реджину за шею и нежно целуя в губы.

– Малыш, прости, просто много тебе нельзя, а я знаю, что не остановлюсь прикоснись ты ко мне, – целуя Эмму, ответила Реджина, – и там вообще-то родители.

– На счет много, мы уже обсуждали и несколько раз перечитывали ту статью, – приподняла брови Эмма, смотря на Реджину вопросительно, – а на счет родителей, ты сама меня затащила в постель. Вот теперь ты и иди им объясняй почему они услышали крики из спальни, – вставая с кровати и сексуально виляя бедрами, проговорила Эмма и как раз услышала стук в дверь. И со смехом скрылась в ванной, оставляя Реджину саму разбираться с родителями.

Миллс сжала зубы и простонала, понимая, что сейчас ей придется краснеть.

– Я сейчас, – она быстра вскочила и натянула на себя нижнее белье и шелковый халат. Выдохнув, она открыла дверь.

– Да, пап?!

– Дорогая, мама волнуется. У вас здесь все в порядке? – не заходя в спальню, спрашивал Грэг, – с Эммой все хорошо?

– Да, с ней все прекрасно. Мы сейчас придем, – улыбаясь, протянула Реджина.

– Мы слышали крики. И подумали… – протянул отец, но потом до него дошло какого рода это были крики, и он закатил глаза.

– Ничего не говори, – поняв, что отец раскусил их, сказала брюнетка, – Эмме нужна гимнастика, врач прописал.

– О, да, – протянул Грэг, скрывая вырывающийся смех, – и ты как добрая медсестра помогаешь ей в этом?!

– Папа! – рявкнула Реджина, – не придумывай себе ничего.

– Ладно-ладно, – сдался отец, поднимая руки вверх и внимательно смотря на Реджину, – одевайтесь и пойдемте завтракать. Прежде чем выйти, не забудь вытереть свой добрый ротик, – подмигнул без стеснения отец и быстрыми шагами покинул коридор, идя на кухню.

Миллс покраснела от макушки до пят. Захлопнув дверь, она провела рукой по губам, собирая остатки соков Эммы.

– Теперь ты поможешь мне застегнуть бюстгальтер? – спросила блондинка, выйдя из душа в одном полотенце.

– Помогу, только сначала умоюсь, – продолжая быть красной, как помидор, Реджина прошла в ванную.

Заметив поведение брюнетки, Эмма зашла за ней в ванную.

– Ты чего так покраснела? – спросила блондинка, – и кто заходил?

Миллс умылась ледяной водой. Она подняла голову и через зеркало посмотрела на Эмму, улыбнувшись.

– Папа, он понял, что мы не гимнастикой для беременных занимались.

– А я тебя предупреждала, – улыбнулась также в зеркало Эмма и с этой ухмылкой все же вышла из ванны.

– А я тебя просила потише, – выходя за блондинкой, протянула Реджина, – и еще он заметил твою влагу у меня на лице.

– О… Миллс, – протянула Эмма, поворачиваясь к Реджине и держа руками не застёгнутый бюстгальтер на груди, – может лучше вообще туда не выходить?!

– Ну уж нет. Ты нас спалила и теперь не отнекивайся, – Миллс подошла и в одно движения застегнула бюстгальтер.

– Я?! – была ошарашена такой наглостью брюнетки блондинка, – это ты вышла к отцу, не удосужившись вытереть хотя бы рот.

– Откуда я знала, что кто-то кончил мне на лицо, – Реджина улыбалась и игриво смотрела на Свон.

– А то ты не почувствовала?! – подмигнула Свон и пошла одеваться.

Реджине нечего было на это ответить, поэтому одарив Эмму еще одним пожирающим взглядом, брюнетка тоже пошла одеваться.

Через 5 минут они вместе выходили из спальни. Коралина сидела за столом и одарила дочь и блондинку улыбкой. Она еще до того, как Грэг сходил к ним поняла, чем они занимались.

– Закончили, девочки?! – ехидно спросил Грэг, сидя за столом на кухне и смотря на вошедших девушек.

– Да, гимнастика сегодня действительно была продуктивной, – протянула Реджина и опять ее щеки начали покрываться пунцовым цветом.

– Грэг, отстань. Сам вспомни, когда я была беременна Реджи, мы же постоянно занимались гимнастикой, особенно на седьмом месяце, – серьезно сказала Коралина и улыбнулась Эмме, которая уже сидела за столом напротив нее.

– Да, дорогие. Гимнастика во время беременности интересная штука, – усмехнулся Грэг и потянулся за найденным в холодильнике йогуртом, – вот помню один раз настолько увлеклись, что не заметили, как малыш Эди…

Миллс подняла голову и посмотрела на отца.

– Пап, можешь договаривать, – спокойно сказала девушка, – Эйден не запрещённая тема в этом доме, он мой брат, он отец Эмета и этого мы не будем отрицать. Завтра я позвоню ему и все расскажу. Я знаю, что вы задавались этим вопросом.

– Я вообще-то не хотел договаривать, как Эди застал нас во время занятия любовью, – кладя ложечку в рот, протянул отец и с широкой улыбкой посмотрел на Эмму, которая тоже еле сдерживала смех от такого поведения.

Реджина и Кора тоже широко улыбнулись. Реджина расслабилась и спокойно приступила к своему завтраку.

Глава 11

Завтрак проходил в спокойной дружественной атмосфере. Когда все уже позавтракали Грэг обратился к Реджине.

– Дорогая, так ты поможешь мне с сумками? – спросил отец, вставая из-за стола

– Конечно помогу, пойдем, – Реджина встала из-за стола, – я хочу прийти, а ты не лежишь без сознания на диване, – и поцеловала Эмму в затылок.

– Когда ты придешь, я уже сама уйду, – подмигнула Свон, а потом обратилась к матери Реджины, – Кора, вы не будете против, если я вас покину на пару часов? Одна неугомонная наша подруга не отстанет, пока я не соглашусь сходить с ней по магазинам.

– Нет, конечно я не против, – улыбнулась мама Реджины.

– Мне дойти до машины пара минут, – сказала брюнетка.

– Тогда жду, а потом поеду, – сказала Свон и встав из-за стола взялась за тарелки.

– Ну нет, сиди, – Коралина забрала тарелки из рук Эммы.

В это время Реджина с отцом вышли из квартиры.

– Когда ты думаешь поговорить с Эди? – спросил отец, когда они спустились к машине и он открыл багажник.

– Не знаю, наверное, завтра, хотя если наберусь смелости сегодня уже позвоню ему, – ответила Миллс, забирая несколько сумок.

– Он в Нью-Йорке, – просто ответил отец и, забрав две большие сумки, закрыл багажник и понес их в подъезд.

Миллс стояла на месте, обдумывая слова отца. Если Эди в Нью-Йорке, то это с одной стороны хорошо и удобно, но с другой… она не знала, как сказать брату о всем том, что произошло. Реджина медленно пошла за отцом в подъезд.

Эмме уже несколько раз звонила Волсет и спрашивала, когда же Свон соизволит приехать к ней. Свон сказала, что приедет через час, но неугомонной Лизи этого было мало и она решила, что сама заедет за блондинкой через 20 минут.

– Вот, что она за человек?! – вслух, вешая трубку, проговорила блондинка, сидя в гостиной на диване.

– Ты о ком? – расставляя посуду, спросила Кора.

– О Волсет, – ответила Эмма, – это она нас знакомила два месяца назад.

– В смысле знакомила? – не поняла женщина, – и кто вообще эта девушка?

– Это наша лучшая и невыносимая подруга, – ответила, улыбаясь Эмма, – она не знала, что мы знаем друг друга и поэтому уговорила меня пойти на вечеринку к Реджине и там познакомила. Она только потом узнала, что мы и так были очень хорошо знакомы.

– Понятно. Значит я должна быть благодарна этой девушке, что Реджина вновь нашла тебя, а с тобой и я обрела внука. Эмма, когда ты собиралась нам сказать, если бы не встретила Реджи? – присаживаясь в кресло, спросила Коралина.

Но на этих словах Свон отвернулась чуть в сторону. Она не хотела врать, а говорить правду в глаза было сложно.

– Так, когда?

– Я не собиралась никому говорить, – ответила Эмма, не поворачиваясь.

– Ты решила лишить ребенка отца, семьи. Решила сама лишиться человека, который пойдет из-за тебя на все, а теперь и из-за твоего ребенка. Ты захотела этого всего из-за чего? – спокойным голосом спрашивала Кора, чтобы достучаться до Эммы.

– Потому что была и осталась идиоткой, – горько усмехнулась Свон, понимая всю правильность слов Коры. Понимая и принимая.

– Ну, про осталась я бы поспорила. Сейчас ты с Реджи, мы знаем о внуке, а Реджина расскажет Эйдену про сына, так что все хорошо, – улыбнулась женщина.

– Я хочу, чтобы они помирились. Я знаю, как он любит сестру и как Реджина любит брата. Я стала причиной раздора и очень хочу это исправить. Вот я только не знаю как. Что делать? – спросила, также не поворачиваясь, блондинка.

– Эмма, не делай ничего. Просто, когда Эйден появится, покажи ему те эмоции, которые ты испытываешь к Реджи. Он как человек любящий сестру и когда-то любивший тебя все поймет, – зная своего ребенка, посоветовала Кора.

– Если бы я сама знала, что точно испытываю к Реджине, – улыбнулась Эмма и посмотрела на Миллс.

– Ты все еще не поняла? – вспоминая первые слова Эммы про друзей, спросила Кора, ведь после их уединения, она думала, что все хорошо.

– Я знаю, что мне с ней хорошо. Что я чувствую себя здесь как дома. Что я не хочу ее терять и хочу всегда быть рядом, – говорила серьезно Свон, но тут замолчала и посмотрела в другую от Коры сторону, – я часто вспоминаю ваши слова. Тогда, в особняке.

– Какие? – не поняла женщина.

– Что вы по себе знаете, что нужно довериться любящему тебя человеку. Что вы не любили Грэга с самого начала, но полюбили в последствии, – ответила Свон.

– Эмма, может ты просто еще не знаешь или не понимаешь, что такое любовь? Ты сама говоришь, что тебе хорошо с ней во всех отношениях, ты чувствуешь себя дома и не хочешь ее терять, а ни это ли любовь? – спросила Коралина.

– Вот именно поэтому я открылась ей и продолжу открываться, – сказала Свон, – ваш пример вдохновляет меня. И когда я вижу, как мистер Миллс смотрит на вас, я уже полностью уверенна, что делаю правильно, оставаясь с Реджиной. Но вот сказать «я тебя люблю» я пока не готова. Пока не готова.

– Ничего страшного, я тоже не сразу сказала Грэгу, что люблю его, – произнесла Кора и увидела, как в дверь вошли муж и дочь.

– Спасибо, что дождалась, Лизи не звонила? – прекрасно зная свою подругу, спросила Миллс у Эммы.

– Звонила, – улыбнулась блондинка и посмотрев на теплую улыбку Коры, поднялась и подошла к Реджине, – эта неугомонная через 20 минут приедет сюда.

– Хорошо, – Миллс без стеснения обняла Эмму, – только вернитесь в этот раз, пожалуйста, не поздно, чтобы я как в прошлый раз не переживала за тебя. И передай Волсет, что, если что я оторву ей голову.

– Она и так это знает, – улыбнулась Эмма, вспоминая тот случай, когда они приехали поздно и Реджина чуть действительно не оторвала Лизи голову, – я подожду внизу. Заодно чуть подышу свежим воздухом, – Эмма поцеловала девушку в щеку и с улыбкой пошла обуваться.

– Тебе деньги нужны? – спросила брюнетка.

– Миллс, об этом мы с тобой уже разговаривали, – немного грубо ответила Эмма, давая понять, что не нужно поднимать эту тему.

– Малыш, ну, прости, – протянула Реджина, предполагая такую реакцию блондинки.

Кора с широкой улыбкой наблюдала за дочерью.

– Реджи, ты сейчас очень похожа на своего отца.

– Вовсе нет, – встрял в разговор Грэг, – я бы точно заставил ее взять деньги и даже не думать пререкаться, – неся сумки вглубь комнаты, проговорил уверенно отец.

Кора засмеялась, а Реджина одарила родителей взглядом и вновь посмотрела на Эмму.

– Если устанешь, сразу звони, я приеду и заберу тебя.

– Дочь, ты даже меня уже своим беспокойством заставила беспокоиться. Но только не о ней, а о тебе, – усмехнулся Грэг, не дав даже слова вставить блондинке, – как курица-наседка вокруг нее прыгаешь. Эмма, как ты это вообще терпишь?!

– Папа, она беременна, и я беспокоюсь за нее, – прорычала Реджина, – сегодня же она упала в обморок.

– Вот именно. Она беременна, а не больна, – возмутился отец и только хотел продолжить, как его перебила Эмма.

– Не ссорьтесь. Со мной все хорошо. Чувствую я себя замечательно, да и гимнастика помогла. Если что я обязательно позвоню и Волсет передам тщательно следить за моим состоянием, – говорила быстро Эмма. Послав воздушный поцелуй Реджине, дополнила, – до вечера, – и выбежала из квартиры.

– Пап, вот что ты пристал? Если за ней не следить, она будет безалаберно ко всему относиться, – сказала Реджина и посмотрела на мать, которая уже не обращала внимание на мужа и дочь, а читала журнал для беременных.

– Реджина, чрезмерная забота и надоедливость отталкивают. Поверь мне, – сказал отец и прошел к дивану, на котором сидела Кора.

– Да не могу я перестать заботиться, – буркнула Реджина, хотя понимала, что отец прав.

– А кто сказал перестать?! – присаживаясь на диван рядом с женой, спрашивал отец, – просто не веди себя, как… Сумасшедшая будущая… – Грэг не знал даже как продолжить и в каком статусе представить Реджину.

– Мать, Грэг, мать, – не поднимая глаз от журнала, сказала Кора. Реджина с открытым ртом смотрела на мать. Грэг тоже посмотрел на Кору и со всем пониманием кивнул.

Кора спустя только несколько секунд подняла взгляд на мужа и дочь.

– Вы что так уставились?

– Да так, – протянул Грэг, смотря в глаза жене.

– Мам, я… – дочь даже не знала, что сказать.

– Реджи, это ваш с Эммой ребенок. Вы его любите и ждете его. У вас семья, и может я какая-то отвратительная мать если считаю, что с тобой Эмме и Эмету будет лучше, чем с Эйденом, – серьезно сказала Коралина.

– Я тоже так считаю, – не менее серьезно говорил отец, смотря на дочь, – ты молодец, Реджи, что не отказалась от своей любви. Я тебя как никто понимаю, – сказал отец, а сам посмотрел на Кору и подсев к ней вплотную, обнял, – и быть может чрезмерная забота это не так уж и плохо, – вспоминая случай с лошадью и смотря в глаза жене, говорил совершенно серьезно Грэг.

Кора никогда не винила мужа в том, что она потеряла первого ребенка. Она считала, что это воля Бога, которая впоследствии дала понять кто самый дорогой ей человек.

Реджина не понимала к чему клонит ее отец, но была безгранична благодарна родителям за поддержку.

Свон вышла из подъезда и только захотела присесть на лавочку, как тут же увидела останавливающуюся машину Волсет. Лизи опустила стекло и помахала Эмме.

– Привет.

Свон подошла к машине и улыбаясь тоже поздоровалась.

– Привет, – и села на пассажирское сидение.

– Ну что, Слим несильно бухтела? – спросила Волсет, – наверное в дверях стояла?!

– Приехали родители, – сразу выдала блондинка, смотря на реакцию подруги.

– Что? – не зная улыбаться ей или нет, переспросила Лизи, – и что? И как?

– Как, как? – переспросила Свон, – они просто замечательные люди. Вот как.

– А на счет ребенка, как отреагировали? Что сказали? – Лизи было все безумно любопытно.

– Они знают всю ситуацию полностью, – ответила Эмма на вопрос подруги, – и я уже сказала, что они замечательные и понимающие люди?!

– Какая ты все-таки скучная, Свон, – пробубнила Волсет, – куда поедем?

– Это ты у меня спрашиваешь?! – удивилась Эмма и с интересом посмотрела на подругу, – это ты вытащила меня из дома в выходной черт пойми зачем.

– Почему черт пойми зачем, а на шоппинг и я спросила может у тебя идеи есть, – трогаясь с места, сказала Лизи.

– На шоппинг?! – возмутилась Эмма, ведь она думала, что Элизабет нужна ее помощь, а не просто компания для похода по магазинам, – ты же сказала, что тебе нужно купить подарок Джону?! Или ты все же отступилась от него?

– Ну, Свон, мне нужна твоя помощь, просто Джон меня бесит, – психанула Лизи, так как их отношения с Джоном висели в воздухе и ее это дико раздражало.

– Бесит? – засмеялась Эмма, – чем же? Тем, что нечаянно расстался со своей девушкой, но все равно не обращает на тебя внимания?!

– Вот зачем он расстался с ней? Мне теперь не интересно, – сказала Волсет, – он на работе на меня даже не смотрит и… Эмма, у нас до сих пор ничего не было.

– А ты хотела бы чтобы он тебя трахнул и бросил, как это сделал Стив два месяца назад?! – спросила грубо Эмма, не понимая, что не устраивает эту неугомонную бестию.

– Стив меня не бросил, а доставил удовольствие и ушел в сторону, – немного обиженно сказала Лиз.

– Волсет, неужели ты хочешь, чтобы и Джон отошел в сторону? – спросила, выдыхая Эмма, – он ведь тебе небезразличен.

– Не хочу, но он ничего не делает, чтобы приблизиться ко мне. Пойми, мне нужно, чтобы было как у вас со Слим.

– О, Лизи, – протянула Эмма и посмотрела на подругу, – поверь, тебе не нужно чтобы было как у нас с Реджиной. Тебе просто нужно довериться ему и перестать играть. Он ведь простил тебе трах со Стивом. Так почему ты снова начала играть с ним? – спрашивала Свон, пытаясь достучаться до подруги и ее истинных чувств.

– Я переспала со Стивом из-за дебилизма Джона. Мне действительно нужно как у вас, без слов понимать, не говорить люблю, но знать, что любима. Понимаешь, Джон… он как холодная статуя, которой ничего кроме работы ненужно.

– А ты попробуй вести себя с ним как простая, на самом деле ранимая и чувственная девушка, а не стерва-адвокат, как это делаешь ты, – говорила Эмма, стараясь вразумить девушку, – и может тогда и он откроется тебе. Он строгий, требовательный, жесткий и грубый. Да я знаю. Но и у таких есть чувства. Просто доверься ему и покажи себя, тогда и он покажет, что на самом деле к тебе чувствует.

– Ладно, поехали ему за подарком, – ускоряя машину, сказала Лизи.

– Так что ты хочешь ему подарить? И вообще, что за повод? – уже находясь в торговом центре, спрашивала блондинка.

– Для того, чтобы придумать, что подарить у меня есть ты, а повод – он 10 лет работает в этой компании, – рассматривала витрины Волсет, – а ты не хочешь что-нибудь купить для Слим?!

– Приехали, – буркнула Эмма, но потом вдруг встрепенулась, – а у меня к какому поводу?!

– А нужен повод? Ну, два месяца вместе. Дата знакомства, когда вы там познакомились? Хотя стой, а зачем тебе вообще повод? – резко развернувшись, спросила брюнетка.

– Да нет, нет, – остужала пыл подруги Свон, разглядывая большую красивую витрину с вечерними платьями, – просто я думала, что действительно что-то намечается. А так мне конечно не нужен повод, и я с удовольствием прикуплю подарок и ей.

– Ну, тогда в путь?! – взяв Эмму под руку, спросила Волсет и повела ее вглубь торгового центра.

Глава 12

Грэг и Коралина после перелета решили отдохнуть и Реджина предложила им поспать в спальне, и они с радостью согласились.

И вот Миллс уже сорок минут сидела на диване и крутила в руках телефон с высвечивающимся номером брата. Осталось только нажать кнопку вызова, но девушка боялась, как никогда. После той ссоры в доме их родителей они не общались и даже не перекидывались и парой слов. Реджина уехала на следующей день после Эммы, чтобы не привлекать внимание к проблемам их семьи, ведь праздник никто не отменял.

Нажав кнопку вызов, она с замершим сердцем ждала ответа.

– Реджи?! – в трубке послышался до боли знакомый и родной голос.

– Эди… – у Миллс покатились слезы из глаз. Несколько мгновений молчания и Реджина все же решилась начать разговор с братом, – Эйден, я… я не знаю… Эди, прости меня, я так виновата перед тобой.

– Реджи, малышка, успокойся, я все понимаю. Я много думал над этой ситуацией и понял, что Эмма изначально была не моей.

– Эди, мы можем увидеться? Я знаю, что ты в Нью-Йорке, – прервала брата Реджина, ведь она действительно хотела поговорить серьезно с ним.

– Да, когда? Где?

– Желательно в тихом и безлюдном месте, я хочу серьезно поговорить. Я бы пригласила тебя к себе, но тут родители. Они приехали сегодня утром, – предполагая вопрос брата, сразу пояснила брюнетка.

– Хочешь, приезжай ко мне. Наверное, действительно будет лучше поговорить наедине.

Эйден сказал адрес, и Реджина не думая поехала к брату. Он жил в противоположной стороне от ее дома и путь был достаточно длинным и долгим. И вот спустя полтора часа она стояла у двери квартиры брата. Дом Эйдена был высотным и находился в достаточно элитном жилом комплексе. Спустя несколько минут гипнотизирования двери, брюнетка позвонила в звонок.

– Реджи, – открыл дверь парень.

– Эйден, – они одновременно обняли друг друга, наконец ощущая то тепло, которое можно почувствовать от родного человек. Они прошли в квартиру и сели на диван в гостиной. Квартира была большой и уютной. В ней также были объединены кухня с гостиной, были несколько дверей, ведущих в две комнаты и в ванную с туалетом.

– Будешь кофе, чай, виски? – улыбнулся парень.

– Виски, если можно, – продолжая осматриваться в квартире, сказала брюнетка.

После нескольких бокалов и дежурных вопросов, они уверенно подошли к главному вопросу и к причине ссоры.

– Как я уже сказал, я долго думал над той ситуацией. Тогда мы все были не правы, нам просто изначально нужно было друг другу открыться. Эмме нужно было сразу сказать, что вы знакомы, а тебе сразу сказать, что это она именно та девушка, которую ты любила и искала. Хотя я до сих пор не знаю, как бы поступил, но не было бы того, что случилось. Моя сестра переспала с моей же невестой, – с болью сказал брюнет.

– Эди, прости меня. Я безумно виновата перед тобой, но когда я ее увидела… она была такая… я так долго ее искала и вот нашла и…

– А тут эта девушка невеста брата, – закончил Эйден.

– Да, я сдерживалась как могла и только в тот день… Эди, прости меня, – Реджина закрыла глаза.

Брюнет сел рядом и обнял сестру.

– Ты такая у меня маленькая. Моя, самая лучшая и любимая листовая поганка, – парень гладил темные волосы сестры.

За общением и бутылкой виски, они разговаривали и Эйден рассказал, как жил эти полгода. После того как Свон исчезла, он ее искал. Хотел поговорить, все выяснить, может все вернуть ведь он продолжал ее любить. Но через некоторое время понял, что Эмма не его судьба и гнаться за ней ему не нужно. Однажды, сидя в баре, он познакомился с девушкой, которая приехала в командировку и все так спонтанно получилось, что она предложила ему поехать с ней в Нью-Йорк и он согласился, желая изменить свою жизнь. Теперь у него хорошая работа, лучший друг, которому он доверяет. Рассказал, что уже очень давно сам хотел позвонить.

По мере рассказа брата Реджина опустошала бутылку виски. Когда он закончил, брюнетка затуманенным взглядом посмотрела на брата. Она начала рассказывать с самого начала. Как думала, что жизнь рухнула, как вновь начала жить, когда на той вечеринке повернулась и увидела Эмму. Она рассказала, как узнала о беременности Свон. Видя, как ее брат меняется в лице, она не останавливаясь продолжала говорить. Рассказала, как услышала сердцебиение малыша, увидела его на экране, как им сказали пол. Как они с Эммой решили попробовать и быть вместе, как ощутили первый толчок их мальчика. Эйден слушал и пропускал каждое слово своей сестры. Реджина закончила сегодняшним приездом их родителей.

– У меня будет сын?! – спустя несколько минут, спросил брюнет.

– Да. Мы хотим назвать его Эметом.

– Эмет… хорошее имя, мне нравится. Я могу поговорить с Эммой? Я бы хотел… – Эйден не знал, как себя вести, но знал, что очень этому рад.

– Конечно можешь, хотя я не могу отвечать за Эмму. Ты можешь завтра позвонить и договориться с ней. Ведь она сама просила меня тебе все рассказать, и она до сих пор винит себя в нашей ссоре, – Реджина была уже изрядно пьяна.

– Хорошо, тогда так и сделаем. А сейчас ты поедешь к своей семье, – помогая Реджине встать, сказал Миллс.

– Стой, подожди, но это и твоя семья, – возмутилась девушка, думая, что брат ее не простил, а сейчас еще больше на нее зол, – родители…

– Реджи, я про Эмму и будущего ребенка. А с родителями я увижусь завтра, не переживай, – он взял телефон и позвонил своему знакомому, попросив его отвести Реджину домой. Посадив в машину, он доверил сестру в надежные руки и отправил домой.

Через несколько часов гулянья по магазинам в руках у Лизи был ни один десяток пакетов. Пришлось даже идти в машину относить часть покупок и вновь возвращаться. Было все. Платья, блузки, юбки, брюки, костюмы. Разнообразие косметики и мелочей для дома. Было такое чувство, что она хочет купить буквально все. Всё, кроме самого главного для чего они приехали – подарка для Джона.

– Мы уже почти пять часов гуляем здесь, – устало возмущалась блондинка, – а ты так ничего ему не купила.

Эмма же наоборот первым делом нашла подарок Реджине. Она нашла в ювелирном магазине золотую статуэтку Фемиды и сразу решила ее купить. Также она не удержалась и купила ни один комплект нижнего белья и уже придумала, как подарит Реджине ее подарок.

– Так ты же ничего не придумала, – протянула Лизи, смотря на Эмму, – так может тебе посидеть на лавочке около фонтана?

– Посидеть-то я посижу, а ты опять вернешься с очередным платьем, – буркнула блондинка.

– Ну придумай мне что-нибудь, – психанула Лизи, – я действительно не знаю, что подарить. Может… не знаю!

– Что может? Договаривай! – настаивала Свон.

– Может у него есть какое-нибудь увлечение, там шахматы, нарды, карты? – спросила Волсет, – черт! Почему он такой трудный?!

– Это не он трудный, а ты, – проговорила себе под нос блондинка и повернулась в сторону магазинов, – часы, золотые запонки, туалетную воду, дорогую ручку, можно даже с гравировкой. Лизи, не заморачивайся!

– Вспомнила! Ножи. У него в кабинете огромное количество ножей, – улыбнулась Лиз, ведь как бы она не выкобенивалась ей очень хотелось, чтобы Джону понравился подарок.

– Ножи?! – удивилась Эмма, а потом совсем тихо добавила прямо на ухо девушке, – а он часом не маньяк?

– Ну вот подарю ему нож, а он меня им и прирежет, – улыбалась девушка, – ладно, пошли, я там видела магазин с похожей тематикой.

– Пошли, – от безысходности согласилась блондинка, ступая за тянущей ее подругой.

В магазине Элизабет выбрала эксклюзивный нож с рукояткой из слоновой кости в виде головы орла с лезвием из закалённой черной стали с золотыми узорами.

– Надеюсь ему понравится, – идя к машине, сказала брюнетка.

– Он даже мне понравился, – улыбнулась Свон.

– Ну и отлично, а теперь поехали, я отвезу тебя к Слим. Она, наверное, там вся извилась

– Как обычно, – улыбнулась Эмма и достала свой мобильный, который забыла в авто, – странно, ни одного звонка, – смотря на дисплей насторожилась блондинка.

– Что, ни одного? Она что там из квартиры выпала? Может ей родители не дали позвонить, – предположила девушка, – типа не беспокой и не навязывайся?!

– Да нет. Уж позвонить то они бы дали, – проговорила грустно Свон, – может сама не захотела.

– Эмма, это вряд ли. Слим никогда бы не упустила возможность позвонить тебе. Помнишь, как она тебе смски строчила с совещания? – улыбнулась девушка, хотя и сама напряглась от отсутствия звонков от Миллс.

– Помню, – ответила тоже с улыбкой Эмма, – может ты права, и она просто занята с родителями, – успокаивала себя блондинка, но чувствовала, что совсем не успокоилась, а даже наоборот, – Лизи, поехали быстрее домой.

– Конечно поехали, – девушка завела машину и быстро поехала в сторону дома Реджины.

Через 30 минут они подъехали к дому.

– Может мне с тобой подняться?

– Если хочешь, пойдем. Познакомишься с родителями, – сказала Эмма и уже хотела как можно быстрее выйти из машины.

– Даже не знаю, может завтра поужинаем где-нибудь? – спросила Лиз.

– Хорошо. Тогда до завтра, – Эмма всеми мыслями была уже наверху.

– Пока, – сказала Лизи после того, как Эмма забрала свои пакеты.

Коралина и Грэг проснулись через несколько часов, Реджины дома не было. Родители подумали, что дочь не выдержала и поехала за Эммой. Пообедав, они решили посмотреть телевизор.

Зайдя в квартиру, Эмма сразу увидела, как родители сидят на диване и смотрят телевизор. Света не было, а за окном уже стемнело, поэтому Свон не думая сразу включила свет.

– Добрый вечер, – улыбнулась Эмма Коре и Грэгу и уже хотела направиться в спальню, – а Реджина в спальне?

– Нет, – ответил Грэг и посмотрел на жену, – мы думали, она с тобой.

– Мы думали, что она не выдержала и поехала за тобой, – сказала Кора и увидела беспокойство на лице Эммы, – а она тебе не звонила?

– Нет, – Свон поставила пакеты на пол и уже не шла в спальню, а прошла на кухню выпить стакан воды.

– Эмма, не переживай. Может ее по работе вызвали? – спросила Кора.

– Она обычно всегда звонит, – наливая стакан воды, сказала блондинка и залпом осушила его.

Грэг посмотрел на Кору и покачал головой.

– Ну не переживай, давай я тебя накормлю лучше, – Кора встала и пошла на кухню.

– А я пока позвоню Реджине, – сказал Грэг и уже набирал номер дочери. Эмма смотрела на Грэга и ждала, когда же брюнетка возьмет трубку. Но вместо этого послышался звонок мобильного телефона девушки с тумбочки возле входной двери.

– Она забыла его, – констатировала Эмма и Грэг отключил вызов, а блондинка тяжело вздохнула.

– Ну может срочно нужно было уехать? – Кора очень хотела успокоить Свон, ведь по блондинке было видно, что она переживает.

– В выходной, и даже не предупредила, – сказала как-то в себе и отдаленно Эмма и поставила пустой стакан на столешницу, – пойду полежу. Что-то я устала, – проговорила грустно Свон и направилась в спальню.

Когда Эмма ушла в спальню, Коралина посмотрела на Грэга.

– Ну и где она может быть?

– У меня только один ответ, – сказал Грэг, вставая с дивана. Он взял мобильный Реджины в руки и проверил исходящие звонки, – как я и думал.

– Что? – Кора с непониманием смотрела на мужа, – кому она звонила в последний раз?

– Эди, – ответил муж, – наверное она поехала к нему.

Женщина вздохнула. Она хотела, чтобы дети помирились, но сейчас она не знала, что происходит и от этого было еще больнее.

– Может позвонить Эди? – предложил Грэг, посмотрев на жену.

– Нет, не нужно. Пусть они поговорят, сейчас мы только помешаем, – сказала женщина и посмотрела на дверь спальни, – а ей как ты думаешь нужно сказать или еще больше ее расстроим?

– Пусть отдыхает лучше. Ты же видела какая она бледная, – ответил Грэг и положил мобильный обратно на тумбочку.

– Да, может она сейчас заснет? – Кора очень беспокоилась за Эмму, ведь ей нравилась эта девочка, а теперь она еще мать ее будущего внука.

– Хорошо бы, – сказал отец и покосился на дверь, – давай продолжим смотреть фильм. Нам ничего другого не остается, – сказал Грэг и приобняв жену повел ее на диван и они продолжили просмотр телевизора.

Эмма зашла в спальню и не раздеваясь прилегла на кровать. День выдался тяжелым, а от того, что она не знает где сейчас ее Реджина на душе скребли кошки. Эмма конечно понимала, что брюнетка не обязана была перед ней отчитываться куда она поехала и зачем, но все равно от того, что Свон не знала где девушка было необъяснимо грустно.

Эмма не спала, она продолжала лежать и думать. Где же Реджина, что с ней и когда она вернется.

Машина подъехала к дому уже к полуночи. Из нее практически вывалилась Миллс. В автомобиле ее немного разморило и от этого состояние становилось еще хуже. Брюнетка с трудом добралась до своей квартиры и пыталась попасть ключом в замок двери.

Кора услышала шум и посмотрела на дремавшего Грэга. Тихо встав, она пошла открывать дверь.

– Реджи?! – мать увидела дочь в состоянии… она даже не могла понять в каком она состоянии. Оперевшись на косяк, Реджина до сих пор пыталась попасть в замок уже давно открытой двери.

Эмма продолжала лежать на кровати и думать, но тут она услышала шум, исходящий из холла и тут же вышла посмотреть его источник. Когда она вышла ее глаза округлились.

– Реджина?! – Свон подошла ближе, вставая рядом с Корой.

Миллс медленно подняла голову.

– …бимая привес, о, мама, – язык заплетался и слова были исковерканы.

– Где же ты так наклюкалась? – спросила Эмма, смотря на Реджину, а потом посмотрела на Кору, – ее нужно перенести в спальню.

– Я сама, – принимая более ровное положение, сказала Реджина и сделала уверенный шаг. Но что-то пошло не так и Миллс начала терять равновесие, падая на Эмму с Корой.

– Черт, Реджи! – мать еле успела поймать дочь.

Здесь от шума проснулся Грэг и протирая глаза увидел, как его дочь висит на жене. Он тут же встал, подходя к девушкам и помогая Коре. Он притянул Реджину к себе, и она уже висела на отце.

Эмма же стояла и молча смотрела на происходящее, она не понимала, почему девушка так напилась и что послужило причиной этому.

– Папочка, – протянула Реджина и попыталась встать ровно на ноги, – малыш, ты как? – через плечо отца спросила брюнетка у Эммы.

– Я впервые вижу ее в таком состоянии, – протянула Кора, она сама не понимала почему дочь так набралась.

– Грэг, отнесите ее пожалуйста в спальню, – попросила Эмма, не отвечая на вопрос Реджины. И чувствовала, как от резкого запаха алкоголя ей становится дурно. Она чуть отвернулась, чтобы хоть немного подышать.

– Грэг, отнеси ее в ванную, – видя, что Эмме не хорошо, да и самой ей неприятно видеть дочь в таком виде, прорычала Коралина. Девушка молча висела на Грэге.

– Пойдем, проказница, – улыбнулся отец и повел, а вернее понес брюнетку в спальню, а потом и в ванную, как и сказала Кора.

– Посиди тут пока, а я сейчас приведу ее в чувства, – уверенно сказала старшая Миллс и твердо пошла за мужем и дочерью.

Эмма послушалась Кору. Ее до сих пор мутило от этого запаха и даже началась головная боль. Она присела на диван и старалась успокоить себя и свой организм.

– Тихо, малыш, – успокаивающе говорила Эмма и гладила животик. Малыш Эмет тоже почувствовал состояние снаружи и начал потихоньку шевелиться, пиная мамочку и показывая, как он недоволен.

Кора зашла в ванную и увидела сидящую на бортике Реджину и держащую ее Грэга.

– Положи ее в ванну, – скомандовала Кора.

– Что ты задумала? Давай я ее отнесу в спальню и пусть спит, – предложил Грэг.

– Ну уж нет, – сказала женщина и посмотрела на дочь, – у тебя девушка беременна, а ты так ведешь себя?

– Мам, я должна уйти, – попыталась встать Реджина, – я отойду в сторону, и они будут строить семью. У малыша должен быть папа, – отчего-то начала говорить брюнетка.

– Так, клади давай ее или я ее сейчас прибью, – грозно сказала Кора.

– Я сам за такие слова ее прибью, – тоже вмиг грозным стал отец, но аккуратно все же уложил дочь в ванную и ему даже не мешали ее сопротивления.

Реджина вообще не понимала, что делают ее родители, да она вообще мало, что понимала. Она открыла глаза от неожиданности, когда на нее хлынут поток холодной воды.

– Ааа, мам?!

Кора стояла с душем в руках и поливала дочь ледяной водой.

– Зря я тебя в детстве не порола, надо было, может мозгов было бы больше. Так себя вести… Так напиться!

Грэг стоял молча в стороне, не предпринимая никаких попыток помочь дочери и перенять гнев жены на себя. Он сам даже испугался злости Коры.

Реджина пыталась вырваться, но алкоголь в организме и скользкая ванная не давали этого сделать.

– Мам, ну хватит. Мамочка, остановись, – уже внятным голосом кричала брюнетка.

– Мама?! Мамочка?! Нажраться как свинья она могла и не вспоминала меня, когда в очередной раз опрокидывала стакан. А об Эмме ты подумала? Заботливая?! Дышать перегаром на любимую беременную девушку, у которой в несколько раз увеличилась чувствительность обоняния. Этот запах и обычному человеку нюхать противно, – Кора действительно впервые была так зла на Реджину.

– Кора, Кора, остановись, – все же вмешался Грэг, выключая кран с ледяной водой, – она сейчас не в том состоянии, чтобы читать ей морали. Завтра серьезно с ней поговорим.

Реджина лежала в ванной уже в адекватном состоянии, но девушка очень замерзла. Ее до кончиков волос пробирала дрожь.

Кора отошла.

– Сам с ней разбирайся, – кинула женщина и пошла в гостиную.

– И как ты так умудрилась, дочь? – покачал головой отец и аккуратно вытащил Реджину из ванны.

– Мы с Эди разговаривали, – дрожа сквозь стук зубов говорила девушка, – я ему все рассказала.

– Так, ладно. Тебя как маленькую раздеть или сама справишься? – беря полотенце в руки, спрашивал Грэг.

– Сама, только Эмму позови, – кутаясь в полотенце, сказала Реджина.

– Чтобы ей опять дурно стало? Ну уж нет. Проветрись сначала, – грубее чем хотел высказался Грэг и покинул ванну, но остался в спальне.

Миллс медленно разделась и залезла в ванную, уже включая теплую воду. Она сейчас начала соображать, что натворила и как выглядит это со стороны. Пытаясь привезти мысли в порядок, Реджина подставила лицо под теплые струи воды.

Как только Кора вышла из комнаты, она пошла на кухню. Ей тоже очень хотелось выпить, но женщина прекрасно понимала, что это не нужно, да и Эмме будет трудно с запахом алкоголя.

– Как она? – спросила сразу же Свон, как только увидела Кору.

– Нормально, вроде очухалась, – прорычала женщина, – а ты как? – более спокойно спросила она.

– Да со мной все хорошо, – отмахнулась Эмма, вставая с дивана, – пойду к ней.

– Ты уверена? – спросила Кора, зная, что хоть и привела дочь в чувства, но запах и само опьянение не ушли.

– Да уверена, она меня ждет, – сказала Свон и посмотрела на Кору, – спасибо за заботу, – улыбнувшись, Эмма направилась в спальню.

Грэг стоял возле окна и наблюдал за ночным городом, как в комнату зашла Свон.

– Эмма, – поворачиваясь, улыбнулся мужчина, – ты как себя чувствуешь?

– Со мной все хорошо, спасибо, – улыбнулась блондинка и присела на кровать, – вы идите, отдыхайте, я справлюсь.

– Если что сразу зови, – Грэг и сам понимал, что девушки справятся и поэтому поцеловав Эмму в макушку пожелал спокойной ночи и вышел из спальни.

Реджина вылезла из ванной, умылась и даже прополоскала рот, чтобы хоть чуть-чуть уничтожить отвратительный запах. Завернувшись в полотенце, Миллс вышла и увидела Эмму, ей было безумно стыдно.

– Малыш…

Свон подняла голову и посмотрела на Реджину. Запах стоял во всей комнате и даже старания Коры и самой Реджины не помогли. Эмма его ощущала, как и чувствовала тошноту. Но переборов себя, она встала с кровати и ничего не говоря Реджине, стала ее расстилать.

– Малыш, прости меня, пожалуйста, я так виновата. Я знаю, как тебе сейчас противно рядом со мной, – не приближаясь, говорила Реджина.

– Ложись и отдыхай, – спокойно сказала Эмма, откидывая край одеяла и взглядом показывая, что Реджине нужно лечь.

Миллс не стала ничего надевать. Она молча подошла к кровати и повесив полотенце на стул легла под одеяло.

– Как ты провела свой день? Прости, что ни разу сегодня тебе не позвонила, – Реджина неотрывно смотрела на Эмму.

Свон не очень хотела сейчас разговаривать с Реджиной. Небольшая обида все же сидела внутри нее и поэтому она лишь сказала:

– Засыпай. Спокойной ночи.

И сама, подойдя к шкафу, стала раздеваться.

– Любимая, – Реджина сейчас действительно жалела, что у нее маленькая квартира и она не может уйти, хотя ей и не хотелось этого. Она знала, что сегодняшнее ее поведение не входит ни в какие рамки.

– Реджина, засыпай, – Эмма переоделась в пижаму и подошла к постели, – все в порядке, спи, – и поцеловав девушку в щеку, Свон легла на бок, поворачиваясь спиной к девушке и сразу укрываясь одеялом.

Миллс откинулась на подушку. Она не знала, что ей делать, ведь сейчас она очень хотела обнять Эмму и прижать к себе, погладить ее животик.

– Можно я тебя обниму?

Эмма тяжело вздохнула, а выдохнув ответила.

– Можно. Но только не заставляй меня поворачиваться, – противный запах сводил с ума, и Эмма из последних сил держалась, чтобы не убежать в ванную.

Реджина по голосу поняла, что Эмма не хочет ее объятий.

– Детка, давай я в гостиной подожду, пока ты заснешь? Я вижу, как тебе плохо, когда ты находишься рядом со мной.

– Сестричка, а давай ты просто замолчишь, обнимешь меня, и мы вместе заснем, – проговорила, стараясь строго Эмма и закрыла глаза.

Реджине ничего не оставалось как поступить так, как сказала Свон. Она придвинулась и нежно обняла блондинку, кладя руку на ее оголившейся животик. Поцеловав в затылок, Миллс немного спустилась вниз, чтобы не дышать прямо на Эмму.

– Спокойной ночи, – прошептала блондинка и постаралась расслабиться в нежных объятиях, стараясь заснуть и не обращать внимания на неприятный запах.

Реджина уже сквозь сон слышала любимую.

– Я люблю вас, – прошептала девушка и полностью погрузилась в сон.

– И я, – прошептала совсем тихо Эмма и тоже начала чувствовать, что засыпает.

Глава 13

Реджина проснулась рано. Она так и продолжала обнимать Эмму, но блондинка уже лежала к ней лицом. А сама Миллс упиралась носом в грудь Свон. Очень аккуратно выбравшись из постели и убедившись, что любимая спит, она пошла приводить себя в порядок. Голова побаливала, но спасла таблетка так удачно лежащая в тумбочке. Приняв душ, почистив тщательно зубы, Реджина также аккуратно вернулась в кровать. Приподняв майку от пижамы с животика Эммы, Реджина начала нежно и невесомо целовать его.

– Эмет, маленький мой, прости меня, – шептала одними губами брюнетка, чтобы ни в коем случае не разбудить свою малышку.

Эмма продолжала спать и не слышала ни Реджину, ни то как неродившийся футболист сильно пнул брюнетку сквозь животик. Миллс улыбнулась, получив пяткой в нос.

– Ты тоже злишься на меня? Ну, я же извинилась. И у меня есть оправдание, – Миллс еще раз поцеловала животик.

Малыш еще раз зашевелился, так и спрашивая объяснений, в то время как его мамочка начинала просыпаться.

– Я помирилась с твоим папой и сегодня он приедет поговорить с твоей мамой. Они поговорят о тебе, – Реджина шептала, нежно поглаживая животик рукой.

Эмма услышала Реджину и моментально открыла глаза.

– Он сегодня приедет? – и присела на кровати, опираясь на подушку.

Реджина приподняла голову и посмотрела в глаза Эммы.

– Только если ты этого захочешь.

– Я не знаю, – честно призналась блондинка и отвела взгляд, – что я ему скажу?

– Малыш, не переживай, вы просто поговорите. То, что ему нужно знать, я ему уже сказала, – Миллс неотрывно смотрела на блондинку.

– И как он отреагировал? – спросила Эмма, смотря на окно.

– Он был рад, – ответила брюнетка, ведь они с Эйденом не говорили о его чувствах, она просто увидела его эмоции по отношению к этой новости.

– А про нас? Ты ему рассказала про нас? – продолжала не смотреть на Реджину Свон.

– Да. Эмма, я ему все рассказала, я больше не хочу той ситуации из-за не договоренностей, – серьезно говорила Реджина, – я не хочу давать ему надежду вернуть тебя.

– Он хочет вернуть меня? – удивилась Эмма, также гипнотизируя окно и не понимая, как он может этого хотеть после того как она с ним поступила.

– Сейчас, наверное, нет, но он искал тебя после того как ты исчезла, – ответила Реджина.

Эмма ничего больше не хотела говорить. Ей тяжело было вспоминать то время. Чувство вины вновь ударило в самое сердце этими воспоминаниями. Единственное, в чем Свон была благодарна так это в том, что Эйден тогда ее не послушал и они вместе с Реджиной сейчас ждут ребенка. Именно с Реджиной. Ни одна, ни с Эйденом, а именно с ее Реджиной в которую пусть медленно и сложно Свон начала влюбляться и полностью доверять.

– Малыш, ну, что ты опять загрустила? Вы поговорите и все будет хорошо. Пойми, тебе все равно придется встречаться с Эди. А Эмет все равно будет его знать, просто вам нужно будет решить с какой стороны, – Реджина привстала и придвинулась к Свон, беря ее лицо в ладони, делая так чтобы блондинка смотрела ей в глаза, – я вас люблю и мне было бы совершенно все равно чей бы сын был Эмет. И сейчас то что в нем есть кровь моей семьи меня только радует.

– Реджина, я… – Эмма говорила совсем тихо, неотрывно смотря в карий взгляд, – мы… тоже тебя любим, – призналась Свон.

– Я знаю, – ответила с широкой улыбкой Реджина и прикоснулась губами к манящим губам Свон, но через секунду отстранилась, – от меня не пахнет? Ты хорошо себя чувствуешь?

– В отличие от вчерашнего сегодня все хорошо, – улыбнулась Эмма и чмокнув обеспокоенную Реджину в носик встала с кровати, направляясь в душ.

– Может гимнастикой займемся? – игриво протянула Миллс.

– Пожалуй… – Эмма задумалась и на полпути в ванную остановилась. Она, закусив губу, повернулась и посмотрев на Реджину с хитрецой, произнесла, -… нет, – и скрылась за дверьми ванны.

– Черт! – обиженно пробубнила Реджина, ведь нежные поцелуйчики в животик никогда не проходили для нее даром. Она откинулась на подушку и посмотрела в потолок.

Эмма сходила в душ, освежилась и приведя себя в порядок, как в мыслях, так и физически вышла вновь в спальню и сразу пошла к шкафу одеваться.

– Ты что правда именно сегодня ничего не хочешь? – спросила Миллс, видя, как Свон уже во всю одевается.

– Неа, – просто ответила блондинка.

– Скажи честно, это наказание или ты действительно не хочешь? – пытаясь найти хоть малюсенькую лазейку, спрашивала Реджина.

– Наказание?! – протянула Эмма, – хм… А я об этом и забыла. Хорошо, что напомнила, – она уже полностью оделась и повернулась к Реджине, – неделя без гимнастики.

– Что? Да ты сама не выдержишь! Эмма, и вообще ты… я… малышка, ну как же так?! – Реджина сначала так активно начала, но договаривала уже с мольбой.

– Можешь даже не смотреть на меня такие жалостливыми глазами. Я все сказала, – сказала как отрезала Эмма и сразу вышла из спальни, чтобы не сломаться под этими молящими глазами котика из «Шрека».

Миллс обиженно начала вытягивать в себе воздух, ей ничего не оставалось как пойти одеваться.

Кора уже проснулась и орудовала на кухне, когда из спальни вышла Эмма.

– Доброе утро, дорогая. Как самочувствие? – с широкой улыбкой спросила женщина.

– Доброе утро, – бодро поздоровалась блондинка, но увидела, что Грэг еще спит и продолжила тише, – хорошо.

– А как наш алкоголик? – немного зло спросила Кора.

– И с ней все хорошо. Она просто праздновала, – пояснила Эмма и подошла ближе к женщине, – давайте я вам помогу с завтраком?

– Ах, праздновала! Ну, и что она нашла за повод? – Кора достала кофе, – если нет реакции свари, пожалуйста. Я просто вообще не могла чувствовать этот запах.

Эмма подошла к столешнице и принялась за варку кофе. В отличие от алкоголя этот запах не вызывал у нее отвращения, а даже наоборот. Невозможность его пить только привлекало блондинку, и она с радостью помогла Коре.

– Они с Эйденом помирились, – ответила на вопрос женщины Свон.

– Это радует, но она все равно получит у меня, – протянула уже с улыбкой Кора, – как малыш себя ведет?

– Он тоже ей недоволен, – засмеялась Эмма, она тоже почувствовала тот удар пяткой прямо в нос брюнетке, – а если серьезно, то в порядке. Теди – врач, который меня ведет, говорит, что все согласно сроку и отклонений нет.

– Отлично. А этого врача ты сама нашла? – поинтересовалась женщина.

– Нет. Это друг Реджины, – пояснила Свон.

– Доброе утро, – в этот момент из спальни вышла Реджина.

Кора стерла улыбку со своего лица. Эмма взглянула на женщину, и понимала ее злость на дочь.

– Присаживайся, я сейчас кофе налью, – сказала Свон Реджине, видя, как та стоит возле барной стойки.

– Спасибо, – брюнетка прошла к столу, – мам…

– Реджи, вчера ты вела себя отвратительно, – грозно сказала Кора.

Эмма молча поставила 3 чашечки на стол и разлила в них кофе, понимая, что сейчас лучше не вмешиваться.

– Всем доброе утро, – проснулся Грэг и, встав с дивана, прошел на кухню.

– Доброе утро, пап, – улыбнулась Реджина отцу.

Кора тоже улыбнулась мужу и достала из холодильника йогурты.

– Как голова? Не болит? – подкалывал отец, присаживаясь к столу, – спасибо, Эмма, – улыбнулся он блондинки, когда та налила ему кофе.

– Не за что, – также в ответ улыбнулась Эмма и налив всем кофе убрала турку.

– Все хорошо, – буркнула брюнетка, понимая, что эту тему не закроют.

– И не вздыхай там, – присаживаясь, сказала Кора.

– Лучше расскажи нам где ты вчера так нажралась? – не стесняясь, грубо спросил Грэг, в то время как Эмма, налив себе чая, тоже подсела ко всем за стол.

Реджина виновато посмотрела на всех присутствующих.

– Я была у Эди. Мы разговаривали…

Эмма отпила свой чай и молча смотрела за всеми присутствующими. Грэг же не стал молчать и спросил.

– И что ты замолчала? Вы поговорили и от этого ты напилась? Реджина, договаривай же, – проговорил строго отец.

– Пап, я все ему рассказала. Знаешь ли это не так легко было сделать, – рыкнула брюнетка, – мы немного выпили.

– Ага, немного?! Столько, что ты еле держалась на ногах, нечленораздельно разговаривала и несла чушь, – мать действительно была зла.

Также как был зол и Грэг.

– Чтобы расслабиться можно выпить один-два бокальчика, а не выжрать целую бутылку. Он что не понял тебя? Или отказался от своего ребенка? – Грэг совершенно не обращал внимания на Эмму, которая в это время молча поедала свой йогурт, не став вмешиваться.

– Зачем я тебя спрашиваю было так много пить?! И с Эйденом я еще поговорю. Мало того напоил, так еще и одну домой отправил.

– Пап, хватит. Мы не общались полгода, нам было, о чем поговорить. Он не отказывается от ребенка, он обязательно приедет и поговорит с Эммой. А домой он отправил меня к ней, – Реджина кивнула на Свон, – со своим знакомым, но в машине меня очень сильно разморило, а дальше помню только мамин душ.

– Если бы не мой душ, то мы бы видели зомби, несущую пьяный бред, – добавила Коралина.

– Дочь, ты всех нас сильно разочаровала. Это все, что я могу тебе еще сказать, – строго и по-отечески резко сказал Грэг и принялся за завтрак.

– Отлично! Помирившись с братом и выпив немного лишнего, я разочаровала всех, – психанула Реджина, но вовремя остановилась и взяла за руку Эмму, – прости, малыш.

– Реджина, прости, но они правы. Тебе просто нужно было извиниться, а не строить из себя великую и независимую от чужого мнения, – поддержала родителей Эмма, и как бы невзначай вытянула руку и потянулась за чаем.

– Просто отлично. Одна меня наказала, других я разочаровала, – Миллс говорила спокойно, но с обидой. Она встала из-за стола и пошла к себе в спальню, девушка действительно не понимала почему на нее все так обиделись.

– Наверное, я переборщила? – виновато протянула Эмма, действительно думая, что зря они так с Реджиной.

– Ничего, пусть подумает над своим поведением, – сказала Кора.

– Может мне сходить к ней? – Свон попыталась встать из-за стола, но была остановлена Грэгом.

– Эмма, ты правильно все сказала. Коралина права, пусть подумает над своим поведением и о всех наших словах, – спокойно говорил Грэгори.

– Спокойно позавтракай, а потом поговоришь с ней, – допивая свой кофе, сказала женщина.

– Хорошо, – согласилась Эмма и приступила к неоконченному завтраку.

Реджина сидела в своей комнате на подоконнике и смотрела на город. Она думала над словами родителей и Эммы. Они были обидными для нее, ведь она думала, что была виновата только перед Свон.

Родители и Эмма завтракали в полном молчании. Каждый так или иначе был в своих мыслях, но так или иначе эти мысли были об одном. О Реджине, ее поведении, ее реакции и несказанной, но такой показательной обиде.

– Пойду, я с ней поговорю, – Грэг закончил завтрак первым и встал из-за стола. За время утреннего приема пищи отец надеялся, что дочь выйдет. Подумает и вернется, но она так и не вышла из спальни. И поэтому Миллс решил сам поговорить с дочерью и объяснить, что они не хотели ни ее обидеть, ни оскорбить, а просто показать, что она не права.

Реджина повернула голову на стук в дверь и увидела, как в нее входит ее отец.

– Что еще прочтешь какую-нибудь нотацию?

– Не подумала, – иронично заметил отец и присел на уже застланную постель.

– Пап, ну и над чем мне нужно было подумать?! О вреде пьянства и курения? – съязвила Реджина.

– Прекрати! – строгий тон отца разнесся по всей спальне, а его взгляд мог спалить любого приблизься он хоть на метр.

Но только не Реджину, она его дочь и имеет взгляд не хуже, чем у отца.

– Что-то не так? Или не об этом?

– Если мы с матерью тебе мешаем продолжать дальнейшую безалаберную жизнь – мы уедем, – не поведя ни одним глазом, также строго высказался отец, – сегодня же. Ответь только на один вопрос в тебе есть хоть капля совести и благодарности?!

– Что ты говоришь?! Вы не мешаете мне. Мне просто непонятно почему вы из этого сделали катастрофу? Я выпила с братом, немного перебрала. Да, я виновата, но только перед любимой беременной девушкой, что заставила нервничать и в последствии всю ночь на нее дышала этим смрадом. Но это только перед ней я виновата. И я не веду безалаберную жизнь, – говорила брюнетка, она ведь действительно не понимала поведение родителей, – и что значит совесть и благодарность?!

– То есть мнение Эммы для тебя важно и значимо, а на мнение собственных родителей наплевать. Вот именно поэтому я и говорю про совесть. Именно поэтому спрашиваю про благодарность дочери перед родителями. Но как я вижу в тебе нет ни первого, ни второго, – грустно произнес Грэг и кинув последний взгляд на дочь встал с кровати идя из спальни.

– Пап, ну зачем ты так? – крикнула Миллс, – я люблю вас, я уважаю вас и очень благодарна за все. Просто независимо от Эммы я не понимаю, честно, что я такого сделала, – вскочив с подоконника, девушка умеряла свои эмоции и снижала тон, – папочка, прости…

– Девочка моя, мы уезжаем, и живи так как считаешь нужным, – Грэга очень задели предыдущие слова дочери и в нем зародилась обида. Не из-за того, что дочка напилась и пьяной заявилась домой. Она уже далеко не подросток и имеет право сама жить как посчитает нужным. А из-за того, что она ни во что не ставит родителей. И вот здесь возраст совершенно не имеет никакого значения. Мужчина все же вышел из спальни, сразу идя на кухню, где продолжали сидеть и беседовать Кора и Эмма.

– Кора, дорогая, мы уезжаем, – подойдя к барной стойке, беспрекословно объявил мужчина.

Миллс вылетела за отцом.

– Спасибо отец! Ты как всегда рядом в момент, когда мне тяжело. Ты можешь говорить о благодарности, хотя не черта не знаешь обо мне. Ты можешь гнуть свою правильную линию и говорить какой ты отец и бить себя в грудь. А ты знаешь, что со мной было три года, пока я прожила в Нью-Йорке? Мне звонил только Эди и только Эди помогал мне. Ты?! Ты хоть раз позвонил мне?! Я была удивлена, когда ты поддержал меня, когда узнал, что я лесбиянка, что люблю невесту брата. И даже вчера, когда ты поддержал маму и сказал, что ты бы хотел, чтобы Эмма с ребенком остались со мной, я продолжала удивляться. Сейчас ты рушишь то, что я успела построить сама, я нашла свою любовь, я приобрела ребенка, которого жду больше всего на свете. А ты берешь и разрушаешь это. Она и так считает себя виноватой в том, что все мы поссорились с Эйденом, а теперь она сбежит от меня потому что будет считать себя виноватой в моей ссоре с вами!

Кора с замершим сердцем наблюдала за мужем и дочерью. Она видела, что у Реджины накипело и сейчас после слов отца, она открылась.

Но отцу не дала и высказаться Эмма. Она тоже не могла, также как и Грэг слушать и слышать такое от дочери и понимала его сегодняшний поступок. Она встала из-за стола и моментально подошла к Реджине. Не стесняясь родителей, она засадила девушке нехилую пощечину.

– Заткнись и послушай! – рявкнула Эмма, но в последующем просто говорила, холодно, но грозно, – ты не имеешь никакого права так с ними разговаривать. Ты и представить себе не можешь, как воспитывать такую неблагодарную дочь как ты. Они переживают, поддерживают, беспокоятся, понимают тебя, а в ответ что?! Черная неблагодарность. Я не буду себя винить в том, что вы сейчас поссорились. Я буду винить только тебя, за то, что ты так наплевала на своих родителей и даже не понимаешь, как херово с ними поступаешь, – высказалась Эмма и повернулась к Коре и Грэгу, которые уже вдвоем стояли в оцепенении и не знали, что и сказать.

– Простите. И меня, и вашу ничего так и непонимающую дочь, – проговорила Эмма и обойдя Реджину, уже не смотрела на нее, а просто добавила, – я буду в спальне и тебе туда заходить крайне не рекомендуется, – и покинула гостиную.

Миллс вообще ничего не поняла. Слова Эммы, удар окатили ее как вчерашний холодный душ. Она потерла щеку и посмотрела на родителей.

Мать также смотрела на дочь, – Реджи…

– Коралина, если хочешь, можешь поговорить с Эммой, а после мы уезжаем, – без жалости и сожаление отрапортовал отец и взяв портсигар достал сигару и прошел на небольшой балкончик, дверь на который была из гостиной.

– Дочь, – женщина подошла к Реджине и обняла ее, – моя маленькая девочка, какая же ты у меня глупенькая. Ну, зачем ты… зачем? Малышка, доченька моя. Я не оставлю тебя, я всегда будут рядом, – Кора как можно сильнее прижимала к себе дочь, а Реджина также прижимала к себе маму.

– Пойдем присядем, – Кора посадила Реджину на диван и сходила за водой, присаживаясь рядом и вновь обнимая брюнетку.

Грэг не смотрел в комнату, он продолжал стоять на балконе и тихо курить. Он понимал, что как отец не должен был высказывать все дочери в лицо, но и по-другому поступить после ее поступка он не мог. Слова дочери сильно ранили отеческое сердце, что он вновь закурил, хотя делал это крайне редко и то только тогда, когда был очень расстроен.

Эмма же совершенно понимала срыв Грэга, Коры, и даже Реджины. Она понимала, что держать все в себе было крайне тяжело и это когда-нибудь да выливается наружу. И пусть при этом человек обижает тех, кто дорог. Но ведь не зря же говорится, что по-настоящему больно мы делаем лишь тем, кого любим всем сердцем.

Блондинка пришла в комнату и присела на кровать, поднимая глаза вверх и заново прокручивая свой поступок и пощечину. Она понимала и себя. Ведь ссора с родителями это настолько ненужное и жестокое, что Свон не могла просто так сидеть и смотреть. Ей стало невыносимо больно от того, что Реджина совершенно не понимает и что самое обидное не хочет понять отца. А ведь он и Кора это самое дорогое, что у нее есть. Их нужно беречь, уважать и бескрайне любить. Если бы Эмма это осознала раньше… То возможно и не среагировала так, как среагировала сейчас.

Глава 14

Реджина положила голову на колени матери и закрыла глаза. Ей не хотелось сейчас думать ни о чем, вновь и вновь прокручивать эту ссору с отцом, и осознавать, что Эмму в очередной раз втянули в семейные дрязги. Кора гладила дочь по голове, пропуская ее черные волосы сквозь пальцы, как почувствовала на своих плечах сильные мужские руки. Кора подняла голову и увидела сына, которого не видела полгода.

– Мам, – он наклонился и обнял женщину за шею целуя в щеку, а рукой дотянулся до руки сестры и сжал ее ладонь.

Реджина по голосу поняла, что это Эйден и даже не открыла глаз, а только сжимая руку в ответ.

– Сыночек, как ты тут очутился?

– Три года назад моя любимая сестра дала мне ключи и сказала, что всегда ждет меня, – от этих слов у Реджины покатились слезы.

– Дети мои, как же я вас люблю.

– Ты же все слышал? – послышался тихий голос Реджины.

– Да, только не понял с чего все началось. И понял, что мы с тобой будем по очереди пощечины получать, – усмехнулся Эйден, он зашел в квартиру на том моменте, когда Реджина говорила про него и остановился около двери.

– Я поговорю с отцом, – отпуская руку сестры и отрываясь от матери, сказал парень.

– Эди, не нужно пока с ним говорить. Он сейчас зол, и на тебя до сих пор тоже, так что поговори лучше с тем человеком ради которого пришел, – сказала Кора, посмотрев сыну в глаза.

– Редж, ты не против?

– Эйден, я не имею права за нее решать, так что спроси ее сам, она в спальне, – у Миллс сжалось сердце, но она так и продолжала лежать с закрытыми глазами.

Парень погладил мать по руке и пошел к спальне.

Эмма продолжала сидеть на кровати и смотреть в потолок, на стены, окно, но на самом деле в пустоту. И думать, про прошлое, настоящее и заглядывать в будущее.

Эйден замялся, ведь за этой дверью находилась его любимая девушка. Которая носила под сердцем его ребенка, малыша, которого он всегда хотел, а сейчас он даже не знает может ли он назваться его отцом. И может ли он уверенно сказать, что любит ее. Парень трясущимися руками постучал в дверь.

– Войдите, – совсем тихо сказала Эмма и опустив голову, закрыла глаза, предполагая, что это либо Кора, либо Грэг. А быть может и Реджина, которая не послушала ее и именно поэтому стучит.

Эйден приоткрыл дверь и заглянул. Он понял, что Эмма все еще его не видит. Он зашел и тихо закрыл дверь. Подходя и садясь перед Эммой на корточки, он взял ее за руки.

Почувствовав сильные мужские руки Эмма сразу подняла взгляд и в нем читалось дикое удивление вперемешку с испугом. Она смотрела на Эйдена, а внутри все переворачивалось и снежным комом наваливались совсем недавние воспоминания и переживания.

– Привет, – улыбнулся Эйден, – как дела?

– Привет, – немного потеряно ответила Эмма, вглядываясь в спокойный взгляд парня и его улыбку.

– Я понимаю, что ты удивлена, но, наверное, нам нужно поговорить, – протянул парень.

– Конечно, – Свон вытянула аккуратно свои руки из рук Эйдена и также аккуратно и медленно встала с кровати, являя взору парня свой животик, – нам нужно поговорить, – гладя живот ладонями тоже протянула блондинка.

– Ты как себя чувствуешь? Как малыш? Реджи сказала, что это мальчик. Вы хотите назвать его Эмет, – начал засыпать вопросами Эйден, – она говорила он толкается? И…

– Чувствую превосходно. Врач говорит все согласно сроку, – спокойно отвечала Эмма, – да, Реджина придумала имя Эмет и мне оно очень понравилось. Толкается, – улыбнулась наконец блондинка и как раз почувствовала толчок малыша и тут же взяла руку Эйдена и приложила на то место.

Мужчина почувствовал толчок.

– Он толкнулся! Вот еще раз, – Эйден был в восторге, – а он всегда так?

– Иногда сильнее, – улыбнулась Эмма и держала руку парня у себя на животе, отмечая небывалую схожесть его поведения и радости с Реджиной.

– Эмет, привет. Как ты там, малыш? Я твой папа, – Эйден сел на корточки и приблизился к животику Свон, продолжая гладить его рукой.

– Какие же вы все-таки… – улыбалась Эмма. Ей отчего-то сейчас было хорошо и спокойно, зная, что Эйден не злиться, а очень даже наоборот, – похожие.

Миллс поднял голову и посмотрела на Эмму.

– Прости, что все так получилось?

– За что ты просишь прощение? – приподняла брови Эмма.

– За то, что… – Эйден увидел взгляд блондинки, – ни за Эмета, ни в коем случае, – он встал, – за все то, что наговорил тогда. За то, что не понял вас, хотя очень любил.

– Забудь. И просто скажи, что простил меня, – серьезно говорила блондинка, – ты ведь простил нас? Пожалуйста, Эйден, скажи, что простил.

– Эмма, конечно простил, – парень обнял девушку, которую когда-то любил, – только, пожалуйста, будь с ней. Она тебя очень любит, наверное, ни один человек на свете не способен так любить как она.

– Я знаю. Я чувствую и вижу, – прошептала Эмма, – Эди… я… я тоже ее люблю.

– Ты наконец-то сказала, что любишь, хоть и не меня, – улыбнулся Миллс.

– Эди… – прошептала Эмма, а сама еще сильнее обнимала парня, – прости меня, пожалуйста. Я не использовала тебя, не обманывала. Мне было хорошо с тобой. Просто я… запуталась. Я не понимала, что чувствую и как больно тебе делаю. Пожалуйста, Эди прости…прости меня, – тараторила, но очень тихо Эмма, чувствуя, что ее вновь накрывает волна прошлых переживаний.

– Свон, вчера я все понял. Я окончательно отпустил тебя и обиду на тебя. Эмма, я любил тебя, честно, но сейчас… ты дорога мне. Ты мать моего сына, я буду поддерживать вас. Мешать твоим отношениям с Реджи, вашей любви я не буду, – Эйден выпустил Свон из объятий, – вы же позволите видеться с сыном?

– Конечно, – лишь ответила Эмма, и Эйден увидел, как блестят серые глаза от скатывающихся по щекам слез.

– Ты чего плачешь то? – Миллс стер большим пальцем скатившуюся слезинку.

– Беременность, гормоны, не обращай внимание, – отмахнулась Эмма и позволила себе наконец искренне улыбнуться, стирая оставшиеся слезы.

– А ты изменилась! Тебе идет беременность, – сказав, Эйден стал серьезным, – что произошло, что Реджи так поссорилась с папой?

– Не нужно было позволять ей столько вчера пить, – ответила Свон и присела на кровать, – она пришла совсем никакущая. А утром даже не извинилась перед ними за свое вчерашнее поведение, а только наоборот стала огрызаться и говорить, что это не их дело. Грэг не выдержал, и я его поддержала.

Эйден взялся за голову.

– Реджи черт. Она уходила от меня не никакущая. Что она успела натворить?

– Наверное разморило по дороге, – предположила верный вариант Эмма.

– Понятно, пойду попробую их помирить с отцом, – сказал парень, – с меня все началось, я это все закончу.

– Ты лучше вразуми свою сестру поговорить с отцом, – чуть грубее сказала Эмма. Ведь она была зла на Реджину за такое ее отношение к родителям.

– Мне кажется от этого они поссорятся еще больше. Нам нужно чтобы они оба захотели поговорить и извиниться, – подмигнул Миллс.

– Было бы замечательно. Тогда действуй, – сказала Эмма, смотря на парня, – боюсь тебе будет ой как нелегко.

– А кто сказал, что я буду действовать один? Ты мне поможешь! Выбирай с кем будешь говорить?

– Я? – воскликнула Эмма, – нет уж, дорогой мой. Иди-ка исправляй эту ситуацию сам. Я уже сегодня поговорила. Меня они точно не послушают. Да и вообще я понимаю Грэга, а с Реджиной, просто не хочу разговаривать.

– Что это значит? Ты что не можешь просто помириться с Реджи? Иди и поговори с ней, – приобнимая Эмму за плечи, сказал Эйден.

– Эди, нет, – резко ответила Эмма, – я не буду с ней говорить, пока она не поймет, что не права и не помирится с отцом.

– Так объясни ей это. Тем более ты ей засандалила пощечину.

– Эй? – Эмма посмотрела на Эйдена, – откуда ты знаешь?

– Ну я немного дольше здесь нахожусь, чем ты думаешь, – виновато сказал парень и улыбнулся.

– Так ты все воочию видел? – приподняла брови Свон, а потом даже несколько смутилась, понимая, как это выглядело со стороны.

– Не совсем видел, а больше слышал. Эмма, она виновата, но ты должна была ей объяснить, что она виновата, а не орать и тем более хлыстать по лицу.

– Я уже говорила, что беременна и мне свойственны перепады настроения? – буркнула Свон, а потом посмотрела на Эйдена, – ты прав. Я не должна была кричать, а тем более поднимать на нее руку. Но ты же знаешь мою историю, – Свон сейчас говорила про родителей, которых навсегда потеряла много лет назад, – я не могу стерпеть, когда так обращаются с собственными родителями.

– Ты ей открывалась? Она это знает? Пойми, Реджи очень любит их и сейчас лежа на коленях мамы она уже жалеет о том, что сказала, – Эйден сказал на полном серьезе, зная свою семью.

– Мы не говорили об этом, – ответила Эмма, – хорошо. Позови ее. Я поговорю с ней. Постараюсь убедить извиниться и спокойно поговорить с отцом.

– Держи свои гормоны при себе и помни, ты – парламентер, – Эйден пошел в гостиную.

Грэг в то время, когда вышел Эйден, уже не был на балконе. Он вышел из квартиры вовсе. Ничего не говоря, просто кивнул Коре, что все в порядке и вышел.

Реджина продолжала лежать на коленях Коры, она только слышала, как ее отец уходил.

– Реджи, иди в спальню, Эмма хочет поговорить с тобой, – садясь рядом с сестрой, сказал парень.

– Иди, – подтолкнула Кора.

Миллс молча встала и пошла в спальню.

– Можно? – увидев Свон, спросила Миллс и закрыла за собой дверь. Предполагая, что ей можно, ведь Эмма сама ее позвала.

– Иди ко мне, – блондинка постучала по месту рядом с собой, смотря при этом на Реджину.

Миллс молча подошла и села рядом с любимой девушкой.

– Прости.

Эмма сразу обняла Реджину.

– Это ты должна сказать не мне, – прошептала она, гладя брюнетку по спине и сильнее прижимая к себе.

– Малышка, я знаю. Я знаю, что повела себя неправильно. Я действительно не права, – Миллс повернула голову и прикоснулась губами к шее Эммы.

– Это хорошо, что ты это понимаешь, – Свон продолжала гладить Реджину и успокаивающе говорить, – пойми. Родители это самое дорогое. Дороже них у нас нет никого. А обижать дорогих тебе людей, поверь мне только делать хуже и себе и им. Малышка, прости, что ударила тебя. Я не сдержалась. Ты так с ним разговаривала, столько гадостей наговорила, что я не выдержала.

– Не переживай, мое лицо сегодня только для этого и предназначено, – намекая на утренний удар Эмета, сказала Реджина, – Малыш, я знаю и понимаю это. Я сорвалась и извинюсь перед папой.

– Хорошо, – проговорила Эмма, – маленькая моя девочка. Не переживай. Он простит тебя. Он любит тебя, и я уверена, что и сам уже жалеет об этом.

Миллс выдохнула, – а ты как поговорила с Эди?

– Мы тоже помирились. Жаль мне напиться нельзя, – специально подкалывала Свон и отпустила Реджину из объятий, смотря ей в глаза, – он желает нам счастья.

– У меня хороший брат, – протянула Реджина. Она приблизилась и поцеловала Эмму в губы, кладя руки на животик и чувствуя толчок Эмета.

– Они уже поздоровались, – улыбнулась Свон, отстраняясь от губ Реджины.

Миллс стала серьезной и встала с кровати, – что вы решили?

– Я же сказала, что он пожелал нам с тобой совместное счастье, – ответила Эмма, так и продолжая сидеть.

– То есть вы остаетесь со мной? То есть мы вместе с тобой будем растить малыша? – Реджина повернулась и села на корточки, беря руки Эммы в свои, – то есть я смогу тебя любить, не боясь, что ты от меня сбежишь?

– Сбежишь? – приподняла брови Эмма, – как я могу сбежать?! Я же люблю тебя, – серьезно закончила блондинка, и положила свою ладонь на щеку Реджины, гладя ее большим пальцем, – я никуда не сбегу. Я хочу жить с тобой и растить нашего ребенка вместе.

– Ты любишь меня?! – Миллс не надеялась услышать эти слова, но всегда хотела. Это были самые желанные слова из уст Свон, – Эмма, любимая моя, девочка моя маленькая. Я так тебя люблю, – Реджина встала и страстно поцеловала блондинку.

– Люблю, – подтвердила Эмма через мгновения страстного поцелуя и смотря в карий взгляд, – но не забывай про наказание, – понимая к чему может привести поцелуй сразу остановила его блондинка.

– Да помню я, помню, – пробурчала Реджина, – наверное мне нужно поговорить с отцом?

– Не наверное, – покачала головой Эмма.

– Тогда я пошла, а ты будешь отдыхать или в гостиной посидишь? – Реджина немного волновалась, ведь она действительно была не права и нагрубила отцу.

– Пошли в гостиную, – ответила Эмма и встала с кровати, – кстати, сегодня вроде Лизи хотела с нами поужинать. Вернее, она не хотела подниматься вчера и предложила сегодня.

– Если хочешь, давай позвоним ей и пригласим на ужин. А если ты себя хорошо чувствуешь можем вообще сходить в ресторан, – взяв Эмму за руку, они вышли из спальни.

Кора и Эйден сидели на диване, парень активно рассказывал, как он сейчас работает.

– Я за ресторан, – ответила Эмма и они подошли так, чтобы их могли видеть и Кора и Эйден.

– Что вы там про ресторан говорили? – спросил парень.

– Мы с Эммой хотим позвать вас в ресторан, – ответила Реджина, прижимая к себе Свон.

– Было бы неплохо. Реджи, только…

– Мам, я поговорю с папой и извинюсь, – сказала брюнетка и поцеловав Эмму пошла из квартиры.

Грэг сидел в автомобиле. Он тоже думал и обдумывал прошедшую ситуацию и понимал, что не нужно было быть таким категоричным и сразу психовать. Нужно всегда держать себя в руках и стойко переносить все повороты судьбы. Пусть они и такие тяжелые в виде плевка в душу от собственного ребенка.

Реджина вышла из подъезда и осмотрелась, увидев отца, она пошла к его машине. Обойдя ее, она села на пассажирское сиденье.

Грэг ничего не сказал, а продолжал молча сидеть, но в душе уже радовался, что его дочь все же пришла поговорить. Брюнетка не смотрела на отца, она просто положила голову ему на плечо.

– То, что я сказала про тебя, что ты не поддерживал меня, что не звонил это все сказано на эмоциях. Я не сдержалась и накричала на тебя, потому что испугалась того, что вы уедете как Эйден и я потеряю своих родных и близких. Вчера я напилась потому что не знала, как рассказать родному брату, что живу с его девушкой и хочу вместе с ней растить его ребенка. Он мог не понять, не простить, и тогда бы я окончательно лишилась брата. А сегодня я сорвалась на вас и мне очень жаль, что я так поступила. Папочка, прости меня, пожалуйста… Я все осознала и прости меня за все слова, сказанные наверху.

– Глупенькая моя девочка, – прошептал отец и погладил дочь рукой по голове, – мы твои родители, ты никогда нас не потеряешь. Мы всегда будем рядом, всегда будем поддерживать тебя. Дочь, мы тебя любим с матерью. Очень и очень сильно. Я понимаю, что ты уже взрослая девочка, но для меня ты всегда останешься моей малышкой, за которую я буду переживать, ругать, но от этого еще сильнее любить, как бы ты там себе не надумывала.

– Спасибо, пап. Спасибо за все и еще раз прости меня, я очень была не права, – Реджина обняла отца.

– Главное, что ты это поняла и сама подошла. Это дорогого стоит, – проговорил отец, обнимая дочь, крепче прижимая ее в ответ.

– Я поняла.

Они просидели молча в машине еще какое-то время.

– Пап, мы с Эммой хотим пригласить вас в ресторан, надеюсь ты не откажешь?

– Если это будет вечером, то с превеликим удовольствием, – ответил отец, а потом продолжил, – а сейчас нам с матерью нужно собираться.

– Пап? – возмутилась девушка, – ты действительно хочешь уехать?

– Да. В гостиницу, – ответил отец и с улыбкой посмотрел на дочь, – я не хочу стеснять вас с Эммой.

Миллс выдохнула.

– Вы нас не стесняете. И пап, я бы хотела попросить у тебя помощи.

– Конечно, дорогая, – ответил отец, – что нужно, я все сделаю?

– Я хочу нам с Эммой и Эметом купить квартиру, – в прошлый раз дочь отказалась от помощи отца, но сейчас у нее нет времени зарабатывать, у нее уже семья.

– Я думал, ты снова откажешься предложи я это, – усмехнулся отец, а потом серьезно продолжил, – только с условием.

– Каким? – приподняла бровь брюнетка.

– Не меньше четырех комнат и с террасой вместо маленького балкончика. И самое главное – ты должна привести туда свою жену, – ответил совершенно спокойно отец.

– Поехали, – улыбнулась Реджина.

– Куда? – удивился отец.

– Буду делать первый шаг, чтобы привести в новую квартиру жену, – подмигнула Миллс.

– Показывай дорогу, – завел автомобиль Грэг и улыбнувшись тронулся с места.

– Торговый центр, тут недалеко, – Реджина показала вперед, – вообще я просто хотела купить цветы Эмме и маме, – Миллс показала кошелек.

– Просто цветы? – приподнял брови Грэг, направляя авто в ту сторону куда показала дочь.

– Сейчас уже не только цветы, – ответила Миллс, – я полчаса назад хотела ей сказать – выходи за меня. Но подумала, что без атрибутов это будет как-то неправильно.

– А это очень правильная идея, – ответил отец, – тогда может вам устроить романтический вечер на двоих?

– Давай, только все равно мы поужинаем с вами в ресторане, а потом я увезу ее домой, где все будет готово, – воодушевилась Реджина.

– Молодец, дорогая. Хорошая идея, – улыбнулся дочери Грэг.

Миллсы заехали в дорогой ювелирный магазин. Реджина выбрала красивое двойное золотое кольцо с россыпью бриллиантов и одним центральным белым бриллиантом в 10 карат. Заехав в агентство и договорившись о подготовке вечера у себя дома, Реджина с Грэгом вернулись домой и объявили, что устраивают праздник в ресторане.

Глава 15

Семья Миллс пригласила Элизабет присоединиться к ним за ужином и девушка с удовольствием согласилась сказав, что придет не одна.

– Добрый вечер, – сказала Лизи, целуя по очереди Реджину и Эмму, – я Элизабет Волсет, – девушка протянула руку родителям.

– Грэг Миллс, – притянул он Лизи за руку и поцеловал тыльную сторону ее ладони, – очень приятно. Моя жена Коралина, – с улыбкой мужчина показал на жену.

– Очень приятно, я много хорошего слышала о вас, – Лизи пожала руку Коре.

– Мы рады, что у наших девочек такая подруга, – сказала, улыбаясь, старшая Миллс.

– Лизи, – девушка переключила свое внимание на Эйдена, – я давно хотела с вами познакомиться.

– Мне тоже приятно, – Эди оценивающим взглядом одарил Волсет.

И в это время к Лизи подошел ее сопровождающий и по-собственнически положил свою руку ей на талию.

– Здравствуй, Джон, – улыбнулась Эмма Питерсону.

– Здравствуйте, Реджина Миллс, – протянула руку брюнетка мужчине и так же как и он положила вторую руку на талию, только Эммы. Она не была лично знакома с Джоном.

– Джон Питерсон. Наслышан о вас, мисс Миллс, – сдержанно улыбнулся мужчина Реджине и пожав ей руку перевел свой взгляд на Эйдена, протягивая уже ему руку.

– Эйден Миллс, – парень пожал мужчине руку.

– Ну что может все пойдем за стол? – предложила Кора, так как к ним уже подошел администратор и с улыбкой предложил проводить к столу.

Все сели за большой стол, и официант собрал заказы и удалился, оставляя компанию общаться.

– Мистер Питерсон, как мистер Росс? – ехидно спросила Реджина ведь нужно было найти тему для разговора.

Кора и Грэг о чем-то общались между собой и не обращали внимание на молодежь.

– Вполне сносно, мисс Миллс, – в своей сдержанной манере ответил Питерсон.

Миллс иронично улыбнулась.

– Малыш, а у тебя как с работой? Эди, Эмма работает практически в моей компании, ее – дочерняя компании, в которой работаю я.

– Я надеюсь ты добилась того же, что и в «Мире»? – спросил Эйден, – там твои проекты пользовались успехом.

– И в этой вполне нормально. Конечно не главный редактор, но меня устраивает, – ответила Эмма и посмотрела с упреком на Реджину.

– Такими темпами, как работает Эмма, через несколько месяцев она может дорасти до Джерри, – добавил Джон, – если конечно сама этого будет добиваться, – без намека, прямым текстом добавил мужчина.

– Она обязательно всего добьется сама, – сказала Миллс без какого-либо намека, ведь она считала Эмму талантливой и не собиралась больше вмешиваться в ее работу. Она наклонилась и поцеловала блондинку в щеку, – Джон, давайте перейдем на «ты». Я надеюсь мы будем общаться?

– Давай, Реджина, – ответил Питерсон.

В это время Лизи переключилась на Эйдена, парень ей показался очень красивым и, если бы не Джон она могла бы с ним начать общаться серьезно. Но сейчас она просто хотела вызвать ревность у Питерсона, который до сих пор держал свои эмоции при себе.

– Эйден, а вы чем занимаетесь?

– Я занимаюсь транспортом, организовываю перевозки, – ответил парень.

– А я юрист так же как и Слим, – улыбнулась Волсет.

– А я заместитель директора дочерней компании, – разрушил милые гляделки Лизи и Эйдена своим басом Джон.

– Слим? – обратил свое внимание на молодежь Грэг и тем самым перевел взгляды с Джона на себя.

– Это моя типа кличка, – буркнула Реджина.

– Слим? – спросила Кора, – а что Реджи тебя уже не подходит?

– Ее так называют только несколько человек, – добавила Лизи.

– Эмма, а ты тоже так ее называешь? – спросил Эди.

– Нет. Я ее называю сестричка, – улыбнулась Эмма, глядя на Реджину.

– Конечно, детка, – улыбнулась Миллс.

Кора улыбнулась, – а вот и наш ужин.

Официант поставил на стол салаты и напитки.

– Давайте выпьем? – предложил Эйден.

– Мне сок, – сказала Реджина, закрывая свой бокал, – наш малыш не любит запах алкоголя.

– Если хочешь, я не против, – сказала Эмма Реджине.

– Нет, малышка, сегодня я справлюсь и без алкоголя, – целуя Свон в шею, протянула Реджина.

Кора смотрела за реакцией сына, который даже не обратил на это внимания, что очень порадовало женщину. Ведь она хотела, чтобы оба ее ребенка были счастливы.

Вечер проходил в дружественной и абсолютно спокойной атмосфере. Все шутили, смеялись, общались на разнообразные темы.

– Элизабет, – обратился ближе к концу вечера Джон к Лизи, очередной раз отрывая ее от интереснейшего разговора девушки с Эйденом, – давай я отвезу тебя домой?

– Джон, может немного попозже? – буркнула Лизи и вернулась к разговору с Эйденом.

– Малышка, а ты разрешишь мне отвести тебя домой? – тихо спросила Реджина.

– Сестричка, – протянула Эмма, – давай еще немного посидим, пожалуйста.

– Эйден, а ты случаем не куришь? Не составишь мне компанию? – спросил Джон, вставая из-за стола пытаясь всеми силами отвадить парня от Лизи.

– Не курю, но компанию составлю, – встал со стула Эйден.

Родители ничего не сказали, одарив сына вопросительным взглядом.

– Ладно, дети, а вот мы, наверное, поедем. Да, Грэг? – спросила Кора.

– Конечно, дорогая, – согласился муж и вставая помог подняться Коралине.

Попрощавшись с родителями, Эмма и Реджина посмотрели вопросительно на Лизи.

– Ну что? Он опять непонятно как себя ведет, – буркнула Волсет.

– У меня нет слов, – протянула Реджина.

– Зато ты понятно, – усмехнулась Эмма, допивая минералку из своего фужера.

Эйден и Джон вышли на улицу. Эйден предполагал зачем парень его позвал, но хотел проверить.

Джон достал сигарету и, закурив, смотрел на автомобильную дорогу, а потом резко повернулся и посмотрел на Эди.

– Что тебе нужно от Элизабет? Или ты не понял, что она пришла со мной?

– Джон, я понял, что она с тобой, вообще-то я просто с ней общаюсь, – сказал Эйден.

– Я видел, – грубо отрезал Джон. Его сильно разозлило поведение Эди и Лизи.

– Джон, если Лизи твоя девушка, то ты это обозначь уж как-нибудь, а не сиди как непонятно кто, обнимая ее за талию, – немного грубо сказал Миллс.

– И как же это обозначить? По-моему, и так все ясно, – продолжал грубить Питерсон.

– Ясно – это когда девушка общается со своим парнем, а не два раза за вечер говорит – «нет, я не буду красное вино» и «нет, давай попозже», – ехидно протянул Эйден.

– Знаешь, мне кажется это сейчас не твое дело вовсе, – буркнул Джон, – она моя девушка и точка. И я хочу, чтобы ты это запомнил,- сказал как отрезал Джон и, выкинув сигарету, вернулся в ресторан.

Сразу подойдя к столику, где общались Элизабет, Эмма и Реджина, он подошел к Волсет. И не дав ей и слова вставить, страстно поцеловал в губы, не стесняясь и не думая о дальнейшем. Лизи сразу ответила на поцелуй, ведь таких действий она ждала от Джона с самого начала.

Реджина посмотрела на Эмму и подмигнула, радуясь, что Волсет наконец нашла своего мужчину. Эйден с улыбкой смотрел из-за угла, ведь он правильно понял девушку, что она хочет действий от Джона.

Лизи оторвалась от нежных и в тоже время страстных губ Питерсона.

– Отвези меня домой, пожалуйста.

– С удовольствием, – ответил Джон и, приобняв девушку за талию, попрощался с Эммой и Реджиной и направился вместе с Лизи на выход.

Эйден вернулся и сел за стол.

– Ну, что они нашли друг друга?

– Наконец-то, – протянула Эмма и засмеялась.

– О, да! Ну что теперь я могу отвезти тебя домой? – улыбнулась Реджина.

– Теперь я думаю и нам действительно пора, – улыбнувшись, согласилась Эмма, смотря исключительно на брюнетку.

Эйден расплатился, не позволив Реджине даже достать деньги, и они все вышли из ресторана.

– Ты на такси? – спросила Миллс брата.

– Да. Давайте, спокойной ночи, – он обнял Реджину и тихо прошептал на ухо, – удачи.

– Можно я тебя обниму? – спросил он у Эммы, а сестра за ее спиной одними губами прошептала:

– Спасибо.

– Зачем ты спрашиваешь? – улыбнулась Свон и сама обняла парня.

Эйден крепко обнял Эмму, окончательно понимая, что все в прошлом.

Они попрощались и девушки на машине Миллс поехали домой.

– Ты не устала?

– Есть немного, – честно призналась Эмма, – знаешь, я бы не отказалась от расслабляющего массажа, – протянула она, смотря на Реджину.

– Как только приедем домой, я его тебе организую, – улыбнулась Реджина.

– Спасибо, – улыбнулась в ответ Эмма и положила голову на подголовник, закрывая при этом глаза и кладя руки на животик.

– Эмет, хорошо себя вел?

– Немного шалил, но так молодец, – прошептала совсем тихо Эмма.

Миллс на секунду оторвалась от дороги и посмотрела на блондинку, и ничего не говоря положила руку ей на животик. Эмма, не открывая глаз, накрыла руку Реджины своей ладонью.

Уже через 20 минут девушки были дома и заходили в свою квартиру.

– У меня для тебя сюрприз, – взяв за руку, сказала Реджина, пока что не открывая полностью дверь.

– Какой? – удивленно спросила Эмма, смотря на брюнетку.

– Пойдем, – Реджина открыла дверь и провела Свон в гостиную. Она вся была заставлена розами, горел приглушенный свет. Посередине на столике стояло два бокала вишневого сока и стояла маленькая красная коробочка.

– Это все для тебя.

Эмма смотрела на все это великолепие и даже не могла произнести и слова. Все было настолько красиво, мило, элегантно, спонтанно и настолько замечательно, что Свон рассматривала каждый уголок этого великолепия. Подойдя к одной из многочисленных ваз с розами, она глубоко вдохнула их прелестный аромат свежести.

– Реджи, – протянула блондинка, пока совершенно не замечая ни столика, ни бокалов, ни самого главного, – это так великолепно…

– Малышка, я тебя очень люблю. Я очень хотела сделать тебе приятно, но, наверное, я перейду сразу к главному, – серьезно сказала брюнетка, но еще стоя на своем месте.

Эмма с интересом и неким предвкушением стояла и смотрела на Реджину, не понимая все же что она задумала.

– Я не зря сказала, что сегодня справлюсь без алкоголя. Сегодня для меня тоже, как и вчера будет очень серьезный разговор, – Миллс очень нервничала, ведь Эмма только сегодня сказала, что любит.

– Реджи, ты сейчас меня пугаешь, – немного настороженно сказала блондинка, вовсю смотря на девушку.

– Пожалуйста, не переживай, тебе нельзя волноваться, – Миллс пока что путалась в своих мыслях, поэтом сказала первое, что было в голове.

Эмма присела на первое, что попалось ей на глаза и это оказался стул возле накрытого стола. Свон почувствовала, что во рту пересохло, когда она увидела красную коробочку посередине стола.

– Принеси воды, пожалуйста, – прохрипела Свон, моментально переключая свой взгляд на Реджину, но так боясь разглядеть в нем ответ, что это правда.

– Сейчас, – Миллс не замечала ничего, она быстро пошла на кухню и налила стакан воды.

– Спасибо, – принимая стакан и тут же его осушая, проговорила блондинка.

Миллс сидела на корточках и уже не могла тянуть, видя, как Свон начинает действительно волноваться. Она дотянулась до заветной коробки.

– Эмма, выходи за меня! – брюнетка открыла коробочку и посмотрев блондинке в глаза протянула ее ей.

– Реджина… – проговорила Эмма, совсем тихо, чуть шепча и смотря в карий уже совсем любимый взгляд. Сердце так и хотело выпрыгнуть из груди, а дыхание и вовсе сбилось, не давая ничего больше произнести.

Миллс колотило точно также, она не понимала ответа Эммы и это ее дико беспокоило. Она, не моргая, смотрела на блондинку.

– Любимая моя девочка. Малышка, я так сильно тебя люблю и люблю нашего малыша. И поэтому я безумно хочу, чтобы вы стали моей семьей, – Реджина отпустила руку Свон и перенесла на ее животик.

– Реджи… мы и так твоя семья, – после минутного молчания наконец нарушила давящую тишину своим ответом Эмма и смотрела на брюнетку, боясь ее обидеть или оскорбить, но все же продолжила, – пойми… я с тобой, малыш твой в любом случае, но… я… не знаю… – видя этот прекрасный карий взгляд Свон совсем растерялась.

Реджина боялась именно этого, сердце болезненно сжалось, но взяв себя в руки, чтобы не расплакаться она глубоко вздохнула, защелкивая коробочку с кольцом.

– Я все понимаю, и я действительно очень поторопила события. Это кольцо мой подарок, и оно твое. А твой положительный ответ я буду ждать, как ждала твоей любви.

– Не расстраивайся. Реджи, прошу тебя только не расстраивайся, – проговорила Эмма, обхватив лицо Миллс своими ладонями и заставляя смотреть в глаза, – мы вместе. Мы с тобой, а ты с нами это самое главное. Просто поверь мне, пожалуйста.

Миллс нечего было сказать, она приблизилась и поцеловала Эмму со всей нежностью и любовью, откладывая коробочку с кольцом в сторону и обнимая обеими руками любимую.

Глава 16

Три месяца пролетели очень быстро. Реджина больше не затрагивала тему свадьбы, но еще в тот вечер она сказала, что это предложение всегда будет в силе, и Эмма в любом момент может сказать да.

За это время девушки вместе нашли большую квартиру, как и обещала Миллс отцу в ней было пять комнат и огромная терраса. Как Свон не сопротивлялась, они все же ее купили. В комнате малыша сразу сделали ремонт, но решили, что будут обустраивать постепенно. В остальных комнатах дизайн и обстановка полностью понравилась новым хозяйкам.

Утром Миллс и Эмма наслаждались друг другом в их большой кровати. Реджина сидела, облокотившись на каретку, а блондинка сидела на ее бедрах лицом к ней. Брюнетка гладила уже большой животик.

– Родители прилетят завтра, мы примем их у себя?

– Конечно. Не в гостиницу же им опять селиться, – ответила, улыбаясь, Эмма.

– Ну, я в принципе так и думала, – сказала Миллс и почувствовала, как Эмет зашевелился, – малыш, потерпи еще недельку, и ты появишься на свет.

– Ему уже, наверное, не терпится, – улыбнулась Свон и нагнулась, касаясь губ Реджины своими, – как и нам.

Девушки целовались, а брюнетка продолжала гладить животик. Но отстранив от себя Эмму она с удивлением посмотрела на Свон.

– Детка, а с тобой все хорошо?

– Вообще все хорошо, – ответила Свон и почувствовала сильный пинок малыша и небольшую боль, – ай!

– Эмма, ты на меня помочилась?! – Реджина продолжала смотреть на блондинку, – малышка, точно все в порядке?

– Я на тебя не мочилась, – возмутилась Эмма и начала вставать с кровати. Но только она встала как почувствовала резкую боль.

– Ай, – вновь выкрикнула блондинка и взялась обеими руками за живот.

– Так значит мы рожаем! – Миллс вскочила с кровати, – сами поедем или вызвать скорую?

– Да не рожаем мы. Еще целая неделя, – вновь возмутилась Свон и присела на кровать, – просто Эмет шалит. Сейчас все пройдет.

– Ага, а лужа на кровати – это тоже баловство?! Эмма, ты рожаешь! Нам нужно в больницу, – Реджина взяла мобильный телефон, – я звоню Теди.

– Реджи, я не рож… – Эмме не дал договорить еще один резкий болевой приступ, и она сморщившись вновь схватилась за живот.

– Так скорую или сами? – спросила Миллс, а Теди уже слышал все в трубке.

– Слим, сами, так быстрее. Я жду вас через 20 минут, – крикнул мужчина, поняв, что малыш Эмет не собирается ждать положенного срока.

– Я… ай, – Свон от болезненных спазмов даже не могла ничего сказать толком.

– Мы скоро будем, – кинула Миллс и подлетела к Эмме, – Теди нас ждет.

Реджина достала спортивную сумку и кинула туда одежду блондинки, – все, поехали.

Эмма молча встала и пошла за брюнеткой, держась за живот и понимая, что действительно рожает.

Миллс очень быстро довезла Свон до больницы, по дороге пытаясь ее поддержать хоть какими-то словами.

– Везите ее в палату, – сказал Робинс, когда Эммы села в кресло-каталку.

– Стой. Малышка, я люблю тебя, – Реджина поцеловала Свон.

– Я не хочу быть одна, – Эмма мертвой хваткой вцепилась в руку брюнетки, – я тебя не отпущу.

– Малыш, отпусти мою руку. Ты сильная, ты справишься, – Реджина до смерти боялась больниц и крови, поэтому она не очень хотела идти с любимой.

– Эмма, тебе пора, – улыбнувшись, сказал доктор.

– Теди, скажи, что ей можно со мной, – не отпуская руку и тяжело дыша, попросила врача Свон.

– Можно, – ответил мужчина и посмотрел на на глазах бледневшую брюнетку.

– Эмма, мне нужно позвонить родителям, Эйдену, Лизи, – начала находить отговорку Реджина.

– Тебе что дороже звонок или появление нашего малыш…? Ааа! – закричала Свон и еще сильнее вцепилась в руку Реджины, даже не думая ее отпускать.

– Ааа! Малышка, конечно дороже появление малыша, – простонала Миллс, сгибаясь от болезненных оков Свон, – Эмма, пожалуйста, отпусти мою руку.

– Эмма, она придет, когда тебя подготовят, – поддержал Теди и попытался разжать руку Свон.

– Хорошо… Я жду… быстрее… – тяжело дыша и неосознанно начиная тужиться, простонала Эмма и все же разжала руку Реджины.

– Ау! – почувствовав, что руку отпустили, протянула Миллс, – я скоро приду.

Медсестра повезла Эмму в палату.

– Теди, я не хочу идти, я боюсь, – сказала Реджина, посмотрев на друга.

– Слим, ты сильная, ты сможешь, – приобняв, сказал Теди и ушел.

Реджину начинало колотить еще больше, она взяла телефон и набрала номер Эйдена.

– Эди, она рожает. Мы в больнице, и она хочет, чтобы я была с ней.

– Редж, дыши глубже. Почему сейчас? Еще неделя же?! Ладно, я скоро приеду, будь с ней, – и больше не дав ничего сказать сестре, брат повесил трубку.

– Черт! – девушка набрала номер отца, – папочка, возьми трубку…

– Алло, – через несколько томительных секунд Грэг взял трубку, – дорогая?

– Пап, привет, вы где? – от волнения и утомленная ожиданием спросила Миллс.

– Еще дома. Реджина, что случилось? Что у тебя с голосом? – спросил взволновано Грэг, слыша голос дочери.

– Да ничего. Мы просто в больнице, и Эмма рожает! – с истерическим смехом ответила брюнетка.

– Реджина, успокойся, подыши, – слыша этот заливистый смех проговорил отец, – как Эмма? Мы с матерью уже вылетаем. Все будет хорошо, родная. Вы справитесь.

– Пап, что значит подыши?! Она хочет, чтобы я была с ней, – продолжала истерить Миллс, – мне кажется, что мне хуже чем с ей.

– Тебе не хуже, чем ей, – чуть повысил голос отец, – маленькая моя девочка, ей сейчас как никогда нужна твоя поддержка. Реджина, милая, ты нужна ей. Соберись, успокойся и будь рядом. Поверь так нужно, ты справишься.

– Приезжайте быстрее, – через силу взяв себя в руки протянула брюнетка.

– Мы уже вылетаем, – проговорил отец, – все будет хорошо. Вы сильные, мои девочки.

После того как Грэг повесил трубку Реджина подошла к стене и уперлась о нее лбом. Девушка действительно боялась присутствовать на родах Эммы.

– Ну, что пойдем? – к ней подошел Теди.

– Ага, – разворачиваясь, сказала Реджина, – позвони Лизи, она приедет.

– Хорошо, позвоню, – видя Миллс в таком состоянии впервые, сказал мужчина и они пошли в палату Свон.

Эмма лежала на столе и медсестра начала все подготовительные манипуляции.

– Где Реджина? Мне нужна моя жена! – говорила надрывно Свон и чувствовала, как ее буквально разрывает изнутри.

Как только Миллс вошла в палату и увидела, как Эмме больно, не слыша ничего вокруг полетела к любимой, беря ее за руку, а другой гладя по уже мокрым волосам.

– Детка, я тут! Я рядом.

– Сестричка, малышка моя! – кричала Свон, тяжело дыша и крепче беря руку Реджины, а другой хватаясь мертвой хваткой за край стола.

– Эмма, тебе нужно подождать, когда участятся схватки, а потом начнешь активно тужиться, – сказал Теди, смотря показатели.

– Хорошо, – откидывая голову назад, проговорила сквозь зубы Эмма, стараясь успокоить дыхание.

– Любимая, все хорошо. Наш малыш скоро родиться, – улыбаясь, сказала Реджина.

– Следите за раскрытием, мне кажется, что быстро у нас не получится, – сказал Робинс медсестре.

Эмма услышала, что сказал Теди медсестре и тихо завыла, закусывая нижнюю губу зубами. И стараясь сдерживаться, хотя боль уже была сильной, настолько, что хотелось выть в голос.

– Детка, держись, – Реджина тоже слышала, что сказал ее друг, – все будет хорошо, я рядом. Скоро приедет Эди, и родители уже вылетают.

– Все хорошо, малышка, все хорошо, – бормотала Эмма и почувствовала, как ей становится плохо, и она как будто проваливается, – Реджи… – туманно говорила блондинка, а глаза непроизвольно закрывались.

– Ээ… Эмма, малышка, – взволнованно крикнула Реджина.

Теди сразу подлетел к Свон.

– Быстро операционную. А ты пойдешь коридор, – он сказал Реджине.

– Нет, она хотела, чтобы я была рядом.

– Реджи… малыш… ты где? Я не хочу быть одна… – сквозь пелену бормотала блондинка.

– Я тут! Я рядом и никуда не уйду, и не отпущу тебя, – посмотрев на Теди, сказала Реджина.

– Хорошо. Все равно в операционной скорее всего будем кесарева сечения делать, – доктор уже говорил с медсестрами, – и позовите мою жену.

– Теодор, зачем тебе здесь Лана? – обеспокоенно спросила Миллс.

– Теди, ты хотел меня видеть? Что такое? – не успела медсестра выбежать в коридор, как с ней столкнулась жена Теди.

– Слим? – смотря на обеспокоенную подругу удивилась Лана, а потом посмотрела на полубессознательную Свон, – Эмма? Но ведь срок через неделю? Тед?

Миллс гладила по голове блондинку, она очень боялась за нее и малыша.

– Плод большой, Эмма скорее всего сама не разродится. Придётся делать кесарево, ты должна отследить показатели ребенка, – сказал Теди, прощупывая живот Свон.

– Теди, она сможет. Должна, – также смотря на показатели и на саму Свон, говорила Лана, – ты ей делал стимуляцию? Может попробовать уже начать? – слушая сердцебиение ребенка, предложила Лана.

Теди понимал, что это будет очень трудно для Эммы.

– Матка не раскрылась, ты понимаешь, что он ее порвет? Давай подождем еще хотя бы пару сантиметров?

– Теди, Лана, с ними все хорошо? С ними должно быть все хорошо, – волнительно сказала Реджина.

– Только недолго. Он не позволит долго ждать, – убирая стетоскоп, говорила Лана и посмотрела на мужа, тоже уже думая о кесаревом сечении.

Эмма в это время после помощи медсестры пришла более-менее в себя и уже отчетливо слышала, что говорят врачи и Реджина.

– Малыш, с ним все будет хорошо? – спрашивала Эмма, смотря все же затуманенным взглядом на Теди, а рукой вновь сжимала ладонь Реджины.

– Эмма, с Эметом все будет хорошо, правда, Теди? – также смотря на Робинсона, спросила Миллс.

– Слим, Эмма, мы сделаем все возможное и с вашим малышом все будет отлично, – уверенно сказал доктор, – как только матка откроется, сразу даем стимуляцию. Эмма, ты должна родить его сама.

– Я знаю. Я справлюсь, – четко проговорила Свон, уже окончательно придя в себя, после полученного лекарства.

– Теди, это может занять несколько часов. У ребенка будет максимум час, – совсем тихо сказала мужу Лана, отворачиваясь спиной от девушек.

Он кивнул, прекрасно понимая всю серьезность ситуации. Самый плохим исходом, которой будет смерть матери и ребенка. Он видел, что Миллс безумно любит девушку, которую держит за руку и не простит в первую очередь себя, если они потеряют малыша.

– Так, Эмма, давай-ка мы с тобой посмотрим, может пора. Лана, наблюдай за состоянием ребенка, а я постараюсь ускорить процесс.

– Конечно, – кивнула Лана и ни на шаг не отходила от стола, следя за приборами и показателями.

Через некоторое время Теди действительно удалось ускорить процесс.

– Вводим препарат, – скомандовал он, – Эмма, тужимся! Слим, терпи, – увидев захват блондинки на руке Реджины, сказал мужчина.

– Ааа… – закричала Свон, и всеми оставшимися силами начала тужиться и глубоко дышать, все также крепко держа руку Реджины и выполняя все команды врачей и медсестер.

– Милая. Детка, давай! Ты сможешь, малышка, – Миллс не замечала боли в руке.

– Свон, давай. Еще чуть-чуть и у вас будет крепкий, здоровый малыш. Как вы его назвали? Эмет?

– Эмет… Да… – ответила сквозь крик Свон и запрокинув голову старалась из-за всех сил. Боль, которую она чувствовала была непереносимой, но осознание, что вот-вот родиться твой малыш было непередаваемым и давало сил.

– Отличное имя. Эмма, показалась головка, – улыбнулся Теди, – Лана, сейчас заберешь его.

Реджина не смотрела туда, она как могла поддерживала Эмму и была рядом.

– Я готова. Слим, будешь резать пуповину, – придерживая руками головку, с улыбкой предложила Лана, видя, как Эмма старается и как уже совсем скоро на свет появится эта маленькая кроха.

Миллс была в шоке.

– Что? Зачем? Пусть Теди, я не умею, – начала паниковать Реджина.

– Малышка, не сопротивляйся! – прокричала Свон и с последним потугом услышала радостные восклик Ланы и первые крики их малыша.

– Молодец, девочка. Умница! – с восторгом говорила Робинсон, уже держа на руках малыша, – Эмет. Мальчик. У вас мальчик, девочки.

Эмма с восторгом и дикой усталостью смотрела на малыша, которого показывала Лана. Ее счастье было безгранично, что улыбка расплывалась на все лицо, а эмоции говорили сами за себя.

Реджине вставили в руки ножницы, и она под каким-то гипнозом перерезала пуповину. Она не сводила глаз с малыша. Он был чудесный. Даже в крови он был самым красивым младенцем на свете.

– Положи его Эмме, – сказал Теди, он продолжал заниматься Эммой, так как ему все равно пришлось помочь малышу появиться на свет.

– Эмма, он прекрасен, – наконец переведя взгляд на блондинку, сказала Миллс.

– Я вижу. Наш малыш, – улыбалась Эмма, в то время как Лана закончила первостепенные процедуры и укутав малыша отдала его в руки блондинки, а Реджина стояла рядом.

– Эмет, сынок, – проговаривала Свон, не отрывая взгляда от своей крохи, – Реджина, наш мальчик, – протянула Эмма, а сердце так и выпрыгивало из груди. Видя это чудо, слыша его детский плач, видя маленькие серые глазки в душе так и разливалось тепло, нежность и безмерная любовь.

Реджина целовала Свон в висок и шептала спасибо. Она была благодарна своей любимой девушке за это великолепное чудо, который перестал плакать и начал смотреть то на Эмму, то на Реджину.

– Наш малыш. Эмет.

– Всё, я закончил. Ты молодец, Эмма, такого парня родила, – отходя, сказал Теодор, – Слим, поздравляю с сыном.

А тут Реджина даже не нашла, что ответить, ведь даже не знала, кем приходится ей Эмет.

– У вас превосходный мальчик, девочки, – улыбнулась Лана, а потом продолжила, – а сейчас, я его заберу. Ненадолго. Не волнуйтесь, – Эмма с улыбкой посмотрела на малыша, а потом передала его Лане, которая забрала ребенка, для дальнейших послеродовых процедур.

Свон перевела свой взгляд с Эмета на Реджину и улыбнувшись, вновь взяла девушку за руку.

– Наш сын. Эмет. Реджина, он твой. Точно такой же, как и мой, – видя метания девушки, сказала уверенно Свон, – и я хочу, чтобы все это знали.

Миллс была тронута до глубины души.

– Спасибо. Эмма, большое тебе спасибо. Я так тебя люблю и нашего сына я безумно любила еще когда он только был в тебе, а сейчас я его обожаю. Он очень красивый, – Реджина наклонилась и нежно дотронулась губ Свон.

– А я тебя… Жена моя, – через несколько мгновений отрываясь от сладких губ, проговорила с улыбкой Эмма, наконец давая ответ Реджине на ее давний вопрос.

Миллс с непониманием посмотрела на Свон.

– Жена? Эмма, ты правда согласна стать моей женой?

– Да, Реджина, да, – ответила блондинка совершенно серьезно.

Миллс взяла лицо Эммы в руки и посмотрела в глаза.

– Ты сделала меня самым счастливым человеком на свете, – и вновь прикоснулась к манящим губам.

Через 20 минут Эмму перевели в обычную послеродовую палату. За это время Миллс не отходила от нее ни на шаг.

– Мисс Свон, вы сейчас хотите отдохнуть или вам принести вашего сына? – спросила медсестра.

– Что за вопрос? – возмутилась несильно Эмма, – сына. Конечно нашего мальчика. Отдохнуть я еще успею.

– Хорошо. И еще, там к вам целая толпа рвется. Их впустить или вы кого-нибудь только хотите видеть? – вспомнив, спросила девушка.

Миллс засмеялась, – я же им всем позвонила…

– Реджи, – протянула Эмма и тоже засмеялась, – неужели все здесь?

– Я не знаю, может родители еще не прилетели. А так, наверное, все, – улыбнулась Миллс, – может только Эйдена?

– Да. Пусть зайдет только Эди, – согласилась Свон и уже ждала, когда же ей принесут ее малыша.

– Позовите, пожалуйста, только Эйдена Миллс, – девушка кивнула и вышла.

– Ты очень устала? Может вообще никого не нужно?

– Сестричка, у меня такое чувство, что я разгрузила целый вагон, – засмеялась Свон, ведь такой усталой и выжатой как лимон она себя еще не чувствовала, – но это не уменьшает чувство бешеной эйфории и понимания, что сейчас принесут нашего мальчика. Я хочу его видеть всегда и никогда, никуда не отпускать.

– Мы будем сумасшедшими матерями, – с улыбкой сказала Миллс.

– В этом я не сомневался, – тихо приоткрыв дверь и заглянув, сказал Эйден, – можно?

– Конечно, заходи, – с улыбкой ответила Свон.

– Привет, – Реджина подошла к зашедшему в палату брату и обняла его, – поздравляю с рождением сына.

– Наверное это я должен тебя поздравить, – через плечо Реджины, смотря на Эмму, сказал парень, – вы будете отличными мамами.

– А ты папой, – ответила Эмма, смотря на Эйдена.

Парень сглотнул.

– Спасибо, – Эйден действительно думал, что Эмма и Реджина захотят не говорить Эмету, что он его отец и парень очень этого боялся.

В этот момент в палату вошла медсестра и внесла уже чистенького Эмета.

– Он у вас крепыш. Вес 3940 и рост 53 сантиметра, – девушка поднесла ребенка к Реджине, – возьмете?

– Конечно, – Миллс как можно аккуратнее взяла сына на руки, – Эмет, сыночек

– Поздоровайся с сыном, Эйден, – улыбнулась Свон, видя, как папа молча любуется на свое чадо.

Реджина поудобнее для Эйдена повернула Эмета, – давай, папаша.

– Эмет, сыночек, – он взял его маленькую ручку и нежно поцеловал, – ты такой красивый.

– Весь в папу, – усмехнулась Свон, наблюдая за знакомством отца и сына, и чувствуя, как внутри, так и разливается тепло, доброта и любовь ко всем здесь присутствующим, а в особенности к самому маленькому человечку.

– Он и на маму очень похож, – улыбнулся Эйден.

Реджина вообще не обращала ни на кого внимания, кроме Эмета. Этот розовый комочек самое дорогое, что у них появилось в жизни. Ни одно сокровище мира несравнимо с малышом Эметом.

– Может, вы уже дадите мне подержать малыша? Или мамочка Реджина, так и будет его жадно разглядывать? – улыбалась Эмма, видя, как Миллс не отводит взгляда от Эмета.

Брюнетка оторвала взгляд от сына и посмотрела на блондинку.

– Мамочка Реджина только на немного согласна выпустить такое сокровище, – брюнетка подошла к Эмме и аккуратно передала ребенка.

Свон забрала этот маленький комочек счастья и уже сама не могла от него оторваться. Малыш практически спал и был словно маленький ангелок. От такого точно никогда не захочешь оторвать взгляд. Эмма мимолетно поцеловала малыша в лобик и прошептала.

– Я люблю тебя, Эмет Миллс, – и с материнской любовью смотрела исключительно на малыша.

– Может оставим их на немного, – прошептала Реджина Эйдену. Парень кивнул, и они пошли к выходу.

– И вас я тоже люблю, – вслед Реджине и Эйдену проговорила Эмма, мимолетно посмотрев на Миллсов, но потом быстро вернула свой взгляд на маленькое чудо.

Реджина и Эйден с широкими улыбками вышли из палаты.

– Он прекрасен.

– Да, он очень красивый мальчик, – поддержал сестру Эйден. Они вместе вышли в большой коридор, где сидели Элизабет с Джоном и симпатичная блондинка с очень обеспокоенным лицом.

– Слим?! Как Эмма? Как малыш? Все хорошо прошло? Как они себя чувствуют? – завалила вопросами Лизи.

А рядом встал с таким же интересующимся взглядом Джон.

– Лизи, спокойно. Реджина сейчас нам все расскажет, – улыбнулся парень, обнимая свою девушку за плечи.

– Все прошло хорошо. Эмет прекрасный малыш. Он очень красивый. Сейчас он с Эммой, – сказала Реджина и перевела свой взгляд на девушку. Которая уже стояла возле Эйдена и обнимала его за талию и с интересом слушала брюнетку.

– Реджина Миллс, Реджи, Слим и сестра Эйдена, для кого как, – ехидно протянула Реджина, с ног до головы оглядывая девушку. Сейчас Миллс действительно оценивала девушку, которая обнимала ее брата. В прошлый раз знакомство прошло не очень хорошо. Эйден смотрел на сестру и видел отличия от той Реджиной и теперешней стоящей перед ним.

– Анна Морис, – улыбаясь, девушка сделала шаг навстречу брюнетке, – очень приятно познакомиться с сестрой Эйдена.

– Надеюсь вы незнакомы? – ехидно спросил Эйден, смотря то на Реджину то на Анну.

– Нет, дорогой, мы незнакомы, – улыбаясь, ответила Анна, – я поздравляю тебя, Реджина. Вас с Эммой поздравляю.

Миллс одарила брата гневным взглядом.

– Спасибо, Анна. Я так понимаю вы именно та девушка, которой все же удалось вытащить Эди в Нью-Йорк? – Реджина была рада, что рядом с Эйденом кто-то появился.

– Да. Это была я, – смущенно ответила блондинка.

– Это очень хорошо, – сказала Реджина и увидела, как по коридору уже бегут ее родители.

– Как они так быстро добрались? – удивился Эди, но был рад видеть родителей.

– Реджина, дорогая, как ты? Как Эмма? Мы прилетели, как смогли, – спрашивал подошедший Грэг.

– Реджи, как малыш? С Эммой все хорошо? – также обеспокоенно спросила Кора.

– Все хорошо. Роды прошли тяжело, но все очень хорошо закончилось. Эмма в палате, с ней Эмет, они отлично себя чувствуют, – улыбалась брюнетка.

– Слава Богу, – улыбнулся отец и обнял дочь, – поздравляю, Реджина.

– Спасибо пап, мам, – девушка обняла сразу обоих родителей, – вы хотите увидеть внука?

– Конечно хотим, только посмотри сначала как они там и спроси у Эммы, – сказала Коралина.

– Может ей лучше отдохнуть, не нужно ее беспокоить? – предложил Грэг, хотя сам очень хотел увидеть внука.

– Давайте я посмотрю, а вы пока познакомитесь с Анной, – опять съехидничала Реджина и ушла к Эмме.

Кора переглянулась с Грэгом и посмотрела на девушку, обнимающую ее сына.

– Коралина Миллс, можно просто Кора. Надеюсь вы не знакомились с моей дочерью раньше, чем с моим сыном?

Анна широко улыбнулась.

– Нет, миссис Миллс. С Эди я познакомилась первой. Анна Морис, очень приятно, – проговорила девушка, смотря сначала на Кору, а потом на Грэга.

– И нам приятно, Анна, – улыбнулся отец, радуясь, что не только его дочь нашла счастья, но и сын. Видя, как Эйден обнимает Анну, родители и сами чувствовали себя счастливыми.

В палате Эмма уже кормила, проголодавшегося Эмета. И даже от этого совершенно простого материнского действия Свон радовалась и была абсолютно счастливой.

Реджина тихо зашла и увидела что-то очень чудесное.

– Вы самое прекрасное, замечательное и дорогое, что у меня есть, – Миллс медленно подошла и поцеловала Эмму в макушку, – приехали родители и хотели увидеть внука, но они не хотят беспокоить тебя. А еще Эйден пришел с блондинкой, которая очень нежно его обнимает.

– Ему всегда нравились блондинки, – смотря на малыша и помогая ему кушать, говорила с улыбкой Эмма, – сейчас мы покушаем, а потом покажем нашего мальчика всем. Что ты на это скажешь? – Свон взглянула светящимися от счастья глазами на Реджину.

– Отличная идея, – Миллс наблюдала как их прекрасный малыш кушает.

Когда Эмет наелся, Реджина позвала всех в палату. Она подошла к своей жене и новорождённому сыну. Она считала, что все события, связанные с малышом, всегда будут самыми счастливыми в ее жизни.

Все присутствующие были счастливы. Дедушка и бабушка взяли своего внука на руки и не отводя взгляда смотрели на этот розовый комочек. Они и подумать не могли, что у них появится внук от девушки, которую любил их сын и с которой обрела счастье их дочь. Эмма для них стала родной дочерью несмотря на то, что из-за нее в их семью пришел разлад. Блондинка все же сумела принести счастье в этот дом и стать полноценным членом семьи Миллс.

Эйден и Анна просто стояли и обнимались. Как бы долго они не пытались быть друзьями, чувства взяли свое. Анна смогла вновь открыть сердце Эйдена для любви. Тем более, что у него теперь есть сын.

Элизабет, стоя в палате и обнимая Джона, поняла, что не ошиблась с выбором и в будущем она хотела бы родить такое же счастье именно от него. Она была счастлива за обеих своих подруг, которые все же смогли переступить через свое прошлое и быть вместе несмотря ни на что.

– Это Эмет Миллс – наш сын! – гордо сказала Реджина, приобнимая жену.

Content

Tanza Liz
Я просто отступлю…

Часть 1 Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Часть 2 Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16