Джалилович Сариев Афет

Подопечный Перуна

Сариев Афет Джалилович

Подопечный Перуна

Книга I.

Тарвирия — край людей.

Пролог

В приемной заместителя министра по высоким технологиям чинно восседали в ряд шестеро представительных мужчин. Все в строгих костюмах, при галстуках, как и должны подчиненные являться на прием к высокопоставленному чиновнику.

У окна за монитором сосредоточенно трудилась миловидная секретарша.

Тишина приемной нарушалась только невнятными выкриками за двойными створками плотно прикрытой двери кабинета, куда ожидали своей очереди предстать пред строгие очи своего куратора шестеро управляющих Особого Координационного Бюро, сокращенно ОКБ "Аркадия". Со вчерашнего дня были предупреждены: ровно в одиннадцать быть в этом кабинете на совещании. Сам куратор, господин Иншин Федор Рудольфович, явился к двенадцати часам с напуганным типом, и уже полчаса, как у себя там имеет того и в хвост и в гриву.

Наконец, двери отворились, откуда под окрик: "пошел вон!" ретировался первый посетитель, после чего совсем пропало у администраторов желание быть следующими.

И пока они продолжают ждать позволения войти, нужно успеть сказать несколько слов об управляющих ОКБ "Аркадия" — организация, которая давно уже находится под плотным министерским надзором.

Первым с краю сидит Перумов Николай Николаевич, высокий седовласый мужчина. Является одним из лучших программистов Бюро. Именно его интеллекту удалось на ранних стадиях проекта за отведенный начальством короткий срок окончательно убрать ключевую проблему ими же допущенной оплошности со стыковками зон. Перумов сообразил как спроектировать туннельный переход между зонами. За эту доработку, позволившую в свыше заданные сроки запустить проект, и в целом за незаурядную умелость, ему было доверено администрировать главную первую зону массива данных.

Второй по значительности вклад в "Аркадию" внес Кратович Александр Андриевич, серб по происхождению. Хотя и человек немолодой, но спортивно подтянутый, энергичный. Возможно, даже чересчур энергичный. По крайней мере, с его появлением в отделе больше никому не оставалось ни минутки свободного времени. Перегружал всех сотрудников заботами, от которых просто невозможно было отказаться из-за действительной их важности. Будучи тоже программистом высокой квалификации, разрабатывал программное обеспечение контроля за погруженными. Ему безальтернативно сразу же в начале второй стадии прокатки игровой механики предложили администрировать вторую зону массива данных.

Самый пожилой среди шестерых в приемной был всеми ими уважаемый Хромов Сергей Станиславович, в возрасте за семьдесят. Был человеком улыбчивым, с мягким характером и голосом доброго волшебника из детских мультиков. Никогда не видели его сердитым или обиженным, хотя нередко оказывался объектом внимания недругов. Его приветило начальство после того, как гейм-дизайнеры на собрании неожиданно для них прилюдно признали, что их отдел самим фактом существования дизайн-проекта Аркадии обязан только Сергею Станиславовичу. На том же собрании большинством членов управления было принято решение передать его администрированию третью зону массива данных.

Про Борисова Бориса Викторовича можно было сказать прямо противоположное. Под стать своей нескладной, даже, точнее сказать, грубой внешности, был и его характер. В Бюро мало нашлись бы работники, а их было там не счесть, кто пожелал бы с ним перекинуться парой слов по душам. Вечно ворчливый, всем недовольный, мог и матерными словами бросаться при женщинах. И голос его был под стать — с противным скрежетом.

Однако это касалось только его нерабочих отношений с сотрудниками. В ОКБ лучше него не было отладчика программ. С завистью называли его грозой крэш-репортов. В его присутствии не могли случаться аварийные завершения программ. Стоило какому либо отделу впасть в панику, что куча специалистов не понимают, как разрулить исходный код компилятора с возникшим "клопом", а программа уже выдает катастрофное поведение, бросаются к телефону, слезно просят срочно зайти к ним в отдел, спасать ситуацию. На что Борис Викторович обычно реагировал бурно негативно. Обвешивал позвонившего кучей эпитетов, самым приличным из которых бывал "олух". Даст в ухо отбой, но через пару минут сердито залетает в тот отдел, с треском опускается за монитор и с невероятной скоростью зло отстукивает по клавиатуре. А за ним уже стоят сияющие сотрудники отдела. Ведь все исправил, шельма.

Благодарят напрасно. Он так и уходит назад сердитым чертом.

Вот за это прекрасное качество координаторы проекта дружно назначили его администратором четвертой зоны массива данных.

Рядом с ним сидел в приемной Ярославский Пантелей Антонович. Личность незаурядная во всех смыслах. Специалист по любым направлениям, что касается технологий виртуальной реальности. Лично выявлял игровые отклонения по только ему известным признакам работы транспондеров. Одним словом, при нем вся механика Аркадии работала, как швейцарские часы.

Однажды он проработал всю ночь над программным обеспечением важнейшего узла управления УК излучателей, от стабильной работы которых в принципе зависела так называемая временая асимметрия, что было то же самое, что и сама судьба существования виртуальной игры. А утром следующего дня проблемы уже не стало. Тут же программа была тщательно засекречена и представлена в документах Бюро, как достояние республики. Сразу Пантелею Анатольевичу предложили администрировать пятую зону массива данных.

Несанов Руслан Борисович сидел у стены самым последним. Самый молодой администратор в Бюро. Очень приятной наружности мужчина, с тонкими чертами лица. И сразу было заметно, что он человек и восточных кровей. Одевался даже на работу, как другие в театр. Манеры имел соответствующие внешности. А главное, был остроумным собеседником. Все эти качества специалиста по игровой логике, кем он являлся в Бюро, сделали его главным образом любимцем всего женского персонала, многие из которых при встрече с ним напрочь забывали, что он давно женат и хороший семьянин. А некоторые забывали, что они сами уже замужем и дети есть. Уж такой он был скрытый Казанова, никогда этим не пользовавшийся. Но и как сотрудник ему не было цены. Именно он разработал всю логику Аркады. Его заслугой также стала разработка Г-П диалога — прямого общения погруженных и программы, о котором в СМИ писали, как о революции в мире игр с погружением.

Такой подвиг заслужил внимание кураторов, и ему предложили администрировать шестой массив данных.

Так были распределены среди лучших сотрудников ОКБ кураторами из правительства все шесть существующих автономных зон массивов данных, определяющих архитектонику виртуальной игры с полным погружением. То есть, Аркадию. И существует она уже более года.

Где-то ближе к одиннадцати часам прогудел селектор на столе секретарши.

— Слушаю, Федор Рудольфович.

— Пусть заходят.

Они сами тоже расслышали. Встали и гуськом направились в кабинет шефа.

В светлом большом кабинете, куда они вошли вшестером, тянулся длинный приставной стол человек на сорок-пятьдесят, примыкая дальним концом к массивному письменному столу, за которым и восседал заместитель министра по высоким технологиям Иншин Федор Рудольфович. Оттуда он оглядел вошедших сквозь оптические линзы больших черных роговых очков, как глядят с подозрением в измене родине. Таков был его чиновничий взгляд не только на них. Их как раз он подозревал меньше остальных им курируемых. Так он вообще глядел всегда на подчиненных. У него только непосредственное начальство было полностью вне подозрений.

— Сядьте, — повелительно рявкнул он, сердито поправляя на лацкане колорадскую ленту.

Когда все вшестером сели с одной стороны приставного стола в том же порядке, как сидели в приемной Федор Рудольфович провозгласил:

— Считаю совещание открытым. — Потом еще раз обвел их слегка подозревающим взглядом и продолжил совещание: — Прошло два месяца с тех пор, как вы вот тут, — его средний палец ткнул в центр письменного стола, — обещали мне разрулить вопрос контроля погруженцев со стороны соответствующих министерских органов тоже. Где результаты? Я вас спрашиваю.

Еще обещали мне провентилировать вопрос с нестыковками локаций в общую. Где результаты? Отвечайте.

После минутной паузы поднял руку Перумов.

— Разрешите мне, Федор Рудольфович. — Получив согласный кивок, сказал: — Касательного первого вопроса. Комиссия координаторов ОКБ месяц назад издала циркуляр. Не понимаю, почему до сих пор не получили копию. Там было сказано, что переделка зоны под нужды службы безопасности успешно завершена на верхнем пласте виртуальности, назваемый Инферно. Созданы необходимые вами заказанные коммуникации для быстрого реагирования. Уже поставлены боевые летательные аппараты для свободного перемещения наблюдателей над зонами, как вы и хотели. Предусмотрели все необходимые условия скрытности контрольной локации. Сам Сергей Станиславович разрабатывал маскировку этой территории. Поинтересуйтесь, почему не отправили до сих пор вам копию.

— Поинтересуюсь, — буркнул Иншин, вспомнив, что получал какой-то циркуляр из ОКБ. Забросил тогда в ящик стола, потому что спешил домой, а потом забыл про него. И только сейчас напомнили. — А касательного второго вопроса?

— Касательно второго вопроса. Нестыковка в единую игровую территорию серьезная проблема. Она допущена по причине некомпетентности… членов комиссии (очень хотелось ему сказать: ваших служащих) при выборке из конкурсных программ. И теперь запросто не разрешима. По сути, для полноценного их объединения программистами необходимо опорожнить Аркадию на некоторый срок. А этого нам сделать никто не позволит. Неустойка десяткам странам-потребителям составит колоссальные суммы.

— Нет. Это исключено. Вы год назад обещали найти решение в динамике процесса.

— Да. Почти год составляли компактные программы для переделки инвитро. Они уже готовы. Осталось подобрать подходящего аватара. Мы это попытаемся сделать в ближайщие пару суток, если, конечно, повезет с аватаром, — развел руками Перумов.

— Позвольте мне тоже сказать по этому поводу, — попросился Несанов.

— Говорите.

— Видите ли, уважаемый Федор Рудольфович, наш отдел в шестой зоне анализирует логику Аркадии. Посему, в наши дополнительные обязанности входит еще выявление алогичных программных всплесков. Обнаружив таковые, пересылаем их Пантелею Анатольевичу, в пятую зону на их ликвидацию. Так вот, сегодня с утра случился интересный курьез. Отправленную такую аномалию, в пятой зоне квалифицировали как норма.

— К чему вы это рассказываете? Переходите к сути вашего предложения.

— Так это и есть суть. Возможно, мы сегодня обнаружили аватара, способного произвести такую стыковку локаций в самом игровом процессе.

— Федор Рудольфович. Я поясню более доступно, — вмешался Ярославский. — Дело обстоит вот как. Как вы уже знаете мы нашли оригинальный способ стыковки локаций инвитро. Теперь дело только в том, чтобы стыковочные программные узлы внедрять в саму игру в виде контейнеров, замаскированных под предметы, а сложность их согласований с остальной программной базой замаскировать под сложность их добывания в самой игре. Осталось найти подходящего аватара, который сможет без перезагрузки достать все пять таких контейнеров по числу нестыковок и внести их в нужные командные узлы связки локаций. Так вот, сегодня перед приходом к вам мы подобрали такую кандитатуру.

Сегодня с утра в игру зашел подходящий для этих целей игрок. Он уже до нашего прихода к вам дважды подтвердил свою пригодность к этому делу. Как получили из шестой зоны аномальный сильный сигнал, и увидели, что он находится в пределах нормы, сразу предположили, что, имеем дело с нужным нам игроком. Сразу выделили его быстрой меткой. После ликвидации нами уникальности ников игроков мы выделяем подконтрольных пустыми характеристиками. Теперь он постоянно высвечивается своей несуществующей в базе характеристикой поисковой программой среди десятков миллионов других участников. Так что дальнейший игровой процесс этого аватара пока есть необходимость будем держать под плотным контролем. Если ему не удасться продержаться все пять раундов, придется искать другую кандидатуру и все запускать заново, пока кто-нибудь из них не решит нашу проблему целиком.

Так вот. Нынешняя наша идея заключена в том, что раз попался нужный геймер, так может рискнуть его усилить? Мы с Руслан Борисовичем обсудили эту ситуацию, и уверились, что этот аватар, если несколько помочь инвиво теоретически способен выполнить программные изменения инвитро. Мы свяжем его пустую характеристику с разработанными пакетами. Будет тогда способ пакеты преподносить ему в виде особых игровых заданий. Этот способен вносить изменения в программы.

Иншин уставился на Пантелея Анатольевича, словно на это совещание пришел не админитратор, а прилетел инопланетянин.

— Хотите сказать, что при желании программную базу может менять изнутри всякий игрок?

— Может, но не всякий, — уверенно подтвердил Пантелей Анатольевич.

— Выходит, что возможны диверсионные действия с программной базой "Аркадии"?

— В принципе, да, — снова тот подтвердил. — Если под диверсией понимать отклонения от однозначно заданных уже результатов…

— Почему до сих пор не доложили? Мать вашу! Почему до сих пор не известили о такой угрозе? — заорал Иншин.

— Потому что это только интереснее делает саму игру, уважаемый Федор Рудольфович, — обиженно пожал Ярославский плечами.

— Вы что, сдурели? — свирепел чиновник. — Головой рискуете в случае диверсий в Аркадии.

— А что вы сразу орете, еще ни в чем не разобравшись? — вмешался тут Борисов. — Ха! Программную диверсию смешали с военной. Программы динамичны в отличие от ваших мозгов. Непредсказуемость поведений повышается. Вот и вся программная диверсия.

Как ни странно, но сказанные в таком резком тоне слова успокоили эпатажного зам. министра. И он уже спокойнее спросил:

— Что теперь еще намерены предпринять с этим… вундеркиндом вашим?

— Сегодня пока поддержим его игровыми методами. Направим на наши задачи, — хмуро ответил задетый откровенной грубостью Ярославский.

— Хорошо. Работайте и дальше так. Но, как что решится, так сразу ко мне с докладом. — И мрачно добавил: — И еще. Я собираюсь проинспектировать отведенную охранную территорию… Как его?

— Инферно, — подсказал Кратович.

— Ну да. Инферно. Хочу лично, как администратор этого… Инферно, убедиться в его полной безопасности от внешних вмешательств субъектов вроде того вашего. Так что, через пару часов прибуду. Приготовьтесь отправлять меня туда.

— Хорошо, Федор Рудольфович. Только бы вам не забыть там, что для тамошних вы не администратор, а их бог.

— Бог, говорите? — засверкали глаза зам. министра. — Запомню. Ну что? Вопросы ко мне есть? Нет? Тогда, совещание считаю закрытым.

Глава 1

Моб "стартовый сапсан 85/85" цвета аспида, много крупнее реальных соколиных, раскинул крылья на высокой скале живописного каньона. Крутые когти моба цепко вцепились за край гнезда, из которого торчат полдюжины головок птенцов.

В порывах ветра остроконечные крылья, реалистично колышутся черной каймой перьев.

Такие блестящие, словно в изумлении выпученные глазища птицы зорко оглядывают окрестности каньона в поисках неосторожной пичуги, позабывшей кто тут властелин небес. Но тут только один игрок у подножья копошится.

Два дня уже этому крылатому мобу приходится делить излюбленную локацию с непрошеным новичком Аркадии. Это его вина, что стало меньше кроликов у скал.

Неожиданно искин заставляет хищницу замереть, напрячь выпуклые мышцы грудины в пестрянках, слегка приоткрыть серпом изогнутый черный клюв, готовый издать торжествующий клекот. Теперь немигающие зенки впились в беспечную рыжую сойку, что парит поодаль над редкими дубками в поисках желудей. Отпущенной пружиной, и почти вертикально несется сапсан вверх к кучевым облакам, по спирали набирая немыслимую высоту, ни на секунду при этом не отрывает голодного взора от жертвы. Там черным демоном начинает выписывать круги; высоко над целью, в темно-синих красках воздушного океана. И если ты не из гейм-мастеров — самих богов этой онлайн игры, — то сложно будет понять, когда хищной птице настала пора-Х пулей сорваться с небес в пропасть.

Теперь он с невероятной скоростью в пике рассекает воздух. Жертва стремительно близится к объятьям растопыренных стальных когтей.

Падение прекращается в самый последний миг, переходит в касательный полет на широко раскинутых крыльях. И удар! Головка сойки кубарем летит вниз, а располосованная тушка сочится кровью в сжатых костяных крюках, совершая в небе последний свой полет до гнездовья хищника.

"Кьяк!" — победно кричит сапсан двуногому внизу, которого теперь различает совсем близко…

И тут же камень, с силой выпущенный тем игроком, бьет по округлому оперенью хвоста, заставляет потерять пять очков жизни, выпустить дичь, что по дуге безвозвратно уносится вниз.

Сапсану остается только совершить отчаянный пируэт и уносить крылья подальше, пока игрок не повторил попытку.

…

Гром с досадой чертыхнулся, складывая самодельную пращу обратно за пояс. Нужно чаще тренироваться, разочарованно решает он.

Вновь присел на корточки возле костра, что развел рядом с журчащим родником из скальной трещины. Каша еще не совсем подоспела, но нужно все время помешивать, чтоб не подгорало.

Солнце степенно клонилось к закату. Незаметно вытягиваются тени, причудливо обламывались на щербатой каменистой низине каньона.

Скоро стемнеет, а он даже не успел поужинать. Еще осталось обойти расставленные капканы. До утра оставлять их тут не стоит. Здешние хищники обязательно оприходуют его улов, это однозначно.

Ну, наконец-то, кроличья вырезка и бобы достаточно разварились, и он снял котелок с крюка, пристроил меж колен на плоский камень, начал жадно уплетать обжигающее варево. Вскоре ложка заскребла остатки со дна, а уровень Выносливости полностью восстановилась. Осталось только ополоснуть под родничком котелок, пристроить в заплечный мешок, и можно топать к расставленным у скал капканам.

Гром распрямился, ударами сапога расшвырял догорающий костерок и скорым шагом двинулся к ближайшему. Еще издали завидел, что этот уже сработал: небольшой пушистый комок конвульсивно дергает прищемленную капканом лапку, а над тельцем полупрозрачным красным светится "стартовый кролик 7/15". Слабенький, но столь шустрый зверек, что его серая шкурка является дефицитом в поселении, и шла у торговцев по полсеребра.

Гром прибавил шагу, на ходу доставая из ножен кинжал. Одним ударом в загривок обнулил остаток очков жизней зверька, чтоб система вновь объявила о получении им очередных пяти очков опыта. А зверек на глазах испарился еле приметным облачком, чтобы оставить после себя на деревянном квадрате ловушки, кроме шкурки, кусок вырезки своего мяса, что вместе с хорошо послужившим капканом тоже будут отправлены в заплечный мешок.

Теперь нужно было обойти скальный выступ от него слева. Там был установлен второй по маршруту капкан.

Уже почти стемнело, а ему еще нужно в поселок вернуться. Засиделся что-то сегодня в каньоне.

Завернув за скальный выступ, завидел свой второй капкан и удивленно притормозил. Над попавшим в капкан вторым кроликом, широко расправив крылья, громоздился сапсан, очевидно претендующий на его добычу. Тот самый, давешний, что не дался с первого раза.

Гром слышал от торговца, и про цену соколиных перьев. На них по здешним меркам новичку неплохо можно поживиться. Потому, сразу вновь выдернул из-за пояса пращу, глазами лихорадочно поискал под ногами подходящий снаряд; ведь по случаю неплохо бы лишний раз потренироваться. Благо камней и камушков в каньоне всюду хоть отбавляй. Не делая резких движений, чтоб не вспугнуть птицу, поднял небольшой камешек, пристроил в лямке своего дальнобойного оружия, а потом как со свистом завертит над головой…

Хищная птица давно уже засекла врага, и давно уже взмыла бы, если не великое желание унести с собой и добычу. Когти так глубоко погрузились в нее, что сразу и не оторвутся. А добыча почему-то неподъемной стала. Не отрывается от деревяшки. Ну, не было капканов в стартовой зоне до вступления в игру Грома. Не сталкивались еще здешние мобы с такими коварствами.

Пока хищница порывалась все-таки оторвать кролика из капкана, пущенный в полет камешек со смертельной силой врезался в грудину, фатально перебил ее.

Когда Гром подбежал к месту пресеченной кражи, там уже на камнях лежал, кроме очередной шкурки и вырезки, еще пучок из десятка соколиных перьев, а система в очередной раз оповещала о полученых очков опыта. На сей раз вознаградила суммарно и за птицу и за кролика вместе. Сразу накинула 25 очков опыта.

Гром с улыбкой полез в опции поглядеть, сколько еще до второго уровня осталось. Еще один такой же день охоты с капканами, и его нынешний опыт может перевалить за сто.

Если бы системные ограничения позволили изготовить еще капканы, так еще быстрее можно было бы качаться. Но поселковый кузнец категорически отказался в этом подсоблять. Гром догадывался почему: явно, система восприняла его новшество сродни читерству и наложила запрет на нововведение. Вот и приходится теперь вступившему хитрецу довольствоваться только теми двумя капканами, что проскочили в игру, а самому, если есть такое желание, уже шнырять по отведенной начальной территории и добирать опыт традиционным методом. Зато вскоре в его опциях после Интеллекта неожиданно возникла непредвиденная уникальная характеристика, что ни у кого у остальных игроков не существует: "Смекалка". Непонятное событие у кого ни спроси. Никто, кому ни говорил, не мог понять, как такое могло случиться только с ним, и чем эта характеристика отличается от стандартного "Интеллекта".

Еще немного и ни зги не будет видно. Потому, Гром припустил по тропинке назад к поселению, от которого сейчас его разделял путь почти в километр. Но не пробежал еще и полпути по каньону, как наткнулся на перегородившую тропу опасность: "стартовый варн 120/120" отчетливо краснело в наступающем мраке над мощным хищником, что растопырив все четыре длинные конечности, стоял на тропе с низко припущенной мордой и рычал, вперив в Грома злобные зенки.

"Черт его подери! Откуда этот взялся?" — пронеслось в голове.

Простой кинжал на 15–30 урона, что оказывался в заплечном мешке у каждого вступившего в игру, это, конечно же, несерьезно против такого сильного хищника. И с таким холодным оружием готовиться к тяжелому бою с таким зверем? Результат заранее известен; перерождения не избежать, если не произойдет чуда за оставшуюся секунду. Единственной надеждой на проявление такого чуда оставалась у него от полученной неизвестно как и неизвестно для чего Смекалки. И, возможно, именно для этого она и дана, чтобы сработать в таких безвыходных ситуациях.

Гром, сам не очень соображая что творит, стремительно выдрал не кинжал, а из мешка оба капкана. Тем же резким движением походу заряжая пружинистые скобы. И, когда хищник рванулся к нему, оба капкана полетели наудачу по низкой траектории в сторону атакующего варна.

Дальше произошло немыслимое: один из капканов цапнул острыми зубцами переднюю когтистую лапу зверя, зависнув на ней своим неуклюжим деревянным основанием.

Варн тонко взвизгнул, споткнулся, и носом гикнулся на тропу. Дальше, пока вертелся на месте, ошалело пытался избавиться от неожиданно больно укусившего его предмета, Гром со всей доступной ему скоростью подскочил к зверю, дважды погрузил свой слабенький кинжал в черный бок.

Жизнь варна на глазах просела до половины, что говорило о максимально взятой кинжалом планки возможности урона.

Гром успел отскочить, когда хищник попытался между попытками освободиться щелкнуть клыками в его сторону. Но варн и не желал повторять попытку; уж очень мешал ему капкан. Гром вновь быстро подался к бешено вертлявому на месте варну, безответно нанес еще не менее четырех проникающих ранений в тот же окровавленный бок, прежде чем полностью обнулил жизни опасного зверя, что так и упал с висячим на лапе капканом.

Тут же в ушах Грома громко раздались фанфары, от неожиданности заставив нервно дернуться, а вокруг тела на короткое время вспыхнул яркий световой фонтан, окончательно ошарашив его. Но все объяснилось сразу, как увидел перед собой прямо в воздухе на несколько секунд золотистое оповещение: "Второй уровень".

— Фух! — только произнес счастливчик, приземляясь пятой точкой опоры, прямо на острые камушки тропки. С нетерпением полез в свои опции посмотреть какая там ситуация.

235/500. Чтож, неплохо для новичка, что только второй день как в игре. С ним пришедшие еще на первом уровне кувыркаются. Да, к тому же, никому пока в стартовой зоне не удавалось убивать стартового зверя пострашнее лисов. И то большинство уже отправлялись от их зубов на перерождение.

Гром почувствовал себя прямо настоящим героем. Ухмыляясь, вновь поднялся на ноги и в полумраке разглядел свою новую добычу: "шкура варна" и "клык варна". Ценный улов закинул в мешок, туда же отправил славно послуживший ему капкан. Затем чуть поодаль подобрал второго его "братца", и вновь припустился по тропе к поселению.

Уже стемнело, когда он достиг, вечно открытых нараспашку, ворот поселения под охраной двух могучих зеленокожих орков-неписей. И наверняка сумасшедшего уровня.

Те индифферентно среагировали на его возвращение и сделали вид, что не слышат приветствие.

Гром вступил в поселение с одним большим желанием: как можно скорее попасть в свою личную комнатку, лечь в постель. Морально выдохся после последнего боя, и большего ничего не хотелось. Поэтому он прямиком устремился к своей таверне, где безальтернативно разместились прибывшие с ним в игру. Она была одна из десятков больших двухэтажных строений, стоящих плотным рядом по центру его стартовой зоны меж шестью землями Аркадии. Шли разговоры, что таких стартовых зон в игре тоже десятки.

Несмотря на поточность прибывающих игроков — а они с достижением пяти уровней должны были покидать ясли через свои расовые ворота из шести в наличии — каждая таверна вмещала за раз порядка полсотни постояльцев. Конечно же, это были единственные таверны в игре, где за проживание не бралась плата. Таким был задуман игровой процесс, и оттого хозяева этих таверн вечно добродушно улыбались своим постояльцам, как бы они себя ни вели.

Когда Гром вошел в дверь своей таверны, попал сначала в общий зал, заставленный грубо обтесанными длинными столами и простыми лавками по их длине. Помещение, как всегда вечерами, было заполнено игроками всех шести рас. Наступало самое время им коротать поздний вечерок в беседах, в обменах впечатлениями от первых дней игры. К тому же новоприбывшим всегда было интересно узнать что-нибудь полезное про здешние локации от тех, которым скоро отсюда окончательно убираться. Потому помещение гудело невнятным говором и пропиталось запахом пива.

Гром собирался незамеченным проскочить мимо столов до прилавка, а дальше, по лесенке на второй этаж в свою комнатушку, но не тут-то было:

— Эй, Гром. Иди, пивка попей с нами, — позвали из-за дальнего стола, занятого компанией вместе с ним вступивших в игру. Нехорошо было отказывать.

Со вздохом подошел к улыбчивому трактирщику, получил бесплатную кружку пенистого и побрел к приглашенному столу.

Их было пятеро. Один — остроухий дроу с ником Крутяк, еще один — орк с ником Гора и трое — люди, как и он: пышная коротышка Мери, с курносой мордашкой молодка Анжелина и в солидном возрасте, представительной внешности Гвоздь.

А теперь нужно сделать небольшое отступление и кое-что объяснить.

Регистрационные правила игры не позволяли выбравшим человеческую расу изменять ни возраст, ни внешность. Игрок обязан был с паспортом и со всеми требуемыми медицинскими выписками пойти в один из регистрационных пунктов государственной корпорации "Аркадия", раскиданных широкой сетью по всей стране, оплатить за оборудование и саму регистрацию, потом в обязательном порядке, вместе со снятием отпечатков радужки глаз, фотографироваться в нескольких заданных ракурсах. Графический редактор внедрит в игровой мир максимально близкий к реальности образ, по завершении которого клиент официально получит унифицированный игровой шлем, пользоваться которым мог только он (или она). Это, как показала печальная практика истории остальных погружений, делалось, прежде всего, для того, чтобы у игроков, выбравших модельную внешность, по возвращению не возникал психологический стресс, порой доводивший до самоубийств. Да и просто, по меркантильному решению разработчиков, чтобы не возникал дисбаланс в численностях рас в игре. Недовольные своей внешностью или с физическими недостатками желающие погружаться могли играть аватарами из пяти экзотических рас, что они и делали в основном. Программа с некоторой циничностью сама вбрасывала игроку максимально подходящую под комплекцию модель, выбранную гейм-дизайнерами из пяти экзотических рас. Но и тогда индивидуальной коррекции не бывало. Да, собственно, для самих игроков, играющих экзотическими расами, внешние данные теряли практический смысл хотя бы потому, что конкретно изначально не давали никаких преимуществ. Какая разница, ты бородатый гном, массивный орк или ушастый эльф, если изначальные характеристики у всех без исключения по единице, а жизней по полтиннику на нос. Именно потому ввели правило "отражения реальной внешности", чтобы избежать психических срывов и дисбаланса в численности рас. Иначе бы игровой мир заполонили одни люди: красавцы-атлеты и девушки-модели. Да чтоб всем под двадцать лет.

Единственное различие игроков разных рас друг от друга заключалась в землях, где начиналась их игра после стартовой учебной зоны и в том, кто будет изначальным админом. Зато, в самом процессе игры прокачка параметров была способна закономерно автоматом изменять фигуры аватаров. Потенциально тролль мог выглядеть мощнее и выше орка, если интенсивно качает только силу и выносливость, игнорируя остальные параметры, а орк — щуплее тролли, но намного "умнее" и увертливее, если качает только интеллект и ловкость. То есть, всё зависело от прокачки самого игрока, от выбора направления развития характеристик.

Однако, было еще кое-что, существенно отличающее отечественную онлайн-игру от всех до нее существовавших. Им оказался побочный эффект от метода академика Савельева. Если в предыдущих погружениях интерактивность достигался через воздействие коротких импульсов на всю кору головного мозга, получая в ответ усредненное значение практически у всех одинаковое, то ультракороткое воздействие на определенные подполя мозга теперь выдавала уже очень специфичные значения, присущие только конкретному человеку. Тот факт, что у людей эти подполя разнятся по массе на порядки, а порой у некоторых есть и качественные различия по ним, соответственно игроки оказывались в погружении, обладая различными потенциалами самовыражения. Даже выяснилось, что многие подавленные социальными условностями качества теперь в игре полностью способны раскрыться. Человек стал о себе узнавать то, что и в голову не приходило в реальности. Благодаря этой находке академика Савельева, успешно внедренного разработчиками в электронику шлема отчественных транспондеров новейшей конструкции, аватары стали непредсказуемо мобильными, а игра — сенсационно привлекательной любому возрасту.

Собственно, это отступление было сделано тут для того, чтобы объяснить, с какими внешностями можно в будущем столкнуться и почему именно Грому единственному удалось приобрести Смекалку.

Гром взгромоздился на лавку между долговязым Крутяком и пышкой Мери. Отпил из кружки пару глотков, приготовился поболтать ни-о-чем.

— Ну как дела у тебя, Гром? Подвижки есть? — обернулся к нему Крутяк.

— Угу, — и снова уткнулся в кружку. После вытер пену с губ и с ухмылкой небрежно бросил: — Второй уровень до середины довел.

— Да ты чё?! — восхищенный Крутяк хлопнул полупустой кружкой по столу. Все остальные тоже прервали междусобойки и обернулись к ним. — Как удалось? Неужели своими капканами достиг?

Грому была приятна такая завидность к своей персоне со стороны новичков. Они все пока где-то в середине первого уровня барахтаются. В основном только тем и занимаются, что подбирают мелкие задания у поселковых неписей — то принеси ему то, то отнеси тому это, огород прополи, дрова наруби, мышей в кладовке изведи. А каждое времяемкое и редко более пяти очков опыта дает. Только раз отчаявшийся Гвоздь попытался зайти в лесок прокачаться. Так сразу наткнулся на лиса, который живо отправил его на перерождение.

А Гром с первых минут появления на стартовой зоне задумался о прогрессивных методах продвижения. Все монеты — два серебреных и пять медяков, что обнаружил в заплечном мешке, — в тот же час потащил к местному кузнецу. Долго уговаривал и уговорил изготовить ему два пружинных капкана по серебряку каждый. А за пять медяков приобрел длинный кусок сыромятной кожи, что превратил по-быстрому в пращу. После такого и получил, непонятно как образовавшуюся среди его характеристик, Смекалку.

Хотя риск был большой. Если бы в тот же день не поймал первого кролика, пользуясь капканами, то истощился бы от игрового голода до недвижимости. Пращу ведь еще нужно было осваивать. Что было бы после такого, даже страшно представить. Наверное, система выкинула бы его из Аркадии с волчьим онлайн-билетом. А как же иначе. Закон есть закон. Однако все тогда обошлось. Почти сразу заработал свои первые пять опыта и жаркое из кроличьей вырезки. Понял теперь, что голодовка ему уже не грозит.

Гром снова пригубил пивка и пояснил Крутяку:

— Не поверишь, убил недавно варна. Сразу сотню опыта приобрел.

Крутяк сердито повел худосочными плечами и сверкнул раскосыми глазами:

— За дураков нас не держи. Не хочешь говорить про свои дела, так не настаиваем.

— Это правда, — устало вздохнул Гром, выкладывая из мешка на столешницу черную шкуру.

Постепенно в зале наступила полная тишина. Все бывшие в помещении игроки удивленно уставились на ту выставленную шкуру, что заняла с хвостом почти пол длины стола.

По местной локации высокоуровневые, что уже завтра-послезавтра должны покидать стартовую зону и те были поражены таким успехом новичка.

От дальнего стола приблизился эльф. Гром обернулся к нему и прочел слабо зеленеющий ник над его головой: "Вован". Судя по тому, что на боку у него висел не только кинжал, близнец громовского, но и одноручный железный меч, да и шмотки того были из кожи, покрепче чем у большинства тут присутствующих, можно было догадаться: этот длинноухий давненько тут.

— Ты чем его завалил? Каким оружием? — не отрывая взгляда от шкуры, без всяких "привет", сразу спросил он у Грома.

— Да у меня только кинжал пока… Еще пару капканов имею.

— И ты умудрился в одиночку одолеть варна этими игрушками? — Вован протиснулся, сел между ним и Крутяком. Уставился на Грома испытующим взглядом. — Мы всей компанией его не смогли одолеть. С мечами. Всех нас отправил на перерождение. Юркий оказался дьявол! Так как ты сумел-то?

Пришлось Грому в подробностях описать весь процесс его последней охоты. Не забыл предположить возможную тут роль случайно приобретенной уникальной характеристики.

Пока он это рассказывал, с противоположной стороны стола объявился еще один из старожилов — орк с ником Мастак. Видать, в реале он широкоплечий мужик бандитской внешности, по какой-то личной причине выставил себя в экзотическом облике. Тот протиснулся между девушками на лавку напротив Грома и зычным голосом вмешался в разговор:

— Я пытался тоже заказать капканы у кузнеца. Даже золотой предлагал. Но, гад, отказывается категорически. Как это понять, а?

Гром пожал плечами:

— Откуда знаю. Мне тоже третью отказался изготовить. Возможно, игровой запрет включился. Если эта догадка верна, тогда хоть освоим в будущем сами кузнечное дело, и тогда их не изготовить.

— А твои? Уже имеющиеся? — сверкнул глазами Мастак.

Гром пожал плечами:

— Видать, эти как-то проскочили запрет.

Потом сложил шкуру обратно в заплечный мешок, поднялся из-за стола.

— Ладно. Вы гуляйте дальше, а я пойду к себе отдыхать.

Сопровождаемый не только задумчивыми взглядами, Гром поднялся по лесенке на второй этаж, забрался в свою личную комнату. Вошел и плотно запер за собой дверь.

Комнатка его, как и у всех тутошних, помещала только лежанку, сундучок и низкий столик, на котором стоял подсвечник, с бесконечно горящей свечей. Всё. И больше ничего. Да, собственно, ничего новичку и не бывает нужно в личной комнате; складировать в сундучок нажитое, да уложить аватара на лежанку до возвращения из реальности.

Гром приземлился на свою лежанку, устало потянулся, потом зашел в опции, чтобы первый раз заняться распределением свободных очков.

Перед глазами высветились названия информационных окон. Сосредоточил внимание на активном заглавии: "характеристики", и тут же открылось оконце с персональными качествами:

Живучесть 1,

Сила 1,

Ловкость 1,

Выносливость 1,

Атака 1,

Защита (физическая)1,

Меткость 1,

Удача 1,

Интеллект 1,

и уникальный подарок:

Смекалка 1.

Под эти отвелись десять нераспределенных очков. Мало для нормального роста, но за два дня игры — это, все-таки, предел возможностей роста. Нужно теперь рационально разложить по открытым пока что этим.

И, как уже Гром разобрался до погружения по выложенным на сайте гайдам, в дальнейшем, в самой игре, будут появляться и другие характеристики в дополнение к этим. Их еще немало полезных впереди, недоступных пока. Но и с этими доступными нужно разумно обойтись. Только знать бы, что из списка ему важнее, а что не очень…

После недолгих сомнений раскидал свои первые полученные очки поровну.

Гром подумал, что его уникальная характеристика должна значить нечто большее, раз так ему помогла, будучи на единичном уровне. Конечно, она, как интуитивно ему казалось теперь, при его нынешних возможностях должна быть выше остальных. Но, все же, решил не делать основной упор на кота в мешке, пока толком не определит ее возможности в перспективе.

Конечно, по возможности задирать "живучесть" всегда была приоритетной задачей во все времена игр. Больший уровень жизни дальше удаляет случаи перерождений. Это только вначале не отражается на опыте. А за воротами — ой как не желательно оказываться в точке перерождения, бездарно терять с трудом накапливаемый опыт. Но сейчас, печенкой чувствовал, все время кидать на него — это тормозить нечто важное в будущем.

Так, пока уровень жизни, после подъема "живучести" до двух, стал по местным меркам вполне приличным; достиг ста.

Ну, пора возвращаться, решил Гром. Скинул заплечный мешок у лежанки, развалился на постели, визуально кликнул на зеленую кнопку "выход из игры". Перед глазами запрыгали фрагменты обстановки комнатушки…

Глава 2

Сергей поднял отяжелевшие веки. Первое, что заметил в реале, что почти не ощущает, погруженное в воду тело. Будто его не существует совсем. Странное было ощущение.

Задрал голову, глянул на настенные часы; с того момента, как он в первый раз вошел в игру прошло не более трех часов, а "там" уже третий день приключений завершается.

Сергей неуклюже выбрался из тонкой пленки, что ограждала его тело от воды, отцепил с головы шлем.

У него в запасе есть только двадцать минут реальности, если желает вернуться в игру с наступлением тамошнего утра. А он именно этого хотел. Поэтому, не теряя времени, пошел на кухню немного перекусить. Следующий выход в реальность собирался осуществить не раньше чем через семь-восемь часов. То есть в Аркадии проведет без выхода сюда, еще с недельку. Было бы неплохо подкрепиться, попить горячего кофейку, заодно прошвырнуться по форуму. Там иногда получается выудить полезную информацию.

Ну, пока Сергей занимается этими своими делами, мне нужно прояснить немного историю возникновения и становления онлайн игры "Аркадия".

Всё началось два года назад. А сама онлайн игра, с отечественным принципиально новым вариантом полного погружения, появилась меньше года назад. И она сразу оказалась на порядок прогрессивней зарубежных аналогов. Но стала осуществимым делом только после успешной разработки принципиально нового высокотехнологичного шлема благодаря революционному научному методу, открытому академиком Савельевым в Институте морфологии человека РАН.

С помощью обнаруженного Савельевым принципа специфического воздействия на нужные подполя мозга УК импульсами инженерам-программистам удалось достичь асимметрии временных интервалов в системе "реальность-игра". Этот же метод воздействия на нужные участки мозга затормаживал биохимические процессы во всем организме. Все эти важные процессы у погруженного протекали под воздействием датчиков игрового шлема нового поколения.

Метод сразу был засекречен по самому высокому стандарту секретности, потому что своей уникальностью сулил баснословные прибыли в казну страны.

Заинтересованное открывшейся перспективой правительство безотлагательно выделило из гос. бюджета миллиарды на создание сразу нескольких продвинутых компаний с полным штатом высокооплачиваемых разработчиков, заодно обеспечив их самым передовым техническим парком, и поставило перед ними задачу: за год создать на базе открытия онлайн игру.

Так два года назад стартовала бурная деятельность сотен лучших программистов страны под пристальным государственным надзором Министерства высоких технологий.

Правительственной комиссией было принято решение начать разработку одновременно шести конкурирующих команд, каждый возглавляемый своим высококвалифицированным специалистом. Планировалось по завершению шести разработок, из них отобрать министерскими чиновниками лучшее по их мнению и скомпоновать в одну игру. Лихорадочная работа шла буквально в три рабочие смены.

Создавались в командах одножанровые игры из серии "меча и магии", но каждая решала эту задачу по конкретно заданной расе.

А страна с нетерпением дожидалась конца года. Мечтающие погрузиться в будущую игру люди с лихорадочно блестевшими глазами изредка видели в интернете анонсируемые этими командами перспективы; волшебно выглядевшие пейзажи, старинные замки. Глядели на чудовищных мобов, боссов в умопомрачительных доспехах и оружии. Словом, совершеннолетнее население страны получало великий стимул начать копить немалые деньжищи, что в будущем потратятся на шлем и на установку для погружения, не говоря уже о кругленькой сумме для самой регистрации в игре и ее ежемесячную оплату. Тем более после того, как заранее объявили пятидесятипроцентную скидку отечественному игроку.

Если брать в расчет официальный опрос мировых социологов, ожидался доход в бюджет России от пожелавших подключиться клиентских стран, порядка сорока миллиардов в твердой валюте, чем можно будет перекрыть любой дефицит. Но чиновники клятвенно обещали своему народу, что через полгода, год после запуска игры, оплата существенно снизится. Хотя мало кто верил в их щедрость, но надежда умирает последней.

Итак. Осталось еще сказать несколько слов про то, что собой представляет установка для погружения.

Некоторый печальный опыт с погружением, в основном пожилых игроков и людей некоторых видов инвалидности, выявил статистику пролежней при долгом неподвижном нахождении в капсулах. Это ведь не то же самое, когда спать ложишься. Во сне часто меняют позу, двигаются. А в погружении ты бездвижим совсем, до выхода. И это проблемная ситуация. В результате длительного давления на тело лежанок капсул, что до конца не могли убрать всевозможные технические ухищрения, приводило порой к случаям некоторого нарушения кровообращения и нервной трофики у погруженных. А, учитывая симметричность временных интервалов всех существующих онлайн игр с погружением, проблема стояла костью в горле у владельцев таких игр. Зная о такой напасти, и желая еще больше обезопасить своих игроков от подобных инцидентов, правительство заказало Институту медико-биологических проблем разработку установки для погружения, которая должна будет полностью исключить такую проблему.

Решение пришло почти одновременно с поступлением заказа. Специалисты Института даже не стали отвлекаться от своих основных работ. В тот же день отрапортовали чиновнику: "Чтобы решить проблему необходимо использовать так называемую ванну невесомости". Приложили техническую документацию, и забыли о заказе!

Ошарашенный таким простым решением чиновник сам в свою очередь в тот же день отрапортовал вышестоящим, что проблема успешно решена. Осталось загадкой, как до такого не додумались за столько лет зарубежные специалисты.

А сама "ванна невесомости" была самой обыкновенной ванной, в которой только нужно поддерживать постоянную комфортную температуру воды элементарным нагревательным элементом и термодатчиком. То есть, надо прокачивать насосом воду через нагреватель и контролировать. Ну, и поскольку вода в ванне стоит довольно долго, понятно, что её нужно иногда очищать. Для этого просто нужно использовать обыкновенный фильтр с мраморным песком. После чего остается покрыть ванну поверх воды тоненькой прорезиненной плёнкой, на что игрок ляжет, как говорится, с полным комфортом. Так просто избегается и впитывание влагой кожи и полностью устраняется пролежень.

Для массовости решения этого необыкновенно простого рационализаторства немедленно по всей стране ставились модульные ангары с сотнями в ряд стоящих таких ванн, и были рассчитаны для тех, кому жилплощадь не позволяет у себя дома установить громоздкое оборудование. Будущие геймеры тут же с юмором прозвали эти ангары "интернет банями", что за ними вскоре закрепилось и официально. Так и они внесли свою лепту в общее дело.

Сергей жил один. Имел двушку в спальном районе Питера. Потому-то, он мог себе позволить превратить свою ванну в "невесомую", установив рядом душевую кабину для купания.

Он также мог себе безболезненно позволить надолго уходить в игру. С финансами почти не было проблем. Его небольшая мастерская по ремонту электрооборудования рядом с домом была в достаточной степени автономна, чтобы работники не нуждались в постоянном контроле с его стороны. И приносила тоненькой струйкой стабильный доход. Хватало раз в неделю или в две заскакивать туда, узнавать о трудовых подвигах, брать свою долю, по дороге забегать в супермаркет, затариваться необходимым количеством пропитания и обратно к себе, готовиться погружению. Но сейчас во всем этом вояже не было необходимости. Поэтому он сразу сел за комп. с чашечкой кофе в руке.

Форум, как всегда был на пределе активности.

Сергей в теме "необычные случаи" выставил вопрос: "Друзья. Кто-нибудь знает откуда может в характеристиках появиться Смекалка"?

Ответы не заставили себя долго ждать. Они были в основном скабрезными или примитивно флудными. Но проскочила интересная мысль в одном из них. В ответе предположили, что в таком событии может быть виновата та самая комиссия, которая из шести вариантов разработок компоновала одну имеющуюся. И форумчанин был уверен, что еще не такое может всплыть в будущем.

"А действительно, — озарило и Сергея. — "Смекалка" могла быть занесена паразитным программным потоком из забракованной части одного из конкурсных вариантов".

Он сделал нервный глоток из горячей чашки и задумался:

"Можно ли этим недочетом воспользоваться и дальше? А что если целенаправленно искать такие уникальные характеристики…"

— Фу черт! — тут заметил, что двадцать минут почти уже прошли. Вскочил и прошел в ванную, где его заждалась "невесомость". На этот раз в ней будет находиться минимум еще семь часов.

Сергей в том же своем спортивном костюме полез на гибко проваливающуюся пленку под самую удобную в этой среде положение: позу эмбриона, нахлобучил на голову шлем. Шлем сработал автоматически, перешел в активную фазу. Появилась в обзоре кнопка отправки, и Сергей мысленно кликнул на нее. Вновь перед глазами запрыгали яркие вспышки…

…а Гром уже видел свою личную комнату в таверне.

Встроенный на периферию внутреннего взора таймер показывал девять утра. Давно пора подняться и заняться насущными делами.

Общий зал, куда он перешел из своей комнаты, был теперь совершенно пуст. Игроки завтракали и уходили по своим делам с рассвета. Немудрено, что он один остался здесь.

Гром заказал себе самый дешевый завтрак, быстро перекусил им и тоже вышел на улицу. Заплечный мешок уже отягощал его, поэтому первым делом направился к единственному в поселении торговцу барахлом.

Лавка располагалась в отдалении от таверн; одноэтажное деревянное строение, и нехитрая вывеска с изображением такого же заплечного мешка, как у Грома.

Внутри было тесно от множества полок и вешалок, битком набитых всевозможным дешевым товаром.

Невысокий тролль за прилавком по имени Пруст, осклабился, закивал утреннему посетителю:

Подходи скорей. Налетай, не зевай.

— Я вообще-то пришел продавать, — буркнул Гром, скидывая с плеча мешок. Следом на прилавок выложил сначала пятнадцать кроличьих шкурок, с десяток мясных вырезок и вопросительно уставился на смешное лицо тролля. Тот восхищенно задрал ручонки, поцокал языком.

— Какой ты, оказывается, ловкий охотник! — похвалил его. — Дам тебе за все это… пятнадцать серебряков. По рукам?

— семнадцать, — рассердился Грон. — Сам знаешь, стоит это все семнадцать.

— Эх, молодежь пошла. Держи свои семнадцать.

Тролль выложил перед ним серебреные кругляки.

— И это еще, — достал Гром перья сапсана.

— Ого! — быстро упрятал их тролль под прилавок. — Держи еще десятку серебром.

— Ладно, — сгреб Гром монеты в мешок. — Есть еще кое что… — И достал перед выпучившим глаза троллем шкуру варна, что занял весь прилавок. Клык положил сверху.

— Я знаю сколько это стоит, — наврал Гром, на самом деле не имевший понятия. — А ты что дашь?

Тролль не мог оторвать жадного взгляда со сверкающей черной шкуры. И только замямлил:

— Золотой устроит?

Гром обалдел от такой высокой цены, но сделал вид, что возмутился донельзя и собирается забрать товар обратно в мешок. Самому было смешно, что торгуется словно на блошинном рынке. Но все обернулось как нельзя превосходно. Тролль нервно дернул на себя край шкуры и выпалил:

— Ладно. Две золотые.

— По рукам, — обрадовался Гром такой фантастической удаче. А всего-то ее у него плюс два!

Получив свои золотые кругляки, сразу почувствовал себя Рокфеллером на биржевом рынке. Распрощался с продавцом ларька и выскочил на улицу. Теперь надо бегом к кузнецу за приличным мечом.

А где расположена местная кузница — мог распознать и слепой. Достаточно идти на ритмичный звон молотка по металлу. Хотя Гром и так там уже бывал. Поэтому, торопливо зашагал за угол к наковальне под открытым навесом, где возвышалась массивная фигура орка по имени Каладавар, кующий очередной клинок нубовского меча.

Кузнец не среагировал на приход Грома, продолжал работать. Пришлось покупателю дать о себе знать громким кашляньем.

Молот завис в воздухе при очередном замахе, и к Грому повернулось сердитое лицо Каладавара.

— Чё надо? — рявкнул кузнец.

— Э… Меч.

— Какой? — сразу смягчился орк.

— Самый лучший твой, — пожелал Гром.

Каладавар покачал головой:

— Такой тебе не по карману.

— Посмотрим. Показывай самый лучший.

Кузнец сначала с сомнением оглядел покупателя с ног до головы, потом пожал широкими плечами и двинулся к дверям помещения.

В душной мастерской, где заодно варилась сталь стоял в полумраке в углу огромный кованный сундук. К нему и направился его хозяин, откинул тяжелую крышку, стал рыться со звоном в своих изделиях. Выудил из сундука одноручник и протянул Грому:

— Устраивает за пятьдесят серебряков?

Гром как взял в руки оружие, высветились перед глазами его параметры:

Меч обычный (I уровень).

Одноручный.

Тип: режуще-колющий.

Прочность: 50/50.

Физический урон: 40–80.

Шанс критического урона: 1 %.

Гром повертел меч туда-сюда, скривил лицо и вернул обратно.

— На третий уровень нужен. И самый лучший среди подходящих.

Каладавар удивленно разинул рот, обнажив перед покупателем немалые клыки. Потом снова нырнул в сундук и долго там с треском и звоном шебаршил, пока не извлек оттуда обернутый в промасленную ветошь очередной меч. Развернул и с сомнением протянул Грому.

Как только взял, перед глазами появились параметры и этого длинного обоюдоострого меча:

Меч качественный (III уровень).

Двуручно-одноручный.

Тип: режуще-колющий.

Прочность: 150/150.

Физический урон: 50-100.

Шанс критического урона 5 %.

Гром одной рукой пару раз взмахнул им. Тяжеловат. Да и штраф вешается на выносливость, потому что он еще не на третьем уровне. Но вскоре в самый раз будет. Поэтому согласно кивнул:

— Сколько за этот хочешь?

— Золотой. Дешевле не дам. И не проси.

— И не прошу, — усмехнулся Гром, доставая золотой кругляк. — Надеюсь, ножны входят в эту цену.

Орк разразился грохочущим хохотом, благодушно протянул Грому с полки кожаные ножны с простым пояском.

— Ой хитрец, насмешил. Ладно, носи на славу.

Гром уже выходил в дверь, когда Каладавар спросил его:

— Вчера же ты был на первом уровне. Неужели уже достиг третьего?

— Нет еще, — ухмыльнулся Гром. — Покупаю на вырост.

И под новое веселье кузнеца вышел на улицу, на ходу пристегивая поясок новенького меча.

Хотел еще заглянуть к броннику, купить что-нибудь покрепче этих простых штанов и рубахи, но передумал; покупать придется на третий уровень, а одевать пока все равно не сможет. Лишние штрафы сейчас ни к чему.

"Эх, совсем из головы вылетело" — вспомнил про припасы, что собирался дополнить, и вновь припустил к ларьку торговца разным товаром, к Прусту.

Тролль, как он вошел в ларек, собирался снова залебезить надоевшими призывами, но Гром первый заговорил:

— Любезный Пруст, продай мне порцию бобов, соли и пару факелов.

Тролль быстро выложил заказанное покупателем на прилавок.

— С тебя серебряк. Но как постоянному хорошему клиенту сегодня сделаю скидку целую четвертушку.

Гром выложил монету, отсыпал в мешок медяки, что получил в сдачи, и поторопился покинуть ларек.

Был уже полдень, когда Гром завершил свои дела в поселении и отправился к воротам. Пройдя мимо охраны из орков, оказался на тропе, что немного впереди пересекалась с другой такой же тропой. На этом перекрестке были установлены указатели направлений. Возле них и стал он теперь, раздумывая: куда сегодня направиться качать опыт?

Весь вчерашний день он торчал в каньоне, где в основном и водились местные кролики. Конечно, если бы не капканы, так там ему тоже нечего было бы делать. Трудно на них охотиться с имеющимся у новичков оружием. А кто за неделю, другую достаточно подтягивал уровни, чтобы усилить живучесть и силу, да умудрялся накопить серебра на простенький меч, рвался либо к опушке леса бить лисов, либо к озеру, где водились нехилые жабы. Причем, успех у них практически был фифти-фифти. Как правило, через раз эти мобы отсылали игроков на перерождение.

Теперь настала очередь Грома решать, в какую локацию дальше отправиться. Так и стоял бы еще долго не встреться ему понуро бредущий из поселения Мастак, очевидно возвращающийся после очередного перерождения.

— Привет, — невесело буркнул орк, проходя мимо.

Гром его окликнул:

— Послушай. Ты здесь давненько. Подскажи: где встречаются чаще варны?

Мастак обернулся к нему в великом изумлении на клыкастой роже.

— Ты хочешь на них качаться?!

— Ну, посмотрим. Так все же, где?

Орк почесал тыкву и неуверенно предположил:

— Дык, только в каньоне и встречаются, вроде…

— А вы в тот раз тоже там пытались его завалить?

— Ага.

Гром задумался. Странно. Целыми днями там торчал, а встретил только в последний день одного. Хотя… А ведь так поздно возвращался тогда он впервые! Выходит, они к закату появляются там?

Пока он был в этих думках, орк уже отправился в сторону озера.

Недолго думая, Гром решительно направился опять в сторону каньона.

Скальный массив, что являлся внешней границей этой локации, угрюмо встречал непрошенных гостей. И этот раз не был исключением. Но Гром продолжал свой путь по тропе, что повела к узкой расщелине в теле этого массива. Пройдя ее, оказывался в буйстве красок. От бурых, серых, желтых цветов скал, до зеленых, синих, фиолетовых цветов растительности меж ними. И контрастно над всем — ярко-голубой купол неба, перечеркнутый местами белыми перистыми облаками. Симфонию красок подхватывало разноголосая невидимая живность вперемежку с журчаниями множества родников повсюду в богатырских телесах каменных гигантов этого края игровой локации. Словом, нравилось тут Грому. Очей очарование тут было.

Неспешно прошел он до ближайшей струйки, подставил ладони лодочкой, попил ледяной каменной водички. Затем присел тут на небольшой выступ и задумался.

Думал, как же организовать ночную охоту на варнов. Чуял, что есть способ. Но какой — пока не осознавал.

Он снова поднял глаза к небу. Красота-то какая! Аж хочется громко выматериться, так трогает его живописность здешнего дизайна. И тут же мелькнуло: если не стоять на уровне варнов, а выше быть? И чтоб в прыжке не доставали, а он бы мог их бить. Эх, пращой невозможно вниз бить. Хотя, почему невозможно? — Возбужденный Гром вскочил. Сейчас проверит.

Гром кинулся собирать с земли в мешок подходящие камешки. Как насобирал их достаточно, полез на ближайший дуб, балансируя раскинутыми руками, переместился по нижней почти горизонтально растущей толстой ветви до места, где мог стоять, спиной упирая торчащую вертикально ветку. Тут пристроил на той же ветке заплечный мешок — свой патронташ — и достал из-за пояса самодельную пращу. Прямо под ветвью растущий небольшой куст выбрал мишенью. Закрутил над головой первый камешек. Как обороты стали бешенные, медленно стал изменять плоскость траектории, пока не довел ее до вертикальности. И тогда попытался запустить камешек в цель. Камень с силой пропахал почву в метре от куста.

Недовольно пропыхтев, взялся за второй камешек. Через минуту — за третий…

Несколько раз приходилось спускаться и собирать камни, чтобы в течение часа убедиться, что уже неплохо растет меткость бросков. Хотя сама характеристика осталась единичкой. Ну, это и очевидно. Ясен пень, с какого перепугу ей расти, если не по мобам бьет? Куст — он не вражина.

Итак, если еще пару часов потратить на тренировки вертикальной стрельбы пращом, может в пяти случаях из десяти и попадет. Правда есть неясности. А что если камни кончатся, а варн останется живехоньким. А что если варны умеют лазать по деревьям. А что если их сразу будет больше чем его возможностей их уничтожить.

Вопросы, вопросы, вопросы…

Нет, — в конце концов решил он. — Так дело не пойдет. Нужно другое решение найти. И он спустился с дерева и снова приземлился на валун возле родника.

Эх, иметь бы еще штук двадцать таких капканов, как те, обложить под той веткой и заманить на них стаю, — мечтательно подумал Горн, как подскочил озаренный. — А почему двадцать капканов, когда можно одну волчью яму с кольями!

Но он понимал, что с его силой в плюс три копать будет такую яму полгода. Нужно припахать для этой работы помощнее кого-нибудь. Вроде тех орков, что на охране ворот. Но как?

Гром решительно поднялся и скорым шагом поспешил в сторону поселения.

Минут через двадцать он уже подходил к воротам, где стояли давешние орки.

Он опять, приблизившись к ним, поздоровался, и опять они сделали вид, что не слышат его.

— Ты, уважаемый, меня не слышишь? — ехидно спросил Гром, став напротив одного из них.

— Нет, — грубым басом кинул орк. — Не слышу.

— А жаль, — грустно вздохнул Гром. — Тогда не сможешь заработать золотой.

— Что? — уставился на него сверху вниз орк. — Какой еще золотой?

— Да вот такой, — достал Гром монету и повертел перед его лицом. Правда, для этого пришлось высоко вскинуть руку и подняться на цыпочки.

— А что взамен хочешь, человек? — не отрывая глаз со сверкающей на солнце монеты, пророкотал орк.

— В каньоне вырыть ямку на два шага в ширину, длину и глубину. Тебе это будет нетрудно. За двадцать минут справишься…

— Раньше.

— Тем более, — обрадовался Гром, что диалог все же состоялся. И по всему видать, с положительным результатом.

— Когда нужно выкопать?

— Прям сейчас.

— Ладно. Дай золотой и показывай где надо копать. А лопата у тебя есть?

— Да нет… — растерялся Гром.

— Жди тут, — потребовал орк, быстро перекинулся с напарником парой фраз и стремительно двинулся к ближайшему от ворот домику. Через минуту вернулся с лопатищей на плече. — Давай, скорей показывай место, — потребовал он и сам уже попер по тропе к каньону.

Гром еле поспевал за этим зеленым бетеэром. Приходилось временами бежать, чтоб сильно не отставать.

Как оказались под заветной ветвью дуба, Гром сказал:

— Вот тут и копай.

Орк кивнул, шагами отмерил квадратный участок каменистой почвы, начиркал ребром лопаты границы будущей ямы, что оказались по меркам Грома гораздо больше его пожелания в два его шага, и приступил к работе словно заведенный. Лопатина выхватывала куски почвы и бросала далеко во все стороны так, словно копал не твердую землю, а желе. И не всякая механическая конструкция могла бы это делать с той же скоростью. Гром аж умилялся от восторга.

Минут через десять-пятнадцать запыхавшийся орк уже вылез, из ямы закинул лопатину на плечо и потопал назад не попрощавшись.

Гром только развел руками, как глянул на образовавшуюся у ног глубину.

— Так, — достал Гром меч. — Пора и мне браться за дело.

Мечом рубить ветви и затачивать их кольями, было не тяжелее чем это делать топором. А может даже где-то легче. И Гром вскоре уже топил их тупые концы глубоко в грунт в глубине ямы. Закончив дело, взялся таскать тонкие длинные ветки, чтобы замаскировать ими яму, а сверху еще присыпать землей. Получилась славная маскировка.

Гром напоследок ровным рядком светлых камушков отметил границы ловушки, чтобы ненароком не ошибиться и не низвергнуться в нее самому, и облегченно вздохнув, направился к тому самому валуну, на котором его осенила идея с ямой.

Немного передохнув, принялся за приготовление обеда. Развел костерок, приладил над ним котелок и вновь принялся варить в ней свое любимое варево — крольчатину с бобами.

А тем временем постепенно наступал вечер. До главной бойни оставалось не так уж и много времени. Скоро с теменью вероятность появления варнов начнет возрастать.

Сытно поев, Гром вновь все помыл, убрал, затушил костерок и опять направился к замаскированной яме. Теперь он задумал пристроить прямо к ней огненную воронку для надежности улова. Вот для этого он занялся сбором в большом количестве сухостоя. Их он кучками складывал с углов ямы расходящимися прямыми боками трапеции на пятнадцать-двадцать шагов в длину. Кучи были большими, должны были обеспечить долгое горение.

Покончив и с этим делом, он критическим взглядом окинул приготовленную западню, и удовлетворенно кивнув, вновь отошел к своему излюбленному валуну, по дороге собирая на всякий случай подходящие метательные камешки. Оставалось только дождаться наступления темноты.

Этот каньон, при самой малой посещаемости вступившими в игру, был самой большой локацией из трех, отведенных для прокачки опыта в стартовой зоне. Но тут новичкам практически нечего было делать. Кроликов не достанешь, варнов не одолеешь. Тогда почему его включили в стартовую зону, никому из них непонятно было. Одно было очевидно: графику породили художники замечательную. И возможно, включили исключительно для выявления особых игроков, способных выживать.

Тогда другой вопрос встает: а зачем? Если так, значит что-то особенное тоже задумано в игре, и необходимо им таких выявлять уже в процессе начальной стадии.

Гром не представлял себе, для чего это может быть им нужно, но такую версию объяснения существования непроходимой локации в самом начале, счел логически обоснованным. И какие бы цели разработчики ни имели, Гром постарается попасть в число таких. Благо, все как раз идет к этому.

Тем временем солнышко уже почти село за горизонт. В том месте небо окрасилось розовым, постепенно переходящим от красно-фиолетового до сине-фиолетового. Следом все темнело и темнело. Уже в противоположной стороне от светила, в небе стояла кромешная темнота, усеянная первыми показавшимися звездами.

Пора. Наступало время большой охоты, которое не могло не волновать охотника впрыском адреналина. Как бы самому в эту ночь не стать дичью.

Гром поднялся с камня и направился к разложенным в ряд сухим дровам для костров. Достал из мешка факел, который сразу же вспыхнул, как он взял его в руки. Это же все-таки игра, а не реальность. Бытовой огонь загорается тут по желанию, а не спичками.

Гром прошелся по дровам своим факелом и в наступающем мраке образовались огненные стены раструба воронки, куда собрался он направлять варнов.

С высоко поднятым факелом направился по тропе во тьму, зорко оглядывая окрестности.

Через некоторое время тревожных блужданий вдали сверкнули приближающиеся к нему две пары красных огоньков.

Гром встал как вкопанный, напряженно следя за их передвижением. Ясное дело, те тоже засекли. И теперь хотят максимально сократить расстояние перед рывком.

— Ну давайте, идите! — закричал Гром, размахивая факелом.

Казалось, услышали и поняли. Оба варна одновременно сорвались с места и стремительно понеслись к нему.

Гром живо развернулся и тоже стремглав понесся по дуге к огненному раструбу. Страх не успеть колотило сердце. Перерождаться сильно не хотелось.

За ним эти дьявольские создания разработчиков тоже увязались бежать по дуге. Если бы сообразили пойти наперерез, точно не успел бы уйти от них. А так получилось.

Хищники дышали в спину, когда перед глазами замаячила четко выделенная на темном грунте полоска из светлых камушков.

Гром достиг их на полсекунды раньше преследователей, прыгнул изо всех сил, перелетел вторую полосу с запасом, не удержался на ногах и в падении совершил кульбит через плечо, почувствовал боль в левой стороне тела. Одновременно за спиной услышал треск веток и дикий протяжный вой. Гром вскочил, на ходу вытаскивая из ножен меч. Обернулся и увидел отрадную картину: одного из варнов вообще не видно, а другой передними лапами вцепился за край ямы и пытается выбраться наружу.

Гром подскочил к нему и недолго думая, наотмашь опустил меч на оскаленную морду хищника над краем. Удар сорвал и уцелевшего вниз, нанизал на кол внизу рядом с другим варном. Хотя оба еще были живы, их жизни мерцали в красной зоне маленькими капельками.

Ухмыляясь, Гром вернул меч в ножны и достал пращу. Пора реализовать недавно натренированное. Первым же пущенным камешком обнулил первого варна, а за ним вторым — другого.

Тут же под фанфары тело во второй раз сфонтанировало световыми всплесками, — а в темноте процесс был просто ослепительным, — и система выдала на секунды в воздухе золотыми буквами: "Третий уровень".

Гром облегченно вздохнул и полез в яму доставать заслуженные трофеи: две шкуры и два клыка.

Вылез, положил добычу под деревом, а сам полез в опции.

Нераспределенных очков значилось предсказуемо 10. Решил их сразу же и распределить. Чего ждать-то?

Заглянул в характеристики.

"А все-таки, может быть лучше в живучесть больше вкладывать?" — возникло в очередной раз сомнение. Но Гром снова категорически ее отбросил. Ведь если его догадки о случайных возможностях игры верны, и он собирается ими воспользоваться, то в дальнейшем, любая из этих характеристик может оказаться для него влиятельнее остальных. Это пусть другие заранее вздувают конкретные в ущерб остальным. Те, которые заранее решили, каким классом будут играть после стартовой зоны. А он еще не решил. И решит, когда сначала сориентируется со скрытыми в багах возможностями. Поэтому и утверждался каждый раз в мыслях, что пока не будет торопиться. Пока скинет пропорционально на десять доступных.

Распределение очков по этому алгоритму — легкое дело, и времени не занимает.

После этого жизнь оказалась повысившимся аж до ста пятидесяти, а ненужная пока что мана — до сорока.

"Теперь уже точно не новичок" — с ухмылкой подумал Гром, заново восстанавливая маскировку волчьей ямы ветками, и пороша их землей.

Завершив и это дело, дальше, при свете костров в ближней округе насобирал еще сухостоя, и их тоже добавил в горящие костры. Огни занялись знатно.

Пора было продолжить начатое.

ОКБ "Аркадия" 14 ч. 05 мин.

Сразу после обеденного перерыва администратор главной первой зоны Перумов отправился во вторую зону, где ответственным за интерактивный контроль погруженных был Кратович. Тут он застал как раз и Борисова, занятого за пультом центрального монитора. Перумову он тоже был нужен сейчас.

— Минутку внимания, коллеги, — похлопал в ладоши, чтобы привлечь занятых своими делами администраторов. — Нужно срочно кое-что сделать.

Среагировал на его призыв не только Кратович, но и весь отдел, включая Борисова, ожидаемо с сердитым выражением лица.

— Сначала спрошу про нашего аватара у вас, Александр Андриевич. Преодолел проверочный этап или еще нет?

Кратович кивнул:

— Только что.

— Прекрасно, — оживленно подступил ближе Перумов. — Уже способен выжить в дальнейшем?

— Спросите что-нибудь полегче, уважаемый Николай Николаевич. — В Аркадии это не просто прогнозировать на стартовом уровне. По крайней мере, шансов у этого больше чем у остальных нынешних.

— Вы, пожалуйста, подсобите в этом. Он не должен сорваться по нашему недочету.

— Что вы предлагаете? — заинтересовался Кратович. — Есть конкретное у вас предложение?

— Есть, — кивнул Перумов. — Нужно усилить его на этой стадии. Какие данные его имеются у нас?

Кратович поспешно глянул на столбцы чисел на своем экране, покачал головой:

— Невысокие.

— Так усильте же! — повысил голос Перумов. — Чего ждете?

— Как?

— Разве нельзя повысить его защитный потенциал, и всякое такое?

— Мы бы могли подкинуть достаточно прочную броню, но уровень его низкий. А такие брони рассчитаны на тридцатый и выше.

— Так, уберите ограничение и подбросьте ему.

— Такие программные изменения чреваты последствиями. Может сбиться процесс загрузок, — неуверенно возразил Кратович.

— А что скажет на это Борис Викторович? — заискивающе улыбаясь, повернулся к тому Перумов.

— Перестаньте хныкать. Давайте сюда ваши параметры, — злобно вскочил со стула Борисов и с треском опустился перед монитором Кратовича. — Чего тут изменять вашего "чреватого"?

— Э-э… — Кратович растерянно глянул на Перумова. — Может какую-нибудь высокоуровневую кольчугу подкинуть?

— Подкидывайте, — кивнул он.

Кратович, стоя за спиной Борисова, выстучал по клавиатуре, вывел на экран параметры сорокауровневой игровой брони.

— Вот этот подойдет, наверное.

Борисов сердито оттолкнул его руку, с пулеметной скоростью замельтешили пальцы по клавиатуре. Окно мелькало заставками, под конец вернув обратно параметры той же брони, в которых вместо строчек: "Ограничение: высший эльф" и "Уровень: 40" теперь были другие: "Ограничение: Избранный Перуном" и "Уровень: нет ограничений".

Пока длилась переделка, в комнату заглянул еще и Хромов.

— А! Вы здесь? Протеже контролируете? — заулыбался он.

— Да, Сергей Станиславович. Именно этим занимаемся сейчас.

— Очень хорошо. Передайте ему и от меня привет, Борисов.

Борисов мельком кинув на новоприбывшего свирепый взгляд, кивнул:

— Сейчас. Только потом не говорите, что вы этого не хотели.

Спустя пару минут труда добавил:

— Поставил сюда готовый трафарет. Дальше сами сможете менять беспроблемно эти параметры с любых предметов. Что еще?

— Спасибо… Легенду уже я сам подправлю, — восхитился скорости переделки Кратович.

— А можно еще немного умений сражаться приподнять? — попросил Перумов, на что зло на него зыркнув, Борисов еще около пяти минут барабанил по клавиатуре.

— Вечно меня отвлекают, — пробурчал под нос Борисов, пересаживаясь на свое место. А Кратович только развел руками, усаживаясь на свое.

Перумов стоял рядом пока коллега подгонял под полученные переделки новую легенду. А Хромов интересовался у него:

Вы его подготовили к заданию?

— Вот этим и занимаемся сейчас, Сергей Станиславович. Переделали под него высокоуровневую броню. Подкинули немного умения владения оружием.

— И оружие подобрали?

Перумов растерянно повернулся к Кратовичу:

— Действительно. А давайте-ка и оружие ему подкинем высокоуровневое. Как вы на это смотрите, Александр Андриевич? Нам же любезный Борис Викторович трафарет подготовил.

— Да? Сейчас погляжу. Только подождите минутку, закончу наладку легенды.

Пока Перумов и Хромов обсуждали перспективы дальнейшей поддержки их надежды — способного аватара, — Кратович завершил свое дело и обернулся к ним:

— Есть сильное оружие на пятидесятый уровень командира войск дроу. Отдать?

— Почему бы и нет? Отдавайте, — сразу же согласился Перумов. — И дальше не теряйте его из виду ни на минуту. Постарайтесь, чтобы продержался без перезагрузки пару суток. Надеюсь, тогда завтра исправим глобальную ошибку министерских чиновников.

— Да, подкинуло министерство нам проблему, — сокрушенно кивнул Хромов. — Почти год корпим над ней. Не упустите шанс исправить.

— Хорошо, — согласился Кратович. — Заодно проверю его сообразительность справляться с неожиданными ситуациями…

Глава 3

В поселение Гром вернулся на рассвете с кучей шкур в руках, не поместившихся в заплечный мешок.

Орки на воротах разинули рты, когда его увидели. И хорошо, что было слишком рано, Гром не встретился ни с кем, пока добирался до лавки бронника. А то бы не избежал ненужных завистливых расспросов.

Лавка оказалась пока закрытой. Еще около часу придется ему куковать тут, у двери.

Гром спрятал шкуры, что пришлось носить на руках, за дальней стеной лавки и присыпать сверху хворостом. Хотя кому надо с утра припереться туда? Сам же присел на ступеньку лесенки в ожидании прихода бронника.

Еще в прошлый раз, когда сдал первую шкуру барахольщику, прокралась в голову мысль, что тому она даром не должна быть нужна. Что, скорее всего, он ее купил, чтобы перепродать. И тогда еще догадался, что перепродать-то он может только броннику. Кому же еще? Значит, бронник за эти редкие в стартовой зоне шкуры платит больше, чем заплатил барахольщик. Вот и решил Гром лишить хитрожопового тролля дармовой наживы. Пусть ищет других лохов.

Итак. Истребил за ночь отработанным способом всех имеющихся там варнов. Оказалось их в локации четырнадцать таких мобов. С первым убитым, значит, пятнадцать. Ровно столько, чтобы новичок одолел пять уровней — билет на проход в закрытые ворота. И он уже их набрал. При желании хоть сегодня может пройти через те ворота.

После распределения последних свободных очков, — а он их продолжал кидать равномерно на все характеристики, — жизнь поднялась до двухсот пятидесяти, мана — до восьмидесяти. А характеристики поднялись, как и в предыдущие разы, поровну: стали по пять.

И теперь на шестом уровне выпускника яслей его шкала опыта показывала 2450/3500. То есть, немного усилия, и будет он на седьмом.

Так он грел свое тщеславие, когда, позвякивая ключами, наконец, пришел и сам бронник: бородатый гном по имени Картавый. Косо глянул на сидящего на ступеньках Грома, хмыкнул открывая заветную дверь:

— Ну, заходи, заходи.

— Счасс! — вскочил Гром, побежал за укрытыми шкурами.

Когда вошел в ларек, Картавый уже стоял за прилавком. Он удивленно уставился на кучу шкур, что кинул Гром перед ним, и выпучил глаза, когда сверху выгрузил из заплечного мешка еще столько же.

— Почем берешь такие? — перешел к сути дела Гром.

— Вместе с клыком по две с половиной золотых. А без…

— Вместе. — Гром порылся в мешке и выложил рядышком четырнадцать клыков. — Итого с тебя тридцать пять золотых, — быстро подсчитал он и требовательно протянул к нему раскрытую ладонь.

Бронник не стал тянуть резину, по одной штуке доставал из своего ларчика золотые кругляки и перекладывал на его ладонь.

— Тхидцать четыхе, тхидцать пять. Всё! — спрятал вновь ларчик и ловко перебросил шкуры с прилавка в сундук возле себя. — Потом пристально глянул на Грома и сказал:

— Тепех ты богат. Может, купишь у меня бхоню?

Гром замялся и отказался.

— Какой смысл у тебя покупать, если выйду отсюда, и попаду в город. Там наверняка лучше твоего найду. И потом… Скоро до седьмого уровня дотяну. Потерплю, и сразу на седьмой брать буду. — Повернулся уходить, когда Картавый его остановил.

— Постой. Мне нужно тебе кое-что сказать.

Гром удивленно обернулся к броннику. Это что-то новенькое.

— Слушаю тебя, уважаемый.

— Так вот слушай, — торжественно зазвучал голос гнома. Аж борода оттопырилась. — Много лет назад, когда я был еще учеником у здешнего мастеха… большого мастеха бхони, появился в этих кхаях загадочный человек. Тогдашние здешние люди говохили, что по ночам видели, как его лицо и хуки излучали сияние. Сам он называл себя бахдом, и пел очень кхасивые баллады…

Картавый полез под прилавок, достал оттуда кувшинчик и две глиняные пиалы. Разлил в них молочного цвета жидкость и протянул одну Грому.

— Это гномье вино из одуванчиков. — Потом продолжил прерванную историю. — Так вот. Пел он очень кхасиво. А однажды он зашел и в нашу лавку.

Гром попробовал глоток из пиалы, внимательно продолжая слушать гнома. Как показалось, глотнул огонь. А гном свою опрокинул одним махом и даже не поморщился.

— Пхишел, значит он к моему мастеху и говохит: меня послал сюда бог Пехун, чтобы тебе пехедать его пожелание. Он хочет, чтобы ты тому, кто за один хаз пхинесет сюда пятнадцать шкух вахна взамен отдал эту бхоню. Сказал и достал пхямо из воздуха бхоню, котохую тохжественно пхотянул моему мастеху.

Спхятали мы ее в сундук и ждали кто пхинесет за хаз столько шкух. Мой масех умех десять лет назад. Мне похучил выполнить волю бога Пехуна. Я тоже ждал. А ты пхинес только четыхнадцать. Тепехь не знаю как быть.

Тут системная запись озолотила воздух перед глазами Грома:

"Задание. Принесите Картавому за раз 15 шкур стартового варна. Награда: броня Перуна. Опыт: 100. Срок: 1 день".

Гром сокрушенно покачал головой:

— Вот засада. Ту первую я продал троллю вчера.

— Этому пхохвосту Пхусту? Значит он твою вчеха мне пходал… А мне очень хочется выполнить волю бога. Думаю, он не хасгневается, если я отдам ее тебе.

Гром аж подскочил.

— Я тоже так думаю. Покажи же эту броню.

Гном еще некоторое время стоял в думках и в сомнениях, прежде чем тяжело вздохнул и отправился к низкой двери в углу прилавка.

Гром нетерпеливо ерзал пока того не было. Наконец, он объявился, и нес в руках темно-синее Нечто!

Это был полный кольчужный комплект невероятного вида. У Грома аж дух захватило. Такое он и в фантазиях не мог себе представить.

А гном вернулся к прилавку и, почему-то со скорбным и немного виноватым лицом, не глядя, протянул комплект Грому:

— Носи на славу.

Тут же в воздухе возникло новое системное оповещение:

"Задание выполнено. Награда: броня Перуна".

Гром затаив дыхание принял дар, что, оказалось, весит как его летний костюм в реале.

Как принял, сразу же над броней в воздухе засветились буквы:

Кольчужная броня (комплект) "Титан".

Тип: уникальный.

Ограничение: Избранный Перуном.

Уровень: нет ограничений.

Прочность: 1000/1000 (самовосстанавливаемый).

В комплекте:

Броня: 200.

+ 50 к здоровью.

+ 10 к защите (физической).

+ 10 к меткости.

Вес: 2 кг.

— Ух ты! — упал в осадок Гром. — Спасибо тебе, мастер.

— Да ты, давай, пехеодевайся, — теперь повеселел гном. Видать, все же, тяжелым бременем на нем лежал наказ бога. С такими вещами неписям нельзя шутить.

Гром с трепетом стал облачаться в "Титан", а в голове промелькнула: "Так вот для чего нужен тут каньон…".

Легкая броня, точно рыбья чешуя, покрыла все тело, когда первым из комплекта надел через голову рубаху с капюшоном. На уровне поясницы обнаружил пять прорезей. Погрузив в них пальцы, понял что это кармашки. Видать для быстрого доступа во время боя. Подол оказался с разрезами — спереди и сзади, чтоб не мешало свободно двигаться.

Кольчужные сапоги были впору, точь-в-точь его размера. Странное совпадение? А объяснялось тем, что в игре иначе и не могло быть.

Еще были перчатки. Только они с внешней стороны покрывались чешуей. С внутренней были из тонкой лайки.

Гром подвигал руками, ногами — убедился, что ничего не мешает. Весело подмигнул гному, нацепил на пояс меч и уточнил:

— Значит, я должен возвратить твои деньги назад?

— Гном кивнул:

— За шкухы. А за клыки, семь золотых — оставь себе.

Гром отложил семь кругляков себе, остальные вернул гному. Попрощался с ним и в обновке выбрался из лавки. Чувствуя на себе удивленные взгляды всех встречных поперечных, прямиком двинул к глухим воротам с вывеской: "для расы людей".

Тут никого из охраны не оказалось, потому Гром шел и растерянно думал: а кто же их мне откроет?

Так и приблизился к ним в полной растерянности, собрался на всякий случай постучать, но стоило его кулаку коснуться толстенной доски, как образовалась на поверхности ворот калитка. И она со скрипом распахнулась.

Недоумевающий Гром только успел ее пересечь, как она с тем же скрипом захлопнулась и бесследно растворилась.

И он оказался в стране Тарвирия. Край, отведенный игрокам-людям.

…

Первое впечатление было — попал в другой мир.

Утреннее солнце светило здесь гораздо ярче. Редкие снежно-белые облачные кучки над головой словно были нарисованные. Собственно оно так и было.

От ворот шла ровная широкая дорога по степному простору, проросшему до дальних высоких скал на горизонте высокой травой и редкими лиственными деревьями.

Виднелись то тут, то там разнокалиберные кляксы водоемов, которых, как нитка бусинок объединяла извивающаяся змейка узенькой речки. Но самое привлекшее внимание, были дальние городские стены в амбразурах и донжонах, и в большие ворота которого упиралась стрела этой самой дороги, на которой он оказался сразу, выбравшись в мир приключений игры.

Гром нетерпеливо быстро зашагал к тем воротам. Скучное серое поселение осталось позади, как и все остальное с ним связанное. Впереди его ожидают удивительные задания и бои, встречи с новыми игроками Аркадии.

Дорога до города людей заняла с полчаса спешным шагом. Вот и приблизился, наконец, к широко распахнутым воротам, охраняемым сразу пятью крупными стражами-людьми в цельных латах и вооруженных большущими алебардами, зажатых латными перчатками. А над головой каждого из них высвечивается одна и та же серая строка: "страж Тарвира 5000/5000".

— Стой! — прогремел голос ближайшего стража, мимо которого он уже хотел пройти.

Гром замер на месте, вопросительно глядя на суровое лицо.

— Вход разрешен только иным расам и жителям Тарвира, — неохотно пояснил запрет.

— А как можно стать жителем Тарвира, если вы не впускаете? — удивился Гром.

Страж недовольно насупил брови:

— Это твое дело. Дан приказ не впускать посторонних людей.

— И куда же теперь мне идти? — больше себе, чем стражу в отчаянии задал риторический вопрос.

— Это твое дело, — с тем же равнодушием отреагировал страж.

И тут появилось в воздухе системное сообщение:

"Задание. Найти способ попасть в город. Опыт: нет. Срок: нет".

Теперь Грому ничего не оставалось, как на всякий случай сделать пару шагов назад. А то неосторожное одно движение стражники сочтут за неповиновение, моментально атакуют. И неизвестно где произойдет перерождение. Нет уж. Лучше не рисковать.

Гром задумчиво перемещался параллельно городской стены прочь от негостеприимных ворот, пытаясь сообразить, как выкручиваются из такой парадоксальной ситуации, в которую загоняют выбравшихся из стартовой зоны. И подумал, что наверняка существует в какой-то стороне место, куда такие, как он, должны перебираться. Там же должна быть какая-то подсказка, как попасть в город. Но в какой стороне то место? Необходимо было у кого-то спросить кроме как у этих неразговорчивых стражей ворот. Но как ни выискивал Гром глазами кого живого, всюду была только степь. Заметил только средь травы неведомых зверьков, шустро снующих там. Ну, не у них же спрашивать?

Так и стоял бы Гром в нерешительности, не заметь в отдалении от дороги торчащий из травы неприметный дорожный указатель. Тут же кинулся к нему.

На куске деревянной пластины, грубо вырезанной стрелки, указывающей направление в сторону восходящего солнца, было выцарапано "К храму". От указателя шла, до того незамеченная им, почти заросшая, еле приметная тропинка. Она криво шла к озерцу. А как там дальше обстоят дела, можно понять, только дойдя до него. Поэтому Гром, недолго думая, пошел по ней, куда она вела. И тропка действительно привела его к зеркалу круглого озерка, словно циркулем вычерченного. Тропка аккуратно обходила его по бережку и устремлялась вглубь степи. Гром покорно пошел по ней дальше.

Прошло некоторое время, прежде чем тропинка, заметно расширилась, повела по небольшому уклону мимо открывшегося глазам солидного озерца, в центре которого возвышался маленький островок. А на этом островке без единой растительности, на солнышке резвились два крупных ящероподобных монстра.

Рука Грома бессознательно рванулась к мечу. Но те существа пока просто его не замечали. Зона их агрессии, видать, была меньше отделяющего расстояния.

На всякий случай, по возможности отстраняясь от озера к скальному барьеру у тропы, Гром с трепетом поспешил удалиться подальше от этой опасной зоны, но оказался неправ: приблизился к другой зоне агрессии. Только это были другие мобы, похожие на страусов птицеподобные существа. Он сперва услышал их истеричные крики, потом увидел и их самих.

Три таких моба, расставив короткие мясистые крылышки, торчащие нелепо с толстых боков, покрытых серыми кочками перьев, дружно ринулись на него, раскачивая голыми длинными шеями. Явно собирались в усмерть заклевать его массивными крючковатыми клювами.

Гром в волнении (как-никак это был первый его бой в настоящей игре, пока с неизвестной привязкой на перерождение) достал меч, держа двумя руками, принял боевую стойку. Странным образом он откуда-то уже знал как это нужно делать.

Все три крылатых моба достигли его одновременно. Высветились ярко-красными буквами их ники над головками. Но все происходило столь динамично и напряженно, что просто не до чтения было.

Гром, как косой прочеркнул перед собой мечом, разбрызгивая кругом кровяной, но не избежал серьезного по силе тыка клювом в грудь. Дыхание ненадолго сперло. И что было бы не будь на нем уникальной брони, лучше сейчас не думать.

Второй стремительный замах, и меч обнулил жизни по-центру атакующего монстра. Двое по краям одновременно отскочили от него на безопасное расстояние и замерли. Тут-то и прочитал название одной: "тарвирийский страбус 67/100".

— Вот и познакомились, — сквозь зубы процедил Гром, кидаясь на оставшихся. Но те явно передумали ближе знакомиться. Развернулись и дали такого стрекача, что настоящие страусы померли бы от зависти. Мгновение, а их и след простыл.

Хмыкнув, Гром вернул оружие в ножны, подошел к месту трофея, где был повержен моб. Там лежала связка больших перьев и кусок мяса. Он их подобрал, кинул в мешок и вернулся на тропу. Глянул в опции и остался недовольным: опыта с моба подкинуло только сотню. Если бы еще и тех двоих завалил, не так обидно было бы за полученный сильный тумак.

Без дальнейших приключений добрался до низины, закиданной валунами. Огромными бурыми, лежачими на боку, торчащими стоймя. Тропинка дальше вела вихляя между ними.

Гром повысил бдительность, как пошел дальше. Ведь обзор резко ухудшился. Мало ли что может за такими глыбами устроить засаду. И как в воду смотрел: вляпался-таки в предполагаемую засаду.

Они повыскакивали сразу из-за пяти глыб одновременно. Корявые мужики, с заросшими до бровей рыжими бородами; одетые в лохмотья и вооруженные дубинами. И ни у кого нет над головой опознавательных ников.

Глава 4

В полной тьме, где он оказался, как только над головой захлопнулась крышка люка, ярко засветил второй и последний факел. Осветились узкие туннели с множеством боковых ответвлений.

— Черт! Вот почему монстра называют Минотур. Тут без нити Ариадны точно обратно не выберешься, — чертыхнулся Гром, как увидел куда попал. Ни той нити у него нет, ни хотя бы чем метки на стенах ставить. А карта местности в этом лабиринте не проявляется. И Арист тип еще тот оказался. Вместо того, чтобы сказать о лабиринте в их подземелье какую-то чушь советовал. Соберись мол. Сказал бы ясно что его тут ожидает, так хотя бы уголек подобрал, крестики на стенках ставить. Да поздно уже. Выходить уже нельзя. Система сочтет не выполненным задание.

Злой Гром, выхватил меч и двинулся вперед по первому попавшему ответвлению. Прошел его, повернул направо, прошел, повернул налево…

Так и бродил, давно потеряв ориентировку. Теперь он хоть пожелай плюнуть на здешние "мечи-кладенцы" и убраться отсюда, все равно ничего у него не вышло бы. Просто не знает где остался треклятый выход.

Бродил он так долго. Тупо уставившись перед собой, сворачивал при каждом встречном повороте на похожие друг на друга, словно отражения, проходы и мечтал об одном: вновь случайно оказаться там, откуда вошел в эту проклятую мышеловку.

Время текло, а он продолжал бродить по мрачным туннелям, уже ни на что не рассчитывая, как при очередном безумном наобум повороте оказался в проходе, ведущем в громадный зал, стен которого практически не было из-за тесно зияющих на них туннельных проемов.

В самом центре этого зала и находился сейчас тот самый монстр "Минотур 500/500".

Первая же мысль Грома была, что художник, создавший в игре такой "шедевр", явно был в тот момент обкуренным. Ибо в здравом уме такое не придумаешь. Мягко говоря, эта несуразица, не имеющая и намека хотя бы на какую-то симметричность форм, стояла там на множестве конечностей различной длины и количества суставов на них. Водила по сторонам множеством разнообразных глазищ и постоянно зевала вертикальной пастью.

Гром тряхнул головой, отгоняя вдруг нахлынувшую сонливость. Поигрывая мечом, двинулся в сторону входа в зал. Но с приближением сонливость только усиливалась до невозможности терпеть.

"Что это со мной?" — в очередной раз встряхивая головой, подумал Гром. Но он уже догадался, что именно происходит: монстр магией усыпляет его, вот что происходит. И он уже понимал, что если попытается приблизиться к чудовищу, есть угроза уснуть прямо перед ним. Что равносильно реплике кухарки: "кушать подано".

Гром потихоньку стал пятиться назад вглубь туннеля. И с каждым шажком ощущал, как постепенно опадает влияние монстра. Экспериментируя, нашел то отдаление, когда сонливость полностью исчезает. Нашел край зоны агро Минотура.

"Так, — задумался Гром уже в бодром состоянии. — Что там говорил Арист по поводу его возможности одолеть монстра печатями богов? Кстати, совсем забыл про подаренную книгу какую-то".

Гром сначала полез в свой заплечный мешок, где каким-то чудом действительно оказалась довольно объемистая книга в кожаном переплете и золотом тисненным названием: "Книга Врат III". Как только он раскрыл ее, появилось системное сообщение: "Получена способность: Телепортация в Храм. Трата маны: 10" и книга на глазах испарилась.

Ох! — в очередной раз упал он в осадок. Никак невозможно привыкнуть к таким фокусам в игре.

Гром нетерпеливо полез в опции. Теперь стала активной и третья кнопка после "характеристик" и "параметров"; он мог желанием активировать кнопку "способности".

Оконце открылось, демонстрируя ему сиротливо стоящий в самом верхнем углу кругленький значок с изображением портала. А под ним мелкая надпись: "в храм".

Гром развеселился. А то ведь грузом на душе затаился страх, что обратно не сможет выбраться, даже одолев эту мерзость в зале.

"Так, — ободрился он. — Как, все-таки одолеть-то? Вроде, печатью пользоваться надо".

Гром теперь полез в характеристики. Может там что-то появилось? Но там все было прежнее. Ничего такого полезного.

"Черт возьми! А как же не засыпать?" — возмущаясь, на всякий пожарный открыл и параметры… и чуть не подскочил до низкого потолка: кроме зеленой планки жизни и красной маны появилась еще одна — синяя планка: "бодрость" 10/10. А рядышком буковки "выкл".

Гром глядя на них пожелал включить этот параметр. Буквы "ы" не стала.

— Все что ли? — возбужденно завопил Гром, выхватывая меч. Он же еще не знал, на сколько времени хватает этой десятки. На десять минут или на десять секунд. В любом случае нужно попытаться. И он со всей возможной скоростью рванул в зал.

Секунды текли, а он наносил удары по монстру по чем попадая и не попадая. От того урода только ошметки отлетали. Некогда было заглянуть узнать, что там с десяткой стало. Гром торопился прикончить моба до окончания отведенного срока. А тот продолжал попытки ментального воздействия усыпить вместо того, чтобы физически сопротивляться избиению. Его жизнь скачками проседала. Неплохой меч в руках Грома нередко наносил критический урон. А сам Гром юлой вертелся вокруг безобразного туловища монстра, уже успешно пообрубав тому почти все конечности. Теперь даже усыпи он его, добраться до спящего не сможет. Ведь летать не умеет. Но Гром и не чувствовал пока и намека на воздействие. Он бодро продолжал калечить это недоразумение. После четвертования перешел на рубку массивного туловища, как мясник рубит тушу быка. Жизнь этого магического существа повисла на волоске.

Гром только вошел в раж, когда она опустела до нуля, посмертно подарив своему убийце пятьсот очков опыта.

Гром устало отступил на пару шагов, презрительно глядя на растерзанное в клочья туловище монстра. Вошел в параметры и увидел, что до конца его защиты от магии оставалось две единицы. И он снова пожелал выключить ее. Ему стало интересно, как скоро она восстановится на восемь единиц. Нужно чаще поглядывать, сделал в памяти зарубку.

Монстр исчез, оставив после себя на полу фигурный бронзовый ключ. Гром его подобрал, а к какому замку нужно пристроить, не мог понять. Ничего же здесь не было. Зал совершенно пустой. Если сундук где-то еще в другой части лабиринта, он плюнет на такие слепые поиски и сейчас же выйдет отсюда новоявленным порталом.

Злость с новой силой раздувалась в груди, заставляя его метаться по пустому залу, когда нога случайно наступила на чуть поддавшийся участок пола. Послышался громкий щелчок, а за ним скрежет. Гром растерянно огляделся, и увидел, как из подполья дальнего конца зала, вылезает на поверхность кованый сундук. Он кинулся к нему. Вставил ключ в скважину, провернул и откинул тяжелую крышку.

Гром всю игру сожалел бы, уйди он отсюда без тех красавцев, что лежали на дне этого сундука.

На дне лежали парные мечи невероятной красоты; клинки и черные рифленые эфесы с гардой в чернении слегка изогнутые в противоположные стороны. Один из клинков клубился белым морозным дыханием, другой — клубился огненными язычками. У обоих навершия были кристальными. И то, что это были магические кристаллы, говорили их омывающие силовые ореолы. Только у морозного кристалл был матово-белым, а у огненного — рубиновым.

С каждым из них рядышком лежали свои кожаные ножны с золотыми устьями и наконечниками, и соединенные воедино колечками с черным поясным приспособлением непонятного типа крепления.

Гром не мог налюбоваться на них. На таких разных и таких одинаковых одновременно. Он с трепетом протянул руки к ним, и ему показалось, что мечи сами тоже потянулись навстречу ледяными и огненными сполохами. Но руки совершенно не чувствовали их воздействия. Странное было чувство. А системное сообщение оказалось на редкость скупым на информацию. Только: "парные мечи Лед и Пламень". И всё?

Гром сгреб содержимое сундука и вновь появилось сообщение:

"Задание выполнено. Получены парные мечи Лед и Пламень".

Осталось полезть в "способности", попробовать первый раз в своей жизни переместиться порталом.

Как кликнул, на миг пространство вокруг завертелось, да так, что чуть не свалило с ног.

С легким головокружением уже стоял у звездного алтаря напротив Ариста. Тот ему радостно улыбался, протягивая руки.

— Дай их мне. Я должен освятить их, прежде чем ты их наденешь на себя.

Храмовник забрал принесенное из лабиринта оружие, положил их на тот же алтарь. Дальше Гром видел и слышал загадочные телодвижения вокруг них и речитатив храмовника на непонятном наречии. Постепенно поверхность камня вместе с оружием стали светиться потусторонним сиянием. А храмовник теперь быстрее двигался в круговерти, и голос стал пронзительней.

Сияние угасло. При этом лежащие там мечи чуть приподнялись над камнем, зазвенели как натянутые струны, испуская струи холода, и огня.

Процесс освящения оказался суетливым процессом, и затянулся надолго. Но наконец, уставший храмовник облегченно вздохнул, кивнул на алтарь:

— Можешь забрать.

Гром нетерпеливо подбежал и взял в руки сразу оба меча.

Теперь, после их освящения произошло с ними изменение, обрадовавшее Грома. Появилась подробная системная информация о них. Она возникла и зависла над ними убористыми золотыми буковками:

Парные мечи Лед и Пламень.

Тип: уникальный.

Ограничение: Избранный Перуном.

Уровень: нет ограничений.

Прочность: по 500/500(самовосстанавливаемые).

+ 10 к силе.

+10 к атаке.

В паре:

Физический совместный урон: 150-200

Дополнительный урон 20 сек.:

Холодом 50/1 сек.

Огнем 50/1 сек.

Шанс критического урона 25 %.

Гром благоговейно вернул их на алтарь, поднял оттуда переплетение поясков из черной эластичной кожи, на которых в специальных местах колечками крепились ножны своими устьями и наконечниками. Разглядев их связки, до него дошло, как их нужно пристегивать. Скинул свой нубовский заплечный мешок на пол, перекинул через плечи ремешки и в двух местах на груди защелкнул крепежи. Как литые обе ножны прочно укрепились за его спиной.

Гром снова забрал с камня мечи, вставил их в эти ножны. И теперь их черные эфесы грозно выглядывали из-за его спины над плечами своими полыхающими кристаллами.

Довольный донельзя уникальным обретением, Гром поверх своего нового оружия закинул старый мешок и повернулся к храмовнику.

— Я готов пройти Путь Отчаянного? — спросил он его.

— Уже да, — кивнул ему Арист. — Хотя, еще нужно тебе приобрести пару эликсиров здоровья на всякий случай. Спроси их у младшего служителя Фабио. Он сейчас у фонтана. — Потом положил руку Грому на плечо и добавил: — Желаю тебе удачи.

Гром молча кивнул и направился к выходу.

У фонтана застал Фабио; тот в нем омывал руки и что-то произносил на непонятном Грому языке. Пришлось ему некоторое время дожидаться окончания ритуала. А как тот обернулся к нему, сразу спросил:

— Можешь мне продать пару эликсиров здоровья?

— Нет, — улыбнулся храмовник, сильно озадачив этим Грома.

— Ладно, тогда… — пожал плечами Гром, уже собираясь уйти ни с чем, когда Фабио добавил:

— Не продам, а подарю.

Гром растерянно заулыбался:

— О! Не ожидал. Благодарю тебя.

А Фабио из под подола своей туники достал и протянул Грому два пузатых фиала.

— Вот, держи. Надеюсь, они тебя выручат в нужную минуту.

Гром принял жреческий дар, и сразу системное сообщение подсказало, что у Грома оказались эликсиры жизни, каждый из которых способен за раз полностью восстановить его жизнь.

Попрощавшись и с ним, Гром двинулся обратно по ущелью прочь от Храма. Выбрался к раскиданным валунам, и здесь использовал до сих пор неактуальный ярлык "Карта местности". Тут же перед внутренним взором раскрылась масштабируемая карта, покрытая так называемым "туманом войны", за исключением тех мест, где он уже проходил. А это была вся в изгибах полоска от глухих ворот стартовой зоны, мимо фрагмента городских ворот и до зоны Храма, неподалеку от которого мигал синий кружок с маленькой стрелкой торчащей из нее — указатель теперешнего его местоположения.

На северо-западе карты в черноте мигал еще один кружок, но оранжевый. Это и был конечный пункт его нынешнего вояжа: вход в нужную пещеру.

Гром сложил карту, затем порылся в настройках интерфейса, пока не нашел визуализацию компаса. Маленький, почти прозрачный компас занял свое место рядом с таймером в верхнем правом уголочке периферийного зрения. Теперь он мог ориентироваться, куда приблизительно нужно двигаться. В данной ситуации, это оказалось движение налево. Туда и пошел.

Территория с валунами перешла в холмистую зону, поросшую редкими дубками с развесистыми кронами. А вдали замаячила скальная гряда. Судя по карте, Грому необходимо будет и их преодолеть, чтобы продолжать добираться до оранжевого кружочка.

Перед первым же дубком решил сделать привал. Собрал дровишки костерком, которые сразу вспыхнули, выудил из мешка пару кроличьих вырезок и, нацепив их на подходящие веточки, занялся приготовлением позднего обеда. Как ломти подрумянились, принялся с аппетитом потреблять сочные ломти.

По замыслу разработчиков в процессе игры необходимо есть тем чаще, чем меньше у игрока значение выносливости. И наоборот. При очень высоких показателях этой характеристики, игрок может днями обходиться без пищи.

Семь очков Грома не позволяли ему долго игнорировать свои кулинарные изыски. Хотя бы раз в день он должен был жевать. Чем он и занялся, прежде чем отправляться дальше.

Гром сосредоточенно жевал, когда слух уловил далекий крик. Как ему показалось, женский. Он навострил уши, попытался сориентироваться, с какой стороны раздался, но тут услышал во второй раз отчаянный женский крик. Был слышен с северной стороны, из-за дальних холмов.

Гром резво вскочил на ноги, все еще на ходу продолжая жевать остаток куска крольчатины. Порыв его был естественным: нужно спасать представительницу слабого пола, что попала в беду. И даже знание того, что это игра, что ни один игрок от другого, будь то женщина, мужчина, орк или еще кто, в игру вступает с абсолютно равными условиями, не могло отринуть древний мужской рефлекс.

Гром изо всех сил рванул в ту сторону, на ходу срывая из ножен близнецов-убийц. Он бы напал сейчас и на стаю монстров, плюнув на личную безопасность. В спринтерском беге в третий раз услышал отчаянный крик. На этот раз он различил слово "помогите!" тоже.

В длинном прыжке перепрыгнув овраг, слету влетел на место события.

Никакой стаи монстров тут не было. Тут были трое: одна девушка и два парня. Причем, девушка в изодранном платье валялась на травке, а те двое готовились ее изнасиловать. По крайней мере, у одного из них уже были приспущены штаны.

Неожиданное явление Грома для обоих оказалось неприятным сюрпризом. Его сразу узнали. Того, который демонстрировал в таверне шкуру варна. Явно, не думали, что поблизости может кто-то быть. Тем более этот игрок. Тем более, потому что он гораздо позже них вступил в игру, а теперь в грозном облачении разгуливает тут, вместо того, чтоб продолжать торчать на стартовой зоне.

Хотя Гром их не узнавал, и девушку, их жертву, тоже не припоминал. Эти были из "старожилов". А он, в отличие от остальных с ним вступивших, совершенно не искал контактов с "опытными".

На глазах ники над головами обоих парней с блекло-зеленого перекрасились в серый, но еще четко читались. И Гром прочел: один из них был Крутой, другой — Седой. У девушки же для него ник оставался еще зеленым: Мартина. Очевидно, настоящее ее имя в реале была Марина.

— Вы что творите, парни? — двинулся на них Гром. — Чего к ней привязались?

— Иди отсюда. Не мешай, — огрызнулся Седой, но благоразумно подтянул штаны обратно. Биться со спущенными нелегко. А по виду пришельца это им грозит в первую очередь.

Гром отчаянно боролся с яростью, чтоб та не вытеснила благоразумие. Он спокойно мог отправить этих подонков на перерождение, но это исключено. Прекрасно понимал чем ему это грозит.

Агрессия против игрока не с красным, приведшая к потере уровня жизни более чем на четверть, а тем более его убийство, система тут же сочтет преступлением, и покарает по-своему жестоко: практически лишит удачи. Сколько ни вкладывай, в результате проявление как тот же ноль. Плюс, вместо зеленого имя тогда светит фиолетово-красным — знак убийцы ближнего. И, как правило, все сторонятся такого. Как неписи, так и остальные люди-игроки. А все потому, что такой становится вроде инфекционно больного: пока с ним общаешься, свои характеристики ополовиниваешь, а удачу обнуляешь. Такому несчастному остается либо навсегда сбиться в скрытную шайку с такими же изгоями, либо полезными деяниями перекрасить ник обратно в зеленый. А процесс искупления без грамма удачи невероятно труден. Поэтому, как правило, для таких оставался один единственный выход: покидать Аркадию со стиранием данных, и по-новому начинать регистрацию, если еще осталось желание и деньги.

Но это все сказанное касалось тех игроков, кто отправляет на перерождение другого игрока не с агрессивным окрасом имени. А "красного" — хоть сто раз подряд убивай.

При этом не считалось в игровом процессе преступлением, скажем, вот данное изнасилование. Это по аркадскому правосудию только шалость, раз жизни девушки не уменьшились более чем на четверть.

Ладно. Закончим отступление.

— Давайте так, — сделал к ним еще один шаг, бросая мечи в ножны от греха подальше. Кулаками еще можно, если будет рассчитывать силу ударов в усиливающих кольчужных рукавицах. А то ведь и кулаком можно более положенного снять жизней с них. — Даю вам последний шанс целыми невредимыми убежать. Считаю до трех. После сам вас трахну, мало не покажется.

И тут произошло то, чего никак не ожидал от них. Последние слова, видать задели слишком больно. У обоих мгновенно ники вспыхнули алым цветом, приглашая прикончить их. Но дальше оба сами разом достали мечи, собираясь совершить преступление, и напали. Преступление ли? Гром же не видел свой ник. Он уже, оказывается, тоже давно был красным. Так что бой на перерождение должен был состояться по дозволенным законам игры.

Гром, не доставая снова оружие, подставил под рубящие с размаха нубовские мечи свои руки в кольчужной защите. Удар был ощутимым, но не более. Защиту, дающую "Титан", да и немалая сама броня, их железкам, конечно, было не по зубам. Мечи отскочили назад, как от кованого щита. И Гром выбросил вперед кулаки, целясь им в груди, защищенные только кожаными куртками. Теперь он понял что значит по плюс десять к силе и атаке, дарованные от уникальных мечей. Жизнь у обоих мгновенно достигла нуля. Оба, как атаковали одновременно, так и одновременно ушли на перерождение, потеряв при этом в поте лица добытые после стартовой зоны опыт.

Гром только криво усмехнулся, глядя на кучку дешевых шмоток и два простых меча, что они оставили тут без присмотра. Хотя среди них заметил и несколько серебреных монет. Он жестом показал на них девушке.

— Возьми их. Тебе полагается денежная компенсация за причиненный моральный ущерб этими оболтусами.

Все это время съеженная девушка, поджав ноги, сидела на травке, и оттуда с испугом наблюдала за происходящим из-за нее. Теперь она поднялась, и стеснительно прикрывая руками подол изорванной юбки, подобрала монеты с земли.

— Что же ты до сих пор не приобрела кожаную одежду? — спросил Гром. — Так и будешь тут в чем закинуло на старт?

— Копила. Хотела сразу в городе приобрести получше. — Голос у девушки неожиданно оказался на тон ниже ожидаемого после услышанных криков.

— Понятно, — улыбнулся Гром, вспомнив и свой аналогичный план. — Ну тогда, может пока из этих шмоток что-нибудь себе подберешь на время?

— А как так? — удивилась она. — Размер их побольше моего.

Гром вздохнул. Объяснять, что в игре не существуют размеры?

— Ты давай, напяливай. Твоим размером будет, не переживай. Я отвернусь, а ты переодевайся.

Девушка согласно кивнула, и Гром отвернулся изучать ближайшую к нему скалу.

Долго же ему пришлось этим заниматься. Женщины не способны просто так что-то надеть, и всё. Будь то в реальности, будь то в виртуале. Строгая самокритичность не позволяет. Но только того, что касается внешности, напрочь исчезая во всем остальном.

Когда, наконец, обряд переодевания благополучно завершился, и Гром получил добро на оценку результата, перед ним стояла другая девчушка, смешно выглядевшая в кожаной броне. Конечно, не подал виду, и даже, попробовал изобразить глазами восхищение. Наверное получилось, потому что Мартина засияла, как майская роза под его взглядом.

А Гром подумал: ну, на кой ей нужно было погружаться в игру с такими способностями выживать? Понятно, что все тут изначально равны. Но ведь очень скоро геймерское сообщество расслаивается по способностям выживать в суровых условиях. Неужели ей еще "там" не было понятно, что у нее ничего не получится тут? Хотя, что теряет? Если бы даже изнасиловали те парни в игре. Только в памяти осталась бы тяжелая обида, вот и все. Но выйдя из игры, продолжала бы с ненавистью коситься на прохожих парней. Это уж точно.

Выходит, аватара своего нужно оберегать как себя самого от неприятностей. Связаны они одной единой цепью. Памятью.

— А где твое оружие, амазонка? — спросил Гром, не видя у нее ничего режущее, колющее. А ведь кругом мобы агрят.

— Мой лук и колчан стрел они отобрали у меня сразу, как в этой области мы оказались. А куда выкинули — не помню.

— Отобрали, выкинули. Ты вообще как с такими подонками в связке оказалась?

Девушка понурила голову и пробурчала:

— Оказалась, и всё.

— Ясно, — вздохнул Гром. — Будем считать оправдательным объяснением. Тогда второй вопрос: куда дальше путь будешь держать, чтоб снова не оказаться в подобной связке? Ведь не факт, что я опять окажусь поблизости.

— Ну… Наверное пройдусь тут, пока не встречу моба. Появлюсь в городе и возьму в гильдии себе класс. Хочу лучницей играть.

— Ты же там окажешься без гроша и даже без этих трофейных шмоток. Чтож ты сразу этого не сделала, как тут появилась?

— Они уговорили меня в группе с ними поискать способ без перерождения попасть в город. Я же их знала с момента вступления. Поверила. Мне и в голову не могла прийти, что…

— А почему именно лучницей решила стать? — Гром решил отвести тему от недавно случившегося. — Почему не магессой, например?

— Не знаю, — пожала она худенькими плечиками. — Так посоветовали… Они!

Глаза ее расширились в блюдечки, а рука указывала за его спину. Гром резко обернулся на каблуках и увидел Крутого и Седого, со всех ног бегущих к ним в рубахах и тряпичных штанах, автоматом оказывающиеся на перерожденных.

— Чего ты испугалась. Бегут свои шмотки подбирать.

— Но я же надела!

— И что? Они порвали твою одежду. Пусть теперь сами ее носят, — засмеялся Гром.

Наконец, добежали до них запыхавшиеся беспредельшики. Их лица были даже серее их ников. Зло уставились на Мартину, что спряталась за его спину.

— Берите скорее что осталось и мотайте обратно, — рявкнул на них Гром.

— Пусть отдаст броню, — насупился Седой.

— Принесите ей такое же платье, что порвали, заберете вашу вшивую броню, — шагнул навстречу им Гром. — И живо.

Седой отскочил от него к валяющимся тут же мечам, схватил один из них, но бессильно скрежеща зубами, остался на месте. Потом они злобно собрали, что там оставалось и повернули назад. Сделали несколько шагов, потом Седой обернулся и закричал:

— Ничего, Мартина. Еще поговорим по душам, — и припустили обратно в сторону города. А девушка понуро выбралась из-за его спины.

— Придется покинуть игру, — загрустнела она. — Такие траты родителей коту под хвост из-за этих тварей.

— Ну, ну, — обнял ее за плечи Гром. — можешь не покидать, если самой не хочется. Потом тяжело вздохнул, проклиная свою мягкотелось и бодрым голосом продолжил: — А я знаю что тебе надо делать, чтоб утереть им носы.

— Да? — с надеждой Мартина подалась к нему. — Что же?

— Слушаться меня, — засмеялся Гром. — Ну, хотя бы некоторое время. А я из тебя сделаю богиню возмездия. Будут они в ногах просить у тебя прощения. Хочешь?

— Конечно! — запылали щеки у девушки.

— Тогда, вот что. Вступай в группу со мной. Посылаю приглашение. — Гром быстренько вошел в опции, в "создание группы", и скинул приглашение Мартине. Получил согласие, сказал ей: — Теперь иди со мной, и делай что скажу. Кстати. А сколько тебе лет?

— Девятнадцать. А что?

— Нет. Ничего. Давай лапку. — Гром взял ее за руку и повел по пути, откуда сам сюда пришел.

Уже вечерело, когда они оказались у ущелья, ведущим к Храму. Протащил, всю дорогу о чем-то болтающую Мартину, а теперь очарованно глядевшую на величественное здание через узкий проход меж скал. Ввел ее в двери Храма.

Возле звездного алтаря увидел Ариста и Фабио, о чем-то беседующих.

Храмовники как увидели кто пришел, и не один, прервали беседу, поспешили навстречу.

— Уважаемые, — заговорил первым Гром. — Мне пришлось с полпути возвращаться. И у меня просьба есть к вам. Может ли эта юная девушка дожидаться моего возвращения в вашем Храме? Рядом с вами она была бы в полной безопасности. Ей пока угрожает опасность в городе. Какая — она сама вам расскажет, если позволите ей некоторое время побыть тут. А мне бы выполнить задание со спокойной душой.

— Э-э… — растерянно потянул Фабио, поглядывая на Ариста.

— Я не против, Фабио, — успокоил его Арист. — Любимец двух богов может просить подобное у служителей Храма.

— Да, верно, — тут же подхватил Фабио. — Я проведу ее в жилую часть и выделю ей комнатку. Пищи у нас тоже много. И ей хватит. Так что будь спокоен за нее.

Гром благодарно кивнул им и сказал Мартине:

— Не скучай. Мне же надо идти по делам. До встречи.

Гром облегченно вздохнул, когда вновь оказался за порогом Храма. Ведь до последней секунды не на сто был уверен, что храмовники согласятся по его слову оставить у себя постороннего человека. И что бы он делал после этого, понятия не имел. Но ведь согласились!

Было уже достаточно темно, когда он добрался до места своей последней стоянки. На том же месте развел новый большой костер. Решил на ночь использовать еще один кусок мясца. Сразу же подумал, что пора пополнить запас. Достал свои капканы и стал глазами выискивать приметные места. Выбрал ориентиром два самых больших дуба на некотором отдалении как друг от друга, так и от нынешнего костра и почапал к ним. Расставил, закрепил канатиком каждый к своему дубу, а заманухой положил в ловчие чашечки последние два яблока, что завалялись в мешке. Нужно по дороге еще какие нить фрукты выискать.

Теперь он вернулся к костру жарить поздний ужин.

Поев, насобирал еще хвороста и разлегся у огня под звездным небом, с краюшки которого уже выглядывала полная луна.

"Итак, — думал он в дремоте. — Какой же класс все же выбрать себе, когда попаду в город?"

Каждый класс одаривает своими специфическими способностями. Так, в человеческой расе мечникам дается возможность достигать мастерства ударов типа "мощный удар", "круговой удар", "провокация" и тому подобное. Лучникам становится доступны "скорострельность", "по две стрелы", "град стрел" и так далее.

У магов еще интереснее. У них специализация идет после общеподготовительной части из вариантов "белая магия" или "черная магия". А дальше каждый из них разветвляется на множество специализаций. Что в силах, то и изучай. Словом, самый богатый разнообразием класс.

Но Грома магия не прельщала. Предпочел бы иметь кое-что из интересных рун, как обещал Арист за нынешние и будущие заслуги и оставаться при этом воином.

И тут только Гром встрепенулся: а ведь такого не должно быть! Воину из людей невозможно пользоваться магией. Почему же храмовник пообещал? Может, имел в виду, что если он выберет магию? Тогда не он будет учить, а гильдия магов, где должен получать этот класс.

Новая загадка гвоздем села в голове. Решил при следующей встрече уяснить этот скользкий момент.

Правда, есть еще в игре класс Паладинов. Это полу-воины — полу-маги, но обе стороны усеченные. Особенно их магия. Она обязательно белой должна быть. И то, то ли лекарь, то ли стихийник. Нет. Это тоже не его.

А ведь других классов, куда сразу можно вступать в краю людей может и нет! Выбирать из перечисленных не хочется. Поискать гильдии в других краях можно. Но примут ли они сразу человека — под вопросом. В гайдах говорится, что это возможно. Но нужно совершить нечто значимое для них, чтобы приняли. Придется пока подождать с гильдией.

С такими думками и уснул под треск горящих сучьев.

Утром проснулся ни свет ни заря. Первым делом отправился к своим капканам. В обоих трепыхались зверьки. В ближайший попался незнакомый ему зверек "тарвирийский короед. 34/50". Меч снес ему остатки жизни. И кроме небольшого опыта в двадцать пять очков, получил кусок мяса.

Во второй капкан угодил "тарвирийский уткорыл. 17/30". Удар по нему дал еще чуть-чуть опыта и новый шмат мяса.

Гром был доволен продуктовым результатом улова спозаранку. Собрал капканы обратно в мешок и вновь пустился в путь по указателю компаса.

Час спустя достиг скальных нагромождений. Их ему придется преодолевать напрямую, потому что туман войны скрывает, есть ли вообще какой-то проход между ними. А бегать в обе стороны, авось найду, не захотел. Раз надо, так пересечет наперерез.

Гром схватился за ближайший выступ камня и пошел на подъем.

Временами тяжело давался путь, а временами довольно легко. Выбранный путь к оранжевому кружочку оказался сам по себе настоящим испытанием его характеристике "Выносливость", что, к сожалению, не имела дополнительных бонусов ни от уникальных мечей, ни от уникальной кольчуги. Зато возросшая до семи, плюс десять Сила хорошо помогала на крутых подъемах взбираться ввысь.

Несколько часов игрового альпинизма, и Гром достиг локации, буквально натыканной множеством пещерных зевов, от малого до огромных. Тут он тщательно сверился с отметкой на карте и определил, в какую именно пещеру он должен проникнуть.

И вскоре Гром вступил во мрак гулкой сводчатой каверны в гигантской скале. Факелов у него уже не оставалось. Придется ориентироваться по тому естественному свету, что тут есть. А было его тут катастрофически мало.

Гром искал загадочный вход, с которого начинается Путь Отчаянного. Думал, что такой вход должен быть не такой уж малый. И пропустить его, если пойдет на ощупь по стене пещеры, просто невозможно. Взяв за основу действий этот принцип, он припал к правой стене от входа и медленно двинулся вглубь пещеры. По шероховатой поверхности стены скользили пальцы, ведя его все дальше и глубже в густеющей тьме. И он подумал, что если бы сейчас рядом оказался кровожадный монстр, он бы сейчас даже не заметил его. Но монстров тут не оказалось, зато дверь оказалась. Заметил, что пальцы прикасаются не к камням, а к деревянным доскам. Тогда он обоими руками стал прощупывать этот участок стены и тактильно определил, что это нечто прямоугольное. И, скорее всего, та самая, нужная дверь. Следом прощупал вроде ее ручку. Но на давление вовнутрь, вовне, не поддалась. Потеряв терпение, Гром достал полуторный меч и принялся методично рубить дверь на дрова. Доски отрывались крупными щепами. Появились большие пробоины, сквозь которые пещеру залили струи света. Гром наподдал. Благо, силы было теперь много. И дверь на ту сторону просто развалилась.

Гром откинул ее изуродованные обломки в глубину пещеры и шагнул на Путь.

ОКБ "Аркадия" 16 ч. 15 мин.

В отделе логического согласования механики Аркадии за главным анализатором корпел сам Несанов, когда тревожный звуковой сигнал, а на мониторе высокий всплеск постоянной кривой нормы заставили его вздрогнуть. Такой сильный всплеск не поступал с момента запуска игры.

Он в упор уставился на монитор, не веря своим глазам. Это какое же такое хулигантство их подопечный допустил?

Несанов схватил трубку внутреней связи, нажал на пятерку — в отдел Ярославскому. И как только тот поднял трубку возбужденно сообщил:

— Пантелей Анатольевич, примите мощный алогичный сигнал нашего подопечного. Посылаю.

Следом сразу устроил отправку выявленного пакета в пятый отдел.

Ярославский на своем мониторе поизучал необычайно сильный всплеск. Подверг полному анализу каждую точку образовавшегося пика, и в результате получил программный вердикт: "все действия в пределах нормы".

Он только ахнул. В свою очередь схватил трубку внутренней связи, ткнул пальцем в единичку.

— Николай Николаевич, это Ярославский беспокоит, — взволнованно заговорил он в трубку. — Наш подопечный придумал невероятный читерский прием. Если хотите полюбоваться, приходите. Я пока без вас не пресекаю процесс.

Спустя десять минут появился в пятом и сам Перумов.

— Что случилось?

— Посмотрите сами, — показал Ярославский на монитор. — Подопечный нашел новый способ умножения. Что делать?

Перумов уставился на монитор надолго. Потом выпрямился с улыбкой:

— Хитер парень. Нужно как нибудь изучить его неигровое досье. Может быть на работу к нам пригласим. Такие нам нужны.

— А теперь-то что делать? — растерялся Ярославский. — Остановить процесс?

Перумов покачал головой:

— Пусть пару часиков порезвится. Нам же лучше.

— А если сбой пойдет? С нас три шкуры спустят за такое дозволение…

— Не беспокойтесь, Пантелей Анатольевич. Во-первых за два часа вряд ли может сбойнуть, во-вторых Борисов всегда сможет нас прикрыть. На такое он мастак, — засмеялся Перумов. Потом махнул рукой и добавил:

— И на будущее, если такие сигналы повторятся. Оставляйте ему максимально допустимые сроки. Только крайне опасные пресекайте сразу. А так пусть немного читерствует. Нам же выгоднее. Решит нашу проблему, потом уж по всей строгости закона продолжим.

Перумов усмехаясь покинул отдел.

Глава 5

Путь Отчаянного начался в ярко освещенном фонарями коридоре, на дальнем конце которого виднелась еще одна закрытая дверца. И не простая дверь, а фонившая радужной аурой опасности. Очевидно, это была та дверь, о которой говорил храмовник: путь в одну сторону. К сожалению, не сказал, кто за ней его встретит. Но собирался нынче же сам это выяснить.

Гром решительно направился по коридору к той двери. Возле нее остановился подготовиться ко всякому неожиданному. Достал из заплечного мешка и переложил в кармашки кольчуги оба лечебных пузырька, а туда отправил свой полуторный меч. Чтоб не мешал шустро перемещаться. На всякий случай туже подтянул пояски парных мечей, глубоко вздохнул и дернул дверцу на себя.

Она распахнулась настежь, и сквозь радужную ауру парализующей угрозы Гром увидел за ней длинное помещение из красного гранита. Ряд колоннады, тоже из того же гранита, протянулась посередке, от начала до конца. И все помещение было погружено в вибрирующий мрак неосознанного ужаса.

Гром стоял в ауре порога; словно сапоги гвоздями прибили к полу. А в сознании крутилась пластинка, застрявшая на дорожке: не заходи, не заходи, не заходи… Очень захотелось посидеть благоразумно продумать: а стоит ли так бездарно рисковать уровнями? Не легче ли как все поступить? Плюнуть на упрямство и убежать отсюда подальше. В конце концов, что страшного в переождении, что он рискует своими потом добытыми достижениями. Да. Верно. Надо поворачивать назад, решил он твердо и… пересек порог.

За ним с грохотом затворилась дверь, и он, недоумевая от своего же противоречивого поступка, понял, что уже никак с этой стороны она не отворится. Путь теперь остался только вперед.

— Вперед, так вперед, — угрюмо буркнул Гром, доставая клинки и замечая, как они активнее полыхают холодом и жаром, словно предчувствуют скорый бой. Да и сам он чувствовал такое всеми фибрами.

Медленно двинулся вперед мимо колонн, зорко всматриваясь в полумрак.

Шел пока в совершенно безлюдном помещении все дальше от входа, и пока не замечал никакой опасности. А впереди уже маячит другая дверь. Пройти ее, значит решить проблему с городом. Но так не может быть! Где же тот самый опасный монстр, о котором говорил Арист? Где же трудность прохождения этой локации? Где же та всепоглощающая опасность, что отправляет на перерождение с потерями уровней, опыта и нажитого?

Опасливо передвигаясь, Гром достиг заветной двери. В последний раз с подозрением обернулся назад: всё то же пустое помещение. Никаких монстров.

Гром пожал плечами и потянул ручку двери. И она свободно распахнулась, пропуская его под небо Аркадии.

Недоумевающий Гром выбрался на поляну, а за ним во второй раз с треском закрывается дверь.

"Можно уже пройти в город? — не понимал еще он. — Или это был результат бага. Просто не сработало…"

Не успел он додумать версию неудачи, как в очередной раз в уши вдарили фанфары, и сам уже фонтанировал фейерверком. Система оповещала: "Восьмой уровень". Одновременно с этими золотом светили:

"Задание выполнено. Найден способ попасть в город",

"Задание выполнено. Путь Отчаянного пройден".

Теперь еще больше недоумевая, уставился на то место, где только что исчезли строчки.

— Выполнил?! Ну-ну…

Гром открыл опции, чтобы проверить: правду сообщила система или тоже баг игровой механики. Но все оказалось чистой правдой. Действительно он уже оказался на восьмом уровне и с нераспределенными десятью очками.

Ничего не понимая из произошедшего с ним, пожал плечами и выудил ярлык портала. Выходит, можно возвращаться. Клик по значку снова завертел окружение до головокружения, а пришло зрение в норму возле звездного алтаря.

Никого в храме не было.

Гром побрел к выходу, и у фонтана увидел всю тройку; Мартина сидела на буртике фонтана, напротив нее стояли оба храмовника и внимательно слушали, что увлеченно рассказывала им девушка. Его в упор не замечали. Пришлось привлечь к себе внимание публики сдержанным кашлем. Все трое разом обернулись к нему. А Мартина просто была поражена его появлением с неожиданной стороны, из зала Храма. Она еще не знала о существовании в его распоряжении портала сразу сюда.

— О! — обрадовался Арист. — Неужели уже прошел Путь?

— Да, — угрюмо кивнул Гром. — Если это можно назвать проходкой.

— А что не так? — поинтересовался Фабио.

— А то, что это оказалось обыкновенной прогулкой, — возмутился Гром, подходя к компании. — И зачем обманул меня, что встретит там меня самый большой враг? Никого там не было.

— Ну, не совсем. Ты уже там встретился со своим большим врагом: со страхом.

Избранник богов должен иметь высокие свойства, одна из которых неустрашимость. И для этого не обязательно биться с врагом. Достаточно быть к этому готовым, даже если на кону собственное благополучие.

— Понял теперь. — пришел в себя Гром. — Но что изменилось после моей прогулки по скалам?

Оба храмовники загадочно заулыбались, а Арист неожиданно для него спросил:

— Погоди-ка. А ты еще не заглядывал в свои параметры?

Гром вопросительно глянул ему в глаза, и с любопытством активировал "параметры". Увидел в открывшемся окошке новую желтую планку: "неустрашимость" 10/10, а рядом еще один "выкл".

— И что она означает? — повернулся к храмовнику в недоумении.

— Ну, ты пока не сталкивался с такой формой магии Духа. Это магически нагоняемый страх. Он занижает наполовину все характеристики, и еще вызывает непреодолимое желание убежать подальше от противника.

— Вот оно что… А скажи еще: десятка в таких — это что?

— Это десять минут сопротивления с затратами десяти единиц маны в минуту. Если не успеешь за это время одолеть врага, пеняй на себя.

— Жаль, что нельзя его увеличивать, — огорчился Гром.

— Почему нельзя? Если вложишься в духовную защиту, они вырастут.

— Так нет у меня такой характеристики, чтобы вкладываться в нее.

— Уже есть, — снова заулыбался храмовник. — Ты чаще заглядывай в свои опции.

— Не понял! — Гром поспешно открыл свои характеристики и приятно удивился увиденному там: появилась новая характеристика. Теперь вся таблица выглядела так:

Живучесть 7,

Сила 7(10),

Ловкость 7,

Выносливость 7,

Атака 7(10),

Защита (физическая)7(10),

Защита (духовная) 10,

Меткость 7(10),

Удача 7,

Интеллект 7,

Смекалка 7.

Отлично! — воскликнул Гром, и не раздумывая накинул на новую характеристику все десять нераспределенных очков. Затем снова заглянул в параметры, увидел, что и "бодрость" и "неустрашимость" поднялись до двадцати. А это уже солидный промежуток времени, чтобы подраться на славу с магическими монстрами.

— Чтож, спасибо за подсказку. А мы, наверное, уже пойдем в город. — Гром протянул руку Мартине, которая все это время сидела там же и оттуда зачарованно поглядывала на них.

— Я остаюсь, — неожиданно для Грома вдруг заявила она.

— Да, Гром, — замялся Фабио. — Почему бы ей не остаться с нами в Храме…

Гром в недоумении повернулся к Аристу. А он что скажет на такое дерзкое пожелание девушки.

— Пусть остается, — кивнул тот. — Может со временем удастся ей стать хорошей жрицей.

— Но разве правилами… кхм… Храма такое возможно?

— Нет, — покачал головой Арист. — Невозможно. Тем более для иномирных.

Гром только развел руками:

— Тогда я ничего не понимаю.

— Сейчас объясню. — Арист сморщил лоб, пытаясь найти с чего начать это непростое объяснение. — Гром, наши боги не совсем ладят меж собой. Потому они очень редко встречаются. Шесть Храмов — это единственные места во всей Аркадии, где они временами бывают вынуждены собираться вместе. А это бывает очень и очень редко. Ни я, ни Фабио никогда до вчерашнего дня не бывали свидетелями такого великого события. Но мы знали пророчество древних храмовников нашего Храма о непременном приходе к нам Избранного в облачении кольчуги бога и с даром шести богам в своих руках. Вот ты им и оказался. Ты принудил богов вновь собраться вместе. И даже получил чудесное покровительство от… Извини, не должен говорить от какого.

В тот же миг перед внутренним взором возникла полупрозрачная золотая строка:

"Задание. Узнать все шесть ников администраторов игры Аркадия. Награда: неизвестно. Опыт: 5000. Срок: нет".

Храмовник, не заметив отчуждения на миг взгляда Грома, продолжал:

— Знай же: в пророчестве так же сказано, что, если все шесть вершителей судеб этого мира собираются вместе, жди изменений в одном из незыблемых Законов небес. И, выходит, вчера один из них изменился. Но какой? Так вот, мы долго обдумывали случившееся вчера. Никак не могли понять, почему пророчество солгало, что воин принесет дар в Храм, а ты пришел с пустыми руками. Но потом догадались какой ты дар принес. Это иномирная Мартина. Тогда же и поняли, какой именно Закон изменился: теперь она способна стать служительницей Храма.

Арист замолчал, ожидающе глядел на Грома. Он тоже молчал, не зная как прореагировать на услышанное только что. Тут Мартина вклинилась:

— Как здорово да, Гром? Я так счастлива, представить себе не можешь. Буду жрицей играть, единственной в своем роде.

— Поздравляю, конечно. Но ты будешь "играть" только в этом храме? Без тех приключений, ради которых погрузилась в игру?

— Нет, что ты, — всплеснула руками Мартина. — Я буду прокачиваться в локациях совсем как магесса. Как ты и предлагал мне.

— Вот оно что! Тогда действительно здорово. Еще раз поздравляю и желаю успехов. Ну, а я тогда пока отправлюсь в город один. — Повернулся к храмовникам. — Я уж пойду. До встречи.

— Не забывай, что тут ты можешь всегда подлечиваться от любых невзгод, — с улыбкой напомнил Фабио. — У тебя уже есть сюда портал.

— Не забуду. Спасибо.

Гром развернулся и пошел в сторону ущелья.

Дорога вновь вывела его к валунам. Но теперь он спешил в город, и не собирался дальше блуждать среди них.

Дорога обратно к городским стенам скорым шагом занял чуть больше пары часов. По пути встречающиеся мелкие, и даже средней категории мобы, не только не агрились на него, но даже со всех ног тикали прочь, чем сильно удивляли. Что-то такое в нем изменилось, что теперь пугает их? Если исключить уровневые изменения, остается объяснить только печатями админов. Поэтому, логичным объяснением этим событиям могло быть только их наличие более одного изначального.

Когда приближался к стражникам в воротах, невольно напрягся. А вдруг произошедшие деяния им не указ. Сейчас скажут "стой". Но они молча глядели мимо, словно, не видят его.

Вот так и прошел спокойно в игровой град, куда остальные игроки впервый раз попадают перерождением.

Оказался на брусчатке широкой улицы полной прохожими, каретами, тележками. По обе стороны дороги стояли в ряд двух и трехэтажные каменные и деревянные дома, с торчащими разнокалиберными балконами.

Дорога шла дугой под уклон к высокой арке, ответвляясь на множество переулков и поперечных широких улиц. Видно было, что Тарвир огромен и в нем, должно быть, много игроков и коренных жителей-неписей.

Гром неспеша побрел по дуге брусчатки в сторону арки, с первых шагов привлекая к себе внимание прохожих. Ясно было, что в такой броне и такими мечами за спиной он здесь будет всегда популярен, как Департье в Москве.

От арки повели вниз широкие ступени. Оказался в нижнем городском уровне, и дальше шел мимо неказистых домов. Встречные граждане, что и здесь с любопытством уставлялись на него, были уже немного беднее одеты.

Прогулялся Гром по городу, потратив на эту прогулку весь день. И теперь, с его долгим променадом, он почти полностью лишил непроглядного тумана местную карту.

Так он обнаружил дома гильдий, лавки, таверны. Они автоматом наносились на карту, что в дальнейшем сильно облегчит ориентировку в этом городе.

А в дальнем уголке, у крепостной стены, обнаружил большой каменный куб, над которым зависала призрачная голубая сфера. Вокруг камня густо росли высокие липы.

Заглянул в карту узнать что это тут он нашел, и прочел: "ложе возрождения".

"Вот, оказывается, в каком месте люди-игроки появляются в городе!", — усмехнулся Гром. Он усмехался, потому что одолел преграду. Сам своими ногами пришел сюда. А ведь никто не поверит тут, если скажет.

Теперь, осветив почти всю карту, можно было и ближе ознакомиться с достопримечательностями Тарвира. А начать с главной — с дворца владыки этого края.

Решил сначала пройтись до нее, а потом оттуда уже по лавкам. Глянуть чем тут торгуют.

По карте ближайшей от дворца оказалась "лавка Тритона". Чем там торгуют, карта не отражала. Поэтому необходимо было самому посмотреть на тритоновский товар.

Гром пересек переулок, дошел до лесенок, над которым висел круглый щит с изображением большущего перстня. Сразу стало ясно чем тут торгуют.

Звякнул колокольчик, когда Гром прошел вовнутрь ярко освещенной комнатки, дальний конец которой был прилавком на всю ширину помещения, а за ним стоял этот самый Тритон, что подтверждалось и надписью над головой непися.

Гром подошел к прилавку, заглянул на ряд различного фасона и расцветки ожерелий, колец, перстней под витринным стеклом, что устилало весь прилавок.

— Какого рода вещицу ты хочешь приобрести? — вкрадчивым голоском поинтересовался Тритон. — Могу помочь подобрать.

— Ну… — задумался Гром чего ему надо. — А сумка есть?

— Сумка? Есть, — обрадовался продавец, что непустым может уйти покупатель. — Какую желаешь? Простую, хорошую или очень хорошую?

— Желаю самую лучшую. Смотря какую цену назовешь, — решил озадачить продавца долгожданный покупатель.

— Самую лучшую? Сию минуту. — Тритон нырнул под прилавок на некоторое протяженное время. Выбрался оттуда с небольшой сумкой в руках и протянул Грому.

— Лучше не бывает, — торжественно заявил он.

Гром решил, что над ним издеваются и возмущенно рявкнул:

— Эта игрушечная сумка лучшая что у тебя есть? — Но тут же осекся, как высочило системное сообщение о ней:

Сума странника.

Тип: редкий.

Ограничение: Игрок.

Уровень: нет ограничений.

Прочность: 100/100.

Емкость: до 250 кг.

Вес: при полной загрузке 2,5 кг.

Вес собственный: 0,05 кг.

— Да, — елейным голосом подтвердил Тритон. — Лучшая.

Гром все еще вертя в руках сумочку небрежно кинул:

— Конечно, сейчас заломишь такую цену, что я сразу уйду.

— Да что ты! — всплеснул руками продавец. — У меня самые низкие цены во всей Аркадии. И эту отдам дешево. — Тут же стал донельзя серьезен и добавил: — Меньше двух золотых не дам.

А тут Гром вспомнил свой трюк с барахольщиком на стартовой зоне и решил повторить его.

— Ну, не дашь, значит не куплю.

Небрежно кинул сумку на прилавок и, сделав равнодушное лицо, повернул к выходу. Как и предполагал, услышал жалобный голосок Тритона:

— За сколько хочешь?

С трудом скрыв улыбку, снова обернулся к нему.

— За два золотых, — ошарашил он продавца. И добавил после эффектной паузы: — Но с приложением вот этого медного колечка. — И он ткнул на колечко, которое он заприметил, когда еще вначале разглядывал витрину. Это было невзрачное магическое колечко, повышающее на десять единиц духовную защиту. Почему бы не попытаться задарма поднять свою новую характеристику.

Гром уже твердо решил приобрести эту отличную сумку. Поэтому, всё равно он ее купил бы, сделав пару шагов к дверям и обратно, если бы торговец заартачился с колечком. Но всё обошлось как нельзя лучше. Тритон только сердито поворчал, что несносные покупатели его только разоряют, но колечко достал из-под стекла и водрузил на сумку.

Имеющиеся в наличии у Грома семь золотых сразу похудели до пяти, зато колечко украсило мизинец левой руки, а редкая сумка подвесилась на левом боку под кольчужными кармашками. И сразу в сумку пересыпал содержимое заплечного мешка, а сам мешок в виде компенсации отдан был торговцу.

Довольный удачной покупкой Гром вновь оказался на улице. Отсюда он сначала отправился к местному торговцу оружием, следом посетил лавку бронника, однако ни там, ни там ничего интересней того, что у него самого, естественно, не увидел. Уникальные брони и оружия просто так, в свободной продаже не бывают.

Идти в гильдии было рано. Не собирался он пока класс выбирать. Нутром чуял, что делать этого не надо. Что нужно подождать. Поэтому, отправился прямиком на поиски подходящей таверны, где сможет обосноваться на какое-то неопределенное время.

Таверн в Тарвире было три. Одна находилась в нижней зоне города, два других — в верхней.

То, что был в нижней зоне, он сразу забраковал из-за неопрятности не только общего зала, но и самого тавернщика с грязным передником на выпирающем пузе.

Пошел дальше наверх. Тут он обошел оба, и остановил свой выбор на "Серебреной Лире". Тут было достаточно уютно и опрятно. За прилавком хозяйничала милая на внешность женщина бальзаковского возраста. Меж столов мелькала юная официантка. Словом, его тут всё вполне устраивало.

Гром приблизился к стойке, вежливо улыбнулся хозяйке с именем Кармина, и спросил, есть ли тут свободные комнаты. Женщина пристально разглядела его с головы до ног и ответила:

— Таким героям у нас всегда найдется комната.

— Так уж и герой, — смутился Гром.

— Конечно герой, — воскликнула Кармина. — Разве не герою дано носить облачение, достойное богов. А мечи твои для обычных иномирян? Они им просто в руки не дадутся.

— Перестань расхваливать меня. Лучше скажи: сколько стоит здесь проживание?

Гром подумал, как бы похвала посетителя не обернулась повышением стоимости комнаты.

— Тебе, герою, сдам лучшую комнату всего за серебреную в день.

— Ого! — округлил глаза Гром. — Тут рядом в таверне просили в день двадцать медяков. Я сказал, дорого. Пойду лучше в "Серебреную Лиру". Там почтенная хозяйка предложит комнату получше и дешевле.

От такой наглой лжи посетителя Кармина залилась громким смехом и, не переставая смеяться, сказала:

— Оказывается ты не только герой.

— Да есть такое, — смущенно улыбнулся в ответ Гром. — Умею и врать.

От этих слов хозяйка пуще прежнего развеселилась, игриво подалась к нему над стойкой и прошептала:

— А хочешь бесплатно пожить в моей комнате? Тебе понравится.

Гром прикинул в голове перспективу секса игрока с неписью. Неужели и это прописали в искусственном интеллекте этой игры? Да. Нашли разработчики дополнительную замануху для молодняка.

— Я, пожалуй, проплачу, — криво усмехнулся Гром, на что хозяйка среагировала совершенно равнодушно. Ответь он так в реальной жизни женщине, и ненависть к нему на всю оставшуюся жизнь была бы обеспечена. А так, она, улыбаясь в ответ, только кивнула:

— Серебреную в сутки.

Гром достал из сумы три монеты, положил на стойку.

— Пока за три дня заплачу. Куда теперь идти?

Хозяйка сгребла деньги и, качая широкими бедрами, направилась к лестницам на второй этаж, что были в углу этого зала.

Гром шел позади и подумывал: все же как-нибудь нужно проверить нововведение разработчиков. Может, понравится?

Хозяйка таверны провела его в крайнюю в длинном коридоре дверь, и он очутился в уютной светлой комнатке с видом из окна на центральную улицу. Тут стояла широкая кровать на ковре, в углу большой сундук, рядом столик, на котором был фонарь и кувшин с водой, возле — кружка. Поодаль — пара пустых полок. А под ними стол и два стула.

Гром удовлетворенно осмотрел всё это и обернулся к Кармине в дверях:

— Отлично. Меня вполне устраивает.

Как за ней прикрылась дверь, присел на стул, задумался.

Итак, он в городе. Класс пока не выбирает, и вряд ли это сделает в ближайшее время, пока не разберется с предельными возможностями данной игры. Теперь нужно решить, каким способом этого можно добиться.

В стартовой зоне обнаружилось, что, придумав неучтенное механикой игры способ охоты, в основную игру занесло характеристику, повидимому, до этого существующую в отбракованных вариантах. Таких необычных случаев, возможно, может быть достаточно много. Ведь каждая из шести конкурирующих групп создавала свою уникальную игру. Кто там что напридумывал, теперь не узнает ни один игрок Аркадии, если, как Гром, случайно не станет обладателем чего-то занесенного багом из тех. Выходит, путь к такому лежит через действия игрока, не имеющие отражения в игровом интеллекте. Если не находит адекватной реакции, не хватает тезауруса, программа наверняка ищет во всем массиве и подбирает наиболее приближенную к случаю реакцию, как со Смекалкой например. Возможно, то, что Мартина стала жрицей, хотя такого класса для людей нет, это тоже результат такого события. Ведь это он ее привел в Храм. А его аватар уже подключен к общему массиву данных всех шести групп разработчиков. Значит, его группа тоже подпитывается багом. Нужно иметь ввиду. Возможно, есть способ обрести и в этом поприще нечто уникальное, недоступное остальным группам.

Гром пришел к окончательному решению: Смекалку нужно направить на поиски неучтенных игровых возможностей. Правда, как это сделать еще не совсем понимал, но с данной минуты станет для него задачей номер один.

Сказал бы кто ему сейчас, что его Смекалка просто пустышка, предназначенная админами совсем для других целей, а не особая характеристика, он никогда бы не поверил в такую ересь.

Второй задачей, кстати, тоже ставшей важной — был поиск способов обогащения. Без достаточного количества золота будет тяжко.

Ну, а третьей задачей для него, как и для всех игроков в мире, является — дальнейшая прокачка, желательно без перерождений. Вроде, в игровых гайдах писали о бонусах по этому поводу, но какие, забыл. Будет в реале, нужно перечитать.

Немного спустя, Гром обратно спустился в общий зал, заказал себе сытный обед и кружку свежего пива. Прошел за свободный столик, куда занесла заказ шустрая официантка. Наевшись до отвала, выбрался из таверны на ту самую улицу, вид на которую открывался из его окна.

Был уже поздний вечер, когда он добрел до лавки под названием "1000 мелочей".

И тут за прилавком оказался тролль. Это получалось, что барахлишком только представители этой расы занимаются?

Гром подвалил к нему. Звали этого Дуороком.

— Мне нужен десяток факелов, — обратился он к продавцу. — И еще десяток кусков мяса. Еще соль и бобы. — Подумал и добавил: — Фляга объемистая тоже нужна.

Дуорок по мере перечисления товаров, доставал и ставил на прилавок заказ.

Грому все они вместе обошлись в десять серебреных монет. Переложил покупку в суму и вышел в дверь.

Теперь он сориентировался по карте, где находится лавка местного алхимика. Оказалась в дальнем отсюда конце города. Побрел туда.

Некоторое время спустя оказался под вывеской с изображением пузырька микстуры.

В маленьком помещении, куда он попал со свежего воздуха, остро пахло чем-то вроде хлорки. А за маленьким прилавком в углу виднелось заросшее окладистой бородой круглое лицо гнома, в больших роговых очках и со смешным колпаком на макушке. Точь-в-точь Санта Клаус в Аркадии. Над его седой шевелюрой в воздухе красовалось имя "Лукой".

Возле него, на стене, верхние полочки были заставлены фиалами всех форм и размеров, сверкающие при свете лампад всеми возможными цветами спектра. А на нижних разложились множество пустых.

— Добрый день, — подступил к прилавку Гром. — Я хочу купить вот такое: — Гром вытащил из кармашка кольчуги один из подаренных Фабио зелий.

— Эликсир жизни? — неожиданно низким басом спросил гном. — Есть, конечно. — Протянув руку к полке, вытянул из задних рядов батареи микстур точно такой же, как у него и положил на прилавок. — Двадцать серебра.

— Мне нужно пять штук, — попросил Гром, выуживая из сумки золотой.

Как пять пузатых пузырька стали в ряд на прилавке, три из них Гром сразу пристроил в пустых кармашках кольчуги, а два оставшихся про запас отправил в сумку. После чего еще некоторое время поизучал, какие бывают тут микстуры в продаже.

Разнообразие было широчайшее. Практически от любых возможных в игре невзгод. Но как прочел на что способна та черная микстура, что стоит выше остальных на самой дальней полочке в гордом одиночестве, был просто очарован. Она убитого возвращала к жизни! Так и назвалась: "зелье оживления". Правда, были суровые ограничения такому действу: облить убитого до того, пока тело не отправилось на перерождение, а на это отводится до тридцати секунд, не больше. Да, поднимается оживший с пятью процентами жизни. Конечно, последнее не критично: можно сразу же дать выпить микстуру "восстановление жизни", если есть в комплекте, но за тридцать секунд успеть облить убитого — это не всегда не проблема. Скажем, в активной фазе боя.

Грому сейчас такая микстура была пока без надобности из-за отсутствия собственной группы (Мартина уже вышла из нее, как осталась в Храме), но на будущее… Поэтому, на всякий случай, Гром кивнул на микстуру и спросил:

— А сколько ты просишь за то черное чудо?

Гном фальшиво посочувствовал:

— Много. Целую золотую.

— Почему так дорого?

— Спрос большой. Даже за золотую надолго не залеживаются.

— Понятно. — Гром не стал дальше торговаться, а попрощался с ним и вышел из лавки вон.

Был поздний вечер, когда Гром вновь оказался в "Серебреной Лире". Заказал себе кружку пива, посидел немного, наблюдая, как посетители в зале сами за ним украдкой наблюдают. Подумал, может, стоит найти какую-нибудь обычную одежу для прогулок по городу и посещений общественных мест. Ему уже порядком начинали надоедать эти постоянные смотрины. Решил завтра же подыскать себе сменные шмотки. А пока пойти к себе, не мозолить тутошним глаза уникальным облачением.

Гром поднялся в свою комнатку.

Фонарь уже сам по себе светил. Рядом поблескивал глиняный кувшин. Увидев его, Гром вспомнил о новоприобретенной фляге, достал ее из сумы разглядеть. Система сообщила, что она качественная с тридцаткой прочности и емкостью в литр. Чтож, вполне устраивал его. Взял со столика полный кувшин и перелил водичку во флягу. А как поставил кувшин на место, обалдел: он вновь оказался полным.

— Черт возьми! — только и чертыхнулся Гром.

Вот бы такую флягу иметь, подумал он, завистливо поглядывая на кувшин. Затем, впервые за эти долгие дни, скинул с себя одеяния и по-человечески лег на кровать, укрывшись пахнущим чистотой, одеялом. Наконец-то, почувствовал себя цивилизованным человеком.

Лежа в дреме, Гром думал: какой, интересно, алгоритм заполняет опустевший кувшин? Ориентируется на воду или на саму жидкость, что в ней? А если там была бы не вода, а, скажем, пиво? Интересная мысль требовала экспериментальной проверки.

"А ведь можно было бы и дорогое нечто туда заливать!" — неожиданно мелькнуло в сонной голове, и тут же сна как не бывало.

Гром вскочил с кровати, стал спешно заново облачаться в кольчугу. Пока сменной одежды нет, придется всегда кольчугу цеплять. Нельзя в исподнем на люди выскакивать! Из лежащей на столе сумы выхватил полную воды флягу и несколько медяков, помчался вниз.

Несмотря на позднее время, общий зал только начинал набиваться до отказа. И у стойки их тоже было множество. Но он бесцеремонно всех растолкал, оказался перед Карминой.

— Хозяюшка, вылей из фляги водицу и залей туда твоего вкусного пива. Хочу с собой забрать на дорогу, — положил на стойку пять медяков.

Кармина перелила, как он просил во флягу пива и протянула ему.

Гром тут же умчался обратно к себе в комнату. Тут он вылил из кувшина воду за окно, не заботясь, что промочит прохожего и пока кувшин был пустым в его руках, перелил в него из фляги уже пиво. Поставил на свое место, на столик и, нервно прошагал туда-сюда по комнате.

"Так! — наконец остановился он перед столиком. — Пора испытать".

Взял кувшин и кружку со стола, налил себе, выпил. Налил еще раз, выпил. Как третью кружку выпил тоже, пустой кувшин водрузил на место. И она снова оказалось полной… пива!

— Ура! — Ликование раздалось слишком громко, чтобы не услышали проживальцы в соседних комнатах. И уже тише, для себя воскликнул: — Обманул же систему! Теперь нужно успеть сорвать джек-пот пока она не очухалась, и не наложила запрет, как на капканы.

Гром пристегнул суму, стремглав бросился вниз, оттуда на улицу и побежал к лавке алхимика. И вовремя: он уже был на улице, запирал дверь на замок, когда стремительно к нему подлетел сзади Гром.

— Стой, уважаемый Лукой! Не запирай пока, — закричал запыхавшийся Гром.

Гном в удивлении обернулся к нему.

— До завтра нельзя подождать?

— Никак! — категорично отверг гномье предложение. — Сейчас же. И очень срочно. Скоро один человек умрет и мне именно сейчас нужно твое черное зелье.

— Раз так… — растерялся гном. — Тогда ладно.

Лукой открыл снова лавку, и они как вошли в темень, фонари сами заново осветили помещение.

Гном сразу прошел за прилавок, взгромоздился на рядом стоящую табуретку и достал с полки черную микстуру.

— Плати золотой, — положил перед ним требуемое.

— И много пустых фиал тоже, — добавил Гром, пряча микстуру в суму.

— Сколько тебе? — не понял Лукой связь между умирающим человеком и желанием приобрести много пустой посудины.

— А сколько стоит?

— Пять медяков штука.

— Тогда вот эти все, — указал Гром на ряды, громоздящиеся на нижней полке. А их там было не меньше сотни, если не больше.

— Все?! — обалдел гном. — Ты алхимик?

— Еще какой, — ухмыльнулся Гром. — Могу нести тебе свои изделия на продажу.

Лукой недоверчиво косясь на странного коллегу, завозился перекладыванием пустых фиал с полки на прилавок. А Гром их энергично отправлял в бездонную суму.

Как полка сиротливо опустела, Гром расплатился с торговцем, пообещав завтра еще прийти за пустыми, и поспешил обратно к себе. Его ожидала ночная трудовая вахта. Нужно было терпеливо производить вместо пива "зелье оживления". Больше ста пузырьков. Потом опять сходить к Лукою за новыми пустыми фиалами. И так до тех пор, пока система не очухается. Ну а потом заняться оптовой реализацией чего успел. Это дело должно удачно решить вторую по важности задачу, что поставил перед собой.

Два дня подряд Гром безвылазно у себя производил ценную микстуру. Теперь ряды фиал заполонили полки, стол и даже собрались на полу у окна. Их число давно перевалило три сотни. В третий раз, когда Гром забежал к алхимику за очередной порцией пустых фиал, он уже откровенно подозрительно на него косился. Но склянки продал.

Гром только перекусывал пару раз внизу. А так его по целым дням никто не видел. И уже поползли всякие домыслы о нем среди завсегдатаев "Серебреной Лиры". Предположения были одна фантастичней другой, но все почему-то упирались на его свихнутость. Поэтому, во время его редких приемов пищи, как правило, среди посетителей шли шушукания с бросанием в его сторону подозрительных взглядов.

Но в последний раз он утречком сидел тут за столиком, завтракал куриной ножкой с огорченным лицом не по этому дурацкому поводу. Огорчила его то, что система все же просекла новое проявление его Смекалки. И перелитая в фиал последняя порция черной жидкости из чудо-кувшина обернулась обычной водой, которую уже пришлось перелить во флягу. Этим система хотела передать ему, что читерская лафа кончилась. Теперь он больше не лжеалхимик.

Ну чтож. Всему бывает конец. Этому тоже он настал. Теперь нужно продать нечестно нажитое и продолжать жить в игре в поисках новых источников подобного.

После завтрака Гром поднялся к себе, сгреб в суму триста готовых зелий, оставив в комнате на будущую торговлю, около ста штук, и еще раз пошел отсюда прямиком к Лукою. В последний раз.

Гном, как он вошел снова сделал подозрительное лицо, ожидая, что новоявленный алхимик опять понакупит все пустые фиалы, но его подозрительность обернулась великим изумлением, когда тот предложил ему оптом приобрести триста фиал "зелий оживления".

Прекрасно понимал Лукой, что такое за неполных три дня сотворить в принципе невозможно, ибо каждая порция, создаваемая из множества редких, а местами редчайших, компонентов, неделями отстаивается, процеживается, потом кипятится, и заново отстаивается. И надо быть мастером высокого класса все это делать без единой ошибки. Потому оно и черное зелье, что дано не каждому. Даже отличному мастеру, как он сам. А тут является мальчишка, который сам до этого среди ночи покупал у него такое зелье, значит, не было тогда у него этих трехсот штук, и выставляет на прилавок зелий на баснословную сумму. В таком случае не только изумишься, но и впадешь в религиозный экстаз. Ибо такое деяние под силу только самим богам Аркадии.

Лукой сквозь роговые очки жалобно глядел на явившегося к нему бога, не зная как среагировать ему на происходящее здесь. То ли упасть на колени, то ли нет. Так и стоял в ступоре на мелко дрожащих коленях, пока явившийся "бог" грубо не рявкнул:

— Долго мне ждать денег?

— Сейчас, сейчас, — охрипшим голосом пробасил гном, полез в закрома доставать золотые монеты.

На глазах удивленного Грома он собрал перед ним три стопки по сто монет и с почтением подвинул их к нему.

— Вот.

Рассчитывающий только на сто пятьдесят Гром совершенно запутался в происходящем.

— Это как понять? Разве ты сам не по золотому их продаешь?

— Дда… — выдавил из себя гном. — Ппо золоттому.

— Ничего не понимаю, — еще больше растерялся Гром. — А что же тебе останется, если платишь всю сумму?

— Нничего… мне нне надо.

Гром внимательно поглядел в расширившиеся за стеклами очков глаза гнома, пожал плечами.

— Не понял. Ладно. Возьму две стопки, раз стал таким щедрым. — Забрал с прилавка и отправил в суму две сотни золотых кругляков, оставив последний столбик на прилавке.

— И пойду уже.

Не дождавшись реакции остолбеневшего почему-то алхимика, вышел из лавки. Теперь появилось время и по зонам пройтись, опыта набираться.

Решительно направился к городским вратам.

Глава 6

Гром шел по той же тропе, по которой добирался до города из стартовой зоны. Его нынешней целью было убийство тех двух ящероподобных монстров на островке, что в первый раз его напугали. Негоже такое оставлять без наказания. Вот он теперь на полпути до них. Пройти по подъему еще с полчаса, и он будет там.

По дороге натыкался на мелочь, вроде тех тогдашних страбусов, но те теперь не только не агрились, а наоборот, убегали на длинных ногах как можно дальше. Поэтому, так и шел вперед не отвлекаясь.

С утра ясное небо постепенно затянулось тучами. Похоже было, впервые со дня погружения в игру, его ожидает здесь дождливая погода.

В гайдах читал, что в Аркадии строго соблюдается смена времен года со всеми соответствующими климатическими изменениями и осадками. А по опционному календарю он попал в игру на здешний сентябрь, из реальности, где в разгаре весна. Это несоответствие на короткое время сбивает биоритм игроков в момент выходов и входов. Но больше сбивает несоответствие времени суток в момент переходов. Ну, это когда часто скачешь туда-сюда. Если как он, не меньше недели в игре по игровому времени, такое не очень беспокоит. Так, слегка только.

Гром ускорил шаг, чтобы до начала проливного дождя закончить начатое и успеть укрыться где-нибудь под скальным карнизом или деревом.

Добрался до озера как планировал, за полчаса и вновь увидел тех двоих уродин на том же островке. Они, как и в тот раз, резвились на голом клочке землицы.

На этот раз Гром подошел совсем близко к бережку озера и стал так, чтоб его сразу засекли эти двое. Но, то ли расстояние для агро было слишком большое, то ли он их никаким боком не интересовал, на его появление не обращали внимание.

"Что делать-то?" — стала перед ним проблема почти как у Чернышевского. Оставалось одно, если твердо решил с ними разделаться: нужно будет доплыть до них самому. Но, ни разу еще не попробовав плыть в игровых водах, было боязно лезть в это озеро.

Некоторое время собирался с духом, потом все же плюнул на опасения, и двинулся в воду. Удивился, что оказывается как бревно непотопляем при всем на нем облачении, Обрадовано заработал руками-ногами и как торпеда понесся в сторону островка. Знал бы, что так легко и приятно плавать в игре, давно бы эдак развлекался.

Его стремительное приближение встревожило монстров. Теперь они стояли на бережку с красными у обоих никами над мордами "тарвирийский крокоз 1000/1000" и внимательно следили за его приближением.

Гром выскочил на них из воды уже с мечами в руках. В реальной жизни такой трюк доступен только цирковым артистам, а тут всякому, кто поднимет свои характеристики хотя бы до громовских. А если больше, так еще более сложные выкрутасы можно вытворять.

Гром прыгнул между ними с кувырком вперед и оказался на самом центре островка, невзначай заметив под ногами начерченный охровой краской прямо по грунту большой крест. Но сейчас ему было не до этого сюрприза, так как его уже атаковали сразу с двух сторон крокодильи пасти, усеянные крюками зубов. И одна из них уже вцепилась в левое бедро.

Игровая боль была сильно занижена по понятным причинам. Но и нынешняя имитация ее показалась Грому нестерпимой. Да. Неудачной идеей был его теперешний кульбит между монстрами.

Заорав благим матом, он вслепую взмахнул обоими мечами в сторону атакующих чудовищ и те сразу прыжком отвалили от него.

Жизнь Грома просела почти до конца. Не ожидал он, что оказывается ее так мало у него. Еще один укус, и они его пошлют в город под липы.

Теперь еще Гром выявил большой недостаток боя парными мечами: обе руки заняты. Сразу не достать микстуру из кармашка. Хотя в данной ситуации есть еще выход.

Гром прыжком, но на сей раз без кульбита, вновь очутился в воде озера. Отплыв на пару метров, выпил "восстановление жизни" и снова развернулся в сторону островка.

Ему повезло, что, несмотря на намек в рожах их родства с крокодилами, крокозы не были земноводными. Они не вошли в воду за ним, а ожидали его возвращения на бережку.

Теперь Гром вылез к ним со всей вежливой осторожностью. Второй непредвиденной атаки с их стороны не должен больше допускать.

Первым нанес размашистый удар по ним Гром. Мечи полыхнули холодом и пламенем по роговым наростам тел монстров, скосив с обоих жизни по четверти. Не сбавляя темпа, атаковал теперь в головы. Удар прошел одному по ноздрям, другому по черепку, обоих умыв кровяной. Вторая атака уменьшила их жизни почти наполовину. Но тут они вновь одновременно накинулись на обидчика. И опять Гром пропустил укус в бедро, чуть тут же не представился. Благо был теперь у кромки воды. Прыжок назад, пару гребков, и он на безопасном расстоянии выпил второй фиал. Жизнь вновь мгновенно восстановилась до предела. И снова поплыл к ним.

Третья его атака стала самой удачной. Как только вылез, Гром отскочил вправо, оказался на считанные секунды одному из них недоступным. Но и этого Грому хватило, чтобы тому монстру, который оказался один на один с ним, нанести со всей силы, обоими мечами сразу, двойной удар. Результатом мог бы долго любоваться, будь у него на это время. Вышел ошеломляющий эффект, ибо монстр с треском, присущим айсбергам, заморозился и при этом еще тлел, как куча угольков в жарком камине. А его жизнь на глазах покатилась к нулю.

Но любоваться этим невиданным доселе представлением Грому не дал второй крокоз. Тот уже обогнул массивное тело дружка, превратившегося теперь в ледяную статую, и прыгнул на него. А Гром не стал рисковать. Сам тоже прыгнул. Только не навстречу монстру, а прямиком в воду. Чуток отплыл и оттуда увидел, как первый, пораженный им монстр, уже представился, оставив напарника самому разбираться с непрошенным посетителем их уютного гнездышка.

Взбудораженный достигнутым, Гром в четвертый раз выбрался на сушу и атаковал в лоб одинокого противника. Заметил сразу, как тот неохотно сражается. Очевидно сообразил, что теперь вряд ли устоит против таких ужасных мечей. И моб в этом оказался прав: Грому хватило двух своих пируэтов, чтобы обнулить и этого моба.

Победа! Гром устало опустился на песочек бережка. На глазах исчезал и второй крокоз.

Оба вместе одарили его тысячью опыта. Совсем неплохо для его уровня и, как показал этот бой, с его малым количеством жизни.

Гром решил, в ближайщее время срочно ее повысить. Не прав был, что справится со всякими мобами и с такой. Ведь пришлось дважды потратить нужное зелье, чтобы не окочурится.

Теперь пришло заветное желание все будущие свободные очки кидать только на Живучесть. Тогда хотя бы можно будет без нервов тягаться с опасными монстрами этой локации, подумал он, вставая с песочка.

Пора было подбирать оставшиеся крокозовы дары.

На местах их смерти лежали размерами с наперсток два синих кристалла. Система их назвала загадочно: "кристалл врат". Что это значит, и каких таких врат, придется пытаться узнавать из интернета, когда в следующий раз выйдет из игры. А пока отправил их в сумку и направился к тому загадочному кресту в центре островка.

Что бы это значило, тоже не соображал. Похоже, указывает на зарытый клад, но также могло быть указателем на сам островок по какому-то заданию какого-то непися. Потом сразу отверг последнее предположение, потому что, если было целью задания, система уже оповестила бы о его выполнении, и указало бы кому сдавать, если даже он его не брал. Так происходит в играх всегда. И эта вряд ли является исключением из общего правила. Тогда остается клад? Чтож, можно попробовать его найти. Но чем же ковырять грунт?

Из подручных средств подходил для этого процесса только полуторный меч. Гром выудил его из своей бездонной сумки и, как лопатой, его острием поковырял место пересечения крестовин. Грунт неохотно поддавался даже мечу. Лучше было бы киркой тут дубасить, да где ее взять.

Гром ковырял кончиком меча и откидывал руками, поддавшиеся натиску оружия, комья твердой земли. И процесс этот протекал нудно долго. Уже раз мелькнула мысль плюнуть на идею и уплыть отсюда подальше, как клинок с характерным звуком процарапал железное что-то. Гром удвоил скорость копания пропорционально возросшему любопытству. И вскоре уже руками очищал поверхность зарытого сундучка. Все же клад, обрадовался Гром, и с натугой, несмотря на свой неплохой показатель силы, выудил зарытую глубоко емкость на свет божий.

Небольшой железный сундучок, весь покрытый корой ржавы теперь стоял перед ним у краюшки с трудом вырытой ямы. Когда-то крепкий, но теперь проеденный ржавчиной висячий замок все еще висел в петлях, притворяясь, что никого без ключа к содержимому не допустит. Ой ли? Взмах полуторкой, и он кубарем летит на другой конец островка, а Гром уже открывает скрипучую крышку.

Первое впечатление было, что он заглянул в мусорный ящик в своем дворе. До краев полное сгнившим тряпьем сундук трудно было назвать кладом. Но по сохранившимся более или менее кусочкам можно догадаться, что когда-то изделия представляли собой нечто ценное.

Гром мечом пошерушил это гнилье и оно прахом разлетелось вокруг, обнажив на дне сундучка небольшой ларец. Вот это уже было больше похоже на находку клада. Взял ларец, открыл. В нем лежал солидного размера серебристый замочный ключ со сферической головкой, на которой выделялись две небольшие выемки. Одни загадки, что посыпались на него стали уже его раздражать. Да что всё это значит? Как теперь догадаться от чего данный загадочный ключ, если система совершенно не реагирует на находку? Но тут, приглядевшись, заподозрил, что эти выемки уж слишком подходят под размер кристаллов, оставшихся от крокозов. Сразу же решил проверить догадку. Вновь выудил кристаллы из сумки, только собираясь вложить, как они сами, словно магниты, влетели в них. Сразу же и намертво срослись с металлом ключа.

Вот тут дала о себе знать система. Перед удивленными глазами Грома возник текст:

"Задание. Проникнуть в крепость Кровавого Лорда. Опыт 20000. Срок: нет".

"И как же узнать где эта крепость?" — Гром почесал кольчужный капюшон на уровне затылка. Потом решил, нужно спросить у храмовников. Они много чего такого знают.

А с островком, вроде, всё покончено. Можно убраться отсюда. Тем более, что постепенно начинало моросить. И, судя по нагнетанию туч, скоро пойдет проливной дождь. Переплывать озеро, чтобы где-то спрятаться от дождя, уже казалась неправильной идеей. Все равно сегодня больше не получится набирать опыт охотой на мобов. Лучше сразу порталом добраться в Храм за важной информацией. Да и посмотреть, как там продвигаются дела у новоявленной жрицы аркадских админов.

Гром полез в опции за ярлыком портала и активировал его. Островок завертелся до черноты в глазах и обернулся звездным алтарем в центре гексагонного зала Храма.

Никого не было ни в самом зале, где он очутился, ни возле фонтана. Ну, там им действительно нечего делать под дождем.

"Где же их искать?" — только подумал он, как увидел Фабио в полумраке между статуями бога-человека и бога-тролля. Он прямо оттуда приветственно кивнул и жестом пригласил подойти. Гром пошел в его сторону и только теперь увидел, раньше незамеченную им, в этом месте, сливающуюся со стеной, низкую дверцу. И сейчас заметил только потому, что она была чуть приоткрыта, и из щели лил мягкий свет.

— Приветствую тебя, Избранник богов, — улыбнулся ему Фабио. — Прошу, пройди со мной в наш жилой сектор. Сейчас как раз собирались пообедать. И ты присоединишся к нам.

— С удовольствием! — прошел Гром в коридорчик за низкой дверцей, по которому Фабио повел его в комнату, видимо, специально отведенную в Храме под столовую для храмовников.

Как вошел, увидел сидевших рядышком на конце длинного стола Мартину и Ариста. Они бурно отреагировали на его появление, посадили с другого бока Мартины за стол, а Фабио из буфета достал и поставил перед ним еще одну столовую сервировку.

Напротив, на столе распространял амбре большой супник, рядом несколько больших плоских тарелок с жареными видами дичи. Объемный кувшин меж ними, ну и несколько разносолов рядком.

— Чтож, начнем с позволения наших богов трапезу приветственным стуком кружек, — начал Арист, разливая из кувшина по кружкам янтарное вино. — Рады тебя вновь видеть, Избранник.

— Благодарю от всей души, друзья мои, — растрогался Гром, что так его тут уважают. — Я тоже рад вас всех видеть.

Они со звоном чокнулись кружками, выпили, налегли на яства Храма.

В процессе обеда Гром услышал новость: Мартина освоила руны первого круга, и вчера их в первый раз опробовала на ближайших мобах. Теперь у нее стал шестой уровень. А что заработала на распределение очков, все вбухнула в Интеллект, чтобы могла учиться второму кругу рун. Огорчалась, что с самого начала этого не делала, хотя ловкость магессе тоже позарез нужна.

Гром сразу поинтересовался у Ариста: это правда, что и он сможет учить магические руны после достижения десятого уровня, если не выберет своим классом мага?

— О! Далеко не все, — огорчил его храмовник. — Только некоторые боевые из первого круга.

— А что, каждый иномирный может их учить или некоторые? — спросил Гром, поглощая очередной кусок мяса из соуса.

— Если не выбрал магию, то никто, кроме избранных самим Хросом.

— А это который из шести? — оживился Гром, надеясь, что удасться обмануть запрет и все-таки выяснить, кто из них его благодетель. Но не тут-то было. Арист только покачал головой:

— Узнаешь, когда придет время.

И Гром уныло уткнулся в тарелку.

Еще несколько раз наполнялись объемные кружки в процессе обеда, пока все не было съедено и убрано со стола обслуживающим их Фабио, после чего переевший Гром откинулся на спинку стула и задал интересующий его вопрос:

— А кто-нибудь из вас что-нибудь знает о крепости Кровавого Лорда? И где она находится в Аркадии?

Храмовники переглянулись, потом Фабио поинтересовался:

— Зачем тебе эта крепость?

Гром честно признался, что получил задание проникнуть туда.

— Вот как? — Арист заинтересованно сузил глаза. — А ты знаешь, что в ту крепость не попасть никому без ключа от ее магических ворот.

— Без этого? — достал Грон из сумки найденный на островке ключ.

Оба храмовники одновременно ахнули.

— Где ты достал его?

Гром вкратце рассказал им свою историю приобретения этого ключа, включая бой по добыче необходимых ключу кристаллов. Как завершил рассказ, Фабио, обращаясь к потолку, загадочным голосом произнес:

— Выходит, боги дождались тебя.

— Ты о чем? — не понял вывода Гром.

— В одном из древних манускриптов, что мы храним в нашей библиотеке, говорится об этом Кровавом Лорде как о самом жестоком монстре Аркадии. Когда еще был человеком, он был властителем крепости, которую люди прозвали Кровавым, а его самого — Кровавым Лордом. Потому что реки крови невинных проливал со своей сотней за теми проклятыми богами стенами. Но терпению богов пришел конец. Они превратили облик Лорда и всей его злобной сотни тоже в чудовищ, какими были до того только душой. А ворота крепости навеки замуровали магией, чтобы оттуда никогда не могли выбраться в мир за новыми жертвами. С той поры по воле богов он со своими приспешниками остался там в ожидании мести.

— И в чем тогда заключается нынешнее желание богов?

— В том же манускрипте сказано, что ждут они прихода в этот мир того, кому поручат окончательно уничтожить тех монстров с лица земли. Тому передадут ключи замурованных врат, — пояснил Фабио.

— Теперь понятно, — кивнул Гром, усмехаясь над фантазией разработчиков. — И где же эта крепость находится?

Ему ответил Фабио:

— Она в землях троллей. Единственный переход туда только из земель орков.

Тут Арист озабоченным голосом предупредил Грома:

— Только тебе туда никак пока не попасть. Сначала нужно обрести все шесть печатей, чтобы так далеко путешествовать. Да и, кроме того, Кровавый Лорд тебе не по зубам еще. И не скоро будет.

— А когда будет по зубам?

— Сказал ведь: еще не скоро. Пока наращивай силу, собирай свою сильную армию. Тогда будешь готов к битве с ним, и у тебя уже будут все печати.

Гром согласно кивнул. Действительно. Даже крокозов одолел только потому, что те не полезли за ним в воду. Иначе бы он сейчас лежал в городе на ложе возрождения, а не тут с ними.

— Ну чтож, — поднялся из-за стола Гром. — Спасибо за угощения. А мне уже пора отправляться в город.

Когда все вчетвером достигли выхода из Храма, Мартина предложила Грому:

— А давай как-нибудь на днях в группе прокачаемся.

Грому сразу идея понравилась. Во-первых, он бы оценил преимущества магии Храма в бою, а во-вторых, помог бы девушке быстрее набирать, необходимый ей сейчас как никогда, опыт, чтоб осваивать второй круг рун. Поэтому, он сразу согласился:

— Хорошая идея. Так и сделаем на днях. Я приду за тобой, как смогу.

Они попрощались, и Гром двинулся под проливным дождем через проход ущелья в сторону города.

Добрался до ворот Тарвира как раз одновременно с окончанием непогоды. Небо заметно прояснилось, убедившись, что не в состоянии промочить такую соершенно непромокаемую кольчугу.

От ворот Гром сразу направился в "Серебреную Лиру".

За стойкой с посетителями хлопотала Кармина; споро разливала в кружки то пиво, то вино.

Гром себе тоже взял кружку пива, прошел к дальнему пустому столику. Тут потихоньку потягивая пивко, задумался о своем нынешнем положении в игре.

Итак, вторая, перед собой поставленная задача, частично решена. По крайней мере, безбедное существование обеспечено надолго. Как к первой подступиться, пока неизвестно. А что касается третьей… что-то Смекалка подводит. Может, нужно все свободные очки не в Живучесть бухать, а в нее?

Но, только он об этом озаботился, как молнией промелькнула в сознании решение проблемы. Аж поперхнулся не вовремя сделанным глотком.

— Вот это идея! — воскликнул слишком громко, и все сидящие за столами, в недоумении обернулись к нему.

Гром оставил недопитую кружку на столике, быстро встал и поспешил в свою комнатку. Влетел туда и задумчиво уставился на лежащие в углу, возле окна в три ряда фиалы. И теперь только осознал, как ему повезло, что сообразил эти пока не продавать.

Гром энергично начал перекладывать их в сумку, а два последних впихнул в освободившиеся кармашки кольчуги. Теперь он был потенциально готов в третий раз оставить игру с носом. Только бы найти подходящего крокоза. Раз те двое там были, значит, где-то там же еще их должно быть. И Гром поспешил в новый рейд в ту же локацию.

Через пару часов он уже вновь взбирался по тропе к тому самому озеру с островком посредине, пугая по пути мелких местных мобов.

Добрался до давешнего берега и с сожалением поглядел на опустевший кусочек земли с виднеющимся отсюда маленьким сундучком по центру. Сообразил бы раньше до такого, уже был бы в шоколаде. А теперь ищи свищи новых.

Гром побрел по берегу вокруг этого озера, зорко оглядывая местность. Достиг противоположного берега так и не обнаружив новых крокозов. Но тут подумал, что может быть стоит поискать и другие озера в затемненных зонах карты.

Решил рискнуть поискать в противоположном направлении этому бережку. Повернулся на каблуках и пошел вон от озера. Шел по низменности, средь редких деревьев и холмов, продолжая в усмерть пугать попадающуюся на пути мелочь.

Спустя где-то час ходьбы слева действительно заблестела голубая водяная гладь, куда он тут же повернул.

Вскоре он обрадовано глядел на очередное озерцо с островком посреди, на котором резвились еще пара крокозов. Что-то не пожелали разнообразить локацию разработчики. Ну, Грому же лучше. Было бы их тут пять-шесть, туго пришлось бы ему. А так легче реализовать задумку. Тем более, что уже имел представление об этих мобах и их повадках в бою. Опыт великая сила в онлайн играх.

Гром сиганул в воду и как заправский пловец заработал руками-ногами. Быстро понесся к островку, на краю которого уже встречали его оба крокоза с "приветливо" распахнутыми пастями. Как и раньше выпрыгнул на островок с мечами в руках. Уже отработанным на прошлых разах приемом, отпрыгнул в сторону и со всего размаха всадил в рядом стоящему крокозу клинки в роговое покрытие бока. Не дожидаясь, пока другой очухается, вновь прыгнул в воду, отплыл на пару метров от островка, чтобы оттуда полюбоваться смертью замороженного и горящего одновременно монстра.

Дождался пока тот свалится навсегда, наградив его пятью сотнями опыта, поплыл обратно к одинокому на островке. Вновь выскочил из воды с одновременной атакой второго крокоза, который не устоял и полминуты. Изрезанный вдоль и поперек, замороженным и горящим свалился на грунт. А Гром, не обращая внимание на вспыхнувшее оповещение о поступлении очередного опыта в пятьсот очков, быстро достал из кармашка "зелье оживления", вылил на труп.

Как и ожидал, убитый крокоз тут же оказался на ногах, но с жизнями в красной зоне. Гром небрежно взмахнул одним Пламенем, и монстр сразу же вновь отправился на грунт. А торжествующий Гром с улыбкой прочел сообщение о получении очередных пятисот опыта. Следом фанфары, световой фонтан, и запись прямо в воздухе: "Девятый уровень".

Но ему некогда было отвлекаться. Он уже опорожнял на вторичный труп моба очередной фиал. И тот во второй раз поднимался на лапы, явно недоумевая; что это тут сейчас происходит с ним, вообще-то? Но не успел полностью принять вертикальное положение, как вновь получил удар по голове и вновь скатился на землю.

Таким способом добивал Гром несчастного крокоза еще девяносто раз, только и успевая обливать его зельем оживления и снова шарахать клинком по бедовой башке. И за это время еще восемь раз гремели в ушах фанфары, и заливался световым фонтаном.

Но на девяносто первом — оживление уже оказалось пустышкой. А системное сообщение выдало издевательское: "Получен опыт: 0". Нет чтобы просто ничего не выдавать!

"Эх! — огорчился Гром. — Уже очухались". Хотя какие огорчения могут быть, если он УЖЕ столько нахапал читерского опыта. Другие столького не могут достичь и за полгода игры. А он добрал играючи за полтора часа.

Гром приземлился на песок посмотреть, чего там у него получилось. Открыл параметры и засиял. Семнадцатый уровень с опытом 52000/53000. До восемнадцатого всего ничего. А в характеристиках сразу 90 нераспределенных очков. Решил позже заняться распределением, на свежую голову, а не теперь же.

А как заглянул в характеристики, аж ахнул. Куча новых объявились в списке:

Акробатика 1; Скорость 1; Урон от оружия (ближний бой) 1; Урон от оружия (дальний бой) 1; Восстановление 1.

Вдоволь налюбовавшись на них, Гром встал посмотреть, что на этот раз ему оставили крокозы. Теперь это не должны быть кристаллы, естественно. На земле оказались два багряно-красных кругляша в черных крапинках и размером в мячики для пинг-понга.

Удивленный вторичным необычным остаткам от крокозов, Гром как поднял ближе лежащий, пришло системное сообщение, что у него в руке "Виноградина Сердца". Чего это и что с ним делать, конечно же, не пожелало прояснить. Гром только пожал плечами, пошел подбирать второй. Кинул оба в сумку и направился к берегу. Пора отплывать.

Дорогу обратно к себе, чем стала временно его комнатка в таверне Кармины, проложил по уже открытой его приходом сюда полоске на карте. Дорога до ворот города заняло времени до позднего вечера. Поэтому, когда он вошел в общий зал "Серебреной Лиры", там уже было уйма народу, и свободных мест за столиками вообще не было. А Гром планировал еще поужинать. Значит, не судьба.

Он уже шел в свои "апартаменты", как в голове шевельнулась озорная мысль: а может, все же попробовать секс с неписью? А вдруг нормально получится. Тем более уже столько дней тут без женщины кукует. Сам над собой тут же поиронизировал: столько дней в игре — это в реальности считанные часы вообще-то. Но в целом идея показалась ему забавным. Он развернулся и потопал по лесенкам вниз к стойке. Протолкался до Кармины, с многозначительной ухмылкой поглядел ей в глаза.

— Что тебе налить? — в ответ заулыбалась она.

Гром перевесился через стойку к ней ближе и прошептал:

— Пока себя.

Женщина сначала недоумевая глянула на него, но постепенно до нее дошло чего пожелал посетитель.

— Прямо сейчас? — вспыхнула она. Потом кликнула в зал "Миэль! Замени меня".

К стойке подбежала та самая миловидная официантка, приняла у хозяйки ее передник, ловко нацепила на себя, готовая обслуживать посетителей дальше. А Кармина томно произнесла:

— Ну, пошли.

Гром поднимался за ней по ступенькам и смотрел на вихляющую попку женщины перед лицом. Никак не ожидал, что в игре могут так неотличимо натурально пробуждаться желания. Никакого изменения в чувствах, даже зная, что она просто программное создание, а не живая женщина. Много же потенциала вложили разработчики в Аркадию. Просто молодцы!

В коридоре Кармина распахнула дверь в свою комнату, приглашая войти. Гром вошел и очутился в комнате в два раза большей, чем его. И обставлена была она куда богаче.

Кармина молча прошла к кровати и медленно стала раздеваться. Гром не стал и сам медлить. Рванул через голову кольчужную рубаху прямо на пол, туда же скинул перчатки и сапоги. Следом на них полетели рубаха и штаны — атрибут вступивших. И голышом двинулся на лежащую уже Кармину.

Ему было интересно: почувствует ли сейчас прикасание к живой плоти или это будет другое чувство? Но то, что он не заметил разницу, подсказало сильный всплеск возбуждения, как только он обнял ее.

Кармина оказалась не только на ощупь неотличима от реальных женщин, но и в любовных утехах оказалась лучше многих тех женщин, с кем Сергею приходилось иметь интимное отношение.

Гром оценил по достоинству весь ее энтузиазм. Оставил ее в покое только к полуночи. Отвалил от нее, вымотав не только ее, но и свою Выносливость порядком уморив. Нацепил кое-как нижнюю одежду, взял в охапку все остальное и побрел в свою комнатку. Тут бросил охапку на стол, упал на кровать и проспал крепким игровым сном до следующего полудня.

Проснулся хорошо выспавшимся. Оделся, глотнул из кувшина водички и, прежде чем спуститься завтракать решил заняться нераспределенными очками. Теперь этим делом заняться было в самый раз.

Открыв обновленные характеристики, он довольно долго раздумывал, как бы пооптимальнее на новые повлиять. То так кидал очки, то эдак, пока удовлетворенный результатом не нажал на "принять".

Величины закрепились со странным его внутренним ощущением. Рывком.

С головокружением почувствовал, как он резко изменился и внешне и внутренне. Мышцы вздулись как у культуристов. Явно и в рост повышение пошло. Как из ведра полилась по жилам неестественная энергия, требуя сию же минуту активных действий. В голове проносились мысли о поступках, до того ему неведомых. Он почувствовал, что уже знает многое о боевых приемах, какие только существуют в этом мире, о флюидах магических потоков, что испускают мобы и игроки. И даже знает как ими можно пользоваться. И многое такое в нем медленно шевелится, располагаясь по своим невидимым полочкам.

Гром ощутил себя дико измотанным. Понял, что его немалых нынешних сил хватит только до кровати дотянуть. И это он совершил как большой подвиг. Упал на кровать, невзначай обнаружив, что она стала ему немного мала. Снова уснул.

Вновь проснулся только среди ночи. Теперь уже почувствовал себя нормально, но с сильной жаждой.

Снова добрался до кувшина, и на этот раз прямо из горла выпил до дна. Ухнув, вернул кувшин на место, что тут же снова стал полным, тяжело опустился на стул, жалобно заскрипевший под его ставшим немалым весом.

Гром очень жалел, что нет тут зеркала посмотреть, во что его превратила игра после последнего распределения очков. Но то, что его теперь не просто будет узнать, не сомневался. Он был уверен, что стал размерами мало отличим от тех стражей, что на воротах стоят.

"Так, — постарался Гром отвлечься от произошедших с ним метаморфоз и снова стать на игровую колею. — Что мы имеем на сегодняшний день?"

Он влез в опции еще раз глянуть на распределенные свои характеристики:

Живучесть 20,

Сила 15(10),

Ловкость 10,

Выносливость 20,

Акробатика 5,

Атака 15(10),

Скорость 5,

Меткость 10(10),

Урон от оружия (ближний бой) 10,

Урон от оружия (дальний бой) 5,

Защита (физическая)10(10),

Защита (духовная) 20(10),

Восстановление 10

Удача 10,

Интеллект10,

Смекалка 10.

Решил дальше несколько уровней больше кидать в Живучесть. А там видно будет.

Теперь переключился в окно параметров:

Зеленая планка "Жизнь": 1000+50/1000;

Красная планка "Мана": 200/200;

Синяя планка "Бодрость": 30/30;

Желтая планка "Неустрашимость": 30/30.

Всё. Больше ничего нового в его опциях не было. Гром подумал немного и решил, что пора бы и в реал перескочить, хотя еще далеко не мигает красным кнопка перехода. Но уже неделю тут.

Гром снова опустился на кровать и мысленно нажал на "выход из игры"…

Глава 7

…Сергей открыл глаза.

Там уже глубокая ночь седьмых суток, а тут только утро следующего дня. И раннее солнце из высокой форточки светит прямо на прозрачный шлем. Если не матовое стекло форточки, слепило бы.

В очередной раз не чувствуя гравитацию, пришлось ему приложить некоторое усилие, чтобы сориентировать тело в реальности. Пошатываясь, как с похмелья, выбрался на кафель ванной комнаты, скинул на полочку чудо-шлем и почапал босиком на кухню. Тут он в первую очередь установил звонок будильника просигналить через два часа двадцать пять минут — время, что отвел на нахождение тут, плюс пять минут на погружение — включил электрочайник, вытащил из холодильника продукты для обильного завтрака, и бухнулся за кухонный стол.

Плотный завтрак и пара чашек кофе с молоком заняли ценные пятнадцать минут его пребывания в реальности. А ему еще в мастерскую нужно заскочить, еще в супермаркет, и порыться в интернете. Если останется время, еще обзвонить друзей. Но это уже вряд ли.

Теперь торопливо переодевался.

Благо, его детище, ремонтная мастерская была рядом с его домом. Добираться долго не приходилось.

В небольшом помещении, как всегда, кипела работа. Назначенный и. о. начальника мастер на все руки Николай Петрович отлично справлялся со своими обязанностями.

Сергей поздоровался с работниками за столами и сразу прошел в маленький закуток, отведенный под кабинет начальника.

— Доброе утро, Николай Петрович, — поздоровался Сергей с сидящим за столиком пожилым своим заместителем. — Есть какие-то проблемы по работе?

— О! Сережа, — обрадовался его появлению Николай Петрович. — Как там твое погружение? Да нет никаких проблем. Не думай о нас. Справляемся потихонечку. Так, как там игра твоя? Интересное развлечение?

Сергея смутил такой небрежный тон вопроса. Присел на единственное, на что тут можно было присесть, на колченогий табурет, пожурил заместителя:

— Не укоряй меня, Петрович, за то, что оставил тебя одного и ушел в погружение. Если бы ты знал ЧТО это такое на самом деле…

— Да, кто же укоряет? Играй себе на здоровье.

— Я не про это. Я о том, что называть погружение развлечением уже неправильно. Давно должны были слово заменить на более точное. Какая же это игра, если полноценно живешь там? И не просто живешь, а трудишься, творишь не меньше чем тут. Правда, я только вступил… Но уже уверенно могу сказать, что это совсем не чета тому, что мы до этого называли играми.

— Понимаю, — ободряюще улыбнулся ему Петрович.

Но Сергей был уверен, что не понимает. Старшему поколению вряд ли это было доступно.

— Ладно, — Сергей поднялся. — Я за кассой зашел. У меня еще другие дела есть.

Попрощавшись со всеми своими работниками, Сергей из мастерской заскочил в ближайший супермаркет докупить недостающие в его холодильнике продукты и поспешил назад к себе. Сразу же засел за компьютер.

Русский раздел форума Аркадии, как всегда, был переполнен посетителями. Тематический раздел был так велик, что администраторам постоянно приходилось все более и более совершенствовать классификатор. Вот и теперь, Сергей на весь экран раскрыл перед собой страницу этого поисковика и задумался: в какой же теме задать вопрос насчет "Виноградины Сердца"?

Ему повезло. Добрался по классификатору до темы: "Кто не понимает что нашел?". Это как раз то, решил он, открывая тему. Вписал туда: "Дамы и господа. Подобрал с крокозов красные шарики. Называются Виноградина Сердца. А для чего они, и что с ними нужно делать, не знаю. Подскажите".

За пять минут поступили десятки откликов, половина которых состояла из острот, типа "попробуй на вкус", "инфаркт лечат", но наткнулся и на нужные.

Один написал, что тоже находил. Торговцы не покупают, а бросить жалко. Так и носит до сих пор с собой.

Другой форумчанин посоветовал нашедшим такие штучки, поинтересоваться про них в гильдии магов. Те наверняка знают ответ.

Еще один предположил что, раз не продаются, значит для задания нужны. А какого именно, пока никто не писал. Выходит, какое-то особенное задание ожидает нашедшего.

Чтож, вполне логично подумал Сергей. Попробует еще и в Храме разузнать о них. Если там тоже не прояснится, будет просто пока таскать с собой. А там видно будет.

Дальше, вышел из форума и зашел на сайт игры. Его интересовали подробности новой характеристики "Скорость".

Убедился, что ошибался, предполагая, что это повышает скорость перемещения аватара. Оказалось, повышает скорость ударов как ближним, так и дальнобойным оружием. А ведь он предполагал до сих пор, что это прерогатива характеристики "Атака"! Глянул теперь в ее описание; оказалось, Атака повышает разнообразие боевых приемов. Что-то аналогичное количеству комбо.

Вот теперь прояснил для себя кое-что.

Еще попробовал в гайдах найти инфу о крепости Кровавого Лорда. Но там сказано было мало. Почти все написанное в тексте он уже слышал от Фабио. Единственно новое было то, что этот самый Лорд является магом-чернокнижником пятидесятого уровня. И еще то, что у него в крепости есть, вдобавок сотне монстров, десятки големов, денно нощно его охраняющих. Хотя, вроде бы, зачем его охранять, если и так наглухо заперт, без права на помилование.

Сергей встрепенулся: прозвенел будильник.

Быстро переоделся опять в спортивный костюм, побежал в ванную комнату, где монотонно жужжал компрессор. Полез на теплую пленку и нацепил шлем. Как приняло тело удобную невесомую позу эмбриона, сразу кликнул кнопку перехода. Пошло очередное погружение…

…

Гром сладко потянулся со сна, чуть не разломав перекладину кровати. Встал, сел, пооглядел обстановку своей уютной комнатушки, чтобы окончательно переключиться в игру, и уже теперь встал. Осталось приодеться и потопать вниз, завтракать. Сам при этом подумал: а вдруг кольчуга окажется теперь мала. С тревогой душевной натянул ее рубаху, облегченно вздохнул. Такую подлость не должны были допустить в игровой механике, и не допустили. Сейчас он убедился, что шмотки в игре изменяются прямо пропорционально метаморфозам игрока. Ну и славно.

Полностью облачившись в синюю чешую, завесив убийц-близнецов за плечами, Гром двинулся к выходу.

На его явление народу среагировала одна из первых Кармина, когда он еще был на верхней ступеньке. Она громко ахнула и уставилась на появившегося в ее таверне настоящего могучего воина. А за ней все, кто сейчас тут присутствовал, в немом изумлении задрали головы. Многие за столиками прекрасно помнили его недавнего. А теперь перед ними некто другой или, все же, это тот же человек? Если бы Гром был не в своих уникальных одеяниях и не при незабываемых мечах, точно решили бы, что это не он, а похожий на него лицом незнакомец покрупнее.

Словно в застывшем времени, он спустился по жалобно скрипящим деревянным ступенькам в общий зал, подошел к стойке.

— Неужели это ты? — округлились и без того большие глаза хозяйки таверны, которая, как казалось ему, стала немного меньше ростом. Собственно, как и все остальные посетители в зале.

— Вроде, да, — улыбнулся ей Гром.

— А как такое могло случиться?

Его забавляла подобная реакция, и он пошутил:

— Думаю, это твои объятия меня так изменили.

Кармина сначала попала в ступор от этих слов, потом очухалась, сообразив, что он шутит.

— Нет, правда. Как тебе удалось за два дня затворничества в своей комнате так измениться?

— Все очень просто, — махнул рукой Гром. — Распределил накопившиеся за это время очки по характеристикам, и получил такой результат.

— И сколько же должен был накопить очков, чтобы достичь такого результата! О боги!

— Много, Кармина. Очень много.

Гром не желая дальше обсуждать эту тему с ней, развернулся и пошел сесть за дальний столик. Тут же к нему подлетела официантка, которую, как теперь он знал, звали Миэль.

— Что пожелает мой господин?

Гром, сидя, теперь был чуть ли не вровень ее росту.

— Сначала сытный завтрак.

— А потом? — игриво улыбалась она.

Гром поглядел на нее долгим оценивающим взглядом. Теперь он что, стал неотразимым для женщин-неписей? Ведь все предыдущие с ней контакты ничего подобного даже в намеках не замечал. Нужно в других местах тоже протестировать свой успех у женщин.

— А потом, перед сном заходи ко мне, пожелать спокойной ночи.

— Непременно, — прошептала девушка и упорхнула к стойке заказывать ему завтрак.

"Вот это да! — обалдел Гром. — Неужели это результат укрупнения его фигуры?"

Решил в свободное время изучить этот побочный эффект, и очень тщательно. Может, еще какие-то таланты от него утаиваются.

Поданый завтрак оказался действительно сытным, а главное, вкусным. Допив последний глоток вина, Гром поднялся и снова подошел к стойке.

— Кармина, я хочу заплатить за три месяца вперед, — полез за золотом в сумку, но та категорически отказывалась от оплаты.

— Не нужно тебе платить ничего. Живи, сколько хочешь.

— Это почему ко мне такое исключение? — удивился Гром.

Кармина глядя на него с восхищением, объяснила его исключительность странными словами:

— Ну… Перво-наперво, ты герой. И потом, ты носитель сразу трех печатей наших богов. Я не могу наживаться на любимцах богов. Это большой грех.

— А про печати ты откуда узнала?

— От него.

Гром повернулся по направлению пальчика Кармины. Она указывала на столик у дальней стены, за которым в одиночестве потягивал винцо, одетый как путешественник и с низко опущенным на лицо капюшоном плаща, крупный мужчина-непись. Гром считал, что уже научился отличать игроков от неписей.

Гром прямиком двинулся к его столику. Подошел и без спросу сел, как теперь понял, напротив молодого дроу. Над головой зеленело имя — Гуоно.

— Здравствуй, путешественник, — обратился он к нему, наобум предположив, что угадал.

— И тебе здравствовать, избранник, — с хрипом и почти неслышно просипел дроу.

— Хозяйка таверны сказала, что ты видишь на мне печати трех богов. Это правда?

— Какая правда тебя интересует? То, что я вижу или то, что трех богов?

Не успел Гром отреагировать на вопрос, дроу продолжил:

— Конечно, тебя интересует ответ на второй вопрос.

— Почему так решил? — Грома все больше интриговывал этот странный непись.

— Это естественно. Только недавно на тебе появилась третья печать. Ты наверняка о нем еще не мог знать. Знал только о двух, — ухмыляясь, шепотом хрипел его странный собеседник.

— Это верно. Я знаю только об одной дополнительной печати, — с жаром заговорил Гром, надвигаясь над столом ближе к дроу, чтобы слышать его лучше. — Но третья… откуда? И кто ты, что видишь такие невидимые элементы?

— Я путешественник, как ты сам сказал, — усмехаясь, припал дроу к своей кружке. — А что касается откуда третья печать, не задавай нелепых вопросов. Понятно и так.

— Я вообще-то хотел узнать от кого, — немного обиделся Гром, что его обвинили в скудоумии.

— Конечно, могу сказать, — прохрипел дроу. — Кратаран наградил тебя своей печатью. Зачем ему это понадобилось — не спрашивай. Все равно никто тебе этого не сможет сказать кроме самого него.

— А может, ты ошибаешься на счет третьей печати? — иронично сузил веки Гром.

— Печати я вижу на всех раньше, чем их самих! — с гордостью проскрипел его голос, и уже лучше слышно.

— Раз так различаешь печати, может заодно знаешь что именно она мне дала?

Дроу отпил глоток, прокашлялся и сказал:

— Последняя печать еще даст тебе новый дар. Об этом узнаешь, как обретешь очередной уровень. Единственное, что тебе скажу я, так это то, что теперь тебе доступно попасть и в край дроу.

— И как же мне туда можно будет попасть? — заинтригованно спросил Гром.

— Попадешь, когда придет черед. — усмехнулся Гуоно. — Не спеши.

— Ну ладно. — Гром повернулся, поймал взгляд официантки Миэль, показал ей пальцем на кувшин. Та кивнула и через минуту поднесла к их столику полный кувшин вина.

— За мой счет, — сказал он дроу, встал и пошел к выходу из таверны.

Прямо отсюда телепортироваться в Храм, и еще больше себя выпячивать в глазах завсегдатаев он не захотел.

Гром прошел за ближайший дом и там уже кликнул на значок портала. Очередная круговерть завершилась, как обычно, видом на звездный алтарь.

В шести стенах зала находились все трое служителей. Оба храмовники сосредоточенно совершали сложные пассы руками над, склонившей перед ними голову, Мартиной. Все трое были так увлечены этим процессом, что не замечали его появления. А Гром не захотел им мешать в их сакральных делах. Остался где появился.

Но вдруг периферийным зрением засек тянущиеся к нему с трех мест зала еле заметные нити. Он резко обернулся и увидел, что искрящиеся голубые нитки тянутся от трех скульптур. От скульптур Перуна, дроу и тролля.

"Вот и часть разгадки!" — пронеслось в голове. И замечательно, то, что он теперь знает их имена. Бога дроу зовут Кратаран. Значит, Хросом зовется бог троллей. Тайн меньше стало. А теперь еще знал, что для него путь в страну дроу тоже открыт.

Гром тихонько ступая прошел к статуям, покровительствующим ему админов, и по очереди благодарно поклонился им. Таким образом он выразил свою благодарность тем силам Аркадии, что открыли ему доступ в свои владения.

Но эти его действия не остались незамеченными. Все трое уже внимательно за ним наблюдали. И как он обернулся в их сторону, бросились к нему. Конечно же, с восклицанием "как ты изменился!". Теперь они в восхищении смотрели на него снизу вверх, смущая Грома своим вниманием. И ему пришлось в подробностях рассказать им, как ему удалось за такой короткий срок развиться почти до восемнадцатого уровня. Услышав о его читерском поступке с опытом, они долго смеялись, похваливая его за сообразительность.

— Теперь мне, наконец-то, стало понятно почему тебя первым выбрал бессмертный Хрос, — продолжая смеяться, сказал Арист. — Этот наш бог сам большой мастер облапошивать. Потому ты ему понравился. — Потом посерьезнел и спросил: — Я так понял, что ты уже знаешь кто твои нынешние благодетели. Как же ты это узнал?

— А я увидел соединяющие жгуты от них до меня.

Оба храмовника окаменели. С открытыми в удивлении ртами уставились на Грома. Только Мартина не среагировала должным образом на это его заявление. Сама ничего не понимала в этих нюансах происходящего тут. Но храмовники были все еще в состоянии шока. В конце концов выяснилось почему. Оказывается, такое зрение в мире Аркадии присуще только высшим магам и обитателям верхнего мира Инферно. А Гром не только не высший, но даже и не ученик мага.

— Ты нас все больше и больше удивляешь, Гром, — сказал Фабио, широко разводя руки. — На тебе, должно быть, некая великая миссия в этом мире.

— Я тоже с этим соглашусь, — подхватил мысль сослуживца Арист. — Иначе и быть не может. Уж слишком ты другой. Ты не воин, не маг, не паладин, но все возможности в тебе уже сидят заранее. Ты способен все возможности остальных одновременно поднять до высшего развития. И сам по себе, без помощи гильдий. С таким иномирным наш Храм никогда не сталкивался.

Гром предполагал, что их слова, своеобразная интерпретация на языке мистики его решения осваивать возможности игровых багов в своих интересах. Но если он даже очень подробно им его суть изложит, все равно ничего не поймут. Только Мартина его может понять. Но, кажется, ее все эти дела мало волнуют. Ей куда нужней набирать себе опыт в группе со ставшим таким крутым парнем. Вот и сейчас она со скучающим лицом дожидается окончания дифирамб Грому, чтобы напомнить ему его обещание. Понимая это, Гром поворачивается в ее сторону и подмигивает ей, мол, скоро пойдем. Потом, Гром спросил храмовников:

— Теперь я могу учиться у вас магическим рунам?

— Конечно! — хором ответили они. А Арист добавил:

— Сам выбери день, когда с утра сможешь сюда прийти. Мы тебя научим тому, что дозволят избравшие тебя боги. Но не больше.

— Понимаю. Да будет так. А сегодня я заберу Мартину от вас. Ей нужно опыта набираться, сами понимаете. — Потом обернулся к ней. — Ты готова?

Мартина кивнула.

— В таком случае, включайся снова в мою группу.

Мартина кликнула свое согласие и тут же заново перед их именами обозначились одинаковые символы, объединявшие в группировку.

— Кстати, — повернулся Гром к храмовникам. — Хотел еще у вас спросить. Вы знаете для чего нужна "Виноградина Сердца"?

Оба храмовника удивленно пожали плечами.

— Первый раз слышим, — пробурчал Арист.

— Ну, ладно. Еще у магов в гильдии поспрашаю. Прощайте тогда. Мы пойдем уже. Пошли? — обернулся он к Мартине.

— Ну, пошли же, — смешно поерзала она.

И они отправились к ущелью. А как выбрались к валунам, Гром поставил перед ней задачу: не лезть поперек батьки в пекло. Стоять дальше от мобов, и только оттуда бить их магией. А он будет воевать на переднем фланге. И спросил:

— Усекла?

Мартине пришлось подчиниться, так как Гром по определению был главным группы. Пошли дальше, перекидываясь шутками, воспоминаниями о приключениях в стартовой зоне, о тамошних вступивших. Потом Гром спросил ее:

— Слушай. Я когда оказался в Храме, над тобой колдовали. Чего это было?

— Так, это обучали своим рунам. Скоро и над тобой будут так "колдовать", — засмеялась Мартина.

— А! — дошло до него как в игре обучаются у учителей.

На этот раз Гром решил направиться в сторону тех территорий, что все еще остаются темными зонами карты. Нужно же было и их освещать.

Тут уже не видно было тропок. Шли гуськом по неизведанной территории, по рытвинам и ухабам, тоже заваленными гигантскими валунами. Впереди уже маячили верхушки гряды скал этой стороны. Видать, скалы кольцом цепляли всю эту камнепадную долину.

Так шли уже довольно долго, как неожиданно у Грома сработало новообразованное чувство визуализации угрозы. Он явственно различил как впереди, из-за одной каменной громадины, разливаются во все стороны белесые флюиды скрытности.

"Какое полезное достижение", — подумал он, останавливаясь и одновременно поднимая вверх кулак. Мартина верно поняла знак. Где была, там и замерла.

Гром указал ей на тот камень и процедил сквозь зубы:

— Там засада. Нас ждут.

Потом медленно по дуге стал обходить то место. Мартина пошла на шаг позади от него. Такой маневр должен был охотника самого сделать дичью. И им бы это удалось сделать, если бы не новый источник точно таких же флюид, но уже из-за другого камня, оказавшегося на новом маршруте. Выходит, две засады тут устроены. В хорошее же местечко притащил неопытную девчонку, укорил он себя. Позора не оберется, если в первый же день отправится она на перерождение.

Гром снова остановился с поднятым кулаком. Был бы один, ни на секунду не раздумывая, атаковал бы уже сразу оба эти гнездовья непонятно пока чего. Может быть, мобы там окрутевшие прячутся, а может, работники ножа и топора, как в прошлый раз. Но в любом случае теперь есть шанс, что, если врагов несколько, не успеет всех сразу проконтролировать, и какой-нибудь из них достанет девушку. Этого он не мог допустить.

Гром шагнул спиной назад, до Мартины и прошептал:

— Мартина, опыт в любом случае по половине осядет на нас обоих. Ты, может, отойдешь подальше, а?

Девушка вспыхнула сердито, тоже прошептала:

— Кем меня считаешь? Я смогу за себя постоять. Не беспокойся.

Грому оставалось только со вздохом решиться рискнуть своим авторитетом перед храмовниками.

— Ладно. Только стой как можно дальше от опасных.

Как только Мартина согласно кивнула, Гром, уже не таясь, двинулся к новообнаруженной засаде, на ходу срывая из-за плеч клинки. Но не успел сделать три-четыре шага, как из-за валуна выдвинулся самый настоящий голем, размером в тот же валун и, словно, собранный из осколков такого же валуна.

Краешком глаза Гром засек и другого точно такого же, что выбрался из другой засады.

У обоих ярко краснела над, непропорционально малой головой, надпись: "Каменный страж 2000/2000". И у обоих в руках по кувалде, размером в рост человека.

Големы молча и неспешно, грохоча телесами, стали подступать к Грому. Убежать от таких малоподвижных созданий, конечно, не представляло особой трудности. Их задача, по всему видать, заключается только в одном: — "не пущать" куда-то или к чему-то. Наверняка, именно для этого тут их поставили. Не как убийц, а как пугало.

Гром, конечно же, не убежал, а наоборот, двинулся навстречу голему, вышедшему первым. Не для того он сюда пробирался, чтобы отступать. Только оглянулся узнать, где там Мартина. Увидел ее в достаточном отдалении.

Она стояла с растопыренными над головой пальчиками правой руки, и перед ее кистью колыхалось нечто шарообразное, оранжевое, размером в волейбольный мяч. Девушка явно собралась паснуть им в одного из големов.

Гром атаковал в большом прыжке. Он ударил обоими клинками два раза подряд, пока голем задирал вверх лапища, занося кувалду над головой.

Лед и Пламень сразу скосили физикой четверть его жизни, но не заморозили и не подожгли. Гром завращался за спину голема и уже оттуда смотрел, как страшное оружие глубоко пропахало землю там, где он стоял секунду назад. В необъятную спину перед собой дробно ударил сложным комбо, само по себе ставшее одним из его умений. Тут же жизнь каменного гиганта скатилась до половинной отметины планки.

Голем возмущенно разворачивался, но слишком медленно на фоне десятки ловкости своего противника: тот вновь был за его широченной спиной. Новые комбо на то же самое место, по спине, хотя и опять без холода и огня, но с большим критом и физическим уроном, пошатнули его и безжизненной грудой камней с грохотом завалили наземь. Огромная кувалда кубарем покатилась по земле. А тем временем системное сообщение промелькнуло перед внутренним взором. Сообщило о получении им пяти сотен опыта. И это только половина. Другая половина пошла Мартине.

"Кстати, Мартина! — встрепенулся он. — Где она?"

Круто развернулся и увидел забавную картину: второй голем и Мартина играют в ловитки.

Гром не смог сдержать смех, хотя чего смешного в том, что игрока из твоей группы пытается лапищами поймать каменное чудище. А Мартина бегает кругами вокруг. Видимо ждала, когда Гром справится с первым и придет ей на выручку. Вот Гром закончил с тем и уже побежал ей на выручку.

Второй голем так увлекся игрой в ловитки, что не заметил приближения угрозы сзади. О ней узнал только тогда, как клинки привычной дробью вышибли из него вместе с каменным крошевом полжизни. А вторая половина утекла, пока он медленно гасил инерцию бега, чтобы хотя бы повернуться лицом к смертельно бьющим клинкам. Но не успел. Как и первый, грохнулся на землю.

— Черт возьми! — восхитился Гром результатом. Ведь ни огонь, ни холод ни разу на големах не сработали. Только физический урон. И он такой большой.

Гром внимательно глянул на свои клинки, и прочел, что теперь их физический совместный урон стал 200–350!

Гром присвистнул; насколько возрос урон клинков! Вот что дала десятка клинкам Перуна! Результат просто ошеломил его.

Пока он поражался новым свойством своих мечей, Подбежала сзади Мартина. Она всплакнула, когда стала рассказывать ему, как испугалась голема.

— Его ничего не брало. Нанесла все мне известные магические удары, ману опустошила до дна, а ему хоть бы хны, — жалобно всхлипывала она. — Как думаешь, это потому что моя магия слабая?

— Нет, — покачал головой Гром. — Это они такие нечувствительные к магии.

— Уверен? — все еще хлюпала носиком девушка.

— Абсолютно.

— Ну ладно, — успокаивалась постепенно она. Потом достала из кармашка синюю микстуру и залпом выпила. — На других мобах опробую.

— Обязательно, — подбадривая, улыбнулся девушке, подобрал с исчезнувшего трупа кусок сверкающей руды и семь золотых монет. Система сообщила, что руда мифриловая. Что с ней делать можно, пока не знал. Разве что кузнецам продать.

Гром протянул Мартине золото и сказал:

— Это тебе, а руду оставлю себе.

— Мне хватит и двух, — опустила голову она. — Это ты их убил, а я только бегала.

— Бегала ты славно, Мартина. Заработала. Лучше пойдем, посмотрим, что другой оставил после себя.

И побрел на место первого боя. Там валялся точно такой же кусок мифриловой руды и пять золотых монет. Он и их протянул девушке.

— Бери. Сегодня ты разбогатела, — засмеялся Гром, впихивая протестующей Мартине монеты. — Теперь бы еще узнать, чего или кого они тут сторожили. Пройдемся вокруг. Может, еще таких амбалов встретим, доберем опыта. Кстати, сколько там у тебя не хватает до седьмого?

— Две тысячи, — огорченно вздохнула Мартина.

— Постараемся до ночи набрать. А мне тысяча нужна до нового уровня. Я раньше вспыхну, — улыбнулся Гром.

Как договаривались раньше, вперед пошел Гром, бдительно озираясь вокруг, за ним на пару шагов позади пошла Мартина.

Они обогнули те валуны, за которыми была уготована засада, углубились на территорию за ними. И пока ничего примечательного не встречали.

— Смотри! — неожиданно сзади воскликнула Мартина.

Гром обернулся узнать, о чем это она, и увидел, что она задрала голову к небу. Тоже глянул и ахнул!

Самый настоящий дракон парил высоко над их головами. Гром и не знал, что в игре есть драконы тоже. Наверное, их одолеть на грани невозможного. По крайней мере, с его сегодняшним потенциалом точно невозможно.

— Давай уберемся отсюда, — не отводя глаз с крылатого чудовища, прошептала Мартина, как будто ее может услышать с невероятной высоты дракон.

— Не думаю, что он на нас вообще обращает внимание, — пожал плечами Гром. — Если бы обращал, уже давно спикировал бы и сжег. Мы сейчас для него не отличаемся от кроликов.

— Ну, тогда… — замялась Мартина, — на всякий случай уйдем.

— Нет, — категорично отказался уходить Гром. — Продолжим поиски. Големы зачем-то тут стояли. Узнаем зачем, тогда и уйдем.

— Могли просто так здесь быть, — не сводя взора с небес, все надеялась отговорить его.

— Вот и узнаем точно. — Гром двинулся дальше, потеряв уже интерес к ее мнению.

Спустя некоторое время их глазам открылась, забором вздымающаяся, скальная гряда, и прямо по их курсу в ней темный зев пещеры. Единственная пещера во всей видимой зоне этих скал.

— Вот куда не желали пускать прохожих они, — указал на нее Гром. И добавил: — Мы же пойдем туда.

Глава 8

На всякий пожарный Гром поставил Мартину подальше, а сам настороженно стал подкрадываться к входу в пещеру. И это оказалось верным решением с его стороны. Потому что, уже метрах в двадцати от цели увидел потоки сторожевых флюид, что серыми нитями, как щупальца извивались в мрачном зеве скалы.

Гром обернулся к отдаленной Мартине, прижал палец к губам, призывая к осторожности. Сам, еще тише ступая, стал ближе пробираться к входу. Подошел как можно близко к тьме проема, чуть ли не на досягаемость извивающихся там флюид. Здесь он замер, вглядываясь и прислушиваясь во мрак внутри пещеры.

Результатом разведки Грома стало, что там минимум три, а то и больше големов и кто-то владеющий сильной магией. Это все, что ему отсюда удалось узнать по флюидам. Но и этого было вполне достаточно, чтоб подготовиться к трудному бою. И, крадучись, стал отходить назад, к ожидающей в отдалении Мартине.

— Тут такое дело, — заговорил он, как оказался рядом с девушкой. — В пещере несколько големов. Но есть и маг. Мне кажется, довольно сильный. Как действовать будем?

Пока Мартина с расширенными глазами переваривала услышанную новость, Гром уже сам принял решение:

— Мы вот как поступим. Я сейчас возвращусь туда, и найду способ спрятаться над входом. А ты, как подам знак, подойдешь к входу, но не войдешь. Станешь в пяти шагах от него, пульнешь вовнутрь чем-нибудь магическим. И сразу же отходишь немного. Поняла?

— А что дальше?

— А дальше все тамошние попрут на тебя. Как я понял, ближе всех там к входу стоят големы. Их ты и увидишь первыми. Как выйдут, шарахай по ним несколько раз своими магическими шариками или чем там хочешь и беги, чтоб за тобой увязались. Води их по кругу в отдалении от входа, пока я не разберусь с магом. Потом приду тебе на помощь.

— Всё. Поняла, — оживилась Мартина. — Иди, готовься.

Гром ободряюще подмигнул и пошел искать место для укрытия на скале. Он и в первый свой подход заметил небольшой естественный карниз над пещерой. Туда он теперь и пробирался по выступам в стороне.

Камень под ногами оказался надежным, выдерживал его вес. Прижимаясь к выступу скалы, он оттуда взмахом руки дал сигнал начать. Пошла Мартина.

Она волновалась, но подошла на договоренное расстояние, вытянула вперед руку. Из растопыренных пальцев ударили в зев пять электрических разрядов, и она поспешно отбежала на десяток шагов.

Как и предсказывал Гром, первыми выбрались оттуда големы. И их оказалось сразу пять каменных монстров с огромными кувалдами на плечах.

Мартина с разворота посылала на них новые и новые разряды электричеством, и это привело к тому, что все впятером крепко увязались за ней.

Гром все стоял на карнизе в ожидании явления черного мага, но тот, вроде, не собирался выходить. Потеряв терпение, выхватил мечи, спрыгнул с карниза, и сам пошел вглубь за ним.

Сторожевые флюиды никуда не делись. Словно щупальца оценивающе скользили по его облачению, касались лица. А в самой дальней части глубокой пещеры светил огонек фонаря, при свете которого отчетливо различил того самого мага, с головы до ног укрытого в бордовый плащ с низким капюшоном. Ярко выделалось в полумраке красное имя "Гудвор".

Он стоял к Грому спиной за длинным деревянным помостом, на котором различались куски каменных глыб. По всему было видно, что этот Гудвор сейчас собирал очередного голема. Но незваный гость помешал ему.

Гром прыжками пошел на мага с целью зарубить одним взмахом руки. Так оно и было бы, не обернись маг стремительно к нему и не вскинь он руки в его сторону.

— Магия бессмертна! — зарычал тот громогласно, и сразу же Гром почувствовал себя крайне немощным. В голове возникла паника. Появилась стопроцентная убежденность в скорой мучительной смерти. Теперь у него было одно великое желание: пасть на колени и вымаливать у врага быструю смерть. А может, попытаться убежать отсюда как можно подальше? Но Гром стоял, как вкопанный на дрожащих от страха ногах метрах в десяти от ужасного мага, со страстным желанием крепко зажмурить веки, чтобы не видеть его неумолимого приближения к нему. А тот уже совсем близко…

Совершив над собой невероятное усилие, Гром дотянулся до своих опций. Еще одним огромным усилием открыл параметры. Черный маг почти настиг его со светящим сам по себе витиеватым кинжалом в руке. Последними капельками немощной воли, заставил себя кликнуть на "выкл" возле неустрашимости…

Тут ярость водопадом хлынула откуда-то сверху, напрочь смывая все страхи на своем пути. Мышцы вновь полноценно вздулись, ноги стали прочными опорами торса, а руки мгновенно нанесли могучий удар по, неожиданно ставшему пигалицей, магу, что теперь оказался так близко от него.

Ужасом искаженный разинутый рот не успел издать ни звука. Сложился маг тут же под его ноги тряпичной куклой.

Гром стоял над ним, в бусинках проступившего пота на лице, и приходил потихоньку в себя. Успокоившись немного, поднял с пола предметы, что оставил после себя исчезнувший маг на рассыпанных с него горсти "Виноградин Сердец".

О кинжале, что продолжал злобно светить в полумраке витиеватым клинком, система сообщила:

Кинжал мага: "Мучитель".

Тип: артефакт.

Ограничение: маг.

Уровень: 10.

Прочность: 100/100.

Физический урон: 100.

+ 100 к жизни.

+100 к магии.

50 % шанса парализовать на 5 сек.

О поднятом следом перстне с большим сапфиром пришло сообщение:

Перстень мага: "Яхонт-Синь".

Тип: реликвия.

+500 к магии.

Последним поднятым предметом среди рубиновых шариков была небольшая, но объемная книга в черном кожаном переплете и в серебряном окладе. Гром как поднял ее, узнал от системы ее название: "Трактат о каменной душе". Но на страницах, если исключить несколько примитивно изображенных картинок разобранных на части големов, ничего понятного для него не было. Одни иероглифы на всех страницах. Пожав плечами, и ее кинул в сумку, собрал и эти непонятные пока шарики, повернул назад. Нужно было выручать Мартину. А то извелась она, наверное, постоянно убегая от тех дылд.

Так оно и было. По ее виду Гром догадался, как она уже устала тянуть время до его прихода. Пора настала облегчить ей жизнь.

Гром вновь рванул из-за плеч клинки.

Ему понадобилось меньше получаса, чтобы по одному или парами отвлекать на себя неутомимых ловцов девушки и, не мешая остальным дальше развлекаться, разделываться с ними в стороне.

При первом же сваленном им големе загремели очередные фанфары и фонтан света с его тела. Это система оповещала о получении восемнадцатого уровня.

На третьем убитом големе, невдалеке скачущая по кочкам измотанная Мартина в свою очередь оповестилась о достижении седьмого уровня. Торжествующе крикнув "ура!" с новыми силами понеслась вить круги вокруг двух оставшихся. Но и с ними покончил Гром, наконец-то, освободив девушку от постоянного бега.

Запыхавшаяся, вся сияющая счастьем, она подбежала к Грому, повисла на его шее и чмокнула в обе щеки.

— Мы отличная команда, правда?

— Еще какая, — смущенно улыбнулся Гром, не ожидавший такой бурной реакции со стороны Мартины. — Мы вдвоем еще покажем здешним мобам кузькину мать.

Потом полез в сумку за дарами напарнице.

— А эти штучки тебе помогут в этом деле.

Просто сказать, что Мартина была в восторге, ничего не сказать. Несмотря на измотанность, теперь она скакала вокруг Грома, как заведенная. Наконец, она сумела несколько успокоиться и предложила каждый день ходить вместе в рейды по территории. Гром от этого заявления выпал в осадок.

— Девушка! Ты же жрица, — покачал он головой. — Тебе нужно в первую очередь обучаться своему ремеслу. Но иногда будем, конечно, рейдовать. Опыт набирать.

— Одно другому не мешает, — обиженно буркнула она.

— Это ты у Ариста узнай, а не гадай. Как он скажет, так ты и сделаешь. Как я уже сообразил, в Храме нужно глубоко медитировать. Ведь служительницей тебя должны признать все шесть админов, чтобы ты была способна освоить высшую магию Храма. Ты этого уже не хочешь разве?

— Хочу. Да, ты прав, — неохотно согласилась Мартина.

— Вот и славно. Пойдем, соберем, что осталось от големов и обратно в Храм. На сегодня достаточно погуляли.

Гром приобрел еще пять кусков мифрила, а Мартина — еще сорок золотых.

— Зачем все золото мне отдаешь? — возмущалась она. — А себе?

— У меня много. Тебе же нужны будут, когда окажешься в городе. Ну, там шмотки прикупить, то да сё. Одним словом, бери ты, и пошли, наконец.

Гром проводил Мартину почти до фонтана, попрощался с ней и повернул назад, в Тарвир.

Был уже вечер, начинало темнеть, когда он вошел в городские ворота.

На улицах тарвирцев было не счесть. Кто праздно гулял, кто спешил по делам. Среди них, словно лодки по воде полноводной реки проплывали крытые телеги торговцев, разукрашенные пассажирские кареты. Прохожие им уступали дорогу и тут же за ними смыкались.

Одним словом, жизнь тут била ключом.

Гром прямиком пошел к недалеко видной отсюда своей таверне.

Общий зал Серебреной Лиры не стал исключением в этот пригожий вечер: тут тоже было полно народу. А он еще надеялся поужинать. Теперь же решил сразу перебраться к себе, позже спуститься сюда. Когда пробирался между тесно стоящими столиками, кто-то толкнул его плечом. Недоуменно обернулся и увидел хитро улыбающуюся официантку. Она промурлыкала:

— Когда тебе пожелать спокойной ночи, а?

— А уже, — усмехнулся в ответ Гром. — Прихвати мне заодно легкий ужин.

Миэль кивнула, и он стал пробиваться дальше к лесенкам. Забежал, наконец-то, к себе. А все-таки тут очень уютно. Скинул с себя боевое облачение, улегся на мягкую кровать.

"Так. Посмотрим, до чего добрался сегодня", — залез он в опции. Теперь его опыт показывал 54000/60500, очков опять было 10. Полез в характеристики, загнал все десять свободных очков в Живучесть, чтобы иметь уже полторы тысячи жизни.

"Посмотрим, какой стал параметр" — открыл он следующее информационное окно.

Да тут, оказывается, роскошный презент от админа дроу проявился в виде черной планки. "Берсерк"! Гром по достоинству оценил такой чудесный дар. Стоит только включить, и у него будет духовное преимущество перед любым воином. Как ореховые скорлупки под прессом будут разлетаться. Не это ли мечта его? И потребляет-то ману, как и предыдущие, только в 10 единиц в минуту. И это с его двухсоткой маны и десяткой восстановления. Да, он порвет кого угодно при таких возможностях!

Гром с довольной улыбкой откинул голову на подушку. Теперь нужно интенсивнее набирать опыт. До следующего аж шесть с половиной тысяч понадобится. Жаль, что с фиалами накрылось…

Тут раздался легонький стук в дверь. Следом она открылась и к нему впорхнула Миэль с подносиком.

— Пришла пожелать спокойной ночи, — захихикала она, ставя поднос на стол.

— Ну, иди пожелай, — поманил ее к себе Гром.

Миэль продолжая озорно хихикать, подскочила к нему. А он, не поднимаясь, взял ее в охапку, затащил под себя.

Придавленная его тяжестью девчушка только томно стонала. Гром же сделал за этот час нового милования с неписью для себя познавательный вывод: все неписи в сексе совершенно одинаковы. И по жестам и по голосовым реакциям и даже по позам. Короче, одна и та же считай.

Если в первый раз, не зная об этом, еще было хорошо ему, то теперь стало вызывать в нем некоторое раздражение.

Нет, решил он через полчасика возни с Миэль. Это не Рио де Жанейро. Нужно завязывать с такими вариантами и искать настоящих женщин.

Когда Миэль вновь оделась и упорхнула за дверь, Гром все думал об альтернативе такому времяпровождению. И твердо решил вплотную заняться Мартиной. С этими мыслями и уснул, чтобы проснуться рано утром, забрать со стола непритронутый остывший ужин и понести вместе с собой в общий зал.

Он заказал себе сытный завтрак, не спеша ел, когда к его столу приблизился незнакомец с ником "Советник" над головой, в длинном черном плаще и в широкополой шляпе а-ля Дартаньян.

— Гром! Тебя немедленно хочет видеть владыка, — торжественным голосом изрек Советник. — Вот твое приглашение во дворец. — И он положил на столик рядом с ним конверт, в трех местах закрепленный сургучными печатями. Затем, круто развернулся на высоких каблуках, поспешил вон из таверны.

Гром так и остался с набитым ртом в застывшей позе. Ничего из того, что только что случилось, не понял. На кой ляд он может понадобиться местному правителю в такую рань. И вообще, зачем он ему? Но интерес образовался, и решил: позавтракает, пойдет во дворец.

Доел, прихватил конверт, вновь поднялся в свою комнату облачаться в свои уникальности. Как полностью собрался, сразу отправился по приглашению.

С утра город был немноголюден. Прохожие в основном были спешащие по своим делам. Груженые телеги между ними грохотали ободами колес по брусчатке, да изредка слышались окрики ранних уличных продавцов.

Гром шагал по центральной улице по направлению приметного почти с любой точки города, к высокому шпилю дворца, куда и дошел в скором времени.

Перед парадным входом стояла пара стражей с алебардами и в разукрашенных латах. При них Гром распечатал конверт, протянул выуженное пригласительное письмо одному из них. Тот глянул, кивнул:

— Входи.

Как вошел через парадные двери в залу необъятного размера, к нему подскочил слуга в ливрее, вопросительно задрав брови. Гром и ему показал пригласительное.

— За мной, — прошелестел слуга и мелкими шажками засеменил к широченным ступеням, ведущих на верхний уровень дворца. Там его повел по роскошным сквозным комнатам дальше и дальше, пока не остановился в тупиковой, перед дверью, не уступающей по размеру парадным.

— Минутку, — снова прошелестел он и юркнул за эту дверь.

Минутка длилась долго. Гром уже начинал сердиться, когда вновь вышел к нему слуга.

— Его величество Велидор приглашает войти.

Гром нетерпеливо шагнул в приоткрытую дверь и оказался… в самом обыкновенном кабинете с письменным столом возле большого окна и с книжными стеллажами по двум боковым стенам, с полу до потолка.

За письменным столом сидел в домашнем халате средних лет очкарик, сам правитель Велидор, что утверждало имя над его лысиной.

Как Гром вошел, правитель отложил писчее перо, поднялся навстречу посетителю с радушной улыбкой на лице.

— Очень рад видеть настоящего героя у себя, — заговорил он приятным баритоном, протягивая руку, подошел к Грому. — Спасибо, что сразу пришел, — тряс он его руку. — Ты мне был нужен именно сейчас. Проходи, садись.

Гром опустился на указанный стул возле стола и вопросительно уставился на присевшего опять за свой стол, правителя.

— Может, вина?

— Благодарю. Лучше сразу перейдем к делу, — отрицательно качнул головой Гром.

— А, ну да… К делу. — Велидор задумчиво поглядел на гостя. — Дело неотлагательное, скажу со всей ответственностью. И будет тебе по плечу, раз легко сумел одолеть Гудвора и его големов.

— Ну, не так уж легко.

— Это считается легко, — уверенно покивал правитель. — Мне доложили, что ты носитель трех печатей богов и, что ты достиг небывалых результатов вне гильдий. Это впечатляет. Теперь же хочу попросить тебя послужить еще Тарвирии. Награда будет достойной подвига. Это я обещаю.

— Чем могу послужить Тарвирии, владыка? — все больше и больше заинтересовывался Гром протекающим игровым процессом.

— Да. Сможешь послужить. В последнее время в моей стране происходят нехорошие события. Люди заметили проникновение в наши края Наездника драконов. Ты что-нибудь слышал о них?

Гром, только отрицательно покачал головой.

— Они порождения Инферно. Существа чрезвычайно агрессивные и злобные. Абсолютно беспощадны, даже к женщинам и детям. После себя оставляют только горы трупов и пожарищ. В древних фолиантах говорится, что им необходимы страдания, как нам необходима пища. Будто бы эти монстры ими питаются. Давно о них не было известий. — Тяжело вздохнул правитель и продолжил. — Может уже много лет как не проникали к нам. Но на днях снова объявились. Видели их разведчика на драконе, парящего в небе. И это плохой знак. Наверняка, в этот раз готовят вторжение в Тарвирию.

— А может, случайно залетел к нам? — предположил версию Гром.

— Исключено. Они могут залетать к нам, если открылся проход сюда. А он открывается только перед очередным вторжением.

— Проголодались, значит, — нахмурился Гром. — Итак. Чем же я могу помочь в такой ситуации? Тут армия нужна, а не один единственный человек, как я.

— Это неверный вывод. Моя армия вряд ли одолеет вторжение. Только все там и лягут. Но есть один единственный способ предотвратить вторжение. Не уничтожить их, а именно предотвратить.

— И что же это за способ?

— Закрыть проход.

— Я такое могу сделать? — обалдел Гром. — Я не маг. Я, вообще-то, и сам не знаю кто я пока.

— Ты не знаешь, но древние рукописи давно узнали. Ты единственный, кто в эти тяжелые времена страны, сможет это сделать. Вот ты кто.

— Но как?! — удивленно уставился он на правителя. — Что имеется в виду под "закрыть"? Я же не маг.

— В моем дворце есть лучшие из высших магов. Но они не в состоянии сделать того, что должен будешь сделать ты. И я сейчас тебе поясню почему. — Велидор поднялся, поправил на носу очки и, заложив руки за спину, стал прохаживаться перед ним из угла в угол своего кабинета, чрезвычайно напоминая при этом Грому своего преподавателя из университета.

— Дело в том, уважаемый наш герой, что к тому прорыву пространства нам, людям, можно попасть только одним лишь способом: свитком портала. Там, между нашими мирами существует небольшой пятачок нейтральной территории, куда и может скинуть одного человека этот свиток, вещица большой редкости. Как описано в рукописи, там оказываешься меж мирами прямо у того самого прорыва. И тогда встречаешь там Исчадие из прорыва. Это могучее чудовище, которого не берет магия. Только сталь. И не та, что в кузницах наших куется, а та, которой боги одарили воина. Теперь ты понимаешь, почему именно ты нам нужен? Если ты одолеешь Исчадие, на много лет зарастет прорыв. Много лет народ наш будет в покое. А за этот подвиг, я подарю тебе роскошный дом на площади башмачников и княжеским титулом пожалую. Ну и, конечно, тысячи золотых будут дожидаться в том доме от благодарных граждан Тарвирии. Так как? Согласен?

— Согласен! — твердо сказал Гром, поднимаясь со стула. И в тот же миг перед внутренним взором прошло новое сообщение:

"Задание. Уничтожить Исчадие. Награда: собственный дом, княжеский титул, 1000 золотых монет. Опыт: 10000. Срок исполнения: 1 день".

— Очень хорошо! — возбужденно прошествовал за свой стол правитель, взялся за маленький серебреный колокольчик.

На его трезвон тут же в дверях возник тот самый советник, но уже без плаща и шляпы. От дверей он поклонился и остался в такой позе.

— Вот что, любезный. Организуй-ка нашему герою отправку к прорыву. — После этих слов, улыбаясь, пожелал Грому удачи, сразу засев за прерванное его приходом писанине.

Гром понял, что аудиенция окончена, и повернулся лицом к советнику.

— Прошу, за мной, — немногословно попросил он его следовать за ним и пошел впереди по тем же проходным комнатам. В одной из них обнаружилась боковая дверь, через которую провел Грома дальше. Другие комнаты тоже оказались сквозными. И Гром уже думал, что не дворец это, а улей какой-то. Прошли они еще несколько таких комнат, пока не привел его в огромный зал тоже в форме гексагона.

"Точно улей", — про себя с усмешкой заметил Гром.

К пяти стенам, кроме той, что занимала широкая дверь, по центру были приставлены высокие троны. А все остальное остающееся свободным от тронов пространство стен было завалено всевозможными одеяниями, посохами, сундуками, ларями, и всякой всячиной. Выше всего этого завала шли длинные ряды полок с ветхими фолиантами вперемежку со стопками пергаментных свитков.

Гром сразу понял, что попал в святая святых дворцовых высших магов. И они вот те пятеро в колпаках и цветных одеяниях, что поднялись с тронов, теперь приближаются к ним, излучая вокруг тел ауры пяти оттенков желтого. И, что примечательно, у всех пятерых идентификационные обозначения, должные над колпаками, скрыты.

Советник высокопарно поприветствовал их и сообщил во всеуслышание:

— Приказ нашего владыки! Вы обязаны немедленно отправить его к прорыву, потом забрать обратно.

Все пятеро колпаков одновременно церемонно кивнули, после чего советник без лишних слов покинул зал, оставив Грома самому разбираться с остальным.

Один из магов повелительно указал на центр, мол, топай туда. И Грому ничего не оставалось, как подчиниться.

Как оказался в указанном месте зала, тот же спросил:

— Готов ли отправиться в свой портальный путь?

А Грому подозрительно показалось, что тот спросил, готов ли он отправиться в свой последний путь. Ну и померещится же такое!

— Постойте, отцы, — поднял руку Гром. — Не спешите так. Дайте сначала сведения мне об этом чертовом Исчадии. Как он там себя может повести, чем владеет, а чем — нет. Короче: все, что вам известно о нем.

Те меж собой переглянулись в полном недоумении. Мол, откуда на их голову упал такой невежда. Все знают об Исчадии больше чем оно само о себе, а этот с луны свалился.

— Ты на самом деле ничего не знаешь или…?

— Не знаю, — перебил мага Гром. — Давайте, рассказывайте. Во-первых, что это за существо такое?

— Ты и этого не знаешь? Это же огромная псина.

— Та-ак! — подбадривал их Гром. — Дальше?

— Исчадие из прорыва порождается с каждым новым прорывом. Этот уже восемьсот восьмое по счету новое Исчадие. И оно исчезнет, когда прорыв ткани пространства между Инферно и Аркадией само собой зарастется. Однако, обратная связь тоже указана в древних рукописях. Поэтому и нужно тебе его уничтожить.

— Это я уже понял. Дальше говорите. О его возможностях и слабостях.

— А что тут можно сказать? Возможности велики, слабостей нет.

Гром не на шутку начинал беситься от такой беседы. Клещами приходится из них вытягивать сведения.

— Конкретнее, — рявкнул он на них.

Как будто, проняло.

— Магия на него не действует. Сам же плюет магические сгустки жидкого огня. Вокруг него еще бывает ядовитое облако. А, главное, огромная пасть полна ужасных клыков.

— А жизни? Жизни сколько у него?

Маги переглянулись меж собой по причине выяснить: кто из них знает ответ на этот вопрос. Но, как выяснилось, они не были в курсе величины жизни монстра. В фолиантах древние не сочли важным это указать.

— А этот монстр точно там будет один? Или их может оказаться и несколько, — не унимался Гром.

— Один. Написано: порождается Исчадие. Не пишут же Исчадии.

— Так, — почесал затылок Гром. — Стало ясно, что ничего не ясно. — Потом спросил у разговорившегося мага: — И как прикажете мне спасаться от его плевков? Я, вроде, не огнеупорный.

Тут маги немного замялись. Один неохотно выдавил из себя:

— Есть, конечно, у нас защитные кольца от огня…

— Так, давайте. Я куплю.

— Мы и так можем тебе их отдать, только… для магов они. Воину не дадутся. Будут соскальзывать.

Гром огорченно скривился: "Вот досада".

— Дайте хотя бы примерить. Может, пару минут смогу удержать на пальцах. Хоть частично спасут.

Один из них побрел с неохотою к дальнему сундучку. Ему было очевидно, что дать их ему однозначно их потери на нейтральной площадке.

Вернулся с двумя золотыми колечками, один из которых протянул ему. Как забрал, перед внутренним взором появились свойства:

Кольцо пожарника.

Тип: редкость.

50 % защита от магии огня.

Гром нацепил его на безымянный палец левой руки и в тревоге замер, отсчитывая в уме секунды, сколько его продержит. Маги, очевидно, были заняты тем же, судя по тому, как замерли, уперев взгляды на его руку. А Гром все продолжал считать. Перевалило за сто — колечко и не собиралось пока выпадать. Постепенно лица магов все больше и больше вытягивались, глаза округлялись в изумлении. Кольцо пока не выпадало. Тут один из них уже не выдержал:

— Ты, оказывается, маг! Что же скрывал?

— Да, не маг я, — Гром сам удивлялся.

— Но кольцо приняло тебя. Значит, маг.

— Выходит, что до того скрытный маг, что и сам не знал.

А тот, кто давал ему кольцо, протянул и другое тоже:

— Тогда прими и это тоже, скрытный маг.

Гром получил точную копию первого и надел на средний палец левой руки.

— Теперь ты полностью защищен от магии огня. Поздравляем. — заговорил до того молчавший маг. По возрасту, он казался самым старшим среди них. — Эти кольца пусть останутся у тебя навсегда. Но мы дадим тебе на время поединка с Исчадием тогда еще одну вещичку. — И повелительным тоном обратился к остальным: — Принесите ему амулет Покрова.

Как расширились зрачки тех остальных, Гром понял, что речь идет о чем-то очень для них ценном.

— Но, архимаг! Этот амулет не можем носить даже мы. Как же ему он может дасться?

— Дастся, я уверен. И именно потому дастся, что он все-таки не маг.

— Даже если дастся. Но если он погибнет на площадке, мы навечно потеряем его.

— Погибнет? — Архимаг улыбнулся одними тонкими губами. — Неужели вы так слепы, что не видите кто перед вами? Вы разве сразу не заметили на нем трех печатей богов? Почему усомнились, что он способен на то, на что больше никто во всей Тарвирии не способен. Он победит Исчадие. Несите, что я сказал.

Когда принесли и передали ему в руки сокровище, сразу перед глазами прописалось о нем коротенькое, но очень интересное сообщение. Гром понял, что возможно, даже недооценивает амулет.

Оберег архимага "Покров".

Тип: легендарное.

Укрывает от магии зла.

Еще Гром понял, почему не указана защита в процентах: она абсолютна! Удивительный артефакт тут хранится.

Гром с трепетом и со страхом, что все-таки не дастся ему чудо-амулет, повесил его на шею и замер в ожидании. Маги тоже во второй раз за это время замерли в ожидании, пока архимаг торжествующе не воскликнул:

— Что я вам говорил!

Теперь Гром мог запрятать это сокровище под кольчужную рубаху и отправляться на бой с псиной-переростком из прорыва.

— Я готов. Дайте мне теперь свои свитки, и я отправлюсь туда.

— Нет, — возразил архимаг. — Ты не сможешь их читать. Тут мы откроем сами тебе портал туда, а как закончишь там свои дела, откроем еще один для тебя прямо отсюда.

— Э… — растерялся Гром. — И как я сообщу вам, что закончил?

— Не надо сообщать, — улыбнулся архимаг. — Мы об этом узнаем тотчас же сами. Не переживай.

— Ладно, — пожал плечами Гром. — Открывайте тогда. Я готов.

Крайне стоящий маг полез в запазуху, достал странно сияющий темный пергамент, свернутый в трубку. Он подошел ближе к Грому, распрямил скрутку и запричитал на непонятном языке мантры.

С гулом перед ногами каменный пол стал продавливаться в линзу. Следом, в линзе заклубился сизый туман, что постепенно разгоняясь, превратился в смерч посреди зала.

Вдруг читающий мантры маг громко закричал, и в смерчи образовалась темная дыра.

За спиной какой-то из них прошептал:

— Иди.

Гром шагнул вперед, прямо в ту темную дыру. Почувствовал портальное головокружение. Перед глазами завращались лица магов, троны у стен, куча шмотья…

ОКБ "Аркадия" 17 ч. 20 мин.

В первом отделе сейчас проходила вечерняя летучка.

В кабинете Перумова собрались все остальные администраторы. Выглядели усталыми, но им еще предстоит безвылазно работать в Бюро минимум до завтрашнего позднего вечера. За это время надеялись окончательно закончить стыковку зон инвитро.

— И последнее, — утомленно продолжил Перумов, потирая переносицу. — Я получил извещение, что на нас поступила жалоба в президентский аппарат от начальника безопасности министерства высоких технологий. Господин Исчанов требует наказания администраторов отделов, то есть нас с вами, за превышение должностных обязанностей.

— И что же мы превысили? — усмехнулся Кратович. — Локацию себе оттяпали?

— Скорее уж министерство оттяпало локацию — засмеялся Хромов. — А что? Действительно ведь оттяпали себе Инферно!

— Вообще-то, в жалобе написал, что мы умышленно устроили неправомерную атаку на него в охранной территории. Пытались организовать своим аватаром проникновение в их стратегически важный объект.

— Он что, съехал с крыши? — рассердился Борисов. — Чего катит на нас бочку?

— А что конкретно он пишет? — поинтересовался Хромов. — Просто интересно узнать.

— Обвиняет нас, что мы обеспечили аватара абсолютной защитой и абсолютным оружием. Вот что он пишет конкретно. И еще утверждает, что мы причастны краже у него защитного инвентаря в сговоре с владельцем аватара.

— Ничего не понимаю, — развел руками Хромов. — Это что за белиберда такая?

— Я, кажется, догадываюсь, о чем он пишет, — улыбнулся Кратович. — Наш аватар действительно был заброшен в близкую к Инферно зону. Только, конечно, без нашего участия. А в игровом процессе. И там он действительно отправил на перерождение Исчанова. Заодно с него подобрал его защитный инвентарь.

— Зачем аватару восьмого уровня защитный инвентарь тридцатого уровня из Инферно. Ни надеть, ни продать…

— Господа, — продолжил разъяснения Кратович. — Вы не в курсе. Он уже читерством поднялся на восемнадцатый уровень.

— Это когда успел? — удивился Ярославский.

— А почти сразу, как вы ушли от меня, Пантелей Анатольевич. Почти сразу я получил от Руслана Борисовича новый всплеск, покруче первого. Только минуту мог позволить ему им баловаться. Опасный сигнал был. Так он за эту минуту и поднял свои уровни до восемнадцати. Использовал умножение на себя.

Все остальные администраторы только переглядывались, не находя слов восхищения сообразительностью подопечного.

— Этот точно состыкует локации, — хлопнул ладонью по столу Перумов. — Ай да молодец какой!

— И это не всё, — продолжил Кратович. — Я сделал еще одну подлянку министерству. Приписал к его внутренним качествам маленькую строку, чтобы имел возможность пользоваться защитным инвентарем Исчанова. И еще кое что.

— И еще?!

— Теперь наш аватар может заходить запросто в Инферно, и там безнаказанно настучать по башкам его обитателей, — захохотал Кратович. — Вот умора будет!

— О-о! — обалдел Перумов. — Тогда получается, что на самом деле прав начальник безопасности?

— Выходит, прав, — захихикал Хромов. — Но об этом будем знать только мы вшестером.

— Не чрезмерно ли перегружаем аватара необычными свойствами, господа? — встревожился Перумов. — Ведь любая проверка их выявит.

— И что? — вмешался Борисов. — Их косяк мы только таким способом можем исправить. Пусть себе жалуются сколько хотят.

Администраторы теперь понимали что к чему, но какой вывод из всего этого сделать, никак не соображали.

Глава 9

… и он упал на одно колено перед пространственным прорывом.

В полумраке этой небольшой каменистой площадки, вкруговую окутанной непроглядным мраком, прямо перед ним колыхались изодранные края самого мрака. Словно ножом сделан длинный вертикальный надрез на невидимой ткани, что прикрывала собой инфернальные алые языки всепоглощающего пламени. Теперь из этой прорези непрерывно заливает поверхность площадки их злобный отсвет, а по ушам бьет глухой гул вечного пожара.

Гром поднялся на ноги, поспешно влез в параметры, чтобы на всякий случай включить все планки духовной защиты. Только он успел это сделать, как из прорыва высунулась чудовищная голова с красной индикацией "Исчадие 5000/5000", которую очень сложно назвать псинной головой. По высоте и размеру выглядывающей морды Гром понял, с какой громадиной ему придется схватиться на этом небольшом островке междумирья. Да он должен еще потесниться, чтобы поместился тут и этот песик-переросток, пронеслось в голове, пока выхватывал Лед и Пламень.

Глазища, размерами в фары грузовика, уставились на Грома, исторгаясь лютой ненавистью. Затем, проявилась одна слоновья лапа, следом другая, и на площадку поперло все остальное в ауре зеленоватого облачка. И действительно почти заполнил собой свободное пространство площадки.

"Отравление" — тут же пришло сообщение от системы. Полоса жизни задергалась в противоборстве разрушительного яда с десяткой восстановления, не неумолимо уменьшалась. Стремительно морда качнулась к Грому, и бритвенной остроты зубы клацнули в миллиметре от лица. Спасибо и десятке ловкости.

В тот же миг под воротом рубахи завибрировал амулет архимага. А вокруг чудовища из ниоткуда возник тончайший прозрачный покров. Гром увидел, как теперь стесняет этот пузырь движения псины.

Близко выставленная лапа конвульсивно отдернулась, как по ней прошел комбо парных клинков с взбесившимися языками клубьев холода и пламени. Уровень жизни Исчадия незначительно понизилась. А у Грома уже достигала половины. Пришлось ему отскочить в сторону и глотнуть зелье восстановления.

"Как же много у твари жизней!" — поразился Гром, в прыжке налетая к другой лапе, и со всей дури своих теперь немалых сил всаживая сквозь покров оба меча по эфес в инфернальную плоть. Раздался оглушительный пароходный гудок, за ним из пасти над головой брызнули потоки напалма прямо на капюшон. Потекли до ног, жадно облизывая огненными языками всего Грома.

Пустая трата слюни словно взбесила Исчадие. Звуки непрерывных клацаний пасти стесненного зверя мрака в попытке подловить шустрого противника перекрыли собой даже гул потустороннего пожара. Из десяток попыток одна прошла. Острейшая боль левого предплечья и скачком укоротившаяся жизнь до четверти была тому доказательством. И это при заниженном на порядок игровым порогом боли! Однако, кинжальные зубы не одолели кольчугу Перуна, только сдавили до онемения саму руку. Зато, травма осталась не безответной: в правой руке Лед с хрястом влетел в глазницу, оказавшейся на уровне Грома.

Вторичный дикий вой уже и на самом деле атрофировал слух. После него настала полная тишина окружающего мира. Только в голове самой продолжал эхом отдаваться этот жуткий вой.

Ослепленный на один глаз Исчадие отскочило, как могло дальше и мотало мордой, веером разбрызгивая вокруг себя красноватую слизь. От нее каменный настил площадки шипел и точечно разъедался, как от концентрированной кислоты. Гром опасался попасть под такой дождь; прыжком отодвинулся от зверя и ждал что будет происходить дальше.

А жизнь-то монстра тоже иссушилась. Почти на четверть! Гром со своего места видел его страдания. Как весь вибрирует, все еще мотая головой в мешающем пузыре. Если бы удалось повторить… И он, больше не обращая внимание на кислотные брызги, которые тоже неумолимо понижали жизнь Грома, с разбега прыгнул на Исчадие.

Несмотря на потерявшую былую подвижность левую руку, Гром в эйфории берсеркера непрерывно атаковал чудовище, пока оно в шоке. Отскакивал ловко, при новых, уже не слишком активных клацаний, и снова наскакивал. Псина теряла много времени на попытки сжечь слюной. В эти моменты Гром не терял даром время. Обливаясь с головы до ног горючей жижей, он вертелся вокруг Исчадия, непрерывно нанося одни комбо удары за другими. Когда жизней у монстра стало заметно меньше, а у него самого в зоне красного, Гром зарычал не своим голосом, отскочил далеко назад, и с разбегу прыгнул высоко, насколько хватило потенциала у Акробатики. Буквально взлетел до морды и на взлете вогнал оба клинка в другую глазницу.

Откатился прямо по дымящим камням, обоими руками зажимая уши; визг в ультразвуковой зоне мог кого угодно загнать на перерождение.

А, тем временем, ослепленное Исчадие весь в ауре яда и с пятном жизней в красной зоне, шлепнулся на брюхо, передними лапищами, сдавленными упругим пузырем покрова потирал морду, там, где были у него зенки.

Гром тут же мстительно потряс Льдом и Пламенем, с хриплым рыком подскочил, запрыгнул на его загривок, чтобы нанести последний решающий удар. И он прошел с критом. А Исчадию теперь достаточно было и одного клинкового урона.

Тут же грянули фанфары, ярко засветилась площадка фонтаном фейерверков его тела на трупе монстра. Система оповестила: "Девятнадцатый уровень".

Одновременно с этими событиями произошло еще одно желанное действо: пространственная рана, называемая прорывом, начала медленно зарастать.

С окончанием этого процесса Гром оказался в кромешной темноте. Теперь стоял в растерянности и не знал даже куда можно шагнуть. Ни зги не стало видно.

В такой растерянности прошла минута, другая, как неподалеку стало высвечиваться голубое пятно зарождающегося портала возврата. Гром облегченно вздохнул, уже собирался убраться из междумирья восвояси, как при свете сияния уже возникшего портала заметил под ногами, оставленный ему дар от Исчадия.

На каменистом настиле лежал серый ободок. Поднял его, и стоило чуть присмотреться, как система описала находку:

Ошейник Исчадия.

Тип: легендарный.

Ограничение: обитатель Инферно.

Уровень: нет ограничений.

Прочность: 21/100 (самовосстанавливаемый).

Игнор магических атак 100 %.

Вес: 0,1 кг.

Поспешно кинул находку в сумку и вбежал в портал.

Круговерть до головокружения, и он уже в центре зала, окруженный пятью высшими магами.

Как он вывалился из портала, они все разом потянулись к нему, хором выражая свою радость между интенсивным лечением.

Посыпались поздравления, похвала, от которых Гром, облапанный, потряхиваемый, счастливо улыбался. Тут еще в дверях появился Советник. И на сей раз решил быть многословней с ним:

— Мои поздравления, князь Гром. Прошу, за мной.

"Уже князь? Ух ты!".

Гром снял с шеи амулет, протянул архимагу.

— Спасибо. Очень выручил ваш амулет. — Повернулся к дверям. Теперь можно идти и к правителю за обещанным жильем.

Советник повел усталого, но вполне счастливого новоявленного князя, по тому же маршруту уже в обратном направлении. Хотя привел не к тем же дверям, а к другим. Тут уже советник вошел первым, вышел гораздо раньше, чем в прошлый раз слуга и почтительно предложил пройти во внутрь.

На этот раз Гром оказался в настоящем тронном зале правителя Тарвирии, владыки Велидора.

Сводчатые окна длинного зала из желтоватого отлива мрамора заливали лучами полуденного солнца, заодно и толпу расфуфыренных вельмож и навешанных драгоценностями декольтированных дам.

С появлением Грома одновременно сзади вперед шагнул лакей в золотой ливрее, грулко стукнул концом шеста по мрамору пола и зычно огласил:

— Его высочество князь Гром!

Беспорядочная толпа вельмож сначала обернулась в сторону пришедшего, следом уплотняясь в обе стороны, расступилась, образовывала Грому узкий прямой доступ до самого подножья трона на противоположной стороне. а на нем в вальяжной позе развалился знакомый ему лысый Велидор, но уже не в халате, а в вычурной накидке и в короне правителя. Он прямо оттуда улыбался ему.

Гром подошел по образовавшемуся коридору из вельмож и дам к трону. Достиг его подножья, поклонился.

— Я знал, что ты справишься, князь. Поздравляю и благодарю от имени всех жителей Тарвирии. Вот. Держи ключ от твоего дома, где дожидается тебя заработанное золото, — протянул Велидор ему фигурный ключ. — Отныне ты всегда желанный гость в моем дворце.

Гром, как только принял ключ, одновременно система ему сообщила:

"Задание выполнено. Получены награды: собственный дом, княжеский титул, 1000 золотых".

— Благодарю. Всегда готов служить народу Тарвирии.

Гром вторично отвесил поклон, развернулся и возвратился по живому коридору под реверансы дам и церемонные поклоны вельмож обратно к резным дверям, вышел вон из тронного зала.

Теперь он баснословно богат и стал обладателем собственного дома в стольном граде Тарвир. Нужно было срочно осмотреть свою недвижимость. Поэтому, он, как выбрался из дворца, открыл карту, на котором действительно в зоне помеченной "Площадь башмачников" увидел еще новую пометку "Мой дом". Приятно было читать такое на карте города. И он пошел к этой метке по центральной улице города, заодно заприметив, на сколько ярче позеленели имена прохожих вокруг.

Вскоре оказался у большого двухэтажного массивного дома, возведенного гейм-дизайнерами в стиле барокко.

Его дом, весь в каменных вензелях и в барельефах вокруг множества сводчатых окон, резко отличался от соседних более скромных сооружений местных богачей у этой площади, названной так нелепо.

Гром взошел по широким ступеням к вычурной двери, вставил полученный от правителя ключ в скважину медного замка, и он щелкнул. Дверь распахнулась, впуская законного хозяина в прихожую.

Она была просторная богато обшитая темным деревом. Из нее вели равномерно расположенные пять коридоров вглубь дома.

По первому, левому он попал в большой зал, в центре которого громоздился массивный стол, вокруг не менее массивные стулья с высокими спинками. По стенам развешаны чучела голов невиданных зверей мира Аркадии. По углам высятся пара каминов, вокруг нависли тяжелые ковры. Под ними на старинный манер буфеты, шкафы. Ясно было, что это он оказался в зале приемов будущих своих гостей. Но это помещение можно было и столовой считать, наверное.

Гром вернулся назад в прихожую, чтоб пройти по очередному коридору. А он привел к лестнице, ведущей на этаж выше. Поднялся и оказался в такой же объемной комнате, как та гостиная, только на месте стола тут стояла почти такого же габарита кровать под бархатным балдахином. Напротив нее, на радость Грома, возвышалось с пола до потолка зеркало в резной деревянной оправе. Наконец-то он увидел себя со стороны, каким он стал после метаморфозы. С зеркала на него пристально вглядывался воин с мощной статной фигурой, во внушающем уважение облачении.

Налюбовавшись вдоволь нынешним собой, Гром вернулся к осмотру помещения.

Тут все было выдержано в темных тонах, преимущественно, в бордовых. И сам балдахин, и комоды, заставленные статуэтками, и высокие шифоньеры, отделанные под старину, и они были из роскошно вишневого дерева.

Еще обнаружил тут развешанные в шкафах вельможные одеяния, мужские и женские, обуви и разного фасона головные уборы. Теперь и они его собственностью стали.

А еще тут были две двери. Что на левой стене, когда Гром с любопытством заглянул за нее, оказался маленьким балкончиком, выходящим под потолок гостевого зала. К чему такое излишество, так и не понял. Разве что, чтобы, не спускаясь вниз, кого-то оттуда позвать или узнавать подано ли на стол.

Повернул назад, пройти за ту, что на правой стене.

Как ему сразу показалось из-за рядов стеллажей с фолиантами и свитками по стенам, попал в библиотеку. Но тут стоял и большой письменный стол со всеми необходимыми письменными принадлежностями. Выходит, у него тут кабинет еще будет.

Увидел и лежащий на этом столе пузатый кошель, в котором оказались обещанные тысячи золотых, что сразу скинул в свою сумку.

Перед тем как спуститься обратно, продолжить дальнейшее обследование первого этажа, Гром в случайном порядке достал со стеллажей и просмотрел несколько здешних книг, и убедился, что в игре он стал совершенно безграмотным увальнем, несмотря на высокий показатель Интеллекта. Рунная вязь в рукописях ни о чем ему не говорила. Теперь он твердо решил заняться этой проблемой, и неотлагательно. Нужно разобраться: как можно тут научиться читать-писать?

Третий коридор привел к хозяйственной зоне дома. Тут несколько проходных комнат были приспособлены для жарки, варки на больших низких очагах. Тут же громоздились в углу горы поленьев, а на полках горы чанов, сковород и прочих причиндалов кулинарного ремесла. В крайнем помещении обнаружил, дополнительно ко всему, еще и подвальный люк. Как открыл, оттуда повеяло холодом. Только заглянул вовнутрь, чтобы разглядеть что там. И увидел висящие на крюках мясные шматы, и ряд мешков и корзин полных овощей по стенке. На полках заметил батарею бутылей, кувшинов, под ними несколько больших бочек.

Удовлетворив любопытство, повернул назад к оставшимся неисследованным проходам.

Один из них привел в просторную оружейную. Правда, никакого оружия тут не было. Зато стояли множество стоек и манекенов в ожидании.

А другой, последний коридор, привел к нескольким смежным комнатам, в миниатюре повторяющие столовую, спальню и кухню. Гром догадался, что они могут пригодиться, если кого-то он наймет себе прислугой. Ну, чтож, далеко не последней важности затея, учитывая в будущем его многодневные отсутствия. Кто-то же должен тогда следить за порядком в доме.

Удовлетворенный осмотром достопримечательностей своего нового жилья, Гром возвращался уже на второй этаж, как обнаружил за лестничным пролетом, до того незамеченную дверную створку. Отворил, и ахнул. Так, у него еще и собственный маленький садик имеется!

Кирпичные дорожки под ногами вились и разветвлялись среди травки, вся утыканная цветами. А посреди этой идиллии — кругленький ободок фонтанчика, из которого невысоко била с журчанием струйка воды. Всю эту прелесть надежно оберегал от внешнего мира высокий овал забора.

Налюбовавшись и этим новым открытием, повернул назад, прошел в свой новый кабинет, чтобы состоялся почин обживания дома отсюда. Устало опустился на бархатную обшивку широкого кресла.

Наконец-то, после тяжелого боя он может расслабленно отдыхать, с наслаждением прикрыть глаза. Улыбка озарила губы в предвкушении игровой редкости: домашнего уюта.

Так он просидел целых полчаса в расслабухе, пока не вспомнил, что ведь получил еще один уровень!

"Совсем забыл" — встрепенулся Гром, залезая в опции.

Опыт стал внушительным: 64000/68500 и выдал очередную порцию свободных 10 очков. Но новые характеристики пока что не проявлялись.

Гром никак не мог засечь закономерность в их возникновении у него. Такое было впечатление, что связали это дело с броском игральной кости. Хотя, скорее всего, это было не так. По крайней мере, точно не так с возникшей в первый же день игры Смекалкой. Кстати, о ней. Что-то давненько не срабатывает. Гром подумал, может для его уровня ее маловато стало? Ничего излишне не кидал на нее до сих пор, вроде. Может, проверить эту догадку теперь же, подбросив все на нее? Может, тогда заработает? А может разумнее на Живучесть? Сплошные сомнения! Наконец решился скинуть всю десятку на живучесть. Полюбовался характеристиками, что заимел на сегодняшний день:

Живучесть 40,

Сила 15(10),

Ловкость 10,

Выносливость 20,

Акробатика 5,

Атака 15(10),

Скорость 5,

Меткость 10(10),

Урон от оружия (ближний бой) 10,

Урон от оружия (дальний бой) 5,

Защита (физическая)10(10),

Защита (духовная) 20(10),

Восстановление 10

Удача 10,

Интеллект10,

Смекалка 10.

После такого категорического броска планка жизни удлинилась до: 2000+50/2000. Теперь он еще дальше шагнул от городского "камня возрождения".

Такое отрадное событие нужно пойти отметить, решил он, поднимаясь с кресла.

Прошел к шифоньерам в спальне, стал придирчиво перебирать висящее на вешалках шмотье. Отобрал более менее неяркое, нормального покроя, пообрывал с них все фестоны и остальные фитюльки, и в результате приобрел серые батистовые штаны, а на верх — белую рубаху с высоким воротником и нечто вроде черной короткой куртки из шерстяной ткани. Подобрал с нижней полки мягкие кожаные ботинки, а с верхней — похожую на тирольскую, серую шляпу с узкими полями. Ну и, конечно же, все они оказались без единого бонуса, но точь-в-точь ему впору.

Снятые с себя бронированные накидал пока на кровать, кроме сумки, что оставил на себе, и в последний раз окинув себя в зеркале придирчивым взором, спустился по лестницам, пошел к выходу.

День близился к вечеру, когда он входил в Серебреную Лиру. В общем зале пока не так много было народу. Основные когорты посетителей ожидаются спустя где-то пару часиков. А те, что теперь восседали за столами редкой россыпью, это были по большей части проживающие тут, да случайные местные, не нашедшие что у себя дома поесть.

Гром, как вошел, заметил в дальнем углу за тем же столом, что в прошлый раз сидел, того же самого крупного дроу по имени Гуоно. Сидел и потягивал в одиночестве свое вино, как и тогда.

Гром сразу подошел к его столу, приветливо улыбнулся, присел.

— Добрый вечер, путешественник. Позволишь посидеть с тобой?

Гуоно, не поднимая на него глаза, только кивнул и снова потянулся к объемистому кувшину перед собой. А Гром знаками подозвал суетливую Миэль, заказал себе закуску и такой же, как на столе, кувшин вина. Как та отлетела, спросил дроу:

— Так, ты в Тарвир надолго прибыл?

Дроу задумчиво глядя сквозь свою кружку, только второй раз кивнул. Показалось, не рад, что мешают сидеть в одиночестве. От этой догадки Грому стало неуютно. Подумал, что, наверное, будет лучше если пересядет подальше. Какой бы найти благовидный повод? Но искать не пришлось, потому что дроу, вроде, очухался, криво улыбнулся ему и хриплым своим голосом выдал:

— Избранник, ты ли это? Тебя сразу и не узнал в этих нарядах. Для меня честь, что ты меня привечаешь. Я не путешественник. Извини, что солгал в прошлый раз. Я живу в этой таверне, и давно уже.

— Вот как? — Гром, не теряя времени, принялся уплетать доставленный заказ. — Не путешественник, тогда кто?

— Рыцарь ордена Заката, — неохотно признался Гуоно.

Гром чуть не поперхнулся. Но тут же погрузился в сомнение. Выпендриться перед ним решил. Какой же из него рыцарь? Больше смахивает на бомжа.

— А! Ну да. Похож, — равнодушно кивнул он, уже сожалея, что подсел к нему.

Но тут тоскливое до ныне лицо дроу расплылось в широкой улыбке.

— Ты не поверил. Думаешь, лгу? — И он каркающими звуками рассмеялся, прихлопывая по столешнице обеими ладонями. — Думаешь, пьяница, и нагло тут врет?

Гром опешил от точности, как он угадал его мысли. А может потому, что он не первый, кто такой ответ слышит?

— Хорошо, — посерьезнел резко дроу. — Тебе уж, победителю Исчадия, могу раскрыться. Я открою на минутку скрытое постороннему взору. Смотри же.

Первое, что увидел в тот же миг Гром, это рванувшую во все стороны вокруг тела Гуоно завесу темного света, а прямо перед лицом в воздухе мелкими каллиграфически выведенными красными строчками:

Бер Гуоно.

Уровень: 30.

Раса: дроу.

Класс: Рыцарь.

Гильдия: Орден Заката.

Клан: Всевидящие.

Печатей администраторов игры: 4.

Гром только успел прочесть это странное системное сообщение, как слова растаяли в воздухе вместе с призрачной завесой, а Гуоно уже продолжал так же потягивать винцо со скучающим лицом.

Грому понадобились долгие минуты на осмысление неожиданной информации. До него уже дошло, что глубоко ошибся, приняв его за непись. Он игрок!

— Извини, действительно не верил, — примирительно улыбнулся ему Гром.

— И правильно делал.

— Значит ты игрок?

— О! — удивился Гуоно. — А ты думал я непись? Интересно. Мне казалось это очевидным. Я играю уже почти полгода. Как запустили русские Аркадию и у нас, я первым был кандидатом на погружение.

— У вас? Это где?

— В Оулу. Это в Финляндии, если не знаешь.

— Выходит, ты фин? А я русский, Сергей Громов из Санкт Петербурга, — протянул руку через стол.

— Аату Турунен, — пожал протянутую руку дроу. — Рад знакомству.

— Здорово, что в игре нет языковых барьеров. Да здравствует интерактивный переводчик! — Гром весело кивнул на кувшины. — Выпьем за дружбу народов в Аркадии. — Схватил один из них и разлил янтарное вино по полной. Они залпом выпили "за дружбу", и Гуоно поспешил заново их наполнить.

— А я предлагаю выпить за то чудо, что подарила Аркадия некоторым отчаянно нуждающимся в нем, — с грустью прохрипел Гуоно.

Поднял свою кружку и Гром, но несколько озадаченный этим тостом.

Тут Гуоно упрекнул Грома:

— Ты тоже мог бы мне открыть скрытный аккаунт свой. А то я открылся, а о тебе не всё знаю.

Гром виновато развел руками:

— Так я не знаю как это делается. Куда кликнуть нужно.

Гуоно понимающе закивал.

— Ты же недавно вступил. У тебя эта функция наверняка не активна. Ну, хотя бы словами расскажи о себе.

— Да, собственно, особо рассказывать нечего. Только сегодня титул княжеский получил, да дом свой на площади башмачников заимел. Ну, что еще? Восемнадцатый уровень недавно преодолел. Ни в какую гильдию еще не вступал… Ну, вот и всё наверное. А про печати админов ты и сам знаешь.

— Про эти твои достижения я уже наслышан. Только уровень твой точно не знал. Люди тут всякое напридумывали уже про тебя. Умора одна, — с трудом прохрипел Гуоно, прижимая ладонь к горлу.

— Послушай, друг. Как я знаю игровую ситуацию, дефектов в аватарах не допускается в принципе, будь то у нас или у финнов. Поэтому и решил, что ты непись изначально. Почему твой аватар не наделен полноценным голосом?

Гуоно застыл с поднятой ко рту кружкой. Поверх нее тяжелым взглядом поглядели на Грома серые глаза дроу. Наконец, после недолгой паузы он прохрипел:

— Это предел технических возможностей, Гром. В реальности я слепоглухонемой… И это еще не всё. Я там обрубок… недоразумение, одним словом.

Гром выпал в осадок от такого вынужденного откровения рыцаря клана Всевидящих. Какая ирония закралась в название! Даже не знал что теперь нужно ответно сказать. Выразить сочувствие — заденет за живое. Сделать вид, что это ерунда — нелепо. Так и сидел напротив в тихом ступоре пока не нашелся.

— Есть предложение, — заявил он торжественным голосом. — Давай, пока ты в Тарвирии, дальше в группе работать.

Гуоно задумчиво опустил свою кружку на столешницу и недоверчиво сузил глаза.

— Это как?

— Чего как? Вместе будем выполнять твои и мои задания. Разве плохо так?

— И мои задания? Ты не сможешь, Гром. Только не обижайся. Мой орден раздает непростые задания.

— Сложнее чем убивать инфернальных зверей?

— Можно и так сказать. Мое теперешнее задание одно из самых сложных, что я за все это время получал от ордена.

— И в чем же оно заключается, если не секрет? — самоуверенно ехидным голосом поинтересовался Гром.

— Для тебя не секрет. Уничтожить залетевшего в Тарвирию Наездника.

— Того самого Наездника на драконе? — удивился Гром.

— Да. Он, вроде один, как нам сообщили.

— А почему здешний правитель в ваш клан обратился? — удивлялся Гром. — Почему собственными силами не могут уничтожить?

— Спрашиваешь, потому что не знаешь многого о равновесии сил в Аркадии. Дракона может одолеть рыцарь ордена Заката. Остальным практически невозможно. Еще высшие эльфы могут. Но они гораздо слабее нас в этом деле.

— И чем вы таким особенным в ордене владеете, чего нет у остальных?

— Мы способны на время становиться берсеркерами, — с гордостью прохрипел Гуоно. — И этого времени бывает достаточно, чтобы прорубить прочную драконью чешую, добить крылатое чудовище.

Теперь Гром издевательски ухмылялся.

— Понятно. Это действительно хорошее преимущество перед остальными. Но как дракона достанешь "берсеркером" в воздухе?

— Это не проблема, если знаешь, что Наездник вынужден где-то спать по ночам. Да и его дракону тоже отдых требуется. Просто нужно выследить их в том месте и напасть.

— Вот как? Ну, с этим я согласен. Не согласен только с тем, что мне способность берсеркера не под силу. Берсеркером уже оборачиваюсь и сам. Ты же сам говорил, что дар Кратарана проявится у меня с уровнем. Так он проявился уже. И это был "Берсерк".

— О-о! Поздравляю! — искренне обрадовался Гуоно. — Это большая честь получить именно этот параметр от нашего админа. Даже не каждый дроу таким даром может похвастаться. Но это не всё. У дракона магическое пламя из пасти струится. Меня сохранит мой щит. Он не оплавится, потому что покрыт магией защиты от огня. Твой же непременно не выдержит и минутки. Сожжет тебя дракон.

— А у меня и нет никакого щита, — пожал плечами Гром. — Я защищен от магии огня на сто процентов кольцами.

Гуоно уставился на собеседника. Потом тихо просипел:

— Тогда ты способен идти на Наездника. Я согласен войти в твою группу.

Гром торжествующе заулыбался, поспешно разливая вино по новой.

— С почином! — поднял он кружку. — Сотрудничество наше нужно скрепить хорошим вином. — А сам с усмешкой подумал: "кажется, теперь и копирайтеров перехитрил".

Выпили, потом Гром спросил:

— Ладно. Теперь принимай приглашение, — полез в опции, кликнул на окошко "создание группы", вписал "рыцарь Гуоно". Через мгновение пришло подтверждение, и рядом с именем дроу высветился маленький символ. Гром знал, что и у него такой же рядом с его именем возник. — Отлично. Теперь работаем вместе.

— Хорошо. Как нужно будет совместно действовать, свяжемся через групповой чат, — согласился Гуоно. — Теперь про то, что я пока разузнал.

После того, как с твоей помощью закрылся прорыв, Наездник со своим драконом заперты в Тарвирии на долгие годы. Для них это не такой уж большой срок. Но будут дожидаться не сложа руки. Теперь они оба будут коротать время до возвращения домой убийствами тех, кто попадется им под лапы. Это так они питаются страданиями разумных. Обычно дракон поджигает отдаленные деревни, разрывает на части путников на дорогах. Нападает даже на большие группы.

Так вот, проследил я за локациями подобных нападений и определил пока ориентировочное место ночевок Наездника. Это северо-западное нагорье. Там тысячи пещер. В каждом из них могут они хорониться до утра. Проследить там же их возвращения нельзя. Обязательно дракон засечет, как бы ты ни маскировался. А если появиться там после полуночи, — как узнать в какую пещеру нужно войти? Вот та проблема, что не дает мне покоя который уже день.

— Вот оно что… — ушел в думки Гром. После небольшой паузы предположил: — Возможно, мне удастся определить в которой они пещере. — На вопросительный взгляд серых глаз пояснил: — У меня появился недавно особый дар: я различаю флюиды присутствия, как и тот дракон. От меня невозможно скрыться ни за чем.

Гуоно непроизвольно сжал ручку кружки слишком сильно. Она с треском разлетелась, а кружка опрокинулась на стол, залив его красным, как кровь, вином.

— Это правда? — раздался еле различимый его хрип. — Ты овладел потенциалом драконов?! — Потом мотнул головой, словно отгоняет видение и спросил: — Так, кто ты на самом деле, князь?

Гром только пожал широкими плечами и виноватым тоном ответил:

— Не знаю.

Такой ответ здорово рассмешил Гуоно. Он долго каркающее смеялся похлопывая по столешнице. Потом посерьезнел и сказал ему.

— Занятный ты парень, приятель. Ты мне все больше и больше нравишься. Ладно. Раз ты такой крутой, так завтра же вечером вместе отправимся на северо-запад. Согласен?

— Нет проблем.

Стоило ему это произнести, перед внутренним взором прошло сообщение о получении очередного задания:

"Задание. Уничтожить Наездника и его дракона. Награда: пояс "Перо", книга Врат VII. Опыт: 10000. Срок: 7 дней".

— Всё. Тогда до завтра. А я отдыхать пойду. Перепил что-то.

— Постой минутку, — притормозил его Гром. — Есть еще кое-что сказать.

Гуоно с интересом присел обратно.

— Да?

— Есть одна жрица-игрок, моя хорошая знакомая. Я хотел бы и ее привлечь в нашу группу.

— Игрок? Разве у людей есть такой класс?

— Нету, — мотнул головой Гром. — Она — исключение.

— Да ты сплошное ходячее исключение! Уверен, из-за тебя она стала исключением. Я прав?

— Возможно, — скромно ответил Гром. — В любом случае нужно и ее присоединить к нам. Ты не против, надеюсь.

Гуоно ненадолго задумался, потом спросил:

— Какой ее уровень?

— Пока седьмой.

— Выходит, уйдет на переождение с первого пыха дракона, — развел руками Гуоно. — Зачем тогда она нам?

— Я постараюсь, чтобы такое не случилось. Она магесса, и может с дальней дистанции поддерживать нас лечением.

— Это мысль, — согласился Гуоно. — У меня только микстуры. А их может и не хватить.

— Значит, ты не против? Тогда всё. Больше тем обсуждений не имею.

Гуоно поднялся.

— Включай и ее завтра. Ладно. Пошел я.

Гром тоже поднялся пожать протянутую руку и, проводив взглядом бредущего к лестницам нетвердым шагом нового друга, и сам вышел на улицу. Наступала темень. Он тоже решил пойти отдыхать на своей новой просторной кровати.

Площадь была недалеко от этой таверны, поэтому вскоре добрался до своего старомодного дома, открыл дверь и завалился в ярко освещенную множеством фонарей прихожую.

"Спать, спать" — уговаривал он себя, взбираясь по лестнице на второй этаж. Но как оказался в спальне, повернул направо.

В кабинете тоже светили по стенам фонари. При их свете прошел за письменный стол и бухнулся в кресло.

"Что-то я планировал сегодня сделать еще, — пытался вспомнить Гром с затуманенной от выпитого вина головой. — Что же я хотел-то?"

Гром аж сморщил лоб от напряга.

— Ах! Вспомнил, — обрадовался он, полез в висячую на поясе сумку и выудил оттуда ободок, системой называемый ошейником Исчадия. Хотя на псине самой он не заметил тогда никакого ошейника. Да и по размеру шея того на порядок был больше этого ободка, что теперь перед ним на столе лежит.

Гром вновь вгляделся к серебристо-серому ободку:

Ошейник Исчадия.

Тип: легендарный.

Ограничение: обитатель Инферно.

Уровень: нет ограничений.

Прочность: 87/100 (самовосстанавливаемый).

Игнор магических атак 100 %.

Вес: 0,1 кг.

С завистью уставился на характеристику полного игнорирования магических атак. И надо же! Такое легендарное качество, и для обитателей Инферно. Нет, чтобы и люди могли цеплять на себя. Ну, конечно, не как ошейник собачий, а, скажем, на голову, как венец. Вот так: Гром возложил ободок на голову.

В ту же секунду, сначала в глазах потемнело, потом ярко вспыхнули, чуть не обожгли лицо языки пламени. В ушах раздался гул и потрескивание пожарища. А на фоне их высветилось странное системное сообщение:

"Внимание! Вас приняли в Стаю".

— Что?! — подскочил с места полностью протрезвевший Гром. Какую еще стаю? Что за ерунда! Гром свирепо озирался, но уже, ни огней, ни звуков и ни золотистых слов перед глазами уже как не бывало. А он стоит в своем кабинете с ободком на голове, что не собирался протестовать и соскальзывать с нее, как обязан сделать по правилам игры.

"Всё! — решил рассерженный не на шутку Гром. — Хватит с меня на сегодня фокусов".

Он скинул ободок на стол, прошел к кровати. А тут скинул с себя одежду прямо на пол, забрался в постель. Твердо решил отогнать всякие посторонние мысли, зажмурить глаза и уснуть.

Была поздняя ночь.

Глава 10

Наступило раннее утро нового дня.

Первое что увидел, были перламутровые переливы бордового бархата балдахина вокруг него. Это так заставляли выглядеть ткань лучи раннего солнца, заливающие комнату из высокого сводчатого окна его спальни.

— Доброе утро, — потягиваясь, пожелал себе Гром, и лениво поднялся с постели.

Что примечательно, игрок с утрянки сразу оказывался дееспособным, как поднимался на ноги. Ни тебе посещений туалета, ни тебе водных процедур, чистки зубов, ни тебе всей той возни, что является непременной атрибутикой просыпания цивилизованного человека в реале. Не ввели разработчики функции микробов в игру, как и не ввели естественный цикл пищеварения. Много чего не ввели такого, что, безусловно, приблизили бы реальность с игрой до фантастической схожести. Но на это были исключительно технические причины, которые, возможно, будут преодолены в следующих поколениях виртуальных игр.

Несмотря на такой недостаток, игроки старались поддерживать традицию с утра завтракать, вечером ужинать. Правда, с обедами часто пролетали. Ну, почему, понятно. Все светлое время суток носиться по территории, совершать различные подвиги, не до обедов бывает.

Вот и Гром теперь надевал свои уникальные облачения с целью сначала посетить таверну, там позавтракать, лишь потом прыгнуть порталом в Храм. Хотя мог бы еще несколько дней вообще не питаться; выносливость вполне позволяла такое. Однако традиция требует жертв. Потерей времени, разумеется.

Нацепил последним свою сумку и побрел в кабинет. Прошел к письменному столу и встал в нерешительности, поглядывая на поблескивающий нехорошо ободок.

Быть в какой-то там Стае его совсем не прельщало. Но, с другой стороны, иметь качество, даруемое при этом ободком, было невероятно соблазнительно. В конце концов, это игра, решил он, подумав немного. Буду там в Стае или Стаде, черт с ним. Всегда можно скинуть его с головы… наверное.

Гром нерешительно протянул руку, подобрал со стола его и водрузил на голову.

Только ухнул, когда вновь на мгновения в глазах потемнело, вспыхнули языки пламени, в ушах раздался гул пожарища.

Гром только мотнул головой, приходя в себя, решил нечасто надевать-снимать его. А еще подумал, что придется всегда носить при людях головной убор: шляпу, капюшон, чтобы не бросался в глаза прохожим его странный венец. Приняв все эти решения, направился к лестницам, ведущим в прихожую. Настала пора завтрака.

Как обычно спозаранку Тарвир был немноголюден. В основном трудяги мимо проходили, спеша по делам. Если среди них были и игроки, так они могли сейчас только к воротам направляться.

Гром достиг "Серебреную Лиру", завалился в полный общий зал. Выходит, традиций придерживаются в большинстве, усмехнулся он и подошел к стойке, где, аки пчелка, трудилась Кармина. Пробился к ней через толкучку тут и поприветствовал симпатичную хозяйку:

— С добрым утром, уважаемая.

— И тебе, князь, — зарделась женщина, не переставая обслуживать посетителей.

— Как быстро у вас узнают последние новости, — хмыкнул Гром. — Ты мне дай пару бутербродов и пиво. Пойду в своей комнате завтракать.

Пока она спешно их готовила, Гром добавил:

— Я оттуда прямо уйду порталом. Не удивляйся, что не вышел сюда.

— Ты и так уже умеешь? — восхитилась Кармина, протягивая ему два бутерброда и кружку пива.

— И не только, — игриво ответил Гром. — Ты же уже знаешь.

Под смех хозяйки пошел к лесенкам в углу зала. Зашел к себе, чтобы спокойно в тиши плотно позавтракать, запивая пенистым пивком. Как завершил, полез в опции, выудил значок портала и совершил мысленный клик на него. Не нужно было перед этим так плотно есть. Его чуть не замутило от круговерти перед глазами. Но все обошлось, потому что продлилась на мгновения. А он уже возле звездного камня, и три нити флюид уже потянулись в его сторону.

Неподалеку оба храмовника. Мартины не видно. Неужели в одиночку ушла опыт набирать?

Храмовники уже обнаружили его появление, и пошли навстречу. Гром тоже уже пришел в себя после мути и сам тоже приблизился к ним.

Они добродушно поздоровались, а Гром поинтересовался местоположением новой жрицы.

— Недавно отправилась на территорию мобов бить, — пояснил Фабио. — Если поторопишься, догонишь.

— Эх. Я собирался у вас магическим рунам обучаться. Теперь придется отложить.

— Не придется, — улыбнулся ему Арист. — У нас, у храмовников постоянный контакт меж собой. Сейчас позову ее обратно.

Гром обрадовался такому обороту дел.

— Это очень хорошо. Я бы не хотел терять время.

Арист погрузился в себя на минутку, потом сказал:

— Она возвращается назад. Давай начнем твое обучение прямо сейчас. Встань вот тут, склони голову и ни о чем не думай, не отвлекайся. Ты почувствуешь прилив знаний, как тепло, накатывающее на твое тело. Не удивляйся.

Гром послушно встал, куда указывала рука Ариста, прикрыл веки и низко склонил голову.

Спустя пару минут Грому показалось, что его аватарное тело тоже погружается в ту самую "ванну невесомости", что в реале осталась. Только воду перегревает больше чем надо для полного комфорта. В игре такие ощущения были ему в новинку.

Сколько времени он так стоит, совершенно был без понятия. Может час, а может десять. Что было примечательно, не тратились ни силы, ни выносливости на такую постоянную позу. Словно парит в безвоздушном пространстве в абсолютной пустоте. Вокруг ничего, только шепот неразборчивый в ушах. И очень не хочется поднять веки. Слишком хорошо ему теперь под приливом небывалых магических знаний храмовников.

Это были небывалые минуты его жизни. Когда вдруг кажется, точно знает что текут вокруг него прозрачные струи, словно родниковые воды из под камней, эфирные потоки. Он их может собирать в лужицы вокруг себя, накапливать немного, волей подбирать как на ладонь и кидать довольно далеко вперед. И эти лужи добры только по отношению к нему да к его друзьям. Но не к врагам. Их она ненавидит. Готова поглотить, растерзать, изничтожить. Лишь бы добраться до твоих врагов.

В этих потоках постоянно плещется добро и зло в равных пропорциях. Не эти ли воды насыщали почву у корней древа в Эдеме? А теперь потекли в игровом мире с подходящим названием "Аркадия".

Из безвременья выпал Гром, когда Арист похлопал его по плечу, одобрительно промолвил:

— Не ожидал, что легко выдержишь загрузку сразу трех рун.

Гром не понял, почему не ожидал. Сейчас ему было не до таких нюансов. Голова распухла, как когда-то распухала перед экзаменами под натиском массива информации, забитыми в память ночными штудированиями учебников. Жутко хотелось прилечь на что-нибудь мягкое, закрыть глаза. Но не на звездный же алтарь ложиться. А другого ничего тут и нету. Поэтому только устало склонил голову, побрел к выходу. Захотелось умыть лицо под прохладным фонтаном. Тут и была теперь Мартина, сидевшая на буртике этого самого фонтана в ожидании завершения мистического обучения напарника.

Гром мутными глазами глянул на нее, кивнул только, и попер к воде умываться. Усердно ополаскивал лицо, пока несколько очухался. Отдуваясь, присел сам тоже на буртик возле девушки.

— Ну, как ты себя теперь чувствуешь? — озабоченно глядя на него, спросила Мартина.

Гром только тяжело вздохнул:

— По сравнению с Бубликовым, нормально.

Заливистый смех Мартины благотворно подействовал на Грома; почувствовал себя лучше, тоже засмеялся за компанию. Перекинулись еще несколькими шуточками, потом Гром заявил:

— Мартини, ты сегодня со мной и с одним дроу будешь в группе воевать с недругами. Готовься.

— Мартина! — смешно возмутилась она. — Не называй меня спиртным напитком.

Гром погладил ее по головке:

— Ты тоже пьянишь меня, как мартини.

Девушка сначала остолбенела от услышанной неожиданной фразы, потом совсем другими глазами поглядела на Грома.

— Ты… это серьезно? — промямлила она.

— Конечно, — хотел очень серьезно ответить Гром, но все равно вышла интонация шутки.

— Так не шути больше, — рассердилась Мартина. — Не люблю такие остроты.

— Да я серьезно! Нравишься ты мне. — На этот раз и с интонацией получилось нормально.

Взгляд девушки стал задумчивым и странным, как, впрочем, у всех молодых девушек, кому делают подобные признания, даже в виртуальности.

— Говорил что-то про сегодняшних недругов, — опустила голову Мартина. — Давай лучше про это поговорим.

— Вступай в группу. Кидаю приглашение.

Мартина кликнула согласие, и перед ее именем тоже возник символ группы.

— Все же. Куда меня тащишь?

— Будем убивать одного из самых опасных существ Аркадии. Дракона.

— Ой! — подскочила с места Мартина. — Я пас. Магии защиты от огня у меня еще нет. Я же только-только учусь… — жалобно говорила она.

— Не боись. Вот, держи. — Гром снял с пальцев оба редких кольца защиты от огня и протянул ей.

Мартина, как прочла для чего они нужны, обомлела.

— Они твоей защитой должны были быть. Что же мне отдаешь?

— Я тоже буду защищен. У меня кое-что помощнее этих колец. Так что, они теперь твои навеки. Носи на здоровье.

Мартина нацепила их, теперь растопырила перед собой пальчики, придирчиво оценивая их привлекательность. Гром только с ухмылкой покачал головой. О чем нашла беспокоиться! Но, по-видимому, блеск золотых колец вполне устроил ее. Она повернулась к Грому с благодарной улыбкой.

— Спасибо. Очень красивые.

— О боги Аркадии! — закатились глаза у Грома. — Благодарю вас, что красивыми оказались колечки.

— Не ерничай, — топнула ножкой Мартина. — Защита, само собой, замечательное. Но на женщинах, как выглядят украшения, не менее важно.

— Ну, кто бы сомневался. Ладно. Ты пока любуйся колечками, а я гляну, чему научили меня храмовники. — Полез в опции.

Рядом с ярлычком "способности" активным стал и ярлык "магия". Гром нетерпеливо кликнул на него, открылось окно, в котором оказались разных цветов три ромбика. На каждом ромбике свой загадочный иероглиф, а рядышком его описание. Этот список был такой:

Сияние: сопровождает свет. Затраты: 10 ед. магии в 10 сек.

Исцеление: восстанавливает у цели 200 ед. жизни. Затраты: 20 ед. магии.

Водолаз: позволяет оставаться под водой 25 мин. Затраты: 25 ед. магии.

А в самом низу окна, рядом с кликом "закрыть" был еще один: "выставить". Не зная что он делает, Гром кликнул на него. Окно закрылось, а в верхнем ряду внутреннего обзора обозначились маленькие полупрозрачные три ромбика трех цветов этих рун. Гром с любопытством кликнул на самый первый желтый, что помнил как цвет руны "сияние", и итак светлое время суток ярко озарилось бледным светом. Он поднял голову — над головой в метре от него полыхал неоновым светом магический шарик, величиной в двухсот ваттную лампочку.

— Ого! — восхитилась Мартина. — Полезная руна. У меня пока нет такой.

— Да? А какие у тебя?

— У меня только лечилка, "огненный шар", "удар молнии", а вчера выучила еще из второго круга "камнепад".

— Что же так мало рун изучила, магесса?

— Больше одной в день запрещено. Может повредить. Тебе тоже придется по одной в день учить. Сегодня вот свет. А завтра другое что-то…

— Так я уже три руны освоил. И "исцеление" как у тебя, и "водолаз" еще.

Мартина восхищенно цокнула языком.

— Ты у нас особенный. Мне так нельзя.

— Да, ладно тебе, — встал Гром с буртика. — Пойдем к храмовникам. Мне надо у них кое- что разузнать.

Они пошли в зал, где оба храмовника суетились вокруг алтаря. Когда Гром подошел к ним, они остановились, повернулись к нему.

— А скажите, уважаемые: когда мне приходить дальше обучаться?

Арист покачал головой:

— Каждый покровительствующий бог дарит тебе только одну руну. Ты получил свои.

— Вот оно что!

— Да. И можешь изучить еще руну, когда получишь благословение у другого бога.

— Теперь я понял. Спасибо, что пояснили. Но есть у меня к вам еще один вопрос. Мне очень нужно научиться читать и, желательно, писать тоже. Где мне этому можно учиться?

— Это уже не к нам, — развел руками храмовник. — Для этого тебе нужно встретиться с Гуру, что живет в краю троллей, в Моргонии. Только он способен дать тебе то, что тебе необходимо.

— Значит, Гуру нужен, говорите? Ладно. Запомню. — Потом обратился к Мартине: — Ты готова отправляться?

Та утвердительно кивнула. Да, собственно, она всегда готовая. Всегда одета в одни и те же трофейные кожанки, всегда с трофейным кинжалом на боку, а теперь еще и при трех кольцах. Больше у нее ничего не было, не считая нубовский заплечный мешок, в котором лежали ее монеты, да пара фиал с зельем "восстановление магии на 30 %.". Поэтому, Гром недолго думая, обратился к Фабио.

— Так ты продаешь что-нибудь или только даришь?

— Продаю, конечно, тоже, — оживился храмовник. — Хочешь что-то купить?

— Ну, ты покажи сначала что есть.

— Пошли за мной, посмотришь.

Фабио повел их в сторону входа в жилой сектор Храма, провел по коридору в отсек, к двери, которую сам назвал храмовым складом. Отворил ее и они оказались средь множества полок по стенам небольшого квадратного помещения. Тут было много чего, что глаза разбегались.

— Какого типа вещи тебя интересуют? — спросил Фабио Грома.

— Для Мартины. Сначала, одеяния жриц. Что есть?

Фабио с понимающей улыбкой скосил взгляд на Мартину, кивнул, полез в один из сундуков, стоящих в ряд у дальней стены, притащил черные атласные шаровары, вычурного фасона рубашку с широким отворотом и такой же черный плащ, обшитый по канту вязью иероглифов серебреными нитками. Все три вещи слегка фонили бледным сиянием.

— Этот комплект храмовника самое лучшее, что есть у нас, но учти, и самое дорогое, — сказал Фабио, протягивая их Грому.

Он принял комплект из его рук и сразу прочел их характеристики. Все три предмета были обозначены редкими, и все три поднимали у обладателя по двести Магию и по двадцать — Восстановление. Требованием было: "служитель Храма", а про уровень — вообще ни слова.

— Сколько?

— Пятнадцать золотых, — виноватым голосом ответил ему Фабио.

Торговаться тут не было смысла. Он не стал бы на нем зарабатывать. Видать, это реальная цена товара.

— Беру, — тут же согласился Гром, передавая одежды Мартине. — Иди, переоденься и приходи. — потом обернулся к Фабио. — Найди еще достойные сапожки.

Фабио нырнул в сундук с другого конца стены, вернулся с сапожками. Гром прочел, что и они редкие, те же требования, да прибавляют двадцать на Скорость.

— И их беру. Сколько?

— Три золотых.

Гром отсчитал еще три золотых монет.

— Может и на голову что-нибудь достойное найдешь?

— Есть достойная вещичка, но она оччень дорогая.

— Тащи, — весело взмахнул рукой Гром. — Не обеднею.

Фабио снова понырял по сундукам и принес белоснежный островерхий капюшон необычной отделки и отороченный разноцветными полудрагоценными каменьями.

— Вот! — гордо протянул вещичку Грому.

Он забрал и прочел:

Головной убор "Храм".

Тип: артефакт.

Ограничение: служитель Храма.

Уровень: нет ограничений.

Прочность: 50/50.

+20 к броне.

Урон магией: +50.

Вес: 0,1.

— Действительно достойная вещь. И сколько стоит?

— Даже язык не поворачивается… целых пятьдесят!

Гром, ни на секунду не задумываясь, отсчитал Фабио названную сумму. Как раз этот процесс увидела и Мартина, что уже переодевшись в обновки заходила на склад. Она сразу же ужаснулась тратам Грома.

— Ой, как все дорого! Что это ты еще купил?

Гром с улыбкой протянул ей сапожки и капюшон.

— Зацени свои новые шмотки.

У девушки закатились глаза, когда поняла какие именно чудесные вещи у нее будут. Она бы сразу кинулась его расцеловать, но после его признания у фонтана, не посмела. Только и смогла тихо выговорить:

— Спасибо, Гром.

— Это еще не всё, — снова повернулся к Фабио. — Скажи, дружище. Чем ей лучше всего воевать? Ну, в смысле, какое оружие больше ей подойдет для магических атак?

Фабио задумчиво постучал пальцем по лбу, потом предложил жезл.

— Есть жезл, что бьет врага огнем и холодом одновременно, почти как твои клинки. Но только заряды имеет ограниченные. Всего тридцать. Потом требуется суточная перезарядка.

— Показывай.

Фабио теперь с энтузиазмом побежал за заказом. Вернулся с полуметровой разукрашенной палкой с хрустальным изголовьем. Оно, видимо, и было заряженное на тридцать выстрелов само оружие. Потому и полыхало на конце палки грозными всполохами.

Гром кивнул в сторону Мартины.

— Дай ей. Сколько?

— Пять.

Гром и эти монеты отсчитал ему.

— Так. Остались не купленными микстуры, — потирая ладони, проговорил он. — Дай ей пять фиал полного восстановления жизни и пять полного восстановления магии.

Фабио этот заказ выполнил не сходя с места. Они лежали тут же на полке.

— Два золотых.

— Хорошо, — полез Гром в сумку за монетами, заодно спросил: — Может типа такого у тебя и сумка есть?

Фабио внимательно оглядел его сумку, кивнул, и выудил из ближайщего сундука почти копию громовского, только с тонким пояском, протянул Мартине.

— С тебя еще одна золотая.

Расплатившись и за сумку, Гром поблагодарил Фабио, и они с Мартиной направились назад.

Теперь ее было не узнать. Теперь она выглядела внушительной жрицей. По крайней мере Арист, когда увидел ее в новых одеяниях, так и сказал:

— Мартина, ты так внушительно выглядишь, что, боюсь, ни одного моба не найдешь в округе, чтобы опыта набираться.

На что девушка счастливо рассмеялась, а Гром еще больше порадовался ее счастью.

Было уже заполдень, когда они, наконец, вдвоем тронулись в путь, к северо-западной части карты местности. Как выбрались из ущелья, Гром влез в чат группы, послал Гуоно эсемеску: "Мы идем в сторону нагорья. Тоже выходи". Голосовая связь с его хриплым голосом была бы проблематичной. Дальше двинулись меж валунов в нужном направлении.

Солнце перевалило зенит, когда их путь по усеянной валунами земле уже завершался, как Гром учуял неладное. Встал, как вкопанный, уставившись за последний гигантский валун на этой территории. Ему показалось оттуда исходят неясные флюиды скрытности.

Мартина встревожено смотрела то на него, то в том направлении, куда он уставился, пока ничего не понимая, что произошло. А Гром не спешил объяснять. Не выдержав долгую паузу, тихо спросила:

— Что там такое?

Гром только пожал плечами, продолжая изучать дальний камень. Потом тронулся дальше, выхватывая клинки. Мартина поняла, что ожидается какой-то бой, и в свою очередь вызвала, набухающий в раскрытой ладони, огненный шар весь в переливах цветов радуги.

По отработанной тактике пошли дугой в обход засады. С их приближением Гром все больше озадачивался. Вроде скрытный противник, но флюид агрессии, как от тех големов, еще не видит. Возможно, этот моб обладает большей скрытностью, поэтому. Но, возможно, что у того другой враг, а не они его цель. В любом варианте этот точно был агрессором. Это ясно по фиолетовым оттенкам тех нитей, извивающиеся из-за глыбы, видимых только Грому.

Тихо ступая, чтобы хруст грунта под сапогами их не выдал, они обошли тот валун по большой дуге и издали увидели скрывающегося за ним.

У основания камня сидел человек в исподнем на босу ногу, не шевелясь, поджав ноги и низко опустив к коленам голову. Первое впечатление было, что он так спит в неудобной для сна позе. Над головой сияет, пока неразборчивое на таком расстоянии, имя фиолетово-красным.

Гром понимающе ухмыльнулся, кидая клинки в ножны.

— Отверженный, — пояснил Мартине ситуацию. — Убирай назад свой шарик.

Мартина послушно погасила готовую к бою магию и неуверенно произнесла:

— С такими лучше не контактировать. Нам это надо? Пойдем своей дорогой дальше.

— Нет, — покачал головой Гром. — Подойдем.

Он, уже не таясь, зашагал к скорченному у валуна человеку. А тот и не думал изменять позу. Даже не шелохнулся, когда они приблизились достаточно близко, чтобы понять: перед ними не человек, а эльф, и зовут его Амитола.

— Эй, убийца ближнего, ты спишь? — позвал его Гром.

Эльф неохотно поднял голову. Тоскливый взгляд уставился на непрошеных гостей. Тут же Гром почувствовал в себе странные изменения в худшую сторону. Словно высосали из него соки. По виду Мартины легко можно было догадаться, что и с ней подобное происходит.

— Чего вам надо? Убивать хотите? Я не против. Валяйте.

Гром растерялся от такого заявления отверженного эльфа. Успокаивая, сказал:

— С чего такое взял? Почему нам убивать тебя? Хотели просто познакомиться с тобой. Ты что, против?

— Ну да! — издевательски скривил тонкие губы эльф. — Так и поверю, что познакомиться пришли, чтобы скосить лишнее в характеристиках.

— Тут ты прав, — садясь рядом с ним, вздохнул Гром. — С тобой чувствуешь себя не очень-то хорошо. Ну, так это временно. Отойдем, и все будет как прежде.

В это же время Грому поступил сигнал о получении эсемески. Влез в чат и прочел тревожный текст от Гуоно. "Что вы там творите? Все мои характеристики уменьшились наполовину!". Пришлось ему ответ писать: "Потерпи. Продолжай двигаться по маршруту". Дальше заговорил с эльфом:

— Что с тобой произошло?

Эльф только застонал, мотая головой. На его тонких чертах лица бушевали одновременно нескрываемые эмоции ненависти, отчаяния, грусти.

— Что произошло! Подставили меня как последнего олуха. Вот что произошло.

Мартина прошла и села с другого бока у камня. В ее глазах теперь не было неприязни к отверженному. Сострадание взяло вверх.

— Расскажи, а, — дружески улыбаясь, попросила она.

Возможно, эльф и не стал бы с Громом откровенничать, но просьбу девушки не смог проигнорировать.

— Не понимаю, почему вам это интересно… Ну ладно. Скажу вам какие подлые твари водятся в вашем Тарвире.

— Мы тебя внимательно слушаем, — подсел ближе Гром.

— Еще три дня назад радовался, что посчастливилось получить печать админа людей. Ради этого ходил на запредельно сложное для моего уровня задание. Радовался, что увижу своими глазами край людей. Впервые вчера прибыл из Индекайа, и сразу поспешил в город, хотел поскорее завести друзей среди вас.

Остановился в нижнем районе, в таверне "Смешной хряк". И в тот же вечер в общем зале нашел своих первых и последних таких "друзей". Их было трое в группе. Подсели за мой стол, разговорились. Я рассказывал им о жизни в моем краю, а они про местную жизнь. О том, как они в группе дружно набирают опыт. Ели-пили, так общались.

Все было хорошо, но потом один из них поинтересовался, как метко умею стрелять из своего лука. Ну, я им объяснил, что мой лук бьет без промаха даже в руках эльфа первого уровня, потому что на нем особые бафы навешаны. Артефактное оружие. Стали сомневаться. Тут один поспорил, что промажу по медяку с тридцати шагов, и поставил золотой против серебреной монеты. Не знаю почему, согласился пойти на спор… В общем, поспорили и пошли.

Амитола тяжело вздохнул, испытующе поглядел на серьезные лица слушателей его несчастья, и продолжил:

Короче, оказались за городом, поставили в щель городской стены медяк, отсчитали тридцать шагов. Ну, я и встал на позицию.

Мне бы сразу почуять неладное, когда двое остались близко к монете, а третий встал за моей спиной. Но, не знаю. Не особенно соображал тогда после выпитого кувшина вина.

Прицелился тщательно, выстрелил. И тут один из стоящих у стены, толкнул второго под выпущенную стрелу. А мои стрелы имели дополнительные большие уроны. Конечно, убил я того на месте. И тут же получил сзади мечом по голове.

Переродился вот в этом, — Амитола, дернул свою рубаху на груди. — Понял, что все пропало. Придется покидать Аркадию навсегда без второго шанса. Пробрался сюда кликнуть на выход, но духа не хватает. Очень хочется дальше играть.

— Ну, ну. Почему нет второго шанса? Заново зарегистрируешься, — попытался успокоить, чересчур загоревавшего эльфа, Гром.

— Нет, — покачал головой тот. — Отец кредит из банка брал. На второй раз не будет денег.

— Понятно, — кивнул сочувствующе Гром. Потом спросил: — А ты хотя бы запомнил тех имена?

Амитола кивнул:

— Навсегда. Позади меня стоящего имя был Седой. У стены были Гвоздь и Крутой. Гвоздя толкнул под стрелу Крутой.

Гром быстро глянул на Мартину. Ее глаза сначала широко расширились, потом стали узенькими щелочками.

— Выходит, Гвоздь тоже к ним примкнул, — процедил сквозь зубы Гром. — А я думал он видавший виды умный мужик.

— Вы их знаете уже? — встрепенулся эльф.

— Очень даже хорошо… Ну, ладно. В общем ситуация прояснилась. — Гром встал, разминая затекшие ноги. Оказывается, в игре тоже затекают, удивительное сделал открытие Гром. — Будем выкручиваться вместе.

— Это как? — со скрытой надеждой в голосе уставился снизу вверх на него эльф.

— Пока думаю, — подмигнул ему Гром.

Мартина тоже встала, подошла к нему. И что очень понравилось сейчас Грому, в ее глазах тоже прочитал надежду. Такое сочувствие дорогого стоит хочешь в реале, хочешь в игре. И он высоко оценил теперь это качество в своей напарнице.

Во второй раз пришел сигнал эсемески. Гром прочитал: "Подхожу уже". Глянул на карту местности. На ней отражаются члены своей группы ярко желтыми значками. Действительно к их значкам приближался на всех парах третий.

— А вот и Гуоно, — показал вдаль Гром.

Эльф тоже встал, чтобы посмотреть.

Но, когда идущий стал лучше различим, Гром усомнился, что видит именно своего напарника. Скорым шагом к ним приближался, как танк, в тяжелых черненых латах грозный рыцарь с большим щитом за плечами и длинным мечом на поясе. Привык видеть его в задрыпаном плаще, вот и результат.

Рыцарь настиг их слишком уж быстро для тяжеловооруженного, стал к ним вплотную и вперил глаза на эльфа. Потом повернулся к Грому, спросил:

— Что здесь происходит, черт побери? Кто этот убийца?

— Спокойно. — Гром положил длань ему на сталью покрытое плечо. — Сначала познакомься. Перед тобой дама. Ее зовут жрица Мартина.

Гуоно галантно поклонился ей

— Рад знакомству.

— А это наш новый друг, — указал на эльфа, сильно озадачив этим Гуоно. — Эльф Амитола, прибыл из Индекайа сюда и влип в историю, результат которой ты видишь. А теперь присядь вон на тот камень, и я перескажу тебе о ней подробнее.

Гуоно недоверчиво косясь на эльфа, тем не менее, не отказался от предложения друга, прошагал до выступающего из земли скального осколка и опустился на него.

Гром подошел к нему, стал напротив и начал рассказ свой с момента, когда услышал крики Мартины на этой же локации. По мере его рассказа о случившемся тогда с ней, латная перчатка на правой руке судорожно сжимала и разжимала массивный эфес рыцарского меча.

Теперь Гром перескочил на историю, приключившуюся с незадачливым эльфом. Гуоно уже рассматривал произошедшее совсем иначе. В его голове уже нарисовалась системность в преступных деяниях этой шайки. Ему тоже уже было ясно, что на этом они не остановятся. Будут искать новых жертв, если уже не нашли.

— Значит, позарились на эльфийские одежды и оружие, — сверкнули серые зрачки дроу. — И им наплевать что будет с эльфом потом. — Испытующе посмотрел на Грома. — Что предлагаешь ты?

Гром задумчиво почесал затылок и в свою очередь спросил:

— Как думаешь, сможем одолеть Наездника совсем без удачи и с половинами характеристик?

Дроу с сомнением ответил:

— Нам бы с полными одолеть…

— Для парнишки спасением может оказаться, если в группе с нами совершит этот подвиг.

— Ну да, — кивнул Гуоно. — Это и так понятно. Но идти на такое могут только безумцы.

— То есть, мы, — засмеялся Гром.

Тут Гуоно долгим взглядом поглядел на Грома, ничего не отвечая, только улыбнулся. И Гром понял, что он согласен. Благодарно кивнул ему, пошел, о чем-то беседующим у валуна, к Мартине и Амитоле. Как подошел оба с одинаковым выражением лица обернулись к нему в ожидании приговора высшего арбитража.

— Принимай приглашение в группу, — небрежно бросил Гром, следом влезая для этого в опции.

— Ура! — вырвалось у Мартины, и не сдержалась на сей раз, кинулась целовать Грома.

Этот порыв окончательно сбил Грома, пришлось по второму разу открывать опции. А сияющий эльф стоял с покрасневшими глазами и никак не врубался, почему они так делают. Вот их групповой символ украсил и его имя.

Теперь Гром знал твердо, что удача у группы практически на нуле. Что придется ой как выкручиваться, чтобы выполнить задание, если это вообще теперь возможно.

Сзади подошел Гуоно. Озабоченно оглядел эльфа и сказал:

— Ты не вздумай за нами лазить в пещеры. Останешься у входа ждать нас. Понял?

Как Амитола быстро утвердительно покивал, поглядел на заходящее солнце, тяжко вздохнул и предложил устроить пока тут привал.

— В нагорье идти еще рано. Агро дракона велико. Засечет.

Глава 11

Полная луна заливала призрачным бледным сиянием причудливо торчащие кругом в каменном столпотворении скальные столбы, мимо которых пробирались гуськом четверо игроков Аркадии. Света луны не хватило бы не расшибить ногу, не провалиться в предательскую расщелину. Выручало сияние над головой впереди идущего, что ярко освещало группе дорогу.

Неспешно пробиралась в той зоне нагорья, где начиналась испещренная кавернами гряда низких скальных массивов, что тянулись далеко-далеко, до чернеющих вдали горных вершин до самого, казалось, неба.

В полной ночной тишине раздавались только шелест из под сапог скатывающихся камешков, хруст затвердевшей земли. Только один из них шел босиком совершенно бесшумно.

Шли они молча, сосредоточенно. Особенно впереди идущий Гром. Он был уверен, что мрак ему не помеха засечь еще издали сторожевые флюиды дракона.

Теперь, когда они пробираются мимо множества, мрачно чернеющих на пути, пещерных зевов, возникла угроза нападения на них хищных ночных мобов, которым эти пещеры могли служить надежным укрытием. Это было бы неприятной помехой миссии, учитывая нынешнюю уязвимость безоружного, незащищенного никакой броней, эльфа в их группе. Поэтому, Грому необходимо было следить и за этим, и корректировать маршрут в обход тех пещер, откуда исходят еще флюиды засады. Конечно же, их с драконовыми сторожевыми он никак не мог спутать.

Так они зигзагами обходили причудливые природные изваяния и шли все дальше. Понятно, роль природы брали на себя гейм-дизайнеры, как и роль богов — администраторы. Но это не меняло дело никак. Игра жила своей необыкновенно самостоятельной, исключительной жизнью.

Было уже далеко за полночь, когда Гром остановил отряд. Его группа при свете магического сияния увидела его напряженное лицо, когда он обернулся к ним.

— Я вижу пещеру, где схоронились Наездник с драконом. Дальше следуйте строго за мной. Без малейшего звука. Ну, пошли. — И он загасил сияние, повел их дальше при свете луны.

На фоне звездного неба вырисовывались впереди нагорные возвышенности с уймой пещер в них. Но одна была совсем большая прямо впереди по их нынешнему маршруту движения. Гром различал извивающиеся нити из той пещеры, достигающие пятнадцати, двадцати метров за пределы зева. Такой мощной сторожевой силой мог обладать только дракон.

Он группу остановил, когда до кончиков этих беснующихся нитей оставалось меньше метра расстояния.

Гром был готов. Справятся ли они в ослабленной группе с чудовищем и с его погонщиком, зависело теперь от шести админов Аркадии.

— Стоит нам сделать еще шаг, — прошептал Гром, — как дракон узнает, что мы пришли. И обязательно атакует. — Оглядел их еле различимые во мраке решительные лица и спланировал тактику. — Я и Гуоно впереди. Мартина в десяти шагах от нас. Только лечишь. Если нет нужды в этом, тогда пали из жезла по Наезднику. Дракону они вряд ли вред нанесут. Эльф остается вне пещеры. В общих чертах так. Есть вопросы? — Остальные молча продолжали смотреть на него. — Значит, так и будем действовать. И главное. Ни в коем случае нельзя давать дракону шанс выбраться из пещеры. Теперь приготовились. — Громко закричал: — Пошли! — и ринулся в пещеру, на ходу активизируя "сияние".

Бок о бок с Гуоно вбежали в дико вонючую пещеру, ярко осветив ее до самого основания. Им навстречу из той глубины неслась сейчас черная громада, одна пасть которой была больше любого из них. А над ней алым светом сияло: "Инфернальный дракон 10000/10000".

Гуоно вовремя поставил перед собой щит, потому что в их сторону из той необъятной пасти понеслось настоящее огненное цунами. С характерным гулом вращающиеся огненные струи грохнулись по ним, растеклись по магическому щиту, а Грома просто обошли, словно наткнулись на преграду. Понеслись дальше, объяли Мартину, не причинив ей вреда. И вырвались из пещеры, как из гигантского сопла.

Тут Гром и Гуоно одновременно врубили берсеркера, физически замечая, как растет ненависть к недругу. Из горла у обоих вырывается дикий рык, и они одновременно бросаются к дракону, каждый к одному его пузатому боку. С двух сторон одновременно получает проникающий удар. Крошится чешуя в местах соприкосновения металла с телом монстра. Гром проводит стремительные комбо, но многие удары оказываются пустыми взмахами. Так сказывается полное отсутствие удачи. Он подозревает, что и Гуоно тоже в таком же бедовом положении. Но что поделать, если виновник этого сейчас прячется вне пещеры.

Тем временем Мартина энергично разряжает жезл в уродину за драконом. В создание с маленькими рожками и на кривых растопыренных ногах. Стоит с большим серпом в руках. Туловище дракона занимает сейчас узкое пространство прохода и не позволяет ему вступиться за своего питомца. Так и подпрыгивает за бешено трепыхающимся хвостом, порой получая от его огромного щипа угощения. Хотя и тут отсутствует удача, но половина зарядов жезла тоже достигают цели.

Тем временем, драконья пасть сомкнулась на плече Гуоно. Гром видит, как утекает того жизнь и истерично орет: лечи же!

Увлеченная стрельбищем Мартина забыла основную свою функцию. Но теперь, как услышала вопль, переключилась на лечение дроу. Гром тоже кинул от себя один раз "исцеление" на него. Жизнь почти восстановилась у Гуоно. Надолго ли?

Гром яростно крутанулся, высоко подпрыгнул, всадил оба клинка в тело дракона по самую гарду, повис на них, как на турнике, и своей тяжестью прорезал бок на всю длину прыжка. На него обильно хлынула драконья кровь, попала на его искаженные злобой лицо. С одновременным оглушающим ревом чудовища, он рефлекторно облизнул кровь с засохших губ.

Тут же перед ослепленным яростью взором понеслись золотые строчки. Не до чтения было, но Гром невольно прочитал:

"Внимание. Ваша кровь отныне имеет группу крови драконов".

"Что за чушь" — пронеслось в сознании, когда в следующее мгновение жуткие челюсти впились уже в его плечо.

Гром аж зажмурился, предчувствуя ужасную боль, а может и перерождение далеко отсюда. Но челюсти тут же разжались.

Гром теперь мог под присягой поклясться, что увидел великое изумление в глазищах монстра и полный ступор.

Но длилось это секунду. Дракон просто полностью переключился на бой с Гуоно, игнорируя повреждения от клинков Грома. Бедняге Гуоно теперь доставались подряд все атаки дракона. Мартина, как автомат отправляла на него одно лечение за другим, уже наполовину истощив немалый свой запас маны. Но были еще пять полных восстановителей ее.

Дракон оказался смышленее, чем Гром предполагал. Сообразил роль жрицы в неистребимости противника. Рванулся вперед, сметая все на своем пути, навис над Мартиной. Она только успела с отчаянным криком выставить перед собой кинжал "Мучитель", как махина горой туловища упал на нее. И, к счастью, у кинжала сработал пятидесяти процентный шанс паралича.

Гром зарычал одновременно с ревущим обездвиженным чудовищем, стремительно понесся к упавшему на брюхо дракону. Буквально взлетел на него. Не обращая внимания на царапающие кольчугу острые, как бритвы скосы гребня, побежал по его хребту к голове, где показатели жизни были уже 4500/10000. На ходу перехватив клинки обратным хватом, прыгнул, с риском промахнуться, прямо на широкий плоский череп.

В неистовом замахе промеж рогов пронеслись обе руки, всаживая клинки одновременно в оба глазища чудовища на последней секунде его окаменения.

Голова под сапогами резко вздернулась, и Гром, выпустив из рук мечи, кубарем полетел вверх; грохнулся с силой об камни пещерного свода и в состоянии контузии распластался возле страшной пасти ослепленного дракона. В полубессознательном состоянии оттуда в тумане видел эльфа в исподнем с большим серпом в руках и дроу, который отбросил уже в сторону щит и схватился обеими руками за длинный рыцарский меч. Как они с дикими воплями и хрипом дубасят по ослепленной морде, так и не сумевшего подняться назад, дракона. Гром видел как стремительно утекают жизни из ужасного моба. Вот и ноль увидел. А из кровавых глазниц все еще торчат эфесы Льда и Пламени. Взор застилают до боли яркие буквы: "Задание…". Но их сразу покрыло розовой пеленой, что потемнела до блаженной темноты…

…

Гром с трудом продрал глаза. Голова гудела, как печная труба на ветру. Над ним склоненные головы. Чьи эти неразличимые лица, не сразу даже понял.

— Пришел в себя, — обрадовался Амитола.

— А были уверены, что отправится в город за Мартиной, — улыбался ему Гуоно.

— Не дождетесь. Я, как Ленин. Живее всех живых, — шатаясь на нетвердых ногах, поднимался Гром.

Пустая пещера все еще ярко освещалась светом сияния. Его бессознательное состояние не повлияло на запущенную магию. Возле ног в кучу лежали одеяния и жезл Мартины. Рядом — другая кучка поменьше. Это что осталось от Наездника и дракона. Но Грому было сейчас не до них. Головная боль не по игровому мучила его. Перестарались тут разработчики с натуральностью, подумал Гром сердито.

— Что делать будем дальше, шеф? — продолжал улыбаться ему Гуоно. Видно было, что выполненное задание сильно грело его.

— До рассвета — ничего. Отдыхать.

Гром глянул на эльфа.

— Амитола, ты почему влез в бойню? Сказано было: ждать окончания банкета за дверью.

— Так, дроу один остался. Подмога требовалась. А смотрю тот рогатый уже издох, и хорошее оружие без потребления валяется. Решил помочь.

— Кстати, — с хрипом своим влез Гуоно в защиту Амитолы. — Он мне действительно сильно помог. И кстати, последний смертельный удар именно он нанес дракону. Молодец парень.

— Я и не против, что молодец. Но приказы в группе нужно исполнять четко. Это на будущие… Постой! — Гром уставился над головой эльфа и заулыбался. — Ну, поздравляю.

— А что такое? — поглядел вверх эльф, ничего не понимая.

Тут и Гуоно очухался.

— Ух ты! А я и не заметил сразу. Тоже поздравляю.

— Да что такое видите наверху? — вертел головой эльф.

— Видим, что ты теперь не убийца, — похлопал его по плечу Гром. — Вот что видим наверху.

Амитола внимательно посмотрел на них, сомневаясь, что говорят правду, потом хлопнул себя по башке и пустился в пляс. Дико скакал вокруг них и хохотал. Выдохся и счастливым голосом заявил, что отныне они ему братья навек.

— Теперь еще и сестра у тебя появилась, — засмеялся Гром. — В городе дожидается тебя.

— Конечно! Моя дорогая сестра в городе. С утра побежим к ней.

А до утра оставалось уже всего ничего. Постепенно светало в нагорье. И Гром чувствовал себя сейчас вполне прилично. С полным восстановлением показателей характеристик и само Восстановление заработало на полную катушку.

Можно заняться и трофеями, решил Гром, опускаясь на корточки возле собранной ребятами кучки остатков с уничтоженных врагов.

Возле его клубящихся холодом и огнем клинков лежал серп Наездника поверх зеленой заплечной накидки и широкого пояса. Тут же возвышалась горка чешуйчатых пластин, каждая размером с тарелку, а рядом лежал толстый фолиант, на котором возвышался пузатый кожаный кошель.

Гром сразу же схватил свои клинки и отправил в их ножны. Следом поднял серп и прочел внутренним взором:

Меч полуторный "Жнец".

Тип: редкий.

Ограничение: 15ый уровень

Прочность: 180/200

+50 к атаке.

Физический урон: 150-200

Шанс критического урона 30 %.

— Амитола, твой уровень какой? — не вставая, поинтересовался Гром у эльфа.

— Сегодня поднялся на семнадцатый. А что?

— Тебе нужен отличный меч? А то без оружия мотаешься. Этот как раз подойдет тебе, — протянул ему Жнеца.

Эльф принял оружие, навесил на веревочный огрызок, заменяющий с некоторых пор ему пояс.

— Верно говоришь.

Гром поднял заплечную накидку:

Накидка "Укрытие". (25уровень).

Тип: реликтовый.

Ограничение: рыцарь.

Прочность: 100/100.

+ 100 к жизни.

+50 к броне.

Вес: 0,1 кг.

— Гуоно. А это как будто специально для тебя сюда принесли. Носи на славу, — протянул накидку дроу.

Следом Гром взял пояс, прочитал:

Пояс "Перо".

Тип: уникальный.

Ограничение: обитатель Инферно.

Уровень: нет ограничений.

Прочность: 67/100 (самовосстанавливаемый).

Магия Падения пера (постоянный эффект).

Вес: 0,2 кг.

— Ну, а это только я могу носить. Возьму себе.

Оба напарника напряглись, пристально уставились на пояс, потом на него.

— Это же обитателям Инферно только годится! — прохрипел Гуоно.

— Тем не менее. Могу носить, — Гром поднялся, перевесил свою сумку на Перо и нацепил вместо старого пояса на себя, а старый протянул эльфу. А те только восхищенно помотали головами. Еще про одно новое качество друга прознали.

— Дальше, — заговорил Гром. — Драконью чешую пока оставим в общаке. Неизвестно куда их приспособить. Наверное, со временем узнаем. А что в кошельке?

— Сто пятьдесят золотых, — ответил Амитола. — Мы уже пересчитали.

— Хорошо. Их поровну поделите меж собой и Мартиной. Вам они нужнее. А в компенсацию эту книгу тоже себе возьму.

Потом окинул пещеру внимательным взором и добавил:

— Можем возвращаться.

Предрассветное нагорье встретило их на выходе из пещеры. После затхлого каменного мешка дышалось легко приятной свежестью наступающего утра. Причудливые формы каменных гигантских истуканов при утреннем туманном освещении не казались уже такими уж устрашающими.

Они шли свободной группой, подшучивая друг над другом, с юмором вспоминая эпизоды ночного боя, совершенно не беспокоясь о потенциальной угрозе, которая здесь никуда не делась. Чувство непобедимости после выполненной миссии усеченными возможностями теперь всецело засело в них. Сам черт теперь им не страшен. Аркадский, разумеется.

Солнечный диск выбрался из-за горизонта по правую руку от них, когда достигли они границ нагорья, как вдруг, откуда ни возьмись, возникли на их пути сразу с десяток варнов. Над каждым из них в стае краснело "тарвирийский варн. 200/200".

— Ого! — воскликнул Амитола, выхватывая с дареного пояса свое новое оружие. — Позволите мне самому с ними расправиться? Хочу испытать серп в деле.

— Валяй, — прохрипел Гуоно. Скрестив руки на груди, приготовился к зрелищу.

Эльф не заставил себя долго ждать; кинулся с гиком на нагорных хищников. Влетел в их гущу и завертелся. Как серпом пшеницу, косил их ряды. Но два из них, каждый со своей стороны впились клыками парню в бедра. Полное отсутствие какой либо брони сказалось на скорости проседания жизни.

Гром покидал на него пару раз исцеление, пока он их всех там не перебил и счастливым не вернулся обратно к ним.

— Ну, что могу сказать? — менторским тоном высказал свое мнение Гуоно. — Неплохо для эльфа-лучника. Тебе не хватает техники кругового удара, мощности рубящего натиска… Много чего не хватает. Будет время, поучу немного кое-чему.

— Заранее спасибо, — кивнул ему Амитола. — А я могу обучить желающих точности стрельбы из лука. Дальний бой рыцарю может пригодиться?

— Возможно, — неуверенно захрипел Гуоно. — Только, если обучаться, то я бы предпочел научиться арбалетной стрельбе. Он мне больше импонирует.

— Это не одно и то же, — засмеялся Амитола. — Разница как между мечами и топорами.

— Ну, иди, подбери их шкуры и клыки. Пора идти к Мартине — подтолкнул эльфа в плечо Гром.

— Класть их некуда, — огорченно ответил Грому эльф. — Сумку тоже бандюгам оставил.

— В мой полезет. Донесу до лавки, а там продашь за золото. Оно лишним не бывает.

Амитола удалился заняться сбором, а Гром спросил у Гуоно:

— Теперь, после того как задание выполнено, ты обязан возвращаться в свой Орден?

— Да, Гром. Мне жаль, что расстанусь с тобой. Но обязанности превыше всего. Завтра отправлюсь в обратный путь.

— Понимаю. Если я буду в ваших краях, то найду тебя там обязательно.

— Конечно, будешь. Как пересечешь земли эльфов, сможешь попасть и в Валгору, если еще не знаешь как.

— Нет, не знал, — покачал головой Гром.

К тому времени возвратился и Амитола; нес в охапку кучу черных варновых шкур. Гром раскрыл суму:

— Складывай.

Как они исчезли в бездонной емкости, а за ними еще восемь клыков, скомандовал: "в путь".

Дальнейшая дорога оказалась прогулкой до городских ворот Тарвира, куда они добрались к полудню.

Гром на карте города видел местоположение Мартины. Она ошивалась неподалеку от ближайщей городской стены, в правой зоне города. Пошли прямиком туда и нашли девушку, прячущуюся в кустах сирени, чем заросло подножье стены.

Она была в смешном балахоне, в чем перерождаются игроки женского рода. Увидев их, она смущенно потупилась, резко вырвала из протянутых рук Грома свое храмовничье одеяние и потребовала от них отвернуться. Со смехом все трое послушались приказа, будто уже не увидели ее в исподнем. Долго им пришлось ожидать разрешения повернуться.

— Теперь что? — спросила она их, когда те получили возможность лицезреть ее.

— Теперь я приглашаю вас всех в свой дом, — улыбнулся Гром. — Увидите мое новое жилье. Посидим, покалякаем.

Получив всеобщее согласие, повел их по городу к площади башмачников, к дому в стиле барокко.

— Вот мой дом родной, — объявил им. У тех рты раскрылись.

— Да это же целый замок! — восхитился Амитола.

— Вот это да! — прохрипел Гуоно. — Целое состояние стоит наверное.

Гром пошел вперед, поднялся по ступеням, открыл ключом дверь.

— Милости просим, дамы и господа.

Потребовалось порядка часа на то, чтобы завершить экскурсию по всем закуткам дома, показать с пояснениями что тут и как.

А Мартину больше самих помещений восхитил закрытый садик за лестницей. Не хотела оттуда уходить.

— Ладно, — согласился Гром на ее прихоть. — Садитесь на травку, а я сгоняю в подвал за вином. Отметим, так сказать, выполнение задания.

При этих словах Мартина смутилась, и буркнула?

— Тогда без меня пейте. Я провалила.

— Перестань так говорить, — прохрипел Гуоно. — Конечно, обидно потерять очки опыта. Но мы же группа. Если бы не твои лечения, я бы тоже отправился на перерождение. Ты здорово работала в группе. И вот твоя доля за это.

Гуоно отсчитал растерявшейся Мартине пятьдесят золотых.

— Ой, как много! — ахнула она.

— Мало, — заулыбался ей Амитола. — Я бы отсыпал тебе и свои пятьдесят, только… голый остался теперь. Нужно прибарахляться.

— Вы поболтайте, а я пошел за вином. — Гром побежал к дверце.

— Ты вернешь свою броню и оружие, Амитола, — уверил Гуоно. — Это я обязательно постараюсь сделать. Даю слово рыцаря Валгоры.

— Так называется твой край, Гуоно? — неожиданно поинтересовалась Мартина. — Какой он? Расскажи нам.

Гуоно задумчиво поглядел на проплывающие над головой облачка и с хрипом сказал:

— Милая, очень трудно описать все то, что там можно увидеть. Это нужно самому видеть. Словами не передать красоту сурового края багровых небес, стремительных рек, высоченных деревьев и прекрасных дворцов. Там водятся сильные опасные звери, стремительные, как пущенные стрелы эльфов, убивающие одним ударом, как топоры орков. Там много отважных рыцарей, способных в одиночку противостоять стае таких зверей. Одним словом: это Валгора.

Мартина очарованно выслушала его плохо разборчивый хрип и вздохнула:

— Как хочется туда попасть.

— Нет проблем. Нужно только покровительство Кратарана заслужить.

— Я готова. Но как?

— Этого я не знаю, дорогая. Каждый ищет свой путь к нему сам.

Тут прибежал Гром, прижимая к груди локтями две темные бутыли и с четырмя кружками в руках. Упал рядом с ними на траву, разложил кружки.

— Откупоривай, давай, — протянул бутыли Амитолу.

Мартина протянула ему свой кинжал, и парень отковырял им тугие пробки, наполнил кружки терпким бордово-красным вином.

— Первый тост за нашу прекрасную жрицу, и мою прекрасную сестенку, — выдал сразу Амитола, — поднимая свою кружку над головой. — За тебя, Мартина.

Зарделась Мартина, счастливо улыбалась. Видно было, что такой радости и в реале у нее не бывало, как здесь.

Потом пошли тосты за выполненную миссию, за успех в игре, потом и без всяких тостов пили, пока не опустошили большие бутыли. Теперь развалились на траве и блаженно отдыхали за весь напряг вчерашнего дня.

— Теперь ты расскажи о своем крае, Амитола, — неожиданно попросила Мартина.

— Я? Ладно, — принял эльф сидячее положение. — Наш край называется Индекай.

— Это мы уже знаем. О нем расскажи.

— Наш край, если одним словом попытаться отразить, нужно сказать: зеленый край. Там нет такого места, где бы ничего не росло. Все поля и холмы зарастают деревьями, кустами, травой и цветами, каких в других краях не найдете. Там высокие водопады, а глубокие озера полны причудливых рыб. Там грибы с рост высокого эльфа. А сами живут не в каменных домах, не в срубах, как в остальных странах. Для жизни эльфы используют могучие тысячелетние деревья-дома. Их обширные дупла удобные комнаты, а неохватные ветви — дороги. Бывают среди тех деревьев настоящие гиганты. Им уже десятки тысяч лет. В таких целые кланы заселяются. На них проживают десятки эльфийских семей, и еще столько же могут поселиться в оставшиеся свободные помещения. Побывайте там и сами увидите какой это волшебный зеленый край.

— Послушай, Амитола, — заговорил Гром. — Покажи на карте переход в вашу страну.

— Пожалуйста.

Гром распахнул карту. На юге-востоке ее тьмы уже мигал кружок подписанный "переход в Индекай".

— Спасибо, — поблагодарил его Гром и дополнительно попросил рассказать и о своем админе.

— Да. Тебе надо знать о своем новом покровителе.

— О моем?! — подскочил Гром. — Почему он и мой стал?

— Ты разве не заметил вчера, что на тебе уже и его печать? — Удивился эльф очевидному. — Как принял меня в группу, я увидел такую же, как на мне печать, и на тебе. Думал, ты уже знаешь.

— Нет, не знал, — растерялся Гром. — Так, кто админ… наш?

— Остроглазый Несару.

— Постой-ка минутку… — Гром полез в параметры — ничего нового. В характеристиках — тоже ничего.

Амитола догадался, чем занимается он, и сказал:

— Новые качества открываются при переходе на новый уровень. Ты не забыл?

— Совсем забыл, — пробормотал Гром. — Спасибо, что напомнил. Хотя есть возможность прямо сейчас новую руну выучить. Но это не к спеху. Успею. — И добавил: — Вот ты тоже видишь печати админов, как и Гуоно, а я, почему-то не вижу.

— Ты, наверное, не так смотришь, — улыбнулся эльф. — Я могу тебя научить. Вот как нужно. — Он чуть прикрыл левый глаз и уставился на грудь Грома. — Води глазами по груди сосредоточенно справа налево, потом сверху вниз, потом слева направо. Понял? Попробуй теперь ты.

Гром уставился на грудь Амитолы, сосредоточился на ней и повел глаза, как тот велел. На последнем движении смутно завиднелись в воздухе перед Амитола два темных пятна с символом на каждом. А под ними неразборчивые слова.

— Я, кажется, вижу… Но не могу прочесть их значения, — огорчился Гром.

— Ну, это в первый раз у всех так, — успокоил его Амитола. — С каждым разом будет получаться все лучше и быстрее. Не беспокойся.

Тут вмешался в процесс познания нового хрип Гуоно.

— Гром. Мне кажется, пока есть время пора заняться поиском тех трех псов.

— Э… Я не против. Только скажи, что это даст? Ну, нашли. А дальше?

— Думаю, нужно придумать, как их самих сделать изгоями.

— Хорошая идея, — вмешалась Мартина. — Но не представляю, как такое можно с ними сотворить. А ты, Амитола?

Тот только пожал плечами. Дальше заговорил Гром.

— Кроме тебя, Гуоно, они нас знают хорошо. С нами они не будут говорить ни о чем. Только лаяться придется. А тебя еще не видели. Так что, только ты можешь пойти с ними на контакт.

— Все правильно — прохрипел он. — Я должен пойти с ними на контакт и спровоцировать удар на себя. Давай поломаем голову как это возможно. И еще нужно учитывать, что жизней у меня три тысячи. Это значит, один удар, или что-то такое, должен скосить с меня минимум восемьсот единиц. Вряд ли у них найдется такое оружие.

— Мои стрелы с бафами. Почти тысячи выбивают, — тут же подсказал идею Амитола.

— Может попробовать их же трюк повторить? — задумчиво предложил Гуоно.

— А ведь это идея, — подхватил Гром. — Что если попробовать тебе прикинуться покупателем редкого оружия.

— Думаешь, они еще не продали лук?

— Думаю, нет. У нас проезжие эльфы редкость. Явно ждут, когда кто окажется в городе, чтобы предложить.

— А лавки?

— Туда не сунутся с эльфийскими одеждами и оружием. Сразу спалятся, и их отдадут страже для выяснения, где достали. Уверен, ждут проезжего эльфа.

— Но я дроу…

— Близкие народы. Не заподозрят ничего, — уверенно перебил его Гром. — Так что, будем думать в этом направлении пока.

— И кем мне нужно прикинуться? Торговцем?

— Нет. Это будет подозрительно выглядеть. Лучше прикинешься вельможей, приглашенным во дворец правителем Велидором. У меня тут куча подходящих для этого маскарада одежд.

— Так. А дальше?

— Посидишь с ними в таверне, намекнешь, что коллекционируешь редкие оружия. Пусть сами предложат купить у них лук. Но сразу не соглашайся на их цену. Пусть поторгуются с тобой. Это не оставит подозрений. Дальше потребуй проверку оружия в действии. Поведут за город. Дадут пострелять. А ты промажь и скажи, что он подделка. Заставь их, таким образом, самим стрелять. Доказывать, что не подделка. Вот и будет у тебя шанс подлезть под стрелу.

— А дальше?

А дальше мы появляемся и ложим этих гадов. Мы же группа, в конце концов. За члена группы мы кого угодно порвем, — засмеялся Гром.

— Теперь понятно. Можно попробовать.

— Тогда пошли наверх за вельможными шмотками, — поднялся с травы Гром, а за ним и остальные.

По лесенке добрались на второй этаж. Тут Гром распахнул шифоньеры нараспашку.

— Выбирай, что душе угодно.

Несклько минут спустя, на полу громоздились тяжелые латы, а дроу обернулся приезжим вельможей в лучших местных традициях.

А когда уже спускались вниз по лестницам, Гром его спросил:

— Ты мог бы спрятать символ группы, а перед именем поставить название клана?

— Могу, конечно, — кивнул дроу. — Маскировке обучают дроу в гильдиях в первую очередь.

Уже на первом этаже над его головой светило только "Всевидящий Гуоно".

— Отлично. Теперь иди в таверну, в нижний город. Там и ищи их по именам. А мы в засаде будем. Как поведут тебя за ворота, пойдем за вами. Дерзай.

Гуоно вышел в двери первым и зашагал по дороге к арке. Спустя минуту, за ним вышли остальные трое, и пошли по его следу.

…

Постепенно небо тускнело. Город вновь оживал. Появились праздно прогуливающиеся прохожие, затрещали по брусчатке шины роскошных карет, в большинстве направляющиеся в сторону шпиля дворца.

Гуоно спешил в нижний город. Пока светло нужно успеть соблазнить на продажу краденного и вывести их за ворота. Времени мало для всего этого остается. Нужно торопиться.

Общий зал "Смешного хряка" оказался полупустым. При тусклом свете пары светильников тут за каждым длинным столом сидели по одному, по двое редкие посетители завсегдатаи злачного места Тарвира.

Пузатый тавернщик меланхолично протирал грязной тряпкой очередную взятую со стойки глиняную кружку, складывал на полку.

Гуоно сходу подошел к нему, заказал кувшин лучшего вина, прихватил заодно еще не обгаженную его тряпкой кружку и двинулся на конец того стола, где с другого конца заняли двое парней, лениво потягивающие пиво: те самые Крутой и Седой.

Гуоно расслабленно развалился на лавке, налил в кружку свое дорогое вино и, попивая маленькими глотками, со скучающим видом поглядывал по сторонам.

Расчет заговорщиков оказался верным: заинтересовал он этих двоих своим видом и поведением сразу.

— Позволите спросить, — подкатил к нему по лавке Крутой. — Что делает знатный вельможа в столь захудалом заведении?

— Разве не видно? — удивленно округляя глаза, прохрипел Гуоно. — Попиваю винцо.

— Оно понятно, — усмехнулся, усаживаясь ближе Крутой. — Я говорил в другом смысле.

— А! — покивал дроу. — Почему не пошел в более благообразное место?

Теперь Крутой покивал.

— Ах, друг мой. Знал бы ты, как мне надоели эти чванливые рожи. Хотелось с простыми людьми пообщаться. Ну, вроде тебя, например.

— О… — только и сумел выдать польщенный Крутой.

— Не угодно ли вам присоединиться к распитию этого неплохого вина? Я угощаю.

— Будем только премного благодарны, — заискивающе заулыбался Крутой. Потом жестом подозвал Седого.

Как тот тоже подсел, Крутой наполнил вином свои опустевшие пивные кружки.

— За процветание великого народа дроу, — патетически выдал Крутой и выдул кружку до дна.

— Да, парни, — продолжал хрипеть Гуоно. — С такими как вы мне гораздо приятней, чем с теми во дворце смеющимися хряками.

Оба парня захохотали от такого остроумного юмора залетного вельможи, не забывая по новой наполнять дармовым дорогим вином опустевшие кружки.

Гуоно пришлось пойти за вторым кувшином. Как сел, пошли допросы с пристрастием: кто, где, когда, откуда и куда. Какое состояние, чем занимается. Гуоно заливал без стеснения, прикидываясь охмелевшим. А те очень внимательно вслушивались в неразборчивый хрип его голоса, мотали на ус, на всякий случай. Поэтому, когда вельможа небрежно заявил, что коллекционирует редкое оружие народов Аркадии, это прозвучало очень естественно.

Оба парня многозначительно переглянулись меж собой, после чего Седой подался к гостю ближе и тихо сказал:

— Тебе повезло, папаша. Есть у нас такое, для тебя нужное.

— Да что у вас может быть для меня? — махнул рукой Гуоно. — Вы же големыки, как погляжу.

— Есть, есть, — подхватил Крутой. — Артефакт эльфийский.

— Вы еще скажите, легендарка, — захохотал Гуоно.

— Лук. Артефакт. Поднимемся в комнату — покажу.

— Ну пошли, — встал он.

Они повели его в замызганную комнатку, вмещающую только две неряшливые лежанки, да сундучок. Крутой кинулся к сундуку, выудил из него прекрасный короткий лук эльфийского происхождения.

Гуоно, искусно шатаясь, разглядел его, хмыкнул и спросил:

— И сколько желаете за эту деревяшку?

— Деревяшку?! — возмутился Крутой. — Да, ты почитай, что это такое.

— Ннее. Читать не буду. Сколько?

Парни вновь переглянулись.

— Давай пять золотых, и забирай в коллекцию.

— Ннее. Трри.

— Да ты что? Да любой другой шесть отдаст.

— Ннее. Трри.

— Ну, три, так три, — вмешался тут Седой. — Забирай.

— Ннее. Испытаем сначала. А то подсунете подделку. Знаю я вас.

— Это как испытывать хочешь? — окрысился Крутой. — Пострелять тут? В таверне?

— Пойдем за город. Там сразу и заберу. Только стрелы в комплекте должны быть.

— Ладно. Пойдем, черт бы тебя побрал, — зло бросил Седой.

— А больше ничего на продажу нет?

— Есть эльфийская броня. Интересует?

— Если не дорого. Перепродам, когда к себе попаду.

Крутой вновь нырнул в сундук, достал комплект украденой у Амитолы брони.

— За эти еще три золотых.

— Ннее. Двва.

Седой яростно сверкнул глазами.

— Ладно. Два. Бери.

— Ннее. Вместе с луком заберу. Хватай с собой и пошли испытывать твою деревяшку.

И первым потопал по ступенькам вниз, громко топая по ним сапогами.

Выбрались за ворота, когда уже наступали сумерки. Гуоно выискивал такое место, где неподалеку могли бы спрятаться остальные. Не понимающие чего тянет этот вельможа, парни волокли за ним предметы продажи.

Наконец, Гуоно нашел нужное место. Чуть поодаль росли густые кусты.

— Ну, давай свой лук. А там поставь чего-нибудь, — указал он вперед.

— Да чего тут стрелять-то? С луком ты повысишь меткость аж до двадцати.

— Ннее. Нужно стрелять.

— Ну, достал! — зло пихнул Крутой ему в руки лук и стрелу. А Седой в десяти шагах поставил полено впол человеческого роста. — Давай уж. Пли.

Гуоно с восторгом держал в руках легкий лук из желтой светящейся древесины необычной отделки. Несмотря на несоответствие расы параметрам оружия, на него сразу навесилась "меткость", несуществующая в его характеристиках. Только из-за этого она стала не двадцать, а десять. Достаточная, чтоб попасть коршуну в полете в глаз.

Гуоно взял на прицел веточку кустика, растущую возле торчащего полена. Выпущенная стрела переломила ее.

— Фальшивка! — как мог громче прохрипел он.

— Да ты сам фальшивка, — въелся на него Седой. — Стрелять не умеешь. Косой.

— Ну, сам попробуй тогда. Посмотрим, куда у тебя полетит стрела.

— Давай сюда, — вырвал лук из его рук Седой. — Сам говори, во что попасть.

— Ссчасс, — пошатываясь, отошел к небольшому валуну в шагах пятидесяти от него, и поставил на валун крупный кусок камня, чтобы оказался по высоте на уровне его груди. Сам стал рядом, напряженно приглядываясь к луку. Главное не упустить момент. Второго шанса не будет восстановить справедливость, отомстить за униженных друзей.

Седой, ничего не подозревая, целился в доступную цель. Своя единичка меткости, плюс двадцатка лука, да он и за пятьсот шагов всадит в такую мишень стрелу. Даже особо целиться не нужно.

Пустил стрелу при полном натяжении тетивы. Вжикнула она и… поразила покупателя в грудь.

Оба стоят в ступоре, а покупатель со стрелой в груди тут же стал их врагом.

Даже не поняли, откуда появились тут старые недруги. И тот обманутый эльф откуда-то возник тут, мчится на них с огромным серпом.

В Крутого, жахнул огненный шар той самой девчонки, кого собирались тогда оприходовать, да вот этот самый с завидными клинками тогда помешал. Те же клинки теперь пронзают грудь Седого. Тьма.

Он на камне перерождения в исподнем, босиком. Рядом Крутой в таком же наряде.

И с ужасом видят свои ники фиолетово-красными.

Глава 12

Очаг жарко пылал. Поджаривались очередные куски мяса, обильно сдобренные солью, перцем, пряной травкой.

Амитола, теперь совсем неузнаваем в своей исконной изысканной броне. Оказался заодно не только мастером лука, но и отличным кулинаром.

Накидал зарумяненные ломти в тарелки, поверху залил соусом и нашинкованным репчатым луком, положил четыре тарелки на поднос и поспешно понес в гостевую, где уже заждались ужина его друзья. Они теперь восседали за большим квадратным столом, безудержно хохотали, слушая рассказ Гуоно, как он ловко обдурил тех подонков.

Ароматно дымящий поднос водрузился рядом с батареей бутылей и, наконец, Амитоле тоже удалось присоединиться к общему веселью.

— Интересно, почему с ними не было Гвоздя? — разливая вино по новой, сказал Амитола.

— Неважно, — хватая свою кружку, ответил ему Гром. — Если он оставался в их группе, где бы ни был, автоматом тоже стал изгоем. Если был вне ее, то ему просто сильно повезло. При таком раскладе, я потом изыщу способ и ему отомстить. Не беспокойтесь.

— Возможно, он тоже стал тогда их жертвой, — предположил Гуоно. — Сначала нужно разобраться.

— Нет проблем, — кивнул Гром.

— Давайте, ешьте пока горячие, — вгрызаясь зубами в сочное мясо, потребовал Амитола. — Зацените мое кулинарное искусство.

С охами, ахами поедали они действительно умело приготовленный эльфом обильный ужин. Перехваленный Амитола тут же предложил всегда им готовить пока здесь.

— Прекрасная идея, друг, — обрадовался предложению Гром. — Мой дом, ваш дом. Живи тут, когда в Тарвирии будешь. И тебя это касается, Гуоно. А ты, Мартина, можешь переехать сюда, как завершишь полный курс обучения в Храме.

— А куда переселишься тогда ты? — с иронией спросила она под общий хохот.

Гром смутился.

— Ты забыла? Тут две спальни.

— Понятно. Переселишься в комнаты для прислуги.

Это замечание вызвало новую волну смеха. А Гром понял, что девчонка очень даже остра на язык.

— Ну, эту ночь точно все вместе тут проведем, — улыбнулась примирительно Мартина. — А о дальнейшем предугадывать пока не будем. В любом случае, большое тебе спасибо за приглашение.

Застолье продолжалось до глубокой ночи. Расслабившиеся от вина и успешного вечернего трюка, все единогласно решили: пора немного поспать.

Мартине автоматически отводилась большая кровать в спальне. Амитолу отправили спать в малую спальню. А сами вдвоем расположились прямо на ковре, возле большого камина. Как истинные суровые воины, привыкшие спать на жестком, подсунув под голову свои сумки.

Лежа в дреме возле трескучего огня, Гуоно вдруг спросил:

— Влюбился в Мартину?

Гром задумался над ответом. Собственно, сам еще толком в этом не определился. Тут не реал, чтобы просто было отвечать на такие вопросы друзей. С одной стороны аватары-люди мало отличимы в Аркадии от самих оригиналов. Значит, она не приукрашенная кукла самой себя. Мысли, характер, отношения к событиям остаются теми же, что и "там". Выходит, можно влюбляться, а в реале уже можно и жениться на ней, если появятся тут сильные взаимные чувства. Но только в игре влюбляться… Как-то странно выходит.

— Аату, мы в игре. Ты забыл?

Гуоно вздохнул, повернулся набок, прохрипел:

— Тогда, спокойной ночи.

…

Ранним утром первым проснулся Амитола. Сразу занялся готовкой завтрака. Вчера, словно, знали про такие его повадки, и именно поэтому отправили его спать в ту дальнюю комнату, чтобы спозаранку их не будил.

На кухне он развил бурную деятельность. Обшарил все шкафчики, сундучки с припасами. А их тут было в изобилии. Благо, игровой процесс не предусматривал порчу продуктов питания при любых сроках хранения.

Выудил масло, сыр, мед, колбаски, булочки. Нашел и заварил чай. Понаделал гору бутербродов. И все это перетащил в гостевую. Там шумно накрывал на стол, когда стали просыпаться и остальные. Первым поднялись с ковра Гуоно и Гром; в удивлении уставились на готовый к завтраку накрытый стол. Следом появилась и Мартина с тем же удивленным выражением лица.

— Доброе утро, мальчики. — Приблизилась она к столу. — Я хоть завтра сюда переселюсь, если и Амитола тут будет.

— Честно говоря, я тоже, — прохрипел с улыбкой Гуоно.

Эльф, довольный похвальбой, расплылся в улыбке чеширского кота.

Сели они завтракать. Гром же все косился в сторону Мартины, никак не переставая искать ответ на ночной вопрос.

После завтрака Гуоно поднялся и заявил, что в благодарность за вкусный завтрак намерен обучить повара кое-каким приемам боя на мечах. Бурная реакция одобрения остальных, жаждущих этого зрелища, принудила Амитолу немедленно сбегать за своим трофейным серпом, а Гуоно — за длинным рыцарским. И все гурьбой направились в оружейную комнату, в самое подходящее для этого помещение.

Тут целый час понадобился Амитолу на освоение элементарных стоек и базовых ударов. Под конец изможденный эльф опустил отяжелевший меч и застонал:

— Может на первый раз хватит, а?

Под общий смех возвратились в гостевую добить недопитую вечером последнюю на столе бутыль вина. После чего Гуоно поднялся, сообщил, что ему уже пора отправляться в обратный путь.

— Пойду наверх переоденусь.

Некоторое время спустя вернулся к ним уже не вельможа, а грозный рыцарь ордена.

— Путь далек. Так что отправлюсь уже. Спасибо за гостеприимство, и до новых встреч, — весело помахал всем дроу, направился к дверям.

Он вышел за дверь, оставив за собой в доме друзей с чувством потери четверти от общей души.

Амитола собирал со стола использованную посуду на поднос, Мартина побрела обратно в спальню, а Гром зачем-то собрался пойти в кабинет. Там нечего было делать, но так просто стоять в прихожей не хотелось.

Проходя мимо Мартины, бросил:

— Скоро и мы пойдем в Храм.

В кабинете сел в кресло, выложил из сумки на стол перед собой две трофейные книги: "Трактат о каменной душе" и "Книга Врат VII".

Про трактат он догадывался только, что это учебное пособие, как создавать каменных големов. Но сначала нужно посетить некоего Гуру в стране троллей. А когда туда попадет, только админы Аркадии могут знать.

Со вздохом переложил ее обратно в сумку, взял в руки другую книгу. Этот откроет портал. Хорошо бы к гномам или оркам. Это бы сразу облегчило задачу освоения Аркадии.

Гром раскрыл ее массивную обложку, и тут же перед внутренним взором возникла очередная системная строка, а книга с треском испарилась прямо в руках.

"Получена способность: Телепортация в инфернальное Логово. Трата маны: 100".

— Что?! — подскочил Гром.

Ему только в Инферно не хватало для полного счастья. Чего там делать-то? Это если ему понадобится срочно перерождаться, что ли?

Гром сердито полез в опции, открыл "способности". Вот и он: второй значок под предыдущим, с подписью "в Логово". Случайно кликнешь, и ты труп. Знал бы заранее, не стал бы активировать. Да поздно.

Гром встал из-за стола, вернулся в спальню. Мартины уже тут не было. Скинул домашние одежды, облачился в кольчугу, навесил мечи. С тем же неприятным эффектом водрузил на голову и обруч. Всё. Готов отправляться с Мартиной в Храм.

В гостевой комнате она беседовала с эльфом, когда он к ним зашел.

— Чем планируешь теперь заняться? — спросил он у Амитолы.

Тот пожал плечами:

— Прибывал сюда ознакомиться с Тарвирией. Вот, наверное, продолжу знакомство. Похожу по территориям, апробирую на мобах выученные приемы, пока не надоест. Потом тоже отправлюсь к себе.

— Хорошо. Собирайся тогда, пойдем. Мы с Мартиной отправимся в Храм. Но ты еще оставайся в группе. Если нужна будет помощь какая, сможешь связаться чатом группы.

Втроем вышли из дому, направились к воротам города. Тут они и расстались с Амитолом; пошли по направлению Храма.

Уже половину пути прошли молчаливо, как неожиданно Мартина тихо спросила:

— Я, правда, тебе нравлюсь?

Гром от неожиданности споткнулся на ровном месте. Обернулся к ней в полной растерянности.

— Ты только сейчас это поняла?

Дальше опять пошли молча, пока не достигли ущелья. Тут она во второй раз за время пути заговорила:

— Я согласна переехать в твой дом.

Гром дрогнул, стал.

— Согласна? — облегченно выдохнул он. — Не мог и надеяться.

— Только подожди некоторое время… Я должна еще подумать. И обучаться мне нужно еще.

— Я подожду сколько надо, — с жаром прижал ее пальчики в своих кольчужных перчатках. — Только ты не передумай, ладно?

Мартина исподлобья поглядела на него, обнадеживающе улыбнулась:

— Постараюсь.

Наконец-то, настроение у Грома поднялось. Почему это признание не состоялось сразу в начале пути, чтоб всю дорогу не терзаться? Ох, эти женщины!

Теперь ущелье в глазах Грома казалось дорогой в рай. Он держал девушку за руку и вел ее к Храму по этому ущелью, как ведут невесту к алтарю. И теперь не сомневался, как нужно было отвечать на ночной вопрос.

У входа в двери Храма оказались оба храмовника. Словно, дожидались их прихода.

— Мы уже волновались, куда вы исчезли, — проворчал Фабио, как они поднялись по ступеням к ним. — Мы ночью сразу же почувствовали смерть жрицы. Очень забеспокоились ее судьбой. Что же произошло тогда с вами?

— Здравствуйте, уважаемые, — подался вперед Гром. — Напрасно беспокоились. Как видите, все в порядке с ней. Сама вам потом все расскажет в подробностях о наших вчерашних приключениях. А сейчас примите ее под свое покровительство. Я сдал, вы приняли, — усмехнулся он факту приема-сдачи.

— Приняли, приняли, — заулыбался Арист. — А еще тебя поздравляем с новым покровителем.

Гром уже не удивлялся каждый раз, что сразу такое видят. Сам тоже уже умеет. Поэтому, сдержанно поблагодарил, и заодно уточнил:

— Я ведь теперь могу еще одну руну выучить?

— Можешь. — Арист указал вглубь полумрака зала. — Проходи к каменной звезде. Сейчас и я подойду.

Гром отпустил руку Мартины и вошел в зал, приблизился к черному камню. Теперь явственно увидел наравне с тремя прошлыми, новую извивающуюся к нему нить со стороны статуи эльфа. Вот они его покровители: админ людей Перун, троллей — Хрос, дроу — Кратаран, а теперь и админ эльфов Несару.

Только успел подойти к статуе эльфа, чтобы почтительно поклониться новому покровителю, как в зал прошел Арист.

— Ты готов обучаться? — спросил он его, останавливаясь у камня звездного алтаря.

Гром кивнул, поспешил к нему, склонил перед ним голову, в ожидании закрытыми глазами магического воздействия нового знания. И оно пришло, как в прошлый раз приходили познания предыдущих рун.

Вновь парит в пустоте, и только шепот слышен неразборчивый. Вновь хорошо ему под приливом магического воздействия храмовника. Снова течет прозрачная струя эфирного потока…

— Очнись, Гром. Ты выучил новую руну. Поздравляю.

Гром открыл глаза. Предыдущей тяжести в голове теперь не было. Либо он быстро привыкает к изучению таким способом, либо одна руна за раз дается ему легко. Скорее всего, тут участвуют обе причины.

Гром благодарно кивнул Аристу; открыл в опциях "магию" и увидел четвертую познанную руну. Это было нечто!

Истребление: магическая стрела наносит дистанционно 500 ед. урона.

Затраты: 50 ед. магии.

С юношеской радостью и ее выставил на линейку внутреннего обзора. Теперь он, как тот ковбой из старого фильма: вооружен и очень опасен.

Гром довольный вернулся к Мартине.

— Я закончил тут свои дела. Уже пойду. А ты выходи из группы, завершай поскорее свое обучение в Храме.

— Для этого мне нужно подняться хотя бы еще на три уровня, Гром, — озабоченно объясняла ему свою проблему Мартина. — Если бы я тогда выжила, наверняка почти хватило бы на такое дело. Так что, это произойдет еще не скоро.

— Я помогу, — обещал тут же Гром. — Обещаю.

— Ладно. Помогай добирать очки.

На том они и порешили прежде чем Гром пошел по ущелью назад.

На выходе из него открыл окно карты местности. Нашел желтый значок Амитолы. Увидел, что направился парень обратно в нагорье. Наверняка пошел еще искать тамошних варнов. Как бы не переусердствовал. А то в прошлый раз, если не его лечение, неизвестно чем бы та охота закончилась.

А перед Громом стоит своя задача: куда отсюда двинуться?

Темных зон на карте слишком много. Можно даже сказать — почти вся в "тумане войны". Кроме зоны города, видны только тонкие дорожки и небольшие пятнышки на северо-западе, на востоке, да в центре карты.

Гром повернул на восток. Там вообще сплошная тьма.

Дорогу обнаружил после нескольких часов блуждания среди холмистой местности, вся заросшей по колено буйной травой и необыкновенно широко раскидистыми кронами деревьев. Дорога начиналась почти сразу от края деревянного мостика через ленту узенькой речки, оградившей путь.

Гром прогрохотал каблуками по мостику, вышел на обнаруженную дорогу, и дальше уже пошел по ней; стало любопытно, куда ведет она. А она, виляя средь высоких холмов, дальше направляла его на восточную сторону карты.

Навстречу катила под завязку груженая мешками телега. Со скрипом колес тащила ее пегая кляча. Мужичок на вожжах непрерывно понукал и хлестал бедную скотину.

Как поравнялись, Гром кликнул:

— Здорово.

— Здоровее видали, — ответил с козел мужик, явно не намереваясь останавливаться.

Гром повернул назад, пошел рядышком.

— Откуда и куда?

Мужик с подозрением скосился в его сторону, прежде чем ответить впихнул соломинку в губы:

— Из Мирии в город капусту везу.

— Мирия — это деревня такая?

— Ага. Село наше. А ты, боец, куда направляешься?

— Да так, — пожал плечами Гром. — Гуляю пока.

— Наемник, значит. Работу своим ножам ищешь.

— Можно и так сказать, — Усмехнулся Гром.

— А ты, случаем, водяных когда-нибудь бил?

— Это кто такие? — не понял о чем говорит мужик.

— Это такие твари. Из озера выползают по ночам. Нападают на села. Сколько же душ загубили, проклятые нелюди!

— И давно у вас так? — встревожился Гром.

— Уже с неделю как завелись.

— А что же не пожаловались до сих пор правителю?

— С первого дня доложили владыке. Да, видать, не до какого-то там малого села ему. Все обещает, а солдат не высылает. Вот так-то. Вот и подумал: может, ты подсобишь нам, а? А мы тебя отблагодарим, чем можем. Можем и капусткой знатной, и брюквой. Али еще чем…

Гром влез в чат группы, вызвал Мартину.

— Хорошо что еще не вышла из группы. Поднимайся и иди на мой значок по карте.

— А что там такое?

— Тут твои очки опыта тебя дожидаются.

Тут же услышали голос Амитолы:

— Эй, а я? Меня почему не зовете?

— Ты же с варнами там знакомишься.

— Ни одного пока не нашел. Так. Я тоже двину в твою сторону.

— Учтите, дамы и господа, работа начнется ровно в полночь. Не опаздывайте. Буду ждать в селе… Мужик, как село твое, говоришь, называется?

— Так, говорю же. Мирия.

— Жду вас в селе Мирия. Всё. Конец связи.

Гром подмигнул мужику, говоришь, капустой рассчитаетесь?

— Могем и брюквой…

— Ладно. Договорились. Как попасть в вашу Мирию?

— Так, на этой дороге оно. Иди прямо, не ошибешься. Прямехонько к старосте иди, договаривайся насчет капусты.

— Ну, пойду я тогда. Счастливой дороги тебе.

Гром развернулся и пошел по дороге в старом направлении. Прошагав еще с полчаса по дорожным рытвинам и ухабам, наконец, перед глазами возник пасторальный пейзаж с селением Мирия возле берега большого озера.

В голубой глади, слитой с небом в единое целое, отразились соломенные крыши с десяток изб, что плотным рядком теснились на зеленом пятачке холма. Понизу этого холма почти на всю высоту, до самых окошек тех домиков возвышался палисад из толстенных бревен, наточенных карандашами. Даже отсюда было видно, что такие высокие столбы врыты только со стороны озера.

Гром по дороге добрался до столбов, обошел их по протоптанной тут тропинке на холм, достиг крепких ворот.

Опрятное село голосило многочисленной детворой и живностью. Под ногами шныряли гуси-утки, поросята и козы. Тявкали за оградами небольших наделов собаки.

Сельчан было мало видно. Видать, где-то на поле их сейчас можно только найти.

У первого подвернувшегося мужичка спросил, где староста. Тот, молча указал в сторону высокой избы на основательном каменном фундаменте посреди селения и поспешил дальше по своим делам. А Гром прямиком направился к указанному дому. Постучал.

В дверях появился крепко сложенный старик с окладистой рыжей бородой и серым ником "староста".

— До меня дошли слухи, что у вас беда с водяными. Пришел помочь, — сразу же выложил Гром.

— Прошу прощения… — старик испытующе осматривал его. — Кто ты такой?

— Разве сразу не видно? Воин-наемник.

— Э… В одиночку воевать со сворой собрался?

— Почему в одиночку. Подкрепление скоро прибудет. Так что? Нужна сельчанам наша помощь, или уйти сразу?

— Мы бедные люди. Платить не можем золотом. Золота у нас нет.

— А капуста есть? — улыбнулся Гром.

— Капуста есть. А сколько возьмете за убиение нечистей.

— По одной на бойца, не много?

— Это сколько же вас тогда? — обалдел старик. — Неужто легион?

— Нет. Меньше. Нас будет трое.

— Ты, это самое. Не шути так. За три кочана на такое опасное дело не попрете.

— А почему нет? Слышал от людей, что у вас тут славная капуста растет, — продолжал смеяться над простодушным старостой Гром. — Ну, так что? Даешь благословление на то дело или нет?

— Да… Конечно даю! — засиял старик, а ник перекрасился тут же в ярко-зеленый цвет.

И тут же взор Грома застлали золотые строчки системного сообщения:

"Задание. Уничтожить свору озерных кикимор и их Предводителя. Награда: 3 кочана капусты. Опыт: 7000. Срок: 1 день".

"Хех! Админы тоже шутниками оказались" — ухмыльнулся Гром, прочитав про награду за бой.

Теперь для него стало кое-что проясняться в игровой механике. Судя по награде в задании, в игре структурирована схема действие-команда, а не наоборот, как во всех остальных. Другими словами, игроки с программой в полной интерактивной связке. Это означает, что неписи не связаны в диалогах, потому беседы с ними неотличимы от бесед игроков меж собой. А это уже вообще запределье интересных возможностей!

— Договорились. — Вновь его взгляд стал осмысленным. — Так, когда говоришь, эти монстры о себе дают знать?

— В полночь появляются проклятые. Наши парни из-за них ночами не спят. Да, не все до солнышка доживают. Будь они прокляты!

— В полночь твари встретятся на бережку теперь с нами. Пусть ваши сегодня поспят.

Староста от радости разве что не прыгал.

— Может, зайдешь в дом? Винцом угощу. Жена щи приготовит.

— Нет, благодарствую. Я лучше за селом еще погуляю. Красивые тут у вас места.

— Это верно, — гордо оттопырил староста бороду. — Места у нас знатные. Ну, погуляй малость. Полюбуйся.

Гром развернулся, спустился по ступенькам во двор и направился к воротам ожидать прихода своего "легиона".

Спустя час его любования действительно живописным пейзажем данной локации, засек на серпантине ленточки дороги приближение жрицы.

Гром раскрыл карту посмотреть где остался Амитола. Его желтый индикатор перемещался еще в зоне границ нагорья. Если до вечера доберется, уже хорошо.

Гром поднялся с кочки и пошел навстречу девушке.

Как встретились, Мартина поинтересовалась:

— Кого сегодня будем истреблять?

— Не совсем сегодня. После полуночи.

— Мы теперь всегда будем только по ночам опыт набирать?

— Выходит, что так, — засмеялся Гром. — На этот раз задание от старосты этого села. Кикиморы какие-то завелись в их озере. По ночам нападают на село. Жертв бывает много.

— А награда какая?

— По кочану капусты на брата. И на сестру тоже, конечно, — заулыбался он.

— Я серьезно, — обиделась Мартина, что ее не всерьез принимает Гром.

— Я совершенно серьезно. Такая шутка от админов. Короче, без наград. Опыт и будет нашей наградой.

— Ясненько. Я не против и такой награды.

Они рядышком прошлись до берега озера, прогулялись, поглядывая на безмятежную ее гладь, а Мартина в недоумении воскликнула:

— Кому придет в голову, что в таком чудесном озере, и такие твари опасные водятся?

— Да, — кивнул Гром. — Точно, как нередко бывает и со встречными людьми.

— Ага, — сразу согласилась девушка. — Как и с моими встречными в стартовой зоне.

— Да, забудь уж про них. Отомстили сполна. Лучше скажи о состоянии твоей одежды. Они, наверное, основательно потрепались после атаки дракона.

— Есть такое. Наполовину потрепались. Как в городе окажусь, нужно будет в гильдию магов попасть. Там у них должны быть маги, что чинят такие одежды.

— Что же молчала? Сегодня бы с утра и зашли.

— Забыла, — честно призналась она. — Непривычное дело.

— Вот и привыкай потихоньку. Это мне только пока не надо; самовосстановливающиеся у меня. Ты же не забывай больше. А то однажды в бою останешься в неглиже.

— Ладно. Усекла.

Дальше побродили еще и в самом селе. Обошли ближайшее пастбище мелкого скота, заглянули в мельницу и уже возвращались назад, к берегу озера, как получил Гром эсемеску: "встречайте с оркестром".

— Ну, наконец-то, наш лучник прибыл. Требует торжественной встречи у ворот села.

— Пошли, встретим, — встрепенулась Мартина, и они поспешили к распахнутым воротам села.

Издали увидели эльфа, бодро шагающего по дороге к ним.

— Кого убить надо? — весело заговорил он, как приблизился до них.

— Свору озерных кикимор и их предводителя, — пояснил Гром. — Опять ночной бой.

— Ночной, так ночной. Какая нам разница. Ты же осветишь этих тварей. А мы с дальней дистанции по ним шарахнем.

— Ой! Совсем забыла сказать, — встрепенулась Мартина. — Утром, после твоего ухода, Арист и меня обучил новой руне. Теперь еще одну из второго круга магии знаю. А знаете какую? Называется "огненный дождь". Страшная вещь, — бахвалялась девушка. — Наносит по площади серьезный урон всем-всем, попавшим под нее.

— Это же здорово! — восхитился Амитола. — Я бывал свидетелем атаки этой магией. Правда, использовали против нас тогда. Десяток воинов пали с двух таких атак неприятеля, пока наши маги не сообразили защитный зонт раскрыть.

— Но есть и недостаток у этой руны, — предупредила Мартина эльфа. — Она не разбирает своих-чужих. Если Гром окажется на площади, и его снесет.

— Меня не снесет, — усмехнулся Гром. — Магией меня теперь невозможно одолеть.

— Это почему же? — удивилась такой его самоуверенности Мартина. Да и Амитола глядел на него с не менее удивленными глазами.

Гром откинул капюшон, демонстрируя обруч на голове.

— Называется "ошейник Исчадия". Стопроцентный игнор всякой магии.

— Так он же… вижу, для обитателей Инферно вроде! — обалдел Амитола. — Ты не можешь носить это на голове.

Гром пожал плечами:

— Не знаю почему, но могу, как видите.

— Фэнтези! — только и выдохнул эльф. — Пояс их. А теперь и обруч!

— Вот и я о том же, — засмеялся Гром. — Сам не пойму в честь чего таким стал. — Потом махнул рукой: — Ладно. Хватит обо мне говорить. Давайте пойдем на бережок и там сварганим небольшой пикничок. Время пока есть.

У бережка немало валялись всякие коряги и деревянные обломки от деятельности местных плотников, ставивших палисад. Собрали достаточно, чтобы поддерживать костер до полуночи. Расселись вокруг сразу вспыхнувшего само собой костерка, а Гром выудил из запасов в сумке три куска мяса дичи, насадил их на прутья и вместе с остальными румянил их над огнем. Лень было сбегать в селение за солью. Решили, что от одного раза несолоного ужина от них не убудет.

Тем временем, небо неуклонно мрачнело. Проступили во тьме небосклона блеклые звездные россыпи. Выглянула, как всегда в этой игре, полная луна. Других ее фаз, по-видимому, разработчиками не предусматривалось.

Гром засек на таймере половину двенадцатого ночи, и сказал:

— Друзья. Пора продумывать тактику боя. Что предлагаете?

Амитола внимательно оглядел местность, предложил:

— Мне подойдет тот выступ у холма. До берега оттуда смогу достать.

Мартина сама тоже присмотрелась вокруг. Сначала предложила прямо отсюда и атаковать кикимор. Но доступность до нее по прямой сразу встретила отрицание такой ее боевой позиции.

— А может, на то дерево взберешься? — показал Амитола на неподалеку растущий высокий дуб. — Оттуда и пли по ним.

— Неплохая идея, — поддержал Гром. — Поможем взобраться.

На том и порешили с Мартиной без ее согласия. Хотя она возмущалась избранной ей трусливой позицией.

— Ну, а я буду на самом берегу их дожидаться, — без обсуждения заявил Гром. — На том и порешим.

Они еще некоторое время молчаливо просидели у огня.

— Интересно, что за фрукт их предводитель? — задумчиво произнес Амитола.

— Скорее всего, нечто сильнее остальных будет. Но справимся. Не боись. — После поднялся: — Мартина, пошли, помогу на дерево взобраться.

У дерева подтолкнули девушку на первую высокую ветвь дуба. Следом полез Гром, помочь ей выше взобраться. Устроилась она с комфортом на третьей широкой ветви, откуда хорошо просматривался берег.

Когда Гром слез, увидел, что Амитола уже взобрался на свою высотку. От него подальше, с верхушек палисада торчали головы десятка сельских мужиков с самодельными луками. Видать, решили подстраховаться на случай погибели основной ударной силы.

Гром кликнул на "сияние". Вокруг него шагов на двадцать залило бледным светом. И он пошел в сторону берега озера.

Черная водная гладь отражала звезды и высоко взобравшуюся по небосводу бледную луну. Полночь уже наступила.

Гром выхватил Лед и Пламень, стал у кромки воды, внимательно вглядываясь в черный омут.

Время шло медленно. Пока ничего подозрительного не происходило.

Как вдруг Гром встрепенулся; вдали, в глубине воды замелькали красные черточки. Они постоянно покачивались из стороны в сторону, но все вместе дружно приближались к нему. Потом на поверхности воды показались первые головы страхолюдин. Гром понял, что те черточки под водой — это были их индикация над головами, ярко видные во мраке ночи. Он даже различил у самых первых появившихся: "тарвирийская кикимора 800/800".

А головы волна за волной все продолжали вылезать из глади озера. И все направлялись в сторону Грома.

Пора было серьезно готовиться к большому бою. Вошел в опциях в свои параметры, кликнул на "берсерк". Сразу облился изнутри невероятной лютой ненавистью к этим пародийно уродливым существам. Отступил на несколько шагов, чтобы дать возможность большему числу этих тварей выбраться на сушу.

Первые, целиком оказавшиеся вне воды, вызывали своими телесами — длинными обвисшими грудями и кривыми ногами — тошнотный позыв. А те уже тянули корявые костлявые ручища, вооруженные черными когтями, в его сторону. И вдруг неожидаемо резво побежали на него в атаку.

Десятка ловкости и прочная броня, конечно, не дали тем возможность сразу же вцепиться в живую плоть, пробив синие чешуи кольчуги. Зато первые ряды агрессорок оказались в зоне дикой пляски запылавших клинков, кто сгорая заживо, кто надолго обледенев, а кто и то и другое сразу вместе.

Над головой раздался грохот и яркие, как напалм, капли полились на всю кутерьму вокруг Грома, обливая и его самого с головы до ног жидкими огненными брызгами. Он-то ничего не почувствовал под своей инфернальной защитой, но кикиморы вокруг него корчились, разваливались обгорелыми под ноги. Тут же пошла вторая волна, самоотверженно заступая в вакантные уже места.

Амитола четко издали вышибал каждым выстрелом по одной гадине. А стрелял он, как ненароком заметил Гром, что из калаша палил. Забыл узнать у него: сколько стрел в его колчане? Но пока они были. Если кончатся сам прибежит к нему серпом размахивать; выученные недавно удары оттачивать захочет.

Битва Грома со второй волной была в разгаре, когда откат после огненного дождя закончился и всех их вместе с Громом накрыл жуткий камнепад. Глыбы с грохотом обрушивались на головы с лошадиными рожами кикимор, давили их как мух.

И тут, оставшиеся еще в живых и пришедшие к ним на помощь, шарахнулись от Грома, когда он взорвался фейерверком салюта. В его ушах раздались фанфары; тут же перед глазами вспыхнуло золотое: "Двадцатый уровень".

Гром с еще большим рвением запустил круговое комбо, скосив сразу пятерых кикимор за раз. Но они все продолжали вылезать из недр озера, словно их там оставалось еще прорва.

Стрелы Амитолы перестали вжикать мимо него. Понял, что колчан иссяк. И, действительно, как предполагал, сбоку появился эльф, вооруженный уже серпом. Сразу же вклинился в самую гущу кикимор, плотно окруживших Грома.

Клинок эльфа несколько раз промелькнул в опасной близости, прямо у лица.

— Эй! Топай подальше от меня, — завопил Гром.

До Амитолы с запозданием, но дошло, что от него потребовали, сделал пару шагов назад. Теперь и сам тоже облеплен гадинами, тянущими к нему острые когти.

Гром сердился на себя, что все позиции боя нормально не обговорил с напарниками. Теперь, приход сюда Амитолы лишает Мартину возможности накрывать целыми толпами кикимор огненным дождем и камнепадом. Амитола не защищен, как он, от магии. А то, что заменят его потуги с мечом великолепный результат атак Мартины, под большим вопросом.

Девушке теперь приходилось довольствоваться только огненным шаром да ударом молнии по одиночным целям. И то, только тогда, когда не требуется постоянно кидать на эльфа лечение. А это бывало теперь все реже и реже. Одно только было положительное в его подключении в ближний бой: нарабатывались его удары.

Так успокаивал себя рассерженный Гром, в ярости кидаясь на уродок, окруживших его.

Скошенные под корень толпы кикимор более вяло стали восстанавливаться из запасных. Это радовало. Значит, не далек конец их потоку.

В одном из совместных натисков Грома и Амитолы вспыхнул феерверк на дубе.

Гром про себя поздравил Мартину с получением долгожданного нового уровня. Ведь обещал он ей в этом помогать.

Спустя еще некоторое время интенсивного боя, Амитола смертельно насадил на загнутый клинок одну из трех оставшихся в живых кикимор, а Мартина с дерева сожгла молнией другую. Грому оставили последнюю кикимору, которой, как ножницами, отрезал уродливую голову ударом парных клинков крест-накрест. И тут же Гром засек вторую яркую вспышку на дубе. Быстро обернулся, чтоб еще раз за эту беспокойную ночь порадоваться очередному девятому уровню Мартины. Приветственным жестом поздравил ее этим событием.

Издалека радостно заголосили сельские лучники, что не смогли произвести за все время боя ни одного выстрела из-за дальности цели. Да и не понадобилась их подмога. Сами прекрасно справились и уже остались в одиночестве на берегу, вкруговую усеянные черными когтями, что оставляли в посмертии вместо себя кикиморы.

Неожиданно там замолкли. А Гром, глянув на черную гладь озера, понял почему. Вылезала со дна большая голова предводителя с торчком торчащими длинными ушами. Судя по красным буквам над той башкой, тот так и назывался на самом деле: "Предводитель 8000/8000".

Амитола нетерпеливо ерзал рядом, пока монстр медленно выбирался к ним.

Этот экземпляр кикиморы был уже мужского пола. В два раза, если не в три, выше его самок, или женщин, черт его знает как о них нужно говорить.

Корявый гигант, весь в зеленных нитях водорослей, уже шлепал по мелководью, таращась на наглых людишек, так живо за раз лишивших его всего гарема.

Выбрался на берег и жутким вибрированием голосовых связок завыл на полную луну. Потом, неуклюже подпрыгивая, пошел на них. Отмахнулся от прилетевшего с дерева огненного шара, как от назойливой мухи, широко замахнулся сразу обеими лапами, но шарахнул только по песку, где миг назад стояли эти двое наглецов.

Гром вторично нажал на "берсерк", рванулся с рыком вперед, всадил обезумевшие от нетерпения клинки в пах монстру. Крит. Монстр захрустел облединяясь и тлея одновременно. В тот же миг прилетевшая с треском молния поразила его точно по макушке. Кинулся вперед и Амитола с широким молодецким замахом меча. Гром вовремя отскочил. Иначе точно бы и его достал удалец. Удар Амитолы пришелся по запястью предводителя кикимор, напрочь отсек его. Гром решил вмешаться, пока эльф не вздумал сделать второй от души замах. Подскочил сбоку к предводителю, вторично погрузил мечи в корявое тело. Вой повторился, но на сей раз от боли.

Предводитель упал на ослабевшие колени, поливая песок розовой жидкостью из обрубка руки, как из брандспойта. А Грому этого и надо было. Успел увернуться от летящего в его сторону серпа и в ярости врезал обоими клинками в шею гиганта. Благо теперь мог до нее достать.

И голова в фонтане розоватой крови отвалилась на песчаный берег. Ее тут же накрыло следом само туловище.

Крики радости вновь раздались из-за палисада. А Амитола, в свою очередь уже, фейерверком своего восемнадцатого уровня отсалютовал полной их победе.

ОКБ "Аркадия" 20 ч. 30 мин.

Несанов на мониторе вычертил кривую маршрута подопечного. Если продолжить закономерное его продолжение, он проходит по зоне повышенной опасности.

Рука сама схватила трубку аппарата внутренней связи. Кликнул пальцем в единичку.

На том конце поднял трубку Перумов:

— Слушаю вас, Руслан Борисович.

— Возникла угроза перерождения, Николай Николаевич. Что делать? — голосом полной тревоги воскликнул Несанов.

— Что случилось там? — аж подскочил Перумов. — Откуда?

— Цепь заданий ведет подопечного в локацию повышенной опасности.

— Это куда же? Говорите яснее.

— Да в ту самую, что впихнула комиссия из финальной части первого конкурсного варианта.

Перумов вспомнил.

Тогда, год назад, шли долгие жаркие споры между программистами и кураторами: можно вставлять эту локацию в том виде, в какой она есть или сначала нужно ее доработать. Победила тогда, к сожалению, власть. Вставили как есть.

А весь сыр бор разгорелся после предложения самого Федора Рудольфовича "оживить" возможности виртуальной игры, покалеченной по их вине нестыковками зон сложными локациями. И тут же его завотделы предложили включить на начальный этап эволюции вступивших в игру три почти непроходимых финальных окончаний из выставленных на конкурс вариантов. Аргументировали тем, что раз нет масштабных войн, значит, должны быть трудные способы альтернативного роста.

Программисты безуспешно пытались доказать, что это не будет ростом, а наоборот. Только оттолкнет от игры некоторые клиентские страны. Приводили математические доказательства невозможности преодолеть таких параметров агрессоров этих зон даже сильными игроками. А ниже и говорить не приходится.

С трудом удалось отвергнуть два из трех финалов. Один все же пропихнули.

Что можно сделать если это не вывод, а приказ.

Пришлось вмонтировать ненавистную локацию в базовую часть Аркадии.

В отмеску третий отдел обозвал ее Клоакой. Но позже решили, что это слишком вызывающий протест, и скосили последнюю букву.

Клоак переместили в нижний уровень из-за нехватки места в остальных зонах.

Так возникло обширное аркадское подземелье, соединенное с игровым миром червоточинами.

Как и предполагали программисты, практически любой развитости игрок вблизи таких червоточин с большой вероятностью отправлялся на перерождение.

Пришлось обозначить области с выходами из Клоак зонами повышенной опасности, и стараться, чтобы в те зоны не вели задания.

А тут, оказывается, оберегаемый, как зеница ока, подопечный направляется именно туда. Может провалиться попытка.

— Руслан Борисович, — охрипшим голосом проговорил в трубку Перумов. — Чем можем уберечь его?

— Есть только одна такая возможность. Но требуется ваше личное вмешательство, Николай Николаевич, чтобы ее реализовать.

— Какое? Не тяните время.

— Передать подопечному защиту сотого уровня высшего эльфа. Есть такая защита. "Подчинение" называется. Кстати, с ней подопечный способен и всю агрессивную зону уничтожить на протяженное время.

— Правда? Это мы обдумаем в дальнейшем. А сейчас я займусь подчинением. Спасибо, что предупердили.

Перумов повесил трубку, тут же снова поднял, кликнул на четверку.

— Борис Викторович, у нас чепе с подопечным. Срочно нужно скинуть ему защиту "Подчинение". Без вас Несанов не обойдется.

— Вечно мне мешаете работать, — огрызнулся в трубку Борисов и поспешил в шестой отдел.

Глава 13

Предводитель тоже исчез, оставив после себя пару длинных, как у осла, ушей.

Гром сапогом пнул их и направился к дубу. Мартина все еще дожидалась его помощи. Сама бы не рискнула самостоятельно спускаться с такой верхотуры.

Гром в несколько сильных прыжков — способность, данная от Акробатики — оказался рядом.

— Вставай, жрица. Пора на грешную землю спуститься.

Мартина с опаской поднялась, сразу вцепилась ему в руку.

И тут произошло для нее неожиданность, которую никак не ожидала.

Гром крепко обнял ее за талию, прижал к себе. Потом, вместе с ней прыгнул с большой высоты вниз.

Мартина не успела сменить возмущение его фривольностью страхом разбиться, как уже мягко приземлилась у подножья дуба. Широко распахнутые глаза не то от страха, не то от удивления, смотрели в насмешливые глаза Грома.

— Испугалась?

Та, молча, освободилась из его объятий, и поплелась на отекших от неудобного сидения на суку ногах, в сторону Амитолы.

— Нет, ты видел что он сделал? — обратилась она к нему.

— Видел, — спокойно отреагировал эльф, продолжая подбирать и складывать в сумку кикиморские когти. — У него на чем-то стоит "падение пера", и только. Чему ты удивилась так?

Мартина согласно кивнула:

— Ты прав. Я сразу не подумала об этом.

Сзади подошел к ним Гром.

— На что тебе эти костяшки, Амитола?

— У нас мастера из таких вот длинных когтей отличные наконечники стрел изготавливают. Думаю, эти должны еще и редкие бафы навешивать.

— Тогда, поторопись. Нас ждут в селе преподнести награду.

— Да? — обрадовался Амитола. — И что же дадут?

— Сам увидишь, — серьезно ответил ему Гром под заливистый смех Мартины.

Эльф не понял что тут смешного, собрал, наконец, дары кикимор и вместе пошли они по тропинке к воротам села.

Конечно же, тут никто еще не спал; ждали с нетерпением возвращения спасителей.

Кругом горели костерки. Все, от мала до велика были во дворах. А староста в сопровождении десятка молодых сельчан с луками за спинами, радостно улыбаясь, встречал у ворот. Чуть поодаль от него три женщины в праздничных нарядах стояли в ряд, и каждая в руках держала по огромному кочану капусты.

— Вы наши спасители! — заголосил староста, как они вступили в село. — Спасители вы наши! Наши спасители вы! Наши вы спасители! Примите в знак нашей великой благодарности… — Тут он подал женщинам знак, и те бегом припустили к ним, всучивая каждому по кочану.

Гром и Мартина ухахатывались, глядя на растерянное лицо эльфа.

А одновременно с этой юмористической сценкой Гром получил сообщение с продолжением системной издевки:

"Задание выполнено. Получены 3 кочана капусты".

— Спасибо вам за щедрую награду, — сердечно поблагодарил Гром старосту. — А можно нам эту награду сменить на постой в селе, до рассвета?

— Так и без замены такое возможно! — уверил их староста. — Избу светлую выделим.

— Нет. Без замены никак нельзя. Заберите вашу знатную капусту обратно в амбар, а нам откройте дверь в ту самую светлую избу.

Староста кивнул тем же женщинам. И они, снова подбежав к ним, забрали свои капусты. После чего в сопровождении старосты и сельского эскорта их провели к дальней избе, впустили вовнутрь с пожеланиями спокойной ночи.

— Могли бы хотя бы кувшин пива поднести, чтоб горло промочили их спасители, — проворчал Амитола, все еще не пришедший в себя после получения своей награды.

— Обойдемся. — Гром по-хозяйски стал стелить в дальней стороне от единственной кроватки, прямо на доски пола все тряпичное, что подвернется. Чтоб хотя бы немного смягчить лежание на полу. — Давай уже спать.

Несколько часов такого сна не принесли им желанного отдыха. Только Мартина нормально отоспалась. И то хорошо.

Спозаранку встали, собирались уже уходить, как раздался в дверь стук. Гром открыл, увидел на пороге вчерашнюю делегацию во главе со старостой села.

— С добрым утречком, — подался к нему староста. — Я, как погляжу, вы хорошо тут отдохнули.

— Да уж, — пробурчал Гром, оглядываясь на злое лицо Амитолы.

— Тоды, может, с утрянки еще нам кое в чем подсобите? — заискивающе поглядывал Грому в глаза старец. Да, и за ним стоявшие тоже.

— А чего еще надо?

— Так, дело в том, что мы торгуем с потятинцами много лет. Мы им свою капустку, брюкву поставляем, а они нам ткани разные, посуду отменную взамен…

— Потятинцы, это кто такие?

— Так, жители села Потятино.

— Понял. А мы вам зачем?

— Говорю же. Торгуем мы с потятинцами…

— Это я уже понял, — терял терпение Гром. — Что от нас хотите?

Староста напрягался, пытаясь перейти к сути просьбы.

— Дорога между нашими селами одна только. Через мосток. А там уже полгодика, как засели бандюганы. Дань с нас и с них изымают за проезд. Разоряют, бесстыдники, сельчан.

— Теперь понятно. А много их там?

— Всегда пяток извергов стоит у мостика.

— И чего, сами с пятью бандитами не можете справиться? — с издевкой ухмыльнулся позади Амитола.

— Не могем. Сильные они шибко. А вы смогете. Может, согласитесь подсобить? А мы вам…

— Нет уж, — Амитола приблизился к старосте. — Спасибо. Нам ничего не надо. И так поможем.

Гром согласно кивнул старосте, следом прочитал прилетевшее системное оповещение:

"Задание. Освободить мост от шайки разбойников. Награда: 8 виноградин сердец, 100 золотых монет. Опыт: 7000. Срок: 3 дня".

— Сделаем, — улыбнулся Гром толпе за дверью. — По пути домой освободим вам дорогу к соседям. Только укажите на карте, где этот мост и Путятино заодно.

— Да, хоть в сей миг, — возбудился старик, радостно потирая намозоленные руки.

Гром раскрыл свою карту местности, на которой обозначились в закрытой ее зоне левее Мирии индикации мест нахождения моста и села Путятино.

— Заранее благодарствуем вас, — низко поклонился староста, а за ним и вся остальная толпа селян.

Смущенный Гром пообещал, что быстро решат их проблему, после чего делегация разбрелась по своим сельскохозяйственным делам.

Гром прикрыл дверь, повернулся к Мартине и Амитоле:

— Давайте по-быстрому раскидаем свободные очки и отправимся уже к тому мосту.

Сам тоже прошел сел за стол посреди избы, раскрыл свои опции.

Как и ожидал, получил подарок от Нисару тоже: в параметрах появилась новая оранжевая планка "Подчинение живности". Понятно, что живность ему подчиняет, но только что с ней делается дальше, пока неясно. Потом подумал, что в процессе разберется сам.

Следующим делом раскрыл характеристики; тут тоже обнаружил новинку: Следопыт 2. А свободных для распределения очков дается уже по 20.

Решил сразу кинуть десятку на живучесть. Важно иметь жизнь с запасом надежности, если точно не знаешь что еще тебя ожидает впереди. А оставшуюся десятку распределить поровну между силой и атакой. И получил под конец:

Живучесть 50,

Сила 20(10),

Ловкость 10,

Выносливость 20,

Акробатика 5,

Атака 20(10),

Скорость 5,

Меткость 10(10),

Следопыт 2,

Урон от оружия (ближний бой) 10,

Урон от оружия (дальний бой) 5,

Защита (физическая)10(10),

Защита (духовная) 20(10),

Восстановление 10

Удача 10,

Интеллект10,

Смекалка 10.

Да. Мощь мускулов теперь заметно возросла. И жизнь стала значительней: 2500+50/2500. А насколько лучше теперь будет атаковать — выяснится в следующих боях.

Гром был вполне доволен сегодняшними своими достижениями, чему здорово помогло в свое время читерское наращивание.

Закрыл опции, оглядел остальных.

Амитола все еще сидел с остекленевшими глазами. Занимался собой.

Мартина уже завершила распределение, и теперь с любопытством наблюдала за выражением лица эльфа.

— Ну, как там у тебя дела складываются? — спросил ее Гром.

— Лучше не бывает, — улыбнулась жрица. — Открылись две новые характеристики. О таком можно только мечтать.

— Вот видишь? Я же обещал, что помогу подняться. Теперь можешь завершить второй круг полностью.

— Даже на третий замахнусь. — Счастливой Мартине не сиделось на месте. Встала, приплясывая на месте.

Тут и Амитола окончательно очухался. Его мышцы и рост заметно увеличились. Тоже вскочил.

— Ребята, — развел руками эльф. — Как здорово, что с вами встретился. Вернусь назад — в Доме Черных Воронов не узнают меня. На этот раз я кинул только на силу, и на живучесть. Хочу вплотную заняться ближним боем.

— Что это за дом такой? — спросил Гром.

Амитола, сначала непонимающе посмотрел на него, потом разъяснил:

— У вас кланы, а у нас Дома. Мой Дом самый могущественный в Индекайе. Дом Черных воронов.

— А гильдии у вас тоже есть? — поинтересовалась Мартина.

— Конечно! Я сам из гильдии воинов Несару.

— И, конечно, самые могучие воины Индекайа, — с иронией добавил Гром.

— Дда… А что? — не понял иронии Амитола.

— Нет. Ничего. Только чего же могучий Дом и могучая гильдия эльфийского края не обучили своего воина разбираться в людях. Не попадаться на крючок аферистам в чужих краях?

При этом напоминании приподнятое настроение Амитолы испортилось.

— Век живи, век учись, — только и ответил он ему.

— Ладно, забудь. Собираемся в путь. — Гром тоже поднялся со стула.

Выбрались они из избы, и пошли к воротам, сопровождаемые возгласами одобрения со стороны садовых участков.

За воротами Гром еще раз раскрыл карту для корректировки направления к мосту, и был приятно удивлен заметным расширением освещенной части местностей, где он уже побывал. Вот, значит, что дает следопытство, понял он.

Гром закрыл карту и повел свой отряд параллельно забору налево. Оттуда начиналась еще одна широкая дорога прямо до того самого моста.

Раннее солнышко заливало золотистым светом обширные луга по обе стороны их стези, по которой они сейчас шагали к цели: отомстить лиходеям у моста за причиняемый ими сельчанам беспредел. Единственное, что огорчало их, так это нарушенная традиция по утрам завтракать, прежде чем куда-либо отправляться. Да что поделаешь, если не угостили сами, а им неудобно стало просить. Так и ушли с утрянки по заданию неудовлетворенными.

Целый час топтания сапогами придорожной пыли привело их куда надо. Завиднелась вдали голубая лента реки. А сама дорога упиралась там к широкому брусчатому мосту при котором издали чернели семь фигур. Приблизившись еще немного, увидели их детальнее.

Вооруженные до зубов трое из разбойников сидели вокруг котла и черпали из него ложками. Четверо остальных, тоже хорошо вооруженных расселись в ряд на крутом бережку, удили рыбку. Что было для Грома странностью, так то, что, как и в первый раз у встреченных бандюганов, так и у этих никаких ников, как и величин жизней, над головами не было. Выходит, такова разбойничья игровая специфика.

На их приближение первыми среагировали завтракающие разбойники. Все трое отложили ложки и поднялись, чтобы уставиться на непохожих на сельчан путников.

Тем временем Гром по ходу выдвинулся вперед, оставив напарников стоять в шагах десяти позади, сам один подошел к ним.

— И что тут вам надо? — задал вопрос, обращаясь ко всем.

— А тебе чего здесь надо? — набычился самый крупный из тех троих, угрожающе поглаживая эфес двуручного меча на боку.

— Мне? — Гром с поддельным недоумением поглядел на того. — Мне нужно на ту сторону. И им тоже, — кивнул он за спину.

— Можно. Платите три серебреных, и гуляйте отсюда.

— А в честь чего платить-то? — продолжал прикидываться Гром наивным путешественником.

— В честь нашей охраны моста, — осклабился разбойник.

— Да? Кто же вас назначил сюда охранниками?

— А это не твоего ума дело. Катитесь-ка по добру по здорову назад, откуда пришли. Иначе худо будет.

— Это точно. Худо будет, — в лицо засмеялся ему Гром. — Только вам.

— Что-о? — только стал доставать меч бандит, как их всех накрыл огненный дождь.

Гром тут же добавил двойной удар своими клинками. Вдогонку в грудь тому вонзилась еще и стрела из частично восстановленного магического колчана Амитолы. Разбойник рухнул на землю, так и не успев достать свой меч.

Остальные разбойники разделились тут же на две группы; трое кинулись на Мартину и Амитолу, а трое — обступили Грома.

Тут пошла отчаянная рубка протяженностью порядка десяти-пятнадцати минут.

Как все остальные шестеро тоже оказались в аутсайде, а система оповестила о выполнении задания, обнаружилось, что Гром почти не пострадал, Амитола на четверть потерял жизни, а бедная Мартина на пороге перерождения.

Гром тут же бросил на нее лечилку, но и она сама быстро наращивала свою жизнь.

— Ты почему не поднимаешь Живучесть? — с укоризной спросил он ее

— Мне мана пока важнее.

— Ничего себе! Тебя же каждый с ножиком, оказывается, может прикончить. На девятом уровне такая малая живучесть — это ненормально. Все остальные очки дальше кидай только на нее, мой тебе совет.

— Это хороший совет, сестричка, — вмешался Амитола. — Как видела, мне пришлось одному всех троих положить. В ближней дистанции долго с таким количеством жизней не продержишься. Тебе что-то и для брони еще нужно достать. Ну, там колечки, сережки.

— Ладно, — виновато опустила голову Мартина. — Уразумела.

Глава 14

Они уже час как цепью перемещались параллельно тропе вглубь зоны, где могли оказаться сторожевые нити паутины. Гром тоже стоял в ряду. Его низкий показатель следопытства захватывал под наблюдение малую территорию, да очень слабое видение, чем у любого из четверых, выделенных под его командование. Но об этом он им не сказал, конечно. Парни и так на пределе своих возможностей напряжены, чтобы еще им заявить: ваш командир слабенький следопыт.

Достигли почти скал, когда самый крайний справа следопыт закричал: "Вижу!".

Все собрались возле того парня. И Гром различил почти на поверхности грунта тончайшую нить, натянутую метра на три от камешка до камешка, а концами уходящую в землю.

— Отлично! — возбужденно заговорил Гром. — Теперь метрах в пяти отсюда собирайте сухостой. И побольше.

Следопыты, ничего не понимая, для чего понадобилось ему столько сухостоя, разбежались собирать сухие ветки, в изобилии рассыпанные по опушке.

Некоторое время спустя в указанном Громом участке возвышалась гора веток. Ими толстым слоем обложили большую квадратную площадь поляны. После чего троих послал влезть на дерево, а четвертому выдал факел, что еще в его руках вспыхнул пламенем. Наказал поджечь факелом сухостой как он скажет, и самому тоже взбираться на ближайшее дерево.

Подготовив такую западню паукам, подошел близко к нити, закричал: "зажигай!". С минуту выждал, полез в опциях в параметры, одновременно пнув ногой нить. Почти сразу вокруг него кольцом начал возникать и расширяться черный ковер в красных штрихах. А Гром тут же мысленно кликнул на "выкл." возле "подчинение живности".

Как и в прошлый раз завибрировал прозрачный эфир. Волны покатились по живому ковру, мгновенно обращая его уже в черное с зелеными штрихами.

На деревьях сидящие следопыты зачарованно глядели, как опасное паучье дружно устремилось прямо в яростно трещащий огонь. Как они добровольно перли в пекло, чтобы там сгорать, распространяя вокруг черный дым и смрад.

Гром, за истребление множества пауков не получил ни одного очка опыта. Объяснил такое явление тем, что не врагов истреблял. Но не сильно тому огорчился. Семь тысяч группу ожидает в крепости.

Подошел к деревьям.

— Вам что, там понравилось? Не хотите спускаться вниз?

Следопыты, все еще не веря тому, чему стали свидетелями, поспустились к нему, и теперь смотрели на него с нескрываемым уважением.

— Ищем дальше нити, — дал команду Гром.

И они, вновь выстроились в длинную редкую шеренгу, двинулись вперед.

На вторую паутину на этот раз наткнулся другой следопыт. Как только он указал на нее, нить засверкала в лучах солнца меж двух деревьев у самой опушки.

Не мудрствуя лукаво, все манипуляции повторили. Благо, следопыты сами уже знали как чего делать.

Как повылезала орда новых пауков, подчинил и направил в новое кострище. Снова надышались они отвратной зловонью. Да делать нечего.

И опять построились в редкую шеренгу.

До наступающей темноты ими было обнаружено еще две паутины. Полное сожжение и ими вызванных на поверхность легионов пауков поставило точку в окончании успешной охоты. Пора было возвращаться со щитом в крепость.

В полумраке достигли наглухо запертых ворот. Но они сразу же раскрылись, как только следопыты приблизились к ним.

На плацу маячил весь отряд Бойко во главе с ним самим. Он долго тряс руку, потом протянул Грому кошель. Тут и объявила система:

"Задание выполнено. Истреблены 2876 пауков".

— Это золото предназначалось гильдии магов. Теперь пусть пеняют на свою лень. Они твои, князь.

— А где мои друзья? — поогляделся Гром.

— Ждут там же, где были с тобой. Я им предложил свободное помещение, но они отказались идти. Сказали, что ты приказал в моей комнате дожидаться своего возвращения.

— Вообще-то, я имел в виду: в крепости, — усмехнулся Гром. — Пойдем, я их заберу в другое помещение.

Гром с Бойко направились в его комнатушку. Как вошли оба ожидавших вскочили.

— Наконец-то! — обрадовалась Мартина. — А то распереживались тут за тебя.

— Все в порядке, как видите. Давайте пойдем в другое помещение. Командиру тоже нужно отдыхать.

— Да. Идемте, провожу, — указал Бойко даме на дверь. — Вам принесут туда ваш ужин.

Бойко провел их через плац к другой пристройке у противоположной крепостной стены, запустил в помещение тоже с рядами лежанок. Но тут стоял еще длинный стол, несколько стульев, и с десяток сундучков по краю стены.

Гром вопросительно глянул на него.

— Пустая казарма. Никто вас не побеспокоит без нужды. Отдыхайте.

Как за ним прикрылась дверь, оба жадно бросились к нему с расспросами. Пришлось удовлетворять любопытство друзей подробным рассказом событий дня. А Мартина в свою очередь обрадовала Грома известием, что прямо перед его приходом в комнату командира у нее поднялся уровень до десятого.

— Нечестно, конечно, — виновато поглядела на него своими голубыми глазами. — Но я отработаю.

— Перестань, жрица, — приобнял ее за плечи Гром. — В группе отработок не бывает. И нечестностей тоже. Мы одна команда пока. Главное, что теперь у тебя нет преград в изучении рун. Вот что для нас главное.

— А я свободные очки вложила в живучесть.

— Вот и молодчина. Дальше старайся не забывать так же делать.

Тут в дверь постучали. За порогом оказался воин с подносом в руках. Гром прямо там же забрал у него принесенный ужин, закрыл теперь дверь на засов и понес поднос на стол.

— Давайте поужинаем, потом сразу спать. А с утрянки, наконец-то, отправимся домой.

Повар сторожевой крепости угостил гостей знатным ужином. На подносе лежала гора нарезанных тонкими ломтями свежих овощей и фруктов, три румяных жаренных цыпленка, всякие приправы и ломоть ржаного хлеба. А посреди этой снеди возвышалась бутыль вина.

Гром оглядел казарму в поиске кружек, но так и не нашел ни одной. Со смехом договорились по очереди пить из горла. Так даже оказалось веселее ужинать.

После еще немного поболтали о том, о сем и легли спать.

Среди ночи их разбудил колокольный звон. Спросонок ничего не соображая, повскакали с лежанок, вооружились и побежали к дверям.

Сейчас, а это было в четыре часа утра, на плацу был весь отряд, включая командира Бойко. Гром сразу направился к нему.

— Что происходит? — с тревогой в голосе спросил он у Бойко.

— Нас атаковали! — истеричным голосом воскликнул командир. — Нас атаковали! Да хранят нас боги.

— Перестань паниковать! Ты же командир. Какой пример ты дашь своим подчиненным?

Тут Бойко окрысился на Грома:

— Что ты ко мне пристал? Все это из-за тебя произошло. Не нужно было вам тут появляться. Жили бы и дальше спокойно.

Гром схватил его за плечи и так встряхнул, что у бедного командира зубы клацнули.

— Успокойся. Говори, кто напал на крепость?

— Нельзя было перебивать тех мелких тварей. Теперь явились из Клоака их матки. Страшные создания преисподней. Если перелезут через стены, нам всем крышка. А они точно перелезут. Это они умеют делать.

Гром что мог вытрясти из вибрирующего со страху Бойко, уже вытряс. Оставил его и побежал к каменным ступенькам, ведущим на стену. Быстро по ним взобрался на нее, где уже притаились за зубцами стены человек десять лучников.

В ночном сумраке силуэтами различались три холмика с красными черточками над вершинами, неумолимо приближающиеся к крепостной стене. Гром оглянулся назад.

Перед воротами выстраивался отряд в колонну по четыре. Впереди всех, прямо у ворот, видел Амитолу и Мартину. Ожидали приказа командира открыть ворота и атаковать неприятеля. А истеричное состояние командира еще продолжалось. Видать, никак не мог принять одно решение из двух оставшихся: дожидаться, пока те перелезут к ним или самим выходить навстречу?

Гром только укоризненно покачал головой и сиганул с высокой стены вниз под изумленные возгласы лучников.

Пока планировал вниз, пред взором вспыхнуло очередное сообщение в золотом сверкании:

"Задание. Уничтожить трех маток клоакских пауков. Награда: 3 части сломанного посоха храмовника Балдура. Опыт: 9000. Срок: 1 день".

Системное сообщение исчезло с его приземлением на травку, оставив его в озадаченности у основания стены. Уничтожить? А он собирался только приказать им убраться обратно. Это же меняет все дело! Теперь что? Убивать этих дам мечами?

И он недовольный заданием, побежал навстречу живым холмикам.

Со всех сторон каждого теперь различались длинные шарниры четырех пар лап.

В процессе бега активировал "сияние". Во мраке особенно ярко осветилась ближайшая округа. Теперь он различал и ники этих паучьих мастодонток. Каждая называлась одинаково "Матка клоакских пауков. 5000/5000".

Матки тоже его уже заметили. Теперь их двенадцать пар фасетчатых глаз гипнотизировали его на расстоянии магией окаменения. Гром эту магию чувствовал, как легкое жжение в глазах, не более.

Выхватил клинки и, пролетая в клубах ядовитого облака, что изрыгалась постоянным потоком между жвалами маток, полоснул одну по хитиновой лапе. Когда обернулся, остался доволен: один шарнир наполовину укоротился. Только верхняя его часть культей дергалась на краю хитиновой сферы туловища.

Но, несмотря на травму эта пока не отставала от своих подружек в скорости перемещения. Хотя им было далеко до его ловкости и скорости атаки. А про его акробатику вообще не ведали. Только теперь узнали и по достоинству должны были оценить, как он в высоком прыжке преодолел расстояние до, чуть отставшей от подруг, покалеченной матки и мгновенно снес еще одну конечность с той же стороны туловища. Не было у этих мобов голосовых связок. А то огласила бы округу диким воплем. Оставалось ей только злобно щелкать жвалами пока Гром, увертываясь от стремительных выпадов со стороны пока целых ее подруг, ушел на безопасную дистанцию. Все втроем матки снова припустили за ним, на время забыв о крепости. Грому только этого и надо было. Ведь теперь покалеченная еще больше отставать начала. Не обращая внимания на потуги его охмурить магическими возможностями, Гром резво обернулся и снова перепрыгнул догоняющих двух маток в сторону их подруги. Половина третьей конечности с той же стороны туловища оторвалась от центрального шарнирного стыка, упала в пыль. Сильно замедленная, в шоке, матка пыталась удержать равновесие громадного туловища хотя бы на последней лапе, но Гром не дал ей этого добиться до конца. Стремительным росчерком Пламени снес и последнюю. Матка грохнулась на бок, яростно и бессильно суча оставшимися четырьмя с другого боку в воздухе, и непрерывно изрыгала ядовитое облако.

Тем временем Грома уже настигали две другие уцелевшие, поэтому он опять ударился нарезать большие круги вокруг покалеченной, постоянно чувствуя жжение в глазах.

На одном из виражей оказался достаточно близко к одной из преследовательниц, чтобы и ей вломить по суставу. Не оглядываясь, продолжил бег. Но заметил, что есть контакт: теперь эта без одной лапы немного стала отставать. Растянул удовольствие на столько, чтобы без помех перепрыгнуть пока уцелевшую, и по той же отработанной схеме снести еще одну конечность у покалеченной.

Еще два маневра, и в небольшом отдалении от первой на боку сучила лапами одной стороны туловища вторая тварь.

Если бы у последней оставшейся целой матки было бы чуть больше сообразительности, должна была в панике побежать назад к своему котловану, как можно глубже зарыться в Клоак. Но этого не было сделано. Они жестко запрограммированы на одно лишь действие: догнать и уничтожить. Но, чтобы уничтожить, нужно сначала догнать. А как догонишь жертву, которая превосходит этой возможностью, да еще совсем не поддается магическим атакам.

Гром со злорадством развернулся на последнюю.

Ему в этих атаках даже берсеркером становиться не пришлось. Он все больше и больше уверялся, что пока не встречаются достойные ему соперники в игре. Если так пойдет дальше, так он может и в Инферно заглянуть. Или сперва в только недавно обнаруженное подземелье нырнуть?

Гром с гиком понесся мимо последней целой матки, не затормаживая чиркнул обоими клинками по передней лапе, при этом ловко увернувшись от щелкнувших у головы огромных серпов жвал. Далеко не стал отбегать. Теперь это не проблема.

Завертелся юлой вокруг паучихи, рассекая одну лапу за другой. Грохнулась последняя на землю, как и остальные беспомощно изрыгая ядовитые пары.

Со стены грянули радостные возгласы лучников. Ворота стали отпираться. И в его сторону уже не в колонну по четыре, а врассыпную бежали воины крепости во главе с командиром. Амитола и Мартина были среди них.

Гром поспешил навстречу, чтобы сдуру какой-нибудь из воинов не прошел в зону магической атаки искалеченных маток. Остановил их подальше от опасной зоны и предупредил об угрозе. Все стали возле него гурьбой и ожидали, что он скажет дальше.

— Ваши лучники остались на стене? Ладно. Ждать их прихода некогда.

Гром подозвал Амитолу и Мартину ближе к себе и сказал им:

— Давайте. Действуйте.

И сам показал пример; сосредоточил взгляд на ближайщей обездвиженной матке, послал в нее первую магическую стрелу "истребление". Слегка уже просевшая жизнь моба скачком упала на пятьсот единиц. Следом в хитину паучихи вонзились подряд две стрелы, скосив жизнь ее еще на тысяча шестьсот единиц. Тут же по ней грохнула молния, ополовинив жизни. Гром послал следующую магическую стрелу…

Остальные были зрителями, в течение почти получаса с удовольствием следившие за избиением опасных монстрих Клоака, после исчезновения которых на их местах оставались куски сверкающе черных обломков посоха.

Все это бесплатное представление дважды украсилось феерверками тел двоих из действующих лиц. Гром подскочил на двадцать первый уровень, а Амитола на девятнадцатый. Но поздравлять друг друга не было времени. Избиение продолжалось.

Последняя матка издоха, испарилась навеки, оставив на земле последний обломок с пузатым навершием из горного хрусталя.

Тут же пошли друг за другом два системных сообщения, предназначенные Грому:

"Задание выполнено. Уничтожены три матки клоакских пауков".

"Задание. Найдите способ восстановить посох храмовника Балдура. Награда: нет. Опыт: нет. Срок: нет".

"Зачем, интересно, оно нужно, если ничего нет?" ворчливо думал Гром, лениво шагая к оставшимся обломкам посоха. Сложил их в сумку и вернулся назад.

Был уже седьмой час. Поэтому, сказал друзьям, что можно сразу отсюда и отправляться назад в город. Хватит, погостили тут.

Сзади к Грому подошел командир Бойко. Он с виновато склоненной головой стоял перед ним, не зная какими словами выразить свое сожаление за накануне сказанное.

— Ты вот что, командир, — первым заговорил Гром. — Не переживай так. Ситуация была сложная. Не каждый может в такой ситуации поступать сразу правильно. Главное, извлеки урок на будущее. Вот что главное. И останемся друзьями в будущем.

— Да я… Да ты… — разнервничался Бойко так, что и говорить толком не мог.

— Все потом, — похлопал его по плечу Гром. — Как-нибудь зайду по пути, нормально поговорим. А пока нам нужно дальше идти. Надеюсь, еще долго у вас не будет проблем с тварями Клоака. Ну, бывайте здоровы служивые, — махнул он толпе воинов и зашагал на север, увлекая за собой своих друзей.

По бездорожью они направились опять на север, оставляя на карте местности солидной ширины освещенную полосу. Путь был долгий до города. Раньше полудня его не достичь. Поэтому, когда добрели до живописной местности поляны, под сенью раскидистого зеленого зонта граба у узенькой стремительной речушки, решили устроить привал, позавтракать, прежде чем идти дальше. Быстренько сложили костерок, И Амитола взялся приготовить варево, как он сказал, под названием "пальчики оближешь". Для этой цели он кинулся собирать под ближайшими деревьями грибы, только ему ведомые корешки и травки. Из сумки Гром выудил свой нубовский котелок и три куска мясных вырезок из своего "неприкосновенного запаса". Главное не забывать их пополнять.

Игровой сентябрь был просто замечательным сезоном. Дожди и ветра были заложены с малыми вероятностями. Вот и сейчас их ласкало только-только проснувшееся солнышко, заливая всю округу золотистыми лучами. Гармонию дополняли голоса ранних птах и шелест стремительного потока речушки. И куда ни глянешь, кругом все зелено. Одним словом, сплошная Аркадия; место счастливой и беззаботной жизни.

Сложенные пирамидкой дровишки костра, как обычно, сами по себе вспыхнули низким жарким пламенем. Амитола зачерпнул в котел из речушки прозрачной водицы и установил закопченную металлическую полусферу на камнях над огнем. Дальше пошел процесс совершенно непознаваемый ни Громом, ни Мартиной. Только ему ведомые манипуляции с продуктами и особая последовательность из погружения в котел. В результате некоторого времени заглатывания слюнок от окружающего амбре до окончательного приготовления вкусного завтрака, давно готовые к старту ложки запустились в дело.

Процесс поедания каши "пальчики оближешь" пришел к концу, как и все хорошее приходит к концу. Сытые, отвалились от котелка, чтобы, наконец, иметь возможность и говорить тоже. Говорили пока о полученном удовольствии и о таланте эльфа в готовке. Но постепенно мысли переместились и к прозе жизни.

— Гром, ты еще не занимался распределением очков? — спросил Амитола.

— Нет еще. Времени не было. Можно сейчас этим заняться, пока отдыхаем тут.

— Я тоже, с вашего позволения. — Амитола пристроился удобнее на травке и глаза его сразу же остекленели. Нырнул уже в свои опции.

Гром бросил Мартине: "минутку подожди", и тоже влез в свои опции. Первое, что заметил — это то, что стал красочно-ярким еще один ярлык, до того тускло-серый: "Бонусы". Сразу кликнул на него. Открылось новое опционное окно с текстом:

"Поздравляем! Вы продержались в игре 20 уровней без перерождения. Достижение вознаграждается бонусом в дополнительные 50 очков опыта.

Также, отныне Вы можете перед своим именем выставить новое свое звание: "Стойкий".

Следующие бонусы будут поднимать Вас в звании.

Для достижения следующего бонуса Вы должны продержаться 30 уровней без перерождения".

Дополнительный полтинник очков обрадовал. Очень важное подспорье. А что касается выставления перед именем званий, это не для него. Выпендреж был ему чужд по жизни.

Следом заглянул в "параметры".

Опыт показывал 79550/86000 и 70 нераспределенных очков.

Открыл свои характеристики и увидел новую: "Мастерство". Что оно дает? Понятно, мастерство. Но в чем? Как оно проявится в процессе игры — совершенно пока неясно. Но, тем не менее, раз возникло, значит, нужно и его поднимать со временем до остальных. И Гром без сожаления накинул на него восемь очков, округлив до десятки. После чего, раскидал и остальные, чтобы полюбоваться достигнутым результатом:

Живучесть 60,

Сила 20(10),

Ловкость 10,

Выносливость 30,

Акробатика 10,

Атака 20(10),

Скорость 10,

Меткость 10(10),

Следопыт 4,

Мастерство 10,

Урон от оружия (ближний бой) 10,

Урон от оружия (дальний бой) 5,

Защита (физическая)10(10),

Защита (духовная) 20(10),

Восстановление 10

Удача 20,

Интеллект20,

Смекалка 20.

Теперь в параметрах его жизнь достигла 3000+50/3000, а мана — 400/400.

"Вот и все пока. Можно вылезать из опций", — решил Гром, возвращаясь к друзьям на поляне, ожидающих его выхода.

— Ну, что? Пошли дальше? — поднялся Гром с травки. — В стольный град Тарвир.

А спустя немного, наткнулись на широкую тропу, берущую начало с прогалины лесочка и ведущая вверх по возвышенности, параллельно их нынешнему маршруту. По такой тропе и легче ступать.

На этом пути дважды натыкались на лагеря лесорубов. Повстречали на пути воловьи упряжи, везущие бревна в город в сопровождении двух-трех вооруженных топорами лесорубов.

Дальше обнаружили, до того спрятанные в темени карты, озерки. Прошли мимо незнакомой деревеньки, что на карте обозначилась как "Светлая". Далее оказались уже на пройденном ранее участке карты, освещенном вплоть до самого Тарвира.

К полудню, как и предполагали, достигли распахнутых ворот, охраняемых, как обычно, пятеркой стражников.

Друзья, не отвлекаясь, направились сразу на площадь башмачников, где их ждал, ставший родным уже, дом Грома. С облегчением вошли.

Трудным оказался их последний поход за опытом, но плодотворным до неожиданности; заметно усилились, заматерели.

Скинули брони, переоделись, втроем засели в гостевой комнате, раскупорили бутылку вина. Отдохнуть с пути и решить, что делать далее.

— Первое, что нужно вам сделать сегодня, — заговорил Гром после первой кружки вина, — это починить свои брони. Тебе, — обернулся к эльфу, — нужно к кузнецу попасть и еще заодно продать шкуры варнов. А Мартине и мне нужно зайти в гильдию магов. Ей чинить одежду свою, а мне выяснить кто такой Балдур? Нужно выяснить чей сломанный посох у нас. Я задание получил по нему. Так что, после отдыха сразу этими делами и займемся.

Они согласно кивнули.

— Да! И еще одно тебе поручение будет, Амитола. Раз уж пойдешь к кузнецу, заодно закажи несколько копий ключа от дома. Пусть у каждого будет свой, чтобы не оставаться на улице, если никого нет дома. И про запас пару нужно иметь. Может, Гуоно объявится, или кто еще к нам примкнет.

— Закажу, — кивнул еще раз эльф.

— Тогда, давайте еще по одной и разбежимся, — заново разлил по кружкам хмельное янтарное вино.

— Эх, как не хочется никуда идти, — лениво поднялся Амитола и пошел к себе забирать на починку броню.

Встали и они. Мартина тоже поднялась к себе за подпорченной одеждой, когда в дверь постучали.

Гром открыл. Увидел на пороге Советника. Тот церемонно поклонился:

— Князь. Имею честь пригласить тебя в семь вечера явиться во дворец к правителю Велидору. — Протянул Грому конверт, вновь в трех сургучных печатях.

— Э… — Гром растерянно повертел в руке конверт. — А по какому поводу приглашение?

— По поводу личного пожелания правителя Велидора, — улыбнулся Советник. Еще раз церемонно поклонился, повернул назад.

Гром так и стоял задумчивый с конвертом в руках, когда и остальные подоспели.

Часть пути шли вместе, беседуя, пока Амитоле не понадобилось свернуть направо, в сторону мастерской местного кузнеца. А Гром и Мартина продолжили путь по центральной улице, которая и привела прямо к дверям гильдии магов.

Они вошли в двери под красочной вывеской, с изображением высокого колпака и посоха, и оказались ровно в центре длинного коридора на левом и на правом конце которого видели открытые двери. Первый раз оказываясь тут, не можешь сразу решить в какую из них направиться. Они тоже встали в нерешительности. Но тут из левой двери скорым шагом вышел человек, направляясь к выходу.

— Любезный, — притормозил его Гром. — Где можем увидеть гильдийных мастеров?

Человек ткнул пальцем на стену против выхода и ушел. Гром и Мартина недоуменно переглянулись и наобум пошли туда, откуда тот выходил. Оказавшись за левой дверью, они поняли что имел ввиду жест ушедшего человека.

Они оказались в большом зале куда, вели обе двери коридора. А на противоположной от них стороне расположились в ряд у стены четыре узких длинных стола, за которыми стояли по магу. Но выглядели как продавцы лавок за прилавком. К ним и повел Гром Мартину. У центрального стола Гром спросил мага-продавца с ником "Вельзе":

— Скажи, пожалуйста. Кто здесь может чинить магическую одежду?

— Я, — коротко ответил маг, протягивая руку.

Мартина достала из сумки свой артефактный головной убор, комплект храмовника и сапожки. Их протянула магу. Тот забрал, аккуратно разложил вещи на столе, запричитал речитативом мантру, потом собрал и протянул обратно Мартине:

— Готово, — сказал он. — Платите золотую.

Гром не ожидал, что таким быстрым процессом окажется весь ремонт стольких вещей. Только восхищенно хмыкнул, доставая из сумки монету.

— Спасибо. А продается тут бижутерия?

Вельзе кивнул в сторону стоявшего рядом, за другим столом. Тут был маг с ником "Иолде".

— Уважаемый Иолде, нет ли у тебя бижутерия с высокой броней на десятый уровень?

— У нас товары только для магов.

— Эта девушка маг. Ей нужны.

Иолде пристально оглядел Мартину, сказал:

— Жрица. Впервые встречаю иномирку, которая стала жрицей.

— Да. Она единственная такая, — улыбнулся Гром.

Иолде еще немного полюбовался редкой покупательницей, потом полез под столом в сундук и достал оттуда амулет с большим рубиновым камнем в серебреном ажуре оправы. Амулет фонил розовым ореолом.

Протянул его Грому:

— Вот самый подходящий ей.

Гром принял вещичку и тут же прочиталось:

Амулет мага "Щит".

Тип: редкий.

+ 50 к броне.

+10 к силе.

+ 10 к выносливости.

— Хороший амулет, — кивнул Гром. — Сколько хочешь за него?

— Три золотых.

Гром заплатил сумму и передал амулет Мартине.

— Носи на славу.

Потом опять заговорил с магом:

— Есть у меня еще одно дело. Видишь ли, после одного задания у меня оказались обломки посоха Балдура…

— Кого, кого? — с широко раскрытыми глазами маг завис над столом.

Гром заметил, что и остальные маги ошарашено уставились со своих мест на него.

— Балдура, говорю. Кто у вас способен этот посох восстановить?

— Не может быть! Покажи, — одновременно с восхищением и с недоверием на лице потребовал маг.

Гром теперь догадывался, что, видать, выудил тогда из паучих что-то весьма редкое для магов.

Он достал из сумки все три обломка, положил перед Фомой-неверующим. А тем временем остальные трое тоже его обступили.

Маги с охами, ахами внимательно рассмотрели деревяшки на столе, после один из них воскликнул:

— Так, ты прошел Клоак до дна?

— Да нет. Даже не заходил еще туда. Вылезали на поверхность три паучихи, с них и остались эти обломки.

— Паучихи? — удивился тот же маг. — Выходит, храмовник все же настиг их, но там его убили.

— А можете по существу моей просьбы ответить? Как их восстановить мне?

Маги переглядывались меж собой некоторое время. Они, очевидно, что при этом общались магическим способом, неслышным обычным слухом. После, самый активно мотающий головой среди них в тайной беседе, побежал куда-то, а первый беседовавший с Громом, сказал:

— Пошел за Архимагом. Подожди здесь.

Грому ничего не оставалось, как подождать. Но ждать пришлось недолго. Приближался уже к нему высокий старец, весь в длинном белом балахоне, на который и сзади ниспадали длинные седые волосы, и спереди — длинная седая борода. Приближался он так, словно не ходил по полу, а плыл над ней. Возможно, Гром и увидел бы такое перемещение своими глазами, если бы балахон не стелился по камням пола.

Архимаг близился без всякого ника, точно как и те маги, что во дворце владыки были. Только от него исходила уже не желтеющая аура, а совершенно белая, словно призрачное молоко растекается вокруг иссушенного тела.

В первую очередь подплыл к столу и по одному поднимал, разглядывал каждый обломок в отдельности. Дольше остальных поизучал обломок с навершием. Потом чем-то удовлетворившись, кивнул и Грому.

— Хвалю, молодой человек. Ты совершил очень хорошее дело, что забрал у подземных мерзостей посох Балдура.

После этих слов он вновь вернул свое внимание на обломки. Он их перебирал непонятно зачем, перекладывал с места на место по столу, пока, видимо, не разложил их каким-то ему необходимым способом.

А дальше случилось самое настоящее световое шоу на поверхности этого стола.

Вспыхивали и гасли всевозможные оттенки красного, последовавшие за ними оттенки желтого, следом зеленого, сменившие их синие разводы, завершившиеся окончательным постоянным свечением фиолетовым. При этом представлении все вокруг стоящие видели, как обломки сначала стали трепетать на столе, потом медленно хаотично перемещаться, пока не выстроились в единый продольный ряд, и двинулись стык в стык. А окунувшись в фиолетовое свечение, слепились обломки воедино. Теперь перед очарованным взглядом зрителей на столе лежал угольно-черный посох в сиянии фиолетовой аурой навершия из горного хрусталя. А Гром успел прочитать о его качествах:

Посох Балдура.

Тип: легендарный.

Ограничение: служитель Храма.

Прочность: 1000/1000(самовосстанавливаемые).

Магический урон (по площади):

800 урона ледяным градом.

Дополнительно: заморозка на 30 сек.

Физический урон (ближний бой):

100 — 150

Шанс критического урона 80 %.

Не успел дочитать, как перед описанием этих качеств появилось системное сообщение тоже:

"Задание выполнено. Посох храмовника Балдура восстановлен".

— Спасибо, — протянул Гром руку забрать легендарный посох, но пальцы вблизи посоха уперлись в затвердевший воздух.

Архимаг покачал головой:

— Ты не можешь просто так забрать его. Тебе сначала необходимо сделать еще кое-что, чтобы посох тебе дался.

— Что именно? — В голосе Грома прозвучало сожаление невозможностью сразу забрать легендарку.

— Достать из Клоака одеяния с останков Балдура. Все дело в том, что только в комплекте с одеянием посох может быть использован магом. Больше никак.

Гром огорченно кивнул:

— Теперь стало понятно. Постараюсь когда-нибудь добраться до останков архимага…

В это же мгновение появилось сообщение о новом задании:

"Задание. Забрать из Клоака одеяния храмовника Балдура. Награда: посох и одеяния храмовника Балдура. Опыт: 10000. Срок: 10 дней".

— Тогда вернусь за посохом тоже, — продолжил он. — Ну, а пока, благодарю вас за разъяснения. Хотя… хотел еще спросить у вас кое что. Может подскажете, для чего нужны Виноградины Сердец?

— Чего, чего? — переспросил архимаг. — А это что такое?

Гром с недоумением вытащил из сумки один из рубиновых шариков, показал ему:

— Вот…

Архимаг осмотрел шарик, озадаченный вернул:

— Понятия не имею.

Гром ничего не оставалось, как пожать плечами, обернуться к Мартине, что все это время стояла в сторонке, зачарованно слушая их беседу.

— Пойдем, жрица. Тут все нынешние дела уже завершены.

Они вдвоем возвратились назад в тот же длинный коридор, откуда уже и выбрались в город.

Время близилось к назначенному Вельдором семи часам. Возвращаться домой ему уже не было смысла. Поэтому он предложил Мартине пойти отсюда к дому, дожидаться там возвращения Амитолы, а он уже отправится в сторону дворца.

— Я лучше вернусь в Храм, — возразила Мартина. — Буду несколько дней обучаться. А ты займись пока своими делами.

На том и порешили.

Мартина направилась в сторону ворот, а Гром двинулся в сторону дворца, и ровно в семь вошел в его роскошные двери.

Слуга сразу повел его в сторону того же кабинета, где первый раз он встретил правителя Тарвирии в непринужденной обстановке. И теперь, когда во второй раз вошел в кабинет, оказался в той же непринужденной обстановке. Опять в том же халате за столом сидел полысевший добродушный очкарик с проницательным взглядом.

— Ага! Пришел, князь? — радостно поднимался ему навстречу правитель Велидор. — Как тебе живется в новом твоем доме? Желаешь ли чего-нибудь там переделать? Скажи, и сразу исполнят мои архитекторы.

— Благодарю, владыка. Меня все вполне устраивает в доме.

— Замечательно, — покивал владыка, выуживая из бокового ящика стола бутылку вина и два широких бокала. — Не откажешься от выдержанного векового вина из дворцовых погребов? — разлил он пунцовое вино по бокалам, и один положил на краю стола.

Гром присел на том же месте, забрал свой бокал и вопросительно посмотрел на суетливо бегающие глаза правителя.

— Что-то случилось? — задал он вопрос Велидору, как опустевшие бокалы заново наполнились от щедрот владыки.

— Случилось, — с выдохом проговорил Велидор. — И не просто случилось, а стряслось.

— Слушаю внимательно, — подался к столу Гром.

Велидор невидящими глазами смотрел перед собой. А Гром вдруг стал догадываться, что он сейчас ему выдаст. Сам тоже напрягся, когда его догадка подтвердилась.

Велидор растерянно и немного виновато так, бледно улыбнулся:

— Кажется, прорыв снова открывается…

Глава 15

— Это точно или только кажется?

— Кажется, точно, — в отчаянии выдал правитель противоречивый ответ. — Хорошо бы проверить предсказание моих дворцовых магов.

— То есть, еще раз прыгнуть туда, — с укором покачал головой Гром.

— Больше некому. Только ты можешь повторить тогдашний героизм если что.

— А утверждали, что только раз в много лет такое может случаться, — с иронией укорил Гром.

— По сей день, вот уже тысяча лет, было именно так. Древние рукописи Аркадии не могут ошибаться. Теперь же, видимо, произошло нечто особенное в нашем мире, что дважды подряд образуется прорыв.

— Ладно, владыка, — бледно улыбнулся Гром. — Нет причин так сильно переживать. Как открывается, так и закроется. Не впервой. Отсылайте меня туда.

В тот же миг на фоне лица владыки появилось сообщение:

"Задание. Выполните просьбу правителя Велидора. Награда: личный портал, 500 золотых монет. Опыт: 5000. Срок: 1 день".

Велидор облегченно вздохнул:

— Не сомневался, что сдержишь данное тогда слово.

Следом зазвонил в серебреный колокольчик. Тут же в дверях возник Советник и замер в поклоне.

— Проводи до магов, — коротко кинул он ему и добавил, обращаясь к Грому: — Тебя будет ждать награда.

— Знаю, — ухмыльнулся Гром. — Пятьсот золотых и личный портал.

Гром пошел к дверям, оставив опешившего Велидора в попытках догадаться, как мог он этого заранее узнать.

Тем временем Советник вел Грома по старому маршруту сквозь залы к верховным магам.

Как они оказались в шестистороннем зале, все пятеро в тех же колпаках седобрадые встали со своих тронов и, как тогда, излучая ауры желтых оттенков, направились к гостям.

— Приказ нашего владыки, — объявил им Советник. — Отправьте немедленно князя к прорыву, потом заберите обратно.

Все пятеро церемонно качнули колпаками.

Как советник покинул зал, запомнившийся архимагом старец, добродушно улыбаясь, заговорил с Громом:

— Мы приветствуем избранного богами у себя. Надеемся, сегодня тебе не будет труднее на том пятачке расправиться с новым обитателем Инферно.

— С новым? — удивился Гром. — Разве не Исчадие там будет?

— Нет, — уверенно ответил архимаг. — Нынче ощутили мы присутствие более могущественного существа за начавшимся прорывом. Можем даже предполагать, что на этот раз ты столкнешься с верховным существом.

— Как понять "с верховным"? — встревожился Гром.

— Пойми, как встречу с хозяином пса, — сокрушенно пояснил архимаг. — На что тот способен, для нас сокрыто. Вот это нас и беспокоит. О таком существе нет ни слова в древних рукописях, сколько бы раз мы ни перечитывали их. Возможно, тебе выпала честь первым столкнуться с таким.

— Да уж, — горько усмехнулся Гром. — Велика честь.

— Твое имя тогда войдет в анналы Аркадии, — продолжал архимаг, не замечая иронии в словах Грома. — О тебе будут знать все остальные поколения жителей Аркадии, как о своем великом герое-иномирце. А таких в истории по пальцам можно сосчитать. Поэтому сказал, что великая честь выпала тебе. Переходи туда, и покарай верховного обитателя Инферно мечами, даренными тебе богами.

— Ладно. Попробую. Чего теряю? Хотя нет. Много чего потеряю. В исподнем останусь на камне перерождения. Ну вы, хотя бы, снова дадите мне ваш амулет Покрова?

— Извини, — огорченно развел руки архимаг. — На сей раз риск потерять его слишком велик. Не дадим.

— Понятно. Не ждете меня обратно живым и здоровым. Но, хотя бы, обратно забрать меня не забудете, если живой останусь?

— Конечно! Мы сразу почувствуем окончание угрозы, и сразу же откроем портал тебе. Не беспокойся об этом.

— Ну, раз так, отправляйте. — И Гром поплелся в центр зала, как на Голгофу.

Тут его окружили маги, а один достал пергамент, переломал его печать, шепотом стал причитать мантры.

Как и в прошлый раз с гулом перед ногами каменный пол стал продавливаться в линзу, в котором заклубился сизый туман. Постепенно превратился в смерч перед ним. Тут маг, читающий мантры, громко закричал, и в смерчи образовалась темная дыра. Вот и очередной портал в гости к новоявленному монстру на нейтральном пятачке.

Гром неохотно шагнул в эту тьму. Наступило время перетерпеть головокружение от завращавшихся стен и грохнуться в полутьме на тот самый знакомый каменистый пятачок, что все еще был окружен покровом плотного мрака.

Как глаза адаптировались к темноте, пропитанной легким призрачным светом, исходящим от непонятно чего, Гром различил перед собой на уровне лица, где-то с полметра длиной прорезь; колыхания изодранных краев самого мрака. Вновь различил за прорезью инфернальные алые языки всепоглощающего пламени. А на площадке — никого и ничего. Но только в недоумении подумал Гром: где же то верховное существо, как в тот короткий прорыв, как в окошко, оно и выглянуло.

Гром в удивлении уставился на серое лицо в прорези мрака, как и оно на него.

Это лицо верховного существа было почти человеческое, если не обратить внимание на изящно торчащие из залысин черные рожки, слишком уж серый цвет кожи, и игнорировать, что зрачки за массивными роговыми очками заметно розовые. Но проигнорировать эти зрачки было труднее остальных несуразиц, потому что именно они вперились в Грома с выражением подозрительности.

Над этим лицом парили особенно большие и такие же, как само лицо, серые буквы. А в процессе покачивания за прорывом головы этого непонятно кого, Грому удалось сложить их в целое, как ник владельца лица: "Иншон ∞/∞".

"Не фига себе!" — впал в ступор Гром, как понял, что перед ним за прорывом бессмертное существо.

— С кем имею честь? — раздался из-за прорези неприветливый раздраженный голос.

— Э… Меня зовут Гром, — сразу охрипшим голосом промямлил он. — А ты кто будешь?

— Что вы себе позволяете, молодой человек? — рассвирепел бессмертный Иншон, а зрачки засветились, как лампочки. — Попрошу мне не тыкать!

— Извините… — Не ожидал Гром, что в игре найдется существо, предпочитающее выкать. Как-то тут уже было заведено всем обращаться друг с другом на ты. — Так, а вы кто?

— Не поняли еще? Бог Инферно перед вами.

— Простите, за назойливость. Хотели сказать: администратор этой локации?

Эта поправка Грома ввела бессмертного Иншона в замешательство.

— А вы откуда знаете про администраторов?

— Так я же не непись. Я игрок в погружении.

Да? — сильно удивился Иншон. — А мне говорили, что в Инферно нет геймеров.

— Я ведь не из инферно. Как видите, я с этой стороны прорыва, а вы — с той.

— Да что там за место такое, что могут всякие желающие вплотную подходить к нашей зоне?

Гром никак не мог сообразить, как админ может не знать гейм-дизайн игры. Что же это за админ такой бестолковый? И решил по возможности в этом разобраться:

— Как я знаю по гайдам про Аркадию, она управляется шестью админами. Вы получаетесь лишним, извините.

Иншон злорадно захихикал. Потом опять стал сердитым и выдал Грому:

— Как же! Лишний. Да, по моему приказу любой из них может оказаться лишним.

— Выходит, вы над ними старший администратор? — допытывался Гром.

— И не только над ними, — улыбнулся одними тонкими серыми губами бессмертный. — Впрочем, это вас не касается. Так, что там за территория такая, на котором стоите?

— Эта? — огляделся Гром. — Ну, территория такая, нейтральная вроде.

— В каком смысле нейтральная? Если примыкает к моей базе, значит, мне принадлежит.

Гром пожал плечами:

— Если так хотите считать… Мне все равно. Но, если тут заведутся ваши инфернальные собачки, я вернусь и прикончу их.

— Ого! А не надорветесь? Кстати, о каких собачках вы говорите?

Теперь Гром вообще перестал что-либо понимать. Админ этот, что с рожками или не админ все-таки?

— Как о каких? Об Исчадии говорю.

Иншон задумчиво поднял лицо кверху, подумал немножко и ехидно улыбаясь, проговорил скорее себе, чем ему:

— А! О начальнике охраны Исчанове говорит… — Потом резко посуровел и грозно изрек: — Нападение на должностное лицо карается уголовными кодексом Инферно самым строгим образом. За такую попытку с вашей стороны примем исключительную меру наказания: выбросом из виртуальности. Вы поняли меня?

Гром смотрел на серое лицо за небольшим прорывом с нескрываемым изумлением. Нет, ему эта игра все больше и больше нравится.

— Понял… простите забыл как величать.

— Федор Рудольфович.

— Ах да. Понял, Федор Рудольфович. — Выходит, Грому удалось хитростью выудить о нем нужные данные, чтобы в реале попытаться разузнать кого именно назначили сюда админом с такими интеллектуальными способностями. — Больше убивать вашего начальника охраны не собираюсь. — Потом хитро добавил: — А мне посетить администрируемую вами зону в качестве туриста можно?

— Нет! — тут же категорично рявкнул Федор Рудольфович. — Это закрытая территория. Только нашим сотрудникам позволено тут находиться.

Гром сделал наивные глаза и с искусственным удивлением воскликнул:

— Выходит, что я тоже ваш сотрудник? Я ведь имею официальный доступ в Инферно.

— Этого не может быть. Кто подписывал такое разрешение вам? — с еще большим подозрением сощурил Иншон розовые глаза.

— Ну, я не в курсе дела кто именно подписывал его, но я имею прямой доступ вам вверенное Логово.

— Куда, куда? В какое еще такое Логово? — еще более порозовели зрачки.

— Я так понимаю, что вы еще новенький администратор. Еще не со всеми объектами на территории ознакомлены.

— Нет, — возмутился Федор Рудольфович. — Я знаю свои объекты, расположенные на моей секретной базе. Никакого Логова в документах не указано. Значит, нет такого объекта.

— А что будет, если я прямо сейчас порталом перенесусь туда, и укажу вам на место под названием "Логово"?

— Порталом в засекреченную базу? — Лицо в прорыве исказилось гневом. — Вас сразу же арестуют. Это первое. Потом вы сами, как миленький расскажете, как вы добыли, а главное, через кого, данный нелегальный портал. Ну, а дальше…

— Дальше можете не просвещать. И сказанного достаточно, чтоб не захотел указывать вам на Логово.

— То-то же, — ухмыльнулся Федор Рудольфович.

— Тогда последний вопрос вам, как к администратору данной засекреченной базы. Почему вы открыли прорыв?

— А это что еще такое?

— Так вот же. Через него мы переговариваемся сейчас.

— А! Разрез в материале защиты безопасности? Захотел разобраться что за ним. А что?

— Видите ли. Вы тем самым выдали дислокацию секретной базы. Советую, пока недоброжелатели не засекли объект, срочно исправить допущенный промах. Не ровен час доложат об этом вашему начальству. Строгий выговор будет обеспечен.

— Эти слова Грома, больше издевка, чем предупреждение, возымели сильное действие на Федора Рудольфовича. Серость лица заметно посветлело, а глаза за роговыми очками преобразовались в совиные.

— Это точно? — шепотом спросил он Грома.

— Я же засек, — нахально соврал он.

— И как теперь восстановить? Я не проинструктирован по такому случаю.

— Я вам скажу как, — успокоил его Гром. — Достаточно в него не соваться и он сам скоро зарастет.

— А если долго. И за это время действительно засекут дислокацию базы?

— Это я беру на себя. Всем сообщу, что вызвал возмущение я сам своим входом сюда. Поверят. Не беспокойтесь, Федор Рудольфович. Главное, больше не выдавайте присутствие тут базы такими щелями. Целостность защиты безопасности — самое главное для вашей конспиративности.

Иншон посмотрел на Грома теперь совсем под другим углом зрения. Ему подумалось, что такой проницательный и услужливый игрок в виде исключения мог бы быть под его руководством для всяких мелких поручений. Тем более, уже имеет доступ в его базу. Пусть даже не совсем легальный. Поэтому, напоследок поинтересовался у него:

— Гром вас зовут, значит. А как ваша фамилия в реальности?

— Громов. Сергей Петрович. Из Петербурга. И чем вызван ваш интерес к моей скромной персоне?

— Так. На всякий случай. Если появятся на базе вакантные места, вас пригласят на собеседование.

Понятно. Спасибо за доверие. Ну, а теперь давайте закрывать прорыв. А то засекут.

При этих словах Федор Рудольфович вновь вздрогнул и поспешно, не попрощавшись, поспешно удалился вглубь мрака инфернального огня. А Гром еще некоторое время простоял, пока на глазах не стал зарастать этот проклятый прорыв.

Активировал Сияние, чтобы не ждать в полном мраке, когда, наконец, соизволят маги подать карету. Ну, то есть, портал.

Дождался. В центре площадки стало высвечиваться голубое пятно зарождающегося портала возврата. И, как только оно приняло достаточный размер, сразу же шагнул в него.

Завертелось в голове, но его заботливо поддержали за плечи обступившие маги.

Пошли хором поздравления с успешным выполнением сложной миссии. Затем архимаг с жаром спросил:

— Сложно было убить монстра?

— Я не убивал его. Он бессмертным оказался. Только удалось отогнать. И дал слово, что больше не будет открывать прорыв в наш мир.

На радостях от факта избавления от такой страшной угрозы им не пришло в голову спросить: как можно отогнать, да еще заставить давать такое слово, если тот бессмертный. А Гром вряд ли сумел бы внятную легенду слету выдумать, задай один из них такой вопрос. Но все обошлось как нельзя хорошо. На радостях у магов сбилась логика. А может, искин специально ее у них выключил.

Потом архимаг попросил Грома подробно описать то верховное бессмертное существо, чтобы внести того образ в исторические летописи Аркадии.

Конечно, Гром не собирался описывать в подробностях Федора Рудольфовича. Не так поймут. Пришлось в подробностях описывать ему антигероя из фильма "Властелин колец". В конце сам восхитился собой, что такого страшного изверга он отогнал недавно от прорыва.

Маги еще долго приставали бы с подробностями этого эпического события, если не появился тут в дверях Советник в низком поклоне со словами:

— Князь, тебя ждет правитель Велидор.

Облегченно вздохнув, Гром поспешно распрощался с магами, пообещав как-нибудь заскочить к ним и дорассказать остальные подробности, и поспешил покинуть гексагон следом за Советником.

На этот раз владыка ждал его возвращения в том же кабинете, откуда отправлял на очередной подвиг.

Как Гром вошел, он подскочил к нему и сообщил, пожимая с жаром руку:

— Обещанные деньги и личный портал ожидают тебя в твоем доме. А вот его копия, моя личная. Дарю от себя. Поставишь куда захочешь и заберешь, когда захочешь, — протянул ему небольшой массивный треножник из зеленого камня.

Тут же пришло системное сообщение:

"Задание выполнено. Просьба правителя Велидора исполнена. Получены в награду личный портал, 500 золотых монет".

— Благодарю, владыка. Всегда готов прийти по первому зову, — скромно потупился Гром, пряча дар в сумку. — Позволительно ли мне теперь уйти к себе или еще что-то нужно?

— Да, да, конечно, — покивал Велидор. — Можешь идти.

Гром поклонился, повернул к дверям, чтобы в сопровождении советника дойти до выхода из дворца.

На улице была уже темень. На столбах светили фонари, кругами освещая их подножья. По городу праздно бродило множество народу. Гром тоже влился в их ряды, прямиком направился к площади башмачников.

Дверь в дом оказалась незапертой, и он с утомленным "фух!" вошел, запер ее за собой.

Дом. Милый дом. Даже в игре это слово греет душу, ласкает по головке.

С его возвращением, из крайнего коридора явился Амитола, и сразу сообщил радостную весть: ужин уже готов.

Пока парень здесь, даже прислуга никакая не нужна. Он любит возиться у плиты и поддерживать порядок. Жаль только, что скоро, как и Гуоно, должен отчаливать.

Гром прошел в гостевую, куда притаранил эльф полный поднос всяческой снеди собственного приготовления и бутылку вина. Ловко накрыл на стол и сам присел напротив.

— И где же ты был? А где Мартина?

— Она вернулась в Храм, а я был во дворце.

— На балу?

— На задании правителя Велидора. Ты разве не заметил рост своего опыта.

— Не-ет… — Глаза Амитолы остекленели на полминуты. Очухался и благодарно кивнул:

— Спасибо. Целых тыща семьсот опыта ты мне подарил.

— И еще сто семьдесят золотых в придачу в кабинете тебя дожидаются, — улыбнулся Гром. — И Мартины доля тоже такая же. Так что, живем!

Амитола только повздыхал. Не привык эльф к подаркам. И не только в игре. А как расплатиться, пока не имел понятия. Но то, что это он вернет сторицей, ни секунды не сомневался.

Похваливая постоянно искусство готовки Амитолы, Гром уминал все подряд, что лежало на столе, щедро заливая вкуснятины добрым вином.

Наконец, он тяжело поднялся из-за стола с набитым животом.

— Пойду я, прилягу, — лениво потопал он к лестницам.

Добравшись до шифоньера в спальне, скинул с себя броню и оружие туда, выудил облюбованные "гражданские" свои шмотки, переоделся в них и прошел в кабинет.

Первое, что увидел, это лежавшие на его столе копия той, что в сумке зеленой каменной треноги, а рядом кошель.

Только сегодня он выяснил существование в игре такой диковины, как ручные порталы.

Опустившись на кресло, взял в руки портал, внимательно присмотрелся и увидел перед зеленым камнем в воздухе убористый текст под заголовком "Инструкция. Как пользоваться личным порталом". Прочитал, потом перечитал, пока все не осознал. Теперь он знал об этой штуковине все.

Гром понял, они становятся личными, и никто другой не только не способен ими пользоваться, но и стронуть с места, куда поставил хозяин его. И только если сам протянет кому-то, тогда этот портал автоматически поменяет своего хозяина. И что очень важно, если один оставить, скажем, дома, а другой при входе в опасную зону, то можно регулярно скакать туда-сюда, подлечиваться, потом возвращаться убивать дальше. Классная штуковина.

Гром положил портал обратно на стол, перешел в спальню. Пусть пока в кабинете полежит, решил он, ложась на мягкую постель под бархатным шатром балдахина. А сам сквозь сон думал: Может, и в продаже бывают такие диковинные порталы. Ему в голову не приходило спрашивать у продавцов. Обязательно нужно поинтересоваться… И он крепко уснул сном младенца.

…

Проснулся, как в тот раз — от перламутрового перелива балдахина. А было уже довольно позднее утро.

Гром поднялся с постели размял мышцы и прихватив из кабинета долю Амитолы, побежал по лесенкам вниз. Пришел вовремя. Амитола ставил на стол легкий завтрак.

— Как спалось после вчерашнего подвига?

— Да какой там подвиг? — заскочил он за стол, подкидывая эльфу его долю. — Поболтал возле прорыва с админом Инферно и обратно. Вот и всё.

— Я как раз вчера после ужина собирался расспросить тебя о тех делах твоих, но ты спать пошел. Может, сегодня расскажешь?

— Конечно, — принялся мазать на ломоть масло и мед. — Расскажу сейчас.

Гром во всех подробностях изложил другу про ту встречу. Не забыл сказать ему и о том впечатлении, что оставил у него этот странный админ. Седьмой по счету.

— Короче. Тут что-то нечисто. Собираюсь со временем и в этом разобраться, — закончил Гром свой рассказ.

— Да. Явно в корпорации затеваются нечистые дела, — согласился с ним Амитола. — Как бы они не похерили такую замечательную игру.

Гром только развел руками:

— Кто его знает. Поживем — увидим. Ладно. Я перескочу в Храм. А ты что?

— А я, наверное, уже отправлюсь в Индекай. Пора возвращаться к своим прямым обязанностям.

— Жаль, что так скоро. Но раз надо…

— Надо, — кивнул Амитола, выкладывая на стол пять ключей. — Вот твой заказ. А один оставляю у себя, как планировали. Когда ты вернешься, меня уже тут не будет. Так что, давай прощаться. И привет передавай от меня Мартине.

— Передам. Ну, давай лапу.

Они пожали руки, и Амитола отправился к себе собираться в дорогу, А Гром поднялся в спальню переодеваться в броню.

Как был полностью готов, вошел в опции, кликнул на портал в Храм. Перед глазами замелькала спальня во фрагментах, а Гром тут же оказался уже возле звездного алтаря в полумраке напротив встревоженного Фабио.

— Как хорошо, что ты пришел, — кинулся к нему храмовник. — Мартина пропала.

— Что?! — ошарашено замер Гром. — Что ты сказал? Как пропала?

— Вчера вечером пошла в ближайшую локацию, опыт набирать, и не вернулась до сих пор. Мы не чувствуем ее присутствие нигде. Словно, ее совсем нет в Тарвирии.

Гром торопливо открыл карту местности.

И с нее пропала ее желтая индикация, хотя еще не выбывала из группы. Что должно было случиться, чтобы так было, совершенно не лезло в голову. И, судя по растерянному виду Фабио, храмовники тоже не могли понять причину исчезновения.

— А где Арист?

— Он пошел побродить по той локации. Может, там почувствует ее присутствие.

— Я тоже пойду туда, — кинулся Гром к выходу.

Может быть, Гром до сей поры даже и не подозревал, как дорога ему это девушка. Только сейчас, когда случилось такое тревожное событие, он понял, что разнесет Тарвирию по камушкам, если с ней что-то случится плохое. В ярости скрежеща зубами, не чуя ног, побежал по ущелью. Вылетел на простор, заваленный гигантскими валунами, и стал, пытаясь по наитию определить, в какую сторону лучше рвануть на поиски.

Увидел уныло бредущего в его сторону Ариста. Издали было ясно, что его утренний поход остался бесплодным. Приблизился к Грому, только пожал плечами:

— Не понимаю, куда девалась. Сюда бы хорошего следопыта привести. Может, по ее следам нашел бы.

От его слов Гром впал в отчаянье. Ведь у него тоже есть эта характеристика, но только совершенно неразвитая. Знать бы раньше, как она нужна будет, вложил бы все очки только в нее. Да поздно рвать на голове волосы. Нужно что-то решать по срочному.

"А может у Амитолы есть развитая такая способность?" — вдруг пронеслось в голове. Быстро влез в окно карты местности, увидел, что эльф все еще в группе и только выбрался из города, направляется на юг. Почти в его сторону.

Гром влез в групповой чат и закричал:

— Амитола! Ответь мне.

— Да, Гром. Только что собирался выходить из группы, как ты позвонил. Слушаю.

— Ты следопытством владеешь?

— Да. А что?

— Сколько на ней у тебя очков?

— Пока двенадцать…

— Срочно двигай ко мне! Отбой.

Гром опять открыл карту. Желтый кружок индикатора эльфа изменил направление в сторону его желтого.

Гром облегченно вздохнул, хотя не было известно: хватит ли двенадцати очков эльфа, чтобы взять потерянный давний след девушки.

Арист и Гром в нетерпении топтались на месте, пока не приметили спешащего к ним Амитолу. Подбежал, с тревогой спросил:

— Что случилось?

— Мартина пропала, — тряхнул головой в огорчении Гром. — Со вчерашнего вечера исчезла с карты. И храмовники тоже не чувствуют ее существование. Осталась одна надежда на старые следы. Может, ты их сможешь обнаружить?

— Вот оно что! — Амитолы лицо окаменело. Стало пугающе суровым. А раскосые глаза сузились до узких щелей. — Попробую. Вы только отойдите подальше от меня. Не мешайте.

Гром вместе с храмовником поспешно отошли почти до входа в ущелье, и оттуда глядели, как эльф бешено снует по пятачку меж двух ближайших валунов.

Неожиданно эльф замер, уставившись под ноги, не глядя, жестом подозвал их к себе.

— Кажется, вижу след Мартины, — почему-то прошептал он им, как те оказались рядом с ним. — Теперь попробую идти по нему. А вы сзади идите и не разговаривайте. Мне нужно оставаться сосредоточенным.

Затем, Амитола сразу пригнулся и, водя головой по сторонам, медленно двинулся вперед. За ним, отставая на три-четыре шага, молчаливо передвигались и они.

Амитола вел их по следу, порой Грому казалось, что эльф перестал быть человеком. Уж слишком повадки того теперь были схожи с повадками хищника, идущего по следу жертвы.

Время текло медленно, медленно. Еще медленнее они одолевали метр за метром среди причудливо торчащих гигантских каменных столбов. Порой Гром вздрагивал, когда улавливал своим необычным зрением исходящие по маршруту легкие чужеродные флюиды. Но пока это были только флюиды страха мелких мобов, что здесь водились.

Уже несколько часов вел их неутомимый следопыт по только ему ведомому следу Мартины в темную зону карты, где Гром еще не побывал.

Валуны остались позади. Теперь они передвигались по скалистой местности без единой растительности. Только мхи изредка зеленели в трещинах угрюмо изгибающихся бурых завалов глыб. Казалось, и солнце не желает тут светить, как везде.

Посетившим эту негостеприимную локацию тусклый свет еще больше затруднял и так плохую видимость среди скальных нагромождений. Поэтому, в самый последний момент Гром понял, что сейчас Амитола коснется сторожевых флюид, хищно шарящих прямо на его маршруте.

— Стой! — закричал он ему в спину.

Амитола застыл недвижимо. Гром приблизился:

— Вон из той пещеры вижу исходящие сторожевые флюиды. Еще один шаг, и непонятно кто оттуда нападет на нас.

После этих слов эльф на всякий случай сделал шаг назад и произнес:

— Там наша Мартина.

— Я уже догадался, — бледно улыбнулся Гром. — Скоро, кто бы там ни был, страшно пожалеет, что покусился не нее. — Как приблизился к ним и Арист, продолжил: — Давайте составим план наших совместных действий.

— Учтите, — вдруг с тревогой прервал его храмовник. — Я чувствую, там есть сильный некромант. Очень сильный… И еще что-то странное там есть. Не понимаю что это такое.

Гром напряженно посмотрел в зев пещеры, пытаясь при этом разобраться в своих ощущениях. Но кроме возрастающей общей тревоги ничего не различил.

— Вот как? Арист, ты справишься с некромантом?

Храмовник только потряс головой. Пожал плечами:

— Только боги могут меня охранить от такого могучего нечестивца.

— Но если кроме него там будут еще какие-то, как ты считаешь, странные существа, то, возможно, нам с Амитолой придется именно их в первую очередь истреблять. А на тебе будет тогда сам некромант. Имей это в виду.

— Ладно. Попробую, — не очень уверенно кивнул храмовник.

— Тогда поступим так, — лихорадочно планировал Гром. — Я иду первым, а вы за мной. Амитола, прикрывает меня стрелами, ты пока лечением.

— Гром, я хочу мечом воевать, — в категоричной форме заявил эльф.

— Так, с луком у тебя лучше получается.

— Понимаю. Но хочу совершенствоваться во владении мечом.

— Ладно. Тогда так. Как сориентируемся там с Амитолой ты, Арист, включишься с дальней атакой и лечением. Но только после начала нашего боя. Разберись на месте, где там требуется твоя подмога. Вот, как-то так.

Как оба утвердительно кивнули, Гром активировал "Сияние", сразу яростным голосом скомандовал:

— Вперед! — И со всех ног рванул к черному зеву пещеры.

Прямо от входа каменное чрево пещеры оказалось углубляющимся под землю. Не разбирая дорогу, Гром несся впереди с обнаженными клинками в руках. За ним по скосу стремительно бежал Амитола, заранее задрав над головой свой большой серп. Храмовник бежал за ними, отставая на десяток шагов не по задуманному плану, а просто физически уступал в беге молодым бойцам.

Тройка неотвратимо погружалась в подземельное пространство под скалами, мало похожее на пещеру. Скорее, можно было сравнить с Клоаком. Уж больно велика, если пещера.

Тем временем откос под ногами постепенно становился горизонтальнее. Словно, почти докатились до конца гигантской детской горки. И тут, на этом самом конце, их встречают неописуемые словами существа.

Гром расширенными глазами уставился на них, пока тело по инерции с максимальной скоростью шло с ними на стыковку.

Видел слепленных вместе в единое существо несколько мужских и женских туловищ, от детских до взрослых; как куча пластилиновых фигурок, грубо пережатых вместе, но не перемешанных до конца, чтобы получилась одна такая несуразица. Руки-ноги-головы торчат во все стороны из каждого такого монолита. А их тут, таких скопищ объединенных туловищ, штук три видимых. Сколько их еще там, дальше скрыто во мраке, неизвестно пока.

У каждого чудовища, торчащие во всех направлениях разновеликие руки, вооружены мечами, секирами, кинжалами, булавами. Все множество ртов голов разинуты, и из них одновременно раздаются детские всхлипывания, женские рыдания, мужские вопли. Стоит какофония жутких голосов.

Гром на скорости врезался клинками в самого первого на пути такого чудовища. Тут же оглох от раздавшегося со всех его ртов вопля. И на него со всех сторон, и даже снизу посыпались смертоносные удары. Еле успел отскочить, но при этом получил все же некоторый урон. Тем временем на соседнее чудовище наседал Амитола. Как дровосек на повале, обеими руками размашисто колошматил по монстру, не обращая внимание на ответные удары, что постепенно сносили его самого жизнь.

Забыв про себя, Гром бросил мимоходом на него лечение, прежде чем по второму атаковать своего монстра. На этот раз Лед и Пламень с хрястом спороли чудовищную помесь тел и обездвижили его, — а может, лучше сказать их, — заставив заморозиться и при этом еще тлеть.

Гром снова отскочил, с тревогой глянул в сторону боя эльфа. Тот продолжал в той же манере рубить чудовище, которое постоянно посыпало его ответными ударами множеством оружий ближнего боя. Жизни обоих равномерно катились к нулю.

Гром снова кинул на Амитолу лечение. Затем снова. Жизнь эльфа достигла половины в тот момент, как монстр Грома окончательно разморозился. Но теперь сильно поврежденному на помощь пришел третий составной монстр.

Тут над головами Грома и Амитолы раздался громкий треск.

Из недр пространства прямо перед теми тремя монстрами вывалился громадный ящер, очень похожий на тиранозавра из документальных фильмов про юрский период, и в первую очередь атаковал Громова монстра-подранка. У парней от сердца отлегло. Выходит, это лютое создание — пет. Послан им на помощь храмовником. Мог бы и предупредить, чтобы ненароком кондрашка не хватила.

Теперь мощные челюсти зверюги рвали целые куски из мерзких существ, пока на него сыпались от этих бредовых созданий сотни ударов, заметно просаживающих жизнь магического завра. Грому пришлось забыть и про Амитола. Подряд кидал на ящера лечения. Уж слишком хорош такой помощник, в деле истребления чудовищ.

Тут первый его противник пал, изодранный в клочья, и ящер сразу принялся за второго.

Гром вспомнил про эльфа. Теперь тот был на грани отправки на перерождение. Тогда Гром кинулся к нему, на ходу из кармашка доставая зелье восстановления, сунул в его руку и принял часть атак множества оружий на свои клинки. А Амитола успел опустошить фиал. Стал как новенький. Гром отбежал к ящеру, чтобы его теперь подлечить уже своей магией. А ее тоже очень мало остается. О себе вообще не думал пока, хотя собственная жизнь уже перевалила ниже середины планки.

"Что же Арист не подключается к лечению?" — удивленно обернулся он назад. Но того нигде не было видно. — "Куда подевался?" — возмутился он, как его пронзила догадка: пошел на некроманта.

Гром по последнему разу бросил лечение на ящера и на эльфа, убедился, что скоро они свалят оставшихся, и рванул дальше в темную часть пещеры.

Картина, представшая тут его глазам, потрясла его.

В большой каверне, куда он залетел на всех парах, увидел распластанного на камнях с изрезанной грудью Ариста. А над ним в красном одеянии склоненного, с кривым ножом в руке того самого некроманта, о котором предупреждал храмовник. Над головой этого изверга светится алым "Фрайконштон 2437/5000". А под ногами всюду разбросаны фрагменты трупов.

Поодаль у стены лежала Мартина в хрустальном саркофаге, что висел прямо в воздухе, сантиметрах в десяти над полом пещеры. И еще, вроде, девушка цела.

Некромант засек нового своего врага, быстро вонзил нож в труп Ариста, выпрямился, уставившись провалами глазниц в его сторону. Растопырил перед собой длинные костлявые пальцы рук. На его ладонях сразу стали зарождаться призрачные черепа. Следующим быстрым движением сразу бросил их в сторону Грома трассирующими самонаводящимися снарядами. И они с грохотом шарахнули по его кольчуге, рассыпались вдребезги, нисколько не повредив ему.

Гром злорадно ухмыльнулся, удобнее перехватывая клинки, и понесся на некроманта с такой лютой ненавистью в глазах, что любой берсеркер бы позавидовал.

Настиг опешившего служителя смерти, двумя короткими ударами рассек обе руки в локтях. Темная кровь полилась, пульсируя из культей истошно вопящего некроманта. А Гром стряхнул клинки, закинул в ножны и засмеялся:

— А теперь посмотрю, как ты еще поколдуешь.

Некромант некоторое время визжа, конвульсировал на камнях, купаясь в собственной крови, пока жизнь полностью не утекла из него, а останки бесследно не исчезли.

Топотом тяжелых лап у входа в каверну возник тиранозавр, и следом — Амитола. А Гром уже бросился к Мартине. Теперь не знал что делать дальше, чтобы выудить ее оттуда.

Тиранозавр приблизился к трупу своего создателя, трубно заревел и рассыпался в ничто.

Амитола же, еще со входа осознал произошедшее тут без него. В огорчении прошел к трупу Ариста, постоял немного возле, потом пригнулся и выдернул из растерзанной груди храмовника некромантский нож, с силой швырнул подальше. И сразу же труп храмовника испарился. Трупы обоих магов испарились ничего не оставив после себя. Все свое унесли с собой в небытие.

После, эльф подошел, стал за Громом. Ободряюще произнес:

— Это она в охранном коконе, не беспокойся. Проснется, выйдет.

— Что за кокон? — обернулся к нему Гром с надеждой в глазах.

— Есть такой у магов, я знаю. Используют в странствиях по диким землям. Магия "Нерушимый кокон" называется. Рассыпается только по желанию самого мага, либо по истощению его магии, и больше никак.

— А почему спит? Как разбудить?

— Почему спят? Просто кокон совершенно изолирует от остального мира. Не только ты, никто не сможет сейчас хоть как-то ее побеспокоить в нем. Хоть стучи топором.

— Тогда я останусь тут, буду ждать ее пробуждения. А ты можешь продолжить прерванный свой путь. И большое спасибо за твое активное участие в ее спасении. Если не ты, может, никогда ее не нашли бы.

— Ладно. Хвалить незачем. Спасал сестру. Жаль только храмовника. Окончательная смерть для неписи.

— Мне тоже очень жаль его. Но что поделаешь.

— Ну, тогда я уже пошел в Индекай?

— Прощай. Еще встретимся.

Амитола, махнул на прощание рукой и пошел назад из пещеры. А Гром поудобнее пристроился возле кокона, прислонился к корявым камням стены. Будет тут сторожить сон Мартины.

Глава 16

Пошел третий день ожидания пробуждения.

Гром давно догадался, что Мартина ушла в реал, оставив своего аватара в коконе. А сам он за это время уже нормально обжился в пещере. Расчистил сколько смог территорию от множества останков, принес сюда хвороста и дров. Притащил еще кучу травы, слепил себе мягкую лежанку рядом с коконом. Собрался ждать ее пробуждения хоть долгие месяцы. Если возникнет напряг с питанием, есть капканы. Может прямо у входа в пещеру установить, и потихоньку поддерживать в норме выносливость.

Смерть Ариста стала очередным укором его совести. Не нужно было храмовнику поручать биться с некромантом. С обручем Исчадия он легко того прикончил бы и сам. Но поздно уже об этом говорить.

Гром сидел возле кокона и пытался понять: почему система не прореагировала, как на задание, на тяжелый бой по спасению жрицы Храма? Очки опыта не пришли, наград нет…

Хотя, как нет? А что Мартина невредимая и спасена, разве это не награда ему? Точно. Неисповедимы пути админов.

На интерфейсе таймер показывал полуденное время, когда, наконец, Мартина пошевелилась, потом открыла глаза. Гром подскочил к кокону, и сквозь голубое сияние радостно помахал ей.

Внутри кокона глаза девушки тоже радостно засияли, а следом сам кокон фонтаном рассыпался световыми осколками, скинув ее чувствительно прямо на камни. Но она и не заметила падения; вскочила на ноги и бросилась обниматься.

— Я знала, что ты придешь спасать меня, — радовалась она. — Только очень переживала, что кокон долго не сможет сохраниться. Осталось-то всего ничего до полного истощения магии.

— Я был не один, Мартина. Со мной шли тебя спасать Амитола и Арист.

— Да? И где же теперь они?

Амитола уже в Индекайе, а храмовник… В общем, он погиб, спасая тебя.

— Ой! — прижала пальцы к губам. — Не может быть!

— Назад его не вернуть. Так, что, давай вернемся к Фабио, расскажем ему что произошло с беднягой, — взял ее за руку и потянул к выходу.

В полумраке пещеры, они пошли по крутому подъему к сияющему осколку неба, видимому в проеме.

Гром вел ее по безжизненному каменному пустырю и думал: что же делать дальше с такой непоседой? Как теперь понимал, Мартина нуждается в плотной опеке. Фабио в одиночку не сможет обеспечить полную безопасность неопытной жрице.

— Как случилось, что ты оказалась в той пещере, Мартина? — спросил ее Гром, когда они достигли уже границ пустыря.

Мартина пожала плечиками:

— Сама не пойму, как умудрилась влипнуть в историю. И по большей части из-за тебя влипла.

— Из-за меня?! — остановился в недоумении Гром, обернулся к ней непонимающими ничего глазами.

— Ну да, — ткнула кулачком в него Мартина. — Из-за кого же еще? Была в Храме, медитировала, как на голову свалился одиннадцатый уровень. Подумала, какая же я бездарная, что только за счет тебя могу расти. Сама ничего не умею. Вот и решила показать тебе, что и сама способна уровни поднимать, и вам подкидывать опыт. Решила и пошла на локацию подальше.

Проходилась вот в этих краях, как неожиданно оцепенела. Не могла шевелить даже мизинцем. Потом увидела нечто страшное. Многорукое, многоголовое. Я чуть сознание не потеряла от ужаса. Схватило меня оно и потащило в ту пещеру. А там тот скелет меня приветил. Собрался уже меня резать ножом, да как заорет: говорил вам, иномирных не носите. Приказал монстру отложить на корм. Бросили меня в сторону, чтобы пока не мешала под рукой. Тут меня и отпустило оцепенение. А как спасаться — не знала. Вот и подумала, что ты меня обязательно скоро сам найдешь и спасешь. А временно могу спрятаться в Нерушимом коконе, что в тот еще день научил меня бедняга Арист. Это из рун третьего круга уже.

Видел бы ты, как бесился скелет, как я спряталась в нем. Дубасили по нему все вместе чем попало. Но ведь кокон невозможно одолеть. Потом отстали от меня, и я решила, что могла бы временно уйти в реал, заодно повидать папу, маму.

Вот так ждала твоего прихода там.

— Мартина, а ты не знала, что в коконе ты становишься неопределяемой?

— То есть? — подняла в удивлении брови. — В каком смысле?

— Ну, что ты исчезаешь из группы, и твое местоположение не обнаружить по карте. И храмовники тебя больше не чувствуют.

— Ой! Не знала. А как же вы меня тогда нашли?

— Следопытство эльфа выручило. Иначе бы не смогли тебя обнаружить.

— Совсем не знала. Прости меня, дурочку. — Мартина виновато опустила голову. — Выходит, чуть-чуть, и меня бы схарчили живьем?

— Да. — Пришлось согласиться Грому. Не время миндальничать. — Ты бы испытала ужасное событие, если бы чудом не повезло мне перехватить Амитолу в самый последний момент, пока он не вышел из группы.

Мартина дальше шла рядом в состоянии шока. Грому стало жалко ее, и он попробовал подбодрить ее немного.

— В принципе ничего страшного. Ну, переродилась бы ты в городе. Большое дело.

Мартина качнула головой:

— Я никогда не смогла бы забыть такое… Поедания меня живьем…

Дальше шла она под впечатлением той жуткой картины, чего чудом избежала. Уже достигли ущелья, когда Гром сказал ей:

— Я думаю, что тебе не стоит дальше жить в Храме. Переселяйся ко мне, как тогда обещала.

— Я не завершила третий круг, — возразила жрица. — А после нужно еще дожидаться благословления всех шести богов. Это не скоро завершится.

— Понимаю, — кивнул Гром. — Предлагаю бывать в Храме только, когда будет звать тебя Фабио, а не постоянно. Все остальное время будешь рядом со мной.

— Это как же? Постоянно будем вместе бегать по территории из города в Храм и обратно? Мы же тогда пол игры только этим будем заняты, — улыбнулась Мартина.

— Не будем. Это я тебе обещаю. Дойдем до Храма, объясню, что для этого тебе нужно сделать, — взял ее за руку и быстрее повел по ущелью к мраморным стенам Храма.

Фабио встречал их у фонтана с распростертыми объятиями.

— Ну, наконец-то! — приобнял он жрицу. — Как почувствовал вновь твое присутствие, сразу от сердца отлегло. Только теперь перестал чувствовать Ариста. Теперь он в прятки решил поиграть? — засмеялся Фабио, как вдруг подавился смехом, услышав слова Грома: "Он погиб".

— Не может такого быть, — пролепетали его губы, и он бессильно присел на буртик фонтана. — Как такое могло случиться?

— Он бился с сильным некромантом, чтобы спасти Мартину. Видимо, не рассчитал свои силы и пал в бою, — с грустью проговорил Гром.

Фабио все еще сидел в ступоре, когда Гром, вытащил из сумки один из ручных порталов и протянул Мартине:

— Прими это, как мой дар тебе.

Не понимая что именно ей дарит Гром, взяла массивный камень. А он добавил:

— Теперь отнеси эту треногу в свою комнату и положи под кровать. Потом возвращайся сюда.

Мартина, больше ничего не спрашивая, послушно пошла выполнять это странное поручение.

Тем временем Гром тоже присел на буртик рядышком с опечаленным до нельзя храмовником. Решил рассказать подробности произошедшего с ними с того момента, как они отправились на поиски пропавшей жрицы.

Фабио почти не слушал, что ему рассказывают. Он был мыслями рядом с человеком, с кем столько лет вместе служили богам, но которые не спасли друга, когда он оказался в беде. Кощунственные мысли стали зарождаться в воспаленном его сознании: а действительно ли они на самом деле могущественные боги?

Вернулась Мартина, стала рядом. Тогда Гром положил руку на плечо Фабио и сказал:

— Фабио. Послушай меня. Пусть Мартина пойдет со мной в город, и там останется. А ты, когда она будет нужна для обучения или еще для чего, просто позови ее. Будет в тот же миг рядом с тобой в Храме. Ты не против?

Фабио с тоской в глазах посмотрел на него:

— Порталом?

— Да.

— Хорошо. Пусть тогда идет с тобой.

Потом поднялся и, проронив: "прощайте", сгорбленно направился к дверям Храма.

Гром тоже поднялся, без слов вновь взял Мартину за руку и повел к ущелью. Теперь только он будет решать ее дальнейшую судьбу. Девушка тоже это сразу осознала, почувствовала непривычную легкость в душе, и послушно пошла рядом.

По пути до города, куда они вошли к позднему вечеру, Гром узнал, что жрица освоила совсем неплохие руны. Кроме таких же, как у него, изучила умения, как "клеть", что пленит врага надолго, как "призыв", когда перед противниками из ниоткуда пет возникает, равный по силе и мощи величине интеллекта мага. А про "Нерушимый кокон" он уже и так был в курсе. Еще узнал, что Мартина последние свободные очки тоже кинула на живучесть. И теперь не так-то легко будет врагам зашибить ее насмерть.

У двери дома Гром достал ключ и протянул Мартине:

— Теперь он будет твой. Открывай сама.

Наконец-то, ему удалось вызвать улыбку на губах девушки. Она озорно приняла бронзовый ключ, повозилась немного у замка и открыла.

Как они оказались в большой прихожей, Гром предложил ей сначала подняться наверх.

Мартина напряглась, растерялась. Неужели все его благородство до сих пор было показное, ради того, чтобы при первом же удобном случае затащить ее в постель? Неужели она так в нем ошиблась? Ей стало так обидно, что на глазах выступили слезинки.

Гром и не догадывался, что с ней сейчас происходит. Он спокойно шел впереди нее к ступенькам, ведущим в спальню, и не видел в каком состоянии она.

Девушка понуро и обреченно пошла следом, проклиная свою доверчивость.

Но в спальне у кровати он не остановился, а направился в кабинет, чем окончательно обескуражил ее.

Гром поднял со стола оставленный тут второй портал, и этот протянул девушке:

— Прими как дар от меня.

Окончательно запутавший ее этот жест Грома возымел теперь прямо противоположный эффект. Подумала: какая же я дура, что усомнилась в таком человеке.

Она с трепетом приняла дар, а Гром с улыбкой пояснил ей:

— Этот портал будет связывать тебя с тем. Можешь мгновенно скакать по ним сколько душе угодно. Теперь отнеси его куда желаешь и поставь куда желаешь. Кроме тебя их никто не может стронуть с места и пользоваться ими. Они теперь только твои. Ты рада?

Мартина расчувствовалась не на шутку. Очень захотелось расцеловать его, еле сдержалась. Только тихо произнесла:

— Извини меня.

— За что? — не понял ее Гром.

Но Мартина не стала объяснять ему за что вдруг она повинилась. Решительно прошла в спальню и положила каменную треногу под его кровать. Потом смущенно обернулась к нему:

— Ты не против, что мы будем спать тут вместе?

Вопрос больше смутил Грома, чем ее. Сам бы первым не решился такое предложить.

— Нет, — только и сумел выдавить из себя охрипшим голосом и поспешно направился по ступенькам вниз.

Ему захотелось чем-то занять себя, чтобы утихомирить лихорадочную дрожь в теле.

Кинулся на кухню готовить ужин. Полчаса возни тут — и ничего нового, кроме как бобовая каша с кусками мяса, у него не вышло. Со вздохом, поставил наготовленное на поднос, добавил бутылку вина и понес в гостевую. Только успел разложить наготовленное на столе, как вошла Мартина в голубом платье, что выискала в его шифоньере.

Как ей идет, восторженно думал он, не отрывая от нее очарованного взгляда. И, конечно, Мартина сразу такое засекла, зарделась.

— Что сегодня у нас на ужин? — кокетливо прошлась она к столу, присела.

— Я сам приготовил. Поэтому, не вкусно, как у Амитолы. Хотя, мне нравится. Попробуй.

За ужином закрепощенность отпустила обоих. Пили вино, ели его кашу, много шутили, стараясь не касаться последних событий.

После ужина Гром предложил ей прогуляться вместе по городу.

— Только быстренько переоденусь я тоже, — побежал он наверх.

Вернулся в своих "гражданских" и повел ее гулять.

Фонарями освещенный Тарвир был полон праздно расхаживающих местных граждан. Гром различал среди них и немало игроков, которых только он мог различать по специфичным оттенкам флюид, что исходили от всех разглядываемых существ, стоило только ему присмотреться чуть внимательнее. Но это был только его дар. Их самих вряд ли кто отличал от всех остальных в толпе. Разве, что знающих их в лицо мог бы. И таковыми оказалась группа из трех человек, с которыми Гром вступал в игру.

— Неужели это наш Гром, — услышали они, проходя в полумраке по закоулку.

Гром резко обернулся и увидел Гвоздя, стоящего тут в обнимку с пышной Мери и молоденькой Анжелиной. Первое впечатление производили — прогуливаются отец с дочерьми.

— О! Приветствую вас, — направился к ним Гром. Пожал им руки, представил и Мартину: — Познакомьтесь, это близкая мне девушка, Мартина.

Девушки поглядели друг на друга оценивающе, но мило улыбались при этом. А Гвоздь оглядел Грома, спросил:

— Как у тебя с прогрессом? Достиг десятого уровня или пока как я?

— А что у тебя?

— У меня девятый. У девочек тоже. Мы в одной группе кантуемся. Я в гильдии воинов расту, а девочки подались обе в лучницы. Ну, а ты-то что?

Гром неопределенно мотнул головой:

— Да, почти что, то же самое. Только ни в какую гильдию не вступал пока.

— Поэтому и не растешь, — отечески, похлопал его по плечу Гвоздь. — Давай, вступай в нашу гильдию. А мы тебя в своей группе понатаскаем, догонишь. Хочешь с нами?

— Конечно, хочу. Но, к сожалению, пока не могу. Есть еще кое-какие важные дела у меня. Как освобожусь, так сразу найду вас и вступлю в вашу группу.

— Очень хорошо. Можешь на нас рассчитывать.

— Спасибо, ребята. А мы уж пойдем.

— Ну, дело молодое, — усмехнулся Гвоздь. — До встречи.

Гром, взял Мартину под ручку и поскорее увел ее от них на главную улицу. Там он сказал ей:

— Тот мужик, Гвоздь, это тот, что был с теми отбросами, которые Амитолу грабили.

Мартина даже вздрогнула от его слов. И сама теперь уже вспомнила, что ник этот слыхала и тогда. Возмущенно спросила:

— Почему же ты с ним дружески беседовал?

Гром задумчиво ответил:

— На это есть две причины. Первая: а если он тоже стал их жертвой? И вторая: стоило ли предупредить его, что я в курсе кто он есть, если действительно тогда был с ними заодно. Я собираюсь сначала в этом разобраться. Выяснить истинную причину его участия, а потом принять решение как дальше действовать. Теперь тебе стало понятно, почему так с ним разговаривал?

— Теперь понятно мне, что ты очень опасный человек, Гром, — засмеялась Мартина. — Не хотелось бы быть твоим врагом.

— А кто тебя просит? И не надо им быть. Тем более тебе.

— Почему это "тем более"? — исподлобья стрельнула она глазками.

— Потому что… Да ладно тебе издеваться, — улыбнулся Гром. — Будто не знаешь, что влюбился в тебя.

— Правда? — пококетничала она. — Спасибо, что предупредил. Тогда, может, вернемся домой, и там об этом поговорим?

— Пойдем, — Гром с жаром прижал ее руку к своей груди. — Давно мечтаю об этом поговорить с тобой.

Дальше пошли в обнимку до дома. Вошли, и Гром стал в нерешительности, ожидая, куда теперь отсюда направится Мартина. С облегчением сообразил, что ведет она за руку к лесенкам.

Подвела к бардовому балдахину, тут обернулась к нему с тревогой в голубых глазах. Пальцы ее крепко схватили борта куртки Грома, и она заговорила в волнении:

— Хочешь знать, почему я взяла академический отпуск? Почему родители расщедрились на погружение в игру? А все потому, милый мой, что в девятнадцать лет устала от жизни. Хотела покончить с собой.

— И виноват в этом был твой парень? — догадался Гром.

— Да, — опустила глаза Мартина. — Так красиво себя вел, и таким уродом оказался под конец. Затащил меня на дачу, где ждали трое его пьяных дружков…

— Можешь дальше не рассказывать. Я все понял.

— Я не вынесу, если и в погружении буду разочарована в людях. Пожалуйста, подумай об этом.

Гром, ласково погладил ее поникшее плечо:

— Не будешь, обещаю.

Мартина, вновь подняла на него глаза, но на этот раз в них уже не было боли. Она испытующе вглядывалась в его лицо, в поисках мучающих ее вопросов. Потом улыбнулась ему и неторопливо скинула с себя платье.

Гром замер от неожиданности. Не мог оторвать взгляд от точенной обнаженной фигурки девушки. А она, стеснительно переминаясь с ноги на ногу, пролепетала:

— Это же игра. Интересно, тут так же бывает, как в реале?

— Кажется, дда… — охрипшим голосом отвечал Гром, скидывая с себя обкорнанные вельможные шмотки под ноги.

Но он ошибся. С Мартиной все оказалось совсем по другому нежели с женщинами-неписями.

В одной из фаз передыха, Гром, прижимая к себе девушку, сказал:

— Милая, давай с утра пару часов проведем в реале. А то я уже девятый день тут беспробудно нахожусь. Как ты на это смотришь?

— Положительно, — улыбалась счастливая Мартина. — Почему бы нет, раз тебе это надо. Только вот Фабио может беспокоиться, что два дня меня не находит. Давай я ему сообщу, чтобы не беспокоился.

— Уже полночь. Он спит, наверное. С утра сообщишь. А сейчас… — Он прильнул к ее губам.

Сон одолел молодых людей далеко за полночь, почти что с опустошенной Выносливостью Мартины. А утром, как она проснулась в объятиях Грома, первым делом предупредила Фабио, чтоб не ждал ее в течение двух-трех дней, разбудила и его:

— Отправляемся на два часа?

Он кивнул, не выпуская ее из объятий, сонно влез в опции, чтобы кликнуть на кнопку "выход из игры".

…

Сергей открыл глаза, и как обычно ощущается при выходе из игры в ванне невесомости, не чувствовал свое тело. Словно, совсем его не существует. Никак невозможно было привыкнуть к этому странному ощущению.

В форточку лило лучи яркое весеннее солнышко.

Глянул на настенные часы перед лицом. Время было — одиннадцатый час.

Сергей неуклюже выбрался из обволакивающей его тонкой пленки, что ограждала тело от воды, снял с головы шлем. С напрягом скидывая с себя спортивный костюм, сразу влез в душевую кабинку. Нужно было привести себя в порядок под контрастным душем, разогреть мышцы после долгой обездвиженности.

Помогло. Нормальным вылез обратно на кафельный пол, тщательно, до красноты кожи обтерся полотенцем, заново оделся, нацепил шлепанцы и побрел на кухню.

Завтрак сварганил себе нехитрый, но максимально питательный. Потом направился в свою комнату, где сразу установил будильник на десять минут первого — время возврата в ванну — и бухнулся на стул перед монитором.

— Так. Сначала разберемся с хозяином Инферно, — сам с собой заговорил Сергей, разминая пальцы.

Открыл Яндекс и вбил в поисковик: "админ игры аркадия федор рудольфович".

Как ни странно, на сайте игры не вышло упоминание об именах администраторов, а тем более админа Инферно. Ни слова о таком. Но одной из последних ссылок, на странице вышла ссылка на газетную статью, в которой писали о зам. министре по высоким технологиям. Звали того Иншин Федор Рудольфович. Да еще сообщалось, что он курирует виртуальную игру "Аркадия".

Всё совпадало. Иншон в игре и Иншин в реальности. Значит, повстречал в Инферно именно зам. министра.

— Хех! — только и выдал Сергей, занявшись теперь поиском онлайн адреса администрации "Аркадии". Нашел и накатал им такое письмо:

"Здравствуйте, админы.

В ваши ряды затесался недалекий человек, Иншин. Как вы его терпите? При встрече со мной, даже не заметив сам того, сразу выложил, что Инферно — секретная база под его началом. Подозреваю, что я буду не единственным, с кем он захочет еще пооткровенничать об этом. Если это является важным секретом в игре, советую его вытурить.

Игрок Гром".

Отправил это письмо, затем полез в форум.

По многоступенчатому поиску добрался до темы: "Подземелья Аркадии" и задал вопрос: "Кто в курсе, как попасть в Клоак?".

Ответ нашел, как всегда, среди множества пустых острот, связанных с клоакой, и просто бессодержательных словесных выкидышей.

Форумчанин утверждал, что в одном гайде читал: есть в Тарвирии глубокая яма возле деревни Окропон. На ее дне по ночам открывается проход туда, а с появлением первых лучей закрывается. Сам не проверял. И просил сообщить ему, если подтвердится такое. В ответном Сергей пообещал тому вскоре исполнить просьбу, и сразу же получил в личку его координаты.

Вылез из форума, теперь вошел в свой скайп. Бросил вызов друзьям детства Андрею и Василию, объединив их в "конференции". Пошла непрерывная мелодия вызова пока оба вызываемых одновременно не оказались на двух половинках монитора.

— Кого вижу! — сразу завопил импульсивный Андрей.

— Гром! Привет, пропавший! — не уступал силой голоса и Василий.

— Я тоже рад вас видеть, парни, — заулыбался им Сергей. — Знал бы, что так соскучились по мне, раньше связался бы с вами.

— А как же. Ты же у нас герой Аркадии. Читали о твоих подвигах, — продолжал громко восхищаться Андрей.

— Что? — удивился Сергей. — Где читали?

— Так, на форуме. Где же еще?

— Правда? Интересно, я и не знал.

— А ты зайди в раздел "Лучшие игроки Тарвирии". Там тебя модератор выделил в десятку года.

— Ладно. Как-нибудь зайду. Ну, а вы как там? Нет пока желания самим в десятки попадать?

— Лично мне непросто, — огорченно ответил ему Василий. — Финансы не позволяют.

— Я тоже на мели пока, — поддержал тему Андрей. — Это ты у нас богатенький Буратино.

— Я понимаю.

— А давайте сейчас встретимся. Посидим за чашкой пива, поговорим, — предложил Василий.

— Не могу, парни. Меня там будут ждать. Мало времени осталось до возвращения. Как-нибудь выберусь надолго, посидим.

— Так игра же. Пусть подождут, — уговаривал Василий.

— Для меня это уже не игра. Там теперь вторая моя жизнь протекает.

— Да ладно тебе, — махнул рукой Василий. — Игра есть игра. Времяпровождение только.

— Да? А вы чем тут занимаетесь?

— Ну, ты сравнил.

— А почему бы и нет. По сути, всякий, кто не творит до них не существовавшее в человечестве, просто играет в жизнь.

— Не каждому дано творить, — с обидой в голосе возразил Василий.

— Я о том же. Уж лучше в погружении попробовать необычное новое, если есть возможность, чем играть в скучную игру, что называете жизнью.

— Вот именно. Если есть возможность, — заметил Андрей.

— Это я понимаю, и сочувствую. Но погружение — это не просто игра, поймите. Советую накопить деньжат и попробовать самим. — Потом помахал им: — Ладно. Мне еще нужно поразмяться. До новых встреч в эфире. Пока.

Сергей вышел из скайпа и прошел на свободное место комнаты потягать гантели, отжиматься, поприседать. Следующий выход будет только через сутки нахождения без движений. Потому такая разминка сейчас необходима.

Уморился, походил по комнате. Тут увидел на мониторе, что пришло новое письмо.

Открыл почту. Письмо пришло от администрации Аркадии:

"Уважаемый Гром.

Благодарим за предупреждение. Примем меры.

Мы внимательно следим за Вашим игровым процессом. Возлагаем на Вас надежду в решении очень важных для нас сюжетных заданий. Просьба, незамедлительно вернуться в игру и пройти на звездный алтарь известного Вам Храма. Вы получите там первую инструкцию.

За их выполнение руководство выдаст Вам месячный (по реальному времени) абонемент на бесплатное погружение в Аркадию.

Желаем успехов.

Администрация Аркадии.

Р.С. Не принимайте всерьез "Смекалку". Это пустышка. Не тратьте на нее очки".

Сергей только удивленно похлопал глазами. Это как понять: "внимательно следим", "Смекалка пустышка"? И чем таким важным для администрации могут стать какие-то игровые задания? Зачем ему всучили пустышку, а теперь еще предупреждают? Может, это так шутят "боги" Аркадии с теми игроками, кто им пишет? Да, вряд ли. Похоже, серьезно заявлено.

Оставался еще целый час ему на гуляния в реале, так попросили же "незамедлительно" возвращаться. Что поделаешь? Нужно срочно погружаться раз требуют сами "боги".

Сергей со вздохом направился в ванную комнату.

Тихо жужжал компрессор воды, отдаваясь рябью прорезиненной пленки поверху краев ванны.

Скинул шлепки, полез на нее. Тело приняло обычную в ванне невесомости позу эмбриона, и Сергей пристегнул шлем. Аккаунт сразу опознал владельца шлема по радужкам глаз, открыл интерфейс. Оставалось только кликнуть на "вход в игру".

…

Гром проснулся все в той же позе; в обнимку, с беспробудно спящей до завтрашнего утра, Мартиной. Выбрался с кровати, быстренько надел боевые свои облачения и сразу же кликнул на портал в Храм.

Круговерть завершилась видом на черный камень алтаря.

Фабио увидал его и поспешил подойти.

— Я ждал тебя, — сразу заявил храмовник, как только подошел к нему.

Лицо его за последнее время заметно осунулось, и глаза уже были не те живые с искорками, что раньше замечались Громом. Но теперь в них неожиданно заблестела надежда.

— Слушаю тебя, Фабио.

— На вчерашней полуночной медитации меня посетили наши боги. В сверкающих доспехах и оружии они явились к звездному алтарю, а я сразу пал пред ними ниц.

Услышал голос одного из них, не смея поднять глаза, чтобы знать, кто из них шестерых говорит со мной. Голос сообщил что тебя впереди ожидает великий подвиг, и приказал мне по мере моих сил подготовить тебя его совершить. А, главное, что исполненный тот подвиг вырвет Ариста из когтей смерти, и он вновь вернется в Храм.

Правда? — обрадовался Гром. — Такое разве возможно?

— Не сомневайся никогда в словах богов, — насупился Фабио. — Если сказали, что вернется, значит, точно вернется. Ты только исполни свой долг перед ними.

— Постараюсь. Прямо сейчас же. — Гром с места прыгнул на черный камень алтаря.

Сложилось впечатления, что каблуки нажали на незримую кнопку. Ослепительно сверкнула статуя Перуна, а рядом Фабио привычно грохнулся на колени, низко опустив голову чуть ли не до мрамора пола, и застыл.

Гром увидел своими глазами, как оживала статуя.

Каменная длань приветливо ему помахала булавой, каменные губы растянулись в улыбке.

Гром и не знал, как ему ответно приветствовать статую. Тоже помахать ручкой или, как Фабио нужно… Нет лучше просто оставаться на месте, решил он.

А ожившая статуя тем временем сошла с пьедестала и, тяжко грохоча сапогами по мраморным плитам, приближалась к алтарю.

— Можешь уже сойти, — басом заметила статуя Перуна, когда достигла подступов алтаря.

Гром растерянно выполнил совет и теперь снизу вверх вопросительно глядел на бородатое лицо древнерусского бога-громовержца, искусно вырезанное из розового бута.

— Я пришел сообщить тебе благую весть. Ты избран большинством голосов совета пантеона на подвиг во имя цельности Аркадии, — забасил он, и его низкий тембр эхом отразился от стен зала. — Ты получишь ряд заданий, одно сложнее другого, нанизанные будто бусинки на нить твоей судьбы. Не выполнишь хотя бы одно, нить эта оборвется. Но и награда за них тебя будет ждать достойная: нить с каждым выполненным будет крепчать. Готов ли ты пойти на такое или прямо сейчас же отступишь, а я вернусь в пантеон?

Гром не верил ушам. Выходит, действительно, каким-то странным образом админы его заприметили с высокого Олимпа и решили призвать его к чему-то невероятному. На кон поставили высокую цену и предлагают рискнуть. При этом ни слова о том что это такое. С другой стороны, в полученном письме говорилось об очень важных для админов заданиях. Не могли же они предлагать невыполнимые для него. А если выполнимы, хотя и с большим трудом, так почему бы не пойти в игре на такой шаг. Впрочем, игра ли это, если в ней так многое зависит от его теперешнего выбора. Простит ли себе когда-нибудь в дальнейшем, если откажется?

— Я готов!

Глава 17

— Это хорошо, что готов, — растянулись губы под каменными усами. — Слушай же первое важное задание, что должен сделать. — Перун засиял интенсивнее розовым светом. — Забери из красного сундука контейнер, что в развалинах башни Печали, и помести его в туннеле перехода в Индекай.

Статуя попятилась назад к стене, а его заслонило системное сообщение:

"Сюжетное задание. Добудьте Первый Контейнер и поместите его в туннель. Награда Перуна: 20 свитков "Закрепитель", 1000 золотых монет. Опыт: 20000. Срок: 10 дней".

Тем временем Перун уже оказался недвижимо на пьедестале в привычной глазу позе и уже ничем не выделялся от остальных статуй.

Гром повернулся к коленопреклонному Фабио, потряс его за плечо:

— Подымайся. Бог уже ушел.

Фабио поднял на него восхищенные глаза, медленно встал на ноги.

— С тобой разговаривают боги! — торжественно проговорил он. — Ты отмечен не простыми печатями, как остальные.

— Как насчет обещанной подготовки? — будничным голосом спросил Гром, чем вызвал у Фабио полнейшее непонимание: как можно не воспылать экстазом от произошедшего с ним только что?

— Подготовки? — рассеянно переспросил храмовник. — Конечно, конечно. Сейчас же и начну. Преклони голову.

Гром послушно преклонился перед ним, чтобы вновь окунуться в процесс магического обучения рунам.

Снова парит в абсолютной пустоте. Слышит неразборчивый шепот в приливе магических знаний, а вокруг вновь прозрачные струи эфирных потоков.

Пришел в себя, когда рука Фабио похлопала его по плечу:

— Я передал тебе самые важные руны сегодня. Пользуйся ими с честью.

— Спасибо, — охрипшим голосом поблагодарил Гром храмовника и пошатываясь отправился к фонтану освежить лицо, прийти окончательно в себя, прежде чем разбираться что освоил.

Холодная серебристая вода храмового фонтана, как и раньше, благотворно подействовала на него. Голова полностью прояснилась, и он облегченно присел на буртик, чтобы открыть свои опции и войти в "магию".

В окне увидел новые познанные руны:

Булава Перуна: оружие наносит дополнительно 50 % физ. урона.

Эффект: игнор преград. Затраты: 25 ед. магии в 10 сек.

Щит Перуна: поглощает 50 % физ. урона. Затраты 25 ед. магии в 10 сек.

С радостной улыбкой Гром и их выставил на внутренний обзор. Они тоже теперь обозначились в длинном ряду маленьких полупрозрачных ромбиков поверху внутреннего интерфейса.

В узких дверях Храма появилась фигура Фабио. Гром поднялся и подошел к нему.

— Ты случайно не знаешь, где находятся развалины Печали? — спросил он его.

— Знаю, — кивнул Фабио. — Давай укажу на карте.

Гром раскрыл свою карту местности и увидел во мраке ее юго-запада возникшую красную отметину: "Башня Печали".

— Большое спасибо тебе. А может, знаешь еще, где расположено село Окропон?

— Окропон? — задумался храмовник. — Нет. Вроде не слышал про такое село.

— У кого же узнать можно?

— Укажу тебе ближайщее к нам село: Вязы. Там попробуй выяснить, — подсказал Фабио.

Гром вновь раскрыл карту, где, действительно, неподалеку от индикации Храма появилась и села Вязы.

— Хорошо. Попробую у них узнать. Спасибо тебе за все, Фабио. А я уж пойду по своим делам.

Они распрощались и Гром направился в сторону ущелья.

Выбрался на поле с валунами и повернул на юг, где вскоре набрел на протоптанную тропу как раз в том направлении, куда указывала отметка на карте.

Эта тропа и вывела его на само село Вязы; самое обычное невзрачное селение, как и многие другие в Тарвирии.

Гром вошел в покосившиеся ворота. У мельтешивших мальчуганов узнал, где можно найти старосту, и попер по пахотной земле к коренастному мужику за сохой. Над его головой тоже значилось лаконичное: "Староста".

— Здорово староста, — поздоровался Гром с мужиком.

— И тебе не хворать, путник. Зачем пожаловал?

— Да, вот, ищу селение Окропон. Не знаешь где такое?

— Как не знать? Мы порой и с ними торгуем. Есть карта? Отмечу, если серебренную не пожалеешь.

— Де нет. Не пожалею, — достал Гром из сумки монетку и положил на мозолистую ладонь мужика. Следом открыл карту, увидел еще один индикатор с названием "Окропон". — Благодарю, староста.

Гром повернул назад в сторону покосившихся ворот.

Окропон оказался прилично далеко. Только под вечер достиг он его.

Что сразу бросилось Грому в глаза, как он прошел массивные ворота в высоком добротном заборе, так это угрюмость сельчан, что встретились ему тут. Еле вынудил одного из них приостановиться и сказать, как найти старосту села.

Пошел в сторону указанной хаты, постучал. Долго пришлось ждать, пока откроет сердитый тощий жердяй, все с той же надписью над головой: "Староста".

— Чего тебе, чужеземец? — неприветливо, исподлобья глядя, процедил этот староста.

— Какой же я чужеземец, друг? Я из Тарвира. Да еще и князь.

Староста заметно притух, но не стал от этого приветливее.

— Чего тебе, князь? — буркнул он.

— Послушай, староста. Слыхал я, что неподалеку от вашего села нечистая яма есть…

Староста затравленно огляделся из проема хаты и с тревогой спросил:

— А зачем спрашиваешь?

— Мне туда ночью пойти надо. Побеседовать с тамошними нечистями по душам, — улыбнулся Гром. — Я им гостинцы припас. Вот они, из-за спины моей выглядывают.

— Неужто воевать пойдешь с тварями? В одиночку?

— Хочешь со мной за компанию пойти? — иронично усмехнулся Гром.

— Боги, сохраните! Ладно. Сейчас проводят… — Высунулся староста больше из двери, засек одного сельчанина: — Эй! Кривой, подь сюды.

К ним подошел действительно с кривоватой рожей мужик.

— Проводи князя до проклятой ямы. Только сам близко не ходи. Сразу вертай назад.

Кривой тупо покивал и без слов побежал к воротам. Гром, не успел попрощаться со старостой, так как пришлось тоже бегом припуститься за своим провожатым.

Они добежали до одиноко растущего столетнего дуба в низине возле села. Тут кривой остановился, рукой указал направление. Потом, молча развернулся и пустился наутек.

Гром двинулся в указанном направлении, пока не оказался на краю глубокого оврага, по центру которого виднелись, должно быть, края той самой ямы. Он спустился ближе.

Обширный овраг был весь черным своими скатами, словно выкопали в угольном пласте. А в глубине этого провала четко различалась выдолбленная окружность.

Гром открыл карту, и прочел рядом со своим нынешним местом нахождения "червоточина". Удовлетворенно кивнул. Значит, не ошибся тот форумчанин. Надо при возможности его тоже оповестить, как обещал.

Гром вновь повернул в сторону села. Теперь там нужно дождаться ночи, чтобы открылась эта нора, потом вернуться.

В селе не оказалось ни таверны, ни кабака. Пришлось ему маяться, шатаясь среди угрюмых местных. Не с кем было словом перекинуться. Так и проторчал он тут до полуночи.

Когда по таймеру время докатило до полночи, вновь отправился к тому оврагу.

Увидел в темени, что на дне и без того черной ямы открытую дыру. Значит, пора в гости идти.

Гром активировал Сияние, от чего овраг залило бледным светом, и просто запрыгнул в дыру. Глубина ее не пугала Грома. Падение пера на поясе плавно приземлило его внизу ямы на дно, метрах в пяти от люка, что теперь зияет над головой.

Он очутился внутри сферической пещеры утыканной множеством узких лазов во все стороны по всей высоте. Они достаточно просторны для пауков, но малых ему.

Гром поискал среди этих дыр габаритную. А таких тут оказалось не больше трех из всего множества. Со вздохом полез в первую такую и при освещении Сияния, что вынужденно оказалось теперь за спиной, видел перед собой вихляющую свою тень на пути в глубину недр.

Активировал все четыре планки защиты и, пульсируя волнами подчинения, чтобы не быть атакованным в узкой лазейке какой-нибудь местной тварью, двинулся по туннелю вперед к неизвестности.

В скором времени туннель пошла на вираж под уклон. Стало ясно, что он погружается в недра все глубже и глубже.

Неожиданно туннель стала просторнее, затем вообще широкая. Легче стало идти. А то каменная кишка просто подавляла своей теснотой.

Протопав еще метров сто, Гром попал в большую подземную полость, затопленную прозрачной водой. Встал на ее бережку, стараясь обнаружить, где продолжение туннеля за водной гладью. Но заметил зев продолжения прохода только глубоко под поверхностью воды.

Выходит, пора ему проверить, на что способно новое приобретение "Водолаз", пришел он к такому выводу, активируя руну.

Ничего не произошло, оповещающее, что он уже может безопасно нырять. Тем не менее, Гром полез в воду, что теперь, как раньше, не хотела его держать на поверхности бревном. Он сразу же погрузился, пошел по дну подземного водоема в сторону зева на противоположной стороне.

Странное было чувство под водой у Грома. Вроде как воздух сильно загустел и целиком покрылся бликами. И тело заметно облегчилось.

Конечно, в продолжение туннеля он вступил, все еще находясь под водой. Дальше шел по ней, не зная, как долго еще будет в роли Ихтиандра.

А время неумолимо шло к завершению двадцати пяти минут. Осталось всего чуть больше пяти минут, а конца водному коридору еще не видно.

Гром стал беспокоиться, успеет или нет? Почти наступила паника, как над головой мелькнула дыра. Он тут же ринулся к ней. Резко оттолкнулся от дна, и выбрался головой в спертый воздух глухого каменного пузыря в теле затопленной туннели. С трудом выкарабкался из воды на камни.

Так. Теперь появилась возможность тут дожидаться отката, чтобы снова кликнуть руну Водолаза. Но как быть дальше? Возвращаться, чтобы искать другой путь или продолжить начатый маршрут? А если впереди не окажется такой же "остановки", как эта дыра, и если вода не кончится? Тогда нежелательного перерождения не избежать.

С другой стороны, еще неизвестно каким окажется другой маршрут. Может, тоже под водой будет.

Нет, под конец решил он. Будет дальше рисковать. Так интереснее жить в Аркадии.

Гром вторично кликнул на руну с символом воды и сиганул обратно в дыру туннеля. Путь дальше вглубь недр продолжился без дальнейших сомнений. Только теперь он вовсю старался быстрее передвигать ногами.

Но оказалось, что напрасно переживал. Минут через десять-пятнадцать туннель стала постепенно задираться и вода, естественным образом стала уровнем понижаться. А вскоре голова его уже торчала из нее. Еще немного пройдя, вода оказалась на уровне пояса.

Дальше он опять топал по сухой туннели вперед, радуясь, что не поддался тогда панике и не повернул назад.

Судя по циферблату таймера, уже почти час он бродит под землей.

Гром теперь шел дальше по каменной кишке во что постепенно вновь превращался треклятый туннель. А вскоре снова стал тесным лазом.

Гром, проклиная всех обитателей Клоака, согбенно, но упорно передвигался по нему дальше.

Наконец, впереди замаячил долгожданный выход из этого лаза во что-то объемистое. Гром быстро протиснулся до него.

Теперь он выглядывал из-под свода гигантской пещеры, из дыры, каких тут было великое множество, усеивших поверхности покатых стен.

Глубоко внизу видел копошение тысяч черных силуэтов существ различных очертаний и размеров. С такой высоты он не мог большего различать. Но было ему теперь достоверно известно одно: это там живность Клоака. Его, и всех остальных рас, ярый враг. И имя ему — легион.

Гром присел поудобнее на краю дыры, свесил ноги, чтоб с комфортом глядеть вниз.

Время было половина третьего утра. Сейчас отдохнет немного от утомительного марш броска, придет в норму и Восстановление, после решит, как быть дальше с этими тварями.

Пока он так праздно сидел, свесив ноги над пропастью, глаза потихоньку свыкались с полумраком ее дна. И он постепенно в хаотичных движениях силуэтов внизу стал замечать осознанное поведение. Так, он сумел определить кто именно там является самым главным. Им оказалась самая большая особь, что увидел у дальней части гигантского каменного мешка. Этот был в три раза крупнее всех остальных мельтешивших.

Монстр сидел там, на глыбе, поджав под себя то ли ноги, то ли лапы, — издали не разобрать, — а остальные, что мельче, непрерывно таскали из всех проемов до его глыбы что-то в своих лапках, передавали их тому. Скорее всего, шел процесс кормежки, потому что Грому отсюда показалось, главный пихает приносимое в пасть.

Но не все остальные бегали за порциями. Среди них различались несколько иначе выглядевших по цвету и виду. Эти равномерно располагались по всей необъятной территории пещеры. Вроде даже были вооружены дубинами. Гром решил, что они — стражники того самого, вожака.

Ну, наконец-то, Выносливость Грома полностью восстановилась. Снова обновил все свои планки защиты, и, непрерывно излучая волны подчинения, плавно полетел вниз, прямо на головы обитателей пещеры.

Что сейчас будет — понятия не имел. Но надеялся, что происходить будет только выгодное ему.

Еще половины расстояния до дна не пролетел, как его засек с дальнего конца пещеры их вожак; что-то заорал, вытягивая обе руки в сторону спуска Грома. Все остальные замерли и тоже подняли свои рожи в его сторону.

Уже с высоты преодоленного расстояния Гром понял, что верно догадался: были среди них стражники в металлических панцирях и шлемах, вооруженные молотами. И их было много. Но намного больше было тех трудяг, что кормили главного паразита склизкими извивающимися, как черви, комьями. И теперь все здешние покрылись над головами алыми росчерками.

Гром плавно снижался на пятачок у стены под прикрытием Щита Перуна, что радужным пузырем колыхался вокруг его тела. Дальше планировал уже активировать и Булаву, как заметил уже привычную метаморфозу под воздействием волн подчинения: перекраски алого в ярко зеленый. Она круговыми волнами прокатилась по обитателям пещеры с его замедленным падением на дно.

Совершенно не подействовала магия подчинения только на главного монстра. Он возвышался на той глыбе все еще с красным ником. Зато со стражниками происходило невероятное. Их ники попеременно меняли цвет то на зеленый, то на красный. Гром заподозрил, что это результат попытки противодействия вожака. Тот, по-видимому, был довольно сильным магическим существом.

Как только ноги Грома коснулись земли, сразу послал мысленную команду позеленевшим атаковать красных.

И тут началось безумное представление, чему позавидовал бы сам Нерон. Армагеддон в масштабах немалой пещеры битком забитой убийцами и самоубийцами!

Лавина клоакских трутней остервенело кинулась голыми руками гробить всяк с красным ником. Со стражей вообще происходило нечто необъяснимое. То били работяг, то друг друга. Только вожак со своего возвышения целенаправленно громил обступившую его возвышение озверевшую толпу. Валил их целыми толпами странными пассами рук. От них над вожаком сгущалась непроглядная тьма, и из нее с треском сыпались ядовито-желтые высверки. Рвали нападающую толпу на куски.

Через пару минут такой бойни половины трудяг и почти всей стражи уже не стало. Но работяги постоянно дополнялись из резервов в дырах стен. Казалось, их потоку не будет конца. Бой кипел нешуточный, когда дополнительно появились вдруг пауки.

А Гром всё стоял, прижавшись спиной к холодным камням пещерной стены, и был занят только тем, что излучал призрачные круговые волны подчинения, да новых прибывающих тоже посылал в массовую бойню.

Если бы туши убитых почти сразу не испарялись, весь грунт здесь уже покрылся бы метровым слоем трупов.

Тем временем вожак усердно клал вокруг себя свою измененную паству. При этом только незначительно потеряв жизнь.

Гром решил немного помочь предавшим своего вожака. Он взял его на прицел ладонью, кликнул Истребление. Магическая стрела сорвалась с его пальцев с сильной отдачей, шарахнуло вожаку в грудь, растеклась по его телу пожирающими плоть разрядами.

Вожак вздрогнул, отвлекся на секунду на Грома и тут же был облеплен с ног до головы пауками. Раздался громоподобный вопль, а жизнь его скатилась чуть ли не на четверть.

Гром понял, что пострадал тот не от его молнии. Она почти не повредила магическому монстру. Это пауки постарались, как тот отвлекся.

Теперь Гром сообразил какая нужна тактика для уничтожения этого мощного монстра. Но перевербованных было еще слишком много, чтобы прямо сразу попытаться его уничтожить. Пусть пока своих истребляет. Тем более, что приток новобранцев еще продолжался, среди которых появлялись и новые виды обитателей подземелья.

Теперь средь пауков замельтешили скорпионы размерами с варнов, а среди работтяг-трутней — существа, напоминающие гипертрофированных гиббонов. И сколько же их таких тут видов еще повылазят, даже гадать не хочется.

Давно истребленная стража оставила вожака с ополовиненной жизнью сражаться в одиночестве. Но тот не унывал и не замедлялся. Старательно грохал атакующих своей смертоносной магией. Грому оставалось только позавидовать его запасам маны и выносливости. Точно, выдающийся монстр поселился в Клоаке.

Храмовник Балдур, каким бы ни был сильным, явно переоценил свои возможности, когда пошел на него войной. И сам Гром давно уж отправился бы на перерождение, не получи он от админов такую эффективную против немагических существ планку в параметры.

Пока Гром, ушедший в задумчивость, скучал у стены, тридцать минут истекли. Мгновенно все участники столпотворения разом окрасились алыми никами. Тут же бой замер. Казалось, существа ужаснулись тому, что уже натворили тут со своим вождем.

Забитая до отказа гигантская пещера испустила визг, шипение, стрекотание. Все морды, рожи, пасти, жвала, разом обернулись в сторону виновника здешнего недоразумения.

Пошла атака в противоположном направлении с безальтернативным результатом. Но за секунду до момента, как получить диверсанта в смертельные объятия первыми рядами монстров, хлестнуло по ним обширной волной вновь активированное Подчинение, заставив вторично сменить окрас ников и свое мнение, кто тут истинный их враг. И всё пошло по новой. В результате тоскливый вой вожака, эхом разнесся в каменной пещере.

Гром с усмешкой скрестил руки на груди, удобнее пристроился спиной к стене. Оттуда продолжал лицезреть невиданное до селе масштабное самоуничтожение монстров Клоака.

Бой кипел уже более четверти часа. Приток подкрепления заметно снизился. Теперь бойцов и в емкости пещеры заметно убавилось. Если так будет продолжаться, то третьей активации "подчинения" может и не понадобится.

А жизней у вожака уже меньше половины осталось. Но еще достаточно много, чтобы эффективно продолжать воевать со своими бывшими подчиненными.

Окончательно поток новобранцев истек спустя еще десять минут. Теперь отпала необходимость в ментальных приказах атаковать.

Гром, наконец, оторвал спину от стены, пододвинулся ближе к тылу, все больше и больше усыхающей армады монстров, стоявших вкруговую перед вожаком в ожидании своей очереди издохнуть под высверками, успев хоть раз царапнуть или укусить лютого врага. Маленькими шажками за спинами своих самоубийц Гром и сам приближался к клокочущей тьме над головой вожака.

Когда до него уже оставалось уже с десяток метров, стал разряжать в туловище на глыбе молнию за молнией, на мгновения отвлекая, чтобы эффективнее наносили ближайшие ряды монстров физический ущерб. Результат оказывался заметным невооруженным глазом: скачками уменьшалась жизнь обреченного.

Когда под конец и этих тридцати минут, у ног вожака с искаженным от злобы и отчаяния рожей пали последние нападающие, Гром оказался с ним один на один в опустевшей необъятной пещере. Теперь жизней того тоже было с гулькин нос в красной зоне планки. Гром выхватил клинки, одновременно кликнув для надежности Булаву Перуна, прыжком оказался тоже на глыбе и, не обращая внимания на интенсивный поток высверков, растекающихся по чешуе кольчуги, со всей дури рубанул обоими клинками по темени главного врага.

Клинки на редкость легко прошли сквозь череп, ключицы и застряли только на последних ребрах монстра в фонтане багровой крови. Вот это и была та особенность эффекта перумовской Булавы. Чудесный дар Перуна.

Рухнул вожак мгновенно. Тьма тоже тут же рассеялась. Вот и всё.

Гром сапогом скинул разрубленную тушу с окровавленной глыбы и сам соскочил вниз. Стряхнул с возбужденно клубящихся клинков кровавые капли и вложил обратно за спиной в ножны.

Теперь можно поздравить себя с массовым уничтожением обитателей Клоака. Жаль только, что не накидываются очки за такой метод убийств. А то бы уже до тридцатого уровня подскочил. Еще нужно пооглядеться тут внимательней. Должно быть, где-то тут одеяния Балдура. Нужно их найти.

Неожиданно перед внутренним взором Грома выскочили золотистые строки:

"Ваше достижение с уничтожением всех обитателей локации Клоак зафиксировано в разделе "Уникальные достижения" сайта игры "Аркадия". Дополнительно официально награждаетесь прозвищем: Разрушитель.

Отныне вы известны всем участникам игры под этим прозвищем. Поздравляем!

Вы получаете 50 свободных очков опыта в качестве поощрения администрации".

Сразу вдогонку выскочило еще одно, но уже, не как всегда адресованное лично ему, а сочно красные строки всеобщего системного заявления:

"Вниманию всех участников игры "Аркадия"!

С данной минуты локация Клоак разрушается сроком на 10 лет в связи с полным уничтожением всех его обитателей игроком под ником Стойкий Князь Гром по прозвищу Разрушитель.

Локация будет заново восстановлена с окончанием указанного срока".

Пока Гром заворожено читал тексты, до слуха донеслись далекие гул и грохот. Грозные звуки усиливались с каждой секундой. Он понял, что обещанное разрушение НАЧАЛОСЬ!

Гром заметался по пещере, не зная где эти чертовы одеяния, ради которых он полез сюда. А еще, наивный, собирался покопаться в усеявших землю подарков ему с монстров. Да куда там! Хотя бы шмотки Балдура найти.

Гром лихорадочно зыркал глазами по всей территории, но ничего похожего на одеяния не замечал. А гул все быстрее приближался. Он уже четко различал грохот обвалов.

Вскочил на глыбу в последней надежде с большего обзора засечь искомое, как за глыбой у стены запестрила ткань. Мгновенно слетел с той стороны глыбы. Втоптанные в пыль мятыми комками лежали что искал; зеленый атлас, густо покрытый серебристыми рунами.

Не раздумывая, торопливо попихал их в сумку. Под ними обнаружил сапожки и перчатки, и тоже впихнул их в сумку, как в дальней части пещеры с невероятной высоты свалилась на землю каменная плита размером в самосвал, в грохоте подняв вокруг себя тучу крошек и пыли. Следом сорвалась еще одна, побольше…

Гром от волнения никак не мог шустро влезть в опции. Ему это удалось, когда несколько гигантских сколов свода загрохотали уже очень близко.

Со стоном влетел Гром в "способности" уперся внутренним взором в портал, но взглядом видел, как на него сверху несется уже сама смерть верхом на очередном каменном сколе. Тут и кликнул…

…

Ужас быть раздавленным, как муха, остался позади. А он, пошатываясь, стоял уже возле звездного алтаря в Храме. Сердце еще стучало как бешенное, но сознание уже ликовало, что успел.

Гром огляделся, заметил в дверном проеме Фабио возле фонтана. Тут же захотелось ему немедленно ополоснуть лицо и руки в успокаивающей ее водице. Поспешил к нему на открытый воздух, чтобы заодно и умыться там.

Фабио при его появлении из Храма приветливо улыбнулся ему и спросил:

— Удалось найти селение, которое искал?

— Да, Фабио нашел. И не только селение.

На вопросительный взгляд храмовника объяснил:

— Еще нашел одеяния Балдура.

Теперь взгляд Фабио стал ошарашенным.

— Хочешь сказать, нашел одеяния храмовника Балдура или это другой человек?

— Нет, не другой. Именно храмовника Балдура, — засмеялся Гром.

— Но как?!

— В Клоаке он погибал. Там и нашел.

— Ты преодолел подземелье? — продолжал поражаться Фабио.

— Не только, — ухмыльнулся Гром. — Заодно истребил всех там существующих монстров, а Клоак разрушился на десяток лет.

— Как такое может быть?

Гром дружески похлопал его по плечу:

— Ты лучше скажи мне: что ты знаешь об этом храмовнике?

Фабио все еще в потрясении от новости, рассказал ему:

— Он был нашим учителем, когда мы были еще юнцами. У него мы всему учились. А был он очень сильным светлым магом. Все называли его грозой нечисти. Часто путешествовал по Аркадии, истреблял встреченную темную силу. Много он их истребил пока однажды не решил очистить и Клоак от нечисти. Сколько мы его ни просили, ни уговаривали отказаться от этой самоубийственной цели, он был непреклонен.

А много лет назад однажды ночью собрался в путь и ушел. С той поры он пропал. Только когда мы перестали его чувствовать, поняли, что его больше не стоит ждать. Что он погиб в Клоаке. Теперь ты тоже это подтверждаешь.

— Да. Это так. Я нашел там вот эти его одеяния, — Гром достал из сумки замятый край плаща.

— Точно! — только выдохнул Фабио. — Это его.

— До этого я еще обломки его посоха доставал. Архимаг их восстановил воедино. Но сказал, что без этого одеяния им невозможно пользоваться. Поэтому, я и влезал в Клоаку за ними.

— Вот оно как… Так, ты желаешь дальше воевать с посохом и в его одеяниях?

— Нет. Ты неправильно меня понял. Это я стараюсь для вашей жрицы.

— О! Это другое дело. Значит, одеяния и оружие Балдура и дальше будут согревать наш Храм.

— Непременно. Только обучай как следует жрицу вашим премудростям. Пусть тоже будет сильной магессой, достойной носить то, что носил сам Балдур.

— Золотые слова, Гром. Непременно буду стараться. Кстати, пора ей дальше обучаться. Где же она?

— Думаю, сегодня же будет здесь. Сейчас я как раз собираюсь пойти ей об этом сообщить.

— Тогда поспеши. Пусть поскорее приходит.

— Хорошо, Фабио. Сейчас умоюсь в вашем чудесном фонтане, и сразу отправлюсь за ней.

После этих слов Гром подошел к фонтану, окунул лицо в серебристую воду, сразу же почувствовал прилив энергии. Попрощался с Фабио, и дальше двинулся в сторону ущелья.

Было девять утра на таймере, когда он, наконец, переступил порог городских ворот.

В это прохладное осеннее утро город деловито кишел прохожими, среди которых было множество и игроков, как их местные называют — иномирные. Все теперь навстречу попадавшие такие, провожали Грома долгим задумчивым взглядом, за спиной перешептывались. Гром часто слышал шепотом произносимое: "разрушитель".

Ему это совсем не понравилось, но теперь такое станет его кармой. Удел популярных терпеть подобное молча.

Натянув капюшон на голове пониже, скорым шагом зашагал Гром в сторону гильдии магов, чтоб поскорее забежать в дверь. И прямиком прошел до продавцов товаров, к магам за четырьмя столами в центральной комнате.

Они Грома узнали сразу, поздоровались. Поинтересовались: что удалось за это время сделать? А как Гром выгрузил на столешницу полный комплект одеяний Балдура, маг по имени Иолде сорвался с места звать архимага.

Гром ждал недолго. К нему уже спешил сам архимаг, восхищенно сотрясая седой бородой.

— Молодой человек! — воскликнул он, уставившись на зеленый атлас в серебристых рунах. — Ты достоин всяческих моих похвал. Достал-таки!

— Да, достал, — улыбнулся Гром. — Правда, для этого пришлось там истребить всю местную живность.

— Не может быть! — Тут архимаг оторвал взгляд от стола и перевел его в удивлении на Грома. — Всю до последней?

— Именно так, — кивнул ему Гром. — То, что хотел сделать много лет назад сам Балдур.

— Похвально, похвально, — заулыбался седобрадый старец. — Ты достоин хранить у себя эти одеяния и посох Балдура.

— Я их передам храмовой жрице, архимаг.

— А это еще лучше. Пусть традиции Храма останутся неизменными. Я с удовольствием сейчас же восстановлю чистоту на них.

Архимаг приблизился к столу, расставил плащ, сапожки и перчатки рядышком друг с другом. Потом задумался крепко. После попередвигал их на столе под разные углы, пока удовлетворенно не пробурчал: "так лучше будет".

А дальше повторил во второй раз световое шоу на поверхности стола.

Вспыхивали и гасли всевозможные оттенки красного, за ними оттенки желтого, следом зеленого, сменившие их синие разводы, завершившиеся окончательным постоянным свечением фиолетовым.

При этом плащ, сапожки и перчатки стали трепетать на столе, потом интенсивно засияли серебристые руны всей поверхности зеленой ткани всех трех предметов, пока не окунулись в спокойное фиолетовое свечение.

Архимаг с довольной улыбкой обернулся к Грому:

— Готово. Сейчас принесут тебе и посох. Относи их жрице.

После этих слов старец развернулся и поплыл над полом куда-то к себе.

Гром только вдогонку безответно крикнул:

— Благодарю!

Как архимаг ушел, он приблизился к столу, первым взял в руки плащ. Системное сообщение сразу же всплыло перед чудесными рунами ткани:

Плащ Балдура (комплект).

Тип: уникальный.

Ограничение: служитель Храма.

Прочность: 500/500 (самовостаналиваемые).

+50 к броне.

+500 к магии.

+500 к жизни.

+500 к выносливости

Урон магией: +100.

Вес: 0,3.

Гром сложил его в сумку, поднял перчатки и прочитал:

Перчатки Балдура (комплект).

Тип: уникальный.

Ограничение: служитель Храма.

Прочность: 100/100 (самовостаналиваемые).

+10 к броне.

+100 к магии.

+100 к жизни.

+100 к выносливости

Урон магией: +50.

Вес: 0,1.

Положил и перчатки в сумку, подобрал теперь сапожки, прочитал:

Сапожки Балдура (комплект).

Тип: уникальный.

Ограничение: служитель Храма.

Прочность: 200/200 (самовостаналиваемые).

+20 к броне.

+200 к магии.

+200 к жизни.

+200 к выносливости

+200 к скорости.

Вес: 0,2.

Когда и сапожки положил в сумку, увидел спешащего к нему Иолде. Он нес ему угольно-черный посох.

— Вот! — протянул он ему легендарный посох. — Архимаг передал.

Спасибо, — только принял из его рук оружие Балдура, как тело неожиданно сфонтанировало фейерверками и загремели фанфары, заставив магов испуганно вжаться.

Перед глазами Грома засверкали золотистые буквы: "Двадцать второй уровень", и одновременно пришло системное сообщение:

"Задание выполнено. Вы забрали из Клоака одеяния Балдура".

Гром извинился, что так не вовремя поднялся уровень, сожалел, что напугал их, и уже повернулся уйти, как вновь обернулся к магам.

— А скажите, уважаемые. Где я мог бы купить несколько личных порталов?

— Теперь у нас, — улыбнулся ему Иолде.

— Почему только теперь? — не понял Гром.

— Потому что по правилам мы можем личные порталы продавать только высшим членам гильдии, и больше никому. Но ты сегодня доказал, что достоин иметь привелегии высших членов гильдии магов, кем бы ни был на самом деле.

— Я польщен, — заулыбался Гром. — В таком случае, скажи: за сколько ты продашь их мне?

— Они большая редкость в Аркадии, и стоят очень дорого. Но тебе, конечно, сделаем скидку по мере нашей возможности. По пятьдесят золотых устроит героя?

— Вполне, — кивнул Гром, доставая из сумки двести золотых. — Беру четыре портала.

Иолде забрал монеты, полез под свой в сундук, и выложил на стол четыре зеленые каменные треноги.

Гром и их забросил в свою сумку, тепло попрощался с магами и двинулся к выходу с посохом подмышкой. Пора возвращаться к ненаглядной. Наверное, уже проснулась и ждет его с нетерпением.

Как оказался на улице вновь столкнулся с синдромом популярности. Да еще этот легендарный посох привлекал внимание фиолетовым сиянием навершия. Уже реально шарахаясь от игроков, что, буквально, дорогу заступали, пальцами на него указывали, улыбались ему, он поспешил на площадь башмачников, проклиная идею админов заводить раздел на сайте для тщеславных игроков, и туда без спросу вписывать кого сами хотят.

Сердитый достиг своего дома, поскорее влетел во внутрь и с облегчением выдохнул "ффу!". Теперь ему прогулки по Тарвиру противопоказаны. Интересно, как на эту новость прореагирует Мартина.

Гром поднялся на второй этаж. Тут еще спала она на его обширной кровати.

Поцеловал в щечку оставленную ею тут симпатичную аватарку.

Гром сначала пошел переоделся в свои "гражданские" одежды, потом прилег рядом с ней.

Будет ждать ее пробуждения тут. Заодно нужно разобраться с новым полученным уровнем.

Полез в опции, увидел, что опыт сегодняшнего дня достиг уже 86250/95500. Для следующего перехода на новый уровень потребуется почти десять тысяч опыта. А если учитывать, что только половину он использует, другую отдает девушке, то потребуется набрать почти двадцать тысяч.

Кстати, и Мартина должна была уже подскочить уровнем, пока спала. Улыбнулся, представив, как она сверкает на постели во сне фейерверками.

Итак, нужно накидать заработанную порцию очков. А их и на этот раз должно стать с бонусом целых семьдесят. Задумался, влезая в свои характеристики: во что же их кидать рационально на этот раз? Но тут застопорился в изумлении. Их оказалось не 70, а целых 89!

Откуда лишнее понял как бросил взгляд на список: Смекалка стала единичкой, как в первый день ее появления. Выходит, доброжелатели не только предупредили, что она пустышка, но еще и вернули бездарно потраченные им очки. Явно сильно пекутся о нем. Знать бы еще чем он такую их опеку заслужил?

Про себя душевно поблагодарив админов, продолжил распределение уже своих 89 свободных очков.

В первую очередь кинул десятку на ближний бой, что давно хотел сделать. Сразу соскочил с кровати, поднял поставленные у стены возле посоха мечи, заглянул что получилось.

— Ух ты! — непроизвольно прошептали губы, когда увидел, что урон повысился до 350 — 400.

Гром понимал, что это не бесконечный процесс. Возможно, что очередная накинутая десятка уже не изменит этот показатель. И тогда считай, что выкинул на ветер целую десятку кровью добытых очков. Но может и поднять.

"Что же делать? — мучился он. — Рискнуть или не рискнуть?".

Решил, в конце концов, что не стоит пока так спешить. После, если привалит побольше, тогда и попробует.

Он обратно поставил мечи к стенке и снова прилег рядом со спящей Мартиной. Продолжил распределение по характеристикам.

Решил еще следопытство свое на десятку задрать. С прошлого раза сожалел, что слаб в этом деле. И ловкость свою незаслуженно оставляет без изменений. Поднял и ее на десятку. Ну, что касается дальнего боя и меткости к нему, можно пока не трогать. Пока не видит в них необходимости. А вот акробатика, чтобы выше взлетать при прыжках — важна. Накинул и на нее десятку.

Теперь внимание сконцентрировал на двух оставшихся важных параметрах. Это атака и восстановление. А остается еще сорок девять нераспределенных.

Чтобы эффективнее наносить урон и быстрее восстанавливать свою жизнь и выносливость в бою, нужны именно эти характеристики завышать. Поэтому, накинул десятку на атаку и двадцатку на выносливость.

Теперь задумался на что кинуть возвращенные девятнадцать. Немного подумав решил, что им самое место в удаче. Меньше промахов и больше критов будет в бою.

Накинул девятнадцать последних очков на удачу, окончательно получив в характеристиках:

Живучесть 60,

Сила 20(10),

Ловкость 20,

Выносливость 30,

Акробатика 20,

Атака 30(10),

Скорость 10,

Меткость 10(10),

Следопыт 14,

Мастерство 10,

Урон от оружия (ближний бой) 20,

Урон от оружия (дальний бой) 5,

Защита (физическая)10(10),

Защита (духовная) 20(10),

Восстановление 30

Удача 39,

Интеллект20,

Смекалка 1.

Вот это уже более-менее, решил он, выходя из опций.

Обернулся в сторону Мартины, а ее рядом в постели уже нет.

Глава 18

Гром встал, недоумевая, куда она так скоро делась. Кликнул ее, но она либо отошла далеко и не услышала, либо сама решила в прятки поиграть.

Заглянул в пустой кабинет, спустился по лестницам вниз и пошел искать ее по всем нижним комнатам. Даже в подвал заглянул. Нигде там ее не было.

"Куда она могла деться?" — недоумевал он, бродя по дому, как вспомнил, что у него же еще садик имеется. Кстати, с первого дня полюбившийся Мартине.

Поспешил и туда заглянуть.

Мартина сидела на травке среди пестрых цветов, и откинула лицо к полуденному солнышку.

— Вот ты где! — обрадовался Гром, опускаясь рядом с ней на высокую траву. — Как спалось тебе?

— Очень хорошо, — улыбнулась она. — Надеюсь, с тобой каждую ночь буду хорошо спать.

— Я тоже надеюсь на это, — приобнял ее за плечики Гром. — А я тебе презент приготовил. Хочешь увидеть?

— Конечно! — радостно вскинулась на ножки жрица, больше сейчас похожая на нетерпеливую девчонку. — Пойдем же.

Гром поднялся за ней, повел ее в спальню. Тут она только теперь заметила стоявший в углу черный посох. Ахнула, всплеснула руками и побежала туда.

На лице ее выразился неописуемый восторг.

— А мне в Храме рассказывали о великом Балдуре, — восхищенно поглаживая навершие из горного хрусталя, проговорила она с благоговением в голосе. — И об этом посохе тоже… Какой он красивый!

— Не только красивый, если ты прочитала что способен творить.

— Потому и творит, что красивый, — упрямо настаивала на своем она.

— Ладно, пусть будет по твоему, — ухмыльнулся Гром. — Теперь он твой. Владей на славу.

— У меня слов нет! — Мартина, не выпуская из рук посох, кинулась обнимать Грома.

— Это еще не всё, — отстранился Гром, полез в сумку возле кольчуги и достал, кинул на кровать плащ, перчатки. У кровати выставил сапожки. — Эти тоже твои.

— Гром! — обалдела от изобилия даров Мартина. — Откуда ты все это притащил, если спал тут со мной?

— Ну, не из реальности же, — засмеялся Гром. — Я на час раньше зашел в игру. Вот и результат.

Но Мартина ничего уже не слышала из его ответа. Она потрясенная изучала одеяния Балдура. Под конец рассеянно оглянулась на него и прошептала:

— Теперь я непобедимая?

Гром с усмешкой сыронизировал:

— Балдур тоже так думал.

От этих слов эйфорию Мартины как ветром сдуло.

— Кстати, — добавил Гром. — А ты хотя бы в курсе, что поднялся твой уровень?

— Это когда же?

— Пока спала. Пошарь в своих опциях. Это тоже презент тебе от меня.

— Я уже на двенадцатом? — присела она на край кровати и глаза ее специфично остекленели: занялась сразу опциями.

Гром тоже присел рядом в ожидании завершении ее распределений очков. Достаточно скоро она с ними справилась, вышла на свет.

— Все готово. Я теперь могучая, как богиня, — воскликнула она.

— Прекрасно, богиня. Теперь немедленно отправляешься в школу, то бишь в Храм, учиться дальше. Ясно? Тебя заждался твой преподаватель.

— Ой как не хочется от тебя уходить, — заныла она. — Может, позже, а?

— Немедленно, милая. Ты мне нужна действительно, как сильная богиня. — Гром взял ее обеими ладонями за щеки, пристально поглядел в глаза и чеканным голосом произнес:

— Мартина. Если хочешь быть со мной и в боях, так знай: они будут впереди очень тяжелыми. Готовься к ним серьезно.

— Поняла, — только и пролепетала Мартина. — Пойду лучше в Храм.

— Верное решение, — отпустил ее лицо Гром. — Надевай обновки и прыгай в Храм. А меня ждет далекая прогулка до неизвестных мне врагов. Так что скоро не жди назад.

Мартина послушно прошла в кабинет переодеваться. А как выбралась оттуда, вся сверкающая от густо нашитых серебристыми рунами по плотно зеленному атласу плаща, перчаток и сапожек, Гром просто не узнавал ее. Такой она выглядела могущественной, что с трудом верилось, это та самая девчушка, которую пытались изнасиловать два оболтуса. Да, теперь она могла бы порвать целый отряд таких, как те.

Кроме всего, в балдуровом комплекте она была не только могущественна, еще и очаровательна. Только белоснежный островерхий капюшон теперь выпадал из комплекса одеяния. Но ведь и он был особенный, артефактный.

А как только жрица взяла в руки и посох, так сразу же произошло невиданное Громом до селе: весь комплект на ней вспыхнул рунами, словно изнутри они засветились светодиодами. И навершие из горного хрусталя в унисон засветился фиолетовым отсветом. Мартина аж сама вздрогнула, как все это произошло.

— Кажется, только сейчас вещи Балдура признали тебя своей законной хозяйкой, — улыбнулся ей Гром. — Поздравляю.

— Я тоже так почувствовала, — засияла счастливая Мартина. А теперь действительно жрица. — Теперь уже я готова пойти в Храм?

— Конечно. Только не пойдешь, а прыгнешь своим порталом.

Мартина согласно кивнула, подошла ближе к кровати, под которую устанавливала один из личных порталов, помахала ему ручкой и… испарилась в воздухе.

Гром остался один на один со своим большим домом. С ее уходом казался таким пустым и несчастным. Втюрился парень, как говорится, по полной программе.

Вздохнул грустно, начал переодеваться в боевые облачения. Наступала пора сюжетных заданий. И тянуть волынь с этим, он не собирался.

Переодевшись, навесив за плечи оружие, Гром достал один из своих новых личных порталов и поставил его под кроватью возле портала Мартины. Теперь он тоже сможет сюда прыгать.

Настала пора отправляться в путь на юго-запад к развалинам башни, что имела грустное название. Оставалось надеяться, что уж сам не останется после ее посещения в печали.

Путь до ворот опять стал очередным его наказанием. Но, благо, был недалеко от его дома. Вышел на дорогу и сразу напрямик отправился сквозь темень карты в сторону тех развалин.

Никакой дороги или тропы в этом районе карты пока не было. Пару часов поптания по бездорожбю и оказался сразу в дремучем лесу, в настоящем буреломе.

Выходило, что и тут бывают сильные бури, или это только фантазия дизайнеров, гадал он, пробиваясь через густую растительность, переваливался через толстенные поваленные дубы. Однажды просто перепрыгнул высокий завал нескольких таких стволов, чтобы проверить, как работает теперь его завышенная акробатика. Оказалось, просто блестяще.

В чащобе водились несметное число всевозможных зверьков и хищников различных габаритов. Но Грому ни один моб не преступал путь. Драпали с его маршрута как черти от ладана, сохраняя себя для битвы с более слабыми игроками. А те, что перерастали их возможности, могли попасть в агро только равным по мощи мобам. Таковых же для него в этом лесу, конечно, не было. И потому Гром беспрепятственно продолжал двигаться в сторону разрушенной башни.

Лес завершился опушкой, что выходила на пустырь, вся в высоких колючках и загаженная местами вонючими болотными лужами вперемежку с небольшими кратерами, из которых фонтанировал рыжий газ. Из некоторых выбивался огонь вместо газа. Приходилось Грому пересекать эту недружелюбную зону, постоянно огибая эти природные препятствия, что заметно удлиняла его путь.

Был крайне удивлен, когда уже на выходе из этой угрюмой местности увидел десяток разбитых тут шатров. Кто же мог в здравом уме пожелать тут поселиться?

Гром пошел в их направлении заинтригованный этим вопросом.

Шатры стояли вкруговую и обвязанными меж собой оградительными канатами вокруг одного повыше, в центре образовавшейся небольшой круглой площадки, по периметру которой равномерно торчали несколько высоких, расписанных красными пиктограммами, столбов.

Гром обошел связку жилищ, обнаружил единственный необвязанный участок, видать, оставленный для входа вовнутрь. Прошел оттуда, и попал, как на первый взгляд подумал он, в пустой лагерь. Но он немного ошибся.

На разноцветных коврах, чем было застелено крошево грунта в тени центрального шатра, сидели на коленях друг против друга двое здоровенных мужчин с большущими ятаганами на поясах и маленькими круглыми щитами за спинами Третьей восседала с ними в головном уборе, похожим на чепчик, изящная женщина среднего возраста. Все трое были в непривычной глазу одежде экзотического покроя и расцветки. Напоминали Грому знакомую по книжным иллюстрациям, одеяния древних индейцев, или что-то очень близкое к тем.

Перед ними посередке возвышалась белая статуэтка голой пузатой старухи с обвисшими до колен грудями. Как сразу предположил Гром, они как бы сейчас молились на эту статуэтку.

С его приходом все трое перестали причитать, подняли на него удивленные лица.

— Ты кто? — спросил один из амбалов с серым ником Уиц.

— Я путешественник. Проходил мимо, решил отдохнуть здесь с пути, если вы позволите, — как можно дружелюбнее ответил ему Гром.

— Мы не принимаем путников, — насупился второй мужик с серым ником Илоп. — Иди, ищи другое место для отдыха.

— Пусть посидит тут, отдохнет, — сердито посмотрела на Илопа женщина с ником Очтли. — Матерь Науа покровительствует путникам. Ты забыл?

Илоп сначала злобно вскинулся на нее, но сразу притух, глянув на ее сердитое лицо. Потом огрызнулся:

— Всегда меня виноватым выставляешь перед матерью нашего племени. Хотя я чту матерь Науа всем сердцем.

— Ладно, путник, — заговорил первый, по имени Уиц. — Оставайся. Посиди скраю и не мешай нам возводить нашей богине почести. А потом продолжишь свой путь дальше.

— Спасибо вам за добрые слова. Посижу вот тут, — и хотел уже присесть на ковер возле входа в центральный шатер, но тут Улоп закричал:

— Как ты смеешь осквернять своим телом порог жилища хранительницы матери Науа! Садись вон там, — указал он на голый участок земли у прохода, откуда он зашел в круг шатров.

Гром с любопытством ждал реакции на это остальных двоих. Он, естественно, совсем не нуждался ни в каком отдыхе, а весь этот спектакль затеял, чтобы разобраться с кем ему посчастливилось встретиться в этом убогом на природу месте. А главное, почему они тут обосновались, когда поодаль есть вполне живописные пейзажи.

Реакция не заставила себя ждать. Как и ожидал, первым среагировала на его грубое обращение их женщина. Она гневно сузила глаза и зашипела не хуже змеи:

— Улоп, кто тебя назначал за главного? Ты забываешь кто здесь главнее. Только я могу указывать в нашем лагере кому где сидеть. Ты всего лишь мой охранник. Знай свое место. — Глянула сурово и на Уица. — Это касается и тебя. Первым я могу задавать вопросы путникам, а не ты.

Оба мужика, играя желваками на узких вытянутых скулах, притупили глаза. Но на этом, оказалось, не завершилась вербальная экзекуция воинственной их начальницы.

Очтли свирепела на ровном месте:

— Кто вы такие, что смеете в моем присутствии говорить без моего разрешения? Если вам захотелось ночь просидеть на столбах, так и скажите сразу. Устрою за вашу добросовестную службу.

— Так, где мне посидеть? — чуть не улыбался от этого спектакля Гром.

Не глядя, женщина махнула рукой:

— Где хочется, там и сиди. — И снова принялась костерить своих охранников.

Но Гром решил внести некоторую ясность для себя.

— Прости, хранительница, если не вовремя пришел, помешал вашей молитве, — опускаясь все же у порога центрального шатра, заговорил Гром. — Но мне стало интересно узнать: кто поставил свои жилища в столь неприглядной местности, когда кругом есть удобные для жизни территории.

Очтли резко обернулась к нему и сердито бросила:

— Истинные дети матери Науа не нуждаются в удобствах. Ее воины сами ищут суровую жизнь. — И уже собралась дальше повести воспитательную работу своих амбалов, но Гром снова помешал своим замечанием:

— Я тоже воин, хранительница. Но не считаю, что дышать ядовитыми парами этой местности может повысить мое воинское мастерство или выносливость.

— Считай что хочешь, — огрызнулась Очтли. — А мы иначе считаем.

Потом пристальнее поглядела на Грома и спросила:

— Где достал такую редкую броню, воин?

— И броня, и клинки — это дары богов Аркадии мне.

В глазах хранительницы божка появился интерес к путнику.

— Значит, ты такой сильный воин, что тебя одаривают твои боги? Но если мой воин тебя победит, значит, эти дары должны ему принадлежать, а не тебе. Ты согласен?

— В общем-то, да, — кивнул Гром.

— Тем более, что по нашим законам, каждый воин может вызвать на поединок другого воина. И победитель получит все то, что принадлежит потерпевшему поражение. А раз ты сидишь на почетных коврах нашего поселения, значит, тоже должен подчиняться нашим законам. И с этим ты согласен?

— Вполне, — снова кивнул Гром.

— Однако, сейчас все воины матери Науа отправились на дальнюю охоту. Остались только эти, — кивнула она на амбалов. — Поэтому, ты получишь вызов от одного из моих телохранителей. — Повернулась к ним. — Кто из вас желает мечом добыть богатую броню путника?

Сразу поднялись на ноги оба, но Улоп оказался проворнее. Выбор хранительницы пал на него.

— Тебе выпадает честь носить его броню. Ты вызывай на бой.

Улоп низко поклонился ей и нетерпеливо подскочил к Грому. Теперь перед ним совершал пасы руками-ногами. Прямо упражнения ущу, только в аркадском исполнении. Минутку спустя, Очтли из-за спины своего охранника перевела значение этой пляски Грому:

— Вызывает на смертный бой тебя воин Улоп.

Совсем недавно собирался Гром только узнать, что они тут делают, и дальше идти к башне, а вышло, что требуют убить одного из них. Но это уже не его заботы.

Гром с сожалением оторвал пригретую шерстяным ковром пятую точку с земли и, небрежно поигрывая плечами, спросил:

— Прямо тут его прикончить, или для этого у вас специальное место отведено?

— Наглец! — взъерошился Улоп. — Иди за мной. Сейчас узнаешь, на что способны дети матери Науа. — И поспешил на выход из лагеря.

Гром лениво поплелся за ним совершенно уверенный в своей победе. Следом последовали и те двое в качестве единовременных судей и зрителей.

Выбрались вчетвером за пределы лагеря, а Улоп повел их к ближайшему кратеру, окутанного как туманом, фонтанирующим тухлым газом. Тут он остановился и оскалился:

— Вот то место, где ты погибнешь, путник.

— Неплохое место для этого, — усмехнулся Гром, доставая интенсивнее заклубившие клинки. — Начнем уже?

Улоп тоже достал свой огромный ятаган и круглый щит. А Очтли со стороны торжественно объявила:

— Начните! Пусть на сильнейшего укажет матерь Науа!

Гром успел кликнуть только на Булаву Перуна, как с диким воплем понесся на него Улоп с высоко поднятым мечом. Стремительно падающий на голову ятаган встретили оба клинка. Огромное оружие Улопа со звоном переломилось пополам. Гром тут же нанес удар и по щиту. Железная окантовка тоже рассыпалась на части, оставив в руках Улопа кусок деревяшки от щита.

Гром мог бы и без этих фокусов одним движением поразить хвастливого воина Науа, но он этого изначально не собирался делать. Зачем, если по существу они не враги, а самонадеянное племя. Пусть только немного остынут, и достаточно.

Тем временем Улоп замер на месте с округленными глазами. Застыли и зрители в ожидании смертельного удара Грома. Но он только усмехнулся, возвращая клинки на свои законные места. Только укоризненно покачал головой и повернул назад в лагерь, к шатрам, чтобы снова приземлиться на старом месте на ковер.

Там он уселся в компании со статуэткой уродливой старухи, так как остальные еще оставались стоять потрясенными у кратера.

Чуть погодя все трое понуро вернулись тоже, заняли свои места. Но, что стало примечательным изменением нового интерьера, так это их заметно позеленевшие ники.

Паузу первым нарушила Очтли:

— Ты достойный уважения воин. А благородству твоему нет предела. Куда ты путь держишь, благороднейший из воинов?

— Направляюсь в разрушенную башню Печали.

Все трое аж сидя подскочили.

— Зачем тебе туда? — поразилась хранительница матери Науа.

— Я должен оттуда кое-что забрать.

— А ты знаешь ЧТО там тебя ждет, воин?

Гром пожал плечами:

— Какая разница, если обязательно нужно забрать оттуда кое-что.

— Там несметная орда костей. Их не под силу уничтожить одинокому воину. Даже такому сильному и благородному, как ты. Не иди туда, — не унималась Очтли.

— Женщина, я умею подчинять своей воле любое количество живности. И их подчиню.

— Ты ошибаешься, благороднейший из воинов, — без спросу встрял в разговор Улоп, заработав нехороший взгляд начальницы. — Я знаю о какой магии ты говоришь. Но кости не живность. Ты их не способен подчинить этой магией. Они тебя задавят числом.

"Черт возьми! Может он и прав" — задумался Гром.

— А не хочешь ли ты нанять наших воинов? — тут проявил инициативу еще и Уиц.

По насупленным бровям Очтли было понятно, что сегодняшнюю ночь оба охранника проведут на столбах. Хотя, что это означает, Гром еще не знал. Только догадывался, что это некое местное наказание такое.

— Это возможно? — удивился Гром.

— Конечно! — возбудился Уиц. — Мы ведь наемники. Не будут же дети матери Науа землепашцами или скотоводами. Мы живем на лезвиях наших мечей.

Тут уже терпение хранительницы истекло, да как рявкнет:

— Оба заткнулись! — Потом мягче обратилась к Грому. — Ты можешь нанять воинов, если есть у тебя золото. За спасибо они не будут воевать. Тем более с такими злобными созданиями тьмы, как кости.

Гром догадывался, что они костями называют оживших скелетов, с которыми пока сам не повстречался. Возможно, и правда, что на них не действует никакая магия. Только сталь их одолеет. А если их действительно множество в разрушенной башне, то почему бы и не нанять лишние мечи, раз сами напрашиваются.

— Сколько воинов у вас и сколько хотите золота за них?

Улоп пытался ответить ему, но только раскрыл рот, как нехилый шлепок по темени заткнул его. Ответила Очтли:

— Наших — полсотни отличных бойцов. Стоят недешево; каждому по золотой. И матери Науа пожертвовать нужно десять золотых за благословление их боя. Без этого никак.

— И где же эти полсотни воинов сейчас?

— Они разбрелись охотиться. К вечеру все соберутся в лагере. А с утра можешь сам возглавить отряд.

— Хорошо, — кивнул Гром, доставая из сумки шестьдесят пять золотых монет. — Вот оплата воинов, за благословление и пять за мое проживание здесь до завтра.

Очтли жадно схватила горсть золотых, засияла как майская роза. Видать, договор для нее оказался очень выгодным. Еще раз сердито рявкнула на своих телохранителей:

— Быстро принесите благородному воину мяса и вина из моих запасов. И приготовьте ему постель в моем шатре.

Последнее обескуражило Грома. Получается, что будет с хранительницей под одним шатром спать? Однако!

Оба охранника сразу вскочили на ноги, забежали в святая святых полог шатра хранительницы. Через минутку выбрался оттуда Уиц с тарелкой и кувшином в руках. Положил перед Громом шмат вяленого мяса и рядом водрузил кувшин и кружку.

— Угощайся, — предложил он и поспешил занять свое место рядом со статуэткой.

— А еще через пару минут, пока Гром жевал жесткое мясо, запивая кислым вином, вернулся и Улоп, и тоже занял свое законное место. Все трое оттуда внимательно наблюдали процесс приема пищи гостем. Трудно было угощаться под таким пристальным вниманием к себе, но Грому удалось прикончить угощения. Поблагодарил хозяев и встал:

— Если не возражаете, я пока до прихода ваших воинов немного отдохну.

— Конечно, — тут же вставила Очтли, а Гром увидел, как масляно блестят ее глазки. — Иди в мой шатер. Я тоже собиралась отдыхать.

Хмыкнув, Гром прошел за полог в полумрак шатра хранительницы, и первое что увидел по центру шатра два матраца уложенные впритык друг к дружке. Выходит, что верно угадал значение последнего ее игривого взгляда. Возжелала объятий благороднейшего воина. А, собственно, почему бы и не поразвлечься раз тайм аут в делах?

Тут пришла и сама хранительница со статуэткой в руках. Водрузила ее в уголочке, потом поспешила обнажиться, принимая при этом соблазнительные позы.

Гром в душе извинился перед Мартиной за измену и тоже скинул под ноги свои шмотки. Очтли не стала терять даром время: подскочила к нему, взялась за причинное место:

— Тебе понравится тело хранительницы матери Науа, — прошептала она, опускаясь на коленки.

…

До вечера она не оставляла его в покое. Да и сам Гром не возражал против такого террора. Но когда, за пологом стали слышны говоры кучи народа, Очтли встрепенулась, принялась цеплять на себя одежду, не забыла и про чепчик.

Пока Гром одевался тоже, она уже выскочила за полог, и теперь раздавала налево, направо команды.

Когда Гром тоже вылез, площадка была плотно заселена крупными воинами, словно на подбор. Все вооружены такими же как у охраны Очтли ятаганами и щитами, а у некоторых дополнительно за спинами болтались большие луки и набитые колчаны. Тут их было человек двадцать. Видать прибыла только первая партия охотившихся.

Как Гром вылез, на него направились множество пар тревожных глаз. Он кивнул всем сразу, прошел в сторонку, где умудрился и для себя найти местечко возле столба. Сидел там, наблюдая, как в другой стороне несколько воинов крутят на вертеле над огнем костра тушу размером с быка. По мере готовки длинным ножом срезают с туши слои мяса, раздают желающим. Но Грому никто не предлагал мяса, поэтому ему оставалось только наблюдать за пиршеством остальных.

Среди воинов носилась туда-сюда Очтли, постоянно делая каждому, кто попадался под руку, замечания. Видимо, это была ее основная работа в лагере.

Небо постепенно темнело. Появились первые звезды средь перистых облаков. Издали доносились до лагеря хищные рыки, визги жертв. Где-то далеко ухала сова. Жизнь ночных мобов начиналась во всех ближайших локациях.

Гром прислонился к столбу, прикрыл веки, задумался: как же он завтра будет ими командовать? А будут ли они вообще подчиняться ему, никогда таким делом в жизни не занимавшимся? Ведь неуверенность в голосе командира в первую очередь чуют подчиненные. Пошлют его подальше, и сами будут решать как и что делать. Тогда что?

Наемника не накажешь. Только золотом можно наказать, так он заранее оплатил их услуги.

Тут послышался приближающийся топот и веселый говор. Открыл глаза, чтобы увидеть хлынувших на площадку, и без того забитую до отказа, новых пришлых воинов. Тоже тащили с собой пару таких же больших туш, не считая мелочь на поясах.

Тут гул приветствий, приколов, хохота достигла пика. Очтли теперь приходилось постоянно вопить, чтобы слышны были ее замечания.

И такой гомон стоял с полчаса. Голова припухла от шума у Грома, когда вдруг хранительница Очтли истерично визжащим голосом призвала всех заткнуться.

Послушались мгновенно; настала полная блаженная слуху тишина, прерываемая только далеким уханьем сов. Но после бедлама, творимыми лужеными глотками этих воинов, оно слушалось, как симфония Баха. И в наступившей тишине заговорила Очтли:

— Слушайте все! Завтра с утра вы все становитесь наемниками вон того благородного воина, — направила она прицел указательного пальчика на Грома. — Он вас поведет в разрушенную башню, что в часе пути отсюда, если идти быстрым шагом. Вы поможете ему расправиться с костями. За это он заплатил каждому по золотой. — Тут все головы обернулись в сторону Грома. — Кроме того, ваш опыт существенно возрастет. Хватит развлекаться охотой. Пора вспомнить, что вы дети матери Науа. И вы сильные воины.

По толпе воинов прошел тихий говор, постепенно переросший в громкий. А Очтли поставила на нем жирную точку:

— Всё! А теперь всем нужно идти спать. Ибо с рассветом начинается поход. Встали!!! — истерично завопила она последний приказ. И все поспешили вскочить на ноги, рассосаться по шатрам.

Когда на площадке остались только ее телохранители, она и им приказала идти спать, отправила их тоже, а сама, виляя попкой, с улыбкой подошла к Грому:

— Может, продолжим отдыхать?

— Пошли, — взял ее за руку и повел в шатер, где из угла благословляла их секс сама матерь Науа. И, видимо, особенно хорошо благословила свою хранительницу, потому что была как заводная с ним.

Только в полночь уснула сама в состоянии полнейшей неги и, наконец-то, дала Грому шанс восстановить силы перед важным боем.

До рассвета спал как убитый. Очтли еле смогла его разбудить.

Гром встал с большой неохотой, оделся, вышел из шатра. Его уже ожидал там отряд из пятидесяти воинов в цветасто расписанных кольчугах и в островерхих шлемах.

Как он вылез, разговоры тут же прекратились и теперь они внимательно смотрели только на него.

Гром решил рискнуть быть главнокомандующим:

— Выходим! — рявкнул он, и скорым шагом направился из лагеря на юго-запад, при этом опасаясь оглянуться: а вдруг проигнорировали его команду? Но услышав за собой слаженный топот сапог, осмелел, оглянулся. Радостный увидел, что слушаются они его, как Иосифа Виссарионовича. Воодушевленный сим фактом бодрее зашагал вперед по обширной поляне, что встретила их цветами и щебетанием птиц.

Шли они уже больше двух часов по ней быстрым маршем. Конечно, Очтли наврала: они прошли только половину пути. Поэтому Гром остановился, объявил получасовой привал.

Воины рассыпались на зеленую травку. Кто доставал из заплечных мешков флягу, кто наготовленные заранее бутерброды, а кто просто подремывал на ласковом солнышке. Гром тоже разлегся на травке так отдыхать.

Полчаса пролетели незаметно, и Гром скомандовал подъем. Повел отряд дальше в бодром темпе.

Впереди их ожидали невысокие, но частые зубья скал. Воины пробивались вперед теперь гораздо медленнее. Легко можно было оступиться, повредить себе ногу, руку. А путь их еще не завершился.

После скал пошел нелегкий подъем под сорок пять градусов в сторону вершины песчаной горы. Только к полудню запыхавшиеся воины, достигли ее, чтобы оттуда, наконец, увидеть цель своего похода.

Перед их глазами открылась мрачная картина: всюду, куда достигал взор, расстилалась черно-бурая пустошь, вся утыканная скалистыми пиками причудливых форм. Ни единой растительности тут не было, если не считать то тут, то там торчащие почерневшие остовы безжизненных, изогнутых в конвульсиях стволов с голыми ветками.

А вдали, в самом центре этой пустоши, возвышались полуразрушенные и тоже почерневшие, как и все тут, стены в амбразурах башни Печали. Взгляд на нее подавлял и действительно вызывал глубокую скорьб.

— Отдохнем здесь еще немного, — вполголоса сказал Гром, но его слова быстро передавались от воина воину. Вскоре все опустились на песочек отдыхать перед штурмом.

Гром тоже отдыхал. Нужно восстановиться перед трудным боем.

Где-то полчаса спустя скомандовал "вперед", повел дальше отряд по чернополью к тем развалинам.

Еще час спустя они уже стали метрах в тридцати от мрачных останков башни.

Гром повернулся к наемникам:

— Никому не рисковать, — заговорил он, и его внимательно все слушали. — Только группами по три-четыре биться с костями. Если их станет в бою гораздо больше вас, то сразу отступаете ближе к другим группам. Все друг друга страхуйте. Всем ясно?

Воины покивали.

— Если я дам в бою команду отступать, сразу послушно отступаете, пока я не остановлю. Всем ясно?

Воины вновь покивали. Лица их были суровые, совсем не похожи на вчерашних озорных.

— Теперь так. Воины, что только с мечами и щитами, стройтесь здесь в цепь, и пока стойте на месте. С луками — за ними второй цепью строитесь. Ждете. А я попытаюсь заманивать сюда из башни первую партию скелетов.

Гром ждал, пока его указание выполнялось, потом энергично зашагал в сторону развалин.

ОКБ "Аркадия" 21 ч. 45 мин.

Бюро давно опустело. Остались в отделах только дежурные сотрудники и добровольно администраторы. Теперь они вшестером вновь собрались в первом. Только на этот раз не на летучку, а кучковались за спиной администратора главного отдела за монитором.

Перумов нервно барабанил пальцами по краю стола. Остальные тоже заметно нервничали. Всё же слишком ответственный момент, чтобы оставаться спокойным.

Скоро будет решаться задача с двумя неизвестными:

Х — безошибочно ли собраны стыковочные пакеты?

У — справится ли с доставкой первого такого пакета в узел их подопечный?

Все шестеро не отрывали глаз с экрана, на котором в данный момент сверху вниз текли короткие коды состояния нужной им локации, куда ввели еще месяц назад заветный контейнер с программным пакетом.

Достоянием их годового каторжного труда стали эти пять пакетов самораспаковывающихся программ, каждый из которых должен был по их расчету восстановить свои недостающие стыковочные данные двух параллельных потоков. Сейчас должна начаться первая такая стыковка. Лишь бы аватар в последнюю минуту не подвел.

— Есть у кого сигаретка с собой? — не отводя глаза от экрана, поводил рукой над головой Перумов.

Борисов протянул ему раскрытую пачку. Но кроме Перумова тут же к ней потянулись еще четыре руки, сразу ополовинив ее.

Через пару минут в воздухе можно было вешать топор.

— Николай Николаевич, посмотрите-ка сюда! — ткнул пальцем Ярославский из-за его спины на мигающий восклицательный знак в коде, ползущий среди множества других.

— Что это там?

— По всей видимости, ничего хорошего. Это, как я знаю, код перезагрузочного периода.

— Не мелите чепуху, — рявкнул рядом с ним стоящий Борисов. — Это код повышения потенциала. Могу точно сказать, что это результат вихревых потоков в закрытых локациях. Ничего страшного в этом нет.

— Если так, значит, наш подопечный забрался в локацию с контейнером, — приободрился Перумов. — А вот еще одна необычная команда! — ткнул он на экран.

— Тоже ничего особенного, — пыхнул сигаретным дымом Борисов. — Раз на конце стоит "энд", значит, сокращается численность управляемых персонажей в локации. Не больше.

— Раз действие перенслось в закрытую локацию, можно же ее мини карту выставить! — подался ближе к монитору Хромов. — Легче будет ориентироваться.

— Можно, — рассеянно кивнул Перумов, щелкая комбинацию: "контрол", "альт", "м".

Экран второго монитора рядом с центральным заняло окно, на котором, словно в броуновском движении, мельтешили синие и красные кружки.

Спустя несколько напряженных минут, скорость потока кодов заметно поубавилась. А Хромов воскликнул: "Глядите!"

На миникарте по одному исчезали и синие и красные кружочки. Через пару секунд уже оставались один синий и один красный. А потом один красный мелко вибрирующий на одном месте. В то же время поток кодов совсем замедлился и остановился, стал построчно исчезать пока не остался последним: "gaining end".

— Ох! — подскочил со стула Перумов с сияющим лицом.

Остальные тоже возбужденно пошевелились по комнате.

— Достал все-таки! — массируя виски воскликнул Перумов. — Теперь очередь за нашей разработкой. Если сработает как надо, можно праздновать первую победу.

Он устало прошел уже за центральный монитор, а остальные снова его сзади обступили.

— Хорошего аватара нашли. Думаю и с остальными контейнерами справится. — Перумов включил технику, развернул полномасштабную карту Аркадии, состоящую из шести отдельных сегментов вокруг стартовой локации в виде гипертрофированного восклицательного знака и снова с напряженным лицом повернулся к остальным. — А еще он себе сильную напарницу готовит. Как я понимаю, ее мы тоже должны проконтролировать.

— Иншин взбеленится не на шутку, если узнает, — выразил свое опасение Ярославский.

— Плевать, — махнул рукой Перумов. — Наша цель стыковка зон. И все, что этому способствует должна только радовать начальство. — Потом добавил: — Господа. Приготовьтесь. Сейчас проверим на что мы способны.

— Смотрите! — закричал Ярославский.

И все увидели исполнение своего давнего желания: граница между первым и вторым сегментом постепенно исчезала.

Тут начался настоящий бедлам. Радости их не было предела. Все вшестером сияли, трясли друг другу руки, поздравляя с большим успехом, громко выражали радость победы, пока Перумов не призвал к тишине, а сам переключился на несановский интерактив.

В адресной строке поспешно набрал индекс локации, выставил нужные координаты адресата и, как только выскочило сообщение: "есть контакт", застучал на клавиатуре текст:

"Ты выполнил первое условие. Мы довольны тобой".

Сразу же прикрепил для отправки заранее заготовленную посылку, нажал "отправить". Затем снова написал:

"Это обещанные деньги и свитки. Следующее важное задание получишь в Храме Индекайа. Идите вдвоем туда".

Глава 19

Останки когда-то высокого ограждения, а теперь щербатой пастью оставшейся вокруг башни, давно лишилось крепких ворот. Их проем теперь пустой глазницей глядел на воина в сверкающем пузыре щита Перуна и грозно клубящими огнем и холодом парными мечами в руках.

Запущенный "берсерк" грел изнутри, словно топка, яростью к мелькающим порой за проемом белесым скелетам. Сколько их сейчас там его дружно встретят, как он пересечет зону их агрессии, понятия не имел. Но клокочущая кровь в венах плевать хотела на количество. Пусть только посмеют приблизиться!

Гром не различал здесь сторожевые флюиды. Видать, от воскресших из мертвых они не исходят. Но это и не имело особого значения. Сейчас учуят его и так.

Выскочили они навстречу "гостю" в шагах пяти от проема численностью небольшого взвода.

Скелеты были повыше его самого, а из брони — только ржавый шлем на черепушке. Зато внушительного размера двуручные мечи зажаты в костлявых руках.

Гром рванул в стремительном беге навстречу к первым привечающим его. Парные клинки не успевали за его большим желанием разрубать, рассыпать на составные кости.

Ни единого звука не издавали скелеты; не могут они, безголосые, вопить вторично умирая. А Гром на данный момент мог только рычать в процессе истребления охранников печальной башни. Истребил всю группу, что смогла ответно нанести по щиту Перуна юркого оккупанта несколько тяжелых ударов. Гром даже не заметил в пылу боя, что жизнь его немного просела. Но тридцатка в Восстановлении работала как часы. И с последним развалившимся скелетом жизнь уже заново восполнилась, как и мана.

Гром двинулся в проем ворот. Тут скелетов не осталось. Пошел в сторону открытых настежь дверей башни. Не успел переступить ее порог, как хлынула из темени оттуда волна засевших там скелетов.

Гром шустро отпрянул назад, побежал обратно к проему. За ним молча гнались не меньше сотни их. Только тарахтение костяных ног по каменным плитам слышал за спиной, пока приближался к выстроившимся в цепь наемникам.

Над головой прошелестели выпущенные оттуда стрелы. Но ему некогда было оглянуться, узнать, как много они снесли врагов.

Агро было на нем. Скелеты пока гнались целеустремленно за Громом, не замечая полсотни вооруженных воинов на пути. Этим и хотел воспользоваться сейчас Гром.

Цепь его пропустила, вновь сомкнулась, и дружно насадила скелетов на клинки. Только тогда их пустые черепки сообразили переключиться на новых противников.

Гром спешно кинулся обратно. Новая задача — помочь своей армии.

Звон стали об сталь двурушников и ятаганов, вкупе с воинственными воплями наемников, просто оглушал. Под это фоновое сопровождение Гром пробился в тылы неорганизованной вражеской толпы, врезался в них со спины. Славный бой длился долго. На всюду рассыпанные кости падали, сраженные и его воины. Гром просто бесился все больше с каждым очередным павшим наемником. Так он может их всех потерять еще вначале осады башни.

Мельком увидел вторую волну скелетов, прущие из проема на подмогу к своим и закричал во все горло:

— Всем живо отступать!

В пылу боя не до всех воинов дошла его команда. Кто не среагировал — пал, а кто расслышал — бросился бежать в сторону вершины песчанной горы. Вместе с ними несся и Гром.

Преследование было недолгим. Порциями по двадцать — тридцать скелеты поворачивали назад, пока за ними не увязалась только небольшая горстка упертых преследователей. Вот тут Гром закричал улепетывающим наемникам:

— Стой! В атаку!

Сам первый накинулся на оставшихся за спиной скелетов. Когда повернули назад и остальные преследователи были уже обречены. Быстро с ними разделались. А Гром спросил:

— Какие наши потери?

Наемники посчитались, и один из них огорченно сообщил:

— Одиннадцать воинов потеряли.

Гром в ярости тряхнул головой. Потери серьезные. Зато теперь у него появилась победная тактика. Дорого она обошлась. Но что поделаешь? Битва без потерь не бывает. И эта не исключение.

— Отдыхайте пока тут. Сейчас я сюда буду таскать их по частям, — повернулся с ненавистью в сторону башни, где еще мельтешили белесые кости прогнавших их оттуда.

Воины расселись на земле перевести дух, а Гром вновь побежал в сторону башни.

Скелеты засекли его, как только он достиг прежней дистанции до проема. Дружно вновь ринулись на него.

Гром теперь бежал назад, таская за собой паровозом целую армию, которая, как уже догадался с предыдущего раза, малыми кучами поворачивала назад к башне.

Привязка к месту не позволяла им отходить от охраняемой зоны слишком далеко. Этим сейчас пользовался Гром на полную катушку.

Как за ним остались около тридцати скелетов, с криком: "в атаку!" развернулся к ним. Наемники со своей стоянки с гиком тоже понеслись на обреченных. Короткий бой, и тут тоже рассыпалась немалая куча костей.

Воины весело поздравляли Грома с изобретением. Ведь до такого способа истребления врага сами вряд ли догадались бы.

Теперь уже они тут присели отдыхать, а Гром побежал за новой порцией костей.

Следующая тридцатка осталась за ним еще ближе к башне. Вновь повторилось избиение скелетов, и еще одна немалая куча отметила их маршрут в сторону башни. А Гром вновь рванул к проему.

Без устали таскал он скелетов этим способом до самого позднего вечера. Ноги уже не держали от постоянных пробежек. И Выносливость почти не восстанавливалась под конец. Да и скелетов оставалось за проемом еще на пару таких рейдов.

Без единой потери снести такую кучу врагов поднял его авторитет у детей матери Науа до небес. Теперь наемники глядели на него с откровенным обожанием.

— Возвращаемся на вершину, — заявил им под конец Гром. — До рассвета отдохнем, и продолжим дальше.

Они гуськом пошли по разложенным на всем обратном пути костям назад к вершине.

Стало темно, когда они там развели костры, сели вокруг них, обсуждая меж собой результативный день боя.

Гром назначил трехсменный караул и тоже лег у костра. Сейчас ой как ему было необходимо выспаться.

Спозаранку еле продрал глаза. Еще хотелось поспать, но глянув в опции, понял, что это обычная лень: он восстановлен полностью.

Остальные уже были на ногах. Кто доедал свои бутерброды, кто точильными камнями острил меч, а кто просто шатался из стороны в сторону.

Гром ни в чем таком пока не нуждался. Потому, как встал, махнул им рукой, мол, за мной, и пошел по спуску на чернополье.

Дошли до последней кучи рассыпанных по земле костей. Тут снова остались в засаде его воины, а он направился за очередными своими жертвами.

Через полчасика последние косточки украсили почерневшую землю прямо возле проема. Больше тут не осталось оборонителей развалин.

Гром облегченно вздохнул. Поздравил себя с проходкой до распахнутых дверей башни. Что там их ждет, и гадать не приходится. Наверняка там остались самые сильные мобы. Хотя, кто его знает. Сейчас нужно будет самим войти и все разузнать на месте. Главное, сразу занять выгодную позицию внутри, чтобы всегда иметь шанс избежать ненужных жертв.

Из этих стратегических соображений, Гром приказал своим воинам не врываться глубоко, а как войдут, занять оборонительную позицию у выхода. Вперед на разведку сам пойдет. А им подходить к нему только по его команде.

Гром с осторожностью нырнул в темень помещения. За ним юркнули наемники и сразу цепью выстроились у выхода с оружием наготове.

Гром чуть прошел вперед и кликнул на Сияние. Яркий свет мгновенно разогнал тьму в огромном зале с заколоченными наглухо окнами, представив глазам с десяток стоявших, как статуи, высоченных скелетов в черных, как смоль, латах, вооруженных сильноизогнутыми длинными серпами и необъятными массивными щитами. Они недвижимо застыли в оцеплении высокого постамента, на котором странный субъект в рвани, больше похожий на разлагающийся труп, нежели еще на кого, восседал верхом на красном сундуке.

Гром недолго изучал обстановку. Настала пора его сольного выступления перед этой публикой. Врубил Булаву и Щит. Следом кликнул на "берсерк". Следом вогнал прямо оттуда, где стоял, магическую стрелу в оживший труп на сундуке.

Истеричный крик многократно отразился в просторе зала, когда "истребление" скосило с монстра на постаменте четверть жизней. Тут же пришли в движение латники у изголовья. Дружно тяжело двинулись в сторону Грома. Из-за спины на тех посыпались стрелы, но они осыпались на пол, только бессильно пробарабанив по черной стали лат и щитов.

Неожиданно для Грома откуда-то выскочили в зал, размером под два метра каждый, еще десяток скорпионов и высоко над тушами задрали хвосты. На концах раздвоенных жал, при свете сияния, угрожающе засверкали зеленые капли.

Не дожидаясь и их атаки, во все горло закричал Гром своим:

— Воины, атакуйте скорпионов! Лучники, бейте главного!

А сам со всей силы шарахнул мечами по первому, приблизившемуся к нему латному жердяю.

Клинки, как по маслу пронзили черную стальную преграду на пути своей траектории. Латы и щит, каждый раздвоенный продольно на половинки грохнулись на осыпавшиеся кости.

Может это событие, а может неожиданно выскочившие из тени воины, заставили оставшихся девять скелетов остановиться, и даже несколько отступить назад к пьедесталу.

Тем временем воины истребляли скорпионов неся очередные потери, а стрелы превратили сидящего на сундуке, в подушку для иголок. Жизнь того угрожающе приближалась к оранжевой зоне, когда тот снова истерично завопил, махнул лапками над головой, и зал ввергся в хаос бушующего огня, сжигая дотла и нападавших и своих.

За доли минуты все сгорели в синем пламене. И наемники, и скорпионы, и латники. Только сам оживший труп оставался цел и невредим, да Гром, которого адское пламя обходило, как преграду на своем смертоносном пути.

Увидев такое истребление своих воинов, Гром застонал, заскрежетал зубами и с удвоенной энергией бросился фаршировать обгорелых латников. А те просто не успевали ответно бить серпами стремительно мельтешившего перед ними Грома. Он теперь планомерно клал одного за другим в разрубленных латах.

Как упокоил последнего латника, Гром одним прыжком оказался на постаменте вплотную к ожившему трупу. Перехватил оба клинка в правую руку, левой брезгливо сжал худую шею твари, что с перекошенной беззубой пастью, выпучив от ужаса глаза, повис на его вытянутой руке.

Грома всего трясло от злобы и обиды за парней. Как теперь посмотрит в глаза Очтли, черт побери?

Гром одной правой рукой вонзил оба клинка в живот мрази и медленно потянул их вверх, пока не оказались они уже у окончательного трупа на уровне шеи. Только тогда отшвырнул останки подальше от себя и удрученно присел на красный сундук — на саму цель задания Перуна.

Он злобно позыркал глазами по пустому заколоченному залу башни, а как они споткнулись на обгорелых останках детей матери Науа, болезненно почувствовал заливающую душу глубокую печаль.

"Дурак! — вопил он в душе на себя. — И без них ведь тут справился бы".

Со вздохом поднялся. Знать бы заранее где упадешь… Рывком откинул крышку красного сундука.

Внутри оказалась одна единственная вещь: металлический короб, над которым мелкими золотистыми буковками было написано: "Первый контейнер". Тяжелым оказался однако. Но в сумке многократно полегчал.

Настала пора прощаться с развалинами башни Печали, как точно, оказывается, названной, и искать ту туннель, что ведет в Индекай.

Утренее солнышко в поздний осенний сезон и так не особо греет, а тут его, бредущего в одиночестве по чернополью, совсем не грело. Зябко пожимая плечами, шел он в сторону песчаной вершины, где все еще оставались следы лагерных костров его бывших воинов.

Перевалил гору, пошел по поляне дальше на юго-запад. Отсюда уже недалеко до отметины туннеля на карте.

К полудню уже шагал по речной пойме в сторону возвышающейся белой скалы, где по карте и есть место того туннеля.

Вскоре завиднелась пещера в той скале. Гром понял, что ему туда. Видать, она и есть дорога, ведущая в туннель. Но он видел и нечто странное за самой скалой. Точнее, не видел, а понимал. Странность была в том, что глядя в ту сторону, глаза словно слепли. Это было то Ничто, о чем предупреждал Амитола.

С великим любопытством пошел Гром сначала в ту сторону. Как слепой вытянув перед собой руки, он шажками приблизился туда. И пальцы коснулись твердыни.

Простоял он тут в полной слепоте с минуту, больше невозможно было такое терпеть; повернул назад. Скала теперь казалась удивительным созданием природы. Да и не только скала. Как приятно было видеть краски поля вокруг!

Глубоко вздохнул и пошел к заветной пещере.

Он ускорил шаги и быстро достиг ее зева. Снова активировал Сияние, потому что ни зги внутри не видно было.

Первое, что увидел при свете Сияния на противоположных камнях, когда озарилась каверна, его ошеломило: видел двухметровый круглый проход куда-то в глубину. В ней хороводом крутились черные и белые нули и единицы. Одни послойно вращались по часовой стрелке, другие за ними — против. Следующие опять по. И так до конца. От их мельтешения в глазах рябило.

Гром приблизился к проходу вплотную, достал из сумки сразу потяжелевший металлический короб, аккуратно поместил его на краю этого отверстия и с силой толкнул ногой вовнутрь.

Туннель пошла извиваться, как обезумевшая исполинская змея. Циферки в ее туловище тоже взбесились. Их скорость вращения стала столь большой, что слились в черно-белые кольца. И тут грохнуло, так грохнуло! Будто фугас был в контейнере, что он запустил в туннель. Гром аж инстинктивно припал к земле.

А когда поднялся — круглой дыры как не бывало. Смотрел на камни стены самой обычной пещеры.

Недоумевая, что же тут только что произошло, выскочил на свет поляны. Теперь не было странности и за скалой. За ней продолжалась та же низменность, заросшая травой и редкими деревцами.

"Что же только что натворил?" — не понимал он. Но решил, что нужно возвращаться в Храм за разъяснениями. Сам не сообразит.

Гром влез в "способности", кликнул на портал перехода в Храм.

Поляна рассыпалась на фрагменты, они завертелись, превратились в звездный алтарь.

К Грому подбежали радостные Мартина и Фабио.

Мартина с разбегу повисла на его шее:

— Как долго пришлось ждать твоего возвращения, — улыбалась она ласково.

— С возвращением, избранник богов, — не отставал от нее Фабио, похлопывая его по плечу.

— Меня же всего пару дней не было, — засмеялся Гром. — Что же вы так скоро соскучились по мне?

— Для меня это долгий срок. — Марина сильнее прижалась к нему. — Если еще раз так надолго соберешься уходить, бери и меня с собой. Теперь я многому обучилась. Осталось совсем немного, чтобы завершить полный курс жрицы. Еще один уровень, и я доучусь до признания богами меня жрицей.

— Вот как? — восхитился Гром. — В таком случае тебе осталось ждать совсем не долго. Подождите-ка меня тут немного. — Гром окинул взглядом статуи и одним прыжком оказался на звездном алтаре.

Резко засияла статуя Перуна. Она зашевелилась и спрыгнула с пьедестала на мраморный пол зала. Грохот от прыжка и само такое происшествие обоих очевидцев ввела в трепет. Фабио сразу пал на колени, а Мартина в восторге замерла рядом с ним.

Каменный гость, смачно топая, приблизился к алтарю, потрясая розовой бородой.

Заговорил громким басом:

— Ты выполнил первое условие. Мы довольны тобой. — Протянул Грому каменную ладонь, на которой оказался призрачный сверток. — Это обещанные деньги и свитки.

Как Гром принял из рук статуи его, он мгновенно материализовался в пузатую ткань, завязанный узелком сверток. Одновременным с этим чудом сразу два световых фонтана высветили полумрак зала. Гром и Мартина одновременно осыпались фейерверками под двойные фанфары. Следом еще два раза повторилась у Мартины.

Перед глазами Грома сверкнуло "Двадцать третий уровень". Следом поспешило еще сообщение:

"Сюжетное задание выполнено. Добыт и доставлен в туннель Первый Контейнер".

А перед очарованным взором Мартины чередой пронеслись: "Тринадцатый уровень"… "Четырнадцатый уровень"… "Пятнадцатый уровень".

Тем временем, каменный Перун смотрел на них и ухмылялся. Потом пробасил:

— Следующее важное задание получишь в Храме Индекая. Идите вдвоем туда.

Ожившая статуя стала пятиться назад, пока не достигла спиной пьедестала. Забралась на него и снова обратилась в бездушное изваяние. Сияние Перуна угасло.

Довольный Гром сошел с алтаря, постучал по плечу Фабио, мол, всё уже. Затем взял Мартину за руку и повел к фонтану. Все еще в состоянии эйфории она послушно шла с ним, пока не присели там на невысокий буртик. Долго они просидели так рука об руку пока Гром, не выпуская ее руку, спросил у нее:

— Теперь у тебя не осталось проблем с обучением?

Мартина только отрицательно покачала головой. Горло ее пересохло от перенесенного волнения, не могла ничего выговорить.

— Давай теперь пойдем домой. Побудем наедине, — попросил Гром.

Она только послушно кивнула.

— Отлично! Иди к порталу и переходи туда. Сейчас я тоже следом появлюсь.

Мартина поднялась и, покачиваясь на нетвердых ногах, побрела в свою тутошнюю комнатку, где установила личный портал. Следом за ней поднялся и Гром, пошел к Фабио спросить: что он знает о происхождении границ.

Нашел его у алтаря в позе медитации. Ну, ничего, решил он. В следующий раз поговорит с ним.

Выставил из сумки одну из трех треног личного портала возле алтаря, активизировал его на переход.

Перед глазами открылось прозрачное оконце с заглавием: "Переходы", под которым один сиротливый пункт: "Мой дом". а рядышком написано: "перейти".

Гром мысленно нажал на последнее. Мгновенно сработал один к одному процесс, что происходит при его прыжках в Храм. Доли секунд, и он оказался в спальне. И он уже стоит возле кровати, рядом с любимой Мартиной. Остается только приобнять ее за плечики, и сказать: привет еще раз.

…

Рассветные лучи заиграли бликами на складках балдахина, разбудили первым Грома.

Он осторожно переложил ее голову на подушку, медленно, чтобы не разбудить, вытянул руку из-под девушки, встал с кровати.

Нацепив рубаху, штаны пошел к лестнице. Захотел к ее пробуждению хороший завтрак приготовить. Хотя, с его-то способностями в кулинарии задача была крайне сложная. Тем не менее, попробовать следует.

На кухне попытался вспомнить, какие делал бутерброды виртуоз Амитола.

Возился долго, пока не сотворил несколько, вроде бы, похожих на эльфийские. Заварил еще чай, понес все в гостевую и пошел будить Мартину.

Когда вошел в спальню, Мартина была на ногах. Она подбежала, обняла его.

— Завтрак внизу ждет тебя, — с улыбкой потянул он ее к ступеням. — Невесть какой, но старался для тебя.

Когда уже завтракали, Гром сказал ей:

— Ты, наверное, должна будешь с утра возвратиться к Фабио. А я пойду по своим делам, потом заскочу за тобой в Храм.

— Хорошо, — кивнула она. — Сегодня еще буду распределять сразу тридцать очков. Даже не знаю, как их получше раскидать. Нужно посоветоваться с Фабио.

— Точно, — вспомнил и Гром. — У меня та же забота осталась.

— Ты еще себе класс до сих пор не выбрал. Чего ждешь?

Гром только пожал плечами:

— Не знаю. Я и без класса пока справляюсь. Хочу сначала обойти всю Аркадию. Может, в других краях найду подходящую себе гильдию…

Вдруг раздался стук в дверь дома. Гром удивленно поднялся: кто это с утра пришел к нему?

На пороге стоял в своем плаще и широкополой шляпе все тот же советник владыки Велидора.

— Здравствуй князь, — заговорил ранний гость, когда Гром открыл дверь. — Тебя хочет видеть правитель Тарвирии Велидор.

— Прямо сейчас?

— Прямо сейчас, — протянул ему очередной запечатанный конверт с приглашением.

— Ладно, — буркнул Гром, принимая конверт. — Оденусь и приду.

Советник сразу развернулся и утопал назад. А Гром вернулся к Мартине.

— Во дворец зовут, — пояснил ей цель раннего посещения его дома. — Может, опять прорыв образовался. Пойду, выясню.

После завтрака Мартина пошла наверх, переодеваться в жреческие одеяния и переходить в Храм, а Гром прошел в свой кабинет, влез в характеристики, задумался: на что теперь важнее кинуть данную двадцатку очков? Пришел, в конце концов, к решению, что настала пора ману удвоить, довести хотя бы до восемьсот. А то постоянно опасается, что не успеет Восстановление.

Кинул все двадцать очков на Интеллект, встал, пошел переодеваться в свою броню.

Как Мартина чмокнула его в щечку и телепортировалась в Храм, направился к выходу. Не следует заставлять долго ждать владыку.

Уже на площади башмачников окунулся в суету среди множества людей и эльфов.

Эльфы?!

Их было тут с утра непривычно много. Гром стал догадываться, зачем позвали его во дворец. Только неясно, зовут похвалить или отчитать за проделанное.

Как и в прошлые разы, его узнавали в толпе прохожие игроки, шушукались, если их было больше одного, либо кивали с улыбкой, заставляя ускорять шаги.

Гром двинулся в спешке ко дворцу, и вскоре уже входил в роскошные двери.

Слуга был на месте. Сразу повел его в сторону кабинета. И теперь в третий раз уже он посетил кабинет Велидора.

Опять видел владыку в той же непринужденной обстановке, в том же длинном халате за столом с толстенным фолиантом в руках.

— Пришел, князь? — поднялся навстречу владыка. — Ждал тебя с нетерпением. Проходи, присаживайся.

Гром опустился на мягкий стул, куда указывала рука Велидора, и вопросительно поглядел на владыку. А тот задумчиво шагал по кабинету, искоса поглядывая на гостя.

— Ты ведь догадываешься почему я тебя позвал, — заговорил Велидор, оказавшись напротив Грома. — Между тем, ты совершил деяние, имеющее большие последствия.

— Догадываюсь, что речь идет об открытии границы с Индекайем.

— Верно, — кивнул Велидор. — Именно об этом я хочу поговорить с тобой. Мне стало известно, что ты выполнял волю Перуна. Но что богам просто, для нас тяжкое испытание. Вот так и теперь получилось. С твоей помощью мы оказались в щекотливом положении.

— Так, что же плохого произошло? — нетерпеливо перебил Гром.

— Пока ничего, — ухмыльнулся Велидор. — Пока. Но может произойти в любое время. Ты просто не знаком с историей древней Аркадии. Если бы умел читать, дал бы тебе нужные книги для ознакомления. А так просто скажу в двух словах: эльфы недолго будут в бездействии. Теперь нам большой войны не избежать.

— Отобьемся, — неуверенно высказал свое мнение Гром.

— Возможно, да. Но, возможно, и нет. Мы уже столетия в относительной изоляции существуем, ни с кем не воюя. У нас закаленной в боях армии нет. Даже в моей личной гвардии одни юнцы, не видавшие кровушку.

— У эльфов то же состояние с армией, — возразил на это Гром. — Возможности равны.

— Не совсем… Ты плохо знаешь расовые различия. Эльфы в бою очень опасны. Их луки бьют неслыханно далеко и очень точно. До столкновения в рукопашной, скашивают большую часть армии. А люди сильны только в рукопашной с ними схватке. Словом, мы скорее проиграем им, чем победим, если объявят нам войну. Вот что теперь меня заботит.

Гром опустил голову, как нашкодивший ребенок.

— Я не мог не исполнить волю бога Перуна.

— Знаю. — Велидор прошел за свой письменный стол, устало бухнулся в кресло. — Богам не до наших чаяний. Нужно теперь самим искать выход из создавшегося положения.

— Есть идеи? — с надеждой спросил Гром.

Велидор только покачал головой. А Гром со злостью подумал: какого черта Смекалку пустышкой выдали? Если бы она действовала, на двадцатке решал бы такие проблемы только так.

— Мне поручено Перуном отправиться в Индекай, — сказал он понуро сидящему напротив владыке. — Я буду в курсе, если у эльфов зашевелится воинственность. Сразу заранее предупрежу. Армию же здесь нужно с сегодняшнего дня тщательнее подготавливать. В первую очередь разрабатывать тактику боя против лучников.

— Это как? — удивленно поднял брови Велидор. — Какая тактика может защитить от неведомо летящих стрел прямо в глаз?

— Сразу могу предложить метод, который мне уже известен, — возбужденно сказал Гром. — Воинов снаряжайте большими в пол роста прямыми щитами. Пусть отрабатывают плотное движение вперед группами по десять воинов под щитами.

Если они их состыкуют, будут держать над собой и вокруг себя вся группа окажется в стальном коробе. Очень надежный метод защиты от стрел. Метод из истории нашего иномирья.

Велидор от души засмеялся.

— Говоришь, в иномирье придумали такое? — потом серьезно предложил: — А хочешь, я тебя назначу своим тактиком-стратегом. Тот, кто сейчас назначен не справится как ты.

Гром даже растерялся. Теперь что, и советы нельзя давать владыкам?

— Спасибо за честь, но вынужден отказаться. Я уже невольный человек. Мне еще нужно важные поручения исполнять.

— Понимаю. Боги тебя уже наняли, — вздохнул он. — Ну, чтож. Тогда сам растолкую своему тактику-стратегу про опыт иномирных. А тебе поручу быть начеку в Индекайе. Сообщи, если что не так пойдет. Я, конечно, уже отослал туда несколько своих шпионов с подобными поручениями. Но ты тоже уши держи востро.

— Непременно, — уверил Гром.

— Хорошо. Можешь идти, — кивнул Велидор, забирая со стола фолиант.

Гром поднялся, с почтением кивнул и пошел к дверям. Там уже услышал в спину брошенные слова:

— Если еще какую тактику вспомнишь, сразу меня навещай. Слуг предупрежу, чтоб провели безотлагательно.

— Обязательно так и сделаю, владыка, — пообещал Гром и вышел за дверь, где его выхода ждал советник.

— Князь, я провожу тебя, — пошел он рядом с ним к выходу из дворца. — Думаю, ваш разговор касался последствий разрушения границ. Есть надежда избежать войны? Или нам придется туго с воинственными соседями?

— Надежда всегда есть. Я тоже об этом пекусь теперь.

— Владыка при разговоре со мной высоко отозвался о твоих способностях решать щекотливые проблемы. Он надеется на тебя и сейчас.

— Спасибо ему за это, — скромно улыбнулся Гром. — Но не стоит преувеличивать мои способности. Лучше недооценить человека, чем переоценить. Чтобы в дальнейшем не разочаровываться.

— Золотые слова! — восхитился советник, достигнув с Громом парадного входа во дворец. — Я их впишу в свою книгу с твоего позволения.

— Позволяю, — кивнул Гром, покидая дворец.

Было позднее утро, когда он вошел в свой дом. Сразу поднялся в кабинет, там достал из сумки узелок Перуна, развязал его. На столешницу посыпались десяток пергаментных свитков, свернутых в тугие трубочки с сургучными печатями. Еще оттуда выпал кошель, в котором зазвенели золотые монеты. Последние кинул в общую кучу в сумку, взял в руки один из запечатанных свитков. Как только внимательно уставился на него, перед взором возник экран с убористым текстом, озаглавленным как "инструкция к использованию закрепителя". Текст пояснял, что требуется положить свиток на предмет экипировки и сломать печать. В этом случае предмет закрепляется к хозяину навсегда. При смерти обладателя, предмет не остается на том месте, где настигла его смерть.

— Ах, вот что это такое! — зашептал Гром. Он-то думал, что ему подарили усилитель прочности. А оказывается, с гораздо лучшим свойством свитки дал Перун. И целых двадцать штук.

Гром решил немедленно несколько из них использовать прямо тут же. По очереди он ставил их на кольчугу, на каждую перчатку, на каждый сапог, на "Перо", на сумку, на обруч Исчадия и последними — два на мечи. Теперь, потратив половину свитков, он был гарантирован, что никому его нынешние вещи не достанутся, что бы с ним ни произошло в дальнейшем. И это радовало.

Оставшиеся десять свитков кинул обратно в сумку, тем самым и их включив в число непропадающих вещиц, встал чтобы телепортироваться в Храм.

Возник у звездного алтаря в самое неподходящее время: Мартина обучалась с преклоненной головой перед бормочущим Фабио.

Чтобы не мешать процессу, Гром тихонько прошел к узким дверям, спустился к фонтану. Тут сел на буртик в ожидании конца ее обучения.

Ждал недолго. Видать под конец тут очутился. Прибежала порхающая Мартина, счастливая присела рядом.

— Ты не представляешь, какие интересные высшие руны я осваиваю. Фабио говорит, еще неделю обучения, и я буду готова предстать перед богами на звездном алтаре, — сияла она.

— Зачем? — не понял Гром.

— Как зачем? Они должны увидеть новую свою жрицу, вшестером благословить. Иначе я никогда не смогу стать полноценной служительницей Храма.

— Выходит, что я без тебя отправлюсь в Индекай? — огорчился Гром.

— А как насчет подождать недельку?

Гром покачал головой:

— Уже нет такой возможности, Мартина. Сегодня я говорил с владыкой Велидором. Ситуация сложная. Нужно мне как можно скорее туда попасть. Иначе может грянуть жестокая война, и я вообще не смогу туда отправиться. Разве что в качестве рекрута на войну.

— Как же так? — нахмурилась Мартина. — Амитола будет в нас стрелять?

— Надеюсь, нет. Но я должен немедленно отправиться туда, найти его и многое разузнать.

— Ладно, — огорченно вздохнула Мартина. — Отправляйся, раз так. А я пока довершу свою учебу тут. Потом уже будем всегда вместе путешествовать.

— Договорились, улыбнулся Гром, поднимаясь с буртика. — Пойду, попрощаюсь и с Фабио.

Его нашел у алтаря.

— Я вновь ухожу надолго, Фабио. Ты уж постарайся, чтобы с Мартиной ничего плохого не произошло, пока меня нет.

— Не беспокойся. Прослежу.

— И еще я хотел у тебя кое-что спросить… Что ты знаешь о приграничной тьме, что отделяет расы?

Фабио задумчиво покивал:

— Читал о таком. А здешнюю и сам видел.

— Здешнего больше не существует. И что же ты читал?

— В древних книгах говорится, что было время, когда войны между расами были нескончаемы. Воевали все со всеми. Кровь лилась ручьем по всей Аркадии. Не жалели ни женщин, ни детей, ни стариков. Этим воспользовалась и нечисть. Сами тоже стали вторгаться на эти страдающие земли. Бесновались безнаказанно, добавляя крови в общую резню. Тогда кончилось терпение богов. Разгневались не на шутку. И им ничего не оставалось, как развести их на тысячу лет неприступной твердыней, что соткали из самого мрака.

— Понятно. Значит, таких границ тоже шесть было.

— Нет. Ты ошибаешься. В древних книгах говорится, что боги возвели пять твердынь.

— Вот как? — задумался Гром и понял причину такого числа границ. Выходит, земли рас расположены последовательно друг за другом. И, видать, еще одна из них, как край людей, имеет только одну границу с другой расой. И это точно не Индекай и не Валгора, что граничит с Индекаем. Это один из трех остальных. С последовательностью их разберется со временем. А пока нужно попасть к эльфам.

— Спасибо, Фабио, за разъяснения. Ну, а мне уже пора в путь.

Гром поднял уже тут ненужный личный портал, бросил в сумку, повернулся к выходу.

У фонтана поцеловал Мартину все еще дожидавшуюся его, и поспешил по ущелью вверх.

Вновь его путь лежит на северо-запад. Только на сей раз не до скалы, а гораздо дальше.

Конец первой книги.

Content

Джалилович Сариев Афет Подопечный Перуна

Сариев Афет Джалилович Подопечный Перуна

Книга I. Тарвирия — край людей.

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19