Арсенал-Коллекция, 2013 №01 (07)

Арсенал-Коллекция, 2013 №01 (07)

В оформлении обложки использована 3D графика А. Чаплыгина

Анджей ОЛЕЙКО

Австро-венгерская авиация в боях в Галиции.

Конец августа-сентябрь 1914 г.

Перевод с польского Андрея Харука

Полевой аэродром авиароты Flik. 10

Фото из книги Kaiser, Krieg & Kamera.

Русское наступление, развернувшееся в августе 1914 г., было весьма энергичным - Ставка вполне отдавала себе отчет в слабости императорско-королевской армии на Востоке. Задача облегчалась ещё и ошибками австро-венгерской разведки, «прозевавшей» сосредоточение на линии р. Збруч двух сильных соединений противника - 3-й и 8-й армий. В момент, когда австро-венгерская 1 -я армия разворачивала свое наступление, 21 августа 1914 г. войска 8-й армии пересекли Збруч, а на следующий день, сбив слабые пограничные заслоны неприятеля, в наступление перешла 3-я армия. В такой ситуации австро-венгерское командование решило парировать угрозу, нанеся удар силами своей 3-й армии по направлению на Злочув (Золочев) - в центр вражеских сил.

Важную роль в обеспечении контрудара должны были сыграть авиационные части. В частности, 3-й австро-венгерской армии были приданы две авиароты - Flik. 11 и Flik. 14, а 2-я армия, экстренно перебрасывавшаяся с Сербского фронта на Восточный получила Flik. 1.

23 августа экипажи Flik. 14, поднявшись с львовского аэродрома, совершили два полета в район Дубно и Луцка, обнаружив, в частности, дивизию кавалерии на марше у Берестечка. Полет к Луцку пришлось прервать из-за перебоев в работе двигателя - авиарота эксплуатировала крайне ненадежные аэропланы «Лёнер» «Пфейльфлигер» (тип В серия Н2). В тот же день из Львова на разведку района Владимира-Волынского отправился экипаж Flik. 11 в составе обер-лейтенантов пилота Книрша и летнаба Фридриха фон Розенталя. Попав в грозу, авиаторам пришлось садиться в поле, но когда погода улучшилась, они вновь поднялись в воздух. Добраться до Львова из-за наступления темноты не удалось - в 22:00 самолет сел в Раве-Руской[1 SAW/KA, Manuskripte Luftfahrttruppen - 39, Die Tatigkeit der osterr.-ung. Luftstreitkrafte beimAuffangen der rusischen Angriffsheere im Sommer Und Herbst 1914. Bearabeitet in der "kriegswissenschaftlichen Abteilung der Luftwaffe”, zweisgstelle Wien, 1942/1943 von Obst. Dr Oskar Regele, s. 24.]. 24 августа из-за плохой погоды австро-венгерская авиация бездействовала, возобновив полеты на следующий день. 25-27 августа, действуя со Львова, экипажи Flik. 11 и Flik. 14, постоянно доставляли командованию свежие сведения о передвижениях противника. Flik. 1, базировавшаяся в Стрые, 28 августа осуществила разведку района между реками Днестр и Золотая Липа, а также окрестностей Бережан[2 SAW-KA/Luftfahrttruppen, Gruppe 157 1 g, Russland II. Sommer-Herbst, Feldakten der oe.-u. Wehrmacht im Heeresarchiv Wien - teczka Przemysl-Russen, s. 13.].

Несмотря на локальные успехи, которых удалось добиться 12-му корпусу у Золотой Липы, удержать рубеж этой реки австро-венгерским войскам не удалось. Правое крыло русской 8-й армии прорвалось у Бережан на запад, вынудив противника 27 августа отойти на линию Гнилой Липы. Слабая 2-я армия (три пехотные дивизии и несколько кавалерийских частей) была отброшена за Днестр. Пока её командующий, генерал Э. Беем-Эрмоли пытался организовать оборону, австро-венгерская 3-я армия вела тяжелые бои на Гнилой Липе. В первый день сражения, 29 августа, она сумела удержать позиции у Перемышлян, но на следующий день вынуждена была начать отход. К 1 сентября войска 3-й армии были сосредоточены у Львова. Первая битва под Львовом, как назвали два сражения у рек Золотая и Гнилая Липа, была проиграна. Австро-венгерскому командованию не удалось реализовать план обороны на востоке - как из-за нехватки сил (280 батальонов пехоты и 700 орудий против 340 батальонов и 1200 орудий у русских войск), так и ввиду отсутствия талантливых командиров. Противник занял значительную часть Восточной Галиции, а поражение 3-й армии предопределило судьбу Львова.

Во время сражения на Гнилой Липе, продолжавшегося с 29 августа по 2 сентября, экипажи австро-венгерской авиации осуществляли интенсивные разведывательные полеты. В частности, утром 29 августа экипажи Flik. 11 совершили три полета в район севернее дороги Львов-Золочев, обнаружив дивизию противника, следующую на Глиняны. Flik. 14 вела разведку района Жолквы, a Flik. 1 - территории восточнее Галича. Утром 30 августа экипажи Flik. 14 обнаружили сильные колонны противника на марше в районе Каменки-Струмиловой. Пополудни экипаж Flik. 11, несмотря на туман, вылетел в тот же район, уточнив месторасположение вражеских войск. Ранее Flik. 11 обследовала участки Золочев-Словита, Золочев- Поморяны, Поморяны-Перемышляны, доложив о многочисленных железнодорожных составах противника, двигающихся на запад[3 SAW-KA/Luftfahrttruppen, Gruppe 157 1 g, Russland II. Sommer-Herbst, Felda-kten der oe.-u. Wehrmacht im Heeresarchiv Wien - teczka Przemysl-Russen, s. 14-15, 16. SAW-KA/Luftfahrttruppen, Gruppe 157 1 g, Russland II. Sommer-Herbst, Feldakten der oe.-u. Wehrmacht im Heeresarchiv Wien - teczka Przemysl-Russen, s. 14-16.]. Но уже 31 августа обе авиароты, находившиеся во Львове, получили приказ передислоцироваться железной дорогой на аэродром Журавица в крепости Перемышль - австро-венгерская армия отступала.

Flik. 1 продолжала боевую работу в интересах 2-й армии. Утром 31 августа её самолеты обследовали район Гнилая Липа-Ходоров-Гапич-Бережаны, обнаружив крупные силы вражеской кавалерии на дороге Перемышляны-Рогатын, а у Галича - колонну противника, растянувшуюся на 20 км. 1 сентября с нового аэродрома возобновили боевую работу экипажи Flik. 11 и 14. Теперь главным районом для их действий стали окрестности Львова: один полет выполнили в окрестности Николаева, два - в район Днестр-Жидачев-Мартынов-Звеж. Увы, количество исправных самолетов в авиаротах быстро уменьшалось, что сказывалось на эффективности воздушной разведки[4 lbid, s. 17-19.]. 2 сентября для работы в интересах 3-й армии привлекли Flik. 5, а 3-го - Flik. 7. Обе эти части дислоцировались в Краснике. Помимо разведывательных полетов пришлось решать и задачи связи - телефонные линии, соединяющие 2-ю и 3-ю армии, были разорваны.

Самолет «Альбатрос» B.I, сбитый таранным ударом П. Нестерова. Воля Высоцка у Жолквы, 1914.

Остатки самолета «Моран» G Петра Нестерова.

Воля Высоцка у Жолквы, 1914.

31 августа армейское верховное главнокомандование (АОК) отдало приказ удерживать Львов любой ценой. Планировалась переброска в район города дивизий 4-й армии с северного направления. Но когда 2 сентября командование 3-й армии сообщило о полной невозможности продержаться требуемые шесть дней до подхода подкреплений, генерал Ф. Конрад фон Гетцендорф в 10:45 отдал приказ об отводе её частей на линию Верешицы. В ночь на 3 сентября австро-венгерские войска оставили Львов. Это стало неожиданностью для российской Ставки, ожидавшей, что противник будет оборонять город, и назначившей на 4 сентября штурм Львова. Flo поступившая на рассвете 3 сентября информация об отводе австро-венгерских войск позволила начать операцию немедленно. Утром 3 сентября во Львов вошли конные разъезды, а следом за ними - 5-я пехотная дивизия. Падение Львова вызвало огромный резонанс, как в Вене, так и в Петрограде. Российская сторона видела в этом огромный политический успех, символ освобождения Восточной Галиции от власти Габсбургов. В Вене же оптимизм первых недель войны резко поубавился. Flo АОК отнюдь не собирался легко отказываться от борьбы за Восточную Галицию. В армейском руководстве четко осознавали, что со стратегической точки зрения русский успех был лишь половинчатым: продвижение австро-венгерской 4-й армии в сторону р. Западный Буг создавало угрозу правому крылу русской 3-й армии, занявшей Львов. Российская Ставка видела опасность и начала концентрацию войск севернее Львова. Тем временем с Сербского фронта подтянулись остальные силы 2-й австро-венгерской армии, что позволило усилить слабый правый фланг Восточного фронта. Фон Гетцендорф принял решение немедленно начать наступление, имевшее целью отбросить русских от Львова и, тем самым, удержать Восточную Галицию. Так началась вторая Львовская битва[5 А. Livesey, Wielkie bitwy I wojny swiatowej, Warszawa 1998, s. 38-45.]. Главную роль в ней сыграла 2-я австро-венгерская армия, усиленная (с учетом полученных уже в ходе битвы подкреплений) до 10 пехотных дивизий. Занимая позиции по линии Верешицы од Днестра через Комарно до Грудка Ягеллонского (Городка), она противостояла русской 8-й армии (7 пехотных и кавалерийских дивизий). От Грудка Ягеллонского до Янова находились позиции 3-й армии (6 дивизий). Её прежний командующий Г. Брудерманн был снят с должности, а на его место назначили генерала Светозара Бороевича фон Бойна. Его армии противостояла русская 3-я армия (11 дивизий). Превосходство противника было уравновешено перенаправлением на юг, во фланг русской 3-й армии, основных сил австро-венгерской 4-й армии (9 пехотных и 2 кавалерийские дивизии). Во второй Львовской битве, продолжавшейся с 6 по 11 сентября, австро-венгерское командование пыталось ударами севернее и южнее Львова взять русские войска в «клещи» и вынудить их оставить только что занятый город. Замысел удалось реализовать лишь частично - 4-я армия своей атакой вызвала на себя русский контрудар. Воспользовавшись этим, 2-я и 3-я австровенгерские армии развернули наступление на восток, перейдя 8 сентября линию Верешицы. 10 сентября наступающие части вышли на рубеж Янов-Мшана-Ставчаны, подойдя ко Львову на расстояние 14 км. Было взято около 10 тыс. пленных, захвачено несколько десятков орудий. Flo успех этот оказался лишь локальным. Российская сторона быстро перебросила подкрепления, и уже 11 сентября фон Гетцендорф вынужден был дать приказ об отступлении. Теперь 1-я австро-венгерская армия заняла позиции на левом берегу р. Сан - от её впадения в Вислу до г. Ярослав, 4-я - между Ярославом и Перемышлем, 3-я - от Перемышля до Нижанковичей, а 2-я - на линии Нове Място- Добромиль-Хиров-Билычи[6 J. Bator, Wojna galicyjska, wyd. II, Krakow 2008, s. 83.]. Вторая Львовская битва завершилась поражением Австро-Венгрии, похоронив тем самым надежды на быстрое возвращение столицы Галиции.

В ходе битвы в интересах 4-й армии активно действовали авиароты Flik. 8 и Flik. 10, базировавшиеся, соответственно, в Наролю и Томашове Любельским. Их главной задачей было определение направления главного удара противника - и с этой задачей экипажи справились, хотя парировать удар командование не смогло. В частности, Flik. 10, получившая 7 сентября три новых самолета «Авиатик» B.I, осуществляла разведку районов Великие Мосты-Жолква и Великие Мосты- Кристинополь. Flik. 8 7 сентября следила за железнодорожным движением в районе Великие Мосты-Сокаль-Белз-Угнов, а также вела разведку района Грубешов-Сокаль-Кристинополь-Угнов. Fla следующий день экипажи Flik. 8 совершили два полета в район Комаров-Белз[7 SAW-KA/Luftfahrttruppen, Gruppe 157 1 g, Russland II. Sommer-Herbst, Feldakten der oe.-u. Wehrmacht im Heeresarchiv Wien - teczka Przemysl-Russen, s. 26-27.].

В том же районе действовали авиароты Flik. 11 и Flik. 14, базировавшиеся на Журавице - аэродром крепости Перемышль. 3 сентября экипаж первой из них в составе пилота фельдфебеля Франца Малины и наблюдателя обер-лейтенанта барона Ф. фон Розенталя, несмотря на обстрел с земли, произвел разведку колонн русских войск с высоты 700 м. О напряженности боевой работы может свидетельствовать, хотя бы, тот факт, что фон Розенталь 3 сентября налетал (с разными пилотами) в общей сложности 7 часов. В тот же день экипаж из состава Flik. 14 выполнил разведывательный полет продолжительностью 4,5 часа. В среднем же за один полет самолеты преодолевали дистанцию порядка 300 км[8 Ibidem, s. 24-25.]. 7 сентября экипажи Flik. 14 налетали в общей сложности 14,5 часов, осуществляя разведку района Львова и Николаева. Тот же район был объектом для разведки, и на следующий день - экипажи Flik. 11 и Flik. 14 вскрыли расположение порядка 20 пехотных батальонов и обнаружили 10 артиллерийских батарей на марше. 9 сентября авиароты из Журавицы направили свои усилия на районы Грабовец-Замосць и Янов-Магеров-Жолква. 10 сентября Flik. 10 боевых вылетов не осуществляла, занимаясь перебазированием в Мораньце. Причиной передислокации стало русское наступление - район Томашув Любельски, прежнее место дислокации этой авиароты, в тот же день упоминается как цель разведывательных полетов Flik. 8 и Flik. 14. Экипаж обер-лейтенанта Цулегера из последней части обнаружил под Томашувем Любельским 6-8 вражеских батальонов на позициях и примерно такое же количество пехоты на марше южнее города.

11 сентября очень важные сведения привез экипаж Flik. 14, обследовавший образовавшуюся брешь между флангами австро-венгерских 1-й и 4-й армий в районе Билгорай-Тарногруд-Улазув-Чешанув-Любачув. У Чешанува было обнаружено 12 батальонов пехоты и 9 артбатарей - эти силы угрожали вклиниться между частей двух императорско-королевских армий. С самого утра того дня беспокоящие известия привозили также экипажи Flik. 8, обследовавшие местность между Томашувем Любельским и Замосцьем[9 Ibidem, s. 21-23, 34.].

На юге Галиции в интересах 2-й армии работала авиарота Flik. 1. Действуя с аэродрома Стрый, её экипажи 3 сентября вели разведку русского наступления в восточном направлении. В районе Ходоров-Галич были обнаружены две вражеские пехотные дивизии, а также несколько частей между реками Днестр и Прут, на линии Нижнив-Коломыя. 4 и 5 сентября из-за сильного ветра полеты не производились. 6 сентября авиаторы обследовали район Стрый-Станислав-Николаев, а также местность между Верешицей, Днестром и Грудкем Ягеллонским. После полудня, несмотря на ветреную погоду, был выполнен полет в район Калуш-Журавно-Гапич. Интенсивная боевая работа продолжалась и в последующие дни - так, 8 сентября экипажи Flik. 1 провели в воздухе в общей сложности 17 часов. Не всегда полеты заканчивались благополучно - подводила техника. 10 сентября из-за неисправности двигателя пришлось садиться на вынужденную одному из экипажей Flik. 1. В общей же сложности в течение 20 дней с 23 августа до 11 сентября 1914 г. (из них 14 дней с летной погодой) экипажи авиарот Flik. 1,5, 7, 8, 10 и 11 выполнили 168 боевых вылетов - в среднем 8 в день.

Рассмотрение действий в Галиции русской авиации не является предметом нашей статьи - да и вопрос этот в последнее время достаточно освещен в публикациях. Но некоторые моменты нельзя не упомянуть - и прежде всего первый в истории войны в воздухе таран, осуществленный П.Н. Нестеровым. 8 сентября 1914г. (26 августа- по старому стилю) три самолета Flik. 11, возглавляемые обер-лейтенантом Ф. фон Розенталем (пилот - фельдфебель Ф. Малина) на «Альбатросе» B.I нанесли бомбовый удар по русскому полевому аэродрому у с. Шолкевка (под Галичем). Налет был успешным - удалось поджечь полевые ангары-палатки. Но когда самолеты легли на обратный курс, осуществляя попутную разведку, над ними появился поднявшийся с львовского аэродром моноплан «Моран» G, пилотируемый командиром 11-го корпусного авиаотряда (КАО) штабс- капитаном Нестеровым. Пользуясь преимуществом в высоте, он обрушился на головную вражескую машину, выделывая вокруг нее фигуры высшего пилотажа - вероятно, тем самым Нестеров пытался сбить противника с курса. Когда же сделать это не удалось, Нестеров решился на таран. Скорее всего, он надеялся, что удар будет нанесен шасси «Морана», но просчитался - его самолет врезался в хвостовое оперение «Альбатроса» двигателем. Оба аэроплана рухнули на землю севернее шоссе Жолква-Рава Русская, у с. Воля Высоцка. Все три авиатора погибли, а П. Нестеров стал первым русским летчиком, погибшим в Первой мировой войне. Как показало обследование места происшествия, Нестеров выпал из кабины своей машины еще в воздухе - но в любом случае, шансов посадить «Моран», поврежденный при столкновении, у него не было. Останки его сначала отправили в Харьков, туда же в музей передали и винт от «Морана», но в конечном итоге Нестерова похоронили в Киеве. Австрийских авиаторов похоронили на краю сельского кладбища, установив на их могиле большой деревянный кресте воздушным винтом[10 W. Szuniewicz, U powitri - skriz opora, „Meridian” 2006, nr 28206, s. 12-18; A. Popiel, Nie tarn zgingt kpt Piotr Niestierow, „Skrzydlata Polska” 2007, nr 6, s. 52.].

Персонал Flik. 10 у биплана «Лёнер» «Пфейльфлигер». Фото из книги Kaiser, Krieg & Катета

Весьма активно действовала авиация при отступлении австро-венгерской 1 -й армии в периоде 12 по 27сентября 1914г. В частности, 12 сентября экипаж Flik. 7 с аэродрома в Ниску выполнил полет в район Сенява-Лежайск. В последующие дни эта часть обследовала местность, прилегающую к Висле у впадения в нее Дунайца, а также южнее Лежайска. 19 сентября Flik. 7 передислоцировали в Бжеско-Щуцин. Flik. 5 несколькими днями ранее из Ниска была эвакуирована в Жешув, а 18-20 сентября перемещена на аэродромы Дембица и Тарнув. Но уже 21 сентября эта часть прибыла в Бжеско, где, наконец, смогла возобновить боевые вылеты. Характерное замечание содержится в отчете о боевых действиях под датой 24 сентября: «вылеты не производились ввиду неисправности мотора». Вероятно, к тому времени Flik. 5 располагала лишь одним самолетом - да и тот был неисправен. В тот же день экипажи Flik. 7 выполнили два полета продолжительностью 4-4,5 часа каждый. Сведения были тревожными: под Сандомиром было обнаружено два моста и крупные силы противника на марше, ещё одну переправу обнаружили у Мельца; также было вскрыто расположение вражеской авиабазы. 25 сентября экипаж Flik. 7 обнаружил крупные массы русских войск у Стопницы. Flik. 5, личный состав которой сумел отремонтировать свой аэроплан, совершила один вылет к Колбушову и Сандомиру[11 SAW-KA, Manuskripte Luftfahrttruppen - 39, Die Tatigkeit der osterr.-ung. Luftstreitkrafte beim Auffangen der rusischen Angriffsheere im Sommer Und Herbst 1914. Bearabeitet in der “kriegs wissenschaftlichen Abteilung der Luftwaffe", zweisgstelle Wien, 1942/1943 von Obst. Dr Oskar Regele, s. 40, 41-42.].

Отступление 4-й армии обеспечивала авиарота Flik. 8. 12 сентября 1914 г., базируясь в Нароли, её экипажи вели разведку района Томашув Любельски-Рава Русская-Магерув, обнаружив крупные силы противника на марше южнее Нароли. 13 сентября к действиям в интересах 4-й армии приступил немецкий авиаотряд FI. Abt. 36, базировавшийся в Журавице. 14-15 сентября его экипажи совершили несколько разведывательных полетов, но 16 сентября FI. Abt. 36 передали в распоряжение 1-й армии, передислоцировав в Дембицу. Утром 17 сентября его экипажи выполнили три полета в район Стажавы и Ярослава, обнаружив большие скопления противника, а пополудни был обследован район Адамовки и Бобровки, где было вскрыто расположение трех пехотных полков и шести артиллерийских позиций. Задачи для немецких авиаторов на 19-22 сентября предусматривали разведку района р. Сан. Австрийские авиароты в то время снизили свою активность - Flik. 10, 11 и 14 занимались сменой мест базирования. Передислокации далеко не всегда проходили гладко: 23 сентября Flik. 10 потеряла четыре самолета вследствие крушения поезда. Тем не менее, уже 25 сентября эта часть возобновила боевые вылеты с нового аэродрома в Закпичине. В тот день экипаж в составе двух обер-лейтенантов - наблюдателя Шиндлера и пилота Кумштата - доложил о нескольких крупных скоплениях войск противника, в т.ч. двух пехотных дивизиях между Жешувом и Ненадувкой. 26 сентября погода была нелетной, а 27-го Flik. 10 выполнила два полета в районы Кросьно-Дынюв-Стрыжув и Жешув-Колбушова-Радомышль[12 lbid, s. 43.].

Остановимся подробнее на боевых действиях отряда FI. Abt. 36 - единственной немецкой авиационной части, воевавшей на Галицийском фронте в 1914 г. Этот отряд был развернут на базе 4-го крепостного авиаотряда (Festungs-Flieger-Abteilung 4), дислоцировавшегося в крепости Позен (Познань). Командиром FI. Abt. 36 назначили ритгермейстера фон Хантельмана, а его личный состав насчитывал 116 человек, в т.ч. 9 офицеров (из них 2 пилота и 5 наблюдателей). На вооружении находились первоклассные по тому времени самолеты-бипланы «Альбатрос» B.I с моторами в 100 л.с. 8 сентября 1914 г. отряд передали в оперативное подчинение АОК, а уже утром 10-го он прибыл в Перемышль[13 SAW-KA/Luftfahrttruppen, Gruppe 1571 g, Russland II. Sommer- Herbst. Feldakten der oe.-u. Wehrmacht im Heeresarchiv Wien - teczka Deutsche Feldfliegerabt. 36 fur die beschreibung Russlandfeldzug- 1914.]. В военном дневнике (Kriegstagebuch) этой части так описано начало его боевого пути: «8 сентября. 7:45 утра отъезд из Позена... Дневная станция Лиса. Вечерняя станция Бреслау.

9 сентября. Ранним утром отправление [в] Одерберг. Там присоединен автопарк, переданный австрийским командованием, из легковых автомобилей, 6 грузовиков и 6 прицепов.

Замена винта на самолете «Лёнер» «Пфейльфлигер». Фото из книги Kaiser, Krieg & Kamera

Разбившийся самолет гауптмана Россманна. Фото из книги Kaiser, Krieg & Kamera

10 сентября. 8:30 утра прибытие в Журавицу у Перемышля. Здесь уже [находятся] две австрийские авиароты [Flik. 8 и Flik. 11]. Приказ АОК: FFA [Festung Flieger Abteilung] 36 остается в Перемышле в подчинении АОК до особого распоряжения. Около 12:00 начало разгрузки. До 8:00 вечера все разгружено и доставлено на аэродром примерно в 1 км. Одновременно разбита одна большая и две малые палатки. Нижние чины размещены в бараках у аэродрома, офицеры в Перемышле.

11 сентября. Начата сборка самолетов. Его превосходительство фон Фрейтаг-Лорингофен [генерал-квартирмейстер немецкой армии] с немецким штабом посетил станцию. В полдень рапорт офицеров перед его превосходительством Конрадом фон Гетцендорфом, начальником Генерального Штаба, эрцгерцогом Фридрихом и квартирмейстером армии. К вечеру 7 самолетов почти собраны. Риттмейстер фон Хантельманн и гауптман Дейтельмозер пополудни вели поиск новых баз у Ярослава и Сенявы. Эрцгерцог [Фридрих] пообещал посетить аэродром, но вечером свой визит отменил. Начался отвод армии. АОК вечером оставил Перемышль. Лейтенант фон Эльпонс и [лейтенант] Книге получили от его превосходительства фон Фрейтага [Лорингофена] секретное задание.

12 сентября. В течение дня 6 самолетов собраны и подготовлены [к полетам]. Пробные полеты лейтенанта Акфельдта, унтер-офицера Делинке на LV.9 [LVG В], унтер-офицера Клингера на «Альбатросе». Риттмейстер фон Хантельманн и гауптман Дейтельмозер с лейтенантом Херихом ищут базы для перемещения отряда в направлении Яворова. Отряд подчиняется 4-й армии (Ауффенберг).

13 сентября. Пробные полеты лейтенанта Бинека на «Альбатросе», сержанта Вильке на «Альбатросе», сержанта Гельднера на «Альбатросе», унтер-офицера Делинке на LV.9, сержанта Клингера на «Альбатросе». Клингер при приземлении в лесопосадке разбил радиатор. Целый день с небольшими перерывами дождь, густые тучи, легкий южный ветер. Все части получили приказ отхода за р. Сан: 2-я армия южнее Перемышля, 3-я армия Перемышль, 4-я армия Радымно, 1 -я армия окрестности Лежайска.

Задачи, полученные из штаба 4-й армии:

1) разведка вражеских сил, направляющихся к юго-западному флангу армии, перед районом Нароль-Място-Фрейфильд- Чешанув;

2) находятся ли силы противника в районе Старое Село-Любачув-Краковец-Радымно;

3) установить, перемещаются ли вражеские войска от Равы Русской вдоль линии Врублячин-Завадув, преследуя части 4-й армии;

4) двигается ли противник от Вишенки в направлении Яворова.

Сведения о противнике: вражеская пехота марширует из Дахнова через Любачув до Головска. Вражеские кавалерийские дивизии продвигаются из Олешиц к Ярославу. Наши части стоят на линии Завадув-Ярослав»[14 SAW-KA, Manuskripte Luftfahrttruppen - 39, Kriegstagesbuch der 4. Fstungs- Flieger-Abt. 4. vom 1.8.14 bis 29.8.1914 der Feld-Flieger-Abt. 36 (ab 11.1.1917Flieger- Abteilung 36) vom 29. 8.14 bis 31. 12.15. 31502/11286 A. Gr. Gerok, s. 1-3.].

Во время отступления 3-й армии авиация должна была стать настоящими глазами её командования - но, увы, отвратительная погода этому отнюдь не способствовала. 12 сентября экипаж Flik. 14, несмотря на сложные погодные условия (сильный ветер), выполнил разведку района Чешанув-Рава Русская. В последующие дни погода испортилась настолько, что сделала полеты вообще невозможными. 15 сентября боевая работа возобновилась - экипаж Flik. 14 выполнил полет в район Явроров-Жолква-Львов-Грудек-Судова Вишня, обнаружив небольшие силы пехоты и крупную группировку конницы на марше. Над Жолквой был замечен вражеский аэроплан, но до воздушного боя не дошло. Пополудни экипажи Flik. 11 и Flik. 14 осуществляли разведку района Комарно-Львов-Любачув- Ярослав. Между Мостисками и Судовой Вишней было обнаружено до дивизии пехоты противника, под Львовом - крупные силы пехоты на марше, на линии Краковец-Сан и в районе Любачув-Чешанув-Молодыч - очень сильные соединения противника, направляющиеся к крепости Перемышль. В последующие дни погода вновь препятствовала боевой работе. Лишь 18 сентября были выполнены вылеты, в ходе которых обнаружено до корпуса пехоты на марше (одна дивизия в Медыке, вторая - напротив Краковца, третья - в Мостисках), а также сильные отряды, перемещающиеся у Судовой Вишни. Угроза для Перемышля вынудила эвакуировать авиароты из Журавицы - 22 сентября Flik. 11 и Flik. 14 перебазировались в Новый Сонч, возобновив полеты лишь 25 сентября[15 SAW-KA/Manuskripte Luftfahrttruppen - 39, Die Tatigkeit der osterr.-ung. Luftstreitkrafte beim Auffangen der rusischen Angriffsheere im Sommer Und Herbst 1914. Bearabeitet in der “kriegswissenschaftlichen Abteilung der Luftwaffe", zweisgstelle Wien, 1942/1943 von Obst. Dr Oskar Regele, s. 44-45.].

Могила П. Нестерова в Воле Высоцкой. Фото из коллекции Krigsarchiw Wien»

Памятник П. Нестерову в Воле Высоцкой

Погода также не способствовала выполнению задач экипажами Flik. 1, обеспечивавшей отход 2-й армии к Карпатам. 14 сентября эта часть находилась в Добромиле, 15-16-го - перебазировалась в Загоже. 17 сентября экипаж Flik. 1 выполнил полет в район Рудки-Самбор, обнаружив кавалерийскую дивизию на марше, пехотные части в Самборе, кавалерийскую бригаду и пехотные части в Рогожне. А дальше целую неделю полеты не производились из-за погодных условий. Flik. 1 пришлось перебазироваться в Бардейов - по ту сторону Карпат, и при каждом боевом вылете преодолевать горный хребет. 25 сентября боевая работа возобновилась - экипаж Flik. 1 обнаружил крупные силы противника всех родов оружия у Лиска, в районе Хыров-Старый Самбор, на перевале Прислуп и у Дукельского перевала. 26 сентября была произведена воздушная разведка районов Сянок-Хыров-Добромиль-Бирча, а также перевал Ужоцкий-Старый Самбор-Дрогобыч-Стрый. При этом части противника были обнаружены уже на территории Закарпатья - в частности, одна кавалерийская дивизия находилась на марше в районе Ставне. Сведения о противнике авиаторы сбросили с вымпелом у Великого Березного - у штаба 4-го корпуса. 27 сентября утренний вылет Flik. пришлось отменить из-за тумана, а пополудни авиаторы выполнили полет в район Ольшаницы, снова привезя сведения о многочисленных силах противника.

Подводя итоги сентябрьских боев в Галиции, отметим, что работа австро-венгерской авиации существенно сковывалась погодными условиями и проблемами с материальной частью. И хотя австрийские авиаторы (а также прибывший им на помощь немецкий отряд) пытались вести систематическую воздушную разведку, повлиять на общих ход сражений в Галиции они не могли.

Андрей ХАРУК

Арийский «Сокол»

Самолеты FW 187А-0 местного отряда ПВО (Industrie-Schutzstaffel) завода «Фокке-Вулыр». Лето 1940 г.

Воссоздание люфтваффе, развернувшееся быстрыми темпами после прихода к власти Гитлера, стимулировало быстрый рост германской авиапромышленности. Фирмы вступили в состязание за заказы военных, гарантировавшие солидные доходы. В свою очередь, военные довольно требовательно подходили к выбору самолетов - почти всегда принятию на вооружение той либо иной машины предшествовал конкурс. А в конкурсе, как известно, кроме победителя, бывают и побежденные... Среди таких неудачников оказалась и фирма «Фокке-Вульф». С одной стороны, во второй половине 30-х гг. дела у неё шли, вроде бы, неплохо: в сотнях экземпляров строился (в том числе и по лицензии за границей) учебный биплан FW 44, выпускался, хотя и в несколько меньшем количестве, тренировочный истребитель FW 56, налаживалось производство легкого двухмоторного многоцелевого самолета FW 58. Но вот в боевой авиации «Фокке-Вульфу» упорно не везло. Представленный на конкурс на одномоторный истребитель моноплан-парасоль FW 159 оказался далеко позади своих конкурентов - Bf 109 и Не 112. Двухмоторный «разрушитель» (zerstorer - тяжелый истребитель) FW 57 оказался чересчур большим и тяжелым, страдающим недобором мощности и маломаневренным. В итоге, он проиграл изделию Вилли Мессершмитта - Bf 110. Но у Курта Танка-технического директора «Фокке-Вульфа»- был в рукаве ещё один козырь. В 1935 г. он в инициативном порядке начал проектирование одноместного двухмоторного самолета-истребителя. В начале 1936 г. в ходе авиационной выставки на заводе «Хеншель» в Берлине-Шёнефельде Танк продемонстрировал эскизный проект этой машины. Снабженный двумя моторами DB 600 мощностью по 960 л.с., этот самолет должен был развивать скорость 560 км/ч, значительно превосходя все существующие в то время истребители. Проект произвел сильное впечатление на Адольфа Гитлера, но вот Технический отдел рейхминистерства авиации оказался не столь впечатлительным. Согласно его заключению, выпуск двухмоторных одноместных истребителей был бы недопустимым расточительством. К тому же, вскоре ожидалось появление одномоторных истребителей со столь же высокими скоростными характеристиками. Курт Танк настаивал, что его самолет, обладая значительно большей дальностью по сравнению с одномоторными машинами, может пригодиться в качестве дальнего истребителя сопровождения. Но, по мнению, Технического отдела, скоростные бомбардировщики нового поколения вообще не будут нуждаться в сопровождении истребителей.

Но конструктор не собирался сдаваться - ведь он вполне отчетливо видел ошибочность суждений Технического отдела. Со своим проектом он обратился непосредственно к начальнику секции самолетостроения Технического отдела оберсту Вольфраму фон Рихтгофену. Последний вполне понимал, что преимущество новых бомбардировщиков в скорости над существующими истребителями противника - явление временное, и вскоре будет утрачено. Поэтому, хотя Рихтгофен вскоре оставил свою должность, он успел «продавить» через рейхсминистерство заказ на три прототипа нового тяжелого истребителя. Машина получила официальное обозначение FW 187, а Курт Танк, любивший давать своим самолета «птичьи» имена, окрестил его «Фальке» - «Сокол».

Проектирование

Ведущим конструктором FW 187 назначили Рудольфа Блазера. Проектировщики самолета старались, в первую очередь, максимально снизить аэродинамическое сопротивление. С этой целью попытались свести к минимуму поперечное сечение фюзеляжа - фактически, оно определялось размерами пилотской кабины. Сама кабина была смещена в нос - сиденье пилота находилось на уровне передней кромки крыла. Фонарь кабины для улучшения обзора несколько приподняли над фюзеляжем. С той же целью сделали большое окно в полу кабины.

В конструктивном отношении самолет представлял собой свободнонесущий цельнометаллический моноплан с низкорасположенным крылом, нормальным оперением и убирающимся шасси. Крыло состояло из центроплана, выполненного заодно с фюзеляжем, и отъемных консолей. Относительное удлинение крыла составляло 7,7. Центроплан имел четыре лонжерона. Между вторым и третьим лонжеронами расположили топливные баки общей емкостью 710 л, а между первым и вторым - маслобаки. Там же предусмотрели место для патронных ящиков - само вооружение предполагалось разместить в фюзеляже. Консоли имели по три лонжерона. К центроплану крепились мотогондолы, сильно выступающие вниз - при аварийной посадке с убранным шасси самолет должен был скользить на них, сохраняя неповрежденными фюзеляж и крыло. Основные стойки убирались посредством гидросистемы в мотогондолы назад по направлению полета. Убирающимся выполнили и хвостовое колесо.

С самого начала проектирования пришлось отказаться от первоначально предусмотренных моторов DB 600 - они находились ещё в начальной стадии внедрения, и все запланированные к производству экземпляры были на два года вперед расписаны на проекты, имевшие более высокий приоритет. Поэтому пришлось довольствоваться менее мощными Jumo 210. Этот 12-цилиндровый двигатель жидкостного охлаждения имел рабочий объем 19,7 л, а в качестве топлива в нем использовался 87-октановый бензин В4. На первом прототипе применили двигатели модификации Jumo 210D, снабженные двухступенчатыми механическими нагнетателями. Такой мотор развивал взлетную мощность 680 л.с (при 2700 об/мин) - на 30 % меньше, чем DB 600. Оптимальной рабочей высотой считалось 2700 м - на этой высоте мотор развивал аварийную мощность 640 л.с. (в течение не более 5 мин), боевую - 575 л.с. (30 мин) и максимальную продолжительную - 510 л.с. Сухая масса мотора составляла 441 кг. Моторы комплектовались трехлопастными винтами изменяемого шага «Юнкере-Гамильтон».

Пилотская кабина «Фальке» особой просторностью не отличалась

FW 187 в полете

Прототипы

Первый опытный образец FW 187V1 (заводской номер Wk.Nr. 949, гражданская регистрация D-AXAK) был облетан 10 апреля 1937 г. Согласно традиции в первый полет машину поднял с заводского аэродрома в Бремене лично Курт Танк. Дальнейшие испытания проводил Ганс Зандер, бывший пилот испытательного центра люфтваффе в Рехлине. Самолет показал максимальную скорость 525 км/ч - меньше обещанных Танком 560 км/ч, но и моторы на нем были отнюдь не те, что предполагались изначально. Однако и этот показатель был отличным - одномоторный истребитель Bf 109В с той же силовой установкой развивал всего 460 км/ч! FW 187V1 продемонстрировал также отличную скороподъемность и скорость пикирования - согласно одной из версий, именно эти качестве побудили К. Танка назвать самолет «Соколом».

Испытания проходили, в общем, гладко, хотя некоторые неприятности и случались. В ходе одного из полетов самолет в пикировании разогнался до 735 км/ч, после чего начался сильнейший флаттер хвостового оперения, вызванный весовыми балансирами рулей. Г. Зандер, потерявший контроль над машиной, уже собирался прыгать с парашютом, но вдруг раздался сильный грохот, и вибрация прекратилась. Пилоту удалось благополучно посадить машину. Как оказалось, из-за вибрации балансиры оторвались, флаттер прекратился, и самолет вновь стал управляемым.

Два месяца спустя после первого прототипа был готов второй - FW 187V2 (Wk.Nr. 950, гражданская регистрация D-AZAX, вскоре смененная на D-AANA). Самолет, впервые поднятый в воздух К. Танком 14 июня 1937 г., отличался от первой машины винтами VDM и измененными воздухозаборниками маслорадиаторов. Кроме того, увеличили триммеры рулей, внесли некоторые другие изменения. Сразу после завершения заводских испытаний этот самолет перегнали в Рехлин, где он показал отличные данные: при взлетной массе 3850 кг максимальная скорость у земли составила 457 км/ч, на высоте 3000 м - 501 км/ч и на 6000 м - 478 км/ч. Скороподъемность на уровне моря составляла 17,5 м/с, а на высоте 6000 м - 7,8 м/с. На высоту 4000 м самолет поднимался за 4,5 мин, а на 6000 м - за 8 мин.

Третий прототип FW 187V3 (Wk. Nr. 1707, D-AODE) вышел на испытания лишь в июле 1938 г. На нем установили моторы Jumo 210G, снабженные системой непосредственного впрыска топлива и автоматом регулирования состава топливной смеси. Взлетная мощность такого двигателя возросла до 720 л.с., а на высоте 5600 м мотор развивал 675 л.с. Другими новшествами стали реактивные выхлопные патрубки и нерегулируемые воздухозаборники (вместо регулируемых на первых прототипах). Вооружение, так же, как и на первых машинах, состояло лишь из пары 7,92-мм пулеметов MG 17, установленных по бокам кабины пилота. В октябре 1938 г. эту машину передали в Рехлин для испытаний вооружения, а в августе 1939 г. её официально приняло рейхсминистерство авиации.

Однако вскоре машину пришлось списать после вынужденной посадки с убранным шасси, причиной которой стал пожар мотора.

Постройка и испытания прототипов FW 187 осуществлялись в весьма неблагоприятных условиях. В середине 1936 г. Вольфрама фон Рихтгофена на его посту сменил Эрнст Удет, пилот-истребитель «старой школы», второй по результативности (62 воздушные победы) немецкий ас периода Первой мировой войны. Удет считал, что основным качеством самолета-истребителя, гарантирующим победу в воздушном бою, является маневренность. Двухмоторный же самолет заведомо проигрывал по этому показателю одномоторной машине. Не следовало сбрасывать со счетов и экономические факторы - большую стоимость FW 187 по сравнению с одномоторными истребителями. Не в пользу изделия «Фокке-Вульфа» сыграла и потеря первого прототипа, разбившегося 14 мая 1938 г. - хотя и причиной катастрофы были не недостатки машины, а ошибка пилота. Фирменный летчик-испытатель Пауль Бауэр после завершения программы очередного полета решил на малой высоте выполнить над аэродромом «мертвую» петлю. Увы, для летчика эта фигура высшего пилотажа стала последней в жизни - в верхней точке петли Бауэр перетянул ручку, и самолет сорвался в плоский штопор. Пилот сумел сбросить фонарь кабины, но выбраться из неё уже не успел...

Характерной чертой FW 187А-0 были массивные туннели радиаторов под мотогондолами

Экипаж занимает места в кабине FW 187А-0. Хорошо видны установки пулеметов MG 17

Двухместный вариант

В то время, когда испытывались прототипы FW 187, люфтваффе декларировали необходимость принятия на вооружение двухместного двухмоторного тяжелого истребителя - «церштерера». В середине 1938 г. были приняты первые экземпляры такой машины - Bf 110В. Эти самолеты комплектовались моторами Jumo 210G (такими же, как на FW 187V3), но развивали скорость примерно на 50 км/ч ниже, чем первые прототипы FW 187 с менее мощными двигателями Jumo 210D. Курт Танк знал о заинтересованности люфтваффе двухместными истребителями и предвидел возможное сопротивление официальных лиц рейхсминистерства авиации принятию на вооружение одноместного двухмоторного истребителя. Поэтому уже в 1937 г., ещё до первого полета FW 187V1, он предложил создать двухместный вариант своей машины. Рейхсминистерство авиации поддержало инициативу, рассчитывая превратить FW 187 в перспективный ночной истребитель.

Место для второго члена экипажа организовали за пилотом, над центропланом. Фонарь кабины получил более привычные для того времени очертания, ничем не напоминая футуристические контуры фонарей одноместных FW 187. Остекление фонаря имело густой переплет. Передняя секция, закрывающая пилота, откидывалась вперед, задняя (над стрелком-радистом) - назад. Представители рейхсминистерства авиации осмотрели и одобрили макет новой кабины в декабре 1937 г.

Прототипом двухместного варианта стал FW 187V4 (Wk.Nr. 1966, D-ORHP). Самолет получил моторы Jumo 210G с трехлопастными винтами VDM диаметром 3,1 м. Из-за смещения центра тяжести, вызванного введением второго члена экипажа, пришлось перепроектировать мотогондолы, укоротив их хвостовые части. Это позволило навесить элероны на всей задней кромке центроплана. Существенно увеличился запас топлива, размещавшийся теперь в трех баках общей емкостью 1110л (один 620-л и два по 245 л). Помимо четырех пулеметов MG 17, установленных по бокам кабины, FW 187V4 получил макеты двух пушек в нижней части фюзеляжа. Предусматривалась установка 20-мм пушек MG FF с барабанным боепитанием (боекомплект 60 снарядов на ствол) либо новых 15-мм пулеметов MG 151 с ленточным боепитанием (280 патронов на ствол). Кроме того, в кабине стрелка-радиста установили 7,92-мм пулемет MG 81 на подвижной установке (вертикальные угли обстрела составляли от +15° до +60°, горизонтальные - по 30° вправо и влево). Боекомплект этого пулемета составлял 1000 патронов.

FW 187V4 вышел на испытания 27 октября 1938 г., но, так же, как и третий прототип, вскоре был серьезно поврежден в аварии из-за пожара двигателя. Пилотировавший его Курт Мельхорн смог выпустить шасси и попытался совершить посадку, но при касании земли самолет снес обе основные стойки шасси и продолжил пробег, скользя на мотогондолах.

Предсерийные самолеты

Несмотря на аварию FW187V4, «Фокке-Вульф» получил контракт на постройку пяти предсерийных двухместных самолетов FW 187А-0 (Wk.Nr. 1967-1969 и 1974-1975). Первый экземпляр не был полностью укомплектован и послужил только для наземных статических испытаний. Остальные были облетаны в середине 1939 г.: третий и четвертый экземпляры - в мае, второй - в июне, пятый - в сентябре. Вооружение первоначально состояло из двух пулеметов MG 17 и двух пушек MG FF. Пулемет в задней кабине не устанавливался - таким образом, второй член экипажа из стрелка- радиста превратился в обычного радиста. Для того, чтобы довести огневую мощь FW 187А-0 до уровня Bf 110 на экземпляре Wk.Nr. 1974 установили по бортам кабины ещё два пулемета MG 17 - так дооборудованный самолет получил обозначение FW 187V6. Впоследствии по его образцу довооружили и остальные три летных экземпляра FW 187А-0. Самолеты получили и бронестекло в козырьке кабины - эту модификацию также сначала опробовали на FW 187V6.

Несмотря на свой предсерийный статус, самолеты FW 187А-0 успели послужить в боевой части - правда, довольно специфической. В начале 1940 г. на заводских аэродромах германских предприятий авиапромышленности начали формирование отрядов ПВО - т.н. Industrie-Schutzstaffeln, которые комплектовались самолетами, выпускаемыми этими предприятиями, и заводскими летчиками-испытателями. Свой отряд выставила и фирма «Фокке-Вульф», а в его состав вошли четыре самолета FW 187А-0. Интересно, что в этом отряде нес боевое дежурство и совершал вылеты даже сам Курт Танк.

В середине 1940 г. снимки FW 187А-0 были использованы для введения в заблуждение разведки противника - самолеты должны были представлять новый тип «церштерера» люфтваффе. 16 мая получил повреждения четвертый предсерийный экземпляр, но его удалось отремонтировать. Меньше повезло пятой машине - после вынужденной посадки 2 июля восстановлению она уже не подлежала...

В конце августа 1940 г. заводской отряд ПВО «Фокке-Вульфа» расформировали, а три уцелевших FW 187А-0 передали запасной группе тяжелых истребителей (Erganzungs- Zerstorergruppe), дислоцировавшейся в Вёрлесе (Дания). Машины вошли в состав 2-го отряда этой группы и использовались для подготовки пилотов. Они продемонстрировали убедительное превосходство над Bf 110 - прежде всего, в маневренности и скороподъемности. В апреле 1941 г. была потеряна третья предсерийная машина - при заходе на посадку пилот перетянул, и самолет разбился в окрестном лесу. Летчик выжил, но получил тяжелые травмы.

В апреле 1942 г. вторая предсерийная машина использовалась для испытаний нового оружия - с неё сняли все прежнее вооружение, установив одну 30-мм пушку МК 101. В конце августа того же года оба остававшихся в строю FW 187А-0 вернули на фирму-производитель для участия в испытаниях по программе создания FW 187С. В Бремене обе машины получили повреждения в ходе налета авиации противника, но были отремонтированы. Впоследствии их вернули в запасную группу тяжелых истребителей. Вторая машина была сдана на слом в августе 1943 г., а четвертая летала до мая 1944 г.

Первоначально на FW 187А-0 устанавливалось лишь по одному MG 17 с каждого борта

К взлету готов FW 187А-0 из местного отряда ПВО

Первый прототип FW 187V1

Прототип FW 187V3

Вынужденная посадка FW 187V3

С новыми моторами

Как уже отмечалось, моторы Jumo 210 рассматривались для FW 187 лишь как временное решение. Flo предусмотренные изначально двигатели DB 600 получить не удалось - они оказались неудачными и массово не выпускались. Вместо «шестисотого» мотора специалисты «Даймлер-Бенц» разработали более совершенный «шестьсот первый» - DB 601, ставший одним из основных двигателей для боевых самолетов люфтваффе. В марте 1938 г. фирма «Фокке-Вульф» получила от рейхсминистерства авиации указание начать предварительное проектирование варианта FW 187 под двигатели DB 601А. Полгода спустя, после рассмотрения предварительного проекта, фирме выдали контракт на полномасштабную разработку, Немного позже рейхсминистерство заказало прототип с этими моторами - FW 187V5 (Wk. Nr. 1976) и три предсерийные машины FW 187В-0 (Wk.Nr. 1977-1979). На «Фокке-Вульфе» с энтузиазмом взялись за работу. К моменту начала Второй мировой войны прототип был готов на 82 %, первая предсерийная машина - на 75 %, а две других - на 60 %. Но в сентябре 1939 г. программа создания FW 187В была аннулирована. Поводом послужил тот факт, что в то время уже серийно строился «церштерер» Bf 1 ЮС с теми же двигателями DB 601А, а рейхсминистерство авиации стремилось ограничить количество типов самолетов, эксплуатируемых люфтваффе.

Курт Танк некоторое время пытался продолжать работы в инициативном порядке. Прекрасно понимая, что для «проталкивания» самолета на вооружение люфтваффе нужна соответствующая реклама, он собирался на основе планера Wk.Nr. 1977 построить прототип FW 187V7, оборудованный двигателями DB601H (1350 л.с.). Эта машина должна была побить мировой рекорд скорости, установленный 26 апреля 1939 г. самолетом Me 209 (755 км/ч). Реализовать эту идею не удалось, но один «Фальке» с моторами DB 601 все-таки летал. Им стал прототип FW 187V5, оборудованный для испытаний испарительной системы охлаждения. Машина получила два двигателя DB 601 из предсерийной партии (V40 и V42) и приступила к летным испытаниям в октябре 1939 г. В горизонтальном полете на малой высоте самолет разгонялся до 635 км/ч, а его испытания продолжались до февраля 1942 г.

Высокие летные качества FW 187 не позволяли легко списать самолет со счетов. После закрытия программы создания FW 187В К. Танк предложил создать на его базе скоростной пикирующий бомбардировщик под моторы DB 601F взлетной мощностью 1350 л.с. Согласно расчетам, такая силовая установка должна была обеспечить максимальную скорость 605 км/ч на высоте 6000 м. Предусматривалось увеличить размах крыла и его площадь (до 36 кв. м), а также установить три бомбодержателя - один под фюзеляжем и по одному под консолями крыла. Нормальная бомбовая нагрузка определялась в 500 кг, а максимальная могла достигать 2000 кг. Стрелковое вооружение не претерпело изменений по сравнению с доработанными самолетами FW 187А-0, но позже конструкторы предложили установку боковых дистанционно управляемых оборонительных стрелковых установок, подобных примененным на самолетах Me 210 и Me 410. В каждой из них предполагалось установить 20-мм пушку MG 151/20 и спаренный 7,92-мм пулемет MG 81Z. Также была выдвинута идея установки ещё более мощных моторов BMW 801 (1600 л.с.). Однако эти предложения не вызвали интереса у рейхсминистерства авиации, и пикировщик на базе FW 187 остался лишь в эскизах.

Наземные испытания мотора DB 601А на самолете FW 187V7

Опытный экземпляр мотора DB 6011/39 на прототипе FW 187V7

Шанс на возрождение

Казалось бы, проект FW 187 окончательно «почил в Бозе». Но в 1942 г. военные вновь проявили интерес к нему. Причиной стали проблемы, сопровождавшие внедрение нового тяжелого истребителя Me 210, так и не сумевшего стать адекватной заменой устаревающему Bf 110. Рейхсминистерство авиации начало лихорадочно искать самолет, способный заполнить грозящий образоваться провал в вооружении эскадр «церштереров».

И тут вспомнили о FW 187. 20 июля 1942 г. «Фокке-Вульф» получил указание готовить проект адаптации своего тяжелого истребителя под новые моторы DB 605А мощностью 1475 л.с. - такие же, какие устанавливались на истребителях Bf 109G. В качестве альтернативной силовой установки рассматривались двигатели BMW 801.

Проект под обозначением FW 187С получил на фирме наивысший приоритет, уступая лишь FW 190. Конструкторы сохранили основные габариты планера, но максимальная взлетная масса возросла очень существенно - до 8200 кг. Запас топлива немного увеличили - до 1250 л, что должно было обеспечить дальность полета 1200 км. Расчетная максимальная скорость на высоте 7000 м составляла 682 км/ч, а время набора высоты 6000 м - 5,7 мин. Проектное наступательное стрелковое вооружение состояло из четырех 20-мм пушек MG 151/20, оборонительное - из двух неподвижных 13,2-мм пулеметов MG 131, стреляющих назад, и 7,92-мм пулемета MG 81 на турели у стрелка-радиста. В перегрузочном варианте предусматривалась подвеска до 2000 кг бомб - одной 1000-кг под фюзеляжем и двух 500-кг под крылом. Предусматривалась и разработка ряда полевых модификационных комплектов (Rustsatze), позволяющих усилить вооружение за счет установки пушек калибра 30, 37 или 50 мм. Для применения в качестве ночного истребителя был возможным монтаж радара. Наконец, конструкторы начали проработку высотного варианта FW 187Н. На нем предполагалось применить моторы DB 605 с турбокомпрессорами «Хейнкель-Хирш» или же двигатели DB 628 (дальнейшее развитие семейства «шестьсот пятых») с двухступенчатыми механическими компрессорами.

В августе 1942 г. началась постройка макета FW 187С. Первый прототип предполагалось получить путем переделки самолета Wk.Nr. 1976, получившего теперь обозначение FW 187V5/U1, а второй - из Wk.Nr. 1977, теперь обозначенного как FW 187V7/U1. Сроки готовности этих машин к летным испытаниям определялись на, соответственно, конец октября и конец ноября 1942 г. Кроме того, издании вернули оба остававшихся в летном состоянии FW 187А-0, которые должны были стать летающими стендами для отработки различных систем и конструктивных нововведений. Однако уже осенью 1942 г. все работы по FW 187С были прекращены - к тому времени «Мессершмитту» удалось худо-бедно устранить наиболее вопиющие недостатки Me 210. Поскольку производственная линия для этих самолетов была давно готова, а фирма вела разработку варианта с более мощными двигателями DB 603А (1750 л.с.) - будущего Me 410 - рейхсминистерство авиации моментально охладело к FW 187С. Оба так и недостроенных прототипа были сданы на слом в декабре 1942 г. Такая же участь постигла планер для статических испытаний и начатый постройкой самолет FW 187V8 - первый экземпляр из уже заказанной предсерийной партии в 10 FW 187С-0.

Вынужденная посадка прототипа FW187V4

Интерьер пилотской кабины FW187

Экипаж FW 187А-0 - пилот и радист - заняли места в кабине, самолет готов к взлету

Самолет, которого не хватало люфтваффе

Концептуально FW 187 существенно отличался от других двухмоторных истребителей периода Второй мировой войны. Большинство конструкторов, получив в свое распоряжение целых два мотора, пытались создать многоцелевой самолет, что влекло за собой увеличение состава экипажа до двух, а то и трех человек, установку оборонительного вооружения, а иногда - и организацию бомбоотсека. Все это моментально сводило к нулю преимущества, предоставляемые возросшей мощностью силовой установки.

Опытный FW187v3

Предсерийный FW187A-0

Прототип FW 187V5 (оба фото)

Курт Танк пошел другим путем, постаравшись максимально ужать габариты планера и ограничить состав экипажа одним пилотом. Как показала практика, такая концепция была вполне рациональна - подтверждение тому успешное боевое применение в течение практически всей войны американского самолета «Локхид» Р-38 «Лайтнинг», также являвшегося одноместным двухмоторным истребителем. Отказавшись от FW 187, люфтваффе в начале войны оказались без эффективного дальнего истребителя сопровождения со скоростными и маневренными характеристиками, близкими к одномоторным истребителям. А потребность в такой машине особенно остро встала в ходе битвы за Британию, когда одномоторным истребителям Bf 109 остро не хватало дальности для сопровождения бомбардировщиков, а двухмоторные «церштереры» Bf 110, незначительно превосходя «сто девятых» в дальности, не могли на равных противостоять английским истребителям. И хотя в маневренном воздушном бою FW 187 наверняка уступал бы «Спитфайрам», разница в боевых качествах не носила бы столь критического характера, как в случае с Bf 110. Таким образом, экономические факторы, на которые ссылались противники внедрения FW 187, наделе оказались бы, наоборот, в пользу истребителя «Фокке-Вульфа» - ведь надежное истребительное сопровождение позволило бы снизить потери среди бомбардировочных эскадр, нараставшие в устрашающем темпе, особенно после начала в сентябре 1940 г. воздушного наступления на Лондон. Естественно, применение FW 187 не могло предотвратить поражения люфтваффе в битве за Британию, но позволило бы сохранить жизни многих опытных экипажей, повысив тем самым эффективность действий германских авиационных соединений в последующих кампаниях. Мог пригодиться FW 187 в его исходном одноместном варианте и в последующем: такие самолеты были бы эффективным средством для разрушения «боевых коробок» американских бомбардировочных групп во время набиравших размах с 1943 г. дневных налетов на Германию.

Несомненно, FW187 представлял собой отличный пример конструкторского предвидения, показанный Куртом Танком. Однако потенциал этой машины не был замечен чинами рейхсминистерства авиации.

Летно-технические данные FW 187

FW187V1

FW 187V4

FW 187A-0

Двигатель:

ТИП

Jumo 210D

Jumo 210G

мощность, л.с.

680

720

Размах крыла, м:

15,3

Длина самолета, м

11,1

Высота самолета, м

3,35

3,85

Площадь крыла, кв. м

30,2

Масса, кг:

пустого самолета

2500

3402

-

взлетная

3850

4900

5000

Макс, скорость, км/ч

у земли

457

466

466

на высоте 4600 м

501

545

545

на высоте 6000 м

478

-

528

Время набора высоты, мин:

2000 м

-

-

2,8

3000 м

3,2

-

-

4000 м

4,5

-

6,2

6000 м

8,0

-

10,4

Практический потолок, м

9250

10 000

Дальность полета, км

1000

900

Сергей ПАТЯНИН

«Стрелы» и «молнии».

Эсминцы типов «Дардо» и «Фольгоре»

«Валено» во время визита во французский порт Тулон, 1935 г.

Проектирование и постройка

После закладки в мае 1925 г. последнего эскадренного миноносца типа «Турбине», постройка новых единиц данного класса не возобновлялась в Италии в течение четырехлет. Строившиеся в это время представители серии «Навигатори» с самого начала рассматривались как специфичные корабли для решения специфичных задач, а вскоре и вовсе были переклассифицированы в скауты. По всей видимости, руководство Реджа Марина, во избежание повторения проблем с кораблями типа «Сауро», хотело дождаться отзывов об эсминцах предыдущего типа и лишь затем производить заказ следующих.

В течение 1928 года Главный морской штаб обобщил опыт эксплуатации «турбине», на основе чего разработал требования к новому эскадренному миноносцу. Поскольку он предназначался для совместных действий с новыми быстроходными крейсерами типа «Тренто», которые вот-вот должны были войти в строй, и типа «Зара», строительство которых предусматривалось кораблестроительной программой 1928 г. и должно было начаться в следующем году, то к нему предъявлялись повышенные требования по скорости (не менее 38 узлов полного хода) и дальности плавания (порядка 4000 миль экономическим 16-узловым ходом). Вооружение должно было соответствовать типу «Турбине». Все это требовалось уложить в водоизмещение порядка 1000-1100 тонн.

Для детальной проработки был принят вариант фирмы «Одеро», штаб-квартира которой располагалась в Сестри- Поненте (пригород Генуи). Ее конструкторы взяли за основу проект «Турбине» и внесли в него усовершенствования, призванные удовлетворить предъявляемым требованиям. С целью увеличения дальности плавания, в проекте появились бортовые цистерны. Для компенсации веса дополнительного запаса топлива, оборудования и новых, более тяжелых орудий, мощность силовой установки следовало повысить с 40 до 44 тысяч л.с. и увеличить размерения корпуса: длину - с 92,6 до 96 м, ширину - с 9,20 до 9,75 м, высоту борта - с 5,7 до 5,85 м. Как следствие, стандартное водоизмещение должно было возрасти на 14,56 % по сравнению с «Турбине», а также заметно измениться соотношение отдельных статей весовых нагрузок:

• корпус - с 356 до 438 т (соответственно 34,6 и 36,5 %);

• силовая установка - с 477 до 485 т (соответственно 46,4 и 40,3 %);

• вооружение - с 67 до 93 т (соответственно 6,5 и 7,8 %);

• оборудование - со 127 до 186 т (соответственно 12,5 и 15,4%);

• водоизмещение - с 1027 до 1202 т (100 %);

Благодаря применению более производительных паровых котлов и усовершенствованной конструкции турбин, увеличение мощности на 4000 л.с. (10 %) сопровождалось ростом веса силовой установки всего на 8 тонн (1,6 %).

Внешним обликом новый эскадренный миноносец практически не отличался от своих предшественников типов «Сауро» и «Турбине», сохраняя полубачную конструкцию корпуса с прямым слегка наклонным форштевнем, двухтрубный силуэт, расположение надстроек, артиллерийских установок и торпедных аппаратов. Сходными были внутреннее деление корпуса, состав и расположение силовой установки. Наиболее заметные отличия заключались в установке треногой фок-мачты с расположенной на ней прожекторной площадкой и увеличенных размерах площадки между торпедными аппаратами, на которой располагался резервный пост управления огнем.

«Дардо» в гавани Гэнуи вскоре после спуска на воду, конец 1930 г.

Построечная таблица

Название

Строитель

Заложен

Спущен на воду

Вошел в строй

Тип «Dardo»

«Dardo» (DA)*

«О.Т.О.», Сестри-Поненте (Генуя)

23.1.1929

6.9.1930

25.1.1932

«Freccia» (FR)

«Cantieri del Tirreno», Рива-Тригозо (Генуя)

20.2.1929

3.8.1930

21.10.1931

«Saetta» (SA)

«Cantieri del Tirreno», Рива-Тригозо (Генуя)

27.5.1929

17.1.1932

10.5.1932

«Strale» (ST)

«О.Т.О.», Сестри-Поненте (Генуя)

20.2.1929

26.3.1931

6.2.1932

Тип «Folgore»

«Baleno» (BO)

«Cantieri Navali del Quarnaro», Фиуме**

1.5.1930

22.3.1931

15.6.1932

«Folgore» (FG)

«Officine e Cantieri Partenopei», Неаполь

30.1.1930

26.4.1931

1.7.1932

«Fulmine» (FL)

«Cantieri Navali del Quarnaro», Фиуме**

1.5.1930

2.8.1931

14.9.1932

«Lampo» (LP)

«Officine e Cantieri Partenopei», Неаполь

30.1.1930

26.7.1931

13.8.1932

* До сентября 1938 г. - DR.

** Силовая установка - «Officine е Cantieri Partenopei», Неаполь.

Важные нововведения касались артиллерийского вооружения. В качестве главного калибра изначально предполагалось использовать 120-мм орудия образца 1926 г. с длиной ствола 50 калибров (аналогичных устанавливавшимся на скаутах типа «Навигатори») вместо 45-калиберных, стоявших на эсминцах предыдущих серий. Совершенствовалась и система управления огнем: новые корабли должны были получить командно-дальномерные посты с двумя дальномерами и автоматы стрельбы (так называемая «централь»). Кроме того, в состав вооружения включались две 120-мм/15 гаубицы для стрельбы осветительными снарядами.

Строительство первых четырех из восьми намеченных единиц было утверждено кораблестроительной программой 1928/29 г. Заказ разделили поровну между верфями «Одеро»* и «Кантиери дель Тиррено». Закладка «Дардо» и «Страле» на верфи в Сестри-Поненте (пригород Генуи) состоялась в январе-феврале 1929 г. Контрактная стоимость одного корабля составила 14,45 млн. лир. «Фреччиа» и «Саэтта» были заложены на верфи в Рива-Тригозо (также пригород Генуи) в феврале и мае того же года. Каждый из них обошелся казне в 13,6 млн. лир. Стоит отметить, что в итальянской литературе эти корабли упоминаются как тип «Фреччиа», а в англоязычной - как тип «Дардо», эта традиция перекочевала и к нам.

Уже после закладки этой четверки в проект внесли коррективы, коренным образом изменившие внешний облик эсминцев. Чтобы улучшить диаграмму стрельбы расположенных на кожухе котельного отделения 40-мм автоматов, решено было вывести дымоходы всех трех котлов в единственную дымовую трубу, которая, таким образом, расположилась практически точно над котельным отделением №2. Это не только позволило сдвинуть носовую надстройку на несколько метров к корме, но и придало кораблям более современный силуэт.

В октябре 1929 г. было принято решение о постройке четырех кораблей второй серии. Заказ снова распределили между двумя верфями: «Кантиери Партенопеи» из Неаполя (бывшая фирма «Паттисон») строила «Фольгоре» и «Лампо», а «Кантиери Навали делль Кварнаро» из Фиуме - «Фульмине» и «Валено». Обе верфи произвели закладку своих пар одновременно: соответственно 30 января и 1 мая 1930 г.

В проект эсминцев второй серии были внесены существенные изменения, включавшие, в частности, замену турбин системы Парсонса на Белуццо. Однако главным стало зауживание корпуса: стремясь добиться более высокой скорости хода, ширину уменьшили примерно на 50 см - с 9,7 до 9,2 м, как на эсминцах типа «Турбине», послуживших прототипом для первой серии. Остальные характеристики практически остались прежними, однако из-за уменьшения объема корпуса полный запас топлива снизился почти на 100 тонн. Как следствие, дальность плавания экономическим 12-узовым ходом упала почти на четверть. В итоге, хотя стандартное водоизмещение «Фольгоре» оказалось чуть выше, чем у предшественников, за счет меньшего запаса топлива полное водоизмещение оказалось примерно на 100 т меньше. Проектное распределение весовых нагрузок для эсминцев второй серии выглядело следующим образом:

• корпус - 35,1 %;

• силовая установка - 42,1 %;

• вооружение - 8,0 %;

• оборудование - 14,8 %.

«Фольгоре» не стапеле в Неаполе в готовности к спуску на воду, апрель 1931 г.

Cпуск на воду эсминца «Валено». Фиуме, 22 марта 1931 г.

Четыре греческих и один итальянский («Дардо» или «Страле») эсминцы в достроечном бассейне фирмы «О. Т.О.» в Сестри-Поненте

Еще до вступления в строй головных кораблей серии обнаружилась критически низкая остойчивость, вызванная как увеличенным удлинением корпуса, так и возросшим весом вооружения и систем управления огнем. Особенно опасным положение становилось при израсходовании большей части топлива, поэтому на практике приходилось оставлять часть нефти в придонных цистернах, что сокращало дальность плавания. На эсминцах типа «Фольгоре» ситуация усугублялась меньшей шириной корпуса. Для исправления столь серьезного недостатка пришлось принимать ряд мер, включавших:

• укладку примерно 90 т твердого балласта (60 т в котельные отделения и 30 т под кормовое машинное отделение);

• установку скуловых килей шириной 10 см;

• замену треногой фок-мачты легкой однодревковой, перенос прожектора с мачты на верх платформы управления огнем, установленной на решетчатом основании в задней части носовой надстройки;

• уменьшение высоты дымовой трубы;

• ликвидацию площадок 40-мм автоматов и перенос последних на верхнюю палубу позади кожуха котельных отделений, что нивелировало преимущества от одной дымовой трубы;

• изменение конструкции топливных цистерн с целью замещения нефти забортной водой и установку сепараторов, что, однако, не избавляло от риска загрязнения топлива.

Кроме того, на кораблях второй серии пришлось отказаться от установки 120-мм/15 гаубиц. После внедрения всех изменений остойчивость эскадренных миноносцев удалось вывести на приемлемый уровень, однако увеличение нагрузки (вес одного только балласта составил 7,3 % от стандартного водоизмещения) привело к заметному и ничем не компенсированному снижению скорости.

Четыре эсминца первой серии вошли в строй между октябрем 1931 и маем 1932 г., до конца 1932 года за ними последовала вторая четверка. Современный и оригинальный внешний облик этих кораблей подстегнул внимание иностранных заказчиков. В середине 1929 года Турция заказала итальянским фирмам четыре эскадренных миноносца. Они строились двумя парами на верфях «Кантиери дель Тиррено» и «Ансальдо». В основе обоих проектов лежал «Фольгоре», тем не менее каждая верфь внесла свои коррективы - в частности, все четыре корабля имели две трубы вместо одной. «Зафер» и «Тиназтепе», строившиеся на «C.d.T.», сохранили размещение вооружения прототипа (четыре 120-мм орудия в двух спаренных установках), тогда как на «Коджатепе» и «Адатепе» постройки «Ансальдо» артиллерия размещалась традиционно - в одинарных установках по линейно-возвышенной схеме. В октябре 1929 г. Греция, обеспокоенная усилением турецкого флота, заказала фирме «Одеро» четыре эсминца - «Кондуриотис», «Гидра», «Псара» и «Спетсаи». Они также проектировались на основе «Фольгоре», унаследовав от него однотрубный силуэт, но отличались линейно-возвышенным расположением четырех 120- мм орудий.[* Пока шло строительство серии, фирма «Одеро» вошла в состав консорциума «Одеро-Терни-Орландо» («О.Т.О.»).] Ни один другой итальянский проект не имел столь заметного успеха на внешнем рынке.

Описание конструкции

Корпус и надстройки

Корпус эсминцев из стали высокого сопротивления имел полубачную конструкцию и набирался по смешанной схеме: продольной на большей части длины и поперечной в оконечностях. Продольную прочность обеспечивали вертикальный киль, параллельно которому с каждого борта шло девять продольных стрингеров. Поперечный набор состоял из 168 шпангоутов. По большей части длины корпуса, за исключением носовой оконечности (от 33-го шпангоута), проходило второе дно, отделения которого использовались для хранения топлива, смазочного масла и воды. На протяжении машинно-котельных отделений вдоль корпуса проходили две продольные переборки, являвшиеся продолжением второгодна. На внешней обшивке имелись скуловые кили длиной около 30 м.

«Фульмине» в сухом доке, 1939 г.

Девять водонепроницаемых переборок, доходивших до верхней палубы (две из них в носовой части доходили до палубы полубака), делили корпус на десять главных отсеков. Еще несколько переборок доходило только до платформы или располагалось между платформой и верхней палубой.

После укладки твердого балласта нормальное водоизмещение эсминцев составило 1550-1650 т, высота центра тяжести над линией киля - 3,9 м для типа «Дардо» и 3,8 м для типа «Фольгоре», метацентрическая высота - соответственно 0,5 м и 0,43 м.

Корабли разных верфей несколько отличались друг от друга длиной и высотой корпуса, тогда как ширина выдерживалась строго для каждой подгруппы. У «Дардо» и «Страле», строившихся на верфи «О.Т.О.», форштевень был прямым наклонным (как у эсминцев типа «Турбине»), у остальных - серповидным, чуть приподнятым и более выдающимся вперед. Форма кормовой оконечности, напротив, для всех кораблей была одинаковой - закругленная, с обратным срезом и почти плоским подзором. Корабли оснащались одним рулем полубалансирного типа. Якоря первоначально располагались в клюзах, но к началу 1938 г., по опыту эксплуатации эсминцев типа «Маэстрале», их заменили полуклюзами, дававшими меньше брызг.

Верхняя часть дымовой трубы на эсминцах типа «Дардо» первоначально была чуть ниже и имела плоскую форму, на типе «Фольгоре» ее снабдили козырьком; в 1938-1939 гг. козырьки установили и на первых четырех кораблях. Два эсминца второй серии, строившиеся в Фиуме, - «Фульмине» и «Валено» - отличались формой передней части носовой надстройки, которая была не граненной, как на остальных шести кораблях, а закругленной, что придавало этой паре более изящный внешний облик. Кроме того, бортовая обшивка на срезе полубака у этих кораблей имела другую форму.

Эсминцы в доке компании «Кантиери дель Кварнаро». Заметно, что корабль типа «Дардо» (на переднем плане) имеет более полные обводы носовой части, чем представители предыдущих типов

Дымовая труба эскадренного миноносца типа «Дардо»

На нижнем ярусе носовой надстройки располагались каюта старшин, кубрик унтер-офицеров и шахты вентиляторов первого котельного отделения. Второй ярус занимали ходовая, штурманская и радиорубки, а также походная каюта командира. Мостик оборудовался узкими крыльями, помогавшими при швартовках и маневрировании в стесненных акваториях. Наверху надстройки располагались башенка командно-дальномерного поста, зенитные пулеметы и пост старшего артиллерийского офицера (так называемый «боевой марс»), на котором стоял прожектор. Невысокая фок-мачта служила для подъема сигналов и растяжки радиоантенн. В небольшой надстройке, зажатой между двумя торпедными аппаратами и увенчанной резервным дальномерным постом, располагался пост управления машинами. Кормовую надстройку занимали канцелярия и различные служебные помещения. На ней находился резервный ходовой мостик, на котором стоял главный магнитный компас, а под ним, со смещением к левому борту, - аварийный ручной штурвал.

Тактико-технические характеристики

1-я серия (тип «Dardo»)

2-я серия (тип «Folgore»)

«О.Т.О.»

«C.d.T»

«C.N.Q.»

«О.С.Р.»

Водоизмещение, т:

стандартное

1220

1238

легкое

1470

1457

нормальное

1782

1665

полное

1992

1890

полное с минами на борту

2051

1947

Размерения, м

длина наибольшая

95,95

96,00

96,23

96,05

длина по ватерлинии

94,50

94,15

94,15

94,25

ширина наибольшая

9,75

9,28

ширина по ватерлинии

9,7

9,2

осадка при ст. водоизмещении

2,9

3,02

осадка в полном грузу

4,3

4,5

высота корпуса на миделе в ДП

5,83

5,85

5,87

5,85

Энергетическая установка:

ЧИСЛО и тип котлов

3 «Express»

3 «Express»

число и тип ТЗА

2 «Parsons»

2 «Belluzzo»

проектная мощность, л.с.

44 000

44 000

Скорость, уз:

на испытаниях

38,8...39,4

38,1...38,8

при нормальном водоизмещении

34

34

в полном грузу

30

30

Запас топлива, т:

нормальный

200-430

192-400

полный

590-640

462-530

вода для котлов

32

27

Дальность плавания, миль (при скорости, уз)

4600 (12)

3600 (12)

3780 (18)

3200 (16)

1970 (25)

1500 (24)

680 (32)

640 (32)

Вооружение:

артиллерийское

2x2 - 120-мм/50 2x1 - 120-мм/15 2x1 - 40-мм/39 2x2 - 13,2-мм пулемета

2x2 - 120-мм/502x1 - 40-мм/ЗЭ 2x2 - 13,2-мм пулемета

торпедное

2x3 - 533-мм ТА

2x3 - 533-мм ТА

минное

54 мины

52 мины

Экипаж, чел. (в т.ч. офицеров)

165 (6)

165 (6)

Механизмы

Составом и расположением силовой установки эсминцы типа «Дардо» полностью повторяли своих предшественников. Каждый из трех котлов и двух турбозубчатых агрегатов занимал изолированный отсек, причем между двумя машинными отделениями находился отсек вспомогательных механизмов. Самое существенное отличие заключалось в максимально близком расположении двух носовых котлов, что делалось для уменьшения длины дымоходов. Линейная компоновка машинно-котельных отделений была характерная для всех эскадренных миноносцев итальянской постройки, за исключением типа «Навигатори».

Котлы и машины для кораблей первой серии изготовили те же предприятия, что строили их корпуса, для второй серии все силовые установки поставляла фирма «О.С.Р.» из Неаполя.

Все эсминцы оснащались водотрубными котлами стандартного военно-морского типа «Экспресс» с пароперегревателями, каждый из которых оборудовался 36 форсунками. Рабочее давление пара - 22 атм. Общий объем камер сгорания котлов составлял 120 м³ для первой серии и 164 м³ для второй, площадь поверхности нагрева - соответственно 3004 и 2832 м², площадь поверхности пароперегревателей - 528 и 525 м².

Каждый турбозубчатый агрегат включал в себя турбины высокого и низкого давления и одноступенчатый редуктор. Эсминцы типа «Дардо» оснащались ТЗА системы Парсонса, типа «Фольгоре» - системы Белуццо. Проектная мощность того и другого составляла 44 тыс. л.с. Носовой ТЗА работал на левый вал, кормовой - на правый. Два главных конденсатора системы «Унифлюкс» с площадью рабочей поверхности 1800-1803 м² располагались по одному в каждом машинном отделении. Их обслуживали два циркуляционных турбонасоса максимальной производительностью 12 000 м³/ч.

Корабли приводились в движение двумя трехлопастными винтами диаметром 3200 мм и шагом 3900 мм. Нижняя кромка винтов опускалась на 30 см ниже линии киля.

На ходовые испытания первым вышел «Фреччиа». Они проводились в октябре 1930 г. на мерной миле близ Генуи. При водоизмещении 1369 т эсминец показал 39,49 узла, при этом мощность составила 46 560 л.с. Остальные корабли также уверенно преодолели 38-узловую отметку. Проектной мощности достигли все, кроме «Дардо», на испытаниях которого было зафиксировано лишь 42 885 л.с., но поскольку он превысил контрактную скорость, развив 38,83 уз, это списали на ошибку при измерениях.

Необходимо отметить, что полученные на испытаниях значения достигались при водоизмещении существенно ниже нормального - порядка 1370 т для первой и 1410 т для второй серии. Скорость в реальных условиях службы, как правило, не превышала 34 узлов, то есть, оказалась даже ниже, чем у эсминцев типа «Турбине». Основной причиной стала строительная перегрузка, усугубившаяся после укладки балласта. Особенно разочаровывающими оказались результаты второй серии: корабли практически не имели преимуществ в скоростных характеристиках, тогда как их дальность плавания оказалась существенно заниженной. Следующим неприятным сюрпризом стала низкая надежность силовой установки. К началу Второй мировой войны износ механизмов достиг столь опасного уровня, что максимальная эксплуатационная скорость кораблей находилась на отметке 30-31 уз.

Электроэнергию вырабатывали два турбогенератора постоянного тока и два дизель-генератора суммарной мощностью 120 кВт. Кроме них, в отсеке вспомогательных механизмов находилось два компрессора для торпед. Для пополнения запасов пресной воды служил испаритель-дистиллятор производительностью 1,67 т/ч.

Нормальное время подготовки к началу движения со всеми погашенными котлами составляло 4-4,5 часа, ускоренное - 3 часа. В случае предварительного прогрева турбин данное время могло быть сокращено примерно наполовину.

Эскадренный миноносец «Дардо»

Результаты ходовых испытаний

Название

Дата

Водоизмещение, т

Средняя скорость, уз

Частота вращения винтов, об./мин

Средняя мощность, л.с.

«Dardo»

16.10.1931

1367

38,83

399

42 885

«Freccia»

20.10.1930

1369

39,43

389

46 560

«Saetta»

15.3.1932

1379

38,59

380

44 765

«Folgore»

15.3.1932

1412

38,64

389

49 340

«Fulmine»

5.7.1932

1411

38,10

384

48 468

«Lampo»

6.6.1932

1407

38,80

388

Примечание: по «Strale» и «Ва/епо» официальные данные отсутствуют.

Вооружение

Главный калибр эсминцев типа «Дардо» состоял из двух спаренных 120-мм 50-калиберных орудий образца 1926 г. Впервые появившиеся на «навигатори», эти орудия обладали увеличенной дальностью стрельбы и скорострельностью, по сравнению с 45-калиберными, которыми вооружались эсминцы предыдущих серий. Заплатить за это пришлось возросшим весом: суммарный вес артиллерии главного калибра на «Дардо» оказался на 10,7 т больше, чем на «Турбине».

Эсминцы первой серии оснащались установками «Ансальдо» образца 1926 г., снабженными щитом новой полигональной формы. Стволы традиционно размещались в общей люльке. Вертикальная и горизонтальная наводка обеспечивалась электромоторами. Полный вес установки равнялся 22 240 кг, из которых 10 540 кг приходилось на качающуюся часть. Максимальный угол возвышения составлял 45”, что теоретически обеспечивало дальность стрельбы до 22 000 м при начальной скорости снаряда 950 м/с, хотя реальная дальнобойность по возможностям системы управления огнем не превышала 18-19 тысяч метров. Таким образом, когда впоследствии для уменьшения износа ствола начальную скорость пришлось уменьшить до 920 м/с, падение дальности стрельбы не стало заметным, зато ее точность даже возросла.

Корабли второй серии решили оснастить новыми установками «О.Т.О.» образца 1931 г., у которых, благодаря уменьшению максимального угла возвышения до 35°, вес удалось уменьшить до 17 650 кг, что должно было способствовать повышению остойчивости. Падение максимальной дальности стрельбы до 18 000 м сочли оправданным с тактической точки зрения. Внешне данная установка отличалась удлиненным и более массивным щитом. Однако, ко времени вступления эсминцев типа «Фольгоре» в строй промышленность не успела наладить массового производства установок образца 1931 г., поэтому их получили не все корабли.

Орудие имело раздельно-гильзовое заряжение; заряд весом 9,7 кг помещался в латунную гильзу (общий вес гильзы с зарядом 24,56 кг). Кроме основного, имелось два вида уменьшенных зарядов, применение которых позволяло снизить износ ствола. Также уменьшенные заряды использовались для стрельбы осветительными снарядами. На эсминцах применялись следующие типы боеприпасов:

Эскадренный миноносец «Балено»

Копии подлинных чертежей

Теоретический чертеж корпуса

«Фольгоре», 1935 г.

«Саэтта», декабрь 1942 г.

120-мм/50 спаренная артиллерийская установка «Ансальдо» обр. 1926 г.

Эсминец «Страле» вскоре после вступления в строй, обратит» внимание на отсутствие щитов на орудиях

• бронебойный снаряд (granata perforante) весом 23,4 кг;

• фугасный снаряд (granata dirompente) весом 22,8 кг;

• зажигательный снаряд (granata incendiaria) весом 22,8 кг;

• осветительный снаряд (granata illuminante) двух видов - с нормальной (normale) и увеличенной (grande gittata) дальностью стрельбы весом 19,7 и 22,13 кг соответственно.

Нормальный боезапас состоял из 200 снарядов на ствол, которые хранились поровну в носовом и кормовом артиллерийских погребах. Подача осуществлялась электрическими элеваторами.

Расчет каждой 120-мм установки состоял из 15 человек: командир орудия (унтер-офицер), вертикальный и горизонтальный наводчики, 2 замковых, 4 заряжающих (по одному для снарядов и зарядов на каждое орудие), 2 досылающих и 4 подносчика боеприпасов. В теории, установка обеспечивала темп стрельбы из двух стволов 14-16 выстрелов в минуту, но на практике скорострельность сильно зависела от физического состояния расчета, и, как правило, выстрелы производились с интервалом в 10 секунд.

Для ночных боев проектом предусматривалось включение в состав вооружения эсминцев специальных орудий для стрельбы осветительными снарядами. Ими должны были стать 120-мм/15 гаубицы, разработку которых вела фирма «Одеро-Терни-Орландо» Однако к моменту вступления кораблей в строй эти орудия еще не были приняты на вооружение, поэтому поначалу эсминцы плавали без них. На четыре корабля первой серии 120-мм гаубицы «О.Т.О.» образца 1933 г. установили в 1933-1934 гг. Они монтировались побортно на срезе полубака. От установки гаубиц на эсминцы второй серии отказались из опасений, что добавка 3 тонн «верхнего» веса только усугубит проблемы с остойчивостью, хотя под них были уже сделаны подкрепления. На первой четверке гаубицы сохранялись до 1940-1941 гг.

Зенитное вооружение эсминцев типов «Дардо» и «Фольгоре» было идентичным и первоначально состояло из двух 40-мм/ЗЭ автоматов «Викерс-Терни» образца 1917 г. на модифицированных станках образца 1930 г. и двух спаренных 13,2-мм пулеметов «Бреда» образца 1931 г. Автоматы устанавливались побортно на главной палубе у окончания кожуха котельных отделений, а пулеметы - на крыльях верхнего мостика. Их дополняли два 8-мм пулемета «Бреда», которые могли монтироваться на переносных лафетах в различных местах корабля.

«Дардо» и его систершипы несли стандартное для итальянских эскадренных миноносцев торпедное вооружение - два трехтрубных 533-мм торпедных аппарата, установленных в средней части (сектор стрельбы около 80° на каждый борт). Выстрел производился посредством порохового заряда. Запасных торпед не предусматривалось. В 1941-1942 гг. посты наводчиков были оборудованы защитными экранами.

40-мм автомат системы «Викерс-Терни» на эсминце «Фульмине»

Пуск торпеды с эсминца «Фульмине»

«Фольгоре» в Пирее, 23 августа 1942г. Корабль несет камуфляжную окраску. Хорошо видны химический дымогенератор и стеллаж для глубинных бомб

Боевой опыт показал, что время использования торпедного оружия эсминцами прошло. Единственный шанс кораблям этого типа представился в сражении у Пунта-Стило, когда «Фреччиа» и «Саэтта», прикрывая отход флагманского линкора, выпустили в совокупности 10 торпед с дальней дистанции (порядка 8500 м), не добившись попаданий. В дальнейшем торпеды оставались на них мертвым грузом, тогда как остро обозначилась необходимость усиления зенитного и противолодочного вооружения. Следствием этого стало принятое в конце 1942 г. решение о замене кормового торпедного аппарата дополнительными зенитными автоматами.

Система управления огнем включала в себя установленный на носовой надстройке командно-дальномерный пост (Stazione Direzione Tiro - SDT), второй дальномерный пост, располагавшийся между торпедными аппаратами, пост управления огнем на «боевом марсе» и центральный артиллерийский пост, занимавший отдельное помещение на платформе под носовой надстройкой. В башенке команд - но-дальномерного поста размещались прицел центральной наводки (Apparecchiatura di Punteria Generale - APG) и два 3-метровых стереодальномера. На «боевом марсе» располагался инклинометр, служивший для определения курсового угла цели. Данные для стрельбы, вырабатывались электромеханическим вычислителем и передавались на циферблаты наводчиков, расположенные непосредственно на 120-мм установках. На случай выхода из строя системы центральной наводки орудия снабжались оптическими прицелами. Кормовой дальномерный пост, также оборудованный 3-метровым стереодальномером, выполнял функцию резервного или мог использоваться для управления огнем кормового орудия. Впрочем, с началом войны наличие резервного дальномера сочли неоправданным, поэтому в 1941-1942 гг. он был демонтирован. С другой стороны, в начале войны на мостиках эсминцев установили упрощенные прицелы для ночной стрельбы.

Управление торпедной стрельбой обеспечивали инклинометр и два прицела системы Панераи, установленные на крыльях мостика. Централизованная система управления огнем зенитных автоматов и пулеметов на кораблях отсутствовала.

Противолодочное вооружение эсминцев данного типа на протяжении всей карьеры оставалось откровенно слабым. По проекту, они должны были нести два кормовых бомбосбрасывателя, однако поначалу был установлен только один и только на корабли серии «Фольгоре», тогда как эсминцы типа «Дардо» были оснащены тральным оборудованием (два параван-трала типа «С» с кранами). Начиная с 1937 г. вооружение кораблей обеих подгрупп стало унифицироваться: каждый из них должен был получить по два параван-трала и два бомбосбрасывателя на три 100-кг или шесть 50-кг глубинных бомб, однако до начала войны, по всей видимости, в полном объеме этого сделано не было. Для обнаружения подводных лодок имелись только шумопеленгаторы, эффективность работы которых оставляла желать лучшего.

Все эскадренные миноносцы оборудовались съемными минными рельсами, на которые могли принять до 54 (серия «Дардо») или 52 (серия «Фольгоре») мин типа «Болло». Однако в данном случае увеличение «верхнего» веса на 57 тонн приводило к снижению остойчивости до критического значения, поэтому в годы войны корабли данного типа ни разу не привлекались к минным постановкам.

Для постановки дымовых завес, как и на подавляющем большинстве итальянских кораблей, имелось два комплекта аппаратуры: паронефтяные дымогенераторы (fumogeni) устанавливались в основании дымовой трубы, химические (nebbiogeni) - в кормовой части.

Средства наблюдения и связи

Для наблюдения за морем и световой сигнализации эсминцы оснащались 90-см прожектором с лампами дугового свечения в 150 Ампер, который устанавливался на крыше «боевого марса».

Средства радиосвязи включали два передатчика дальней связи, работавшие в телеграфном режиме, с соответствующими приемниками. Радиорубка располагалась в кормовой части второго уровня носовой надстройки. Радиоантенны были растянуты между фок- и грот-мачтами. Когда в конце 1942 года на «Дардо» и «Фреччиа» грот-мачты были демонтированы, для растяжки антенн установили две стойки на дымовой трубе. С конца 1930-х годов корабли стали оснащаться радиостанциями типа «RM-4» для работы в телефонном режиме в тактических сетях - их короткие антенны располагались по бокам «боевого марса». Тогда же часть эсминцев получила радиопеленгаторы, антенны которых крепились на передней стенке носовой надстройки.

«Фольгоре» в Пирее, 23 августа 1942 г. Вид на носовую надстройку, мостик и дымовую трубу

Шлюпки

Шлюпки располагались на главной палубе справа и слева от кожуха котельных отделений. При вступлении в строй эсминцы несли следующий штатный набор корабельных плавсредств:

• 6,5-метровый гребной катер (располагался за срезом полубака по левому борту);

• моторный катер длиной 6,07 м (симметрично по правому борту);

• 4,5-метровую шлюпку с подвесным мотором (по правому борту, в корму от моторного катера);

• 3,65-метровый ялик (симметрично по левому борту).

Их спуск и подъем обеспечивался шлюпбалками с двумя электрическими лебедками. Как правило, дополнительно на борт бралась 3,5-метровая плоскодонная рабочая лодка, крепившаяся в районе носового торпедного аппарата.

Помимо шлюпок, каждый корабль нес два спасательных плота Карлея типа «D» (вес 205 кг, размеры 3,4x1,52 м, вместимость 20 человек). На эсминцах типа «Дардо» они штатно хранились на кормовом скошенном срезе основания дымовой трубы, а на типе «Фольгоре» первоначально крепились горизонтально по бокам от трубы, но с 1937 года стали переноситься за трубу, как у предшественников. С началом Второй мировой войны число спасательных плотов стало увеличиваться, причем использовались в основном плоты типа «С» (вес 175 кг, размеры 2,43х 1,52 м, вместимость 13 человек), лучше приспособленные для спуска вручную. Одну пару таких плотов крепили к боковым стенкам носовой надстройки, вторую - на обвес кормового орудия, а на некоторых кораблях (например, на «Фольгоре») там же были смонтированы специальные дуги для хранения третьей пары. На «Лампо» с 1942 г. пару больших плотов стали хранить в горизонтальном положении за трубой, на шахтах вентиляторов кормового котельного отделения.

Экипаж

Экипаж эскадренных миноносцев по довоенному штату состоял из 165 человек - 6 офицеров и 159 старшин, унтер- офицеров и матросов. В годы войны, по мере усиления вооружения, численность экипажа, как водится, неуклонно росла. Так, на борту «Лампо» в момент его гибели в апреле 1943 г. находилось 213 человек.

Офицерские помещения занимали кормовую часть корабля и включали шесть одноместных кают, кают-компанию и санузел с ванной. Как водится, самая просторная каюта полагалась командиру - она включала кабинет, спальню и отдельную ванную.

Одноместные каюты полагались и двум главным старшинам, остальные старшины размещались в шестиместном кубрике, к которому примыкала столовая на восемь мест. Эти помещения находились на главной палубе перед первым котельным отделением.

Унтер-офицеры и матросы занимали кубрики в носовой части на главной палубе и платформе, а также нижнем ярусе носовой надстройки. Их спальные места представляли собой традиционные гамаки, которые днем сворачивались и убирались в специальные ячейки, а на ночь подвешивались под подволоком. Стационарные койки появились в итальянском флоте только в 1950-е годы.

«Страле», «Дардо» и «Саэтта» на стоянке в гавани

«Фольгоре» в камуфляжной окраске, апрель 1942 г.

Окраска

В довоенный период итальянские эсминцы окрашивались по стандартной схеме. Корпус и надстройки красились в светлый пепельно-серый цвет (grigio cenerino chiaro),[* Ряд итальянских историков считает, что пепельно-серый как основной цвет окраски боевых кораблей появился только после войны, а во время нее входил только в состав камуфляжной окраски, основной же до войны являлась светлая серо-голубая окраска. Единого мнения в этом вопросе нет до сих пор, однако нельзя исключить, что речь идет о разных наименования одного и того же оттенка или же весьма близких.] ватерлиния, козырек дымовой трубы и верхние части мачт - в черный (пего), палубы - в темный свинцово-серый (grigio piombo scuro), подводная часть корпуса - в темно-зеленый (verde scuro), внутренние стороны обвесов мостиков, орудийных щитов и т.п. - в темно-синий (blu scuro), внутренние помещения - в светло-зеленый (verde chiarissimo). Данная схема сохранялась неизменной до 1942 года.

Для идентификации кораблей служили двухбуквенные кодовые обозначения, наносившиеся красной краской на борта в носовой части (в районе носового орудия) и у кормового среза. Обозначения были строго индивидуальными для кораблей с одинаковым числом дымовых труб, но встречались и исключения, если корабли относились к разным классам. Так, литеры LP одновременно несли эсминец «Лампо» и миноносец «Лупо» (имевшие, кстати, по одной дымовой трубе), однако когда в 1938 году корабли типа «Навигатори» переклассифицировали из скаутов в эсминцы, принадлежавший «Дардо» код DR был передан «Да Рекко», первому же присвоен новый - DA. После внедрения камуфляжной окраски стало практиковаться нанесение литер светло-серым или темно-серым цветом, контрастирующим с основной окраской борта.

С июля 1940 г. для облегчения опознавания с воздуха в носовой части палуб кораблей стали наноситься бело-красные идентификационные полосы.

Утвержденные 29 декабря 1941 г. нормы нанесения камуфляжной окраски на корабли Королевского Итальянского флота предусматривали использование трех основных цветов: светлого пепельно-серого (grigio scuro орасо), матового темно-серого (cenerino chiaro орасо) и грязно-белого (bianco sporco). Рекомендовалось наносить различные рисунки как на различные корабли, так и на разные борта одного корабля, придавая полосам неправильную форму и избегая горизонтальных, вертикальных или параллельных линий. Как подчеркивалось в документе, камуфляж был призван затруднить противнику правильное определение типа корабля, его курса и скорости.

Первым из эсминцев данного типа, в январе 1942 г. камуфляжную окраску получил «Фреччиа». В течение трех следующих месяцев за ним последовали «Страле», «Фольгоре», «Саэтта» и «Лампо», причем последний обладал весьма любопытным «осколочным» рисунком. На «Дардо» камуфляжная окраска была нанесена в июне 1943 г. по окончании восстановительного ремонта, примерно в то же время обновилась окраска «Фреччиа».

Названия и девизы

Названия трех из четырех эсминцев первой серии переводятся на русский язык одним словом - «стрела», а «Саэтты» и всех четырех кораблей второй серии - «молния».

Эсминцы первой серии, по сложившейся в итальянском флоте традиции, имели девизы:

«Дардо» - «Perche sicuro scocchi» («Ибо выпущен уверенно»);

«Фреччиа» - «Deliberate di toccare il segno» («Готов достигнуть цели»);

«Страле» - «Che il destinato segno tocchi» («Которому назначено цели достичь»);

«Саэтта» - «Scocca е colpisci» («Выпущен и поразил»).

Все девизы содержали указание на названия кораблей, при этом три первых являлись строками из поэмы «Франческа ди Римини» известного поэта Габриэле Д'Аннунцио.

К моменту вступления в строй второй четверки решено было отказаться от индивидуальных девизов для малых кораблей, включая эскадренные миноносцы, - теперь дивизиону присваивался единый девиз, который становился общим для всех единиц, входящих в него.

Для дивизиона «Фольгоре» им стала латинская фраза «Fulgor in hostem» («Молнией во врага»).

Данная практика сохранялась недолго - если эсминцы двух следующих типов («Маэстрале» и «Ориани») еще несли общие девизы, то на третьей по счету серии («Сольдати») вернулись к индивидуальным.

«Лампо» в гавани Генуи, май 1942 г.

Модернизации

Серьезные проблемы, преследовавшие эсминцы данного типа сразу после вступления в строй (недостаточная остойчивость, малая дальность плавания, низкая надежность механизмов), заставили руководство итальянского флота пойти на решительные меры. В 1935 г. было принято решение об их кардинальной модернизации, включавшей увеличение ширины корпуса за счет установки булей. Начавшийся вскоре Эфиопский кризис вынудил отложить выполнение данной программы, а впоследствии не нашлось свободных производственных мощностей, так как верфи были загружены выполнением аналогичных работ на эсминцах типа «Навигатори». В итоге, ни один из кораблей типа «Дардо»/«Фольгоре» так и не прошел намеченной реконструкции.

Модернизационные работы военного времени были направлены на усиления противолодочного и зенитного вооружения. Прежде всего, была увеличена вместимость бомбосбрасывателей. На первом этапе модернизации, продолжавшемся с декабря 1940 по октябрь 1941 г., снимались неэффективные 13,2-мм пулеметы, а с эсминцев типа «Фольгоре» - еще и 40- мм автоматы, которые на типе «Дардо» поначалу сохранялись, однако с последних снимались 120-мм гаубицы. Вместо этого все эсминцы получили по шесть 20-мм/65 автоматов «Бреда» образца 1935 г. Две спаренные установки монтировались на срезе полубака (на месте 120-мм гаубиц), еще две одинарных заменили 13,2-мм пулеметы на крыльях мостика. До конца 1941 года 40-мм автоматы сняли и с четверки «дардо», причем вместе с дальномерным постом на средней надстройке. На месте последнего смонтировали еще один спаренный 20- мм автомат - таким образом, их общее число достигло восьми стволов. На «Фольгоре» и «Лампо» дополнительную «спарку» вместо дапьномерного поста установили в сентябре и ноябре 1942 г. соответственно.

«Стреле», 1942 г.

«Саэтта» 1942 г.

«Лампо», 1942 г.

«Фреччиа» 1943 г.

«Фольгоре», 1942 г.

«Дардо», 1943 г.

ТА-31 (бывший «Дардо») в 1944 г. Видны дополнительные зенитные автоматы и антенна радиодальномера FuMO-21. Командно-дальномерный пост демонтирован

Схемы камуфляжной окраски

В результате усиления вооружения полное водоизмещение эсминцев типа «Дардо» достигло 2200 т, типа «Фольгоре» - до 2100 т, соответственно, скорость в полном грузу даже в идеальных условиях не превышала 30 узлов, а дальность плавания на 20-узловом крейсерском ходу не достигала даже 2000 миль. Но самым неприятным стало дальнейшее падение остойчивости, достигшее критического уровня. Наибольшей опасности корабли подвергались в конце походов, после израсходования большей части топлива. Трагическим подтверждением тому стал инцидент с «Дардо», который 23 сентября 1941 г. просто-напросто перевернулся в гавани Палермо после возвращения из боевого похода.

С начала 1942 г. со всех уцелевших кораблей демонтировалось тральное оборудование, в то же время «Саэтта» и «Лампо», а не исключено, что и какой-нибудь из других эсминцев, были оснащены буксируемыми противолодочными минами и кранами типа «Сабием» для их спуска и подъема.

Если на эсминцах типа «Фольгоре» дальнейших модернизаций не проводилось, то «Дардо», «Фреччиа» и «Саэтта» в 1942-1943 гг. прошли второй этап работ. При этом с них снимался кормовой торпедный аппарат, а на его месте сооружалась площадка с двумя 37-мм/54 автоматами «Бреда» образца 1939 г. Вооружение усиливалось тремя одинарными 20-мм/65 автоматами: два из них устанавливались на юте за кормовой надстройкой, третий - на кожухе котельного отделения. Таким образом, в окончательном варианте вооружение состояло из четырех 120-мм орудий, двух 37-мм, одиннадцати 20-мм автоматов и трех 533-мм торпедных аппаратов.

В области радиоэлектронного оборудования итальянский флот находился в числе аутсайдеров. Гидролокаторами были оснащены всего два корабля данного типа - «Дардо» в феврале 1943 г. и «Фреччиа» в июле, всего за месяц до гибели. Эти же корабли были выбраны для оснащения радиолокационным вооружением. Летом 1943 г. с обоих были демонтированы прожекторы, на месте которых должны были монтироваться антенны радиолокационных станций ЕС-3/ ter «Гуфо» итальянского производства. По имеющимся данным, установить станцию на «Фреччиа» вообще не успели, на «Дардо» она была установлена, однако сам корабль после этого ни разу не выходил в море. Таким образом, ни одному из них не представилось возможности проверить эффективность новых видов вооружения на практике.

Последний этап модернизационных работ на «Дардо» был проведен немцами, захватившими корабль после выхода Италии из войны. Он вошел в состав германского флота на Средиземном море в июне 1944 г. под номером ТА-31. Немцы сняли массивный командно-дальномерный пост, заменив его простым дальномером, переделали мостик, заменили 20-мм автомат, стоявший на кожухе котельного отделения, третьим 37-мм, а радиолокационную станцию ЕС-3/ter - германским радиодальномером FuMO-21. Впрочем, преследовавшие корабль проблемы с силовой установкой заставили уже в октябре вывести его из боевого состава.

«Фольгоре» в Пирее, 23 августа 1942 г. Хорошо видны дополнительные спасательные плоты и 20-мм автомат на площадке между торпедными аппаратами

История службы

Довоенная карьера восьми единиц типа «Дардо»/«Фольгоре», в целом, ничем не выделяется на фоне деятельности итальянских эскадренных миноносцев в мирное время. После вступления в строй, «Фреччиа», «Дардо», «Саэтта» и «Страле» образовали 7-й, а «Фольгоре», «Фульмине», «Валено» и «Лампо» - 8-й дивизион эсминцев. Они участвовали в многочисленных учениях и маневрах в водах, омывающих берега Апеннинского полуострова, совершали зарубежные походы и круизы по Средиземному морю.

Почти все корабли, за исключением «Фольгоре» и «Валено», приняли участие в действиях у испанского побережья во время разразившейся в этой стране гражданской войны. Итальянский флот осуществлял патрулирование в рамках «Патруля невмешательства» у подконтрольных республиканскому правительству районов и борьбу с контрабандой в пользу мятежников.

Первый поход совершил «Лампо» (командир - капитан 3-го ранга Франческо Гаттески). 10 октября 1936 г. он прибыл в Барселону, затем побывал на Балеарских островах и вернулся в Специю 23 октября. В ноябре того же года «Фреччиа» (капитан 1-го ранга Делла Кампана), «Страле» (капитан 2-го ранга Роберто Феррари) и «Дардо» (капитан 2-го ранга Кармине Д’Ариенцо) патрулировали в Сицилийском проливе с целью выявления транспортов, на которых доставлялось оружие республиканцам. 4 ноября у мыса Бон «Страле» обнаружил советский пароход «Комсомол», сфотографировал его и передал сообщение на испанский крейсер «Канариас», который спустя десять дней перехватил и потопил судно.

В июне 1937 г. на «Фреччиа» была возложена траурная миссия - доставить из Пальма-ди-Мальорка в Неаполь гробы с телами погибших членов экипажа вспомогательного крейсера «Барлетта», попавшего под удар республиканской авиации.

Еще большего размаха операции против республиканского судоходства достигли летом 1937 года. По распоряжению Муссолини в Сицилийском проливе был развернут блокадный патруль эсминцев, периодически сменявших друг друга. В их число входили «Фреччиа», «Дардо», «Саэтта», «Страле», «Фульмине» и «Лампо». Итальянцы действовали решительно, не останавливаясь перед прямым нарушением международного права. Так, вечером 11 августа между банкой Керкенна и островом Линоса «Саэтта» (капитан 3-го ранга Гвидо Феррони) торпедировал и потопил испанский танкер «Кампреадор», следовавший из румынского порта Констанца с 9500 тоннами бензина. Спустя три дня, вечером 14 августа, к северо-востоку от Пантеллерии «Фреччиа» (капитан 1-го ранга Эрнесто Паккьяротти) обнаружил британский танкер «Джордж МакНайт» (6213 брт), шедший под панамским флагом с грузом бензина для республиканцев.

Эсминец торпедировал его, а затем выпустил по горящему судну 53 снаряда главного калибра. Спустя два дня выгоревший остов танкера затонул у побережья Туниса.

Эскадренные миноносцы во внутренней гавани Таранто, 1936 г. Слева направо: «Валено», «Фульмине», «Лампо», «Стреле», «Саэтта» и «Дардо». Далее видны миноносцы «трехтрубного» типа и тяжелые крейсера типа «Зара»

«Фольгоре» на смотре «Ривиста Н» в честь Адольфа Гитлера близ Неаполя, 5 мая 1938 г.

Не обходились без участия эскадренных миноносцев многочисленные смотры и парады, приуроченные к визитам высоких иностранных гостей. Самые масштабные и известные из них состоялись 26 ноября 1936 г. (в честь регента Венгрии адмирала М. Хорти), 5 мая 1938 г. (в честь А. Гитлера) и 11 мая 1939 г. (в честь югославского принца П. Карагеоргиевича).

Осенью 1937 г. эсминцы 7-го дивизиона были направлены в Красное море для борьбы с эфиопскими повстанцами. Пребывание там не было продолжительным, однако корабли успели нанести официальный визит в Йемен.

23 ноября 1938 г., во время обычных учений в Ионическом море, произошло столкновение «Лампо» с тяжелым крейсером «Пола». Эсминец получил тяжелые повреждения: была оторвана носовая оконечность вплоть до бакового орудия, несколько членов экипажа погибло. Подоспевший буксир «Сальваторе» отвел его в Таранто, но ремонт продолжался полгода - до 22 мая 1939 г.

Весной 1939 г. несколько кораблей (в том числе «Фреччиа» и «Фольгоре») участвовали в оккупации Албании. Летом того же года эсминцы 8-го дивизиона с легким крейсером «Луиджи Кадорна» совершили один из последних продолжительных походов мирного времени. Приняв в Венеции курсантов Училища корабельных механиков (курс 1939/40 г.), они прошли по Западному Средиземноморью, посетив с визитами Барселону и Порт-Маон, пока известие о начале Второй мировой войны не заставило прервать круиз и вернуться на родину.

10 июня 1940 г. - день вступления Италии во Вторую мировую войну - эсминцы 7-го и 8-го дивизионов встретили в Таранто, будучи приданными 5-й дивизии линкоров («Джулио Чезаре» и «Конте ди Кавур») контр-адмирала Бривонези. Лидерами дивизионов являлись «Фреччиа» и «Фольгоре» соответственно. Забегая вперед, стоит отметить, что такая организационная принадлежность сохранялась довольно долго. Правда, летом 1941 г. «Фольгоре» временно передавался в состав 16-го дивизиона, где заменил погибшего «Луку Тариго». Весной 1943 г., в связи с понесенными потерями, 7-й и 8-й дивизионы расформировали, а уцелевшие в тому времени «Фреччиа» и «Дардо» формально были переданы в состав 15-го дивизиона, однако оба корабля находились в ремонте и числились в резерве...

Любопытно, что первого итальянского боевого успеха во Второй мировой войне добились именно герои нашего рассказа. Вечером 13 июня эсминцы 7-го, 8-го и 15-го дивизионов были развернуты для противолодочного поиска в заливе Таранто. В 23:21 примерно в 40 милях от Таранто «Страле» обнаружил британскую субмарину «Один», шедшую в надводном положении. Эсминец дал по ней торпедный залп, но неточно, после чего открыл артиллерийский огонь и повернул на противника, намереваясь таранить. Лодка отвернула и погрузилась, успев перед этим выпустить торпеду из кормового аппарата, также безрезультатно. «Страле» сбросил серию глубинных бомб в точке погружения, но результатов не наблюдал и вернулся на назначенный курс.

«Лампо» в Таранто после столкновения с тяжелым крейсером «Пола», ноябрь 1938 г.

«Дардо» на внешнем рейде Таранто, 1939 г. На заднем плане виден легкий крейсер типа «Абруцци»

В 01:57 14 июня «Один» был перехвачен другим эсминцем - «Валено». Субмарина находилась в надводном положении в 9 милях на ост-зюйд-ост от места предыдущего контакта, эсминец шел курсом 330° 20-узловой скоростью. Заметив лодку, он бросился на таран, но англичане успели погрузиться. «Валено» сбросил в точку погружения две глубинные бомбы, затем развернулся и добавил еще три. Больше об «Одине» не было никаких известий, а наутро итальянская воздушная разведка обнаружила в этом месте большое нефтяное пятно, что сочли доказательством гибели субмарины. Впрочем, некоторые британские авторы считают, что ее гибель была вызвана атакой «Страле», тогда как «Валено» безуспешно атаковал другую лодку.

Боевым дебютом итальянского флота стало сражение у Пунта-Стило. Оба дивизиона вышли в море в 14 часов 7 июля, сопровождая линкоры «Чезаре» (флаг командующего флотом адмирала И. Кампиони) и «Кавур». Маневрирование на высоких скоростях быстро истощило скудные топливные цистерны эсминцев типа «Фольгоре», поэтому в 6 часов утра 9 июля Кампиони приказал 8-му дивизиону отправиться на дозаправку. Пока «Фольгоре», «Фульмине», «Бапено» и «Лампо» достигли восточного побережья Сицилии и приняли топливо, бой уже закончился. Не довелось поучаствовать в нем и двум кораблям 7-го дивизиона. Между 10:30 и 12:30 на «Дардо» и «Страле» возникли различные неполадки в машинах, и, скрепя сердце, Кампиони был вынужден отправить их на ремонт в Таранто. Таким образом, на какое-то время в охранении линкоров осталось только два эсминца - «Фреччиа» и «Саэтта». О дальнейшем рассказывает британский историк Питер Ч. Смит:

«Эсминцы 7-го дивизиона, которым командовал капитан 1-го ранга Бальдо, «Фреччиа» и «Саэтта» находились за кормой линкоров, и когда началась дуэль тяжелых кораблей, хрупкие эсминцы оказались в весьма неприятном положении, так как вокруг начали падать тяжелые 381-мм снаряды. Первое же попадание такого «чемодана» отправило бы эсминец на дно. Поэтому Бальдо перешел влево на подбойный борт «Чезаре» и «Кавура», а после того как «Чезаре» получил попадание, начал ставить дымовую завесу, чтобы прикрыть его отход. Эсминцы повернули на северо-восток от линкоров и оказались в идеальной позиции для торпедной атаки. Поэтому Бальдо продолжал следовать прежним курсом, и в 16:18 эта пара эсминцев выпустила торпеды с дистанции [42,5 кабельтовых]. Мишенью были [британские] крейсера. Эсминцы обстреляли противника из орудий, а потом повернули назад, чтобы укрыться в дымовой завесе, поставленной 9-м дивизионом. Это позволило им избежать повреждений.

Командир «Саэтты» капитан 2-го ранга Унгер ди Лёвемберг был убежден, что они добились одного торпедного попадания в британский крейсер, так как видел столб воды, поднявшийся у борта вражеского корабля как раз в тот момент, когда торпеды подходили к цели. Однако ни один из британских кораблей не получил торпедных попаданий в ходе боя. Скорее всего, это был недолет одного из 203-мм снарядов [итальянских] крейсеров. Во время отхода итальянские эсминцы попали под плотный огонь четырех британских крейсеров, но попаданий не получили»...

8-й дивизион эсминцев в боевом походе в Адриатическом море, 16 января 1941 г.

Перечень ремонтных работ в годы войны

Корабль

Период

Характер работ

«Dardo»

январь 1941 г.

Первый этап усиления вооружения

23.3.1942-13.6.1942 г.

Капитальный ремонт после опрокидывания 23.9.1941

с 23.7.1943 г.

Ремонт после взрыва турбины (не завершен к 8.9.1943)

«Freccia»

январь 1941 г.

Первый этап усиления вооружения

февраль-май 1942 г.

Второй этап усиления вооружения

январь-май 1943 г.

Ремонт повреждений, полученных при взрыве т/х «Iseo»

июль 1943 г.

Установка РЛС

«Saetta»

октябрь 1941 г.

Первый этап усиления вооружения

январь-февраль 1942

Текущий ремонт

2-12.4.1942 г.

Текущий ремонт

ноябрь-декабрь 1942 г.

Второй этап усиления вооружения

«Strale»

октябрь-ноябрь 1940 г.

Текущий ремонт

май 1941 г.

Первый этап усиления вооружения

31.12.1941-1.2.1942 г.

Текущий ремонт

май 1942 г.

Текущий ремонт

«Folgore»

январь-февраль 1941 г.

Первый этап усиления вооружения

5-21.3.1942 г.

Ремонт повреждений, полученных при авианалете 3.3.1942

сентябрь 1942 г.

Ремонт повреждений, полученных при авианалете 27.8.1942

«Baleno»

-

-

«Fulmine»

октябрь 1941 г.

Первый этап усиления вооружения

«Lampo»

декабрь 1940 г.

Первый этап усиления вооружения

21.9.1941-18.5.1942 г.

Ремонт повреждений, полученных в бою 16.4.1941

ноябрь 1942 г.

Второй этап усиления вооружения

В следующей крупной операции итальянского флота (30 августа-1 сентября) 7-й дивизион, без находившегося в ремонте «Саэтта», снова сопровождал линкоры 5-й дивизии, тогда как 8-й дивизион в полном составе был придан линейному кораблю «Дуилио». Впрочем, выход прошел впустую. Аналогичное разделение сохранилось и во время операции 7-8 сентября, только теперь на ремонте остались «Страле» и «Лампо». 27 ноября три эсминца 7-го дивизиона («Фреччиа», «Дардо» и «Саэтта»), находясь в охранении линкора «Джулио Чезаре», приняли участие в бою у мыса Теулада, однако в этом сражении им не представилось ни одного шанса проявить себя.

В последний раз к сопровождению крупных надводных кораблей эсминцы данного типа привлекались летом 1942 года - во время операции против британского конвоя «Вигорэс». 7-й дивизион в составе «Леджонарио» (придан в качестве лидера), «Фреччиа», «Фольгоре» и «Саэтта» вышел в море из Бриндизи вечером 14 июня и вскоре соединился с главными силами. Никаких лавров им, как впрочем и всему итальянскому флоту, этот выход не принес.

В начале 1941 года все эсминцы типа «Дардо»/«Фольгоре» были выведены из состава эскадры и переданы в Группу эсминцев эскорта (Gruppo cacciatorpediniere di scorta) для сопровождения североафриканских конвоев. Помимо острой потребности в эскортных кораблях, пойти на такой шаг заставили чисто технические причины. Дело в том, что эти эсминцы были способны сопровождать только линейные корабли типа «Кавур», над которыми имели тактически необходимое превосходство в скорости в 4-6 узлов (модернизированные линкоры в боевой обстановке развивали порядка 24-26 узлов). С выводом последних во вторую линию для «Дардо»/«Фольгоре» просто не оставалось подходящих объектов. В дальнейшем они действовали, по большей части, в отрыве от своих дивизионов - для эскортирования каждого конкретного конвоя назначались те единицы, которые были в данный момент «под рукой». Таким образом, о дальнейшей карьере каждого корабля целесообразно рассказать индивидуально, упомянув только наиболее значимые события.

Эскадренный миноносец «Дардо», 6 августа 1933 г.

Командиры кораблей (на 10.6.1940)

7-й дивизион эсминцев:

«Freccia»

кап. 1 p. Амлето Бальдо

«Dardo»

кап. 3 р. Бруно Сальватори

«Saetta»

кап. 2 р. Карло Унгер ди Лёвемберг

«Strale»

кап. 3 р. Андреа де Д’Остиани

8-й дивизион эсминцев:

«Folgore»

кап. 1 р. Карло Лианацца

«Fulmine»

кап. 2 р. Леонардо Грамалья

«Baleno»

кап. 2 р. Карло Маффеи

«Lampo»

кап. 2 р. Луиджи Гуида

«Дардо»

27 марта 1941 г. «Дардо» под командованием капитана 3-го ранга Бруно Сальватори вышел из Неаполя в Триполи, сопровождая конвой из немецких транспортов «Гераклея», «Рур», «Самос», «Адуна» и «Галилея». Кроме него, в состав эскорта входили «Фольгоре», «Лампо» и «Страле». Около 10 часов утра 28 марта конвой обогнул мыс Бон, прошел Сицилийский пролив и двинулся курсом на юг. К 22 часам он достиг широты островов Куриат, где находилась позиция британской подводной лодки «Атмост» (лейтенант-коммандер Кейли). Оставшись незамеченной эсминцами, она с близкого расстояния торпедировала пароходы «Гераклея» и «Рур». Первый затонул почти мгновенно, а второго «Дардо» взял на буксир и через 40 часов благополучно привел в Трапани (Сицилия).

Все лето эсминец оперировал на линии Неаполь-Триполи. 17-18 августа, вместе с эсминцами «Фреччиа», «Эуро» и тремя миноносцами, он сопровождал конвой, из состава которого вечером 17-го британский самолет-торпедоносец поразил пароход «Маддапена Одеро». Миноносец «Пегасо» отбуксировал поврежденное судно к острову Лампедуза, но на следующий день его потопили бомбардировщики «Бленхейм».

Очередной конвой покинул Неаполь 1 сентября, направляясь в Триполи восточным маршрутом. Эскорт составили эсминцы «Дардо», «Фреччиа», «Фольгоре», «Страле» и «Да Рекко». В 00:25 3 сентября британские торпедоносцы с мальтийских аэродромов поразили теплоходы «Гритти» и «Барбаро». На «Гритти» произошла детонация груза боезапасов, и в считанные секунды судно ушло на дно, унося 347 человек из 349 находившихся на борту. Повреждения второго судна оказались не столь фатальными. «Дардо» взял его на буксир и повел в Мессину. На конечном этапе маршрута к эсминцу присоединились буксиры «Титано» и «Порто Реканати». Оставшиеся суда конвоя достигли Триполи ранним вечером 4 сентября.

Боевая карьера «Дардо» оборвалась 23 сентября 1941 г. В этот день он находился в порту Палермо в промежутке между боевыми походами, в связи с чем топливные цистерны были пустыми. Внезапно, безо всяких видимых причин, эсминец накренился на правый борт и опрокинулся. Погибло 40 человек.

В феврале 1942 г. корабль был поднят и отбуксирован в Геную для капитального ремонта. Работы начались 22 марта и завершились летом следующего года. 16 июня 1943 г. «Дардо» вновь официально вошел в строй, однако не надолго. Уже 23 июля в одной из турбин эсминца произошел взрыв, повторно отправивший его на продолжительный ремонт на одну из генуэзских верфей. Там и застало его перемирие, заключенное между Италией и западными союзниками.

9 сентября 1943 г., так и не завершивший ремонт «Дардо» был захвачен в Генуе германскими войсками. Немцы завершили ремонт корабля, попутно оснастив его радаром и усилив зенитное вооружение. 18 июня 1944 г. он поднял германский флаг и вошел в состав Кригсмарине под номером ТА-31. Командиром корабля стал капитан-лейтенант Буркарт.

Увы, карьера миноносца в германском флоте также оказалась короткой. Из-за нескончаемых аварий и отсутствия запасных частей эксплуатация силовой установки стала настоящей мукой для его механиков. По данным историка Пьерра Эрве, под германским флагом ТА-31 совершил всего два выхода в море. В частности, в ночь на 31 августа 1944 г., вместе с ТА-24, ТА-29 и ТА-32, он участвовал в обстреле позиций американских войск в районе устья реки Серкьо, но был вынужден прервать поход из-за аварии и вернуться в Специю на ремонт. Уже 25 октября миноносец был выведен из боевого состава и впоследствии разоружен.

24 апреля 1945 г., при отступлении немецких войск из Генуи, ТА-31 был взорван в доке №4. Перед вступившими в город союзными частями предстала лишь торчащая из воды носовая оконечность корабля. В 1946 году он был поднят и отправлен на разборку.

«Дардо», опрокинувшийся в гавани Палермо 23 сентября 1941 г.

ТА-31 (бывший «Дардо»), затопленный немцами в гавани Генуи. 1945 г.

«Фреччиа»

В начале 1941 г. корабль включился в сопровождение североафриканских конвоев. Два выхода с этой целью были совершены в феврале, а между 3 и 6 марта «Фреччиа», вместе с «Лука Тариго» и миноносцем «Касторе», провел из Неаполя в Триполи крупный конвой, состоявший из немецких судов «Адуна», «Эгина», «Арто», «Гераклея» и итальянского «Сабаудиа».

В ранние часы 24 мая 1941 г. из Неаполя вышел конвой, состоявший из океанских лайнеров «Конте Россо», «Марко Поло», «Виктория» и «Эсперия», на которых в Триполи перебрасывалось несколько тысяч солдат и офицеров. Эскорт составляли «Фреччиа» под командованием капитана 2-го ранга Джорджо Ге (он же - командир эскорта) и три миноносца. Ближнее прикрытие осуществляла 3-я дивизия крейсеров. Ввиду важности миссии, на борту «Конте Россо» в качестве командира конвоя находился контр-адмирал Канцоньери. При проходе Мессины, к эскорту присоединились еще три миноносца. Тем не менее, столь мощное охранение не смогло предотвратить атаку британской подводной лодки «Апхолдер» (лейтенант-коммандер Ванклин). В 21:41 тех же суток она дала торпедный залп по «Конте Россо». С «Фреччиа» заметили следы торпед и выпустили зеленую ракету в их направлении, но это не смогло предотвратить попадания. Эсминец устремился в контратаку и сбросил в месте предполагаемого нахождения субмарины серию глубинных бомб, но повреждений той не причинил. «Конте Россо» затонул; погибло 1432 человека из 2729 находившихся на борту. Оставшиеся лайнеры достигли Триполи 25 мая и на следующий день отправились в обратный путь в сопровождении «Фреччиа» и миноносцев «Прочионе», «Орса» и «Пегасо». В полночь 28 мая конвой без происшествий прибыл в Неаполь.

17 сентября из Неаполя вышел конвой, состоявшей из танкера «Минатитлан», парохода «Катерина», теплоходов «Коль ди Лана» и «Марин Санудо» в охранении эсминцев «Фреччиа», «Фольгоре», «Дардо» и «Эуро». Через два дня суда благополучно прибыли в Триполи, несмотря на налет британской авиации, успешно отраженный эскортом.

Потери итальянского торгового флота продолжали расти. 11 декабря была сделана попытка отправить в Бенгази теплоход «Калитеа» в сопровождении «Фреччиа» - единственного эскадренного миноносца, оказавшегося свободным. Увы, вскоре после выхода из Аргостоли «Калитеа» был потоплен британской подводной лодкой.

«Фреччиа» в Специи, конец 1931 г.

«Фреччиа» выходит из внутренней гавани Таранто, 1939 г.

С февраля по май 1942 года эсминец прошел ремонт и модернизацию, после чего вернулся к тяжелой и не всегда успешной работе по защите североафриканских коммуникаций. 2 июня «Фреччиа» с двумя миноносцами составили эскорт теплоходу «Р. Джулиани», следовавшему из Неаполя в Бенгази. В ранние часы 4 июня судно было атаковано британским торпедоносцем и получило попадание в корму. Попытки эсминца взять его на буксир ничего не дали, не удалось это сделать и подошедшему немецкому буксиру «Макс Барендт». Теплоход продержался на поверхности до утра 5 июня, после чего был добит торпедой миноносца «Партенопе».

6 сентября из Таранто вышел конвой «N» - теплоходы «Манара» и «Ровелло» в охранении пяти эсминцев типа «Сольдати», «Фреччиа» и миноносца «Палладе». В 15:30 «Манара» получил попадание авиационной торпеды, но сохранил плавучесть. «Фреччиа» (капитан 2-го ранга Палуэлло) взял его на буксир и отвел в бухту Арилла на острове Корфу.

12 декабря «Фреччиа» вышел из Неаполя, сопровождая теплоход «Пасколо» с грузом топлива и боеприпасов. У Трапани к ним присоединились четыре немецких торпедных катера. Около 19:00 станция радиотехнической разведки «Метокс», которой был оснащен эсминец, обнаружила работу радаров британских самолетов. Между 20 и 22 часами небольшой конвой подвергался непрерывным воздушным налетам, которые в результате увенчались успехом. В 22:15 «Пасколо» взорвался и затонул в 25 милях юго-западнее мыса Лилибео. К счастью, «шнелльботам» удалось спасти 81 из 108 членов его экипажа.

Вечером 28 декабря 1942 г. «Фреччиа» (капитан 2-го ранга Андриани) вышел из Трапани в Тунис в качестве эскорта немецкого транспорта боеприпасов «Изео». Надо сказать, что ктому времени союзная авиация полностью господствовала в небе над Сицилийским проливом, поэтому данный маршрут получил у итальянских моряков нелестное название «Дороги смерти». Оно подтвердилось и в этот раз. Около 03:30 в 28 милях восточнее м. Бон британские бомбардировщики потопили «Изео». Сила взрыва была такова, что обломки судна засыпали «Фреччиа», причинив серьезный ущерб. Дополнительные повреждения эсминец получил от близких разрывов авиабомб. Тем не менее, ему удалось спасти 42 из 90 членов команды теплохода.

На этом боевую карьеру «Фреччиа» можно считать законченной. До мая 1943 г. он находился в ремонте - сначала в Неаполе, а затем в Генуе. По завершении работ решено было оснастить его радаром. В ночь на 8 августа 1943 г., находясь у мола Пароди в гавани Генуи, эсминец попал под налет британских бомбардировщиков, получил ряд прямых бомбовых попаданий и в 01:25 затонул с креном 90° на левый борт. Занявшие город немцы произвели спрямление, но, оценив характер разрушений, от дальнейшего подъема отказались и приступили к разборке на месте. Остатки остова были подняты в апреле 1949 г. и отправлены на слом.

В годы Второй мировой войны «Фреччиа» использовался с максимальным среди систершипов боевым напряжением. На его счету рекордное число боевых походов, пройденных миль и времени нахождения в море.

Остов «Фреччиа» в гавани Генуи, май 1944 г.

«Саэтта»

Под командованием капитана 2-го ранга Карло Унгера ди Лё- вемберга этот эсминец действовал на североафриканских коммуникациях на протяжении всего 1941 года, за исключением непродолжительного периода нахождения в ремонте.

21 февраля «Саэтта», «Фреччиа» и «Турбине» вывели из Триполи в Неаполь конвой, состоявший из германских пароходов «Гераклея», «Менее» и «Марица». Пройдя 55 миль на север, конвой оказался в районе патрулирования британской подводной лодки «Реджент» (лейтенант-коммандер Броун), которой удалось торпедировать «Менее». Проявив недюжинную морскую выучку, в штормовых условиях экипажу «Саэтты» удалось завести конец на поврежденное судно и отбуксировать его назад в Триполи, куда они прибыли на следующее утро.

В следующий раз эсминцу довелось участвовать в спасательной операции 1 мая. Около полудня у островов Керкенна подводная лодка «Апхолдер» (лейтенант-коммандер Ванклин) торпедировала немецкий транспорт «Леверкюзен». «Саэтта» взял его на буксир и повел в Триполи, но последовавшая вскоре повторная атака «Апхолдера» поставила последнюю точку в судьбе парохода.[* Есть мнение, что «Апхолдер» атаковал «Леверкюзена» только во второй раз, а первоначальное повреждение последнего было вызвано подрывом на магнитной мине, тогда как субмарина в это время торпедировала и потопила другой транспорт - «Арктурус».]

Свидетельством напряженного использования эскадренного миноносца в конвойных операциях стала случившаяся 21 июля 1941 г. авария в котельном отделении, вызванная разрывом сразу нескольких котельных трубок. Однако даже это не позволило вывести его на ремонт более чем на несколько дней.

В том же ключе протекал и следующий год, только помимо угрозы, исходившей из-под воды, возросла опасность со стороны неприятельской авиации.

15 июня, во время операции против конвоя «Вигорэс», «Саэтта» был оставлен для оказания помощи крейсеру «Тренто», торпедированному сначала британским самолетом, а затем добитому подводной лодкой, и спас 318 членов его экипажа (из 602 уцелевших).

25 июля 1942 г. «Саэтта» с двумя другими эсминцами («Лампо» и «Аугусто Риботи») и двумя миноносцами вывели из порта Бари пароходы «Милано» и «Авентино». Конвой подвергался столь яростным воздушным налетам, что был вынужден уклониться от курса и укрыться в бухте Суда. В Бенгази он прибыл лишь спустя два дня после намеченного срока.

17 августа «Саэтта», вместе с «Николозо да Рекко» и двумя миноносцами, находился в охранении теплоходов «Биксио» и «Сестриере», на которых из Бенгази в Бриндизи вывозилось 2800 военнопленных англичан. В 15:30 на широте Наварина британская субмарина «Турбьюлент» (коммандер Линтон) поразила «Биксио» двумя торпедами. Одна из них разорвалась в трюме, где находились пленные. Около 200 человек погибло сразу, среди уцелевших началась паника, они начали прыгать в море. «Саэтте» (капитан 3-го ранга Энеа Пиккьо) с большим трудом удалось поднять их из воды, завести буксир и отвести поврежденное судно в Наварин.

Пожалуй, самыми необычными операциями, в которых довелось участвовать «Саэтте» в 1942 году, стали рейсы с бывшей подводной лодкой «Доменико Миллелире». Эта субмарина, разоруженная и выведенная из состава флота, была переоборудована в наливную баржу GR-248, приспособленную для доставки соляра и бензина. Эсминец брал ее на буксир и совершал переход со средней скоростью 14 узлов, которой мог похвастать далеко не каждый «нормальный» танкер. Всего пара «Саэтта»/«Миллелире» совершила два выхода: 13-17 сентября из Таранто в Тобрук и обратный 11-13 октября из Тобрука в Наварин (при этом эсминцу пришлось отразить воздушный налет).

В начале 1943 г. «Саэтте» вновь пришлось выступить в роли быстроходного буксира. 9 января он вывел из Триполи миноносец «Линче», получивший тяжелые повреждения 19 ноября 1942 г., однако отвратительные погодные условия заставили прервать операцию и уже утром вернуться обратно. 18 января «Саэтта» вышел для оказания помощи немецкому теплоходу «Анкара», подорвавшемуся на мине в 10 милях восточнее острова Кани на переходе из Палермо в Бизерту. К сожалению, судно затонуло до прибытия эсминца.

Эскадренный миноносец «Саэтта»

«Саэтта» в боевом походе, 1941-1942 гг.

На рассвете 3 февраля 1943 г. из Бизерты в Неаполь вышел немецкий танкер «Торзаймер» в охранении «Саэтты» и миноносцев «Сирио», «Монсоне», «Урагано», «Клио». В 09:38 в 27,5 милях северо-восточнее о. Кани «Урагано» подорвался кормой на мине, потерял ход и начал тонуть. «Саэтта» и «Клио» пытались оказать помощь, но, как следует из рапорта командира эскорта капитана 1-го ранга Тальямонте, «...в 09:48, когда «Саэтта» следовал почти в кильватере за «Клио», прогремел мощнейший взрыв, буквально разорвавший его надвое. Два обрубка корпуса высоко поднялись из воды и затем стремительно погрузились. Через 50 секунд корабль затонул».

Миноносец продержался наплаву до 13 часов, но спасти его также не удалось.

Оба корабля стали жертвами заграждения, выставленного британским быстроходным минзагом «Эбдиел». На «Саэтте» погибло 7 офицеров, 30 унтер-офицеров и 133 матроса; на «Урагано» - в общей сложности 114 человек. Командиры кораблей капитаны 3-го ранга Энеа Пиккьо и Луиджи Дзамбони посмертно были удостоены высшей военной награды Италии - Золотой медали за воинскую доблесть.

«Страле»

Ремонт повреждений силовой установки, полученных 9 июля 1940 г., затянулся до начала ноября. После его завершения вплоть до своей гибели корабль действовал на североафриканских коммуникациях.

Во время одного из первых походов, 7 января 1941 г., «Страле» и эскортируемый им теплоход «Фоскарини» попали под британский авианалет у банки Керкенна и, уклоняясь от атак авиации, оба выскочили на мель. К счастью, им удалось уцелеть, а на следующий день, с помощью прибывшего из Триполи миноносца «Папа», сняться с мели и добраться до пункта назначения. Как бы то ни было, инцидент оказался недобрым знаком. За следующие полгода из состава конвоев, в сопровождении которых принимал участие этот эсминец, были потеряны транспорты «Гераклеа» (28 марта), «Арктурус» и «Леверкюзен» (1 мая).

5 сентября из Триполи вышли пароход «Эрнесто», теплоход «Коль ди Лана» и танкер «Позарика» в охранении эсминцев «Да Рекко», «Фреччиа», «Фольгоре» и «Страле». В ночь на 7-е «Эрнесто» был торпедирован британским самолетом, и «Страле» (капитан 3-го ранга Анджелотти) попытался буксировать его. Позже подоспели буксиры «Морсильи», «Константе» и «Монтекристо», но «Страле» и миноносец «Чирче» оставались с ними до прибытия в Трапани, осуществляя противолодочное и противовоздушное охранение.

Эскадренный миноносец «Страле» на рейде Тулона, 13 августа 1933 г.

«Страле» на камнях у мыса Рас-эль-Ахмар, 21 июня 1942 г.

В конце февраля 1942 г. «Страле» принимал участие в крупной конвойной операции «К.7». Вместе с тремя другими эсминцами и одним миноносцем он сопровождал один из конвоев, состоявший из теплоходов «Монджиневро», «Унионе» и «Ровелло». Они вышли из Мессины 21 февраля и спустя два дня благополучно прибыли в Триполи.

В ночь на 31 марта «Страле» (капитан 3-го ранга Пиккьо) пытался оказать помощь пароходу «Босфоро», торпедированному британской подводной лодкой «Протеус» в 24 милях от Бриндизи. Из-за поспешного оставления судна командой долго не удавалось завести буксирный конец, что вынудило флотское командование выслать на подмогу буксиры «Тезео» и «Валенте», но когда они прибыли, транспорт уже затонул. Такая же участь ждала немецкий пароход «Беллона», торпедированный 18 апреля в Ионическом море субмариной «Торбей» (лейтенант-коммандер Майерс). «Страле» (уже под командованием капитана 2-го ранга Мартини) поднял из воды 45 членов его команды, так что погиб всего 1 человек.

В свой последний поход «Страле» вышел из Неаполя 20 июня 1942 г. Вместе с эсминцем «Да Рекко» и миноносцем «Чентауро» он должен был провести в Триполи теплоходы «Пило» (итальянский) и «Райхенфельс» (немецкий). В 00:47 следующих суток, когда конвой находился между побережьем Туниса и островком Зембретта, командир эскорта дал команду изменить курс на 20 градусов влево, чтобы обогнуть мыс Бон. По непонятной причине «Страле» (капитан 3-го ранга Мареска) повернул не налево, а направо, в результате чего через несколько минут выскочил на прибрежные камни у мыса Рас-эль-Ахмар. Тяжелые повреждения и состояние моря не оставляли надежд на его спасение, поэтому «Чентауро» снял с невезучего эсминца экипаж и продолжил движение. Остов корабля был окончательно разрушен 6 августа 1942 г. торпедами британской подводной лодки «Турбьюлент» (коммандер Линтон).[* К сказанному остается лишь добавить, что встречающееся порой утверждение, что «Страле» выскочил на камни, уклоняясь от атаки британских торпедоносцев «Суордфиш», не соответствует действительности.]

«Фольгоре»

Головной корабль второй серии и лидер 8-го дивизиона эскадренных миноносцев приступил к работе на североафриканских коммуникациях весной 1941 г., по завершении ремонта и модернизации. В марте-апреле «Фольгоре» участвовал в сопровождении конвоев, потерявших транспорта «Гераклеа» и «Арктурус».

Наиболее значимым для эсминца событием 1941 года стало участие в сопровождении конвоя «Николо Одеро», названного так по наименованию самого крупного из входивших в него судов (остальными были «М. Одеро», «Каффаро» и немецкий «Пройссен»). «Фольгоре» под командованием капитана 1-го ранга Джуриати возглавлял эскорт, включавший также эсминцы «Саэтта», «Фульмине», «Эуро» и «Альпино». Конвой покинул Неаполь 21 июля, миновал Сицилийский пролив и взял курс на юг. На рассвете 22-го южнее Пантеллерии к нему присоединились танкер «Брарена» и эсминец «Фучильере». В 19 часов состоялся налет бомбардировщиков «Бленхейм» с Мальты, которым удалось потопить «Пройссен» и нанести повреждения танкеру. «Фучильере» взял его на буксир и попытался довести до Лампедзы, но в 21:13 «Брарена» был поражен авиаторпедой, после чего экипаж оставил его (танкер остался наплаву, сдрейфовал к банке Керкенна, где и затонул спустя два дня). Оставшиеся суда вечером 23 июля прибыли в Триполи.

Вскоре, согласно итальянским данным, эсминцу дважды удалось отличиться: 3 сентября он сбил неприятельский торпедоносец, а 21 сентября - бомбардировщик, пытавшийся атаковать охраняемые им суда.

В следующий раз эскорт, возглавляемы капитаном 1-го ранга Джуриати на «Фольгоре», потерпел неудачу 18 октября, когда британская субмарина «Урсула» (коммандер Хезлет) торпедировала пароходы «Беппе» и «Катерина» из состава охраняемого ими конвоя. Последний пошел на дно в начале следующих суток, а «Беппе» спустя два дня удалось дотащить до ливийского побережья.

«Фольгоре» и «Валено» сопровождают транспорт «Кварнаро»

3 марта 1942 г. «Фольгоре» попал под налет британской авиации на Палермо и получил небольши&тювреждения. Их ремонт в Неаполе продолжался до конца месяца. После этого эсминец вернулся к эскортной деятельности, в июне участвовал в операции против британского конвоя «Вигорэс», в июле - в проводке конвоя «Монвизо» из Бенгази в Бриндизи, в августе - конвоя «Анкара» из Таранто в Триполи. 27 августа, отражая налет британской авиации в Эгейском море, «Фольгоре» получил повреждения. Ремонт, совмещенный с усилением зенитного вооружения, длился около месяца.

Вечером 12 октября 1942 г. «Фольгоре» (капитан 3-го ранга Д’Элья) покинул Бриндизи вместе с эсминцем «Да Рекко», миноносцами «Ардито», «Клио» и транспортом «Д’Аннунцио». Одновременно с Корфу вышли танкер «Пасколо» в охранении эсминца «Лампо» и миноносца «Партенопе». Около полуночи объединившийся конвой атаковала английская авиация, выбрав в качестве основной цели «Фольгоре». Эсминец получил повреждения от осколков, пять человек из расчета кормового 120-мм орудия было ранено. Тем не менее, вечером 14 октября все суда прибыли в Бенгази.

26 ноября из Неаполя в Бизерту отправились теплоходы «Читта ди Наполи» и «Читта ди Туниси» в охранении эсминцев «Фольгоре» и «Митральере». Между мысами Сан-Вито и Галло они разминулись с конвоем, идущим в обратном направлении, - пароходы «Дж. Лева» и «Дз. Мартини» в охранении миноносца «Чирче». Внезапно последний увеличил скорость и повернул направо, опасно пересекая курс «Читта ди Туниси». Столкновения избежать не удалось. Форштевень транспорта буквально перерезал «Чирче» пополам. «Фольгоре» остался на месте трагедии и спас 99 из 165 членов экипажа миноносца. А два дня спустя ему, в паре с эсминцем «Маэстрале», пришлось оказывать помощь команде «Читта ди Наполи», который подорвался на мине в окрестностях мыса Сан-Вито и менее чем через час затонул.

1 декабря из Палермо в Бизерту вышел конвой «Н» из четырех транспортов (итальянские «Авентино», «Аспромонте», «Пуччини» и немецкий КТ-1) в охранении эсминцев «Да Рекко», «Фольгоре», «Камичиа Нера», миноносцев «Клио» и «Прочионе». Около полуночи в районе банки Скерки его атаковало британское Соединение «О», состоявшее из крейсеров «Аурора», «Сириус», «Аргонот», эсминцев «Квентин» и «Киберон». Невзирая на отчаянные контратаки, англичане потопили все суда конвоя.

«Фольгоре» смело контратаковал противника. В 00:47 он выпустил по «Ауроре» три торпеды с дистанции 75 кбт. Как раз в это время «Сириус» неосмотрительно открыл прожектор, чтобы осветить цели. «Фольгоре» стремительно развернулся и в 00:50 выпустил по нему оставшиеся три торпеды. Впоследствии итальянские торпедисты утверждали, что наблюдали два попадания, однако в действительности оба залпа оказались безрезультатными. Спустя две минуты «Фольгоре» попал под убийственно точный огонь «Аргонота». Девять 133-мм снарядов превратили итальянский корабль в пылающую развалину. Он еще сохранял 27-узловой ход, но из-за интенсивного поступления воды крен быстро достиг 20°. В 01:16 эсминец перевернулся через правый борт и затонул в точке с координатами 37°43’ с.ш./11°16’ в.д., унося жизни 123 человек. Командир корабля капитан 3-го ранга Энер Беттика посмертно был удостоен Золотой медали за воинскую доблесть.

«Фольгоре» и миноносец «Линче» в Пирее, август 1942 г.

«Валено»выходит из внутренней гавани Таранто, 1940 г.

«Валено»

«Валено» стал первым эсминцем данного типа, погибшим во время Второй мировой войны. Его боевая карьера длилась чуть более 10 месяцев, за это время он успел совершить 64 выхода в море.

Между 24 и 26 февраля 1941 г. корабль участвовал в проводке из Неаполя в Триполи океанских лайнеров «Конте Россо», «Марко Поло», «Эсперия» и «Виктория», на которых в Ливию перебрасывалась большая группа войск. Ближнее прикрытие осуществляли легкие крейсера «Банде Нере» и «Диас» с эсминцами «Аскари» и «Кораццьере». В 03:25 25 февраля британская подводная лодка «Апрайт» (лейтенант Норман) торпедировала «Армандо Диас», который затонул в течение нескольких минут с тяжелыми потерями в личном составе.

10 марта, во время проводки следующего конвоя из Неаполя в Триполи, «Валено» (капитан 3-го ранга Арно) получил приказ отделиться от эскорта и прочесать район, где незадолго до этого подводная лодка «Юник» (лейтенант Коллет) потопила пароход «Феничия» из состава другого конвоя. Эсминец сбросил несколько серий глубинных бомб в месте предположительного нахождения субмарины, но не причинил ей повреждений.

1 - 2 апреля «Валено» сопровождал быстроходный войсковой конвой из Неаполя в Триполи, а в несчастливое число 13 апреля покинул Неаполь в последний раз в составе печально знаменитого конвоя «Тариго» (транспорты «Адана», «Эгина», «Арта», «Изерлон» и «Сабаудия» в сопровождении эсминцев «Лука Тариго», «Валено» и «Лампо»). Как известно, в ранние часы 16 апреля у островов Керкенна его атаковала флотилия британских эсминцев - «Джервис», «Джэнес», «Мохок» и «Нубиен».

В 02:20 «Валено», находившийся на левой раковине конвоя, был внезапно обстрелян «Джервисом» с близкой дистанции (не более 12 кбт.) из 120-мм орудий главного калибра и 40-мм многоствольного «пом-пома», сразу получив несколько попаданий. Спустя две минуты к нему присоединился «Джэнес». Он использовал данные артиллерийского радара и первым же залпом добился попаданий. Один из снарядов поразил мостик итальянского эсминца. Погибли или были ранены все офицеры и командир, едва успевший дать команду ставить дымовую завесу. На итальянском эсминце вышли из строя обе машины, охваченный пожаром, он начал тонуть. С большим трудом уцелевшим членам экипажа удалось выбросить его на песчаную отмель в 12 метрах от буя №4. Однако с поступлением воды справиться не удалось, и поздним вечером 17 апреля «Валено» опрокинулся и затонул.

Поврежденный «Валено» на мели

незадолго до опрокидывания, 17 апреля 1941 г.

Эскадренный миноносец «Фульмине»

«Фульмине»

После вхождения в состав Группы эсминцев эскорта и вплоть до своей гибели «Фульмине» действовал на североафриканских коммуникациях. 8-10 марта 1941 г. он участвовал в проводке конвоя «Арктурус». 25 апреля корабль вышел из Неаполя в составе эскорта конвоя «Бирмания». Получив штормовое предупреждение, караван укрылся в сицилийских портах и продолжил путь лишь спустя несколько дней. У банки Керкенна эскорт отразил атаку британской подводной лодки, и вечером 1 мая все суда благополучно прибыли в Триполи. В конце того же месяца «Фульмине» участвовал в сопровождении обратного конвоя, включавшего германские суда «Дуйсбург» и «Пройссен» с 568 пленными англичанами на борту, а также итальянские «Босфоро», «Байнсицца», «Суперга» и «Пануко». На протяжении всего лета 1941 года служба эсминца протекала вполне успешно - из охраняемых им конвоев потери понес только один (упоминавшаяся выше гибель «Пройссена» и «Брарены» 22 июля).

10 сентября «Фульмине» с эсминцем «Ориани» и четырьмя миноносцами составили эскорт конвоя, состоявшего из пароходов «Тембиен», «Каффаро», «Джулия», «Нирво», «Николо Одеро» и «Байнсицца», направлявшегося из Неаполя в Триполи. На следующий день конвой был обнаружен британской авиаразведкой и в течение ночи и дня 12 сентября неоднократно подвергался воздушным налетам. В 14 часов получил несколько бомбовых попаданий, вызвавших большой пожар, и спустя два часа затонул. «Фульмине» спас 35 членов его команды (другие корабли эскорта - еще 110), после чего на него передали наиболее серьезно раненых, и он на высокой скорости направился в Триполи, где передал их в госпиталь. Остальные суда двигались гораздо медленнее, в результате чего в 4 часа утра 13 сентября подверглись еще одной воздушной атаке, жертвой которой стал транспорт «Николо Одеро».

Пройдя в октябре ремонт и модернизацию, 7 ноября 1941 г. корабль вышел в свой последний поход - на сопровождение печально знаменитого конвоя «Дуйсбург». Этот караван, состоявший из семи транспортов в охранении шести эсминцев, вскоре после полуночи 9 ноября был атакован британским Соединением «К» (крейсера «Аурора» и «Пенелопа», эсминцы «Лэнс» и «Лайвли»), Первые выстрелы прогремели над морем в 00:57. Спустя пять минут концевые «Пенелопа» и «Лайвли» перенесли огонь на «Фульмине», находившийся в 15 кабельтовых на их левом траверсе. В течение короткого времени итальянский эсминец получил множество попаданий в мостик и ниже ватерлинии, остановился и осел носом. В 01:15 он перевернулся и затонул в точке с координатами 37°00’ с.ш./ 18°10’ в.д.

Экипаж корабля действовал героически. Итальянский историк Марк-Антонио Брагадин пишет: «Командир эсминца капитан 3-го ранга Марио Милано, потерявший руку в начале боя, продолжал командовать и погиб вместе с кораблем. Старший артиллерист «Фульмине» капитан-лейтенант Джованни Гарау также сражался с большой отвагой. Когда корабль был превращен в руину британскими снарядами, он бросился к последнему действующему орудию, у которого уже не осталось расчета, и в одиночку продолжал стрелять, пока не погиб вместе с кораблем». Оба отважных офицера посмертно были удостоены Золотых медалей за воинскую доблесть.

Транспорты и эсминцы охранения (справа налево: «Валено», «Фольгоре», «Саэтта») печально известного конвоя «Дуйсбург» незадолго до выхода в море, 8 ноября 1941 г.

«Лампо» в Тулоне в 1932 г.

«Лампо»

Пройдя первый этап усиления вооружения в декабре 1940 г., одним из первых среди систершипов, с начала 1941 г. «Лампо» включился в обеспечение защиты коммуникаций. Правда, первый этап его боевой карьеры оказался весьма коротким. В марте он участвовал в сопровождении конвоя, потерявшего транспорт «Гераклея», торпедированный британской подводной лодкой «Атмост», а в апреле был включен в состав эскорта несчастливого конвоя «Тариго».

В бою у островов Керкенна 16 апреля «Лампо» занимал позицию на правом крамболе конвоя - наиболее удаленную от атаковавших его британских эсминцев. Он вступил в бой около 02:50, обстреляв «Нубиен» и выпустив по немцу три торпеды, прошедшие мимо цели. Ответный огонь был намного точнее. Британские снаряды поразили «Лампо», выведя из строя кормовую 120-мм установку и рулевое управление. Сильно пострадали дымовая труба и носовая надстройка. Потеряв множество членов экипажа убитыми и ранеными, неуправляемый эсминец выскочил на мель в 6 милях к юго-востоку от буя №3.

Хотя ему и посчастливилось оказаться единственным уцелевшим в этом бою кораблем, операция по его спасению оказалась непростой, поскольку острова Керкенна находились в радиусе действия самолетов-разведчиков с Мальты. Лишь 11 августа 1941 г. «Лампо» был снят с мели. Ремонтные работы, которые проводились последовательно в Палермо, Неаполе, Специи и Генуе, заняли около девяти месяцев. Корабль вернулся в строй 18 мая 1942 г.

6-8 сентября «Лампо» участвовал в проводке теплоходов «Сестриере» и «Анкара» из Тобрука в Бриндизи, в конце месяца, вместе с эсминцем «Эуро», сопровождал танкер «Прозерпина» из Таранто в бухту Суда. 26 сентября из Бриндизи и Таранто вышли теплоходы «Франческо Барбаро» и «Унионе» в охранении эсминцев «Лампо», «Да Вераццано» и четырех миноносцев. Соединившись в море, конвой 14-узловым ходом проследовал вдоль греческого побережья и взял курс на Бенгази. На следующий день в заливе Кафалония его обнаружила британская подводная лодка «Амбра» (коммандер Мейдон), которая в 16:42 торпедировала «Барбаро». «Лампо» взял поврежденный транспорт на буксир и направился к Наварину, но непрекращающийся пожар вызвал детонацию груза боеприпасов, и в 04:40 теплоход затонул.

28 декабря 1942 г. «Лампо» (капитан 3-го ранга ЛорисАльбанезе) с миноносцем «Палладе» эскортировали из Неаполя в Бизерту немецкий теплоход «Гран». В 05:55 в окрестностях острова Мареттимо гидроакустики эсминца обнаружили присутствие неизвестной подводной лодки. Альбанезе передал предупреждение на «Гран», но его малоопытный капитан, для которого это был первый поход на Средиземном море, не принял необходимых мер и не совершил маневра уклонения, что привело к печальным последствиям. Единственная торпеда, выпущенная субмариной «Урсула» (коммандер Лэкин), пустила транспорт на дно. Итальянские корабли смогли спасти 18 из 40 членов его команды.

'«Лампо», поврежденный в бою, на мели у островов Керкенна, 17 апреля 1941 г.

«Лампо» на ремонте в Палермо, 8 августа 1941 г.

Повреждения носовой надстройки и дымовой трубы

Еще одним трагическим событием, коснувшимся «Лампо», стала гибель теплохода «Коль ди Лана», случившаяся менее чем через два месяца. Выйдя из Туниса в Палермо с многочисленными союзными военнопленными на борту, вскоре после полуночи 17 февраля 1943 г. этот транспорт был атакован британскими торпедоносцами, получил попадание и вскоре затонул. Будучи единственным кораблем эскорта, «Лампо» начал спасение уцелевших, но не прекращающиеся воздушные атаки заставили его прервать операцию и уйти в Палермо. Госпитальное судно «Капри», вышедшее из Трапани в ранние часы 18 февраля, смогло подобрать немногих.

Спустя несколько дней - 22 февраля - в районе банки Скерки «Лампо» и два миноносца провели спасательную операцию на месте гибели немецкого парохода «Герд». Во время перехода из Туниса в Палермо вместе с транспортами КТ-13 и «Анри Астье» (бывший французский) он был атакован и потоплен девятью «Хадсонами» под прикрытием такого же числа «Лайтнингов».

Высокое боевое напряжение, с которым использовались итальянские эскадренные миноносцы на «Дороге смерти», неизбежно сказывалось на состоянии их механизмов. 19 марта, во время сопровождения конвоя «Фоскарини» из Трапани в Бизерту, в силовой установке «Лампо» произошла серьезная авария. Он полностью потерял ход и был отбуксирован в Неаполь миноносцем «Кассиопея».

В свой последний поход корабль вышел 30 апреля 1943 г. В 11 часов эсминцы «Леоне Панкальдо», «Лампо» и германский «Гермес» оставили Трапани и взяли курс на Тунис. На борту «Лампо» находилось 52 тонны боеприпасов, распределенных между носовыми кубриками и офицерскими помещениями в кормовой части. Почти сразу после выхода в море начались налеты авиации. Уже через полчаса, во время атаки тридцати американских бомбардировщиков, «Панкальдо» получил прямое попадание бомбы крупного калибра и вскоре затонул. Два других корабля пострадали от близких разрывов. «Гермес» сумел добраться до Туниса, но лишь затем, чтобы быть затопленным в гавани при оставлении этого порта. Отставший от него «Лампо» около 17:00 подвергся налету английских истребителей-бомбардировщиков и получил тяжелые повреждения. Видя безнадежность положения, в 17:35 капитан 3-го ранга Альбанезе приказал оставить корабль. Тем не менее, атаки с воздуха не прекращались и после 18 часов. В 19:12 эсминец лег на правый борт и затонул с дифферентом на нос в 6 милях к востоку от мыса Рас-Мустафа. Из 213 человек, находившихся на борту, погибло около шестидесяти, остальные были спасены незамедлительно высланными из Келибии баржами и катерами.

Заключение

За годы Второй мировой войны эсминцы типа «Дардо»/ «Фольгоре» в общей сложности совершили 976 выходов в море, прошли 353 144 мили за 25 247 ходовых часов и израсходовали 101 102 т нефти. Таким образом, средняя скорость кораблей в боевых условиях составила 14 узлов, расход топлива - 4 т/ч. Оба этих значения являются минимальными среди всех итальянских эсминцев, входивших в состав эскадры. По характеру решаемых задач выходы распределяются следующим образом: сопровождение надводных кораблей - 3,8 %, защита коммуникаций - 47,9 %, поиск подводных лодок - 6 %, обстрелы береговых целей - 0,5 %, перевозка войск и грузов - 0,2 %, межбазовые переходы -21,6 %, боевая подготовка - 8,2 %. В отличие от своих более современных собратьев, корабли этого типа ни разу не привлекались для минных постановок (впрочем, как и эсминцы предшествующих серий), но чаще выходили на поиск подводных лодок, а на защите коммуникаций оказались просто вне конкуренции, совершив 467 выходов на сопровождение конвоев.

Можно утверждать, что опыт боевой эксплуатации показал вполне приемлемую надежность механизмов этих кораблей. Время нахождения в небоеготовом состоянии для «Стране», «Валено» и «Фульмине» за всю войну не превышало 5-6 %; для «Фреччиа», «Саэтты» и «Фольгоре» достигало 18-21 %; статистику портят лишь «Дардо» и «Лампо», которым пришлось пройти длительные восстановительные ремонты.

Ни один из восьми эсминцев данного типа не пережил войны. Как на парадоксально (учитывая характер использования), основной причиной потерь оказалось воздействие артиллерии надводных кораблей - от нее погибло 3 единицы (37,5 % потерь); два корабля (25 %) стали жертвами авиации, один погиб на минах, один - в результате навигационной аварии, один был захвачен в порту. При этом пять из восьми кораблей (62,5 %) погибли в ходе выполнения задач по защите коммуникаций.

Подведем итог. История военного кораблестроения знает очень мало примеров, когда корабли, при проектировании которых во главу угла ставилась скорость, получались удачными. Эсминцы типа «Дардо»/«Фольгоре» не стали исключением. Тем не менее, в развитии представителей данного класса у себя в стране они занимают особое место. Именно на них был апробирован однотрубный силуэт, чьи основные черты стали своеобразной «визитной карточкой» итальянских эскадренных миноносцев и повторялись во всех последующих проектах до типа «Сольдати» включительно.

Статистика боевого использования

DA

FR

SA

ST

FG

ВО

FL

LP

Сопровождение боевых кораблей

7

7

4

5

4

3

4

3

Поиск подводных лодок

6

5

5

4

8

7

14

10

Обстрелы побережья

-

-

-

-

1

-

4

-

Перевозка войск и грузов

1

1

-

-

-

-

-

-

Защита коммуникаций

27

92

92

58

77

22

37

62

Межбазовые переходы

25

34

39

19

31

13

17

33

Боевая подготовка

12

16

10

5

14

5

7

10

Прочее

11

10

13

15

20

14

14

19

ВСЕГО

89

165

163

106

155

64

97

137

Пройдено миль

33 952

68 062

64 458

45 143

56 578

18 782

29 518

36 651

Ходовых часов

2 156

4 732

4 693

3 181

4 108

1 238

2 127

3 012

Израсходовано топлива, т

10 161

16 787

16 470

13 753

16 834

6 248

9 844

11 005

Небоеготов, сут.

748

344

252

235

177

33

68

502

Литература и источники

■ Брагадин МЛ. Итальянский флот во Второй Мировой войне. Пер. с англ. - Екатеринбург: Зеркало, 1997.

■ Смит П.Ч. Бой неизбежен. Пер. с англ. - М.: ACT, 2004.

■ Смит П„ Уокер Э. Действия Мальтийских ударных соединений. Пер. с англ. - Екатеринбург: Весть, 1996.

■ Bagnasco Е„ Brescia М. Cacciatorpediniere classi «Freccia/Folgore», «Maestrale», «Oriani» II Nave italiane della 2a guerra mondiale. T.14. - Parma: Ermanno Albertelli Editore, 1997.

■ Bargoni F. La participation naval italiana en la Guerra civil espanola (1936-1939). - Madrid: IHCN, 1995.

■ Hervleux P. German ТА Torpedo Boats at War// «Warship», 1997-1998.

■ I cacciatorpediniere italiani 1900-1966. Comp. G. Fioravanzo etc. - Roma: USMM. 1966.

■ Campbell J. Naval Weapons of World War II. - London: Conway Maritime Press, 1985.

■ Green J.. Massignani A. The Naval War in the Mediterranean 1940-1943. - London: Chatham Publishing, 1998.

■ O'Hara V.P. Struggle for the Middle Sea: the great navies at war in the Mediterranean theater 1940-1945. -Annapolis: Naval Institute Press, 2009.

■ Rohwer J.. Hummelchen G. Chronology of the War at Sea 1939-1945. - Annapolis: Naval Institute Press, 1992.

■ Whitley M.J. Destroyers of World War II. - London: Arms & Armour Press, 1988.

Эскадренный миноносец «Балено»

Автор выражает благодарность О.М. Масленникову, В.К. Михальчуку и ЕЛ. Целикову за предоставленные материалы и оказанную помощь

Дмитрий КИСЕЛЁВ

Корабли Гуандуна

«Кохэй» (бывший «Гуанбин») в составе японского флота

Южный рубеж обороны Поднебесной

Нынешнее процветание южно-китайской провинции Гуандун уходит корнями в эпоху Цин, когда дельта реки Чжуцзян служила единственными воротами иностранной торговли на территории Китая. Несмотря на многочисленные ограничения, деятельность западных коммерсантов в Гуанчжоу (Кантон) приносила такие барыши, что попытка цинских властей ввести более жесткие ограничения спровоцировала Первую опиумную войну 1839-1842 гг. Поражение китайской армии и флота в боях с британскими экспедиционными силами привела к появлению на территории страны так называемых «договорных портов», открытых для свободного проживания и торговли иностранцев. В непосредственной близости от Гуанчжоу возникла британская колония Гонконг. Даже эти обстоятельства не поколебали позиций кантонского купечества, продолжавшего играть значительную роль в экономике империи. Несмотря на это, в середине XIX в. морские перевозки в районе Гуанчжоу были крайне уязвимы перед иностранным вмешательством и местным пиратством. С 1664 г. в распоряжении наместника Лянгуана (т.е. провинций Гуандун и Гуанси) имелось значительное число военных судов, однако все они представляли собой устаревшие парусные джонки и были почти полностью уничтожены британцами в ходе Первой опиумной войны.

Возрождению морских сил Юга долгое время препятствовал кризис власти, усугубившийся восстанием тайпинов, однако в середине 1860-х гг. ситуация начала меняться. В 1866 г. возглавлявший гуандунскую администрацию маньчжур Жуйлинь закупил в Великобритании и Франции шесть деревянных паровых судов, приспособленных для несения патрульной службы в прибрежных водах: «Фэйлун», «Чжэньхай», «Дэнцин», «Суйцзин», «Аньлань» и «Чжэньтао».

К началу Франко-китайской войны морские силы провинции составляли один из четырех военных флотов (шуйши) Цинской империи, при этом в 1884 г. в списках Гуандунского флота числилось 36 кораблей. Обладание Гонконгом позволяло Великобритании в любой момент блокировать побережье провинции. Сознавая это, гуандунские власти взяли курс на создание собственной военно-промышленной базы. В 1873 г. чиновник Вэнь Цзышао получил приказ наладить производство стрелкового оружия. Попытка использовать для этого частные механические мастерские «Ляньтай», основанные в Гуанчжоу в 1837 г., не удалась, однако уже в июне следующего года в городе заработал арсенал. Завод в кратчайшие сроки освоил выпуск револьверов и магазинных винтовок, а также наладил снабжение местных войск боеприпасами. В 1873 г. Жуйлинь пытался заказать в Швеции 20 железных паровых баркасов для борьбы с пиратами на реке Чжуцзян, однако не успел реализовать план по причине отставки.

В 1875 г. наместником Лянгуана был назначен Лю Куньи (1830-1902), положивший начало кантонскому судостроению. В 1876 г., при содействии местной торговой элиты, он приобрел в собственность казны построенный британскими подданными судоремонтный завод. Это предприятие располагало двумя сухими доками грузоподъемностью 5000 и 9000 т, позволявшими производить починку кораблей водоизмещением до 3000 т. Производственная база позволила Лю Куньи уже в октябре 1879 г. организовать минный арсенал и верфь. Первыми кораблями, сошедшими с ее стапелей, стали три миноносца, заказанные в 1882 г. германской фирме «Вулкан». Лишь осенью 1885 г. детали миноносцев удалось доставить в Гуанчжоу на борту броненосца «Динъюань», построенного той же фирмой для Бэйянского (Северного) флота. После сборки и спуска на воду корабли получили имена «Лэйлун», «Лэйху» и «Лэйчжун». В 1884 г. гуандунские власти выдали заказ на восемь миноносок германской фирме «Шихау». Все они также собирались на казенной верфи в Гуанчжоу и получили названия, начинающиеся с иероглифа «лэй» («гром» или «гремящий»). Служба гуандунских миноносцев германской постройки продолжалась долго: в феврале 1913 г. их перевели в отряд патрульных судов, а исключили из списков лишь в 1925 г.

Лю Куньи

Один из 64-тонных миноносцев типа «Лэй»

Суда, закупленные гуандунской администрацией в 1866 г.

Название

Страна происхождения

Вступил в строй

Стоимость

Основные характеристики

Дальнейшая судьба

«Фэйлун»

Великобритания

янв. 1867

23 000 лян

Водоизмещение 439 т, мощность 265 л.с., скорость 7 уз, вооружение 7 орудий

Затонул в 1874 г.

«Аньлань»

Великобритания

1868

23 500 лян

Исключен из списков в 1929 г.

«Чжэньтао»

Великобритания

1868

23 500 лян

-

Нет сведений

«Чжэньхай»

Франция

март 1867

20 000 лян

Водоизмещение 439 т, осадка 8,6 м, скорость 7 уз

Разобран по причине ветхости в 1879 г.

«Суйцзин»

Франция

окт. 1867

20 000 лян

-

Нет сведений

«Дэнцин»

Франция

июнь 1867

49 000 лян

Водоизмещение 1209 т, скорость 12 уз., вооружение 5 орудий

Исключен из списков в 1918 г.

Миноносцы типа «Лэй»

Название

Годы и место постройки

Водоизмещение, т

Размерения,м

Мощность, л.с. Скорость, уз

Вооружение

«Лэйлун»«Лэйху»«Лэйчжун»

1882-1885,«Вулкан»(Штеттин)

64

33,5x3,9x1,6

90018,5

2x5 - 37-мм Гочкиса, 2х350-мм ТА Шварцкопфа (носовые)

«Лэйцянь»«Лэйкунь»«Лэйли»«Лэйкань»«Лэйчжэнь»«Лэйлян»«Лэйсюнь»«Лэйдуй»

1884-1885, «Шихау» (Эльбинг)

26

26x3,58x1,5

42019,5

1х350-мм ТА Шварцкопфа (носовой)

Большинство кораблей Гуандунского флота отличалось небольшими размерами, слабым вооружением и осадкой, которая позволяла преследовать пиратов и контрабандистов не только на море, но и в речных водах. Так, согласно информации о состоянии китайских ВМС в 1886 г., представленной в Главный морской штаб контр-адмиралом А.А. Корниловым, из 11 патрульных судов Гуандуна только одно имело водоизмещение 800 т, тогда как тоннаж остальных колебался между 80 и 170 т. Вооружение таких канонерок состояло из 2-4 орудий. Только с назначением на пост лянгуанского наместника Чжан Чжидуна (1837-1909)[* Наряду с Цзо Цзунтаном, Цзэн Гофанем и Ли Хунчжаном, этот сановник считается одним из отцов китайской модернизации XIX века.] гуандунский флот пополнился достаточно мощными кораблями. Новый губернатор начал с того, что расширил существующее военное производство, открыл в Гуанчжоу два новых арсенала и основал то, что впоследствии стало военной академией Вампу.

Во время Франко-китайской войны Чжан Чжидун принял энергичные меры по защите Гуанчжоу. Не дожидаясь санкции двора, наместник привел в боевую готовность все средства береговой обороны дельты Чжуцзяна и закрыл иностранным судам вход в реку. Протесты иностранных консулов были оставлены Чжан Чжидуном без внимания. Глухая оборона не позволила наместнику оказать помощь Фуцзяньской эскадре в боевых действиях против французского флота, но к этому Чжан и так не стремился.[* Губернатор ограничился тем, что отослал в Фучжоу 1258-тонные вооруженные транспорты «Фэйюнь» («Летящее облако») и «Цзиань» («Польза и безопасность»), построенные в Мавэе в 1872-1873 гг. и в 1882 г. временно командированные на юг для патрулирования Тонкинского залива.] Разгром фуцзяньцев на Мавэйском рейде заставил владыку Юга сделать правильные выводы и срочно заняться наращиванием своей военно-морской группировки. В 1885 г. на Кантонской верфи была заложена серия мелкосидящих композитных канонерок водоизмещением 300 т. Суда получили названия «Гуанхэн», «Гуанли», «Гуанъюань» и «Гуанчжэнь».[** С этого времени всем кораблям Гуандунского флота стали присваиваться названия, начинающиеся с иероглифа «гуан», обозначающего их принадлежность.] Все канонерки вступили в строй в 1886 г. Их вооружение состояло из одного 150-мм казнозарядного орудия Круппа, одного 88-мм орудия той же системы и трех 25-мм митральез Норденфельда. Поскольку возможности местного судостроения по-прежнему были ограничены, Чжан Чжидун обратился к помощи Фучжоуского адмиралтейства. Еще до окончания строительства кантонских канонерок, наместник выдал фуцзяньцам заказ на строительство крейсера, который должен был стать флагманом Гуандунского флота.

Чжан Чжидун

Крейсер «Гуанцзя»

Закладка судна под №28 состоялась 24 ноября 1885 г. в присутствии начальника арсенала Пэй Иньсэня. Корабль проектировался фуцзяньскими инженерами Вэй Ханем, Чжэн Цинляном и У Дэчжаном. В качестве основного прототипа были взяты композитные крейсера типа «Вэйюань». Внешне новый корабль казался их систершипом - длинный корпус с заметной седловатостью, таранный форштевень, корма с высоким подзором, единственная дымовая труба и три мачты с парусным вооружением барка. По своим основным размерениям крейсера были не менее близки.

«Вэйюань»

«Гуанцзя»

Водоизмещение, т

1258

1300

Длина, м

64

67,6

Ширина, м

8,99

10,27

Глубина трюма, м

5,69

5,43

Осадка при полной загрузке, м:

носом

3.81

3.77

кормой

4 92

4 67

Первым отличием от прототипа была силовая установка нового корабля, состоявшая из двух цилиндрических паровых котлов и одной трехцилиндровой паровой машины системы «компаунд». Ее мощность составляла 1600 л.с. против 750 л.с. у «Вэйюаня». Вопреки утверждениям некоторых источников машина для гуандунского крейсера была заказана в Великобритании, а не построена силами Фучжоуского арсенала. Сборкой и установкой механизмов и вооружения корабля руководили инженеры Чэнь Чжаоао, Ли Шоутянь и Ян Ляньчэн.

Следующим отличием нового проекта было усиленное вооружение: здесь фуцзяньские инженеры ориентировались не на «Вэйюань», а на 2200-тонный крейсер «Кайцзи», построенный в Мавэе в 1883 г. Этот корабль, в свою очередь созданный с оглядкой на французский крейсер «Дюге-Труэн», нес 10 крупповских пушек, две из которых имели калибр 210 мм, а остальные - 120 мм. «Гуандунец» получил не такое мощное, зато более сбалансированное вооружение.

«Гуанцзя»

«Гуанцзя»

Водоизмещение: 1300 т

Размерения: 67,6x10,27x3,77/4,67 м

Силовая установка: 1 ПМ «компаунд», 2 цилиндрических ПК; 1600 и.л.с.

Скорость на испытаниях: 14,2 уз

Вооружение: 3- 150-мм/35 Круппа, 4 - 120-MM/40 Круппа, 5*5 - 37-мм Гочкиса (после перевооружения 1894 г.: 3 - 150-мм/35 Круппа, 4 - 105-мм Круппа, 4 - 57-мм Норденфельда)

Экипаж: 145 чел.

Главный калибр был представлен тремя стальными 150- мм орудиями Круппа образца 1880 г. Длина ствола каждой составляла 35 калибров или 5220 мм, при этом 4800 мм приходилось на долю нарезной части. Каждый ствол весил 4,77 т, еще 5,16т составлял вес станка. Орудие могло вести огонь фугасными и бронебойными снарядами весом 51 кг, вес порохового полузаряда равнялся 17 кг. При начальной скорости снаряда 580 м/с эффективная дальность стрельбы достигала 11 000 м. Два орудия были установлены на бортовых спонсонах в районе ходовой рубки, обеспечивавших угол обстрела 120°. Третье 150-мм орудие стояло на кормовой позиции с углом обстрела в 210°. Таким образом, в бою на каждый борт могли вести огонь два из трех орудий главного калибра.

В дополнение к ним в средней части крейсера установили четыре стальных 120-мм крупповских орудия - по два на борт. Вес каждой из этих скорострельных пушек составлял 2728 т при длине ствола в 40 калибров. Орудия стреляли снарядами весом 40 кг с начальной скоростью 634 м/с, пороховой полузаряд весил 4,5. Угол обстрела каждого 120- мм орудия составлял 90°.

Мощь противоминной артиллерии гуандунского крейсера, напротив, была невелика для корабля такого класса и состояла всего из четырех 37-мм револьверных пушек Гочкиса. Две из них установили на крыльях мостика, еще две - на боевом марсе фок-мачты. Последняя, впервые в практике Мавэйского адмиралтейства, была выполнена из стали. Остальные две мачты были деревянными. Постройка «Гуанцзя» обошлась в 220 000 серебряных лян, еще 121 040 лян составила стоимость вооружения.

6 августа 1887 г. корабль благополучно сошел на воду и по личному выбору Чжан Чжидуна получил имя «Гуанцзя» («Гуандунский №1»), Достройка и вооружение продолжались четыре месяца, за это время крейсер успел получить первого штатного командира - им стал прибывший в Мавэй с Гуандунского флота У Юнтай. На должность старшего офицера был назначен еще один гуандунец - выпускник Мавэйской военно-морской школы Чэн Бигуан. Экипаж крейсера состоял из 145 офицеров и матросов.

4 декабря 1887 г. корабль вышел на ходовые испытания, в ходе которых развил скорость 14,2 уз при частоте вращения вала 125 об./мин. Вскоре после этого «Гуанцзя» отправился к месту постоянной службы.

14 января 1888 г. Чжан Чжидун лично встречал прибывший крейсер в Хумэне - стратегически важном пункте Чжуцзянской дельты, прикрывающем подходы к Гуанчжоу. Это был символический поступок: именно в Хумэне в 1839 г. имело место легендарное сожжение конфискованного опиума, послужившее поводом к войне с Великобританией. По мысли наместника, новый крейсер должен был служить гарантом безопасности южных морских границ империи. Чжан Чжидун не ошибался: появление в составе Гуандунского флота новой сильной единицы было в полной мере оценено западными державами. Не стала исключением даже Россия, никогда не рассматривавшая Южный Китай в качестве своей сферы влияния. Еще в октябре 1887 г. в донесении русского посланника в Пекине А.М. Кумани отмечались солидное вооружение «Гуанцзя» и энергия, с которой наместник Лянгуана наращивал свои морские силы.

Осмотрев новый корабль, Чжан Чжидун решил немедленно продемонстрировать его в своих владениях. Прямо в Хумэне губернатор поднялся на борт «Гуанцзя» и совершил инспекционную поездку, посетив о. Хайнань и важнейшие прибрежные пункты двух провинций - от Ляньчжоу в Гуанси до Шаньтоу (Сватоу) в Гуандуне. В течение нескольких лет крейсер охранял судоходство в южно-китайских водах и демонстрировал флаг Цинской империи на рейде Гонконга. 10 ноября 1889 г. в Гуанчжоу открылась военно-морская школа Хуанпу, нуждавшаяся в учебном судне. Чжан Чжидун рассудил, что самую лучшую практику молодежь может получить только на палубе «Гуанцзя», поэтому в каждый следующий поход крейсер брал некоторое количество курсантов. За счет этого численность экипажа возрастала - неудивительно, что в некоторых источниках приводится цифра в 180 чел.

В 1890 г. Чжан Чжидуна сменил на посту наместника Ли Ханьчжан - старший брат фактического хозяина Бэйянского (Северного) флота Ли Хунчжана. Чжан был назначен на должность губернатора Хубэя и Хунани - это решение двора было непосредственно связано с реализацией гуандунской судостроительной программы. Дело в том, что все корабли за исключением «Гуанцзя» были заказаны Чжаном в обход морского ведомства империи. Наместник пытался избежать столичной волокиты и казнокрадства, однако Пекин заподозрил, что на далеком Юге вызревает новое антиманьчжурское движение. Отсутствие веских улик не позволяло подвергнуть Чжан Чжидуна наказанию, поэтому его просто перевели.[* На новом посту Чжан Чжидун провел 18 лет. Он продолжил модернизаторскую деятельность, а во время войны с Японией занял активную патриотическую позицию. Некоторые современные китайские историки даже называют его «предтечей Синьхайской революции».]

Ли Ханьчжан

«Гуанцзя» на рейде

Командир «Гуанцзя» УЦзинжун

Старший офицер «Гуанцзя» Сун Вэньхуэй

Когда в 1890 г. корабли Бэйянского флота возвращались к месту базирования после визита в Юго-Восточную Азию, новый наместник Лянгуана приказал «Гуанцзя» в качестве тренировки сопровождать их до Вэйхайвэя. В 1891 г. крейсер участвовал в первых больших маневрах цинских ВМС в водах Северного Китая, при этом на борту «Гуанцзя» держал свой флаг командующий Гуандунским флотом Юй Сюнфэй.

Именно тогда в уме Ли Хунчжана, также принимавшего личное участие в смотре, сложилась схема перевода корабля в состав Бэйянского флота. Для этого нелишним было иметь своего человека в комсоставе крейсера: подавляющее большинство офицеров Гуандунского флота составляли местные уроженцы, продолжавшие симпатизировать Чжан Чжидуну. С помощью брата Ли Хунчжан перевел в Гуанчжоу 27-летнего старшего офицера учебного парусника «Миньцзе» У Цзинжуна. Последний происходил из родных мест Ли Хунчжана в провинции Аньхой и был всецело предан вице-королю Севера. В апреле 1892 г. У Цзинжун был назначен старшим офицером «Гуанцзя», а в декабре того же года стал командиром крейсера.

В мае 1894 г., когда в Корее уже вовсю пахло порохом, У Цзинжун привел в Вэйхайвэй соединение, включавшее лучшие корабли Гуандунского флота - крейсера «Гуанцзя», «Гуанъи» и «Гуанбин». Вместе с кораблями Бэйянского и Наньянского (Южного) флотов они должны были принять участие в очередном большом смотре имперских ВМС. По окончании маневров наньянские суда вернулись к месту службы, однако три гуандунских крейсера были временно включены в состав Бэйянского флота. Формально Ли Хунчжан мог задержать все корабли, поскольку являлся заместителем главы морского ведомства Китая. В случае с наньянскими судами это неизбежно вызвало бы ссору с могущественным наместником Лянцзяна.[* Управлял провинциями Цзянсу, Цзянси и Аньхой, а также содержал Наньянский флот.] Гнева родного брата Ли мог не опасаться, тем более, что в Гуандуне весьма кстати разразилась эпидемия чумы - она стала еще одним предлогом для задержания трех «Гуанов» на севере. В июне 1894 г. «Гуанцзя» был перевооружен, получив четыре 105-мм орудия Круппа вместо 120-мм и четыре 57-мм пушки Норденфельда вместо револьверных.

Будучи весьма новыми судами, гуандунские крейсера приняли участие во всех крупных морских сражениях Японо-китайской войны 1894-1895 гг. В бою при Ялу «Гуанцзя» действовал в паре с бронепалубным крейсером «Цзиюань», подчиняясь приказам командира последнего. Спустя два часа после начала сражения командир «Цзиюаня» Фан Боцянь совершил измену, покинув боевые порядки флота и полным ходом направившись в Люйшунькоу (Порт-Артур). «Гуанцзя» последовал за ним - в оправдание У Цзинжуна следует сказать, что он четко следовал диспозиции, а обмен сигналами с флагманским броненосцем «Динъюань» в тот момент был просто невозможен. В ночь на 18 сентября 1894 г. «Гуанцзя» сел на камни у островов Саньшаньдао при входе в залив Дапяньвань на восточном побережье Ляодунского полуострова.[* В отечественной литературе, посвященной Русско-японской войне, - острова Саншантао, залив Талиенван и Квантунский полуостров.] Имеются сведения, что У Цзинжун пытался пройти между островами и укрыться в заливе до рассвета, игнорируя предупреждения ряда членов экипажа об опасности. «Цзиюань» не оказал мателоту никакой помощи и пришел в Л юйшунькоу в 5 часов утра 18 сентября. Спустя 4 часа там появились остальные корабли Бэйянского флота. Узнав об отсутствии «Гуанцзя», адмирал Дин Жучан приказал Фан Боцяню отправляться на розыски гуандунского крейсера. В помощь «Цзиюаню» был придан таможенный крейсер «Цзиньлун» («Золотой дракон»).

Прибыв к Саньшаньдао, Фан Боцянь обнаружил покинутый «Гуанцзя» и выяснил, что его команда уже спасена местными рыбаками. Опасаясь появления японцев, командир «Цзиюаня» не стал даже пытаться стащить «Гуанцзя» с камней и ограничился тем, что снял с аварийного судна часть орудий. После этого крейсер попытались взорвать, но не слишком удачно: появившийся несколько дней спустя японский крейсер «Нанива» нашел «Гуанцзя» все еще невредимым. Японцы сделали по корпусу крейсера несколько выстрелов, однако приближающаяся непогода заставила «Наниву» удалиться. Как только шторм утих, к «Гуанцзя» приблизился миноносец «Котака». Его команда обнаружила, что китайский корабль изрядно поврежден волнами, а из вооружения осталось только кормовое 150-мм орудие.

«Гуанцзя» и «Цзиюань» в бою 17 сентября 1894 г. Кадр из телефильма «Великая морская битва года Цзяу» (КНР, 2012 г.). «Цзиюань» ошибочно показан с двумя мачтами

Добравшись до Порт-Артура, команда «Гуанцзя» вернулась под знамена Бэйянского флота. У Цзинжун не понес наказания за потерю корабля, но и не получил нового назначения. После перехода флота в Вэйхайвэй он был назначен начальником северного участка обороны материковой части крепости. После того, как японцы овладели укреплениями южного сектора, У Цзинжун самовольно покинул позиции и 1 февраля 1895 г. вместе с подчиненными ему солдатами бежал в направлении Чифу (Яньтай). За это он был с позором уволен со службы, однако спустя несколько лет сумел вернуться в Гуандунский флот и даже командовал несколькими судами.

После того, как Ляодунский полуостров перешел под русский контроль, новые хозяева должным образом оценили опасность островов Саньшаньдао для судов, входящих в залив Даляньвань в ночное время. Накануне Русско-японской войны на южной оконечности острова Южный Саньшаньдао был построен маяк. К тому времени никаких следов «Гуанцзя» на поверхности моря уже не было. Тем не менее, останки корабля по сей день покоятся на дне Желтого моря в точке с координатами 121°59’ восточной долготы и 38°58’ северной широты. В июне 2009 г. на форуме сайта «Общество изучения истории китайского военно-морского флота» (КНР) обсуждался вопрос любительских погружений к обломкам крейсера.

Крейсера типа «Гуанъи»

Дальновидный Чжан Чжидун не собирался ограничивать свое сотрудничество с фуцзяньскими корабелами постройкой одного крейсера. В планы наместника входил заказ еще девяти кораблей различного класса. Для финансирования этой судостроительной программы он избрал способ, названный русским посланником А.М. Кумани «экономическим». Получив пост губернатора в 1884 г., Чжан сразу же объявил добровольную подписку среди коммерсантов и чиновников подведомственных провинций. Учитывая характер отношений между разными звеньями цинской «вертикали власти», последние (да и первые тоже) просто не могли не откликнуться на призыв начальника. Собранные таким образом деньги, наряду с государственными средствами, позволили сформировать специальный фонд развития флота. К концу 1887 г. в этой «копилке» было не менее 800 тыс. серебряных лян.

Первыми кораблями, построенными на «народные» деньги, стали композитные канонерки «Гуанмоу» и «Гуанцзи».

Обе строились в Гуанчжоу, первая была спущена на воду в ноябре 1887 г., вторая - в апреле 1888 г. Однотипные корабли водоизмещением 400 т оснащались паровой машиной мощностью 400 л.с. и развивали скорость 12 узлов; осадка в 2,13 м позволяла канонеркам заходить даже в небольшие реки; вооружение состояло из одного 120-мм и одного 105- мм орудий, а также четырех скорострельных пушек малого калибра.

Кантонские верфи тут же получили заказ на строительство следующей серии из трех композитных 560-тонных канонерок, которые вступили в строй уже при наместнике Ли Ханьчжане. Эти лодки получили имена «Гуанцзинь», «Гуанъюй» и «Баоби».[* Как и канподки предыдущей серии, эти суда оставались в строю до 1929 г. ] При увеличенном водоизмещении и осадке в 2,9 м канонерки новой серии отличались малой мощностью и, как следствие, могли развивать скорость не более 9 уз. Артиллерия каждого корабля состояла из одного 105-мм, одного 85-мм и двух 12-фунтовых орудий - столь очевидная слабость объяснялась тем, что поставки вооружения отставали, а судостроительные фонды стремительно таяли. Заказ кораблей в Фуцзяни обходился гуандунской казне дороже - разницу можно оценить на примере канонерки «Гуангэн», спущенной на воду в Мавэе 30 мая 1889 г. Судно водоизмещением 316 т, вооруженное одним 120-мм орудием и одной 12-фунтовой пушкой, обошлось на 3 тысячи лян дороже, чем любая из 560-тонных канлодок гуанчжоуской постройки.[** 60 000 лян против 57 000.] Несмотря на это, альтернативы Мавэйскому адмиралтейству в Китае не было - только оно могло проектировать и строить крупные современные корабли, при том, что дефицит капиталовложений в предприятие в 1886 г. оценивался в 1,5-2 млн. лян.

Именно этим соображением руководствовался Чжан Чжидун, поручая фуцзяньцам проектирование и постройку двух быстроходных крейсеров водоизмещением 1000 т, первый из которых был заложен в Мавэе 28 июля 1887 г. В отличие от «Гуанцзя», они строились из стали, что знаменовало начало нового этапа в истории китайского судостроения. В 1886 г. инженер Вэй Хань был командирован во Францию для закупки стального проката и других современных материалов. Ему удалось заключить контракт с фирмой «Крезо», что позволило уже в декабре того же года начать постройку броненосца береговой обороны «Лунвэй» - первого броненосного судна, созданного мавэйскими корабелами.[* Впоследствии вошел в состав Бэйянского флота под названием «Пинъюань».] В отличие от него, крейсера нового гуандунского заказа не имели броневой защиты, хотя Чэнь Юэ и приписывает им броневую палубу толщиной 25 мм и боевую рубку с броней толщиной 50 мм.[** На этом основании историк называет их «первыми бронепалубными крейсерами китайской постройки».] Российский журнал «Морской сборник» в 1891 г. также упоминал броневую палубу крейсера «Гуанбин». С уверенностью можно говорить только о наличии щитов для защиты орудийной прислуги, однако данные об их толщине отсутствуют.

Корабли получили названия «Гуанъи» и «Гуанбин». Отсутствие технологических наработок и простои в ожидании поставок материалов из Франции привели к тому, что первый крейсер удалось спустить на воду только 28 августа 1889 г., а его достройка завершилась 30 ноября 1890 г. «Гуанбин» заложили 2 января 1888 г. и спустили на воду 11 апреля 1891 г. Вооружившись опытом, корабелы сумели достроить его гораздо быстрее головного корабля: 18 декабря 1891 г. «Гуанбин» был готов к службе. В это время в Мавэй зашли корабли Бэйянского флота, совершавшие обычный зимний поход в южные воды. Воспользовавшись этим, «Гуанъи» и «Гуанбин» присоединились к отряду и вместе с ним совершили переход до Гонконга, а оттуда - в Гуанчжоу.

Канонерская лодка «Гуанцзинь»

Крейсер «Гуанъи» в викторианской окраске и с флагами расцвечивания на военно-морском смотре в Даляне накануне японо-китайской войны, 1894 г.

Крейсер «Гуанъи»

Новые суда обошлись гуандунской казне в 320 000 лян. По сравнению с рангоутным крейсером «Гуанцзя» они выглядели очень современно. Стройные гладкопалубные корабли с легким карапасным полубаком (в виде свода, открытого со стороны кормы), тремя легкими мачтами и одной дымовой трубой имели длину 71,63 м и ширину 8,23 м; осадка носом составляла 3,96 м, кормой - 4,1 м. Двухвальная силовая установка включала две горизонтальные паровые машины системы «компаунд» общей мощностью 2400 л.с., получавшие пар от трех цилиндрических котлов. В начале службы корабли были способны развивать скорость до 17 узлов - немногим меньше, чем бронепалубные крейсера британской постройки типа «Чжиюань». Недостаток квалифицированного обслуживания механизмов - общая беда китайского флота - быстро привел к снижению максимальной скорости до 16 узлов.

Главной особенностью вооружения крейсеров типа «Гуанъи» было наличие четырех надводных 350-мм минных аппаратов Шварцкопфа. Расположены они были побортно, аналогично миноносцам: две «трубы» в носовой части и две в кормовой. В разных источниках эти корабли часто именуются минными крейсерами и даже истребителями. Артиллерия состояла из трех 120-мм орудий Круппа, аналогичных тем, что устанавливались на «Гуанцзя». Два орудия стояли на бортовых спонсонах между фок-мачтой и дымовой трубой, третье - на кормовой позиции. Четыре 57-мм орудия Норденфельда и пять 37-мм револьверных пушек Гочкиса составляли противоминную артиллерию.[* По другим данным, первоначально крейсера несли лишь по четыре 47-мм пушки Гочкиса.] Штатный экипаж каждого крейсера состоял из 110 офицеров и нижних чинов.

Когда «Гуанбин» готовился к отправке в Гуанчжоу, на верфи уже строился третий корабль серии, получивший название «Гуандин». Спуск крейсера на воду состоялся в ноябре 1893 г. и совпал с сокращением военно-морских расходов, предпринятым Ли Ханьчжаном. Все планы дальнейшего строительства кораблей были свернуты, а оставшийся невостребованным «Гуандин» в итоге вошел в состав Фуцзяньской эскадры. При этом он получил имя «Фуцзин».

В истории цинских ВМС нет кораблей, чья судьба сложилась бы столь же трагично, как у крейсеров типа «Гуанъи». В мае 1894 г. «Гуанъи» и «Гуанбин» поступили в распоряжение командующего Бэйянским флотом. Первым крейсером командовал Линь Госян, вторым - Чэн Бигуан. В начале лета 1894 г. корабли были перевооружены: 120-мм орудия Круппа были заменены более скорострельными орудиями того же калибра, с июня 1893 г. производившимися Цзяннаньским арсеналом в Шанхае.[* Деревянный корабль водоизмещением 572 т, построенный в Мавэе и носивший то же имя, что и эльсвикский бронепалубный крейсер Бэйянского флота.] На «Гуанбин» кормовое 120-мм орудие было заменено на 150-мм фирмы Круппа.

Крейсер«Гуанбин»

Крейсер «Гуанбин» («Кохэй»), 1895 г.

«Гуанбин»

Водоизмещение: 1030 т

Размерения: 71,63 8,23 3,96/4,1 м

Силовая установка: 2 ПМ «компаунд», 3 цилиндрических ПК; 2400 и.л.с.

Скорость на испытаниях: 16,5 уз

Запас угля: 150 т

Вооружение: 3-120-мм/40 Круппа (после перевооружения 1894 г.: 3 - 120-мм/40 Цзяннань («Гуанъи») или 1 - 150-мм/35 Круппа и 2 - 120-мм/40 Цзяннань («Гуанбин»)), 4 - 57-мм Норденфельда, 5 5 - 37-мм Гочкиса, 4 - 350-мм ТА Шварцкопфа Экипаж: 110 чел.

«Гуанъи»

Модель «Гуанъи» в Музее китайского судостроения в Мавэе (провинция Фуцзянь)

В июне 1894 г. «Гуанъи» был включен в состав отряда, направленного к берегам Кореи. Адмирал Дин Жучан был склонен выделить для крейсерства более сильные корабли, но в итоге согласился с мнением своего флаг-капитана Лю Бучаня - последний считал, что для сопровождения транспортов и разведки небольшие суда подходят как нельзя лучше. И тот, и другой полагали, что основные силы японского флота находятся слишком далеко и не представляют опасности. Утром 25 июля 1894 г. экипажу «Гуанъи» стало ясно, насколько ошибалось начальство. У выхода из Асанского залива пара китайских кораблей столкнулась с лучшими и наиболее быстроходными японскими крейсерами «Ёсино», «Нанива» и «Акицусима». «Гуанъи» значительно уступал любому из них, однако нельзя согласиться с мнением Джона Роулинсона, что его «вообще не стоило принимать во внимание».

Первый удар принял бронепалубный крейсер «Цзиюань», получивший тяжелые повреждения уже в первые 7 минут боя. Поддерживая флагмана, «Гуанъи» открыл огонь из всех орудий и вскоре отвлек на себя «Наниву» и «Акицусиму». Последний оказался всего в 600 м от китайского корабля и одним из первых снарядов разбил ходовой мостик «Гуанъи». Командир последнего уцелел, что может служить косвенным подтверждением наличия защищенной боевой рубки. Следующее попадание японцев пришлось в один из носовых минных аппаратов, но находившаяся в нем торпеда каким-то чудом не взорвалась. Маневрируя под непрерывным огнем противника, Линь Госян сумел отойти на дистанцию 3400 м и продолжал вести бой даже после отхода «Цзиюаня». Убыль личного состава крейсера была огромной, составив 71 человека убитым и раненым. За 1 ч. 20 мин. «Гуанъи» сделал около 100 выстрелов и, полностью исчерпав возможности к сопротивлению, выбросился на скалы о. Сиппхальдо (Сиппхальгадо). Выжившие члены экипажа привели в негодность котлы и машины, после чего переправились на соседний островок, где укрывались в течение 3 дней. Оттуда они наблюдали, как подошедшие японские крейсера расстреливают их корабль. Враги выпустили от 13 до 30 снарядов, один из которых угодил в кормовой минный погреб, в результате чего вся кормовая часть крейсера была сильно повреждена взрывом.

Чэн Бигуан (;)

родился в 1861 г. в уезде Сяншань провинции Гуандун в семье торговца. В 1871 г. глава семьи умер, оставив домашних без средств к существованию. На помощь мальчику пришел муж его старшей сестры Лу Юньшань, только что назначенный командиром канонерки Наньянского флота «Цзинъюань».* Под его руководством Чэн Бигуан начал учиться морскому делу. В 1875 г. он поступил в Мавэйскую военно- морскую школу и, обладая богатым практическим опытом, быстро закончил обучение. Успешно продвигаясь по службе, молодой офицер вскоре стал командиром крейсера Наньянского флота «Чаоу». Незадолго до войны с Японией перевелся в Гуандунский флот и был назначен командиром крейсера «Гуанбин». По окончании военных действий вернулся в Гуандун и стал командиром канонерки «Чжэньтао». Сойдясь со своим земляком Сунь Ятсеном, вступил в ряды тайной организации «Синчжунхуэй» («Общество возрождения Китая»), готовившей восстание в южных провинциях. В октябре 1895 г. о планах революционеров стало известно властям, и Чэн Бигуан бежал в Малайзию. В 1896 г. в Пенанге добился приема у Ли Хунчжана, направлявшегося с официальным визитом в Европу. Сановник узнал моряка и предложил ему вернуться в Китай, обещая свое покровительство. В конце 1890-х гг. Чэн Бигуан вновь поступил в цинский флот, продолжив успешную службу и получив чин адмирала. В 1911-1912гг. командовал кругосветным плаванием бронепалубного крейсера «Хайци», в ходе которого корабль посетил порты Великобритании и США. В Китай крейсер возвратился уже после Синьхайской революции. При республиканских властях Чэн Бигуан стал командующим национальным флотом. 10 сентября 1917 г. он встал во главе ВМС Южного Китая, но уже 28 января следующего года был убит в Гуанчжоу.

«Гуанъи» после боя 25 июля 1894 г.

Наряду с захваченным без боя вооруженным транспортом «Цаоцзян», крейсер «Гуанъи» стал первой потерей Бэйянского флота в разгорающейся войне. Добравшись до материкового берега, его команда получила помощь от местных жителей и была доставлена ими в Чемульпо. Там моряков взял под свое покровительство начальник миссионерского госпиталя Св.Луки американец Эли Лэндис.[* Эли Барр Лэндис (1865-1898) - уроженец Пенсильвании, доктор медицины. В 1890-1898 л: работал в Инчхоне (Чемульпо), внес значительный вклад в изучение корейской культуры.] Оказав медицинскую помощь раненым, он разместил китайцев на борту британского минного крейсера «Арчер», который благополучно доставил их в Чифу. Условием этого англичане поставили подписку о неучастии моряков в дальнейших боевых действиях. В силу данного обязательства остатки экипажа «Гуанъи» некоторое время находились в резерве, а после сражения при Ялу были назначены на крейсер «Цзиюань». В качестве поощрения Линь Госян принял этот корабль под свое командование.

«Гуанбин» участвовал в сражении при Ялу, где действовал в паре с броненосцем «Пинъюань». Оба корабля, вместе с миноносцами и канонерскими лодками, находились в устье реки и вступили в бой около 14:00. Оказавшись на правом крыле Бэйянского флота, они завязали перестрелку с крейсерами «Мацусима» и «Ицукусима». Если «Пинъюаню» с его 260-мм орудием удалось нанести флагману японцев серьезные повреждения, то об успехах «Гуанбина» ничего не известно. При этом сам он получил повреждения, а Чэн Бигуан был ранен.

Вместе с другими китайскими кораблями «Гуанбин» добрался до Порт-Артура, где смог устранить наиболее тяжелые повреждения. 18 октября 1894 г. крейсер перешел в Вэйхайвэй и участвовал в последних боях Бэйянского флота. 9 февраля 1895 г. экипаж «Гуанбина» добил торпедой сильно поврежденный бронепалубный крейсер «Цзинъюань», однако не стал выводить из строя собственный корабль. 17 февраля 1895 г. «Гуанбин» попал в руки победителей и спустя месяц был включен в состав Японского Императорского флота. Как и в случае с другими трофейными китайскими кораблями, название крейсера осталось прежним, но зазвучало на японский манер - «Кохэй». Когда он еще находился в Вэйхайвэе, командующий японским флотом получил официальное послание от губернатора Лянгуана. Перевод этого необычного документа был опубликован в «Морском сборнике»: «Я позволяю себе обратить внимание Ваше на то, что минный крейсер «Гуанбин» принадлежит собственно к Кантонской эскадре. Весной прошлого года к северной эскадре временно присоединились 3 судна кантонской эскадры - «Гуанцзя», «Гуанъи» и «Гуанбин». Из них два первых погибли и остался только «Гуанбин». Между тем Кантон - ни при чем в настоящей войне, а потому, если будут потеряны все три кантонских судна, мы не будем знать, как извиниться перед командующим кантонской эскадрой. Если Вы, Ваше Превосходительство, нам сочувствуете и согласитесь возвратить «Гуанбин», я обещаю, что он не примет никакого участия в дальнейших военных действиях. Если Вы не согласитесь на это, то быть может снимете с него вооружение и возвратите хотя бы корпус; тогда все же командир судна не будет разжалован, так как останется при возможности представить начальству некоторые оправдания».

Приведенный текст наглядно демонстрирует, с каким равнодушием региональная элита Цинской империи относилась к общенациональным проблемам. Письмо несомненно вызвало бурное веселье в штабе адмирала Ито Сукэюки, однако на судьбе бывшего «Гуанбина» не отразилось. Под японским флагом крейсер участвовал в подавлении партизанского движения на Тайване. 21 декабря 1895 г. «Кохэй» налетел на подводную скалу у южной группы о-вов Пэнху (Пескадорские) и в считанные минуты затонул. 18 февраля 1896 г. крейсер был исключен из списков флота.

Японские моряки осматривают поврежденный «Гуанъи». Вид в нос с середины корпуса

Схема крейсера «Гуанбин», составленная японским офицером, капитаном 2-го ранга Осима

«Кохэй» (бывший «Гуанбин») незадолго до гибели, 1895 г.

Последний корабль серии по окончании войны был переведен на север и включен в состав возрождающегося Бэйянского флота. 8 июня (26 мая ст.ст.) 1898 г. «Фуцзин» погиб при попытке войти во внутреннюю гавань Порт-Артура во время жестокого шторма. Трагедия произошла на глазах у русских моряков, которые не смогли оказать китайцам никакой помощи. Из 130 человек, находившихся на борту крейсера, спаслось всего четверо. Под впечатлением от случившегося начальник эскадры Тихого океана вице-адмирал Ф.В. Дубасов потребовал от эмиссара министерства финансов С.И. Кербедза включить в план обустройства Порт-Артура ограждение внешнего рейда базы молами, что так никогда и не было исполнено.

На пороге нового века

Потеря наиболее сильных кораблей вынудила власти Лянгуана расстаться с мечтой о создании мощной военно- морской группировки. Хотя Гуандунский флот по-прежнему насчитывал более 50 вымпелов, его задачи ограничивались береговой обороной и преследованием пиратов. Между тем на южных морских границах империи складывалась непростая обстановка. Франция, в 1885 г. распространившая свой суверенитет на всю территорию Вьетнама, стремилась к контролю над островами Южно-Китайского моря. Эти пустынные атоллы использовались рыбаками и пиратами разных стран, однако в Пекине их неизменно считали принадлежащими Цинской империи. В 1899 г. генерал-губернатор Французского Индокитая Поль Думер отдал распоряжение о строительстве маяка на одном из островов Сиша (Парасельские). В 1901 г. японский купец Нисидзава Йосидзи организовал экспедицию к атоллу Дунша (Пратас) для разведки залежей гуано. Все эти действия нанесли очередной болезненный укол китайскому самолюбию, и без того раненному в результате неудачной войны. Мелкосидящие канонерки и миноносцы не могли удаляться от своих баз, поэтому для присмотра за тающими островными владениями пришлось приспособить единственное крупнотоннажное судно Гуандунского флота - транспорт «Гуанхай». Британский пароход водоизмещением 4850 т с осадкой 10 м был куплен японским правительством во время войны с Китаем. По окончании конфликта ставший ненужным транспорт был передан судоходной компании «Ниппон Юсэн Кайся», которая вскоре продала его цинскому правительству. Корабль получил артиллерийское вооружение, состав которого не установлен, но вряд ли представлял собой что-то серьезное. Кроме того, по приказу из Пекина командование Фуцзяньской эскадры отправило на юг устаревшие деревянные транспорты «Чэньхан» и «Фубо».

Транспорт «фубо»

Последний цинский командующий Гуандунским флотом Ли Чжунь

Транспорты «Чэньхан» и «Фубо»

Название

Год и место постройки

Водоизмещение, т

Размерения,м

Мощность,л.с.

Скорость, уз

Первоначальное вооружение

Экипаж,чел.

«Чэньхан»

1874,Мавэй (№14)

1390

63,3x9,7x4,2

580

9

Нет

150

«Фубо»

1870,Мавэй (№4)

1258

66,3x10,6x3,9

580

9

1x160-мм д/з Армстронг, 2x120-мм д/з Армстронг, 4x120-мм к/з. Вавассёр

150

Оба судна участвовали в сражении с французской эскадрой 23 августа 1884 г. При этом «Фубо» был атакован миноноской №45 и подорван с помощью шестовой мины. Командир корабля Люй Вэньцзин успел выбросить судно на мель. «Чэньхан» затонул от огня французских крейсеров у стенки адмиралтейства на глубине около 6 м. Уже к весне 1885 г. китайцам удалось поднять и отремонтировать «Фубо», а в июне того же года - «Чэньхан».[* Помимо них был вновь введен в строй транспорт «Юнбао» («Вечная защита») - это была первая крупная судоподъемная операция в истории современного китайского флота.] После войны с Японией оба корабля были вооружены: «Чэньхан» впервые за все время своей службы получил несколько малокалиберных орудий (не более двух-трех), а «Фубо» - одно 5-дюймовое и четыре 4-дюймовых орудий неустановленной системы.

В 1905 г. во главе Гуандунского флота встал Ли Чжунь (1871- 1936), оказавшийся последним цинским командующим этого соединения. До перехода на морскую службу он был чиновником таможенного ведомства, энергично боролся с пиратством и в 1903 г. получил титул «Победоносного богатыря» (гоюн батулу). Получив в свое распоряжение весьма ограниченные боевые средства, Ли Чжунь тем не менее стремился к активным действиям в акватории Южно-Китайского моря. В 1907 г. командующий на канонерке «Гуанцзинь» посетил острова Сиша, при этом на о. Вуди (совр. Юнсиндао) был поднят китайский флаг.

В том же году бывший командир «Гуанъи» Линь Госян освидетельствовал фуцзяньские корабли и убедился в их крайней изношенности. Ли Чжунь немедленно организовал ремонт и к началу 1909 г. оба транспорта были готовы начать кампанию - тем более, что момент для этого был самый подходящий.

Нисидзава Йосидзи еще в 1907 г. зафрахтовал пароход «Сикоку-мару» и высадил на островах Пратас настоящий десант из 200 рабочих. Они приступили к разработке гуано, в некоторых местах залегавшего слоем толщиной более 6 м! Попутно японцы разрушили даосский храм и кладбище китайских рыбаков, с незапамятных времен существовавшие на главном острове атолла. За два года Нисидзава успел построить контору, жилой поселок, три склада и погрузочную пристань с подъездной рельсовой (!) дорогой. «Флот» компании состоял из буксирного парохода и нескольких плашкоутов.

Ранней весной 1909 г. экипаж «Фубо» обнаружил, что над Пратас развевается японский флаг, а главный остров атолла переименован в «остров Нисидзава». Купец заявил китайским морякам, что острова никому не принадлежат и заняты им на том основании, что находятся в водах Тайваня, отошедшего к Японии по условиям мирного договора 1895 г. Командир транспорта У Цзинжун выставил на атолле вооруженный пикет с приказом не допускать разработку и отгрузку гуано. После этого вопрос о принадлежности Пратас был передан на рассмотрение дипломатов. Японское правительство было поглощено продолжающимся соперничеством с Россией за господство в Маньчжурии и не стало размениваться на мелочи. Императорский посол в Токио получил приказ уступить требованиям Китая на условиях полной компенсации потерь Нисидзавы, в сумме составивших более 200 000 серебряных лян.

Не дожидаясь окончания переговоров, Ли Чжунь в начале апреля 1909 г. направил «Фубо» (командир У Цзинжун) и «Чэньхан» (командир Лю Икуань) к Парасельским о-вам. Общее командование отрядом было возложено на Линь Госяна. Помимо моряков, в состав экспедиции входили взвод армейской пехоты и бригада рабочих - последние должны были заниматься установкой на островах флагштоков и памятных стел. Корабли посетили острова Драммонд (совр. Цзиньциндао), Роберт (совр. Ганьцюаньдао), Пэттл (совр. Шаньхудао), Дункан (совр. Чэньхандао) и др. На каждом из них был установлен памятный знак с надписью: «Инспекция предпринята по приказу командующего Гуандунским флотом в 33 году правления императора Гуансюя».[* На самом деле, со 2 декабря 1908 г. Китаем формально правил император Сюаньтун (Пу И), но знаки изготовили заранее и переделывать не стали.] Все острова получили новые названия, причем два - в честь кораблей экспедиции (одно из них и сейчас присутствует на китайских картах архипелага). Еще один островок был назван в честь Ли Чжуня.

24 апреля 1909 г. отряд вернулся в Гуанчжоу. Результаты экспедиции ныне активно используются для обоснования суверенитета КНР над Парасельскими островами, оспариваемого Вьетнамом. Группа островов Наньша (Спратли), лежащая значительно дальше к югу от Сиша, не была включена в программу инспекции. Не имея возможности контролировать отдаленные районы Южно-Китайского моря, власти Лянгуана в 1908 г. передали права на освоение островов Наньша компании «Бритиш Острэлиэн Гуано Лимитед».

Минный крейсер «Фэйин»

Летом 1909 г. к о-вам Сиша и Дунша был послан минный крейсер «Фэйин» в сопровождении одного из патрульных судов гуандунской таможни. Построенный в 1895 г. в Германии «Фэйин» значительно превосходил все корабли Гуандунского флота. 11 октября 1909 г. Япония официально признала суверенитет Цинской империи над о-вами Пратас. Пекин согласился выплатить Нисидзаве 160 тысяч лян из 200 - остальное было удержано в качестве штрафа за разрушение кумирни и кладбища. В ноябре 1909 г. «Фубо», «Чэньхан» и «Гуанхай» (по другим данным, вместо него в экспедиции участвовала канонерка «Гуанцзинь») направились к атоллу для возвращения последнего под китайскую юрисдикцию. 19 ноября все подданные микадо были эвакуированы, после чего состоялась церемония с участием правителя области Гуанчжоу Цай Кана и японского консула. Подъем китайского флага сопровождался артиллерийским салютом из 21 выстрела - в исторической литературе КНР это событие именуется «первым успешным возвращением захваченных китайских территорий».

В годы раздора

Действия Гуандунского флота в Южно-Китайском море совпали с реформой цинских ВМС. В 1909 г. на смену старому морскому ведомству (Цзунли хайцзюнь шиу ямэнь) пришло Министерство по делам организации флота (Чоубань хайцзюнь шиу чу) во главе с принцем Цзай Сюнем. В 1910 г. ведомство было переименовано в Морское министерство (Хайцзюнь бу). Наньянский и Бэйянский флоты были объединены под единым командованием, появились крейсерская эскадра и речная флотилия Янцзы. Гуандунский флот был переименован в Эскадру провинции Гуандун (Аохай цзяньдуй), но продолжал оставаться под контролем местных властей.

Последним пополнением Гуандунской эскадры накануне Синьхайской революции 1911 г. стала серия речных канонерок, построенных в Гонконге в 1908-1909 гг.: «Цзянгун», «Цзянда», «Цзянгу», «Цзянъань» и «Цзянхань». Они имели водоизмещение 250 т, длину 44 м, ширину 6 м, осадку 2,2 м, развивали скорость 14 уз и вооружались одной 75-мм пушкой и 2-4 пулеметами. Экипаж состоял из 62 человек.

Правительство молодой Китайской Республики сделало попытку окончательно объединить все военно-морские силы страны, но она оказалась сорвана региональными милитаристами, во второй половине 1910-х гг. взявшими курс на подготовку к гражданской войне. Большинство из них не нуждалось во флоте, а случайно доставшиеся корабли рассматривало как товар. Так, гуандунский генерал Мо Жунсин в 1918 году за 900 000 юаней продал за границу транспорт «Гуанхай». В то же время, именно гражданская война привела к неожиданному усилению Гуандунской эскадры.

В первые годы республики единственным достоверно известным пополнением Гуандунской эскадры стали 200-тонные мелкосидящие канонерки «Дунцзян» и «Бэйцзян». 20 марта 1913 г. на железнодорожном вокзале в Шанхае был убит один из основателей Гоминьдана (Национальная партия) и лидер парламентского большинства Сун Цзяожэнь. Ответственность за его гибель лежала на временном президенте республики Юань Шикае, видевшем в парламенте средство ограничения своей власти. Опасаясь репрессий, руководство Гоминьдана во главе с Сунь Ятсеном бежало в Японию. В конце 1915 г. Юань Шикай попытался провозгласить себя императором под девизом Хунсянь (Великий Закон), но встретил сопротивление армии и уже в марте следующего года вернулся к республиканской форме правления. Смерть диктатора в июне 1916 г. открыла верхушке Гоминьдана дорогу для возвращения в Китай, но отнюдь не означала моментальный приход партии к власти. Прибыв из Японии в Шанхай, Сунь Ятсен почел за благо тут же уехать на родину - в провинции Гуандун его идеи традиционно пользовались поддержкой.

Так как премьер-министр Пекинского правительства Дуань Цижуй объявил о созыве нового парламента, Сунь Ятсен призвал всех депутатов старого прибыть в Гуанчжоу для формирования альтернативных органов власти. Конституционное движение сразу же получило поддержку флотского командования. Это объяснялось тем, что ни Пекинское правительство, ни провинциальный генералитет не интересовались проблемами флота. Немалую роль сыграл также тот факт, что во главе республиканских ВМС стоял давний соратник Сунь Ятсена адмирал Чэн Бигуан. Вместе с командующим Первой (Шанхайской) эскадрой Линь Баоцзэ он фактически поднял мятеж, объявив о неподчинении правительству Дуань Цижуя. 22 июля 1917 г. адмирал увел на юг корабли Первой эскадры, стоявшие в Лунхуа близ Шанхая. В их числе были бронепалубный крейсер «Хайци», минный крейсер «Фэйин», эсминец «Тунъань», а также канонерки «Юнфэн» и «Уфэн». Сунь Ятсен присоединился к Чэн Бигуану. По пути к отряду примкнули эсминец «Юйчжан» и транспорт «Фуань», ранее посланные в Фуцзянь. 4 августа 1917 г. семь кораблей прибыли в Гуанчжоу, где уже находились бронепалубный крейсер «Хайчэнь», канлодки «Юнсян» и «Чуюй». Так под командованием Чэн Бигуана была сформирована «Эскадра, защищающая конституцию» (Хуфа цзяньдуй). В октябре 1917 г. к ней присоединился крейсер «Чжаохэ», в результате чего в Гуандуне оказались сосредоточены 44% всех боевых кораблей Китая.

После гибели Чэн Бигуана в начале 1918 г. выяснилось, что не все моряки эскадры безоговорочно поддерживают Сунь Ятсена. В 1921 г. фуцзяньцы из команды крейсера «Хайци» пытались организовать мятеж, однако эта попытка была подавлена командиром корабля Вэнь Шудэ. После этого он был назначен командующим эскадрой и в июне 1922 г. поддержал лидера Гоминьдана в конфликте с гуандунским губернатором анархистом Чэнь Цзюнмином. Однако уже в конце следующего года Вэнь Шудэ изменил Сунь Ятсену и перешел на сторону северного милитариста У Пэйфу.

19 декабря 1923 г. командующий увел из Гуанчжоу пять кораблей - крейсера «Хайци», «Хайчэнь» и «Чжаохэ», канонерки «Юнсян» и «Чуюй». Эсминец «Тунъань», находившийся в Шаньтоу, также ушел на север. Все корабли в итоге прибыли в Циндао и составили основу Бохайской эскадры (Бохай цзяньдуй). Бегство объяснялось просто: Южное правительство было занято войной на суше и постоянно держало флот на голодном пайке. В 1924 г. сильнейшими кораблями Гуандунского флота стали минный крейсер «Фэйин» и канонерская лодка «Юнфэн». Последняя оказалась тесно связана с Сунь Ятсеном: он неоднократно бывал, а во время мятежа 1922 г. даже жил на борту этого корабля. Поэтому после смерти «отца нации» канонерка получила новое имя - «Чжуншань».[* «Чжуншань» - имя Сунь Ятсена, озвученное по правилам пекинского произношения.]

Крейсер «Хайци» - крупнейший корабль, когда-либо входивший в состав Гуандунской эскадры

«Эскадра, защищающая конституцию» в Гуанчжоу в 1920 г. На переднем плане канонерская лодка «Чуюй», за ней «Юнфэн», далее канлодка «Уфэн», эсминцы «Тунъань» и «Юйчжан»

Вэнь Шудэ

В период сотрудничества Гоминьдана с китайской компартией (1925-1927 гг.) командиром «Чжуншаня» был коммунист Ли Чжилун, одновременно занимавший ответственные посты в южном морском командовании. В марте 1926 г.

«Чжуншань» и канонерка «Баоби» покинули место стоянки и заняли позицию перед военной академией Вампу. Ли Чжилун утверждал, что сделал это по просьбе командования академии, ссылавшегося на приказ Чан Кайши о передислокации последней. Сам лидер Гоминьдана обвинил командира «Чжуншаня» в попытке переворота и ввел в Гуанчжоу чрезвычайное положение.

Ли Чжилун был уволен с военно- морской службы, а после разрыва Чан Кайши с коммунистами - казнен в Гуанчжоу. События марта 1926 г. известны в китайской истории, как «инцидент с «Чжуншанем».

К началу 1927 г. основную массу кораблей Гуандунской эскадры составляли 36 катеров и мелкосидящих канонерских лодок, попавших на службу самыми разными путями - так, в их числе было несколько трофейных пиратских судов. Достоверные сведения об их ТТХ отсутствуют, вооружение состояло из 2-4 орудий малого калибра или пулеметов.

В 1928 г. в организации китайских военно-морских сил произошли новые изменения, связанные с установлением диктатуры Чан Кайши. Гуандунская эскадра была переименована в Четвертую эскадру республиканского ВМФ. Если Первая (Шанхай) и Вторая (Нанкин) эскадры напрямую подчинялись Морскому министерству, то Четвертая и Третья (Циндао) сохранили определенную самостоятельность. В случае с Четвертой эскадрой это было знаком внимания президента по отношению к гуандунскому офицерству: Чан Кайши несколько лет прожил в Гуанчжоу и хорошо знал обстановку в тамошнем флоте, всегда опиравшемся на местные кадры. В пользу этого говорит тот факт, что на посту командующего эскадрой был оставлен Чэнь Цзэ (Чан Чак), стоявший во главе Гуандунского флота с 1923 г. Заигрывая с гуандунцами, диктатор стремился обеспечить себе южный плацдарм на случай победы его политических противников.

Сунь Ятсен и его супруга Сун Цинлин на палубе канлодки «Юнфэн» в 1922 г.

Корабли «Эскадры, защищающей конституцию»

Название

Класс

Место постройки, год вступления в строй

Водоизмещение, т

Мощность, л.с. Скорость, уз

Вооружение

Экипаж

«Хайци»

Бронепалубный крейсер I ранга

Великобритания,1898

4300

1700022

2»203-мм, 10х120-мм, 12«47-мм, 4*37-мм, 5*450-мм ТА

471

«Хайчэнь»

Бронепалубный крейсер II ранга

Германия,1897

2950

750019,5

3*150-мм, 8*105-мм, 6х37-мм, 6 пул., 2 х 350-мм ТА

324

«Чжаохэ»

Бронепалубный крейсер II ранга

Великобритания,1912

2600

600022

2«150-мм, 4хЮ2-мм, 2х76-мм, 6*47-мм, 2*40-мм, 2х37-мм, 2*450-мм ТА

274

«Фэйин»

Минныйкрейсер

Германия,1895

850

543022

2«105-мм, 6»47-мм, 4 пул., 3*350-мм ТА

145

«Тунъань»

Эсминцы

Германия,

390

6000

Зх76-мм, 4х47-мм,

81

«Юйчжан»

1913

32

2х450-мм ТА

«Юнфэн»

Канонерские

Япония,

780

1350

1x102-мм, 1х76-мм, 2х47-мм,

140

«Юнсян»

ЛОДКИ

1913

844

14-13,5

1х40-мм, 2х37-мм, 2 пул.

«Уфэн»

Канонерскаялодка(бывшая яхта)

Циндао,1910

200

30010

4х47-мм

46

«Чуюй»

Канонерскаялодка

Япония,1907

750

135013

2х120-мм, 1х76-мм, 2х37-мм, 2х25-мм

117

«Фуань»

Транспорт

Мавэй,1897

1800

160010

2х57-мм, 2х37-мм

105

Третья эскадра к началу 1928 г. фактически принадлежала маньчжурскому милитаристу Чжан Цзолиню и именовалась «Флотом Северо-Восточного Китая» (Дунбэй хайцзюнь). Остатки независимости этого соединения от Морского министерства были частью политики Чан Кайши в отношении «молодого маршала» Чжан Сюэляна - сына Чжан Цзолиня, унаследовавшего маньчжурские дела после убийства отца. В декабре 1928 г. Чжан Сюэлян заключил союз с Гоминьданом и формально признал власть лидера партии. В обмен на это «молодой маршал» получил ряд преференций и, в том числе, сохранил контроль над Третьей эскадрой.

Перед Четвертой эскадрой стояли те же повседневные задачи, что и перед цинским Гуандунским флотом, а именно борьба с пиратством и охрана островов Южно-Китайского моря. К этому добавилась необходимость демонстрации флага в странах Юго-Восточной Азии: в результате революции и гражданской войны положение проживающих там китайцев значительно ухудшилось. Имеющихся средств по- прежнему не хватало, а заказу новых судов за границей препятствовали ограниченные возможности республиканского бюджета и оружейное эмбарго, действовавшее в отношении Китая с 1919 г. Правда, в конце 1920-х гг. в состав Четвертой эскадры вошло несколько речных патрульных судов, построенных в Гонконге: китайская анархия сопровождалась таким разгулом пиратства, что британцы решили на время забыть о международном соглашении.

Внутренняя междоусобица была на руку не только пиратам: японцы уже в 1917 г. возобновили хозяйственную деятельность на островах Дунша. Ввиду отсутствия патрульных судов достаточного радиуса действия Пекинскому правительству в 1925 г. пришлось учредить на атолле постоянную метеостанцию (фактически военный пост) с персоналом из 23 человек.[* В 1937 г. острова были оккупированы Японией, в 1946 г. вернулись в состав Китая, а в настоящее время находятся под контролем Тайваня.]

В апреле 1929 г. Четвертая эскадра была подчинена штабу морской обороны провинции Гуандун. В октябре того же года флагманский корабль эскадры - канонерка «Чжуншань» - сильно пострадала от взрыва собственных боеприпасов. Чтобы компенсировать эту потерю, в Гуанчжоу направили новую канонерку «Исянь».[** Исянь (Гений освобождения) - одно из прозвищ Сунь Ятсена.] Это был один из крупнейших кораблей, построенных в Китае в период между двумя мировыми войнами. Канонерку заложили на Цзяннаньской верфи (Шанхай) в январе 1930 г. Она сошла на воду 12 ноября 1930 г. и вошла в строй в следующем месяце. При водоизмещении 1650 т она имела двухвальную силовую установку мощностью 4000 л.с., позволявшую развивать скорость в 19 узлов. Вооружение составляли одно 140-мм, четыре 75-мм и одно 47-мм орудие, при этом артиллерия среднего калибра имела увеличенный угол возвышения и могла вести огонь по воздушным целям.

Канонерская лодка «Чжуншань» (бывш. «Юнфэн») в Ханькоу, ноябрь 1927г.

Один из патрульных кораблей Четвертой эскадры, построенных на верфях Гонконга (предположительно, «Чайвань» или «Чанчэн»)

Чэнь Цзэ ()

родился в провинции Гуандун в 1892 г. и в возрасте трех лет был увезен отцом в Сингапур. Когда мальчику исполнилось восемь лет, семья вернулась на родину. Будучи курсантом военно-морской школы в Гуанчжоу, Чэнь Цзэ вступил в Тунмэн-хой - революционную организацию под руководством Сунь Ятсена. Служил в Эскадре, защищающей конституцию, в 1922 г. поддержал Сунь Ятсена в конфликте с Чэнь Цзюнмином. С 1923 по 1932 г. командовал морскими силами Южного Китая. В результате конфликта с Чэнь Цзитаном оказался в Нанкине и получил пост морского министра Китайской Республики. Провел большую работу по подготовке к отражению японской агрессии. После начала Второй японо-китайской войны по личному желанию назначен начальником обороны Хумэньско-го укрепрайона. Постоянно находился на передовой, был тяжело ранен и потерял левую ногу. Был эвакуирован в Гонконг, где оставался вплоть до захвата города японцами. В 1939-1941 гг. выполнял обязанности полномочного представителя гоминьдановского правительства в Гонконге. Во время второй эвакуации торпедный катер, на которой находился адмирал, был потоплен противником. Чэнь Цзэ чудом спасся и вместе с несколькими офицерами своего штаба нашел убежище в провинции Гуандун. Позднее через Юньнань, Бирму и Индию добрался до Лондона, где оставался до конца войны. Кавалер ордена Британской империи. После капитуляции Японии вернулся в Гуанчжоу и был назначен первым послевоенным мэром города. Скоропостижно скончался 31 августа 1949 г., что привело к распространению слухов о причастности Чан Кайши к смерти популярного адмирала.

В начале 1931 г. «Исянь» стал новым флагманом Четвертой эскадры, с 1930 г. базировавшейся в Хайкоу (о. Хайнань). Когда в 1932 г. губернатор Гуандуна и по совместительству командующий Первой армейской группой Чэнь Цзитан выступил против Чан Кайши, адмирал Чэнь Цзэ остался на стороне президента. 7 июля 1932 г. Чэнь Цзитан сумел организовать воздушный налет на Хайкоу, жертвой которого стал старый минный крейсер «Фэйин» - первый корабль китайского флота, погибший в результате действий авиации. После этого Четвертая эскадра перешла в распоряжение Чэнь Цзитана и была подчинена командованию Первой армейской группы, что отнюдь не способствовало укреплению ее боеспособности. Чэнь Цзэ бежал в Гонконг, а по возвращении в Китай стал морским министром гоминьдановского правительства.

Корабли и катера Гуандунской эскадры (1927 г.)

Водоизмещение, т

Названия

20

«Гуюань», «Юаньу», «Юнсин», «Сисин»

30

«Суцзян», «Лунмэн», «Фатун», «Цзяншунь», «Гэнцзянь», «Хуншэн», «Чаоцзян», «Баоань», «Лусинь», «Юнхэн»

40

«Аньшунь», «Лишунь», «Цзянпин», «Фухай», «Аньнань», «Баолай», «Фамао», «Чжили», «Пэнгу», «Фашунь»

50

«Юнтэн»

60

«Цзиньмао», «Чэнчжи»

80

«Тунцзян», «Ицзян», «Гуанъань», «Гуанвэй», «Тунъюань»

свыше 100

«Лушунь», «Фапин», «Гуанхун», «Гуанбо»

Между тем в Четвертой эскадре оставалось всего два корабля, пригодных для действий в океанских водах - канонерка «Уфэн» и транспорт «Фуань». Правда, в конце июня 1933 г. в Гуанчжоу пришли из Циндао крейсера Третьей эскадры «Хайци», «Хайчэнь» и «Чжаохэ». Дело в том, что с конца 1920-х гг. офицеры северного соединения разделились на две враждующие группировки. В первую входили «старики», в 1923 г. переметнувшиеся от Сунь Ятсена к У Пэйфу, а после поражения последнего симпатизировавшие Чан Кайши. Вторую составляли «маньчжурцы» во главе с командующим эскадрой Шэнь Хунле - ставленником Чжан Цзолиня. В апреле 1929 г. войска Гоминьдана взяли под контроль Циндао, что породило в среде «стариков» надежды на отстранение Шэнь Хунле. Вместо этого Чан Кайши не только оставил адмирала во главе эскадры, но в декабре 1931 г. назначил его мэром Циндао. В ответ на это командиры нескольких кораблей во главе с заместителем командующего Лин Сяо составили заговор. Во время еженедельных учений в бухте Лаошаньвань у южного побережья Шаньдунского полуострова они изолировали Шэнь Хунле в даосском монастыре Тайцингун и объявили о болезни командующего. Акция сорвалась по причине подозрительности Чжан Сюэляна, а ее организаторы были уволены со службы.

Оставшиеся «старики» решили действовать более решительно и в июне 1933 г. подготовили убийство адмирала. Исполнителем должен был стать первый лейтенант авиатранспорта «Чжэньхай» Фэн Чжичун. Когда Шэнь Хунле направлялся на корабль для смотра, Фэн попытался застрелить его на борту адмиральского катера, но телохранители командующего выкинули «киллера» за борт. Выловленный лейтенант был немедленно казнен, однако следствием этого стал открытый бунт.

Вечером 25 июня 1933 г. стоявшие в бухте Лаошаньвань крейсера «Хайци», «Хайчэнь» и «Чжаохэ» вышли в море и под общим командованием старшего офицера «Хайци» Цзян Сиюаня направились в Гуанчжоу. Интересно, что заговорщики таки добились своего: Шэнь Хунле был отозван в Нанкин, где получил незначительную должность. Появление мятежных крейсеров в Гуанчжоу не добавило радости командованию Четвертой эскадры. С 1917 по 1933 г. экипажи этих кораблей 17 раз (!) изменяли своим хозяевам и не внушали никакого доверия. Опасения подтвердились в июле 1935 г., когда «Хайци» и «Хайчэнь» самовольно ушли в Гонконг, а оттуда - в Нанкин. «Чжаохэ» сел на мель в районе Хумэня и лишь по этой причине остался в составе Четвертой эскадры.

Ослабление морских сил Южного Китая в начале 1930-х гг. позволило властям Французского Индокитая беспрепятственно направить в район Наньша эскадру из трех военных кораблей и 26 июля 1933 г. объявить острова территорией Франции. Упадок довершило начавшееся летом 1937 г. японское вторжение, в ходе которого большинство кораблей Четвертой эскадры погибло или попало в руки врага.

Патрульные корабли гонконгской постройки

Название

Год и место постройки

Водоизмещение, т

Размерения, м

Силовая установка Мощность, л.с.

Скорость, уз

Вооружение

Экипаж, чел.

«Чжунъюань»1«Чжунхэ»2

1928, «Тайгу Докъярд энд Инжиниринг К°» (Гонконг)

50/60

25,6x4,5x0,8

1 ПМ, 1 ПК 100

10,5

1х37-мм,1 х7,7-мм пул.

31

«Цзяньюй»3«Цзяньцзянь»3

1929, «Бэйли Шипъярд» (Гонконг)

225

36,8x6,5x1,3

2 ПМ, 1 ПК 400

10,5

1х57-мм, 2х40-мм авт., 12х7,7-мм пул.

52

«Чайвань»3«Чанчэн»3

1932, «Бэйли Шипъярд» (Гонконг)

210

43x7,4x1,47

2 ПМ 520

12

1х76-мм, 1х47-мм, 6x7,7-мм пул.

1 Возможно, около 1932 г. переименована в память революционера Дэн Кэна (прозвище Чжунъюань), убитого в Гуанчжоу в 1922 г. При этом иероглифы названия изменены, но произношение названия осталось прежним. Потоплена японской авиацией 30.10.1938 в р-не г. Фошань (Гуандун);

2 Возможно, около 1932 г. переименована в «Чжункай» в память члена Гоминьдана Ляо Чжункая, погибшего в Гуанчжоу в 1925 г. Потоплена японской авиацией 30.10.1938 в р-не г. Фошань (Гуандун);

3 Потоплены японской авиацией в сентябре 1937 г.

Литература и источники

■ Разнородная переписка о Квантунской области (апрель 1898 - март 1900 гг.) //

■ Российский государственный исторический архив (РГИА), ф.560, оп.28, д.133, л. 11-11 об.

■ О развитии военно-морского дела в Китае // Российский государственный архив военно- морского флота (РГАВМФ), ф.417, оп.1, д.323, л.15-16 об.

■ «Морская кампания», 2010, №№ 3, 8.

■ «Морской сборник», 1874, №11; 1891, №12; 1894, №№ 9, 11; 1897, №7.

■ Кладо Н.Л. Военные действия на море во время японо-китайской войны // «Морской сборник», 1895, №5, неофициальный отдел.

■ Небольсин А.К. Морская война Японии с Китаем // «Морской сборник», 1895, №9, неофициальный отдел.

■ Чэнь Гуанжун. Миньго хайцзюнь ди сань цзяньдуй синшуайцзи (Расцвет и упадок

■ Третьей эскадры республиканского флота) - «Дандай хайцзюнь», 2006, №4.

■ Чэнь Юэ. Бэйян хайцзюнь цзяньчуаньчжи (Описание кораблей и судов Бэйянского флота). - Цзинань, 2009. - на кит. яз.

■ Чэнь Юэ. Цзиньдай гоцзао цзяньчуань чжи (Чэнь Юэ. Описание кораблей, построенных в Китае в новое время). - Цзинань, 2011. - на кит. яз.

■ Цзян Мин. Лунци пяоян ды цзяньдуй. Чжунго цзиньдай хайцзюнь синъи ши (Флот под драконовым флагом. История военно-морских сил Китая в новое время). - Бэйцзин, 2003. - на кит. яз.

■ Rawlinson J.L. China’s struggle for naval development, 1839-1895. - Cambridge (Mass), 1967

■ Wright R. The Chinese Steam Navy 1862-1945. - London, 2000.

Интернет:

■ Об инспекции Южного моря (отрывки из записок Ли Чжуня) - сайт «Три архипелага» (КНР) // http://www.unanhai.com

■ История островов Дунша - сайт Департамента охраны окружающей среды правительства Китайской Республики (Тайвань) // http://erarc.epa.gov.tw

■ История островов Южно-Китайского моря - сайт «Даманский-Чжэньбао» (РФ) // www. damanski-zhenbao. ru

■ История Бэйянского флота (КНР) // www.beiyang.org

■ Общество изучения истории китайского военно-морского флота // www.cnhi.org

■ Chinese Warship Museum // http://60.250.180.26/chin/

■ Fighting Ships of the World // http://www.navypedia.org/

Названия кораблей морских сил Гуандуна

Русская транскрипция

Перевод

Аньлань

Штиль

Аньнань

Умиротворенный Юг

Аньшунь

Безопасность и удача

Баоань

Спокойствие рыб *

Баоби

Драгоценность

Баолай

Награду воздающий

Бэйцзян

Река Севера

Гуанъань

Безопасность Гуандуна

Гуанбин

Гуандунский №3

Гуанбо

Волны Гуандуна

Гуанвэй

Мощь Гуандуна

Гуандин

Гуандунский №4

Фуцзин

Мир для Фуцзяни

Гуангэн

Гуандунская №7

Гуанли

Выгода Гуандуна

Гуанмоу

Гуандунская №5

Гуанхай

Моря Гуандуна

Гуанхун

Воды Гуандуна

Гуанхэн

Успех Гуандуна

Гуанцзи

Гуандунская №6

Гуанцзинь

Золото Гуандуна

Гуанцзя

Гуандунский №1

Гуанчжэнь

Правота Гуандуна

Гуанъи

Гуандунский №2

Гуанъюань

Начало Гуандуна

Гуанъюй

Яшма Гуандуна

Гуюань

Стабильность и безопасность

Гэнцзянь

Путь созидающий

Дунцзян

Река Востока

Дэнцин

Очищение и умиротворение

Исянь

Гений освобождения

Ицзян

Наводящий порядок на реках

Лишунь

Польза и успех

Лунмэн

Возвышенная мечта

Лусинь

Обновление пути

Лушунь

Благоприятный для суши

Лэйдуй

Гремящий Запад

Лэйкань

Гремящая вода

Лэйкунь

Гремящая земля

Лэйли

Гремящий огонь

Лэйлун

Гремящий дракон

Лэйлян

Гремящее превосходство

Лэйсюнь

Гремящий ветер

Лэйху

Гремящий тигр

Лэйцянь

Гремящая твердость

Лэйчжун

Гремящий Китай

Лэйчжэнь

Гремящий Восток

Пэнгу

Стойкий, как птица Пэн**

Сисин

Радость Запада

Суйцзин

Покой и порядок

Суцзян

Живущий на реке

Тунъань

Всеобщая безопасность

Тунцзян

Объединяющий реки

Тунъюань

Устанавливающий связь

Уфэн

Танцующий феникс

Фамао

Расцвет и изобилие

Фапин

Расцвет и мир

Фатун

Расцвет и единство

Фашунь

Расцвет и успех

Фуань

Счастье и безопасность

Фубо

Полководец, усмиряющий волны

Фухай

Счастливое море

Фэйин

Летящий орел

Фэйлун

Летящий дракон

Хайци

Морской рубеж

Хайчэнь

Морское сокровище

Хуншэн

Величественный взлет

Цзиньмао

Златообильная

Цзянгу

Мощь реки

Цзянгун

Крепость реки

Цзянда

Величие реки

Цзянпин

Спокойствие реки

Цзянхань

Богатырь реки

Цзянцин

Чистота реки ***

Цзяншунь

Удача реки

Цзянъань

Безопасность реки

Цзяньцзянь

Здоровая простота

Цзяньюй

Плодотворная простота

Чайвань

Охраняющая заливы

Чанчэн

Незапятнанная чистота

Чаоцзян

Бурная река

Чжаохэ

Начало гармонии

Чжили

Провинция Чжили

Чжунхэ

Полноценная гармония

Чжункай

В честь Ляо Чжункая Превосходная основа

Чжунъюань

В честь Дэн Кэна (прозв. Чжунъюань, 1886-1922)

Чжэньтао

Усмиряющий волны

Чжэньхай ****

Охраняющий море

Чуюй

Радость Юга

Чэнчжи

Подобная отвесной стене

Чэньхан

Драгоценное плавание

Юйчжан

Камфарное дерево

Юаньу

Дальновидность и бесстрашие

Юнсин

Вечная радость

Юнсян

Вечный полет

Юнтэн

Непрерывный подъем

Юнфэн

Вечное процветание

Чжуншань

Срединная гора [Ятсен]

Юнхэн

Беспрестанный успех

* Звучит так же, как выражение «Обеспечивать безопасность»;

** Пэн - гигантская птица из древнекитайских мифов;

*** «Хань» - также название династии Хань,

«цин» - также название династии Цин;

**** Это название независимо друг от друга носили канонерка Гуандунского флота и авиатранспорт Третьей эскадры республиканских ВМС, также упоминающийся в статье.

Станковый пулемет П.М.Горюнова

В декабре 2012 года исполнилось 110 лет со дня рождения известного советского оружейника Петра Максимовича Горюнова

Горюнов Петр Максимович (21.12.1902-1943), советский конструктор стрелкового оружия, участник Гражданской войны. Разработал станковый пулемет СГ-43, лауреат Сталинской премии (посмертно), награжден орденом «Знак Почета»

Горюнов Петр Максимович родился 21.12.1902 года в деревне Каменка Коломенского района Московской области в крестьянской семье, рано пошел работать. В годы гражданской войны был призван в армию. После демобилизации, работал на Коломенском машиностроительном заводе, затем на ковровском оружейно-пулеметном заводе, где прошел путь от слесаря-монтажника до конструктора.. В 1940 году П.М. Горюнов, совместно с В.Е.Воронковым и М.М. Горюновым изготовил макет ручного пулемета, который был утвержден для изготовления опытного образца, который получил наименование станковый пулемет ГВГ (Горюнова, Воронкова, Горюнова).

Станковые пулеметы появились в конце IXX столетия. Первым пулеметом, который был принят на вооружение в ряде стран, был пулемет выдающегося американского оружейника Хайрема Стивенсона Максима. На вооружении Красной Армии после Октябрьской революции состоял станковый пулемет «максим» образца 1910 г. Этот пулемет был мощным и надежным оружием в руках хорошо подготовленных пулеметчиков, но он имел ряд конструктивных недостатков, основными из которых были:

1) сложность устройства, что затрудняло его изготовление, изучение и подготовку к стрельбе;

2) большой вес, что ограничивало его маневренность на поле боя;

3) водяное охлаждение.

Опыт боевых действий, особенно зимних наступательных операций Красной Армии под Москвой в 1942 - 1942 гг. выявил необходимость первоочередного создания нового станкового пулемета. В мае 1942 г. был объявлен конкурс на его разработку. В результате работ по созданию нового станкового пулемета на конкурсные испытания были представлены образцы, созданные под руководством конструкторов В.А.Дегтярева и П.М.Горюнова.

Пулемет Горюнова отличался простотой конструкции и технологичностью изготовления. Большинство его деталей были выполнены методом холодной штамповки. Была изготовлена опытная партия образца и направлена на дополнительные испытания. В конце 1941 - начале 1942 гг. в образец были внесены некоторые усовершенствования и изготовлена дополнительная партия образцов. Горюнов добился исключительно простой, легкой и надежной конструкции. Основные механизмы станкового пулемета системы Горюнова имели в 3-4 раза меньше деталей, чем те же механизмы станкового пулемета обр. 1910 г., вес пулемета был уменьшен на 26 кг, технология изготовления его значительно упрощена.

По принципу работы автоматики станковый пулемет Горюнова является образцом с отводом пороховых газов через поперечное отверстие в стенке ствола. Запирание затвора осуществляется перекосом его в правую сторону с помощью запирающего выступа затворной рамы. Питание пулемета производилось из металлической ленты на 250 патронов. Подающий механизм ползункового типа.

Ударный механизм работал от возвратно-боевой пружины.

Спусковой механизм обеспечивал ведение только непрерывного огня. Прицел рассчитан на ведение огня до 2000 м.

Станок колесного типа системы Дегтярева. Для стрельбы по воздушным целям был принят зенитный ракурсный прицел.

Сравнительные характеристики станковых пулеметов представлены в таблице на стр. 63.

7,62-мм станковый пулемет конструкции Горюнова образца 1943 г. на станке Дегтярева

Как известно, работа советских оружейников по созданию новых образцов постоянно находилась в поле зрения И.В.Сталина. Он неоднократно с ними встречался, присутствовал на испытаниях и показах новой техники, беседовал по телефону, давал личные указания. И.В.Сталин хорошо знал В.А.Дегтярева и не без оснований считал его непререкаемым авторитетом в области конструирования пулеметов.. Считая, что одновременная работа над различными системами приведет к распылению сил и средств, что в условиях военного времени было недопустимо, И.В.Сталин незадолго до начала испытаний, 7 апреля 1943 г. предложил Д.Ф.Устинову (народному комиссару по вооружению) при создании конструкторами нового пулемета «принять за основу пулемет ДС (Дегтярева станковый) обр. 1939 г. на упрощенном универсальном станке».

Завершающие испытания станковых пулеметов проводились в мае 1943 года. В своих выводах Комиссия отметила, что по практической скорострельности и баллистическим характеристикам пулеметы ДС-39 и Горюнова равноценны между собой. Конструктивно пулемет Горюнова проще. Он превосходит пулемет ДС по кучности боя, безотказности действия и живучести деталей. Живучесть пулемета ДС с одним агрегатом (затворная рама, затвор) составляет 10 000 выстрелов, а живучесть пулемета Горюнова, также с одним агрегатом (шток, затвор), составляет 25 000 выстрелов. Комиссия отметила малую живучесть второстепенных деталей пулемета ДС-39, замена которых связана с длительными перерывами в стрельбе. На основании испытаний Комиссия пришла к заключению, что пулемет системы Горюнова по надежности действия, безотказности в работе и по живучести деталей выдержал государственные испытания, и рекомендовала его для принятия на вооружение Красной Армии.

Для окончательного решения вопроса о принятии на вооружение нового образца И.В.Сталин созвал совещание, на которое вместе с руководителями наркоматов обороны и вооружения был приглашен и В.А.Дегтярев. Сталин не скрывал свой выбор в пользу В.А. Дегтярева. Выслушав мнения представителей оборонной промышленности и Главного артиллерийского управления, И.В.Сталин поинтересовался мнением Дегтярева. В.А.Дегтярев заявил, что «... пулемет Горюнова проще, надежнее, чем его пулемет, промышленность может его быстрее освоить и поэтому, следует принять его на вооружение». 14 мая 1943 года решением Государственного Комитета Обороны новый станковый пулемет был принят на вооружение под наименованием «7,62-мм станковый пулемет системы Горюнова обр.1943 г. (СГ-43)».

В октябре 1943 г. 7,62-мм станковые пулеметы системы Горюнова обр. 1943 г. (СГ-43) стали поступать в действующую армию. Производство пулемета СГ-43 было развернуто одновременно на предприятиях в Коврове и Златоусте, что способствовало окончательному решению проблемы снабжения войск пулеметами и созданию резервов, которые к концу 1944 г. составили 74 000 штук. Войска получили безотказно действующий станковый пулемет, значительно более простой и легкий, чем станковый пулемет системы Максима.

Основные характеристики станковых пулеметов

Характеристики

Пулемет Максима

Пулемет ДС-39

Пулемет СГ-43

Калибр, мм

7,62

7,62

7,62

Масса пулемета со станком, кг

66

42,4

40,4

Масса пулемета без станка, кг

20,3

14,3

13,8

Масса ленты с 250 патронами, кг

10,3

9,4

10,25

Начальная скорость пули, м/с

865

860

855

Темп стрельбы, выстр./мин.

600

600

600-700

Боевая скорострельность, выстр./мин

250-300

300-310

250-300

Прицельная дальность, м

2700

2400

2000

Предельная дальность полета пули, м

5000

5000

5000

Пулемет в разобранном виде

1 - 7,62-мм патрон с обыкновенной пулей к револьверу «Наган»; 2-7,62-мм патрон с обыкновенной пулей к пистолету ТТ; 3-7,62-мм винтовочный патрон с легкой пулей; 4 - 7,62-мм винтовочный патрон с тяжелой пулей; 5 - 7,62-мм винтовочный патрон с трассирующей пулей Т-46; 6 - 7,62-мм винтовочный патрон с бронебойно-зажигательной пулей Б-32; 7 - 7,62-мм винтовочный патрон с пристрелочно зажигательной пулей ПЗ

Интересный отзыв о станковом пулемете Горюнова содержится в американском «Журнале пехоты» (май 1945г.) в статье «Русское огнестрельное оружие Красной Армии»:

«... В 1943 году был изобретен 7,62-мм пехотный станковый пулемет. Он назван пулеметом Горюнова, по имени нового изобретателя ручного огнестрельного оружия. Введение этого нового образца пулемета в середине войны и когда два других образца подобного оружия работали адекватно, если не отлично, является типичным исканием Красной Армии модернизации и усовершенствования оружия. Это иллюстрирует хорошую осведомленность русских лидеров, что ради их национальной безопасности программа вооружения русской армии не может никогда быть статична».

В ходе Великой Отечественной войны выявились отдельные недостатки станкового пулемета СГ-43, основными из которых были: неудачное крепление ствола в ствольной коробке и несовершенство спускового механизма. Пулемет был модернизирован: изменено крепление ствола ( введен регулируемый замыкатель ствола), улучшена конструкция спускового механизма и др. Кроме того, пулемет был оснащен новым треножным станком системы В.А. Малиновского- А.М.Сидоренко без щита, а также снят щит с колесного станка Дегтярева. Принятие легкого треножного станка и отказ от щита положительно сказались на повышении маневренности пулемета и облегчении его маскировки. После усовершенствования пулемету было присвоено наименование «7,62- мм станковый модернизированный пулемет обр. 1943 г. конструкции Горюнова (СГМ)».

Евгений КЛИМОВИЧ

Литература

Болотин Д.Н. Советское стрелковое оружие. М., Воениздат, 1986 г.

Казусы

НАРОДНОМУ КОМИССАРУ ОБОРОНЫ СССР тов. СТАЛИНУ

ДОРОГОЙ ИОСИФ ВИССАРИОНОВИЧ!

Желая как можно скорее разгромить ненавистный германский фашизм и его армию, рекомендуемое изобретение - КАРАР - Бронированная легкая шагающая машина. Конструктивные ,тактические и боевые особенности КАРАРа заключаются в следующем.

КОНСТРУКЦИЯ: Стальная шаровидная башня укрепленная на шести ногах. Ноги являются ходовой частью,получающие движение от мотора, расположенного в башне. Перемещение КАРАРА происходит прыжками на расстояние от 5 до 20 метров. Прыжок происходит от работы мотора. Его мощность передается на опорные ноги через муфту сцепления А и шатун Б. Шатун опирающийся на головку верхней части ноги бросает тело КАРАРА вперед в требуемом направлении. Два шатуна опираются одновременно на две рядом расположенные ноги. В момент прыжка остальные четыре ноги подбираются. Перед прыжком в желаемом направлении башня поворачивается. Поворот осуществляется мотором. Всего секторов поворота шесть.

Управляется КАРАР одним человеком, сидящим внутри башни на поворачивающемся стуле, водитель одновременно является и стрелком.

Высота КАРАРа до 3 метров, диаметр башни 1,25 м. Шесть опорных и придающих подвижность КАКАРу ног, расположенные формой шестиконечной звезды с диаметром до 3,5 м.

Все конструкции Карара делаются из легких прочных сплавов, чем достигается общий легкий вес способствующий быстроте движения и легкости прыжка. Отдельные детали и общий вид КАРАРа смотри на прилагаемой схеме. Подробных чертежей представить не имею возможности, так как идея создания КАРАРа зародилась в боевой обстановке, где отсутствует возможность получить консультацию для технических расчетов и конструкторского оформления чертежей. Желательно было-бы поработать с оптным инженером конструктором. Эту машину представить в чертежах и моделях можно в короткий срок. По моим расчетам изготовление в заводских условиях КАРАРА очень дешево. Мотор для КАРАРа требуется малой мощности расходующий горючего немного больше, чем мотор мотоцикла. Конструктивная особенность КАРАРа быстрая заменяемость любого узла.

ТАКТИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ И ВООРУЖЕНИЕ КАРАРА: Практика боев показала, что при нападении на врага тактический элемент -ВНЕЗАПНОСТЬ- имеет очень большое значение. КАРАР, обладающий способностью прыгать, все время содержит в себе это свойство, так как перед врагом он будет появляться неожиданно. КАРАР будучи в бою при его подвижности мало уязвим для всех видов оружия.

КАРАР - НОВОЕ В РАЗВИТИИ БРОНЕРОВАННЫХ СРЕДСТВ БОРЬБЫ! Он противоположность развивающимся танковым боевым средствам, идущим в развитии за счет утяжеления брони и общего веса танка. КАРАР способен вести энергичную борьбу с пехотой, кавалерией, танками, бронемашинами, транспортом врага и инженерными средствами, путем использования своего вооружения огнеметных средств и подбрасыванием взрывных зарядов.

ВООРУЖЕНИЕ КАРАРА: Для борьбы с живой силы врага, в КАРАРе, используется автоматы «ППШ», оборудованные как стационарные установки в бойницах шаровидной башне. Еще используются укороченные противотанковые ружья, расположенные также с противоположных сторон башни.

Кроме этого КАРАР имеет вооружение - Пульвелизатор- выбрасывающий горючую жидкость «КС» против всех целей, а особенно против танков и инженерных сооружений. Кроме этого КАРАР способен подносить взрывные снаряды к инженерным сооружениям и их взрывать.

ВЫВОД: Имея ввиду что КАРАР в условиях поля способен иметь очень большую маневренность, его боевая сила очень велика.

Лучший прием использования КАРАРа во взаимодействии с танками и пехотой, располагая КАРАРы по фронту на 50 метров один от другого, а по глубине обороны врага не более одного км.

ОРГАНИЗАЦИЯ УПРАВЛЕНИЯ КАРАРАми:

6 штук КАРАРов - отделение

4 штуки - взвод. Взводу придается один танк, как подвижный командный пункт. Для связи с КП каждый КАРАР оборудуется радио-точкой.

72 штури КАРАРов - бригада. Бригаде придается 10 танков разных мощностей. КАРАРы на дальние расстояния перебрасываются на грузовых автомашинах, по 2 штуки на каждой, с комплектом материалов для снабжения перевозимых КАРАРов.

Прошу рассмотреть это предложение и дать ответ.

Замполитрук КОРНЕЕВ А.Г.

2.10.42 г.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

По предложению т. КОРНЕЕВА А.Г.

«КАРАР»

Автор предлагает построить боевую машину, представляющую собой шар на 6 ногах, которые являются ходовой частью.

Движение совершается прыжками т.е. четыре передние ноги убираются, а две задние в этот момент отталкиваются.

Ноги в движение приводятся при помощи двигателя, расположенного в шаровой области.

Шар является башней в которой расположено вооружение, боеприпасы и т.д.

По данным автора высота машины будет до 3 м. диаметр башни /корпуса/ 1,25 м. диаметр окружности расположения ног, в основании 3,5 м.

Машина имеет мощное вооружение.

По мнению автора такая боевая машина может применяться для борьбы со всякого рода войсками врага.

На рассмотрение представлены схемы и описания по которым трудно судить о том как достигается движение, но и на основании представленного материала можно предположить, что предложение никакой практической ценности не представляет и ни в какой мере использованно быть не может.

1. Ходовая часть в виде шести ног, не рациональна т.к. создает большую высоту.

2. Удельное давление на грунт будет велико, вследствии чего проходимость будет ничтожной.

3. Движение машины прыжками на 5-20 м. не допустима т.к. будут громадные ускорения и находится в такой машине будет невозможно.

И вообще для совершения прыжка, даже при весе машины 3-25 тонн потребуется громадные усилия.

4. Расположить в шаре диам. 1,25 м. двигатель, все агрегаты трансмиссии, топливо, боеприпасы, экипаж и вооружение технически невозможно.

5. При движении по пересеченной местности устойчивость машины будет недостаточной, а при попадании двух толкающих ног в канавку движение прекратится.

Можно перечислить еще целый ряд фактов, подтверждающих не реальность этого предложения, но в этом нет необходимости т.к. и этого вполне достаточно.

НАЧАЛЬНИК ОТД.И3ОБ.ГАБТУ КА ИНЖЕНЕР-ПОДПОЛКОВНИК /ФРОЛОВ/

Материал предоставил Д. Шеин

(стилистика и орфография оригинала сохранены)

Content

Арсенал-Коллекция, 2013 №01 (07)

Арсенал-Коллекция, 2013 №01 (07)

Австро-венгерская авиация в боях в Галиции. Конец августа-сентябрь 1914 г.

Арийский «Сокол»

«Стрелы» и «молнии». Эсминцы типов «Дардо» и «Фольгоре»

Проектирование и постройка

Описание конструкции

Модернизации

Схемы камуфляжной окраски

История службы

Заключение

Корабли Гуандуна

Станковый пулемет П.М.Горюнова

Казусы