Алтунин Александр Иванович

Богоизбранность Иосифа [о романе Т.Манна "Иосиф и его братья"]

Александр Иванович Алтунин

Богоизбранность Иосифа

Произведение классической литературы… В этой краткой фразе сказано многое. Она, как маленькая сжатая пружина, по величине вроде бы совсем незначительная, но обладающая гигантской энергией. Поразительная способность автора вживаться в материал своего произведения и видеть его не только отстраненно, но и изнутри, легко и основательно погружаясь в мысли и чувства героев. Это особое творческое состояние, когда уже сам герой или дух произведения начинает вести мысль автора по какой-то удивительной логической и эмоциональной линии, напоминающей часто причудливый и предельно замысловатый узор.

Как приятно читать роман, в котором воплотилась лучшая часть личности автора. Такое произведение несет в себе не только обширную и подробную информацию исторического, культурного, социального и психологического характера, но и имеет отсвет глубокого личного логического анализа и эмоционально-духовного (через эмоции и логику к духовному видению и пониманию) переживания (!) всей информации. Причем, не только каждого отдельного элемента, но и совокупности фактов, явлений, комментариев, что уже является качественно иным образованием. Похожим на то, когда из отдельных деревьев образуется лес — принципиально иное явление, обладающее не только иными количественными свойствами, но, что еще более важно, — качественными. Причем, иные качественные характеристики относятся практически ко всем важнейшим параметрам, описывающим, как отдельные элементы целого, так и это образование в целом.

Маштабность личности автора — это тема для отдельного большого и подробного разговора. В душе возникает какое-то особое теплое чувство от очередного прикосновения к произведению, сотворенному и написанному автором с гигантской по размеру личностью. Как громко, торжественно и прекрасно звучит мощь его интеллекта. Словно божественный гимн человеческому разуму. Как красива и выразительна эта песня человеческой душе. Именно в такие моменты вдруг начинаешь совершенно иначе понимать и даже ощущать мысль о том, что человек создан "по образу и подобию Божию"… Чистота и трепетность человеческой души в ее лучшей и совершенной части не может не вызывать восторга и восхищения, одобрения и … преклонения.

И именно преклонения, потому что большинство из наиболее талантливых поэтов и писателей стремились вызвать у читателя самую различную палитру мыслей и чувств относительно героев их произведений и самих произведений. В основном, это была симпатия и уважение, иногда восторг или восхищение, и, как следствие этого, жажда подражания. И чаще всего это, относилось к образам конкретных героев. Или к тем, кто в какой-то степени на них похож. Лишь изредка автор ставил перед собой задачу (и успешно ее выполнял!) воспеть красоту человеческой души вообще. Чтобы у читателя помимо его собственной воли (!) возникло четкое и однозначное ощущение, что человеческая душа — это есть нечто совершенно особенное, несущее в себе не только в редкие моменты озарений и откровений, но постоянно и непрерывно, с момента рождения и до последнего вздоха, отсвет Высшей Силы и Совершенства Создателя человека.

И, что совершенно особый момент этого явления состоит в том, что красота души является признаком не только какого-то абстрактного человека или конкретного человека, как отдельного представителя человечества в целом. Нет, красота души — это признак, относящийся в полной мере и к конкретному читателю (!). Для многих современных закомплексованных людей это будет полнейшим и потрясающим откровением. И, что является еще более сокровенным открытием, способным вывернуть некоторых людей буквально наизнанку, так это то, что эта удивительная красота заложена в каждом из наших родных и близких, друзей и знакомых и всех остальных. И именно всех, без какого-либо исключения.

То, что каждый человек делает со своей душой, — это другая сторона медали. Но то, что душа каждого из нас, по своей изначальной сути и содержанию, не только чиста, но и прекрасна — это повод для самых серьезных и основательных размышлений. Это принципиально иная доминанта для мировоззрения подавляющего большинства людей. Можно сказать, что практически для всех, за очень редким исключением. Потому что одно дело, когда ты так или иначе, но умом где-то понимаешь, что и другой человек в своей внутренней сути, вроде бы, не хуже тебя (хотя и эта, вроде бы, достаточно простая истина для многих оказывается не по плечу). И совсем другой оборот дело принимает тогда, когда вдруг сама твоя душа это ощущает.

Причем ощущает вопреки твоему желанию и предварительной умственной установке. И это ощущение не имеет по своей сути мимолетности, второстепенности или легкомысленности. А, во-первых, проявляется четко и ясно, не допуская никаких двусмысленностей или разноплановостей. Во-вторых, проявляется мощно и глобально, захватывая все существо читателя. Причем, как в момент чтения, так и значительно позже него. В-третьих, это ощущение проявляется как совершенно особое чувство. Потому что оно относится к области нашей сокровенной жизни, скрытой не только в силу своей физической локализации, но в силу скрытности, как сознательной защитной системы. Которую мы используем для охраны наших наиболее изящных и хрупких, утонченных и трепетных, щепетильных и возвышенных мыслей и чувств.

Одной из особенностей сокровенных мыслей и чувств является та, что они затрагивают сам фундамент нашей личности и нашей внутренней умственной, душевной, психической и духовной жизни. И изменения в них тут же, так или иначе, отражаются на всех сферах нашего внутреннего бытия. Другой вопрос, что нечасто в нашей внешней жизни происходят события, способные существенно влиять на фундаментальные процессы нашей личности. Тем более, влиять положительно и гармонизирующе. Человек, относящийся внимательно к своей внутренней жизни, не может оставить без внимания что-либо, что мощно влияет на него. И более того, он постоянно ищет такие факторы, которые хотя бы в принципе были бы способны сделать его лучше даже в самой небольшой степени. А уж такой мощный и естественный, если не сказать, "физиологический" (по степени приемлемости и усвояемости) психологический, нравственный и духовный "катализатор", как роман Томаса Манна "Иосиф и его братья", пропустить никак не должен.

Безусловно, одним из неоспоримых достоинств романа является его библейская тематика. Но, благодаря тому, что конкретные исторические факты и их комментарии пропущены через индивидуальную логическую и эмоциональную призму личности (специфическое сочетание свойств ума: творческое начало, самостоятельность и неординарность мышления, тонкость и изящность, особое чувство меры в обработке материала и его интерпретации, совокупность духовных принципов и убеждений, уровень духовного развития и гармонии личности в целом, фантастическое богатство фантазии, воображения и души) писателя, они приобретают характер конкретности и ощутимости. Ты словно ощущаешь себя непосредственным зрителем (или участником!?) происходящих событий. И от этого эти события обретают естественность и живость, реальность и объемность, яркость и выразительность, доступность для определенного понимания, как отдельных деталей, так и событий в целом. И более того, целой серии событий, а потом и всего бесконечно длинного сериала жизни человечества хотя бы в некоторых, но важных моментах.

Ты начинаешь вдруг воспринимать историю человечества не как отстраненно-абстрактную науку, а как нечто, действительно имевшее место быть. И те картины, что прошли на твоем внутреннем экране во время чтения книги, остаются в твоей памяти уже навсегда, как и радости, и грусти, ими вызванные. И поэтому герои романа становятся для тебя уже хорошо знакомыми людьми, имеющими плоть и кровь, а их мысли и чувства становятся ближе и роднее, понятнее и доступнее. Ты начинаешь к ним относиться как к реально живущим людям. И эта символическая метаморфоза приводит к тому, что ты начинаешь понимать реальную, но внешне скрытую, подоплеку многих событий, почему они вообще были, почему происходили именно так, а не иначе. Другими словами, ты начинаешь ощущать пульс истории и жизни вообще.

А это поразительное ощущение, потому что оно порождает чувство сопричастности к истории, к ее таинственному и загадочному развитию. И не только понимание прошлого дает возможность гораздо лучше понимать настоящее и будущее, хотя и это уже есть повод для большого уважения к себе. Но прикосновение к закулисным процессам истории человечества — это необыкновенное доверие к тебе со стороны Высших Сил. И поэтому реальный и веский повод для безграничной радости. И более того, это вполне определенный элемент для большого и глубокого, продолжительного и стабильного чувства удовлетворения собой и своей жизнью. Что является естественной и закономерной потребностью каждого из нас, но, к сожалению, не часто удовлетворяемой. А потому существенно уменьшающей уровень стабильности и благополучности нашей душевной жизни, нашего душевного комфорта и душевного здоровья. Жизнь редко посылает нам поводы для этого чувства, чаще оно возникает лишь в результате долгих и весьма напряженных усилий нашего ума, души и тела.

Конечно, для человека, который во главу угла ставит банальные житейские радости, отодвигая на дальний план радости духовные, чувство удовлетворения в значительной степени искажено и деформировано. Оно по сути дела заменено суррогатом — чувством сиюминутного удовольствия. И потому рассказывать ему об этой особой форме удовлетворения — это, чаще всего, напрасная затея. Лишь человек, который относится к себе достаточно строго и беспристрастно, а поэтому осознающий степень своего несовершенства и постоянно работающий над собой, может в полной мере понять автора этих строк. Концентрированная духовность для людей бездуховных — это не манна небесная, а чаще всего — ядовитая пища.

Роман относится к числу совершенно особых художественных произведений. И не только потому, что через эмоции приводит читателя к определенным ценным и полезным выводам, но потому что мягко и ненавязчиво, доброжелательно и уважительно, тактично и бережно, но, тем не менее, буквально заставляет читателя делать ряд важных выводов. Которые не просто расширяют общий кругозор, но принципиально меняют его мировоззрение. Причем, так мощно и в таких важных моментах, что это мировоззрение переходит на более высокую качественную ступень своего развития, тем самым, давая сильнейший толчок духовной эволюции личности читателя в целом.

Роман, таким образом, выступает в роли истинного наставника-путеводителя, который не только подталкивает нас в нашем развитии, на пути обретения реальной, а не мнимой гармонии личности, освобождая нас от долгой и почти непрерывной спячки нашего духа, но и помогает нам обрести правильное направление этого движения. Ибо идут в этой жизни все. Но только одни вперед, а другие — назад, воображая правда, что лишь они движутся в правильном направлении.

Каждый из нас знает много самых различных историй о жизни других людей, которые мы прочитали, услышали или увидели. И, с этой стороны, вроде бы, ничего не меняется оттого, что мы узнали еще одну историю. Пусть даже историю библейскую. Да, собственно, мы и не заново ее узнали, а лишь повторно о ней прочитали, правда теперь уже в художественной форме, а не в форме прежнего обычного исторического повествования (как нам прежде это казалось) Библии. Но форма этого художественного повествования была столь особенной, что заставила нас взглянуть совершенно по-новому на уже известное нам. Мы и прежде понимали, что жизнь даже самого незначительного человека протекает по каким-то законам и правилам, правда, при этом, мы чаще всего не задумывались о том, по каким именно и почему. В лучшем случае, мы приписывали особенности и закономерности жизни человека его чисто психологическим свойствам и стечению обстоятельств. Почему-то так случилось, а почему — кто его знает…

Читая же роман Т.Манна, мы невольно, но достаточно ясно, вначале начинаем ощущать и именно ощущать, что, на самом деле, все не так просто и произвольно, как это нам прежде представлялось. Что есть сила, которая не зависимо от нас, нашего мнения и желания, согласия или несогласия, понимания или непонимания и всех прочих наших взглядах и представлениях, принципах и убеждениях, действует по своему разумению. И действует всегда и везде, на всех и на всё. Причем успешно, в отличие от нас самих. В разные времена различные люди называли эту силу по-разному. От этого никак не менялась ее реальная суть, но это уже другая сторона медали. В данном случае назовем ее Провидение.

Вспомним, что Иаков был вторым сыном своего отца и, по житейской логике, при жизни своего брата Исаава он не мог никак получить права первородства и соответствующего отцовского благословения. Но так было угодно Провидению и он получил его. Тесть Иакова — Лаван старался сделать все, чтобы Иаков не получил своей возлюбленной Рахиль. Но Иаков получил ее. Десять лет не было у них детей, но когда Провидение сочло нужным, у них появились дети, несмотря на то, что они уже было отчаялись их иметь когда-либо. И несмотря на то, что самым младшим сыном Иакова был не Иосиф, а Венеамин, Иаков больше всех любил именно Иосифа, потому что чувствовал и понимал волю Провидения, избравшего именно Иосифа для Истории, а не кого-либо другого из его сыновей.

Нет, и остальные сыновья так или иначе приняли участие в Истории и в жизни Иосифа. Но главная роль на том этапе жизни и истории человечества принадлежала все же лишь Иосифу. Ибо так было угодно Провидению. И братья Иосифа где-то интуитивно, в самом дальнем уголке своей души смутно ощущали это, но болезненное самолюбие и значительное несовершенство их натуры в целом не позволили им обозначить это расплывчатое чувство в конкретный образ или мысль. А потому они изо всех сил старались воспрепятствовать практическому воплощению избранности Иосифа, значительно выделяющей его из числа всех братьев.

Но даже то, что они продали брата в рабство в Египет, откуда никому и никогда не удалось вырваться, не изменило предназначения Иосифа, которое было угодно Провидению. А ведь казалось, что судьба Иосифа предрешена братьями абсолютно. Но так ситуация выглядела лишь с мирской (житейской) точки зрения. Остается лишь пожалеть старших братьев Иосифа в том, что они не обладали ни минимальной духовностью, ни тем более, духовной проницательностью, которой не был чужд сам Иаков и его Иосиф.

Можно сказать даже более того, что братья Иосифа лишь выполнили волю этого же Провидения, в некоторой степени лишь отчасти ускорив ход предполагаемых событий… Мы часто только думаем, что творим свою волю, а на самом деле, это в большинстве случаев совсем не так. Мы являемся лишь орудием вершения судеб более могущественными силами, чем мы сами. Вопрос лишь в том, какие именно силы управляют нами в тот или иной конкретный момент времени — темные или светлые.

Хотя сказано, что без воли Господа ни один волос не упадет с головы человека. Поэтому отрицательность событий может нами восприниматься лишь с позиций сиюминутности. А когда проходят годы или десятилетия, то оказывается, что все неприятности, горести и прочие проблемы были нам, в итоге, во благо. Правда, благо не с чисто житейской точки зрения, а с духовной. И не с позиции конкретного дня, а с высоты всей нашей жизни. Ракурс восприятия одного и того же явления может принципиально менять наше представления о нем. Так детальные черты лица можно увидеть на расстоянии в несколько метров. А когда расстояние составляет десятки или сотни метров, то образ уже совсем иной получается.

И наоборот, когда смотришь на картину великого мастера на расстоянии в несколько метров, то это произведение искусства. А когда подходишь к ней на десять-двадцать сантиметров, то видишь лишь какую-то совершенно бессмысленную мазню красок. Вот так и человеку порой события его собственной жизни или жизни другого человека кажутся бессмысленными в момент их прохождения или сразу после этого. А проходят годы и все встает на свои места (если уровень духовности и интеллекта анализирующего может это позволить).

Провидение существует и оно во много раз мудрее и могущественнее нас. Даже если собрать мудрость и духовную силу всех людей живших и живущих, то эта совокупность не составит и одной миллиардной доли от мудрости и могущества Провидения.

Проблема заключается в том, знаем мы об этом или нет, понимаем мы этот момент или нет, учитываем ли мы в своей практической жизни это знание или нет. Вот где заключается один из ключей к пониманию (и созданию!) явления счастья и благополучия. Кто-то может мне возразить: если все так предопределено, то какая может быть разница от того, знаем мы о Провидении или нет? Ведь оттого, что братья Иосифа не знали о Провидении и его воле, судьба Иосифа никак не изменилась. Его-то судьба не изменилась лишь по большому счету, а вот их душевное состояние находилось в прямой связи с их мировоззрением и соответствующими ему поступками. Иначе говоря, им трудно завидовать в их многолетних терзаниях и переживаниях. С другой стороны, если бы можно было им сказать, что, мол, не переживайте, — ваш брат идет не на страдания, а к своей славе, то мол их совесть не грызла бы их с такой силой и беспощадностью.

Здесь мы касаемся другой стороны духовной жизни человека — роли совести как объективного и беспристрастного критика и цензора наших мыслей и чувств, слов и поступков. Вопрос не в том, как обелить свои грехи, чтобы они не мучили. А в том, чтобы зная греховные моменты вообще и свои, в частности, стараться не допускать их в своей жизни, ибо каждому будет воздано по делам его. В данном же случае, если бы братья знали, что их затея приведет еще к большему возвеличиванию Иосифа, то, скорее всего, они бы убили его. Или хотя бы попытались это сделать. Так что проблема этой ситуации в ее причинах, а не в следствиях.

Иосиф понимал, что существует Провидение и именно оно определяло, определяет и всегда будет определять его судьбу. Поэтому все свои неприятности и горести он воспринимал и принимал (!) спокойно и по-философски. Конечно, он не относился совершенно равнодушно к своим неприятностям, потому как не страдал, грубо говоря, мазохизмом. Но его страдания даже в самые тяжелые и неприятные моменты жизни были чаще всего физические и, в худшем случае, — умственные. Душа же его при этом, если и терзалась, то, в первую очередь, тем, что он каким-то своим поведением сделал что-то не то или не так и, таким образом, доставил неприятности другим людям (размышления в яме, куда бросили его братья после сильнейшего избиения).

Он знал, что его ведет рука судьбы и поэтому он должен реагировать на любые события мудро, не впадая в панику, растерянность, отчаяние, безысходность, депрессию и какие-либо подобные мысли и чувства. А оттого, что он не понимал куда именно и как именно будет вести его Провидение, он не чувствовал себя неполноценным, ибо понимал, что это не дано понять человеку. И, в тоже время, отсутствие понимания сути и формы деталей и нюансов его бытия не настраивало его на негативный, скептический или пессимистический лад. Поступки других людей он воспринимал как волю Высших Сил и поэтому не обижался на них, не затаивал зла, не страдал жаждой мести и другими отрицательными эмоциями. Это позволяло ему сохранять свое душевное равновесие. И не только не расслабляться от неудач, а еще больше укреплять свой дух, еще больше развивать свой ум, различные добродетели и способности, сохранять трезвое и мудрое отношение ко всем явлениям и событиям в своей жизни и жизни окружающих людей.

И он действительно… становился мудрее и гибче, ум его обретал новую тонкость и изящность. И, в тоже время, он понимал, что его достижения становятся возможными лишь потому, что это в большей степени угодно Высшим Силам. И претендовать на то, что в самых замечательных достижениях его заслуга является основной, он не собирался ни на одну минуту. И именно поэтому он не забывал благодарить всех, кто хоть как-то помогал ему прямо или косвенно. Собственно, в этом главное даже не то, что он внешне выражал свою благодарность, а в том, что он ее столь искренне и естественно ощущал, что не выразить в словах и делах не мог…

Даже когда он стал расти в своих должностях и сменял своих предшественников, то не наполнялся пустым чванством и высокомерием, а совсем наоборот, старался всячески компенсировать даже самый незначительный психологический или моральный ущерб, который при этом возникал автоматически, помимо его воли и желания, уже в силу самого факта смещения предшественника. Он старался сделать так, чтобы его предшественник получал что-то еще более привлекательное, нежели то, что у него было прежде. И, в итоге, врагов у него практически не было. По крайней мере, среди тех, где они могли быть по логике вещей.

А Иосиф из потенциальных врагов делал себе друзей. И не потому, что был слабохарактерным или безвольным человеком, неспособным отстоять свои интересы. Просто он понимал, что за добро, проявленное по отношению к нему со стороны Высших Сил в виде доброго участия тех или иных людей, он сам должен быть столь же внимательным и заботливым, доброжелательным и обходительным не только к тем, кто выступил в роли благодетеля для него. Но и к тем, кому он был нужен и кому он мог помочь, с теми, кого Жизнь целенаправленно сталкивает его, кого самым странным и своеобразным, удивительным и причудливым образом подводит к нему. Потому что он понимал, что помощь ему поступает не от желания конкретных людей, а в силу наличия желания Высших Сил, которые через людей помогают ему. И, если он не будет помогать другим, то и ему никто не будет помогать, так как на это не будет воли Высших Сил. Поэтому даже если кто-то и пожелал бы помочь ему, но это не входило бы в планы Высших Сил, то ничего толкового из этого, по большому счету не получилось бы.

В итоге получилось, что "что посеешь в духовном мире, то и пожнешь", причем, как по сути, так и по форме. Если посеешь добро, то его и получишь. Посеешь изящное добро, то и получишь такого же качества. От примитивного и небрежного добра родится для вас аналогичное. А если посеешь безразличие и формализм, высокомерие и чванство, жесткость и жестокость, нетерпеливость и нетерпение, пренебрежение и отчуждение, резкость и грубость, то их же и получишь. И чем больше проводится посев, тем обильнее собирается урожай. Только духовный урожай отличается от обычного тем, что собирается не в сроки, определенные временем года, а волей Высших Сил. Иногда между посевом и урожаем в духовном мире проходит не только не один месяц, но и не один год, а порой и не одно десятилетие. И никто из простых смертных не может ускорить наступление периода сбора урожая.

Кроме этого, Иосиф понимал, что сможет подняться лишь на ту высоту, которая угодна Высшим Силам. И лишь тогда, когда это будет им угодно. Поэтому он не рвался вперед, не пытался бороться за свое место под солнцем с кем-либо, в том числе, с более слабыми и менее умными и мудрыми, чем он сам.

Очень интересно и достаточно выразительно описаны в романе страдания братьев Иосифа из-за их неблаговидного поступка по отношению и к отцу своему, и к брату. Томас Манн четко и однозначно показывает, что как бы низко не упал человек, каким бы безнравственным он не стал, в нем, несмотря ни на что, сохраняется, не зависимо от его воли и желания, внутренний цензор — совесть. Люди, идущие на сделку со своей совестью ради каких-то благ или профилактики неприятностей и проблем, не должны забывать о том, что спустя некоторое время их будут мучить угрызения совести. И никто и ничто не сможет уменьшить ни тяжести этих мук, ни их продолжительности. Так уж устроен человек, что его душа так или иначе должна страдать за грехи. И срок давности грехов совершенно ничего не меняет.

Это наводит на мысль о том, что прежде чем совершать какой-то поступок, человек должен порой не один, а несколько раз подумать. И подумать серьезно и основательно о том, а стоит ли вообще этот поступок совершать, даже если о нем никто и никогда не узнает. И вот тут-то и кроется главное заблуждение простого смертного. Ибо понятие "никто" исключено изначально и в принципе. Высшие Силы знают всё и обо всем. И они узнают о наших поступках не спустя даже некоторое время, а уже в сам момент их совершения. А строгость и бесстрастность оценки наших поступков Высшими Силами гораздо выше, чем у любых судей-людей. Не говоря уже о том, что если наказания, назначенного земными судьями, так или иначе можно избежать, то наказания Высших Сил вот уж действительно никто и никогда не избежал, ибо это не в силах человеческих.

Получается своего рода парадокс: мы боимся менее суровых судей-людей и предельно легкомысленно относимся к самому строгому суду — Высших Сил.

Первоначальным моментом наказания человека за его проступки являются муки его совести, лишающие человека душевного равновесия и покоя. Ему становится не по себе, то хандра нападет, то грусть, то волнение, то преследуют разные неприятные мысли. И это все поначалу не видно для окружающих. Но со временем человек настолько устает от этого душевного дискомфорта, преследующего его круглосуточно и многие дни, месяцы, годы, что все чаще и чаще на лице человека появляется гримаса боли и страдания, пока не станет вторым лицом.

Мне неоднократно приходилось видеть как удивительные по красоте женщины в считанные годы (5-10) превращались в людей не просто не симпатичных, а приобретали предельно отталкивающую внешность. И все из-за пренебрежения к указаниям своей совести.

Сделка с совестью — это всегда проигрышная сделка, какой бы успешной и безобидной, безрисковой она не казалась на первый взгляд. Избавиться от совести или существенно изменить ее не дано никому, потому что совесть — это искра, заложенная в нас при рождении Высшими Силами. Совесть может отчасти утихнуть лишь в том случае, если человек глубоко и искренне раскаялся в своем проступке и старается своими практическими делами компенсировать причиненное им зло. Причем, компенсировать двух-пяти-кратным размером. Это, кстати, тоже повод для размышления сторонников рационализма и эгоизма, весьма распространенных среди современной молодежи и других возрастных групп. Стоит ли пускаться во все тяжкие для обретения, условно говоря, рубля, если потом из-за этого придется долго и сильно страдать и еще платить сумму, превышающую полученную прежде прибыль в несколько раз? Какая же в итоге получается выгода?

Совесть призвана контролировать ход нашей жизни и развитие нашей личности. Если мы существенно отклоняемся от предназначенного для нас пути, то она бьет тревогу, беспокоится до тех пор, пока мы не вернемся на должный путь. И этот закон вечен: так было, есть и будет. И никому не дано изменить эту ситуацию.

Интересен вопрос о возможности понимания силы Провидения и его содержания. Некоторые или духовно невежественные или слишком самоуверенные и самовлюбленные люди считают, что они настолько умные и сильные, что могут в этой жизни достичь всего, чего только ни пожелают. Но на самом деле это не так. В мелких и второстепенных делах, быть может, воля отдельного человека или группы людей что-то и значит. Но, если мы будем рассматривать только большие и важные дела, то здесь выявится совсем другая закономерность.

Вспомним родного брата Сергия Радонежского Стефана. Если ему предстояло стать монахом, то на этом пути ему не стала преградой даже женидьба и рождение ребенка. Жена его после рождения второго ребенка умерла и семья, как таковая, перестала существовать. И у него хватило ума понять, что его желание противоречит воле Провидения и поэтому сознательное и спокойное подчинение этой более могущественной воле — это наиболее мудрый ход с его стороны. Он подчинился и жизнь его обрела относительно более благополучный характер.

Так и Иаков вынужден был смириться с представленной ему новостью о смерти своего сына Иосифа, потому что он увидел в этом волю Провидения, а не случайное стечение обстоятельств.

А сколько раз бывало в жизни каждого человека, когда он долго и упорно трудился, вкладывая в дело всю свою силу, ум и душу. А потом вдруг что-то вроде бы совершенно неважное происходило и буквально перечеркивало все труды. И вот разобраться в ситуации, в причинах неблагоприятных обстоятельств и состояла мудрость. Потому, как одно дело, когда что-то не получилось из-за недостаточной добросовестности, грамотности, умения или еще каких-то личных особенностей. И, совсем другое дело, когда ситуация в принципе неугодна Провидению. И, чтобы человек не делал, он не сможет достигнуть желаемого. Или, при этом, он заплатит такую большую цену за достижение своей цели, что пропадет весь смысл ее достижения. Будет так, что "овчинка не стоит выделки". И вместо пользы и прибыли человек будет иметь лишь неприятности и проблемы, убытки и лишнюю головную боль.

Бороться с сиюминутными обстоятельствами можно и нужно. А вот бороться с Провидением бессмысленно и вредно. И это нужно хорошо знать и понимать всем людям, чтобы не тратить свои силы зря, впадая в отчаяние и депрессию от постоянного и мощного сопротивления Жизни их усилиям.

Но, если понять соотношение силы отдельного человека и Провидения еще как-то возможно хотя бы чисто теоретически, то понять содержание замысла Провидения невозможно в принципе. И ставить перед собой такую задачу в числе полностью и реально практически решаемых — это не самая разумная затея. В отдельных случаях само Провидение дает тому или иному конкретному человеку прямой или косвенный намек на то, что оно желает видеть в той или иной ситуации. Но и здесь требуется не просто большой ум, а особая мудрость; не просто психологическая тонкость и гибкость, но и изящность; не только психологическая проницательность и интуиция, но и духовная. А подобное сочетание даже лишь всех выше перечисленных качеств в реальной жизни встречается крайне редко. Поэтому обольщаться кому-либо на свой счет не стоит, потому что это будет не просто заблуждение, а страшная по своим последствиям иллюзия.

Но, если понятно хотя бы некоторое основное направление замысла Провидения, то противиться ему нельзя ни в коем случае, потому что это напрасная затея. Вопрос в том, что воля Провидения относится не только к человеку, как таковому, но и к окружающим людям. И понимание этого момента во многом определяет благополучность жизни любого из нас. Проблема состоит в том, что если относительно самих себя мы еще как-то предполагаем проявление воли Провидения, то применительно к другим людям мы об этом почему-то забываем.

Или, если и помним, то стараемся об этом не думать вообще. Это, вроде как, лишь наша личная привилегия быть объектом воли Провидения, а ко всем остальным это не относится, потому что и не должно относиться. И уж совершенно не желаем думать о том, что воля Провидения относительно другого человека может быть значительно более положительной, чем к нам. Иначе говоря, другому человеку уже при рождении предопределена судьба более значительная и эффектная, нежели нам. Мы же не любим того, когда кто-то лучше нас или того, что кто-то заслуживает большего уважения и поощрения, чем мы. Но, если мы не желаем учитывать волю Провидения относительно других людей, то мы выступаем против самого Провидения, таким образом не только не улучшая свое положение в жизни, а совсем наоборот… ухудшаем.

Применительно к Провидению сделки и компромиссы невозможны. Есть четкая закономерность в том, как мы относимся к другим людям (то есть к тому, что им предопределено Провидением) и тем, что мы получаем сами.

Пренебрежение к воле Провидения способно в значительной степени изменить его отношение к нам, сделав, в лучшем случае, достижение уже предписанного для нас гораздо более трудным и неприятным. А, в худшем случае, может лишить нас наиболее радужной перспективы, какая могла бы быть. Вот тут-то и стоит подумать о том, хотим ли мы действительно себе счастья и успеха или нет. Хотим ли мы идти к своему успеху по головам других людей, желаем ли мы и дальше жить по принципу "цель оправдывает средства" и "хорошо лишь то, что хорошо для меня"? Часто получается, что, ставя для себя достаточно достойную цель, мы, тем не менее, идем к ней тем путем и используем такие средства, что сами же и моделируем ситуацию, когда достижение такой цели становится невозможным в принципе, т. е. даже теоретически.

А потом мы обязательно виним всех и вся в своих неудачах и поражениях, неприятностях и проблемах, промахах и убытках. Мы готовы обвинить даже саму жизнь и судьбу в несправедливом к нам отношении. Но они ли виноваты? Возникает несколько непривычный для нас ракурс, требующий основательного и принципиального переосмысления всех основных наших принципов и убеждений. Конечно, даже сам факт признания наличия несовершенства в нашей личности уже требует большого мужества. А уж работа над собой по ломке привычного и в определенной степени удобного и того больше — гигантских усилий ума и души. И вот тут-то и выявляется наше реальное лицо. Оказывается, что мы часто не способны, при всей нашей обостренной и изощренной амбиции и честолюбии, к подобного рода действиям. Потому что нами владеет уже много лет душевная лень и нравственное безволие.

Мы так привыкли к своему несовершенству, что оно стало нашим вторым лицом. А наше внешнее лицо, которое мы привыкли изображать, становится имиджевым не только для окружающих (причем не всех, а лишь наименее проницательных и психологически утонченных), но и для нас самих. А потому и ведет к различного рода искажениям и даже извращениям в восприятии самих себя. Что, в свою очередь, предельно затрудняет даже самую небольшую положительную эволюцию нашей личности духовного плана. По крайней мере, сознательную и целенаправленную.

Особые достижения других людей, их яркие способности и таланты являются одним из критериев определения избранности конкретного человека Провидением. И чем с большим уважением и симпатией мы будем относиться к этим людям, как носителям результата воли Провидения, тем на большую симпатию к себе мы можем рассчитывать с его стороны. Что и как задумало Провидение — это не нам обсуждать и, тем более, решать. Может быть, сейчас оно к данному человеку относится отрицательно, а потом изменит свою позицию. Ход логики Провидения был, есть и будет всегда для простых смертных тайной за семью печатями.

Но вот не считаться с мнением Провидения, пытаться его изменить искусственно и насильственно как применительно к себе, так и к другим людям — это не просто проступок, это, в определенном смысле, преступление, за которое жизнь наказывает и весьма строго. Безразличие к воле Провидения (к таланту, личности, жизни человека, где мы можем принять положительное участие прямо или косвенно), как и негативное отношение к ней — это лишь различные количественно степени неправильного нашего отношения, своего рода борьбы с Провидением. Потому, как даже пассивное отношение к тем, кто нуждается в нашем участии (не говоря уже о негативном отношении и на словах и на деле) является препятствием для практического воплощения воли Провидения. Не важно, что это препятствие на самом деле не принципиальное, а лишь весьма относительное и временное, главное — это наше отношение, своего рода наши штрафные очки, которые нам будут потом засчитаны при подведении итогов наших усилий в жизни, когда будет решаться вопрос о том, будут даны нам подарки (или награды) от Жизни или нет. Вот так-то.

Если же мы знаем волю Провидения и сознательно предпринимаем целенаправленные усилия по препятствованию к ее осуществлению, то мы при этом совершает преступление особой степени тяжести, за которое будем обязательно нести пропорциональное по степени значительности наказание. Иначе говоря, по степени неприятности и драматичности для нас. Чаще всего, это будет лишение нас удачи в более серьезном деле, нежели в том, где мы "поучаствовали" в жизни другого человека. Или даже в нескольких делах.

И, если мы помешали осуществлению сокровенной мечты другого человека, то и наша собственная мечта может точно также не осуществиться. И, чтобы отработать свой долг перед Провидением мы должны будем сознательно и очень старательно помочь уже не одному, а нескольким людям в претворении их сокровенных желаний, угодных воле Провидения (потому как у некоторых людей самое сокровенное желание состоит как раз в том, чтобы навредить максимальному числу людей и как можно в большей степени, а это принципиально противоречит воле Провидения). Несвоевременно отданные долги всегда больше, чем отданные вовремя. И чем позже они отдаются, тем больше их размер. Различие лишь в том, когда мы сами желаем отдавать эти долги.

Жизнь, как правило, взыскивает с нас наши моральные, духовные и материальные долги в обязательном порядке, но вот место и время, ситуацию и обстоятельства она при этом может выбирать далеко не самые удобные для нас. Если не сказать, что самые неудобные. Вроде того, как если мы, имея сто рублей, не хотим вовремя отдать пятьдесят, то потом жизнь взыскивает с нас уже, как минимум, сто рублей и в тот момент, когда у нас всего имеется сто двадцать. Или всего тридцать… Такое тоже бывает. Или деньги на долги есть, но мы запланировали их истратить на свое удовольствие. Уже предвкушаем его, но жизнь неожиданно вносит свои коррективы. И тогда мы вдруг вспоминаем народную мудрость "человек предполагает, а Господь — располагает". Но бывает поздно.

Тут уместно вспомнить, что все наши таланты и способности — это всего лишь аванс, который нам дала Жизнь, и который нам нужно отрабатывать всю оставшуюся жизнь. Мы все являемся пожизненными должниками у Жизни. Те, кто имеют хотя бы небольшую степень мудрости, четко и однозначно это понимают и учитывают в своей жизни. Мы можем и не хотеть отрабатывать, но тогда не стоит и сетовать на то, что нас лишают этих талантов или других радостей жизни. Типа счастья, душевного комфорта, истинного благополучия и других наиболее важных и ценных моментов человеческого бытия. Ибо деньги, власть и другие, чисто внешние показатели относительны и преходящи, создающие лишь иллюзию процветания.

И не важно кто нас лишает — Жизнь или люди. В конечном счете, люди — это всего лишь своего рода марионетки в театре Жизни, выполняющие ее волю, полагая при этом, что они делают лишь то, что именно им хочется. Это всего лишь еще одно заблуждение из числа многих и распространенных.

Еще один важный момент — это умение видеть в каждой встрече с другими людьми элемент Провидения. Эта способность имеется у очень небольшого числа людей. И поэтому имеет двойную ценность. Во-первых, как особо ценная способность, ибо она свидетельствует о наличии у человека большой духовной мудрости, а во-вторых — как очень редкое свойство. Иосиф это понимал и старался быть по возможности максимально полезным и приятным каждому, с кем так или иначе сталкивала его жизнь. В итоге, у каждого встречного оставались весьма приятные впечатления об Иосифе. И когда это было нужно, то эти люди по своей воле и инициативе (!) играли лишь положительную роль в его жизни.

Конечно, не всем он нравился, даже своими неоспоримыми достоинствами (вспомним карлика, который его просто ненавидел). Но к чему привели все авантюры и интриги карлика? Лишь к тому, что Иосиф чуть быстрее пришел к тому месту, где он должен был рано или поздно оказаться. Хозяин Иосифа понял его особое предназначение и поэтому поставил его самым главным в своем доме. Так же хорошо это понял начальник тюрьмы, в которой оказался Иосиф, и управляющий в доме Петепра, и даже сам египетский фараон.

И что получилось из этого? Каждый из "догадавшихся" и сделавших должные выводы для себя не просто выиграл, а очень много приятного и полезного, важного и ценного получил от своего понимания особой избранности Иосифа и практического положительного применения этого понимания. Не говоря уже о том, что авторитет каждого из них в глазах окружающих значительно увеличился, и, в первую очередь, среди тех, мнение которых было важно для них. Правильное отношение Иосифа к узникам тюрьмы привело к тому, что о нем вспомнили в нужный момент. И это обеспечило не только освобождение Иосифа из тюрьмы, но и его предельно стремительный взлет по социальной лестнице Египта. Спокойное отношение Иосифа к своему заточению в тюрьму обернулось в последствии прекрасной компенсацией ему за терпение и выдержку, принятие воли Провидения. Поэтому правильное отношение даже к начальнику тюрьмы со стороны Иосифа дало ему возможность получить еще одного верного и надежного друга, который им и остался тогда, когда Иосиф стал помощником фараона.

Жена Петепра не увидела в Иосифе особого избранника Провидения и осталась "у разбитого корыта". Она вошла в историю как формальный борец с Провидением, хотя при самых интенсивных и изощренных усилиях она ничего не смогла изменить в воле Провидения.

Почему же Иосиф и его отец понимали избранность Иосифа? В первую очередь в силу того, что имели достаточно высокий уровень духовности. Людям бездуховным не понять в принципе сам факт существования явления избранности. Только доминирование духовных аспектов в принципах и убеждениях человека может создать прямую или косвенную предпосылку для столь тонкого и сложного понимания, основанного во многом на чисто интуитивном чувстве, возникающем при общении с тем или иным конкретным человеком, не зависимо от его формального положения в конкретный момент времени. Многие при встрече с Иосифом занимали во много раз более высокое положение, чем он. И поэтому относились к нему высокомерно и пренебрежительно, грубо и бесцеремонно, резко и жестко. Но что было потом? Все они остались далеко позади. Напоминая нам басню Крылова о петухе и орле, когда орел вдруг пролетел ниже изгороди, а петух увидел это и заявил, что он может гораздо выше изгороди взлетать при желании. Да, на крышу сарая он может взлететь, если приложит все свои скудные силенки, использует все свои таланты и способности, силы и возможности. Но ни на метр выше и никогда. А орел тут же взмыл под небеса и скрылся из поля зрения.

Директор тюрьмы не стал впадать во властность и жесткость, формализм и равнодушие исходя из своей должности и отрицательного содержания сопроводительных бумаг Иосифа в общении с ним, а прислушался к своему внутреннему чувству, которое подсказало ему, что к этому человеку нужно относиться совершенно иначе, нежели ко всем остальным. И что в итоге? Из чиновника мелкой руки он вдруг стал намного ступенек выше. И больше того, он перестал заниматься пустым и нудным делом, стал делать дело, к которому лежала его душа, стал общаться с человеком, которого он еще прежде стал искренне и бескорыстно уважать и любить. И это помогло ему как никогда сохранить и укрепить свое "я". И стать первым другом (!) и потом уже управляющим Иосифа-помощника фараона, не ломая себя, не принуждая к тому, чтобы делать что-то против своих принципов и убеждений, становясь еще более правильным и более гармоничным человеком, обретая душевное равновесие и комфорт, получая возможность реализовать все свои мечты, включая самые сокровенные и несбыточные. И без Иосифа, без понимания его избранности они так и остались бы несбыточными и фантастическими.

Провидение самым удивительным и щедрым образом наградило директора тюрьмы за его желание и стремление понять волю Провидения и исполнить ее, не зависимо от своего сиюминутного желания. Конечно, тут понадобился и ум и чуткость в отношении других людей, пусть даже находящихся у него в подчинении, проницательность, умение увидеть в другом большой ум и талант, благородство и красоту души, духовную насыщенность и гармонию, которые не только не уступают показателям самого аналитика, но и во многом превосходят их. Увидеть это, понять, оценить, сделать должные выводы — это не просто большая и сложная работа ума. Это еще и труднейшая работа души, чуткой к редким озарениям духа, преобразующим ее в более совершенное и более гармоничное образование.

Порой один-другой такой миг могут изменить человека гораздо больше и сильнее, нежели многие годы пустого прозябания, заполненного мелкой житейской суетой. И именно поэтому нужно относиться к людям, имеющим такого рода озарения с особой внимательностью и заботливостью. Ничто доброе и хорошее, что мы делаем для кого бы то ни было, не пропадает даром. За все мы получим свой подарок. Это информация для тех, кто еще не может избавиться от своего рационализма и эгоизма. А те, кто обрел хотя бы самую небольшую, но все же частичку духовной гармонии, уже начинают понимать, что нужно делать как можно больше добра. Причем, как можно более красивого и изящного, искреннего и бескорыстного, осознанного и целенаправленного, постоянного и регулярного. Ибо, при этом, человек выступает в роли сотрудника Высших Сил, вступает с ними не в сговор или сделку, а в пожизненное творческое сотрудничество. В котором он, ничтожная песчинка Вселенной, выступает не в роли раба, слуги или наемного работника, а роли единомышленника, помощника, сотрудника, наделенного особым доверием и расположением.

Можно вспомнить и сказку Андерсена о гадком утенке, который в детстве постоянно подвергался унижениям и оскорблениям гусей и уток, а вырос и стал прекрасным лебедем, которым восхищались все, даже его бывшие недоброжелатели. Другой вопрос, что большинству из них элементарно не хватило ума увидеть в этом прекрасном лебеде бывшего гадкого утенка. Не говоря уже о том, чтобы понять свою прежнюю безграничную глупость и предельную психологическую и духовную ограниченность, примитивность и убогость как вообще, так и применительно к этому утенку. Понять свою ошибку, раскаяться в ней, повиниться перед ним, покаяться. Нет, они так и продолжали копаться в своем деревенском навозе, в то время, как от присутствия лебедя весь мир стал прекраснее. И если суть их существования сводилась к тому, чтобы нагулять как можно больше мяса и жира, чтобы быть достойными для кухни. То смысл существования лебедя был совершенно в других системах координат, другой психологической и духовной, интеллектуальной и эстетической плоскости.

Провидение — это не есть что-то совершенно самостоятельное и независимое от всего прочего. Это практическое воплощение воли нашего Создателя — Господа. И именно поэтому оно непостижимо и недостижимо. Только некоторые святые могли что-то узнавать в отдельных случаях. Но какую цену при этом они платили за подобную осведомленность — это отдельный вопрос.

Мирская логика и духовная — это совершенно различные плоскости нашего бытия. Большинство из нас думает, что живет правильно. И это отчасти так, потому что при этом исходит из логики мирской, т. е. той, которой руководствуется большинство. А вот как только у человека появляется хотя бы немного духовности, то он начинает на свою прежнюю мирскую логику смотреть другими глазами. Постепенно начинает открываться, что многое, из того, чем человек неглупый и достаточно неплохой по своей сути гордится, на самом деле если чего-то и достойно, то лишь отрицательного к себе отношения. Духовная логика — это не то, что предназначено лишь для монахов и священников. Это то, что должно иметь место в уме и душе каждого человека, не зависимо от его возраста и профессии, пола и социального статуса. Конечно, она не появляется сама по себе и не появляется вдруг в больших количествах. Каждая ее крупица дается большим трудом, часто после долгих и напряженных размышлений, переживаний при прохождении многих испытаний, решении проблем и жизненных задач, перенесении многих невзгод и неприятностей. На примере героев романа Манна мы видим как сильно отличается жизнь и судьба тех, кто стремился во-первых, сохранить свою духовность в сложных ситуациях и длительно существующих обстоятельствах, а также развить ее дальше в максимальной степени. И тех, для кого духовность была пустым звуком, если не неприятным. Первые были спокойны и счастливы, а вторые находились в постоянном раздражении и были предельно несчастны, стремясь видеть причины своих бед и проблем вовне себя. В то время, как истоки всего хорошего и плохого лежат в нас самих.

Ведь неприятность — это не само событие, а лишь наше отношение к нему. И для одних неприятности и горести — это дополнительный повод пожалеть себя и поругать других. А для других — это повод для длительных и серьезных размышлений, повод взглянуть на себя как бы со стороны, критически и бесстрастно оценить свои мысли и чувства, принципы и убеждения, желания и стремления, слова и поступки. И не только чисто теоретически сделать для себя определенные выводы, но и постараться претворить их в жизнь, чтобы на деле устранить причины своих проблем и сделать это своими руками и не за счет других людей, без ущемления чьих бы то ни было интересов прямо или косвенно, сознательно или случайно. Если бы Иосиф не размышлял много и основательно, без потакания своему самолюбию и честолюбию, то он, быть может, так и остался сидеть в яме, куда его бросили братья. Да и в тюрьме размышления не только заполнили его ум, но и укрепили его дух, успокоили его душу. А многие, имеющие все, о чем они мечтали, были, тем не менее, глубоко несчастны, потому что не заботились о своем духе, о гармонии своей духовности. Что можно видеть и в настоящее время среди очень богатых людей и России и США. Страна, эпоха и любые другие внешние параметры никак не меняют в данном случае суть дела. Мирские принципы жизни предполагают получение максимального количества удовольствий физического характера, в то время, как духовные их не приемлют в качестве ведущих.

Очень интересным представляется момент отношения одного человека к духовности другого. Духовность, если она имеется, конечно, — это совершенно особая субстанция. Поэтому, если мы можем так или иначе относиться к различного рода человеческим талантам и способностям, достоинствам и добродетелям, то к духовности может быть только одно отношение — уважительное и почтительное. И ни в коем случае не равнодушное и не пренебрежительное. Духовность — это то внутреннее поле, на котором Высшие Силы сеют семена высшей и истинной мудрости, это своего рода потенциальный информационный канал связи человека с Всевышним. А там, где так или иначе участвуют те или иные Высшие Силы, (естественно светлые, а не темные) не должно быть банальных и примитивных мирских оценок и реакций. Это даже не применение принципа "в чужой монастырь со своим уставом не ходят". Это принципиальная чисто практическая рекомендация по профилактике очень больших, если не сказать, что самых больших, неприятностей и проблем.

Не обязательно самому совать руку в огонь, чтобы убедиться, что будет больно и поэтому этого делать не нужно, если не сказать, что нельзя. Достаточно, если кто-то, кто уже прошел подобную "процедуру" или знает о ней из уст свидетеля или "жертвы", выскажется по данной теме. Конечно, все это не я впервые придумал, скорее всего, все это задолго до меня уже было сказано. Свою задачу я вижу в том, чтобы проанализировать свои впечатления о романе и высказать свои комментарии по этому поводу. Порой бывает интересно и самому систематизировать свои мысли и изложить их на бумаге. И если мой жизненный опыт и знания кому-то помогут избежать хотя бы иногда и хотя бы некоторых ошибок, то можно будет считать, что я трудился не зря.

Духовность, как результат работы ума и души, должна всегда одобряться и поощряться. И тут дело не в том человеке, к которому будет соответствующее отношение, а в том, что правильное отношение к человеку и его духовности позволяет аналитику получить шанс получить подарок от Высших Сил или, как минимум, не получить несколько подзатыльников от Жизни. Так что хорошее поведение — это не окружающим нужно, а самому человеку. Конечно, и окружающим приятно, когда кто-то нормально и прилично себя ведет.

Другой вопрос, что не каждый способен что-то вообще видеть в других людях. И, тем более, духовность.

В духовности, как и во всем остальном существует талант, который, правда, встречается наиболее редко даже по сравнению с другими способностями и добродетелями. Но от этого он не менее ценен становится, а еще гораздо более ценным. Можно сказать, что на вес золота. Задача наиболее мудрых и одухотворенных людей состоит в том, чтобы, подобно фараону, увидеть этот талант в другом человеке и обеспечить по возможности наиболее благоприятные условия для его развития, причем для максимально интенсивного и гармоничного развития. Ведь увидел в Киево-Печерской лавре старец духовный талант у мальчика и отправил того в Саров, где он и стал в последствии не просто умудренным и духовно зрелым старцем, а и святым Серафимом Саровским.

Духовный талант Иосифа заключался не только в том, что он умел понятно и доступно, и, в то же время, разумно и достойно донести многие вечные и универсальные духовные истины и принципы, взгляды и представления до сознания других людей, пробуждая в них жажду духовной работы, желание и стремление самосовершенствования, но еще и в том, что он не только проповедовал эти духовные моменты, но и старался следовать им в своей жизни. А самое главное, при этом, заключалось в том, что он не только знал и понимал эти истины умом, но и чувствовал их своей душой. (Это может понять только тот, кто сам уже прошел этап перехода от понимания умом духовной радости до ощущения ее всей душой, когда невозможно облечь в слова то, что ощущаешь…) Они были его сутью, его естеством, его неотъемлемой органически составной частью ума, души и духа. Он старался, чтобы все его мысли и чувства преломлялись через призму духовного. В молодости, а, тем более, в юности, это очень редко встречается. Это признак богоизбранности, ибо его мы можем встретить лишь у святых. По крайней мере, мы имеем информацию такого рода лишь из их жизнеописаний. Богоизбранность бывает различной степени: большой, средней и малой. Также, как и все прочие задатки способностей и талантов, данные от Всевышнего. Косвенным признаком богоизбранности является наличие цельности и гармоничности личности того или иного человека. Жаль только, что увидеть это может мало кто. Ремесленнику, чаще всего, трудно определить степень талантливости большого мастера, таланта или гения.

Другим косвенным признаком духовного таланта является тот момент, что к такому человеку тянутся люди за помощью и поддержкой. Его обязательно любят дети и животные (при условии наличия умственного и психического здоровья, хотя некоторые тяжело психически больные люди особенно чутко чувствуют истинную духовность конкретного человека буквально своей кожей; потому что они не могут ясно и четко сформулировать почему это человек им нравится, а другой — нет.

Конечно, право выбора линии поведения остается за каждым из нас. А вот то, что за этим последует — это уже дело другое и от нас не зависит. На ярких и выразительных примерах своих героев Томас Манн рассказал нам о том, что бывает с теми, кто старается учитывать законы Жизни (счастье, успех, радость) и с теми, кто ими пренебрегает (копание в навозе у разбитого корыта). Могу лишь добавить от себя, что более чем 25-летние наблюдения за тысячами людей привели меня к аналогичному выводу.

Content

Алтунин Александр Иванович Богоизбранность Иосифа [о романе Т.Манна "Иосиф и его братья"]

Александр Иванович Алтунин Богоизбранность Иосифа