Star Wars. Байки из кантины Мос Айсли

Дэйв Волвертон

Страж пустыни

Байка молотоголового

В то время как яркие полуденные солнца обжигали поверхность Татуина, забегаловка была полна народу. Но даже сидя с одним из своих друзей в тесной забегаловке, Момау Надон чувствовал себя одиноким. Возможно, это было связано с тем, что он был единственным иторианцем – или молотоголовым – на планете. Или с теми новостями, которые принес его старый друг Муфтак.

Муфтак был волосатым четырехглазым существом, сидевшим рядом и пившим чашку ферментированного нектара, потягивая ее длинным хоботом. Он проговорил с заметным возбуждением:

– Тальц – так называется моя раса. По крайней мере, так назвал меня штурмовик. А как только он сказал это – я узнал слово. Ты слышал о тальцах?

У Надона была отличная память.

– К сожалению, я никогда не слышал о твоей расе, дружище, – ответил он, звук с двух сторон прорезался из его двух ртов. – Но у меня есть контакты в других мирах. Теперь, когда мы знаем, как называется твоя раса, мы, возможно, найдем твой дом.

Муфтак устремил свой взгляд вдаль, потягивая напиток:

– Дом.

– А те имперские штурмовики, которые обращались к тебе, – спросил Надон, – кого они искали?

– Я слышал, – ответил Муфтак, – что они искали двух дроидов, которые высадились в Дюнном море. Имперцы до сих пор обыскивают все вокруг, дверь за дверью.

Надон задумался. Он не мог представить, что действительно было нужно имперцам. Зачастую они заявлялись на планету под предлогом небольшого расследования, а потом оставляли гарнизон солдат. Небольшой отряд штурмовиков уже находился на планете в течение какого-то времени. Теперь, похоже, Империя делала ставку на Татуин. В этот самый момент по всей планете жители подземелий суетливо прятали наркотики и поддельные документы. Надон увидел в баре взволнованные лица. Никто не мог сказать, как долго останутся имперцы и какой оборот может принять их расследование.

Муфтак доверительно положил тяжелый коготь на плечо Надона.

– Я хочу сказать тебе еще кое-что, дружище. Имперцами, которые остановили нас, командовал лейтенант Алима, опытный командир с планеты Корускант.

Когда упомянули Алиму, кровь Момау Надона похолодела, а мышцы ног напряглись, готовые убежать.

– Я был бы очень тебе благодарен, – сказал Надон, – если бы ты узнал, тот ли это человек, который вел «звездный разрушитель» в атаку на флагман на Иторе.

– Я уже начал расспрашивать, – ответил Муфтак. – Я заметил, что люди под командованием Алимы не очень-то его уважают – смотрят в сторону, когда он отдает приказы, – даже его подчиненные пытаются держаться от него подальше.

– И о чем это говорит? – спросил Надон.

– О том, что Алима изгой среди своих людей. Возможно, его недавно понизили. Велика вероятность того, что он как раз тот, кто предал твой народ. Что ты сделаешь, если это так?

Надон на мгновение прекратил есть, стараясь закачать в мозг побольше крови. Алима был подлым человеком. Опасно выходить с ним на контакт, но Надон знал, что не сможет противостоять искушению отомстить человеку, ответственному за его изгнание.

– Не знаю, что я буду делать, – сказал Надон. – Но если этот Алима – мой старый враг, скажи ему, что знаешь врага Империи, укрывающего дроидов. Продай ему мое имя… И пусть заплатит тебе хорошую цену.

Это был забавный поворот. Много лет Надон шпионил для Альянса и пытался скрыть их связь. А теперь он просил друга сдать его.

– Еще одна вещь, – предупредил Муфтак. – Этого Алиму послал следователем сам Дарт Вейдер. В пустыне говорят, что он убил уже пятьдесят наших жителей.

– Я знаю, с кем имею дело, – твердо ответил Надон.

* * *

Тем вечером, когда лиловое и розовое солнца Татуина скрылись за горизонтом, Надон не мог успокоиться. Его симпатии к Альянсу были широко известны, и он не сомневался, что имперцы скоро придут его допрашивать – а может быть, даже и пытать. В течение многих лет Надон вкладывал свою долю семейного богатства в фермы в сотне миров. Его инвестиции приносили такие солидные дивиденды, что он заработал состояние, и обычно в это время ночи он усердно трудился, распоряжаясь своим богатством. Но этой ночью ему было не до работы.

Чтобы успокоиться, Надон решил участвовать в древней церемонии Сбора генов, для этого он взял свой корабль на воздушной подушке и поехал в безымянную долину к северу от Мос Айсли. Там Надон выращивал крепкие тенистые кидоррианские буравящие деревья. Благодаря своей развитой и длиной корневой системе, буравящие деревья быстро разрослись в пышную рощу. Надон подошел к самому здоровому дереву и вытащил несколько золотых игл из мешочка на поясе. Затем он воткнул зонды в кору дерева, чтобы собрать образцы ДНК. Согласно церемонии Сбора генов он ласково разговаривал с деревом во время работы.

– Твой дар, друг мой, – сказал он дереву, – поможет мне скроить ДНК, чтобы твоя корневая система проникла глубже в бугристую почву Татуина. Эта земля – хлеб насущный для диких йав и Песочных людей. И причинив тебе небольшую боль, я помогу множеству людей. За дар твой благодарю тебя. И за еще больший дар в грядущем благодарю также.

Собрав образцы, Надон лег на теплый песок, взглянул, как звезды горят в ночном небе, и вспомнил дом. У него была безупречная память, и все события жизни пронеслись перед ним, а пока он вспоминал, картинки, запахи и эмоции предстали перед ним так, как будто они были новыми и свежими. Он вспомнил время, когда он и его жена Фандомар посадили маленькое сучковатое дерево Индиуп, чтобы отметить зачатие сына. На момент он встал на колени рядом с женой и начал копать яму позади сияющего на солнце водопада в жарких иторианских джунглях, затем поднял голову, чтобы услышать змею аррак, которая начала голосить с высоты ближайшего утеса.

Потом он вспомнил, как был ребенком, робко вдыхающим обоими ртами нежный запах пурпурного цветка донар.

После этой бури воспоминаний Надон почувствовал себя хрупким и опустошенным. Дом. Надон не мог отправиться к себе домой. Когда-то в народе его почитали как верховного жреца, иторианца, известного своим знанием земледельческих церемоний. Но потом капитан Алима пришел со «звездным разрушителем» и заставил Надона раскрыть секреты иторианцев.

Народ Надона изгнал его. В качестве наказания он выбрал жизнь на ужасном Татуине – все равно что в аду для иторианцев. Когда-то он заботливо привел своих людей в огромные леса Итора, теперь Надон охранял безжизненные пески Татуина. В качестве искупления за свои преступления он старался создать растения, которые способны расти в пустыне, в надежде, что однажды Татуин станет пышной и гостеприимной планетой.

Надон перебрал в памяти все, что касалось его первой встречи с Алимой, капитаном имперского «звездного разрушителя». Алима был молодым человеком с темными волосами, длинным лицом и жесткими глазами. Надон же был недавно женившимся Верховным жрецом бухты Тафанда.

На его родном Иторе народ Надона жил на огромных парящих городах под названием «головные корабли», которые использовали гравитационную энергию, чтобы парить над лесами и равнинами, и бухта Тафанда была самым большим и красивым городом на планете. Внутри каждого корабля сотни биосфер усердно воспроизводили всю микроскопическую флору и фауну поверхности. Иторианцы собирали растения и с биосферы своих кораблей, но в основном с огромных наземных кораблей-плантаций, а также в изобильных лесах Итора – фрукты для пропитания и семян, создавая лекарства из сока растений и пыльцы, из древесного волокна изготавливая ткани и крепчайший фарфор, а минералы и энергию добывая из неиспользованных другим образом корней и стеблей.

Изучение растений и способов их применения было основной работой большинства иторианцев, наиболее преуспевшие в этом становились жрецами, которые помогали остальным и запрещали собирать растения, которые могут мыслить или чувствовать. Собирать можно было только те растения, которые спали и ничего не подозревали, да и то в соответствии со строгим законом: за одно собранное растение два должны быть посажены, чтобы заменить его. Это была Заповедь жизни для иторианцев.

Как Верховный жрец Надон провел десятилетия, служа жизни, пока капитан Алима не прилетел в поисках предлога приземлиться в бухте Тафанда, затем он потребовал, чтобы ему открыли иторианские секретные технологии. Вначале Надон отказался раскрыть секреты, и капитан Алима испытал пушки «звездного разрушителя» на обладающих сознанием лесах Каторских холмов. Тысячи деревьев баффоррр погибли, те, что были учителями и друзьями Надона, когда он был молод. Ни у деревьев, ни у иторианцев не было оружия, чтобы бороться с Империей.

Когда лес был уничтожен, капитан Алима направил орудия на бухту Тафанда и приказал Надону сдаться. Из последних сил пытясь спасти свой народ, Надон решил раскрыть Алиме секреты иторианской технологии. Он до сих пор слышал слова приговора совета старейшин: «Мы изгоняем тебя с Итора и родных джунглей. Ступай и осмысли свои дурные дела в одиночестве».

Дом. Надон почувствовал, что он одновременно завидует Муфтаку и чувствует радость, что это волосатое существо, возможно, найдет свое счастье.

Воспоминания Надона были прерваны звонком комлинка на его персональный канал.

– Надон, – сказал Муфтак через динамик, – я только что назвал твое имя лейтенанту Алиме. Тебе бы лучше идти домой, чтобы встретить его. Будь осторожен, старый друг.

– Спасибо тебе, – сказал Надон.

* * *

Когда Момау Надон добрался до Мос Айсли, в его доме было тихо. Вскоре солнца скрылись, многие горожане вышли на улицы, чтобы понаслаждаться прохладным вечером. Снаружи в море Дюн ветра носились по пескам, поднимая клубы пыли. Статические разряды в облаках пыли наполняли ночь раскатами отдаленного трескучего грома. Надон открыл дверь, проверяя косяк на наличие знаков того, что кто-то пробирался сюда до него. Воздух в его доме был наполнен запахом воды, и рыбы дреека резвились в камышах, растущих в пруду его гостиной. Везде в доме плющ обвивал каменные стены до ламп наверху. Небольшие деревья шелестели под потоком воздуха от вентиляторов.

Надон прошел по мощеной тропе в одну из многочисленных боковых комнат, в которой росла небольшая роща баффоррровых деревьев, чьи стволы, прикрытые черными листьями, мерцали бледным голубым светом. Надон встал на колени перед одним из деревьев и обвил свои длинные кожистые серые пальцы вокруг его ствола. Кора была гладкая, как стекло.

– Друзья мои, – прошептал Надон. – Наш враг капитан Алима скоро придет. Я не знаю, как мне справиться с этим, но я хочу его убить.

Кора загудела от его прикосновения, и чистое и священное чувство наполнило его, как будто бы свет вошел в каждую пору его кожи. Успокаивающее прикосновение чувствующих деревьев почти переполнило его своей красотой, но деревьям не понравилось его признание. Над его головой черные листья прошелестели, просвистев слова: «Неееет. Мы запрещаем».

– Он уничтожил деревья баффоррр Каторских холмов, – сказал Надон. – Он убийца. И он убил ваших братьев, чтобы заполучить уважение злых людей. Каждое его намерение нечестиво.

– Ты иторианский жрец, – прошептали деревья. – Ты поклялся чтить Заповедь жизни. Ты не можешь его убить.

– Но он убил ваших родных, – настаивал Надон.

Он не знал, понимают ли его деревья баффоррр.

У каждого дерева в отдельности ограниченный интеллект, но своими переплетающимися корнями они были соединены и таким образом формировали коллективный разум. Большой лес вырастал мудрее, чем любое другое существо, но эти маленькие деревья не были огромным лесом. И все же Надон пришел не за советом, а только за одобрением.

– Наши родные умерли бы со временем, – сказали деревья. – Алима только ускорил их конец.

– А я всего лишь хочу ускорить конец Алимы, – сказал Надон.

– Ты не такой, как он.

Деревья сфокусировали свой разум, и у Надона захватило дыхание, когда он почувствовал, как каскады света проникают в него. Спокойствие, которое поселилось в его теле, было одновременно наградой и предостережением. Пока он купался в сиянии, он в ужасе думал о моменте, когда ему надо будет покинуть священную рощу и возвратиться в грешный мир.

– Если ты нарушишь Заповедь жизни, – сказали баффоррр, – мы не сможем больше терпеть твое прикосновение.

– Я не буду убивать его сам, – взмолился Момау Надон. – Я просто прикажу весувоговому дереву удушить его, или аллетху проглотить его, или ароулу отравить.

– Это формы жизни ниже нас, – сказали баффоррр. – И они подчинятся твоим командам, как простые орудия. Но мы предупреждаем тебя еще раз, ты не должен нарушить Заповедь жизни.

Связь мгновенно оборвалась, и Надон издал всхлип, как будто его внезапно исключили из группового разума. Он почувствовал, что готов заплакать.

– Забавно встретить тебя здесь, – проговорил незнакомый голос.

Момау Надон повернулся. Позади шара, который сиял, как луна, стоял пожилой человек в имперской униформе. Мотыльки с изумрудными крыльями порхнули по шару, и на мгновение этот человек засмотрелся на светло-зеленые крылья. Лицо Алимы округлилось с тех пор, как Надон видел его последний раз, и его голос с возрастом погрубел. Щеки провисли, волосы поседели, но Надон узнал его. Он узнал бы это лицо где угодно.

– Как я гляжу, ты все еще жрец, который льет слезы над своими священными деревьями, – сказал Алима. Он махнул бластером по направлению к роще.

– А я гляжу, ты все еще слуга зла, – сказал Надон. – Только теперь рангом пониже.

Алима усмехнулся.

– Поверь мне, мой старый друг, – возразил он, – то, что я оказался в немилости, было хорошо поставленным спектаклем. Только дурак захочет быть капитаном флагмана Дарта Вейдера: слишком велика смертность. И все же у Вейдера находится мне применение даже в качестве простого лейтенанта – вот, почему я здесь. Итак, скажи-ка мне, враг Империи, где дроиды? Я заплатил немалые деньги, чтобы узнать имя того, кто прячет их.

– Тогда ты потратил деньги напрасно, – парировал Надон, надеясь в душе, что Муфтак вытащил из него много денег. – Я не знаю ни о каких дроидах.

– Но ты все равно враг Империи, поддерживающий Альянс, – угрожающе прошептал Алима. – Я уверен в этом.

– Я ничего не знаю о дроидах, – ответил Надон спокойно.

Он посмотрел, где стоит Алима. Воин стоял рядом с арооловым кактусом. Надон мог приказать ему атаковать, но, чтобы колючки могли достать его, Алима должен был пройти еще несколько шагов по тропе. Надон поднялся с лесной подстилки, встал на тропу и попятился от Алимы, надеясь выманить его хотя бы на метр. Имперец посмотрел в то место, куда смотрит Надон и увидел кактус.

– Ты действительно думаешь, что я настолько туп, чтобы попасться в твою ловушку, жрец? – спросил Алима.

Алима поднял бластер и навел его на Надона, затем быстро отвел и выстрелил в рощу мерцающих баффоррров. Дерево вспыхнуло, а его ствол разломился под ударом. Черные листья скрючились, и волны боли прошли по лесу, словно кулаками ударяя по чувствам Надона.

– Ты бросишь все усилия на то, чтобы найти этих дроидов, – сказал Алима. – Поспрашивай своих друзей-мятежников. Если к завтрашнему вечеру ты не узнаешь, где они, я заставлю тебя смотреть, как я вибропилой отрезаю стебелек за стебельком от твоих драгоценных деревьев. Затем я брошу термальный детонатор в твоей гостиной и поджарю оставшихся твоих овощных друзей. Поверь мне, если б тут была твоя семья или я бы знал что-нибудь, что ты любишь больше, я бы с радостью уничтожил это…

– Я убью тебя! – прокричал Надон, его стереофонический голос разнесся по комнате на удивление громко.

– Ты? – спросил Алима. – Если бы я думал, что ты на это способен, я бы пришел со взводом солдат. Нет, ты подчинишься моим требованиям, так же как когда-то в прошлом.

Алима повернулся и беспечно двинулся прочь, а Надон только и мог, что беспомощно смотреть ему вслед, хотя ярость бурлила в нем. Затем пошел в свою рощу, чтобы посмотреть, может ли он спасти раненый баффоррр, но бледно-голубое сияние от его стеклообразного ствола со смертью дерева превратилось в черное. Иторианец кинулся к деревьям, упал на колени на мшистый дерн под темной кроной и взмолился:

– Ну а теперь? Теперь я могу убить его?

Листья живых баффоррровых деревьев, окружающих его, неопределенно зашелестели в ответ:

– Что? Что случилось? Кто прикасается к нам?

Момау Надон слушал голос деревьев. Теперь их было шесть, а не семь – как раз меньше того числа, при котором в роще пробуждалось настоящее сознание. Он не мог сказать, насколько деревья понимают, что он говорит.

– Момау Надон, ваш друг, прикасается к вам. Наш враг убил вашего брата. Я хочу наказать его.

– Мы понимаем. Ты не можешь нарушить Заповедь жизни, – баффоррры прошептали непререкаемо: мы запрещаем.

Надон попятился не закрывая глаз – традиционный знак согласия. Возможно, баффоррровые деревья готовы были умереть за свои принципы, но Надон не собирался тихо сидеть и смотреть на это. Он взвесил возможные варианты. Представил себе, что он найдет дроидов и подчинится требованиям Алимы. Мысль была такой возмутительной, что причинила Надону физическую боль, его глаза зачесались и зазудели. Надон потер переносицу длинными тонкими пальцами, массируя умиротворяющую область по краю брови, чтобы успокоиться и получить возможность спокойно думать.

Если Империи так нужны эти дроиды, значит, очень важно, чтобы она их не получила.

Значит, Надон должен был драться. Лейтенант Алима был опасным человеком – таким негодяем, что пробы негде ставить. Он готов был оставить за собой след из обуглившихся и обезображенных трупов, лишь бы найти этих дроидов, и рано или поздно кто-нибудь бы сказал ему то, что он хочет знать. Несмотря на то что Надон презирал насилие, он знал, что Алима – это монстр, которого кто-то должен уничтожить. Для Империи это будет не очень большая потеря, не самый мощный удар, но Алима воплощал собой постоянную угрозу Альянсу, которую нельзя было отрицать.

Тем более что, оставляя Алиму в живых, Надон позволил бы ему продолжить убивать людей и растения. Нет, он не мог оставить Алиму в живых.

В другой комнате с шипением тихонько начал работать распылитель, и Надон решил, что ему пора уходить. Он проверил, есть ли у него кредитки за поясом, и вышел через переднюю дверь.

Он заметил, что ниже по улице стоят на страже три штурмовика и разговаривают друг с другом. Они не скрывали того, что наблюдают за его домом. Надон должен был пройти мимо них. Мигающие красные огоньки на бластерных винтовках свидетельствовали о том, что оружие на боевом взводе. В то время как Надон прошел мимо, один из штурмовиков отделился и последовал на значительном расстоянии. Поскольку ночь уже опустилась на город и температура упала до терпимого уровня, улицы были полны народу. Надон прошел через рынок и без труда отвязался от штурмовика.

Вскоре он уже входил в оружейный магазин Кайсона. Грубоватый человек, владелец магазина, казалось, занимался этим бизнесом вечно, но Надон раньше не встречался с ним. Ему понадобилось меньше пяти минут, чтобы купить тяжелый бластер и кобуру, которую можно было спрятать под плащом. После этого иторианец вышел из магазина.

Он бесцельно бродил по улицам, без всякого плана. Он просто надеялся, что встретит лейтенанта Алиму, достанет бластер и застрелит его. Надон знал, что ничего этим не добьется. Более того, убив его, он, таким образом, разрушит и собственную жизнь. Любой, кто получит после этого его дом, вырвет с корнем драгоценные баффоррровые деревья, и в любом случае, он не сможет больше поговорить с ними. Но хотя бы такие, как Алима, не будут их мучать. Он взвел бластер в боевое положение, затем стал прочесывать улицы, пока не услышал, что в его районе воют сирены. На момент он замер от ужаса, испугавшись, что лейтенант Алима уже поджег его дом, но пока бежал по улице, он заметил, что пламенем охвачен дом одного из торговцев.

Огонь светился в столбе дыма, освещая окружающие улицы и аллеи густым красным цветом. Из каждого дома выбегали люди с канистрами для тушения пожара. Вода на Татуине была так драгоценна, что власти скорее бы дали дому сгореть дотла, чем расходовать на него воду, но если несчастный хозяин дома был богат, он мог купить достаточно канистр, чтобы спасти свои ценности.

Краем глаза Надон заметил на боковой улице имперского офицера в темной униформе и каскетке. Он повернулся как раз вовремя, чтобы узнать лейтенанта Алиму, быстро идущего по холму по направлению к пожару. Надон бросился по улице, расположенной параллельно пути Алимы, затем свернул на другую аллею, ведущую ему навстречу. Он достал бластер и пару мгновений ощупывал его. Оружие не было предназначено для неимоверно длинных тонких пальцев иторианца, и ему пришлось постараться, чтобы положить палец на курок. Он заметил, что его сердца лихорадочно бьются и сотрясают грудь, как пара борющихся йав.

Надон спрятался за стену и проверил окружающие улицы в трех направлениях. Никого не было видно. Хорошо. Значит, не будет свидетелей.

Алима прошел примерно в метре от него, Надон позвал его и навел бластер на его лицо. Алима повернулся и спокойно взглянул на иторианца, мельком бросив взгляд на бластер.

– Живо, пошли на аллею! – скомандовал Надон.

Мысли лихорадочно вертелись в его голове, и он не мог спокойно думать. Он подумывал нажать на курок, но вначале он хотел рассказать Алиме, почему он вынужден сделать это. А возможно, он еще одумается и оставит Империю. Ноги Надона подкашивались, тяжело было подавить желание убежать – обычный для его вида способ встретить опасность. Алима засмеялся.

– Тебе не убить меня из бластера, поставленного на парализующий режим, – сказал он.

Надон знал, что бластер установлен на боевой режим, но испугался, что случайно переключил его. На мгновение он опустил глаза, чтобы взглянуть на индикаторы бластера, и увидел, что оружие на боевом взводе. Как только Надон осознал свою ошибку, Алима отскочил с линии огня и выхватил собственный бластер. Синий луч прорвал тьму и ударил Надона между животов, отбрасывая большого иторианца спиной к стенке. На мгновение ему показалось, что жгучее белое солнце ослепило его глаза, а затем оказалось, что он лежит на земле на темной аллее, а кто-то пинает его правый стебельчатый глаз. Кровь отхлынула от раны. Надон протянул руки, пытаясь прикрыть глаза, и громко замычал.

Нападающий прекратил пинать, но скорее от того, что устал, а не от того, что захотел пощадить лежачего.

– Вы жалкие миролюбивые создания непригодны для битвы, – сказал Алима, стоя над Надоном и тяжело дыша. – Тебе повезло, что мой бластер переключен на паралич!

Надон завыл, и Алима поднес бластер к его лицу.

– Найди этих дроидов! У тебя время до завтрашнего заката!

Он прицелился иторианцу между глаз и еще раз нажал на курок.

* * *

Надон очнулся с пульсирующей болью в голове. Был уже почти рассвет, и весь Мос Айсли был залит бледным светом, отчего обычные каменные дома казались золотыми. Надон стер капюшоном кровь с лица, затем смог встать на колени. Ему казалось, что он окружен густым кружащимся туманом, который пытается сбить его с ног, поэтому он дополз до стенки, чтобы найти опору.

Дурак. Какой же я дурак, подумал он. У него была возможность убить лейтенанта Алиму, а он упустил свой шанс. Несмотря на то что умом Надон понимал, что власть Империи можно сбросить только насилием, сущность иторианца не позволяла ему убивать.

Надон закрыл глаза и попытался отогнать боль. Он взглянул наверх. Легкая дымка висела над городом, и люди уже начинали торопливо прятаться от утреннего зноя. Надон поднялся и устало побрел домой, хотя в ушах у него все еще звенело. Он потряс головой, чтобы этот звук утих. Он вошел домой, сел рядом с бассейном и смыл кровь со стеблей, на которых у него росли глаза. За время ночной прохлады влага сконденсировалась на потолке комнаты. Теперь она время от времени падала небольшими каплями дождя. У него над головой было большое дерево горса, крепкое и цветущее, чьи фосфорицирующие цветы привлекали ночных насекомых для опыления. Теперь, когда пришло утро, бледно-оранжевые цветки закрыли бутоны и гроздьями лежали друг на друге.

В Мос Айсли ходили слухи, что дом Момау Надона полон хищных растений. Надон поощрял эти слухи, чтобы отвадить воров. Кроме того, в этих слухах была доля правды, однако тем, кто проходил через рощу под защитой Верховного жреца, нечего было бояться. Надон прошел в боковую комнату, где со стоящего рядом с бассейном большого дерева с красной корой свисали лианы и плющ. Надон сказал:

– Лианы, друзья мои, расступитесь.

Ветви дерева задрожали, лианы расступились, обнажая ствол. Сумрачный свет утра высветил четыре человеческих скелета, свисавших с ветвей рядом со стволом дерева. Шею каждого оплетал толстый плющ – жалкие похитители воды. Надон провел рукой по траве возле ствола и нащупал рычаг. Он потянул за него и увидел, что потайная дверь открылась вверх. Под ним блеснул свет и осветил лестницу, ведущую вниз. Надон прятал в комнате внизу многих повстанцев и теперь подумывал спрятаться там сам. Возможно, в этой тайной комнате он смог бы скрыться на время из поля зрения Алима. Хотя тот может установить у него в комнате термальный детонатор, но был шанс, что Надон выживет в огне, оставаясь здесь.

У него было достаточно припасов, чтобы находиться здесь недели две. И страх гнал Надона вниз.

Но сбежать он не мог. Он не мог дать Алиме уничтожить растения. У меня есть последний шанс, думал Надон. Когда Алима придет сегодня вечером, я, может быть, еще смогу его убить. Иторианец поднялся, побродил по роще, касаясь веток деревьев, нежно лаская листы папоротников, вдыхая запахи влаги и подлеска, всего живого вокруг него. Другого пути нет, понял Надон.

Он должен был сражаться, чего бы это ни стоило. Вечером придет Алима. Надон знал, что он верен своему слову. Он заставит его смотреть на то, как он уничтожает деревья баффоррр. Маленькое злобное имперское сердце Алимы преисполнится радостью от сознания того, что он мучил иторианца и оставил его в живых как свидетеля жестокости Империи. А затем Алима сожжет дом.

Момау Надон представил себе, что это значит. Все его растения будут уничтожены вместе со всеми записями. Годы труда окажутся напрасными! Надон оглядел свои посадки и решил, что некоторые контейнеры он вынесет наружу, чтобы сохранить лучшие образцы, которые могли бы улучшить экологию Татуина.

Баффоррровым деревьям придется погибнуть – их нельзя вырывать с корнем, – но они смирились со своей судьбой, значит, и Надон должен с ней смириться.

Многие годы Момау Надон провел на этой планете в поисках очищения, пытаясь справиться с гневом, который заставлял его бороться против Империи. Старейшины Итора возмутились, когда он предположил, что Империя – это сорняк, который нужно вырвать с корнем. Они бы предпочли позволить имперцам уничтожить баффоррровые леса Каторских холмов в надежде на то, что остатки совести Алимы не дадут ему уничтожать живые существа целыми видами. Его старейшины простили бы Империю.

Но проведя все эти годы в поисках духовной чистоты, Надон вынужден был признать, что был неправ. Теперь он верил, что должен спасти то, что может. Надон не может убить насекомое, чтобы спасти дерево. Значит, Надон должен был противостоять Империи так, как может. Даже если это значило увидеть то, как уничтожат баффоррры. Даже если это значило быть уничтоженным самому. Он не мог позволить Империи сломать его.

Надон был истощен, но спать он не мог. Он решил продолжить церемонию Сбора, чтобы успокоиться.

Он пошел в лабораторию в восточном крыле дома, сорвал плод большой хуббы и взял несколько бледных прозрачных семян. С помощью микроскопических роботоманипуляторов он аккуратно вскрыл молодые семена и извлек зиготы. Используя генетические образцы из кидоррианских буравящих деревьев, он поместил молекулы ДНК в расщепитель генов. Доминантные гены контролировали рост корней. Надон взял эти гены, соединил их с зиготами земляной тыквы, а затем поместил зиготы в питательную смесь, в которой они могли расти.

Этот трудоемкий ритуал полностью успокоил Надона, несмотря на то что он знал, что скоро все результаты его трудов могут погибнуть. Дело заняло почти двенадцать часов, и когда Надон оторвался от своей работы, он увидел по теням на стене, что приближается ночь. Значит, скоро придет Алима. «Пора прощаться», – шепнул Надон. В это время дня его старый друг Муфтак пытался охладить себя в забегаловке Халмуна – непростая задача, учитывая толщину его белой меховой шкуры.

Надон пошел туда, лихорадочно думая по дороге, как можно заманить Алиму в глубину его сада. В заведении было шумно, как всегда, – она была полна подозрительных пришельцев. Это было суровое место, полное жестоких созданий. Надон запросто нашел Муфтака сидящим в одиночестве, потягивающим эль полярис, пока его сообщница по преступлениям, маленькая воришка Кабе, ныла и бродила по темному помещению, умоляя бармена Вухера налить ей журийский сок, поглядывая в это время на карманы посетителей.

Надон заговорил о незначительных вещах – о том, сколько Муфтак получил за имя Надона, о том, как он мечтал вернуться домой. Надон всегда старался сконцентрироваться на позитивных сторонах жизни, чтобы поддержать друга, но сейчас его собственные мысли бродили во тьме, и когда они выпили, иторианец понял, что пытается успокоить друга, не будучи спокоен сам.

Вдруг в забегаловке начался переполох. Обезображенный шрамами человек по имени Эвазан и его приятель Понда Баба затеяли драку с каким-то ясноглазым фермерским парнишкой. «Лично у меня смертный приговор в двенадцати системах», – предупредил человек. Надон взглянул на них. Парень с фермы выглядел незнакомым – он только недавно зашел сюда со старым мистиком Беном Кеноби. Надон видел Бена только однажды, когда тот зашел в городе в лавку. Надон заметил эту пару только потому, что Вухер крикнул им оставить дроидов снаружи. Эвазан и Понда Баба были постоянными посетителями и в этом космическом порту ошивались неделями.

Внезапно Понда Баба махнул когтистой лапой и ударил фермера по лицу, опрокидывая его на стол. Затем Понда Баба выхватил бластер, как раз когда Вухер закричал:

– Никаких бластеров в моем заведении!

Но старый Бен выхватил не бластер. Клинок меча горел синим светом, отделяя руку Понды Бабы от туловища. Затем Кеноби спрятал меч и увел молодого фермера подальше от стойки. От запаха крови Надона начало тошнить. Старый Бен отвел своего юного друга в дальний угол забегаловки, где они завязали разговор с Чубаккой – контрабандистом-вуки, а затем они зашли в частную кабинку к напарнику Чубакки, Хэну Соло.

– Я думаю, мне пора, – сказал Надон Муфтаку. – Здесь становится жарко.

– Пожалуйста, – проговорил Муфтак умоляюще. – Еще по одной за старые времена. Я угощаю.

Это было такое необычное предложение, что Надон не осмелился отказаться. Они заказали еще по одной, и иторианец просидел еще несколько мгновений, прощаясь с другом. В этот момент Бен и его друг фермер встали из-за стола в конце бара, и мысль промелькнула в голове Надона. Он подумал: какие дела могут быть у старого мистика из Юндландской пустоши с контрабандистами и зачем нужно было приводить какого-то фермера?

Затем он вспомнил про дроидов, которые были у Бена Кеноби с собой, и тут Момау Надона осенило: старик пытался тайно вывезти дроидов с Татуина. В эту секунду сердце Момау Надона бешено забилось и он увидел свое спасение. Надон точно знал, где нужно искать дроидов, значит, если он скажет Алиме, то тот, возможно, пощадит его. Но когда старый Бен проходил мимо него, он спокойно взглянул ему в глаза, и почему-то Надон заподозрил, что Кеноби читает его мысли. Но он не сказал ничего и прошел мимо.

– Ты видел, как он посмотрел на тебя? – спросил Муфтак. – Как тускен на банту. Как ты думаешь, в чем тут дело?

– Понятия не имею, – сказал Надон и опустил взгляд, поскольку ему стало стыдно от одной мысли о том, чтобы принести кого-то в жертву ради собственного спасения.

Он просидел тихо пару секунд, осматривая комнату. Конечно, если Надон вычислил, что здесь произошло, то и остальные смогут. Хотя Бен Кеноби был нечастым гостем в городе и немногие узнали его. Никто не последовал за ним к выходу. Муфтак положил волосатую лапу на гладкую серо-зеленую лапу Надона:

– Ты напуган, мой друг. Какое-то бремя тебя угнетает. Я могу что-нибудь сделать?

Опять в дальнем конце забегаловки раздались выстрелы, и Хэн Соло вышел, помахивая бластером. Он шел, выпятив грудь в дешевой браваде, и выходя кинул Вухеру кредитку.

Муфтак почесал голову.

– Мне, пожалуй, тоже пора идти, – сказал Момау. – Не хочу ждать, пока имперцы придут разнюхивать здесь.

Надон поторопился к выходу, смотря, как солнца заходят за горизонт. Время для начала пытки. Он в отчаянии поднял в голову. Ему хотелось быть таким, как Хэн Соло, чтобы он мог убивать тех, кто был достоин смерти, а затем спокойно уходить прочь. Но он не мог. Даже в дикой ярости он не мог причинить вреда другим. Так что ему не оставалось делать ничего другого, как спасать то, что он мог.

Момау Надон глубоко вздохнул и заторопился домой, где начал выносить самые ценные образцы растений и устанавливать их возле задней двери в надежде, что там они смогут избежать огня. На улицах не было практически никого – кроме нескольких штурмовиков, которые наблюдали за его домом.

– Когда я закончу, – пообещал себе Надон, – я пойду домой. Я забуду про старейшин и их дурацкие традиции. Потом я принесу в своих руках отсеченные ветви обгоревших баффоррровых деревьев и покажу им мои покрытые шрамами глаза, и они увидят, какой ужасной стала Империя и что с ней нельзя мириться.

Надон усмехнулся. Его глаза уже давно были открыты. Он-то видел зло и знал, что с ним нужно бороться. Но когда Алима пришел и применил силу, на лице Надона остались шрамы, которые будут свидетельствовать его народу. Конечно, иторианцы не были глупцами. И они не были так безнадежно миролюбивы, как надеялся Алима и вся Империя. Хотя они никогда не пойдут воевать сами, они могут поддержать повстанцев материально. И тогда этот маленький злой поступок Алимы в конечном итоге обернется против него самого. Зло Империи обернется против нее же, подумал Надон.

Пока Надон взвешивал возможные варианты, он почувствовал странный прилив надежды. Возможно, его страдания в конце концов окупятся. Тогда его изгнание закончится и он вернется к жене, сыну и огромным лесам Итора. Но когда Надон думал об этом, он понял, что его одиночество и страдания на Татуине не были такими уж ужасными. Он сожалел, пожалуй, не о той боли, которую испытал, а о той работе, которую придется оставить. На Иторе говорят: «Иторианец – это его работа». Никогда раньше он не понимал, насколько это верно. Уничтожая результаты труда Надона на Татуине, Алима уничтожал часть его.

Надон стоял и оглядывал свои маленькие посадки, которые стояли под солнцем, и решил перенести их на другую сторону улицы, чтобы увеличить их шансы на спасение.

Приглушенные звуки выстрелов всколыхнули воздух и эхом начали отдаваться от зданий. Надон поднял глаза от своих трудов. Ниже по улице штурмовики, наблюдавшие за его домом, бежали по направлению к космопорту. Надон взглянул вверх как раз вовремя, чтобы увидеть, как старая посудина Хэна Соло – «Тысячелетний сокол» – взмывает в небеса. Значит, понял Надон, старый Бен Кеноби смог увезти дроидов с Татуина. Несколько секунд он понаблюдал за кораблем, чтобы убедиться, что в него не попали пушки планетарной артиллерии. Когда он убедился, что корабль улетел, он понял, что бежит за штурмовиками по направлению к докам.

У доков какой-то капитан стоял возле нескольких десятков штурмовиков и руководства порта и кричал в безумном гневе:

– Как такое могло случиться? Как вы могли упустить всех четверых? Кто-нибудь ответит за все это, и уж точно не я!

Надон видел, как в глубине толпы стоит лейтенант Алима и нервно таращится в землю. Никто не вызвался, чтобы взять на себя ответственность за побег Соло, а неистовый взгляд капитана предполагал, что ему нужен стрелочник. Зло Империи оборачивается против нее же. Человек – это его работа. Нельзя нарушать Заповедь жизни. Надон знал, что он должен делать. Он никогда не смог бы убить человека, но он мог остановить Алиму. Он мог разрушить его карьеру, сделать так, чтобы его еще понизили.

Надон позвал имперского капитана:

– Сэр, прошлой ночью я сообщил лейтенанту Алиме о том, что корабль Хэна Соло готовится принять на борт двух дроидов в качестве основного груза.

Я подозреваю, что именно из-за небрежности лейтенанта Соло убежал. Эту преступную халатность нельзя расценивать как простую глупость или небрежность.

Надон взглянул на Алиму, чтобы посмотреть попал ли его удар в цель. У него была отличная память – он не запутается во лжи, пока тщательно выбирает слова.

– Нет! – закричал Алима, умоляюще смотря на Надона с неприкрытым ужасом в глазах.

Удар попал в цель. Капитан уже мрачно смерил взглядом Алиму. Штурмовики расступились, расчищая пространство между двумя офицерами. Капитан вновь взглянул на Надона:

– Гражданин, вы готовы дать клятву в подтверждение верности своих слов?

– С радостью, – сказал Надон, прикидывая, как он будет лжесвидетельствовать на военном трибунале.

Они встретились в доме Надона. Разумеется, Алима записал встречу в журнале записей. Все знали, что иторианцы – легкая мишень для запугивания. Надон мог заявить, что Алима выпытал из него информацию. Предъявив синяки и кровоподтеки он мог доказать, что его пытали. Так что был хороший шанс, что Алиму понизят или даже посадят в тюрьму.

Капитан взглянул на Алиму и сказал:

– Ты знаешь, что бы Дарт Вейдер сделал, будь он здесь.

Надон и моргнуть не успел, как капитан достал бластер и выстрелил в лейтенанта Алиму три раза. Кровь и куски плоти разлетелись по двору. Надон в ужасе уставился на то, что осталось от Алимы, запоздало поняв, что капитан не собирается устраивать трибунала. Ему просто нужен был виноватый.

– Ваше свидетельство будет зафиксировано, – сказал капитан. Момау Надон стоял, не способный сдвинуться с места.

Он дрожал и чувствовал, что падает в обморок. Штурмовики начали расходиться, двигаясь по направлению к транспорту, на котором собирались убраться с Татуина. Заповедь жизни вертелась в мозгу Надона как молитва. «Каждое собранное растение должно заменить двумя посаженными». Надон знал, что его поступок нуждается в искуплении. Кровь человека была на его руках, а ее смыть не так-то просто. Но наверняка баффоррры поймут. Они наверняка простят его.

В конце концов, до того как прибыли имперские медики, Надон смог пошевелить ногами. Неуклюже он подошел к теплому трупу и достал две золотые иглы из пояса. Он воткнул иглы и извлек образцы ДНК. На Иторе были цистерны для клонирования, которые позволят создать дубликаты Алимы. Чтобы искупить свою вину, Надон вырастит и воспитает близнецов – сыновей Алимы. Возможно, однажды они вырастут мудрыми и добрыми и станут на Иторе жрецами и будут следовать Заповеди жизни.

Надон засунул иглы за пояс и отправился к себе домой. Прежде чем покинуть Татуин, еще столько всего нужно сделать – дать объяснения имперцам, выкопать растения и подготовить их к перевозке, высадить земляные тыквы в пустоши.

Дул сильный ветер и приносил из пустыни острый песок. Надон закрыл глаза и позволил себе на мгновение расслабиться и вспомнить, как он в последний раз обнял жену, когда его изгоняли с Итора, и как он в последний раз видел маленького сына.

– Я буду ждать тебя, когда бы ты не вернулся, – сказала она.

И впервые за очень долгое время Надон пошел свободно и чувствовал свет. Он направлялся домой.

Энциклопедия Звездных войн

Байки из кантины в Мос Айсли

Энциклопедия составлена по материалам, любезно предоставленным Бобом Витасом

Абиссины – аборигены с планеты Бисс (не путать с Биссом, на котором возрожденный Император основал свою крепость), высокие гуманоиды с длинными, крепкими конечностями и единственным узким глазом. Глаз абиссинов имеет уникальное строение, обеспечивающее их объемным зрением. Обладают высокой способностью к регенерации, умеют, пользуясь массой собственного тела, перестраивать клетки и ткани. Каждые 80 часов их тело полностью обновляется. Многие парные органы у абиссинов имеются в количестве одной штуки. Кочевники. Планету практически никогда не посещают гости, разве что работорговцы. Кожа абиссинов зеленовато-бурого цвета, руки при ходьбе свисают до земли. Когда встречаются два племени, они либо начинают Мену (если воды и пищи в избытке) и обмениваются оружием, молодежью и домашней утварью, либо Кровопролитие (сражение до смерти за право на воду). Абиссин, который больше не может регенерировать, уходит в пустыню умирать. Того, кто отказывается, молодежь ритуально забивает камнями.

Аккуалиш – раса с планеты Андо, их общество разделено на две касты – куара и аккуала, отличающиеся друг от друга тем, что у первых руки с пальцами, а у вторых – ласты. Касты враждуют друг с другом, даже уничтожили соседнюю планету в своей системе. Они долго противостояли Империи, но все же были побеждены.

Алдераан – вторая планета в одноименной системе центрального сектора. Диаметр 12 500 км. Длительность суток – 24 стандартных часа. Год – 364 местных суток. Гравитация – стандартная. Люди, жившие на Алдераане, считались одними из самых миролюбивых обитателей Галактики. Живя в гармонии с окружающим миром, они строили свои города на вершинах обрывистых утесов или на сваях на морском мелководье, чтобы их города не мяли траву и не уничтожали моря. Алдераан непоколебимо поддерживал Старую Республику, и многие из его уроженцев служили в вооруженных силах. Родная планета семьи Органа играла немаловажную роль в галактической политике; и в последние годы Старой Республики семья Органа оказывала сопротивление стремлению верховного канцлера Палпатина сосредоточить в своих руках все рычаги власти. После установления Нового Порядка Алдераан в числе первых поддержал созданный Альянс за восстановление Республики. Скрытое недовольство правлением Палпатина привело к уничтожению планеты. Гранд Мофф Таркин, захватив в системе Татуина корабль семьи Органа «Быстроходный IV», устроил принцессе Лейе допрос с пристрастием, но не сломил ее. Когда же он попытался под угрозой уничтожения планеты узнать о местонахождении базы Альянса, принцесса солгала ему. Таркин тем не менее отдал приказ на уничтожение. Новое оружие Звезды Смерти превратило Алдераан в бесчисленные обломки незадолго до битвы при Йавине. Примерно 60 000 алдераанцев уцелело лишь потому, что в это время все они находились не на планете, в Альянсе и Новой Республике они получили особый статус.

Аллетх – разновидность хищного растения с планеты Итор. Молодые растеньица безвредны, но крупные могут убить и съесть небольшого грызуна. У аллетха широкие листья, зеленые по краям и желто-оранжевые в середине. При приближении жертвы растение выбрасывает листья в надежде оглушить добычу.

Альфериды – планета, родина альферидианцев и миралука. Расположена в системе Аброн.

Альферидианцы – гуманоидная раса с Альферид, имеют сложное общество. Управляются тысячелетней королевой, единственным существом женского пола, которая совокупляется со всеми мужчинами, достигшими ста пятидесяти лет.

Альянс за восстановление Республики – группа планет, объединившаяся в борьбе с Новым Порядком Палпатина. Обычно его именуют просто – Альянс, а имперцы называют народы, входящие в него, повстанцами. На начальных этапах движение сопротивления Новому Порядку было поддержано Мон Мотмой и Бэйлом Органа. После нападения имперцев на Мантуин и Горман Альянс стал быстро расти. Лидеры Альянса ясно понимали, что за Империей преимущество в силах и средствах, а потому вначале больше полагались на скрытность и хитрость, одерживая малые победы и подтачивая Империю идейно. После уничтожения Звезды Смерти Альянс превратился в признанную угрозу существованию Империи, что ясно понимал Палпатин. Поэтому он бросил почти всю мощь своей военной машины на поиски баз Альянса.

Андо – планета в системе Андо, на которой обитают аккуалиш. На планете не так много пригодной для жилья суши, поэтому местное население обитает на парусных кораблях и небольших островках. Когда-то на соседней планете тоже была жизнь, но после того как аккуалиш открыли космические перелеты, они вели на ней опустошительные войны, уничтожив практически все живое.

Анцат – или анцати, гуманоиды, внешне весьма схожие с человеком. Внутри носоглотки у анцати спрятаны особые хоботки, которыми они высасывают мозг жертвы, который они называют «нектар», или «суп». Биологических ритмов у анцати нет, когда они хотят отдохнуть, то просто впадают в состояние, напоминающее кому.

Аркона – двуногие рептилии без чешуи с приплюснутой головой, цвет кожи меняется от темно-коричневого до черного. Живут семьями, которые называются Великие Гнезда, на планете Кона. Излюбленным наркотиком для аркона является обычная соль, пристрастившихся к ней аркона легко узнать по желтым мерцающим глазам.

Ароул – ядовитый суккулент.

Аррак – иторианская пернатая змея с зелеными глазами и яркой окраской, живет в кронах деревьев баффоррр, перелетая от дерева к дереву. Издает сложные музыкальные звуки для общения между особями.

Астромеханический дроид – маленький дроид, созданный для использования на небольших грузовых космических кораблях. Он представляет собой независимый навигационный компьютер, запрограммированный также для ремонта космических кораблей. Лучшие астромеханические дроиды производит компания «Промышленные автоматы», в том числе серии Р2, Р5 и Р7.

АТВ – тяжелый имперский «шагающий» танк, сконструированный и построенный компанией «Куат Драйв». Высота корпуса – 15 м. Экипаж – 3 человека. Может нести до сорока человек десанта и 4000 кг груза. Вооружен тяжелой спаренной лазерной пушкой и четырьмя легкими бластерами. Несмотря на многие просчеты в конструкции, танк, более известный под прозвищем «топтун», широко использовался Империей для устрашения мирного населения.

Банты – громадные, похожие на земных слонов животные с изогнутыми бивнями. Их можно обнаружить на множестве планет со значительно отличающимися климатическими условиями. Песчаные люди на Татуине используют бант в качестве транспортных средств, причем как на травянистых равнинах, так и в зоне тундры. На большинстве миров банты одомашнены и служат тягловыми животными и даже в качестве боевых. Мясо и шкуры бант высоко ценятся. Происхождение бант неизвестно, каждая планета, на которой они обитают, считает себя их родиной. В неволе большинство бант приучают возить тяжести и выводят для жизни в пустынях.

Баффоррр – полуразумные деревья с планеты Итор, почитаемые местными жителями. Чем больше деревьев в роще, тем они умнее. Для достижения разума достаточно от трех до семи деревьев. Кора баффоррров гладкая, похожая на ощупь на траву, ярко-синего цвета, у молодых особей кора темнее. Популяция деревьев на Иторе погибла во время вторжения йуужаньвонгов. Тем не менее Новая Республика вывезла саженцы на другие планеты, например Борлейас, где те прижились.

Бестин – небольшой город на планете Татуин – первое поселение людей на этой планете. Находится примерно в двухстах километрах от Мос Айсли и считается столицей.

Битхи – раса, отличающаяся укрупненным круглым черепом, бледной кожей, большими глазами, лишенными век, и длинными ловкими пальцами. Происхождение их неизвестно. Считается, что битхи не знают таких эмоций, как страх или страсть, и что им не требуется сон. Детей они производят в лабораториях, взяв генетический материал у родителей.

Бластер – общее название любого ручного оружия, различается по размерам и огневой мощности, от небольших пистолетов до противотанковых ружей. Как правило, имеют несколько степеней поражения.

Блокиратор – устройство, ограничивающее функционирование дроидов, вставляется в специальный разъем и управляется либо голосом, либо внешним пультом. Иногда называется блоком послушания.

Валариан (Valarian) – женщина-випхидка с планета Тоула, главный конкурент Джаббы Хатта на Татуине. После того как ее родители были осуждены на пожизненное заключение, прибрала их бизнес в свои руки. Гибель Джаббы у провала Каркун позволила ей, несмотря на множество трудностей, взять контроль над преступным миром Татуина. С победой Новой Республики заключила с правительством «пакт о ненападении».

Великий провал Каркун – гигантская яма в Дюнном море на Татуине, где обитает сарлакк.

Виерс Максимиллиан – генерал танковых войск, практически всю свою жизнь посвятивший армии. Под командованием генерала Иррва он принимал участие в подавлении сопротивления на Кулрооне III и чуть было не попал под трибунал за заявление, что мирные переговоры могли бы оказаться эффективнее, чем нападение. Когда время подтвердило правоту Виерса, командующий Гратт присвоил ему чин майора. В чине полковника Виерс командовал гарнизоном, расположенным на Кореллии в первые годы Нового Порядка. Позднее Гранд адмирал Траун рассказал о талантах Виерса Дарту Вейдеру, и тот продвинул Виерса в генералы. Виерс командовал танковой атакой во время битвы на Хоте. Ходили слухи, что он погиб, когда Дерек Кливиан направил горящий флаер в кабину танка, в котором находился Виерс. Но позднее он служил при Палаче Седриссе во время операции «Теневой расклад».

Виквай – гуманоиды с планеты Шрилуур. Имеют на голове косички, количество которых, по-видимому, означает положение индивидуума в обществе, хотя многие ксенологи утверждали, что число косичек равно числу лет, сколько виквай не был на родине по планетарному времени. Позднее, когда выяснилось, что викваи бреют голову, возвращаясь домой, была доказана правота второй теории. Толстая, морщинистая кожа помогает им жить в пустынях, которые почти целиком покрывают Шрилуур. Обладают способностью общаться при помощи феромонов и запахов, но только в пределах своего клана. Для прочих народов они просто вонючие существа. По характеру весьма воинственны, поэтому часто нанимаются солдатами, стражниками и телохранителями к хаттам. На Шрилууре соседствуют с гоуками, и расовые различия часто приводят к глобальным войнам. Викваи предпочитают не общаться с высокими технологиями, поклоняются луне и богу Кваю. Само название «виквай» означает «последователь Квая». Интересна письменность викваев, заключающаяся во вплетение в косы камешков или прочих предметов.

Випхид – разумный хищник с планеты Тоола, крупный, покрытый светлым мехом, с длинными бивнями. Средний випхид вырастает до двух метров и весит около четырехсот килограмм. Спокойно переносит суровую зиму, обожает охотиться.

Вуки – рослые, покрытые шерстью антропоиды с планеты Кашиийк. Известны на всю Галактику своим неистовством в бою. Лапы их оснащены острыми длинными когтями, с помощью которых вуки лазают. Живородящие млекопитающие, вуки-самки имеют шесть сосцов, которыми выкармливают детенышей. Раса вуки была порабощена Империей, и поэтому вуки не очень расположены к людям. Оби-Ван Кеноби когда-то выдвинул предположение, что вуки имеют мощную связь с Силой, но доказать это никому не удалось.

Вуки живут в больших городах, расположенных на деревьях, это уберегает их от хищников, обитающих в нижнем ярусе леса. Вуки считают, что их леса делятся на семь уровней и жизнь на каждом зависит от количества света, проникающего сквозь листву. На нижних уровнях – соответственно первом, втором и третьем – растут фосфоресцирующие растения, обеспечивающие эти уровни собственным светом. Вуки никогда не спускались ниже четвертого уровня.

Гадерффай – традиционное оружие тускенов. Топор с двумя лезвиями, короткой рукоятью и крюком. Порой может называться палкой или жезлом гаффи.

Гаморр – планета с весьма разнообразным климатом и природными зонами. День длится 28 стандартных часов, год – 380 местных дней.

Гаморреанцы – довольно крупные, свиноподобные антропоиды с планеты Гаморр. Очень воинственная раса с матриатным устройством примитивного общества. В семье часто бывает несколько супругов. Самцы делятся на четыре касты: вожаки (самые крупные и сильные в роду, как правило, мужья матриархов), хряки (любой женатый самец), кабаны (неженатые самцы, нанимаемые кланом в качестве воинов), ветераны (старые самцы, не способные к драке). Распространены по всей Галактике, так как их часто нанимают в качестве телохранителей, солдат и охранников. Злобны, сильны, но неповоротливы.

Ганк – разумные существа с планеты Нар Шаддаа, покрыты мехом, плотоядны. Изначально обитали на другой планете, но переселились поближе к хаттам, с которыми часто сотрудничают в качестве наемников, охотников за головами, телохранителей и убийц. Обычно носят хай-тек доспехи с ног до головы. Их редко видят по одиночке, обычно они бродят стаями.

Гивин – негуманоидная раса с внешним скелетом наподобие панциря, который помогает им справиться с внезапными переменами атмосферного давления и периодическим отсутствием атмосферы на поверхности их родной планеты Йаг’ Дхуль. Обитают в герметичных поселениях, отличаются математическими способностями. Известны как одни из лучших строителей космических кораблей.

Готалы – гуманоиды, обладающие ограниченными способностями направлять Силу. Покрыты серой шерстью, на голове два рожистых образования, на самом деле являющиеся своеобразными рецепторами, которые позволяют готалам ощущать инфракрасное, световое, электромагнитное и радиоизлучения. Питают инстинктивное недоверие к дроидам, поскольку те влияют на их восприятие, а готалы привыкли полагаться на свои «рога» даже больше, чем на глаза. Ходят легенды о том, что готалы умеют читать мысли, хотя на самом деле они просто несколько глубже ощущают эмоции, испытываемые собеседником. Единственное чувство, которое готалы превозносят превыше всего, это любовь. Если два готала решают, что они любят друг друга, то это – на всю жизнь. Общество достаточно примитивное, готалы живут в основном охотой. Противились вступлению в Старую Республику, но и не имели ни малейшего желания присоединяться к Империи.

Гравицикл – небольшое, одноместное транспортное средство на репульсационном двигателе, обладающее высокой скоростью и маневренностью. Седло для ездока расположено над источником энергии. Выпускаются как гражданские и спортивные модели, так и военные.

Гридо – родианец из клана Тетсус, эмигрировавший со своей родной планеты вместе с матерью Ниелой и братом Пквеедуком. Они долго переезжали, сначала на один малоизвестный планетоид, затем на Нар Шаддаа, затем на Татуин, где Гридо вырос, а позже поступил на службу к Джаббе Хатту в качестве наемного убийцы. Гридо взял заказ на Хэна Соло. Он нашел Соло в кантине в Мос Айсли, но после долгого разговора Хэн пристрелил неудачника-родианца на месте. В Эпизоде I «Призрачная угроза» действует маленький родианец по имени Гридо – именно с ним подрался Анакин Скайуокер, когда родианец сказал, что Анакин обманом выиграл гонки на праздник Бунта.

Деваронцы – одна из наиболее уникальных рас в Галактике, так как мужские и женские особи разительно отличаются по внешнему виду и темпераменту. Мужчины, как правило, – неагрессивные создания с гладкой безволосой кожей и короткими рожками на голове. Рога являются предметом гордости и тщательного ухода. Женщины покрыты мехом и имеют склонность доминировать. Деваронцы всеядны и обладают метаболизмом, позволяющим переваривать практически любую пищу, таким образом представляя собой своеобразное «безотходное производство».

Денгар – охотник за головами, один из тех, кому Дарт Вейдер поручил найти «Тысячелетний сокол». Ему не удалось обнаружить Хэна Соло, хотя он очень старался, так как имел к Хэну собственный счет. Денгар был гонщиком на Кореллии и членом команды «Феррини» до того, как в одной из гонок был побежден Хэном Соло. Во время аварии в этой гонке Денгар очень сильно пострадал. В Имперской медицинской лаборатории ему вживили кибер-импланты, и Денгар стал одним из терминаторов, но в конце концов сбежал и решил работать только на себя. Услышав, что за голову Хэна Соло объявлена награда, Денгар осмелился явиться к Дарту Вейдеру, хотя ему было хорошо известно, что сам Денгар разыскивается Империей как дезертир. Вейдер предложил Денгару прощение в обмен на поимку Соло. Вместе с Бобой Феттом участвовал в событиях, известных как войны охотников за головами.

Дефель – разумные существа с планеты Аф’Эль, иначе называемые духами. Их шкура и кожа поглощают практически все длины волн, так что при обычном освещении они кажутся неясной тенью, а увидеть их можно лишь при ультрафиолетовом. Низкорослые, мускулистые волкообразные гуманоиды, покрытые густым мехом. На родной планете обитают в подземных пещерах. Хорошо видят при любом освещении.

Джабба Десилийик Тиуре – один из самых известных королей преступного мира в Галактике из расы хаттов. Шестьсот лет назад он улетел с родной планеты Нал Хутта и обосновался на Татуине. Как у прочих его соплеменников, у Джаббы массивное, обрюзгшее тело, что делало бы его относительно легкой мишенью для наемных убийц, если бы не толстая шкура, практически не пробиваемая никаким оружием. Начинал Джабба как вор и контрабандист. Позднее, после смуты в клане Десилийик, он перебрался на Татуин. Джабба нанял Хэна Соло для перевозки груза спайса с Кесселя, но Хэн был вынужден сбросить груз и спасаться бегством от имперских кораблей. Хэн не смог оплатить неустойку, поэтому Джабба назначил цену за его голову.

Джедаи – рыцарский Орден хранителей мира и справедливости, основанный во времена создания Старой Республики. Они защищали Республику от любой угрозы, включая Войну Клонов. Их посылали регулировать споры между правительствами планет, так как они всегда поддерживали нейтралитет и были способны обнаружить истину благодаря своей легендарной Силе. Джедаи – хорошо обученные воины, пользующиеся своеобразным оружием – лазерными мечами. Когда сенатор Палпатин решил провозгласить себя Императором Галактики, он понял, что джедаи – единственная реальная сила, стоящая между ним и его целью. В результате был уничтожен практически весь Орден.

Дианога – змееподобное создание с семью щупальцами и единственным стебельчатым глазом. Происхождение ее прослеживается от планеты Водран, большей частью покрытой болотами. Дианога обладает интересной особенностью, помогающей ей скрываться от крупных хищников. Она умеет становиться практически прозрачной. При отсутствии пищи тело дианоги тоже приобретает прозрачность. Также они обладают свойством принимать цвет только что съеденной добычи. Привлеченная запахом отбросов, дианога, также называемая мусорным кальмаром, проникла на космический корабль и таким образом мигрировала на другие планеты. Средняя длина дианоги – 5–6 метров, хотя экземпляры в 10 метров не являются чем-то из ряда вон выходящим.

Д’укал Шада – женщина-воин с Эмберлена, когда-то входила в отряд Манды Д’улин. После проваленного задания Шада ушла из Стражей Тени и нанялась телохранителем к контрабандисту Маззику. Ей было позволено сделать это, так как старейшины мистрил собирались нажить богатств с помощью Маззика. Когда задуманное не получилось, за Шадой послали Кароли Д’улин с целью вернуть провинившуюся на Эмберлен. Шада сумела сбежать, предприняла попытку встретиться с Лейей Органой Соло, чтобы предложить свои услуги Республике, но ей постоянно отказывали. В конце концов, она пробралась на встречу Органы Соло и Тэлона Каррде, чтобы выяснить, в чем, собственно, дело. Но все закончилось тем, что она отправилась сопровождать Каррде.

Дюнное море – обширное пустынное пространство на Татуине.

Дюрастил – строительный материал, смесь ломмита, мелеениума, неутрониума и церсиума.

Зукусс – ганд, потомственный охотник за головами, вошел в Гильдию охотников вскоре после битвы при Йавине и долгое время работал в паре с Босском. Им обоим пришлось постоянно соревноваться с Бобой Феттом, и каждый раз первенство оставалось не за ними. Позднее Зукусс ввязался в сложную игру между Босском и его отцом, главой Гильдии; оба трандошана пытались уничтожить друг друга. Накопив достаточно денег, Зукусс приобрел собственный корабль – «Туманный охотник» – и взял в партнеры дроида 4-ЛОМ. Во время одной из охот жертва повредила дыхательную маску Зукусса, партнерам понадобились деньги на лечение обожженных легких охотника, поэтому они стали соглашаться на любые контракты. В результате оба партнера попали в список лиц, разыскиваемых Империей. Невзирая на это, Джабба Хатт послал их с тайной миссией к Дарту Вейдеру. Зукусс и дроид прибыли в систему Хот в самый разгар сражения. Тем не менее впоследствии генерал Риеекан предложил обоим охотникам спасти Хэна Соло. Зукусс, 4-ЛОМ и еще несколько охотников сумели разыскать Бобу Фетта, но во время попытки забрать у Фетта тело капитана Соло партнеры сами оказались в плену. При прибытии на Татуин Фетт приказал Зукуссу надеть мандалорские доспехи, а дроида отключил и уложил на антигравитационные сани вместо Хэна Соло. Подручные Джаббы, обманувшись маскарадом, напали на псевдо-Фетта, что позволило Бобе получить с Джаббы большее вознаграждение, чем Хатт намеревался выплатить.

Империя – название, которое получил режим, установленный сенатором Палпатином, когда он узурпировал власть правителя Галактики и ввел свой Новый Порядок. В основу Империи был положен принцип: «Править не силой, а страхом перед силой». Палпатин стал Императором и, чтобы вселить страх, создал громадную военную машину. Для укрепления своего контроля над Галактикой Палпатин часто применял Темную сторону Силы.

Итор – четвертая планета в системе Оттега (порой именуемой Иторианской системой), сектор Каларон. Имеет множество естественных спутников. Подвергалась блокаде со стороны Империи до тех пор, пока иторианцы не согласились снабжать Империю продуктами сельского хозяйства и информацией по клонированию. Хорошо развит туристический бизнес. Аборигены предпочитают оставлять природу по возможности без изменений, а сами живут в летающих городах. Во время вторжения вонгов планета была уничтожена биологическим оружием. Говорили, что она несколько дней сверкала подобно звезде, прежде чем погибнуть.

Иториане – негуманоидная раса с планеты Итор, отличаются головой в форме молота, по обе стороны которой расположены глаза, и широкими, плоскими ступнями, которые помогают им сохранять равновесие. У иториан две гортани, что затрудняет им общение с прочими разумными существами на общегалактическом языке.

Йавы – низкорослые, живущие в пустыне торговцы-старьевщики на планете Татуин. Эти маленькие создания имеют большие светящиеся глаза. Речь йавов трудно понять, так как язык их меняется случайным образом. Известны йавы своей врожденной трусостью. Очень немногие видели, как выглядят йавы без своих плащей цвета глины. Они – коллективные существа: небольшими группами собирают все и вся, что можно перепродать хоть кому-нибудь. Некоторые ксенологи полагают, что йавы имеют неорганическое происхождение. Обычно температура тела у йавов – 46,7 градусов по Цельсию.

Ками – подружка Люка из Анкорхаде на Татуине. Ее семья управляла на Татуине подземным гидропонным садом и большую часть воды получала с фермы Оуэна Ларса.

Каурон – звездная система в астероидном поясе, на которой много лет обитали пираты Каврилху.

Кеноби Оби-Ван (Бен) – родители его были среднего достатка и поэтому достаточно спокойно согласились, чтобы их сын обучался в Ордене. Несмотря на то что учение давалось ему легко, его чуть было не отчислили, так как никто из магистров не хотел брать его учеником. Наконец, после долгих уговоров один из самых известных рыцарей Куай-Гон Джинн согласился сделать его своим падаваном. После того как Куай-Гон привел на Совет Ордена юного Анакина Скайуокера, между учителем и учеником отношения резко обострились, так как Куай-Гон объявил, что ему больше нечему учить Кеноби. После гибели Куай-Гон Джинна на Набу, Оби-Ван, выполняя волю магистра, стал учителем Анакина. Через тридцать два года после этих событий Оби-Ван, сменив имя, жил отшельником на Татуине до тех пор, пока Р2Д2 не принес ему просьбу о помощи от принцессы Лейи. Оби-Ван заручился поддержкой сына Анакина, Люка Скайуокера, но во время спасения принцессы погиб на борту Звезды Смерти от рук Дарта Вейдера.

Крайт-драконы – крупные рептилии, обитающие на Татуине, желтовато-коричневые по окрасу. Голова крайта увенчана короной из пяти рогов, на хвосте растут длинные шипы. Передвигаются крайты на четырех массивных лапах. Единственный способ убить крайта – это пронзить центральный нервный узел. Убийство крайта входит в ритуал инициации у тускенов. Есть сведения, что крайта удалось приручить и теперь их разводят для молока и яиц. Тускены и йавы утверждают, будто в костях крайта содержатся мистические силы. Некоторые ученые считают, что дракон – дальний потомок дикого дуинуогвуина, хотя это пока ничем не доказано.

Куат – планета в одноименном секторе, известная в основном тем, что на ней расположены самые знаменитые в Галактике верфи, а также пасторальными ландшафтами. Кроме того, это имя самого могущественного из семейных кланов, которые управляют планетой. Как и все прочие, они используют технологию «тельбунов», чтобы постоянно улучшать свои генетические линии.

Кубазы – раса разумных существ с планеты Кубинди, отличаются темно-зеленой кожей и очень большими глазами, которые настолько чувствительны к красной части спектра, что кубазы вынуждены прятать их под защитными очками. Живут родами, защищая собственность клана от соседей. После вспышек на своем солнце пережили катастрофу планетарного масштаба, но со временем расселились по своей системе. Постоянно охотятся за населяющими соседнюю систему верпинами, так как считают этих инсектоидов весьма вкусными.

Кубинди – пятая планета в системе Ку’Бакаи, сектор Каларон. Населена в основном насекомыми, так как во время вспышек на солнце погибла почти вся флора и фауна. Разумные обитатели Кубинди, кубазы, населяют шестую, восьмую и одиннадцатую планеты системы. Только очень бедные не смогли улететь. Период обращения вокруг оси – 48 стандартных часов, период обращения вокруг солнца – 420 местных дня.

Лемелиск Бевел – один из величайших конструкторов имперской эпохи. Его блестящая карьера началась во времена Старой Республики, когда он разработал несколько новых конструкций звездных кораблей. По заказу Старой Республики он создал совершенно новые боевые корабли – «звездные разрушители». Губернатор Таркин поручил ему работу над боевой станцией, позднее ставшей известной под названием Звезда Смерти. Император приказал клонировать Лемелиска. Когда после смерти Палпатина и гибели адмирала Трауна Империя начала рассыпаться, Лемелиск перешел на службу к хаттам, для которых создал очередную версию боевой станции – «Меч Тьмы». Поскольку заказчики не обеспечивали его новыми материалами, Лемелиск построил неплохую по возможностям, но достаточно уязвимую станцию. После ее уничтожения ему удалось сбежать, но он был захвачен экипажем республиканского корабля «Йаварис» и переправлен на Корускант для того, чтобы предстать перед судом.

Манка – напоминающее кошку животное, обитающее в джунглях.

Механик – один из друзей Люка в Анкорхаде на Татуине, он работал наладчиком на Станции Тоше. На Татуине ему принадлежала энергостанция. Позднее Ками вышла за него замуж и они жили в старом поместье Дарклайтера.

Мистрил – Стража Тени, женщины-воины с планеты Эмберлен. Одиннадцать старейшин, которые управляют ими и всей планетой, посылают мистрил на службу тем, кто способен оплатить их услуги. Любая плата поступает на Эмберлен для закупки продовольствия, одежды и медикаментов для нуждающихся.

Момау Надон – иторианин, верховный жрец, был изгнан с родной планеты после того, как передал тайные технологии своего народа Империи, хотя этим спас Итор от истребления. Много времени провел на Татуине, где его часто видели в кантине вуки Чалмуна. В конце концов, было решено, что Надон действовал в интересах своего народа, его вернули из изгнания и восстановили в прежних правах, но, несмотря на это, сам Надон испытывал стыд за свои поступки и поклялся всей своей оставшейся жизнью искупить вину перед сородичами.

Нал Хутта – планета в кореллианском секторе в системе Й’Тоуб, была колонизирована хаттами. Прежнее ее название Эвокар хатты заменили своим, что на их языке означает «Сверкающая драгоценность». Хатты вели с местными жителями выгодный для себя обмен – высокие технологии на право владения землей. Когда местное население выяснило, что произошло, было слишком поздно. Эвочи (не путать с эвоками с Эндора) обратились в Сенат, но даже рыцари-джедаи, посланные урегулировать конфликт, ничего не смогли сделать. Эвочи переселились на спутник планеты, Нар Шаддаа, а Нал Хутта осталась за пришельцами. Оборот планеты вокруг оси составляет 87 стандартных часов, вокруг солнца – 413 стандартных дней.

Нала-квакша – древесная амфибия, любимое лакомство хаттов.

Нар Шаддаа – луна-космопорт Нал Хутты, известная вертикально построенными городами, дорогими услугами механиков и беззаконием. Столетиями на ней процветали контрабандисты. Хатты застраивали луну так интенсивно, что за несколько веков ее вес увеличился втрое. Лунный день составляет 87 стандартных часов, а год – 413 местных суток. Из-за специфического положения на геостационарной орбите день на Нар Шаддаа делится на два периода освещенности: солнцем и отраженным светом Нал Хутты. Йуужань-вонги считают Нар Шаддаа технологическим кошмаром.

Никто – разумные рептилии с планеты Кинтан в кластере Си’Клаата. Высокая радиация обеспечила им быструю мутацию, отчего незнакомому с этим народом наблюдателю может показаться, что он видит перед собой совершенно разные виды рептилий, не имеющих родственных связей.

Парусная баржа – прогулочный корабль на репульсационном двигателе, способный передвигаться над поверхностью воды, песка или любой относительно ровной поверхностью. Развивает скорость до 100 км/ч, максимальный потолок – 10 стандартных метров. Самыми популярными считаются баржи убриккианской постройки – 30 метров в длину, экипаж 26 существ, способны нести до 500 пассажиров и 2000 тонн груза. Вооружены тяжелой пушкой.

Песчаный краулер – громадное неуклюжее сооружение, передвигающееся на четырех гусеницах, песчаный краулер использовался йавами как транспортное средство и склад. Изначально они были кореллианскими грузовиками-рудовозами, привезенными на Татуин первопоселенцами. Колонисты предполагали отыскать под песками пустыни полезные ископаемые, которые должны были обеспечить их как рудой для промышленности, так и будущим благосостоянием. Но Татуин оказался весьма беден рудными ископаемыми, вдобавок обладавшими необычными магнитными характеристиками. Поэтому после разрушения космической станции «Тату-III» рудовозы были брошены на произвол судьбы. Они были захвачены различными кланами йавов, которые использовали их для передвижения через пустыню.

Понда Баба – аккуалиш, напавший на Люка Скайуокера в кантине Мос Айсли. Был известен как средней руки контрабандист, так и не поднявшийся до высших слоев в их сообществе. Какое-то время работал на Йоттеля Мерритта. На планете Труузданн повстречался с доктором Эвазаном. Эти двое решили, что самое время оттягать у Хэна Соло его обычные маршруты для контрабанды, перекупили его права у Джаббы Хатта (о чем Хэн так и не узнал) и явились в кантину поставить в известность Соло. То ли они не знали Хэна в лицо и перепутали с ним Люка, то ли по иной причине, но вместо ссоры с Хэном, они затеяли драку с Люком. На помощь тому пришел Оби-Ван Кеноби, и поле битвы осталось за ним.

Ранаты – низкорослые разумные существа с Ридара II, по виду безобидные грызуны, на самом деле – безжалостные убийцы. Название им дали люди, населяющие Ридар, но сами себя они предпочитают называть Кон Куиикон, что означает «завоеватели». За несколько сотен лет до Галактической гражданской войны обнаружилось, что ранаты похищают и поедают детей колонистов. Их практически уничтожили, но трем особям удалось спрятаться на корабле контрабандистов. После того как неожиданные пассажиры сожрали экипаж, корабль разбился на планете Аралия, где сейчас и обитают ранаты, которые со временем истребили большую часть местных жизненных форм. Ранаты не имеют представления о том, что можно сдаться, они сражаются насмерть. Если раната победить в бою и оставить в живых, он вернется домой и соберет команду возмездия, вместе с которой будет нападать на обидчика, чтобы восстановить поруганную честь. Когда на Аралии собирались построить парк развлечений, ранаты прорыли туннели под конструктивными опорами, уничтожив здания и аттракционы. Империя предложила нанять истребителей грызунов, но защитники окружающей среды обвинили Империю в нарушении закона о причинении вреда разумным народам. В ответ Империя внесла ранатов в список недостаточно развитых рас, что означало, что ранаты не имеют права владеть собственностью, их можно убивать в целях самозащиты и им запрещено продавать оружие. Количество ранатов значительно уменьшилось, но до окончательной победы над ними еще далеко. Несколько ранатов обитают во дворце Джаббы Хатта на Татуине. В свое время Император Палпатин держал при себе несколько особей, накачанных галлюциногенами, в качестве охранников.

Ранкор – ученые никак не договорятся, относить ли этого восьмиметрового зверя к ракообразным или паукообразным. Ранкор покрыт пупырчатой естественной броней и костяными пластинами. Водятся на многих планетах Галактики, но только ведьмы Датомира сумели приручить их и использовать для езды верхом. Недолюбливают воду.

Родианцы – жители планеты Родиа, гуманоиды с фасеточными глазами, хоботком и подвижными остроконечными ушами. Кожа родианцев обычно зеленая. Они мало отличаются друг от друга, поэтому у остальных народов возникают трудности в общении с ними. Когда разведчики Старой Республики впервые появились на их планете, родианцы встретили их, вооруженные до зубов.

Рососпинники – крупные ящеры, живущие в пустынях Татуина и Бриека, получили свое название из-за пота, который выступает на их шкурах во время отдыха. Похожий на росу пот собирается в чешуйках на их спинах. Большую часть времени рососпинники проводят в одиночестве, но каждый год они собираются на пустошах Юндланда для того, чтобы спариться и отложить яйца. Более проворные и поворотливые, чем банты, рососпинники используются как ездовые животные. Они легко приручаются, но в брачный сезон их все равно надо выпускать на волю. Днем рососпинники весьма активны, но холодными ночами они становятся вялыми и малоподвижными.

Сабакк – карточная игра, распространенная по всей Галактике. Колода карт для сабакка состоит из сорока четырех стандартных карт четырех мастей (монеты, фляги, мечи и шесты), четырех старших карт каждой масти (Командующий, Госпожа, Повелитель и Туз) и восьми карт старшего аркана. Стандартные карты имеют достоинство от одного до одиннадцати. Старшие карты от двенадцати до пятнадцати соответственно. Карты старшего аркана имеют собственный подсчет очков и называются Идиот (0), Королева Воздуха и Тьмы (+/-2), Выносливость (+/-6), Равновесие (+/-8), Кончина (+/-11), Сдержанность (+/-13), Злоба (+/-15), Звезда (+/-17).

Существуют неклассические колоды, куда входят Случай, Риск, Спутник, Колесо, Поврежденный космический корабль. Смысл игры в том, чтобы набрать двадцать три очка с плюсом или минусом, то есть иметь на руках «полный», или «чистый», сабакк. При количестве очков больше двадцати трех, ноль или больше минус двадцати трех игрок считается «разбомбленным». Игра идет в несколько кругов, ставки делаются на каждом круге.

Тальцы – гуманоиды с планеты Альцок III, покрыты густым белым мехом, защищающим их от холодов. Имеют две пары глаз, одна из которых (более крупные) предназначена для ночного зрения. Трудолюбивы и сдержанны по природе.

Татуин – планета-пустыня, вращающаяся вокруг двойной звезды Внешнего края возле миров Рилот и Пирокет. Татуин расположен вдалеке от основных галактических маршрутов. Зато он занимает удачное место для контрабандистов и гангстеров всех мастей. Желтые звезды, входящие в состав системы, называются соответственно Тату I и Тату II. Планета имеет два спутника. Столетиями Татуин был местом орбитальных разборок различных бандитских группировок, так что поверхность планеты буквально завалена обломками древних космических кораблей, погребенных под песками пустыни. Официально Татуин колонизирован несколько сотен лет, зато может похвастаться двумя различными расами аборигенов: надоедливыми, суетливыми йавами и яростными кочевниками тускенами, обычно называемыми Песчаными людьми.

Животная жизнь Татуина крайне разнообразна. Банты, рососпинники, вомпы, песочные мушки, костежорки, каменные пиявки, дюнные ящеры, песочные змеи, скалмиты, пернатые ящерицы, песочные прыгуны, мивиты, а также сарлакк, которому, по слухам, требуется тысяча лет, чтобы переварить свою добычу. Также на Татуине водятся крайт-драконы. Многие охотятся на них, чтобы получить бесценные камни гиззард, известные как драконий жемчуг.

Многие колонисты работают на фермах по добыче влаги (конденсируют воду из воздуха при помощи влагоуловителей), а также разводят фрукты деб-деб и пика.

Оборот вокруг своей оси – 23 стандартных часа, оборот вокруг солнц – 304 местных дня.

Тви’лекки – гуманоиды с планеты Рилот, отличающиеся высоким ростом, заостренными зубами и так называемыми «головными хвостами» – двумя (иногда одним) отростками наподобие щупалец. Этих хвосты, или лекку, очень чувствительны, так как в них много нервных окончаний. Они очень подвижны, и тви’лекки пользуются ими и для общения. У тви’лекков несколько желудков, поэтому они способны переварить практически любую пищу. Живут тви’лекки родовыми кланами, которыми управляют пять старейшин. Язык их достаточно сложен, чтобы простая перемена паузы в имени индивидуума полностью меняла значение. Их общество делится на касту воинов, отличающихся высокими моральными принципами и чувством долга, и касту купцов.

Термический детонатор – взрывное устройство, как правило, шарообразное по дизайну. Состоит из оболочки, детонатора и собственно заряда барадиума. Использование барадиума делает термический детонатор крайне опасным даже для того, кто его использует, так как этот элемент весьма нестабилен. Производится на Талесии.

Транспаристил – прочный, прозрачный материал, который используется в производстве иллюминаторов для космических кораблей и колпаков кабин истребителей. Обладает способностью изменять цвет в зависимости от смены яркости света снаружи. На верфях Куата был разработан оптически улучшенный вариант. При этом в материал «вживлялись» микроскопические деки, запрограммированные пропускать лишь определенную длину волны. Корабль, оснащенный обшивкой из улучшенного транспаристила, оказывался практически невидимым. Широкого применения этот вариант не получил из-за дороговизны проекта.

Тускены (Песчаные люди, или народ Песка) – живущие в пустынях Татуина кочевники-мутанты, которые бродят по Юндландским Пустошам. Название тускены, или тускенские разбойники, произошло от поселения Тускен, где впервые произошла стычка между ними и людьми-переселенцами. Песчаные люди питают глубокую ненависть к человечеству с тех пор, как пустынный бандит Алкхара перебил группу тускенов, которые по-дружески отнеслись к нему. Облачаются они в тяжелые глухие одежды, головы обматывают тряпичными полосами, закрепляя дыхательную маску и защитные очки. Они используют бант как верховых животных, и отряды тускенов едут на них цепочкой, чтобы нельзя было догадаться об их численности по следам. У каждого всадника может быть только один банта. Если животное погибает или умирает, то всадник уходит в пустыню в одиночку. Если духу банты это будет угодно, то всадник подружится с другим бантой. Иначе всаднику суждено погибнуть в песках. С другой стороны, если тускен убит или умер, его банту отпускают в пустыню. Хотя по природе Песчаные люди агрессивны и склонны к насилию, они твердо придерживаются глубоко укоренившихся обычаев. От юных всадников требуется доказать зрелость, пройдя через различные испытания. Самое суровое испытание на звание мужчины требует выследить и убить крайт-дракона. Поскольку письменности у Песчаных людей нет, то наибольшим уважением в тускенском клане пользуется сказитель. Ему известна история жизни каждого члена клана, он знает историю всего клана. От сказителя требуется дословное запоминание, что ликвидирует всякую возможность неверной интерпретации истории или ее искажения. Ученикам сказителей порой приходится куда тяжелее, чем воинам, потому что единственная ошибка в изложении может стоить жизни. От влагоуловительных ферм Песчаные люди держатся в стороне, лишь иногда случаются их нападения на самые отдаленные поселения. Отдельные ученые заявляют об органическом происхождении тускенов, но проведенные вскрытия немногих мертвых тел не подтвердили подобную гипотезу – так, в частности, были обнаружены имплантированные, как у киборгов, глаза.

«Тысячелетний сокол» – корабль ИТ-1300, принадлежащий Хэну Соло. По одним источникам Хэн выиграл его у прежнего владельца в сабакк, по другим (в основном по словам этого владельца) – украл, а если и выиграл, то нечестно. Прежний владелец, Ландо Калриссиан, сам выигравший его в карты, понятия не имел, как пилотировать этот корабль, хотя и распознал скрытые в нем возможности. Он нанял Хэна Соло, считавшегося лучшим пилотом среди контрабандистов. После одного совместного рейса на Кессель Ландо пребывал в настроении немного сыграть в сабакк. Но в тот вечер ему не повезло: он проиграл практически все свои деньги и на последний кон поставил любой корабль по выбору Хэна. Хэн выбрал «Сокол» – к большому неудовольствию Ландо.

Легкий кореллианский грузовик, модифицированный Хэном и Чубаккой на свой вкус. В частности, они добавили двигатели от списанных имперских кораблей и вооружение. Длина корабля 26,7 метра. Грузоподъемность – до 100 тонн. Изначально его досветовая скорость была до 65 НГСС, теперь гораздо выше, хотя у Хэна так и не дошли руки сертифицировать все изменения в конструкции. В гиперпространстве «Сокол» летает гораздо быстрее как кораблей своего класса, так и быстроходных кореллианских корветов.

Системы, используемые в конструкции корабля:

– генератор защитного поля стасисного типа «Новалдекс»

– генератор заднего защитного поля дефлекторного типа KDY

– генератор переднего защитного поля дефлекторного типа «Торплекс»

– конвертер «Коэнсайр TLB»

– конвертер «Инком N21-4»

– сенсорный контроль «Фабритек»

– сенсорная установка «Фабритек ANy-20»

– аварийный генератор «Кореллиан Инжениринг Корпорэйшн»

– автоматическая пушка «Тэйм&Бак»

– 2 спасательные капсулы

– бортовой компьютер «Ханкс-Варгель Super-Flow IV»

– навигационный компьютер «Торплекс Тандем»

– гипердрайв «Кореллиан Инжиниринг Корпорэйшн»

– генератор «Сейнар Системс»

– крионные резервные батареи

– пассивная антенна «Siep-Irol»

– постановщик помех «Карбанти»

– установка электромагнитных помех «Карбанти29L»

– генератор компенсирующего поля «Нордоксикон-38»

– система жизнеобеспечения «Кореллстанд С-8»

– 2х4 ракетные установки «Аракид»

– стабилизатор с аллювиальными демпферами «Ион Флюкс»

– компенсатор «КаприКорп»

– навигационный модуль «Микроаксиал HyD»

– прожекторы

– 2 пушки Ax-108

Угнауты – раса низкорослых, похожих на свиней существ с врожденными талантами механиков, проживающая на планете Гентес. Сильные, выносливые. Со временем народ угнаутов был вынужден переселиться с родной планеты, многие племена попали в рабство. Построили на Беспине Облачный город, поэтому многие переходы и коридоры напоминают Гентес. Потрясающие рассказчики, собирают и хранят мифы и предания своего народа.

Фигрин Д’ан – битх, руководитель оркестра в кантине Мос Айсли, известный под прозвищем огненный Фигрин. Играет на рожке-клоо. По слухам, владеет огромными запасами кореллианского спайса и его легче легкого обыграть в сабакк.

Чадра-фан – низкорослые антропоиды-грызуны с большими ушами, плоскими носами с четырьмя ноздрями и семью ощущениями (зрение, осязание, вкус, слух, обоняние, инфракрасное зрение, хеморецептивное обоняние). На нюх чадрафаны полагаются больше всего. Образуют клановое общество. По некоторым сведениям происходят с планеты Чадра.

Чалмун – вуки с бежево-серым мехом, бывший уличный бандит, владелец кантины при космопорте Мос Айсли (Татуин). Выкупил заведение у братьев Вриичон на выигрыш в казино на Орд Мантелл. Чалмуна легко распознать по шраму, идущему через левое плечо по левой стороне груди. Многие в кантине принимают его за вышибалу, отчасти из-а того, что он общается лишь с постоянными клиентами.

Шиставане – раса волкоподобных созданий с планеты Увена. Охотники по природе, обычно они великолепны в качестве разведчиков и «охотников за головами». Империя не раз пользовалась услугами шиставан, исследуя отдаленные уголки Галактики.

Юндланд – пустоши на границе Дюнного моря на планете Татуин. В переводе с тускенского название означает «Человек-сюда-ходить-нет».

Content

Star Wars. Байки из кантины Мос Айсли

Дэйв Волвертон Страж пустыни Байка молотоголового

Энциклопедия Звездных войн Байки из кантины в Мос Айсли Энциклопедия составлена по материалам, любезно предоставленным Бобом Витасом