Сидни Шелдон

Рухнувшие небеса

Александре Ангелу на моем плече

Небо рушится! Небо рушится!

Чикен Литл [1]

Покажите мне героя,

и я напишу вам трагедию.

Фрэнсис С. Фицджеральд

Пролог

КОНФИДЕНЦИАЛЬНОЕ СООБЩЕНИЕ ВСЕМУ ЛИЧНОМУ СОСТАВУ: ПОСЛЕ ПРОЧТЕНИЯ НЕМЕДЛЕННО УНИЧТОЖИТЬ

МЕСТО: ЗАСЕКРЕЧЕНО

ДАТА: ЗАСЕКРЕЧЕНА

В этом надежно охраняемом подземном зале собрались двенадцать человек, представителей разных стран. Все разместились в удобных креслах, расставленных в шесть рядов с интервалом в несколько футов. Все настороженно прислушивались к оратору.

– Счастлив сообщить вам, что угроза, так глубоко обеспокоившая нас, будет с минуты на минуту устранена. Нет необходимости распространяться о подробностях, поскольку весь мир услышит об этом в ближайшие двадцать четыре часа. Будьте уверены, нас ничто не остановит. Ворота останутся открытыми. Ну а теперь можно начать аукцион. Кажется, я слышу первую заявку? Совершенно верно. Один миллиард долларов. Похоже, предлагают два? Два миллиарда. Три? Три миллиарда, господа.

Глава 1

Вздрагивая на холодном декабрьском ветру, она почти бежала по Пенсильвания-авеню и, не доходя квартал до Белого дома, услышала пронзительный, раздирающий уши вой сирен воздушной тревоги и зловещий гул моторов бомбардировщика, готового вот-вот сбросить на город свой гибельный груз. Она остановилась и застыла в растерянности, словно примерзнув к месту, окутанная красной пеленой ужаса.

Окружающие дома вдруг исчезли, время потекло вспять, и она вдруг снова оказалась в Сараево, в аду рвущихся бомб, растерянных воплей, свиста осколков, грохота падающих стен. И поспешно зажмурилась. Но страшные видения по-прежнему стояли перед глазами. Небо полыхало кроваво-алыми зарницами. Голова раскалывалась от четкого перестука выстрелов, рева самолетов и глухих ударов – шлепков минометных мин. Соседние дома взрывались фонтанами цемента, пыли и кирпичей. Обезумевшие люди беспорядочно метались, пытаясь обмануть смерть. Но тут откуда-то издалека донесся участливый голос:

– Вы нездоровы? Вам плохо?

Она медленно, неохотно подняла веки и облегченно вздохнула. Все знакомо, привычно, спокойно. Она стоит на Пенсильвания-авеню, в неярком сиянии зимнего солнца, и прислушивается. Стихающий гул самолета, вой сирены «скорой помощи»… Вполне мирные звуки так некстати пробудили неприятные воспоминания.

– Мисс, с вами все в порядке?

Она заставила себя вернуться в настоящее. Долго еще будут ее мучить призраки былого?!

– Да… Все… все нормально. Ничего страшного. Спасибо.

Вместо того чтобы спокойно уйти, мужчина уставился на нее.

– Погодите! Вы Дейна Эванс! А ведь я ваш поклонник! Каждый вечер смотрю канал WTN. Видел все ваши репортажи из Югославии! – тараторил он радостно. – Должно быть, это так здорово: очутиться в гуще событий, освещать бои прямо с места действий!

– Да, – едва выдавила Дейна. В горле пересохло, губы едва не трескались.

Да… это так здорово – видеть, как людей прямо на твоих глазах разрывает в клочья, и натыкаться на трупы младенцев в колодцах, наблюдать, как по красной от крови реке плывут лохмотья человеческой плоти…

К горлу подступила неудержимая тошнота.

– Извините, я спешу, – пробормотала она и поспешила уйти.

Дейна Эванс вернулась из Югославии всего три месяца назад – воспоминания были еще слишком свежи, и сейчас она словно попала в иное измерение. В нереальный, почти сказочный мир, где люди не боятся ходить днем по улицам, громко смеяться, где поют птицы и шумят деревья. В Сараево не было ничего, кроме ужаса. Только стрельба, взрывы, разрушения и предсмертные вопли.

Джон Донн был прав. Человек – вовсе не остров. То, что случается с одним, происходит со всеми остальными. Все мы сделаны из глины и звездной пыли. Разделяем одни и те же мгновения времени. Всемирная минутная стрелка начинает свой беспощадный разбег к следующему мгновению.

В Сантьяго обезумевший дед насилует десятилетнюю внучку…

В Нью-Йорке молодые любовники целуются при свечах… В Бельгии семнадцатилетняя мать рожает идиота… В Чикаго пожарный рискует жизнью, чтобы вытащить кошку из горящего дома…

В Сан-Паулу на матче по американскому футболу сотни болельщиков затоптаны обезумевшей толпой, когда рухнули трибуны…

В Пизе мать плачет от радости, наблюдая, как ее ребенок делает первые шаги…

Все это и бесчисленное множество других событий происходит, начинается, заканчивается, возникает и исчезает за какие-то шестьдесят секунд. Но время продолжает неумолимо бежать, пока наконец не посылает нас в непознанную, неизведанную вечность…

В свои двадцать семь Дейна, бесспорно, могла считаться красавицей: стройная фигура, угольно-черные волосы, большие умные серые глаза, личико сердечком и теплый заразительный смех. Дочь полковника, инструктора по новейшим видам вооружения, кочевавшего с базы на базу по приказу командования, она росла настоящей дочерью полка, и походная неустроенная жизнь привила ей вкус к приключениям. Уязвимая и в то же время бесстрашная – совершенно неотразимое, бьющее наповал сочетание. За год, проведенный Дейной в Югославии, где она, военный корреспондент, освещала боевые действия, телезрители всего мира были очарованы и покорены прелестной, молодой, энергичной женщиной, не боявшейся лезть в гущу боя, дерзавшей ежедневно бросать вызов смерти и разрушению, чтобы поведать людям о страшных буднях разоренной войной страны. И теперь, где бы она ни оказалась, за спиной слышался шепоток: Дейна вмиг стала знаменитостью. Но слава лишь тяготила ее.

Проходя мимо Белого дома, Дейна взглянула на часы и, поняв, что опаздывает, прибавила шагу.

Четыре здания мультимедийного синдиката «Вашингтон трибьюн энтерпрайзиз» растянулись на весь квартал северо-западной Шестой улицы. В первом помещалась типография, во втором – издательство, третье было административным. Четвертое принадлежало телевещательному комплексу. Телестудии «Вашингтон трибьюн» занимали шестой этаж. Здесь всегда бурлила кипучая деятельность. В стеклянных клетушках, набитых людьми, день и ночь стрекотали клавиатуры компьютеров. Факсы десятков агентств непрерывно выплевывали последние новости со всех концов планеты. Размах операций никогда не переставал поражать Дейну.

Именно здесь она встретила Джеффа Коннорса. Перелом руки – несчастный случай в горах – вынудил знаменитого питчера [2] «игры звезд» [3] уйти из спорта. Теперь Джефф вел спортивные репортажи в прямом эфире и ежедневную колонку для синдиката «Вашингтон трибьюн». Высокий, подтянутый тридцатилетний мужчина, с мальчишеской улыбкой и неотразимым обаянием, он легко обзаводился друзьями, и окружающих тянуло к нему как магнитом. Джефф и Дейна познакомились, влюбились и поговаривали о свадьбе.

Спустя три месяца после возвращения Дейны из Сараево события словно покатились под гору и обстановка вмиг и бесповоротно изменилась. Лесли Стюарт, бывшая владелица «Вашингтон трибьюн», продала свои акции, и корпорация перешла во владение международного медиа-магната Эллиота Кромвелла.

Утреннее совещание с Мэттом Бейкером и Эллиотом Кромвеллом должно было вот-вот начаться. В приемной Дейну приветствовала рыжеволосая секс-бомбочка Эбби Лассман, референт Мэтта.

– Они уже ждут, – прошипела она.

– Спасибо, Эбби, – вздохнула Дейна, направляясь к угловому офису.

– Мэтт… Эллиот…

– Ты опоздала, – пробурчал Бейкер, седой коротышка лет пятидесяти – ворчливый, не терпящий возражений медведь, – впрочем, грубость и нетерпимость искупались блестящим прозорливым умом. Приземистый неряха в вечно измятых костюмах, выглядевших так, словно он спал в них. Дейна сильно подозревала, что так оно и было. Но, несмотря на внешность и бесцеремонные манеры, Мэтт был бессменным директором WTN, телевизионного канала «Вашингтон трибьюн энтерпрайзиз».

Шестидесятилетний Эллиот Кромвелл был полной противоположностью Мэтту – живой, обаятельный, излучающий дружелюбие и благожелательность. На гладком лице сияла неизменная улыбка. Всему свету было известно, что состояние Кромвелла огромно, но никто не знал, как именно он приобрел свои миллиарды. По этому поводу существовали десятки догадок и предположений – причем далеко не всегда лестных. В журналистской среде, где основной целью была добыча информации, Эллиот Кромвелл оставался загадкой.

– Мэтт сообщил, что вы снова побили все рекорды. Ваш рейтинг растет с каждым днем, – заметил он.

– Рада это слышать, Эллиот.

– Дейна, я каждый вечер слушаю несколько выпусков новостей, но ни один не может сравниться с вашим. Сам не знаю почему, но я не могу оторваться от телевизора.

Дейна могла точно объяснить Кромвеллу, в чем причина. Другие ведущие не говорили, а вещали, обращаясь к безликой аудитории, беседовали не с публикой, а на публику. Дейна решила стать своей в каждом доме. Выходя в эфир, она мысленно обращалась то к одинокой вдове, то к беспомощному калеке, не покидавшему постели, то к одинокому коммивояжеру, оказавшемуся вдалеке от семьи. Ее сообщения звучали тепло и интимно, и зрители все чаще предпочитали слушать канал WTN.

– Насколько я понял, сегодня у вас знаменитый гость, – вставил Мэтт Бейкер.

– Гэри Уинтроп, – кивнула Дейна.

Гэри Уинтроп считался Сказочным Принцем Америки. Молодой, красивый, обаятельный и к тому же отпрыск одной из самых известных династий.

– Он терпеть не может всяческой шумихи, – удивился Кромвелл. – Каким образом вы добились его согласия на интервью?

– У нас общее хобби, – призналась Дейна.

Кромвелл удивленно поднял мохнатые брови.

– В самом деле?

– Честное слово, – улыбнулась Дейна. – Я люблю импрессионистов, особенно Моне и Ван Гога, а он обожает их собирать. А если серьезно, я уже беседовала с ним раньше, и мы успели подружиться. Сначала мы дадим запись его пресс-конференции, которую освещаем днем, а уж потом – интервью.

– Превосходно, – просиял Кромвелл.

Весь следующий час они обсуждали новую передачу – «Криминал. Следы и улики», посвященную самостоятельному расследованию преступлений, которую должна была снимать и вести Дейна. Цель при этом преследовалась двойная: исправить причиненную несправедливость и пробудить в публике интерес к разгадке давно забытых злодеяний.

– В эфире и без того полно шоу подобного рода, – предупредил Мэтт, – так что конкуренция достаточно велика. Нужно начать с сенсации. Чего-то захватывающего. Такого, что сразу же привлечет внимание публики, и…

Из переговорного устройства донесся голос Эбби:

– Прошу прощения, звонят мисс Эванс. Из школы Кемаля. Судя по всему, дело срочное.

Мэтт Бейкер взглянул на Дейну:

– Первая линия.

Пытаясь унять стук сердца, Дейна дрожащей рукой схватила трубку.

– Алло… с Кемалем все в порядке? Понятно… Да… хорошо. Я немедленно приеду.

– Что случилось? – встревожился Мэтт.

– Меня просят немедленно забрать Кемаля.

Эллиот озабоченно нахмурился.

– Того мальчика, что вы привезли из Сараево?

– Его.

– Невероятная история.

– Да, – неохотно выдавила Дейна.

– Кажется, он был беспризорником?

– Совершенно верно, – кивнула она, начиная раздражаться.

– Он еще, кажется, подцепил какую-то заразу? – не отставал Эллиот.

– Нет, – твердо ответила Дейна, до сих пор избегавшая говорить о тех страшных днях. – Кемаль потерял руку при бомбежке.

– И вы его усыновили.

– Официально – пока нет. Но собираюсь. Пока я его опекун.

– Что ж, поезжайте. Обсудим «Криминал» позже.

Приехав в среднюю школу Теодора Рузвельта, Дейна немедленно направилась в кабинет заместителя директора Веры Костофф. Вера, изможденная, седая, преждевременно постаревшая женщина лет пятидесяти пяти, оказалась на месте. Напротив нее сидел Кемаль. Для своих двенадцати лет он выглядел чересчур маленьким, худым и бледным. Только упрямый подбородок и взъерошенные светлые волосы выдавали своевольную, свободолюбивую натуру. Пустой правый рукав небрежно свисал ниже колен. Стены неуютной комнаты, казалось, пригибали к земле его тощее тельце. Общая атмосфера была явно натянутой.

– Здравствуйте, миссис Костофф, – жизнерадостно приветствовала Дейна. – Кемаль!

Кемаль продолжал упорно смотреть в пол.

– Насколько я поняла, возникла какая-то проблема, – продолжала Дейна.

– К сожалению, мисс Эванс.

Она протянула Дейне листок бумаги. Та с недоумением уставилась на ровные строчки.

Vodja, pizda, zbosti, fukati, nezakonski otrok, umreti, tepec.

– Н-не понимаю, – ошеломленно пробормотала она. – Ведь это сербские слова, не так ли?

– Именно, – сухо подтвердила миссис Костофф. – К несчастью для Кемаля, я тоже оказалась сербиянкой, так что ему не повезло. Все эти выражения он употребляет в школе. – Обычно бесстрастное лицо Веры на этот раз возбужденно пылало. – Поверьте, мисс Эванс, даже сербские дальнобойщики так не выражаются, и я не допущу, чтобы маленький мальчик сыпал подобными ругательствами. Кемаль обозвал меня зассыхой.

– За?… – не поняла Дейна.

– Я понимаю, что в этой стране он недавно, все для него ново, и пыталась быть снисходительной, но его… его поведение возмутительно! Он постоянно затевает драки, а когда я сегодня утром сделала ему замечание, оскорбил меня. Это уж слишком!

– Вы, разумеется, знаете, как трудно ему в новой обстановке, миссис Костофф, – тактично заметила Дейна, – и…

– Я уже сказала, что готова сделать скидку, но он безбожно испытывает мое терпение.

– Ясно, – вздохнула Дейна, глядя на Кемаля. Но тот по-прежнему угрюмо смотрел вниз.

– Надеюсь, этот инцидент будет последним, – заключила миссис Костофф.

– Я тоже на это уповаю, – кивнула Дейна.

– Сейчас я найду вам его табель.

Миссис Костофф открыла ящик стола, вынула табель и протянула Дейне. Та с облегчением поблагодарила.

По пути домой Кемаль молчал.

– Что мне с тобой делать? – сетовала Дейна. – Почему ты вечно ввязываешься в потасовки да еще употребляешь такие слова?

– Я понятия не имел, что она говорит по-сербски.

Открыв дверь квартиры, Дейна предупредила:

– Мне придется вернуться на студию, Кемаль. Ничего, если побудешь один?

– Аск!

Услышав впервые ответ такого рода, Дейна посчитала, что Кемаль ее не понял, но потом быстро научилась понимать молодежный жаргон. «Аск» означало «да», «завязать шнурки» – остаться дома без родителей, «козебака» – сексуальная, привлекательная, яркая девушка. Положительное отношение к действительности выражалось терминами «клево», «отпад» и «я тащусь». Отрицательное – презрительным «срань» и «херня».

Дейна поспешно вытащила табель и, просмотрев, едва не схватилась за голову. История – D, английский – D, естественные науки – D, общественные дисциплины – F, математика – А [4].

Господи, что же ей теперь делать?

– Поговорим позже, – пообещала она вслух. – Мне нужно бежать.

Кемаль оставался для нее загадкой. При ней он вел себя идеально, был любящим, заботливым и милым. По выходным Дейна и Джефф превращали для него Вашингтон в огромную площадку для игр. Они ходили в Национальный зоопарк с изумительной коллекцией диких животных, настоящей звездой которых стал гигантский панда, посещали Национальный музей авиации и космонавтики, где Кемаль увидел первый летательный аппарат братьев Райт, подвешенный к потолку, прогулялся по модели «Скайлэб» [5] и потрогал лунные камни. Заглянули в Кеннеди-центр [6] и театр «Арена». Кормили Кемаля пиццей в «Том Том», такос [7] в «Мекстеке» и жареным цыпленком «по-южному» в «Джорджии Браунс». Кемаль обожал такие походы и общество Дейны и Джеффа.

Но… но стоило ей отправиться на работу, как Кемаль превращался в дьяволенка. Становился злобным и неуправляемым. Дейна с трудом верила ужасам, которые наперебой рассказывали ей экономка и приходящие няни.

Джефф и Дейна пытались урезонить мальчика, но пока безуспешно. Дейна уже начинала думать, что мальчик нуждается в помощи профессионала. Она представления не имела о безумных страхах, терзавших Кемаля.

Вечерние новости WTN вышли в эфир. Рядом с Дейной сидели ее соведущий, красавец Ричард Мелтон, и Джефф Коннорс.

– …а теперь международные новости, – продолжала Дейна. – Франция и Англия по-прежнему на ножах из-за «коровьего бешенства». Передаем репортаж Рене Лино из Реймса.

Режиссер Анастасия Мэнн, маявшаяся от нетерпения в аппаратной, прошипела:

– Давайте заставку.

На экранах появился мирный пейзаж французской провинции.

Дверь студии распахнулась. Небольшая компания мужчин приблизилась к столу ведущих. Те как по команде подняли головы.

– Дейна, ты знакома с Гэри Уинтропом? – осведомился Том Хоккинс, молодой амбициозный продюсер вечерних новостей.

– Разумеется.

В жизни Гэри Уинтроп был еще привлекательнее, чем на снимках. Великан с ярко-синими глазами, неподдельно искренней улыбкой и невероятной силы обаянием.

– Итак, мы снова встретились, Дейна. Спасибо за то, что пригласили меня.

– Рада, что вы нашли время прийти.

Дейна оглянулась. С полдюжины секретарш мгновенно отыскали срочный предлог, чтобы заглянуть в студию. Дейна, от души забавляясь происходящим, подумала, что Уинтроп, должно быть, привык и не к такому.

– Ваш фрагмент пойдет через несколько минут. Садитесь, пожалуйста. Это Ричард Мелтон.

Мужчины обменялись рукопожатием.

– Надеюсь, вы знакомы с Джеффом Коннорсом?

– Разумеется. Вам бы следовало сражаться на бейсбольном поле, Джефф, вместо того чтобы рассуждать об игре.

– Жаль, что ничего не выйдет, – вздохнул Джефф.

Репортаж из Франции сменился рекламным роликом. Гэри молча дожидался окончания рекламы.

– Готовность, – объявила Анастасия из аппаратной. – Даем запись.

И стала молча поднимать пальцы: первый, второй, третий. На экране возник фасад Джорджтаунского музея искусств. Комментатор, ежась под холодным ветром, сжимал в руке микрофон.

– Мы стоим перед Джорджтаунским музеем искусств, где сейчас проходит церемония по случаю вручения мистером Гэри Уинтропом пожертвования в размере пятидесяти миллионов долларов. Давайте посмотрим, как это было.

Он переступил порог музея и оказался в просторном зале, где вокруг Гэри Уинтропа собрались городские чиновники, члены правительства и телерепортеры. Директор музея Морган Ормонд вручал Уинтропу большую табличку.

– Мистер Уинтроп, от имени музея, совета попечителей и тех посетителей, что приходят сюда, хочу поблагодарить вас за щедрый дар.

Застрекотали камеры.

– Надеюсь, это даст молодым американским художникам шанс не только выразить себя, но и добиться признания своего таланта по всему миру, – ответил Уинтроп.

Собравшиеся зааплодировали.

– Это был Билл Толанд из Джорджтаунского музея искусств. Вызываю студию. Дейна?

Зажегся красный индикатор камеры.

– Спасибо, Билл. Думаю, сегодня нам повезло. Мистер Гэри Уинтроп был так добр, что согласился прийти в студию и рассказать о назначении столь невероятно огромного пожертвования.

Камера захватила угол пошире, наплывая на лицо Гэри Уинтропа.

– Скажите, мистер Уинтроп, ваше пятидесятимиллионное пожертвование будет использовано для закупки новых картин?

– Нет. На постройку нового крыла, в котором будут размещаться работы молодых американских художников, у которых иначе может просто не появиться возможности показать, на что они способны. Часть фонда пойдет на стипендии для одаренных американских детей. Возможно, они слышали о французских импрессионистах, но хочется, чтобы узнали получше собственное наследие, таких американских мастеров, как Сарджент, Гомер и Ремингтон. Эти деньги помогут молодым художникам воплотить свои замыслы и пробудить у подростков интерес к искусству.

– Ходят слухи, что вы собираетесь баллотироваться в сенат, – продолжала Дейна. – Это правда?

– Решил попытать счастья, – улыбнулся Уинтроп.

– По-видимому, удача вам улыбнулась. По результатам опроса ваш рейтинг намного выше, чем у остальных кандидатов.

Гэри Уинтроп кивнул.

– У моей семьи долгий послужной список в правительственных кругах. Если я могу быть полезен этой стране, сделаю все, что от меня зависит, и исполню свой долг.

– Благодарю за то, что были с нами, мистер Уинтроп.

– Спасибо вам.

Во время очередного перерыва на рекламу Гэри Уинтроп попрощался и оставил студию.

– Побольше бы в конгрессе таких, как он, – вздохнул Джефф Коннорс.

– Аминь.

– Может, нам следовало бы клонировать его. Кстати, как там Кемаль?

Дейна мучительно поморщилась.

– Джефф, пожалуйста, не связывай Кемаля и клонирование. Этого мне не вынести.

– Надеюсь, сегодняшние школьные неприятности закончились благополучно?

– Да… на сегодня. Завтра же…

– Начинаем, – перебила Анастасия. – Три… два… один…

Загорелся красный свет. Дейна глянула на табло «телесуфлера».

– А сейчас спортивные новости с Джеффом Коннорсом.

Джефф улыбнулся в камеру.

– К сожалению, волшебник Мерлин не счел нужным посетить сегодня «Буллитс» [8]. Юэн Ховард пустил в ход свою магию, а Джорджи Мьюрсен и Рашид Уоллес как могли пытались заварить кашу, оказавшуюся слишком крутой, и в результате были вынуждены проглотить ее вместе с гордостью…

Два часа ночи. В гостиной городского дома Гэри Уинтропа, расположенного в элитной северо-западной части Вашингтона, возятся двое мужчин, снимая со стен картины. На одном грабителе – маска Одинокого Рейнджера [9], на другом – маска Капитана Миднайта [10]. Очевидно, оба не спешат, трудятся без опаски, вырезая картины из рам и складывая добычу в большие джутовые мешки.

– Когда патруль снова проедет мимо? – спросил Одинокий Рейнджер.

– В четыре, – коротко бросил Капитан.

– Как мило с их стороны соблюдать расписание и держать нас в боевой готовности, не правда ли?

– И не говори.

Капитан Миднайт снял картину со стены и, на миг потеряв равновесие, с грохотом уронил ее на пол. Мужчины замерли и прислушались. Тишина.

– Попробуй еще, да не стесняйся! Шуми громче! – саркастически посоветовал Одинокий Рейнджер.

Капитан снял еще одну картину и что было сил швырнул в стену.

– А теперь посмотрим, что будет.

В спальне наверху зажегся свет. Гэри проснулся и сел в постели. Что это за звуки? Может, ему приснилось? Он напряг слух. Ничего.

Немного подумав, он неохотно встал, вышел в коридор и нажал кнопку выключателя. Темно. Ничего не видно.

– Эй, здесь кто-то есть?

Не получив ответа, Гэри спустился и ощупью добрался до двери гостиной, распахнул дверь и неверяще уставился на незваных гостей в масках.

– Какого черта вы тут делаете?

Одинокий Рейнджер спокойно повернулся к нему.

– Привет, Гэри. Прости, что разбудили. Ложись-ка баиньки.

В его руке появилась «беретта» с глушителем. Он дважды спустил курок, хладнокровно наблюдая, как грудь Уинтропа взорвалась алым фонтаном и он медленно опустился на пол. Довольные увиденным грабители вновь принялись за работу.

Глава 2

Дейну разбудило настойчивое жужжание телефона. Кое-как придя в себя, она сонно моргнула и попыталась взглянуть на часы. Пять утра!

Дейна нехотя протянула руку к трубке.

– Алло.

– Дейна!

– Мэтт?

– Собирайся и бегом на студию.

– Что случилось?

– Объясню, когда приедешь.

– Уже мчусь.

Четверть часа спустя кое-как одетая Дейна стучала в дверь соседской квартиры. Открыла хозяйка, Дороти Уортон, в наспех накинутом халате.

– Дейна, что стряслось? – встревожилась она.

– Умоляю, Дороти, прости за наглость, но меня срочно вызывают на студию. Не подвезешь Кемаля в школу?

– Ну конечно, буду рада.

– Огромное спасибо. Он должен быть на месте без четверти восемь, но перед этим позавтракать.

– Не волнуйся. Я обо всем позабочусь. Можешь быть спокойна.

– Еще раз спасибо, – благодарно выдохнула Дейна.

Заспанная Эбби Лассман уже сидела в офисе.

– Он у себя, – пробурчала она вместо приветствия.

Дейна направилась к кабинету Бейкера.

– У меня ужасные новости, – выпалил он при виде ее. – Ночью убит Гэри Уинтроп.

Дейна рухнула в кресло потрясенная.

– Что?! Кто…

– Как выяснилось, в дом пробрались грабители. Когда Гэри спугнул их, его застрелили.

– О нет, не может быть! Такой прекрасный человек.

При мысли о дружелюбии и доброте знаменитого филантропа слезы подступили к глазам Дейны.

Мэтт ошеломленно качал головой.

– Это… Господи Боже… уже пятая трагедия.

– Что ты имеешь в виду? – удивилась девушка.

Мэтт недоуменно уставился на нее, но, поняв, в чем дело, кивнул:

– Ну да, разумеется, ведь ты же была в Сараево. Думаю, тамошние ужасы затмили все, что творилось здесь, да и военным корреспондентам самые страшные преступления казались цветочками по сравнению с каждодневным кошмаром войны. Ты, конечно, знаешь, что случилось с Тейлором Уинтропом, отцом Гэри?

– Он был нашим послом в России и вместе с женой погиб в прошлом году при пожаре.

– Верно. Два месяца спустя их старший сын Пол погиб в автомобильной катастрофе. Через шесть недель дочь Джулия неудачно упала, катаясь на горных лыжах, сломала шею и скончалась в больнице. И вот теперь Гэри, последний в семье.

Дейна не находила слов.

– Понимаешь, Уинтропы – это легенда. Будь в этой стране монархия, именно их короновали бы. Эти люди достойны взойти на трон. Вся семья – олицетворение честности и благородства. Все мужчины в семье преданно служили родине и тратили на благотворительность огромные суммы. Гэри собирался последовать по стопам отца и пройти в сенат. Никто не сомневался, что ему это удастся. Он был невероятно популярен. Все его любили. Теперь Уинтропа не стало. Меньше чем за год одна из наиболее выдающихся американских семей стерта с лица земли.

– Просто… не знаю, что сказать, – охнула Дейна.

– Соберись лучше с мыслями, – деловито посоветовал Мэтт. – Через двадцать минут эфир.

Известие о смерти Гэри потрясло мир. На экранах мелькали выдержки из телевизионных интервью с партийными и правительственными лидерами.

– Это поистине греческая трагедия…

– Невероятно… немыслимо…

– Какая грустная ирония судьбы…

– Наша страна понесла огромную потерю…

– Уходят лучшие и способнейшие…

Казалось, никто не в силах говорить ни о чем другом. Траурный флер окутал страну. Волной скорби накрыло всех мыслящих людей Америки. Кончина Гэри Уинтропа заставила вспомнить о страшной участи других членов этой семьи.

– Просто поверить не могу, – жаловалась Дейна Джеффу. – Если остальные были такими же, как Гэри, мы в самом деле очень многого лишились.

– Были, – подтвердил Джефф, покачивая головой. – Замечательные люди, ничего не скажешь. Гэри прекрасно разбирался в спорте и всячески поддерживал спортсменов. Страшно представить, что какие-то ничтожества расправились с таким чудесным человеком.

На следующее утро по дороге на студию Джефф сообщил как бы между делом:

– Кстати, Рейчел в городе.

Дейна едва заметно поморщилась.

Кстати? Как небрежно он это бросил! Чересчур небрежно!

Когда-то Джефф был женат на топ-модели Рейчел Стивенс. Дейна не раз видела ее снимки в телерекламе и на обложках журналов. Неправдоподобно, ослепительно красива! Но Дейна для самоуспокоения решила, что у Рейчел в мозгу нет ни одной извилины. Правда, зачем ей мозги, с этакой фигурой и лицом?!

– Почему вы развелись? – неожиданно для себя поинтересовалась она. Раньше Дейна опасалась затрагивать столь скользкую тему.

– Вначале все было изумительно, – признался Джефф. – Рейчел так трогательно старалась поддержать меня. И хотя ненавидела бейсбол, ходила на все матчи с моим участием. Кроме того, у нас было много общего.

Бьюсь об заклад, так оно и было…

– Она в самом деле прекрасный, ничуть не избалованный человечек, несмотря на свою известность. Представляешь, любила готовить. На съемках Рейчел всегда вызывалась стряпать для остальных моделей.

Самый верный способ избавиться от конкуренции. Соперницы, наверное, так и падали, как мухи осенью!

– Что?

– Я ничего не говорила.

– Так или иначе, наш брак длился пять лет.

– А потом?

– Рейчел была очень востребована. На нее был огромный спрос. Она не знала недостатка в контрактах и разъезжала по всему миру. Италия, Англия, Ямайка, Таиланд, Япония… словом, весь шарик. Мы не часто бывали вместе, и мало-помалу волшебство померкло. Магия ушла.

Следующий вопрос показался Дейне вполне логичным, поскольку Джефф любил ребятишек.

– А почему у вас не было детей?

– Младенцы портят фигуру, – сухо улыбнулся Джефф. – Ну а потом… Родерик Маршалл, один из ведущих голливудских режиссеров, вызвал ее на съемки. Рейчел улетела в Голливуд.

Он немного подумал, прежде чем добавить:

– Неделю спустя она позвонила мне и попросила развода. Сказала, что мы слишком отдалились друг от друга. Мне пришлось согласиться. Я дал ей развод без всяких условий. Как раз незадолго до того, как сломал руку.

– И стал спортивным комментатором. А Рейчел? Так и не сделала карьеру кинозвезды?

Джефф покачал головой.

– Кино не слишком ее интересовало. Но она и без того процветает.

– И вы по-прежнему друзья? – выдавила Дейна.

– И большие. Признаюсь, что, когда она позвонила, я все выложил о нас. Она хочет познакомиться с тобой.

– Джефф, думаю, вряд ли стоит… – начала Дейна, нахмурившись.

– Солнышко, она чудесная девчонка, сама увидишь. Давай пообедаем завтра. Тебе она понравится.

– Ну конечно, понравится, – согласилась Дейна.

Черта с два! Скорее в аду пойдет снег! Но не так уж часто доводится сидеть за одним столом с пустоголовыми дурочками.

Пустоголовая дурочка оказалась куда красивее, чем представляла и боялась Дейна. Рейчел Стивенс, топ-модель, высокая, с изящной фигурой, длинными блестящими светлыми волосами, безупречной загорелой кожей и тонкими чертами безупречно прелестного лица… Дейна возненавидела ее с первого взгляда.

– Дейна Эванс, это Рейчел Стивенс.

Дейна сразу отметила, что это ей представляли Рейчел, а не наоборот. Она так погрузилась в невеселые мысли, что пропустила начало фразы.

– …ваши репортажи из Сараево, когда, разумеется, удавалось. Потрясающе правдивы! Мы все чувствовали и разделяли вашу скорбь.

Ну как можно отвечать на искренний комплимент грубостью?

– Спасибо, – смущенно пробормотала Дейна.

– Где будем обедать? – осведомился Джефф.

– В двух кварталах от «Дюпон Секл» есть великолепный ресторанчик, «Малаккский пролив», – предложила Рейчел. – Дейна, вы любите таиландскую кухню?

Можно подумать, ей не все равно. Навязывается со своей заботой!

– Люблю.

– Прекрасно. Стоит попробовать, – улыбнулся Джефф.

– Это совсем близко отсюда. Прогуляемся? – продолжала Рейчел.

В такой собачий холод? Она, должно быть, привыкла бродить по снегу в чем мать родила…

– Разумеется, – выпалила Дейна вслух.

Они направились к «Дюпон Секл». Дейна остро ощущала, как с каждой секундой становится уродливее. Как горько она жалела, что приняла приглашение!

В ресторане яблоку было негде упасть. Десятки людей сидели за стойкой бара, дожидаясь, пока освободятся места. К новым гостям подбежал метрдотель.

– Столик на троих.

– Вы заказали заранее?

– Нет, но…

– Простите, у нас…

И тут он узнал Джеффа.

– Мистер Коннорс, рад вас видеть. Мисс Эванс, какая честь!

Он сосредоточенно свел брови:

– Боюсь, придется немного подождать.

Наконец его взгляд упал на Рейчел. Метрдотель расплылся в сияющей улыбке.

– Мисс Стивенс! Я читал, что вы уехали на съемки в Китай!

– Уезжала, Сомчай. Уже успела вернуться.

– Счастлив, что снова посетили нас. Разумеется, мы отыщем столик.

Он повел их к столу в центре.

«Ненавижу ее, – подумала Дейна. – Как никого в жизни».

Когда все уселись, Джефф торжественно объявил:

– Выглядишь изумительно, Рейчел. Твоя работа тебе явно на пользу.

Да, и можно легко предположить, в чем именно эта работа заключается…

– Я много путешествую. Слишком много. Пожалуй, стоит немного притормозить и оглядеться. Нельзя так себя изводить, – вздохнула Рейчел и посмотрела Джеффу в глаза. – Помнишь ту ночь, когда мы с тобой…

Дейна подняла глаза от меню.

– Что такое «уданг горенг»?

Рейчел повернулась к Дейне:

– Креветки в кокосовом молоке. Очень вкусно. Та самая ночь, Джефф, когда мы хотели…

– А «лакса»?

– Суп с лапшой и пряностями, – терпеливо пояснила Рейчел и снова обратилась к Джеффу: – Ты сказал, что собираешься…

– Ничего не понимаю. Что за невероятные названия! «По пиа»…

Рейчел мило улыбнулась:

– Джикама, жаренная с овощами.

– В самом деле?

Дейна предпочла не спрашивать что такое «джикама». Но вскоре к собственному удивлению обнаружила, что Рейчел ей в самом деле симпатична. Как ни странно, модель успела завоевать ее расположение неподдельным чистосердечием, спокойным дружелюбием и непринужденными манерами. В отличие от признанных красоток она, казалось, не придавала никакого значения своей внешности, не задирала нос и не старалась поминутно быть в центре внимания. И пустышкой ее назвать было трудно. Скорее наоборот. Рейчел была, несомненно, умна и образованна и без всякого самолюбования говорила с официантом на тайском языке. И все это как бы между делом, достаточно скромно. Никакого желания лезь в глаза. Дейна про себя поражалась, как это Джефф мог упустить такую женщину.

– Долго вы пробудете в Вашингтоне? – поинтересовалась она.

– Завтра улетаю.

– Куда на этот раз? – полюбопытствовал Джефф.

– Гавайи, – неохотно пробормотала Рейчел. – Но я ужасно устала, Джефф. Даже подумывала отказаться.

– Но так и не решилась. Знаю я тебя, – отмахнулся Джефф.

– Не решилась, – вздохнула Рейчел.

– Долго там пробудете? Когда вернетесь? – допытывалась Дейна.

Рейчел долго смотрела на нее, прежде чем тихо выговорить:

– Вряд ли в ближайшее время окажусь в Вашингтоне, Дейна. Надеюсь, вы с Джеффом будете счастливы.

Женщины без слов поняли друг друга. Да и нужны ли были слова? Обе сознавали, что Рейчел уступила сопернице. Может, она надеялась на что-то, когда приглашала на обед бывшего мужа и Дейну? Хотела понять, насколько серьезны их отношения? Кто знает?

Когда все вышли на улицу, Дейна поспешно сказала:

– У меня куча дел. Вы идите, а я вернусь на студию.

Рейчел тепло пожала руку Дейны.

– Я очень рада, что мы познакомились.

– Я тоже, – кивнула Дейна и вдруг поняла, что не кривит душой. Она действительно прониклась симпатией к Рейчел.

Дейна долго смотрела вслед идущим по улице Джеффу и Рейчел. Какая великолепная пара!

Наступил декабрь, и Вашингтон лихорадочно готовился к праздникам. Улицы столицы были увешаны рождественскими венками, сверкали радугой огней. Почти на каждом углу стояли Санта-Клаусы Армии Спасения и призывно звенели колокольчиками в надежде на пожертвования. Покупатели перебегали из магазина в магазин, храбро борясь с ледяным зимним ветром.

Дейна решила, что пришла пора и ей запасаться подарками, хотя список ее близких не так уж велик: мать, Кемаль, Мэтт и, конечно, самый любимый на свете Джефф.

Она поймала такси и направилась в «Хехтс», один из самых больших вашингтонских универмагов. Залы были забиты до отказа бесцеремонно толкавшимися и не стеснявшимися в выражениях посетителями.

Купив все необходимое, Дейна поехала домой, чтобы оставить подарки. Она жила в тихом «спальном» районе на Калверт-стрит. Квартира была невелика: всего одна спальня, гостиная, кухня, ванная и кабинет, где обитал Кемаль.

Дейна сложила подарки в шкаф, огляделась и с удовольствием подумала, что после свадьбы придется искать жилье побольше.

Она уже шагнула к двери, но уйти не дал телефонный звонок. Закон подлости!

Дейна подняла трубку:

– Слушаю.

– Дейна, дорогая!

Мать!

– Здравствуй, мама. Я как раз ухо…

– Мы с друзьями слушали твой вчерашний репортаж. Замечательно!

– Спасибо.

– Хотя мы посчитали, что новости могли быть немного повеселее. Тебе бы стоило внести в передачи нотку оптимизма.

– Оптимизма? – вздохнула Дейна.

– Разумеется. Вечно ты выбираешь какие-то угнетающие темы. Сплошной мрак. Неужели нельзя найти что-то светлое, радостное? Бесконечные трагедии!

– Подумаю, что тут можно сделать, мама.

– Вот и прекрасно. Кстати, в этом месяце я опять вышла из бюджета. Не сумела бы ты немного помочь?

– Снова играешь, мама?

– Разумеется, нет! – вознегодовала миссис Эванс. – Лас-Вегас очень дорогой город! Кстати, когда собираешься приехать? Мне хотелось бы познакомиться с Кимбалом. Привези его сюда.

– Мальчика зовут Кемаль. И сейчас ничего не получится. Слишком много дел.

Последовала неловкая пауза.

– Не получится? А мои друзья считают, что тебе очень повезло с работой. Час-другой в день – и никаких проблем, – выпалила наконец мать.

– И в самом деле повезло, – процедила Дейна.

Только профессионалы понимали, как нелегок труд ведущей. Ей приходилось приезжать на студию к девяти утра и почти весь день принимать международные и междугородные звонки, получая последние новости из всех столиц мира. Далее начинались встречи, монтаж вечерних выпусков, когда решалось, что и в каком порядке давать в эфир. Таких выпусков у Дейны было два.

– Как мило, что ты нашла себе такое легкое занятие, – продолжала мать.

– Спасибо, мама.

– Надеюсь, ты выберешь время навестить меня?

– Обязательно.

– Скорее бы увидеть нашего милого малыша!

Пожалуй, в самом деле матери полезно встретиться с Кемалем. И у него появится бабушка. А когда они с Джеффом поженятся, у Кемаля снова будет настоящая семья.

Не успела Дейна выйти в коридор, как появилась миссис Уортон.

– Дороти! – воскликнула девушка. – Спасибо, что присмотрела за Кемалем! Не представляешь, как я тебе признательна!

– Рада, что смогла помочь.

Дороти и Ховард Уортоны переехали в этот дом год назад. Добросердечная супружеская пара раньше жила в Канаде. Говард был специалистом по реставрации памятников, и, как он объяснил однажды Дейне, лучшего города, чем Вашингтон, для людей его профессии не найти.

– Где еще может подвернуться столько возможностей? – твердил он. – Да нигде.

– Мы любим Вашингтон, – признавалась миссис Уортон, – и никуда отсюда не уедем.

К тому времени как Дейна вернулась в студию, на письменном столе лежал последний выпуск «Вашингтон трибьюн». Ей сразу бросились в глаза кричащие заголовки статей, повествующие о трагической судьбе семьи Уинтропов. Тут же давались снимки погибших. Дейна не могла отвести от них взгляда. Мысли лихорадочно метались. Все пятеро, менее чем за год? Странно, чтобы не сказать – подозрительно!

В административном здании «Вашингтон трибьюн энтерпрайзиз» зазвонил личный телефон. Прямой. Тот, к которому не было доступа даже доверенной секретарше.

– Я только что получил инструкции.

– Прекрасно. Они давно ждут. Что прикажете делать с картинами?

– Сжечь.

– Все? Они стоят миллионы долларов!

– Все прошло как по маслу. Нельзя допустить ни малейшего промаха. И оставлять улики не рекомендуется. Сжечь, и немедленно.

– Дейна, вас спрашивают. Третья линия, – сообщила секретарь Дейны Оливия Уоткинс. – Он уже дважды звонил.

– Кто именно, Оливия?

– Мистер Генри.

Томас Генри был директором средней школы Теодора Рузвельта.

Дейна потерла лоб, пытаясь отогнать нарастающую боль, и схватила трубку.

– Добрый день, мистер Генри.

– Здравствуйте, мисс Эванс. Не могли бы вы заглянуть ко мне?

– Разумеется. Через час-другой, я…

– Я бы предложил приехать сейчас, если возможно.

– Хорошо, мистер Генри.

Глава 3

К несчастью для Кемаля, каждый школьный день казался непереносимой пыткой. Он был ниже всех в классе, даже девочек. Какой стыд! Поэтому бедняга получил сразу три прозвища: «козявка», «карлик» и «пескарь». Мальчишки смотрели на него сверху вниз. Да и предметы ему давались нелегко. К тому же он интересовался только математикой и компьютерами. Тут он легко обгонял остальных, получая только отличные оценки. В школе действовал шахматный клуб, где Кемаль вскоре стал лучшим игроком. Раньше он увлекался американским футболом и как-то пришел на тренировки школьной команды, но тренер, взглянув на пустой рукав мальчика, покачал головой.

– Прости, ты вряд ли нам пригодишься.

Он не хотел обидеть Кемаля, но эти слова прозвучали приговором и нанесли парню тяжелый удар.

Но злейшим врагом Кемаля стал Рики Андервуд. На большой перемене некоторые ученики обедали во внутреннем дворе, вместо того чтобы идти в кафетерий. Рики неизменно высматривал Кемаля и начинал издеваться. Сегодняшний день не стал исключением.

– Эй, сиротка, когда твоя злая мачеха отошлет тебя на ту помойку, откуда вывезла? – громко хихикал Рики, стараясь привлечь внимание девчонок.

Кемаль, решив не обращать на него внимания, отвел взгляд.

– Я с тобой говорю, урод! Неужели вообразил, что она оставит тебя? Все знают, зачем она тебя сюда притащила, верблюжья морда. Просто захотела прославиться еще больше, вот и спасла калеку. Сразу стала знаменитой. Зрители тут же размякли, стали проливать слезы, хвалить героиню…

– Fukat! – завопил Кемаль и, вскочив, кинулся на врага. Тот преспокойно всадил кулак в живот Кемалю и вторым ударом разбил нос. Извиваясь от боли, тот рухнул на землю.

– Если захочешь еще, только скажи, – продолжал издеваться Рики. – Да поторопись. Насколько я слышал, тебе недолго осталось поганить нашу школу.

Кемаль жил в аду сомнений. Он не верил Рики, и все же…

Что, если Дейна отправит его обратно? Рики прав. Он действительно урод. Зачем такой, как он, нужен чудесной доброй Дейне?

Для Кемаля счастливая жизнь кончилась в тот момент, когда родители и сестра погибли в Сараево. Его послали во французский приют неподалеку от Парижа, где и без того жалкое существование превратилось в кошмар наяву. По пятницам в два часа дня сироты выстраивались в длинную линию в ожидании супружеских пар, решивших взять на воспитание ребенка. По мере приближения этого дня возбуждение достигало апогея. Страсти накалялись. Дети умывались и одевались с особым старанием, и когда взрослые шествовали вдоль строя, каждый подросток истово молился о том, чтобы выбрали именно его. И конечно, никому не был нужен однорукий мальчишка. Инвалид. Никчемный инвалид.

Так неизменно повторялось раз за разом, но Кемаля все-таки не покидала надежда. Он с мольбой смотрел на незнакомцев, которые оценивающе, как на аукционе рабов, рассматривали возможных кандидатов. Но уходили из приюта всегда другие дети. И унижение становилось непереносимым, а тяжесть одиночества пригибала к земле плечи мальчишки. Он с отчаянием думал, что никому и никогда не будет нужен. Никто и никогда не захочет стать его родителями. А он так мечтал снова иметь семью! И пытался сделать все возможное для осуществления своей мечты. Приветливо улыбался взрослым, чтобы те поняли, какой он послушный, приветливый парень, иногда же притворялся, что погружен в собственные мысли и не слишком интересуется, выберут его или нет. Пусть радуются, что им попался такой сын!

Но чаще умоляюще смотрел на гостей, молча заклиная взять его. Но проходили недели, и все оставалось по-прежнему. Кого-то другого брали за руку и уводили в уютный дом к любящим родственникам.

И только Дейна совершила чудо. Именно она нашла бездомного малыша на разоренных улицах Сараево. После того как самолет Красного Креста переправил Кемаля в Париж, он написал Дейне и, к его изумлению, получил ответ. Дейна позвонила в приют и сказала, что приглашает Кемаля к себе в Америку. Это был самый счастливый момент в жизни искалеченного войной ребенка. Несбыточная мечта вдруг осуществилась. Обида и боль сменились радостью – ослепительной, безграничной. Все переменилось в один миг. Теперь Кемаль был благодарен судьбе за то, что никто не догадался взять его раньше. Он любил Дейну сердцем и душой, но где-то глубоко все еще жил навязчивый страх. Что, если Дейна передумает и отвезет его обратно в приют, в тот ад, из которого ему удалось выбраться? По ночам его терзал один и тот же сон: он снова в парижском предместье. И снова пятница. Очередь взрослых, среди которых и Дейна, медленно продвигается вдоль цепочки детей. Дейна видит Кемаля и громко смеется:

– У этого страшилища всего одна рука!

А потом проходит мимо и уводит мальчика, стоящего следующим за Кемалем.

Каждый раз он просыпался в слезах.

Кемаль знал, что Дейна терпеть не может, когда он дерется с одноклассниками, и делал все, чтобы не попасть в очередной переплет, но не мог вынести, когда Рики Андервуд или его приятели начинали говорить гадости о приемной матери. Как только негодяи поняли это, оскорбления участились, а вместе с ними и схватки. Часто Рики вместо приветствия спрашивал:

– Ну что, уже сложил свое барахло, козявка? В утреннем выпуске новостей говорили, что твоя сучка-мачеха собирается вышвырнуть тебя в Югославию.

Кемаль взрывался, и начиналась потасовка. Домой Кемаль приходил с фонарями, весь исцарапанный, в порванной одежде, но когда Дейна спрашивала, что случилось, у него язык не поворачивался сказать правду из страха, что, если все выплывет наружу, слова Рики Андервуда сбудутся на самом деле. И теперь Кемаль, запертый в кабинете директора, ожидал приезда Дейны в полной уверенности, что на этот раз она откажется от него и выдворит в приют.

Мальчик был вне себя от дурных предчувствий. Сердце бешено колотилось.

Войдя в кабинет, Дейна обнаружила, что хмурый как туча директор ходит из угла в угол, а Кемаль скорчился на стуле.

– Доброе утро, мисс Эванс. Пожалуйста, садитесь.

Дейна мельком взглянула на Кемаля и подошла к креслу. Томас Генри взял со стола большой мясницкий нож.

– Один из учителей отнял его у Кемаля.

Разъяренная Дейна повернулась к мальчику.

– Зачем? – прошипела она. – Зачем ты принес это в школу?!

– У меня не было пистолета, – угрюмо выпалил тот.

– Кемаль! – вскочила Дейна и обратилась к директору: – Могу я поговорить с вами наедине, мистер Генри?

– Конечно. Кемаль, подожди в коридоре, – сухо велел тот. Кемаль поднялся, с сожалением взглянул на нож и вышел.

– Мистер Генри, – начала Дейна, – Кемалю всего двенадцать лет. Бîльшую часть своей жизни он ложился спать под аккомпанемент взрывов и артиллерийского огня. Того, что убил его мать, отца и сестру. Одна из таких бомб лишила его руки. Когда я нашла Кемаля в Сараево, он жил на бывшей автостоянке в картонной коробке. Кроме него, по улицам скитались еще сотни бездомных детей. Существование животных и то завиднее!

Воспоминания вновь терзали Дейну, но она старалась не повышать голоса.

– Налеты прекратились, но эти дети по-прежнему остаются беспризорными и беспомощными. Единственный способ защититься от врага – нож, камень или револьвер, если им повезет заполучить оружие…

Дейна на мгновение прикрыла глаза и вздохнула:

– Эти дети искалечены войной. И Кемаль тоже. Но он хороший мальчик. Просто еще не понял, что здесь он в безопасности. Что у него нет врагов. Обещаю, что больше он этого не сделает.

Последовало долгое молчание.

– Если мне когда-нибудь понадобится адвокат, мисс Эванс, – объявил наконец Томас Генри, – хотел бы я, чтобы этим защитником были вы.

Дейна улыбнулась:

– Обещаю.

Генри покачал головой.

– Так и быть. Потолкуйте с Кемалем. Если он выкинет что-то подобное еще раз, боюсь, мне придется…

– Обязательно потолкую. Спасибо, мистер Генри.

В коридоре переминался с ноги на ногу Кемаль.

– Едем домой, – коротко велела Дейна.

– Он не отдал нож?

Дейна даже не потрудилась ответить.

Уже сидя в машине, Кемаль пробормотал:

– Прости, Дейна, я не хотел втянуть тебя в неприятности.

– О, ничего страшного. На этот раз тебя не вышибут из школы. Послушай, Кемаль…

– Клянусь, больше никаких ножей.

Недавняя история повторилась снова. Втолкнув Кемаля в квартиру, Дейна сказала:

– Мне пора на студию. Я вызвала няню. На этот раз с тобой посидят, но вечером мы поговорим по душам.

Случившееся не давало Дейне покоя. Она волновалась так, что после окончания вечернего выпуска Джефф повернулся к ней и сочувственно шепнул:

– У тебя встревоженный вид, солнышко. Что случилось?

– Опять Кемаль. Не знаю, что с ним делать, Джефф. Сегодня опять вызывали к директору. Две экономки уже уволились из-за него.

– Он чудесный парень, – возразил Джефф, – просто ему нужно время притереться.

– Может быть. Джефф!

– Что, милая?

– Надеюсь, я не совершила ужасной ошибки, привезя его сюда.

Когда Дейна вернулась, Кемаль еще не спал.

– Садись, – скомандовала она. – Побеседуем серьезно. Ты должен подчиняться школьному распорядку, и всяким свалкам пора положить конец. Знаю, тебе нелегко приходится, и мальчишки сами тебя задирают, но неплохо бы с ними подружиться. Если не прекратишь ссориться с одноклассниками, мистер Генри исключит тебя из школы.

– Плевать.

– Ну уж нет. Мне не все равно, и тебе тоже. Хочу, чтобы у тебя было чудесное будущее, а это невозможно без образования. Мистер Генри делает тебе одолжение, соглашаясь потерпеть…

– Ну и хрен с ним!

– Кемаль! – охнула Дейна и, не помня себя, ударила его по лицу. Поняв, что натворила, она в ужасе прикрыла рот рукой, но было уже поздно. Несколько секунд Кемаль неверяще смотрел на нее, прежде чем вскочить и метнуться в кабинет. Громко хлопнула дверь.

Зазвонил телефон. Дейна подбежала к столику. Это оказался Джефф.

– Дейна…

– Дорогой… я сейчас не могу говорить. Слишком расстроена.

– Что с тобой, детка?

– Опять Кемаль. Он невозможен.

– Дейна?

– Ну что?

– Поставь себя на его место. Нельзя всех стричь под одну гребенку.

– Что?!

– Подумай об этом. Прости, мне пора. Люблю, целую, поговорим позже.

Поставить себя на его место? Чушь какая-то. Откуда ей знать, что испытывает Кемаль? Как ни старайся, а не станешь двенадцатилетним мальчишкой-калекой, пережившим то, что нормальным детям и не снилось.

Но Дейна не могла не думать о словах Джеффа. Очутиться в шкуре Кемаля? Каково это?

Она встала, направилась в спальню и плотно прикрыла дверь. Еще до приезда Кемаля Джефф часто проводил ночи в квартире Дейны и оставил свою одежду в шкафу. На полках лежали джинсы, рубашки, галстуки, свитер, висела спортивная куртка. Дейна старательно разложила вещи на кровати, вынула из комода носки и трусы Джеффа и разделась догола. Решив влезть в трусы, пользуясь только левой рукой, она потеряла равновесие и шлепнулась. Только третья попытка оказалась удачной. За трусами последовала сорочка. На то, чтобы надеть и застегнуть ее, не пуская в ход правую руку, ушло несколько бесконечных минут. Для того чтобы напялить брюки, ей пришлось плюхнуться на кровать, и молния никак не застегивалась. Еще две минуты Дейна потратила на то, чтобы натянуть свитер.

Одевшись, она снова села, чтобы отдышаться. И Кемаль вынужден проходить через такое каждое утро! А ведь это только начало! Нужно умыться, почистить зубы и причесаться. Это сейчас, в чистой, теплой, уютной квартире! А в прошлом? Каково ему было жить среди ужасов войны, видеть, как убивают родителей, сестру и друзей?!

Джефф прав. Кругом прав. Она слишком многого ожидает от него. И слишком скоро. Ему нужно больше времени, чтобы приспособиться. И мне нельзя сдаваться. Даже думать нечего, чтобы отказаться от мальчика.

Отец Дейны бросил их, и девушка так его и не простила. Господу следовало бы изречь одиннадцатую заповедь: «Не бросай тех, кто любит тебя».

Дейна медленно переоделась, вспоминая, как любит Кемаль нежные лирические песни, как снова и снова слушает компакт-диски Бритни Спирз, «Бэкстрит Бойз», «Лимп Бизкит»: «Не хочу терять тебя», «Ты нужна мне сегодня», «Пока ты любишь меня», «Мне нужна любовь».

Песни об отчаянии и одиночестве. Тоскливая мольба израненного сердца.

Дейна рассеянно поднесла к глазам табель Кемаля. Пусть он не успевает почти по всем предметам, зато по математике – лучший в классе.

Это самое важное. У него блестящие математические способности. Вот в чем его будущее. Остальное он нагонит. С моей помощью.

Дейна бесшумно направилась к кабинету. Кемаль был уже в постели и старательно делал вид, что спит. Глаза крепко зажмурены, на бледных щеках блестящие дорожки от слез.

Дейна наклонилась над ним и нежно поцеловала в щеку.

– Я не хотела, Кемаль, – прошептала она. – Прости меня.

Завтра все будет другим. Лучше и светлее.

Утром Дейна отвезла Кемаля к известному хирургу-ортопеду доктору Уильяму Уилкоксу. После осмотра доктор Уилкокс отвел Дейну в сторонку.

– Мисс Эванс, протез для мальчика обойдется в двадцать тысяч долларов, но это еще не все. Кемалю только двенадцать. Он будет расти до семнадцати-восемнадцати лет, и протез придется менять каждые несколько месяцев. Боюсь, такие расходы вам не по карману. Вряд ли это осуществимо.

Сердце Дейны упало.

– Понимаю. Спасибо, доктор.

Закрыв за собой дверь, она поклялась Кемалю:

– Не беспокойся, дорогой, мы найдем способ.

Она отвезла его в школу и поехала на студию. Раздалась негромкая трель сотового телефона.

– Алло?

– Это Мэтт. В полдень в полицейском управлении назначена пресс-конференция по поводу убийства Уинтропа. Поезжай туда. Я хочу, чтобы ты вела оттуда передачу. Операторы уже в пути. На этот раз полиция влипла по-крупному. История привлекла к себе внимание властей, а у следователей ни единой улики.

– Я там буду, Мэтт.

Начальник полиции Дэн Бернетт, багровый от ярости и унижения, разговаривал по телефону, невнятно бормоча оправдания. И тут, в довершение всех неприятностей, вошла секретарша.

– Мэр на второй линии.

– Передайте, что я говорю с губернатором, – рявкнул Бернетт и снова залепетал в трубку: – Да, губернатор… Знаю… Конечно, сэр… Думаю… Уверен, что мы сумеем… Как только… верно… до свидания, сэр. – Он швырнул трубку и вытер вспотевший лоб.

– Пресс-секретарь Белого дома на четвертой линии, сэр.

И так все утро. Бернетт уже на стенку лез от бессильной злости.

В полдень в конференц-зале Муниципального центра на Индиана-авеню не осталось свободных мест. Сюда, в деловую часть Вашингтона, слетелись репортеры всех столичных газет и телестудий. В дверях появился Бернетт и громко потребовал тишины.

– Успокойтесь, пожалуйста, сейчас начнем. Постепенно шум голосов стих.

– Прежде чем отвечать на вопросы, я должен сделать заявление. Зверское убийство Гэри Уинтропа – огромная трагедия не только для Америки, но и для всего мира, и наше расследование будет продолжаться, пока мы не отыщем ответственных за это гнусное преступление. Прошу задавать вопросы.

– Шеф Бернетт, полиция нашла какие-то следы? – выкрикнул один из репортеров.

– Приблизительно в три часа ночи свидетель видел двоих мужчин, грузивших что-то в белый фургон на подъездной аллее дома Гэри Уинтропа. Эти люди показались ему подозрительными, и он записал номера машины. Они оказались снятыми с украденного грузовика.

– Полиции известно, что именно украдено из дома?

– Несколько ценных картин.

– А кроме того?

– Ничего.

– Как насчет денег и драгоценностей?

– Сейф не взломан. Ни денег, ни драгоценностей не тронули. Грабители охотились за картинами.

– Шеф Бернетт, разве в доме не было сигнализации? А если была, почему ее не включили?

– По словам дворецкого, сигнализацию всегда включали на ночь. Взломщики нашли способ ее отключить. Мы еще не знаем, как им это удалось.

– Но каким образом грабители пробрались в дом?

Бернетт немного замялся.

– Весьма интересный, хотя и непростой вопрос. Следов взлома нет. И ответа мы пока не нашли.

– Может, тут замешан кто-то из прислуги?

– Мы так не считаем. Все они служили у Гэри Уинтропа много лет.

– Он был один в доме?

– Насколько мы знаем, да. Мистер Уинтроп дал слугам выходной.

– У вас есть список похищенных картин? – осведомилась Дейна.

– Разумеется. Все они хорошо известны. Перечень разослан в музеи, антикварные магазины и коллекционерам. Как только хотя бы одна из них всплывет, считайте, что дело раскрыто.

Дейна села, недоуменно покачивая головой.

Воры не хуже других осведомлены, что продавать украденное опасно, поэтому они на такое не отважатся. Но в этом случае какой смысл так рисковать, да еще идти на убийство? И почему они не притронулись к наличным и драгоценностям? Что-то тут не так…

Пресс-конференция вскоре закончилась. Журналисты проводили начальника полиции разочарованным гулом. Дейна, тяжело вздохнув, направилась к выходу. Пора ехать на студию.

Заупокойная служба по Гэри Уинтропу проходила в Национальном соборе, шестом по величине в мире. Висконсин и Массачусетс-авеню перекрыли для движения транспорта. Агенты секретной службы и вашингтонской полиции в полном составе охраняли безопасность присутствующих высоких особ. В соборе ожидали начала службы вице-президент Соединенных Штатов, несколько сенаторов и членов конгресса, судья Верховного суда, двое членов кабинета министров и важные сановники и прелаты со всего мира. Люди платили дань уважения не только Гэри, но и всей злосчастной династии Уинтропов.

Дейна в сопровождении двух операторских бригад вела репортаж с места событий. В соборе царила тишина, прерываемая лишь монотонным голосом священника.

– Пути Господни неисповедимы. Уинтропы положили жизни на то, чтобы осуществлять чужие мечты. Жертвовали миллиарды долларов школам и церквам, бездомным и голодным. Бескорыстно отдавали свое время и таланты. Гэри Уинтроп продолжал прекрасные семейные традиции. Нам не дано узнать, почему эта семья, столь великодушная и щедрая, так жестоко отнята у этого мира. Но мы твердо верим: память о них не умрет, а добрые деяния навсегда останутся с нами. Мы будем всегда гордиться тем, что они жили среди нас…

«Господь не должен позволять, чтобы такие люди погибали ужасной смертью», – грустно думала Дейна, едва сдерживая слезы. Ей почему-то казалось, что навсегда ушел близкий человек и мир без него уже не будет таким. До самого вечера она механически выполняла свои обязанности, двигаясь, как робот, деланно улыбаясь, говоря ни о чем. И немного очнулась, только когда позвонила мать.

– Мы с приятельницами слушали твой репортаж, Дейна, и знаешь, мне на момент показалось, что ты едва не заплакала, когда говорила о Уинтропах.

– Так и было, мама. Так и было.

Мать непонимающе хмыкнула:

– И кто они тебе? Что ты так переживаешь? Да, хорошие люди, но таких немало. На твоем месте я подумала бы о себе!

После этого разговора Дейна долго не могла уснуть, а когда задремала, измученный мозг все же не нашел отдыха. Ей снился дикий калейдоскоп пожаров, автокатастроф, бомбежек… Среди ночи она внезапно проснулась и села.

Пять членов одной семьи убиты меньше чем за год. В чем причина? И что нужно убийце?

Глава 4

– Что ты пытаешься втолковать мне, Дейна?

– Мэтт, повторяю: пять насильственных смертей всего за год. Ты не находишь это странным? Слишком странным, чтобы назвать это ударом судьбы.

– Дейна, не знай я тебя лучше, вызвал бы психиатра и сказал, что в мой офис залетел цыпленок из сказки, которому все казалось, что небо рушится. Считаешь, что мы имеем дело с преступным заговором? И кто за ним стоит? Фидель Кастро? ЦРУ? ИРА? Ради Бога, что на тебя нашло? Разве не знаешь, что каждый раз, когда убивают кого-то известного, начинаются домыслы, догадки и разговоры о политической подоплеке. На прошлой неделе сюда забрел шизик, утверждавший, что может доказать, будто Линдон Джонсон убил Авраама Линкольна. Вашингтон буквально наводнен такими уродами и всяческими версиями о заговорах.

– Мэтт, скоро мы выпускаем в эфир «Следы и улики». Ты сам просил сенсацию. Ну так вот, если я права, это настоящая бомба.

Мэтт задумчиво покосился на подчиненную.

– Зря время тратишь.

– Спасибо, Мэтт.

Архив «Вашингтон трибьюн» размещался в подвале. На полках лежали сотни аккуратно пронумерованных и внесенных в каталог кассет с записями выпусков новостей за все годы существования телевизионного канала.

Лора Ли Хилл, привлекательная брюнетка бальзаковского возраста, сидела за письменным столом, внося дополнения в каталог. Заслышав шаги, она подняла глаза и улыбнулась.

– Привет, Дейна. Видела твой репортаж с похорон Уинтропа. Мэтт хорошо сделал, что послал тебя. Никто не смог бы сделать это лучше!

– Спасибо, Лора.

– Какая ужасная трагедия, не правда ли? – продолжала мисс Хилл.

– Это еще слабо сказано, – вздохнула Дейна.

– Подумать страшно, что может ждать впереди любого из нас. Как жестока бывает судьба! А, да что там говорить! Лучше скажи, что тебя сюда привело.

– Хочу просмотреть материалы, касающиеся семьи Уинтропов.

– Что-то определенное?

– Нет, просто пытаюсь лучше понять, какими они были на самом деле.

– А вот это я знаю точно. И могу поручиться головой: они были святыми. Все до одного.

– Не ты первая мне это говоришь, – кивнула Дейна.

Лора Ли Хилл поднялась.

– Надеюсь, у тебя достаточно времени, детка. У нас тонны и тонны пленки. Уинтропов снимали по всякому поводу и без повода. Боюсь, ты просидишь тут целый век.

– Вот и хорошо. Я не тороплюсь.

Лора подвела Дейну к столу, на котором красовался видеомонитор.

– Сейчас вернусь, – пообещала она и минут через пять появилась, сгибаясь под грузом кассет. – Можешь начать с этих. Там еще в пять раз больше.

Дейна с сомнением оглядела гору записей.

Может, она и цыпленок-паникер и делает из мухи слона… Но что, если все же права? Что, если кто-то поклялся уничтожить Уинтропов и добился своего?

Дейна вставила кассету в видеоплеер, и на экране появился поразительно красивый мужчина с гривой черных волос, упрямым подбородком, скульптурно вылепленными чертами, с большими голубыми глазами. Все в его облике дышало благородством и силой. Рядом стоял маленький мальчик.

Голос комментатора пояснил:

– Тейлор Уинтроп добавил еще один лагерь для отдыха неимущих детей к тем, что уже успел основать. Это уже десятый по счету в целой серии лагерей, которые он строит и финансирует. Он планирует создать еще не меньше дюжины. Рядом с Тейлором стоит его сын Пол, сгорающий от нетерпения присоединиться к остальным ребятишкам. Сегодня его ждет немало веселых игр.

Дейна нажала кнопку, и возникла другая сцена. Заметно постаревший Тейлор Уинтроп, с серебряными прядками в волосах, пожимал руки известным государственным деятелям.

– …только сейчас подтвердил свое назначение консультантом НАТО. Через несколько недель Тейлор Уинтроп вылетает в Брюссель, чтобы…

Дейна перемотала пленку. Газон перед Белым домом. Президент объявляет о новой должности Тейлора:

– Я попросил его возглавить ФАИ, Федеральное агентство исследований. Этому учреждению предстоит решать задачи помощи развивающимся странам всего мира, и по моему искреннему убеждению, лучшего директора этого агентства, чем Тейлор Уинтроп, просто не найти. Он, как никто иной, понимает нужды и потребности людей, с рождения пребывающих в голоде и нищете…

Смена кадра. Римский аэропорт Леонардо да Винчи. Из самолета выходит Тейлор Уинтроп.

– Высшие правительственные чиновники и первые лица государства прибыли сюда, чтобы встретить Тейлора Уинтропа, прилетевшего для заключения торгового соглашения между Италией и Соединенными Штатами. Тот факт, что для проведения этих переговоров президент выбрал именно мистера Уинтропа, свидетельствует об их огромном значении…

Дейна восхищенно вздохнула. Сколько же всего хорошего сделал этот человек!

Она поменяла кассету. Париж. На этот раз Уинтроп находился в президентском дворце, обмениваясь рукопожатием с президентом Франции.

– Только сейчас подписан договор о взаимной торговле, ставший заметной вехой в отношениях между Францией и США. И мистер Уинтроп сделал все для того, чтобы переговоры прошли успешно…

Новая пленка. Мэделайн Уинтроп, жена Тейлора, стоит перед большим зданием в окружении детей самых разных возрастов.

– Мэделайн Уинтроп открывает новый благотворительный центр для детей, подвергшихся жестокому обращению, и…

Репортер не поленился показать детей Уинтропов, играющих на фамильной ферме в Манчестере, штат Вермонт.

Дейна вставила еще одну кассету. Тейлор Уинтроп снова в Белом доме. На заднем фоне его жена, двое чудесных сыновей, Пол и Гэри. И красавица-дочь Джули. Президент награждает Тейлора Медалью Свободы [11].

– …за бескорыстное служение стране, благородные деяния и поступки я счастлив представить Тейлора Уинтропа к высшей награде нашей страны – Медали Свободы.

Вот улыбающаяся Джули катит по горному склону…

Гэри учреждает фонд помощи молодым художникам…

Опять Овальный кабинет, где собрались представители прессы: репортеры, журналисты, операторы… Совсем уже седой Тейлор Уинтроп и его жена стоят рядом с президентом.

– Я только что назначил Тейлора Уинтропа нашим новым послом в России. Всем вам, конечно, известны бесчисленные услуги, оказанные мистером Уинтропом своей стране, и я в восторге, что он согласился принять этот пост, вместо того чтобы коротать дни за игрой в гольф.

Общий смех.

– Вы еще не видели, на что я способен с клюшкой в руках, мистер президент! – отпарировал Уинтроп.

Новый взрыв хохота.

Потом началась длинная цепь несчастий.

Дейна выбрала еще одну кассету. Обуглившийся остов сгоревшего дома в Аспене, штат Колорадо. Женщина-репортер показывает на разрушенное здание.

– Шеф полиции Аспена подтвердил, что посол Уинтроп и его жена Мэделайн погибли в ужасном пожаре. Пожарная служба была уведомлена ранним утром и прибыла на место трагедии через четверть часа, но было уже поздно. По словам шефа Найджела, причиной пожара явилось короткое замыкание. Посол Уинтроп и его жена были всемирно известными филантропами и посвятили жизнь службе отечеству.

Следующая запись начиналась видами Гран-Корниш на Французской Ривьере. Комментатор рассказывал о гибели Пола Уинтропа.

– На этом повороте машина Пола Уинтропа сорвалась с дороги и рухнула вниз с обрыва. Эксперты-медики считают, что смерть от удара была мгновенной. Пассажиров в автомобиле не было. Полиция расследует причину несчастного случая. По злой иронии судьбы всего два месяца назад родители Пола Уинтропа погибли при пожаре своего дома в Аспене, штат Колорадо.

Дейна потянулась к очередной кассете. Лыжная трасса в горах близ Джуно, на Аляске. Закутанный до ушей корреспондент бубнит в микрофон:

– …это роковое место печального происшествия, случившегося прошлым вечером. Власти не могут пока объяснить, почему Джули Уинтроп, чемпионка по горным лыжам, спускалась ночью одна, именно по этому склону, временно закрытому для лыжников. Всего шесть недель назад, в сентябре, брат Джули, Пол, разбился в машине, свалившейся с обрыва, а в июле заживо сгорели ее родители, посол Уинтроп с женой. Президент выражает свое сочувствие брату погибшей.

На последней пленке был дом Гэри Уинтропа в северо-западном районе Вашингтона. У входа кишели репортеры.

– По непонятной, страшной случайности Гэри Уинтроп, последний оставшийся в живых из семьи Уинтропов, был застрелен ворвавшимися в дом взломщиками. Рано утром охранник заметил отключенную сигнализацию, вошел в дом и обнаружил тело мистера Уинтропа, на котором найдены два пулевых ранения. Очевидно, грабители охотились за ценными картинами, и хозяин дома спугнул их, появившись не вовремя. Гэри Уинтроп был пятым и последним членом семьи, погибшим в этом году насильственной смертью.

Дейна выключила монитор и долго сидела не двигаясь. Кому потребовалось уничтожать этих чудесных людей? Кому и за что?

Решив не отступать от задуманного, Дейна договорилась о встрече с сенатором Перри Леффом в одном из зданий сената. Она давно знала сенатора как человека серьезного, умного и страстно преданного своему делу.

Секретарь проводила Дейну в кабинет Леффа. Тот вежливо поднялся при появлении девушки.

– Здравствуйте, мисс Эванс. Рад снова видеть вас. Чем могу быть полезен?

– Насколько я слышала, вы работали вместе с Тейлором Уинтропом, не так ли, сенатор?

– Совершенно верно. Так получилось, что президент назначал нас обоих в одни и те же комитеты.

– Его публичный имидж, сенатор, общеизвестен, но каким он был в обычной жизни?

Сенатор Лефф не сразу ответил, пристально изучая Дейну.

– Буду счастлив ответить вам. Поверьте, мисс Эванс, лучшего человека, чем Тейлор, мне не приходилось встречать. Меня всегда поражало его отношение к людям, их заботам и бедам. Безразличие было ему чуждо. Он всегда проявлял искреннее участие к тем, кто просил о помощи. Из кожи вон лез, чтобы этот мир стал лучше. Мне всегда будет его не хватать, и то, что случилось с ним и его семьей, – страшная несправедливость, о которой мне думать больно. Я никогда не забуду его добросердечия и искренности.

Разговор был долгим, но не прибавил ничего нового к тому, что и без того уже знала Дейна. Однако она решила встретиться со всеми, кто хорошо знал Уинтропов. Следующей на очереди была Нэнси Пэтчин, одна из секретарей Уинтропа, уже немолодая женщина, с морщинистым лицом и грустными глазами. Очевидно, она тоже тяжело переживала смерть бывшего хозяина.

– Вы долго работали на мистера Уинтропа, миссис Пэтчин?

– Пятнадцать лет.

– И разумеется, хорошо успели узнать мистера Уинтропа.

– Разумеется.

– Видите ли, я пытаюсь воссоздать облик мистера Уинтропа. Нашего современника. Что-то вроде телевизионного портрета истинного Человека с большой буквы. Каким он, по-вашему… – начала Дейна, но Нэнси не дала ей договорить.

– Я поняла ваш вопрос и могу лучше других объяснить, каким он был. Когда у моего сына нашли болезнь крови, Тейлор Уинтроп отвез его к своим врачам и оплатил счета за лечение. Медицина оказалась бессильной, мой сын умер, и мистер Уинтроп дал деньги на похороны, а потом отослал меня в Европу – отдохнуть и прийти в себя.

Из глаз женщины покатились слезы.

– Мне посчастливилось долгие годы быть рядом с ним, и за это я благодарю Бога.

* * *

Вот уже двое в один голос превозносят покойного Уинтропа. Что же скажет генерал Виктор Бустер, директор ФАИ, которое в свое время возглавлял Тейлор?

Сначала Бустер отказался говорить с Дейной, но, узнав, почему та просит о встрече, мгновенно согласился.

К полудню Дейна подъехала к Федеральному агентству исследований, штаб-квартира которого располагалась вблизи от Форт-Мид, штат Мэриленд, на восьмидесяти двух тщательно охраняемых акрах лесистой территории, где за деревьями были спрятаны десятки спутниковых антенн. Она остановила машину у восьмидесятифутовой ограды, затянутой поверху колючей проволокой, назвала свое имя и показала водительское удостоверение вооруженному охраннику, не поленившемуся выйти из караульного помещения. Тот молча пропустил машину. Секунду спустя она приблизилась к закрытым электрифицированным воротам, снабженным видеокамерой наблюдения. Дейна снова назвала себя, и ворота медленно разошлись. Дорожка привела ее к гигантскому белому административному зданию.

У входа Дейну встретил мужчина в штатском и пообещал проводить в кабинет генерала Бустера.

Они вошли в личный лифт генерала, поднявший их до пятого этажа, и направились в самый конец длинного коридора. Незнакомец открыл дверь, и они очутились в просторной приемной, где за длинными письменными столами сидели две секретарши.

– Генерал ждет вас, мисс Эванс, – сообщила одна. – Направо, пожалуйста.

Она нажала кнопку, и дверь во внутренний кабинет бесшумно отошла. Дейна очутилась в просторной комнате со звуконепроницаемыми стенами и потолком. Навстречу поднялся высокий худой привлекательный мужчина лет сорока пяти.

– Я майор Джек Стоун, адъютант генерала Бустера, – представился он, протягивая руку, и показал на расположившегося за письменным столом мужчину. – А это сам генерал.

Виктор Бустер не потрудился встать. Дейна с некоторым удивлением разглядывала хозяина кабинета, афроамериканца средних лет, с тонкими чертами лица и жестким взглядом обсидиановых глаз. Чисто выбритая голова поблескивала в свете потолочных ламп.

– Садитесь, – приказал он неожиданно глубоким бархатистым баритоном.

Дейна поспешно села.

– Спасибо, что согласились принять меня, генерал.

– Вы сказали, что хотите побеседовать о Тейлоре Уинтропе?

– Да, и…

– Собираетесь делать о нем фильм, мисс Эванс?

– Вернее…

– Почему вы, долбаные журналисты, не можете оставить в покое мертвых? – неожиданно рявкнул он. – Вонючие койоты, грызущие падаль! Гнусные стервятники! Разгребатели грязи!

Окаменевшая Дейна потеряла дар речи. Джек Стоун смущенно отвел глаза.

Немного придя в себя, Дейна постаралась ответить как можно спокойнее, хотя на языке вертелся уничтожающий ответ.

– Генерал, уверяю вас, что никогда не копалась в чужом грязном белье. Я знаю, какие легенды ходят о Тейлоре Уинтропе, и пытаюсь увидеть за национальным героем обычного реального человека. Буду крайне благодарна за все, что сочтете нужным рассказать.

Генерал Бустер чуть подался вперед.

– Не пойму, какого черта вы тут вынюхиваете, но могу поручиться за одно: в данном случае легенда и человек неразделимы. Одно целое, ясно вам? Я работал под его началом в ФАИ. Лучшего директора у этой организации не было. То, что случилось с ним и его семьей, – немыслимо и необъяснимо. Надеюсь, теперь вы от меня отвяжетесь?

Он плотно сжал губы, словно не желая больше иметь с Дейной ничего общего, но не выдержал и разразился новой тирадой:

– Откровенно говоря, я недолюбливаю вашу журналистскую братию, мисс Эванс, и считаю, что вас давно пора приструнить. Видел я ваши репортажи из Сараево. Все эти душераздирающие подробности, рассчитанные на то, чтобы выбить слезу у зрителей, не слишком нам помогли.

Дейна из последних сил старалась не дать волю гневу.

– Видите ли, генерал, – сухо объяснила она, – я была там не для того, чтобы вам помочь, а для того, чтобы открыть миру глаза на страдания невинных…

– Меня это мало интересует. Как бы то ни было, Тейлор Уинтроп был великим государственным деятелем. И учтите, если вознамерились чернить его память, у вас появится немало врагов. Позвольте дать один совет: не ищите неприятностей на свою голову, иначе очень скоро их обретете, и в большом количестве, это я вам обещаю. Так что лучше не лезьте не в свое дело. Прощайте, мисс Эванс.

Дейна окинула его негодующим взглядом и встала.

– Большое спасибо, генерал, – бросила она на ходу. Джек Стоун поспешил следом.

– Я провожу вас.

Оказавшись в коридоре, Дейна остановилась и сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться.

– Он всегда такой?

Джек печально покачал головой:

– Я хотел бы извиниться перед вами за его тон. Иногда генерал бывает немного резок. Но он не хотел вас обидеть.

– В самом деле? – процедила Дейна. – А мне показалось, что хотел.

– Так или иначе, простите нас, – пробормотал Стоун, собираясь отойти. Но Дейна коснулась его рукава:

– Погодите. Мне хотелось бы поговорить с вами. Сейчас уже начало первого. Не могли бы мы где-нибудь пообедать?

Стоун опасливо посмотрел на дверь кабинета.

– Так и быть. Кафетерий «Шоллз колониел» на К-стрит, через час.

– Прекрасно. Огромное спасибо.

– Боюсь, благодарить меня слишком рано, мисс Эванс.

Ждать пришлось довольно долго. Наконец Стоун зашел в полупустой кафетерий и первым делом огляделся, очевидно, не желая встретить знакомых. Только убедившись, что здесь его никто не знает, он подошел к столику Дейны.

– Генерал Бустер голову с меня снимет, если дознается, что я беседовал с вами. Поверьте. Он прекрасный человек, умный, сострадательный, знающий и настоящий профессионал. Только вот…

Он осекся, но тут же решительно добавил:

– …терпеть не может журналистов.

– Я уже это поняла, – холодно бросила Дейна.

– Должен заранее сказать, что наш разговор, как говорится, «не для протокола». Если меня спросят, я все буду отрицать.

– Достаточно ясно.

Они взяли подносы и набрали тарелок с едой, а когда снова устроились за столом, Джек добавил:

– Не хотелось бы, чтобы у вас сложилось неверное представление о нашей организации. Мы люди неплохие, иначе не оказались бы на такой службе. Видите ли, мы делаем все, чтобы помочь странам третьего мира.

– Поверьте, я это ценю, – вставила Дейна.

– Но что я могу рассказать о Тейлоре Уинтропе еще такого, чего вы не слышали?

– До сих пор мне буквально читали житие святого.

Ну не может, не может родиться на свет человек без недостатков!

– Почему же, и у Тейлора они были, – признался Стоун. – Но сначала о достоинствах. Он один из тех редких людей, которые на деле, а не на словах заботятся о ближних и делают все, чтобы облегчить им тяготы существования. Я не преувеличиваю. Человечность Тейлора действительно легендарна. Он опекал подчиненных, как отец. Знал даты всех дней рождения, годовщин свадьбы, и все, кто работал с ним, обожали его. Мало того, он обладал острым проницательным умом и славился способностью решить любую проблему. И несмотря на невероятную занятость, был прекрасным семьянином. Любил жену и детей.

Он снова замолчал.

– Так в чем же заключаются недостатки? – допытывалась Дейна.

– Тейлор притягивал женщин как магнитом, – неохотно пробормотал Джек. – С его обаянием, красотой, богатством и влиянием это было нетрудно. Они летели на него, как мухи на мед. Он и в самом деле был неотразим. Неудивительно, что при этом иногда… сбивался с пути истинного. У него были связи… ну, вы понимаете… несколько коротких романов, однако, заверяю, ничего особенно серьезного, и огласки все это не получало, и довольно быстро сходило на нет. Да и он никогда не сделал бы ничего во вред семье.

– Майор Стоун, можете ли вы представить человека, имевшего причины убить Тейлора Уинтропа и всю семью?

Джек отложил вилку.

– Что?!

– Такая заметная, можно сказать, выдающаяся личность не может не нажить врагов. Или по крайней мере завистников.

– Мисс Эванс, вы, кажется, намекаете на то, что Уинтропов убили?!

– Я всего лишь спрашиваю, – возразила Дейна.

Джек, немного подумав, покачал головой:

– Нет. Это немыслимо. Тейлор в жизни никому не причинил зла. Если бы вы поговорили с его друзьями и коллегами, сразу бы это поняли.

– Позвольте изложить вам все, что я успела узнать, – начала Дейна. – Тейлор Уинтроп был…

Но Джек, не дав ей договорить, протестующе поднял руки:

– Мисс Эванс, меньше знаешь – лучше спишь. Я не желаю влезать в это дело. Мне лучше не иметь никакого отношения к вашим планам. Так я скорее сумею помочь, если понимаете, о чем я.

Дейна недоуменно воззрилась на него.

– Не уверена…

– Откровенно говоря, я посоветовал бы вам бросить это расследование. Ради вас же самих. Если все-таки решите продолжать, поостерегитесь. Не лезьте на рожон.

Он вскочил и, не прощаясь, исчез. После его ухода Дейна еще долго сидела в кафетерии, раздумывая над только что услышанным.

Значит, у Тейлора не было врагов… Может, следует рассматривать эту историю под другим углом? Что, если не сам Уинтроп нажил опасного недруга? Что, если всему причиной кто-то из его детей? Или жена?

Вернувшись домой, Дейна первым долгом рассказала Джеффу о разговоре с майором.

– Интересная информация, – с легким удивлением протянул Джефф. – Стоит взять на заметку. Что думаешь делать?

– Сначала потолкую с друзьями его детей. Теми, кто хорошо их знал. Пол Уинтроп был помолвлен с некоей Хэрриет Берк. Они встречались почти год.

– Кажется, я что-то читал, – кивнул Джефф и нерешительно добавил: – Дорогая, ты знаешь, я всегда на твоей стороне, но…

– Но?

– А вдруг ты ошибаешься? В жизни всякое бывает. Катастрофы, несчастные случаи, аварии… Сколько еще времени ты собираешься убить на эту историю?

– Совсем чуть-чуть, – пообещала Дейна. – Проверю еще кое-что. Хочу убедиться, что напридумывала себе всяких страхов.

Хэрриет Берк охотно согласилась принять Дейну. Она жила в элегантно обставленной двухэтажной квартире со внутренней лестницей, в северо-западной части Вашингтона. Дейна увидела перед собой стройную блондинку с обворожительной улыбкой, отчего-то показавшейся ей немного нервной. Но Дейна благоразумно оставила свои соображения при себе.

– Спасибо, что не отказались встретиться со мной, – пробормотала она вслух.

– Знаете, мисс Эванс, я не совсем уверена, что это было правильное решение. Правда, вы сказали, что речь пойдет о Поле.

– Да, – согласилась Дейна, стараясь выбирать слова. – Я совсем не собиралась совать нос в вашу личную жизнь, но вы и Пол были обручены, и я уверена, что никто не знает его лучше вас.

– Мне хотелось бы так думать.

– Я намеревалась узнать о нем побольше. Каким он был на самом деле?

Хэрриет, немного помолчав, тихо сказала:

– Я не встречала таких людей, как Пол. Он так ценил радость бытия! И одновременно был добр и заботлив к окружающим. А какое чувство юмора. Он никак не мог принять всерьез самого себя и не кичился богатством и происхождением. С ним было так весело! Мы собирались пожениться в октябре.

Она вдруг осеклась и прикусила губу.

– Когда Пол погиб… моя… моя жизнь тоже кончилась. Я до сих пор так считаю.

– Простите, – выдохнула Дейна. – Мне не хочется бередить раны, но были ли у него враги? Те, у которых имелись причины его убить?

Слезы брызнули из глаз Хэрриет.

– Убить Пола? – сдавленно охнула она. – Знай вы его, не задавали бы подобных вопросов.

Значит, у Пола тоже не было врагов. Как насчет Джули?

Джули не успела обзавестись женихом, и Дейна сочла за лучшее взять интервью у Стива Рексфорда, ее дворецкого, лощеного англичанина средних лет.

– Я чем-то могу помочь вам, мисс Эванс? – учтиво осведомился он.

– Мне хотелось побеседовать с вами о Джули Уинтроп.

– Да, мэм?

– Вы долго работали у нее?

– Четыре года восемь месяцев.

– Она была хорошей хозяйкой?

Рексфорд мечтательно улыбнулся:

– Чрезвычайно приятной дамой, воспитанной и доброжелательной. Я… я поверить не мог, когда услышал о ее гибели.

– У нее были враги?

– Простите? – нахмурился дворецкий.

– Может, мисс Уинтроп встречалась с мужчиной, которого потом… по каким-то причинам оставила? Или существуют те, кто задался целью нанести удар ей и ее семье?

Рексфорд медленно покачал головой:

– Мисс Джули не из таких людей. Она в жизни мухи не обидела. Нет. Она была неизменно щедра и внимательна к людям. Все ее любили.

Дейна взглянула ему в глаза. Черт побери, он не лжет.

Какого черта она тут делает? Настоящая Дейна Кихот. Только вот вокруг ни одной ветряной мельницы…

Следующим в списке Дейны значился Морган Ормонд, директор Джорджтаунского музея искусств. Он охотно согласился принять ее, как только узнал, о ком пойдет речь.

– Насколько я понимаю, вы хотели расспросить меня о Гэри Уинтропе?

– Да. Я интересуюсь…

– Его смерть – страшная для нас потеря. Народ потерял величайшего мецената.

– Мистер Ормонд, скажите, ведь в мире коллекционеров существует жесткая конкуренция.

– Конкуренция?

– Не бывает так, что на один предмет искусства претендует сразу несколько собирателей, и тогда начинается…

– Бывает, разумеется. Но не с мистером Уинтропом. Его коллекции нет равных, но в то же время он щедро дарил картины музеям, и не только нашему, но и во всем мире. Мечтал, чтобы шедевры великих мастеров были доступны каждому.

– Не знаете ли вы его врагов, которые…

– Гэри Уинтроп и враги? Никогда, никогда, никогда!

В последнюю очередь Дейна побеспокоила Розалинду Лопес, преданную горничную Мэделайн, работавшую у нее более двадцати лет. Теперь она на паях с мужем открыла фирму по обслуживанию банкетов и званых вечеров.

– Спасибо за то, что решили встретиться со мной, – поблагодарила Дейна, пожимая руку Розалинде. – Я собиралась поговорить с вами о Мэделайн Уинтроп.

– Бедная леди. Она… она была лучшим человеком из всех, кого я знала.

Одно и то же. Они все твердят одно и то же. Совсем как испорченная пластинка!

– И такая страшная смерть! Она этого не заслужила.

– Совершенно верно, – согласилась Дейна. – Вы были рядом с ней довольно долго.

– Да, мэм.

– И за все это время она никогда никого не оскорбила? Не обидела? Не мог кто-то затаить на нее зло?

Розалинда изумленно уставилась на Дейну.

– Зло? Что вы, мэм! Как можно! Все ее любили.

И в самом деле настоящая заезженная пластинка! Как им не надоест повторять это снова и снова?!

По пути домой Дейна с сожалением думала, что все-таки ошибалась. Несмотря на явные странности, гибель Уинтропов случайна. Придется покаяться перед Мэттом Бейкером.

Она позвонила Эбби Лассман и попросила аудиенции у шефа. Эбби сообщила, что Мэтт ее ждет. Тяжело вздыхая, Дейна вошла в кабинет Бейкера.

– Ну, как наш Шерлок Холмс? – приветствовал ее тот.

– Элементарно, дорогой Ватсон. Я все себе придумала. Нет тут никакой подоплеки.

Глава 5

Вечером, когда донельзя измученная Дейна уже собиралась лечь в постель, позвонила Эйлин, ее мать.

– Дейна, дорогая, у меня потрясающие новости!

– Что случилось, мама?

– Я выхожу замуж!

– Что? – ахнула девушка. – Как это…

– Представляешь, я поехала в гости к подруге, в Уэст-порт, штат Коннектикут, и она познакомила меня с этим милым, чудесным человеком.

– Я… я счастлива за тебя, мама. Как замечательно!

– Он такой… такой!

Она пронзительно хихикнула.

– Не могу описать. Ну, словом, восхитительный. Ты его сразу полюбишь.

– Давно ты его знаешь? – осторожно поинтересовалась Дейна.

– Довольно давно, дорогая. Мы идеально друг другу подходим. Мне ужасно повезло.

– У него есть работа? – продолжала допрашивать дочь.

– Перестань говорить со мной покровительственным тоном, как строгий папаша! Разумеется, есть! Он очень состоятельный страховой агент. Его зовут Питер Томкинс. Живет в прелестном домике в Уэстпорте, и я просто умираю от нетерпения поскорее видеть тебя и Кимбала. Вы приедете познакомиться с ним?

– Разумеется.

– Питер тоже дождаться не может встречи. Всем рассказывает, что его будущая падчерица – знаменитая журналистка. Уверена, что сумеешь выкроить время?

– Разумеется, мама.

На этой неделе уик-энд выдался свободным, так что Дейна решила посмотреть на жениха матери.

– Мы с Кемалем непременно будем, – пообещала она. Заехав за Кемалем в школу, она весело объявила:

– Наконец-то познакомишься с бабушкой! Теперь у нас будет настоящая семья, дорогой.

– Бред! Не вешай мне лапшу на уши.

– Не буду, поросенок, – рассмеялась Дейна.

В субботу, с утра пораньше, они выехали в Коннектикут. Дейна была полна оптимизма и вслух мечтала о том, что Кемаль подружится с новоявленными бабкой и дедом.

– Подумай, как прекрасно все складывается, – твердила она. – Все старики обожают баловать внуков. Любят их куда больше, чем собственных детей. И ты сможешь иногда оставаться у них.

– А ты? Ты тоже там будешь? – нервно пробормотал Кемаль.

Дейна ободряюще сжала его руку.

– Ну конечно, глупенький.

Она была приятно удивлена, увидев дом Питера Томкинса, очаровательный старый коттедж на Блайнд-Брук-роуд. На задах протекал живописный ручей. Дом утопал в зелени.

– Эй, это клево, – объявил Кемаль.

Дейна взъерошила ему волосы.

– Я рада, что тебе нравится. Мы будем часто сюда приезжать.

Дверь отворилась, и на крыльцо вышла Эйлин Эванс, женщина средних лет, со следами былой красоты на лице. Но горечь и разочарования наложили на нее свой безжалостный отпечаток, пройдясь по когда-то гладкой коже беспощадной кистью. Прелесть ее черт, совсем как в «Портрете Дориана Грея», осталась запечатленной в Дейне.

Рядом с Эйлин стоял широко улыбающийся, приятный на вид мужчина средних лет. Эйлин рванулась вперед и обняла дочь.

– Дейна, дорогая! А это Кимбал!

– Мама…

– Так это и есть та самая Дейна Эванс! – вмешался Питер. – Я всем своим клиентам рассказал о тебе! А ты тот самый парень? Эй, мне никто не говорил, что ты калека! Потерять руку в таком возрасте! Чертовски жаль!

Кровь застыла в жилах Дейны. Она не смела взглянуть на потрясенного Кемаля.

Томкинс покачал головой:

– Будь он застрахован в нашей компании до того, как это стряслось, сейчас наверняка разбогател бы! Ну да что тут говорить! Пойдемте! Вы, должно быть, проголодались.

– Уже нет, – выдавила Дейна. – Извини, мама, нам нужно спешить. Мы с Кемалем возвращаемся в Вашингтон.

– Прости, Дейна, я…

– Мне тоже очень жаль. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, и все это не окажется огромной ошибкой. Счастливой свадьбы.

– Дейна…

Она решительно взяла Кемаля за руку и направилась к машине. Эйлин в отчаянии смотрела вслед отъезжавшим. Питер не мог прийти в себя от изумления.

– Эй, что я такого сказал?

– Ничего, Питер, – вздохнула Эйлин. – Совсем ничего.

На обратном пути Кемаль угрюмо молчал. Дейна время от времени посматривала на него.

– Не расстраивайся, дорогой, – прошептала она наконец. – Некоторые люди просто бестактны и дурно воспитаны.

– Он прав, – мрачно буркнул Кемаль. – Я действительно калека.

– Не смей так говорить! – взорвалась Дейна. – Нельзя судить людей по тому, целы ли у них руки и ноги! Главное – душа!

– Да? И что же можно сказать обо мне? Какой я?

– Ты тот, кто выжил в аду. И я горжусь тобой. Кстати, мистер Очаровашка был прав в одном, я умираю с голоду. Думаю, тебя такие вещи не интересуют, но впереди я вижу «Макдоналдс».

– Круто! – ухмыльнулся Кемаль.

В результате день прошел совсем неплохо. Кемаль немного развеселился, на какое-то время позабыв о терзавших его страхах. Уложив его спать, Дейна отправилась в гостиную, чтобы на досуге поразмыслить. Включила телевизор и стала переключать каналы. Везде одно и то же. Передают подробности убийства Гэри Уинтропа и всевозможные домыслы.

«…надеются, что в украденном фургоне найдутся следы, ведущие к убийцам…»

«…две пули из «беретты». Полиция проверяет все магазины, торгующие оружием, чтобы…»

«…зверское убийство Гэри Уинтропа в престижном северо-западном районе доказывает, что никто из нас…»

Дейне не давала покоя какая-то назойливая мысль, которую она никак не могла облечь в слова. Только проснувшись утром, она поняла, что тревожило ее.

Деньги и драгоценности лежали на виду. Почему убийцы их не взяли?

Дейна встала, сварила кофе и постаралась вспомнить слова шефа полиции Бернетта.

– У вас есть список похищенных картин?

– Разумеется. Все они хорошо известны. Мы разослали перечень в музеи, антикварные магазины и коллекционерам. Как только одна из них всплывет, считайте, дело раскрыто.

Грабители знали, что картины нельзя сбыть открыто. Означает ли это, что какой-то богатый коллекционер организовал преступление, чтобы получить доступ к коллекции Гэри, а потом оставить добычу себе? Но зачем такому состоятельному человеку связываться с заведомыми головорезами, людьми без всяких моральных принципов? Ведь это означает, что теперь он в их руках и они могут шантажировать его сколько вздумается!

Воскресенье прошло без особых событий. В понедельник Дейна разбудила Кемаля, накормила, отвезла в школу и, распрощавшись, долго смотрела ему вслед. Потом завела машину и отправилась в полицейский участок на Индиана-авеню.

Детектив Финикс Уилсон, которому было поручено расследование убийства Гэри Уинтропа, оказался битым-перебитым профессионалом. Тяжелый опыт и нелегкая работа полицейского сделали его мизантропом, в оправдание чего он всегда мог похвастаться глубокими шрамами, избороздившими тело. При виде Дейны он кисло поморщился и пробурчал:

– Никаких интервью. Когда будет что сообщить по делу, узнаете вместе с остальными на пресс-конференции.

– Я пришла не за этим, – возразила Дейна.

Следователь скептически скривил губы:

– Да ну?

– Честное слово. Меня интересуют украденные картины. У вас ведь есть список?

– И что?

– Не могли бы дать мне копию?

– А это еще зачем? Что вы задумали? – с подозрением осведомился детектив Уилсон.

– Мне бы хотелось знать, что именно взяли убийцы. Неплохо бы дать сообщение в вечерних новостях: вдруг кто-то что-то видел.

Детектив поднял брови и вдруг улыбнулся:

– Неплохая мысль. Чем шире круг осведомленных, тем меньше у преступников шансов продать картины. Ну так вот, они стянули двенадцать штук, а еще больше оставили. Должно быть, поленились тащить такую тяжесть. Сейчас принесу копии.

Он тяжело поднялся, вышел и через две минуты вернулся с двумя листочками бумаги.

– Вот то, что взяли. А это еще один перечень.

– Что еще за перечень? – удивилась Дейна.

– Всех картин, которые имелись у Гэри Уинтропа, включая оставленные грабителями в доме.

– Ах вот как! Огромное вам спасибо. Я крайне признательна.

Выйдя в коридор, Дейна немедленно принялась изучать документы и чем дальше, тем больше недоумевала.

На улице дул резкий ветер, но она, не обращая внимания на погоду, устремилась в здание «Кристи», где проходили всемирно известные антикварные аукционы. Шел густой липкий снег, но люди спешили сделать покупки к Рождеству и поскорее вернуться в теплые дома и офисы, и поэтому на тротуарах было полно народа.

Не успела она появиться в «Кристи», как менеджер, узнавший известную телеведущую, немедленно оказался рядом.

– Какая честь, мисс Эванс! Рады услужить! Что вам угодно?

– У меня два списка картин, – объяснила Дейна. – Я хотела бы знать, какова цена каждой.

– Разумеется, это вполне возможно. С удовольствием вам поможем. Сюда, пожалуйста…

Два часа спустя Дейна вновь оказалась в кабинете Мэтта Бейкера. От былого смущения не осталось и следа. Глаза девушки воинственно сверкали.

– Происходит нечто донельзя странное, – начала она с порога.

– Надеюсь, тебя не осенила очередная паникерская теория всеобщего заговора?

– Тебе судить, – коротко бросила Дейна, вручая Мэтту длинный список. – Это все произведения искусства, которыми владел Гэри Уинтроп. Я только что попросила оценить мне эти картины у «Кристи».

Мэтт наспех пробежал глазами листок бумаги.

– Черт, да тут настоящие тяжеловесы! То есть я хотел сказать «сокровища». Ван Гог, Матисс, Пикассо, Моне… Ничего не скажешь, круто. И что из того?

– А теперь взгляни на это, – попросила Дейна, протягивая ему список покороче, где перечислялись украденные шедевры. Мэтт прочел его вслух.

– Камилл Писарро, Мари Лоренсин, Поль Клее, Морис Утрилло, Анри Лебаск. Не пойму, чего ты добиваешься.

– Большинство картин в первом списке стоит более десяти миллионов долларов каждая, – неторопливо пояснила Дейна и, чуть помедлив, добавила: – Почти все картины из второго списка, похищенные при ограблении, оцениваются в двести тысяч долларов каждая или чуть меньше.

Мэтт недоуменно моргнул.

– Значит, взломщики взяли не слишком ценные картины?!

– Вот именно, – кивнула Дейна, чуть подавшись вперед. – Мэтт, будь это обычные воры, наверняка прихватили бы деньги и драгоценности. Нам пытались представить дело так, будто кто-то нанял их специально для охоты за картинами, но, если верить этому перечню, они ни черта не понимают в искусстве. В таком случае какова же истинная причина их появления в доме? Гэри Уинтроп не был вооружен и вряд ли смог бы оказать им достойное сопротивление. Зачем же его убивать?

– Хочешь сказать, что ограбление – это не более чем правдоподобное прикрытие реального мотива: убийства Гэри Уинтропа?

– Другого объяснения у меня нет.

Мэтт неловко передернул плечами и потер виски.

– Давай с самого начала. Предположим, Тейлор Уинтроп нажил себе врага и был убит. Но кому понадобилось из-за этого стирать с лица земли всю семью?

– Не знаю, – вздохнула Дейна, – но именно это и пытаюсь обнаружить.

– Смотри не зайди слишком далеко, – предупредил Мэтт.

Доктор Арман Дейч считался одним из наиболее известных психиатров столицы. Этот представительный немолодой человек с широким лбом и профессионально проницательными голубыми глазами согласился уделить Дейне несколько минут своего драгоценного времени. Он даже не приподнялся, когда она вошла. Только поднял голову.

– Мисс Эванс?

– Да. Простите, что была так настойчива, доктор, но у меня неотложное дело.

– Что же именно привело вас ко мне?

– Вы, разумеется, знаете о роковой судьбе семьи Уинтропов?

– Разумеется. Страшная участь. Никому не пожелал бы. Один несчастный случай за другим.

– А что, если это вовсе не несчастные случаи? – тихо обронила Дейна.

– Что? Что вы хотите сказать?

– Существует вероятность того, что с ними расправились.

– Расправились? С Уинтропами? Это кажется мне весьма маловероятным, мисс Эванс. Весьма, – хмыкнул психиатр.

– Но возможным, – возразила она.

– Почему у вас возникло это предположение?

– Просто… просто подозрение. Чисто интуитивное, – призналась она.

– Интуитивное. Понятно.

Доктор Дейч выпрямился и внимательно всмотрелся в Дейну.

– Я слушал ваши репортажи из Сараево. Превосходно. Должен сказать, что таких искренних корреспондентов, как вы, редко встретишь.

– Спасибо.

Дейч поставил локти на стол и, не отрывая от Дейны глаз, продолжал допрашивать:

– Значит, совсем недавно вы оказались в самом пекле жестокой войны, не так ли?

– К сожалению.

– И стали свидетельницей насилия, смерти, разрушения, жестоких убийств не только взрослых, но и детей?

Дейна насторожилась. К чему он клонит? Она даже не потрудилась ответить на вопрос. Но доктор словно не заметил.

– Очевидно, стресс был слишком велик, даже для мужчин. Представляю, как тяжело вам приходилось.

Дейна кивнула.

– Когда вы вернулись? Пять-шесть месяцев назад?

– Три, – поправила девушка. Доктор удовлетворенно кивнул:

– Не слишком большой срок, чтобы снова привыкнуть к нормальной жизни, верно? Должно быть, вам до сих пор снятся по ночам кошмары, и неудивительно, что подсознание не в силах справиться…

– Доктор, я не параноик, – невежливо перебила Дей-на. – Доказательств у меня действительно нет, зато есть причина считать, что гибель семьи Уинтропов не была трагической случайностью. Я пришла к вам в надежде, что вы сумеете помочь.

– Помочь? Каким же образом?

– Мне необходим мотив. Какой мотив может быть у человека, задумавшего стереть с лица земли целую семью?

Доктор Дейч сосредоточенно поджал губы и сложил пальцы домиком.

– Разумеется, в истории существует немало случаев столь же неуемной жажды крови. Вендетта… родовая месть. Итальянская мафия часто уничтожает целые семьи, не щадя ни детей, ни женщин. Разумеется, тут борьба за власть, рынки сбыта… наркотиков, например. Или жажда возмездия за обиду, нанесенную кем-то из членов семьи. С другой стороны, убийца может попросту быть маньяком, не имеющим особых причин для расправы.

– Думаю, все это не совсем подходит, – покачала головой Дейна.

– В таком случае, разумеется, один из самых древних в нашем далеко уже не молодом мире мотивов: деньги.

Деньги.

Дейна уже думала об этом.

Кому перейдут деньги Уинтропов?

Кто получает выгоду от убийства?

Кто наследник?

Уолтер Кэлкин, глава адвокатской фирмы «Кэлкин, Тейлор и Андерсон», был поверенным семьи Уинтропов уже более двадцати пяти лет. И хотя этот престарелый, изуродованный артритом человек еле ходил и постоянно болел, ум оставался по-прежнему ясным и острым. Дейне пришлось долго упрашивать секретаршу соединить ее с Кэлкином и еще дольше – добиваться аудиенции. Наконец ее провели в кабинет Кэлкина. Тот неприветливо кивнул.

– Вы сказали, что хотели поговорить со мной об имуществе Уинтропов?

– Совершенно верно.

Кэлкин тяжело вздохнул.

– До сих пор не в силах поверить в то, что случилось с этими прекрасными людьми.

– Насколько я знаю, именно вы вели их юридические и финансовые дела, – робко начала Дейна.

– Моя фирма.

– Мистер Кэлкин, скажите, если не секрет, не приходилось ли вам сталкиваться с чем-то необычным при ведении этих дел?

Уолтер вопросительно поднял брови.

– Необычным? В каком смысле?

– Понимаю… это не совсем тактично с моей стороны, – осторожно сказала Дейна, – но не подвергался ли какой-то из членов семьи угрозам или… или шантажу?

Последовало минутное молчание.

– То есть стало бы мне известно, что они регулярно выплачивали кому-то большие суммы денег?

– Именно.

– Думаю, да. Наверняка так и случилось бы. Все расходы проходили через нашу фирму.

– Но было ли нечто подобное? – настаивала Дейна.

– Никогда. Насколько я понял, вы заподозрили какую-то нечестную игру? Так вот, я нахожу ваши гипотезы по меньшей мере смехотворными, – безапелляционно заключил адвокат.

– Но все они мертвы, – настаивала Дейна, – а стоимость имущества составляет десятки миллиардов долларов. Буду крайне благодарна, если сочтете возможным объяснить, кто унаследует состояние Уинтропов.

Она терпеливо выжидала, пока Кэлкин откроет коробочку с таблетками, проглотит одну и запьет водой.

– Мисс Эванс, мы никогда не обсуждаем финансы наших клиентов с посторонними, – изрек он и, поколебавшись, добавил: – Правда, в данном случае это несущественно, поскольку завтра мы все равно собирались сделать публичное заявление для прессы.

«В таком случае, разумеется, один из самых древних в нашем далеко уже не молодом мире мотивов: деньги».

Уолтер Кэлкин чуть приподнялся.

– Со смертью Гэри Уинтропа, последнего, остававшегося в живых члена семьи…

Дейна затаила дыхание.

– Все состояние Уинтропов переходит к благотворительным организациям.

Глава 6

Телевизионная бригада готовилась к вечернему выпуску новостей. Дейна сидела в студии «А» за столом для ведущих и изучала присланные в последнюю минуту поправки к блоку новостей. Известия, поступавшие целый день из телеграфных агентств и полицейских пресс-служб, внимательно изучались и отбирались.

Рядом с Дейной находились Джефф Коннорс и Ричард Мелтон. Анастасия Мэнн начала привычный отсчет. Загорелся индикатор камеры, и на всю студию прогремел голос диктора:

– Начинаем одиннадцатичасовой выпуск новостей в прямом эфире на WTN с Дейной Эванс…

Дейна подняла голову и улыбнулась:

– …и Ричардом Мелтоном.

Мелтон взглянул в камеру и кивнул.

– О событиях спорта расскажет Джефф Коннорс. Погоду на завтра объявит Мартин Гриер. Оставайтесь с нами.

Дейна снова улыбнулась:

– Я Дейна Эванс.

– А я – Ричард Мелтон.

Дейна всмотрелась в табло «телесуфлера».

– Мы начинаем нашу вечернюю встречу с истории о неудавшемся ограблении. Погоня за преступниками, вломившимися в винный магазин, закончилась их задержанием. Посмотрите, как это было.

На экране возник салон вертолета, принадлежавшего «Вашингтон трибьюн». За штурвалом сидел Норман Бронсон, бывший военный пилот. Рядом с ним сидела Элис Баркер.

Угол камеры сместился. Внизу, на земле, три патрульных автомобиля окружили уткнувшийся в дерево седан.

– Погоня началась, – рассказывала Элис, – когда два человека вошли в винный магазин «Хейли» на Пенсильвания-авеню и попытались отобрать у продавца выручку. Но тот не растерялся и нажал кнопку сигнализации. Налетчики попытались скрыться, но полицейские гнались за ними четыре мили, пока машина не врезалась в дерево.

Погоня снималась с вертолета, принадлежавшего компании. Глядя на экран, Дейна восхищенно улыбалась. Самое лучшее, что сумел сделать Мэтт, – уговорил Эллиота купить новый вертолет. Совсем другое впечатление от репортажей!

Последовали еще три фрагмента, прежде чем Дейна объявила перерыв на рекламу, пообещав вернуться. Режиссер знаком велел запустить рекламный ролик. Ричард повернулся к Дейне:

– Видела, что творится на улице? Ну и собачья погода!

– Знаю, – засмеялась Дейна. – Бедный наш синоптик! Наверняка начнет получать письма с угрозами!

Огонек камеры снова вспыхнул. Но табло «телесуфлера» оставалось пустым. Только через несколько секунд по нему поползли буквы. Дейна начала читать:

– В канун Нового года я хотел бы…

Уловив общий смысл предложения, она осеклась и ошеломленно охнула.

– …чтобы мы поженились. Тогда у нас будет двойная причина устраивать праздники каждый год в это время.

Рядом с «телесуфлером» стоял ухмыляющийся Джефф. Дейна взглянула в камеру и не своим голосом пробормотала:

– Еще одна небольшая… небольшая рекламная пауза.

Красный свет погас.

Дейна поспешно вскочила:

– Джефф!

Они бросились друг к другу и обнялись.

– Ну, что скажешь? – прошептал он.

Дейна крепко прижалась к нему.

– Да. Да, да, да!

Вся студия разразилась приветственными криками и аплодисментами.

Когда все разошлись и жених с невестой остались одни, Джефф спросил:

– Какую свадьбу хочешь, милая? Пышную, средненькую или скромную?

Дейна мечтала о шумной свадьбе с тех пор, как была девчонкой. И всегда представляла себя в чудесном кружевном наряде с длинным-длинным шлейфом. Совсем как в кино: долгие приготовления… список гостей… фирма, обслуживающая свадебные банкеты… подружки… церковь… Соберутся все ее друзья, и, конечно, приедет мать. Этот день станет самым счастливым в ее жизни. И он совсем близок.

– Дейна, – окликнул Джефф, и девушка с трудом вернулась из мира чудесных грез.

Если устроить такое громкое торжество, придется пригласить мать и ее нового мужа. И причинить боль Кемалю…

– Давай сбежим и поженимся тайком, – предложила она.

Джефф удивленно поднял брови, но согласно кивнул:

– Если ты так хочешь, конечно. Лишь бы тебе было хорошо.

Кемаль был вне себя от радости, услышав новость.

– Значит, Джефф будет жить с нами?

– Конечно! Мы будем вместе. Теперь у тебя настоящая семья, дорогой.

Она целый час просидела у постели Кемаля, взволнованно обсуждая с мальчиком будущее. Вместе! Волшебное слово! Отныне их трое. Отец, мать и сын!

Дождавшись, пока заснет Кемаль, Дейна пошла в спальню и, включив компьютер, начала искать в Интернете сайт «Квартиры».

Квартиры. Квартиры… им понадобятся две спальни, две ванные, гостиная, кухня, столовая и, вероятно, два кабинета. Такое жилье не слишком сложно найти.

Дейна неожиданно вспомнила опустевший дом Гэри Уинтропа и снова унеслась мыслями к мучившей ее загадке.

Что же на самом деле случилось той ночью? И кто отключил сигнализацию? Если следов взлома не было, как взломщики проникли в дом?

Пальцы почти по собственной воле набрали на клавиатуре слово «Уинтроп».

Что это с ней творится? Какого черта она не может заняться собственными делами?

На экране появилась уже знакомая информация.

Регион› Соединенные Штаты› Вашингтон, округ Колумбия› Правительство› Политика› Федеральное Агентство Исследований.

* Уинтроп Тейлор – посол в России, участвовал в подписании важного торгового соглашения с итальянцами.

* Уинтроп Тейлор – выбившийся из низов миллиардер посвятил себя служению стране…

* Уинтроп Тейлор – семья Уинтропов основала благотворительные фонды помощи школам, библиотекам и программам благоустройства города…

У семьи Уинтропов оказалось сорок пять Интернет-сайтов. Дейна уже хотела снова переключиться на поиски квартиры, но зацепилась взглядом за удивительное сообщение:

* Уинтроп Тейлор – судебный иск. Джоан Сайниси, бывшая секретарь Тейлора Уинтропа, подала в суд, но позже взяла заявление обратно и отказалась от всех претензий.

Дейна несколько раз перечитала фразу, не в силах осознать ее подлинный смысл. Иск? Что за иск? Чего добивалась эта самая Джоан Сайниси?

Она переключалась с сайта на сайт, но больше никакого упоминания о судебном процессе не нашла. Тогда она напечатала имя «Джоан Сайниси». Пусто. Очевидно, бывшая секретарь Уинтропа не имела ничего общего с Интернетом.

– Это засекреченная линия связи?

– Да, сэр.

– Я хочу список всех Интернет-сайтов, которые проверял объект.

– Мы немедленно примем необходимые меры.

Наутро Дейна отвезла Кемаля в школу и, приехав на работу, сразу бросилась к вашингтонскому телефонному справочнику. Никакой Джоан Сайниси. Она проверила Мэриленд… Виргинию…

Безуспешно. Вероятно, Джоан куда-то переехала.

В комнату вошел Том Хокинс, продюсер редакции новостей.

– Вчера наш рейтинг опять побил все рекорды.

– Здорово! – обрадовалась Дейна и, немного подумав, спросила: – Том, ты никого не знаешь в телефонной компании?

– Знаю, конечно. Тебе нужен телефон?

– Нет. Хочу проверить один номер. Думаю, он просто не внесен в справочник. Ты можешь мне помочь?

– Давай имя.

– Джоан. Джоан Сайниси.

Том нахмурился:

– Знакомое имя. Откуда я его знаю?

– Она подавала в суд на Тейлора Уинтропа.

– Ах да, теперь вспомнил! С год назад! Ты тогда была в Югославии. Я уже облизывался, предвкушая громкий скандальчик, но дело быстро замяли. Скорее всего она теперь живет в Европе, но попытаюсь выяснить точнее.

Ровно через четверть часа Оливия Уоткинс объявила, что звонит Том.

– Том, это я.

– Джоан Сайниси все еще живет в Вашингтоне. Я добыл ее номер. Если хочешь, запиши.

– Молодец! – обрадовалась Дейна, хватая ручку. – Валяй.

– Пять-пять-пять-два-шесть-девять-ноль.

– Спасибо.

– Одним «спасибо» не отделаешься. С тебя ленч.

– Заметано.

В кабинет ворвались Дин Ульрих, Роберт Фенвик и Мария Тобозо, составители блоков новостей.

– Настоящие реки крови! – закричал Роберт с порога. – Две железнодорожные катастрофы, взрыв самолета и страшный оползень.

Все четверо принялись читать сообщения о текущих событиях. Два часа спустя, когда все разошлись, Дейна взяла клочок бумаги с номером Джоан Сайниси и подняла трубку. Ответил женский голос:

– Дом мисс Сайниси.

– Могу я поговорить с мисс Сайниси? Меня зовут Дейна Эванс.

– Сейчас спрошу, может ли она подойти. Подождите, пожалуйста.

Дейна судорожно стиснула трубку. Послышался другой голос, мягкий и нерешительный:

– Алло…

– Мисс Сайниси?

– Да.

– Это Дейна Эванс. Я хотела…

– Та самая Дейна Эванс?

– Э-э-э… та самая.

– Неужели? Я каждый вечер смотрю ваш канал! И знайте, что я ваша самая горячая поклонница!

– Спасибо, – поблагодарила Дейна. – Вы мне льстите. Но я хотела узнать, не уделите ли мне несколько минут для разговора, мисс Сайниси. Мне хотелось бы побеседовать с вами лично. С глазу на глаз.

– Правда? – обрадовалась женщина. – Вы действительно меня разыскивали?

На этот раз в мелодичном голоске слышались нотки счастливого изумления.

– Да, мисс Сайниси. Где мы можем встретиться?

– Хотя бы у меня дома. Приезжайте сюда.

– С удовольствием. Когда вам удобно?

– В любое время, – чуть поколебавшись, заверила женщина. – Я весь день дома. Запишите адрес.

– Я приеду завтра, – пообещала Дейна и положила трубку.

И как она употребит полученные сведения? Нет, это последний визит к знакомым Уинтропов. Она все равно ничего не узнает, так стоит ли терять время?

Назавтра, ровно в два часа дня, Дейна остановилась перед высоким жилым зданием на Принс-стрит. В дверях стоял швейцар в мундире. Дейна оглядела внушительный дом и покачала головой. Вряд ли простой секретарше по карману жить здесь!

Она припарковала машину и вошла в вестибюль. За столом сидела консьержка.

– Что вам угодно, мисс?

– У меня встреча с мисс Сайниси. Меня зовут Дейна Эванс.

– Да, мисс Эванс. Она вас ждет. Подниметесь лифтом до пентхауса. Квартира «А».

Пентхаус?!

Добравшись до верхнего этажа, Дейна вышла из лифта и позвонила в квартиру «А». Дверь открыла горничная в строгой униформе.

– Мисс Эванс?

– Да.

– Войдите, пожалуйста.

Оказалось, что Джоан Сайниси обитала в двенадцатикомнатных апартаментах с огромной террасой, откуда открывался изумительный вид города. Горничная провела Дейну по коридору в большую гостиную, элегантно отделанную в светлых тонах. На диване сидела миниатюрная худенькая женщина, поспешно поднявшаяся навстречу гостье.

Дейна немного растерялась. Она со вчерашнего дня пыталась представить, как выглядит Джоан, но такого сюрприза не ожидала. Маленькая, некрасивая, с тусклыми карими глазами, спрятанными под толстыми стеклами очков, и почти неслышным голосом.

– Как я рада познакомиться с вами, мисс Эванс!

– Благодарю за то, что согласились меня принять, – пробормотала Дейна, усаживаясь на большой белый диван у выхода на террасу.

– Я как раз собиралась пить чай. Не хотите ли чашечку?

– С удовольствием.

Джоан повернулась к горничной и почти униженно попросила:

– Грета, не согласитесь ли вы принести нам чай?

– Сейчас, мэм.

– Большое спасибо, Грета.

Все происходящее казалось Дейне абсолютно нереальным. Джоан Сайниси никоим образом не вписывалась в эту роскошь. И какие деньги нужны, чтобы содержать квартиру в пентхаусе? Неужели это Уинтроп заплатил такую сумму? Целое состояние! К какому же соглашению они пришли? И в чем суть иска?

– …и я никогда не пропускаю ваши новости, – тихо говорила Джоан. – Вы просто восхитительны.

– Спасибо, мисс Сайниси.

– Помню, как вы вели репортаж из Сараево, под бомбами и артиллерийским огнем. Я всегда боялась, что с вами что-то случится.

– Честно говоря, я тоже, – призналась Дейна.

– Должно быть, это ужасное испытание для вас.

– Определенным образом – да.

Грета принесла поднос с чайными приборами и печеньем и все аккуратно расставила на маленьком столике перед диваном.

– Я сама налью, – вызвалась Джоан. Дейна молча наблюдала, как хозяйка разливает чай. – Хотите печенье?

– Нет, спасибо.

Джоан протянула Дейне чашку и сама отпила глоток.

– Хотя я действительно счастлива видеть вас, но все же не могу представить, о чем вы хотели со мной побеседовать.

– О Тейлоре Уинтропе.

Джоан вздрогнула так сильно, что пролила чай на платье. Лицо стало белее снега.

– Вам нехорошо?

– Нет… Нет… Все в порядке, – лепетала она, промокая влагу салфеткой. – Я не думала, что…

Она замолчала и больно прикусила губу. Дружелюбная атмосфера внезапно изменилась, словно в комнате вдруг похолодало.

– Вы ведь были секретарем мистера Уинтропа. Не так ли? – не отставала Дейна.

– Д-да, – нерешительно протянула Джоан. – Но оставила работу год назад. Боюсь, что ничем не смогу вам помочь.

Ее трясло, как в ознобе. Что это здесь творится? И чем она так напугана?

– Я слышала о Тейлоре Уинтропе много хорошего, – мягко заметила Дейна. – И хотела спросить, может, и вы вспомните что-нибудь.

Джоан облегченно вздохнула и даже попыталась улыбнуться.

– Разумеется. Мистер Уинтроп был великим человеком!

– Сколько вы у него проработали?

– Почти три года.

– Должно быть, вы с благодарностью вспоминаете это время, – улыбнулась Дейна.

– Да-да, конечно, мисс Эванс, – уже спокойнее заверила она.

– Но вы подавали на него в суд.

В глазах Джоан снова вспыхнул ужас.

– Нет… то есть да. Но это была ошибка. Моя ошибка. Никто не виноват.

– Если не секрет, в чем заключалась эта ошибка?

Джоан Сайниси судорожно сглотнула.

– Я… я не так поняла разговор мистера Уинтропа с одним человеком. И наделала глупостей. Мне до сих пор стыдно за себя.

– Вы предъявили иск, но не довели дело до суда?

– Нет. Он… мы все уладили. Недоразумение, ничего больше.

Дейна оглядела комнату.

– Понимаю. И велика была сумма компенсации?

– Боюсь, что не сумею вам ответить, – лепетала Джоан. – Это… все… конфиденциально…

Дейне до смерти хотелось узнать, что побудило эту серую мышку подать в суд на такого титана, как Тейлор Уинтроп, и почему она так боится говорить об этом. Что ее пугает? Или кто?

Воцарилось долгое молчание. Джоан исподтишка наблюдала за Дейной, и девушку не оставляло чувство, что та хочет что-то добавить.

– Мисс Сайниси…

Джоан поднялась.

– Мне очень жаль… больше ничего не могу… простите, мисс Эванс.

– Понимаю, – повторила Дейна.

Хотелось бы мне в самом деле разобраться, в чем тут загадка.

Он вставил кассету в магнитофон и нажал кнопку.

– Я не так поняла разговор мистера Уинтропа с одним человеком. И наделала глупостей. Мне до сих пор стыдно за себя.

– Вы предъявили иск, но не довели дело до суда?

– Нет. Он… мы все уладили. Недоразумение, ничего больше.

– Понимаю. И велика была сумма компенсации?

– Боюсь, что не сумею вам ответить. Это все… конфиденциально…

– Мисс Сайниси…

– Мне очень жаль… больше ничего не могу… простите мисс Эванс.

– Понимаю.

Конец записи.

Операция началась.

Отчаявшись найти квартиру в Интернете, Дейна позвонила агенту по торговле недвижимостью и попросила показать все, что есть в агентстве. И зря потратила утро. Они объездили Джорджтаун, Дюпон Секл и район Эдамс-Морган. Бесполезно. Попадались квартиры либо слишком маленькие, либо чересчур большие или дорогие. К полудню Дейна почти сдалась.

– Не волнуйтесь, – успокоил агент. – Мы обязательно найдем то, что вас устроит.

– Надеюсь, – вздохнула Дейна.

И хорошо бы поскорее…

Но за всеми заботами и хлопотами она постоянно помнила о судьбе Уинтропов. Из головы у нее не выходила Джоан Сайниси. Какие позорные тайны Тейлора Уинтропа она знала? Не зря же он купил ей пентхаус и заплатил еще бог знает какую компенсацию. Наверняка выложил кругленькую сумму! И если Дейна не ошибается, Джоан в самом деле хотела сказать что-то. Нет, необходимо сделать еще одну попытку. Встретиться и поговорить начистоту.

Она позвонила Джоан. Взявшая трубку Грета вежливо поздоровалась.

– Грета, это Дейна Эванс. Я хотела бы поговорить с мисс Сайниси.

– Извините, но мисс Сайниси не подходит к телефону.

– Не передадите ей, что звонила Дейна Эванс, и…

– Прошу прощения, мисс Эванс, мисс Сайниси занята.

Послышались короткие гудки.

Дейна повесила трубку и тяжело вздохнула. Она окончательно зашла в тупик!

Следующее утро выдалось холодным и ветреным. Бледное, словно чахоточное солнце бесконечно долго вставало на горизонте. На всех углах стояли те же фальшивые Санта-Клаусы, требовательно звеня колокольчиками. Дейна озабоченно нахмурилась. Во что бы то ни стало нужно успеть найти квартиру до Нового года!

Полдня прошло в совещаниях с новой бригадой. Обсуждалось, какие сюжеты дать в передаче «Следы и улики», что доснять, какие взять интервью. Читая подробности нераскрытого убийства, совершенного с особой жестокостью, Дейна снова вспомнила об Уинтропах.

И снова позвонила Джоан.

– Добрый день.

– Грета, мне необходимо срочно поговорить с мисс Сайниси. Скажите, что Дейна Эванс…

– Она не хочет разговаривать с вами, мисс Эванс.

Трель коротких гудков.

Тут что-то неладно. Может, потолковать с Мэттом Бейкером?

Она отправилась к шефу. В приемной сидела неизменная Эбби Лассман.

– Поздравляю! Я слышала, что день венчания уже назначен.

– Представь себе, – улыбнулась Дейна.

– Что за романтичное предложение! – вздохнула Эбби.

– Такой уж у меня парень!

– Дейна, наша ведущая рубрики «Советы безнадежно влюбленным» утверждает, что после свадьбы тебе следует бежать в магазин, купить мешка два консервов и загрузить в багажник машины.

– И зачем это, спрашивается…

– Предполагается, что рано или поздно ты захочешь немного повеселиться… скажем, согрешить на стороне, и приедешь домой поздно, а когда Джефф спрашивает, где ты была, предъявляешь мешки и как ни в чем не бывало заявляешь: «Запасалась продуктами». Он наверняка…

– Спасибо, дорогая Эбби. Мэтт свободен?

– Я скажу, что ты пришла.

Минуту спустя Дейна уже была в кабинете Бейкера.

– Садись, Дейна. Хорошие новости. Мы только что получили последний рейтинг Нильсена. Успешно разгромили конкурентов.

– Здорово. Мэтт, я говорила с бывшей секретаршей Уинтропа, и она…

– Вы, Девы, никогда не сдаетесь, верно? Ты сама говорила, что…

– Знаю-знаю, но ты только послушай! В свое время она подавала в суд на Тейлора Уинтропа, но каким-то образом сумела с ним договориться. И теперь живет в огромном пентхаусе, который не купишь на жалованье секретарши. При упоминании имени Уинтропа она буквально сжалась от страха и замолчала. Поверь, Мэтт, эта женщина чего-то смертельно боится.

– Она так и сказала? – терпеливо осведомился Мэтт.

– Нет.

– Или призналась, что имя Уинтропов наводит на нее ужас?

– Нет, но…

– Значит, не исключено, что она трясется при одном воспоминании о дружке, который ее избивает, или опасается, что в дом залезут грабители. У тебя нет никаких доказательств, верно?

– Ну, я… – начала было Дейна, но, наткнувшись на скептический взгляд собеседника, согласилась: – Ничего конкретного.

– Именно. Так вот насчет рейтинга…

День покатился по накатанной колее. Дейну закрутили повседневные дела. И не успела она опомниться, как наступил вечер. Скоро вечерние новости.

Джоан Сайниси сидела перед телевизором. На экране появилось лицо Дейны, читавшей последние известия. Джоан впилась глазами в ведущую, пытаясь понять, что теперь делать. Она прослушала весь выпуск и, когда настала очередь спортивных новостей, наконец приняла решение.

Глава 7

В понедельник, едва Дейна вошла в свой кабинет, появилась Оливия:

– Доброе утро. Вам три раза звонила какая-то женщина, пожелавшая остаться неизвестной.

– Даже номера не оставила?

– Нет. Обещала перезвонить.

Прошло с полчаса, прежде чем Оливия снова объявила:

– Опять та самая особа. Подойдете к телефону?

– Придется.

Дейна подняла трубку.

– Алло, это Дейна Эванс. Кто…

– Здравствуйте, я Джоан Сайниси.

Сердце Дейны тревожно забилось.

– Да, мисс Сайниси…

– Вы все еще хотите поговорить со мной? – нервно пробормотала Джоан.

– Да, очень!

– Я согласна.

– Можно мне приехать к вам?

– Нет! – панически вскрикнула женщина. – Встретимся в другом месте! Я… кажется, за мной следят.

– Как скажете. Где?

– В зоопарке, у вольера с экзотическими птицами. Можете приехать через час?

– Постараюсь.

В зоопарке почти никого не было. Зима. Ледяной декабрьский ветер разогнал обычных посетителей. В такую погоду не до животных. Да и день будний: все дети учатся. Дрожащая от холода Дейна стояла перед вольером с редкими птицами, высматривая Джоан Сайниси. Наконец, чувствуя, что больше не выдерживает, Дейна взглянула на часы. Она здесь уже почти час! Ладно, так и быть, потерпит еще пятнадцать минут.

Спустя пятнадцать минут Дейна дала себе слово подождать еще с полчасика.

На дальнейшие подвиги ее не хватило. Вероятно, Джоан все же передумала.

Пришлось вернуться на работу. Замерзшая, мокрая Дейна ворвалась в офис.

– Кто-нибудь звонил? – с надеждой спросила она Оливию.

– Человек шесть. Список на вашем столе.

Дейна вошла в кабинет и первым делом схватила список. Имени Джоан там не было. Дейна набрала ее номер и долго слушала длинные звонки, прежде чем повесить трубку.

Ничего еще не потеряно. Может, ее еще удастся вызвать на разговор!

Дейна еще раза два пыталась дозвониться до Джоан, но так и не сумела. И уже совсем было решилась поехать к ней домой, но все же сообразила, что будет лучше пока оставить Джоан в покое. Придется подождать, пока она сама захочет связаться с Дейной.

Но Джоан Сайниси словно сквозь землю провалилась.

Наутро Дейна проснулась, как всегда, рано и принялась приводить себя в порядок. По телевизору передавали шестичасовой выпуск новостей:

– …и ситуация в Чечне опять ухудшилась. Обнаружены несколько десятков трупов российских солдат, и несмотря на заверения российского правительства, что незаконные бандформирования удалось рассеять, а мятеж – подавить, война по-прежнему продолжается…

Переходим к местным новостям. Вчера в одном из районов столицы с террасы пентхауса на тринадцатом этаже упала женщина. Смерть наступила мгновенно. Погибшую звали Джоан Сайниси. Некоторое время назад она служила секретарем у ныне покойного посла Тейлора Уинтропа. Полиция ведет расследование.

Дейна оцепенело уставилась на экран, не в силах пошевелиться. Ее словно парализовало.

Приехав на студию, она немедленно отправилась к Мэтту.

– Мэтт, помнишь ту женщину, к которой я ездила? Джоан Сайниси, бывшая секретарша Тейлора Уинтропа?

– Помню, и что из того?

– В утренних новостях сообщили о ее гибели.

– Что?!

– Вчера утром она позвонила и сказала, что срочно хочет меня видеть. Судя по ее словам, она должна была сказать мне что-то очень важное. Я прождала ее в зоопарке полтора часа, но она так и не приехала.

– Значит, в это время…

– По телефону она упомянула, что за ней, похоже, следят.

Мэтт задумчиво поскреб подбородок:

– Иисусе, во что это мы вляпались?

– Понятия не имею. Придется навестить горничную Джоан.

– Дейна, – нерешительно окликнул Мэтт, когда она уже шла к двери.

– Что?

– Будь осторожна. Крайне осторожна.

Дейна молча кивнула, признавая правоту шефа. Когда она вошла в вестибюль дома, где жила Джоан, на посту стоял уже другой швейцар.

– Чем могу служить?

– Я Дейна Эванс. Пришла узнать подробности гибели мисс Сайниси. Какая ужасная смерть!

Лицо швейцара опечалилось.

– Верно, мисс, неприятная история. Она была такой милой леди. Никому не причиняла беспокойства. Всегда вежливая, сдержанная, воспитанная.

– У нее бывало много гостей? – как бы между прочим осведомилась Дейна.

– Почти никого. Она была очень замкнутой.

– Вы дежурили вчера, когда произошел… – Дейна чуть запнулась: -…несчастный случай?

– Нет, мэм.

– Но ведь кто-то был вместо вас?

– Конечно, мэм. Деннис. Полиция допросила его. Но в то время, когда бедняжка упала, его как раз послали с поручением.

– Мне хотелось бы поговорить с Гретой, горничной мисс Сайниси.

– Боюсь, это невозможно.

– Невозможно? Но почему?!

– Она сказала, что уезжает домой. Ужасно расстроилась и все время плакала.

– А где она живет?

– Понятия не имею, – покачал головой швейцар.

– А сейчас в квартире кто-то есть?

– Нет, мэм.

И тут Дейну осенило. Она все-таки попадет в квартиру погибшей!

– Босс велел мне сделать на WTN репортаж о смерти мисс Сайниси. Не могла бы я еще раз получше рассмотреть ее пентхаус? Я была там несколько дней назад, но не все запомнила.

Швейцар, немного подумав, пожал плечами.

– Нет проблем. Но я должен подняться с вами.

– Вот и хорошо, – обрадовалась Дейна.

Они молча поднялись на тринадцатый этаж. Швейцар вынул запасной ключ и открыл дверь квартиры «А». Дейна ступила через порог. Все точно так же, как в тот день, когда она сюда приходила.

Если не считать того, что Джоан больше нет.

– Хотите увидеть что-то определенное, мисс Эванс?

– Нет, – солгала Дейна. – Просто пытаюсь освежить свою память.

Она прошла в гостиную и направилась к террасе.

– Оттуда и упала несчастная леди, – объяснил швейцар.

Дейна выбралась на просторную террасу и шагнула к краю. По всему периметру террасы шел четырехфутовый карниз. Случайно выпасть отсюда просто невозможно. Ни в коем случае. Да и броситься не так-то легко.

Дейна поглядела вниз. На оживленную предрождественскую толпу.

Каким нужно быть зверем, чтобы расправиться с беззащитной женщиной?

Она вздрогнула, и швейцар немедленно оказался рядом.

– С вами все в порядке?

Дейна перевела дыхание.

– Да, ничего страшного. Спасибо.

– Желаете посмотреть еще что-то?

– Нет, спасибо, с меня вполне достаточно.

Здесь и вправду больше делать нечего. Нужно узнать подробности, а для этого придется ехать в полицию.

Вестибюль полицейского участка в деловой части города просто кишел задержанными хулиганами, пьяницами, проститутками и отчаявшимися туристами, чьи бумажники исчезли бесследно.

– Я хотела бы поговорить с детективом Маркусом Эбрамсом, – сказала Дейна дежурному сержанту.

– Третья дверь справа.

Дейна поблагодарила и свернула в коридор. Третья дверь была чуть приоткрыта. Дейна постучалась и быстро вошла.

– Детектив Эбрамс?

Верзила с грубыми чертами лица, пивным брюшком и усталыми карими глазами рылся в каталожном ящике.

– Это я. Что стряслось? – неохотно бросил он, но при виде Дейны лицо его оживилось. – Дейна Эванс? Чем могу служить?

– Мне сказали, что это вы расследуете… несчастный случай с Джоан Сайниси.

– Верно.

– Не могли бы вы рассказать подробности?

Детектив подхватил охапку папок и отнес к столу.

– Рассказывать, собственно говоря, почти нечего. Либо несчастный случай, либо самоубийство.

Дейна придвинула стул и села.

– А есть ли свидетели случившегося?

– Только горничная. Она была на кухне, когда это произошло. Утверждает, что больше в доме никого не было.

– Случайно не знаете, как я могу с ней связаться? – настаивала Дейна.

Детектив сосредоточенно нахмурился.

– Хотите заснять ее для сегодняшнего выпуска, верно?

– Верно, – улыбнулась Дейна.

Детектив Эбрамс вернулся к каталожному шкафу и, порывшись в бумагах, вынул карточку.

– Ну вот. Грета Миллер, Коннектикут-авеню, 1180. Это все?

Полчаса спустя Дейна медленно ехала по Коннектикут-авеню, поглядывая на номера домов. 1170… 1172… 1174… 1176… 1178…

Номер 1180 оказался автостоянкой.

– Ты в самом деле считаешь, что эту Сайниси сбросили с террасы? – в который раз допытывался Джефф.

– Джефф, зачем было звонить и назначать мне свидание, и еще уверять, что дело срочное, если собираешься покончить с собой? Кто-то очень не хотел, чтобы она разоткровенничалась. Какой-то леденящий ужас. Как в «Собаке Баскервилей». Никто не слышал собачьего лая. Никто ничего не знает.

– Что-то я начинаю побаиваться, – признался Джефф. – И не уверен, что тебе стоит продолжать копаться в этом.

– Но я уже не могу остановиться. Нужно выяснить истину.

– Если ты права, Дейна, то шесть убийств пока что остались безнаказанными.

Дейна зябко повела плечами.

– Понимаю… Кажется, придется опять идти к Бейкеру.

– …Представляешь, горничная дала полиции липовый адрес и исчезла, – жаловалась она Мэтту. – Во время нашего последнего разговора Джоан Сайниси явно нервничала, но мне вовсе не показалось, будто она настолько отчаялась, что решила покончить с собой. Уверена, что кто-то помог ей свалиться с террасы.

– Но доказательства? Откуда у тебя доказательства?

– Все равно я чувствую, что напала на след. При встрече Джоан вела себя вполне естественно до того момента, как было упомянуто имя Тейлора Уинтропа. И тут она запаниковала. Изменилась в лице, стала заикаться, не знала, как себя вести. Знаешь, я впервые увидела бреши в сверкающей серебром броне Тейлора Уинтропа. Значит, эта чудесная легенда, в которой он предстает сказочным принцем, мягко говоря, не совсем правдива. Люди, подобные Уинтропу, не откупаются от секретарш просто так. И уж разумеется, не окружают их роскошью. Значит, ей удалось раскопать что-то очень уж грязное. Пахнет шантажом. Нет, все это более чем странно. Мэтт, ты никого не знаешь из прежних коллег Тейлора Уинтропа? Из тех, кто мог вступить с ним в конфликт, но не побоится сказать об этом?

Мэтт немного подумал.

– Пожалуй, стоит потолковать с Роджером Хадсоном. Он был лидером партии большинства в конгрессе, прежде чем окончательно ушел на покой, и работал с Уинтропом в нескольких комитетах. И уж ему точно все нипочем. Смелый старик.

– Не мог бы ты договориться о встрече?

– Посмотрим, что можно сделать.

Мэтт позвонил уже через час.

– Роджер Хадсон тебя примет. Четверг, в полдень, у себя дома в Джорджтауне.

– Спасибо, Мэтт. Что бы я делала без тебя.

– Должен предупредить, Дейна…

– О чем?

– Хадсон может оказаться весьма колючим. Настоящий терновник.

– Постараюсь не подходить слишком близко.

Мэтт распрощался с Дейной и уже хотел было уйти, но тут неожиданно появился Эллиот Кромвелл.

– Я хотел бы поговорить с вами о Дейне, – объявил он с порога.

– Какие-то проблемы?

– Пока нет, но не хотелось бы, чтобы они появились. Эта история с Уинтропами, которую она расследует…

– И что?

– Она растревожила настоящее осиное гнездо. Действует на нервы кое-каким важным шишкам и, кроме того, зря тратит время. Я знал семью Уинтропов. Замечательные люди.

– Прекрасно! – оживился Мэтт. – Тем более еще одна трогательная история нам не помешает.

Эллиот пристально оглядел Мэтта и пожал плечами.

– Держите меня в курсе.

– Это засекреченная линия связи?

– Да, сэр.

– Сообщаю, что мы очень рассчитываем на информацию из WTN. Вы уверены, что сведения надежны?

– Абсолютно. Они исходят из административного здания.

Глава 8

В среду утром, когда Дейна готовила завтрак, на улице послышался шум мотора и громкие голоса. Выглянув из окна, она увидела фургон для перевозки мебели, стоящий перед входом в дом. Несколько грузчиков укладывали туда вещи. Странно, кто это переезжает? Все квартиры заняты и сданы в долгосрочную аренду.

Отмахнувшись от неуместных мыслей, Дейна принялась раскладывать овсянку по тарелкам. В дверь постучали. Пришла Дороти Уортон.

– Дейна у меня такие новости! – возбужденно затараторила она с порога. – Мы с Ховардом сегодня уезжаем в Рим.

– В Рим? Сегодня? – пролепетала потрясенная Дейна.

– Невероятно, правда? Я сама до сих пор не могу прийти в себя. Все держалось в секрете до последней минуты. На прошлой неделе к Ховарду пришел один человек. Мой милый муженек предупредил, чтобы я не проболталась о переговорах. Так вот, вчера вечером этот человек опять позвонил и предложил Ховарду работу, причем плата в три раза больше его теперешнего жалованья, – радостно щебетала сияющая Дороти.

– Что же, это… это чудесно, – пробормотала Дейна. – Мы будем скучать по вам.

– И нам вас будет не хватать.

В комнату заглянул Ховард:

– Похоже, Дороти уже успела выложить тебе все наши тайны?

– Да, и я рада за вас. Но вы все время твердили, что никуда отсюда не двинетесь! И тут, так внезапно…

Но Ховард, не слушая, продолжал:

– До сих пор в себя не приду. Как гром с небес! Такая уважаемая фирма! «Итальяно Рипристино»! И одна из самых больших в Италии. У них есть филиал, который занимается реставрацией руин. Уж и не знаю, откуда они обо мне услышали, но послали сюда своего представителя, чтобы заключить со мной контракт. В Риме много памятников, требующих ремонта. Они даже согласились оплатить часть аренды до конца года, чтобы мы могли получить обратно залог. Единственное условие: мы должны быть в Риме не позднее завтрашнего дня, а это значит, что сегодня нужно освободить квартиру.

– Согласитесь, что это несколько необычно, – осторожно заметила Дейна.

– Думаю, они просто спешат. Срочная работа или что-то в этом роде.

– Помочь вам сложить вещи?

Дороти покачала головой:

– Нет. Мы всю ночь возились. Почти все барахло отправляется в «Добрую волю» [12]. На новое жалованье Ховарда мы можем позволить себе кое-что получше.

– Звони почаще, Дороти, – смеясь, попросила Дейна. Они дружески распрощались, и еще до того, как Дейна отправилась на работу, Уортоны умчались в аэропорт.

Поднявшись к себе в офис, Дейна попросила Оливию:

– Не проверишь одну компанию? Это срочно.

– Конечно, проверю. Как она называется?

– «Итальяно Рипристино». Главное представительство, по-моему, в Риме.

– Сейчас сделаем.

Ничего не скажешь, Оливия свое дело знала. Не прошло и получаса, как она вручила Дейне листок бумаги.

– Тут все. Одна из самых известных европейских компаний.

У Дейны вырвался вздох облегчения.

– Слава Богу! Как я рада это слышать.

– Кстати, – добавила Оливия, – это не частная компания.

– Неужели?

– Именно. Акции принадлежат правительству.

Когда Дейна днем привезла Кемаля домой из школы, в квартиру Уортонов уже переехал новый жилец, мужчина средних лет в больших очках.

Всю неделю Дейна жила в ожидании встречи с Роджером Хадсоном, но четверг начался с неприятностей, и с каждой минутой лавина несчастий нарастала. На первом в этот день совещании Роберт Фенвик объявил:

– Похоже, вечером нам нечего будет показывать. Гвоздь выпуска накрылся.

– О чем ты? – встревожилась Дейна.

– Помните бригаду, которую мы послали в Ирландию? Мы еще собирались дать их репортаж сегодня.

– И что с ними?

– Арестованы. Все оборудование конфисковано.

– Ты это серьезно?

– Там, где речь идет об ирландцах, не до шуток. Но это еще не все.

Он протянул Дейне листок бумаги.

– А это сообщение о вашингтонском банкире, которому предъявлено обвинение в мошенничестве.

– Хороший репортаж, – кивнула Дейна. – Наш эксклюзив.

– А юридический отдел только сейчас ее зарубил.

– Как?!

– Опасаются, что нам предъявят иск.

– Потрясающе, – с горечью констатировала Дейна.

– Это еще не все. Свидетель по делу об убийстве, с которым мы должны были делать интервью в прямом эфире…

– А с ним что?

– Передумал. Не желает светиться.

Дейна застонала. Подумать только, еще десяти нет, а столько всего свалилось! Остается надеяться, что хотя бы встреча с Хадсоном удастся!

Но когда Дейна вернулась с совещания, Оливия предупредила:

– Уже одиннадцать часов, мисс Эванс. При такой погоде лучше выехать заранее, а то опоздаете.

– Спасибо, Оливия. Я вернусь часа через два-три.

Дейна выглянула в окно. Опять снег идет. Ничего не поделаешь, придется ехать.

Она надела пальто, закуталась шарфом и направилась к двери. Звякнул телефон.

– Мисс Эванс.

Дейна обернулась.

– Звонок по третьей линии.

– Не сейчас. Мне нужно ехать.

– Это из школы Кемаля.

Дейна, тяжело вздохнув, поспешила назад.

– Алло!

– Мисс Эванс?

– Да.

– Это Томас Генри.

– Мистер Генри, с Кемалем ничего не случилось?

– Честно говоря, не знаю, как ответить. Мне очень жаль, но Кемаля придется исключить.

Дейна бессильно опустилась на стул.

– Исключить? Почему? Что он сделал?

– Это не телефонный разговор. Вероятно, нам лучше всего обсудить это с глазу на глаз. Я был бы крайне признателен, если бы вы приехали за ним.

– Мистер Генри…

– Объясню при встрече, мисс Эванс. Спасибо.

Дейна медленно опустила трубку на рычаг. Что могло случиться?!

– Мисс Эванс, вам нехорошо? – участливо спросила Оливия.

– Хорошо. Куда уж лучше! – простонала Дейна. – Достойное завершение этого роскошного утра!

– Я могу помочь?

– Помолись за меня. Может, Господь тебя и услышит.

Она поехала в школу, гадая, что на этот раз натворил Кемаль. Но разве могла она представить сцену, разыгравшуюся сегодня перед уроками?

Утром, едва Дейна помахала на прощание Кемалю и отъехала, как из-под земли появился Рики Андервуд. Кемаль, как обычно, стараясь не замечать его, поспешил к входу, но Рики загородил ему дорогу.

– А вот и наш герой! Должно быть, твоя мамочка здорово злится! Неудобно ублажать ее одной рукой, верно? Пальцев не хватает…

Никто глазом не успел моргнуть, как Кемаль набросился на него, свалив молниеносным ударом ноги в пах. Рики взвыл и начал было сползать на землю, но Кемаль успел удержать его за шиворот и ловко всадил коленом в нос. В воздух брызнул фонтан крови. Кемаль нагнулся над неподвижной фигурой поверженного соперника.

– В следующий раз я тебя прикончу.

Дейна гнала машину на предельной скорости, боясь не успеть на свидание с Хадсоном. Что же стряслось в школе? Но что бы там ни было, а необходимо уговорить Генри оставить Кемаля в школе.

Директор уже ждал Дейну в своем кабинете. Кемаль сидел напротив его стола, уныло повесив голову. Вошедшей Дейне показалось, что она видела эту знакомую сцену десятки раз. Этакое ощущение дежа-вю.

– Мисс Эванс. Наконец-то!

– Что случилось? – вместо приветствия выпалила Дейна.

– Ваш сын сломал однокласснику нос и нижнюю челюсть. Мальчика пришлось отвезти в больницу.

– Но… как такое может быть? У Кемаля одна рука!

– Да, – сухо подтвердил директор, – зато две ноги. Их он и пустил в ход. Сломал коленом челюсть Рики Андервуду.

Кемаль с безразличным видом изучал потолок. Дейна подошла к нему.

– Кемаль, как ты мог решиться на такое?

– Легко, – бросил Кемаль, соизволив наконец взглянуть на нее.

– Теперь видите, мисс Эванс? – возмутился Генри. – Его поведение… просто не знаю, как и назвать! Боюсь, мы больше не можем мириться с подобными выходками. Я предлагаю вам найти для него более подходящую школу.

– Мистер Генри, Кемаль никогда не начинает драку первым, – горячо вступилась за приемного сына Дейна. – Вы не можете…

– Так решил совет школы, – твердо заявил директор, – и больше я ничего не могу для вас сделать.

Дейна тяжело вздохнула.

– Хорошо. Мы действительно поищем такую школу, где хотя бы попытаются разобраться в причинах так называемых выходок. Пойдем, Кемаль.

Мальчик встал, обжег директора презрительным взглядом и последовал за Дейной. Оба молчали. Дейна взглянула на часы. Она опаздывает на встречу с Хадсоном. И оставить Кемаля не с кем. Придется взять его с собой.

Только когда они уже сидели в машине, Дейна велела:

– Ладно, Кемаль, выкладывай, как было дело.

Но разве мог он повторить ту грязь, что услышал от Рики?

– Прости, Дейна, во всем виноват я, – промямлил он. Дьявол! Ну что с ним поделать?

Городское поместье Хадсона раскинулось на пяти акрах земли в самом престижном районе Джорджтауна. Дом, невидимый с улицы, представлял собой белоснежный трехэтажный особняк в георгианском стиле, выстроенный на холме. Длинная широкая аллея вела к самому крыльцу. Дейна остановила машину перед входом и повернулась к Кемалю:

– Ты идешь со мной.

– Зачем?

– Потому что на улице мороз. Выходи.

Дейна решительно направилась к двери. Кемаль неохотно поплелся следом. Перед тем как позвонить, она предупредила:

– Кемаль, я здесь по очень важному делу. Веди себя прилично. И будь поучтивее. Договорились?

– Ладно уж.

Дейна нажала кнопку звонка. На пороге появился великан с приятным лицом, в ливрее дворецкого.

– Мисс Эванс?

– Да.

– Я Сейзар. Мистер Хадсон ждет вас.

Он вопросительно взглянул на Кемаля, но промолчал.

– Могу я забрать у вас пальто?

Он подошел к длинному шкафу, стоявшему вдоль стены вестибюля и, очевидно, предназначенному для верхней одежды. Кемаль не сводил глаз с Сейзара, возвышавшегося над ним, как башня.

– Какой у вас рост? – не сдержался он.

– Кемаль! – одернула Дейна. – Не груби!

– Ничего страшного, мисс Эванс, я привык.

– Вы больше Майкла Джордана [13]?

– Боюсь, что так, – улыбнулся дворецкий. – Семь футов один дюйм [14]. Сюда, пожалуйста.

Вестибюль был громадным, с паркетным полом, антикварными зеркалами и мраморными столами. По стенам тянулись полки с бесценными китайскими статуэтками династии Мин и фигурками из венецианского стекла.

Сейзар провел Дейну и Кемаля широким коридором в гостиную, куда можно было попасть, спустившись на несколько ступенек. Дейна с любопытством оглядела светло-желтые стены и белые резные панели. Комната была со вкусом обставлена удобными диванами, приставными столиками в стиле королевы Анны и шератоновскими мягкими креслами, обтянутыми светло-желтым шелком.

Сенатор Роджер Хадсон и его жена Памела сидели за ломберным столиком. Оба поднялись, едва дворецкий объявил о приезде гостей.

Дейна сразу поняла, что Роджер Хадсон – твердый орешек. Строгое лицо, холодные серые глаза и настороженная улыбка. С таким лучше держать ухо востро. Во всем его облике читалась ледяная отчужденность.

В противоположность мужу Памела Хадсон оказалась настоящей красавицей, хоть и была ненамного его моложе. Зато в глазах светились тепло и доброта. В пепельно-русых волосах поблескивали серебряные прядки, которые она не считала нужным закрашивать.

– Простите, что опоздала, – извинилась Дейна. – Я Дейна Эванс, а это мой сын Кемаль.

– Роджер Хадсон. Моя жена Памела.

Дейна разыскала в Интернете сведения о Хадсоне. Его отец владел небольшой сталелитейной компанией «Хадсон индастриз», которую сын превратил в настоящую империю, принесшую ему миллиарды. Был лидером партии большинства в конгрессе, одно время возглавлял комитет вооруженных сил. Отошел от бизнеса. В настоящее время является политическим советником Белого дома. Двадцать пять лет назад женился на светской красавице Памеле Доннелли. Оба широко известны в вашингтонском обществе. Обладают большим влиянием на политическую жизнь Америки.

– Кемаль, это мистер и миссис Хадсон, – представила Дейна. – Мистер Хадсон, простите, что пришлось привезти его с собой, но…

– Ничего страшного, – заверила Памела. – Мы все знаем о Кемале.

– Правда? – удивилась Дейна.

– Ну конечно, о вас так много писали! И о том, как вы спасли мальчика из разоренного Сараево. Какой благородный поступок!

Роджер промолчал.

– Хотите есть? Что вам подать? – спросила Памела.

– Спасибо, я не голодна, – отказалась Дейна. Все посмотрели на Кемаля. Тот покачал головой.

– Садитесь, пожалуйста, – пригласил Роджер. Они с женой устроились на диване. Дейна и Кемаль предпочли мягкие кресла.

– Не совсем понял, почему вы хотели увидеться со мной, мисс Эванс, – чуть резковато бросил Хадсон. – Мэтт Бейкер просил принять вас. Чем могу быть полезен?

– Я хотела поговорить о Тейлоре Уинтропе.

– А в чем дело? – нахмурился Хадсон.

– Насколько я поняла, вы его знали?

– Да. Познакомились, когда Тейлор был нашим послом в России. В то время я был главой комитета вооруженных сил и полетел в Россию, чтобы определить величину ядерного потенциала. Тейлор провел с нашей делегацией два или три дня.

– И какого вы о нем мнения, мистер Хадсон?

Роджер надолго задумался.

– Откровенно говоря, мисс Эванс, его хваленое обаяние не произвело на меня большого впечатления. Но должен отметить компетентность и трудолюбие этого человека.

Кемаль скучающе огляделся, встал и побрел в другую комнату.

– Мистер Хадсон, вы не знаете случайно, не было ли у посла Уинтропа каких-либо неприятностей в России?

Роджер Хадсон недоуменно уставился на нее.

– Что-то я… какие именно неприятности?

– Сама не знаю. Нечто такое, после чего он нажил себе врагов. И не просто врагов. Смертельно опасных.

Хадсон медленно покачал головой.

– Мисс Эванс, если бы что-то подобное произошло, об этом узнал бы не только я, но и весь мир. Тейлор Уинтроп, можно сказать, жил на виду у всего мира. Могу я спросить, к чему ведут ваши расспросы?

– Видите ли, – смущенно объяснила Дейна, – я подумала, что Тейлор Уинтроп совершил нечто такое, что дало возможность этим самым врагам расправиться с ним и его семьей.

Хадсоны молча уставились на нее.

– Понимаю, – поспешно заверила Дейна, – что звучит все это достаточно неправдоподобно, но поймите – как могло получиться, что все они умерли насильственной смертью меньше чем за год?

– Мисс Эванс, – сухо ответствовал Хадсон, – я прожил на этом свете достаточно долго, чтобы твердо усвоить: на свете бывает все. Все что угодно. Позвольте узнать, на чем основаны ваши предположения?

– Если имеете в виду твердые доказательства… у меня их нет.

– И неудивительно, – кивнул Роджер и нерешительно добавил: – Правда, я слышал… впрочем, не важно.

Обе женщины насторожились.

– Дорогой, это несправедливо по отношению к мисс Эванс. Что ты хотел сказать?

– Ничего особенного, – пожал плечами Роджер. – Когда я был в Москве, ходили слухи, что Уинтроп заключил какую-то сделку с русскими. Частную сделку. Но я не из тех, кто верит сплетням, как, надеюсь, и вы, мисс Эванс.

В голосе Хадсона звучал откровенный упрек. Но Дейна не успела ответить. В соседней комнате раздался оглушительный грохот. Памела поспешила на шум. За ней последовали остальные. И остановились на пороге. На полу библиотеки валялись осколки голубой вазы династии Мин. Рядом стоял Кемаль.

– О Господи! – в ужасе ахнула Дейна. – Мне ужасно жаль! Кемаль, как ты…

– Я нечаянно.

Красная от стыда Дейна, заикаясь, пролепетала:

– Как мне вымолить прощение? Я, разумеется, заплачу… и…

– Пожалуйста, не волнуйтесь так, – добродушно улыбнулась Памела. – Наши собачки и не такое вытворяют.

Лицо Роджера было мрачнее тучи. Он попытался что-то сказать, но взгляд жены быстро привел его в чувство. Дейна сокрушенно рассматривала останки вазы.

Боже, да эта ваза скорее всего стоит сотни тысяч! Теперь придется лет десять выплачивать хозяевам ее стоимость!!

– Почему бы нам не вернуться в гостиную? – предложила Памела.

Дейна, схватив Кемаля за руку, потащила за собой.

– Не смей отходить от меня, – злобно прошипела она.

Они снова уселись.

– Как ты потерял руку, сынок? – неожиданно спросил Роджер у растерявшегося Кемаля.

Дейна мгновенно напряглась, ожидая неприятной сцены, но, к ее удивлению, мальчик с готовностью ответил:

– Бомба.

– Ясно. А твои родители?

– Вместе с сестрой погибли при налете.

– Чертовы войны, – пробурчал Хадсон.

В комнате появился Сейзар.

– Обед подан, сэр.

Обед оказался восхитительным. Дейна нашла Памелу очаровательной гостеприимной хозяйкой. Роджер Хадсон был по-прежнему погружен в свои мысли.

– Над чем вы сейчас работаете? – спросила Памела.

– Собираемся выпустить в эфир новую серию передач «Следы и улики». Нечто вроде независимого расследования. Хотим призвать к ответу людей, совершивших преступления и оставшихся безнаказанными, а также попытаемся помочь невинно осужденным.

– Пожалуй, лучшего места, чем Вашингтон, для вашей цели не найти. Столица буквально кишит лицемерными фарисеями, причем на самых верхах. С виду святее самого папы, а на деле – просто мошенники и шарлатаны, которым сходит с рук любое преступление.

– Роджер участвует в нескольких комитетах по правительственным реформам, – гордо пояснила Памела.

– И много хорошего это дает? – отмахнулся тот. – Похоже, что в последнее время граница между добром и злом становится довольно размытой и постепенно стирается. Жаль, что в школах не учат различать эту самую границу!

– Не расстраивайся, дорогой, – посоветовала Памела. – Кстати, мисс Эванс, в субботу мы устраиваем небольшую вечеринку. Надеюсь, у вас будет время приехать?

– Спасибо, с удовольствием, – улыбнулась Дейна.

– У вас есть молодой человек?

– Да. Джефф Коннорс.

– Спортивный комментатор на вашем канале? – оживился Роджер.

– Да.

– Он у вас молодец. Я иногда его слушаю. И с удовольствием познакомился бы.

– Уверена, что Джефф будет польщен, – заверила Дейна.

Когда Дейна и Кемаль собрались уходить, Роджер отвел девушку в сторону.

– Признаться, мисс Эванс, я нахожу, что все ваши теории насчет заговора против Уинтропов относятся к области фантазии. Но ради Мэтта Бейкера я готов проверить кое-что по своим каналам. Посмотрим, не найдется ли какого подтверждения, подкрепляющего ваши домыслы.

– Спасибо, мистер Хадсон.

– Признаться, мисс Эванс, я нахожу, что все ваши теории насчет заговора против Уинтропов относятся к области фантазии. Но ради Мэтта Бейкера я готов проверить кое-что по своим каналам. Посмотрим, не найдется ли какого подтверждения, подкрепляющего ваши домыслы.

– Спасибо, мистер Хадсон.

Конец записи.

Глава 9

В самый разгар утреннего совещания, когда Дейна вместе с репортерами и журналистами, проводящими расследование, оживленно обсуждала сюжеты новой криминальной передачи, в дверь конференц-зала просунулась голова Оливии.

– Вас срочно хочет видеть мистер Бейкер.

– Передай, что я сейчас буду.

Дейна нехотя встала и, объявив перерыв, пошла к выходу.

– Босс тебя ждет, – объявила Эбби, приветливо улыбаясь.

– Спасибо, Эбби. Замечательно выглядишь. Жизнерадостной, как птичка.

Эбби удовлетворенно кивнула.

– Наконец-то удалось выспаться. В последний раз, когда я…

– Дейна? Заходи! – прогремел Мэтт.

– Продолжение следует, – пообещала Эбби.

Дейна направилась в кабинет Мэтта.

– Как прошла встреча с Роджером Хадсоном? – вместо приветствия потребовал Мэтт.

– Мне показалось, его не слишком заинтересовала эта тема. Мало того, он считает мои теории безумными.

– Говорил я тебе, что белым и пушистым его не назовешь. Скорее уж мексиканским кактусом.

– Да, к нему так сразу не привыкнешь. Нужно время. Зато его жена – просто чудо. Такая милая! Послушал бы ты, как она рассуждает о грехах и пороках в вашингтонских верхах. Вот и говори после этого о падении нравов в нашем обществе.

– Знаю. Прекрасная женщина. Тут я с тобой согласен. Поговорив с Мэттом, Дейна решила, что сейчас самое время немного поесть, и спустилась в столовую.

В зале было не очень много народу, и Дейна почти не удивилась, когда навстречу поднялся Эллиот Кромвелл.

– Садитесь за мой столик, – пригласил он.

– Спасибо, – кивнула Дейна, выдвигая стул.

– Как Кемаль?

Дейна нерешительно поморщилась.

– Не хотелось бы говорить, но, боюсь, у нас проблемы.

– Вот как? Что за проблемы? Или это секрет?

– Кемаля исключили из школы.

– За что?

– Подрался и изувечил какого-то мальчика. Беднягу отвезли в больницу.

– Да, теперь все ясно.

– Уверена, что не Кемаль затеял потасовку, – мгновенно взъерошилась Дейна. – Над ним издевались из-за его увечья.

– Видно, нелегко ему приходится, – сочувственно вздохнул Кромвелл.

– В том-то все и дело. Я говорила с врачом насчет протеза, но он считает, что, пока мальчик растет, об этом не может быть и речи.

– В каком классе Кемаль?

– В седьмом.

Эллиот задумчиво покачал головой.

– Вы слышали о Подготовительной школе Линкольна?

– Еще бы! Но, насколько мне известно, туда очень трудно попасть. Да и отметки у Кемаля не слишком хорошие. Учится он не блестяще, если не считать математики и компьютерных классов.

– У меня там неплохие связи. Хотите, я поговорю кое с кем?

– Я… буду очень благодарна.

– Всегда готов помочь.

К концу дня Эллиот попросил Дейну зайти.

– У меня хорошие новости для вас. Я обратился к директрисе подготовительной школы Линкольна, и она согласилась принять Кемаля на испытательный срок. Сможете отвезти его туда завтра утром?

– Конечно. Я… – пролепетала еще не опомнившаяся Дейна, но тут до нее дошло. Кромвелл нашел время вспомнить о ней! – О, какое счастье! Я так рада! И бесконечно вам благодарна! Я так ценю все, что вы для меня сделали.

– Я хочу, чтобы вы знали, Дейна. Нет того, что я бы для вас не сделал. Я глубоко вас уважаю.

И ценю. Вы совершили настоящий подвиг благородства, привезя Кемаля в нашу страну. Мало найдется людей, подобных вам.

– С-спасибо большое, – пробормотала Дейна.

Уже выходя из кабинета, она подумала, что для такого поступка требуется не только огромное влияние, но и доброта. Кто бы подумал, что Эллиот способен заботиться о ближних?

Подготовительная школа Линкольна с первого же взгляда производила внушительное впечатление. Комплекс состоял из главного здания в эдвардианском стиле, трех флигелей поменьше, просторной, хорошо ухоженной территории с большими, чистыми, прекрасно оборудованными спортивными площадками.

Перед тем как войти, Дейна предупредила Кемаля:

– Кемаль, это лучшая школа в Вашингтоне. Ты можешь многому здесь научиться, если постараешься вести себя достойно и слушать преподавателей. Понятно?

– Зашибись.

– Только не лезь ни в какие свалки.

Кемаль промолчал.

Дейну и Кемаля провели в кабинет директора Ровены Тротт, привлекательной женщины с дружелюбной улыбкой.

– Добро пожаловать, – весело объявила она. – Я много слышала о вас, молодой человек. Мы с радостью примем вас в нашу семью.

Дейна с замиранием сердца ждала ответа Кемаля, но тот молчал. Приходилось спасать положение.

– Кемаль давно мечтал учиться у вас.

– Вот и прекрасно. Думаю, он быстро найдет себе новых друзей.

Кемаль так и не произнес ни слова.

В кабинет зашла пожилая женщина.

– Это Бекки, – представила миссис Тротт. – Бекки, это Кемаль. Бекки, если не возражаете, покажите Кемалю школу. Прежде всего следует познакомиться с преподавателями.

– Естественно. Сюда, Кемаль.

Кемаль умоляюще посмотрел на Дейну, но покорно повернулся и последовал за Бекки. У Дейны сжалось сердце.

– Я хочу объяснить насчет Кемаля… – начала она. – Он…

– Не стоит, мисс Эванс, – перебила Ровена. – Эллиот Кромвелл успел рассказать и о судьбе Кемаля, и о проблемах. Мальчик пережил такое, что не дано испытать многим взрослым, и мы готовы сделать для него снисхождение. В конце концов, ребенок должен адаптироваться к непривычной среде.

– Спасибо, – выдохнула Дейна со слезами на глазах.

– Мне переслали его табель из школы Рузвельта. Посмотрим, может, нам удастся добиться оценок повыше.

Дейна кивнула:

– Кемаль очень способный мальчик.

– Тут вы правы. Оценки по математике это доказывают. При соответствующем стимуле он начнет успевать и по другим предметам.

– Сознание собственной неполноценности больно его ранит, – добавила Дейна. – Но надеюсь, что сумею договориться насчет протеза.

– Желаю удачи, – понимающе улыбнулась миссис Тротт.

Дождавшись возвращения Кемаля, Дейна распрощалась с директрисой и повела мальчика к машине.

– Тебе непременно здесь понравится, – уверяла она притихшего Кемаля.

Тот угрюмо молчал.

– Чудесная школа, верно?

– Хрень собачья, – буркнул Кемаль.

Дейна от неожиданности остановилась.

– Почему?!

– Тут и теннисный корт, и футбольное поле, – с трудом выдавил Кемаль, – а я… я не могу даже…

Он жалобно шмыгнул носом. Дейна обхватила его и прижала к себе.

– Ничего, дорогой, что-нибудь придумаем.

Нужно немедленно что-то делать. Нельзя, чтобы малыш страдал ни за что ни про что!

Небольшая вечеринка у Хадсонов на деле оказалась роскошным приемом, где мужчины были в смокингах, а дамы – в модных вечерних туалетах. В элегантно обставленных комнатах толпились сильные мира сего, среди которых были министр обороны, несколько конгрессменов, глава Федерального резервного банка и германский посол.

У дверей гостей встречали хозяева. Дейна и Джефф приехали в самом начале вечера. Дейна познакомила Джеффа с Хадсонами.

– Я с огромным удовольствием слушаю ваши спортивные репортажи, – заметил Хадсон.

– Польщен, – коротко бросил Джефф.

– Позвольте представить вас кое-кому из гостей, – предложила Памела.

Здесь оказалось много знакомых лиц, и приветствия звучали сердечно. Похоже, почти все собравшиеся были поклонниками Дейны, Джеффа или обоих.

Улучив минутку, Дейна шепнула:

– Господи Боже, прямо оживший справочник «Кто есть кто».

Джефф нежно сжал ее руку.

– А ты, дорогая, – здесь самая яркая звезда.

– Ну уж нет, – смеясь, запротестовала Дейна. – Я… Но в эту минуту она заметила, что к ним направляются генерал Бустер и Джек Стоун.

– Добрый вечер, генерал, – вежливо поздоровалась девушка.

Бустер метнул на нее раздраженный взгляд.

– Какого черта вы здесь делаете? – пробурчал он. Дейна вспыхнула до корней волос.

– Это частный прием, – продолжал бушевать генерал. – Я не знал, что Хадсоны пригласили журналистов.

– Придержите язык! – разозлился Джефф. – Мы имеем столько же права…

Но Бустер, намеренно игнорируя его, наклонился к Дейне.

– Вспомните, о чем я предупреждал вас! Не нарывайтесь на неприятности!

Он резко повернулся и отошел. Джефф проводил его ошеломленным взглядом.

– Иисусе! Что это на него нашло?

Джек, красный как рак, переминался с ноги на ногу.

– Мне… мне ужасно жаль. Прошу извинить. С генералом иногда такое бывает… он не всегда сдержан… чувство такта…

– Мы заметили, – сухо обронил Джефф.

Ужин оказался поистине сказочным. Перед каждой парой лежало каллиграфически выписанное меню:

Русские блины с белужьей икрой и сливочным сыром.

Фазаний бульон «Амбассадор» с мякотью белых трюфелей и зеленой спаржей.

Паштет из гусиной печенки а-ля Бисмарк с бостонским салатом, перцем и соусом из винного уксуса.

Мэнские омары «термидор» с соусом из шампанского «Морне».

Говяжье филе «Веллингтон» с жареным картофелем «Орлов» и овощным соте.

Теплое шоколадное суфле с ликером из апельсиновой цедры, шоколадные пирожные под соусом «нуга».

Настоящее лукуллово пиршество!

К собственному удивлению, Дейна обнаружила, что ее сосед по столу не кто иной, как сам хозяин. Наверняка дело рук Памелы!

– Памела упоминала, что Кемаль теперь учится в школе Линкольна, – заметил он.

– Да. Такое счастье. Эллиот Кромвелл оказал мне огромную услугу. Необыкновенный человек!

– Я много хорошего о нем слышал, – согласился Роджер и с видимой неохотой добавил: – Возможно, это ничего не значит, но я узнал, что незадолго до того, как стать нашим послом в России, Уинтроп уверял близких друзей, что покончил с политикой.

Дейна нахмурилась.

– И все-таки принял новое назначение?

– Как видите.

Странно…

По пути домой Джефф спросил Дейну:

– Чем ты ухитрилась заслужить такую «любовь» генерала Бустера?

– Ему не нравится, что я пытаюсь расследовать обстоятельства гибели Уинтропов.

– Но какое ему дело?

– Ничего не объясняет. Просто рычит.

– Поверь, дорогая, его укус куда опаснее любого рычания, – медленно произнес Джефф. – Если ты его заденешь, приобретешь смертельного врага.

– Почему?

– Забыла, какой пост он занимает? Федеральное агентство исследований. Это не шутка.

– Знаю. Там разрабатываются проекты помощи развивающимся странам, ознакомления их с современными технологиями…

– Ну да, а Санта-Клаус существует на самом деле, – саркастически подхватил Джефф.

Дейна недоуменно пожала плечами:

– О чем это ты?

– Агентство – всего лишь официальное прикрытие, под которым работает контрразведка. Основное и главное назначение ФАИ – шпионить за агентствами иностранных разведок и перехватывать их обмен информацией. Большой Брат следит за всеми без исключения. Держит руку на пульсе. Они засекречены куда почище, чем Управление национальной безопасности.

– Тейлор Уинтроп одно время был главой ФАИ. Это интересно, – протянула Дейна.

– Советую тебе держаться подальше от генерала Бустера.

– Так и сделаю.

– Я знаю, милая, что няня просила тебя вернуться пораньше, так что если собираешься прямо домой…

Дейна приникла к нему:

– Ни за что. Няня подождет. А я не выдержу. Едем к тебе.

Джефф расплылся в улыбке.

– Я боялся, ты так и не попросишь.

Джефф жил в маленькой квартирке четырехэтажного дома на Мэдисон-стрит. Не успели они подняться наверх, как он потащил Дейну в спальню.

– Скорее бы найти жилье попросторнее, – вздохнул он. – У Кемаля должна быть своя комната. Почему бы нам…

– Почему бы нам не перейти от слов к делу? – предложила Дейна.

– Блестящая мысль, – прошептал Джефф, обнимая ее и нежно гладя бедра и спину.

Дейна блаженно вздохнула, ощущая, как ловкие пальцы Джеффа тянут вниз молнию ее платья.

– Знаешь, какое у тебя изумительное тело, любимая?

– Все мужчины это твердят с утра до ночи, – объявила Дейна. – Да что мужчины! Моя фигура – предмет толков целого города! Кстати, ты собираешься раздеться?

– Подумываю.

Дейна потерлась о него всем телом и начала расстегивать пуговки сорочки.

– Бесстыжая девчонка!

– Не повезло тебе, – притворно посочувствовала Дейна.

Пока Джефф скидывал одежду, она забралась в постель и блаженно потянулась. Скоро Джефф согрел ее теплом своих рук. Чувственный… нежный… любящий… в его объятиях она умирала и вновь возрождалась.

– Я так тебя люблю, – тихо призналась она.

– И я тебя, солнышко.

Джефф снова потянулся к ней, но тут раздалась трель сотового телефона.

– Твой или мой?

– Мой, – отмахнулся Джефф. – Пусть себе звонит.

– А вдруг что-то важное, – возразила Дейна.

– Ладно-ладно, – раздраженно проворчал Джефф и потянулся к телефону. – Алло?

Из нетерпеливого тон мгновенно превратился в обеспокоенный.

– Нет, все в порядке… Говори же! Конечно… я уверен, что волноваться не из-за чего. Скорее всего обыкновенный стресс.

Интересно, с кем это он так воркует целых пять минут?

– Верно… забудь эти глупости… согласен… спокойной ночи, Рейчел.

Джефф отключил телефон.

Не чересчур ли поздно для дружеских звонков?

– Что-то случилось, Джефф?

– Ничего особенного. Рейчел просто переутомилась. Слишком много работала. Ей давно пора отдохнуть. Ничего, она быстро поправится, – рассеянно объяснил Джефф и, притянув Дейну к себе, мягко спросил: – На чем мы остановились?

И волшебство снова развернуло свои радужные крылья.

Дейна забыла об Уинтропах, убийстве Джоан Сайниси, генералах, экономках, Кемале и школах, отдаваясь на волю желания. Жизнь внезапно стала ослепительным празднеством страсти.

* * *

Позже… гораздо позже… она нерешительно пробормотала:

– Боюсь, принцессе вновь пора превращаться в Золушку, дорогой.

– Зато в какую миленькую Золушку! Сейчас приготовлю карету.

Дейна лукаво покосилась на него:

– Пожалуй, экипаж подождет. Еще разочек?

Когда Дейна наконец добралась домой, приходящая няня уже изнывала от нетерпения.

– Половина второго! – негодующе прошипела она.

– Простите, никак не могла освободиться, – покаянно пробормотала Дейна и, порывшись в сумочке, сунула ей денег сверх условленной суммы. – Возьмите такси. В метро сейчас опасно. До завтра.

– Мисс Эванс, я думаю, вам следует знать… – едва слышно начала няня.

– Что-то случилось?

– Кемаль весь вечер допрашивал, когда вы придете. Мальчик себе места не находил. Что-то его тревожит.

– Спасибо, что сказали. Спокойной ночи, – попрощалась Дейна и прямиком направилась в комнату Кемаля.

Он сидел за компьютером, погруженный в игру.

– Привет, Дейна.

– Тебе давно пора видеть третий сон, приятель.

– Я ждал тебя. Весело было?

– Очень, но я скучала по тебе, родной.

Кемаль выключил компьютер.

– Ты теперь каждый вечер будешь уходить?

Дейна даже поежилась: столько невысказанных страхов в голосе мальчика!

– Постараюсь проводить с тобой больше времени, дорогой. Даю слово.

Глава 10

Телефонный звонок раздался совершенно неожиданно, в понедельник утром.

– Дейна Эванс?

– Да.

– Я доктор Джоул Хиршберг из Детского фонда.

– Слушаю… – озадаченно откликнулась Дейна.

– Эллиот Кромвелл упомянул, что у вас проблемы с протезом для сына.

– Д-да, – нерешительно подтвердила еще не пришедшая в себя Дейна.

– Мистер Кромвелл рассказал о том, какая беда случилась с вашим мальчиком. Наш фонд основан для того, чтобы помогать детям из разоренных войной стран. Судя по тому, что объяснял мистер Кромвелл, ваш сын полностью подпадает под эту категорию. Вы не хотели бы привести его к нам на осмотр?

– Ну… я… разумеется!

Они договорились встретиться во второй половине дня.

Когда Кемаль пришел из школы, Дейна, не дав ему снять куртку, взволнованно объявила:

– Мы едем к доктору за новой рукой для тебя. Правда, здорово?

– Не знаю, – подумав, буркнул Кемаль. – Все равно это ненастоящая рука.

– Ну, почти настоящая. Лучше все равно не найти. Согласен, приятель?

– По рукам.

Доктор Джоул Хиршберг, симпатичный мужчина лет сорока, с приятным серьезным лицом и уверенными манерами, уже ждал их в своем кабинете. Когда все перезнакомились, Дейна смущенно объяснила:

– Доктор, боюсь, прежде всего нам следует обсудить финансовый вопрос. Видите ли, мы уже были у хирурга, и он сказал, что, поскольку Кемаль растет, придется менять протез каждые…

– Мисс Эванс, – перебил доктор, – я хочу, чтобы вы поняли: Детский фонд предназначен для помощи детям опустошенных войной стран. Мы берем на себя все расходы.

Дейна облегченно вздохнула:

– Какое счастье.

Благослови Бог Эллиота Кромвелла! Она будет каждый вечер молиться за него!

Хиршберг обратился к Кемалю:

– А теперь, молодой человек, посмотрим, что там у вас.

Осмотр занял совсем немного времени. Уже через полчаса доктор повернулся к Дейне:

– Думаю, тут все в порядке. Будет у нас как новенький.

Он снял со стены большую схему.

– Сейчас мы пользуемся двумя типами протезов: миоэлектрическими, последней конструкции, и с кабельным управлением. Как видите, миоэлектрическая рука изготовлена из пластика, а сама кисть – из мягкой губчатой резины. Видите, как похожа на настоящую?

– А она двигается? – заволновался Кемаль.

– Кемаль, ты когда-нибудь думал о том, как было бы хорошо двигать рукой? Той, которой нет? – допытывался доктор.

– Да, – кивнул мальчик.

Доктор подался вперед.

– А теперь слушай: как только подумаешь о несуществующей руке, мышцы, которые привыкли ею двигать, сожмутся и начнут автоматически генерировать миоэлектрический сигнал. Иными словами, ты сумеешь по своему желанию сжимать и разжимать руку.

Лицо Кемаля озарилось радостью.

– Правда? Но как… как мне надевать и снимать руку?

– Нет ничего проще. Видишь, рука снабжена присоской. Достаточно натянуть ее на культю. Рука спрятана в тонкий нейлоновый чехол, так что мочить ее нельзя, зато ты сможешь делать почти все, что захочешь. Это все равно что туфли. Снимаешь на ночь, надеваешь утром.

– А сколько она весит? – поинтересовалась Дейна.

– От шести унций до фунта.

– Ну как, парень? Попробуем? – загорелась она.

Кемаль безуспешно пытался скрыть волнение.

– А она правда будет как настоящая?

– Правда, – улыбнулся доктор.

– Отпад.

– Тебе пришлось стать левшой, так что теперь нужно снова переучиваться. На это потребуется время, Кемаль. Новую руку ты получишь немедленно, но ты должен несколько раз посетить невропатолога, чтобы научиться ею действовать и управлять сигналами. Рука должна стать частью твоего тела.

Кемаль перевел дыхание.

– Круто.

Дейна крепко обняла Кемаля.

– Все будет хорошо, – прошептала она, едва сдерживая слезы.

Доктор Хиршберг ободряюще улыбнулся.

– А теперь за работу.

Вернувшись на студию, Дейна прежде всего поднялась в кабинет Эллиота.

– Эллиот, мы только что были у доктора Хиршберга.

– Рад это слышать. Надеюсь, он сумеет помочь Кемалю.

– Уже сумел. Даже подумать страшно, скольким я вам обязана.

– Дейна, это такие пустяки! Я рад, что смог быть полезным. Только время от времени давайте знать, как идут дела.

– Обязательно.

Да хранит тебя Бог.

* * *

Она погрузилась в работу с головой и даже не услышала шагов Оливии.

– Цветы! – объявила секретарь, внося в комнату роскошный букет роз.

– Какая прелесть! – воскликнула Дейна.

В цветах лежал белый конверт. Она разорвала его и прочитала карточку:

«Дорогая мисс Эванс! Наш друг громко лает, но не кусает. Надеюсь, цветы вам понравятся. Джек Стоун».

Дейна снова пробежала глазами записку.

Интересно. А Джефф утверждал обратное. Кому же верить?

У Дейны возникло отчетливое чувство, что Стоун ненавидит работу. И ненавидит босса. Пожалуй, это стоит запомнить. И следует поблагодарить Джека за цветы, иначе он посчитает ее невежливой.

Дейна позвонила Стоуну в ФАИ.

– Мистер Стоун? Я только хотела поблагодарить вас за прекрасные…

– Вы у себя?

– Да.

– Я перезвоню, – тихо бросил он.

Короткие гудки.

Он перезвонил через три минуты.

– Мисс Эванс, для нас обоих будет лучше, если наш общий друг ничего не будет знать об этом разговоре. Я старался разубедить его в отношении вас и вашего приятеля, но он – человек упрямый. Если я когда-нибудь вам понадоблюсь… действительно понадоблюсь… на самом деле… позвоните мне на сотовый. Я сейчас дам номер. По нему вы везде меня найдете.

– Спасибо, – пробормотала Дейна, записывая номер.

– Мисс Эванс…

– Что?

– Нет, ничего. Только будьте осторожны.

* * *

Когда утром этого дня Стоун приехал на работу, в кабинете уже сидел генерал Бустер.

– Джек, у меня такое ощущение, что от этой сучки Эванс так и жди неприятностей. Я хочу, чтобы вы собрали на нее подробное досье. И держите меня в курсе.

– Обязательно сэр.

«Черта с два ты от меня чего дождешься».

Он вышел и немедленно позвонил в цветочный магазин, попросив послать Дейне цветы.

Дождавшись перерыва на обед, Дейна попросила Джеффа спуститься в столовую и рассказала о сегодняшних событиях.

– Я так волнуюсь, дорогой, – призналась она. – Этот звонок все изменил! Кемаль злился на весь мир, потому что чувствовал себя неполноценным. Хуже остальных. Но теперь все будет по-другому.

– Должно быть, он вне себя от радости, – заметил Джефф. – Я по себе знаю. Сам на седьмом небе.

– И самое главное, что за все платит Детский фонд. Если бы мы могли…

Телефон Джеффа звякнул.

– Прости, детка.

Он поднес трубку к уху и нажал кнопку.

– Алло? Вот как…

И, метнув взгляд на Дейну, коротко бросил:

– Нет… все в порядке… выкладывай…

Дейна сидела как на иголках, делая вид, что не слушает.

– Да… вижу… понятно… Скорее всего ничего серьезного, но нужно идти к врачу. Ты где? В Бразилии? Там неплохие доктора. Конечно… Понимаю… нет…

Так продолжалось до бесконечности.

– Береги себя, – мрачно попрощался Джефф. – До встречи.

Он медленно опустил трубку.

– Рейчел? – спросила Дейна.

– Да. У нее неважно со здоровьем. Отменила съемки в Рио. Такого с ней никогда не было.

– Почему она звонит именно тебе, Джефф?

– Больше у нее никого нет, милая. Рейчел очень одинока.

– До свидания, Джефф.

Рейчел нехотя повесила трубку. Ей так страшно расставаться с Джеффом!

Она выглянула в окно, под которым расстилался пляж Ипанема. Жара. Изнуряющая жара.

Она вернулась в спальню и в изнеможении свалилась на кровать. Голова кружилась. Перед глазами все плыло. События этого ужасного дня мелькали перед глазами, как кадры немого кино. А ведь все начиналось как обычно. Утром на пляже начались съемки рекламного ролика для «Америкэн экспресс». Где-то около полудня режиссер объявил:

– Последний дубль выше всех похвал, Рейчел. Но неплохо бы сделать еще один.

Она уже хотела согласиться, когда с языка само собой сорвалось:

– Нет. Прости, не могу.

Режиссер изумленно захлопал глазами.

– Не понял.

– Я на ногах не держусь. Прости, пожалуйста. Это все.

Она повернулась и побрела к отелю, в прохладу вестибюля. В безопасность комнаты. Ее трясло. Тошнило так, что она боялась не дойти.

Что это с ней? Она вся горит.

Рейчел подняла трубку и позвонила Джеффу. От звуков его голоса сразу стало легче.

Спасибо Богу, что есть Джефф. Он всегда готов помочь, моя соломинка… мой спасательный круг.

Поговорив с Джеффом, Рейчел легла и прижалась щекой к подушке.

Нам было хорошо вместе. Он был таким добрым, заботливым, милым. Нам нравились одни и те же вещи, мы любили все делать вдвоем. Как я могла отказаться от него?

Непрошеные воспоминания нахлынули на Рейчел. Воспоминания о бесславном конце супружеской жизни. О разрыве, причиной которого была она. Только она.

Все началось с телефонного звонка.

– Рейчел Стивенс?

– Да.

– Вам звонит Родерик Маршалл.

Один из самых известных голливудских режиссеров!

Секунду спустя Маршалл взял трубку.

– Мисс Стивенс, это Родерик Маршалл. Надеюсь, вы знаете, кто я?

Рейчел видела почти все его фильмы.

– Разумеется, мистер Маршалл.

– Мне показали ваши снимки. Не хотите стать кинозвездой? «Твентис сенчури фокс» ждет вас. Я прошу приехать и сняться для кинопроб.

– Н-не знаю, – выдавила Рейчел. – Не знаю, есть ли у меня талант. Я никогда…

– Не волнуйтесь, я обо всем позабочусь. Мы оплатим дорогу и номер в отеле. Я сам буду руководить кинопробами. Как скоро вы сможете вылететь?

Рейчел сверилась с рабочим графиком:

– Через три недели.

– Прекрасно. Студия зарезервирует билеты и номер.

Только повесив трубку, Рейчел сообразила, что не посоветовалась с Джеффом. Но вряд ли он будет возражать. Они и так почти не бывают вместе.

– Голливуд? – повторил Джефф.

– Это большая удача, милый.

– Хорошо, поезжай, – кивнул муж. – Уверен, что тебя ждет успех. Станешь великой актрисой.

– Поедешь со мной?

– Дорогая, в понедельник мы играем в Кливленде, потом в Вашингтоне и Чикаго. До конца сезона еще много матчей. Боюсь, команда заметит, если один из ведущих питчеров вдруг исчезнет.

– Жаль, – вздохнула Рейчел, стараясь не показать виду, как ее это огорчило. – Похоже, у нас все меньше общих тем…

– Просто мы нечасто бываем вместе.

Рейчел хотела что-то добавить, но передумала. Сейчас не время.

В лос-анджелесском аэропорту ее встречал представитель студии в роскошном лимузине.

– Меня зовут Генри Форд, – объявил он с усмешкой. – Предупреждая расспросы, скажу сразу: не родственник. Разрешаю именовать меня Хэнком.

Лимузин влился в полосу транспорта. По пути Хэнк увлеченно разыгрывал роль экскурсовода.

– Впервые в Голливуде, мисс Стивенс?

– Нет, я уже здесь бывала. В последний раз – два года назад.

– Ну, с тех пор здесь многое изменилось. Голливуд вырос и похорошел. Если любите блеск и роскошь, вам здесь понравится.

– Обожаю блеск и роскошь.

– Студия сняла вам номер в «Шато Мармон». Там останавливаются все знаменитости.

– Правда? – с деланным восторгом воскликнула Рейчел, притворяясь, что потрясена оказанной ей честью.

– О да. Там умер Джон Белуши, от передозировки.

– Неужели?

– Там жили Гейбл, Пол Ньюмен, Мэрилин Монро.

Он долго перечислял имена звезд – очевидно, в надежде произвести впечатление на новенькую. Но Рейчел уже не слушала.

Отель «Шато Мармон», точная копия старинного замка из исторического фильма, располагался к северу от бульвара Сансет.

– Я заеду за вами в два часа и отвезу на студию. Там вы встретитесь с Родериком Маршаллом, – пообещал Хэнк.

– Буду ждать, – кивнула Рейчел.

В назначенное время она вошла в офис режиссера, сорокалетнего, подвижного, плотно сбитого коротышки, заряженного, казалось, неиссякаемой электрической энергией.

– Уверен, вы не пожалеете, что приехали. Я хочу сделать вас самой яркой звездой на голливудском небосклоне. Пробы завтра. Сейчас попрошу ассистентку отвести вас в костюмерную и подобрать что-нибудь получше. Будете играть сцену из нашего старого шедевра «Конец мечты». Завтра в семь утра грим и прическа. Но думаю, для вас тут нет ничего нового, верно?

– Верно, – глухо повторила Рейчел, погруженная в собственные мысли.

– Вы здесь одна, Рейчел?

– Да.

– Почему бы нам сегодня не поужинать?

Рейчел, немного подумав, согласилась.

– В восемь у вас в номере.

Ужин превратился в череду нескончаемых развлечений.

– Самое главное – знать, куда хочешь пойти, и суметь туда попасть, – пояснил Маршалл. – В Лос-Анджелесе – самые шикарные ночные клубы.

Вечер начался с посещения «Стандарда», отеля с ультрамодным баром и рестораном на бульваре Сансет. Проходя мимо стойки портье, Рейчел в изумлении остановилась. Рядом со стойкой, за витриной матированного стекла, красовалась живая картина: обнаженная модель.

– Ну, не круто? – восхищенно воскликнул Маршалл.

– Фантастика, – равнодушно отозвалась Рейчел.

За ужином последовал целый калейдоскоп шумных, переполненных ночных клубов, и к концу вечера Рейчел едва держалась на ногах. Родерик довез ее до отеля и вежливо распрощался.

– Спокойной ночи. Отдохните получше. С завтрашнего дня вся ваша жизнь необратимо изменится.

В семь утра Рейчел уже сидела в гримерной. Боб Ван Дазен, старший гример, оценивающе оглядел ее и ухмыльнулся:

– Подумать только, мне за это еще и платят!

Рейчел рассмеялась.

– И зачем вам грим? Природа и без того о вас позаботилась.

– Спасибо, Боб.

Когда все было готово, костюмерша помогла Рейчел надеть выбранное накануне платье. Ассистент режиссера отвел ее в огромное ателье, где уже ждали Маршалл и съемочная бригада. При взгляде на актрису режиссер восхищенно присвистнул:

– Само совершенство! Итак, Рейчел, пробы пройдут в два этапа. Садитесь, и я стану задавать вам вопросы за кадром. Не смущайтесь, ведите себя естественно. От вас требуется всего лишь быть собой. Ясно?

– Вполне. А второй этап?

– Короткая сцена, о которой я уже упоминал.

Рейчел села. Вокруг хлопотали помощники оператора, производящие наводку на резкость.

Родерик Маршалл встал рядом с камерой.

– Вы готовы?

– Да.

– Прекрасно. Успокойтесь, все идет лучше некуда. Расслабились. Начинаем. Мотор! Начали! Доброе утро.

– Доброе утро.

– Я слышал, вы известная модель.

– Совершенно верно, – улыбнулась Рейчел.

– Как вы попали в этот бизнес? Когда начали?

– В пятнадцать лет. Мы с матерью пришли в ресторан. Владелец агентства моделей случайно увидел меня, подошел и заговорил с матерью. Через несколько дней я получила работу.

Интервью продолжалось с четверть часа. Минуты пролетели незаметно. Рейчел вела себя непринужденно, отвечала на вопросы легко и раскованно, блистая остроумием.

– Снято! Превосходно! – воскликнул Маршалл и протянул ей листочек с ролью. – Сделаем перерыв, а вы, Рейчел, пока прочтите это. Когда приготовитесь, скажите, и мы начнем съемку. Вы молодец, Рейчел. Настоящий профессионал.

Рейчел прочитала текст короткого диалога, в котором жена просила у мужа развода. Постаравшись запомнить длинную фразу, она еще раз пробежала глазами строчки.

– Я готова.

Ее познакомили с партнером, Кэвином Уэбстером, красивым молодым человеком, начинающим голливудским актером.

– Итак, – провозгласил Родерик, – начинаем. Камера! Пошли!

Рейчел шагнула к Кевину и, сжав кулаки, процедила:

– Утром я говорила с адвокатом, Клифф. Попросила его начать бракоразводный процесс.

– Я уже слышал. Не считаешь, что стоило сначала потолковать со мной?

– Сколько же можно? Весь прошлый год мы только это и обсуждали. Наш брак превратился в фарс. Но ты словно ничего не слышишь, кроме себя, Джефф.

– Стоп, – велел Родерик. – Рейчел, по роли его зовут Клифф.

– Извините, – пролепетала красная от смущения Рейчел.

– Давайте еще раз. Дубль два.

Господи, совсем как у них с Джеффом. Это наш брак превратился в фарс. И стоит ли удивляться? У каждого своя жизнь. Мы почти не видим друг друга. Встречаемся с интересными, привлекательными людьми, но не позволяем себе влюбиться, воспылать чувствами к кому-то другому из-за больше ничего не значащих обетов.

– Рейчел!

– Прошу прощения.

Все началось по-новой.

К тому времени, когда все наконец кончилось, Рейчел приняла два решения.

Голливуд и карьера звезды не для нее.

И она хочет развестись…

И теперь, лежа в постели, обессиленная и больная, Рейчел думала о том, какую ужасную ошибку совершила, позволив Джеффу уйти из ее жизни.

Во вторник после уроков Дейна отвезла Кемаля к невропатологу, учившему мальчика обращаться с протезом. Искусственная рука выглядела совсем как настоящая и прекрасно действовала, но Кемаль с трудом привыкал к ней – как морально, так и физически.

– Протез ощущается как некий посторонний предмет, к которому словно бы прикреплено тело, – объяснил врач Дейне. – Наша задача заключается в том, чтобы мальчик почувствовал его неотъемлемой частью своего организма. Кемалю нужно свыкнуться с мыслью о том, что теперь у него две руки. Обычно период обучения занимает два-три месяца. Но должен предупредить, что вам придется нелегко.

– Мы справимся, – заверила Дейна.

Предсказания невропатолога сбылись. Наутро Кемаль вышел к завтраку без протеза.

– Есть хочется.

Дейна удивленно уставилась на него.

– Где твоя рука, Кемаль?

Кемаль с вызывающим видом поднял левую руку.

– Разве не видишь?

– Ты прекрасно понимаешь, что я говорю о протезе!

– Этом уродстве? Больше я его не надену.

– Ты привыкнешь, дорогой. Обещаю. Хотя бы попробуй. Он поможет тебе…

– Никто мне не поможет, я долбаный калека…

Не зная, чем утешить приемного сына, Дейна в молчаливом отчаянии смотрела на него. Но спорить и пререкаться было некогда. Кемалю нужно было идти в школу, Дейну ждала работа.

Сегодня она снова поехала к детективу Эбрамсу. Тот сидел в кабинете, старательно заполняя протоколы, и при виде Дейны недовольно поморщился.

– Знаете, что я больше всего ненавижу в этой проклятой работе? – пробурчал он, ткнув пальцем в ворох бумаг. – Это! Вместо того чтобы развлекаться отстрелом всякой швали, я… ах, черт, совсем забыл, что вы репортер! Надеюсь, мои откровения не станут достоянием гласности?

– Слишком поздно. Слово не воробей.

– Чем могу служить сегодня, мисс Эванс?

– Да все тем же. Забежала спросить о деле Сайниси. Вскрытие проводилось?

– Чистая проформа.

Эбрамс вынул из стола заключение медэксперта.

– И ничего подозрительного не обнаружили?

Детектив просмотрел бумаги.

– Ни алкоголя… ни наркотиков… все чисто… Похоже, леди впала в депрессию и решила разом со всем покончить. Удовлетворены?

– Вполне, – кивнула Дейна.

Следующим пунктом ее плана было посещение детектива Финикса Уилсона.

– Доброе утро, детектив Уилсон.

– Что привело вас в мою скромную обитель?

– Хотела узнать, нет ли чего нового по делу об убийстве Гэри Уинтропа?

Детектив вздохнул и задумчиво почесал переносицу:

– Абсолютный ноль. Ни черта. А я-то был склонен считать, что к этому времени всплывет хоть часть картин. Честно признаться, я здорово на это рассчитывал.

У Дейны едва не вырвалось, что на его месте она забыла бы о картинах, но при таких обстоятельствах, пожалуй, лучше придержать язык. Вместо этого она спросила:

– И никаких улик?

– Ни единой. Ублюдкам удалось замести следы. В Америке не так много преступников специализируется на краже произведений искусства, но те, что есть, действуют приблизительно по одной схеме. Во всяком случае, их методы довольно предсказуемы. Поэтому случившееся так меня удивляет.

– Удивляет?

– Да. Нетипичное преступление.

– Чем же именно?

– Грабители-«антиквары» не убивают безоружных людей. Да и не было у них причин хладнокровно прикончить Гэри Уинтропа, который ничего им не мог сделать. Кстати, вы каким-то образом заинтересованы в расследовании?

– Нет, – солгала Дейна. – Обычное любопытство. Я…

– Не важно, – оборвал Уилсон. – Я в любое время к вашим услугам. Не забывайте нас.

А в это время в штаб-квартире ФАИ, в охраняемом офисе генерала Бустера, шло оживленное совещание. Наконец генерал отпустил участников, но велел Джеку Стоуну остаться.

– Что там с этой Эванс? – прогремел он.

– Шныряет по городу, лезет всюду со своими расспросами, но, по-моему, все это достаточно безвредно. Она все равно ничего не добьется.

– Слишком уж она усердно обнюхивает все углы. Переходите к варианту три.

– Когда начинать?

– Вчера.

Джек едва не поморщился, но вовремя сдержался. Не дай Бог, Бустер что-то заподозрит!

В самый разгар подготовки к вечернему выпуску в кабинете Дейны появился Мэтт.

– Мне только что звонили насчет тебя.

– Должно быть, поклонники еще не успели от меня устать, – беспечно отозвалась Дейна.

– Этому поклоннику ты, видать, осточертела.

– Да что ты!

– Звонили из ФАИ. Просили прекратить заниматься делом Уинтропов. И, заметь, никаких официальных каналов. Чисто неформальная просьба. То, что называется «дружеский совет». Похоже, они просят тебя не лезть в чужие дела.

– Похоже, – согласилась Дейна, глядя Мэтту в глаза. – В связи с этим интересно бы понять почему? Зачем им это? И запомни, я не собираюсь удирать в кусты, потому что федеральное агентство погрозило мне пальчиком. Все началось в Аспене, когда Тейлор с женой погибли в огне. Поэтому я прежде всего отправляюсь туда, и если что-то разведаю… Представляешь, какая бомба для первого выпуска «Следов и улик»?

– Сколько времени тебе потребуется?

– День-два, не больше.

– Валяй.

Глава 11

Рейчел было так плохо, что малейшее усилие причиняло боль. Она не могла перейти из комнаты в комнату, чтобы не свалиться в изнеможении. Она не могла припомнить, когда еще так уставала. Наверное, это грипп или что-то вроде. Джефф прав, следует показаться доктору. Сейчас неплохо бы принять ванну. Теплая вода творит чудеса.

Рейчел растянулась в просторной ванне. Как хорошо!

Она принялась лениво намыливаться. Брусок мыла выскользнул из неловкой руки. Пальцы Рейчел случайно коснулись груди и нащупали странное уплотнение.

В первый момент Рейчел оцепенела от шока, но тут же постаралась взять себя в руки и успокоиться.

Какая чушь! Она никогда не паникует! И вовсе это не рак! Стоит ли пугаться по всякому поводу! Она не курит, следит за собой. Делает зарядку. Ни у кого из родных не было рака! Все обойдется. Тем более следует обследоваться, но это не рак.

Рейчел встала, вытерлась и, накинув халат, взяла телефонную трубку.

– Агентство моделей Бетти Ричмен.

– Мне бы хотелось поговорить с мисс Ричмен. Передайте, что звонит Рейчел Стивенс.

– Сию минуту, мисс Стивенс.

Рейчел не пришлось долго ждать.

– Солнышко! Это ты? – жизнерадостно воскликнула Бетти. – Как приятно слышать твой голос! Ты здорова?

– Разумеется. А почему ты спрашиваешь?

– Ну… после того, как ты скомкала съемки в Рио, я подумала, что, может быть…

– Нет-нет, – засмеялась Рейчел. – Просто переутомилась. Но сейчас все прошло, и я рвусь в бой.

– Слава Богу! Ты и не представляешь, какой на тебя спрос! Все хотят только тебя!

– Я готова! Какой у нас выбор?

– Подожди минуту… Вот оно… нашла… Съемки рекламного ролика на острове Аруба. На следующей неделе. У тебя еще уйма времени. Просили именно тебя.

– Обожаю Арубу. Согласна. Запиши меня.

– Готово. Рада, что тебе лучше.

– Я в полном порядке.

– Пришлю тебе сценарий.

Распрощавшись, Рейчел немедленно позвонила доктору Грэму Элджину. Они договорились встретиться завтра в два часа. Ровно в назначенное время девушка вошла в кабинет доктора.

– Добрый день, мистер Элджин.

– А, мисс Стивенс! Рад вас видеть. Давненько у нас не были. Что-то случилось?

– У меня небольшая киста в правой груди, и…

– Так вы уже были у врача?

– Нет, но я знаю, что это. Небольшая киста, я в этом уверена. Пожалуйста, удалите ее. Только осторожно. Я модель, и, сами понимаете, шрамы при моей профессии – непозволительная роскошь. Маленький рубец я всегда смогу замазать гримом. На следующей неделе я вылетаю на Арубу, так что буду признательна, если вы назначите операцию на завтра или послезавтра.

Доктор исподволь изучал пациентку. Столь неестественное спокойствие при такой, мягко говоря, неприятной ситуации. Странно…

– Позвольте сначала обследовать вас. Придется сделать биопсию. Но если необходимо, мы всегда сможем оперировать на этой неделе.

– Превосходно! – просияла Рейчел. – Меня это устраивает.

Доктор Элджин встал.

– Пойдемте в соседнюю комнату. Я попрошу сестру принести вам больничную сорочку.

Рейчел поежилась.

Сначала все оказалось не так страшно. Медсестра помогла Рейчел переодеться, и доктор Элджин стал осторожно пальпировать опухоль.

– Говорю же, доктор, это всего лишь киста.

– Согласен, мисс Стивенс. Но чтобы окончательно убедиться, нужно взять биопсию. Сейчас все сделаем.

Рейчел едва сдержала крик, когда доктор Элджин проколол кожу тонкой иглой и взял немного ткани.

– Ну, вот и все. Не так уж и страшно, верно?

– Да. А как скоро…

– Я немедленно пошлю анализ в лабораторию, и к завтрашнему утру получим предварительное заключение цитологов.

– Спасибо, – улыбнулась Рейчел. – Пойду собираться в поездку.

Приехав домой, она первым делом вынула два чемодана, положила на кровать и, подойдя к шкафу, принялась вынимать вещи. В спальню вошла Жанетт Родс, приходящая уборщица.

– Мисс Стивенс, вы опять нас покидаете?

– Приходится.

– И куда на этот раз?

– На Арубу.

– Где это?

– Чудесный остров в Карибском море, к северу от Венесуэлы. Настоящий рай. Солнечные пляжи, прекрасные отели, и кормят изумительно.

– Звучит заманчиво.

– Кстати, Жанетт, мне бы хотелось, чтобы в мое отсутствие вы приходили три раза в неделю.

– Конечно, мисс Стивенс.

Утром, ровно в десять, прозвенел звонок. Рейчел, не открывая глаз, потянулась к трубке.

– Мисс Стивенс?

– Да.

– Это доктор Элджин.

Рейчел сразу забыла о сне. Наконец-то!

– Здравствуйте, доктор! Нашли время для операции?

– Мисс Стивенс, я получил заключение цитологической лаборатории. Если сумеете приехать ко мне, чтобы…

– Нет-нет, я хочу услышать прямо сейчас!

Доктор нерешительно помолчал.

– Видите ли… не хотелось бы обсуждать такие темы по телефону… но, боюсь, предварительное заключение показало, что у вас рак.

Джефф увлеченно писал сегодняшнюю спортивную колонку, когда секретарь позвала его к телефону. Он неохотно оторвался от своего занятия и взял трубку.

– Джефф, – всхлипнула Рейчел.

– Рейчел, это ты? Что с тобой? Что случилось?

– У… меня… рак груди…

– О Господи, неужели это так серьезно?!

– Еще не знаю. Маммограмму не успела сделать. Джефф, одной мне это не вынести. Знаю, что слишком многого прошу, но не мог бы ты приехать?

– Рейчел… боюсь… это…

– Всего на один день. Пока… пока я не узнаю всего.

Она снова заплакала.

– Рейчел, – выдавил Джефф, – я попытаюсь. Перезвоню позже.

Отчаянные рыдания не давали ей говорить.

Вернувшись с очередного производственного совещания, Дейна попросила секретаршу заказать билет в Ас-пен, зарезервировать отель и позвонить в прокат автомобилей.

– Все сделаю, – заверила Оливия. – Кстати, вас ждет мистер Коннорс.

– Спасибо, Оливия, – кивнула Дейна, открывая дверь кабинета.

Джефф стоял спиной к ней, глядя в окно.

– Привет, дорогой.

– Это ты, Дейна, – глухо пробормотал он, оборачиваясь, и Дейна с ужасом увидела, что его лицо искажено болью.

– У тебя все в порядке?

– Как посмотреть, – выдавил он. – И да, и нет.

– Сядь, – захлопотала Дейна, подталкивая его к стулу. – И объясни, что стряслось.

Джефф тяжело вздохнул.

– У Рейчел рак груди.

Дейна тихо охнула.

– Какой ужас! И что теперь с ней будет?

– Она позвонила утром. Еще ничего не известно. Скоро будет ясно, насколько это серьезно. Но бедняжка в панике. Просила меня приехать во Флориду и помочь ей выстоять. Но я сначала хотел поговорить с тобой.

Дейна подошла к Джеффу и, обняв, прижалась грудью к спине.

– Ну разумеется, ты должен помочь Рейчел.

Какое несчастье!

Она вспомнила обед втроем, веселую, остроумную, доброжелательную Рейчел и едва не заплакала.

– Вернусь через пару дней, – пообещал Джефф. – Пойду отпрошусь у Бейкера.

Войдя в кабинет Мэтта, он с порога сказал:

– У меня беда, Мэтт. Придется уехать на несколько дней.

– Что-то с тобой, Джефф?

– Нет. С Рейчел.

– Твоей бывшей женой?

Джефф кивнул.

– Только что узнала, что у нее рак.

– Мне очень жаль.

– Так или иначе, она нуждается в моральной поддержке. Я хотел бы сегодня же вылететь во Флориду.

– Что поделать, раз нужно… Попрошу Мори Фолстейн заменить тебя. Дай мне знать, как пойдут дела.

– Обязательно. Спасибо, Мэтт.

Два часа спустя Джефф вылетел в Майами. А Дейна тем временем решала нелегкую проблему: как быть с Кемалем. Не может она отправиться в Аспен, если не найдет, с кем оставить мальчика! Но кто сумеет справиться с уборкой, стиркой и готовкой да еще присматривать за самым своевольным подростком в мире!

Немного поразмыслив, она позвонила Памеле Хадсон.

– Простите за то, что навязываю вам свои проблемы, – извинилась она, – но мне придется ненадолго покинуть Вашингтон, а оставить Кемаля не на кого. Не могли бы вы порекомендовать честную домоправительницу, обладающую терпением святой и не слишком дорогую?

– Честную, говорите? – задумчиво протянула миссис Хадсон. – Как ни странно, знаю. Мэри Роуэн Дейли. Она работала у нас лет десять назад. Настоящее сокровище. Погодите немного, я найду ее номер и попрошу позвонить вам.

– Вы меня выручили! – обрадовалась Дейна.

– Пока нет, но, надеюсь, все образуется. Надежды миссис Хадсон оправдались. Не прошло и часа, как Оливия сообщила, что звонит некая Мэри Дейли. Дейна с радостью схватила трубку.

– Миссис Дейли?

– Она самая, – ответил низкий голос с ирландским выговором. – Миссис Хадсон передала, что за вашим сыном некому присмотреть.

– Совершенно верно, – откликнулась Дейна. – Я собираюсь уехать в командировку дня на два. Не могли бы вы приехать завтра с утра… скажем, часов в семь, чтобы спокойно поговорить?

– Разумеется, смогу. На ваше счастье, я как раз свободна.

Дейна дала миссис Дейли свой адрес, и та еще раз пообещала к семи быть на месте.

И сдержала слово. Ровно в семь добродушная пухленькая женщина лет пятидесяти, с приветливой улыбкой и ямочками на щеках, позвонила в дверь квартиры Дейны.

– Рада познакомиться, – воскликнула она, пожимая руку хозяйке. – Когда есть время, всегда смотрю ваши передачи.

– Спасибо, миссис Дейли.

– Просто Мэри. А где молодой человек?

– Кемаль! – позвала Дейна.

Кемаль неохотно выполз из комнаты и с плохо скрытым пренебрежением оглядел миссис Дейли. Но та как ни в чем не бывало продолжала улыбаться.

– Кемаль? Так тебя зовут? Никогда раньше не слыхала такого имени. А выглядишь настоящим дьяволенком.

Она подошла к нему и взъерошила волосы.

– Ладно, позже шепнешь мне на ушко, что любишь больше всего. Знаешь, как я здорово готовлю! Мы с тобой поладим, Кемаль, вот увидишь.

«От всей души на это надеюсь, – устало подумала Дейна, – иначе страшно подумать, что будет…»

– Мэри, вы сможете побыть с Кемалем, пока я в отъезде?

– Ну конечно, мисс Эванс.

– Слава Богу! – облегченно вздохнула Дейна. – Боюсь, у нас не слишком просторно, спать придется…

– Не беспокойтесь, – отмахнулась миссис Дейли, – сойдет и раскладной диван.

– Не представляете, как я вам благодарна!

Дейна взглянула на часы.

– Не сможете поехать со мной? Я завезу Кемаля в школу, покажу вам дорогу, а вы заберете его без четверти час.

– Договорились.

Кемаль неожиданно бросился к Дейне:

– Ты вернешься? Правда вернешься?

Дейна крепко обняла перепуганного мальчика.

– Ну куда я от тебя денусь, милый? Просто у меня много дел.

– Когда?

– Через несколько дней.

И вероятно, с некоторыми ответами…

Прибыв на студию, Дейна обнаружила на своем столе маленький сверток в красивой упаковке. Она с любопытством повертела его в руках, развязала ленточку и открыла. Внутри оказалась изящная ручка. На приложенной карточке красовалась всего одна строчка: «Дорогая Дейна, счастливого путешествия. Любящая банда».

Растроганная Дейна сунула ручку в сумочку.

Как раз в ту минуту, когда она садилась в самолет, неприметный мужчина в рабочем комбинезоне позвонил в бывшую квартиру Уортонов. На пороге возник новый жилец. Они переглянулись, кивнули друг другу, и дверь снова закрылась. Мужчина подошел к квартире Дейны и нажал кнопку. Открыла миссис Дейли.

– Что вам нужно?

– Мисс Эванс прислала меня починить телевизор.

– Ладно, входите.

Миссис Дейли с легким недоверием наблюдала за возившимся у телевизора мастером. Но тот словно не замечал ее взгляда.

Глава 12

Рейчел встречала Джеффа в аэропорту Майами. Тот в который раз поразился ее красоте. Невозможно поверить, что она так больна! Какая несправедливость судьбы!

Рейчел бросилась ему на шею и всхлипнула:

– О, Джефф! Спасибо, что не бросил меня!

– Выглядишь изумительно, – заверил Джефф, подводя ее к лимузину. – Вот увидишь, все обойдется. Ничего у тебя страшного нет.

– Ты, как всегда, прав.

По дороге домой сначала оба неловко молчали. Потом Рейчел тихо поинтересовалась:

– Как Дейна?

Джефф замялся, боясь показать, как счастлив. Но все же, поколебавшись, ответил:

– Все хорошо.

– Повезло, что она у тебя есть. Представляешь, я договорилась о съемках на Арубе!

– Арубе?

– Ну да! И знаешь, почему я взяла этот заказ? Потому что там мы провели наш медовый месяц. Как назывался тот отель, где мы жили?

– «Оренджстад».

– Как там было чудесно! И мы еще взбирались на ту гору… как ее…

– Хоберг.

– Значит, ты ничего не забыл? – нежно улыбнулась Рейчел.

– Не знаю таких людей, которые не запомнили бы свой медовый месяц, – отшутился Джефф.

Рейчел положила руку ему на плечо.

– Божественно, правда? Нигде больше не видела таких белоснежных пляжей!

– И ты боялась загореть, – усмехнулся Джефф. – Заворачивалась в халат и полотенца, один нос торчал, как у мумии.

Настало минутное молчание.

– Если бы ты знал, как я жалею, Джефф!

– О чем? – удивился Джефф, озадаченно глядя на Рейчел.

– О том, что у нас… впрочем, не важно. Те дни на Арубе были самыми счастливыми в моей жизни.

– Изумительное место, – уклончиво пробормотал.

Джефф. – Рыбалка, виндсерфинг, подводное плавание, теннис, гольф…

– И у нас ни для чего не хватало времени, верно?

– Еще бы! – засмеялся Джефф.

– Утром у меня маммограмма. Не хочу идти туда одна. Поедешь со мной?

– Естественно. Не волнуйся, я буду рядом.

Машина остановилась у входной двери дома Рейчел. Джефф внес свои вещи в гостиную, бросил на пол и огляделся:

– Мило. Очень мило.

Рейчел робко обняла его.

– Спасибо, Джефф.

И он ощутил, как она дрожит.

Маммограмму делали в госпитале «Тауэр имиджинг». Джефф остался в комнате для посетителей, а сестра отвела Рейчел переодеться и проводила в рентгеновский кабинет.

– Это займет минут пятнадцать, мисс Стивенс. Вы готовы?

– Да. Когда будут результаты?

– Их передадут вашему онкологу. К завтрашнему утру должны быть.

К завтрашнему утру…

Рейчел беспомощно огляделась. Завтра все будет ясно, но как дожить до этой минуты?

Она молча оделась и вышла к Джеффу. Они посмотрели друг на друга, но не произнесли ни слова. Да и о чем тут говорить? И так все ясно.

К завтрашнему утру…

Онколога звали Скотт Янг. Джефф и Рейчел вошли в его кабинет.

– Садитесь, – пригласил врач.

Они сели и выжидающе уставились на доктора. Тот мельком взглянул на Рейчел и тут же опустил глаза.

– Боюсь, у меня для вас плохие новости, мисс Стивенс.

– Ч-что? – пробормотала Рейчел.

– Результаты вашей биопсии и маммограммы показывают наличие пролиферирующей карциномы.

Лицо Рейчел смертельно побледнело.

– Н-не понимаю. Что это такое?

– К сожалению, вам необходима мастэктомия.

– Нет! – истерически вскрикнула Рейчел. – Ни за что… есть же другие способы?!

– Есть. Но не в вашем случае. Болезнь зашла слишком далеко.

Рейчел покачала головой.

– Я сейчас не могу оперироваться. Видите ли, на следующей неделе у меня съемки на Арубе. После этого я лягу в больницу.

Увидев встревоженное лицо доктора, Джефф поспешно спросил:

– А вы что предлагаете, доктор Янг?

– Ложиться на операцию, и как можно скорее.

Джефф повернулся к Рейчел. Она изо всех сил сжимала губы, стараясь не расплакаться.

– Мне… хотелось бы услышать мнение другого специалиста, – выговорила она наконец.

– Совершенно с вами согласен. Это ваше право.

Они попрощались и вышли. Рейчел едва держалась на ногах. Джефф обнял ее за талию, уговаривая успокоиться.

– Мы немедленно проконсультируемся у другого онколога. Наверняка найдется выход. Этот врач слишком молод и категоричен.

Но выхода не нашлось. Доктор Эрон Камерон был внимателен и участлив, но приговор Янга не смягчил.

– К несчастью, ничего другого не остается. Я все внимательно рассмотрел и считаю, что доктор Янг прав. Я бы рекомендовал немедленную мастэктомию.

– Спасибо, доктор, – выдавила Рейчел, стараясь не расплакаться и стискивая руку Джеффа. – Думаю, на этом все.

Они не помнили, как оказались в коридоре.

– Ну что, теперь обратно к Янгу? – прошептал Джефф.

Оказалось, что доктор Янг их уже ждет.

– Похоже, вы были правы, – призналась Рейчел. – Просто я не могу…

Воцарилась мертвенная скорбная тишина. Наконец Рейчел не выдержала.

– Хорошо, – выдохнула она. – Если вы уверены, что это необходимо…

– Мы сделаем все возможное, – заверил Янг. – Перед операцией я вызову пластического хирурга, чтобы обсудить возможность маммопластики [15] или протезирования. Современная медицина способна на настоящие чудеса.

Джефф обнял Рейчел за плечи, и та горько заплакала, тихонько поскуливая, как брошенный щенок. Джефф нежно гладил ее по голове, не находя слов утешения. Да и есть ли они, эти слова?

Прямого рейса из Вашингтона в Аспен не было. Дей-на полетела в Денвер на самолете компании «Делта эйр-лайнз», а оттуда пересела на самолет «Юнайтед экспресс». Но позже так и не смогла припомнить детали этого путешествия. Все слилось в одну тревожную мысль: что с Рейчел? Какие муки ей приходится выносить? И за что?

Хорошо, что хотя бы Джефф рядом! Бедная Рейчел!

Не давала покоя и тревога за Кемаля.

Что, если миссис Дейли уйдет до моего возвращения? Не справится с ним и бросит? Придется…

В динамиках раздался голос стюардессы:

– Леди и джентльмены, через пятнадцать минут мы приземлимся в аэропорту Аспена. Пожалуйста, пристегните ремни и верните спинки сидений в вертикальное положение.

Дейна попыталась сосредоточиться на том, что ее ждало впереди.

* * *

Мэтт Бейкер сидел за заваленным бумагами столом и пытался разобраться в сегодняшней эфирной сетке. Он так увлекся, что даже не поднял головы, услышав чьи-то шаги. В комнату стремительно вошел Эллиот Кромвелл.

– Насколько я понял, Дейна сегодня не ведет вечерний выпуск?

– Нет. Вылетела в Аспен.

– Ищет подтверждения своей теории об уничтожении семьи Уинтропов?

– Похоже.

– Я прошу вас держать меня в курсе, – резко бросил Кромвелл и, не прощаясь, вышел. Мэтт удивленно покачал головой. Ну и ну! Кажется, он не на шутку увлечен Дейной. Вон как волнуется! А как же Джефф? Неужели назревает классический любовный треугольник?!

Он тяжело вздохнул и снова зарылся в бумаги.

Выйдя из самолета, Дейна направилась к стойке агентства по прокату машин, где громко спорил с клерком какой-то мужчина.

– Я доктор Карл Рамзи, – доказывал он, – и заказал машину неделю назад.

– Прошу прощения, доктор Рамзи, но, боюсь, произошло недоразумение, – извинялся клерк. – У нас ни единого свободного авто. У входа в аэропорт автобусная стоянка, или, если хотите, я вызову такси…

– Не стоит, – буркнул доктор, устремляясь к выходу. Дейна, слышавшая часть спора, недовольно вздохнула. Неужели и ее ждет отказ?!

– Я Дейна Эванс, – представилась она. – Заказывала у вас машину.

– Совершенно верно, мисс Эванс, – улыбнулся клерк. – Мы вас ждали.

Он дал ей подписать бланк квитанции и вручил ключи. – Белый «лексус» на стоянке. Место номер один.

– Спасибо. Не можете объяснить, как добраться до отеля «Литл Нелл»?

– Мимо него не проедете. Как раз в центре города. Ист-Дюран-авеню, 675. Вам там понравится.

– Еще раз спасибо, – кивнула Дейна.

Клерк долго смотрел ей вслед.

Какого черта тут творится?! И что это за история?

Он зябко передернул плечами. Лучше не лезть не в свое дело.

Отель был построен в стиле элегантного швейцарского шале, уютно прижавшегося к подножию живописных гор.

В вестибюле красовался огромный, от пола до потолка, камин, где зимой постоянно горело веселое пламя. Окна выходили на увенчанные снежными шапками Скалистые горы. Постояльцы в лыжных костюмах сидели на диванах и огромных мягких креслах, отдыхая и расслабляясь. Дейна оглядела роскошную обстановку и подумала, что Джеффу бы здесь понравилось. Может, стоит провести здесь неделю, когда…

Заполнив карточку регистрации, она спросила портье:

– Вы, случайно, не знаете, где дом Тейлора Уинтропа?

Он как-то странно поглядел на нее, но все же ответил:

– Дом Уинтропов? Его больше нет. Сгорел дотла.

– Знаю, – кивнула Дейна, – просто хотела видеть…

– Там не на что смотреть. Просто груда обугленных развалин, но если желаете, поезжайте на восток. Конандрем-Крик-Вэлли. Милях в шести отсюда.

– Прекрасно. Не попросите отнести мои чемоданы в номер?

– Немедленно, мисс Эванс.

Дейна снова вышла на улицу.

Участок, на котором когда-то располагался бывший дом Тейлора Уинтропа в Конандрем-Крик-Вэлли, находился на территории одного из лесных заказников. Дом – одноэтажное здание из местного камня и красного дерева, – выстроенный в прелестном уединенном уголке с большим прудом, где водились бобры, и протекавшей неподалеку речкой, когда-то, по-видимому, был очаровательным уголком. Да и сейчас вид был изумительный. Но теперь всю эту красоту, словно отвратительный, грубый шрам, беспощадно уродовали остатки выгоревшего до фундамента жилища, где совсем недавно погибли два человека.

Дейна обошла окрестности, представляя, как все это выглядело когда-то. Очевидно, дом был очень большим, со множеством окон и дверей. Странно, что Уинтропы не сумели выбраться! В конце концов, не так уж было сложно выпрыгнуть в окно без риска разбиться! И наверняка они не сразу потеряли сознание от дыма! Нет, все это не так просто! Что бы там ни говорили, а подозрения Дейны все усиливались. Пожалуй, стоит навестить пожарное депо.

Не успела Дейна появиться в административном здании пожарной охраны, как к ней немедленно подошел высокий, загорелый, хорошо сложенный мужчина. Дейна невольно загляделась на подтянутого незнакомца. Должно быть, он все свободное время проводит на горных склонах!

– Здравствуйте, мэм. Что-то срочное?

– Я читала о пожаре в доме Тейлора Уинтропа и хотела бы узнать подробности.

– Да, немыслимая трагедия. Это случилось год назад. В этом городе не бывало ничего ужасней.

– В какое время суток начался пожар?

Если собеседник и посчитал этот вопрос несколько необычным, то виду не подал. Даже плечами не пожал.

– Глубокой ночью. Мы получили вызов в три часа. Пожарные машины прибыли на место минут через десять, но было уже поздно. Дом полыхал, как факел. Мы даже не знали, остался ли кто внутри, пока не потушили огонь и не обнаружили тела. Впечатление, доложу я вам, было не из приятных. Никогда не забуду!

– Вы установили причину пожара?

– Через несколько дней, – кивнул он. – Что-то с электропроводкой.

– Не знаете, что именно?

– Точно не скажу, но за день до несчастья хозяева вызывали электрика, чтобы устранить неполадки.

– Нельзя ли конкретнее?

– По-моему, вышла из строя пожарная сигнализация.

У Дейны заколотилось сердце. Вот оно!

– А тот электрик, что чинил ее… вы, случайно, не записали его имени? – как бы между делом бросила она.

– Нет, но полиция наверняка его допрашивала.

– Спасибо за информацию.

Мужчина с любопытством уставился на Дейну:

– Почему вас это так заинтересовало?

– Пишу статью о пожарах на американских лыжных курортах, – серьезно пояснила Дейна.

Что ж, и тут почти ничего нового. Но, может, пожарный прав и полиции известно имя таинственного электрика? Значит, следующей остановкой будет полицейский участок.

Оказалось, что здание городской полиции, одноэтажное строение из красного кирпича, находилось всего кварталах в шести от отеля Дейны. Полицейский, коротавший время за чтением документов, поднял глаза и обрадованно воскликнул:

– Вы Дейна Эванс? Та самая, с телевидения?

– Та самая, – кивнула девушка.

– Я капитан Тернер. Чем могу помочь, мисс Эванс?

– Я делаю материал о пожаре, в котором погибли Тейлор Уинтроп и его жена.

– Боже, какой это был кошмар! Здешних обитателей до сих пор трясет!

Капитан неловко повел плечом, словно ему вдруг стало холодно.

– Их можно понять.

– И не говорите. Жаль, что Уинтропов так и не спасли.

– Я слышала, что пожар начался из-за чего-то вроде короткого замыкания?

– Верно, так и было, – подтвердил капитан.

– Это не мог быть поджог? – допытывалась Дейна.

Капитан сурово нахмурился.

– Поджог? Ни в коем случае. Расследование проводилось со всей тщательностью.

– Я хотела бы поговорить с электриком, который чинил сигнализацию накануне пожара. Вы знаете, как его звали?

– Не помню, но в протоколы имя наверняка занесено. Хотите, чтобы я проверил?

– Если можно.

Капитан поднял телефонную трубку, бросил несколько коротких фраз и повернулся к Дейне:

– Впервые в Аспене?

– Да.

– Фантастическая красота, не находите? Кстати, любите горные лыжи?

– Нет. Ни разу на них не стояла.

Зато любит Джефф. Когда мы приедем сюда…

К столу подошла симпатичная девушка в мундире и протянула капитану Тернеру листок бумаги. Тот передал его Дейне. На листке была всего одна строчка:

«Ол Ларсон электрикл компани». Билл Келли.

– Это вниз по улице. Два шага.

– Не знаю, как и благодарить, капитан Тернер.

– Что вы, не за что. Мне это не составило труда.

Как только Дейна вышла на улицу, мужчина, стоявший на противоположной стороне, поспешно отвернулся и поднес к уху сотовый телефон. Но девушка, не обратив внимания, села в машину и медленно поехала в указанном направлении, боясь пропустить нужное здание.

Нужный дом она нашла довольно быстро и бодро взбежала на крыльцо невзрачного серого строения. В приемной сидел загорелый атлет, как две капли воды похожий на того, с кем она беседовала в пожарном депо. Вежливо привстав, он поздоровался:

– Доброе утро, мэм.

– Доброе, – согласилась Дейна. – Я хотела бы побеседовать с Биллом Келли.

– И я тоже не прочь, – проворчал он.

– Простите?

– Я о Келли. Он исчез почти год назад.

– Исчез? – удивилась Дейна.

– Да, вот так просто взял и слинял. Ни слова не сказал. Даже причитающееся жалованье не забрал.

– Вы не помните точно, когда это было? – медленно выговорила Дейна.

– Еще бы не помнить! В день пожара. Того, большого. Ну, знаете, в котором погибли Уинтропы.

У Дейны по спине пробежал озноб.

– Понятно. И с тех пор вы ничего не слышали о мистере Келли?

– Абсолютно. Как сквозь землю провалился.

Над маленьким заброшенным островком у самой оконечности Южной Америки все утро словно пчелиный рой гудели моторы прибывающих самолетов. Когда приземлился последний и машины увезли пассажиров, наступила обычная тишина. Правда, ненадолго. До конца совещания. Совещания, о котором знали только заинтересованные лица.

Сюда, на важную встречу, в обстановке строгой секретности собрались двадцать с лишним участников. Обстановка как нельзя лучше соответствовала целям этого тайного сборища. Гостей усадили в бдительно охраняемом только что выстроенном здании, которое планировалось снести, как только собеседники разъедутся по домам. В центр зала вышел оратор.

– Добро пожаловать на наш скромный остров. Счастлив видеть лица не только старых знакомых, но и новых друзей. Прежде чем приступить к делу, должен предупредить, что кое-кто среди нас озабочен возникшей весьма неприятной проблемой. Среди нас есть предатель, угрожающий раскрыть суть наших… э-э-э… операций. К сожалению, мы пока не знаем, кто он. Но заверяю вас, что он будет пойман в самое ближайшее время и его ждет участь всех предателей. Никто и ничто не встанет на нашем пути.

По рядам кресел пронесся удивленный шепоток.

– Ну а теперь начнем наш аукцион. Сегодня у нас шестнадцать лотов. Начнем с двух миллиардов. Кажется, уже есть первая заявка? Да. Два миллиарда долларов. Нет, три. Кто больше, господа?

Глава 13

Вернувшись вечером в номер, Дейна ошеломленно замерла на пороге. Все было в порядке. Все выглядело точно так же, как утром, и все же… Откуда это внезапное чувство, что здесь кто-то побывал? Разве ее вещи перекладывали?

Опять «цыплячий синдром»!

Дейна вздохнула и укоризненно покачала головой. Лучше выбросить все эти глупости из головы и позвонить домой.

Ответила миссис Дейли.

– Квартира Эванс.

Слава Богу, она все еще на месте!

– Миссис Дейли!

– Это вы, мисс Эванс?

– Добрый вечер. Как Кемаль?

– Выделывается, конечно, не без этого. Настоящий дьяволенок. Но я и не с такими справлялась. У меня самой росли такие же бесенята.

– Значит, все… в порядке?

– Не волнуйтесь.

Дейна облегченно перевела дыхание.

– Можно с ним поговорить?

– Почему нет? Кемаль, мама звонит!

Послышался топот ног.

– Привет, Дейна.

– Здравствуй, милый. Как поживаешь, старина?

– Клево.

– А школа?

– Нормально.

– С миссис Дейли ладишь?

– Да, она тетка ничего.

Ничего?! Да она действительно чудо!

– Когда приедешь, Дейна?

– Завтра буду дома. Ты поужинал?

– Да. Правду сказать, все не так уж и плохо.

Дейну так и подмывало спросить: «Ты ли это, Кемаль?»

Такие перемены! Да она на седьмом небе от радости!

– Ладно, дорогой. Увидимся завтра. Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, Дейна.

Пора подвести итоги. Что-то она все-таки узнала. Не слишком много, но достаточно для того, чтобы подтвердить подозрения.

Дейна рассеянно направилась в ванную. Как она устала. Пожалуй, лучше всего лечь.

Она расстелила постель, надела ночную рубашку и облегченно вздохнула, предвкушая долгий спокойный сон, но, услышав звонок телефона, забыла обо всем.

– Алло?

– Джефф! – восторженно завопила Дейна. – О, Джефф!

Какое счастье, что у ее телефона такой большой роу-минг!

– Я позвонил, чтобы пожаловаться, как безбожно тоскую по тебе.

– А я-то! Просто умираю! Ты еще во Флориде?

– Да.

– Ну, что там?

– Не слишком хорошо, – вздохнул Джефф. – Вернее, хуже некуда. Завтра Рейчел делают операцию. Придется отнять грудь.

– О, не может быть!

– Она совсем пала духом.

– Господи, бедняжка!

– И не говори. Что за подлая штука – жизнь! Дорогая, я просто не дождусь, когда снова тебя увижу. Я уже говорил, что с ума по тебе схожу?

– Это я без ума от тебя!

– Тебе ничего не нужно, Дейна?

Только тебя.

– Нет. Все в порядке.

– А как Кемаль?

– Кажется, привыкает. Кстати, у меня новая домоправительница, которая сумела ему понравиться.

– Хоть какие-то хорошие новости. Когда только мы будем вместе?

– Этот вопрос я постоянно задаю себе.

– Поосторожнее, Дейна. Не рискуй зря.

– Даю слово. Не могу передать, как мне жаль Рейчел.

– Я ей передам. Спокойной ночи, детка.

– Спокойной ночи.

Дейна открыла чемодан, вынула рубашку Джеффа, которую прихватила из дома, и прижала к груди, вдыхая знакомый родной запах.

Спокойной ночи, дорогой…

Наутро Дейна вылетела в Вашингтон. Перед работой она заехала домой и поболтала с неизменно жизнерадостной миссис Дейли.

– Вы уже вернулись, мисс Эванс! Вот здорово! Этот ваш сыночек меня просто вымотал!

Последнее, правда, было сказано со смешком. Глаза домоправительницы весело искрились.

– Надеюсь, он не слишком вас довел.

– Довел? Ни чуточки! И так здорово управляется со своей новой рукой!

Дейна от изумления даже рот открыла.

– Рукой? Хотите сказать, он ее носит?!

– Конечно. И дома, и в школе.

– Господи, ушам своим не верю. Вот это да! Жаль, что нельзя задержаться еще немного. Пора на студию. Заеду днем, чтобы повидать Кемаля.

– Вот он обрадуется! Знаете, он так без вас скучает! Ладно, бегите, я сама разберу вещи.

– Вы просто сокровище, миссис Дейли!

Дейна побежала к двери. Впервые за много дней на сердце было легко. Неужели все наконец устроилось?

Хорошо, что дома все в порядке. Теперь – к Мэтту. Рассказать обо всем, что она узнала в Аспене.

Услышав рассказ Дейны, Мэтт недоверчиво покачал головой.

– Ну и ну! Значит, после пожара электрик как сквозь землю провалился? Инте-ре-е-есно!

– Да. Так спешил, что даже о жалованье забыл!

– И он был в доме Уинтропов за день до пожара?

– В этом все дело.

Мэтт покачал головой.

– Как говорится в «Алисе в Зазеркалье», с каждой минутой это становится все любопытнее и любопытнее.

– Мэтт, следующим в списке убийцы был Пол Уинтроп. С ним расправились во Франции вскоре после пожара. Мне хотелось бы вылететь туда. Проверить, нет ли свидетелей так называемого несчастного случая.

– Попробуй, – согласился Мэтт. – Кстати, Эллиот Кромвелл спрашивал о тебе. Он просил хорошенько подумать, прежде чем что-то предпринимать.

– Полностью с ним согласна! – объявила Дейна.

Верная своему слову, она выбралась домой к приходу Кемаля из школы. Мальчик в самом деле носил протез, и Дейне показалось, что всего за день он стал куда спокойнее, чем прежде.

– Ты дома! – восторженно завопил он, обнимая Дейну.

– Здравствуй, дорогой! Как ты тут без меня? Как школа?

– Неплохо. А твоя поездка?

– Удачная. И я кое-что тебе привезла.

Она вручила Кемалю индейскую домотканую сумку для книг и кожаные мокасины, купленные в Аспене. Теперь настала пора выложить неприятную новость. Как-то воспримет ее Кемаль?

– Милый, боюсь, через несколько дней мне придется снова уехать.

Она приготовилась к взрыву, но, как оказалось, зря.

– Ладно, – преспокойно обронил Кемаль.

Ни малейшего протеста.

– Зато привезу тебе подарок.

– По одному за каждый день отсутствия?

– Обрадовался! По-моему, ты пока еще в седьмом классе, а не на юридическом факультете, лиса несчастная! Хитрый какой.

Оба заговорщически перемигнулись.

Он удобно расположился в кресле перед телевизором, со стаканчиком скотч-виски в руке. На экране высветилась мирная картина: Дейна и Кемаль за обеденным столом, а миссис Дейли раскладывает по тарелкам что-то похожее на ирландское рагу.

– Просто пальчики оближешь! – провозгласила Дейна.

– Спасибо. Я рада, что вам понравилось.

– Говорил я тебе, она повариха что надо! – поддакнул Кемаль.

Как они близко! Стоит, кажется, руку протянуть. Словно и он сидит в столовой рядом с ними, а не ведет наблюдение из соседней квартиры.

– Расскажи о школе, – попросила Дейна.

– Учителя – что надо, особенно математик!

– Неужели! Повезло тебе!

– И мальчишки нормальные. Все тащатся от моей руки.

– Еще бы!

– Одна девочка в моем классе просто клевая! Похоже, я ей тоже нравлюсь. Ее зовут Лиззи.

– Действительно хорошая девочка?

– Класс!

«Он растет, – подумала Дейна с неожиданной грустью. – Не успеешь оглянуться, как он приведет домой невесту!»

Уложив Кемаля, она перешла на кухню, где хлопотала миссис Дейли.

– Кемаль стал таким… спокойным. Даже мирным. Словно повзрослел. Трудно выразить, как я вам признательна! – выпалила она с порога.

– Ничего подобного, это вы делаете мне одолжение, – отмахнулась миссис Дейли. – Поверите ли, словно время повернуло вспять и мои дети снова стали маленькими. Они давно выросли, переженились, но так хочется снова о ком-то заботиться! Мы с Кемалем прекрасно ладим, так что не волнуйтесь.

– Я рада! Так рада!

Дейна порывисто поцеловала женщину в щеку и, вернувшись в столовую, села смотреть телевизор, хотя мыслями была далеко. Позвонит ли Джефф?

Она бодрствовала до полуночи, но, не дождавшись звонка, легла. Сон никак не хотел приходить. В голову лезли самые невероятные предположения. Что делает Джефф? Может, в эту самую минуту целует и ласкает Рейчел?

Устыдившись собственной черствости, она решительно перевернулась на бок. Хватит глупостей! Несчастной женщине не до любви! Бедняжка достойна всяческого сочувствия!

* * *

Мужчина в соседней квартире бросил в трубку:

– Все спокойно.

Резкий звонок разорвал тишину.

– Джефф, дорогой, почему так поздно? Как дела? Ты где?

– В «Докторз хоспитл». Операция только что закончилась, но онкологи все еще берут анализы.

– О, Джефф! Хоть бы метастазы еще не успели распространиться!

– Я тоже на это надеюсь. Рейчел просила побыть с ней несколько дней. Я хотел спросить тебя, не…

– Ну конечно! Нельзя же ее бросить!

– Еще немного, солнышко. Я позвоню Мэтту и все объясню. А у тебя? Есть новости?

На секунду Дейна едва не поддалась искушению рассказать Джеффу об Аспене и о том, как идет расследование, но удержалась. У него и своих неприятностей хватает.

– Пока нет. Все тихо.

– Передай привет Кемалю. Вся моя любовь – тебе.

Джефф осторожно положил трубку и задумался. Как все запуталось!

К суровой действительности его вернула медсестра.

– Мистер Коннорс! Доктор Янг хотел поговорить с вами.

– Операция прошла удачно, – сообщил онколог. – Но теперь мисс Стивенс как никогда нуждается в моральной поддержке. Когда она придет в себя, необходимо, чтобы рядом кто-то был. Обычно после таких операций больные впадают в истерику, плачут, и важно дать им понять, что и страх, и тревога вполне естественны.

– Понимаю, – кивнул Джефф.

– Кроме того, депрессия и отчаяние вспыхнут с новой силой, когда начнется курс лучевой терапии для профилактики распространения метастазов. Душевные и физические травмы, наносимые подобным лечением, едва ли не хуже самой операции.

Джефф растерянно взъерошил волосы. Такого он не ожидал.

– О ней есть кому позаботиться?

– Кроме меня, никого, – выпалил Джефф и с горькой остротой осознал, что так оно и есть. Сейчас душевное спокойствие Рейчел зависит только от него. А как же свадьба? Их планы? Что теперь будет? И что скажет Дей-на, узнав, что все откладывается?!

Двигатели самолета компании «Эр Франс» ровно гудели. Полет в Ниццу обещал быть спокойным и без особых треволнений. Дейна включила свой «лэптоп», чтобы еще раз просмотреть собранную информацию. Любопытно и весьма заманчиво, но, что ни говори, довольно спорно. Доказательства! Без доказательств все ее домыслы построены на песке. Если бы…

– Удачный полет, не так ли?

Дейна повернула голову к соседу, интересному брюнету, говорившему с легким французским акцентом.

– Вы правы.

– Бывали раньше во Франции?

– Нет. Это мое первое путешествие, – улыбнулась Дейна.

– Я вам завидую, – признался француз. – Сколько всего вас ожидает! Это сказочная страна.

Он чуть наклонился к ней и заговорщически прошептал:

– И у вас, наверное, даже нет здесь друзей, чтобы показать местные достопримечательности? Если так, я…

– Меня встречают муж и дети, – оборвала его Дейна.

– Dommage [16], – вздохнул он и, отвернувшись, углубился в передовую «Франс суар».

Дейна вновь уставилась в монитор компьютера. Так… Пол Уинтроп… рождение, образование, занятия… хобби… Хобби!!

Пол Уинтроп, погибший в автокатастрофе, имел весьма интересное хобби.

Спортивные машины.

Самолет благополучно приземлился, и Дейна, пройдя паспортный контроль, немедленно отправилась к терминалу фирмы по прокату автомобилей. Не успела она назвать свое имя, как клерк воскликнул:

– А, мисс Эванс! Все готово! Подпишите квитанцию. Он с поклоном протянул ей листок.

Вот это обслуживание! Как часы!

– Мне нужна карта юга Франции, – попросила она. – У вас случайно…

– Все есть, мадемуазель.

Он порылся на полке и вытащил карту.

– Пожалуйста.

И взглядом знатока окинул удаляющуюся женскую фигуру. Неплоха, ничего не скажешь.

Дейна понятия не имела, что в этот момент Эллиот Кромвелл с хмурым видом допрашивает Мэтта:

– И куда она делась на этот раз?

– Улетела во Францию.

– Ей что-то удалось узнать?

– Еще слишком рано делать прогнозы. Пока ничего нового.

– Мне все это не нравится. И кроме того, я за нее беспокоюсь. Чересчур уж много она разъезжает. В наше время любое путешествие может стать опасным.

И, поколебавшись, добавил:

– Крайне опасным.

День выдался прохладным, с моря дул бодрящий ветерок, и Дейне отчего-то захотелось узнать, ка кая погода была в тот день, когда убили Пола.

Она села в поджидавший «ситроен» и направилась к Гран Корниш, любуясь мелькавшими в окне живописными деревушками. Авария произошла к северу от Босолей, на шоссе у Рокбрюн-Кап-Мартена, курорта на Средиземном море.

На подъезде к деревне Дейна сбросила скорость, с опаской рассматривая резкие крутые повороты, гадая, с какого именно сорвался автомобиль Пола Уинтропа. И что сам Пол здесь делал? Встречался с кем-нибудь? Принимал участие в гонках? Отдыхал или приезжал сюда по делу?

Рокбрюн-Кап-Мартен оказался средневековым поселением с древним замком, церковью, историческими пещерами и роскошными виллами. Дейна направилась к центру, припарковала «ситроен» и стала разыскивать полицейский участок. Подойдя к мужчине, выходившему из магазина, она спросила:

– Простите, не могли бы вы сказать, как пройти к полицейскому участку?

– Je ne parle pas anglais, j’ai peur de ne pouvoir vous aider, mais…

– Police. Police.

– Ah, oui! La deuxième rue à’gauche.

– Merci.

– De rien [17].

Вскоре Дейна уже стояла перед старым, ветхим зданием. За стойкой сидел толстый полицейский средних лет в лоснящемся мундире. При виде Дейны он учтиво привстал:

– Bonjour, madame.

– Bonjour.

– Comment puis-je vous aider? [18]

– Вы говорите по-английски?

– Д-да… – нерешительно протянул он, немного подумав.

– Мне хотелось бы поговорить с вашим начальником.

Полицейский несколько секунд недоуменно хлопал глазами, очевидно, не совсем поняв суть вопроса. Наконец его лицо прояснилось.

– А, комиссар Фрезье! Сейчас. Одну минуту.

Он поднял трубку, о чем-то быстро договорился и кивнул Дейне.

– Вам туда. Первая дверь.

– Спасибо, месье, – поблагодарила Дейна, прежде чем идти в указанном направлении.

Кабинет шефа полиции оказался маленьким, но чистым и даже уютным. Сам комиссар Фрезье, подвижный щеголеватый мужчина с усиками и проницательными карими глазами, вежливо поднялся при виде девушки.

– Добрый день, комиссар.

– Здравствуйте, мадемуазель. Что привело вас сюда?

– Я Дейна Эванс. Веду на телевидении передачу «Следы и улики». Сейчас я делаю очередной выпуск для вашингтонской телестудии WTN. Хочу рассказать о семье Уинтропов. Насколько мне известно, Пол Уинтроп погиб где-то рядом с вашей деревней…

– Oui. Terrible! Terrible! [19] Гран Корниш – опасное место. Тут нужно быть крайне осторожным, иначе катастрофа неминуема!

– Я слышала, что несчастье произошло во время гонок, и…

– Ничего подобного. В тот день не было никаких гонок.

– Не может быть!

– Истинная правда, мадемуазель. Я сам был на дежурстве в тот день, когда все случилось.

– Ну, раз вы говорите… кстати, Пол был в машине один?

– Да, мадемуазель.

– Комиссар, не знаете, делалось ли вскрытие?

– Вне всякого сомнения, – подтвердил Фрезье.

– Нашли алкоголь в крови? – методично допрашивала Дейна.

Комиссар покачал головой:

– Ни следа.

– А наркотики?

– Что вы!

– Не помните, какая в тот день была погода?

– Помню. Il pleuvait. Хмурая. Дождь накрапывал.

И тут ничего! Дейна – потеряв всякую надежду и только для проформы – задала последний вопрос:

– Свидетелей, разумеется, не было?

– Почему же? Как раз были.

Сердце Дейны учащенно забилось. Наконец! Хоть какая-то ниточка!

– Неужели?

– Да, мадемуазель. Один. Он ехал за машиной Уинтропа и видел, как она сорвалась в пропасть.

Знакомый охотничий азарт охватил Дейну. Уж теперь она своего не упустит.

– Я была бы крайне вам благодарна, если бы вы согласились дать мне фамилию и адрес свидетеля. Я должна поговорить с ним, – попросила Дейна.

Комиссар кивнул:

– Тут нет ничего незаконного. Думаю, это вполне допустимо. Александр!

В кабинет вбежал молодой полицейский.

– Oui, commandant?

– Apportez moi dossier de l’accident Winrtrop.

– Tout de suite [20].

– Такая несчастная семья, – со вздохом заметил комиссар. – Жизнь столь непрочна, хрупка, как фарфоровая чашка. Нужно срывать цветы удовольствия, пока возможно.

Он взглянул на Дейну и с улыбкой, словно между прочим, добавил:

– Это касается как мужчин, так и женщин. Кстати, мадемуазель, вы здесь одна?

– Нет, муж с детьми остались в Ницце.

– Обидно.

Александр вернулся с толстой папкой. Комендант просмотрел бумаги, вынул одну и показал Дейне.

– Видите? Свидетель – американский турист Ролф Бенджамен. Согласно показаниям, он ехал за машиной Пола Уинтропа и видел, как chien… собака вывернулась неизвестно откуда и бросилась едва ли не под колеса. Уинтроп, по-видимому, повернул руль, чтобы избежать столкновения, машину занесло, и водитель не справился с управлением. Машина рухнула с обрыва в море. По заключению эксперта, Уинтроп умер мгновенно.

– У вас, случайно, нет адреса мистера Бенджамена? – с надеждой пролепетала Дейна.

– Есть, разумеется.

Он снова углубился в бумагу.

– Вот… нашел. Мистер Бенджамен живет в Америке. Ричфилд, штат Юта. Терк-стрит, двадцать.

Фрезье записал адрес и отдал Дейне. Та с трудом сдерживала нетерпение.

– Если бы вы знали, как я вам благодарна! Вы так любезны и столько для меня сделали.

– Ну что вы, это такая чепуха!

Он пригляделся к руке Дейны, на которой не было обручального кольца, и лукаво добавил:

– Только одна просьба, мадам.

– С удовольствием выполню.

– Передайте от меня привет мужу и детям.

Окрыленная Дейна буквально выпорхнула из кабинета. Обратная дорога показалась совсем короткой. Вернувшись в Ниццу, она сразу же позвонила Бейкеру.

– Мэтт! – возбужденно выпалила она. – Я нашла свидетеля гибели Пола Уинтропа. Немедленно еду туда.

– Молодец! Как только тебе все удается! Где он живет?

– В Ричфилде, штат Юта. Лечу туда, а потом сразу в Вашингтон.

– Согласен. Кстати, Джефф звонил.

– И что? – коротко обронила Дейна.

– Он говорил тебе, что отправился во Флориду к бывшей жене?

В голосе Мэтта отчетливо прозвучали неодобрительные нотки. Он слишком симпатизировал Дейне, чтобы спокойно относиться к странным отлучкам ее жениха.

– О, Мэтт, она так больна. Кто знает, что с ней будет!

– Если он пробудет там еще несколько дней, придется просить его взять отпуск. Работа стоит.

– О, я уверена, что он скоро вернется, – возразила Дейна, хотя понимала, что Джефф вряд ли появится в ближайшее время.

– Твоими бы устами… ладно, желаю удачи со свидетелем.

– Спасибо, Мэтт.

Распрощавшись, она сразу же набрала номер квартиры: как там Кемаль?

К телефону подошла миссис Дейли.

– Квартира мисс Эванс.

– Добрый вечер, миссис Дейли. У вас все в порядке? – спросила Дейна, затаив дыхание.

– Ну… если не считать того, что ваш сын едва не сжег кухню вчера вечером, когда помогал мне готовить ужин, – рассмеялась домоправительница. – А в остальном – все прекрасно.

Дейна про себя возблагодарила Бога.

– Поразительно, как вам удается держать его в руках.

Истинная волшебница!

– Вы сегодня прилетите? Я бы приготовила такое…

– Придется по пути завернуть еще в одно место, – вздохнула Дейна. – Через два дня буду дома. А Кемаль? Можно с ним поговорить?

– Он уже спит. Разбудить?

– Нет-нет.

Дейна удивленно взглянула на часы. В Вашингтоне четыре дня.

– Он что, отдыхает днем? С каких пор?

Миссис Дейли снова рассмеялась удивительно добрым смехом.

– Набегался до того, что свалился без задних ног.

– Передайте, что я его люблю и постараюсь скорее приехать.

Придется по пути завернуть еще в одно место. Через два дня буду дома. А Кемаль? Можно с ним поговорить?

– Он уже спит. Разбудить?

– Нет-нет. Он что, отдыхает днем? С каких пор?

– Набегался до того, что свалился без задних ног.

– Передайте, что я его люблю и постараюсь скорее приехать.

Конец записи.

Ричфилд, штат Юта, уютный захолустный городишко, угнездившийся, словно в чаше, у самого подножия гор Монро. Дейна остановилась на заправочной станции и спросила, как добраться по адресу, данному комиссаром Фрезье.

Дом Ролфа Бенджамена оказался видавшим виды, потрепанным непогодой одноэтажным строением, стоявшим в самом центре длинного ряда таких же небогатых жилищ.

Дейна остановила машину, поднялась на крыльцо и позвонила. Открыла пожилая седовласая женщина в белом переднике.

– Вы кого-то ищете? – с подозрением осведомилась она.

– Я приехала поговорить с Ролфом Бенджаменом.

– Вот как? Он что, ждет вас?

– Нет… я… я проезжала мимо и решила ненадолго заехать. Он дома?

– Да. Входите.

– Спасибо.

Дейна переступила порог и последовала за женщиной в гостиную.

– Ролф, у тебя гостья.

Ролф поднялся с кресла-качалки и шагнул к Дейне.

– Здравствуйте. Я вас знаю?

Но язык Дейны словно примерз к зубам. Она смотрела на Ролфа, боясь пошевелиться.

Ролф Бенджамен был слеп.

Глава 14

Дейна и Мэтт Бейкер сидели в конференц-зале WTN. Им с трудом удалось остаться одним: слишком многие хотели поздороваться с Дейной, так что как она ни горела желанием поскорее рассказать шефу о своем поразительном открытии – пришлось повременить. Но всему бывает конец. Приятели и коллеги разошлись, и в зале настала благоговейная тишина.

– Ролф Бенджамен ездил во Францию к сыну, – объясняла Дейна. – В один не совсем прекрасный день из гостиничного номера исчез портфель. Назавтра портфель самым таинственным образом вновь появился. Все, кроме паспорта, было на месте. Бенджамену пришлось обращаться в посольство. Мэтт, бьюсь об заклад, человек, назвавшийся его именем и представившийся в полиции как свидетель, и есть убийца!

Мэтт долго молчал. Дейна выжидала. Что он на это скажет?!

– Все, Дейна, это заходит слишком далеко, – выговорил он наконец. – Пора обращаться в полицию. Если ты окажешься права, речь идет о человеке, хладнокровно прикончившем шесть человек. Я не хочу, чтобы ты оказалась седьмой. Эллиот тоже тревожится за тебя. Он считает, что ты чересчур глубоко копаешь.

– Мы пока не можем вмешивать в это полицию, – запротестовала Дейна. – У нас пока только косвенные доказательства. Никаких прямых улик. Мы понятия не имеем, кто этот киллер, и не знаем мотива.

– У меня дурные предчувствия. Все это становится опаснее с каждой минутой. Не дай Бог, с тобой что-то случится!

– Постараюсь быть осторожнее, – заверила Дейна.

– Что собираешься делать дальше?

– Выяснить, что на самом деле случилось с Джули Уинтроп.

– Операция прошла успешно.

Рейчел медленно подняла налитые свинцом веки. Она лежала на стерильно-белой больничной койке. Затуманенный взгляд остановился на Джеффе.

– Все кончено? – прошептала она. – Ее отрезали?

– Рейчел…

– Я боюсь дотронуться, – прошептала она, глотая слезы. – Больше я не женщина. Ни один мужчина на меня не посмотрит.

Джефф осторожно сжал ее трясущиеся руки.

– Ошибаешься, милая. Я любил тебя вовсе не из-за красивых грудей, Рейчел, а потому, что ты добрый, нежный, чудесный человек. Умница и красавица. Лучше тебя никого на свете нет.

Уголки губ Рейчел приподнялись в слабой улыбке.

– Мы по-настоящему любили друг друга, верно, Джефф?

– Да.

– Жаль, что…

Она скосила глаза на свою грудь, и лицо свело жалобной гримасой.

– Поговорим об этом позже.

Она с неожиданной силой вцепилась в его руку.

– Я не хочу быть одна, Джефф. По крайней мере пока это не кончится. Пожалуйста, не бросай меня.

– Рейчел, но мне нужно…

– Не сейчас, умоляю! Иначе просто не знаю, что со мной будет.

В палату вошла медсестра:

– Прошу прощения, мистер Коннорс, не оставите нас ненадолго?

Но Рейчел не разжала пальцев.

– Не уходи…

– Я вернусь.

Вечером он позвонил Дейне. Предстояло нелегкое объяснение. Что ему делать? И как примирить любовь и долг?

Услышав звонок, Дейна ринулась к телефону.

– Джефф! – выдохнула она вне себя от радости. Неужели они скоро будут вместе? – Как ты, дорогой? Я ужасно скучала!

– Я-то неплохо, а вот…

– Рейчел? Что? Как операция?

– Операция прошла нормально, но она на грани самоубийства.

– Джефф… женщину не судят по тому, есть у нее грудь или нет.

– Знаю, но поди скажи это Рейчел! И вспомни о ее профессии. Она не обыкновенная средняя женщина. Внешность для нее все! Что ни говори, а она одна из самых высокооплачиваемых моделей мира. И теперь считает, что для нее все кончено. Чувствует себя уродом, никчемной инвалидкой. Все время твердит, что ей больше не для чего жить.

– И что же теперь делать?

– Побуду с ней еще два дня, привезу домой, помогу устроиться. Я говорил с доктором. Они все еще ждут результатов последних анализов, но уже сейчас поговаривают о химиотерапии.

Что могла на это сказать Дейна? Всяческие жалобы или возражения будут не без основания сочтены бездушными и жестокими.

– Дейна… я очень скучаю.

– И я тоже, дорогой. Я уже купила рождественские подарки.

– Скорее бы их развернуть!

– Я сохраню их для тебя.

– Ты, наверное, едва на ногах держишься после всех путешествий!

– Ничего, силы еще есть.

– Обещай, что оставишь сотовый включенным, – потребовал Джефф. – Я собираюсь время от времени приставать к тебе с непристойными предложениями.

– Обещаешь? – улыбнулась Дейна.

– Клянусь. Береги себя, родная.

– И ты тоже.

Дейна отложила телефон и долго сидела, думая о Джеффе и Рейчел. Положение становилось невыносимым. Но и Рейчел ужасно жаль…

Она поднялась и пошла на кухню, где миссис Дейли хлопотала над Кемалем.

– Хочешь еще оладий, дорогой?

– Да, спасибо.

Дейна остановилась в дверях, любуясь мирной сценой. За поразительно короткое время Кемаль совершенно изменился. Из грубого недоверчивого волчонка стал спокойным счастливым мальчишкой.

Дейна неожиданно ощутила резкий укол ревности.

Может, она плохая мать? Днями и ночами торчит на студии, не заботится о ребенке. Совсем его забросила. Наверное, было бы куда лучше, если бы его усыновила такая женщина, как миссис Дейли!

Угрызения совести не давали ей покоя. Но Дейна тут же одернула себя. Что за глупости! Кемаль ее любит!

Она присела рядом и обняла сына.

– Ну как школа?

– Класс!

– Кемаль, – осторожно начала Дейна, – мне опять нужно уехать.

– Как хочешь, – равнодушно обронил он. И снова эта дурацкая неуместная ревность!

– Куда на этот раз, мисс Эванс? – поинтересовалась миссис Дейли.

– На Аляску.

Миссис Дейли на секунду задумалась.

– Держитесь подальше от медведей гризли, – посоветовала она.

Полет из Вашингтона в Джуно, столицу штата Аляска, вместе с посадкой в Сиэтле занял девять часов. Войдя в здание аэропорта, Дейна, следуя уже привычному ритуалу, направилась к стойке фирмы по прокату машин.

– Я Дейна Эванс, и…

– Да-да, мисс Эванс. Мы приготовили для вас чудесный «лендровер». Бокс десять. Подпишите здесь…

Клерк отдал ей ключи, и Дейна зашагала на стоянку за аэропортом. Там, в пронумерованных боксах, машины ожидали своих временных хозяев. Найдя десятый бокс, Дейна вошла внутрь и, к своему удивлению, увидела человека, возившегося с выхлопной трубой белого «лендровера». Тот поднял голову и кивнул:

– Просто потуже укрепил трубу, мэм. Ну вот, все готово.

Он поднялся.

– Спасибо, – пробормотала Дейна, садясь за руль.

Мужчина проводил машину взглядом и ушел. А в это время в подвале резиденции губернатора еще один незнакомец следил за мерцающей на мониторе цветной картой. Проследив, как белый «лендровер» сворачивает за угол, он поднес к губам микрофон.

– Объект направляется к Старр-Хилл.

Джуно оказался настоящим городом сюрпризов. С первого взгляда столица Аляски казалась большим городом, но узкие кривые улочки создавали атмосферу провинциального, захолустного, забытого богом местечка, крохотной деревни посреди необъятной снежной пустыни.

Дейна остановилась в отеле «Инн эт зе Уотефронт», бывшем борделе, переделанном в роскошную гостиницу и находившемся в самом центре.

– Как раз вовремя к лыжному сезону, – приветствовал ее портье. – Сами видите, какой у нас снег. Привезли лыжи?

– Нет, я…

– Ничего страшного, лыжный магазин в следующем доме. Уж они снабдят вас всем необходимым.

– Спасибо за совет, – кивнула Дейна. – Вы так внимательны!

Что же, все равно нужно с чего-то начинать.

Она разложила вещи и спустилась в магазин. Продавец оказался невероятным болтуном. Не успела Дейна войти, как он радостно воскликнул:

– Привет, я Чед Донохью. Будьте уверены, вы попали в точку! У нас есть все!

Он обвел рукой стойки с лыжами.

– Мы только что получили эти «Фрирайдерз». Малышки пронесут вас по кочкам и буграм, как по маслу!

Чед перешел к другой секции.

– Или вот такие. «Саломон Х-Скрим 9». На них большой спрос. В прошлом году, когда они кончились, мы так и не смогли получить новую партию.

Он хотел добавить еще что-то, но, заметив нетерпеливую гримаску Дейны, поспешил дальше.

– Может, предпочитаете «Вокал Вертиго Джи 30» или «Этомик 10.20»? Что бы вы хотели? – осведомился он.

– Мне нужна информация.

Продавец разочарованно поморщился.

– Информация? Какого рода?

– Скажите, Джули Уинтроп здесь покупала лыжи?

Чед немного насторожился:

– Собственно говоря, да. Она пользовалась только горными лыжами «Волант Ти». Это суперкласс. Самые лучшие. Очень их любила. Мы до сих пор вспоминаем ее. Подумать только, мэм, не боялась спускаться с Иглкрест. Ума не приложу, как она умудрилась столкнуться с тем деревом. Вот уж не повезло бедняге!

– Она была хорошей лыжницей?

– Мисс Уинтроп? Превосходной. У нее дома была стеклянная витрина, полная призов!

– Вы не знаете, она была одна в тот вечер?

– Насколько мне известно, да. И подумать только: всего удивительнее, что она знала Иглкрест, как собственную ладонь. Каждый год там каталась. Ни за что не поверил бы, что с ней может стрястись такое, верно?

– Верно, – медленно протянула Дейна. – Верно, мистер Донохью.

Полицейское управление тоже находилось неподалеку, всего в двух кварталах. Дейна вошла в маленькую приемную, украшенную флагами Аляски, Джуно и Соединенных Штатов. Из обстановки там были только голубой ковер, голубой диван и голубой стул.

– По какому вы делу? – строго спросил дежурный.

– Хочу расспросить о подробностях гибели Джули Уинтроп.

– В таком случае вам нужно обратиться к Брюсу Боулеру. Он глава службы спасателей. Его кабинет наверху. Но самого Брюса сейчас нет.

– Не знаете, где его можно найти?

Офицер взглянул на часы.

– Прямо сейчас он наверняка сидит в «Хенгер он зе Уоф». Это в двух кварталах отсюда на Мэрин Уэй.

– Благодарю, вы мне очень помогли.

Дейна довольно быстро нашла «Хенгер он зе Уоф», большой ресторан, до отказа набитый обедающими. Пробегавшая мимо официантка извинилась перед Дейной:

– Простите, но свободных столиков не осталось. Придется подождать минут двадцать, прежде чем…

– Я ищу мистера Брюса Боулера. Не знаете, где он сидит?

Официантка кивнула:

– Брюс? Вон за тем столом.

Дейна увидела мужчину средних лет с обветренным, но добродушным лицом, сидевшего в одиночестве за плотным обедом.

– Это он? Спасибо, что показали.

Дейна пробралась поближе.

– Мистер Боулер?

– Да. Мы знакомы?

– Нет. Я Дейна Эванс. Мне нужна ваша помощь.

– Вам повезло, – неожиданно улыбнулся Боулер. – Остался один номер. Сейчас позвоню Джуди.

– Номер? – растерялась Дейна. – Простите, не понимаю…

– Вы спрашиваете о «Коузи Лог»? Нашей гостинице с полупансионом?

– Это недоразумение. Я хотела поговорить с вами о Джули Уинтроп.

Боулер смущенно покраснел.

– Простите, я действительно не так понял. Садитесь, пожалуйста. Видите ли, у нас с Джуди небольшой отель за городом. Я думал, вы хотите снять номер. Уже обедали?

– Нет, я…

– Присоединяйтесь, – пригласил он так дружелюбно, что девушка не смогла устоять.

– С большим удовольствием.

Дождавшись, пока Дейна сделает заказ, Брюс спросил:

– Так что вы хотите знать о Джули Уинтроп?

– Скорее об обстоятельствах ее гибели. У вас не возникло никаких подозрений, что это не несчастный случай.

– Хотите сказать, что она могла покончить с собой? – удивился Брюс.

– Нет. Я имею в виду… что кто-то вздумал ее убить. Боулер удивленно захлопал глазами.

– Убить Джули? Какой вздор! Уверяю вас, это нелепая случайность, ничего больше.

– Расскажите, как все было, – тихо попросила Дейна.

– Попробую.

Брюс на миг задумался, не зная, с чего начать.

– Видите ли, горные склоны делятся на три степени сложности. Маскег Долли Варден и Сауэдеу – для начинающих, Слус Бокс, Маде Лоуд и Санденс – для середнячков, и самые крутые – Инсейн, Спрюс Шют, Хен Тен… Ну и самый сложный – Стип Шютс. Это для мастеров.

– И Джули спускалась со…

– Стип Шютс.

– Значит, она была опытной лыжницей?

– Более чем, – кивнул Брюс и, поколебавшись, добавил: – Именно поэтому и непонятно…

– Что именно?

– Видите ли, мы устраиваем вечернее катание каждый четверг, с четырех до девяти. Той ночью лыжников было очень много. И все, кроме Джули, вернулись к девяти. Мы вышли на поиски и нашли ее тело у подножия Стип Шютс. Она врезалась в дерево. Должно быть, умерла сразу.

Дейна закрыла глаза, остро ощутив боль и ужас несчастной жертвы.

– Значит… значит, она была одна?

– Да. Лыжники обычно спускаются попарно, но иногда лучшие изображают волков-одиночек. Обычно мы отмечаем границы, пересекать которые опасно, но находятся такие, которые идут на это на свой страх и риск.

– Мистер Боулер, а что предпринимается, когда теряется лыжник?

– Как только обнаружилось, что кто-то исчез, мы прежде всего начинаем шарить наудачу.

– Наудачу?

– Обзваниваем друзей и знакомых, чтобы узнать, не у них ли задержался пропавший. Справляемся в барах. Все это, разумеется, проделывается на скорую руку. Наспех. Чтобы не тратить силы спасательных бригад, вынужденных всю ночь напролет шарить в горах ради какого-нибудь обдолбанного или пьяного в дымину болвана, у которого не хватило ума вовремя добраться до отеля.

– А если кто-то в самом деле не вернулся с гор? – допытывалась Дейна.

– Получаем приметы отсутствующего, справку о его квалификации и определяем место, где его видели в последний раз. И всегда спрашиваем, была ли при нем камера.

– Зачем?

– Если была, значит, он наверняка собирался снимать самые живописные пейзажи. Определяем, каким транспортом он собирался вернуться в город. Если последующие поиски не принесут результатов, разумнее всего предположить, что несчастный нарушил установленные границы. В этом случае мы уведомляем поисково-спасательную службу штата Аляска, и они поднимают в воздух вертолет. В каждой поисковой партии – четыре человека плюс воздушный патруль.

– Внушительная армия.

– Да, но не забывайте, что приходится прочесывать шестьсот тридцать акров горных склонов, а в среднем таких экспедиций бывает около сорока в год. И большинство кончаются благополучно.

Брюс повернулся к окну и поглядел на свинцово-серое небо.

– Жаль, что такого нельзя сказать о той… той самой. Так или иначе, спасатели каждый день после закрытия подъемников обходят все тропинки и подножия склонов.

– Мне сказали, что Джули Уинтроп частенько спускалась с вершины Иглкрест.

– Верно, – кивнул Брюс. – Но это еще ни о чем не говорит. Облака могут затянуть небо, вы потеряете ориентацию, или просто-напросто не повезет. Бедной мисс Уинтроп не повезло.

– Как вы обнаружили ее тело?

– Мейдей наткнулся.

– Мейдей?

– Это наша лучшая собачка. Лыжные патрули работают с черными лабрадорами и овчарками. Они творят чудеса. Идут по ветру, чуют человеческий запах, подходят к краю запаховой зоны и обходят примерное место, где мог бы находиться лыжник. Мы послали «бомбардира» на место несчастного случая, и когда…

– Что такое «бомбардир»?

– Такая машина, нечто вроде снегоочистителя. Снимает снег, слой за слоем. Мы принесли тело Джули Уинтроп на носилках. Бригада «скорой помощи» сняла кардиограмму, сделала снимки и вызвала служащих морга. Бедняжку отвезли в больницу Бартлетта.

– И никто не видел, как это случилось?

– Насколько мы поняли, – пожал плечами Брюс, – ствол оказался слишком крепким. Я видел ее. Поверьте, это не слишком приятное зрелище.

Дейна умоляюще взглянула на Брюса:

– А мне можно увидеть вершину Иглкрест?

– Почему бы нет? После обеда я сам вас отвезу.

Верный слову, Боулер завел свой джип, и вскоре они оказались перед двухэтажным зданием у подножия горы.

– Здесь мы обычно вырабатываем стратегию поисков. Храним сдаваемое напрокат лыжное снаряжение. Кроме того, желающие всегда могут попросить инструктора по лыжам. Ну вот, а теперь подъемник доставит нас к вершине горы.

Они уселись в кресла подъемника, медленно ползущие на вершину горы. Дейну трясло от холода.

– Мне следовало вас предупредить. Для такой погоды лучше всего полипропиленовая одежда, теплое нижнее белье, лучше всего в несколько слоев.

– Я… зап-помню, – простучала зубами Дейна.

– Джули поднялась сюда этим подъемником. С ней был рюкзак.

– Зачем?

– Обычный набор: противолавинная лопата, фонарь с радиусом действия до пятидесяти ярдов и снежный щуп. Правда, – вздохнул он, – вряд ли это поможет, если врезаться в дерево.

Они приблизились к вершине. Подъемники остановились у платформы, и Дейна почти вывалилась из стульчика. К ним подошел рабочий, обслуживающий подъемник.

– Привет, Брюс. Что ты тут делаешь? Кто-то потерялся?

– Нет, просто показываю горы приятельнице. Это мисс Эванс.

Они обменялись рукопожатием, и Дейна огляделась. Чуть подальше, почти затерянная в низких облаках, стояла деревянная хижина, где можно было согреться и выпить чаю.

Заходила ли сюда Джули перед тем, как спуститься вниз? А если кто-то последовал за ней? Тот, кто хотел ее убить?

– Ну вот мы и на месте, – обратился к ней Боулер. – Отсюда прямая дорога вниз.

Дейна подошла к краю, смерила взглядом бесконечный обрыв, уходящий далеко вниз, к беспощадно-твердой, покрытой ледяной коркой земле, и у нее захватило дух. Девушка нервно передернула плечами.

– Похоже, вы совсем замерзли, мисс Эванс. Давайте-ка поскорее вниз, пока не простудились.

– Пожалуй, вы правы.

* * *

Она только что благополучно вернулась в отель и мечтала о горячей ванне и постели. Скорее бы!

Но ничего не вышло. Когда Дейна уже хотела раздеться, в дверь постучали. Дейна нехотя пошла открывать. Незваный гость, широкоплечий верзила с неестественно бледным лицом, неуклюже поклонился.

– Мисс Эванс?

– Да, что вам угодно?

– Привет. Я Николас Верден, корреспондент газеты «Джуно эмпайр».

– Простите, не понимаю…

– Я узнал, что вы расследуете смерть Джули Уинтроп. Мы хотели бы, чтобы вы поделились подробностями и, возможно, пролили новый свет на это дело.

В мозгу Дейны зазвонили колокола тревоги. Это неспроста!

– Боюсь, вы ошибаетесь. Я не провожу никакого расследования.

Верден скептически усмехнулся:

– А я слышал совсем другое…

– Мы делаем репортаж о лыжниках мирового класса. Это первый из знаменитых лыжных курортов.

Журналист нерешительно кивнул:

– Понятно. Простите, что побеспокоил вас.

Дейна с упавшим сердцем смотрела ему вслед. Откуда ему известно, чем она тут занимается?

Немного поразмыслив, Дейна открыла справочник, нашла телефон «Джуно эмпайр» и, позвонив в редакцию, попросила позвать Николаса Вердена.

– Я хочу поговорить с ним. Он недавно был у меня, и… что? Такой у вас не работает? Извините, вероятно, произошла ошибка. Нет-нет, все в порядке. До свидания.

Она тяжело опустилась на стул, но тут же вскочила и принялась собирать вещи. Нужно немедленно выбираться отсюда.

И вдруг она вспомнила. Что там говорил Брюс о «Коузи Лог»? Уютный отельчик с полупансионом?

«Вам повезло. Остался один номер…»

Дейна спустилась в вестибюль и подошла к стойке портье. Тот растолковал, как добраться до гостиницы, и даже нарисовал что-то вроде карты.

Человек, сидевший у компьютера в подвале резиденции губернатора перед цветной картой, поднес к губам микрофон.

– Объект покидает деловой квартал города и направляется на запад.

«Коузи Лог» с первого взгляда понравился Дейне. Аккуратный одноэтажный бревенчатый домик, каких немало на Аляске, находился к тому же всего в получасе езды от центра Джуно. Лучше не придумаешь! Хоть бы еще никто не успел снять последний номер!

Хозяйкой оказалась складная, приветливая, совсем еще молодая женщина, лицо которой сияло дружелюбной улыбкой.

– Здравствуйте. Чем могу помочь?

– Видите ли, я говорила с вашим мужем, и он упомянул, что вас есть свободная комната.

– Совершенно верно. Я Джуди Боулер.

– Дейна Эванс.

– Входите, пожалуйста.

Дейна шагнула в переднюю и огляделась. Внутри гостиница оказалась еще уютнее: просторная гостиная с камином, столовая, где ели постояльцы, и две спальни с ванными.

– Я сама готовлю, – сообщила Джуди, – и совсем неплохо.

– С удовольствием попробую, – засмеялась Дейна.

Джуди проводила ее в номер, чистенький и какой-то домашний. Дейна снова принялась раскладывать вещи.

Кроме нее, здесь жила всего одна пара, и разговор за ленчем касался самых банальных тем. Никто из присутствующих не узнал Дейны, чему она только радовалась.

После ленча она вновь поехала в город, зашла в бар отеля «Клифф Хаус» и заказала коктейль. Все служащие выглядели подтянутыми и загорелыми. Еще бы! В такой обстановке!

– Прекрасная погода, – заметила Дейна молодому блондину бармену.

– Угу. В самый раз для лыж!

– Вы много катаетесь?

– Когда удается улучить время, – усмехнулся он.

– А мне все это кажется слишком опасным, – вздохнула Дейна. – Моя подруга разбилась здесь несколько месяцев назад.

Бармен рассеянно оставил стакан, который до этого усердно протирал полотенцем.

– Разбилась?

– Да. Джули Уинтроп. Не знали?

Лицо молодого человека вмиг потеряло приветливое выражение. Глаза потемнели. Брови сошлись на переносице. Очевидно, гибель Джули сильно на него подействовала.

– Она часто приходила сюда. Приятная женщина.

Дейна подалась вперед.

– А я слышала, что это не несчастный случай!

– Что же тогда? – удивился бармен.

– Говорят, ее убили.

– Не может быть, – уверенно возразил он. – Это все сплетни.

Через двадцать минут Дейна входила в бар отеля «Проспектор».

– Прекрасная погода, – начала она, обращаясь к бармену.

– Совершенно верно изволили заметить. Особенно для лыжников. Солнце и снег, что может быть лучше, мэм?

– По мне, такой спорт слишком опасен. Представляете, здесь погибла моя подруга. Вы наверняка ее знали. Джули Уинтроп.

– Еще бы! Прекрасная женщина. Мне очень она нравилась… то есть, я хочу сказать, никогда не задирала нос, всегда была так вежлива и обходительна.

– Видите ли, я слышала, что это не несчастный случай, – полушепотом объяснила Дейна.

Выражение лица бармена мгновенно изменилось.

– Я-то готов об заклад побиться, что вы правы, мэм, – кивнул он.

Сердце Дейны громко заколотилось.

– Вы тоже так считаете?

– На все сто!

Он с таинственным видом огляделся, словно опасался, что их подслушают:

– Видите ли, эти проклятые марсиане…

Она стояла на вершине горы, вонзив в снег лыжные палки. Ледяной ветер обжигал щеки, проникал под многослойную одежду. Но она, не обращая ни на что внимания, смотрела на расстилавшуюся внизу долину и никак не могла решиться: то ли все-таки рискнуть скатиться вниз, то ли повернуть назад, пока не поздно. Внезапно кто-то сильно толкнул ее в спину, и она покатилась по склону все быстрее, быстрее… пока перед ней не выросло толстое дерево. За мгновение перед тем, как врезаться в него, она с воплем проснулась.

Дейна, вся в поту, подскочила, непонимающе озираясь. Ее еще трясло от пережитого страха.

Неужели все так и было на самом деле? И кто-то намеренно столкнул Джули Уинтроп так, что она просто кубарем полетела вниз и разбилась? Но кто?

Она еще долго не могла заснуть. В голову лезли тревожные мысли. Что-то сейчас творится дома? Как Джефф? А Кемаль? Нужно не забыть позвонить им и на работу. Долго ли еще Мэтту удастся прикрывать ее и Джеффа?

* * *

А Мэтту в самом деле приходилось нелегко. Эллиот Кромвелл явно терял терпение.

– Мэтт, какого черта Джефф Коннорс делает во Флориде? – бушевал он. – Ему давно пора быть на работе. Здесь настоящий завал, а он там прохлаждается.

– Скоро приедет. Он недавно звонил.

– А Дейна? Она-то куда исчезла?

– Она на Аляске, Эллиот. А в чем дело?

– Неужели сам не видишь? Рейтинг новостей опять упал. Я требую, чтобы она немедленно взялась за дело!

Мэтт, бормоча уверения и ободряющие фразы, исподтишка приглядывался к боссу. Неужели только снижение рейтинга – истинная причина обеспокоенности Кромвелла? И что на самом деле кроется за возмущенными тирадами? Хоть бы Дейна скорее позвонила!

А Дейна тем временем встала, оделась и поехала в аэропорт. Пора домой. Опять она не узнала ничего существенного!

Ожидая, пока объявят ее рейс, Дейна скучающе осмотрелась и заметила в углу человека в неприметном сером костюме. Она, может, и не обратила бы на него внимания, если бы время от времени не ловила на себе его ускользающий взгляд. Отчего этот тип кажется ей таким знакомым? Кого напоминает ей?

Эта мысль буквально не давала ей покоя, и Дейна после долгих мучительных раздумий наконец вспомнила, что видела почти такого же в Аспене. Тот тоже был в темно-сером костюме. Но дело не в сходной одежде. Скорее в осанке и манере держать себя. У обоих был неприятно высокомерный вид, словно они считали окружающих куда ниже себя. Мало того, в его холодных глазах стыло нечто вроде откровенного презрения.

Дейне стало не по себе. Неужели за ней следят?

Когда объявили посадку, незнакомец что-то сказал в сотовый телефон и направился к выходу из аэропорта.

Глава 15

Первое, что заметила Дейна, оказавшись дома, – густую маленькую елочку, любовно украшенную и сверкающую огнями. Оказалось, что миссис Дейли и Кемаль решили сделать ей сюрприз.

– Посмотрите на эту гирлянду! – с гордостью объявила миссис Дейли. – Кемаль ее сделал сам.

Жилец из соседней квартиры, сидевший у телевизора, прибавил звук, чтобы лучше расслышать голоса женщин.

Дейна поцеловала домоправительницу в щеку.

– Я люблю вас, миссис Дейли.

Миссис Дейли покраснела.

– Какая чепуха. Много шума из ничего. Подумаешь, деревце купила!

– А где Кемаль?

– У себя в комнате. Вам здесь звонили, мисс Эванс. Миссис Хадсон и ваша мама. Я записала номер миссис Хадсон. У вас на комоде.

– Спасибо, миссис Дейли. Что бы я без вас делала.

Но прежде всего Кемаль!

Дейна побежала в кабинет. Кемаль, как всегда, сидел за компьютером.

– Привет, – без особого энтузиазма буркнул он. – Вернулась?

– Вернулась, – кивнула Дейна.

– Здорово. Я надеялся, что мы вместе встретим Рождество.

Дейна обняла мальчика и прошептала ему на ухо:

– Ну куда же я денусь! Да я бы за весь мир не пропустила бы такого праздника! Знаешь, как я мечтала поскорее оказаться дома! Ну, как ты тут без меня?

– Ништяк…

– Вот и хорошо. Ты ладишь с миссис Дейли?

– Она клевая тетка, – отмахнулся Кемаль.

– Знаю, – улыбнулась Дейна. – Сейчас позвоню и приду.

Сначала самое неприятное.

Она набрала номер матери. Они ни разу не разговаривали с той неудавшейся встречи в Уэстпорте. Как она могла выйти замуж за такую грубую скотину?

К телефону никто не подходил, но Дейна терпеливо ждала. Потом раздались щелчок автоответчика и голос матери:

– Нас сейчас нет дома. Просим оставить сообщение и обязательно перезвоним. Дождитесь длинного гудка.

– Счастливого Рождества, мама, – поздравила Дейна и, повесив трубку, немедленно позвонила Памеле.

– Дейна, я так рада, что вы дома! – воскликнула та. – В выпуске новостей передали, что Джеффа нет в городе, но мы с Роджером завтра даем ранний рождественский ужин для друзей и хотели бы, чтобы и вы с Кемалем пришли. Только не говорите, что у вас другие планы.

– Да какие у меня планы, – вздохнула Дейна. – Все равно Джефф не вернется. Мы с удовольствием придем. Спасибо, Памела.

– Прекрасно. Мы ждем вас в пять часов. Одежда обычная, – сообщила Памела и, помедлив, спросила: – Как идут дела?

– Не знаю, – честно призналась Дейна, – идут ли они вообще.

– Ну ладно, хоть немного забудетесь! Вам не помешает отдохнуть. До завтра!

Дейна долго наставляла Кемаля, как вести себя в гостях. Тот недовольно слушал.

В дверях их встречал Сейзар. При виде Дейны лицо его просияло.

– Мисс Эванс! Как приятно снова видеть вас! – улыбнулся он. – И мастера Кемаля!

– Привет, Сейзар, – весело откликнулся мальчик.

Дейна вручила швейцару сверток в яркой обертке.

– Счастливого Рождества, Сейзар.

– Я… я… не знаю… – растерялся тот. – Вы… вы слишком добры, мисс Эванс.

Добродушный великан, явно не ожидавший такого внимания, залился краской. Дейна протянула ему еще два пакета:

– А эти – для мистера и миссис Хадсон.

– Да, мисс Эванс. Я положу их под дерево. Мистер и миссис Хадсон в гостиной. Сейчас я вас провожу.

– А вот и вы! – приветствовала Памела. – Мы так рады, что вы смогли прийти!

– И мы тоже, – заверила Дейна. Памела ахнула, увидев правую руку Кемаля:

– Дейна, у Кемаля обе… поразительно!

– Не правда ли? – рассмеялась Дейна. – Спасибо моему боссу. Парень что надо! Дай Бог ему счастья! Не поверите, но эта вроде бы мелочь изменила всю жизнь Кемаля.

– Поздравляю, Кемаль, – вставил Роджер.

– Спасибо, мистер Хадсон.

– Пока не прибыли другие гости, – продолжал Роджер, – я должен кое-что вам сказать. Помните, я упоминал, как Тейлор Уинтроп уверял друзей, что покончил с политикой, а потом неожиданно принял пост посла в России?

– Да, но я посчитала, что президент настаивал на…

– Я тоже так думал. Но, похоже, все наоборот. Это Уинтроп просил президента дать ему это назначение. Только вот зачем ему это понадобилось?

Дейна непонимающе пожала плечами. В самом деле, зачем?

Вскоре начали подъезжать остальные приглашенные. За ужином собрались всего двенадцать человек, не считая хозяев, и в столовой царила на редкость добросердечная дружеская атмосфера. Настроение было праздничным, то и дело слышались шутки и смех. После десерта все вернулись в гостиную, где перед камином стояла высокая, до самого потолка, елка. Для всех нашлись подарки, но Кемалю досталась львиная доля: компьютерные игры, роликовые коньки, свитер, перчатки и видеокассеты.

Время прошло быстро. Радость от общения с такими милыми людьми, особенно после напряженных поездок и неприятных известий, была поистине огромной. Радость и облегчение. Жаль только, что Джеффа нет рядом.

Праздник прошел, наступили будни. И снова Дейна Эванс сидела за столом ведущей в ожидании начала одиннадцатичасового выпуска. Рядом, как всегда, находился Ричард Мелтон. Мори Фолстейн занимала обычное место Джеффа. Дейна старалась не показать, как это ей неприятно.

– Мне тебя не хватало, – прошептал Дейне Ричард.

– Правда? – усмехнулась Дейна. – Представь, и мне тоже.

– Ты то и дело куда-то исчезаешь. У тебя все в порядке?

– Разумеется.

– Давай потом пойдем поужинаем.

– Я должна сначала узнать, как там Кемаль.

– Можем встретиться в другом месте. Прямо в ресторане.

Встретимся в другом месте. Я… кажется, за мной следят. В зоопарке, у вольера с экзотическими птицами…

– Говорят, ты напала на какую-то сенсацию. Не хочешь рассказать? – продолжал Ричард.

– Пока еще не о чем рассказывать.

– Ходят слухи, что Кромвелл не слишком доволен твоими постоянными отлучками. Надеюсь, у тебя не будет неприятностей.

Позвольте дать вам один совет: не ищите неприятностей на свою голову, иначе очень скоро их обретете, обещаю вам…

Дейна вымученно улыбнулась, стараясь делать вид, что слушает Ричарда. Но его слова отчего-то скользили мимо ушей.

– У него просто хобби – вышвыривать людей на улицу, – заметил Мелтон. – Вечно спешит, как на пожар, требует бог знает чего!

Билл Келли исчез на следующий день после пожара. И даже не потрудился получить жалованье. Просто смылся…

– Господь свидетель, не хотел бы я работать с новой ведущей.

Свидетелем аварии был американский турист Ролф Бенджамен. Слепой.

– Пять, четыре, три, два…

Анастасия ткнула пальцем в Дейну. Загорелся красный свет. Раздался голос диктора:

– Начинаем вечерний выпуск новостей на WTN с Дейной Эванс и Ричардом Мелтоном.

Дейна нацепила на лицо дежурную улыбку.

– Добрый вечер. Я Дейна Эванс.

– А я – Ричард Мелтон.

Передача началась.

– Сегодня в Арлингтоне трое учащихся Уилсоновской средней школы арестованы после того, как при обыске в раздевалке были найдены семь унций марихуаны и различное оружие, включая украденный револьвер. Репортаж Холли Рапп.

Включается запись.

Кражи антиквариата случаются не слишком часто, и преступники почти всегда действуют по одной схеме. Но тут все было по-другому.

Едва они встали из-за стола, как Ричард подошел к Дейне.

– Ну как? Встретимся позже?

– Не сегодня, Ричард. У меня еще дела.

– Что ж, нет так нет, – вздохнул Ричард и немного замешкался, прежде чем отойти. У Дейны сложилось впечатление, что он хочет спросить ее о Джеффе, но вместо этого Ричард пробормотал: – До завтра.

– Спокойной ночи всем, – попрощалась Дейна и, выйдя из студии, поднялась к себе. В кабинете было темно и тихо: Оливия давно уже ушла. Дейна включила компьютер, вошла в Интернет и снова начала просматривать бесчисленные статьи о Тейлоре Уинтропе. На одном из сайтов она набрела на сведения о Марселе Фальконе, французском правительственном чиновнике, одно время бывшем представителем в НАТО. В статье упоминалось, что Марсель Фалькон вел переговоры с Тейлором Уинтропом о торговом соглашении. В самый разгар переговоров Фалькон ушел со своего поста в отставку.

В самый разгар переговоров? Что могло случиться?

Дейна открывала сайт за сайтом, но так и не нашла больше имени Фалькона. Придется получше в этом разобраться.

К тому времени, когда она закончила поиск, было уже два часа ночи. Слишком рано, чтобы звонить в Европу. Она отправилась домой. Оказалось, что миссис Дейли еще не легла.

– Простите, что я так поздно, – пробормотала Дейна. – Но…

– Ничего страшного. Я смотрела сегодня ваш выпуск. Вы, как всегда, великолепны, мисс Эванс.

– Вы слишком добры.

– Жаль только, что вы рассказываете о таких ужасных вещах, – вздохнула миссис Дейли. – В каком страшном мире мы живем!

– Что поделаешь. Кстати, как Кемаль?

– Этот бесенок нигде не пропадет. Я позволила ему обыграть меня в «джин рамми».

– Вы знаете, чем его взять, – улыбнулась Дейна. – Кстати, миссис Дейли, если хотите прийти завтра попозже…

– Ни в коем случае. Завтра явлюсь вместе с солнышком – проводить вас в школу и на работу.

Дейна восхищенно покачала головой. Драгоценность! Настоящий брильянт.

Из раздумий ее вывел телефонный звонок. Дейна схватилась за трубку.

– Джефф?! Счастливого Рождества, дорогой, – пропела Дейна, наслаждаясь звуками его голоса, как всегда, приносившими радость и покой.

– И тебе тоже. Я не слишком поздно звоню?

– Для тебя никогда не поздно. Расскажи лучше о Рейчел.

– Она выписалась из больницы и теперь живет дома.

А Джефф? Где он живет? Неужели у нее?

– Пока здесь дежурит сиделка, но Рейчел намерена завтра же отпустить ее.

– А… а потом? – выдавила Дейна.

– Результаты анализов показали наличие метастазов. Рейчел просит, чтобы я пока не уезжал.

– Понимаю. Не хочу показаться эгоисткой, но разве у нее никого…

– Она в самом деле одинока, дорогая. И сходит с ума от страха. Никого к себе не подпускает. Честно говоря, не знаю, что бы она делала, если бы и я от нее отрекся.

А я не знаю, что стану делать, если ты немедленно не приедешь.

– Врачи считают, что нужно немедленно начинать химиотерапию.

– И сколько времени это займет?

– Четыре месяца. Каждые три недели по одному курсу. Четыре месяца?!

– Мэтт попросил меня взять отпуск. Мне ужасно жаль, солнышко.

О чем он жалеет? О своей работе? О Рейчел? Или о том, что наши жизни рушатся? Господи, ну как мне быть? Что теперь с нами станется? Нет, нельзя думать только о себе. Несчастная, может быть, умирает.

– Мне тоже жаль, – выговорила она наконец. – Надеюсь, все обойдется.

Обойдется? Для кого? Для Рейчел и Джеффа? Или для нас с Джеффом?

Отключив телефон, Джефф случайно оглянулся и увидел стоящую на пороге Рейчел – в ночной сорочке и халатике. Она выглядела более хрупкой, чем обычно, лицо словно светилось. Сегодня она поражала почти неземной прелестью.

– Ты говорил с Дейной?

– Да, – коротко бросил Джефф.

Рейчел подвинулась ближе.

– Бедный Джефф! Понимаю, в какое ужасное положение я тебя поставила. Но… милый… без тебя мне бы этого просто не пережить. Ты мне нужен, Джефф, очень нужен.

Джефф промолчал. Да и что тут говорить? Он не может оставить Рейчел, но и без Дейны жить немыслимо.

Ночью Дейна почти не спала, вскочила на рассвете и отправилась на студию. И снова погрузилась в Интернет. Внимание ее привлекли два коротких сообщения. По отдельности они ничего собой не представляли, но вместе явно намекали на какую-то тайну. Дейна сразу заподозрила неладное.

Венсан Манчино, итальянский министр внешней торговли, неожиданно подал в отставку во время торговых переговоров с Тейлором Уинтропом, представителем Соединенных Штатов. Обязанности Манчино принял на себя его заместитель Иво Вейл.

Тейлор Уинтроп, специальный советник НАТО в Брюсселе, попросил себе замену и вернулся домой в Вашингтон.

Подумать только, все трое – и Марсель Фалькон, и Венсан Манчино, и Тейлор Уинтроп – одновременно отказались от должностей. Есть ли тут какая-то связь? Или простое совпадение?

Интересно…

Пожалуй, стоит связаться с Домиником Романо, корреспондентом телеканала «Италия-1» в Риме. Если повезет, он окажется на месте.

К счастью, трубку поднял Доминик.

– Дейна! Сколько лет, сколько зим! Рад тебя слышать. Надеюсь, у тебя все в порядке.

– Я собираюсь вылететь к вам и хотела бы встретиться с тобой. Поговорить.

– Bene! [21] О чем, если не секрет?

– Видишь ли…

Дейна замялась.

– Это не телефонный разговор. Я хотела бы обсудить это с глазу на глаз.

– Когда приезжаешь?

– В субботу.

– Постараюсь раздобыть самые жирные и калорийные спагетти с томатами. Вредные для желудка. Тебе не мешает немного округлиться.

Поговорив с Домиником, Дейна немедленно позвонила коллеге Жану Сомвиллю, работавшему в Брюсселе, на рю де Шаплиер, в пресс-центре НАТО.

– Жан? Дейна Эванс.

– Дейна! Я не видел тебя с самого Сараево! Ну и времечко было! Ты хоть иногда нас вспоминаешь? Ни разу туда не возвращалась?

– Не имею ни малейшего желания, – поморщилась Дейна.

– Что я могу для тебя сделать, cherie [22]? Ты же знаешь, я на все готов!

– Через несколько дней я буду в Брюсселе. Ты никуда не уезжаешь?

– Ни за что! Я весь к твоим услугам. Что-то срочное?

– Нет, – поспешно заверила Дейна.

– Ну конечно, тебе просто захотелось посмотреть город, – скептически буркнул Жан.

– Что-то вроде этого.

Жан рассмеялся:

– Жду не дождусь! Au revour.

– Au revour [23].

Дейна тяжело вздохнула. Снова придется бросать Кемаля! И что скажет Мэтт?

Мэтт оказался легок на помине. В комнату ворвалась Оливия.

– Мисс Эванс, вас вызывает мистер Бейкер.

– Передай, что сейчас приду.

Еще пара звонков, и Дейна отправилась к Мэтту. Она робко открыла дверь его кабинета, но тот, не здороваясь, объявил:

– Нам, похоже, повезло. И давно пора! Вчера я услышал одну историю, которая, вполне вероятно, может стать тем доказательством, которое мы искали.

– Правда? – ахнула Дейна.

– В Дюссельдорфе живет некий… – он справился с лежавшей на столе карточкой: -…Дитер Зандер. Он вел какие-то дела с Тейлором Уинтропом.

Дейна затаила дыхание.

– Всех подробностей я не знаю, но, очевидно, между ними случилось нечто крайне неприятное. Разгорелась ужасная ссора, и Зандер поклялся прикончить Уинтропа. Пожалуй, это следует проверить.

– Несомненно. Я немедленно этим займусь, – заверила Дейна.

Но каким образом они стали врагами? У кого бы спросить?

Дейна вдруг вспомнила о Джеке Стоуне из ФАИ. Стоун может что-то знать.

Она нашла номер его личного телефона и, позвонив, услышала знакомый голос:

– Джек Стоун.

– Это Дейна Эванс.

– Здравствуйте, мисс Эванс. У вас какие-то затруднения?

– Я пытаюсь найти кого-то, кто знал бы человека по имени Зандер, живущего сейчас в Дюссельдорфе.

– Дитер Зандер?

– Вы с ним знакомы?

– Мы знаем, кто он.

Дейна отметила это «мы».

– Не могли бы вы рассказать о нем?

– В связи с Тейлором Уинтропом?

– Именно.

– Уинтроп и Зандер были партнерами в каком-то деловом проекте. Зандер попал в тюрьму за мошенничество с акциями, а пока отбывал срок, его дом сгорел вместе с женой и тремя детьми. Он винит в случившемся Тейлора Уинтропа.

А сам Уинтроп с женой тоже погибли при пожаре. Услышанное настолько потрясло Дейну, что она не сразу пришла в себя и едва нашла силы спросить:

– Зандер все еще в тюрьме?

– Нет. По-моему, вышел в прошлом году. Чем еще могу быть полезен?

– Это все, огромное вам спасибо.

– Только это между нами.

– Я все понимаю.

Стоун отключился.

Итак, у нее три варианта.

Дитер Зандер в Дюссельдорфе.

Венсан Манчино в Риме.

Марсель Фалькон в Брюсселе.

С которого начать?

Пожалуй, с Дюссельдорфа.

– Миссис Хадсон на третьей линии, – сообщила Оливия.

– Я возьму трубку, – кивнула Дейна. – Памела?

– Здравствуйте, Дейна. Понимаю, что это несколько неожиданно, но в город приехал наш старый друг, и в следующую среду мы с Роджером даем в его честь небольшой прием. Вы свободны? Насколько я понимаю, Джефф еще не вернулся.

– Боюсь, нет. Я сегодня вылетаю в Дюссельдорф.

– О, как жаль!

– И, Памела…

– Что-то случилось?

– Нет, просто Джефф не скоро приедет.

Памела, помолчав, деликатно спросила:

– Надеюсь, у вас все в порядке?

– Да, я в этом уверена.

Уверена ли?!

Глава 16

Дейна вылетела в Дюссельдорф самолетом компании «Люфтганза» из аэропорта Даллеса, предварительно предупредив о приезде Стефана Мюллера, работавшего на кабельном телевидении. Усевшись в кресло, она принялась перебирать про себя подробности разговора с Мэттом Бейкером.

Если Зандер винил во всем Уинтропа…

– Guten Abend. Ich heisse Hermann Friedrich. Ist es das ersten mal das sie Deutchland besuhen? [24]

Дейна повернулась к своему соседу, пятидесятилетнему мужчине с повязкой на глазу и пышными усами.

– Добрый вечер, – вежливо поздоровалась она.

– О, так вы американка?

– Да.

– В Дюссельдорф приезжает много туристов. Это прекрасный город.

– Да, я слышала.

И его семья погибла в огне.

– Так вы впервые летите в Германию?

– Впервые.

Неужели это простое совпадение?

– Получите огромное удовольствие. Рейн делит Дюссельдорф на две части. Более древняя на правом берегу…

Стефан Мюллер наверняка что-то знает о Зандере…

– А современные районы – на левом. Обе половины соединяют пять мостов.

Фридрих подвинулся ближе.

– Вы, вероятно, решили навестить друзей?

В таком случае все сходится.

Не дождавшись ответа, он подался к ней:

– Если вы одна, я знаю…

– Что? О нет. Меня ждет муж.

Улыбки Фридриха как не бывало.

– Завидую вашему мужу. Он настоящий счастливчик.

Перед международным аэропортом Дюссельдорфа выстроилась длинная очередь такси. Дейна попросила отвезти ее в «Брайденбахер Хоф», элегантный старый отель в центре города с просторными номерами и роскошным вестибюлем. Портье приветливо улыбнулся:

– Мы ожидали вас, мисс Эванс. Добро пожаловать в Дюссельдорф.

Дейна, вежливо кивнув, заполнила карточку. Портье поблагодарил ее, поднял телефонную трубку и, что-то сказав, вновь обратился к Дейне:

– Прошу извинить, фрейлейн, ваш номер еще не совсем готов. Мне очень жаль. Пожалуйста, не могли бы вы пока перекусить за счет заведения? Я позову вас, как только горничная закончит уборку.

– Разумеется, – согласилась Дейна.

– Позвольте, я провожу вас в ресторан.

Он повел ее к массивной двери. А наверху, в номере Дейны, работали два высококвалифицированных специалиста-электронщика, торопясь вмонтировать «глазок» камеры в стенные часы.

* * *

После обеда Дейна поднялась к себе и, разложив вещи, позвонила на кабельное телевидение.

– Я уже на месте, – объявила она.

– Дейна! – обрадовался Стефан. – До этой минуты я не верил, что ты приезжаешь! Где собралась ужинать?

– Надеялась, что ты пригласишь.

– Считай, что уже пригласил. Мы идем в «Им Шиффхен». В восемь?

– Договорились.

Немного отдохнув, Дейна приняла ванну, оделась и уже направилась к двери, но зазвонил телефон, и она поспешно вынула из сумочки трубку сотового:

– Алло!

– Это я, солнышко. Как ты?

– Прекрасно. Лучше не бывает.

– Ты где?

– В Германии. Дюссельдорф. Кажется, я наконец напала на след.

– Дейна, ради Бога, поосторожнее. Не рискуй зря. Господи, как бы я хотел быть рядом.

И я тоже…

– А Рейчел? Как она?

– Химиотерапия отнимает у нее последние силы. На нее смотреть страшно. Не знаю, как она все это вынесет.

– А она…

У Дейны язык не повернулся договорить.

– Слишком рано делать прогнозы. Если химиотерапия поможет, значит, можно надеяться на ремиссию.

– Джефф, пожалуйста, передай, что мне ужасно жаль.

– Обязательно. А ты? Чем я могу помочь тебе?

– Пока я сама справляюсь.

– Завтра позвоню. Просто хотел сказать, что очень тебя люблю.

– И я тебя, родной. До свидания.

– До свидания, солнышко.

Не успел Джефф попрощаться, как сзади, словно привидение, возникла Рейчел, как обычно, в халате, шлепанцах и намотанном на голову большом махровом полотенце.

– Как Дейна?

– Пока нормально. Просила передать тебе привет и сказать, как ей жаль.

– Она тебя очень любит.

– И я ее тоже. Нет, пожалуй, еще больше.

Рейчел неслышно подступила к нему:

– Но ведь и мы когда-то были влюблены… Что же случилось?

Джефф пожал плечами:

– Жизнь. Вернее сказать, судьба. Каждый из нас шел своей дорогой.

– Я слишком увлеклась карьерой, – призналась Рейчел, сдерживая слезы. – Что ж, теперь с этим покончено, не так ли?

Он обнял ее за плечи.

– Рейчел, все будет хорошо. «Химия» тебе поможет, вот увидишь.

– Знаю. Дорогой, спасибо за то, что ты со мной. Сама я не справилась бы. Не знаю, что бы я делала без тебя.

Джефф неловко поежился. Последнее время Рейчел пугала его разговорами о былых чувствах. Он не знал, как ответить, чтобы не обидеть ее.

«Им Шиффхен» оказался модным рестораном в фешенебельном районе Дюссельдорфа. Дейна пришла первой. Вскоре появился Стефан и расплылся в улыбке при виде Дейны.

– Дейна! Mein Gott! [25] Как же давно мы не виделись?

– Целую вечность, верно?

– Что ты здесь делаешь? Приехала на фестиваль?

– Нет. Меня попросили навестить одного человека.

К столику подошел официант, и они заказали напитки.

– Кто этот человек? – продолжал допрашивать Стефан.

– Его зовут Дитер Зандер. Слышал о нем?

– Еще бы! Кто о нем не слышал! Поразительная личность! Оригинал! Кстати, замешан в весьма неприятном скандале. Представляешь, миллиардер, оказавшийся то ли настолько глупым, то ли попросту жадным, чтобы впутаться в махинации с акциями и надуть каких-то своих клиентов. К своему несчастью, он довольно скоро попался с поличным. Ему грозило двадцать лет тюрьмы, но он нажал на все кнопки и вышел на свободу через три года. Продолжает твердить, что невиновен.

– А это так и есть? – полюбопытствовала Дейна.

– Кто знает? На суде он клялся, что Уинтроп подставил его и украл миллионы долларов. Процесс получился сенсационным. По словам Зандера, Уинтроп предложил ему партнерство в цинковых рудниках, которые, по его предположениям, должны были принести огромные прибыли. На всех документах стояла подпись Зандера как главного компаньона и президента. Тот успел распродать огромное количество акций. Но оказалось, что рудники были «посолены».

– Что это значит?

– Это значит, что результаты геологических изысканий были подделаны. Не было там никакого цинка. Просто какой-то участок «посолили» цинковой рудой. Уинтропу достались денежки, а Зандер пошел под суд.

– Но присяжные, конечно, не поверили всей этой истории.

– Обвини он любого другого, кроме Уинтропа, может, и поверили бы. Но в представлении всего мира Уинтроп – нечто вроде полубога. Кстати, а почему ты так этим интересуешься?

– Я уже сказала, – уклончиво пробормотала Дейна. – Один приятель Зандера просил его навестить.

Ужин оказался выше всех похвал. Дейна съела все, до последнего кусочка, и, смеясь, призналась:

– Утром я буду себя проклинать. Но удовольствие этого стоило!

Прощаясь с Дейной у дверей отеля, Стефан сказал:

– А знаешь, что игрушечного медвежонка придумала здешняя уроженка, Маргарет Штайф? Этих милых мохнатых зверушек обожают дети всего мира.

Дейна молча слушала, не понимая, к чему он клонит.

– К сожалению, в Германии водятся и настоящие медведи, и, поверь, крайне опасные. Поосторожнее с Дитером Зандером. Он похож на плюшевого мишку, но не обманывайся. Он настоящий хищник. Зверь еще тот.

Компания «Зандер электроникс интернэшнл» занимала гигантское здание в промышленном предместье Дюссельдорфа. В вестибюле толпился народ. Дейна подошла к одной из трех секретарш.

– Я бы хотела видеть герра Зандера.

– Вам назначено?

– Да. Я Дейна Эванс.

– Минутку, пожалуйста.

Секретарь поговорила по телефону и покачала головой.

– Фрейлейн, когда вы записывались на прием?

– Несколько дней назад.

– Сожалею, но у его секретаря нет никаких записей на этот счет. Ваше имя нигде не значится. К герру Занде-ру невозможно попасть без предварительной договоренности.

Она вежливо улыбнулась и обратилась к следующему посетителю. В эту минуту в дверь входила большая группа служащих. Дейна отступила от стойки и незаметно смешалась с ними, оказавшись в самом центре. Они все вместе вошли в лифт. Когда он тронулся, она с притворным ужасом воскликнула:

– О Господи, я забыла спросить, на каком этаже кабинет герра Зандера.

– Vier [26], – подсказала одна из женщин.

– Danke, – поблагодарила Дейна и, выйдя на четвертом этаже, подошла к столу, за которым сидела молодая женщина.

– Меня зовут Дейна Эванс. Я прилетела из Вашингтона, чтобы встретиться с герром Зандером.

Женщина недовольно нахмурилась.

– Но вашего имени нет в книге записавшихся на прием.

Дейна наклонилась к ней и спокойно посоветовала:

– Передайте герру Зандеру, что я корреспондент вашингтонского телевидения и собираюсь делать на нашем канале репортаж о нем и его семье, независимо от того, встретится он со мной или нет. Так что в его интересах поговорить со мной до того, как репортаж выйдет в эфир.

Растерявшаяся секретарь беспомощно взирала на Дейну, не зная, как поступить. Ситуация вышла из-под контроля, и эта обычно сдержанная женщина, очевидно, боялась рассердить босса. Наконец, решившись, она пролепетала:

– Подождите, пожалуйста, сейчас попробую что-нибудь сделать.

Она встала, подошла к двери с надписью «Посторонним вход воспрещен» и исчезла внутри. Дейна оглядела приемную, увешанную снимками заводов «Зандер электроникс», разбросанных по всему миру. Компания, как оказалось, имела филиалы в Америке, Франции, Италии… словом, во всех странах, где так таинственно гибли Уинтропы.

В приемной снова появилась секретарша.

– Герр Зандер примет вас, – процедила она, неодобрительно поджав губы. – Но он может уделить вам всего несколько минут. Все это крайне… крайне необычно.

– Благодарю, вы очень любезны, – кивнула Дейна. Секретарь провела ее в большую, отделанную панелями комнату.

– Это фрейлейн Эванс, – объявила она и удалилась, оставив Дейну наедине с хозяином. Даже сидя за громадным письменным столом, он показался ей великаном. И в самом деле похож на плюшевого мишку. Уже немолодой, но крепкий, с бесхитростным открытым лицом и добрыми карими глазами. В точности как описывал Стефан.

Приглядевшись к ней, Зандер неожиданно улыбнулся:

– Я вас знаю! Военные репортажи из Сараево!

– Верно.

– Все же не понимаю, чего вы от меня хотите. Вы упоминали о моей семье.

– Можно мне сесть?

– Пожалуйста.

– На самом деле я хотела побеседовать о Тейлоре Уинтропе.

Зандер настороженно прищурился:

– Что именно вы хотели узнать?

– Я провожу расследование, мистер Зандер. Видите ли, я почти уверена, что Тейлор Уинтроп и его семья были убиты.

Глаза Дитриха Зандера словно подернулись льдом.

– Думаю, вам лучше уйти, фрейлейн.

– Вы вели с ним дела, – настаивала Дейна. – И…

– Убирайтесь!

– Герр Зандер, я считаю, что для вас и ваших друзей будет лучше, если мы сначала все обсудим с глазу на глаз, иначе моя передача может оказаться для вас неприятным сюрпризом. Все, чего я добиваюсь, – справедливости. Я хочу услышать вашу версию того, что произошло. Поверьте, я не приму ничью сторону, не узнав правды.

После долгого нерешительного молчания Дитер Зандер с горечью бросил:

– Тейлор Уинтроп был негодяем. И редким подлецом. О, в уме ему не откажешь, он на редкость хитро меня подставил, и никаких доказательств правоты у меня не оказалось. А пока я был в тюрьме, фрейлейн, моя жена и дети умерли страшной смертью. Будь я дома… наверняка сумел бы их спасти.

Он сморщился, как от боли, и глухо добавил:

– Я ненавидел этого человека и не собираюсь этого скрывать. Но убить Тейлора Уинтропа?! Нет.

И, улыбнувшись своей добродушной улыбкой игрушечного медведя, он протянул ей руку:

– Прощайте, мисс Эванс. Желаю удачи.

Добравшись до отеля, Дейна решила позвонить Бейкеру.

– Мэтт, я в Дюссельдорфе. Ты был прав. Похоже, я напала на след. И все благодаря тебе. Дитер Зандер действительно одно время был компаньоном Тейлора Уинтропа и теперь во всеуслышание заявляет, что тот обокрал его, подставил и довел до тюрьмы. Пока он сидел за решеткой, семья сгорела при пожаре.

– Что? – прошептал Мэтт. – Что ты говоришь? Погибли в огне?

– Странное совпадение, верно?

– Точно так же, как Тейлор и Мэделайн.

– Вот именно. Видел бы ты выражение глаз Зандера, когда я заговорила об убийстве! – выпалила Дейна.

– Все сходится, верно? У Зандера имелся мотив для уничтожения Уинтропов. Значит, ты с самого начала была права: это хладнокровные убийства. И каким-то боком тут была замешана Джоан Сайниси, иначе с ней бы не расправились. Просто кровь стынет в жилах!

– Да, вроде бы все так, но доказательств по-прежнему нет. Мне нужно потолковать еще с двумя свидетелями. Утром вылетаю в Рим. Через день-другой буду в Вашингтоне, – пообещала Дейна.

– Ради Бога, береги себя. Убийца ни перед чем не остановится, – предупредил Мэтт. – Даешь слово не лезть в пропасть очертя голову?

– Заметано.

* * *

Камера фиксировала каждое движение Дейны на большом экране, вмонтированном в стену одного из кабинетов штаб-квартиры ФАИ. Трое мужчин сосредоточенно рассматривали девушку, говорившую по телефону из своего номера.

– Мне нужно потолковать еще с двумя свидетелями, – объясняла она. – Утром вылетаю в Рим. Через день-другой буду в Вашингтоне.

Мужчины не отрываясь, жадно наблюдали, как Дейна кладет трубку, поднимается и идет в ванную. Тут же включилась вторая камера, скрытая в подвесном аптечном шкафчике. Дейна начала раздеваться. На крючке повисла блузка. За ней последовал лифчик.

– Черт, взгляните на эти буфера!

– Лакомый кусочек, ничего не скажешь.

– Погоди, она сбрасывает юбку и трусики.

– Парни, что за попка. Вот это задница! Я бы не прочь попробовать такую!

К общему сожалению, девушка зашла в душевую кабинку и закрыла стеклянные дверцы, вскоре покрывшиеся пленкой жаркого тумана.

– Конец фильма, – вздохнул кто-то. – Следующий сеанс в одиннадцать.

Сеансы химиотерапии стали для Рейчел настоящим адом. Антиканцерогенные препараты адриамицин и таксотир вводились внутривенно из капельницы, и вся процедура занимала четыре часа. Рейчел то впадала в депрессию, то разражалась слезами и мучила себя и Джеффа.

– Поймите, это очень тяжелый период для таких больных, – твердил Джеффу доктор Янг. – Ее все время тошнит, нет сил даже встать, и к тому же выпадают волосы. Из всех побочных эффектов этот для женщины самый страшный.

– Вы правы, – вздохнул Джефф. – Попытаюсь что-то сделать.

На следующий день он велел Рейчел:

– Одевайся. Едем кататься.

– Джефф, мне не слишком…

– Никаких возражений.

Полчаса спустя они уже были в постижерном магазине, и Рейчел, смеясь, примеряла парики.

– Они все такие красивые, – растерянно уверяла она Джеффа. – Какой взять? Тебе больше нравится длинный или короткий?

– Оба, – решил Джефф. – Если эти тебе надоедят, всегда можешь приехать сюда и превратиться в брюнетку или рыжую. Лично мне ты нравишься и такая, какая есть.

Глаза Рейчел наполнились слезами.

– А ты – мне. Очень.

Глава 17

Каждый город обладает особым, только ему присущим ритмом жизни, и в этом отношении Рим не похож ни на одну столицу мира. Это совершенно уникальный, живущий своей жизнью живой организм, современная метрополия, заключенная в кокон истории, насчитывающей многие века. Века, овеянные славой, позором, поражениями и победами. Здесь время словно замедляет свой бег, ибо здешние обитатели считают, что причин спешить нет, ведь каждый новый день приближает их к могиле. Завтра и без того непременно настанет.

Дейна была в Риме двенадцатилетней девочкой, когда в очередной раз помирившиеся родители повезли ее на каникулы. Сколько воспоминаний пробудил в ней аэропорт Леонардо да Винчи! Тогда, давно, в первый же день она бродила по Колизею, где когда-то бросали львам первых христиан. Девочка неделю после этого не могла уснуть.

Родители показали ей Ватикан и площадь Испании, позволили бросить лиру в фонтан Треви. Она тогда еще загадала желание. Попросила, чтобы отец с матерью перестали ссориться. Когда отец навсегда исчез из их жизни, Дейна еще долго чувствовала, что фонтан предал ее.

Она слушала оперу «Отелло», которую давали в «Терм ди Каракалл», римских банях, и до сих пор помнила каждую деталь того чудесного вечера. Какое вкусное мороженое продавали в знаменитом кафе «Дони» на виа Венето. Как интересно было бродить по оживленным улочкам Тра-стевере! Дейна обожала Рим и его жителей.

Кто бы мог подумать, что она вернется сюда в поисках серийного убийцы?!

Еще в Дюссельдорфе Дейна позвонила в отель «Цицерони», неподалеку от пьяцца Навона, и заказала номер. На этот раз ждать не пришлось.

– Buon giorno, – приветствовал ее управляющий. – Мы счастливы, что вы решили остановиться у нас, мисс Эванс. Как я понимаю, вы пробудете здесь два дня?

– Видите ли, – нерешительно пояснила Дейна, – я и сама толком не знаю.

– Ничего страшного, – улыбнулся тот. – Мы оставили для вас прекрасный люкс. Если что-то понадобится, только дайте знать.

Ах, Италия! Такая дружелюбная, приветливая страна! Кстати, нужно бы повидаться с четой Уортонов. Как был счастлив Ховард!

Уж и не знаю, откуда они про меня услышали, но специально прислали своего представителя, чтобы заключить со мной контракт…

Нет, просто грешно побывать в Италии и не встретиться с друзьями!

Дейна попросила телефонистку соединить ее с корпорацией «Италиано Рипристино».

– Я бы хотела поговорить с Ховардом Уортоном.

– Не понимаю. Произнесите по буквам.

Дейна, не задумываясь, выполнила просьбу.

– Спасибо. Минутку, пожалуйста.

Минутка растянулась на пять. Наконец женщина снова взяла трубку.

– Прошу прощения. Здесь такой не работает.

Единственное условие – мы должны быть в Риме уже завтра…

Что же все-таки случилось на самом деле?

Дейна опасалась, что правды она так и не узнает. А если и узнает, то она окажется слишком страшной.

Что ж, остается звонить Доминику Романо. Как телеведущий на канале «Италия-1» он должен знать многих известных особ.

– Доминик? Это Дейна. Я уже в Риме!

– Дейна! Вот это да! Когда мы увидимся?

– Все зависит только от тебя. «Ты свистни, себя не заставлю я ждать» [27]… и так далее.

– Ты где остановилась?

– В отеле «Цицерони».

– Бери такси и скажи водителю, чтобы вез тебя в «Тулу». Я буду через полчаса.

«Тула», один из самых знаменитых римских ресторанов, находился на виа Делла Лупа. К тому времени, как такси остановилось перед входом, Доминик уже ждал.

– Здравствуй, дорогая. Как приятно видеть тебя в костюме, а не в армейском комбинезоне!

– Ты тоже прекрасно выглядишь, Доминик.

– Да. И с ужасом вспоминаю былые дни. Какая зряшная, никчемная война… сколько жертв! Впрочем, разве не все войны такие? Ну да что о грустном! Лучше расскажи, что привело тебя в Рим.

– Хочу повидать одного человека.

– И как же зовут этого счастливчика?

– Венсан Манчино.

Доминик вмиг помрачнел и, сведя брови, глухо спросил:

– Зачем он тебе нужен?

– Сама пока не знаю. Просто веду расследование. Расскажи, что ты знаешь о Манчино.

Доминик надолго задумался, прежде чем ответить.

– Манчино был министром внешней торговли. За ним стояла мафия. Во всяком случае, он всегда предпочитал действовать с позиции силы и не стеснялся пускать в ход свои связи в преступном мире. Но тут произошло нечто весьма странное. Он оставил свой значительный пост, причем никто так и не узнал почему.

Глаза Доминика блеснули любопытством.

– А почему ты им все-таки заинтересовалась?

Но Дейна, не отвечая на вопрос, в свою очередь заметила:

– Я слышала, что он подал в отставку во время переговоров с Тейлором Уинтропом по торговому соглашению.

– Это верно. Уинтроп подписывал все документы с заместителем Манчино.

– Сколько времени Уинтроп пробыл в Риме?

– Кажется… месяца два. Они с Манчино часто пили вместе и, похоже, подружились. Но тут что-то произошло. Какая-то крупная неприятность.

– А подробности?

– Кто знает? Ходили разные сплетни. У Манчино была единственная дочь, Пиа. Так вот, она вдруг исчезла. У жены Манчино случилось нервное расстройство.

– То есть как это исчезла? Похитили?

– Нет. Ничего такого. Она просто…

Он безуспешно попытался найти подходяще слово.

– Просто растворилась. Как будто и не существовала. И никому не известно, что с ней случилось. Могу сказать одно, – вздохнул Доминик. – Пиа была редкостной красавицей.

– А где жена Манчино?

– Судя по слухам, в какой-то лечебнице.

– Не знаешь, в какой именно?

– Нет, и не советую узнавать, – предупредил Доминик.

К ним подошел официант.

– Я хорошо знаю этот ресторан, – объявил Доминик. – Позволь мне самому заказать.

– С удовольствием.

– Вот и прекрасно.

Он повернулся к официанту:

– Prima, pasta fagioli. Dopo, abbacchio arrosta con polenta. Grazie [28].

Еда оказалась великолепной, а дальнейшая беседа – веселой и непринужденной. Но перед тем как распрощаться, Романо тихо попросил:

– Дейна, держись подальше от Манчино. Он не из тех, кого можно допрашивать.

– Но если он…

– Забудь его. Знаешь такое слово «омерта»? Закон молчания.

– Спасибо за совет, Доминик. Я учту.

Офис Венсана Манчино находился в красивом современном здании его фирмы на виа Сардинья. Дейна вошла в мраморный вестибюль и в удивлении остановилась. За стойкой вместо секретарши сидел тяжеловесный вооруженный охранник.

– Buon giorno, – пробасил он при виде Дейны. – Posso aiutarla, signorina? [29]

– Меня зовут Дейна Эванс. Я хотела бы поговорить с Венсаном Манчино.

– Вы договаривались о встрече?

– Нет.

– Я очень сожалею, но…

– Передайте, что речь идет о Тейлоре Уинтропе. Охранник несколько минут изучал Дейну, прежде чем потянуться к телефонной трубке. Поговорив с кем-то, он пожал плечами и положил трубку. Дейна напряженно ждала.

Что обнаружится на этот раз?!

Резкий звонок прервал ее размышления. Охранник послушал, кивнул и коротко пояснил Дейне:

– Второй этаж. Там вас встретят.

– Спасибо.

– Пожалуйста.

Кабинет Манчино оказался маленьким и невзрачным, совсем не таким, как ожидала Дейна. Манчино сидел за старым выщербленным столом. Дейне он показался типичным мафиози, совсем как в старых фильмах: коренастый широкогрудый коротышка лет шестидесяти, с тонкими губами, белоснежными волосами и крючковатым носом. А глаза… Дейна даже поежилась от застывшего в них ледяного холода. На столе стояла фотография в дорогой золотой рамке. Красивая девочка-подросток беспечно улыбалась, словно озаряя своим присутствием убогую комнату.

– Вы сказали, что пришли насчет Тейлора Уинтропа? – не здороваясь, прокаркал он.

– Да. Я хотела потолковать…

– Нам не о чем толковать, синьорина. Он погиб в огне. И теперь вечно горит в аду. Вместе со своей ведьмой-женой и ее отродьем.

– Надеюсь, вы пригласите меня сесть, синьор Манчино?

Он уже хотел отказать, но неожиданно для себя буркнул:

– Простите. Иногда я в расстройстве забываю об элементарных правилах вежливости. Не сердитесь, синьорина. Пожалуйста, садитесь.

Дейна опустилась на стул.

– Поверьте, я не хочу быть голословной и верить сплетням. Просто веду расследование гибели Уинтропов. Насколько мне удалось узнать, вы вели с Тейлором переговоры на правительственном уровне.

– Совершенно верно.

– И за это время успели подружиться.

– Очень, хотя и ненадолго.

Дейна взглянула на снимок.

– Это ваша дочь?

Манчино промолчал.

– Какая красавица!

– Была. По крайней мере все так говорили.

Дейна ошеломленно уставилась на него:

– Разве ее… ее нет в живых?

Вместо ответа он впился в нее взглядом, словно пытаясь решить, стоит ли откровенничать с почти не знакомой американкой.

– Жива? – взорвался он наконец. – Рассудите сами, синьорина! Я ввел вашего американского друга Тейлора Уинтропа в свой дом. Преломил с ним хлеб. Познакомил с родными и приятелями. И знаете, чем он отплатил мне? Соблазнил мою прелестную невинную дочь! Ей было всего шестнадцать лет, синьорина! Несчастная забеременела от него и побоялась признаться мне, зная, что я убью предателя, так что она… она согласилась на аборт!

Он буквально выплюнул последнее слово, как нечто невыразимо мерзкое.

– Уинтроп страшился огласки, поэтому отослал Пиа не к сведущему доктору… нет… отыскал в каких-то трущобах настоящего мясника.

К ужасу девушки, по щеке Манчино покатилась слеза.

– Не пойму, как это случилось, но он просто вырвал у нее матку. У шестнадцатилетней девочки, синьорина…

Он задохнулся и схватился рукой за горло, словно не в силах набрать воздуха в легкие.

– Тейлор Уинтроп разрушил жизнь моей дочери. Уничтожил моих внуков, правнуков и их детей… Разбил будущее семьи Манчино.

Он сжал кулаки, очевидно, пытаясь успокоиться.

– Теперь он и его семья заплатили за смертный грех.

Дейна на мгновение потеряла дар речи.

– Моя дочь в монастыре, синьорина. Больше я никогда ее не увижу, так что жива она или нет – это вопрос спорный. Да, я заключил сделку с Тейлором Уинтропом.

Взгляд стальных серых глаз причинял Дейне почти физическую боль.

– Но это была сделка с дьяволом.

Значит, возможных мстителей уже двое. А ведь еще предстоит встреча с Марселем Фальконом.

В Бельгию Дейна летела самолетом КЛМ [30]. Народу было не слишком много, и сначала Дейна сидела одна, но уже через четверть часа после взлета кто-то сел рядом. Успевшая было задремать девушка открыла глаза. Соседом оказался привлекательный молодой мужчина. Очевидно, он специально просил стюардессу посадить его именно на это место.

– Доброе утро, – улыбнулся он Дейне. – Позвольте представиться, Дэвид Хейнс.

В его речи слышался легкий английский акцент.

– Дейна Эванс.

Лицо молодого человека оставалось спокойным. Очевидно, он ее не узнал.

– Прекрасный день для полета, не так ли?

– Изумительный, – согласилась Дейна.

Хейнс окинул ее восхищенным взглядом.

– Летите в Брюссель по делу?

– Пытаюсь смешать бизнес с удовольствием.

– У вас там друзья?

– В общем, да.

– У меня в Брюсселе много знакомых.

«Скорее бы рассказать обо всем Джеффу», – подумала она, но жестокая истина вновь больно ударила в сердце.

Джефф предпочел остаться с Рейчел.

Хейнс продолжал внимательно вглядываться в девушку.

– Кажется, я вас где-то встречал.

– Просто у меня такой тип лица, – с рассеянной улыбкой ответила Дейна.

Они разговорились и к концу полета стали почти приятелями, как это часто бывает с незнакомыми людьми, надолго оказавшимися в замкнутом пространстве.

Когда самолет приземлился в брюссельском аэропорту и Дейна прошла таможенный контроль, мужчина, стоявший внутри терминала, поднял мобильник и что-то сказал.

Едва оба вышли из здания аэропорта, Дэвид поинтересовался:

– Вас кто-нибудь встречает?

– Нет, но я могу взять та…

– Пожалуйста, позвольте мне отвезти вас в отель.

Он проводил Дейну к роскошному лимузину с водителем и открыл перед ней дверцу:

– Садитесь, мисс Эванс.

Дав водителю адрес, он откинулся на спинку сиденья.

– Вы впервые в Брюсселе?

– Да.

Они проезжали мимо большого торгового пассажа с застекленной крышей.

– Если хотите сделать покупки, лучшего места, чем Галери Сен-Юбер, не найти, – посоветовал Хейнс.

– Вы, видимо, правы. Чудесное место, – кивнула Дейна.

– Остановитесь, Шарль, – велел Хейнс и повернулся к Дейне: – Это знаменитый фонтан «Мальчик Пис».

Дейна с интересом рассматривала бронзовую статую маленького писающего мальчика, стоявшего в огромной створке раковины.

– Один из самых известных в мире.

Пока я был в тюрьме, мои жена и дети умерли страшной смертью. Будь я дома… наверняка сумел бы их спасти.

Не заметив, что Рейчел думает о своем, Дэвид робко предложил:

– Если вы вечером свободны, мы могли бы…

Дейна непонимающе уставилась на него. Только через несколько секунд до нее дошел смысл его слов.

– Мне очень жаль, – запинаясь, пробормотала она, – но я не смогу.

Дэвид грустно вздохнул и до самого отеля молчал.

* * *

А в Вашингтоне дела обстояли хуже некуда. Мэтта снова вызвали на ковер к разъяренному Кромвеллу.

– Так дальше продолжаться не может! – кричал тот. – Без основных игроков вся команда разваливается. Все летит к черту. Когда возвращается Джефф?

– Трудно сказать, Эллиот. Как вы знаете, у него неприятности с бывшей женой, и я предложил ему взять отпуск.

– Ясно. А Дейна? Она-то, надеюсь, собирается вернуться из Брюсселя?

Мэтта как громом ударило. Он забыл, что хотел сказать. Он никому не говорил, куда вылетела Дейна. Никому. Тем более Эллиоту Кромвеллу.

Глава 18

На крыше здания штаб-квартиры НАТО, Организации Североатлантического Договора, развевался бельгийский флаг. Три вертикальные полосы: черная, желтая и красная.

Дейна самонадеянно пребывала в полной уверенности, что уж здесь-то она легко сможет разузнать правду о внезапной добровольной отставке Тейлора Уинтропа и в тот же день улетит домой. Но она мгновенно запуталась в лабиринте офисов, комнат и кабинетов. Помимо помещений, предназначенных для шестнадцати стран-участниц, на дверях висели таблички с непонятными аббревиатурами: NAC, CSCE [31] и еще десятками других, таких же загадочных.

Пришлось отправиться в пресс-центр НАТО, на рю де Шаплиер, и разыскать Жана Сомвилля. Тот вскочил и бросился к ней.

– Дейна!

– Привет, Жан.

– Что привело тебя в Брюссель?

– Работаю над фильмом. Требуется дополнительная информация.

– Очередная история о НАТО?

– Что-то вроде, – пробормотала Дейна. – Видишь ли, одно время советником здесь был Тейлор Уинтроп.

– Да, и неплохо потрудился. Великий человек. Я слышал о несчастье с его семьей. А что ты хотела узнать?

Очевидно, Жан сгорал от любопытства. Но Дейна насторожилась и объяснила, тщательно выбирая слова:

– Видишь ли, он так внезапно оставил свой пост. Я интересуюсь, по какой причине.

Жан Сомвилль равнодушно пожал плечами:

– А по-моему, все просто. Он выполнил свою миссию и получил другое назначение.

Дейна разочарованно вздохнула:

– Ты не знаешь, не случилось ли чего-то необычного за время службы Уинтропа в НАТО?

Жан Сомвилль удивленно вытаращился на Дейну:

– Конечно, нет! А разве ходили слухи о скандале, связанном с именем Уинтропа?

– Нет, – поспешно заверила Дейна. – Просто я кое-что слышала о ссоре… вернее, разногласиях между Уинтропом и еще одним человеком.

– Хочешь сказать, что эта самая ссора носила частный характер?

– Именно.

Жан поджал губы.

– Ну… не знаю. Но могу расспросить сведущих людей.

– Буду очень признательна.

Дейна едва дождалась утра, чтобы снова позвонить Жану Сомвиллю.

– Ну как? Сумел что-нибудь выяснить?

– Прости, Дейна, я честно пытался. Но, боюсь, тебя ввели в заблуждение.

Дейна даже не расстроилась. Она почти ожидала такого ответа и постаралась не заострять внимание Жана на истории с Уинтропом.

– Все равно спасибо. Отсутствие результата – тоже результат, – весело обронила она.

– Рад был помочь. Жаль, что зря летела сюда.

– Жан, я читала, что представитель Франции в НАТО Марсель Фалькон тоже неожиданно подал в отставку и вернулся во Францию. Не находишь это несколько странным?

– Да, тем более что до окончания срока оставалась ровно половина.

– А в чем причина такой поспешности?

– Это отнюдь не тайна. Случилось несчастье. Сына сбил автомобиль. Водитель скрылся с места преступления, оставив парня умирать.

– Скрылся? И его так и не нашли?

– Почему же? Вскоре после наезда он сам сдался полиции.

Еще один тупик.

– Ясно.

– Он оказался шофером Антонио Персико и служил у Тейлора Уинтропа.

Знакомый озноб возбуждения прошел по спине Дейны.

– Вот как? И где этот Персико сейчас?

– Здесь, в Брюсселе. Тюрьма Сен-Жиль. Больше я ничего не знаю. Прости, что не смог ничем помочь.

Окрыленная Дейна немедленно послала факс Мэтту Бейкеру в Вашингтон.

Антонио Персико, водитель посла Тейлора Уинтропа, был приговорен к пожизненному заключению бельгийским судом после того, как признал себя виновным в гибели Габриеля Фалькона, сына французского представителя НАТО Марселя Фалькона. Водитель сбил подростка и скрылся, не оказав помощи.

Тюрьма Сен-Жиль, старинное белое здание с башнями, напоминавшее средневековый замок, находилась почти в центре Брюсселя. Перед тем как идти туда, Дейна позвонила и получила разрешение на свидание с Антонио Персико. Посетительницу проводили в кабинет начальника. Тот был деловит и краток.

– Вы пришли повидаться с Персико?

– Да, месье.

– Подождите.

После полагающегося короткого обыска надзиратель повел Дейну в комнату для свиданий, где уже ожидал Персико, маленький бледный человечек с широко посаженными зелеными глазами и постоянно дергающимся в нервном тике лицом. При виде Дейны он облегченно воскликнул:

– Слава Богу, хоть кто-то наконец пришел. Теперь вы вытащите меня отсюда!

Дейна ошарашенно уставилась на него.

– Вы… вы с кем-то меня путаете. Я здесь вовсе не для этого.

Персико подозрительно сузил глаза:

– В таком случае зачем вы явились? Мне обещали, что кто-то займется пересмотром моего дела.

– Я хотела поговорить с вами о смерти Габриеля Фалькона.

– Я не имею с этим ничего общего! – взвизгнул Персико. – Я невиновен!

– Но вы признались.

– И солгал.

– В таком случае почему… – начала Дейна.

Антонио Персико горько усмехнулся:

– Мне хорошо заплатили. Мальчика убил Тейлор Уинтроп.

Последовало неловкое молчание.

– Расскажите, как все было.

Тик еще усилился, превращая его лицо в морду чудовища.

– Все случилось в пятницу вечером. Жена мистера Уинтропа улетела в Лондон на уик-энд, – прохрипел Антонио. – Мистер Уинтроп остался один и отправился в ночной клуб «Ансьенн Бельгик». Я предложил подвезти его, но он сказал, что сам сядет за руль.

Персико замолчал, вспоминая.

– А дальше? – допытывалась Дейна.

– Мистер Уинтроп буквально ввалился в мою комнату… уж очень был пьян. Рассказал, что мальчик перебегал дорогу перед его машиной, и он сбил парня. Мистер Уинтроп не хотел скандала, поэтому не остановился. Но потом испугался, что кто-то видел, как все произошло, и записал номер, и теперь полиция поднимет шум. Правда, у него была дипломатическая неприкосновенность, но он сказал, что если правда выплывет наружу, русский план провалится ко всем чертям.

– Русский план? – переспросила Дейна.

– Он так сказал.

– А что это такое?

– Понятия не имею, – пожал плечами Персико. – Однажды я подслушал телефонный разговор. Он тогда словно рехнулся. Чуть не рвал на себе волосы и все повторял: «Русский план должен сработать. Должен. Мы слишком далеко зашли, чтобы остановиться на полдороге».

– И вы так и не догадались, что он имел в виду?

– Откуда?

– Не вспомните, что он еще говорил?

Персико на минуту задумался.

– Что-то вроде: «Все детали головоломки наконец сошлись». Похоже, для него это было очень важно.

Дейна жадно впитывала каждое слово.

– Мистер Персико, а почему вы взяли на себя вину?

Персико на мгновение замер.

– Я же говорил, мне заплатили. Уинтроп сказал, что, если я сдамся полиции и скажу, что сидел за рулем в тот вечер, он даст мне миллион долларов и позаботится о моей семье, пока я отбываю срок. Он клялся, что мне дадут совсем немного.

Он скрипнул зубами и до крови закусил губу.

– А я, как последний дурак, согласился. И вот теперь он мертв, а я проведу остаток жизни за решеткой.

В глазах бедняги стыло черное, как мрак, отчаяние.

Дейна, потрясенная услышанным, не знала, как его утешить.

– Вы никому не рассказывали? – прошептала она.

– Еще бы! – с горечью выпалил Персико. – Как только узнал о смерти Уинтропа, сразу растолковал полиции насчет нашей сделки.

– И?…

– Они посмеялись мне в лицо.

– Мистер Персико, я хочу спросить у вас что-то очень важное. Хорошенько подумайте, прежде чем ответить. Вы когда-нибудь говорили Марселю Фалькону, что не вы, а Уинтроп убил его сына?

– Говорил. Думал, он мне поможет.

– Что же он ответил?

– Пусть дьявол пошлет всю его семейку в ад вслед за самим главой!

Господи. Их уже трое. Кто же все-таки отомстил Уинтропам?

Теперь придется лететь в Париж, к Марселю Фалькону.

Даже самый спокойный человек не может остаться равнодушным к магии Парижа. Пока самолет делал круг над городом, от красоты открывшейся панорамы замирало сердце. Город света, город влюбленных… Сюда нельзя приезжать в одиночку. Как ей недоставало Джеффа!

Правда, и здесь у нее был знакомый, Жан-Поль Юбер, корреспондент канала «Метро-6».

Поднявшись в свой номер в отеле «Плаза Атене», Дейна нашла в справочнике номер Юбера и позвонила.

Последовали неизменные приветствия и обмен воспоминаниями, так что Дейне пришлось улучить минутку, чтобы спросить о Марселе Фальконе. Оказалось, что он – весьма известная в столице личность.

– Фалькон? Да его здесь все знают.

– Расскажи мне о нем.

– Ничего не скажешь, личность. То, что вы, американцы, называете «экстра-класс».

– А чем он занимается?

– Фалькон владеет большой фармацевтической компанией. Несколько лет назад его обвинили в том, что он вытесняет из бизнеса компании поменьше, но с такими политическими связями прижать Фалькона к ногтю оказалось непросто. Французский премьер-министр даже назначил его представителем в НАТО.

– Но он подал в отставку, – докончила Дейна. – Почему?

– Грустная история. Сына убил в Брюсселе пьяный водитель, и Фалькон не перенес этого. Оставил НАТО и вернулся в Париж. Жена немного помешалась и сейчас содержится в психиатрической лечебнице в Каннах.

Жан-Поль тяжело вздохнул и умоляюще взглянул на Дейну.

– Послушай, если собираешься делать передачу о Фальконе, придерживайся фактов и не строй никаких домыслов. Осторожнее выбирай выражения. Фалькон не зря слывет человеком мстительным.

Целый день ушел на то, чтобы добиться аудиенции у Фалькона. Когда ее наконец проводили в его кабинет, Марсель сухо объявил:

– Я согласился принять вас лишь потому, что восхищаюсь вашей работой, мадемуазель. Такие репортажи из зоны военных действий мог вести только поистине мужественный человек.

– Вы меня смущаете, – пролепетала Дейна, застенчиво поглядывая на хозяина, грузного представительного человека с правильными чертами красивого лица и проницательными голубыми глазами.

– Пожалуйста, садитесь. Чем могу быть полезен?

– Я хотела спросить вас о сыне.

– Ах да.

Он на мгновение опустил голову, чтобы гостья не увидела мучительной гримасы, искривившей губы.

– Габриель был чудесным мальчиком.

– Тот человек, который сбил его…

– Водитель, – подсказал Марсель.

Дейна едва не ахнула от изумления.

– Хорошенько подумайте, прежде чем ответить. Вы когда-нибудь говорили Марселю Фалькону о том, что это не вы, а Тейлор Уинтроп убил его сына?

– Говорил. Думал он мне поможет.

– И что сказал Марсель Фалькон?

– Пусть дьявол пошлет всю семейку в ад вслед за самим главой.

И теперь Фалькон вел себя так, словно ничего не знал.

– Месье Фалькон, одновременно с вами в НАТО работал Тейлор Уинтроп, – начала Дейна, не сводя глаз с лица Фалькона, пытаясь заметить хоть какую-то реакцию. Ничего. Любезная равнодушная улыбка, только и всего.

– Да, мы встречались, – небрежно бросил он. И это все? Только встречались? Что он скрывает?

– Месье Фалькон, я хотела бы встретиться с вашей женой. Спросить…

– Ее нет в городе. Она отдыхает на курорте.

Жена немного помешалась и сейчас содержится в психиатрической лечебнице в Каннах.

Либо Фалькон настроен все отрицать, либо намеренно лжет из каких-то своих соображений. Боится разоблачения? Или не хочет выносить сор из избы? Пожалуй, следовало бы посоветоваться с Мэттом. Но по телефону не хочется. А позвонить все же следует.

Дейна долго сидела в своем номере, тупо уставившись в стену, прежде чем набрать номер Мэтта.

– Дейна, черт возьми, ты думаешь возвращаться? Ты нужна здесь.

– Вернусь, не сомневайся, только проверю еще один след. Бывший водитель Тейлора Уинтропа рассказал о некоем секретном русском плане, который Уинтроп пытался выполнить любой ценой. Хотелось бы самой убедиться, о чем идет речь. Может, и сумею что-то обнаружить, если найду людей, с которыми он общался в Москве.

– Ну что с тобой поделаешь? Ладно, в последний раз. Кромвелл рвет и мечет. Требует, чтобы ты немедленно летела домой и начинала работать. Наш московский корреспондент – Тим Дру. Попрошу его тебя встретить. Он парень неплохой и скорее всего сможет быть тебе полезным.

– Спасибо. Я скоро приеду. Вряд ли я там задержусь. Может, на день-другой, не больше.

– Дейна, ты…

– Что, Мэтт?

– Нет, это я так. До встречи.

– Спасибо. Я скоро приеду. Вряд ли я там задержусь, Может, на день-другой, не больше.

– Дейна, ты…

– Что, Мэтт?

– Нет, это я так. До встречи.

Конец записи.

Поговорив с Мэттом, Дейна немедленно позвонила домой.

– Добрый вечер, миссис Дейли, или, вернее, добрый день.

– Мисс Эванс! Хорошо, что позвонили. Рада слышать ваш голос.

– Ну как там у вас?

– Лучше не бывает.

– Как Кемаль? Не изводит вас капризами?

– Что вы, золотой мальчик! Вот только скучает о вас.

– И я тоже. Не позовете его?

– Он спит. Разбудить?

– Опять спит? – удивилась Дейна. – В прошлый раз, когда я звонила, он тоже спал.

– Ничего страшного. Парень сильно устает в школе, вот я и подумала, что днем отдохнуть не помешает.

– Понятно… ладно, передайте, что я очень его люблю. И привезу из России медведя.

– Медведя? Здорово! Вот он обрадуется!

Остался последний звонок. Стоит одолевать просьбами такого занятого человека, как Хадсон? Но может, он не обидится?

– Роджер, простите, что сваливаюсь как снег на голову, но я хотела бы просить вас об одолжении.

– Все, что могу…

– Завтра я вылетаю в Москву, и мне очень нужно поговорить с нашим послом, Эдвардом Харди. Вот я и понадеялась, что вы, возможно, его знаете.

– Вам повезло. Это мой друг.

– Я сейчас в Париже. Если вы сумеете переслать мне по факсу рекомендательное письмо, буду крайне признательна.

– У меня план получше. Я немедленно позвоню и предупрежу его о вашем приезде.

– Ох, Роджер, как мне вас благодарить!

Только повесив трубку, Дейна сообразила, что сегодня тридцать первое декабря. День, который должен был стать самым счастливым в ее жизни. Сегодня они собирались пожениться.

– Скоро, – прошептала себе Дейна. – Скоро…

Она надела пальто и вышла.

– Такси, мисс Эванс? – предложил швейцар.

– Нет, спасибо.

Ехать было некуда. И идти тоже. Жан-Поль Юбер уехал на праздники к родным, а такой город, как Париж, не терпит одиночества…

Она побрела по тротуару, пытаясь не думать о Джеффе и Рейчел. Пытаясь не думать вообще. Забыться хоть на минуту.

Проходя мимо маленькой церкви, Дейна увидела открытую дверь и, подхваченная каким-то порывом, почти вбежала внутрь. Здесь было тихо и сумрачно, пахло ладаном, и на нее наконец-то снизошел долгожданный покой. Она прошла поближе к алтарю и помолилась про себя.

В полночь Париж взорвался какофонией радостного шума и фонтанами конфетти. К этому времени Дейна оказалась на Елисейских Полях. Она стояла одна, мрачная непрошеная гостья на чужом веселом празднике, и чувствовала сосущую тоску, угнездившуюся в сердце. Что сейчас делает Джефф? Занимается любовью с Рейчел? Он не позвонил. Как мог забыть, что эта ночь для них – особая?!

А в гостиничном номере разрывался сотовый телефон, выпавший из сумочки Дейны.

Она вернулась в «Плаза Атене» только в три утра. Разделась, умылась и рухнула на кровать. Сначала отец, потом Джефф. Предательство любимых людей проходит черной нитью через гобелен ее жизни…

– Я не стану жалеть себя, – повторяла она. – Что поделать, если мне выпала такая брачная ночь? О, Джефф, почему ты не позвонил?

Она так и уснула в слезах.

Глава 19

Перелет до Москвы занял три с половиной часа. Дейна заметила, что большинство пассажиров были тепло одеты, а на багажных полках сложены шубы, меховые шапки и шарфы.

Наверное, и ей стоило позаботиться о зимней одежде, но какая разница, если она все равно пробудет в Москве не более двух дней?

Что имел в виду Тейлор, когда рассуждал о русском плане? Недаром Персико утверждал, что Уинтроп вел себя как помешанный и все твердил в трубку, что русский план должен быть выполнен любой ценой. И насколько далеко они зашли? Чем пожертвовали? Или кого принесли в жертву? Части какой головоломки сошлись?

Вскоре после этого разговора президент назначил Уинтропа послом в России.

Дейна с ужасом осознала, что чем больше информации добывает, тем больше запутывается.

К счастью, на этот раз у нее не оказалось назойливых соседей, и когда шасси самолета коснулись бетона дорожки, Дейна с облегчением вздохнула. Что сулит ей этот неожиданный визит в Россию?

К ее неимоверному удивлению, оказалось, что международный аэропорт Шереметьево-2 кишмя кишит туристами. Дейна даже поежилась. Разве нормальные люди приезжают в Россию зимой?!

Подойдя к багажному конвейеру, Дейна неожиданно заметила, что стоящий поблизости мужчина украдкой на нее поглядывает. У девушки душа ушла в пятки.

Они уже знают, что я здесь. Но каким образом?!

Незнакомец решительно шагнул к ней.

– Дейна Эванс? – спросил он с сильным словацким акцентом.

– Да…

Мужчина расплылся в широкой улыбке и взволнованно воскликнул:

– Вы мой любимый репортер! Я все время смотрю ваш канал!

– Вот как? – облегченно вздохнула Дейна. – Спасибо большое.

– Не будете вы так добры дать мне автограф?

– Конечно!

Он сунул ей листок бумаги.

– Правда, у меня нет ручки…

– Зато у меня есть.

Дейна вынула новую ручку с золотым пером и нацарапала свою фамилию.

– Спасибо! Спасибо!

Дейна хотела было положить ручку в сумочку, но кто-то толкнул ее, и изящная вещица упала на каменный пол. Девушка подняла ручку и расстроенно поморщилась. По корпусу шла трещина.

Может, дома ее сумеют починить?

Дейна покачала головой, потрогала трещину и зацепилась за что-то пальцем. Странно. Зачем тут эта тонкая, с нитку, проволочка?

Сбитая с толку Дейна осторожно потянула и в ужасе уставилась на миниатюрный передатчик.

Так вот откуда им известен каждый мой шаг! Но кто и зачем это сделал?

Она вспомнила надпись на карточке, приложенной к подарку.

«Дорогая Дейна, счастливого путешествия. Любящая банда».

Дейна в бешенстве вырвала проволочку, швырнула на пол и раздавила каблуком.

Где-то далеко, в специально оборудованной комнате, светлая точка на большой карте вдруг исчезла.

– О дьявол! – выругался наблюдатель.

– Дейна!

Девушка повернулась. Сзади стоял приветливо улыбавшийся высокий рыжеволосый мужчина лет сорока.

– Я Тим Дру, московский корреспондент WTN. Простите, что опоздал. Кошмарные пробки. Я на машине, так что скоро будем в городе. Мэтт передал, что вы всего на пару дней?

– Да, кое-какие дела. Меня отпустили ненадолго.

Они сняли с конвейера багаж Дейны и направились к выходу.

Дорога в Москву напоминала сцену из «Доктора Живаго». Дейне казалось, что все вокруг укутано в мерцающую серебристую снежную пелену.

– Какая красота! – то и дело восклицала она. – Сколько времени вы уже здесь?

– Два года.

– Вам нравится?

– Да как-то немного не по себе. Какое-то чувство постоянной опасности. Ельцин совершенно непредсказуем, и, как говорят русские, «ему не хватает восемь гривен до рубля», а от Путина не знаешь, чего ожидать. Живешь как на вулкане. Вся страна превратилась в огромный сумасшедший дом, где нормальное существование – недостижимая роскошь.

Он остановился на перекрестке, пропуская пешеходов.

– Вы остановились в отеле «Севастополь»?

– Да. Надеюсь, он не из худших?

– Обычная интуристовская гостиница. Можете быть уверены: на этаже обязательно сидит дежурная, в обязанности которой входит следить за постояльцами.

Улицы были запружены людьми, закутанными в меха, толстые свитеры и тяжелые пальто. Том присмотрелся к Дейне и покачал головой.

– Вам следует получше одеться, если не хотите замерзнуть.

– Сойдет и то, что на мне. Завтра или послезавтра меня уже здесь не будет.

Впереди показались Красная площадь и Кремль, стоящий на высоком холме, вздымавшемся над левым берегом Москвы-реки.

– Боже, какое впечатляющее зрелище! – охнула Дейна.

– Что верно, то верно. Если бы стены могли говорить, какие бы страшные вопли издавали! Сколько крови здесь пролито! Это одно из самых знаменитых сооружений в мире. Возведено на Малом Боровицком холме, с северной стороны…

Но Дейна уже не слушала. Совсем другие заботы одолевали ее.

Что, если Персико солгал? Придумал всю эту историю с наездом, чтобы выбраться из тюрьмы? И наговорил бог весть что о каком-то русском плане?

– Красная площадь – у восточной стены. С западной стоит Кутафья башня – своеобразные ворота для посетителей, – продолжал бубнить Тим.

Но в таком случае почему Уинтроп так рвался в Россию? Ведь недаром же он так добивался этого поста.

– Вот уже много веков Кремль считается олицетворением российской мощи. Здесь жили цари и главы государства. Представляете, по этим камням ходили Иван Грозный, Ленин и Сталин, а позже Хрущев и Брежнев.

Все части головоломки встали на место. Я во что бы то ни стало должна понять, что это означает.

Они остановились у огромного серого здания.

– Ну, вот мы и на месте, – объявил Тим.

– Спасибо, что встретили, Тим, – пробормотала Дейна и, выбравшись из машины, поежилась от ледяного ветра.

– Заходите скорее, – посоветовал Тим. – Я внесу ваши чемоданы. Кстати, если вы вечером свободны, приглашаю вас поужинать.

– С удовольствием, Тим.

– Я знаю один закрытый клуб, где неплохо кормят.

– Договорились.

Большой нарядный вестибюль отеля гудел голосами приезжих. За стойкой трудились сразу несколько портье. Дейна шагнула к самому крайнему, от которого только что отошел постоялец. Портье поднял глаза:

– Чем могу служить?

– Я Дейна Эванс. У меня заказан номер.

Мужчина нервно огляделся.

– Ах да, мисс Эванс, – зачастил он, – очень рады, мисс Эванс. Возьмите карточку. Мне понадобится ваш паспорт.

Пока Дейна заполняла карточку регистрации, портье отыскал взглядом стоявшего в углу человека и кивнул. Дейна протянула мужчине листок.

– Сейчас вас проводят в номер.

– Спасибо.

Запущенная комната еще сохраняла следы былой роскоши, хотя мебель выглядела убогой и потертой. Пахло пылью и затхлостью. Приземистая женщина в плохо сшитой униформе принесла чемоданы. Дейна сунула ей чаевые. Горничная что-то пробурчала и ушла. Дейна подняла трубку и набрала 252-24-51.

– Американское посольство.

– Офис посла Харди, пожалуйста.

– Минутку.

– Офис посла Харди.

– Здравствуйте. Это Дейна Эванс. Могу я поговорить с послом?

– Не изложите ли суть дела?

– Это… это личное… – заикаясь, пояснила Дейна.

– Сейчас узнаю.

В трубке раздался мужской голос:

– Харди у телефона. Мисс Эванс?

– Да.

– Добро пожаловать в Москву. Я вас ждал.

Значит, Хадсон сдержал слово!

– Рада это слышать, посол.

– Роджер Хадсон предупредил о вашем приезде. У вас ко мне дело?

– Не могли бы вы уделить мне несколько минут для разговора с глазу на глаз?

– Разумеется. Я… сейчас соображу… Завтра вы сможете? В десять утра?

– Превосходно. Большое вам спасибо.

– До встречи.

Дейна поглядела в окно, на людей, мерзнувших на ветру, и подумала, что Тим был прав. Пожалуй, лучше обзавестись одеждой потеплее. Иначе она рискует схватить воспаление легких.

Знаменитый ГУМ оказался совсем близко от гостиницы. Гигантский торговый центр был забит недорогими товарами на любой вкус. Тут было все – от одежды до хозяйственных товаров. Дейна зашла в отдел верхней одежды, где на длинных тремпелях висели ряды теплых пальто, и выбрала красное, с длинным шарфом в тон. Гораздо больше времени ушло на то, чтобы разыскать продавца.

Дейна с облегчением закуталась в новое пальто и вернулась в гостиницу. Не успела она войти, как позвонил Джефф.

– Привет, дорогая! Пытался дозвониться до тебя в Новый год, но ты не ответила, а я не знаю, где тебя искать.

– Прости, Джефф, я так тебя ждала!

Слава Богу! Значит, он не забыл, и я зря сходила с ума!

– Где ты сейчас?

– В Москве.

– У тебя все в порядке, солнышко?

– Да, милый, не волнуйся за меня. Расскажи лучше о Рейчел.

– Пока еще трудно сказать определенно. Завтра врачи собираются попробовать новый метод лечения. Какое-то экспериментальное лекарство. Результаты получим через несколько дней.

– Надеюсь, оно подействует, – вздохнула Дейна.

– В Москве очень холодно?

– Ты и представить себе не можешь, – рассмеялась Дейна. – Я в сосульку превратилась.

– Жаль, что меня нет рядом, чтобы расплавить тебя. Они еще немного поговорили, но тут в трубке послышался слабый голос Рейчел, зовущий Джеффа.

– Мне пора, дорогая, – торопливо попрощался Джефф. – Я нужен Рейчел.

А мне? Разве мне ты не нужен?!

– Я люблю тебя, – прошептала Дейна.

– И я тебя, родная.

Американское посольство на Новинском бульваре оказалось старым, довольно ветхим зданием, перед которым в будках со стеклянным верхом дежурили русские милиционеры. Длинная очередь терпеливо дожидалась приема. Дейна прошла мимо и назвала свое имя охраннику. Тот сверился со списком и пропустил ее.

В вестибюле в будке из пуленепробиваемого стекла стоял американский морской пехотинец. Женщина-охранник в мундире проверила содержимое сумочки Дейны.

– Проходите.

Кивком поблагодарив ее, Дейна подошла к стойке секретаря. Подошедший мужчина вежливо объяснил:

– Посол уже ожидает, мисс Эванс. Я провожу вас.

Дейна последовала за ним по мраморной лестнице в самый конец длинного коридора, где находилась приемная. Навстречу поднялась привлекательная женщина средних лет.

– Мисс Эванс, – улыбнулась она, – рада вас видеть. Я Ли Хопкинс, секретарь посла. Войдите, пожалуйста.

Дейна открыла дверь внутреннего кабинета. Посол Харди, цветущий мужчина с типичной внешностью и привычно радушными манерами опытного политика, поспешно встал.

– Доброе утро, мисс Эванс.

– Доброе утро, – кивнула Дейна. – Благодарю за то, что нашли для меня время.

– Ну что вы, мисс Эванс, я искренне рад с вами познакомиться. Что-нибудь выпьете?

– Нет, спасибо.

– Пожалуйста, садитесь.

Дейна придвинула стул.

– Я был просто счастлив, когда Роджер Хадсон сообщил о вашем приезде. Интересное время вы выбрали.

– Вот как?

– Страшно подумать, куда катится эта страна. Между нами говоря, сейчас Россия находится в свободном падении, и если уж быть совершенно откровенным, представить невозможно, что может случиться с ней в любую минуту. Подумать только, государство с восьмивековой историей гибнет на глазах. Власть захватили преступники.

– О чем вы? – удивилась Дейна.

Посол устало откинулся на спинку кресла.

– Здешний закон гласит, что депутат Думы, нижней палаты парламента, обладает полной неприкосновенностью и не может быть наказан даже за самое тяжелое преступление. Следствием этого так называемого закона стало нашествие в Думу преступников всех мастей: бандитов, воров, гангстеров, уже отсидевших свой срок, и тех, кто, пользуясь безнаказанностью, продолжает обделывать свои грязные делишки. И никого нельзя пальцем тронуть.

– Невероятно! – воскликнула Дейна.

– Да. Русские – прекрасные люди, но их правительство… что тут говорить! Лучше скажите, чем я могу вам помочь, мисс Эванс.

– Хотела расспросить о Тейлоре Уинтропе. Я делаю передачу об этой семье.

Посол грустно покачал головой.

– Настоящая греческая трагедия, только перенесенная в наше время.

– Вы совершенно правы.

Подумать только, каждый, с кем я говорю, считает своим долгом упомянуть о трагедии!

Харди с любопытством уставился на Дейну.

– Эта история уже не раз обошла весь мир. Вряд ли вы отыщете что-то новое.

– Видите ли, я собиралась подать ее со своей точки зрения, – осторожно заметила Дейна. – Думаю, зрителям будет интересно знать, каким в действительности был Тейлор Уинтроп, с кем дружил, имел ли врагов…

– Врагов? – перебил посол. – Немыслимо! Все любили Тейлора. Лучшего посла трудно представить!

– Вы работали с ним?

– Да. Целый год был заместителем главы дипломатической миссии.

– Посол Харди, не знаете ли вы, работал ли Тейлор Уинтроп над задачей, где все…

Дейна запнулась, не зная, как лучше выразиться.

– Скажем, где все части головоломки сошлись?

Посол непонимающе нахмурился.

– Что вы имеете в виду? С чем была связана эта самая задача? Имела она отношение к правительству или бизнесу?

– Я сама толком не могу сказать, – призналась Дейна. Харди пожал плечами:

– Понятия не имею, что бы это могло быть. Жаль, но я действительно не знаю.

– А в посольстве остались люди, работавшие с Уинтропом?

– Конечно! Моя секретарша Ли Хопкинс раньше была секретарем Тейлора.

– Не возражаете, если я расспрошу ее?

– Ничуть. Наоборот, дам вам список людей, близко знавших Уинтропа.

– Вы так добры! Огромное спасибо.

– Кстати, мисс Эванс, будьте осторожны. Не выходите по вечерам одна. Улицы кишат преступниками.

– Да, я уже слышала об этом.

– Не пейте водопроводной воды. Даже сами русские ее не пьют. В ресторанах сразу объясняйте, что желаете «чистый стол», иначе вам принесут уйму дорогих закусок, которых вы не заказывали. Делать покупки лучше на Арбате, там много маленьких магазинчиков, где есть все. И если собираетесь сесть в такси, выбирайте самые непрезентабельные машины, те, что постарше. Мошенники чаще всего ездят в новых авто.

– Спасибо, – снова поблагодарила Дейна. – Я запомню.

Пожав руку послу, она вышла в приемную и попросила Ли Хопкинс вспомнить подробности службы у Тейлора. В приемной, кроме них, никого не оставалось. Двери были закрыты.

– Вы долго работали у посла Уинтропа?

– Полтора года. Что вы хотели еще узнать?

– Были ли у посла враги?

– О чем вы? – поразилась Ли.

– Видите ли, на такой работе иногда приходится отказывать людям, и те, вполне естественно, могут затаить зло. Невозможно же всем угодить!

Ли пожала плечами.

– Не пойму, чего вы добиваетесь, мисс Эванс, но если хотите очернить мистера Уинтропа, то пришли не по адресу. Он был самым добрым и порядочным человеком из всех, кого я знаю.

«Старая песенка!» – подумала Дейна.

На очереди было еще пять человек, трудившихся в посольстве во времена Тейлора Уинтропа. Битых два часа Дейна выслушивала одно и то же.

– Блестящий ум…

– Он действительно любил людей и все делал…

– Из кожи вон лез, чтобы помочь стране…

– Враги? Только не у Тейлора…

Нет, она зря тратит время. Может, еще раз попробовать спросить у посла Харди?

– Вы получили все, за чем приехали? – резко спросил он, не успела Дейна появиться в кабинете. Куда девались дружелюбие и приветливость?

– Не совсем, – поколебавшись, ответила Дейна. Посол чуть подался вперед.

– И вряд ли получите, мисс Эванс, особенно если вознамерились облить грязью Тейлора Уинтропа. За какие-то два часа вы ухитрились внести сумятицу и расстроить все посольство. Не пытайтесь вытащить на свет Божий несуществующие скелеты. Если вы только за этим явились, лучше сразу уезжайте.

– Постараюсь последовать вашему совету, – вежливо пробормотала Дейна.

Пусть не надеются! Она не уберется, пока не узнает правды.

Национальный клуб, уютно расположившийся прямо напротив Кремля и Манежной площади, оказался небольшим закрытым рестораном с казино. Том Дру ждал Дейну у входа.

– Добро пожаловать, – приветствовал он. – Думаю, вам здесь понравится. Это местечко посещают сливки московского общества. Все сильные мира сего развлекаются здесь. Если на ресторан случайно упадет бомба, завтра правительство останется без работы.

Дейна давно не ела таких вкусных вещей. Борщ, блины с икрой, грузинское сациви, бефстроганов и на десерт – ватрушки.

– Потрясающе! – едва выдавила объевшаяся девушка. – А я слышала, что русская кухня ужасна.

– Так оно и есть, – заверил Тим. – Но это не Россия. Крохотный оазис в безбрежной пустыне.

– Как здесь живется? – поинтересовалась Дейна.

Тим развел руками:

– Представьте, что стоите у кратера вулкана, не в силах убежать, хотя извержение вот-вот начнется. Каждую секунду может случиться непоправимое. Те, кто стоит у власти, беззастенчиво обкрадывают страну на миллиарды долларов, а народ голодает. Словом, все, как перед началом первой революции. Подобное положение подстегнуло людей к бунту. Господь один знает, что будет со страной. И это наряду с величайшей в мире культурой. Достаточно вспомнить о Большом театре, Эрмитаже, Пушкинском музее, Московском цирке… всего не перечесть! Сколько великих писателей, поэтов, композиторов! В России печатается больше книг, чем во всех странах мира, вместе взятых, и русские читают в год в три раза больше печатных изданий, чем средний американский гражданин.

– Может, они читают не те книги, – сухо бросила Дейна.

– Вероятно. И сейчас эти несчастные оказались между капитализмом и коммунизмом, как между молотом и наковальней, а в довершение ко всему ни та, ни другая система не работает. Нищета, инфляция, ужасающий рост преступности… Простите, я, кажется, совсем вас заговорил. Не хотел о грустном.

– Ничего страшного. Скажите, Тим, вы знали Тейлора Уинтропа?

– Несколько раз брал интервью.

– Не слыхали ни о каком грандиозном проекте, связанном с его именем?

– Он участвовал во многих проектах – и как бизнесмен, и как посол, – чуть растерянно протянул Тим.

– Я не об этом. Собственно говоря, сама не знаю, чего ищу. Что-то очень сложное, громоздкое… где все части должны точно сойтись.

Тим непонимающе уставился на нее.

– Первый раз слышу.

– Скажите, а с кем он здесь общался?

– С русскими собратьями по дипломатическому корпусу, вероятно. Вам следовало бы побеседовать с ними.

– Вы правы, – оживилась Дейна. – Я так и сделаю.

Официант принес счет. Тим просмотрел его и обратился к Дейне:

– Типичная история. Три отдельных добавочных налога неизвестно за что.

Он тяжело вздохнул и потянулся за бумажником.

Они вышли на заледеневшую ночную улицу.

– Кстати, у вас есть револьвер? – обратился Тим к Дейне.

Та изумленно хлопнула глазами.

– Нет, разумеется. Зачем?

– Это Москва. Здесь нужно держать ухо востро. Ладно, ничего не поделаешь. Придется заехать кое-куда.

Они сели в такси, и Дру дал водителю адрес. Ровно через пять минут они остановились перед оружейным магазином. Дейна опасливо заглянула внутрь.

– Не нужно мне никакого револьвера.

– Знаю-знаю, – отмахнулся Тим. – Идем за мной.

Полки были забиты оружием всех видов. Дейна растерянно осмотрелась.

– Неужели всякий может зайти сюда и просто так купить револьвер?

– Были бы деньги, – усмехнулся Тим.

Продавец что-то сказал по-русски. Тим объяснил, что ему нужно.

– Сейчас, – кивнул тот и вытащил из-под прилавка маленький черный цилиндр.

– Что это? – не удержалась от вопроса Дейна.

– Средство самозащиты. Баллончик с перечным газом. В случае нападения нажмите здесь, и плохие парни будут выть и кататься по земле от боли. Поверьте, им будет не до вас.

– Но зачем… – начала Дейна.

– Не спорьте. Мне лучше знать, – властно объявил Тим, дал денег продавцу и вывел Дейну из магазина. – Кстати, хотите познакомиться с ночным клубом?

– Звучит заманчиво.

– Прекрасно. Едем.

Клуб «Найт Флайт» на Тверской поразил Дейну роскошью и разгулом веселья. Хорошо одетые люди ели, пили и танцевали под громкую разухабистую музыку.

– Похоже, здесь экономических проблем не существует, – поразилась Дейна.

– Еще бы. Нищих сюда не пускают. Да и людям со средними доходами сюда ходу нет.

Только в два часа ночи Дейна, едва держась на ногах, вернулась в отель. Какой длинный день!

Как и предсказывал Тим, в коридоре за столом сидела женщина, следившая за передвижениями гостей.

Добравшись до своего номера, девушка выглянула в окно. Совершенно святочная картина: хлопья снега, медленно падающие на белую землю в столбах света.

Завтра! Завтра она непременно докопается до истины. Узнает все, за чем приехала.

Шум моторов казался таким оглушительным, что на миг показалось, будто самолет вот-вот врежется в здание. Мужчина поспешно поднялся из-за стола, схватил бинокль и подбежал к окну. Огни удаляющегося самолета быстро снижались: в полумиле от здания находился небольшой аэропорт. Служащие успели расчистить посадочные дорожки, но весь остальной пейзаж, насколько хватало глаз, был покрыт снегом. Зимы в Сибири суровые.

– Значит, – сказал он помощнику, – китайцы оказались самыми шустрыми. Мне сказали, что наш друг Линг Уонг больше не порадует нас своим присутствием. Когда он вернулся с нашего последнего аукциона с пустыми руками, дома не слишком приветливо его встретили. Жаль. Он был порядочным человеком. Грустно прощаться со старыми знакомыми навсегда.

Помощник промолчал. Да и вряд ли тут требовался ответ.

Мужчины прислушались. Раздался оглушительный рев второго самолета. Мужчина не сразу узнал страну, которой он принадлежал. Пришлось снова прибегать к биноклю. С трапа на бетонное покрытие спускались люди. Некоторые даже не давали себе труда спрятать автоматы, которые держали в руках.

– Палестинцы уже здесь.

Еще один самолет пошел на посадку.

«Осталось двенадцать, – подумал он. – Завтрашний аукцион будет самым крупным. Все должно пройти без сучка без задоринки».

Он снова повернулся к помощнику.

– Запишите сообщение:

КОНФИДЕНЦИАЛЬНО. ВСЕМУ ЛИЧНОМУ СОСТАВУ. УНИЧТОЖИТЬ НЕМЕДЛЕННО ПОСЛЕ ПРОЧТЕНИЯ.

ПРОДОЛЖАЙТЕ СЛЕДИТЬ ЗА ОБЪЕКТОМ. ДОКЛАДЫВАТЬ О КАЖДОМ ШАГЕ. ПРИГОТОВИТЬСЯ К ВОЗМОЖНОМУ УНИЧТОЖЕНИЮ.

Глава 20

Проснувшись, Дейна позвонила Тиму.

– Вы больше не говорили с послом Харди? – осведомился он.

– Нет. Кажется, он на меня обижен. Тим, мне нужно с вами встретиться.

– Договорились. Хватайте такси и приезжайте в Дворянский клуб в проезде Художественного театра.

– Где это? Я в жизни туда не…

– Водитель знает. И не берите новую машину.

– Мне уже говорили.

Дейна опасливо высунула нос на улицу и тут же съежилась под напором воющего ветра. Хорошо, что догадалась надеть новое теплое пальто! Табло на стоявшем через дорогу здании показывало минус двадцать девять по Цельсию. Господи, как же люди тут живут?!

Перед гостиницей стояло новенькое такси. Дейна отступила и подождала, пока туда сядет пассажир. Следующая машина показалась достаточно старой. Дейна подошла ближе, водитель вопросительно посмотрел на нее.

– Мне… Проезд…

Она долго примерялась, прежде чем выговорить:

– …Худьо… тиетер… проезд…

– Дворянский клуб? – нетерпеливо бросил водитель.

– Да.

Машина тронулась. Они ехали по запруженным улицам, ловко лавируя в потоке движения, пролетая мимо одиноких пешеходов, спешивших по замерзшим улицам. Город, казалось, пронизывала, окутывала, скрывала уныло-серая паутина. Дейна почему-то решила, что дело не только в погоде.

Дворянский клуб показался ей современным и одновременно уютным. В вестибюле были живописно расставлены кожаные кресла и диваны. Тим Дру, сидевший у окна, уже поджидал Дейну.

– Вот видите, а боялись, что не найдете.

Девушка уселась напротив:

– Водитель говорил по-английски.

– Неужели? Вам крупно повезло. Многие слетелись на заработки из самых глухих уголков и даже по-русски плохо говорят. Странно, что еще хоть что-то функционирует. Несчастная страна напоминает мне умирающего динозавра. Вы знаете, как огромна Россия?

– Понятия не имею.

– Почти в два раза больше Соединенных Штатов. Тринадцать часовых поясов и границы с четырнадцатью государствами. Четырнадцатью! Подумать страшно.

– Поразительно, – согласилась Дейна. – Тим, а нельзя повидаться с теми русскими, кто сотрудничал с Уинтропом?

– Ну… таких очень много. Почти все члены российского правительства.

– Это я понимаю, – кивнула Дейна. – Но есть же такие, с кем он был ближе, чем с остальными. Президент…

– Может, удовольствуетесь кем-нибудь рангом пониже? – сухо осведомился Тим Дру. – Я сказал бы, что он был в прекрасных отношениях с Александром Ждановым.

– Кто этот Жданов?

– Директор Бюро международного экономического развития. Мне точно известно, что Уинтроп встречался с ним не только на официальных приемах, но и в неформальной обстановке, – пояснил Тим и, присмотревшись к Дейне, отчего-то шепотом спросил: – Чего вы добиваетесь, Дейна?

– Сама не знаю, – честно призналась она. – Сама не знаю.

Бюро экономического развития располагалось на Озерной улице в гигантском краснокирпичном здании, занимавшем целый квартал. Вестибюль охраняли два милиционера. Третий сидел за столиком. Дейна подошла к нему. Милиционер поднял голову.

– Добрый день, – с трудом выговорила она.

– Здравствуйте. Не…

– Простите, – перебила Дейна. – Мне нужно встретиться с директором Ждановым. Меня зовут Дейна Эванс. Корреспондент телеканала «Вашингтон трибьюн».

Милиционер пробежал глазами лежавший перед ним список и покачал головой.

– Вам назначено?

– Нет, но…

– Вам следует записаться на прием. Вы американка?

– Да.

Он перебрал стопку бланков и выбрал один.

– Прошу заполнить.

– Сейчас, – кивнула Дейна. – Скажите, я смогу увидеть мистера Жданова сегодня?

Милиционер вытаращился на нее, как на привидение.

– Не понимаю. Вы, американцы, всегда спешите как на пожар. В каком отеле вы остановились?

– «Севастополь». Мне требуется всего несколько ми…

Он что-то пометил в конторской книге.

– Вас уведомят. До свидания.

– Но…

Она хотела что-то сказать… попросить… но, увидев выражение его лица, осеклась.

– До свидания.

Остаток дня Дейна не выходила из комнаты, безуспешно ожидая звонка. В шесть вечера она снова связалась с Тимом Дру.

– Ну, как дела? Встретились со Ждановым? – полюбопытствовал он.

– Нет. Меня обещали известить.

– Не слишком на это надейтесь, Дейна. Вы имеете дело с бюрократией совершенно особого рода. Другой такой не найдется ни в одном уголке планеты.

Промаявшись ночь, Дейна с утра снова отправилась в Бюро международного экономического развития. За столом сидел уже знакомый милиционер.

– Добрый день, – поздоровалась Дейна.

Тот с каменной физиономией уставился на нее.

– Я вас слушаю.

– Директор Жданов знает о моей просьбе?

– Ваше имя?

– Дейна Эванс.

– Когда вы просили о приеме?

– Вчера.

– У кого записывались?

– У вас, – пробормотала Дейна, стараясь не взорваться.

– В таком случае он получил заявку. Все заявки немедленно передаются директору.

– Могу я поговорить с секретарем господина Жданова?

– Вам назначено?

Дейна набрала в легкие воздуха.

– Нет.

Милиционер пожал плечами:

– В таком случае извините.

– А когда…

– Вам сообщат по телефону.

На обратном пути Дейна оказалась у Детского мира, большого универсального магазина для детей, и вспомнила о Кемале. Войдя внутрь, она огляделась и, немного оглушенная шумом, побрела по проходу между отделами в надежде разыскать что-нибудь подходящее. Внимание ее привлекла секция компьютерных игр. Убежденная, что Кемалю понравится подарок, она купила диск, хотя и поразилась невероятной дороговизне. А теперь пора в отель. Вдруг позвонят из бюро, а ее нет!

И снова потянулись минуты бесплодного ожидания. В шесть часов она окончательно отчаялась и уже хотела спуститься в ресторан, когда раздался долгожданный звонок. Дейна бросилась к телефону, но это оказался Тим Дру.

– Дейна?

– Добрый вечер, Тим.

– Можно поздравить?

– К сожалению, пока ничего не вышло.

– Не переживайте, все получится. Но пока вы в Москве, не упускайте возможности увидеть здешние чудеса. Сегодня в Кремлевском Дворце съездов дают «Жизель». Хотите пойти?

– Очень! Приглашаете?

– Заеду через час.

Верный своему слову, Тим был в номере в назначенное время. Они взяли такси, и уже через несколько минут машина остановилась перед Кутафьей башней.

Дейна не скоро забудет этот волшебный вечер. Великолепный оркестр, красивая музыка, изумительная, отточенная техника танцовщиков… даже кордебалет сделал бы честь любому театру мира.

Первый акт пролетел незаметно. Едва в зале зажегся свет, Тим вскочил.

– За мной! Быстрее!

По лестнице грохотали шаги.

– Что случилось?

– Увидите.

Добравшись до верхнего этажа, они увидели ряды столиков, уставленных закусками и бутылками водки на льду. Зрители, сумевшие прорваться к буфету первыми, азартно хватали бутерброды.

– Смотрю, здесь знают толк в жизни, – заметила Дейна.

– Так живут самые обеспеченные. Не забудьте, что тридцать процентов населения находится за чертой бедности, – пояснил Тим.

Они встали у окна, подальше от увлеченной едой толпы. Вскоре огни люстр замигали. Раздался звонок.

– Второй акт начинается. Спустимся? – предложил Тим. Второй акт оказался не хуже первого, но Дейна уже отвлеклась. В мозгу снова мелькали обрывки разговоров.

Тейлор Уинтроп был негодяем. И редким подлецом. О, в уме ему не откажешь. Он на редкость хитро меня подставил…

Это несчастный случай… Габриель был чудесным мальчиком.

Уинтроп разбил будущее семьи Манчино…

Когда они вышли из Кремля и сели в машину, Тим нерешительно спросил:

– Может, выпьем по рюмочке у меня дома?

Дейна впервые присмотрелась к нему внимательно. Ничего не скажешь, привлекателен, умен, сплошное обаяние. И один-единственный недостаток: он не Джефф.

– Спасибо, Тим, – вырвалось у нее прежде, чем она успела найти подходящий предлог для отказа. – Не могу.

– Жаль, – разочарованно пробормотал Тим. – Может быть, завтра?

– Я бы с удовольствием, но завтра у меня много дел.

И еще я безумно влюблена в другого.

Дейна решила не сдаваться и наутро приехала в бюро к открытию. Ей опять не повезло: дежурил все тот же милиционер.

– Доброе утро.

– Доброе утро.

– Я Дейна Эванс. Хотела поговорить с директором. Не можете позвонить его секретарю?

– Вы записаны на прием?

– Нет. Я…

Повторилась знакомая процедура. Милиционер стал неспешно рыться в груде бланков.

– Заполните это…

Расстроенная Дейна побрела по улице. Чего она ищет? Прошлогодний снег? Не проще ли вернуться домой и забыть обо всем?

Но какая-то упрямая сила гнала и подталкивала ее вперед. Она не отступит. Того, что она узнала о Тейлоре Уинтропе, достаточно, чтобы полиция возбудила дело об убийстве!

Еще за дверью она услышала, как разрывается телефон, трясущимися руками повернула ключ в замке и бросилась к столу. Но это оказался Джефф.

Им так много нужно было сказать друг другу. Так много… Но Рейчел стояла между ними требовательным призраком, неотступной тенью, и они не могли даже поговорить о том, что волновало их больше всего:

когда Джефф вернется домой и как обстоят дела у больной. Беседа вышла натянутой, и Джефф скоро распрощался.

Дейна совсем уже было потеряла надежду, так что звонок из бюро явился для нее совершенной неожиданностью. Еще не совсем проснувшись, она схватила трубку и посмотрела на часы. Восемь. Мужской голос с сильным акцентом осведомился:

– Это Дейна Эванс?

– Да.

– Я Эрик Карбава, референт директора Жданова. Вы хотели с ним встретиться?

– Хотела.

Дейна почти ожидала, что он спросит, записалась ли она на прием, но вместо этого Карбава резко бросил:

– Будьте в бюро ровно через час.

– Обязательно. Большое…

В трубке запиликали короткие гудки.

Дейна бросилась в ванную – умываться и причесываться. Лихорадочно натягивая блузку, она решила взять такси. Еще, не дай бог, опоздает!

Ровно через час она в который раз входила в вестибюль уродливого сооружения.

За столом сурово хмурился милиционер, которому она, должно быть, за это время уже успела примелькаться.

– Здравствуйте, вы к кому?

Дейна ответила вымученной улыбкой:

– Добрый день. Я к господину Жданову. Меня зовут Дейна Эванс.

Милиционер пожал плечами:

– Сожалею, но без записи…

Дейна стиснула кулаки, боясь высказать все, что она думает о нем в частности и российских бюрократах вообще.

– Мне назначено.

– Да ну? – скептически усмехнулся мужчина и, подняв телефон, что-то спросил. – Третий этаж, – неохотно буркнул он. – Вас встретят.

Дейна торопливо пошла к лифту.

Кабинет директора оказался гигантской обшарпанной комнатой, с обстановкой, не менявшейся, казалось, с двадцатых годов. Здесь уже находилось двое мужчин. При виде Дейны оба вежливо поднялись. Тот, что постарше, представился:

– Александр Жданов.

Дейна удивилась, хотя постаралась не подать виду. Не таким она себе представляла приятеля Тейлора Уинтропа! А этот… коренастый коротышка лет пятидесяти с редкими седеющими волосами, мучнисто-белым круглым лицом и бегающими карими глазками, которые постоянно шарили по комнате, словно чего-то искали. И одет странно: мешковатый коричневый костюм и потертые черные туфли.

– Это мой брат Борис, – представил он, с трудом выговаривая английские слова.

– Рад знакомству, мисс Эванс, – улыбнулся тот.

Какое разительное несходство! Борис отличался от брата, как небо от земли. Лет на десять моложе, с орлиным носом и квадратным подбородком. Уверенный взгляд. И одет в светло-голубой костюм от Армани с дорогим серым галстуком. В отличие от Александра говорит почти без акцента.

– Борис приехал из Америки, погостить. Он прикомандирован к российскому посольству в Вашингтоне.

– Позвольте заметить, что я восхищаюсь вами и вашими репортажами, – вставил Борис.

– Я польщена, мистер Жданов.

– Итак, мисс Эванс, что привело вас ко мне? – осведомился Александр. – Какие-то проблемы, связанные с международной экономикой?

– Нет, что вы, – шутливо замахала руками Дейна. – Просто собиралась расспросить вас о Тейлоре Уинтропе.

Александр недоуменно пожал плечами.

– Но чем я могу вам помочь?

– Видите ли, – пояснила Дейна, – мне сказали, что вы сотрудничали с ним и иногда встречались в узком кругу.

– Что-то в этом роде, – настороженно кивнул Александр.

– Я хотела узнать ваше мнение о нем.

– Что я могу сказать? Знаю только, что он был, как говорят, человеком на своем месте.

– Насколько я знаю, он пользовался большой популярностью у русских, и…

– Это верно, – поддакнул Борис. – Посольства в Москве часто дают приемы, и Тейлор Уинтроп всегда…

– Довольно, – шикнул на брата Александр. – Мисс Эванс, Борис хочет сказать, что посол Уинтроп иногда посещал посольские приемы. Он был обаятельным человеком, и мы, русские, хорошо к нему относились.

– Собственно говоря, – снова вмешался Борис, – он частенько твердил, что если бы…

– Молчать! – рявкнул Александр по-русски и вновь учтиво обратился к посетительнице: – Как я уже сказал, он прекрасно выполнял свои обязанности.

Дейна украдкой взглянула на Бориса. Тот, очевидно, пытался что-то сказать, но брат заткнул ему рот. Придется попытаться еще раз.

– Мистер Жданов, вы не припомните, были ли у Тейлора какие-то неприятности во время пребывания в Москве?

– Неприятности? – переспросил Александр, отводя глаза. – Не знаю ничего такого.

Он лжет. Но почему? Как вытянуть из него правду?

– Мистер Жданов, – не сдавалась Дейна, – не можете ли вы назвать причину, по которой кто-то решил расправиться с Уинтропом и его семьей? Вам ничего не приходит в голову?

Глаза Жданова едва не вылезли из орбит.

– Убить Уинтропов? Нет, нет, что вы!

– Значит, такого мотива просто не существует.

– Собственно говоря… – начал Борис.

– Ни о чем подобном я не слышал, – перебил Александр. – Он был достойным человеком.

Он нервно вытащил сигарету из серебряного портсигара, и Борис услужливо щелкнул зажигалкой.

– Что еще вы хотели бы узнать? – проворчал Александр.

Дейна молча смотрела на братьев.

Они скрывают что-то. Что именно? Вся эта история напоминает лабиринт, выхода из которого нет. Бесполезно…

Она многозначительно взглянула на Бориса и медленно выговорила, подчеркивая каждое слово:

– Спасибо, больше ничего. Но если вы что-то вспомните, до завтрашнего утра я еще буду в гостинице «Севастополь».

– Возвращаетесь домой? – оживился Борис.

– Да. Мой самолет вылетает завтра днем.

– Я… – начал было Борис, но, покосившись на брата, осекся.

– До свидания, – кивнула Дейна.

– Прощайте, – хором ответили Ждановы.

Дейна немедленно отправилась в отель и позвонила Мэтту Бейкеру.

– Здесь что-то неладное творится, Мэтт, – пожаловалась она, – но вывести их на чистую воду так и не удалось, черт бы все это побрал. Такое чувство, что можно годами сидеть здесь и ничего не добиться. Завтра возвращаюсь домой.

Здесь что-то неладное творится, Мэтт. Но вывести их на чистую воду так и не удалось, черт бы все это побрал. Такое чувство, что можно годами сидеть здесь и ничего не добиться. Завтра возвращаюсь домой.

Конец записи.

И снова Дейна оказалась в оживленном аэропорту Шереметьево-2. Только на этот раз не могла отделаться от неприятного ощущения, что за ней следят. Девушка снова и снова обводила глазами толпу, но так и не смогла заметить ничего особенного.

Но они где-то здесь.

И от этой мысли ей стало не по себе.

Глава 21

К удивлению Дейны, в аэропорту Даллеса самолет встречали миссис Дейли и Кемаль. До этой минуты она не сознавала, как соскучилась по приемному сыну, и теперь прижала его к себе и долго не отпускала. Кемаль смущенно улыбался:

– Привет, Дейна. Хорошо, что приехала. Привезла мне русского медведя?

– Хотела, но по пути он сбежал, негодник этакий.

– Представляю, – хохотнул Кемаль. – Больше не уедешь?

– Ни за что, – поклялась Дейна.

– Вот это хорошие новости! – воскликнула миссис Дейли. – Мы рады, что вы вернулись насовсем, мисс Эванс.

– А я-то как рада! – засмеялась Дейна.

Счастливая семейка погрузилась в машину. По дороге Дейна спросила:

– Ну, как твоя новая рука, Кемаль? Привык?

– Еще как!

– Молодец, малыш. А в школе? Все в порядке?

– Нормально.

– Никаких драк?

– Никаких.

– У меня даже на сердце легче стало! Я так счастлива, что тебе хорошо в новой школе, дорогой мой! – выдохнула Дейна, с любовью глядя на сына. Он казался совсем другим. Более спокойным, притихшим, немного усталым. Непонятно, что так переменило его, но, как бы там ни было, хуже он не выглядел. Обычный нормальный ребенок.

Бросив в прихожей чемодан, Дейна объявила:

– Мне придется поехать на работу, зато поужинаем вместе. Отправимся в «Макдоналдс» и устроим пир.

Туда, где мы так часто бывали с Джеффом.

И вот она снова на студии. Боже, как давно она здесь не была. Похоже, целая вечность прошла и все стало немного чужим.

Дейна даже растерялась. Что это с ней творится? Она совсем не вписывается в общую деловую обстановку. Неужели бесконечные поездки так на нее подействовали?

Пока она шла к кабинету Бейкера, ее то и дело останавливали. Здоровались, улыбались, жали руку.

– Рад, что ты вернулась, Дейна. Нам тебя недоставало.

– И я тоже рада.

– Взгляните, кто это! Хорошо съездила?

– Спасибо, прекрасно.

– Без тебя трудно пришлось.

– Теперь постараюсь сидеть дома.

– Тут все тосковали по тебе…

При виде Дейны Мэтт ошеломленно присвистнул:

– На кого ты похожа! Худая, бледная! Выглядишь как призрак!

– Спасибо за комплимент, дорогой.

– Садись, – буркнул Мэтт.

Дейна послушно села.

– Ты что, совсем не спала?

– Почти.

– Кстати, наш рейтинг сильно упал, пока тебя не было.

– Я польщена.

– Вот Эллиот обрадуется, что ты сдалась. Он все время твердил, что ты зря взялась за это дело. Ужасно волновался за тебя.

Мэтт счел за лучшее не упоминать, как сильно тревожился за Дейну сам.

Они долго говорили, но так и не пришли к единому мнению относительно расследования. Наконец Дейна отправилась к себе. Оливия вскочила и, всплеснув руками, закричала:

– Наконец-то! Без вас здесь…

Ее прервал телефонный звонок. Секретарь подняла трубку.

– Офис мисс Эванс… Минуту, пожалуйста.

Она чуть растерянно взглянула на Дейну:

– Памела Хадсон на первой линии.

– Сейчас подойду.

Дейна вошла в кабинет.

– Памела!

– Дейна, вы вернулись! Мы так беспокоились! Россия – не самое безопасное место на земле, особенно в наши дни.

– Знаю, – рассмеялась Дейна. – Слишком хорошо знаю. Приятель даже купил мне баллончик с перечным газом.

– Мы с Роджером часто вас вспоминали. Хотим пригласить вас сегодня к чаю. Вы свободны?

– Да, с удовольствием приду.

– В три часа?

– Постараюсь не опоздать.

Остаток утра был занят подготовкой к вечернему выпуску.

В дверях дома Хадсонов Дейну приветствовал улыбающийся Сейзар.

– Мисс Эванс! – просиял он. – Как я счастлив вас видеть! Добро пожаловать на родину!

– И я рада вас видеть, Сейзар. Как поживаете?

– Лучше не бывает, мисс Эванс.

– А мистер и миссис…

– И они здоровы. Ждут вас. Можно взять ваше пальто? Стоило девушке показаться на пороге гостиной, супруги Хадсон хором воскликнули:

– Дейна!

Памела подошла к ней и тепло обняла:

– Блудная дочь вернулась!

– У вас усталый вид, – покачал головой Роджер.

– Похоже, не только вы так считаете.

– Садитесь, садитесь, – хлопотал он.

Вошла горничная с чайным подносом, нагруженным булочками, печеньем и круассанами. Памела принялась разливать чай.

Когда все наконец было готово, Роджер попросил:

– А теперь расскажите, что удалось узнать.

– Боюсь, я зашла в тупик. Так противно сознавать, что столько труда потрачено впустую! – тяжело вздохнула Дейна. – Я познакомилась с неким Дитером Занде-ром, который утверждает, что Уинтроп подставил его и довел до тюрьмы. Пока он отбывал срок, семья погибла в огне. Он винит в их смерти Уинтропа.

– Так у Зандера была причина расправиться с врагом! – воскликнула Памела.

– Верно, но это еще не все, – продолжала Дейна. – Я встретилась с бывшим французским представителем в НАТО Марселем Фальконом. Его единственного сына сбила машина, и водитель скрылся, оставив мальчика умирать. Водитель Уинтропа признал себя виновным и был приговорен к пожизненному заключению, но теперь утверждает, что за рулем сидел сам Уинтроп.

– Неужели? – хмыкнул Роджер. – Кстати, я знал Фалькона. Он одно время жил в Брюсселе.

– Именно. Там все и произошло. И кстати, водитель клялся, что рассказал Фалькону правд.

– Становится все интереснее!

– И не говорите. Кстати, вы никогда не слышали о некоем Венсане Манчино?

Роджер задумался.

– Кажется, нет.

– Мафиози. Весьма влиятелен. Тейлор соблазнил его единственную дочь, послал к шарлатану, и тот вместо аборта удалил ей матку. Дочь в монастыре, мать в психбольнице.

– Господи Боже!

– И теперь у нас трое подозреваемых, а я ничего не могу доказать, – раздраженно вздохнула Дейна.

Роджер покачал головой:

– Поверить трудно, что Тейлор действительно был на такое способен.

– В этом нет никаких сомнений, Роджер. Я сама говорила с этими людьми. Но кто бы ни стоял за этими убийствами, организованы они блестяще. Никаких следов. И заметьте, совершены они различными способами, так что между ними, казалось бы, нет ничего общего. Картины каждого несчастного случая отличаются друг от друга. Все детали тщательно проработаны. Ничто не пущено на самотек. И ни единого свидетеля.

– Знаете, может, это и чистая фантазия, – медленно произнесла Памела, – но не могли ли эти трое объединиться, чтобы отомстить?

Дейна решительно тряхнула головой.

– Сомневаюсь. Каждый по отдельности достаточно богат и влиятелен, чтобы искать компаньонов в таком деле. Слишком велика была ненависть. Только один из них виновен.

Но который?!

Все трое заспорили было, но Дейна что-то неожиданно вспомнила и поглядела на часы.

– Пожалуйста, простите. Я обещала повести Кемаля в «Макдоналдс», и если поспешить, я еще успею до работы.

– Ну конечно, дорогая, – кивнула Памела. – Мы понимаем. Спасибо, что нашли время забежать.

– И вам спасибо за вкусный чай и моральную поддержку, – поблагодарила Дейна, вставая.

В понедельник, подвозя Кемаля в школу, она призналась:

– Знаешь, дорогой, мне так не хватало этих каждодневных поездок с тобой. Но теперь я вернулась, и все будет по-прежнему.

– Здорово, – пробормотал Кемаль, зевая.

Дейна вдруг сообразила, что у него рот с самого утра не закрывается.

– Ты хорошо спал ночью?

– Кажется, – вместе с зевком вырвалось у Кемаля.

– Интересно, чем ты занимаешься в школе?!

– Кроме скучнейшей истории и занудного английского?

– Именно.

– Играю в американский футбол.

– Не слишком ли ты переутомляешься, милый? Тебе не помешает больше отдыхать.

– Говорю же, все о’кей.

Но небрежный ответ не успокоил Дейну. Что-то с Кемалем неладно. Какой он худенький, хрупкий, словно вся энергия вытекла из него, как из треснувшего кувшина. И он стал таким спокойным. Неестественно спокойным. Может, отвезти его к доктору? Пусть обследует Кемаля. Наверное, ему просто не хватает витаминов. А что, если… нет, об этом даже думать не стоит. Пора в студию. Через полчаса совещание по вечернему выпуску новостей.

Утро пролетело как на крыльях, и Дейна с удовольствием погрузилась в дела. Как хорошо снова оказаться в знакомом мире среди дружелюбных лиц!

Вернувшись к себе, она нашла на столе запечатанный конверт. Ни адреса, ни имени отправителя. Только ее фамилия. Дейна нехотя разрезала конверт. Всего несколько ровных строчек без подписи:

«Мисс Эванс, у меня есть необходимая вам информация. На ваше имя заказан номер в московской гостинице «Союз». Вылетайте немедленно. И никому ни слова».

Дейна, не веря глазам, перечитала письмо.

У меня есть необходимая вам информация.

Это, несомненно, чья-то злая шутка. Если у кого-то в России действительно есть ответы, которые ищет Дейна, почему этот кто-то не искал с ней встречи раньше? Правда, во время разговора с братьями Ждановыми ей показалось, что Борис хочет в чем-то признаться, а Александр постоянно его обрывал.

Дейна бессильно опустилась на стул.

Как эта записка попала в кабинет? Неужели за ней действительно следят?

Нет, лучше об этом забыть.

Дейна небрежно сунула письмо в сумочку. Она порвет его, когда вернется домой.

Девушка провела вечер с Кемалем. Она думала, что он увлечется новой компьютерной игрой, привезенной из Москвы, но мальчика ничего не интересовало. Уже в девять глаза его начали слипаться.

– Спать хочется, Дейна. Я иду к себе.

– Хорошо, дорогой.

Дейна смотрела ему вслед, покачивая головой.

Он совсем другой. Будто не мой мальчик! Ну ничего, отныне мы будем все время вместе. Если что-то его мучит, я узнаю.

Но сейчас нужно бежать на студию.

Жилец соседней квартиры, не отрывая глаз от экрана, докладывал в микрофон:

– Объект уехал на телестудию готовиться к вечернему выпуску. Мальчик спит. Домоправительница шьет.

– Мы в эфире!

Вспыхнула красная лампочка. Диктор жизнерадостно объявил:

– Добрый вечер. Вы слушаете одиннадцатичасовой выпуск новостей на WTN с Дейной Эванс и Ричардом Мелтоном.

– Добрый вечер, – улыбнулась Дейна. – Я Дейна Эванс.

– А я Ричард Мелтон.

– Мы начинаем наши новости с сообщения об ужасной трагедии в Малайзии… – произнесла Дейна.

Именно здесь ее место. За этим столом. И нечего бегать по всему миру, искать ветра в поле…

Передача прошла без единой накладки. Когда Дейна приехала домой, Кемаль уже давно спал. Попрощавшись с миссис Дейли, она легла, но долго не смыкала глаз.

У меня есть необходимая вам информация. На ваше имя заказан номер в московской гостинице «Союз». Вылетайте немедленно. И никому не слова.

Это ловушка… Только последняя идиотка способна вернуться в Москву в подобных обстоятельствах. А если нет? Если кто-то хочет рассказать правду? Но зачем ему такие неприятности на свою голову? Письмо мог написать только Борис Жданов. А ведь он что-то знает!

Она так и не уснула этой ночью.

Утром она позвонила Роджеру Хадсону и прочитала письмо.

– Боже мой! Даже не знаю, что сказать! – разволновался тот. – Неужели у кого-то проснулась совесть и мы узнаем, что на самом деле случилось с Уинтропами?

– Возможно.

– Дейна, но это может быть опасно! Мне что-то тут не нравится. Как бы…

– Если я не поеду, мы никогда ничего не узнаем.

– Наверное, вы правы, – нерешительно признал он.

– Постараюсь быть осторожной, но оставить все это уже не могу.

– Ладно, но прошу вас постоянно держать со мной связь, – велел Роджер.

– Обещаю.

Положив трубку, Дейна помчалась в бюро путешествий «Корниш» покупать билеты в Москву и обратно. Сегодня вторник. Остается надеяться, что она не пробудет в Москве долго.

Перед уходом она оставила Мэтту записку, где честно рассказала, что случилось.

Плохо одно: она снова бросает Кемаля. И это после того, как уверяла, что больше никуда не уедет!

Дейна отправилась домой. Будь что будет. Она поговорит с миссис Дейли и все объяснит.

– Миссис Дейли, – покаянно пробормотала она, – боюсь, мне снова придется уехать на пару дней. Позаботьтесь о Кемале.

– Ни о чем не волнуйтесь, мисс Эванс. Все будет прекрасно.

Жилец из соседней квартиры отвернулся от телевизора и стал поспешно набирать номер.

На этот раз Дейна летела в Москву самолетом «Аэрофлота». Мучительные мысли не давали покоя.

Может, она сует голову прямо в львиную пасть. Это наверняка ловушка. Но если есть хоть какая-то возможность узнать все ответы, она ею воспользуется.

Дейна приготовилась к долгому полету и устало прикрыла глаза: начала сказываться бессонная ночь.

Когда следующим утром самолет приземлился на промерзший бетон аэропорта Шереметьево-2, Дейна схватила сумку и храбро вышла в слепящую метель. На стоянке такси змеилась длинная очередь. Через сорок пять минут, когда подошла очередь Дейны, какой-то верзила попытался протиснуться перед ней.

– Нет, – твердо сказала она. – Это мое такси.

Она оттолкнула мужчину и села.

– Куда? – спросил водитель по-русски.

– Отель «Союз».

Водитель резко повернулся и, с трудом подбирая слова, сказал по-английски:

– Уверены, что хотите именно туда?

– А что? – удивилась Дейна. – Что-то не так?

– Это не слишком приличный отель.

Дейне вдруг стало страшно.

Что она делает? Но уже слишком поздно отступать.

Водитель терпеливо ждал ответа.

– Уверена, – решительно заявила она.

Водитель пожал плечами, включил зажигание и влился в поток машин.

А если номер не заказан? Если это все-таки чья-то глупая шутка?

Гостиница «Союз» оказалась на самой окраине Москвы, на Левобережной улице, в рабочем районе. Старое непрезентабельное здание, выкрашенной облупившейся коричневой краской.

– Может, мне подождать? – спросил водитель.

– Нет, – почти не колеблясь, отказалась Дейна.

Протянув деньги, она выбралась из машины, и холодный ветер буквально втолкнул ее в обшарпанный вестибюль. За стойкой сидела пожилая женщина и читала журнал. Каблучки Дейны звонко простучали по кафелю, и женщина изумленно на нее уставилась. Девушка спокойно шагнула к стойке.

– Что вам?

– Дейна Эванс. У меня забронирован номер.

Она затаила дыхание. Женщина усердно закивала:

– Да-да, Эванс.

Она завела руку за спину и сняла с крючка ключ.

– Четыреста второй. Четвертый этаж, – неприветливо буркнула она, протягивая ключ Дейне.

– Нужно заполнить карточку?

– Ни к чему. Платите сейчас. Один день.

Дейне снова стало не по себе. Российская гостиница, где постояльцам не нужно регистрироваться. Здесь что-то не так.

– Пятьсот рублей, – сообщила женщина.

– Мне нужно поменять деньги, – запротестовала Дейна. – Потом.

– Нет. Сейчас. Давайте доллары.

– Хорошо.

Дейна порылась в сумочке и вынула несколько банкнот. Женщина жадно схватила деньги. По мнению Дейны, на такую сумму можно было купить целый отель.

Девушка огляделась:

– Где лифт?

– Нет лифта.

– Боже, – пробормотала Дейна. О носильщике, разумеется, не могло быть и речи.

Она подняла сумку и потащила наверх.

Номер оказался еще хуже, чем она предполагала. Крошечный, грязный, ободранный, с рваными занавесками и незастеленной постелью. Каким образом Борис собирается связаться с ней?

Может, это и ловушка, но зачем этому неизвестному идти на такие хлопоты?

Дейна села на край кровати и посмотрела сквозь немытое стекло на унылую улицу.

Идиотка! Последняя кретинка! Сколько можно тут торчать? И она попалась на удочку, как…

В дверь тихо постучали. Дейна растерянно дернулась и встала. Либо тайна разрешится сейчас, либо никакой тайны вообще не было.

Она приоткрыла дверь и выглянула. Никого. На полу валяется конверт. Дейна подняла его и поскорее заперлась. В конверте лежал крошечный клочок бумаги. Всего четыре буквы и цифра:

«ВДНХ 21:00».

Дейна долго смотрела на листок, абсолютно ничего не понимая. Потом все-таки догадалась вынуть из сумки путеводитель. Есть. «ВДНХ – Выставка достижений народного хозяйства». Здесь же был и адрес.

В восемь Дейна вышла на улицу и остановила грязную машину.

– ВДНХ, – старательно выговаривая каждую букву, попросила она.

– ВДНХ? – удивился водитель. – Все уже закрыто.

– Вот как?

– Ехать?

– Да.

Водитель пожал плечами, и машина рванулась вперед.

* * *

Обширная территория выставки раскинулась на северо-востоке столицы. Если верить путеводителю, ВДНХ была задумана как своеобразная демонстрация побед бывшего Союза, но сейчас, когда экономика дышала на ладан, финансирование прекратилось, и огромный парк превратился в обветшалый памятник рухнувшей империи. Грандиозные павильоны опустели и постепенно приходили в упадок. Правда, многие из них сдавались под маленькие магазинчики, и днем здесь бывало много посетителей. Но сейчас, в этот холодный зимний вечер, парк опустел, и даже фонари не горели.

Дейна вышла из такси и вынула несколько мелких американских банкнот.

– Это пой…

– Да, – перебил ее водитель и, схватив деньги, умчался.

Дейна огляделась. Кругом ни души. Она вошла в парк и села на ближайшую скамью. Сейчас должен появиться Борис.

Она вспомнила, как ждала Джоан в зоопарке, не зная, что та уже мертва. Что, если и Борис…

Из тревожного раздумья ее вывел хриплый мужской голос:

– Добрый вечер.

Дейна вздрогнула от неожиданности и едва не вскрикнула. Она отчего-то была уверена, что увидит Бориса Жданова. Но перед ней стоял его брат!

– Господин директор! Я не думала…

– Идите за мной, – резко бросил он, не дав договорить, и почти побежал в глубь парка. Дейна, чуть поколебавшись, встала и поспешила следом. Он вошел в маленькое неприглядное кафе, притулившееся у стены какого-то павильона, и сел в глубине. Кроме них, в кафе была только одна пара. Дейна приблизилась к столу и тоже уселась.

– Два кофе, пожалуйста, – попросил он усталую официантку и повернулся к Дейне: – Я до последней минуты не был уверен, что вы приедете, но, как оказалось, моя приманка подействовала. Вы очень настойчивы. Пожалуй, даже въедливы. Это опасное качество.

– Вы написали, что можете рассказать все, что меня интересует.

– Верно.

Официантка принесла кофе. Он шумно отхлебнул глоток и немного помолчал.

– Вы хотели знать, действительно ли Тейлор Уинтроп и его семья были убиты?

Словно чья-то огромная рука стиснула горло Дейны.

– А это так и есть?

– Да, – выдохнул Жданов каким-то неестественно-сдавленным полушепотом.

Дейна зябко передернула плечами.

– Кем?

Александр повелительно поднял руку:

– Я скажу, но сначала вы должны кое-что сделать для меня.

– Что именно? – насторожилась Дейна.

– Вывезти меня из России. Здесь мне грозит опасность.

– Но почему бы вам просто не купить билет и не улететь? Насколько я поняла, теперь русским позволено свободно выезжать за границу.

– Дорогая мисс Эванс, удивляюсь, как при такой наивности вы еще живы. Верно, старые коммунистические порядки уже не действуют, но, если я последую вашему совету, меня пристрелят еще по пути в аэропорт. Стены по-прежнему имеют глаза и уши. Мне необходима ваша помощь.

Истинный смысл его слов дошел до нее не сразу. Поняв, что грозит Жданову, она тоскливо пробормотала:

– Но я не могу… даже не знаю, с чего начать.

– Вы должны. Обязаны найти способ. Моя жизнь не стоит и цента.

– А что, если поговорить с американским послом? – предложила девушка.

– Нет! – почти закричал Жданов.

– Но это единственное, что я…

– В вашем посольстве полно предателей, и разговор немедленно передадут. И тогда все кончено. О том, что я вам сказал, не должен знать никто, кроме вас и тех, кто вызовется вам помочь. Ваш посол тут бессилен.

Невероятная усталость навалилась на Дейну. Ну разве это мыслимо? Вывезти из России важного чиновника! Да ей кошку не удастся протащить через границу! А может, он просто решил надуть ее? Использует как средство, чтобы перебраться в Америку? Значит, вся эта поездка оказалась зряшной…

– Боюсь, что не сумею быть вам полезной, директор Жданов, – процедила взбешенная Дейна, поднимаясь.

– Погодите! Вам нужны доказательства? Вы их получите.

– Какие именно доказательства?

Жданов долго молчал, прежде чем медленно выговорить:

– Вы вынуждаете меня на крайние меры. Мне не хотелось прибегать к ним, но что поделаешь! Пойдемте.

Он сел за руль, и вскоре они уже входили в здание Бюро международного экономического развития с черного хода. Жданов открыл дверь темного кабинета.

– Меня могут расстрелять за то, что я вам расскажу, – признался он, – но иного выхода просто нет.

Он беспомощно развел руками.

– Я так и так приговорен, если останусь здесь.

Дейна опустилась на стул и молча наблюдала, как он подходит к большому встроенному в стену сейфу, набирает комбинацию, открывает дверь и вынимает толстый альбом с грифом «Секретно».

– Видите ли, здесь содержится засекреченная информация о ресурсах вооружения, – пояснил Александр, кладя на стол том.

Дейна затаила дыхание, когда он начал переворачивать страницы. Мелькали цветные фото бомбардировщиков, космических кораблей, баллистических ракет, противоракетных установок, авиационных ПТУР, автоматического оружия, танков и подводных лодок.

– Здесь весь российский арсенал.

Какой страх! Этим можно уничтожить любую страну!

– В настоящее время Россия имеет больше тысячи межконтинентальных баллистических ракет, более двух тысяч ядерных боеголовок и семьдесят стратегических бомбардировщиков. Смотрите… вот новейшие разработки… «Акрид», «Афид», «Анаб» «Арчер»… Наши запасы ядерного оружия не меньше, чем у Соединенных Штатов.

– Весьма впечатляюще.

– К сожалению, наши военные переживают тяжелые времена, мисс Эванс. Надвигается кризис. Денег на содержание армии нет, а боевой дух с каждым днем все больше падает. Разложение проникло в ряды солдат и офицеров. Настоящее несет мало надежды, а будущее выглядит еще хуже, так что военные принуждены обращаться к прошлому.

– Но… но я не понимаю, что общего… – начала Дейна.

– Когда Россия была сверхдержавой, мы производили больше оружия, чем Соединенные Штаты, и теперь все эти гигантские запасы никуда не девались. Они по-прежнему есть, и многие страны мира готовы нести огромные расходы, чтобы заполучить это оружие. А стоит оно миллиарды долларов.

– Мистер Жданов, – терпеливо заметила девушка, – ваши проблемы мне ясны, но…

– Это не проблема, – отмахнулся Жданов.

– Нет? – удивленно переспросила она. – Тогда в чем проблема?

– Вы никогда не слышали о Красноярске-26? – осторожно поинтересовался он.

– Никогда, – покачала головой Дейна.

– Неудивительно. Он не значится ни на одной карте, а люди, живущие там, официально не существуют.

– Не понимаю, как это?

– Сами увидите. Завтра мы туда летим. Встретимся в этом кафе в полдень.

Он стиснул руку Дейны и тихо предупредил:

– И никому об этом, ясно? Иначе я не дам за наши жизни ни гроша.

Еще немного, и он расплющит ей кости! Дейна негромко охнула:

– Отпустите! Я все поняла!

– Договорились, – кивнул он, отступая. – Теперь я провожу вас вниз. Дальше добирайтесь сами.

Дейна почти в бессознательном состоянии вошла в вестибюль гостиницы и целую вечность добиралась до четвертого этажа. Кое-как умывшись в грязной ванной, она свалилась на постель и заснула как убитая.

Утро настало серое, хмурое утро, грозившее принести новые неприятности. Дейна нехотя поднялась и поежилась от холода. Нужно еще где-то поесть, прежде чем ехать на встречу с Александром.

Она зашла в небольшой ресторанчик, съела яичницу, выпила кофе с булочками и в полдень уже сидела в кафе. Пятнадцать минут… полчаса…

Жданов не появлялся.

Как же теперь быть? Он говорил, что боится за свою жизнь. Неужели его пророчества сбылись?

– Добрый день.

Рядом со столом неизвестно откуда появился Жданов.

– Не будем тратить времени. Едем за покупками.

– Покупками? – недоверчиво переспросила она.

– Быстрее.

Дейне пришлось семенить, чтобы не отстать.

– Зачем нам покупки?

– Для вас.

– Но мне не нужны…

Жданов остановил машину и велел везти в торговый центр. По дороге они не обмолвились ни словом. Жданов заплатил водителю и повел ее в гигантскую крытую галерею со множеством магазинчиков. Когда они набрели на один, где на витрине выставлялось вызывающее, неприлично яркое женское белье, Жданов потащил ее туда.

– Вот то, что надо.

Дейна брезгливо оглядела ряды дешевых низкопробных вещиц.

– Что мы здесь делаем?

– Вам нужно сменить имидж. А следовательно, и одежду.

К ним подошла продавщица. Последовал быстрый обмен русскими фразами, и уже через минуту женщина принесла малиновую мини-юбку и расшитую блесткам блузку с вырезом едва не до пояса. Жданов одобрительно кивнул:

– То что доктор прописал. Надевайте.

– Ни за что! – отпрянула Дейна. – За кого меня примут? Зачем это…

– Придется, – непререкаемым тоном отрезал Жданов.

– Но почему?!

– Увидите.

Просто сексуальный маньяк какой-то! Во что она впуталась, черт побери?!

Жданов чуть насмешливо прищурился:

– Ну? Решаетесь?

Дейна, словно бросаясь в омут головой, отчаянно закивала:

– Ладно.

Она вошла в крошечную примерочную, натянула новый наряд и громко ахнула:

– Я похожа на шлюху!

– Еще не совсем, – объявил Жданов. – Не хватает косметики.

– Но, мистер…

– Вперед!

Одежда Дейны поместилась в большом пакете. Она накинула теплое пальто и туго подпоясалась, стараясь скрыть всю непристойность своего вида. Но очевидно, это не удалось, поскольку, когда они снова пошли по галерее, прохожие глазели на Дейну, а мужчины понимающе улыбались. Какой-то рабочий подмигнул, и Дейна поежилась от унижения.

– Сюда!

Они стояли перед косметическим магазинчиком. Жданов шагнул внутрь. Дейна нерешительно последовала за ним. Он подошел к прилавку:

– Помаду поярче. И румяна.

Продавщица показала ему тюбик с красной помадой и такие же румяна.

– Идеально! – усмехнулся Жданов, протягивая все это Дейне. – Намажьтесь, да погуще.

Терпение девушки лопнуло.

– Нет уж, спасибо! Не знаю, что за игру вы затеяли, мистер Жданов, но я в ней не участвую. С меня до…

Он обжег ее разъяренным взглядом.

– Заверяю вас, мисс Эванс, это не игра. Красноярск-26 – закрытый город. Я один из тех избранных, у кого есть туда доступ. Только очень немногим позволяется привозить туда проституток, и то на день, не больше. Это единственный способ провести вас через охранный пост. Ну… еще и ящик лучшей водки в качестве платы. Так как, решаетесь?

Закрытый город? Охрана? И чем все это кончится?!

– Д-да, – пробормотала Дейна. – Едем.

Глава 22

После рынка они поехали в аэропорт Шереметьево-1, где в неприметном месте на взлетной полосе уже ждал военный транспортный самолет. К удивлению Дейны, они оказались единственными пассажирами.

– Куда мы летим? – осмелилась спросить она.

– В Сибирь, – невесело усмехнулся Жданов.

Сибирь?

Дейна похолодела от страха.

– Понятно.

Полет длился четыре часа. Дейна пыталась завести с Александром беседу в надежде выпытать, что ее ждет, но мрачный Жданов упорно молчал.

Наконец самолет приземлился посреди заснеженной пустыни. На обледенелом бетоне уже ждала «Лада». Дей-на с тоской оглядела унылый однообразный пейзаж.

– То место, куда мы едем… оно далеко отсюда?

И вернусь ли я?

– Совсем близко. Но будьте поосторожнее. Опасайтесь… Опасаться? Чего?!

Машина подскакивала и тряслась на промерзлых ухабах. Наконец они подъехали, как показалось Дейне, к маленькому вокзалу. На платформе переминались с десяток закутанных до ушей охранников в тулупах. При виде Дей-ны они плотоядно заулыбались. Один показал на Дейну и присвистнул:

– Ну и везучий же ты, черт! Такую красотку подцепил!

Дейна непонимающе подняла брови. Жданов что-то ответил, и охранники загоготали.

Дейна решила, что лучше не спрашивать, о чем они говорили.

Подошел поезд, состоявший из электровоза и двух вагонов. Жданов поднялся по ступенькам, увлекая за собой окончательно сбитую с толку Дейну.

Куда может идти поезд в этой безрадостной белой тундре?

Ко всему прочему, в поезде не топили, и, похоже, здесь было холоднее, чем на улице.

Поезд тронулся, и через несколько минут они оказались в ярко освещенном туннеле, пробитом в самом сердце горы. Дейна с ужасом взирала на мелькавшие в окне скалы, не в силах отделаться от ощущения, что внезапно оказалась в каком-то безумном сюрреалистическом кошмаре.

– Простите, – обратилась она к Жданову, – куда мы все-таки едем?

Поезд дернулся и замер.

– Уже на месте.

Они сошли с поезда и направились к облицованному цементом зданию странной формы, стоявшему в сотне ярдов и окруженному двумя рядами колючей проволоки, перед которыми выхаживали вооруженные солдаты. При виде Дейны и Жданова они вытянулись и отдали честь.

– Возьмите меня за руку, поцелуйте да смейтесь погромче, – шепотом приказал Жданов.

Джефф ни за что не поверит, что я способна на такое!

Дейна бросилась на шею Александру, чмокнула в щеку и натужно расхохоталась.

Ворота разъехались, и они, держась за руки, проникли внутрь. Солдаты с завистью глазели вслед важному гостю и его смазливой шлюшке.

Дейна никак не ожидала, что непонятное строение окажется чем-то вроде лифтовой установки, уходившей глубоко под землю. Они ступили в лифт, и двери с шумом захлопнулись.

Как только кабина тронулась, Дейна спросила:

– Куда мы спускаемся?

– Под гору.

– Так низко? – нервно пробормотала она.

– На шестьсот футов под землю.

Дейна недоверчиво покачала головой.

– Шестьсот футов? Почему? Что там находится?

– Увидишь.

Вскоре кабина замедлила ход, остановилась, и дверь разошлась.

– Прибыли, мисс Эванс, – объявил Жданов.

Только вот куда?!

Они вышли и не успели сделать двух шагов, как потрясенная Дейна застыла. Каким-то образом они оказались на улице современного города, с ярко освещенными витринами и вывесками ресторанов и магазинов. По тротуарам гуляли пешеходы, и Дейна вдруг сообразила, что никто не носит пальто. Да и ей становилось жарко.

– Над нами в самом деле гора?

– Даю слово.

– Но… – растерянно озиралась Дейна, – я ничего не понимаю. Что это за место?

– Я же говорил. Красноярск-26.

– Что-то вроде бомбоубежища?

– Совсем наоборот, – загадочно протянул Жданов.

Дейна снова вытаращилась на ухоженные красивые здания.

– В таком случае, мистер Жданов, для чего предназначается это место?

– Лучше бы вам этого не знать, – жестко отрезал тот, – но я все-таки скажу. Только смотрите, как бы не было хуже!

Тревога кольнула Дейну.

– Вы что-нибудь знаете о плутонии?

– Не слишком много. Радиоактивный элемент… Больше, пожалуй, ничего.

– Плутоний идет на топливо для ядерных боеголовок. Это основной элемент атомного оружия. Для этого и создан Красноярск-26. Чтобы производить очищенный плутоний. Здесь живут и работают сто тысяч ученых, инженеров и техников. Вначале снабжение было идеальным. Лучшие продукты, одежда и жилье. Но их набирали сюда с одним условием.

– С каким?

– Что они никогда не покинут пределы города.

– То есть…

– Они не имеют права показываться наверху. Друзьям и родственникам из других городов запрещено их навещать. Они полностью изолированы от всего мира.

Дейна смотрела на идущих навстречу людей и не верила глазам. Этого просто быть не может.

– И где же производится плутоний?

– Я покажу вам.

Громко звеня, к остановке подъехал трамвай.

– Садимся.

Жданов прыгнул на подножку. За ним поднялась Дей-на. Проехав по оживленным улицам, трамвай оказался в лабиринте тускло освещенных туннелей. Дейна не переставала изумляться невероятному труду, вложенному в строительство города.

Через несколько минут огни загорелись ярче, и трамвай остановился. Они оказались у входа в большую светлую лабораторию.

– Здесь мы выходим.

Дейна ошарашенно осматривалась. В необъятной пещере располагалось три гигантских реактора. Два, очевидно, успели заглушить, но третий работал. Вокруг суетилась целая команда техников.

– Здесь можно производить достаточно плутония, чтобы каждые три дня выдавать по атомной бомбе, – сообщил Жданов. – Даже один из этой троицы дает полтонны плутония в год – достаточно для сотни бомб. Те запасы, что хранятся в соседней комнате, оцениваются в целое состояние.

– Но в таком случае почему работа не прекращается? – недоумевала Дейна.

– У вашего писателя Джозефа Келлера есть такой роман «Уловка-22», не читали? Заглушить реактор невозможно, потому что он снабжает энергией город. Если остановить его, не будет ни тепла, ни света и люди быстро превратятся в ледяные статуи.

– Ужасно! – охнула Дейна. – Если…

– Подождите. Это еще не все. Ситуация выходит из-под контроля. Из-за состояния российской экономики не находится денег, чтобы платить обитателям Красноярска-26. Им не выдавали жалованье несколько месяцев. Уютные дома ветшают, и нет средств на ремонт. Все льготы и привилегии ушли в прошлое. Люди на грани отчаяния. Видите, какой печальный парадокс? Плутоний, лежащий здесь, стоит немыслимые миллиарды долларов, а люди, производящие его, не имеют гроша ломаного и почти голодают.

– И вы считаете, что они способны продавать плутоний в другие страны?

Жданов кивнул.

– Еще до того, как Уинтроп стал послом в России, приятели рассказали ему о Красноярске-26 и спросили, сумеет ли он договориться. Потолковав с несколькими здешними учеными, не без основания считавшими, что страна и правительство их предали, Уинтроп с радостью согласился. Но задачка попалась сложная, и пришлось ждать, пока все сойдется. Он тогда словно рехнулся. Только твердил: «Все детали головоломки наконец сошлись».

У Дейны перехватило дух.

– Тейлору пришлось немало потрудиться, чтобы получить пост посла. Вместе с партнером он подкупил недовольных и стал переправлять плутоний в десятки стран, в том числе Ливию, Иран, Ирак, Пакистан, Северную Корею и Китай.

Так вот почему Уинтропу было так необходимо стать послом! Кому, как не ему, было контролировать ситуацию!

– Видите ли, – продолжал Жданов, – проблемы транспортировки фактически не существовало, поскольку для производства ядерного оружия достаточно небольшого количества плутония. Тейлор и его компаньон загребали деньги лопатой и сделали миллиарды долларов. Никто ничего не подозревал. Операция была отлажена как часы. Теперешняя Россия, – с горечью признался он, – похожа на кондитерскую лавку, только вместо конфет здесь каждый может купить атомную бомбу, танк, истребители и ракетные установки.

Дейна тщетно пыталась осознать услышанное, слишком невероятное, чтобы переварить всю информацию, которую сообщил Жданов.

– Но почему все-таки расправились с Уинтропом?

– Чересчур жадничал. Решил вытеснить партнера из бизнеса. Когда тот узнал правду, заказал Уинтропа.

– Но при чем тут остальная семья?

– После гибели самого Уинтропа и его жены старший сын Пол попытался шантажировать бывшего компаньона отца, поэтому пришлось убрать и его. Затем убийца решил, что не стоит рисковать: а вдруг остальные дети тоже знают о занятиях папочки! Вот и расправился с ними чужими руками, но так, чтобы все выглядело как несчастные случаи в горах и во время ограбления.

Перепуганная Дейна еле выговорила:

– Но кто это человек? Как его зовут?

Жданов покачал головой.

– Вы и так много узнали, мисс Эванс. Я назову имя, когда вы поможете мне исчезнуть из России.

Он посмотрел на часы и предупредил:

– Нам пора.

Дейна в последний раз взглянула на реактор, который двадцать четыре часа в сутки трудился, производя смертельно опасный плутоний.

– А американскому правительству известно о Красноярске-26?

– Естественно, – кивнул Жданов. – Он представляет для них огромную угрозу. Ваш Государственный департамент день и ночь ломает голову над тем, как парализовать работу реакторов. Ну а пока…

Он пожал плечами.

Они молча пустились в обратный путь. Только в лифте Жданов обмолвился:

– Вы знаете, что такое ФАИ?

– Да, а при чем тут ФАИ? – насторожилась Дейна.

– Они в этом тоже замешаны.

– Что?!

Теперь все ясно! Так вот почему генерал Бустер постоянно пытался отпугнуть ее!

Они добрались до поверхности и вышли из лифта.

– У меня здесь квартира, – заметил Жданов. – Пойдем туда.

Они медленно зашагали по тротуару. Дейна неожиданно заметила женщину, одетую, как она, и висевшую на руке мужчины.

– Эта особа… – начала Дейна.

– Я же говорил: некоторым мужчинам разрешено привозить проституток на день. Но по ночам они должны возвратиться на охраняемую территорию. Они не должны ничего знать о том, что происходит под землей.

По дороге Дейна заметила, что большинство магазинных витрин пусты.

Не находится денег, чтобы платить обитателям Красноярска-26. Льготы и привилегии ушли в прошлое. У государства больше нет средств, чтобы платить здешним жителям. Они несколько месяцев не получали жалованье.

Случайно взглянув на высокое угловое здание, Дейна заметила укрепленный на самом верху странный прибор.

– Что это? – удивилась она.

– Счетчик Гейгера – на случай, если случится катастрофа с реактором.

Они свернули на боковую улицу, застроенную жилыми домами.

– Я живу здесь. Мы должны немного побыть тут, чтобы не возбуждать подозрений. ФСБ следит за всеми.

– Что такое ФСБ?

– Бывшее КГБ. Его переименовали.

Они поднялись в когда-то роскошную, но теперь обветшалую квартиру. Засаленные занавески, вытертые ковры, посекшаяся обивка мебели…

Дейна не могла отрешиться от мыслей о том, что сказал Жданов о ФАИ.

Недаром Джефф был убежден, что агентство – всего лишь прикрытие, и настоящая функция ФАИ – шпионить за иностранными разведывательными службами. Тейлор когда-то был главой ФАИ и сотрудничал с Бустером.

Мэтт предупреждал ее держаться подальше от генерала. А как тот орал на нее!

Неужели вы, долбаные журналисты, не можете оставить мертвых в покое… не ищите приключений на свою голову…

В распоряжении Бустера – огромная секретная организация, где наверняка найдется немало профессиональных убийц.

Да и Стоун пытался защитить Дейну.

Будьте осторожны. Если Виктор узнает, что я говорил с вами…

Агенты ФАИ были повсюду, и Дейна вдруг почувствовала себя совершенно беззащитной.

Они пробыли на квартире Жданова два часа, после чего тот объявил, что можно уходить.

– Кстати, – осведомился он, – вы уже придумали, как вывезти меня из страны?

– Да, – медленно протянула Дейна. – Кажется, придумала. Но мне нужно немного времени.

Когда самолет снова приземлился в Москве, у аэропорта ожидали две машины. Жданов протянул Дейне карточку:

– Я временно остановился у приятельницы. Никто не знает, где я живу. Этот дом вполне безопасен. Там даже охрана есть. Вот адрес. Возвращаться к себе я не могу. Приезжайте ко мне в восемь вечера. Я должен знать подробности вашего плана.

– Хорошо, – кивнула Дейна. – Но прежде я должна кое-куда позвонить.

Ей так не хотелось возвращаться в промозглый вестибюль гостиницы «Союз». Но пришлось. При виде Дейны женщина за стойкой даже встала и уставилась на постоялицу, как на привидение. Но разве можно винить человека, когда перед ним вдруг возникает размалеванная девица?!

Поскорее взбежав по лестнице, Дейна сбросила ненавистный наряд и переоделась, прежде чем набрать номер. Господи, хоть бы он оказался дома!

Звонок… Другой… Третий.

Пожалуйста, возьми трубку. Пожалуйста, возьми трубку…

Наконец Дейна услышала уже почти родной голос Сейзара.

– Дом Хадсонов.

– Сейзар, мистер Хадсон дома? – выпалила Дейна.

– Мисс Эванс. Как приятно слышать вас! Да, мистер Хадсон дома. Минутку. Пожалуйста.

Дейна обмякла от облегчения. Если кто-то и может вывезти Жданова в Штаты, так только Роджер Хадсон!

– Дейна? – чуть хрипловато спросил Роджер.

– Роджер, слава Богу, я дозвонилась до вас.

– А что случилось? С вами все в порядке? Где вы?

– В Москве. Я выяснила, почему семью Уинтропов уничтожили.

– Что? Боже мой, как вы…

– Расскажу при встрече. Роджер, мне ужасно не хочется вновь беспокоить вас… навязываться… но проблема слишком сложна. Один высокопоставленный московский чиновник хочет сбежать в Америку. Утверждает, что его жизнь в опасности. Его зовут Александр Жданов. Он знает всю правду о гибели семьи Уинтропов. Его необходимо выручить, и как можно скорее. Не могли бы вы помочь?

– Дейна, нам не следует впутываться в это дело. Так легко попасть в беду.

– Придется рискнуть, ничего не поделаешь. Это слишком важно для страны.

– Но мне это не нравится, Дейна.

– Не хотелось бы ввязывать вас в эту историю, но больше не к кому обратиться.

– Черт возьми, я… – Роджер осекся. – Ладно. Лучше бы ему обратиться в американское посольство. Там он сможет отсидеться, пока мы составим план, как отправить его в Штаты.

– Он не желает иметь ничего общего с посольством. Утверждает, что там одни предатели.

– Но по-другому невозможно. Я позвоню послу по его личному телефону и попрошу проследить, чтобы Жданову предоставили охрану. Где он сейчас?

– Ждет меня у своей приятельницы. Сейчас я еду туда. Адрес, правда, незнакомый.

Она старательно прочитала написанное на карточке.

– Ладно, Дейна, сделайте вот что: забирайте его и поезжайте прямо в посольство. По пути нигде не останавливайтесь.

– О, Роджер, какое счастье, что вы есть! Спасибо, огромное спасибо! Как я вам благодарна!

– Поосторожнее, Дейна.

– Постараюсь.

– Поговорим позже.

– Спасибо, огромное спасибо! Как я вам благодарна!

– Поосторожнее, Дейна.

– Постараюсь.

– Поговорим позже.

Конец записи.

В половине восьмого Дейна выскользнула из служебного входа гостиницы, пробежала по переулку, пронизанному буйным ветром. Девушка судорожно куталась в пальто, но холод, казалось, проникал в самые кости. Она шла, поминутно оглядываясь, опасаясь, что за ней следят. На первом же оживленном перекрестке она остановила машину и дала адрес Жданова. Поездка оказалась короткой, и уже через четверть часа она стояла перед неприметным жилым домом.

– Подождать? – спросил водитель.

– Нет.

У Жданова, вполне возможно, будет машина.

Она протянула водителю деньги, тот что-то проворчал, но взял доллары. Дождавшись, пока он уедет, Дейна вошла в вестибюль. Странно, Жданов говорил об охране, а тут никого.

Она еще раз взглянула на карточку. Квартира двенадцать.

Дейна поднялась по грязной лестнице на второй этаж. И тут пусто. Перед ней тянулся длинный коридор.

Она медленно двинулась вперед, поглядывая на номера квартир. Девять… десять… одиннадцать…

Дверь двенадцатой была приоткрыта. Дейна сжалась от неизъяснимого предчувствия. Потом все-таки решилась. Осторожно пробралась внутрь. Здесь царила непроглядная тьма.

– Александр…

Тишина.

– Директор Жданов…

Гробовое молчание.

Дейна наобум шагнула вперед, вытянув руки, и коснулась дверной ручки. Повернула и, споткнувшись обо что-то, свалилась, но не на пол, а на что-то мягкое и влажное. Дейну передернуло от омерзения. Она поспешно вскочила, пошарила по стене, пока не нашла выключатель. Комнату залило светом. Оказалось, она стоит в спальне, а руки залиты чем-то красным. На пороге валяется бесформенный мешок, за который она и зацепилась. Нет… не мешок! Труп! Труп Жданова.

Он лежал на спине. Грудь залита кровью, горло перерезано от уха до уха.

Дейна закричала и прижалась к косяку. Случайно взглянув на кровать, она увидела окровавленное тело пожилой женщины с пластиковым пакетом на голове. Дейна обезумела от ужаса и, залившись слезами, выскочила из квартиры и слетела вниз по лестнице.

Он стоял у окна квартиры дома напротив, заряжая тридцатизарядную обойму снайперской винтовки АР-7 с навинченным на ствол глушителем. В работе он всегда пользовался оптическим прицелом с шестикратным увеличением, незаменимым на расстоянии до шестидесяти пяти ярдов.

Каждое движение киллера было скупым, отмеренным, исполненным какой-то легкой грации. Как у всякого профессионала. Да и дело было простым. Женщина вот-вот выйдет из здания.

Он слегка улыбнулся, представив, как она, должно быть, запаниковала при виде двух кровавых трупов. Теперь ее очередь.

Дверь неприметного строения распахнулась, и он спокойно приложил винтовку к плечу и сквозь прицел увидел лицо Дейны. Девушка лихорадочно оглядывалась, очевидно, решая, куда бежать. Он тщательно прицелился, так, чтобы ее лоб оказался в перекрестии прицела, и мягко спустил курок.

И в этот момент у дома остановился автобус, и струя пуль ударила в верхнюю часть неуклюжей машины и снесла часть крыши. Снайпер неверяще уставился на дело рук своих. Несколько пуль срикошетили от стен дома, но мишень осталась цела и невредима. Вопящие люди выскакивали из автобуса. Придется немедленно линять отсюда.

Женщина бежала по улице.

Ничего страшного. Волноваться нет причин. Ею займутся другие.

Тротуар был скользким, ветер завывал, проникая в каждую частичку ее кожи, но Дейна ничего не замечала. Она почти теряла рассудок от страха. Через несколько кварталов она набрела на гостиницу и ворвалась в вестибюль.

– Телефон! – крикнула она портье.

Портье глянул на ее окровавленные руки и отшатнулся.

– Телефон! – взвизгнула Дейна.

Нервно оглядываясь, портье ткнул пальцем в телефонную будку в углу вестибюля. Дейна поспешила туда, вытащила из сумки телефонную карточку, соединилась с телефонисткой и, сказав, что хочет позвонить в Америку, дала телефон Хадсона. Прошло, казалось, сто лет, прежде чем в трубке раздался голос Сейзара.

– Дом Хадсонов.

– Сейзар! Мне нужно срочно поговорить с мистером Хадсоном, – задыхаясь, выдавила девушка.

– Мисс Эванс!

– Скорее, Сейзар, скорее!

Тот, очевидно, внял отчаянному призыву, потому что не прошло и секунды, как трубку взял Роджер.

– Дейна!

– Роджер! – сквозь слезы всхлипнула Дейна. – Он… он мертв. Они уб-и-или его и несчастную женщину.

– О, Дейна, какой ужас. Не знаю, что и… а вы? Вас, надеюсь, не тронули?

– Нет… но пытались застрелить.

– А теперь слушайте внимательно. В полночь из Москвы в Вашингтон вылетает самолет «Эр Франс». Я закажу вам билет. Постарайтесь убедиться, что по пути в аэропорт за вами не следят. Не стоит ехать сразу туда. И не берите такси. Сначала доберитесь до отеля «Метрополь», оттуда регулярно ходят автобусы до Шереметьево. Сядьте на него, смешайтесь с толпой. Я сам встречу вас в Вашингтоне, и, ради Господа, не вляпайтесь в новые неприятности.

– Х-хорошо, Роджер. Спасибо.

Дейна повесила трубку, но не смогла двинуться с места, охваченная ледяным ужасом. Перед глазами стояли изуродованные мертвецы. А несчастная женщина? С ней расправились просто так, заодно со Ждановым!

Прошло несколько минут, прежде чем Дейна нашла в себе силы выйти из будки, проскользнуть мимо бдительного портье и выскочить в морозную ночь.

Рядом остановилось такси, и водитель что-то спросил по-русски.

– Нет! – вскрикнула Дейна и быстро пошла по тротуару. Сначала нужно вернуться в гостиницу.

Роджер постоял в раздумье, повернулся и оказался лицом к лицу с Памелой.

– Дейна дважды звонила из Москвы. Ей все-таки удалось выведать, почему убили Уинтропов.

– В таком случае, – медленно выговорила Памела, – следует немедленно о ней позаботиться.

– Я уже пытался. Мы послали снайпера, но что-то не заладилось.

Памела с брезгливым презрением оглядела мужа:

– Дурак. Какой же ты кретин! Немедленно звони им! И еще…

– Что?

– Передай, пусть все выглядит как несчастный случай.

Глава 23

Красная табличка «Проход воспрещен» и высокий железный забор на Рейвн-Хилл отделяли поросшую лесом территорию английской штаб-квартиры ФАИ от всего мира. Позади тщательно охраняемой базы стояли ряды спутниковых антенн, принимающих радиосигналы и сигналы кабельного телевидения, подающиеся на Британию. В бетонном здании, располагавшемся в самом центре поселка, четверо мужчин пристально наблюдали за большим экраном.

– Поярче, Скотти. Увеличь изображение.

Телевизионная картинка мигнула, расплылась, и тут же на экране появилась Дейна, входившая в номер отеля «Союз».

– Она вернулась.

Дейна торопливо смыла с рук кровь и принялась раздеваться.

– Эй, у нас опять стриптиз, – присвистнул один. Остальные заухмылялись.

Дейна сбросила лифчик.

– Черт, жаль, что нельзя это пощупать!

– Только если ты некрофил, Чарли. Иначе ничего не выйдет, – объявил, входя в комнату, пятый.

– О чем ты?

– К сожалению, наша подопечная вот-вот попадет в аварию со смертельным исходом.

Дейна натянула брюки, свитер, застегнула пальто и посмотрела на часы. До ночного рейса еще уйма времени. Она вполне успеет на автобус до аэропорта. Но нарастающее беспокойство не давало усидеть на месте. Она сбежала вниз. Толстой женщины нигде не было видно.

Дейна вышла на улицу. Кажется, похолодало еще больше. Ветер, как разъяренный воющий злой дух, злобно набросился на нее. Мимо проехала машина.

– Такси?

Не берите такси. Сначала доберитесь до отеля «Метрополь», оттуда регулярно ходят автобусы до Шереметьево.

– Нет!

Дейна отважно зашагала по тротуару, покрытому тонкой коркой наледи. Мимо спешили, толкались, громко переговаривались прохожие, торопившиеся поскорее вернуться в тепло домов и кабинетов. Наконец она добралась до перекрестка и остановилась, пропуская поток машин. Неожиданно кто-то сильно толкнул ее сзади. Она полетела на мостовую перед несущимся грузовиком, поскользнулась на замерзшей лужице и упала на спину, с ужасом глядя на почти нависшую над ней махину. В последний момент побелевшему водителю удалось повернуть колеса так, что они со скрежетом проехались почти над Дейной. Какую-то долю секунды она оставалась лежать, оглушенная падением, ревом мотора и лязганьем намотанных на шины цепей. Девушка вдруг снова увидела небо. Грузовик уже исчез. Дейна, пьяно мотая головой, села. Немолодой мужчина помог ей подняться. Она поискала глазами того, кто ее толкнул, но, конечно, так ничего и не определила. Это мог быть любой из толпы.

Дейна несколько раз глубоко вздохнула, пытаясь взять себя в руки. Какие-то мужчины гневно кричали на нее. Любопытные сгрудились вокруг, и Дейна в панике съежилась.

– Отель «Метрополь», – пробормотала она. Компания мальчишек дружно закивала, показывая на находившуюся поблизости станцию метро.

К счастью, в вестибюле гостиницы оказалось тепло и бродил народ – туристы или бизнесмены.

Смешайтесь с толпой. Я сам встречу вас в Вашингтоне…

– Когда отправляется следующий автобус до аэропорта? – спросила Дейна портье.

– Через полчаса, госпожа.

Дейна кивнула и, тяжело дыша, уселась на кресло в углу. Она все еще никак не могла прийти в себя от пережитого страха. Кто и зачем пытается ее убить? Наверняка те же люди, что безжалостно прирезали Жданова. А Кемаль? Что с ним?

К ней подошел портье.

– Госпожа, автобус уже здесь.

Дейна вошла первой, заняла место сзади, стараясь получше рассмотреть лица поднимавшихся по ступенькам пассажиров. Судя по всему, здесь были туристы из разных стран Европы, Азии, Африки и несколько американцев. Мужчина, сидевший через проход, откровенно глазел на нее. Дейне он показался знакомым. Следит за ней?

Она начала задыхаться.

Только через час этих мучений автобус остановился у здания аэропорта. Дейна вышла и, подгоняемая страхом, поспешила к стойке «Эр Франс».

– Что вам угодно? – спросила женщина в униформе.

– У вас заказан билет для Дейны Эванс? – с надеждой выпалила она.

Скажи «да», скажи «да»…

Служащая просмотрела список:

– Да. Вот ваш билет. Уже оплачен.

Боже, какое счастье, что на свете есть Роджер!

– Спасибо.

– Самолет вылетает по расписанию. Рейс двести двадцать. Час десять минут в вашем распоряжении.

– Тут есть зал, где…

Дейна едва не сказала: «где народу побольше».

– …где можно отдохнуть?

– По коридору и направо.

Дейна кивнула и поплелась в указанном направлении.

В зале и в самом деле яблоку негде было упасть. Ничего необычного или угрожающего. Дейна почувствовала, как подкашиваются ноги, и мешком плюхнулась на кресло. Только бы продержаться еще немного. Скоро она будет дома и в безопасности.

– Начинается посадка на рейс двести двадцать самолета компании «Эр Франс» до Вашингтона. Просьба пройти к выходу номер три. Приготовьте паспорта и посадочные талоны.

Дейна поднялась и направилась к третьему выходу. Мужчина, все это время отиравшийся у киоска с журналами, схватился за сотовый:

– Объект следует на посадку.

Роджер Хадсон поднял трубку и, набрав номер, коротко бросил:

– Рейс двести двадцать, «Эр Франс». Я хочу, чтобы ее встретили.

– И что прикажете сделать, сэр?

– Я предложил бы обычный наезд. Пусть потом полиция ищет водителя.

Они летели на высоте сорок пять тысяч футов в темном безоблачном небе. В салонах не было ни одного свободного места. Соседом Дейны оказался словоохотливый американец средних лет с тонким худощавым лицом, блестящими серыми глазами и маленькими усиками.

– Грегори Прайс, – представился он. – Торгую лесом. Ну как вам страна, которую мы покидаем? Это что-то, не находите?

Красноярск-26 был создан только для того, чтобы производить плутоний, основной элемент ядерного оружия.

Русские здорово отличаются от нас, но постепенно к ним привыкаешь.

Сто тысяч ученых, инженеров и техников живут и работают здесь.

– Но уж кухня у них весьма мало напоминает французскую. Когда я приезжаю сюда по делам, беру все продукты с собой.

Они не имеют права подниматься наверх. Друзьям и родственникам из других городов запрещено их навещать. Они полностью изолированы от внешнего мира.

– А вы? Тоже приезжали по делам?

Дейна усилием воли вернулась в настоящее.

– Отдыхать.

Грегори вытаращил глаза.

– Неужели? Ну и время вы для этого выбрали! Смелая женщина. Мало кто решится испытать прелести русской зимы.

Когда стюардесса покатила по проходу тележку с ужином, Дейна хотела было отказаться, но внезапно сообразила, что умирает с голоду. Она не помнила, когда ела в последний раз.

– Если хотите глоток бурбона, – предложил Прайс, – у меня есть то, что надо, маленькая леди. Настоящее, выдержанное.

– Нет, спасибо, – отказалась она, посмотрев на часы. До конца полета оставалось несколько часов.

Когда самолет «Эр Франс» покатился по взлетной полосе аэропорта Даллеса, четверо мужчин уже поджидали выходивших пассажиров. Они ничуть не волновались, в полной уверенности, что жертва от них не ускользнет. Привычное дело: им не раз приходилось навеки затыкать рты неугодным боссу.

– Шприц готов? – спросил главный.

– Да.

– Отвезем ее в парк Рок-Крик. Босс хочет, чтобы все выглядело как наезд.

– Будет сделано.

Глаза убийц не отрывались от дверей, откуда лился поток людей, закутанных в шубы, теплые пальто, меховые шапки и шарфы. Ручеек постепенно редел, пока не пересох. Главный нахмурился.

– Не пойму, что ее задержало.

Немного подумав, он взбежал по трапу. В самолете уже трудилась команда уборщиц. Мужчина прошел по проходу, открыл туалеты. Пусто. Он побежал обратно и успел перехватить собравшегося уйти стюарда.

– Где сидела Дейна Эванс?

– Дейна Э… – изумленно начал тот. – Хотите сказать, телеведущая?

– Именно.

– Она этим рейсом не летела, как это ни жаль. Я бы не прочь поглядеть на нее. А может, и автограф попросить.

Они еще не знали о случившемся три часа назад.

Казалось, все шло лучше некуда, и Прайс едва не до смерти заговорил Дейну, взахлеб восхваляя лесоторговый бизнес.

– Знаете, что самое приятное, маленькая леди? Ваш товар растет сам по себе, без всяких усилий. Да, мэм, вы просто сидите и ждете, пока мать-природа позаботится о вас.

В динамиках раздался громкий голос стюардессы:

– Просим прощения за доставленное неудобство, но нам придется сделать посадку в чикагском аэропорту О’Хейр. Пожалуйста, пристегните ремни и верните спинки кресел в вертикальное положение.

Женщина, сидевшая через проход, цинично бросила:

– Ну да, конечно, в вертикальное положение. А может, я хочу умереть, удобно откинувшись на эту самую спинку!

Смысл страшного слово «умереть» каким-то образом впервые полностью дошел до Дейны. Раньше она не вполне сознавала, что происходит, и сейчас вздрогнула, как от удара. В ушах снова стоял свист пуль, отскакивавших от кирпичной стены, она словно ощутила грубый толчок чьей-то недоброй руки, кинувшей ее, как жалкого кутенка, под колеса грузовика. И только сейчас задрожала, поняв, что оба раза чудом избежала гибели.

Еще сидя в зале шереметьевского аэропорта, Дейна убеждала себя, что все будет хорошо и добро восторжествует. Но что-то тревожило ее, саднило, словно тонкая заноза в мозгу. Не давала покоя сказанная кем-то фраза, но кем?

Воспоминание ускользало, как ни старалась Дейна определить причину беспокойства. Что-то в разговоре с Мэттом? Ждановым? Тимом?

И чем больше она ломала голову, тем сильнее запутывалась.

Что ждет ее в Вашингтоне? Нужно как можно скорее связаться с Джеффом и Мэттом. Может, они сумеют уберечь ее.

По радио объявили посадку на рейс двести двадцать, вылетающий в Вашингтон.

Дейна направилась к выходу и уже показала талон служащей аэропорта, как вдруг ее осенило. Ну конечно! Последние слова Жданова!

Никто не знает, где я живу. Этот дом вполне безопасен…

Роджер Хадсон – единственный, кому рассказала Дей-на об убежище Жданова! И сразу после этого его убили. С самого начала именно Хадсон ненавязчиво намекал на темные делишки Уинтропа с русскими.

Когда я был в Москве, ходили слухи, что Уинтроп каким-то образом связан с русскими…

Незадолго до того, как Уинтроп стал нашим послом в России, он говорил своим близким друзьям, что покончил с политикой…

Именно Уинтроп давил на президента с тем, чтобы получить пост посла…

Она сама, как последняя идиотка, докладывала Роджеру и Памеле о каждом своем шаге, так что им не составляло труда проследить за ее передвижениями. И следовательно…

Следовательно, именно Хадсон и был таинственным компаньоном Уинтропа.

Весь полет до Чикаго Дейна сидела как на иголках, рассеянно отвечая на бесчисленные вопросы Грегори. Когда они благополучно сели, Дейна выглянула из окна. Ничего подозрительного. Все спокойно.

Дейна тяжело вздохнула и вышла из самолета, стараясь находиться в гуще оживленной толпы. Ей срочно нужно позвонить и убедиться, что Кемаль невредим. Собственная безопасность отошла на второй план. Что, если мальчику грозит опасность из-за нее? Она не вынесет, если что-то с ним случится! Нужно найти человека, который смог бы защитить Кемаля.

Она сразу же подумала о Стоуне. Он служил в организации достаточно могущественной, чтобы дать ей и Кемалю необходимую охрану, и, вне всякого сомнения, согласится помочь. Он с самого начала прекрасно к ней относится.

Не может быть, чтобы он оказался одним из них.

Он обещал сделать все, что может.

Он пытался не дать ее в обиду генералу Бустеру.

Дейна забилась в укромный уголок, вынула телефон и набрала номер сотового Стоуна.

Тот ответил немедленно:

– Джек Стоун.

– Это Дейна Эванс. Я в беде. Мне нужна ваша помощь.

– Что случилось? – участливо осведомился Джек.

– Сейчас я просто не могу вдаваться в подробности, но за мной охотятся. Пытаются убить. Уже дважды покушались.

– Кто именно?

– Не знаю. Но больше всего боюсь за своего сына Кемаля. Не могли бы вы сделать что-то? Спрятать его или просто приставить людей.

– Я сейчас же этим займусь. Он дома?

– По-видимому.

– Не волнуйтесь, я пошлю людей. А вы? Как же с вами быть? Говорите, вас хотели прикончить?

– Да… в России.

Джек задумчиво помолчал.

– Постараюсь разобраться и помочь. Где вы?

– У стойки «Америкен эйрлайнз» в аэропорту О’Хейр, и не знаю, когда выберусь отсюда.

– Оставайтесь на месте. Я найду кого-нибудь в Чикаго, и за вами присмотрят. А о Кемале не беспокойтесь.

Блаженное облегчение нахлынуло на Дейну.

– О, Джек, спасибо вам. Спасибо.

Она повесила трубку.

То же самое сделал Стоун. И не спеша подошел к переговорному устройству:

– Объект только сейчас звонил. Она в терминале «Аме-рикен эйрлайнз» в аэропорту О’Хейр. Возьмете ее, а потом действуйте по плану.

– Да, сэр.

Стоун нажал кнопку и обратился к адъютанту:

– Когда генерал Бустер возвращается с Дальнего Востока?

– Сегодня днем.

– Что ж, пора убираться ко всем чертям, пока он не допер, что творится у него под носом.

Глава 24

Дейна, едва передвигая ноги, направилась к креслу, тяжело села и прикрыла глаза. Звякнул сотовый.

– Дейна!

– Джефф, неужели это ты?

– Здравствуй, родная.

При звуках его голоса куда-то ушли страх и боль, ненависть и отчаяние. Ее словно накрыли огромным пушистым одеялом.

– О, Джефф, – дрожащим голосом повторила она.

– Как ты?

Как я? Бегу, спасая свою жизнь…

Но зачем зря его дергать. Он все равно не сумеет ничего сделать. Слишком поздно.

– Я? Прекрасно, дорогой.

– Где ты, всемирная путешественница?

– В Чикаго. Завтра вернусь в Вашингтон.

А когда ты будешь со мной?

– Как… как Рейчел?

– Похоже, постепенно поправляется.

– Я скучаю по тебе.

Дверь спальни открылась, и в гостиной появилась Рейчел. Она уже хотела было окликнуть Джеффа, но осеклась, заметив, что он говорит по телефону.

– А ты даже представить не можешь, как тоскую я! – воскликнул он.

– О, я так тебя люблю!

Дейне показалось, что стоявший рядом мужчина чересчур пристально смотрит на нее. Сердце девушки бешено заколотилось.

– Дорогой… если что-то случится со мной, всегда помни, что я…

– О чем ты? – немедленно встревожился Джефф. – Ты сказала неправду! Что-то неладно?

– Ничего. Это не телефонный разговор, но я уверена, что все обойдется.

– Дейна, я умру, если с тобой что-то стрясется. Ты мне необходима. Я люблю тебя больше, чем кого бы то ни было в жизни! Потерять тебя немыслимо!

Рейчел послушала немного, повернулась и бесшумно направилась к спальне. Дверь тихо закрылась за ней.

Они проговорили еще десять минут, и Дейне стало немного легче. Хорошо, что им удалось попрощаться.

Она подняла глаза и заметила, что незнакомец по-прежнему пялится на нее.

Человек от Стоуна никоим образом не мог появиться так быстро. Нужно выбираться отсюда. Ни в коем случае нельзя садиться в самолет.

Ей снова стало не по себе.

Миссис Дейли что-то тихо напевала, готовя овсянку. Кемаль возился в кабинете.

В дверь стукнули два раза, потом, после паузы, третий. Миссис Дейли поспешила открыть.

– Привет. Что тебе?

– Удержи Кемаля дома. Он нам понадобится.

– Не волнуйся, я о нем позабочусь.

Домоправительница захлопнула дверь и окликнула мальчика:

– Дорогой, твоя овсянка почти готова.

Она направилась на кухню, сняла кашу с плиты и открыла нижний ящик стола, до краев полный упаковками странного лекарства с этикеткой «Бу-Стар». Миссис Дейли развернула два пакетика, подумав, добавила третий, высыпала порошок в кастрюльку, размешала несколько ложек сахара и выложила все на тарелку.

Кемаль неохотно потащился в столовую.

– А, вот и ты, малыш. Ну-ка садись за стол.

– Я не очень голоден.

– Немедленно ешь, – с незнакомой резкостью, испугавшей мальчика, приказала она, но тут же, смягчившись, добавила: – Мы ведь не хотим расстраивать мисс Дейну, верно?

– Угу…

– Вот и прекрасно. Готова побиться об заклад, ты съешь все, до последней капельки. Ради мисс Дейны.

Кемаль послушно сел и принялся за овсянку. По расчетам миссис Дейли, он должен проспать не меньше шести часов.

Что ж, посмотрим, что они прикажут с ним сделать.

Дейна мчалась по залам аэропорта, пока не наткнулась на большой магазин одежды.

Необходимо каким-то образом загримироваться… сделать так, чтобы ее никто не узнал.

Она вошла внутрь и огляделась. Все как обычно. Покупатели выбирали вещи, продавцы таскали в примерочные охапки платьев. Дейна выглянула из двери и обомлела. Два плотных человека в черном стояли по обе стороны от входа. Один вертел в руках «уоки-токи».

Когда они успели отыскать ее в Чикаго?

Дейна в панике бросилась к кассе:

– Скажите, тут есть другой выход?

Женщина покачала головой:

– Простите, мисс, есть, но только служебный.

В горле Дейны пересохло. Язык стал шершавым и словно распух.

Она снова посмотрела на преследователей.

Нужно придумать… придумать, как сбежать от них. Должен быть способ!

Она ловко схватила первое попавшееся платье и направилась к дверям.

– Подождите, мисс! – окликнула кассир. – Нельзя…

Дейна была уже у выхода, и мужчины двинулись к ней. Но тут сработал магнитный датчик на этикетке платья. Звонок залился тревожной трелью. Тут же примчался магазинный охранник. Незнакомцы переглянулись и отступили.

– Минутку, мисс, – возмутился охранник. – Немедленно вернитесь в магазин.

– Это еще зачем? – фыркнула Дейна. По шее ползли струйки пота, воздух никак не проходил в легкие.

– Почему? Потому что нехорошо воровать в магазинах.

Охранник взял Дейну за руку и втащил в зал. Мужчины нетерпеливо переминались снаружи. Дейна улыбнулась охраннику:

– Ладно, признаюсь, я украла это платье. Везите меня в полицию.

Покупатели останавливались и с любопытством глазели на странную особу, даже не пытавшуюся спрятать похищенное. На шум прибежал директор.

– Что тут происходит?

– Я поймал женщину, пытавшуюся стащить это платье.

– Что ж, боюсь, нам придется вызвать…

И тут он растерянно осекся, узнав Дейну.

– Господи Боже! Да это Дейна Эванс!

По толпе прошел шепоток:

– Это Эванс.

– Та, что по телевизору…

– Помните ее военные репортажи?

– Мне ужасно жаль, мисс Эванс, – пролепетал директор. – Очевидно, произошла ошибка.

– Нет-нет, – поспешно возразила Дейна. – Я действительно стащила платье.

Она беспомощно подняла руки:

– Можете арестовать меня.

– Ни в коем случае, – заулыбался директор. – Дарим вам платье, мисс Эванс, с нашими комплиментами. Мы польщены, что оно вам понравилось.

Дейна, не веря своим ушам, уставилась на него.

– Так вы меня не арестуете?

– За что? – воскликнул директор, улыбаясь еще шире. – Меняем платье на автограф. Мы ваши преданные поклонники.

– И я тоже! – воскликнула одна из женщин. – Я тоже!

– Можно и мне автограф?

Любопытные все прибывали:

– Смотрите! Это Дейна Эванс.

– Не дадите автограф, мисс Эванс?

– Мы с мужем каждый вечер смотрели ваши репортажи из Сараево.

– Словно сами на войне побывали.

– Как насчет автографа, мисс Эванс?

Дейна в отчаянии озиралась, не зная, что делать. Мужчины все еще сторожили снаружи. Дейна пришла в смятение. Как ускользнуть невредимой? Да ведь это совсем просто!

Она растянула губы в улыбке.

– Во что мы сделаем: давайте выйдем отсюда на свежий воздух, и я всем раздам автографы.

Собравшиеся разразились радостными криками. Дейна вручила платье директору.

– Возьмите – и спасибо.

Она направилась к двери, сопровождаемая взволнованными поклонниками. Преследователи растерянно отошли, опасаясь, что их сомнут. Дейна повернулась к присутствующим:

– Ну, кто первый?

Люди сгрудились вокруг нее, протягивая бумагу и ручки. Механически ставя подпись, Дейна потихоньку двигалась к выходу из терминала. Поклонники не отставали. К обочине подкатило такси, из которого вышел пассажир.

– Спасибо, – раскланялась Дейна. – Но мне пора.

Она прыгнула в машину. Вскоре такси растворилось в транспортном потоке.

* * *

Роджер Хадсон брезгливо морщился, слушая запинающийся тенорок Стоуна.

– Мистер Хадсон, ей удалось уйти, но…

– Черт бы вас побрал! Плевать, как вы это проделаете, но я требую убрать ее, и немедленно.

– Не волнуйтесь, сэр. Мы знаем номер такси. Она далеко не уйдет.

– Попробуйте еще раз меня подвести! – рявкнул Хадсон, швыряя трубку.

Магазин «Карсон Пайри Скотт энд компани», в самом центре чикагской «Петли», гудел от голосов. Сегодня здесь было на редкость много покупателей. У прилавка с шарфами продавщица заворачивала шарф для Дейны.

– Наличные или чек?

– Наличные.

Нет смысла оставлять следы…

Дейна взяла сверток и была уже почти у двери, но застыла как громом пораженная. Опять ее «свита» с «уоки-токи»! Опять! Как же от них избавиться?

Она развернулась и подлетела к прилавку.

– Выбрали что-то еще? – осведомилась продавщица.

– Нет, я… скажите, здесь есть другой выход?

– Да, несколько.

Бесполезно. Наверняка все охраняются. На этот раз ей не скрыться.

Мимо прошла женщина в потрепанном старом зеленом пальто и остановилась у выставки шарфов. Присмотревшись к ней, Дейна подошла ближе.

– Чудесные, верно? – спросила она.

Незнакомка грустно улыбнулась.

– Еще бы!

Преследователи не спускали глаз с обеих женщин, хотя особого рвения не проявляли. Посты расставлены у всех дверей, беспокоиться не о чем. Переглянувшись, они пожали плечами и придвинулись чуть ближе к дверям.

– Мне так нравится ваше пальто! – воскликнула Дейна. – Мой цвет.

– Боюсь, эта рухлядь вот-вот развалится. Зато ваше просто шикарное.

Женщины оживленно щебетали.

– Чертовский холод, – пожаловался преследователь. – Скорее бы покончить со всей этой хренотенью и выбраться отсюда.

– Точно, – кивнул его компаньон. – На этот раз она попалась…

Он хотел сказать еще что-то, но осекся, увидев, что женщины обмениваются пальто.

– Иисусе, – ухмыльнулся парень, – смотри, что она вытворяет. Думает, что смоется в чужой шмотке. Ну что за тупая телка!

Женщины на миг исчезли за тремпелем. Один из мужчин сказал в «уоки-токи»:

– Объект переоделся из красного пальто в зеленое. Направляется к четвертому выходу. Как поняли? Хватайте ее.

У четвертого выхода Дейну уже ждали. Минуту спустя один нажал кнопку сотового:

– Она уже тут. Давайте машину.

Женщина в зеленом пальто вышла на улицу, поплотнее закуталась и торопливо пошла направо. Наемники последовали за ней. Когда она добралась до угла и попыталась остановить машину, мужчины схватили ее за руки.

– Вам такси ни к чему. Карета подана, мадам.

Женщина подняла голову и изумленно воззрилась на них:

– Вы кто? Что вам нужно?

– Вы не Дейна Эванс, – охнул кто-то.

– Разумеется, нет, – бросила незнакомка, вырываясь.

Мужчины разом отпустили ее и ринулись назад. Один на ходу кричал в «уоки-токи»:

– Неверная цель. Неверная цель. Вы меня слышите?

К тому времени как остальные ворвались в магазин, Дейна уже исчезла.

Загнанная в кошмар наяву, волей судьбы оказавшаяся в мире зла, окруженная неведомыми врагами, пытавшимися расправиться с ней, попавшая в паутину террора, почти парализованная страхом…

Одна. Совсем одна.

Выйдя из такси, она быстро пошла, сама не зная куда, пытаясь не бежать, чтобы не привлечь внимания посторонних. Внимание ее привлекла яркая вывеска:

«КОРОЛЕВСТВО ФАНТАЗИИ: МОДНАЯ ОДЕЖДА НА ВСЕ СЛУЧАИ».

Повинуясь непонятному себе самой порыву, Дейна вошла внутрь. Небольшое помещение было забито костюмами, париками и косметикой всех цветов радуги.

– Чем могу помочь?

Можете. Вызовите полицию. Скажите, что кто-то пытается меня убить.

– Мисс?

– Э-э-э… да. Я хотела бы померить светлый парик.

– Сюда, пожалуйста.

Минуту спустя Дейна пораженно смотрела на высокую блондинку в завитом крупными локонами парике.

– Удивительно, как парик изменил вашу внешность!

Надеюсь, что так…

Выйдя из лавчонки, Дейна остановила такси.

– Аэропорт О’Хейр.

Нужно немедленно лететь к Кемалю.

Они сидели в гостиной и смотрели телевизор. День прошел как обычно, хотя Джефф не переставал думать о Дейне. Последний разговор ему не понравился. Дейна что-то скрывает.

Джеффу казалось, что ей грозит опасность. Где она сейчас?

Зазвонил телефон. Рейчел взяла трубку.

– Алло… доктор Янг?… Последние результаты анализов?

Джефф заметил, как ее лицо словно окаменело.

– Вы можете сказать мне прямо сейчас. Минутку.

Рейчел взглянула на Джеффа, глубоко вздохнула и унесла аппарат в спальню.

– Говорите, доктор, – донесся до Джеффа слабый голос.

Последовало долгое молчание, и, когда встревоженный Джефф уже был готов войти в спальню, на пороге появилась Рейчел с сияющим от счастья лицом.

– Получилось! – выдохнула она. – Джефф. У меня ремиссия! Новый метод помог!

– Слава Богу! – порадовался Джефф. – Какие чудесные новости!

– Он хочет, чтобы я подождала еще несколько недель, но кризис миновал, – восторженно сообщила Рейчел.

– Пойдем куда-нибудь и отпразднуем, – предложил Джефф. – Я останусь с тобой, пока…

– Нет.

– Что «нет»?

– Ты мне больше не нужен, Джефф.

– Знаю, и я с удовольствием…

– Ты не понял. Я хочу, чтобы ты уехал.

– Но почему? – недоумевал Джефф.

– Милый, дорогой Джефф! Не хочу оскорблять твои чувства, но теперь, пока длится ремиссия, я могу вернуться к работе. Это моя жизнь. Иное существование для меня невозможно. Сейчас позвоню и узнаю, есть ли заказы. Здесь, с тобой, я задыхаюсь. Спасибо за то, что помог мне, и поверь, я очень признательна. Но настала пора прощаться. К тому же Дейна без тебя скучает. Так что, пожалуйста, дорогой, не трать времени и уезжай.

– Что ж, – кивнул Джефф, – ты права.

Он направился в свою комнату и стал собирать вещи. Когда он вышел в гостиную с чемоданом, Рейчел опять говорила по телефону.

– Я вернулась в мир живых, Бетти. Можешь меня поздравить. Через несколько недель возьмусь за работу. Знаю. Я на седьмом небе.

Джефф терпеливо выжидал, пока Рейчел закончит разговор и распрощается, но она, что-то весело щебеча, помахала ему и отвернулась.

– Знаешь, чего мне сейчас хочется? Сняться на каком-нибудь тропическом острове. С роскошной природой… птички…

Джефф шагал к двери и не видел, как тоскливо глядит она ему в спину. Тоскливо и обреченно.

Когда его шаги затихли вдалеке, она медленно положила трубку. Аппарат с грохотом свалился на пол, но Рейчел, даже не заметив этого, подошла к окну. И смотрела, смотрела, как уходит единственный мужчина, которого она любила в этой суетной жизни. А в ушах все звенели слова доктора Янга:

– Мисс Стивенс, мне очень жаль, но новости не слишком приятные. Лечение не помогло… метастазы распространились в легкие и печень. Боюсь, сделать ничего нельзя… месяц-другой… не больше…

Рейчел вспомнила, как голливудский режиссер Родерик Маршалл радовался ее приезду и обещал сделать суперзвездой. И когда кровавая пелена боли вновь застлала ее глаза, единственной мыслью было: «Маршалл гордился бы такой актрисой».

В вашингтонском аэропорту Даллеса, как всегда, царило оживление. В багажном отделении толпились нетерпеливые пассажиры. Дейна подхватила легкую сумку, вышла на улицу и села в одно из поджидавших такси. И хотя не заметила вокруг ничего подозрительного, нервы не выдерживали. Ей хотелось расплакаться, пожаловаться хоть одной доброй душе. Но вокруг были только чужие лица.

Дейна вынула косметичку и посмотрелась в маленькое зеркало, желая убедиться, что она неузнаваема. И в самом деле блондинистый парик разительно менял ее внешность. Что ж, пока сойдет и это. Главное – убедиться, что с Кемалем все в порядке.

Чьи-то громкие бесцеремонные голоса, доносившиеся сквозь закрытую дверь кабинета, разбудили Кемаля. Он потер глаза и сел. Голова кружилась, и комната медленно плыла перед глазами.

– Мальчишка все еще спит, – объясняла миссис Дей-ли. – Я подсыпала ему снотворного.

– Пожалуй, пора его поднимать, – ответил какой-то мужчина.

– Может, лучше не надо? – вмешался другой. – Снесем его в машину, пока не проснулся. Меньше будет шума.

– Да прикончить его здесь, и вся недолга, – посоветовала миссис Дейли. – А потом избавиться от тела.

Сон как рукой сняло.

– Нельзя. Он еще понадобится. Его используют как приманку, чтобы поймать эту бабу, Эванс.

Кемаль с бешено заколотившимся сердцем прислушивался, все еще не смея пошевелиться.

– Где она?

– Пока неизвестно. Но наверняка явится за парнишкой.

Кемаль спрыгнул с кровати, но тут же замер, парализованный страхом. Женщина, которой он верил, опоила его и отдает убийцам. Сволочь! Пусть не думает, что это ей удастся! Его не сумели убить в Сараево, и здесь не получится!

Он стал впопыхах натягивать одежду, потянулся за протезом… искусственная рука выскользнула из пальцев и покатилась по полу. Сухой стук отдался громом в ушах Кемаля. Он снова застыл. Но убийцы, увлеченные разговором, ничего не слышали. Кемаль прикрепил протез, надел рубашку и свитер, подбежал к окну.

В лицо ударила волна морозного воздуха. Куртка осталась в прихожей. Кемаль ступил на оконный карниз в одном тонком свитерке, и зубы сразу застучали от холода. Рядом проходила пожарная лестница, и ему удалось дотянуться до поручня. Он не помнил, как спускался. Оказавшись наконец на земле, мальчик взглянул на часы. Без четверти три. Каким-то образом он проспал полдня.

Оглядевшись, он бросился бежать.

– Давай на всякий случай свяжем паршивца.

Мужчина открыл дверь кабинета и, осмотрев комнату, удивленно воскликнул:

– Эй, да он смылся!

Все трое ринулись к окну – как раз вовремя, чтобы увидеть несущегося по улице Кемаля.

– За ним!

Кемаль мчался, словно в дурном сне, чувствуя, как слабеют и подкашиваются ноги. При каждом вдохе в грудь будто вонзался кинжал. Если суметь добраться до школы к трем часам, перед тем как закроют ворота, он спасен! Они не посмеют тронуть его при других детях!

На перекрестке горел красный свет. Кемаль, не обращая внимания, метнулся на мостовую. Водители кричали, ругались, над улицей несся рев автомобильных гудков, скрежет тормозов, но мальчик ловко лавировал между машинами, увертываясь от оскаленных пастей радиаторов, оказался на другой стороне и опять пустился бежать.

Мисс Келли вызовет полицию, и Дейну спасут.

Он уже начал задыхаться. Грудь сжало стальными тисками. Он снова посмотрел на часы. Без пяти три. Но школа совсем близко. Всего квартал. Учеников еще не успели распустить, да и на то, чтобы всем выйти, нужно время. Он в безопасности.

Всего минута – и он у ворот школы. Кемаль, не веря глазам, уставился на запертую калитку. Что же тут творится?

Внезапно чья-то неумолимая рука легла на плечо.

– Сегодня суббота, дурачок.

Дейна попросила остановиться на углу, в двух кварталах от дома, посмотрела вслед отъезжающей машине и не спеша зашагала вперед, бросая из-под опущенных век настороженные взгляды, стараясь заметить, нет ли чего необычного. Но стоит ли волноваться? Кемаль наверняка под присмотром людей Стоуна. Тот обещал защитить мальчика.

Приблизившись к зданию, она не пошла к парадному входу, а скользнула в переулок, куда выходила черная лестница. Здесь никого не было. Она вошла через узкую дверь, бесшумно поднялась по лестнице на второй этаж и вдруг остановилась. Дверь квартиры была широко распахнута. Объятая ужасом, Дейна бросилась вперед.

– Кемаль!

Никого. Дейна прошлась по всей квартире, умирая от волнения, гадая, что случилось. Где же Стоун? И что сделали с Кемалем?

Она заглянула в кухню и, никого не увидев, хотела было идти дальше. Но тут ее внимание привлек валявшийся на полу ящик от кухонного стола. По линолеуму разлетелся ворох пакетиков, пустых и полных. Дейна никогда ничего подобного не видела у себя дома. Она с любопытством подняла один и прочитала надпись:

«Бу-Спар, порошки 15 мг. NDS D087 D822-32».

Что это такое? Неужели миссис Дейли наркоманка? Или давала порошки Кемалю? Не этим ли объясняется его странная заторможенность?

Дейна сунула пакетик в карман пальто и, изнемогая от дурных предчувствий, выскочила из квартиры и прежним путем пробралась на улицу. Не успела она завернуть за угол, как стоявший за толстым деревом мужчина стал переговариваться с напарником, дежурившим на противоположном углу.

Дейна знала, что недалеко находится аптека, где она время от времени покупала лекарства и считалась постоянным клиентом, поэтому первым делом направилась туда. Фармацевт радушно заулыбалась:

– Мисс Эванс! Давненько вас не видели. Надеюсь, все здоровы?

– Да, Кокина. Меня интересует вот это.

Она протянула женщине пакетик. Та прочла надпись и кивнула:

– А, Бу-Спар! Транквилизатор. Белые кристаллы, растворимые в воде.

– Каково его действие? – допытывалась Дейна.

– Релаксант. Обладает успокаивающим воздействием. Но при передозировке может вызвать сонливость и усталость.

– Он спит. Разбудить?

– Пришел из школы усталый, и я подумала, что сон не повредит.

Значит, вот что проделывали с Кемалем все это время! И как она не подумала, что именно Памела Хадсон рекомендовала миссис Дейли. А Дейна сама отдала Кемаля на милость этой суки!

Ее затошнило. Кажется, сейчас вырвет.

Нечеловеческим усилием взяв себя в руки, Дейна слабо кивнула:

– Благодарю вас, Кокина.

– Не за что, мисс Эванс.

Она снова оказалась на улице, и при виде двух неумолимо приближавшихся мужчин сердце ушло в пятки.

– Мисс Эванс, не могли бы вы уделить нам ми…

Дейна повернулась и побежала. Мужчины не отставали. Дейна подлетела к перекрестку, где посреди мостовой стоял полисмен-регулировщик. Окончательно потеряв голову, она ринулась к нему.

– Эй, мисс! Вернитесь!

Дейна не обратила внимания на окрик.

– Вы идете на красный свет! Слышите? Немедленно назад.

Мужчины остановились на углу, выжидая.

– Вы что, глухая? – вопил полисмен.

– Заткнись! – рявкнула Дейна, отвесив ему оплеуху.

Взбешенный регулировщик схватил ее за руку.

– Вы арестованы, мадам.

Он потащил Дейну на тротуар и, не отпуская, попросил по рации прислать патрульную машину.

Мужчины нерешительно переглядывались, не зная, как поступить. Дейна торжествующе улыбнулась. Послышался пронзительный вопль сирены, и перед ней остановилась патрульная машина. Преследователи беспомощно наблюдали, как Дейну запихивают на заднее сиденье и увозят.

Полицейские быстро домчали Дейну до полицейского участка. Не дожидаясь, пока сержант начнет составлять протокол, она спросила:

– По закону мне полагается один телефонный звонок, не так ли?

Сержант кивнул и подвинул Дейне аппарат. Дейна набрала номер.

А всего в нескольких кварталах от участка мужчина, схватив Кемаля за воротник, тянул к лимузину, поджидавшему со включенным мотором у обочины.

– Пожалуйста, пожалуйста, отпустите, – умолял мальчик.

– Заткнись, подлое отродье!

На счастье, мимо проходили четыре морских пехотинца.

– Я не желаю идти с вами в переулок! – завопил Кемаль.

Мужчина от неожиданности едва не выпустил его.

– Ты о чем?

– Пожалуйста, не тащите меня, – заплакал Кемаль. – Парни, он обещал мне пять долларов, если пойду с ним в переулок, но я не захотел, и теперь он насильно меня тащит!

Моряки остановились.

– Ах ты, грязный извращенец! – процедил один.

Мужчина отступил.

– Нет, нет! Погодите! Вы не поняли.

– Еще как поняли, приятель, – грозно рявкнул другой. – Убери лапы от малыша!

Они окружили мужчину. Тот поднял руки, пытаясь защититься, и Кемаль благополучно улизнул. Какой-то рассыльный слез с велосипеда, подхватил сверток и направился к дому. Кемаль вскочил на велосипед и умчался. Мужчине ничего не оставалось, кроме как беспомощно наблюдать за удалявшимся мальчиком. Сейчас нужно было подумать о собственной шкуре. Моряки с воинственными возгласами продолжали наступать.

Дейна сидела в углу «обезьянника», забившись на самый край скамьи, подальше от смазливых размалеванных девиц в откровенных туалетах и пьяной старухи, что-то несвязно бормотавшей. Сквозь прутья решетки был виден невозмутимый сержант, старательно заполнявший какие-то документы. К нему подошел полисмен, что-то объяснил. Сержант кивнул и, неторопливо поднявшись, открыл решетку:

– Вы свободны, мисс Эванс. Отпущены под залог.

Мэтт! Какое счастье! Он времени не терял!

Дейна бодро зашагала к выходу, но при виде уже знакомого преследователя оцепенела. Тот спокойно ждал, прислонившись к косяку.

– Ну что, сестричка? Отбегалась? Пойдем-ка.

Он вцепился в руку Дейны и подтолкнул к двери. Но стоило им очутиться на улице, как теперь уже мужчина в изумлении остановился. У крыльца собралась телевизионная бригада WTN в полном составе.

– Взгляни сюда, Дейна.

– Дейна, ты правда врезала полисмену?

– Расскажешь, что произошло?

– Он приставал к тебе?

– Собираешься подать в суд?

Мужчина отпрянул, закрывая лицо.

– В чем дело? – окликнула Дейна. – Неужели не хотите получить снимок?

Мужчина низко наклонил голову и позорно удрал.

Рядом с Дейной появился Мэтт Бейкер.

– Пойдем отсюда скорее.

Он посадил ее в машину и всю дорогу держал за руку, словно боялся, что она потеряется, потом привел к себе в кабинет. Вскоре там оказались и Эллиот Кромвелл с Эбби Лассман. Все трое в потрясенном молчании выслушали неправдоподобное повествование Дейны.

– …И ФАИ тоже в этом замешано. Поэтому генерал Бустер и пытался помешать мне вести расследование.

– Я потрясен, чтобы не сказать больше, – пробормотал Эллиот Кромвелл. – Как все мы могли настолько ошибаться в Тейлоре Уинтропе?!

– Эллиот, но у нас по-прежнему нет доказательств, – напомнила Дейна. – Мое слово против слова Роджера Хадсона. Как вы считаете, кому поверят? Даже подумать нельзя, чтобы открыто выступить против такого влиятельного лица!

– Неужели действительно никаких доказательств? – вздохнула Эбби.

– Брат Александра Жданова жив. Он наверняка не станет покрывать убийц родственника. Это единственная нить, за которую можно потянуть, чтобы размотать клубок.

Мэтт покачал головой и восхищенно взглянул на Дейну.

– Ничего не скажешь, когда ты берешься за дело, небо и впрямь рушится!

– Мэтт, ты не забыл про Кемаля? – напомнила Дейна. – Я не знаю, где искать.

– Не волнуйся, – твердо заявил Бейкер, – мы обязательно его спасем. А пока нужно найти укрытие, чтобы никто не догадался, куда тебя спрятали.

– Моя квартира подойдет? – вмешалась Эбби. – Никто и не подумает туда заглянуть.

– Спасибо, Эбби. Я никогда этого не забуду, – выдохнула Дейна. – А теперь насчет Кемаля…

– Я немедленно свяжусь с ФБР и попрошу водителя отвезти тебя к Эбби. Теперь все в наших руках, так что ни о чем не тревожься. Я позвоню сразу, как что-то узнаю.

* * *

Кемаль, поминутно оглядываясь, лихорадочно крутил педали. Похоже, ему удалось отвязаться от погони. Хоть бы найти Дейну! Он не позволит никому пальцем до нее дотронуться! Но беда в том, что студия находится на другом конце деловой части Вашингтона, а силы у него на исходе.

Доехав до автобусной остановки, Кемаль слез с велосипеда, положил его на траву и стал ждать. Но, когда подошел автобус, сообразил, что в карманах нет ни цента.

Кемаль подошел к прохожему:

– Извините, не…

– Отвали, парень.

Может, женщины окажутся добрее?

Кемаль робко приблизился к немолодой матроне.

– Простите, мне нужны деньги на автобус…

Женщина, не обращая на него внимания, прошла мимо.

Кемаль стоял, съежившись, дрожа на ветру, не зная, что делать. Всем на него плевать.

Во что бы то ни стало нужно раздобыть хоть пару долларов!

Он снял протез, спрятал за мусорной урной и, завидев очередного прохожего, показал обрубок:

– Простите, сэр, не подадите немного? Я проголодался, и на автобус денег нет.

Мужчина остановился.

– Конечно, сынок, – кивнул он, протягивая доллар.

– Спасибо, сэр.

Как только мужчина скрылся из виду, Кемаль быстро прикрепил протез и дождался следующего автобуса. Вот он, всего в квартале отсюда!

«Удалось! – торжествующе подумал Кемаль. – Удалось!»

В этот момент что-то кольнуло его в шею. Он попытался обернуться, но перед глазами все расплылось.

– Нет! Нет! – пробормотал он, но в голове что-то взорвалось, и мальчик, потеряв сознание, обмяк. Вокруг немедленно стали собираться любопытные.

– Что случилось?

– Он упал в обморок?

– Мальчик болен?

– Мой сын диабетик, – пояснил мужчина. – Я отвезу его в больницу.

Он поднял бесчувственное тело и понес к лимузину.

Эбби жила в северо-западном районе Вашингтона. Большая квартира была на редкость удачно обставлена современной мебелью. На полу лежали белые ковры.

Дейна в полном расстройстве металась из комнаты в комнату, ожидая звонка.

С Кемалем все будет хорошо. Зачем им причинять ему зло? Он выстоит. Но где мальчик? И почему его до сих пор не нашли?

Резкий телефонный звонок ударил по нервам. Дейна схватила трубку.

– Алло!

Тишина.

Снова звонок.

Только сейчас Дейна сообразила, что это ее сотовый. Слава богу, это свои.

Она нажала кнопку:

– Джефф?

– Мы искали вас, Дейна, – произнес спокойный голос Хадсона. – Кемаль у меня.

Дейна словно онемела, боясь пошевелиться.

– Роджер, – прошептала она наконец.

– Боюсь, я не могу больше удерживать своих людей. Они собираются отрубить Кемалю вторую руку. Ну как, позволить им это маленькое развлечение?

– Нет! – истерически завопила она. – Чего… чего вы хотите?

– Всего лишь поговорить, – уговаривал Хадсон. – Приезжайте ко мне, потолкуем. Только никаких сопровождающих. Если приведете кого-то, не отвечаю за то, что сделают с Кемалем.

– Роджер…

– Жду вас через полчаса.

Он отключился.

Дейна, оцепенев от страха, тупо повторяла про себя: «С Кемалем ничего не должно случиться. С Кемалем ничего не должно случиться».

Дрожащими пальцами она набрала номер Бейкера. Послышался голос автоответчика.

– Вы позвонили в офис Мэтта Бейкера. Меня сейчас нет, но оставьте сообщение, и вам перезвонят при первой возможности.

Раздался длинный гудок. Дейна набрала в грудь побольше воздуха и пролепетала:

– Мэтт, мне позвонил Роджер Хадсон. Он похитил Кемаля и удерживает в своем доме. Я немедленно еду туда. Пожалуйста, поспеши, пока с Кемалем ничего не случилось. Позвони в полицию. Скорее!

Дейна выключила сотовый и направилась к двери.

Эбби Лассман раскладывала письма на столе Бейкера и, случайно заметив мигающий огонек на автоответчике, набрала пароль Мэтта и прокрутила запись. Услышав голос Дейны, она немного подумала, улыбнулась и нажала кнопку «стереть».

Вот и все.

Теперь никто не узнает, куда девалась эта высокомерная сучонка.

Конец.

Финита ля комедия!

Едва прилетев в Вашингтон, Джефф немедленно позвонил Дейне. Из головы не выходила ее странная реплика: «Если со мной что-то случится…»

Господи, только бы все оказалось пустыми треволнениями из-за неудачной фразы!

Сотовый никто не брал. Джефф набрал номер квартиры Дейны. Никого.

Немного поразмыслив, он взял такси и попросил отвезти его на студию.

Куда идти сначала?

Мэтт должен быть в курсе.

Как только он появился в приемной, Эбби радостно воскликнула:

– Джефф! Как приятно тебя видеть!

– Спасибо, Эбби, – кивнул он и открыл дверь кабинета Бейкера.

– Так ты вернулся! – вместо приветствия пробурчал тот. – Как Рейчел?

Джефф на секунду даже растерялся.

– Нормально, – глухо бросил он. – Где Дейна? Она не отвечает на звонки.

– Слушай, неужели ты не знаешь, что тут творится? – поразился Мэтт.

– По-видимому, нет, – сухо ответил Джефф. – Может, посвятишь меня?

Эбби тем временем метнулась к двери и прижалась ухом к теплому дереву. На беду, до нее доносились только обрывки беседы.

– Несколько покушений… Александр Жданов… Красноярск-26… Кемаль… Роджер Хадсон…

Что ж, и этого вполне достаточно.

Эбби поспешила к телефону и принялась тыкать пальцами в кнопки. Сейзар немедленно пригласил к телефону Хадсона.

– Поверить не могу, – охнул Джефф, потрясенно взирая на Мэтта. – Поверить не могу…

– Все чистая правда, – заверил Мэтт Бейкер. – Дейна в квартире Эбби. Сейчас попрошу Эбби еще раз позвонить домой.

Он нажал клавишу громкой связи, но, прежде чем успел что-то сказать, в комнате загремел голос Эбби:

– …Джефф Коннорс тоже тут. Ищет Дейну. Пожалуй, вам стоит убрать ее из дома. Они сейчас к вам поедут… Хорошо. Я все сделаю, мистер Хадсон. Если…

Услышав шум, она обернулась. В дверях стоял Джефф. За его спиной виднелся Мэтт Бейкер.

– Подлая тварь! – взорвался Мэтт.

Но Джеффу было не до Эбби.

– Мне нужно срочно добраться до дома Хадсона. Нужна машина.

Мэтт выглянул в окно.

– Тебе ни за что не попасть туда вовремя. Видишь, какие безнадежные пробки!

Наверху послышался шум моторов.

Они совсем забыли о вертолетной площадке на крыше здания!

Вертолет компании вот-вот сядет.

Мужчины переглянулись.

Глава 25

Такси удалось поймать почти сразу, на выходе из дома Эбби, но поездка тянулась бесконечно. Машины едва ползли по скользким мостовым, то и дело застревая в пробках. Дейна смертельно боялась, что опоздает.

– Скорее, – умоляла она водителя.

Тот, пренебрежительно глянув на нее в зеркальце заднего обзора, проворчал:

– Леди, у меня не самолет. И я не самоубийца.

Дейна съежилась на заднем сиденье, умирая от тревоги при мысли о том, что ждет впереди. Мэтт наверняка прочел ее сообщение и позвонил в полицию.

Пока она доберется, полиция уже будет на месте. Если же нет, придется потянуть время.

Вспомнив что-то, Дейна открыла сумочку. В среднем отделении мирно покоился газовый баллончик. Прекрасно. Пусть Роджер и Памела не воображают, что она сдастся без борьбы.

Как только такси все-таки подъехало к дому Хадсонов, Дейна выглянула в окно. Никаких следов полиции. И подъездная аллея пуста.

У Дейны перехватило горло.

Она вспомнила, как впервые приехала сюда. Радушных, гостеприимных хозяев, оказавшихся безжалостными чудовищами, преступниками, не пожалевшими даже мальчика.

Ненависть и гнев душили Дейну.

– Вас подождать? – спросил водитель.

Дейна покачала головой, заплатила и, поднявшись по ступенькам, коротко позвонила. И сразу же прижала руку к сильно бьющемуся сердцу.

Дверь, как всегда, открыл Сейзар и широко улыбнулся при виде гостьи.

– Мисс Эванс!

И Дейна, едва держась на ногах от радостного волнения, неожиданно для себя сообразила, что в этом враждебном доме у нее все-таки есть союзник.

– Здравствуйте, Сейзар, – кивнула она, протягивая руку. Он осторожно взял ее в свою медвежью лапу.

– Счастлив видеть вас, мисс Эванс.

– А я – вас.

Дейна ничуть не притворялась. Кроме Сейзара, ей помочь некому. А он поможет, наверняка поможет! Вопрос только в том, как к нему подойти.

Она наспех огляделась.

– Сейзар…

– Мистер Хадсон ждет вас в кабинете, мисс Эванс.

Верно. Сейчас не время.

Дейна последовала за Сейзаром по длинному коридору, перебирая в памяти все невероятные события, случившиеся с тех пор, как она попала сюда всего несколько недель назад.

Они остановились перед кабинетом. Сейзар открыл дверь. Роджер сидел за столом, складывая какие-то документы.

– Мисс Эванс, – доложил дворецкий.

Роджер поднял глаза. Сейзар почтительно склонил голову и удалился. Дейна с трудом подавила желание позвать его обратно.

– Ну что же, Дейна, входите.

Дейна, едва шевеля ногами, переступила порог. Странно, никакого страха она не ощущает. Только слепящую ярость.

– Где Кемаль, черт побери?!

– А, наш дорогой мальчик!

– Полиция будет с минуты на минуту, Роджер. Если хоть пальцем тронете его или меня…

– О, вряд ли стоит ждать чуда, Дейна. На вашем месте я забыл бы о полиции.

Он подступил ближе и, прежде чем Дейна успела опомниться, вырвал сумочку и стал в ней рыться.

– Памела говорила, что у вас есть баллончик с перечным газом. Вы все предусмотрели, верно, Дейна?

Он вынул баллончик, поднял и брызнул в лицо Дейны. Та вскрикнула от жалящей боли.

– О, все еще только начинается, дорогая, но заверяю вас, вы еще узнаете, что такое настоящие пытки.

По щекам Дейны струились слезы. Она безуспешно пыталась осушить их ладонями. Роджер вежливо подождал, пока она опустит руки, и снова нажал клапан баллончика.

– Я хочу видеть Кемаля, – всхлипнула Дейна.

– Еще бы! А Кемаль, в свою очередь, жаждет видеть вас. Мальчик до смерти перепуган, Дейна. В жизни не видел более несчастного ребенка. Он знает, что должен умереть, а я еще и объяснил, что и вам недолго осталось жить. Воображали себя очень умной? Но на самом деле были наивной глупышкой, которая полезла не в свое дело. Но мы нашли способ использовать вас. Знали, что кто-то в российском правительстве копает под нас. Хочет купить себе свободу, разоблачив наш маленький бизнес. Правда, если бы не вы, мы так и не сумели бы найти предателя. Зато с вашей помощью дело пошло быстрее.

Кровавые трупы Жданова и той несчастной… все-таки это она во всем виновата.

– В отличие от вас Ждановым ума не занимать. Мы еще не нашли Бориса, но это вопрос времени.

– Роджер, Кемаль не имеет к этому никакого отношения. Отпустите его…

– Ну что вы, Дейна. Как можно! Знаете, вы впервые встревожили меня, когда встретились со злосчастной Джоан Сайниси. Как-то ей удалось подслушать разговоры Тейлора о русском плане. У него была кишка тонка расправиться с ней, пусть и не своими руками, так что он предпочел просто уволить беднягу. Но та, не будь дурой, подала в суд – с просьбой восстановить ее на работе. Пришлось дать ей компенсацию с условием, что она никогда и ни с кем не станет обсуждать услышанное.

Роджер тяжело вздохнул.

– Так что, видите, дорогая моя, и тут вы постарались. Если бы не ваша привычка всюду совать свой нос, Джоан и теперь была бы жива.

– Но Джек Стоун знает…

– И что из того? Стоун и его люди следили за каждым вашим шагом. Мы могли бы в любую минуту избавиться от вас, но ждали, пока вы соберете всю необходимую нам информацию. Теперь вы больше не нужны. Отработанный материал.

– Я хочу видеть Кемаля, – упрямо повторила Дейна.

– Слишком поздно. Боюсь, с бедным Кемалем случилась беда.

– Что вы…

Дейна осеклась, с невыразимым ужасом глядя на своего мучителя.

– Мы с Памелой решили, что симпатичный небольшой пожарчик – лучший способ покончить с жалкой жизнью этого калеки. Мы бросили его в подвале школы. Подумать только, негодник посмел забраться в школу в субботу да еще пролез в подвальное окно и там устроил пожар! Правда, с его тощей фигурой нетрудно втиснуться в любую щель, вот он и очутился невесть где, да только обратно выбраться не сумел.

– Негодяй! – прошипела взбешенная Дейна. – Тебе это с рук не сойдет!

– Вы меня разочаровали! Знаменитая журналистка – и такие банальности! Неужели не понимаете, что нам уже все сошло с рук!

Он подошел к столу и нажал кнопку. Почти сразу же появился Сейзар.

– Что угодно, мистер Хадсон?

– Присмотрите за мисс Эванс. Да сделайте все, чтобы она была еще жива, когда произойдет несчастный случай.

– Хорошо, мистер Хадсон. Как прикажете.

Неужели он один из них? В это невозможно поверить!

– Роджер, послушайте…

Сейзар взял Дейну за руку и потянул к двери.

– Роджер…

– Прощайте, Дейна.

Сейзар безжалостно стиснул ладонь Дейны и увлек ее за собой по коридору – к кухне, откуда выход вел во двор, где был припаркован лимузин. Дейна чувствовала, что теряет сознание. Еще немного, и ему придется волочить ее по земле. Наверное, это конец. И сопротивляться нет смысла. Никто не придет на помощь. Все ее бросили.

Вертолет сделал круг над поместьем Хадсонов.

– Посадим машину на газон… – начал Джефф, но, взглянув вниз, заметил, как Сейзар почти швырнул Дейну в лимузин. – Нет, подожди-ка…

Автомобиль покатил по дорожке и вывернул на улицу.

– Что теперь делать? – спросил Бронсон.

– Следуй за ними.

* * *

Дейна немного пришла в себя. Может, она рано отчаивается? Может, сумеет уговорить Сейзара?

– Вы не убийца, Сейзар. И не захотите обагрить руки…

– Заткнитесь, мисс Эванс.

– Сейзар, послушайте! Вы не знаете этих людей. Они убийцы и преступники. Вы порядочный человек. Не позволяйте мистеру Хадсону втянуть себя…

– Мистер Хадсон тут ни при чем. Я делаю это для миссис Хадсон, – ухмыльнулся тот. – Миссис Хадсон так обо мне заботится! Нельзя быть неблагодарным!

Дейна потрясенно вытаращилась на него. Значит, Памела взяла в любовники дворецкого и сумела заручиться его преданностью! А она-то… Прав Хадсон. Наивная глупышка! Но все-таки что же делать?

– Куда вы меня везете?

– В парк Рок-Крик.

Он не счел нужным добавить, что именно там навсегда заткнет ей рот.

Препоручив Дейну верному дворецкому, Хадсон вышел из кабинета и направился в гостиную. Там уже ждала Памела в накинутой на плечи шубе, вцепившись в довольно большой кожаный саквояж. Хадсон довольно кивнул. У жены было достаточно времени, чтобы собрать драгоценности. Остальное они загодя положили в банковский сейф.

– Пойдем, – велела она, увидев мужа. – Остальные уже ждут.

Рядом с гаражом действительно стоял микроавтобус, где сидели Стоун и миссис Дейли.

– Стоун, нам в Национальный аэропорт, – напомнил Хадсон.

Стоун перебрался за руль.

– Самолет уже готов, – сообщил он. – Пилот получил полетный лист и приказ лететь в Москву.

– Господи, как я ненавижу холод, – пожаловалась Памела. – Надеюсь, эта тварь будет гореть в аду за все, что сделала с нами.

– С Кемалем уже покончено? – осведомился Роджер.

– Пожар начнется минут через двадцать. Мальчишке ввели снотворное. Он и не почувствует, как сдохнет.

Микроавтобус тронулся с места. Беспокоиться не о чем, все идет по плану.

Дейна с каждой секундой все больше отчаивалась. Они приближались к парку, где в этот час было совсем безлюдно. И машин почти нет.

Мальчик смертельно перепуган, Дейна. В жизни не видел такого несчастного ребенка. Он знает, что должен умереть, а я еще и объяснил, что и вам недолго осталось жить.

Недолго. Но хуже всего знать, что из-за нее погибнет ни в чем не повинный мальчишка.

Сейзар гнал вперед, не обращая внимания на огромную птицу, распластавшую крылья-лопасти.

– Послушай, Джефф, он сворачивает! – крикнул Бронсон. – Похоже, едет к парку Рок-Крик.

– Не теряй его из виду.

Вертолет застрекотал чуть громче, начиная выходить на круг.

На территорию ФАИ въехал выкрашенный защитной краской джип. Водитель еще не успел заглушить мотор, как из машины выскочил разъяренный генерал Бустер и устремился в здание.

– Какого дьявола тут творится? – взревел он, врываясь в свой офис.

– Я говорил вам, генерал, – пролепетал один из адъютантов. – Пока вас не было, майор Стоун каким-то образом задействовал наших лучших специалистов, и они стакнулись с Роджером Хадсоном. Тот приказал выследить и убить Дейну Эванс. Взгляните-ка.

Адъютант включил компьютер, и на экране высветилась обнаженная Дейна Эванс, входившая в душевую кабинку отеля «Брайденбахер Хоф».

Лицо генерала словно окаменело.

– Иисусе! Где сейчас Стоун?!

– Сбежал. Говорят, собирается скрыться из страны вместе с Хадсонами.

– Соедините меня с Национальным аэропортом! – прогремел генерал.

– Они точно направляются к парку! – крикнул Бронсон. – Что делать, Джефф? Если они окажутся там, мы не сможем сесть из-за деревьев.

– Нужно остановить машину! Любой ценой! – настойчиво воскликнул Джефф. – Можешь приземлиться чуть впереди, на дороге?

– Конечно!

– Давай!

Бронсон кивнул, коснулся ручки управления, и вертолет пошел на снижение. Пилот пролетел над самым лимузином и мягко опустился на бетонное покрытие дороги, ярдах в двадцати от мчавшейся машины. Заскрежетали тормоза.

– Выключи двигатели, – попросил Джефф.

– Нельзя. Мы окажемся в руках этого типа, если…

– Выключи.

Бронсон пожал плечами.

– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

– Нет.

Бронсон тяжело вздохнул, но подчинился. Гигантские лопасти замедлили вращение и постепенно замерли. Джефф высунулся в окно.

– Похоже, ваш приятель вздумал причинить нам неприятности, – пробурчал Сейзар, резко выбрасывая вперед кулак. Из глаз Дейны посыпались искры. Голова бессильно откинулась. Бесчувственная девушка мягко сползла вниз. Сейзар выскочил из машины и зашагал к вертолету.

– Он идет, – нервно пробормотал Бронсон. – Боже, настоящий великан!

Сейзар подбирался все ближе – широкими скачками, возбужденно блестя глазами.

– Джефф, он наверняка вооружен. Пристрелит обоих и глазом не моргнет.

– Эй, ты! – заорал Джефф. – Тебе и твоим хозяевам место за решеткой, грязный ублюдок!

Сейзар почти бежал.

– Все кончено! Сдавайся, идиот!

Сейзар был уже в пятнадцати ярдах от вертолета.

– Станешь девочкой для тюремных пташек!

Десять ярдов.

– Тебе это понравится, верно, Сейзар?

Сейзар мчался как пуля. Пять ярдов.

Джефф вдавил до отказа кнопку «пуск», и огромные лопасти начали медленно вращаться. Но Сейзар ни на что не обращал внимания. Взгляд устремлен на Джеффа, лицо искажено ненавистью. Он был уже почти у двери, когда понял, что происходит. Поздно. Раздался громкий всплеск, и Джефф закрыл глаза. Фонтан брызнувшей крови мгновенно залил вертолет – снаружи и изнутри.

– Меня сейчас вывернет, – сдавленно охнул Бронсон, выключая двигатели.

Джефф мельком глянул на распростертое на земле обезглавленное тело, спрыгнул вниз и помчался к лимузину. Дейна все еще была без сознания.

– Дейна… дорогая…

Девушка открыла глаза, увидела Джеффа и прошептала:

– Кемаль…

Лимузин находился почти в миле от Подготовительной школы Линкольна, когда Джефф в панике завопил:

– Смотрите!

В небе расплывались серые завитки дыма, заволакивая ближайшие здания.

– Они собирались сжечь школу! – взвизгнула Дейна. – Там Кемаль. Его бросили в подвал!

– Постараемся успеть, дорогая.

Машина подлетела к обочине. Из окон школы вырывались языки пламени. К счастью, пожарная команда уже успела приехать и подсоединить шланги. Джефф выскочил на тротуар и бросился к школе. Один из пожарных заступил ему дорогу.

– Сюда нельзя, сэр.

– Остался кто-нибудь внутри? – задыхаясь, крикнул Джефф.

– Нет, сэр. Мы только что взломали дверь.

– В подвале спрятали мальчика!

Прежде чем пожарный успел остановить Джеффа, тот оттолкнул его и ворвался в коридор. Здесь ничего не было видно от дыма. Джефф попытался позвать Кемаля, но из горла вырвался только кашель. Он приложил к лицу носовой платок и рванул к лестнице, ведущей в подвал. Дым с каждой минутой становился все более густым и едким. Джефф кое-как пробирался вниз, цепляясь за перила.

– Кемаль! – окликнул он.

Молчание.

– Кемаль!

Каким-то чудом Джеффу удалось различить неясные очертания чего-то, напоминающего мешок, на другом конце подвала. Он двинулся вперед, стараясь не дышать, чувствуя, как горят и разрываются легкие. И наконец споткнулся о неподвижное тело.

– Кемаль, встань! Кемаль…

Он потряс мальчика за плечо, но тот был без сознания. Невероятным усилием Джефф поднял его и понес к лестнице. В горле першило, дым застилал глаза, но Джефф, пьяно пошатываясь, упорно брел через клубящееся черное облако. Последнее, что помнил Джефф, – как ему удалось втащить мальчика наверх. Он услышал отдаленные голоса и тут же отключился.

– Мне удалось соединиться с Национальным аэропортом, сэр, – робко пролепетал лейтенант и немедленно получил второй приказ.

– Пусть попросят к телефону Натана Новеро!

Узнав, кто звонит, Натан Новеро, управляющий аэропортом, счел за лучшее немедленно подойти к телефону.

– Отвечайте немедленно, находится в аэропорту самолет Ричарда Хадсона? – не здороваясь, загремел Бустер.

– Да, генерал, – спокойно подтвердил Новеро. – Собственно говоря, он вот-вот поднимется в воздух. Пилот только что получил разрешение на взлет.

– Отмените его.

– Как вы сказали?!

– Звоните в диспетчерскую и немедленно отмените разрешение.

– Сейчас, сэр.

Новеро поспешно набрал номер.

– Диспетчер, срочно отмените разрешение на взлет для «Гольфстрим Р3487».

– Но он уже выкатился на взлетную полосу, – возразил авиадиспетчер.

– Повторяю, отмените разрешение на взлет.

– Да, сэр.

Диспетчер взял микрофон:

– Диспетчерская – «Гольфстрим Р 3487». Разрешение на полет отменено. Вернитесь к терминалу. Взлет запрещен. Повторяю, взлет запрещен.

В кабину пилота вихрем ворвался Роджер.

– Какого черта тут происходит?

– Непредвиденная задержка, сэр. Нам приказано вернуться…

– Нет, – вмешалась Памела. – Поднимайтесь в воздух.

– При всем моем уважении к вам, миссис Хадсон, не могу. Меня лишат лицензии, если…

Он не успел договорить. Джейк Стоун, бесцеремонно оттолкнув Роджера, приставил к виску пилота пистолет.

– Кому говорят? Шпарь! Мы летим в Россию.

Пилот, поперхнувшись, выдавил:

– Да, сэр.

Самолет покатился по полосе и уже через двадцать секунд стал набирать высоту. Управляющий досадливо покачал головой, следя, как «Гольфстрим» исчезает в облаках.

– Иисусе, он посмел…

– Ну, что там? – требовательно допрашивал генерал. – Вы их остановили?

– Нет. Пилот не послушал приказа. Теперь все бесполезно. Мы не сможем заставить их…

И в это мгновение небо взорвалось. Те, кто остался на земле, с ужасом увидели, как по полю разлетаются рваные обломки и клочья того, что еще недавно было самолетом. Казалось, этот зловещий дождь идет уже целую вечность.

Стоявший на дальнем конце поля Борис Жданов удовлетворенно кивнул, дождался финала кровавой трагедии и спокойно ушел.

Глава 26

Мать Дейны откусила кусочек свадебного торта и поморщилась.

– Слишком сладкий. Слишком. Когда я была моложе и сама пекла, мои торты во рту таяли. Верно, дорогая?

И хотя подобное определение никак не могло прийти на ум Дейны, еще помнившей, как отвратительно готовила мать, сегодня это было совершенно не важно.

– Абсолютно, мама, – улыбнулась она.

Свадебную церемонию проводил судья в Сити-Холл [32]. Мать была приглашена в последнюю минуту, после того как позвонила дочери и призналась:

– Дорогая, я все-таки не решилась выйти за этого ужасного человека. Вы с Кемалем оказались правы насчет него, так что я вернулась в Лас-Вегас.

– Что случилось, мама?

– Я обнаружила, что у него уже есть жена. Правда, и она его терпеть не может.

– Мне очень жаль, мама.

– Так что я снова одинока.

Верно поняв намек, Дейна поморщилась, но вынуждена была пригласить мать на свадьбу. Видя, как та болтает с Кемалем и даже успела запомнить его имя, Дейна улыбнулась. Ничего, мы еще сделаем из нее бабушку!

Сама Дейна находилась в состоянии постоянной эйфории. Осознать всю меру своего счастья оказалось невозможным. Быть женой Джеффа… какое чудо! Невероятное, немыслимое! Но это еще не все!

Пожарные, которым удалось спасти Джеффа и Кемаля, наглотавшихся дыма, вызвали машину «скорой помощи». Пострадавших отвезли в больницу, и пока они приходили в себя, медсестра рассказала репортеру о приключениях мальчика. Вскоре история Кемаля вместе с фотографиями появилась в газетах. В выпуске новостей рассказали о храбром маленьком сербе, сумевшем выстоять в неравной борьбе. Вскоре даже вышла посвященная Кемалю книга, и поговаривали даже о телесериале. Правда, Кемаль упорно заявлял, что согласится лишь в том случае, если будет играть главную роль. В школе он считался настоящим героем.

Вскоре состоялась официальная церемония усыновления. Половина класса присутствовала в зале и громко аплодировала.

– Теперь я по-настоящему ваш сын? – допытывался Кемаль.

– По-настоящему, – заверили Джефф и Дейна. – Мы теперь одна семья.

– Класс! Рики Андервуд лопнет от зависти, когда услышит!

Черные кошмары последнего месяца постепенно забывались, уходили в прошлое. Все трое жили дружно, а их квартира стала счастливым уголком, где звенел смех и всегда царило тепло. Дейна была уверена, что с нее хватит авантюр. Тех испытаний, что пришлось перенести, хватит на всю жизнь.

Как-то утром она объявила:

– Поздравьте, я наконец отыскала роскошную большую квартиру на четверых.

– Ты хотела сказать, на троих, – поправил Джефф.

– Нет, – мягко возразила Дейна, – именно на четверых.

Джефф непонимающе воззрился на нее.

– Эх ты! – упрекнул Кемаль. – Неужели не понимаешь? У нее будет ребенок. Надеюсь, родится мальчик. С ним хоть можно покидать мячик!

Были и другие хорошие новости. Первая передача из серии «Следы и улики», под многозначительным названием «Роджер Хадсон. Заговор убийц», имела феноменальный успех у публики и критиков, а рейтинг взлетел до небес. Бейкер и Кромвелл были на седьмом небе.

– Готовь полочку для своей «Эмми» [33], – советовал Дейне Эллиот.

Единственной горестной ноткой в общей гармонии была смерть Рейчел Стивенс. Рак так и не выпустил из клешней свою жертву. Известие о кончине топ-модели распространилось быстро, и Дейна с Джеффом уже обо всем знали, но вечером, когда роковые строчки появились на телесуфлере, она задохнулась.

– Не могу, – прошептала она Мелтону. Тот все понял и сам прочитал сообщение.

Покойся с миром…

И снова вечер. Снова за столом ведущих Дейна и Ричард.

– …Охранник в Спокане, штат Вашингтон, обвиняется в убийстве шестнадцатилетней проститутки и подозревается в гибели еще пятнадцати женщин… Тело Малколма Бомонта, семидесятилетнего наследника сталелитейной империи, найдено в плавательном бассейне его сицилийской виллы. Бомонт проводил там медовый месяц вместе с двадцатипятилетней женой. Новобрачных сопровождали братья миссис Бомонт. А теперь о погоде расскажет Мартин Гриер.

После окончания выпуска Дейна отправилась к Мэтту.

– Мэтт, мне не слишком нравится одна вещь. Что-то тут неладно.

– Ты о чем? Скажи, что тебя беспокоит, я все устрою. Убью ради тебя любого дракона!

– Да все эта история о семидесятилетнем миллионере, утонувшем в бассейне во время медового месяца. Уж очень молодая у него жена. Не находишь, что бедняга выбрал крайне удачный момент, чтобы отдать концы?

От автора

Это произведение является литературным вымыслом, но секретный подземный город Красноярск-26 существует в действительности. Это один из тринадцати подобных городов, занятых производством ядерного оружия. Красноярск-26 находится в центральной Сибири, в двух тысячах миль от Москвы, и со времени его основания в 1958 году там произведено более сорока пяти тонн оружейного плутония. Хотя два реактора для производства плутония были заглушены в 1992 году, один продолжает работать и давать в год полтонны плутония, который может использоваться для изготовления атомных бомб.

К сожалению, в последнее время зарегистрировано несколько краж плутония, и министерство энергетики США совместно с российским правительством работают над усиленными мерами безопасности и охраны этого радиоактивного вещества.

Примечания

1

Цыпленок, герой английской сказки. В переносном смысле: паникер.

2

Игрок, подающий мяч в бейсболе.

3

Игра бейсбольных команд, составленных из лучших игроков-профессионалов; проводится в конце сезона.

4

D и F – очень низкие оценки; А – отличная оценка.

5

Первая американская космическая станция. В 1979 г. сгорела при вхождении в плотные слои атмосферы.

6

Центр исполнительских искусств имени Дж. Кеннеди в Вашингтоне. Национальный культурный центр США и официальный мемориал Джона Кеннеди.

7

Горячая свернутая маисовая лепешка с начинкой из рубленого мяса, сыра, лука и бобов с острой подливкой.

8

Вашингтонская баскетбольная команда.

9

Персонаж телевизионного вестерна.

10

Герой мультфильмов и комиксов.

11

Полностью «Президентская Медаль Свободы» – высшая награда США для гражданских лиц.

12

Магазины «Доброй воли», где подержанные вещи, пожертвованные американцами, продаются по чисто символическим ценам, а выручка идет на благотворительные цели.

13

Известный чикагский баскетболист.

14

Приблизительно 2 м 12 см.

15

пластическая операция восстановления грудной мышцы.

16

Жаль. (фр.)

17

– Я не говорю по-английски и вряд ли сумею вам помочь, но…

– Полиция. Полиция.

– А, понял! Вторая улица налево.

– Спасибо.

– Не за что (фр.).

18

– Добрый день, мадам.

– Добрый день.

– Чем могу помочь? (фр.)

19

Да. Ужасно, ужасно! (фр.)

20

– Да, комиссар?

– Принесите мне дело Уинтропа.

– Сию минуту (фр.).

21

Хорошо! (ит.)

22

милая (фр.).

23

До свидания (фр.).

24

Добрый вечер. Меня зовут Герман Фридрих. Вы впервые летите в Германию? (нем.)

25

Бог мой! (нем.)

26

Четвертый (нем.).

27

Строфа из стихотворения Р. Бернса, пер. С. Маршака.

28

На первое – макаронный суп с фасолью. На второе – жареного барашка с полентой (ит.).

29

Добрый день. Чем могу помочь, синьорина? (ит.).

30

Нидерландская авиатранспортная компания.

31

Совет НАТО, ОБСЕ.

32

Здание муниципалитета.

33

Ежегодная премия, присуждаемая за выдающиеся работы на телевидении.

Content

Сидни Шелдон
Рухнувшие небеса

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

От автора

Примечания