Марина Белкина

Знаки сакуры

© Оформление. ООО «Издательство «Э», 2016

* * *

Мы обязательно встретимся

Пока этот мир катится.

Из песни группы «Звери»

Три дня до 8 марта.

О, провидение, пошли мне знак!

Щелк!

Рука сжала «мышку», редакционный компьютер заурчал, как довольный кот, и на мониторе возникла прекрасная девушка в образе цветущей сакуры. Сердце пропустило удар. Цветущая сакура может означать только одно: где-то близко ждёт вторая половинка и настоящая любовь! Впрочем, в смысле любви у меня сейчас наметился полный и стабильный провал. Три дня и уже почти три часа назад я рассталась с Главной Любовью Жизни.

Мы познакомились в прошлом году, когда я ещё училась на последнем курсе журфака, и были жутко влюблены, особенно он! Даже собирался сделать мне предложение, но не смог. Потому что, во-первых, был слегка нерешителен, а во-вторых, слегка женат. На больной измученной жизнью женщине лет тридцати, а может быть, даже тридцати пяти. В конце концов мой бедный герой весь извёлся и решил покаяться. Рассказал жене о нас, и они улетели на Бали. Поправлять её здоровье. Что, между прочим, правильно! Ведь послезавтра 8 Марта…

Я верю, что если кто-то обидел меня, то рано или поздно он обязательно раскается, придёт ко мне и попросит прощения…

Девушка-сакура поплыла перед глазами, я шмыгнула носом.

– Алиса, у тебя что, молочница?! – Внезапно я обнаружила, что надо мной нависла начальница, а цветущая девушка-сакура – всего лишь персонаж рекламы женского недуга. – Жуткая пакость! Но это ещё не самое худшее, чем всё могло закончиться, детка, – хмыкнула она с непроницаемым от невероятного количества ботокса и коллагена лицом и, вооружившись пластмассовой лейкой, направилась к окну поливать свои кактусы. – Зато теперь будешь спокойно заниматься работой, а не всякими там глупостями.

– Это не то, что… – пролепетала я ей вслед. – Но откуда ты…

Что ни говори, а добывать информацию Наталья Лунина умела. Ещё бы, тридцать два года на ТВ! Или тринадцать, что для меня, если честно, примерно одно и то же.

Иногда складывалось впечатление, что мечта всей жизни ведущей программы «Секрет успеха», на которой я трудилась младшим редактором, была заставить меня навеки прописаться на рабочем месте. И наша звезда торчала за компьютером до девяти часов каждую пятницу, победно взирая на меня, как кролик на удава, исключительно в воспитательных целях. Впрочем, в последнее время тренд поменялся – Наташа стала раньше уходить, резко покруглела щеками и губами и – о ужас! – назвала в эфире героя программы чужим именем! В кулуарах поговаривали, что она завела любовника.

Кто сумел пробиться в сердечные друзья к известной сколопендре, Познеру в юбке, которая не жгла глаголом, а уж скорее кастрировала им героев своих программ и у которой жутко пахло изо рта? Эти вопросы будоражили умы коллег не первую неделю.

– Знаешь, в расставаниях тоже есть своя прелесть, – убеждённо заявила Наташа, понюхав кактус. – Зато теперь ничто тебя не отвлечет от работы. Я поставлю тебе монтаж на 8 Марта, у тебя же теперь нет на праздники никаких планов? Вот и отлично! Кстати! Новость дня. У нас есть герой следующей программы. Зовут Артём Нелидов.

– И кто он? – вяло осведомилась я.

– Директор заводов, газет, пароходов, – хмыкнула начальница. – Почему я должна делать твою работу? Сотри уже с лица эту вселенскую скорбь, разбуди в себе журналиста и начинай рыть информацию! И не забудь купить свечи!

– В студии проблема со светом или это какой-то новый режиссёрский ход? – пролепетала я.

– Ты всё-таки непроходимая дура, – всплеснула руками Лунина. – Напомни, почему я до сих пор тебя не уволила?

И она вышла из редакторской, задев широким бедром стоящую на столе чашку. Чашка упала и раскололась пополам.

Дзинь!

На моём столе ожил телефон, который забыла начальница, – пришла эсэмэска.

Я невольно прочла:

«ОК. Давай повторим☺».

Подпись – Артём Нелидов.

Вот это было то, что действительно разбудило во мне журналиста! Хоть, как девушка из приличной семьи, я никогда не читаю чужую переписку и не сую нос в чужие телефоны, но тут другая ситуация – я сделаю это во благо всех своих сотрудников!

Предыдущее сообщение от Наташи:

«За ещё одну ночь с тобой я готова отдать полмизинца. На ноге, потому что руки видно, а мне в кадр))».

… – Её педикюрша будет в ярости, – хмыкнула Катюха, когда я поведала ей об этом. – Интересно, кто же сумел так поразить вашу кактусофилку?!

– Чью нежную душу не смогли ранить даже кости съеденных ею людей, – ехидно добавила я.

Мы сидели в моей крошечной квартирке в Тёплом Стане и пили мартини.

Катюха вздохнула.

– Ну хоть у кого-то всё хорошо. А мы с Лёшиком расстались.

Я вытаращила глаза.

– Да ладно!

– А потому что надоело! Гуляет, зарабатывает три копейки, все праздники проводит с дебилами-дружками, да ещё и вперёд убегает – когда идём вместе, ему вечно надо на полшага передо мной маячить! А я что теперь всю жизнь должна на его невоспитанность любоваться?! Да вот ещё! А вчера идём по парку, этот опять ускакал, а на меня из кустов прыгает мужик в плаще! Представляешь? И плащ распахивает! Весна – у всех маньяков обострение.

Я всплеснула руками и мартини.

– Катюха! И что?

– Да ничего! Маньяк-то мирный попался, а вот я за ним ещё полчаса бежала.

– По башке дать хотела? – догадалась я.

Катюха гордо вскинула голову.

– Хотела объяснить, что женщина – это тоже человек, а не кусок мяса, который тупые и грубые животные-мужчины разделывают с самого рабовладельческого строя. Это я на сайте феминисток вычитала. Всю неделю на нём сижу. Между прочим, рекомендую. Лёгкое и ни к чему не обязывающее чтиво.

– Маньяка-то настигла?

– Нет. Спортивным оказался. Маньяк на длинные дистанции.

– А Лёшик?

– А что Лёшик? Вообще ничего не заметил. Прибегаю домой, а он раньше меня, понятное дело, там оказался. И сидит там пиво пьёт, идиот. Тут-то я его и бросила! – улыбнулась Катюха как-то кровожадно.

– Ну и не переживай! Думаю, это был знак, правильно сделала!

Подруга посмотрела на меня и сказала ещё кровожадней:

– А я думаю, что знак был в том, что ты прочитала ту эсэмэску! И теперь должна отбить этого Артёма у вашей телезвезды!

От удивления я сначала икнула, а потом расхохоталась.

– Ты что, напилась? С какой стати я должна это сделать?!

– Во-первых, потому, что хоть кто-то должен поставить на место вашего телепузика, вспомни скольких людей из-за неё с канала вытурили? Сама же рассказывала! Справедливость должна восторжествовать! Во-вторых, потому, что мы не должны с тобой, как две курицы, отмечать Восьмое марта в «Шоколаднице», понимаешь? Пусть хоть у одной из нас будет парень, причём статусный! А в-третьих, потому, что ты просто красотка! Линда Евангелиста! И с тобой этот маньяк, то есть магнат, будет смотреться намного круче, чем с ней!

– Я не похожа на Линду Евангелисту, – фыркнула я. – Рыжая, весь нос в веснушках. И при росте сто шестьдесят пять во мне шестьдесят пять кило!

– И это всё грудь!

Истинная правда. Каждая грудь, как голова Линды Евангелисты. И из моего бюстгальтера можно было бы сделать для неё две стильные шапочки.

– Долой упаднические мысли! – Катюха прищурила один глаз и отчего-то сделалась похожа на Кутузова. – Я пьяная, и у меня есть гениальный план!

– Нет, Кать, – я покачала головой. – Все эти игры как-то не для меня. Да и вообще, в голове бардак, на душе кошки… сдохли.

– А он ничего! – Подруга водила пальчиком по экрану своёго айфона. – Нашла этого Артёма Нелидова на Фейсбуке! Смотри!

С фото улыбался симпатичный блондин. Я забрала у Катюхи телефон и прочитала его последний пост: «А в Японии наступило самое романтичное время в году». На картинке роскошные сакуры утопали в розовом цвету.

Два дня до 8 марта.

У Артёма Нелидова, владельца нескольких модных журналов и сети ресторанов, были светлые волосы, карие глаза, демократичные джинсы и ямочка на квадратном подбородке. В общем, он выглядел как надо. Чего никак нельзя было в тот день сказать обо мне.

Расщедрившаяся пьяная Катюха дала напрокат своё выходное зелёное платье. Под глаза, как она сказала. Платье оказалось не только под глаза, но и с декольте на грани фола. В нём грудь гуляла вольно, а при ходьбе и вовсе скакала, как два ополо-умевших Смешарика. Поэтому я сразу села, решив не искушать судьбу.

– Артём, здравствуйте! Меня зовут Алиса. Наташа попала в пробку и немного задерживается. Минут через десять я вас отведу на грим, а пока предлагаю провести небольшое предварительное интервью. Чтобы во время съёмки всё прошло как по маслу, – сконфуженно закончила я.

Мы расположились за столом в переговорной. На подоконнике, распространяя флюиды депрессивности, скукожился один из Наташиных кактусов. За стеклянной стенкой переговорной текла рутинная жизнь телеканала. Промелькнула ведущая новостей в пеньюаре, но без юбки. Оператор Женя зачем-то пытался натянуть свой фирменный жилет на огромного плюшевого медведя, которого не известно кто и зачем приволок. Красная, как помидор, шеф-редактор Юля орала на часто моргающего корреспондента с бумажным стаканчиком кофе в руке. Мне вдруг захотелось поскорее смыться из переговорной и отнести Юле кислородную подушку. Не то чтобы Артём мне не по-нравился или мне неприятно было его общество, нет! Думаю, дело было в волнении. А ещё в кошках на душе. Эти самые кошки мешали вспорхнуть бабочкам в животе. Видимо, кошки их просто сожрали.

Я набрала в лёгкие побольше воздуху и просто, чтобы покончить с этим, выпалила:

– Артём, я практически с самого детства нахожусь под впечатлением от магии вашей личности! Знаете, в институте я пишу курсовую работу. И я бы мечтала посвятить её вам! Не могли бы вы пообщаться со мной в неформальной обстановке, ответить на пару вопросов, возможно, показать своё рабочее место?

Собственно, это и был один из пунктов гениального плана, который Катюха родила с пьяных глаз. Пункт важный, но не главный.

Артём внимательно посмотрел на меня, а потом обласкал взглядом моих «смешариков».

– Вообще-то… нет! – Его глаза смеялись. – У меня сейчас слишком много работы, чтобы тратить на это время. Простите.

Меня вдруг бросило в жар. Не из-за его отказа, от этого я скорее испытала облегчение, а от того, что с моей ноги внезапно соскользнул чулок! Это и был главный пункт «гениального» плана: чулки на липучке и бальзам для тела с мерцающим эффектом. Впрочем, жизнь показала, что эти два инструмента соблазнения друг с другом никак не монтировались.

Я наклонилась, чтобы подтянуть чулок, грудь опасно накренилась, рискуя выкатиться наружу. Артём смущенно опустил глаза. Мне тоже вдруг стало так неловко, что я не смогла усидеть на месте! Красная как рак, вскочила и, сама не понимаю как, надеюсь всё-таки не грудью, я сшибла стоящий на подоконнике кактус!

Пару секунд мы с Артёмом оба ошарашенно смотрели на обломанное колючее ухо в кучке рассыпавшейся земли, а потом, не сговариваясь, бросились её собирать.

– А я думаю, что это никто на грим не идёт, а тут у них дела поинтереснее! – прогремело сверху.

В дверях стояла и улыбалась в тридцать два отбеленных зуба Наташа.

Она медленно обвела взглядом сломанный кактус, склонившихся над ним нас с Артёмом и мой спущенный чулок:

– К барьеру, тигр! – хмыкнула Наташа вполне добродушно, и я даже подумала, что буря миновала, и тоже зачем-то начала глупо хихикать, но посмотрела ей в глаза и чуть не превратилась в соляной столб.

Артём вышел из переговорной. Наташа проводила его взглядом, обернулась ко мне и подмигнула:

– Ты уволена, детка.

… – Катюха! Меня уволили!

Я бежала по скверу к метро, прижимая трубку к моментально окоченевшему уху. Совсем не весенний ветер клонил к земле тоненькие деревца, как буйнопомешанный, нападал на прохожих: срывал капюшоны и лохматил волосы. Лез ледяными пальцами под пальто, промораживал до печёнок.

– Думаю, это можно считать твоим успехом! Раскрой скорее его секрет! – отозвалась Катюха на том конце провода.

– Каким успехом?! Ты ошалела? – заорала я осипшим голосом. – Я осталась без работы! В кризис! Без мужика, с невыплаченным кредитом на компьютер и на… норковую шапку!

– Ты носишь норковую шапку?!

– Не ношу! Это была эмоциональная покупка в период жёсткого ПМС, да какая разница?! Что теперь делать, скажи на милость? Подожди, у меня вторая линия!

На дисплее высветился незнакомый номер, я ответила.

– Алиса? Здравствуйте ещё раз, это Артём. Слышал о вашем увольнении, мне очень и очень жаль! Хм, чтобы как-то загладить свою вину, хочу пригласить вас на дегустацию розовых вин! Вы согласны? Записывайте адрес! Ресторан называется «Amar».

Я зашла на его страничку в соцсетях, и на меня обрушилась лавина роскошных фото с южного острова. Больной жене этот отдых явно пошёл на пользу, она обнаружила роскошный загар и фигуру модели. На одном из снимков томная жена склонилась над экзотическим цветком, на котором сидела пёстрая бабочка.

Я вспомнила, какие огромные беспардонные бабочки порхали у меня в животе в первые дни нашего романа. Не бабочки, а просто звери какие-то!

Однажды, когда мне было лет пять, я проводила лето на даче. Был погожий солнечный денёк, щебетали птицы, цвели цветы, на деревянном крыльце соседнего домика весело стучал молоток. Ко мне подошла соседская девочка:

– Мы с папой делаем гербарий!

– А что это такое? – спросила я.

– Пойдём покажу!

Она привела меня на соседское крыльцо и с гордостью протянула деревянный брусок, к которому гвоздями были прибиты бабочки и жуки.

Видимо, заметив, как я поменялась в лице, девочка воскликнула:

– Что? Так надо! Это же гербарий!

– Зачем гвоздями?

– А чтобы удобнее было рассматривать.

Меня не зацепил Артём, потому что мои бабочки в животе были прибиты гвоздями! Смогут ли они когда-нибудь порхать снова? Может, это как раз произойдёт на первом свидании? Когда Артём возьмёт меня за руку?

Один день до 8 марта.

Артём галантно придерживал меня под локоток, помогая подняться по кованой винтовой лестнице, ведущей на второй этаж. Волшебства не случилось, я лишь вежливо улыбалась, отчаянно стараясь соответствовать образу великосветской львицы.

– Это ресторан моих друзей, – шепнул он. – Ребята сами привозят вино из Франции и Италии, устраивают роскошные дегустации для ценителей, тебе понравится, вот увидишь. Подсядешь ещё!

– Мне сейчас для полного счастья не хватает только подсесть на винные дегустации, – пошутила я.

Артём испуганно сверкнул глазами.

– Женский алкоголизм не лечится, – серьёзно кивнул он. – Как у тебя с наследственностью?

– Полный швах! – зачем-то ляпнула я.

На втором этаже за круглыми стеклянными столиками расположилось несколько «ценителей», пара взрослых мужчин в дорогих костюмах и три дамы бальзаковского возраста в меховых горжетках, одна с явно испитым лицом. Две другие напоминали латентных алкоголичек.

На каждом столике стояло несколько пузатых бокалов с янтарной жидкостью.

– Это не похоже на розовое вино, – заметила я, устраиваясь за одним из столиков рядом с Артёмом.

– Видимо, я что-то напутал, прости, но, кажется, это дегустация коньяков, – улыбнулся он.

В середину зальчика вышел молодой человек и, откашлявшись, начал расписывать прелести спиртных напитков.

– Это Роман, сомелье, – шепнул мне на ухо Артём. – Настоящий эксперт в области виноделия.

Экскурс в алкогольную историю я слушала впол-уха, рассматривая причудливую кованую люстру, усыпанную светлячками горящих шариков, и вдруг на периферии сознания возникла мысль, что у этого Романа до ужаса приятный голос. Словно пение ангела и шёпот демона одновременно. Такой ласкающий слух, нежный и сексуальный голос, что я прикрыла глаза и тихонько застонала.

– Терпение, моя девочка! Уже через несколько минут можно будет продегустировать, – наклонилась ко мне одна из латентных алкоголичек, сидящая на соседнем диване.

Я поглубже закуталась в свой розовый газовый шарфик, вымученно улыбнулась и стала исподтишка рассматривать эксперта в области виноделия. У него были тёмные волосы, кривая улыбка и невероятно красивые, невозможно длинные пальцы.

Продолжая рассказывать про дурацкий коньяк, Роман перехватил мой взгляд, я быстро опустила глаза и почувствовала, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Внизу живота что-то отчаянно бухнулось, а может быть, даже вспорхнуло.

Я схватила со стола пузатый бокал и осушила до дна.

Артём наградил меня неодобрительным взглядом.

– Алиса, не теряй контроль над собой, – покачал головой он.

– Что ты, – успокоила я его. – Контроль над собой – одно из главных моих достоинств!

К концу чудного винного мероприятия с эротическим звуковым сопровождением я наклюкалась, как извозчик.

Пока мой кавалер, увлечённый непостижимостью отличия содержимого пузатых бокалов, о чём-то спорил с дорогим пиджаком, своим соседом, я потихоньку поднялась и, пошатываясь, двинула на выход вслед за другими алкоголичками.

На лестнице, опасно накренившись, я вцепилась в кованые перила.

– Можно вам помочь? – Рядом оказался Роман, который, воспользовавшись шатким положением девушки, сгреб её, то есть меня, в охапку.

Вы когда-нибудь лежали в ванне, в которую упал включённый фен? Я тоже, но думаю, ощущения были бы примерно те же.

– Спасибо, – прошептала я охрипшим голосом. – Весь этот ваш пир духа меня немного подкосил. В смысле, коньяк… То есть рассказ, то есть…

Я покраснела. У этого парня самые светлые глаза на свете! Как у ангела или вампира.

– Давайте выйдем на воздух, рядом с рестораном есть чудная аллея. Вы курите?

– Нет, это уже не модно, – строго сказала я. – Только пью.

Это и вправду оказалась чудная аллея из яблоневых деревьев, с несколькими новенькими, ещё не тронутыми вандалами, скамейками.

Я тут же плюхнулась на одну из них и шумно вздохнула. В воздухе пахло сырой землёй, ветром перемен и предвкушением счастья. Весна!

– Весной здесь очень красиво, когда всё в цвету. – Роман присел рядом. – И так приятно гулять.

– Я гуляла бы тут хоть каждый день! Хоть всю жизнь. – Что я несу?!

– Оказывается, ты профи не только в вине, но и в том, как уводить девушек. – У скамейки вдруг оказался Артём. – И таскать чужие вещи. Ты надел пальто гостьи вечера, она его сейчас там в панике ищет.

– И правда… перепутал.

Роман жутко смутился, встал, потом снова сел, а потом опять встал.

– Ну что ж… Спасибо, что пришли, приятно было познакомиться, – он криво улыбнулся и посмотрел на меня.

Я с безразличием пожала плечами, холодно улыбнулась и отвела взгляд. Все эти манипуляции, причём именно в такой последовательности, я обычно проделываю, когда парень мне смертельно понравился. Жаль, что мало кто из парней настолько понятлив, чтобы это распознать.

Роман ещё больше смутился, нервно поправил на себе бирюзовое пальто и направился в сторону ресторана.

Сразу стало как-то скучно и зябко, я поёжилась.

– Давай пройдёмся?

Мы медленно двинулись вдоль по аллее.

– В Японии уже вовсю цветёт сакура, – сказал Артём, – а у нас голые мёртвые ветки.

Я вздохнула.

– Знаешь, как-то в одном японском фильме был такой сюжет. Парень познакомился с девушкой, весь вечер они гуляли в парке под сакурами, а на следующий день договорились встретиться снова. Но прийти он не смог из-за работы, а потом и вовсе уехал из того города, в котором был в командировке. Дома парня закрутила жизнь, вскоре он женился. Родились дети, потом внуки. И вот однажды, много лет спустя, он снова оказался в том городе, забрёл в парк под сакуры и на одной из скамеек увидел принаряженную бабульку, в которой в изумлении узнал ту самую девушку. Она приходила на эту скамейку каждый вечер, в условленный час. Сорок лет. – Я посмотрела в по-весеннему высокое небо, и сердце сжалось сладко и тревожно. – Как ты думаешь, существует такая любовь? Иррациональная, с налётом дурацкого пафоса, бередящая души и судьбы. Или ей место только в японских фильмах, старушечьих ридикюлях и в пьяных бреднях слишком впечатлительных девушек?

Артём посмотрел на меня так, как будто увидел впервые, и порывисто взял за руку.

– А давай махнём завтра в кино?

Но тут у него зазвонил телефон:

– Извини, я отвечу, это жена. – Виновато улыбнувшись, он отошёл в сторону. – Да, малыш…

– Ты женат? – спросила я, когда он вернулся.

– Ну да. – Он насмешливо вскинул брови. – Только не говори мне, что это проблема. Мы оба современные и достаточно взрослые, ведь так? Ну что, завтра идём в кино?

8 марта.

– И ты не пошла? – удивилась Катюха.

– Как справедливо заметил господин Нелидов, я взрослая, современная и теперь уже не такая дура, чтобы снова наступать на те же грабли.

Катюха смерила меня взглядом и с сомнением покачала головой.

– Думаю, он просто тебе не понравился.

Мы сидели в «Шоколаднице» и отмечали 8 Марта. Как две курицы.

– А я с Лёшиком помирилась.

– Поздравляю! И где он?

– Где ж ему быть Восьмого марта? С дебилами-друзьями, конечно… Да, знаешь, гуляли с ним вчера в парке, этот идиот, как обычно, убежал вперёд. Посмотрела я на него сзади, и так стало его жалко! Прям сил нет! Идёт, ногами заплетает, одно плечо выше другого. Помрёт, наверное, скоро.

Я закатила глаза.

– А что? Может, как ты скажешь, это тоже знак?

– Знаешь, я решила больше не верить в знаки! Это полная ерунда! А любая Единственная Настоящая Любовь, иррациональная и волшебная, словно цветущая сакура, рано или поздно обернётся дешёвкой, как средство от молочницы.

– Ну не скажи! – запротестовала Катюха. – Все эти свечи и таблетки нынче стоят не три копейки!

Из кафе я возвращалась, когда город погружался в чернила густых сумерек и в окнах зажигались огни. Ноги сами принесли меня в яблоневую аллею, к ресторану «Amar».

С одной из скамеек ко мне метнулась тень в плаще. И с лассо!

Катюхин маньяк, пронеслось у меня в голове, и я пронзительно завизжала.

– Алиса, – раздался до обморока приятный мужской голос. Манящий и лишающий воли, как наркотик.

Неожиданно узнала в тени Романа, а в лассо свой газовый шарфик!

– Вы забыли у нас в кафе, и я подумал, что… Вы придёте, и решил подождать тут, на скамейке… Я был тут и вчера, вечерами я совершенно свободен, поэтому…

– Вчера и сегодня?! Но с чего вы вообще взяли, что я сюда вернусь, ведь мы ни о чём таком не договаривались? – ошарашенно пролепетала я и осеклась, боясь спугнуть горячую волну бешено вспорхнувших в животе бабочек.

– Вы сказали, что могли бы гулять тут хоть каждый день, вот я и подумал…

Я взяла из его рук свой газовый шарфик. Розовый, как цветущая сакура.

– А если бы мы сегодня не встретились, вы приходили бы сюда каждый день?

– Хоть всю жизнь.

Content

Марина Белкина
Знаки сакуры

Три дня до 8 марта.

Два дня до 8 марта.

Один день до 8 марта.

8 марта.