Елена Кароль

Совушка ее величества

Пролог

Господи-господи-господи…

Зубы выбивали мелкую дробь, руки тряслись, но нога уверенно жала на педаль газа. Мертвы. Все мертвы…

Вот только я жить хочу! Жить!

Слезы застилали глаза, и мне приходилось периодически размазывать их по лицу, чтобы видеть хоть что-то, потому что дорога и без того была ужасной. Димка… Димка, оказавшийся не Димкой, завез нас слишком далеко, и теперь я могла лишь молиться, чтобы машина не завязла и не заглохла на очередном повороте или кочке.

Димка…

Мразь!

Еще один прыжок на таежной кочке, и я едва не прикусила язык, а затем и вовсе завизжала как сумасшедшая, потому что свет фар выхватил из темноты мужской силуэт, и я рефлекторно крутанула руль, чтобы не сбить чертова камикадзе.

Бах!

Дорога была в одну колею, и бампер ожидаемо врезался в дерево, а я распласталась по рулю. Ребра-а-а…

Застонав от резкой боли, вздрогнула всем телом, когда дверь со стороны водителя с треском распахнулась, а затем и вовсе отлетела в сторону, выдранная с корнем.

– Далеко собралась?

– Не подходи! – оскалившись не хуже монстра с окровавленным лицом, который еще днем был Димкой, я схватила охотничий нож, приготовленный именно на этот случай и предусмотрительно вонзенный в щель между основанием и спинкой пассажирского сидения, и выставила его перед собой.

Годы, проведенные в детском доме, научили меня всегда биться до последнего. И сейчас я ему просто так не дамся.

– А то что? – Увидев оружие в моей руке, Димка презрительно хмыкнул, шагнул назад и пренебрежительно сложил руки на груди, всей своей позой показывая, что полностью контролирует ситуацию.

– Убью.

– Да ладно? – Хохотнув уже громче, он вдруг резко подался ко мне и чуть ли не сам насадился на нож плечом, сумев опрокинуть меня на соседнее сиденье и придавить своим телом. – Ну? Теперь что делать будешь, Викуся?

Я…

Не веря в то, что он так легко смог не просто обезвредить меня, но и позволить себя ранить, я могла лишь смотреть на происходящее расширенными от ужаса глазами… Мозг застыл от нелепости ситуации, замерз, превратился в амебу и отказался думать, хотя желающее жить тело еще что-то пыталось – ноги брыкались, руки отталкивали…

Мозг признал поражение, когда кровь чудовища начала капать мне на лицо, а его руки с невероятно острыми когтями начали драть одежду, разрывая вместе с нею и мое тело.

Не хочу… не хочу… Почему я?..

Я ведь так хочу жить!

Жить.

Одна-единственная мысль билась в голове. Жить! Я хочу жить!

Вслед за осознанием этой простой истины пришло понимание, что если сейчас я его не убью, то он убьет меня.

Как Настю, как Свету и как Олега с Костей.

Понимая и то, что шанс у меня всего один, я применила проверенный метод – расслабилась и прекратила всякое сопротивление, чем он тут же воспользовался – возбужденно хохотнул и потянул меня из машины наружу. Бедняга. Как же ему, наверное, неудобно убивать и одновременно насиловать меня в таком тесном и не предусмотренном для убийства месте, как машина.

Не позволяя себе слез, которые могли помешать в самый решающий момент, я терпела даже тогда, когда он дернул меня за волосы, выволакивая из машины.

Я терпела, когда его когтистые пальцы порвали бюстгальтер и больно сжали грудь, оставляя на ней кровавые борозды.

Я терпела, когда он, не прекращая дергать за волосы, словно животное, начал рвать невероятно острыми зубами мое левое плечо.

Я терпела, потому что знала: этот чокнутый псих, возомнивший себя вампиром, должен отвлечься до такой степени, чтобы я получила реальный шанс.

Я ждала.

И я дождалась.

Нож до сих пор торчал в его плече, так что все было идеально. Секунда – и нож в моей руке вновь, а он удивленно отстраняется, пытаясь понять, что происходит. Вторая секунда – резкий росчерк острейшего лезвия, и эта мразь отшатывается от меня, пытаясь руками зажать располосованное до позвоночника горло.

Нет, Дима, нет.

Я не оставлю тебе шанса, как ты не оставил его им.

Глава 1

Это было тяжело. Очень тяжело и очень больно. Болели сломанные ребра, болела кожа головы в том месте, где он дергал волосы, ныли многочисленные глубокие царапины, подкашивались ноги, дрожали руки, да и в целом все тело, но больше всего болели разодранные шея и плечо. Мне нужна аптечка. Много аптечек…

Нервно оскалившись и наплевав на то, что почти голая, я поудобнее перехватила нож и исподлобья посмотрела на все еще живого убийцу. Удар был идеальным, и монстр слабел с каждой секундой, теряя кровь литрами, но умирать отказывался. Он даже хотел наброситься на меня, но запнулся о собственную ногу и упал лицом вниз, да так и не смог встать.

Ты больше никогда не встанешь.

Я не мелочилась, я просто отрезала ему голову до конца. Это было совсем не просто – пилить ножом шейные позвонки, но я это сделала. Надеюсь, что без головы такие мрази точно не живут.

Спалить бы еще…

Всерьез задумавшись о том, что это неплохой вариант, я покачнулась и едва устояла на ногах, успев опереться на машину. Самой бы не сдохнуть, а я думаю о том, как окончательно уничтожить даже само упоминание о монстре…

Истерично хмыкнув, мотнула головой. Нет, сначала аптечка. Где у него эта чертова аптечка?! А это что за…

Найдя в багажнике аптечку и обрадовавшись в ней наличию множества бинтов, я с удивлением повертела в руке ампулу с голубой перламутровой жидкостью, чуть светящейся в темноте ночи. Странно… мои познания в фармацевтике, конечно, оставляли желать лучшего, но я никогда не слышала о подобном лекарстве, а уж о том, чтобы кто-то возил подобное нечто в аптечке, и подавно. Ай, шут с ним, не актуально.

Кое-как наложив себе кривую повязку, чтобы не истечь кровью раньше времени, и прекрасно понимая, что нельзя останавливаться ни на секунду, ни на мгновение, иначе просто отключусь, я действовала и действовала.

Мои футболка и джинсы превратились в кровавые тряпки, и пришлось снова залезать в багажник и рыться в сумке, которую я так и не вытащила из Димкиного внедорожника.

И слава богу!

И плевать, что я в крови, и плевать, что отнимаются руки и ноги, но теперь я хотя бы не мерзну, а в голове сформировался более или менее приемлемый план. План…

План был прост – нужно вернуться к палаткам.

Вернуться в таком виде в город я не смогу: мало того, что до него больше шести часов, так еще и сил во мне с каждой минутой все меньше и меньше. А машина – в хлам. И я – в хлам. И кровь везде…

Нет, в город точно в таком виде нельзя.

Мутнеющий взгляд вернулся к трупу, и я кивнула сама себе: и этого тут оставлять нельзя. В тюрьму я не хочу, но вряд ли у меня получится дать внятные показания, за что я отрезала голову одному из перспективных юристов нашего города. И еще, вряд ли поверят, что это не я убила остальных. С моим-то не самым светлым прошлым. Так что нужно вернуться хотя бы для того, чтобы прийти в себя, уничтожить улики, убийцу и похоронить остальных.

О том, что я сама больше похожа на труп, чем на живую, я старалась не думать. И не такое бывало, и не такое… И я четко знаю, что это – еще не предел моих возможностей.

Потому что такие, как я, не подыхают просто так.

Прикрыв глаза и зло усмехнувшись воспоминаниям, сначала я проверила, в порядке ли машина, и, чертыхаясь на то, как нехорошо что-то постукивает под капотом, дала задний ход, разворачиваясь и максимально близко подъезжая к телу. Теперь самое сложное – втащить эту падаль на заднее сиденье и не забыть его голову.

Но и с этим я справилась, понимая, что иначе просто нельзя.

Через двадцать минут, кое-как справившись с телом, весящим как минимум в полтора раза больше меня, я без сил рухнула обратно. Рано, Вика, рано.

И, черт побери, как же хорошо, что я отъехала от нашей ночной стоянки всего километров на десять!

Пока ехала обратно, не слишком давя на газ, думала о том, как он смог меня догнать. Неужели он действительно не человек? А кто? Вампир? Странный он вампир… А как же солнце? А как же все остальное? Сила, скорость, желание крови – да, это в наличии. Но как насчет остального? Увы (или к счастью), я знала его лично всего несколько часов и была в их компании случайной попутчицей, Настиной знакомой, когда им не хватило третьей девушки, но за все это время я не заметила в нем ничего необычного.

У нас в городе не орудовал маньяк, не было ничего мистического и сверхъестественного. Обычный сибирский городишко на триста тысяч жителей.

И монстр, всего за несколько минут убивший четверых.

Зачем? Почему?

Я слышала о нем и даже несколько раз читала в городских газетах – обладающий яркой и запоминающейся внешностью, молодой, перспективный, амбициозный. Он всего три года назад приехал к нам из Питера, но уже успел потеснить местных и занять определенную нишу в юридической сфере.

И вдруг – маньяк…

Бред.

Вампир?

Еще бредовее.

Едва не проехав нужный поворот, хотя последний километр и так чуть ли не кралась, я повернула направо, и машина забуксовала на заросшей высокой травой практически звериной тропе, так что пришлось добавить газу.

Есть!

Еще километр по жуткому пути – и вот она… наша стоянка, ставшая местом гибели моей не очень близкой, но очень доброй знакомой.

Стиснув зубы, я поставила внедорожник так, чтобы включенные на полную мощность фары освещали как можно больше, и запретила себе закрывать глаза. Кровь. Везде кровь. И тела…

Меня не тошнило, нет. Наоборот – в желудке застыл ледяной ком, да и сама я застыла ледяным телом, передвигаясь как на автомате. Вышла, заглушила мотор, но так и не выключила фары, не переживая, что сядет аккумулятор, потому что назад планировала поехать на второй машине, принадлежавшей Олегу, и начала обходить разгромленную стоянку метр за метром.

Мы приехали ближе к вечеру и успели поставить палатки, искупаться в горной речке, протекавшей в пятидесяти метрах на запад, немного позагорать, пофлиртовать, разжечь костер, приготовить ужин, полюбоваться звездами и даже немного потанцевать, когда Димка…

Когда Димка без предупреждения и видимых причин стал монстром. Сначала он накинулся на Свету, сидевшую рядом с ним, и, вывернув ей руки, зубами разодрал горло. Затем он бросился на закричавшего Олега и всего за несколько минут превратил его в располосованный когтями труп. Кто был следующим, я не знала, потому что сама в этот момент сидела в его машине, выбирая более или менее приличный диск из имеющегося рока и металла, а затем, увидев, что произошло со Светой и Олегом, лихорадочно заводила эту самую треклятую машину.

Уже потом, несколько минут спустя, когда я ехала прочь и молилась всем богам сразу, заметила на передней панели забытый Димкой нож. Нож. Чтобы не пораниться, я вогнала его в щель между основанием и спинкой переднего сиденья, и не прогадала.

Теперь же…

Теперь мне необходимо снова разжечь костер, да побольше, чтобы для начала спалить его голову. Зачем? Об этом я не думала, я просто хотела ее спалить.

Пока разгорался почти прогоревший костер, я отволокла остальные тела в сторону, подальше от машины, но положила их рядом друг с другом. Как смогла, промыла водкой свои самые глубокие царапины, сменила повязку на плече, заглотила несколько таблеток аспирина и парацетамола, найденных в аптечке Олега, пообещала себе, что обязательно сожгу эту мразь завтра утром, и, завернувшись в несколько одеял, легла в машине Олега, заблокировав все двери и положив под голову ключи.

Я не знала, есть ли поблизости дикие звери, и не собиралась полагаться на удачу.

Несколько бутылок питьевой воды и обе аптечки предусмотрительно ждали своего часа на переднем сиденье, как и булка хлеба на утро, если вдруг произойдет такое, что я захочу есть и не смогу встать.

А теперь спи, Вика, спи. Ты сделала все, что было в твоих силах.

А под утро мне стало плохо. Очень плохо. Сначала я замерзла, хотя укрылась двумя одеялами, а конец июля был невыносимо жарким, затем меня начало трясти, да так, что я стала всерьез переживать за свои зубы, после пришло осознание, что я плавлюсь, причем начиная с внутренностей…

А затем пришла боль. Много боли. Она зародилась в порванном плече, распространяясь по всему телу обжигающей лавиной. Она застилала сознание и заставляла дышать через раз, она убивала, но воскрешала раз за разом и снова убивала.

Надо лекарства… Надо… Надо лекарства… Да…

Рывком сев, я едва не упала обратно, но руки вцепились в спинку переднего сиденья и удержали безвольное тело. Я видела… Видела в аптечке ампулы кетонала. Да. Точно. Видела.

Перед глазами поплыли разноцветные круги, и, попытавшись от них отмахнуться, я завалилась вперед, между сиденьями. Черт!

Нет, Вика, нет! Не смей умирать!

Ты еще не похоронила остальных. Ты еще не сожгла эту мразь… Да. Ты обязана его сжечь!

Бред… О чем я думаю… Кого сжечь? Зачем сжечь?

Бессмысленный взгляд наткнулся на аптечку, и мозг пронзила мысль. Ампулы. Да, мне больно. Мне нужны ампулы.

Рука дернулась и перевернула аптечку, так что ее содержимое рассыпалось по сиденью, а кое-что и упало на пол. Черт… где… бинты… таблетки… нет, мне нужна ампула!

О, вот она. Красивая…

Пересохшие губы растянулись в зверином оскале, и мозг возликовал. Нашла! Голубенькая… такая красивая… с блесточками… родненькая…

Приблизив красивую штучку к глазам, я снова выпала из реальности. Она так волшебно переливалась, так завораживала своей потусторонней красотой, что это было настоящее блаженство. Даже боль отступила на задний план, не мешая мне насладиться совершенством.

А затем ударила. Резко. Заставив закричать, а затем и завыть, сжать пальцы в кулаки, расцарапать ногтями ладони, разрезать ладонь хрустнувшей в руке ампулой…

И пришла спасительная тьма.

Жарко. Очень жарко и безумно неудобно.

Взмахнув руками, я скинула с себя мокрую кучу одеял, а попытавшись вытянуть затекшие ноги, сильно ударилась о неопознанную преграду и зашипела.

А затем резко замолчала и, распахнув глаза, уставилась в потолок машины.

Где я?

Резкий взгляд направо, налево… в окошко… Лес.

Я в лесу.

Настороженно села и…

И вспомнила все.

Не сама, нет – я увидела тела. И мух. Кучи мух, облепивших тела. Черт…

Поморщившись, мотнула головой, и в памяти всплыл странный эпизод с ампулой. Со странной ампулой, переливающейся голубым перламутром.

Стоп.

Сколько времени я была без сознания? Я четко помню эту дикую боль и начавшиеся галлюцинации. Телефон, где мой телефон? Ай, черт с ним, потом. Все потом.

Скукожившись на заднем сиденье, я пыталась вспомнить, что еще произошло, но мешала жажда. Да, надо попить…

Взяв одну из бутылок с переднего сиденья, поморщилась от того, какой горячей была вода. Точно, мне жарко. Осмотревшись снова и не увидев ни одного хищника, разблокировала двери и открыла их нараспашку. Если есть мухи, значит, зверей точно не было.

Что дальше, Вика?

Прислушавшись к себе, удивленно вздернула брови. Тело отрапортовало, что живо и практически здорово, что удивило. Серьезно удивило.

Этого просто не могло быть. Я знала, сколько заживают сломанные ребра, я знала, сколько заживают разодранные мышцы. Уж точно не за ночь. Неужели прошло больше времени?

Взгляд метнулся к сбившейся повязке, и, заглушив крик на корню, я судорожно хапнула воздух ртом, а затем закашлялась. Плечо было целым. Целым! Пальцы метнулись к ранению и попытались найти его на ощупь, но нащупали лишь гладкую кожу.

Мой бог… мой бог… Как?

А затем память начала выдавать эпизод за эпизодом. Да, ампула точно была. Она треснула в ладони и впиталась. Впиталась…

Поднеся ладонь к глазам, я нахмурилась, а затем раздраженно поморщилась. Центр пострадавшей ладони выглядел самым диким и мистическим образом – больше всего он был похож на схему московского метро. Светящуюся голубым перламутром схему с кругами и лучами. Дерьмо… Мало мне подростковых шрамов по всему телу, так теперь и непонятное это.

А затем в памяти промелькнул второй эпизод.

Говорящая и хохочущая голова Димки. Так и не сожженная голова, выбравшаяся из внедорожника и угрожающая мне расправой и тем, что с минуты на минуту восстанут его низшие слуги и растерзают всю такую подлую и неблагодарную меня.

Бред…

В третьем эпизоде, всплывшем сразу за вторым, я вспомнила, что совершила акт дичайшего вандализма. Я вышла из машины, отрезала головы всем, кого он убил, и, разведя костер, не жалея бензина из запасной канистры, сожгла. И их, и орущую голову Димки.

Мой бог…

Как он орал…

Спрятав лицо в ладонях, я просидела так, наверное, не меньше часа, а эпизоды все обрастали подробностями. Теми подробностями, которые я буду помнить до конца жизни. Мерзко, как же мерзко…

Кем он был? Одержимым? Или все-таки вампиром? Кем стала я сама? Таким же монстром? Или еще хуже? Я помню, что он орал, будто во мне – его кровь, во мне – их последняя разработка, и теперь я – его персональная рабыня, которую он заставит отрабатывать стоимость бесценной уничтоженной ампулы.

Бесценной…

Какого черта возить в автомобильной аптечке бесценную ампулу?!

Отняв ладони от лица, я снова уставилась на светящиеся линии. Жутко и одновременно завораживающе. Что это? Как узнать? Как жить с этим?

Я не знаю…

Время неумолимо близилось к вечеру, когда я наконец пришла в себя настолько, чтобы снова начать действовать. Первым делом я поела и нашла свой телефон, мимолетно обрадовавшись, что в этой глуши не было сигнала и мне никто не звонил. Ого! Я была без сознания больше суток! Теперь понятно, почему я так хотела пить и есть, даже несмотря на то, что над стоянкой витал стойкий дух начавших разлагаться тел. Полтора дня на жаре – это вам не розы с сиренью в офисе нюхать.

Кстати, меня почти не мутило, что странно.

Доедая вторую буханку слегка зачерствевшего хлеба и запивая ее очередным литром воды, я подошла к телам, но не слишком близко, чтобы не потревожить мух. Да, закапывать будет долго и проблематично. Что ж, значит, сожгу. Я помню, чем меня запугивал Димка, и я не собираюсь оставлять за спиной возможных зомби. Может, я и не права, но в моем положении лучше десять раз перестраховаться. И так дел наворотила…

Дрова я собирала долго. Так долго, что уже начало темнеть, но в конце концов я справилась с этой непростой задачей и возвела самый настоящий погребальный костер, присоединив к четырем обезглавленным телам точно такое же Димкино, выволоченное из машины. Палатки, вещи и сумки ребят и даже свою испорченную одежду, чтобы не оставлять после себя совсем уж ничего, я положила туда же. Думаю, им сейчас абсолютно без разницы, а мне еще дальше жить.

Не поленилась и выжгла, а затем и чуть ли не на полметра перекопала контур, чтобы ненароком не подпалить лес, и лишь к тому времени, когда небо заполонили звезды, я, наконец умывшись и переодевшись в чистое, уселась на капоте Олежкиного джипа и теперь бездумно смотрела, как пламя, щедро сдобренное бензином, пожирает мертвые тела.

Спать не хотелось. Если уж на то пошло, то ничего толком не хотелось. Незаметно подкралась коварная апатия, даже некоторый ступор, из которого меня вывел странный гул.

Гул…

Моментально насторожившись, а затем и вовсе спрыгнув с капота, я пыталась понять, откуда он доносится и что может значить. В мозгу не возникало ни одной ассоциации, и спустя несколько секунд я признала, что этот звук мне абсолютно незнаком. А затем появилась вибрация. Вибрировало все – земля, костер, деревья, машина и даже я. Вибрация нарастала, как и гул, и совсем скоро они слились воедино, начав доставлять ощутимый дискомфорт.

Отступив как можно дальше к деревьям, пригнувшись к земле и зажав уши руками, я хотела зажмуриться, понимая, что пик уже близко, как гул перешел в визг, а затем костер взорвался огненным шаром, раскидывая угли и горящие ветки по округе, и в небо взмыла… точнее, попыталась взмыть визжащая Димкина душа.

Наверное, мои глаза были идеально круглой формы.

А затем стало еще страшнее. Димка орал, вырывался, огрызался, но никак не мог вырваться из крепких рук, принадлежавших остальным умершим. Настя, Света, Олег и Костя – это были именно они. Бесплотные полупрозрачные призраки, но тем не менее…

Я не знаю, сколько это продолжалось, но они держали и горели. Они горели и горел он, их убийца. И если он был в ярости, то они улыбались.

Это было страшно…

А к утру они сгорели, не оставив после себя даже пепла.

Наверное, я все-таки на некоторое время отключилась, потому что пришла в себя от противной щекотки муравья, заползшего под футболку, а когда встала, чтобы размять затекшее тело, то на месте погребального костра обнаружила лишь выжженный на три метра участок с потрескавшейся землей.

Мистика…

Постояв некоторое время в растерянности, поняла, что медлить и дальше нет смысла, необходимо действовать. Кстати, если верить телефону, который вот-вот разрядится, то сегодня уже вторник, и мне придется потрудиться, чтобы объяснить свое отсутствие на работе. А еще – придумать внятное алиби и сочинить, где меня носило все эти дни. Радовало одно – о том, что я еду с ребятами, не знал никто, они заехали за мной в самый последний момент по предложению Насти. Я всегда была легка на подъем и, поддавшись уговорам Настены, уверявшей, что все ребята порядочные и мне переживать не о чем, просто кинула в спортивную сумку несколько вещей и уже через пять минут знакомилась с остальными, ждущими нас внизу.

Эх, работа-работа… Жалко будет, если меня уволят из ресторана, но надеюсь на лучшее. Я, конечно, не ахти какой незаменимый специалист, всего лишь повар на горячих блюдах, да и зарплата совсем не космическая, но очень даже приличная. Она позволяла содержать себя, любимую, и без нее мне будет тяжеловато. Накоплений после покупки квартиры минимум, да и за коммуналку уже два месяца не плачено…

Черт, о чем я думаю? Тут надо радоваться, что вообще выжила, а я все о низменном!

Фыркнув и покачав головой, я последний раз проверила машину Димки на предмет лишнего, удостоверилась, что такового не наблюдается и даже все бардачки девственно пусты, отогнала ее подальше в кусты, которые нашлись метрах в двухстах от места нашей стоянки, чтобы ее не сразу обнаружили, забрала свою сумку и отправилась обратно, к машине Олега, на которой собиралась добраться до пригорода – соваться в город на чужой машине будет безумием.

Даст бог, мне и дальше будет так фантастически везти и я не нарвусь на бдительных гаишников хотя бы до пригорода…

Глава 2

Вот только стоило мне вернуться на разгромленную поляну, как стало ясно – везение закончилось. На месте выжженного круга располагалась вертикальная сизая воронка, из которой один за другим выходили высокие крепкие темноволосые смуглые мужчины, все как один одетые в непривычную глазу темно-серую униформу.

Меня заметили сразу, и сразу же в моем направлении рвануло трое. Сопротивляться? Бессмысленно. Я всегда реально оценивала противника и сейчас знала, что с шестерыми вышедшими из воронки мужчинами я не справлюсь даже чудом.

Убьют?

Волком глянув на ближайшего бугая, который был выше меня почти на голову (и это учитывая мои метр семьдесят), я заметила его искреннее удивление, а затем и сама удивленно нахмурилась, услышав вопрос, заданный на незнакомом языке.

– Ист ха?

– Не понимаю.

– Хоо ног?

– Я вас не понимаю.

Недовольно поморщившись и, кажется, сообразив, что пообщаться мы не можем, мужчина взял меня за плечо и, указав направление второй рукой, подтолкнул к воронке.

Варианты? Сопротивление, побег, крики о помощи? Увы… Вряд ли мне помогут муравьи и мухи, а других реальных кандидатов в спасители не было.

Что ж, Вика, ты всегда была удачливой живучей засранкой, может, и это не конец?

Послушно идя рядом с тем, кто меня вел и до сих пор держал за плечо, причем еще и стараясь сохранять дружелюбно-нейтральное выражение лица, хотя получалось у меня плохо, я лихорадочно анализировала происходящее. Выходило еще хуже, чем с дружелюбным выражением.

Это была не просто мистика, это была уже самая настоящая магия!

Нет, я, конечно, смотрела «Властелина Колец» и «Хоббита», да и насчет остальных фэнтезийно-вампирских разностей была более или менее в курсе, но одно дело – читать книги и смотреть фильмы, и совсем другое – когда тебя саму ведут непонятно куда и непонятно зачем. Хотя, наверное, собирались бы убить – убили бы на месте.

Наверное…

Покосившись на того, кто меня вел, я тяжело вздохнула. Такой убьет и не поморщится.

А затем мы шагнули в воронку, и я моментально поняла, что чувствует носок, когда стиральная машина поставлена на отжим. То же самое сейчас происходило со мной и с моими внутренностями – их скрутило, а затем раскрутило…

Что было потом, не знаю, потому что очнулась я на плече у бугая в сером. Бугай придерживал меня одной рукой, а во второй руке у него была моя спортивная сумка. Судя по тому, что он шел по широкому незнакомому коридору наравне со всеми, мой вес не являлся для него чем-то критичным.

М-да…

И вот идем мы, идем… Точнее, они идут, а я вишу на чьем-то плече и пытаюсь удержать в желудке еду, попутно осматриваясь по мере возможности. Видно мне плохо, но, похоже, и рассматривать-то нечего – очень длинный коридор метра три в ширину, периодические повороты и несколько лестниц. Потолки высокие, светильники на стенах – яркие, сами стены, как и пол, – каменные.

Ну и где мы? А самое главное – зачем?

– Пришли.

Сначала меня поставили на пол, причем довольно бережно, да еще и помогли обрести равновесие и концентрацию, придержав за плечо, вручили сумку и подтолкнули к предусмотрительно распахнутым передо мною дверям, и только после этого я поняла, что… поняла.

Я его поняла!

– А куда мы пришли?

Решив уточнить, причем как цель, так и то, понимаем ли мы друг друга, я услышала тихий, но опять же вежливый ответ:

– На допрос.

Куда-куда?!

Запнувшись, но удержав равновесие, я уже хотела разродиться серией вопросов, но бугай отрицательно мотнул головой и недовольно поджал губы, так что я предпочла не только промолчать, но и стать примерной и послушной.

И вообще! Я мимо проходила и ничего не знаю, вот!

Комната, куда мы вошли, причем абсолютно все, была довольно большой, просторной, но мрачной. Окон не было, цветов не наблюдалось. Яркие потолочные светильники давали довольно много света, но даже это не делало комнату уютнее. Серость, камень, трое в темных мантиях с капюшонами в креслах на возвышении и несколько лавок перед ними.

Ну да, классическое помещение суда.

Не поняла, так меня допрашивать будут или сразу судить? Поежившись от неприятных ассоциаций, я послушно села на среднюю лавку и тут же оказалась под прицелом трех пар неприятного желтого цвета глаз.

Нечеловеческих.

Вообще, сами судьи (или следователи?) внешне были какими-то совершенно обычными, и, если бы не эти их глаза, я никогда бы не заподозрила в них нелюдей. Однако стоило хоть на секунду задержать свой взгляд на непривычного цвета радужках, как внутри начинало все леденеть от страха. Потустороннего, мистического страха, которому не было объяснения.

– Имя? – тихо прошелестел мужчина справа, и я поняла, что это вопрос и адресован он мне.

– Виктория.

– Род?

– П… простите?

– Род, – с нажимом повторил судья, и по моей спине пробежала струйка пота, хотя в помещении было довольно прохладно.

– Я не знаю.

– Род.

– Э… – действительно не зная, как отвечать на подобные вопросы, я повернула голову к сопровождающим, рассевшимся справа и слева от меня на соседних лавках, и попыталась взглядом спросить, что я должна ответить на такое.

Меня не поняли, а может, просто сделали вид, что не поняли. Да они на меня почти и не смотрели, предпочитая изображать безмолвных истуканов.

Черт!

– Род!

– Я безродная, – понимая, что ответить придется, сказала я, что знала. – Выросла в приюте для сирот и не знаю своих родителей.

– Клан.

Черт возьми, он что хочет от меня услышать?!

– Айгидаро, возможно, будет проще применить метод прямого чтения с сознания, раз подозреваемая не понимает элементарного… – тихо заговорил мужчина, сидевший слева, и меня наградили многообещающим и очень не понравившимся мне взглядом.

– Да, – кивнул тот, что был постарше остальных и сидел в центре, и я непроизвольно сглотнула, а затем он посмотрел прямо на меня и тихо-тихо прошелестел: – Виктория, встаньте.

Силы и приказа в этих двух едва различимых словах было столько, что я подскочила как ужаленная, сама не понимая отчего.

– Виктория, смотрите мне в глаза.

И снова приказ от судьи, причем я физически не смогла ослушаться и, несмотря на нежелание, посмотрела четко в глаза мужчине. Смотрела… смотрела…

И потеряла сознание.

В себя я пришла рывком, причем в той же самой комнате, полулежа на той же самой лавке. Голова дико раскалывалась. Твари-и-и…

– Итак, Виктория Олейро, птенец клана Шинайо… встаньте, – жестко проговорил тот, что сидел справа, при этом глядя на меня.

Эм… Не понимаю, но выбора нет. С них станется опять сотворить какую-нибудь гадость.

Встала, стараясь не делать резких движений, и чуть прикрыла глаза, заслезившиеся от слишком яркого света ламп.

– Виктория Олейро, птенец клана Шинайо, – тихо повторил левый и тем же замогильным голосом продолжил: – Вы признаны невиновной в гибели Димитро Олейро. Все действия, совершенные вами, произведены в пределах допустимой самообороны.

Да ладно? И что? Теперь меня отпустят и вернут домой?

– Однако принимая во внимание явную кровную принадлежность клану Шинайо, мы вынесли следующее решение. Вам надлежит явиться к главе клана для дальнейшей адаптации.

Чего-чего?

Кому должна, всем прощаю!

– Икуро, сопроводи Викторию к ожидающему ее главе рода и передай ему заключение экспертной комиссии…

Пока я приходила в себя и пыталась понять, куда меня сейчас отведут и кому вручат, один из бугаев в форме принял из рук судьи странный розовый камушек размером с ноготь большого пальца, а затем меня снова взяли за плечо и повели прочь.

Произвол!

– Икуро… – обратив на себя внимание, когда мы снова вышли в коридор, я добилась косого взгляда и приподнятой брови. – А можно меня домой, а? Я честно-честно никому ничего не скажу!

– Решение экспертной комиссии не обсуждается. – На меня посмотрели так снисходительно, словно это знали все без исключения. А затем мой сопровождающий неожиданно добавил: – Ты можешь не знать, но теперь ты не человек. Та ампула, которую ты так неосторожно раздавила в руке, содержала концентрированную кровь и суть высшего, и теперь ты одна из нас. Теперь ты больше не Иванова, теперь ты Олейро, птенец клана Шинайо, и лишь глава клана Шинайо вправе решать твою дальнейшую судьбу, исходя из твоих способностей и с учетом пользы для клана, а никак не ты сама.

– Но кто?.. Откуда?.. – смешавшись от столь обильного потока странной и, чего уж греха таить, страшной информации, я даже сбилась с шага, но Икуро не позволил мне остановиться и продолжил тянуть, так что пришлось возобновить движение.

Кстати, остальные тоже шли за нами, но не вмешивались в наш разговор.

– Ты все рассказала на допросе сама. Это задокументировано на носителе. И запомни… – Тут на меня посмотрели так серьезно, что я снова сглотнула. – Хочешь выжить и когда-нибудь стать самостоятельной – не спорь с главой. Никогда. Пришли.

Информация была настолько дикой и невообразимой, что я снова оставила свои слова и мысли при себе, предпочтя последовать не совсем глупому совету. Я уже давно знала: хочешь выжить, не перечь сильному. Намного проще затаиться, сделать вид, что смирилась, послушалась, что согласна с политикой главаря, и лишь тогда, когда появится «тот самый» шанс, сделать по-своему.

Сейчас я вообще ничего не знала и не понимала, а следовательно, не имела права даже на малейшую ошибку. Лучшее, что я могла сделать, – послушаться тех, кто умнее и, по крайней мере, информированнее.

Спасибо за совет, Икуро.

А затем другой бугай открыл дверь, и мы вошли в новую комнату. Она была чуть меньше зала суда. Тот же камень, те же светильники на потолке, но помещение разительно отличалось по стилю. Больше всего комната напоминала зал ожидания – широкие комфортные кожаные диваны вдоль стен, между диванов – журнальный столик со стопкой газет. На одном из этих диванов сидел темноволосый хмурый мужчина лет тридцати пяти. Стоило нам появиться в дверях, как незнакомец стремительно встал и не менее стремительно подошел к нам. Моему сопровождению достался лишь один-единственный вопросительный взгляд, тогда как меня осмотрели столь внимательно, словно вскорости собирались выпотрошить наизнанку. Брр!

– Результаты? – Голос был не слишком приятным, но властным, это было понятно сразу.

Вообще мужчина выглядел очень импозантно и представительно. И был очень похож на Димку… Те же темные волосы, тот же разлет бровей, тонкий нос, изгиб губ… только старше лет на десять и уже испорченный властью.

Отец? Брат? Гадко. Надеюсь, он не будет мне мстить за родственника-маньяка?

– Все подробности здесь. – Икуро вручил незнакомцу розовый камушек и кивнул на меня. – Виктория признана невиновной, все ее действия были направлены лишь на защиту. Как вы сами видите, Димитро успел укусить Викторию, а уже она сама смогла запустить процесс инициации. Один убыл, один прибыл – все в пределах допустимого. Теперь это ваш птенец.

– Птенец? – Мужчина снова устремил взгляд своих практически черных глаз на меня и неприятно усмехнулся: – Что ж, птенец, добро пожаловать в род Олейро, клан Шинайо.

И все?

Позволив себе всего секунду на раздумье, я послушно кивнула и предпочла уставиться в пол, а он снова усмехнулся. Хоть бы представился, что ли…

Молчание затягивалось, мои сопровождающие тихо и без слов прощания вышли, и мы остались одни. Еще несколько минут мужчина думал о чем-то своем, иногда скользя по мне взглядом, а затем кивнул сам себе и, указав рукой на другие двери, располагавшиеся в дальнем углу, приказал:

– Идем.

Как скажете, дядя.

Поправив сумку на плече, я почему-то подумала о том, что, как и шесть лет назад, снова нахожусь на распутье, причем с минимальным багажом. Тогда, в восемнадцать, когда мне выделили положенную сироте комнату в коммуналке и предоставили самой себе, у меня тоже была одна-единственная сумка с личными вещами. Вот только тогда я четко знала, чего хочу и чем буду заниматься, потому что прекрасно понимала: кроме меня, мне самой никто не поможет и никто не спасет.

Наверняка сейчас все то же самое, вот только условия мне пока неизвестны. И этот молчит…

Шли мы, кстати, довольно быстро, причем по намного более симпатичному и приятному взгляду коридору. Создавалось ощущение, что «там» действительно была тюрьма, а «здесь» – просто административное здание.

Мало того, мы поднялись по лестнице этажа на два, и я наконец увидела первое окно. Второе окно, третье… И вот мы вышли на улицу.

И из моей груди вырвался стон разочарования и обреченности.

Да, мы были в ином мире, не на Земле.

Бирюзовое небо, белое маленькое солнце, две большие голубые луны в придачу и зеленоватые облака. Да-а-а… Добро пожаловать в иной мир, Вика, теперь попробуй здесь не сдохнуть.

– В чем дело? – Недовольно нахмурившись, мужчина слегка приподнял бровь, требуя объясниться. Именно требуя. Весь его вид, весь его тон, да и он сам требовал.

– Простите, не ожидала оказаться в ином мире, – снова потупившись и понимая, что от меня ждут лишь послушания и покорности, я вела себя именно так, как он и хотел. Я чувствовала, что он этого хотел. – В нашем мире нет иных рас, кроме людей, и нет возможности путешествовать в другие миры.

– Я знаю, – холодно усмехнувшись и оборвав мои невнятные объяснения, мужчина указал рукой направление. – Идем, я и так потратил слишком много времени, нас ждут в замке. Кстати, не советую бежать или думать о сопротивлении. Любой высший, которому ты попадешься на глаза, будет обязан вернуть тебя в клан. А за побег положено наказание, и вряд ли оно тебе понравится. Поняла?

– Да, – сразу кивнув, потому что поняла это еще со слов Икуро, я уточнила: – Простите, я не знаю, как к вам обращаться…

– Лорд Минайдо Олейро, коршун клана Шинайо, для тебя – милорд и хозяин.

Да ладно?

Постаравшись даже мысленно не выдать своей злой иронии по поводу подобного гипертрофированного эго, я снова кивнула, все так же послушно идя следом за «милордом». Он ко мне еще ни разу не прикоснулся, словно знал, что и без этого я не буду упрямиться.

А шли мы по широкой красивой улице, больше всего напоминающей улицу старой Европы. Никогда не была там лично, но картинки видела. Каменная мостовая, каменные дома не больше трех этажей, черепичные крыши, цветники на подоконниках, немногочисленные прохожие, одетые в симпатичные и яркие, но довольно строгие одежды: женщины – в длинных юбках, закрытых блузках и косынках, мужчины неизменно в брюках и рубахах с жилетами. Ни мини, ни футболок, ни джинсов, ни кроссовок.

Мой спутник одет был не в пример элегантнее и дороже горожан – почти черный, чуть отливающий серебром костюм, состоящий из узких брюк и приталенного пиджака. Рубашка тоже черная, и лишь шейный платок – нестерпимо серебряного цвета.

И я – в джинсовых шортах, синей футболке и кедах. Милота!

Хорошо хоть температура приемлемая, градусов двадцать, а то вышло бы совсем уж не по сезону, если бы тут была зима.

Кстати, на меня особо не смотрели, словно мой вид не был таким уж вызывающим и необычным зрелищем. Нас вообще предпочитали обходить по широкой дуге.

Хм…

И еще я заметила, что жители делятся на три условных вида (ну или расы): маленькие, едва ли мне по плечо, но при этом ширококостные и коренастые (гномы?), среднего роста, примерно как я, но все как один голубоглазые и русоволосые (люди?), и высокие и черноволосые, как милорд и те бугаи, которые привели меня сюда (пресловутые высшие?).

Черт возьми, когда же мне расскажут обо всем? У меня уже голова пухнет от переизбытка вопросов!

Тем временем мы дошли до конца улицы и остановились перед большим сараем, очень похожим на конюшню. Лорд Минайдо пальцем указал мне, куда встать, жестким тоном приказал ждать, а сам прошел внутрь, крикнул там кого-то из работников, и спустя всего минуту нам вывели…

– Э…

– Это вран. Животное, выведенное высшими специально для полетов.

Не скажу, что испугалась, но выглядело это «животное» не самым привычным образом. Больше всего оно было похоже на дракона. Оседланного дракона. Большого такого, размером с три лошади и с пятиметровыми крыльями, которые вран сейчас разминал. Лап, кстати, у него было всего две, как у птицы. Тело покрыто серо-зеленой чешуей, на голове – небольшой гребень, как у петуха, но черный.

А морда умная…

На секунду встретившись с враном взглядом, я не то чтобы увидела в нем мысль, но ощущение было таким, словно я переглянулась с человеком.

– Иди сюда, – не дав мне в полной мере прийти в себя и осмотреть незнакомое средство передвижения, уже устроившийся в переднем седле лорд махнул рукой, и стоило мне приблизиться, как он дернул меня вверх, и я практически влетела во второе седло, закрепленное четко за первым.

Кстати, едва не перелетела.

– Пристегивайся, если не хочешь выпасть, – раздался язвительный голос спереди, и я моментально последовала совету, довольно быстро разобравшись в имеющихся ремнях и расположив сумку перед собой.

Нет-нет, дядя, так просто вы от меня не избавитесь!

Затем вран немного отошел от конюшни, послушно следуя приказам лорда, обошел ее слева и, выйдя на специальную «взлетную полосу» (ну, я думаю, это была именно она), разбежался и взлетел.

У-у-ух!

Это вам не мультики и фильмы! Это, скажу я вам, в разы круче и страшнее!

Да еще и холодно.

Покомпактнее сжавшись за лордом, чтобы меня обдувало как можно меньше, я мысленно скрипнула зубами: судя по безразличию, Минайдо абсолютно не интересовал мой комфорт. Ничего-ничего… Я-то справлюсь, а вот вам это будет занесено в список с заголовком: «Отрицательные моменты моего пребывания в птенцах». И додумались же до названия! Птенец! Какой я им птенец? Сам-то вообще себя коршуном обозвал. Пф! Ни разу не похож. Понятно, что это, скорее всего, условные обозначения, а может, и вообще особенности перевода, потому что я точно знала: мы разговаривали не по-русски. Отчего? Почему? Наверняка это те бугаи что-то со мной сделали во время перехода, раз теперь я все понимала. Радует, не может не радовать, но я бы не отказалась и от брошюрки с названием: «Куда ты, Виктория, попала и как жить дальше».

Да уж, попала так попала.

Размышляя, я одновременно не забывала следить за дорогой. Летели мы не очень высоко, намного ниже облаков, но довольно быстро, километров сто – сто двадцать в час, примерно со скоростью автомобиля. Выбрались из города, пролетели над полями, над несколькими стадами, кажется, коров и взяли курс на горы, виднеющиеся вдали.

И вот летим мы, летим… долго летим. Ноги затекли от неудобной позы, замерзли, и я точно знала, что к концу путешествия буду выглядеть как скрюченная буковка «зю». Сволочь этот Минайдо, конечно… Если он знает о нашем мире, то не может не знать и того, что подобный экстрим для обывателя неприемлем.

К счастью, замерзнуть окончательно я не успела: мы прилетели. Заметила я это только тогда, когда вран начал закладывать вираж за виражом, постепенно снижаясь над посадочной площадкой кругами.

Последний взмах крыльями, толчок… и покой. О-о-о… если меня еще кто-нибудь снимет, то это будет идеально!

– Виктория!

Вздрогнув от недовольного окрика, я с тоской посмотрела на уже спешившегося лорда и попыталась заледеневшими пальцами расстегнуть первый из трех ремней, но все, что я смогла, – это сломать ноготь под корень. Черт!

– Суло, лежать! – новый приказ, но уже врану, а затем несколько невнятных, но точно матерных слов уже мне, пока лорд сам расстегивал все без исключения ремни.

Из седла меня вытащили за шкирку. Обидно, унизительно, но терпимо. И не такое бывало…

Послушно переставляя закоченевшие ноги, которые начало покалывать болезненными иголочками, я, вцепившись в сумку, понуро плелась за шедшим впереди лордом и думала лишь о том, чтобы не упасть прямо тут. Левая нога затекла сильнее, я ее практически не ощущала, так что приходилось тщательно контролировать, чтобы стопа становилась ровно и не подворачивалась.

– Виктория, быстрее!

Очередной недовольный приказ от лорда, уже стоящего в дверях посадочной башни, и неожиданный ироничный свист слева.

– Ого! Вот так птенчик!

Стиснув зубы и мысленно проклиная тупых и эгоистичных уродов, которые не потрудились поинтересоваться, в порядке ли я, как себя чувствую и могу ли передвигаться сама, а вместо этого стоят и недовольно сверкают черными провалами глаз, я прибавила шагу и уже через секунду поняла, что сделала это зря – затекшая нога только этого и ждала и тут же подвернулась.

Удивительно, но я не упала, меня подхватили.

Подхватили, поставили на ноги, при этом так нескромно прижав к себе, что не была бы я такой замерзшей и уставшей от перелета, врезала бы, не задумываясь.

– Элидайро, отпусти птенца, – раздраженно процедил лорд и, шагнув к нам, почему-то недовольно глянул на меня. – Виктория, я сказал идти, а не падать.

– Простите, милорд… – сказала я вслух, мысленно расчленяя его на много кровавых милордиков. – У меня затекла нога, и я немного замерзла.

– Немного? – хмыкнул мне в ухо тот, кто до сих пор крепко держал меня за талию. – Да она ледяная. Ты что, вез ее прямо так? Еще, наверное, и первый ее полет?

– Элидайро, тебя это не касается. Отпусти моего птенца, у нас дела.

– Дела… – Мужская рука скользнула чуть выше, случайно задела мои пальцы, и неожиданно меня шибануло током, да так, что выгнуло дугой и отбросило прямо к ногам лорда.

Кстати, того, кто меня держал, тоже отбросило, но в другую сторону. Это я поняла по тому мату, что раздался в пяти метрах позади меня.

Мотая головой, чтобы хоть как-то разогнать разноцветные круги перед глазами, я не торопилась вставать, даже несмотря на то, что камень площадки был холодным. Лучше так, чем снова упасть.

– Минайдо, какого шэта?!

– Мне тоже интересно… – шагнув еще ближе и присев передо мной на корточки, лорд был задумчив и хмур. – Виктория, объяснись!

– Я не знаю…

Кто бы мне объяснил! Горазды приказывать!

– Что у тебя с рукой? – кивнув на мои пальцы, судорожно сжимающие сумку, лорд обратил и мое внимание на них.

Да чтоб тебя!

Моя левая ладонь, которая была расчерчена голубыми линиями после того, как я раздавила в ней ампулу… Линий стало больше, и они расползлись дальше. Теперь даже тыльная сторона ладони была в голубых росчерках. Основные линии шли по сосудам, но были и те, что пересекали их под углом.

Я в кого превращаюсь?!

– Это… – сглотнув, потому что моментально накатили самые жуткие страхи, я с трудом договорила: – Это последствия начавшейся инициации. Я не знаю, что это. Я ничего не знаю. Мне никто и ничего не говорил!

Не выдержав и сорвавшись на крик, я сжала пальцы в кулак и сразу почувствовала пульсацию крови. Не просто крови – голубой перламутровой крови, захватывающей мое тело капля за каплей.

– Не кричи, – недовольно дернув плечом, лорд встал и грубо скомандовал: – Вставай, необходимо показать тебя главе. – И уже отправившись к дверям, через плечо язвительно бросил: – Если, конечно, не хочешь сдохнуть прямо здесь…

Мразь!

Могла бы – убила бы. Кстати, в сумке до сих пор лежит Димкин нож…

Глава 3

Сколько злобы и ненависти в ее взгляде.

Сколько энергии и света в ее душе! Настоящего света, высшего. Невероятно…

Прищурившись и растирая обожженные чистой энергией пальцы, Элидайро настороженно смотрел, как поднимается на ноги птенец и как, обхватив непривычную взгляду сумку, торопливо, но осторожно идет за Минайдо.

Птенец.

Откуда у них новый птенец?

Она точно из обращенных, это видно по ауре и по одежде. Да и по поведению, если уж на то пошло.

Кто им разрешил? Еще и женщину.

Но на ее ауре видна печать экспертного совета, значит, они только что от них… и, значит, ей разрешили жить и принадлежать клану. Странно, очень странно.

Направившись обратно к дверям, хотя всего десять минут назад планировал слетать в город, лорд Элидайро Ирайэн, ястреб клана Шинайо, понял, что не вправе упустить момент представления птенца клану.

Такой птенец был слишком необычен, следовательно, необходимо быть в курсе всех новостей и деталей. И пускай она принадлежит роду Олейро, но если она так сильна, как ему кажется, то стоит подумать над тем, чтобы переманить ее в свой род.

С женщинами такое провернуть намного проще, чем с мужчинами, – достаточно лишь правильно выдать их замуж.

Многозначительно улыбнувшись своим мыслям, ястреб взялся за ручку двери, но, прежде чем войти в замок, придал лицу бесстрастное и даже несколько скучающее выражение. Никто не должен догадаться о его замысле, никто. И без него наверняка желающие найдутся.

Спускаясь по лестнице и мысленно составляя список тех, кто может перейти ему дорогу и попытаться перехватить птенца раньше времени, Элидайро с недовольством констатировал, что кандидатов в соперники слишком много. Что в их собственном клане, что в соседних. Давно не было полуночного слета, слишком давно, и слишком многие мужчины не обзавелись парой, все оттягивая принятие решения до очередного контрольного срока, который наступит через несколько месяцев.

Раньше было проще, раньше экспертный совет разрешал инициировать птенцов чаще, но за последние пятьсот лет им существенно урезали лимиты, да и женщины из людей были все как одна слабыми и непривлекательными в плане энергетики, так что редко кто из нынешних лордов мог похвастать достойной парой из новообращенных.

Но эта… невзрачная и запуганная внешне, но такая горячая и сияющая внутри. Интересно, очень интересно!

Хорошо, что сам Минайдо, как и его наследник, уже обзавелись парой. Кстати, где Димитро? Этот выродок гарпии давно не появлялся в гнезде… Пусть и дальше не появляется.

А вот и нужный зал. Закрыто? С чего бы? Ему туда нельзя? Вы ничего не попутали, стражи?

– Приказ его светлости… – прошелестел страж извиняющимся тоном и склонил голову, чтобы не встречаться взглядом с одним из своих лордов.

Даже так? Ла-а-адно…

Недовольно сверкнув темно-синими глазами, Элидайро больше ничем не выдал своего раздражения, предпочтя уйти и не дразнить судьбу. Если глава клана приказал никого не впускать, то лучше заняться иными делами, а Минайдо сам оповестит их о том, что сочтет нужным, на вечернем собрании.

Жаль, конечно… Ну да ничего, он терпеливый, он подождет.

Шли мы не очень долго – спустились по лестнице, прошли через несколько залов и коридоров, причем снова кругом была уйма темно-серого камня, много искусственного света, но мало окон, растений и каких-нибудь украшений интерьера.

Перед очередными внушительными двустворчатыми дверями из черного дерева, которые охраняли два бугая в черной форме, меня заставили проторчать несколько минут, прежде чем лорд с кем-то внутри пообщался и только после разрешил войти и мне.

И вот…

Я так понимаю, глава клана, да?

Жутковатый мужчина, даже отсюда видно. Все как полагается – трон, толстая цепь на шее, ободок короны на голове, цепкий пристальный взгляд, высокомерное выражение хищного и властного лица. Ничего не меняется… что один мир, что другой, что один главарь, что другой… Видела я таких, и не раз.

Но вот что удивительно: я выживала, а они – нет.

Криво усмехнувшись воспоминаниям, я тотчас взяла себя в руки, когда глава практически неуловимо нахмурился, а у меня под кожей головы начало что-то неприятно ползать. Черт! Это он так делает?! Брр, как гадко!

– Виктория, ближе.

Голос был тихим, но пробирал до мурашек. А я еще и после перелета не согрелась, так что сейчас полностью покрылась гусиной кожей. Но, естественно, шагнула, причем не раз и даже не два, и остановилась лишь в паре метров от главы, когда он кивнул, что довольно.

А затем он начал меня рассматривать. Причем не внешность. Как бы странно это ни звучало, он рассматривал… душу. Снова по мне поползли почти ощутимые мурашки-змеи, беспардонно забирающиеся под кожу, мышцы и заползающие прямиком в мозг и солнечное сплетение.

Я держалась до последнего. Стискивала зубы, сжимала пальцы в кулаки, смотрела куда угодно, но только не на него, понимая, что он может убить меня в любую секунду, если ему покажется, что я недостойна.

Сколько это продолжалось? Минуту, пять, десять, вечность… не знаю.

А затем все закончилось. Махом. Резко. Да так, что я покачнулась и рухнула на колени, остановив падение руками, а у меня из носа закапала кровь.

Кап… Кап…

– Кто это сделал?

– Димитро.

– Что с ним?

– Мертв.

– Птенец нестандартен.

– Я знаю…

– Разберись.

– Да, но, может…

– Если об этом узнает Мать, то ты сам знаешь, что будет с тобой и всем твоим родом. Я предупреждал о запрете использования комбинированных генов. Твой сын не внял. Она опасна. Он мертв, и значит, теперь ты ответственен за его птенца. Разберись.

Сквозь все нарастающий гул в ушах до меня доносился их разговор. Странный… но в то же время очень понятный. Я не прошла тестирование. Не прошла. И они хотят… хотят…

Ну уж нет, дяди. Так просто я вам не дамся!

– Повинуюсь, – рядом со мной поклонился тот, кто решил, что я буду звать его хозяином, а затем для меня прозвучал хлесткий приказ: – Виктория! Встань!

Повернув голову, я слизнула кровь, залившую губы, и усмехнулась. Может, я и птенец, но не так беспомощна, как ты думаешь. Я сейчас, конечно, встану… обязательно встану…

Сгруппировавшись заранее и чувствуя, как чужая перламутровая кровь все сильнее пульсирует в ладони, я неторопливо поднялась и исподлобья глянула на лорда.

– Смотри мне в глаза!

Секунда, другая… в моей голове снова копошатся чужие гадкие пальцы, но и по виску лорда стекает пот. Ему непросто, ему очень непросто. Я знаю. Голубая кровь это знает.

Мы обе это знаем!

Прошла минута. Я видела, как он начал нервничать, как напряглась его фигура, как ему стало тяжело, как набухла и запульсировала вена на лбу, как полопались сосуды в глазах… а затем он выдохнул и упал.

Мертвым.

Я знала это. Чуяла.

– Минайдо… – выдохнул кто-то из-за моей спины, а затем завопил пронзительным женским голосом: – Минайдо-о-о! Дрянь! Ты убила его! Мразь! Убила!!!

Неопознанная и непонятно откуда появившаяся фурия снесла меня с ног и начала валять по полу, бить, царапать, рвать волосы… Если бы не крайнее физическое и моральное истощение, то я бы с удовольствием ответила ей тем же, но сейчас все, что я могла, – это закрывать руками лицо и живот, чтобы она мне ничего не отбила.

А затем мир вспыхнул, кто-то рядом истерично завыл, и меня поглотила тьма.

И когда это закончится?

И снова боль, и снова холодный каменный пол… Интересно, я себе еще ничего не отморозила? О чем я думаю? Ерунда…

Приоткрытый глаз с трудом сфокусировался на стоящем неподалеку мужчине, но сообразить, кто он такой и откуда кажется мне знакомым, мешала странная пелена, больше всего похожая на пленку воздушного пузыря, по которой периодически мелькали голубые молнии. Я лежала внутри этого самого пузыря, а несколько мужчин стояли метрах в трех от меня и о чем-то возбужденно переговаривались. Один же, который показался мне смутно знакомым, в разговоре не участвовал, а смотрел четко на меня.

И стоило ему заметить, что я открыла глаза, как он позвал:

– Виктория? Вы меня слышите?

– Да…

– Виктория, уберите купол.

Купол? Я?

Нахмурившись и пытаясь сосредоточиться, я лишь застонала от новой вспышки боли, пронзившей голову, и зажмурилась. И тут что-то тихонько тренькнуло внутри меня, а затем так же тренькнуло снаружи и наступила настороженная тишина.

Опасливо приоткрыв глаз, первым, кого я увидела, был склонившийся надо мной Икуро. Ах вот кто это…

– Виктория, что произошло?

Посмотрев на бугая как на слабоумного, я истерично фыркнула и тихо прошептала:

– Вас удивит, если я отвечу, что не знаю?

– Мм… – В его глазах промелькнуло нечто странное и трудноопределимое, а затем он тоже усмехнулся. – Вряд ли. Встать можете или помочь?

– Помочь. Только не за руки… – Ко мне вдруг пришло четкое понимание, что мои руки опасны.

Именно мои руки. Сначала их коснулся незнакомец на площадке, потом эта фурия… И оба раза были вспышки! Молния? Иная энергия? Не знаю. Но очень хочу узнать.

– Как скажете, – покосившись на мою руку, кстати, голубую уже до локтя, Икуро поднял меня за подмышки и попытался поставить, но я едва не упала, не удержавшись на подгибающихся ногах. – Я возьму вас на руки, хорошо?

– Да…

Всяко лучше, чем снова падать на пол.

А затем мы и хмурый глава клана отправились сквозь сизую воронку портала в здание иномирного суда.

Сплошное дежавю.

На этот раз сознание я не потеряла, но было точно так же противно внутри. Неуместно радовало, что я ела уже давно и меня точно не стошнит. Сам переход длился от силы секунду – шаг внутрь и шаг изнутри. И вот мы идем… точнее, меня несут к их желтоглазым экспертам. Эх, жизнь моя жестянка… И за что мне это все? За какие грехи? Вроде не больше, чем у всех…

До зала суда мы добрались за короткие три минуты, причем пресловутые судьи-следователи сидели все в том же составе и не высказали никакого удивления, когда мы вошли в комнату. Только вот взгляд центрального желтоглазого первым делом остановился не на мне, а на главе клана, который сел на центральную лавку рядом со мной, после того как Икуро меня на нее посадил.

Дальше началась процедура опознания. Так я узнала, что главу звали Хамидайо Ши из клана Шинайо. Когда его спросили, по какому поводу мы сюда пришли, то он ответил быстро и просто: двойное убийство.

М-да… То есть, я так понимаю, убийца снова я, да?

Дожили. За неполную неделю убила троих монстров. А что дальше? Растете, Виктория Батьковна, растете!

И что удивительно, допросив главу и так и эдак, причем под конец применив уже знакомое мне прямое чтение с сознания, экспертная комиссия постановила, что это снова была самооборона.

Вот так дела…

Глупо открыв рот, я слушала заключение, которое нам озвучивал центральный желтоглазый:

– Виктория признана невиновной в смерти Минайдо Олейро, коршуна клана Шинайо, а также Сайриллы Олейро, супруги коршуна.

Господи! Они еще и супругами были?!

– Все действия совершены в рамках допустимого и являются самозащитой. Однако принимая во внимание, что лорд рода Олейро мертв и своими силами клан Шинайо не в силах справиться со становлением новорожденного птенца, Виктория изымается у клана и переходит в ведение особого ведомства ее величества. Заседание завершено.

Сто-о-оп! Куда меня изымают, не поняла?!

Естественно, никто не потрудился уточнить, никому не были интересны мои выпученные глаза и невнятное мычание. Лорд клана вылетел из зала заседаний как ужаленный, судьи начали общаться между собой, а меня взял на руки Икуро и понес в неизвестном направлении.

– Куда? – понуро буркнув, я не слишком надеялась на ответ, но, как ни странно, его услышала.

– Теперь вы – собственность ее величества, и вас надлежит передать в ведение ее ведомства, которое занимается такими, как вы.

– Какими? Ущербными?

– Перспективными. – Мужчина скосил глаза вниз и неожиданно подбадривающе подмигнул. – Не унывайте, Виктория, Мать никогда не убивает своих детей. Если вам повезло попасть под ее покровительство, то вы точно встанете на крыло. Поверьте, не каждому птенцу это удается.

Почти рада. Да, почти. Только кто бы объяснил, что это вообще значит!

На этот раз мы шли намного дольше. Очень сильно намного. Сначала по коридорам, затем по лестницам, после снова вышли на улицу. Как бы ни было мне плохо, но я запрещала себе отключаться, потому что не планировала пропустить все самое важное, а именно – передачу моего невезучего в последние дни тела подчиненным ее величества.

И вот оно случилось…

Мы дошли до шикарного особняка, причем весь этот путь, а он занял минут двадцать, Икуро лично нес меня на руках, моя сумка была у еще одного бугая в сером, а остальные следовали позади.

Итак, шикарный особняк. Да, иначе не скажешь. Три этажа роскоши и богатства, гектары газонов, этот самый особняк окружающих, и вышколенная прислуга, пустившая нас в холл первого этажа по первому слову Икуро.

Пара секунд – и к нам спустился мужчина, судя по породистому, но удивленному лицу, более или менее причастный к тем, кому я предназначаюсь.

– Майор? Удивлен…

– Добрый день, лорд Юмирай, – учтиво кивнул Икуро (аж целый майор!), а один из нашего сопровождения передал лорду очередной розовый камушек с информацией по последнему заседанию. – Познакомьтесь, это Виктория. Викторию инициировали немного нестандартным способом, и теперь в ее теле проходят немного нестандартные процессы. Инициировавший ее лорд Димитро Олейро, сокол клана Шинайо, мертв, намеревавшийся ее переподчинить лорд Минайдо Олейро, коршун клана Шинайо, мертв, леди Сайрилла Олейро, супруга лорда Минайдо, попытавшаяся напасть на девушку, мертва. Все смерти запротоколированы как случаи самозащиты со стороны Виктории. Экспертная комиссия постановила, что Виктория имеет несомненную ценность как крайне перспективный птенец и посему надлежит передать ее в ваше ведомство.

– Хм… – Откровенно озадаченный прозвучавшими словами лорд некоторое время бездумно крутил между пальцами полученный камушек, а потом мне достался пристальный взгляд темно-зеленых глаз. – Виктория?

Мне кивнуть?

Уголки губ дрогнули, попытавшись приветственно улыбнуться, но, судя по скептическому взгляду, у меня мало что получилось. А затем взгляд лорда переместился на мою «нестандартную» руку.

– Что это?

– Это, я так понимаю, незавершенный процесс инициации, – терпеливо пояснил майор Икуро и уже более недовольно поинтересовался: – Лорд Юмирай, я, конечно, рад вас видеть, но у нас еще дела. Не могли бы вы указать мне, в какой комнате разместить Викторию?

Неожиданно сконфузившись, лорд кашлянул в кулак и, махнув рукой, отправился по лестнице на второй этаж, где, руководствуясь непонятными мне умозаключениями, выбрал одну из многочисленных дверей. Он вошел первым, видимо, нашел комнату подходящей и лишь после этого разрешил войти майору.

Там меня донесли до очень даже приличной кровати, куда уложили, рядом на пол поставили сумку и, окинув комнату внимательным взглядом, кивком попрощались.

– Икуро… – тихо окликнув мужчину в дверях и добившись того, что он обернулся и с удивлением на меня посмотрел, я искренне поблагодарила: – Спасибо.

Я не лукавила. Он действительно вел себя в высшей степени корректно, даже можно сказать, что по-доброму. Если сравнивать с тем же лордом Минайдо, вообще небо и земля. Эх, если бы все мужчины были такими…

Едва заметно улыбнувшись в ответ, майор коротко кивнул и вышел, плотно закрыв за собой дверь.

И остались мы в комнате вдвоем – отвратительно чувствующая себя я и пока еще незнакомый лорд Юмирай из непонятно какого рода и непонятно какого клана, да еще и с непонятно какими намерениями.

А давайте мы с вами побеседуем на днях, а? Допустим, завтра или послезавтра… А лучше вообще через недельку!

– Итак, Виктория… – Не вняв моим мысленным посылам, темноволосый и зеленоглазый лорд, одетый в брюки и светло-зеленую рубашку с длинным рукавом, сначала устроился в единственном кресле, которое стояло у противоположной стены, и уже оттуда продолжил: – Расскажите о себе.

– А можно не сейчас? – старательно вкладывая во взгляд и голос побольше боли, я вымученно улыбнулась. – День был не самым приятным, и я не очень хорошо себя чувствую…

– А выглядите неплохо. – Не поведясь на жалобность моего голоса, мужчина иронично приподнял бровь. – Убить троих высших и при этом выжить? Это, я вам скажу, почти уникально.

– Я не специально, вы же сами слышали.

– Слышал. И хочу услышать еще раз, но уже от вас. – Припечатав меня недовольным взглядом, лорд некоторое время помолчал, но затем, видимо, все-таки проникся, а может, просто не был законченной сволочью, и в конце концов шумно выдохнул: – Ладно, Виктория, отдыхайте. Ванная комната – за дверью у окна, через полчаса слуги принесут вам еду и подходящую одежду. За пределы комнаты выходить не рекомендую. Надеюсь на ваше благоразумие. Я приду к вам завтра.

– Спасибо…

– Не за что, это моя работа.

Несколько подпортив впечатление о себе последними словами, лорд вышел, со щелчком закрыв за собой дверь, и я наконец смогла вздохнуть полной грудью. Ура! Я одна! Свершилось!!!

Перевернувшись на спину и с блаженством раскинув руки в стороны, я глубоко вдохнула. И выдохнула. Снова и снова. Я отпускала боль, горечь и безысходность. Я сильная. Я выживу. Я всегда выживаю.

Я скользила бездумным взглядом по высокому белоснежному потолку и даже не пыталась думать. Не хочу. Потом. Позже. Завтра, послезавтра, на днях… Тело устало, мозг устал, все устало.

Как же я устала…

Глава 4

Зайдя к новообретенному птенцу ближе к вечеру, лорд Юмирай Васийно, ястреб клана Карухо, недовольно качнул головой. Она так и не поела. И не помылась. Даже одеялом не накрылась.

Перспективная? О да. Именно им, ястребам, дано видеть сияние души. Именно они, ястребы, могут с большей, чем остальные, вероятностью предсказать, кем станет птенец и станет ли вообще хоть кем-то.

Этот птенец обязательно станет. Вот только кем…

Взгляд остановился на фосфоресцирующей в сумерках руке, и мужчина недовольно нахмурился. Запрещенные эксперименты с примесью драконьей крови. Раньше они были нередки, но когда уже оперившиеся птенцы начинали массово гибнуть, причем без видимой причины, то их запретили. Погибнет ли она? Все возможно. Но возможно и то, что она станет одной из тех, кто не только выжил, но и превзошел самые смелые ожидания своих творцов.

Что ж, ее величество уже дала определенные распоряжения, и теперь он просто обязан сделать все, чтобы Виктория стала не просто птенцом, а птицей. И чтобы не только не погибла, но и заняла достойное место рядом с Матерью.

Ибо таково было ее распоряжение.

Мм… и все-таки счастье есть! Мягкая кровать, спокойный и долгий сон, никого постороннего рядом… Это ли не счастье? Еще бы помыться и поесть… да, тогда счастье будет полным.

Не торопясь открывать глаза, потому что и так знала, где нахожусь, и прекрасно помнила, что было вчера, я еще некоторое время проворочалась в постели, а затем вдруг резко замерла.

Черт!

Рука метнулась вдоль тела, подтверждая, что мне не показалось и я действительно лежу в одних трусиках. Ах ты ж… Кто?!

И сразу же пришел ответ – лорд. Он, точно он. Больше некому. Слуги не трогают птенцов, потому что… Потому что…

Почему?

Резко сев, я нахмурилась. Мне кажется или в моей памяти появилось что-то лишнее? Что-то такое, чего раньше в ней не было?

– Виктория? Проснулись? – Дверь открылась без стука и предупреждения, и в комнату вошел тот, о ком я думала несколько секунд назад. – Что?

– Ничего… – отведя от лица лорда крайне недовольный взгляд, я хотела промолчать, но все-таки не удержалась: – Это вы меня раздели?

– Да, я.

Ни тени раскаяния, ничего. Так, словно это норма.

Снова посмотрев на лорда, но уже немного иначе, поняла, что как женщина я его не интересую. Ну вот абсолютно. Превосходно. Тогда зачем пришел?

– Не нервничайте, я зашел всего на минуту. Как вы себя чувствуете?

– Хорошо.

– Достаточно хорошо для разговора?

– Да.

– Прекрасно. – Так и стоя в дверях, лорд кивнул в сторону кресла, и мне тоже пришлось туда посмотреть. – Вчера вам принесли одежду. Знаю, она непривычна, но прошу надеть именно ее. На комоде найдете женские мелочи. Приводите себя в порядок, одевайтесь, я буду ждать вас внизу, скажем, через час. Служанка ждет за дверью, она проводит.

– Да… – Задумчиво проследив, как он, не дожидаясь моего ответа, закрыл дверь и, судя по едва слышным шагам, ушел, я снова перевела взгляд на кресло. Неужели все настолько необычно?

Любопытство заставило встать и проверить. Ой, да ладно. Подумаешь, всего лишь длинная темно-коричневая плиссированная юбка и закрытая белая блузка на пуговках. И не такое у нас носят. Я, конечно, не любитель подобного стиля, но чего не сделаешь ради хорошего отношения…

Похмыкав, пока рассматривала абсолютно новое белоснежное нижнее белье, причем весьма приличного фасона, а также белые тоненькие носочки и белые туфельки, поняла, что в этом буду выглядеть как самая что ни на есть порядочная леди. М-да…

Леди я не была, в этом они промахнулись. Но раз уж так просят…

Захватив светло-зеленый длинный халат и два белоснежных полотенца, которыми меня тоже одарили, я без сомнений отправилась в ванную комнату, чтобы смыть с себя всю ту грязь, которую собрала, валяясь на полу в замке клана Шинайо. Только вот я не совсем поняла: я теперь не Олейро? Ну, раз меня у них изъяли? А кто? Просто Виктория? Без родины, без флага? Надеюсь, лорд Юмирай будет настолько любезен, что расскажет мне все подробности, даже те, о которых я пока не задумывалась.

А в ванной я застопорилась. Точнее, перед зеркалом, когда случайно в него посмотрелась.

В общем и целом я не изменилась – темно-русые волосы чуть ниже лопаток, сейчас довольно спутанные и грязные, среднестатистическое более или менее симпатичное лицо с пухлыми, сейчас поджатыми губами, на которых до сих пор кое-где была запекшаяся кровь, натекшая из носа, но вот глаза… Глаза из просто карих стали почти оранжевыми. Нет, янтарными! Жутковато. И радужка теперь намного больше, чем была, а белок почти не видно.

Ну и в кого я превращаюсь?

Сразу глянула на левую руку и скривилась еще больше – перламутр захватил меня уже выше локтя и, судя по бодрой пульсации, на этом останавливаться не собирался. Черт, лишь бы разум остался! И руку спрячу, и глаза спрячу, и, фиг с ним, новую работу найду – хорошие повара везде нужны! Лишь бы разум не потерять. Не хочу стать такой, как Димка! Не желаю!

Несколько минут с неуместной злобой вспоминая мразь, не достойную зваться человеком, я наконец смогла оторваться от зеркала и перейти непосредственно к водным процедурам. Здесь все выглядело достаточно обычно, но все же отличалось от того, к чему я привыкла. Я бы сравнила этот стиль с ретро – светло-песочный мрамор на полу и на стенах, пара пушистых ковриков в стратегически важных местах, медные трубы, вычурные крантики, кованые ножки-лапки у самой ванной. Не эмалированной, а медной. Раковина была тоже медной, а вот унитаз, кажется, фарфоровым. А может, и фаянсовым… Забавно, конечно, но для меня сейчас важнее сам факт наличия всех этих благ цивилизации. Интересно, как у них тут с техникой? Наверное, если есть магия, то она не так развита… Может… Ай, черт, чего я гадаю? Проще пойти и спросить, чем ломать голову.

Кстати, голову не мешало бы вымыть.

К сожалению, те несколько баночек и бутыльков, которые стояли на полочке возле ванны, подписаны не были, и мне пришлось положиться на авось и определять по консистенции и запаху, что есть что. В принципе это оказалось несложно – в одной точно находился скраб или соль, во второй – очень густое мыло, в третьей – крем, а вот в четвертой то, что очень напоминало шампунь. Ну или гель для душа.

Я не из привередливых, я могу и мылом помыться, но раз уж есть варианты, то почему бы не воспользоваться. Кстати, вкусно пахнет…

Вымывшись три раза, что аж скрипела, я насухо вытерлась одним полотенцем, надела халат и, обернув волосы вторым полотенцем, снова вышла в спальню, чтобы проинспектировать комод и обещанные «женские мелочи». А лорд не солгал. Деревянная расческа, несколько лент, шпилек, невидимок, какой-то крем в небольшой баночке без надписи… Нет, с кремами экспериментировать не буду.

Первым делом я как можно тщательнее выжала волосы и, на удивление, без труда их расчесала, попутно осматривая и саму спальню. Комната была большой, квадратов двадцать, мебель – простой и незатейливой, но, похоже, из натурального лакированного дерева, добротной и качественной. Односпальная кровать, комод с зеркалом, кресло напротив кровати да шкаф для одежды, на текущий момент пустой. Большое окно с широким подоконником было занавешено светло-зеленым тюлем, более темного оттенка шторы были раздвинуты и не мешали солнечным лучам попадать в комнату, игриво скользить по медовому ковру и заявлять о том, что день будет ясным.

Расчесавшись, заплетаться сразу не стала, позволив распущенным волосам досохнуть, и принялась за одежду. Белье, блузка, юбка, носочки… туфли. Мой размер. Хм…

Неожиданно вспомнив о сумке, нашла ее взглядом у кровати и, решив проверить, насколько они порядочны и доверчивы, отправилась инспектировать ее содержимое. Странно… Точно чую, что в ней лазили, но четко вижу, что ничего не взяли. Даже нож. Вряд ли бы их заинтересовали мои документы, кошелек, купальник, футболка да спортивный костюм, но вот то, что на месте лежал охотничий нож, которым я… Брр, даже вспоминать не хочу.

Что ж, единственный вывод, какой можно сделать, так это то, что они знают, и я знаю, что они знают.

Продолжим?

Продолжим.

Вернувшись к комоду, я снова расчесалась и, немного подумав, забрала чуть влажные волосы в «ракушку». Ну вот, теперь совсем как какая-нибудь сельская учительница начальных классов. Приличная и порядочная до жути. Если бы еще не глаза…

Но, наверное, они и о них что-то знают. А ведь они сами – с обычными глазами. Может, у меня это временно?

Последний раз оценив свое отражение, кивнула самой себе и отправилась к двери. Не знаю, прошел ли час, но здесь я свои дела закончила, пора бы и иными заняться.

А за дверью меня и правда ждала служанка, одетая в строгую униформу: темно-синее платье с рукавом три четверти и юбкой ниже колена, белый передник да белая косынка на голове.

– Доброе утро, госпожа. – Сложив руки перед собой, русоволосая и голубоглазая молодая девушка поклонилась мне на японский манер.

Госпожа? Заба-а-авно…

– Здравствуйте.

– Меня зовут Янита, я провожу вас к лорду Юмираю.

– Да, будь любезна.

Слегка недоумевая, почему я вдруг стала госпожой, хотя еще вчера не было на это ни намека, я следовала за неторопливо шагающей вниз служанкой, успевая не только недоумевать, но и осматривать интерьер.

Кстати, шикарный. Этакое нескромное барокко – вычурность, кричащая роскошь, позолоченная отделка где можно и где нельзя, куча завитушек, многочисленные настенные светильники с претензией на шедевр, и прочая, и прочая.

Если честно, то глаза устали уже к первому этажу, и я предпочла переключить внимание с обстановки на спину Яниты. Интересно, она человек?

О, а вот и сам незабвенный лорд Юмирай.

Мельком осмотрев светлую комнату с большими окнами и отметив, что это вроде как столовая, а сам лорд сидит за накрытым столом, я только сейчас поняла, что дико голодна. Сколько я не ела толком? Сутки? Последней едой был хлеб, причем еще до того, как Икуро со товарищи изъяли меня с Земли.

– Виктория… – Встав из-за стола, когда мы вошли, Юмирай взмахом руки отослал Яниту прочь и жестом предложил мне присесть, причем лично отодвинув мне стул.

Черт! Я в этом светском этикете смыслю на уровне трех баллов из десяти! Если он решит продолжить в том же духе, то, боюсь, его совсем скоро постигнет разочарование.

Уж не знаю, что отразилось на моем лице, но лорд, сев напротив, удивленно и при этом довольно дружелюбно приподнял брови:

– Виктория, что-то не так?

– Простите, чувствую себя неловко, – решив не уклоняться от ответа, а сказать, как есть, я кивнула на идеально сервированный стол. – К сожалению, моих познаний недостаточно, чтобы соответствовать подобному уровню.

– Ничего страшного, поверьте. Об этом мы с вами тоже поговорим. Знаете, за все время моего нахождения на этой должности я повидал достаточно птенцов с различным уровнем как воспитания и образования, так и интеллекта в целом. И, поверьте, вы не самый худший экземпляр.

– Спасибо…

Непонятно, то ли похвалил, то ли оскорбил. Лорд же. Наверное, он и убивать умеет вежливо. Не то что я…

Так, не о том думаю.

– Пожалуйста. И впредь, если у вас возникнут проблемы, причем абсолютно любого характера, не стесняйтесь озвучивать их мне. Теперь именно я – ваш куратор и учитель. Именно я буду контролировать процесс вашего становления и преобразования в полноценного птенца, а затем и в птицу. – Остановив меня жестом, когда я уже почти открыла рот, чтобы закидать его вопросами, лорд кивнул на стол. – Сначала завтрак, Виктория, после завтрака я полностью в вашем распоряжении. Как, впрочем, и вы в моем.

Тьфу ты! Что ни фраза, то с подтекстом!

Постаравшись вежливо кивнуть, через секунду я уже забыла о том, что слегка раздосадована его манерой речи. Передо мной была еда! Много еды! Много вкусной, ароматной, горячей еды!

Счастье есть.

Стараясь не выглядеть совсем уж беженкой с голодного края, я старательно пережевывала каждый откушенный кусочек яичницы с беконом и смаковала каждый глоток горячего чая. Все так, как я люблю, – крепкий, обжигающий и сладкий. Без посторонних примесей, без молока и сливок. Я далеко не гурман, но благодаря своей профессии, которую выбрала, наверное, только из-за возможности быть поближе к еде, я довольно неплохо разбиралась как в продуктах, так и в их приготовлении. Кстати, мои комплименты местному повару – все изумительно.

Первый голод был утолен, и я бы, конечно, не отказалась утолить его еще раза два, а может, и три, но, думаю, так сразу это делать не только неприлично, но и опасно для себя самой – мало ли как воспримет иномирную еду мой все еще мутирующий организм.

И неплохо бы уже поговорить – вопросов столько, что я начала забывать первые.

– Виктория? Вы наелись? – Наверняка на моем лице наблюдалось мучительное размышление о соответствии желаний и возможностей, потому что лорд с усмешкой кивнул в сторону вафель. – Ешьте, не стесняйтесь. Во время перестройки организм потребляет довольно много энергии, и вам необходимо ее восполнять. Не переживайте, печальных последствий от переедания не будет.

– Как долго?

– Все строго индивидуально, но в среднем – от суток до недели. Но мой вам совет: хотите есть – ешьте.

– Спасибо. – Слегка смутившись, я налила себе еще чаю и, подвинув вазочку с вафлями (бекона поблизости не наблюдалось, увы), приступила к уничтожению до ужаса калорийной пищи.

– Что ж, пока вы заняты и не можете отвечать на мои вопросы, может, мне стоит немного обрисовать ваше дальнейшее будущее в общих чертах?

Какой глупый и, по сути, риторический вопрос! К сожалению, во рту была вафля, так что я не самым величественным образом угукнула.

– Хорошо, слушайте: для начала вам нужно знать, что вы больше не человек. Множество факторов – ваш генотип, ваш сильный дух, укус и воздействие слюны Димитро, а также вещество, находящееся в ампуле, – все это запустило процесс мутации, который на текущий момент пока не завершен. Кризис миновал, и вы точно не погибнете во время преобразования в полноценную высшую вампиршу, хотя не буду утаивать – подобное дано не каждому. Из людей, особенно женщин, процент удачного перерождения крайне низок.

– Сколько? – с трудом дожевав вафлю, сдавленно поинтересовалась я. Черт побери, кто такие вещи говорит во время еды?!

– Два-три процента.

– А после завершения преобразования?

– Что?

– Есть ли вероятность гибели после завершения процесса? – Внимательно наблюдая за Юмираем, я успела заметить секундную заминку, после которой он отрицательно мотнул головой.

Ложь… Не хочет расстраивать? Его право. Но лжет он зря.

– Хорошо, то есть мне фантастически повезло?

– Скорее да, чем нет. Но, думаю, Димитро знал, кого кусал.

А вот это вряд ли… Он даже не знал, что я с ними поеду.

– Что было в ампуле?

– К сожалению, у меня нет точных данных по составу вещества, да и вряд ли будут. Такие разработки незаконны и официально запрещены уже довольно давно, но, как вы сами видели, не все, что запрещено, не используется. В клане Шинайо уже проводится полномасштабная проверка, но глава утверждает, что не был в курсе планов и возможностей Димитро и не несет ответственности за вольного сокола.

– За кого?

– Димитро Олейро, сокол клана Шинайо.

– Сокол… но ведь вы – вампиры? При чем тут соколы? Коршуны? Как это взаимосвязано? Кстати, а как вас зовут?

– Лорд Юмирай Васийно, ястреб клана Карухо. – Лорд с мимолетной улыбкой склонил голову, а затем продолжил: – Любой птенец, выросший в полноценную птицу, получает покровителя. Тотем, который остается с ним до самой смерти. Именно способности и уровень птенца влияют на то, будет ли у него покровитель и кто именно. Возьмем сокола. Главное его достоинство – скорость и изобретательность. Те птенцы, кто получает сокола в тотемы, отличаются гибким умом, быстротой реакции и склонностью к авантюрам. Из них выходят великолепные исследователи и ученые.

Как странно… вампиры с птичьими тотемами. Определенно не классически. Кстати, а может, они не вампиры, а это просто особенности перевода? Солнца они не боятся, питаются обычной едой, по ночам спят, летают на вранах, не оборачи…

– А вы умеете оборачиваться?

– Что, простите?

– Вы умеете в кого-нибудь превращаться?

– Нет.

– А кто-нибудь из вампиров?

– Только маги.

– То есть вы не маг?

– Смотря что вы подразумеваете под этим словом. Но, боюсь, у нас с вами немного разные представления об этом. Давайте не будем отвлекаться от основной темы, мы обязательно дойдем и до этого пункта.

– Да, простите.

– Итак, птенцы. Мм… – собравшись с мыслями и, видимо, вспоминая момент, на котором мы слегка отошли в сторону, лорд прикрыл глаза, а затем кивнул и продолжил: – Превращение из человека в полноценного птенца (а пока вы таковым не являетесь) может длиться от суток до недели, но, судя по вашей руке, думаю, вам понадобится даже несколько больше времени. Данный феномен, к сожалению, нами не изучен, и что значат эти энергетические линии, которые распространяются от места проникновения вещества по всему телу, я вам не могу сейчас ответить. Но, надеюсь, в ближайшие дни мы с вами немного поэкспериментируем и поймем, чего ждать.

– Да, наверное, так будет лучше всего… – отпив чаю, чтобы хоть немного привести мысли в порядок, я уточнила: – А как понять, что процесс перерождения завершен?

– Очень просто. Полноценный птенец обладает рядом признаков и качеств. Для начала – при желании, умеет прятать истинный цвет глаз. Видели свои глаза в зеркале?

– Да, цвет изменился.

– Верно, сейчас они янтарные, и это вполне естественно для вампира, хотя может показаться вам необычным. – Мужчина на секунду прикрыл глаза, а когда открыл, то на меня смотрели светло-зеленые, почти желтые, но совсем нечеловеческие.

Я бы сказала, что именно птичьи. Как он там себя назвал? Ястреб? Не знаю, вблизи никогда ястреба не видела…

– То есть это ваш естественный цвет?

– Верно.

– Но зачем вы его скрываете?

– А зачем лишний раз пугать и настораживать окружающих? Поверьте, и без этого довольно причин, по которым нас опасаются остальные расы нашего мира.

Расы? То есть я права и в их мире проживает несколько рас?

Задумчиво хмурясь и вдумчиво жуя очередную вафлю, я настороженно наблюдала, как он снова прикрывает свои птичьи глаза, а открыв, смотрит на меня уже обычным, человеческим взглядом.

– Итак, первое – глаза. Второе – истинное сияние ауры и умение ее прятать. Видят ее совсем немногие, в основном маги и мы, ястребы, но скрывать ее необходимо.

– Почему?

– Потому что сильные, но глупые птенцы очень часто становятся не птицами, а кормом. Кстати, вы в плане сияния сильная.

Но глупая, да? Вы недоговариваете, лорд.

Иронично хмыкнув, я снова отпила чая. Интересно-интересно… а как ему выгоднее – сделать из меня птицу или все-таки корм?

– Что значит «корм»?

– Высшие вампиры питаются не только человеческой едой. – Ответ не слишком приятный, но вполне в духе вампира.

То есть Димка был не маньяком, да? Он просто решил «покушать»?

– Поясните.

Неправильное. Слишком жесткое поведение. Где страх? Где растерянность? Где сожаление и отрицание своей сути? Она ведь человеческая девушка. С Земли. Неужели их данные устарели?

Странно…

– Вампиры могут есть обычную еду, а могут питаться кровью и энергетической составляющей существа. Это не обязательно и, скорее, считается деликатесом, чем нормой, но присутствует и такое. Ну и, проводя аналогии, можно сделать вполне определенные выводы: сильное существо – вкусное существо. А птенцы – это уже уровень выше обычного человека, так что делайте выводы сами.

– Сколько за раз может съесть или выпить вампир? Будет ли это смертельно для птенца?

Когда я задала совсем не праздный вопрос, лорд почему-то посмотрел на меня, как на маньячку.

– Что?

– Виктория, вы кем были на Земле?

– Поваром. А что?

– Поваром? – Тут его брови почему-то потерялись в волосах, и он недоверчиво переспросил: – Просто поваром?

– Да. Поваром в ресторане. Горячие блюда. А чему вы удивляетесь?

– Честно? Вашему неестественному спокойствию. Не каждый мужчина задавал мне подобные вопросы, что уж говорить о девушках. – Тут лорд, видимо, решил меня просветить, как я на самом деле должна была себя вести: – Намного чаще мне приходилось утешать, отпаивать успокоительными и уговаривать, что жизнь не кончена, а, наоборот, лишь начинается.

– Оу… – Отставив пустую чашку в сторону, я иронично хмыкнула. – Хорошо, уговорили. Успокойте и пожалейте меня. Кстати, как насчет моего последнего вопроса? Успокоите?

Кажется, шутка не удалась. И, кажется, я рано начала вести себя естественно и непринужденно – он точно ждал от меня если не слез, то хотя бы кротости и послушания. Черт!

И как же подвести его к мысли, что я слегка другая, и при этом не разорвать ему шаблон?

– Виктория, вы меня настораживаете… Скажите, вы боец?

– В смысле? – замерев от его такого проницательного вопроса, я постаралась не хмуриться.

– В прямом. Вчера, когда я вас раздевал, я нашел на вашем теле шрамы. Откуда они? – усмехнувшись краешком губ, словно показывая, что и у него есть кое-что, припрятанное в кармане, лорд терпеливо ждал, пока я возьму себя в руки и отвечу.

– Нелегкое детство. – Поморщившись, я поняла, что придется кое-что рассказать. Если он заподозрит меня в утаивании чего-то важного, то не факт, что не залезет мне в голову, как пытались это сделать предыдущие лорды и без проблем делали судьи. И совсем не факт, что я смогу дать ему отпор. – Я сирота, росла в детском доме. Поверьте, даже девочкам иногда приходится за себя постоять, если хочешь жить не рабом, а человеком.

– Но в вашем мире нет рабства… – Лорд выглядел настолько обескураженным, что я не выдержала и громко расхохоталась.

– П… простите. Да, конечно же нет, – язвительно, но горько усмехнувшись, я посмотрела ему прямо в глаза. – Но чем отличается забитый, униженный и не имеющий никаких прав ребенок от того же раба? Тем, что официально рабства нет? Да назовите как угодно, но сути это не изменит. И поверьте, я уже в пять лет поняла, что рабом никогда не буду. И не была. Это было существование, но я точно знала, что выживу и стану кем-то. Не безмолвным безымянным рабом, а кем-то. Личностью. Самостоятельной личностью. К сожалению…

Затихнув и отведя взгляд, когда в глазах лорда промелькнуло нескрываемое сочувствие, я зло поджала губы. Зря я это сказала. Ненавижу сочувствие в любом виде. Оно делает слабее, заставляет верить людям, чтобы потом разочароваться в них. Нет, лучше всегда быть сильной, улыбаться и идти вперед с гордо поднятой головой. Только тогда тебя боятся задирать шавки и опасаются трогать остальные. Только тогда.

– Так что вы, наверное, правы – я боец. – Снова посмотрев на лорда, я тонко улыбнулась и вопросительно приподняла бровь. – Это важно?

– Да, Виктория, это важно. Спасибо, что рассказали о своем прошлом, обещаю, это не станет достоянием общественности. – О чем-то задумавшись, Юмирай поставил локти на стол и переплел пальцы, а затем и вовсе положил на них подбородок. – Итак, продолжим… Да, ответом я вас, возможно, утешу, а возможно, и нет. Те птенцы, чье сияние слишком соблазнительно, становятся кормом для своих лордов, и это определенный приговор. Разовое кормление не приносит ощутимого вреда, но это отдаляет возможность стать птицей и в конце концов приводит к гибели. Год, два, максимум – пять лет, и птенец умирает от истощения ауры. Те же, кого удается найти и изъять, уже никогда не смогут перешагнуть того порога, за которым появляется возможность стать птицей. Они навсегда остаются птенцами. С поврежденной аурой, с поврежденной психикой. И поверьте, лучшая участь для них – это смерть, а не подобное существование.

Очаровательно. Просто очаровательно, черт побери!

Кстати, о насущном.

– А что ждет меня? Вы или кто-нибудь из вашего окружения не соблазнится мной? Только честно.

– О нет, Виктория. – Лорд усмехнулся несколько многозначительно, так что я мгновенно напряглась. – Приказ Матери не обсуждается. Ей вы нужны в качестве полноценной птицы, и я сделаю все от меня зависящее, чтобы вы таковой стали.

Глава 5

После своего многообещающего заявления лорд отметил, что я больше не ем и нам стоит перейти в гостиную, где намного удобнее продолжить разговор. Согласившись на его предложение, я послушно отправилась следом. Идти было не слишком далеко – всего пара десятков метров по коридору первого этажа вглубь особняка, и вот мы уже в комнате, которая снова подавляет своей роскошью и богатством.

Стараясь не кривиться и даже не морщиться, потому что мне было элементарно неуютно среди всего этого великолепия, я устроилась на предложенной софе, а сам вампир сел в кресло напротив и, положив ногу на ногу, продолжил рассказывать мне об устройстве мира и его народонаселении.

Так я узнала, что мир называется Аюшта и у него действительно два спутника; размеры планеты, сезоны, часовые пояса и прочее во многом идентично Земле, техника малоразвита, где-то на уровне первых паровых машин (кстати, полумагического свойства), что более чем устраивает местную знать, магия, соответственно, имеется, но тоже не слишком впечатляет. Общение посредством межмировых порталов настроено на три мира, в том числе на Землю, но используется очень редко, ибо не слишком выгодно.

Вампиров на планете не так уж много, от силы – десять процентов всего населения, и последние тридцать лет ими правит ее величество королева Амидайла (или Мать). Кстати, именно женщина на троне – это традиция. В обществе вампиров не классический матриархат, большинство советников ее величества – мужчины (как, впрочем, и главы кланов), но на престоле последние несколько тысяч лет всегда сидела королева. Прав у женщин было довольно много, но не так, как мне бы хотелось.

Остальное население делилось на людей (сорок девять процентов), гномов (тридцать), демонов (десять) и драконов (один процент). На текущий момент глобальных войн и катаклизмов не наблюдалось, но весь мир был неофициально поделен на три неравные части, принадлежавшие вампирам, демонам и драконам. Люди и гномы при этом жили везде и, соответственно, подчинялись тем, иным или третьим.

– Рабство?

– Нет, скорее, феодальная принадлежность. Вы знаете это определение?

– Примерно. Не останавливайтесь, продолжайте.

– Хорошо…

Дальше лорд Юмирай снова вернулся к теме моего становления и к тому, что для начала мне необходимо разобраться в своих основных качествах, в соответствии с которыми я обрету своего покровителя-птицу. В том, что я так или иначе совсем скоро стану полноценным птенцом, а затем и птицей, он даже не сомневался, отметив лишь, что я должна внимательно следить за своим самочувствием и сообщать ему о малейших изменениях и дискомфорте.

Кроме того, он упомянул, что в той ампуле была концентрированная кровь и, как он выразился, «суть» главы рода и главы клана, а кроме всего прочего в минимальном количестве присутствовала и кровь дракона. Именно благодаря ей я не умерла от укуса Димитро, и, скорее всего, благодаря ей во мне сейчас так много энергии, что она не может оставаться внутри, а буквально ползет по мне снаружи.

– Сейчас я перечислил вам основные ингредиенты подобных зелий. Возможно, в состав данного конкретного зелья входило еще что-нибудь, но тут уж остается только догадываться. К примеру, энергетические линии неестественны даже для зелья с драконьей составляющей. Хотя вполне вероятно, что это – индивидуальная реакция вашего организма. Возможно, активация магической составляющей или что-либо иное.

– Магия?

– Магия, – кивнув, лорд одновременно развел руками. – К сожалению, пока вы не станете птицей, сложно что-либо прогнозировать. Из вас может выйти полноценный маг, а может и обычная одаренная – чуть более обостренная интуиция и сопутствующие ей немагические способности.

– А какие бывают птицы-тотемы и что им свойственно?

– Основной состав невелик, но все они хищники, такова наша природа: соколы, ястребы, коршуны, беркуты, гарпии, орлы, кречеты, пустельги, сипы, стервятники и прочие представители семейств соколиных и ястребиных. Намного реже встречаются совы и филины, сипухи, сычи, секретари, кондоры и грифы. И уж совсем редкостью являются фениксы и грифоны. Чуть позже мы разберем с вами всех без исключения, особенно их сильные стороны, так что не переживайте – мы обязательно найдем именно вашего покровителя.

– А как это происходит? Как из птенца получается птица?

– В один прекрасный момент, когда внутренняя энергия полностью перестроит ваше тело и вы поймете, что готовы стать кем-то большим, вы определитесь с основными навыками и начнете их развивать. Тогда ваш покровитель придет к вам сам. У кого-то это происходит во сне, кто-то прямо посреди дня впадает в транс, а к кому-то покровитель прилетает лично.

– Сроки?

– От суток до полугода. Если в течение полугода навыки и умения так и застынут на обывательском уровне, то птенец навсегда остается птенцом. Вампиром без покровителя.

– И много таких, дефектных?

– Из рожденных – меньше четверти, из новообращенных – больше половины.

– А их дальнейшая судьба?

– То есть?

– Ну, высший вампир с тотемом и вампир-птенец. Они же не равны по статусу, верно?

– Верно. Высший вампир с тотемом моментально получает статус лорда и возможность продолжения рода, а может, даже и создания своего собственного клана, причем как естественным путем, так и путем преобразования, то есть укусив человека. Вампир-птенец всегда будет считаться кем-то средним между человеком и полноценным высшим. Обычно птенцы ничем не выделяются из толпы. Служащие, рабочие, солдаты. Без права укуса. Они могут завести семью, причем даже с людьми, но их дети точно никогда не станут высшими, только птенцами.

– Но не людьми?

– Нет, не людьми. Наш генотип сильнее.

– Тогда зачем вообще кусать? Как насчет естественного размножения? – задав один из провокационных вопросов, я с интересом ждала ответа.

– Затем, что естественное размножение, как вы выразились, не является гарантом естественного прироста. Взять, к примеру, вас. Да-да, именно вас. За эту неделю не без вашего участия произошла естественная убыль в количестве трех высших вампиров. Это ли не причина?

– Ну знаете ли! Это уже логика от противного – если бы Димитро не был так глуп, то ничего бы не произошло. И вообще-то именно из-за него на Земле произошла «естественная убыль» в количестве пяти людей!

– Не кричите, Виктория, – примиряюще подняв руки, поморщился вампир. – Возможно, я подобрал не слишком подходящий пример, но реальность именно такова. Естественной рождаемости недостаточно для поддержания численности нашей расы. Срок жизни вампира достигает ста пятидесяти – двухсот лет, причем женщина может родить не больше трех детей, довольно тяжело переживая каждую беременность. Принимая во внимание процент становления птенцов, смертность от несчастного случая и прочие факторы, трое детей – это мало. И давайте не будем об этом, это не самая приятная для меня тема.

О? Неужели?

– Простите, – моментально согласившись, я перевела тему: – Скажите, а может случиться такое, что мне придется выбирать из нескольких покровителей?

– Нет. Так или иначе, но покровитель всегда один, потому что не бывает абсолютно равнозначных качеств. В чем-то вы сильнее, в чем-то – слабее. Покровитель всегда выбирает только самое сильное качество.

– Ясно…

Мы проговорили с лордом почти весь день, прервавшись всего пару раз: сначала на обед, затем к нему пришел посетитель, и я просидела в гостиной одна около получаса. Позже мы снова разговаривали, причем довольно часто отклоняясь от основной темы, потому что я не была жителем их мира и лорду приходилось объяснять мне, казалось бы, прописные истины.

Допустим, знание языка. Это Юмирай объяснил переходом через межмировой портал. Было в его настройках нечто специфичное, что пробудило во мне информационную капсулу именно со знанием языка.

Опять же информационная капсула. Что это? Ни много ни мало, а те самые мутационные гены и хромосомы, которые я раздавила в руке. Именно благодаря им сегодня утром я поняла, что слуги не имеют права меня трогать, именно благодаря им я почуяла, что в моей сумке рылись, именно благодаря им я точно знала, что смогу выстоять под давлением силы лорда Минайдо. И именно благодаря им и помощи лорда Юмирая я совсем скоро смогу «вспомнить» еще много чего. Генная память. Насильно «привитая», правда, но местных это, судя по их принципам, волновало мало.

И кто я такая, чтобы с ними спорить?

В целом же если отбросить брезгливость и ущемленное чувство собственного достоинства, то мне фантастически повезло. Да, именно повезло! Во-первых, я выжила при инициации, во-вторых, я не стала безвольным кормом, как хотел этого лорд Минайдо по приказу лорда Хамидайо, в-третьих, теперь я под личной защитой и контролем ее величества, которая решила во что бы то ни стало сделать из меня высшую птичку.

Тут, конечно, все еще очень сомнительно и мутно, за что мне такое расположение, но факт остается фактом – я «избранная». ВИП под неусыпным присмотром очень ответственного и, будем надеяться, порядочного лорда Юмирая, эксперта в становлении птенцов.

Лорд…

Внимательно рассматривая наставника за ужином, который проходил в молчании, потому что мы успели наговориться за день, а во время еды лорд предпочитал молчать, я прикидывала, сколько ему лет. От силы лет тридцать пять… хотя, может, и больше.

Высокая, пропорционально сложенная фигура, не чуждая спорта и физических нагрузок. Породистое, умное, чуть худощавое лицо, высокий лоб, упрямый подбородок с едва заметной ямочкой, гладкие щеки, очень темные волосы с непривычным зеленоватым отливом. Стильная модельная стрижка с челкой… Сегодня на нем кроме вчерашних брюк и рубашки был еще и жилет, застегнутый на все пуговки. В общем, богатый, представительный, умный, симпатичный, но опасный.

– Виктория?

– Да?

– Вы меня рассматриваете уже слишком долго. Неужели что-то хотите спросить? – Иронично блеснув глазами, когда я сконфуженно отвела взгляд, лорд приглашающе взмахнул вилкой. – Не стесняйтесь, ведь я вам уже говорил: я полностью в вашем распоряжении.

– Не поймите превратно, но я просто вас рассматривала, – усмехнувшись на его явную подначку, я отрицательно качнула головой. – Пытаюсь понять, что вы за мужчина.

– И как успехи?

– К сожалению, не очень. Казалось бы, вы очень открытый и общительный, но, проведя рядом с вами целый день, о вас лично я не узнала ровным счетом ничего. Только лишь о мире, вампирах в целом и птенцах в частности. А каковы вы сами?

– А почему вас это интересует?

– Почему нет? Нам с вами как жить, так и сотрудничать, причем довольно неопределенное время. Кстати, чем вы занимаетесь, когда не воспитываете птенцов? И чей это дом? Ваш?

– Нет, Виктория, это городская резиденция ее величества, и, скажем так… я ее поверенный в делах довольно конфиденциального плана. В том числе в воспитании и становлении переданных под опеку Матери птенцов.

– И вы всегда живете здесь?

– В основном – да.

– А бывает такое, что одновременно под вашей опекой находится несколько птенцов?

– К счастью, нет.

– К счастью?

– Виктория, а ваш стейк не остывает? Мой вот – да.

Черт!

– Простите, – пробормотав извинение, я послушно уткнулась в тарелку, досадуя на то, что так ничего толком и не узнала. Тайна на тайне, честное слово!

Остаток ужина прошел в полном молчании, но стоило мне встать, как лорд заговорил:

– А теперь уже я проявлю взаимный интерес. Днем мы с вами слишком тщательно обсуждали текущее положение дел и совсем не говорили о вас. Давайте, Виктория, немного прогуляемся по парку, и вы расскажете мне о себе. Личные и неприятные моменты можете опустить, но вот основной информацией, пожалуйста, поделитесь…

Что ж, почему бы и нет? Основную информацию нет смысла скрывать, потому что она действительно настолько основная, что в ней нет ничего криминального.

Которого слишком много в том самом «личном и неприятном».

Стояла поздняя весна, поэтому к вечеру немного похолодало, по моим ощущениям – градусов до пятнадцати, поэтому лорд предусмотрительно вручил мне длинную теплую вязаную кофту, а сам надел камзол, доходящий ему практически до колена.

Нет, все-таки сложно привыкнуть к подобной одежде и перестать на него коситься. Этакий средневековый джентльмен.

– Виктория? – Неторопливо шагая рядом со мной по широкой, вымощенной цветной плиткой дорожке, Юмирай взглядом предложил высказать, с чего я опять многозначительно фыркаю.

– Одежда, лорд, всего лишь одежда. Вы сами видели, в чем меня принесли. Стили наших миров слишком различны.

– Видел… – неожиданно усмехнувшись, прикрыл глаза вампир. – Ваша мода несколько развратна по сравнению с нашей. Не буду скрывать, довольно заманчиво, но одновременно с этим – глупо и недальновидно. Выставляя напоказ свое тело, вы тем самым молчаливо его предлагаете.

– Разве? А как насчет удобства и функциональности?

– В чем?

– Допустим, в столь длинной юбке и туфельках на каблуке я вряд ли смогу убежать от опасности и забраться на дерево. Опять же удар ногой. Ни единой возможности.

– А есть необходимость?

– А вдруг?

– Н-да… – Окинув меня скептическим взглядом, лорд вдруг поинтересовался: – Вы умеете обращаться с оружием?

– Эм…

И как бы сказать, чтоб не соврать?

Поджав губы и с преувеличенным интересом рассматривая набирающие цвет розовые кусты, в итоге я неопределенно пожала плечами.

– Я повар. Соответственно, я неплохо владею ножами различной длины и ширины. Если вы намекаете на охотничий нож в моей сумке, то да, именно им я убила Димитро. Сначала я вспорола ему горло, а затем отрезала голову.

– Виктория!

– Что? Вы удивлены? Знаете, когда тебя убивают, тут не до красивых жестов.

– Я не просто удивлен, я потрясен!

– Чем же?

– Да всем!

Бедняга. Действительно, опять я не сдержалась. Четко вижу – шаблон не выдерживает и трещит по швам.

– Простите, – потупившись и извинившись, я тихо добавила: – Иным оружием не владею.

Лжет. Как бы ни был Юмирай потрясен, он четко увидел – сейчас она солгала. Зачем? И что, шэт ее побери, она еще умеет? Маленький злой ребенок, воспитанный в среде, где выживает сильнейший, хитрейший и лишенный сожаления. Дико…

В их мире нет сиротских приютов, дети, лишившиеся родителей, так или иначе пристраиваются в семьи, а дети вампиров так и вовсе ценны сами по себе и всегда живут в клане.

Нет, не зря Мать проводит порой жесткую политику по запрету инициации иномирных существ. Их логика, их жизненная позиция, их моральные принципы иногда настолько несовместимы с местными, что из них вылупляются либо маньяки, либо величайшие из деятелей.

Что вылупится из тебя, Виктория?

Может, стоит немного охладить твою ярость и показать тебе, что это не женское дело – убивать?

Да, так будет правильно.

– Хм, не скажу, что осуждаю ваш поступок, Виктория, все-таки вы правы – когда убивают, не до выбора методов защиты, но, надеюсь, вы понимаете, что вам не стоит на этом зацикливаться? В нашем мире женщина – это прежде всего мать и супруга, а никак не воин и убийца.

– Поверьте, в нашем – тоже, но иногда линию поведения диктуют именно обстоятельства, не спрашивая нашего желания. И только мы решаем, поддаться и смириться либо бороться и выйти победителем.

Черт-черт-черт! Ну зачем я это сказала?!

Глядя, как он недовольно морщится и осуждающе качает головой, я мысленно костерила себя последними словами. Дура! Кто меня тянул за язык? Он же сказал: я – девочка-припевочка, не более. Птичка, которую сделают высшей, чтобы она смогла стать супругой и матерью.

Черт, надеюсь, в их планах еще нет определенного мужа?

Замерев на этой дикой мысли, я настороженно покосилась на лорда и моментально поняла: все это время он не сводил с меня изучающего взгляда и, кажется, догадывался, о чем я думала. Что ж…

– Лорд Юмирай, скажите, а кто я сейчас? Каковы мои статус и положение? Кому я принадлежу, какому роду и клану?

– Вы – личная собственность ее величества. На текущий момент у вас есть лишь имя. – Не отводя взгляда от моего лица, лорд остановился около беседки, до которой мы дошли, но заходить внутрь не торопился. – Рода и клана вы лишились, когда экспертный совет постановил изъять вас у тех, кто вас инициировал. Новых вы пока не получили. Однако, став птицей, вы предстанете перед Матерью, и она лично примет решение о вашем будущем, естественно, учитывая специфику ваших возможностей и тотема. Под покровительством Матери находится несколько родов. В один из них вас, скорее всего, и определят, как и всех предыдущих птенцов. Вас что-то тревожит?

– Да.

Ну а что? Лучше сразу узнать, чем переживать и томиться от неизвестности.

– Что-то конкретное?

– Да, верно. Замужество, если быть точнее. Имею ли я право выбора или все решает Мать?

– Спорный вопрос… – помедлив, словно мой интерес именно в этой плоскости был для него неожиданным, лорд неопределенно пожал плечами. – Существует практика выдачи по расчету, но это в кланах. Естественно, если вы встретите мужчину, с которым захотите соединить судьбу, то вряд ли Мать будет против, все-таки дети – наша радость и будущее…

– Нет, я не об этом. Если мужчина будет настаивать, а я буду против? Что в этом случае?

– Вы имеете в виду какого-то конкретного мужчину? – Мне достался цепкий взгляд, и я поторопилась отрицательно помотать головой. – Виктория, повторю: до полного становления вы находитесь под моей опекой и защитой. Никто не посмеет заявлять на вас права, потому что вы – собственность Матери, а ее величество не практикует выдачу замуж по своей прихоти. Как только вы станете птицей, вы обретете полную свободу выбора практически во всех сферах бытия, в том числе в выборе места жительства, работы, мужа. Естественно, в нашем мире женщины не так самостоятельны, как мужчины, но тем не менее… – Тут он притих, а затем, словно что-то вспомнив, кивнул своим мыслям. – Да, через несколько месяцев состоится полуночный слет, бал, где свободные высшие могут познакомиться и определиться с выбором. Если к тому времени вы обретете тотем, то ваше участие будет обязательным. Данное мероприятие проводится раз в семь лет, причем ему благоволят звезды, и именно тогда пары в большинстве своем определяются с выбором, направляемые особой магией праздничной ночи. – Тут лорд почему-то нахмурился и быстро закончил: – Если на нем вы не встретите своего будущего супруга, значит, среди присутствующих его попросту не было, и никто не посмеет на вас давить и принуждать. Так, мы снова с вами говорим не о том, Виктория. Расскажите о себе. Начните с возраста, родственников, образования и увлечений.

Не о том?! А вот мне кажется, именно о том! С чего вы взяли, что я выйду замуж за того, на кого мигнут звезды?! Это что за бред?! Да я лучше до контрольного срока останусь птенцом и стану птичкой только после бала! Ха!

Так, план есть. Исполнять!

Эм, о чем он спросил? Ах да.

– Несколько месяцев назад мне исполнилось двадцать четыре года. О родителях я знаю только то, что мать отказалась от меня еще в роддоме, приемных у меня не было. Из образования – одиннадцать классов школы, три года обучения в техникуме пищевой промышленности и курсы повышения квалификации, необходимые для работы именно в ресторане и именно поваром горячих блюд. В школе я училась довольно посредственно, потому что не всегда было время сделать уроки, особенно мне не давались точные науки, однако в техникуме пришлось наверстать упущенное, потому что необходим был точный расчет довольно многих рецептов. Хотя в большей степени мне помогало чутье, чем точность. Знаете, оно меня очень редко подводило.

– Давно работаете по профессии?

– На последнем месте – чуть больше года, до этого сменила более пяти кафе. Где-то меня не устраивало отношение руководства, где-то – качество продуктов, где-то – заработная плата, где-то я работала лишь потому, что мне нужен был стаж и средства к существованию.

– Вы работали только поваром?

– После окончания техникума – да. Во время учебы подрабатывала уборщицей, официанткой и барменом.

Ну и иными, но уже менее законными делами промышляла, но об этом, я думаю, не стоит вслух.

– Вы можете оценить себя как профессионала?

– Что, простите?

Мы снова отправились гулять по парку, поэтому вопрос меня несколько удивил, даже озадачил. Он хочет воспользоваться моими поварскими услугами?

– Вы хороший повар?

– Мм… Ну, клиенты не жаловались, – смущенно пожав плечами, я уточнила: – К чему этот вопрос? Хотите проверить меня как повара?

– Нет, Виктория. – Усмехнувшись и покачав головой, лорд пояснил: – Я хочу начать прощупывать ваши навыки и умения, которые помогут нам определиться с необходимым направлением развития доминирующих в вас качеств. Насколько я знаю, повар должен обладать чуть большей обонятельной чувствительностью по сравнению с остальными. Вкусовое и цветовое восприятие, глазомер, хронометраж, динамичность мышления, память. У повара должна быть развита координация движений обеих рук, оперативность, немалая физическая выносливость, предусмотрительность, умение планировать и множество иных факторов. У вас имеются эти качества?

Всерьез озадачившись таким огромным списком, я смогла лишь неуверенно пожать плечами, не решаясь кивнуть. Никогда не думала о себе в подобном аспекте, что и озвучила:

– Мне сложно сказать. Наверное, со стороны будет виднее. А может, я все-таки на практике покажу вам свои умения и вы уже тогда оцените, что я могу, а что нет?

– На практике? Как вы себе это представляете?

– Просто. Вы разрешаете мне воспользоваться вашей кухней и сами поприсутствуете при процессе приготовления. Или… я что-то не то сказала?

Недовольно поджав губы, когда он сначала криво улыбнулся, а затем рассмеялся, я терпеливо подождала, когда закончится приступ веселья, и взглядом предложила объяснить его не слишком уместное поведение.

– Виктория, это вряд ли выполнимо. Я далек от понимания, как правильно и вкусно готовить, а наша повариха Синтия вряд ли пустит вас на свою кухню. Это полностью ее территория, и даже то, что вы птенец, нуждающийся в выявлении качеств, не смягчит ее решения. Мы с вами можем пойти иным путем – то, что я перечислил, легко протестировать иными методами, не заходя на кухню. Та же вкусовая, цветовая и прочая чувствительность, память, глазомер и прочее. Кстати, как вы себя чувствуете, не замерзли? У вас губы посинели.

– Губы?

Глава 6

Непроизвольно облизнув эти самые губы, я едва не ойкнула, когда кончик языка неприятно кольнуло статическим электричеством. Или не электричеством…

А вообще мне было жарко.

– Они просто синие или перламутровые? – не решаясь прикоснуться к ним пальцами и остро жалея, что рядом нет зеркала, я с нетерпением ждала ответа, но лорд все не торопился развеивать мои подозрения.

В вечерних сумерках, постепенно опускающихся на парк, было еще неплохо видно, и я не понимала, почему он медлит.

– Лорд Юмирай! – Не выдержав его затянувшегося молчания, я попыталась поторопить. – В чем дело? Вы плохо видите вечером?

– Нет… к сожалению, хорошо. – Ответив напряженно и так, что я ничего не поняла, вампир шагнул ближе и практически навис надо мною. Наклонился, прищурился, словно действительно плохо видел, еще наклонился…

И тут нас обоих так шибануло, что в себя я пришла в не очень комфортных кустах, причем еще и без обуви. Голые ступни неприятно обдувал почти ночной холодный ветер.

Застонав и помотав головой, я кое-как выбралась на тропинку, нашла туфли, надела и только тогда поняла, что рядом никто не стонет. Ч-ч-черт! Господи, лишь бы не помер!

Пытаясь взглядом найти лорда, я замерла и все же услышала едва различимый стон в кустах напротив. Жив? Жив!

– Лорд? Юмирай? – Обойдя кусты, чтобы подобраться к ним с тылу, откуда стали слышны более громкие стоны, я сжала пальцы в кулаки и закусила губу. Лорд был жив, но выглядел несколько… кхм, поджаренным. – Как вы?

– Виктория… – прошептал недовольно лорд, кося на меня желтыми глазами, – не подходите. А лучше идите в дом. К себе в комнату. Обсудим произошедшее завтра, хорошо? Сейчас я несколько… не в силах.

– Я могу вам помочь? – попытавшись шагнуть вперед, я была остановлена низким раздраженным рычанием и зло блеснувшими глазами.

– Виктория. В комнату. Сейчас же!

Сам дурак.

Поджав губы и одарив «опекуна» тяжелым взглядом, я развернулась и отправилась в дом. Ну подумаешь… Не хочет – пусть сам домой ковыляет! И я хороша – захотела дяде всемогущему помочь. Пф!

Это было… странно. Сначала завораживающе, а потом очень больно. На какую-то секунду он даже потерял сознание, а когда очнулся, то понял, что лежит в кустах, причем с поврежденным позвоночником. Шэт…

Что это было? Защитная реакция на вторжение в личное пространство? Именно так погибла Сайрилла? Дерьмо… То есть ему еще повезло?

Стараясь говорить ровно, когда напуганная Виктория в испачканной блузке и с растрепанными волосами нашла его в кустах, он попытался как можно быстрее отправить ее в дом. Если он сорвется и поддастся соблазну ее сияния, то либо она пострадает, либо он умрет.

Ни то ни другое его не устраивало. Повреждения не были критичными, и он вполне держал себя в руках, но, когда она шагнула ближе, соблазн возрос в десятки раз, и он не удержался – разозлился и накричал.

Кажется, обиделась…

Да шэт с ней, с обидой. Главное, что ушла.

Теперь бы как-нибудь самому доковылять до спальни… через кабинет, где есть кое-что восстанавливающее.

– Милорд?

Минут через десять на него наткнулся патруль, обходящий вечерний парк. Да, эти ребята не зря получали свое жалованье – едва различимый стон, едва уловимый шорох, и они тут как тут.

– Милорд, что с вами?

– Ничего особенного… производственная травма. Витал, помоги… да, благодарю.

Через двадцать минут, выпив концентрированный энергетик, вынутый из сейфа в кабинете, лорд кое-как добрался до своей спальни, где, рухнув на кровать и скинув только обувь, впал в некоторую полудрему-полуанабиоз. Именно подобный транс максимально ускорял процесс регенерации, а сейчас это было жизненно необходимо. Еще в кустах он продиагностировал свое состояние, и оно было, без прикрас, печальным – трещина в позвоночнике и серьезно поврежденные высоким напряжением все без исключения внутренности. По сравнению со всем этим обуглившиеся кончики волос и ресницы, а также обожженные губы, куда пришелся удар, были незначительной ерундой.

Что было в этой шэтовой ампуле такого, что сейчас птенец не только опасен для окружающих, но и сам не контролирует это?! А Виктория именно не контролировала, он это чуял.

Под утро, когда полудрема начала переходить в полноценный сон, ему приснилась она.

Вика. Виктория. Птенец с душой волчонка. Она смущенно улыбалась и просила прощения… Говорила, что не специально и что это – просто защитная реакция тела на постороннего. Но если он не против, то ей будет приятно узнать его ближе. И вообще, для него она просто Вика, а никакая не Виктория.

Заснул лорд Юмирай с непривычной для окружающих слегка глуповатой улыбкой на губах.

Пока шла в дом, я зло сжимала и разжимала пальцы, но внутренне понимала, что зря злюсь. С чего я решила, что ему приятна моя помощь? С чего я решила, что она вообще ему нужна? Может, у них принято, что женщины – создания хрупкие и до жути беспомощные? Черт!

Все-все, Вика, выдохни…

Послал, да, послал. Первый раз, что ли?

Ты сейчас вообще существо бесправное, и все, что можешь, – это молча и быстро делать то, что тебе сказали. Без пререканий, без возражений и не проявляя никому не нужную инициативу.

Тяжело вздохнув, я покачала головой. Давно я не была в таком положении, очень давно. И, как ни печально сознавать, пока не в моих силах изменить ситуацию. С одной стороны, мне нужно как можно быстрее стать птицей и получить хотя бы иллюзию свободы и выбора, хотя тут во многом все зависит от решения Матери. С другой стороны, торопиться не резон и лучше дождаться, когда пройдет пресловутый полуночный слет, чтобы не попасть еще сильнее. С них станется подстроить «голос звезд». Нет уж, не согласна.

Ну и как быть?

В своих размышлениях я дошла до своей комнаты и, глянув в зеркало, расположенное над комодом, поняла, что служанка на первом этаже косилась на меня не зря – волосы дыбом, блузка в земле и листве, на щеке царапина, а губы не просто синие, а еще и светящиеся.

Кстати, не только губы…

Не решившись раздеться в комнате, куда в любой момент мог войти лорд (надеюсь, он уже оклемался), я отправилась в ванную и уже там начала немного судорожно расстегивать многочисленные пуговки испорченной блузки и стаскивать надоевшую за день юбку.

Че-о-орт…

Господи, в кого я превращаюсь?!

За день энергетические линии полностью поглотили левую руку, плечо, часть груди, левую сторону шеи, всю верхнюю часть спины и теперь нацелились на правую половину тела, ноги и голову. Кроме того, голубыми были губы, белки глаз и, как ни странно, кончики ресниц и волос.

Выглядела я при этом некрасиво и дико.

Вдруг стало страшно. Так страшно, как не было даже тогда, когда Димка начал убивать Свету.

А если это навсегда? А если они накосячили с содержимым ампулы и теперь я совсем мутант? А если… А если я так и не стану полноценным птенцом (не говоря уж о птице) и они решат меня убить? Совсем убить, навсегда.

Безумным взглядом скользя по своему перламутровому отражению, рассматривая странную, завораживающую вязь линий, в какое-то мгновение я посмотрела себе в глаза и четко увидела, как из глубины сознания на меня смотрит кто-то чужой. Я разглядывала свое отражение, но там, в зеркале, была не я.

Господи…

Отшатнувшись, когда зеркало пошло сеточкой трещин, а затем взорвалось осколками, я успела лишь закрыть лицо руками, но все осколки прошли мимо. Меня не задел ни один.

Что происходит… что за… почему? Почему?!

Выскочив из ванны как ошпаренная, я почти добежала до двери, но, уже взявшись за ручку, резко остановилась. Нет. Нельзя. Нельзя…

А что можно?

Точнее, что нужно? Что нужно мне, чтобы выжить, не сойти с ума и не стать кандидаткой в утиль? Серьезно задумавшись, но ощущая, как в глубине тела разгорается жар и странная, неведомая сила буквально распирает меня изнутри, а энергетические линии, словно почувствовав волю, буквально рвутся на захват тела, я не придумала ничего иного, как метнуться к окну.

В ванную – страшно, в коридор – нельзя, а вот к окну… да, там мне будет прохладнее и комфортнее. Невероятно обострившаяся интуиция вопила, что я просто обязана взобраться на крышу, потому что именно там, и ни в каком ином месте, мне будет спокойно и уютно.

То, что я осталась в одном белье, меня почему-то не смутило…

Стража периметра, только-только доставившая лорда в особняк и продолжившая нести свою неустанную службу, с удивлением отметила, как распахнулось «то самое» окно, затем из него высунулось нечто голубое и светящееся, осмотрелось, что-то пророкотало, а после встало на подоконник и, подпрыгнув, ухватилось за самый большой завиток, чтобы проворно вскарабкаться на пару метров вверх.

Еще метр, еще…

– Стайк, это… что?

– Думаю, птенец.

– Но это… – провожая взглядом голубую фигурку, которая поднималась все выше и выше и наконец, взобравшись на крышу, скрылась из их поля зрения, страж наконец смог обескураженно договорить: – Это вообще ненормально!

– А когда они у нас были нормальными?

– И что теперь?

– Следим, чтобы не упала, а наутро доложим милорду. Беспокоить его раньше нет смысла. Видел, в каком он состоянии?

– Ну…

– Как думаешь, сам?

– Шэт!

По-новому оценив опасного птенца и оставив даже саму мысль посмотреть на него поближе, страж поежился и внутренне признал, что Стайк прав. Их дело – следить, а никак не спасать и уж тем более не мешать кандидатам в высшие делать то, что им вздумается.

– Где?!

Лорд проснулся довольно рано, причем не сам – разбудили. И доложили.

– На крыше… – Вжав голову в плечи, Стайк отводил глаза, не в силах смотреть на гневающегося милорда. – Она туда сразу почти… вечером еще.

– Шэт!

Лихорадочно переодеваясь в свежую одежду, потому что вчерашняя была вся в прожженных прорехах, лорд пытался понять, какого (тут длинный сложносоставной мат) ее туда понесло. На крышу! Как?!

– Как?

– Она взобралась по стене.

– Как?!

– Открыла окно и взобралась по… – Сглотнув, страж совсем тихо договорил, понимая, что это звучит невероятно: – Стене…

– Если с ней что-то случилось… – Не договорив, потому что и так было понятно, что со всеми ними сделает Мать (и с Юмираем – в первую очередь), лорд рванул на третий этаж, оттуда – на чердак и уже там, замерев и приказав себе успокоиться, начал искать выход на крышу. Сам он там не был еще ни разу, так что помощь слуги, ответственного за чердачные помещения особняка, была кстати. – Всем вниз, не приведи Праматерь, девочка испугается и упадет! Поймать любой ценой!

– Да, милорд…

Стража рванула вниз, а он, подождав контрольные десять минут и мысленно воззвав ко всем без исключения высшим силам, шагнул на крышу. Та-а-ак… Ну и где?

Обходя метр за метром и морщась из-за того, что крыша неровная и на ней так много различных мешающих ему сейчас элементов, в какой-то момент Юмирай с ужасом подумал, что птенца тут больше нет, но едва различимый шелест привлек его внимание. Стараясь даже не дышать, лорд обошел самую широкую трубу дымохода, да так и застыл, не в силах поверить в увиденное.

Виктория сидела на корточках в одном нижнем белье, прислонившись к этой самой трубе, и, обняв себя одной рукой, но при этом выставив вторую ладонью вперед, зло смотрела на сидящую в паре метров от нее голубую сову. Сова периодически возмущенно хлопала крыльями и тихо, но явно осуждающе посвистывала и ухала.

Не может быть…

Шумно выдохнув и моментально обнаружив свое присутствие, Юмирай удостоился мимолетного ненавидящего взгляда от Вики и оценивающего – от совы.

От голубой совы. Так Виктория – сова?! Уже?

– Уйди, – тихо, но крайне зло рыкнув, Виктория смотрела не на него, а на птицу, но слова, как показалось лорду, предназначались именно ему. – Юмирай, уйди. Я спущусь сама.

– Виктория…

– Уйди! Или будет хуже, чем вчера!

Отшатнувшись от столь откровенной и ничем не прикрытой злобы, лорд даже сделал шаг назад, но тут произошло нечто странное – сова буквально накинулась на свою подопечную, и Виктория попыталась отбиться голубым огнем, которым окуталась вся ее левая ладонь, но то ли сова была проворнее, то ли Виктория устала… Словом, совершив обманный маневр и избежав участи быть поджаренной на огне, сова с видимым удовольствием расцарапала упрямице плечо и, торжествующе ухая, взмыла в небо.

– Сво-о-оло-о-очь!!!

– Сво-о-оло-о-очь!!! – завыв и обреченно осознавая, что эта гадина все-таки отметила меня своим «покровительством», хотя за предыдущие три часа общения я почти сумела ее убедить, что мне это не надо и вообще, не пойти бы ей… в иное, более комфортное место, я не выдержала и, закрыв лицо руками, разревелась.

От обиды слов уже не осталось, одни эмоции. Мало того, что я не помнила, как оказалась на крыше, мало того, что я дико замерзла, хотя внутри до сих пор полыхал пожар, так еще и эта голубая… р-р-р! Пристала как банный лист!

«Я – твоя-а-а… Ты – моя-а-а…»

Тьфу!

Зачем?! За что?! Я ведь сказала ей, что не хочу! Она ведь видела, что я не вампир в том самом смысле, что они в него вкладывают! Я вообще на треть дракон! Чертов голубой дракон, который добровольно отдал кровь для эксперимента, и теперь его сила выжигала мою душу, перекраивая под себя. Нашептывала древние знания из тех самых, ошибочно засунутых в меня генов, заставляла стискивать зубы от боли, но при этом обещать самой себе выжить. Выжить во что бы то ни стало!

Черт-черт-черт!

Как же больно, как же гадко…

Как же обидно!

– Виктория.

Еще и этот…

– Вика…

Резко сжав пальцы в кулаки, чтобы не выместить обиду на постороннем, который был виноват лишь в том, что исполнял королевскую волю, я все-таки не смогла убрать всю злобу из взгляда и тихо прошипела, посмотрев четко в глаза лорда, севшего на корточки напротив:

– Что?

– Пойдем вниз, ты совсем замерзла.

И с чего это мы перешли на «ты»? Ах, ну да, я же первая его послала…

Понимая, что упрямиться бессмысленно, я все никак не могла заставить себя встать и пойти. Не хочу. Никуда. Никогда. Черт! Ну почему все так нелепо вышло?

– Вика… – встав и начав быстро расстегивать рубашку, Юмирай так же быстро ее снял и накинул мне на плечи, при этом стараясь не касаться моей кожи.

Глупый… знание, как контролировать силу, в меня уже вбили. Принудительно, с тем самым самодовольным смаком, который присущ именно драконам. Рептилоиды отмороженные…

Да, теперь я знала намного больше. У меня была вся ночь, чтобы ознакомиться с наследием «папочки». Этот отморозок все подстроил специально. Экспериментатор, решивший посмеяться над попытками одного юного, но зарвавшегося вампира сделать нечто особенное и попутно реализовать свой замысел.

И он это сделал! О да! Но вместо пяти подопытных, на которых была рассчитана ампула, все досталось одной мне! Мне!

Черт…

Как не свихнуться от всех этих чужих мыслей и не нужных мне знаний? Еще и сова эта… До сих пор помню, как полночи меня уговаривала:

«Я помогу-у-у…»

Зараза! Знаю я их «помогу»!

«Ты во мне нужда-а-аешься…»

Черта с два! Я никогда и ни в ком не нуждалась!

– Вика, пойдем вниз.

– Пойдем, – судорожно кивнув, потому что действительно замерзла и очень устала, я усмехнулась, когда он попытался взять меня за плечи, при этом стоя максимально далеко. – Да бери уже нормально, это безопасно.

– Уверена?

– Аб… абсолютно. – Зубы выбили дробь, а отсиженные ноги противно заныли, а затем и вовсе подкосились, когда он меня все-таки поднял и попытался поставить. – Черт…

И все-таки он взял меня на руки.

Почему-то стало так стыдно, что я смалодушничала и закрыла глаза. Раньше, когда я была совсем маленькая, я верила, что если я закрою глаза и не буду никого видеть, то и сама пропаду для окружающих. Тогда они меня не найдут и не тронут. И не сделают ничего плохого.

Глупо, конечно…

Я очень быстро поняла, как это было глупо.

Глава 7

Спуск прошел быстро, так быстро, что я даже удивилась, когда через какую-то пару минут лорд укладывал меня на кровать в отведенной мне комнате и накрывал одеялом.

И все-таки благоразумие победило, и я, открыв глаза, тихо покаялась:

– Лорд Юмирай, простите, я… я была немного не в себе.

– Ничего… – почему-то недовольно поморщившись, лорд хмуро поинтересовался: – Тебе больно?

– Немного.

Вообще-то много. Боль была странной, накатывающей волнами, причем «атаковала» разные части тела. То внутренности жгло, то голова раскалывалась, то зубы ныли так, что хотелось их выдрать.

– Опять врешь? – Теперь он смотрел мне четко в глаза, причем скинув морок со своих. – Вика, честно. Мне важно знать, от этого зависит, смогу ли я тебе помочь. Для тебя все происходит слишком быстро, и тело не успевает за энергетической перестройкой. Зачем ты полезла на крышу?

– Мне было жарко…

– Только ли жарко? – Лорд сел на кровать и, судя по всему, не собирался уходить, пока не выяснит все подробности.

А я, не в силах выдержать его требовательный взгляд, принялась рассматривать его тело. Красивое тело…

Сейчас, не скрытое рубашкой, которую он так легко мне пожертвовал, оно являло собой великолепный образчик скульптурного совершенства. Ничего лишнего, никакого жира. Все идеально пропорционально, все четко выверено веками селекционного отбора, тысячелетиями эволюции…

Господи, что за странные мысли? Не мои? Ах, ну да, «папочкины». Это он любит препарировать и изучать окружающих. Мразь. И что теперь? Теперь я буду думать, как он?

Не хочу!

– Вика, не отвлекайся.

– Нет, не только. – Облизнув губы, которые вновь горели, я продолжила: – На крышу меня потянул зов. Зов покровителя. Но знаете… – наконец оторвав взгляд от его груди, я снова посмотрела ему в глаза. – Я неполноценный вампир. В ампуле было слишком много драконьей сути, и теперь я…

Опять он смотрел на меня с жалостью. Ну что за гадство?!

Я сглотнула, не сумев озвучить неприглядную правду о том, что я так и осталась мутантом, который не сможет завершить энергетическое преобразование, зажмурилась и сжала пальцы в кулачки.

– Вика, успокойся. Успокойся и послушай меня. – Неожиданно Юмирай взял мою руку в свою, и я поняла, насколько замерзла, его пальцы по сравнению с моими были обжигающими. – Ты вампир. Высший вампир. Магически одаренный вампир. Такое случается не только с рожденными, но и с укушенными. Раньше, до запрета, уже проводились подобные эксперименты, но они очень редко заканчивались успешно. Выживал едва ли один из сотни, а способности получал едва ли один из тысячи, но даже потом случались срывы и птенцы погибали. Но ты не погибнешь и справишься со всем, верь в это. Тебе очень повезло с покровителем – совы очень ответственны, и их подопечные всегда становятся полноценными высшими. Сейчас тебе необходим сон и покой, а также усиленная энергетическая подпитка, чтобы совершить последний рывок и стать птицей.

– Вы не слышали меня? – Буквально заставляя себя говорить, я была невероятно зла на него. Лорд меня элементарно не слушал, а гнул свою линию. – Я не вампир! Я на треть дракон! У меня в голове – его голос! У меня внутри – его гены!

– И что?

Вот тут я снова распахнула глаза, чтобы увидеть его снисходительную и абсолютно неуместную улыбку.

– Что значит «что»?

– Ты прекрасно меня поняла. Это абсолютно ничего не значит. В тебе нет дракона, Виктория, в тебе есть магия. Всего лишь магия. Драконом невозможно стать, драконом можно лишь родиться. Но вот получить силу и магию дракона вполне возможно, и именно это с тобою и произошло. Что, кстати, меня очень озадачивает…

– Почему?

– Чтобы это стало возможным, дракон должен знать и чуть ли не лично присутствовать при инициации. Насколько я знаю, драконы тоже против подобных, крайне жестоких, экспериментов.

– Он знал.

– Он?

– Он… тот, кто стал одним из моих «отцов». – Поморщившись, потому что снова заныли виски, да и расцарапанное плечо прострелило болью, я потерла пальцами лоб и уже не так уверенно пробормотала: – Во мне столько всего чужого… простите, не могу сказать, как его зовут. Но он голубой дракон. Сейчас у меня точно такая же магия, как у него. И он лично участвовал в создании того эликсира, что был в ампуле. Это я знаю.

– Хорошо, мы разберемся. А теперь попробуй поспать, тебе это необходимо. Я оставлю присматривать за тобой Яниту, если будут пожелания – все к ней, она выполнит любое. Есть хочешь?

– Нет. Нет, только спать… и пить.

– Вода, кровь?

Вздрогнув от последнего предложения, я округлила глаза, но, судя по серьезному взгляду в ответ, лорд не шутил.

– Горячий чай с сахаром, если можно.

– Можно. Янита!

– Секундочку… – От приоткрытых дверей донесся согласный ответ, а затем шустрые удаляющиеся шаги.

Нас подслушивали? Плохо.

– Милорд…

– Вика, можно просто по имени. Теперь ты тоже высшая птица, теперь мы равны. Можно даже сказать, что ты выше, ведь ты на треть дракон.

Кисло улыбнувшись на его ироничную подколку, я не стала заострять на этом внимание и снова сосредоточилась на том, что меня сейчас волновало.

– Юмирай, а то, что я сейчас тебе рассказала о своем происхождении и своем «отце», – это не секрет?

– Ты о Яните? Не переживай, никто из живущих в особняке не скажет об услышанном и увиденном ни слова. Все они давали магическую клятву услужения и не посмеют ее нарушить. Кроме того, Янита – твоя личная служанка, которая обязана знать о тебе абсолютно все, чтобы не ошибиться в услужении. Хотя ты в чем-то права… Давай договоримся – ни с кем, кроме меня, ничего о себе не говорить и не обсуждать. Сначала мы проведем полноценное расследование. Надеюсь, ампула была единственной и никто больше не посмеет нарушить приказ Матери. Думаю, ты уже понимаешь, что если о твоем феномене станет известно, то желающие рискнуть найдутся.

Именно об этом я и намекала, верно. Но почему он говорит «если», а не «когда»? Разве можно скрыть такое?

– Вика, это уже не твоя забота, а наша. Поверь, у ее величества достаточно сил, чтобы пресечь повторные попытки создания столь уникальных птиц.

– А надо ли такое пресекать?

– Поверь, надо.

Поверить? Вот так, на слово?

Усмехнувшись в ответ на мой скептичный взгляд, лорд продолжил развивать мысль:

– Допустим, эксперименты разрешат. Представь – тысячи людей по всему миру будут укушены, некоторые даже выживут и станут сверхсильными магами. Во-первых, необученными. Во-вторых, слишком свободолюбивыми, потому что такова суть как магов, так и драконов. В-третьих, какая-то часть новообращенных так и останется птенцами, и это будет самая мутная и ненадежная часть. Они будут психически нестабильны. Они будут энергетически привлекательны. Они будут опасны просто своей непредсказуемостью. Ну и в-четвертых, демоны, наши извечные противники, насторожатся. Сейчас, причем уже довольно давно, в нашем мире существует определенный баланс сил между тремя сильнейшими расами, и если произойдет значительный перевес в какую-либо сторону, то не нужно быть предсказателем, чтобы понять, – начнется война. Война, которая не нужна никому. Так что нет, Вика, ты будешь единственной и уникальной совушкой. Мать уничтожит любого, кто посмеет нарушить ее запрет.

– А меня? Меня она не уничтожит, чтобы никто не видел положительного результата?

– Нет, Вика, тебя она не уничтожит. На тебя у нее иные планы.

Что?

Я не успела задать очередной вопрос, как в комнату зашла Янита с подносом, на котором стоял чайник с сахарницей и чашка. Сев не без труда и с благодарностью приняв из рук вампира чашку с уже размешанным сахаром, я одним большим глотком выпила чай, затем выпила вторую и только на третьей поняла, что мне достаточно – горячая сладкая жидкость с удовольствием расположилась в желудке, а все еще теплая чашка наконец отогрела кончики ледяных пальцев.

Странно…

Внутри пожар, а снаружи – лед. Разве это нормально?

– Все или еще?

– Все, спасибо.

– А теперь спи.

– Но…

Отрицательным жестом остановив мое уже готовое сорваться с губ возражение, лорд суровым тоном пресек все остальные возможные попытки.

– Поговорим, когда выспишься и отдохнешь. Обещаю. А теперь спи, Виктория.

Понимая, что он прав, я почему-то вспомнила вчерашний вечер и не смогла промолчать:

– У меня там… в ванной… намусорено.

– Разберемся. Спи.

Дракон. Дракон! Шэтов голубой дракон и магия ледяного пламени!

С трудом сдерживая шквал эмоций, бушевавших внутри, лорд едва дождался, когда Виктория закроет глаза, и лишь после этого торопливо вышел из ее комнаты и практически бегом отправился в кабинет.

Он обязан доложить о случившемся Матери, потому что это было еще не катастрофой, но уже очень близко к ней. Виктория была абсолютно права, и то, что он ей сказал, тоже ни на грамм не отклонялось от реального положения дел. Если не найти этого дракона и не изъять все без исключения наработки, то случится страшное. Слишком многие захотят повторить, слишком многие захотят нарушить закон, и Юмирай даже думать не хочет, к чему это может привести. Не только к войне с демонами, но и к расколу среди самих вампиров.

Нет, этого нельзя допустить!

– Дракон? – задумчиво читая доклад ястреба, которому поручили присмотреть за новым и довольно необычным птенцом, женщина рассерженно прикрыла глаза, полыхнувшие янтарным светом.

Знала она одного дракона… Именно голубого. Опять за свое, Калахем? Куда ты вляпался на этот раз?!

Интуиция сконфуженно нашептывала, что королева может ошибаться и все совсем иначе, но Амидайла уже четко знала. Он. Именно он. Зараза рептилоидная!

– Калахем, добрый вечер… – Уйдя к себе в спальню и магически заблокировав комнату, чтобы никто, даже горничные не стали случайными свидетельницами разговора, ее величество активировала голубой шар для связи, один из немногочисленных, но поистине бесценных подарков любовника.

– Ами? – Откликнувшись почти сразу, дракон, чье лицо проявилось в шаре, выглядел удивленным. Похоже, он не ожидал, что вампирша свяжется с ним первая. С их последней размолвки по поводу его экспериментов прошло всего два месяца, и обычно он первый пытался наладить контакт, и то не раньше чем через полгода. Именно столько требовалось, чтобы Ами остыла и простила. – Безумно рад тебя видеть, милая. Как твои дела?

– Мои? Превосходно… – мурлыкнула ее величество, а затем рявкнула: – А вот твои – не очень! Ты, выродок Мироздания! Какого шэта ты связался с кланом Шинайо?! Отвечай, демоны тебя задери!

– Эм… – Сконфуженно отведя глаза и пытаясь лихорадочно выстроить логическую цепочку, которая помогла бы ответить ему на вопрос: «Как она узнала?!» – дракон на некоторое время глубоко ушел в себя, а затем, вынырнув, ошеломленно выпалил: – У него получилось?! Ами?! Скажи! Кто? Сколько их выжило? Где они? Кем они стали?!

Гневно пыхтя и тщательно подавляя уже готовые сорваться с языка новые ругательства, Мать поджимала губы и все пыталась высмотреть в глазах любовника хоть каплю раскаяния. Увы, его там не было. Шэт! Ну вот за какие грехи она его любит, а? Раздолбай-экспериментатор! Безответственный! Безалаберный! Бессовестный!

Но, шэт его побери, такой… любимый!

– Ами-и-и?

– Поздравляю, Калахем, у нас дочь.

Это был не сон, а скорее, какой-то транс. С одной стороны, тело спало, с другой – разум бодрствовал, при этом усердно отстаивая свое «я», которое у меня хотели отнять. Их было много – несколько мужчин и даже одна женщина. Все они требовали подчинения, покорности, смирения и послушания.

Нет!

Я взрослая! Я самодостаточная! Я свободная!

Я личность, черт побери!

В какой-то момент рядом со мной появилась еще одна сила, которая, к моему безмерному удивлению, встала на мою сторону. Сова. Та самая голубая сова, которая утром стала моей покровительницей-тотемом.

Хм…

Покосившись на пушистую большеглазую птицу, одним своим присутствием сумевшую не только облегчить боль, но и утихомирить всех тех, кто вопил в моей голове, я подумала… и поблагодарила.

Что ж, раз теперь я тоже в какой-то мере сова, то, наверное, нет смысла враждовать со своим внутренним «я», верно?

«Верно».

И все-таки Юмирай оказался прав – совы очень ответственно подходят к делу покровительства и защиты.

«Верно».

Голубая вредина моргнула янтарными глазами, и на ее птичьей мордочке явно проявилось ехидное выражение.

– Ну… Спасибо, что ли, совушка.

«Пожалуйста, сестричка».

Моргнув снова и встрепенувшись, сова доброжелательно кивнула и вылетела в до сих пор открытое окно, а я наконец заснула. Нормальным, глубоким и восстанавливающим силы сном.

Удивительно, но тело намного лучше меня знало, что ему надо, и в итоге я проспала практически трое суток с небольшими перерывами на еду и туалет. Сделать что-то большее я не могла, да и не хотела. Сильнее всего я переживала, что мне действительно может понадобиться кровь, поэтому постоянно с опаской косилась на услужливую Яниту, но, к счастью, за все время моего восстановления горничная не вызвала во мне ни единой кровожадной мысли.

Кстати, за время моего «выздоровления» во вторую ночь меня посетила сама ее величество, но об этом я узнала лишь наутро от взбудораженной визитом высокой гостьи служанки. Зачем? Почему? Для меня самой это осталось тайной, как и то, что Мать все-таки решила делать со мной в дальнейшем. Но раз не убила, увидев меня лично, то, наверное, не будет против и моего дальнейшего существования. Хотя черт их знает, они такие нелогичные, эти неклассические вампиры!

Кроме всего прочего, за эти невероятно длинные и наполненные многочисленными снами-разговорами со своим тотемом дни и ночи мы с совушкой приняли максимально устроившее нас обеих решение – архивируем почти все знания, доставшиеся мне путем внедрения в организм драконьих генов, до лучших времен, оставляя себе самый необходимый минимум, например, возможность использования ледяного пламени, причем всего лишь усилием воли.

Остальное (а во мне были терабайты информации «остального»!) мы с совушкой решили изучать постепенно. Это решение далось мне нелегко, но если бы мы пустили все на самотек, то есть позволили драконьему влиянию взять верх над вампирскими генами и завершить преобразование по своему усмотрению, то не было бы никакой гарантии, что при мне остались бы мои здравый ум и твердая память.

К сожалению, человеческий организм оказался слишком хрупким, чтобы исключить возможность сумасшествия на все сто процентов, если не принимать дополнительных мер по его защите. Ну уж нет! Я у себя одна и рисковать так глупо не намерена! Так что архивируем, и без сожалений.

И вот настало оно! Хоть и позднее, но утро, встретив которое, я наконец поняла, что готова к полноценной жизни, а не просто к постельному существованию.

– Доброе утро, госпожа.

Всегда вежливая и предупредительная служанка караулила под дверью, и стоило мне заворочаться, а затем сесть в кровати, как зашла после вежливого стука.

– Доброе утро, Янита.

– Завтрак?

– Нет, давай чуть позже. Сегодня я чувствую себя намного лучше, так что начнем с водных процедур. – Я накинула услужливо поданный халат и довольно бодро отправилась в ванную, где не без помощи Яниты вымылась, привела себя в порядок и спустя полчаса немного устало опускалась в кресло. – Нет-нет, все хорошо. Пять минут – и буду одеваться. Кстати, как у нас дела с одеждой?

Открыв створки небольшого шкафа и продемонстрировав мне все ту же, но уже выстиранную юбку, несколько однотипных блузок и аж целое платье, горничная по моему загоревшемуся взгляду поняла, что я хочу именно платье.

Если честно, то мне просто понравился его цвет – нежно-голубой, почти белый. Символично, кстати, но, как ни странно, мне всегда нравился голубой. Привлекала вода, снег, лед, зима… А сейчас – еще больше. Папочкины гены? Вполне возможно.

Так, не будем о грустном.

Переодевшись и по достоинству оценив мягкость ткани и качественный пошив платья, больше похожего на длинную тунику, но в очень дорогом и стильном исполнении, я лишь мельком глянула на себя в зеркало, и так зная, как выгляжу.

А выглядела я достойно своей покровительницы-совы. Мудрой, магически одаренной, с изумительно тонким слухом и острым зрением, невероятно бесшумной, умеющей сливаться с местностью и предпочитающей пользоваться женской хитростью, а не мужской прямолинейностью. Именно такова была моя покровительница.

Была ли такой я? Не знаю, не знаю… но очень хотелось верить, что хотя бы процентов на десять это отражало и мою суть. Иначе почему меня выбрала именно она?

Широкий замшевый пояс и заколотые на затылке две прядки завершили нежный и утонченный образ, вызвав ехидную мысль о несоответствии обертки и содержимого. Увы-увы… я бы с удовольствием надела джинсы и майку-борцовку с кедами, но таковое мне не предложили.

И не предложат, это точно.

– Вы очень красивая… – Прибирая за мной постель, горничная смущенно улыбнулась, когда я развернулась к ней, предлагая оценить свой внешний вид.

– Спасибо, Янита. Лестно слышать, – улыбнувшись в ответ, я уточнила: – Как думаешь, лорд Юмирай уже встал?

– Да, он рано встает. Вы хотите его видеть? Я могу уточнить, где он…

– Не надо, Яни, не стоит. Я сама.

Я сама, потому что мне очень интересно, действительно ли я теперь так хорошо слышу и чую, как мне кажется? К тому же я ведь имею право без сопровождения передвигаться по особняку, верно? Верно!

А еще мне просто было немного скучно и хотелось пошалить. Так, слегка. Скорее, даже не пошалить, а просто разведать обстановку. Вряд ли я смогу это провернуть, когда рядом будет сдержанный и весь такой серьезный лорд-ястреб.

И вот крадусь я, крадусь… Хотя выгляжу при этом просто неторопливо прогуливающейся и немного скучающей, а сама только и делаю, что, затаив дыхание, прислушиваюсь к окружающей среде. За эти три дня из разрозненных ответов Яниты я успела узнать, что третий этаж целиком и полностью принадлежал ее величеству, и она располагалась именно там, когда приезжала в город по делам, второй этаж был отдан в распоряжение лорда, редких гостей и птенцов, а вот на первом находились многочисленные гостиные, столовые, рабочий кабинет лорда, зал для приемов, библиотека, а также хозяйственные помещения. Это я о кухне, прачечной и кладовке. Слуги, которых здесь было больше десятка, жили в нескольких пристройках чуть дальше основного здания особняка. Там же жила и охрана, состоящая из двенадцати гвардейцев и их капитана. Имелась тут даже собственная конюшня с самыми настоящими лошадьми и даже загон для вранов со смешным для меня названием «вранник». Кроме того, как шепотом призналась мне вчера вечером смущающаяся служанка, на территории поместья находилась площадка, где тренировались охранники, чтобы поддерживать форму. Периодически вместе с ними тренировался и сам лорд. Тут Янита окончательно покраснела и сменила тему.

М-да.

Нет, тут в принципе понятно – если по кому и сохнуть, то именно по лорду. Чего по мелочам размениваться? Конюхи и слуги – они и в Африке конюхи и слуги, а лорды на дороге не валяются.

Усмехнувшись своим умозаключениям, я тем временем подошла к лестнице и начала по ней неторопливо спускаться, задерживаясь на каждой ступеньке и слушая мир. Мир шептал, что просыпается, что погода сегодня будет чудесная, хотя вчера весь день лил дождь, что на кухне полным ходом идет подготовка к обеду, потому что завтрак был уже пару часов назад, и что у нас… гости.

Да ладно?

Замерев на верхнем пролете и буквально слившись с колонной, я проследила, как дворецкий, встретив незнакомого вампира у входа и выяснив причину визита, проводил того вглубь особняка. Наверняка в гостиную или кабинет.

Так-так-так… ну и кто к нам и зачем пожаловал? Ужасно интересно!

Немного подождав, чтобы не выдать себя раньше времени, и приказав буркнувшему желудку замолчать, потому что нас ждали дела намного интереснее, чем завтрак, я сняла туфельки и, взяв их в руку, уже в одних тонюсеньких носочках отправилась дальше.

Конспирация и бесшумность – наше все!

Лестница, коридор, сдержанный и величественный кивок возвращающемуся дворецкому, дверь, еще одна дверь… О, тут!

Изображая царственную невозмутимость, я с трудом дождалась, когда дворецкий скрылся за поворотом, и, настороженно осмотревшись по сторонам, приникла к двери и стала одним большим ухом. Да-да, мне тоже интересно!

– Неожиданно… – С удивлением рассматривая обещанное усиление состава и читая характеристику на Майнира Ватако, филина клана Ишкумо, весьма одаренного мага и просто протеже ее величества, подспудно лорд сравнивал себя и это юное дарование.

Самолюбие лорда было серьезно задето, потому что сравнение было не в пользу ястреба.

Дарование действительно было юным – судя по характеристике, ему было всего двадцать семь лет, двадцать из которых он занимался изучением магии в целом, теорией, практикой, экспериментами и, как ни странно, преподаванием. Об этом четко повествовала запись – три года, проведенные в стенах Магического университета в качестве преподавателя общих магических дисциплин.

Майнир, опять же судя по характеристике, отличался спокойным и добродушным характером, но при этом требовательностью и умением донести до обучаемого материал в нужном объеме.

Ну и, ко всему прочему, этот… филин был чистокровным вампиром в десятом поколении, внешне привлекателен и не женат.

М-да…

Хотя чему удивляться? Мать никогда и ничего не делала, не просчитав свои действия на несколько шагов вперед. И если уж она решила, что именно этот вампир необходим Вике, то кто Юмирай такой, чтобы оспаривать ее решение? Он сам – дитя не таких уж простых родителей, но остающийся полноценной высшей птицей и лордом, а не эмоционально нестабильным полукровкой с дикой для простого обывателя родословной только благодаря личной помощи ее величества и жесткому самоконтролю.

Да и сама Вика. Всего лишь одна из многих его птенцов. Не первая и не последняя. Жаль лишь, что этот сон все никак из головы не выходит…

– Итак, Майнир, у вас прекрасная характеристика, но я хотел бы услышать и несколько слов от вас лично. Расскажите о себе.

– А что конкретно вас интересует? – Достаточно небрежно закинув ногу на ногу, маг развел руками и широко улыбнулся. – Все, что сказано обо мне в письме, – истинная правда, и вряд ли я могу добавить что-то сверх этого. Хотя, не скрою, я удивлен решением ее величества и крайне рад оказанному мне доверию и представившейся возможности поучаствовать в обучении и становлении одной из самых перспективных укушенных за последнюю сотню лет. Кстати, как она? Все еще восстанавливается?

– Бур-р-рк… – донеслось из-за неплотно закрытой двери, и, в первую секунду насторожившись, во вторую ястреб уже пытался скрыть неуместную в данном случае улыбку. Вика не переставала его удивлять. Нет, нечто подобное он как раз от нее и ожидал, но не так быстро и не так… В общем, не так.

– Виктория, проходите, не стесняйтесь, мы как раз о вас говорили.

Глава 8

Черт!

Мысленно отругав свой ненасытный организм, решивший сдать меня с потрохами, на будущее сделала себе зарубку – никогда не шпионить на пустой желудок. Чревато.

– Доброе утро, – открыв дверь и мило улыбнувшись сначала лорду, у которого почему-то округлились глаза, а затем и магу, который мне не понравился с первого взгляда, я прошла в кабинет и, немножко подумав, расположилась во втором кресле, справа от рабочего стола Юмирая. – Простите, не хотела показаться бестактной и мешать вашей беседе.

– Вы уже восстановились? – вернув глазам нормальный размер, лорд внимательным и цепким взглядом прошелся по моему лицу, задержав взгляд на шее.

К сожалению, совушка была не очень аккуратна и, расцарапав мне плечо, задела и шею, где сейчас красовалась тотемная татуировка в виде голубого перышка. Небольшого, но очень хорошо видимого и буквально бросающегося в глаза из-за фосфоресцирования.

Единственное, что радовало, причем безмерно, – так это то, что пропали все энергетические линии, заняв свое место внутри моего тела, как и положено, а не снаружи, как раньше.

– Да, в полной мере. – Вежливо кивнув, я перевела взгляд на молодого мага, который рассматривал меня с нескрываемым интересом. Сейчас, сама став полноценной птицей, я без труда видела, кому какой крылатый хищник покровительствовал, и на основе этого могла составлять первое впечатление о собеседнике. Так вот, этот филин слишком много о себе мнил. Слишком. – Здравствуйте, мы с вами еще не знакомы…

– Лорд Майнир, леди Виктория. Ваш учитель магии.

– О… – не справившись с эмоциями и не удержав ироничного хмыка, я уточнила: – А вы, простите, маг какого направления?

– Если вы намекаете на то, что я буду учить вас драконьей магии ледяного пламени, то ошибаетесь. – Сумев удивить меня уровнем информированности, так что я даже переглянулась с ястребом, который тоже недовольно прищурился, Майнир широко и обезоруживающе улыбнулся. – Я всего лишь научу вас основам, которые преподают одаренным детям с самого юного возраста. Не зная элементарных вещей, вы не сможете в полной мере понять все остальное. Понимаю, вы удивлены и думаете, что хватит тех знаний, которые уже заложены генетическими изменениями, но, поверьте, их будет недостаточно. До сего дня вы пользовались навыками и умениями интуитивно. Интуиция – это, конечно, очень хорошо, но не тогда, когда дело касается магии. В первую очередь магия – это точная наука, а уже после…

– Майнир, не так быстро, – перебив мага, когда тот явно собрался, судя по маниакальному блеску в глазах, прочитать лекцию, а может, и не одну, Юмирай натянуто улыбнулся недовольно осекшемуся филину и уже более дружелюбно – мне. – Виктория, вы завтракали?

– Нет, не было желания.

– Зря. На правах вашего опекуна сейчас я отправляю вас завтракать, а заодно и обедать. И лишь после того, как ваш желудок перестанет жаловаться на нерадивую хозяйку, мы с вами продолжим общение.

– А вы все еще мой опекун? – удивившись именно этому, а не тому, как и каким способом он выпроваживал меня вон, я послушно встала, но ждала ответа.

– Да, Виктория, таково распоряжение ее величества, и вы обязаны ему подчиниться, потому что до сих пор находитесь под ее негласным покровительством и защитой. Ближайшие несколько месяцев вы останетесь под моей опекой, и именно мы – я и лорд Майнир – будем обучать вас тому, что положено знать леди из высшего общества, чтобы на ближайшем полуночном слете вы не только не посрамили честь ее величества, но и подтвердили свой статус полноценной высшей птицы. И если лорд Майнир станет вашим наставником в магии, то на мне лежит ответственность по обучению вас этикету, танцам, политическим, экономическим и прочим дисциплинам, чтобы вы могли уверенно чувствовать себя в нашей среде.

Не поняла.

Нет, в целом поняла. Не поняла в частности. При чем тут я и честь ее величества? И почему, черт побери, я не обрела обещанную ранее свободу и право выбора, а до сих пор что-то кому-то должна?!

– А…

– Завтрак, Виктория. – Не дав мне уточнить, лорд посуровел взглядом. – Вы знаете, к чему может привести подобное пренебрежительное отношение к своему состоянию? Не знаете? Так вот, просвещу – если и дальше вы будете пропускать завтраки, а также обеды и ужины, то в один прекрасный момент и сами не заметите, как наброситесь на прислугу и начнете ее пожирать. Вы вампир, Виктория, не забывайте. И только неукоснительное безупречное восполнение энергии путем приема обычной человеческой пищи делает из вас высшего, разумного вампира, а не обезумевшего монстра. И не кривитесь. Пока вы не будете знать все о вампирах в целом и о себе в частности, мы просто не имеем права выпустить вас в мир. Это элементарно опасно как для вас, так и для окружающих.

Вообще-то обидно.

А еще я прямо чую во всем сказанном скрытый подвох. К сожалению, в чем-то лорд прав: пока я не знаю элементарного, я слишком легкая добыча для сильнейшего, которых тут, как оказалось (те же Шинайо), совсем немало.

Не став хамить в ответ (а в первые секунды очень хотелось), я не без труда, но все же выдержала его недовольный взгляд, а затем послушно кивнула и, пробормотав, что прошу прощения и больше никогда не поступлю столь безответственно, вышла из кабинета. Даже дверью не хлопнула, а аккуратно прикрыла.

Коз-з-зел…

Скрипнув зубами и одновременно злясь на него и на себя – за то, что снова дала ему повод указать мне на мое невежество, я отправилась прямиком на кухню, чтобы реализовать его приказ. В приказе же не было сказано, где именно и чем конкретно я должна позавтракать, верно?

– Добрый день!

Без труда найдя кухню по запаху, я с широкой предвкушающей улыбкой энтузиаста-исследователя замерла в дверях огромного зала, попутно немного напугав трех поварят и двух кухонных работниц. Повариха же (кстати, гномка!), всего на секунду отвлекшись от большой кипящей кастрюли, окинула меня придирчивым взглядом, иронично приподняла бровь и махнула рукой, подзывая меня к себе.

– Виктория?

– Да, верно.

– Синтия, будем знакомы. Что, кушать, поди, хочешь, совушка?

Насторожившись из-за ее осведомленности, но кивнув, я была одарена еще одним, но уже более доброжелательным взглядом.

– Да ты не боись. Сколько вас тут было таких… С полувзгляда различать начала, кто есть кто. А уж кто голодный, так и подавно. А чего сюда-то пришла? С милордом повздорила, что ли? Или любопытство заело?

Смешавшись еще больше, потому что слишком уж проницательно вела себя эта немолодая пышнотелая темноволосая гномка, я снова кивнула. Ну если не врать самой себе, то и то и другое.

– Это ты зря. Я про милорда. Суров, но благороден – это о нем. Если и прикрикнет обидно порой, то только по делу. Работа у него такая: вас уму-разуму учить да порядочных высших из вас делать, а не кого попало. Так, давай-ка отойдем, нечего тебе тут одеждами пыль мне в кастрюли наметать. Вон, садись за столик. Коли уж пришла, то, наверное, не побрезгуешь тут позавтракать?

– Да, спасибо.

Немного ошарашенная напором энергичной поварихи, которая едва доставала мне до плеча, но при этом была шире раза в три, я послушно села за указанный столик у окна и уже через несколько секунд не могла удержать блаженной улыбки, расползающейся по губам. Содержимое многочисленных тарелок, расставленных передо мной в мгновение ока, пахло восхитительно.

Мм! На некоторое время я выпала из реальности. Мутировавший организм был не кормлен аж с вечера, за что откровенно обижался на свою хозяйку. А ведь время близилось уже к обеду. В себя я пришла лишь тогда, когда передо мной поставили десерт, убрав все предыдущие тарелки.

Ого! Вот я проглот, а!

Смущенно почесав нос и кивком поблагодарив за поставленный рядом чайничек, я уже более внимательно присмотрелась к неизвестному содержимому креманки. Я, конечно, была не специалистом по десертам, но знала довольно многое. А вот такого рецепта не знала. Внешне десерт был похож на мороженое и одновременно мусс, но вот на вкус… на вкус это был бананово-ванильный крем, причем с ноткой киви. Хм.

– Что-то не так? – Периодически поглядывающая на меня Синтия заметила неуместную задумчивость на моем лице и поспешила поинтересоваться причиной.

– Нет-нет, все хорошо. Не могу понять, из чего и как сделано. Не поделитесь рецептом?

– Зачем?

– Просто интересно. Я в десертах не большой специалист, но всегда полезно узнать что-то новое. Сама больше люблю готовить мясные и рыбные блюда, причем поострее, так что приходится сдерживаться, когда готовлю для дру…

Ой!

Осекшись на полуслове, потому как по скептичному выражению лица поварихи поняла, что болтаю лишнее, я натянуто улыбнулась. Ну да, ну да. Наверное, леди тут вообще не знают, что такое кастрюля, да?

– Умеешь готовить? – Иронично приподняв бровь, гномка даже отложила нож, которым до этого довольно споро орудовала.

– Ну-у-у, вообще-то да.

Да, черт побери! И почему я должна скрывать? Это ведь не позорно, в конце концов!

– Да ладно? А что умеешь? Училась или как?

– Училась. Дома я работала поваром в ресторане до того, как меня укусили.

– Ого! – Всерьез удивившись, Синтия подошла ближе и села напротив. – Это что-то новенькое. И как тебя угораздило? Они же обычно не кусают простых.

– В смысле?

– Ну, там… – Неопределенно помахав в воздухе коротенькими мясистыми пальцами, Синтия довольно пренебрежительно продолжила: – По зиме художник у нас был, а летом – моделька. До нее – княжна какая-то, но, мне кажется, врала. А ты так просто призналась, что повариха. Это ж рабочая профессия.

– И что? Разве это повод ее стыдиться? Знаете, я бы намного больше постеснялась звать себя моделью, потому что на подобных «леди» клеймо некуда ставить. – Пренебрежительно фыркнув в ответ, я вдруг подумала о том, что в этом мире все может быть иначе, и тут же немного сдала назад: – Хотя, наверное, я могу быть и не права…

– Да права, права. – Громко и заразительно хохотнув, гномка широко улыбнулась. – Что ж, раз ты у нас дама незаносчивая и к знаниям открытая, то будем взаимно любезны. Я тебе – рецептик этого десерта, а ты мне те, что знаешь и умеешь готовить сама. Договорились?

– Договорились.

Да, вспылил он зря. И отчитал зря. Он же понимал, что Вика не в курсе даже элементарных вещей и знает лишь то, что он успел рассказать ей сам. А об этом-то он как раз и не успел ей поведать, наивно полагая, что у них есть в запасе как минимум несколько недель, пока они будут разбираться в ее ключевых навыках, чтобы подготовиться к появлению покровителя. Шэт!

– Савон, не видел Викторию? – Отослав Майнира наверх под присмотром горничной – обживать дальние комнаты, сам лорд решил найти совушку, но ни в гостиной, ни в столовой, ни у себя ее не было. Неужели ослушалась и решила пойти наперекор? Ну и куда могло занести ее на этот раз? Глупая девчонка!

И неудивительно, что рядом с ней Юмираю отказывает годами тренированное самообладание. Это не девушка – это катастрофа!

– Попробуйте посмотреть на кухне, милорд. – Дворецкий, который всегда был в курсе всего происходящего в особняке, постарался скрыть многозначительную улыбку, но в полной мере ему это сделать не удалось. Юмирай тут же вопросительно вздернул бровь, предлагая пояснить. – Прошу простить. Девочки говорят, что леди на кухне. Так сказать, обменивается опытом с Синтией.

Что?!

Нервно хмыкнув и боясь даже предположить, каким таким опытом могут обмениваться эти абсолютно разные как по расе, так и по социальному статусу (не говоря уже о возрасте) женщины, как ни странно, довольно схожие по характеру (спелись уже, поди?), ястреб торопливо направился вглубь дома.

Решив не сразу обнаруживать свое присутствие, а сначала понаблюдать из-за приоткрытой двери, лорд понял, что… что ничего не понял.

Они что делают?!

– Нет-нет, еще мельче. – Быстро-быстро орудуя острейшим ножом и измельчая на разделочной доске масло, при этом щедро смешивая его с мукой, Виктория выглядела невероятно сосредоточенной и серьезной, но, как ни странно, довольной. Такой он ее еще ни разу не видел. Кстати, обращалась она к Синтии, которая стояла напротив и делала то же самое. – Отлично. Теперь добавляем яично-уксусную воду, которую мы с вами сделали до этого. У нас должно получиться довольно крутое тесто. Его надо будет поделить на комочки и заморозить…

Когда дамы начали замешивать это самое пресловутое тесто, лорд не выдержал и все-таки обнаружил свое присутствие, шагнув из-за двери и предупредительно кашлянув.

– Виктория, вообще-то я вас ждал в немного ином месте…

Моментально погрустнев и с досадой посмотрев на свои испачканные в муке руки, Виктория озадаченно поджала губы, а затем почему-то посмотрела на повариху, словно просила у нее помощи.

Дожили! Он что, совсем уже извергом выглядит?

Подавив зарождающееся возмущение, вдоволь сдобренное раздражением, ястреб глухо рыкнул на неуместные здесь и сейчас эмоции, так и норовящие явить себя миру, и добавил:

– Надеюсь, вам хватит пятнадцати минут, чтобы закончить? Напишите рецепт, уверен, Синтия сама справится с остальным. Жду вас в кабинете.

– Да, милорд. – Послушно кивнув, но при этом глядя в пол, а не на него, Виктория поторопилась к раковине.

А он, стараясь не обращать внимания на то, как неодобрительно смотрит на него повариха, поспешил уйти, чтобы не сказать чего лишнего.

Шэт, ну что за напасть такая?! Что с ним? Гормональный срыв, что ли? Опять? Или результат длительного отсутствия любовницы? Так ему явно намекнули – она не про него. Нет, надо будет сегодня же сходить к Бэлласи и ее девочкам. Сегодня же!

Черт! Явился. И я хороша! Нашла родственную душу, называется. Совсем забылась. А ведь он же говорил – как поем, нужно будет идти на занятия с магом. Ну и кто после этого не самая умная представительница своего рода?

– Не обижайся на него. Говорю же, порядочный он. По порядку у него все, понимаешь? – Вымыв руки быстрее меня и уже приготовив карандашик и блокнот, Синтия кивнула: – Давай, записываю.

Сосредоточившись и надиктовав ей по памяти классический рецепт «Наполеона», который очень заинтересовал гномку, уже успевшую рассказать мне о своем десерте, я насухо вытерла руки, уточнила, не испачкалась ли еще где, и, договорившись, что зайду вечером, если будут силы и время, тепло распрощалась с доброжелательной поварихой.

И совсем она не злая и не эгоистичная в плане владения кухней. Без проблем дала мне нож и все остальное. И почему он говорил совсем иное? Или это ему когда-то не повезло и теперь он думает, что Синтия такая со всеми?

Всерьез задумавшись над подобной возможностью и над тем, каким именно образом ястребу могло «прилететь» от бойкой поварихи, я даже улыбаться начала, представляя себе самое невообразимое, но забавное. Например, мокрым (и «слегка» грязным) полотенцем по самодовольному лицу! О да-а-а!

– Виктория?

Не успев убрать с лица блаженное выражение до того, как его увидел лорд, я вызвала его закономерное удивление.

– Да?

– С вами все в порядке?

– О, более чем. – Прогоняя неуместные видения (веником пониже спины!), я кое-как взяла себя в руки и снова села в то же кресло, что и раньше, но не смогла удержаться от подколки: – Синтия очень вкусно и питательно готовит, так что можете не переживать – в ближайшее время на прислугу я не накинусь.

– Вика, я не сдержался. – Снова перейдя на «ты» и отведя глаза, лорд поступил довольно неожиданно – извинился. – Извини. Твое становление прошло крайне быстро, и я элементарно не успел рассказать тебе очень много довольно важной информации. Именно о крови и энергии. Помнишь парк? Тот вечер, когда твоя энергия вышла из-под контроля и мы оба получили повреждения.

– Да, – немого настороженно нахмурившись, я понимала: тот случай он вспомнил неспроста. – И?

– И если ты отделалась лишь царапинами, то у меня была трещина в позвоночнике и серьезно повреждены многие внутренние органы. Когда вампир ранен, голоден или истощен по иным причинам, он может себя не контролировать и наброситься на любого, кто рядом. Тогда я именно поэтому накричал на тебя, чтобы ты ушла. Я мог сорваться и попытаться тебя укусить, чтобы выпить крови и энергии. Такова наша природа.

Глядя мне в глаза и рассказывая именно о «классических» вампирах, лорд, наверное, хотел меня этим напугать, но, как ни странно, мне наоборот полегчало.

Ну слава тебе господи! Хоть в чем-то эти вампиры такие, какими им и положено быть!

– И только после того, как выпил несколько специализированных энергетиков и проспал всю ночь, я восстановил силы и уже не был опасен для окружающих.

– Спасибо, что рассказал. – Искренне поблагодарив, чем явно его удивила, я уже более свободно откинулась на спинку кресла, но, заметив на столе ястреба папочку (информация о маге, да?), кивнула в сторону документов. – А можно мне почитать? Кстати, я умею читать, как думаешь?

– Давай проверим. – Помедлив всего секунду, Юмирай перегнулся через стол, и мне в руки легла тоненькая, всего с несколькими листиками, папка. – Попробуй. Не переживай, секретных данных там нет.

Жаль.

И о чудо! Я поняла, что тут написано!

Сначала медленно, но чем дальше, тем лучше и быстрее у меня получалось разбирать незнакомые закорючки-буквы, складывать их в слова, слова – в предложения, а затем и вовсе понимать смысл этих предложений. Так-так-так… Что ж, действительно, ни единого секретика. Ну просто идеальный мальчик!

Только почему он мне так неприятен?

Задумчиво поджав губы и вернув папку, я сделала это невероятно вовремя, потому что всего несколько секунд спустя в дверь пару раз постучали, а потом к нам присоединился тот, кто думал, что сможет научить меня магии.

Магия – это точная наука? О нет, в этом ты ошибаешься, самоуверенный и самовлюбленный филин. И очень сильно. Жизненный девиз моего папули – ни дня без эксперимента! Но кто я такая, чтобы спорить? Даже и не подумаю. И просто потерплю тебя несколько месяцев рядом, потом быстренько «не посрамлю честь ее величества» на полуночном слете, а затем с чистой совестью пошлю куда подальше.

Всех.

Отличный план!

Время до вечера мы провели в планировании графика занятий и просто общении.

И если первое впечатление о филине у меня было просто отрицательным, то к вечеру я четко поняла – мужик зарывается. Он не делал это явно, в открытую, совсем нет. Но его жесты, поза, интонация – все буквально вопило о том, что мы для него – низший сорт. Юмирай – потому что не маг, а я – потому что женщина.

Заба-а-авно…

Кстати, судя по односложным ответам ястреба, он тоже прекрасно видел истинное лицо филина. Не того светского и милого мальчика, каким маг казался внешне, а прожженного хлыща и зарвавшегося проныры, которым он являлся на самом деле.

И куда смотрела Мать, когда отправляла к нам это… в общем, этого? Может, он и высококлассный специалист, но мне уже элементарно неприятно рядом с ним находиться! А что будет дальше, когда начнутся наши занятия, на которых, естественно, не будет лорда Юмирая? Последние полчаса только его присутствие удерживало меня от того, чтобы не послать высокомерного идиота на незнакомом в здешнем мире языке!

Интересно, а если в процессе нашего обучения моя магия вдруг выйдет из-под контроля (а может, и не раз, хе-хе-хе), мне за это что-то будет?

Уже более кровожадно окинув фигуру лорда Майнира придирчивым взглядом, я косо ухмыльнулась. Лед и пламя – взрывная смесь, после которой выживает не каждый. Юмираю повезло, но я просто уверена, что Майнир не станет таким счастливчиком.

Но только ради самозащиты, Вика, только ради самозащиты!

Осталось придумать ситуацию, в которой он на меня нападет…

– Виктория?

– А? – Махом посерьезнев, я перевела взгляд на хмурого лорда. – Да?

– Вы снова голодны?

– Я? – сначала искренне удивившись вопросу, следом едва не покраснела. Это он так тонко намекнул на мое не слишком доброе выражение лица, да? Черт! Так и выдать себя недолго. – Ну, немного… время уже к ужину, кажется, да?

– Верно. Немного рановато, но если вы хотите… – Скосив глаза на мага, что-то усердно строчащего в своем блокноте, ястреб вежливо поинтересовался: – Лорд Майнир, как насчет ужина?

– А? Нет, не хочу. Мне достаточно одноразового питания, я ведь рожденный маг, мы пользуемся иными источниками для подпитки. – Небрежно отмахнувшись и при этом умудрившись очередной раз ненавязчиво напомнить о своем статусе, филин снова уткнулся в блокнот, но прежде глянул на меня и многозначительно улыбнулся. – Приятно было познакомиться, Виктория, увидимся с вами завтра после завтрака.

– Да… – Ответив коротко и нейтрально, я поторопилась выйти из кабинета и только в коридоре смогла в первый раз за несколько часов вздохнуть полной грудью. – Уфф!

– Вика, не так громко, – выйдя следом за мной и плотно закрыв дверь, шепнул мне лорд практически на ухо, при этом с трудом удерживая серьезное выражение на лице. – И убивать его тоже не надо. В нашем мире слишком мало магов, чтобы они умирали молодыми.

– Знаешь, если он хочет жить долго и счастливо, то ему придется первым делом переехать на другой континент, подальше от меня, – смущаясь под проницательным взглядом опекуна, я нервно дернула плечом и прошипела: – Бесит! Вот, даже выдержки не хватает, как бесят его снобизм и высокомерие!

– Успокойся. – Неожиданно приобняв меня за плечи, Юмирай отправился в столовую, попутно крикнув служанку и приказав ей накрыть ужин на двоих. – Поверь, тебе еще не раз и даже не два попадутся такие собеседники, которым ты захочешь выцарапать глаза. В нашем мире достаточно тех, кто считает себя выше остальных. Из-за статуса ли, а может, из-за уровня силы или еще чего. И точно не стоит желать им смерти. Кстати, ты не должна этого желать тем более, ведь ты одаренная. Сила может понять твои мысли по-своему, выйти из-под контроля и действительно причинить вред живому существу. Вика, не кривись, это серьезно. Контролю мы с тобой тоже будем учиться, потому что одно из главных качеств высшего вампира – уметь сдерживать свои животные инстинкты, как бы ни хотелось иного.

– Да понимаю я… – С грустью вздохнув, я позволила довести себя до столовой и усадить на диванчике, который стоял у окна. – А можно кроме танцев, этикета, контроля и иных уроков включить боевку? Думаю, после магических занятий будет самое оно. Ну очень надо…

Черная бровь ястреба взлетела к волосам, а его лицо стало озадаченным.

– Поясни, пожалуйста, не совсем понял.

– Ну-у-у… – Тщательно подбирая слова, чтобы не травмировать его представления о женском роде в целом и обо мне в частности, я даже губу закусила и пальцы переплела. – Иногда даже девочкам так или иначе необходимо сбросить агрессию, чтобы обрести гармонию в душе, а так как ты не рекомендуешь мне убивать никого из окружающих… сам понимаешь… мне нужен будет иной вариант, чтобы сбросить отрицательные эмоции, причем именно после магических занятий.

– Вязание или шитье не подойдут? – При этом выражение лица ястреба стало довольно странным, словно он и сам понял, что сказал глупость.

– К сожалению, не научена. Мне бы партнера по кикбоксингу… ну, вид спорта такой. Ты не знаешь, да?

– Никогда не слышал.

– Жаль. А тренажерные залы в особняке есть?

– Есть.

– Здорово! – Моментально загоревшись идеей, я так сильно озадачила своим сияющим лицом лорда, что он даже слегка отпрянул, хотя до этого стоял рядом, упираясь плечом в стену. – А можно мы их посмотрим после ужина?

– Да, конечно…

И столько сомнения было в его тоне, что мне сразу стало ясно – шаблон-таки треснул.

Ничего-ничего, это еще цветочки!

Глава 9

Ужин прошел достаточно нейтрально, но Юмирай то и дело ловил себя на мысли, что чем дальше, тем больше ему хотелось узнать эту совушку ближе. Больше, глубже, многограннее. Она не переставала его удивлять не только своим поведением и мыслями, но и отношением к самому лорду. Неприязнь к Майниру странным образом сблизила их, и в какой-то момент ястреб поймал себя на мысли, что безумно этому рад.

Это было глупо, непрофессионально, но он мысленно ликовал, когда, выйдя из кабинета, Вика поделилась с ним своими кровожадными мыслями. Даже сам не заметил, как обнял, но, судя по всему, совушка не посчитала это излишней вольностью и не стала уклоняться. Наоборот, открылась, и теперь он знал о ней чуть больше.

Кикбоксинг… Интересное слово. Надо будет связаться с мобильной разведгруппой, наверняка кто-нибудь из них точно знает, что это за вид спорта.

Периодически косясь на задумчивого лорда, но понимая, что ему нужно время на осознание и принятие правильного решения, сама я почему-то вспомнила слова Яниты о тренировках местной охраны и самого лорда. Интересно, а как они тренируются? Просто физические упражнения по типу зарядки или какой-нибудь вид боевого искусства? Вот бы глянуть!

И раз уж у нас с ним устанавливаются более или менее доверительные отношения, то можно попробовать напроситься на урок-другой или даже на мастер-класс.

– Вика, не убивай этот ростбиф, он ни в чем не виноват.

– Что? – С трудом вынырнув из своих размышлений, я немного недоуменно подняла взгляд на Юмирая. Затем глянула в тарелку и сконфуженно поджала губы. – А, нет… я думаю. Просто думаю.

– О чем?

– О тренировках.

Взглядом предложив развить мысль, лорд заинтересованно наклонил голову, и я не стала отказывать себе в возможности узнать о нем самом чуть больше.

– Ты ведь и сам тренируешься вместе с охраной?

– Да. Янита сказала? – Чуть обозначив улыбку, ястреб иронично сверкнул глазами.

– Янита скромно умолчала. – Усмехнувшись, я слегка прищурилась. – В твоем мире, наверное, более строгие моральные рамки, чем в моем, но могу я надеяться на то, что мне разрешат поприсутствовать на одной из подобных тренировок?

– Зачем?

– Если я спишу свой интерес на обычное женское любопытство… – Решив ответить уклончиво, а заодно посмотреть, что он на это скажет, я не обманулась в своих ожиданиях – ястреб тут же высказал свое недовольство и сурово поджал губы.

– Нет, Вика. Если это – обычное женское любопытство, то я тебе откажу. Нужен более весомый повод, чтобы я позволил тебе увидеть столь неподходящее для леди зрелище.

– Неподходящее? Почему? Чем именно оно неподходящее?

– Хотя бы тем, что это неприлично.

– Да ладно? – Не удержавшись и хохотнув, я с трудом подавила в себе неуместное, судя по осуждающему взгляду Юмирая, веселье. – Извини, не удержалась. Воспитание сказывается… Боюсь, мне будет сложно стать той, кто даже мысленно не посрамит честь ее величества.

– А вот это ты зря. – Вдруг погрозив мне пальцем, как маленькой, лорд откинулся на спинку стула и задумчиво потер подбородок, при этом скользя по моему настороженному лицу изучающим взглядом. – Поверь, я вижу твой довольно высокий уровень как образования, так и воспитания, и для меня это приятная неожиданность. Многие, кто был здесь до тебя, не знали даже этого, а две «крайне порядочных» леди так и вовсе матерились хуже сапожников, когда что-то шло не так, как им хотелось. Ты же довольно сдержанна в словах, не ругаешься по поводу и без, внимательна, вдумчива. Но в то же время ты скрытная, что мне не очень нравится. Хотя, наверное, это и правильно в какой-то мере. Так, отклонились от темы. По поводу тренировок – в чем твой настоящий интерес?

– Хочу узнать уровень местных бойцов и чего мне опасаться.

– Вика, это глупо. – Моментально нахмурившись, лорд осуждающе покачал головой. – Почему ты постоянно думаешь об опасности? Любой проживающий в особняке вампир и слуга знает, что ты неприкосновенная персона.

– А не проживающий? – Решив настоять на своем, я тоже недовольно поджала губы. – Юмирай, мир большой. И я буду жить здесь всего несколько месяцев. Что станет со мной потом? Ведь я не только птица и вампир, но и маг. Да еще и женщина. Я, из-за которой произошла «естественная убыль» в количестве трех высших вампиров. Думаешь, клан Шинайо просто «поймет и простит»?

– Так, стоп. – Предостерегающе подняв руку, словно я могла сказать еще что-нибудь неслыханное, ястреб потяжелел взглядом. – А теперь давай по порядку. Ты так или иначе останешься протеже ее величества даже после полуночного слета, что еще не подтверждено официально, но все распоряжения указывают именно на это. Ты – маг. Никто не посмеет поднять руку на мага и тем более убить, потому что это карается смертной казнью – (Черт, значит, убить Майнира не получится? Жаль.) – И, в конце концов, ты – женщина! – На этом месте лорда ощутимо переклинило, и он откровенно вспылил: – Женщин ценят и берегут, а не унижают и не убивают! Забудь о своем тяжелом детстве, забудь о своей неблагополучной юности. Теперь ты не сирота, не рабыня и не бесправный птенец! Ты высшая, магически одаренная вампирша! Это статус! Это залог неприкосновенности! Это гарант благополучия, шэт побери!

– А ты что кричишь, я не поняла? – Абсолютно спокойно выслушав его гневную тираду, я мило улыбнулась. – Ну неприкосновенная, ладно. Но на тренировках-то я могу поприсутствовать?

– Нет! – Отрезав так яростно, словно я попросила у него голову мага, Юмирай резко встал, при этом едва не опрокинув стул, и сухо бросил: – Извини, вспомнил о неотложных делах. Если хочешь, можешь прогуляться в парке, но за территорию не выходить, это запрещено. Увидимся завтра.

И ушел, пока я собиралась с мыслями и пыталась придумать, что на это ответить.

Нет, ну надо же, а? Чего он взбеленился? И у кого после этого тяжелое и неблагополучное прошлое? Да у него комплексов больше, чем у меня – веснушек на носу по весне!

М-да-а-а…

А на тренировки я все равно полюбуюсь. Это он не запрещал.

Многозначительно улыбнувшись своим бунтарским мыслям, я отправилась на поиски Яниты, чтобы в подробностях выяснить, во сколько и где именно проходят эти самые тренировки. Нужно было успеть подобрать себе удобное место для подглядывания.

Любопытство не порок, любопытство – залог здоровья и долгожительства!

Спустя всего полчаса я, вооружившись новыми знаниями, отправилась на предварительную разведку в парк, точнее, к тренировочным площадкам, расположенным в левой его части сразу за домиками для прислуги и охраны. Уточнив у слегка обескураженной горничной, посмеет ли кто-нибудь остановить меня, если я туда наведаюсь, я без сомнений и раздумий шла к своей цели. Темнеть еще не начало, но ночной караул уже заступил на смену, и за время своего пути я заметила нескольких стражей в местной униформе, которая выглядела почти как форма Икуро, но отличалась от нее золотой нашивкой на груди. Данная нашивка, как мне смущенно рассказала Янита, являла собой знак принадлежности к личной гвардии ее величества. А еще в гвардии служили только высшие вампиры, и это считалось честью.

В общем, окружали меня только лучшие из лучших, впору было подхватить звездную болезнь.

А вот и тренажерные площадки. Скорее, даже небольшой комплекс из крытого зала, расположенных на улице спортивных снарядов и двух площадок, посыпанных песком. Интересно…

Сунув свой нос везде и с удовлетворением отметив, что внутри зала есть гантели, штанги, гири, маты и несколько разнокалиберных боксерских груш, подвешенных к потолку, я удовлетворенно кивнула своим мыслям. Идеально! Теперь бы еще выбить себе право посещения и эксплуатации данного места, и будет просто замечательно. Спортивный костюм ждет своего часа в сумке, как и кеды, которые стоят в шкафу. Как в этом мире обстоят дела с эластичными бинтами, я еще не знаю, но уверена: можно будет что-нибудь придумать.

Задумчиво толкнув грушу среднего размера, примеряясь к ее весу и плотности, я напряглась, услышав донесшееся от дверей хмыканье, слегка повернула голову и с интересом приподняла бровь.

Это кто тут у нас такой любопытный?

– Добрый вечер, леди Виктория.

– Здравствуйте. – Оставив грушу в покое и обернувшись окончательно, я сменила выражение лица на более приветливое. Мужчина не был мне знаком, но, судя по форме, являлся одним из гвардейцев, а наличие еще одной лычки поверх основной намекало на то, что он не рядовой.

– Капитан Далерай.

– Очень приятно.

– Вы прогуливаетесь или кого-то ищете?

– Прогуливаюсь. – Невинно улыбнувшись, я обвела зал жестом. – Осматриваюсь, знакомлюсь с местностью. К сожалению, у лорда Юмирая возникли неотложные дела, но он разрешил мне побродить одной.

– Дела?

– А разве нет? – переспросив и прищурившись, я отметила, как чуть нахмурился капитан, а затем неопределенно пожал плечами, видимо, сообразив, что наши данные не совпадают.

То есть ястреб мне наврал, да?

– Прошу прощения, не владею полной информацией. – Натянуто улыбнувшись, гвардеец махнул рукой в направлении выхода. – Леди Виктория, думаю, прогулка в парке будет намного интереснее и познавательнее.

Это меня сейчас так вежливо выставляют вон? Как мило!

– Да, вы правы. – Понимая, что светить своим не самым легким характером и нравом не стоит даже с учетом моего нового статуса (тем более с учетом моего нового статуса!), я покинула истинно мужскую территорию, не став озадачивать и смущать вампира больше, чем уже сделала.

Весь путь до ближайших густых кустов (больше ста метров!) я чувствовала между лопатками его пристальный, изучающий взгляд. Неприятно.

Но теперь я еще сильнее заинтересовалась, что же такого они от меня скрывают. Неужели моя тонкая душевная организация не выдержит вида тренирующихся вампиров? Да ладно?!

Чую, утро будет жарким во всех смыслах!

Внимательно осмотрев все близлежащие точки, с которых можно было бы вести наблюдение, в итоге я пришла к выводу, что оптимальной, как ни странно, будет крыша особняка. Вампирское зрение позволило со стопроцентной уверенностью констатировать, что если я сяду во-о-он за той трубой и не буду слишком откровенно светиться, то у меня получится увидеть все, что я хочу. Да, так и сделаю. Теперь главное не проспать, потому как тренировки проводятся до рассвета. Интересно, завтра лорд будет участвовать? Я бы не отказалась посмотреть и на него…

Переключившись на мысли о Юмирае, я призналась самой себе, что как мужчина он очень интересен, а уж если сравнивать его и Майнира, то филин проигрывал ястребу по всем пунктам, причем и внешне, и в плане поведения. Не говоря уже об отсутствии снобизма и прочих заморочек шовинистического характера у Юмирая. А тело у зеленоглазого лорда… Мм! Слава богу, девочка я уже не маленькая и могу себе позволить мысли не самого скромного содержания. Интересно, а только ли мысли я могу себе позволить, с учетом местных правил и морали? Еще бы выяснить, с чего он сегодня так дернулся… Действительно странно. Неужели его так перекосило из-за того, что я хочу посмотреть на местные тренировки и сама не чужда подобного занятия? Нет, не вяжется. Сказал бы спокойно, я вроде понятливая. Так нет, его откровенно переклинило, причем ни с того ни с сего. Ну и что такого важного он еще забыл рассказать мне о вампирах, раз я постоянно попадаю своим поведением и просьбами впросак?

Погуляв до темноты, я так ничего и не надумала и в итоге решила не забивать себе голову тем, в чем не разбиралась, а просто отправилась на кухню, вспомнив об обещании зайти. А там, к моему большому сожалению, Синтия уже все сделала без меня, причем настолько идеально, что я смогла лишь восхищенно удивиться ее профессионализму и похвалить засмущавшуюся гномку.

– Да не переживай, лучше еще рецептик какой надиктуй. Будет время – завтра опробую. Давай пробежимся по горячему. Что у тебя самое любимое?

Устроившись за небольшим столиком, где меня кормили в обед, я с удовольствием обхватила холодными пальцами горячую чашку с невероятно ароматным чаем и, блаженно щурясь, начала вспоминать полюбившиеся рецепты. Один за другим…

И опомнилась лишь тогда, когда третья чашка чаю подошла к концу, а я сама зевнула уже раз пятый. Черт, я же хотела лечь пораньше!

– Синтия…

– А? Ах, ну да. – С трудом оторвавшись от блокнота, куда старательно записывала все мои рецепты, гномка махнула рукой. – Да-да. Иди спать. Будет время и желание – заглядывай. Торт завтра на обед подам, пусть пока пропитается.

– Спокойной ночи.

– Угу… – Снова уйдя в блокнот с головой, повариха отмахнулась, что меня нисколько не обидело, сама такая, когда увлечена чем-то интересным.

Что ж, контакт с одной из главных женщин этого дома налажен, можно немного и расслабиться. Быстро-быстро умыться, переодеться в футболку, которая пока заменяла мне ночнушку (Янита сказала, что на днях мы с лордом отправимся по местным магазинам, а еще зайдем к портным и закажем мне все необходимое), и поскорее уснуть, предварительно настроившись на раннее пробуждение. Не знаю, справлюсь ли, но постараюсь.

Спокойной ночи, Вика, ты просто умничка, и у тебя все получится. И ерунда, что слегка мутировавшая. Зато разум не потерявшая, а это стоит всего остального!

Вылетев из столовой, Юмирай понимал, что ведет себя непрофессионально и даже несколько деспотично, но ничего не мог с собой поделать. Неуместная злость, даже, скорее, злоба, а на самом деле – жгучая ревность и желание надавить и приструнить, доказать ей самой, что она девушка, а не воин. Одно наслоилось на другое, причем настолько спонтанно и труднообъяснимо, что в секунду уничтожило хваленый самоконтроль, оттачиваемый годами.

Чтобы не наговорить и не сделать лишнего, о чем впоследствии будет жалеть, Юмирай предпочел уйти, сославшись на несуществующие дела, и наверняка теперь выглядел в глазах Вики если не идиотом, то точно буйно помешанным, но это было намного лучше, чем если бы он продолжил на нее давить, как того требовали гены отца.

Отчего он на нее накричал? Почему повел себя как кретин? Как такое вообще могло произойти? Он ведь оставил это в прошлом! Оставил!

Почему произошел сбой, он пока понимал не до конца, но чем дальше, тем больше ястреб осознавал, насколько сильно он в этом увяз. Никогда раньше он не допускал подобного сближения с иными птенцами! Всегда! Всегда вел себя по отношению к ним как учитель и опекун, но эта совушка… Она ворвалась в его жизнь, наплевав на все возведенные лордом преграды и заслоны. Она просто их не замечала! Одна улыбка, другая, первое касание, второе… И все. Этого оказалось достаточно, чтобы начать смотреть на Викторию не как на подопечную, а как на женщину.

И это стало настолько большой неожиданностью, что Юмираю отказала его хваленая выдержка в первую же секунду, как только она завела разговор о других мужчинах. И пускай это было довольно слабо взаимосвязано, но лорду этого оказалось достаточно.

Достаточно, чтобы его темная половина взяла верх и потребовала заявить свои права на девушку, сидящую напротив.

Шэт!

Не заметив, как после почти получасового торопливого шага по вечерним улицам очутился у дверей дома своей очень хорошей знакомой, содержащей особого рода заведение, лорд нахмурился, но все равно постучал.

И уже спустя пятнадцать минут, недовольный, выходил из тех же самых дверей вон.

Стоило лишь окинуть взглядом девочек мадам, как стало понятно – никто из них не сравнится с сиянием и юным очарованием новообращенной совушки.

Ни одна.

Уволиться? Нет, он не трус.

Смириться? Никогда.

А что тогда?

Что, что… Спокойствие, лорд, только спокойствие. Необходим план по завоеванию подопечной, потому что такое сокровище он не отдаст никому! Самому мало!

Да-да, именно план и именно по завоеванию.

И пускай у ее величества – иное мнение, но даже она не будет против, если Вика ответит своему наставнику взаимностью.

Успокоившись и приняв решение, которое, как нашептала ему наконец-то проснувшаяся интуиция, созрело уже тогда, когда он непозволительно долго рассматривал перламутровые губы Вики в вечернем парке несколько дней назад, ястреб даже немного повеселел. Казалось бы, мелочь – признаться самому себе, что тебе нравится девушка, и попытаться заинтересовать ее тоже, но на самом деле это было ох как непросто.

С его-то прошлым и характером… Хотя и Вика тоже далеко не образец кротости и послушания. Хм… а из них выйдет великолепная пара!

Главное, чтобы теперь драконья совушка не убила его в процессе воплощения этого невероятно дерзкого и коварного, но такого желанного для самого Юмирая плана. Хм, кстати! А какая защита имеется от подобной магии?

До поздней ночи планируя, размышляя и просто мечтая о том будущем, когда план подойдет к своему логическому завершению, лорд успокоился лишь под утро, когда первые мысленные наброски оформились в более или менее стройный план и обросли реальными, а не призрачными пунктами.

Да, это будет непросто.

И первым делом надо извиниться за свое вчерашнее поведение и постараться впредь не повторять подобного, хотя сдержаться будет практически невозможно, уж в этом-то он себе лгать не станет.

О, кстати, теперь стоит посещать и ежедневные тренировки охраны, а не отлынивать от них, как он это делал в последнее время, разленившись от долгого перерыва в делах. Да уж, рядом с Викой ему просто необходимо быть в форме, потому что та же интуиция уже нашептывала, что совсем скоро ему придется нелегко.

Но, шэт побери, рядом с ней жизнь наконец начала играть красками, а не едва-едва мерцать сумрачными тонами!

Черт, чуть не проспала!

Подскочив, когда внутренний будильник робко пискнул: «Вроде как пора, но если лень, то, может, отложим на следующий раз?» – я подавила в себе низменный порыв согласиться и быстренько натянула спортивные штаны, вынутые из сумки, но осталась босой, потому что план ни кеды, ни носки не предусматривал. Так, а теперь – смертельный номер!

Еще вчера, когда я определилась с точкой для наблюдения, я озадачилась и иным вопросом: как попасть на крышу? Оптимальным решением оказалось… да-да, именно то самое – взобраться по стене, как в злополучную ночь, когда меня гнал зов. Страшновато, конечно, но если я смогла сделать это тогда, будучи абсолютно невменяемой, то, уверена, смогу и сейчас, когда тело получило столько новых возможностей, что просто грех ими не воспользоваться. Немного напрягает, что здесь все носятся со мной, как с фарфоровой вазой.

Нет, они, конечно, могут и дальше продолжать думать обо мне, как о девочке-припевочке, это мне даже на руку!

А теперь собралась!

Открыв окно и внимательно осмотрев окрестности на предмет желающих подсмотреть за бесценной мной, я никого не увидела и тут же сосредоточилась на своей основной задаче. Та-а-ак… Нет, кажется, я переоценила свои силы. Я как это тогда провернула?

Хотя-а-а… Да, сначала сюда, потом там… Точно! Уф… Господи, я самоубийца!

Через несколько минут, радуясь, что мне пришлось преодолеть всего один этаж, я перевалилась через каменный бортик крыши и слегка диким взглядом окинула окружающее меня пространство. Да-а-а…

Так, собралась!

Пригнувшись и пробираясь короткими перебежками, еще через несколько минут я устроилась за примеченной с вечера трубой и осторожно выглянула из-за нее, больше всего переживая, что выдам свое присутствие раньше времени. Я прекрасно понимала, что тут идиотов нет и если нас действительно охраняют лучшие из лучших, то это – первый и последний раз, когда я сижу на крыше и подсматриваю.

А подсмотреть было за кем! О да-а-а…

Выглядывая и так и эдак, в конце концов я перебралась еще ближе к краю и, спрятавшись за невысоким резным бортиком, настроилась на как минимум двадцатиминутное представление.

О, и Юми здесь!

Хорош, красавчик!

Несколько раз мысленно облизнувшись, пока охрана и ястреб разминались на турниках, при этом все как один одетые в темные мягкие брюки и светлые футболки, поняла, что Янита была права – это было что-то с чем-то! Восемь атлетов, один лучше другого! Восемь великолепных вампиров. Восемь идеальных мужиков, от взгляда на которых у меня сейчас пальчики от желания потрогать заскребут по бетону, потому что с последним своим кавалером я рассталась аж три месяца назад…

Тоскливо вздохнув, когда мужики, размявшись всего минут за десять, отправились на пробежку, при этом скрывшись с поля моего зрения буквально через минуту, я подождала еще некоторое время. Прикрыла глаза, прокручивая в памяти увиденное, и снова протяжно вздохнула.

Боюсь, мою мысль о том, что мне нужны не только тренировки для душевного равновесия, но и любовник, лорд вряд ли поддержит. И ведь сам вряд ли согласится… Наверное, у него есть какой-нибудь очередной пунктик по этому поводу, ведь я – его подопечная. Жалко. Вот уж с кем можно было бы с удовольствием пофлиртовать (и не только!).

Вот не был бы он таким правильным, а?!

Не удержав очередного тоскливого вздоха, я поняла, что зря не накинула кофту от спортивного костюма, потому что уже начала подмерзать. Я потихоньку начала отползать от края крыши к трубам, не решаясь встать сразу.

Правда, путь мой завершился чуть раньше планируемого, потому что сначала одна нога, а затем и вторая наткнулась на отсутствующую ранее преграду.

– Что за… – тут же обернувшись, я глухо ойкнула, да так и замерла – лежа и вполоборота. – Доброе утро…

– Да, невероятно доброе.

Лорд сидел четко на моем пути, скрестив ноги и сложив руки на груди. Все бы ничего, но вот его лицо… Даже не знаю, как сказать. Оно не было злым, скорее раздраженным и одновременно задумчивым. А еще – немного язвительным и почему-то предвкушающим. Возможно, что-то там было еще, но разобрать прямо так с ходу я не смогла – меня словно парализовало, причем как тело, так и мозг.

Пойманная на горячем, я могла только глупо и нервно улыбаться.

– А виды какие потрясающие… Да, утро определенно доброе.

Не поняла. Это он сейчас на что намекнул?

Усилием воли вернув себе способность думать и действовать, я резко развернулась, но вставать сразу не стала, а настороженно села в метре напротив, уже готовая практически ко всему – как к словесному наказанию, так и к чему похуже.

– Ну и как тебе наши тренировки?

– Интересно… – чуть озадачившись его почти дружелюбным тоном, не очень вяжущимся с выражением лица, я коротко кивнула.

– На крышу как попала?

– По стене.

– Еще раз так сделаешь – запру в комнате вплоть до полуночного слета.

Вскинувшись на его приказной и бескомпромиссный тон, я уже открыла рот, чтобы заявить, что плевала на его приказы, потому как опекун он мне только формально, но была остановлена зло сверкнувшими желтыми глазами и шипящим продолжением:

– Ты понимаешь, что, упав с такой высоты, могла элементарно свернуть себе шею?!

– Юми…

– Ты понимаешь, что как вампир ты сейчас на уровне новорожденной и в любой момент можешь оступиться на ровном месте, не справившись с новыми возможностями тела?!

– Но…

– И как ты вообще посмела нарушить мой приказ?!

– Да дай мне уже сказать! – вспылив в ответ, я немного подалась вперед и наставила на лорда палец, уже не крича, но все равно громко продолжив: – Для начала уясни себе одно! Я с пяти лет лазаю по крышам гаражей и высоток и не упала еще ни разу! Я с семи лет занимаюсь паркуром, потому что иначе выжить в нашей среде было невозможно! И, в конце концов, ты мне не запрещал смотреть! Просто смотреть! И не имеешь права запрещать! Ай!

Упустив момент, когда мои слова разозлили его до такой степени, что он на меня набросился и рывком повалил на спину, устроившись сверху и при этом довольно грамотно заблокировав мои руки, заведя их наверх, и ноги, крепко сжав их своими бедрами, я снова открыла рот, чтобы возмутиться подобным, совсем не джентльменским, поведением лорда, но мне не дали.

Эм…

Когда он зло поцеловал меня, словно наказывая за то, что я поступила вопреки его приказам, мне стало немного страшно.

А потом…

Чуть погодя, когда поцелуи стали менее злыми и более нежными и невероятно распаляющими, а мои запястья теперь удерживались лишь одной рукой, тогда как вторая отправилась в путешествие по моему телу, я поняла, что теперь знаю, кто попал на самом деле.

Ой, зря ты это сделал, Юми!

Я не фанат ролевых игр, но если это – такой способ наказания за непослушание, то ты ошибся в выборе метода поучения – я буду очень непослушной. Устанешь наказывать!

Глава 10

К его стыду и позору, первым наблюдателя обнаружил капитан Далерай, тут же об этом и доложивший. Не прекращая подтягиваться, потому что чувствовал – мышцы начали отвыкать от нагрузок, Юмирай прищурился, отстраненно радуясь, что сейчас как раз повернут лицом к нужной точке, и с трудом удержал цветистое ругательство внутри, когда понял, кто именно за ними подсматривает.

Вика!

Поганка маленькая! Да как она посмела его ослушаться?!

– Далерай, на пробежку.

– Сейчас? Но ведь мы еще не…

– Сейчас.

Лорду, стиснувшему зубы, чтобы не сорваться на окружающих, хватило лишь одного разъяренного взгляда, чтобы гвардейцы закончили упражнения и один за другим отправились на пробежку по привычному маршруту.

Он же, добежав вместе с ними до первых кустов, молнией рванул к зданию, оббегая его так, чтобы не попасть в поле зрения Вики. Нет, какова нахалка!

Не отдавая себе отчета в том, что взбирается по стене, причем практически на одном усилии воли, и, отринув все мыслимые законы гравитации, к моменту окончания своего пути Юмирай сумел взять себя в руки и не накинуться на Викторию сразу. Все-таки за последние тринадцать лет он научился контролировать свои эмоции, так что непоправимого не произошло.

Он даже смог подобраться к ней практически вплотную, причем незамеченным, и сесть четко позади, уговаривая себя, что сначала выяснит причины, по которым она рискнула нарушить его прямой приказ в целом и взобраться на крышу в частности.

И тут она тоскливо и невероятно протяжно вздохнула, а затем начала пятиться. О Мироздание! Она издевается?!

– Что за… – вздрогнув всем телом, когда задела его ногами, совушка настороженно обернулась и, резко побледнев, прошептала: – Доброе утро…

– Да, невероятно доброе.

Юмирай старательно подавлял так и рвущийся наружу сарказм и пытался не скользить взглядом по телу, бесстыже обтянутому штанами и футболкой, но делать эти два дела одновременно почему-то не мог. А может, не хотел…

И в итоге увиденное само собой облеклось в слова:

– А виды какие потрясающие… Да, утро определенно доброе.

После, взяв себя в руки и пытаясь поговорить с Викой на равных, уже через пару минут Юмирай понял, что весь его план летит в бездну. Как она на него смотрела! Как она с ним разговаривала! А как в это время возмущенно пыхтела!

Бросок произошел сам собой, потому что такова была суть отца-демона: только подчинение, только доминирование! А ее откровенное противостояние и абсолютное отрицание авторитета снова сорвало все запреты и обещания самому себе быть терпеливым и стойким. И в итоге…

– Мм… Ах!

Как ни странно, но в чувство его привел стон самого настоящего наслаждения, и издавала его девушка, лежащая под Юмираем на крыше особняка. Демоны преисподней! Как он мог?!

– Э-э-эй? – возмутившись, когда он резко остановился, а затем не менее резко отстранился, при этом оставшись сидеть на моих ногах, я заслонила глаза рукой, потому что восходящее солнце било прямо мне в лицо, и тут же сердито поинтересовалась: – Не поняла? Чего сидим, кого ждем?

Ой… Кажется, я сказала немного не то. Прищурившись и с некоторым удивлением разглядывая его абсолютно черные глаза (белки были черными тоже) и крайне недовольное выражение лица, я уже более настороженно уточнила:

– Юмирай, в чем дело? Что-то не так?

Вместо ответа он одернул мою футболку, задравшуюся аж до груди, встал, поднял меня, причем делал это все молча, а затем схватил за руку и попытался потащить за собой. Да, именно попытался, потому что я сама была категорически против! Это что за деспотизм?!

– Юмирай, черт возьми! Какого лешего тут происходит! А ну отвечай! – дернув руку на себя, я добилась лишь того, что ястреб самым настоящим образом зарычал (признаюсь, я струхнула!), а затем и вовсе закинул меня на плечо и направился к выходу с крыши. – Юмирай! С ума сошел? А ну поставь! Поставь, сказала!

– Вика… – подо мной что-то гневно рыкнуло. – Будь хорошей девочкой, замолчи, или я за себя не отвечаю.

Моментально заткнувшись, потому что меня редко подводила интуиция, которая сейчас испуганно ойкнула и забилась куда-то в пятки, я послушно промолчала весь путь, пока лорд нес меня по крыше, чердаку, третьему этажу и лестнице. Но вот когда на втором этаже он уверенно прошел мимо моей комнаты, отправившись дальше, я начала нервничать.

Что, черт побери, происходит?

Или он хочет продолжить наше «общение» у себя? Признаюсь, если на крыше это было спонтанно и я поддалась на провокацию (грамотную и умелую, кстати, а уж какую чувственную – вообще молчу и смущенно краснею), то сейчас здравый смысл побеждал, и мне было скорее неловко, чем приятно подобное его поведение, больше похожее на повадки неандертальца, чем на его всегда безупречные манеры.

А затем мы куда-то пришли. Ага…

Неужели все-таки к нему?!

Довольно небрежно опустив меня на большую кровать (не бросил – и слава богу!), ястреб каким-то образом умудрился сделать так, что к тому моменту, когда моя спина коснулась кровати, он снова сидел у меня на бедрах и оценивающе разглядывал.

И не то чтобы было страшно, но неизвестность и нелепость происходящего настораживали. А еще настораживали его черные глаза. Судя по моим данным, у вампиров таких глаз быть не могло.

У рожденных чистокровных вампиров.

– Юми-и-и… – немного жалобно протянув, чтобы проверить его реакцию и степень агрессивности, я добилась лишь того, что он криво усмехнулся и чуть наклонил голову набок, словно предлагая продолжить. – Юмирай, а ты кто?

– Что конкретно тебя интересует, Виктория? – ответив почти нормальным, но немного хрипловатым голосом, отчего во мне в ответ предвкушающе завибрировало нечто неведомое, лорд чуть прищурился и ухмыльнулся еще шире.

Сейчас он больше всего походил на разбойника с большой дороги. Этакого пирата, коварством захватившего меня в плен и теперь планирующего… в общем, планирующего.

На этом месте моя фантазия пошла куда-то не туда, и щеки ощутимо опалило жаром.

– Эм… – Так, о чем он спросил?! А, точно! – Ты вампир?

– Частично.

– То есть?

– Тебя сейчас точно интересует именно это? – наклонившись и одарив меня таким жарким взглядом, что стало не до вопросов в принципе, лорд наклонился еще ниже, поцеловал мою грудь, а затем прикусил сосок через футболку.

– А-а-ах…

Как бы ни было это захватывающе, но разум мне не отказывал, хотя желал этого очень страстно. Я за нормальный секс и отношения, причем на текущий момент предпочтительнее без обязательств, но это… Это было ненормально. Во всех его действиях: жарких поцелуях, настойчивых ласках и вообще движениях скользило что-то звериное, даже потустороннее, что одновременно невероятно распаляло и пугало. Даже и не знаю, что больше.

Но раз все так неоднозначно, то я против, потому что непонимание ситуации страшит, и я не желаю вдруг стать глубоко замужней только потому, что не в курсе местных правил.

Да и он. Кто он? Почему он так поступает, причем не объясняя своих действий и отказываясь отвечать на вопросы?

– Юми-и-и… – Мои губы были свободны, но сказать сразу не получилось – получилось только простонать, потому что именно этот момент он выбрал, чтобы начать целовать шею, оказавшуюся слишком чувствительной к его горячим и умелым губам. – Юмирай, подожди… не надо…

В ухо иронично хмыкнули, и тут же по всему телу прошла волна возбуждения, прокатившаяся до кончиков пальцев на ногах.

А затем это самое ушко осторожно прикусили, и волна повторилась, но уже намного более яркая и насыщенная. Господи, я сейчас остатки разума растеряю…

Стоп! Почему его руки… Где-где его руки?!

А его пальцы и ладони в это время ласкали мои бедра, причем бедра были уже не скрыты тканью штанов.

– Юмирай! Прекрати! Ай! – вскрикнув, когда он довольно болезненно укусил меня за шею, тем самым спуская с небес на землю и напоминая, что он вампир и вообще практически посторонний незнакомый мужик, я попыталась вывернуться. Вот только это оказалось не так уж и легко – нежные пальцы моментально стали жесткими кандалами, в секунды перехватив мои запястья и снова, как на крыше, подняв их к голове. – Ты что творишь? Мне же больно!

Если до моих последних слов на его лице блуждала блаженная и одновременно коварная усмешка, то после них он резко напрягся и нахмурился.

Затем сморгнул, посмотрел на наши руки, на мою шею, на футболку, задранную выше груди, на мой обнаженный живот, покрывшийся мурашками от его взгляда, на трусики…

– Шэт! – зажмурившись и мотнув головой, словно сбрасывая наваждение, через секунду он открыл глаза, ставшие абсолютно нормальными, то есть темно-зелеными и с белками. – Вика…

– Да?

Это было бы даже смешно, если бы не было так странно.

– Я… – отпустив мои руки и снова, как и на крыше, одернув футболку вниз, лорд, кажется, почувствовал себя не очень хорошо. По крайней мере все его лицо да и движения были такими напряженными, что мне почему-то стало его жаль. Бедняга. Наверное, в его глазах я теперь упала ниже уровня моря.

– Юмирай, я не против твоего внимания, – успев ухватить его за руку, когда он уже собрался слезть с кровати, я тихо, но настойчиво продолжила: – Но если ты мне кое-что объяснишь, то я буду тебе благодарна.

– Виктория, это было… – скрипнув зубами и поморщившись, ястреб недовольно мотнул головой и попытался выдернуть из моей ладони свою руку, но я лишь крепче сжала пальцы. – Виктория?

– Могу задать встречный вопрос. Юмирай? – начиная злиться, потому что, судя по поведению, он собрался снова спрятаться за ледяной сдержанностью и безупречными манерами, хотя, как оказалось, это всего лишь ширма, скрывающая дикий темперамент и несколько деспотичный характер, я выжидающе приподняла бровь и поджала губы. – Что происходит?

– Извини.

В его взгляде не было раскаяния, прозвучавшего в тоне. Это одно-единственное слово взбесило меня.

– О да, конечно. Без проблем, – зло хохотнув и отбросив его руку так, словно мне стало противно ее держать, я уже сама поторопилась встать с кровати, попутно натянув штаны. Раздражение накатывало все сильнее, настроение портилось, и, не удержавшись, потому что неудовлетворенные гормоны буянили и требовали продолжения, я презрительно скривила губы, глядя четко в глаза лорду. – В следующий раз, когда решишь поучить меня покорности и послушанию, выбери иной метод – этот себя не оправдал.

– Вика…

– И учти, я буду делать, что хочу и когда хочу. Захочу встречать утро на крыше – буду встречать! Захочу лазать по стенам – буду лазать! Захочу…

– Замолчи! – крайне медленно встав с кровати и шагнув ко мне, словно неотвратимое возмездие, лорд снова потемнел взглядом, но не так, как на крыше, – белки глаз пока были белыми.

– А то что? – Я не собиралась прогибаться, потому что чувствовала – сделаю это сейчас и уже точно не смогу отстоять свои права впредь, и поэтому вздернула подбородок и твердо встретила его злой взгляд. – Опять поцелуешь? Отлично! Давай, целуй! Только до конца целуй, не останавливайся на середине! Я, между прочим, нормальная живая женщина, а не…

– Милорд, леди… – сдавленно кашлянув, пунцовый слуга, стоящий в приоткрытых дверях, не знал куда деваться, когда мы оба прожгли его недовольными взглядами, обернувшись к входу. – Прошу прощения, но там лорд Майнир вас ждет…

– Подождет. – Тихое рычание лорда прозвучало столь многозначительно, что слуга побледнел и предпочел ретироваться, плотно закрыв за собой дверь. Видно, решил, что жизнь дороже.

Вот только не успел ястреб придавить взглядом уже меня, как дверь его спальни распахнулась с такой силой, что едва не слетела с петель, а в проеме появился донельзя раздраженный филин.

И, судя по его возбужденно раздувающимся ноздрям и слегка безумному взгляду, он наверняка думал, что тут происходит как минимум убийство, а как максимум – оргия. Кстати, он был недалек от своих предположений. Я уже и сама не знала, к чему ближе мой настрой. Тело было не прочь продолжить оргию, а вот разум намекал, что не отказался бы и от убийства кое-кого зеленоглазого (или черноглазого, уж не знаю теперь, как верно).

За секунду обведя взглядом довольно большое помещение и остановив его на нас, маг недоуменно сморгнул, словно не ожидал увидеть нас в настолько приличном виде, а затем недовольно поджал губы и обратился к ястребу:

– Лорд Юмирай, мы вчера договаривались об утренних занятиях с Викторией. Я жду ее уже пятнадцать минут. Я думал, вы более ответственно подходите к своим обязанностям. Почему подопечная у вас в комнате, а не со мной в гостиной?

А слабо спросить у меня?

С каменным лицом выслушав в общем-то обоснованную претензию мага, Юмирай повернул голову ко мне и, криво усмехнувшись, приподнял бровь, словно предлагая объясниться именно мне.

Ага, разбежалась! Меня тут за пустое место считают, и я после этого еще кому-то что-то должна? Вот уж ошибаешься!

Ухмыльнувшись в ответ, я поступила как настоящая женщина – высокомерно фыркнула, беспечно пожала плечами и отправилась к себе – умываться и переодеваться. Кстати, завтрак я тоже пропускать не планировала. А с магом сам объясняйся. Дор-р-рогой!

По кривой обойдя опешившего от моей наглости Майнира и принципиально не оглядываясь на Юмирая, в коридоре я прибавила шагу, пока мужчины не опомнились, и уже пулей влетела в свою комнату, успев пожалеть, что на двери нет ни замка, ни даже элементарной щеколды.

Идиотская ситуация!

В комнате, где меня встретила настороженная Янита, я тоже не стала долго задерживаться и удалилась в ванную, по пути захватив халат и полотенце из шкафа. А вот в ванной, предварительно закрыв за собой дверь на щеколду, я наконец смогла перевести дух.

Уф…

Господи, что это вообще такое было?!

Тяжело опустившись на пуфик, я вопросительно уставилась в зеркало, которое уже заменили. К сожалению, отражение отвечать не торопилось. Оно вообще выглядело несколько невменяемым, помятым и откровенно возбужденным – горящие глаза, опухшие покрасневшие губы, всклокоченные волосы и… черт, и многочисленные засосы по всей шее.

Простонав, я откинула голову и, зная, что ударюсь затылком о стену, даже и не подумала сдерживаться. Естественно, ударилась. Господи, как я это буду скрывать и чем? Выставлять на всеобщее обозрение? Нет, нет и еще раз нет. Глупо и опасно. Особенно с учетом того, что сейчас у меня будут занятия с Майниром, причем до самого обеда. Сомневаюсь, что филин удержится от язвительной подколки, а может, и того хуже.

И сомневаюсь, что удержусь от ответа, который может стать для мага фатальным.

Черт!

Стоп, Вика, без паники. В шкафу были блузки… а шарфики и платки? Интересно, девушки тут носят шейные платки?

Резко распахнув глаза, потому что оптимальное решение было найдено, я не стала тянуть и, быстренько приняв душ, накинула халат и вернулась в комнату к терпеливо ожидающей меня служанке. Кстати, о ней. Кому она больше предана? Лорду Юмираю, ее величеству или кому-то еще?

– Янита… – начав вытирать волосы полотенцем, я немного подумала, поняла, что ходить вокруг да около смысла нет, и задала первый из многочисленных запланированных вопросов: – Скажи, почему ты была так напряжена, когда я вошла в комнату?

– Лорд Майнир… – смущенно прикусив губу, горничная не стала скрывать правду: – Когда вы с лордом Юмираем не вышли к завтраку, он сначала уточнил, где ваш опекун, а когда услышал, что на тренировках, то поинтересовался, где вы.

– И?

– Дворецкий сказал, что наверняка вы еще спите, и тогда лорд Майнир отправил меня в вашу комнату, чтобы я вас подняла и напомнила о предстоящих занятиях. Когда я зашла к вам и увидела, что вас тоже нет, то… – На этом месте Янита замялась и потупилась. – Я вернулась вниз и отчиталась, что вас в комнате тоже нет. Понимаете, я обязана подчиняться приказам обоих лордов.

– Понимаю, дальше.

– А затем пришла Лилу и сказала, что видела вас обоих спускающимися с крыши. – Горничная густо покраснела, четко давая понять, что Лилу сказала не только это. – Лорд Майнир подождал еще двадцать минут, затем отправил к лорду Юмираю слугу, но когда тот вернулся испуганный, то отправился к его светлости уже сам. Все.

– Н-да… – понимая, что это очень краткий пересказ случившегося, я не стала вытягивать подробности. Вместо этого, отогнув ворот халата и показав девушке один из многочисленных засосов, усыпавших мое тело, как ожерелье, поинтересовалась: – А что ты думаешь по этому поводу?

– Эм… – сочность смущения Яниты достигла оттенка «свекла», но, как ни странно, в руки она взяла себя довольно быстро. – Это сделал лорд Юмирай?

– Да.

– А вы с ним… ну… взаимно?

– Да.

Не уверена, но это больше походит на правду, чем «нет». Думаю, ответ «не знаю» ее только расстроит.

– Но вы… Вы хотите скрыть?

– Пока да. Не думаю, что сейчас это будет уместно. Тем более при лорде Майнире. Янита, возможно, мое поведение выходит за рамки приличия, но ты должна меня понять – лорд Юмирай такой… – решив попытаться надавить на солидарность, я восхищенно вздохнула, и этого, к счастью, оказалось для Яниты достаточно.

– О, я вас понимаю! – Вздохнув следом, горничная окончательно взяла себя в руки и стала той профессионалкой, которой была во время моего восстановления: шагнула ближе, отогнула воротник до конца, чтобы увидеть площадь, необходимую для сокрытия, снова завистливо вздохнула и, задумчиво закусив губу, уверенно кивнула. – Да, нужен рассасывающий синяки крем, он уберет следы уже к вечеру, а сейчас можно будет скрыть все за шейным платочком. Одевайтесь, я сейчас вернусь. И, думаю, лучше будет надеть блузку.

Метнувшись к шкафу и выбрав подходящую, по ее мнению, блузку с высоким воротничком, служанка вручила мне еще и юбку и поторопилась к дверям.

– Янита. – Окрикнув, когда она уже взялась за ручку, я постаралась как взглядом, так и тоном передать серьезность момента. – Надеюсь, это останется между нами?

– Конечно! – ответив так, словно это было само собой разумеющееся, горничная наконец ушла, попутно кивнув на мою просьбу захватить завтрак, а я приступила к одеванию.

Не уверена, что она будет молчать, но придется поверить. Эх, и надо было так глупо влипнуть? Интересно, последствия нашего кратковременного безумства будут глобальными или обойдется?

Но, черт побери, как же умопомрачительно он целуется! И я буду не я, если мы это не повторим!

– Что происходит? – скинув маску вежливости и лоска, Майнир прорычал не хуже разъяренного льва, стоило Виктории закрыть за собой дверь. – Ты что себе позволяешь, смесок?!

Если бы не последнее слово, то Юмирай ответил бы ровно, но маг первым переступил определенную черту, за которой заканчивается вежливость, и это перечеркнуло все предыдущие планы ястреба.

За время, пока Вика шла к двери, он уже успел придумать внятное и достаточное нейтральное оправдание ее нахождению в его комнате, причем в то время, когда она была обязана уже быть на занятиях. Но это… да будет свидетелем Мироздание, не он первый начал.

– А в чем проблема? – со злой иронией сложив руки на груди, ястреб презрительно скривил губы, взглядом предлагая филину продолжить. – Что-то не так? Кстати, ты нам помешал.

– Я-а-а вам помешал?! – Филина откровенно перекосило, а глаза его за секунду налились кровью. – Время до обеда – мое! Утром она была обязана прийти ко мне!

– О-о-о… как все запущено. Мальчик, ты переоцениваешь свои силы. – Широко и достаточно кровожадно оскалившись, Юмирай подошел к Майниру и от души хлопнул мага по плечу так, что тот едва не рухнул. – Пойми, сосунок, Виктория сама решает, к кому и когда прийти. И запомни на будущее: если дорога шкура, даже не вздумай сказать ей о том, что она тебе что-то должна. А теперь будь любезен, выйди из моих покоев, я тебя не звал.

Подтолкнув филина к двери, а затем и выставив вон, потому что сам он выходить не торопился, Юмирай плотно закрыл за магом дверь, на негнущихся ногах дошел до кровати, рухнул на нее и только после этого дал волю эмоциям, ругаясь сначала тихо, а потом все громче.

Глупая совушка, зачем ты делаешь это снова и снова? Провоцируешь, завлекаешь, будоражишь, но при этом отказываешься подчиняться?! Почему именно так?

Он ведь планировал, что все будет по правилам! Познакомиться ближе, узнать друг друга лучше, завоевать доверие, расположение и, в конце концов, любовь. Разве не о таком мечтает любая нормальная девушка? Но, на свою беду, совушка, ты разбудила спавшего тринадцать лет демона, и теперь демон не успокоится, пока не получит желаемое, и как можно быстрее.

Тебя.

Хочет ли он сам снова загнать демона в отведенные ему рамки?

Задумавшись и прикрыв глаза, Юмирай отчетливо услышал в голове ее слова: «Я не против твоего внимания», – и предвкушающе усмехнулся. Нет, загонять себя в рамки он больше не хочет.

Сезон охоты на сов объявляется открытым.

Глава 11

К тому моменту как я оделась, вернулась Янита, да не одна, а с очень симпатичным голубым шелковым платочком, кремом от синяков и подносом с завтраком. Кремом она профессионально обработала все без исключения гематомы, при этом снова завистливо повздыхала и попутно порекомендовала мне повторить процедуру сегодня еще два или три раза, чтобы уж наверняка. Прежде чем застегивать пуговки, стоило подождать пару минут, чтобы крем впитался и не испачкал одежду. И в итоге я сначала приступила к завтраку, понимая, что время играет против меня, – чем позже я выйду из комнаты, тем злее будет Майнир и тем больше у него будет соблазна отыграться на мне за свое ожидание.

Знала я таких подлых и мелочных людей… Сомневаюсь, что вампир поведет себя иначе. Хотя черт их разберет, тот же Юмирай вообще ведет себя нестандартно. Хм, интересно, а кто-нибудь из местных знает, что он «частично» вампир? Как такое вообще возможно и что на самом деле означает?

Не различая вкуса еды, я быстро уничтожила завтрак, выпила чаю и, проверив пальцами, что крем действительно впитался, проворно застегнула многочисленные пуговки блузки. Янита повязала мне на шею платок, без особых проблем спрятав под ним провокационные следы незапланированной страсти. Словом, больше ничего не указывало на то, что утро прошло несколько бурно.

Волосы я забрала в «шишку», чтобы они не помешали на занятии, и, мысленно пожелав себе ни пуха ни пера, отправилась на поиски мага.

Данный экземпляр рода вампирского был найден в гостиной, но, к моему удивлению, ничего не указывало на то, что маг раздражен, – абсолютно спокойный филин поприветствовал меня вежливым кивком и отошел от окна, жестом предложив мне занять соседнее кресло.

Что ж, раз он тактично умалчивает об инциденте, то проявлю взаимную вежливость. Все-таки мне тут еще несколько месяцев жить и учиться.

– Лорд Майнир, я прошу прощения за свое опоздание. Мы несколько повздорили с лордом Юмираем по поводу моих прав и обязанностей и не заметили, как прошло время завтрака.

– Ничего страшного, Виктория, – ответив с полуулыбкой, маг чуть прикрыл глаза, но я все равно заметила их нездоровый, даже несколько злорадный блеск и сразу насторожилась. И не зря. – Кстати, я не советовал бы вам и впредь показывать свой ершистый характер, если вам, конечно, дорога ваша свобода. Знаете, полукровки в большинстве своем слишком подвержены эмоциям и низменным инстинктам, чтобы один из сильнейших их представителей просто так спустил вам подобное неповиновение.

– Простите?

Да-да, расскажи мне еще, расскажи.

– Лорд Юмирай – полукровка. Сын демона и вампирши. Да, не удивляйтесь, очень редко, но у подобных пар рождаются дети. Ущербные дети, заметьте. Если чистокровные высшие демон и вампир являются вершиной эволюции, максимально развив такие качества, как разум, слух, зрение, реакция, сила, выносливость, регенерация, то рожденное от подобного союза дитя собирает в себя все самое худшее от обоих родителей – от демона ребенок наследует неконтролируемую жажду доминирования и абсолютного подчинения, а от вампира – желание самоутвердиться за счет остальных.

Майнир, да ты бредишь?

Скептично приподняв бровь, потому что ни одно из этих трех отрицательных качеств даже рядом не стояло со сдержанным и галантным ястребом (не считая этого утра), я добилась того, что маг начал злиться. О… ну давай-давай, очерни моего опекуна еще больше.

– Не верите? Зря. Сегодня утром он явил свое истинное лицо. Вы думаете, что понравились ему как женщина и вам льстит его внимание? Зря, Виктория. – Маг посмотрел на меня как на кого-то недалекого и откровенно глупого и тем самым лишь укрепил мою уверенность в своем завышенном самомнении и эгоизме. Да он элементарно злился, что я предпочла «полукровку» великому и несравненному Майниру, и ничего более за его обличающим спичем не стояло. – Своим нескромным поведением вы просто развязали ему руки, и теперь ждите его следующего шага. Сначала он запретит вам одно, назавтра – другое, а послезавтра вы проснетесь и узнаете, что стали бесправной вещью того, от кого отказалась собственная мать, признав ущербным.

Ну-ну, ты еще ядом поплюйся. Господи, как все-таки убоги некоторые личности. Что люди, что вампиры – едино. Но за информацию спасибо, своевременно. Будет время – обязательно расставлю ее по полочкам и разберу детально.

– Лорд Майнир, вы закончили? Тогда, может, все-таки перейдем от досужих домыслов и сплетен непосредственно к занятиям?

С потаенным злорадством наблюдая, как маг молчаливо бесится и раздраженно сверкает глазами, но ничего не может противопоставить моему ледяному спокойствию (судя по надсадному пыхтению, он выложил все свои козыри), я тонко улыбнулась, оперлась локтем на подлокотник, а подбородок положила на ладонь.

– Так с чего вы хотели начать изучение основ? Давайте для начала вы расскажете мне о магии в целом, хорошо? Как она зародилась и кому такому умному и удачливому пришло в голову начать ее использовать. Надеюсь, это вы знаете?

Лорд Майнир знал. Причем не только это. Правда, взять себя в руки филин смог далеко не сразу – все кривился и скрипел зубами, но после того как я уточнила: «У вас что-то болит?» – раздраженно ответил: «Нет», – и мы наконец приступили к изучению азов теории.

Маг рассказывал много, подробно, но несколько занудно, поэтому я втайне радовалась, что мне не надо сдавать ему экзамены. А если рискнет потребовать – отправлю лесом. Нет, в общем и целом это было очень интересно, но вот запоминать подробности – в каком году что случилось и как кого звали – я не собиралась. Зачем? Мне не преподавать, а для остального существуют книги, куда можно заглянуть и узнать все, что необходимо.

В итоге после двухчасовой лекции о том, что магия есть высокоточная наука, над изучением которой корпят уже не одну тысячу лет лучшие умы государства и с каждым столетием изобретают нечто новое и потрясающее, я поняла: великим магом-ученым мне не быть. Да ни в жизнь! Мне еще дорог мой разум, чтобы ради одного-единственного огненного пульсара забивать голову кучей формул.

Естественно, уведомлять высокомерного филина о том, что мне доступна не внешняя магия, а внутренняя, я не стала. Это, кстати, я знала не из его занудного рассказа, а как раз из папочкиных генов – драконы тем и были хороши, что сами по себе являлись источником магии. Ну, с одной стороны, хороши. С другой – это было как раз таки плохо, потому что не каждому дано обуздать силу, дарующую всемогущество, и если не приносить пользу миру, то хотя бы не вредить.

И, черт побери, как же хорошо, что во мне – лишь треть дракона! Предыдущей ночью мы с совушкой провели небольшую ревизию меня любимой, и стало ясно, в каком соотношении я могу о себе говорить. Действительно, во мне смешались три расы – вампирская, ставшая телом, драконья, ставшая магической сутью, и, как ни странно, сохранилась человеческая, которая теперь отвечала за мой разум. Все три составляющие довольно неплохо и бесконфликтно ужились во мне одной, так что можно было говорить именно о равнозначных третях.

– Виктория, вы меня слушаете? – в мысли ворвался слегка раздраженный голос филина.

– Конечно, – задумчиво кивнув, но не прекращая думать о своем, я глянула на него лишь мельком, а затем снова перевела взгляд на ковер, который изучала последний час. – Продолжайте, очень интересно. Так что там изобрел лорд Тайтикус?

– Он первым из магов решил совместить магию и технику, что превзошло самые смелые ожидания его современников. До него, конечно, предпринимались попытки, но они каждый раз заканчивались неудачей. И только лорд Тайтикус сумел решить проблему!

И столько воодушевления было в глазах и на лице филина, что я заподозрила его в прямом родстве с этим самым Тайтикусом.

А что? Вполне может быть. Иначе откуда в нем столько снобизма? Не иначе как из-за безупречной родословной и великих предков.

Кстати, теперь понятно его пренебрежение к Юмираю – ястреб подобным похвастать не может. Как, впрочем, и я.

– И в чем же состояло это решение? – периодически подталкивая мага в нужном мне направлении, я попутно недоумевала – кто составлял его резюме? Да там от силы половина правды. Это я о его профессионализме. Уровень так себе, на троечку из пяти. А никак не на шесть заявленных баллов.

– О, это очень интересная и увлекательная тема, но мы не будем о ней сегодня, – самодовольно прикрыв глаза, маг соизволил объяснить, когда я снова на него посмотрела: – Данной теме будет посвящено несколько отдельных занятий, но чуть позже. Если в двух словах, то он нашел то самое ключевое звено, которое позволяло магии не уничтожать технику, а наоборот – создавать симбиоз. Понимаете, Виктория, в большинстве случаев магия рано или поздно портит любое механическое устройство. С простейшими это происходит не сразу, а вот с такими, как тот же сотовый телефон мира Земля или иная любая высокотехнологичная техника, – практически мгновенно. Техника и магия – два диаметрально противоположных полюса развития. И только благодаря изысканиям моего прадеда…

Мои поздравления прадеду. Я так понимаю, лорду Тайтикусу, верно?

– Безумно интересно, – улыбнулась я как можно шире, но в пределах разумного. – Что ж, раз об открытиях лорда Тайтикуса мы будем говорить на другом занятии, то, может, прервемся и продолжим завтра? Знаете, я не успела как следует позавтракать и теперь немного голодна…

– Виктория, мы и так начали на час позже. – Моментально растеряв все добродушие, Майнир недовольно поджал губы.

– Да вы что? – охнув, словно в опоздании был виноват он, а не я, с осуждением покачала головой. – Да, так некрасиво вышло… Что ж, я постараюсь, чтобы подобного больше не произошло. Хорошего дня, лорд Майнир.

Кивком головы попрощавшись с опешившим от моей наглости магом, я просто-напросто встала и ушла. Я обозначила свои желания? Обозначила. Поставила в известность? Поставила.

А то, что он не согласен, – его проблемы. Терпеть его занудство больше положенного не в моих силах. Есть я, конечно, еще не хочу, но повод хороший. К тому же, судя по его вчерашнему заявлению, он ест всего раз в сутки, и я могу надеяться, что не увижу его за обедом и ужином.

Кстати, а увижу ли я за обедом Юмирая?

Если до этой секунды я думала о чем-то ином, но никак не о ястребе, то сейчас всерьез озадачилась тем, как же быть дальше. Естественно, мне будет немного неловко после произошедшего утром – логичный период знакомства, сближения и ухаживания как-то прошел мимо и вместо него на нас рухнула неконтролируемая (с его стороны – точно), я бы даже сказала – первобытная страсть.

Ни за что не поверю, что у него нет любовницы! Ну или не было. Мучить себя воздержанием – просто глупо и уж явно не в правилах «порядочного» лорда. Если он знает, что это может привести к срыву в самый неожиданный момент, то точно должен подстраховаться.

И вообще, почему произошел срыв? Почему именно рядом со мной? Синтия упоминала как минимум трех птенцов, которых лорд воспитал до меня. Только ли я стала свидетельницей его раздвоения личности? И если он так опасен, то как могла Мать допустить такого ненормального к подобному ответственному делу? Кстати, он упоминал, что выполняет еще и ее особые поручения! Точно помню, что он это говорил!

Черт, вообще ерунда полная.

Интересно, если я спрошу его об этом в лоб, ответит?

С головой уйдя в свои мысли, я неторопливо брела по парку, куда направилась сразу после занятий с филином. После бесконечного занудства необходимо было как минимум проветриться, чтобы в голове не задержалось лишнего.

Так, а это что?

Резко остановившись от короткого выкрика, я настороженно осмотрелась и почти сразу поняла, что звуки доносятся со стороны тренажерного комплекса. Ух ты! Неужели там сейчас кто-то тренируется? Ну-ка…

На лицо сама собой наползла предвкушающая улыбка, и я, превратившись в одно большое ухо, подняла подол повыше и начала красться в нужном направлении, старательно прижимаясь к кустам.

Ох!

На последних метрах я вообще едва ли не ползла, потому что кусты уже не могли скрыть моего присутствия. Приходилось припадать к земле, чтобы не дать себя обнаружить раньше времени. Я слишком хорошо помню, как Юмирай разозлился утром, и, разумеется, не забыла, что он запретил мне присутствовать на тренировках. Но я ведь не присутствую, верно? Я просто наблюдаю издалека.

Не знаю, что это за стиль, но очень похоже на капоэйра – мужчины, находящиеся на одной из площадок, посыпанных песком, выполняли немыслимые акробатические трюки, попутно нанося удары как ногами, так и руками. В основном, кстати, ногами, причем из практически любого положения, но преимущественно снизу. Они прыгали, кувыркались, делали стойки на руках, но успевали и бить, причем невероятно точно, быстро и сильно.

Господи… я со своим любительским кикбоксингом точно стану трупом уже через три секунды.

Обидно.

Да уж, теперь понятно, почему Юмирай был так настойчив в своих словах. Для местных профессионалов я действительно всего лишь девушка, главным оружием которой является ее пол. Не люблю признавать свое бессилие, но будет глупо утверждать, что я смогу сравняться с ними по мастерству и продержаться хотя бы минуту против того же гвардейца. Естественно, они – лучшие из лучших, и тот же Димитро перед ними – обычный ботаник, но тем не менее он был полноценным вампиром, знающим о своем теле все.

Что ж, зато теперь я понимаю, на что стоит сделать упор и обратить внимание, – теперь мне надо изучить не только основы магии, танцев и этикета, но и физиологию, как вампиров, так и демонов, чтобы уметь постоять за себя в максимально сжатые сроки. Один-единственный удар, чтобы стать победителем и выжить. Мне больше не надо.

Вздрогнув от крика, обозначившего окончание боя, я не удержалась от глупой улыбки – на площадку вышел сосредоточенный Юмирай, по случаю жаркого полудня снявший футболку. Господи, какой же он все-таки аппетитный! Так бы и съела!

Притихнув еще больше, так что даже дышала через раз, я во все глаза смотрела на то, как два почти равных по силе бойца вытрясают друг из друга душу. Против ястреба вышел сам капитан, и теперь я четко видела, что Юмирай – действительно профессионал. Его стиль боя слегка отличался от стиля Далерая: более резкие удары ногами и многочисленные удары руками. Он намного меньше двигался, не прыгал и не кувыркался, как капитан, но при этом бил очень точно и уклонялся очень грамотно. И не сказать, что он стоял истуканом, но если Далерая можно было сравнить с неуловимой струей воздуха, то лорда – с тугим жгутом воды. Он был таким…

Невероятным и потрясающим! Все, я покорена!

Не удержав эмоции в себе, я протяжно вздохнула и тут же поняла, что сделала это зря – чуткий вампирский слух гвардейцев обнаружил мое присутствие, и на вздыхающие кусты обернулись абсолютно все – как занимающиеся на турниках мужчины, так и те двое, что буквально секунду назад были увлечены боем.

И грешно, и смешно. И страшно, и, как ни странно, весело. Чуть сдав назад и встав на ноги, сквозь листву я прекрасно видела, как ко мне отправился тот, кто сейчас снова будет меня ругать. И удивительно, но чем ближе он подходил, тем шире и глупее была моя улыбка и тем раздраженнее становилось его лицо и темнее – глаза. К моменту, когда между нами остался последний куст, я уже не могла сдерживать нервный смех, который вызывали мысли о предстоящем наказании, а лорд сжимал кулаки, и глаза его метали самые настоящие молнии.

– Виктория? – последний шаг. Между нами – всего сантиметров сорок. В его голосе – тонны раздражения, а мой взгляд направлен на его обнаженную грудь.

Господи, какой соблазн!

– Да?

– Что ты здесь делаешь?

– Гуляю…

– В парке площадью пять гектаров ты не нашла иного места для прогулки?

– Точно.

Кто-нибудь, уберите это блаженное выражение с моего лица!

– Издеваешься?

– Не-а… – Пальцы против моей воли дернулись, чтобы потрогать совершенство, стоящее напротив, но разум победил, и, вместо того чтобы лечь на мужскую грудь, буквально заворожившую меня, ладонь прикоснулась к моей собственной щеке.

Почему-то горячей, хотя моя рука была прохладной.

– Вика, почему ты… – тут он глубоко и судорожно вздохнул, а затем совсем не по-джентельменски выругался. Я даже в глаза ему посмотрела. Ого! – Вика, шэт побери, ну почему ты так себя ведешь?!

– Как?

Мне, наверное, должно было быть стыдно, но вместо этого я улыбнулась. Широко и глупо. Он был великолепен! Чуть влажные от пота волосы, сурово сдвинутые брови, почти черные глаза, недовольно поджатые губы и умопомрачительный запах. Запах мужского тела, который сводил с ума и уводил мысли в направлении его комнаты. Туда, где я была сегодня утром. Где мы оба были сегодня утром.

Господи…

Я больна!

– Глупо. – Губы поджались еще сильнее, и еще больше потемнели глаза.

– Почему?

– Что ты знаешь о демонах?

– Мм… что их на планете – десять процентов населения, – ответив и просияв, я, разумеется, прекрасно понимала, что спрашивает он абсолютно об ином.

Наверняка он намекал на ту информацию, которой со мной поделился Майнир, но облегчать его задачу я не собиралась. Я верила ему. Да, именно верила. Он не эгоист и не самодур. Он порядочный, и этой порядочности в нем иногда даже слишком много. И прежде чем заявить на меня свое демоническое «хочу – и точка», он обязательно объяснит мне все подводные камни.

Откуда я это знала? Просто чувствовала.

Хотя если я продолжу так же глупо улыбаться, то он сочтет меня окончательной идиоткой. Черт, но я просто не могу иначе! Это гормоны, и это сильнее меня.

– Верно… – тихо прозвучало подтверждение, и вместе с этим словом его глаза почернели окончательно, напоминая теперь огромные черные провалы. – Но я снова не успел сказать тебе кое-что важное.

– Что?

– Мой отец – демон.

– И… – кивнув, я чуть приподняла бровь, прося продолжать.

– Я полукровка.

– О… – Вторая бровь тоже взлетела вверх, и я наклонила голову набок.

– Полукровки бывают несколько несдержанны в своих желаниях…

Да ладно?!

С трудом удержавшись от неуместного хихиканья, я снова кивнула.

– И если ты продолжишь на меня так смотреть и улыбаться, то я решу, что ты не прочь стать моей женщиной.

Эм… ну вроде как я не прочь.

Не решившись ответить вслух, потому что слишком уж многозначительным был его взгляд, я неожиданно для себя самой покраснела и потупилась. Господи, мне двадцать четыре года! Так почему я веду себя как восемнадцатилетняя гимназистка, первый раз увидевшая полуобнаженного мужчину?

– Но так как я не имею права заводить отношения с подопечными, то выход только один – прежде чем это произойдет, ты станешь моей супругой.

Вот тут меня едва не парализовало. Как ведро ледяной воды на меня вылили!

– Прости, что?

– Ты. Станешь. Моей, – после слова «моей» Юмирай неожиданно широко и несколько кровожадно усмехнулся, но добавил: – Супругой.

Видимо, мое ошеломленное выражение лица сказало ему о многом, потому что он чуть подался вперед и произнес:

– Я предупредил тебя, совушка. Теперь решение за тобой. Учти, на полумеры я не согласен.

– Что значит полумеры? – кое-как взяв себя в руки после столь категоричного заявления, махом стершего улыбку с моего лица, я, насупившись, уточнила: – Почему сразу супруга? А если я не хочу? А если я хочу только тебя, а никак не мужа?

Если я думала, что слегка ошарашу его своим слишком прямым заявлением, то не угадала – я его разозлила.

– Потому что этого хочу я. Мне не нужна упрямая и непослушная любовница. Мне не нужна девчонка, которая хочет поиграть и удовлетворить свое любопытство и похоть. Мне нужна адекватная, здравомыслящая женщина, которая понимает, что делает и во что ввязывается.

Обидно. Очень обидно. Особенно таким тоном, да при таком взгляде.

Значит, похоть, да? Упрямая и непослушная, да?

Но при этом он почему-то забывает, что на крыше набросился на меня первым. Забывает, что это он, а не я, отнес меня в свою спальню и продолжил начатое на крыше. Забывает, что, начав и показав, насколько это волшебно, оставил меня без закономерного завершения.

И теперь выставляет меня виноватой? Эгоист!

– Значит, секса у нас с тобой без свадьбы не будет, да? – не собираясь оставлять обиду без ответа, я криво усмехнулась. – Что ж, жаль. Но раз уж ты настолько категоричен, то, пожалуй, я откажусь. Знаешь, выходить замуж за первого встречного – как-то не в моих правилах.

Задумавшись, стоит ли добавить: «Найду кого-нибудь посговорчивее», – в итоге я поняла, что это будет откровенным самоубийством, поэтому предпочла промолчать. Обида обидой, но делать из Юмирая врага мне совершенно не хотелось.

Вместо этого я широко и белозубо улыбнулась, пожелала лорду отличного дня и, развернувшись на пятках, отправилась в дом. Нервы, натянутые как струны, готовы были лопнуть от напряжения. Требовалось их успокоить… Срочно!

Чем? Чем-чем… к сожалению, всего лишь обедом.

А еще у меня появилась цель. Низменная, как он выразился – «похотливая», но тем не менее цель – я изучу всю местную нормативную базу, все законы и традиции обеих рас и так или иначе, но уложу его в постель без свадьбы! А вот потом уж подумаю, нужен ли мне такой деспотичный муж, который не руки моей просит, а перед фактом ставит.

Мы, драконосовы, птицы гордые! Мы сами кого угодно перед фактом поставим!

Постепенно успокаиваясь и чем дальше, тем больше задумываясь об истинной подоплеке его такого резкого заявления, я начала понимать, что не все так просто, как мне показалось сперва. Мне кажется или он надеялся именно на отрицательный ответ? Хм… Как бы проверить свои догадки?

Глава 12

Задумчиво рассматривая напряженную спину удаляющейся в направлении дома Виктории, Юмирай поздравлял себя с первой победой. Он сделал это! Так или иначе, но он заставил ее думать о последствиях, причем ее выводы были верными на все сто процентов, и именно такого ответа он от нее и ждал. Можно было поддаться, но это было бы неинтересно. Демоны любят подчинять и доминировать, но только над теми, кто способен противопоставить им хоть что-то, а не послушно растекается у их ног на все готовой лужицей. Вика таковой лужицей не была, совсем нет, но в ее янтарных сияющих глазах отчетливо читалось откровенное, ничем не прикрытое желание.

Которого ему оказалось мало. На текущий момент ее влекло лишь тело, а никак не он сам.

Это… с одной стороны, ему это было на руку, но вот с другой – безумно раздражало. А вдруг кто-то другой понравится ей больше, чем он? Да тот же капитан. Как вести себя, когда Вика поймет, что тяжелый и властный характер Юмирая не пустой звук, а реальность и что лишь тотальный контроль над эмоциями помогает лорду не сорваться и не заставить поступать так, как хочет он? Если к тому моменту она будет всего лишь любовницей, то ничто и никто не удержит ее от побега в случае размолвки.

А вот если супругой…

Разводов в их мире не существует. И он уничтожит любого, кто посмеет взглянуть в ее сторону, когда она станет его. Не просто его, не на одну ночь, не на те несколько месяцев, что остались до полуночного слета, а навсегда, до конца жизни.

А она станет. Теперь уже точно станет.

Умная, но непослушная совушка наверняка решила поступить по-своему и так или иначе попытается схитрить и соблазнить объект своих эротических фантазий без каких-либо обязательств. Уж в этом-то он уверен наверняка – ее мечтательная улыбка, а затем и яркая обида сказали намного больше слов.

Что ж, он поддастся. Обязательно поддастся. Но не сразу.

Демоны любят сам процесс охоты не меньше, чем его финал.

Женская фигурка скрылась в дверях особняка, и лишь после этого ястреб многозначительно усмехнулся и неторопливо отправился в дом. Да, финал охоты на совушку будет фееричным!

Первым делом я попросила Лилу, служанку, ответственную за первый этаж, накрыть обед, а сама отправилась наверх, в свою комнату. Расположенное в холле зеркало отразило, что я не настолько спокойна, как мне казалось, – нервно сияющие янтарные глаза, мятая юбка и сбившийся набок шейный платок, а также неопределенная гримаса на лице. Ужас, в общем. Нет, стоит слегка успокоиться, прежде чем вернуться вниз, потому что вряд ли мне позволят обедать одной.

Если все так, как я думаю, то он не отступится. Если он озвучил свои желания вслух, то это может значить лишь одно – он решил воплотить их в жизнь. И его слова – это просто предупреждение, чтобы я знала, что меня ждет. Значит, будем играть в кошки-мышки?

Задумчиво умываясь ледяной водой, я прикидывала свои шансы. Нет, слишком мало данных. Где бы взять незаинтересованного демона и узнать у него правду? О самих демонах, о полукровках, о правах и обязанностях их жен и любовниц… Ну вот не верю, что те, кто окружает меня сейчас, без прикрас и без утайки ответят на нужные мне вопросы.

Книги? Сомневаюсь, что в книгах есть необходимая мне правда.

Слуги? Хм… Слуги, конечно, знают многое, но вряд ли из первых рук, а слухи и домыслы мне не нужны.

Папуля? Его бы еще найти… и попутно почки отбить. Ногами.

Мысли непроизвольно переключились на ледяного дракона, который, если так можно сказать, подарил мне другую жизнь, и я недовольно вздохнула – едва начинала думать об этом чокнутом экспериментаторе, как сразу портилось настроение и просыпалась жажда убийства. Понимаю, глупо, но эмоции бурлили.

С одной стороны, я должна быть ему благодарной – если бы не он и его ампула, я бы погибла, потому что завершить процесс превращения без контроля вампира невозможно. Я бы просто умерла от интоксикации, потому что итоговым штрихом должен быть глоток крови того самого вампира. Его мне заменила ампула. И эта же ампула содержала в себе магическую составляющую, которая прижилась во мне и стала моей сутью.

В общем, спасибо, папа.

С другой стороны, если бы не он – ампулы бы не было вовсе, как и той злополучной поездки в лес. Четверых умерших людей и мутанта меня.

В итоге при случае обязательно скажу «спасибо». Хуком справа. В печень.

Так, надо будет уточнить у местных, где у драконов печень!

Повеселев от последней мысли, я закончила умываться и, подняв голову, подмигнула своему отражению. Отражение многозначительно улыбнулось в ответ, и настроение окончательно улучшилось. Так, значит, учеба и контроль над желаниями – вот те два пункта, которым мне необходимо следовать, пока я не стану уверена, что мне ничего не грозит со стороны как окружающих в целом, так и загадочного Юмирая в частности.

Почему загадочного?

Да потому. Потому что меня очень удивляет его желание жениться. Вот так, с ходу. Понятно, что я вроде как весьма удачная партия, потому что высший вампир с тотемом и магичка. Непонятно иное – зная мой упрямый и непослушный характер, он тем не менее все равно этого хочет. И меня хочет.

Мм…

Стоп, не туда мысли!

Об этом мне сейчас вообще лучше не думать, если не собираюсь встретить утро глубоко замужней!

Хотя мысль забавная…

Хмыкнув себе под нос, я аккуратно перевязала платок, расправила и немного сбрызнула водой юбку, сняла с подола найденный листик и, покрутив его в руке, кивнула своим мыслям. Нет, замуж рано. Сначала информация. Потом соблазнение. Затем перевоспитание. После – пара скандалов с выяснением отношений. Предпоследним штрихом будет безоговорочное признание моих желаний.

А последним аккордом, ладно уж – свадьба.

Мечтательно прикрыв глаза, я удовлетворенно мурлыкнула. План был идеальным.

Интересно, как на него будет реагировать Юми?

Наверняка примется сопротивляться и попытается начать с конца.

Ха!

Черт побери, давно я так не радовалась жизни!

В итоге, пробыв в комнате еще минут десять, в столовую я спускалась довольная собой и настроенная весьма благожелательно. Цель определена, средства для ее достижения в наличии (то есть я сама). Дело остается за малым – начать реализовывать план и надеяться, что никто из посторонних в него не вмешается. Хм…

А кто может мне помешать?

Приостановившись на лестнице, попыталась прикинуть список. Список оказался мутным. Для начала – живущий по соседству филин. Да, этот индивид может мне помешать из одной лишь вредности. Вторым пунктом шла, как ни странно, Мать – ее планов касательно меня я до сих пор не знала. Еще я не сбрасывала со счетов клан Шинайо, члены которого могли попробовать мне отомстить. Авторитет ее величества, конечно, очень высок, но местные вампиры настолько непредсказуемы… С них станется взорвать весь особняк вместе со мной, а потом заявить, что случайно. Четвертым пунктом шел папуля… Да, его я тоже включила в список. Уверена, ему будет интересно, удался ли эксперимент, и рано или поздно, но он узнает обо мне. Пятый и прочие пункты я пока оставила незаполненными, но все равно не отбрасывала – общеизвестный фактор «западло» любил вмешиваться даже в самые безупречные планы, что уж тут говорить о моих набросках.

Я зашла в столовую и, окинув взглядом обеденный стол, с удивлением отметила, что он накрыт на троих. Не поняла… Майнир тоже решил к нам присоединиться? Вот уж чего не хочу!

– Лилу, почему на троих?

– У нас гость, леди Виктория. Лорд Юмирай распорядился накрыть и на него. Они сейчас в кабинете, подойдут через пару минут.

О? Что это за гости такие незапланированные?

Достаточно нейтрально кивнув, хотя раздражение во мне смешалось с любопытством, я не решилась отправиться в кабинет, чтобы попытаться подслушать. Вряд ли это сработает еще раз. К тому же они сейчас подойдут сюда сами.

Лучше, пожалуй, быстренько перекушу, чтобы не подавиться под посторонними взглядами.

Устроившись за своим местом, я успела лишь наложить на тарелку еды с ближайших блюд, как со стороны коридора послышались голоса, а через несколько секунд в столовую вошли двое – успевший умыться и переодеться Юмирай и пока еще незнакомый, но довольно молодой и очень симпатичный блондин. Не альбинос, но очень близко к этому – невероятно белые, коротко стриженные волосы, белые брови, белые ресницы, белоснежная кожа. И при этом – ярко-синие глаза. Мужчина отличался довольно высоким, под два метра, ростом, крепким телосложением. Он вошел в столовую уверенной, чуть пружинящей походкой, что намекало на его бойцовские качества, ослепляя широкой белозубой улыбкой. И улыбка эта предназначалась мне.

– Леди Виктория?

Низкий голос с едва уловимой хрипотцой приятно удивил, но улыбаться в ответ я не торопилась.

Если филин мне не понравился сразу, как только я услышала его голос, стоя за дверями и подслушивая, то этот… этот мужчина не сказать, что не понравился, но насторожил с первой секунды своего появления.

Кивнув, я не отводила глаз с его лица. Спустя три долгих секунды до меня наконец дошло. Он не вампир!

Он… он…

Медленно отложив вилку, чтобы не соблазниться и не воспользоваться ею как оружием, я чуть наклонила голову набок, раздумывая, смогу ли пробить ему печень без кастета, и иронично подтвердила:

– Верно.

– Вика, без убийства. – Стоящий рядом с драконом Юмирай понял мои намерения быстрее незнакомца, но настораживаться или тревожиться не торопился. Наоборот, усмехнулся и сел между нами. – Дракона очень нелегко убить.

– Но никто не мешает попробовать… – ответив тихо и с улыбкой, я все это время смотрела в озадаченные синие глаза. Блондин откровенно не понимал моей злости. – А вы представиться не хотите?

– Виктория, это лорд Калахем, ледяной дракон клана Сапфира. Твой… кхм…

– Да, папочка. Я в курсе. А что же лорд Калахем забыл здесь, так далеко от Драконьих гор? Неужели заблудился? Представляете, я знаю прекрасный маршрут! Он, конечно, ведет не в Драконьи горы, но тем не менее… тоже интересный.

Все еще улыбаясь, но чувствуя, что улыбка с минуты на минуту превратится в оскал, я не отводила от дракона глаз, одним взглядом отдавая ему всю свою боль, которую мне пришлось пережить по его вине. Гибель знакомых, свое сумасшествие в первую ночь, долгие часы отстаивания своей личности в ночь обретения тотема. Я не собиралась оставлять себе ни капли боли. Родная кровь, ее зов, который я услышала на третью секунду его нахождения в столовой, позволяли мне это сделать.

– Виктория… – Зрачки дракона расширились до такой степени, что заполнили собою всю радужку, а сам он пошатнулся и схватился за спинку стула.

– Да, папа? – Вилка, которую я все-таки взяла в руку, с неприятным хрустом переломилась, и на стол упали две половинки. – Что-то не так?

– Не так… – По виску блондина скатилась капля пота, выдавшая истинное положение дел, сейчас его раздирала боль, которую не так давно испытала я. Не такая сильная, но в то же время более концентрированная.

Как я отправила ему этот посыл, мне довольно сложно объяснить, это было скорее на уровне эмоций, чем действий, но я не жалела. Вдруг до него дойдет, что священна любая жизнь, а не только драконья. Что абсолютно любое существо может страдать, а затем отдать свою боль создателю. Тому, кто даже не представлял, на что обрекает «подопытный материал», вручая ампулу в руки убийцы.

– Вика, хватит.

Вздрогнув от того, что мои ледяные пальцы накрыла горячая ладонь Юмирая, я перевела на него невидящий взгляд и лишь тогда сморгнула.

Сколько времени прошло? Судя по бледности дракона, не меньше десяти минут. Что ж, пожалуй, с него хватит. Мужики вообще существа хлипкие…

Медленно вытянув пальцы из-под ладони ястреба, я прикрыла неожиданно заслезившиеся глаза и кивнула, прошептав:

– Да, на сегодня хватит.

В трех метрах от меня на стул рухнул ледяной дракон, которому отказали ноги, а я лишь тонко улыбнулась. Сейчас голос крови шептал, что папочка находится на грани нервного срыва. Бедняжка… Не ожидал, что дочка будет так «рада»? А чего ожидал? Что я распахну дочерние объятия и буду на седьмом небе от счастья? Наивный.

В тишине и напряжении прошла минута… другая…

Я успокаивала кровь, набатом бьющую в ушах, Калахем пытался успокоить нервы, а Юмирай просто не мешал. Да уж, обед удался!

Спустя минут десять, а может, и все пятнадцать, я вспомнила, что голодна, и скептически глянула на пришедшую в негодность вилку. Н-да.

– Держи.

– А сам?

– Я уже поел. – Криво усмехнувшись, Юмирай буквально вручил мне столовый прибор, а затем налил в бокал вина и иронично отсалютовал нам обоим. – За воссоединение семьи. Вика, не злись. Признай, ты хотела с ним познакомиться, – отпив и неожиданно подмигнув, ястреб улыбнулся еще шире. – Зато теперь мне есть у кого просить твоей руки. Кстати, Калахем не против.

– Ч… – едва не подавившись кусочком мяса, я нервно отбросила вилку в сторону. – Забудь!

– Что именно?

– Все!

– С какой стати?

Глухо рыкнув, потому что не смогла так с ходу подобрать внятные и цензурные слова, я перевела взгляд с веселящегося вампира на задумчивого дракона и процедила:

– Так, уважаемые. Запомнили: если кто-то рискнет решать что-то за моей спиной, то жить этот кто-то будет недолго и несчастливо. А если у кого-то возникнет желание намекнуть мне на соблюдение местных законов и правил, то этот кто-то будет не только послан, но и сопровожден в места не столь отдаленные. Надеюсь, я понятно выражаюсь?

– Не очень.

– Хорошо! Объясняю более доступно! – Раздражение накатило вновь, но в руках я себя пока держала. – Когда и за кого выйти замуж, я решу сама, и никто не имеет права ни запретить мне это сделать, ни указывать, с кем именно надо сочетаться браком! Если ты, – мой палец угрожающе уткнулся в до сих пор бледного дракона, – рискнешь заявить на меня права и попытаешься подчинить зову крови, то это будет последнее, что ты сделаешь в своей трагически оборвавшейся жизни! Ну а ты, – переведя тяжелый взгляд на иронично приподнявшего бровь Юмирая, я криво усмехнулась, – продолжая решать мою судьбу за моей спиной, рискуешь тем, что я отвечу тебе «взаимностью» и буду реализовывать свои планы, не ставя в известность тебя. Теперь понятнее?

Отчетливо видя, как мои слова разозлили ястреба, я не собиралась брать их назад. Я права, и он обязан это понять. Он сам сказал, что я личность, а с личностью должны считаться.

– Да, Вика, все предельно понятно, – все-таки кивнув, хотя и несколько нервно, Юмирай недовольно качнул головой и тихо добавил: – И все равно мне кажется, что тебе стоит начать вязать. Говорят, вязание успокаивает… ты слишком напряжена.

Как будто повода нет!

– Я подумаю. – Снова прикрыв глаза, я пожалела, что не пью. Да, выпивка бы хоть как-то сняла напряжение… К сожалению, я на дух не переносила алкоголь и могла от силы выпить пятьдесят грамм вина, а потом меня просто тошнило.

Что ж, будем снимать незапланированный стресс едой. Куда там улетела пока еще целая вилка?

– Кстати, лорд Калахем, откуда вы узнали, что я здесь?

– Эм… – Несколько нервно кашлянув, дракон почему-то посмотрел не на меня, а на Юмирая, что сразу насторожило. – Виктория, я бы хотел обсудить это с тобой наедине. Но ты сейчас так раздражена, что я не уверен… – Дракон выглядел настолько несчастным, что моя интуиция моментально забила тревогу. – Скажите, а вы правда хотите пожениться?

– П… простите? – Вилка повторила судьбу предшественницы, звонко переломившись, и в комнате наступила гнетущая тишина.

– Вика, разве ты оставила свои планы в отношении меня? – Один лишь Юмирай чувствовал себя как дома – сидел, сложив руки на груди, и ухмылялся.

– В моих планах не было свадьбы! – Я не выдержала его издевательского тона и рявкнула так, что на висевшей над нами люстре всколыхнулись и тренькнули висюльки.

– У драконов, например, не обязательно жениться, – тихо пробормотал блондин. – Достаточно того, что двое, стремящиеся создать пару, просто скажут об этом друг другу…

– Папочка, заткнись, а?

Каюсь, я начала хамить. Это было так же неприятно, как если бы за столом вытащили чье-то грязное белье и начали им размахивать во все стороны. Я по ухмыляющемуся лицу Юмирая вижу: ему одного моего «да» будет достаточно, чтобы он счел наши отношения узаконенными! Ему вообще плевать на официальные законы! Он вообще демон!

Тихо, Вика, тихо… что-то ты действительно разошлась. Не к добру. Кстати, а о чем вообще шла речь в начале разговора?

– Простите, вспылила, – несколько раз глубоко вздохнув, я ненатурально улыбнулась Калахему и коротко кивнула. – Так что там об информации, которую вы хотели мне сообщить наедине? Не стесняйтесь, вы можете изложить ее при лорде Юмирае: в настоящий момент он – мой опекун, и у меня нет от него секретов.

– Хорошо, если ты настаиваешь… – Снова откровенно занервничав, дракон шумно выдохнул и наконец собрался с силами. – Этот эксперимент задумывался мной довольно давно. Проблема была не столько в исполнителе, сколько в недостающей части крови. Понимаешь… в общем, не буду вдаваться в подробности… Буквально несколько месяцев назад в мои руки попал тот самый недостающий элемент – кровь и суть высшего вампира. Женщины. Ранее эксперимент срывался именно по этой причине – в составе не хватало именно женского начала. В общем, образец был создан. Кроме всего прочего в него пришлось добавить сути и крови двух лордов – лорда клана и лорда рода, на этом настоял Димитро, который был моим ассистентом. Эти две составляющие не меньше первых важны в инициации, потому что именно они отвечают за превращение человека в вампира.

Что-то он долго рассказывает. Не к добру.

Хмуро кивнув, потому что уже знала это сама, вторым кивком предложила продолжить.

– А теперь – к сути твоего вопроса. О том, кто в результате эксперимента стал птенцом, мне сообщила ее величество, потому что именно она была женщиной, давшей свою кровь.

На этот раз тишина была вообще мертвой.

Я не могла поверить в его слова, но потрясенная не меньше меня интуиция робко пискнула, что дракон не лжет. Моя мать – сама ее величество?! Ужас…

– Юмирай, ты знал? – с трудом повернув голову в сторону бледного ястреба, я и без его ответа поняла: нет. Ну и что тут сказать? – А ее величество что думает по этому поводу?

– Она несколько потрясена тем, что эксперимент удался… – Дракон нервно улыбнулся и отвел взгляд. – Вика, понимаешь… у дракона и вампира не бывает детей в силу слишком больших генетических различий. Несколько лет назад мы с Амидайлой очень серьезно думали на эту тему и даже пробовали иные варианты…

– Стоп-стоп. – Его слова навели на довольно странные мысли. – Вы, простите, в каких отношениях с ее величеством?

– Ну-у-у…

Сегодня я впервые увидела, как краснеет абсолютный блондин.

Нервно сглотнув, я не желала верить в происходящее. Для меня это было дико. Меня сделали только потому, что эти двое хотели ребенка и не могли его родить естественным путем? Я, ставшая случайной участницей эксперимента, теперь едва ли не принцесса?!

– Простите, что-то мне не очень хорошо…

Встав из-за стола и при этом с грохотом опрокинув стул, я на деревянных ногах вышла из комнаты, оставив в ней одного подавленного дракона и одного хмурого вампира. Сейчас мне было не до них.

Сейчас меня, как ни странно, волновала своя собственная нервная система, которая с трудом справлялась со свалившейся на нее информацией. Господи, и черт меня дернул поехать в этот лес!

Глава 13

Как я добралась до своей комнаты, не помню. Помню только, что выставила удивленную Яниту, протирающую подоконник, вон и запретила приходить раньше завтрашнего утра.

Мне необходимо было побыть одной. Одной…

Нет, в голове не укладывается. Ее величество Амидайла пускай косвенно, но моя мать. Дракон Калахем, опять же косвенно, – мой отец. Господи, как же так?

Я никогда не знала своих родителей и, если честно, не очень-то и хотела знать – годам к десяти я поняла, что женщина, которая смогла отказаться от новорожденной дочери прямо в роддоме и после никогда даже не искала, для меня никто.

А тут сразу двое. Да каких!

Чувств было очень много, причем в основном негативных – раздражение, боль, досада, возмущение, протест, даже злоба. А еще непонятно как затесавшаяся надежда, но она была настолько крошечной, что быстро пропала. На что мне надеяться? На любовь родителей? Таких?

Глупо. Они прекрасно знали, что их дитя будет уже взрослой сформировавшейся личностью. Невозможно переделать его под себя. Невозможно заставить полюбить или хотя бы зауважать только потому, что они так хотят.

И, черт побери, зачем им взрослый ребенок? Да это просто глупо!

Хм…

И тут я подумала о том, что когда-нибудь тоже стану матерью. У меня будет сын или дочка. Ребенок, в котором будут гены… Их гены.

Че-о-орт! Неужели они хотят именно этого?!

Ужасная, по своей сути, догадка молнией пронзила мозг и буквально заставила подскочить на кровати. Неужели это правда? Неужели они хотят сделать из меня всего лишь звено в цепочке событий? Ту, что сможет родить им ребенка.

Ну нет, голубчики! Вы ошиблись с кандидаткой!

С трудом погасив полыхающую ледяным огнем левую руку, я прикрыла глаза и зло скрипнула зубами. План. Мне нужен новый план!

И кастет.

После того, как бледная Вика, извинившись, вышла, мужчины просидели в абсолютной тишине не меньше получаса. Дракон, от души плеснув в бокал вина, грустно вздыхал и периодически тер ноющие виски, Юмирай, впав в некоторый ступор, вообще не мог мыслить внятно. Вика – принцесса. Кровная дочь Калахема и Амидайлы.

Это было потрясением.

Нет, он знал об отношениях дракона и Матери, потому что не раз выполнял поручения ее величества, касающиеся дракона, но ему даже в голову прийти не могло, что отцом Виктории является именно этот голубой дракон.

А еще в его голове никак не укладывалось – зачем? Зачем Калахем это сделал? Даже если они хотели ребенка, то ставить подобный эксперимент на взрослом человеке как минимум глупо! Это явно подтвердила реакция Виктории – дракона совушка ненавидела. Неизвестно, как теперь она отнесется к ее величеству, но вряд ли теплее.

И, шэт побери, как могла ее величество пойти на подобный шаг? Сама нарушила свои же законы!

Скосив глаза на дракона, выливающего в бокал последние капли вина, вампир понял, что тут все слишком мутно, чтобы не было ни одного подводного камня.

– Лорд Калахем, у меня к вам несколько вопросов касательно вновь открывшихся обстоятельств.

– Калахем. Просто Калахем. – Нервно хмыкнув и махом опрокинув в себя остатки вина, блондин криво усмехнулся. – С тебя вино, с меня рассказ. И не здесь. Кстати, местным можно доверять?

– Слуги преданы ее величеству.

– А маг?

– Маг?

– Нас уже почти час подслушивает маг.

– Я разберусь с магом… – Решение пришло сразу, и оно было максимально кровожадным. – Калахем, проходи в кабинет, слуги принесут вино туда. Я подойду минут через пятнадцать – двадцать. Думаю, этого мне хватит, чтобы побеседовать с господином магом на предмет лояльности к ее величеству…

В любом случае бить кого-то больше двадцати минут – рука устанет.

В своей комнате я пробыла до позднего вечера. Я не хотела ни вставать, ни куда-то идти, ни что-то делать. Я думала, думала и еще раз думала. Сидела на кровати, обняв колени руками и закрыв глаза, и думала.

Кто я для местных с учетом вновь открывшихся сведений? Уж точно не полноценная принцесса и наследница. Я не знаю здешних законов, но вряд ли Мать решится признать наше родство официально – было бы иначе, я не находилась бы здесь. А ведь ее величество уже видела меня, в одну из первых ночей она была в моей комнате и наверняка что-то для себя решила.

Если бы она хотела видеть меня своей дочерью, то не стала бы скрывать информацию ни от меня, ни от Юмирая. Тем более от Юмирая, ведь тогда он был бы обязан делать из меня не просто протеже ее величества, а принцессу.

Но этого не произошло.

И что это значит?

Черт!

Бежать? Куда? Глупо. Без денег, без знаний, без элементарных представлений о мире. Снова становиться изгоем и отщепенцем? Снова, как и десять лет назад, пытаться выжить среди волков и доказать им, что тоже с зубами?

Мир иной, а жизнь все та же…

Горько усмехнувшись, я прикусила палец и снова подумала о ястребе и его заявлении. Калахем разрешил ему на мне жениться. Странно. Неужели ему настолько безразлично, кто будет моим мужем? Если я – промежуточное звено, то не должны ли они подобрать мне самого подходящего мужчину, чтобы ребенок родился безупречным? Или не в этом дело и моя мысль не больше чем бред?

Господи, ну почему все так сложно?!

Сумерки прокрались в комнату, а я все не могла решить элементарное – кто я теперь для окружающих, каковы планы Матери и что мне делать, чтобы никто не покушался на мою свободу и независимость.

И почему я не умею читать мысли? Жаль, просто безумно жаль.

Интересно, а если попытаться надавить на папочку, он признается?

Представив, как я загоняю двухметрового блондина в угол и, потрясая перед его носом скалкой, веду допрос о его планах касательно меня, я лишь фыркнула. Вряд ли такое возможно – драконы не те существа, которые позволят загнать себя в угол. Он скорее сам оторвет мне голову, а затем препарирует останки, чем позволит угрожать и требовать. Мы кровные родственники, это факт, но в отличие от меня он – полноценный дракон, тогда как я – всего лишь результат эксперимента.

Ночь окончательно опустилась на особняк, и тут желудок решил взбунтоваться, заявив, что я бессовестная и нерадивая хозяйка: мало того что не пообедала, успев съесть всего пару кусочков мяса, так еще и ужин посмела пропустить. В общем, безответственная и неблагодарная.

Ладно-ладно, пошли на охоту… Интересно, как в этом мире выглядят холодильники?

Прежде чем выйти из комнаты, я мельком глянула в зеркало и отметила, что выгляжу вполне прилично. Правда, выражение лица не слишком ласковое, да волосы немного растрепались, но это ерунда – вряд ли по ночному особняку разгуливает толпа желающих оценить мой внешний вид.

Мысли переключились на эту самую толпу, и я задумалась, остался ли Калахем в доме на ночь или уехал. Зачем он вообще приезжал? Просто посмотреть или с иными целями? И почему я не спросила? Черт! Вот буду теперь мучиться от неизвестности!

Недовольно поджав губы из-за такого упущения, я поморщилась и вздохнула. Как бы ни хотелось, но я не всесильна. Все предусмотреть просто невозможно, да еще и с учетом шквала тех эмоций, что мне пришлось пережить при появлении дракона. Буду надеяться, что он остался на ночь и завтра утром мы с ним увидимся снова. Уж завтра-то я точно смогу удержать злость внутри и побеседовать с ним на предмет его дальнейших планов. Если просто хотел увидеть результат и убедиться, что эксперимент удался, – хорошо. Если же нет, то уже на повышенных тонах и с применением магии объясню, что подопытная против насилия над личностью и в силах дать отпор.

Эх, и откуда во мне столько кровожадности?

Поторапливаемая голодом, я, попутно размышляя о превратностях судьбы, успешно дошла до абсолютно пустой кухни и, ведомая интуицией и обонянием, без особых проблем обнаружила как холодильник, так и буфет, где разжилась весьма аппетитными на вид булочками, котлетами и куском сыра. В холодильнике лежали полуфабрикаты, но я просто поленилась готовить. Наверняка имеется еще и подпол, где хранятся окорока и прочие изыски, но искать мне его было лень.

Тарелка, вилка, нож… о, чай.

В два счета накрыв себе ужин на том самом столике у окна, я с удовольствием отдалась во власть своих низменных инстинктов, а именно – чревоугодия. И плевать, что без сервировки и холодное, зато безумно вкусное.

Ко времени, когда передо мной оставалась лишь последняя булочка и чашка с горячим чаем, который я налила себе уже в третий раз, в коридоре послышался странный шум.

Кажется, кто-то упал.

Мм? Ого!

Обострившийся слух уловил сложносоставную нелитературную конструкцию, а память опознала голос – это был дракон. Господи, он что там делает?

– Калахем, ты пьян…

Юмирай?

– Н… нет!

Черт, они что, сюда идут?

Не сказать, что я запаниковала, но напряглась однозначно. Прятаться? Вот еще! Но и желания видеть пьяных мужчин не было. Буду надеяться, что обойдется.

Тем временем собутыльники дошли до кухни, и из их обрывистых фраз, перемежающихся крепкими словечками, стало ясно: выпивка и закуска у них закончились, и они решили раздобыть ее самостоятельно.

Добытчики чертовы!

Благодаря вампирскому зрению я без особого труда рассмотрела как абсолютно невменяемого Калахема, так и практически трезвого на его фоне Юмирая, появившихся в дверях кухни и целенаправленно идущих к дальней двери, за которой, по их мнению, находился винный погреб, я не удержалась и язвительно улыбнулась.

Да-а-а… и все-таки мужики – хлипкие существа.

Меня они, кстати, не замечали. То ли потому, что я так и не зажгла освещение, то ли потому, что я сидела в стороне от их маршрута, а может, и потому, что сейчас у них была более интересная цель.

Наконец дойдя до двери и скрывшись за ней, дракон, похоже, споткнулся на первой же ступеньке и, судя по грохоту, закончил свой путь уже на полу погреба, причем быстрее запланированного. Хм, интересно, убился, нет?

Черт, судя по мату – нет.

Скептично хмыкнув, я отпила чаю. Помогать я не планировала. Еще чего! Связываться с пьяным драконом? Я не самоубийца. К тому же Юмирай говорил, что дракона очень сложно убить. Наверняка даже не сломал себе ничего. А если и сломал, то поделом. Меньше пить будет.

Отпив еще глоток, я прислушалась внимательнее – странное шебаршение не позволяло с точностью определить, чем они там занимаются, а логика и фантазия буксовали. Нет, понятно, что они наверняка ищут бутылку, а может, бочонок и закуску, но шорохи были странными.

А затем они прекратились вовсе.

О?

Черт, уже любопытно!

Допив чай и доев булочку, я сначала прибрала за собой и вымыла посуду, разложила все по местам, чтобы не оставлять следов, и уже после, все это время прислушиваясь к настораживающей тишине, подошла к приоткрытой двери погреба. Немного постояла на входе, пытаясь на слух определить, что происходит внизу и происходит ли что-то, но так ничего и не услышала.

Странно.

Рука нашарила на стене выключатель. Стоило пальцу нажать на рычажок, и стало понятно, почему я ничего не слышала, – дракон дрых прямо на полу, обняв окорок, а Юмирай сидел неподалеку и медитировал на бутылку, которая была у него в руке.

Кстати, стоило зажечься свету, как дракон недовольно всхрапнул, но так и не проснулся, а меня окинул задумчивым взглядом тот, кто был не так пьян, как мне показалось вначале. Он был вообще трезв.

Черт, как глупо получилось… И сказать-то нечего. Что ж, раз все целы, то я, пожалуй, пойду.

– Свет оставить или выключить?

– Оставь, надо будет этого пьяницу наверх отнести. – Переведя взгляд на спящего, вампир невесело усмехнулся и снова посмотрел на меня, при этом отставив практически нетронутую бутыль с вином в сторону. – Надеюсь, ты сюда не за выпивкой шла?

– Нет, я не пью. Я ужинала.

– Ясно. Поужинала?

– Да.

Неловкое молчание затягивалось, и я, кивнув, сделала шаг назад, чтобы уйти, но тут Юмирай встал и шагнул ко мне.

– Вика, подожди. На пару слов…

– Да? – настороженно замерев в дверях, я смотрела, как он твердой походкой абсолютно трезвого… хм… вампира поднимается по лестнице ко мне и, поднявшись, встает напротив. Близко. Слишком близко.

А его глаза снова черные. Полностью.

Так… кажется, он не настолько трезв, как мне показалось.

– Юмирай? Что ты хотел?

– Извиниться…

– За что? – искренне удивившись, потому что зла я на него точно не держала (по крайней мере сейчас), что-либо еще я сделать не успела – он шагнул еще ближе, умудрившись прижать меня к стене всем телом, а затем поцеловал.

В его поцелуе не было той безудержной и неконтролируемой страсти, как утром, наоборот – он был настолько нежным и даже скорее целомудренным и робким, что я просто-напросто растерялась. И если в первую секунду просто замерла, во вторую собиралась возмутиться и ударить, то в третью передумала и ответила. Такого Юмирая я еще не знала, но очень хотела узнать.

Его губы нежнейшими, невесомыми бабочками порхали по моему лицу, словно исследовали и никак не могли определиться, где им лучше, – щека, висок, лоб, веки, нос… это было настолько удивительно и невероятно, что рождало в моей душе лишь нежность, а никак не протест.

Его руки в этот момент обнимали меня за талию, но не давили, а едва уловимо поглаживали, словно боясь неловким движением причинить боль.

А затем наши губы встретились. Сначала лишь коснувшись, затем увереннее, а после, словно вспомнив, что уже знакомы, они распахнулись навстречу друг другу, и целомудрие было позабыто.

Страсть. Древняя, как сама жизнь, неукротимая, как цунами, первобытная и ничем не сдерживаемая. Господи, это было умопомрачительно…

– Мм… – С губ сорвался непроизвольный стон, когда его руки поднялись выше, прижимая все крепче и рождая в груди неконтролируемый пожар желания. – Юми-и-и… – еще один стон, но уже более требовательный, потому что он посмел отстраниться и замереть, окидывая раскрасневшуюся меня обжигающим взглядом. – Иди ко мне… – шепот на грани слышимости, но я знаю, что его чуткий слух улавливает даже сбившийся стук моего сердца. – Юмирай?

Затуманенным разумом я поняла: что-то не так, но до конца осознала это лишь тогда, когда его глаза из черных стали темно-зелеными, а губы из просто улыбающихся – откровенно саркастичными.

– Юми?

– Да?

– Ты… – Моргнув, я удивленно уточнила, не в силах поверить в напрашивающийся вывод: – А дальше?

– А дальше – только после свадьбы. – Если бы не произнесенные вслух слова, я бы ни за что не поверила – его руки до сих пор поглаживали мое тело, рождая дрожь, скапливающуюся внизу живота, а помутневший от явного желания взгляд с удовольствием скользил по моему возмущенному лицу. – Да, извини. За это.

– Юмирай, так нечестно.

– Возможно…

– Это подло.

– Почему?

– Потому что так нельзя. – Я сдерживалась, как могла. Теперь я точно знала – он пьян, причем не меньше дракона. Именно поэтому он решил поиграть в игру – возбуди и проучи. Я чуяла это. – Ты понимаешь, насколько это вредно для организма? Ты ведь хочешь продолжения не меньше меня. Зачем останавливаться на полпути? – Я положила ладонь ему на грудь и скользящим движением отправилась в путешествие к шее. Добралась до желаемого участка обнаженной кожи, чуть царапнула ноготками и с удовлетворением заметила, как резко расширились его зрачки. – Чего ты боишься? Мы ведь нравимся друг другу… Зачем ты мучаешь меня и себя?

– Зачем… – Ястреб резко подался вперед и снова прижал меня к стене, опаляя жаром своего возбужденного тела. – Хороший вопрос, милая. Понимаешь, я не хочу быть промежуточным звеном. Не хочу быть для тебя одним из многих. Мне этого мало. Мало…

– И что же ты хочешь? – Наши губы почти встретились, но лишь почти. Стоило мне податься вперед, как он тут же слегка отпрянул и хрипло рассмеялся. – Скажи мне – чего ты хочешь?

– Тебя. Всю. Навсегда. Этого мне хватит. – Договорив, ястреб снова замер, при этом так пристально глядя мне в глаза, словно заглядывал в душу. – Согласна стать моей навсегда?

– Я… – судорожно придумывая уклончивый ответ, я понимала, что не могу сказать ни «да», ни «нет». Эти слова будут катастрофой, причем что одно, что другое. – Юмирай…

А затем он усмехнулся. Многозначительно. Одной рукой оперся на стену, вторую убрал за спину и кивнул в сторону двери, молчаливо предлагая мне уйти.

– Ты не прав. – Обида нахлынула лавиной. Вновь растревоженные гормоны требовали хоть какого-то выхода, но единственным доступным были слезы. – Ты! Подлый! Наглый! Эгоистичный!

– Тш-ш-ш… – Мои кулаки, бьющие по его груди, утонули в его ладонях, спина была снова прижата к стене, а в замутненные наворачивающимися слезами глаза заглянули осуждающие черные. – Неверный вывод. Замужество не подлость. А наглость и эгоистичность – это как раз желание воспользоваться и самоутвердиться. Я этого не хочу. Я не хочу, чтобы о тебе говорили и думали плохо, а это обязательно случится, когда слухи о нашей связи дойдут до остальных. Так что успокойся и не обвиняй меня в том, что я хочу все сделать правильно.

Красиво говорит. Аж заслушалась.

– Знаешь, засунь свою порядочность… – без особого труда выдернув свои руки из его захвата, я шмыгнула носом и зло поджала губы. – Твои методы ухаживания отвратительны. А оставлять женщину неудовлетворенной и при этом заявлять, что подобное можно исправить лишь замужеством, – гадко и низко. Так что нет, Юмирай, я тебя не прощаю. Такому эгоистичному поведению прощения нет!

От переизбытка чувств я даже топнула ногой, рыкнула и ушла, остро жалея, что не могу хлопнуть дверью или что-нибудь разбить. Эмоции зашкаливали, казалось, еще немного – и пар из ушей повалит. Сна не было ни в одном глазу. Да, точно! Пойду убью тренировочную грушу!

Как она прекрасна в своем гневе. Великолепна. Умопомрачительна. Пусть спустит пар девочка, ей полезно. Пусть даже что-нибудь сломает, ему не жалко. Неторопливо идя по яркому, ароматному следу раздражения, который шлейфом тянулся за Викторией, Юмирай не собирался пускать дело на самотек. Она очень умна и не станет делать глупости, но проконтролировать все равно стоило. Парк… что она хочет в парке?

К его безмерному удивлению, Калахем не сумел сохранить ясность ума после трех бутылок крепленого красного вина. Дракон был пьян в стельку, что не могло не радовать – за эти несколько часов, в течение которых гость изливал ястребу душу, лорд Юмирай услышал столько, что хватило бы на десяток психоаналитиков. Калахем даже умудрился уснуть, причем прямо в кресле, но буквально час назад проснулся снова и, допив четвертую бутылку, изъявил желание отправиться на поиски вина самостоятельно. К счастью, в погребе он навернулся на первой же ступеньке, ударился об угол стеллажа с припасами, да там и успокоился, обняв упавший на него окорок, как самое ценное в жизни.

Транспортировать пьяницу наверх Юмирай не торопился, опасаясь, что тот снова проснется и решит устроить дебош или что похуже. Успокаивать невменяемого ледяного дракона ястреб не умел и учиться не планировал.

А затем зажегся свет и на верхней площадке обнаружилась девушка, за неполную неделю пребывания в особняке ставшая его душевной болью. Виктория. Вика.

Он не был сильно пьян, но стоило ее увидеть, как разум отказал и в голове осталось одно-единственное желание – прикоснуться. Как минимум…

Тело действовало, но разум жил своей жизнью. План. У Юмирая есть план. Он не имеет права ни на шаг отходить от плана, потому что иначе цель не будет достигнута. Дракон плакался, что девочка слишком жестока и теперь он не знает, как ему быть дальше. Он даже признался, что не верил в удачное завершение эксперимента с первого раза, потому что образец был слишком сырым и требовались многочисленные испытания на подопытных, которых ему обещал достать Димитро. А еще он сетовал на то, что не знает, как быть с таким взрослым ребенком. Кретин…

Затем, вспомнив о желании Юмирая, Калахем похлопал ястреба по плечу и заявил, что верит в лорда – только такому профессионалу он без раздумий доверит дочь и ее будущее.

Как он тогда его не ударил, сам не понимает. Если бы у него была дочь, он бы никогда не доверил ее полукровке. А этот дракон был по-настоящему рад, что теперь ему не надо заботиться о девочке, решившей воспринять подобное родство в штыки, и есть на кого переложить проблему адаптации чересчур самостоятельной и самодостаточной иномирянки в их обществе.

Что ж, он тоже может ошибаться, но по крайней мере он точно знает, что сделает все, чтобы она была счастлива. Это будет нелегко, даже наоборот – очень сложно, потому что она привыкла со всем справляться сама и получать то, что хочет, но он тоже не зря прожил все эти годы и знает, как достичь желаемого.

Так, ну и что мы забыли в парке?

Глава 14

До тренировочной площадки я долетела минуты за три – раздражение уже не бурлило, оно невыносимо жгло и требовало выхода, так что стоило мне лишь зайти в темный зал, как тело само ринулось в атаку, вспоминая не только то, чему его учили с самого детства, но и то, что было доступно благодаря вмешательству дракона. Древние, тайные знания рептилоидной расы, оттачиваемые тысячелетиями и совершенствуемые с каждым новым поколением эгоистичных и самолюбивых воинов.

Удар, еще удар. Тусклого света местных спутников было более чем достаточно, чтобы видеть нужные мне очертания спортивного снаряда. Первый… не выдержал, разлетелся. Второй продержался чуть дольше, но теперь не выдержала цепь и со звонким хлопком разорвалась, а сам снаряд упал к моим ногам. Остался последний, третий. Его я уже не уничтожала, излив самые яркие, яростные эмоции на первые два. Его я просто методично избивала, не щадя костяшек и жалея лишь о том, что в юбке не могу наносить удары ногами. Ничего-ничего… мне и этого хватает. Боль из-за содранной кожи лишь раззадоривала и приносила удовлетворение, показывая мне, что я жива и не такая, как они. Не бездушная, не ледяная, не эгоистичная!

А в какой-то момент я поняла, что злость ушла. Последний удар получился уже не таким сильным, как предыдущий, и это стало сигналом к завершению. Все…

Все.

Усталость накатила волной, и я села там же, где только что стояла. Даже не села, а скорее рухнула. Как же мне все осточертело! Этот чертов мир, эти чертовы иные правила, эти чертовы вампиры, которые не вампиры… Почему он так поступает? Почему не поддаться и не уступить? Разве я много прошу? Зачем быть таким порядочным, когда это никому не надо?!

Плечи понуро опустились, а следующий вздох вышел со всхлипом.

Почему, черт возьми, мне не понравился тот же Майнир?! Вот уж кто был бы рад подобной, ни к чему не обязывающей интрижке! Представила и тут же передернулась от отвращения, а в следующую секунду взвизгнула от неожиданности – мои плечи обняли чьи-то горячие сильные пальцы, и до боли знакомый голос прошептал на ухо:

– Не кричи, это я.

Я хотела возмутиться от такой неслыханной наглости. Он что, следил и все видел?! Но вместо этого лишь снова всхлипнула и судорожно обняла себя руками – я выплеснула абсолютно все эмоции, и теперь в душе была одна пустота. Ничего не хотелось – ни возмущаться, ни ругаться, ни даже ударить того, кто сел сзади и, прижав меня к своей груди, крепко обнял, устроив подбородок на моем плече.

Но промолчать я не смогла и глухо буркнула:

– Следил?

– Следил. А ты мастер. Сама или учили?

– Учили.

– Хорошие были учителя… но и мне есть чему тебя поучить. У тебя неправильный апперкот – ты слишком раскрываешься.

– Знаю… – Буркнув снова, я поежилась, словно зарываясь в его руки, и он сделал так, как я и хотела, – обнял еще крепче. – И все равно я тебя не извиняю.

– Что ж, это печально, – прямо в ухо прозвучало ироничное хмыканье, а затем неожиданное для меня признание: – Я хочу тебя, не буду лгать. Ты удивительная. Уникальная. Ты яркая, дикая, целеустремленная. Но я хочу тебя навсегда, пойми. Сейчас, пока я не знаю тебя всю, я еще смогу отпустить, если ты захочешь уйти, но этого не случится, если между нами произойдет нечто большее, чем поцелуи. Ты думаешь, что стать любовниками – это прекрасная идея, но ты ошибаешься. Это было бы возможно, если бы я был нормальным вампиром. Это было бы возможно даже в том случае, если бы я был полноценным демоном. Но я полукровка. У нас не так, как у остальных. У нас все иначе. Мы – выродки обеих рас, ущербные, ненормальные, дефектные. Я смог обрести подобие душевного равновесия лишь благодаря помощи ее величества, заменившей мне мать, и жесточайшему самоконтролю. Но рядом с тобой он отказывает. Вика, пойми… все сложно.

– А рассказать сразу нельзя было, да? – Буркнув очередной раз, хотя от близости и жара его тела, а также от столь откровенных признаний хотелось уже урчать и мурлыкать от затопившего душу непонятно откуда взявшегося счастья, я чуть повернула голову. – Почему я все самое важное узнаю после того, как происходит что-то непоправимое?

– Разве непоправимое?

– Ты меня понял.

– Понял. – Губы словно случайно мазнули по щеке, а затем раздался тяжелый вздох. – Признаюсь, я не справляюсь. Я пытаюсь примерить на тебя реалии нашего мира, но каждый раз убеждаюсь, что ты совершенно иная. Попытайся и ты меня понять – девушки нашего мира никогда не позволили бы себе залезть утром на крышу, чтобы подсматривать за тренировками гвардейцев. Они никогда не позволили бы себя поцеловать, а затем отнести в мужскую спальню. Они не перечат, они не язвят, они не требуют близости, отрицая саму мысль о ее законности, и они не уничтожают спортивный инвентарь.

– Ну и что теперь? – Почему-то обидевшись на последние слова, я недовольно передернула плечами, но он лишь подождал, пока я закончу ворочаться, и уверенно продолжил:

– Теперь давай успокоимся. Калахем не имеет в отношении тебя планов, так что тут ты в безопасности – он напился и признался, что рад моему к тебе интересу. Он элементарно не знает, что с тобой делать дальше. Ее величество, оказывается, вообще не знала, для чего ему была нужна ее кровь, и теперь потрясена не меньше дракона. Кстати, она заставила его уничтожить все образцы и записи по этому эксперименту и заявила, что если у них и будет общий ребенок, то рожденный ею лично, а не искусственно созданный. Как-то так. Пускай ты и их кровная дочь, но ты никогда не станешь наследницей, а так и останешься протеже. Ну и к чему я это рассказывал…

Да, к чему? Не спорю – с души такой груз упал, словно в нем было как минимум несколько тонн! Но к чему он вел, я так пока и не поняла.

– Давай попробуем найти компромисс. Я постараюсь не давить и не принуждать, обучать так, как обязан, учитывать твои желания и не напоминать о своей «порядочности» чаще, чем нужно. – Иронично хмыкнув на последних словах, так что и я улыбнулась, он провел носом по моей щеке. – Но и ты в свою очередь не будь такой дикой и неконтролируемой. Узнай мир, в котором тебе так или иначе придется жить, его правила, его принципы, населяющих его существ и их темные и светлые стороны, попытайся приспособиться, потому что в любом случае ты не сможешь выстоять одна против всех. Я знаю, ты сильная, но в то же время и хрупкая. А еще – очень умная. Будь гибкой, и ты получишь то, к чему стремишься. Договорились?

– А как насчет моего желания близости?

– Только честно – почему ты так ее желаешь? Только ли из-за стресса и потребности в ком-то рядом или из-за того, что меня любишь? – Мое продолжительное молчание он понял правильно и, многозначительно хмыкнув, кивнул: – Так вот, я не хочу быть кем-то. Я хочу быть для тебя всем. Я хочу узнать тебя всю, а не только то, что доступно с первого взгляда. Хочешь ли ты того же или тебе хватит лишь тела?

– Ну ты загнул! Ты что, психиатр? – Пытаясь скрыть смущение, потому что он говорил слишком умно и правильно, я слегка пихнула его локтем. – И все равно с учетом твоих таких правильных умозаключений ты слишком эгоистично действуешь. Ты сам меня сейчас поцеловал! Кто просил?

– Это все вино… – В затылок с грустью выдохнули, а затем снова потерлись о него носом. – Контроль, Вика. Контроль рядом с тобой невозможен.

– Так, может, ну его? – мечтательно прикрыв глаза и чувствуя, как от его дыхания по телу снова пробежала горячая волна, я глубоко вдохнула и протяжно выдохнула.

Я прекрасно поняла все, что он мне сказал. Красиво, правильно. Из его слов выходило, что я ему уже настолько дорога, что он хочет не только жениться, но и защитить от мира и его невзгод. Он уже любил? Вряд ли. Скорее, нуждался.

Нуждалась ли я?

Нет, не так сильно.

– Нет, Вика. Без контроля рядом с тобой нельзя.

– Ну и как быть?

– Мм… не хочу вслух произносить это слово. – Буквально затылком чувствуя, как он улыбается, я усмехнулась тоже. – Давай начнем сначала? С правильного начала. Допустим, со свидания завтра утром? Здесь. Я научу тебя правильно бить, потому что твои удары никуда не годятся. От них даже Майнир увернется.

– Что-о-о?! Это мои удары никуда не годятся? – Возмущенно вспыхнув, я уже тише уточнила: – А ты почему так уверен, что он увернется? Ты же не знаешь, как он дерется.

– Знаю. Сегодня узнал.

– Вы что, подрались? – Искренне опешив, я даже развернулась в его руках и попыталась понять по глазам, лжет или нет. К сожалению, света в помещении было слишком мало, да и обе луны спрятались за облаками, так что я ничего не поняла. – Зачем вы подрались?

– Он имел неосторожность запустить в столовую прослушку, за что и поплатился.

– Но ты его… – не то чтобы мне было жалко филина, но я уточнила: – Сильно?

– Нет, не очень. Профилактически. Кстати, удар он абсолютно не держит. Так как насчет утреннего свидания? Только ты, я и этот зал.

– Мм, заманчиво. А ты уверен, что меня стоит учить такому?

– Почему нет? Если тебе интересно, я научу тебя даже и не такому.

О? Заинтриговал. Это чему же?

– Кстати, чтобы выспаться, наверное, уже пора отправляться спать…

Задумавшись на пару мгновений, соглашаться или нет, я вдруг четко осознала, что сейчас он пошел на серьезные уступки. Ради меня? О…

– Да, ты прав.

До особняка мы шли молча, но переплетя пальцы. Это не я, это он – помогая встать с пола в зале, он так и не отпустил мою руку, а я не стала забирать. Это было неожиданно и приятно. Так же, как его невесомые поцелуи на кухне. Оказывается, он умел быть и таким: легким, романтичным, ненавязчивым.

У дверей моей спальни он галантно поцеловал мою ладошку и, с улыбкой пожелав спокойной ночи, отправился дальше. А я, глупо улыбнувшись в ответ, вдруг четко поняла: такой Юмирай намного быстрее добьется моего положительного ответа. Против ли я? Хм, пока не знаю, думаю, первое свидание покажет.

Так подставиться… Шэтов дракон, сдавший его с потрохами!

Сидя в кресле и остервенело создавая пульсар за пульсаром и тут же уничтожая, Майнир скрипел зубами, но старался делать это как можно аккуратнее – разбитые губы и сломанная в трех местах челюсть (не считая семи ребер и отбитых почек) заживали до отвращения плохо. Этот грязный выродок… этот мерзкий ублюдок! Смесок! Он знал, куда и как бить, с высокомерной и презрительной усмешкой объясняя филину прописные истины – никакой прослушки в особняке, принадлежащем ее величеству. Да, он не мог дать сдачи! Да, это шэтово отродье не брала магия, потому что у полукровок был практически абсолютный иммунитет к классической магии, а сам Майнир никогда не увлекался боевыми искусствами и рукопашным боем. Зачем? Это удел черни! Тех, кто не может себе позволить магическую защиту!

Но этот ущербный ястреб зря думает, что он, Майнир, оставит его выходку без ответа. О нет! Теперь в его руках такая информация, которую он ждал годами! Незаконный драконий эксперимент, в котором замешана сама Мать!

Демоны давно хотели получить в свои руки компрометирующие сведения, порочащие честь королевы, возомнившей себя властительницей над жизнями и умами настоящих мужчин. И он им их вручит! Вместе с этой дрянью! О да!

Часом позже

С удивлением прокручивая между пальцами крохотный розовый камушек, снятый с лапки почтового голубя и содержащий в себе лишь одно-единственное предложение: «В особняке Матери новая птичка с интересной начинкой», демон-посредник думал недолго. Именно этот информатор был ему знаком довольно давно, и всегда его сведения так или иначе были полезны империи, поэтому координатор никогда не скупился на оплату. Подумав и прикинув, что сведения он начнет собирать уже с самого утра, а вот оплату можно отправить уже сейчас, демон отдал распоряжение о денежном переводе.

Спустя всего несколько минут в спальню, закрепленную за Майниром Ватако, филином клана Ишкумо, влетел почтовый голубь с розовым камушком, содержащим короткий, но такой замечательный ответ: «Принято и оплачено». Только вот магу было не до голубя – с того самого момента, как из его рук час назад вылетел вестник, филина мучили непрекращающиеся судороги, с каждым разом становящиеся все болезненнее и длительнее. Последняя вообще продолжалась уже минут семь, и маг понимал, что это конец, но никак не мог с этим смириться. Его грандиозные планы! Его великолепные замыслы!

Секундой позже взгляд предателя короны помутнел и застыл, а сам Майнир сломанной куклой раскинулся на полу, не пережив возмездия клятвы рода. На его беду, она была намного более древней и гораздо изощренней, чем думалось глупому магу, – она карала далеко не за каждый проступок. Но уж если это происходило, то снисхождения не было.

В ту же секунду в управлении по расследованию убийств зажегся сигнальный маяк, оповещающий о смерти высшей птицы. Тот же маяк указал и место смерти – особняк ее величества. И если это удивило основной состав группы, то майор Икуро недовольно сморщил нос. Он-то прекрасно знал, кто сейчас живет и проходит адаптацию в особняке. Кого и за что она убила на этот раз?

Утро встретило задорным щебетом птиц и сладким предвкушением чего-то невероятного и удивительного. В груди поселился крохотный мягкий комочек, намекающий, что если все пойдет правильно, то он может вырасти в нечто большее. Господи, как же давно я не испытывала подобных чувств…

Торопливо умываясь и заплетаясь, я думала о том, как это смогло произойти. Сколько я его знаю? Неделю, меньше? На самом-то деле я вообще его не знаю! Такой чопорный английский джентльмен внешне и настолько дерзкий и безбашенный пират внутри. Как в нем уживаются эти двое? И, черт побери, как же мне хочется изучить его всего!

Поймав себя на мысли, что улыбаюсь, причем снова глупо, как пятнадцатилетняя девчонка, которую впервые в жизни пригласил погулять одноклассник, я попыталась придать лицу серьезный вид, но не смогла. Да, мне нравилось это воздушное ощущение легкой влюбленности! Нравилось! И пускай это попытаются осудить окружающие, но пока я сама не узнаю Юмирая ближе и не пойму, что с этой влюбленностью делать дальше, – углубить или отказаться, я буду улыбаться по поводу и без!

Потому что это вол-шеб-но!

Задумавшись всего на минуту, что надеть, я поняла, что выбора как такового у меня нет – для тренировок мог подойти лишь спортивный костюм. Вчера Юмирай ничего не уточнил по этому поводу, но, надеюсь, он не вспылит, если я появлюсь перед ним в не совсем подобающем для юной леди виде.

За три секунды одевшись, я потуже затянула шнурки на кедах, застегнула молнию до горла, мурлыча себе под нос, открыла дверь нараспашку и…

– Ой! – Я успела сделать всего шаг, как поняла, что в коридоре слишком много посторонних. – Доброе утро…

Настороженно рассматривая двоих смутно знакомых хмурых мужчин в темно-серой униформе, я не сразу поняла, откуда их знаю, но в следующее мгновение до меня дошло – это были те, кто привел меня в новый мир.

– Что произошло? – Голос сорвался на последнем звуке, но испугаться я не успела – дальше по коридору открылась дверь, и из нее вышли трое: майор Икуро, лорд Юмирай и довольно помятый, откровенно похмельный Калахем.

Меня мужчины увидели сразу, и если дракон нервно приподнял бровь, Икуро приветственно кивнул, то Юмирай едва заметно поморщился и поторопился ко мне.

– Что происходит?

– Вика, прости, тренировки отменяются. Майнир умер.

– Как умер? – сглотнув, я во все глаза рассматривала хмурого лорда. – Ты что… ты его так сильно избил, что…

– Нет, Вика! – всего парой движений загнав меня обратно в комнату и плотно закрыв за собой дверь, вампир неожиданно крепко меня обнял и продолжил уже на ухо: – Ты в кого такая кровожадная, совушка? Вчера днем я его, конечно, хорошо отходил, но от отбитых почек и сломанных ребер маги не умирают. Тут все намного сложнее…

Выдохнув мне в макушку, лорд сдавленно продолжил:

– Майнир оказался предателем короны. В течение жизни любой высший вампир приносит клятву служения несколько раз: в четырнадцать – клятву роду, в восемнадцать – клятву клану, а в двадцать один – клятву ее величеству. Каждая из них налагает обязательства на неразглашение определенных сведений, касающихся внутренней и конфиденциальной информации. Сегодня ночью Майнир отправил вестника со сведениями, являвшимися государственной тайной, за что и поплатился – пока мы с тобой были в тренажерном зале, он умер от остановки сердца.

– Господи… – информация оказалась настолько неожиданной, что я не могла подобрать слов. – Как же так…

– Следователи уже изъяли кое-какие улики, которые указывают на его четкую связь с демонами. Не переживай, майор – профессионал и точно докопается до истины.

– Майор? Икуро?

– Да, их группа, как и еще несколько подобных, занимается расследованиями убийств. Поверь, еще ни одно не осталось нераскрытым. Но прости, сегодня я не смогу уделить тебе время, необходимо помочь расследованию. Не знаю, уместно ли будет предложить, но, может, проведешь утро с Калахемом? Думаю, вам есть о чем пообщаться.

Как бы ни была я подавлена свалившейся на мою голову информацией, но его предложение было довольно нелепым.

– Юмирай, это… Боюсь, ты не прав, – отстранившись, чтобы увидеть его лицо, я отрицательно качнула головой. – О чем мне с ним говорить? Это эгоистичное существо, даже не знающее, зачем ему удавшийся эксперимент. Нет, я не хочу.

– Вика, или его общество, или в своей комнате до вечера. И это не моя прихоть, – недовольно поджав губы, когда я зло шикнула, моментально вспылив, он неожиданно положил палец мне на лоб. – Умная девочка, думай головой, а не драконьими свободолюбивыми гормонами и инстинктами. В особняке произошло убийство… скажем так, самоубийство предателя. Он успел передать сведения. Пока мы не знаем какие, но логично предположить, что именно о тебе. А теперь делай выводы.

– Не хочу. Я девочка, мне вредно думать, – глухо пробормотав обычные девчачьи отмазки, я заметила, как дрогнули уголки его губ в попытке сохранить серьезность. – Хорошо, я все поняла. Я попытаюсь пообщаться с Калахемом, ты прав. Мне будет интересно и полезно узнать его ближе.

– Умница.

И как бы по-детски это ни звучало, но мне было приятно.

– Переоденься только. – Палец со лба был убран, и мне, а заодно и моему спортивному костюму подарили ироничный взгляд. – Боюсь, в этом ты чересчур эксцентрично выглядишь.

– Да, обязательно.

– И не дуйся, как только разберусь со всеми неясными моментами, мы с тобой обязательно отправимся в зал. Обещаю.

– Договорились.

Со вздохом проследив, как он уходит и за ним закрывается дверь, я не удержалась и обиженно поджала губы. Я все понимаю, обстоятельства… Но, черт побери, когда они уже закончатся?!

Несколько минут я просто стояла и гипнотизировала дверь, унимая в груди неуместное и, по сути, бессмысленное раздражение. Юмирай не виноват в том, что маг оказался предателем и умер за свой проступок. Кстати, интересно: что и кому он передал и как именно умер? Что за клятва такая, что убивает сама по себе?

О, вот и тема для беседы с папулей нашлась!

Прищурившись и кровожадно улыбнувшись, я быстро переоделась в платье, которое мне нравилось намного больше местных блузок, попутно отметила, что почти все синяки сошли и остался лишь один маленький, желтенький в районе ключицы. Надеюсь, он никого не смутит? Не хочу снова надевать блузку.

Так… последний критически взгляд в зеркало и величественный кивок своему отражению – да, все прекрасно.

А теперь – на поиски жертвы!

Настроение снова стало добродушным и, напевая себе под нос незамысловатую песенку из старого-престарого мультика о докторе Айболите, а именно «Арию Бармалея» о том, какой он кровожадный и беспощадный, я думала о том, завтракал ли дракон. Если да, то придется сначала перекусить, а если нет, то совмещу приятное с полезным.

Когда я нашла Калахема, то сразу поняла: дракон не завтракал и не собирается – зеленоватый рептилоид полулежал в кресле в гостиной и периодически прикладывался к бокалу с вином. Алкаш…

– Доброе утро, папочка, – не удержав язвительности, в ответ я получила слегка испуганный взгляд не мужчины, а подростка. – Как твои дела? Не бойся, я не буду повторять вчерашнее. Поговорим?

– О чем? – напряженно уточнив, дракон попытался сесть более прилично, но я отмахнулась и присела в кресло напротив.

– Обо всем. Кстати, как считаешь, мне все-таки называть тебя отцом или по имени?

– Ну-у-у… – судя по тому, как он смущенно потупился и нахмурился, мыслительный процесс давался ему довольно тяжело. – Я не знаю. Давай лучше по имени. Боюсь, отцом в общем смысле этого слова я тебе стать не смогу…

О? А он не глуп. Хоть это признает, и то слава богу.

– Хорошо, договорились, – отметив, как он снова страдальчески поморщился, я уточнила: – Я не громко разговариваю, нет?

– Нет-нет, все нормально… Извини, я, кажется, вчера немного перепил. Вообще-то я прекрасно переношу алкоголь, но нервы…

– Что ж… Извиняться за вчерашнее не буду, потому что вины за собой не чувствую. – Решив сразу обозначить свою позицию, я растянула губы в улыбке, но при этом в глазах моя доброжелательность не отразилась, и дракон это явно понял. – Ты поступил достаточно безответственно и эгоистично, так что я имею полное право на тебя злиться. Решив за меня и моих знакомых, ты стал косвенным виновником их смерти. У ребят остались родители, родственники и друзья, коллеги и просто знакомые, которые будут по ним скорбеть. Запомни это и никогда не забывай: эксперименты с жизнью не просто так находятся под запретом – не ты создал жизнь и не тебе ее обрывать.

– Виктория… – поморщившись снова, дракон страдальчески закатил глаза. – Пожалуйста, не надо. Мне Амидайла несколько дней нервы трепала, а теперь еще и ты…

– Мало трепала. Хотя ты прав, не стоит зря сотрясать воздух.

А уж с учетом того, что сейчас он больше всего хочет унять похмелье и мои слова элементарно не задержатся в его голове больше чем на пять минут, это и вовсе бессмысленно. Что ж, перейдем к более насущным вещам.

– Калахем, Юмирай обмолвился, что ты не хочешь заявлять на меня никаких прав. Это правда?

– Да. Это просто не имеет смысла. Единственное, я бы хотел тебя протестировать, чтобы узнать уровень твоих способностей, а также количество и качество прижившихся генов… – Притихнув, когда в комнате отчетливо раздался раздраженный скрип моих зубов, дракон осторожно уточнил: – Ты против?

– Против. Тестировать себя я не позволю, я не подопытная. На вопросы отвечу, но не более. Ты здесь надолго?

– Увы, но нет. Вечером у меня важная встреча, а назавтра запланировано кое-что экспериментальное…

Только на последнем звуке сообразив, что говорит немного не то, что можно говорить при мне, то есть еще одном эксперименте, блондин смущенно кхекнул и натянуто улыбнулся.

– Ясно. Что ж, тогда у нас с тобой не так много времени, всего лишь до вечера. И, пожалуй, начнем с моментов, которые интересуют именно меня. Расскажи, что ты знаешь о смерти Майнира. Что с ним произошло и почему? Юмирай занят со следователями и сказал, что ты можешь просветить меня по этому вопросу.

Ну, он немного не так сказал, но почему бы не воспользоваться моментом?

Глава 15

Допрашивала я дракона с удовольствием. Никогда не замечала в себе тяги к садизму, но сегодня просто не могла себе в этом отказать. Я задавала вопрос за вопросом. Уточняла. Переспрашивала. Интересовалась даже тем, отчего рептилоид краснел и смущался. Без стеснения расспрашивала о строении тела, физиологических особенностях и душевных отклонениях всех рас, проживающих в этом мире. Запретила себе думать о еде, потому что понимала: выйду из гостиной – и папулечка сбежит на встречу, забыв о похмелье.

Зато я узнала столько всего нового, причем из первых (и почти ни в чем не заинтересованных) рук, что могла лишь радоваться уникальному случаю пообщаться с драконом, который, в силу известных причин, чувствовал себя передо мной виноватым и не мог отказаться отвечать.

Майнир действительно умер из-за разглашения сведений, являющихся конфиденциальными, третьим лицам, причем эти самые третьи лица – демоны, и уже проводится расследование, какие именно демоны и какие именно сведения. Смерть от нарушения клятвы распознается сразу – только она вызывает длительные судороги, от получаса до двух часов, а затем обширное кровоизлияние в мозг и одновременно остановку сердца. К сожалению, допросить мертвеца, как допрашивали нас с лордом клана, невозможно, но у следователей имеются и иные методы, с помощью которых они так или иначе докопаются до истины. Кроме того, дракон предположил, что филин мог передать сведения именно обо мне и моих косвенных родителях, так как ничего иного, такого же тайного, в особняке в последнее время не происходило. Тем более маг подслушивал наш разговор в столовой.

– Ну и что это даст демонам?

– Компромат на ее величество. Подобные эксперименты запрещены ею официально, и если станет известно, что в тебе – именно ее кровь, то будет довольно громкий скандал. Естественно, не такой грандиозный, как мог бы думать маг, но тем не менее приятного мало. Мне же кажется, что тебе следует намного больше бояться не огласки тайны твоего происхождения, а того, что тебя захотят похитить и исследовать.

– Да ладно? Зачем это демонам? Они же не бывают искусственно созданными.

– Ну… как бы тебе сказать… зато они бывают рожденными от женщин-вампиров. А ты очень перспективна в этом плане, ведь твои дети будут не только вампирами и демонами, но еще и в какой-то мере драконами. Хм, кстати, интересная мысль…

– Я случайно не упоминала, что неплохо бью коленом по почкам?

Проникнувшись, дракон натянуто улыбнулся и постарался перевести тему, но я поставила себе в этом месте галочку, а заодно и тему о полукровках поддержала:

– Скажи, что ты думаешь о лорде Юмирае? Кстати, вы давно знакомы?

– Да, лет семь, а может, и больше. Он, кстати, весьма удачный экземпляр смешения двух рас…

А затем я узнала, что лет до шестнадцати Юмирай был совершенно неуправляемым, но, когда за него взялась сама Амидайла, а это случилось после того, как от него отреклась собственная мать и заставила лорда клана, своего отца, изгнать ястреба, он довольно быстро встал на путь исправления. Он окончил военную академию, затем патрулировал дальние границы, где иногда случались прорывы нестабильного пространства и из плавающих порталов в местных лесах выпадали зубастые и когтистые зверюшки, подлежащие отлову и уничтожению.

На границе лорд провел семь лет, потом снова вернулся ко двору и после прохождения стажировки стал поверенным ее величества в делах довольно щекотливого характера. Ну и наконец, три года назад, когда предыдущий опекун и учитель изъятых у иных кланов птенцов оставил свой пост, Мать назначила на это место именно Юмирая, доверив ему ни много ни мало, а становление и воспитание молодого поколения.

– Но ведь он – полукровка!

– И что? Не понял, ты что, расистка?

– Ничуть. Просто именно полукровки эмоционально нестабильны. Как можно доверить такому мужчине детей?

– Кто сказал тебе эту чушь?

– Майнир. – Не собираясь скрывать источник информации, я с интересом ждала продолжения. Неужели маг солгал?

– А-а-а, понятно, – презрительно скривил губы дракон и отрицательно качнул головой. – Нет, он был не прав. Нестабильна лишь молодежь, и то лишь тогда, если хромает их воспитание. Также поначалу бывают нестабильны полукровки, нашедшие свою пару. Тогда да, разум отказывает и на первый план выходят древние гены, которые у чистокровных демонов и вампиров похоронены за лоском цивилизованности.

– Погоди, не совсем поняла… – перебив дракона, уже открывшего рот, чтобы продолжить вещать о X- и Y-хромосомах, я уточнила: – Что значит «нашли пару»?

– Понимаешь… все довольно просто. Изначально что демоны, что вампиры, что драконы жили в гармонии с природой и со своим «я» – они чувствовали мир, и мир отвечал им взаимностью… – Мечтательно прикрыв глаза, словно мыслями сейчас находился там, в этих самых счастливых временах, дракон неторопливо отпил вина и со вздохом продолжил: – У каждого мужчины была пара – женщина, предначертанная ему свыше. Он узнавал ее с первого взгляда, как и она его. Всего один вздох, одно касание, одно слово – и они уже понимали, что им не надо никого иного. Но время шло, развивалась магия, наука, даже техника, и первозданный мир ушел на второй план, а у кого-то – и на последний. Теперь женщины предпочитают выбирать богатых и власть имущих мужчин, а мужчины – молодых и привлекательных спутниц…

Еще минут десять погрустив о нынешних нравах, дракон наконец резюмировал:

– И к чему я это, собственно, вел? Ах да. В полукровках как раз активен именно этот ген – ген узнавания идеальной пары. Стоит мужчине встретить свою женщину, как с него слетает внешний лоск, навязанный обществом. Он может даже не понимать этого сам, но будет любыми силами и методами стремиться стать для этой женщины единственным. Парой.

Скосив уже слегка хмельной взгляд на скептично хмыкнувшую меня, Калахем неопределенно пожал плечами.

– Прости, немного сумбурно объясняюсь, но ты меня слегка утомила. Ты, кстати, не хотела бы прогуляться там… поесть? У тебя никаких других дел нет на сегодня?

– Нет, иных дел нет. Но раз я тебя утомила, то, пожалуй… Да, ты прав, мне необходимо перекусить, – снисходительно улыбнувшись, когда «папуля» откровенно повеселел от моих слов, я встала и, зная, что, скорее всего, больше его не увижу, распрощалась: – Было очень познавательно с тобой пообщаться. И мой совет – завязывай с алкоголем, он – зло.

– Женщины тоже зло… – Криво усмехнувшись, блондин иронично отсалютовал мне бокалом и самодовольно добавил: – И все-таки, что бы ты ни думала и как бы ты ни злилась, я горд, что эксперимент удался. Удачи, Виктория. Уверен, у вас с ястребом все получится. Он правильный мужик, и реакция на тебя у него тоже правильная. Именно такая, какая и должна быть у нормального мужика. Не рычи, иди ешь уже.

Презрительно фыркнув на его последние слова, я поторопилась покинуть разошедшегося дракона и действительно отправилась в столовую, потому что последние минут тридцать желудок снова на меня обижался и выводил руладу за руладой. Да и о кое-каких словах Калахема надо было поразмыслить. Интересно, он мне солгал или все-таки сказал правду о полукровках?

Актуально, между прочим!

Поразмышлять было над чем, так что, поблагодарив Лилу, в два счета накрывшую мне обед и предупредившую, что лорд и следователи совещаются в кабинете, где и отобедали, я задумчиво и неторопливо приступила к трапезе. Итак, Майнир. Эта падаль оказалась еще тухлее, чем я думала, и теперь наша маленькая семейная тайна больше не тайна. Да, не комильфо получилось. Интересно, неужели ее величество настолько не боится за свою репутацию, что без раздумий оставила меня в живых? Могла ведь просто приказать уничтожить. Нет человека – нет проблемы. А судя по всему, я очень большая проблема. Убила троих вампиров – раз, угроза ее репутации – два. Наверняка есть и три и даже четыре, а может, и пять.

Но тем не менее я живу и потихоньку познаю мир. Для чего ей я? Никогда не поверю в материнский инстинкт. Значит, одна из первостепенных задач – выяснить, чем я так ценна для ее величества.

Продолжим…

Зажмурившись от удовольствия, потому что обед был выше всяческих похвал, я переключилась на демонов, которые теперь знают, кого именно скрывают в особняке. Наверняка дракон не одинок в своих выводах, и местная охрана уже предупреждена и находится на страже моей неприкосновенности. Но надолго ли? Месяц-другой – без проблем. А потом? Тогда, когда я обучусь всему необходимому. Тогда, когда стану окончательно самостоятельной. Кто будет охранять меня тогда?

Кстати, а надо ли? Я ведь не безмолвная овечка, которой можно приказать – и она послушно родит десяток-другой вампиродраконодемонят. Я просто разнесу этот мир к чертям собачьим, если они попытаются со мной это провернуть.

Черт, как-то все это сомнительно. Есть же определенные законы и меры по предотвращению подобного произвола. Да те же судьи-следователи и группы, подобные группе Икуро! Придут, сделают всем провинившимся смертельное а-та-та, а выжившие будут жить долго и счастливо.

Я узнала от Калахема, что в местном убойном отделе хранится несколько магических артефактов, позволяющих отследить смерть высшего вампира, причем с точностью до секунды и метра. Именно так меня нашли на Земле и в замке клана Шинайо.

Ладно, не буду пока о демонах, только аппетит отбивают.

Буду о Юми!

О-о-о…

Тут на лицо наползла блаженная улыбка, а глаза сами собой мечтательно прикрылись. Ну какая женщина не хочет услышать о своей уникальности и неповторимости? Подумать только! Если Калахем не солгал, то я та, от кого ястреб теряет над собой контроль и всего лишь в мгновение из лорда превращается в дикаря. Единственная! Это ли не самое искреннее признание? Да, не все так просто, и Юмирай прав – я не должна играть его чувствами и желаниями, пока не пойму всей глубины ответственности за свои слова и поступки.

Но, черт побери, мое самолюбие буквально раздулось до небес, едва я узнала, что истинной причиной его срывов стала я. Единственная и неповторимая!

Ох, как бы не натворить чего сгоряча, а?

Томно улыбаясь и с удовольствием попивая невероятно ароматный местный чай, в котором ощущались нотки лесных ягод, я взяла в руки аппетитное пирожное, так и манящее своим глазированным бочком, но успела откусить от него лишь крохотный кусочек, как справа от меня пространство превратилось в огромную сверкающую ярко-синюю воронку, оттуда высунулась жуткая на вид огромная чешуйчатая рука и, дернув меня за ворот, без особых проблем потащила в эту воронку.

Впав в ступор от наглости вора, я успела сделать лишь одно, прежде чем меня похитили окончательно, – возмущенно завопить:

– Юми-и-и! Ай!

За это меня ударили по голове, и я потеряла сознание. Сволочи! Приду в себя – убью всех.

Уже через минуту в столовой было не протолкнуться от мужчин, примчавшихся на возмущенный девичий вопль, но поздно. Виктории в комнате не наблюдалось – лишь разбившаяся фарфоровая чашка и разлитый на полу чай указывали на факт похищения.

Хотя нет, был еще иней на полу в том месте, где открылся и закрылся портал. Легкий, чуть пахнущий озоном, иней быстро таял, унося с собой надежду на скорое расследование дела, но хмуро переглянувшимся Икуро и Юмираю было ясно – даже если бы ледяные кристаллики и остались, это бы не помогло.

Когда в дело вступает ледяной дракон, отличающийся вовсе не ледяным любопытством, можно лишь надеяться, что его жертва будет мучиться не слишком долго.

Однако, как ни странно, оба вампира думали иначе – Юмирай размышлял о том, сколько совушке понадобится часов, чтобы довести незадачливого похитителя до белого каления и заставить вернуть ее обратно, а Икуро так и вовсе прикидывал время, за которое Виктория убьет вора.

– Калахем! – Окликнув дракона, удивленно заглянувшего на шум, майор подозвал его жестом и указал на мокрый пол. – Не подскажешь имя смертника?

– О? – озадачившись еще больше, но в два счета введенный в курс дела, блондин опустился на колени, затем приник к полу еще ниже и, втянув ноздрями едва уловимый, но такой знакомый запах, обескураженно выдал: – Ма?

В себя я пришла рывком, причем, судя по ощущениям, часа через два-три после того, как меня не самым вежливым способом заставили замолчать. Тело было неприятно онемевшим и почему-то замерзшим, словно я долго лежала на морозе. Ассоциации были не самыми радужными, поэтому глаза я открывала с некоторой опаской.

И не прогадала.

Я находилась в довольно большой светлой комнате, обставленной незнакомой, но довольно современной аппаратурой и больше всего похожей на лабораторию, причем поверхность подо мной напоминала прозекторский стол, а склонившаяся надо мной женщина очень сильно смахивала на доктора. Голубой строгий халат, маска, скрывающая нижнюю половину лица, латексные перчатки… А синие глаза горят маниакальным огнем…

– А может, не надо? – Вопрос получился жалобным, а голос прозвучал сипло.

– Не бойся, больно не будет, – довольно дружелюбно ответила женщина и подмигнула. – Засыпай обратно, детка, я еще не закончила.

– Нет… – Если тело было ледяным, то в груди снова разгорелся пожар злости. – Вы закончили.

Вспыхнув и вся превратившись в голубой огненный сгусток, я нисколько не испугала этим незнакомую драконицу. Наоборот, она восхищенно выдохнула и, не боясь обжечься, положила руку мне на грудь.

– Какая красота! Он не поскупился! Детка, да ты просто звезда! Самая что ни на есть сверхновая!

Разочарование из-за невозможности оказать достойное сопротивление стало таким горьким, что огонь пропал так же стремительно, как и появился. Хмуро рассматривая счастливую незнакомку, но так и не имея возможности встать со стола, потому что тело не слушалось, я уточнила:

– Вы, простите, кто?

– Зови меня ба. Я мать Калахема.

– О… – Мое удивление было ярким и искренним. – Но зачем…

– Как – зачем? Интересно же!

Интересно? Ей просто интересно?! Раздражение вновь атаковало душу и наверняка отразилось в глазах, потому что «ба» иронично хмыкнула.

– Не злись, детка. Уж поверь, я действовала максимально гуманно. Попадись ты клану Топаза, и они бы уже вскрывали твой позвоночник и разглядывали спинной мозг. – Пальцы ловко прошлись по моему плечу, шее, щеке и остановились на виске. Кожу тут же неприятно закололо, причем чем дальше, тем сильнее и болезненнее, так что я даже зашипела. – Потерпи, я активирую нужные хромосомы. Вы со своим тотемом поступили очень благоразумно, что заархивировали почти все, но не учли одного – тебе необходимо завершить трансмутацию. Сейчас ты ни вампир, ни дракон, так нельзя.

– Да ну? – прошипев, потому что на глаза уже навернулись слезы, я стиснула зубы от новой вспышки боли, колоколом отозвавшейся в затылке. – Хватит!

– Терпи, – прикрикнув, драконица обеими руками обняла мою голову и заглянула глубоко в глаза. – Дыши глубже, будет легче. И терпи. Хочешь жить – терпи.

В корне неверное утверждение. Хочешь жить – бей.

Боль уже не колола иголочками, она выгрызала в моей голове туннели, которые заполняла собой кипящая голубая лава, перестраивающая меня в очередное «нечто», но теперь уже по желанию «ба». Дрянь! Кто ей позволил решать, кем мне быть?!

Злоба. Яркая, искренняя, но при этом четко контролируемая поднялась из глубины души и позволила сжать правую руку в кулак. Маловато для полноценного противостояния чистокровному дракону, но для начала и это неплохо – кулак покрылся коркой пламенеющего льда, взметнулся вверх и что есть сил ударил эксцентричную прародительницу в солнечное сплетение.

– Тихо! – лишь на пару сантиметров отпрянув, женщина раздраженно и низко зарычала. – Глупая девчонка! Я помогаю тебе!

– Я… не нуждаюсь… – Слезы боли лились непроизвольно и, стекая по щекам, превращались в лед, как и кровь, сочившаяся из носа. – В такой помощи!

Вторая рука обрела подвижность и, став безобразной рептилоидной лапой с блекло-голубой чешуей и острейшими когтями, ринулась на помощь первой.

– Хватит, Вика! – Отскочив и с трудом увернувшись от когтей, драконица послала в меня ответный магический импульс, пришедшийся четко в лоб. – Неблагодарное создание! Я с ней по-хорошему, а она родную ба когтями!

– По-хорошему?! Это – «по-хорошему»?! – Импульс впитался в лоб, и меня скрючило от боли, так что продолжить я не смогла.

– Да, Виктория. Это – по-хорошему. – Шумно выдохнув и подойдя ближе, женщина скупыми движениями зафиксировала мои руки специальными креплениями, а затем, немного подумав, словно решая для себя очень важный вопрос, тихо пробормотала: – Так, значит, активация произошла через левую руку… да, пожалуй, сначала займемся ею.

А затем наступил ад. Голубой, полыхающий безумным ледяным огнем ад.

В следующий раз в себя я пришла на полу. Тело было таким измотанным, словно я бежала несколько суток без еды и отдыха. Ныла каждая клеточка – руки, ноги, туловище, даже ногти!

А больше всего болели лопатки и копчик.

Холодный пол приносил некоторое облегчение, но все равно было неуютно – я лежала на животе, но сил повернуться на бок или на спину не было. А еще где-то рядом была она… Ба.

Мысль дошла до уставшего от боли мозга, и я неосознанно глухо рыкнула.

– Так… а неплохо получилось. Калахем, оцени. Не совсем то, что я хотела, но намного лучше, чем было до этого. Как думаешь?

Издалека донеслись такие знакомые и одновременно незнакомые слова, но сил сложить из них внятную мысль не было.

– Ты… ты что сделала?!

– Как – что? Девочку. Драконочку. Знаешь, давно хотела дочку. – Чьи-то наглые пальцы потрогали мой чешуйчатый лоб, а затем скользнули по носу, так что я раздраженно фыркнула. – Красивая девочка получилась… своенравная немного, но мне так даже больше нравится. Главное – умная и жизнелюбивая, а это уже половина дела.

– Но… – Голос «папули» был несколько потерянным, так что я даже удивилась, хотя по большому счету сейчас мне было все равно. Больше всего я хотела спать. Нормально спать! – Мам, как у тебя получилось? Она же не рожденный дракон.

– И что? – Женщина высокомерно фыркнула, но снова потрогала мой лоб, а затем еще и погладила. – Сынок, если бы ты лучше учил генетику, а не бегал по девкам, то знал бы намного больше, а побочных эффектов в твоих экспериментах было бы намного меньше. К тому же она не дракон, а всего лишь драконий оборотень. Вот, обрати внимание на ее ушки…

Пальцы пробежались по лбу куда-то в район затылка и потрогали уши.

– Да, интересное оперение… совиное?

– Именно. Пришлось попотеть, но я смогла убрать почти все лишнее, одни лишь уши и кончик хвоста остались неформатными. Но это ерунда, так даже лучше. Симпатичнее, я бы сказала. Эксклюзивнее. – Тихо рассмеявшись, когда я недовольно дернула крылом, драконица убрала пальцы с уха и снова погладила меня по голове. – Приходит в себя уже… Да, сильная девочка, перспективная. Так, ладно, идем, пусть поспит, ей сейчас надо отдохнуть.

Судя по едва слышным шагам, драконы ушли, а я наконец смогла открыть глаза и осмотреть огромную темную пещеру мутным, но уже почти осознанным взглядом. Ощущения были, как после глубокого наркоза, но их последние слова уже в полном объеме дошли до мозга. Эксклюзивная, да?

Что ж, гарантирую, разруха у вас тоже будет эксклюзивной!

Дайте только немножко отдохнуть…

Глава 16

Уж не знаю, сколько я отдыхала, но, как тело окончательно пришло в себя, я успела пообщаться со своим тотемом-совой и к моменту пробуждения знала главное – ба сделала из меня оборотня.

Эта стукнутая на всю голову женщина (если не сказать что покрепче) своим вмешательством усилила несколько драконьих генов, отвечающих за возможность смены физического тела магическим путем, и теперь я могла становиться драконом внешне. Естественно, внутренне полноценным драконом я стать не смогла, потому что сама драконья суть слишком отлична от сути остальных разумных и истинным драконом можно лишь родиться, причем от родителей-драконов. Но, судя по счастливому лицу ба, которая подходила сейчас ко мне безо всякой опаски, ей хватило и этого.

– Вика? Как ощущения? – протянув руку к моей морде, эта глупая дама попыталась меня погладить, на что я ответила единственно приемлемым для меня способом – чуть отстранилась, а потом рывком подалась вперед и попыталась откусить наглую конечность. – Но-но, Виктория! Родную ба!

– Гр-р-р…

В каком месте родную? Недовольно и оценивающе прищурившись, я выдохнула из ноздрей морозный пар.

К сожалению, как вернуть себе человеческое тело, я пока не знала – это мы с совушкой обсудить не успели.

– Ну-ну, девочка, не злись. Поверь, ты очень красивая. Невероятно красивая! – Снова протянув руку и все-таки погладив мою белоснежную, с едва заметным голубым переливом чешую, бабуля мечтательно улыбнулась. – А если немножко подумаешь головой, то станешь и невероятно счастливой. Ну, согласна?

Что за бред?

Недовольно дернув хвостом, я не торопилась нападать, прекрасно понимая, что она положит меня на лопатки в два счета – во время активации наследия Калахема ба умудрилась влить в меня эликсир собственного изготовления, содержащий энное количество и ее генов, так что теперь она была мне родственницей гораздо больше, чем раньше. Именно благодаря кровной связи я чуяла величину ее возможностей, да и вообще ее саму. Чертова сумасшедшая тетка!

И все равно я против! Вообще против всего!

– Вика? – В синих глазах застыл лед, а голос посуровел. Вот теперь передо мной стоял истинный дракон. Ледяной и беспощадный.

Пф! А вот и не страшно!

Прищурившись, я чуть приподнялась на все четыре лапы и глухо рыкнула, показывая, что не боюсь и готова дать отпор. Сейчас я была размером со слона, причем еще и с длинным толстым хвостом и огромными крыльями, но при этом оставалась достаточно гибкой, проворной и изящной. Вран, на котором мне довелось полетать в первый день пребывания в этом мире, был меньше меня раза в полтора-два.

Кроме того, моя чешуя была мельче и крепче, а на голове красовался небольшой гребень с пятью шипами, похожий на корону. От настоящего дракона внешне я отличалась лишь оперенными ушками, располагающимися за гребнем, и кончиком хвоста, на котором тоже росли голубые совиные перья.

– Вика, не дури. – На лице блондинки появилось плохо скрываемое раздражение, а затем она тоже прищурилась, кивнула и… стала ярко-голубым драконом.

Черт, а она больше!

Зато я – моложе и энергичнее.

А теперь можно и подраться!

К исполнению плана я приступила с удовольствием – прорычала боевой клич и с энтузиазмом набросилась на чертову экспериментаторшу. Я била всем подряд – лапами, хвостом, крыльями, даже головой таранила, причем без особого вреда для этой самой головы, ведь лобовые кости у драконов такой крепости, что ими можно дробить камни. Что, кстати, у нас обеих периодически получалось. Ба, на удивление, оказалась довольно крепкой и умелой в драке дамой – к моменту, когда мы под ноль разрушили пещеру, в которой до нашего боя находилось довольно много разнокалиберных камней и сталактитов со сталагмитами, она лишь слегка запыхалась и припадала на левую заднюю лапу, которую я очень удачно подсекла хвостом. Я же, в отличие от нее, пострадала сильнее (перелом правой передней лапы и рваная рана на левом бедре), но ничуть об этом не жалела. Я видела, что мой демарш произвел на нее впечатление, как и мои боевые навыки, и теперь она лишний раз подумает, прежде чем заявит что-нибудь наподобие: «Я тебя сейчас осчастливлю».

Фигу!

«Ну все, Вика, хватит. Уговорила».

Ба отскочила к дальней стене, и ее фигура поплыла. Через несколько секунд она снова была женщиной, причем выглядела растрепанной и помятой: идеальная прическа из затейливой косы сбита набок, подол голубого платья порван, а на лбу – наливающаяся шишка.

Идеально!

– Виктория, достаточно, – подняв руку, когда я припала к полу и начала к ней медленно подкрадываться, драконица снова нахмурилась. – Достаточно, я сказала! Я признаю твои боевые умения и желание быть самостоятельной, но если ты сейчас продолжишь, то я применю магию.

Хм… нет, в магии я ей точно проиграю.

Раздраженно фыркнув, я замерла, а затем легла. Ну и? Что теперь?

– Оборачивайся, надо осмотреть твои раны. Заодно поговорим и кое-что обсудим. И прекрати фыркать, ты девушка, а не мужик! – Непонятно отчего вспылив снова, ба бесстрашно подошла ближе и протянула ко мне руку. – Тихо, я помогу обернуться первый раз. Прислушивайся к себе и запоминай, больше повторять не буду.

Да ладно? Обиделась, что ли? Ну подумаешь… Кстати, синяк на лбу классно смотрится! Прям как звезда. Фиолетовая такая…

Оборот в человека был довольно болезненным и мутным – я плохо что поняла, но в данный момент меня это мало заботило. Намного больше беспокоило то, что у меня была сломана правая рука и почти до кости порвана мышца на левом бедре. Ко всему прочему я была абсолютно голой. Черт!

И тут она взяла меня на руки. Вот просто подошла, взяла и понесла на выход, виднеющийся вдали. Ну… я понимаю, драконы сильные, но для меня это было несколько странно – в своей человеческой ипостаси ба была примерно моей комплекции и со мной на руках выглядела несколько нелепо.

– Не крутись, мне неудобно. А лучше вообще замри и не мешай, – недовольно пробормотала моя новая родственница, и, пройдя метров сто, мы вошли в жилую часть пещер. Еще спустя несколько коридоров мы оказались в той самой лаборатории, где я пришла в себя впервые, но на этот раз на стол меня класть не стали – всего лишь на кушетку. – Лежать, не дергаться, будет щипать.

– Че-о-орт! – Насчет орать уговора не было, так что, стараясь не дергаться, когда она начала зашивать рану на живую и без анестезии, причем магией, заструившейся непосредственно из пальцев, я кричала от души. И, кажется, даже несколько раз выругалась, за что получила весомый подзатыльник. – Эй!

– Ты девушка, а не мужик!

– Я вообще мутант!

– И что? Это не повод. – Недовольно поджав губы и наконец выдав мне взятый из дальнего шкафа плед, в который я с удовольствием завернулась, ба наставила на меня указательный палец. – Запомни, Виктория, в тебе течет моя благородная кровь, и я, как старшая рода, не позволю тебе выражаться подобным образом.

– Да ладно? – слегка опешив, потому что уж чего-чего, а подобной наглости я от нее не ожидала, ойкнула, когда она взяла опухшую руку и начала сращивать перелом, причем опять магически. – И что еще мне нельзя?

Вообще-то я спрашивала в шутку. Ну, по крайней мере, точно не всерьез. Однако в ответ услышала торжественное обещание просветить меня по всем щекотливым вопросам.

– Ба, прости, конечно, но можно с самого начала? Ты вообще кто? Ну, кроме того, что мама Калахема и моя ба?

Так уж и быть, сделаю вид, что приняла правила этой чокнутой. В любом случае, прежде чем рвать когти, надо выяснить, откуда, собственно, их рвать и в каком направлении. Заодно прикинуть, как бы половчее сломать что-нибудь эдакое, чтобы у нее не возникло желания меня возвращать.

– Конечно, можно. – Бабуля моментально подобрела и даже улыбнулась, не прекращая лечение. – Мы с тобой немного не с того начали, так что ты права – давай заново и с самого начала. Позволь представиться, Дейкхиайра Иррияра Маррхиям Р’шейссо, ледяной дракон, глава рода Р’шейссо и старший советник Сапфирового клана. Можешь звать меня ба и Марри. Кстати, чтобы не возникало недоразумений, учти – я воспитала троих сыновей и знаю толк в трепке. Ты, конечно, девочка крепкая и способная, но будешь упрямиться и вредничать, я мигом найду на тебя управу. От тебя мне многого не надо – всего лишь достойное поведение и послушание.

– А… – Не сказать, что я потеряла дар речи, но ощущения были схожими. – А зачем я вам?

– Как – зачем? Ты моя внучка, Виктория! – Всплеснув руками, словно я спросила откровенную чушь, драконица закончила лечение и, наложив тугую повязку как на руку, так и на ногу, неожиданно крепко прижала меня к груди и счастливо выдохнула в макушку: – Всегда дочку хотела. Вот не поверишь, как назло, даже у сыновей – одни мальчишки!

Вот попала!

Неужели в свои двадцать четыре года я наконец обзавелась мамочкой? А не поздновато ли? Надеюсь, она мне пустышку не вздумает предложить?

Кисло улыбнувшись, когда Марри отстранилась и с энтузиазмом взглянула в мои погрустневшие глаза, я не удержалась и тяжело вздохнула. Боюсь, пока она хотя бы с недельку не поиграет в дочки-матери, мне можно даже и не думать о самостоятельности и побеге.

– Что такое? Почему грустим?

– Есть хочу…

– О, точно! Идем, покажу тебе твои комнаты, а заодно одену и покормлю, – снова подхватив меня на руки, сияющая бабуля практически бегом отправилась к выходу из лаборатории, при этом чуть не сметя с пути какого-то незнакомого мужчину. – О, Кенни, привет, малыш. Вот, держи. – Меня передали из рук в руки и похвастались: – Правда, красавица? Знакомься – Виктория, твоя племянница.

Малыш? Племянница?

Скептично покосившись наверх, на удивленного не меньше меня беловолосого бугая с ярко-синими глазами и едва заметной горбинкой на носу, я отметила его явное сходство с ба и Калахемом и поняла, что это вроде как ее сын и его брат.

И мой дядя.

Обменявшись многозначительными взглядами с «малышом», мы оба предпочли промолчать. Я – потому что не видела смысла разговаривать с незнакомым, а он – видимо, потому, что предпочел сначала выяснить у ба, кто я на самом деле такая.

– Ма, а поподробнее? – Идя следом за торопливой Марри, показывающей путь, дракон недовольно хмурился. – Где ты ее взяла и что с ней сделала?

– Это проект Калахема, я его лишь немного доработала. Девочка очень перспективная, представляешь, она может превращаться в дракона. Здорово, правда? А еще ей доступно немного нашей родовой магии.

– О? – Снова глянув на меня, но уже более цепко, «дядюшка» уточнил: – Откуда она вообще взялась?

– Я же говорю – проект твоего младшего братца. Помнишь, он разрабатывал эликсир на основе крови своей несравненной Ами?

– Конечно.

– Вот результат, у тебя на руках.

– О-о-о… – На этот раз Кенни замолчал на более длительный срок, но к тому моменту, как мы наконец подошли к очередным резным белоснежным дверям, пройдя через многочисленные коридоры и лестницы, все же обрел дар речи и поинтересовался: – Не пойму, тебе-то она зачем?

– Кенни! – вспылив, казалось бы, на ровном месте, ба резко развернулась и ткнула в нас пальцем. – Ко всему прочему, в девочке теперь и часть меня! И пока кто-нибудь из вас не родит мне внучку, я буду воспитывать ее как члена семьи!

Оп-па…

Так, ничего не знаю, а ну быстро родили ей всех, кого она желает! Я еще жить хочу!

Пока я унимала нарастающую панику, Марри первой вошла в покои, пробежалась по комнатам, похоже что-то там наколдовав (нам не было видно), и наконец разрешила войти. Ну что сказать – шикарно. Не так, как в особняке ее величества, но тоже очень и очень впечатляло. Пространства было в разы больше: стены, пол и потолок являли собой чуть ли не произведение искусства – издалека было плохо видно, но мне показалось, что это была резьба или роспись по белоснежному камню, чуть отливающему голубым серебром. Из мебели в комнате имелся огромный кожаный диван сливочного цвета, камин и два кресла. В центре был постелен ковер с длинным ворсом. Это, я так понимаю, была гостиная.

– Кенни, неси девочку в спальню. – Открыв следующие двустворчатые резные двери, ба махнула рукой, и дракон послушно отправился дальше.

В спальне, оказавшейся тоже не самых маленьких размеров (она бы без проблем вместила меня-дракона), по центру стояла одна-единственная гигантская кровать с множеством подушечек, и больше ничего не было. Хм… а где шкаф, зеркало и прочее?

– Все, клади. Благодарю. – В два счета отправив сына прочь, драконица улыбнулась уже мне. – Ну-с, а теперь продолжим. Там (взмах на еще одну дверь слева) – ванная и гардеробная, а там (пальчик ткнул в дверь справа) – выход на скальные карнизы. Наш замок находится высоко в горах, и попасть в него можно либо своим ходом, то есть прилетев, либо порталом. Это гостевые покои, но теперь они твои. Оборачиваться можешь сколько угодно, кстати, рекомендую делать это в первое время почаще, чтобы привыкнуть к своему новому образу. Но лучше не делай этого раньше вечера, подожди, пока затянутся раны. Так, что еще… ах да! Еда и одежда. Лежи, я сейчас.

Убежав, бабуля отсутствовала всего минут десять, не больше, а вернувшись, вывалила на кровать рядом со мной довольно много различных вещей, от трусиков до платьев. Причем среди белого и голубого проглядывали и такие яркие цвета, как красный, зеленый и фиолетовый.

– Не кривись, все новое. На неделе была в торговых рядах, кое-что себе прикупила, но даже не разбирала. Будет твое. Фигуры у нас почти одинаковые, так что тебе должно подойти. Подбери себе на первое время, позже получше рассмотришь, я за едой.

Ба упорхнула снова, а я, несколько подавленная ее энергичностью и энтузиазмом, задумалась о будущем. Почему-то очень захотелось к Юми… С ним было уютнее, и в качестве учителя-опекуна он мне нравился намного больше. Эта же дама меня откровенно пугала. Судя по моему первому о ней впечатлению, она действительно собиралась делать из меня подобие полноценной внучки, причем не считаясь ни с моим мнением, ни с мнением окружающих.

А что будет, когда я вдруг не оправдаю ее ожиданий? Прибьет, чтобы не расстраиваться, или вообще переделает заново?

Подхватив ближайшую ко мне вещь голубого цвета, я повертела ее в воздухе и тяжело вздохнула. Заманчиво, конечно, поверить в сказку и хоть какое-то время побыть в центре внимания в роли этакой бесценной куколки-внучки, но интуиция меня еще никогда не подводила. А сейчас она противно хныкала и умоляла срочно организовать побег, потому что эта синеглазая маньячка не остановится на кормлении и одевании.

Так, успокоилась! Успокоилась, я сказала!

Глубоко вдохнув, я шумно выдохнула и постаралась взять себя в руки. Ничего-ничего… у вампиров выжила и среди драконов выживу!

– Виктория? Почему еще не одета? – Ба вернулась неожиданно, причем в ее руках находился поднос с многочисленными тарелками, от содержимого которых исходили умопомрачительные запахи. – А ну-ка быстренько! Давай-давай, не разлеживайся!

Прикрикивая и попутно устраивая поднос прямо на кровати, ба была неумолима, так что пришлось послушаться. Однако прежде чем одеться, я посетила ванную комнату и торопливо ополоснулась, смыв с себя не только кровь, но и пыль, грязь и пот. Из одежды я захватила с собой трусики и голубую тунику до колена, оказавшуюся мне впору, так что и с этим проблем не возникло. Уф, вот теперь можно и поесть.

– Ба, ты бы не могла смотреть на меня не так кровожадно… Аппетит отбивает. – Не удержавшись от комментария, глядя на ее сияющее лицо, я немного недовольно поморщилась. – Давай я сначала спокойно поем, а потом мы приступим ко всему, что ты хочешь. По порядку. Кстати, расскажи мне о семье. Она у нас большая?

Семья оказалась не очень большой, но для меня и этого было много – уже озвученные трое сыновей, то есть папа-Калахем и два дяди: Кейнерианну (Кенни) и Карринихей (Керри). Папочка был самым младшим, причем единственным последователем ба в ее увлечении экспериментами. Кенни и Керри предпочли заниматься торговлей и политикой соответственно, причем Керри был старшим, и ба мимоходом заметила, что, скорее всего, именно он станет главой рода после того, как сама ба решит уйти на покой. Кроме того, оба моих дядюшки уже были женаты на «очень милых девочках», как окрестила их Марри, но, к сожалению, сами «девочки» еще ни одной малышки не родили – у Кенни был сын, а у Керри аж двое, причем близнецы.

– Знаешь, я уже и так намекала, и эдак, что могу помочь в планировании пола, но они как бараны! Уперлись – и все! «Нет, мама, мы са-а-ами…» Тьфу! – Недовольно фыркнув, ба с обожанием посмотрела на меня и счастливо вздохнула. – Зато Калахем превзошел их всех! Насколько оболтус, но у него-таки получилось меня порадовать.

– Ба… – К счастью, я уже поела, так что даже не подавилась, а, отпив напитка, очень похожего на какао, уточнила: – Извини, может, это не очень приятный вопрос, но где отец твоих детей?

– Понятия не имею. – Нисколько не обидевшись, драконица беспечно пожала плечами. – Я его видела пару раз, и только. И да, предупреждая твой следующий вопрос, отвечу – замужем я никогда не была и не планирую. Детей родила сама, оплодотворение было искусственным. А теперь не будем о былом, перейдем к будущему. К нашим с тобой занятиям! Расскажи мне, что из родовой магии тебе доступно?

– Так сразу и не отвечу…

Не скажу, что я была потрясена ее признанием о личности дракона-деда, потому что подспудно ожидала от нее нечто подобное, но информация тем не менее насторожила еще больше. Неужели феминистка? Или еще что похуже? Или какая-нибудь неразделенная любовь и пожизненная душевная травма? Интересно, а ее родители кем были? Надеюсь, не такими же сумасшедшими учеными?

– Может, продиагностируем?

– Нет! – Моя отрицательная реакция была настолько бурной, что ба, похоже, обиделась.

– Виктория, это не больно. – Драконица недовольно поджала губы, и во взгляде промелькнуло нечто, очень похожее на осуждение. – Я активировала все необходимое и больше не буду вмешиваться в твой геном, он идеален настолько, насколько это вообще возможно в твоем случае. Ты так и осталась вампиром, потому что таковы условия инициации, но обрела возможность превращения, причем в существо, внешне почти ничем не отличающееся от истинного дракона. Кроме всего прочего, я усилила твои магические каналы, и теперь ничто не мешает тебе гораздо полнее пользоваться нашей родовой магией. Правда, доступно тебе далеко не все, опять же в силу происхождения, да и твой внутренний источник не такой большой, как у нас, и при истощении тебе будет необходима внешняя подпитка либо от природного магического источника, либо с помощью той же крови.

Внимательно слушая откровения своего очередного создателя, я лишь кивала на ее слова. Да, это мы с совушкой уже обсуждали. Марри действительно не слишком много успела со мной сделать – в основном это была именно активация генов, отвечающих за оборот и усиление магических каналов.

– Кроме того, теперь мы с тобой кровные родственницы, причем минуя моего сына, и это я сделала не только ради усиления магических каналов, но и для подстраховки. – Многозначительно улыбнувшись, драконица чуть прикрыла глаза. – Теперь никто не посмеет тронуть тебя пальцем, потому что за это их ждет лишь одно – смерть. Поверь, девочка, я ни одной падали не позволю к тебе прикоснуться!

На последних словах Марри сорвалась на яростное шипение, так что я даже вздрогнула.

Так-так… Не самое лучшее прошлое? Наверняка. У кого бы узнать подробности, чтобы не влипнуть в лишние неприятности?

– Ма? Можно? – После вежливого стука в дверь в комнату заглянул немного нервный Калахем, но стоило ему увидеть меня, как на его лице проступило явное облегчение. – Виктория!

О, я знаю, кто будет моим тайным стукачом на эту сумасшедшую семейку!

– Дорогой, в чем дело? – Обернувшись и смерив сына недоумевающим взглядом, ба с интересом приподняла брови.

– Нет-нет, все хорошо. Переживал за Вику. У вас все в порядке? Как вы?

– Да, у нас все прекрасно. – Снова подобрев, Марри обернулась ко мне. – Вот, рассказываю внучке о семье и о том, что ей никто не страшен, потому что она не только твоя дочь, но и моя внучка.

– Да, ма… о том, что Вика моя дочь… – Папуля подошел ближе, но выглядел немного неуверенным и даже несколько смущенным. – Ами немного нервничает… связалась со мной через шар, ругалась…

– И что? – моментально восприняв новость в штыки и заледенев как взглядом, так и тоном, ба неприязненно скривила губы.

– Ма, только не начинай снова! – Нервно сжав пальцы в кулаки, в этот момент Калахем выглядел откровенно злым, что меня искренне удивило.

А не все так гладко в местной семейке!

– А я разве начинала? – Иронично хмыкнув, драконица первая сдала назад и уже более миролюбиво уточнила: – И что твоей несравненной надо?

– Она интересуется судьбой и самочувствием Виктории.

– И в чем проблема? Передай, что у нас все хорошо. – Ба широко улыбнулась мне, так что пришлось кивнуть.

– Она хочет убедиться в этом лично. – И хмуро осмотрев меня с ног до головы, словно выискивал нечто, что может противоречить словам главы рода, он добавил: – И, предупреждая твой отказ, сообщу: она уже здесь, в моих покоях.

Пока я лихорадочно соображала, чем для меня лично обернется приезд ее величества, ба презрительно фыркнула, затем тоже осмотрела меня с ног до головы, немного поморщилась на до сих пор перевязанную руку (туника была без рукавов), а затем кивнула и милостиво разрешила:

– Хорошо, я не против. Но учти, у нее есть только час. Затем у нас с Викторией запланированы уроки и шопинг. И да, предупреждая твое возмущение, отвечу категорично: девочка будет жить здесь. У Амидайлы под рукой королевство, пусть берет любого и воспитывает, а у меня – одна-единственная внучка, и я никому ее не отдам. Кроме того, ее необходимо обучить нашей магии, вампиры этого, разумеется, сделать не сумеют. Все, через час приведешь Викторию в мои покои.

Довольно небрежно махнув рукой, хотя была явно напряжена, ба поторопилась уйти, оставив нас одних.

– Калахем… – нахмурившись, потому что причины подобного поведения буквально плавали на поверхности, я не стала тянуть и спросила напрямик: – Что с твоей мамой? Почему она в меня так вцепилась?

– Это… – Дракон недовольно дернул плечом, но спустя пару минут молчания тихо ответил: – У меня была младшая сестра. Она погибла еще подростком больше ста лет назад, и ма считает себя виноватой в ее гибели. Постарайся быть лояльнее… Ма хорошая, просто немного… одинокая.

Черт!

Кисло улыбнувшись на не слишком приятное известие о том, что стала всего лишь заменой погибшей дочери, я одновременно немного успокоилась. Теперь поведение Марри было более понятным и логичным. Что ж, раз уж я в относительной безопасности и с болезненными экспериментами покончено, как меня в этом уверяет ба, то, так и быть, подыграю. К тому же она права – здесь у меня есть все шансы пройти полноценное обучение не только магии, но и всему остальному, что необходимо знать для жизни в этом мире.

Главное – уточнить пунктик о выборе будущего мужа, а также рождении детей. В этом деле я целиком и полностью солидарна с дядюшками – сама справлюсь.

– Вика, время.

– Да, идем.

Глава 17

– Юмирай, если ты не прекратишь мельтешить, то я отправлю тебя домой. – Нервничающая не меньше ястреба Амидайла постучала ноготками по подлокотнику.

– Прошу прощения.

Замерев у дальней стены гостиной, куда их проводил хмурый дракон, ястреб, не спавший толком третьи сутки, с трудом сдерживал в целом бесполезный порыв кинуться на поиски Виктории лично. Когда на следующий день Калахем вернулся в особняк и сообщил, что Вика в полном порядке, но пока не может вернуться назад в связи с некоторой заинтересованностью в ней его собственной матери, Юмирай смог надавить и выяснил, что произошло на самом деле. Как он не убил дракона, остается загадкой, но в себя пришел лишь после того, как их разняли гвардейцы во главе с капитаном Далераем, причем ястреб уверенно лидировал в избиении и удушении.

Пока капитан приводил в себя пребывающего в полуобморочном состоянии гонца, принесшего дурные вести, Юмирай отправился к Матери и, поставив ее в известность о случившемся, в свою очередь выслушал довольно много неожиданных слов в адрес некоторых рептилоидных. Кстати, в этом он был целиком и полностью солидарен с ее величеством.

Еще сутки у Амидайлы ушли на выяснение отношений с Калахемом, и вот сегодня им наконец разрешили увидеться с Викторией.

Однако ожидание затягивалось…

– Проходи.

Как ни прислушивался ястреб к посторонним звукам, но, видимо, недостаточно – дверь открылась неожиданно, и так же неожиданно появилась в комнате Виктория. Бледная, с влажными, нерасчесанными волосами, настороженным взглядом и почему-то перевязанной рукой. При этом одета она была крайне неприлично. Это что за полупрозрачная ночнушка?! И она ходит в этом по замку?!

Шли мы довольно долго, причем когда я спросила, Калахем подтвердил – замок очень большой и вырублен прямо в скале, поэтому окон тут очень мало, лестниц много, коридоры – длинные и запутанные, а женские и мужские покои располагаются на довольно большом расстоянии друг от друга.

– Проходи, – пропустив меня вперед, когда мы наконец подошли к его комнатам, папуля подтолкнул меня в спину, когда я немного замялась в дверях.

Я почему-то застеснялась, увидев в гостиной не только королеву, но и Юмирая.

Черт, я сейчас на беженку похожа! А он весь такой… идеальный.

– Здравствуйте, – предпочтя перевести взгляд на молодую женщину, от силы лет двадцати пяти, при нашем появлении вставшую с кресла и стремительно приблизившуюся, я нейтрально, но несколько настороженно улыбнулась.

– Виктория… – замерев в паре шагов от нас, ее величество – шикарная брюнетка с модельной внешностью и невероятным цветом глаз (фиалковым) – неожиданно подалась вперед и крепко меня обняла. – Вика… девочка моя…

Приобняв ее в ответ, потому что так требовала ситуация, сама я ощущала лишь неловкость, и ничего более.

– Как ты? Все хорошо? Она тебя… – Чуть отстранившись, но при этом так и обнимая меня за плечи, Амидайла пристально и требовательно всматривалась в мои смущенные глаза. – Вика, давай начистоту. Марри тебя не обижает?

– О нет, что вы.

Ситуация – глупее не придумаешь. Неужели она и правда думает, что я буду жаловаться маме-вампиру на бабушку-дракона? А ничего, что у них слегка неравнозначные весовые категории?

– Точно?

– Да, конечно.

– А это что? – Палец изобличительно указал на перевязанную руку.

– А это мы выясняли уровень моей самостоятельности и права голоса.

– О? – Судя по ироничному блеску в глазах, Амидайла оценила мой ответ по достоинству. – И как успехи?

– В мою пользу.

– Рада. Очень рада. – Немного расслабившись, королева искренне улыбнулась, но затем тяжело вздохнула и начала неторопливо и тщательно подбирать слова: – Вика, понимаешь… я, конечно, могу тебя забрать, но, боюсь, это будет недальновидно с моей стороны. Ты, наверное, уже знаешь, что драконы стоят на ступеньку выше в силе и магическом развитии, так что тут все довольно сложно как политически, так и психологически… Да и Марри слегка… ну… эксцентрична…

– Да, она уже просветила меня по поводу своих планов. – Прервав ее величество, потому что видела, как ей тяжело дается попытка обоснования своей беспомощности в нашем вопросе, я добавила: – И мы с ней уже почти обо всем договорились. Остались еще некоторые нерешенные моменты, но я уверена, что и по ним мы с ней найдем компромисс. У меня к вам лишь одна просьба… точнее, даже вопрос.

Замявшись, потому что не смогла в лоб спросить о том, кто я для нее и зачем ей нужна, я смущенно прикусила губу. Вроде и простой вопрос, но в то же время такой личный.

– Да, Вика? Что такое?

– Я… – Собравшись с мыслями и глубоко вдохнув, я решительно продолжила: – Кто я для вас? И зачем я вам? Разве вам не проще забыть обо мне и без сомнений окончательно отдать драконам? Репутация и все такое… Зачем вы пришли?

– Вика… – Обескураженно выдохнув, брюнетка была откровенно потрясена вопросом. – О Великое Мироздание, да как ты только могла подумать, что я брошу своего ребенка и не буду переживать о его судьбе?! Да, ты мне дочь не по рождению, а всего лишь по общей крови, но ты все равно моя! Моя, понимаешь? – Выкрикнув последние слова и не найдя в моих глазах согласия, она удивленно уточнила: – Не понимаешь?

– Нет.

– Но… – Тут она явно растерялась и попыталась найти поддержку у рядом стоящего Калахема. – Милый, я… Она точно ничего с ней не делала?

– Ничего такого, – быстро открестившись, дракон попытался оправдать мое безразличие, причем довольно удачно, по моему мнению: – Ами, Вика иномирянка, может, у них иное понимание родственных связей? К тому же вы совсем не знаете друг друга… Уверен, когда вы познакомитесь ближе, вы обязательно найдете понимание.

– Да, наверное… – Снова посмотрев на меня, Амидайла явно смущенно улыбнулась и, пожав плечами, погладила мои руки, а затем наконец отпустила. – Я, наверное, в твоих глазах выгляжу глупо, да? Извини, просто мне немного неловко. Все так сумбурно… Что ж, раз вы с Марри нашли взаимопонимание, то я, наверное, пойду, чтобы не выглядеть еще более нелепо. Но если что-то будет не так и она начнет тебя обижать, говори Калахему, хорошо? И будет желание и возможность – не забывай и меня, заглядывай. Я тут тоже бываю иногда, так что мы с тобой обязательно увидимся на днях, когда все успокоится и ты освоишься. Договорились?

Наверное, она действительно чувствовала себя достаточно неловко, да и сама ситуация была довольно мутной, потому что, еще раз уточнив, что у меня все хорошо и к драконам претензий нет, она торопливо распрощалась и, подхватив под руку Калахема, вышла прочь.

Скептически посмотрев на закрывшуюся за королевой дверь, я фыркнула и качнула головой. Да уж. Вот зачем была эта встреча? Только затем, чтобы убедиться, что меня еще не препарировали, и все? Амидайла ведь действительно никто для Марри, и попытайся вампирша потребовать хоть что-то, драконица бы просто пару раз на нее дыхнула – и все. Причем и сама королева это прекрасно понимает. Да уж, непостижимы замыслы твои, Господи.

И тут я вспомнила, что в комнате осталась не одна…

Черт, и снова неловкость. Искоса глянув на ястреба, я неосознанно поморщилась. Юми стоял довольно далеко от меня, прикрыв глаза, но я чувствовала – он очень раздражен. Несложно догадаться почему. Но разве я в этом виновата?

– Юми… – вздохнув, я расправила плечи и подошла вплотную, но, что сказать дальше, просто не знала.

Впрочем, он и не ждал от меня слов – горько улыбнулся и чуть наклонил голову набок.

А глаза у него были черными.

– Но мы ведь сможем встречаться? Не сейчас, чуть позже, когда ба наиграется…

– Ты так думаешь?

– А ты не хочешь?

– Я? Я не хочу оставлять тебя здесь. Даже на секунду. Но встречаться я не хочу.

Не поняла. Как это?

– Не хочешь?

– Нет. – Юмирай наклонился ко мне, почти коснулся носом носа и прошептал прямо в губы: – Не хочу встречаться. Хочу встречать. Каждое утро в одной постели. Хотя можно и не утром…

Да уж…

И рада бы сказать то же, но, боюсь, если ба будет против, а она точно будет против, то вряд ли в противостоянии полукровки и дракона в живых останется полукровка.

– Когда состоится ваш полуночный слет? – Найдя, казалось бы, оптимальное решение, я твердо посмотрела в его глаза, увидев в них явное разочарование.

Неужели он думал, что я здесь и сейчас скажу «да»? Нет, Юми, я не настолько безголовая. И если Марри решит устранить помеху нашим с ней родственным узам в твоем лице (а она может, я уверена), то воскресить тебя я уже не сумею.

– Чуть меньше чем через три месяца.

Да, мне хватит.

– Тогда до встречи на балу, милый. – Пока он не пришел в себя, я поднялась на цыпочки и крепко поцеловала его в губы, успев выскользнуть до того, как он меня обнял. – К моменту нашей встречи я буду знать все, что положено знать юной леди моего статуса. И если ты не передумаешь, то мы с тобой обсудим утренние встречи более подробно. И детально. И не только обсудим. А еще ты мне задолжал поход в тренажерный зал… ой!

Не успев увернуться повторно, я оказалась зажатой в его руках, причем так сильно, что возможности вырваться не было.

Он ничего не говорил, просто молчал. Говорили его глаза, в которых была невероятная мука.

– А давай совершим безумство…

– Юмирай, ты не понимаешь! Я хочу, очень хочу! Но это драконы. Дра-ко-ны! – начав кричать, потому что откровенно испугалась его настроя, не сулящего ничего хорошего, я стукнула его кулачком по груди, но, судя по плотно сжатым губам, для ястреба это был не аргумент. – Ты хочешь умереть? Я – нет!

– Нет, я не хочу умереть. Я хочу жить долго и счастливо. Но не один.

– Я тоже хочу. Очень хочу. – Черт, я сейчас заплачу. Ну почему он не понимает, что надо просто подождать? Немного! Всего несколько месяцев! – Но сейчас еще рано…

– Виктория?! – Дверь гостиной распахнулась так неожиданно, что я вздрогнула, а драконица раздраженно продолжила: – Девочка моя, я не поняла, это кто?!

Пушной зверек подкрался незаметно. В нашем случае дракон и не подкрался, а распахнул дверь и уверенно вошел.

Черт, и ответить-то внятного нечего! Ну вот кто это? Опекун? Уже нет. Любовник? Еще нет. Знакомый? Ну вполне… Только как объяснить, почему он сейчас спрятал меня за спину, словно ба хочет прибить не его, а меня?

– Ба, знакомься, это лорд Юмирай. Ястреб клана…

Забыла. Черт, забыла!

– Да уж вижу, – пренебрежительно фыркнув, драконица стремительно подошла ближе, а потом удивленно присвистнула.

Да так умело и многозначительно, что я встала на цыпочки, чтобы видеть, что происходит. Но ничего не поняла. Марри просто стояла напротив вампира и с недоверием рассматривала его лицо. И что такого интересного она могла увидеть?

– Виктория, детка, выйди, будь любезна. Мне с лордом Юмираем необходимо перекинуться парой слов. – Одарив меня косым и крайне любезным взглядом, ба глухо рыкнула: – Сейчас же!

Я аж подпрыгнула.

– Да, Вика, оставь нас. Нам с леди нужно кое-что обсудить, – неожиданно поддержал хозяйку замка Юмирай и даже не повернул ко мне головы, все это время неотрывно рассматривая драконицу.

Черт! Мне же тоже интересно!

Обиженно поджав губы, когда ба снова посмотрела на меня так, словно я тут лишняя, я недовольно фыркнула и торопливо вышла. Была мысль подслушать, но интуиция шепнула, что не стоит, – если меня застукают за этим делом, то просто выговором я не отделаюсь.

Хотя обидно. Что такого она могла увидеть?

Неторопливо бредя по коридору, я прокручивала эпизод за эпизодом, воссоздавая в памяти образ вампира, и до меня наконец дошло. Глаза! Че-о-орт! С трудом подавив желание хлопнуть себя по лбу, а затем вернуться и проконтролировать, чтобы она его все-таки не прибила, я буквально заставила себя идти дальше и не оборачиваться. Она увидела его черные глаза! И она точно знает, что они обозначают! Господи, только бы она его не убила!

От нервных размышлений и метаний неожиданно разболелась нога, так что в свою комнату я входила, уже отчетливо прихрамывая, и единственным моим желанием было завалиться на кровать. Что я и сделала.

А затем на меня накинулись мысли, одна страшнее другой. Вариантов была тьма-тьмущая, причем начиная с убийства неугодного возможного зятя и заканчивая генетическими экспериментами с этим самым зятем. Чтоб, значит, соответствовал необходимому минимуму. Господи, только не это!

– Значит, лорд Юмирай… – многозначительно протянула леди Сапфирового клана, при этом высокомерно приподняв бровь. – Ястреб, если не ошибаюсь…

– Лорд Юмирай Васийно, ястреб клана Карухо. – Сухо представившись полным именем, Юмирай добавил, хотя и так было очевидно: – Полукровка.

– Вижу-вижу… – Старательно рассматривая необычайно сильную ауру стоящего напротив мужчины, драконица что-то мысленно прикинула и поинтересовалась, не скрывая иронии: – Когда произошла активация?

– За несколько дней до похищения. – Ответ был краток, но большего и не требовалось.

– Я против.

– Ваше право.

– О? Какой смелый мальчик… – Искренне удивившись тону, в котором не было ни страха, ни сомнения, Марри неторопливо обошла застывшего мужчину кругом, при этом все присматриваясь к ауре. – Ты ей не пара, птичка.

– Не вам решать. – Повернув голову и встретившись взглядом с той, что могла уничтожить его за секунду, ястреб не собирался отступать. В любом случае жизнь без Вики будет бессмысленна. Зачем? Очередной десяток лет в сером мире? Глупо. Он узнал, какой яркой может быть жизнь рядом с ней, и на меньшее не согласен. – Виктория – абсолютно взрослая высшая птица, и только она вправе решать, с кем ей быть.

– Что ж, значит, я предоставлю ей право выбора, – окончательно рассмотрев ауру и в целом приятно удивившись, драконица не собиралась менять свои планы. – Когда там ваш слет? Через три месяца? Отлично. Если в ту ночь она выберет тебя, так и быть, против не буду. Но если нет… Не обессудь. А теперь свободен, вампирчик, у меня дела.

– Я хочу попрощаться с девушкой.

– Хоти. – Пренебрежительно фыркнув и без особого труда выдержав полный ярости и нескрываемой ненависти взгляд, женщина одним щелчком пальцев создала портал в парк королевского особняка. – Не задерживай, у нас с Викторией еще шопинг. И да… Даже не пытайся увидеться с ней до полуночного слета. Я ведь могу и передумать…

За вампиром схлопнулся портал, а лицо драконицы из стервозного стало невероятно грустным и даже несколько обиженным. Она только что обрела внучку! Она не отдаст ее первому встречному полукровке, пускай тот даже столь необычайно силен и перспективен! И плевать, что влюблен! Ей на все плевать!

Все-все, успокоилась…

Вдохнув и выдохнув несколько раз, Марри смогла взять себя в руки. Еще утром она распланировала будущее девочки на годы вперед, и не в ее правилах отказываться от четкого следования плану. Да!

А слет… Ну подумаешь, слет. Тут главное – правильный подход к делу. Ведь Виктория может влюбиться в кого-нибудь другого и раньше слета. В кого-нибудь менее сильного и перспективного, зато намного более внушаемого. Например, в кого-нибудь из драконов клана Изумруда…

Так, надо будет на днях сходить к ним в гости и полюбопытствовать, кто из мальчиков еще не женат.

А сейчас необходимо немного расслабиться и побаловать себя и свою крошку. И самым лучшим средством во все времена был шопинг!

К тому моменту, когда ко мне в комнату вошла невероятно благодушная ба, я успела накрутить себя до такой степени, что готова была порвать всех и каждого. В первую очередь – ту, которая подошла к моей кровати и как ни в чем не бывало поинтересовалась:

– Милая, а не сходить ли нам по магазинам?

– Сходить, – послушно кивнула я, хотя в этот момент хотела вытрясти из нее душу.

Немыслимо. С одной стороны, она вся такая изящная стройная блондинка, которую раз-другой правильно ударить – и все, пиши некролог. С другой – передо мной чуть ли не тысячелетнее мудрейшее и могущественнейшее существо, целиком состоящее из магии, которой я не ровня, а так… игрушка.

И сейчас она будет в меня играть.

Противно.

– Вика, в чем дело? – Видимо, на моем лице отразились некоторые мысли, потому что Марри присела рядом.

– О чем вы с ним говорили? Где он сейчас?

– Ты о вампирчике? Неужели дорог? – Иронично хмыкнув, когда я недовольно нахмурилась, ба вдруг снисходительно потрепала меня по руке. – Да не рычи, ничего я ему не сделала. Мальчик решил, что имеет на тебя права, так я ему указала его место и отправила обратно.

О? Вот так просто? И никто никому и ничего при этом не сломал? Ой, что-то не верится…

– И он просто ушел? Ничего не сказав?

– Ну почему просто… У этих чокнутых полукровок все очень непросто. Ты ведь знаешь, что значат их черные глаза? Да-да, вижу, знаешь. В общем, мы с ним договорились – он не мешает тебе жить и получать от жизни удовольствие, а я, так и быть, разрешу вам увидеться на их вампирском балу. Если он тебе все еще будет интересен, то разрешу встречаться. А если нет, то нечего ему тебе жизнь портить. И прекрати кукситься, надевай что-нибудь поприличнее и пойдем немного развеемся. – Мечтательно прикрыв глаза, ба мурлыкнула: – Знаю я один прекрасный магазинчик с безделушками… да, сегодня мы точно его посетим. А еще в сауну сходим. У демонов прекрасные сауны! Все, не разлеживайся, а то передумаю!

Как бы ни было мне противно, но на текущий момент я могла лишь следовать уже принятому решению – разрешить собой играть. Неприятно, но все же лучше, чем лежать на прозекторском столе. И потом, передо мной огромные перспективы! Одно покровительство главы рода чего стоит! Власть, богатство, магия!

Еще бы так тошно не было…

Послушно выбрав по совету ба приличное синее платье в пол и с рукавами до локтя, я переоделась, потерпела, пока она меня заплетала, причем сделав из волос практически то же, что было и у нее, – косу в стиле «дракончик», надела принесенные ею балетки и, накинув на плечи серебристый палантин, послушно взяла ее за руку, когда она категоричным тоном посоветовала это сделать, предварительно создав синюю воронку-портал.

– Позволь представить – столица империи демонов, город Фифсалия, жемчужина среди остальных городов и прекраснейшая торговая площадка. Здесь собраны диковинки со всех уголков не только страны, но и мира. Ткани, специи, драгоценности!

Восторженно рекламируя мне действительно красивый город с жарким и сочным восточным колоритом, который мы рассматривали с крыши двухэтажного здания, где вышли из портала, попутно Марри обмолвилась, что этот дом принадлежит ей и она периодически им пользуется, когда нет желания возвращаться в замок, расположенный в Северных горах.

– Кстати, чтобы не возникло недоразумений, постарайся не отставать. Я, конечно, без труда найду тебя по зову крови, но лучше не рискуй – местные порой бывают такими горячими… – Многозначительно хмыкнув и попутно откровенно намекнув, чтобы я даже не думала сбежать, ба отправилась вниз по лестнице, примыкающей прямо к крыше. – Не удивляйся, соседи знают, кто я, и давно уже не обращают внимания на некоторые странности, происходящие в моем доме. Идем, дорогая, мир соблазнов ждет нас!

И мы пошли.

Уже поздно ночью, уставшая как физически, так и морально, я потихоньку перебирала в памяти эпизоды нашей прогулки, затянувшейся на много часов. Сначала мы, как и планировала ба, посетили торговые ряды с ювелирными украшениями. Там меня всю обсмотрели, забросали комплиментами, несколько раз предложили руку, сердце и прочий ливер, а заодно одарили (это уже ба) несколькими изящными, но при этом безумно дорогими «безделушками», как ехидно выразилась драконица. Первым делом она приобрела для меня сапфировый гарнитур, состоящий из кольца, сережек, браслета и ожерелья. Затем ей показалось этого мало, и она, истинно по-женски капризничая и препираясь с пожилым ювелиром, мол, из всего предложенного ничего меня не достойно, остановила свой выбор на диадеме, выглядевшей точь-в-точь как моя драконья корона: пять изящных зубчиков на серебряном ободке, сплошь усеянных сапфирами и бриллиантами.

Я бы и рада была отказаться, но мне очень вежливо предложили заткну… помолчать и не мешать ба баловать свою малышку.

Затем, когда ба вдоволь наслушалась комплиментов от ювелира, что она невероятно прекрасна и вообще годится мне не больше чем в старшие сестры, а никак не в бабушки, мы отправились в лавки, как торгующие готовыми платьями и прочей женской одеждой, так и принимающие заказы на изготовление.

Там мы провели еще как минимум четыре часа, пока меня измеряли, вертели, примеряли и прочая, и прочая… Оттуда я практически выползла, но при этом стала богаче на целый гардероб, из которого запомнила от силы пару вещей. Остальное ба выбрала без моего участия, лишь кивая или отрицательно мотая головой во время примерки.

А после мы отправились в сауну…

О да-а-а! Вот в этом месте я просто отдалась в руки профессионалок и предпочла выкинуть из головы все лишнее, потому что девочки-демоницы были великолепными массажистками, а также мастерами маникюрного-педикюрного и косметического дела.

Тело расслабилось, блаженствуя в неге, а мозг иногда ловил слова отдыхающей рядом ба о том, что уже завтра мы приступим к изучению моих возможностей, а также попутно изучим мир и здешних аборигенов. Когда она начинала достаточно пренебрежительно, а иногда и с брезгливостью рассуждать об остальных расах и их особенностях, я предпочитала мило улыбаться и кивать, но поступить хотелось совершенно иначе.

Но кто я такая, чтобы спорить с самой ба?

Всего лишь ее искусственная внучка, не более.

И вот теперь, когда она выполнила программу-минимум по расслаблению и мы смогли вернуться в замок в горах, я безучастно лежала на спине в своей огромной кровати, невидящим взором смотрела в расписной потолок и почему-то думала о том, что в этой кровати чего-то не хватает.

Точнее, кого-то.

И, к сожалению, этого самого кого-то я не увижу еще три месяца… Справлюсь ли?

Буду надеяться, что да.

А все потому, что очень хочу вновь увидеть его абсолютно черные глаза. Глаза, в которых отражаюсь я.

Глава 18

Утро наступило неумолимо, и так же неумолимо наступило время максимально собраться и приступить к своим непосредственным обязанностям, а именно к учебе. Разумеется, учеба должна была сопровождаться прилежным поведением. На этот счет у ба были свои, индивидуальные представления, которые, к моему безмерному удивлению, оказались довольно легки для моего восприятия. В этом отношении Юмирай был более строг и требователен.

Так, ба разрешала мне носить то, что удобно мне, но в пределах купленного, а это было уже неплохо: платья свободного кроя, в большинстве своем до колена, сарафанчики, кофточки, брючки. Кстати, брючки бабуля тоже очень уважала, а все потому, что предпочитала удобство красоте. А вот маек и шорт у меня в гардеробе не было – это даже для эксцентричных и свободолюбивых драконов оказалось чересчур.

К манерам ба была тоже не слишком требовательна и поучала меня постольку поскольку, не слишком зацикливаясь на реверансах. В одном она была непреклонна – никакой ругани и тем более матерщины, а одна лишь неизменная вежливость в общепринятом смысле и абсолютное послушание ей как главе рода.

– Милая, ты можешь мысленно расчленить меня, как тебе вздумается, но внешне ты должна держать лицо даже тогда, когда это кажется невозможным, – периодически повторяла Марри, когда раз за разом у меня не получалось самостоятельно выполнить оборот в дракона и обратно. – И не злись из-за ерунды, поверь, есть вещи намного более страшные и неприятные, чем самый обычный оборот. А теперь собралась!

Да собралась я…

В итоге обернуться туда и обратно без ее помощи я смогла лишь к концу недели, и то только потому, что мне в этом помогла сова. Пушистая северная подруга прилетела ко мне на второй день и, с молчаливого согласия ба, осталась жить со мной, либо общаясь мысленными образами, либо просто эмоционально поддерживая, когда у меня опускались руки.

А еще была проблема с одеждой. Если ба могла оборачиваться прямо в ней и наряды не рвались и не портились, то у меня это получалось через раз. В итоге я предпочитала ходить в легких туниках, чуть прикрывающих попу, которых ба накупила с запасом – почему-то именно они сохранялись после двойного оборота максимально целыми.

– Виктория! Не спи!

Вздохнув, я повернула голову к ба и попыталась взглядом выразить вопрос. В драконьем теле я не могла разговаривать и в итоге отрабатывала выразительность взгляда и мимики, потому что телепатию мы еще не изучали.

– Сегодня мы с тобой будем летать. И, кстати, учти: если упадешь, то не убьешься, но при этом очень сильно переломаешься. Помогать в оздоровлении не буду, – стоя на одном из самых широких карнизов замка, ба наставила на меня указательный палец, а затем обвела окрестные горы рукой. – Сначала полетим на юг, вдоль хребта, а затем повернем на запад. Там очень удобный спуск и неплохие солнечные долины. Давай, девочка, не ленись, мы и так опаздываем. А теперь смотри внимательно и повторяй за мной.

Ба обернулась за секунду и, размяв крылья, в три огромных шага разбежалась и взмыла в небо.

М-да-а-а…

Страшно.

– Угрл?

Совушка, устроившаяся у меня на голове, потерлась носом о гребень, настраивая на позитив и придавая некоторую уверенность, которой мне катастрофически не хватало. Черт возьми, Марри ведь не шутила, когда сказала, что не будет лечить! После нашей первой драки, когда она залечила руку и бедро, ба заявила, что не собирается тратить на меня свои силы, и если в следующий раз я травмируюсь, то придется исцеляться самостоятельно.

Чем не стимул научиться всему необходимому?

Ладно, собралась.

Искоса глянув на закладывающую крутой вираж недовольную бабулю, я расправила крылья, чтобы прочувствовать каждый их сантиметр, затем повела хвостом, потянулась… разбежалась и взмахнула крыльями.

О господи! У меня получилось! Уи-и-и!!!

Это же так просто!

Взмах, еще взмах… всего за минуту я поднялась намного выше кряжа и, отдавшись во власть ветра, продолжила расслабленно планировать. Невероятное ощущение свободы! Пьянящее чувство величия и всемогущества! Просто фантастика!

С интересом рассматривая снежные шапки гор, где жила уже неделю, я все никак не могла насладиться волшебством полета. И даже ба, периодически рассерженно пролетающая мимо и пытающаяся намекнуть, что пора отправиться по оговоренному ранее маршруту, не мешала заполнившей меня эйфории. Куда торопиться? Впереди – вся жизнь!

И вообще, это мой первый полет, и я хочу запомнить его! Запомнить эту свободу, эту силу, это могущество! Это единение с воздушной стихией! Не без ехидства радуясь, что не понимаю раздраженных рычаний ба и вообще «слегка туга на ухо», я все парила и парила, целиком и полностью положившись на генетическую память, ведь она намного лучше человеческого разума знала, как летают драконы.

А затем в меня что-то врезалось.

В первое мгновение я просто испугалась, потому что мой плавный полет оборвался в секунду, сменившись хаотичным падением и лихорадочными попытками восстановить воздушное равновесие, чтобы снова встать на крыло. А до острых скал было все ближе и ближе…

Черт-черт-че-о-орт!

Неожиданно меня тряхануло и почему-то подбросило вверх. Желудок моментально взбунтовался, ориентиры перемешались, и… все закончилось.

Круглыми от пережитого страха глазами я пыталась осмотреться и понять, почему больше не падаю, а вместо этого застыла в воздухе буквально в двадцати метрах от заснеженного пика, но внятного объяснения данному феномену найти не могла. Кровь гулко стучала в висках, сердце билось как сумасшедшее…

И тут я увидела ба.

Она была еще далеко, но очень быстро приближалась, причем я явно видела, что она зла. Но не на меня. Не долетев до меня метров сто, Марри что-то грозно проревела и взяла курс ниже и левее. Скосив глаза туда же (все это время я неподвижно висела в воздухе, сжавшись в перепуганный компактный эмбрион), я опешила снова – на одном из довольно узких карнизов метрах в двухстах от меня стоял незнакомый и чересчур легко одетый мужчина (он стоял на снегу босиком, в одной футболке и легких брюках), и от него ко мне тянулся едва заметный магический луч.

Господи, так это он меня спас?

А можно до конца, а? А то что-то жутковато…

Через несколько секунд ба долетела до моего русоволосого спасителя, обернулась в человека прямо в воздухе, метрах в пяти над карнизом, затем перехватила управление спасательным лучом на себя и начала аккуратно опускать меня на снег, попутно яростно выговаривая что-то недовольно поджавшему губы мужчине. Что именно, я не слышала, но по тону и грозному виду ба понять было несложно – она в гневе.

А вот и твердая поверхность… спасибо, Боже!

Распластавшись на снегу, я впервые с момента удара смогла нормально вдохнуть – до этого я, кажется, даже дышала через раз, а может, и вовсе не дышала. Лапы нервно подрагивали, хвост судорожно вибрировал, сильнее всех конечностей выдавая мой невроз, а когти вцепились в снег, словно пытаясь врасти в такую ненадежную, но, к счастью, твердую поверхность.

– Виктория? Вика, девочка моя! – До меня добежала ба и первым делом обняла за морду и погладила по носу. – Испугалась? Ничего-ничего… не бойся, все закончилось. Глупая, ну я же сказала! Поднимаемся – и вниз. Вниз!

Немного пристыженно фыркнув, я потупилась и тяжело вздохнула. С одной стороны, виновата – да, не отрицаю. Но с другой стороны… Кто? Кто меня сбил? Я ведь не воробушек! Меня издалека видно! Неужели нельзя было просто обогнуть?

– Леди Маррхиям… – неожиданно со стороны пика донесся слегка виноватый мужской голос, и я тут же заинтересованно подняла голову, чтобы рассмотреть незнакомца. О, красавчик! – Надеюсь, ваша воспитанница не пострадала?

– Пострадала! – моментально взъярилась ба на незнакомого дракона, при этом продолжая поглаживать мой нос. – У девочки – душевная травма! Ты посмотри, как она в снег вцепилась! Ты посмотри, как у нее хвост дрожит!

Сдавленно кашлянув, мужчина всем своим видом выражал раскаяние, причем действительно переключив все свое внимание на мой хвост. И почему-то он его очень сильно удивил. Что там?

Махнув хвостом, но при этом наблюдая за драконом, я нервно хмыкнула – его взгляд как прикованный метнулся следом. Ах, ну да… Я же в этом плане нестандарт. Мутант с оперенным кончиком хвоста. Забавно, кстати, было наблюдать за блондином, его сейчас словно загипнотизировали. Но хорош, очень хорош. Высокий, плечистый, длинные русые волосы заплетены в косу, перекинутую через плечо, на мордашку чуть смазливее, чем мне нравится, но в пределах разумного, и глаза… Невероятного изумрудного цвета глаза!

В общем, наверняка отбоя от озабоченных дамочек нет, когда оказывается в их среде.

– Леди Маррхиям, я приношу свои глубочайшие извинения… – С трудом оторвав взгляд от голубых перышек, дракон учтиво и даже несколько подобострастно склонил голову.

Ого! Неужели ба настолько выше его по статусу?

– Свободен. И чтобы над нашим кряжем я тебя больше не видела! – Фыркнув через плечо, Марри всем своим видом выражала презрение, от чего меня несколько покоробило. Вот в этом – вся ба. Как хочет, так и ведет себя, причем зачастую ставя себя выше окружающих и наплевав на их чувство собственного достоинства. Хотя она могла себе это позволить… – Виктория, милая, оборачивайся, сегодня мы больше никуда не полетим. Домой пойдем порталом.

Угу, оборачивайся! Да я сейчас все, что могу, – это за снег держаться!

– Милая? Отцепись от наста, он холодный. – Мне достался строгий и одновременно укоризненный взгляд, так что пришлось экстренно брать себя в руки и, стиснув зубы, пытаться вспомнить, как же все-таки вернуть себе человеческое тело. – Умница. А теперь домой, и быстро. Да ты вся ледяная! А ну сразу в ванну!

Схватив меня за руку, стоило мне лишь обернуться, ба в мгновение ока создала синий портал и, даже не потрудившись распрощаться с незнакомцем, у которого почему-то остекленел взгляд, поторопилась в нем скрыться.

Бедный мужик. Наверное, давно не видел воспитанниц в столь непотребном виде – сегодня утром я надела туничку, которая даже в спокойном состоянии попу едва прикрывала, а уж когда я обернулась, она и вовсе задралась едва ли не до талии. Я ее, конечно, моментально одернула вниз, но мое кружевное голубое белье точно не осталось им незамеченным.

Глупо хихикая, когда ба ушла, предварительно затолкав меня в горячую ванну и пообещав, что вернется через час и мы наконец начнем заниматься целительской магией, потому что это наиболее актуально, я все прикидывала, из какого клана и семьи может быть неизвестный дракон и что, собственно, он делал в районе нашего замка.

За эту неделю ба успела прочитать мне краткий исторический курс и объяснить примерную политическую расстановку сил среди драконов. Теперь я знала, что правителя у драконов не было, но был Старший Совет, состоящий из глав кланов, который и решал все вопросы, касающиеся расы драконов в целом. Всего имеется семь драконьих кланов, в названии которых упоминается один из драгоценных камней: алмаз, изумруд, топаз, сапфир, рубин, агат и аметист. Члены клана предпочитали носить украшения именно с камнем-покровителем, что определенным образом усиливало магические свойства драконов. Прозрачный алмаз придавал своему владельцу храбрости, мужественности и твердости, зеленый изумруд дарил мудрость и хладнокровие, желтый топаз отвечал за интуицию и целительские способности, синий сапфир давал ясность ума и властность (это про ба, сто процентов!), красный рубин – энергичность и страстность, черный агат – здоровье и спокойствие, фиолетовый аметист – душевный покой и внутреннюю гармонию.

Далеко не все драконы внутренне соответствовали своему камню-покровителю, совсем нет. В основном принадлежность к клану проявлялась в цвете глаз, волос и чешуи, не более. Абсолютно во всех кланах были как политики, так и торговцы; как мечтатели, так и деятели; как художники и поэты, так и воины и исследователи вкупе с путешественниками.

В одном клане могло быть от десяти до тридцати семей, таких, как наша (ба, ее сыновья, невестки, внуки и немного неполноценная я), и конечно, каждая семья имела большее или меньшее влияние как непосредственно в клане, так и в драконьем обществе в целом. Кстати, селились драконы по всей планете, в большинстве своем в горах, куда не было доступа остальным расам, и как таковой страны с четкими границами у них не было.

Да и кто в своем уме может запретить дракону обосноваться на той или иной горе? Только самоубийца, который после своих слов проживет лишь до того момента, пока эти самые слова не услышит дракон.

Как самодовольно хвасталась ба, наша семья Р’шейссо была одной из самых влиятельных не только в клане, но и в мире, а все благодаря ей и ее генетическим (и не только) исследованиям. К ней обращались абсолютно все нуждающиеся в деликатной помощи драконы, демоны, вампиры, гномы и даже люди, причем заявки были столь разнообразными, что, прочитав список, я долго фыркала. В нем были такие пункты, как крем от морщин и артефакт для связи на большом расстоянии, снадобье для потенции и амулет для регенерации, противозачаточные средства и, наоборот, средства для моментальной беременности. В общем, я впечатлилась.

Об остальных кланах ба рассказывала неохотно, и из ее рассказов я для себя уяснила одно – ба никого не любила и никому не доверяла. Пользовалась теми, кого считала слабее, сотрудничала с теми, кого считала равными, но еще ни разу я не услышала от нее ни слова восхищения или похвалы в отношении кого-то, кто не относился к нашему клану Сапфира.

Странно?

Ничуть.

Она и к остальным семьям нашего клана относилась довольно прохладно, так что ее сегодняшнее поведение было не слишком удивительным. Дракон, сбивший меня в полете (как и зачем?), нарушил ее планы. А этого ба не любила.

Надеюсь, что его душевная травма не будет слишком большой. Вряд ли я увижу его снова, чтобы узнать это лично, так что остается лишь мысленно пожелать ему удачи и моральной стойкости.

– Вика? Ты еще в ванной? Сколько можно?!

В мои вальяжные мысли ворвался раздраженный голос вернувшейся в мою спальню ба, так что я вздохнула и поторопилась завершить водные процедуры. Шестьдесят минут покоя прошли как один миг, и дальше меня снова ждала учеба, учеба и только учеба. Гр-р-р!

– Виктория!

– Да иду я, иду…

Великое Мироздание, вот так воспитанница!

Шерриангерр уже давно сменил ипостась и покинул чужую территорию, но образ полуголой девчонки все никак не выходил из головы. Да, Шайдирро нервничал не зря. Братишка еще три дня назад зашел к нему на стопочку коньяка, чтобы поделиться последними новостями и довольно заманчивым, но от этого еще более странным предложением, поступившим ему от леди Маррхиям. Данная леди предлагала Шайдирро ни много ни мало, а заглянуть как-нибудь на днях в гости, чтобы познакомиться с ее внучкой и воспитанницей Викторией.

Подробности братишка не знал, но за пару дней опросив своих близких и дальних знакомых, Шерриангерр узнал, что подобные предложения поступили как минимум десятерым, а может, и еще кому, но дальше он уже выяснять не стал.

И тут у дракона возник закономерный вопрос: откуда у стервы Марри взялась внучка, если еще месяц назад у нее были одни внуки, и те – еще шпана?

Вчера ему удалось мельком увидеться с Калахемом, и наконец загадка обрела ответ – девчонка не рожденный дракон, а удачный результат случайного эксперимента самого Калахема, причем принудительно изъятый и доработанный Марри.

Оставалось только озадачиться и действительно начать нервничать – периодически из-под руки этой эксцентричной стервы выходили такие шедевры, что впору было кусать локти от зависти, и если уж сама Ледяная Леди так вцепилась в эту девчонку, то это означало лишь одно – результат эксперимента был действительно ценным и определенно дорог ей самой.

Что ж, сегодня он лично ее увидел. Столкновение оказалось для него неожиданным – вынырнув из точечного портала намного выше основных воздушных линий, Шерриангерр элементарно не успел свернуть и все-таки задел крылом девчонку, что оказалось для нее фатальным, – ледяную драконочку закрутило в штопор, и она потеряла ориентиры. К счастью, он сам сориентировался намного быстрее и успел ее подхватить, так что это не окончилось катастрофой.

И теперь…

Теперь ему тоже захотелось посетить с визитом замок рода Р’шейссо, чтобы уже более детально рассмотреть симпатичную крошку, носящую голубые кружевные трусики.

Интересно, а почему леди Маррхиям не прислала приглашения на кружечку какао и ему? Вообще-то его статус намного выше, чем у того же Шайдирро или Имкрурро. В чем же подвох?

Целительская магия оказалась штукой невероятно увлекательной, но при этом довольно-таки сложной. Для того чтобы грамотно заживить даже самый простейший порез, требовалось знать столько разной информации о строении тела, мышцах, составе крови и прочем, что к вечеру я желала одного – тихонько лечь в уголочке и так же тихонько помереть.

– Виктория!

– Да? – Переведя на ба абсолютно пустой взгляд, я блаженно улыбнулась, но, судя по хмурому лицу Марри, это было не очень умно с моей стороны.

А может, просто улыбка вышла дебильной.

По крайней мере, весь последний час я думала о себе именно так. После всех умных слов Марри о плазме, тромбоцитах, эритроцитах, лейкоцитах, количественном содержании гемоглобина, гематокритном соотношении, процентном содержании в плазме всевозможных веществ и определенной магической составляющей, особенно актуальной для драконьей расы, я элементарно отупела до уровня овоща.

Никогда не была глупой, но именно сейчас я хотела стать полноценной блондинкой, потому что именно блондинок такими вещами озадачивать не принято.

– В чем дело, Вика?

– Я немного не поняла про значимость содержания в крови белков. Зачем мне это, если я просто сшиваю края раны чистой магией?

– Виктория! – Ба глянула на меня как на еретичку, заявившую, что Земля круглая. – Да это же основы основ! Их просто необходимо знать!

– А-а-а… – покивав, словно только сейчас поняла значимость ее трехчасовой лекции, я улыбнулась снова. – А может, небольшой перерыв? Хочу усвоить полученные знания и немного подумать. И поесть бы не мешало…

– Вика, еще не время ужина.

– Ну хотя бы полдника…

Ненавижу просить, но если мы сейчас продолжим, то моя бедная голова взорвется от тонн ненужной мне информации.

– Ладно, – неприязненно дернувшись, словно я обижала ее своим недобросовестным отношением к предмету, ба махнула рукой в сторону двери (мы занимались в ее гостиной). – Иди, увидимся завтра утром, за завтраком. Кстати, предупреждаю: после завтрака снова будем учиться летать, а заодно и тренировать боковое зрение – у тебя отвратительная реакция на опасность.

– Хорошо.

Подскочив с кресла и торопливо выйдя в коридор, по самому коридору я уже чуть ли не бежала.

Свобода. Сво-бо-да-а-а!

У меня десять часов свободы!!!

Глава 19

О это сладкое слово «свобода»!

И такое зыбкое.

Казалось бы, огромный замок, делай что хочешь, иди куда желаешь, но в то же время, кроме своей комнаты, нет ни одного места для уединения, а за пределы замка – ни ногой. Ну и зачем такая свобода?

За эту неделю я перезнакомилась со всей своей родней и могла уверенно сказать – им до меня нет никакого дела. Оба моих дяди, впрочем, как и их жены, считали меня не более чем блажью и игрушкой ба, причем в общем и целом были правы. Ко мне они относились без особого пренебрежения, но и без интереса, предпочитая просто не замечать. Я просто была. Не мешала, и ладно. С мальчишками, которым было примерно лет по десять, если переводить на человеческий возраст, я намного быстрее нашла общий язык – дети еще не понимали, почему я для взрослых – существо второго сорта, и им было просто интересно пообщаться со «взрослой девчонкой», как они меня окрестили. Мне с ними тоже было интересно, но только до тех пор, как они начинали баловаться родовой магией, – в такие моменты я предпочитала побыстрее уходить, чтобы меня ненароком не пришибло, потому что игры у них были довольно специфичными. То дальние пещеры льдом зальют и, обернувшись в драконов, начинают носиться наперегонки, то в снежки ледяными глыбами играют, то в «лабораторию». Последнее было опаснее всего, потому что, по их мнению, среди них именно я выглядела самой больной и нуждающейся в исследовании.

Зато я научилась очень быстро бегать и прятаться. А еще – накладывать на двери своей комнаты наглухо запирающее заклинание. В общем, экстренно обучалась всему, что помогало выжить в драконьей среде.

– Ви!

Ну вот…

– Имерли? – Узнав по звонкому голосу одного из близнецов, я предпочла благожелательно улыбнуться. Обычно это помогало. – Что такое?

– А мы тебя искали! – Из-за плеча брата выглянул младший Иванли, родившийся на три минуты позже. – Ты где была?

– На занятиях у ба. А что случилось?

– Вчера ты обещала научить нас кидать ножи!

Да ладно? Хоть убей – не помню!

Скептично приподняв бровь, когда вынырнувший из-за угла Джайрли протянул мне сразу два метательных ножа, которые он жестом фокусника вынул из-за спины, я наконец вспомнила вчерашний эпизод. Вообще-то я просто упомянула, что умею обращаться с ножами, но вот уговора об обучении не было, это я помню точно.

Манипуляторы маленькие!

– Ну как? Идем?

Пару секунд потратив на то, чтобы рассмотреть оружие, я была приятно удивлена как качеством стали, так и обработкой металла. А почему бы и нет?

– А куда?

– Класс! – Хлопнув друг дружку по рукам, близнецы улыбнулись один шире другого. – Я же говорил, она согласится! Идем, в дальних пещерах есть подходящее местечко!

И мы пошли.

В дальних пещерах, которые располагались в глубине гор, мы действительно нашли очень удобное для метания ножей место. Мальчишки не без труда, но смогли создать, а затем и закрепить на одной из самых ровных стен несколько магических мишеней, и в итоге мы несколько часов баловались и бесились, попутно успев поиграть в прятки, догонялки и салочки.

Господи, как же они напоминают мне мое детство! Лет до десяти я тоже большую часть времени проводила с мальчишками и делала то же, что и они, – лазала по крышам гаражей, играла в ножички, подворовывала, каталась на трамвайных подножках, и все ради того, чтобы быть не хуже их.

Все изменилось, когда мы стали подрастать…

– Черт! – вспомнив не самый приятный эпизод из детства, когда мы подрались с бандой из другого района и троим из нас пришлось накладывать швы и гипс (тогда мне первый раз сломали руку), я вместо десятки попала всего лишь в семерку, и мальчишки тут же заулюлюкали. – Ладно-ладно… признаю, я не профи. Кстати, Джайрли, отличные ножи. Где взял?

– Ну… – Юный Мастер Ножей (теперь он просил называть себя именно так) почему-то густо покраснел.

– Ну?

– У па взял. У него таких – куча! У него целая стена таких, и даже круче!

О-о-о… кажется, я погорячилась, когда решила, что вечер удался.

Драконы к своему имуществу относятся настолько трепетно, как не каждая модница – к своим замшевым ботиночкам за штуку баксов. Чую, если нас поймают, трепка ждет всех.

– А он в курсе?

– А зачем? Сейчас вернемся, и я обратно положу. Он даже не заметит, гарантирую!

Угрюмо хмыкнув и прикинув, что по времени – уже поздний вечер, я скомандовала завершать игры, и мальчишки неохотно, но послушались.

А ближе к верхним пещерам мы наткнулись на крайне недовольную Дарриану, мать Джайрли.

– Виктория? Где вы были? Почему в таком виде? Я уже час ищу мальчика!

Лгунья. Невозможно искать ребенка час, потому что родительская драконья чуйка может найти свое дитя в секунды. Зуб даю, просто поленилась вниз спускаться и вышла навстречу, когда мы уже начали подниматься. А что с видом?

Постаравшись незаметно осмотреть как себя (я надела футболку и брюки, что было весьма прилично для местных), так и мальчишек, лишь криво усмехнулась. Ну подумаешь, немного испачкались, пока носились по пещерам. Так не в дерьме же. Пятнадцать минут под душем – и как новенькие.

– Мы просто играли, ничего особенного. – Вместо того чтобы показать высокомерной дамочке фигуру из пальцев (все равно ведь не поймет, бедняжка), я широко улыбнулась и подмигнула мальчишкам. – Ребят, до завтра. Здорово побесились, как-нибудь повторим.

– Йэс!

Не став прощаться с драконицей, потому что она на меня не обращала никакого внимания, начав выговаривать сыну по поводу его внешнего вида и поведения, я отправилась дальше. По маршруту, с которого меня сбили дети. На кухню. В вотчину очень милой и вообще самой лучшей женщины в этом замке – кухарки Гвендли.

– Привет! – Дойдя до кухни, я первым делом блаженно закрыла глаза и принюхалась. – А есть чем меня покормить? Есть хочу, умираю!

– Прям-таки умираешь? – Судя по тому, что на плите ничего не кипело и не шкварчало, а сама Гвендли протирала и раскладывала по местам чистую посуду, время ужина уже давным-давно прошло. – А где раньше была?

– Да-а-а… – Я беспечно отмахнулась и блаженно плюхнулась на стул у стены. – Мальчишки задержали. Опять на нижних ярусах бесились. Гвен, покорми!

– Руки! – возмущенно подбоченившись, молодая гномка, с которой я познакомилась во второй день своего пребывания здесь, обличительно указала на мои не самые чистые руки. – Ты где валялась? В выгребной яме?! А ну мыть! Тебе еще дизентерию для полного счастья подхватить не хватало! Вот старшая леди будет над тобой смеяться!

– Не бурчи… – подмигнув, но послушавшись, я вымыла руки, попутно ополоснув и лицо, а затем снова уселась за стол, где уже стояли тарелки с самыми вкусными кусочками. – Гвен, я тебя обожаю! Ну рассказывай, как день прошел? Есть что интересного?

– А то! – Радуясь не меньше меня, что наконец есть с кем посплетничать, потому что в замке кроме драконьей семейки проживала лишь она и еще три служанки, женщина устроилась напротив. – Кстати, и от тебя я бы не отказалась услышать кое-что…

– О? Ты о чем? – К моему безмерному удивлению, именно с гномами мне нравилось общаться больше всего – открытые, дружелюбные, домовитые и обаятельные, они моментально располагали к себе, и вечерние посиделки с Гвен стали моей отдушиной в трудовых буднях игрушки.

– О вашем дневном полете. Ну, кто там тебя сбил? Госпожа Маррхиям весь ужин возмущалась, что современные мужчины – все как один мужланы безответственные. Ты сама-то как? Испугалась?

– Ага. Ужас! Знаешь, врут, когда говорят, что перед смертью вся жизнь перед глазами проносится. Я только и успела, что перепугаться до чертиков! Если бы он меня магией не подхватил, я бы точно в лепешку расшиблась. Брр! – передернувшись всем телом и тут же положив в рот кусок мяса побольше, я расслабленно выдохнула, прожевала и добавила: – А я не знаю, кто он. Ба его отчитала, и мы домой ушли.

– А как выглядит-то?

– Высокий, крупный, лет тридцати, волосы русые, длинные, заплетены в косу. Глаза изумрудные. Смазливый, – подумав еще, добавила: – Босиком был. В футболке и брюках. Вежливый…

– Хм, странно. Нет, не припомню такого. Но, думаю, клан Изумруда, они тут неподалеку гнездуются, да и глаза зеленые. – Неопределенно пожав плечами, симпатичная гномка неожиданно прищурилась и буквально вся расплылась в загадочной и крайне предвкушающей улыбке. – И, думаю, совсем скоро у тебя будет возможность познакомиться с ним поближе.

– Да ладно? – Прищурившись в ответ, я настойчиво ткнула в ее направлении вилкой. – Колись!

– Гости у нас завтра будут. Госпожа распорядилась на вечер ужин изысканный подать.

– И что за гости?

– Женихи!

– П… прости, кто? – От неожиданности подавившись листиком салата, я закашлялась аж до слез и, с трудом откашлявшись, лишь спустя минут пять просипела: – С чего ты это взяла?

– А как же? Ну вот сама посуди, с какой иной целью госпожа Маррхиям будет приглашать в гости неженатых мужчин из ближайших к нам гнезд? Уж не для себя точно! – Смешливо фыркнув, Гвен многозначительно покивала. – Для тебя старается твоя ба, точно тебе говорю.

– А кто завтра будет? – Задумчиво покрутив в руке вилку и почему-то остро жалея, что отдала Джайрли ножи, я старалась не злиться, хотя получалось плохо. Дрянь! Да что она о себе возомнила?! Еще и мужика мне лично хочет подобрать?!

– Молодежь из семьи Рририз, кстати, именно клан Изумруда. – В очередной раз многозначительно улыбнувшись, гномка умело поиграла бровями. – Вот не побоюсь признаться – я тебе завидую! Среди изумрудных – самые аппетитные мужики! Так бы и тискала сама!

– О’кей, договорились. Уступлю. Тебе всех?

Стараясь отнестись к ситуации с юмором, хотя больше всего хотелось ворваться в покои Марри и наорать на нее, чтобы не смела вмешиваться в мою личную жизнь, я криво усмехнулась, и в итоге мы с Гвен засиделись глубоко за полночь. Она расписывала мне преимущества драконов в целом и мужчин в частности, а я обещала, что обязательно пощупаю каждого, чтобы после отчитаться ей. На том и распрощались.

Бред… Нет, все-таки ба откровенно перегибает палку.

Бредя к себе по пустым полутемным коридорам, я неторопливо размышляла о том, зачем она это делает. Зачем? В любом случае я неполноценный дракон. Я не смогу родить ребенка от дракона. Я всегда останусь в их глазах недоделком. Мутантом. Вампиршей-магом с драконьей ипостасью.

Какой полноценный дракон в здравом уме согласится на ее предложение, при этом в полной мере осознавая мою ущербность? Они ведь остальных людей и нелюдей не считают за ровню. Максимум, что меня ждет, – роль любовницы, и то лишь до того момента, пока дракону не наскучит.

Черт побери, что она задумала на самом деле?

Утро прошло ровно, и ба вела себя как обычно – ворчала, морщила нос, прикрикивала и порыкивала. С пространственным ориентированием, на мой взгляд, я справлялась очень хорошо – это вчера я целиком и полностью отдалась эйфории и абсолютно наплевала на то, что могу быть в небе не одна, а сегодня дело обстояло абсолютно иначе. Сегодня я была собранна, внимательна и предельно осторожна, максимально концентрируясь на безукоризненном выполнении приказов драконицы.

К обеду ба немного подобрела и даже несколько раз удовлетворенно кивнула, что с ее стороны было самой яркой похвалой.

– Хорошо, Виктория, на сегодня, пожалуй, закончим, – приземлившись в нижней долине, сплошь заросшей сочной изумрудной травой и яркими луговыми цветами, и тут же обернувшись, ба махнула рукой, чтобы я тоже оборачивалась. – А теперь давай-ка прогуляемся по торговым рядам да зайдем к паше Вайльду в сауны. Давненько мы там не были.

Давненько? От силы неделя прошла.

– Ты так любишь сауны?

– Конечно! – блаженно улыбнувшись, но при этом не забывая тянуть меня за руку, что уже начинало раздражать (она вечно норовила взять меня за руку по поводу и без), ба создала портал, и мы всего за пару шагов преодолели несколько тысяч километров. Как и в прошлый раз, мы вышли на крыше ее дома в Фифсалии и зашли внутрь, чтобы переодеться (я снова была в короткой тунике, и Марри решила, что это будет слишком вульгарно и провокационно для столицы демонов) в длинные летящие платья нежно-лазурного цвета.

Кстати, эти самые платья тоже были не слишком уж целомудренными – вроде и закрыто все, но чересчур облегающий верх и полупрозрачный шифоновый низ наводили на определенные размышления даже меня. Нет, белье не просвечивало, но очертания ног были видны, особенно если смотреть на свет.

А ба – та еще тетка! Сколько бы она ни говорила, что все мужики эгоисты и самовлюбленные козлы, но я-то замечала, как она самодовольно щурилась, когда ее раз за разом закидывали комплиментами местные торговцы и прочие неравнодушные к ее красоте мужчины.

И все-таки у ба какие-то комплексы на этой почве. Интересно, если бы она нашла себе любовника (допустим!), она бы прекратила носиться со мной, как с единственной драгоценностью?

Кстати, почему бы и нет?

Послушно следуя за энергичной родственницей и выполняя все, что она требовала («Примерь это, милая! Здорово! А теперь давай вон то!»), сама я думала о возможности сплавить ба в надежные мужские руки. Вообще, если подходить непредвзято и скинуть со счетов стервозный и эгоистичный характер, то Марри была очень красива и по-женски очаровательна. Она не упускала возможности посетить косметолога или визажиста, причем предпочитая пользоваться услугами профессионалок-демониц, любила красивые одежды и комплименты, драгоценности и отдых сам по себе. Но при этом была глубоко одинока внутри.

Почему?

Неужели все дело – в умершей дочери? Хотя нет, это началось раньше – она ведь и замужем-то не была. Черт, где взять психолога для ба, чтобы он вытащил из ее подсознания все имеющиеся страхи и комплексы и избавил ее от них?

– Вика!

– Да?

– Хватит пялиться на мужика, он тебе не подходит, слишком наглый.

Удивленно встрепенувшись, я перевела недоуменный взгляд на ба, а затем обратно, и удивилась еще сильнее – оказывается, последние несколько минут я так сильно ушла в себя, что не замечала творящегося вокруг. В целом все было как всегда – мы закончили покупать очередное «что-то», и ба расплачивалась с хозяином лавки, попутно млея от его цветистых комплиментов, а я в это время просто смотрела перед собой, разглядывая какого-то мужчину.

Точнее, мужчина думал, что я его разглядываю.

А ничего так, видный. Чем-то похож на Юми – лет тридцати, высокий, плечистый, загорелый, черноволосый, но волосы намного длиннее и распущены по плечам, одет в темные брюки, серую рубашку и кожаный жилет с интересной шнуровкой, а за спиной видна рукоять меча. Наемник? Может быть… Выражение лица – удивленно-задумчивое и в темно-карих глазах – откровенный хищный блеск.

– Виктория! – Голос ба стал злее, так что я предпочла не обострять ситуацию и, игриво подмигнув незнакомцу, поторопилась за отправившейся дальше драконицей. – Прекрати вести себя как развратница! У этих мужланов вообще лишь одно на уме!

Да ладно? Между прочим, одинокими вечерами я тоже периодически задумываюсь об «этом одном»! И не надо мне вешать лапшу, что ей самой иногда не хочется. У меня, между прочим, даже кандидат уже был! Эх…

Она. Это точно она. Удовлетворенно прищурившись, чтобы Ледяная Стерва не распознала его мыслей по удовлетворенному блеску глаз, демон выждал время и лишь спустя несколько минут отправился по их следу. Заказ поступил несколько дней назад, и он уже два дня следил за домом леди Маррхиям. Сегодня ему повезло – она снова появилась. Ему всегда было несколько смешно следить за подобными дамочками, выработавшими себе некий ритуал, которому они следовали безукоризненно. Не реже чем раз в десять дней драконица посещала местные торговые ряды и сауну паши Вайльда. Самую дорогую и престижную, кстати.

Вот и сегодня она первым делом отправилась по лавкам, а теперь, судя по маршруту, – в сауну.

К счастью, заказ поступил не на ледяную драконицу (упаси Мироздание!), а на ее игрушку. В заявке было сказано четко – собрать максимум сведений о новообращенной вампирше Виктории, которая, по некоторым данным, имела отношение к конфиденциальной информации о ее величестве Амидайле, и по возможности допросить.

И теперь он и еще двое его коллег по крупицам собирали всю возможную информацию о девушке. На текущий момент было известно довольно мало, что Тагриана категорически не устраивало. В девчонке отчетливо ощущалась драконья магия, и она находилась под покровительством леди из клана Сапфира. Отчего? Почему? Как это произошло? При чем тут королева?

На эти вопросы ответа не было.

Неторопливо заходя в сауну уважаемого паши, где десять минут назад скрылись женщины, Тагриан уже знал, как поступит дальше, – план был оговорен и оплачен заранее. Вывести дракона из строя на пару часов совсем не сложно, если знать как. А больше и не надо.

Сегодня в сауне нас с ба ждало приятное известие – у паши Вайльда, хозяина заведения, на днях родился внук, и по этому поводу довольный донельзя демон решил шикануть. Уточнив, что мы никуда не торопимся, он лично проводил нас в недавно отремонтированные вип-апартаменты, заявив, что сегодня для его обожаемой клиентки и ее спутницы все за его счет.

– Прелестнейшая, сегодня мои девочки выполнят любое ваше желание! В прошлый ваш визит не успел предложить, но позвольте порекомендовать кальян на фруктовом сиропе. Диковинку лишь недавно завезли из иного мира, но мои клиенты уже оценили его по достоинству. – Расписывая ба прелести курения кальяна и процедуры, которые его девочки с удовольствием нам проведут, демон расстилался перед ба ковриком.

Стараясь не слишком откровенно кривиться из-за его лебезящего поведения, я стояла немного в сторонке, не мешая ба получать очередную порцию обожания. И пускай демону на вид уже к шестидесяти, а по факту – лет сто пятьдесят точно, это не мешало Марри сиять и лучиться от многочисленных комплиментов.

– Хорошо, мы попробуем все, что вы предложите. – Когда комплименты пошли по третьему кругу, ба одним-единственный жестом остановила сладкоречивый поток и в два счета выпроводила мужчину вон. – Виктория, не хмурься – морщинки будут. Лучше расслабься и получай удовольствие.

Да-да, как всегда.

Улыбка вышла не очень искренней, но ба это волновало мало – она уже раздевалась и, нисколько не стесняясь своего обнаженного тела (а стесняться там было нечему), проходила дальше.

Что ж, раз приказано отдыхать и получать удовольствие, то, пожалуй, приступим – массажистки тут действительно выше всяческих похвал!

Первый час прошел незаметно – мы парились, поправляли маникюр, млели в нежных, но при этом невероятно сильных ручках демониц и периодически блаженно вздыхали. Это я. Ба же раз в пять – десять минут вспоминала, что она моя наставница, и пыталась внушить мне незатейливую мысль – мир создан для нас и для нашего удовольствия.

Да-да, слышу-слышу. К сожалению, мир думает иначе. Интересно, ба вообще помнит, что я дракон не до конца, или ей на это наплевать?

– Мм, а недурно… – затянувшись кальянным дымом, ба вальяжно откинулась на подушки, лишь слегка прикрыв обнаженные прелести мягчайшим полотенцем. – Попробуй.

– Нет, не хочу, – отмахнувшись, потому что на дух не переносила сигареты еще лет с четырнадцати, когда серьезно траванулась, обкурившись анаши, я недовольно поморщилась, когда ба попыталась надавить на меня взглядом. – Марри, наслаждайся сама, я лучше поплаваю. Кстати, почему у нас дома нет сауны, раз ты так ее любишь? Я бы от бассейна не отказалась…

– А зачем? Милая, я умею считать деньги. Сауна подобного уровня, – ба обвела помещение рукой, – требует очень больших вложений, и строить ее только для себя будет откровенным расточительством. К тому же намного приятнее прийти к кому-то, где тебя обслужат по первому требованию и по высшему разряду, чем переживать, где тебе взять массажистку в час ночи. Так что нет, дома это делать нерационально. А вот насчет бассейна… Могу порекомендовать реку с водопадом, она протекает недалеко от нашего замка. Место довольно живописное, мои мальчишки, когда были детьми, часто там пропадали.

Лицо женщины неуловимо изменилось и стало более человечным – судя по всему, воспоминания прошлых лет в какой-то мере все-таки приносили ей радость.

– Ясно, спасибо за совет. А мне можно будет туда одной?

– Конечно, мы сегодня пролетали над этой долиной, ты должна была заметить. – Став еще добродушнее, чем очень сильно меня удивила, ба вдруг хихикнула. – Помню, было мне лет семьдесят, я там сутками пропадала. Эх, было времечко!

Да ладно?

Я с интересом ожидала продолжения откровений, но, к сожалению, не дождалась – ба затянулась еще раз и откровенно «поплыла», окончательно развалившись на подушках и мечтательно уставившись в мозаичный потолок. Ого! Вот так кальянчик! Что там кроме фруктового сиропа в смесь напихано? Да и ладно, пусть отдохнет. Главное, что у меня теперь есть разрешение на допуск в долины, а это уже немало.

А пока, пожалуй, изучу этот великолепный бассейн – что там на его дне цветными камушками выложено?

Глава 20

Изучение дна затянулось на полноценные десять минут – я несколько раз выныривала, чтобы вдохнуть побольше воздуха, а потом снова ныряла обратно, потому что это было невероятно завораживающе – дно бассейна оказалось выложено натуральными полудрагоценными камнями, и моя слегка драконья душенька не могла налюбоваться на красочное великолепие.

– Виктория, может, хватит? Что там такого интересного?

Дернувшись, когда при очередном всплытии услышала вопрос, заданный незнакомым мужским голосом, я судорожно обернулась и изумленно распахнула глаза. Рядом со спящей ба сидел демон. Тот самый демон из торговых рядов!

– Вы кто?

– Тагриан. – Мужчина многозначительно усмехнулся и косо посмотрел в сторону выхода.

Туда же глянула и я и тут же зло стиснула зубы – у входа стоял еще один демон. Они самоубийцы? Ба очнется – она тут камня на камне не оставит!

– И что дальше?

– Выходи, разговор есть.

Ага. Вот прям сейчас, разбежалась! А ничего, что я слегка голая?

Начиная злиться все больше, я лихорадочно соображала, что могу противопоставить сразу двум демонам. Оружия нет, магию нападения мы еще не изучали, хотя…

Что там ба не так давно говорила? Мир создан, чтобы ублажать нас? Отлично!

План сформировался за секунду, и я шагнула вперед. Туда, где дно бассейна было мельче, ближе к бортику, где воды было всего-то сантиметров двадцать. Шаг, еще шаг… Сейчас я была королевой. Истинным драконом. Той, которая уложит этих мужланов на лопатки, даже не прикоснувшись к ним пальцем!

К моменту, когда я достигла бортика, улыбка демона из предвкушающей превратилась в нервный оскал, а глаза стали идеально круглыми блюдцами. Что такое, дяденька? Думали, я поскромничаю и поведу себя как девочка?

Не на ту нарвались!

Капельки воды медленно стекали по обнаженной коже, выводя затейливые рисунки, а следом за капельками змеились голубые ниточки силы, превращая мое самое обычное женское тело в истинное произведение искусства. Волосы высыхали с неимоверной быстротой и к моменту, когда ноги коснулись пола, локоны идеальной волной легли на плечи, упали на грудь и спину, а самые кончики волос засияли ледяной магией.

Шаг – и под ногой расцветает узор из инея, а температура в помещении падает на градус. Еще шаг – и второй морозный цветок распускает свои белоснежные лепестки под моей ногой, а в комнате становится ощутимо прохладнее.

И лишь к тому моменту, как я подошла к демону почти вплотную и бесконечно доброжелательным взглядом предложила ему обозначить свой вопрос, он рывком встал и шагнул ко мне, зачем-то протянув руку, и не куда-нибудь, а к груди.

Глупый-глупый дядя. Неужели ты думал, что это представление я устроила для того, чтобы ты меня лапал?

Ты ошибаешься.

С ла-а-асковой улыбкой протянув руку в ответ, я положила ладонь ему на шею и, подавшись вперед, словно желая поцеловать, еще успела увидеть его расширившиеся от предвкушения глаза и приоткрытые губы, готовые встретиться с моими, а в следующий момент он уже корчился в судороге у моих ног, не выдержав мощнейшего удара тока, отправленного из ладони прямо в сонную артерию.

Интересно, выживет, нет?

Желательно, конечно, чтобы да. Думаю, ба будет интересно его допросить.

Так, один готов, где второй?

Довольно лениво повернув голову к дверям, я улыбнулась еще шире – мужчина в полной мере осознал мое коварство и был невероятно зол, но тем не менее приближаться не спешил. Да и меч все так же оставался в ножнах за спиной, лишь руки нервно сжимались и разжимались в кулаки.

– Ты тоже хочешь со мной поговорить? – упиваясь своей призрачной властью над плечистым воином, я обернулась окончательно и игриво повела плечом, звонко рассмеявшись, когда мужчина повелся на этот соблазнительный жест и скользнул взглядом ниже лица. – А может, ты хочешь со мной не только поговорить? А?

В воздухе откровенно пахло настороженностью. Не страхом, нет, а именно настороженностью. Какой смелый дяденька!

Решив немного покрасоваться, я понизила температуру в комнате еще на несколько градусов, и по коже моментально пробежали мурашки, напоминая о том, что я все-таки больше вампир, чем дракон, и предпочитаю тепло, а не мороз.

Ничего страшного, в любом случае это ненадолго, потерплю.

– Хотел бы… – ответив низким хриплым голосом, когда его взгляд замер на замерзших и оттого вставших торчком сосках, мужчина сглотнул, но нашел в себе силы снова посмотреть мне в глаза. – Разойдемся миром, леди?

– Обязательно… – облизнув губы и шагнув к мужчине, я смотрела ему четко в глаза, отмечая, как его зрачки становятся все больше, а в комнате пахнет уже не настороженностью, а льдом и легкой паникой. – Не надо меня бояться, я хорошая. Просто вы помешали нам с ба отдыхать, а ба этого не любит… И, думаю, ей будет очень интересно поговорить с вами, когда она придет в себя. Она ведь придет в себя, правда?

Закончив вопросом, я подошла почти вплотную, а он все стоял истуканом. Умный дяденька. Все верно. Что он сделает еще? Я ведь не нападаю, не угрожаю, не разбрасываюсь пульсарами. Я просто подошла и спросила. Он ведь не станет бить обнаженную девушку, которая только и делает, что говорит?

– Верно, – сглотнув, мужчина с опаской покосился на мои руки.

О? Да он просто элементарно боится ко мне прикоснуться, и только! Как здорово!

– А когда?

– Скоро…

– Да, скоро.

Я успела лишь обернуться через плечо, когда третий демон, которого я просмотрела, посмел ударить меня по голове, и я потеряла сознание.

Черт! Нет, я определенно поглупела рядом с ба. Сначала бей, а уже потом спрашивай!

С опаской переложив неправильную вампиршу с пола на диван и чуть ли не с головой накрыв ее огромным полотенцем во избежание ненужного соблазна, демоны раздраженно переглянулись, а затем синхронно выругались. Ну и что делать дальше?

– О-о-о… – раз пятый простонал серьезно травмированный Тагриан, причем больше психологически, чем физически.

Эта девчонка обезвредила его одной ладошкой! Ладошкой!!! Он почти сразу пришел в себя, и теперь у него болели все без исключения мышцы и внутренности, но сильнее всего пострадало самолюбие. Мерзавка!

– Время.

– Знаю. Берем только кровь, – приняв единственное возможное решение, вольный охотник не удержался и снова косо глянул на Викторию. Даже без сознания она снисходительно улыбалась и, казалось, потешалась над ними. – У обеих.

– Может, проще изъять объект целиком?

– Если они связаны кровным родством, то это будет последнее, что ты сделаешь в своей жизни! – рявкнув так, что подчиненный даже отшатнулся, Тагриан со стоном потер виски, прострелившие болью. – В ней слишком много драконьей магии, и это неспроста. Берем кровь и уходим. Быстро!

Мужчины подчинились без слова возражения или упрека, признавая за ним негласное старшинство, а затем уже почти дошли до выхода, но сам Тагриан все сидел на диване и задумчиво рассматривал Викторию. А больше всего – белоснежное плечико и изящный изгиб ключицы, выглядывающей из-под чуть сползшего вниз полотенца.

– Командир?

– Идите, я догоню.

Молча переглянувшись, исполнители подумали очень многое, но вслух не прозвучало ни звука. Ну да, объект очень необычен и соблазнителен. Они бы и сами…

– Идите!

– О-о-о…

Я пришла в себя уже минут тридцать назад, а ба лишь сейчас подала первые признаки жизни, простонав и приоткрыв глаза.

– Я убью эту пада-а-аль…

Простонав еще раз, Марри глянула в мою сторону, удостоверилась, что я никуда не сбежала, и снова закрыла глаза, положив пальцы на виски и начав их массировать.

– Вика, что это было?

– Ничего. Ты курила, а потом уснула. Что было в смеси?

Зачем говорить ба о том, как она лопухнулась, доверившись хозяину сауны и позабыв о том, что все имеет свою цену? В любом случае эти странные демоны ничего нам не сделали, а просто ушли. Кстати, очень настораживает. Но сколько я ни думала, так и не поняла, зачем они, собственно, приходили и почему ушли.

Сама я очнулась на диванчике рядом с ба, причем целомудренно накрытая полотенцем. Лишь ноющая шишка на затылке напоминала о том, что мне ничего не приснилось.

– Вика, я чую ложь. Что произошло, пока я «спала»? – недовольно рыкнув, ба снова открыла глаза, и мне достался крайне раздраженный взгляд. – Учти, я все равно выясню, но лучше, если ты расскажешь мне сама.

– Обещай, что сауна и хозяин останутся целы и живы. Все-таки обслуга у них на уровне… – иронично фыркнув, потому что знала – просто так ба не станет ни бить, ни угрожать, ни каким-либо иным способом принуждать и допрашивать, я решила снова слегка расширить границы дозволенного.

– Обещаю. Я не истеричка. – Презрительно фыркнув, словно это было само собой разумеющееся, бабуля осторожно села, не прекращая массировать виски. – Рассказывай.

– Ты уснула, я плавала в бассейне. Минут через десять в помещении появились демоны. Помнишь того мужчину, которого ты назвала недостойным меня? В торговых рядах.

– Смутно…

– Был он и еще двое.

А может, и больше. Нет, как я могла так лопухнуться и не проконтролировать? Точно скоро истинной блондинкой стану! Как же все-таки расхолаживает осознание могущества. Хороша, слов нет… одни междометия и маты на себя, дуру.

– Что хотели? – посуровев еще больше, сейчас ба больше всего походила на следователя на допросе.

– Поговорить. Они знали, как меня зовут. Кстати, он тоже представился.

– Имя?

– Тагриан.

– Хм… Что-то знакомое… – задумчиво протянув, ба снова поморщилась. Видимо, головная боль так просто отступать не хотела, даже несмотря на фантастический драконий иммунитет ко всему возможному и невозможному. – Нет, не помню. Шэт! О чем говорили?

– Не успели. Я смогла его обезвредить, но меня саму ударили. Очнулась чуть раньше тебя. И если честно, то уже голову сломала думать, что же им было надо…

– Демоны… Значит, демоны. Ударили, да? Что ж… Милая, собирайся, идем домой. А с пашой Вайльдом я пообщаюсь чуть позже, когда остыну. Обещаю, мужчинка останется жив. В основном…

Улыбнувшись так, что я неосознанно сглотнула и поторопилась за одеждой, ба снова прикрыла глаза, не прекращая тонко, но очень кровожадно улыбаться.

В целом она была права – если бы демоны не оказались такими «миролюбивыми», то мы обе могли бы не пережить данного посещения сауны. А покушение на жизнь и здоровье дракона… Как, впрочем, и на его игрушку. У-у-у. Мир вашему праху, паша. Хоть вы мне не очень и нравились, но сауна и девочки у вас выше всяческих похвал. Интересно, ба будет искать Тагриана, чтобы допросить лично? Думаю, да. Вот бы поучаствовать в допросе! Или хотя бы узнать его результаты.

Меня же любопытство уже почти час грызет не переставая!

Торопливо натягивая трусики, я размышляла обо всем сразу и одновременно осуждала себя за многое: не узнала темы разговора – раз; позволила тщеславию и гордыне затмить разум – два; не разобралась в точном количестве противников – три…

А это что, черт побери?

Руки уже взяли платье, как взгляд зацепился за крохотное фиолетовое пятнышко на груди, причем на соске. Это… Ах он подонок! Засос! Точно, засос!!!

Ну все, Тигра… ты попал. И кем бы ты ни был, куда бы ты ни спрятался… Этого я тебе не спущу!

Интерес и любопытство сменились откровенной злобой, так что платье я надевала, уже будучи взвинченной донельзя. Неугомонная фантазия подкидывала предположение за предположением, нашептывая, что одним засосом дело не обошлось и зря я так хорошо о них подумала.

А ведь их там было трое. Трое!

Хм… Чуть сбавив обороты, вдруг задумалась о том, почему я уверена, что засос поставил именно Тагриан. А ведь я действительно была в этом уверена. Интуиция? Вряд ли. Скорее, неведомая драконья чуйка. Да, определенно. Я чуяла на себе именно его прикосновения, именно его запах, остатки именно его ауры. Казалось бы, бред, но это было правдой. Теперь я точно знала, что ко мне прикасался только он, и это был один-единственный поцелуй.

В наказание.

Да ладно?

Злоба перешла в задумчивость, но это не мешало мне кивнуть в ответ на слова ба о том, что нам пора, и послушно шагнуть в направлении созданного ею портала.

– Милая, иди пока, передохни, а я немного задержусь…

– Убивать будешь?

– Виктория! – искренне возмутившись, ба несколько жеманно приложила пальчики к груди. – Драконы никогда не убивают! – А потом чуть поджала губы и добавила: – Без причины. А этот демон слишком много на себя взял. Все, не хочу обсуждать. Кстати, сегодня вечером у нас гости, так что никаких игр с мальчишками на нижних ярусах – ты должна выглядеть достойно. Да, Вика, я знаю об этом, не кривись. Я не против, но мера должна быть во всем.

– Хорошо. А что за гости?

– Гости? Просто гости… – Ба погрузилась в свои мысли, так что мне достался лишь неопределенный взмах рукой. – Не вечно же тебе в замке сидеть и с мальчишками в прятки играть. Буду знакомить с соседями. Все, иди.

– Расскажешь потом о результатах?

– Зачем?

– Интересно.

– Посмотрим… – Снова неопределенно отмахнувшись, ба, судя по всему, составляла план допроса, потому что лицо ее было крайне сосредоточенным. – Вика, иди уже, не задерживай меня.

И, как бы ни было мне интересно, пришлось согласиться и уйти. Буду надеяться, что ба расскажет о результатах, какими бы они ни оказались.

А дома передо мной встал весьма актуальный для любой девушки вопрос – что надеть? Сегодняшние покупки ба отправила в замок еще до того, как мы пошли в сауну, так что первым делом я разобрала многочисленные пакеты, которые внушительной горкой ожидали меня на моей кровати. Так… Ого! Да, сегодня ба не поскупилась на шикарные платья. Предусмотрительная какая. А ведь я, как и в прошлый раз, не смотрела, что она берет, лишь безразлично кивала.

Кстати, вкус у Марри был очень схож с моим, так что в этом к ней у меня не было ни одной претензии. Так…

В итоге покупки я разбирала не меньше часа, тщательно продумывая и прикидывая, что сама хочу получить от вечера и знакомства с соседями. Выглядеть я должна достойно, это даже не обсуждается, но тут важен и иной момент – что лично мне надо от этого знакомства? Предстать перед ними в образе пай-девочки, послушной внучки или все-таки показать всем, что я имею собственное мнение и пусть ущербное, но все же право голоса?

Пожалуй, стоит выбрать нечто среднее. Вряд ли ба поверит, если я вдруг притихну, скорее насторожится. И уж точно не одобрит, если я отправлю всех лесом, – тогда взбучки не избежать. Да и наверняка сама будет взвинчена после разбирательств с пашой… В общем, лучший вариант – вести себя мило и непринужденно.

А самое главное – делать вид, что меня совсем не задевает ее вновь самолично принятое решение о том, с кем мне знакомиться. Интересно, а сами гости что думают по поводу приглашения? Посмеют ли они выразить свое высокомерное «фи», когда поймут, что я всего лишь генно-модифицированный вампир?

К сожалению, конкретное время прихода гостей ба не обозначила, так что пришлось идти на кухню и узнавать подробности там. Словоохотливая Гвендли с радостью поделилась со мной известием, что гостей будет больше чем двое, скорее, четверо или даже пятеро, и случится это уже через три часа, так что лучше мне пойти куда подальше и не мешать ей готовить.

Да без проблем!

Куда подальше… а куда? Дел у меня – надеть платье и заплестись, а это от силы пятнадцать минут. Ба еще у демонов, с мальчишками лучше действительно пока не пересекаться – утащат играть и снова забудем о времени…

Черт, вот так проблема!

Чем занять себя в замке, если занять себя нечем? Пожалуй, прогуляться. В долину!

Нет, можно было, конечно, отправиться в библиотеку, но там я была на днях и, сколько ни смотрела, – ни единой подходящей книги так и не нашла. Одна узкоспециализированная литература по любимому бабулиному профилю, а именно по генетике, биологии, химии и прочих умных вещах. Сегодня у меня нет настроения умничать.

Так что в долину, без вариантов.

Забежав к себе и переодевшись в тунику, я не стала задерживаться в комнате дольше необходимого и поторопилась выйти на свой личный карниз, куда можно было попасть прямиком из спальни, пройдя по узкому коридору метров десять длиной.

Здравствуй, небо, вот и я!

Уи-и-и! С задорным визгом сиганув прямиком в ущелье, я моментально поймала восходящий поток и тут же взмыла в небо. И все-таки какой бы ни была эгоистичной ба, учить она умела. Всего несколько дней тщательного инструктажа, тренировок под бдительным бабулиным оком, пинок по генетической памяти, и вуаля – я полноценный летающий объект! Да за одну возможность познать небо я почти готова простить ей все остальное!

Да, почти…

Тугие струи ветра били в морду, и я щурилась от удовольствия. Скоро, совсем скоро ба наиграется, поймет, что я уже не маленькая и далеко не драконочка, и тогда она меня отпустит… На волю! На окончательную волю!

Это ли не счастье?

Пируэт, еще пируэт… драконье тело было великолепно сбалансировано и подчинялось мне идеально. Это как паркур, только в небе! Облако, другое облако…

Я, наверное, целый час потратила на то, чтобы преодолеть расстояние, которое по прямой занимало от силы минут семь. Ерунда! Не факт прибытия важен, а то, как это прибытие было осуществлено!

Еще издалека приметив ленту реки, водопад и небольшое озерцо, я моментально решилась на очередное безумство: с неба – в воду.

Уи-и-и!

Волшебно!

Рыбкой нырнув в показавшуюся необычайно теплой после холодного воздуха воду, я несколько минут провела внизу, обнаружив теплые подводные источники, вместе с рекой подпитывающие озеро, и лишь после этого вынырнула, отфырчалась и сменила ипостась ближе к мелководью.

Красота-а-а…

Моментально намокшая тончайшая туника не мешала блаженствовать, лежа на спине, и сквозь полуприкрытые веки рассматривать пушистые облака. Вот мимо меня проплыла лодочка, вот – пирожок, вот – чья-то озорная улыбка, а следом за ней – огромный парусник… солнышко пригревало, ласковый ветерок игриво ласкал самый кончик носа… а вот и снова забавные облака… и дракон какой-то… зеленый.

Глава 21

Паники не было. Скорее – настороженность и раздражение. Зеленые – это клан Изумруда. Изумрудные драконы сегодня придут к нам в гости. Да и тот, смазливенький, тоже был оттуда.

Выводы?

Однозначно не просто совпадение.

Что делать с учетом того, что я опять практически голая?

Господи, как они мне все надоели!

Раздраженно прошипев себе под нос, когда незнакомый дракон заложил надо мной крутой вираж, а затем повторил мой маневр: с неба – в воду, я поняла, что отдых закончен и пора делать ноги, если не хочу попасть в очередную пикантную ситуацию. Ба за это точно по головке не погладит.

К сожалению, из воды в небо взлететь не получится, а посему… к берегу, Викуся, к берегу.

– Да чтоб тебя! – взвизгнула я, когда дракон вынырнул прямо передо мной, причем до сих пор в драконьем обличии. Каким-то чудом я в него не врезалась, успев затормозить руками о его морду. – Придурок! Ты что творишь, рептилоидное?!

– П… прошу простить… – Мужчина обернулся в долю секунды, причем был откровенно потрясен. – Я вроде брал левее…

– Вроде?! – зло брызнув в него водой, я прошипела: – К ба тебе надо, на инструктаж! У нее нет никаких «вроде»!

– Да ладно, не заводись… – Изумрудный быстро взял себя в руки и в них же попытался взять и меня. – Виктория, если не ошибаюсь?

– Не ошибаешься, – без особого труда увернувшись, я продолжила свой путь к берегу, мысленно скрипя зубами.

А дракоша-то знакомый. Тот самый, который не умеет летать, не сбивая при этом в небе девушек. Судя по продолжению, он и плавать нормально не умеет.

– Виктория, подожди! – пристроившись рядом, изумрудный, судя по игривому тону, попытался меня «склеить». – Могу я рассчитывать на прощение?

– Без проблем. Выполнишь мою крохотную просьбочку – и прощен, – плыла я не слишком торопливо, потому что понимала: выходить из воды в тунике – самоубийство. Значит, придется обернуться на мелководье, а на берег ступить уже драконом.

– Договорились. Что за просьба?

– Избавь меня от своего общества и больше не навязывайся, – иронично фыркнув, когда дракон недовольно поджал губы на довольно невежливый посыл, я наконец встала ногами на песчаное дно и тут же обернулась.

И лишь после этого окончательно вышла из воды и с удовольствием отряхнулась, как самая обычная собака, при этом окатив изумрудного миллиардами брызг.

А теперь адью, смазливенький! Искренне надеюсь, что Марри тебя в гости не приглашала!

Пара шагов прочь, взмах крыльями – и вот я уже в небе. Интересно, это озеро общественное или все-таки частная территория? Надо будет уточнить у ба. А то летают тут всякие… кретины топографические!

Великое Мироздание! Да как она посмела?!

Лишь прищурившись, когда своенравная пигалица, показавшая свой настоящий характер, окатила его тонной брызг, изумрудный хмуро проследил направление ее полета. Вот так, значит, да? Что ж, можешь и не прощать, детка. Он и без твоего прощения прожить сможет.

Но вот поставить на место… Да, поставить на место тебя определенно надо.

Это ж надо было осмелиться! Послать его! Истинного дракона! И кто? Какая-то недоделка?

Неторопливо выйдя из воды, изумрудный вновь сменил ипостась и лениво потянулся. У него в запасе еще час, ему торопиться некуда. К счастью, тетушка не стала противиться, когда он мельком обмолвился, что тоже не прочь навестить соседку, разославшую приглашение во все близлежащие гнезда. Почему нет? Он давно знаком с младшим сыном Маррхиям, раньше, бывало, и погуливали вместе, пока он не помешался на своей «несравненной» Ами.

Что ж, пора возобновить знакомство. Пора.

Задумчиво рассматривая гербовую бумагу, на которой размашистым императорским почерком была выведена фраза: «Подателю сего оказывать полное содействие», драконица недовольно поджимала губы. С пашой женщина разобралась в два счета – всего лишь пришла в его кабинет, ла-а-асково улыбнулась, и демона хватил удар.

Умело реанимировав и улыбнувшись второй раз, Марри лишь спросила:

– Ты самоубийца?

И демон тут же выложил перед ней эту бумагу, которую еще несколько дней назад принес ему императорский наемник, работающий на внешнюю разведку.

Вот, значит, как…

Что ж, давно она в гостях у императора не была. Давно. Пора навестить мальчика и напомнить, у кого он покупает кое-что для личного пользования.

– Паша, я не буду вас убивать… – улыбнувшись третий раз, отчего у пожилого мужчины едва не остановилось сердце, Ледяная Леди снисходительно добавила: – Обещала внучке, что оставлю вас в живых. Но за свое глупое деяние вы все равно ответите. Нам очень нравятся ваши сауны… Да, думаю, с ценой решено. Через час прибудет мой сын, он оформит документы дарения. И не советую впредь совершать столь необдуманные поступки в отношении как меня, так и драконьей расы в целом, я ведь не всегда буду такой доброй…

Марри улыбнулась последний раз и, создав точечный портал непосредственно в императорский дворец, отправилась дальше, выяснять, кто же все-таки тот идиот, что вздумал совершить сие деяние.

А именно – тронуть дракона.

В замок я успела вовремя – прилетела, сполоснулась, высушила волосы и даже оделась в голубое, с серебряной вышивкой платье, как в моей комнате появилась слегка раздраженная ба.

– Виктория, милая… готова? Молодец. Будь любезна, опиши мне тех демонов, которые были в сауне, – подозвала меня к себе взмахом руки необычайно серьезная драконица.

– Тебе подробно?

– Да. Да, Вика, не кривись, – правильно расценив мои недовольно поджатые губы, ба положила ладонь на висок, и я послушно закрыла глаза, вызволяя из памяти лица демонов.

Прямое чтение с сознания – этому ба несколько дней назад посвятила целый урок. Все бы ничего – невероятно удобно, но ощущения после этого чтения довольно гадостные – словно кто-то в мозгах копался. Хотя в принципе именно так оно и было.

– Да, спасибо. – Убрав руку, Марри с едва уловимой улыбкой кивнула, а затем оценила мой выбор на вечер. – Неплохо, тебе очень идут цвета клана. Заплетайся и надень украшения на свой вкус.

О? Ба мне доверяет? С чего бы?

– Что ты выяснила?

– Демонята заигрались. – Очередная улыбка, но уже не ласковая, а кровожадная в момент преобразила драконицу, и из милой блондинки ба превратилась в стервозную фурию. – Оказывается, императору доложили, что ты незаконный эксперимент Амидайлы, и они решили найти этому доказательства, чтобы сыграть в очередную политическую игру. Кстати, сауна теперь принадлежит нашей семье, паша Вайльд был настолько любезен, что подарил ее нам в качестве компенсации за моральный ущерб.

– А доказательства? Они их нашли? – Застыв на полпути к гардеробной, потому что знала, от кого именно они получили эти сведения, я пыталась найти на лице драконицы ответ, но видела лишь язвительность и самодовольство.

– Нашли. Но я убедила императора, что эти знания для него лишние. Прежде всего ты моя внучка, а драконы и их родственники не попадают под юрисдикцию ни демонов, ни вампиров. Так что этими знаниями они могут только подтереться.

Под конец своей речи ба явно вспылила, и я поняла, что это далеко не все.

– Ты злишься? На кого?

– Не на тебя, милая, не бойся. – Улыбка стала менее кровожадной, и Марри прикрыла глаза. – Просто кое-кто из демонят еще не получил свое. К сожалению, я не нашла их во дворце, но, думаю, это займет пару дней, не больше. Запомни, девочка, – никто не смеет трогать дракона безнаказанно!

М-да-а-а… Кажется, совсем скоро в этом мире произойдет естественная убыль на три единицы демонов. И почему мне их не жаль? Ну вот нисколько!

– Так, это лирика. Собирайся, жду тебя в общей гостиной через пятнадцать минут.

Разительно преобразившаяся Марри была само радушие и доброжелательность, так что я послушно кивнула и взялась за расческу, очередной раз похвалив себя за верно выбранную линию поведения. Пускай ба хоть миллион раз уверяет, что я ее внучка и бесценное сокровище, но вздумай я противостоять ей открыто, и меня не минует ее драконий гнев.

Вот уж без чего я могу обойтись!

Нет-нет, недаром у меня в тотемах сова – мы будем гибче, мы будем коварнее. Мы сначала выучимся и поимеем свою выгоду, а уже после подведем ее к мысли, что игрушка устарела и пора завести новую. Например, любовника!

Интересно, сегодня у нас в гостях будет только молодежь или еще и драконы постарше?

Не остановившись только на прическе и украшениях, я слегка подвела глаза и губы, благо на косметику ба не скупилась, причем большинство было ее собственного производства. В итоге из своих комнат я выходила в абсолютной уверенности, что не опозорю своим внешним видом ни честь семьи, ни честь клана.

А то, что я не дракон, а вампир, так и что? У всех девушек свои изюминки. Вот, допустим, в ба этого изюма – на целый пирог. Интересно все-таки, почему она без мужчины? Неужели на всей планете нет того, кто бы привлек ее внимание? Как бы мне ненавязчиво допросить папулю…

– Добрый вечер. – Уже подходя к гостиной, я слышала незнакомые голоса, так что заранее натянула дежурную улыбку и поздоровалась уже в дверях.

И там же и застыла.

Гад… в смысле чешуйчатый гад. Изумрудный. Значит, решил заранее разведать обстановку, да?

Постаравшись как можно быстрее перевести взгляд с «топографического кретина» на остальных гостей, я взяла себя в руки и прошла в комнату. А ба не постеснялась и пригласила аж шестерых драконов… Что ж, экстренно вспоминаем манеры и ничего не значащие, но такие необходимые фразы о погоде и природе.

В следующие пятнадцать минут я познакомилась с милым семейством Рририз, а именно с супругами Эйдарли и Норргордом, их двумя сыновьями Акирро и Айсирро, другом семьи Грашши и его кузеном Шерри.

Вообще их звали намного длиннее, но, даже выслушав краткие имена, я забыла их практически сразу, стоило представиться последнему приглашенному. Господи, это садизм в чистом виде! Мало того что внешне они все похожи до безумия (русоволосые и зеленоглазые, да и в одежде черных и зеленых оттенков), так еще и имена не запомнишь и не выговоришь! Хотя Шерри я запомнила. Только он многозначительно улыбнулся и, поцеловав кончики моих пальцев, задержал их в своей руке. Ну-ну… Все равно с Юмираем тебе не сравниться, смазливенький. Да и предыдущие твои попытки познакомиться поближе отчетливо пахнут наигранностью и задетым самолюбием. Так что нет, Шерри, на твою улыбку я не поведусь, потому что вижу – она лишь на губах, а никак не в глазах и душе.

– Леди Виктория, вам невероятно идут эти цвета, – получив место за столом напротив меня, когда мы прошли в столовую на ужин, Шерри заливался соловьем, нисколько не смущаясь почему-то недовольных взглядов ба, сидящей во главе стола.

Судя по ее поджатым губам, она не планировала столь явный интерес ко мне со стороны именно этого дракона. Заба-а-авно… Почему нет?

Из того, что я успела узнать, именно Шерри в этой компании был самым перспективным и высокопоставленным женихом. Неужели именно поэтому? Или у него с репутацией не очень?

– Спасибо, вы невероятно любезны, – прикрыв глаза, будто очень польщена, я предпочла думать о том времени, когда наконец смогу пообщаться с Калахемом.

Я не видела его три дня, и, судя по тенденции, сегодня он опять сбежит сразу после ужина, причем я даже знаю к кому. Амидайла и Марри предпочитали избегать общества друг друга, так что и Калахему приходилось встречаться с Ами не на своей, а на ее территории. В целом я его не осуждала, но это создавало определенные трудности для моего с ним общения и выяснения кое-каких вопросов личного характера.

– Вы не пьете? – Намекнув на мой нетронутый бокал с вином, Шерри все никак не хотел отстать.

– Нет, не люблю алкоголь.

– Совсем?

– Да. Знаете, предпочитаю обычную воду. Без посторонних примесей, – ответив с подколкой, по его недовольно сверкнувшим глазам поняла, что шпилька дошла по назначению.

– Отчего же? Может, вам просто попадалось что-то некачественное?

– Может быть… – Не собираясь углублять тему, я беспечно пожала плечами и предпочла занять рот едой, чтобы иметь повод не отвечать на вопросы и не поддерживать беседу.

Однако маневр не удался.

– Виктория, расскажите о себе. Вы ведь не рожденный вампир, верно? Как произошло, что вам удалось стать не просто вампиром, но и почти драконом? Это удивительно и действительно невероятно.

– Знаете, это… – Мысленно послав его лесом, причем прямиком по буреломам, вслух я ответила иное: – Случайность. Можно назвать это счастливым случаем. Чудом. Леди Маррхиям – удивительная женщина, и только благодаря ей и ее помощи я смогла стать той, кем являюсь сейчас. Вы верите в чудеса?

Глядя в недовольные моим ответом изумрудные глаза, я позволила себе ироничную улыбку. Глупый дракончик. Неужели ты думал, что тебе достаточно улыбнуться и я тут же выложу всю свою подноготную? Ой, как же ты ошибаешься!

– Мм… чудо? Нет, Виктория. Я предпочитаю реальность и факты.

– А чем вы занимаетесь?

– Я наемник.

– О?

Странно. Дракон-наемник? Что-то подозрительно…

– Что вас удивляет? – Во взгляде дракона промелькнула странная для меня снисходительность, словно это был общеизвестный факт и мое удивление являлось откровенной глупостью.

– Наемник. Вы наемник, я правильно поняла?

– Верно. – Шерри усмехнулся и отпил вина, при этом не отрывая от меня взгляда.

Он это специально? Неужели он хочет, чтобы я продолжила расспросы? Странно… Что ж, подыграю. Пока не пойму, в чем тут соль, но точно ничего страшного быть не должно.

– А кто пользуется вашими услугами и что конкретно вы делаете? Прошу простить за столь неуместный интерес, но я думала, что драконы не занимаются наемничеством, ведь это так… – Сморщив нос, потому что не могла подобрать приличное слово, в итоге я неопределенно пожала плечами.

– Недостойно дракона? – Устав ждать, изумрудный озвучил то, что крутилось у меня на языке. – Зря вы так думаете. Тут смотря с какой стороны зайти. Наемничество тоже бывает разное, да и клиенты у меня отнюдь не люди… – Глаза дракона загадочно блеснули, а на губах вновь поселилась многозначительная усмешка. – Для примера, я переправляю особо ценные грузы из точки А мира Аюшта в точку Б мира Земля и лично вручаю их адресату. Можно доверить дело и порталу, но они нередко сбоят, если посылка не слишком проста и содержит магическую составляющую. А уж если груз слишком ценный, то отправитель предпочитает перестраховаться и доплатить, но быть уверенным, что он дойдет по назначению. Вот иной пример – сопровождение особо именитой персоны в качестве телохранителя либо просто компаньона. Еще пример – поиск вещи либо существа. С учетом того, что я дракон, у меня практически неограниченные возможности. Естественно, плата за это немалая, но и результат стопроцентный. Не удивляйтесь, Виктория, я не уникум – нас таких не один десяток, у нас даже имеется своя гильдия, причем в ее составе – абсолютно все расы нашего мира.

– Как интересно! – с энтузиазмом поблагодарив разговорившегося дракона, потому что информация была действительно интересной, я искоса глянула на сидевшего слева от меня Акирро и полюбопытствовала уже у него, чтобы не выглядеть в их глазах совсем уж зарвавшееся выскочкой, общающейся лишь с одним гостем: – Скажите, а чем занимаетесь вы?

– Матушка рекомендует нам с братом пойти по стопам отца и заняться ювелирным делом – у нашей семьи несколько ювелирных магазинов по всему миру. В них продаются уникальные украшения, созданные руками лучших мастеров всех рас… – Парень, выглядевший от силы лет на двадцать, с воодушевлением начал рассказывать мне о камнях, способах огранки, ювелирных сплавах и прочих невероятно захватывающих его самого подробностях.

Если честно, слушать я устала уже на пятой минуте непрекращающегося расхваливания себя, своей семьи и своих магазинов. М-да… А я-то, наивная, думала, что мальчик просто вежливо ответит на вопрос и снова уткнется в тарелку. Оказывается, нет – он просто ждал, пока я спрошу у него хоть что-то.

Спросила, на свою голову!

– А еще у нашей семьи несколько карьеров с самоцветами и рудными жилами. Хотите, мы с вами как-нибудь посетим эти невероятно живописные места? Я вам покажу, где и как добывают и как именно обрабатывают найденные камни. Кстати, у меня есть очень полезное умение определять ценность даже неограненного камня.

Верю. А куда мы так торопимся, собственно? Если я ничего не путаю, это уже попахивает приглашением на свидание. Вот уж чего не хочу, тем более с этим ювелирным занудой, который по своему развитию недалеко ушел от пятнадцатилетнего ботаника!

– Акирро, невероятно интересно! Но пока я не знаю, как у меня со свободным временем… – Лихорадочно пытаясь найти повод, чтобы отказаться, но сделать это как можно мягче, не ранив его самолюбие, я смущенно улыбнулась. – Давайте обсудим эту возможность с вами немного позже, хорошо? Сначала мне необходимо уточнить у ба свое расписание занятий.

Господи, когда этот чертов ужин уже закончится?!

Увы-увы, чертов ужин только начался, и, судя по благожелательной улыбке Марри, которую она мне подарила, как только увидела, что я общаюсь и с Акирро, именно этого она и добивалась. Так и захотелось почему-то вспылить, треснуть кулаком по столу, а затем просто встать и уйти.

Усмехнувшись на свой бунтарский и недальновидный порыв, я погасила его до лучших времен и перевела взгляд на Грашши, который сидел рядом с Шерри и напротив Акирро. Этот мужчина, кстати, был ко мне абсолютно равнодушен, и если братья с удовольствием отвечали на вопросы, но не торопились их задавать сами, Шерри все стрелял глазками и многозначительно улыбался, то Грашши, которому на вид было лет двадцать пять, предпочитал поддерживать беседу со «взрослыми», то есть со старшим поколением семейства Рририз и моей родней, присутствовавшей на ужине в полном составе, не считая мальчишек.

Что ж, хоть одного можно отнести к адекватным мужчинам, в полной мере осознающим, что я истинному дракону не ровня. Еще бы и остальные тоже плюнули на меня…

Я бы порадовалась, честно!

– Виктория, а чем вы увлекаетесь? – Уловив паузу в монологе Акирро, Шерри перехватил инициативу. – И чем вы занимались до того, как счастливый случай свел вас с леди Маррхиям? Наверное, были какой-нибудь художницей? У вас очень красивые, тонкие пальцы…

– Нет, Шерри, я очень посредственно рисую, – не удержав ироничного смешка, с некоторым удивлением глянула на свои пальцы и пожала плечами – пальцы как пальцы. Маникюр – да, безупречен. А вот пальцы… я и покрасивее видела. – А увлекаюсь я довольно многим, но, боюсь, не совсем тем, чем можно увлекаться леди.

– О? Заинтриговали. – С излишним энтузиазмом уцепившись за несколько недальновидно оброненные мною слова, дракон даже немного подался вперед. – Утолите мое любопытство, Виктория, не томите.

Тьфу ты!

Нет, он точно не от мира сего. Или чего-то добивается? Надо выяснить у ба, чем он ей не нравится. Мне он тоже доверия не внушает. И зачем она его пригласила?

– Люблю метательные ножи и блеск качественной стали. Гоночные автомобили и скорость… – прикрыв глаза и из-под полуопущенных ресниц наблюдая за удивленным лицом дракона, добавила: – А еще я люблю паркур. Вам знакомо это слово?

– Да, разумеется… Удивлен. Нет, правда удивлен. Так кем же вы были в прошлой жизни?

– Женщиной, Шерри, просто женщиной.

Мы не обсуждали с ба этот вопрос, да она и вообще не интересовалась моей прошлой жизнью, но, думаю, она не обрадуется, если я озвучу свою не слишком высокопоставленную профессию. Не хочу глупых сплетен и лишних язвительных замечаний.

– Я жила, радовалась жизни, получала от нее истинное удовольствие, пока в одну знаменательную ночь не произошло «чуда» и я стала тем, кем стала.

Слукавила, конечно, не чудо это было… Хотя, может, и чудо, я ведь выжила. Да, определенно чудо.

– И знаете, я не думаю, что есть смысл вспоминать мое прошлое, потому что это было давно и сейчас несколько неактуально. Скажите, а где вы живете?

Да! Между прочим! А то уже два раза в районе нашего замка «мимо пролетал».

К счастью, мне удалось свернуть тему в более безопасное русло, чем мое прошлое и мои увлечения, и следующие два часа мне удавалось увиливать от личных вопросов, в свою очередь выведывая все, что интересовало меня.

Так я узнала, что здесь неподалеку, всего в ста километрах, замок семьи Шерри, и при необходимости он там останавливается. Своего гнезда у Шерри нет, а жить он предпочитает в доме в столице демонов, поближе к центру развлечений. То же самое относилось и к остальным молодым драконам – ни один из них не имел собственного замка, но у каждого был дом на территории земель демонов или вампиров.

И как я поняла из контекста, гнездо положено только главе семьи, а все остальные младшие члены семьи живут вместе с ним либо добиваются права на замок, но только после создания своей семьи и рождения хотя бы одного ребенка.

К счастью, рано или поздно все ужины заканчиваются, вот и этот невероятно долгий и нудный вечер завершился, и я отправилась провожать гостей.

– Виктория, знакомство с вами оказалось незабываемо. Этот вечер надолго останется в моей памяти… Тешу себя надеждой, что вскоре у вас появится возможность нанести моей семье ответный визит.

Мои пальцы вновь были немилосердно обцелованы и дольше необходимого задержаны в мужской ладони. Другие гости распрощались со мной раньше, и лишь Шерри, наверняка заранее просчитавший этот ход, задержался дольше остальных.

Кстати, на центральной взлетной площадке, кроме нас, уже никого не было – ба милостиво разрешила проводить мне гостей самостоятельно, при всех похвалив свою «умницу», так что наша семья даже не потрудилась выйти на улицу, а гости уже встали на крыло.

И лишь изумрудный наемник все чего-то ждал, таинственно улыбаясь и загадочно поблескивая глазами. И если это намек на то, что он весь такой влюбленный, то могу совершенно точно заявить: «Не верю!»

– Я поинтересуюсь у ба, – не без труда вытянув пальцы из довольно жесткого захвата, я натянуто улыбнулась. – До свидания, Шерри.

– До новой встречи, куколка… – Дракон подался вперед, явно намереваясь урвать поцелуй, но я оказалась проворнее – отшатнулась, а затем и вовсе сбежала, не собираясь ни конфликтовать, ни в любом ином виде выяснять отношения.

Нет-нет, чур меня! Сначала узнаю всю его подноготную у ба, и если он ей тоже не люб, то пусть уже она разбирается с необычайно пылким и никому не нужным поклонником!

А я девочка маленькая, меня каждый обидеть может…

Саркастично фыркнув в ответ на свои мысли, я поторопилась скрыться за парадными дверями замка, стараясь не обращать внимания на раздраженный взгляд чересчур упрямого дракона. А как иначе назвать мужчину, решившего добиться девушки только потому, что она посмела ему отказать?

Глава 22

– Приветствую.

– Добрый вечер…

В таверне, где обычно собирались наемники, служивые, торговцы и представители прочих схожих профессий, было немноголюдно. Основной поток нахлынет чуть позже, когда окончательно стемнеет и мужчины усядутся за стол с кружечкой эля, бокалом вина или стопочкой коньяка. И сейчас никто не мешал двоим сослуживцам пожать друг другу руки и занять самый удобный столик, расположенный вдали от остальных.

– Что случилось? Не ожидал твоего письма. – Зная, что брат по оружию не любит долгих разговоров вокруг да около, ястреб благодарно кивнул разносчице, поставившей перед ним кружку с элем, и снова все свое внимание перевел на Тагриана.

– Сам не ожидал… – Также кивнув разносчице, демон недовольно поджал губы, но и с ответом затягивать не стал. – Ты был куратором Виктории? Не отпирайся, мы знаем все. Сверху пришла бумага выяснить ее подноготную, и мы выяснили. Правда, это слишком дорого обошлось казне… Так что? Это ведь ты курировал ее первую неделю?

– Верно… – моментально похолодев взглядом, Юмирай прищурился. – Что с ней?

– С ней? О, с ней все отлично! – хохотнув, но несколько горько, демон неосознанно потер шею, где до сих пор никак не мог пройти синяк в форме звезды, образовавшейся от контакта с девичьей ладошкой и ее электрической магией. – У меня другая проблема. Брат, я кажется влюбился. Помогай.

Спустя два часа, там же

– И все-таки ты как был бешеным, так и остался… – ежесекундно морщась и прикладывая к разбитому лицу замороженный кусок мяса, Тагриан почти не злился на Юмирая.

Да, почти… Но больше всего в демоне было не злости, а, как ни странно, сочувствия ястребу. Бедолага… так влипнуть с активацией и привязкой! И к кому? К девчонке с сумасшедшей Ледяной Стервой в родственницах! Нет, ястреб точно самоубийца…

– Не буду спорить. – Подбитый глаз и порванный камзол, а также несколько сломанных ребер не красили лорда, но ему на это было плевать. Если понадобится – он повторит каждому, что Вика его и только его. И пока она сама лично не скажет ему обратное на полуночном слете, он уничтожит любого, кто посмеет к ней прикоснуться. – Но ты меня понял, да?

– Да понял я… – Отпив эля и скосив глаза на остатки стола и стульев, за которые они уже расплатились с хозяином таверны и которые убирали недовольные буйными клиентами служанки, демон с грустью вздохнул и вроде как невзначай поинтересовался: – Ну а мне что прикажешь делать?

– Маррхиям очаруй.

– В отличие от тебя я не самоубийца. – Демона перекосило, а затем и передернуло. – Император лично посоветовал мне скрыться где подальше, потому что стерва нас уже ищет. Я не трус, но против ярости дракона выступать не намерен. Может, у Виктории сестра есть, а? Близнец…

– Вика сирота, – недовольно поморщившись из-за того, что ему приходится рассказывать о своей девушке возможному сопернику, Юмирай тоже отпил эля и со смешком добавил: – Была.

– Жаль… И что сирота, тоже жаль. Что ж, спасибо за то, что не убил, – вздохнув снова и отстраненно порадовавшись, что не успел рассказать брату по крови о том, как именно «пошутил» напоследок, Тагриан отсалютовал вампиру кружкой. – Сам-то как действовать будешь? Неужели сумеешь выждать сроки?

– Я-то? Я-то сумею, – грустно усмехнувшись, лорд снова отпил, а затем загадочно блеснул глазами, и усмешка из грустной стала многозначительной и несколько мечтательной. – А вот она…

К моему огромному сожалению, Калахем снова ушел порталом, и в папочкиных покоях меня ждали лишь тишина и запустение. Черт! Ладно, отправлюсь к ба, с ней мне тоже есть о чем поболтать перед сном.

– Марри? Можно войти?

– Да, милая, конечно.

Обнаружив ба в кресле, где она расслабленно листала книгу по обожаемой ею генетике и тут же делала пометки на полях, я первым делом устроилась в кресле напротив. Судя по выбору книги, бабуля была не в духе, и вся ее расслабленность была напускной. Интересно, что ее так напрягло?

– Ба?

– А? – Лениво подняв голову, Марри посмотрела на меня так, словно я отрывала ее от важнейших дел.

– Ты до сих пор злишься на то, что не нашла демонов?

– Пф!

– А на что тогда?

– Я не злюсь.

– Злишься.

– Нет.

– Злишься-злишься…

– Нет! Гр-р-р! – Книга была яростно запущена в стену, и все спокойствие с ба слетело, как пересушенная луковая шелуха. – Да, я злюсь! Довольна?

– Нет. А на что ты злишься? – с искренним любопытством подперев подбородок кулачком, я пытливо уточнила: – Не на меня же, верно? Что опять случилось?

– Нет, не на тебя, – недовольно буркнув, ба встала и первым делом подняла книгу, вернув ее на полку к своим товаркам.

В спальне у ба располагалась чуть ли не библиотека узкоспециализированной литературы, перед сном она любила полистать что-нибудь по генетике.

– Не расскажешь?

– Нет.

– Хм… А почему?

– Нипочему.

О? Что-то новенькое. Обычно она любила перемыть косточки тем, кто раздражал ее так или иначе. А так или иначе ее раздражали практически все – от Гвен, неправильно прожарившей отбивные, до Старшего Совета, принявшего очередной «неправильный законопроект».

– Ба-а-а…

– Вика, отстань.

Ответ вышел каким-то тусклым, а в ее голосе я различила явные горькие нотки.

– Ба-а-а?

Вот тут я испугалась, честно. Неужели случилось что-то такое, с чем ба не может справиться?! Да тут впору кричать «караул»!

– Хорошо. Тебе честно?

Настороженно кивнув, я подтвердила свое желание услышать ответ.

– Прекрасно. Тогда слушай: сегодня я испытывала один эликсир собственного изготовления. На себе испытывала. За ужином.

– И-и-и… – подтолкнув к продолжению, когда ба замолчала и недовольно дернула плечом, я повторила: – И-и-и?

– Этот эликсир усиливает магические способности. А именно возможность чтения мыслей. Да, Вика, весь сегодняшний ужин я слышала мысли каждого. И это, скажу я тебе, был самый отвратительный ужин в моей жизни!

О господи! И мои?!

– И твои.

– Э… и сейчас?

– Нет, у тебя эмоции на лице зашкаливают. И нет, Вика, вот уж на кого, а на тебя я не злюсь – я уже давно знаю, как ты ко мне относишься. – Неожиданно тепло улыбнувшись, драконица еще неожиданнее подмигнула. – Я очень ценю то, как ты думаешь обо мне, милая. И мне безумно приятно, что тебе важно мое мнение даже в мелочах.

Как-то это… неловко. Я ведь не в том контексте так думала! Черт! Хотя… Может, она и права. Она забавная. И я ведь знаю, насколько она одинока на самом деле. Похоже, сегодня она поняла, что не все так хорошо и гладко, как ей казалось.

– Ну… – Не зная, как реагировать на ее похвалу, я смущенно пожала плечами. – Ты ведь и правда делаешь для меня все. И балуешь, и учишь всему необходимому…

– Ладно-ладно, оставили, – жеманно отмахнувшись, а затем польщенно прикрыв глаза, ба позволила себе всего секунду на хорошее настроение, а затем снова посерьезнела и поджала губы. – Вика, ты взрослая девочка и, наверное, еще в начале ужина поняла, что я организовала его не просто так. Да, я очень хотела познакомить тебя с соседями, но кроме всего прочего хотела показать тебе наших мужчин. И знаешь, этот ужин… – Марри шумно выдохнула через нос и поморщилась. – На самом деле я ошибалась, и за прошедшие столетия ничего не изменилось. Знаешь, наши мужчины нисколько не лучше остальных, а в чем-то даже и хуже. Ты ведь заметила, как к тебе откровенно лип Шерри? А Грашши? Он весь вечер воротил нос. Одни мальчишки услужливо отрабатывали наказ матери. Шэт! Знаешь, никогда не чувствовала себя так унизительно! У одного мысли только о том, как бы затащить тебя в постель, а затем поглумиться и бросить; у другого – о том, что ты не дракон, а букашка и грязи под его ногтями не стоишь; а у последних – о том, что любовница из тебя будет так себе, а на стороне они всегда нагуляться успеют, но с удовольствием женятся, лишь бы я тебе приданого побольше отсыпала. Тьфу! Могла бы – каждого удавила бы лично!

Да-а-а… Что ж, теперь понятно, почему она так злится. Значит, в постель меня, да? А затем бросить, да? Ой, наивный! Теперь ба точно его лично кастрирует, если он и дальше попытается ко мне клинья подбивать! Зная о его истинных желаниях! Что ж, одна проблема устранена. Хотя, думаю, и вторая тоже. Это я об остальных претендентах.

А вот третья…

– Ба, а можно нескромный вопрос?

– А? – Одним махом высказав все, что накипело внутри, драконица выглядела несколько потерянной и опустошенной. Она снова плюхнулась в кресло и совсем не царственно закинула ноги на подлокотник, небрежно болтая ими в воздухе. – Давай уже, давно знаю, что их у тебя миллион. Устроим вечер откровений. Что тебя грызет?

– Многое. Скажи, почему ты одна? Ты ведь очень красива. Неужели за сотни прожитых лет не нашлось ни одного дракона, сумевшего тебя очаровать?

– Дракона? – Горько усмехнувшись, ба отрицательно качнула головой и тихо договорила: – Дракона – нет. А вот человек был… Но людской век короток, Вика. Слишком короток. Я была молода даже по нашим меркам, но вместе мы прожили всего несколько лет, когда он умер. Несчастный случай. Шэтов несчастный случай… И все. Навсегда.

Судорожно вздохнув, ба вымученно улыбнулась, а я словно завороженная смотрела, как по идеальной розовой коже стекает одна-единственная слезинка. Господи! Неужели так можно любить? И всего лишь человека?!

– Не удивляйся, детка… Люди – самые невероятные существа. Наверное, именно потому, что их век короток, они самозабвенно отдаются тому, чему хотят. Работе, долгу, семье, любви… Они как мотыльки – летят на огонь, не думая о том, что он для них смертелен. И мужчины-драконы в этом отношении для меня самое худшее, что могла создать Вселенная в принципе. Они эгоистичны, самолюбивы, холодны, высокомерны. Как, впрочем, и мы, женщины-драконы.

Тускло хмыкнув, ба резко провела ладонью по лицу, стирая предательский след своей слабости.

– Вот в чем моя тайна, милая, – я презираю мужчин-драконов и не ищу отношений с мужчинами иной расы, потому что срок их жизни несоизмерим с нашим. А потерять своего любимого еще раз я не хочу. Я просто этого не переживу.

– Но… – лихорадочно пытаясь подобрать достойные слова утешения, чтобы не обидеть ее своим сочувствием, я неуверенно предположила: – Но ведь в иных мирах существуют иные расы долгожителей. И ты! Ты ведь такой выдающийся ученый. Почему не изобрести эликсир долголетия? Ведь даже я сейчас проживу столько, сколько не прожила бы, оставшись человеком.

– Вика, нет. Ты понимаешь, что это опасно? Ты уникум! Вероятность успеха равнялась лишь одному проценту, и слава Мирозданию, что опыт удался! Ты представляешь, что будет, если я, не приведи Бездна, влюблюсь, а мой любимый умрет от моего же эликсира?!

На драконицу было жутко смотреть – горящие душевной мукой глаза, перекошенный в гримасе рот, пальцы, сжимающие подлокотники и больше всего напоминающие когти-крючья…

– Да, прости. – Моментально сдав назад, я нервно улыбнулась, понимая, что на сегодня личных вопросов достаточно. Бедная…

Нет, все-таки быть умной очень плохо. Начинаешь задумываться о будущем и прочей ерунде… Вот не думала бы и наверняка бы уже любила кого-нибудь наподобие Грашши! Тьфу-тьфу, что-то я не о том кандидате подумала! Хм… И все-таки мне кажется, это комплекс. А с комплексами необходимо бороться!

– Ба, извини, я не хотела портить тебе настроение. Я, пожалуй, пойду. Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, милая… – махнув рукой и при этом даже не посмотрев на меня, Марри явно витала в своих воспоминаниях. – Не убегай никуда с утра, продолжим изучать целительскую магию. И не вздыхай, после обеда будешь абсолютно свободна, у меня дела. Давай, детка, отдыхай…

Абсолютно свободна? Совсем-совсем абсолютно?

К сожалению, как показал новый день, свобода была строго ограничена пределами замка. Даже в долину мне ба запретила соваться одной, потому что слышала обрывки мыслей Шерри, и они были связаны с возможностью очередной «случайной» встречи.

– Вика, если ты не мазохистка, то ближайшую неделю из дома ни ногой. Обещаю, как только я найду демонят и они получат по заслугам, мы с тобой будем путешествовать каждый день. Я покажу тебе не только эту долину, но и остальные живописные места нашей планеты. Я пока не уверена, сможешь ли ты создавать порталы, но, думаю, их мы тоже изучим, знания лишними не бывают. А теперь будь умничкой, сделай личико поприятнее, возьми вот эту книжечку, и чтобы к моему возвращению были прочитаны главы о магических каналах и их подпитке.

Гр-р-р!

Еще бы эта книжечка была написана доступным для поваров языком! Между прочим, я от силы процентов пятьдесят из написанного понимаю!

– А ты…

– А я – по делам. Искать демонят и вытрясать из них дурь.

Ну вот, как всегда! Все самое интересное без меня. Эх…

Повздыхав минут десять после того, как драконица пропала в портале, я послушно взяла книгу и отправилась к себе грызть гранит, а в моем случае – целлюлозу науки. Стимула бы мне… килограмм так сто. Интересно, сколько весит Юми?

Минут тридцать я потратила на мечты о недоступном ястребе, еще минут двадцать просто безразлично листала учебник, но, к счастью, сумела взять себя в руки и сосредоточиться на таких, казалось бы, простых словах, как «потоки», «каналы», «ключевые узлы», «мана», которые почему-то были связаны между собой совсем непонятным смыслом.

Так, генная память! Где ты там притихла? А ну помогай!

В таком ключе прошла вся следующая неделя, и даже больше. С утра у нас была теория и немного практики по целительству, после обеда ба вручала мне очередной учебник по генетике-алхимии-порталам, а сама уходила искать наемников (они как сквозь землю провалились, и ба невероятно злилась), к вечеру приходила раздраженная и гоняла меня по прочитанному материалу, злилась еще больше и обещала лично поковыряться в моих мозгах, которые отказывались работать в полную силу.

На десятый день я не выдержала.

– Ба! Признай, ученого из меня не выйдет! Ну зачем мне заучивать, сколько хромосом у стрекозы?! Максимум, кем я стану, – это женой и матерью! Я не хочу изобретать, у меня не инженерные мозги! Не генетические и даже не биохимические! Я люблю бегать, драться, метать ножи и готовить! Все!!!

– Не кричи на меня, – раздраженно процедила драконица, и я резко заткнулась. – Хорошо, ты права. Ученого и исследователя из тебя не выйдет. Но что насчет зельеварения? Ты как повар просто обязана испытывать тягу к экспериментам в этой сфере.

– Вот тут ты права – тяга есть. Но тяга, а не вынужденная обязанность. Ты элементарно не даешь мне свободы для творчества! Я каждый раз обязана… Ты слышишь? Обязана! А если я не хочу варить крем от морщин? Я хочу сварить сгущенку со вкусом вишни, одна капля которой расслабит лучше алкоголя! – выкрикнув первое, что пришло на ум, только после того, как прозвучали слова, я подумала, что сказала откровенный бред.

А вот ба, судя по удивленно приподнятой брови, мой ответ заинтересовал.

– А просто алкоголь тебя уже не устраивает?

– Я не пью.

– Вообще?

– Да.

– А почему, позволь полюбопытствовать?

– В детстве отравилась.

– О… у тебя было странное детство.

Да уж. Очень странное. Особенно для местных.

– Что ж, хорошо. Ты меня, конечно, удивила, но резон в твоих словах есть, и если ты действительно хочешь экспериментировать, то дерзай, я только за. Я ведь хотела всего-навсего, чтобы ты набила руку и поняла принцип. Но раз уж ты настолько уверена в своих силах… Я не против.

– А гулять? Я в этих четырех стенах скоро прокисну.

– Гулять? Мм… – Недовольно почесав носик, драконица неуверенно протянула: – По магазинам, а затем в сауну?

– Нет, что-то не тянет.

– Да, мне тоже последняя наша прогулка вечно на ум приходит. – Поджав губы, Марри раздраженно добавила: – И эти мерзавцы все никак находиться не хотят… Ну а куда тогда?

– Ты обещала экскурсию по горам. А еще можно к вампирам слетать… – добавила я вроде как невзначай, а сама все ждала, что она на это ответит.

Она, к сожалению, а может, и к счастью, моего тонкого намека не поняла и недовольно отмахнулась.

– Нет, у вампиров скучно. Давай лучше в Западные горы, там очень красивые пейзажи и мало драконов. Надеюсь, никто не помешает. Решено, переодевайся, и полетим.

Переоделась я в два счета и уже через пять минут нетерпеливо ерзала у центрального выхода, потому что сама Марри задерживалась.

Там-то меня и нашли мальчишки, которые, сверкая глазенками, взяли меня в кольцо.

– Я тоже очень рада вас видеть, – разулыбавшись, потому что невозможно было сохранять серьезность, глядя на их загадочные мордашки, я обняла всех по очереди, попутно радуясь, что сегодня надела тунику подлине и поприличнее. Они мне, конечно, в каком-то месте родня, но все-таки мальчишки. – А мы гулять летим!

– А мы? – синхронно скуксившись, дети являли собой вселенскую печаль. – Ты с нами совсем не играешь!

– Все претензии к ба! Я десять дней за учебниками кисла!

– А возьмите нас с собой!

К счастью, мне не пришлось придумывать отговорки, потому что явилась ба, и ей хватило одного-единственного строгого взгляда, чтобы юное поколение притихло, а затем и вовсе рассосалось по коридорам.

– Так, Виктория, чтобы не возникало недоразумений: даже не вздумай идти у детей на поводу – никаких прогулок без матерей. Если начнут настаивать, сразу говори – я запретила, и никаких исключений. До ста лет за ребенка отвечают родители, и только они имеют право разрешать им полеты за пределы замка. А мальчишкам еще и шестидесяти нет.

– Ясно. Спасибо за предупреждение. – Послушно покивав, хотя сама уже была мыслями целиком и полностью в предстоящей прогулке, я наконец получила команду оборачиваться, которую с радостью выполнила.

– Виктория, слушай меня внимательно. Мы с тобой уже несколько раз пользовались мыслеречью, будем пользоваться ею и сегодня. Путь предстоит дальний, так что будь аккуратна и внимательна – мы не раз пролетим над чужими гнездами, и может возникнуть опасность столкновения. Не балуйся в воздухе и смотри по сторонам. Покувыркаться сможешь, когда прилетим. Устанешь – дай знать. Уяснила?

«Да».

К сожалению, если ба умела в полном объеме пользоваться этой самой мыслеречью, то у меня получались лишь короткие слова – от длинных фраз начинала болеть голова.

– Умница. А теперь – четко на запад!

Глава 23

И все-таки я не уставала удивляться самой возможности полета. Казалось бы, это невероятно, ведь я такая тяжелая, а крылья не слишком большие, чтобы выдержать мой вес, но тем не менее я летела. И не просто летела, а упивалась высотой!

Фантастика! Свобода! Безумное удовольствие, которое невозможно выразить словами и можно лишь пищать от восторга!

Что я периодически и делала под ироничные фырканья ба, раздающиеся у меня прямо в голове. Она-то летела четко к цели, лишь иногда закладывая виражи, чтобы подождать меня. Кстати, к исходу второго часа полета я действительно начала немного уставать – раньше мы никогда не летали так долго. Маякнув бабуле, что было бы неплохо приземлиться во-о-он в той симпатичной долине с высокой и сочной изумрудной травой, пушистыми незнакомыми кустиками и небольшим озерцом, я пошла на посадку, при этом не забывая осматриваться, принюхиваться и вообще бдить по всем фронтам.

И, кстати, не зря – уже почти приземлившись, я с удивлением отметила, что долина жилая – в дальней от точки моего приземления скале виднелся довольно большой дом, частично встроенный в эту самую скалу. Ого?!

Интересно, кто тут может жить?

Ба еще заходила на посадку, а я уже неторопливой рысью продвигалась в сторону дома, намереваясь утолить свое любопытство. В округе довольно странно, но при этом неуловимо знакомо пахло, и уровень любопытства рос с каждым пройденным метром.

– Вика, стой!

Ба приземлилась мне чуть ли не на голову и, моментально обернувшись, скомандовала отбой.

«Почему?»

– Демоны!

О? Точно! Демоны! А почему стой? Ну и что, что демоны? Мы же не воевать идем, а так… в гости. А то, что без приглашения, так это и вовсе ерунда – драконам не нужно приглашение.

– Виктория! – возмущенно хлопнув меня по передней лапе, потому что слушаться я не торопилась, ба вдруг замерла, хищно принюхалась, а затем медленно обернулась в сторону дома. – Та-а-ак… милая, а мы удачно приземлились!

Да? Что такое?

Старательно принюхавшись сама и радуясь, что драконье обоняние невероятно чувствительно, среди незнакомых запахов я различила одну-единственную нужную нотку.

Тагриан! Либо он здесь, либо совсем недавно был здесь!

Гр-р-р!!!

– Вика, не смей!

Наплевав на бабулины вопли, я молнией понеслась к дому. Если она хочет устроить ему трепку за усыпление, то у меня с ним свои счеты! И я пер-р-рвая!!!

Десять метров, пять, метр и…

Бум-с-с-с…

Звук удара моего лба о невидимую преграду был невероятно звонким, а уж сверкающие звезды, которые затанцевали у меня перед глазами, и вовсе можно было потрогать. Голова-а-а…

«У-у-у! – обиженно рявкнув, я помотала пострадавшей головушкой, разбрасывая эти самые звезды прочь, и искоса глянула на неторопливо приближающуюся Марри. – У!»

– А я говорила – не торопись.

Неправда! Не говорила!

– Ну-ну, не плачь. Сильно больно?

«Бу-у-у…»

– В следующий раз слушайся умную ба.

Черт, могла бы и пожалеть!

Слезливо шмыгнув, но так и не дождавшись утешения, я тяжко вздохнула и сделала пару шагов назад. Почему я не почуяла преграду? И что она вообще собой представляет? Кстати, я до сих пор ее не чую!

Прищуриваясь и принюхиваясь, я старалась делать это как можно тише, чтобы не мешать ба, которая тоже изучала невидимую преграду, не позволяющую нам подойти к дому.

– Как интересно… – Удивленно и заинтересованно похмыкав, Марри прошла вдоль преграды метров двадцать, но она все не кончалась, в итоге сливаясь со скалой в том месте, где дом уже метров пять как закончился. – Очень интересно. Милая, отойди еще подальше и учись.

Ба вернулась ко мне, снова обернулась в драконицу и, сконцентрировавшись, послала в невидимую преграду огромный пульсар ледяного пламени, который сформировался в ее драконьих лапах. Пульсар растекся по преграде и стек на землю, уничтожив траву, а еще выжег землю сантиметров на десять вглубь. Преграда даже не замерцала, не говоря уже о чем-то большем.

«С-с-с!»

Сморщив нос, когда в моей голове раздалось угрожающее и крайне раздраженное шипение, я сделала еще несколько шагов назад. Судя по тому, как прищурила глаза Ледяная Леди, сейчас будет еще один залп.

На этот раз Марри концентрировалась дольше, и сгусток был в разы больше и мощнее, причем состоял он не только из ледяного пламени. Он содержал в себе еще и такие любимые мною молнии. И…

Ба-бах!!!

Жуткий грохот, дым, смрад и…

И котлован перед преградой глубиной метр, а сама преграда, судя по яростному рыку драконицы, стоит. Черт, почему я ее не вижу?!

А затем ба закричала. Громко, пронзительно, с переходом на ультразвук, да так, что я плюхнулась на землю и попыталась зажать чувствительные уши лапами, но получалось плохо – визг ввинчивался в мозг, и этот самый бедный мозг начинал вибрировать, медленно, но верно превращаясь в желе.

«Ба-а-а! Хва-а-ати-и-ит!»

– Достаточно! – Дверь дома неожиданно распахнулась, и на пороге появился незнакомый и крайне раздраженный демон лет сорока. – Женщина, прекратите!

Женщина? Этот самоубийца назвал главу семьи «женщиной»?

Как бы ни было мне плохо, но я не удержалась и захихикала, при этом спрятав морду под лапами. Я-то нисколько не сомневалась, что ба сейчас покажет ему, в какой позе раки зимуют, но, к моему безмерному удивлению, драконица медленно захлопнула пасть и делать что-либо не торопилась. Вместо этого она внимательно рассматривала незнакомца.

А рассматривать особо было нечего: стандартный демон. Высокий, очень загорелый, темноволосый, кареглазый. На висках – легкая седина, длинные волосы собраны в низкий хвост. Одет в плотные черные брюки, рубашку цвета хаки, поверх которой был жилет с множеством карманов и фартук.

Фартук меня, кстати, очень заинтересовал – от него ощутимо пахло машинным маслом, да и многочисленные жирные пятна намекали на то, что мужчине не чужда работа с техникой и механизмами.

Но это все ерунда! Мы долго тут стоять будем? Где Тагриан?! Дайте мне его, а сами можете продолжать играть в гляделки.

– Гр-р-р?!

«Вика, нет».

«Почему?»

– Добрый день… – Ба вновь обернулась и, высокомерно вздернув подбородок, смерила напрягшегося мужчину очередным оценивающим взглядом. – Мы не знакомы… С кем имею честь общаться?

– Хаймерш ака’Сурри, леди. – Ответ был довольно сух, но, судя по расширившимся глазам ба, это имя было ей знакомо.

– Хаймерш-механик? – И столько искреннего недоверия было в ее голосе, что я озадаченно нахмурилась.

– Верно. – Демон нахмурился следом за мной, и его взгляд стал еще недовольнее. – Леди, если вы закончили истерику, то, может, отправитесь дальше своим путем? У меня эксперимент и нет времени на пустые разговоры.

Ой дура-а-ак…

– Истерику? – Взгляд драконицы заледенел, а поджатые губы превратились в ниточку. – Мужчина, вам ли не знать, что драконы не истерят?

– А женщины? – снисходительно усмехнувшись, причем, судя по всему, ощущая себя в абсолютнейшей безопасности (а как иначе?), демон подпер плечом косяк и сложил руки на груди. – Дамочки, вы себя со стороны видели вообще? Одна головой бьется, вторая пульсарами кидается, а затем вопит, как рота банши. И все ради чего? А подумать о том, что это частная собственность и я могу быть против подобного вторжения, вам цвет волос или пол не позволяет?

Ну все! Я его сейчас сама на лоскутки порву!

О том, что его слова возмутили не только меня, по виду ба догадаться было невозможно. Если до этого она стояла и презрительно прожигала демона взглядом, то сейчас лишь сильнее прищурилась. Мне кажется или она что-то задумала?

– О, прошу простить, кажется, я действительно слегка забылась и поддалась эмоциям… – Если бы голосом можно было замораживать, демон бы уже был одним огромным куском льда. – Но утолите мое любопытство, я чую в округе запах императорского наемника по имени Тагриан… Он здесь?

– Нет, внука здесь нет.

Внука? Он ему внук? Хм…

– Что ж, очень жаль. – Недовольно дернув плечиком, драконица махнула мне рукой, показывая, что мы уходим.

Уходим?! Вот просто так берем и уходим?

Моя драконья морда была настолько обиженной и обескураженной, что ба протянула ладонь и с сочувствием погладила меня по носу.

– Да, милая. Уходим. Как ты сама слышала, нужного нам объекта здесь нет, и задерживать господина Хаймерша с нашей стороны будет вопиющей бестактностью. Кстати… – Обернувшись через плечо, ба холодно улыбнулась мужчине и словно невзначай обронила: – Если ваш внук снова появится, передайте ему наш горячий и пламенный привет и пожелание скорейшей встречи. Я, в свою очередь, обещаю приложить к этому максимум усилий.

– Привет от кого?

– От леди Маррхиям и ее внучки.

– Маррхиям? Марри-генетик? Так вы та самая Марри?!

Мужчина все повторял и повторял, но ба это уже не волновало – она, поджав губы, шла прочь от того, кто всего за пять минут оскорбил ее несчетное количество раз. И я ее прекрасно понимала! Если бы он начал так оскорблять меня, с учетом того, что я была бы главой семьи и всеми уважаемой леди, то я бы вообще с ним не стала разговаривать.

А теперь нате! Узнал, что она не просто «женщина», а «та самая Марри» и тут же залебезил. У, гад!

«Вика, на крыло».

Иду-иду.

Не удержавшись, я высунула язык и с удовольствием продемонстрировала механику свое «фи». Затем развернулась и, как самая обычная собака, поддела когтями задней лапы землю и отбросила ее назад, якобы закапывая. К сожалению, комья земли не долетели по назначению, а наткнулись на невидимую стену, но мне это было уже не важно – я торопилась за обиженной и оскорбленной ба.

Черт, куда она так рванула?!

Торопясь догнать драконицу, минут через десять я поняла, что это бесполезно – в отличие от меня, она не была такой уставшей, а может, еще и обида со злостью придали сил. И в итоге я плюнула и перестала торопиться. Заблудиться я не боялась – в драконьем организме имелся своеобразный компас, который запоминал абсолютно каждый пройденный метр, и я четко знала, куда именно мне лететь, чтобы добраться до дома.

А теперь вопрос… Нужно ли мне туда?

Замедлившись еще больше, я старательно припоминала все последние наставления моей дражайшей бабули и минут через семь пришла к выводу – запрет на вылет из дома был лишь на неделю, которая закончилась несколько дней назад, а это значит…

Юми-и-и! Я лечу в гости, надеюсь, ты не против!

Окончательно принятое решение придало сил, и я, с радостным визгом кувыркнувшись в воздухе, повернула на юг. Туда, где располагался нужный мне вампирский город с особняком ее величества.

Есть!

Уже практически не веря, что девчонка в ближайшее время останется одна, Шерриангерр растянул губы в довольной ухмылке и, прикинув путь следования хорошенькой, но вредной драконочки, свернул поисковый маяк. Судя по всему, Виктория отправилась в земли вампиров. К мамочке-королеве? Все возможно.

Что ж, он без труда успеет перехватить выскочку километрах в ста до ближайших вампирских городов.

Если поторопится.

Накинув, но не став застегивать рубашку на все пуговицы, дракон выскочил из своей спальни на личный карниз и через секунду уже мчался прямиком на юг. Туда, где его ждала запланированная и тщательно продуманная встреча с будущей любовницей.

Ему много не надо: на недельку-другую…

И все-таки надо учиться строить порталы. Полет – это, конечно, хорошо, но не тогда, когда он длится уже пятый час. Эх…

Второе дыхание все никак не открывалось, спина уже ощутимо болела, как и лопатки, а до города было еще не меньше часа. Мимо, но довольно далеко пролетело несколько драконов, которым, к счастью, не было до меня никакого дела. Пару раз я видела вранов с наездниками. Однако больше всего я переживала о том, что ба будет против моего маленького побега к вампирам на пару-тройку часиков, в любой момент выйдет из портала на ближайшей скале и отправит меня домой. Но пока подобного не наблюдалось, и я надеялась, что еще как минимум пару часов ба будет занята.

Я уже начала мечтать о том, как приземлюсь на крышу особняка и, обернувшись, дождусь ястреба именно там, а потом, может, и еще кое-что случится, как интуиция, поставленная на автопилот, завопила: «Опасность!»

Где? Кто?

Я успела увернуться лишь в последний момент, резко взмыв ввысь, но все равно кончик моего хвоста мазнул по чьему-то крылу.

Сориентировалась я довольно быстро и, найдя взглядом придурка, забывшего о безопасности и теперь закладывающего крутой вираж, раздраженно зашипела. Шерри! Ах ты гад!

Но как бы ни была я зла на изумрудного дракона, я прекрасно понимала – если он решил поиграть, то я ему в небе не соперница. Ни по размерам, ни по опыту. И единственный выход – рвануть к Юми и притвориться слабой девочкой. А там пусть уже он, мой герой и защитник, начистит морду этому рептилоидному подонку!

Да, идеально!

Стоило решению оформиться, как открылось пресловутое второе дыхание, и я что есть сил рванула к городу, до которого оставалось не так уж и много – всего каких-то километров двести-триста.

Машем-машем-машем крыльями… летим-летим-летим!!! Периодически слушая за спиной угрожающее рычание, а пару раз даже доносящиеся до меня мысленные вопли остановиться, я не стеснялась мысленно посылать Шерри. Не уверена, слышал ли он все мои посылы, но, судя по ненормальной настойчивости, все-таки что-то до него донеслось. А вот и он, город!

Слегка растерявшись, потому что не знала, в какой именно части города располагался королевский особняк, я излишне замешкалась и дала дракону еще один шанс на бесчестную попытку сбить маленькую меня.

Сволочь!

«У-и-и-и!» – рывком уйдя с траектории и снова торопливо замахав крыльями, я постаралась настроиться на запах лорда и попытаться найти особняк наобум.

В любом случае мне нужен респектабельный район, а это направо. Вперед!

– Драконы!

Вечерние сумерки незаметно прокрались в город, но фонари еще не зажглись, и в сиреневом закатном небе два дракона – белоснежный с голубым отливом и изумрудный – моментально привлекли к себе внимание абсолютно всех горожан.

Детвора восхищенно пищала, любуясь самыми совершенными существами вселенной, девушки мечтательно прикрывали глаза, парни возбужденно обсуждали мощь древних рептилий, и лишь горожане постарше недовольно хмурились и шептали, что это не к добру.

Юмирай лишь позавчера вернулся из командировки по конфиденциальным делам ее величества, вчера весь день потратил на составление отчета, так что сегодня он предпочел провести день на свежем воздухе и в тренировочном зале.

Естественно, тренировался он не один – компанию ему составил капитан Далерай, тоже заскучавший без спаррингов с достойным противником, так что первыми незваных гостей заметили гвардейцы, о чем тут же поспешили доложить самым быстрым способом – воплем.

– Милорд! Драконы в небе!

Все бравые воины, охраняющие поместье, так или иначе были в курсе основных сведений, и то, что ледяную драконочку сейчас явно преследовал изумрудный дракон, вызвало всеобщее негодование.

И не только негодование.

– Убью, мразь… – Напряженным взглядом отслеживая стремительное приближение голубой красавицы, в которую обернулась его малышка, Юмирай дождался, когда она подлетит максимально близко, и что есть сил крикнул: – Виктория, я здесь! Лети к тренажерам!!!

– Виктория, я здесь! Лети…

Последние слова унес ветер, но мне хватило и первых звуков, чтобы сориентироваться окончательно и со счастливым визгом пойти на посадку. На последнем десятке метров нервы не выдержали, и, мысленно крикнув: «Лови!», я обернулась прямо в воздухе и с радостным воплем рухнула прямиком в предусмотрительно распахнутые объятия.

– Шэт!

Мысль оказалась не самой умной, потому что чудовищная инерция хоть и была мною магически погашена, но, как показало приземление, все-таки не до конца – вампир завалился на спину, сдавленно охнув.

– Прости…

– Ничего страшного…

Юми, одетый лишь в брюки и сейчас лежащий подо мной, выглядел самым счастливым человеком… ой, вампиром на свете, так что я не удержалась и начала глупо улыбаться.

– Господи, как же я по тебе скучала!

– Я тоже. Безумно.

Подавшись вперед и поцеловав меня в нос, Юмирай резко посерьезнел и уже через секунду поднимал нас обоих на ноги, попутно шепотом ругнувшись на мою задравшуюся сверх меры тунику.

– Извини…

Вместо ответа одарив меня таким жарким взглядом, что я покраснела и действительно устыдилась, Юмирай рывком задвинул меня к себе за спину. Рядом с ним встал капитан, протянул мне чью-то рубашку (судя по личному запаху – ястреба) и одним выразительным взглядом четко в глаза порекомендовал мне прикрыть чуть больше, чем прикрывала порвавшаяся на боку туника.

Все это заняло от силы секунд пять, но дракону как раз хватило времени на то, чтобы обернуться в тридцати метрах от нас и вальяжной походкой самовлюбленного мачо направиться к нашей группе.

Умом я понимала, что вампиры против дракона не выстоят даже вдесятером, потому что дракон – это чистая магия, а вампиры – всего лишь грубая физическая сила. Но эмоции… Эмоции требовали порвать этого рептилоидного подонка на крохотные кусочки!

– Ну надо же… кого я вижу! – Наемник остановился всего в пяти метрах от нас троих и, косо глянув на остальную стремительно приближающуюся стражу, лишь презрительно усмехнулся. – Сам Бешеный Юм! Не ожидал…

Они что, знакомы?

– Аналогично, – сжав руку в кулак и тут же ее разжав, ястреб ответил в том же тоне, то есть презрительно. – Чем обязан? Насколько я помню, тебе запрещено появляться в наших городах.

– Да так… девочку одну непослушную и капризную догонял, заигрался. Викуся, сладенькая, выходи. – Глянув четко на меня и при этом откровенно игнорируя всех остальных, дракон собственнически поманил меня пальцем и похабно усмехнулся. – Пойдем домой, не будем мешать доблестным воинам ее величества нести службу. Видишь, как их расстроило твое появление.

Мразь. Ненавижу выродка!

– Юми, а ты можешь его убить? – нервно шепнула я. Меня уже буквально трясло от гнева, и в случае отказа я была готова сама выйти вперед и начистить хаму морду. Если до его последних слов я не была уверена в том, что хочу его крови, то после «Викуси» и «сладенькой» решение оформилось окончательно. Без права на обжалование.

– Без проблем. – Повернув голову ко мне, ястреб всего на миг прикоснулся губами к моим губам, но этого мгновения мне хватило, чтобы увидеть в его глазах четкую уверенность в произнесенных словах. Он был абсолютно уверен в том, что ему это под силу. А затем он сказал то, отчего я снова сочно покраснела: – Милая, застегни пуговки до конца, а то свадьба будет сегодня. И не уходи далеко, я сейчас вернусь.

Глава 24

Вика!

Если первые два часа Маррхиям была уверена, что Виктория хоть и отстала, но все равно летит домой, то, когда вынырнула из своих далеко не веселых мыслей, оказалось, что девочка еще слишком далеко от дома. Да настолько, что…

Настороженно прислушавшись к своему внутреннему компасу, оповещающему, где находится каждый из ее детей и внуков, уже приближающаяся к родовому замку драконица недовольно поджала губы. Плутовка!

В первые мгновения Марри настолько разозлилась, что захотела во что бы то ни стало вернуть взбрыкнувшую внучку, но порыв схлынул так же неожиданно, как и появился.

Кого она обманывает?

Права Виктория… слишком права. Марри заигралась, зациклилась, поставила свое «я» на пьедестал и теперь требует от всех безоговорочного поклонения и уважения, наплевав на истинные желания своих близких. Старая глупая маразматичка.

К горлу подступил ком, и драконица лишь чудовищным усилием воли удержалась от того, чтобы не зарыдать прямо в небе. Нет! Никто и никогда не увидит ее слез!

А все этот! Механик, чтоб ему пусто было! Она тридцать лет мечтала с ним познакомиться! Великий ученый! Отшельник, о котором не было известно ничего, кроме мировой славы его изобретений! Она прочитала все его научные изыскания! Она, как могла, наводила о нем справки и хотела хотя бы просто постоять рядом при сборке его чудо-машин, а он… а он оказался старым, вредным и хамоватым пердуном! Да еще и, ко всему прочему, демоном!

О Великое Мироздание, за что ты так жестоко?!

Приземлившись на личном карнизе и ворвавшись в свои покои, драконица еще почти час не могла успокоиться, нервно расхаживая по комнатам от стены к стене, от стеллажа к стеллажу, от двери к двери.

А затем эмоции переполнили, и она рухнула на колени, прямо на пол, и просто разрыдалась, превратившись из величественной Ледяной Леди в самую обычную одинокую и не очень молодую женщину.

Никому… Она элементарно не нужна ни-ко-му.

«Ба-а-а!!!»

Вика?

Далекий, но такой испуганный вопль Виктории гонгом прозвучал в голове, и слезы высохли сами собой. Виктория?

Виктория!

Я боялась. Я искренне боялась, что дракон окажется не просто подонком, а коварным и бесчестным подонком. Я нисколько не переживала за физическое превосходство ястреба – я видела силу и мастерство Юмирая и знала, что вампир, который на особом счету у самой Матери, не может быть обычным и слабым.

Но он не маг.

В отличие от дракона.

Сейчас мужчины, обменявшись парой стремительных ударов, чуть разошлись и закружили. Я видела, как самодовольно улыбнулся Шерри, наверняка рассчитывающий одержать быструю победу и очередной раз доказать, что вампир дракону не ровня. Но также я видела и уверенный взгляд Юмирая, и его четкие, до миллиметра выверенные движения.

Я знала, что его уверенность основана не на пустом месте, я это чуяла.

Покружив пару минут, мужчины наконец что-то решили для себя, и начался бой. Молниеносные удары сменялись бросками и прыжками. Блоки – контратаками. Подсечки, хуки, апперкоты, кроссы… Я могла от силы отследить одну десятую и в итоге нервно кусала губы и мяла край рубашки, которую все-таки сумела застегнуть до конца.

– Виктория, может, вы пройдете в дом… – Капитан попытался потянуть меня за локоть, но тут же одернул руку, когда я угрожающе зарычала. – Тихо-тихо!

Я отвлеклась всего на секунду, но именно в этот момент Юмирай нанес один из тех ударов, которые становятся решающими, – прямой удар ногой в грудину. Дракон отлетел на несколько метров назад, согнулся пополам, а затем упал. И лишь когда обе мужские фигуры замерли, стало понятно, что за эти стремительные минуты они успели существенно изувечить друг друга. У Юмирая была рассечена левая бровь, и кровь залила пол-лица, правая рука висела плетью, на груди расплывался чудовищный синяк, и на правую ногу ястреб не опирался, предпочитая стоять на левой. А дракон… дракон сплюнул на землю кровь, попытался подняться на ноги, но, не сумев встать даже на колени, снова упал.

И, казалось бы, я просто обязана радоваться, но интуиция шептала, что это еще не все. Почему не все?! Все!

– Юми… – попытавшись податься вперед, чтобы поддержать ястреба, я увидела перед собой лишь недовольное лицо капитана Далерая, заступившего мне путь. – Дорогу!

– Нет, леди Виктория. Стойте. Это не женское дело.

– Не вам решать! – моментально вспылив и уже собравшись прорваться к ястребу силой, через плечо вампира я успела заметить, как дракон сумел встать на одно колено и, создав огромный магический пульсар, запустил его в лорда.

Господи… нет…

Время замедлилось, а затем практически остановилось. Миг – дракон падает на землю без сил, но на его губах не боль, а злорадство. Миг – ястреб удивленно вскидывает голову, а в следующее мгновение в его глазах отражается пульсар, и единственное, что он успевает сделать, так это раздраженно поморщиться, прежде чем огненный сгусток долетает до него. Мир вокруг нас превращается в один огромный взрыв чудовищной силы. Миг – и нас с капитаном сносит в ближайшие кусты ударной волной.

Страшно. Больно. Темно…

«Ба-а-а!!!»

Наверное, я все-таки потеряла сознание от страшного удара о землю, потому что в себя пришла уже тогда, когда капитан брал меня на руки, стараясь сделать это как можно более аккуратно, а вечер окончательно превратился в ночь. Господи! Юми!!!

– Отпустите…

– Леди Виктория?

– Отпустите! – Если первое слово прозвучало хрипло, то второе было истеричным и требовательным. – Отпустите, я уничтожу это тварь!!!

– Нет, леди, – проявив никому не нужное упрямство, вампир держал меня слишком крепко, а я была слишком обессилена как из-за длительного полета, так и из-за того, что произошло. – Моя первейшая и основная обязанность – позаботиться о вашей безопасности.

– Пусти! Пусти-и-и!!! – Истерика подкралась незаметно, но была такой яркой, что я нашла в себе силы и вырвалась из цепких мужских рук.

Я успела пробежать лишь несколько метров, когда на разгромленной поляне стало светло как днем – это ярчайший голубой пульсар осветил окрестности и Марри, вышедшую из портала.

– Ба… – Шаг – и ноги подкосились, а из глаз рекой полились опустошающие душу слезы. – Ба-а-а…

– Виктория! – В три стремительных шага подлетев ко мне, драконица не дала мне упасть, обняв так крепко, что стало больно. – Милая, что… Тихо-тихо, не плачь… Кто посмел? Кто?!

– Шерри… Он… – Ком в груди все рос, не позволяя сказать ни слова, так что я прокричала мысленно: «Он убил Юми-и-и!!!»

Прокричала и разрыдалась. Нельзя… Как же так… Я… Я же…

Я ведь даже не сказала ему ничего!!!

– Шерри? – На секунду руки сжались еще крепче, а затем ба передала меня подошедшему вампиру и всего за несколько коротких требовательных вопросов узнала у капитана суть произошедшего. – Ах, Шерри… Милая, закрой глазки, ба сейчас сделает кое-кому больно.

– Нет… – передернувшись всем телом, я снова попыталась вырваться, но добилась лишь того, что захват капитана стал окончательно каменным. – Я… убью… Дай!!!

– Виктория, нет. – Сурово поджав губы, драконица была сама невозмутимость: в глазах – лед, а на лице – абсолютная уверенность в своих словах. – Только дракон имеет право убить дракона. И только после того, как его судьбу решит Совет. Но вот покалечить до полусмерти… покалечить я имею право. Если не боишься и не противно, смотри.

Не боюсь.

Позволив капитану меня держать, я не отрывала взгляда от ба, отправившейся к дракону, который в этот момент пытался встать и обернуться. То ли ему не хватало сил, то ли концентрации, но у него не получалось сделать ни то, ни другое.

А затем она начала его калечить. Невысокая худощавая блондинка с циничной усмешкой на губах ломала дракону кость за костью, выворачивала суставы и отмораживала сломанное. Сначала он крепился. Затем начал стонать. Под конец он выл и умолял ба прекратить.

– Конечно, не вопрос. – Сломав последнюю крупную кость и посмотрев Шерри в глаза, драконица наклонилась и прошипела ему прямо в лицо: – Я предупреждала? Предупреждала. Дважды я не предупреждаю.

Белоснежные пальчики надавили на сонную артерию, дракон отключился, и только тогда я смогла судорожно выдохнуть. Экзекуция длилась от силы минут десять, но это было действительно жуткое зрелище – даже гвардейцы предпочли не смотреть, а заняться транспортировкой обожженного тела лорда.

На него я смотреть не могла, потому что знала: посмотрю – и все, не удержусь от нового витка истерики. Я не хотела запоминать его таким – избитым и покалеченным. Я хотела запомнить его живым. Обаятельным и галантным, совсем капельку диким и таким родным. Моим…

А затем кто-то простонал и глухо выругался.

Что?

Закаменев, я не могла поверить своим ушам и прочим чувствам.

Стон повторился, а я как завороженная перевела взгляд на носилки, на которые гвардейцы перекладывали Юмирая. Он… он…

– На лорда Юмирая почти не действует магия. А если действует, то это в большинстве своем не смертельные заклятия. Это особенности подавляющего числа полукровок. – Мне на ухо наконец были произнесены слова, объясняющие происходящее, но каменные руки капитана так и не разжались, запрещая мне приблизиться и убедиться лично. – Виктория, вам сейчас лучше не подходить. Лорд чересчур истощен и представляет для вас опасность. Обещаю, он восстановится в кратчайшие сроки, и уже завтра вы сможете его увидеть.

– Завтра? – Из горла вырвались лишь кашляющие хрипы, так что пришлось прокашляться и повторить: – Завтра?

– Завтра, – уверенно ответил вампир.

– Завтра? – К нам подошла драконица, а затем мне достался долгий и пронзительный взгляд.

Сердце пропустило стук.

Нет, ба. Пожалуйста!

– Хорошо, завтра. – Похоже, прочитав что-то в моих умоляющих глазах, Марри неожиданно тепло улыбнулась. – Я приду за тобой завтра вечером, милая. Постарайся больше никуда не влипать.

– Постараюсь… – Не веря своим ушам, я уже одними губами прошептала бабуле в спину: – Спасибо…

Судя по ее кивку, она это услышала.

Не став задерживаться на территории особняка дольше необходимого, глава рода Р’шейссо подхватила бессознательного изумрудного дракона за ворот и, не обращая внимания на то, что это не самый гуманный способ транспортировки переломанного мужчины, поволокла его за собой во вновь созданный портал.

И все-таки драконы чересчур жестоки. Я бы просто убила.

– Леди Виктория, идемте в дом. – Из размышлений меня вырвал тихий голос капитана, и я, нервно кивнув, послушно отправилась следом за остальными. – Я распоряжусь, Янита поможет вам с ванной и прочим.

– Спасибо. Скажите… – Вместо того чтобы смотреть под ноги, я все не отрывала взгляда от носилок, которые унесли далеко вперед. – Я могу помочь в восстановлении?

– Нет, леди. Юмирай – вампир, и лучшим восстанавливающим для него является кровь и эликсиры на крови. Пара-тройка бутыльков, полноценный сон – и завтра он будет еще краше, чем был. – Сам же усмехнувшись на свои утешительные слова, капитан добавил: – Вам тоже не мешало бы хорошенько выспаться. Выглядите уставшей. Вы, кстати, ужинали?

– Нет.

И даже не обедала.

– Ясно, тогда ужин и сон – мои вам рекомендации.

Я бы предпочла еще килограммов сто успокоительного… но чего нет, того нет. Точнее, есть, но успокоительное немного не в форме. Господи, о чем я думаю?! Он только что чуть не умер, а у меня все мысли только о том, что мне плевать на ужин и сон, лишь бы к нему пустили!

– Спасибо. Вы очень любезны.

Интересно, а после того, как он выпьет эликсиры и больше не будет опасен, я смогу его увидеть?

Послушно переставляя ноги, за весь путь до особняка я успела поблагодарить капитана еще несколько раз, чем, кажется, начала его нервировать. Он даже рискнул предложить мне выпить, причем всего и сразу: от крови и вина до чая и кофе с убойной дозой успокоительного.

– Нет, спасибо… – Немного нервно улыбнувшись, когда его откровенно перекосило от очередного «спасибо», я попыталась хоть как-то успокоиться, но получилось не очень. – Скажите, а кто будет лечить лорда? Вы? Или лекарь?

– Нет, Виктория, не я. Лорда уже осматривают и лечат другие. Каждый гвардеец ее величества обязан знать азы первой помощи и разбираться в более сложных вещах. Не переживайте, уверен: его уже осмотрели и сделали все необходимое. И пожалуйста… – Немного надавив тоном, что я даже слегка удивилась, капитан сурово поджал губы. – Я знаю, что не вправе вам приказывать, но убедительно прошу – постарайтесь взять себя в руки. Я не умею успокаивать плачущих женщин и боюсь, если попытаюсь сделать это своими силами, то назавтра уже сам впаду в немилость лорда.

– Эм… – Слова вампира дошли до моего сознания не сразу, но даже когда дошли, то их смысл стал мне понятен лишь спустя пару минут серьезных раздумий. – О…

К тому времени капитан наконец довел меня до комнаты и, лично усадив на кровать, обронил, что Янита сейчас принесет ужин.

– Да, спа… сибо, – договаривала я уже в закрытую дверь. М-да. Ладно, черт с ним. Кажется, я действительно расклеилась.

Немудрено…

Спрятав лицо в ладонях, я несколько секунд просидела без движения, а потом резко выдохнула и, растерев ледяным пальцами такой же ледяной лоб, окончательно стряхнула с себя остатки паники. Все хорошо, Вика. Все просто отлично! Шерри обезврежен, Юмирай в надежных руках, я сама – в полном порядке, и впереди у меня целые сутки на безумства, которые я обязательно совершу! Потому что только полчаса назад я наконец осознала, что в любую секунду может стать поздно. Поздно. Просто потому, что больше не с кем будет эти самые безумства совершать.

Вот уж нет!

Не позволю! Никому не позволю отнять у меня эту возможность! Даже тому, кто слишком воспитан и чересчур порядочен!

Но сначала я дождусь, когда все уснут…

Глаза мечтательно закрылись, блаженная улыбка сама собой наползла на лицо и не сползла с него даже тогда, когда в мою комнату после короткого вежливого стука вошла Янита с огромным подносом, сплошь заставленным тарелками с горячей и ароматной едой.

– Леди Виктория!

– А? – Устало открыв глаза, я улыбнулась еще шире, но, кажется, этим слегка напугала девушку. – Привет… Не обращай внимания, я так устала. Сначала летела полдня, затем убегала, потом такое случилось… оставляй все, заберешь завтра.

– Но вам необходимо помочь… – Неуверенно пролепетав это, Янита тем не менее поставила поднос на тумбочку и замерла рядом.

– Нет, не надо. Я в порядке. Просто устала. Отдыхай, увидимся завтра. Мне нужно побыть одной, успокоиться.

– Как скажете. – Присев и пожелав мне спокойной ночи, девушка выглядела искренне озабоченной, но не стала настаивать и послушно ушла.

Вот и слава богу!

И все-таки еда и ванна творят чудеса – потратив на ужин и купание часа два, а может, и все три, я пришла в себя настолько, что задумалась о резонности своих планов. С одной стороны, мне до безумия хотелось оказаться рядом и было плевать на последствия и препятствия, но с другой – совесть и сочувствие намекали, что сейчас он не в самой лучшей форме и вообще может не захотеть меня видеть. Мало кто из мужчин любит, когда женщины становятся свидетелями их слабости. Хотя-а-а…

Если я буду осторожна и предельно аккуратна, то, может, и не все так страшно? Далерай же сказал, что уже завтра к утру Юми восстановится.

Черт, нет! Не могу больше ждать!

Казалось бы успокоенные обильным ужином и горячей ванной нервы вновь заявили о том, что я женщина и мне положено нервничать и изводить себя неизвестностью, а значит, я просто обязана пойти и убедиться во всем лично.

Но сначала надо одеться.

А во что?

Спрыгнув с кровати и отправившись инспектировать шкаф, я была приятно удивлена, когда обнаружила в нем несколько абсолютно новых платьев, по своему крою очень схожих с тем, которое я носила здесь в первые дни, – голубые, бирюзовые, бежевые туники в пол с красивыми кожаными ремешками. А если не надевать белье и ремень, то сойдет и за ночнушку. Точно! Кстати, ночнушки в шкафу я не нашла.

Идеальное решение!

Остановив свой выбор на голубом цвете, я, лучась от удовольствия, разделась догола и облачилась в платье. Легкий шелк приятно льнул к коже, а мысли о том, что под ним нет ничего, кроме меня самой, приятно будоражили сознание. Туфли я не стала надевать принципиально и, прикинув, что по времени уже ближе к часу, а может, и двум ночи, погасила ночник, осторожно выглянула в коридор и еще минут десять потратила на то, чтобы убедиться в отсутствии посторонних на своем пути. Чуткий слух доложил, что на втором этаже нет никого, кроме меня и спящего довольно крепким сном лорда, так что, стараясь не улыбаться слишком уж кровожадно, я отправилась вглубь по коридору. Четко в апартаменты одного очень благородного и крайне привлекательного во всех смыслах мужчины.

Юми-и-и, кто не спрятался – я не виновата!

Ему снился сон…

В его руках находилось самое ценное, что в принципе могло существовать, и это что-то, а точнее кто-то, само обвило его руками и прижалось так крепко, что он ощущал жар тела даже сквозь шелк ночнушки.

А еще она шептала… Мурлыча и водя губами по краю уха, она шептала, что он самый лучший и самый потрясающий. Невероятно благородный и просто великолепный. Сильный, смелый, чудесный, восхитительный, шикарный и умопомрачительный… Острые зубки прикусили мочку уха, и по спящему мужскому телу прошла волна возбуждения и сладкого предвкушения чего-то большего.

Тонкие пальчики пробежали по перевязанной бинтами груди, на пару мгновений задержались на коже живота, погладили каждый кубик пресса, обвели крохотную ложбинку пупка и замерли чуть ниже.

– Так бы и съела…

Горячее женское дыхание пощекотало шею, а Юмираю стало так хорошо, как не было никогда в жизни. И даже боль в ребрах, которые уже почти срослись, ноющая вывихнутая нога и многочисленные ожоги отошли на второй план и показались несущественной мелочью.

Пальчики тем временем вновь продолжили путешествие по его телу, вызывая возбужденных и алчущих продолжения мурашей. Они бродили по коже, порой царапая ноготками: по бедрам, животу, груди, плечам и предплечьям, но никак не могли дойти до самого главного.

И в какой-то момент он понял – сами они не дойдут, необходимо им помочь!

Сначала было немного страшновато, так что я просто легла рядом – Юми выглядел настолько бледным и осунувшимся, что я едва не передумала. Но нет! Черт возьми, завтра у меня уже не будет такой возможности!

И я решилась.

Сначала положила руку ему на грудь, но при этом стараясь не задевать бинтов, затем прижалась чуть крепче, забравшись под одеяло, потому что в комнате было довольно прохладно, а под конец не удержалась и, закрыв глаза, начала нашептывать ему на ухо невообразимые глупости.

Было смешно, немного нелепо и одновременно так правильно, что под конец я осмелела. Левой рукой обняла Юми за шею, а правая пустилась в путешествие по самому дорогому и желанному мужчине. Я говорила то, что думала. То, что успела понять в те жуткие минуты, когда решила, что он погиб. О том, как он мне дорог, о том, что лучше него я никого не знала и не встречала, о том, что здесь и сейчас – это самое потрясающее, что может происходить в принципе.

– Мм… – все еще спящий лорд потянулся за пальцами и, развернувшись поудобнее, заключил меня в капкан своих рук, устроившись на боку и прижав меня к себе невероятно крепко. – Да-а-а…

– Спи-спи… – уже обе руки обвили его шею, и, не удержавшись от соблазна, я прошептала ему прямо в губы: – Люби-и-имый…

И аккуратно поцеловала, чтобы не разбудить и продолжить получать свое такое запретное, но безумно желанное удовольствие.

– Повтори…

Глава 25

– Повтори…

Застыв, я срывающимся голосом прошептала:

– Ты не спишь?

– Сплю. – Юмирай открыл глаза, а затем блаженно улыбнулся. – И это самый прекрасный сон за всю мою жизнь…

Ну и как на него обижаться? Оставалось лишь улыбнуться в ответ. Всего несколько слов, а я уже ощущаю себя самой желанной и самой необходимой. Любимой? Пока не знаю…

– Так на чем ты закончила? Продолжай, я слушаю. – Мужская ладонь скользнула по спине вниз и уверенно расположилась на талии, капельку сжав.

– Как ты?

– Сносно. Но ты говорила об ином… – Темно-зеленые глаза смотрели пристально и требовательно, а на меня накатила неуместная робость. – Повтори.

– Мм… – неуверенно поерзав в его руках и осознав, что это уже не объятия, а почти захват, и мне уже никуда не деться, я вдруг успокоилась. А хочу ли я деться? Нет. И если ему это так важно, то я повторю. Столько раз, сколько он захочет. – Любимый. Дорогой. Обожаемый. Самый лучший и ненаглядный.

С каждым моим словом его глаза темнели, и в конце концов чернота окончательно затопила радужку и белок. Это было потрясающе!

– Ты понимаешь… – Его голос был хриплым, но это еще больше убедило меня в том, что я поступаю правильно. – Понимаешь, что со мной делаешь?

– В полной мере, – мурлыкнув и прикрыв глаза, я зарылась пальчиками в короткие волосы на его затылке и прошептала прямо в губы: – Я тебя люблю. И нуждаюсь в тебе. Я не представляю своей жизни без тебя. И не отпущу. Никогда. Ни за что. И только попробуй заикнуться о своей порядочности…

Он не стал. Вместо слов протеста и возражений он иронично хмыкнул и поцеловал. Да так, что из моей головы вылетело все плохое, что там еще оставалось. Все тайные страхи, все последние сомнения, тревоги и печали. Им там не осталось места, потому что всю мою суть захватила умопомрачительная нежность, твердая уверенность в правильности выбора и искренняя любовь. Да-да, та самая любовь, о которой не принято говорить вслух, которую невозможно потрогать и увидеть, но которая все-таки существует. Теперь я это знала точно.

– Ну все, милая, теперь ты моя навсегда!

– Нет, милый! Это ты мой! Навечно!

Ночь прошла так быстро, словно это была не ночь, а мгновение. Мы больше не разговаривали, да и не было в этом необходимости. Вместо нас говорили наши руки и губы. Наши тела и наши души. Наше сбившееся дыхание и наши стоны…

Ладно-ладно, мои стоны.

И его страстные порыкивания, звучащие для моего самолюбия лучше любых комплиментов и признаний.

– Мм…

Рассвет наступал медленно, но неумолимо, а его руки все не отпускали меня от себя ни на миллиметр.

– Устала?

– Нет… – Не сумев удержать зевок, я чуть смутилась под его снисходительным взглядом. – Не устала, просто спать хочу. Но не устала.

– Вижу-вижу…

Меня подтянули еще ближе, собственнически лаская ягодицы и бедра. Затем заглянули в глаза и тихо, но категорично припечатали:

– А теперь поговорим серьезно.

Ну вот…

– А может, потом?

– Когда потом?

– Ну… потом.

– Нет. Сейчас.

– А ты совсем не устал?

– Нет.

– Уверен?

– Виктория? – Иронично приподняв бровь, Юми недовольно поджал губы. – Что за упаднический настрой?

Настрой? Настроя нет никакого. Особенно на серьезные разговоры.

– Что-то так спать захотелось…

– Трусиха.

Возможно…

– Хорошо, я слушаю.

– До полуночного слета осталось около двух месяцев. За это время нам с тобой необходимо определиться с такими вещами, как место жительства и дата свадьбы. С остальным я разберусь сам.

– Эм…

Вот так просто? А как же многочасовые лекции обо всем остальном?

Слегка обескураженная тем, как у него все просто, я несколько раз сморгнула. Потом задумалась. Затем недовольно нахмурилась…

– Что? – Внимательно отслеживая каждую мою эмоцию, Юмирай не собирался молчать и оставлять хоть что-то недосказанным.

– Да так…

– Как? Виктория? Ну что за трусость? Говори все, не укушу.

– Лучше б укусил… – Со вздохом пробормотав это, я уткнулась носом ему в шею и тут же ее слегка прикусила, показывая, что я имею в виду. Затем лизнула и самодовольно усмехнулась, услышав его тихое грудное рычание. – Как насчет занятий? Я ведь до сих пор знаю от силы сотую долю необходимого. И ба… знаешь, я только вчера поняла, что действительно в ней нуждаюсь. И она во мне… она может показаться злой и эгоистичной, но она так одинока…

– Твои предложения?

– С тебя – дом и свадьба, с меня – примерная жена и идеальная леди. Встречаемся через два месяца. – Сказав вроде в шутку, я моментально поняла, что он не согласен – пальцы стали жестче, а взгляд – недовольнее. – Нет?

– Нет.

– А как?

– Ты уже идеальна. И жить ты будешь со мной, начиная с этой секунды.

– А как же ба?

– Хочешь, чтобы и леди Маррхиям жила с нами? – Черная бровь удивленно поползла вверх.

– Упаси боже!

– Тогда в чем дело? – Вторая бровь присоединилась к первой.

И как ему объяснить? Просто я больше всего переживаю, что ба будет против. Вот только объяснять не пришлось – он понял это сам.

– Боишься ее?

– Немного.

– Не бойся.

Легко сказать…

– Веришь мне?

– Верю. – Я ответила не раздумывая, за что тут же была зацелована.

– Идеальное утро, – констатировал ястреб минут через сорок, когда смог восстановить дыхание.

– Согласна. – У меня сил хватало лишь на то, чтобы блаженно мурлыкать, урчать и улыбаться.

Утро, конечно, могло бы стать еще идеальнее, если бы он тоже признался мне в любви, но, так и быть… я подожду. Мне не к спеху – он и так уже мой.

Собственнические мысли убаюкали меня незаметно, и так же незаметно я уснула.

В итоге проспала я чуть ли не до вечера, из-за чего искренне расстроилась. А как иначе? Ведь ба обещала забрать меня именно вечером, и чем ближе подходило время, тем больше я нервничала, отказываясь мыслить здраво и логично. Понятно, что она не тиран и не самодур, и если мы оба заявим ей о своих намерениях, то она вряд ли будет против, но трясучка все равно не проходила.

– Вика, хватит.

Юмирай все еще немного хромал, но в остальном уже выглядел бодрячком и без труда сумел остановить мое нервное мельтешение по гостиной, где мы ждали визита драконицы.

С удовольствием обняв его в ответ, я уткнулась носом в его грудь и глубоко вдохнула обволакивающий его запах уверенности и надежности.

Такими и обнаружила нас ба, вышедшая из портала спустя всего двадцать минут.

– Добрый вечер… – задумчиво протянула глава рода Р’шейссо, и нам по очереди достался изучающий пристальный взгляд, а затем и вопрос, заданный крайне недовольным тоном: – То есть вот так, да?

– Леди Маррхиям. – Чуть сжав руку на моей талии, но даже и не подумав ее убрать, Юмирай бесстрашно встретил взгляд ледяных синих глаз. – Возможно, по вашему мнению, я не самый лучший выбор, что могла сделать Виктория, но тем не менее она его сделала. И я прошу у вас ее руки. Вы – уважаемая глава древнего рода Р’шейссо и опекун Виктории, и я очень надеюсь, что вы не откажете нам в присутствии на нашей с Викторией свадьбе.

– А ничего, что я еще согласия на свадьбу не дала? – В первую секунду опешив, во вторую ба снова стала самой собой – язвительной и слегка высокомерной.

– Ба-а-а! – тут уже не выдержала я и возмущенно поджала губы.

– Что? Виктория, у нас был уговор – встреча на полуночном слете. Мало того что ты его нарушила, так еще и влипла в существенные неприятности с Шерриангерром. Кстати, Совет приговорил его к казни, радуйтесь. Так вот! – Неожиданно уперев руки в боки, как самая обычная бабуля, драконица снова перевела взгляд на Юмирая. – Молодой человек, с вас – подробное досье на себя самого, начиная с грудничкового возраста. Кроме того – точный адрес проживания, места работы и дальнейших планов и перспектив. А с тебя… – Очередной пронзительный взгляд прошелся по моей фигуре и почему-то остановился на животе. – С тебя, моя дорогая, внучки! И никаких отговорок я не принимаю! Если через год не справитесь сами, буду помогать! Понятно?

– Эм…

Сказать, что я потеряла дар речи, – это не сказать ничего. Я просто стояла столбом и глупо моргала, пытаясь уложить в сознании все, что она только что сказала.

– Благодарю вас, леди Маррхиям, вы очень мудрая и великодушная женщина. Досье будет у вас уже завтра утром, как и приглашение на свадьбу. – Чуть улыбнувшись, Юмирай при этом выглядел на все сто и под стать самой ба – такой же собранный, серьезный и невероятно уверенный в себе. – Могу я надеяться на вашу дальнейшую помощь Виктории в обучении? Кроме вас я вряд ли кому-то доверю свое сокровище.

– Обязательно. И это мы обсудим с вами как можно более подробно, лорд Юмирай.

Я прекрасно видела, что слова ястреба пришлись по душе ба, и то, что он интересовался ее мнением и просил ее помощи, окончательно убедило Марри не препятствовать нам, да еще и пообещать свою помощь в обучении.

– Не только, милая. Не только. – Посмотрев мне четко в глаза, драконица многозначительно улыбнулась. – Хотела тебе похвастать тем, что убрала в своем последнем эликсире побочный эффект головной боли, но, пожалуй, не буду.

Что…

Господи!

Она что, сейчас читает наши мысли?

Обескураженно выдохнув, я, наверное, была похожа на рыбу, вытащенную на берег, – круглые глаза, открытый рот и абсолютный шок.

– Ну должна же я была убедиться в том, что отдаю тебя в надежные руки. – Иронично хмыкнув, драконица повела плечиком, и в ее взгляде появилось нескрываемое веселье. – Виктория, закрой рот, ты же все-таки леди. Жду тебя утром вместе с досье на твоего жениха – ты так и не дочитала учебник по порталостроению. А пока прошу простить, дела. Доброй ночи, дети, до завтра.

Марри ушла, а я так и не могла прийти в себя. В душе бушевало столько разных эмоций, что выделить какую-то одну не представлялось возможным. И возмущение, и благодарность, и гнев, и признательность, и смех, и слезы. Невообразимый коктейль!

– Ну все, заканчивай пыхтеть. – Ястреб развернул меня к себе лицом и пытливо заглянул в глаза. – Что за эликсир?

– Эм…

– Не увиливай.

– Для чтения мыслей окружающих.

– Заба-а-авно… – Прищурившись, Юмирай, видимо, припоминал то, о чем думал при драконице, а затем усмехнулся. – А она умеет удивлять. Что ж, раз ее разрешение у меня есть, то, пожалуй, стоит получить разрешение еще у кое-кого.

– У кого?

– У невесты, например. Думаю, остальных родственников мы просто поставим перед фактом. Как считаешь?

– Эм…

Что-то я сегодня крайне немногословна…

Пока я думала, к чему это он и зачем ему мое согласие, ведь мы вроде как и без него неплохо справляемся, лорд отступил на шаг, встал на одно колено и взял обе мои руки в свои. Лукаво улыбнулся, подмигнул и проникновенно заговорил:

– Милая моя леди Виктория из древнейшего и уважаемого рода Р’шейссо, согласна ли ты стать моей супругой?

– Ну-у-у…

Что ни говори, а приятно!

– Ну?

– Ну-у-у… – Как я ни пыталась, но удержать серьезное выражение лица не могла, и губы сами собой растягивались в глупой, но невероятно счастливой улыбке. – А подумать можно?

– Поздно. Поздно думать, сокровище мое, поздно. – Мужские пальцы нырнули в нагрудный кармашек жилета, и спустя всего секунду мне на пальчик было надето невероятной красоты серебряное колечко с сапфирами различных оттенков. – Говори «да» или…

– Или? – С искренним интересом ожидая ответа, я его дождалась – меня совершенно не по-джентельменски закинули на плечо и куда-то понесли. – Юми?!

– А?

– Куда?

– Выбивать признание, – усмехнулся коварнейший из ястребов и уверенно зашагал по лестнице, ведущий на второй этаж.

– Да ладно?! – Хохотнув, я устроила локти на его спине и поболтала ногами, а затем и помахала рукой дворецкому, которому мы попались на глаза. Бедняга… Судя по его круглым глазам и пустому взгляду, данный эпизод запомнится ему на всю оставшуюся жизнь. – То есть если я буду сопротивляться, то ты будешь упорствовать в достижении своей цели, да?

– Верно.

Отлично!

– Милый?

– Да?

Мы наконец зашли в его спальню, и я смогла сказать то, что крутилось на языке всю дорогу по коридору второго этажа.

– Сегодня я буду очень плохой девочкой!

– Договорились.

Меня бережно переместили с плеча на кровать, а затем окинули таким страстным и таким голодным взглядом, что в груди что-то счастливо екнуло. Господи, я уже готова сказать «да», лишь бы он смотрел на меня так всегда!

Хотя нет, не готова. Сначала пусть удивит меня своими методами «выбивания признания»…

Удивлял он меня, удивлял… Изобретательно и пылко удивлял, кстати. И ближе к утру все-таки добился своего.

– Да!

– Повтори.

– Да!!! – выкрикнув на пике наслаждения, я рухнула на любимого и растеклась по нему счастливой лужицей, даже не пытаясь скрыть своего безбрежного счастья.

– У-у-умничка… – Мне подарили невероятно нежный и долгий поцелуй, а затем иронично хмыкнули в ушко. – А говорила, что будешь плохой девочкой…

– Я говорила, что буду ею сегодня, а сейчас уже завтра. – Не удержав самодовольной улыбки, я ткнула пальчиком в окошко, за которым занимался рассвет. – Да-да, уже завтра.

– А вы коварны, леди Виктория.

– Стараюсь, лорд Юмирай.

– Устала?

– Не-а. – Конечности мелко дрожали, тело воспринималось счастливым кусочком безвольного желе, но тон Юмирая намекал на нечто большее, чем просто участие. – А что?

– Поговорим?

– Опять? – Изобразив страдание, я хихикнула, когда он шутливо шлепнул меня по ягодицам. – Хэй?! Произвол!

– Прошу простить… – Попу тут же погладили, а ее хозяйку – поцеловали. – Так как?

– А о чем? И вообще, что за привычка говорить по утрам?

– А когда еще?

– Ну-у-у… – Закусив губу, чтобы не рассмеяться, я о-о-очень серьезно кивнула. – Да, ты прав – сейчас самое время. Так о чем ты хотел поговорить?

– На повестке дня у нас с тобой следующие вопросы: дата свадьбы и список гостей, место жительства и твое видение своего замужнего времяпрепровождения, а также время занятий с леди Маррхиям. Твои предложения?

– Ого! И это ты хочешь обсудить прямо сейчас? – всерьез удивившись его глобальному подходу к нашему совместному будущему, я призналась себе, что даже и не начинала думать о его вчерашних словах.

– По возможности.

– Мм… Хорошо. Тогда для начала расскажи мне поподробнее о вашем полуночном слете. Ты хочешь привязать дату свадьбы к нему? До или после?

– Я хотел бы прямо сейчас, но лучше будет после. – Ястреб неуловимо напрягся, а когда я нахмурилась следом, недовольно пояснил: – Если мы с тобой заявим о своем желании именно после слета, то ни у кого не возникнет даже сомнений, что это – осознанный и истинный выбор. А вот если до, то обязательно пойдут слухи, сплетни, домыслы.

– Например? – Удивившись подобному подходу к назначению даты, я с еще большим интересом посмотрела на окончательно посмурневшего ястреба.

– Ты молода и красива – раз, ты магичка – два, ты протеже как дракона, так и ее величества – три. Вывод: ты самая перспективная невеста приближающегося полуночного слета. Если хоть один из желающих найти свою половинку усомнится в нашем с тобой выборе, то у них возникнет соблазн. Знаешь, я могу убить любого, но, боюсь, если начнется массовая резня, то Мать расстроится. И посему самый оптимальный вариант – посетить шэтов слет и уже там доказать всем и каждому, что ты моя, а я твой.

– Господи, бред какой… А как мы это докажем?

– Ты увидишь. Обязательно увидишь все сама. И почувствуешь. – Нежно улыбнувшись и поцеловав меня в губы, Юмирай не стал затягивать поцелуй и, отстранившись, снова посерьезнел. – Так что оптимальной будет дата через день-другой после бала, дольше я уже не хочу тянуть сам.

– Хорошо, как скажешь. Мне вообще без разницы, когда состоится официальная церемония, потому что я и без нее никому тебя не отдам. – Кровожадно царапнув мужскую грудь ноготками, я шутливо рыкнула: – Милый, твоя будущая жена – дракон, привыкай. А драконы свое имущество никому не позволяют трогать!

– Имущество? – громко возмутившись, мое стокилограммовое имущество было безжалостно зацеловано и в итоге убеждено, что это не унизительно, а наоборот – восхитительно и даже престижно принадлежать такой уникальной женщине, как я. – Хорошо, уговорила… продолжим. Кого приглашать будем?

К списку приглашенных гостей я подошла довольно небрежно и без азарта – самым достойным я считала лишь Юмирая, а все остальные мне на празднике были нужны поскольку-постольку. В итоге я безропотно согласилась, что необходимо будет пригласить Марри, Калахема и Амидайлу, а уж примут ли они приглашения – это другой вопрос. Дальше жених задумался и через пару минут молчания признался, что родни как таковой у него тоже особо нет, потому как клан матери отказался от него больше двадцати лет назад. Он хотел бы видеть на свадьбе Амидайлу, заменившую ему мать и наставницу, и брата по оружию, с которым несколько лет прослужил на границе.

Тагриана.

– П… прости?

Сначала я подумала, что ослышалась. Затем понадеялась, что в этом мире есть не один Тагриан. Но когда губы вампира растянула многозначительная усмешка, я поняла, что он как минимум в курсе кое-чего. И если это тот самый Тагриан, то, наверное, они общаются… а если общаются, то…

– Это тот самый демон, который отравил ба?

– Да.

– Хм… – Помолчав еще немного и прикинув, что если Юми так спокоен, то вряд ли Тигрик рассказал ему о своей «маленькой мести», я не удержалась и уточнила: – А он тебе рассказал, зачем они это сделали и что им было надо?

– Да, рассказал. Они были отправлены лично императором по наводке Майнира. Пока вы были без сознания, у вас взяли кровь и по результатам биохимического анализа выяснили, что ты дитя не только клана Шинайо, но и дракона, и Амидайлы. Так что теперь твое происхождение уже не очень секретно – что знают демоны, то знает весь мир.

– Ага… – Побарабанив коготками по постели, я вроде как невзначай уточнила: – Юми-и-и… а тебе твой друг очень дорог?

– Да.

– Очень-очень?

– А что?

– Да так… Просто я его немножко прибить хочу… для профилактики. Можно?

– Я его уже для профилактики прибил, так что нет – нельзя.

– О? – Ответ меня удивил, я аж загорелась взглядом. – Расскажи!

– Да нечего в общем-то рассказывать… – Ястреб недовольно поморщился, уже явно жалея, что затронул эту тему, но я была настойчива и смотрела требовательно. – Мы встречались на днях, и он заявил, что был бы не прочь увидеться с тобой еще, потому что ты понравилась ему как женщина. Просил помощи, потому как знал, что ты жила в особняке под моим присмотром. Ну и я вспылил… Слегка.

– Насмерть?

– Вика! Я же говорю: слегка.

– Жаль… – Вздохнув раз-другой, в итоге я признала, что это оптимально – морду Тагриану уже набили, да не кто-нибудь, а мой мужчина. – Ладно, уговорил, я на него зла больше не держу. Но вот ба… Ба может немного вспылить, если увидит его на свадьбе. Она вообще на них очень зла. Так что думай: либо он сам идет к ней с повинной и договаривается о компенсации ее моральной травмы, либо на свадьбе произойдет очередная естественная убыль.

– Хорошо, я тщательно проработаю этот момент. – Поблагодарив меня кивком, Юмирай вдруг замер, и в утренней тишине отчетливо пробурчали свое негодующее «фи» два голодных желудка. – А теперь – завтрак!

Глава 26

За завтраком мы успели обсудить лишь самый животрепещущий вопрос, а именно – вопрос обучения. Юмирай авторитетно заявил, что Марри – самый оптимальный для меня вариант, но лишь в том случае, если на ночь я буду возвращаться в особняк. На мое резонное возражение, что вряд ли ба окажется настолько любезна и будет открывать мне порталы два раза в сутки (а своим ходом от драконьего замка до города – несколько часов, и каждый день летать – у меня крылья отвалятся), Юмирай лишь иронично приподнял бровь и заявил:

– Зато у тебя будет великолепный стимул научиться строить порталы самой.

– Эгоист!

– Это еще почему?

– Порталостроению невозможно научиться за сутки!

– Тогда упрашивай леди Маррхиям об ускоренном курсе…

Последние слова Юмирай договаривал уже при ба, выходящей из портала.

– Доброе утро. Кто и о чем хочет меня упросить? – Выглядевшая необычайно доброжелательной драконица приняла приглашение вампира и устроилась за предусмотрительно накрытым на троих столом.

– Виктории необходимо научиться в магии очень многому, и я убеждаю ее не упрямиться и со всей ответственностью подойти к этому серьезному делу.

– Оу… – Посмотрев на Юмирая так, словно с ее губ уже была готова сорваться похвала (что было для меня потрясением!), ба перевела ироничный взгляд на меня. – Милая, а мне все больше нравится твой выбор!

Спелись.

Недовольно поджав губы, я посмотрела на безмятежного жениха, затем перевела взгляд на сияющую ба и кивнула самой себе. Точно, спелись.

– Спасибо, я тоже им удовлетворена.

Сначала сухо сказала, а потом вникла в смысл последнего слова и поняла, что краснеть не разучилась. Господи! Я сейчас под стол провалюсь!

– Заметно…

К счастью, никто из присутствующих не стал заострять внимание на этой оговорке, и мы довольно спокойно дозавтракали, в процессе обсудив окончательный вариант возможности моего обучения. Марри сегодня была, по моему мнению, чересчур благожелательна и почти без возражений согласилась на все без исключения предложения ястреба. Во-первых, он настаивал на усиленном изучении всех без исключения целительских методик, во-вторых, на обучении порталостроению, в-третьих, уточнил, что ба будет лишь моим учителем, но жить я буду с ним, на что ба без возражений (кто и где помер?) кивнула, и, в-четвертых, что удивило меня больше всего, он полюбопытствовал:

– Леди Маррхиям, подскажите, у Виктории имеется тяга к чему-нибудь кроме полетов? Я имею в виду увлечения и хобби, которые пересекаются с вашими собственными увлечениями.

– А к чему, собственно, ваш вопрос? – Не став отвечать прямо, драконица заинтересованно приподняла бровь.

– К тому, что я был бы вам признателен, если бы вы проконтролировали безопасность ее интересов. Виктория бывает несколько несдержанна… и, боюсь, в своем незнании может нанести вред, причем как окружающим, так и себе.

А ничего, что я тут тоже сижу?

– Милая, не рычи и не дуйся. Я спрашиваю не у тебя, а именно у леди Маррхиям потому, что со стороны иногда намного виднее. Дай тебе волю, ты бы уже сбежала в поисках Тагриана… – Иронично блеснув глазами, ястреб снова посерьезнел и обратился к Марри: – И, кстати, об одном демоне… До меня дошли некоторые слухи и сведения. Скажите, что вы планируете с ними сделать?

– До убийства дело не дойдет, обещаю. Вас ведь волнует именно это? И почему, собственно?

– Тагриан – мой брат по оружию.

– Оу… – Недовольно поджав губки, ба серьезно задумалась, а затем кивнула. – Да, обещаю, демон выживет. Но я была бы вам крайне признательна, если бы вы организовали нам встречу. Его рвение выполнить приказ императора похвально, но не тогда, когда это задевает меня и мою семью. Понимаете, если бы он действовал более разумно и не пытался навредить нам с Викторией даже косвенно, то я с удовольствием бы встретилась с ним в более приватной обстановке и ввела в курс дела. Сейчас же это – дело чести.

– Хорошо, я свяжусь с Тагрианом и передам ему ваше желание встретиться.

– Чудно. – Расплывшись в предвкушающей улыбке, драконица мечтательно прикрыла глаза.

Да-а-а… почти сочувствую Тигрику.

– Виктория, допивай чай, и пойдем. Времени у нас с тобой не так много, так что не будем тянуть. Да, кстати! – Марри иронично глянула на вампира и требовательно продолжила: – Досье? Вы подготовили?

– Конечно. – Кивнув, чем серьезно меня удивил (когда успел-то?), Юми встал из-за стола и, выйдя из столовой, вернулся всего через несколько минут с довольно пухлой папкой. – Здесь все, вас интересующее.

Ого! А что так много? Вот, помню, на Майнира была всего пара листочков. Ай, уймись, мое неуемное любопытство! Не грызи, обещаю, я обязательно попытаюсь засунуть нос в эти документы!

– Превосходно. – Допив чай и встав из-за стола, драконица приняла из рук лорда папку и, создав портал, махнула мне поторапливаться: – Догоняй, милая.

– Жду к вечеру, – успев перехватить меня у самого портала, Юмирай не стал скромничать и поцеловал так крепко, что у меня подкосились колени, а руки сами собой оказались на его плечах. – Нет-нет, сначала дело.

– Да-да… дело прежде всего. – Шутливо прикусив правильного вредину за губу, я сразу же отстранилась и, не прекращая улыбаться, ушла, затылком чувствуя его потемневший от желания взгляд.

Почему я должна страдать одна? Ну ладно, не страдать, но тоже далеко не плюшками баловаться.

А затем начались трудовые будни. Прекрасно понимая, что ба не вечно будет в добром расположении духа, я первым делом послушно выслушала все наставления и пожелания, ознакомилась с графиком занятий, который она уже мысленно прикинула, и внутренне согласилась. Вслух немножко постонала, но тем не менее кивнула и окинула печальным взглядом все рекомендованные к изучению книги.

Книг оказалось две с половиной стопочки. Стопочки были ростом с меня.

Господи!

– Не кисни, милая, это самый минимум. Девочка ты умная, способная, так что для тебя это проблемой не станет. Кстати! – Подняв палец, ба шагнула ко мне и, проникновенно глядя в глаза, загадочно предложила: – Если боишься не справиться имеющимися силами, то я могу простимулировать твою генную память…

– Нет! – Я отшатнулась, а ба заразительно и громко рассмеялась.

Смешно ей! А мне вот нисколько не смешно.

– Марри…

Терпеливо дожидаясь, пока драконица отсмеется, я задала первый из вопросов, которые меня сейчас интересовали намного больше, чем учеба:

– А разреши мне полистать досье на жениха.

– Зачем?

– Интересно.

– А у него поинтересоваться ты не можешь?

– Могу. А вдруг не все расскажет?

– Уверена, он расскажет тебе далеко не все. – Отрицательно покачав головой, ба пояснила: – Ты ведь тоже не все свое прошлое любишь вспоминать, верно?

– Но…

– Милая, у каждого из нас есть такие скелеты в шкафу, которые не стоит доставать на свет никогда. Твой ястреб необычайно сдержан для полукровки, но это не значит, что он был таким всю свою жизнь. Так что нет, тебе я эту папку не дам. К тому же у вас будет еще одна тема для разговоров и возможность проверить степень доверия. Страсть страстью, но совместная жизнь базируется на доверии и взаимоуважении. Так что бери учебники, детка, и вперед, за учебу.

Ладно…

– А можно еще один вопрос? – Взяв несколько верхних книг, я не могла уйти просто так.

– Да?

– Почему Шерриангерра приговорили к смерти?

– О, тут все довольно странно… Знаешь, сама не ожидала. – Поджав губы и погрустнев, что было для меня неожиданно, драконица глубоко вздохнула. – Я лично сдала его Совету, рассказав, как было дело, но когда комиссия начала читать его воспоминания, то вскрылось еще несколько довольно неприятных эпизодов из его прошлого. Когда копнули еще глубже, стало ясно – Шерри уже давно был не столь законопослушен, как все думали. Я не знаю подробностей, но вердикт Совета был без права обжалования. Казнь, и только казнь.

– О…

То есть мне еще повезло, что я успела долететь до Юмирая, а затем пришла ба? Как страшно жить!

– А почему тогда ты такая веселая была с утра?

– А это, милая, уже следующий вопрос. И на него я тебе не отвечу. – Ба снова многозначительно улыбнулась, а затем указала пальчиком мне на выход. – Вика, не заговаривай мне зубы. У тебя на все про все пять часов, затем проверю прочитанный материал. Станешь отлынивать – буду ругаться и наказывать. Моя внучка не имеет права выходить замуж за лорда, оставаясь глупой и необразованной девчонкой. Поняла меня?

Под конец строго прикрикнув, ба получила мои искренние заверения, что я все понимаю и буду прилежной, отчего снова подобрела и положила на стопку в моих руках листок с контрольными вопросами, ответы на которые мне будет необходимо подготовить к вечеру.

Да-а-а… Что ж, любовь любовью, а знания сами в голове не появятся. Она права.

Зато теперь я знаю, о чем у нас будет очередной «серьезный» разговор с женихом.

И все бы ничего, сегодняшняя тема о переломах и их сращивании оказалась довольно легка для восприятия, но вот беда – уже через час я поняла, что если не покемарю хотя бы часика три-четыре, то стану похожа на зомби. Последняя глава была прочитана мною раза три, но ее смысл так и не дошел до сознания и не нашел там ни единого отклика.

Все, спать!

Хотя бы минут сто – двести!

Не став убирать учебник далеко, я как сидела на кровати, так и легла на нее в обнимку с этим самым учебником, чтобы хоть как-то впитать необходимую информацию – не читая, так хоть прикасаясь. Ничего-ничего… сегодня ночью мы с Юми обязательно ляжем спать пораньше, и завтра я точно прочитаю и вызубрю все необходимое. И уж точно никого не опозорю, в первую очередь – себя!

К сожалению, избавившись от побочного эффекта в виде головной боли, Марри приобрела новый побочный эффект – чтение эмоций окружающих, причем даже тогда, когда действие эликсира уже заканчивалось. Это было забавно, но в основном – рядом с внуками и Викторией, потому что именно их эмоции были все еще чисты и открыты окружающим.

Ох, Вика-Вика…

Решив проверить, как проходит обучение, Маррхиям зашла к внучке спустя полтора часа и обнаружила ее спящей.

О?

Сперва удивившись, через пару секунд раздумий драконица сложила одно с другим, и удивленное выражение лица сменилось понимающей усмешкой. Эх, молодость-молодость.

Стоя в дверях и все рассматривая Вику, за такой короткий срок ставшую ей роднее, чем многие драконы, женщина вдруг четко осознала, что совсем скоро ее малышка окончательно покинет гнездо и совьет свое.

Это было грустно, но Маррхиям чувствовала за Викторию искреннюю гордость. Такая хрупкая и такая сильная, такая послушная и такая непокорная. Такая смелая и достойная. Из птенца действительно выходил толк, причем это было видно уже сейчас. А что будет после? Спустя год, два, десяток лет?

На подоконнике тихо курлыкнула совушка, сторожащая покой своей подопечной, и Маррхиям с улыбкой ей кивнула и вышла прочь, не став будить Викторию и позволив ей выспаться.

Да, она по праву гордится тем, что эта девушка называет ее «ба».

Сможет ли она сама не посрамить свою честь, как это уже вышло вчера днем?

Хм…

Синие глаза задумчиво прищурились, а затем по женским губам зазмеилась предвкушающая усмешка. Механика никогда не могла противостоять природной магии, и она это докажет! Докажет, потому что это – уже дело чести! Благо, далеко за подопытным ходить не надо.

К счастью, двух с половиной часов сна мне оказалось достаточно, чтобы почувствовать себя не простейшим одноклеточным, а самой собой – глава была дочитана, после нее были прочитаны еще три, вопросы по теме рассмотрены со всех сторон, ответы на них продуманы, и к моменту, когда ко мне зашла ба, я уже точно знала, что мне необходима не только теория, но и практика, о чем и заявила:

– Марри, а на ком я буду практиковаться?

– А уже есть желание?

Ставшая еще более загадочной, чем с утра, драконица буквально сияла и лучилась.

– Есть. Я вообще предпочитаю практику, так я намного быстрее и качественнее усваиваю материал.

– Хм… – Задумчиво пройдясь по комнате, ба довольно быстро приняла решение. – Хорошо, с практикой проблем не будет. Насколько поняла, крови ты не боишься, верно?

– Да.

– Позволь полюбопытствовать, это из-за твоего таинственного прошлого или таковым был характер изначально?

– Мм… скорее и то и другое. – Несколько неуверенно пожав плечами, в конце концов я решила немного приоткрыть свой шкаф со скелетами. – Я сирота, росла в детском доме. Я всегда была упрямой. Старшие любили издеваться и гнобить малышню, пока воспитатели этого не видели, но мало кто трогал именно меня, потому что я всегда старалась дать сдачи. Так было лет до семи, а потом мальчишки из другой группы взяли надо мной покровительство и приняли в банду. Оказалось, что я просто понравилась одному из их старших. Его звали Макс… Знаешь, уже в семь-восемь лет мальчишки хвастались друг перед другом своими достижениями, и Макс решил, что его достижением буду именно я. Я не была красивой и послушной куколкой, скорее, язвительным и злым волчонком, умеющим и знающим, когда показывать зубы. Многие из нас были именно такими, но в основном мальчишки, а не девчонки. Мы дрались с другими бандами, отстаивали свою независимость, свою территорию, на которой воровали… В мой шестнадцатый день рождения Макс признался в том, что любит меня, причем уже почти десять лет. А через полгода его убили.

Закусив губу, потому что старалась не вспоминать именно эти месяцы своей жизни, я мотнула головой и горько улыбнулась. Глубоко вдохнула, выдохнула… И продолжила:

– Это была другая банда, и Макса убили только потому, что одному из них не понравилось, как он дерзко себя вел на переговорах об очередном переделе территории. На тот момент мне казалось, что жизнь кончена и продолжать жить самой нет смысла, но затем я поняла, что просто обязана сделать еще кое-что, прежде чем уйду следом за ним. Да, я хотела умереть… Но прежде я поняла, что убью всех, кто причастен к смерти Макса. Знаешь, он научил меня многому: драться так, чтобы наносить максимально болезненные удары в минимальные сроки, причем как с ножом, так и без. Он любил шутить, что я его Принцесса Ножей. У меня очень хорошо получалось, да… И в течение следующего полугода я выследила и убила всех. Их было пятеро. Пятеро выродков, которых я не жалела ни секунды.

Улыбка превратилась в оскал, а перед глазами снова эпизод за эпизодом промелькнули кадры моей прошлой жизни…

– Вика… – Обескураженный голос ба вернул меня к реальности, и я улыбнулась уже естественнее.

– Но, знаешь, в течение этого полугода, пока я их выслеживала и вынашивала план мести, я успокоилась. Я поняла, что могу жить дальше и что совсем не хочу умирать. Я занималась единоборствами, много читала, тренировалась и в конце концов поняла, что жизнь продолжается. Это была не та любовь, которая раз и навсегда, Макс, скорее, был моим старшим братом, защитником и покровителем. Первым мужчиной, которого я всегда буду любить и помнить, но тем не менее жить дальше. И после того, как был убит последний ублюдок, я начала новую жизнь. Вне банды. Я решила стать кем-то. Стать сильной, успешной, благополучной. Получалось не все и не всегда, но я знала, что Макс гордился бы мной. Он даже снился мне несколько раз… И всегда при этом улыбался и хвалил. Прости, я, наверное, немного разочаровала тебя, но теперь тебе будет понятен мой характер и мои увлечения. И крови я не боюсь, ее в моей жизни было достаточно.

– Виктория! Даже не вздумай больше говорить о том, что ты меня разочаровала! – Подавшись вперед, ба обняла меня так крепко, что я едва удержала сдавленный писк. – Девочка моя, как же тебе было сложно… Но ничего-ничего. Теперь у тебя есть я. И поверь, я больше никому не позволю причинить тебе вред. Обещаю.

Немного судорожными движениями погладив меня по спине, ба отстранилась, и я увидела в уголках ее глаз капельки непролитых слез. Бедняга. Наверное, мое признание ее слишком потрясло…

– Спасибо.

Крепко и искренне обняв драконицу в ответ, я выдержала паузу, а потом тихо уточнила:

– Так где, говоришь, у меня будет практика?

Как оказалось, практику бабуля решила мне обеспечить не где-нибудь, а в тех местах, которые пользовались в этом мире дурной славой, – восточные границы континента, где находилась этакая нестабильная зона отчуждения. Именно там в незапамятные времена произошел некий магический катаклизм, повредивший пространство, и именно там случались прорывы из иных миров, в основном населенных когтистыми и зубастыми зверюшками, охочими до свежего мяса. На границе служили все, кто так или иначе желал отдать долг родине, – и вампиры, и демоны, и даже люди с гномами. Даже драконы порой стремились в карательные и поисковые отряды, патрулирующие территорию.

Территория, подлежащая патрулированию, была довольно обширной – все восточное побережье континента, а это больше тысячи километров, причем в ширину – до ста километров. И горы, и леса, и поля… и очень богатые месторождения различных руд, в равной мере принадлежащие доминирующим расам. На территории зоны отчуждения располагалось больше десятка шахтерских поселков и гарнизонов.

Вот как раз в один из самых крупных ба и решила отправиться – в поселке с забавным названием Друзянка располагался один из самых крупных на всем побережье лазаретов, куда переправляли большинство раненых и пострадавших от встречи с монстрами.

С любопытством осматриваясь и с удивлением отмечая чистоту дорог, опрятность сельчан и монументальность каменных и деревянных в основном одноэтажных домов, я послушно шла за Марри, открывшей портал в центре сельской площади, причем четко на площадке, именно для этого и предназначенной. Как успела меня проинформировать ба, сама она наведывалась в Друзянку в среднем раз или два в год, пополняла запасы местных целителей эликсирами и зельями собственного изготовления и оттого была в поселке личностью довольно известной и уважаемой.

– Ну и конечно, если ребятам удается выловить что-нибудь интересное, я с удовольствием беру плату не золотом, а подопытными.

Не удивлена.

Иронично улыбнувшись, но промолчав, я постаралась принять серьезный вид, когда мы дошли до местного лазарета, располагающегося в довольно большом двухэтажном здании, одним своим видом внушающем уважение. А уж когда мы зашли внутрь и отправились вглубь по коридору, то я в полной мере прониклась профессионализмом местных эскулапов и ответственностью уборщиц – коридоры, как и палаты, мимо которых мы проходили, сияли чистотой. И пахло здесь очень приятно. В операционной, куда я заглянула мельком, было все, причем даже то, названия чему я не знала хотя бы приблизительно. И везде – абсолютно стерильно. Даже запаха крови я не чуяла, хотя принюхивалась как могла. А ведь в палатах лежали пациенты, я видела.

Интересно, чем они дезинфицируют?

– Вика, идем, еще успеешь насмотреться. – Махнув рукой, драконица поманила меня дальше и, постучав в предпоследнюю дверь по коридору, вошла после глухого приглашения.

Зашла и я.

Ого! Гном-лекарь? Что-то новое.

– Марри, душа моя! – Немолодой и невысокий, но очень импозантный мужчина с густой окладистой бородой и необычайно добрыми глазами стремительно выскочил из-за рабочего стола и уже через секунду целовал пальцы смутившейся драконице. – Как же я рад тебя видеть, сиятельная! Только не говори, что опять на минутку! Я просто не переживу! Совсем забыла старика, да? Опять вся в делах и экспериментах, и нет ни минутки зайти в наше захолустье? Ай-ай!

И тут он заметил меня.

Замер, в две секунды осмотрел и оценил, еще на секунду задержал взгляд на брюках, которые мне порекомендовала надеть ба, а затем посмотрел четко в глаза и добродушно улыбнулся.

– Добринд, друг мой, знакомься – моя внучка Виктория.

– Приятно, очень приятно. – Учтиво склонив голову, гном с интересом уточнил: – Та самая, что дочь ее величества и твоего сына?

– Это уже и здесь известно? – чуть недовольно поджав губы, ба тем не менее кивнула. – А говоришь – захолустье.

– Ну так… захолустье захолустьем, но новости у нас всегда самые свежие. А на днях пополнение от демонов прибыло, их сам Тагриан привел, так что последние столичные новости у нас до сих пор по тавернам обсуждают.

И только ба загорелась взглядом и открыла рот, как гном расстроил ее своими следующими словами:

– Правда, он ушел почти сразу… жаль, хороший боец, один из лучших. Так, но не будем о посторонних, душа моя! Рассказывай! Что привело мою ненаглядную в наше захолустье на этот раз?

Ой, а он не боится говорить с ба в таком тоне?

Несколько настороженно прислушиваясь и присматриваясь к главному целителю поселка, уже минут через десять его жизнерадостного трепа я поняла – это просто манера речи. Он и меня уже несколько раз назвал девицей-красавицей, а когда узнал наши истинные цели, то есть возможность предоставления юной магичке практики по целительству, и вовсе просиял и заверил, что мы выбрали идеальный вариант и практикой он меня обеспечит по самое «не балуй».

– Добринд, ты мое спасение! – Между делом одарив польщенного целителя несколькими пузырьками с концентрированными восстанавливающими эликсирами, ба без проблем договорилась о моем новом статусе «интерна», что меня как обрадовало, так и несколько насторожило – глаза гнома блестели настолько предвкушающе, как не блестели они у ба, когда она рассказывала о своих успехах в испытании очередного зелья.

И вот Марри ушла, пообещав забрать меня через три часа, и я поступила в полное и безоговорочное ведение господина гнома, разрешившего мне называть себя ни много ни мало, а просто «дядюшкой».

Кхм.

Необычно.

А может, все-таки «господин Добринд»?

– Нет-нет, Виктория! Даже не вздумай! Ну какой я тебе господин? Меня все местные не иначе как «дядько» кличут, и тут ты – «господи-и-ин»… – Шутливо погрозив мне пальцем, гном снова добродушно улыбнулся. – А теперь примеряй халатик, девонька, и пойдем на осмотр, как раз время подошло. Заодно введу тебя в курс дела – кто и с чем у нас тут лежит.

Я послушно отправилась к шкафу, стоящему в дальнем углу, и под одобрительные кивки гнома подобрала себе там светло-голубой медицинский халат, доходящий до колена. Голубую косынку мне вручили уже в дверях, и пока я ее повязывала, «дядько», также накинувший голубой и идеально чистый халат, начал свой путь к палатам, приступив к рассказу о пациентах еще загодя:

– Итак, на текущий момент у нас лежит всего пятеро – два демона, вампир и два человека. Начнем, пожалуй, с людей…

Глава 27

Внимательно слушая грамотную речь целителя, я старалась запомнить все, что он рассказывал. А рассказывал он много, подробно и с тем самым явным пониманием сути, которое возможно только тогда, когда любишь свою работу. Дядько Добринд свою работу обожал. Как и пациентов.

Стараясь даже не улыбаться, когда он обратился к двухметровому амбалу: «Мальчик мой» и «Голубчик», а затем и вовсе – «Касатик», я с трудом удержала на лице бесстрастное выражение, когда гном откинул в сторону легкое одеяло, прикрывающее ноги мужчины.

– Оцени. Что можешь сказать?

– Большие зубки были у зверюшки…

Сглотнув, потому что моментально представила саму зверюшку, я не отводила взгляда от ног пациента. Еще месяц назад подобное зрелище казалось бы мне жутким. Но сейчас, благодаря стараниям Марри и ее учебникам, где было довольно много цветных картинок с примерами, я знала, что возможно и такое. Как минимум в пяти местах на ногах отсутствовали внушительные куски мяса. Сейчас недостающие фрагменты мышц были заменены зеленоватой субстанцией из искусственного биоматериала. Именно она позволяла избежать ампутации конечностей и со временем способствовала регенерации собственных мышц и окончательной реабилитации.

– Совсем нет, – вместо гнома мне ответил пациент, не очень довольный моим повышенным вниманием. – Это грызяка, он размером с мелкую собаку. Но когда они нападают стаей, то спастись практически невозможно.

– Как интересно… – Кивнув, что услышала, я немного наклонилась, чтобы внимательнее осмотреть места, где биоматериал соприкасался с телом. Вот так дела!

Не сказать, что это выглядело дико, скорее, как-то фантастично – имплантат был полупрозрачным, и я отчетливо различала, как внутри него пульсировали крохотные венки, уже проложившие себе путь из мышцы.

– Скажите, а сколько времени прошло после операции?

– Трое суток. Пришлось повозиться и несколько часов потратить на чистку ран от гноя и яда, но мы справились. – С достоинством покивав в такт своим словам, целитель одновременно обрабатывал края ран антисептиком, а потом мазью, которая ускоряла процесс заживления и исключала возможность отторжения. – В основном я тут один всем заведую, но как только поступают тяжелые раненые, то сразу кличу остальных. Чуть позже познакомишься…

Рассказывая мне о графике работы и об определенной закономерности в прорывах пространства, гном обошел всех пациентов по очереди, останавливаясь у постели каждого не больше чем на десять – пятнадцать минут и успевая за это время поинтересоваться о самочувствии, обработать и перевязать раны. Кстати, пациенты одной расы лежали вместе, палаты были рассчитаны на двоих подопечных. Только вампиру отвели отдельную палату.

Оставив вампира напоследок, гном задержался в коридоре перед закрытой дверью палаты и одарил меня необычайно серьезным взглядом:

– А теперь, девонька, собралась – пациент крайне тяжелый и слегка сдвинутый. Постарайся ничему не удивляться и вопросов не задавать. И самое главное – не жалеть, он этого не любит.

О? Уже интересно.

Коротко кивнув, мол, все поняла, я ожидала увидеть нечто невообразимое и поэтому была даже несколько разочарована. В палате находился всего лишь лежащий на кровати прикованный к стене мужчина, у которого отсутствовала левая нога ниже колена и половина левой руки.

Кстати, прикован он был довольно серьезно – в стену было вбито несколько штырей, соединенных между собой хитрым приспособлением из цепей и колец, а кандалы были на запястье, локте, колене и лодыжке правой руки и ноги мужчины. В итоге получалось так, что вся его правая сторона была прикована к стене.

Хм, а стена выдерживает приступы его бешенства?

Скептично приподняв бровь, когда вампир озверел и начал неприязненно скалиться, едва увидев нас, я сумела сдержаться и не стала задавать вопросов, как и просил гном, хотя они так и рвались с языка.

– Голубчик, ну? Как у нас дела?

– Гр-р-р…

– Ну-ну, милок, не рычи при девушке. – Проворно вкалывая в обрубки несколько кубиков незнакомого мне лекарства, целитель рассказывал уже мне: – Итак, Виктория, знакомься – на диво везучий шельмец, выживший после встречи с туманным пожирателем. Данный вид нечисти довольно скор на расправу, и ему достаточно всего нескольких минут, чтобы растворить тело жертвы. Туманник, как его сокращенно называют наши бравые бойцы, выглядит как жирное сизое облако до трех метров в диаметре, передвигается бесшумно, захватывает жгутами и парализует, затем обхватывает тело жертвы и растворяет в себе. Вайтор у нас второй месяц, и, сама видишь, уже почти как новенький, хотя когда поступил, у него не было ни руки, ни ноги, ни кожи, ни половины мышц. С психикой у него до сих пор не очень, но это уже не моя забота.

– А чья?

Не удержавшись от закономерного вопроса, я смотрела в глаза притихшего вампира. Мне кажется или он не настолько псих, каким стремится выглядеть?

– Раньше Ольгуся двинутыми заведовала, но уже полгода как дите у нее малое, так она подальше отседова перебралась, в город, к мужу. Вот ждем кого-нибудь взамен, да все никак никто не доедет. А что? Есть желание в мозгах покопаться? – Добродушно усмехнувшись, Добринд иронично приподнял бровь, успевая не только общаться со мной, но и обрабатывать конечности мазью.

Кстати, конечности выглядели странно… Точно! Это же новые. В смысле заново выросшие. Ого! То-то мне показалось, что его рука слишком тонкая – так она просто детская! А нога? О-о-о…

– Дядько, убери отсюда эту маньячку… – Сиплый мужской голос раздался абсолютно неожиданно, причем как для меня, так и для гнома, удивленно посмотревшего на вампира, решившего заговорить.

Это я, что ли, маньячка?!

И ни разу даже! Ну и что, что мой взгляд к его ноге прикипел? Так интересно же! В книгах ба я еще не успела дойти до темы абсолютной регенерации и выращивании новых конечностей. Неужели и это здесь возможно?

– О? Заговорил? Отлично! Виктория, назначаю тебя главной сиделкой нашего голубчика! Так, глядишь, и остальные нормальные слова вспомнит, а не только матерные. О, кстати! – Тут тон целителя буквально заледенел, да так, что даже я прониклась и порадовалась, что дядько обращался не ко мне, а к пациенту: – Будешь помощницу мою оскорблять, больше никаких обезболивающих не получишь. Понял?

Вместо ответа одарив сурового гнома яростным взглядом, вампир дернул плечом, что я поняла как согласие. Отлично! Первый пациент у меня уже есть!

После завершения осмотра мы с гномом вернулись в ординаторскую, где повеселевший целитель напоил меня чаем с местной выпечкой, которую в наше отсутствие занесла его супруга Елинда.

– Здравствуйте. – Добродушная темноволосая и кареглазая пышечка осмотрела меня так же внимательно, как и ее супруг чуть раньше, и так же, как и он, осталась довольна увиденным. – И все-таки, что ни говори, а вкус у Калахема имеется. Такую дивчину себе в дочки заиметь!

Кхм.

Сдавленно кашлянув от довольно сомнительного комплимента, я решила не разуверять гномку, что в этом заслуги дракона как раз и нет. Вместо этого лишь кивнула и с удовольствием поддержала разговор о пациентах, попутно узнав, что Елинда – квалифицированный нейрохирург, а также мастер пластической хирургии.

– Пластика?

– А что тебя удивляет, милочка? Или думаешь, что мужикам охота после того, как они у нас побывали, во всю моську шрамами щеголять? Еще ни одного не встречала, кому была бы безразлична своя внешность. Девчата хоть и охочи до военных, но не так чтобы они совсем уж страхолюдными были. А тут у нас каких только не бывало. Сейчас-то все в основном с погрызенными руками-ногами лежат, но бывает и такое, что без носа и ушей к нам поступают. А то и вовсе оскальпированные частично. Да и на теле некоторые шрамы до того безобразными остаются, что и их сводить просят.

– Я смотрю, у вас тут весело…

– Елька, не пугай девчонку! – Прикрикнув на супругу, но довольно добродушно, гном тут же подмигнул мне. – Не боись, в поселке безопасно. За всю жисть мою, а мы тут уже вторую сотню лет живем, всего три раза в самом поселке порталы открывались. Но с тех пор как лет сорок назад подарочек нам презентовали, больше – ни-ни, ни разу не было.

– Подарочек?

– Да, разработка одна затейливая. Лично от Механика. После того как один поселок чуть ли не подчистую всего за ночь твари иномирные вырезали, начали наши маги да ученые думать, как не только снаружи, но и изнутри селения защитить. Думали-думали, да и придумали штуку одну затейливую. Принцип действия я и сам не знаю, но главное в другом – она действует, и больше ни разу ни единого прорыва внутри ограды не было.

Внимательно слушая и кивая, сама я размышляла об одном-единственном слове. Механик. Тот самый? Или в этом мире есть и иные личности, которых называют механиками, причем без имени? Хотя пока неактуально.

Так, а что там о моих новых обязанностях?

– Ну, тут ты сама решай, – ответила гномка на мой вопрос. – Что ты от практики хочешь получить? Просто любопытство заело али в квалифицированные целители податься хочешь? Образование-то хоть какое имеется?

– Нет, именно медицинского образования нет. Есть желание понять принцип и быть, в случае чего, не обморочной свидетельницей, а активной и умелой помощницей. Леди Маррхиям вложила в меня достаточно знаний и возможностей, чтобы я смогла быть полезной. – Ровно встретив испытующий женский взгляд, я не отвела глаза даже тогда, когда гномка иронично приподняла бровь и скептично хмыкнула. – Если вас утешит, то у меня кулинарное образование. Разделывать туши различного размера и отделять мышцы от сухожилий и костей я умею. Вида внутренностей и запаха крови не боюсь.

Хм… кажется, я их немного обескуражила. Наверное, не стоило говорить это, да еще и таким равнодушным тоном.

– Девонька… – Сдавленно кашлянув, гномка вдруг тихо, а затем все громче засмеялась.

Через пару секунд к ней присоединился и муж, и в итоге оба гнома хохотали так, что в окне задребезжало стекло. Ну, что сказать – я рада, что всем весело.

– Что ж, отлично. Раз в тебе столько задора и любопытства, то, думаю, проблем не будет, – широко улыбнулась Елинда, когда отсмеялась, а затем подмигнула все еще хмыкающему в густые усы мужу. – Вот Гаврила обрадуется, что теперь не один будет наших болезных по кусочкам собирать!

– А кто у нас Гаврила?

– Медбрат наш, на подхвате, когда требуется подсобить. Золотые руки у парня! Сам к нам лет семь назад попал, когда на одном из рейдов не свезло, да так потом и остался. Он в поселке мясником числится – любую тушку так разделает, что смотреть любо-дорого. Ну и нам никогда не отказывает, ежели просим. Ты смотри, может, и тебе приглянется – парень ладный, видный…

– Нет, спасибо, но у меня уже есть жених. – Не став скрывать, чтобы не выслушивать возможные варианты устройства моей личной жизни, я предъявила паре кольцо, подаренное ястребом, и продолжила: – Вам, наверное, знаком лорд Юмирай…

– Юмка-то? Да неужто! – Целители удивленно переглянулись, а затем синхронно уставились на меня, и Добринд обескураженно выдохнул: – Брешешь!

– Почему?

– Дык… – Затихнув, потому что пытался подобрать слова, гном наконец собрался с мыслями. – Девонька, а ты в курсе, что лорд твой – полукровка и немножко бешеный?

– Да, в курсе, – не удержав кривой усмешки, я чуть прикрыла глаза, чтобы не выдать свое внутреннее веселье с головой. – Мы уже обсудили с ним этот момент, и, уверяю вас, для меня это не является преградой. Я ведь и сама не очень чистокровная… Так что прошу успокоиться и расслабиться – нас обоих все целиком и полностью устраивает, и в ближайшем будущем мы поженимся. А пока передайте мне, пожалуйста, во-о-он ту плюшечку, у вашей супруги они на диво хороши. На пивном тесте, если я не ошибаюсь, да?

В общем и целом знакомством с моими руководителями практики я осталась довольна. Ко всему прочему, мы договорились, что ближайший месяц, который мне выделила Марри на изучение целительских основ, я и теории буду обучаться здесь, а не в замке ба. Единственное, что немного напрягало, так это неизвестность – пациенты поступали нерегулярно и для того, чтобы не упустить момент, когда они появятся, мне необходимо было неотлучно проживать в поселке. Как мне любезно поведала словоохотливая Елинда, на втором этаже были расположены дополнительные палаты и комнаты отдыха для медицинского персонала, потому как бывало, что поступало разом до десяти пациентов, и тогда приходилось экстренно вызывать бригады из соседних поселков.

Комнаты для отдыха – это, конечно, хорошо, там я как раз буду постигать теорию, которой меня пообещал обеспечить Добринд, но как насчет того, что ночи я предпочитаю проводить рядом с кое-кем иным?

Именно этот вопрос я задала Марри, когда она пришла вечером.

– А в чем проблема? Приобрети двусторонний маяк. – На мой заинтересованный взгляд драконица пояснила уже более развернуто: – Штучка такая, полумагическая-полумеханическая, наподобие ваших сотовых телефонов. Один нажимает кнопочку на своем маяке, а на втором маяке загорается лампочка либо раздается звуковой сигнал. По нему и узнаешь, когда ты нужна в операционной.

– А как насчет создания портала?

– А с порталом-то что?

– Не с порталом, а с его созданием. Я до сих пор не умею, а звать каждый раз тебя – тоже не самый удобный вариант.

– Хм… – переведя взгляд на гнома, ба сдержанно полюбопытствовала: – А ваши бригады как добираются?

– В основном на вранах, но, бывает, и магическими порталами. Для этого у нас маг дежурный в каждом поселке имеется. Точно такой же дежурный маг и отряду каждому положен, чтобы, значит, раненых нам переправлять.

М-да. А мне где взять личного дежурного мага?

Всерьез озадачившись вопросом доставки себя любимой от места до места, я поинтересовалась:

– А может, имеется амулет для создания портала?

– Имеется, отчего ж нет, – кивнул целитель, но после немного недовольно пробормотал: – Имеется, но только не у нас. Последний уже неделю как сломан, а новых еще не поступило. Обратились было к Механику, да тот отбрехался – говорит, занят и сможет нам помочь только через недели три-четыре, не раньше.

– А вы, простите, о каком сейчас Механике? – Не удержавшись, когда второй раз за день при мне произнесли должность без имени, в ответ услышала:

– Дык о Хаймерше, он у нас один такой на все руки мастер.

Ага…

Переглянувшись с ба, которая недовольно поджала губы, я поняла, что продолжать расспросы на эту тему не стоит, хотя любопытство уже высунуло свой носик. Неужели здесь так плохо развиты техника и механика, что больше не к кому обратиться?

– А больше никто не может?

– Могут, но не так качественно. Места у нас специфичные, требуются определенные доработки стандартных магических амулетов, чтоб не сбоили. А в них только Механик силен.

– Милая, не бери в голову, я разберусь с этим вопросом в ближайшие дни. А пока буду приводить тебя утром и забирать вечером. Вы все обговорили?

– Да.

– Прекрасно, идем.

Любезно распрощавшись с четой гномов, ба в два счета открыла портал в гостиную королевского особняка и, пообещав забрать меня завтра утром и заодно переправить в поселок всю свою учебную литературу, распрощалась и со мной.

– Спасибо!

Удостоившись сдержанной улыбки и прощального взмаха руки, я дождалась, пока погаснет окно портала, и, выкинув из головы все лишние мысли об учебе, отправилась на поиски одного крайне загадочного и непостижимого ястреба, собираясь допросить его с таким пристрастием, которое ему и не снилось. А как иначе? Досье-то мне почитать не дали, да еще и Добринд о Юмирае так нелицеприятно отозвался. Я-то в курсе, что он слегка нестандартный, но мне интересно, что думают о нем остальные.

Будущего допрашиваемого я нашла в кабинете, где он сидел с очень серьезным видом и изучал какие-то документы.

– Привет…

Проскользнув внутрь и внимательно осмотревшись, нет ли посторонних (таковых, к счастью, не оказалось), я заперла дверь на ключ и кошачьей крадущейся походкой направилась прямиком к своей «жертве».

– Брюки? – единственное, что успел сказать ястреб, прежде чем я устроилась попой, обтянутой этими самыми брюками, на краешке его стола.

– Очень удобно, рекомендую. – Я закинула ногу на ногу и помахала туфлей. – Милый, ты очень занят?

– Хм… – Документы были аккуратно отодвинуты в сторону, и взгляд с моей туфельки отправился по ноге все выше и выше, чуть задержавшись на бедре, затем – на груди, сегодня скрытой под скромной голубой блузкой с высоким воротом, и в конце концов остановился на глазах. – А что такое? Хочешь меня чем-то отвлечь?

– Да, очень хочу. – Надеюсь, что лукавый взгляд из-под ресниц получился несколько томным и одновременно коварным, и это не ушло от внимания ястреба. Черная бровь лихо взлетела вверх, предлагая продолжить. – Поговорим? Серьезно.

– Поговорим. – Его голос стал ниже всего на полтона, но и этого было достаточно, чтобы понять – ястреб уже предвкушает если не сам разговор, то его логичное завершение.

– Утром я держала в руках очень интересную пухлую папочку… – Язычок игриво облизнул пересохшие губы, а затем нижняя была чуть прикушена. – И ба не дала мне ее почитать. Не утолишь мое любопытство?

– Утолю… – Взгляд, остановившийся на губах, стремительно темнел, а выражение лица становилось все более коварным и многозначительным. – Тебе тоже с младенческого возраста или устроит более осознанный этап моей жизни?

– Меня интересуют абсолютно все значимые этапы.

– Тогда это будет очень коротко. – Рывком подавшись вперед, невообразимым захватом перетянув меня с края стола к себе на колени и удовлетворенно рассмеявшись на мой визг, Юмирай совсем тихо договорил: – Самый значимый этап моей жизни – это ты. Но ты его и так знаешь.

– Льстец… – Ушки покраснели, а в душе расцвел огненный шар, мгновенно согревший все тело от кончиков пальцев на ногах до кончиков волос. – Но я все равно хочу узнать чуть больше. Детство, проведенное на горшке, можешь опустить, но вот то, почему тебя называют Бешеным, причем довольно многие, я хочу услышать. И желательно правду, и ничего, кроме правды. Договорились?

– О? А вы не скромничаете, леди Виктория. – Мужские пальцы проворно выправили блузку из брюк, прокрались под блузкой по спине практически до лопаток, мимоходом расстегнув застежку бюстика, затем скользнули вниз и начали нежно поглаживать невероятно чувствительную поясницу. – Цена вопроса?

– А вы необычайно наглы, лорд Юмирай! – Прогнувшись вперед и прикоснувшись грудью к его груди, я судорожно выдохнула. Желание разгоралось настолько стремительно и неумолимо, что я теряла остатки контроля буквально на глазах. И совсем уже не важны были его ответы… Точнее, важны, но не прямо сейчас. – Ваши предложения по цене?

– Думаю, это можно обсудить чуть позже.

Горячие и требовательные губы прикоснулись к открытому участку шеи, и это было последнее, что я отчетливо запомнила перед тем, как шквал эмоций и желаний взял верх над разумом.

Вечером мы так и не поговорили. Просто не смогли. И ночью поговорить не смогли. И лишь под утро, когда я уже лениво выводила пальчиками узоры на его груди, не в силах прекратить прикасаться к нему хоть на мгновение, Юмирай крепко прижал меня к себе и, уже засыпая, пообещал:

– Я дам тебе дубликаты всех интересующих тебя документов, хорошо? А то внятного разговора у нас что-то не получается… Изучишь на досуге, а если возникнут вопросы, то обсудим. Договорились?

– Угум-с, догворльсь… – Зевок получился таким широким и таким сладким, что часть звуков я просто проглотила, но ястреб меня прекрасно понял.

Со смешком поцеловал в нос, крепко, но очень удобно обнял и, довольно вздохнув, уже через секунду уснул, задышав мерно и глубоко. Что ж, и мне не стоит отставать, а то опять буду как муха сонная.

Уже почти провалившись в сон, я подумала, что, оказывается, не так уж и много надо для безбрежного счастья – всего лишь засыпать под утро в объятиях любимого.

Черт возьми, как же это здорово!

Глава 28

Утро для нас припозднилось. К сожалению, кое-кто порядочный был не только слишком ответственным, но еще и слишком добрым. Юмирай, видимо, пожалев, разбудил меня всего за десять минут до прихода ба и чуть ли не на руках отнес в ванную, хотя сам уже был одет и свеж как майская роза.

– Неужели высыпаешься?

– Нет, не очень. – Усмехнувшись, но при этом тщательно контролируя, чтобы я не заснула в ванне, Юмирай держал в руках полотенце и с удовольствием меня в него завернул, когда я ополоснулась и мои глаза открылись до состояния «уже почти не сплю». – Я днем пару часов покемарю. Что, кстати, и тебе рекомендую. Боюсь, пациенты будут против целителя, который спит на ходу.

– Угу… – блаженно вздохнув, потому что в этот момент он меня вытирал, не доверив столь важное дело мне самой, кивнула. – Да, ты прав. Полностью и безоговорочно. Ты, кстати, не помнишь, где моя одежда?

– Я не помню – я знаю. – С улыбкой покачав головой, Юмирай на руках (чтобы я не ходила по полу босиком) донес меня обратно до кровати, где поставил, тут же вручив всю без исключения мою одежду, сложенную аккуратной стопочкой. – Через пять минут жду тебя внизу.

Тут он поступил невероятно продуманно – останься он в комнате еще на минуту-другую, и не факт, что мы бы управились с моим одеванием к приходу Марри. А так он ушел, и у меня пропал соблазн утащить его в кровать и поваляться в обнимку еще несколько часов. Эдак пять-шесть.

В итоге оделась я довольно быстро, расчесала и собрала волосы в тугой узел (расческа и шпильки предусмотрительно ждали меня на комоде) и поторопилась вниз, откуда уже раздавался доброжелательный, но слегка нетерпеливый голос драконицы.

– Доброе утро! – влетев в гостиную, я безуспешно попыталась сделать покаянное выражение лица, но ба лишь махнула рукой и не стала ничего говорить, тут же открыв портал непосредственно в ординаторскую поселкового лазарета и отправив в него все те книги, что отобрала для меня вчера.

– Доброе, Виктория. Держи, – если книги уплыли в портал без моего участия, то ручку и довольно пухлую тетрадку ба сунула мне. – На десяти первых страницах я написала тебе все те вопросы, которые необходимо изучить, остальное – для твоих пометок. Торопить и настаивать на безоговорочном исполнении плана не буду, ты уж сама решай, что тебе важно, а что не очень, но если хочешь стать хотя бы подмастерьем, то изучи все, что я упомянула. Экзамен тоже принимать бессмысленно – в этом деле экзаменаторами будут твои пациенты и их жизни. А теперь иди, дорогая, не задерживай, у меня дела. Вечером заберу.

– Да, спасибо, – с удовольствием приняв тетрадь от ба и папку с документами от Юмирая (на удивление, папка была толще, чем вчера), я подставила губы для поцелуя и ушла в портал лишь после того, как получила все желаемое. – До вечера!

Утро в лазарете прошло несколько сумбурно и одновременно спокойно. Спокойно в плане пациентов – новых не наблюдалось, а тех, что уже были, мы с Добриндом осмотрели всего за полчаса, получив искренние заверения, что все хорошо, практически идеально. С вампиром дело обстояло не так радужно, но сегодня он уже не скалился, а все время осмотра настороженно наблюдал за мной, причем чрезвычайно тщательно отслеживая каждый вздох и движение. Было неприятно, но я утешала себя тем, что Вайтор несколько не в себе после того, как его едва не съели заживо.

Сумбурность началась позже, когда гном вручил мне свежую плюшку со сладким чаем и лекарский маяк и проводил в комнаты наверх, пообещав поставить в известность, если ему понадобится моя помощь раньше обеда. В комнате, которую я выбрала только потому, что она была первой по коридору, находились кровать, узкий шкаф и стол со стулом. Большое окно было занавешено легким тюлем, который не мешал открывающемуся виду на улицу, где в это время не было ни одного прохожего – взрослое население состояло преимущественно из шахтеров и их жен, тоже, как правило, занятых на добыче полезных ископаемых, а немногочисленная малышня, по словам гнома, была под неусыпным присмотром крайне ответственных старших.

Пару секунд полюбовавшись видами на растущее напротив дерево, очень похожее на осину, я удобно устроилась за столом и первым делом открыла папку, врученную мне Юмираем. Вот тут-то и начался сумбур…

Как оказалось, толще папка была потому, что сверху лежала пачка листов с информацией о домах, которые будущий муж предлагал мне для рассмотрения и дальнейшей покупки. Господи! Вот так сюрприз! И на этом сюрпризы не завершились – перебрав внушительную пачку листов с описанием и рисунками домов (очень качественными, но все-таки рисунками), я впала в ступор снова. Следующая подборка была посвящена предстоящей церемонии бракосочетания – местным правилам, традициям, нормам и тому, каким Юми видит наш праздник. Прилагался и глянцевый журнал с фасонами свадебных платьев, где он заложил страницы с нарядами, на которые хотел обратить мое внимание.

Дела-а-а…

И умиляет, и настораживает. Он настолько глобально подошел к разрешению уже озвученных мельком вопросов, что я смогла лишь покачать головой. Чувства были труднообъяснимыми – радость и шок, гордость и паника, предвкушение и смятение. Он не уставал меня поражать, отчего меня тянуло к нему все больше и больше. Он был как огромная книга – я едва успевала прочитать одну страницу, как мне открывалась следующая, причем информации было все больше, а смысл становился глубже.

Интересно, смогу ли я вообще познать его до конца и перестать удивляться?

Следующие два часа я потратила на изучение досье, отложив дома и платья на сладкое и решив сначала выяснить всю подноготную.

Через два часа, закрывая папочку с досье, я могла с полной ответственностью заявить: мы идеальная пара!

А как иначе? Если досье не врет (а оно не врет, я уверена), то до шестнадцати лет Юми был таким оторвой, что мог бы дать фору любому моему знакомому детдомовцу, а может, и не только. У него был лично прирученный с семи лет вран, на котором он улетел из бывшего клана и исколесил весь мир, когда мать заставила деда отречься от внука. За ним числились такие проступки, как избиение старших соклановцев, причем ястреб не гнушался вступать в бой с превосходящими силами противника, когда ему периодически напоминали о том, что он полукровка. Кстати, насколько я поняла, мать за него не вступалась, предпочитая не замечать вовсе и приравнивая его к статусу очень дальнего и очень нежелательного родича.

Тварь.

Если проводить аналогию с моим детством и моими знакомыми, у которых, как и у меня, не было родителей, то маленький Юми просто хотел любви и внимания матери. С любовью были проблемы, и он это наверняка подспудно понимал, а вот внимание он к себе привлекал как мог – чудил, пакостил, выводил из себя старших… В конце концов он добился внимания, но не такого, какого хотел, – мать предпочла не заняться воспитанием, а вычеркнуть его из своей жизни окончательно. Так Юми лишился не только рода, но и клана.

И тем не менее его усилия не прошли даром – задиристого, но при этом очень перспективного мальчишку заметила сама ее величество, и после продолжительного разговора с бунтарем (сбежавшего из замка уже безродного мальчишку нашли на восточной границе, куда он отправился убивать монстров), в котором описала его возможное будущее (смерть, потому что бешеные собаки никому не нужны, или служение трону, потому что Мать всегда готова поддержать свое дитя), судьба ястреба сделала новый, головокружительный виток.

Мальчишка стал мужчиной.

Сначала он поступил в местное военное училище, а затем и в академию, где ему привили такие понятия и принципы, как долг, ответственность, признание авторитета старшего и более опытного, умение работать в команде. Его научили сдерживать свои эмоции и не вестись на провокации; из него сделали первоклассного бойца и открыли в нем лидерские качества; развили силу духа, характер, волю к победе (хотя они и так были неплохими, я думаю) и, ко всему прочему, внушили уважение к женщине как к существу более слабому и нуждающемуся в заботе.

Этого не было написано в досье, но, пробегая взглядом сухие факты о его достижениях в учебе, о службе на границе, а после – и самой Матери, я читала между строк. Были как похвальные грамоты и награды, так и нарекания, но они носили такой характер, что я бы наградила за каждое. Несколько раз он шел против приказов командира, но всегда его решение оказывалось верным и спасало жизни его соратникам – о каждом случае имелся подробный отчет с выводами военной комиссии, которые были созвучны моим. Его наказывали за неповиновение и тут же награждали за победу и результат.

Он так и не выслужился до командира, но спустя семь лет Амидайла решила, что хватит мужчине прозябать в полях и лесах, уничтожая иномирных монстров, и пора привыкать ко двору, чтобы заняться более интересными и деликатными делами, а именно ее поручениями.

Так из полевого сержанта с позывным «Бешеный Юм» Юмирай стал лордом и поверенным самой Матери. Этот период жизни был довольно сухо изложен, и, насколько я понимаю, информация была секретной даже для меня, но, судя по приложенному списку наград и поощрений, со своими обязанностями ястреб справлялся на отлично.

А затем ушел в отставку вампир, занимавшийся воспитанием и становлением птенцов, и Амидайла решила, что для Юмирая это будет очень полезным опытом, что в принципе подтвердилось – за три года через его руки прошло больше десятка птенцов, и ни один из них не погиб, завершив преобразование и получив покровителя-тотем.

Последней строчкой шла приписка ровным красивым почерком:

«А затем в мою жизнь вошла одна небезызвестная тебе упрямая и строптивая совушка… А дальше ты и сама знаешь».

О да. Я знаю.

Прикрыв глаза, я на минуту прижала папку к себе и только тогда поняла, что улыбаюсь. Широко и радостно. Потому что рядом с таким мужчиной мне уже ничего не страшно.

– Пи-и-и… пи-пи-пи…

Что?

Ох ты ж господи! Маяк!

На осознание того, что пищит именно лекарский маяк и меня ждут внизу, потребовалось всего несколько мгновений. Торопливо поправив халат и косынку, спустя всего двадцать секунд я уже стояла в коридоре первого этажа и во все глаза смотрела, как в лазарет одного за другим заносят троих окровавленных мужчин человеческой расы.

– Виктория! За дело! – Прикрикнув и выведя меня из некоторого ступора, Добринд уже вовсю командовал сослуживцами тех, кому сегодня не посчастливилось. Кто-то заносил и устраивал пострадавших на кушетках (самого тяжелого сразу положили на операционный стол), кто-то скупо докладывал о том, с каким противником пришлось сегодня столкнуться, а представительный демон, судя по нашивкам – командир отряда, раздавал указания остальным незанятым и контролировал обстановку.

Кстати, не зря – совсем юный парнишка-маг, и так выглядевший не очень хорошо, вдруг пошатнулся и, если бы не демон, рухнул бы прямо к моим ногам.

– Истощение, – недовольно констатировал командир отряда и проворно переместил обморочного на свободную кушетку, зачем-то поманив пальцем и меня. – Вы магичка?

– Немного. Я практикант. – Не собираясь проявлять инициативу, потому что могла еще больше навредить по незнанию, я обернулась к целителю. – Добринд, у мага истощение, есть что-нибудь?

– Да, там… – Махнув рукой на стеллажи, занимающие всю дальнюю стену операционной, гном, моющий руки и надевающий стерильные перчатки, в то время как один из добровольных помощников срывал с первого пациента остатки одежды, прикрыл глаза и по памяти уточнил: – Третья полка сверху, зеленые круглые склянки. По капле на килограмм, разведи в стакане воды, и потом пусть его отправят наверх, отсыпаться, чтобы не мешал.

– Хорошо. – Я еще слушала и кивала, а ноги уже шли к указанной полке, глаза искали стакан и воду, а пальцы откручивали крышку.

И вот всего через пару минут насильно споив обморочному магу лекарство и с милой улыбкой попросив капитана позаботиться о товарище, я торопливо вернулась к гному, уже разложившему инструменты и начавшему осмотр.

Пациент, судя по бледному виду, потерял довольно много крови, а переломанные в кашу ноги не внушали оптимизма, как, впрочем, и вспоротые кожа и мышцы на руках, где в иных местах проглядывали кости. Но если руки можно было зашить и обложить биогелем, то ноги…

– Ампутация?

– Ампутация, – кивнул гном и недовольно поджал губы. – Будешь помогать останавливать кровь и контролировать ритм сердца. Приступим…

Операция длилась около двух часов: мы отрезали, чистили, сращивали и зашивали. Главным действующим лицом был несравненный дядько – он оперировал с такой виртуозной непосредственностью, что я могла лишь восхищенно вздыхать и четко выполнять его команды.

Анестезия? Да, конечно!

Пульс? В норме.

Дыхание? Чистое!

Скальпель-пилу-щипцы-тампон-иглу-биогель? Без проблем!

– Как насчет магии? – Мы уже заканчивали, когда Добринд глянул на меня несколько устало.

– Что конкретно?

– Проверка и стабилизация всех жизненных показателей.

– Но я еще не уме… – Оборвав сама себя, когда густые брови недовольно сошлись на переносице, тут же кивнула: – Направляйте.

Следующие десять минут целитель держал мои пальцы, как все предыдущие инструменты, в своих руках и водил синими кончиками, из которых струилась чистая сила магии, по телу пациента, попутно поясняя, что конкретно делает и что необходимо делать мне и куда при этом смотреть. А самое главное – что видеть. Это было невероятно и удивительно.

Это был такой бесценный опыт, что я могла лишь радоваться и восхищаться профессионализмом своего руководителя.

– Ну вот и все. – Закончив сканирование обрубков ног, Добринд указал мне на свободную кушетку. – Присядь, передохни.

Передохни? А как же остальные?

Лишь сейчас вынырнув из мыслей об одном-единственном оперируемом, я с удивлением констатировала – пока мы им занимались, с двумя другими успешно разобралась Елинда, как и я пришедшая по вызову маяка. К счастью, другие мужчины пострадали не так сильно – необходимо было лишь зашить раны и отправить пациентов по палатам, причем передвигаться воины могли самостоятельно. Это все нам поведала добродушная гномка, когда и ее муж присел рядом со мной, предварительно сняв операционные перчатки и ополоснув руки.

Черт, а я даже не умылась…

Недовольно посмотрев на свои окровавленные руки и кое-где забрызганный кровью халат, я поморщилась, что не ускользнуло от внимания целителей.

– Не переживай, это ерунда. Главное – пациент жив, а грязь всегда отстирать можно. – Махнув рукой, дядько откинулся спиной на стену и прикрыл глаза. – А ты неплохо держишься для дивчины – ни истерик, ни обморока, ни тошнотиков. Да и понимаешь с полуслова все, что требуется. Я, было, не поверил вчера, но сейчас вижу – толк из тебя обязательно будет. Молодец, Виктория, так держать.

Чуть смутившись от искренней похвалы, я только и смогла сделать, что кивнуть. Что ни говори, а подобные слова от тех, кто не первый десяток лет спасает жизни, дорогого стоят. Что ж, буду надеться, что и дальше справлюсь.

Чуть посидев и передохнув, минут через десять поняла, что руки-ноги уже не дрожат от усталости и перенапряжения, и встала, чтобы уйти к себе, предварительно уточнив, что если новых пациентов не будет, то до вечернего обхода я свободна.

– Душ на втором этаже в конце коридора. Полотенца там, я насколько помню, есть. Халат тут сразу снимай, я постираю. – Елинда, радующаяся моей первой успешной операции не меньше, а может, и больше меня, махнула рукой в сторону бачка, стоящего в углу. – Иди, отдохни, детка, ты молодец.

Да-да, мне надо отдохнуть… Надо… Надо!

Душ я принимала уже на автопилоте – адреналин, захвативший меня во время операции, схлынул, как отступивший прибой. Я поняла, что еще пять секунд – и я элементарно отрублюсь прямо в душе. Но нет! Я взяла себя в руки, наскоро вытерлась, завернула влажные волосы в полотенце и уже через несколько мгновений с блаженной улыбкой опускалась на не очень мягкую казенную кровать. А, плевать! Главное – кровать!

Легко сказать, но так непросто сделать.

Лучше всего драконице думалось в лаборатории: руки занимались любимым делом, часть мозга контролировала процесс, вызубренный досконально, а вторая часть решала задачу, вставшую перед ней неожиданно, но так серьезно.

Механик.

Шэтов старый выскочка, посмевший унизить ее перед Викторией.

Ледяные глаза недовольно блеснули, а губы сжались в тонкую ниточку. К сожалению, Добринд прав на все сто процентов – лишь Хаймершу под силу перенастроить классический амулет портала так, чтобы он не сбоил в нестабильной зоне. Рисковать жизнью и здоровьем Виктории Маррхиям не собиралась ни за что и никогда, но и водить девочку из особняка в поселок и обратно лично, да еще и два раза в день, тоже было не выходом. Обучить ее саму? Можно, но очень сложно, и по времени займет год, а то и больше. И опять же, учитывая нестабильность зоны, девочка могла ошибиться всего на микрон и вместо поселка очутиться в самой гуще леса, кишащего монстрами.

Нет! Этому не бывать никогда! Лучше Марри сто раз перестрахуется, но ее внучка будет в абсолютной безопасности!

Но как ей это провернуть?

Взгляд женщины затуманился, что означало небывалую концентрацию, но руки при этом продолжали жить своей жизнью – открывали, отмеряли, взвешивали, насыпали, помешивали…

За этим делом ее и застал полумагический вестник от будущего зятя, проявившийся в метре от женщины и зависший на уровне плеча.

Что такое?

Вынырнув из невеселых дум, Марри торопливо пробежала взглядом послание, а затем перечитала его вновь, но уже более осознанно.

Милосердная Бездна! Превосходная весть! Вот какого козыря ей не хватало для следующего хода!

«Тагриан находится в Фифсалии возле вашего столичного дома. Надеюсь на ваше снисхождение».

Глава 29

– Какая неожиданная и невероятно приятная встреча!

Решив позволить себе немного позлорадствовать, ледяная глава рода появилась на крыше своего дома, неторопливо спустилась по наружной лестнице и широко улыбнулась хмурому демону, послушно ожидающему ее у дверей.

Меньше двух часов назад прилетел вестник от Юмирая. Друг рекомендовал ему как можно быстрее встретиться с объектом своих опасений и намекал на бескровное разрешение конфликта. Тагриан доверял своему брату по оружию, как себе, и, тщательно взвесив все за и против, понял, что ястреб наверняка уже сам общался с будущей тещей и, прежде чем советовать ему совершить столь безумный шаг, лично убедился в относительной лояльности Ледяной Стервы.

И вот сейчас она стоит напротив, многозначительно улыбается, а по его спине уже стекает первая струйка пота… Казалось бы, чего бояться, ведь перед ним – невысокая, хрупкая и такая красивая женщина, но любой демон знал – ледяные драконы опаснее и непредсказуемее тех же огненных в сотни раз.

Если огненный вспылит и остынет, то ледяной затаится, выносит план мести и ударит в самый неожиданный момент по самому больному месту.

И теперь Тагриан судорожно сжимал и разжимал пальцы, втайне радуясь, что у него нет семьи и близких, которых бы могла уничтожить эта… женщина.

– Добрый день, леди.

– Добрый. Пройдемте, Тагриан. Обсудим кое-что, нас обоих интересующее. – Махнув рукой в сторону двери, драконица вошла первая и, пройдя по коридору, зашла в уютную гостиную и расположилась на мягчайших подушках, сшитых из самой дорогой парчи, которые сплошь устилали широкий диван. – Присаживайтесь, не бойтесь. Я не имею привычки убивать в своем доме.

Всего несколько псевдоуспокаивающих слов, но наемника это не расслабляет – он прекрасно осведомлен о возможностях драконов. Дракону достаточно всего мгновения, чтобы создать портал и переместить себя и своего собеседника в любую точку планеты.

– Благодарю, – настороженно присев на самый краешек кресла, демон чувствовал злость и раздражение из-за своей беспомощности, но ничего не мог с этим поделать. Ни с раздражением, ни с тем, что сейчас ситуация была полностью под контролем блондинки. – И позвольте принести свои глубочайшие извинения…

– Нет-нет, Тагриан, не стоит. Не стоит лгать. Я знаю, что это было заданием императора и вы не чувствуете за собой вины за содеянное. – Небрежно отмахнувшись, Марри всего на секунду пренебрежительно сморщила носик. – Не скажу, что оправдываю ваш поступок, потому что вы могли поступить намного гуманнее и тоньше, но сделанного не вернуть. Вы получили то, что хотели, и это факт. А теперь поговорим с вами о том, что хочу получить за ваше вероломство я…

На лице женщины расцвела такая удовлетворенная улыбка, что демон неосознанно сглотнул и по его спине прокатилась еще одна крупная капля пота. Он прекрасно знал, кому теперь принадлежит сауна паши Вайльда. Тагриан, конечно, не так богат, как паша, да и состояние не упало ему с неба, а было заработано собственным трудом… Жизнь, конечно, дороже, но и сбережения не один год копятся. Если сейчас она решит оставить его без средств, то это будет ощутимым ударом.

– Упаси Мироздание, Тагриан! – Не выдержав и рассмеявшись, драконица отрицательно помахала в воздухе ладошкой. – Право слово, вы, мужчины, слишком зациклены на материальных благах! Мне не нужны ни ваша жизнь, ни ваши деньги, я достаточно богата и успешна и без этого. От вас мне нужна всего лишь услуга, и не более.

Всерьез озадачив наемника, драконица звонко щелкнула пальчиками, и у нее в руке появился сложенный вчетверо лист бумаги. Взмах – и лист поплыл в сторону Тагриана и опустился ему на колени.

– К сожалению, как вы наверняка знаете, я не сильна в механике – это не мой конек. Но моим близким необходимо кое-что специфическое, что невозможно достать обычным путем. А вы, насколько я наслышана о ваших связях, способны достать даже невозможное. – Если все предыдущее было сказано с неизменной милой улыбкой, то затем драконица похолодела взглядом, и последние слова были произнесены уже ледяным тоном, не предусматривающим ни возражения, ни отказа: – На исполнение заказа я, так и быть, дам вам два дня, но если управитесь раньше, то буду вам безмерно благодарна.

Слова благодарности неприятно диссонировали с приказным тоном, и демон натянуто улыбнулся, отчетливо понимая, что если он не справится за указанные два дня, то реакция драконицы будет уже не такой благожелательной.

– Что ж, вижу, мы с вами прекрасно друг друга поняли. Приятно было с вами увидеться, Тагриан, а теперь прошу простить, у меня дела. О, чуть не забыла! Первую часть заказа можете доставить небезызвестному вам лорду Юмираю, а вторую – уже мне лично. Жду вас здесь через два дня в это же время. До встречи, Тагриан.

Взмахом руки выпроводив слегка озадаченного демона прочь, драконица обострившимся чутким слухом сначала удостоверилась, что мужчина покинул ее дом, и лишь затем позволила себя шаловливую и совсем не взрослую улыбку. Да! Да, шэт побери!

Все складывается просто идеально!

Заказ Ледяной Стервы был довольно необычен, и она верно заметила – достать все без исключения было возможно, лишь обратившись к одному вечно занятому для остального мира ученому. А именно Хаймершу-механику.

К счастью, для Тагриана и его просьб дед всегда находил время, в какой-то мере ощущая себя немного виноватым перед собственным сыном, погибшим из-за не сработавшего как надо амулета. И теперь, что-нибудь изобретая, а иногда просто доводя до ума чужие наработки, Хаймерш неизменно снабжал внука эксклюзивными новинками, предпочитая десять раз перестраховаться, чем потом жалеть о том, что снова недосмотрел.

Спустя всего каких-то сорок минут после разговора с драконицей стоя перед непроходимым для незваных гостей барьером (в спрятанную от посторонних глаз долину Тагриан попал благодаря амулету-телепорту), Тагриан немного нервничал перед предстоящим серьезным разговором. А как иначе? Почти пятнадцать лет он был самостоятельной боевой единицей, радуя деда своими достижениями на службе у императора. А тут – такое! На побегушках у женщины!

Оправдывало лишь одно – эта женщина была драконицей с очень специфичной репутацией.

– Тагриан, мальчик мой! Проходи, проходи…

Дед выглядел необычайно обрадованным, что серьезно насторожило наемника. Стоило Механику поинтересоваться: «А теперь скажи мне, что ты натворил и зачем тебя искала Маррхиям-генетик?» – как сразу стало ясно… Что ничего не ясно!

Спустя час

– Тагриан… – Глядя на внука как на призера конкурса «Разочарование года», Механик душил в зародыше порыв снять с пояса ремень и отходить им провинившегося отпрыска. – Женщину! Так унизить женщину! Дракона! Всеми уважаемую Ледяную Леди, главу рода! Ты чем думал, мальчик мой?!

Кривя губы в недовольном оскале, внук предпочел промолчать, потому что когда пятнадцать минут назад он было попытался оправдаться, заработал увесистый подзатыльник и выслушал лекцию на повышенных тонах о том, что он не внук, а кусок недоразумения.

– Да еще и саму Марри-генетика! Из-за тебя я выгляжу в ее глазах старым кретином, не умеющим обращаться с женщинами! Ты понимаешь, что я пятнадцать лет слежу за ее последними разработками и мечтаю предложить ей совместный проект?! И что мне теперь делать?! Как я, по твоей милости, буду просить прощения у этой замечательной во всех смыслах женщины?

– Замечательной? – Не удержавшись от возмущенного вопля, демон не успел увернуться от очередного подзатыльника, отвешенного тяжелой рукой деда. – Шэт возьми, дед! Да хватит уже! Я взрослый мужчина!

– И только по этой причине ты еще в углу не стоишь… – ворчливо съязвил Хаймерш и, поджав губы, испепелил внука взглядом. – А потому замечательной, что, будь я на ее месте, – убил бы. Вот без разговоров – взял бы и убил! – И без перехода потребовал: – Где список?

– На.

– Ого! – Внимательно прочитав список сначала по диагонали, а затем еще несколько раз, но уже вдумчиво, демон пожевал губами и гораздо спокойнее уточнил: – Зачем ей это? Не понимаю…

– Я узнал у Юмирая… Помнишь такого? Да, Бешеный Юм. Он ухаживает за Викторией, ее внучкой.

– Той ледяной порывистой девочкой? – Моментально вспомнив невоспитанную глупенькую драконочку, демон иронично приподнял брови. – И что там с ними?

– Она сейчас проходит целительскую практику в Друзянке под руководством Добринда. Кстати, я уже узнал, в этом она довольно толкова и сегодня уже ассистировала в операции. Думаю, это все – для нее.

– Да, логично… – прочитав первую половину списка, демон кивнул. В списке присутствовали такие пункты, как амулеты защищенной точечной телепортации, восстанавливающие и защитные амулеты, различного рода связные маяки, а также усовершенствованные хирургические инструменты с монокристаллической кромкой и прочие хитрые штучки, облегчающие работу целителя. – Но не пойму, зачем ей понадобилось остальное?

– Дед, а не все ли равно? Ты мне лучше скажи: справишься за два дня? Знаешь, мне в последнее время так жить нравится… целиком.

Саркастично кхекнув, Механик осуждающе и одновременно задумчиво покачал головой, уже прикидывая, что из заготовок у него есть, а чем придется разжиться, причем в кратчайшие сроки.

Как бы ни ругал он внука, но его он предпочитал видеть живым и невредимым. А наказать он и сам его сможет.

Но зачем ей все-таки пункты пять и семь, кто б ему рассказал?!

– Так, разгильдяй мой великовозрастный! – Наконец приняв окончательное решение, Хаймерш быстро набросал список необходимого и вручил его немного обиженному подобным обращением внуку. – Чтобы не позднее чем через два часа вот это все было у меня на рабочем столе. Понял?

– Понял.

– Исполнять! – Прикрикнув и с усмешкой проследив, как вылетел из гостиной озадаченный внук, сам ученый отмерил себе еще пять минут тишины, прежде чем отправиться в мастерскую и заняться делом.

За эти пять минут он наконец понял, как именно будет просить прощения у той, что с первого взгляда пленила его зачерствевшее среди бездушных механизмов сердце, но кого он так неаккуратно и по старческой мужланской привычке посмел обидеть язвительными и недостойными настоящего мужчины словами.

Остается только надеяться, что сердечко ледяной драконицы сможет тронуть его небольшой, но сделанный от чистого сердца презент.

И все-таки усталость от двух бессонных ночей подряд сказалась на мне больше, чем я думала, – меня разбудил не целитель, а Марри, пришедшая за мной в поселок, чтобы помочь вернуться в особняк.

– Виктория, я, конечно, все понимаю… – осуждающе поджав губы, ба терпеливо ждала, когда я оденусь, – но это не дело. Я не для того привожу тебя в Друзянку, чтобы ты здесь отсыпалась.

– Извини.

Довод был разумным и в целом мне нечего было возразить, так что я покаянно поджала губы и потупилась, а затем мышкой скользнула мимо ба, когда мне указали головой на открытый в особняк портал. Черт, мне реально было стыдно.

К счастью, сама драконица не стала задерживаться, а лишь ворчливо сообщила, что завтра зайдет немного пораньше, потому что у нее самой очень много дел.

– И постарайся, пожалуйста, к моему приходу уже быть готовой, а не как сегодня.

– Да.

– До завтра, – нейтрально кивнув, что лучше всех эмоций говорило о ее недовольстве, ба открыла новый портал и ушла, оставив меня пристыженно кусать губы в одиночестве.

– Вернулась?

Долго в одиночестве мне пребывать не пришлось – Юмирай, наверняка почуявший мое появление, а может, даже и просто караулящий, зашел в гостиную спустя всего минуту после моего появления.

– Что случилось?

И моментально поинтересовался, отчего я такая хмурая.

– Да-а-а… – сморщив нос и дернув плечом, уже через мгновение я была крепко обнята, и в темно-зеленых глазах обозначился уже не сдержанный интерес, а самое настоящее требование.

В общем, пришлось каяться:

– Я после обеда весь день проспала. Марри недовольна и в целом права.

– Хм… Да, нехорошо получилось. – Кивнув, но не став усугублять и без того неприятную ситуацию, Юмирай загадочно улыбнулся. – Что ж, пожалуй, ко всему прочему придется контролировать и твой ночной сон – не меньше шести часов.

– Да? И как ты себе это представляешь? – немного нервно усмехнувшись, но уже отходя от переживаний, я чуть прищурилась и смерила его заинтересованным взглядом. – Между прочим, кое-кто, не будем показывать на него пальцем, не меньше виноват в моем непроконтролированном ночном сне.

– Вот и я о том же. Будем исправляться.

– Как?

– Очень просто!

И действительно, все оказалась очень даже просто – просто стоило начать раньше.

Наплевав на то, что еще не очень поздний вечер, ястреб без разговоров увлек меня наверх и там ясно и подробно показал, как он себе это представляет.

– Мм… – Томно потянувшись и потершись щекой о его подбородок, я мысленно признала, что это – идеальный выход из положения. На особняк только-только опустились сумерки, а я была уже вся такая довольная-довольная…

– Ты самый умный и предприимчивый мужчина…

– Как мило, – хмыкнув мне в макушку, Юмирай уже более серьезным тоном продолжил: – Ты хоть документы успела прочитать, засонька?

– А вот и успела. Я даже на операции побывать успела. И не только побывать. – Не удержавшись, чтобы не похвастаться, я в двух словах рассказала об операции, а уже затем перешла к более важным вещам: к его досье. – И знаешь, позволить мне узнать все свои темные стороны было слишком самонадеянно с твоей стороны… – Загадочно прищурившись и выдержав долгую паузу, отчего ястреб с интересом приподнял бровь, требуя продолжения, я с многозначительной улыбкой закончила: – Сам виноват! Теперь ты от меня ни-и-икуда не денешься! Такое сокровище просто обязано принадлежать мне и никому иному!

– Ах ты, дракошка коварная!

Захохотав, когда он с шутливым рычанием одним-единственным грамотным захватом перевернул меня на спину и начал щекотать, требуя при этом признать, что это не он мне принадлежит, а я ему, Юмирай добился лишь звонкого визга и обещаний отомстить путем выхода за него замуж.

– Хм, а в чем суть мести, я не понял.

– Как – в чем? В том, что даже если вдруг захочешь, больше никогда от меня не отделаешься!

– Да-а-а… коварства в вас, леди Виктория, даже больше, чем в вашей родственнице.

– Это в которой?

– А во всех вместе взятых.

– Спасибо, стараюсь.

Вместо похвалы получив головокружительный поцелуй, в следующее мгновение я была крепко прижата к горячей мужской груди с требованием закрывать глаза и спать.

– Как спать? Вечер еще! И вообще, я есть хочу!

– Черт…

– И не ругайся так, ты все равно не знаешь значения этого слова, – снова засмеявшись, потому что следом прозвучало уже местное ругательство, я чувствовала, что он не злится, а просто немного раздосадован.

Просто плана у нас придерживаться такими темпами вряд ли получится.

– Обещаю: после ужина сразу лягу спать!

– И почему я чую в твоих словах подвох?

Правильно-правильно чуешь. Потому что «лечь» не значит «уснуть».

– Не бери в голову, милый, лучше покорми свою драконочку, иначе она съест того, кто ближе и доступнее.

– Как пожелаете, леди, – шутливо поклонившись, но при этом так загадочно блеснув глазами, что по телу вновь прошла волна неконтролируемого жара, лорд соскочил с кровати, успев увернуться от моих рук, и, погрозив пальцем, сурово произнес: – Ужин – и спать!

Тиран и деспот!

Насупившись в ответ на такой произвол, в следующую секунду я была награждена халатом и обещанием, что если сегодня буду хорошей девочкой, то завтра утром меня ждет сюрприз.

– Какой?

– Сюрприз.

Хм… Что ж, ладно, уговорил. Люблю сюрпризы, особенно когда их обещают с таким загадочным видом. И, так и быть, потерплю и буду хорошей девочкой. Но недолго!

А утром… Утром мне в полном объеме показали, что сюрпризы бывают не только материальными, но и такими, от которых поет душа, быстрее бьется сердце и все тело пульсирует в такт его рукам и губам.

– С добрым утром…

– С наидобрейшим… – вытянувшись в струнку и всем телом ощущая лежавшего позади ястреба, разбудившего меня самым приятным из способов, я могла лишь улыбаться.

А уж когда меня нежно поцеловали в плечо, а затем проложили дорожку вдоль шеи к ушку и шепнули в него, что любят, я и вовсе на несколько секунд забыла, как дышать.

Я не ослышалась? Он еще ни разу этого не говорил!

– Повтори.

– С добрым утром.

– Юми!

– Да, любимая?

– Мр-р-р! Еще!

– Еще секунда – и ты не успеешь позавтракать.

– В Бездну завтрак! Говори! А то…

– Что?

– Защекочу! – развернувшись за секунду, я с самым зверским выражением лица предъявила ему свои ноготки, при этом с трудом удерживаясь от смеха.

– Хм… – Каждый ноготок был скептично осмотрен, а потом мне с самым наглым видом заявили: – Я не боюсь щекотки. – С еще более наглейшим видом была выдержана длинная пауза, пока я пыталась придумать новую угрозу, и черная бровь чуть приподнялась. – Затруднения? Любимая. Кстати, что насчет дома, выбрала?

– Ай, ну тебя! – Смех все-таки прорвался наружу, и, уже вставая и торопливо семеня в ванну, я призналась: – Нет, но несколько вариантов я отложила. Давай за завтраком обсудим, хорошо?

– Без проблем.

Без проблем не получилось – мы успели лишь принять душ, одеться и сесть за стол, как открылся портал, впустивший ба, и мне пришлось молча и быстро дожевывать завтрак под ее нетерпеливым взглядом и обещать Юмираю, что вечером мы первым делом обсудим текущие дела, а уже потом – все остальное.

И как бы ни была я расстроена тем, что пока не имею возможности сама регулировать свой график, но все же прекрасно отдавала себе отчет, что это – наилучший вариант. Моя б воля, я бы отбросила все дела на необозримое и невероятно далекое и зыбкое «потом» и устроила бы себе медовый месяц длиною так в годик-другой.

Но нет, сначала дело. И это не шутки и не развлечения, а жизнь.

К счастью, день в поселке оказался скуп на события – чай в компании Добринда, осмотр увеличившегося количества пациентов, хмурый вампир, а затем несколько свободных часов на то, чтобы уже более основательно присмотреться к домам и определиться, что я хочу сама и что нам может подойти с учетом наших желаний и возможностей. Кстати, о них я до сих пор знаю далеко не все. Да и сама еще толком со своим будущим не определилась.

Вот чего я хочу? Ну кроме как провести всю оставшуюся жизнь рядом с самым дорогим мне мужчиной? Дети? Да, конечно! Как минимум двое, а может, и больше, там уж как получится. Работа? Тут уже сложнее… Поваром мне точно не быть, от силы раз в недельку десерт какой сделать пустят, и то не факт. Целителем? Вряд ли… Это тоже, скорее, умение на случай острой необходимости, но никак не способ заработать на жизнь. Эксперименты, как намекала ба? Опять же это лишь увлечение, причем пока еще вообще нереализованное.

Что ж, значит, этот вопрос пока оставлю открытым и поинтересуюсь у жениха, чем тут принято развлекать себя замужним дамам.

А теперь вопрос второй – чем будет заниматься он? Тем же, чем и сейчас? Воспитывать птенцов? Хм…

Откуда-то изнутри поднялась негодующая волна протеста, и я четко поняла: не хочу. Не хочу, чтобы он и дальше посвящал себя кому-то кроме меня. Кого-то воспитывал, наставлял, поддерживал и выводил во взрослую жизнь. Нет! А вдруг на него западет какая-нибудь беспринципная птичка? Да я ж тут разнесу все к чертям собачьим!

Даже зарычав вслух от привидевшейся картины, я постаралась остыть, но получалось не очень.

Что ж, значит, прежде чем состоится свадьба, стоит обсудить с женихом и этот момент – пусть выбирает что-нибудь другое, а то в один прекрасный момент снова произойдет неожиданная, но оч-ч-чень естественная убыль. Решено. Так, а что здесь? Вот эти пять домов, расположение комнат в которых и сам внешний вид мне приятен больше остальных, пока отложим.

А теперь платья…

С платьем я определилась еще быстрее и, уже подобрев, принялась непосредственно за то, что было актуально на текущий день, а именно за учебу и углубленное изучение анатомии всех рас по очереди.

В течение первой половины дня я успела пролистать-прочитать учебник о демонах, вспомнить, как писать, чтобы потом самой разобрать написанное, пообедать с Добриндом и Елиндой, принесшей этот самый обед, и познакомиться с заглянувшим Гаврилой, оказавшимся довольно приятным, но стеснительным мужчиной тридцати лет. После снова был осмотр, затем новый учебник, затем снова осмотр…

И Марри, пришедшая за мной, когда уже начало смеркаться.

– Ну вот, умеешь же, когда хочешь, – с доброжелательной улыбкой отметив, что тетрадь начала заполняться, а второй учебник прочитан уже на две трети, драконица проводила меня домой, пообещав, что завтра придет в то же время в то же место. – Отдыхай, милая, ты молодец.

Глава 30

К счастью, конкретно этот вечер выдался на удивление продуктивным не только на учебу, но и на разговоры. Да-да, нам наконец удалось обстоятельно поговорить обо всем. Оказалось, что о нашем совместном будущем сегодня думала не одна я – стоило нам поужинать (ястреб настоял на этом сразу, как я появилась в гостиной), как он утянул меня наверх, но не в спальню, а в свою личную гостиную, где очень удобно расположился на диване и, заключив меня в кольцо своих рук, устроил форменный допрос:

– Итак, дорогая, пора расставить акценты и определить приоритеты. Готова?

– Уже боюсь. Что с тобой?

– Со мной все прекрасно. – Усмехнувшись мне в щеку, ястреб пояснил свой серьезный настрой: – Просто не могу дальше тянуть. Ты рядом уже несколько дней, но я так и не знаю самого главного.

– Неправда! Самое главное ты знаешь. Я тебя люблю и согласна выйти замуж.

– Ладно-ладно, не злись. – Дорожка из мягких нежных «успокоительных» поцелуев пролегла от виска до подбородка. – Я тоже тебя люблю, врединка. Но мы так и не договорились ни о доме, ни о церемонии, ни о прочем таком же важном, а время идет. А ведь ты так и будешь целыми днями пропадать в поселке, а по ночам набрасываться на меня, как изголодавшаяся фурия.

– Юми! – Возмущенно вспыхнув на его откровенный поклеп, я тут же была поцелована в губы, так что возмущение помахало ручкой и, печально вздохнув, ушло в дальние дали. Но все равно, стоило поцелую завершиться, как я обличительно пробурчала: – Это кто еще на кого набрасывается?

– Ты меня соблазняешь одним своим присутствием, так что виновата только ты, и никто иной. – Мужские пальцы прошлись по моему животу, погладив самый низ, а затем опустились на бедра. – И вообще, эти брюки – вопиющее безобразие!

– Да-да, «снимите это немедленно»… – Хохотнув, но найдя в себе силы прижать его ладони и не позволить гладить меня дальше, я тоже посерьезнела. – Ты, как всегда, прав, кажется, наш медовый месяц начался до свадьбы. Это, конечно, здорово, но и правда мешает решать текущие вопросы. Давай быстренько, а? Нам еще выспаться бы…

– Хорошо, буду краток. – Мой затылок был самую капельку прикушен, а затем отпущен. – Первое. После замужества – никакого экстрима, ты и так к себе неприятности притягиваешь, даже не напрягаясь. Второе…

– Сто-о-оп! Какие такие неприятности?!

– Зубастые.

И сказано это было таким категоричным тоном, что стало понятно – пока меня не было, неприятности произошли сами.

– Что случилось?

– О твоей судьбе справлялся новый глава клана Шинайо.

– Эм… новый?

Удивил не столько интерес, сколько известие о новом главе. А куда старый делся?

– Да, новый. К сожалению, а может, и к счастью, расследование, начавшееся после твоего здесь появления, выявило очень много нарушений наших законов, и по вердикту экспертной комиссии Хамидайо Ши из клана Шинайо, бывший глава клана, был приговорен к смертной казни путем укорачивания на голову. Неделю назад клан выбрал нового главу – им стал ястреб Элидайро Ирайэн, не успевший запятнать свою репутацию незаконными деяниями.

– Ага… – Переварив информацию, я кивнула, чтобы он продолжал. – И?

– И сегодня после обеда он нанес визит вежливости.

– И?

– И, судя по всему, он интересуется тобой не просто так.

– То есть? – Насторожившись еще больше, потому что сухой тон Юмирая неприятно резанул по ушам, я заглянула в его недовольные черные глаза, отметив, что он еще не в бешенстве, но уже на грани. – Юми, в чем дело?

– Он видел тебя в замке, и он видел твое сияние, которое умеем различать только мы, ястребы. Я знаком с Элидайро довольно давно и достаточно близко, чтобы понять – он хочет претендовать на тебя на полуночном слете.

– Юми… – Всерьез расстроившись, потому что ясно увидела – Юмирай дико ревнует и невероятно злится, что я снова кому-то понравилась, но при этом до сих пор не может в открытую заявить, чтобы никто даже дышать в мою сторону не смел, я просто подалась вперед и крепко обняла. – Не надо. А давай…

Мгновенная безумная мысль пришла и громко заявила о себе:

– Черт возьми, давай уже поженимся! Плевать на всех!

– И тут возникает новая проблема… – недовольно буркнули мне в шею очень печальным голосом.

– Какая?

– Прямой запрет Матери на брак до полуночного слета.

– Да-а-а? – Новость оказалась из разряда крайне неприятной. – Когда она успела запретить?

– Вчера днем. Я тебе не сказал, не хотел расстраивать. Да и вчера это было неактуально, мы же сами решили, что подождем.

– Так… – Упрямо поджав губы, я чуть отстранилась и ткнула его пальчиком в грудь. – Милый мой Бешеный Юм. Раз уж пошла такая пьянка, то давай решим окончательно и бесповоротно!

– Ты меня пугаешь… – Поморщившись, лорд тем не менее с интересом ожидал продолжения моей гневной тирады.

– Ты меня любишь?

– Да.

– И я тебя. А это значит что?

– Что?

– Отправляй всех страждущих лесом-полем-косогорами или их отправлю я! Договорились?

– Договорились, кровожадная моя…

Вздохнув с явным облегчением, ястреб подался вперед, и мне уже не на словах, а на деле пришлось доказывать кое-кому немного ревнивому, что я не шучу и ему не позволю.

Ишь, моду взяли, доводить моего мужчину до бешенства! Только я имею на это право! Только я, и никто иной!

Часика через два, когда были озвучены и предъявлены все доказательства, признанные второй стороной неопровержимыми, мы продолжили наше неторопливое общение, и Юмирай наконец перешел к обсуждению пункта номер два, при этом выводя замысловатые узоры пальцами на моем обнаженном животе. Почему-то сегодня его неминуемо тянуло именно к животу, что лично мне очень нравилось и вызывало внутренние вибрации и истинно драконье урчание.

– Ты уже думала, чем будешь заниматься?

– Думала. – Я кивнула и тут же со вздохом покаялась: – Но так и не надумала. Есть предложения? Чем у вас тут занимаются замужние леди?

– Боюсь, тебя это не устроит. – А еще ему очень нравился мой затылок. Легкие укусы вызывали толпы возбужденных мурашек, пробегающих по всему телу. – Ведение дома, чтение, вышивание, светские мероприятия и посиделки у подружек, чтобы поделиться свежими сплетнями.

– И все?

– И все.

– Печально…

– Не то слово.

Хмыкнув в унисон и на некоторое время уйдя в свои мысли, я предложила первая:

– Давай тогда чуть отложим, время есть. Может, мне понравится что-нибудь из увлечений ба? К тому же кое-кто обещал мне свидание в тренажерке… Информации к изучению у меня еще вагон и маленькая тележка. Там, глядишь, и наберется, чем занять день. Кстати, а ты сам чем думаешь заниматься? Только не говори, что тем же, чем и сейчас!

– Сейчас я обнимаю самую желанную женщину…

– Не увиливай! – Дернув плечом, которое начали целовать, отвлекая меня от основной мысли, я недовольно продолжила: – Я тут на досуге подумала… И поняла, что буду ревновать тебя к каждому следующему птенцу. Я не хочу. Умом понимаю, но эмоции раздирают. Ты можешь найти другую работу? Ой! Кста-а-ати!

Мысль дошла до моего слегка блондинистого мозга только сейчас, и я с подозрением уточнила:

– Как у тебя с финансами? Ты так резко озадачил меня домом и свадьбой, что я просто забыла о главном – о финансах. Извини, конечно, если вопрос обидный, но я четко должна знать. Мы сможем все это осуществить?

– О Великое Мироздание, Виктория! – Сначала опешив, в следующую секунду Юми хохотал так, что я даже слегка обиделась. А когда он наконец отсмеялся, то сначала поцеловал, а затем кивнул. – Да, Вика, я богат. Я богат настолько, что могу позволить себе не только покупку дома и организацию шикарного торжества, но и не работать лет десять и при этом жить, не отказывая себе ни в чем. Поверь, служение Матери и трону очень прибыльно. Так что выкинь эти вопросы из головы и думай только о хорошем. И по поводу работы… Да, думаю, за эти недели я подыщу себе замену, а сам займусь тем, чем хотел уже довольно давно.

– Чем?

– Лет десять назад мы с Тагрианом хотели открыть свою школу для ребят, которые желают поступить в военное училище, но по тем или иным причинам не прошли вступительные испытания. Поверь, я знаю, о чем говорю, сам не с первого раза поступил, да и то помогла протекция ее величества. Так что… что думаешь? Сможешь ты смириться с тем, что твой муж будет преподавать детям азы боевых искусств и прочие достойные навыки, необходимые для жизни?

– О? Совсем другой разговор! Я только за.

После мы обсудили дома и договорились, что на днях посетим и осмотрим каждый, чтобы уже не на картинке, а вживую увидеть место, где будем жить и растить детей, затем прошлись по списку гостей, который увеличился на нескольких приглашенных и включил в себя всех домочадцев и гвардейцев, которых Юмирай уважал, проработав с ними не один год. Со своей стороны, я предложила чету целителей, к которым уже испытывала уважение. Уверена, к концу практики оно только возрастет. После ястреб заверил меня, что в случае чего список можно будет пополнить, потому что в этом мире приветствовались шикарные богатые свадьбы с множеством гостей, так что можно будет не стесняться и приглашать всех, кто завоюет нашу симпатию так или иначе. О распорядителе церемонии лорд пообещал позаботиться сам. Мне оставалось лишь уточнить фасон выбранного платья и расслабиться окончательно.

Хотя нет, не окончательно.

Сначала я еще пару раз удостоверилась в том, что намерения жениха самые что ни на есть серьезные и основательные, и лишь спустя еще сотню минут, окончательно убежденная, уснула с блаженной улыбкой на губах.

Жизнь прекрасна, как ни крути!

И снова утро, и снова – одно из самых ласковых и романтичных пробуждений. Сегодня Юми опять удивил меня. Проснулась я в окружении голубых флоксов и васильков. Это умилило до такой степени, что я даже не нашла слов, подарив лишь благодарные поцелуи тому, кто поразил меня своей романтичностью.

Кроме цветов в постель был подан и завтрак, а затем и одежда.

– Ты меня пугаешь…

– Нет, драгоценная моя, я тебя люблю и балую, – многозначительно подмигнув и поцеловав меня в нос, широко улыбнулся ястреб. – Ты сделала меня самым счастливым, причем ничего не требуя взамен, а так как запланированный мною этап ухаживания был несколько проигнорирован и отодвинут в сторону текущим этапом, то я буду реализовывать их одновременно.

Приятно…

– Уговорил.

– Благодарю. – Усмехнувшись и поцеловав еще раз, лорд отвел меня вниз, сдал на руки задумчивой ба и напомнил, что вечером мы идем смотреть первый дом.

– Да-да, конечно.

Сегодня я любила весь мир и готова была петь и танцевать от переполнявшей душу романтичности, так что даже ироничный взгляд ба был нагло проигнорирован.

– Эх, молодость-молодость… Вы хоть предохраняетесь? Или уже реализуете мой наказ?

– Эм…

Совсем непраздный вопрос огорошил и спустил с небес на землю, так что я едва не запнулась, выходя из портала под удивленный взгляд гнома, слава богу не услышавшего вопрос.

– Да как тебе сказать… Нет.

– Нет – что?

– Нет – все.

Черт! Черт-черт-черт!!!

Нет, я точно блондинка!!!

– Ба-а-а?

– Да?

– Можно тебя на пару слов?

Паники как таковой не было, но именно этот физиологический момент я самым бездарным образом упустила из виду и теперь не знала, что и думать. То ли признаться, что дура, то ли наврать, что план реализую…

– Да, конечно. – Понимающе хмыкнув, ба отправилась за мной следом, и стоило нам подняться в комнату, закрепленную за мной, как она плотно прикрыла за собой дверь и, ехидно улыбаясь, констатировала: – Только не говори, что не знаешь, откуда берутся дети.

– Знаю. И… это… – Сконфуженно почесав нос и глядя в потолок, я протянула: – Ты упоминала, что специалист по противозачаточным…

– Верно. Но вам-то зачем?

– Затем, чтобы все было по правилам, – наконец посмотрев драконице в глаза, я кивнула на ее вопросительный взгляд. – Дети должны рождаться только после свадьбы, верно?

– Милая, дети должны рождаться в любви, и никак иначе, – отрицательно качнула головой ба. – Хотя это ваше право – планировать ребенка тогда, когда вам будет удобно. Но, надеюсь, затягивать не будете?

– Нет, конечно! Кстати… – Закусив губу от некоторой неловкости, я тихо уточнила: – А ты можешь увидеть – я еще не беременна? А то мы за эти дни немного увлеклись…

– Увидеть? Нет. Но проанализировать состав крови могу. Дай пальчик. – Ткнув мой палец удлинившимся ногтем, ба удовлетворенно кивнула. – Отлично, вечером скажу с точностью до тысячной доли процента. А пока за учебу, дорогая, даже возможная беременность не освобождает тебя от ответственности.

– Как скажешь. – Улыбнувшись на ее ироничную подколку, я поблагодарила бабулю за понимание и доверие и уже в более спокойном расположении духа отправилась вниз, когда она сама снова ушла порталом. – Доброе утро, дядько. Я не опоздала на утренний осмотр?

Из поселка драконица отправилась в Фифсалию, прямиком в свой столичный дом, потому что с часу на час должен был пожаловать демон с заказом, и Маррхиям не хотела ждать ни единой лишней минуты.

Ее и так уже вторые сутки снедало любопытство – справится ли демоненок с задачей или все-таки оплошает? Конечно, лучше было бы, чтобы справился, потому что кое-какие пункты из ее личного списка она собиралась купить уже не первый год, но все никак не доходили руки, да и времени вечно не хватало.

А тут – такая удача! Минимальные сроки и максимально заинтересованный в благополучном разрешении вопроса исполнитель! Уж она-то не поленилась и снова выпила пару капелек своего чудо-эликсира, чтобы в полной мере увериться в том, что мальчишка будет из кожи вон лезть, но сделает все, что она ему прикажет.

Да, репутация – штука коварная… С одной стороны, хорошо: ее если не уважают, то боятся; а вот с другой стороны… Все-таки несколько обидно, что страха в окружающих намного больше, чем уважения.

Одна лишь Виктория радовала Марри своей несколько детской непосредственностью и тем, что по всем личным вопросам не стеснялась и не боялась обращаться именно к ней.

Устроившись в кресле и рассмотрев на свет капельку крови, Марри иронично хмыкнула и просто-напросто ее слизнула. Рецепторы языка тут же заработали на полную мощность, лучше любых искусственных анализаторов выдавая информацию о состоянии внучки. Секунда – и…

– Странно…

Недовольно нахмурившись, потому что данные были противоречивыми, драконица придирчиво осмотрела свой ноготь, но на нем больше ничего не было.

Шэт! Вот так незадача!

Хотя…

Нет, вот прямо сейчас девочка точно не беременна. Но ведь и беременность наступает далеко не в первую секунду, уж это-то она точно знает. Что ж, не проблема – повторят анализ через денек-другой. А пока она даст ей один безопасный эликсирчик, который не повредит, если вдруг они опоздали с контрацепцией. Хотя, по сути, какая разница, когда беременеть – сейчас или через два месяца? Ее воля, так она бы лично этот процесс проконтролировала, чтобы быть уверенной в стопроцентном результате. Но увы, увы… Мысли дерзкого мальчишки, посягнувшего на ее внучку, были хоть и уважительными, но категоричными – сами и только сами.

Что ж, она признает за ним право сильного, и в этом ему не откажешь.

– Госпожа, к вам посетитель…

Горничная, безотлучно проживающая в доме и следящая за порядком в ее отсутствие, склонилась в услужливом поклоне, вырывая Маррхиям из размышлений о том, как же все-таки жаль, что таких мальчишек очень мало и на всех не хватает.

– Да, Ганзита, проводи господина, я жду.

Отбросив мысли о редчайших представителях противоположного пола куда подальше, драконица предвкушающе улыбнулась – судя по отголоскам мыслей Тагриана, уже доносящимся до нее сквозь стены, мальчик принес все, что она ему наказала, причем даже сверх того – он принес еще и презент от Механика.

О? Неожиданно и интригующе. Что этот старый хрыч задумал?

Полчаса спустя

С прохладной ленцой приняв два больших пакета, предназначенных Виктории и ей лично, а также небольшую, кубической формы коробку в две ее ладони, к которой прилагалась записка от Механика, Марри не стала ничего вскрывать при немного нервничающем Тагриане, успевшем сказать лишь, что дед передавал свои извинения за неприятный инцидент, произошедший не так давно, и в качестве примирительного жеста передает драконице презент, сделанный им лично.

Неопределенно отмахнувшись и сказав, что проверит содержимое пакетов после, когда будет время, Марри добавила, что в случае неполноценного выполнения заказа найдет Тагриана и тогда разговор будет уже другим. В свою очередь, наемник откровенно возмутился и предложил пройтись по списку, на что драконица смилостивилась и отмахнулась, заявив, что, так уж и быть, поверит на слово и зла не держит. Но чтобы больше – ни-ни.

А сама при этом едва ли не подпрыгивала от любопытства, с трудом дождавшись, когда Тагриан все-таки покинет ее дом и оставит наедине с неожиданным и таким загадочным презентом. И, естественно, как только хлопнула входная дверь, сразу же сунула свой любопытный носик в коробку.

Ох, Милосердная Бездна!

Это же… это… же…

Он!

Великое Мироздание!

Комплексный масс-спектрометрический анализатор с выведением данных на монитор вычислительного блока! Анализатор мог стопроцентно распознать даже такие частицы, которые нельзя было попробовать на язык по причине ядовитости! Она о нем лишь читала, но не видела, потому что в мире имелось всего три единицы подобного оборудования, и заказы на них были расписаны на десятилетия вперед!

Казалось бы – что может быть проще, ведь в мире Земля техника была развита не в пример сильнее, но все портило то, что рядом с драконами подобные тонкие технологии попросту не работали, выходя из строя в первые же секунды из-за магии.

А тут… тут…

Едва не прослезившись над практически бесценным подарком, Марри уже без особого интереса пробежалась взглядом по остальному и, отстраненно констатировав, что все на месте, снова обняла свою прелесть, мурлыча от удовольствия.

Вопросом, почему Механик без сомнений одарил ее подобной вещью, она озадачилась чуть позже.

Да так, что драконица наконец вспомнила, что к подарку прилагалась и записка. Разворачивала листок Марри с некоторой опаской.

«Добрый день, прекраснейшая, загадочнейшая и умнейшая из женщин, почтенная Маррхиям Р’шейссо. Поступок мой и слова не имеют оправдания, но тешу себя надеждой, что вы проявите снисходительность к старому отшельнику и не затаите обиды, ибо отвык я от общества сиятельных леди и чересчур зациклился на эксперименте, который в тот момент занимал все мои мысли. В знак своего раскаяния и осознания низости своего поведения прошу вас принять небольшой презент, сделанный и доработанный мною лично. С уважением и почтением к вашей мудрости, Хаймерш ака’Сурри».

Хм…

Перечитав записку раз-другой, Марри вдруг осознала, что сидит и глупо улыбается. Шэт побери, приятно! Особенно упоминание о ее уме и тончайший аромат искренности, пропитавший бумагу насквозь.

Что ж, может, и не так маразматичен и убог этот демон, столь недальновидно ее унизивший? Да и то, что в тот момент он был занят экспериментом, – тоже весомое оправдание. Моментально вспомнив себя, когда ее имели наглость отвлечь пару раз, драконица иронично хмыкнула. После тех случаев желающих отвлечь не находилось, окружающие небезосновательно опасались за свое здоровье и психику.

Решено.

В секунду создав ответный вестник, Марри одним-единственным щелчком пальцев отправила его к адресату.

«Благодарю за поистине бесценный презент, господин Хаймерш, он пришелся мне по душе».

А об остальном, если не дурак, сам догадается.

Прикусив губу, чтобы не рассмеяться своим таким совсем не взрослым и не степенным мыслям, Марри подхватила пакеты и отправилась в замок тестировать подарок.

Глава 31

День прошел в учебе, осмотрах, беседах с Добриндом и размышлениях о том, до чего же мне все-таки нравятся гномы как раса в целом. Уж не знаю, может, это всего лишь удачное стечение обстоятельств, но все мои знакомые гномы были очень отзывчивы и прямо-таки лучились добродушием, оптимизмом и открытостью.

В итоге после обеда я отложила очередной учебник о вампирах и взяла учебник о гномах. Анатомия – это, конечно, не психология, но с чего-то начинать тоже надо.

– Виктория?

– А? – С трудом вынырнув из довольно увлекательной главы об особенностях расположения внутренних органов, я с удивлением увидела в дверях своей комнаты Елинду. – Да? Что-то случилось?

– Ничего такого. – Гномка подняла руку в успокаивающем жесте и добродушно улыбнулась. – Все в порядке. Тут псих наш… тебя слезно просит.

– О? – Новость была из разряда неожиданных. – А зачем?

– А шэт его знает. Но, знаешь, ты посидела бы с ним… И парень-то хороший, жалко его. Может, отойдет? Только близко не подходи, опасен еще. Сама знаешь – вампир. Им только крови побольше дай, да столько, пока не обожрется. В первые недели вообще приходилось на комнату заглушки ставить – выл не переставая, пока кожа нарастала. У больных оно ж как – жажда крови все разумные доводы сметает, вот и пришлось приковывать. Сейчас он, конечно, уже не бушует, но все равно – пока окончательно руки-ноги не восстановятся – опасен. Ну так как? Не напугала я тебя?

– Нет, нисколько.

Жалости во мне, конечно, больше тоже не стало, но раз уж Елинда думает, что мое присутствие может помочь, то попробую.

Кивнув и подхватив недочитанный учебник (а вдруг он не захочет общаться и мы просто будем сидеть в молчании?), я отправилась вниз, где меня еще раз предупредили не приближаться и, в случае чего, не геройствовать, а сразу звать их.

– Обязательно.

Открыв дверь в палату, я пару секунд постояла в проеме, рассматривая настороженно замершего вампира. Рассматривал и он меня, причем так, словно был одновременно рад и напуган. Интересно…

– Добрый день, Вайтор.

– Здравствуй… те.

Ответ был тихим, но четким. Что ж, значит, уже не очень-то и больной наш больной.

– Вы хотели меня видеть? – Я прошла в комнату и села на вторую кровать, стоящую у противоположной от вампира стены.

– Да…

– Просто видеть или поговорить?

– Да… – Мужчина повторил несколько заторможенно, при этом скользя помутневшим взглядом по халату и останавливаясь через каждые несколько секунд то на кармашке, то на воротнике, то на манжете. – Вы можете снять халат? У меня нездоровая реакция на медиков…

О? Интересно… Хотя логично.

Решив, что выполнение этой просьбы меня не затруднит, я в два счета сняла халат и косынку, сложила и убрала себе за спину.

– Спасибо… – Тонкая бледная улыбка, даже, скорее, ее подобие, легла на мужские губы. – Вы красивая… И сияние у вас яркое… Кто ваш тотем?

– Сова. Я маг.

– Ясно… – Глубоко вдохнув и прикрыв глаза, словно этот разговор отнял слишком много сил, уже с закрытыми глазами Вайтор прошептал: – У меня невеста была… На вас похожа. Только она не сова, а сокол.

– Была?

– Да, была. – Зло скривив губы, вампир резко распахнул глаза, и мне достался взгляд, полный смертельной ненависти. – Она меня бросила. Сказала, что ей не нужен калека. Сказала, что не собирается тратить свою жизнь на полудохлого мужа, а лучше найдет себе целого на полуночном слете. Твар-р-рь…

Мужчина сорвался на рычание, несколько раз безуспешно дернулся, но затем обреченно обмяк и скукожился.

Да-а-а… Налицо – буйная депрессия, осложненная невозможностью доказать всем и каждому, что он не калека и не обуза, потому что на текущий момент он именно калека. Еще и невеста бросила. Тварь, конечно. Видно же, что восстановление идет, причем не так уж и много осталось. Тут определенно нужен психолог, если не психотерапевт.

– Вайтор… – Тихо позвав, я ничего не добилась – мужчина лишь мотнул головой, отказываясь открывать глаза и отвечать. Что ж, я и без этого обойдусь. – Вайтор, а что вы скажете на мое предложение? Я помогаю вам восстановиться к полуночному слету, а вы…

Многозначительно замолчав, я все-таки добилась того, что он приоткрыл глаза и посмотрел на меня настороженно и недоверчиво.

– Я?

– Только для начала ответьте: вы хотите и дальше оставаться психом или предпочтете вернуться к полноценной жизни?

Провокационный вопрос заставил мужчину поморщиться, но одновременно с этим и задуматься. А затем он кивнул.

Надеюсь, это «да» относится ко второй части вопроса?

– Хорошо, тогда я вам помогу.

Разумеется, я слукавила. Ему не нужна моя медицинская помощь, конечности и сами вырастут, главное – не забывать о лекарствах. Ему просто-напросто нужно участие и поддержка. Та самая, моральная.

– Как?

– Узнаете, Вайтор. Ну так что? Я помогаю вам, а вы…

– Я? – Интереса в мужском взгляде стало еще больше, как и нетерпеливости.

– Вы не мешаете мне оказывать вам помощь.

Нахмурившись и нервно хмыкнув, вампир попытался понять, в чем подвох, но, судя по всему, так и не смог и минут через пять кивнул:

– Согласен.

Прекрасно!

– Хотите, я почитаю вам вслух? Кстати, как вы относитесь к анатомии?

К анатомии вампир отнесся без энтузиазма, и, судя по тому, каким равнодушным взглядом скользил по потолку, ему было абсолютно все равно, сколько крови, мышц и костей у среднестатистического гнома. Хотя стоило мне замолкнуть, чтобы сделать пометки в тетради, как он тут же оживлялся и просил продолжения.

Так прошла вторая половина дня, и, пообещав, что завтра приду к нему сразу после утреннего обхода, я, немного уставшая читать вслух и даже, кажется, слегка намозолившая язык, молча помахала пришедшей за мной невероятно счастливой ба.

И рада бы спросить, что с ней такого грандиозного случилось, раз она сияет, как новенький золотой, но элементарно лень открыть рот. К счастью, ба раскололась сама, стоило нам перейти в гостиную особняка.

– Виктория, это тебе! – Мне в руки сунули внушительный бумажный пакет с многочисленными коробочками и мешочками, а на мой удивленный взгляд пояснили: – В верхнем розовом флакончике то, о чем мы с тобой говорили утром. Принимать по капле в сутки в любое время вместе с едой, можно добавлять в чай. А остальное – откупные от Тагриана. Мальчик был настолько любезен, что выполнил весь мой заказ в срок и даже слегка перевыполнил. Так что радуйся, милая, теперь ты можешь ходить в поселок и обратно сама. Вот, смотри…

Вынув из пакета пару верхних коробочек, ба в следующие пятнадцать минут провела со мной инструктаж на тему «Что есть амулет-портал и как им пользоваться». Поняла я не слишком много, потому что в голове до сих пор стояли картинки гномов в разрезе. Видя мое замешательство, мне порекомендовали завтра полистать один из учебников, посвященных именно подобным амулетам.

– Так, вот, смотри… Я сейчас его настрою и сохраню настройки, поэтому портал будет жестко фиксированным – только в ординаторскую и обратно. С остальным добром сама разберешься, список я положила, учебники у тебя все есть. И не кривись, дорогая, ты девочка уже большая, справишься. Зайду как-нибудь на недельке, поболтаем.

Неожиданно заторопившись, ба помахала мне ручкой и, не став объяснять, с чего это в ней произошли подобные перемены, просто ушла, оставив нас с Юмираем, который подошел поздороваться, в некотором недоумении.

– Я, конечно, могу ошибаться, но мне кажется, она нашла себе новое развлечение…

Мои собственные мысли озвучил задумчивый ястреб, на что я только кивнула. Вроде как надо радоваться, но что-то настораживает. И почему-то уже немного жаль ее новое развлечение. Она же в первые дни вообще меры не знает!

В общем, если что, я сочувствую неведомой игрушке.

Иронично хмыкнув и выкинув ненужные здесь и сейчас мысли из головы, я отставила пакет в сторону и наконец обняла Юми.

– Как прошел день?

– В делах и заботах. Но уверен, вечер пройдет намного интереснее. – Сильные руки сомкнулись на моей талии, подтянули к себе, а затем опустились на ягодицы и собственнически их сжали.

– Однозначно!

Как и обещал Юмирай, вечер прошел увлекательно – не став задерживаться в гостиной, ястреб увлек меня наверх, где заставил переодеться в платье, сверху надеть кофту по случаю прохладного вечера, и мы отправились по двум первым адресам, что находились неподалеку.

Отправились, кстати, пешком, потому как лорд решил, что я слишком много времени провожу без движения и свежего воздуха, а вечерняя прогулка как ничто иное может поспособствовать крепкому сну.

И в этом я была с ним абсолютно согласна! А как иначе? Я тут уже несколько недель, а за пределы ограды особняка практически ни разу не выходила: все порталами да порталами. Правда, в самом начале меня сюда майор принес, да я сама несколько дней назад сломя голову прилетела. Вот, собственно, и все.

А город был хорош! Он приятно радовал глаз чистотой и ухоженностью, приветливыми лицами горожан и многочисленными зелеными насаждениями. Транспорта как такового почти не было – пока мы двадцать минут шли до первого дома, нам навстречу попалась лишь одна телега, запряженная ишаком.

На мой закономерный вопрос Юмирай объяснил, что под междугородние перевозки отведены другие улицы, а остальные, местные доставки по лавкам и магазинам производятся с раннего утра, чтобы не загружать дороги и не мешать пешеходному движению.

Горожане среднего достатка пользовались дилижансами, лорды предпочитали и вовсе летать на вранах, так что личные лошади были у очень малого процента населения. Скот в городе не содержали – неподалеку располагалось несколько деревень, обеспечивающих горожан всем необходимым, так что из домашних животных здесь можно было встретить лишь кошек да собак.

И декоративных вранов…

– Какой… славный.

Когда мне на голову свалилось нечто мелкое и дико верещащее, я сначала хотела завизжать сама, но ястреб уверенно перехватил летающую ящерицу за хвост и отставил руку в сторону, не торопясь отпускать извивающееся животное на волю.

– Это что?

– Это сбежавший от хозяина яркон. – При этом Юми внимательно осматривал прохожих, видимо, пытаясь вычислить этого самого хозяина. – Домашнее животное. Не трогай, он может быть ядовитым.

– О? Такой опасный – и домашний? – Уже успокоившись и придя в себя от неожиданного «воздушного нападения», я с интересом рассматривала яркую цветную ящерицу, своей раскраской напоминающую попугая.

– Домашним обычно удаляют ядовитые железы, но не всегда, так что лучше не трогай. – Уже начиная раздражаться, потому что хозяин все не находился, ястреб смерил пристальным взглядом успокоившегося яркона, сопелькой повисшего в его руке и сложившего лапки-ручки на груди. – Шэт!

– Он разумный?

– Относительно. Как собака, может, чуть больше. Они очень хорошо поддаются дрессировке, но иногда, бывает, и пакостничают. Шэт возьми, где хозяин?

Постояв еще несколько минут, но так и не дождавшись ни единого намека на то, что это летающее недоразумение хоть кто-нибудь ищет, я рискнула предложить:

– Юми-и-и…

– Да? – Ему хватило лишь одного взгляда, чтобы понять меня без слов и тоже протянуть: – Ви-и-ика…

– Почему бы и нет?

– Действительно…

Я прекрасно видела, как он очень хочет сказать «нет», но обосновать это «нет» ничем не может.

– Сначала надо проверить его на яд.

– Хорошо.

– И если хозяин найдется…

– Тогда пусть заводит себе нового. – Подмигнув яркону, который, заслышав наш разговор, вдруг открыл свои огромные янтарные глаза и заинтересованно наклонил голову, я уже абсолютно уверенно улыбнулась. – Кстати, это мальчик или девочка?

– Девочка. У них гребни золотистые, а у самцов – коралловые.

– Отлично. Дай мне…

– Нет, сначала… – Перехватив ящерицу за шею второй рукой и двумя пальцами открыв ей рот, Юмирай надавил на что-то во рту, секунду подождал и удовлетворенно кивнул. – Да, ядовитые железы удалены. Держи.

Аккуратно вручив мне яркониху, Юмирай проконтролировал, чтобы она не дергалась, но это было лишнее – стоило крылатой ящерице размером с кошку устроиться у меня на сгибе локтя, как она самым наглым образом зевнула и, закрыв глаза, засопела.

– Смотри, я ей понравилась!

– Неудивительно – ярконы вообще предпочитают хозяев-магов, их привлекает ваше сияние и сила.

– Эх! А мог бы просто сказать, что я ее привлекла как милое и доброе существо.

– Да-да, ты самое милое и доброе существо! – Иронично хмыкнув, причем с откровенным подтекстом, ястреб потянул меня дальше, попутно поворчав, что мы потратили лишних пятнадцать минут на непонятно что.

– Зато воздухом свежим на пятнадцать минут дольше дышали. И не ворчи, лучше порадуйся – у меня теперь есть питомец.

– Да-да… все вы драконицы такие – вам дай волю, всех в свои питомцы запишете.

– Да ты ревнуешь!

– Не говори ерунды.

– Ладно, не буду, – рассмеявшись на его поджатые губы, я просто поцеловала ревнивого буку и переключилась на дорогу, а затем и на нужный нам дом, к которому мы наконец подошли. – Хм, а на картинке он симпатичнее… И тут фотошоп?

Как оказалось, продавец действительно приукрасил не только внешний вид, но и внутреннее содержание дома, что намного больше расстроило Юмирая, чем меня. Расположение дома было очень удобным, но вот ремонт ему требовался уже не косметический, как было заявлено в объявлении, а самый что ни на есть капитальный.

– Ерунда, пойдем смотреть следующий. – Прекрасно различая даже оттенки его настроения, я потянула жениха на улицу, по второму адресу. – У нас в списке еще четыре дома, уверена, что-нибудь из них нам подойдет намного больше, чем этот.

Увы, второй дом тоже оказался неподходящим, причем из-за своего расположения. Все бы ничего – район был тоже очень удобным и зеленым, но всего через улицу находился один из самых крупных в городе загонов для вранов, и, пока мы в течение десяти минут рассматривали дом снаружи, над нами довольно низко пролетели четыре врана, отчего было несколько неуютно. Переглянувшись и синхронно подняв головы, когда над нами пролетел пятый, мы по молчаливому согласию отправились дальше, даже не став заходить внутрь.

– Давай сегодня еще один, – отметив, что пока что не стемнело, предложила я.

– Хорошо, – прикрыв глаза и припоминая адрес, Юмирай махнул рукой налево. – Идем, мне уже самому интересно, в чем минусы оставшихся. Оказывается, купить дом не так уж и просто…

К сожалению, да.

И третий дом тоже оказался совсем не таким, где бы я хотела жить. Вроде и внешне ухоженный, и район тихий, и даже внутри все идеально, но чувствовалось здесь что-то такое… Дух горечи и даже беды.

– Юмирай?

– А? – Мы обходили комнаты второго этажа, когда я не выдержала, начав откровенно нервничать от практически неуловимого, но все равно тяжелого давления самих стен и потолка.

– Кто жил в этом доме раньше?

– Мой двоюродный брат, леди… – ответил пожилой мужчина, который и показывал нам дом.

– А где он сам?

– Умер, леди…

– А как он умер?

– Вика?! – возмутившись моей бестактности, лорд сделал «большие» глаза.

– Тут энергетика плохая, – наконец сообразив, что давят не стены, а именно остаточная энергия, я недовольно дернула плечом.

– Леди – магичка?

– Да.

– О… – Вздох вампира был печальным, а улыбка – сконфуженной. – Да, мой кузен был убит при довольно странных обстоятельствах больше двух лет назад. Жаль, что вы так остро чувствуете, жаль… Но можно почистить энергетику, подобные процедуры дают хорошие результаты.

– Спасибо, мы подумаем. – Тон ястреба был сух и недоволен, и, подхватив меня под руку, Юми кивнул продавцу и потянул меня на выход. И только на улице шепотом выругался. – Нет, это нам тоже не подходит. Шэт!

– Почему?

– Потому что если даже спустя два года после убийства в доме фонит, то это значит, что чистка не поможет. Поверь, я знаю.

– М-да-а-а…

Поверив безоговорочно, я тем не менее не торопилась расстраиваться. Ну не сошелся же клином белый свет на этих домах? Найдем еще!

– Юми?

– Да?

– Идем в особняк. Завтра снова рано вставать, да и ножки у меня что-то устали… – Прильнув к хмурому лорду, я улыбнулась и, дождавшись поцелуя, уже сама потянула его прочь.

Прогулки прогулками, дома домами, но и отдыхать тоже надо. И делать это лучше всего в кое-чьей постели. Проверено!

Следующие несколько дней прошли примерно по одному и тому же сценарию, с незначительными, но забавными различиями. Одним из них стала Милка, Милочка, Милашка. Так я назвала разноцветную проказницу, которая решила, что я как никто другой подойду на роль ее новой хозяйки. Не знаю, кто предположил, что ярконы полуразумны, потому что конкретно эта мелкая егоза была разумной на все сто процентов. Она понимала все, даже мои косые взгляды. Крупная ящерица с голубым телом, оранжевой головой, золотым гребнем-короной, зеленым брюшком и пятнистыми крыльями (на голубом фоне располагались многочисленные сиреневые и красные круги, как у бабочки) вела себя как проказливая девчонка лет пяти-семи. Ластилась и вредничала, словно кошка, преданно виляла хвостом и умильно заглядывала в глаза, как собака, и ела все, как заправский троглодит.

Но, на удивление, была умной и послушной и с первой секунды признала во мне ту, кто будет ее любить и баловать, а в Юмирае – того, кого стоит слушаться, даже если приказ отдан шепотом.

В первую же ночь Милочка попыталась устроиться на подушке, но была вынесена за хвост владельцем подушки в гостиную и со словами: «Даже не вздумай», – устроена на диване. Даже печальный вздох и мученический взгляд не помогли – ястреб был тверд и неумолим. И – о чудо! – Мила признала его право старшего и больше не пыталась по ночам пробраться к нам в спальню.

В поселке все тоже было тихо и мирно – прооперированные выздоравливали, новых раненых не поступало, Вайтор не рычал и даже порой шел на диалог, но все равно больше предпочитал отмалчиваться и слушать то, что я читала вслух.

Оставшиеся два дома не вызвали у нас энтузиазма, и, перебрав варианты, которые мы еще не смотрели, в итоге мы решили ремонтировать первый. Почему бы и нет? Расположение идеальное, фон благоприятный, а то, что в ремонт придется немного вложиться, даже лучше – заодно сделаем небольшую перепланировку под себя. К тому же время позволяло, а продавец, сдавшийся под неоспоримыми аргументами ястреба, существенно скинул цену.

Прикинув, сколько времени нам понадобится, и получив план дома, мы обсудили свои желания, и я со спокойной душой перекинула все проблемы по ремонту на жениха, благо у него имелись связи и в строительной среде.

– Доброе утро, Вайтор. – Очередной рабочий будний день был невероятно солнечным, и прежде чем начать читать учебник по амулетам различной направленности, я распахнула окно настежь, впуская в палату свежий воздух и солнечное тепло. – Как ваши дела?

– Нормально… чешется только все.

– Чешется? Чешется – это хорошо. – Усмехнувшись и почесав подбородок Милке, предпочитающей сидеть у меня на плече, я села на подоконник, подставив спину солнышку, и открыла книгу. – Чешется – значит, растет. Думаю, уже недельки через две приступим ко второму этапу восстановления.

Да, думаю, как раз двух недель ему хватит, чтобы рука и нога стали почти прежними – я приходила к нему уже неделю, и за это время они выросли, став как у пятнадцатилетнего подростка. Можно было бы и раньше его отвязать, но Добринд категорически запретил, обосновав это тем, что вампир может не удержаться и наброситься на первого встречного, желая восполнить энергетические потери. А все потому, что растущие конечности забирали неимоверное количество сил, и Вайтор постоянно ощущал дикий голод, даже будучи только что накормленным.

Неудивительно, что он такой вечно раздраженный!

– Что за этап?

– Узнаете, Вайтор. Всему свое время. А пока слушайте и дополняйте меня, если знаете тему. Итак, амулеты из категории защитных…

Глава 32

Дни шли неспешно, наступало местное жаркое лето, пациенты в основном попадались с легкими ранениями. Вайтор совсем уже ожил и радовал тем, что начал задумываться не о могилке и инвалидной коляске, а о светлом будущем, начав разминать конечности и, по возможности, делать гимнастику. Сияющая Марри появлялась в среднем раз в три-четыре дня и, удостоверившись, что обучение идет по графику и вопросов у меня к ней нет, снова исчезала, с многозначительной улыбкой отказываясь отвечать на закономерный вопрос: «Что с тобой происходит?»

Милка радовала меня своими проказливыми гримасками и кошачьим урчанием. А Юмирай – тем, что любил и баловал, окружал заботой, романтикой и нежностью. Отдав под нашу неугасающую страсть ночи, вечера ястреб разнообразил прогулками, разговорами и даже тренировками в тренажерном зале, покаявшись, что обещал и все задерживал с выполнением обещания. А еще почти каждое утро меня ждал крохотный, но сюрприз – то цветок, то новая удобная и немаркая блузка для целительской практики, то заколка для волос, то чай с тонизирующими травами в постель…

В общем, я жила в раю и не собиралась из него уходить!

– Доброе утро…

Сегодня меня разбудил до-о-олгий и невероятно нежный поцелуй.

– Доброе…

Целующий был захвачен в плен, и на некоторое время разговоры ушли на задний план.

– Сегодня у меня встреча с подрядчиками, буду принимать ремонт подвала и кровли. Ты уже думала о внутренней отделке?

– Думала, – кивнула я, неторопливо одеваясь. – Хочу все светлое и не такое вычурное, как здесь. Помнишь, на днях ты показывал мне каталог с интерьерами? Там, в районе тридцатой страницы.

– Да, конечно.

– Вот, все примерно так. Если что-то захочешь дополнить, то на твой вкус.

– Доверяешь? – иронично улыбнулся ястреб, уже застегивая рубашку. – Что-то новенькое. Все мои женатые знакомые жалуются, что их супруги чуть ли не до скандала отстаивают право самостоятельно выбрать тон стен, цвет штор и материал для обивки мебели.

– Милый, конечно, доверяю. – Закрепив волосы шпильками, я шагнула ближе и с улыбкой договорила ему прямо в губы: – У тебя безупречный вкус. И я – тому подтверждение.

– А вы скромны не по годам, леди Виктория.

– У меня хорошие учителя, лорд Юмирай.

Получив еще один поцелуй «за скромность», я мысленно прикинула и уточнила:

– Насколько я помню, полуночный слет состоится через две недели, да?

– Верно.

– А мне не пора заказывать свадебное платье и все такое?

– Вообще-то оно уже сшито. – Мы уже спускались на завтрак, и ястреб не удержался от тихого смеха. – Я тебе поражаюсь – надо думать о платье для бала, а она переживает о платье для свадьбы.

– Пф! Мне этот бал вообще не нужен, сам знаешь.

– Знаю. Но он нужен ее величеству.

И как бы ни хотелось мне съязвить, что пусть тогда и идет на него сама, но порыв я сдержала, вместо этого криво усмехнувшись.

– Да, понимаю. Так что там насчет платья для бала?

– И оно уже готово и только ждет своего часа. Я взял на себя смелость и заказал на свой вкус.

– О? А как насчет примерки и подгонки?

– Не потребуется, поверь мне. Я изучил твои объемы до миллиметра.

Чуть смутившись под горячим мужским взглядом, я предпочла быстренько позавтракать и, пообещав вернуться к ужину, подхватила на руки Милочку и отправилась в Друзянку, отрабатывать свои обещания по восстановлению одного хорошего, но не очень удачливого вампира.

Сегодня должно было состояться знаменательное событие – снятие оков и первый день свободы для Вайтора. Вообще-то я думала, что это произойдет раньше, но Добринд предпочел перестраховаться и продержал вампира прикованным на несколько дней дольше планируемого.

И вот сейчас, после утреннего обхода всего двоих больных, проходящих в лазарете курс лечения и восстановления, мы вчетвером, не считая Милку (чета гномов, я и Гаврила), стояли в палате и критически взглядом осматривали больного. Добринд проверял конечности на соответствие реальному возрасту вампира, Елинда задавала коварные вопросы, пытаясь выяснить степень агрессивности пациента, я осматривала его магическим зрением, проверяя целостность энергоструктуры, а Гаврила присутствовал в качестве грубой физической силы, на случай срыва.

– Здоров.

– Да, мне тоже так кажется.

– Для больного – очень здоров, – ободряюще подмигнув откровенно нервничающему Вайтору, кивнула я Елинде.

Следующие несколько минут открывались замки, размыкались кольца и убиралась цепь. Шагнув назад, целитель многозначительно кивнул и предложил:

– Ну что, шельмец, попробуй встать.

– Милосердная Бездна… – Не торопясь действовать, вампир недоверчивым взглядом скользил по своему освобожденному телу и, кажется, просто не верил, что он наконец не пленник в лазарете, а абсолютно свободная личность.

– Вайтор, встаньте. – Напомнив, что мы все здесь только этого и ждем, я заработала несколько недоуменный взгляд. – Забыли, как это делается?

– Нет. Нет… – Взгляд приобрел осмысленность, и, сморгнув еще несколько раз, вампир наконец взял себя в руки. – Прошу прощения, я немного… того. Во власти эмоций.

– Превосходно. Мне помочь вам? – Взяв роль посредника в переговорах на себя, потому что на целителей Вайтор до сих пор косился с некоторой опаской, я даже шагнула вперед, но тут же была остановлена Гаврилой.

– Не надо, я сам.

А дальше все получилось очень даже неплохо – наш двухметровый медбрат без проблем взял вампира за плечи и, придержав, чтобы тот с непривычки не упал, поставил того на подкашивающиеся ноги.

А еще спустя всего час этот самый вампир без остановки ковылял по коридорам обоих этажей, разминая конечности и даже огрызаясь, когда ему каждые десять – пятнадцать минут предлагали передохнуть и не перегружать новую ногу.

– Обед!

Единственное волшебное слово, которое смогло остановить Вайтора на двадцать минут, но стоило ему подчистить и едва ли не вылизать тарелку, как движение возобновилось.

– Эх, угробится же… – жалостливо вздохнула Елинда, когда вампир встал и тут же снова заковылял к лестнице, тихо поблагодарив за обед.

– Не угробится. У него цель есть. Пусть лучше так, чем дни напролет в потолок пялиться. – Поддержав стремление Вайтора к разминкам и нагрузкам, сама я сегодня была не очень голодна и ела неторопливо. То ли жара аппетит отбивала, то ли завтрак был слишком плотным, но половину второго я так и не съела, сунув тарелку Милочке. – У нас договор – он восстанавливается к полуночному слету, чтобы показать своей невесте, как сильно она ошиблась, бросив его в момент болезни, а я знакомлю его кое с кем, кого он почитает как кумира.

Да-да, пару недель назад я чисто случайно узнала, что мой ненаглядный Бешеный Юм не кто иной, как кумир большинства молодых вампиров, проходящих здесь службу, и стоило мне лишь заикнуться, что у меня есть возможность организовать их встречу и беседу, как были позабыты все стоны, рычания, тоска и сетования на судьбу, сменившиеся желанием стать тем, кто твердо пожмет руку одному из самых выдающихся и легендарных бойцов нашего времени.

В общем, сама себе завидую, что у меня есть возможность трогать эти руки ежедневно! И не только руки…

Прошел день, другой…

Погода уже не радовала, а раздражала, потому что солнце жарило как сумасшедшее, в небе не было ни облачка, а ветерок не спешил дарить прохладу. Я мечтала изобрести кондиционер и наплевать на практику, но чувство долга и заверения Добринда, что уже приближается холодный циклон, останавливали от недостойного поступка.

А сегодня уже с утра стояла такая удушающая жара, что я не выдержала и, прежде чем надеть халат, сняла блузку, чтобы хоть как-то облегчить свои страдания. Позавтракав дома, уже через пару часов я жалела, что это сделала. От жары мутило, и я пила воду литрами, тут же немилосердно потела и снова пила. Даже заклинание легкого бриза, которое я наконец нашла в одном из учебников, нисколько не помогло, принося лишь небольшое облегчение, но никак не полноценное счастье.

– Виктория, обед.

– Да…

А точнее, нет.

Равнодушно поковырявшись в ледяной окрошке, уже через пять минут ставшей горячей, я с извиняющейся улыбкой отодвинула от себя тарелку, за что была награждена осуждающим покачиванием головы от нашей неизменной поварихи Елинды.

– Милая, что-то ты сегодня бледна. Не приболела?

– Нет, все в порядке. Я жару плохо переношу. – Обмахиваясь тетрадкой, я чувствовала себя растаявшей на солнце глазурью. Или не глазурью… но очень близко. – Мне больше ранняя весна и осень нравятся, градусов так пятнадцать – двадцать, не больше. А сейчас, наверное, все сорок, да?

– Сорок два.

Ужас…

И тут бабахнула входная дверь, и кто-то натужно прокричал:

– Помогите! Скорее! У нас четверо крайне тяжелых!

– Батюшки!

Жара была позабыта, как и пустые разговоры, и, вспомнив о том, что мы не сонные мухи, а вроде как целители, мы поторопились в коридор.

Господи…

Крайне тяжелых? Крайне тяжелых? Да тут четыре почти трупа!

– Виктория!

Дернувшись от сурового окрика Добринда, уже отдающего приказы, куда и кого класть, а заодно рассылающего экстренные вызовы по соседним поселкам, потому что операции предстояли тяжелые и очень срочные, я с трудом взяла себя в руки.

До сегодняшнего дня к нам поступали в основном пациенты легкой или средней тяжести, так что сейчас я впервые в жизни видела столько крови одновременно.

И все равно, пока мозг частично тупил, я торопливо мыла руки, кивала на указания гнома, доставала свои инструменты и уже на автомате вкалывала анестезию, промывала, чистила раны от яда, укладывала внутренности на положенные им места, дезинфицировала, зашивала…

И в какой-то момент, мельком глянув в очередную жуткую рану на ноге следующего пациента и увидев там нечто жирное и копошащееся, самым позорным образом грохнулась в обморок.

– М-да, – не успев подхватить побледневшую и упавшую на пол практикантку, Добринд поморщился, но тут же зычно крикнул в коридор, где шепотом переговаривались более целые товарищи раненых бойцов: – Кто-нибудь, подь сюды! Да покрепче и поцелее. Отнесите девоньку наверх, умаялась по жаре, бедная.

А всего спустя семь невероятно долгих минут медицинский состав лазарета увеличился на еще троих квалифицированных специалистов, откликнувшихся на экстренный вызов.

– О! Найшут! Будь здраве, голубчик. Присоединяйся, ты как никогда вовремя.

– О-о-о…

Обморок был недолгим, и я успела очнуться к моменту, когда незнакомый демон еще заносил меня в комнату, но лучше от этого не стало – теперь меня откровенно мутило. Немного побаливала голова, которой я основательно приложилась об пол, но все равно желудку было неимоверно хуже – его крутило, потряхивало, жгло и вообще… Было отвратительно.

В итоге стоило мужчине положить меня на кровать, как я тут же с нее подорвалась и кое-как успела долететь до уборной, находящейся в конце коридора, где меня вывернуло практически наизнанку.

Бе-э-э…

Бо-о-оже… Это ужасно.

– Уи-и-и? – рядом нервничала и пищала Милочка, а за дверью еще больше нервничал принесший меня на второй этаж боец.

А у меня в голове билась одна-единственная невозможная, но наиболее реальная мысль. Во-первых, я никогда не падала в обморок, даже в жаркую погоду. Да, жару я не любила, плохо переносила, но не падала в обморок никогда. Во-вторых, даже кровь и червяки никогда не вызывали во мне подобной реакции. В-третьих…

– Бе-э-э…

– Уи-и-и?

Тьфу ты.

– Мила, не лезь, мне плохо… – Одной рукой держась за унитаз, чтобы не упасть в него, второй я пыталась отодвинуть от себя яркониху, так и норовящую сунуться мне в лицо и пожалеть. – Давай потом…

– Леди, я могу вам помочь? – донесся из-за закрытой двери нервный вопрос, на который я смогла лишь раздраженно прошипеть:

– Нет. Спускайтесь, я справлюсь.

– Вы уверены?

Да, черт побери!

Раздраженно рыкнув еще громче, я наконец добилась того, что мужчина торопливо ушел, и это принесло пусть небольшое, но все-таки облегчение. Еще не хватало всяким там посторонним видеть, как мне плохо.

– У-у-угр?

– Да, все почти прошло…

Радовало одно – я не обедала, и завтрака во мне уже почти не было, так что тошнило меня не очень долго. Но мутило все равно жутко.

А затем я начала считать. Отматывать назад неделю за неделей, день за днем и час за часом.

Хм…

То есть все-таки противозачаточные пить было уже поздно, да?

Аккуратно переместившись к стене и взяв нервничающую Милочку на колени, я закрыла глаза и постаралась дышать глубоко и неторопливо. На самом деле варианта в принципе пока еще два, но я уже почти на девяносто девять процентов уверена, что все-таки один. Неожиданно, даже не поспоришь.

Интересно, кто будет, мальчик или девочка?

Новая мысль показалась невероятно увлекательной, и я несколько минут рассматривала ее со всех сторон, пока не поняла, что глупо улыбаюсь и, придерживая одной рукой притихшую Милу, второй ладонью наглаживаю свой пока еще абсолютно плоский живот.

Хоть и паршиво, как никогда в жизни, а новость приятная! Интересно, папочка упадет в обморок или будет более стойким, чем я?

Помечтав еще минут десять о том, как именно сообщу своему ястребу, что совсем скоро нас станет больше, я наконец-то немного оклемалась и попыталась себя продиагностировать. Неторопливо, бережно, аккуратно. Так, словно это была не я, а бесценная хрустальная ваза, которую чуть тронь – и все, пиши пропало.

И в конце концов мои усилия не прошли даром.

Да!

Да, черт возьми!

А еще я четко знала, что у нас будет мальчик. Именно мальчик.

Господи, я люблю это мир!

А Марри пусть сама себе девочку рожает, она еще не слишком стара для этого.

– Уи-и-ир?

– Да, зайка, да. Все хорошо. А совсем скоро будет еще лучше.

Успокоив и почесав яркониху под подбородком, я окончательно взяла себя в руки и, твердо встав на ноги, умылась и несколько раз тщательно прополоскала рот. Приступ тошноты прошел и вроде как пока не собирался подступать снова, так что стоило поторопиться вниз.

Вот только там моя помощь уже не требовалась.

С некоторым удивлением рассматривая через приоткрытую дверь незнакомых целителей, очень бордо оперирующих оставшихся двоих раненых, я шепотом уточнила у Вайтора, который тоже ошивался в коридоре и тихо переговаривался со знакомым сержантом:

– А это кто и откуда?

– Из двух соседних поселков. Экстренная бригада на тяжелые случаи. Вы как? Может, лучше пойдете приляжете? Такая жара для неподготовленных женщин коварна…

– Нет, все в порядке. – Еще несколько минут понаблюдав за выверенными действиями хирургов и отметив, что моя помощь им не нужна, я отошла от дверей и села на освободившееся место на лавочке для посетителей, вместе с остальными дожидаясь окончания операции.

Сначала, минут через сорок, закончил Добринд и, вызвав двоих добровольцев из коридора, распорядился транспортировать пациентов по палатам, взамен поманив пальцем тех, кого стоило перебинтовать. Затем вышла немного бледная Елинда и, на ходу снимая перчатки и халат, направилась в комнату отдыха, позвав меня за собой, а через двадцать минут к нам присоединились Гаврила и остальные целители – два демона и человек.

Гномка к этому времени немного отошла, и, когда все расселись по креслам и диванам, организовала не только печеньки и вафли, но и охлажденный по случаю неимоверной жары чай со льдом и лимоном.

О, самое то!

– Виктория, как ты, детка? Не сильно ударилась?

– Нет, нормально. Уже все зажило. – Небрежно отмахнувшись, я маленькими глоточками пила ледяной чай, искренне надеясь, что больше не затошнит, потому что при всех это было бы просто позором.

– Это хорошо. Знакомься, наши коллеги из Малахитовки и Серебрянки, Жиггрур, Найшут и Арсентий.

– Очень приятно. – Кивнув каждому мужчине по очереди, я представилась сама: – Виктория. Виктория Р’шейссо.

Да-да, именно так, и никак иначе. А все потому, что на текущий момент официально меня признала лишь ба, при этом категорически запретив капризничать и до замужества думать о другой, вампирской фамилии и клане.

– О… – Недоумение мужчин было недолгим, и прошло оно довольно быстро. Так быстро, словно они уже знали.

Хотя чему я удивляюсь, это только кажется, что мы на краю мира, а на самом деле в поселках знают не меньше, а иной раз и больше, чем в тех же городах, – ведь тут развлечений-то только и есть, что самые последние новости.

– Приятно познакомиться.

Сказав положенные вежливые слова, мужчины потеряли ко мне всяческий интерес и предпочли общаться с гномами: обменялись последними новостями, обсудили состоявшиеся операции и, выпив по три чашки освежающего чая, отбыли к себе.

Гаврила ушел чуть раньше, Добринд отправился выпроваживать здоровых бойцов из коридора, а я вдруг поняла, что на меня как-то нездорово косится Елинда. Причем то на меня, то на Милку, сидящую у меня на коленях, то на мой живот…

– Мне тебя удивить или уже сама знаешь?

– Знаю. – Мечтательно улыбаясь, я прикрыла глаза под добрую усмешку гномки. – Неожиданно, но так приятно!

– Что ж, тогда, наверное, стоит нам с тобой сегодня попрощаться.

– Почему? – Глаза резко распахнулись, и я удивленно посмотрела на целительницу.

– Потому что это только первая ласточка, дальше хуже будет. Да и сомневаюсь, что благоверный твой тебя отпустит, когда узнает о твоем положении. Ты не вздумай ему сказать, что упала, – мигом озвереет. – И многозначительно усмехнувшись, Елинда добавила: – Да и напрактиковалась ты уже неплохо. Сегодня вон какого пострадавшего почти в одиночку вычистила и зашила. Тут главное – сам принцип понять, а ты его прекрасно поняла. Так что не грусти, детка, мой тебе вердикт – умение в тебе уже имеется, а практикой и после заняться сможешь, как здоровье позволит.

– Здоровье? У кого тут со здоровьем не очень? – В ординаторскую вернулся Добринд и первым делом испытующе посмотрел на супругу, а потом на меня.

– Со здоровьем у всех все в порядке. Просто некоторые девочки у нас слегка того… – Заговорщицки подмигнув, гномка дала возможность закончить мне самой.

– Беременна я. Немного.

Остаток вечера до ужина мы провели в теплых разговорах, обсуждая то, чему я успела научиться и что мне еще стоит почитать, но уже для себя. Супруги вспоминали молодость и четверых уже взрослых детей, а также семерых внуков, забрасывая меня советами и рекомендациями на все случаи жизни. С удовольствием приняли приглашение на свадьбу, точную дату которой я пообещала сообщить сразу же после полуночного слета, и дали слово присмотреть за Вайтором, который шел на поправку семимильными шагами.

– Но я к вам еще загляну, надо будет забрать учебники, за раз не получится.

– Конечно-конечно, какой вопрос.

– И знаете… – В течение вечера приняв окончательное решение по моему очень личному вопросу, я все-таки попросила: – Можно это пока побудет тайной? Вы наверняка знаете, каким значимым является полуночный слет для вампиров. Не хочу сплетен. Мы и так уже живем вместе, что многим не нравится, а беременность и вовсе много чьи планы расстроит (за эти недели в особняк было доставлено около десятка приглашений на бал от предполагаемых женихов). А после праздника, когда мы всех официально отправим косогорами, да после нашей свадьбы уже и не страшно будет на весь мир об этом прокричать.

– Не переживай, Виктория, уж с чем с чем, а с этим мы справимся, – переглянувшись и кивнув друг другу, гномы кивнули уже мне, чем окончательно успокоили. – Но с Вайтором ты сама поговори, он же за тобой словно хвостик ходит, как бы не взбесился опять, когда ты не попрощавшись уйдешь.

– Обязательно.

Согласившись с весомым доводом, я не стала откладывать разговор и отправилась на поиски вампира, который отыскался на заднем дворе. Вайтор все еще был бледен и нуждался в ежедневном приеме укрепляющих лекарств, но уже не соблюдал постельный режим, предпочитая напрягать тело физическими нагрузками. Сейчас он отжимался, причем на кулаках, да еще и периодически убирая здоровую руку за спину и отжимаясь на одной левой.

– Вайтор… – Стоило мне тихо позвать, как вампир тут же закончил упражняться и, шумно выдохнув, встал на ноги.

– Да?

– Мы тут с целителями подумали… – Немного неуверенно пожав плечами и понимая, что истинную причину озвучивать не стоит, я тщательно подбирала слова: – Кажется, я все-таки себя немного переоценила. С легкими ранениями у меня получается хорошо, но вот к тяжелым случаям я еще не готова. Я хочу взять небольшой отпуск и переждать жару в городе. Все-таки в наших широтах намного прохладнее, чем здесь.

– То есть… вы уходите? Надолго?

– Пока не знаю, но, думаю, до полуночного слета я уже не вернусь. Я понимаю, что обещала помочь вам восстановиться, но вы и так уже обгоняете все благоприятные прогнозы, поэтому… Уверена, моя помощь вам больше не нужна – вы прекрасно справляетесь сами. Так что заканчивайте лечение, и через неделю жду вас в гости для знакомства с лордом Юмираем. Адрес вы знаете.

Внимательно наблюдая за реакцией вампира, я оказалась приятно удивлена тем, как быстро он взял себя в руки – всего несколько секунд на его лице было потерянное выражение, а затем он чуть сильнее поджал губы, кивнул, а после и вовсе чуть смущенно улыбнулся.

– Был очень рад нашему знакомству, леди Виктория. Обещаю: не позднее чем через неделю я верну себе былую форму, и вам не будет за меня стыдно. Жаль, конечно, что девушка вы уже занятая… Но буду надеяться, что и мне когда-нибудь посчастливится встретить свою судьбу. До свидания.

– До встречи, Вайтор.

Так, а теперь в особняк, сообщить кое-кому кое о чем!

Зуб даю – его глаза в мгновение станут черными, когда он узнает последнюю новость!

Глава 33

Вот только ошарашить жениха прямо с порога у меня не получилось – у нас были гости. Да не просто гости…

Черт, не могла она завтра прийти?!

Немного нервно улыбнувшись ее величеству, которую я обнаружила в кабинете, где они с Юмираем о чем-то серьезно беседовали, я тут же постаралась взять себя в руки, но, кажется, немного неудачно.

– Виктория? В чем дело?

– Простите, день был тяжелый – четверо раненых…

Придумав более или менее подходящее оправдание, я подошла ближе, когда Амидайла махнула рукой, подзывая к себе.

– Бедная девочка… на тебе совсем лица нет! – усадив меня рядом с собой на диван и даже приобняв, королева погладила меня по плечу, а затем замерла и судорожно втянула носом воздух.

Еще раз провела рукой по плечу, затем – по спине, словно пыталась что-то нащупать, после ладонь замерла на моей пояснице… Королева шумно выдохнула сквозь стиснутые зубы и срывающимся голосом прошептала:

– Виктория… ты…

– Да.

– Да?!

Побледнев так сильно, что тут уже переполошился Юмирай, выскочивший из-за стола и поторопившийся к нам, королева остановила его одним-единственным жестом, а затем довольно странно посмотрела на меня. Так, словно увидела перед собой нечто сверхъестественное.

– Вика… подтверди. Я правильно понимаю, что ты…

Черт. Ну вот совсем не так я хотела об этом сказать Юмираю!

Тоскливо вздохнув, я кивнула, сама при этом искренне желая, чтобы она срочно вспомнила о неотложных делах и быстренько куда-нибудь отправилась. Господи, ну как же нелепо получается!

– Скажи вслух.

– Да.

– Да что?

Казалось бы, всего лишь вопрос, заданный требовательным тоном, но во мне поднялась такая волна искреннего негодования, что это в момент отодвинуло всю субординацию на задний план. Ну и что, что королева? Ну и что, что моя немного мать? Я вообще дракон! Мы никому не подвластны!!! Почему я должна оправдываться?!

В итоге я соскочила с дивана, недовольно сузив глаза, и, не отводя взгляда от ее прищуренных в ответ глаз, отчеканила:

– Ваше величество, вам не кажется, что это немного личное? И ваше давление на меня неприемлемо. Да, ваши подозрения верны, но прежде чем объявлять об этом во всеуслышание, я хотела бы сначала поставить в известность моего будущего мужа.

Потрясение, возмущение, негодование – множество эмоций и распахнутые в искренней обиде глаза стали безмолвным ответом.

– Виктория, но я…

Оборвав себя на полуслове, королева судорожно вздохнула, несколько раз сморгнула, но все-таки сумела взять себя в руки.

– Извини, просто я несколько потрясена этим известием. Это очень неожиданно. И я, наверное, пойду немного полежу у себя… Да, так будет лучше. Я хотела кое-что обсудить в свете предстоящего полуночного слета, но теперь, боюсь, это уже неактуально. Но мы все равно поговорим. Завтра. Хорошо?

Под конец своих слов Амидайла выглядела настолько потерянной, что я моментально пожалела о своих резких словах и тоне.

Черт!

– Ваше величество, простите за резкость. Я сама узнала об этом только сегодня, и во мне слишком много противоречивых эмоций.

– Ничего-ничего… – Ее величество нервно улыбнулась и, встав, кивком попрощалась с хмурым ястребом, для которого наш разговор наверняка выглядел как самая настоящая шифровка. – Юми, я наверх, мне надо немного побыть одной. Будет время – расскажешь Виктории о том, что мы с тобой сейчас обговорили. Увидимся завтра.

Ее величество наконец ушла, и, сделав всего шаг ко мне, ястреб заключил меня в крепкие объятия, сдержанно, но уже немного нервно потребовав:

– Рассказывай. В чем дело?

– А давай сначала присядем…

Присели. Причем присел он, усадив меня к себе на колени и шикнув на Милку, чтобы не лезла, а пошла прогулялась. Мила совсем как обиженный ребенок показала язык и, оттопырив попу, потопала под стол.

– Вика?

– Мне тебя подготовить или сказать быстренько и кратенько? – Почему-то я начала нервничать. Причем очень сильно. Если в моих мечтах я с порога объявляла, что беременна, и меня счастливо целовали и кружили по комнате, то теперь, глядя в его хмурые глаза, я уже не была уверена в подобном исходе дела.

– Кратенько.

– Я… – Вздох. – Я…

– Ты-ы-ы?

– Скажи, я ведь сияю еще ярче, чем раньше, да? – Решив все-таки зайти немного издалека, я снова вздохнула и посмотрела на Юмирая исподлобья.

– Да. Тебя это тревожит? Это нормально, ведь ты маг и развиваешь свои способности. – С охотой подхватив предложенную тему, любимый откинулся на спинку дивана и, положив меня к себе на грудь, начал кончиками пальцев поглаживать мне спину и поясницу. – В течение еще нескольких лет возможно усиление сияния. Но тебя беспокоит не это, я чувствую. Чего ты боишься, Вика? Говори, не укушу.

– Мы с тобой все-таки выполнили наказ ба…

И опять я струсила, не сказав прямо. Просто… Просто это оказалось тяжелее, чем даже признаться, что люблю. Он ведь так хотел все сделать правильно. А я даже в этом опередила график событий.

– Эм… – Сдавленно кашлянув, ястреб замер, причем минуты так на три. Пальцы судорожно сжали талию. – Прости, я правильно тебя понял?

– Надеюсь. – Вздох получился тяжелым, но сила воли победила трусливое желание промолчать, и, подняв голову, я посмотрела ему четко в глаза. Кстати, абсолютно черные. – Я беременна. Беременна уже почти два месяца. Меня сегодня тошнило, и только тогда я догадалась проверить. Ты… ты рад?

Последние слова я договаривала уже шепотом, потому что вампир молчал. Напряженно молчал. И очень тяжело смотрел.

– Не рад? – Вопрос вышел окончательно жалобным.

И тут его прорвало:

– Милосердная Бездна! Виктория! Конечно рад! Я так рад, что сейчас… погоди-погоди… – Нервно хохотнув, Юмирай помотал головой и обнял меня так, что я даже пискнуть не смогла. – Вика… драгоценная моя… Великое Мироздание! Все-все, прости. – Объятия резко ослабли, потому что я все-таки хрипло хрюкнула. – Так Амидайла учуяла именно это? Сколько ты беременна? Так это получается… Не могу поверить… Просто не могу! Вика…

Юмирай все повторял и повторял, называл меня ласковыми именами, нервно размахивал руками, сверкал глазами, обнимал, гладил, целовал, уверял, что теперь он самый счастливый мужчина на свете и что ему плевать на остальных. И вообще…

А я смотрела на него и понимала, что еще секунда – и я просто расплачусь от умиления. Мой бог… как же я люблю его!

– Вика… Вика, что ты? Ну? Ну зачем… – Далеко не сразу заметив, что мои глаза чересчур подозрительно блестят, ястреб крепко, но очень бережно вновь прижал меня к своей груди. – Я тебя расстроил, да? Прости… Просто это слишком неожиданно – некоторые пары годами не могут родить ребенка, а ты забеременела чуть ли не с первой нашей ночи. А я-то недоумевал – отчего ты с каждым днем все краше и желаннее…

– Льстец… – Польщенно хмыкнув, я смахнула со щеки скатившуюся слезу и окончательно расслабилась, обняв его в ответ. – Но ты говори-говори… мне приятно. Кстати, может, пойдем наверх? Меня после всех этих потрясений что-то ноги не держат. Да еще и в обморок сегодня от жары упала…

– В обморок?

Ч-ч-черт!

Все бы ничего, но вопрос был задан таким тоном, который намекал на последующий допрос, причем с пристрастием.

– Да… – лихорадочно прикидывая, как бы выкрутиться, причем побыстрее и побескровнее, я не успела ничего придумать, как услышала суровое:

– Не лгать, не утаивать, не увиливать.

– Угу… – хмуро буркнув, я тихо пробормотала: – Говорить правду, и ничего кроме правды…

– Верно. – Бережно взяв меня двумя пальцами за подбородок, Юмирай повернул его так, чтобы я смотрела не на его рубашку, а четко в глаза. – Виктория, я безмерно уважаю тебя как личность и ни в коей мере не собираюсь ущемлять твои права и изображать деспота и тирана, но теперь тебе необходимо заботиться не только о себе, но и о ребенке.

– О сыне.

– Да, о сыне… – Кивнув и повторив, ястреб встрепенулся и недоверчиво переспросил: – О сыне?

– Да, я уже проверила. У нас будет мальчик.

– Прекрасно. Спасибо за уточнение. – Моментально взяв себя в руки, но при этом засияв, как новенький золотой, ястреб тем же категоричным тоном продолжил: – И ты как взрослая умная женщина должна понимать, что я буду очень переживать за тебя и нервничать, если ты начнешь утаивать от меня подобные немаловажные моменты. Ты, конечно, намного сильнее и выносливее большинства наших женщин, но все равно женщина.

– Я в курсе…

– И поэтому сейчас мы пойдем наверх… – Не позволив мне встать на пол, а вместо этого поудобнее перехватив и поднявшись с дивана со мною на руках, Юмирай продолжал говорить уже в пути: – И ты расскажешь мне все, что с тобой произошло сегодня. Что за жара, что за обморок, когда и сколько раз стошнило и почему это все началось.

– И надо тебе это знать? – Вопрос прозвучал тихо и ворчливо, но в ответ мне уверенно кивнули.

Даже больше чем уверенно.

М-да… нет, надо было ему сказать после свадьбы. Кстати!

– А о чем вы беседовали с Амидайлой?

– А это, партизанка моя, я расскажу тебе только после того, как ты максимально подробно ответишь на все мои вопросы, и ни минутой раньше.

– И кто после этого не тиран?

Вместо ответа заработав поцелуй в нос, я была переложена с рук на кровать, освобождена от обуви и большей части одежды и крепко прижата к мужскому телу.

– Я твой будущий муж, сокровище мое, привыкай. К тому же я тебя предупреждал.

Возразить нечего – предупреждал.

– Хорошо, тогда слушай. Все началось еще пару дней назад, когда у меня частично пропал аппетит…

Мой рассказ уложился всего в коротких десять минут, причем вместе с отступлениями на операцию и гостя, который наведается к нам через неделю.

– Хорошо, посмотрю, что за птица этот твой Вайтор…

Слова прозвучали несколько угрожающе, так что я нервно ткнула ястреба кулачком в плечо.

– Ну что ты… он нормальный, только слегка комплексует. Его бы к делу пристроить да девушку нормальную. Кстати! Как у тебя дела с открытием школы? Может, там ему местечко найдется? Мне кажется, он неплохой боец.

– Со школой нормально все. Да, я подумаю, – несколько задумчиво кивнул ястреб и неожиданно уточнил: – Так ты, получается, сегодня только завтракала?

– Да, но я не хочу есть.

– Да ладно? – Мужская ладонь, все это время ласково поглаживающая мой живот, замерла, и в вечерней тишине мы оба явственно услышали подтверждение, что я не права. – Врушка.

– Я не врушка! Я правда не хочу! – сначала я возмутилась, но затем покаянно поджала губы и добавила: – Меня опять немного мутит.

– Да, проблема. – Бережные поглаживания возобновились, но Юми задумался, а затем тихо поинтересовался: – А как ты относишься к восполнению энергии путем испития крови?

– Эм… – Не сказать, что я была потрясена его предложением, ведь мы оба вроде как частично вампиры, но вопрос оказался из разряда неожиданных. – А поможет? Меня от крови не стошнит?

– Я бы предложил проверить опытным путем, но если ты боишься, то не будем рисковать. Конечно, оптимальным был бы куриный бульон с гренками… – На мой удивленный взгляд Юмирай пояснил: – У меня у одного знакомого супругу с первой недели токсикоз мучил, только строгой диетой и спасались. Так что давай сегодня обойдемся чем-нибудь легким, а завтра свяжешься с Марри, и пусть уже она профессионально продиагностирует твое состояние, чтобы не было никаких недосказанностей и неожиданностей. Заодно пусть как любящая ба разработает тебе режим и диету.

– Слушай, ты в кого такой… – Не зная, как охарактеризовать подобный глобальный подход и тотальный контроль, в итоге я послушно позволила себя одеть в домашний халат. – Универсальный?

– В себя. – Шутливо подмигнув, ястреб потянул меня вниз. Уж не знаю, с чего он не позвал служанок, но вместо того, чтобы дождаться, когда ужин принесут к нам наверх, мы сами отправились на кухню, где уже никого не было, чтобы самым бессовестным образом проинспектировать холодильник на предмет необходимого. – Хм… Рыбный пирог, суп с фрикадельками, овощное рагу… Так, это что? О, это у нас салат из курицы с сыром-м-м…

Хихикнув, когда этот самый салат начал дегустироваться Юмираем прямо из холодильника, я не удержалась и встала рядом.

– Ты не ужинал?

– Не-а, тебя ждал. А потом как-то и не до ужина было. Так, давай присаживайся. – Вынув из холодильника суп, на котором я остановила свой выбор, Юмирай быстро нашел тарелки и, налив мне в основном бульона, разогрел в духовке и поставил передо мной.

Пока суп грелся, я быстро накрыла столик на двоих и, несколько печально проводив взглядом аппетитные вкусности, стоящие перед Юмираем, зачерпнула свой бульон. Ничего-ничего… это все временно, я потерплю.

– Приятного аппетита.

– Спасибо.

Ужин прошел тихо, неторопливо и по-семейному. Я ела потихоньку, внимательно прислушиваясь к своему вновь начавшему меняться организму, Юмирай, в свою очередь, внимательно следил за мной, не забывая есть. К счастью, тошнота отступила и в уборную бежать не пришлось.

– Так, а теперь ты рассказывай! – Мы вернулись наверх, и теперь уже я устроилась сверху, обличительно ткнув ему в грудь пальчиком. – Зачем сегодня приехала Амидайла и о чем таком важном ты мне должен поведать?

– Как ни странно – о полуночном слете и о том, что тебе пора заканчивать с полевой практикой и заняться подготовкой к первому и самому важному балу в твоей жизни.

Иронично хмыкнув, я подумала о том, что все сложилось как никогда удачно – с полевой практикой я уже завязала, да и на слете мне теперь некого бояться. Кстати!

– И как мне к нему нужно подготовиться?

– Политология, танцы и этикет.

– У-у-у!

– Не «у-у-у», а очень важные вещи. Не переживай, это очень легко. Проблем не будет, потому что тобой займется профессионал.

– Кто? – Я была удивлена. Кого еще нам Мать пришлет?

– Как – кто? Я! – рассмеялся ястреб, когда я снова ударила его кулачком в плечо. – Забыла, что я профессиональный наставник?

– С тобой забудешь… Ладно, это действительно не проблема. Но почему тогда она сказала, что это неактуально?

– Потому что она хотела забрать тебя во дворец, чтобы ты жила там вплоть до бала.

– Это еще зачем?! – Новость моментально возмутила до глубины души, и я недовольно поджала губы. – Никуда я от тебя не уеду!

– И не понадобится. Когда ты зашла, мы как раз обсуждали тот момент, что несколько поздновато думать о том, чтобы найти тебе подходящего жениха. В прошлый раз мы с ней просто обменялись вестниками, так что сегодня состоялся уже более обстоятельный разговор.

– И что ты ей сказал?

– Все. Сказал, что соблазнила, охмурила, влюбила и пользуешься. А еще заявила, что, как порядочная драконочка, теперь обязательно выйдешь за меня замуж, потому что не в силах отпустить такое сокровище, как я.

– О-о-о…

Хихикнув раз-другой, мы не удержалась и расхохоталась в голос. Сокровище. А ведь он действительно сокровище. Мое сокровище!

– Мм… ты чудо.

Поцеловав свое сокровище крепко-крепко, я чуть отстранилась и поинтересовалась:

– И что она сказала в ответ?

– Она очень удивилась… А затем пришла ты, и она удивилась окончательно.

– М-да. Некрасиво получилось… – Сморщив нос, потому что моя вспышка возмущения теперь действительно виделась не в самом лучшем свете, я смущенно повела плечами. – Она обиделась, да?

– Боюсь, что да. Но уверен, зла не затаила. Амидайла очень умная, я бы даже сказал: мудрая женщина. К тому же мы с тобой оба в какой-то мере – ее приемные дети, а своих детей она любит такими, какие они есть. Но если ты завтра извинишься, то это лишним не будет.

– Обязательно. – Моментально кивнув, потому что и сама думала о том, что перегнула палку, я удовлетворенно вздохнула. Раз уж Юми уверен, что достаточно будет искреннего извинения, то так оно и есть. Но расслабляться рано. – Расскажи мне о сиянии. Как это будет? Не случалось такого, что кто-нибудь его подстраивал? А то чем дальше, тем сильнее я нервничаю… Нам никто не помешает?

– Нет. Никто. А если попытаются, то с каждым, кто посмеет сыграть нечестно, произойдет естественная убыль.

– А ты жесток…

– Я практичен и эгоистичен, милая. С теми, кто не хочет понимать по-хорошему, я разговариваю по-плохому. К сожалению, некоторых бесполезно переучивать, проще сразу убить.

– Да-а-а… – протянула я и притихла, потому что хоть и сказано это было ласковым тихим голосом, но смысл был без прикрас смертелен. – Хорошо, я поняла. Так что там со звездным сиянием? Как оно выглядит?

Рассказ о том, что же все-таки представляют собой полуночный слет и звездное сияние, больше всего походил на сказку. Именно в эту ночь древняя магия притяжения настолько сильна, что мужчине и женщине достаточно одного взгляда, одного слова, одного танца, чтобы определиться с выбором. С оптимальным выбором.

Точно так, как это произошло у нас с Юмираем.

– А сияние? Кто в итоге сияет и как отличить обычное сияние от звездного? Я ведь сейчас тоже сияю, но это всего лишь из-за моих способностей.

– Поверь, это видно. – Лорд удобно расположился на спине, и ничего не мешало мне положить подбородок ему на грудь и с удовольствием пробегать пальчиками по широкой и такой горячей груди. – Звездное сияние окутывает пару, а не одного вампира, и только тогда, когда они прикасаются друг к другу в звездную ночь, и не пропадает до самого утра. Причем их сияние видят все, а не только ястребы.

– Это происходит сразу? С первой секунды касания?

– У большинства – да. В любом случае требуется не больше минуты-двух, чтобы понять, засияет пара или нет. – Мужская ладонь скользнула по спине вниз и начала поглаживать поясницу, вызывая во мне урчащее удовольствие. – В целом бал предусматривает лишь фуршет и танцы. Много танцев. Есть один-единственный, но очень существенный нюанс – постоянная смена партнера. Мужчина имеет право пригласить девушку лишь на один танец, и она не вправе ему отказать, но если она не начала сиять в его руках, то больше он не смеет ей навязываться. Ночь длинна, но и вампиров, желающих найти свою пару, тоже немало. В случае сияния пара имеет право покинуть слет в любой момент, предварительно зафиксировав свой выбор и сияние перед Матерью.

Превосходно! Просто превосходно.

Пообещав, что мой первый танец будет принадлежать ему, и только ему, ястреб стал более настойчив в ласках, и я с удовольствием поддалась на провокацию. Мой драгоценный! Только мой! А остальные пусть поищут кого-нибудь другого!

Глава 34

Очередное утро, встреченное в одной постели, стало первым и таким долгожданным утром выходного дня. Уже по привычке мы проснулись рано, но вставать не спешили, а вместо этого предпочли вволю поваляться и понежиться.

И лишь когда из гостиной жалобно закурлыкала Милочка, пришлось признать: выходной выходным, но надо и меру знать.

– Платье. – Уже в последний момент отобрав у меня брюки, Юмирай строго погрозил пальцем. – Виктория, дома – только платье. Брюки для работы, но дома я хочу видеть тебя только в платье. Максимум в юбке.

– Уже тиранствуешь? – Скептически взглядом проследив, как он убирает брюки на дальнюю полку шкафа, а вместо этого лично выбирает мне платье (все мои вещи уже давно переехали в его шкаф), я недовольно поджала губы и отрицательно мотнула головой на персиковое платье. – Нет, не это. Хочу синее.

– Уже капризничаешь?

– Мне положено. – Ехидно усмехнувшись, я тем не менее кивнула на его следующее предложение. – Да, это, пожалуй, надену. А где мои бальное и свадебное?

– Пока в ателье, но на днях доставят. Уже не терпится примерить?

– Конечно! Спрашиваешь. Может, я и нестандартна в большинстве своих предпочтений, но конкретно эти платья я хочу увидеть и примерить как можно скорее. Во-первых, чтобы не случилось конфуза, если вдруг что-то будет не так и не то, а во-вторых… – Многозначительно блеснув глазами, я с улыбкой договорила: – Во-вторых, я не просто женщина, я еще и дракон! А драконы обожают все нарядное, блестящее и сверкающее!

– Что ж, значит, я не ошибся в модели, – подмигнул мне брюнетистый интриган и, одернув подол моего платья вниз, когда я его надела, заявил: – Милая, связывайся с леди Маррхиям, необходимо продиагностировать и обсудить все возможные отклонения в твоем состоянии как можно быстрее. Не приведи Мироздание, если тебя сейчас опять замутит от завтрака.

– Боишься, что тебя стошнит следом? – Иронично приподняв бровь, я заработала поцелуй в нос и осуждающий взгляд.

– Не говори ерунды, просто хочу обезопасить тебя от ненужного стресса. Знаешь, ты мне намного больше нравишься розовенькой и улыбающейся, чем зелененькой и капризничающей. Все, не упрямься – отсылай вестника своей ба.

Зелененькой? Ха!

– Так ты не обо мне, а о себе заботишься?

– И о себе в том числе. Ты же знаешь, я эгоист. – Меня поцеловали уже в губы, а потом попытались приструнить строгим голосом: – Вика, вестник.

– Уже.

Уж чего-чего, а магический вестник я научилась создавать одним из первых, больше всего переживая о том, как поддержать связь, если вдруг случится что-то непредвиденное. И вот оно случилось…

Создав крохотную снежинку в ладони с одной-единственной просьбой прийти, и по возможности прямо сейчас, я сдула ее в приоткрытое окно и отправилась в гостиную, собираясь именно там дождаться чешуйчатую родственницу. По дороге к дивану подхватила на руки питомицу, встретившую меня счастливыми повизгиваниями, и уже с ней расположилась на мягком и очень удобном диване.

Ожидание оказалось недолгим, и всего через несколько минут в помещении чуть похолодало и через синюю воронку портала в комнату шагнула слегка недовольная ба. Что такое? Неужели я оторвала ее от чего-то важного?

– Доброе утро, милая. Что случилось? Только давай кратенько, у меня очень важный эксперимент.

– Прости, надолго не задержу. – Переглянувшись с женихом и приободренная его кивком, я закончила: – Я беременна. Срок – восемь недель.

– О…

Вот только, судя по абсолютно равнодушному кивку ба, для нее это новостью не было. Это я и поторопилась уточнить:

– Так ты знала?

– Конечно.

– Ба! – Моему возмущению не было предела. Она знала и молчала! Гр-р-р!!!

– Что «ба»? – Драконица абсолютно безмятежно встретила мой злой взгляд, а затем усмехнулась. – У тебя ко мне какие-то претензии, дорогая?

Дыши, Вика, дыши…

– Нет. Конечно же нет, – тихо прорычала я вместо того, чтобы вскочить, заорать и топнуть ногой. – Прости, нервы. Да… что я тебя звала-то… Меня вчера немного замутило, и от жары я упала в обморок. Не подскажешь, как избежать дальнейшего развития токсикоза? Боюсь, я сама в беременных вещах мало что понимаю…

– Без проблем. Жди. – Всего на пару минут пропав в портале, из него ба шагнула уже с несколькими бутылочками в руках. – Это от тошноты, это от слабости, это от нервов, это витаминки. По утрам добавлять в чай по капле каждого, и будешь здоровее всех здоровых. Ко мне все?

– Да… – Слегка обескураженная ее наглостью и отказом признать, что она «редиска», я послушно приняла лекарства, но, прежде чем ба снова пропала в портале, все же договорила ей в спину: – На свадьбу-то хоть придешь?

– Конечно! Пф! – обернувшись через плечо и смерив меня ироничным взглядом, многозначительно улыбнулась Ледяная Леди. – И, кстати, мальчик – тоже неплохо. Всегда лучше, если первенцем будет мальчик. Но помяни мое слово, второй у вас точно будет девочка. Будет!

Сказала как припечатала и под мое раздраженное сопение пропала в портале. У-у-у, ледышка рептилоидная!

– Ну-ну, не рычи… – Из моих пальцев аккуратно вынули все бутылочки, а затем подняли меня на ноги и подтолкнули к выходу. – И все равно она очень полезная родственница, признай. Мне сейчас другое интересно – как ее заскоки терпит Хаймерш?

– Кто?

– Хаймерш ака’Сурри. Механик. Слышала о таком?

– Конечно. Но при чем тут он и ба? – Моментально вспомнив довольно постыдный эпизод нашей встречи в долине, я позволяла вести себя вниз, но все равно ждала ответа. – Они что, общаются?

– Мало того – они уже вместе работают. Еще хуже – Тагриану кажется, что у них роман.

– Ого… – Сказать я хотела совсем другое, но из цензурных звуков были только эти. – Не понимаю… Он же ее оскорбил до глубины души! Да и мы… мы тоже ему не понравились.

– Мы? Ты его видела? Когда успела? – Усадив меня за стол в столовой и всего парой фраз наказав Лилу накрывать завтрак, но сначала подать чай, Юмирай пододвинул стул и сел рядом. – Что я еще не знаю?

– Ой, да там не было ничего интересного. Мы на него случайно наткнулись и попали в довольно нелепую и неловкую ситуацию. Мы слегка пошумели, а он нахамил ба, при этом не зная, кем она является. Но это не важно. Почему у них роман? Когда успели?!

– Тот пакет с амулетами, что она тебе передала несколько недель назад, – это ее заказ Тагриану за его ошибку.

– Да, я помню. Но при чем тут Хаймерш?

– При том, что Тагриан – его внук, и, выполняя заказ, он практически все доставал через деда, потому что Марри не разменивалась по мелочам, пожелав для тебя и себя все самое лучшее и технически совершенное. Так вот… Как оказалось, твоя ба все-таки сумела произвести на Механика впечатление, и тот в качестве извинения подарил ей что-то из своих последних разработок. – Благодарно кивнув Лилу, когда она поставила перед нами чай, ястреб проворно налил мне чашку и, накапав туда по капле из каждой бутылочки, протянул напиток мне. – Пей. Так вот, судя по всему, Марри презент понравился, и теперь они уже третью неделю встречаются практически каждый день.

– А ты-то откуда знаешь?

– Тагриан горем поделился. Он попытался в очередной раз навестить деда и едва ноги унес, когда на него наорал уже не один фанатик от науки, а двое. Видите ли, у них эксперимент, а он ходит и отвлекает.

– Ну-у… – задумчиво протянув, я никак не могла поверить, что ба и Механик… нет, бред. Хотя… Черт, а ведь вполне может быть! То-то она такая сияющая была в последнее время. – Слушай, а у демона и дракона могут быть дети?

– Знаешь, судя по Марри, если именно она задастся этой целью, то да. Не исключу.

– Вот было бы здорово!

Сдержанно улыбнувшись в ответ на мой энтузиазм, ястреб пальцем указал на чашку. Пришлось подчиниться – выпить требуемое. Нет, он все-таки тиран.

Интересно, если бы я начала действительно капризничать, как бы он меня заставил? Или плюнул бы и не стал заставлять?

– О чем задумалась?

– Да так…

– У тебя очень коварный взгляд, признавайся.

– Думаю о своих капризах и твоей на них реакции. – Не стала утаивать я, допила последние капли чая и, отставив чашку, чуть наклонила голову набок, из-под полуопущенных ресниц рассматривая жениха.

– И что надумала? – Иронично приподняв бровь, ястреб был безмятежнее сфинкса.

– О том, что мне почему-то нравится твой ненавязчивый деспотизм… Знаешь, с одной стороны, хочется взбрыкнуть и отказаться выполнять, но с другой – мне невероятно приятно, потому что это не что иное, как забота. Забота с легким налетом тирании… Звучит, да?

– Вика?! – Голос был возмущенным, но глаза смеялись. – Между прочим, я еще ни разу не сделал ничего такого, чтобы ты была так искренне против.

– Все потому, что ты профессиональный нянька… – Усмехнувшись уже в открытую, я вслух раскрыла его «секрет». – Просто-напросто за годы своего наставничества ты вдоль и поперек изучил все женские желания и теперь манипулируешь мной как тебе вздумается.

– Я? Тобой?! Сокровище мое, вот тут ты не права! – Расхохотавшись в голос, ястреб веселился довольно долго – вплоть до той минуты, пока не начали накрывать на стол. – Ты меня поражаешь. Вообще-то я думал, что это ты мною манипулируешь.

– Да ладно? Когда это было?

– Постоянно. – Кивнув так уверенно, что я даже не подумала спорить, Юмирай обвел взглядом накрытый стол и, преувеличенно показательно сглотнув слюну, предложил: – Выбирай, душа моя, чего желаешь.

– Всего! – Вчерашний супчик был давно переварен, волшебные капельки помогли моментально, и теперь я была голодная, как тысяча чертей! – И начнем мы с булочек!

Булочки с джемом, яичница с беконом, бутерброды с ветчиной и сыром… и все это запить тремя кружками чуть ли не кипящего чая с пятью ложками сахара. Мм, я в раю!

– Дорогая, тебе не много? – Скептически посматривая, как моя рука тянется за вафлями, сам ястреб был в разы сдержаннее, удовлетворившись всего лишь омлетом с зеленью.

– Мне в самый раз, – отсалютовав чашкой, счастливо вздохнула я и прикрыла глаза. – Я почти сутки не ела, не завидуй. Сейчас бы еще поваляться часик…

– Обязательно. Но только часик.

Что-то в тоне Юмирая меня насторожило, так что я открыла глаза и удивленно качнула головой, предлагая продолжить.

– Виктория, занятия. Я все понимаю, у тебя такое положение… несколько изменившееся. Но нельзя забывать и об обязанностях – на балу ты должна быть лучшей.

– А я и не забываю. – Беспечно отмахнувшись, я снова закрыла глаза. – Этикету и политологии можно обучаться, даже лежа в постели, а для танцев, так и быть, мы оставим вечера…

– Доброе утро.

Приветствие королевы прозвучало довольно неожиданно, но сегодня я уже была накормлена и любила практически весь мир, поэтому ответное приветствие, когда мы встали при ее приближении, было добрым и искренним.

– Доброе утро, ваше величество.

– Амидайла, Вика… – Мне достался укоризненный, но одновременно и заинтересованный взгляд.

Судя по нему, о вчерашнем инциденте думала не только я. Интересно, и что надумала она?

– Амидайла… – Понимая, что просто обязана первой пойти на сближение, я смущенно продолжила: – Вчера я была несколько не в себе – это известие, операция, обморок… Я прошу прощения. Даже учитывая все это, я повела себя грубо и недостойно. И я очень надеюсь, что вы на меня не держите зла…

– Ты. – Из глаз самой влиятельной вампирши мира пропало напряжение, и она улыбнулась. – Вика, давай на «ты». Спасибо, мне очень приятны твои слова. И я очень рада за вас, потому что дети – это невероятное счастье. А дети любящих родителей… – Тут королева вздохнула несколько грустно, но все равно с улыбкой закончила: – Это двойное счастье. Повторюсь, я очень за вас рада. – Кивком поблагодарив Юмирая, отодвинувшего ей стул, а затем придвинувшего его обратно, когда она села, ее величество продолжила: – Виктория, ты появилась в нашем мире неожиданно и довольно скандально, но уже за то, что ты сияешь для одного из самых достойных мужчин, я готова простить тебе все. – Улыбка вампирши стала откровенно проказливой. – И даже то, что ты забеременела до свадьбы, определившись с парой до полуночного слета. Это, конечно, вызовет очередной скандал, но, как мне кажется, для вас это мелочь, не стоящая внимания. Верно?

Несколько настороженно кивнув, потому что чуяла – она сказала далеко не все, я тоже села и напряженно ждала продолжения. И оно последовало.

– Во дворец я тебя сегодня забирать не буду, это бессмысленно. Но на балу вы будете обязаны появиться отдельно – каждые семь лет я лично представляю молодых птиц высшему свету, и ты обязана быть в их числе, потому что ты не только птица, но и маг, да еще и моя дочь. Так что жду тебя во дворце в день слета с раннего утра. Не хмурься, обещаю – как только пройдет церемония представления, я сразу же отпущу тебя к Юмираю. – Выдержав паузу, королева закончила: – И я искренне надеюсь, что вы станете первой парой, которая на этом балу явит миру свое звездное сияние. Юми, подай мне, пожалуйста, джем…

Неторопливо допивая свой чай, я старалась не слишком бесцеремонно разглядывать завтракающую Амидайлу, но совсем не смотреть в ее сторону не удавалось. Предыдущие разы у нас все как один получались нервными и скомканными, и у меня элементарно не было возможности понять, что она за личность. А ведь она действительно Личность, причем с большой буквы. Красивая, умная, влиятельная. Невероятно сильная магически, да еще и с тотемом-фениксом. Легендарная огненная птица возрождения, одаривающая своей милостью только женщин правящего рода. Фениксы мудры, потому что, проживая жизнь за жизнью, они познают все ее грани. Фениксы снисходительны, потому что они знают цену жизни. Фениксы суровы, потому что они знают низменную природу существ и то, что подданными можно управлять лишь твердой рукой. Фениксы вспыльчивы, но отходчивы – такова их огненная суть.

Фениксы изменчивы, как сама жизнь.

Но слишком часто фениксы одиноки, потому что столь уникальная птица не терпит рядом с собой серости и обыденности. Им необходим сильный мужчина, но при этом податливый, ведь фениксы не терпят неповиновения. Они нуждаются в любви, но при этом не желают идти на уступки, что невозможно в союзе равных.

И я нисколько не удивлена, что у Амидайлы нет мужа-вампира, а есть любовник-дракон.

– Амидайла… – Мои мысли ушли немного не туда, но не озвучить их я не смогла. – Можно очень личный вопрос?

– Да?

Вампирша уже поела и почти допила чай, так что я не боялась испортить ей аппетит.

– Это по поводу детей. Ваших общих с Калахемом детей.

Я выдержала паузу, потому что недовольно поджатые губы королевы явно дали понять – ей эта тема неприятна, но все же продолжила, когда она кивнула.

– В последнее время я читала довольно много литературы по генетике, и у меня возник закономерный вопрос – почему вы не попробуете искусственное оплодотворение, как когда-то Марри? Ты ведь знаешь, что все ее дети зачаты от мужчины, который был просто донором спермы? – Дождавшись согласного, но немного недоуменного кивка, я продолжила: – Не обязательно планировать ребенка-дракона. Я уверена: гораздо легче родить ребенка-вампира, потому что набор его хромосом намного проще, чем у ребенка-дракона. Полукровок у драконов не бывает, но вполне возможны полукровки у вампиров. И я просто уверена, что Марри уже проводила исследования по этому вопросу…

Пару раз Марри действительно довольно иронично упоминала эксперименты Калахема. Причем подтекст был таков: «Спроси он у меня – и не было бы проблем».

Проблема была в том, что Калахем не спрашивал, заведомо ожидая отказа. А все потому, что сама Марри не очень жаловала Амидайлу, ставшую для младшенького не просто увлечением, а самой настоящей страстью.

В общем, по сравнению с этой запутанной историей бразильские сериалы были не более чем детской шалостью.

– Виктория… – Ее величество нервно кусала губы, крутила в аристократичных пальцах чашку и периодически нервно улыбалась. – Ты… Ты несколько смутила меня подобным вопросом и информацией. Знаешь, мне надо подумать. Очень хорошо подумать. Спасибо, что спросила и рассказала. Кое-что стало для меня действительно неожиданным открытием.

На несколько минут уйдя глубоко в себя, королева наконец обрела осмысленность взгляда и улыбнулась уже более естественно.

– Да, это очень интересная информация. А теперь прошу простить, но у меня дела. Хорошего дня, дорогие мои, жду вас на полуночном слете. Юмирай, доставка Виктории рано утром полностью на тебе.

Вскочив резвее, чем можно было позволить себе по статусу, Амидайла помахала нам пальчиками и, всего одним движением создав сверкающий оранжевый портал, упорхнула в него.

– Только не говори, что ты пошутила.

– По поводу? – Я наклонила голову набок и с улыбкой посмотрела на хмурого ястреба. В отличие от него мне было невероятно весело. А все потому, что я подозревала (и не без оснований), куда конкретно сейчас побежала моя мамочка.

– По поводу возможности ей самой родить ребенка.

– Не-а, не пошутила. Ба правда упоминала, что после моего появления озадачилась подобным вопросом, и, насколько я знаю, в теории все возможно.

– А на практике?

– А вот практика – это уже не наша забота, – заговорщически подмигнув искренне переживающему о своей приемной матери Юмираю, я поднялась и, подойдя к нему ближе, обняла за шею, буквально вынудив его обнять меня в ответ. – Знаешь, если они и правда хотят ребенка, то уверена – уж вдвоем точно уговорят ба им помочь. А той только дай повод… Спорим, у них будет девочка?

Спорить ястреб не стал, предпочтя уткнуться носом в мою грудь и заявив, что мне наверняка виднее.

– Подлиза.

– О да-а-а… – Нос обосновался в ложбинке груди еще основательнее, и ястреб счастливо вздохнул и пробормотал: – Надо заказать тебе домашние платья с большим вырезом… удобно-о-о…

– Да? Хм… Позволь не согласиться. А если гости?

– В Бездну их.

– А если такие гости, что откажутся? – Настроение было благодушным, так что я даже почти не злилась, рассматривая появившегося в дверях слегка смущенного Тагриана.

И кто его пустил без стука? Сам пришел?

Кстати, если он хоть звуком упомянул при Юми о своем «подарке», который он мне оставил в сауне, то жить ему осталось недолго…

Уж не знаю, прочел ли он это в моем взгляде, а может, и сам догадался, но демон сконфуженно развел руками, натянуто улыбнулся и чуть поклонился, вроде как прося прощения.

А затем кашлянул, потому что Юмирай до сих пор пребывал в нирване и, судя по счастливому урчанию, добровольно выбираться из нее не планировал.

– Кхм, Юм…

– Шэт!

Нирвана сменилась нервозностью, мне достался недовольный и укоризненный взгляд, а затем ястреб развернулся и уже более доброжелательно махнул рукой, чтобы демон не стеснялся и проходил.

Так, но если он ему вроде как брат… То получается, что мы с ним тоже вроде как почти родня? Господи, у меня этой новоявленной родни уже больше, чем нужно!

Каюсь. Не удержалась.

– Доброе утро, братик…

Моей предвкушающей улыбке могла позавидовать даже акула.

Глава 35

– Мм… доброе.

Ответ был напряженным, как и взгляд.

Что ж, уже неплохо. Я, конечно, далеко не ба, и уважения у местных ко мне нет, но вот побаивается демон меня не зря, даже отсюда вижу.

– Виктория, хватит. Ты мне обещала, что не тронешь его.

– Да-а-а? – Я искренне удивилась, пытаясь вспомнить свое обещание не трогать одного конкретного демона, но так и не вспомнила, поэтому Юмирай потрудился мне напомнить:

– Ты сказала, что больше не держишь на него зла. Было?

– Было. Но я ж по-доброму! – Снова бросив на Тагриана очередной хищный взгляд, я была абсолютно неожиданно усажена на колени к кое-кому, сегодня не очень правильному, и слегка укушена за открытый участок шеи. – Ай! Юми!

– Не шути даже так. Пожалуйста. – Тон ястреба был настолько серьезен и категоричен, что я поджала губы и предпочла согласно кивнуть. – Умничка. – А затем лорд переключил все свое внимание на демона. – И наконец, доброе утро, Тагриан. Очень удивлен твоим приходом, но вижу, что ты зашел не просто так. Что случилось?

– Приветствую… – очередной раз поздоровался демон, не торопящийся садиться на предложенный стул, и, судя по его хмурому взгляду, известия были не очень хорошими. – У меня для вас пара-тройка последних сплетен, причем именно о вас. Может, пройдем в кабинет?

В кабинет мы прошли. Юмирай проникся серьезным видом брата по оружию и сам посерьезнел. Как только за мной закрылась дверь и мы с демоном сели в кресла, а сам ястреб расположился за столом, Тагриан снова открыл рот:

– Новость номер раз – нанято как минимум трое наших, чтобы следить за передвижением юной и весьма перспективной совы и по возможности выяснить, правда ли то, что между вами чуть больше, чем отношения «наставник – ученица», причем заказчики – вампиры высшего звена. Новость номер два – наши отрицают, но я не исключаю возможности, что будет не только слежка, но и похищение. Новость номер три – в гильдию обратился владелец ярконихи с просьбой найти и вернуть.

Тут его взгляд остановился на притихшей от его слов Милочке, до этого довольно громко урчащей в моих руках. Мила секунду сверлила демона недовольным взглядом, а затем угрожающе зашипела, будто не только поняла, но и таким образом выражала протест.

Вот так поворот!

– Погоди-погоди… – приподняв руку и при этом грозно глянув на питомицу, так что она послушно замолчала и снова стала глупенькой ласковой ящеркой, Юмирай почему-то решил начать с конца. – Почему хозяин обратился к вам? Вы же не занимаетесь поиском домашних животных.

– В основном – нет, но бывает, что и занимаемся. Особенно когда они такие ценные. Но тут дело в другом. – Демон недовольно поморщился и продолжил: – Мы уже прикинули – судя по поведению заказчика, он прекрасно знает, где сейчас яркониха. Тут другое – ему в разы выгоднее, чтобы ее нашли мы и подтвердили это. Сценарий развития событий, когда он сам приходит к вам с требованием вернуть бывшее имущество, его не очень устраивает.

– Имя заказчика? – Нахмурившись еще сильнее, словно прекрасно понял, что доводы демона верны и грозят нам чем-то нехорошим (Только чем? Не пойму, хоть убей!), ястреб скривился, когда имя прозвучало:

– Лорд Зайгудис Корало, кондор клана Шийохо.

– Дерьмо…

– Прошу прощения, но можно для тех, кто не в курсе? Кто такой лорд Зайгудис и почему вы так нервничаете?

– Он маг, причем один из сильнейших, – ответил мне Юмирай. В этот момент он очень пристально смотрел не на меня, а на явно занервничавшую Милу. – Ходят слухи, что он увлекается незаконными экспериментами, тестируя свои разработки на животных, но доказательств, как ты сама понимаешь, пока нет. Точнее, не было… А нервничаем мы потому, что если гильдия найдет Милу, а она ее найдет, то мы будем обязаны вернуть яркониху хозяину. Но не в этом соль – настоящая проблема в том, что конкретно эта яркониха не такая глупая и не такая уж и яркониха, как остальные. Верно, Милочка?

«Засранец ты, ястреб… я ж к вам со всей душой…»

У меня в голове отчетливо прозвучал полный обиды девичий голосок, так что я даже вздрогнула. А затем недовольно стиснула зубы, и рука, лежащая на спине ярконихи, скользнула чуть выше и сжала шею шпионки.

– С душ-ш-шой?!

«Угу…»

Взгляд Милы был обреченным, и она даже не пыталась вырываться, полностью и безоговорочно подтверждая тоскливым вздохом наши подозрения.

– Вика, хватит! Отпусти.

Раздраженно взглянув на прикрикнувшего почему-то именно на меня Юмирая, я иронично приподняла бровь, требуя продолжить и объяснить, по какой причине я не должна убивать животное, оказавшееся не таким уж и простым.

– Сначала допрос.

Ах, ну да, точно. Сначала допрос!

Шумно выдохнув, я трезво оценила ситуацию и поняла, что здесь слишком много белых пятен.

– И что дадут кондору эти знания?

«Распорядок дня и величину магической силы для организации последующего похищ-щ-щения…»

За мужчин ответила ящерица, чья шея до сих пор была в моем захвате.

– Зачем?

На меня глянули, как на девушку о-о-очень недалекого ума, причем все трое. Но ответила опять же Мила:

«За надом. Он еще не знает, что ты дочь и внучка дракона. Он знает лишь, что ты магичка. Молодая незамужняя магичка. А у него как раз эликсир подчинения простаивает… Да искусственное звездное сияние неопробованное».

– Слушайте! – Я была не возмущена, а более чем обескуражена. – Ваши вампиры через одного идиоты! Кстати, не только вампиры, – скосив глаза на демона, я иронично усмехнулась и снова посмотрела на ящерицу. – А ничего, что я дочь ее величества?!

«Он не знал. Всего лишь одна из многих. А слет уже совсем скоро…»

– А что ж ты, такая умная, сама не сбежала, когда все узнала? – По молчаливому согласию мужчин допрос вела я. – Или думала, что мы никогда не догадаемся о твоей роли шпионки?

«Да как-то у вас лучше…»

Яркониха жалобно вильнула хвостом, да и весь ее вид являл откровенное раскаяние и признание своей вины.

«Он хозяин. Плохой хозяин. А вы семья… хорошая семья. Простите. Я больше не буду…»

Когда на меня посмотрели самые печальные янтарные глаза в мире, то вместо ответа я скептически глянула на хмурого ястреба, в это время уже начавшего узнавать подробности заказа у Тагриана. Прощать эту… в общем, эту мадам? Я похожа на блондинку, верящую в добро и бескорыстие?

Хотя да, кажется, похожа.

В первые секунды в душе не было ничего, кроме злобы и возмущения, но, когда они поутихли, я поняла, что не все так просто. Но как бы обезопасить себя от предательства и окончательно поверить этой маленькой засранке? Опять ба звать, чтобы она вытащила из этой чешуйчатой всю без исключения правду и мысли? Черт!

– Ну и что с тобой делать?

«Понять и простить?»

И хлоп-хлоп глазками, виль-виль хвостиком…

Вот только этого мне сейчас не хватало. Скептически скривив губы и демонстрируя, что сейчас ее кошачьи повадки не оказывают на меня никакого влияния, я добилась лишь того, что яркониха максимально вытянула шею и лизнула меня во вторую ладонь, лежащую тут же, на коленях. И снова жалобно посмотрела.

– Ты понимаешь, что я тебе больше не доверяю? Ты ведь даже не животное. И знаешь ты столько, сколько знать опасно для жизни. Для твоей жизни.

«Знаю… Но я животное. Просто генно-модифицированное. Нас таких трое. Трое, кто выжил».

Глазки ярконихи часто-часто заморгали, стали влажными, а затем она свернулась в клубок, спрятав нос под мышку и закрыв глаза. А мои пальцы до сих пор довольно крепко сжимали ее шею…

«Тася и Нэш сильнее, но глупее. Поэтому к тебе он послал меня… Пожалуйста, убей меня быстро. Я не люблю боль».

Черт!

Умная засранка. Знает, куда надавить.

– Вика? – Мужчины закончили общаться, и ястреб встал из-за стола. – Не надо, не убивай. Мила станет свидетелем. Так ведь, Мила?

«Да».

– Свидетелем чего?

– Очередного расследования и скандала. Уверен, ее величеству будут очень интересны сведения, которые сможет поведать экспертной комиссии Мила. У королевы уже давно есть солидный список претензий именно к этому лорду, и, думаю, именно сейчас она сможет предъявить ему неопровержимые доказательства его неправомерных деяний.

– Насмерть?

– Думаю, да.

– Да-а-а… – Нервно хмыкнув, я без возражений отдала яркониху Юмираю, когда он протянул руки, и добавила: – Я крайне невыгодное приобретение для вашего мира – сплошные убытки и естественная убыль.

– Не говори ерунды. – Недовольно поджав губы, ястреб наклонился и крепко меня поцеловал. – Ты всего лишь детонатор, взорвавший наше болото, и на поверхность всплыли твари, подлежащие уничтожению. А теперь подожди меня минут десять, я запру нашу свидетельницу в подвале, пока за ней не придут следователи. И очень прошу – не убивай Тагриана. Договорились?

– Конечно.

Уж о ком о ком, а о нем я и вовсе забыла думать. У меня проблема посерьезнее – что делать с остальными желающими моего слегка царственного тела. Сколько их там еще?

Хотя нет, прояснить один скользкий момент стоит.

За ястребом закрылась дверь, и, проконтролировав своим обострившимся слухом, что он ушел, я добавила во взгляд тяжести и посмотрела четко в глаза демону.

– Тагриан… никогда не думала, что встречу вас вновь, причем при столь двусмысленных обстоятельствах. Мой вам совет – забудьте все, что было в сауне. Говорят, частичная амнезия очень полезна для здоровья…

– Да, я тоже так думаю. – Не выказав ни тени удивления, демон коротко кивнул. – Я прошу простить мою необдуманную выходку и не упоминать о ней впредь. И еще… – Тут взгляд демона стал жестче и пронзительнее. – Даже не вздумай его бросить, поняла? На краю мира найду и уничтожу.

Я честно пыталась сохранить серьезное выражение лица. И у меня это получалось целых пять секунд. А затем я расхохоталась. Громко, искренне. Аж слезы на глазах под конец выступили. Причем умудрилась я хохотать так долго, что даже ястреб окончание моих истеричных смешков застал, когда вернулся.

И тут же поинтересовался:

– Все еще живы? Удивлен. Чему веселимся?

– Да так… – Хрюкнув и смахнув слезы, я помахала в воздухе пальчиками, пытаясь отдышаться. – Тут это… запрещают мне тебя бросать. Категорически.

– О… Что ж, приятно. – Усмехнувшись, ястреб подмигнул несколько напряженному демону. – Тагриан, расслабься, у нас с Викторией все хорошо. Никто никого бросать не будет, потому что уже поздно. И большое тебе спасибо за сведения, мы обязательно примем меры. Я уже отправил вестника следователям, так что к кондору уже через пару часов наведается пара магических групп захвата. С остальными, я думаю, мы сами справимся.

– Что ж, рад слышать. – Ответная улыбка демона была не очень широкой и какой-то кривоватой. – Тогда я, пожалуй, пойду. Виктория…

Сдержанный кивок головой мне, прощальное рукопожатие лорду, и наемник ушел. А в принципе он не так уж и плох в качестве родни… Уж полезен точно.

– О чем думаешь? – Юми сел на подлокотник моего кресла и чуть наклонился, приобняв меня за плечи. – Вика, мне жаль, что все так нехорошо вышло с Милой… но уверен, все разрешится максимально бескровно. Хочешь, я куплю тебе обычную кошку?

– Нет, не хочу, – сморщив нос, мотнула я головой. – Знаешь, я бы, наверное, ее даже простила… Все-таки она хоть и подосланная засранка, но действительно очень умная – ведь она выбрала нас, а не его. Может, если окажется, что она не солгала, у нас будет шанс ее вернуть?

– Ты сегодня необычайно милосердна и добра. С чего бы?

– Это все гормоны… – Смутившись под его пристальным взглядом, я повела плечами. – Ты не прав, я не всегда кровожадная злюка. Просто я ее понимаю. Если все действительно так, как она сказала, то у нее не было другого выхода, кроме как подчинение приказам хозяина. Но ведь она не сбежала, когда все выяснила. Она не капризничала, сейчас не пыталась удрать, а честно ответила на все вопросы. Может, не так уж она и виновата?

– Что ж, уверен, следователи примут во внимание все без исключения факты. И если ее оставят в живых и признают виновной лишь косвенно, то потом я заберу ее из питомника. Договорились?

– Ты самый добрый и понятливый муж.

– Пока что жених…

– Ничего подобного! Муж и только муж!

Минут десять потратив на то, чтобы убедить Юмирая в своей правоте, я все-таки заставила его признать: даже несмотря на то, что официальная церемония состоится только недели через две, это совершенно не меняет факта наших супружеских отношений.

– У нас с тобой абсолютно все шиворот-навыворот.

– Неправда, не все. – Неожиданно зевнув и тут же заработав поцелуй в нос, я расплылась в довольной улыбке. – Главное – чувства и абсолютное взаимопонимание, а все остальное – издержки традиций. Калахем же говорил, что у драконов совсем необязательно связывать себя узами брака, чтобы заявить свои права на вечное владение супругом. Так что в нашем случае я предпочитаю считать себя драконом.

– Владеющим супругом?

– Да. – Задрав носик, который тут же снова поцеловали, я многозначительно прищурилась. – А что, есть возражения?

– Не поверишь – нет!

– И почему мне слышится в твоем голосе сарказм…

– Тебе кажется. – Юми встал и потянул меня за собой, причем не куда-нибудь, а наверх, в спальню. – Давай отдыхай. Совсем раззевалась.

– А ты?

– А я займусь своими прямыми обязанностями, – скинув лишь обувь, пока я снимала платье и ныряла под одеяло, ястреб устроился рядом, но поверх этого самого одеяла. – И начну, пожалуй, с политологии. Итак, слушай. В нашем мире существует порядка ста кланов, причем влиятельных, к мнению которых прислушивается даже ее величество, не больше двадцати…

После этого довольно значительного для нас утра дни потянулись неспешно и невероятно спокойно. Правда, ястреб категорически запретил мне покидать пределы особняка и даже при малейшем подозрении на что-либо нестандартное сразу ставить в известность, но, к счастью, ничего не происходило. Я, кстати, его прекрасно понимала – значимая для всех вампиров ночь была все ближе, и казалось, даже в воздухе была разлита некоторая нервозность.

А ведь эта ночь бывает лишь раз в семь лет. Понервничаешь тут!

Но я была абсолютно спокойна, вплоть до откровенного пофигизма. А зачем нервничать, если уже все решено и даже всякие там страждущие лорды и прочие глупые личности не смогут изменить моего решения. Единственное, что удручало, – это политология. Ну вот зачем мне знать, сколько в отдельно взятом клане неженатых вампиров, кто может попытаться меня перехватить на балу, а кто даже и дышать в мою сторону не посмеет.

Да никто не посмеет!

Но больше всего мне нравились наши музыкальные вечера и самый лучший в мире преподаватель. Ах, как он кружил меня в вальсе! Мм! Еще бы в это время не шептал о всяких там кланах, родах и посторонних вампирах…

– Виктория, не отвлекайся.

– Да, конечно. – Вернув взгляду осмысленное выражение, я кивнула. – Так что там о клане Верто?

– Им принадлежит одна из крупнейших банковских систем нашего мира. У главы клана – двое неженатых сыновей, и фамилия одного из них значится в списке Тагриана. Зайгудис уже обезврежен, и его нам больше нечего опасаться, но велик риск, что его разработки все-таки попали в руки некоторых недобросовестных личностей.

– Мм… И что думаешь? Меня заставят сиять принудительно?

– Могут попытаться. – Чем ближе подходила та самая, знаменательная, ночь, тем больше в ястребе было невроза и опасений. Я даже уже капельки ему свои предлагала, правда, он отказался. – Но я знаю, что им это не поможет. Я уже переживаю за бальный зал… ну и за естественную убыль.

– Не переживай, я постараюсь ограничиться сломанными руками и ногами. – Музыка закончилась, и я присела в идеальном реверансе. – Хотя… как знать… Гормоны – они такие изменчивые…

Лукаво улыбнувшись, я подмигнула своему кавалеру и приняла руку, чтобы отправиться на ежевечернюю прогулку по парку. Лето окончательно вступило в свои права, и даже в нашей не самой тропической широте вечера были неизменно теплыми и радовали безоблачным небом.

Занятия в тренажерке мы прекратили сразу, как только стало известно о моем слегка изменившемся положении. Их мы заменили на прогулки и уроки ботаники и зоологии. Флора и фауна этого мира несущественно отличались от мира Земля, но все же многие растения и животные были мне незнакомы, так как в школе я уделяла этому внимание постольку-поскольку. А ястреб был умен. Настолько умен, что за это время я так и не смогла подловить его на незнании хоть чего-либо. Разве что магию он знал лишь поверхностно, да и то потому, что сам магом не являлся.

Зато он оказался превосходным организатором: наш дом был уже отремонтирован, причем на пять с плюсом, наведавшийся к нам позавчера в гости Вайтор был осмотрен со всех сторон и признан годным не только к общению со мной, но и в будущие младшие преподаватели школы для юных бойцов (сам Вайтор едва не потерял дар речи от подобного щедрого предложения, а затем минут десять чуть ли не на коленях благодарил Юмирая). Под школу уже нашли здание, также требующее ремонта, но это не было проблемой – лорд поручил ремонт Тагриану, также загоревшемуся идеей. Разрешение королевы было получено, параллельно велись поиски подходящих учителей, причем преимущественно из бывших соратников, так что теперь остался один-единственный нерешенный момент, требующий нашего непосредственного участия.

Полуночный слет, который состоится уже завтра вечером.

Что ж, надеюсь, ее величество лично возьмет под контроль всех неблагонадежных, иначе будет ой как шумно!

Глава 36

Сегодняшняя ночь выдалась на удивление бурной, под утро став необычайно нежной. Юмирай словно боялся, что случится какое-нибудь великое западло и обстоятельства все решат за нас. Глупенький… Я не стала ему говорить, чтобы не расстраивать или обижать недоверием, но я собиралась немножко схитрить.

Еще несколько дней назад, когда меня утомил его все разрастающийся невроз, я втайне от жениха проконсультировалась с ба и теперь четко знала, что смогу засиять (или не засиять) по собственному желанию, и ни один мухлюющий вампир не сможет меня заставить. Звезды и их благословление – это, конечно, хорошо, но не тогда, когда на кону слишком многое. А если кто-то недальновидный посмеет попытаться вынудить меня не только засиять, но и подтвердить это сияние при всех… что ж, мир его праху. Замуж я выйду исключительно за того, кто сейчас меня обнимает и целует.

– Об одном только прошу: держи себя в руках. Леди нашего мира не убивают сами, они позволяют это сделать своим мужчинам.

– Хорошо, я постараюсь.

Слушая наставления уже по пятому кругу, я терпеливо ждала, когда ястреб хоть как-то успокоится и активирует амулет портала. Посовещавшись, мы решили не испытывать судьбу и отправиться во дворец именно порталом, чтобы не дать желающим ни единого шанса на попытку диверсии.

И сейчас кроткая я (с утра выпившая все положенные успокоительные), сверкающая глазками Янита с моим бальным платьем и остальным необходимым для вечера и успокоившийся Юмирай шли по просторным коридорам дворца ее величества, где царило возбужденное движение слуг, охраны, приглашенных дизайнеров и рабочих, заканчивающих декорировать дворец, и витал тот самый дух грядущего торжества, который выражался в нервных восклицаниях, чуть более дерганых движениях и редких причитаниях: «Не успеваем, шэт!»

А дворец был великолепен!

Роскошь и величие, белоснежные стены и позолота в отделке, огромные окна и многочисленные цветные витражи, монументальные колонны и изящные воздушные лестницы.

И сама ее величество Амидайла, встречающая прибывающих юных птиц лично у подножия центральной лестницы.

– Виктория!

Несколько стоящих рядом с королевой вычурно одетых вампиров (мужчины в смокингах и женщины в вечерних бальных платьях) расступились, пропуская нас, и мы подошли ближе, чтобы тут же выразить сиятельной королеве свое почтение: я присела в низком реверансе, а Юмирай поклонился.

– А ты все хорошеешь, милая…

Уж не знаю, что подумали по этому поводу все, кто находились поблизости, но Амидайла шагнула ближе и заключила меня в самые настоящие материнские объятия.

Я успела заметить реакцию вампира, стоящего совсем рядом. Мужчина явно был потрясен: круглые глаза, брови, потерявшиеся в волосах. Впрочем, длилось изумление от силы секунду-другую, и когда вампирша меня отпустила, окружающие взяли себя в руки и снова мило улыбались.

– Благодарю, – мило потупившись, как того требовали приличия и этикет, я моментально ответила любезностью: – Вы сегодня очень хороши, ваше величество. Этот оттенок сливочного вам необычайно к лицу.

Платье действительно являло собой шедевр дизайнерского искусства и было поистине королевским (шитье золотом и отделка жемчугом по нежнейшему шелку цвета слоновой кости). Я заработала улыбку и предложение пройти за местной служанкой, которая покажет мне мои комнаты.

– Располагайся. Примерно через час, когда прибудут остальные, я жду тебя в Янтарной гостиной. Пенни вас проводит. Пенни! – Махнув рукой, ее величество передоверила меня юной горничной, а сама переключилась на ястреба, начав расспрашивать его о продвижении в ремонте и об открытии школы.

Эх… как не хочется оставлять его тут! Но надо.

Вежливым кивком распрощавшись с лордом до вечера, я, словно не зрело в моей душе желание наплевать на все и уйти обратно домой, как одна из самых порядочных леди, отправилась следом за шустрой гномкой, уже успевшей убежать чуть вперед по левому коридору.

– Пенни, не так быстро.

– Простите… – Девушка послушно замерла, но, когда мы с ней поравнялись, продолжила путь. – Сюда, пожалуйста… Да, теперь здесь…

Мы прошли не очень далеко, но если бы не проводница, то ни я, ни Янита не отыскали бы нужный коридор нужного этажа и закрепленную за мной комнату. Не сказать что лабиринт, но с первого раза точно не понять.

– Прошу. – Распахнув очередные двери, Пенни провела экскурсию, упомянув, что это – женские гостевые покои и доступа мужчинам сюда нет, тем более в преддверии такого значимого праздника. Причем запрет распространялся на все крыло третьего этажа, где мы сейчас находились. – Если кто-то попытается нарушить правила, то вы имеете полное право действовать по своему усмотрению. В любом случае провинившегося ждет очень суровое наказание. На ваших дверях и окнах стоят защитные заклинания, но бывает всякое…

– Всякое? – Довольно серьезно заинтригованная, я присела в кресло в гостиной, обставленной в викторианском стиле мира Земля (пришлось просветиться, пока выбирала интерьер в своем доме). Янита в это время осматривалась и раскладывала вещи, скрывшись в спальне. – Неужели были прецеденты?

– Последние пятьдесят лет – нет, но раньше случалось. Ее величество ужесточила наказание, и желающих ощутить на себе гнев королевы в последнее время не находилось, – приветливо пояснила девушка, а затем поторопилась откланяться. – Если у вас будут вопросы или пожелания, то просто отправьте ко мне свою горничную. Я дежурю на этаже, так что она без труда меня найдет.

– Спасибо, Пенни, я буду иметь в виду.

А я пока, пожалуй, и сама повнимательнее осмотрюсь в покоях, которые мне выделили, – все-таки на маму надейся, а сама не плошай. Тем более в свете последних событий и новых настораживающих данных.

Покои были довольно большими для одной-единственной гостьи, но я прекрасно понимала, что здесь иначе нельзя – все-таки дворец. Даже самая крохотная деталь интерьера – светильник, обивка кресел, рама картины, ковер на полу – была безумно дорогой. Да уж… Наверное, тут один ковер стоит столько, сколько моя бывшая квартира, на которую я зарабатывала долгих пять лет, причем порой не самыми законными способами.

Так, не о том думаю.

Задумчиво скользя взглядом по стенам, потолку и окнам, я не только смотрела, но и внимательно прислушивалась к своей драконьей составляющей, старательно отсеивая стандартную информацию от той, которая могла бы мне помочь и подсказать, чего опасаться, а на что положиться. К сожалению, до уровня полноценного мага мне было еще ой как далеко, но драконья интуиция – штука такая, что ей не надо учиться, ее надо просто слушать.

И я слушала и слышала, что пока все прекрасно и можно действительно расслабиться и довериться профессионалам, которые накладывали на эти покои защиту.

Что ж, отдых – это хорошо, жаль только, что нельзя начать отдыхать прямо сейчас. С сожалением покосившись на королевских размеров кровать с балдахином, я вздохнула – сегодня ночью поспать сильно не получилось, так что сейчас я с трудом удерживала порыв зевнуть. Но нет, сначала – инструктаж от ее величества. Потом я точно знаю, что нас отпустят по комнатам, причем именно для того, чтобы мы выспались перед празднеством, которое может затянуться до утра: все-таки это не шутки – по прикидкам Юмирая, сегодня здесь соберется больше тысячи желающих найти свою идеальную пару. И каково это – оттанцевать как минимум сотню вальсов? Ужас просто! А если не сотню, а все двести или триста? Кошмар! Хорошо, что по местным меркам я довольно высокая и Юмирай приобрел мне туфельки на низеньком каблуке, причем еще и проконсультировавшись с Марри, можно ли немного беременным вампирочкам каблук в принципе. Можно-можно, мне все можно.

Меня только нервировать и раздражать нельзя. А остальное можно.

– Леди Виктория, вы готовы?

Чересчур сильно уйдя в свои мысли о предстоящем бале и о возможности покинуть его одной из первых, я пропустила появление Пенни и слегка недоуменно приподняла бровь, когда она приглашающе кивнула на двери.

Ах да! Янтарная гостиная. И с чего она Янтарная?

Сгорая от любопытства, я с еще несколькими молоденькими девушками лет восемнадцати-двадцати последовала за Пенни, и буквально через несколько минут мы вошли в невероятной красоты гостиную, которую действительно можно было назвать только Янтарной. Великолепные панно и зеркала в резных рамах на стенах, удивительно изящные люстры на потолке, декоративные чаши с цветами на невысоких постаментах и даже пол – все это было либо выполнено из янтаря, либо отделано этим камнем. Я видела иллюстрации знаменитой Янтарной комнаты, которая находилась в Екатерининском дворце в Царском Селе, и сейчас мне казалось, что я именно там.

Это было ошеломляюще…

Слава богу, с открытым ртом и круглыми от восхищения глазами стояла не одна я!

Не сразу, но все-таки взяв себя в руки, я смогла рассмотреть, что в гостиной уже довольно много юных леди, причем после нас подошла еще группа, приведенная другой служанкой. Что ж, наверное, не стоит создавать давку у входа и лучше пройти дальше, туда, где в кресле сидит ее величество королева Амидайла, а позади нее стоят десятка три молодых вампиров в возрасте от двадцати до двадцати пяти. Хотя, может, они и старше, у этих клыкастых так просто возраст не определить.

В итоге я была едва ли не первой подошедшей из девушек.

И, естественно, засвидетельствовала королеве свое почтение повторно, потому что иначе было нельзя.

– Доброе утро, ваше величество.

– Доброе утро, Виктория, присаживайся. – Махнув мне рукой на ближайший диванчик, в полукруге которых центральное место занимал ее почти что трон, королева повысила голос, чтобы и остальные будущие счастливые невесты не терялись. – Девушки, проходите и присаживайтесь, не будем тянуть, у меня на утро запланировано еще несколько важных встреч.

И – о чудо! Королева еще договаривала, а последняя вампирочка уже торопливо усаживалась на свободное место и замирала с восхищением и выражением абсолютного внимания на лице. Кстати, если прикинуть, навскидку тут примерно поровну девушек и парней. Хм, буду надеяться, что такое соотношение останется и на балу, куда подъедут и остальные желающие. Не хотелось бы оказаться эксклюзивным объектом. И вообще – желательно затеряться среди более юных и красивых.

Кстати, совсем несложно!

Ее величество начала вещать о важности полуночного слета, о чести, которая выпала нам, о прочем и прочем, а я в это время скользила взглядом по одухотворенным мордашкам юных прелестниц. И не в обиду себе, но я выглядела на их фоне более чем посредственно. Уже не слишком молода, не слишком одухотворенна, не слишком наивна (тут я бы вообще сказала, что наоборот), ну и, естественно, не пылающая ни рвением, ни желанием.

Конечно, если взять во внимание мой магический дар и родню, то тут я впереди планеты всей, но ведь не обязательно озвучивать это вслух, верно?

– И конечно же я обязательно объявлю имя каждой юной птицы лично, потому что это невероятная честь и награда для меня самой – видеть и чествовать ваше вступление во взрослую жизнь…

Черт!

Скиснув, я поймала на себе удивленные взгляды нескольких мужчин, которые все это время оценивающе посматривали на девушек, и тут же постаралась придать лицу более нейтральное выражение. Я решила быть как все и, следуя примеру остальных девушек, обратила все свое внимание на ее величество.

Она, кстати, закруглилась довольно бодренько – еще раз напомнила о важности уникального мероприятия, о том, что никто не имеет права отказать пригласившему мужчине (но и мужчина, в свою очередь, может пригласить лишь раз), да о том, что, начав сиять, мы имеем полное право подойти к трону, чтобы Амидайла благословила выбор пары.

– И самое главное, милые мои, сейчас отдыхаем и настраиваемся на положительную волну. К восьми вечера жду вас всех отдохнувшими, нарядными и веселыми здесь же. Вас встретит распорядитель и проводит в центральный бальный зал. Если у кого-то будут шалить нервы, то не стесняемся и обращаемся к служанкам, они помогут. По всем остальным вопросам – тоже к ним. Обед и ужин вам подадут в покои, из покоев до восьми вечера желательно не выходить и уж тем более не покидать крыло и этаж. Вопросы?

Внимательным взглядом пройдясь по каждой девушке, а затем повернув голову к мужчинам, ее величество с улыбкой кивнула, потому что вопросов не было.

– Всем прекрасного дня, дорогие мои.

Фраза означала завершение аудиенции, и молодежь поторопилась выполнить непрямой приказ покинуть помещение, причем довольно шустро – девушки вскочили с диванов и чуть ли не бегом рванули к выходу под ироничные смешки мужчин, которые вели себя намного сдержаннее. Я тоже тихо рассмеялась, не удержав внутри веселье. Тут-то и раздался первый тревожный звоночек.

– Виктория, задержись на пару слов…

Просьба не вызвала во мне энтузиазма, но проигнорировать ее я, естественно, не имела права – и так на меня с удивлением покосились те, кто еще не успел далеко отойти. В итоге я кивнула и села обратно, терпеливо дожидаясь, пока гостиная опустеет и мы с Амидайлой останемся вдвоем.

Когда лакей плотно закрыл дверь за последним вышедшим вампиром, королева всего парой изящных пассов наложила на зал полог безмолвия, и теперь нас точно не смог бы подслушать даже дракон.

Ого? От кого шифруемся?

– Милая, не удивляйся, это обычная практика частного разговора, – попыталась успокоить меня королева, но по ее нервно блеснувшим глазам я поняла, что не все так просто, как она хотела показать. – У меня к тебе сейчас будет просьба немного личного характера… Ты наверняка отдаешь себе отчет в том, что на текущий день ты одна из самых перспективных невест. И даже известие о твоей беременности не станет преградой для желающих попытать удачу. Преградой станет лишь твое сияние. Кстати, Юмирай рассказал мне о своих подозрениях, и я лично присутствовала на допросе лорда Зайгудиса. Ваши опасения небеспочвенны – подлог с сиянием более чем возможен. А теперь я перейду к сути… – Королева нервно теребила пальчиками подол, что лучше всяких слов говорило: суть мне не понравится. – У меня к тебе просьба. Очень некрасивая, но тем не менее. Я прошу тебя не отказывать тем, кто подойдет к тебе в течение первого часа бала. И, предвосхищая твой закономерный вопрос, отвечу: нет, Юмирая среди них не будет.

Выдержав паузу, чтобы не сказать мамочке пару ласковых, но крайне нецензурных слов, я в какой раз за утро порадовалась, что во мне волшебные успокоительные капельки от Марри. Но еще немного – и они уже не помогут.

– А, простите, ради чего я буду это делать? – Вопрос прозвучал достаточно нейтрально, я даже загордилась собой.

– Ради того, чтобы я лично придушила каждую тварь, которая посмеет пойти против космического волшебства сегодняшней звездной ночи. – Ответ ее величества получился нервным и даже несколько злым, а губы некрасиво искривились. – Виктория, я прекрасно понимаю, что прошу тебя о невозможном, но мне больше некого просить – если не ты, то эти мрази выберут себе иные цели, и тогда уже никто не сможет доказать истинность их выбора. В первую очередь окажутся окольцованы самые богатые и перспективные девушки, но кто даст гарантию, что они будут счастливы в семейной жизни, если это будет не истинное сияние, а искусственное? Поверь, ни одна пришедшая на этот бал девушка не желает выйти замуж по расчету. Каждая хочет любви и уважения от супруга, каждая мечтает об искренних чувствах, потому что такова наша женская суть. И я… Виктория, я тебя умоляю. Помоги. Проси что хочешь – я сделаю все.

Эх, мама-мама… Ну неужели я похожа на бездушную тварь?

Погрустнев, потому что ответ у меня уже сформулировался (не иначе порядочностью от Юмирая заразилась), я тяжело вздохнула и уточнила:

– А не вызовет подозрений тот факт, что рядом со мной один за другим будут светиться все без исключения кавалеры?

– Так ты согласна? – Сияние глаз королевы было несравнимо даже с сиянием миллиона алмазов. Алмазы безбожно проигрывали.

– Согласна, но с одним условием…

На все мои условия Амидайла соглашалась, даже не дослушав, и в итоге спустя всего десять минут я шла в свои покои, отчетливо понимая, что мало попросила. Хотя зачем мне много? У меня есть самое бесценное сокровище – Юмирай, совсем скоро (ну, почти скоро) родится малыш, который станет нашим общим сокровищем, а все остальное по сравнению с этим – ерунда и тлен.

Хотя один положительный момент был – королева поделилась со мной судьбой Милы и ее родичей. Оказалось, что они относительно непричастны ко всем темным делам вампира (точнее, причастны, но не до смертельной казни), а скорее, сами являются его жертвами. Сейчас все трое находились в королевском зверинце. Ее величество планировала передать ящерок Калахему, потому что среди ее подчиненных нет магов, специализирующихся на животных, как лорд Зайгудис, а оставлять зверюшек себе бессмысленно, потому что они в апатии и отказываются идти на диалог и сотрудничество. Стоило мне заикнуться, что я буду намного лучшей хозяйкой этим чешуйчатым кошкам, чем мой помешанный на экспериментах папуля, как королева тут же дала добро, пообещав прислать их мне уже завтра утром в особняк.

Кроме всего прочего я получила разрешение на причинение несмертельного вреда всем тем сегодняшним ухажерам, кто не поймет по-хорошему, удовлетворилась обещанием не лезть в нашу с Юмираем личную жизнь и больше никогда не просить ни о чем подобном, стала обладательницей внушительной суммы золотом, а также сертификата на основание своего собственного клана. Если честно, то я не совсем поняла, зачем мне последнее, но это была уже инициатива Амидайлы, которая решила, что я слишком мало прошу для подобной огромной услуги.

Что ж, им, венценосным особам, виднее, сколько стоят их подданные.

– Леди Виктория? – Встретив меня в гостиной, Янита с улыбкой предложила свои услуги: – Ванна, массаж?

– Сон! – Выбрав оптимальный вариант, я без задержки направилась в спальню, по пути лишь предупредив, чтобы горничная разбудила меня ближе к празднику, где-нибудь так часа за два. Маникюр-педикюр мы сделали еще вчера, и этого времени нам как раз хватит, чтобы перекусить и привести меня в окончательно товарный вид. – А ты, если хочешь, сходи в гости, поболтай с местными, узнай последние новости-слухи-сплетни… все равно делать здесь больше нечего.

– Хорошо, как скажете. – Услужливо кивнув, Янита помогла мне снять платье с затейливой шнуровкой, которое выгодно подчеркивало все мои достоинства, и, повесив его на плечики рядом с бальным, удалилась.

Я же рухнула в постель и уснула практически сразу, наплевав на неприятное задание от королевы и прекрасно понимая, что даже оно не сможет испортить мне предвкушение от неизбежного вальса не с кем-нибудь, а с одним-единственным мужчиной, этого достойным.

С моим ястребом.

Первый разговор дался намного легче, чем предполагала королева, но требовалось переговорить с еще одним участником мини-заговора. Если в случае с Викторией Амидайла больше всего опасалась категоричного отказа, причем обоснованного, то с Юмираем… Королева небезосновательно опасалась, что Юмирай ослушается даже прямого приказа. Ястреб мог не просто вспылить, а впасть в безумие, и Амидайла даже предусматривала такой вариант, как изоляция лорда на какое-то время.

Без сомнения, эти дети имели право на счастье и любовь, но Амидайла уже долгие годы занимала трон, сменив свою мать в восемнадцать, и как никто другой понимала, сколь важно счастье не одной-единственной пары, а всех без исключения подданных. И пусть сейчас она поступает эгоистично, пользуясь добротой и отзывчивостью совушки, но это был самый оптимальный и бескровный вариант.

Можно выследить всех, кто воспользуется искусственным сиянием, но это займет недели и даже месяцы. И она накажет каждого, в этом даже нет сомнений…

Но что будут делать те, кто познает на себе коварство подмены истинного сияния? Как она посмотрит в глаза этим девушкам и женщинам? Она обязана пресечь на корню даже саму мысль о подлоге в эту волшебную ночь!

Словом, это оптимальный вариант.

– Юмирай, добрый день… – Вызвав ястреба к себе в кабинет, за дверями которого встали на страже два гвардейца-коршуна, королева выглядела безмятежной и достаточно уверенной в себе, но ястребу хватило секунды, чтобы понять: как любила выражаться Вика, «западло» начало происходить. – Присядь, пожалуйста. И прежде чем вспылишь, выслушай меня до конца…

Выслушал. Молча. Внимательно. Не перебив ни разу и даже не поведя бровью. Лишь почерневшие провалы глаз и скрипнувшие подлокотники выдали его истинные чувства. И спустя долгие десять минут напряженного тягостного молчания Юмирай тихо уточнил:

– Вика в курсе?

– Да, и она уже согласилась.

– Час?

– Час.

– Что ж… – Прикрыв глаза, в которых черным огнем полыхнула сама Бездна, Юмирай усмехнулся, но тон его был неизменно вежлив. – Я не буду говорить, что станет с окружающими, если на ней будет хоть одна царапина. Я не буду угрожать и делать громкие заявления. Но вы сами понимаете, да? Я просто потребую плату. И выражаться она будет в кровавых слезах тех, кто навредит ей даже косвенно.

Ястреб замолчал, жестко поджав губы, и королева была вынуждена кивнуть, принимая условия сделки. А ведь, в случае чего, и она будет одной из косвенных участниц…

Но жизнь не так проста, как хотелось бы. И даже близкие в какой-то момент могут стать очень далекими, когда начинают играть чужими судьбами.

– Юмирай, обещаю, я приму все возможные меры.

– Буду очень признателен. – Рывком встав и сдержанно поклонившись, ястреб повторил: – Час. В девять я заберу ее даже в том случае, если вы не поймаете ни одного подонка.

– Да.

– Не прощаюсь…

Лорд ушел. И лишь когда за ним закрылась дверь, королева смогла выдохнуть. Казалось бы, так просто – взять и запретить, потребовать абсолютного подчинения, но… Но она не смогла. Именно этим двоим она приказывать не могла, а могла лишь просить и надеяться на то, что они выполнят ее просьбу. Жестокую, но такую необходимую.

Шэт!

Не удержавшись и через секретаря отложив две последующие, не очень значимые встречи, Амидайла одним взмахом руки создала портал и вышла из него в комнате своего любимого и такого несносного дракона.

– Калахем…

– Ами? – Дракон что-то чертил в тетради за рабочим столом, но стоило в комнате появиться его ненаглядной, да еще и с нервно подрагивающими губами, как тетрадь была забыта, а все исследования отброшены до лучших времен. – Золотко, что случилось? Тихо-тихо… иди ко мне.

– Калахем… – Шаг, второй… и у нее остаются силы лишь на то, чтобы рухнуть дракону на колени и уткнуться носом ему в шею, крепко обняв за плечи подрагивающими пальцами. – Калахем… Ты… Я…

– Да? – Не совсем понимая, что происходит, но чувствуя, что любимой плохо, причем не физически, а морально, дракон не торопился давить, зная, что она вскоре успокоится и все расскажет сама.

И действительно, прошло всего несколько минут, как королева взяла себя в руки, чуть отстранилась и, посмотрев озадаченному дракону прямо в глаза, твердо заявила:

– Я хочу от тебя ребенка. И не искусственного, а того, которого рожу сама. Где сейчас твоя мать?

Глава 37

Моему дневному сну не посмел помешать ни один смертный, так что к шести вечера я была идеально выспавшейся и уже буквально предвкушала момент начала бала, а больше всего не начала, а девяти часов, когда можно будет плюнуть на все условности и обнять самого любимого мужчину на свете.

Ужин я проглотила, не сильно рассматривая, потому что ощутимо проголодалась без обеда, после чуть ополоснулась в местной шикарной ванне, чтобы проснуться окончательно, а затем поступила в абсолютное и безоговорочное владение Яниты.

Сначала мы надели платье, от которого я была в полном восторге – нежно-голубое, оно переливалось на свету и при различном освещении меняло оттенок с серебра до лазури. Жесткий лиф был расшит мелким бисером, причем четко в тон моему сапфировому гарнитуру, подаренному ба. Рукавов у этого платья не имелось, так что плечи и вся верхняя часть груди были открыты, и держалось оно лишь за счет тугой шнуровки на спине. Подол платья свободно струился по ногам, но когда ястреб кружил меня в вальсе (дома я, разумеется, успела примерить наряд и даже немного потанцевать в нем), то становилось понятно – юбка очень широкая и состоит как минимум из трех слоев различной по своей структуре и цвету ткани: ярко-синий нижний слой, полупрозрачный серебряный средний и почти невесомый нежно-голубой верхний.

Когда я поинтересовалась, а не слишком ли это смело для местного высшего общества, то получила заверения, что нет, не слишком, но лишь для этой уникальной ночи. И вообще, мои идеальные плечи грех прятать под одеждой и пусть все остальные завидуют.

Удивительно было услышать подобные слова от такого собственника и ревнивца, как Юмирай, но я не нашла в его словах подвоха и просто согласилась. А может, он и правда захотел в кои-то веки утереть нос всем остальным и показать, что я уникальна не только внутри и своей родословной, но и внешними данными.

Кстати, да, неплохо…

Внимательно рассматривая себя в зеркале после того, как Янита закончила наносить последние штрихи, я отметила и огромные благодаря грамотному макияжу, выразительные синие глаза (синими они стали стараниями ба), и тонкие идеальные брови, и изящные скулы, и аппетитные розовые пухлые губы. Волосы были уложены в высокую прическу с милыми нежными кудряшками, несколько локонов игриво падали на плечи, и в целом я выглядела безумно притягательно даже для себя самой.

Завершал образ дорогой гарнитур с сапфирами: ожерелье, закрывающее чуть ли не половину обнаженного участка груди, серьги и браслет. Кроме всего прочего имелось и кольцо с диадемой, но их сегодня я надевать не стала – на балу будет лишь одна королева, Амидайла, а кольцо у меня на пальце уже есть – обручальное. Кстати, тоже с сапфирами, так что все в тон. Еще одно кольцо было в разы проще – всего лишь тонкое колечко из серебра с одним-единственным камушком-стразом, но это уже была необходимость. Колечко мне презентовала лично ее величество, и оно являлось ни много ни мало, а артефактом для отвода глаз, которым я буду пользоваться каждый раз, когда меня пригласит очередной кавалер.

Именно так Амидайла планировала скрыть от большинства окружающих вопиющий факт моего сияния с каждым пожелавшим.

Последний раз крутанувшись перед большим зеркалом, висящим в гостиной, я мысленно констатировала: хороша, чертовка, и, многозначительно подмигнув довольной даже больше, чем я, Яните, отправилась в Янтарную гостиную.

Что ж… кто не спрятался, я не виновата!

А вот и они: юные, неискушенные, невероятно прекрасные в своей невинности и желании стать любимыми и единственными.

Внимательно рассматривая всех девушек, одну за другой проходящих в зал через боковую дверь, Элидайро едва не пропустил ту, которую ждал уже больше часа. Все мужчины, кто желал сегодня заполучить себе ту самую, идеальную половинку, прибыли во дворец еще загодя, предпочтя поскучать лишний час-другой, чем опоздать даже на секунду и упустить шанс первого танца с понравившейся девушкой. Некоторые девушки и женщины, кстати, тоже прибыли чуть раньше официального начала бала, но только те, для кого этот слет был уже не первым. Сейчас вся эта разновозрастная толпа хаотично передвигалась по залу под легкую и ненавязчивую музыку, общаясь со знакомыми и обмениваясь последними новостями.

Но лишь тогда, когда куранты, расположенные на дальней стене за троном, пробьют восемь раз и ее величество официально объявит начало полуночного слета, станет возможным то, чего все ждали долгие семь лет. Лишь тогда станет возможно сияние пар, лишь тогда души потянутся друг к другу, интуитивно выискивая в огромной толпе гостей ту единственную или того единственного, кто станет судьбой и любовью на всю оставшуюся жизнь.

Недаром многие заядлые холостяки не торопились связывать себя узами брака, а просто заводили роман между слетами. Многие из них приходили на бал уже со своей избранницей, причем именно для того, чтобы убедиться в своем выборе. Кто-то убеждался, становился самым счастливым и принимался планировать свадебное торжество, а кто-то разочаровывался и отправлялся на новые поиски.

Элидайро посетил уже три слета, но еще ни разу ему не был интересен факт поиска супруги – намного интереснее было наблюдать возникновение сияния. Сам он никогда и никого не приглашал. Зачем, когда есть множество безотказных любовниц? Да и не был он готов к семейной жизни.

Но сейчас…

Хороша, совушка, невозможно хороша!

Внимательно разглядывая уже ограненный признанным в знающих кругах ювелиром бриллиант, точнее сапфир, Элидайро поймал себя на мысли, что все бы ничего, но его что-то смущает. Магическое сияние совушки было необычайно ярким. На ее губах постоянно мелькала многозначительная улыбка. Виктория, стоявшая на возвышении непосредственно у трона, бросала в толпу слегка презрительный взгляд. Рядом с ней стояли девушки и красивее, и моложе, но именно она притягивала к себе большинство взглядов. И она это понимала, отчего веселилась еще больше.

Заинтересованных было необычайно много, то ли потому, что Виктория вела себя непринужденнее остальных юных вампирш, то ли благодаря тому, что уже все без исключения знали, кто ее родители (спасибо чересчур любопытным демонам и их разведке), а может, потому, что из юных птиц лишь она одна была магичкой.

Кто знает…

Так, отставить пустые и неуместные мысли, пора пробираться поближе, а то чует его интуиция – не только он один желает ее первый танец.

Это было бы смешно, если бы не было похоже на выставку-продажу. Продавали, как ни странно, нас. Не слишком обращая внимание на остальных соседок по подиуму, на который больше всего походило возвышение у трона, я безразличным взглядом скользила по разряженной толпе. Сегодня мужчины были покупателями. Они имели возможность присмотреться, прицениться, предварительно выбрать, чтобы к тому моменту, когда Амидайла объявит начало танцев, урвать самый лучший кусок пирога.

Гадкие и недостойные мысли, но я не могла от них избавиться, раз за разом ощущая на себе десяток-другой откровенно масляных взглядов. Брр! Мамочка, прости, но, боюсь, сломанных конечностей сегодня будет очень много.

Амидайла радостно сияла, одного за другим представляя сначала мужчин. После того как звучало очередное имя, наши ряды редели, и вскоре остались лишь девушки. Действо происходило довольно быстро, потому что она не задерживалась и произносила лишь имена. К тому моменту, как стрелки неумолимо приблизились к восьми (а мы начали чуть раньше, минут за десять), на подиуме осталась лишь я.

Что ж, следовало ожидать.

– А теперь позвольте представить вам самое уникальное приобретение нашего мира за многие годы. Виктория Р’шейссо, совушка сапфирового клана, моя дочь и внучка Маррхиям Р’шейссо. Девушка уникальна не только тем, что смогла справиться с последствиями незаконного эксперимента, но и тем, что не потеряла ни разум, ни душу, а вместо этого стала сильнее и достойнее. Многие из вас знают, что, появившись в нашем мире, Виктория повлекла за собой череду скорбных событий, но в этом нет ее вины – она была в своем праве. – Взгляд королевы посуровел, и она обвела им зал, акцентируя внимание на своих последующих словах. – И пусть услышит меня каждый – Виктория уникальна и неповторима. И не потому, что так решила я, ставшая ей матерью, а потому, что я уничтожу любого, кто посмеет повторить эксперимент клана Шинайо. Виктория стала высшей птицей лишь благодаря милости Мироздания, и я не позволю вам губить людей только потому, что вы захотели повторить подобные жестокие исследования. Экспертные комиссии предупреждены и полностью со мной солидарны – данный эксперимент крайне бесчеловечен и имеет лишь тысячную долю процента на успех.

С минуту помолчав, Амидайла идеально подгадала завершение своей речи к гулкому бою курантов, и стоило маятнику качнуться восьмой раз, как она воздела руки к вечернему закатному небу (а сей огромный бальный зал располагался под открытым небом, и если стены были обычными, то вместо потолка был натянут абсолютно прозрачный магический купол на случай осадков) и зычно провозгласила:

– Да начнется полуночный слет, дети мои!

Что ж, пусть начнется. Я не против.

Каюсь, прежде чем спуститься вниз и позволить первому страждущему испытать судьбу, я покосилась на Амидайлу и послала ей взгляд, полный неприкрытой иронии. И уж не знаю, какие ассоциации он ей навеял, но ответила она мне абсолютно безмятежной и открытой счастливой улыбкой, отчего я даже слегка опешила. Что успело произойти, пока я спала? Неужели всех гадов обезвредили и мне нечего бояться?

Нет, что-то не верится.

О, а вот и первый.

– Добрый вечер, леди Виктория… – Мужчина еще говорил, а его руки тянулись ко мне, словно я уже принадлежала ему.

– Здравствуйте. – Шаг назад и улыбнуться настолько невинно, словно в этом не было ничего странного.

И вообще! А познакомиться, поболтать о природе-погоде? А месяц-другой повстречаться? Нет? Что ж, жаль.

Мужчина оказался не слишком терпелив, и стоило мне чуть отвлечься на второго, который уже маячил за ним, как меня буквально силком схватили и поволокли в гущу танцующих. Со стороны это выглядело довольно аккуратно – он просто чуть быстрее вел меня в танце, а вот ощущалось как будто не вел, а воровал.

Кстати, думаю, это он и планировал – выкрасть меня из-под носа остальных желающих.

Мысленно сыронизировав над неприятной (для него, а не для меня) ситуацией, я незаметно активировала артефакт и позволила увлечь себя в танце туда, где было не столь многолюдно.

– Милорд, а вы хотя бы представиться не желаете? – Иронии во мне было даже с избытком, потому что именно в эту секунду я заметила, что мои пальцы на его плечах начали неуловимо блестеть. Как, собственно, и он сам, точнее, открытые участки его кожи.

Первый смертник? А так и не скажешь – высокий, уже не очень молодой, лет сорока, но еще очень представительный и даже симпатичный.

– Лорд Зиновий Анфурий, сокол клана Дайгиро.

– Очень приятно, Зиновий. Ой, а вы почему светитесь? Это нормально?

Роль простушки мне никогда не удавалась, но, кажется, ему сейчас был абсолютно безразличен мой тон – важнее были слова, которые были сказаны вслух.

– Виктория, это фантастика! – Просияв, причем почти искренне, мужчина даже не стал дожидаться окончания вальса и тем же путем, что тащил к стене, потянул меня обратно к трону, заявив уже на его ступенях, причем так, что его услышала и королева. – Виктория, вы моя половинка! Это невероятно, но факт!

– Мм… забавно. Да, мам?

– Очень, милая. – Королева была невероятно счастлива, причем так, словно ей сообщили о выигрыше в джек-пот. И не скажешь, что это сарказм. – Лорд Зиновий, ближе, прошу. Хочу лично засвидетельствовать вам свое материнское благословение…

Мы до сих пор находились под действием артефакта, отводящего глаза всем присутствующим, но, как пояснила мне Амидайла, для таких сильных магов, как она, подобные артефакты не являлись препятствием.

Сквозь артефакт видели и те, кто «очень удачно» загородил нашу пару от возможных случайных взглядов остальных. Одним-единственным отточенным движением стражи отправили нетерпеливого и не очень чистого на руку лорда в кому, а затем открыли точечный портал, как оказалось, в казематы.

– Майор Икуро? – удивленно обернувшись, я признала в одном из вампиров своего старого знакомого.

– Добрый вечер, леди Виктория. Изумительно выглядите.

– Спасибо…

Комплимент был искренним и оттого невероятно приятным.

– Позвольте проводить вас в зал за следующей жертвой. – Шутливый тон воина разрядил обстановку, и я, засмеявшись, подала ему руку, чтобы уже в зале дезактивировать артефакт и явить свою желанную персону присутствующим. – Удачи. Мы всегда рядом.

– Благодарю.

Так, первый есть. Интересно, сколько их еще будет?

Их было… много. За последние тридцать минут я сияла еще четыре раза, и все четверо мужчин были уже не слишком молоды и даже не пытались скрыть хищного блеска своих глаз. Да и галантностью не отличались, предпочитая схватить меня в свои не слишком нежные объятия и уволочь из-под носа конкурентов. И ни один из них не соизволил вежливо представиться и поинтересоваться, хочу ли я вообще с ним танцевать.

А вот не хочу уже!

Кстати, танцевала я и пару раз с теми, кто не засиял, но, как мне кажется, они просто пытали свою судьбу, случайно наткнувшись на меня в толпе гостей раньше подготовленных мерзавцев. Незасиявшие были искренне расстроены, пытались завязать со мной разговор и просто рассказать о себе и своих увлечениях, чтобы наш танец выглядел не обязанностью, а хотя бы подобием развлечения.

Вот и сейчас…

– Леди Виктория. – Мужчина уже взял меня за руку, но все не торопился обнять, рассматривая, словно чего-то ждал. – А вы сегодня неуловимы…

– Не моя в том вина, лорд… – Лукаво усмехнувшись, потому что этот ястреб выгодно отличался от своих предшественников как приятной внешностью, так и неторопливостью (он держал меня за руку, так что я вроде как была уже занята, но закружить меня в танце не спешил), я склонила голову, предлагая представиться.

– Лорд Элидайро Ирайэн, ястреб и глава клана Шинайо.

– О…

Да, теперь понятно. Все понятно. И то, что он ждет, когда я его вспомню, и многозначительная усмешка, да и все остальное.

– Танец, леди Виктория?

Чуть поджав губы, когда он задал вопрос (при этом его глаза неуловимо смеялись), я просто кивнула. Нет, не желаю с ним ни разговаривать, ни обсуждать что-либо, ни отвечать на вопросы.

Одно интересует – он сегодня честен или не очень?

– Вы расстроены моим интересом? – Лорд все не унимался, видимо планируя если не засиять, то точно завязать длительное знакомство.

Дернув плечом, я предпочла выглядеть в его глазах невоспитанной хамкой, но рта так и не раскрыла. Вместо этого начала рассматривать другие пары, отмечая, что по сравнению с началом бала в зале стало ощутимо свободнее, а значит, теперь мне будет сложнее затеряться в толпе.

Если ровно в восемь было практически не протолкнуться, то сейчас после каждого танца к Матери подходило все больше пар, и я искренне желала, чтобы тот пятый хам, оставивший мне на талии синяк своими крючковатыми пальцами, оказался последним в череде охотников за моей персоной. К тому же он начал что-то подозревать, поинтересовавшись у меня, где мои предыдущие партнеры. Глазастый гад попался…

– Не желаете общаться? – Элидайро все не унимался.

– Немного устала от всеобщего внимания, простите… уже восьмой танец, и ни секунды на отдых.

– Увы, вы слишком ценны, чтобы остаться без внимания, леди Виктория. – Ястреб понизил голос до шепота, словно нас кто-то мог подслушать, и поинтересовался: – Но неужели ваше сердце до сих пор свободно? Неужели еще ни один предыдущий партнер не вызвал в вас хотя бы малейшего желания засиять и прекратить то, что вам не по душе?

– Простите? – Не совсем разобравшись в его словах, я нахмурилась. – На что вы намекаете?

– Вы ведь магичка, Виктория. – Очередной раз многозначительно улыбнувшись, ястреб продолжил: – А магички умеют симулировать сияние, верно? Вы и сейчас сияете, только ваш свет видят лишь ястребы и маги. Что вам стоит явить его остальному миру?

– Это… – скептически скривившись, я смерила нового главу клана Шинайо презрительным взглядом, при этом стараясь выглядеть искренне возмущенной. – Лорд Элидайро, я не для того пришла на полуночный слет, чтобы мухлевать столь значимыми вещами. Но даже если предположить, что засияю я, как насчет мужчины? Кто заставит сиять его, если с моей стороны это будет подлогом?

– Ах, Виктория. – Ястреб громко и заразительно рассмеялся. – Вы невероятно наивны, если думаете, что на этом балу невозможен подлог и мужчина не может засиять не по велению звезд, а по своему желанию. Уж поверьте мне…

Черт, неужели и этот тоже завязан?!

– То есть вы хотите сказать… – Радуясь, что Элидайро невероятно разговорчив (это, кстати, было довольно странно), я срывающимся голосом уточнила: – …Что это все ложь?

– Не все, Виктория. Далеко не все. – Снисходительно качнув головой, вампир обратил мое внимание на пару, которая как раз танцевала неподалеку и начинала светиться. – Вот, посмотрите на этих молодых птиц. Уверен, у них все по-настоящему.

Мой бог! Да это же Вайтор!

Во все глаза рассматривая слегка ошарашенного вампира и его пунцовую партнершу, в которой признала одну из дебютанток этого слета, я сама не заметила, как начала улыбаться, радуясь положительному результату своего бывшего пациента. Пара действительно сияла. Сначала едва-едва, лишь самые кончики пальцев, затем все ярче, а под конец танца они и вовсе сверкали, как две самые настоящие звезды.

– Первая любовь… прекрасно, правда? – Ироничный мужской голос вернул меня в реальность, и я немного настороженно посмотрела вампиру прямо в глаза.

Кстати, а почему мы до сих пор не сияем? Или я ошиблась и этот ястреб ни при чем?

– Да, это невероятно красиво…

Прозвучал последний аккорд, и мужчина без задержки отпустил мои руки и сделал шаг назад. И если его лицо было при этом абсолютно бесстрастным, то глаза явно выдавали внутреннюю досаду.

И, сама не зная почему, я шагнула к нему и попыталась утешить:

– Лорд Элидайро, мне жаль, что вы ошиблись в выборе, но я уверена: ваша любовь уже ищет вас сама. Просто осмотритесь получше. Конечно, если вы сами хотите.

Удивленно приподняв бровь, потому что явно не ожидал услышать от меня подобные слова, лорд на мгновение замер, а затем добродушно улыбнулся, кивнул и направился прочь.

Эх, если бы все тут такие были!

Вздохнув, я вернулась в центр бального зала, где было максимально свободно, по пути дезактивируя артефакт, чтобы меня без проблем обнаружили все желающие. Так, сколько у них еще минут осталось? Двадцать? Прекрасно!

Очередной танец, очередной кавалер… и очередной подонок.

С разочарованным вздохом рассматривая свои начавшие сиять пальцы, лежащие на мужском плече, на мгновение я подняла глаза, чтобы посмотреть в лицо молодого коршуна, и едва не дернулась прочь – это было не лицо, это была жестокая, гротескная маска.

Господи!

А когда приглашал, то был абсолютно спокоен и мил. Что происходит?

– Лорд Картис, с вами все в порядке?

– Абсолютно, Виктория. – На меня посмотрели как на дуру, а затем жестко усмехнулись: – Надеюсь, вы не думаете, что сможете провернуть со мной то же, что провернули с остальными? Выбираете и отсеиваете, да? А в чем дело? Неужели королева уже нашла вам подходящую кандидатуру? И кто же он? Где он? Выжидает?

– Что… что вы такое говорите?! – Возмущенно вспыхнув, я пыталась дернуться, но жесткие пальцы не пустили, впившись в талию и сжав мою ладонь. – Отпустите, мне больно!

– Обязательно, леди. Обязательно. Но сначала мы с вами засияем окончательно, чтобы это увидели все. – Тонко усмехнувшись, мужчина сжал мою ладонь еще сильнее, и руку пронзила острая боль.

Что за… Господи!

Потрясенная подобным невероятно наглым поведением, я перевела взгляд на руку и сдавленно охнула – он сломал кольцо. Артефакт, который скрывал нас от любопытных глаз, был сломан и мало того – своими острыми половинками порезал мне палец.

– Мм… прошу простить, перестарался, – без особого усилия подавив мое сопротивление, мужчина приблизил мою раненую руку к своему лицу, а затем слизнул кровь, натекшую из ранки, причем проделав это настолько быстро, что я не успела даже возмутиться. – Невероятно сладкая девочка… Да, ты будешь прекрасной женой.

– Размечтался.

Все, этот подонок сегодня на своих двоих из зала точно не уйдет.

Однако просто решить, но не так просто сделать – казалось, мужчина только и ждал, когда я начну вырываться и шипеть. Наше сияние усиливалось с каждой секундой, и когда я взбесилась окончательно и от души врезала ему коленом в пах и каблуком по ноге, он всего лишь стиснул зубы, при этом сияя, как десяток сверхновых, и умудряясь удерживать меня в своих руках.

И тут до меня донеслись многочисленные возгласы удивления и недоверия.

Черт!

Палево! Какое палево!!!

Хватило мгновения, чтобы понять: мы в центре всеобщего внимания, причем всего в паре десятков метров от трона. И по обескураженному взгляду Амидайлы видно, что она тоже ничего не понимает.

Скандал, да? Теперь если он заявит, что мы сияем, королева просто не посмеет обвинить его при всех в подлоге. Иначе окажется, что она все знала и попустительствовала.

Она будет обязана подтвердить.

Я и этот?

Ну уж нет!

Мысли промелькнули в голове всего за секунду или две, но танец закончился, и нас уже окружили гости, не подходя слишком близко и оставляя место для маневра. Они перешептывались, кто-то даже радовался, но больше было тех, кто откровенно удивлялся.

Чему?

Ах, ну да – у меня на лице не радость, а ярость, да и жених что-то кривится и шипит сквозь зубы.

Что ж, сейчас он будет шипеть еще громче.

Секунда на концентрацию, еще секунда на то, чтобы вырвать свои руки из ослабевшего захвата, шаг в сторону – и мое сияние пропадает, как не бывало.

Ну? Что ты скажешь на это, глупый лорд?

В толпе раздались недоумевающие возгласы, те, кто уже сиял, испуганно переглянулись и крепче стиснули руки друг друга, а те, кто только что говорил о невероятном, неестественно ярком сиянии, поперхнулись и закашлялись. Обстановка накалялась, коршун смотрел на меня так, словно уже был готов убить. И тут слева от меня раздался ироничный, но довольно громкий голос Элидайро:

– Вот именно об этом я вам и говорил, Виктория. Вы слишком заманчивая добыча, и кое-кто не слишком чистый на руку может попытаться заставить вас засиять принудительно. Радует, что магия этой ночи все-таки им неподвластна, и вам достаточно лишь отпустить руку, чтобы навязанное сияние сошло на нет.

Слова были невероятно правильными и произнесены настолько вовремя, что я заподозрила нового главу клана Шинайо в тайном знании, а может, даже и в том, что он был посвящен в план королевы. Впрочем, в данный момент это было не сильно актуально – намного важнее сейчас обезвредить того, кто до сих пор светился, но уже в одиночестве. Судя по его побелевшим губам и яростным желвакам, заигравшим на скулах, в руки правосудия он сдаваться не собирался.

– Это ложь!

– Да неужели? – Элидайро шагнул ближе, и дальше произошло то, отчего толпа ахнула, – он прикоснулся к Картису и мгновенно засиял. – А что скажешь на это? Может, это я твоя половинка, предназначенная Мирозданием? Ты, конечно, не в моем вкусе, но чего не сделаешь ради соблюдения традиций…

А дальше разговор прекратился, и началась банальная драка: коршун яростно зарычал и попытался двинуть Элидайро локтем по печени, ястреб с издевательским смешком отскочил, предлагая Картису продолжить, и тот поддался на провокацию – зарычал еще громче, оскалился и, окончательно потеряв человеческий облик, кинулся на моего неожиданного защитника.

Толпа моментально подалась назад, образовывая круг еще большего диаметра, но никто из присутствующих не паниковал и не убегал. Все замерли и внимательно наблюдали за двумя дерущимися вампирами. Ни мужчины, ни женщины, ни парни, ни девушки явно не собирались пропускать ни единого мгновения боя. На лицах многих я читала осуждение, некоторые были просто потрясены, но в глазах абсолютно всех присутствующих читался один-единственный вердикт – смерть самозванцу.

Именно смерть. Не меньше.

Волшебство этой дивной и необычайно редкой ночи было священным, и тот, кто посмел его нарушить, моментально становился изгоем.

Бой был невероятно скоротечным, так что взгляд не успевал следить за каждым ударом, отмечая лишь основные моменты – порванный рукав смокинга, кровавые царапины от когтей на лице, сломанная рука, яростное шипение, рычание и обещание уничтожить.

– Картис, ты никогда не отличался умом и сообразительностью… – Элидайро тоже уже был основательно потрепан, но в отличие от коршуна предпочитал язвить, а не шипеть и плеваться. – Попытаться принудить дракона… нет, ты стал еще тупее, чем был даже в училище.

– Др-р-ракона?! – Сплюнув кровью, вампир покосился на меня, до сих пор стоящую не со всей толпой, а немного внутри круга, и злобно прищурился. – Эта девка не дракон, а генетически измененная самка! Драконами не становятся, драконами рождаются.

Кто-кто я?

Презрительно хмыкнув, потому что чем дальше, тем быстрее Картис рыл себе могилу, я скривила губы, показывая, как именно отношусь к его словам. Самка… что ж, вообще, согласно бабулиным учебникам, он прав – все женщины всех без исключения рас – самки. И если он думал, что подобным может меня унизить, то спешу огорчить…

– Ай!

Нет, я блондинка.

Задумавшись о том, кто есть кто в этом мире, я упустила момент, когда Картис решил совершить еще один наиглупейший поступок в своей жизни – вместо очередного удара, предназначенного ястребу, он метнулся ко мне и, дернув ближе к центру круга, зафиксировал в жестком захвате со спины.

Толпа ахнула снова…

А этот идиот зашипел на гвардейцев и внутреннюю стражу, моментально обозначившую свое присутствие:

– Еще шаг – и она умрет!

– Виктория… – Элидайро, стоящий ближе остальных, попытался сделать обманный маневр, но Картис оскалился, и жесткие пальцы еще сильнее сжали мою шею, грозя сломать ее в любой момент.

– Стой где стоишь!

Замерев, глава клана извинился передо мной одним взглядом, а затем раздался звонкий и невероятно яростный голос королевы:

– Картис, отпусти Викторию.

– И сдохнуть? Нет! – Хрипло и безумно расхохотавшись, вампир снова сплюнул. Его рука дрогнула, когти проткнули мою шею, на коже выступили алые капли крови. – Я уйду вместе с ней! И не вздумайте мне помешать, иначе она умрет!

– Какой же ты все-таки тупой. Прав Элидайро… – прошептала я, сохраняя относительное спокойствие, хотя внутри меня уже начинало слегка потряхивать. Я понимала, что мне придется все сделать самой, потому что остальные элементарно боялись за мою жизнь и не торопились уничтожать бешеную тварь, в которую превратился коршун. Хотела же по-хорошему… – Никуда я с тобой не пойду.

Глава 38

Майор безотрывно следил за каждым движением смертника и слышал даже биение его сердца. Сейчас момент для нападения был неподходящим. Виктория держалась очень хорошо, но было видно – девушка уже нервничает.

А эти капли крови… Шэт! Хорошо, что Юмирая в зале еще нет.

Нервно глянув на огромные куранты, Икуро мысленно поморщился – время неумолимо приближалось к девяти, и у них оставалось не больше пары минут.

Ну же! Ошибись!

– Какой же ты все-таки тупой. Прав Элидайро, – прошептала Виктория и невероятно смело добавила: – Никуда я с тобой не пойду.

Вспышка, грохот, удивленные вопли и… Невероятной красоты голубая драконица на месте совушки, откусывающая голову незадачливому вампиру.

– Милосердная Бездна…

– Бе-э-э… – С отвращением выплюнув обслюнявленную голову Картиса, чешуйчатая красавица брезгливо отодвинула от себя лапой окровавленное тело и обвела вновь замерший зал тяжелым взглядом, словно предлагая поспорить с ее решением.

Желающих не нашлось.

– Эх, какая женщина! – раздался восхищенный голос Элидайро, быстрее всех взявшего себя в руки. – Виктория, а у вас сестры нет? Хотя бы двоюродной. А? Жаль…

Черт, какая гадость!

Во рту до сих пор ощущался гнилостный привкус бешеной крови коршуна, но оборачиваться обратно я просто-напросто боялась – если я порву при обороте платье, то Юмирай порвет всех, кто увидит меня неглиже.

Секунда – и меня окружила внутренняя стража дворца, отрезая от излишне смелых любопытствующих. Обезглавленного вампира подхватили двое и вместе с ним пропали в точечном портале, а ко мне обратился майор Икуро:

– Леди Виктория? С вами все в порядке? Может, уже обернетесь обратно?

«Платье…»

Тоскливо вздохнув, я послала мужчине одну-единственную печальную мысль, и, судя по его недовольно поджавшимся губам, он понял ее смысл.

– Тогда пройдемте в ваши покои…

Предложение было хорошим, но стоило мне мысленно примериться к местным дверям, как я отрицательно мотнула головой. Не пройду. А если пройду, то либо шкурку поврежу, либо косяки.

– Виктория!

Я заметила Юмирая только тогда, когда он уже подлетел вплотную, без особого труда растолкав высоких и плечистых воинов ее величества.

«Привет…»

Потупившись под его обескураженным, но при этом абсолютно черным взглядом, я лапой прикрыла натекшую с Картиса лужу крови, чтобы он в нее не наступил.

– Вика…

Интересно, он все видел? Хотя вряд ли. Черт, если он видел, как я откусила этому уроду голову… бе-э-э… лучше б я его просто раздавила! До сих пор тошно!

– Юмирай, ты мне только честно скажи – ты всех своих подопечных так воспитываешь? – неожиданно снова вмешался чрезвычайно улыбчивый Элидайро (перенервничал, бедолага), чем отвлек внимание лорда от моей смущенной морды. – Стиль, конечно, необычен, но безусловно действенен.

– Ты сейчас о чем?

Хмуро рассматривая потрепанного главу клана, Юмирай довольно быстро был введен в курс дела. Кстати, пока ему рассказывали, как все произошло, снова заиграла музыка, и гости, которых не подпускали к нам бдительные воины, вынуждены были сделать вид, что их совсем не интересует сидящая посреди зала ледяная драконочка, и продолжили отдыхать и танцевать.

Хотя так и норовили подслушать.

– Ви-и-ика… – После того как Юмирай услышал все, причем не только от Элидайро, но и от Икуро, дополнившего рассказ, он снова посмотрел на меня. – Ну голову-то откусывать зачем? Гадость же!

«Угу».

А то я не почувствовала.

«Дай конфетку, во рту противно».

– Испугалась? – Лорд шагнул ближе и, наплевав на присутствующих, сначала дал освежающий леденец (он их всегда носил с собой, причем в основном для меня), а затем обнял меня за шею и ласково погладил по лбу. – Ничего-ничего, все хорошо… Теперь все будет хорошо. Оборачивайся обратно. – Я отрицательно мотнула головой, при этом стараясь, чтобы его руки остались там, где были, и он удивленно уточнил: – Что? Не хочешь?

«Платье…»

– Шэт. – До ястреба тоже дошло сразу, и по сурово поджатым губам стало ясно – он против того, чтобы я рискнула. – Тогда…

Лорд задумался, не прекращая гладить меня по лбу и носу, как самую обычную собаку, и я блаженно прищурилась. Сейчас мне было абсолютно наплевать на всех остальных. И на их косые взгляды, и на зазвучавшие вдруг обескураженные возгласы, и на резко оборвавшуюся музыку.

А затем в абсолютной тишине раздался потрясенный голос королевы:

– Виктория? Ты сияешь?!

Эм…

Приоткрыв глаз, я даже слегка отпрянула. Мы действительно сияли. Причем как-то… не так, как остальные. Сейчас я была чешуйчатой рептилией, а не человекообразным вампиром, но тем не менее нам с Юмираем хватило лишь минуты касания, чтобы волшебство звездной ночи признало нашу пару официально.

И если Юми просто сиял, то я переливалась, как подсвеченный изнутри сапфир. Сверкала каждая чешуйка, каждое перышко, каждый коготок.

Но ярче всего сияли изумрудные глаза вампира, враз растерявшие всю свою черноту и ставшие удивительно прекрасными.

«Люби-и-имый…»

Из глубины души поднялось щемящее чувство умиления, и, подавшись вперед, я лизнула Юми в лицо.

– Виктория… – Ястреб не отстранился, а наоборот обнял меня за драконью морду уже обеими руками и счастливо рассмеялся. – Великое Мироздание, как же я тебя люблю.

– Дети мои, подойдите ко мне…

Пообниматься вдоволь нам не позволила ее величество. Пришлось вспомнить, зачем, собственно, мы сюда явились. Что ж, надеюсь, она не сильно обидится, если я не стану оборачиваться, а приму ее благословение в данном образе?

Судя по удивленно приподнятой брови, ее величество была не обижена, а обескуражена.

Пришлось сказать и ей.

«Платье порвется».

– О… – Сочувственно поджав губы, Амидайла довольно быстро взяла себя в руки и широко улыбнулась, а затем встала с трона и шагнула навстречу. Музыка стихла, взгляды всех присутствующих были обращены к нам, так что ее следующие слова наверняка услышали без исключения: – Это невероятно и очень волнующе для меня. В эту волшебную и поистине знаменательную ночь соединились души многих из вас. Ночь только вступает в свои права, и я искренне надеюсь, что те, кто еще не нашел свою половинку, найдут ее именно сегодня. Так, как произошло это с теми, кто сейчас стоит перед вами. Виктория и Юмирай, я безумно счастлива за вас, дети мои. И пусть будет благословенна ваша супружеская жизнь и безмятежным – ваше счастье.

Одарив нас обоих своими королевскими объятиями, Амидайла даже слегка всплакнула, а может, мне просто показалось. А затем, понимая, что дальше мы здесь просто не сможем оставаться, она лично открыла нам сияющий оранжевый портал таких размеров, что в него смогла пройти даже я. И уже на прощанье тихо прошептала:

– Я навещу вас завтра ближе к обеду. Волшебной ночи, дети.

Эх, какая женщина!

Вздохнув последний раз, лорд Элидайро Ирайэн покосился на стоящего неподалеку Икуро. Судя по тому, что майор довольно многозначительно посматривал на него в ответ, ему все-таки придется рассказать о своей излишней осведомленности в этом не самом простом вопросе. Хотя если не считать сам факт осведомленности, то перед законом он чист. И шэт его дернул зайти на днях к старому знакомому? Хотя все сложилось более чем удачно. Сам-то он категорически отказался от довольно заманчивого предложения лорда Зиновия, потому что брать в жены девушку только из-за смазливой мордашки или богатых родственников он не собирался. Элидайро считал себя более достойным, и если уж ему повезет сегодня засиять, то это будет истинное, а не искусственное сияние.

Но теперь, похоже, ему аукнется этот несомненно благородный, но такой двусмысленный порыв…

– Лорд Элидайро, пройдемте, ее величество ждет вас на пару слов.

Ну вот, начинается.

Поморщившись, ястреб кивнул, понимая, что упрямиться бессмысленно, и, стараясь не кривиться от боли в сломанных ребрах, послушно отправился следом за майором к самой влиятельной женщине их страны.

Однако то, что он услышал от Матери, перевернуло его представление о королеве с ног на голову:

– Лорд Элидайро, вы невероятно смелый и благородный мужчина. Я безмерно счастлива, что в нашей стране имеются такие выдающиеся птицы. В награду за ваш рыцарский поступок и несомненно возвышенное деяние я жалую вам орден Благородства и дарую прощение вашему клану. Клан вновь может участвовать в заседаниях совета, и, думаю, мне будет приятно увидеть там именно вас. – Амидайла широко улыбнулась впавшему в ступор ястребу и добавила: – О вашей исключительной осведомленности мы обязательно побеседуем чуть позже, но сейчас я просто не вправе вас отвлекать – ночь не бесконечна, и у вас еще есть шанс найти свою судьбу. Пенни, проводи лорда в покои, чтобы он смог привести себя в порядок и переодеться. – Махнув рукой горничной, подошедшей именно к моменту завершения ее речи, вампирша вновь улыбнулась откровенно смутившемуся главе клана. – В мужском крыле дежурят лекарь и камердинер, они окажут вам всю необходимую помощь. И, Элидайро… я горжусь вами. Пусть и на вас снизойдет благословение этой звездной ночи. Уверена, вы этого достойны.

Амидайла оказалась столь любезна, что открыла нам портал в парк особняка, за что я ей была безмерно благодарна. Кстати, свечение все не проходило, и в закатных сумерках мы с Юми были похожи на двух огромных светляков. Кстати, я была о-о-очень огромным светляком.

Наше появление не осталось незамеченным гвардейцами, патрулирующими парк.

– Милорд! – первым отмер капитан Далерай и, просияв практически как мы, громко и с энтузиазмом рявкнул: – Поздравляю!

– Спасибо.

Следом за капитаном заголосили и остальные гвардейцы, так что к особняку мы подошли довольно громко. Однако и внутрь попасть тихо не получилось – на заднее крыльцо высыпали практически все домочадцы. Стоило им увидеть нас, как поздравления стали громче, речи – продолжительнее, объятия – крепче, а пожелания – все откровеннее.

И все бы ничего, ну тут кто-то чересчур расчувствовавшийся крикнул:

– Горько!

М-да.

А ничего, что я до сих пор дракон?

– Вика… – Растерявшийся Юмирай выглядел необычайно мило, особенно забавной была его попытка найти в толпе кричавшего и приструнить.

Вот только запал был подожжен, и теперь уже вся толпа наперебой кричала:

– Горько! Горь-ко!!!

Странно… что-то я не помню, чтобы читала в местных свадебных традициях об этом. Неужели и тут пагубное влияние землян сказалось?

Черт, ну не буду же я его целовать, пока сама чешуйчатая!

Эх, была не была! Если что – сами виноваты!

– Ой!

Оборот был быстрым, и мне удалось сохранить бальное платье почти целым. Разве что слегка разошелся шов на боку, где-то потерялись туфли, и прическа немного набок съехала.

Но, судя по горящим глазам стоящего напротив ястреба, для него это было абсолютно несущественной мелочью.

– Юми?

– Да?

– Сладко! – мурлыкнула я ему уже в губы, встав на цыпочки и ухватившись за его плечи покрепче.

И не зря.

Потому что тот поцелуй, который подарил мне любимый, оказался самым головокружительным за всю мою жизнь, заставив не только прильнуть к ястребу всем телом, но и распахнуть ему навстречу свою душу, а затем и вовсе вспыхнуть ярчайшим звездным сиянием, когда его душа нежно обняла меня в ответ.

– Великое Мироздание… – с умилением всплакнула повариха Синтия и с благодарностью приняла из рук дворецкого большой платок, тут же промокнув им глаза. – Как же это прекрасно!

Время близилось к полуночи, обезболивающее уже не действовало, танцующих становилось все меньше, так что настроение медленно, но уверенно стремилось вниз.

А ведь еще пару часов назад ему казалось, что эта ночь и для него сможет стать не очередной, а по-настоящему волшебной. Что ж, он ошибся. Бывает.

Небрежно подхватив бокал с вином, которое хоть немного, но притупляло боль в сломанных ребрах да странную тоску, поселившуюся в груди, лорд Элидайро неторопливо отправился к выходу из бального зала. Он рассмотрел уже абсолютно всех оставшихся вампирш, и ни одна не вызвала в нем желания не то что потанцевать, но и просто подойти.

Что ж, значит, его половинка пока еще не подросла.

Пропустив сияющую пару и стараясь не завидовать им даже мысленно, ястреб отвлекся всего на мгновение. И тут его снес с ног настоящий ураган, упакованный в пышное ярко-алое платье.

– Леди?

Бокал с вином улетел куда-то в сторону, Элидайро неудачно упал на спину и не удержал стона, когда сверху на него плюхнулось белокурое и невероятно злое недоразумение.

– Простите, – процедила миловидная крошка, быстро встала и неожиданно подала руку, предлагая воспользоваться помощью. Вот только сам ястреб вставать не торопился, оторопело рассматривая миниатюрную девушку, почти девочку. – Нет? Ладно, как знаете. Тогда не подскажете, я сильно опоздала?

– Куда?

– На слет. – Красиво подведенная бровка иронично дернулась вверх, а губы дрогнули, словно едва сдерживая усмешку. – Вы ударились головой и забыли, где находитесь?

– А вы не выбираете выражений, юная леди… – Оторопь наконец прошла, и ястреб смог не только взять себя в руки, но и встать. – Прошу прощения за возможно бестактный вопрос, но вам хотя бы восемнадцать есть?

– Есть! – Вопрос, видимо, действительно оказался из разряда болезненных для блондинки, потому что она моментально вспыхнула и зло добавила: – Мне будет восемнадцать уже через пять часов! Но я не собираюсь ждать еще семь лет!

– Тихо-тихо, не стоит так нервничать. – Элидайро уже откровенно потешался над горячностью девушки, но так и не мог прекратить ее рассматривать. Было в ней что-то такое… – В любом случае я вам не отец, чтобы запрещать. И коль уж вы столь решительны в своих желаниях, милая леди, то могу я стать первым, кого вы осчастливите своим вниманием на этом балу?

Милая леди внимательно осмотрела мужчину, не упустив ни единого сантиметра его тела, и нашла его достойным. Ее улыбка стала более естественной и открытой, что окончательно превратило незнакомку в миленькую девчушку, а никак не в роковую красотку, которой она пыталась казаться. Это платье, этот макияж, эти шпильки… без особого труда мысленно отбросив с девушки эту мишуру, Элидайро понял – ей от силы пятнадцать, а через пять часов будет не восемнадцать, а всего лишь шестнадцать.

Но рука уже подана, предложение принято, и не в его правилах отказываться от своих решений. Что ж, если этой юной пустельге хочется потанцевать со взрослыми, то это ее право.

Вот только всего через полминуты ястреб не знал, плакать ему или смеяться. Девушка, именем которой он так до сих пор и не поинтересовался, начала сиять, как и он сам. Девушка заметила это не сразу, так как с истинно детским любопытством осматривалась по сторонам, даже не пытаясь поддерживать светскую беседу.

– А… – Незнакомка не была глупенькой, потому что и до нее довольно быстро дошел смысл происходящего. Однако ее последующие слова искренне удивили ястреба. – Но я еще никого не видела толком! Я так не играю!

– Дитя, игры закончились в тот момент, когда вы зашли в этот зал. – Пытаясь за иронией скрыть досаду, Элидайро рассматривал собеседницу уже не с позиции стороннего наблюдателя, а как мужчина женщину. Правда, пока что это была не женщина, а всего лишь девочка. – Но раз вы столь категоричны… Не буду навязываться, леди. Позвольте напоследок узнать ваше имя?

– Селена, но… – Судя по хмурым бровкам, девушка не совсем понимала, куда клонит лорд. – Что значит – не будете навязываться? А как же свечение?

– Но ведь вам оно не нужно.

Как, впрочем, и ему. Ему нужна супруга, а не ребенок. Насмешка… звездная насмешка. Он посмел усомниться, и Мироздание тут же ответило ему шуткой.

– Как это не нужно?! – Пухлые губки, аккуратно накрашенные вишневым блеском, обиженно надулись. – Я зачем тогда из дома сбе…

Оборвав себя на полуслове, девушка сочно покраснела и тут же испугано прижалась к ястребу, когда за ее спиной кто-то возмущенно воскликнул:

– Селена Мария Антуанетта! Это как прикажете понимать?!

Инстинктивно прижав Селену к себе, ястреб исподлобья и несколько озадаченно глянул на стремительно приближающихся гвардейцев во главе с Икуро. Что за шэт?

– Селена?! – Майор подошел чуть ли не вплотную, и ястребу достался полный ярости взгляд. – Ей всего пятнадцать!

– Неправда! – Встав на защиту лорда, блондинка топнула ногой. – Еще несколько часов – и мне будет шестнадцать! Мама тоже нашла папу в шестнадцать! И ты не смеешь мне указывать!

Кхм…

Мало что понимая, Элидайро кашлянул, привлекая к себе внимание, и сдержанно уточнил:

– Икуро, ты знаком с Селеной?

– Это моя племянница, – недовольно процедил мужчина и снова гневно посмотрел на виновницу разгорающегося скандала. – И сейчас она идет со мной домой.

– Никогда! Я уже сияю, так что никуда с тобой не иду! Не иду – и точка! – выкрикнула Селена, умудрившись подгадать к тому моменту, как закончился очередной вальс. Ее слова разнеслись по всему залу, вызвав улыбки и смешки у окружающих.

Заметив, что поступила довольно опрометчиво, обратив на себя внимание чуть ли не всех оставшихся гостей, причем и королева заинтересованно посмотрела на юную беглянку, Селена вновь сочно покраснела и не придумала ничего лучше, чем спрятать свое пунцовое личико на груди Элидайро.

И если от этого действия майор недовольно рыкнул и шепотом выругался, то ястреб понял – плевать на возраст, она будет его!

Но тактичность и дипломатию никто не отменял.

– Икуро, я думаю, мы сможем договориться. Уверен, леди Селена не будет торопиться с браком и позволит мне для начала узнать ее ближе, познакомиться с семьей, а там через год-другой…

– Да. – Моментально сообразив, куда клонит глава клана, майор быстро взял себя в руки и уже более приветливо улыбнулся. – Тогда прошу к трону, ее величество зафиксирует ваше сияние. – И уже более сурово процедил, когда на него покосились смущенные, но очень любопытные голубые глазки: – Но после этого сразу домой, поняла?

– Бука, – буркнула юная егоза, но в следующее мгновение успокоилась и, расправив плечики, встала более ровно, незаметно переплетя свои тонкие изящные пальчики с пальцами ястреба, и с милой улыбкой поинтересовалась: – Лорд ястреб, а как вас зовут? Вы учтите, у меня свой личный вран, и если вы попытаетесь мне запретить полеты, как это пытается запретить дядя, то замуж за вас я не выйду.

Двойное мужское фырканье стало ответом на довольно смелое заявление, и ястреб окончательно понял – свадьба будет не позднее чем через два года, в ее восемнадцатый день рождения. Тогда, когда это станет возможно не только в его мечтах, но и официально.

А пока, пожалуй, он займется ее воспитанием, как раз за два года управится.

И шэт его побери, но эта ночь действительно волшебная!

Эпилог

Несмотря на то что подготовкой торжества занимались профессионалы, нанятые Юмираем, нам тоже пришлось приложить немало усилий: окончательный список гостей утвердить, приглашения разослать, меню обсудить, время на сутки раньше перенести, с распорядителем поскандалить, новый дом в последний контрольный раз проинспектировать…

И проснуться в то самое утро абсолютно неготовыми.

– Я боюсь…

Глупо, но это был факт. Сегодня ба забрала меня к себе, потому что не только на Земле, но и тут существовала примета – жених не имеет права видеть невесту до свадьбы. И теперь ба, к моему безмерному удивлению нашедшая общий язык с Амидайлой, настраивала меня на позитив, предварительно напоив успокоительными.

Успокоительные не помогали, меня била нервная трясучка.

Казалось бы, чего бояться? Все, кто так или иначе мог помешать, обезврежены, наше сияние официально зафиксировано, все идеально подготовлено… но самовнушение не помогало.

А может, это просто гормоны?

– Может, – согласилась Марри, даже не подумав спорить. – С тобой вообще все может. Ты у нас девочка уникальная. Но, шэт побери, прекрати трястись как глупая ящерица! Ты Р’шейссо, а это не пустой звук! Ами, успокой уже свою дочь, я не могу.

В итоге, плюнув, драконица отошла от меня и плюхнулась в кресло. Ее место послушно заняла Амидайла и продолжила укладывать мои волосы в заранее выбранную прическу.

– Милая, ты зря нервничаешь. Ты любишь его, он в тебе вообще души не чает… А церемония? Ну ее, эту церемонию. Это всего лишь свадьба. – Проворно закрепляя шпильки, вампирша была сегодня необычайно хороша в светло-голубом платье, причем в намного более скромном, чем мое. – Вот, помню, когда меня мамуля на трон посадила… Я с год нормально на заседания ходить не могла – тряслась как припадочная. А сейчас – пф! Остальные трясутся, а мне все нипочем. Так что давай соберись. А если не сможешь, то, как только Юмирая увидишь, тут же падай на руки к нему, уж он-то точно знает, что дальше с тобой делать.

– Умеешь ты успокаивать…

– А то! – Закрепив последнюю шпильку, королева полюбовалась на дело своих рук и игриво подмигнула. А затем наклонилась близко-близко и доверительным шепотом сообщила: – И чтобы окончательно тебя успокоить, скажу: я тоже беременна. Правда здорово? У нас наконец все получилось! Калахем еще не знает, но вчера Марри меня продиагностировала и стало ясно – эмбрион прижился и начал развитие.

– Ох, ма-а-а! Да это просто потрясающе!

Новость действительно оказалась невероятной, так что все мои страхи отошли на задний план, чему крайне обрадовалась Марри и в свою очередь удивила уже нас с Амидайлой:

– Девочки, я тут подумала и решила… У нас с Хаймершем тоже будет дитенок.

– К… как?

– Тебе в картинках или схематично? – Мне достался ироничный, но при этом несколько нервный взгляд.

– Нет, я знаю принцип, но… ты только думаешь или уже?

– Конечно уже! Полагаешь, я стала бы экспериментировать на Амидайле? Естественно, я сначала все оттестировала. – Драконица погладила свой живот и мечтательно прикрыла глаза. – У нас будут девочки. Близняшки.

Господи…

Потрясенно переглянувшись с королевой, я поняла, что в ауте не одна я – Амидайла молча открывала и закрывала рот, не в силах произнести ни звука. О размере ее глаз умолчу – они были не меньше, а может, и больше выпученных моих.

– Спокойствие, девочки, только спокойствие. Это всего лишь свадьба.

Действительно… И чего я нервничаю?

Я рассмеялась, представив момент, когда мужчины узнают о нашем общем положении, и заразила своим смехом и остальных, а когда в комнате наступила тишина, то стало ясно – нервы снова в порядке, а настроение – на высоте.

Спустя два часа мы, невероятно нарядные и одухотворенные, выходили из огромного портала прямо в парке особняка, где было решено провести торжественную церемонию. Храмов в этом мире не было, так что церемонию проводил специально обученный маг, заменяющий здесь работника загса, причем место для торжества можно было выбрать по желанию брачующихся.

И вот…

Я вся такая красивая и слегка возбужденная, в невероятно пышном платье цвета шампанского пытаюсь не смеяться, потому что счастье переполняет меня через край. На лужайке собрались все приглашенные: наши домашние, чета гномов из Друзянки, Вайтор со своей девушкой, Элидайро с совсем юной девчушкой, Икуро с супругой, Хаймерш, Тагриан, несколько их старых друзей и коллег, которые согласились работать в школе, Калахем и три моих новых питомца-яркона, которых Амидайла презентовала мне без возражений.

Сама она вместе с Марри шла позади меня, по местным традициям став свитой невесты, и со смехом разбрасывала на окружающих нежнейшие лепестки цветов.

Впереди же, в красивой ажурной беседке без стен, нас ждали двое – маг и мой будущий муж. Невероятно сосредоточенный, собранный, в идеально сидящем на нем смокинге он был само совершенство.

Мое совершенство!

– Виктория, посерьезнее… – шепнула мне Марри, когда ей показалось, что я улыбаюсь чересчур широко.

Я абсолютно серьезна! Как никогда!

Мы дошли до беседки, и я без сомнений вручила свои руки, да и всю себя в уверенные мужские ладони.

– Ты прекрасна…

– Только для тебя…

– Кхм… – прочистил горло приглашенный маг, пытаясь обратить на себя наше внимание. – Итак, дорогие Виктория и Юмирай…

Слушая мага вполуха, я не отводила взгляда от ястреба, стоящего напротив. Его глаза стремительно чернели, и в конце концов чернота поглотила их. В тот момент я увидела в глазах Юмирая себя. По-настоящему прекрасную и невероятно счастливую.

– Согласен ли ты, Юмирай Васийно, ястреб клана Карухо, взять в жены Викторию?

– Да.

– Согласна ли ты, Виктория, стать супругой Юмирая Васийно, ястреба клана Карухо?

– Согласна.

Закруглившись невероятно быстро, маг благословил нас именем Мироздания и, пожелав счастья, любви и взаимопонимания, разрешил нам обменяться кольцами и наконец поцеловать друг друга.

– Горько!

– Горь-ко-о-о!!!

Нет, они не угадали.

Встав на цыпочки, я улыбнулась своему сокровищу одними глазами и прошептала прямо в губы:

– Сладко…

А затем стало так сладко, как я и хотела.

P.S.

У Маррхиям действительно родились две девочки. Они были демоницами, но ба сумела привить им и свои драконьи гены, так что, когда подрастут, девочки смогут оборачиваться в дракониц. Амидайла родила спустя всего неделю после Марри, причем тоже девочку, и Калахем ходил счастливый и слегка чумной. Хаймерш вообще чуть с ума от счастья не сошел, а затем заявил, что, как любой нормальный мужчина, хочет семью и теперь Марри просто обязана выйти за него замуж. Ба пококетничала, но после недельной осады согласилась, и совсем скоро у нас будет еще две свадьбы.

Хотя… может, и не две, может, и больше. Говорят, Элидайро пока психует и пытается показать, кто в доме хозяин, но Селена уверенно лидирует в их противостоянии, и, возможно, третья свадьба тоже не за горами.

В отличие от них, отношения Вайтора и Дайниры развивались намного более спокойно и романтично, и пара не торопилась с браком, предпочитая сначала позаботиться о финансовом благополучии, чтобы после уже не думать о низменном.

Хотя как знать, как знать… Чувства – они такие, им никто не указ. Может, и на четвертой свадьбе скоро погуляем.

– Вика? Что делаешь?

– Да так… думаю о будущем.

– И как успехи? – Муж наконец укачал сына и присоединился ко мне в постели. Притомившийся, но такой довольный.

– Думаю, будущее в наших руках. А ручки у драконов – у-у-у, загребущие! – С тихим смехом предъявив мужу эти самые ручки и тут же выполнив захват, я была безжалостно зацелована и опрокинута на спину.

Надо мной навис самый потрясающий мужчина на свете и, близко-близко наклонившись, произнес:

– Абсолютно с тобой согласен, милая. Будущее – в надежных руках. Как ни крути!

Content

Елена Кароль
Совушка ее величества

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Эпилог