Павел Абсолют

Постигающий

1.Постигающий

Глава 1

— Добрый… день, — неуверенно произнес молодой человек с каштановыми волосами, подстриженными «под горшок».

— А! Лер Селин, проходите. Сегодня почти нет никого, — юноша прошел к прилавку, стараясь не встречаться с продавщицей взглядом, — Погода нежаркая. Большинство в поле. Вот, к вечеру то потянутся. Чего вам сегодня?

— Вот… — Селин протянул список и свой заплечный мешок пожилой супруге Пекущего. Потом парень достал из внутреннего кармана мешочек с деньгами. Тщательно пересчитал и выложил на прилавок семнадцать «ржавчиков» — потертых железных монет.

В лавке стоял явственный запах свежайшего хлеба. Аж слюнки потекли. Селин любил ходить в деревню к Пекущему. Ему нравилось стоять и вдыхать аромат испеченных булок, стройных буханок хлеба и пирогов с начинками. А еще ему нравилась дочка Пекущего.

Сестра говорила, что она дура набитая, но я так не думал. Велентия была очень умной. Не то что я. Она одевала наряды с красивым рисунком. Однажды я набрался смелости и сказал, что у нее красивое платье. Она рассмеялась и сказала, что сама пошила. Мне одежду всегда подбирала мама или Прислуживающие. Или вместе. Если случай важный. На похороны, например.

— Селин, я собрала все. Ну, что застыл? Вот тебе еще пирожок в дорогу.

— Спасибо, — мама всегда говорила, что приличия соблюдать надо везде. Что мы должны быть примером. Еще она говорила, что мне надо больше общаться. Поэтому я ходил в деревню за хлебом. И еще за разным другим. Сегодня я хорошо пообщался. Три… четыре слова сказал.

Я перекинул располневший мешок через голову и взял с подноса горячий маслянистый пирожок. Я любил пироги с мясом. Я пошел на выход из хлебного дома, на пути откусив добрую треть пирожка. Начинка оказалась луковая. Вкусно!

Я вышел на разбитую дорогу и не спеша зашагал к поместью. Сначала я по привычке хотел вытереть руки о штаны. Мария заругает. Я достал чистый платок. Сбоку было вышито мое имя. Мама сделала. Интересно, за грязный платок меня не заругают? Я убрал платок в карман. Ничего, сами как-нибудь вытрутся. Деревенские жители приподнимали соломенные шляпы или кричали приветствие. Я со всеми здоровался. Как учила мама.

Я вышел из центра деревни. Дальше дома стояли далеко друг от друга. Многие ограждены плетнем из тонких гибких веток. Возле дома До ющего на заборе висели старые раздолбанные глиняные кувшины и бутыли из-под молока. За молоком я ходил вчера. На пути мне попалась маленькая палочка. Я подобрал ее. Красивая. Остругать ее ножом немного и будет еще красивее. Я выставил палку к забору и ускорил ход. Кувшины издавали забавные звуки, когда я стучал по ним. И у каждого кувшина звук был разный. Плетень быстро закончился. Некрасиво. Я вернулся назад и еще раз пробежался. На этот раз звук получился лучше. Все равно некрасиво. Я еще два раза прошелся, пока не получилось красиво. Ну не совсем красиво. Просто мне надоело. Да и тетя Шамма будет ругаться, если я не успею к ужину. Мама любила свежий хлеб из пекарни. И сестра тоже. Отец же ел все с одинаковым лицом. Не понятно было, что ему больше нравится. Папа Калар сейчас был в отъезде. Еще около кварты. Он очень важный человек. Поэтому постоянно в отъездах. Я всю жизнь прожил в нашем доме близ Старобрадфеля. Я был только раз в столице после переезда. Я не важный человек.

Я напрягся, пытаясь вспомнить правильное слово. Красивое. Не получилось. Мой старший брат тоже важный человек, как и папа. Он закончил универси…стет аж в самой столице. Город-муравейник, так говорил брат. Брат Вестр очень умный. Интересно, кто умнее папа или брат?

Пока я размышлял о важных вещах, деревня кончилась. Сзади подошли деревенские.

— Привет, Голова. Чего тащишь?

Это была шайка Коста, которая каждый раз приставала. Иногда я играл вместе с ними. Но когда вокруг никого не было, они были плохие. И мне не нравилось, когда меня называли Голова. Я ускорил шаг.

— Я видел его возле отхожего места. Это он обед себе тащит!

— Ха-ха-ха

— Голова, погодь. Дай посмотреть! Давай, если отгадаешь загадку, то дашь нам что внутри.

— Хлебом пахнет, — заметил кто-то.

Я не реагировал и еще ускорил шаг.

— Блин, Севан. Сходи глянь, че у него, — сказал Кост, не вынимая рук из карманов штанов.

— А че я то? Он опять кидаться будет.

— Ну так увернись.

Убежать от шайки я не мог. Они бегали быстрее. Я уставал быстро. Наверное, им легче бежать, потому что они меньше весят. Вон Севан какой худой. Я перебежал на дорогу до поместья в поисках снарядов. Ага, вот они. Я оторвал от большого конского яблока по двум приличным кускам. И зарядил в Севана. Он был уже близко. От первого он увернулся, но второй кусок попал тому прямо в лицо. Подельники сзади заржали словно настоящие кони. Севан остановился и стал отплевываться и утирать лицо.

— Хрен я еще к нему пойду!

— Ха-ха-ха…

Компания Коста не стала за мной идти дальше. До дома было всего пару лир. Работающие на огороде крестьяне могли увидеть и пожаловаться маме. Я опять дернулся вытереть руки о штаны. За такое меня Мария точно наругает. Да еще маме нажалуется. Я сошел в поле и вытер руки о траву как смог.

Вскоре показалось возделанное поле с дождевыми канавами и грядками. У нас не было крепостных. Папа говорил, что это из-за неполного титула Владеющего. Мама наняла несколько десятков Прислуживающих, и те возделывали поля. Они и хлеб умели печь, но мама любила хлеб из пекарни.

Поместье наше было очень большим. Двухэтажный дом из деревянных бревен с чердаком и подвалом. Покрашен в голубой цвет. Как небо. Когда дом перекрашивали последний раз, я помогал. Справа стояла длинная конюшня, где помещалось ровно двенадцать лошадей. Сейчас там стояло шесть. Хлев для курей и свиней. Слева — бараки для Прислуживающих. Большой сарай с подвалом для продуктов и разного хлама. Обычно он был на замке, но иногда Стенкс разрешал мне там играть. Сколько там всего было! Даже старые проржавевшие доспехи, кожаные наручи, колеса от карет и телег, прохудившееся седла и еще куча всего интересного. Жаль, играть со мной никто не хотел. А ведь можно было устроить настоящий турнир Сражающихся!

За домом еще стояла одиноко баня недалеко от круглого озера. На заднем дворе было много чего. Отхожее место для Прислуживающих. Раньше, когда папа еще не был Владеющим, мы тоже ходили в отхожее место. Теперь у нас в доме хороший туалет. Там не воняло, как в отхожем. Прислуживающие выносили горшки и мыли. Еще на заднем дворе стояла площадка для тренировки нашей дружины. Один из наших Охраняющих — Бевел одно время обучал меня держать меч. Но потом сказал, что из меня все равно ничего не выйдет. Бевел был еще Сражающимся I ступени. Я даже до Младшего не дотягивал.

Наш дом был самым большим в округе! Даже дом старосты Старобрадфеля был раза в три меньше. В Мостфеле я видел огромные каменные дома, но то ведь столица. До Мостфеля всего тридцать лир.

Я прошел на кухню через боковой вход. Здесь тетя Шамма с Готовящей вовсю работали. Сначала готовили лучшее нам на стол. Остатки подавали Прислуживающим. Если не хватало — то давали им похлебку.

— Я принес…

На кухне вкусно пахло. Вода кипела, крышки кастрюль подпрыгивали.

— Молодец! Давай сюда, — грузная чернокожая женщина — тетя Шамма взяла у меня мешок. — Селин, чем это от тебя пахнет?! А ну марш руки мыть!

Я тут же поспешил скрыться и двинулся к колодцу. Вода в нем холоднющая!

По пути я встретил Бео с подругой в простых штанах и рубахе. Интересно, во что они сегодня играли? Беотель, моей младшей сестре было четырнадцать. Ужасно вредная. Постоянно издевалась надо мной, обзывала. У нее были светлые волосы и вздернутый носик. Она была маленькая, худая. И шустрая. Поймать ее было сложно. Но уж поймав, я сполна отыгрывался на злющей малявке.

— Сел, ну как, тебя деревенские не побили снова? — спросила Бео, оглядывая меня с ног до головы.

— Нет.

Я продолжил путь к колодцу, следя за парочкой. Бео что-то нашептывала подруге.

Я вытащил ведро ледяной воды, взял рядом кусок жесткого мыла и принялся отскребывать пропахшие руки и края рубахи.

Когда я уже почти закончил, мне на голову вылили ведро воды. Прямо на одежду.

— Он такой смешной! — сказала подруга Бео, и они покатились со смеху.

— Ух-ух, — я помотал головой, как наш пес Чарли, разбрызгивая воду. С озера что ли принесли? — Ну сейчас я вас! — я угрожающе надвинулся на парочку и затопал.

— Бежим отсюда! — бросила Бео. И девчонки побежали прочь.

Я не стал их долго преследовать. На открытом месте мне их все равно не догнать. В доме еще можно попробовать. Скоро будет ужин, поэтому мне следует поспешить. Мама заругает, если я приду в мокрой или грязной одежде. Может вообще без ужина оставить. Живот заурчал. Надо поспешить.

Я развесил сырую одежду на веревках для сушки белья позади дома. Потом пошел в дом. Я поднялся в свою комнату и порылся в шкафу. Мне попалась серая рубаха и черные штаны. Вроде ничего. Посмотрел на незаконченный рисунок на столе и недоделанное домашнее задание. Завтра приедет Обучающий Винстром. Он очень строгий. Так что надо доделать. Пока на ужин не позвали.

Я сел за стол и руки сами потянулись к рисунку. Бео говорила, что если долго смотреть на мои рисунки, то можно сойти с ума. Как я. Но мама говорила, что я не сумасшедший. Просто Единый дал всем людям разное количество ума. Мне вот немного. Еще мама говорила, что многие не пользуются тем, что им дано от природы.

Не успел я нарисовать несколько квадратов, как Управляющий Стенкс позвонил в колокольчик и в доме раздался его хриплый голос, созывающий на ужин. Я отложил рисунок и еще раз напомнил себе, что надо доделать домашнее задание. Я очень не любил читать. В книгах было много сложных слов. Иногда приходилось лезть в толстенный словарь, чтобы понять о чем пишут.

Я спустился в обеденную комнату. За длинным столом уже сидела Бео с подругой. Сестра успела переодеться в чистое белое платье в синий горошек. И причесалась. Я запоздало пригладил волосы рукой. В комнату вошла мама Беринна в простом бежевом платье, с серебряным колье на шее. Мама была немного полноватой. Дома она часто носила толстую косу. Слуги ее слушались. Даже больше, чем отца. Папы Калара часто не было дома.

— Селин, что это на тебе? — недоуменно спросила мама.

Я спохватился и оглядел свой наряд. Пуговицы на рубахе и в промежности штанов были застегнуты. В правильном порядке. Башмаки не блестели, но это не считалось большим промахом.

— Рубаха… и штаны.

— Почему на тебе длинная деревенская рубаха и брюки от праздничного фрака?

— Я… не нашел больше ничего.

Девчонки прыснули, постаравшись скрыть смех. Мама не любила смеха за ужином.

— Мария, после объясните Селину его ошибку. Давайте садиться.

— Да, лер Беринна, — склонила голову Прислуживающая Мария, подающая на стол блюда. Мария была моей личной Прислуживающей. Она была старше меня лет на шесть наверное. Бео говорила, что она уродина. Я не мог это решить. Я плохо понимал, чем отличаются красивые люди от некрасивых.

Бео с подругой стояли, ожидая по правилам, пока не сядет глава дома. В отсутствии отца и старшего брата это была мама. Когда мне исполнится двадцать два, я буду считаться главой дома выше мамы. И меня будут все ждать. Ну, если папы не будет. И брата.

Стол был большой, на десяток человек. Когда приезжали родственники, к столу приносили еще один, и тогда он вмещал намного больше.

Мы поблагодарили землю и солнце за вкусную еду и приступили к ужину. Я жадно набросился на остывший мягкий хлеб. Приятно есть то, что принес сам. Потом быстро смел салат с овощами и приступил к отварному мясу с картофелем. Вкуснятина!

— Бео, давай ешь. Смотри, какой у брата аппетит.

— Я не хочу, чтобы у меня выросло такое пузо, — фыркнула сестренка.

— Зато влезает больше! — попробовал пошутить я, но мама укоризненно покачала головой.

— Следите за манерами. За завтраком и обедом можете дурачиться сколько угодно. Но за ужином будьте добры следовать этикету. Пусть мы и не старшие Владеющие, но на званом ужине вам ни в коем случае нельзя показывать невежество. Поэтому сейчас тренируйтесь.

Мама расспросила сестру о том, как та провела день. Бео ответила, что вышивала и читала. Ага, как же! Потом они поговорили о погоде и о мужчинах. Бео периодически краснела, но отвечала. Я тихонько посмеивался над сестрой.

— Такие разговоры тоже надо уметь вести, — наставительно сказала мама Беринна. — А с тобой поговорит отец, когда приедет.

Сестренка с ненавистью посмотрела на меня. Папа больше половины времени проводил вне дома. И мне не грозили подобные разговоры каждый день, как Бео.

— А когда папа приедет?

— Через три декады. Еще Вестр приедет. Аверинна не сможет. Нам есть что обсудить.

— Что-то случилось? — спросила Беотель.

— Нет, — мама аккуратно вытерла рот салфеткой. — Будем думать куда Села устроить. Ему уже девятнадцать. Может на магический отдадим.

— Да он же поджарит себя первым заклинанием! — прыснула Бео. Говорили, что у сестры очень хорошие задатки. Ее скорее всего в столицу отправят. Это стоит дорого.

— Если способности есть, пусть и маленькие, грех их не использовать. Так что нам надо с тобой обсудить все заранее, Сел. Ты сам хочешь?

— Не знаю, — я подумал, что буду вдали от дома. — Не очень.

— Тогда может скажешь, чем хочешь заниматься? Пора бы уже определиться с направлением.

Я ненавидел подобные разговоры. Они заставляли сильно думать.

— Мне нравится рисовать, — тихо сказал я. Мама вздохнула.

— Ты уж извини, но твои «картины» ни один нормальный человек не повесит у себя на стену.

Сестренка хихикнула.

— Они красивые, — буркнул я.

— Я видела один раз, как слуга-новенький забрел в коридор на втором этаже. Он перекрестился, когда увидал там картину Села, — напомнила известную историю сестра.

— Эту ту, где черные круги с волнами? — несмело спросила улыбающаяся подруга.

— Ага.

Мне очень нравилась эта картина. Я над ней больше кварты работал. Обучающий Винстром привез мне цир-куль, так что получилось очень красиво. С волнистыми линиями было сложно. Много раз перерисовывал. Потом приспособил циркуль и к ним. Красивый инструмент.

После ужина тетя Шамма позвала меня на улицу. Было еще довольно светло и тепло.

— Селин, что скажешь?

Я еще днем видел, как прислуга возилась с грудой камней на заднем дворе. Теперь здесь наметилась широкая дорожка в сторону бани. Мама хотела, чтобы закончили к приезду отца.

— Вон те большие серые лучше с краев положить. Будет красиво.

— Спасибо, лер Селин, — искренне поблагодарила служанка.

И я ощутил приятное чувство гордости. Шамма единственная, кто спрашивала мое мнение. И ей это было важно. Однажды я посоветовал я пересадить цветы в клумбе перед домом. А потом мама ее похвалила. Я сначала хотел рассказать, что это была моя идея, но почему-то не стал. С тех пор Шамма иногда советовалась со мной. И я чувствовал радость, когда хвалили мои идеи. Когда я что-то советовал родителям, брату или сестрам, они никогда не слушали. Другие слуги тоже. Даже если и сделали что-то, как я говорил, потом никогда не хвалили. А я всегда старался сделать красиво.

— Ваф-ваф! — послышалось со стороны деревни.

— Чарли, ты где лазил? — спросил я, рассмеявшись. Пес подбежал, виляя из стороны в сторону хвостом.

— А ну пошел отсюда! — махнула тряпкой тетя Шамма. — Лер, я прикажу слугам его помыть и завтра вы с ним поиграете. Хорошо?

— Ну, ладно, — ответил я с сожалением и потрепал Чарли напоследок.

Дома мне пришлось выслушать от Марии целый урок по видам одежды. Я кивал на ее слова. Через пару теллов она вздохнула и закончила. Я во всем этом запутался. Одежда не была красивой. Никакая. Бывала очень редко с красивым рисунком, как у дочки Пекущего. Но мне такую не покупали. Поэтому я не мог никак запомнить. Мария говорила, что вот то и то-то будет вместе смотреться правильно, но я не понимал.

После того, как Мария ушла, я взял внизу старую лампаду и вернулся в свою комнату. Рисунок оставлю на завтра. Надо еще прочитать отрывок, который задал обучающий Вистром. И написать краткий пересказ. Это было самое сложное. И он тоже просил написать красиво! Не в смысле почерком. Тут как ни старайся, у меня все равно ничего не выйдет. А красивыми словами. Красивым слогом. Но ведь красивых слов нет. Как тогда придумать из них красивый пересказ?

Сначала я сделал математику. Математика была красивой. Я любил математику, хотя и держать в уме большие числа было сложно. Но на бумаге я мог считать даже большие числа. Обучающий говорил, что моя сестра уже проходит более сложную математику. Бео очень умная, хоть и вредная.

Потом я вернулся к уже ненавистному отрывку. Вот что в итоге получилось.

«Охраняющий Гертен служил у Владеющего II ступени три года. На прогулке на Владеющего напали бандиты. Тогда Охраняющий встал на пути к Владеющему. В него попала стрела. Гертен скончался.»

Я в сомнениях перечитал пересказ. Как-то мало. Ведь в рассказе десять страниц текста. Обучающий всегда мне говорил, что надо писать подробней. Я не знал что писать. После полутелла раздумий я добавил: «На земле осталось много крови.» Хорошо. Я погасил лампаду и расправил постель.

На следующий день утром из Мостфеля приехал Обучающий Винстром. Мы вместе позавтракали. Потом мы с Обучающим направились в нашу учебную комнату. Здесь было большое окно, много света, маленькая учебная доска с мелом, глобус и писчие вещи.

Обычно половину дня учили меня, потом Бео. За математику Винстром меня похвалил и задал еще несколько задач. А вот за пересказ отругал. Потом я писал под диктовку Обучающего, каким должен быть пересказ. Вышло на две страницы. Хотя написал ведь то же, что и я. «Охраняющий мужественно заслонил господина своим телом. Гертен не думал о себе. Его вел долг. И даже когда коварная стрела бандитов настигла Охраняющего, он ни на асенду не усомнился в своем решении.» У меня было красивее. Это только маленький отрывок, который мне надиктовал Винстром. Как все сложно написано. Некрасиво.

Потом у нас были уроки географии и животноводства. Мы вспомнили крупные города Тазама. Я кроме Столицы Мостфель на западе Тазама вспомнил только Гаралдун на востоке. Винстром говорил, что там жило много гномов, поэтому я запомнил. Я плохо запоминал названия. Обучающий заставил меня вспомнить названия всех соседей Тазамской империи.

Тазам с соседями занимали весь материк Авальдор. Тазам протянулся от западного океанского побережья до восточного побережья. Поэтому восточных и западных соседей у нас не было. На севере Шаниатское ханство, там правят северные варвары, очень воинственные. Басхотан — княжество темных эльфов на северо-западе, постоянно враждуют с Шаниатским ханством. На северо-востоке еще было несколько мелких государств, но Обучающий сказал, что мне их запоминать не надо. Это хорошо.

Галиатское королевство — небольшое государство на юго-востоке от Тазама, там правят гномы. И Бессадор на юге. Мы смотрели на глобусе. Бессадор размером почти как Тазам. Винстром сказал, что там людей живет меньше, чем в Тазаме. И еще там часто бывают дожди. Не как у нас. А начнется дождь и идет декаду или даже кварту.

Сегодня мы изучали Астрегон. Материк на юге от Авальдора, чуть поменьше. На севере там жили мулаты, а в центре и на юге чернокожие. Тетя Шамма приплыла с юга Астрегона. Там люди плохо живут. Обучающий сказал, что мне не надо знать все страны Астрегона. Хотя бы ОАК — Объединенный Астрегонский Каганат. Занимает северо-запад Астрегона, почти треть материка. Размерами и населением с Бессадор. Тамошних магов смешно называют. Шаманы. И у них нет университетов магии. Так говорил Винстром. Странно. Откуда же они узнают о магии? Мама говорила, что у меня есть слабые способности. Только я не знал как пользоваться магией. Про третий материк Обучающий сказал, что мы поговорим в следующий раз. Я не помню как он называется. Я слышал, что там живут светлые эльфы и люди.

Потом мы говорили о животных и растениях. Это было очень утомительно и скучно. Я записывал все в тетрадь и тут же забывал.

Стенкс звякнул в колокольчик и крикнул созыв на обед. Я аж подпрыгнул от радости. Но Обучающий велел мне сидеть на месте. И дал задание прочитать еще один отрывок. Он этими пересказами уже достал. Перед тем как пройти в обеденный зал, я поглядел в зеркало. В отражение на меня смотрел полный парень с округлым животом и намечающимся двойным подбородком. На голове сбоку торчал вихор. Я обслюнявил пальцы и пригладил волосы. А то мама ругаться будет.

После обеда Бео ушла с Обучающим, а я пошел гулять. С собой я взял старые кости и немного хлеба. Чарли встретил меня радостным повизгиванием. Он прыгал вокруг, выпрашивая еду. Мы дошли до леса через поле, и я вывалил кости на землю. Тетя Шамма не любила, когда я оставлял кости во дворе. Чарли накормили утром, но он все равно принялся грызть кости. Чарли всегда хотел есть. Я оставил пса и прошел по тропинке вглубь леса.

Бевел не разрешал мне ходить в лес одному. Говорил, что здесь недалеко стая нолков бродит. Но я никого не видел пока. Нолки были похожи на Чарли. Я видел картинки в книжке. Только шерсть у них была серо-черной. И они были злые. Ну, так писали в книжке.

А вот и она! Я достал хлеб и принялся скармливать кусочки рыжей зверюшке. Я не знал, как она называется. У нее на спине было две черные полосы. На кончиках ушей смешные кисточки. Она так забавно перебирала лапками, когда грызла хлеб. Потом зверек взял кусок хлеба в зубы и скрылся где-то наверху среди деревьев. Надо ей кличку дать. Может быть, Рыжая? Я не умел придумывать клички. Даже «Чарли» для Чарли придумал Вестр.

Я еще побродил немного по лесу, сходил к озеру и покидал камни. Брат Вестр умел кидать камни так, что они отскакивали от воды много раз. Зато искать красивые камни я умел лучше. Я искал, а Вестр кидал. Но теперь он вырос и больше не играет со мной. Когда-нибудь я тоже вырасту и больше не буду играть. Наверное.

Чарли прибежал ко мне к озеру. Наверное часть костей закопал где-нибудь. Я подобрал палку и принялся кидать собаке. Чарли каждый раз приносил палку назад. Один раз я кинул неудачно и палка упала в воду. Чарли метнулся в воду и достал палку.

— Нет-нет, — сказал я, но было поздно. Подошедший пес отряхнул шерсть и забрызгал меня.

Ну, теперь уже ничего не поделаешь. Я снял одежду и развесил на деревьях. Пока Бео была занята, можно не опасаться, что мои штаны утащат. В одних трусах я плюхнулся в озеро. Вода очень теплая, даже выходить не хотелось. Чарли резвился неподалеку и периодически приплывал с палкой в зубах. Потом я валялся на берегу, пока трусы не высохли. Чарли лежал рядом, высунув длинный красный язык от бега и жары.

Жизнь моя почти не менялась. Я ждал дня, когда приедет отец с братом. Какое-то чувство в груди давило. Что-то должно было измениться. Мне это не нравилось. Но было и еще какое-то чувство. Я не знал его названия.

В один из дней ко мне подошел Бевел с другим Охраняющим.

— Лер, возле леса мы обнаружили останки пса. Такой с черным пятном на голове. Нолки загрызли.

— Чарли…

— Мы его закопали тут недалеко. Лер Беринна сказала, чтобы вы не ходили в лес один.

— Ясно.

Бевел еще немного постоял. Но я молчал и не смотрел в их сторону. Чарли умер. Потом Охраняющие ушли. Я начал думать о смерти, но все это было сложно. Чарли больше нет. Мне нравилась эта кличка. Теперь та рыжая зверушка будет Чарли. Надо будет поискать в деревне собаку. С ними весело.

Глава 2

Папа Калар является Проверяющим III ступени. Их всего шесть. Один В Мостфеле, один в Гаралдуне и еще четыре. Папа работает Проверяющим на юге от столицы. Он часто в разъездах. И даже дома его стол постоянно завален бумагами. Сюда часто съезжаются гонцы, Проверяющие I и II ступеней. У папы несколько титулов. Я только недавно стал немного разбираться. Это ужасно сложно.

Титулам мы с Винстромом посвятили много занятий. Все у меня записано в тетради.

Самый главный — Властвующий III ступени. Император Тэриан со сложной фамилией. Потом в Тазаме есть 12 управлений и 13 Управляющих. Все у меня записано. Управляющий экономикой, Управляющий армией, Управляющий образованием, Управляющий исполнением, Управляющий магией, Управляющий промышленностью, Управляющий медициной, Управляющий указами и документами, Управляющий иностранными делами, Управляющий внутренними делами, Управляющий по чрезвычайным ситуациям, Управляющий по науке. И Старший Управляющий. Все они были Управляющими III ступени и Властвующими II ступени. То есть после императора Тэриана. Винстром тогда еще сильно кричал, когда я не мог запомнить этого.

В Управление исполнением входили Проверяющие, как мой отец, и Наказующие. В других тоже были свои должности. Старший Проверяющий был еще и Управляющим II ступени. Но он не был Властвующим. А папа Калар был Властвующим I ступени, но не Управляющим. У меня мозги кипели, когда отец и Винстром это рассказывали. Да и сейчас кипят, когда я натыкаюсь на тетрадь. Папа говорил, что все с III ступенью были Властвующими I ступени. И Старший Проверяющий не мог им приказывать, но мог управлять. Вот это я никогда не понимал. Как это Старший не может приказывать?

Еще отец был Владеющим I ступени. Мама говорила, что на юге таких называют баронами. Смешное слово. Владеющий намного лучше. Этот титул, деревню Старобрадфель и участок земли возле озера отцу пожаловал император. Когда отец получил III ступень Проверяющего. Это наследный титул, но неполный. Мы не могли иметь в своем подчинении крепостных.

Еще у нас был старый железный рудник в 50 лирах от Старобрадфеля. Отец назначил брата Управляющим рудником. Сам он не мог там часто бывать.

Потом Совет Тазама. В него входит 48 Советующих. Ими являются Владеющие II ступени и одновременно Властвующие I. Старший Советующий еще и Властвующий II ступени наравне с Управляющими. Советующие (за исключением Старшего) владеют провинциями или крупными городами. Мама про Советующих говорила, что на юге их называют графы и бургграфы. У Советующих нет ступеней.

Я отложил тетрадь. Голова разбухла. Не представляю, как это можно запомнить. Но завтра приедет Винстром и обязательно спросит старый материал. Поэтому лучше повторить.

Крестьяне собрали первый урожай. И тут же начали подготавливаться ко второму — удобрять и перекапывать. В этом году негусто вышло. Так тетя Шамма сказала. Ну, впереди еще второй урожай. Кладовые ломились от собранных клубней, пшеницы и фруктов. Приехал гонец с известием о приезде отца через два дня. Прислуживающие и Готовящие сразу засуетились. Когда приезжал отец, всегда был праздник. Особенно для нас с Беотель. По приезду отца у нас наступают каникулы на неделю. Винстром не приезжает. Правда задает кучу всего прочитать.

Отец приехал в первую декаду зеленой кварты со стороны столицы на магическом экипаже. Такие были положены Проверяющим III ступени. Я тоже себе такой хотел. Может, если стану магом, смогу заряжать эмкипаж сам. У всего магического в начале стояла буква м. Произносилось как эм. В старых книгах писали м'экипаж. Но сейчас стали писать, как и говорят: эмкипаж.

Калар Велиостро был худым и постоянно в движении, с наполовину седыми волосами. Совсем не как мама. Беринна — спокойная, мягкая, округлая. Папа — цепкий, угловатый, подвижный. Нам говорили, что я и Аверинна пошли в маму. Тоже спокойные и полноватые. А старший Вестр и Бео — в отца. Непоседы. Ну, мама была умной. А я не очень, поэтому непонятно в кого я пошел. Тетя Шамма один раз сказала, что это из-за нападения бандитов на беременную маму. Прислуживающая сказала, что такое бывает от плохих заклинаний. Поэтому у меня в голове что-то сдвинулось.

Отец расцеловал маму и дочь. Обнял меня. Я уже обогнал папу в росте, и он смотрел мне в глаза немного снизу вверх. Я не любил смотреть людям в глаза. И сейчас я тоже отвел взгляд. Папа потрепал меня по голове и пошел дальше. Пожал руку Охраняющему Бевелу и Управляющему Стенксу. Потом еще и тете Шамме задал пару вопросов. Другие Прислуживающие ее слушались. И папа отметил это.

Потом мы прошли в обеденный зал, где уже стояли холодные блюда. Отец всегда приезжал ужасно голодным и любил сразу садиться за стол. Хотя до ужина было еще несколько теллов. Отец уплетал разные кушанья. Все мы увлеченно слушали Калара. Он побывал в самой южной части Тазама. Посетил нескольких Советающих, их владения. Потом проверил несколько донесений Проверяющих II ступени. К двоим Владеющим I ступени пришлось вызывать Наказующих. Он старался рассказать что-нибудь интересное о тамошних нравах, но постоянно переходил на работу. Чуть позже к нам за ужином присоединился Старший Охраняющий Грегор. С отцом обычно путешествовало шестнадцать Охраняющих. Десять из них остались в столице, остальные шесть вместе с Грегором присоединились к нашей постоянной дружине. Бевел передал должность Старшего Грегору.

Потом настал черед подарков. Маме и сестре папа привез сверкающие наряды с самого юга. Говорит, так в Бессадоре одеваются дамы королевской семьи. Маме еще подарил колечко с маленьким переливающимся камнем. Мне он привез набор красок, как я и просил.

Через два телла, когда все уже наелись, неожиданно приехал брат Вестр.

— Я думал, что успею к ужину, — посетовал брат, зайдя в обеденный зал.

— Вес! — сестренка вскочила со своего места и повисла на шее у брата. Бео очень любила брата. Или скорее уважала. Не то, что меня. Я тоже любил брата. Наверное. Он всегда защищал меня. Мы часто играли вместе, пока он не поступил в университет.

— Это все моя вина, — всплеснул руками отец. — Дай-ка я тебя тоже обниму.

— Смотри, что я привез, — брат достал бутылку из сумки.

— О-о, голубое Нахрамское. Похоже, дела в руднике идут неплохо.

— А то!

— Тогда давайте выпьем настоящего пойла!

Прислуживающие быстро смекнули. Принесли чистые бокалы и убрали со стола бутыли с праздничным вином и медовухой.

— Дорогая, будешь?

Мама кивнула. В доме было довольно жарко, и мама обмахивалась веером. На ней было сложное платье. Простые распущенные, спадающие вниз пышные волосы. Папа любил, когда мама так ходила.

— Селу тоже налей.

Мама что-то хотела сказать, но не решилась.

Мне и Грегору в бокал налили голубой напиток. Я такого никогда не пробовал. Хотя видел, как отец пил иногда в компании важных гостей.

— Давайте выпьем за семью! Это самое важное в жизни.

Бео налили разбавленное светлое вино. Мы все чокнулись.

Я посмотрел, как брат с отцом залпом выпили голубую жидкость. Потом сделал как они. Горло обожгло. Я закашлялся. Бео заулыбалась, зараза.

Я взял графин с соком и выпил залпом чуть ли не половину. Только после этого горло остыло.

Наевшийся отец довольно откинулся на спинку стула и неспешно ковырялся зубочисткой.

— Калар, нам надо кое-что обсудить.

— Да, дорогая?

— Это касается Села. Дальше откладывать уже нельзя.

— Что ты предлагаешь?

— Отдать его на мага.

Отец глянул на меня.

— Думаешь, будет толк?

— Да, — твердо сказала мама.

— А вот я не уверен.

— Давайте спросим у самого Селина, — поддержал брат.

— Я… хочу учиться на… мага, — произнес я целую речь. Когда на меня все смотрели, я очень нервничал. Несколькими днями ранее мама долго со мной говорила. И попросила так сказать.

— Обучение магии — дорогое удовольствие. И я не люблю делать непродуманные вложения, — отец в задумчивости постукивал вилкой по столу. — Я хочу, чтобы Беотель училась в Мостфеле. А еще ведь Аверинна. Нам может не хватит денег.

— Ничего, мы затянем пояса, — поджав губы, сказала мама.

— Ладно, — Калар хлопнул по столу. Так папа показывал, что принял решение и его лучше не оспаривать. — Отправим Селина в Геленквейл или Раттердол. Я слышал, что там есть недорогие годичные курсы, где обучают базовым принципам магии. А уже после посмотрим. Все будет зависеть от Селина. Ты согласна, дорогая?

Мама не выглядела довольной.

— Да, Калар.

— Ну вот и славно.

— Я хочу, чтобы с ним отправили Марию и двух Охраняющих, добавила Беринна.

— Одного. Хватит с него сиделок.

— Тогда Бевела. Грегор, отпустишь?

— Если лер согласен, я подберу себе нового заместителя.

— Пусть будет Бевел. Я согласен.

— Вот и порешили. Дорогой, наполнишь даме бокал?

— Всенепременно!

Чуть ли не на следующий день стали готовиться к моему отъезду. Я помню как несколько лет назад мы вместе смотрели проспекты из университетов разных городов. Тогда мы узнали, что Бео будет магом. Причем сильным. Папа говорил, что это большая редкость — два одаренных ребенка в семье.

Я присутствовал, когда родители выбирали, где мне учиться. Мама с папой долго спорили. Потом подключился брат, и выбрали Геленквейл. Там было дешевле. И земельный факультет там был известный. До набора в школы и университеты оставалось менее двух кварт. А путь до Геленквейла занимает почти целую кварту. Так сказал папа. А ведь еще надо найти жилье, устроиться и прочее. Это отец поручил Марии. Сомневаюсь, что я бы нашел хорошее место.

Мои каникулы отменили. Винстром стал приезжать каждый день. Мы занимались. В основном магию изучали. Это было ужасно. Я не мог все запомнить так быстро. Винстром ругался. Я начал отсчитывать дни до отъезда. Наверное, если бы не Обучающий, я бы не был так рад поездке в Геленквейл.

Спустя декаду после приезда отца все уже было готово. Нам с Марией достался двухместный простой экипаж. Немолодой смуглый Прислуживающий в роли кучера. Шестеро Охраняющих вместе с Бевелом. Это те, кто дежурили в поместье. Папа сказал, что им надо протрястись. В осьмицу второй декады зеленой кварты мы отправились в путь. Брат задержался у нас, и теперь до рудника мы ехали вместе. Я тоже умел держаться на лошади. Но если долго на них ездить то можно себе все отбить. Один раз мы ездили далеко к родственникам. Я натер себе промежность до кровавых мозолей. И как только Охраняющим удается так легко скакать? Наверное, их с детства приучают.

До маленького городка мы доехали к обеду. Лошади, Охраняющие и Прислуживающие остановились в таверне. Брат повел меня к нашему руднику. Я тут бывал пару раз. Ничего интересного. Измученные Добывающие и Пробивающие. Все покрыто черной сажей. Здесь еще уголь добывали. Вестр с гордостью показал на здание цеха. Здание стало больше. А кабинеты бывшего Управляющего и трех Считающих объединили. Теперь там работал брат Вестр. Добывающие уважительно кланялись нам. Да, брат важный человек. Мы перекусили, и потом поехали к дому брата, который тот снимал. Хороший двухэтажный дом.

— Тебе девочку найти на ночь? — ехидно спросил брат вечером.

— Нет. Спасибо, — я примерно представлял, что делают с девушками. Брат рассказывал.

На следующее утро я вернулся в таверну к остальным, и мы продолжили путь. Мария вытащила откуда-то книгу и передала мне.

— Лер, Обучающий Винстром настоял, чтобы вы занимались в пути.

— Трясет же?

— Читайте, когда будет ровный участок дороги.

Я попробовал так сделать. Карету начинало трясти и текст прыгал перед глазами. И я забывал сразу, что прочитал до этого. Приходилось перечитывать. Так, за телл я едва прочитал одну страницу.

— Ну, ладно, лер, не мучайтесь. Будем заниматься на привале и перед сном.

— Ну, Винстром, — пробурчал я тихо. И с наслаждением захлопнул книгу. Смотреть в окно кареты было интереснее. Особенно когда мы проезжали разные деревеньки. На большой яме можно было подпрыгнуть и удариться о низкий потолок головой. Для меня низкий. Я редко куда ездил. Я ведь не важный человек. Может, после обучения я стану немного важным. И буду много ездить.

Мария хорошо составила путь. К вечеру мы подъезжали к таверне в каком-либо городе или деревне. Несколько раз Охраняющие ночевали на сеновале. Они не возмущались. Я с интересом смотрел на местных жителей, дома. Говорили со всеми Мария и Бевел. Геленквейл находился на юге, почти в центре Тазама. Здесь очень плодородные земли. Распаханные поля тянулись нескончаемым потоком. На пастбищах паслись коровы и козы. Ближе на юг тракт стал еще более разбитым. Иногда мне казалось, что зубы от постоянного стука скоро вывалятся. Мария посмеялась, и сказала, что не вывалятся. С Марией я мог говорить, что думал. Она никогда не обзывалась.

Один раз мы попали под сильный ливень. Он зарядил с утра. Прислуживающий сказал, что идти будет долго. Мы решили вернуться назад в город и переждать в трактире. Дождь лил два дня. Как обычно мне сняли отдельную комнату. Среди ночи ко мне вдруг пришла Мария. На ней была какая-то прозрачная накидка. Я даже разглядел темные соски Прислуживающей.

— Мария, что случилось? — она подошла к моей кровати и коснулась рукой одеяла. — У вас грудь видно.

Прислуживающая немного постояла. Потом развернулась и вышла из комнаты. Я успел услышать что-то вроде: «не буду я из жалости».

Я потом долго думал. Наверное, она хотела заняться сексом. Интересно, ей уже не хватает Охраняющих? Или она им не нравится? Странно. Все эти отношения слишком сложные. Винстром как-то задавал мне читать про любовь. Я так и не понял, почему люди из книги совершали странные поступки. Хотя все говорят, что я странный. Может я влюблен от рождения? Интересно, в кого?

Мы ехали уже три декады. Я думал, мне надоест. Но нет. Смотреть в окно кареты было интересно. После полудня мы ехали недолго вдоль бурной грязной речки. Потом река кончилась и справа потянулся высокий холм. Слева — густой лес. Неожиданно карета остановилась.

Впереди послышался зычный голос Бевела. Потом заржали кони. И я услышал крики. Что-то вроде «Ауууу, аууууу…».

— Лер, нам лучше не выходить.

Снаружи раздавался лязг металла.

— Что там?

Я перебрался к окну. Тут же рядом в деревянную стенку кареты воткнулась стрела. Мария вскрикнула.

Это что же, бандиты? Мне почему-то вспомнился рассказ по Охраняющего Гертена. Как он закрыл собой Владеющего. Я ведь тоже наследный Владеющий. Интересно, Бевел закроет меня от стрелы?

Снаружи раздавались крики, брань, ржание коней. Звенело оружие. Слышались стоны раненых. Я спохватился и полез под сиденье. Внизу под ворохом тряпья я достал короткий меч, замотанный в тряпки.

— Лер, нам лучше не выходить, — беспокойно сказала Мария.

Хотелось посмотреть, что там снаружи.

Пока я размышлял, дверца кареты справа открылась, и показалось заросшее и грязное лицо. Патлы бандита торчали в разные стороны. Прямо на носу у того торчала большая бородавка. Мария вскрикнула. Я сжал меч покрепче, как учил Бевел.

— Оп-па! — успел сказать нападавший.

Дверца кареты сзади меня открылась, и меня кто-то схватил за руку. И потащил наружу. Я не удержался и грохнулся в дорожную грязь. Первая моя мысль была: мама точно убьет меня за то, что испачкал походный костюм.

— Лер, поднимайтесь! — говоривший помог мне встать. Это был один из Охраняющих. Я не помнил его имени.

— Селин беги в лес, пережди! — в крике я узнал Бевела.

Краем глаза я увидел, что четверо Охраняющих бились с разбойниками. Разбойников было больше. Наши были в серых кожаных доспехах с железными полосами, овальными небольшими щитами и короткими мечами. Я видел Охраняющих сотни раз на тренировках в полном облачении. Разбойники были в каких-то рваных грязных одеждах. С разным оружием. Один даже с вилами был по-моему. Один из наших лежал на земле с торчащими стрелами. Бандитов лежало двое-трое.

Оборванец с бородавкой проскочил через карету и набросился на стоящего рядом Охраняющего. Замахнулся своей кривой саблей. Охраняющий легко отбил выпад бандита.

— Лер бегите!

Третий раз мне повторять не надо было. Я побежал к лесу. Как-то продрался через кусты «посеченки». Всю одежду порезало. Я бежал, постоянно оборачиваясь. Сзади меня никто не преследовал. Пару раз я навернулся о корни секвойи. Здесь на юге они очень высокие.

Пот стекал ручьями. Выдохшись, я остановился. Вокруг не было ни души. Я начал сомневаться. Надо ли было так далеко в лес убегать? Но Бевел же сказал бежать. Он не сказал сколько мне бежать. Я немного постоял и пошел назад.

По пути я встретил куст больших красных ягод. Они были какие-то не такие. Потом я набрел на кусты мелких темных ягод. Они были кислые. Я немного поел. Больше я хотел пить, только воды кругом не было. Я почему-то думал, что в глухом лесу будет куча зверья. Птицы будут ухать, насекомые сверчать. Но ничего особого слышно не было. Прям как у нас в лесу рядом с поместьем.

Я огляделся и случайно заметил сзади два желтых глаза. Интересно. Я пошел назад, думая, что зверь напугается. Но нет, он остался сидеть на месте. Внимательно следил за мной. Похож на большую кошку. Коричневая шерсть с черными короткими полосами. Я не мог вспомнить, как этот зверь называется. Но я видел картинку этого зверя в книжке.

Я осторожно подошел и поднял руку. Кошка зарычала. Я медленно начал двигать руку к зверю. Потом коснулся головы. Погладил.

Через несколько асенд кошка уже каталась по траве. Я чесал ей живот, за лапами, за ушами. Прям как Чарли. Кошка была большой. Интересно, сможет она унести человека? Только я занес ногу, как кошка снова зарычала. Я передумал садиться на зверя и продолжил гладить и чесать кошку.

Вдруг кошка резко повернулась и дернула ушами, застыла. А потом рванулась в сторону. Так быстро, что я не успел повернуть голову. Я немного постоял и услышал, как меня зовут.

— Я тут!!! — крикнул я и пошел на голос.

— Лер, слава единому! — это был Бевел. — Что у вас с лицом?!

— Что? — я утер рот и увидел след, похожий на кровавый.

— Это ягоды. Кислые.

— Ягоды значит. Пойдемте за мной, лер.

Охраняющий имел несколько неглубоких ран. Зажимал тряпкой сильный порез на левой руке. Щита у него с собой не было.

— Бевел, как называется зверь? Похож на кошку. Такой коричневый с полосами.

Охраняющий немного подумал.

— На басха похоже. Они обитают южнее, в Бессадоре. А что?

— Я Чарли встретил. С ним весело.

— Чарли?! Так вашего пса звали?

— Да-да! Новый Чарли. Смешной.

Бевел как-то странно посмотрел на меня. Иногда люди на меня так смотрели. Когда я мало думал, перед тем как сказать. Люди отвечали быстрее меня. Я тоже хочу говорить быстро. Но тогда надо и думать быстро.

— Поспешим к остальным, — сказал Бевел.

Я обдумал наш разговор. Вроде все правильно сказал.

Скоро мы пришли. Не так уж далеко я отбежал. Экипаж стоял дальше по тракту. Там на земле сидела Мария и перевязывала раненых Охраняющих тряпками. Везде валялись мертвые тела. В основном разбойники. Но был один наш Охраняющий. Его накрыли тканью. И наш Прислуживающий, который правил лошадьми экипажа. Рядом лежал тот бандит с бородавкой. Он валялся на спине и глядел в небо единственным глазом. Второй вытек. Видимо мечом прямо в глаз получил. Воняло как в отхожем месте. Чуть дальше я увидел другого разбойника с распоротым брюхом. Его внутренности вывалились наружу. Пахло дерьмом. Я потрогал свой живот. Интересно, у меня внутри также?

— Лер, вы в порядке? — Бевел посмотрел мне в глаза, и я отвел взгляд.

Я оглядел себя.

— Вроде да. О посеченку порезался только.

— Пойдемте к Марии.

Мы пошли к карете и Охраняющим. По пути я еще заметил двух обугленных бандитов с луками рядом. От них пахло палеными волосами и жареным мясом. Наверное, Бевел жахнул магией. У него было несколько магических рун с собой.

Мария перевязывала Охраняющему ногу возле бедра. Рана была серьезная. Руки Марии были все в крови.

— Лер, с вами все в порядке? — с тревогой спросила Прислуживающая.

— А, да, — я вытер следы от ягод рукавом. Все равно мамы рядом нет, а Мария не будет ругать. Костюм и так испорчен. Я подумал, что целый год никто меня не будет ругать и наказывать.

Рядом еще лежал другой раненый. Он был бледен и отхаркивался кровью. Пропитавшейся тряпкой он зажимал рану в правом боку. Видимо, кто-то ткнул мечом в бок ниже подмышки. В этом месте у Охраняющих была слабая броня.

— Лер, у меня есть руна Аун I ступени. Но скорее всего ее силы не хватит, чтобы спасти Вилаха. Это тот, который ранен в бок. Мы можем исцелить того, что ранен в ногу, — произнес Бевел.

Охраняющий смотрел на меня и ждал. Спустя асенду до меня дошло. Он ждет моего решения. Это было необычное чувство. Надо решать быстро. А значит и думать быстро. Охраняющий может погибнуть.

— Тот, что с ногой. Он будет жить? … Без руны?

— Да, лер. Если доставим быстро в город. Астервейл недалеко. Должен дотянуть.

— Тогда руну дайте Вилаху.

Бевел кивнул и пошел к раненому. Интересно, я принял правильное решение?

Я подошел поближе. Я видел раньше руну Аун. Это была дощечка с металлической вставкой и со сложным нарисованным… Как же это слово? И-е-ро-глиф. Обучающий заставил выучить зачем-то. Обычно говорили — форма. Винстром мне рассказывал про формы. В последние дни перед отъездом очень много рассказывал. Может быть, и я скоро смогу создавать такие же.

Бевел перевернул раненого на бок и положил дощечку рядом с раной.

— Без разницы куда класть, — пояснил Охраняющий. — Это же Аун, а не Аунко. Но мне почему-то кажется, что так будет лучше.

Потом Охраняющий отогнул немного металлическую полосу. Ничего не произошло. Раненый закашлялся.

— Лер, нам нужен будет экипаж для раненых. Пока сделаем возок, слишком много времени потеряем.

— Хорошо.

Раненых загрузили в экипаж. Мария села сверху, взяв вожжи в руки. Другого Прислуживающего-кучера зарубили.

— Лер, вы едете? — спросила Мария.

— Езжайте. Мы догоним, — Прислуживающая тронула лошадей, и экипаж покатил дальше по тракту

Две лошади Охраняющих пали. Одну истыкали стрелами. После боя Охраняющие добили животное. Другую забили палицей по голове. Наверное, это тот здоровый детина постарался. Только двое Охраняющих были без серьезных ран. Они оттащили в сторону трупы разбойников. У Бевела была ранена рука. Он не мог помогать. Детину тащили втроем. Я помогал. Тяжелый, гад. Да еще и наложил в штаны. Интересно, он наложил в штаны во время боя или после смерти? Бевел сказал, что такое бывает после серьезных ранений. Тело само решает.

Мы обыскали трупы, но ничего особо ценного не нашли. Немного серебра, да дешевые побрякушки. У детины в кармане было золотое кольцо. Наверное, главарь. Бевел говорил, что мне не надо тут возиться. Но мне было интересно.

Потом мы обошли округу. Один из Охраняющих нашел свалку из десятка трупов в овраге. В основном крестьяне. Я не стал близко подходить. Воняло страшно, да еще мух целые тучи летали.

Бевел отыскал лагерь разбойников. Здесь было привязано несколько лошадей. Одна — наполовину разделана. Хорошо хоть не человечиной питались. Мама в детстве говорила, что далеко-далеко на юге Астрегона живут такие люди, которые едят других людей. Наверное, они не умеют разводить свиней.

— Почему они не на лошадях были? — спросил я.

— Не каждый может биться на ходу. Этому учиться надо. На своих двоих то проще.

Мы с Бевелом походили рядом. Ничего интересного. Разбойники все носили с собой. В это время другие Охраняющие соорудили возок из двух длинных бревнышек и полотна между ними. Потом припрягли к лошади и погрузили тела погибших. Охраняющего и Прислуживающего.

Оставшихся животных мы взяли в поводу вереницей. У меня было две лошади сзади. У Бевела и другого Охраняющего по три. С привязанными тюками с оружием и припасами бандитов. И когда только успели?

— А что с мертвыми? — спросил я Бевела.

— Да пусть нолки жрут. Сообщим в Астервейл Оберегающим. Сами разберутся.

Спустя телла четыре мы въехали в город. Ну, скорее городок, а не город. Здесь на юге бедняки чаще использовали глину и песок для домов. А не дерево, как у нас. Дома одноэтажные желтые или красноватые. Были и деревянные, кирпичные, каменные. Мы отыскали таверну, о которой нам рассказали в предыдущей деревне. Здесь Мария планировала остановиться. Нашего экипажа и Прислуживающей здесь не оказалось. Наши лошади заняли чуть ли не всю конюшню. Хозяин таверны ругался с Бевелом.

Мы зашли в зал таверны. Народу было мало. Бевел осмотрелся и сказал, что поедет поищет Марию и заглянет к Оберегающим. Двоих Охраняющих мне хватит.

Мне пришлось договариваться о комнатах с хозяином. Мы далеко не первый раз снимали комнаты. Я запомнил сколько они стоят в разных тавернах и трактирах. Хозяин завысил цену раза в два. Я торговался, пытаясь сбить цену. Удалось лишь немного. Как у Бевела или Марии у меня не получалось говорить. Я нервничал, заикался и сбивался.

Мы отнесли вещи в снятые комнаты. Потом заказали еду и бочонок пива. Охраняющие заслужили. Надеюсь, Мария не будет ругаться.

Через пару теллов вернулись Бевел с Марией. Прислуживающая и Охраняющий прямо с ходу набросились на еду и питье. Как были грязные, в засохшей крови. Ох уж эти Прислуживающие. Я же перед едой тщательно умылся. Мама ругалась, если я приходил грязный к столу. Мария сильно устала, и сразу после еды она пошла отдыхать в комнату.

Бевел рассказал, что Вилаха не спасли. М'лечащий здесь плохой оказался.

— Лер, я бы то же самое сделал на вашем месте. Так что не тревожьтесь. У Незры нога заживет за пару декад. Как раз на обратном пути заберут.

— Целитель даже ногу… не может?

— Может, — Бевел поморщился. — Только дерет аки трактирщик в зимнюю ночь. Ничего, заживет. Мы и втроем справимся. До Геленквейла рукой подать. Меньше декады.

Я кивнул.

— Старший Оберегающий может выделить нам несколько бойцов. Только когда все проверят и доложат о разбойниках. А это день — два.

Бевел посмотрел на меня. Хотел, чтобы я решил. Охраняющие не любят принимать решения. А может это папа. Калар всегда говорил, что мне надо быть самостоятельным.

— А еще здесь бывают такие… разбойники? — я не смотрел в сторону собеседника.

— Местные говорят, что редко. До Геленквейла должны спокойно доехать.

— Нам же надо продать? Лошадей, мечи.

— Да.

— Тогда завтра еще побудем тут… Потом поедем.

Бевел удовлетворенно кивнул.

— Хорошо. Мы тогда наших достойно захороним.

Мне показалось, что он просто проверял меня. Все таки год будет моим Охраняющим. Мы с ним не особо говорили раньше. Только когда стойки с мечом изучали.

Спустя пару дней на привале я снова увидал Чарли. Это была та же большая кошка. Наверное. Как там Бевел говорил. Басх? Интересно, чего это она так далеко на север забралась?

Никто из Охраняющих не заметил Чарли. Я отошел в лесные заросли. Охраняющий хотел пойти со мной, но я сказал, что сам справлюсь. Владеющего он послушался.

Я немного повозился с кошкой. Скорее всего, это был тот же Басх. Старый Чарли тоже долго следовал за моим экипажем, когда мы куда-нибудь уезжали. Пол я не смог определить. Чувствовал, что Чарли не понравится. Я вспомнил тот разговор с Бевелом. Наверное, Чарли странное имя для кошки. Вот Охраняющий и удивился. Я не умел придумывать имена.

— Будешь «А», — кошка посмотрела на меня. Как будто понимает. Зевнула, обнажив длинные клыки.

— Ну или Арр. Типа р-рычишь. Здорово, да? — я потрепал кошку по загривку. Она мотнула хвостом.

— Или Арра. Во! Точно, будешь Арра, — Арра лизнула мне руку шершавым языком, и я продолжил чесать за ушами.

Все таки я придумал хорошее имя. Бевел не будет смеяться. Наверное.

Глава 3

Геленквейл — хороший город. Шумный только. Не так, как в столице. Но все равно шумный. Люди везде ходят. С черной кожей здесь больше, чем в Мостфеле. Темных эльфов нет почти. В округе много глины. Или чего-то еще. В Геленквейле много домов из кирпича. Желтого, красного и коричневого. Издалека город странно смотрится.

Мы остановились в большом людном трактире, пока Мария искала нам троим жилье на год. Она сама занималась деньгами. Иногда рассказывала мне, сколько потратила, и сколько осталось. Выходило, что много. Еще и от продажи лошадей и разбойничьего хлама кое-что получили. Правда на лечение Охраняющих потратились.

Последняя, красная кварта подходила к концу. Некоторые уже начали провожать старый год. Интересно, постоянно выпивать — это приятно? Надо будет попробовать. В тавернах и трактирах все пили. Хотя тот голубой напиток мне не очень понравился.

Мама и папа!

Я дабрался до Гелинквейла. По пути на нас напали бандиты. Погибли два Охраняющих и Прислужевающий. Скоро начнется учеба. Я буду учить магию.

Селин

Трое Охраняющих уехали. Я попросил их передать письмо в поместье. Так будет дешевле, чем через Доставляющих. Экипаж тоже повезли назад. Папа сказал, что ходить пешком полезно для здоровья. В Геленквейле остались только я, Мария и Бевел. Мы ходили смотреть дома и квартиры. В итоге остановились на квартире с тремя комнатами недалеко от университета. Стоило недешево, потому что в центре. Мне выделили самую большую комнату. Удобств никаких не было. На четыре квартиры один общий туалет с двумя дырками. В Геленквейле была канализация, как в Мостфеле.

До конца года оставалось меньше декады. Поэтому мы поспешили в Земельный Университет Геленквейла. ЗУГ или просто земельный. Большое здание из коричневого потрескавшегося кирпича. Несколько пристроек по бокам. В одну из них мы и направились. Там мы столкнулись с Разрешающими и очередью. Два дня на все потратили. У нас была заверенная грамота, что я сын Властвующего I ступени. Там какие-то льготы давали. Мы ходили через полгорода к местному отделению Управления указами и документами. Пришлось заверить нашу грамоту. Печати Геленквейла верят больше, чем Мостфеля. Мария ругалась, что пришлось сбор оплачивать.

В земельном меня быстро проверил маг усталого вида. Мария заполняла бумаги. Оказалось, что цены выросли. Больше, чем в наших старых проспектах. Прислуживающая подсчитала. Придется сильно экономить. Или послать письмо родителям с просьбой прислать денег. Или самим заработать.

Спустя три дня дошла моя очередь до пробуждения. Мария сразу же записалась, как мы приехали в Геленквейл. Через пару домов от ЗУГа стояло одноэтажное желтое здание. Вывеска гласила: «Инициация магов». Мария говорила мне раньше, но я не запомнил слово. Бевел остался снаружи. Мы с Прислуживающей просидели пару теллов в ожидании. В очереди были в основном простолюдины. Лишь одного Прислуживающего заметил. Он стоял подле богато разодетого парня с темными волосами.

Настала моя очередь. Мария прошла вперед и начала разговор. Потом поманила меня.

— Лер, раздевайтесь по пояс. И проходите в следующую комнату. Пожалуйста, — сказал немолодой загорелый человек скучающим тоном.

Я выполнил его просьбу и прошел в маленькую комнату. Где-то пять на пять шагов. Краска облупилась. В центре стояли непонятные ржавые железяки. Мария вышла.

— Проходите сюда.

— Что потом?

— Ничего особенного.

— А что будет?

— Сейчас узнаете.

— Долго?

— Нет.

— У вас холодно.

— Это на улице жарко.

— Железки холодные.

— Тут уж ничего не поделаешь.

— А разве нет… ну таких артефактов, которые греют?

— Есть. Но обычно люди терпят.

— Все?

— Вот один попался.

— Кто?

Мужчина посмотрел на меня, но не ответил. Опять я слишком быстро говорю и мало думаю.

— А когда начнется?

— Сейчас Штеф придет.

— Зачем?

— Заряд принесет.

— Для чего заряд?

— Для артефакта.

— Какого?

— В котором вы стоите, лер.

Я осмотрелся. Вокруг меня были какие-то железки. Интересно, если его пнуть, он не станет работать?

— Иници…ция. Это больно?

— Если не отвлекать меня, то нет.

— Я не буду вас отвлекать. Когда начнется. Я не люблю боль.

— Это хорошо.

— У вас всегда так много людей?

— Нет, — мужчина сделал паузу, потом добавил. — Перед учебным годом всегда больше клиентов. Это и дураку ясно.

— А другие такие… есть в городе?

— Нет. В Геленквейле один дом инициации.

— А в Мостфеле много?

— Не знаю. Три, вроде.

— А в Гаралдуне?

— Один.

— У гномов также… иници-руют?

— Да

— А в Бессадоре?

— ДА.

— А у темных эльфов?

— ДА!

— А у варваров на севере?

— ДА!!

— А у светлых?

— Д… не знаю. Не слышал. А вы любите поговорить, лер.

— Наверное. А…

Я не успел задать вопрос. В дверь ввалился мальчишка лет двенадцати. Интересно, с чего это меня понесло? Одной рукой парень изловчился открыть дверь. В другой нес большой ящик. Я услышал, как что-то там звякало.

— Штеф, ну наконец то? Где ты бродил?

— Па, я быстро вообще-то.

— Папе так не показалось…

Мужчина вставил какую-то железяку в основание артефакта. Если это правда артефакт. Странный какой-то. Интересно, что будет, если кинуть этот заряд в стену?

— Когда будет больно, кричите.

— Но вы же говорили… — я не успел сказать, как артефакт заработал. Сначала я ничего не чувствовал. Потом стал нарастать гул. Потом голова закружилась и я чуть не упал. Схватился за поручни рядом. По всему телу стали пробегать искры. В голове прояснилось. Потом снова гул, только сильнее. Пол немного затрясся. Потом снова закружилась голова. Побежали искры. В голове прояснилось.

Так повторилось несколько раз по нарастающей. У меня разболелась голова. И немного спина. Я сказал об этом.

— Это нормально. Сейчас включу посильнее и пройдет.

Не прошло. Зубы стучали. Глаза вылазили.

Не знаю, сколько времени прошло.

— Вот и все, лер. Как голова?

— Болит немного.

— А ноги болят?

— Да. Немного.

— А руки болят?

— Да.

— А спина?

— ДА.

— А плечи?

— ДА!

— Значит все в порядке. Завтра пройдет. Всего доброго, заходите еще, лер.

Празднование нового года я провалялся в своей комнате на жесткой кровати. Все три дня. Меня немного мутило. И я долго не мог находиться на улице. Я видел, как выходили из комнаты до меня. Они выглядели нормально. Почему со мной по-другому? Наверно, чем больше ума, тем легче… пробудиться. Мне сложно. Опять я забыл это дурацкое слово.

Хорошо, когда есть Прислуживающие. И Бевел тоже помог мне дойти до дома. Мария готовила и стирала. Бевел помогал таскать покупки. Прислуживающая прикупила мне наряд для учебы. В земельном ей сказали, что подойдет любая удобная одежда. У меня теперь были свободная туника, штаны и легкая непромокаемая куртка. Коричнево-черного цвета. Земельный же факультет. Мария сказала, что мне под цвет волос хорошо подходит.

Никаких изменений в себе я не почувствовал. Я думал, что-то сразу начну видеть. Я махал руками, прыгал, тужился. Ни клочка магии не появилось.

Наступил первый день коричневой кварты. Мой первый день студента. Теперь я настоящий Обучающийся. Утром Мария как обычно помогла мне собраться. Причесала и собрала перекусить в дорогу. Прислуживающая хотела пойти со мной, но я не стал брать ее с собой. Нет, надо самому все делать. Бевел пошел со мной. Он же Охраняющий.

На улице вовсю светило солнце и было жарко для утра. Я скинул надетую коричневую курточку. От нашей квартиры до ЗУГа был один телл ходьбы. Как до деревни примерно от поместья. На улицу выползали мрачные мужики с кривыми рожами. Такое бывает, когда пьешь долго. Отец на новый год тоже приглашал друзей иногда.

Сначала мы шли по сухой обычной дороге. По краям высились кучки мусора. Иногда сверху выливали отхожие ведра. Наверное, канализация не везде есть. Вокруг мелькали кареты и открытые экипажи. Проезжали всадники. Иногда группами. Но больше людей шли пешком. Одеты хорошо, не то, что в деревне. Бевел шел сзади и один раз толкнул тощего мальчишку, который близко подошел ко мне:

— Кошель хотел срезать, — сказал Охраняющий.

— У меня там и денег то нет.

— Ему то откуда знать.

Все куда-то шли. Муравейник. Правильно брат говорит. В Старобрадфеле спокойнее.

В Земельном Университете тоже сновали люди туда-сюда. Я примерно знал, где будет первое занятие. Я подошел к стоящему человеку в холле и спросил:

— Извините, как на задний двор пройти?

— О, мясо что ли? — усмехнулся парень. Одет он был в коричневую мантию. Многие вокруг носили такие. — Вон там дверь, повернешь налево. Там будет еще дверь. Вот и задний двор.

— Спасибо.

Некоторые студенты носили мантии в охапке с собой. Жарко ведь. Только зачем с собой носили — непонятно. Интересно, мне выдадут такую мантию?

От здания ЗУГа я ожидал чего-то более… великого. Пусть и не столица, но все же. В углах скопился мусор и грязь. У входа так вообще болото стояло. В деревне и то чище. Интересно, тут совсем не убирают или так быстро становится грязно?

Я вышел на задний двор и офигел. Посмотреть было на что. Сначала мое внимание привлекло огромное стеклянное помещение. Интересно, как оно называется? Там что-то росло. Ближе были разбиты грядки. Много грядок. В центре все было прилично, чисто и аккуратно. На стеблях пухли всевозможные овощи и ягоды крупных размеров. А вот справа на грядках росло… даже не знаю что. Цвет растений здесь был самый разнообразный. Желтый, зеленый, синий, красный, полосатый, в горошек, двух- и трехцветный. К какому виду растения и плоды сказать было очень сложно. Такое ощущение, что над этими грядками поработал безумный маг. Вдалеке росли деревья. Тоже с плодами.

Недалеко я заметил группу людей без мантий, одетых кто как. Чуть в стороне стояло несколько людей с оружием. Не зря я взял Бевела с собой. Я послал Охраняющего в ту сторону, а сам пошел к группе. Одеты были все по-разному. Я плохо знал названия нарядов. Кто-то был одет словно на праздник, а кто-то будто собрался идти копать землю.

— Здрасьте, — обратился я к ближайшим.

— Во! Привет. Вот как ты думаешь, чем мы заниматься здесь будем? — спросила низенькая девушка.

— Эм-м. Учиться, наверное.

— Нет, вот здесь — на заднем дворе? Кто-то говорит, что нам проведут экскурсию, а часть говорит, что нас копать заставят, — на последних словах девушка заулыбалась.

— Не знаю.

— Смотрите, как пялятся, — показал рукой на окна один из студентов.

Там действительно собралось человек двадцать Обучающихся на обычных курсах. Они смотрели за нами, что-то обсуждали и смеялись.

Я постоял рядом, послушал что говорят поступившие. Я плохо умел поддерживать разговор. Мама говорила, чтобы я чаще спрашивал Обучающих, если будет непонятно. Я буду спрашивать.

Со стороны университета к нам направился человек в странной одежде. На вид лет сорок. В коричнего-серой одежде с такого же цвета широкополой шляпе. Мне стало смешно почему-то. Уж больно человек походил на Воюющего. Лицо строгое, брови нахмурены.

— ПОСТРОИЛИСЬ!!! — гаркнул человек. Я чуть не подпрыгнул на месте. Некоторые забегали. Спустя десяток асенд мы смогли кое-как встать в два ряда.

— Сойдет, болотные черви, — кивнул человек. — Меня зовут Гезар Трехо. Я М'обучающий II ступени. Ко мне обращаться лер или мастер Гезар. Мне плевать, сколько у вас или ваших отцов титулов, — повысил голос мастер. — У меня вы все будете выполнять то, что я скажу, отрыжка нередника! Тех, кому не по нраву обучение, можете валить на все четыре стороны!

— Что за отношение?! Я буду жаловаться на вас! — произнес какой-то важный молодой парень в изящных блестящих туфлях.

— Слушай ты! Подстилка бородавочника! Если тебе что-то не нравится, тебя никто не держит. Деньги вам никто не вернет! Я либо сделаю из вас за год лучших Питающих, либо вы сгниете тут. Всем ясно?! Еще вопросы есть?

Я улыбнулся. Мастер Гезар напомнил мне Грегора и Бевела, когда они тренировали других Охраняющих.

М'обучающий вырос прямо передо мной и рявкнул:

— Тебе что-то показалось смешным, недоумок?

— Лер, вы похожи… на Воюющего, — сказал я то, что думал.

— На кого я похож будет думать моя жена в постели, а не белоротый юнец без капли мозгов в голове! Если вы хотите закончить курс и получить грамоту об окончании, будете делать все, что скажу я или другие М'обучающие. Сейчас идите за мной!

Толпа двинулась за Гезаром.

— У кроволиста осторожнее. Может цапнуть.

Я не понял, что за кроволист. Но решил не спрашивать.

Вдруг слева от меня растение дернулось. И впилось в край одежды шедшего впереди студента. Тот вскрикнул. Растение темно-зеленого цвета с яркими красными прожилками не хотело отпускать человека.

— Я же предупредил, высер катехориса, — сказал Гезар.

— Отцепите его, — нервно бросил студент. Я попытался разжать листья-челюсти, но ничего не вышло. Стебель его был с руку толщиной и крепкий как дерево.

— Стукни ребром ладони сзади по стеблю.

Я стукнул. Кроволист издал какой-то странный звук и втянулся обратно к грядке.

— Много тут еще таких монстров? — спросил студент, разглядывая продырявленную рубаху.

— Кроволист то мирный. Если не в сезон цветения. Тогда на всех бросается. Видите вон ту грядку? — пальцем показал М'обучающий. — К ней лучше не подходите.

Мы еще немного прошли.

— Да, еще вон к той не подходите, — махнул рукой мастер Гезар в сторону грядки с цветами с крупными синими цветами. — Шумовики не кусаются, но орут громко. А уж если хором. Ты куда полез, мархово отродье?! — крикнул Гезар.

Студент, копошащийся возле какого-то цветка, отступил назад.

— Запомните, черви. Никогда не лезьте в чужой огород. Это закон Земельного Университета. Особенно не лезьте к Балисои Тесамба. В простонародье именуемой Обосранка.

Студент заметно побледнел. У нас такие не росли, но я слышал всякие анекдоты на тему этого растения.

— Этот вариант был модифицирован нашим студентом. Поэтому и непохоже на обычную Обосранку. Слабительное получилось просто убойное. Достаточно пары прикосновений, чтобы на весь день засесть в кустах, — студент побледнел еще больше. — Некоторые высаживают вот такие модифицированные Балисои для защиты от воров. Правда ухаживать за ними тяжело.

Я с опаской поглядел на вроде бы невинное растение с розоватым стеблем рядом со мной. И отодвинулся подальше.

— Вот мы и пришли. Никого по пути не съели? А то был тут случай… — задумчиво проговорил М'обучающий.

Одна из девушек закатила глаза и начала падать. Ее подхватил рядом шедший студент.

— Отставить нежности! Магическая наука — это сложный мир, где выживают сильнейшие. Если вы будете постоянно падать в обморок, то хорошим магом не станете.

— Извините, мастер Гезар, — тихо сказала девушка.

— Ничего, ничего. У каждого из нас свои слабости… — мастер немного помолчал. — А теперь берите лопаты, жабохватные глисты! И копайте всю эту полосу до конца!

Удивительно, но никто не протестовал. Даже тот важный парень, который возмущался вначале. Все быстро разобрали лопаты и разбрелись по полю. Некоторые были в белых платьях с кружевами, некоторые — в сандалиях. Все копали. Справились мы меньше чем за телл. Поле небольшое, а нас человек двадцать. Я заметил вдалеке, как у окон университета собралась приличная толпа. И что им тут интересного нашлось?

Потом мы собрали лопаты и отнесли их в деревянный сарай неподалеку. Мастер Гезар рыкнул, и мы снова построились, как смогли.

— Это будет ваше поле, Обучающиеся. Работать на нем можно в любое время. Участки поделите сами. Можно отделять досками и заборами. Если кто-то решит захапать себе пол поля — вас выгонят. Если возьмете маленький участок — выгонят. Если будете работать не на своем участке — выгонят. У нас есть способы проверить, поэтому не пытайтесь обмануть. Хотя нет. Попробуйте, будет даже забавно. А то студент трусливый пошел в последние годы.

Маг подошел к грядке и взял горсть земли в руку.

— Запомните, черви! Земля — это то, с чего начинается Питающий. Земля, грязь, гумус, удобрения. Магия не всесильна, — М'обучающий сжал кулак и земля полетела в стороны. — Иногда проще совсем не использовать магию.

Я подумал о том, что Трехо — хороший мужик. Строгий только. Надо будет привыкнуть. А потом можно задавать вопросы.

Мастер еще некоторое время говорил с нами. Про растения, про землю, про магов. Студенты даже стали задавать вопросы. М'обучающий рассказал про наше расписание. Все очень просто. Нас будут обучать четыре человека и один гном. Каждый день по пять занятий. Три — теория, два — практика. Занятия у Гезара всегда последние. Если он недоволен, то можно до вечера просидеть в грядках. Или если наоброт — уйти пораньше. Я только не понял, почему сегодня наше занятие у Трехо было первым. Потом провели перекличку. Я не узнал ни одной фамилии.

Когда над университетом раздался гонг, Гезар нас отпустил. Оставшиеся возле здания Охраняющие о чем то весело спорили между собой. Когда мы подошли, они замолчали и сделали серьезный вид. Дальше у нас стояло растениеводство. М'обучающая Вирна Белласто. Кто-то из нашей группы знал, где находится ее кабинет. Мы толпой двинули сразу туда. Несколько девушек с грязными платьями пошли отмываться. Бевел вместе с остальными четырьмя Охраняющими остался в коридоре.

В кабинете растениеводства на полках стояло множество одинаковых книг. Учебники. И застекленные высушенные растения. Росло и несколько обычных. Парты оказались старыми, потертыми, исписанными и исцарапанными. Мы все разбрелись и расселись. Мне досталось место справа возле окна. Никто не хотел садиться на эту сторону — солнце нещадно жарило. Рядом на подоконнике еще стоял вырвиглазный фикус с разноцветными листьями. Каждый листик нового цвета. Я постарался отодвинуться подальше от него.

Полтелла мы просидели. Большинство обсуждало Гезара и то, как он… обучает. Потом в комнату буквально влетела женщина средних лет, одетая в простое платье и туфли. На голове у нее было нечто непонятное. Я сначала подумал, что она фикус на голове вырастила. Но нет, это такая прическа была.

— Мальчики и девочки, меня зовут Вирна Белласто. — очень благожелательно начала М'обучающая. — Можете ко мне обращаться тетя Вирна. Следующий год мы с вами будем изучать интереснейший предмет. Растениеводство! Флора даже нашей провинции настолько велика, что на это уйдут годы. Поэтому мы с вами сосредоточимся на тех, которые так или иначе служат разумным. В пищу, для создания лекарств, благовоний, для декора и красоты.

Говорившая женщина мило улыбалась. Но мне больше понравился мастер Гезар. Интересно, почему?

— Я вижу, наш любимый Гезарчик уже основательно потрепал вас. Это будет вам уроком. На занятия в Земельном Университете не следует являться в праздничной, вычурной одежде. И хочу обратиться к нашим милым девушкам. Я понимаю, что многие из вас хотят заведать цветочными садами и парками. Но вы должны сразу уяснить, что любое растение — это грязь. Поэтому ваши ухоженные белые ручки еще не раз прикоснутся к земле. Если вы все еще захотите становиться Питающими, — с теплой улыбкой поведала М'обучающая.

— Все вы в конце года получите грамоту об обучении в ЗУГе. И лишь половина диплом Младшего Питающего. Давайте я вам расскажу о магах. Бывает так, что люди сюда приходят неподготовленными.

Вирна медленно пошла вдоль парт.

— Колдующие делятся на несколько типов. К ним всем в официальной речи делается приставка М'. Но среди своих говорят проще. Обучающие — вы уже познакомились с нами. Внедряющие — маги, которые создают артефакты. Воюющие — маги, чье призвание битвы и сражения. Не путать с простыми Воюющими. Лечащие — думаю, понятно из названия. Питающие — маги, которые связали свою жизнь с землей и… — женщина ласково погладила стоящий сзади в горшке цветок. — растениями. Еще есть Конструирующие. Колдующие — ученые. Создают или конструируют новые заклинания. В свою очередь каждая группа может делиться еще на несколько профессий.

Я старался записывать. Получалось плохо. Вирна говорила быстро и не повторяла. Не как Винстром.

— Земельный Университет Геленквейла выпускает лучших Питающих во всем Тазаме! А хороший Питающий обязательно изучает названия и свойства растений. Весь год этим мы с вами и будем заниматься, — женщина мотнула головой, от чего мне показалось, что ее прическа сейчас рухнет.

— В среднем шкафу возьмите учебники для общего курса. Сразу предупреждаю. Тот, кто его испишет один раз — купит новый. Тот, кто испишет два раза — будет учиться уже дома. Самостоятельно.

Мы разобрали учебники. Они действительно были как новые. Потом проверили, что там ничего не написано. А то выгонят еще. Вирна начала нам рассказывать про типы растений, их класс… сифи…кацию. Жуть страшная! Скучно в смысле. Я с большим трудом не уснул.

Следующим уроком у нас была минералогия. Я думал мы землю будем изучать. Оказалось не только. А все, что в земле есть: камни, руды, драгоценные камни и еще много чего. Вел урок молодой гном. Сказал, что он поверхностный. Гном мало отличался от человека. Только невысоким ростом. Я слышал, что есть еще и подземные гномы. Вот они страшные. Заросшие все, с двумя парами глаз и тремя ушами. Чтобы лучше видеть и слышать под землей. Когда вылезают на поверхность, то утаскивают с собой маленьких детей. Ну, про последнее наверное все таки врут.

Сильв Кацнхнауэр. Произнести фамилию гнома мало кто мог. Поэтому к нему обращались просто лер Сильв. Мне понравилось, как он рассказывал. Очень четко и правильно. Я бы даже сказал красиво. Все у него было разложено по полочкам. Опять пришлось много писать. И тоже был учебник. Толстый, зато с картинками.

— М'Рудознающие — это очень прибыльное и престижное дело для Питающих. Все зависит от ваших навыков и… удачи. Вы можете основать собственную фирму и встать во главе Добывающих и Пробивающих. Это может быть серебро, золото, драгоценные камни или даже адабро. Чем дальше через камень вы сможете видеть, тем лучше.

Я видел несколько раз у отца тонкие монеты из адабро. Папа говорил, что это лучший материал для хранения маны. Я себе это плохо представлял. Ну вроде как кувшин из адабро, в котором как вода плещется мана. 1 адабренную монету можно обменять на 100 серебряных.

— Вам Вирна рассказала про типы Питающих? Нет? Ну тогда я вкратце расскажу. Как вы знаете, маги или Колдующие делятся на шесть основных типов: Обучающие, Внедряющие, Конструирующие, Воюющие, Лечащие и Питающие. Поскольку курсы у нас на обучение Питающих, то про них я и расскажу.

— У Питающих достаточно много специальностей. Я выделю основные. Рудознающие — ищут полезные минералы. Выращивающие — создают траву, кусты и деревья определенной формы и цвета. Это уход за парками и цветниками. Удобряющие — подпитывают землю для прироста урожая. Вызывающие — управляют погодой. Вызывают дожди или наоборот их прекращают. Собирающие — самый простой тип Колдующих, — гном улыбнулся, показав пожелтевшие зубы. — Это те, кто копят ману и перекачивают ее в другие хранилища. Для постоянной подпитки императорского дворца В Мостфеле необходимо как минимум с десяток Собирающих II ступени.

— А много они получают? — спросил кто-то.

— Уж поменьше чем другие Колдующие. Собирающим думать особо не надо.

Во-о. Может Собирающим стану. Если больше ничего не получится.

Следующим уроком у нас поставили Основы магии. М'обучающий — толстый человек с залысинами. Постоянно потеющий. Интересно, есть ли такая работа — Потеющий? Он бы туда вписался. Звали его Альбс Каннингем.

— Вот мы и познакомились, — сказал М'обучающий после переклички. — Теперь мне надо узнать, все ли из вас прошли инициацию? — человек утер платком пот со лба. — Поднимите руку, кто не прошел.

Никто не поднял руку.

— Хорошо. Тогда поднимите руку те, кто еще не видит магию.

Я поднял руку и еще два студента.

— Подойдите сюда.

Мы вышли к М'обучающему.

— Казнить их! — кто-то тихо выкрикнул. Интересно, это шутка такая?

— Визирус Кэллам, вы хотите что-то сказать? — Альбс улыбнулся. Немного жуткое зрелище. И как он только всех запомнил по именам?! Небось выучил всех заранее.

— А-а, нет, лер.

— Прекрасно. Знаете, вылететь отсюда можно за малейшую провинность. Это кстати не совсем хорошо. Потому что у М'обучающих слишком большая власть над студентами. Но поскольку я М'обучающий, а не студент, то я даже рад этому. Сколько драгоценного времени я потратил на обучение полных бездарей, не счесть, — маг закатил глаза.

— Вы трое. Как только увидите необычное свечение. Говорите, — Альбс вытянул руки ладонями вверх в разные стороны. — И говорите с какой стороны увидите. Начали.

Я думал, что надо как то напрягаться. Медитировать там. Интересно, меня отчислят, если я не увижу свечение?

Я всматривался до рези в глазах. Боялся моргнуть. Потом увидел, как что-то блеснуло справа.

— Справа, — сказал я. Рядом стоящие студенты повторили.

— Хорошо, Селин Велиостро. Давай еще раз.

Я еще немного постоял и снова увидел слабое свечение.

— Теперь слева.

— Прекрасно, — маг утер пот. — Можешь садиться на свое место. Теперь с вами.

Прошло еще полтелла, но двое парней так и не угадали ни разу.

— Прискорбно. Вам двоим стоит пройти инициацию. Если вы не сделаете это в течение кварты, то будете отчислены. Ваше вранье отнюдь не делает вам чести. Садитесь.

Молодые парни понуро вернулись за парты. Альбс продолжил.

— Итак, начнем с основ. Кто знает сколько всего существует стихий? Да, Мелинда?

Я повернулся направо и посмотрел на привставшую девушку. У нее были короткие волосы, широкие штаны. Я сначала подумал, что это парень. Пока М'обучающие не провели первую перекличку. Хотя в именах я тоже плохо разбирался, как и в лицах.

— Огонь, вода, воздух, земля. Еще выделяют нейтральную стихию.

— Спасибо, Мелинда. Все верно. Все вы от природы обладаете нейтральной стихией. Другими словами чистой маной. Вы собираете внутри себя определенный запас энергии или маны. Даже сейчас. Это может происходить у человека без его контроля. Как дыхание, например. Вы забираете ману извне и накапливаете внутри себя. Процесс это очень долгий. Существуют специальные техники. Медитация. Вы будете ей заниматься на занятиях М'обучающей Леграно. А кто из вас знает про формы? Какие они бывают?

Альбс сел на стул, который заскрипел под весом. Мелинда снова подняла руку. Но маг выбрал другого.

— Пожалуйста, Визирус.

— Самые простые — Одиночные формы. Еще бывают Связующие, Направляющие, Образующие…

— Все верно. Форма — есть суть заклинания. Его каркас, его основа. Что самое главное для мага?

— Иметь много маны? — заметил кто-то.

— Нет-нет. Главное для мага — это правильное составление формы.

Толстяк сделал паузу и обвел класс взглядом.

— Еще раз. Главное для мага — это правильное составление формы. Я буду повторять вам это каждый день, — маг отпил воды из стакана.

— Изучать на практике будем всего две-три Одиночные формы. Но расскажу я вам про все основные. Кто знает, может здесь с нами сидит будущий Колдующий III ступени?

Я огляделся. Несколько студентов засмеялись. Никто здесь не походил на великих Колдующих.

— Кхе-кхе. Так о формах значит. Откройте учебник на восьмой странице…

…В течение урока мы знакомились с формами. Какие они бывают и где применяются. Вот что я записал в тетрадь:

— Оденочная форма. Простая. Мы будем такие проходить. Сочитает в себе своства более сложных форм.

— Оброзующая. Внешний вид, форма, дальность закленания.

— Свизующая. Центральная. Тип стихии.

— Направляющая. Определяет направление, вектор заклинания.

— Распределяющая. Регулирует интенсивность магического потока.

— Подчиняющая. Контролирует доступ к использованию заклинания только определенному магу или нескольким магам. Чаще используется Внедряющими.

— Контролирующая. Отвечает за стандартное управление заклинанием магами (при очень сложной структуре заклинания) или за управление с помощью внешних проявлений немагами.

— Защищающая. Отдельная форма для больших заклинаний. Иногда совмещается с подчиняющей. Отвечает за защиту заклинания от внешнего воздействия.

Последние определения я списал уже из учебника. Мастер говорил быстро, и я не успевал записывать. В целом мне понравилась магия. Как рассказывал лер Каннингем. Магия красивая.

После Основ магии у нас был перерыв один телл. Мы с Бевелом пошли в местную столовую. Цены тут были просто грабительские. Мало кто из студентов покупал в столовой еду. Здесь стояли грубые столы и лавки. Обучающиеся весело гоготали, бросались хлебом. Я увидел группу гномов, сидящих за одним столом особняком. Глаз у них было по одной паре. Так что вряд ли это подземные гномы.

Мы с Бевелом с удовольствием уплетали свои пайки. Мария хорошо готовила. Не так, как наша Готовящая, но тоже неплохо.

— Лер, ну как вам первый день?

— Сложно очень. Не успеваю все записывать.

— Вы слова сокращайте. И все подряд не пишите. Надо выделять главное, — наставительно произнес Охраняющий.

К нам подошел парень с тремя Охраняющими. Это именно тот, что ходил с важным видом и хотел пожаловаться на мастера Гезара. У него была ярко расшитая туника, немного уже помятая, несколько перстней и тонкая золотая цепочка на шее. Бевел встал из-за стола, поклонился и отошел в сторону.

— Уважаемый лер. Селин Велиостро, я правильно запомнил?

— Да, лер, — я слегка склонил голову. Я забыл его имя.

— Меня зовут Берм Хавалон, — улыбнулся лер. — Я двоюродный племянник Агазара Хавалона, — с каким-то скрытым смыслом произнес Берм.

— Гм, моего отца зовут Калар Велиостро.

— Вот как? Это имя мне неизвестно. У вас есть родственники Владеющие II ступени?

— Нет, лер.

— Что ж, не смею больше вас отвлекать от трапезы, — Хавалон развернулся. Они вместе с Охраняющими ушли из столовой.

Бевел вернулся за стол.

— Лер, я слышал про Агазара Хавалона.

— Да?

— Он Владеющий II ступени где-то далеко на востоке. Рядом с Галиатом, по-моему.

— Мне этот Берм не очень понравился. Чего ему от меня нужно?

— Ну, мне сложно судить, — пожал плечами Охраняющий. — Может, хотел завести полезные знакомства?

Мы продолжили трапезу. Но нам снова помешали. Студент с короткой темной стрижкой плюхнулся на скамью за наш стол. Визирус. Я запомнил его.

— Привет, я не помешаю?

— Нет, — я продолжил есть. А то перерыв подходил к концу.

— Меня Визирус зовут. Можно просто Виз. — студент достал краюху хлеба с мясом и бутыль с молоком. И принялся поглощать пищу. Визирус был невысокого роста обычного телосложения. Черты лица какие-то неприметные.

— Отфкуда фами будете? — продолжая жевать, спросил Виз.

— Старобрадфель. Тридцать лир от столицы.

— О! Почти что Мостфельцы, да? Слушай, не хочешь вместе над огородом работать? Ну не всмысле вместе, просто участки рядом возьмем.

— Можно. А почему я? Я ведь магию пока не вижу.

— Не знаю. Просто мне не нравятся надутые хлыщи, а ты нормальный парень вроде. Вот у меня нет родственников Владеющих или там III ступени. А ты нормально со мной говоришь. Мой отец Торгующий — караваны с зерном отправляет на север в основном. Не только зерно, а и другие продукты. Меня вот хочет пристроить на угодья, где он зерно берет.

— Славно. А я вот не знаю еще кем хочу стать.

— Ну, я тоже не особо горю желанием стать Питающим. Вот Воюющим было бы круто стать. Вот тебе Селин не хотелось?

— Хотелось. Я думаю… надо что-то попроще, а там уже посмотрим.

— Дельная мысль! А я вот хотел бы стать М'воюющим. Это ж так круто!

Визирус болтал без остановки. Мне оставалось лишь вставлять какие-то слова. Пока не прозвенел гонг. В столовой он был очень хорошо слышен. Будто под ухом звякнули. Мы быстро пошли в сторону класса.

Практическую магию у нас вела Дердис Леграно. Молодая женщина со светлыми волосами и яркими зелеными глазами. Голос у нее был немного безжизненный.

Класс тоже был необычный. Вместо парт мы как бы расселись на поднимающихся вверх ступеньках. Внизу было открытое пространство. Хорошо видно.

— Вот это красотка, — тихо сказал рядом присевший Визирус.

— Да? Она красивая?

— Еще бы. Только глянь на эти глазищи. А уж грудь то какая! Ух.

Я осмотрел женщину и сделал себе в голове пометку «красивая». По мне так ничего красивого в Дердис не было. Но надо быть как все.

— Приветствую вас, уважаемые Обучающееся. Меня зовут Дердис Леграно. В течение этого года мы с вами будем заниматься практической магией. Развитием ваших медитативных качеств, сохранением маны, передачи ее в различные хранилища. Ну и разумеется созданием заклинаний. Но это чуть дальше. Некоторые из вас еще не полностью готовы к плетению. Часть еще не видит магию. Поэтому в первую кварту мы уделим больше времени теории и медитациям. Кто из вас знает что такое медитация?

Никто не ответил.

— Медитация — это особое состояние мага, при котором усвоение маны максимально. Всем вам должно быть известно, что одаренные аккумулируют в себе магическую энергию. Если вы не плели недавно заклинания, то ваш резерв должен быть сейчас полон. Запишите, что такое резерв. Это объем собранной энергии разумного, которую тот может направлять вовне. Обычно одаренный не может регулировать скорость усвоения внешней энергии. Простая аналогия — ваше сердце. Оно гоняет кровь по вашим венам, но вы не можете никак им управлять или остановить его. Также и с энергией. Она собирается внутри вас независимо от ваших желаний. Почти с самого детства. Собственно, таким образом и определяют станет человек магом или нет. Если ваш резерв высок, то вы вполне можете стать магом.

— Медитация — это сложное искусство. Некоторые постигают его в течении каких-то недель. А некоторые бьются годами. У нас с вами не так много времени, и я надеюсь, что все вы сможете освоить медитацию.

На первом занятии лер Леграно говорила только теорию. Для практики еще рано было. Так она сказала. Правда, кто-то заметил, что он уже может плести заклинания. М'обучающая сказала, что мы перейдем к практике когда все будут видеть магию.

Так прошел наш первый учебный день. В голове у меня мало что осталось. Особенно от занятий по растениям и минералам.

Визирус Сэллам оказался очень болтливым. Бевел потом сказал, что мы прекрасная пара. Он болтает, а я молчу и иногда поддакиваю. У меня почти не было друзей в Старобрадфеле. Только Чарли, да сестры с братом. Я очень хотел, чтобы мое малоумие никто не заметил. Мария сказала, что сделать это очень сложно, но мы с ней занимались немного. Она учила меня говорить как все. Для этого надо быстро думать. Сложно.

Расписание на следующий день и на все последующие одинаковы. Первое занятие по Земледелию у мастера Гезара переместили в конец. Все остальные сместились ниже. То есть, до обеда у нас проходит: растениеводство у Вирны Белласто; минералогия у Сильва Кацнхнауэра; основы магии — Альбс Каннингем; практическая магия с Дердис Лаграно. После обеда — практика по земледелию с Гезаром Трехо. Мастера Гезара за глаза называли «солдафон». Гнома Сильва — «Кац» по первому слогу фамилии. Про Белласто говорили тетя Вирна. Дердис называли по имени, иногда — «эльфийка», только это прозвище не прижилось.

На второй день мы с Визирусом нашли места рядом. Вскоре я уже пожалел об этом. Мой сосед постоянно шутил и отвлекал. Иногда нам делали замечания. Минералы и растения я почти проспал. Я просто не мог их внимательно слушать, и все тут. А вот основы магии преподнесли сюрприз. Лер Каннингем сказал, что мы будем изучать постепенно одиночные формы.

— Обычно за год можно выучить две-три формы. Если постараться, то четыре-пять. Одним из требований к диплому Младшего Питающего является знание трех одиночных форм и возможность создать из них заклинание. Так что студенты, не зевайте.

— Одиночные формы — двумерные. Поэтому-то они и самые простые к обучению. Одиночные формы намного легче перенести на бумагу, и даже можно изучать самостоятельно. Другие формы — трехмерные, и я не советую их тренировать самому.

— Для начала откройте двенадцатую страницу. Там представлено часть одиночных форм. Конечно, это не весь список, но на наших курсах большего и не требуется.

Я открыл. И офигел. Это всего лишь часть?!

Таблица 2

Одиночные стандартные формы

Форма

Тип формы

Результат заклинания

Описание действия заклинания

Кол-во ступеней

Тио

атакующая

Огонь Вода Воздух

Шар со скоростью ступень*20 лир в телл диаметром ступень*половину десятины

3

Тиоко

атакующая

Огонь Вода Воздух

Копье — // -

3

Тиос

атакующая

Огонь Вод

Стена — // -

3

Бао

атакующая

Огонь Земля Воздух

Шар. Огонь — вспышка, земля — взрыв с осколками, воздух — оглушение

2

Баоко

атакующая

Огонь Земля Воздух

Строгое направление, а не во все стороны как в Бао

2

Баоно

прикладная

Огонь Вода

Создание светящегося шара на время примерно 10 астов * ступень для огня. Для воды — шар питьевой воды

3

Баодо

прикладная

Вода

Специальная модификация Баоно. Вызывает кратковременный поток воды сверху.

3

Баокора

прикладная

Воздух

Узкий направленный поток воздуха с привязкой к материальному предмету. Используется для поднятия в воздух предметов, людей. Для создание толчка наземным и водным средствам передвижения.

5

Сан

защитная

Вода Земля

Неподвижный квадратный защитный земляной или ледяной барьер со стороной ступень*шаг. Иногда используют и стихию воздуха.

4

Санкр

защитная

Вода Земля

Круглый — // -

4

Санку

защитная

Вода Земля

Округлый купол, защищающий со всех сторон. Помещаются ступень человек.

4

Ван, Ванкр, Ванку

защитная

Вода Земля

То же, что и форма Сан, Санкр, Санку, только подвижный. Может быть привязан к материальному объекту.

4

Мио

прикладная

Нет

Повышение температуры или понижение на заданном участке ступень*квадратный шаг

3

Зар

прикладная

Вода/Земля

Увеличение плодородности почвы

3

Зарво

прикладная

Вода/Земля

Ускорение роста растений

3

Аун

лечебная

Нет

Форма обеспечивает канал для постепенной передачи энергии в организм человека или животного. Эффективность низкая.

2

Аунко

лечебная

Нет

То же что и Аун, только каналы можно устанавливать напрямую к месту раны, что ускоряет процесс лечения.

4

Син

прикладная

Воздух Вода

Создает окружность из воздуха, при пересечении которой человеком или животным подается сигнал. Иногда применяется вода — окружность из тонких паровых частиц.

2

Синко

прикладная

Воздух Вода

Создает поток воздуха в определенном направлении для определения местонахождения живых существ. Иногда применяется вода.

2

— Кто знает, что означает ступень у заклинаний? — задал вопрос М'обучающий.

Поднялась девушка, имя которой я все не мог запомнить. Уж очень сложное.

— Чем выше ступень, тем больше силы может выдержать форма.

— Правильно. Низшие формы достаточно слабы. Мы с вами будем изучать, разумеется, формы Зар и Зарво I ступени. Еще форму Баодо I ступени. Однако это довольно сложные формы для начинающих. Для Питающих есть еще одна полезная форма, которой нет в этой таблице. Называется Синкодо. Это модификация Синко, где используется не воздух или вода, а тонкие энергии. Кто-нибудь знает зачем используют Синкодо? — спросил Альбс и присел на стул.

Со своего места поднялся Берм Хавалон в чистенькой расфуфыренной одежде. Скорее всего к уроку лера Гезара Берм переоденется во что-то более удобное.

— Эту форму используют начинающие М'рудознающие.

— Правильно, лер Хавалон. Вряд ли мы с вами будем изучать Синкодо. Если кого-то заинтересует, я могу вам помочь. Индивидуально, так сказать. Для начала мы рассмотрим форму Баоно I ступени на стихию огня. Это не самая простая форма, но зато самая безопасная. Светящийся шар. Вот такой.

Маг поднял руку. Сначала ничего не происходило, а потом я увидел свечение в воздухе. И резко возник желтый шарик примерно в четверть шага. Он испускал свет.

— Сейчас я создам увеличенную форму. Если не сможете рассмотреть — не переживайте. В учебнике представлен подробный вид этой формы. Немного неточный, но это не страшно. Смотрите. Заодно и потренируетесь обозревать магию.

Я снова увидел неясное свечение рядом с М'обучающим. Только рассмотреть подробности не получалось.

— Сел, видишь?

Я покачал головой. Пришлось лезть в учебник. Нужную форму я нашел быстро. Я очень долго всматривался в картинку. У меня возникло странное, смутно знакомое чувство.

Форма Баоно походила на кисть руки с восемью кривыми пальцами. Они были согнуты под разными углами. У некоторых «пальцев» еще отростки были. Я весь урок пялился в эту форму. Пытался что-то понять. Но это что-то постоянно ускользало. Я даже не услышал гонга. Только когда Виз потрепал меня по плечу, я очнулся и вернул книгу Каннингему.

На практической магии нам снова прочитали небольшую лекцию. А потом мы учились медитировать. Смотрелось глупо. Мы сидели на широких ступенях, подтянув ноги под себя. Внизу Дердис монотонно говорила, что мы должны делать. Раскрыться, почувствовать поток, приблизиться к нему. Может быть, польза была. Только Лаграно в конце сказала, что с полным резервом мы ничего не накопим все равно. А тратить я пока не умел.

У бравого солдафона Трехо мы вовсю облагораживали свой участок. Мы с Визом выбрали себе участки рядом примерно пять на восемь шагов. Протоптали тропинки, вбили колышки и протянули ограждающую веревку. Некоторые подошли более серьезно и сделали грядки из досок.

Забавно, но тот парень, который трогал Обосранку в первый день, сегодня не появился. Кто-то сказал, что он у М'лечащего.

Мне раньше нравилось иногда помогать нашим Прислуживающим. Остругать доски, что-нибудь приколотить. Но потом отец сказал, чтобы я с ними не водился. Только отдавал приказания.

После окончания занятий мы с Визом и Бевелом шли к дому. Визирус жил примерно в моей стороне, и мы шли полпути вместе. На улице на нас чуть не наехала позолоченная карета в сопровождении Оберегающих.

— Вот урод. Носится тут. А если зашибет кого?

— А это кто?

— Лер Гинз Дамаскано, — сплюнул Виз. — Глава Геленквейла — Владеющий II ступени.

— Что даже в Геленквейле есть Владеющий II ступени? Я думал здесь провинция, — спросил Бевел.

— Да, про Геленквейл мало слышали. Он считается последним в рейтинге из девяти городов, в котором заправляют Владеющие II ступени. Так что глава города — сам Советающий, чтоб ему ходить по одним помоям. Убирающим платил бы лучше, — Виз принялся остервенело вытирать сапог от грязи.

— Что, такой плохой?

— Да хрен их знает этих Владеющих. Что у них на уме? Ладно, мне туда, — Виз показал рукой налево. — Я у тети с дядей живу на время учебы. На Торговой улице. Такой коричневый дом с синими ставнями. Заходи в гости, если что.

— Ага.

Мы распрощались.

— Бевел, ну как, я нормально говорю?

— Да, вроде. Вы про всяких Чарли поменьше болтайте и все будет отлично.

— Я же тебе не сказал еще! Я новому Чарли дал имя Арра. Как тебе?

— Гхм. Э-э-э, имя как имя, — как-то неуверенно сказал Охраняющий.

Блин, что это имя тоже плохое? Не буду я менять больше! Плевать на Бевела.

Мы прошли усталые в нашу квартиру на втором этаже. За эти дни Мария сумела навести порядок в доме. Отмыла стены и окна. Откуда-то притащила несколько старых стульев. Деньги мы экономили.

— Лер, как успехи? — присела Прислуживающая.

— Сегодня проходили форму… Баоно, кажется. Мария, представляешь, там этих одиночных форм тьма тьмущая!

— Да, лер. Обучаться на мага очень тяжело. Я бы никогда не смогла.

— Я раньше думал, что Винстром очень строг. Теперь я понимаю, что это…

— Были еще цветочки? — вставил Бевел, который скинул легкие потные доспехи.

— Да, да. Это были еще цветочки!

— Фу, Бевел, сходи умойся.

— Вечно ты меня прогоняешь, — усмехнулся Охраняющий и вышел.

— Ты что, часто его прогоняешь?

— Было пару раз, лер, — странно заметила Мария.

Я вспомнил, как Прислуживающая пришла однажды ко мне в комнату полуголая.

— Мне брат говорил, что женщинам тоже нужны мужчины. Почему бы и не Бевел?

— Лер, это наше дело! — Мария покраснела. Я пожал плечами.

— Вам то не пора ли с женщиной? — с какой-то злобой спросила Прислуживающая.

— Э-э, ну… я пока не встречал красивых женщин, — это было чистой правдой.

— А я некрасивая? — холодным тоном спросила Прислуживающая. Я посмотрел на Марию, не зная, что ответить.

— Конечно, ты самая красивая на свете, Мария! — пришел мне на помощь Бевел. — Только сердце у тебя холодное. Отказываешься согреть постель усталому воину.

— Да какой усталый? — Прислуживающая бросила тряпку в Бевела. — Ты же и тренировки забросил. Жирком то заплывешь скоро. Подождите, вы надо мной издеваетесь? — подозрительно спросила девушка.

Мы с Бевелом засмеялись. Мария принялась гонять бывалого Охраняющего полотенцем. Меня слава единому не трогала. Хорошо быть Владеющим.

Следующим утром первое, что я увидел, были разноцветные пятна и кляксы. Я сначала подумал, что еще сплю. Только больно реально все выглядело. Потом я вспомнил, что Дердис нам говорила о таком. Мол магия на самом деле везде. В комнату постучались.

— Да!

— Лер, вы проснулись? Завтрак уже готов, — девушка приоткрыла дверь и заглянула.

Я уставился на нее. Интересно, что это за странные огоньки на ней?

— Лер, что-то не так? — Мария начала поправлять одежду и волосы.

— А, да нет. Просто я магию начал видеть. Не думал, что так будет.

— Во мне тоже есть магия?

— Ага.

— Странно, я ничего не чувствую.

Я пожал плечами и принялся одеваться. Своими голыми телесами Прислуживающую не удивишь.

На первых двух уроках я по-прежнему засыпал. А вот у мастера Альбса было интересно. Я мог разглядеть форму Баоно, которую маг показывал нам. Плохо правда видел, но Виз сказал, что это нормально. Через неделю буду все видеть отлично.

— Слушай, а как отключить это? — спросил я шепотом.

— Никак, — Виз хохотнул. — Это на всю жизнь. Ничего, привыкнешь. Я вот быстро привык.

У Каннингема форма была немного другая, чем в учебнике. Я сначала подумал, что маг неправильную форму создал. В них было много мелких различий. Толщина, длина, наклон.

Пока нашей задачей было правильно нарисовать, запомнить форму наизусть. Пара Обучающихся уже пытались плести сами. Иногда они звали Альбса проверить. И тот показывал им на ошибки. Маг не уставал повторять, чтобы мы не пытались колдовать самостоятельно.

— Мне не хочется отстраивать заново мой класс. Я уже привык к нему. Да и родителям вашим извещения о смерти тоже мне придется писать.

Даже Визирус проникся. Он как-то рассказал мне, что тоже пытался сам создать заклинание. И выбрал форму Тио со стихией огня. Что там произошло, он не сказал. После этого случая отец запретил ему баловаться магией и отправил в ЗУГ.

Дорогие мама и папа!

Пишу вам, чтобы рассказать о том, как я устроился в Геленквейле. Нам удалось по хорошей цене снять на год трехкомнатную квартиру почти в центре города. Мария все отмыла и принесла простую мебель. Бевел тоже часто помогает по дому. В остальное время Охраняющий постоянно сопровождает меня. Питаюсь я не хуже, чем дома.

Погода здесь стоит отменная. Дожди очень редко случаются. Идти до университета недалеко. С учебой у меня все хорошо. Учу магическую форму Баоно. Это такой красивый светящийся шар. Через несколько кварт мы будем изучать Зар — основную форму Удобряющих.

Я смог познакомиться с однокурсником по имени Визирус Кэллам. Он постоянно разговаривает, хороший парень.

С сожалением я вынужден сообщить, что годичные курсы значительно подорожали. Боюсь, что выданных вами денег не хватит нам на год проживания в Геленквейле. Прошу вас выслать хотя бы 50 серебряных.

С уважением, ваш сын Селин

Некрасивое письмо. Мы с Марией полдня убили, чтобы его составить. Несколько раз мне пришлось его переписывать на чистовик. Сам бы я написал намного лучше.

Глава 4

Через декаду Визирус завел знакомство с Мелиндой Тестарх. Девушка с короткой стрижкой и мужскими штанами. Сказал, что она ему понравилась. Спустя еще декаду Мелинда наконец с ним заговорила. Попросила подать упавший учебник. Виз сказал, что это настоящая победа. Я как-то спросил его, почему он упорствует? Кэллам сказал, что так интереснее.

— Чем тяжелее погоня, тем слаще добыча!

Я обдумал его слова. Наверное, тут есть смысл.

Учеба в университете шла своим чередом. Спустя три декады я смог наконец ощутить свой резерв. Как учила нас Дердис. И смог вывести наружу кусочек маны. Из него легко можно было вылепить какую-нибудь фигуру. В воздухе магия держалась недолго. Поэтому формы надо создавать очень быстро.

Мы изучили форму Баоно I ступени. Светящийся шарик. Мне нравилось смотреть на эту форму. Иногда я целыми вечерами разглядывал картинку в учебнике. Поэтому я и смог ее выучить. Правда, сделать сложнее, чем выучить. Мне все время казалось, что я вот-вот что-то пойму. Но понимание не приходило. Я как-то спросил про это Виза. Он удивился:

— А чего тут понимать? Баоно она и в Астрегоне Баоно. Создаешь форму как на картинке, питаешь маной, вот тебе и заклинание готово.

На половине наших участков мы высадили огурцы и помидоры. Вторая половина предназначалась для тренировки магии. У нас с Визом пока не получалось создать правильно даже Баоно. Не говоря уже про Зар I ступени. Эту форму мы начали изучать после Баоно.

Светящийся шар за кварту научились создавать где-то три-четыре студента. Это те, кто что-то умел в магии и до поступления. Обычно у новичка уходило полгода на первую форму и кварты две-три на следующие. Мастер Каннингем сказал, что тут зависит от хорошей зрительной памяти и умении лепить быстро правильные заготовки.

На основах магии Альбс начал нам рассказывать про то, из чего состоят формы. Одиночные. Это было очень сложно, но в то же время интересно. Какая-то часть отвечала за выбор стихии, какая-то за направление, форму, время работы и много другое.

Мы занимались в ЗУГе уже больше двух кварт. Мелинда стала иногда ходить с нами. Виз ее старался как-то развлечь. Больше всего проблем нам всем доставляли занятия по основам магии Каннингема. Каждый раз он рассказывал нечто новое. Приходилось все осмысливать заново. А создание правильной формы нам троим представлялось какой-то сверхзадачей. Я, Визирус и Мелинда еще ни разу не смогли создать форму, которая бы понравилась М'обучающему. Вроде бы и сам потом видишь недочеты. Но вот слепить ее с нуля быстро на самом деле очень сложно.

Я помню тот день. Случилось это во вторник первой декады на серую кварту. Каннингем нам на занятии рассказывал про наполнение формы силой. За это отвечала определенная часть формы. Сравнивал Баоно и Зар. Я весь день думал. И когда домой пришел, думал. Пока мозги не закипели. Я даже рассердился и нагрубил Прислуживающей. Мама говорила, что со всеми следует себя вести вежливо. Даже с низшими Прислуживающими.

— Мария, извини меня.

— Ничего, лер. Я даже удивилась, наверное. Иногда мне кажется, что вы ничего не чувствуете. А тут прям живой человек. Как моей прежний господин. Он, когда не в духе, ударить мог.

— Это же запрещено?

— Ну, я же Прислуживающая. Господин может бить меня.

— Не, я тебя не буду бить, Мария. А если вдруг ударю, можешь сама меня стукнуть.

— Да как же так можно?! Вам, господин, надо бить Прислуживающих. Хотя бы иногда. Так лер Калар делает. Не то совсем обленятся.

— Да? — я задумался. — Наверное, ты права. Если даже папа так делает…

Потом я вернулся в свою комнату. И решил нарисовать формы Баоно и Зар красками. Я взял с собой те краски, что отец привез с юга. Попользоваться ими я еще особо не успел. Так, пара набросков. Времени свободного мало.

Мне нравилось рисовать красивые картинки. Я всегда успокаивался. Жаль, что другие люди их не понимали. Я не сильно старался, поэтому успел сделать за один вечер. Когда я обводил форму Зар, мое внимание привлекла та часть, которая отвечала за наполнение маной. Так говорил Каннингем, по крайней мере. Тут меня будто что-то в голову ударило. Я взял рисунок формы Баоно и Формы Зар и положил их рядом. Эта часть… Она красива. Но не до конца. Я грубо закрасил нарисованные формы и взял чистый лист…

— Лер, уже ночь. Я пойду спать?

— Что? — я глянул в окно. Темно, хоть глаза выколи. — Да, Мария, идите спать, — я широко зевнул и осмотрелся.

На столе широким ворохом лежали изрисованные листы бумаги. На каждом была нарисована отдельно часть наполнения. Здорово! Мне понравилось. Последний раз я так увлекался, когда рисовал одну из своих любимых картин. Я назвал ее «черный хаос прямоугольников». Мама не разрешила ее вешать в доме и спрятала в амбаре.

Когда я засыпал, мне первый раз пришла мысль. Мурашки пробежали по всему телу. То, что я так долго пытался понять. Из-за чего я сидел вечерами, глядя на картинки форм. Заснул я счастливый.

Заклинания красивы. Магия красива.

На следующий день меня разбудила Мария. Я поплелся в земельный жутко сонный. Но вчерашняя мысль четко звенела в голове. Магия красива. Только очень сложная. Чтобы увидеть красоту, надо много думать. Надо слушать Каннингема и читать книги про магию. Впервые мне не терпелось начать создавать форму. Но я понимал, что для того, чтобы создать красивую форму, мне надо очень сильно постараться.

Мелинда и Визирус уже находились в классе, когда я пришел. Хотя до начала еще есть время. Было заметно, что девушку уже с утра утомил Кэллам.

— Слушайте, мне вчера такая мысль в голову пришла! Магия, она же красивая! — сказал я.

Студенты помолчали.

— И? — спросил Виз.

— Что и?

— Ну, допустим, красивая. А дальше что?

Я не ожидал такого.

— Э-э, ну не знаю, — я не мог подобрать правильных слов.

— И чего в ней может быть красивого? — Мел пожала плечами. — Ты похоже вчера перетрудился, Селин.

— Да, наверное…

Грустно. Я ведь так хотел объяснить им, что магия на самом деле очень красивая. Они не понимали меня. Я же и забыл, что я немного не такой. Надо думать, прежде чем говорить.

— Да ладно тебе. Я вот вчера слепил девушку из маны. Вот это вышло очень красиво. Тебе бы понравилось! Такие формы! В смысле фигура, — начал расхваливать Кэллам.

Мелинда фыркнула и вернулась за свою парту.

— Ну блин, опять ты все испортил.

— Извини, Виз. Тебе не надоело еще?

— Да я готов хоть всю жизнь этим заниматься!

После этого дня все мое внимание приковали формы. Я долго и обстоятельно расспрашивал Каннингема про все части заклинаний. Наверное, я слишком увлекся. Раньше спрашивать можно было во время всего занятия. Но сейчас мастер Альбс выделил четверть телла на вопросы в конце урока. В основном только я и спрашивал. Я все старался записывать.

— Что это нашло на тебя? — удивился Виз в первый раз.

— Нам же можно спрашивать?

— Можно конечно. Только обычно ты молчишь.

— Я хочу узнать, поэтому и спрашиваю.

— Это связано с тем, что магия «красивая»?

— Да, магия красивая. Я хочу научиться красиво рисовать формы.

— Гхм-м. Ясно.

Вот опять. Я что-то не то сказал. Виз странно посмотрел на меня. И Мел тоже странно смотрела. Мария говорила, что если так будет, то надо сменить тему. Я подумал:

— Помидоры уже собирать надо. Созрели ведь.

— Да, это точно.

— Интересно, нам их разрешат забрать?

— Неа, солдафон говорил, что все универу отойдет.

— Жаль.

Несмотря на удивление друзей… Наверное, я могу их так называть. Несмотря на это, я все равно продолжал выспрашивать Альбса на каждом занятии. Тот даже ждал вопросов и присаживался поближе ко мне. Что-то рисовал на доске. Я все записывал.

Я стал лучше видеть магию. Мог рассмотреть даже детали. И я заметил, что аура человека очень сложная. Раньше я думал, что она везде одинаковая. Но нет — существовали тысячи связей, частей разных форм и размеров. Как-то Виз сказал, что в голове самая сложная аура. Я не поверил сначала. Потом он подошел ко мне ближе, повернулся затылком.

— Смотри внимательнее. На детали смотри.

— Да не вижу я ничего!

— Ну-у, представь, что ты видишь дерево. Оно стоит очень далеко. Попробуй рассмотреть листик, а не дерево целиком. Мне так знакомый маг говорил.

— Хм-м.

Я не совсем понял, но все же попытался рассмотреть листик. И у меня получилось! Листики были такие маленькие, что голова пошла кругом.

— Но как мы их видим?

— Не знаю, — Виз почесал голову. — Это не ко мне вопрос.

На занятии практической магии мы изучали способы копить ману и хранить ее в предметах. Есть даже таблица веществ по тому, где лучше хранить магию. В обычном металле — золоте, железе, меди или бронзе, мана долго не держалась. Приходилось постоянно добавлять. Хорошо держало серебро. А лучше всего — адабро. Из этого металла Воюющие и М'воюющие делали накопители. Его вставляли в артефакты.

Еще Лаграно нам рассказала про ауру живых существ. Даже у животных есть аура. И мы можем влиять на нее магией. Обучающая сказала, что результат только может выйти непредсказуемый:

— Здоровая аура сильно сопротивляется изменениям. Например растение. Чтобы изменить его цвет, надо воздействовать формой Зарво с определенными настройками. Если работать напрямую с аурой, это отнимет кучу сил и времени. Очень неэффективный способ. А уж к сформировавшемуся растению практически бесполезно действовать напрямую.

— Что уж говорить о человеке? Наш организм сопротивляется изменениям еще больше. М'Лечащие, конечно, могут работать с аурой. Только это очень долгий процесс. Если вы не можете создать форму Аун или Аунко, не пытайтесь действовать напрямую. Вы можете только усугубить ситуацию. Формы для того и придуманы, чтобы не нанести вред неумением.

Еще Дердис показала нам особое зеркало. Обычное зеркало отражало только реальный мир. А это — еще и ауру человека. Так что можно рассмотреть свою собственную ауру головы. Пол класса тогда побежало смотреться в зеркало. Было забавно. Интересно, зачем оно нужно вообще? Еще существовали подзорные трубки, только необычные. Они приближали только магические линии, если смотреть особым зрением.

Я спросил М'обучающую, как мы можем видеть ауру головы. Многие из класса не знали того, что объяснил мне Виз. Дердис все подробно рассказала и показала. Про голову я не понял. Что-то о том, что ауру мы видим не совсем глазами, а с помощью глаз.

Меня почему-то заинтересовало это зеркало. На рынке я купил маленькое, всего в одну десятую шага зеркальце. В нем отражалась аура. Мария ругала меня за покупку. Да я и сам не знал, что с ним делать. Я немного поглядел в него, а потом забросил.

В один из дней середины белой кварты мы с Бевелом как обычно направились домой после занятий. Визирус пошел провожать Мелинду. Она жила в другой стороне. Виз потом еще возвращался домой через полгорода к вечеру. А уж ночью на улочках Геленквейла лучше не появляться. Так говорил Бевел.

Дома Марии не оказалось. Это было странно. Обычно Мария дожидалась нас, разогревала чай. На улице стало холодней.

Два дня мы не могли найти Марию. Бевел обошел пол города, пока я был на занятиях. Рынок, прачечная, побывал у Оберегающих. Нигде Прислуживающую не видели.

На третий день к нам пришли от Оберегающих. Сказали, что нашли женщину по описанию, которое оставил Бевел. Мы тут же пошли с ним. Оберегающий I ступени был человеком высоким и стройным. Не то, что я. Мария готовила очень сытно. Так что я немного поправился.

Мы наняли Перевозящего, так как сам Оберегающий ехал верхом. И покатили по улицам вечернего города.

— Вот то место, — показал Оберегающий. Рядом на улице стояла темно-красная повозка Хоронящих. Мы расплатились с извозчиком и пошли в переулок к группе Оберегающих. На земле лежало тело, закрытое тканью.

— Лер, вы сможете опознать тело?

— Да.

Оберегающий приподнял ткань.

— Это Мария. Наша Прислуживающая, — сказал я охрипшим голосом. Голова девушки была в крови, волосы слиплись. Из носа шла засохшая струйка крови.

Бевел выругался. Долго и с чувством.

— Ее обнаружили в помойной яме. Сильная травма головы. Вероятнее всего ограбление. Никаких денег при ней не нашли.

— Мария хотела в тот день на рынок сходить. Закупить продуктов, — тихим голосом сказал Охраняющий.

— Ясно, — Оберегающий что-то записал в книжечку.

— В таких случаях убийцу отыскать очень сложно. Хотите нанять М'ищущего?

— Сколько? — спросил я.

— 70 серебряных.

— У нас нет таких денег.

— Ваше дело. Ответьте еще на несколько вопросов и можете идти.

— А тело?

— Вы желаете похоронить сами?

— Нет, пусть город занимается, — сказал за меня Бевел и потом пояснил мне. — Если убили бандиты или грабители, то платит за похороны Владеющий. Хорошо, задавайте свои вопросы.

Потом мы с Бевелом пошли в кабак. Охраняющий сильно напился. Мне пришлось его тащить до дома.

— Эхх, хорошая девка была, лер! Вот почему так? Только найдешь что-то и тут же теряешь?

— Не знаю, Бевел.

— Вы хороший лер, я знаю. Странный только. Вот, вам не жалко Марию?

— Жалко, Бевел. Мария хорошая.

— Да… Была хорошая. Эх, были бы у меня деньги здесь, я бы заплатил за Ищущего. Мне не жалко. Хорошая девка была. Вам-то незачем серебро тратить. Марию уже не вернуть…

— Ты прав. Марию уже не вернуть.

С тех пор Бевел замкнулся и ходил хмурый. Я тоже много думал о смерти. Чарли умер, а теперь Мария. Вот был человек и не стало. Думать об этом мне не нравилось. Я постарался уйти поглубже в изучение магических форм.

Теперь мы с Бевелом занимались хозяйством. Охраняющий научил меня немного готовить. Получалось ужасно. Но есть то надо. Мы наняли Стирающую, которая раз в декаду на выходных забирала грязное белье. Без Марии очень тяжело. Свободного времени меньше. Охраняющему не нравилось работать по хозяйству.

Я послал домой второй письмо. Денег отец так и не прислал, зато мама написала ответ, где просила меня все подробно рассказывать.

Мама и папа!

Учеба сложная, но я стараюсь. Мне нравятся формы. Несколько дней назад погибла Мария. Оберигающий сказал, что это ограбление. Мы с Бевелом ходили на похороны. Мама питаюсь я хорошо. И в универсетете у меня все нормально. Я же писал в прошлый раз.

Селин

Во-от! Другое дело. Красиво, ничего лишнего. Ответ будет не скоро.

Время шло, и постепенно я привык к новому распорядку. После учебы мы с Бевелом ходили вместе на рынок, закупали продуктов. Торговался Охраняющий. Потом готовили ужин и еду в университет. Бевел стал разговаривать больше. Почти как до смерти Марии.

Я в свободное время занимался магией. Лепил красивые формы. Целиком у меня пока не получалось. Как-то я показал свой вариант Каннингему. Обучающий сказал, чтобы я делал в точности по учебнику. Такую форму я тоже плел на уроке. У нас с Визом не получалось. А вот у Мелинды получилось. Она умная.

Еще мне нравилось смотреть в зеркальце, которое отражала ауру. Было интересно смотреть на свою голову. Аура в этом месте очень сложная. И даже красивая. Мне такого никогда не создать. Жизни не хватит, чтобы перерисовать все листочки. Я смотрел в зеркало часто. И стал замечать сухие «листочки». Не знаю, как правильно это сказать. Веточки к листочкам были оборваны или очень тонкие, почти невидимые. Еще в центре головы у меня был шарик… Ну, как бы объяснить? Плохой шарик. Будто часть дерева засохла. Вместе со всеми веточками. Нашел я его не сразу. Сначала я думал, что так и надо. Но потом я осмотрел другие участки ауры головы. И понял — это некрасиво. Шарик некрасивый.

Однажды вечером я лежал на кровати уставший. Долго лепил «правильную» форму Баоно. «Красивую» мне лепить больше нравилось, чем «правильную» из учебника. Уже половина студентов могли сделать Баоно, а некоторые и форму Зар. Поэтому надо было лепить «правильную».

Я взял зеркальце и отыскал в голове засохший листик. Наверное, мне следовало больше подумать в тот момент. Или хотя бы чуть-чуть подумать. Я зачерпнул силы из резерва и прикоснулся к листику. Я хотел сделать так, чтобы веточка к листику стала нормальной. Я почувствовал резкую боль. Потом меня поглотила тьма.

Очнулся я в своей постели. Открыл глаза. Голова болела.

— Лер, как вы?

— Во-ы, — просипел я.

Незнакомая женщина поднесла стакан к губам. Я жадно выпил.

— Сейчас я разбужу вашего Охраняющего.

Я глянул в окно. На дворе стояла ночь.

Зашел Бевел в домашней одежде.

— Лер, вы очнулись? Слава единому! Ваш отец бы с меня шкуру спустил.

— Да. Голова болит. Сколько времени прошло?

— Двое суток. Я сказал в университете, что вы заболели.

— Двое суток?!

— Да, я вызвал М'лечащего, когда не смог вас растолкать. Уж извините, пришлось ему заплатить пять серебряных.

— Что со мной случилось?

— М'лечащий ничего не нашел, — растерянно сказал Бевел. — Мы думали, вы нам скажите.

— …Ухаживающая, выйдите.

Женщина поднялась и молча вышла из комнаты.

Я был ужасно грязный. Хотя меня, судя по всему, обмывали.

— Ну я магией на себя воздействовал. Э-э-э. Там такие листики маленькие. Я хотел сделать, чтобы листики… излечились.

Бевел вздохнул.

— Лер, делайте что угодно. Только себя не угробьте.

— А что с тобой будет тогда?

— Ну, от меня тут все равно ничего не зависело. Но лер Велиостро вполне может изгнать меня с нолчьим билетом. Потом никто не возьмет меня Охраняющим.

— Ясно. Уж я постараюсь себя не угробить.

— То есть вы и дальше… эти свои листики?

— Да, я хочу, чтобы аура моя стала… красивой.

Бевел снова вздохнул.

— Ладно. Мы сейчас бульон разогреем. Похлебайте. Вам надо больше пить.

— Хорошо, Бевел.

— Да, и… Подумайте, что сказать друзьям.

С этими словами Охраняющий покинул комнату.

На следующий день я чувствовал себя сносно. Небольшая слабость. Много ел и пил. Бевел сказал, что я осунулся. Ухаживающей мы заплатили и отпустили. Голова болела не так сильно. Утром я снова поглядел в зеркало, но тот листик не нашел. Да и как найти, если их там сотни, тысячи, миллионы… Интересно, как там дальше?

Я взял с полки одну сложную книгу, которую мне дал Винстром. Очень трудная книга. Я там треть слов не понимал. Смысл и подавно. Я открыл том на случайной странице и чуть почитал. Потом закрыл. Нет, умнее я не стал. Жаль. Но все равно хочется сделать свою ауру красивой. Интересно, я так каждый раз буду валяться? Надо будет предупредить Бевела, чтобы не вызывал Лечащего. А то денег и так не густо.

Во второй половине дня меня навестили Виз и Мел. Я им рассказал, что у меня была лихорадка. Девушка расспрашивала с сочувствием. Визирус рассказывал всякие курьезы и слухи за эти два дня.

На следующий день я вернулся к учебе. Надо тренировать «правильную» форму Баоно. Прошло четыре кварты, а я так и не научился. Если бы я не занимался с «красивой» Баоно… Папа будет недоволен.

Зима здесь почти не ощущалась. У нас в это время иногда шел снег. А здесь — накинул курточку и все. Виз сказал, что к следующей, голубой кварте будет холодней, и может снег пойти. Мы с Бевелом прикупили себе зимнюю одежду. Охраняющий иногда уходил навестить могилу Марии.

Занятия в ЗУГе шли как обычно. А на выходных каждую декаду я отправлялся «поспать». Во второй раз я провалялся два дня. На следующей декаде полтора. А на четвертый раз всего несколько теллов. Я понял, почему терял сознание. Слишком много маны добавлял сначала. Бевел привык к моим закидонам и терпеливо ожидал пробуждений.

Наконец мне удалось на занятии сделать Баоно. Каннингем сказал, что я могу наполнить форму. Баоно уже начала рассыпаться, поэтому я тут же ливанул силы.

— Стой! — крикнул Альбс, но не успел.

Заклинание распалось и пыхнуло вокруг жаром. Опалило немного одежду.

— Если бы это было Тио, то тебя бы сейчас сшивали по кусочкам, — начал отряхиваться М'обучающий.

В тот день я больше не смог создать правильную форму. Но все равно ходил очень радостный. У Мел уже начала получаться Зар, а вот Виз все не мог справиться с Баоно. Ему очень не нравилось, что он последний из нас. Хотя я несколько дней не мог повторить свой успех.

Я думал, теперь я смогу сходу плести Баоно I ступени. Фиг там. Все приходилось делать с нуля и так же тяжело. Вскоре и Визирус сделал рывок и создал светящийся шарик — Баоно. Мы даже в кабак местный потом ходили праздновать. Кэллам проставлялся.

По другим предметам у меня было не очень. Я не мог выучить все эти названия и свойства растений и минералов. Ну, диплом мне вряд ли выдадут. Поэтому и напрягаться сильно не стоит. Лучше на формах сосредоточиться.

Спустя десяток сеансов «лечения» я перестал терять сознание. Хотя лучше бы терял. Очень больно было. Я наконец увидел, что происходило с листиками, на которые я влиял маной. Они потихоньку становились красивыми. Такими же, как остальные листики.

Приноровившись, я стал по вечерам лечить листики. Их у меня в голове очень много. Конца и края не видно. Шарик я трогать не стал. Страшно.

На уроке Дердис я как-то спросил, можем ли мы менять свою ауру.

— Нет, для новичков это невозможно. Здоровую ауру нельзя поменять. Даже если вы порушите какие-то структуры, аура будет восстанавливаться. И скоро приобретет тот же вид, что и раньше.

— А если аура больная?

— А ты сможешь определить, где больная и где здоровая аура? — со снисходительной улыбкой спросила лер Лаграно.

— Не знаю.

— Я скажу вам. Никто из вас не сможет это сделать. Здесь требуется большой опыт и знания. Закончим на этом ваш вопрос.

Очень скоро я разобрался со всеми листиками. За день я мог несколько сотен изменить. Только морщился от головной боли постоянно. Теперь все одиночные листики стали красивыми. Мне очень понравилось.

Потом я перешел на целые некрасивые веточки с несколькими листиками. С ними все сложнее. Я не мог изменить ветвь целиком. Я направлял силу в начало ветки и делал ее красивой. Но дальше нельзя. Надо ждать, пока эта часть сама станет красивой. Несколько дней уходило на это.

Веточек у меня в голове еще больше, чем отдельных листиков. Я не запоминал и не проверял как они становятся красивыми. Я направлял ману в начало одной ветки, морщился от боли и переходил к следующей. Я почти привык к тому, что голова постоянно болит и пульсирует. Иногда мне казалось, что она сейчас взорвется.

Я похудел. Бевелу это не понравилось. Для него это была такая болезнь. Друзья тоже спрашивали про мое самочувствие каждый день. Я все же решил делать паузы. А то какой смысл от красивой ауры, если я помру? Интересно, какая аура у мертвых? Я тогда не обратил внимание на ауру Марии.

Из-за моего состояния у меня перестала получаться правильная форма Баоно. Все время допускал где-то ошибку. Да и фиг с ней. Я уже не мог остановиться. Я очень хотел, чтобы у меня стала Красивая аура. Это будет моя лучшая картина, мое лучшее творение.

Глава 5

Где-то в начале желтой кварты я проснулся утром с больной головой. Как обычно. Тут же взял зеркальце и вгляделся. Все. Теперь точно все. Больше некрасивых веточек не осталось. Только большой шар посредине. Его я боялся трогать.

Я довольно потянулся в постели. Только ради этого стоило идти в маги. Чтобы сделать свою ауру красивой.

Я встал с кровати и прошлепал к тайнику в полу. Пересчитал в очередной раз деньги. Оставалось мало. Отец так и не прислал ничего. Я все откладывал на потом. Но решать надо уже сейчас.

Я вышел на кухню. Бевел, позевывая, грел воду для завтрака.

— Доброе утро, лер.

— Доброе.

— Как ваши… успехи? Вы говорили, что немного осталось.

— Да, я закончил. У нас проблема есть.

— Какая?

— Деньги.

— Что вы предлагаете, лер?

— Найти работу.

— Вы сможете? — с сомнением протянул Охраняющий.

— Да не мне, а тебе. Отец ведь за год тебе заплатил?

Бевел кивнул.

— Аванс дал. Остальное по возвращении. Но лер, я ведь должен вас охранять? Если лер Калар узнает…

— Отец не узнает.

— Может, нам следует покинуть Геленквейл на пару кварт раньше?

— Нет, я доучусь до конца. Мы только Зарво начали проходить. Да и денег жалко за обучение.

— Я не думаю, что это хорошая идея. Господин Велиостро приказал мне не отходить от вас.

— А если я тебе прикажу? — сказал я резко.

— Знаете, вы изменились, лер.

— Да? Как же?

— Не знаю. Но сейчас вы чем-то на отца были похожи.

— Сочту это за похвалу. Тогда сделаешь так. Пока я на учебе, будешь искать работу. Если за декаду не найдешь ничего приличного… В общем со мной обсудим и выберем. Если вообще будут варианты. Ты чего умеешь то?

— Я Сражающийся I ступени, как вы знаете. И Охраняющий тоже I. Верхом хорошо держусь. Немного из лука умею, но до Стреляющего I ступени не дотягиваю. Здесь в городе будет непросто чужаку найти работу Охраняющим. Мне ведь доверять должны.

— Если не получится, тогда хоть грузчиком иди. Надеюсь, это тебя не сильно унизит?

— Грузчиком неплохо. Буду держать себя в форме. Глядишь и животик уберу. А вы лер не хотите поискать работу? Я слышал, что Собирающим хорошо платят.

— Да, это хорошая идея. Я поспрашиваю друзей как с этим в Геленквейле.

— Привет, Виз, — я заметил приятеля в холле универа и окликнул.

— Даров! Рано ты сегодня.

Мы стали подниматься по лестнице в кабинет растениеводства. Вокруг уже сновали Обучающиеся земельного. Те, кто обучался неполные четыре или полные шесть лет. Студенты старались нас не замечать. Отношение к Обучающимся, которые занимались на годичных курсах, было пренебрежительным. Иногда доходило до драк или дуэлей. Учебные дуэли здесь тоже разрешены. В обычной дуэли вызывающий ставил условия. До первой крови, серьезной раны или смерти. Тот, кого вызывали, мог не согласиться с условиями. Так что смертей после дуэлей мало. Вы же не будете идти на дуэль до смерти, если знаете, что соперник сильнее тебя?

— Да вот, проснулся раньше.

— О! Да ты сегодня просто болтун! Обычно из тебя слова клещами приходится вытягивать.

— Просто я закончил… одну картину. Теперь будет время на учебу.

— Видел я твои картины. Одна другой страшнее.

— Ничего ты не понимаешь, — возразил я вяло. Я уже понял, что бесполезно что-то доказывать.

— А Бевел где?

— Я отправил его работу искать.

— Ого. Что, туго с деньгами?

Мы зашли в кабинет. Мел уже сидела на своем месте, уткнувшись в книгу. Тетя Вирна ей разрешала брать учебник еще до занятия. И чего она интересного там нашла? Мы прошли за свои парты.

— Вот хотел у вас спросить. Здесь реально найти работу Собирающим?

— Наконец ты стал задавать верные вопросы, — Визирус хлопнул меня по плечу. — Я так почти сразу разузнал про Собирающих, как только прошел инициацию.

— Ну и как?

— Тухло здесь. Гильдия Колдующих все к рукам прибрала. Вообще по закону мы не имеем права работать Собирающими. Для этого надо состоять в гильдии. А мы не можем туда поступить, пока обучаемся. Да и налоги там просто грабеж.

— Сколько?

— Десять процентов отходит Владеющему, десять — гильдии и тридцать — Тазаму, — ответила Мелинда.

— А как они это дело контролируют?

— Ну, заказы ты получаешь в гильдии. И цены там записаны сразу.

— А если я на стороне буду?

— Не, с этим лучше не шутить. У самого же отец Проверяющий. Должен знать, — сказал Визирус.

— Мой отец такими мелочами не занимается. Так если без гильдии попробовать?

— Задолбаешься взятки давать налево и направо.

В класс влетела лер Белласто. Как обычно в приподнятом настроении.

— Ну что, детишки. Начнем?

— Толкни меня, если что, — шепнул я Визу. Голос тети Вирны и все эти растения вызывали у меня жуткую сонливость.

Спустя несколько дней боль в голове попустила. И я смог спокойно клепать формы Баоно. Получалось уже один раз из трех. Ну то есть, за то время, пока форма держалась в воздухе, я успевал доделать правильно только одну форму, примерно две распадались. Лер Альбс сказал, что это хороший результат.

Над формой Зар я не сильно старался за это время. Поэтому думал, что мне потребуется несколько кварт на изучение. Все оказалось лучше. Как и говорил нам лер Каннингем, самой сложной являлась первая форма. Некоторые части одиночных форм похожи. Поэтому лепить следующие уже намного проще.

Бевел нашел себе подработку в кузне. Там неплохо платят и нагрузки большие. Охраняющему пришлось сбрить бороду и коротко постричься. А то от огня могут вспыхнуть, так он сказал. Бевел возвращался усталый, но довольный. Охраняющий старался сопровождать меня до универа и обратно, только не всегда получалось. Я готовил еду. Со временем стало получаться более менее. Я даже с солью перестал перебарщивать.

А по вечерам я надолго уходил в мир магических форм. Баоно я изменил полностью. Немаг бы и не заметил разницы, наверное. Но мы за все эти кварты научились хорошо видеть разные мелочи. Ведь заклинания и строились на таких мелочах. Моя форма очень сильно отличалась от «правильной» по меркам магов.

Я как-то показал мою красивую форму Виз и Мел. Они посмеялись и попросили не добавлять силу близко от них. Я в общем то не думал, что форма заработает. Мне просто нравилось ее «рисовать». Но я все же уговорил друзей пойти со мной на испытания.

Визирус предложил поехать за город. Подальше от людей. Мелинда же сказала, что у нас в земельном есть специальная площадка. После занятий мы двинули туда. Огороженный участок находился за оранжереей (я выучил это слово). Полигон походил на яму с вырытым рвом по кругу. Внизу никого не было.

— Может не стоит? Давай лучше завтра у Каннингема спросим? — сказал Визирус

— Я спрашивал уже.

— И что он ответил?

— А сам как думаешь?

— Селин, вам лучше делать формы по учебнику, — прогнусавил парень. Виз попытался изобразить толстяка Альбса, и у него неплохо получилось.

— А мне вот интересно. Надо только Лечащего с собой захватить было, — Мелинда глянула в мою сторону.

— Опять ты о том случае. Ну не знал я сколько маны лить. Вот Баоно и распалась. Сами то первый раз идеально сделали, что ли?

Мы спустились по удобным ступеням в яму. Если смотреть наверх, то видно только самый краешек ЗУГа. То есть повредить универ отсюда невозможно. В теории. Одна часть ямы была вся обуглена, в разных потеках и каменной крошке. С другой стороны — небольшая округлая заниженная площадка, куда становился маг. Справа — куча каменных щитов, за которыми можно спрятаться. Мел с Визом направились под защиту щитов, что-то обсуждая.

Я же принялся плести «красивую» форму Баоно. Первые четыре попытки я запорол. Пятый вариант формы вышел неплохой. Я немного подумал и добавил силы в плетение. Заклинание заработало и появился светящийся огненный шарик.

Вскоре подошли друзья.

— Смотри-ка! Не взорвался.

— Я тоже думал, что не получится, — сказал я.

— А что скажет эксперт? — с сарказмом обратился Виз к девушке.

— Очень хорошее Баоно. Светится ярко и ровно. Равномерно. Не скажу, что лучше обычного Баоно, но работает ведь. Надо тебе Каннингему показать.

— А смысл? Все равно ничем не отличается от обычного Баоно, — я со скепсисом оглядел заклинание. Жаль, я думал что-то необычное получится.

— Как хочешь. Я уже есть хочу. Может пойдем?

— Да, пошли уже.

Мы покинули полигон и оставили светящийся шарик висеть в одиночестве. До тех пор, пока не иссякнет мана.

После этого я решил на время бросить красивые формы и занялся правильными. До конца обучения мне надо изучить Зар и Зарво. Если получится, то всем буду хвастать, что уж магию в ЗУГе я сдал. Лер Белласто рассказала, что от нас требуется на диплом Младшего Питающего. Это умение создавать три формы из тех, что мы изучали. Экзамен по медитации и скоростной передаче маны в накопитель. Еще два теоретических экзамена по растениям и минералам. И напоследок нам надо будет удивить лера Гезара новым растением или быстро вырастить большой урожай. Ну, это М'обучающий Трехо так и сказал: «Удивите меня, болотные черви». Из нас троих только Мелинда имела шансы получить диплом. Хотя Виз тоже что-то пытался учить. Ну а я даже не начинал. Лучше на формах сосредоточиться.

Зар я доучил очень быстро. В последних днях желтой кварты. Даже удивился немного. Снова обогнал Виза, что само по себе странно. Мел уже работала над Зарво.

Я тут же поспешил высадить на своем участке новые растения. На той половине, что предназначалась для магических экспериментов. Удалось выпросить у солдафона семена тыквы. Считалось, что на эти растения очень наглядно действует форма Зар.

На занятиях земледелия лер Трехо иногда показывал, как работать с Зар и Зарво. Недостаточно просто сделать заклинание и бросить в поле. Стандартная форма рассчитана на один квадратный шаг площади. И если такое заклинание наполнить полностью, то может вырасти неведомая хрень. Строго в пределах квадратного шага. Альбс рассказывал про все составляющие формы, а Гезар — показывал конкретные примеры.

Формы Зар и Зарво достаточно легко изменялись для большей площади. Правда мы изучали заклинания I ступени, а они не позволяли обрабатывать крупные поля. Вернее можно, только вот эффект от заклинаний будет минимальным. Если вложить энергии больше, чем может выдержать форма, то заклинание распадется. Как у меня в первый раз с Баоно.

Лер Каннингем рассказал нам про формы более высоких ступеней. Баоно, Зар и Зарво имели по три ступени. Его кто-то спросил: а что если изучишь все три?

— Вот тут мы и подходим к более сложным формам, — поднял палец вверх Альбс. — У некоторых из вас есть потенциал, чтобы заполнить силой полностью третьи ступени. Надо только не лениться учить формы и тренироваться. Все вы знаете, что видов форм очень много. Я имею в виду одиночные, связующие, образующие, направляющие и так далее. По сути все составные формы есть аналог одиночных, только приспособленные для больших энергий. Составные формы — это высшая магия. Здесь не получится просто заучить и пользоваться. Каждый раз заклинание нужно будет менять. Подстраивать под окружающую обстановку. Это очень сложно и под силу далеко не каждому. Владением составных форм обучаются много лет или даже десятилетий. У нас на занятиях не будет подобного, не переживайте.

В учебнике еще были нарисованы примеры одиночных форм II и III ступеней. Я думал по логике они будут просто больше и шире. Но нет. Формы эти по размерам похожие, только более сложные. Каналы переплелись, появились разные отростки и прочее.

Так незаметно прошло три четверти времени обучения. До выпуска осталось всего две с половиной кварты. Даже хлипкой зимы мы с Бевелом так и не увидели. Крестьяне сделали паузу в две кварты, и уже снова все поля засеяны.

Мы с Виз и Мел тоже высадили семена и ростки во второй раз в ЗУГе. Я занимался своими тыквами. Раза два в декаду применял «правильный» Зар на участке. Чаще колдовать было уже вредно. Могло вырасти не пойми что — участок то маленький. Надо вырастить не только быстро, но и получить плоды правильной формы. Мелинда высадила арбузы. Девушка хотела сделать их строго квадратными и абсолютно белыми. Ей приходилось раз в два дня плести Зарво, поскольку растения очень сопротивлялись изменениям. До этого она потратила не одну декаду, чтобы вывести вместе с Каннингемом свой вариант Зарво. Виз посадил горох и кабачки и тоже колдовал Зар, как и я. С Заром намного проще — чуть-чуть подправить часть формы под требуемую площадь и готово.

Тридцать пятого числа оранжевой кварты мы занимались как обычно. Пока в наш класс не ворвался городской Оберегающий. Как и остальные он носил желто-зеленую форму с широким коротким мечом сбоку.

— Оберегающий, почему вы прервали мое занятие? — строго спросил гном Сильв.

— Дело Геленквейла. По приказу лера Гинза Дамаскано Владеющего II ступени все Обучающиеся должны немедленно собраться для отражения аггрессии со стороны Абера Истершнауса.

— Что за дела?! Вы согласовали со Старшим Управляющим?

— Вот копия приказа, — Оберегающий растянул скатанный свиток.

М'обучающий Кацнхнауэр внимательно прочитал приказ.

— У меня больше нет возражений, — сказал гном.

— Обучающиеся, следуйте за мной. Все, кроме Владеющих.

Все непонимающе озирались, но все же начали подтягиваться к Оберегающему. Берм Хавалон, наследный Владеющий II ступени, остался сидеть за партой со скучающим видом. Виз и Мел тоже пошли. Я немного посидел, а потом решил пойти со всеми. Интересно, что там происходит?

Оберегающий остался о чем-то переговорить с гномом, а мы вышли в коридор. Здесь тоже сновали Оберегающие. Они подгоняли других студентов к выходу.

— Сел, ты то куда? — спросил Виз.

— С вами. Интересно же. А куда мы идем то?

— Да черт его знает!

— Я слышала, что у Дамаскано с Истершнаусом всегда были отношения не очень, — сказала Мел.

— И что же будет?

— Биться будут, наверное.

— Как биться?! В одной стране же живем! И там Тазам и тут Тазам.

— Ну, всякое бывает между Владеющими.

— Но как же император Тэриан?!

— А что? Штраф стребует, да отстранит из Cовета на год.

— И все?

Визирус пожал плечами.

— Из-за чего спор то?

— Нам то откуда знать? — фыркнула Мелинда. — Не поделили чего-то. Нам теперь отдуваться.

Я не понимал, как такое может происходить у нас в Тазаме. Империя всегда казалась мне монолитной и нерушимой. А тут Владеющие развели спор непонятно из-за чего.

На улице столпилось сотни две Обучающихся, еще больше — Оберегающих. Десятка два Колдующих стояли по сторонам и следили, чтобы никто не сбежал. Больше половины студентов погрузили в открытые деревянные повозки. Над толпой разлетались зычные голоса Командующих и Воюющих. Интересно, так выглядит настоящая война?

Нам повозки не досталось, поэтому нас погнали пешком. Куда-то на север Геленквейла. Бевел, наверное, перепугается, когда узнает, куда нас повели.

— Провинция Тершнаус на севере. Начинается в паре лир от города, — просветил нас Виз по пути.

— И там Владеющий этот… Истершнаус. В честь него провинция названа?

— Не знаю, не интересовался. По-моему Истершнаусы давно тут владеют.

— Я как-то слышала от бродячего барда историю. Там император подарил безродному титул Владеющего. И тот взял себе новую фамилию в честь своей провинции. Может и тут так же?

Спустя почти четыре телла нас пригнали в лагерь Воюющих и Оберегающих Геленквейла. Кого тут только не было! И Колдующие всех мастей, и Воюющие с Оберегающими верхом и пешим ходом, и походные Кующие, Кожевние, Готовящие, Конюшние, Плотничащие. Народу тьма. Нас разместили недалеко от Колдующих и раздали по миске с кашей. Мы не особо голодные были, но решили набить брюхо. Впрок, так сказать.

К нам прискакал Командующий в сверкающих серебристых доспехах и смешным шлемом. Он довольно грубо рассказал нам, кто мы такие и зачем появились на свет. Даже нашему Грегору далеко до него. Интересно, чем громче и браннее слова, тем выше ступень Командующего?

Командующий приказал всем, кто хорошо владеет атакующими или защитными формами, отобрать себе команду из четырех человек. В нашем классе никто не владел, зато остальные Обучающиеся земельного чуть не передрались. Каждый хотел стать Ведущим. Так называли мага, который плел заклинание в группе. От остальных требовалось лишь поставлять силу заклинателю. Командующий кричал на нас и вскоре сумел разделить по группам. Мы с Мел, Визом и незнакомым парнем попали к девушке старших курсов. Наша Ведущая все время хмурилась и не отвечала на вопросы.

Потом нам принесли артефакты Воюющих. И мы заполняли их силой. Только артефакты из адабро хранили долго ману. Иногда их делали из серебра. Остальные не имело смысла хранить — быстро разряжались. Нам свалили горкой простейшие артефакты с рунами и накопителем с каким-то серебряным сплавом. У Бевела были похожие. Мелинда сказала, что тут в основном Сан и Тио I или II ступени. То есть простые огнешары и щиты земли.

Пару раз вдоль войска проехал лер Дамаскано на статном жеребце. Мы работали в поте лица, постоянно медитировали и сливали собранную энергию. Нам разрешили разойтись подальше друг от друга. Известно ведь, что на небольшом участке мы будем мешать другим собирать ману. Нам ничего не говорили о том, что происходит.

— Вот прилетит стрела шальная или Колдующий жахнет, и все. Кончилась твоя жизнь.

— Ну чего ты стонешь? — одернула парня Мелинда. — Вон с Селина пример лучше бери.

— Да мне кажется, что если его будут пытать, он только улыбаться будет. Своей обычной придурковатой улыбкой.

— И ничего она не придурковатая.

— О, смотри. Вон Воюющий как скачет!

— Ага.

— Наверное, Разведывающий.

И точно, спустя несколько асенд примчался наш Командующий и начал, собственно, командовать. Артефакты мы все зарядить не успели, но их унесли Воюющим. Нас построили в колонну по пять человек и погнали вперед. Сначала шли Воюющие, потом Колдующие, а потом уже мы. Везде грязь, конское ржание, крики и ругань, иногда смех.

Через два телла примерно мы вышли на открытое дикое поле. На другой стороне нас ждало войско под бело-черными штандартами. Издалека не рассмотреть. Сначала мне показалось, что их больше, но потом выстроились войска Дамаскано. На пол лиры растянулись. Примерно одинаковые силы. Кони беспокойно всхрапывали и мотали ушами.

Нас расставили за Воюющими в дальних шеренгах. Мне раньше казалось, что пеших и конных Воюющих как-то разделяют. Ну там фланговые атаки и прочее. Отец рассказывал. А тут всех в одну кучу согнали.

— Почему мы должны сражаться?

— А что мы можем сделать? Дамаскано — Властвующий I ступени. Его приказы может оспорить только другой Властвующий. Уже потом его будут допрашивать Проверяющие. Зачем ты то сюда сунулся? Это не твоего отца территория случайно? — спросил Визирус. Наша Ведущая-девушка с интересом посмотрела в мою сторону. Наверное, не ожидала, что среди Обучающихся останется кто-то из Владеющих.

— Не помню, если честно. Геленквейл — точно нет. Я спрашивал. А про провинцию Тершнаус не знаю.

— Забавно будет, если тебя здесь прибьют. Тут уж Дамаскано не отвертится одним штрафом.

— По мне так совсем не забавно.

С противоположной стороны поля выехал всадник в серебристо-черных доспехах. От нас к нему двинулся Дамаскано в багрово-золотых вычурных доспехах. Видно плохо — мы стояли в последних рядах. О чем они говорили, никто не слышал.

Вскоре Владеющие вернулись к своим войскам. Командующие тут же начали выкрикивать приказания. Все завертелось, пришло в движение. Перед нашими бойцами вырос высокий щит. Интересно, как его так быстро успели наколдовать? Наверное, держали заготовку под рукой. Щит сформировался в виде земляной стены с бойницами. В нашу сторону полетели первые заклинания. Всех возможных стихий, форм и размеров. Люди Дамаскано стали отвечать. Впереди что-то свистело, взрывалось.

Ведущая прикрикнула на нас. Мы подорвались и стали накачивать ее заклинание силой. Мелинда сказала, что это Тио III ступени. Поле заволокло дымом, и я уже ничего не видел, что происходит. Ведущая отправляла шары в полет практически наугад. Как раз через специальные бойницы в щите. Мы заряжали силой формы. Тио III для одного меня — это практически потолок по силе. Но нас пятеро, и этого более чем достаточно для 7–8 заклинаний.

Потом Командующие прокричали остановку. Я посмотрел вокруг. Где-то далеко на левом фланге магический щит проломили. Там лежали убитые и стонали раненые. Дым немного рассеялся, и я увидел, что у противника дела обстоят еще хуже. Видимо, у этого Истершнауса магов меньше, чем у нас.

Противники развеяли остатки щита, и их Воюющие бросились вперед. Наши Командующие проревели приказы. Ситуация повторилась, только уже с нашей стороны. Что странно, наши маги не стали атаковать приближающихся Воюющих. Командующие приказали сдерживать магов противника.

Ведущая снова начала плести форму огнешара. Мы уже привычно накачивали заклинание силой. В центре поля закипело сражение. Лязгал металл, ломались щиты, кони вставали на дыбы. Настоящая свалка.

Так продолжалось около телла. Сражение прервал скакун в серебристо-черных доспехах. Он громко протрубил в горн, и битва тут же прекратилась. Только что с упоением рубились Воюющие. И вот они уже убирают оружие в ножны и помогают подняться пострадавшим.

— Смотри, Истершнаус скачет, — заметил Визирус.

Серо-черный всадник быстро приближался к центру нашего войска.

— И что теперь?

— Вроде бы наши победили. И Колдующие и Воюющие.

— Из-за чего люди погибли?

— Ты меня спрашиваешь? Откуда я знаю? Из-за чего люди вообще в мире гибнут?

— Видимо, ты, как Владеющий не сталкивался с таким, — сказала Мел.

— Это что часто бывает?

— Такое — нет, — покачала головой Мелинда.

— А ты ничего. Думал, перетрухаешь, — сказал Виз девушке.

— Ох уж эти парни. Сам то в штаны не наложил? — съязвила Мел.

— И чего это сразу в штаны? Я, между прочим, специально впереди тебя встал. Тот последний огненный конус ведь чуть щит не пробил.

— Ладно, ладно. Спасибо, — буркнула девушка.

— Обучающиеся, свободны! Колдующие — помогайте раненым, — прокричал Командующий рядом.

— А что с оплатой? Лечение денег стоит, — спросил кто-то.

— Все вопросы к Управляющему гильдией Колдующих и леру Гинзу Дамаскано.

— Опять нихрена не заплатят, — донесся до меня тихий голос одного из Колдующих с короткими усами.

Мы двинулись прочь от места сражения.

— Я думал, нам трофеи разрешат собрать, — разочарованно протянул Виз. — А то что это такое? Мы тут рискуем…

— Видели какой у нас щит поставили? — перебила Мелинда. — Его только то странное заклинание пробило. Кто-нибудь понял, что это?

— Я не видел, — я мотнул головой.

— Слишком быстро там все случилось. По-моему, там земля с огнем намешаны были.

— Так только составные формы могут. Я вот тоже потом накоплю денег и буду дальше учиться. Представляете, если мы сможет настраивать формы сами? — возбужденно проговорила Мелинда.

— Это сложно, — заметил я.

— Тут ты прав.

Обучающиеся расстянулись колонной. Почти все обсуждали прошедший бой. Выдвигались предположения, из-за чего Владеющие сражались. Виз с Мел как обычно вяло переругивались. На обратном пути нас прямо таки атаковали мелкие противные мошки и вместе с ними огромные жужжащие слепни. Интересно, если ли магическая форма против насекомых?

— «Двуногий», — прозвучало очень четко буквально над ухом.

— Чего? — я обернулся. Сзади шагах в тридцати шла группа Обучающихся. Никто из них не смотрел в мою сторону.

— Сел, ты идешь?

— Иду. Вы слышали?

— Что?

— Кто-то сказал «Двуногий».

— Неа.

— Странно.

— «Двуногий. Играть.»

Я очень быстро обернулся, ожидая увидеть говорившего. Никого.

— Ты чего?

— Кто-то прикалывается. Мел, есть такая магия, чтобы голос прямо человеку передавать? Или вроде того.

— Не знаю. Говорят на Астрегоне шаманы могут говорить на расстоянии. Только я думаю, что это сказки все.

— Да уж. Эти дикари даже не знают, что такое форма, — поддакнул Виз. — Откуда они могут научиться передавать голос на расстоянии?

— Да и правда.

— «Двуногий. Играть.» — картинка басха.

Ох ты ж. Это же Арра! Я уж и позабыл про нее.

— Ребят, идите вперед. Я кое-что забыл.

— Чего ты там забыл? Пойдем вместе сходим.

— Да не, я сам схожу. Вы идите.

— Ну смотри.

Я повернулся назад и пошел по разбитой дороге обратно в сторону поля битвы. Интересно, с какой стороны Арра?

— «Тут» — картинка глазами басха из зарослей.

Я словно увидел себя и других студентов, идущих по дороге. Из-за неожиданной картинки чуть не споткнулся. Видеть себя со стороны было очень странно.

Я свернул к зарослям, не заботясь о том, что обо мне подумают остальные Обучающиеся. Мела с Виз уже было не видно. Кое-как я вломился сквозь густые кусты. Раздвинул несколько тонких деревьев. И передо мной показалась хитрая морда Арры. Заметить басха издали практически невозможно. Коричнево-черная окраска превосходно скрывала животное на фоне деревьев и земли.

— Ниче се вымахала! — сидя, басх доставал мне до плеча.

— Непонятный образ, «Большой, красивый, сильный», — арра запрыгала вокруг.

— Это да. Ты большая и сильная, — я принялся теребить толстую шкуру кошки-переростка. Арра заурчала словно папин эмкипаж и принялась тереться мордой об меня.

— А что значит вот этот образ? — я попытался передать то, что только что послала мне Арра.

— Непонятный образ, картинка басх.

— О, так это твое имя? Ну мне сложно будет так тебя звать, — сказал я. Образ сочетал в себе что-то вроде: легкий запах неизвестного мне цветка и хвост с темным пятном на конце.

Я осмотрел басха. Действительно, шерсть на кончике хвоста окрашена в черный цвет.

— Я буду звать тебя Арра. Арра, — я представил образ басха.

— «Согласие. Играть.»

— Ладно, давай подальше отойдем.

Потом мы наверное пару теллов прыгали, боролись и резвились. Я кидал Арре палку. Ей похоже нравилось. Удивительно, но басх и правда мог читать мои мысли. Арра явно понимала не все, приходилось передавать картинки, чтобы ей стало понятно. Басх вел себя словно ребенок.

— Интересно, почему я раньше тебя не слышал?

— «Двуногий, глухой. Арра слабая».

— Может тут дело в магии и инициации?

— «Играть. Палка, ловить».

Кошка словно чувствовала, что некоторые границы не стоит переходить. Кусала очень аккуратно. Когти не вынимала, когда мы боролись. Я такую махину побороть, разумеется, не мог. Но с Аррой все равно очень весело. Прямо как со старым Чарли.

Время пролетело незаметно. Солнце начало клониться к закату.

— Арра. Мне надо идти. Через три дня я тебя навещу. Три дня это когда три раза солнце сядет и встанет. Здесь меня жди, и мы снова поиграем.

— «Согласие. Двуногий, играть».

Напоследок Арра лизнула мою руку своим огромным шершавым языком. Я с сожалением покинул кошку и пошел в город. На тракте уже почти никого не было. Только несколько телег крестьян, возвращавшихся в Геленквейл. Они косились на меня с опаской.

Глава 6

Оранжевая и зеленая кварты пролетели незаметно. За это время я успел три раза вырастить тыквенный урожай. В первый раз плоды созрели слишком рано. Тыквы еще маленькие были, а уже начали портиться. Гезар меня поругал. Сказал, что я слишком тороплюсь. Во второй раз плоды быстро выросли до невообразимых размеров с тонкой стенкой и пустотой внутри. Когда тыквы достигли пояса человека примерно, то провалились внутрь под своей тяжестью. Мел с Виз очень долго подкалывали меня на эту тему.

После этих случаев мы долго с лером Трехо разбирали мои ошибки. Немного переделали форму. На третий раз тыквы выросли с подозрительным фиолетовым оттенком и странной продолговатой формы. Пришлось отнести весь урожай в яму для гниения. М'обучающий сказал, что мне надо больше практиковаться, и со временем станет получаться. Не слишком то утешительно.

Форму Зарво я выучил довольно легко. Только вот применять ее оказалось намного сложнее. Для каждого конкретного случая форму приходилось изменять. Чтобы ограничить рост, надо модифицировать определенную часть, сменить цвет — другую часть. Каннингем сказал нам, что это в чем-то похоже на составные заклинания. Здесь уже недостаточно просто заучить формы, а надо думать и видоизменять части заклинаний. Для неопытных магов это может закончиться плачевно. И наш короткий срок обучения просто не мог охватить все детали.

Еще я на досуге переделал форму Зар в красивый вид. Правда применять ее боялся. Альбс не смог мне рассказать про все части формы, так что я их модифицировал на свой вкус. Или — на свой страх и риск.

До начала экзаменов на диплом Младшего Питающего оставалось около декады. За это время даже формой Зар не успеть вырастить новый урожай.

В один из дней мы стояли возле участка Мелинды. Солдафон придирчиво замерял выращенные арбузы.

— Раз куб, то все стороны должны быть равны, — М'обучающий приложил к арбузу деревянную линейку. Измерил несколько экземпляров. Потом стал тщательно проверять один за другим белые кубики.

— Грани больно скругленные, — цокнул Гезар. Мелинда закусила губу.

Трехо не успокоился, пока не проверил, не измерил и не обнюхал все арбузы.

— Что сказали на экспертизе?

— Свиньям понравилось. Никаких проблем не выявили, — сказала Мел.

— Тогда осталась последняя проверка. Тащите нож!

Потом все желающие могли попробовать выращенные девушкой белые кубические арбузы. На вкус они были пресноваты. Несладкие. Зато семечек не было. Я удивился, что их вообще есть можно. И Гезар, и Альбс, и Дердис утверждали, что после Зарво лучше не употреблять пищу. Все таки эта форма является сугубо де-кор-ативной.

— Что же, Мелинда Тестарх. Вы смогли меня удивить. Считайте, что высшая оценка у вас в кармане.

За экзамен ставили три оценки: высоко, средне и низко.

— Урааа! — девушка запрыгала и принялась обнимать и целовать нас с Визом, забрызганных арбузным соком. Потом смутилась и извинилась.

— Пойдемте к вам, Кэллам. Вы говорили, что сможете исправить ваше «низко»? Давайте глянем.

— Да, лер.

Мы прошли к участку Визируса по соседству с моим.

М'обучающий внимательно осмотрел выросший горох. Потрогал листья, стручки, стебель. Потом сорвал несколько стручков. Разжевал пару горошин, сплюнул. Повторил несколько раз.

— Еще кабачки, лер, — напомнил Визирус.

— Без тебя вижу, выкормыш нередника.

Трехо выбрал пару плодов, разрезал. Понюхал и полизал.

— Вроде съедобно, — М'обучающий достал свой блокнот. — Так-так, сейчас глянем. Визирус Кэллам… Ага, вот. Посажен горох, кабачки десятого числа красной кварты. Если вы помните нормативы, то ваша работа тянет только… на средне.

— Е-е-е! — порадовался Виз.

— Молодец, — поздравил я приятеля.

— Вы бы, Велиостро, тоже поработали. А то так с «низким» и уйдете.

— Я не успею уже.

— Успеете, если постараетесь. Я буду принимать до сорокового числа. Только не надо больше этого фиолетового ужаса, — после этих слов М'обучающий пошел инспектировать дальше. В конце года все хотели, чтобы он проверил их участок и поставил оценку. Поэтому работы у Гезара было хоть отбавляй.

Хм-м, может и правда, еще успею? Полторы декады как никак.

До вечера я копался в поле, высаживая новые семена. Мел и Виз давно ушли. Вскоре ко мне пришел уставший Бевел из кузни. Стал наблюдать за мной и травить разные истории с работы. За эти кварты Охраняющий стал почти настоящим Кующим.

Наконец я отложил инструменты и лейку и осмотрел свой участок. Вроде все неплохо, можно приступать. Интересно, успеют плоды созреть в срок? Или опять уродится не пойми что? Я немного постоял в раздумьях. А может попробовать? Все равно рядом уже почти никого — смеяться не будут.

— Ну ладно, посмотрим. Бевел, отойди подальше.

— Магичить будете, лер?

Я кивнул. Охраняющий отошел. Бевел вообще любил смотреть, как я колдую. Как-то сказал, что его это завораживает. Я его хорошо понимаю. Сам тоже раньше мечтал стать магом.

Я не спеша сотворил форму Зар I ступени для моего участка. Красивую. Со временем у меня стало получаться почти каждый раз. С красивой формой. А вот правильная каждый второй раз срывалась. Я немного полюбовался на Зар, висящий в воздухе. Правда ведь красиво. Почему больше никто не видит? Аккуратно добавил маны, готовясь отпрыгнуть, если что.

Ничего страшного не случилось. Зар заработал, как обычно. Заклинание расползлось по площади участка и постепенно впиталось в почву.

— Чего, все что ли? — спросил Бевел, не видевший форму.

— Меньше перелесток считать надо. Пойдем домой, а то я проголодался.

На выходных я периодически ходил к Арре. Я помнил об отношении Охраняющего к новому Чарли, поэтому и не брал его с собой. Бевел поначалу бурчал о том, что мне нельзя ходить одному. Но потом смирился. Вернее я велел ему заткнуться.

С басхом я мог расслабиться и не думать ни о чем. В последнее время стало появляться много разных мыслей. Наверное, это из-за учебы. В голове осталось куча знаний, и теперь мозг пытается все это обдумать. Арра — очень добрая и даже доверчивая. Не знаю, почему она выбрала меня. Люди ведь боятся басхов, по-моему. Я так и не смог найти книг по басхам — в ЗУГе таких нет. В универе все книги и учебники про магию и земледелие.

В последнюю нашу встречу близ Геленквейла я сообщил кошке о том, что скоро уезжаю:

— Грусть, «Двуногий, весело».

— Мне тоже жаль с тобой расставаться.

— «Нора, двуногий. Далеко»?

— Далеко. Сорок дней ехать на лошадях.

Арра спросила, сколько это сорок дней. Считала кошка плохо. Я нарисовал на земле сорок черточек и объяснил, что одна черточка — один день. Басх долго сидел, глядя на черточки.

— «Арра побежит. Двуногий, весело».

— А как же другие басхи?

Кошка легла на землю и принялась вылизываться.

— «Детеныши рано. Детеныши потом».

— У нас нолки обитают, — я послал басху картинку из книжки.

— «Слабые, трусливые. Ходят стаей. Один боится».

— Да уж, я бы против тебя тоже побоялся выйти.

— «Арра сильная, красивая».

— Да, да, — я принялся почесывать кошку за ухом.

— «Двуногий сильный. Черпает силу реки».

— Магия что ли?

— «Согласие. Двуногий — сила потока».

Под конец красной кварты начались проверки. Сначала — растениеводство и минералогия. Все зубрили. Кроме меня. Лер Белласто потом после проверки сказала, что если бы была оценка сверхнизко, то она бы ее мне поставила. Я установил антирекорд ЗУГа по ее словам.

Сильв был более сдержан в словах и просто посоветовал больше уделять времени теории. Я, конечно, со всем согласился.

Тридцать пятого числа красной кварты у нас значилась проверка по основам магии. На диплом здесь нужна только высшая оценка. Чтобы ее получить требовалось сделать следующее: Из девяти попыток сделать успешно по крайней мере по два раза формы Баоно, Зар и Зарво. Для средней оценки — по одному разу из трех для каждой формы.

Мелинда смогла со второй попытки сдать на «высоко». Я же сразу запоролся на Зар. Правильная форма развалилась три раза подряд. Лер Альбс отправил меня потренироваться с Зар, а то рискую и «средне» завалить. Визирусу почти удалось — со второй попытки он дошел до Зарво, но смог слепить рабочую форму только один раз из трех. Ему поставили «средне». Со второй попытки у меня Баоно вышла три раза из трех, что само по себе удивительно. А вот Зар и Зарво только по одному разу. Своей средней оценкой я остался очень доволен. До высшей мне еще долго тренироваться.

На проверке от лер Лаграно мы получили такие же оценки. Сначала мы закачивали на время ману в накопитель, потом медитировали и восстанавливали резерв — тоже на время. По нормативам из нас троих снова только Мелинда уложилась. Виз уже смирился с потерей диплома и не так сильно горевал.

На занятиях «солдафона» Гезара народу заметно поубавилось. Большинство уже сдали ему свои работы. Я же продолжал обрабатывать свои тыквы. Использовал только свою красивую Зар. Плоды выросли очень быстро. Я сначала подумал, что будет как во второй раз — огромные тыквы с тонкой оболочкой и пустотой внутри. Я перестал плести Зар и пару дней просто следил за растениями.

В предпоследний день, 39 числа красной кварты я решил показать свою работу мастеру Трехо. Тянуть дальше смысла нет — на следующий день состоится вручение грамот и дипломов.

— А, Велиостро. Что, думаешь уже готово? Ну-ка глянем!

М'обучающий тщательно осмотрел мои тыквы, разрезал и даже попробовал.

— Неплохо! Созрели, причем давно. Раньше надо снимать было. Так-с, посмотрим сроки, — Гезар достал свой потертый блокнот и сверился с датой. — 14 дней. Хороший результат, Велиостро! На день раньше и «высоко» бы заработал.

— Спасибо, лер!

Наша церемония окончания проходила утром до вручения дипломов студентам полных четырех- или шестилетних курсов. Я впервые увидел Управляющего ЗУГа. Толстенького маленького человечка с густыми волосами. Виз шепнул, что это ему М'лечащие нарастили шевелюру, наверное. Здесь присутствовали все пять наших М'обучающих. Они вызывали нас по очереди и вручали диплом или грамоту. Я попал к Гезару. Лер Трехо сказал пару стандартных слов о том, что из меня со временем вырастет хороший Питающий. И вручил небольшой исписанный лист из плотной бумаги. В грамоте значилось то, что я такой-то закончил в таком-то году в ЗУГ обучение сроком в 1 год «Общие курсы Младших Питающих». Потом шли мои оценки по предметам и имена преподавателей с их полными должностями:

Растениеводство — низко;

Минералогия — низко;

Основы магии — средне;

Практическая магия — средне;

Земледелие — средне.

У Мел только по минералогии стояло средне. С гномом Сильвом у девушки отношения как-то не сложились. Но диплом Младшего Питающего ей вручили. Грамоты желтоватого цвета, дипломы — голубого. Всего у нас в классе получили восемь дипломов и одиннадцать грамот. Одного еще лишили грамоты из-за постоянных прогулов. Ко многим приехали родители или родственники. Вся церемония не заняла и трех теллов. Мел сказала, что вечером будет более продолжительная выпускная церемония основных Обучающихся.

Потом я, Виз, Мел со своей подругой и Бевел чутка посидели в хорошем кабаке. Мы и до этого немного отдалились. Каждый из нас понимал, что это будет скорее всего наша последняя встреча. Я плохо помню, чем все окончилось. Вроде бы Бевел тащил меня до дома.

Следующий день ознаменовался началом народных гуляний. Праздновали проводы старого года. Красная кварта закончилась, а коричневая еще не началась. Тэриан повелел провести в этот раз четверо выходных. Обычно назначалось три дня междуквартья. В этом же году добавили еще один. Это как то связано с хождением нашей планеты вокруг светила. Сложно все это.

Мы с Бевелом ходили смотреть на выступления бродячих артистов и акробатов. Хотели попасть на представление иллюзи… в общем, магов иллюзий. Только цену там заломили будь здоров. Мы с Охраняющим все деньги потратили аккурат к междуквартью и сейчас перебивались остатками запасов.

На последний день междуквартья наконец прибыл наш экипаж с Охраняющими. В этот раз прислали семерых воинов, да еще двоих Прислуживающих. Молодого парня — Конюшнего и пожилую женщину, которая всегда плевалась этакими здоровыми сгустками. Ее назначили моей личной Прислуживающей.

— Лер, меня зовут Тахо, — поклонилась Прислуживающая. — Я буду исполнять ваши указания.

Я не помнил лица этой женщины. Наверное, взяли недавно.

— Чего умеешь?

— Обучена письму и счету, лер. Умею готовить, стирать, убирать.

— Хорошо.

— Лер, позволено ли мне спросить?

— Спрашивай, чего уж.

— Можно ли мне обратно в экипаже ехать? Кости старые, совсем не держат, — Прислуживающая сплюнула отвратительный сгусток. Мария была лучше.

— Езжайте, только при мне старайтесь не плеваться.

— Прошу прощения, лер, — склонилась женщина.

Охраняющие сообщили, что на них напала в пути маленькая шайка гноллов. Поэтому решили вернуться в город и перевязаться у Лечащих. Отсюда и задержка. Гноллы — существа донельзя тупые. Обитают в центральной части Тазама. Живут в норах и пещерах. Говорят, под землей целые города есть этих отродий.

И я, и Бевел очень обрадовались появлению Охраняющих. Деньги у нас кончились как раз перед праздниками — в кабаке последнее спустили. Немного жаль было покидать Геленквейл. Привык я к нему. Но, как говорится, на чужбине хорошо, а дома лучше.

Прислуживающие пополнили запасы, и мы тут же тронулись в путь. Бевел принял бразды Старшего Охраняющего. Прибывшие привезли с собой тавешние руны — Тио I (огнешар) и Аун I (общее лечение). Руны оказались почти полностью разряжены. Их требовалось заряжать как минимум раз в декаду у Собирающих. А это стоит недешево. В пути до Геленквейла руны не заряжали — так повелел отец. Теперь же я буду наполнять их силой. Меня ведь этому учили.

С нас с Бевелом сняли многие будничные обязанности: по готовке, стирке, торговле с купцами и хозяинами таверн. Я снова смотрел в окно на проплывающие поля, леса, реки, деревни и города. Иногда я на привале уходил в заросли поиграть с Аррой. Не понятно только, почему она решила идти за мной. Басхи ведь умные, не то что Чарли. И пропитание себе добыть в лесу могут. Ну, я все равно очень обрадовался гладкой мягкой кошке. Рядом с ней как то легко и уютно.

Путешествие проходило ровно, без происшествий. Только раз где-то на полпути на нас напал десяток гноллов. Мы с Тахо сидели в карете и слышали только улюлюканье с гиканьем. У гноллов смешной голос. Как у маленьких девочек. Я на всякий случай достал меч, но применять его не пришлось. Вскоре крики стихли, и в карету зашел Бевел.

— Лер, все кончено. Желаете взглянуть?

— Конечно!

Я тут же выпрыгнул наружу и пошел вдоль места сражения. Дорога была усеяна телами маленьких гноллов, самые высокие из которых не дотягивали мне до плеча. Выглядели твари омерзительно — с головой гиены, покрытые разноцветной шерстью. Прикрыты набедренными повязками. Среди Охраняющих только одного серьезно ранили. Сейчас он лежал на земле и руна Аун перекачивала ему ману.

— Бевел, почему они напали?

— Да кто их знает? Мозгов то нет совсем. Мы бы и сотню смогли положить. Наверное. А тут всего десяток.

— А чего они хотели от нас? — спросил я.

— Дык серебро, лер Велиостро, — ответил другой немолодой седеющий Охраняющий. — Я этих тварей много повидал одно время. Мозгов у них и правда нет совсем. Не то, что у гоблинов. Зеленые бы ни за что на нас не сунулись таким жалким сбродом. А гноллам будто все равно. Мы как-то с отрядом, значит, очищали одно место на севере отсюда. Это еще до службы у вашего отца было.

— На севере?

— Да, у Владеющего Лорга, значит. Даже лазили в эти их норы. Воняет там жуть. Перебили кучу тварей. А им хоть бы что. Через год еще больше стало. Как крысы плодятся и дохнут пачками. А любят они, значит, все блестящее. Серебро, железо. Медь, золото и адабро не жалуют.

— А оружие у них какое?

Я подошел к одному из тел и поднял деревянное копье с каменным острым наконечником.

— Вы, лер, поосторожней. Твари любят смазать ядом оружие. Те что на севере. Нам повезло, что местные гноллы яд не пользуют. А то пары бойцов могли не досчитаться.

— А что у нас противоядия нет?

— Да здесь гноллы то редкость. Кто же будет возить с собой противоядие? Гноллы, значит, тут только в этом году и появились. Кроме каменных копий и топоров у них еще кинжалы и короткие мечи в ходу. Сами то сделать не могут, но захватить вполне.

Из зарослей мне прилетел образ от Арры. Пара валяющихся гноллов с прокушенными шеями и следами от когтей. Картинка гнолл — «грязные, невкусные, вонючие».

— Ишь какие мы привередливые, — послал я в ответ мысленно.

— А что там с ранеными? Может всех руной Aун залечить? Я буду заряжать, — предложил я уже вслух.

— Нет, лер. Руна только на крайний случай. Она ведь портится от использования. С десяток раз всего и уже не работает.

— А что руны дорогие?

— Дорогие, лер.

— Надо бы осмотреть ее потом. Глядишь, и сам смогу делать такие же.

— Было бы здорово, лер. Любая руна в бою — половина победы, — сказал Бевел. — Только вы тогда в гильдию Колдующих вступите, а то проблем не оберешься.

— Да я уже в курсе.

Я подобрал себе на память зазубренный гноллский нож из темного камня. Тело твари было распорото от паха до шеи. Охраняющий славно постарался. Кровь гнолла походила на человеческую. Да и внутренности тоже. Я думал, они будут по-другому выглядеть.

— Ладно, я буду в экипаже. Как закончите с ранеными, трогаемся. Не охота в дождь здесь встрять, — сказал я, кинув взгляд наверх. Небо заволокло грязными серыми тучами.

Я припомнил, как мы попали под сильный ливень по дороге в Геленквейл. Вода лилась будто из ведра. С гор сходили настоящие грязевые реки. Нам приходилось как-то объезжать тракт, через который прошел селевой поток. Охраняющие вместе с Прислуживающим тогда толкали экипаж. Я ехал на лошади снаружи под проливным дождем. Весь продрог.

В дальнейшем ничего интересного не происходило. До Старобрадфеля мы добрались меньше чем за кварту. Я уже истосковался по нормальной домашней пище и мягкой постели без клопов. Да и по дому скучал, чего уж там. По родителям, по брату Вестру, по тете Шамме и Стенксу. Даже по Беотель и Винстрому скучал. Перед глазами так и стояли свежие булки из деревни, молоко, жаркая банька за поместьем. Даже шайка Коста вспомнилась.

Где-то на третью декаду пути мы проезжали город Кероффель. До столицы уже недалеко было. Мы экономили на проживании, поэтому в само поселение заезжать не стали. До этого мы переночевали в дешевом трактире в поселке по пути. Тракт велся близко к Кероффелю. Все таки город немаленький. В окно мы с Тахо рассмотрели болтающиеся на сколоченных виселицах тела. Лица их уже посинели.

— Это что, разбойники?

Я уступил место у окна Прислуживающей. Тахо подслеповато оглядела висящие трупы.

— Одеты больно хорошо. Похожи на Разрешающих.

— Это как это? Кто мог повесить Разрешающих?

— Вестимо кто. Владеющий.

— Почему он это сделал?

— Нам то откуда знать, лер? Дык это ж Владеющий. Что с него взять? Не понравилось ему, как Разрешающие работают. Али на взятке поймали. Вот он и решил всех на тот свет.

— Но как же император, как же Управление Исполнением?

— В жизни всякое случается. Не всегда Владеющие ладят с Проверяющими. А уж вызывать Наказующих никто не будет.

— Почему?

— А вы думаете все Владеющие без грехов?

— Нуу, нет, наверное. Но разве император не примет меры?

— Чегой-то, да примет. На балы Владеющий не походит кварту, — Тахо закудахтала. Так Прислуживающая смеялась.

Мы проехали немного севернее нашего рудника, где управлял брат Вестр. Лошади легко тащили карету по широкому тракту. Чем ближе к столице, тем лучше дороги. Я плохо знал эти места. Я ведь не важный человек. Интересно, насколько я важнее стал после учебы? Потом мы свернули налево на узкую разбитую дорогу. Я стал узнавать некоторые места. Мы проехали Перекликовку и к вечеру добрались до Старобрадфеля.

Прислуживающие загодя подготовились и вышли встречать меня. Уверен, что у Конюшнего уже готов был отборный овес и пойло для усталых лошадей. Отец тут очень строг с Прислуживающими. Готовящие тоже наверняка вовсю трудятся, чтобы сотворить на стол мои любимые блюда. А мне что? Кусок мяса побольше, да хлеба свежего. Можно и вина чуть-чуть.

Я выскочил на ходу из экипажа возле парадных дверей поместья. Тут нас уже встречала тетя Шамма, вечный Стенкс и еще пара Прислуживающих. Я со всеми поздоровался и даже приобнял чернокожую женщину. Тетя Шамма заохала и заулыбалась. Потом спустилась мама Беринна и всего меня облобызала. Она вертела меня из стороны в сторону, разворачивала и причитала.

— Ох, исхудал то как! Бедный мальчик, совсем заморили тебя. Шамма, тащите на стол все, да поживее!

Я бросил взгляд вниз. Живот на месте, может чуть уменьшился только. И где это я исхудал?

Сверху по широкой лестнице в холл быстро спустилась сестра Беотель. Небольшие мячики грудей задорно подпрыгивали в такт ступенькам. У меня прямо челюсть отвисла. Прошел год, а передо мной уже не худая костлявая девчонка, а почти уже девушка.

— Чего пялишься?

Мда, а сама сестра ни капли не изменилась

— Бео, где твои манеры?! Брат только с дороги, уставший.

Сестра немного смутилась. Девушка неловко обняла меня и чмокнула в щеку.

— Бео, ты выросла.

— Спасибо. Ты тоже… изменился.

— Ну все, пойдем наверх. Селин, марш в мойню. Чтобы через телл был в обеденном зале.

— Да, мам!

Все как в старые времена. Я ухмыльнулся и пошел умываться. Прислуживающие уже разогрели чан с водой, наполнили ванну. Эх-х, вот где настоящее блаженство, подумалось мне. Молодая Прислуживающая потерла мне спинку. Обычно я мылся сам, но тут мама прислала помощницу. Брат рассказывал, что обычно таких Прислуживающих потом… пользуют. Только мне как-то неинтересно было. Я очень плохо понимал отношения мужчин и женщин. Хотя на эту тему у нас с Винстромом было много занятий разного плана.

Как-то, лет пять назад брат приехал из университета на каникулы. Он тогда немного вина от отца втихаря выпил и начал меня спрашивать:

— Как тебе Лиина?

— Кто?

— Да ладно тебе. Эта Прислуживающая, вон во дворе подметает.

— А-а, новенькая.

— Какая новенькая, дурень. Я ее еще на прошлых каникулах приметил.

— Ну, может быть, — я немного обиделся на обзывательство.

— Ну и как тебе она?

Я посмотрел в окно на девушку в коротком летнем сарафане с косынкой на голове. Мама строго всех Прислуживающих-женщин обязала покрывать голову. Хотя соблюдали далеко не все.

— Коса красивая.

— Вот-вот! Волосы ведь красивые?

— Не знаю. Волосы как волосы. А вот коса красиво сделана. Я так не умею.

— Да что ты с этой косой дурацкой привязался? Как тебе ее грудь, ноги, попка?

— А что с ними? — спросил я тогда, подумав, что какая-то болезнь охватила Прислуживающую.

— Ох, ну и балбес!

— Ничего я не балбес, — пробурчал я.

— Ну возьми хотя бы Шамму и Лиину. Кто из них красивее?

Я задумался.

— Ну, Шамма наверное.

— Почему?!!!

— Тетя Шамма всегда чистая, и одежда у нее хорошая. Еще она слушает меня. А у этой Прислуживающей вон пятно на платье. И косынка съехала вбок… Еще она метет некрасиво.

— Единый, спаси и обереги! Нет, я, конечно, всегда знал это. Но какая же чушь у тебя в голове творится?

Я обиженно замолчал. Поэтому я и не люблю говорить. Надо думать как все, и быстро, а у меня не получается.

— Да блин Шамме уже за сорок, ты видел ее ляшки? А грудь у нее больше твоей головы! Да и вообще, она же черная! Как ты можешь ее считать красивой?! — Вестр помолчал. — Может ты под красивой понимаешь добрую?

— Не знаю, — я помотал головой. Лучше помолчать. Это я уяснил давно. Убедить кого-то в чем-либо мне никогда не удавалось.

— Ладно… Слушай, а мужиков ты красивыми не считаешь? Вот я например, красивый?

Я оглядел небритого братца, от которого сильно несло вином.

— Нет, ты очень некрасивый.

— Ну слава Единому!

Я не совсем понял тогда, почему он обрадовался.

— Вот, выпей, — Вестр вытащил откуда-то из-за пазухи закупоренную бутыль.

— Но… мама заругает.

— Да что ты все мама, да мама. Значит так, сейчас допиваешь вино и идешь к Лиине. Сначала спросишь про погоду, — у Вестра язык немного заплетался, — а потом предложи на сеновал. Ну не сразу, там, поболтай немного.

— Зачем?

— Вот олух. Пей давай.

Брат впихнул мне в рот горлышко бутылки и теплое крепкое вино полилось внутрь. Я быстро глотал. Вестр таким бывал редко. Когда не в настроении или пьяный. Брат любил меня поучить чему-нибудь.

Потом мы спустились через задний вход и брат толкнул меня в сторону подметавшей девушки. Меня мутило. Я сделал несколько шагов.

Так, что там брат говорил? Погода, сеновал, потом поболтать. Я проделал почти полпути к Прислуживющей, когда меня затошнило. Я бухнулся на колени и стал извергать из себя остатки пищи вперемешку с красным вином. Прислуживающая вскрикнула и позвала на помощь. Интересно, как это выглядело со стороны? Лиина потом сказала, что ей подумалось, будто я все внутренности свои выплюнул наружу. Брат клял меня последними словами, но на следующее утро искренне извинялся. Мол, хотел же для меня как лучше. Я тогда еще дал себе обещание не притрагиваться к вину, но со временем обещание забылось.

И вот теперь меня обмывала молодая Прислуживающая. Я настороженно следил за ней. Интересно, это мама ее прислала? Мыло пахло каким-то знакомым цветочным запахом. Я спохватился и вспомнил, что времени то мне отвели немного, и принялся вытираться.

Спустя десяток асенд я уже сидел в чистой одежде за обеденным столом. Мама пожурила меня за то, что я забыл расчесаться.

— Тебе постричься надо. А то совсем зарос. Ты в Геленквейле то хоть постригался?

— Да. Два раза.

— Что с твоим последним письмом? Ведь второе ты написал хорошо?

— Красивое письмо, — буркнул я.

— Ладно. Тахо, принеси документы Селина. Хочется взглянуть.

— Ну что, получил диплом? — ехидно спросила Беотель.

— Нет, грамоту дали.

— Хоть что-то. Поучишь меня, о великий Колдующий?

Мама укоризненно взглянула на сестру.

— Поучу, если хочешь, — ответил я серьезно, запихивая в себя очередную ложку вкусного супа. Бео поперхнулась и уставилась на меня во все глаза.

— Мам, с ним что-то не то!

— Что ты имеешь в виду?

— Он даже не заикается!

— Вот видишь. Правильно мы Селина отправили подальше от дома. Скоро тебе двадцать два стукнет. Совершеннолетие. Будешь главой дома формально в отсутствии Калара.

— Вот именно что формально, — фыркнула вредная сестренка. — Я не буду стоять и ждать его на ужине.

— Будешь, Бео. Как и я. Традиции надо блюсти. А иначе будет сущий бардак. Кушай, кушай сынок. Как доехали?

— Нормально. На гноллов только напоролись.

— Никто не погиб? Мы уже слышали от Бевела эту ужасную историю про разбойников. Двух Охраняющих погубили. Еще и Мария. Где же нам теперь найти таких Охраняющих и Прислуживающих?

— Да, Мария хорошая. Жаль, что ее больше нет.

— У тебя с ней что-то было? — спросила мать пронзительно.

Я сначала не понял, но потом дошло.

— Нет.

— Почему? — еще более резко спросила Беринна.

— Да кто же с ним станет, — фыркнула Беотель.

— Помолчи, — перебила мама.

Я лихорадочно пытался что-то придумать.

— Ну… Мария говорила про жалость. А я так не хочу, — я помотал головой.

— Ладно, оставим эту тему.

Мама поманила Прислуживающую, и Тахо передала ей мою грамоту об окончании.

— И я хочу посмотреть! — сорвалась с места Беотель. Мама поморщилась, но не стала ругать ее на этот раз за нарушение этикета. Все таки ужин семейный.

— Так, что тут у нас? Низко, низко, средне, средне, средне.

— Надо же. Молодец, братик, — искренне похвалила Бео. — Не думала, что ты хоть одно средне получишь.

— Смотри Бео, у него средне по практическим предметам. Так что и правда может чему-нибудь научит. Винстром же немаг. Селин, а можешь сейчас сотворить магию? — с любопытством спросила мама.

— Гхм, — я аккуратно вытер лицо салфеткой. — Могу попробовать, только с первого раза может не получится.

— Ты главное дом не разнеси, — заметила Бео.

С первого раза и правда не вышло. Но со второго я успел слепить красивое Баоно. Про правильную форму из учебника почему-то и мысли не возникло. Небольшой светящийся шарик появился справа над моим стулом.

— Ух-ты, классно! — Беотель снова метнулась, на сей раз ко мне. — Его можно потрогать?

— Не советую. Жжется.

— А ты ведь сразу попробовал?

— Ну да.

Беотель хихикнула.

— А еще что умеешь?

— Только Зар и Зарво. Это…

— Нет, не говори. Мы с Винстромом проходили в прошлой кварте. Зар — направляет силу в землю и немного в растения, ускоряет рост. Зарво… м-м-м, вроде бы изменяет растения. Плохо помню.

— Верно. Зарво сложное. Его надо постоянно подстраивать.

— Да, а как?

— Ты же видела формы на картинках?

— Ага.

— Вот там каждая часть отвечает за что-то одно. Чтобы изменить цвет — поменять один отросток, размер — другой…

Беотель присела рядом и слушала с открытым ртом. Видно было, что ей все безумно интересно.

— Надо же, — сказала мама, глядя на нас. — В кои то годы вы нашли общую тему для разговора.

Сестра отстранилась и надулась.

— Да о чем с Селином разговаривать то? — сказала Бео будто по привычке.

— Только с Аверинной и Вестром постарайтесь… не хвастаться, — серьезно сказала мама.

— А, ну да! — воскликнула сестра. — Даже я немного, самую капельку, позавидовала Селину. А ведь я сама скоро стану Колдующей. Так что, братец, поменьше болтай о своем даре, — наставительно произнесла маленькая язва.

Глава 7

Спустя всего декаду в поместье прибыли отец с братом. У Аверинны только недавно закончились каникулы, поэтому она не стала приезжать. Папа Калар как всегда был бодр, весел и энергичен. Брат шутил и называл меня Колдующим. Я отчитался перед ними за свои успехи в учебе. Отец остался доволен.

Потом я кратко поведал о случае с Владеющими Дамаскано и Истершнаусом. Отец не выказал ни капли удивления.

— Да, я уже наслышан об их столкновении. Хорошо, что я отказался от провинции Тершнаус. С этим Владеющим постоянно проблемы. Да и тащиться до Тершнауса далековато.

— Такое что, часто бывает? — тихо спросил я.

— Нечасто, но бывает. Меня больше интересует, что ты там делал?

— …

— У Дамаскано хватило ума погнать Владеющих в сражение? — снова спросил глава дома.

— Э-э, нет. Мне просто интересно стало…

Папа Калар нахмурился.

— Надеюсь, ты и сам понимаешь свою ошибку. И в следующий раз тебе хватит ума отойти в сторону.

— Да, отец.

— Хорошо, теперь поговорим о твоем будущем. У тебя самого есть планы?

Вопрос застал меня врасплох.

— М-м, нет.

— Так я и думал. У тебя неплохие оценки. Год будешь работать на меня здесь в Старобрадфеле. Бесплатно.

— Да, я тоже почти два года не получал жалование. Пока не повысил прибыль рудника, — заметил Вестр, хотя я это и так знал.

— А как же гильдия?

— Старобрадфель на двадцать лет отдан в мое полное владение, — проворчал отец. — Я не отчисляю за него налоги. Поэтому если ты будешь работать только в пределах деревни и поместья, то это не будет нарушением закона. Вот если сюда мастерскую какую перенести, тогда за нее спросят.

— А что после года?

— Там и посмотрим, Селин. Если я увижу, что от тебя есть прок, то будет смысл отправить тебя учиться дальше. Я не люблю делать непродуманные вложения.

Мама положила свою руку на папину ладонь.

— Дорогой, спасибо.

— Рано благодарить, — усмехнулся отец. — Пусть сначала покажет себя.

— Я буду стараться.

Жизнь вернулась в привычное русло. Я перестал ходить на занятия с Винстромом. И это было здорово. Беотель только бесилась по этому поводу. Теперь Обучающий проводил с ней больше времени. Ну, это потому что скоро сестре исполнится шестнадцать, и на следующий год она поедет поступать в столичный университет магии. Винстром пытался запихнуть в нее побольше знаний.

Еще мне выделили небольшой участок для работы. Я думал, что сразу пойду магичить на поля крестьян. Но деревенские не горели желанием получить мою бесплатную помощь. Тетя Шамма сказала, что сначала надо показать результат, а потом народ потянется. Наши Прислуживающие — частые гости в деревне, и Шамма пообещала, что обо мне узнают потом.

В свободное время я стал читать книги. Разные. Раньше такой тяги не замечал за собой. Может, это потому, что Винстром отстал от меня? Я с удивлением обнаружил, что стал понимать некоторые сложные книги. Наверное, так обучение в университете подействовало. Или занятия магией.

Магией я занимался постоянно. Мне очень нравилось лепить красивые формы. Я почти полностью забросил кисти и краски. Творить красивую магию ведь куда интереснее. На своем поле я вовсю применял Зар I ступени. Прислуживающие посадили туда кукурузу. Участок превосходил по площади мои грядки в ЗУГе. И я понял, что не смогу с этим заклинанием обработать большие поля. А ведь в деревне угодья огромные. Старобрадфель, как и другие поселения вокруг, обеспечивал Мостфель продуктами. Деревенские говорили, что они кормят столицу. И это чистая правда.

Я хорошо помнил уроки лера Гезара и слишком часто не применял форму. Ведь могло вырасти не пойми что. Использовал я только красивую форму Зар. Мне правда нравилось ее плести. И каждый раз я находил какие-то мелкие огрехи в форме, исправлял их. Само заклинание у меня уже выходило почти каждый раз удачно.

Через полторы декады кукурузное поле ломилось от сочных желтых початков. Прислуживающие просто офигели. Мама охала и ахала, рассматривая заросшее поле. Только недавно Прислуживающие его перекопали, и вот уже можно собирать урожай. Часть плодов скормили животинам — курам и свиньям. У нас в Геленквейле тоже так проверяли пищу. Только потом стали ставить на стол нам и самим Прислуживающим. Даже Бео похвалила меня.

Я становился важным человеком. Я прямо чувствовал это. Прислуживающие здоровались уважительно. Они и раньше так здоровались. Все таки я Владеющий. Но теперь они иногда говорили о том, что славный урожай кукурузы собрали. Раньше меня почти не хвалили. Только тетя Шамма иногда. Мне очень нравится, когда меня хвалят.

Мама вошла во вкус и повелела мне обработать все наши личные угодья, поля и грядки. Отец с братом снова уехали по делам. Я очень обрадовался, что мне доверили остальные наши участки. Стало труднее. Это уже не раз в день сделать Зар и оставшееся время неторопливо восстанавливаться. Теперь я тратил ежедневно полдня, чтобы покрыть заклинаниями все наши поля. Медитировал и плел форму дальше.

И… мне перестала нравиться моя красивая Зар. Это случилось как-то неожиданно. Вот я с любовью выводил маной иероглиф магической формы. А в следующий момент уже пришло отвращение к Зар. Я даже и не понял сначала, что со мной. Потом дошло. Форма то некрасива. Она не может выдержать большой запас маны. И это само по себе некрасиво. Так я стал изучать Зар II ступени.

Впервые я сам начал что-то изучать. Вот уж никогда не думал, что такое со мной случится. Ведь что может быть скучнее, что зазубривать какой-то текст или картинку. Я знал, что так многие думают. И Бео тоже. Она совсем не в восторге от занятий с Винстромом. Вместо сидения за книгами сестренка любила побегать на улице, искупаться в озере, сходить в деревню. Я попытался понять, почему у меня появился интерес. Ну, кроме того, что мне просто нравится рисовать красивые формы. Наверное, дело в том, что я хочу стать действительно важным. Настоящим Колдующим. Чтобы люди хвалили мою магию.

Зар II ступени намного сложнее I. Сама форма больше по размеру, и ответвлений больше. Я заучивал по частям, как я их видел. Мне так удобнее запоминать. Вот «шипастая» часть. Каннингем говорил, что шипы отвечают за сброс лишней маны. Поэтому форма не взрывается при переполнении, а распадается. Потом «округлая» часть. Отвечает за форму заклинания. «Сеточная» часть. Это площадь, охват заклинанием. И многие другие.

Самостоятельно учить все таки сложнее. Уходило больше времени. И без объяснений М'обучающих дело двигалось плохо. Если сравнивать с I ступенью, то появились новые неизвестные части, а известные претерпели значимые изменения. В книге магии было мало сведений. Поэтому я не мог сходу превратить Зар II в красивую. Я менял в красивую сторону только известные мне части. Тут то и пригодились краски с холстом. Для лучшего запоминания я нарисовал свою красивую форму на бумаге. Раз десять переделывал, пока не остался доволен рисунком.

Нам говорили о том, что существуют магические посохи, жезлы и книги. Я слышал о них и раньше, но только теперь понял, зачем они нужны. Форм десятки, сотни, тысячи. Все запомнить невозможно. Именно за этим делают артефакты для хранения форм. Обычно магические книги или кодексы делали для сохранения уменьшенных копий сложных форм. Такая книжка из металлических пластинок. В идеале — серебряных или адабренных. Посохи же делали, чтобы хранить там рабочие плетения. Как руны. Только в посохах формы можно перезаписать. Ведь для того, чтобы сплести форму с нуля может потребоваться несколько десятков асенд. В бою тебя просто порубят на кусочки. И пользоваться посохами могут только маги. А рунами — простые люди. Я вот изучаю всего лишь четвертую форму в своей жизни, а уже мозги высохли. Так что надо будет найти себе кодекс или у отца выпросить деньги. Для начала хватит и обычной записной книжки с картинками. Рисовать красивые формы у меня хорошо получалось.

Еще я часто навещал Арру. Она поселилась в лесу неподалеку. Там же, где мы играли с Чарли.

— Здесь нолки водятся. Будь осторожнее, — передал я ей как-то.

— «Картинка — несколько изувеченных тел нолков. Еще пара нолков убегает».

— И когда только успела подраться? — я потянул руки к басху и принялся почесывать и гладить. — Сильная Арра. Красивая! — кошка заурчала от удовольствия и вытянулась на земле.

— «Двуногий, радость».

— А хочешь я тебя с Бео познакомлю? Это моя сестра, двуногая.

— «Двуногие, страх. Длинные острые палки. Нолки двуногих».

— Нолки двуногих? А-а, гончие! Да, я слышал, что на вас охотятся двуногие, то есть мы. Извини.

— «Арра сильная».

Я подумал, что против охотников, да еще если с Колдующим, то никакой басх не убежит. Арра поняла мой настрой и принялась убеждать меня в обратном. Кошка прыгала по деревьям, оставляя глубокие борозды от когтей, шипела и рычала. Интересно, что подумали бы, если бы меня увидели со стороны?

Внезапно Арра замерла, и в ее сторону прилетел здоровый камень. Кошка еле успела отпрыгнуть. Я обернулся. Позади стояла Бео в коричневых штанах и тунике. В одной руке она сжимала длинную палку. Лицо сестры было бледным.

— Селин, беги. Я задержу его!

Арра пригнула голову и зарычала на сестру, шерсть кошки стала дыбом.

— Так, стоп!! — громко крикнул я. — Бео, убери палку, — приказал я. Сестра недоуменно взглянула на меня. — Арра, а ты что творишь? Взрослая кошка. Как не стыдно? — я схватил морду басха и помотал из стороны в сторону. Кошка возмущенно дернулась и отошла подальше.

— «Двуногий, страх, желание убить Арру. Арра сильная. Двуногий глупый», — передала кошка. Последнее обращалось ко мне.

— Что все это значит?! — нервно спросила девушка.

— Бео, немедленно успокойся! Это Арра… мой друг. Как ты здесь оказалась?

— Мне интересно стало, чего ты сюда уходишь. После смерти Чарли ты ведь не ходил сюда.

— Арре не нравится твое отношение. Просто подумай, что Арра друг.

— Чего?

— Бео, выполняй!

— А ты и правда изменился. Как тебе удалось приручить басха? Я слышала, что это невозможно в принципе.

Я почесал голову.

— Тут еще вопрос кто кого приручил. Иногда мне кажется, что я всего лишь игрушка Арры.

— «Двуногий, весело», — поддакнула Арра.

— Ее зовут Арра? Она не кусается?

— Нет, ты главное не думай о плохом. Думай, что она друг. Ну как Чарли, например. Только умнее.

— Как она здесь оказалась, на севере?

— Я встретил ее по пути в Геленквейл. Она за мной решила пойти. Не знаю почему.

— Она за тобой всю дорогу шла?!

— Да, помогла нам немного от гноллов отбиться.

Сестра покачала головой.

— Блин, Селин, знаешь как я испугалась? Думала, она тебя сожрать хочет.

— А-а, это! Я просто сказал ей, что охотники с гончими ее настигнут, а она начала доказывать обратное.

— Ты так говоришь, словно она тебя понимает.

— Ну да. Арра умная, — кошка все еще настороженно подошла ко мне и потерлась головой. — И красивая.

Я повернулся к сестре и увидел у нее знакомое выражение. Опять я что-то не то сказал. Надо думать больше.

— Я правда с ней могу говорить. Ну, такими образами.

— Образами, значит, — с очень знакомыми нотками сказала Бео.

Я разозлился. Почему никто не верит?

— Черт возьми, Бео! Я действительно могу с ней общаться! — сестра даже вздрогнула. — И ты сможешь, когда пройдешь ини…инициацию.

— Ну ладно. Поверю тебе сегодня. Она что, понимает человеческую речь?

— М-м, нет, наверное. Скорее мысленные образы, картинки.

— Ты хочешь сказать, что басхи читают мысли?! Я о таком не слышала.

Я пожал плечами:

— Можно проверить.

— А давай!

— Ну-у, подумай о чем-нибудь, — предложил я сестре.

— Хорошо.

Спустя асенду ко мне обратилась уже Арра.

— «Двуногий, просьба. Поднять лапу вверх».

— «Ну, подними. Арра сильная. Я тебе мясо с ужина принесу», — мысленно передал я.

Кошка подняла лапу вверх, всем своим видом показывая, что делает нам одолжение.

— Ух ты, здорово. Блин, и почему это случилось именно с тобой?

— Не знаю. Я когда ее увидел первый раз, то не стал кидаться камнями, как некоторые.

— Любой нормальный человек бы так сделал или попытался убежать!

Ага, то есть я ненормальный.

— Наверное, ты права.

— Ну, я не то хотела сказать. Ты просто странный. Вот и все.

Бео с большой опаской воззрилась на здоровенного басха. В этот раз девушка так и не решилась притронуться к зверю. Зато уже через пару дней сестра весело резвилась с Аррой. Оказалось, что басхи очень любят плескаться в воде. Большая кошка иногда составляла нам компанию по купанию в озере подальше от чужих глаз. Мы с сестрой решили не рассказывать другим о хищнике по соседству. Арре бы это самой не понравилось.

Мы с Бео кстати очень давно не гуляли вместе, так что благодаря басху удалось немного сблизиться с сестрой. Еще ей были очень интересны любые подробности о магии. Я ей рассказывал то, что смог запомнить из курса в университете. Про красивые формы говорить не стал. А то снова будет на меня странно смотреть. Как и Виз с Мел смотрели на меня. Больше всего, конечно, Беотель интересовала не теория, а практика. Сестра заставила меня раз двадцать сделать этот Баоно. Зар и Зарво Бео не видела пока, но постоянно спрашивала, на что похожа магия. Я так и не смог нормально объяснить. Магию может понять только маг. Все остальное — жалкое подобие.

Черная кварта закончилась. Я в поте лица носился от одного нашего поля к другому, подпитывал магией. Разные культуры по-разному росли после Зар. Некоторым хватало декады, чтобы созреть полностью, другим — две декады. Я все таки умудрился испортить редис. Плоды выросли голубого цвета со странноватым запахом. Тетя Шамма немного поворчала на меня. Я ведь и правда не сильно любил редис. Зато остальные поля прямо таки ломились от овощей, зерновых, ягод. Сливы и груши по размерам раза в полтора увеличились. Прислуживающие тоже не прохлаждались. Посадить, убрать, посадить, убрать. Даже на отдых времени не оставалось.

Обычно серая кварта заканчивала сезон. И нынешние посадки должны были поспеть как раз к ее окончанию. С магией же можно было успеть вырастить еще один-два урожая. Так мама и планировала сделать. Именно Беринна принимала такие решения. Отцу вся эта возня в земле была неинтересна. Да и времени у Калара оставалось не так много после работы.

В зависимости от условий, мы продавали в Мостфель до половины всех выращенных запасов. С моей помощью объем поставок в столицу увеличился. Мама сказала, что всю разницу подсчитает и, может быть, уговорит отца отдать мне часть денег. Это было бы здорово. У меня никогда не было много своих денег.

Я снова начал ходить за хлебом к Пекущему. Только дочка Пекущего больше не надевала тот красивый наряд. Жаль. И я опять встретил шайку деревенских ребят. Правда, их бывшего предводителя Коста с ними не было. Теперь у них главным был Севан.

— Опа, смотрите, это же Голова вернулся! — сказал кто-то из них. Пятеро парней быстро обступили меня.

— Голова, чего несешь то? — спросил Севан с угрозой.

— Не твое дело.

— А помните, как Голова прямо в рот дерьмом Севану зарядил? — сказал парень.

— Ага, ваще ржачно было.

— Да ладно?! — сказал другой парень. Наверное, его тогда не было с ними.

— Ты чего вякаешь, Гнус?! — рыкнул Севан и потом повернулся ко мне. Глава шайки сжал кулаки. — Думаешь, раз Владеющий, то все с рук сойдет?! Хрена с два!

Севан налетел словно безумный бык. Я успел только скинуть сумку с хлебом. Парень сбил меня с ног на землю. Остальные встали вокруг и принялись подбадривать Севана.

Я отбивался, кусался, царапался, лягал в пах. Одежда моя порвалась в нескольких местах. Мама будет ругаться — успел я подумать. Севан быстрый и верткий, зато я больше и сильнее.

— Ладно, хватит! — нас принялся разнимать высокий парень с длинными космами.

— Пусти меня! — крикнул Севан. Из его носа текла струйка крови.

У меня тоже был разбит нос и подбит глаз. Наверное, будет фингал. Я дышал тяжело, руки дрожали. Пока противника держали, я подхватил сумку и поспешил к поместью. Последнее, что я успел услышать от шайки:

— Совсем с катушек съехал? Он же Владеющий! — обращались к Севану.

Я быстро улепетывал от шайки. Блин, вот тебе и Колдующий! Я даже подумать о магии не успел. О том, чтобы сплести заклинание и речи не может быть. На это уходит с десяток асенд. Да и какой смысл от Баоно? Напугать что ли?

Тетя Шамма встретила меня удивленным возгласом на незнакомом языке. Сама побежала за мамой, а Тахо велела обработать мои синяки и ссадины.

— Ну, с кем подрался? — строго спросила подошедшая Беринна.

— С деревенскими.

— Ты же понимаешь, что их надо наказать?

— Это мое дело, — буркнул я.

— Вот как? То есть мое слово для тебя уже ничего не значит? Пока что я хозяйка Велиостро.

— Да делай, что хочешь. Мне плевать на них.

— Ну ладно, — мама подошла к креслу и взъерошила мои волосы. — Просто я не хочу, чтобы подобное повторилось. Будь осторожнее, хорошо?

— Хорошо, мам.

Я вскочил с кресла и стряхнул руку привязавшейся Прислуживающей.

— Лер, я еще не закончила.

— Да ничего, заживет.

— Селин, а ну-ка сядь. И дай Тахо закончить.

Бурча себе под нос, я вернулся в кресло. Тахо принялась обтирать царапины едким жгучим раствором. Я подумал, что надо бы изучить и руну Аун для себя. Но в первую очередь Тио.

Глава 8

Наступило межсезонье. В этом году ужасно холодное. Даже вода в озере замерзла, что случалось нечасто. Прислуживающие чистили дорожки от снега, рубили заготовленные дрова, кормили и чистили животных. Почти две декады пролежал белый снежный покров — с конца белой кварты до начала голубой. Потом холода сдались под напором лучей светила.

Время для нас с Бео походило на отпуск. Винстром в такую погоду отказывался приезжать, что очень радовало сестренку. Я же просто отдыхал от дел магических. Это сильно выматывает. Не просто лепить формы, изучать заклинания, а каждый день перекачивать ману, медитировать, копить силу. В холодную пору я смог больше времени уделить Зар II ступени, начал изучать Тио I и даже Аун поглядел. К слову, Аун оказалась самой простой формой. Плюс я мог внимательно рассмотреть Аун и Тио не только на картинках, но и в живую в рунах. Хотя от частого использования они уже начали рассыпаться.

Как-то в голубую кварту я решился сплести Зар II ступени. Свою, красивую форму. Это далеко не так просто, как кажется. Ведь вокруг не было ни души, кто мог сказать, правильно ли я все делаю. И всегда есть риск пострадать от магии. Я хорошо помнил историю Визируса о том, как он самостоятельно начал изучать Тио. Поэтому я слепил форму сотни раз, пока не стало получаться почти идеально.

В один из дней я отправился испытать Зар II в сторону леса. С собой взял Бео. Все таки страшно немного. Сестренке было очень интересно. Наверное, через год в столице Бео такие заклинания будет щелкать как семечки. Сестра умная. Мы подошли к опушке леса, и я начал плести форму. Вокруг лежала грязь от растаявшего снега, все сапоги перепачкались. Только с третьего раза я решил запустить Зар. Очень медленно. Тоненьким ручейком я направил силу в форму через специальный отросток.

Бео ничего не видела, разумеется, но смотрела с любопытством. Все шло хорошо, и я чуть увеличил подачу маны в форму. В этот же миг что-то пошло не так. «Шипастая» часть сверкнула. Раздался хлопок. Сила высвободилась резко и ушла вниз. Я не успел отпрыгнуть. По земле и моей правой ступне что-то ударило. В разные стороны полетели комья земли, правый сапог покорежило. Я отбежал и запрыгал на одной ноге.

— Твою же…

— Ахахаха, — Бео заливисто рассмеялась. — Это нечто!

— Вот и зови тебя.

— Хахаха, смешно ведь, хаха. Да еще ты тут прыгаешь. Ты хочешь, чтобы я от смеха померла? Ахахаха.

Сестра смеялась как ненормальная. У нее даже слезы из глаз потекли. Я решил, что в следующий раз Бео брать не стоит. Уж лучше калекой остаться.

Спустя семь дней, 34 числа голубой кварты мы стали свидетелями необычного явления. Ну как свидетелями? Я например ничего не видел, только последствия.

Мы с родителями и сестрой как обычно ужинали в главном обеденном зале на первом этаже. Папа травил байки из своих вечных походов. Неожиданно к нам забежал взволнованный Стенкс.

— Лер, — обратился мужчина к отцу. — Там вдалеке виден свет в вышине. Похоже на огнедождь. Идет в нашу сторону.

— Жена, дети, в подвал, — спокойно распорядился Калар. — Стенкс, собери детвору, пусть тоже в подвал. Прислуживающих в погреб. Выполняй.

Стенкс сорвался с места и побежал раздавать указания.

— Так я не понял, вы почему еще здесь? — удивился отец. Мы с Бео и Беринной быстро встали.

— Дорогой, не задерживайся, — попросила мама.

— Да, я только прослежу тут.

Мама взяла ключи у тети Шаммы и открыла дверь в кладовку под центральной лестницей. Здесь хранилась старая мебель, картины и прочий хлам, покрытый слоем пыли. Я прошел в дальний угол кладовки, с усердием вытащил засов и отворил узкий люк. Внизу было хоть глаз выколи. Я спустился первым по лестнице. Потом помог слезть маме с сестрой.

Здесь внизу лежал еще более древний хлам, чем в кладовке. В противоположном конце находился второй выход из подвала — на задний двор. С первого раза я сплел красивый Баоно. Подвал озарился ярким желтым светом. Наверное, можно переделать Баоно так, чтобы свет был немного тусклее. Тогда заклинания хватит на большее время. Женщины присели на старую поломанную скамью возле стенки. Бео поначалу брезгливо оттерла сидение от пыли и только потом примостилась. Спустя десяток асенд к нам в подвал спустилось трое мелких парней. Они иногда за ржавчики помогали нашим Прислуживающим в поле или в конюшне.

— Есть там еще дети? — спросила мама.

— Нет, лер. Больше сегодня никто не приходил.

— Видели чего?

— Зарево вдалеке видели. Как будто угли горящие с неба падают! — ответил один.

— Огнедождь это, как пить дать, — заметил другой тоном бывалого Воюющего.

— Ладно, идите сюда. Садитесь рядом. А то холодно.

Детвора уселась на скамью подальше от Владеющих. Я ходил из одного угла подвала в другой. Так можно было согреться. Мы услышали далекий грохот. Бухало где-то в стороне леса. Потом начало бухать все ближе и ближе.

— Ну где там Калара носит? — обеспокоено заметила мать.

Словно услышав Беринну, заявился отец. Он захлопнул сверху крышку люка. Недалеко бахнуло.

— Селин, глянь в том углу. Там вроде должны бадьи старые остаться.

Я покопался в куче, стянул грязный чехол и обнаружил штук шесть старых рассохшихся ведер.

— В них воду не поносишь, — заметил я.

— Ничего, от колодца успеем донести. Чем больше ведер, тем лучше.

— Думаешь, пожар будет? — спросила Беринна.

— Какой же огнедождь без пожара? — вопросом ответил отец.

Дальше мы сидели молча. Иногда сверху слышались отзвуки дальних разрывов. Один раз долбануло очень близко. Земля задрожала. Потом звуки пошли дальше — уже с другой стороны от поместья.

— Сидите тут. Я пришлю за вами, когда станет безопасно, — бросил отец и полез наверх.

— Вот же неугомонный, — проворчала мама.

Еще четверть телла мы просидели в подвале, пока Прислуживающий сверху не позвал нас. Мы захватили старые бадьи и вышли на улицу. Перед нами предстала неприглядная картина. Мальчишки сразу бросились в деревню к своим домам. Один из бараков Прислуживающих вовсю полыхал. Оттуда выносили вещи. Тушить постройку никто и не собирался — слишком поздно. Этот барак стоял с самого краю и принял на себя основной огонь. В главное здание тоже попало пару головешек, но их быстро потушили. Сейчас Прислуживающие и Охраняющие под командами отца таскали ведра ко второму бараку. Конюшня и хлев не пострадали. Амбар со складом тоже поливали с северной стороны. В конюшне разложили людей с ожогами, рядом запустили руну Аун.

Блин, сейчас бы пригодилась Баоно на стихию воды. Там отличия то небольшие, но я никогда не тренировался. Или еще лучше… Баодо! Вызвать бы дождик над горящими зданиями. Эту форму Каннингем давал нам на курсах в конце. Только немногие успели дойти до нее. Как же мало я знаю!

— Пап, можно я помогу? — спросил я у отца.

— И я тоже, — подошла хмурая Беотель.

— Ладно, идите к колодцу. Вставайте в цепочку.

Мы так и сделали. Спустя телл тело уже двигалось само. Принять ведро, перебежать дальше, передать следующему, схватить пустую бадью. Вернуться, забрать полное ведро и так дальше. До поздней ночи мы заливали останки сгоревшего барака водой. Колодец иссяк и мы ходили уже с самого озера. Пришли вести из деревни. Там все еще хуже. Некоторые дома сгорели. Погибли люди. У нас, слава Единому, жертв не было.

Пришла мама и отправила нас в дом. Руки уже отваливались. Как уж Бео продержалась, ума не приложу. Натаскала воды ведь не меньше меня. Рухнув на кровать, я сразу же забылся сном.

В следующие дни Прислуживающие работали как проклятые. Женщин временно поселили в гостевые покои хозяйского дома. Хорошо хоть инструменты наши уцелели. В деревне сейчас с этим было очень туго — многие отстраивали дома и сгоревшие пристройки. Или колотили гробы.

После холодной поры у нас осталось запасов навалом. Не все успели продать. Сейчас раздавали кое-какие продукты пострадавшим из деревни. Староста у нас бывал через день. Скоро пришли слухи из столицы. Один другого страшнее. Жертвы стихии в Мостфеле исчислялись тысячами. Говорят, что трущобы выгорели полностью.

Недалеко от поместья упал большой горящий камень. Он и стал причиной пожара. После удара образовалась огромная черная воронка в двадцать шагов. Камень еще несколько дней испускал сильный жар, шипел и плевался едкой кипящей жидкостью. Небесный посланник развалился на несколько кусков — крупных и мелких. Мы с Бео отобрали себе по паре маленьких осколков. Говорят, из камня можно амулет против нечистой силы сделать. Тьма ведь боится небесного огня. Осколки были черные со светлыми серыми сколами по краям.

Прислуживающие валили лес, обрабатывали бревна и тащили их к поместью. Чуть в стороне от сгоревшего барака стал вырисовываться контур новой постройки. Еще более просторной и основательной, чем прежде. Свободных Кующих и Плотничающих в деревне не сыскать. Тут то Бевел и продемонстрировал всем свои умения. Хоть у нас кузницы и не было, Охраняющий все равно показал большое мастерство в починке инструментов. А как Грегор с отцом удивились. Только сейчас до Калара дошло, где же я смог найти способ подзаработать. До этого отец думал, что я просто выдумываю все с нехваткой денег.

Мы с Бео ничем особым помочь не могли. Я вечером разве что создавал иногда светляки Баоно, чтобы Прислуживающие могли поработать подольше. Несмотря на усталость и занятость надо уже было приступать к посадкам. Голубая кварта закончилась, а значит пора возделывать поля после холодов. Посевную нельзя пропускать. Так сказал Стенкс. Странно. Куда торопиться, если с моей помощью за пару декад мы можем собрать целый урожай? Наверное, это привычка такая у крестьян. Или скорее поверье. Сеянный день — десятое число синей кварты. Позднее этого срока начинать посевную нельзя — примета плохая.

Полторы декады после огнедождя я вовсю тренировал Зар II ступени. Только на шестой раз я смог заметить, где в форме происходит разрыв. За это время приспособился колдовать из-за старого щита, который выпросил у Охраняющих. При каждой попытке результат выходил разный. То вспышка, то удар воздухом, то вообще ничего. Раза три переделывал форму, пока она не стала работать нормально. Как же тут не хватает М'обучающих! Кто бы подсказал, что значат те неизвестные части формы. Плел я чуть ли не наугад. Наверное, кое-какой опыт у меня уже имелся в изменении форм. Поэтому я и смог исправить Зар II.

Я рассказал про свои успехи родителям. Отец похвалил. Мама же сказала, чтобы я сначала Зар II испытал на чем-то одном. Припомнила мне голубую редиску. Вскоре поля вспахали и я вернулся к работе. Большую часть я обрабатывал по-прежнему Зар I. Может, мне показалось, но заклинание первой ступени после изучения второй стало у меня получаться быстрее. Зар II я плел снова на небольшом кукурузном участке.

Со второй ступенью я все делал, как раньше, однако растения вытянулись буквально за декаду. Вот уж этого я не ожидал. Початки выросли очень странной формы. Будто кляксы от чернил на бумаге. Торчали в разные стороны. А сами кукурузины оказались горькие. В общем даже скотине давать не стали. Кое-как я объяснил маме почему так произошло. Беринна распорядилась убрать участок и засеять заново.

Со второй попытки вышло все просто отлично. Я колдовал Зар II раз в четыре дня, то есть вдвое реже, чем I ступень. На четырнадцатый день початки созрели, и Прислуживающие сняли урожай. По вкусу ничего необычного не заметили. Можно есть.

Я думал, что II ступень позволит охватить большую площадь. Это так. Но самое главное в том, что формы II ступени лучше расходуют ману. Вот уж не представляю, куда уходит та сила от I ступени, что не попадает в почву и растения. Не зря же Зар II такая сложная и объемная. Мы с Бео немного порассуждали на эту тему. Но к единому мнению так и не пришли.

Если раньше мне приходилось тратить половину своего времени на наши поля, то теперь все изменилось. Каждый день у меня уходило всего четыре телла на все поля. В специальной тетради я вел дни обработки участков формой. Можно было в принципе за один день обработать все, а три дня отдыхать. Наверное, я так и сделаю, когда у меня появится больше работы. Допустим, один день на наши угодья, два дня на Старобрадфель и день выходной. Или два дня…

Зар II мне очень нравится. Намного красивее I ступени. Хотя я более чем уверен, что третья ступень будет еще лучше. Жаль, что у нас дома не было рисунка третьей формы. В один день я попросил Винстрома привезти мне картинку Зара III. Он очень удивился тогда. Обучающий знал примерно о моих способностях.

— Селин, вы ведь только первую форму изучали в университете?

— Да, вторую я сам изучил.

Глаза Винстрома расширились, будто он увидел святой дух.

— И что, работает?!

— Да, правда пришлось немного переделать.

— Да ну. Каким образом ты смог переделать заклинание? Они же становятся нестабильными. Разве вас не учили работать только по учебным формам?

— Э-э, да это не важно, — я не стал рассказывать про «красивость» форм. А то опять от поучений не отделаешься. — Привезете мне?

— Привезу, чего уж там. Только сам не пытайся магичить. Только под наблюдением Колдующего.

— Хорошо, мастер Винстром.

Постепенно народ отошел от ужасного происшествия. Огнедождь унес очень много жизней в Тазаме. Только в столице тысяч десять сгорело или отравилось дымом. Говорят, тела из города вывозили телегами две декады. Спустя примерно кварту мы отстроили второй барак для Прислуживающих. Женщины наконец-то переселились из главного дома. Вроде они и не мешались, а все равно неприятно, когда грязные Прислуживающие постоянно снуют туда сюда.

Я перешел полностью на Зар II ступени, и у меня появилась куча свободного времени. Я очень долго не мог решить, что изучать дальше. То начинал зубрить Тио, то Аун, то водное Баоно, то Баодо. Винстром привез мне картинку Зар III ступени. Форма оказалась архисложной. Я отложил ее изучение на потом. Заклинание словно бы распалось на явно видимые части. До этого они переплетались, на III ступени же части располагались раздельно. Каннингем говорил про это. Дальше — уже составные формы. Их не изучить по картинкам. Ну и ладно. Форм для изучения мне на годы вперед хватит. А дальше… может, отец и вправду отправит меня учиться в столицу? Я немного обдумал эту возможность. Хочу ли я? Сложно сказать. Вроде бы здорово узнать про высшие формы. Но в то же время ужасно не хотелось столько лет сидеть на скучных уроках. А я знал, что они будут в любом случае.

Жизнь шла своим чередом. На желтую кварту ко мне потянулись первые жители Старобрадфеля. Отец договорился со старостой о том, что я первое время буду работать бесплатно. Тетя Шамма же пустила слух по деревне о наших сверх урожаях. Мама как-то сказала, что неплохо бы и расширить наши угодья. Нанять еще Прислуживающих. Чтобы весь заработок отходил нам самим. Но потом все таки решила повременить с этим и согласилась пустить меня в Старобрадфель.

Первым моим клиентом стал дед Беструшний. Однажды рано утром ко мне в комнату постучалась Тахо.

— Сейчас иду, — крикнул я, думая, что зовут на завтрак.

— Вас зовет лер Беринна. К вам человек из деревни пришел.

Интересно, кто там? Ко мне никогда никто из деревни не приходил. Я быстро накинул рубаху и штаны и прошел вниз.

— Селин, вот ты где. Доброе утро, — приветствовала мама. — Это к тебе клиент.

— Лер, здравствовать вам желаю, — поклонился бородатый дед. — Ну, значит, прослышал я, что беретесь вы магией поля питать и денег не просите. Груши ваши пробовал. Зело вкусные и крупные. Ежели мой сад вам сгодится…

Все в деревне знали сад деда Беструшнего. Мальчишки постоянно лазали по ночам в огород и набивали полные пазухи спелых фруктов. А дед их гонял вместе с дочкой. Это я слышал. Сам не лазил.

— Сгодится, дед! — обрадовался я. — Все в лучшем виде сделаю. Будут ваши груши и яблоки самому императору на стол подавать.

— Хех, посмотрим, посмотрим.

— Селин, поосторожней там, — сразу сказала Беринна.

— Конечно, мам.

После завтрака мы с дедом Беструшним пошли в деревню. Я почувствовал себя важным человеком. До этого ведь я все на семью магичил. А сейчас чужому человеку помогаю. Пусть и бесплатно.

— Лер, надо вам чегой-нить для магии?

— Попить вынесете, да перекусить после немного.

— Сделаем, лер.

Сад у Беструшних оказался действительно немаленьким. Весь цветет. Тут и груша, и слива, и яблоня, и вишня. Только в дальнем конце виднелись обгоревшие стволы деревьев, до которых добрались осколки от огнедождя. Немного страшновато было плести для чужих. А вдруг опять вырастет мерзость какая? Зар II еще не до конца испытан.

Я потратил где-то три телла, чтобы покрыть весь участок плетениями. С заклинанием I ступени это бы заняло раза в три больше времени. Мне понравилось. Сплетешь себе несколько форм, дальше сиди под раскидистым деревцем отдыхай, копи силы. Потом дочка деда Беструшнего вынесла сладкий яблочно-грушевый морс и пироги с курицей. Очень вкусно. Наверное, потому что в гостях. Женщине на вид было лет тридцать-сорок. Я плохо умел определять возраст. Она пожаловалась мне на свою горькую участь. Муж ее помер лет десять назад, сгинул от серой лихорадки. С тех пор никто в деревне к ней не подходит. Мне в общем то все равно. Я только потом домыслил, почему она это мне рассказывает. Я же все таки Владеющий, пусть и младший. Вроде как я должен решить что-то. Только что, я так и не понял.

Следующим к нам в поместье пришел глава семьи Троскано. Он мял шапку (это в такое-то теплое время!) от волнения и поглаживал свою потную лысину. Иногда при разговоре на него находил ступор. Думается мне, что главной причиной, почему ко мне редко обращались, был мой титул Владеющего. Семья у Троскано считалась самой большой в деревне. Семь дворов, тринадцать детей, мужья и жены, бабушки и дедушки. А уж дядь, теть и сестер Троскано разного колена в Старобрадфеле и окрестных деревнях не счесть. После огнедождя у них сгорело два дома и погибло двое человек. Всего в деревне сгинуло девять человек.

Угодья Троскано уступали нашим Велиостровским. Зато выращивали они практически все, что росло в наших краях. Они ведь не только на продажу, но и себе на стол растили. Мы же предпочитали всякие редкие продукты закупать. Я постепенно перестроил свой график. Один день я отводил на наши поля, один день на участки Беструшнего и Троскано. Два дня нагло бездельничал, на несколько теллов прерываясь на тренировку новых форм.

Спустя пару декад потянулись и менее смелые семьи. Ну а как же? Когда у твоего соседа урожай спеет раза в три-четыре быстрее, невольно становится завидно. Вот так я и стал Питающим почти всей деревни. А если точнее, то Удобряющим. От выходных остался всего один день, а рабочие дни расписаны плотно. Отец подарил мне одну из наших ездовых лошадок. Ведь на передвижение по деревенским полям уходило куча времени.

Мне нравилась такая жизнь. Насыщенная. Каждый день случалось что-нибудь интересное. Я замечал какую-то некрасивость форм или дивился тому, как Зар действует на тот или иной сорт растений. В то же время я четко понимал: Старобрадфель — это мой потолок. И то пришлось отказаться от некоторых угодий. Еще ко мне обратился житель деревни, разводящий коров с просьбой подпитать пастбище неподалеку. Мол далеко приходится скотину водить. Но я решил, что этот уж обойдется. А ходить буренкам полезно — мясо и молоко вкуснее будут. Наверное.

Для Зар II ступени поместье и деревня оказались максимумом моих умений. Но я не спешил пока изучать третью. Ну как, не спешил? Изучал, конечно, только она и вправду оказалась архисложной. И очень нестабильной, как и сказал Винстром. Я днями напролет пытался изменить форму, сделать «красивой», но ничего не выходило. Зато за желтую и оранжевую кварту я смог выучить Тио и Аун I ступени. И, что самое главное, отработать их на практике. Как и с Зар II ступени не обошлось без неудачных попыток. Однако мое терпение вознаградилось и теперь я мог лечить и кидаться огненными шариками.

Поначалу, как народ прознал, ко мне повалил поток больных и увечных. Но после нескольких лечений формой Аун люди перестали приходить. Эта форма помогала слабо против тяжелых случаев. Так, общее оздоровление и придание сил. Мелкие болячки вылечивала. Аун я стал применять на наших Прислуживающих. Когда они заболевали, например, или перетруждались. Я тоже ведь иногда болел или получал разные ушибы и ссадины. Так что Аун стала настоящим спасением. Приезжаешь вечером из деревни уставший, колдуешь Аун, и вот ты уже бодр и весел. Хорошо быть Колдующим!

В планах у меня первым пунктом шло приобретение магического кодекса. Отец, как узнал цены в столице, так сразу же развернул меня. Сам заработать должен. Тут пришел мне на помощь Винстром. Он рассказал, как можно изготовить более дешевое подобие кодекса. Я сразу же пошел к Калару. Отец скрипнул зубами, но заказал в деревне у кузнеца требуемое. В результате я стал обладателем странного ожерелья за тридцать серебряных. 18 пошло на создание округлых плошек из трех монеток каждая. 12 на оплату кузнецу, которому еще пришлось изготавливать специальные формы и инструменты. Теперь у меня имелся свой «деревенский» кодекс из шести тонких овальных серебряных пластинок, нанизанных на прочный кожаный шнур. Шесть плашек — для хранения шести форм. Не густо.

После пришлось поработать Внедряющим. В теории все выглядело проще некуда. Сплести уменьшенную копию внутри плашки также, как делаешь обычную форму. На деле все оказалось сложнее. Серебро очень неохотно пускало внутрь магию, как и выпускало, впрочем. За последнее и ценилось. Формы серебро держало прекрасно. Часто использовалось в качестве накопителя. Как в наших рунах, например. Форма в них внедрялась в дощечки из особого северного дерева. Оно держало хуже серебра, зато стоило намного дешевле. Наши руны требовалось заряжать раз в 7–8 дней, накопитель полностью разряжался где-то за декаду. В университете нас просветили на этот счет. Быстро разряжалась высоко конц… концетри. Короче, плотный комок маны, как в накопителе, разряжался быстро. А сами формы держались долго.

Дня три ушло на запись. В плашки я кое-как запихнул Зар II ступени, Тио и Аун I, Баоно I огня, Баоно I воды и Баодо I ступени. На последние две у меня пока не было времени, но я намеревался ими заняться позже. Кодекс — это действительно нечто! Теперь нет нужды все держать в памяти. Лишь заглянув в кодекс, можно рассмотреть мельчайшие детали формы. Именно твоей, переделанной и красивой, а не той, что в учебниках. Намного удобнее, чем на бумаге. К тому же их в любой момент можно подправить или записать новые. Работать Внедряющим мне не понравилось. Как представлю себя заносящим однотипные формы в заготовки, так повеситься хочется.

Арра пропала. Просто взяла и исчезла. Я долго ходил по знакомым тропам, но басха так и не нашел. Жаль, я успел к ней привыкнуть. Да и Бео расстроилась. Однако скучать у меня времени не оставалось. Отец часто расспрашивал про мои успехи, узнавал сколько полей я могу обрабатывать. Строил насчет меня какие-то планы. Еще и мама что-то постоянно выспрашивала. Про девушек и мою дальнейшую жизнь.

Где-то на зеленую кварту, в самый разгар сезона сева к нам приехал гость из столицы. У меня этот день был рабочим в деревне, поэтому я встретился с ним только вечером. Каждый двор выставлял мне столько еды и питья, что хватило бы на десяток Охраняющих. Ко мне отец приставил только одного, и мы часто отказывались от угощений. Я и так располнел, несмотря на постоянные передвижения по деревне.

Поздно вечером мы вернулись в поместье. Моим главным желанием было обмыться с дороги и завалиться в мягкую постель. После целого дня скаканий на этих копытных монстрах задница превращалась в сплошной синяк. Охраняющему было хоть бы хны.

Тетя Шамма встретила нас и сказала, что ко мне приехал гость и ожидает в кабинете отца. Я переодел пропахшие потом вещи и поднялся в рабочий кабинет Калара. Там на кресле с бокалами вина развалились отец и неизвестный человек в сером кителе Проверяющего.

— А, Селин, мы тебя и ждем! — приветствовал меня немного захмелевший отец. А может и много. Никогда не понятно, когда отец чуть пьян или пьян в стельку.

— Позвольте представиться, — поднялся человек в сером. — Меня зовут Дин Тотоласко, Проверяющий II ступени.

— Селин Велиостро, — мы осторожно пожали друг другу руки. У Дина оказалась твердая рука, да и сам он был подтянут и собран, несмотря на выпивку. Короткая ухоженная бородка довершала картину Проверяющего Тотоласко. Странная фамилия.

— Я получил запрос от гильдии Колдующих на проверку вашей деятельности, лер Велиостро.

— Можно просто Селин.

— Хорошо. Я пробуду здесь два дня. Конечно, все мы уверены, что ваша работа не выходит за границы Старобрадфеля. Видя перед собой пример вашего отца, думаю, никто не осмелится пойти на нарушение закона.

— Да… я и не выезжал никуда за пределы деревни после университета.

— Тем лучше. Вам, Селин, и вашему отцу я благодарен за предоставленную комнату для отдыха, — сморщился Дин. — А ездить каждый день сюда из столицы — очень плохо скажется на моей спине.

Интересно, почему бы ему не остановиться у Воюющего Белдека? На самом деле он уже давно не Воюющий, но в деревне все так его называли. У Белдека было что-то вроде мелкой таверны с парой комнат. Там вечерами собирались местные мужики.

— А почему послали Проверяющего II ступени? Из-за моего отца?

— Нет, Селин. По делам Колдующих первоступенчатых направляют только в редких случаях. Когда все II заняты.

Я не стал больше ничего спрашивать. Вежливо распрощался и хотел уже покинуть кабинет отца.

— Вот еще что, — обратился Дин. — Вам, Селин, стоит вступить в гильдию.

— Но ведь я здесь не нарушаю закон…

— Верно. Только если вы захотите вступить позднее, то у вас могут быть некоторые проблемы. Считайте это дружеским советом.

— Скоро мы намерены отправить Бео и Селина на учебу в столицу, — обрадовал меня отец. — Там сын и вступит в гильдию.

— Иметь двоих Колдующих в семье — большая удача, — заметил Проверяющий Тотоласко.

— Выпьем за это. За семью! — коллеги звякнули бокалами и пригубили напиток. Я тихо вышел из отцовского кабинета.

Несколько дней этот столичный хлыщ, как обозвал его Стенкс, проживал у нас. Сначала всех в поместье расспросил, потом поездил по окрестным деревням и селам. Слава Единому, продлилось это недолго и вскоре Проверяющий уехал.

Кварты летели одна за другой. Четырнадцатый год эпохи Тэриана подошел к концу. К слову, я родился в тридцать седьмом году эпохи Шантариэна, отца Тэриана. Прошлый император правил сорок три года. А это значит, что в следующем пятнадцатом году мне исполнится двадцать два — совершеннолетие. Подумать только. Как же быстро изменилась моя жизнь. Всего три года назад я и подумать не мог, что стану настолько важным человеком. Пускай только в деревне, но и это не мало. Интересно, я стану еще важнее после учебы в столице?

На последнюю красную кварту мы поехали с Бео и родителями в Мостфель. Отец всегда держал слово. Прошел год, даже чуть меньше, а значит пора исполнять обещание. Я ведь и правда значительно увеличил сбор налогов от деревни. Так сказала мама. Родители всегда ездили в столицу на поступление детей. Они уезжали на поступление Аверинны и Вестра. Теперь настала наша с Бео очередь.

Пока Калар с Беринной гуляли по столичным ресторанам да паркам, мы с сестрой в поте лица писали эти дурацкие вступительные экзамены. Если поставят хорошие оценки, то можно получить императорский грант на оплату обучения. Поэтому в столице могли обучаться не только богатые, но и просто умные. Я разумеется не сдал на этот грант, но баллов хватило, чтобы приняли на платное. Бео тоже не прошла на грант, чему я сильно удивился. Сестра сказала, что в жизни бы не ответила правильно на вопросы в тестах. Родители не сильно огорчились нашим неудачам. Примерно этого они и ожидали — все таки мест на бесплатное обучение буквально десяток на всю столичную школу магии.

Заведение называлось Магический Университет Мостфеля — МУМ сокращенно. Мы с сетрой уже начали привыкать к роли Обучающихся, как вдруг мне назначили еще один экзамен. На сей раз практический. Каким-то образом о моей учебе в ЗУГе прознали. Оказывается, по правилам МУМа обучающийся в других школах магии должен показать свои навыки.

Мой экзамен состоялся в последний день красной кварты. Проверка знаний проходила в самом здании МУМа. Только одно университетское общежитие было больше самого ЗУГа, а уж про центральный корпус и говорить нечего. Столица все таки. Кроме меня на этот день попало еще около сорока поступающих. Видимо, они тоже где-то обучались раньше. Моя очередь подошла довольно быстро. Вызывали группами по два-три человека. Вместе с другими счастливчиками мы прошли через трехметровые створки. В огромном лекционном зале восседали шесть почтенных М'обучающих.

— Велиостро!

— Это я, лер!

— Садись, — Колдующий зашуршал бумажками. — Земельный Университет Геленквейла, годичные курсы. Ага, Гелек, значит. Как там солдафон?

— Лер Гезар то? А что ему сделается то?

— Хех, и правда? Ладно, вам за год должны дать три-четыре формы, насколько мне известно. Покажи мне любые две. Так, а кодекс свой передай мне, — я отдал М'обучающему серебряное ожерелье. Колдующий быстро сплел непонятную форму, и мой кодекс окутал какой-то купол. Теперь мне не разглядеть магические формы внутри.

Ну что ж. Я потер руки и приготовился плести форму Баоно. И тут же застыл. Вот черт! Я не мог вспомнить форму. Я полностью забыл учебную форму Баоно! Я лихорадочно перебирал другие формы. Зар, Зарво, Тио, Аун… Я не мог сделать ни одну нормальную форму. Когда я начинал плести, то все время переходил на красивую. Я тупо не помнил уже, как должны выглядеть измененные части.

М'обучающий сначала вежливо ждал. Потом начал поторапливать. Видя, что у меня ничего не выходит, маг стал ворчать. От безысходности я быстро сплел свое красивое Баоно и показал Колдующему. Тот некоторое время щурился, проверяя форму.

— Что это за Баоно?!Что у тебя с шипами в левой части? А этот отросток зачем?!

— Э-э, но ведь форма работает.

— Эта форма работать не сможет по определению. Здесь шесть опытных М'обучающих, спросите любого.

— Давайте, я ее запущу? — предложил я и начала перекачивать ману.

— Ни в коем случае! — маг грубо вмешался в мою форму и развеял заклинание. — Телл от телла не легче. Каждый день эти ослоголовые хотят моей смерти.

Я предпринял еще одну попытку:

— Я еще Зар могу…

— Достаточно. Молодой человек, вы можете идти. О результатах вам сообщат позднее.

Я уныло поплелся на выход из зала. Если бы знать раньше, то я бы успел подготовиться.

Столица все эти дни прихорашивалась к трем дням междуквартья. Проводы старого года — один из главный праздников в Тазаме. Везде дома украшали фамильные гербы или тазамский имперский герб. Колотились подмостки для уличных представлений, столы и лавки для застолий. Мы с Бео и родителями с интересом ходили и глазели на разные представления. Я последний раз был в Мостфеле на междуквартье где-то лет десять назад. Тогда Вестр поступал в университет. Скоро к нам присоединилась Аверинна, приезжавшая в Старобрадфель пару кварт назад. Мы вполне себе весело проводили время. Вспоминали разные смешные случаи из прошлого. В основном со мной в главной роли, но мне не было обидно. Я смеялся вместе со всеми.

На второй день междуквартья вывесили списки зачисленных в МУМ Обучающихся. Бео, само собой, поступила на обычное платное обучение. Моего имени в списках не значилось. Сказать, что родители с Бео удивились, значит ничего не сказать. Отец пошел выяснять в деканат. Потом вернулся злой и ни с чем.

— Селин, ты что не хочешь учиться в столице? Так бы и сказал сразу.

Я опешил на асенду.

— Хочу, конечно.

— Тогда почему бы тебе не сплести нормальную форму на экзаменах?

— Э-э… не получилось.

— Почему?! Мы же все видим результаты твоей магии. Собираем по восемь урожаев за сезон. Почему ты не смог показать простейшие формы?

Мне ничего в голову не приходило. Как объяснить отцу?

— У меня другие формы немного, — буркнул я.

— Ладно. Сам виноват. Я поговорю с парой человек. Все таки кое-какие связи в столице у меня есть, — усмехнулся отец, Проверяющий III ступени.

В общем через несколько дней Калару удалось договориться о смягчении экзамена для меня, но только на следующий набор. А это целый год. Ну и ладно. Ко второму разу я уж точно подготовлю несколько обычных форм, и не надо будет давить на экзаменаторов.

Мы с отцом съездили в гильдию Колдующих. Это был настоящий замок! С кучей башенок и переходов. Даже стена есть. Нас приняли очень быстро. Вот что значит титул Проверяющего III ступени. Добродушный дядька с пышной бородой записал мои данные в журнал. Каким-то сложным артефактом снял слепок моей ауры. Потом выдал брошюрку начинающего Колдующего.

— Лер, а на Младшего Питающего я могу у вас сдать? — спросил я мага.

— На кого конкретно?

— На Удобряющего, наверное.

— Каждый девень проходит проверка. Два серебряных стоит.

— За это еще и деньги берут? — скучающим тоном спросил отец.

— А как же? Время Колдующего стоит дорого.

Глава 9

Обучение в Мостфеле обломалось на год. Обидно, конечно. Я вернулся в Старобрадфель к прежней жизни с тем лишь отличием, что теперь я имел право выставлять цену за свои услуги. Как в деревне, так и дома. Отец в этом очень принципиален. Он никогда не выделял никого из нас четверых. Также и в работе.

Мама помогла мне выбрать цену для своих услуг. Деревенские сначала поворчали, несколько отказалось. Но потом все же поняли, что с моей платой и налогами Велиостро выгода все равно значительная. И все вернулось на круги своя.

Я с удовольствием изменял формы, когда видел какую-нибудь «некрасивость». Над Зар II корпел очень долго. На меня прям мания какая-то напала. Днями напролет я правил форму, чтобы потерь маны было меньше и сама форма выдерживала больше силы. Для этого для начала надо было сделать более толстые каналы. Форма постепенно увеличилась, но потом достигла своего потолка. Как я не изменял Зар II, как не увеличивал каналы, заклинание не работало. Только распадалось. Спустя декады бесполезных попыток до меня дошло, что тут нужно добавить такую часть, которая… как бы уравновешивает потоки маны. Контролирует что ли. Для меня это все слишком сложно.

Я долго бился над задачей контроля, пока вдруг не вспомнил про Зар III. И действительно, форма третьей ступени имела нечто похожее на часть равновесия. Только как ее встроить в Зар II я не представлял. Наверное, получится как раз заклинание III ступени. А значит, нужно ли мне что-то изобретать, когда решение уже и так есть?

Винстром больше не приезжал к нам. Я иногда сам читал книги, чтобы стать умнее. И заметил, что стал говорить лучше. Люди стали понимать меня. Иногда, конечно, они опять на меня странно смотрели, но это случалось все реже. Наверное, так работа с магией повлияла на меня.

В начале белой кварты вся наша семья, за исключением тети Меринны и бабушки с дедушкой, собрались в Старобрадфеле. Еще отец не смог приехать — его куда-то срочно отправили на юг. Но папа обещал привезти мне подарок на день рождения. Да, мне исполнялось двадцать два года. Первое совершеннолетие наступало в шестнадцать, можно выходить замуж и поступать в университеты. Полное совершеннолетие в двадцать два, теперь я официально мог быть Владеющим и Властвующим. По традиции главой семьи считался старший совершеннолетний мужчина. Так что я теперь мог оспаривать мамины решения в отсутствии отца и брата. В теории.

Дом наполнился говором сестер и брата, многочисленных Прислуживающих и Готовящих. Бео первый раз посетила дом после поступления и инициации. Сестра немного похудела. Об учебе рассказывала с интересом, правда, о некоторых предметах и М'обучающих говорила с отвращением. У них в МУМе на первом году аж девять дисциплин. Не то что мои пять уроков в ЗУГе.

Сестра тоже начала проходить Баоно I ступени. Похоже, все с нее начинают. Бео тут же попросила показать мне свою форму. Я уже немного позанимался, поэтому обычную учебную форму сплел со второго раза.

— Вроде все правильно. И чего это на тебя взъелись на экзамене? — спросила Бео после тщательного осмотра.

— Не знаю, — я пожал плечами.

За день до торжественного дня мама вызвала меня на разговор.

— Селин, вот тебе уже и двадцать два! — мама с любовью осмотрела меня.

— Ага.

— Завтра на праздник придет Нелла Гаризод.

— Да? Дочка старосты?

— Я думаю пора тебе строить свою семью.

— То есть?

— Завтра я объявлю о вашей помолвке.

— Э-э.

— Ты против?

— Не знаю…

— Нелла красивая и хозяйственная. Я уверена, она станет отличной женой.

Я припомнил. Вроде бы я видел Неллу несколько раз, когда работал на полях старосты Страробрадфеля. Волосы светлые, как у Бео. Худая, улыбается часто.

— А как же учеба?

— А, ты про это? Не беспокойся, одно другому не помешает. Свадьбу мы со старостой планируем сыграть в конце года перед твоим поступлением.

— Хм-м. Все как-то неожиданно.

— Но у тебя же нет причин отказывать?

— В общем то нету.

— Вот и славно.

От мамы я уходил с не слишком веселыми мыслями. Я просто не мог понять, чего хочу. Это бесило больше всего. Я думал до посинения. Даже голова разболелась. Интересно, будь здесь отец, он разрешил бы?

Вечер прошел хорошо, если не считать наших с Неллой унылых физиономий. Брат Вестр постоянно подкалывал. Интересно, почему он еще не женат, он же старше? Аверинна по дружески щебетала с невестой, расписывая меня каким-то невероятным героем-Колдующим. Только Бео еще сидела хмурая на празднике. Видимо, ей не понравился такой вот союз не по любви. Я видел у сестры много дамских романов. А там благородные Воюющие выходили за дочерей Владеющих только по любви. Интересно, а что такое любовь?

Я старался много не пить, но к вечеру все равно захмелел. Когда все разошлись, я неожиданно для себя попросил у Шаммы ключ от кладовки. Зайдя в помещение, я будто бы очнулся. И чего я сюда поперся? Я уже собирался запереть кладовку, как взор мой уткнулся в сундук в дальнем углу. Блин, у меня же и мысли не было про это. Как будто кто-то направил меня сюда специально.

Я отворил сундук и начал копаться в своих старых вещах. Здесь лежал кое-какой хлам, оставленный после учебы в Геленквейле. Вот оно! Я вытащил маленькое зеркальце. Протер пыль и уставился на свое отражение. В глубине ауры головы все также висел крупный некрасивый шар. Целая роща с некрасивыми листочками.

Я даже как-то не задумался том, что я делаю. Крохотный жгутик силы сам потек к некрасивому шару. Старые умения еще остались и я не переборщил с маной. Основание рощи стало меняться. Голова заболела и закружилась. Однако выпивка не дал мне остановиться. Я снова сделал жгутик и направил силу дальше в шар.

Очнулся я в постели, укутанный белоснежным одеялом. Все тело было потным. Я откинул одеяло — уж очень жарко в комнате. Спустя асенду я вспомнил, чем занимался до отключки. Покрутил головой. Зеркальца нигде не видно. Сбоку на тумбочке стоял кувшин с водой и стакан. Присосавшись к емкости, я выпил до дна теплую вкуснющую воду.

Утолив жажду, я свесил ноги вниз и бодро пошел к двери. Вернее попытался. Меня качало, ноги подкашивались. Чуть не упал по пути до двери. Я кое-как дополз до проема и крикнул Прислуживающих. Потом поплелся назад.

Вскоре в комнате показалась Тахо.

— Ох, лер! Наконец-то вы очнулись!

— Сколько времени прошло?

— Три дня, лер. Три дня вы лежали без движения. Мы ж хотели отправить за М'лечащим, но Охраняющий сказал, что в этом нет смысла.

— Бевел?

— Да, лер.

— Вот как.

В комнату ворвались Бео и Аверинна.

— Селин, как ты?

— Что с тобой случилось? — затараторили сестры.

— Гхм, со мной сейчас все в порядке.

Какое-то странное чувство всколыхнулось во мне. Чуть полноватая Аверинна была одета в элегантное платье. Каштановые волосы, цветом, как у меня, заплетены в тугую косу. Румянец играл на щечках, а пухлые чувственные губы приоткрыты в ожидании. Бео как всегда одела штаны и рубаху, но даже свободная одежда не могла скрыть оформившиеся прелести сестренки. Волосы Беотели растрепаны, носик задорно вздернут, а глаза поблескивают.

Я накрылся одеялом, дабы не смущать сестер вставшим естеством.

— Ты чего так смотришь, Селин?

— А, гхм. Рад вас видеть.

— Мы тоже очень рады, что ты в порядке. Все так переживали, — с сочувствием произнесла Аверинна.

— Ты чего с собой сделал? — резко спросила Бео. — А если бы ты не очнулся?

— Ничего опасного я не делал.

— Ага, как же.

В комнату вошли брат с мамой.

— Селин, это правда, что ты ставишь на себе какие-то опыты? — сразу спросила Беринна.

Похоже Бевел им все рассказал. Я же не просил его держать это в секрете.

— Правда.

— Я запрещаю тебе этим заниматься, — поджала губы маменька. — Что, если ты себя угробишь?

Брат покивал с умным видом.

— Это не ваше дело, — ответил я грубо. — Я волен сам распоряжаться своей жизнью. К тому же я имею право приказывать. Мне ведь двадцать два. — С каждым словом я распалялся все больше и больше. Не знаю, что на меня нашло. Меня многие считали бесчувственным, поэтому даже я сам удивился небывалому всплеску.

Родственники удивленно застыли.

— Я согласна с Селином. Пусть делает, что хочет, — высказалась свободолюбивая Бео.

Брат неопределенно пожал плечами.

— Селин, что с тобой? Я тебя не узнаю, — всплеснула руками мать.

— Все в порядке, — злость все еще клокотала где-то внутри. — Принесите мне то зеркало.

— Нет, — поджала губы мать.

— Если вы не принесете, — прошипел я, начиная плести форму, — то я разнесу эту чертову халупу по кусочкам, а потом отыщу зеркало. — над моей рукой повис готовый сорваться в полет небольшой огненный шарик. Удивительно, обычно на плетение Тио уходило раза в два больше времени.

Повисла тишина.

— Выметайтесь отсюда. Тахо, принеси пожрать и воды.

— Слушаюсь, лер.

— Ну ладно, ему нужно отдохнуть, — брат взял мать и сестру под локоток и стал выпроваживать.

— Вестр, останься на пару слов.

— Хорошо.

Мы подождали, пока все выйдут и светящиеся ауры перестанут маячить за дверью.

— Чего хотел, Селин?

— Вес, найди мне девочку.

По-моему, из моих сегодняшних выходок, эта больше всего удивила брата.

— Без вопросов. Ты встать то сможешь?

— Смогу к вечеру, — кивнул я.

— Тут, знаешь ли, не особо с выбором, да и слухи пойдут сразу.

— Плевать.

— Ну смотри, жених, — саркастично заметил Вестр и вышел из комнаты.

Я вздохнул и с недоумением уставился на все еще висящий над ладонью огненный шар. И что мне с ним делать? По своим тренировкам я знал, что развеять готовое Тио уже нельзя. Кряхтя, я подошел к окну, отпер ставни и бросил шар в открытое поле. Раздался глухой хлопок, и в поле появилась небольшая закопченная воронка.

Тахо принесла магическое зеркало, воды и бульон с кашей. Я быстро все проглотил и попросил Прислуживающую выйти. Тахо осталась довольна моим аппетитом.

— Ну-с, — я напряженно вгляделся в свою ауру. Сложно сказать, насколько шарик изменился. Я немного поработал тонким жгутиком, пока голова снова не разболелась.

Вечером Вестр, как и обещал, привел мне девочку.

— Уж не обессудь. Что есть, то есть, — с этими словами брат затворил дверь. Девушка осталась стоять по центру комнаты, смущенно заламывая руки. Наверное, у нее с Владеющими еще не было ни разу. Девушка была одета в длинное строгое платье, немного потертые башмаки. Голова покрыта белым платком — в деревне все знали, что мама не жалует простоволосых в поместье.

Сам я был одет в ночную пижаму. Успел хотя бы помыться. Как-то желание к вечеру почти пропало. Я подошел к гостье. А вот от нее пахло, да и одежда местами была грязная. Эти деревенские. Если моются раз в декаду, то уже считаются чистюлями. Да и на лице какая-то сыпь или прыщи. Резко накатило отвращение.

— Как тебя зовут?

— Эльза, — девушка чуть присела, разведя руками подол платьями, и улыбнулась. Лучше бы она этого не делала. Совсем в деревне за зубами не следят. У мамы с этим не забалуешь.

Взгляд мой переместился ниже. Хм-м, грудь у нее явно имеется. Вновь резко накатило желание. Вместе с отвращением. Только желание было такой силы, что перевесило. Чуть ли не рыча, я бросился к девушке и начал стаскивать одежду. Ей это было явно не впервой, и она жалобно просила не рвать платье.

Какой-то животный угар овладел мной. Я набрасывался на бедную девушку снова и снова, лишь изредка застывая в пике наслаждения. Было ли Эльзе хорошо, мне неведомо. Совсем не обращал на нее внимание.

Проснулся я ранним днем. Солнце весело светило в раскрытое окно прямо в лицо. Наверное, забыл закрыть вчера. Тело все побаливало. Да еще и замерз под утро. Интересно, наши кувыркания никто не слышал вчера?

Я скосил глаза и увидел девушку в своей постели. Вот те на. Думал, Эльза уйдет утром. Я осторожно коснулся плеча гостьи.

— Ох, лер, еще?

— Э-э, нет. Тебе пора. Уже день.

— Как день?! — Эльза подпрыгнула и принялась собирать и напяливать разбросанные тряпки. — Простите лер, уже ухожу, — девушка помяла порванный ворот платья, но так и не смогла пристроить.

— Эльза, извини за платье. Сколько с меня? — мне ее стало очень жалко почему-то. Раньше не замечал за собой такого.

— Ничего, мне ваш брат заплатил.

Я достал из нижнего ящика, закрытого на ключ, кошель и протянул девушке серебрушку.

— Это за платье.

Эльза не стала строить из себя недотрогу, взяла деньги и поблагодарила.

— Если еще надобно леру отдохнуть, зовите в любое время, — девушка напоследок улыбнулась своей беззубой улыбкой.

Будто бы дожидаясь за дверью, после Эльзы в комнату заглянула Тахо.

— Лер, греть вам завтрак или обед подождете?

— Давай завтрак сначала.

— Куда подавать прикажите?

— Вниз. Я спущусь. Слушай, Тахо мы не сильно шумели?

— Вы окно в следующий раз прикройте, лер.

— Ясно.

Почти сразу после моего завтрака семья собралась на обед. Ел я с большим аппетитом, поэтому вторую трапезу пропускать не стал. Аверинна и Вестр вовсю веселились, припоминая наши с Эльзой ночные выступления. Бео молчала, но в ее взгляде читалось осуждение. Это все эти дамские романы. Мама единственная была не в курсе. Родительская спальня в противоположном конце дома, поэтому там было не так слышно.

— Что это за выходки? — резко сказала Беринна. — Ладно Селин, а ты то Вестр куда смотришь? Взрослый парень же.

Брат состроил уморительную рожу и виновато глянул на маму.

— Селин, если начнет чесаться, то скажи сразу.

— Угу.

Я вяло ковырялся в тарелке. Аппетит исчез бесследно. Даже наоборот. Мясные ароматы вызывали приступы тошноты. На суп без содрогания было невозможно смотреть. Еще хуже, что опять возникло желание. Стоило только посмотреть на Бео или Ави, даже на маму. Я чувствовал, что после бурной ночи сегодня уже не смогу, но желание не пропадало. Поэтому я старался не встречаться взглядом с женщинами.

— А ты Вестр не смей водить сюда потаскух Старобрадфельских. Если уж захотелось развлечься, то я найду чистую Прислуживающую. Хоть я это не одобряю, но Селина можно понять. Помолвка с Неллой очень неожиданна…

— Селин?

— М… что? — я не смотрел на маму, поэтому мог что-то упустить.

— Ты ничего не хочешь нам сказать?

— Гм, думаю за пару декад я закончу с… опытами.

— Делай, что хочешь, — Я мельком глянул. Беринна упрямо поджала губы. — Но только потом не говори, что я не предупреждала.

— Не буду.

— Насколько вы планируете еще остаться? — тон мамы сразу поменялся.

— После обеда и уеду, — буркнула Бео. — Раз братец не собирается откидывать копыта.

— Я поеду с Бео, — добавила Аверинна.

— Я завтра утром поеду. Дела не ждут, — сказал Вестр.

Изменения ауры растянулись на бо льший срок, чем я предполагал. Всю оставшуюся белую и почти всю голубую кварты я потихоньку обрабатывал шарик в своей голове. В итоге он стал красивым, как и остальные листики. Слабые только, но это временно. Наверное.

Мои резкие перепады настроения прекратились где-то через декаду. За это время я успел попортить двоих девушек-Прислуживающих. Совсем другое дело. Чистые, ухоженные, здоровые. Правда в постели неопытные по сравнению с Эльзой. Ну, я тоже не мастер, поэтому я остался более чем доволен. На сей раз я постарался доставить наслаждение и девушкам. Вроде бы им понравилось. А через декаду все вернулось на свои места. Только желание не пропало вовсе, а просто сильно притупилось. Почти как раньше.

Отец вернулся из поездки и привез мне запоздалый подарок. Настоящий магический кодекс! В него влезало двенадцать форм. Помещались не только одиночные, но и несложные составные. Выглядел кодекс как книжка с кожаной обложкой и серебряными листами.

Папа Калар долго ворчал на мать из-за нашей с Гаризод помолвки. Его возмутила не сама помолвка, а то, что такое решение мама приняла сама, не посоветовавшись с отцом. На сей раз не было почему-то увлекательных историй о дальних краях, нравах южных провинций. Отец был каким-то рассеянным и все время о чем-то размышлял.

Спустя несколько декад отец устроил брата Вестра в Наказующие. Брат сильно возмущался, но на новую должность согласился. Интересно, чем его смогли прельстить Наказующие? Неужели он хочет быстро получить там III ступень? По мне так, да и Вестр сам говорил, что должность Управляющего рудником всем хороша. Папа с братом так и не сказали мне из-за чего такая резкая перемена.

Тот день я помню хорошо. Двадцать девятое число синей кварты, за сутки до исторической даты. Снега в этом году почти не было. Но дороги находились в плачевном состоянии. Повсюду грязь, сырость и мерзость. Отец вернулся из Мостфеля под вечер. Папа Калар частенько ездил в столицу и к Старшему Проверяющему, и даже к Управляющему Исполнением, куда входили Проверяющие и Наказующие. На этот раз отец был мрачен и за поздним ужином сообщил нам дурную весть.

— Завтра император Тэриан объявит народу о начале Второй войны с Бессадором.

Конец первой части.

2.Сопровождающий

Глава 1

— Завтра император Тэриан объявит народу о начале Второй войны с Бессадором, — мрачно произнес отец. Мама Беринна ахнула.

— Зачем нам воевать с Бессадором? — спросил я в недоумении.

— Это не мы начинаем войну, это Бессадор вторгся в южные провинции. Формально из-за того, что недалеко от границы задержали наших Шпионящих, убивших некоего барона Банхвиста.

— Что, правда, наши Шпионящие?

— Кто его знает? У меня не так много знакомых в армейском управлении. Наверняка в Бессадоре есть наши шпионы. Однако убивать барона… это странно.

— Но мы же сильнее?

Отец нахмурился.

— Так то у нас сил больше, но нельзя забывать, что прогресс не стоит на месте. Только недавно рассекретили одну нашу разработку, которая пробивает множественные магические щиты. Если в Бессадоре сконструировали новое оружие-заклинание, то нам может серьезно достаться. Одно радует, бессадорские бароны и графы точно не обрадуются новым военным расходам.

— А наши Владеющие лучше?

Калар Велиостро усмехнулся.

— Не лучше. Но Проверяющие с Наказующими работают гораздо… эффективнее.

— Подожди, Калар. Ты поэтому настоял на переводе мальчика в Наказующие? — спросила мама.

Папа кивнул:

— Были у меня подозрения, когда ездил на юг.

— То есть, зачем? — поинтересовался я.

— Наказующих не призывают в Воюющих. Хотя до призыва Владеющих вряд ли дойдет, но всякое может случиться.

— А разве ты не смог бы, ну…

— Отмазать Вестра? — сразу понял отец. — Смог бы, но я не стал бы этого делать.

Да, в этом весь отец.

— Подожди, пап. А я как же?

Отец посмотрел на меня с непонятным выражением.

— Одаренных призывают почти в любом случае. Невзирая на положение в обществе. Заметь, я сказал одаренных, а не Колдующих.

— То есть я стану Воюющим?!

— М'воюющим.

— Но я ведь только Тио I ступени умею и все. А-а, понял, — я вспомнил противостояние Владеющих в Геленквейле, когда нас прямо из университета погнали в гущу битвы. — Я буду вроде как Собирающим?

— Думаю, что да. Припомни структуру М'воюющих и Воюющих.

Я напряг память. От уроков Винстрома мало что осталось. Зато от сражения близ Геленквейла я кое-что уяснил.

— У М'воюющих есть Ведущие?

— Верно, — отец повернулся к Прислуживающей. — Как тебя, Тувина вроде?

— Да, лер, — коротко присела девушка.

— Тувина, принеси мне бумагу и чернила для письма, — девушка убежала, а отец обратился уже ко мне. — Набросаю тебе схему небольшую. Если сам вспомню. Эх, не думал, что так все получится. Хотя столько разных знамен на юге видел…

— Но мы же выстоим?

— С Бессадором мы справимся. А вот с остальными…

— С остальными?

— После распада Авальдорской Имериии у Тазама не сохранилось хороших отношений с соседями. Только с Шеодафельдом на другом континенте. Но светлые эльфы за океаном и спешить к нам с помощью явно не будут. В нынешней ситуации, боюсь, что Бессадор не последний наш противник.

— А кто еще, Басхотан?

— Галиат в первую очередь.

— Гномы?

Отец кивнул.

— Гномы — народ гордый. Они еще могут забыть жизнь под властью Мостфеля, но потерю своих территорий Тазаму никогда не простят.

— А как же темные эльфы?

— Трудно предсказать. Все зависит от того, как будут обстоять дела с Шаниатским Ханством. Ты должен помнить, что Басхотан — единственная страна Авальдора, которая не была никогда в составе Империи.

— Да, Винстром рассказывал как-то. А почему не были?

— Чтобы установить власть над Басхотаном, придется уничтожить всех темных эльфов.

— Ого!

— Империя предпринимала попытки. И даже успешные вначале. А потом Басхотан призвал ополчение из всех, кто хоть чуть-чуть умеет держать оружие. Это же темные эльфы. Их количество примерно в два раза превысило регулярную армию империи. Басхотан сочли бесперспективным.

— И тогда решили пойти на этот… как его? Каганат?

— Да, Астрегонский Объединенный Каганат. Говорят, это решение и стало началом развала Империи.

— Ну хватит уже об истории, — прервала мама. — Надо решать, что с Селином делать.

— А что с ним делать? — спросил отец удивленно.

— Ты что всерьез хочешь, чтобы наш сын сгинул в какой-нибудь дыре на юге?

— Ты забываешь, что я Проверяющий. А это значит, что с меня особый спрос, — начал закипать отец.

— Вечно ты так! Как помочь другим, так готов на стенку лезть, а как спасти сына, так — то занят, то валишь все на работу.

Родители яростно сверлили друг друга взглядами, не желая уступать.

— Я принял решение, и оно не обсуждается. Вспомни, что случилось после «твоей» помолвки с Гаризод. По твоим же рассказам, Селин чуть не угробил себя.

— Ничего я не угробил, — пробурчал я.

— Помолчи! — одновременно рявкнули родители.

Оставшееся время вечерней трапезы супруги ожесточенно спорили о моей судьбе. Меня даже не спросили. Я решил помалкивать от греха подальше. Узнал о родителях много интересного. Оказывается, мама совсем не умеет готовить. Даже в старые времена, когда мы проживали в маленьком домике, Беринна, по словам отца, не раз «травила» нас своей стряпней. А папа — старый козел, на брак с которым она согласилась только из-за денег и влияния. Интересно, какое такое влияние тогда представлял самый обычный Проверяющий I ступени? Иногда подобные ссоры возникали, но на следующий день родители обязательно мирились. Так случилось и в этот раз. Мама испробовала кучу разных приемов и хитростей, но повлиять на решение Калара так и не смогла.

Отец все-таки набросал мне примерно про Командующих и Ведущих у Воюющих:

Ступень

Командующий

Ведущий (Колдующий)

Младший

Два отряда — десять человек

Отряд — пять магов

1

Рота — 4 взвода — 80 человек

Взвод — четыре отряда — 20 магов

2

Дивизия — 10 рот — 800 человек

Рота — 4 взвода — 80 человек

3

Армия — 10 дивизий — 8000 человек

2 роты — 8 взводов — 160 человек

Старший

Император

С титулом Воюющих и М'воюющих все сложнее. Простой воин может стать Воюющим II ступени, тогда как Командующий II ступени не обязательно Воюющий II. Папа сказал, что тут многое зависит от умений Сражающегося, Стреляющего и Наездничающего. А вообще хрен разберешь этих вояк.

Похоже, мне уготовлена судьба Воюющего. Очень некстати. Будь у меня больше времени, я бы постарался изучить Тио II ступени и что-нибудь из Сан — защитной магии. Мне было странно наблюдать за мамой. Как она волнуется за меня. Даже обычно бесстрастный папа переживал. Я хорошо помнил тот всплеск чувств, когда работал над аурой своей головы. Неужели другие люди испытывают подобное постоянно? Как же они с ума не сошли? Больше всего я боялся потерять обычные домашние удобства. Всегда доступную вкусную еду, мягкую постель и просто крышу над головой. С большим трудом я представлял себе жизнь Воюющего. Прозябание в каких-нибудь сырых грязных палатках, постоянная муштра, тренировки, схватки. Без каких-либо средств личной гигиены. Бр-р-р.

Где-то через декаду в поместье Велиостро прибыл Доставляющий. Отец все это время каждый день носился в столицу как угорелый. Что-то заверял, подписывал, выдавал какие-то распоряжения. Но на пару дней решил остаться дома, передохнуть.

— Селин, — отец поднялся ко мне в комнату, что случалось не так часто. Я сидел за своим кодексом, в очередной раз перепроверяя формы и доделывая Тио II ступени. Еще я запихал в кодекс несколько простейших защитных форм. Времени их изучить или тем более изменить на красивые не было совершенно.

— Чего, пап?

— Пойдем, тебя Доставляющий ждет.

— Мне письмо? Почему сами не взяли?

— Это Доставляющий II ступени. Послание напрямую адресату, — как-то грустно объяснил Калар.

Мы спустились вниз, где меня поджидал молодой худой парень в дорожной одежде. Видно было, что человек сильно измотан. Наверное, после объявления войны много работать приходится.

— Лер Селин Велиостро? — спросил Доставляющий.

— Да?

Посланец что-то сверил в маленькой тетради, придирчиво рассматривая меня.

— Вам уведомление от Управления армией, — с этими словами Доставляющий передал конверт, — В течение двух теллов вам необходимо ознакомиться с документом, проставить подпись и вернуть уведомление. Сразу предупреждаю, невозвращение письма может добавить вам разные проблемы.

Откуда-то со двора подбежала взволнованная Беринна с непокрытой головой. Явное нарушение своих же правил.

Я развернул листок и зачитал вслух. Ровно через декаду, десятого числа желтой кварты, мне необходимо явиться в восточный мостфельский пункт сбора призывников возле города Новомостфель. Помоему, где-то недалеко от столицы. Не услышав каких-либо предложений, я расписался и вернул Доставляющему уведомление.

— Лер, благодарю за оперативность. Желаю вам всего наилучшего.

— И вам того же. Уважаемый, известно что-нибудь о призыве Прислуживающих? — спросил отец напоследок.

— Нет, лер. Но на всякий случай постарайтесь избежать побегов.

Доставляющий покинул дом, а родители еще некоторое время стояли молча. Я неловко топтался рядом.

— Ну вот, Селин. Хоть я воспитывал тебя не в армейских традициях… Я очень надеюсь, что ты выживешь и не опозоришь семью Велиостро. Твой прадед был известным рубакой…

— И скончался в тридцать пять лет, — подметил я.

— Гхм, да.

Мама всхлипнула, по-детски шмыгнув носом.

— Ну-ну, дорогая. Все будет хорошо, вот увидишь. Колдующих вперед не бросают. Это ведь самые ценные кадры. Их будут беречь пуще сундука с адабро. С Селином все будет в порядке.

— Угу.

Я почувствовал себя лишним. Было странно, что родители переживают за твою судьбу гораздо сильнее тебя самого. Интересно, а как в армии кормят?

Проводить меня в путь приехали сестры, брат и Нелла Гаризод. Вестр выглядел утомленным, и в этом стал очень похож на отца. Бео с Ави тоже сильно переживали за меня. Сестренка даже изъявила дерзкое желание самой отправиться на призывной пункт. Отец Беотель строго пожурил, напомнив, что одаренных женского пола младше двадцати пяти не призывают. Мужчин — с шестнадцати. Нелла, вроде как, моя будущая жена, не выглядела ни счастливой, ни опечаленной. Скромно пожелала мне легкой службы. Согласно традициям, через год после помолвки Гаризод могла считаться свободной девушкой, если не была проведена свадьба. Конечно, служба в армии являлась уважительной причиной для продления срока. Но я намекнул девушке, что не буду сильно расстроен, если она найдет другого по истечении года. По-моему, я только разозлил Неллу этим. Вздернув подбородок, белокурая девушка с вызовом ответила, что будет ждать моего возвращения, либо извещения о гибели. Гхм, наверное, они с Беотель одни и те же романы читают.

Перед выездом я постригся чуть короче, чем обычно. Сами проводы грозили растянуться надолго, поэтому я быстро попрощался и приказал Конюшнему трогать. Тахо вызвалась проводить меня. Эх, кто же мне теперь будет подавать завтрак? Папа сказал, что Владеющие и простой люд в армии в одинаковых условиях. Мне казалось, что я буду тосковать и скучать по дому, как пишут в книгах. Однако я ощущал внутри лишь пустоту, как и во время учебы. Впрочем, это обычное мое состояние.

До Новомостфеля доехали быстро, теллов за десять. Небольшой городок раскинулся на холмистой местности недалеко от речки Беганка. Ну как речка? Скорее, крупный ручей. В основном в Новомостфеле стояли деревянные домики, избы. Издали выделялась огромная мануфактура грязного цвета, состоящая из нескольких зданий и дымящих труб. Тахо сказала, что тут шьют армейскую форму и делают разное барахло для Воюющих.

Призывной пункт, судя по всему, когда то был небольшой крепостью. Трехэтажное строение из серых каменных блоков внушало уважение. Интересно, в Тазаме так все пункты выглядят? Перед строением стояло несколько повозок и небольшая толпа разношерстных людей. В основном молодые или среднего возраста мужчины, которых провожали родные. Кто-то обнимался, кто-то плакал. Я с любопытством осматривал окружающих. Мое появление на экипаже с Прислуживающей не осталось незамеченным. Я запоздало подумал, что наверное стоило пешком дойти до пункта.

— Удачи вам, лер. Вот, возьмите покушать.

— Спасибо, Тахо, — я принял от Прислуживающей сверток с вкуснейшей домашней стряпней. Когда еще доведется испробовать?

Я спокойно прошел через толпу и вошел в крепость через полуоткрытые, обитые листами проржавевшего железа створки. В приемной никого не было, кроме сухонького человечка в армейской форме.

— Имя, солдат!

— Селин Велиостро.

Человек профессионально пробежался по картотеке и ворчливо спросил:

— Одаренный?

— Да.

— Так бы и сказал сразу, — мужчина стал копать в другой картотеке, где вскоре отыскал мое имя.

— Вот твоя военная карта. За утерю можешь головы лишиться, ясно?

— Ясно, — я взял тоненькую книжицу из плохой серой бумаги.

— Это твой личный жетон одаренного. Края острые. Потом напильником обработаешь, — с этими словами человек протянул мне прямоугольную металлическую пластинку с моим именей и каким-то номером. Краем действительно можно было порезаться.

— А напильник мне дадут?

— Нет. Теперь слушай. Идешь в третий кабинет, потом в седьмой, потом в тридцать второй, потом снова в третий, потом в двадцать первый потом снова третий. В пятом тебе выдадут форму и обмундирование. Понял? Следующий!

Сзади уже пристроилось пара призывников.

— А…

— Следующий! Проходи, не задерживай.

Дальнейшие мои мытарства походили на изощренную пытку. Сначала одно обследование, потом другое, какие-то проверки и странные вопросы. Причем без разрешения на следующий этап не пускали. Приходилось начинать сначала. Тут даже был Колдующий, который проверял наши способности. Я показал ему Тио I ступени, потом на время перекачивал ману. К вечеру мои мучения закончились. Я сдал воинскую карту и получил свою форму. Размер на меня пришлось еще поискать. Издали одежда Воюющих очень походила на окрас шкуры басха. Коричневого цвета с черными полосами. Еще выдали черные, дурнопахнущие сапоги, но я решил их пока не одевать. Папа говорил, что разрешается носить свою обувь темного цвета.

Потом я кое-как нашел одинокую низкую дверь в комнату, где призывники ожидали, куда их отправят. Зал был воистину огромным. Трехуровневые кровати с лесенками сбоку были забиты где-то наполовину. Стоял настоящий гвалт. В то же время кто-то умудрялся выводить храпные рулады под такой гомон. Кое-где призывники сбились в стайки, смеялись, резались в карты. В дальнем конце зала на койках полулежала небольшая группа людей. Сидели они тихо, поэтому я двинулся в их сторону. Все нижние койки были заняты.

— Извините, у вас наверху свободно? — спросил я у обритого парня.

— Ага, можешь падать. Откуда сам?

— Старобрадфель.

— Не слыхал. Я сам с севера. Из Васка. Одаренный?

Я кивнул.

— Да, в этом углу почти все одаренные. Я — нет. Просто здесь тихо, вот я и примостился рядом.

— Долго мы тут будем?

— А нолк его знает! Я вот третий день сижу. Обычно через день забирают. Я смотрю, у тебя пожрать есть?

— А, да. Могу поделиться.

— Это правильно! С товарищами надо делиться! — с воодушевлением сказал парень. Тут же откуда-то вылезло еще несколько рож. А я то думал, что сумки с провиантом мне на декаду хватит. В течении телла все съестное было уничтожено.

Периодически приходили Командующие и уводили группы где-то по сто человек. На следующий день я понял голод местных старожилов. Нам выдали куски засохшего хлеба и все. Хорошо хоть вода была в достатке.

За одаренными приехал Командующий только на второй день, когда и нас набралось около сотни. Нас выгнали на улицу, где и провели первый инструктаж.

— Меня зовут лер Брискин. Младший Командующий, Воюющий I ступени. Обращаться можете так: лер Командующий, разрешите узнать? Отвечать да, лер, или нет, лер. Следите в пути за своим обмундированием, всегда держите в сухости. Иначе подхватите синюю или того хлеще серую лихорадку. Сейчас вы погрузитесь в повозки, и мы отправимся в место прохождения вашей воинской службы. Запомните! То, что вы одаренные или, не приведи единый, Владеющие, не делает вас лучше других. Да, вы будете служить отдельно от остальных, однако любая драка или другая провинность влечет за собой такое же наказание. А теперь марш в повозки!

Мы понуро разбрелись по крытым телегам, коих насчитывалось шесть штук. Одна, как я понял, для провизии. Массивные, основательные, с парой запряженных лошадей, с поперечинами и натянутым сверху полотнищем. Надеюсь, что от дождя он защитит. Тут то наконец нам раздали по куску хлеба и сыра. Все мы с наслаждением уплетали не первой свежести пищу. Коротко стриженные и в одинаковой форме одаренные походили один на другого только издали. Были старики, были молодые, высокие и низкие, худые и толстые. Толстых среди одаренных явно больше.

— А женщин тут нет?

— Хех, уже соскучился?

— Да не, я про одаренных.

— Да будь здесь бабы, это был бы цирк. Не, у них отдельные пункты сбора.

— А куда нас отправят?

— Спроси че полегче. Вон, у Брискина узнай.

Глава 2

Путешествие наше было донельзя монотонным и скучным. Утром нас кормили кашей с редчайшими кусочками мяса и жира. Ужасное варево, к которому я долго не мог привыкнуть. До вечера мы пылились в дороге, обедая на ходу хлебом с сыром. Ужинали отварным картофелем или опять какой-нибудь кашей. Через день давали по куску вяленого мяса или рыбу.

С попутчиками я мало общался. Просто не умел. Старался больше слушать и запоминать. После того, как я избавился от шарика в голове, запоминать стало проще. Про войну никто ничего не знал. Я думал, нам скажут, кто побеждает, какие потери. Слухи сюда доходили декадами. В пути я не заметил никаких признаков войны, кроме нашего отряда. Только раз нас обогнал обоз из нескольких рот регулярных Воюющих. Крестьяне все также пахали на полях, трубы в избах исправно дымились, дети на улицах бегали, как ни в чем не бывало.

Везли нас на восток. Куда-то в центр Тазама. Один одаренный выспросил у Брискина пункт назначения. Командующий сказал, что мы едем в Вестманн, что в провинции Алакуни. Я таких названий не знаю. Алакуни, как кто-то заметил, располагается восточнее центра Тазама. Владеющий там Лестерман. Про него я тоже ничего не слышал. Наверное, это хорошо.

В пути обоз охраняли шесть Воюющих. В такой же форме, как у нас, верхом, с кучей разного оружия. У двоих висели копья подле седла, еще у двоих арбалеты, у оставшейся двойки — массивные прямоугольные щиты. Всякому разбойному сброду хватало ума не связываться с нами. Даже гоблины с троллями, которые водятся в здешних местах, ни разу не побеспокоили. А вот гноллы тревожили постоянно. Их писклявые крики достали всех, включая меня. Первый бой вышел довольно странным. Атакующую толпу гиеноголовых закидали боевыми формами. Одни ошметки остались. Я тоже внес свой вклад, правда уложил ли кого в этом хаосе не заметил. Наши Воюющие сражались не с гноллами, а пытались увернуться или прикрыться от летящих мимо них заклинаний. Одаренные ведь целились кто куда. Забавное зрелище. Одному нашему воину огненный шар попал прямо в щит и свалил со скакуна. Другой шар сильно подпалил бок лошадки. Как Брискин кричал. Я узнал, что наш отряд родился путем скрещивания болотной крысы и дохлого нолка. Интересно, это как? Следующие короткие стычки проходили уже более слаженно. Мы били по команде, и только если на пути не было Воюющих.

Мама и папа!

Мы едем на восток с Распредиляющим. Город Вестман. Там будем служить. Кормят мало. Постоянно хочу есть.

Селин

Однообразная поездка завершилась почти сразу, как мы въехали в холмистую местность. Провинция Алакуни находилась у начала Галиатских гор, что тянулись на юг. В давние времена по ним пролегала граница между Тазамом и Галиатом — это я помнил из уроков Винстрома. Гномы эти горы называют по-другому, только я забыл как. В Алакопостери — центр провинции, мы не заезжали, хотя видели мельком издали. Вестманн же оказался средним по размерам городом. Его мы тоже проехали очень быстро. Часть подготовки Воюющих располагалась за несколько лир от города. Прямиком туда мы и отправились. Как и другие, я лелеял надежду, что условия там будут лучше. Среди одаренных много богачей и даже есть Владеющие, как я. Трудно, наверное, будет избежать возмущений с их стороны. Лер Брискин уже открыто посылал матом всякого, кто выразит недовольство едой или чем-то еще.

Еще я подслушал разговор своих соседей по повозке. Они долго и с выражением возмущались призывом одаренных в Тазаме. Оказывается, эта система осталась с имперских времен, и в других странах подобного нет. Колдующие там воюют за деньги и трофеи, это для них работа. А мы вроде как должны воевать за родину, за Тазам, за императора на худой конец. А кому это надо? Нам, конечно, тоже платят за службу, да только любой Колдующий заработает сам в разы больше. Если бы не Наказующие с Ищущими, большинство бы смылось в первый же день после уведомления. Один призывник сказал, что в Бессадоре когда-то попытались ввести нечто подобное. После чего Колдующие осуществили государственный переворот и поставили более лояльного правителя. С тех пор фактически некое подобие нашей гильдии Колдующих и управляет Бессадором.

Вестманнская часть подготовки Воюющих представляла собой набор одно- и двухэтажных строений, беговых дорожек и тренировочных площадок. Двухэтажное кирпичное здание, по всей видимости, предназначалось для Командующих. Нас же заселили в деревянные бараки по типу тех, в которых жили наши Прислуживающие. Только бараки были рассчитаны на большее число людей и построены более основательно. А вот жилище Командующих похоже осталось здесь еще со времен Империи. Красноватый кирпич весь выцвел, многочисленные трещины изгрызли стены.

Наш обоз прибыл в середине дня как раз в разгар тренировки. Огромная толпа, человек пятьсот отрабатывала в поле какие-то команды. Другая толпа, чуть поменьше, изможденно передвигалась по стадиону в полной экипировке. Пот прошиб меня, когда я представил себя на месте этих бедолаг.

— Нам тоже выдадут броню? — спросил я шедшего сбоку призывника под именем Туск. Тот просто пожал плечами. Туск вообще был малоразговорчивым. На его фоне я смотрелся сущим болтуном.

Нас переправили в один из наиболее ухоженных бараков. Рассчитан он человек на двести, как я понял. Койки двухуровневые. Ровно половина помещения была завалена вещами проживающих людей. Командующий Брискин велел нам занимать свободные места. Тут же поднялся такой гвалт, что офицеру пришлось кричать на нас матом. Как я ни старался, но нижнюю койку не удалось заполучить. Каким-то образом Туск сумел проскользнуть и занял место снизу. Я бросил вещи сверху Туска.

В казарму зашел другой Командующий с нашивками младшей ступени. За время поездки я выучил отличия офицерской формы разных ступеней. Они обменялись парой слов, потом Брискин гаркнул на нас:

— Строиться!

Спустя десяток асенд мы заняли места возле кроватей, и Командующий перестал на нас орать.

— Это лер Врискин, Младший Командующий. Он будет вашим отцом, другом и наставником как минимум на ближайшую кварту. И да, он не мой брат, не сын и не родственник. За любой подобный вопрос получите наряд вне очереди. Всем ясно?!

— Да-а, ле-ер! — слитно рявкнули мы хором. Мы несколько раз тренировались отвечать с Брискиным во время привалов.

Командующие о чем-то посовещались. Издалека не расслышать. Потом Брискин ушел.

— Добро пожаловать в Вестманнскую часть подготовки Воюющих. Отсюда есть только два пути — или в деревянном ящике или с новым титулом Младшего Воюющего. С правилами вестманнки вы ознакомитесь позже. Сейчас у вас есть два телла на обустройство. После чего мы с вами проведем ознакомление со всеми местными «достопримечательностями», — Комаднующий выделил последнее слово непонятной интонацией. — Никакой грызни, никаких споров. Все вопросы в вашей учебной роте решаю я, Командующий Врискин. Тех, кто не согласен или просто умный ждут самые увлекательные наряды. А для особо упоротых суд по правилам военного времени.

У меня сложилось впечатление, что они действительно братья. Разговаривают одинаково, даже выглядят похоже. Но спрашивать я не стал. Совсем дурак, что ли?

— Ну, что Туск. Как тебе Вестманн?

— Нормально.

Обход части вышел очень любопытным. Нам показали технические здания, столовую, площадки для тренировок с оружием и с магией. Потом Врискин подвел наш нестройный отряд к странному углублению с насыпью позади. Виднелись следы боевых заклинаний, так что я решил, что это очередной полигон для магии.

— А это расстрельное место, господа одаренные! — мы сразу помрачнели, кто-то выругался. — До наступления военного времени применялось редко. Однако сейчас место не стоит без дела. Если у вас есть мысли избежать службы, сначала узнайте о возможностях поисковой команды в вестманнке. Наш М'ищущий найдет вас хоть на Аннисоте в дупле у светлоухих. Идем дальше!

Мы прошли к огромному старому дубу, у которого сбоку были прибиты деревянные рейки. С одной из веток свисала какая-то веревка.

— Этому дубу уже полтора столетия. Зовут его Висячий Винс. Как думаете, почему?

— Видимо, тут повесился некий Винс?

— Совершенно верно! — обрадовался лер Врискин. — Приятно иметь дело с одаренными. Помните, что как бы плохо вам не было на службе, Висячий Винс всегда к вашим услугам!

— Утешил, блин, — буркнул кто-то рядом.

— К распорядку привыкнете быстро. Подъем в 10 теллов. А сейчас марш в столовую! Война войной, а ужин пропускать не стоит.

Так и началась наша служба в Вестманнской части подготовки Воюющих. Поначалу, конечно, очень тяжело было. По утрам мы бегали и выполняли другие упражнения. Я думал, что попал в ад, пока не увидел тренировки неодаренных — им доставалось раза в два больше. В общем чем-то напомнило время, когда Бевел меня тренировал на Сражающегося. Да и в целом условия наши были вполне сносные по сравнению с обычными призывниками. Еда лучше, постели удобнее, больше свободного времени.

Жить в казарме то еще испытание. Главное — не отсутствие нормальных удобств, а отношение сослуживцев. Над одиночками часто издевались. Надо мной тоже иногда смеялись, когда я что-то не то делаю. Я постоянно был рядом с Туском, а его почему-то избегали. Поэтому и меня особо не трогали, слава единому. Частенько случались стычки с неодаренными или со второй учебной ротой одаренных. Использовать магию в таких случая категорически запрещалось, так что дальше драк не доходило. Как нас не пугали, но Висячим Винсом или расстрельным местом никто так и не воспользовался. Хотя наряды назначались ежедневно. Я тоже побывал. На кухне в основном. На посты меня почему-то не ставили.

Еще нас учили сражаться в строю магией. Исполнять приказы Командующих, перекачивать ману Ведущим. С этими Ведущими не все так просто. У нас в учебной роте были одаренные, владеющие и Тио II, и даже Тио III ступени. Еще ценилась защитная и лечебная магия. Ведущие выбирались в зависимости от приказа. Если надо было создать щит, то выбирались одаренные, которые знали защитные формы Сан или Ван. В случае атаки могли выбираться совершенно другие Ведущие, которые лучше других владели атакующими плетениями. Я, к слову, не был нигде Ведущим. Нас не обучали в части новым плетениям, что по моему мнению очень странно. Так бы, может, и я стал Ведущим в Тио.

Мы с Туском прославились на всю роту, как «ловцы ужей». В один из дней разговор случайно зашел о басхах. Я тут же очень подробно описал и самих животных, привычки басхов, даже характер. Туск слушал все с интересом, но не верил мне. Потом попросил изобразить басха. Я попытался. За этим занятием нас застала группа сослуживцев, после чего мы превратились в «ужеловов». Черт его знает, почему им показалось, будто бы мы ловим ужей.

Кварта пролетела молниеносно. Я прилично похудел. Выступающий живот заметно уменьшился. Все время мы были чем-то заняты. В свободные теллы чинили и чистили форму и обмундирование. За рваный китель легко могли отправить в наряд. Вечером на построении к нам обратился Младший Командующий Врискин:

— Завтра приедет Распределяющий. На этом служба в Вестманне будет для большинства из вас завершена. Вопросы?

Среди нас пошли шепотки.

— Лер Командующий, разве Воюющих обучают всего одну кварту? — спросил один человек недовольно. Никому не хотелось оставаться дольше в Вестманнке, но наш уровень был действительно довольно низким. Мы путались при смене Ведущих, кричали друг на друга, мешали другим группам.

— Будь моя воля, я бы вас еще кварты на четыре здесь оставил! Но против приказа не попрешь. Говорят, Галиат зашевелился, — задумчиво закончил Врискин. Больше вопросов не возникло.

На следующий день, действительно, прибыл Распределяющий. Нам дали время привести форму в порядок, хорошенько вымыться и побриться.

— Строиться на плацу! — гаркнул вошедший в казарму Врискин. Мы повскакивали с лежанок и высыпали наружу. На утрамбованой сотнями ног площадке, именуемой плацем, нас ожидал Командующий I ступени в форме Воюющих.

— Это лер Бамскит, — представил коллегу Врискин. — Распределяющий I ступени, Командующий I ступени, Воюющий I ступени, — перечислял нам титулы Врискин. Я припомнил, как отца представляли. У Калара титулов тьма, Бамскиту далеко до него. Первым называют основной титул, далее менее значимые. У папы — это Проверяющий III ступени, потом Властвующий I ступени и только потом Владеющий I ступени. Далее представляют менее значимые титулы, вроде Сражающихся или Танцующих. Я так и не смог запомнить все отцовские титулы.

— Господа, Младшие Воюющие! Поздравляю вас всех с окончанием учебы, — с гадкой полуулыбкой поздравил Бамскит. — Итак, я набираю одаренных в Первую дивизию Восточного Гаралдунского легиона. Для тех, кто вдруг не в курсе, первая дивизия из десяти всегда для одаренных. Иногда формируется вторая, если М'воюющих больше. Конкретно по ротам: третья, четвертая и седьмая. Сейчас я составлю списки тех, кто будет Ведущим или обычным Собирающим. После можете выставить свои предложения о службе вместе с товарищами, — Бамскит говорил таким тоном, что почему-то невольно хотелось дать ему в рожу. Хитрое выражение лица Распределяющего этому только способствовало.

Бамскит, уткнувшись в журнал, разносил нас по ротам. В журнале, судя по всему, про каждого из нас было подробно все расписано. Около семидесяти одаренных Распределяющий сходу раскидал по ротам как Собирающих. Туск попал в седьмую роту. Потом занялся составлением групп с Ведущими. Ими стали пятеро самых умелых Колдующих в нашей роте. Меня распределили в пополнение третьей роты в пятерку Жага — усатого черноволосого мужчины. Жаг не раз бывал в стычках с другими новобранцами, однако вроде бы мужик неплохой.

— Теперь я слушаю ваши предложения.

Сначала один одаренный поднял руку и попросился к другому Ведущему. Потом еще несколько товарищей пожелали попасть в одну роту. Распределяющий бысто менял М'воюющих и резко ставил на место тех, кто возмущался. Парочка Колдующих остались недовольны тем, что их не поставили Ведущими. К моему удивлению Туск попросился в пятерку Жага. Бамскит быстро поменял его местами с одним одаренным, которому было пофиг где быть Собирающим.

— Тебе зачем, Туск? — шепнул я рядом стоящему парню.

Тот в ответ пожал плечами в своем излюбленном стиле. Я уже научился распозновать эти пожимания. Иногда это — «не знаю», иногда — «отвали», иногда — «не скажу», а иногда это значило «ты такой тупой, что я просто охреневаю». На этот раз Туск соизволил пояснить.

— С тобой забавно.

Забавно?! Что это значит, интересно? Я хотел уже спросить, но Бамскит прикрикнул на нашу гомонящую толпу, приказав заткнуться.

Вечером мы написали письма родным, чтобы уведомить куда нас распределили. Мама очень настырно просила писать обо всем как минимум раз в декаду. Но я решил, что это слишком часто.

Мама и папа!

Меня распредилили в 3 роту Восточного Гаралдунского легиона. Это далеко на востоке. Говорят что Галиат может напасть скоро. Кормят тут лучше, но мало.

Селин

На следующий день нас снова погрузили в повозки вместе со всеми личными вещами. Ехали на восток, в сторону Гаралдуна, как сказал нам Бамскит. Путешествие не менее нудное, чем раньше. Причем, при переходе через горные перевалы постоянно приходилось спешиваться. Ладно хоть бегать нас не заставляли. Воюющих на этот раз не выделили. Мы ведь теперь сами Младшие М'воюющие. Вроде как должны за себя постоять.

Где-то в конце зеленой кварты наш обоз уныло тащился по каменистому горному перешейку. С одной стороны возвышался немаленький отвесный хребет, с другой — пологий склон, ведший к руслу чахлого ручейка. Жара стояла адская, и вылезать наружу никто не спешил. Маги, умеющие плести формы от жары или холода, просто так на других не тратились. Туск, как и я, их плести не умел. Неожиданно сверху мы услышали грохот. Снаружи закричали. Повозка остановилась, но продолжала трястить, а гул все нарастал. Наверное, Конюшний бросил поводья и дал деру. У выхода из повозки послышались слова: «лавина», «камнепад» и другие, матерные. Тут же все ринулись наружу. Мы с Туском сидели в самом конце повозки, поскольку у выхода было прохладнее и там сидели авторитеты, как говорил мой приятель.

— Валим! — бросил Туск, и мы попытались пробиться к выходу.

Тут что-то огромное с силой врезалось в заднюю часть повозки. Людей размазало и разметало по земле. Полетели щепки и разбитые доски, повозку резко развернуло поперек дороги. Мы с Туском не устояли на ногах и нас сильно приложило о борт.

— Ты как? — спросил я приятеля, пытаясь подняться.

— Жив.

Постепенно зловещий гул стих. Снаружи раздавались стоны и маты. Слышались приказания Бамскита. Кое-как мы вылезли через полотнище, которое без реек упало и закрыло заднюю часть повозки. Спрыгнув вниз, я чуть не поскользнулся на крови. Вокруг валялись изломанные тела. Часть в сознании. Я глянул в сторону других повозок и понял, что нашей еще повезло.

— Что стоите? — прикрикнул на нас Жаг. — Аун II или Аунко III кто-нибудь знает?

Никто Жагу не ответил.

— Хорошо. Тогда, как на тренировках. Я плету Аунко II, вы поставляете ману. Эй, Дерринс, набери себе пятерку из тех, кто не пострадал.

Мы с Туском и еще тремя сослуживцами принялись помогать Жагу. Поначалу заклинание сорвалось несколько раз. Все-таки, это не то же самое, что и тренировка. Но потом Аунко стала плестись стабильно, и мы быстро накачивали его маной.

Подбежал Бамскит с дикими глазами. В целом одобрил наши действия и раздал некоторым приказы, после чего умчался дальше.

— Чьих рук это дело? — отстраненно спросил Туск, что было для него довольно редким событием.

— Мне говорили, что в горах бывает камнепад, — заметил я.

— Ага, как же, — скривился М'воюющий рядом, вместе с которым мы передавали ману Жагу. — Именно тогда, когда мы тут проезжали. Да еще и валуны все как на подбор округлые и здоровые. Где мелкие камни, где земляной мусор?

— Кто это мог быть тогда? — поинтересовался я.

— Для троллей слишком умно. Гномы наверное.

Мы все погрузились в свои невеселые мысли. Я подумал, что это очень неприятно, когда прямо перед тобой умирает человек, с которым ты знаком. За время службы даже против воли узнаешь соседей получше. И сейчас многие из них лежали с изломанными ногами и руками или с треснутым черепом. Интересно, что почувствую я, когда меня переедет такое валун? Наверное, это очень больно. Хотя, может я и почувствовать не успею ничего.

Подбежал Бамскит с четырьмя М'Воюющими из другой повозки.

— Жаг, Дерринс, слушайте мой приказ. Ваши пятерки выдвигаются в обход склона. Чуть дальше он менее отвесный и можно забраться. Лечением вместо вас займется пятерка Парабисса. Ваша цель — разузнать сколько противников и возможно ли повторное нападение. Используйте поисковые плетения, действуйте максимально осторожно… Жаг, назначаешься временным Командующим.

Видно было, что наш Ведущий что-то хочет спросить, но не стал.

— Да, лер!

Бамскит кивнул и отошел к другим повозкам.

— Вы все слышали. Выходим. Если кто-то не может идти, сразу говорите. Придется поползать по горам, — проговорил Жаг.

Нас набралось одиннадцать человек. Пятеро у Жага и четверо у Дерринса. Мы двинулись в путь, обойдя три передние повозки. Одну из них камнями отбросило вниз к ручью. Кони в передней повозке рванули вперед сразу же, что и спасло М'воюющих. Все, кто мог стоять на ногах, помогали раненым. Мы шли молча. Лица у всех серьезные и мрачные. В книгах, если люди погибают, то кто-нибудь обязательно плачет. Я огляделся. Из М'воюющих никто не плакал. Наверное, это к женщинам больше относится. Женщины любят плакать.

Кое-как мы залезли наверх и обнаружили площадку со множеством следов. Жаг плохо знал форму Син, поэтому поисковые заклинания плел Дерринс. Однако в округе уже никого не было.

— Гномы это, — заметил Туск вслух.

— Почему ты так решил?

В ответ приятель лишь пожал плечами. Типа «не знаю, но чувствую».

— Спускаемся назад. Приказа преследовать не было, — скомандовал Жаг.

— Да что ты этого идиота слушаешь! Из-за Бамскита столько парней полегло. Надо отправить погоню за этимим ублюдками, — зло сплюнув на камень, проговорил один высокий М'воюющий.

— Иди и выскажи это Бамскиту. Пока я назначен Командующим, все выполняют мои приказы, — холодно сказал Жаг.

В итоге мы все вернулись назад к Распределяющему. Мне подумалось, что Жаг — дельный Ведущий и неплохой Командующий.

Мы погрузили раненых и трупы на две оставшиеся на ходу повозки и тронулись дальше. Нам же пришлось идти пешем. Мне тоже нашлось занятие. Не все владели даже Аун I ступени, и я иногда бросал бодрящее заклинание на себя и сослуживцев.

В здешних горных переходах находилось множество заброшенных гномьих крепостей. Хаос и запустение царили там. Строения чуть ли не по кирпичику разобрали ушлые тазамцы. После присоединения гномьих земель эти крепости стали попросту никому не нужны.

Шли быстро и без остановок. К вечеру добрались до небольшого города со старыми домами гномской постройки, где и разместили раненых. Некоторое время мы провели в поселении, пока шло расследование. Нас всех допрашивал Дознавающий I ступени из Управления армией под присмотром Наказующих. Были и несколько Проверяющих. Очень въедливый тип. Мог повторить один вопрос десять раз, пока ответ его не устроит. Зато кормили хорошо.

Мама и папа!

Мы едем на восток к Гаралдуну. Остановились потому что кто-то сбросил на нас с горы кучу камней. Погибло 23 М'Воюющих, 7 лошадей и 2 Конюшних. Еще 15 ранено. У меня все хорошо.

Селин.

Спустя несколько дней снова составили обоз, только на этот раз всего из трех повозок. С нами отправился Бамскит, пятеро Воюющих и один М'воюющий. Настоящий М'воюющий II ступени. Туск сказал, что это не хухры-мухры. Всю нашу роту может скрутить в бараний рог. Я спросил его, кто такие эти хухры-мухры, но Туск только пожал плечами.

Глава 3

Восточный Гаралдунский легион располагался почему-то на юге-западе от Гаралдуна. До восточного побережья лир сто пятьдесят. Ну, поскольку Гаралдун на побережье океана, то разместить войска на востоке от него сложно. Лагерь первой дивизии оказался на удивление благоустроенным. Хотя многие бараки были срублены буквально недавно. Смола с бревен и досок не успела обсохнуть.

— Опа, зелень прибыла! — проговорил М'воюющий, когда мы впервые вошли в расположение нашей третьей роты Первой дивизии.

— Я те, *****, поговорю тут! — распалился наш Ведущий.

— Младший М'воюющий Жаг, вы рискуете попасть в наряд еще до перехода в третью роту, — устало пожурил Распределяющий. — Твоя фамилия, М'воюющий?

— Беглеш, лер.

— Беглеш, о твоем поведении будет доложено Командующему.

— Да, лер! — на удивление радостно ответил М'воюющий Беглеш.

Мы отыскали каморку Командующего ротой, где Распределяющий Бамскит отдал наши документы, сообщил о Беглеше и быстро распрощался с нами.

— Командующий I ступени Астаго, — представился нам лысый и безбровый мужчина с нашивками первой ступени. Выглядел довольно жутко. — С вашими делами я ознакомлюсь позже. Идите устраивайтесь. Если возникнут проблемы со старослужащими, сразу обращайтесь. Но обычно, в моей роте таких проблем не бывает, — хищно усмехнулся Астаго.

— Да, лер, — нестройно сказали мы. Командующий махнул рукой и уткнулся в бумажки.

В третью роту попало всего двенадцать человек вместо более чем двадцати пяти. Жаг вместе со вновь сформированной пятеркой (один из старой погиб, один сильно ранен) и еще шесть Собирающих в другие пятерки. После смерти товарищей пятерка Жага немного сблизилась между собой. Сам Жаг был человеком неразговорчивым, но я смог достать его своими вопросами. Как мистера Каннингема в универе. Я подробно узнал какими плетениями он владеет. Жаг даже парочку составных знает, да и в кодексе у него хранится уйма интересных вещей. Учить меня он пока не согласился, но это может измениться в будущем. Наверное. А звали его Кстокрыл, поэтому мало кто обращался к Ведущему по имени. Просто Жаг.

В третьей роте теперь насчитывалось 68 человек. Если быть точнее, то 65 человек и три гнома. Были и полукровки, но их сложно определить. Кроме лера Астаго, Командующего I ступени, в роте еще служили четверо Младших Командующих. Нашу пятерку с Жагом отрядили к взводу Командующего Вирпестена. Что странно, Вирпестен не был Ведущим, а обычным Собирающим в другой пятерке. Так что не всегда Командующими назначали Ведущих. У нас в Вестманнке в учебной роте были только полные пятерки с Ведущими. Здесь же пятерки могли состоять из восьми, четырех или даже трех человек. Я так понял, обычно это хорошо знакомые между собой группы М'воюющих. Но был в роте и даже целый взвод с Младшим Командующим лером Кэлассисом Ведущим I ступени М'воюющим I ступени и прочее прочее. В отряд Кэлассиса попали четверо наших сослуживцев, и количество Собирающих во взводе увеличилось до 22. Мощный Ведущий этот Кэлассис, наверное.

М'воюющие третьей роты приняли нас хорошо. Шутили конечно, гоготали, но никаких стычек не случилось. Нам с Туском было легче. Отдуваться за все приходилось Жагу, но тот в долгу не остался. Нашему Ведущему удалось договориться о равных дежурствах между новичками и старослужащими. Жаг просто пригрозил, что доложит Астаго, и разногласия стихли.

Кормили нас неплохо, а силовых тренировок стало заметно меньше по сравнению с вестманнкой. Где-то пару теллов утром мы под руководством Младших Командующих уделяли время разминке. В течение дня отрабатывали заклинания и сражения в строю. Опять же, основная нагрузка шла на Жага. Тому постоянно приходилось принимать решения, в зависимости от приказа. Ведущими выбирались те, кто лучше всего владел конкретными плетениями. Приказы бывали разными. Например, вырыть яму и заполнить водой. Нас, Собирающих, просто тасовали из одной пятерки в другую, но в основном нашим Ведущим оставался Жаг. Он знал довольно много разных форм.

— Туск, держи ровнее, — прикрикнул Жаг на одной из тренировок.

Стоявший рядом со мной приятель напрягся, но смог выровнять поток маны. У меня таких проблем никогда не возникало. Я всегда старался передавать ману красиво и ровно. На сей раз мы тренировали атакующие плетения. Жаг сотворил нечто очень сложное, почти завершенное. Углядывались нотки огня и воздуха. В паре мест я усмотрел некрасивость, но сообщать не стал. Я ожидал от заклинания чего угодно, но не того, что оно заработает. Золотистый шарик с противным визгом пронесся и врезался в магический щит. На противоположной стороне три пятерки нашей роты выстроили многослойную защиту. Кое-где каркас внешнего щита рассыпался, но вторая защита легко приняла удар.

— Ладно, думаю хватит, — сказал Жаг, поглядывая на Младшего Командующего Вирпестена. Их пятерка занималась тем же, то есть пыталась пробить щит наших соперников. Подобные тренировки происходили частенько.

Мы же, получив передышку, принялись глазеть на взвод Кэлассиса. У того готовилось что-то поистине невообразимое. Издалека форму было не рассмотреть, но ее сложность просто поражала. Наверняка, это одно из тех последних заклинаний, пробивающих магические щиты. На тренировке Кэлассис привлекал всех своих Собирающих лишь изредка. Чтобы отработать заклинание ему хватало шести-семи М'воюющих. Наконец форма завершена и заполнена маной. Рядом с Кэлассисом появился белесый туманный шарик около шага диаметром. Небрежное магическое усилие Ведущего I ступени и заклинание стремительно полетело в сторону магических щитов. Через первый щит шар пролетел, будто и не заметил, оставив ровное круглое отверстие. Второй щит принял на себя основной удар, но все же не выдержал и проломился с красноватой вспышкой. Тем не менее, дело свое сделал — заклинание полностью ослабло и на третий барьер почти никак не повлияло.

— Впечатляет, — заметил Жаг.

Кэлассис сосредоточился на своем кодексе, сделанном из адабро. Стоил он кучу денег, но желающих прибрать его себе в нашей Первой дивизии не наблюдалось. Наверное, маг вносил какие-то поправки к этому заклинанию. Жаг сказал, что составные формы каждый Колдующий выстраивает сам, под себя. Там еще может быть куча деталей, вроде температуры воздуха или даже положения светила на небосклоне.

На складе новобранцам выдали по стандартному посоху. Это не тот посох, что носят старцы в дальнем пути. Скорее похоже на деревянный жезл, внутри которого были три толстые черные деревянные прожилки, да еще обитые тонким листом металла.

— Жаг, а что тут за темные вставки внутри? — спросил я.

— Черное дерево. Хорошо подходит для плетений. Лучше конечно черный кварц или хрусталь, как у моего посоха, только больно дорого выйдет.

Я видел посох Жага, правда он им ни разу не воспользовался, так как повода не было. Посохи нужны только в быстрых стычках, вроде нападения разбойников или еще чего.

— А почему серебро нельзя? Его ведь для накопителей делают? Вот я видел в рунах серебро в качестве накопителя делали. А зачем тут железо между деревяшками? — засыпал я Ведущего вопросами.

— Тихо-тихо. У тебя посох на три формы. Железо, чтобы плетения между собой не смешивались. А серебро не использут для хранения форм. Замучаешься выковыривать оттуда. Ведь в посохе главное — скорость.

Жага же я и попросил создать внутри нужные формы. М'воюющий поворчал, но отказывать не стал. Так у меня и появился посох с Сан II ступени и Тио II ступени. К сожалению, стандартный армейский посох просто не мог вместить более сложные формы.

Пару раз в декаду под командованием Астаго мы тренировались вместе с другими ротами. Самая интересная — восьмая рота. Ведущий там был один — лер Гринз, Ведущий II ступени. Под его началом находилось около семидесяти Собирающих. Пару раз нас отправили на учения вместе с ротами других дивизий, то есть с неодаренными. Ничем особенным такие учения не отличались. Разве что народу собиралось тьма, и Командующие были II ступеней.

Каждый вечер перед сном мы скидывали всю свою ману в адабренные армейские накопители. Здравый подход — к утру то все равно восстановимся. Еще иногда нам приносили на подзарядку или ремонт потрепанные защитные амулеты. В общем и целом я привык к жизни М'воюющих. Но домой все равно хотелось.

Жага мне удалось так достать, что тот все же принялся обучать меня Тио II ступени. Сама форма у меня была в кодексе, только вот многие ее части я не мог сделать красивыми. Поэтому и стал донимать Ведущего вопросами. Некоторые вещи и Жаг не знал, но большая часть его советов оказалось очень полезной. Самым странным был тот факт, что я выучил форму почти с одного взгляда. Раньше так легко я запомнить форму не мог. Может, у меня голова стала лучше работать?

Как я с удивлением узнал, в других странах женщин-Воюющих почти не встречалось. Что было очень странно. Способности к магии то одинаковые. В Тазаме же первая рота всегда собиралась из женщин. Будь то Воюющие или М'воюющие. В дивизиях неодаренных такие роты состояли максимум из полусотни человек. У нас же в Первой дивизии набралось две роты женщин-М'воюющих. Большая часть там, конечно, М'лечащие, но и настоящих М'сражающихся тоже много.

Астаго новичкам прочитал не одну лекцию по поведению с первой и второй ротой. Я даже вспомнил нудные занятия в Геленквейле, так подробно Командующий все описывал. Если кратко, то за любое насилие наказание одно — смерть. В нашей роте подруги были не у всех. Высокая конкуренция, как сказал Толм — парень из нашей пятерки. На отшибе стоял отдельный барак на несколько комнат, дабы пары могли уединиться. И периодически, где-то два раза в декаду устраивались совместные посиделки. Например, первой роты с пятой, второй — с восьмой.

Один раз и наша третья рота попала в выходной на подобную встречу. Астаго приказал идти всем. Ну мы и пошли. Место празднества располагалось прямо в столовой М'воюющих. На грубо сколоченные столы выложили блюда из обычного рациона, что не придало нашей роте аппетита. А вот припасенные пару бочонков вина изрядно повеселили. Мы успели осушить по кружке за императора, когда подошли барышни. Пришла не вся рота. Где-то в половину нас. И часть из них тут же разбрелась по столовой в поисках своих кавалеров.

— Наша рота по праву считается первой в этом деле, — похвастался Вирпестен. — А вы, молодежь, давай-те улучшайте статистику! — обратился к нам Младший Командующий. Потом поискал глазами кого-то и крикнул. — Эльза, я здесь! — Вирпестен помахал рукой и пошел по направлению к низенькой девушке в форме М'воюющих. Я чуть не поперхнулся — уж не та ли эта Эльза из Старобрадфеля? Но нет, просто имя то же.

— Улучшай статистику, ишь индюк выискался, — заметил тихо Шен — М'воюющий из нашей пятерки.

— Хмм, я с отцом иногда ходил на ярмарку, — задумчиво заметил Туск. Все уставились на него, как на припадочного. Редкое явление, когда Туск поддерживал разговор. — Отец у меня ездовых разводит. И, значит, мы с ним ходили выбирать жеребца на развод…

Все ждали продолжения, но его не последовало. Потом Жаг заливисто засмеялся. Я так ничего и не понял, пока кто-то не объяснил, что мы как-будто и есть те самые жеребцы. Почему это сравнение им кажется смешным, я тоже не совсем понял.

Еще мы с интересом слушали, как Кэлассис расписывает красоту своей избранницы. Сам маг уже с сединой, да и дама его в летах. От могучего Колдующего забавно звучат слова вроде: «твои глаза словно бездонные озера, в которых легко утонуть». Женщин без пар пришло мало и они в основном прогуливались между нами, словно и правда выбирая племенного жеребца. Иногда особо прыткие наши парни принимались слишком навязчиво ухаживать, но тогда вмешивались Младшие Командующие, на которых тоже лежала ответственность за подчиненных.

К нашей пятерке так никто и не подошел. Шен предпринял пару неудачных попыток. Только Жаг умудрился завязать разговор с одной М'воюющей. Наверное, ему пышные усы помогают. Все шло довольно прилично, несмотря на присутсвие хоть и некрепкого, но все же вина. Пока не заявилась группа из семи М'воюющих из другой роты. Они принялись приставать к девушкам и обзывать наших М'воюющих. Похоже, пьяны были. С удивлением мы узнали парочку из нашей учебной роты. Один из них заметил меня и прокричал на весь зал:

— Ба, да это ж… Как его? Змеелов! — и заржал как конь.

Вскоре прибежал Командующий из их роты, извинился и увел буянов. После к нам подошло две девушки, которые поинтересовались у меня:

— А почему Змеелов? — спросил невысокая черноволосая девушка лет двадцати пяти. Ее подруга была чуть повыше и немного полнее.

— Гм, не знаю, почему они так подумали. Я про басхов тогда рассказывал.

Я вспомнил про Арру. Интересно, где она сейчас?

— О, расскажите! Я слышала, что басхи очень опасные существа.

— Да нет, они…

— Очень опасные, — перебил меня Шен. — Но не опаснее, чем ваша красота, что пронзила меня прямо в сердце, — парень попытался взять собеседницу за руку, но та отстранилась.

Мне так и не дали рассказать про басхов. Я плохо умел общаться. Девушка терялась и не знала о чем со мной говорить. А вот Туск показал настоящее мастерство. У него с той высокой девушкой оказались общие интересы в виде копытных. И они проговорили пару теллов о породах ездовых лошадей, совершенно не обращая внимания на окружающих. Потом договорились встретиться в свободное время поболтать.

Наша пятерка посмеялась над моим новым прозвищем Змеелов, которое неведомым образом перешло из Ужелова. Кто-то из старых услышал, и в результате прозвище прижилось в роте. Ну, в принципе, это лучше, чем баклан или толстый. Я все пытался выстроить цепочку, откуда появился Змеелов, но логика пасовала. Похоже, я не скоро научусь думать, как все. Странные они. Хмм, интересно. Раньше я в мыслях старался не думать об этом, не выделял себя как-то. Но после того, как поработал над своей головой, я стал осознавать себя чуть иначе. Я не умею вести себя как другие люди и думать так тоже не умею. Я не понимаю их, они не понимают меня. Хотя я стараюсь! Я осмысливаю каждое свое действие и слова, из-за чего выгляжу немного тугодумом, как говорит Туск. Я пытаюсь понять, почему люди так поступают и повторяю их действия. Но они все равно другие, что бы я ни делал. Хотя нет, это я другой. Да и Туск постоянно твердит, что я не от мира сего.

Во второй раз мы попали на посиделки со второй «женской» ротой. Их пришло побольше, чем с первой. Завязать с кем-либо разговор мне так и не удалось, к сожалению. Зато во второй роте служила настоящая светлая эльфийка! Ну, может быть и полукровка, но на вид как настоящая. Длинные остроконечные уши, высокая и худая.

— Ух-х, какая цыпочка, — завистливо пробормотал Шен рядом.

— Э-э-э, чего, она красивая что ли? А, Туск? — спросил я.

— Угу, — кивнул приятель.

— Но как же так? Она же такая худая и грудь маленькая?

— Змеелов, да ты совсем в женщинах не разбираешься, — отечески похлопал меня по плечу Шен.

Я промолчал. Вот блин, я даже расстроился. Я так долго разрабатывал свой «шаблон» красивой девушки, а тут такой облом. Под шаблон подходила высокая, с большой грудью, не толстая, с длинными блестящими волосами, с чистой кожей и такими правильными чертами лица. Я еще раз глянул на эльфийку, которая как раз почему-то недовольно смотрела в нашу сторону. Уши само собой выбиваются из «шаблона», но это понятно. Как-никак не человек. Но остальное…

— А глаза такой странной формы? Как она может быть красивой?!

— Ты не гляди на детали, а смотри в целом, — изрек Жаг.

Я задумался. Получается, мой шаблон ни фига не работает? Печально, я так на него надеялся. Хотя нет. На человека то он пока нечасто давал сбои. Теперь на эльфов нарабатывать отдельный шаблон что ли?

Спустя пару асенд эльфийка подошла к нам и стала грубить, хотя мы и не делали ничего. Ко мне прицепилась отчего-то. Интересно, может с такими ушами она и слышит лучше?

Довольно быстро я научился выстраивать правильную форму Тио II. Ведь многое зависело от того, как хорошо ты заучил форму. Стоило мне только подумать, как Тио II представала перед моим взором в мельчайших деталях, неотличима от той, что я записал в кодексе. Делать в свободное время в роте особо нечего, разве что в ближайший городок выдадут увольнительную. Поэтому мы пятеркой иногда ходили на полигон для тренировки заклинаний. Жаг нам помогал советами, иногда удавалось встретить кого-то из более опытных Колдующих. Потихоньку я настраивал Тио II ступени. Правильная же форма огнешара совершенно не желала работать. Хоть Жаг и проверял форму, она все равно распадалась. Ведущий лишь почесал голову, но объяснения найти не смог.

Один раз мы пошли как обычно на тренировку недалеко за лагерем. Я отошел чуть в сторону и принялся выстраивать красивое Тио II ступени. Я сильно увлекся и не заметил, как рядом оказался Кэлассис.

— Что у тебя с северным мостом? — негромко спросил М'воюющий. Я аж вздрогнул от неожиданности, но внимание не ослабил, и форма устояла.

— Извините, лер?

— Говорю, мост северный больно чахлый, — нетерпеливо выговорил полуседой Колдующий. — Если ты усилил основные каналы и изменил ограничитель, то северный мост тоже нужно расширить.

Я посмотрел на форму еще раз в новом виде. И правда! Куда это я смотрю, раз не заметил такую очевидную некрасивость?

— Спасибо, лер. Я думал, формы нельзя изменять.

— Вот еще, глупости какие! Это вам М'обучающие говорят такое, чтобы вы себя не убили первым же заклинанием. Как по-твоему плетут составные формы?

— Не знаю.

— Их тоже постоянно изменяют и дорабатывают под свои нужды.

— И я смогу плести составные формы?

— Почти каждый Колдующий сможет, если достаточно уделит времени теории и практике. Хотя на это еще и талант нужен, — Кэлассис задумался о чем-то.

— Лер, а почему тогда в университете на экзамене не стали смотреть на измененную форму?

— Хмм, не знаю… Вероятно, экзаменатор не смог поверить, что новичок вроде тебя может изменить форму, и она не взорвется.

Еще около телла Кэлассис помогал мне править форму. М'воюющий рассказал кучу интересного. Больше, чем мне поведали за весь год обучения в Геленквейле. Хотелось бы позаниматься с ним подольше, но Кэлассиса увел кто-то из другой роты с целью, как он сказал, консультаций над одним заклинанием.

С одной стороны я немного расстроился, что, оказывается, я не такой уж уникальный. Ведь многие маги умеют плести составные формы. С другой стороны, теперь я знаю, что составные формы со временем мне покорятся. Наверное. Вот бы посмотреть на лица родных и бывших преподавателей, когда они об это узнают. Насколько я помню, любое нестандартное составное плетение — и ты сразу Колдующий I ступени. А это уже не хухры-мухры, как любит говорить Туск. Меня тогда точно будут уважать и в деревне и даже в городе.

Астаго периодически рассказывал нам о делах на западном фронте с Бессадором. Зачитывал официальный вестник, а потом говорил, что ему удалось самому узнать у знакомых. В вестнике постоянно сообщали о наших победах, а сам Командующий же говорил немного другое. У Бессадора мол, появились мощные магические щиты, которые наши заклинания с трудом пробивают. Причем, даже у простых Воюющих, или по-бессадорски — солдат, есть слабые артефакты таких щитов. В общем ситуация не самая радостная.

Я не понимал, почему мы сидим тут на востоке, пока на западе ведутся ожесточенные бои. Если перебросить несколько легионов, то наверняка мы быстро победим. Что там эти Командующие думают? Оказалось, что думают они намного дальше, чем Младший М'воюющий в Гаралдунском легионе. Пролетело почти две кварты в третьей роте. И 37 числа черной кварты Галиат вторгся в юго-восточные провинции Тазама. Даже я понимал, что это скверно. Воевать на два фронта очень сложно, но тут уж от нас ничего не зависело.

После объявления мы все сидели словно на иголках. Будто неприятель ожидает нас прямо на выходе из части. Однако погнали нас вперед только спустя две декады. На этот раз своим ходом. Астаго сильно не душил нас уставом и строевым порядком, поэтому наша рота передвигалась небольшими скученными группами. Мы с Туском шли вместе с нашей пятеркой и Ведущим. Позади плелся длиннющий обоз из провианта, походных палаток и прочего, что необходимо в дальнем походе. Ночи уже были довольно холодными, но мы же Колдующие! Кэлассис плел на ночь составное заклинание и до утра в определенном месте становилось тепло, особенно если накрыться одеялом.

Астаго нам сообщил, что Западный и Южный Гаралдунские легионы вместе с Восточным Даванторским уже приняли бой на границе с Галиатом. Северный Гаралдунский легион идет на юг, прямо в наш лагерь. Не знаю, от кого ей там защищать на севере? От этих немощных баронств? Или графств? Не помню уже. Но Командующим виднее.

Толпа, конечно, знатная. В Восточном легионе около пяти тысяч человек. Десять дивизий, первые две — для одаренных. М'воюющих около тысячи. Жаг сказал, что это необычное соотношение — один к пяти. Обычно один к семи или восьми. Хотя у нас очень много необученных новичков. Нам будет сложно тягаться с М'воюющими регулярных войск.

Глава 4

Уже недалеко от южных границ повернули на запад. Астаго сказал, что по данным разведки тут замечено большое скопление войск Галиата. Периодически случались стычки наших верховых разъездов с гномами, но основная часть войска в бой не вступала.

На гномов мы напоролись почти случайно. Разведывающие, конечно, доложили о том, что впереди неприятель. Но вот построиться и принять правильную форму Восточный Гаралдунский легион почему-то не успел. По идее впереди должны поставить артефактный «полог», потом через равные промежутки роты Воюющих и пятерки М'воюющих с Ведущими возле бойниц. Полог, как разъяснил Жаг — это громоздкий артефакт, который перевозили на специальной крытой телеге. В виде самой простой защитной Сан I ступени. Он мог настраиваться на определенную высоту, длину и иметь бойницы для того, чтобы Колдующие или лучники могли бросать заклинания или стрелы. На тренировках полог не применяли, поэтому я так и не увидел его в действии.

Из-за неожиданности или еще чего-то повозка с пологом шла после четвертой передовой дивизии, которая и приняла на себя первый удар. Гномы напали слаженно и в Воюющих полетели убойные заклинания. Наша же рота плелась где-то в середине. Издалека мы услышали грохот и свист рвущихся заклинаний.

— Вперед, сучьи дети! Занимайте место возле полога за второй ротой, — прорычал Астаго. Другие Командующие от него не отставали. Отовсюду слышались приказы, крики. Народ забегал и принялся собираться в некое подобие строя.

Четвертая дивизия бегом отступала под защиту полога, неся немалые потери. Хоть у некоторых из них и были свои простые защитные руны, но гномы спуску не давали. Когда мы уже выстроились боевым порядком за пологом, гномы сразу отступили. Наступила передышка, и я смог рассмотреть полог в действии. Мы стояли недалеко от середины строя, рядом с самой повозкой. Земляной вал вырос на высоту четырех человеческих ростов с бойницами и проходами для отступающей четвертой дивизии. Черно-коричневый барьер с клочками зелени ровно светился энергией земли. Несколько заклинаний от гномов прилетело в щит, но пробить его не смогли. Тут надо что-то помощнее. Полог был одним из тщательно охраняемых секретов Тазама, поэтому поглядеть ранее вблизи на это чудо мне не удалось. Жаг рассказал, что это сильно модифицированный Сан I ступени с кучей настроек вроде бойниц и проходов. Питают его те накопители, в которые все одаренные скидывали излишки энергии перед сном. Я разглядел еще два слоя щита перед самой повозкой полога. Несколько пятерок из одаренных второй дивизии были приставлены защищать артефакт. Трехслойный щит пробить непросто. Помню, даже Кэлассису это с трудом удавалось.

Довольно быстро мы заняли свою позицию за Жагом возле одной из бойниц и принялись ждать команд. При мне был только посох с Сан II и Тио II. В принципе с «красивым» огнешаром второй ступени я освоился, но на то посох и нужен, чтобы создать заклинание почти мгновенно. Не надо тратить кучу асенд на плетение формы. Жаль только, что формы в посохе одноразовые, а не как в рунах. Почему, я так не понял, хотя Жаг мне что-то пытался объяснить.

Гномов видно было плохо. Полог весь обзор загораживал, как в обычном, так и в магическом зрении. Я заметил недалеко Астаго, который разглядывал неприятеля в бойницу с помощью специальной трубки. Я тоже попытался заглянуть в нашу бойницу и краем глаза заметил, как гномы ставят свои щиты. У галиатцев не было единого полога, как у нас. Защитные барьеры ставили разные. Были и на десять шагов и на пятьдесят. У всех разной формы и оттенков. Еще я смог разглядеть формы нашего полога, что пробегали при открытии или закрытии проходов.

По полю раздались зычные голоса Командующих. Что-то вроде «Огонь прямым неприцельным».

— Атакующий порядок! — крикнул Астаго. — В защиту только пятерка Беглеша! Четверть резерва на изготовку! Огонь!

Из бойниц посыпались одно за другим атакующие плетения всех форм, расцветок и стихий. Жаг плел свои отработанные золотистые шарики. Мы исправно накачивали силой. Визг от заклинаний стоял страшный. Поле боя заволокло дымом, почему-то светло-зеленого цвета. Ни черта не видно, но Жаг сказал, что пару раз мы щиты гномов пробили.

— Есть четверть резерва! — сказал Толм, который в нашей пятерке следил за общим состоянием маны.

— Восстанавливаем резерв! — приказал Жаг.

Мы чуть-чуть рассредоточились и принялись медитировать. Это одно из главных правил, что нас обучили еще в Вестманнке. В любую свободную асенду восстанавливай резерв. При равных магических силах часто побеждает тот, у кого просто больше маны в запасе.

Потом последовал ответный шквал гномьих заклинаний. Полог оказался не настолько крепким, как мне подумалось ранее.

— Беглеш, Кэлассис, Арсенто — в защиту! Седьмая часть резерва! — скомандовал наш лысый Командующий.

Перед нами выросло несколько дополнительных барьеров. Кэлассис растянул щит на всю третью роту и тех неодаренных, что стояли между нашими пятерками. Отряды Беглеша и Арсенто же поделили зону пополам, их щиты не пересекались. У гномов ни единого шанса не было пробить получившуюся тройную защиту. Заклинания свистели, разбрызгивались каменной крошкой, кусками льда или расплавленной магмой.

Мы с Жагом пока стояли без дела, восстанавливали запас маны. Медитировать в таком хаосе невероятно сложно. Где-то справа в строю раздался взрыв. Заклинание пробило полог, а никого из М'воюющих рядом с щитом не было. Что там случилось, я не разобрал. У некоторых простых Воюющих есть руны, так что может и не пострадал никто. Спустя асенду раздался еще один мощный взрыв, только слева. Там, где располагалась повозка с артефактом. Я заметил, что сам полог и еще один щит М'воюющих пробили. Третий барьер спас артефакт. Маги стали спешно восстанавливать защиту и плести еще один дополнительный барьер.

— Огонь по готовности пробивными. Половина резерва! — донесся до нас приказ Астаго.

— Толм, следи за резервом. Не торопитесь с маной, держите ровнее! — сказал Жаг.

Зрелище еще то. Разноцветные сгустки шаров, дисков, клякс и длинных лучей огромной толпой ринулись в сторону противника. Поле моментально заволокло дымом, а в магическом зрении от разлитой энергии тоже ничего не стало видно. Куда там наш Ведущий посылает заклинания, одному Единому известно.

— Есть половина резерва! — сказал Толм.

— Восстанавливаемся!

Мы разошлись и принялись накапливать магическую силу.

— Отступают! — сообщил Астаго. Как только разобрал что-то в этом хаосе?

Никаких приказов не последовало, и мы все также продолжали медитировать. Странно, преследовать гномов не стали. Ну, Командующим виднее.

— Странно, что преследовать не стали, — сказал Жаг словами точно то, что я подумал. — Мы же превосходим их по численности.

Потом мы долго обсуждали прошедший бой. Оказывается, он всего пару теллов длился. Мне показалось, что полдня прошло. Шен очень… Как это слово? Эмо-цио-нально, во! Очень эмоционально пересказывал, как рядом бухали заклинания и как он уследил за нашим магическим снарядом, который пробил щит гномов и прибил парочку. М'лечащие — в основном женщины из нашей первой и второй рот носились между ранеными. Когда неприятель отошел далеко, последовал приказ и нам помогать пострадавшим. Раны резаные и рваные, но в основном магические ожоги. Тут уж мы привычно принялись накачивать Аунко Ведущего силой. По сути в бою от Собирающих иного и не требовалось. Это правильно, наверное. На Ведущих большой груз лежит — им нельзя ошибаться.

Ближе к ночи я пристал к Жагу с вопросами про полог. Уж больно интересный артефакт. На некоторые вопросы Ведущий ответил, на некоторые — нет. Я сплел ту форму, что успел подглядеть в пологе, когда открывались проходы. Очень некрасивая форма, похожая на Сан. Будто всего лишь маленькая часть большой формы. Вряд ли заработает, если наполнить силой. Я высказал свое предположение вслух.

— Верно мыслишь, Змеелов! — похвалил Жаг. — В пологе само собой составная форма. Очень сложная. Она управляет другими более простыми формами на основе Сан I ступени, которые ты и видел. Я сам плохо знаком с артефактом, так что отстань от меня.

Чуть позже подошел Астаго.

— С боевым крещением вас, новички! — поздравил нас Командующий. Его лысина блестела в свете раскиданных долго светящихся Баоно. — Знаю, всем вам было страшно сегодня, но вы достойно себя проявили. Отдыхайте!

Командующий ушел, а я обратился к Туску.

— А что страшно было?

— Только дураки не боятся, — с усмешкой ответил приятель.

— Э-э, так нечестно!

Вот гад! Туск знал меня лучше всех. И раз я спросил, то чего-то не понимаю. А в данном случае значит я сам не боялся. Вот и подколол меня. Я ведь действительно не боялся сегодня в бою. Ну как? Переживал, как бы не подвести товарищей и не опозориться. Но бояться смерти? Какой в этом смысл? Интересно, неужели все боятся смерти?

С этими мыслями я и заснул, поудобнее устроившись на жесткой подстилке.

Спустя пару дней, как только большинство отдохнуло, и накопители в пологе были заполнены, мы оставили раненых под присмотром и продолжили путь на юг к границе. Где и встретились с крупным войском Галиата. Издали ни фига не видно. Длинная полоса гномов в сверкающих доспехах серо-черных тонов и выставленный веер магических щитов.

Сражение началось по той же схеме, разве что на этот раз полог выставили своевременно, и неприятелю не удалось застать нас врасплох. Мы с гномами обменялись шквалом заклинаний, потери понесли обе стороны. Потом поступил приказ перейти в оборону, и бо льшая часть нашей роты принялась медитировать. На плетение щитов встали четыре простых пятерки. Хоть это всего-то наш второй бой, но чувствовал я себя словно опытный ветеран. Вот рядом слева что-то сильно жахнуло, а я даже ухом не повел. Кто-то закричал, и я с любопытством все-таки повернул голову. Ого! Самая защищенная часть всего строя — место, где находится повозка полога, оказалась пробита каким-то заклинанием. Пять выставленных щитов медленно заращивали круглые аккуратные пробоины. Повезло, что сам полог не сильно задело. Без него мы, конечно, не останемся совсем без защиты, но станет сложнее.

— Это чем там жахнули? — спросил я.

— Артефактом по-любому. Нету у недорослей таких сильных Колдующих, а то бы сразу вдарили, — ответил Шен.

— У них такие мощные артефакты?

— Ну дак, гномы же. У них в каждом клане есть какая-нибудь древняя реликвия.

— А я думал, что раньше не умели делать сильные артефакты, — заметил я.

— Иди и сам спроси у гномов, откуда это заклинание, — насупился Шен.

Мы продолжили дальнобойную магическую перестрелку. Иногда в дело вступали арбалетчики, если нам удавалось повредить один из щитов противника.

— Я уже жрать хочу. Сколько мы тут торчим? — проворчал Шен.

— Теллов шесть, не меньше, — ответил Жаг.

Да, я тоже не думал, что сражения так надолго затягиваются. Никто не решался сходиться в ближнем бою. Мы только и делали, что медитировали.

— Опа, смотрите! — завопил глазастый Шен. — Змей, я ж говорил, это артефакт! Ему на зарядку надо четыре телла, не меньше!

Я вперился глазами в бойницу. Примерно в центре гномьего строя возникло быстро разрастающееся фиолетовое свечение.

— Похоже, ты прав, — ответил я.

От нас в сторону свечения прилетело несколько заклинаний, однако защита там стояла многослойная. Вскоре фиолетовое плетение набрало силу и рвануло прямо к нашему артефакту с пологом. М'воюющие забегали, раздались резкие крики. Я разглядел поднятый вверх светло-зеленый посох. По-моему, такой посох был у лера Гринза, Ведущего II ступени в восьмой роте. Из артефакта вылезла стена голубоватого цвета со сторонами где-то в пять шагов и понеслась прямо навстречу вражескому заклинанию. Все это произошло буквально в течение половины асенды.

Фиолетовый сгусток спокойно пробил голубую стену, однако заклинание Гринза заставило шар изменить направление полета.

– *****, ЗАЩИТУ, ЖИ… — закричал Жаг.

Время словно остановилось, и я с интересом наблюдал, как красивый фиолетовый шар несется прямо на нас. Интересно, почему он именно в нашу сторону повернул? Вот он вальяжно преодолел полог, потом переливающийся щит Кэлассиса, еще чей-то щит и пробил стандартный Сан III ступени, выставленный Жагом из своего личного посоха. В последние мгновения я подумал, что стоило и мне посохом воспользоваться.

И тут мир взорвался фиолетово-красными красками. Я выставил левую руку, стараясь прикрыть глаза. По руке что-то ударило. Больно! Меня откинуло на спину. В закрытых глазах плясали разноцветные круги, звуки отрезало полностью. Я лежал на земле, боясь пошевелиться. С каждым ударом сердца боль плетеным кружевом разливалась по левой кисти и плечу.

Кто-то тронул меня за правое плечо. Я махнул здоровой рукой в ответ. Не знаю, сколько я так пролежал на земле. Потом кто-то сплел для меня Аун или Аунко, а может и оба заклинания по очереди. Круги в глазах постепенно ушли, но ужасная боль в руке осталась. Я осторожно открыл слезящиеся глаза и разглядел девушку, что склонилась над раненым рядом. По-моему, сбоку лежал Шен — его лицо и одежда сильно обгорели.

Я медленно поднес свою левую руку перед глазами.

— Это что за хрень?! — произнес я, но собственного голоса так и не услышал. Я рассмеялся и закашлялся.

От руки осталась черная обугленная культя немного выше запястья. Дальше по руке местами форма как-то сплавилась с кожей. Словно кто-то пролил черные чернила мне на руку. Интересно, почему я еще в сознании? Боль пульсировала тугим комком в районе руки. Ни на чем другом сосредоточиться не удавалось.

Подошел Командующий Астаго, что-то спросил. Я помотал головой. Астаго похлопал меня по здоровому плечу и ушел. Я попросил девушку рядом помочь мне встать. М'лечащая что-то ответила. Я еще раз попросил. Девушка сдалась, и я наконец поднялся на ноги. Левой рукой я задел обо что-то, и в голове взорвался салют из боли и злости. Не люблю боль.

Из нашей пятерки на ногах никого не осталось. Жаг лежал чуть впереди. Похоже, Ведущий не смог выжить. Сзади сидел Туск, ему обрабатывали раны. По бокам постанывали остальные из нашей пятерки и около десятка Воюющих, которых тоже зацепило. Для них это сражение, видимо, окончено.

М'лечащие на простых Воюющих не обращали почти внимания, а вот с М'воюющими долго возились. Тем временем бой не стихал, гремели взрывы. Раненых из нашей пятерки унесли на носилках. Я так и не понял, жив Жаг или нет. Мы с Туском пострадали меньше остальных. Меня тоже хотели увести, но я упрямо мотал головой, и от меня отстали. Астаго пристроил нас в конец взвода Кэлласиса, и мы продолжили свою работу Собирающих. Даже с поврежденной рукой и оглушенным не особо трудно наполнять плетение Ведущего. У Кэлассиса жи ла для передачи маны была в несколько раз толще, и передавать силу оказалось даже проще.

В бойницу я разглядел, как галиатцы пошли в ближний бой. Тут же Кэлассис будто одержимый принялся метать в них магические снаряды. Мы только и успевали наполнять их энергией. Гномов, вышедших из-под защиты артефактов, выкосило знатно. Наверное, они что-то кричали, только я не слышал. Потом наши Воюющие ринулись им навстречу. Эти, скорее всего, кричали «За императора!». За пологом остались только М'воюющие и раненые. Гномы в ответ начали осыпать наших Воюющих заклинаниями, но нам тут уже ничего не поделать. Разноцветные доспехи у солдат неприятеля наверняка хороши — гномы как никак. Но и у наших неплохие вороненые черные доспехи с коричневыми полосами под цвет «басховой» формы. Когда две стены закованных в латы воинов сшиблись, Кэлассис стал целить в гномьих магов. Получается, теперь Колдующие сражались с Колдующими, а Воюющие с Воюющими.

Ведущий перестал колдовать, и мы переключились на медитацию. Я с интересом следил за ходом боя, даже позабыв о руке. Сначала небольшая кучка Воюющих Тазама подобралась к магам, но их смели. А потом уже несколько дивизий преодолели барьеры и начали теснить магов. Спустя где-то телл гномы сдались.

Тут уже Астаго что-то приказал, и нас с Туском увели в походный госпиталь. Я осторожно баюкал свою черную культю и глядел по сторонам. Раненых много, на носилках и своим ходом. В стороне штабелями сложены трупы, под которыми земля пропиталась кровью. Кругом носятся Лечащие и М'лечащие. Нас с Туском уложили на широкие деревянные столы. У приятеля похоже была повреждена нога — он заметно прихрамывал при ходьбе.

Усталая Лечащая принялась сдирать форму с мой левой руки. Ниже локтя рукав отходил только вместе с кожей. Как же больно! Ненавижу боль. Лечащая что-то говорила, только я не слышал. Наконец тряпки сняли с руки и наскоро обмотали чистой тканью. Лечащая быстро убежала, и вскоре ко мне подошел М'лечащий. Не менее усталый, чем Лечащая. Я сразу заметил светящийся в магическом зрении серебряный накопитель, который маг таскал с собой. М'лечащий что-то сказал мне, показывая жестами то на меня, то на накопитель. Наконец до меня дошло, и я сбросил остатки резерва в слиток. Мужчина благодарно кивнул и начал работать.

Сначала маг бросил какое-то заклинание, и меня будто по голове долбанули. Все вокруг поплыло, а боль немного ушла на задний план. Я вяло наблюдал, как мою поврежденную руку отодвинули в сторону. М'лечащий сплел странную форму, которую я вряд ли смогу вспомнить. Потом он прицелился и аккуратно послал синеватый диск мне в руку. Обугленный кончик отделился от руки, а я ничего не почувствовал. Мужчина осмотрел рану и остался, по-видимому, недоволен. Сплел еще один синий диск и снова послал в руку, отрезав часть плоти. Больно! Я выругался. М'лечащий придержал меня за плечи, пока я непроизвольно извивался от боли. Мужчина сплел невиданный мной ранее вариант Аунко, и я почувствовал облегчение. Потом парни из нашей роты помогли нам с Туском добраться до повозки с ранеными, где я наконец провалился в беспокойный сон.

Глава 5

Клевен располагается на юге от Давантора. Совершенно ничем не примечательный городок, ставший перевалочной базой для воюющих южнее легионов. Разве что тут рядом какой-то монастырь Единого. Госпиталь Клевена, куда нас поместили, оказался заполнен под завязку. Все помещения, коридоры и даже пол завалены ранеными людьми. Лечащие носятся туда сюда, пациенты гогочут и орут. Только к ночи шум потихоньку стихает.

Нам, М'воюющим повезло больше остальных. Кое-как освободили места в большой палате. Даже на полу спать не пришлось. Досталось нашей пятерке неслабо. Жаг находился ближе всех к заклинанию, и выжить ему не удалось. Но по сравнению с другими пострадавшими М'воюющими нам еще повезло. Только я потерял руку немного выше запястья, да Шен правое ухо. С нами в палате лежали М'воюющие и без ног, рук или полностью замотанные в ткань — настолько большие раны или ожоги.

— Теперь ты Однорукий Змей, — усмехнулся Шен, глядя как перебинтовывают почти зажившую руку. Конечность сильно ныла и чесалась.

— А ты тогда будешь Безухий, — ответил Туск на койке рядом.

— Помолчал бы уже лучше, Молчун.

— Молчу-молчу.

Кормили в госпитале с достатком, в основном простой вареной пищей. Уже на второй день пребывания в лечебнице нас посетил какой-то зачуханный местный Разрешающий. У него были составлены на нас бумаги от Астаго и М'лечащего. Нам оставалось только ознакомиться и поставить подпись. Туска оставляли на декаду в Клевене, меня и остальных — на полторы. Здорово! Считай, что отпуск. Увольнительные ведь очень редко выдавали за все эти кварты. С рукой и ухом Разрешающий нас обломал. Меня и Шена записали в третью очередь к М'лечащему III ступени. Во вторую шли Командующие и старшие Ведущие, в первую очередь — Властвующие, простые Воюющие же шли на лечение в четвертую, последнюю очередь.

— Я и не знал, что в Тазаме такая напряженка с М'лечащими III ступени, — произнес я, слушая сбивчивые объяснения Разрешающего.

— Прошу простить меня, леры, но тут я ничего не могу поделать, — принялся оправдываться человек.

— Да Единый с тобой!

Мы быстро закончили с бумагами и попросили Разрешающего свалить от нас подальше. Что ж, теперь у меня было требование третьей очереди к М'лечащему на выращивание левой руки от середины локтя, одна штука. Отпускное по причине ранения сроком на полторы декады и чек на двадцать серебряных по той же причине. За все кварты службы я накопил примерно столько же. Немного больше, чем мой средний квартовский заработок в Старобрадфеле.

Первым делом мы помянули Жага в питейном заведении. Лечащий сначала не хотел нас выпускать, но Шен договорился. Потом посетили дом Удовлетворяющих. А дальше… снова в питейное заведение. Мы обошли все трактиры Клевена, перепробовали кучу сортов местного пива, вина и даже очень крепкое голубое Нахрамское. В общем, мне не сильно понравилось выпивать каждый день, но я решил повторять за сослуживцами. Может, я так быстрее нормальным стану?

Обсудили в госпитале наши дела с М'лечащим. Оказывается, нуждающиеся третьей очереди к М'лечащему III ступени ждут по четыре-пять кварт. Это сильно огорчило меня. Ладно Шен без уха, но мне то без руки очень неудобно было. Одеться, даже кровать заправить стало сложнее. Будь я Воюющим, меня бы просто списали с воинской службы. М'воюющих же списывают, только если они потеряют обе руки или ногу.

После прошлого письма Беринна так завалила меня вопросами, что я уже боялся ей что-то писать. Но Туск посоветовал все-таки отправить домой весточку.

Мама и папа!

Наша рота сразилась на юге. Недалеко от границы с Галиатом. Мы победили. Я старался все делать правельно. Мама ты в письме написала много вопросов о камнепаде. Я не знаю как на них ответить. Еще в этом сражении в нас попало сильное заклинание. Наш Ведущий погиб, а мне оторвало руку. В остальном все хорошо.

Селин

В Клевене я посетил гильдию Колдующих в надежде получить, наконец, титул Младшего Удобряющего, а может и сразу I ступени. Только вот местное отделение оказалось полупустым, и даже до начала войны не проводило экзамены. Оставшиеся там пара сухоньких старичков были завалены работой. Один из них ответил на несколько моих вопросов, не отвлекаясь от починки какого-то артефакта. Титул Младшего Питающего сразу вытекает из Младшего Удобряющего, а вот Младший Колдующий не так просто заработать. Зато на него экзамены сдавать не надо. Нужно заполучить два разных Младших титула по специальностям, либо один титул I ступени. В принципе, я вполне мог сдать на Младшего Удобряющего и Младшего М'сражающегося и получить Младшего Колдующего. Винстром, помнится, вдалбливал мне это перед отправкой в Геленквейл, но до меня дошло только сейчас. Странно, это довольно просто и логично.

Дела на фронте шли в общем нормально. Галиат и Бессадор захватили часть земель, но далеко продвинуться не смогли. Еще по последнему бою я заметил, что гномы сражаются как бы небольшими группами или поодиночке даже. И маги их тоже поодиночке колдуют. Наши же Воюющие хорошо сражаются в строю, а сильные М'воюющие — Ведущие имеют огромный запас маны благодаря Собирающим. Галиатцы же берут хорошими доспехами, оружием и артефактами.

Покинули мы людный Клевен, практически истратив все деньги за полученные ранения. Для одаренного это не особо и большие сбережения. Если уж даже я зарабатывал столько за кварту. Добраться до Восточного легиона оказалось проще простого — найти попутный обоз с продовольствием. Спустя четыре дня, в течение которых мы отходили от беспробудного пьянства, наша четверка предстала перед Астаго. Туск вернулся в роту на полдекады раньше нас. Командующий что-то пометил в журнале и послал Толма за Кэлассисом и Туском. Наверное, к нему во взвод попадем. М'воюющие подошли быстро, даже запыхались, по-моему. Так и встали мы перед Командующим: Кэлассис, я, Туск, Шен, Толм и Кхут.

— Ну, что? — обратился Астаго к Кэлассису.

— Будет толк, я тебе гарантирую! — убежденно ответил Ведущий I ступени.

Командующий перевел свой пронзительный взгляд на меня. Я что-то не так сделал? Потом Астаго вздохнул.

— Хорошо, вот мой приказ. Туск де Мортран, Шен Севно, Кхут Гавадис и Толм Ал-деосно поступаете в пятерку Селина Велиостро. Селин Велиостро получает звание Младшего Ведущего.

Э-э, это зачем? Я же не тяну на Младшего Ведущего. Перебивать Командующего не стал — он хотел еще что-то сказать.

— Это официально. Но пока Велиостро не подготовит достойных заклинаний, будете в «свите» у Кэлассиса. Тем более что вам не привыкать. Наш уважаемый Ведущий I ступени изъявил желание подучить Велиостро. И я знаю, что Кэлассис не будет предлагать плохих кандидатур на роль нового Ведущего. По обучению и тренировкам решите между собой. Ввиду ранения и учебы Велиостро будет освобожден от всех дежурств. Вопросы?

У сослуживцев вопросов не было, а у меня целая куча. Только Астаго — не Каннингем. Он не станет тратить на меня много времени. Надо выбрать вопросы с умом…

— Лер, а жалование увеличат?

— Да, на пятую часть где-то.

— Лер, а можно послать в мне домой извещение о моей гибели? — пришла мне в голову неожиданная мысль.

— Зачем это? — с удивлением спросил Командующий.

— Долгая история…

— В любом случае извещение мы пошлем только в случае, если ты действительно погибнешь. Можно выслать извещение о ранении, но обычно Воюющие сами пишут, если не обе руки оторвало.

— Не надо, лер.

— Ладно, можете идти. Велиостро, ты хоть рад новому назначению?

— Служу Тазаму! — гаркнул я, приложив покалеченную левую руку к груди. По-моему смотрелось забавно, но никто не засмеялся. Астаго кивнул.

— Кэлассис, оставляю его на тебя.

— Без проблем, Гаст.

Мы направились к выходу из палатки, а я успел расслышать слова командира:

— Блин, просил же не называть меня так.

Стояла середина белой кварты, и на улице стало заметно прохладней. Сейчас бы в Старобрадфеле снег лежал, а тут на юге походило на осень. Ладно М'воюющие — мы могли сообща легко напитать обогревающее плетение. Воюющим же оставалось ставить палатки и топить печки. На сей раз и нам поставили палатку, поскольку мы тут не на один день остановились. Я шел рядом с Кэлассисом, позади четверо парней, которые теперь официально в моей пятерке. Ведущий I ступени бодро шагал вперед, обходя широкие лужи. Кэлассису на вид было лет пятьдесят, худой, с узким лицом, полуседыми волосами и умными глазами. По такому человеку было издалека понятно, что он наделен либо властью, либо силой.

— Лер, а почему вы меня выбрали?

— Хм-м. Я вижу твой потенциал. С изменением одиночных у тебя проблем нет. А это самое главное. Остается только зазубрить несколько форм и собрать составную. Я помогу, естественно.

— А как вы узнали, что я хорошо запоминаю формы?

— А что, правда хорошо? — улыбнулся Кэлассис. — Тем проще тебе будет. Нет, я не знал, но и спешить нам некуда.

— А почему к себе нас Собирающими не взяли?

— Первое время вы как раз и будете моими Собирающими, а там посмотрим, — Кэлассис остановился и о чем-то задумался. Я терпеливо ждал. — Когда побудешь Ведущим некоторое время, поймешь. Для меня двадцать Собирающих — это максимум. Я же не Гринз в конце концов. Хотя скажу тебе по секрету, старому пердуну и пятидесяти за глаза хватит, только уж больно он жадный.

— Лер, а вы служили и до начала войны?

— Нет, я работал М'строящим в Гаралдуне. А боевые плетения — просто увлечение. Изучал в целях самозащиты, так сказать. Как видишь, пригодилось. Давай уж на ты. Меня Шон зовут, — Ведущий протянул мне руку, и я осторожно пожал. — Селин, ты вроде недалеко от столицы жил?

— Ага, Старобрадфель называется. Там поместье у родителей.

— Владеющий?

— Да, I ступени.

Туск с парнями остановились возле одной грязно-серой палатки.

— Ясно. Палатка моего взвода вон там, — Кэлассис махнул рукой. — Сегодня у меня еще пара дел есть. Начнем завтра. Пока займись третьим Тио. А завтра и поглядим, как хорошо ты запоминаешь формы. Если у тебя нету Тио III, я могу одолжить страницу из своего кодекса.

— Хорошо… Шон. Тио III у меня есть.

Кэлассис ушел, а мы забурились в палатку. Где-то человек на двадцать пять рассчитана, то есть на треть нашей третьей роты.

— О! Змей вернулся! — крикнул кто-то из знакомых.

— Это теперь не просто Змей, а лер Однорукий Змей, Младший Ведущий! — напыщенно произнес Шен.

Народ в палатке загомонил.

— Это надо определенно отметить! — радостно воскликнул другой сослуживец.

— Это с какого лысого тебя назначили Младшим Ведущим? Ты же не умеешь ни хрена, — гаркнул Вирпестен, наш Младший Командующий.

Гомон в платке стих.

— Не знаю, — я пожал плечами. — У лера Астаго спрашивайте.

— Уж спрошу! — скрипнул зубами Вирпестен.

— А насчет отметить — это с разрешения Командующего Вирпестена, — закончил я. Это я усвоил четко. Если застукают за распитием спиртного, то можно получить несколько нарядов или даже плетей. Всегда надо спрашивать разрешения Командующих.

Мы отошли в сторону, где были забиты для нас несколько свободных лежаков.

— Туск, чего это он? — спросил я приятеля шепотом.

— Завидует. Сам хотел стать Ведущим.

— А-а. Ясно. А почему он недоволен?

— Зависть часто ведет к ненависти, — принялся наставлять меня Туск.

— И что, он ненавидит меня?

Приятель только пожал плечами. Странно. Я с таким еще не сталкивался. По-моему, за всю мою жизнь никто мне никогда не завидовал. Что из этого следует? А хрен его знает.

Вечером я засел за свой кодекс и принялся разбирать изучаемое плетение на составляющие. Многое после Тио II осталось неизменным, некоторое было знакомо по Зар II, но оставались совершенно непонятные части.

Пища в походе не радовала Воюющих разнообразием. Как и погода. Темные низкие тучи висели постоянно, в любую асенду готовые вымочить зазевавшегося снаружи человека. В углу поставили греющее плетение, которое давало тепло в палатке, и в котором можно было высушить портянки буквально за телл. Самое главное, что запах не выходил за пределы плетения, а то находиться в палатке было бы невозможно. Казалось бы, простейшее одиночное плетение? А вот и нет, составное и довольно сложное.

Выходить из прогретой палатки никому не хотелось, включая меня и самого Кэлассиса. Но даже я понимал, что лучше тренироваться снаружи, и подальше от людей.

— Значит так. Обучающий из меня не ахти, сразу скажу, — Кэлассис похлопал руками и попрыгал, пытаясь согреться. — Кое-что осталось от учебы в моей записной книжке, — он помахал потрепанной серой книжицей. — Но далеко не все. В теории я не силен. Когда повидал тысячи разновидностей плетений, тебе уже нет нужды помнить, как называются все части форм. Ты просто знаешь для чего они нужны и как их можно изменить под конкретный случай. Поэтому будем делать упор на практику, учить тебя по учебникам я не собираюсь. Для начала давай начнем с Тио III. Со II ступенью ты справился быстро.

— Лер, а можно вопрос?

— Шон, я же сказал. Если тебе так проще, то можешь и лер. Задавай.

— М-м-м, а почему правильные… Ну, то есть, которые в учебниках… Почему правильные формы такие… Э-э-э

— Неэффективные?

— Да!

— Но они же работают? — улыбнулся наставник. — Не то чтобы я полностью согласен с такой системой обучения. Но смысл в этом есть. Во-первых, расход маны больше, а значит твой резерв и каналы ауры получают хорошую нагрузку. Во-вторых, после десятков изученных форм ты начинаешь сравнивать. Почему у одной формы эта часть такая, а у другой немного иная? Задавать вопросы преподавателям. Учиться думать наконец! А не бездарно копировать шаблонные формы. Собственно, это и надо для составных форм.

— Лер, а существует… — я задумался, как ему объяснить, что в моем понимании красивая. — Существует ли идеальная форма?

— Интересный вопрос. Тут все относительно. Ведь если тебе надо вытесать камень для кладки ты возьмешь простое плетение с заданными размерами. А если тебе надо вырезать статую из мрамора? Это совершенно другой уровень. Думаю, что если форма выполняет то, для чего она задумывалась, и выполняет хорошо, то это и есть идеальная форма.

— Понятно.

— Ну что? Начинай Тио III. Те части, что запомнил. А я буду поправлять.

Я смог немного удивить Кэлассиса тем, что сплел почти сам, пусть и с пятого раза, полностью правильное Тио III ступени.

— Лер, а почему бы сразу не обучить Тио III ступени, раз уж оно гораздо лучше? — спросил я, удерживая форму от распада.

— Все то же. Надо учиться думать, а не плести шаблонные формы. Для этого и нужны одиночные плетения разных ступеней. Ладно, развей форму и плети заново. Еще пять раз.

Тренировались мы весь день, прерываясь на краткий отдых и прием пищи. Ведущий сказал, что пока мы тут остановились, надо заниматься. В пути будет сложнее. Я даже успел немного достать Кэлассиса своими вопросами.

На следующий день учеба продолжилась с новыми силами. Кэлассис на этот раз принес стул и соорудил себе обогревающее плетение.

— Лер, взгляните на эту форму? Я только могу что-то напутать.

Я принялся выводить в воздухе узоры и завитушки подсмотренного плетения. Эта форма являлась частью фиолетового шара, который убил Жага и лишил меня кисти руки. Со второго раз форма вышла более-менее.

— Интересно, — пробормотал Кэлассис. — Есть нестандартные решения, да и в целом форма довольно проста. Я бы сказал элегантна. Старая школа. Но дорабатывать ее надо все равно, много неточностей. Откуда у тебя она?

— Увидел, когда то фиолетовое плетение пробивало наши щиты.

— Верно, эта форма для пробития магического щита. Это только часть заклинания. Тебе пока рано. Сначала с Тио разберемся. Но в будущем можно будет прикрутить ее к моему Тио, или твое доработаем. Будет у тебя неплохое пробивное плетение. Времени придется потратить на наладку потоков…

Так мы и проводили вместе с наставником почти все время в тренировках. Кэлассис сказал, что дал обещание Командующему и обязательно сдержит его. Разбираться, для чего предназначена та или иная часть заклинания, оказалось тяжело. Радовало, что не приходилось учить все эти названия. Наставник сам их не все знал, поэтому придумывали по моему же принципу. Решетчатая часть, шипасто-округлая, шипасто-квадратная и даже «язык дракона» и «пещерный отбойник». Это Кэлассис придумывал — у него с фантазией хорошо дело обстояло. В целом же это было безумно интересно. Я постепенно менял Тио III в красивую сторону, познавал основы плетения составных форм. В то же время магия медленно теряла свою мистическую притягательность. Просто еще одно из многих ремесел. Как Разрабатывающий, Строящий или Рисующий. Все строго подчинено правилам, нет ничего лишнего. Мне уже не терпелось перейти к составным формам, сплести что-то новое, что-то свое. Но прежде следовало изучить все части обычного Тио и то, как их изменение будет влиять на заклинание в целом.

В один из вечеров, уже засыпая, мне пришла одна необычная идея. Что если попробовать поработать с аурой руки, как я делал со своей головой? Ждать полгода, пока найдется М'лечащий III ступени, жуть как не хотелось. Я рассудил так: попробовать стоит, а отрубить то, что получится, всегда успею. Я осторожно напитал край покалеченной руки остатками резерва. Никаких видимых изменений не произошло.

Где-то дней через семь мы отправились в путь. На восток. Постепенно нагнали и объединились с Восточным и Южным Даванторскими легионами. В общем, как я понял, жизнь М'воюющего протекала на девять частей из пути и ожидания и только на одну часть из учений и реальных боев. Большое сражение произошло где-то в пятидесяти лирах от границы с Галиатом близ деревни под названием Громодор. Два десятка хлипких домов совершенно не оправдали свое громкое название. Зато деревня стала известна благодаря шумному сражению на обширном подболоченном поле неподалеку. Двадцать первого числа близ Громодора встретились войска Галиата — около десяти тысяч Воюющих и двух Тысяч Колдующих из кланов Горного Молота, Кровавой Секиры, Красного Топора и трех легионов Тазама — Восточного и Южного Даванторского и нашего Восточного Гаралдунского. Занятно, легионы кланов Галиата формировались соотношением похожим на наши. Кэлассис сказал, что это наследие единой империи. Кланы Секиры и Топора издали смотрелись как длинная красноватая полоса из-за расцветок щитов и брони. Горный Молот — коричнево-черные, прям как наши цвета.

Четыре дня войска стояли друг напротив друга и обменивались заклинаниями. Воюющие так и не вступили в ближний бой. Это было ужасное время. Когда мы в предыдущем бою восемь теллов так стояли, то чуть не извелись все. А тут четыре дня. Вот как, скажите, спать, когда рядом идет бой и иногда грохочут заклинания? Но опытные служащие дрыхли без проблем. В самом сражении же мы с парнями работали во взводе Келассиса. Пока что он не отпустил нас отдельной пятеркой, так как мое атакующее плетение оставляло желать лучшего. Прикрутить пробивную форму к Тио оказалось очень непросто. Но мы не сдавались и продолжали работать.

В битве близ Громодора погибла почти десятая часть наших легионов. В основном Воюющие, поскольку магическая защита М'воюющих всегда лучше. У гномов потери были сопоставимые, но они отступили первые. Командующие не послали нас вперед по известным только им причинам. Под конец сражения, четвертого дня, мы уже вовсю шутили и болтали на поле боя, умудряясь при этом медитировать. Ману собирали мы постоянно, меня чуть ли не тошнить начало от этого занятия.

Здесь же, близ Громодора наши легионы разбили лагерь. Примерно на полторы декады остановились. И мы с Кэлассисом вернулись к обучению. Чтобы встроить в Тио III пробивную форму необходимо добавить и связать между собой кучу частей. Для начала под руководством наставника я разбил одиночную форму Тио на составляющие. Теперь стали отчетливо видны связующая, образующая, направляющая и распределяющая формы. Это упрощало работу, поскольку изменять общую форму сложнее, чем ее составные части. Теперь же мы работали над блоком распознавания щита, передачи сигнала и активации пробивной формы. Само собой, подпитывается пробивная форма из центральной связующей и распределяющей. Новое плетение обросло многочисленными каналами для передачи маны или сигналов. Как только мне начинало казаться, что я вник наконец в назначение всех частей плетения, Кэлассис добавлял что-то новое.

Ежедневные воздействия на ауру руки к моему удивлению дали результат. Сначала мне показалось, что рука просто посинела. Спустя пару декад стало уже заметно, что рука немного удлинилась. Я думал, что стану больше есть, но этого не произошло. Бросать дело я не стал, несмотря на странный цвет конечности.

На одном из занятий возле Громодора Кэлассис приметил синий цвет моей левой руки.

— Решил через ауру попробовать?

— Да. А почему цвет поменялся, не знаете?

— Понятия не имею. Я тебе не М'лечащий. Только рана то от магического заклинания. Аура могла пострадать. Я лично не советовал бы тебе самому этим заниматься.

— Ну, я все же попытаюсь.

Кэлассис хмыкнул, но отговаривать не стал.

Мама и папа!

Меня повысили до Младшего Ведущего. В моей пятерке четыре М'воюющих что были раньше у Жага. Я начал учить составную форму. Это очень сложно. Я стараюсь. Со мной и с моей рукой все хорошо. Мама не надо мне присылать таких писем, а то я перистану писать! Мне сказали что за полгода подойдет моя очередь к М'лечащему.

Селин

В непрекращающихся блужданиях возле границы с Галиатом прошло три кварты. Я окончательно привык к походной жизни в составе третьей роты. Дом вспоминался, как легкий приятный мираж. Оранжевая кварта. В это время даже далеко на севере все цвело и пело. Здесь же на юге становилось сложно выйти на улицу без охлаждающего плетения.

Какое-то время ушло на доработку моего атакующего пробивного плетения, получившегося светло-фиолетового цвета. После чего я стал во главе небольшой, но сплоченной пятерки. Туск понимал меня с полуслова, Шен постоянно балагурил и сыпал остротами, Толм точно отмечал наш оставшийся резерв, а Кхут… просто делал свое дело. Кэлассис не стал больше возиться со мной, но иногда давал пару уроков. С его подсказки я изучил множество одиночных плетений. Для общего развития, так сказал Кэлассис. Тиос, Бао, Баокора, Мио, Сан и Санку, Ван и Ванку, Син, Синко и Аунко. После того вороха сведений, что дал мне Кэлассис, одиночные плетения легко поддавались изучению. Переделать их в составные самостоятельно мне пока было не по силам. Зато теперь я обладал неплохим арсеналом на все случаи жизни.

Следующей составной формой я выбрал Ванку — защитный подвижный купол. Хотел запихнуть себе в новый посох, купленный в одном городе на свои кровные. Артефакт представлял из себя медный рыжий жезл с пятью прозрачными хрустальными вставками, разделенными тончайшими серебряными пластинами. Отдал за него все, что накопил в Старобрадфеле и в армии. Прекрасный посох на пять составных плетений. В моей пятерке ни у кого больше не нашлось столько сбережений и желания, поэтому остальные пользовались стандартными грубыми посохами М'воюющих. Два своих ФиоТио — фиолетовых пробивных шаров, как я их прозвал, запихнул сразу. Еще вставил Аунко III (точечное лечение) и Тиос III (огненная стена). Последним шел Ванку III ступени, которое я со временем и собирался усовершенствовать. Мой резерв подрос, но на все пять плетений посоха его не хватало.

Рука моя приобрела нормальные размеры, но не дожидаясь полного восстановления я стал носить кожаную перчатку постоянно. В целом рука слушалась хорошо, только вот ее внешний вид… Ну, светло-синий цвет еще ладно, но странные темно-синие наросты на каждой фаланге пальца с внутренней стороны могли напугать кого-угодно. Из-за этих наростов пальцы сгибались не до конца. Поэтому и стал носить перчатку. В принципе, требование о лечении оставалось при мне, поэтому, когда подойдет очередь, можно будет рубануть себе руку, а М'лечащий вырастит бесплатно.

Крупные сражения с гномами случались раз в кварту где-то. Зачастую в ближнем бою не сходились, поэтому в дальнейшем могли встретиться вновь. Пополнение к Воюющим прибывало сотнями — их гибло много. К нам же если десяток пришлют, уже праздник. Многие сослуживцы стали испытывать настоящую ненависть к гномам. Я их не понимал совершенно. За что самих гномов то ненавидеть? Будь моя воля, я бы прекратил войну, но от простых солдат это не зависит.

Тридцатого числа оранжевой кварты за двадцать лир от Давантора, крупного города на юго-востоке Тазама, состоялось историческое сражение. Наш Восточный Гаралдунский объединился с Южным Гаралдунским, с Западным, Южным, Восточным и Северным Даванторскими легионами. Плюс еще местное ополчение согнали. За всю мою службу такую кучу народу я первый раз видел. Говорили, что собралось около сорока тысяч. Сколько гномов нам противостояло точно неизвестно, но тоже очень много.

Даванторская битва началась рано утром, теллов в восемь. Еще не рассвело даже. Наши легионы привычно растянули свои пологи, гномы выставили щиты. Началась дальняя перестрелка заклинаниями. Все шло как обычно, пока не раздался шумный взрыв в районе Южного Даванторского. В центре легиона расцвел энергетический ком разных цветов, и полог стал распадаться. В течение четырех теллов пологи всех легионов были уничтожены галиатцами. Не помогли ни мощные щиты, ни другие ухищрения. Какое-то время мы продолжали в прежнем ритме, однако наши Воюющие стали нести ощутимые потери. Руны не справлялись, а мы не могли растянуть хорошую защиту на весь строй.

Командующие приняли решение перейти в наступление. Может, это и было ошибкой, но выбора то особого не было. Завязался жестокий бой, и обе стороны принялись отчаянно рубиться. Однако гномы начали громить наших Воюющих вместе с ополченцами. И тут Командующие приказали отступать. Это было первое отступление нашего легиона, и проходило оно очень тяжело.

— Кэлассис, что у вас? — услышал я крик Астаго.

— Четверть резерва осталась, — ответил Ведущий самой крупной пятерки нашей роты.

— Восстанавливайтесь. Велиостро — атака, остальные — защита. Четверть резерва! Плетем Ван, отступаем, даем пройти под защиту Воюющим! — скомандовал Астаго.

Меня в защиту не назначали, поскольку из составных я владел пока только своим ФиоТио, а щиты улучшить не успел. Наши пятерки синхронно переключились на Ван — передвижные щиты. Мы стали отступать, и в перерывах я периодически посылал ФиоТио во врага. В центре продолжали сражаться остатки Воюющих и напирающие вперед гномы. В бой вступили наши Наездничающие, но их было не так много и картину они не могли поменять. Маги противника тоже времени не теряли и осыпали нас с головы до ног. Ван — менее мощное плетение, чем Сан, и наши ряды изрядно выкосило.

Слева пало трое из пятерки Кэлассиса — их буквально перерубило надвое желтым огненным диском. Справа пятерку Арсенто накрыло чем-то очень мощным. Наверняка артефакт. Даже нас присыпало землей и разлетевшимися камнями. Без щита Арсенто осталась проплешина, прикрытая только барьером восстановившегося взвода Кэлассиса.

— Похоже, в этом сражении гномы решили использовать все свои козыри, — буркнул Туск, глядя как в одной из рот справа что-то громко взорвалось. Появился густой зеленоватый дым.

— Ядовитый, — заметил Шен.

Не знаю, сколько времени мы отступали. Гномы преследовать не стали, а сосредоточились на остатках наших яростно сражающихся Воюющих.

— Я пуст! — крикнул Кэлассис Командующему, говоря, что его взвод исчерпал запас магической энергии.

Заклинания противника стали попадать реже из-за большого расстояния. Мы не ослабляли защиту, если не считать пятерок, что весь свой резерв истратили. Казалось бы, вот мы и спаслись? Но нет, напоследок судьба решила иначе.

Звенящий желтый диск с горящими язычками пламени прилетел прямо в нашу пятерку. На этот раз я успел выставить посох и активировать Ван III ступени. Только не помогло. В последний момент я непроизвольно зажмурился. Почему-то не хотелось видеть, как диск рубит тебя на две половинки.

Опять боль. Крики и стоны вокруг. Ш-шмякс-с! Я осторожно открыл глаза и глянул вниз. На земле, обагренной кровью, лежала моя левая рука в перчатке. Что, опять? Я быстро оглядел и ощупал себя. Диск оставил почти ровный разрез чуть пониже локтя и задел левый бок. Края немного обожжены, но кровь все равно хлещет.

Кое-как отстранившись от боли, я активировал Аунко III из посоха на остатках своего резерва. Времени подгонять плетение под свою конечность не было. Кровотечение в руке постепенно утихло. Блин, еще бок! Ладно, рана не такая серьезная. Наши продолжали отступать, таща с собой тех, кого еще можно было спасти. Я оказался в первых рядах — любое случайное плетение и мне конец. Оглянувшись, я заметил тело Шена, перерубленное в районе живота. Ему уже ничем не помочь.

— Селин, двигай! — крикнул мне Кэлассис.

Я поспешил к взводу Ведущего I ступени. Лицо Кэлассиса осунулось, на лбу залегли хмурые складки.

— Толм, где остальные? — крикнул я парню из моей пятерки.

— Кхут вон тут, рядом идет. Туску ногу отрезало. Его несут мужики Кэлассиса. Шена сам видел…

— Понятно.

Я пробрался к приятелю, которого тащили пара угрюмых М'воюющих. Туск смешно прыгал на одной ноге, хотя бы так помогая несущим. Кто-то уже сплел ему Аунко — нога не кровоточила.

— Как это ты умудрился?

— Попытался отпрыгнуть, и ногу зацепило. Сам как? — пыхтя, спросил Туск.

— Вот, — я помахал культей и шикнул от накатившей боли.

— Вырастишь новую.

— Ага. Опять пару кварт мучиться.

— Шену больше досталось.

— Это точно.

Носилок на Туска не хватило. Раненых М'воюющих оказалось очень много. Кого-то просто задело, кого-то оглушило, кто-то получил легкое отравление, но многие пострадали серьезно. Шли мы долго, и помогавшие раненым постоянно менялись. М'лечащие бросили при отступлении походный госпиталь. Астаго сообщил, что поступил приказ нашей дивизии собираться возле восточных ворот Давантора. Дальше будет ясно, что делать.

Глава 6

Осада Давантора длилась всего одну кварту, пока не подошли Западный, Северный Гаралдунские легионы и Южный Сел-Берфельский. Взять город с наскока гномам не удалось — в живых осталось много магов, да и в самом городе проживало немало одаренных. Все, кто мог хоть каплю маны собрать, ежедневно подпитывали городские щиты и артефакты-метатели. Мне прохлаждаться на этот раз никто не дал — пришлось вместе со всеми накачивать накопители силой.

Лишь после прихода подкрепления в Давантор и отступления галиатцев все более-менее успокоилось. Астаго отправил роту в увольнительные и местные лазареты. Места мне в городской больнице не нашлось на этот раз. Положили в одном из Даванторских храмов Единому и всего на полдекады. Астаго сказал, что мне уже не привыкать, да и сам Аунко плести могу. Ага, как будто он знает, каково это не смыкать ночью глаз из-за постоянной ноющей боли.

Несколько раз мы вчетвером навещали Туска в больнице. Хотели пронести бутыль Нахрамского, чтобы вместе помянуть Шена. Но одна из Лечащих заявилась как раз в тот момент, когда мы начали разливать. Какой крик она подняла, словами не передать. Пришлось нам выметаться и напиваться уже втроем, зато в кабаке.

Из нашей третьей роты всего половина выжила. Южный Гаралдунский потрепало еще больше, чем нас. От Астаго дошли слухи, что его собираются временно ликвидировать и объединить с нашим Восточным.

Давантор город большой. Не знаю как раньше, но сейчас он просто бурлил жизнью. Телеги с ранеными, провиантом или барахлом, снующие везде толпы странных оборванных личностей, кричащие лавочники и зазывалы, цокот копыт и ржание лошадей. Давантор производил впечатление растревоженного муравейника. Никто не поверил, что гномы смогут захватить «южную» столицу. Здесь много стояло величественных зданий и храмов. Огромные площади, фонтаны, необычные заведения — в городе было много чего интересного.

На четвертый день в храм пришел М'воюющий со странными отличительными знаками. Очертание головы лошади вместе с подзорной трубой. Я смотрел с интересом, как он ходит между коек и что-то расспрашивает. Здесь в храме заняться нечем. Я уж и плетения в посохе обновил, и с кодексом поработал, и с рукой позанимался. Довольно быстро настал мой черед выслушивать пришедшего:

— Лер, интересует ли вас служба в славном взводе Разведывающих? Это почет и уважение, это слава и зависть ваших старых сослуживцев. Это вешающиеся на шею девчонки в любом городе. — проговорил скороговоркой М'воюющий. — Ну как, интересно?

Что-то в этом есть. Почему бы и не расспросить? Мама всегда говорила, что за спрос не бьют.

— А чем вы занимаетесь?

— Разведкой естественно! — обрадовался М'воюющий. — Осматриваем местность, докладываем о силах противника, иногда вступаем в бой с малыми группами. От нас зависит исход любой войны и даже битвы! Соглашайся, парень. Твоя карьера сразу пойдет на взлет. Кто ты был в своей роте? Собирающим или может быть Младшим Ведущим? Поверь, Разведывающие — это элита наших войск, и ты точно не пожалеешь!

Интересно, может там я стану более важным человеком? Очень любопытно посмотреть, как служат Разведывающие. Наверное, все время в пути проводят, зато повидали много чего.

— Хорошо, я поговорю с моим Командующим… Как ваш взвод называется?

— Э-э, 72 Отдельный Взвод Разведывающих. Но ты слухам про наш взвод не верь, ладно? Меня Гнэш Трущицки зовут, — мужчина протянул мне руку.

— Селин Велиостро, — я ответил на крепкое рукопожатие.

— Мы пробудем в Даванторе меньше декады, так что поторопись.

С этими словами Гнэш распрощался и отправился дальше расхваливать людям свой взвод.

— Лер Астаго, можно вас на пару асенд? — смог я наконец выцепить Командующего после какого-то совещания в штабе Давантора. Вирпестен долго не хотел меня слушать, но потом я рассказал про 72 взвод, и он послал меня к Астаго.

— А, Велиостро… Как рука?

— Ращу потихоньку.

Командующий останавливаться не собирался, так что мне пришлось подстраиваться под его широкий шаг.

— Сам? Похвально. С чем пришел?

— Лер, я бы хотел перевестись во взвод Разведывающих.

— Вот как? Что ж, это достойная служба. Разведка выше в иерархии, чем простые Воюющие. Ты наверное уже в курсе, что нас объединят с Южным Даванторским… — Кэлассис мне поведал ранее, что у них в живых много Ведущих осталось. И что я, скорее всего, потеряю свое звание Младшего Ведущего. — Когда успел сойтись с Разведывающими?

— Один из них пришел в храм, куда меня положили.

— Подожди, он что, сам пригласил? — Астаго неожиданно остановился. Сзади напирающие люди стали ругаться, но Командующий не обратил на них внимания.

— Да, лер.

— Чей взвод?

— Чей не знаю, лер. Мне сказали, что это 72 Отдельный Взвод Разведывающих.

— Семьдесят второй? Это не взвод ли Низога? Ну, точно! Кто еще будет себе набирать калечных во взвод?

Командующий продолжил путь, распихивая толпу плечами. Я старался не отставать.

— А что с этим взводом, лер?

— Скажем так, новички там долго не живут. Я с Низогом не знаком, но слухи ходят такие. Не передумал?

— Нет, лер.

— Велиостро, а зачем тебе это?

— Э-э, почему бы и нет?

— И правда, — Астаго усмехнулся. — Почему бы и нет? Придешь завтра ко мне, постараюсь успеть подготовить бумаги о переводе.

— Спасибо, лер!

Спустя телл я добрел до городской лечебницы. Туск работал над каким-то плетением, когда я зашел. Прекрасно его понимаю. Я хотя бы передвигаться мог, а Туску наверное ужасно скучно в палате.

— О, Селин, привет!

— Здаров. Я новость пришел сообщить. Я перевожусь в отряд Разведывающих.

— Неожиданно. Почему ты так решил?

— Э-э, почему бы и нет? Тебя ведь все равно спишут.

— Дело твое, — Туск замолчал, внимательно глядя на меня. — Знаешь, я все тебе хотел сказать…

— Да? — Туск редко произносил длинные речи.

— Ни за что бы не подумал, что ты станешь Младшим Ведущим, причем заслуженно. Ты хоть и дурень, но я всегда завидовал твоему таланту. То, что ты делал за день, мне приходилось повторять больше декады. Поэтому мой тебе совет — никогда не бросай магию. Раз тебе Единым дан этот дар, то не упускай возможности его развить.

Я немного постоял рядом.

— Завидовал? Значит… ты меня ненавидишь?

— Да нет же! Зависть разная бывает. Скорее я горжусь тобой.

Я почесал голову.

— Сложно все это.

Туск в ответ пожал плечами.

— Как рука?

— Вот, — я показал культю, над которой я упорно работал последние дни. — Теперь стала зеленеть почему-то…

Мама и папа!

Я переважусь в 72 взвод Разведывающих. Была большая битва при Даванторе. Это город на юге. Нам пришлось отступить. В бою в мою пятерку попало заклинание. Огненный диск. Много щитов пробил. Шен погиб — его на две части разрезало, Туск потерял ногу, мне снова оторвало руку. В целом все хорошо.

Селин

На следующий день я забрал бумаги и пошел искать семьдесят второй взвод. В документах значилось сокращенно 72ОРВ. Пройдя кучу проверок на постах, я смог разыскать казарму, в которой разместились мои будущие сослуживцы.

Войдя в низкое одноэтажное помещение, я огляделся. Обстановка стандартная — двухэтажные койки, маленькие тумбочки и узкие проходы. В помещении находилось меньше десятка человек, хотя рассчитано оно было на тридцать персон где-то. Человека четыре увлеченно резалось в карты. На другой стороне сидела пара невысоких людей и тоже во что-то играли. Гномы что ли?

— Тебе чего, парень? — спросил меня кемаривший рядом мужчина со шрамом на лице.

— Здравствуйте, это семьдесят второй взвод?

— Он самый. Неужто пополнение? — увидев бумаги у меня в руке, спросил мужчина. — Поспать не дадут!

— Подскажите, где я могу найти Командующего?

— Его сейчас даже М'ищущий не найдет. Лучше здесь жди — к вечеру будет.

— Хорошо.

— Чего ты забыл здесь? Побыстрее сдохнуть хочешь? — едко спросила женщина средних лет, подкидывающая в руке узкий кинжал.

— Тари, опять ты за свое! Хватит болтать — Гнэш и Далв будут недовольны, если узнают, — заметил мужчина со шрамом.

— Нет, не хочу, — ответил я женщине.

— Тогда зачем ты к нам переводишься? Ты же из М'воюющих? — русоволосая женщина скосила глаза на мою форму. — Ого, даже Младший Ведущий. Гномам отомстить хочешь? Небось, друга потерял в недавней битве? — зло спросила Тари.

— Хм-м, таких мыслей у меня не было. А что, обычно принято мстить, да?

Мужчина и женщина переглянулись.

— Тебя здорово приложило в бою, видать, — протянул мужик со шрамом.

— Нет, вот руку только потерял.

— Меня Дже зовут. Кличут Шрам. Можешь сюда вещи кинуть.

Я скинул свои сумки на одну из коек.

— Спасибо. Я Селин Велиостро. Звали Змей, но лучше наверное просто Селин.

— Змей? Что, в штанах не помещается? — усмехнулась Тари.

— Иди мужика сними, только об одном и думаешь, — ответил за меня Шрам.

— А сам то только о бабах болтаешь!

— Мне можно.

— Тьфу. Я в город, — Тари взяла сумку и, покачивая бедрами, удалилась.

— Огонь-баба. Только она с Низогом. Тебе не светит ничего.

— Это Командующий? А какой он?

— Далв то? Сложно его описать. Вроде задохлик, и мухи не обидит. А как прикажет, так хочется из шкуры вылезть, но выполнить. Ладно, пойдем с другими познакомлю.

Я послушно пошел за Шрамом меж коек. Первыми на нашем пути попалась пара гномов, играющие в странную игру маленькими фигурками.

— Это Рельв и Снут. Фамилию их фиг выговоришь. Так что запомнить не пытайся.

— У тебя просто мозгов не хватает на это, — отшутился один из гномов со светлыми волосами.

— Меня Селин зовут. Научите меня в свою игру?

— Рел, ты смотри! Парень то не совсем пропащий! Научим, о чем разговор?

— Пошли. Они весь день могут так сидеть за куском деревяшки.

— И это говорит тот, кто дрыхнет по тридцать теллов, — парировал другой гном.

Дальше мы подошли к четверке игроков в карты. Двое — молодые и загорелые с коротко остриженными темными волосами. Третий — мужчина лет тридцати пяти с волосами, собранными в хвост и необычной татуировкой на левой щеке. Четвертым игроком была молодая девушка с темно-рыжей копной. Она не менее азартно резалась в карты. Из всех лишь я один был одет в форму. Разведывающие носили кто во что горазд. Надо будет узнать потом на этот счет.

— Народ, тут новенький у нас. Селином зовут, — представил меня Шрам.

— Ганс, — первым протянул руку мужчина с хвостом. — А это Тунт и Кориандро.

— Ганс, твою мать! Просил же не называть меня полным именем. Зови меня просто Кор.

— А нашу прелестную рыжую ведьму зовут Шелла, — закончил Ганс, не обращая внимания на товарища.

Девушка грациозно поднялась с заправленной койки и сделала малый книксен. Помню, как Беотель разучивала все эти премудрости. Я протянул руку и как-то само собой вышло, что мои губы соприкоснулись с теплой ладонью Шеллы. Мне ведь тоже доставалось на занятиях с Винстромом. Краткий поцелуй — приветствие дамы равного или высшего статуса.

— Ого! — мужики засвистели. — Да у нас тут благородный.

Шелла быстро отдернула руку. Будто в осиное гнездо запустила.

— Ты чего это? — спросила девушка.

— Да само как-то вышло, — сказал я честно.

— Вот и кликуху уже придумали. Будешь Благородный! — торжественно проговорил Тент.

— Не-е, слишком длинно. Селин короче. Откуда будешь, новенький?

— Старобрадфель.

— Это ж почти столица? — спросил Шрам.

— Да, теллов восемь до Мостфеля.

— Селин, ты же знаешь, в каждом взводе есть свои порядки и правила, — проворковала Шелла. Остальные затихли. — У нас принято, чтобы новенький проставлялся при приеме.

— Сейчас?

Шрам сзади со всей дури хлопнул меня по спине.

— Мне нравится этот парень. Сработаемся!

— А Командующий не разозлится? — я притащил спиртное, и сослуживцы сразу принялись сооружать своеобразный стол из тумбочек.

— Скорее себе попросит налить. Такая лафа у нас редко, так что Далв почти ничего не запрещает.

— А сколько всего людей во взводе?

— С тобой теперь тринадцать. Шесть Разведывающих и семь М'разведывающих. Должно быть двадцать, да только к нам народ не идет.

— А почему? Мне говорили, что у вас новички долго не живут?

Тут же со всех сторон послышались возмущенные ответы:

— Хех, щелкать клювом не будешь — поживешь подольше, — Шрам.

— Не подставляйся, и все будет норм, — Тунт.

— Слушай старших, много полезного узнаешь, — Ганс.

— Дохнут в первой же стычке, — равнодушно бросила подошедшая Тари.

— Ты чего такая смурная? Не нашла Далва?

— Хрен найдешь его. У штаба сказали, что видели его телл назад, у Упр-склада он ушел за асенду до моего прихода… И так везде, — женщина воткнула кинжал в тумбочку и произнесла голосом Командующего. — Налейте мне!

Ганс, взявший на себя обязанности «Разливающего», аккуратно наполнил простую походную кружку местным вином. Тари чуть ли не залпом осушила емкость и попросила добавки.

Когда все уже прилично надрались, и я в том числе, подошел Гнэш с одним новобранцем лет восемнадцати.

— Младший Командующий Триш… Треш… Тру-щи-цки, — выговорил по слогам сильно захмелевший Шрам, вытянувшись по струнке, — за время вашего отсутствия никаких происшествий не случилось. Взвод занимается налаживанием отношений с новобранцами.

— Хватит паясничать. Нажрались уже. Велиостро, вроде бы?

— Да, лер! — подскочил я, задев коленкой по тумбочке. — Вот бумаги.

— Отдашь Низогу, он скоро должен подойти. Вот вам еще один новобранец. Звать Тамсон Ирви.

— Садись сюда, Сонтам — поставил табуретку Шрам. — Рассказывай откуда.

— Тамсон, — поправил парень и осторожно присел. — Местный я. Из Давантора. Хочу делать полезное дело на благо Тазама!

— Патриот, итить его за ногу. Ладно, бери кружку, Ностам. И не таких воспитывали!

Утро вышло явно недобрым. Только сплетя себе Аун II ступени, я стал более-менее соображать. Смутно вспоминалось вчерашнее знакомство с остальными сослуживцами. Бешгу и Саймон присоединились к нам вчера изрядно навеселе. Видимо, хорошо погуляли в городе. Потом пришел Низог (тоже, по-моему, в подпитии), накричал на нас и завалился спать, а Тари, оставшись без внимания, напилась так, что отрубилась самая первая.

Бешгу — чернокожий воин немалых размеров, молчаливый как… как Туск. Саймон оказался магом средних лет, чем-то напоминающим Кэлассиса, только более молодого. Низогу на вид можно было дать лет двадцать, но Шрам по секрету сообщил, что Командующему недавно тридцатник стукнул. Телосложением Низог совсем не выделялся, особенно по сравнению со мной или с Бешгу. Но в каждом его слове, в каждом действии была некая сила и уверенность в собственной правоте.

Я совсем не ожидал, что дисциплина здесь будет намного расхлябанней, чем в третьей роте. Наверное, из-за того, что они друг друга хорошо знают.

— Велиостро, проснулся? — неслышно подкрался Низог ко мне. — Ирви, тоже подойди сюда.

Осторожно баюкая свою голову, к нам приковылял вчерашний новобранец — Тамсон.

— Пока вы спали, я уже разобрался с вашими документами. Так что отныне вы числитесь в семьдесят втором Отдельном Разведывающем Взводе. Можете гордиться. Селин Велиостро в ранге Младшего М`разведывающего, Тамсон Ирви — Младшего Разведывающего. Я думаю, вы уже заметили, что у нас во взводе довольно свободная атмосфера. Главное соблюдать одно правило — никаких нарушений в походе. Мое имя Далв Низог, если вы вдруг не в курсе. Командующий I ступени, М`разведывающий I ступени. При своих обращаться можете просто Далв. Мой заместитель вон там, — махнул Далв рукой, — утоляет жажду. Гнэш Трущицки, Младший Командующий, Разведывающий I ступени. Спрашивайте, учитесь, запоминайте. Ирви, в большинстве случаев из боя нам приходится уносить ноги, так что будь готов к этому. Велиостро, плетения М'воюющих в основном бесполезны для М'разведывающего, так что чем быстрее ты изучишь необходимые формы, тем быстрее сможешь принести пользу взводу. Сегодня вам надо подобрать себе неприметную одежду и лычки. Форму мы не носим, но знаки отличия нужно иметь при себе. По этой части обращайтесь к Дже, он же Шрам. Пока мы остаемся в Даванторе на некоторое время, но приказ может поступить в любой момент. Вот еще что. Докладывайте мне о любых странностях наших гномов — Снута и Рельва. Я хоть и знаю их не первый год, но всякое может произойти, — Низог разложил все по полочкам и ответил почти на все наши невысказанные вопросы. — Теперь насчет тебя Велиостро…

— Да, лер?

— Рекомендация от Астаго у тебя неплохая, но без руки придется туго. К сожалению моих связей не хватит, чтобы пропихнуть тебя вне очереди к М'лечащему. Разве что есть какое-то подспорье?

Низог выжидательно уставился на меня. Я лихорадочно соображал, что же он от меня хочет.

— Вот лер, мое требование после даванторской битвы, — я достал бумагу из сумки.

— Это не то, — поморщился Далв.

— Вот еще лер, мое требование от белой кварты.

Низог удивленно пробежался глазами по почти одинаковым требованиям к М'лечащему с разницей во времени в четыре кварты.

— У вас в Восточном Гаралдунской был хороший М'лечащий?

— Нет, лер. Сам отрастил. Через ауру.

— Хмм, ясно. Хорошее умение, только сам я предпочту довериться профессионалу. Сколько времени у тебя уйдет?

— Около кварты где-то, — за время осады Давантора я успел вырастить руку до запястья.

— Это приемлимый срок. Значит так: я постараюсь устроить тебя к М'лечащему, — Низог помахал в воздухе моими требованиями. Как я успел заметить, Далв редко сидел спокойно. То руками размахивал, то ногой выстукивал по полу, — Но если не удастся или поступит приказ, то выходим так. У меня каждый боец на счету.

— Да, лер!

Глава 7

Обстановка во взводе и правда оказалась очень дружеской. Разве что Тари с ее «кислотным», как выразился Шрам, язычком могла довести до белого каления. Вскоре я узнал, что и у Шеллы есть ухажер. Никто иной, как Ганс. Разница в их возрасте насчитывала больше десятка лет. Вернее, ситуация чуть отличалась — Это Шелла была ухажером… или ухажерихой? Короче, именно девушка ухлестывала за бывалым М'Разведывающим.

Под присмотром Шрама мы приобрели себе походную одежду неприметных цветов. Похожую носили Наемничающие. Удобная, не сильно стесняющая движений одежда могла защитить от удара мечом вскользь или отбить стрелу на излете. Нам выдали лычки из плотной ткани с изображением головы лошади и подзорной трубы, которые разрешалось носить только в городе. Шрам объяснил все это тем, что в логове противника никогда не стоит светиться, что ты Разведывающий:

— Можно себя выдать за группу Наемничающих. А один раз мы с Рельвом прикинулись Охраняющими в поисках работы. Носить или нет форму Разведывающих решают Командующие. Вот Низог всегда был против формы, поэтому мы сами затариваемся, — просветил нас опытный служака.

Еще через несколько теллов нам с Тамсоном наглядно объяснили, что значат наши лычки. Недалеко от казарм Наездничаюших располагалась немаленькая конюшня. Сейчас она стояла полупустая.

— Вон наши кобылки, — сказал Шрам и направился к стойлам. — Надо проверить, как там они, не застоялись ли?

После того, как все лошади взвода были осмотрены и их содержание нареканий не вызвало, мы подошли в каморку главного Конюшнего. Наверное, у них тоже есть ступени, только я никогда этим не интересовался. Шрам предъявил два требования от Низога на обеспечение нас двоих скакунами. Тучный мужик — Конюшний немного поворчал и продиктовал нам номера стойл свободных лошадей. Выбор небольшой — около двадцати особей.

Шрам ходил меж стойл и придирчиво осматривал лошадей: рот, копыта, брюхо и спину, даже задницу. Смысл его действий был мне совершенно непонятен. Я, конечно, знал основы, как обращаться с ездовыми животными, только раньше все это делали за меня Прислуживающие или Конюшние. Возле одного стойла Разведывающий задержался надолго. Вороной конь постоянно нервничал и пытался укусить Шрама за руку.

— Хороший конь, только малообъезженный!

— Лер, я справлюсь с ним! У меня есть опыт, — с горящими глазами выговорил Тамсон Ирви.

— Ну смотри, Матсон. Оплошаешь, будешь бежать за нами на своих двоих, хех!

— Я не подведу! И я Тамсон…

— Да хоть Единый со свитой апостолов. Пойдем Селину подберем чего.

Другого такого коня отыскать не удалось. В основном немолодые, видавшие виды лошади. Под конец Шрам рекомендовал мне пегую кобылку:

— Эта еще молодая, побегает.

Когда Шрам стал ее осматривать, лошадь непонятно зачем стала перебирать копытами в загоне и подняла в воздух пыльное облако.

— Тьфу-тьфу, — отплевывался Разведывающий. — Подойдет тебе, Селин?

— Да, лер. Я все равно не разбираюсь.

— Давайте им имена, снаряжение подгоним в другой день.

— Молния! — выкрикнул Тамсон.

— Э-э-э, ну пусть будет Пылинка, — вымучил и я название для своего нового питомца.

В этот раз мы с Тамсоном только осторожно покормили животных прихваченными яблоками и немного поухаживали. Шрам сказал, что объезжать будем в другой день.

— Лер, а подзорная труба у вас есть? — спросил я, вспомнив картинку на наших лычках — голова лошади и подзорная труба.

— Стоят дорого, заразы. К тому же их в основном гномы клепают, а сейчас сами понимаете… Никакой торговли. В нашем взводе их четыре всего.

— А зачем так много? — удивился я. Думал, что только у Низога есть — остальным то ни к чему.

— Со временем узнаете.

Спустя сутки меня положили в уютную палату в городской лечебнице Давантора. Низог все-таки смог пропихнуть меня вне очереди к М'лечащему III ступени. Кормили очень хорошо и много. Только сам М'лечащий, как и ожидалось, был человеком сильно занятым, и обещал выкроить на меня время через пару дней.

В палате я успел достать своими вопросами молодую Лечащую и М'лечащего то ли I, то ли II ступени. А чем еще мне заниматься два дня, кроме как отсыпаться? Сначала они мне отвечали, но потом просто перестали заходить в палату. Я успел узнать от них много интересного. Когда я работал над аурой своей головы, то подспудно решил, что я особенный. Оказалось, что «тонко» работать с аурой могут многие. Тут есть свои правила. Покореженная аура легко меняется в сторону здоровой, и тело постепенно подстраивается под ее изменения. Только все это долго, и никто из М'лечащих так не работает. М'лечащие плетут сложные формы, которые влияют напрямую на тело, а потом уже сама «нарастает» аура. Лечащая сказала, что с моей рукой мастеру придется возиться пару дней. Через ауру же — пару кварт.

М'лечащий младших ступеней, осмотрев мою зеленую культю, сильно возмутился и намеревался отрезать сразу же. Но я попросил подождать до начала лечения. Жалко было терять свою работу.

Дождаться М'лечащего III ступени мне было не суждено. Низог ворвался ко мне в палату за день до операции и сообщил, что поступил приказ выдвигаться. Ничего не поделаешь — придется растить руку самому.

Наш 72 взвод собирался в страшной спешке. Хорошо хоть мне помогли с упряжью и припасами в дорогу. Далв дал нам понять, что взвод пойдет на запад. Подробности рассказал уже в пути.

— Слушайте сюда! — резко начал Низог, когда мы отъехали немного от Давантора. — Саймон, пойдешь в пару к Тамсону. Бешгу — к Селину. Головой за них отвечаете. Ясно?

— Да, командир, — спокойно ответил Бешгу.

— Присмотрим, — бросил Саймон.

— Саймон, — обратился Далв к М'разведывающему. — Когда будет время, начни обучать Велиостро нужным плетениям. Сам разберешься.

Саймон что-то проворчал.

— Хмм… Дже, научишь Тамсона всем премудростям Разведывающего.

— Сделаю, Далв. Задачу нашу не расскажешь?

— Не хотел раньше времени расстраивать. Сверху поступил приказ сопроводить старшего сына Хавалона в его резиденцию на востоке.

От членов нашего отряда послышались сдавленные ругательства.

— Это плохо? — неуверенно спросил Тамсон Ирви.

— Чтобы отдельный взвод Разведывающих работал нянькой у Владеющего? — недовольно воскликнул Низог. — Это больше смахивает на оскорбление.

— Ладно тебе, Далв, — высказалась Тари. — Быстро доставим этого Хавалона и всего делов.

Мне имя показалось почему-то знакомым.

— А кто такой Хавалон?

— Ваш Восточный же воевал в провинции Интелле?

Я напряг память:

— Да, мы там были.

— Агазар Хавалон — Владеющий II ступени в Интелле.

— Ясно.

— Переходим в походный порядок. Построение обычное. Пары Тамсона и Селина в середину.

Получив указания от сослуживцев, я направил Пылинку в середину строя. Впереди выступила группа Ганса и Тента, замыкали шествие Шелла и Гнэш. Саймон, что ехал рядом с Тамсоном, объяснил нам, что это разбивка на пары — основное наше построение. В паре один Разведывающий и один М'разведывающий. Реже отряд делится на четверки или напополам.

Пылинке было тяжеловато что-то скомандовать. Лошадь плохо слушалась. Заставить ее бежать галопом и вовсе задача непосильная. Хорошо хоть, Пылинка повторяла все действия за другими животными. Без всяких указок держалась в середине строя. Можно было конечно ударить лошадь по бокам сапогами или хлыстом, чтобы присмирела. Так многие делают. Только я с детства не люблю, когда животным причиняют боль. Наверное, потому что сам очень не люблю боль. Я глянул в сторону Тамсона. Вот у него никаких проблем с Молнией и правда не возникло.

— Значит мы с вами в паре теперь, лер Бешгу? — обратился я к спутнику.

Чернокожий воин был выше меня ростом. Он был самим высоким человеком в отряде. И свободная одежда не могла скрыть его мощного сложения. На голове у него виднелся короткий ежик черных странно клубящихся волос. Кто-то из сослуживцев сказал мне, что Бешгу лучший следопыт в нашем отряде. И что это очень важное качество для Разведывающего. Бешгу носил с собой два необычных изогнутых меча. Я не знаю, как они называются.

— Тучи сегодня ходят низко, — ответил мне чернокожий воин.

— Что, простите?

— Голодный нолк хуже взвода недремлющих.

— Э-э-э… я не очень вас понимаю.

— Я с ним в паре почти год, — заметил сбоку Саймон. — Поверь, я тоже его не понимаю.

— И как мне…

— Когда доходит до дела, он говорит нормально.

Пылинка по понятной только ей одной причине возмущенно фыркнула.

— Ясно. Лер Саймон, вы будете меня учить новым формам?

— Лови, — Саймон кинул мне маленькую книжку, которую я поймал с большим трудом, отбив себе палец. Это оказался магический кодекс меньшего, чем у меня, размера.

— Перепиши себе восьмую, двенадцатую и тринадцатую страницы. Надеюсь, у тебя есть кодекс?

— Есть. Сделаю, лер!

— Птенцы стервятников любят говядину, — мрачно произнес Бешгу рядом. Хмм, есть он, что ли хочет?

К вечеру мы отыскали неплохое укромное местечко возле родника. По следам костров было ясно, что здесь часто останавливаются путники. Меня, в отличие от Тамсона, на работы не отправляли. Много я соберу хвороста или натаскаю воды с одной рукой? По правде говоря, наш взвод и не разводил костер. Совместно М'разведывающие напитали форму, которую сплел Ганс. И на полянке возник небольшой огненный комок, источающий сильный жар. Зато дыма не было совсем. Сейчас стоял конец зеленой кварты — очень теплое время года, и ночью никто не ставил греющее плетение.

Я вернул книгу заклинаний Саймону. Три новых плетения теперь помещались в моем кодексе, и так полностью забитом. Пришлось стереть парочку старых форм.

— Лер, можно вас спросить про формы?

— Так, слушай. Я с тобой возиться не намерен. Учи в первую очередь третью форму. Это что-то вроде Аун, только для лошади. Вторая форма — то же самое, только более сильная. После этой формы лошадь может быстро скакать сутки, а потом падет. Первую ты должен узнать — поисковое Синко с более слабыми воздушные потоками. Это чтобы заклинание сложнее было обнаружить. Согласись, досадно, если неприятель узнает, что кто-то тут колдует поисковые формы. Вот и все, что я могу тебе дать. Если будут вопросы, то можешь спросить Ганса или… Тари, — Саймон ухмыльнулся. — А лучше просто засунь их себе в одно место.

— Спасибо за формы, лер, — поблагодарил я, пребывая в небольшой растерянности. Саймон внешне очень похож на Кэлассиса, но вот разговаривал совсем по-другому.

Я вернулся к своей подстилке недалеко от магического костра. Рядом сидел Бешгу.

— Не все то красное, что горчит, — задумчиво сказал воин.

Рядом с Бешгу я почувствовал себя почти нормальным.

В середине следующего дня в условном месте возле одной деревушки мы встретили отряд Хавалона. С ним было четверо Охраняющих. Мы стреножили лошадей и собрались все на полянке недалеко от дороги.

— Приветствую. Очевидно, вы и есть тот взвод Разведывающих, что обещали прислать мне в подчинение.

— Верно. 72 Отдельный Разведывающий Взвод. Командующий I ступени Далв Низог. Лер Шисс Хавалон? — быстро представился Командующий, передавая Владеющему какие-то бумаги.

— Да. Слышал я про ваш взвод… — Хавалон пробежался глазами по полученным документам. — Но давайте к делу. Ваша задача — обеспечить мою безопасность и как можно быстрее доставить меня в Осиное Гнездо. Командую я. Ваш опыт я также признаю. В пути будем полагаться на умения вашего взвода. Галиатцам может быть известно о том, где я нахожусь. Если это так, то гномы всеми силами будут стараться мне помешать добраться до Осиного Гнезда.

— Я услышал вас, лер Хавалон. Только не обещаю, что мои люди будут выполнять все ваши приказы, — ответил Далв и достал из седельной сумки сложенную карту. — Надо проработать маршрут.

Шисс Хавалон достал свою карту, и мужчины сблизились, обсуждая дальнейший путь.

— Осиное Гнездо на двадцать лир от Гранд-Демунна. По последним донесениям гномы взяли Демунн в осаду. И шансов выстоять у города мало. Ситуация на побережье не очень. Флот Галиата теснит наш.

— Это скверно, — скривился Хавалон. — В нашей резиденции — Осином Гнезде ранее располагался штаб Командующих.

— Вот как, — немного удивился Низог. — Лер, дозволено ли нам узнать, с какой целью вам надо попасть в штаб Командующих? И почему гномы могут этим заинтересоваться?

— Нет. Вашего отряда это не касается. В случае моей гибели ваша задача будет доставить эту суму, — Шисс указал рукой в сторону черного запакованного мешка, — в штаб Командующих.

— Предлагаю выйти на Гаралдунский тракт. Который идет из Сер-Берфеля, — высказался Низог.

— Нет, слишком большой крюк на север.

— Так будет безопаснее.

— Нет, идем через эту дорогу, — ткнул в карту Шисс. — Сел-Берфель обходим восточнее.

Далв внимательно изучал карту. Охраняющие и Разведывающие молча стояли и ждали решения командиров.

— Пусть будет так, — наконец согласился Низог. — Хорошо, возвращаемся на восток, потом сворачиваем на север в сторону Сел-Берфеля, а дальше снова на восток к Гранд-Демунну и Осиному Гнезду. Аун плетем постоянно. — Услышав это, Саймон рядом ругнулся. — Колдующие, разбирайте себе чужих лошадей. Чтобы всем Аун досталась. Про Селина с Бешгу не забудьте. Остальные сообразите перекус и лошадей напоите, пока маги плетут формы. Приступайте!

Мне занятия не нашлось, так что я принялся заучивать новую форму Аун для лошади. Не хочется быть обузой отряду. К слову, простая Аун II ступени сильно отличалась от I. Если форму I ступени достаточно было слепить, и она сама срабатывала на ближайшего человека, то со II ступенью надо было правильно настроить все семь каналов передачи. Кэлассис помог мне разобраться еще в третьей роте. Часть каналов прицеплялась к голове, часть — к туловищу. С Аунко старших ступеней же настройка этих каналов зависела от раны. Я внимательно смотрел, куда именно М'разведывающие крепят каналы новой формы на лошадей, и пытался запомнить.

Пылинке очень не понравилось, что на нее накладывают заклинание. Возмущенно фыркала и перебирала копытами. Лошади Охраняющих тоже не в восторге остались от Аун.

— Бездарности в походе не место. Но шуту всегда рады, — тихо сказал Бешгу.

Это он про меня, что ли?!

— Черный уголь горит быстрее дерева, — ответил я первое, что пришло на ум.

Бешгу удивленно посмотрел на меня:

— Что за чушь ты сказал?

Скорость наша немного возросла. Я не привык к таким долгим конным переходам. Обычно в Восточном Гаралдунском легионе мы передвигались пешком или на повозках. Во время привалов я плел на себя Аун II ступени. Хорошо, что я выучил эту форму.

Уже на первый день пути мы столкнулись с неприятелем. И это всего в полудне езды от Давантора! Я легко разглядел большой ячеистый купол из магических линий. Нечто подобное я видел и раньше у гномов — сигнальный артефакт из формы Син. Наш отряд остановился за четверть лиры до купола в ожидании. Я с интересом рассматривал линии заклинания. Красивое плетение, но не совсем. Что-то не давало мне покоя, когда я оглядывал ровные ячейки сети. Какая-то некрасивость.

— Не имею ни малейшего представления, зачем галиатцы здесь поставили купол. Лер Низог, не просветите?

— У меня самого не так много идей, лер Хавалон. Самая правдоподобная — здесь до сих пор базируется часть армии Галиата. Только судя по размеру купола, очень небольшая. Обычно подобный сигнальный артефакт есть у разведгрупп гномов. Но какой смысл им тогда ставить хорошо видимую сеть так близко от Давантора? Наши легионы все еще неподалеку находятся. Если это засада конкретно на нас, то смысла в куполе тоже нет.

— Что предлагаете? — спросил Хавалон.

— Объезжаем севернее, — просто ответил Далв.

Так и поступили. Пришлось идти пешком, обходя канавы и протискиваясь сквозь заросли. Хорошо, что лес был не слишком густой, и животных удалось провести. Вскоре мы вышли на дорогу с другой стороны купола. Сама сигнальная сеть по моим прикидкам раскинулась на пять лир. Неслабо. У гномов другие артефакты. Они ставят Син, которое работает постоянно. Наши же артефакты через равное время пускают поисковое Синко. Так мана экономится. Кэлассис, помню, говорил, что у гномов сохранились большие запасы адабро. Поэтому все артефакты они могли заполнить заранее, до начала войны. Мана из адабро почти не уходит.

Сначала Низог хотел оставить пару Гнеша и Тента, чтобы разведать что там. Но Хавалон сказал, чтобы мы не тратили время. И весь отряд поскакал дальше.

— Тамсон, как думаешь, это правда, что есть Разведывающие, у которых не лошади, а эмкипажи? — спросил я. Как-то подслушал у сослуживцев еще в третьей роте.

— Вроде есть такие, — неуверенно ответил рядом едущий парень.

— А чего нам не выдали?

— Не знаю. Дорогие, наверное. Вон у Саймона спроси.

— Лер Са… — начала я, но Саймон перебил.

— Что ж ты такой доставучий то? За что мне все это? — обреченно вздохнул Саймон. — Да, есть специальные взводы с эмкипажами. Артефакты эти дорогие, да вот по этой дороге не больше двадцати лир в телл развивают. От погони на них не уйти, через канаву не проехать. Для Разведывающих хлам полный. Их единственный плюс, что эмкипажи не устают, как лошади. Все, отвянь. Вон, у Бешгу спрашивай.

Я повернул голову к чернокожему Разведывающему:

— Одиннадцать голов думали, как накормить телегу сеном, — выдал Бешгу задумчиво.

Я достал свою изрядно потрепанную тетрадь и кое-как записал фразу. Зачем не знаю, просто захотелось сохранить. Может, когда-нибудь я пойму их смысл.

Мимо тянулись поля, леса, холмы и речки. Мы оставили Давантор позади и продолжили путь на восток. Встречались длинные военные обозы или просто беженцы. Иногда проезжали небольшие деревушки.

На четвертый день пути мы издалека заметили вздымающиеся в вечернем небе струи дыма. Сначала вперед послали разведать пару Ганса и Тента, потом уже подошли мы. Живых людей в деревне не осталось. Когда мы въехали во дворы, только несколько гноллов с криками бросились наутек. Повсюду валялись тела жителей. Возле широкого раскидистого дуба виднелись две большие кучи. Подойдя ближе, я рассмотрел, что одна состояла из тел полуголых молодых женщин — задушенных или с перерезанным горлом. Другая куча — из порубленных мужчин и старых жителей. Тамсону стало плохо, когда он увидел все это. Несколько домов полностью выгорело, но большая часть строений уцелела. Скотина, оставшись без присмотра, разбрелась повсюду.

— Задерживаться не будем. Сообщим в ближайший город, — скомандовал Хавалон, и направил коня на выход из деревни.

— В одном из домов слабые ауры есть, — сообщил Ганс после того, как еще раз сплел поисковое Синко.

Низог мотнул головой, и пара Ганса и Тента без слов направилась к одному из домов. Остальные встали полукругом, защищая Хавалона. На всякий случай я приготовил в руке свой посох.

Вскоре появились Разведывающие, ведя за собой двух маленьких испуганных девочек. Ганс объяснил, что прятались в подвале. А не нашли их из-за хитрого амулета, который немного глушил ауру. Такой амулет может заглушить только ауру ребенка или животного. Хотя, если сплести Синко с бо льшей чувствительностью, то видно будет всех, даже тараканов.

— Шелла, присмотри за детьми. Все, по коням! Ночевать здесь не будем, — приказал Низог.

Девушка ловко спрыгнула с лошади и направилась к детям. О чем-то пошептавшись с девочками, Шелла повела их в нашу сторону.

— Вот это Селин. Он Владеющий! — услышал я слова Шеллы.

— А он правда принц?

— Самый настоящий! Он тебя не даст в обиду. Давай подсажу.

Я и сказать ничего не успел, как на Пылинку забрался второй пассажир. Девочка лет пяти. Можно было и на заводных лошадей с припасами их посадить, но вслух я говорить этого не стал. Тонкие ручонки вцепились в меня. Обхватить мое не самое маленькое пузо у девочки не получалось. Вторая девочка, чуть постарше вроде, залезла на лошадь Шеллы.

— Кто это сделал? Неужто гномы? — тихо спросил бледный Тамсон. Сослуживец похлопывал Молнию по шее, пытаясь успокоить. Моя Пылинка тоже тревожно фыркала из-за неприятного гнилостного запаха.

— Не знаю, — я передернул плечами. Неправильно это все. Некрасиво. Мне это зрелище очень не понравилось.

— Я видела, как прискакали люди верхом. Тридцать четыре всадника. Я уже умею считать до ста. Плохие люди. А потом мама спрятала нас в подвал. А мама скоро придет?

Повисла неловкая пауза. Никто не хотел отвечать девочке.

— Твари это падшие, а не люди. Таких в Саям-куке сажали в яму с термитами, — неожиданно высказался Бешгу. Интересно, где находится этот Саям-кук?

— Мародеры. Я бы им прочистил брюхо! — грозно проговорил Тамсон, сжимая рукоять своего клинка.

— Мальчик, ты бы оказался в куче мужиков, — услышала наш разговор Тари. — А может и в другой, — намекнула Тари, что Тамсон мог бы оказаться в куче женских останков.

— Лер Тари, я бы попросил вас не оскорблять меня. Хоть вы и…

— Женщина? Ты это хотел сказать, сосунок?

Тамсон напрягся.

— Ну-ну, Тари, успокойся, — бросил подъехавший Шрам. — Нечего срывать злость на парне. На вот, хлебни, — мужчина протянул небольшую фляжку.

— Как это тебе Далв разрешил? — подозрительно спросила Тари, принимая флягу.

— Да нет там алкоголя! …Почти.

Мы покинули мертвую деревню и продолжили путь, понемногу забирая на север. Низог передал подобранных нами сирот Оберегающим в первом попутном городе. Следы мародеров попадались нам редко. Иногда пустые телеги, сгоревшие дома. Иногда просто тела ограбленных по бокам дороги. Шрам сказал, что все окрестное отребье совсем страх потеряло, когда легионы ушли к границе. Теперь гонять разбойников некому. Оберегающих самих много призвали в Воюющих. Только крупные деревни избежали нападений.

— Но это пока. Мрази эти в маленькие кучки сбились. Только крестьян резать и могут. Но если эти своры соберутся вместе, могут и город небольшой пограбить под шумок, — просветил нас Шрам. — Саймон, помнишь, лет пять назад на севере?

— Да, было дело. Графства эти на севере армию собрали. Но Разведывающие и Шпионящие доложили о ней намного раньше, чем те перешли границу Тазама. А там и наши легионы подошли. Вот идиоты. Да они живут сами по себе только потому, что нахрен не нужны никому!

— И что тогда было? — спросил Тамсон.

— Порубили их в капусту. Мы же больше мародеров ловили, чем разведкой занимались. Там разведывать то и нечего было. Шли эти графы вместе одним крупным войском. На них всех хватило Северного Гаралдунского легиона.

— Да, мародеры эти будто из-под земли появились, — подхватил Шрам. — Все спокойно, значит. Крестьяне, да ремесленники, работают, трудятся. Лепота. А тут бац! От каждой деревни по шайке. Объединяются, разбойничают, режут простой люд. Гоблины повылазили, троллей привели с гноллами. Как стервятники на падаль слетелись. Знатно тогда их погоняли.

— А помнишь, как Бешгу решил тролля перебороть один на один? — улыбнулся Саймон.

— Ага, — хохотнул Шрам.

— У троллей шкура толстая. Ятаган тупится, — объяснил воин. Шрам с Саймоном засмеялись еще громче.

Вот как его мечи называются! Надо запомнить.

— А тролли, они какие? — спросил я с интересом. Только в книжках их видел на картинках.

— Обыкновенные. Здоровые — четыре-пять шагов в высоту. Но медленные. Колдующий его Тио II или III пробивает. Ну а Воюющему надо троллю в глаз ударить или в пах. Еще говорили, в зад можно ткнуть, если повезет попасть. А вонища то от них! — просветил нас с Тамсоном Саймон.

— А гоблины?

— Гоблинов что ли в цирке не видел?

— Видел один раз в Мостфеле. Ну, так они в нарядах были, да и далеко от них я сидел.

— Гоблины… — начал Шрам со знанием. — Большая голова, большие висячие уши, большой нос, большие глаза, большой рот. Кожа зеленая — вон как у твоей руки. Может в тебе есть гоблинская кровь?

Я опешил ненадолго, представляя, как человек мог делать детей с гоблином.

— Я же прошлую руку вырастил синюю. Да и мне говорили, что со всякими гноллами и гоблинами детей не может быть, — принялся я доказывать.

Шрам только рассмеялся.

— Да шучу я. Не бери в голову.

Глава 8

На шестой день я сам стал плести Аун для своей и Бешгу лошадей. Саймон был очень удивлен, что я так быстро освоил новую форму и даже похвалил меня. Изучение новых форм давалось мне с каждым разом все легче. Фактически, я мог сам теперь разобраться почти с любой одиночной формой. Но вот с составными дела шли туго. Без подсказок Кэлассиса я побаивался значительно менять плетения.

На седьмой день пути случилась первая стычка. Передовая пара Тари и Снута загодя обнаружила около десятка людей, прячущихся в подлеске.

— Лер Хавалон?

— Объезжать не будем.

— Хорошо. Итак, Колдующие бейте на поражение. Не преследовать.

Как и все, я сплел Синко и насчитал двенадцать аур. Поисковое заклинание может легко заметить любой Колдующий, но ни магов, ни каких-то амулетов у них не было. Поэтому наше нападение стало для них полной неожиданностью. Низог на всякий случай сплел обширный Сан, прикрывая от шальных стрел или рун. Но защитный полог нам не понадобился. Каждый из М'разведывающих отправил по заклинанию примерно в сторону бандитов. Даже стало немного жалко местный лес. Деревья горели, ломались, кусты вспыхивали будто солома. Половина разбойников сразу смекнули, что к чему, и бросились наутек. Другая половина уйти не успела.

— Брать тут нечего, — проворчал Шрам, обыскивая очередное обгоревшее тело в рваных закопченных одеждах.

— Заканчивайте и ходу! — скомандовал Низог.

Скачки продолжились с новой силой. Я даже захотел, чтобы нам встретился еще противник. Может, мы тогда хоть на телл остановимся. Мы бы, наверное, скакали сутки напролет, да только есть на ходу не всегда удобно, и ночью лошади могли ноги себе поломать. Пылинке тоже сильно надоели непрестанные гонки. Но особо уставшей она не выглядела — моя форма Аун хорошо справлялась. В таком темпе мы прошли примерно половину пути.

На одиннадцатый день мы выехали к Леге. Небольшой, но быстротечной речке, уходившей на юг в Галиат. Как всегда в таких случаях, Низог послал вперед одну пару в разведку.

— Селин, Бешгу — посмотрите что там. Сначала своими глазами, потом Синко.

— Да, лер, — ответил я. Бешгу просто кивнул и направил лошадь вперед.

Через некоторое время Бешгу спешился и начал изучать следы. Я последовал его примеру. Смотреть за действия воина было интересно, хоть я и не понимал ничего. Как он внимательно перебирает руками и иногда подолгу останавливается возле очередного глубокого отпечатка.

— Что там?

— Недавно тут проехал тяжелый отряд. День или два назад. Лошади сильно нагружены. Около тридцати всадников.

— Наши?

— Подковы вроде тазамские, но…

— Но?

— Не нравится мне это.

Действительно, когда дошло до дела, Бешгу говорил нормально.

Дальше мы прошли пешком около четверти лиры. Звук бурлящей воды Леги был слышен издалека. Да и мост мы увидели почти сразу. Большой, широкий, каменный. Мы с Бешгу остановились в скрывающих нас зарослях в сотне шагов от моста.

— Плести? — спросил я.

— Да.

С первого раза я сплел новое Синко, которое мне показал Саймон. И уже почти успел напитать маной, как в голове показался знакомый образ:

— «Двуногий, радость!», картинка с того берега Леги.

Я непроизвольно взмахнул рукой и повернулся к зарослям на той стороне реки. Синко распалась, не выдержав такого обращения.

— Сорвалась? Ничего, еще раз попробуй. Черная сойка всегда летит на восток, — наставительно произнес Бешгу.

— «Арра, это ты?» — отправил я мысленно.

— «Согласие. Двуногий, весело.»

Многое мне хотелось у нее спросить, да только я не знал, как правильно все это передать образами. Арра просто не поймет или не сможет ответить.

— «Я тоже очень рад тебя слышать! Как твое здоровье?»

— «Арра сильная и красивая.», — и тут же прилетел образ маленьких серых комочков. Басхята.

— Чего застыл? — спросил меня Бешгу.

— Асенду. Надо… подумать, — ответил я вслух.

— «Поздравляю, это твои… потомки? Ничего, что ты их бросила?»

— «Согласие. Басхи уже большие, сильные. Кормит их» — тут Арра передала еще один сложный образ. Что-то вроде — ловящий ветер, серое ухо. По опыту с Аррой я понял, что это имя другого басха. — «Мне там сейчас нет места.»

— «Подожди, то есть ты самец?»

— «Арра большой, сильный! Охотник.»

Вот тебе и кошка! Оказывается, Арра мужского племени. Я почесал голову и встретил задумчивый взгляд Бешгу.

— Что? — спросил я Разведывающего.

— Ты случаем не блаженный?

У меня аж челюсть отвисла. Так меня называли деревенские, только когда я был маленьким. Но потом вроде бы перестали.

— С чего ты так решил?

— У тебя лицо так менялось, будто ты с кем-то говоришь. У нас в племени был такой. Разговаривал сам с собой. Вождь его и посадил на час в яму с термитами. Больше он с собой не разговаривал.

— В Тазаме можно говорить с самим собой. И в ямы не сажают.

— Да, жаль. А так может и разбойников, и блаженных вывели бы всех. Ну что там, колдовать будешь?

— Сейчас. Куда торопиться?

— Время вспять не повернуть, — хмыкнул Бешгу. Отвечать ему я не стал.

— «Арра, посмотри, там есть люди на твоей стороне реки?»

— «Согласие.»

— «Далеко?»

Арра замешкалась:

— «Сто прыжков», — так я это перевел.

— «Сколько их? Колдующие есть?»

С этим вопросом тоже возникли проблемы. Но вскоре я смог выяснить, что «двуногих» там около тридцати. Столько же «четвероногих» — видимо, лошадей. «Двуногих с силой потока» около десятка.

Арра — идеальный разведчик! Еще бы магия его не замечала. Басх услышал мои мысли и в очередной раз:

— «Арра сильный, красивый! Арру сила потока не видит!»

Это как? Формы Син не работают на басхах? Надо будет проверить. А то так привыкнешь к поисковым формам, а они, оказывается, не всех видят.

— «Спасибо. Арра, ты лучший!»

— «Согласие. Арра — говорящий с двуногими.», — с гордостью.

— На том берегу около тридцати всадников. Из них десять Колдующих, — сообщил я Бешгу уже голосом.

— Ты шаман? — спросил воин после некоторого молчания.

— Шаман? Я не знаю кто это. Я Колдующий.

— Ладно, Далву сам объяснишь.

Я кивнул, и мы стали возвращаться к отряду. Кто-то из Охраняющих уже спешился и, не торопясь, перематывал портянки.

— Чисто? — спросил нас Низог.

— Лер, там около тридцати всадников. Из них десять Колдующих.

Все тут же забегали, пытаясь собраться в некое подобие строя. Хавалон принялся о чем-то спорить с Низогом. Я занял свое место чуть левее середины построения во второй линии. Бешгу встал справа:

— Они готовятся к атаке.

— Ясно. Странно, я думал, это вроде защитного строя.

— Нет, ты не понял. Все решили, что нас заметили. Но ты ведь не плел Син?

— Нет.

— Тебе надо сказать это.

— Лер Низог, они пока не знают, что мы здесь. Не надо плести Синко, а то нас заметят.

— Что? Вы их своими глазами увидели?

— Э-э, ну-у-у…

— Бешгу, о чем он?

— Не знаю. Пусть сам объясняет, — ворчливо ответил чернокожий воин.

— Селин, отойдем на асенду, — Низог ловко спрыгнул с лошади и передал поводья Тари. Я последовал за ним. Мы отошли шагов на сто назад по дороге, прежде чем Далв заговорил:

— Слушай, Селин, я очень не люблю сюрпризы. Особенно когда их преподносят члены моего отряда. Рассказывай, — Низог стянул свои кожаные перчи с железными полосами. И принялся ими постукивать по ноге. Брови Командующего нахмурены — видимо, он раздражен.

— Лер Низог, вы, наверное, не поверите мне.

— Говори!

— Мне басх… помог обнаружить всадников. Он сейчас на той стороне реки. Только не рассказывайте никому, пожалуйста.

— Басх? Я слышал, что это очень умные животные. Но не до такой же степени? Ладно, я поверю тебе сейчас, и говорить об этом никому не стану. Но потом ты мне все обстоятельно разъяснишь.

— Хорошо, лер.

В молчании мы вернулись к отряду, который все еще стоял в боевой готовности. Все с любопытством поворачивали головы в нашу сторону.

— Противник нас пока не обнаружил. Их колдующие не плетут формы, так как боятся себя обнаружить. А значит перед нами вражеский отряд. Лер Хавалон, мы принимаем бой или отходим?

— Через Легу другая переправа в двухстах лирах отсюда. Это неприемлемо, — ответил Владеющий.

— Так я и думал. Тогда слушайте мой план…

Бр-р-р. Я быстро обтерся прихваченным куском ткани после купания в Леге. Вода на удивление холодная для этой кварты. Потом принялся одеваться, что сделать не так просто в вечернем полумраке. Наше облачение не сильно вымокло — все мы закрепили узелки с одеждой над головой. И все-таки течение в Леге неслабое. Да и пальцы у меня на левой руке еще не выросли. Пришлось грести на пределе сил.

Все мы перебрались на другой берег, за исключением лера Хавалона с парой Охраняющих и Шеллы, которая не умела плавать. По мосту переходить не стали. Низог сказал, что там наверняка сигнальное плетение сидит. Такие заметить сложнее, чем простые Син или Синко. Или просто за мостом кто-то издалека наблюдает.

— Ганс, действуй по плану, — негромко приказал Низог. — На все один телл. Надеюсь, что мы не зря мокли, — закончил Далв, бросив взгляд в мою сторону. Остальные тоже посмотрели на меня, отчего стало неуютно. Ганс бесшумно пропал в лесу, а мы остались на пятачке возле берега ожидать его возвращения.

— «Двуногий, играть?»

— «Не сейчас Арра.»

— Вы всегда так разведываете? — шепотом спросил я Саймона, привалившегося к стволу дерева.

— Опять ты пристал! На моей памяти — это второй раз, — тоже тихо ответил Саймон. — Любые поисковые плетения же сразу видны магу. Но был один случай на севере. Я рассказывал раньше — тогда графы взбрыкнули и армию собрали. Мы патрулировали местность, когда Далв увидел издали в трубу отряд гоблинов особей сорок. В лесу то их глазами не найдешь, а на каменистой местности зеленых хорошо видно. Мы за ними проследили и напали ночью, неожиданно.

— Удачно прошло?

Саймон просто кивнул. Видимо, его разговорный запал иссяк, и он потерял ко мне интерес.

Вскоре вернулся Ганс, и подтвердил, что через пол лиры нас ожидает отряд из тридцати всадников. Гномы это или люди он не рассмотрел, поскольку близко незамеченным не подойти. Но, судя по ауре, все они невысокие.

— На дороге дежурит один Колдующий с тремя воинами. В лагере столько же. Остальные, скорее всего, спят.

— Отлично! Тогда действуем по плану. Используем воздушное Бао.

Я, к своему огорчению, эту форму так и не выучил. В открытом бою для М'воюющего почти бесполезная, вот Кэлассис и не упоминал про нее. Огненную Бао — слепящую вспышку, я знал, но воздушную так сходу не сплетешь. Надо тренироваться. Тем не менее, Саймон запихнул в мой посох две таких формы перед нашей вылазкой.

Сначала разобрались с дозором на дороге. Меня вперед не пустили, поэтому я ничего не видел. Только сдавленный крик и треск ломающегося дерева услышал. Я ожидал, что мы сразу двинем в сторону лагеря, но Низог решил расспросить пленников.

— Селин, сплети что-нибудь лечебное, — позвал почему-то меня Далв.

Я послушно подошел к лежащему без сознания старику. Это был не гном. Невысокий человек со спутанной бородой, в просторных одеждах… Наемничающего. Это что получается? Мы напали на простой отряд Наемничающих? Может они и не нас ждали? Хотя, что тогда тут делают? Я быстро напитал Аун II ступени и повесил на мага.

Спустя несколько асенд Бешгу грубо потормошил старика и привел того в чувство. Рядом стояла Тари и поигрывала, по-видимому, посохом захваченного Колдующего. Первым напитать плетение у мага не выйдет. Его тут же уработают несколько направленных посохов. Выбрали они место довольно грамотно — все проезжающие по мосту просматриваются, а их самих не видно.

— Кто такой? — резко спросил Низог.

— Штек меня зовут. Штек Бресольски, — быстро заговорил Наемничающий, бешено вращая глазами. — Я из Таллима. Это на тридцать лир от Сер-Берфеля. У меня жена, дети…

— Да плевать мне на твою жену. Чей отряд? Какое у вас задание?

— Отряд Нела. Задание? Мое задание маленькое. Жду тут, на дороге. Проверяю проезжающих…

— Кого вы ждете?

Бресольски замолк на асенду, но потом все же ответил:

— Здесь место встречи с нашим нанимателем. Где-то рядом работа есть. Подробностей не знаю — у Нела спрашивайте.

Далв стал плести форму воздушного Бао.

— Подождите, не надо! Я же все рассказал, не стоит так. Я буду сотрудни… — договорить старик не успел, получив Бао прямо в грудь. Штек мешком свалился прямо на траву.

— Давай следующего! — приказал Низог.

Я тут же принялся плести Аун на одного из воинов, опасаясь, как бы Далв меня самого за компанию не оглушил.

— Кто такой? — грозно спросил Командующий, когда человек очнулся.

— Наемничающий. Отряд Нела, — четко ответил воин.

— Какое у вас задание?

Наемничающий хотел уже было открыть рот, но внезапно застыл, поглядывая на нас.

— Какое у вас задание? — повторил Низог.

— Нас наняли здесь зачистить, значит, все. От гномовских отрядов.

— Вы ведь нас ждали, да? — уверенно спросил Далв.

— Н-нет, — замотал головой воин. — Нас на гномов послали… Я мало что знаю. Нел не говорит всем.

— Вы ведь нас ждали, да? — спокойно повторил свой вопрос Далв. Я почувствовал, будто командир уверен в получении ответа.

— Да, — опустил голову пленный. — Нам сказали, что мы должны задержать отряд диверсентов, или как-то так. Маскируются под Разведывающих. В отряде есть один черный. Командующий — Низог.

— Можно мне его скальп на память? — спокойно спросил Бешгу. Наемничающий побледнел и попытался отползти подальше.

— Тише. Простые Наемничающие могут быть не в курсе… Это работа Дознающих, а не наша. Слушай сюда, — обратился Далв к пленному. — Если расскажешь все про ваш лагерь, то я обещаю, что мы никого не будем убивать.

Воин упрямо молчал.

— Мы доставим вас в город к Дознающим.

Наемничающий все также продолжал блюсти тишину, даже не шевелясь. Низог что-то пробурчал и махнул рукой. Тут же от Ганса прилетело очередное Бао, выбившее дух из пленного.

— Далв, думаешь пойти в лагерь? Хавалон опять будет ворчать, что мы теряем время, — поинтересовалась Тари.

— Во-первых, через мост лошадей мы не протащим. Чувствую, там есть сигналка. Не факт, что сможем обезвредить. Во-вторых, я предпочту сразиться на моих условиях. Пока они спят… Идеальный вариант.

— Может новичков оставить? — глянула на нас Тари.

— Мы со всеми! — быстро вставил свое слово Тамсон.

— А внутри она словно роооозы буутооон, — пропел Шрам слова известной песенки.

— Заткнись Шрам, — взъярилась девушка.

— Тихо. Новички идут с нами. Держитесь позади. Первыми выводим из строя Колдующих. Потом остальных. Разведывающие, связываете боем всех, кто пойдет в нашу сторону. Обзор магам не закрывать — это тебя, Тамсон, касается. Если станет жарко — бьем боевыми. У всех посохи полные?

— Сделайте мне еще одно Бао? Вот, второе плетение можно стереть, — протянул я Саймону свой посох.

Тот вздохнул, но принялся с видом мученика заполнять еще одну форму.

Дежуривший в лагере маг заметил наше приближение, что сделать, в принципе не особо сложно. Столько аур Колдующих видно было издали. Его быстро смели налетевшие Бао нашего отряда. Лагерь Наемничающих проснулся. Повсюду забегали люди. Мы нанесли слитный залп из воздушных Бао в сторону спящих Колдующих. Каким-то образом остальные выбрали себе разные цели. Мое же Бао попало в уже оглушенное кем-то тело М'наемничающего. Даже обидно стало. Разведывающие вступили в ближний бой. Но нам не до них было. Двое Колдующих успели возвести щиты, которые мы сейчас и долбили заклинаниями. Проблема заключалась в том, что у нас не было пробивных Бао. Низог же говорил, чтобы мы постарались обойтись без жертв. Мое ФиоТио использовать пока нельзя. Почему — непонятно. Может, потом мы их допросим и тогда добьем?

Наемничающие стали наседать на наших Разведывающих. Их было раза в два больше. Мы разделились. Саймон и Рельв остались сдерживать магов противника. Я, Далв, Тари и Ганс переключились на Наемничающих. Главное — не попасть по своим! В нас полетели низкоступенчатые формы — у Наемничающих с собой много рун оказалось. Низог растянул на магов щит. Бешгу тоже активировал свою защитную руну, другие Разведывающие подтянулись к нему и спрятались за пологом. Настало время дальнего боя. Тут преимущество было на нашей стороне — у нас в строю осталось намного больше Колдующих. Их руны не могли пробить щиты. Перелом произошел, когда Саймон смог разрушить защиту одного из двоих Колдующих. Его тут же вырубил Рельв. Второго М'наемничающего достали уже быстро. Ну а дальше мы просто поодиночке оглушали оставшихся на ногах Наемничающих. Двоих вырубил я сам.

Сражение продлилось полтелла. Лагерь полностью разгромлен. Все палатки развалены, повсюду валяются бессознательные тела, какие-то тряпки. Поляну заволокло дымом, кое-где горели деревья. Я осмотрелся и только сейчас заметил раненых. Это мы старались колдовать одни несмертельные Бао. Наемничающие же использовали все средства, чтобы защититься. Во время боя я даже не заметил, что кто-то из наших пострадал. Поодаль лежал на земле обгоревший Тамсон. Похоже, его рунной Тио I ступени приложило. Вроде живой. Там же сидел раненый Снут.

— Селин, сюда! — услышал я голос Далва.

Я очнулся и быстро подбежал к Командующему. Низог плел Аун II ступени для Тари, лежащей на земле.

— Селин, ты же знаешь Аунко IV ступени? Прошу, помоги Тари!

— Я… не пробовал на практике. У нас… больше нет никого?

— Нет, Ганс владеет только Аунко III ступени. Боюсь, что этого недостаточно…

Я обратил внимание на ногу Тари. Там не было целого куска мяса на правой ноге! Немного выше колена. Левая нога тоже пострадала, но не так сильно. Главное, кость на правой ноге осталась цела и теперь отчетливо просматривалась. Мясо вокруг кости почти на длину пальца будто что-то вырвало. Интересно, что это за заклинание?

— Сука, этот мудак пробил мой щит, — впервые на моей памяти Низог выругался. — Прости, Тари.

— Нечего меня хоронить. Я еще жива, — тихо ответил девушка, морщась от боли. — И еще спляшу на твоей свадьбе.

— Согласна ли ты стать моей женой? — внезапно спросил Далв и взял девушку за руку.

— Ты лучше момента не мог придумать?! — слабо возмутилась девушка. — Да, я согласна.

Вот значит, как делают предложение девушке. Это что же, надо ногу отрезать любимой, чтобы она согласилась? И после этого я — ненормальный? Фигня какая-то. Я не стал их слушать дальше.

Из-за сплетенной Далвом Аун рана стала медленно закрываться, грозя оставить Тари без правой ноги. Я поспешно начал формировать Аунко IV ступени. Эх, жаль, кодекса под рукой не было. Тащить его через Легу я посчитал глупостью.

Вроде форма готова. Теперь осталось распределить каналы. А их было тридцать три штуки в Аунко IV ступени. Несколько я направил в туловище, парочку — в голову Тари. Большую часть нацепил на ногу повыше раны. Ниже раны аура начала распадаться, и каналы крепились с большим трудом. Я подводил их к таким утолщениям в ауре рядом с раной. Или узлам, как называл их Кэлассис. Хоть он и не был М'лечащим, но знал очень много. И у Кэлассиса как-то получалось крепить их в определенном порядке. Он мне объяснял, но я не смог тогда разобраться. Кто же знал, что мне так быстро это пригодится.

Кое-как я соединил каналы формы с первыми попавшимися узлами ауры. Ну ладно. Хуже все равно не станет. Подаем ману. Что же там Кэлассис еще мне говорил? А, точно! При серьезных повреждениях надо давать много воды и еды пострадавшему. Если только не в живот ранили.

— Надо дать Тари воды и еды. И лучше побольше.

Далв тут же куда-то убежал. Вокруг себя я чувствовал движение, но отрываться от раны мне было нельзя. С нижней части ноги каналы постоянно срывались, но я упрямо ставил их на место. Постепенно мясо стало нарастать, протянулись сосуды. Нижняя часть ноги стала оживать, и поддерживать Аунко стало легче. Но сколько же маны жрет эта форма! Так-так, где у нас тут мано-вход… По своему опыту Ведущего я привычно сформировал силовую линию и вывел ее наружу из формы.

Далв сидел уже рядом, поя Тари из бутыли.

— Далв, я почти пуст. Следи, чтобы форма не опустела. Вот линия для передачи маны.

— Спасибо, Селин, — кивнул Командующий.

Уфф, а это сильно выматывает! По-моему, я сделал важное дело. А значит и сам стал немного важнее. Даже если нога не приживется. Хотя вроде все идет нормально. Тут я, наконец, огляделся. Лер Хавалон уже прибыл в лагерь и теперь отдавал распоряжения. Видимо, пока Далв возился с девушкой, Владеющий принял командование на себя. Пленных, все еще находящихся без сознания, вязали. Раненых лечили. Часть М'разведывающих медитировали. Я тоже присел, и стал жадно восстанавливать ману. Главное правило Колдующего — в любую асенду восстанавливай резерв.

— А добивать их не будем? — спросил я негромко. Все, кто слышал, повернулись в мою сторону. И смотрели так… Опять я мало подумал. Может мне совсем молчать? Вон Туск и Бешгу говорят мало, но их дураками никто не считает, — Я не то сказать хотел…

— Наших конечно могли убить, но мстить им — занятие неблагородное. Простые Наемничающие могли и не знать ничего о своем задании. С этим будут еще разбираться, — отчитал меня Ганс.

— Да нет, при чем тут месть… — начал я оправдываться, но Разведывающие опять на меня странно смотрели. — Ладно, забыли.

Все вокруг суетились. Одного меня никуда не запрягали. Я только последил немного за раной Тари. Хавалон и Низог долго спорили о судьбе пленных. Далв говорил, что мы выиграли около полутора суток, что не пошли объезжать Легу, и можно немного задержаться. Хавалон же хотел оставить пленных. В итоге решили всех тащить в ближайших город к Оберегающим. Пусть там разбираются. Кивилиан Нел — предводитель отряда Наемничающих выглядел бодрым и даже шутил. Видимо, Дознающих и Наказующих он не боялся. И постоянно спрашивал:

— Низог, скажи, как вы нас обнаружили? Неужели сигналку заметили? Или дозорных увидели? А, скажи?

Далв глянул в мою сторону, что не укрылось от Нела, и ответил:

— Не твое дело. Лучше объясни, почему в твоем отряде десять Колдующих?

— Двое из них нигде не числятся. Просто одаренные, — невесело ответил Наемничающий, переминая связанные руки.

— Про что они? — спросил я по привычке Саймона, но Низог услышал и сам ответил:

— Согласно гражданскому закону отряд Наемничающих не может превышать по численности пятьдесят человек. И входить в него должно не более восьми Колдующих.

— Низог, а Низог? Отдай мне вот этого пухлого, — кивнул в мою сторону Нел. — Я тебе вместо него дам двоих Колдующих и двоих Воюющих. А? Хорошо, хочешь, троих Колдующих?

— Я вижу, ты готов к разговору с Дознающими?

Нел скривился:

— По головке меня за этих лишних одаренных не погладят. А в остальном я чист. Ну, так как? Я вижу, у тебя в отряде не хватает людей. Не хочешь полный отряд Разведывающих собрать? Двадцать человек, а?

— Смею отклонить твое щедрое предложение. Мои люди — не предмет для торга. Поделишься с нами, кто тебя нанял?

— Нет, тут такие личности завязаны, что даже я поверил будто вы ренегаты. Да и клятва Наемничающих, сам понимаешь. Теперь уж и не знаю кому верить.

— Не боишься, что они тебя сами…

— Не боятся только дураки.

— Хватит болтать. Пора выдвигаться, — закончил спор Шисс Хавалон. — Не забывайте о нашей миссии.

Жаль, что я не все понял из разговора. И объяснять мне его никто не спешил.

Глава 9

Ох и намучились мы с Наемничающими. Колдующих постоянно приходилось держать на прицеле посоха, хоть они и не пытались магичить. И каждый телл им — то по нужде надо, то руки затекли. Ехали всю ночь, медленно, и только после полудня добрались до города. Здесь стоял неполный Восточный Сел-Берфельский легион. Отряд Разведывающих вроде нашего мы встретили по пути. Пленных сдали, наконец. В общем, с Наемничающими пошел разбираться Далв, а мы завалились в трактир. И нет, нажираться наш отряд не стал. Заместитель Командующего — Гнеш сказал, что оторвет голову любому, кто выпьет больше кружки пива. Спорить никто не стал. И так все устали, да целую ночь бодрствовали. Шрам попытался притащить себе одну кружку, больше похожую на ведро, но Гнэш отобрал ее. Зал трактира быстро опустел, и к приходу Низога большинство наших уже спали в комнатах.

Рано утром следующего дня Хавалон погнал нас в дорогу. Тари уже могла передвигаться самостоятельно. Девушка похудела. Я получил от Тари благодарный поцелуй в щеку. Приятно. Тамсону со Снутом тоже досталось, но оставаться в лечебнице никто не пожелал.

Над Тари с Далвом теперь постоянно подшучивали. Но Командующий совсем не злился, наоборот казался довольным. Тари же просто посылала всех подальше. Еще Шелла с Гансом поругались. Отчего, не знаю. Когда я подумал о Тари с Далвом, то мне вспомнилась белокурая девушка, что ожидала меня в Старобрадфеле. Нелла Гаризод, кажется? Глядя на счастливое лицо Командующего, я подумал, что свадьба — не так уж плохо, наверное. Беотель бы сказала, что без любви это не правильно. Только вот могу ли я любить как все — большой вопрос. Почему бы и не Гаризод? Я припомнил ее лицо и фигуру и сравнил со своим «шаблоном». Выходило, что девушка красивая.

Арра следовал за нами. Басху это даже нравилось. Играть наперегонки с нашим отрядом. Он шел чуть впереди, предупреждая, если кого-то заметит. Низогу я все объяснил, как мог. Но Арру показывать не стал. Басх очень не любил появляться на людях. Только с Беотель смог подружиться. Времени играть с Аррой практически не было. Перед ночлегом я уходил на полтелла в лес, чтобы поиграть и поваляться с басхом, погладить и почесать его. Хоть Арра и умнее других животных, но во многом не отличается от обычных кошек.

Однажды я думал над тем, почему же басх следует за мной? Я очень мало о них знаю, хоть и провел с Аррой столько времени. В этот момент мой спутник оказался неподалеку и нагло подслушал мои мысли.

— «Арра — говорящий с двуногими. Веду стаю. Защищаю.»

О, похоже на меня в чем-то. Я тоже хочу стать важным человеком. Как Низог, например. Его приказов все слушаются. А если я что-то предлагаю, то люди не верят мне. И даже если все правильно объяснишь, то редко делают, как я говорю. Вот Шамма слушала меня. Хорошо еще, что Низог поверил мне. А то в открытой стычке с Наемничающими мы могли и проиграть.

— «Ты защищаешь стаю?»

— «Согласие. Помог стае говорить с двуногими. Меньше двуногих охотится. Нолков двуногих не посылают. Детеныши вне опасности.»

— «А что, другие басхи не говорят с людьми?»

— «Старые басхи. Глупые, как двуногие. Не хотят говорить. Не положено.»

— «И правда глупые.»

— «Понять двуногих. Помочь стае.»

А-а-а, теперь дошло! Арра хочет лучше понять людей. Может быть, даже договориться с ними, чтобы жить спокойно.

— «Люди разные. Можно договориться, но есть люди, которым плевать на законы. Плохие люди.» — попытался я объяснить.

— «Двуногие другой стаи?» — неуверенно спросил Арра.

— «Можно и так сказать, наверное. Но есть двуногие — одиночки. Они нарушают законы стаи.» — вот блин, уже думать начал, как басх.

— «Понимание. Изгнание из стаи?»

— «Не совсем. Живут в стае, но не соблюдают законов. Их трудно поймать.»

— «Не понимаю.»

Я уже сам запутался.

— «Как вы находите тех, кто нарушает законы стаи?»

— «Такой басх уходит сразу. Никто не нарушает.»

Ничего себе! У нас бы так. Захотел украсть что-то, и сам же уходишь в лес, например. Такое мне не представить. Нет, должно быть еще что-то.

— «Вы и мысли сородичей можете читать?»

— «Сложно. Двуногому не понять. Если закрыт, то только направление.»

И, правда, не совсем ясно. Ну, похоже, я понял, в чем главная проблема.

— «Мы не умеем читать мысли. Поэтому плохого двуногого можно определить, только когда он сделает что-то плохое.»

— «Надо думать. Благодарность, двуногий.»

— «Меня Селин зовут. Селин Велиостро.»

— «Се-лин Ве-ли-ос-тро. Что это значит?»

— «У нас имена ничего не значат. Это просто мое имя.»

— «Надо много думать. Благодарность, Селин Велиостро.»

— Лер, впереди в пяти лирах отряд двуногих. Около сорока. Роста невысокого.

— Двуногие? — переспросил Далв.

— Ну, так проще.

— Ясно. Попробуй выяснить, кто именно. Гномы или люди?

Я передал Арре образ гномов. Басх ждал за холмом неподалеку. На большое расстояние я не мог с ним связываться.

— «Отрицание.»

— «Люди, значит?»

— «Отрицание.»

— «Эльфы что ли?»

— «Отрицание.»

— «Блин, передай мне картинку!»

В ответ я получил образ лагеря гноллов глазами басха. Детали размывались, но гиеноголовых я сразу узнал.

— Гноллы, лер.

— Значит около сорока гноллов… Ганс?

— С таким отрядом должен быть хотя бы один Колдующий. Он нас обнаружит, если близко пойдем.

— «Согласие, один Двуногий с силой потока.»

У гноллов Колдующий?! Я не стал спрашивать, хотя очень хотелось.

— Решатся ли они напасть, учитывая сколько у нас Колдующих? — спросил Командующий.

Ганс покачал головой:

— Я не знаю всех возможностей магов гноллов. Могут ли они различать ауры? Но я точно знаю, что Колдующие гноллов владеют поисковыми формами.

— Выбора у нас все равно нет, — Хавалон кивнул на отвесные склоны, по которым лошади не пройти. — Если будут атаковать, принимаем бой, нет — скачем дальше.

— Построение не меняем. Колдующие, внимательно смотрите по сторонам. Бьем боевыми. Погнали! — быстро распорядился Далв, и наш отряд поскакал вперед.

— Далв, как вы их обнаружили, расскажи? — пристал Тент.

— Я дал обещание. Если хочешь узнать, то спрашивай Селина.

— Да он не говорит ничего.

Не обращая внимания на приставания Тента, я проверил свой посох. Два воздушных Бао II ступени, мое ФиоТио, огне-стена Тиос III и подвижной купол Ванку III ступени. Мало. Вот бы мне посох на десяток плетений, или хотя бы на восемь, как у Ганса. С окладом М'Разведывающего мне придется кварты четыре копить.

— Стой! — услышал я голос гнома Рельва. — Сюда гляньте.

Мы спешились и подошли к Рельву.

— Бешгу, иди отсюда, это для Колдующих!

— Бизон-гул всегда смотрит в небо, когда падают красные камни, — с достоинством произнес мой напарник.

— Да-да-да. Не мешайся.

Я внимательно присмотрелся к дороге, и только тогда заметил слабую светящуюся линию. Похоже на часть формы Син. Видимо, это и есть сигналка.

— Значит тут еще отряд недалеко? — спросила Шелла.

— Это может быть и Колдующий гноллов, — высказался Ганс.

— Врешь! — девушка сверкнула глазами. — Даже я не смогу сплести такую тонкую нить.

— Не стоит считать всех гноллов животными. Встречаются и одаренные особи.

Шелла надулась и не стала отвечать. Похоже, они еще не помирились. Ганс вздохнул.

— Обходим по обочине, — приказал Низог.

Мы проехали около лиры, когда ко мне приблизился Далв:

— Это впечатляет. Твои способности, — наш разговор слышали, поэтому про басха Низог говорить не стал. — Даже нечестно как-то. Мы знаем, где неприятель, а он нет.

— А что это так сложно? Ну, там, может, лазутчика послать на разведку, — предложил я, и сам понял, что не выйдет. Син гномов он просто не пройдет, а амулеты или заклинания тазамцев его обнаружат быстро. — Да, не получится. А если приглушить ауру, как с тем амулетом в деревне?

— С аурой Колдующего не выйдет. Обычного человека можно приглушить, чтобы амулеты видели животного. Только это штучные артефакты, подстраиваются под конкретного человека. Да и противник будет тебя видеть в виде животного — близко не подойдешь. Поэтому я хочу узнать. Надолго… у тебя эти способности?

— «Арра, ты со мной надолго?»

— «Понять двуногих.»

— «А в днях это сколько? Примерно.»

— «В холодную пору вернуться, детеныши. Учить охоте.»

Я прикинул.

— Лер, две-три кварты приблизительно.

— Хорошо, — удовлетворенно кивнул Низог и хищно улыбнулся.

Гноллы нападать не стали, но заметили нас быстро. Их Колдующий послал нечто вроде Синко, которое достало до нас. Арра сообщила, что гноллы при нашем приближении быстро покинули лагерь и ушли через джунгли подальше. Это первый раз на моей памяти, когда гноллы не стали вступать в бой. Не совсем дураки, значит.

Дальше в пути никаких происшествий не случилось. Ближе к цели нашего путешествия мы узнали, что Гранд-Демунн захвачен. Пожалуй, без Арры мы бы напоролись на один из конных разъездов гномов. А так басх нас всегда предупреждал, и мы вовремя уходили с дороги. В замок Осиное Гнездо решили не идти — слишком опасно.

Если в общих чертах то галиатский фронт мы делили на центр, восток и запад. На западе оплотом стоял Давантор. Гномы практически не продвинулись, несмотря на громкую победу. Центр немного подмяли. А вот на востоке дела шли не очень. Провинцию Интелле полностью захватили. Наш основной флот находился на западном побережье, и гномы чувствовали себя в восточных водах свободно. Прибрежные города захватывают один за другим. А ведь Гаралдун — тоже портовый город. Второй по важности после Мостфеля.

Дальше поехали на север. Тут еще наша территория. Безо всяких приключений добрались до небольшого Аваян-Демунна. Далв с Гнэшом отправились куда-то вместе с лером Хавалоном. Нас же оставили в трактире. После сытного обеда Шрам пошел узнать, что с нашим заданием. Это он нам так сказал. Тари же его разоблачила — Разведывающий просто опасался прикладываться к спиртному без разрешения Далва. Вот и пошел узнать, окончена наша миссия или нет.

В Аваян-Демунне мы пробыли четыре дня. Нечто вроде выходных для Разведывающих после выполнения важного задания. Хавалон успешно добрался до штаба Командующих. Низог сказал, что нас отправят ближе к центру. На сей раз по нашему настоящему профилю — разведке. Про Наемничающих ничего пока неизвестно — проводят расследование. Свадьбу Командующий планировал на голубую-синюю кварту. А пока Далв выпытывал у меня про дистанцию обнаружения людей басхом и строил планы.

— Только представь себе, какие перспективы! — высказал мне Низог после бутылки вина. — Мы же по территории гномов ходили как у себя дома. Никто так и не обнаружил. Конечно, нашей заслуги в этом немного. Но мне плевать на это. Пока есть малейший шанс, я буду его использовать. Да все Разведывающие от зависти запрыгают, если узнают!

Мне это не очень понравилось. Я стал важным человеком только благодаря Арре. С другой стороны кроме меня ни с кем басх не общается. Ну и ладно. В отряде Колдующие владели разным формами. Кто-то знал составные поисковые, кто-то боевые. Не знаю почему, но я единственный из Разведывающих, кто владел Аунко IV ступени. Что же, буду Лечащим нашего отряда.

Наш семьдесят второй Отдельный Разведывающий Взвод отправился на юг. В так называемый центр галиатского фронта. На сей раз мы не спешили. Не вешали на лошадей заклинания, не мчались, будто угорелые. Сослуживцы шутили и весело переговаривались. Кто-то бахвалился своими успехами в сражении с Наемничающими. Тари расписывала Шелле, какой она видит свою будущую свадьбу. И только Бешгу с умным видом продолжал вещать свои непонятные речи. Все были рады, что им выпала вполне привычная работа. Не надо подчиняться всяким чужим Владеющим, сражаться со своим же отрядом Наемничающих. Все просто: есть враг и нам надо за ним приглядывать.

Сначала нас послали в городок Иллодун, в который мы до этого доставили отряд Нела. Как и во многих других восточных поселениях, здесь проживало много гномов. Немало построек осталось со времен, когда эти места принадлежали Галиату. Гномы строят на века. Тамсон сказал, что у них принято ставить дома как бы своему клану, и халтуры такое дело не терпит.

В Иллодуне нас продержали два дня. Обычно отдувались Далв с Гнэшом, но и нас один раз потащили на допрос к Дознающим. Нам так ничего и не объяснили. Кто же нанял отряд Нела? Шрам строил разные предположения. Мол, кто-то из Владеющих южных провинций пошел на сговор с гномами. Или кто-то из высших Командующих.

Нашей задачей поставили сопровождать Восточный Сел-Берфельский легион, который расположился частично в Иллодуне, частично — в паре лир от города. Далв разбил наш отряд на две части из-за того, что Разведывающих в округе было мало. В нашу группу попали я с Бешгу, Далв с Кором и Тари со Снутом. Вторая группа под предводительством Младшего Командующего Трущицки ушла патрулировать ближние подступы к Иллодуну. Наша шестерка же отправилась дальше на юг. Узнать, есть ли поблизости крупные силы Галиата.

Оказывается, Восточный Сел-Берфельский ждал только нас. Легион быстро снялся, и тоже потянулся на юг. По своему опыту я знал, что скорость передвижения такого войска крайне невелика. Мы скакали далеко впереди, успевали предупреждать Командующих легиона, и снова возвращаться в дозор. Благодаря Арре мы обнаружили несколько гномьих разъездов, что рыскали вдали от дорог и трактов. На них по нашей наводке выходило несколько конных рот легиона. Далв очень доволен. Благодаря тому, что мы почти не плели Синко, противник нас не мог обнаружить. В обычной ситуации после обнаружения нам бы пришлось накладывать заклинания на лошадей и мчать во весь опор назад к основным силам. На это уходило очень много времени раньше, по словам Низога.

Основные силы тоже первым обнаружил Арра. Басх даже смог незамеченным пройти сквозь купол Син гномов. Со счетом у Арры дела обстояли плохо, но в целом он справился. После мы доложили о количестве противника Командующим III ступени легиона. Один из них долго выпытывал, откуда у нас такие точные данные. Далв после зарекся передавать информацию от басха точь-в-точь. Легион в ускоренном темпе пошел на гномов. Еще бы. Наших раза в три больше, чем галиатцев — легкая победа гарантирована. В самом сражении мы не участвовали. Выполняли свою работу — сновали вокруг основных сил, следя, чтобы никто не зашел в тыл.

Низог сказал мне, что именно я с Аррой стали главным залогом успеха. В обычной ситуации гномы, скорее всего, заметили бы отряд Разведывающих, а дальние разъезды сообщили о наступлении легиона. И, естественно, отступили.

— Все-таки это нечестно, — сказал Далв однажды. — Но на войне прошлое не имеет значения.

— То есть? — спросил я, записывая изречение Далва в тетрадь. В основном я сохранял высказывания Бешгу. Далв иногда тоже говорил интересные слова.

— Например, заключенный. Если он сражался достойно, то империя может простить ему его преступления. Это значит, что на войне можно использовать что угодно. Любые средства.

— Понятно.

По донесениям на западе фронта тазамцы стали наступать. Может быть, там сейчас мой Восточный Гаралдунский воюет. Интересно, как там парни и Кэлассис, живы ли? И легион, который мы сопровождали, также пошел вперед.

Красная кварта, а значит и шестнадцатый год правления Тэриана подошли к концу. Быстро пролетела и первая коричневая кварта. Подумать только, почти полтора года я служу в армии! Уже совсем привык к постоянным походным условиям.

Не раз мы сталкивались с сигнальным Син гномов. У меня было достаточно времени, чтобы изучить внешнюю форму. Некрасивость, которую я заметил ранее, никуда не делась. Я долго рассматривал каналы, проверял течения маны, но так и не нашел ответ. Выходило так, что ячейки сети можно раздвинуть, не повредив их. И заклинание вмешательство не обнаружит. Конечно, сделать это непросто. Надо не потревожить общий контур. И если в Син задан высокий порог чувствительности, то ничего не выйдет. Это очень странно. Я далеко не самый умный Колдующий в Тазаме, так почему это никто не заметил еще? Говорить никому не стал. В свободные теллы я принялся воссоздавать гномью Син и пытаться незаметно ее преодолеть. Сделать такую же форму оказалось непросто, пришлось спрашивать Рельва.

Рука выросла и приобрела нормальный вид. За исключением цвета. Зеленая кожа еще ладно, а вот ногти стали ярко розовыми. Когда мы были в Мостфеле, сестра говорила, что некоторые женщины специально красят свои ногти. Интересно, зачем? Мне припомнилось, как я помогал красить наш особняк в Старобрадфеле много лет назад. Папа тогда сказал, что краска предотвратит гниение дерева, и дом лучше сохранится. Получается, женщины красят ногти, чтобы они не гнили? Но ведь женщины еще лицо красят и губы. И мама иногда красит. Надо спросить будет.

Мама и папа!

У меня все хорошо. Наш 72 взвод наградили «За отличное несение воинской службы» I ступени. Дали медаль. Я со всеми подружился. С рукой все нормально, отросла. Поэтому не надо никакого М'лечащего присылать. Мама, у тебя лицо не гниет? Извини если чего-то не то спрашиваю. Говорят нас скоро отправят в Гаралдун на важное задание. Пока не пишите, а то письмо может не дойти. Поздравляю Вестра со свадьбой. А с ногой у его жены все в порядке? Беотель молодец. Я бы не смог столько высоких оценок получить.

Селин

Глава 10

Арра ушел в последних числах черной кварты, но обещал прийти после окончания холодов. Как он меня находит, я так и не уяснил. Я не все понимаю, что говорит басх. Все-таки мы мыслим по-разному.

Почти декаду отряд провел в Иллодуне, пока не поступил приказ. Хороший город. Люди не суетятся, не бегают туда-сюда. С Тамсоном мы сходили на выступление акробатов и открытого театра. Представление «шут и принц» мне понравилось, не пожалел половину серебряного отдать. Тамсон сказал, что шут на меня чем-то похож. Местная гильдия Колдующих не принимала экзамены. Жаль, хочется поскорее получить титулы официально. Зря что ли формы зубрил?

В небольшой таверне в Иллодуне наш взвод коротал время.

— Завтра отправляемся, — Далв хлопнул кружкой по столу.

— Кто на этот раз? Давай, не томи, — проворковала Тари, положив свою руку Командующему на плечо.

— Я не знаю. Честно. Симмлано в письме намекнул, что там будет много Владеющих.

Я припомнил, что Симмлано — Разведывающий II ступени. Ему подчиняется десять отрядов Разведывающих, и наш 72 в том числе. Ганс сказал, что Низог не в ладах с Симмлано. И нам иногда достаются подобные идиотские приказы. Так Ганс сказал. Я же не видел ничего идиотского в том, чтобы сопровождать Владеющих. Вон, как с лером Хавалоном обернулось — без нас бы он не доехал до Аваян-Демунна. Наверное.

— А кто там из Владеющих в Гаралдуне?

— Гокла, Владеющий II ступени. Только сомневаюсь, что мы его будем сопровождать. Ему же надо подготовить город к обороне.

— Думаете, гномы смогут взять Гаралдун?

— Все может быть, — ответил Снут, степенно оглаживая бороду. — В городе могли остаться тайные ходы. Или изнутри диверсию устроят. В Гаралдуне много гномов живет.

— Понятно, почему Владеющие хотят своих сынков вывезти.

— Хорош киснуть. Последний день гуляем! — жизнерадостно выдал Шрам. — Эй, подавальщица, неси бочонок пива!

Пылинка весело перебирала копытами. Надоело ей в конюшне бездельничать. Иногда лошадь даже принималась гарцевать. Команд все так же плохо слушалась. Тамсон сказал, что надо ей показать кто хозяин, и тогда все будет нормально.

Если не считать двух стычек с надоевшими гноллами, то путешествие прошло без приключений. На гиенах я отработал Тиос III ступени. Огненная стена очень хорошо прожаривает эти безмозглых тварей. После первого боя мне пришла мысль, и я решил изменить форму Тиос. Несколько дней доводил форму. Теперь вместо слабой стены получилась огненная полоса — тонкая, зато очень длинная. На деревьях оставляла жженые зарубки глубиной в ладонь. Я назвал ее Тиов — огненная волна. Ганс, сказал, что знает похожую форму. Я все равно очень обрадовался. Пусть форма не новая и не совсем составная, но я сделал ее сам! Во втором бою с гноллами я попросился вперед, чтобы проверить форму в деле. Все двенадцать или тринадцать гноллов пали под действием моего заклинания. Тари потом долго ворчала, что я им никого не оставил. Тиов немного напоминала огненный диск, который лишил меня руки в битве при Даванторе. Только диск тот был с несколькими пробивающими щит формами. Один раз передовая пара заметила поисковым плетением отряд людей с Колдующими, но лезть на нас никто не стал.

Гаралдун.

— Город тысячи шпилей. Город тысячи башен, — уважительно произнес Снут, когда показались стены города.

Тысячи? Я неспешно посчитал количество высоких башен. Двадцать три. Пересчитал. Двадцать четыре.

— А где остальные девятьсот семьдесят шесть башен? — спросил я гнома.

— Даже не знаю, что тебе ответить, — растерялся Снут. — Попробуй посчитать все башни, а не только клановые.

— Те высокие — это клановые?

— Раньше были. Когда-то даже думали, чтобы перенести столицу Галиата в Гаралдун…

Пересчитать все башни? Я осмотрел издали город. Гаралдун просто огромный. Вряд ли смогу обойти город полностью, но все же попробую.

На этот раз на постой встали в казармах Воюющих. Мол, и так казне дорого обходится наше проживание в трактирах. Первый день мы смиренно ожидали возвращения Командующих. Далв с Гнэшом вернулись злые.

— Придушил бы собственными руками, — прошипел Далв.

— Не стоит. Только испачкаешься, — ответил Гнэш.

— Ладно. Когда выступаем — неизвестно. Кого мы будем сопровождать — неизвестно.

— Чего? Это не дело! — возмутился Шрам.

— Иди и сам узнавай у Гоклы.

— Меня к нему и не допустят, сам знаешь.

— Так! Можете идти на все четыре стороны. Но чтобы каждое утро все были в казарме! Можем проторчать здесь декаду, а можем и завтра выступить.

— Я тут услышал, что в поход собирается сама Вивьен Кэласс, — дополнил Гнэш.

— Вот еще свалилась на нашу голову, — протянул Далв.

— Принцесса Вивьен? — восторженно спросил Тамсон.

— Она самая, долгих лет ей жизни, — ответил Трущицки.

— Никогда не видел.

— Насмотришься еще в пути.

— Ну, раз так, — хлопнул по бокам руками Шрам. — Я поеду осматривать местные красоты.

— В бани гаралдунские собрался? — едко спросила Тари.

— Данное место также в очереди на посещение, — умно проговорил Шрам. Девушке на это оставалось только хмыкнуть:

— Смотри, до следующей получки еще полкварты. Будешь потом, как обычно, на выпивку побираться.

— Со мной кто идет? — не слушая Тари, спросил воин.

К большому удивлению девушек, желание посетить местные бани изъявили все мужчины, включая Низога и Ганса. Тари и Шелла оставлять своих кавалеров не пожелали и решили составить нам компанию.

Я и представить не мог, что скрывается под словами гаралдунские бани. Куча зданий, бассейны, горячие источники, массажи и в любой момент доступные Удовлетворяющие. Почти всем, и мне в том числе, после массажа остро захотелось зайти в «алые комнаты». Шрам мудро сказал, что ему надо уважить жриц древнейшей профессии и покинул массажный зал. Только Ганс и Далв благоразумно не стали пользоваться услугами Удовлетворяющих.

— Рельв, а ты же вроде женат? — спросил Тамсон.

— Тс-с. Все, что происходит в алых комнатах, остается там же.

После бань я в тот же день посетил гильдию Колдующих. Она занимала одну из самых высоких башен Гаралдуна. Как оказалось вблизи, башня поднималась из вполне себе обычного трехэтажного каменного здания. Расписание экзаменов я посмотрел еще при входе. Возле дверей большими буквами было написано объявление. О, сегодня принимают экзамен на М'лечащих. Три серебряных! Блин, в Мостфеле дешевле было.

Спросив путь у встреченных Колдующих, я узнал, где принимает Считающий. Потом нашел большое помещение со скучающим старым гномом внутри. Он устало проверял молодого человека, плетущего формы. В зале располагалось несколько столов Лечащих и разные странные приборы. Я не стал мешать, и осторожно присел на скамью.

— Эта форма никуда не годится. Посмотрите на эти кривые линии.

— Где? А, это. Да здесь совсем чуть-чуть. Форма и так сработает.

— Так, я уже кажется, дал вам две попытки. Идите и не задерживайте. Видите, у меня очередь. До М'лечащего I ступени вы пока не доросли.

Испытуемый вздохнул, с сожалением забрал бумаги со стола и покинул зал.

— Добрый день. Вот чек об оплате, — подошел я к старику.

— Так-так. Селин Велиостро. На какую ступень претендуете, молодой человек?

— Я, честно, не очень разбираюсь в ступенях Лечащих.

— Хорошо, сделайте-ка мне Аун. Кодекс свой отложите, будьте добры.

Я послушно вывел линии формы Аун II ступени. Как бы не завалить опять.

— Хмм, оригинальное решение. А зачем удлинили канал в правой части?

— Я подумал, что так красивее будет.

— Красивее? Ну ладно, на работу формы это не должно влиять. Сделайте форму еще два раза.

На удивление Аун ни разу не сорвалась. Если подумать, то довольно давно у меня заклинания не распадались. А ведь в Геленквейле я мог только раза с пятого сплести правильно.

— Превосходно. Давайте Аунко.

Не торопясь, я сотворил сложный иероглиф Аунко IV ступени. Придирчиво осмотрев форму, кое-что подправил.

— Готово, лер.

— Хмм, ваша работа?

— Извините, не понял вопроса…

— Форму вы дорабатывали?

— Да, вместе с лером Кэлассисом.

— О, ты знаком со Стэном?

— Нет, того, о ком я говорю, Шон зовут.

— Правильно. Проверил на всякий случай.

Асенду я сидел в ступоре, пока Колдующий осматривал форму. И зачем он назвал другое имя?

— Есть моменты, которые вызывают вопросы. Тем не менее, форма рабочая, — задумчиво закончил гном.

— Вы знакомы с лером Кэлассисом?

— Конечно, он же глава отделения М'строящих! Шон всегда интересовался и лечебными формами. Эх, будь я моложе, задал бы жару этим недоросликам!

— Лер, вы ведь сами гном?

— Что с того? Раз я гном, то должен поддерживать Галиат? Ладно, не будем отвлекаться. Твоих знаний достаточно для титула М'лечащего II ступени. Остается сдать практику. Сам понимаешь, расположение каналов играет важную роль в работе М'лечащего. Сейчас я выдам направление в лечебницу, где тебе подберут соответствующего больного.

— Хорошо, лер.

Если честно, совсем не ожидал, что меня будут готовить на II ступень. Да еще столько мороки. Ну ладно. Если уж взялся, надо доводить до конца. Да и на практике применить Аунко еще раз будет интересно.

Городская лечебница также располагалась в одной из высоких башен старой гномьей постройки. Через полгорода топал! Надо было Пылинку захватить из конюшни. Там меня направили в один из кабинетов к молодому Лечащему. Узнав, что я пришел помочь с больными, тот сразу же повел меня вглубь здания.

— Вот, лер Велиостро, выбирайте себе по вкусу: перелом, колотые раны, сотрясение мозга, лихорадки всех видов и сортов, — добродушно предложил Лечащий, обведя рукой помещение, заставленное деревянными полатями с больными. — Хотя переломы и лихорадки — это не II ступень. Да вы не стесняйтесь, выбирайте, лер!

Больные, похоже, прочухали, что пришел М'лечащий. И, что главное, лечить будут бесплатно. Ко мне даже допрыгала с костылем немолодая женщина с переломом ноги.

— Ну, давайте, с нее начнем…

— Да, да, — покивал М'лечащий. Мужчина взял меня за руку и подвел к столу. — Я буду направлять к вам людей и помогать. Видите вон ту серую пластину в стене?

— Да, — я присел в удобное кресло, которое еще и по высоте можно было настроить.

— Я сейчас отлучусь — включу эту развилку. Умеете пользоваться?

— Э-э, нет.

— Да, пока такие есть только у нас и в столице, — похвастался Лечащий. — Все просто: прикладываете руку, медитируете, и мана быстро восстанавливается. Подробностей не знаю. Сами понимаете, я же не Колдующий. Эта пластина связана с главным накопителем лечебницы.

— И что, можно вот так просто пользоваться?

— Ману больные оплатят. Ее народ себе позволить может. В отличие от услуг М'лечащих.

— Хорошо, включайте.

— Отличненько! А вы пока этим переломом займитесь.

Я кивнул и попросил женщину прилечь на стол. Хмм, надо ли на перелом использовать Аунко IV ступени или и III сойдет? Как-то никогда не задавался раньше таким вопросом. Вроде бы, чем выше ступень, тем лучше? Помню, Зар II ступени расходует ману с большей пользой, чем I. Пусть будет Аунко IV.

Больные потянулись один за другим. Аунко быстро тянула из меня ману, но буквально за треть телла я восстанавливал резерв из пластины. Я стал лучше понимать, куда крепить каналы. Все зависит от раны. Сложно это объяснить. Спустя десяток больных я научился быстрее подводить каналы к нужным узлам ауры. По моим ощущениям прошло около шести теллов. Поток больных еще и увеличился! Только я уже еле на ногах стоял. И голова совсем не думала.

— Я больше не могу. Форма срывается…

— Конечно, конечно! Вы и так сделали более чем достаточно. Давайте направление, я проставлю печать.

— Лер Колдующий, ну может мой палец посмотрите? — небритый мужчина сунул мне перед лицо свой перевязанный палец.

— Все, хватит! Моя работа денег стоит, — совсем оборзели. Владеющий я или кто? Я и так вместо положенных двоих вылечил около пятнадцати больных со средними травмами. Да еще с десяток легкораненых выправил.

Перед уходом из лечебницы меня нагнал давешний Лечащий с большой сумкой в руках:

— Возьмите, лер. Это ваши пациенты принесли в благодарность.

— Спасибо, — я принял сумку и поспешил покинуть здание, пока меня опять не перехватили больные. Интересно, всех М'лечащих так достают?

Подкрепившись и немного придя в себя, я вернулся в гильдию Колдующих. Уже стало темнеть, но гнома я успел застать. Потом еще мне пришлось посетить Управляющего гильдией, поскольку на титулы II и III ступени требовалась его печать.

— Вот я и М'лечащий II ступени, — произнес я, разглядывая небольшой лист из плотной бумаги с моим именем в центре. Весь день пробегал, но, наверное, не зря.

Вернувшись, в казарме я застал только гномов и Бешгу. Выпотрошив сумку из лечебницы, мы обнаружили кучу сладостей, копченое мясо и рыбу, маленькую бутыль Нахрамского и бутылку вина. Еще потертые штаны, которые мне были явно малы.

Второй день в восточной столице я снова провел в гильдии Колдующих. Получить II ступень М'сражающегося оказалось проще, чем М'лечащего. Я долго описывал как я переработал Тио в пробивное ФиоТио, рассказал и про Тиов. Потом около телла плел боевые формы на полигоне гильдии. Экзаменатор — молодой мужчина, остался доволен. Сказал, что можно будет попробовать и на III ступень, когда изучу больше составных атакующих и защитных форм.

Следующим днем принимали экзамен на Внедряющих. Я долго думал, стоит ли тратить три серебряных или нет? Ближе к полудню ноги сами по привычке вывели меня к зданию гильдии. Ладно, почему бы и нет? Как говорил отец, титулов мало не бывает.

Экзамен на Внедряющего принимала строгая пожилая женщина. Тут важнее были не знания форм, а умение внедрять их в материал. Во-первых, внедрять надо быстро, во-вторых, работать с разными материалами, в-третьих, и самое главное, уметь впихнуть большую форму в маленькую заготовку. Последнее — самое сложное. Линии крохотные — они смазываются, переплетаются между собой, если напортачишь. До самого конца экзамена я не знал, на какую ступень иду. Колдующая расщедрилась только на I ступень. Ну и фиг с ним. Не очень то и хотелось становиться Внедряющим.

На другой день мы с Тамсоно м бродили по Гаралдуну, рассматривая разнообразные здания. Вроде бы они издали похожи, а детали сильно отличались. В самом городе нас иногда проверяли Оберегающие, видели и роты Воюющих. Не знаю, может это обычное состояние Гаралдуна, а может подготовка к обороне.

Дальше шел экзамен на Конструирующего. Я себе совсем не представлял, что же там будут проверять. Принимала молодая полная девушка. Она выпытала у меня практически все, что я знал про части форм и то, как их можно менять. Получил только I ступень:

— Всего?

— А что вы думаете, Конструирующим быть просто? Конструирующий должен разбираться в любой форме, должен уметь изменять ее элементы в зависимости от задачи. Это Колдующий, который создает новые формы, новые заклинания. Без него невозможно движение вперед. Без Конструирующих нет будущего, — с непонятным выражением произнесла девушка.

— Ясно, — смирился я.

В Гаралдуне мы провели одиннадцать дней. Я успел сдать еще на Питающего I ступени. Получил подтверждение своего титула Колдующего II ступени и М'воюющего I ступени. Хех, теперь пусть отец заучивает все мои официальные титулы. Младшего Ведущего я потерял с уходом из третьей роты. У М'разведывающих Ведущих нет. Даже я с трудом все запомнил. Гнэш помог мне с составлением очередности титулов. Тут есть свои мудреные правила. Вот что в итоге вышло:

Селин Велиостро — Младший М'разведывающий (первым идет основной титул) М'воюющий I ступени (М'разведывающие входят в М'воюющих, поэтому идет вторым) Владеющий I ступени Колдующий II ступени М'сражающийся II ступени (идет раньше М'лечащего, так как это важнее для основного титула — М'разведывающего) М'лечащий II ступени Конструирующий I ступени (по правилам титулов Колдующих Конструирующий всегда идет первым в списке титулов одинаковых ступеней) Внедряющий I ступени Питающий I ступени. Во как! Еще можно добавить титул Удобряющего I ступени, но я считаю это лишним, поскольку Удобряющие и так входят в Питающих. Это полное представление титулов. Короткое будет заканчиваться на Колдующем II ступени.

Хех, Беотель от зависти будет локти кусать, как говорит Шрам. Правда, я не понимаю, зачем кусать локти от зависти? Я попробовал укусить свой локоть, но у меня не получилось. Несколько людей на улице странно посмотрели на меня. Я теперь Колдующий II ступени, пусть смотрят!

Однажды утром Низог сообщил, что мы отправляемся. Одиннадцать дней провели в Гаралдуне. Город мне понравился. Цены только высокие, да гномы постоянно пялятся на меня из-за роста.

— Наконец-то! Так и спиться недолго, — протянул Шрам, потягиваясь.

— Снут, я насчитал триста двадцать три башни. Не успел весь город обойти. Но, мне кажется, тысячи не наберется, — высказал я.

Гном уставился на меня округлившимися глазами. Остальные тоже замолчали.

— Гхм, у всех свои причуды, — первым опомнился Далв. — Готовьте лошадей. Дже, на тебе припасы. Много не бери. Будем пополнять в городах по пути.

— Куда хоть едем то известно?

— Мостфель.

— Да мы же полторы кварты будем ехать! — возмутился Саймон.

— Бери больше. Две, не удивлюсь, если и все три кварты.

— Ох уж эти Владеющие! — сплюнул Саймон. — Селин, не про тебя будет сказано. Ты — нормальный Владеющий, только доставучий.

— Спасибо…

Собрались все быстро — сказывается привычка Разведывающих всегда быть наготове. Отъехали на полдня пути по гаралдунскому тракту на запад. Теперь наша дорога идет строго на запад. По главному тракту, не сворачивая. Занятно, до Галиатского хребта тракт называется гаралдунским, после — мостфельским. В середине дня добрались до лагеря Оберегающих и Охраняющих. Людей, гномов и даже эльфов в лагере собралось около пятидесяти. Все с разным оружием, посохами магов, одеждой и доспехами. Сбились в небольшие группы по три-пять человек… и не очень человек. Даже несколько темных и светлых эльфиек имелось. Далв ушел договариваться с Охраняющими, а мы принялись обустраиваться в лагере. Наверное, Владеющие прибудут позднее. Пока было время, я с интересом рассматривал эльфов и эльфиек. Интересно, что по «шаблону» далеко не все эльфийки проходили как красивые.

— Некрасивых эльфов не бывает, — уверенно заявил Шрам на мое замечание.

— Ага, их после рождения топят в море, — сказала Тари.

— Да ладно! С их то рождаемостью, — вставил слово Саймон и аккуратно пригладил взлохмаченные волосы. — Кстати о рождаемости. Не стоит ли помочь им с этим делом?

— Тогда иди к темным. Они безотказные, — с невинным видом предложила Тари.

— Это правда — ни от одной дуэли не откажутся, — поддакнул Шрам, усмехаясь.

— Да ну вас. Парни, что так и будете сидеть? — спросил Саймон.

— Можно мне с тобой? — спросил я.

— Хмм, ну пойдем. На твоем фоне, Селин, я буду выглядеть настоящим дамским угодником.

При нашем приближении группа из двух светлых эльфиек, светлого эльфа и двух людей замолкла.

— Прошу прощения, что прерываю ваш разговор, — галантно поклонился Саймон. — Можно ли выкрасть у вас этих прекрасных дам, дабы… э-э скрасить одинокий вечер М'разведывающих?

Одна из эльфиек хмуро глянула на нас. Другая же наоборот улыбнулась:

— Как же можно отказаться от такого предложения? Меня зовут Ним Вон Со, а это моя напарница Шеа Дин То Вимо.

Девушка сильно растягивала гласные звуки. В остальном же вполне себе обычная речь. Имена странные, но по сравнению с моим напарником Беш Гу-юм Танденту Ило-си Двенадцатым (запомнил таки) вполне ничего.

— Ты что с меллорна рухнула? Зачем тебе эти безухие? — зашипела подруга.

— Ну, Шеали, пожалуйста. Ради меня! — эльфийка повернулась к подруге и умоляюще сложила руки.

— Хорошо. Только один вечер.

Сидящий рядом светлый эльф нахмурился, но промолчал.

— Обещаю, мы будем выполнять любые ваши прихоти. Меня зовут Саймон Линкауэр, а это мой приятель Селин Велиостро. Колдующие II ступени к вашим услугам.

— Что же, — Ним Вон Со поднялась с расстеленного одеяла, принимая руку Саймона. — Может быть, у вас найдется, чем согреться в этот холодный вечер, а господа Колдующие?

Саймон растерянно перевел взгляд на меня, и потом обратно на эльфийку.

— Сожалею, у нас очень строгий Командующий. Могу предложить травяной настой.

— Вашего командира зовут Низог, кажется?

— Верно, у него свадьба скоро.

— Да как вы могли подумать, лер Саймон, что я предпочту ваше общество другому? Давайте отойдем в сторону, чтобы не мешать остальным. Шеа?

— Иду-иду.

Мы отошли на край поляны в сторону от других групп. Я расслышал смех Шрама вдалеке. Наверняка нас обсуждают. Саймон аккуратно расстелил несколько одеял, а меня послал за чаем. Когда я принес требуемое, Саймон уже удобно устроился на коленях у эльфийки. И как у него это получается?

— Благодарю, лер… Селин, — сказала Шеа после того, как я разлил чай по чашкам.

— Пожалуйста.

Я присел рядом, изучая эльфиек. Девушки были худые, высокие — немного ниже меня, с небольшой грудью. Светлые волосы стянуты в хвост. Глаза, опять же, непривычной формы. Одежда на них простая. Никаких платьев — удобные штаны, прочная куртка, напоминающая одежду Наемничающих. Надетые артефакты светились ярко в магическом зрении. Вместо посохов у эльфов браслеты на обеих руках, как я понял. А на шее — по накопителю. Мама всегда говорила, что мне надо больше общаться с девушками.

— Шеа… могу я вас так называть?

— Да, и давай уже на ты, — эльфийка кинула взгляд на Саймона, так и не покинувшего колени Ним.

— Шеа, вы же здесь в качестве Охраняющих?

— Если ты еще не понял, то мы из охраны ее высочества. Императорский герб не видишь? — эльфийка повернулась ко мне правым плечом, где действительно красовался императорский символ.

— Вижу. А это правда, что у эльфов некрасивых детей сбрасывают в море?

Ним рассмеялась, а Шеа разозлилась:

— Что за бред ты несешь? Кто в своем уме будет так поступать со своим ребенком?

— Извините…

— Я вот, сколько живу среди людей, так и не могу понять. Как это вы умудряетесь прожить всю жизнь в паре с одним человеком? — спросила Шеа.

— Э-э, а у вас как?

— Мы меняем партнеров намного чаще.

— Ну, вы ведь и живете дольше. Наверное, это из-за низкой рождаемости… — сказал я, вспомнив слова Саймона.

Обе девушки сразу помрачнели. Оказывается, для эльфов это больная тема. В общем, вскоре беседа завяла. Саймон долго ругался потом, остальные сослуживцы при этом смеялись.

Глава 11

В лагере мы просидели трое суток. Если на второй день еще шутили про Владеющих, которые не могут упаковать все свои трусы в дорожные сумы. То в последующем сослуживцы кроме бранных слов ничем Владеющих не удостоили. Вынудили просидеть нас в лесу три дня вместо того, чтобы спокойно дожидаться в городе в удобных теплых кроватях.

Дежурившие на тракте Шелла и Гнэш первыми приметили приближающуюся кавалькаду. Мы в спешном порядке свернули лагерь вместе с Охраняющими. И вышли встречать на дорогу, выстроившись конным строем.

Вот показался передовой отряд Охраняющих из двадцати всадников. Одна карета, две, три… Четырнадцать карет! Две маленькие, двухместные. Две — огромные, безлошадные, с императорским гербом на борту. Остальные десять — обычного размера, на четыре человека. Ради нас никто не останавливал кареты. Только Старший Охраняющий подъехал о чем-то переговорить с Далвом. Дежурившие в лагере люди, гномы и эльфы пристроились в хвост к каретам. Каждая группа — к своему Владеющему. Светлые эльфы подъехали к императорской повозке. Видимо, там едет эта Вивьен, младшая сестра императора Тэриана Кэласса.

— Слушайте сюда! — громко привлек наше внимание вернувшийся Низог. — Наша задача — проверять местность вокруг обоза. Ганс, Тент, Рельв, Дже — ваша позиция впереди примерно в трех теллах езды. Селин, Бешгу — в телле позади. Остальные — проверяем все развилки. Одна пара постоянно находится рядом со Старшим Охраняющим. Официально мы действуем самостоятельно. Но, надеюсь, всем понятно, что приказы Властвующих следует выполнять без раздумий.

Путь до ближайшего города для нас с Бешгу прошел без происшествий. Нам потом сообщили, что передовой дозор напоролся на вездесущих гноллов. Мы с Бешгу ехали далеко позади и ни в чем не участвовали. Синко плелась сама собой, я уже почти не задумывался о самой форме.

— Бешгу, ты ведь с Астрегона, да?

Воин кивнул.

— А что за племена там у вас?

— Это как у вас провинции. У нас есть кочевые племена, есть оседлые. Я жил в маленьком племени. И двух тысяч людей не наберется. Я учился быть охотником. Сейчас охотников мало стало. Больше на полях люди работают или разводят скот.

— А как ты в Тазаме очутился?

— Обычная история. На племя напали белые, заковали многих в рабы. Привезли в Тазам…

— Но у нас же запрещено рабство!

— Может и запрещено, но кое-где есть. Мне повезло. Проверяющий вышел на лагерь торговцев рабами в одной южной провинции. Возвращаться я не стал. Детей нет, молодухи нет. Здесь тоже неплохо. Только язык долго пришлось учить. Зато бабам вашим черные нравятся. Плохо вы их ублажаете, — Бешгу подмигнул.

— Да, наверное. Скажи, а у вас басхи есть?

— Нет, у нас их тигры зовут. Но они другие. Я же охотником был, знаю о них много. Тигр — зверь сильный, но выследить его можно. С магом — нетрудно. Наставник говорил, что ваши басхи чуют людей издали, а их самих поймать о-о-очень сложно. Сам я с ними не сталкивался.

— А нолки?

— Мы зовем этого зверя волк. Может, нолки крупнее наших будут. И все.

— Вот как.

— Я что думаю. Это все из-за магии. Вечно вы, белые, над зверьем издеваетесь. Наши шаманы только по делу магию творят. А вы от скуки. Или потому что женщины вам не дают.

— Это вряд ли, — протянул я с сомнением.

— Умный всегда следит за хождениями соседа.

В первом же крупном городе Владеющие заняли самую дорогую гостиницу. Путешествие обещало выйти очень продолжительным. Поэтому я решил как-то коротать время. Постоянно пить неинтересно. Хотя Шраму вроде нравится. Остается магия. Менять формы, делать их красивыми мне нисколько не надоело.

— Саймон, помоги мне с составной формой, — обратился я к сослуживцу.

— Селин отвали. Я тебе что, Обучающий?

…

— Ганс, поможете, мне с составной формой?

— Извини, Селин. Мне в город сейчас надо. А потом и с Шеллой хотелось бы побыть вдвоем.

…

Далва, Тари и Шеллу я спрашивать не стал. Наверное, все пары хотят побыть друг с другом наедине.

— Рельв, поможете мне с составной формой?

— Селин, ты что ль, ик? Садись к нам… или ты нас не уважаешь, ик?

Я поспешил покинуть невменяемого гнома. Все, больше у нас в отряде Колдующих нет. Кого-то другого спросить или самому позаниматься? Мои размышления прервал подбежавший Далв:

— Селин, вот ты где! Спасай, друг!

— Что случилось?!

— Эти гиены меня чуть не загрызли. Помоги, мне там не справиться!

— Кто на вас напал? Остальных позвать? — подскочил я.

— Нет! Я про Владеющих. Им, видишь ли, скучно. Перечить будущим Властвующим я не могу, а так и хочется их придушить. Может, ты их займешь каким-нибудь рассказом, а? Ты же Владеющий. Я у тебя в долгу буду.

Непривычно было слышать от Низога просьбу вместо приказа.

— Хорошо. Только я не умею интересно рассказывать, как Шрам, например.

— Не важно. Они в «Белой лилии». Это гостиница вверх по улице. Спасибо, Селин!

Снаружи трактира, как назло, зарядил сильный промозглый дождь. За четверть телла, что я добирался до гостиницы, успел вымокнуть насквозь. Вот же ж, мог бы выучить хоть одну бытовую форму! А то все боевые, да лечащие. Во дворе гостиницы под навесами или в непромокаемых плащах дежурило, наверное, полроты Охраняющих. Привратник сначала не хотел меня пускать, но, узнав, что мне к Владеющим, открыл ворота. Внутри Прислуживающий быстро принес мне полотенце, чтобы я смог обтереться.

— Благодарю, — я вернул ткань. — Просушите одежду, если нетрудно.

Прислуживающий чопорно забрал мою куртку и, поклонившись, удалился. Я уже и отвык раздавать приказы.

Я осмотрел прихожую «Белой лилии». Большая гостиница. И очень богатая, судя по мебели. Только людей не видно. Один Прислуживающий или Управляющий за стойкой стоит. Да еще четверка Охраняющих возле дверей в другой зал караулит. Наверное, Владеющие там сидят. Я направился к двери.

— Стой! — резко обратился ко мне М'охраняющий. — Кто такой?

— Это Селин. Про него говорил Командующий Разведывающих, — ответила за меня светлая эльфийка сбоку. Да это же Ним, с которой заигрывал Саймон.

— Хорошо, проходи, — разрешил мужчина, продолжая сверлить меня глазами.

Когда я уже намеревался дернуть дверную ручку, эльфийка быстро приблизилась ко мне и прошептала в ухо.

— Присмотри за Шеа, пожалуйста. Она еще так глупа.

— Присмотрю, — немного растерянно ответил я и толкнул дверь.

В нос тут же ударил запах алкоголя, духов и табачного дыма. Вот же привезли гадость с Бессадора. Мама говорила, что этот табак очень вреден для здоровья. Помещение тоже оказалось немаленьким. Большой длинный стол человек на тридцать, уставленный различным питьем и яствами. Внутри дежурило двое Охраняющих… А нет, четверо. Шеа и еще один светлый эльф сидели за столом вместе с Владеющими. При моем появлении разговоры стихли.

— Я открою окно, хорошо? — с этими словами я прошел к весьма искусно выполненному окошку и приоткрыл его. Дыхнуло свежим воздухом. Уфф, и как они в таком кумаре могут долго находиться, интересно?

Послышались смешки из-за стола.

— Представьтесь, — произнес женский голос.

— Прощу прощения, — я изобразил короткий уважительный поклон. Помню еще уроки Винстрома! — Селин Велиостро Младший М'разведывающий М'воюющий I ступени Владеющий I ступени Колдующий II ступени.

За столом я насчитал восемь Владеющих. Все они по очереди представились мне согласно этикету. Я постарался запомнить хотя бы имена. По бокам дежурило четверо Прислуживающих. В центре восседала Вивьен Кэласс. В одной руке веер, в другой — бокал с вином. Веером она не машет, но волосы развеваются. Артефакт! Рядом еще сидели четыре молодые девушки и три парня. Этих Владеющих я в лицо не знал. Я вообще Владеющих в лицо не знаю, хотя Винстром и показывал как-то нам с Беотель книгу с портретами. Вивьен имела пышные длинные распущенные светлые волосы, розовые щеки и часто улыбалась, показывая ровные белые зубы. Только как-то не по-настоящему.

— Ах, как интересно! Владеющий и М'разведывающий. Не правда ли прелесть, лер Гокла?

— Да, Виви. Наверное, это очень весело, отбивать каждый день задницу и мотаться из одного края страны в другой, — усмехнулся Леон Гокла и посмотрел на меня. Гокла же Владеющий в Гаралдуне… Может, это его сын? Похоже, он ждал от меня какого-то ответа.

— Да, мне тоже не очень это нравится. Но зато я во многих городах побывал.

— Расскажите нам, Селин, в каких местах вы были, с кем сражались. Расскажите нам все! — Вивьен снова некрасиво улыбнулась. Нет, так-то вроде бы красивая улыбка, только какая-то неправильная.

— Из меня плохой рассказчик. Может быть, вы про себя расскажите?

Девушка рассмеялась.

— А что же, вы про меня ничего не знаете?

— Нет. Как вас зовут, узнал только полторы декады назад.

— В вашем образовании очень большие пробелы, лер Селин. Может быть, вы еще и не в курсе, что я прихожусь императору младшей сестрой, а значит и первая в списке наследования?

— В курсе конечно. Точнее, знаю, что вы младшая сестра. А про список наследования не знал.

— Вы странный человек, лер Селин.

— Мне это часто говорят.

— Вы гордитесь этим?

Гордость, гордость… В общих чертах я представляю себе это чувство, но не уверен.

— Ммм, наверное…

— Вы всегда говорите правду?

— Стараюсь, ма… родители всегда говорили, что лгать нехорошо. А вы похожи на Дознающую.

Вивьен улыбнулась:

— Сочту это за комплимент.

Сидящий справа от нее Гокла нахмурился.

Слева от себя я почувствовал какое-то движение и услышал отрывок разговора.

— …ладно тебе, что ты ломаешься?

— Лер, уберите руки, — тихое шипение эльфийки Шеа.

Мне на ум ничего не приходило. Но меня же попросили. Я обратился к парню:

— Лер, можно у вас взять этих ребрышек?

— Бери и отваливай, — похоже, Владеющий уже был сильно пьян.

— Благодарю.

Прислуживающие кинулись накладывать мне в тарелку, но я остановил их и взялся сам. Что, у самого рук нет что ли? Оказалось, нет. Одно из ребрышек упало с блюда прямо на рукав расписной рубахи сидящего рядом Владеющего. Он начал что-то грозить пьяным голосом. Потом извинился перед дамами и вышел «сменить костюм».

Я не без удовольствия накидал себе в тарелку разных лакомств. Не каждый же день ужинаешь, как Владеющий II ступени? Притом бесплатно.

— Знаете, у меня что-то тоже проснулся аппетит, — заметила Вивьен. К моему удивлению Гокла и другие Владеющие принялись наперебой нахваливать ей разные блюда.

Странные эти Владеющие. Не понимаю, что они говорят. Вернее, слова то осознаю, но вот чего они от меня ждут до меня не доходит. Я привык к простому общению с М'воюющими и Разведывающими. Наверное, за это время у меня получился некий шаблон разговора с людьми. Но Владеющие другие и разговаривать с ними надо как-то иначе.

— Грязная деревенщина, — произнес лер Гокла.

Я с сожалением отложил аппетитное ребрышко и вытер губы салфеткой. Похоже, зреет ссора. Я огляделся вокруг — все смотрели на меня.

— Прощу прощения. Лер Гокла, это вы мне?

— Тебе, тебе, деревенщина.

— Я вас слушаю?

Парень почему-то замолчал, зато подала голос Вивьен:

— Лер Велиостро, вас не задевает такое обращение?

— Но это ведь правда? Когда шел сюда, то попал под дождь. Штаны грязные. И вырос я в Старобрадфеле. Это деревня недалеко от столицы.

— Уел он тебя, Леон, — звонко рассмеялась принцесса.

— Хмпф. Много чести будет обращать внимание на этого неотесанного, — сказал Гокла.

— Велиостро, — пробормотала одна из девушек-Владеющих. Представилась ранее, как Лиасса Деншол Владеющая II ступени. — Где-то я слышала эту фамилию.

— Естественно. Калар Велиостро является Проверяющим III ступени в юго-западных провинциях, — надменно произнесла Вивьен.

— Все то вы знаете, ваше высочество, — кокетливо сказала барышня.

— Положение обязывает.

— А расскажите нам, как вы стали Разведывающим? — спросила Лиасса.

— Сначала я был М'Воюющим. Потом перевелся в Разведывающие, — пожал я плечами, глядя на недоеденный кусок мяса. По правилам застольных бесед говорить с набитым ртом — верх неприличия.

— А почему вы пошли в М'Воюющие?

— Пришло уведомление о призыве на службу.

— И? Почему вы решили пойти?

— То есть? Можно было не идти?

— Вы как будто только вчера родились, — хмыкнула Лиасса. — Деньги в нашем мире решают любые проблемы. Вот посмотрите на лера Гоклу. Он ведь тоже одаренный.

— И верно. А как вы, лер, избежали службы? — спросил я Гоклу с интересом.

— Не твое дело.

— Леон, ну расскажи? Нам всем безумно интересно, — со смешинкой проговорила Вивьен.

— Я устал сегодня. До завтра, ваше высочество, — резко встал раздраженный Леон. Принцесса привычно протянула руку и получила напоследок долгий поцелуй от Владеющего Гоклы.

— Скажу вам по секрету, лер Велиостро. У Леона обнаружилась редкая болезнь при осмотре у Лечащих.

— Вот как? Сочувствую.

Принцесса снова рассмеялась:

— Вы такой забавный. Просто прелесть. Никакой болезни у Леона нет. Просто это помогло ему избежать службы.

— Ясно, — ответил я, хотя не до конца все понял.

— А что у вас с рукой? Вы так и не сняли свою перчатку, — поинтересовалась одна из Владеющих.

— Ну, в битве при Даванторе я получил ранение.

— Вы участвовали в том страшном сражении? Папа про него столько ужасов рассказывал.

К моей радости вечер подошел к концу. Дамы заявили о желании отдохнуть. Согласно этикету для малых групп мы с оставшимся Владеющим мужского пола поцеловали каждой девушке руку. Иногда я прикладывался губами к руке уже после другого Владеющего. Интересно, это почти, как если бы мне с ним самим поцеловаться в губы. Говорить об этом вслух не стал. Что я совсем дурак что ли?

— Не сильно тебя доставали? — спросил Низог, когда я вернулся в трактир к отряду.

— Нет. Странные эти Владеющие, — пожал я плечами.

— И как тебе ее высочество? — подмигнул Далв.

Я неопределенно пожал плечами.

Тамсон, сидящий за столом рядом, возмущенно произнес:

— Я тоже хочу на принцессу посмотреть!

— Станешь Владеющим — смотри, сколько влезет, — обронил Далв. — А тебе Селин, большое спасибо. Правда, спасибо.

Командующий крепко пожал мне руку.

— Да, лер Кэласс просила меня в следующий раз тоже прийти поужинать с ними.

— Смотри сам. Только я бы не советовал. С виду может и милые, а на самом деле хуже гноллов.

— Милые? Да они странные скорее.

— Ты себя со стороны видел? Выдашь иногда тоже.

Следующим утром наш длинный караван продолжил путь только после обеда. Мы с Бешгу снова позади. Ничего не происходило совершенно. С Бешгу и поговорить не о чем. Я начинаю рассуждать о формах, а воин продолжает сыпать своими астрегонскими поговорками. Обычно хотя бы с Саймоном можно было парой слов про заклинания перекинуться. Плести формы на ходу невозможно. Только если внедрять их напрямую в артефакт. И то сосредоточиться сложно.

Где-то под вечер, когда мы проезжали мимо старых заброшенных гномьих шахт-туннелей, к нам с Бешгу подъехал Рельв:

— Селин, я сменю тебя. Лер Кэласс зовет.

— Зачем?

— А я почем знаю?

Я тронул поводья, но Пылинка и не подумала спешить. Лишь немного увеличила скорость. Бешгу всегда это забавляло. Вот и сейчас он рассмеялся:

— Какие женщины? Вам, белым, даже с лошадью не справиться!

— Слышь, дылда, помолчал бы лучше, — услышал я ворчание гнома Рельва.

Я приблизился к огромным императорским эмкипажам. Светлый эльф из охранения хмуро смерил меня взглядом. Интересно, может это его обычное выражение лица, и он вовсе не хмурится? Может сдвинутые брови у эльфов обозначают улыбку?

— Шеа, подскажите, где мне встретиться с лер Кэласс? — обратился я к знакомой.

Эльфийка сверкнула на меня глазами:

— Во второй карете. Скажешь Рулящему, он остановит.

— Спасибо.

— Селин, подождите, — услышал я просьбу второй светлой эльфийки.

Ним подъехала очень близко к Пылинке, перегнулась через седло и быстро чмокнула меня в щеку.

— Ним, ты что делаешь с этим безухим?!

— Всего лишь маленький поцелуй в благодарность. И не надо так ревновать.

— Да кто… А, ладно, — Шеа отъехала в сторону.

— А за что благодарность? — спросил я у Ним.

— За то, что отвадили Родерика от моей подруги. Пусть и на один вечер.

— Да я и не делал ничего такого…

— Пустое. Спасибо, Селин. Сначала он мной заинтересовался, но я ему быстро надоела. Он из тех, кому нравятся… трудности.

— Вот так просто? А как же… ну там, чувства? — спросил я неуверенно. Помня Беотель, я думал, что и многие другие девушки так думают.

— Заполучить тело не значит заполучить душу. Вот только для Шеа это одно и то же. Иди.

После моей просьбы эмкипаж притормозил. Я спешился и передал поводья Пылинки одному из Охраняющих. Поднявшись по лесенке сбоку, я постучал.

— Войдите!

Я осторожно зашел внутрь, и Рулящий тут же покатил вперед. Меня качнуло, и, чтобы не упасть, мне пришлось опереться о плечо ее высочества.

— Прошу прощения.

— Присаживайтесь, — с улыбкой предложила Вивьен.

Принцесса была одета в светлую сорочку и запахнутый длинный халат бардового цвета. Практически домашняя одежда. Всю противоположную от двери стену занимала настоящая кровать и массивное окно, задернутое шторами. С одного боку стояло нечто вроде тумбы, рядом на стене — зеркало, с другого бока — мягкий табурет, на который я и присел.

— Вина?

— Можно.

Я заметил, что карету почти не трясет и сообщил об этом девушке:

— Над этими эмкипажами работали лучшие Внедряющие.

Вивьен наполнила два бокала.

— За встречу, — произнесла тост девушка.

Мы дзынкнули бокалами. Удобная штука этот эмкипаж. В дальнем путешествии самое то.

— Я хотела поговорить с вами с глазу на глаз. В неофициальной обстановке, так сказать.

— О чем?

— Ни о чем конкретном. Разве не может меня заинтересовать молодой красивый Колдующий?

Интересно, а меня тогда зачем пригласила?

— Может, наверное.

— Вы уже успели подружиться с моими Охраняющими? Это не так просто сделать, я вам скажу.

— Это вы про эльфиек? — мой взгляд упал на небольшое оконце в задней части кареты. Вивьен вполне могла видеть, как Ним поцеловала меня. — Недавно познакомились. Интересно пообщаться со светлыми эльфами.

— Как вы считаете, я красивая, лер Селин? — неожиданно спросила принцесса.

— Конечно. Вы подходите по всем параметрам…

— Подхожу для чего?

— Э-э, как образец красоты.

— Давайте начистоту. Что за игру вы ведете? — огорошила меня Вивьен, резко сменив тему и тон голоса. — Признаюсь, я восхищена вашим талантом! Так ловко отшить Леона, поставить на место бабника Родерика, заручиться поддержкой моих эльфов. А ведь в первую асенду я подумала, что передо мной обычный наивный парень из глубинки.

— Нет никакой игры. Я не понимаю, о чем вы? Я обычный парень.

— Звучит очень неубедительно.

— И кто же я тогда?

— Вот и мне интересно. Что вы хотите от меня?

— Хочу от вас? А что… ну обычно хотят от вас?

— Самые самонадеянные хотят породниться с императором.

Я помотал головой:

— А менее самонадеянные?

— Деньги, титулы, земля. Наконец, добавить еще один пункт в свой список постельных побед.

— Денег я не прочь получить.

— Вас не интересует власть?

— Я еще не настолько важный человек. Не думаю, что у меня получится.

Девушка внимательно смотрела на меня, и после моего ответа, тихо вздохнула:

— Не понимаю. Ну, хорошо, лер Селин. Начнем с секса? — девушка отодвинула полу халата, оголяя стройную ногу.

— Э-э, зачем?

— А почему вы думаете, что для этого нужна причина?

— А как же лер Гокла?

— С вами намного интереснее.

Как то не готов я оказался к такому повороту. С Удовлетворяющими — пожалуйста. Но можно ли мне заниматься этим с принцессой Вивьен? Странные эти Владеющие. Какие-то у них свои правила, а я их не понимаю. Вот разделить постель между собой им также привычно, как ужин, например? Как бы не нарушить чего.

— Может, лучше поговорим о чем-нибудь?

— Я так и знала, что вы откажетесь. О чем же?

Вивьен — одаренная. Может быть, ее заинтересует магия?

— О формах?

— Единый, это же такая скука! Лучше расскажите, какие девушки вам нравятся? Может и я смогу вам угодить?

— Э-э, ну-у, — я пыхтел и пытался вспомнить что-нибудь красивое из прочитанных давно книг.

— Не думала, что такой простой вопрос вызовет у вас столько проблем. Хорошо, давайте поговорим о формах. Я закончила ГУМ с отличием, между прочим.

— Это здорово! Моя сестра тоже учится магии в Мостфеле. А я вот только курсы закончил, а потом меня призвали. А вы поможете мне с составной формой? А то у нас в отряде Колдующие все время заняты.

— То есть, вы хотите, чтобы сестра Императора Тазама обучала вас магическим формам, тогда как она сама предлагала вам заняться гораздо более интересными вещами?

Какой сложный вопрос. Так сразу и не понятно, что Вивьен от меня хочет.

— Да… Ну, если вы заняты, может быть, дадите мне в Обучающих одну из эльфиек? Можно и эльфа, только он что-то невеселый ходит постоянно. Я буду вам очень благодарен.

Вивьен замерла и даже прикрыла глаза. Губы ее беззвучно шевелились, будто она что-то проговаривала про себя.

— Нет что вы, лер Селин, я совершенно свободна в этом пути! Поэтому буду рада видеть вас в своей карете вечером во время остановки.

— Тогда до скорой встречи, ваше высочество.

— До скорой встречи.

Вивьен потянула за одну из разноцветных веревочек на стене, и эмкипаж остановился. Видимо, подала знак Рулящему. Я поцеловал руку девушке и сошел по ступенькам на землю. Странные эти Владеющие.

— Что-то ты быстро, — обронил Рельв, когда я вернулся.

— А надо было дольше?

— Да уж, девушки любят подольше, — сказал гном напоследок, подстегивая своего коня.

Когда гном скрылся за поворотом, Бешгу спросил:

— Как тебе принцесса?

— Очень умная. Только странная.

— У вас что, ничего с ней не было?

— Нет. Поговорили просто.

— Если бы я тебя не знал, то подумал бы, что ты врешь.

— А что, раз я был у нее в карете, то мы обязательно сексом должны заняться?

— Я слышал, что эта Вивьен ни одного мужика не пропускает.

— Меня вот пропустила.

— Белые… Уж меня бы она запомнила на всю жизнь.

— Мечтай, мечтай.

— Что ни день, то исполнение желаний.

— Что эта поговорка значит?

— Трудно так объяснить. В вашем языке многих слов нет. Я просто похожие по смыслу подбираю.

— Подожди, так все твои астрегонские поговорки ничего не значат?!

— Для вас да.

А я то думал, в них есть какой-то тайный смысл. Видимо, придется выкинуть исписанные листки с выражениями Бешгу.

Глава 12

С заходом солнца мы остановились на ночевку. Лошадей приходилось иногда подбадривать Аун. Они не справлялись с темпом, который держал эмкипаж принцессы и другие кареты.

Я снова навестил Вивьен. Молодая Прислуживающая не хотела нарушать покой хозяйки, но лер Кэласс распорядилась впустить меня. На этот раз принцесса была одета в вычурный свободный желтый костюм, чем-то похожий на пижаму. Наверное, это пижама и есть. Принцесса опять намекнула, что не прочь поваляться со мной в кровати. Только как-то уныло она это произнесла. Будто на самом деле и не хотела. Зачем тогда предлагала? Я сменил тему, и попросил ее посмотреть мою измененную форму Ванку.

Просидели мы с Вивьен долго. Она постоянно говорила, что мне не хватает классического образования. Но сама она тоже далеко не все знала. Просто потому, что с магией то и не работала. Кэлассис, например, все умел на практике, и не всегда мог правильно объяснить. Вивьен же наоборот, хорошо знала теорию.

— Зачем ты изменил второй подводящий канал?

— Второй подводящий? Это который?

— Вот этот, — Вивьен ткнула пальцем в форму.

— Так красивее.

— Но в этом же нет смысла!

— Почему нет смысла? Форма красивее стала. И мне кажется, мана так лучше ходит.

— Ему кажется! Где расчеты напряженности? Делал ли ты проверку плотности Фирье?

— Нет.

Мы долго спорили с принцессой о каждой мелочи. Поначалу она вяло отвечала, но потом и ей самой стало интересно, по-моему. Вивьен так и не удалось меня ни в чем убедить. Я буду делать формы по-своему. С составной Ванку Колдующая помогла немного разобраться.

Когда я вернулся в лагерь к отряду, сослуживцы стали подкалывать меня. Шрам сказал, что я похож на кота, объевшегося сметаной. Я и правда очень доволен был, что нашел Обучающего наконец. А все думали, что мы с ней кувыркались в карете. Как будто на свете нет других интересных занятий.

Спустя полторы декады мы остановились во втором крупном городе на нашем пути. Владеющие заняли, как всегда, лучшие номера в самой дорогой гостинице. Поужинали мы вполне пристойно. К нам даже спустилось еще две дамы, Владеющие II ступени, которых я не видел на прошлых посиделках. Вивьен постоянно что-то выспрашивала у меня. Леон молчал, только буравил взглядом.

После ужина меня неожиданно пригласил к себе Владеющий Родерик Винтофелло. Он накурился во время ужина какого-то горько пахнущего табака.

— Хорошие тут номера, — сказал я, осматривая комнату, в которую поселили Родерика.

— Хлев для свиней и то чище, — поморщился Владеющий. Наверное, сам не видел никогда. У нас в Старобрадфеле есть хлев. Там жутко грязно.

За нами в номер вошли две темные эльфийки и прикрыли дверь. Вроде бы, это личные Охраняющие Родерика.

— В общем, я хотел принести вам свои извинения, лер Велиостро. До меня дошли слухи, что вы положили глаз на эту светлую, — Владеющий немного запинался и делал паузы. Может вино, а может и горький табак так повлияли на его речь. — Однако завидую вашей выносливости. Проводить каждый вечер с ее высочеством и иметь силы на кого-то еще.

— Благодарю… — наверное, это похвала?

— Посмотрите на них, — Родерик указал рукой на девушек, которые встали будто по команде «смирно». — Они прекрасны, не правда ли?

— Соглашусь с вами, — ответил я нейтрально и с интересом осмотрел темных эльфиек. Кожа у них сероватая, роста небольшого, почти как гномы, только худее. Волосы темные. Уши длинные, но не заостренные на конце как светлоэльфийские. Лица будто маски — ничего не выражают.

— Но если я хотя бы притронусь к ним, то мне просто руку отрубят. Пункт третий. «Нанимателю запрещается применять насилие, оскорблять или принуждать к интимной близости без явного на то согласия нанимающейся стороны», — быстро проговорил Родерик. — Они этим договором мне мозги проели. Раз пять на день напоминают. Представьте, каково мне приходится?

— Э-э, ну, надо добиться согласия, наверное.

— Я словно вор, у которого перед носом лежит два адабренных слитка. Каждый день я вижу их, но украсть не могу. Или будто пьяница, за которым следует две бутыли отменного вина. Но для меня это вино обернется ядом.

Владеющий выразительно посмотрел на меня. Чего он хочет? Зачем он сюда меня пригласил? Видимо, Родерик понял и перешел к делу:

— Вы не наниматель, лер Велиостро. Не хотите ли развлечься с одной из эльфиек? Это будет интересно, — усмехнулся Владеющий, оглядывая девушек.

Я задумался. Надо ли мне соглашаться или нет? Так и не понял, как себя вести с этими Владеющими. Наверное, лучше отказаться. Лучше вообще отказываться от всего, что предлагают Владеющие. На всякий случай.

— Нет, лер Винтофелло. Спасибо за… э-э, предложение, но я откажусь.

— Жаль, жаль… — глаза Родерика затуманились, мужчина присел на кровать.

Я немного постоял, но Владеющий больше ничего не говорил. Родерик в одежде развалился на кровати и прикрыл глаза. Я развернулся и встретился с двумя парами изучающих глаз:

— Хотите рискнуть, ле р? — произнесла одна из эльфиек с непонятными нотками в голосе.

— Я уже отказался!

Попрощавшись с темными, я покинул номер.

Путешествие наше продолжилось. Мы пересекли галиатский хребет. На перевале очень холодно оказалось, снег лежит. Чуть ли не каждый вечер я проводил с Вивьен. В императорском эмкипаже не только удобно и мягко сидеть, но и тепло.

— Что ты так долго? Я уже спать собиралась.

— Простите, ваше высочество. Ауры троллей заметили. Надо было проследить за ними.

— Они к нам идут?

— Нет, их логово в двух лирах севернее. Старший Охраняющий приказал, чтобы мы отъехали еще на пять лир от этой стоянки. Я пришел сказать, чтобы вы не ждали меня сегодня. Отдыхайте, ваше высочество.

— К чему этот официоз, Селин?

— Мне так привычнее.

— Ну, хорошо. Ты думаешь, я устала здесь, сидя весь день в эмкипаже?

— Вам виднее, ваше высочество. До завтра.

— До завтра, Селин.

Я оседлал Пылинку и направил лошадь назад по тракту. К месту своего дежурства. Бешгу нигде не видно — наверное, уехал туда же до меня. Я услышал, что сзади ко мне кто-то скачет, и обернулся. Леон Гокла. Еле перебирающую копытами Пылинку Владеющий нагнал быстро.

— Стой!

Я послушно натянул поводья. Останавливалась Пылинка всегда без промедления. Интересно, как же мне показать в себе хозяина? Бить животных я не любил. Может, накричать на кобылу?

— Что-то случилось, лер Гокла?

— Да! Ты случился, нолчий выкормыш! Я знаю, что у тебя на уме, первоступенчатый. Но у тебя ничего не выйдет, уж я постараюсь! Запомни мои слова, Селин Велиостро!

— Запомню.

Гокла с гиканьем удалился к каравану, я проводил его взглядом. Он знает, что у меня на уме? То есть он знает, что у меня не получается приручить Пылинку? Мысли что ли читает, как басх? Он хочет мне помешать в этом? Зачем, черт возьми?!

— Да они не просто странные… Они все сумасшедшие, — пробормотал я и повел Пылинку к нашему с Бешгу посту.

Следующим вечером Вивьен выглядела усталой. Я хотел было покинуть карету, но принцесса остановила меня:

— Все в порядке. Просто вчера… мне попортили нервы. Ты что-то не поделил с Леоном?

— Не знаю, — я помолчал, размышляя, говорить ли о своих догадках. — Он Пылинку увести у меня хочет.

— Пылинку?

— Да, это моя лошадь.

— Лошадь, значит, — Вивьен странно посмотрела на меня.

— Может, и нет. Я не уверен.

— Леон пришел вчера поздно вечером. Очень долго и настойчиво убеждал не иметь с тобой никаких дел. Как будто я девица малолетняя и ведусь на первого встречного! Будь осторожен, Селин. Леон, похоже, намерен вызвать тебя на дуэль.

— Дуэль? Я же могу отказаться?

— Да, но как же урон твоей чести? Тебе все равно?

Честь, что это такое, интересно? Ее ведь нельзя пощупать, нельзя увидеть. Я в общих чертах представлял себе что это. Например, мальчишки в деревне обзывались. И это вроде как урон моей чести. Но мама всегда говорила, чтобы я не обращал внимания на них.

— Я не понимаю из-за чего дуэль. Зачем нам драться?

— Из-за меня.

— А-а. Я тогда объясню ему, что это недоразумение.

— Можешь попробовать.

— Извините, ваше высочество, что испортил ваши отношения с лером Гоклой.

— Нет у нас никаких отношений!

Мы немного помолчали.

— Ваше высочество, вот смотрите, у меня уже почти получается составная Ванку. Только нижняя сетчатая часть распадается.

— Это не «нижняя сетчатая», а объемно-прикладная часть направляющей формы. Показывай, что у тебя.

Холодные декады остались позади. Снег полностью растаял, превратившись в грязные лужи. Скорость наша упала. Приходилось постоянно чистить одежду и сапоги. Мама говорила, что Владеющий должен всегда быть чистым и опрятным. Показывать пример простолюдинам. За полторы кварты мы проехали только две трети пути из Гаралдуна в Мостфель. Непросто это — быть сопровождающим.

Города с гномьими башенными постройками остались далеко позади. Пошли поселения с привычными массивными имперскими зданиями, у крестьян — простые деревянные избы. Как же давно я дома не был! Командующий Низог разрешил мне после окончания задания заехать в Старобрадфель, навестить родных. Надолго ли, зависит от того, как много нам дадут выходных.

Мы сделали очередную, по-моему, уже седьмую, остановку в городе. Владеющим мои рассказы про Разведывающих надоели, но Вивьен меня все равно приглашала каждый раз на ужин. На этот раз Владеющие сняли весь зал богатого трактира, поскольку приличных гостиниц в городе не было. Принцесса спустилась к нам только спустя телл после начала банкета. Дамы-Владеющие разом ахнули. Вивьен надела сложное платье светлого цвета с открытым верхом. Тугой лиф выгодно подчеркивал грудь. Само платье было расшито всякими завитушками. Не знаю, как они называются.

— Прошу прощения за задержку. Я собираюсь надеть это платье на бал во дворце в честь моего возвращения в Мостфель. Очень хочется узнать ваше мнение, уважаемые леры!

— Ваше высочество, это платье вам очень идет!

— Превосходный фасон! И так подходит под цвет ваших волос.

— Вам следует надеть к нему колье, что я подарила. Прекрасное платье.

— Белая кожа ваших плеч произведет фурор на балу. Я узнаю этот крой! Лер Легоже — бесспорно лучший Шьющий в Гаралдуне.

— Спасибо, дамы.

— Это великолепное платье достойно вас, моя принцесса, — Леон встал на одно колено и припал губами к руке Вивьен. — У меня просто нет слов, чтобы выразить свое восхищение. Боюсь, что всю следующую декаду вы будете меня преследовать во снах.

— Благодарю, лер Гокла. Надеюсь, это будут не кошмары, — улыбнулась Вивьен.

Чудесно! Бесподобно! Сногсшибательно! — неслось со всех сторон. Я даже растерялся от подобного напора. Платье и платье, что в нем такого?

— Лер Велиостро, а вы что скажите? — обратилась принцесса ко мне. Остальные Владеющие посмотрели на меня осуждающе. Вот болван, я единственный, кто не высказался! Я напряженно всмотрелся в платье, но на ум совершенно ничего не приходило. И тут мой взгляд поймал левую руку Вивьен, в которой та сжимала веер-артефакт. На запястье висел интересный разноцветный браслет из маленьких камешков, нанизанных на веревочки. Повторяющийся узор которого мне понравился.

— Очень красивый браслет, ваше высочество, — ответил я. Принцесса как-то странно дернула рукой, на которую было надето украшение.

— Ваше высочество, покажите! — принялись донимать ее девушки.

Вивьен медленно протянула руку. Лицо ее ничего не выражало.

— Ваше высочество, но это же такая безвкусица! Эти мальчишки ничего не понимают! Давайте я вам к этому платью подберу что-нибудь из моей коллекции? У меня есть прекрасный серебряный «финист» от эльфийских мастеров. Все столичные модницы умрут от зависти!

Вивьен застыла с протянутой рукой, ничего не отвечая. Владеющие вокруг галдели, обсуждая платье, рассматривая браслет, предлагая подходящие для бала прически. Вивьен только поддакивала и улыбалась всем подряд. Я постарался отойти подальше. Опять что-то не то сказал, наверное.

На следующий день в дороге меня приехал сменить недовольный Рельв:

— Лер Кэласс зовет тебя.

— Что-то случилось?

— Не знаю. Ее высочество прислало к нам Прислуживающую. Тебя ждут, — обронил гном.

— Извини.

— Ладно уж. Не заставляй лер Кэласс ждать.

Я быстро нагнал обоз и остановил эмкипаж.

— Заходи!

— Ваше высочество, вы хотели меня видеть?

— Да.

Вивьен была в простом походном темном костюме. Я осторожно присел на табурет.

— Скажи мне Селин, ты действительно не притворяешься?

— Кем я притворяюсь?

Принцесса посмотрела мне прямо в глаза, и я отвел взгляд.

— Либо ты настолько искусный актер, либо на самом деле не притворяешься.

— Актер? Как в театрах? Я никогда не играл в театре…

— Знаешь, Селин. Меня лишили девственности в двенадцать лет, — задумчиво сообщила Вивьен. — С тех пор я не получаю удовольствия с мужчинами.

— А-аа, э-э-э…

— Почему я тебе это говорю? Сама не знаю.

Зачем тогда Вивьен мне предлагала заняться сексом, если он не приносит ей удовольствия? Не понять мне, что у них на уме.

— Гхм. Но как же так? Вы ведь сестра императора?

— Я не так молода, как кажется на первый взгляд, — усмехнулась Вивьен. — Это случилось сразу после смерти отца. Почти восемнадцать лет назад. Положение брата было слишком шатким тогда, он не смог меня защитить от старшего Владеющего. Меня отослали в Гаралдун, на другой край империи. Город мне понравился.

— И этого Владеющего не наказали?

— Несколько лет назад он погиб на охоте. Упал с лошади. Сломал спину… обе руки в трех местах, обе ноги. Вороны успели выклевать ему глаза…

— Вы много подробностей знаете, — заметил я.

— Если хочешь, чтобы дело было сделано, не стоит ждать, пока кто-то другой начнет. Вина?

— Пожалуй. Что-то в горле пересохло.

Девушка неспешно разлила красную жидкость по бокалам.

— Ты не похож на других Владеющих. Ты говоришь то, что думаешь. Как простолюдины. Но у них просто ума не хватает плести интриги. Да и незачем им. С их низменными интересами и нуждами. Ты Владеющий, а значит равный мне. У тебя есть друзья, Селин?

— Вроде бы, да. В Вестманне с Туском подружился. Сейчас вот с Бешгу.

— Друзья могут быть только среди равных, не правда ли?

— Не думал об этом.

— Мое положение слишком высокое среди остальных Владеющих. Я много читала в книгах про дружбу. Но так и не почувствовала, что это значит верить другому человеку, делиться секретами. Может, только с братом. Я даже Прислуживающим, которые знают меня с детства, не могу доверять… Селин, ты будешь моим другом?

Опять непонятное предложение от Владеющего. Кто его знает, что они понимают под «другом»?

— Что мне надо делать?

Вивьен рассмеялась.

— Не надо делать такое серьезное лицо. Никакой интимной близости я не требую. Просто хочу, чтобы ты мог иногда выслушать меня. И не рассказывал никому про мои ошибки, слабости или страхи.

— А вы будете тогда мне другом?

— Насколько я знаю, друзьями можно быть только вместе.

— Тогда я согласен. Только не очень понял, что мне надо делать.

— Ничего. Просто будь самим собой. Я поверила тебе. Впрочем, если ты надумаешь ударить мне в спину, я справлюсь. Я умею терпеть боль.

Зачем мне ей бить в спину, интересно? Да меня же ее Охраняющие сразу размажут.

— А я вот не люблю боль. Раз мы друзья, могу я спросить?

— Конечно!

— Ваше высочество, я вас ничем не обидел тогда? Когда вы показывали всем свое платье?

— Друзья обращаются друг к другу по имени, или я не права?

— Вивьен, я тебя ничем не обидел?

Девушка достала из верхнего ящика комода тот самый разноцветный браслет, что мне понравился.

— Это я сама сделала. Сначала я подумала, что ты узнал об этом каким-то способом.

— Нет, я не знал.

— Это был лучший комплимент в тот вечер, — Вивьен улыбнулась. На этот раз по-настоящему красиво, так что мне самому стало приятно. — Спасибо, Селин.

На следующей остановке в гостинице случилась неприятность. Шеа как обычно проверяла стол на предмет ядов артефактом. Интересная вещь. Надо будет попросить посмотреть как-нибудь. На аппетитно выглядящем жареном поросенке артефакт запищал. Охраняющие тут же засуетились, окружили принцессу. Вивьен распорядилась привести Готовящего и Управляющего гостиницы. Бледного Готовящего буквально приволокли за руки. Грузный мужчина рухнул на колени перед Владеющими:

— Ваше высочество, не губите! И в мыслях не было травить кого-то! Клянусь Единым!

— Это что? — Шеа ткнула кинжалом в поросенка.

— Это… Друг мне специи с самого Аннисота привез. Я подумал, что ее высочество оценит. Дело в специях, да!

— Может Готовящих к Дознающим отправить? — предложила светлая эльфийка.

— Пусть поработают, только сильно не увлекаются, — обмахиваясь веером, сказала Вивьен.

— Уведите его, — распорядилась Шеа, и Охраняющие потащили Готовящего из зала. Мужчина еще что-то кричал, просил помиловать. Но принцесса более не обращала на него внимания.

— Выкиньте все это на помойку! И закажите ужин в другом ресторане. Весь аппетит испортили. Прошу прощения, леры. Я предлагаю отдохнуть пару теллов, привести себя в порядок. Подождем, пока принесут смену.

— Безусловно, ваше высочество. Позвольте мне проследить, чтобы на ваш стол попали только лучшие блюда? — вызвался Леон Гокла.

Вивьен кивнула.

— Тогда я вас покину. Дамы, господа, — Леон коротко поклонился присутствующим и вышел из зала.

Я вернулся к взводу в таверну и заметил скучающего Снута.

— Может, сыграем пару партий?

— Давай, — с неохотой согласился гном и принялся доставать доску с фигурками со дна сумки. Фигурки обозначали разные типы войск: простые Воюющие, Воюющие со щитом, Воюющие с копьем, Наездничающие, Стреляющие, Колдующие и Командующий по центру. Ходили они по-разному. Потеря Командующего не означает проигрыш — просто фигуры ходят на одну клетку меньше. Последнее время Рельв и Снут редко играли со мной. Может, потому что я постоянно выигрывал? Гномов это каждый раз очень удивляло. А мне нравилось смотреть на их растерянные лица. Почему-то гномья игра давалась мне очень легко.

Ужин прошел спокойно, если не считать Леона, который захотел вызвать меня на дуэль. Я отказался и получил много разных обзывательств от Владеющего. Некоторые оскорбления я первый раз в жизни слышал. Вивьен посмеивалась при этом, что еще больше распаляло Гоклу. Потом Леон устал или обзывательства кончились, не знаю.

Уже в пути поздно вечером в имперском эмкипаже я спросил у Вивьен, что же она нашла смешного в этих ругательствах?

— Было забавно. Леон так старался тебя разозлить. Я то знаю, что тебе по большому счету плевать на это. Сейчас вспоминаю, и смешно становится, — принцесса улыбнулась. — Ладно, твое Ванку готово, так? Пойдем проверим?

— Пойдем.

Видя, что ее высочество покинула эмкипаж, тут же подбежала Прислуживающая.

— Ваше высочество, этот костюм не подходит для ночных прогулок!

— Отстань, Ти. Я ненадолго.

— Как скажете, ваше высочество, — вежливо поклонилась Прислуживающая.

Выход принцессы из кареты со мной приковал взоры окружающих. Охраняющие взяли нас в кольцо. Мы отошли на поллиры от стоянки на всякий случай.

— Хватит, наверное, — сказал я, остановившись.

Внимательно следя за каждым витком формы, я сплел новое Ванку и повесил на дерево. Красивая форма, только маны жрет много. Округлый купол примерно в пять шагов в диаметре повис вокруг ствола дуба. Толстая полупрозрачная пленка виднелась как в магическом, так и в обычном зрении.

Следует сказать пару слов про мощность заклинаний. У пробивных форм, как и в моей ФиоТио, есть свой предел. То есть, такая форма пробьет щит стандартной мощности, но с усиленным не справится. Это мне еще Кэлассис объяснял. Все дело в экономии маны. Мощный щит, как и мощная пробивная форма расходует очень много энергии. Если ты плетешь сверхпробивную форму, а противник использует обычный щит, то это пустая трата маны. И наоборот — если ты плетешь мощный щит, а противник не знает пробивных форм, то это тоже пустая трата маны. На поле боя такое может закончиться плачевно. Часто проигрывает тот, кто первым потратит все силы.

Ним благоразумно укрыла Вивьен щитом. Я сплел ФиоТио и запустил в дерево. Бамс! Раздался громкий хлопок, заклинание вспыхнуло. Ванку устояла. Ну вот, теперь еще и пробивное плетение надо усиливать. А то даже собственный щит не пробить.

— Шеа, попробуй что-нибудь из своего арсенала.

— Да, ваше высочество.

Эльфийка сплела очень красивую форму. Похоже на пробивное Тио, только более мощное, чем мое. Бамс! Снова хлопок и вспышка. И снова Ванку устояла.

— Шеа?

— Извините, ваше высочество. Это самый сильный антищит, которым я владею.

— Еще раз.

Эльфийка послушно сплела несколько пробивных форм. На третий раз моя Ванку рухнула. Запас энергии кончился.

— Селин. Ну-ка, сплети заново, — в азарте попросила Вивьен.

— Мне восстановиться еще надо.

— Что ж ты такой хилый? Давай медитируй, я подожду.

— Ваше высочество, уже поздно. Может быть, в следующий раз продолжим? — предложила Охраняющая.

— Ты права. Повторим в другой день.

Мы приближались к столице. Тракт стал намного лучше. Эмкипажи катили быстрее по хорошей дороге. После пересечения галиатского хребта никто из нелюдей или разбойников нам в пути не повстречался. Можно сказать, для Разведывающих работы не было. Настала Синяя кварта. Все еще прохладно ночью, но крестьяне уже сеют стойкие культуры. Нам предстояла последняя остановка в городе. До столицы меньше декады — почти что дома!

Как-то мы с Бешгу, как обычно, дежурили в хвосте колонны. В очередной раз я сплел Синко и увидел, что к нам приближается всадник со стороны обоза. Колдующий, судя по яркой ауре. Из крупных животных в округе я заметил нолка.

— Он все еще идет за нами, — заметил я.

— Нолк — зверь упорный.

— А если это человек со скрытой аурой?

— Человек не может с такой скоростью нас преследовать по лесу. Да и смысла в этом нет.

— К нам кто-то скачет еще.

— Ага, я чую.

Из-за поворота показался всадник с длинными светлыми волосами. Эльфийка. Девушка не спешила, пустив лошадь рысью.

— Селин, можно тебя на пару слов наедине? — обратилась ко мне Ним.

— Ушастая, а с настоящим самцом наедине побыть не хочешь? — перебил мой напарник.

— Что это за абориген с тобой, Селин? — поморщилась девушка и повернулась к Бешгу. — Если бы хотела тебе подобных, то прикупила парочку на рынке.

— Хех. Настоящего воина вроде меня у тебя не хватит денег купить. Но если тебе нравятся слабые и больные, то я тебе не подойду.

— Ты настолько уверен в своих силах, черный? — Ним положила ладонь на эфес своего клинка.

— Эй-эй, вы чего? — вставил я слово.

— Приходи ко мне в любое время, малышка. Я поучу тебя, как держать меч. Меч у меня побольше будет, чем у ваших ушастых.

— Большой меч бесполезен, если пользоваться им не умеешь.

— Приходи и проверишь.

— Селин, уйми своего загорелого друга, — раздраженно произнесла эльфийка. — Отъедем, разговор есть.

Мы отъехали назад по тракту, пропустив Бешгу вперед.

— Вот так экземпляр. У вас все такие Разведывающие?

— Нет. Бешгу на самом деле нравится женщинам.

— Удивительно. Ладно, оставим эту тему. У меня к тебе деловое предложение, Селин.

— Да? Какое?

— Это очень деликатный разговор. И я надеюсь, что он не уйдет дальше нас. Вот, возьми это в знак наших добрых отношений. Может быть, ты и не причем. Но я благодарна за то, что Родерик прекратил приставать к Шеа.

Я принял протянутый кошель. Десять серебряных. Не слабо.

— Что вы хотите за эти деньги?

— О, совсем ничего. Просто ради укрепления связей. Я слышала, что Разведывающим платят не так много.

Я ничего не понимал, но деньги решил взять. Вроде бы ничего плохого не делаю?

— Да. Платят не ахти. Спасибо.

Эльфийка улыбнулась.

— Знаешь, Селин, информация может стоить очень дорого.

— Наверное.

— Ты проводишь много времени с ее высочеством и другими Владеющими. Если ты вдруг узнаешь что-то, что может меня заинтересовать, я всегда готова выслушать и соответствующе наградить. Например, что-нибудь из прошлого или странные привычки и наклонности. Все, что угодно. Я прошу тебя подумать над моим предложением, Селин.

— Хорошо, я подумаю.

— Обращайся ко мне в любое время. Некоторая информация стоит очень дорого. Помни об этом.

Эльфийка ускакала, а я остался размышлять над тем, что бы все это значило? Я думал, сложно только с Владеющими, но эльфиек тоже иногда непросто понять.

Город, в котором мы остановились, назывался Кенгтон. Не очень большой, но дорогих гостиниц наплодилось словно грибов после дождя. Саймон сказал — потому что Мостфель рядом, и богачи часто останавливаются в Кенгтоне на отдых. Разведывающие уже строили планы, куда сходить в столицу. Оказывается, кроме меня, никто из отряда в Мостфеле не был ни разу. Даже Далв. Все они родом из Гаралдуна или других восточных городов. В Мостфель Разведывающих послали впервые. Так что теперь пристали ко мне: что интересного, куда сходить, где обмундирование или оружие дешевле подремонтировать?

«Имперский столб» возвышался на высоту примерно двадцати шагов. Самое высокое здание в Кенгтоне, по-моему. Гостиница отнюдь не пустовала, но для ее высочества с Владеющими выделили отдельный зал. Ужин проходил в привычном ритме. Дамы беседовали о платьях и нарядах, которые они наденут на императорский бал. Мужчины — тоже о нарядах, как ни странно, а еще о наградных знаках и оружии. Я удивился: Владеющие в таком молодом возрасте имели немало различных наград. И «За служение императору», и «За участие в подавлении Вийского мятежа», «За храбрость и мужество», «За честь и доблесть» и прочее. И ведь в боевых действиях они не участвовали. У меня самого только «За отличное несение воинской службы» I ступени. Я в основном помалкивал, лишь изредка отвечая на колкие замечания лера Гоклы.

К нам подошел Прислуживающий гостиницы и поинтересовался, не желаем ли мы взглянуть на выступление бродячей труппы Фокусничающих. Вивьен разрешила. Здорово! Обычно нас развлекали Поющие или Танцующие. К нам в зал зашла группа разодетых людей. Две женщины и три мужчины в просторных цветастых одеяниях. Что-то бросилось мне в глаза. Какая-то некрасивость… Сказать я ничего не успел. Первой среагировала Шеа. Эльфийка активировала одну из форм из своего браслета-посоха, и группу Фокусничающих отделил от нас магический щит. Дальше события понеслись так быстро, что я не за всем поспевал.

Фокусничающие произвели слитный залп по щиту Шеа, пробив в нескольких местах и попав в кого-то из Владеющих. Во все стороны полетели куски мебели, посуда и остатки ужина. Женщины завизжали. Аура напавших была приглушена, чтобы скрыть наличие дара. Это и вызвало у нас с Шеа подозрения. Как же их пропустили внутрь?

Я быстро активировал новую Ванку, заранее внесенную в посох. Вивьен и еще двое Владеющих оказались внутри моего купола. Щит Шеа распался под шквалом заклятий, саму эльфийку чем-то приложило. Владеющие опомнились и тоже окутались щитами из личных рун или амулетов. Маги переключили внимание на мой купол и стали настойчиво долбить по нему мощными формами. Ванку держала отменно, но мана улетала будто вода в дырявый котел.

— Вивьен, помоги мне! — я вывел линию из формы и предоставил ее принцессе. Девушка без лишних колебаний дотронулась до линии и начала передавать ману в купол.

Сзади к нападавшим подошло подкрепление. Похоже, они еще отбивались от наших Охраняющих. Светлый эльф, что дежурил в зале, тоже закидывал противника формами. Дверной проем расширился раза в два, помещение загорелось в нескольких местах. Надо выбираться, пока еще Ванку цела.

— Уходим через окно, — первой предложила принцесса. — Снаружи должны быть Охраняющие.

— Хорошо, идите за мной.

Я, Вивьен и еще двое Владеющих стали медленно отходить к стене. Маги противника послали по еще одной форме. Видя, что нас не достать, противник сосредоточился на Охраняющих.

Выбив окно воздушным Бао, я помог Владеющим перелезть. К нам со двора уже бежали Охраняющие. Уфф, по-моему, прорвались. Только я это подумал, как другое окно вместе с частью стены вынесло наружу взрывом. Из гостиницы высыпали трое лже-Фокусничающих. Мы с Владеющими отбежали подальше, оставляя право разобраться с нападавшими Охраняющим. Спустя несколько асенд тройку магов закидали боевыми формами.

— Ваше высочество, с напавшими покончено, — к нам подбежал взмыленный Старший Охраняющий. — Мы прочесываем окрестности. Я послал человека сообщить Оберегающим об инциденте. Мои люди задержали всех в гостинице, включая постояльцев.

— Хорошо, работайте. Сколько их было?

— Семь Колдующих и около десятка Воюющих.

— Кто проверял людей у входа в зал?

— Насколько я знаю, одна из ваших. Светлая. Я распоряжусь, чтобы их привели к вам, если они еще живы, — Охраняющий поклонился и покинул нас.

— Ваше высочество, может, вернемся в наши комнаты? — девушку, что случайно попала в мой купол, немного трясло.

— Пусть сначала пожар потушат и грязь уберут. В том ресторане переждем, — раздраженно сказала принцесса.

Прислуживающие заведения по соседству явно не готовы были к тому, что у них в клиентах будет сама сестра императора и другие Старшие Владеющие в помятых грязных нарядах. Да еще с десяток Охраняющих ворвались вместе с нами и рьяно начали проверять других посетителей. Большинство поспешило покинуть ресторан.

— Спасибо, лер Селин. Все же мой амулет уступает нашему с тобой Ванку. Новая форма впечатляет. Очень устойчивая.

— Я делал, что мог.

— Ваше высочество, кто мог устроить подобное? Это же просто немыслимо! — возмутилась Владеющая.

— Кто-то, кто не хочет, чтобы я вернулась в столицу, — с безразличным видом произнесла принцесса.

— Это просто ужасно! Куда смотрят Оберегающие?

В ресторан ворвался один из Охраняющих, которого сразу чуть ли не прибили настороженные соратники.

— Старший Охраняющий послал узнать, не сможет ли лер Велиостро помочь с ранеными? Сейчас каждый М'лечащий на счету.

— Я иду, — поднялся я из-за стола и кивнул Вивьен. — Ваше высочество, прошу меня простить.

Гостиницу знатно потрепало. Во всех помещениях витал запах гари и горелого мяса. Если не знать, то можно подумать, что пахнет едой. М'лечащих II ступени вместе со мной набралось всего трое среди Охраняющих и Разведывающих. Еще Шеа могла похвастаться подобным титулом, но ей самой требовалась серьезная помощь.

Сначала меня подвели к незнакомому мужчине-Охраняющему. Колотая рана в живот. Такие повреждения убрать легче. Я сплел Аунко III ступени, чтобы сэкономить ману. Следующим пациентом оказалась Ним. Сильный ожог левой руки и левой половины лица. Длинные волосы эльфийки почти полностью выгорели.

— Маны не хватит на четвертую ступень, потерпи немного.

Девушка кивнула, скривившись.

Я достал несколько серебряных монеток из-за пазухи и принялся восстанавливать резерв. У Разведывающих так принято. Обязательной ежедневной сдачи маны, как у М'Вооющих, нет. Поэтому каждый М'разведывающий носит с собой несколько заряженных серебряных или даже адабренных монет. Мана не перетекает напрямую к Колдующему, просто медитировать становиться проще.

После Ним я обработал еще троих раненых. Остальным помогли другие М'лечащие. Так как пользы от меня больше никакой не было, я вернулся к Разведывающим в трактир. Подробно рассказав сослуживцам все о происшедшем, я завалился спать.

В Кенгтоне мы задержались на два дня. Владеющие приходили в себя. Двух девушек сильно ранило, их решили перевезти в столичную лечебницу. Из наших в столкновении погибло четверо М'Охраняющих и столько же Охраняющих. Напавшие все были мертвы. Это затруднило расследование. Ясно только, что все они из запрещенной гильдии Лишающих. Не думал, что орден наемных убийц настолько силен в Тазаме. Уйти живыми у них было очень мало шансов. Может, хотели взять принцессу в заложники. Несколько раз я беседовал с Дознающими, как один из принимавших участие в схватке.

Вивьен повелела продолжить путь, и мы отправились дальше. В дополнение нам выделили полроты Оберегающих Кенгтона на всякий случай. Работать над формами желания особого не возникало, но в середине дня Вивьен сама позвала меня в эмкипаж поговорить.

— Селин, не голоден?

— Голоден! Мы же только утром и вечером нормально едим.

— Что же ты раньше не говорил? Бери сколько хочешь во втором ящике.

Я без лишних слов наложил себе целую тарелку вкусностей. Хлеб, копчености, разные колбасы, овощи. Чего там только не было!

— Как ты одна фсе это съедаефь? — спросил я, пережевывая пищу.

— На остановках мне подают горячее. А эти закуски я почти не ем.

— Какая растрата!

Принцесса безразлично пожала плечами.

— Я хотела поговорить с тобой про Ним.

— Фто с ней?

— Поправляется. К покушению Ним непричастна. Я с ней обстоятельно поговорила, пусть тебя это не волнует. Меня интересует, о чем вы с ней общались несколько дней назад?

— Аф, гхм. Я обефал не рассказывать.

— Вот как? Даже другу не расскажешь? — Вивьен вопросительно подняла одну бровь.

— Ну, Ним тоже мой друг, наверное. Спроси ее лучше.

— Пусть будет по-твоему, Селин.

Я попробовал поднять одну бровь, как это сделала принцесса, но девушка в ответ только рассмеялась.

Сразу после Вивьен я решил заехать глянуть, как там дела у эльфиек. Шеа еще не отошла от ранения — ее везли во втором имперском эмкипаже вместе с Прислуживающими принцессы. Ним же ехала рядом. Выглядела неважно. Голову покрывал платок, всю левую половину лица обезобразил шрам. Чтобы его убрать понадобятся услуги М'лечащего III ступени, наверное.

— Лер Ним, как вы?

— Скверно. Это величайший позор в моей жизни. Нескоро я смогу смыть пятно со своей репутации. Только давай без подробностей. Я не хочу об этом говорить.

— Как скажете. Я подумал над вашим предложением.

— Вот как? У тебя есть, что мне рассказать? Что-нибудь про ее высочество?

— Э-э, нет.

— Я хорошо заплачу, не сомневайся!

— Я про Родерика Винтофелло хотел поговорить. Не знаю, правда, важная ли это информация.

— Говори!

Я рассказал про случай, когда Владеющий пригласил меня к себе и предлагал одну из темных эльфиек. И как он к ним относится. Этот Родерик ведь мне не друг. Наверное, так можно делать.

— Сложно будет это использовать. Я надеюсь, десять серебряных тебя не обидят, лер Селин?

— Не обидят!

— Вот и отлично. Я сама завтра подъеду. Может, у тебя есть что-нибудь про лер Кэласс? Что-то из прошлого?

— Есть.

Эльфийка обрадовалась и навострила длинные уши.

— Да-да?

— Но я говорить про это не могу. Ведь лер Кэласс мой друг.

— Очень жаль. Помни, Селин, награда за информацию о ее высочестве начинается с двух адабро. Я выслушаю в любое время.

Два адабро. Немалые деньжищи! Что это Ним так к принцессе привязалась, интересно?

Вечером на стоянке ко мне подошла Прислуживающая с очередной просьбой навестить лер Кэласс. Что-то загоняла ее высочество меня в последнее время. Получив напоследок от Тари замечание о каких-то нимфах-манках, я направился к эмкипажу.

Принцесса выглядела радостной, и часто красиво улыбалась. Разлила травяной настой, предложила печенья из приготовленной вазочки. Это мне показалось странным с самого начала. И действительно, под конец мы разругались.

— Ты что так и собираешься всю жизнь отбивать нижнюю точку? Хочешь получать жалкие гроши и прозябать в глуши?

— Ну-у, нет.

— Я обещаю хорошо устроить тебя в столице. Что тебе не нравится?

— А как же война?

— Всегда найдется, кому воевать. Я хочу, чтобы ты был рядом. Я устрою тебя в столичный университет. Ты же хотел продолжить учебу? Ты можешь гулять с кем хочешь, мне все равно. Представь, сколько там сейчас молоденьких девиц? Всех здоровых одаренных ведь призвали.

Я представил себе эту картину, но мне почему-то не понравилось. Я хочу стать нормальным, как все. А тут какие-то заморочки. Я подумал, что сказал бы на это папа. Вспомнилось почему-то, что «он не любит делать непродуманные вложения». К чему бы это?

— Нет, Вивьен. Спасибо за предложение, но я… как-нибудь сам лучше.

Тут у девушки случилась настоящая истерика. Вивьен обзывала меня неблагодарной сволочью и гадом. У сестер Беотель и Аверинны я видел такое. А вот у брата с отцом ни разу. Наверное, так кричать по пустяковым причинам могут только девушки. Что делать, я не представлял. На крики прибежала Прислуживающая, и я, улучив момент, попросту сбежал.

Утром следующего дня подъехала Ним и передала деньги. Бешгу напомнил ей, что предложение уединиться с ним все еще в силе. Эльфийка повернулась к нему, показывая пострадавшую сторону лица:

— Не передумаешь, черный?

— Я от своих слов не отказываюсь, ушастая. К тому же у тебя всего-то царапина.

Ним фыркнула и отвернулась от Разведывающего.

— Селин, ее высочество передает тебе извинения за вчерашнее. И просит составить ей компанию вечером.

— Хорошо, я приду. У вас хорошие отношения с Вивьен?

— Да.

— А почему ты тогда, ну, покупаешь о ней слухи?

Эльфийка смутилась. По-моему, впервые на моей памяти.

— Это тебя не касается! И это не во вред ее высочеству! Сам у нее спрашивай, — и добавила тише. — Я вообще не нанималась шпионом работать.

— Ладно-ладно, — я даже растерялся от такого напора. Шпионы еще какие-то.

Вечером Вивьен сама извинилась. Сказала, что мое решение она уважает. Мы вполне мило побеседовали. Я обещал обязательно навестить ее, когда война закончится, и я смогу вернуться домой в Старобрадфель. Про Ним принцесса ничего не рассказала, но тоже смутилась, если мне не привиделось.

Глава 13

Мостфель, несмотря на военные действия, ничуть не растерял своей красоты и величия. Самый большой город на Авальдоре, а может и в целом мире. Въезжали мы в столицу будто при параде. Народ выходил на улицы, кидал цветы под колеса имперского эмкипажа. Наш отряд Разведывающих тоже получил свою порцию славы. Пылинка очень нервничала. И когда ей под ноги прилетел букет, чуть не встала на дыбы. Удовлетворяющие кричали нам вслед, что мы можем бесплатно провести с ними ночь. Очень странно. Я думал, так встречают героев, вернувшихся с войны. Мы ведь не похожи на героев.

На площади перед императорским дворцом было полно народу. Каждый хотел поглядеть на вернувшуюся принцессу. Охраняющие оцепили все вокруг и скрыли лер Кэласс от людей. Вперед во дворец проследовали только ее высочество с Охраняющими. Наша же миссия была на этом окончена. Даже на душе легче стало. Не будет больше Леона Гоклы, не надо ломать голову над загадками Владеющих.

— Дорогу! — кричал Шрам, пытаясь не раздавить бросающихся под ноги людей. — Ну и толпа.

— Селин, куда двинем? Не в казармы же сразу тащиться? — спросил Низог, пытаясь перекричать многоголосый гомон.

— Я знаю одно место. Мы там с родителями останавливались. И мойни хорошие, и кормят вкусно.

— Отлично! Веди.

— Далв, докладывать поедешь? — спросил Командующего Гнэш.

— Один день ничего не решит. Завтра доложусь.

Отметили мы славно. Но ночевать пришлось ехать в казармы. Комнаты в столичном трактире нам никто не оплатит. Утром я раздал сослуживцам по Аун, которая немного помогала при похмелье. Все с нетерпением ждали возвращения Низога. Командующий с самого утра поехал в штаб, будто бы и не пил вчера наравне со всеми. Наконец-то домой заеду! Уж за две с половиной кварты изматывающего путешествия должны накинуть пяток выходных. Может еще нам зачтется, что я помог отбиться при покушении на принцессу. Авось и медаль дадут какую.

— Шелла, пройдемся по магазинам? Я всегда хотела провести свадьбу в Мостфеле или Гаралдуне.

— Обязательно.

— А я вот на ипподром загляну, — заявил Шрам.

Все уставились на него.

— Чего это? Меня не только выпивка и бабы интересуют!

— Да ты же там напьешься и будешь девочек кадрить.

— Может, оно и так. Одно другому не мешает…

К полудню вернулся Низог.

— По ходу на ипподром я не иду, — протянул Шрам, увидев выражение лица Командующего.

— Далв, что случилось? — спросила Тари.

— Нас посылают на север.

— На кой ляд? Разве нас не должны отослать обратно на восток?

— Я тоже так думал. Здесь, в Мостфеле, мы временно подчиняемся Алиевенто. Это Разведывающий II ступени. Он должен был приказать нам возвращаться на галиатский фронт, где рулит Симмлано. Не понимаю, что ему взбрело в голову.

— Может, про темных стало что-то известно? — предположил Саймон. — Вот и посылают всех, кто есть, на север.

— И все равно, мы ни дорог не знаем, ни порядков темных. Любой местный взвод будет куда полезнее нас.

— Отправляемся завтра, — добил нас Низог. — Времени мало. Приведите обмундирование в порядок, проверьте лошадей. Шрам, на тебе припасы. И никакой выпивки, смотри у меня. Завтра с утра выступаем. Я послал письмо Симмлано о нашей ситуации, но пока оно дойдет…

Даже поспать толком не дали. Спозаранку Командующий погнал нас в дорогу. Сказал, что в северной заставе нас ждут через декаду. Опять плести Аун на лошадей. Пылинка будет недовольна. Выезд из Мостфеля прошел буднично. Сквозь северные ворота из внутреннего кольца мы выехали беспошлинно. Еще бы эти Оберегающие вздумали брать плату с Разведывающих! Дальше на лиры растянулся внешний город — простые дома, бедняцкие кварталы. Нищих на улицах почти не встречали. Император Тэриан повелел всех бездомных, кто может держать оружие, отправлять на фронт немедленно.

Лира за лирой мы продвигались на север. К границе с Басхотаном и северной заставе Черный Дуб. Зачем нас сюда посылают, никто не знал. Темные сидели тихо и никаких сложностей с ними не возникало. Периодически мы встречали басхотанские купеческие телеги. От нас к ним уходили караваны с продуктами, от них — с оружием и разными картинами, там, или статуэтками. Мне как-то отец рассказывал. Увидев первого встреченного темного эльфа — низшего торговца, у сослуживцев возник вопрос:

— Селин, а чего он лицо тряпками закрывает?

— Это низший эльф.

— Я слышал про это разделение, — заметил Далв. — И что, все низшие у них лица закрывают?

— Ага, — кивнул я. — Когда в чужой стране находятся. Еще у темных есть высшие, то есть свободные. Обычно их мы и видим. Низшим сложно получить разрешение к нам ездить из Басхотана. Мой учитель говорил, что у темных много запретов для низших. Низший не имеет права вызывать высшего на дуэль. И все в таком роде.

— Почти как наши крепостные?

— Наверное. Не думал об этом. Низший может стать высшим, но для этого надо долго работать. Лет пятьдесят, не меньше. И денег много заплатить.

— Что уши развесили? — пожурил Низог. — Смотрите на дорогу, запоминайте приметы. Кто знает, насколько нас сюда закинуло?

Уложиться в декаду мы не смогли, хотя и гнали быстро, не жалея Аун на лошадей. Лишь на одиннадцатый день перед нами во всей красе предстала застава Черный Дуб. Как я слышал, здесь расположился Северный Мостфельский легион. Высокая каменная стена в восемь шагов. Внутри длинные деревянные казармы, штаб Командующих и другие помещения. На город это не было похоже. Чем-то напомнило Вестманнку, только бо льшую по размерам и хорошо защищенную. Командующего заставой мы случайно повстречали прямо на улице.

— Отряд, смирно!

Мы вытянулись стоя, держа под узду своих лошадей. Не успели довести до конюшен.

— Далв Низог, Командующий I ступени. Лер Лоэни, семьдесят второй отдельный взвод разведывающих прибыл в ваше распоряжение! Приказ лера Алиевенто, Разведывающего II ступени.

По погонам выходило, что Лоэни — Командующий III ступени. Важный человек. Мужчина совершенно седой, волосы коротко стрижены. Выражением лица напоминал лера Врискина в Вестманнке. Смотрел на нас, как на пустое место.

— Вольно! Я получил письмо о вашем назначении, лер Низог. Алиевенто ничего не писал про вашу задачу. Вам он сказал что-нибудь?

— Нет, лер Лоэни.

— Это очень странно. Сейчас у меня три взвода Разведывающих. Я никогда не жаловался на их нехватку в столицу.

— У меня тоже нет никаких догадок, лер Лоэни. Мы ожидали, что нас отправят обратно на галиатский фронт к леру Симмлано, Разведывающему II ступени.

— Сегодня осмотритесь. Я пошлю Алиевенто письмо. Завтра к вам придут из другого отряда, покажут фронт работ. Отдыхать вы у меня не будете. Командующий I ступени лер Сагобезо. Отчитываться тоже будете перед ним. Свободны, — лер Лоэни вяло махнул рукой.

Тихо переговариваясь, мы поставили животных в конюшни, и нашли себе свободные койки в одной из казарм.

— Селин, по принцессе скучать не будешь? — услышал я вопрос Шеллы.

— Гхм, наверное.

Где я еще найду такого хорошего М'обучающего?

— Бедненький. Даже на бал не пригласила, — пожалела меня Шелла.

— Да он с ней на год вперед оторвался. Кобель хренов.

— Тари, что ты говоришь? Как будто дело только в этом!

— Ты еще скажи, что у них высокие чувства.

— Любовь, знаешь ли, всегда бьет без разбору.

— Я тебе Шелла иногда поражаюсь. Да они же из совершенно разных миров!

— Ну, не такие уж и разные. Оба Владеющие.

— Ага, один наследный I ступени, другая III ступени. Разницу улавливаешь?

— Эй, дамы, вы бы хоть не перед Селином языками чесали, — заметил Шрам

— Да, извини Селин. Вот было бы здорово, если бы принцесса тебя в столице устроила, правда?

— Вивьен приглашала. Сказала, что поможет поступить в университет.

Народ замолчал. Я оторвался от чистки сапог и посмотрел вокруг. Давно на меня так не смотрели. Глупость какую-то опять сказал, видимо.

— И почему ты здесь?! — повысила голос Шелла.

— Э-э…

— Балбес, — Тари.

— Вот дурак, — Саймон.

— Птица в небе, что золотой камень в темном омуте, — Бешгу.

— Не ожидал от тебя, Селин, — добавил Ганс.

— Вы что к Селину привязались?! — вмешался Шрам. — Он уже взрослый парень, пусть сам решает.

Больше про Вивьен меня не спрашивали, слава Единому.

В середине следующего дня мы выступили для патрулирования границ. На первый раз — вместе с седьмым ОВР под командованием лера Сагобезо. У них во взводе насчитывалось семнадцать человек и трое темных эльфов. Наверное, бывшие низшие. Десять Колдующих и десять Воюющих. В двух других группах Разведывающих служило тоже по двадцать человек. Я спросил Бешгу:

— Почему у нас только четырнадцать человек?

— Кривая улыбка лучше куска острого железа в брюхе.

Можно было и не спрашивать.

Чужие Разведывающие постоянно крутились возле Тари и Шеллы. У них во взводе девушек не было. А может, я не заметил просто. Сложно различить пол, если стрижки у всех короткие и одежда одинаковая. Отряд Сагобезо патрулировал в форме Разведывающих в отличие от нас.

Спустя трое суток мы достигли границы с Басхотаном. Никаких знаков не было. Просто чистое поле. Западнее граница с темными эльфами проходила по руслу небольшой речки. Пришлось запоминать разные мелкие приметы, чтобы в будущем случайно не зайти на чужую территорию. Каждый день отряды Разведывающих поочередно патрулировали эту местность.

Издалека мы поглядели на дозорные вышки темных эльфов. У них так следили за границей. Сагобезо сказал, что наш способ лучше. Потому что вышки можно легко обнаружить и сделать так, чтобы никто с них не подал сигнала. Разведывающие оставались на границе примерно декаду. Потом их сменял другой отряд. Сагобезо пояснил, что они делятся на четыре группы по пять человек, чтобы можно было наблюдать за несколькими основными проездами. Командующий еще посмеялся над нами — мол, как мы сможем поделить наш крохотный отряд на четыре части? Придется кого-то резать.

В итоге в нашей группе остались я, Бешгу, Рельв и Снут. Некоторые пары пришлось разбить, чтобы собрать четыре группы: две по четверо, две по трое. Нам досталась в напарники пятерка из отряда Сагобезо. Дальше ничего интересного не происходило. Разведывающие разбили лагерь возле одной из дорог в восточной части границы. Кто-то уходил вперед в разведку, кто-то оставался дежурить.

Спустя декаду нас приехал сменить другой отряд Разведывающих.

— А что, неплохой график! — заметил Шрам. — Три дня добираешься, декаду патрулируешь, три дня возвращаешься. А потом… Сколько там выходит? Четырнадцать дней отдыхаешь. А с нами теперь получается… Двадцать четыре дня! Две с половиной декады!

— Ты только Лоэни про это не говори, а то увеличит число Разведывающих. Пошлет два отряда в патруль, как сейчас. И нам останется четыре дня на отдых.

— Типун тебе на язык, Рельв!

Лоэни не стал менять расписание патрулей и перед нами предстали каникулы длиной две декады. В Черном Дубе с развлечениями туго. Вокруг располагались одни деревни. Среди Воюющих проходят разные спортивные соревнования. Наши Разведывающие стали ходить иногда с ними на тренировки по бою с оружием. Я пару раз посмотрел на это дело. Северный Мостфельский легион большой, и мастеров ближнего или дальнего боя здесь навалом. Обычно тренировки проходили следующим образом. Обязательная разминка под присмотром Командующих. Потом Воюющие разбивались на пары. А к самым умелым выстраивалась очередь на тренировочные поединки. Только сейчас я смог вблизи посмотреть, как сражаются наши Разведывающие. Бешгу просто зверь. Сильный, быстрый и неутомимый. Но некоторых умелых Воюющих победить не мог. Тамсон тоже очень ловко орудовал клинком. Я больше наблюдал и отрабатывал удары на деревянных манекенах, но это быстро надоело. До титула Сражающегося мне все равно не дотянуть.

На тренировки я ходил не каждый день. Нам Разведывающим это не обязательно было делать. Низог сказал, что если мы в северной заставе останемся надолго, то он прикажет ежедневную разминку делать. А то совсем жиром заплывем.

М'воюющие не ходили на тренировки. Совсем. Это меня опечалило. Я думал набраться опыта, глядя, как они плетут формы. Нет, некоторые ходили на полигон для занятий магии, но у них был такой угрюмый вид, что я счел за лучшее не подходить. Я спросил у Саймона, почему никто из Колдующих не тренирует новые формы?

— Это ты у нас такой неугомонный. Все тебе мало. Обычному Колдующему хватает заучить несколько боевых форм.

В общем, походив по полигону, я решил заниматься сам. Колдующий я II ступени или кто? Решил начать с ФиоТио. Сама форма хороша, но в некоторых ситуация бесполезна. Во-первых, сделать форму с более мощной пробивной частью. Во-вторых, добавить в формы несколько дополнительных пробивных частей, чтобы проникать за многослойную защиту. Как тот огненный диск гномов, например, в битве при Даванторе.

Без М'Обучающих работалось тяжело. Многое приходилось делать наугад, но я не сдавался. Мощное ФиоТио сделал за пару дней, а вот со вторым пунктом пришлось повозиться. Состыковать пробивные формы получилось с большим трудом. К тому же моя старая фиолетовая пробивная форма срабатывала долго. Если щиты расположены близко друг к другу, то заклинание не пройдет. Все-таки гномьи артефакты оставались намного лучше моих поделок. Но это только пока. Придет время, и я сконструирую что-нибудь этакое. Сверхкрутую форму, против которой не будет никакой защиты!

К Лоэни пришел ответ на письмо от лера Алиевенто. Далв с ним переговорил и потом пересказал нам:

— Алиевенто ничего конкретного не сказал. Намекнул, что к нашему назначению причастны Владеющие. Так что в заставе мы еще побудем. Ждем ответ от Симмлано. Зная этого старого хрыща, могу сказать, что Алиевенто мало не покажется. Не удивлюсь, если Симмлано напишет самому императору.

— Да и тут неплохо. С бабами беда только.

— А с бухлом значит все нормально, Дже? Где достаешь?

— Варят тут в деревне неподалеку.

Следующее наше патрулирование прошло без происшествий. Скучно, конечно, проводить время на границе или в Черном Дубе. Но такова уж доля Разведывающих. Кто-то ведь должен это делать?

Во время отдыха в заставе, я выспросил у сослуживцев разных бытовых форм. Простирать и просушить одежду, повесить защиту от дождя, почти не расходующую ману. Магический костер, настраиваемый по силе огня. Магический обогрев. Затвердевание — очень интересное плетение, которое позволяет из сырой земли или песка сделать прочную вещь любой формы. Тарелку, котелок или нож, не очень долговечные правда. Еще доработал почти все свои формы, включая Зар II ступени. Как же мало я понимал в ту пору, когда работал Удобряющим дома!

Я уже мог практически напрямую менять форму. Вместо огненного шара или стены сделать, например, диск, копье или даже сеть. Выбрать нужную силу, настроить скорость полета. Подобное плетение формы занимало намного больше времени, чем стандартная отработанная основа. Но это все равно здорово! Раньше мне надо было декадами и квартами изменять форму, тренироваться в ее плетении, заносить в кодекс и посох, чтобы не забыть. Похоже, так повлияли углубленные занятия с принцессой. Будто на новый уровень перешел. Теперь я точнее и намного быстрее рассчитываю каналы, как будет перетекать мана в новой форме. Наверное, если бы я нормально выучился в университете, то стал бы сильным Колдующим. Ну, и так неплохо. Я уже важный человек, ведь не каждый становится Колдующим II ступени.

Третий поход 72 взвода выпал на вторую декаду оранжевой кварты. Наша четверка Разведывающих привычно встала лагерем на восточном направлении. Дорога тут вся разбитая — не особо популярная. Идет из восточной части Басхотана в Мостфель. На пятый день Рельв подметил.

— Что-то ни одного Торгующего не видно. Селин ты не видел, когда плел Синко?

— Не-а.

— Заказов у темных нет, вот и караваны не ходят. Деньги то все на войну идут, — предположил Шрам.

— Ага, так Владеющие и стали тратиться на войну. Нет, эльфийский хлам скупать будут всегда. Не нравится мне это. Ладно, в дозор по восемь теллов будем ходить. Никаких возражений. Представьте, какого Гансу приходится? Он же один Колдующий в группе!

Никто и не возражал особо.

На седьмой день патрулирования рано утром мы с Бешгу объезжали окрестности.

— Ух-х, холодина! — поежился воин.

— Ага, — я зевнул. — Сплести тебе согревающее?

— Мудрый охотник не бегает за дичью, а дичь бегает за ним.

— Подъедь поближе, сплету.

Очень полезная форма в такое морозное утро. И не заметно, что стоит середина оранжевой кварты. В очередной раз я раскинул Синко и застыл столбом.

— Ауры. Много аур. Есть Колдующие, — посмотрел я на напарника.

Бешгу быстро развернул коня, и взял сходу в галоп. Немного с запозданием я повторил маневр. Нас с Бешгу накрыло несколько десятков волн от поисковых форм. Колдующие, поняв, что обнаружены, не стали более скрываться. Мы ворвались в лагерь будто ураган. Рельв с Дже все еще мирно храпели в палатке.

— ПОДЪЕМ! ТРЕВОГА! — заревел Бешгу, напугав пасущихся лошадей.

Надо отдать должное Разведывающим, они не стали бесполезно метаться и задавать глупые вопросы.

— Селин, Аун раздай животным, что застыл?! Моему «последний шанс». Живо!

Я спохватился и начал плести форму. Сам бы я не решился плести «последний шанс» Пылинке. Привык я к ней за это время. Первым закончил с конем Бешгу. Чернокожий воин не стал ждать остальных и тут же умчался вперед. Пока Разведывающие собирались, я успел наложить обычное Аун на остальных лошадей.

— Двигаем! — скомандовал Рельв. И мы рванули вперед, оставляя в лагере палатку и большую часть припасов.

— Что там, Селин? — на ходу спросил гном.

— Много аур. Несколько сотен. Колдующих тоже много.

— Твари! Надо предупредить Черный Дуб. Селин, если с нами что случиться, скачешь дальше. Понял?! Свою Ванку врубишь на полную.

— Я знаю.

Сражение — это не для Разведывающих. Передать как можно быстрее сведения — вот наша задача. Один телл на подготовку заставы к обороне может спасти сотни или даже тысячи жизней, так говорил лер Сагобезо. На один телл позже и сражение может быть проиграно вчистую. Если эльфам удастся окружить Черный Дуб, то столица может и не узнать сразу о нападении. А это катастрофа.

Преследователи немного приблизились, но пока в пределах прямой видимости их не было. Рельв сплел Синко из посоха и сообщил:

— Впереди шестнадцать аур. Четверо Колдующих. Четыре ауры слабые.

Сворачивать нельзя. Сначала надо оторваться на несколько лир, чтобы Синко не доставала.

Я приготовил посох. Когда полетели стрелы, я активировал Ванку. Рельв выставил щит, Шрам тоже использовал защитную руну. Перегородить дорогу темные не додумались, поэтому шанс пройти оставался. Первым приложило Шрама — мужчину скинуло с лошади одним из заклинаний. Остался он жив или нет, мне неведомо. Впереди я заметил утыканного стрелами коня Бешгу и его самого. Три эльфа-воина пали, когда пытались сразить чернокожего Разведывающего. Видимо, заклинания на Бешгу не применяли, опасаясь спугнуть нас.

Мы с гномом проскочили засаду на полном ходу. Я бросил Тиов в сторону эльфов. Те почему-то не отгородились щитом. Штук пять длинноухих порезало огненной волной почти напополам. Жаль, что простые воины. Колдующие защитой озаботились. Мы неслись во весь опор, и по нашим щитам барабанили боевые формы. Взрываясь, слепя, ощутимо стукаясь, растекаясь по защитной пленке. Зря я сплел Тиов — мана уже заканчивалась.

Неожиданно в Рельва сбоку что-то прилетело. Конь гнома на полной скорости стал заваливаться. Рельв не успел спрыгнуть — его придавило несколько раз собственным скакуном. Я не останавливался ни на асенду. Надо добраться до заставы во что бы то ни стало. Подгонять Пылинку на этот раз нужды не было. Она и сама неслась во весь опор.

Спустя телл я сбавил темп. Сплел еще раз Аун, пока погони не видно. Если так пойдет и дальше, то Пылинка не выдержит. До заставы около суток непрерывной езды. Надо экономить силы.

Дорога слилась в одну сплошную полосу. Иногда я останавливался, чтобы дать лошади отдых и напоить ее. «Последний шанс» рука не поднялась колдовать. Не люблю причинять боль животным. Ночью пришлось еще больше сбавить скорость. Тут уж я понадеялся на Пылинку. Если она подвернет ногу — считай пропал.

Держался я в седле, по-моему, только благодаря Аун. Спать, пить и есть хотелось зверски. И я прямо чувствовал, как устала Пылинка.

— Ну, давай, родная. Еще немного. Осталось всего чуть-чуть.

Более засад я не встретил. К полудню показалась застава. Пылинка, мы добрались! Я буквально влетел в гостеприимно распахнутые ворота заставы.

— Бей тревогу! — крикнул я дозорному на стене. Тот спохватился и принялся колошматить в сигнальный колокол. Разом отовсюду высыпал народ. Будто из всех щелей повылезали. Кто-то бежал одевать экипировку, кто-то седлать лошадей. Знают Воюющие у Лоэни свое дело. Даже если и тревога учебная, бегут все равно со всех ног.

Когда я подъехал к штабу, оттуда уже выскочило несколько Командующих во главе с лером Лоэни. Я соскочил с Пылинки и чуть не грохнулся оземь. Кто-то из Воюющих придержал меня за локоть.

— Лер Лоэни, — голос был хриплым, будто и не мой вовсе. — Вчера утром мной замечено много аур. Больше сотни. Колдующих тоже много. На обратном пути нас ждала засада темных эльфов. Из нашей группы только я один дошел. Селин Велиостро, Младший М'разведывающий.

На асенду Командующий III ступени замолчал, обдумывая информацию. И потом взорвался приказами:

— Доставляющих в столицу и южный рубеж. Немедленно! Писем не будет. Пусть пересказывают все на словах. В деревни сообщить. Всех Воюющих вернуть в заставу. Сагобезо!

— Слушаю, лер, — возник рядом Разведывающий.

— Выдвигайтесь вперед. Нужно больше данных о противнике.

— Да, лер!

В столовой никого не было. Я сам наложил себе остывшей каши и налил кружку холодного настоя. Руки уже почти не дрожали. Я сделал, что смог. Спасти сослуживцев было не в моих силах. Будь здесь Арра… Все могло бы быть иначе. Как же спать хочется! В казарме тоже никого не было. Развалившись в одежде, я забылся беспокойным сном. Сквозь дрему я слышал, как кто-то бегает туда-сюда, что-то говорят.

Проснувшись, я увидел, что другие члены взвода дрыхнут неподалеку на койках. Кориандро, Тари, Гнэш, Саймон и Тамсон. Низога и группы Ганса видно не было. Шелла сидела с безразличным видом на койке, привалившись к стене.

— Шел, а где Далв?

— Бегает тут где-то.

— А группа Ганса?

— Они не вернулись, — холодно ответила девушка. — Рельв?

Я помотал головой:

— Я один смог проскочить. Ты не спала?

— Я Ганса подожду… — тихо ответила девушка.

— Ясно.

Осада Черного Дуба длилась полторы кварты. Не так просто взять укрепленную заставу, с доверху наполненными накопителями. Колдующие легиона исправно качали им ману. Поначалу отряды Разведывающих посылали на разведку, но потом войска эльфов окружили крепость полностью. Несколько раз темные пытались взять Черный Дуб наскоком или хитростью. Люди гибли с обеих сторон. То стрела шальная, то заклинание прилетит. Ничего не вышло. Решили взять измором. В начале второй кварты еды стало мало. Крепость не рассчитана оказалась на такой долгий осадный срок.

Оборона протекала, как и при осаде Давантора. Основная каменная стена была слабой защитой. Как и в Даванторе, на заставе находился сложный артефакт, похожий на пологи в легионах Воюющих. Артефакт выстраивал вторую внешнюю земляную стену. Эта стена принимала на себя основные удары, и восстанавливалась после пробитий. Не представляю, сколько маны потребляет такая штуковина. Огненные метатели тоже успешно помогали в обороне. Правда, в первый, самый тяжелый, штурм мы лишились почти половины метателей.

Еще нас закидывали плетениями сверху через стену. Расстояние большое, и скорость вражеских заклинаний сильно падала. По всей стене дежурили Колдующие, которые их сбивали. Мы тоже помогали. Главное — попасть огненной сетью по летящему шару и вовремя увернуться от остатков сбитой формы. Хорошо, что летели они медленно, а то заставе бы сильно досталось.

Как же мы радовались, когда нам на помощь подошел Южный Мостфельский легион. Вкупе с несколькими дивизиями столичных Оберегающих и наспех собранным ополчением. Группа Ганса так и не вернулась. Все еще оставался очень слабый шанс, что темные взяли их в плен. Я так и не узнал, что означает сложная татуировка у Ганса на лице. Колдующий никому не рассказывал про нее.

Нам мало что было известно о происходящем вокруг. Лишь потом разузнали порядок событий. Восемнадцатого числа оранжевой кварты семнадцатого года эпохи Тэриана войска Басхотана вторглись в северные провинции Тазама. Этому предшествовало заключенное с Шаниатом перемирие. Император быстро осознал, что воевать на три фронта не выдержит даже самая сильная армия. С Шаниатом было заключено соглашение, по которому им отходило часть земель с граничащих провинций. Взамен ханство обязалось прекратить перемирие и начать военные действия против Басхотана. Северные варвары сдержали слово. И темные эльфы вынуждены были быстро отступить на защиту своих рубежей от заклятых своих недругов.

Нас отправили обратно в столицу, дав целых три декады на отдых. Да и отряд надо восстановить. Восемь человек — это уже маловато для Разведывающих. Шелле пришлось тяжелей всех. Теперь то я понимаю, что смерть близкого — это очень плохо. А ведь раньше всегда удивлялся, почему люди плачут на похоронах, как будто случилось тяжкое горе. Сейчас, когда я думал о погибших Бешгу и остальных, какое-то глухое чувство появлялось внутри меня. Я не знаю, как сравнить свои переживания с другими людьми. Но плакать по погибшим я не собирался.

В Мостфеле меня разыскал Доставляющий и передал письмо от Вивьен. В нем принцесса просила о личной встрече во дворце. Что одевать, я не представлял. Думаю, мама бы подыскала, что надеть во дворец. Форму Разведывающих что ли взять? Решил идти в обычном неприметном костюме Наемничающих. Встреча ведь личная. Полдня пришлось тратить на стирку и чистку.

Во дворец меня пустили далеко не сразу. Около телла понадобилось Прислуживающим, чтобы проверить приглашение принцессы. Да еще приставили двух Охраняющих и Прислуживающую. От кого охранять меня собрались?

— Лер Велиостро, я провожу вас в гостиный зал ее высочества. Следуйте за мной, — произнесла Прислуживающая средних лет, скептически оглядев мою одежду.

Я только и успевал смотреть по сторонам. Сколько роскошной мебели, картин! Много золота и даже серебра везде. Но какой же огромный этот дворец! Я бы не хотел в таком жить. Пойдешь ночью нужду справить и заблудишься.

— Спасибо, что пришел, лер Селин, — Вивьен протянула руку и улыбнулась. Некрасиво. Почему-то на меня девушка избегала смотреть. Я прикоснулся губами к вкусно пахнущей тонкой ручке.

— Как же я мог ослушаться? У тебя случилось чего, ваше высочество? — спросил я, заметив, как у Охраняющих округлились глаза.

— Ты как всегда сама непосредственность. У меня все в порядке, если не считать еще одно неудачное покушение.

Вивьен властно махнула рукой, и Охраняющие тут же вышли за дверь. Я тоже хочу так уметь!

— Что-нибудь выяснили?

— Есть только подозрения. Никаких серьезных улик. Я позвала тебя, чтобы…

— Да? — вставил я, так как пауза затянулась.

— Чтобы попросить прощения.

— За что?

— Я обещала не вмешиваться, но не сдержала обещание. Я думала, что на границе с Басхотаном тебе будет безопаснее. Я и в страшном сне не могла увидеть, что произойдет! Прошу тебя, прости меня, Селин.

— Ты вот почему нас на север отправили? Так друзья не поступают.

— Прости меня…

— А ты больше не будешь делать так?

— Не буду.

— Тогда прощаю… Ты ведь хотела как лучше.

— Все равно я чувствую себя виноватой. Что я могу сделать для тебя и твоего взвода?

— Не знаю. Может, награду какую?

— Это и так уже сделано. Лежит на одобрении. Через декаду Тэриан будет вручать отличившимся из Черного Дуба.

Ого, сам император. Самый важный человек в Тазаме. Интересно на него посмотреть.

— Ну, если не сложно, можно мне посох хороший или кодекс? А лучше накопитель адабренный. Хотя бы маленький. Мне говорили, что с ним медитировать намного легче.

— Хорошо, я куплю, — обрадовалась Вивьен. — Селин, а какие у тебя планы? Пообедаем завтра?

— Я домой хотел съездить. Так давно не был! Может, после этого… награждения?

— Как скажешь, — покорно согласилась Вивьен. — Не опаздывай. Восемнадцатого числа следующей кварты.

— Не опоздаю, ваше высочество.

Конец второй части.

3.Освобождающий

Глава 1

В Мостфельском Университете Магии было очень тихо. Не бегали вокруг студенты, не прогуливались степенно Обучающие. Не слышно криков, смеха, даже разговоры редки. За небольшим исключением на пути попадаются одни молодые девушки или пожилые Обучающие. В отсутствии людей коридоры МУМа давят своей огромностью. Не для того Строящие старались, чтобы по ступеням и залам проходило от силы пару человек в телл. Я помню хорошо те дни, когда мы с Беотель сдавали экзамены. В холле было не протолкнуться, и кто-то обязательно заденет плечом или наступит на ногу. Я думал, меня внутрь так просто не пропустят, но на входе никого не проверяли.

Сестренка поступила на факультет боевой магии. Это в духе Бео. Интересно, не из-за моих ли давних тренировок с Тио? Уже на третьем курсе учится.

— Извините, а где расписание факультета боевой магии? — обратился я к проходившей мимо девушке.

— На втором этаже, возле дальней лестницы, — вежливо ответила студентка, рассматривая меня.

— Спасибо!

Немного проплутав, я вышел к доске искомого факультета. Так-так, пятая группа, если меня не подводит память. Ага, вот расписание первой группы, второй… И все. Почесав голову, до меня дошло, что группы перетасовали после большого призыва одаренных. Вскоре отыскал кабинет, в котором проводили занятия студенты из первой группы. За дверью что-то утомительно вещали старческим голосом. Про какое-то давнее историческое сражение с Колдующими. Я решил подождать перерыва, так как хорошо помнил, как М'обучающие не любят, когда их прерывают.

Вот это мощь! Даже меня сквозь двери проняло. Чуть стоя не заснул. Мда, не завидую сестренке и другим учащимся. Всего телл пробыл в университете, и уже как-то расхотелось сюда поступать. Я себе представлял, что буду здесь учиться новым красивым формам. И совсем забыл про скучные предметы. Вроде растениеводства или минералогии в Геленквейле.

После окончания занятия студенты потянулись из аудитории. Надеюсь, Беотель в этой группе. Одни молодые девушки. Каждая с большим интересом смотрела в мою сторону, проходя мимо. Как то не по себе стало.

— Селин!! — крикнула высокая стройная девушка с короткой стрижкой светлых волос. Приглядевшись, я узнал Бео. Ничего себе вымахала! На полголовы ниже меня всего то. Сестра крепко сжала меня в объятьях.

— Ты что тут делаешь? Я так рада тебя видеть. А ты надолго здесь? Может, перекусим? Черт с ней, со следующей парой. А ты неплохо смотришься в этих одеждах. А вот это герб Разведывающих, да? Лошадь и труба. А у тебя есть свой конь? Представляешь, брат Вестр женился на… Ой, он просил не говорить тебе. Сам скажет. Жаль, что тебя на свадьбе не было. И когда Аверинна выпустилась. Когда же война закончится? — Беотель вздохнула. Сестра говорила так быстро, что я осмыслил только половину предложений. — Я бы сама поехала, но папа не пускает.

— А-а, э-э. Тебе по закону рано еще, — сумел выдавить я из себя.

— Гхм, — кто-то кашлянул сбоку.

— Простите, — Беотель наконец оторвалась от меня. — Селин, это мои подруги Мия и Веспа. А это мой старший брат Селин. Он сейчас М'разведывающим служит.

Я поцеловал девушкам руки. Они покраснели. Вот блин, уже привык с Владеющими общаться. Похоже, надо было просто поздороваться.

— Где ты таких манер набрался? У вас так все Разведывающие дам приветствуют? — тут Бео повернула голову в сторону группы девушек неподалеку, которые что-то обсуждали. — Смотри, стоят, жертву выслеживают. Бежать тебе надо, Селин! — со смехом сказала сестра. — Не то выйдешь из универа уже с кольцом на пальце. Пойдем, — девушка потянула меня за руку.

— Что, с каким кольцом?

— Обручальным. Даже твоя недалекость никого не остановит. Шутка ли, тысяча изголодавшихся по мужчинам девушек в самом расцвете сил? А уж если узнают, что ты Колдующий, то, боюсь, просто разорвут на куски.

Мия и Веспа засеменили следом за нами.

— Бео, лер Вишминего заставит нас отрабатывать прогул, — заметила Мия.

— Не идите, если боитесь, — ответил сестра.

— Может не надо тогда. Давай я позже зайду? — предложил я.

— Не переживай. Пойдем, я тут отличное кафе знаю.

Сестра потащила меня на выход из здания. По дороге, словно бы невзначай, Мия взяла меня под руку с другой стороны. Бео только улыбнулась, заметив это. Сестра тараторила без умолку, лишь изредка позволяя что-то сказать. Кафе неподалеку от универа оказалось уютным, погруженным в полумрак. Посетителей почти не было.

— Что, у вас так все ужасно в университете?

— Ну, я, конечно, преувеличила немного. Пару в городе найти себе можно. Только каждая хочет заполучить Колдующего, а таких мало осталось в столице. Либо старые или больные, либо старшие Владеющие, к которым не подобраться.

— Вот оно что. Я почти на три декады тут останусь. Домой поеду. А то ты мне даже слова сказать не даешь.

— Извини.

— Как учеба? Мама писала, что на одни «высоко» сдаешь?

— А то! Я уже Младшая Колдующая, между прочим! По окончании второго курса титул получила. А после пятого могу и на I сдать!

— Молодец! Я вот тоже в Гаралдуне на вторую ступень сдал.

— Колдующего?! — хором воскликнули девушки.

— Да, а что такого?

— Тебе лучше не приходить больше в универ. Тебя посадят в клетку и… — тут Беотель смутилась. — В общем лучше не ходи. Ну вот, а я хотела похвастаться тебе. Сам то уже II ступень освоил.

— Да, хорошие Обучающие попались.

— А у нас всех нормальных преподов забрали. Одни зануды остались. Теорию читают или исторические хроники.

— Не все. Лер Вишминего очень даже интересно практику ведет, — поправила Мия.

— Может, и не все.

— Лер Селин, а расскажите нам про свои приключения? У вас ведь наверняка очень насыщенные будни? — попросила Веспа.

Я уже немного отработал рассказы про службу на Владеющих. Поведал девушкам несколько историй. Про битву у Давантора все хотели послушать. Про сопровождение Владеющего в Аваян-Демунн им понравилось. Только Бео почему-то предположила, что Хавалон спешил к невесте.

— Ты так здорово рассказываешь! — искренне похвалила сестра.

— Да? — вставила Веспа с сомнением.

— Вы не видели его раньше. Он и двух слов связать не мог. А говорить впервые начал только в семь лет. Умница, братик!

Это было правдой, поэтому я промолчал. Хоть мне и не понравилось, что Бео вспоминает прошлое. Будто бы это было в другой жизни. Не моей.

— А что у вас с рукой? — Мия подметила перчатку на моей левой руке.

— Точно. Селин, ты ведь был ранен. Тебя вылечили? — спросила сестра.

— Да, все нормально.

— Покажи.

— Там ничего интересного.

— Покажи!

— Ладно.

Я стянул перчатку, явив на свет конечность со светло-зеленой кожей и розовыми ногтями.

— Это ужасно! Тебе, наверное, очень больно было?

— Надо же. Я думал, ты будешь смеяться, как раньше.

— Я уже взрослая. Над таким же нельзя смеяться. Тебе было больно?

— Да. Очень больно.

Девушки замолчали, и я натянул перчатку обратно.

— Нам рассказывали про такое на лекарском факультете. Последствия аурного лечения, да Бео? — сказала Мия.

— Похоже на то. Значит, ты сам это сделал, Селин? Зачем?

— Да, сам. А что, полгода ждать, пока подойдет очередь к М'лечащему?!

— Извини, я думала, Колдующих сразу лечат.

— Бео, а ты чего так коротко подстриглась?

— Мешает. Пару раз подожгла кончики волос на практике. Решила, что так будет лучше.

Мы еще немного посидели, поболтали о разном. Под конец Мия и Веспа спросили, не хочу ли я еще раз составить им компанию как-нибудь вечером. Я ответил, что большую часть отпуска, скорее всего, проведу в Старобрадфеле. Сестра сказала, что будет обязательно приезжать на выходные. Покажет, чему научилась.

В столице меня больше ничто не держало. Низог и Гнэш активно набирали новобранцев в отряд. В основном из Оберегающих. Как и я, многие хотели посетить родные места, но уезжать из столицы до награждения никто не собирался. Не каждый же день видишься с императором. Я один успевал доехать до дома за оставшиеся девять дней до встречи с Тэрианом. Сослуживцы все проживали далеко на востоке.

Тари от Шеллы почти не отходила, не отпускала ее одну куда-нибудь. Ганс, Тент, Бешгу, Рельв, Дже, Снут. Поскольку тел не было, похорон погибших и пропавших членов взвода не устраивали. Гнэш сказал, что это дело родных. Им придут извещения о гибели. Нам же оставалось только напиться, да помянуть верных боевых товарищей добрым словом. Наверное, я буду скучать без астрегонских поговорок чернокожего верзилы.

Я оседлал Пылинку и неспешно покатил в сторону Старобрадфеля. По-моему, я первый раз в своей жизни путешествовал один. Как-то непривычно. Дорогу я помнил хорошо, да и нету здесь много ответвлений. Тракт проходил мимо Старобрадфеля и других деревень и уходил на юг. Ну, как тракт? Так, маленький трактик. За время пути встретил всего несколько крестьянских телег. Люди приветственно гнули спины и поднимали шляпы. Да уж, тут возле Мостфеля Владеющих полно. Даже одинокому всаднику вроде меня крестьянину лучше поклониться на всякий случай. А вдруг Владеющий скачет?

Места совершенно не изменились. На юге такие деревья растут с огромными листьями, на джунгли похоже. У нас же обычные леса и поля. Где-то на пятнадцатый раз наколдовав по привычке форму, я спохватился. А зачем я плету Синко, собственно? Немного подумав, я решил, что осторожность не помешает.

Вот знакомые рощи и поля показались. Сейчас будет развилка на деревню. Впереди я обнаружил ауры четырех неодаренных. Возле «дозорного» дуба. С него отлично виден тракт. Можно поглазеть на обозы Торгующих или на проезжающие иногда роты Воюющих и Охраняющих. Шайка Коста меня на это дерево не пускала. Я один раз сам пробовал залезть, но грохнулся оземь, отбив себе задницу.

Свернув в сторону деревни, меня тут же окружили пацаны лет тринадцати.

— Лер Наемничающий, а вы к нам, да? — спросил один из парней.

Я пустил Пылинку шагом, мальчишки продолжили следовать за мной. Знакомых лиц я не заметил.

— Да. И я Разведывающий.

Пацаны зашушукались.

— А вы к кому едете, к Троскано или Велиостро?

— К Велиостро. Что слышно про них?

— Сын старший женился кварт восемь назад, — деловито принялся перечислять один из мальчишек с длинными русыми вихрами на голове. — На дочке старосты. Дом строит. Еще говорят, что младший сгинул где-то на войне. Это дурачок который. Говорят, собственный конь затоптал.

— Гхм, Пылинка вроде смирная, — пробормотал я. — Ловите, — кинул я мальчишкам несколько ржавчиков.

— Спасибо, лер. Вам показать дорогу до поместья Велиостро? — с надеждой спросил парень.

— Нет, сам найду уж.

Начало темнеть, поэтому я немного подстегнул Пылинку. Лошадь шагов сто быстро проскакала галопом, постепенно уменьшая скорость обратно до шага. Вот зараза! Похоже, не дано мне показать себя хозяином, как советовал Тамсон. В сумерках сложно было судить, но, по-моему, деревня не сильно изменилась.

Вот показались наши возделываемые поля, знакомые строения. При въезде во двор дежурил Охраняющий.

— Кто таков? Чего надо ночью?

— Селин Велиостро, — просто ответил я. Новенький что ли?

— Простите, лер! Проезжайте, не подумайте чего такого. Я вас только на портрете видел, не признал сразу. Эй, Тишка, сбегай в дом. Скажи, лер Селин приехал!

Молодой парень, наверное, Конюшний, сорвался со своего места и побежал к поместью. Ну вот, самому Пылинку расседлывать теперь? Ан нет. Когда я подъехал к конюшне, прибежал запыхавшийся Тишка и взял у меня поводья. Как же здорово, когда есть, кому тебя обслужить!

Только я подошел к крыльцу, как из дома выскочила пожилая чернокожая женщина.

— Тетя Шамма, рад вас видеть! — я склонился, чтобы приобнять невысокую Прислуживающую.

— Ох, и правда Селин! Все, я побежала Готовящих гонять!

Шамма быстро скрылась в проеме. Я зашел в дом. Приятно, что ни говори. Место, где тебя хорошо знают и всегда ждут. По лестнице сверху с немыслимой скоростью сбежала Беринна. Я на асенду испугался, что мама вот-вот упадет.

— Селин, сынок! — мамины объятия грозили раздавить меня.

— Ну чего ты плачешь? Со мной все в порядке же?

— Ты прав, — Беринна резко утерла выступившие слезы. — Просто это так неожиданно.

Мама немного постарела. Появились морщины, которых раньше не было.

В это время по ступеням сверху медленно спустилась девушка с белокурыми волосами. Обратив на нее внимание, я обомлел. Это была Нелла Гаризод собственной персоной. И она была в положении. Девушка придерживала рукой свой огромный живот. Куча мыслей пронеслось у меня в голове. Как же так, у нас ведь с ней ничего не было? Да и когда я ее видел последний раз?! Мне ведь говорили, что детей вынашивают всего семь кварт.

Нелла отвела от меня взгляд. Ничего не понимаю.

— А это теперь Нелла Велиостро, — представила мама.

Меня что и женить уже без меня успели? И ребенка заделали?

— Э-э-э.

Видя мою остолбеневшую рожу, мама произнесла строго:

— Селин! Вестр тебе так и не написал ничего? Убью засранца!

Услышать из уст благовоспитанной Беринны бранное слово можно было очень и очень редко. И тут в голове будто что-то щелкнуло. Я вспомнил рассказ мальчишек у «дозорного» дерева, слова Беотель, все другие оговорки.

— Так вот на ком брат женился? А я то уж передумал всякого, — сказал я с облегчением.

— Лер Селин, вы не в обиде на меня? — спросила Нелла.

— Нет, что вы! Прямо гора с плеч. А у вас с ногой все в порядке?

Девушка удивленно глянула на свои ноги, скрытые длинным свободным сарафаном. Потом перевела взгляд на меня.

— Да. А почему вы спрашиваете?

— Да так. Мам, я пойду помоюсь с дороги?

— Конечно, иди, — спохватилась Беринна. — Что это мы? Надо на стол накрывать. Нел, пойдем поможем немного, — мама взяла девушку под руку и повела в сторону обеденной комнаты.

Быстро ополоснувшись, я заглянул наверх в свою комнату. Ничего и не изменилось. В первом ящике стола все также лежали мои недоделанные рисунки. Давно я ничего не рисовал. Прежние домашние вещи были мне в пору. Разве что в районе живота стало посвободнее.

Внизу стол уже был заставлен разными салатами и закусками. Нелла осторожно поднялась со стула. Мама стояла рядом, поправляя салфетки возле тарелок. Ждут, пока я первый сяду. Я и забыл уже об этих правилах. Потирая руки в предвкушении, я сел за стол.

— Извините, что так долго.

— Через телл будет основное блюдо. Пока остатки с ужина принесли. Ты бы предупредил, что приедешь.

— Ифвини.

— Не говори с набитым ртом.

— Фа, мам!

— Ну вот, совсем перестал слушаться, — пожаловалась Беринна сидящей рядом Нелле. — Селин ты что надел?

— А? Фто?

— Почему на тебе опять деревенская рубаха и брюки от фрака?

— Правда? Не заметил.

Мама вздохнула.

— А я то думала, что хорошо тебя воспитала.

— Просто раньше у меня своего мнения и не было. Делал все, что мне говорили.

— Ты сильно изменился, Селин! Повзрослел.

— Да, я теперь Колдующий II ступени!

Мама удивленно покачала головой.

— Видишь, правильно мы тебя на мага отдали.

— Да, спасибо вам с папой. Он скоро приедет?

— Где-то через полторы декады должен вернуться. А ты надолго домой?

— На три декады примерно. Надо еще в Мостфель съездить. Наш взвод будет награждать император Тэриан, — похвастался я.

— Ох ты, Единый! Тебе ведь и надеть нечего наверняка? Так вот, что Неман имел ввиду…

— Я думал, ты подберешь мне что-нибудь. Или пойду в форме Разведывающих. А что за Неман?

— Ну уж нет. Ты Владеющий, а значит должен одеваться соответственно статусу. Что люди про нас подумают, когда сын Велиостро придет в какой-то форме? А Неман? Так зовут нашего с папой знакомого из столицы. Недавно он прислал письмо. Парой строк поздравил нас, что такого сына воспитали. Написал, что увидел нашу фамилию в наградном листе. Я подумала, что Веса приставили к награде, но он ничего про это не знает. Значит, про тебя Неман писал.

— Фонятно. Выберешь мне что-нибудь?

— Завтра утром пошлю за Шьющим в столицу. Когда у тебя церемония?

— Восемнадцатого числа.

— Батюшки, осталось меньше декады!

— А что?

— На будущее тебе, сынок. Приличный наряд изготавливают две-три декады.

— Да ну? Чего там готовить то. Взял штаны, рубаху, сюртук и камзол. Ну или фрак.

— Просто поверь мне на слово. Я не один раз заказывала Калару одежду у Шьющих. Если есть мерки, то могут и быстрее.

— Ладно, — отмахнулся я и вернулся к тарелкам.

Мама почти ничего не ела. А вот Нелла наложила себе разных салатов с высокой горкой. Я решил промолчать.

— За что вас наградят, лер Селин? — спросила жена Веса.

Пришлось подробно поведать обо всем, что случилось в Черном Дубе. В общих чертах слухи докатились до Старобрадфеля, но детали никто не знал. Беринна и Нелла охали и ахали. Спрашивали, как я это пережил. Надо было попроще рассказывать, а то слишком они впечатлительные. Под конец истории в зал ввалился Вестр. Мама ранее сообщила, что он подолгу задерживается на стройке своего нового дома.

— Так, явился негодник! Ты почему Селину про Неллу ничего не рассказал? В какое неудобное положение ты нас всех поставил! А я то думала, что хоть одного сына достойно воспитала!

— Ну, мам! Как-то все времени не нашлось. Здаров, Селин! Извини, что не сказал раньше, — брат крепко обнял меня. Он еще больше стал похож на отца. — Ужасно голоден. Пришлось заднюю стену перекладывать. Одних безруких нанял! — брат обошел вокруг стола, склонился и поцеловал жену в щеку.

— Руки мыть!

— Уже бегу!

Поужинали мы знатно. Не сколько наелись, сколько наговорились. У Неллы срок уже примерно шесть кварт. Когда мама про это говорила, то на лице у нее появлялась улыбка. Рассказал им про свою службу. К левой руке моей снова пристали. Мама припомнила мне еще и письма, которые я присылал. И что ей не понравилось? Я писал всегда по делу. Разве что ошибок много наделал. В поместье ничего особо и не изменилось. Часть Прислуживающих призвали. Еще старина Стенкс помер. Пока что Шамма выполняет обязанности Управляющего. Я обещал наведаться в столицу к М'лечащему со своими требованиями на левую руку. Если не возьмут, то к папе обращусь. Может, он подсобит. Калар ведь Властвующий, в отличие от нас.

Когда женщины разошлись, Вестр пригласил меня еще посидеть с бутылочкой чего покрепче.

— Не знаю, как так вышло. Она ведь мне тогда еще в душу запала. Потом случайно приехал домой и увидел Неллу. Они с мамой чай пили и болтали о чем-то. Попытался подкатить, но полностью обломался. Ты не подумай, я твое не хотел отбирать. Просто так получилось. Пока год не прошел с твоего отъезда, она даже слушать меня не желала. Потом согласилась на свидание, ну и… Вот теперь дом строим. Я ведь I ступень у Наказующих получил, только платят не очень. Папа деньгами помогает. Ухх, даже и представить боюсь, что он с меня за это стребует. У ростовщиков проценты и то ниже.

— Я думаю, он будет рад внуку.

— Твои бы слова, да Проверяющему III ступени в уши, — рассмеялся Вес. — А Ави теперь Считающая на руднике. Сразу доходы пошли. Отец как сказал? Если Ави заметит, как Управляющий укрывает чего, то саму ее Управляющей и поставит. Теперь нанятый Управляющий каждый ржавчик считает, сам проверяет, чтобы Добывающие не воровали руду из шахт.

На следующий день приехал Шьющий низенького роста. Снял с меня мерки. Мама ему заказала всякой всячины. И куда мне столько тряпок? Всего один раз надену ведь.

Ну а дальше я сам решил вернуться к своему прежнему занятию. Быстро поспевший урожай семье никогда не помешает. Красная кварта — прекрасное время. Все цветет, пахнет, стрекочет и тренькает. Хоть Зар III ступени я знал, но на практике не проверял. Лучше уж плести II ступень, чтобы наверняка. Да и резерв у меня подрос. Свободного времени и так навалом. Новыми формами совершенно не тянуло заниматься. На озере искупаться, в баньке попариться, сходить с братом в деревню на местные посиделки-попойки. На стройке моя помощь пригодилась. С развешанными Баоно Строящие могли работать и с наступлением темноты. В свободное время немного порисовал. Думаю подарить брату картину в новый дом. Пусть и не в прихожей, хотя бы в подвале повесят. Беотель на выходные приехала. О заклинаниях с ней много поговорили. Она тоже немало форм знала, но максимум II ступени. У них в универе дают формы постепенно.

Семнадцатого числа красной кварты вместе с Беринной и несколькими Охраняющими мы поехали в Мостфель в карете. Мама ни в какую не хотела оставлять меня. Будто я сам одеться не смогу на эту церемонию! Вечером я изображал деревянный манекен, пока мама и Шьющий примеряли на мне разные наряды и что-то подправляли. В итоге остановились на зелено-коричневом вычурном камзоле с золотой нитью, сюртуке, светлой рубашке с какой-то бахромой на конце рукавов, странными короткими сужающимися книзу штанами с длинными гольфами и туфлями на посеребренной пряжке. Мама сказала, что я выгляжу отлично. Сам я не знаю, плохо разбираюсь в нарядах.

Приехали мы во дворец за два телла до начала церемонии. Беринна не была приглашена, поэтому она вернулась в гостиницу. А меня Прислуживающий проводил в комнату с мягкими диванами и стульями, где уже расположилось около трех десятков человек в разных нарядах. У большинства я заметил кучу медалей, орденов и прочих знаков отличия. Сам я нацепил свою единственную «За отличное несение воинской службы» I ступени. Наверное, это все Командующие и Воюющие или Владеющие. Заметил и несколько знакомых лиц по Черному Дубу. Спустя телл поспели сослуживцы:

— Классный наряд, Селин! Как влитой сидит, — подошел Гнэш. Они с Далвом надели костюмы, похожие на мой, только других цветов. Шелла и Тари щеголяли в одноцветных платьях. Не таких сложных, как на принцессе было. Остальные — в форме Разведывающих.

— Спасибо. Шьющий вчера несколько теллов подгонял по мне.

— А-а. Мы то на вечер сняли в прокате.

— Шел, Тари, прекрасно выглядите! — поспешил я похвалить.

— Спасибо, Селин.

— Да иди ты. Я себя в этих тряпках настоящей дурой чувствую, — заметила Тари.

— Ну что ты, милая, — Далв приобнял девушку за талию. — Посмотри зато, как на тебя эти индюки смотрят.

В ответ Тари фыркнула, но довольную улыбку скрыть не сумела.

Император Тэриан сильно походил на сестру. Волосы светлые, щеки розовые, только выражение лица серьезное. Почти не улыбается. Никакой короны Тэриан не носил. Да и каких-то выделяющихся украшений на нем не было. Разве что несколько артефактов, слепящих глаза в магическом зрении. Сам император неодаренный.

Нас в зале набралось около двух сотен человек. Большинство я не знал. Присутствовал взвод Сагобезо, сам Лоэни, другие старшие Командующие заставы. Меньшую часть, около восьмидесяти человек, Прислуживающие выстроили в линию. Остальные приглашенные кучковались на противоположной стороне помещения. Я заметил в толпе Вивьен, окруженную Владеющими, наверное. Она махнула мне веером. Люди вокруг нее как по команде повернулись в мою сторону.

Тэриан произнес приветственную речь. Очень умно говорил. Расписал храбрость защитников северной заставы, подметил помощь Разведывающих. Лера Лоэни похвалил отдельно. Потом сказал несколько слов в том ключе, что другим Командующим и Воюющим стоит брать с нас пример. Говорил про скорую победу Тазама и про несгибаемый дух нашей армии. Я почувствовал себя очень важным человеком. Какое большое дело мы сделали, оказывается.

Далее император начал идти вдоль выстроившейся линии людей и цеплять награды. С десяток Прислуживающих тянулись за ним на почтительном расстоянии и по очереди подносили подушечки с лежащими на них наградными знаками. Один из Прислуживающих громко извещал об имени награждаемого, основном титуле и за что дана медаль. Взвод Сагобезо получили по «За служение императору» I ступени. Первым из наших наградили Далва. «За служение императору» II ступени! Быстро подошла моя очередь.

— Селин Велиостро, Младший М'разведывающий, семьдесят второй ОВР! Награждается «За служение императору» II ступени.

Император приколол небольшую серебряную медаль, от которой вниз отходили ленточки цветов тазамского герба. Тут Тэриан достал с подушечки еще одну награду и снова подошел ко мне. Прислуживающий громогласно объявил:

— Награждается «За честь и доблесть» II ступени. За самоотверженную и неоценимую помощь в отражении покушения на жизнь особы императорской крови!

— Спасибо, — добавил уже сам император.

— Служу Тазаму! — я немного растерялся.

Тэриан быстро пожал мне руку и отправился дальше одарять отличившихся. Вся церемония заняла около полутора теллов.

— Прошу вас насладиться замечательными напитками и закусками, уважаемые леры. Боюсь, что дела государственной важности не позволяют мне уделять много времени светским приемам. Впрочем, сегодня есть, кому скрасить этот серый вечер. Прекрасная Вивьен, я оставляю этих мужественных леров под вашей опекой.

— Ах, ваше величество. Вы очень добры, что доверили мне вести вечер.

— Прошу меня извинить, уважаемые леры. Наслаждайтесь фуршетом. Сегодня ваш день!

Под громкие рукоплескания приглашенных Тэриан покинул зал.

— Селин, красава! — хлопнул меня по спине Саймон. — Успел подсуетиться.

— Ага, спасибо.

Мы разошлись к столам с закусками. Кто-то наливал себе вина, кто-то пробовал яства. В общем, прием мне понравился. Интересно было посмотреть на императора, дворец, старших Командующих и Владеющих с кучей орденов. Все такое величественное, сверкающее и большое.

Вивьен только один раз подошла ко мне, сумев каким-то образом освободиться от своей многочисленной свиты.

— Поздравляю, лер Селин!

— Спасибо, Вивьен. Ты… э-э, восхитительно выглядишь!

— Благодарю, — улыбнулась принцесса. — Как тебе брат Тэриан?

— Ну, здорово речи говорит. Умный.

— Ты помнишь, я надеюсь, что обещал пообедать со мной?

— Конечно!

— Тогда завтра в «Черной лозе» в полдень.

— Я буду, ваше высочество.

— Отлично. Мне пора возвращаться, не то на защиту моей чести может явиться с десяток рьяных кавалеров, — Вивьен вздохнула. — Этот… Тасмон, из вашего взвода? Такой зануда.

— Тамсон, — поправил я. — Он все хотел на тебя поглядеть. Не думал, что принцессам тоже тяжко приходится…

— По сравнению с местным гадюшником, Гаралдун просто оплот нравственности и добродетели! Я уже хочу обратно.

— Там опасно, ваше высочество.

— Знаю. До завтра, Селин.

— До завтра.

Нацепив некрасивую улыбку, Вивьен прошествовала к группе ожидающих ее людей. А я направился к столам с закусками. Не все деликатесы распробовал. В течение следующих двух теллов ко мне подходили разные Владеющие. С десяток, наверное, подошло за это время. Поздравляли с наградой, говорили какие-то странные вещи. Про погоду, про цены на жилье и одежду. Про принцессу спрашивали. Я всем просто отвечал, что сопровождал ее высочество в поездке из Гаралдуна.

Глава 2

«Черная лоза» расположилась недалеко от самого дворца. Брат говорил, что дом тут стоит столько, что и за всю жизнь не накопишь. Я приехал пораньше, до полудня. Решил надеть свой новый наряд. Зря тратился что ли? В дорогом ресторане приглушенно мерцали магические светильники. Столы расставлены хаотично. Но Прислуживающий провел меня в дальнюю уютную кабинку, отделенную от основного зала плотной темно-синей занавесью.

— Лер Велиостро, желаете перекусить, пока подойдет ваш гость? Может, что-нибудь выпить?

— Чай принесите.

— Столичный, гномий, туррийский, розовый или по-бессадорски?

— Э-э, давайте обычного столичного.

— Как пожелаете, лер. Если я вам буду нужен, просто позвоните в колокольчик, — Прислуживающий поклонился и вышел из кабинки.

Вивьен подошла спустя телл примерно. Сначала через штору просунулась ушастая голова Шеа. Эльфийка все внимательно осмотрела, и только после этого отодвинула занавеску, чтобы принцесса могла пройти. Краем глаза я заметил Ним, все также со шрамом на лице.

Я вскочил и приложился губами к поданной руке. Сегодня на ее высочестве было новое платье темно-красного цвета. Я уже уяснил, что наряды надо хвалить в любом случае.

— Ты прекрасно выглядишь.

— Спасибо, Селин. Ты тоже в этом костюме смотришься очень представительно.

Подошел Прислуживающий, и Вивьен сделала заказ. Названия блюд сложные, я таких и не знаю.

— Вивьен, а что Ним шрамы не убрали?

— Тут такая ситуация сложилась. Я сначала решила, что кварту-другую она походит так в наказание. А теперь, представляешь, в столице не найти М'лечащего III ступени! Один помер недавно. Двух других перевели ближе к фронту. А четвертый в отпуск укатил. И никто не знает куда. Что это ты так за Ним беспокоишься?

— Она ведь мой друг. И я тоже хотел к М'лечащему сходить. Моя очередь давно должна подойти.

— Боюсь, что сейчас этого не сделать. Ты ведь уезжаешь скоро?

— Да, через две декады.

— Не хочешь остаться? Мое предложение все еще в силе.

— Нет, Вивьен. Я…

— Ладно, я все понимаю. Давай не будем об этом. У тебя ведь с рукой проблемы, да?

Ну вот. Каждому интересно посмотреть на мою руку. Будто я зверь цирковой. Я стянул перчатку.

— Ого! — принцесса осторожно взяла мою ладонь. У Вивьен теплые руки. И мягкие. — Потрясающий цвет. Хочу себе такой.

— Зеленый?

— Нет! Ногти, дурачок. Как тебе удалось сделать такой насыщенный розовый цвет?

— Само вышло.

— Не сердись.

— Я и не сержусь.

— Сердишься, я же вижу.

— Ну, я знаю, что не очень умный. Но все равно мне не нравится, когда меня называют дураком.

— Ах, вот оно что! То есть ты считаешь, что не очень умный человек может стать Колдующим II ступени в двадцать пять лет?

— Не знаю, — Вивьен запутала меня своим вопросом. Надо же, принцесса знает, сколько мне лет.

— Просто ты неопытный. Вот и все. А если кто-то скажет что ты тупой или глупый, направляй его ко мне. Я умею доходчиво объяснять.

— Хорошо.

Принесли обед, и мы некоторое время уделили поглощению пищи и расхваливанию понравившихся блюд.

— Шеа! — позвала Вивьен, и почти тут же показалась голова эльфийки. — Принеси сверток.

Спустя несколько асенд Шеа принесла требуемое, а принцесса принялась сразу разворачивать.

— Держи. Это все тебе! — радостно улыбнулась Вивьен.

Я потрясенно принял переданные посох, магический кодекс и небольшой адабренный накопитель.

— Прости, посох не самый лучший. За мной нет земель, хоть я и Владеющая III ступени. Так, несколько мануфактур. А мне еще надо за усадьбы платить и Прислуживающим. А у брата я просить не хочу, — говорила Вивьен извиняющим тоном.

— Ваше высочество. Я же говорил только про накопитель. Это все слишком дорого!

— Бери. Иначе я сама все еще буду чувствовать себя виноватой.

— Я боюсь, что меня ограбят в пути из-за этого добра.

— Я не подумала об этом… Извини.

— Пожалуй, не буду брать кодекс, — с большим сожалением проговорил я. Кодекс был раза в два больше моего по размеру и выглядел очень дорогим. — А насколько он плетений?

— На шестьдесят четыре.

— Эх! Нет, все равно не буду. Посох и накопитель возьму. Спасибо вам огромное, ваше высочество.

— Пользуйся.

— Посох на твой похож. На двенадцать, да?

— Да, я решила заказать тебе такой же, только мужской модели. Очень удобный!

Да, в руке сидит как влитой. Длиной с локоть. Основа из черного дерева, внутри которого попарно расположились двенадцать вставок из непонятного красноватого материала. Каждый красный кубик в серебряной оправе. С пол телла я вертел подарки и пробовал, как сидят формы в посохе.

— Еще успеешь наиграться.

— Да, ваше высочество.

Дальше мы немного поговорили о жизни дома. Я — о родных в Старобрадфеле. Вивьен — о придворных Владеющих и столичных нравах. Как-то затронули тему любовных отношений, и я обратился к Вивьен.

— Ваше высочество. Мне все покоя не дает. Только я не знаю, можно ли о таком спрашивать.

— Спрашивай, я не кусаюсь.

— Ты тогда говорила, что с мужчинами, ну…

— Не получаю удовольствия? Это правда.

— А зачем ты тогда мне предлагала?

— Секс — универсальный инструмент. И неплохое оружие. Надо уметь им пользоваться.

— Как же тогда ты… Тебе ведь не доставляет это радости?

— Иногда надо делать то, что тебе не нравится. А насчет удовольствия. Нам, девушкам, намного проще симулировать.

— И что, тебя ни один М'лечащий не смог вылечить?

— Проблема не здесь, — Вивьен положила руку себе на живот. — А здесь, — девушка коснулась головы. — Физически же я полностью здорова. Но прикосновения мужчин вызывают во мне… неприязнь. Иногда еще хуже.

— Прости, я не знал! — я быстро спрятал свои руки под стол.

— Дай руку!

Я послушно выложил руку на стол. Принцесса дотронулась до нее и несильно сжала.

— Видишь? Со мной все в порядке. Падать в обморок я не собираюсь.

— Вижу.

— И чтобы больше руки свои не прятал от меня!

Я кивнул.

— А у меня тоже в голове проблема была. Я никому не рассказывал. Только родные знают. Я ведь раньше совсем… неумный был. Надо мной постоянно издевались. Потом, когда стал Колдующим, смог вылечить себя. Может быть, и тебе смогу помочь, ваше высочество?

— Нет, Селин. Такое еще не научились лечить. Спасибо тебе, что доверился. Я очень ценю это. Правда.

Мы еще немного поболтали. С Вивьен приятно разговаривать. Она всегда относится к моим словам серьезно и внимательно слушает. Напоследок девушка предупредила:

— Селин, будь осторожен. Среди Владеющих могут найтись те, кому не по нраву, что я провожу с тобой много времени. Или отомстить за то, что помог мне тогда в гостинице. Давай я тебе на время отдам Ним с Шеа? И мне спокойнее будет. Эльфийки любому отпор дадут, да и в постели хороши.

— Что так сразу в постель? А сами эльфийки не против?

— Ним тобой интересовалась. С Шеа уж самому надо постараться. Во дворце же у меня хорошая защита.

— Но я тоже домой ведь поеду. У нас есть Охраняющие. Мне надо за урожаем следить. Подпитывать. Лучше оставь эльфиек у себя — на тебя постоянно покушаются.

— Уже домой? А со мной не хочешь провести время? Я думала в парк сходить. Ты и так скоро уезжаешь.

— Хорошо. Когда?

— В осьмицу тебе удобно?

— Да! Я приеду обязательно.

— Давай я за тобой эмкипаж пришлю?

— Нет, мне нравится самому на Пылинке ездить. Тут близко тем более.

— Как скажешь.

Я вернулся в гостиницу. Уже было поздновато отправляться в Старобрадфель, поэтому мы с мамой решили отложить поездку на следующий день. Поздно вечером после ужина Беринна спросила меня:

— С кем встречался, Селин? С девушкой?

— Ага.

— Красивая?

— Да, красивая.

— Вы на церемонии встретились?

— Ага.

— Значит, она знатная дама?

— Владеющая.

— Это хорошо, — улыбнулась мама. — Нечего до тридцати ждать, как брат. Только ты обязательно познакомь нас с отцом с ней, если все серьезно будет. Пригласи в Старобрадфель.

Я подумал, что принцесса будет странно смотреться в нашей деревне. Ей больше подходят балы во дворцах.

— Приглашу. Только вряд ли что получится у нас с ней.

— Что за упаднические мысли? — мама взлохматила мне волосы. — Ты у меня самый красивый. Еще и герой настоящий. Все девушки от тебя без ума должны быть!

— Ну перестань! Я спать пойду.

— Добрых снов.

— Спокойной ночи.

В Старобрадфеле плотно изучил подарки Вивьен. Накопитель действительно неплохо увеличивал скорость восстановления маны. Вешается на шею. Сам адабренный амулет тянул примерно на четыре адабро. Посох просто потрясающий. Формы вылетают быстрее, и их аж двенадцать! Сразу забил его под завязку.

В середине недели приехал отец. Калар немного приболел синей лихорадкой, так что мне нашлось, на ком применить свои умения М'лечащего. С папой тоже о многом поговорили. Он сказал, что гордится мной. Приятно.

В воскресенье, за день до встречи с Вивьен приехал в Мостфель. В гостиницу «Усталый путник», где мы всегда останавливались. Сначала думал взять с собой пару Охраняющих. Только зачем они мне? Я ведь совсем не важный человек. Как Вивьен, например. Какой смысл на меня покушаться?

На следующий день славно погуляли с принцессой. Покатались на лодке на маленьком озере в парке. Немного странно смотрелись еще две лодки Охраняющих, которые следовали за нами. Вивьен сказала, что со мной ей не надо подбирать слова, не надо вырабатывать какую-то стратегию, не надо бояться сболтнуть лишнего.

— Спасибо. Давно я так не отдыхала!

— Да. Может, еще куда-нибудь сходим? Я в столице редко бываю.

— Куда?

— А куда тут ходят? Может, в театр?

— Отличная идея! Только давай я билеты закажу? Хочу посмотреть из лучших мест.

— Хорошо. На комедию, если ты не против.

Вивьен кивнула.

— Селин, у меня к тебе есть не слишком приятный разговор.

— Что случилось?

— Ты мой друг, поэтому буду говорить откровенно. У нас с тобой нет будущего. И дело не в моих «особенностях». Моя свадьба будет еще одним поводом укрепить отношения с кем-то из старших Владеющих. Или даже с другим государством. Все, что я могу предложить — это подобные редкие свидания. Мне с тобой очень комфортно. Если тебя тяготит мое общество, я могу… платить тебе за встречи.

— Не тяготит. Мне нравится с тобой говорить обо всем. И ты вот так просто согласишься выйти замуж?

— К этому меня готовили с детства. Только вот мой жених захотел попробовать меня раньше, чем я созрею, — Вивьен сбилась. Видимо, вспомнила что-то неприятное. — Брат дал мне достаточно времени почувствовать свободу. И я благодарна ему. Мой союз в любом случае пойдет на пользу Тазаму, а значит, отказаться я не имею права. Это мой долг.

— Сложно все у принцесс.

В ответ Вивьен только улыбнулась.

После парка я вернулся в «Усталый путник». Поужинал, немного поигрался с формами в посохе. Крутая штука! Уже решил лечь спать, как в номер постучали. Я в исподнем проковылял к двери.

— Обслуживание номеров!

Наверное, белье пришли менять. Я отпер дверь. В воздухе что-то промелькнуло.

— Спасибо, приходите еще! — улыбнулась брюнетка в белом переднике и захлопнула дверь.

Боль. Из груди толчками выбивалась кровь. Моя кровь. Несколько мгновений я неверяще глядел на это. Потом ноги подкосились, и я упал. Боль. Голова не работала. Никаких мыслей не было совершенно. Боль. Но руки сами потянулись к посоху. Я схватил гладкое черное дерево. Боль. Кое-как вывел плетение. Каналы? Сил уже нет на настройку каналов. Боль. Темнота накатывала волнами и в итоге поглотила мое сознание.

Очнулся я оттого, что кто-то пихал меня в бок.

— Живой вроде. Эй, позови Лечащего!

Топот чьих-то ног. Я открыл глаза. Надо мной склонился Управляющий гостиницей. Голова раскалывалась.

— Что случилось?

— Прислуживающая пришла сменить белье, а тут вы весь в крови лежите. Лер Велиостро, как вы себя чувствуете?

— Не очень. Голова болит. Жить буду, наверное.

— Оберегающих вызвать, лер?

— Да.

Подошел Лечащий, осмотрел меня. Послушал сердце.

— Заклинание сработало вовремя. Меньше литра крови потеряли, я думаю.

— Это плохо?

— С вашей комплекцией ничего страшного. Пейте больше жидкостей, питайтесь лучше. Спиртное только в малых дозах.

— Ясно.

Потом объяснялся с Оберегающими. То ли мне тупые попались, то ли они все такие, но ничего не выяснили толком. Прошла женщина в форме Прислуживающих гостиницы, постучалась в номер, быстро ткнула тонким кинжалом в сердце. Каких-то приметных черт у девушки я не увидел. Оберегающие ушли.

Вот так. Надо было слушаться Вивьен. Она умная. Не хочу больше чувствовать боль. Почему так всегда со мной происходит? Надо написать принцессе, попросить прислать Охраняющих. Я ведь почти умер. То есть смерть всегда так болезненна? Тогда я умирать не хочу. Понятно, почему другие боятся смерти. Никто боль не любит.

На улице я шарахался от каждого встречного. В окнах видел арбалетчиков, в старухе с клюкой — замаскированного бойца гильдии Лишающих. Доехал до дворца, но тут возникла проблема.

— Мне надо срочно передать письмо принцессе Вивьен!

— Уважаемый, вы сегодня тридцать седьмой, кто хочет передать письмо ее высочеству, — надменно произнес Прислуживающий возле ворот. — Отдайте Доставляющим.

— Это ж сколько дней пройдет! Я хорошо знаком с Вивьен, прошу, передайте письмо.

— Уважаемый, вы девятый за сегодня, кто хорошо знаком с ее высочеством.

— Мы только вчера с ней в парке гуляли!

— О! Вы первый, кто придумал про парк. Хорошо, я передам. Пять серебряных.

— Сколько?!

— Лер, обратитесь к Доставляющим.

— Хорошо, держите пять серебряных! — я передал деньги и письмо.

— Сделаю, лер! — Прислуживающий развернулся и зашагал по направлению к дворцу.

Я вернулся в гостиницу, запер дверь в номер, проверил окно. К вечеру вестей от Вивьен так и не пришло. Охраняющих принцесса тоже не прислала. Рано утром я отправился в Старобрадфель, решив не ждать ответа от Вивьен. Мало ли что у нее случилось.

На сей раз Синко я плел со всем тщанием. И это помогло мне обнаружить противника издали. Два Колдующих и трое неодаренных. Пару асенд я размышлял, что мне делать. Первым естественным порывом было вернуться в Мостфель и сообщить Оберегающим. Так меня учили, как Разведывающего. Но узнать, что им от меня надо, страсть как хотелось. Может быть, от заклинания я умру сразу, не почувствовав боль? Это было бы здорово.

Через треть телла они будут здесь. Надо что-то придумать. Пылинка фыркнула. Точно, надо спешиться, а то лошадь заденут еще!

Я спрыгнул на землю и отвел Пылинку в сторону от дороги. Они ведь наверняка магическими щитами укроются. Значит надо использовать пробивное. Но их много, успею ли я? Может, огненную волну Тиов доработать? Ладно, время еще есть. Я принялся аккуратно выстраивать форму. Довольно трудное дело. Пришлось добавить пять пробивных форм по числу противников. Они должны сработать при встрече со щитами.

Я настолько увлекся, что пропустил приближение людей. Какое-то заклинание просвистело в шаге от меня и разорвалось дальше по дороге. Я активировал Ванку из посоха. В защиту прилетело еще несколько форм. Не только от Колдующих, но и от рун Воюющих. Хорошо моя форма держит.

Трое всадников пошли на сближение. В серых доспехах, с длинными мечами, окутанные пленкой магической защиты. Я сплел новый пробивной Тиов. Ну-с, посмотрим, что у меня получилось. Мое заклинание при встрече со щитами издало резкий свист и пробило барьеры. Криво послал. Некрасиво. Одному Тиов врезалась в грудь, второму тоже попала в грудь, но при этом еще и срезала уши на голове скачущей лошади. Третьему всаднику огненная форма попала ниже — прямо в морду и шею животного, практически обезглавив лошадь. Наездник вместе со скакуном покатились по земле. Жалко лошадок. Маги насели на меня с удвоенными силами. Мана кончается. У Колдующих защита мощная, поэтому я сплел свой усиленный ФиоТио. Маны хватило на три заклинания. Один раз я промазал, но двумя остальными успешно поразил цели. Колдующие затихли.

Вокруг моего купола Ванку горела земля от остатков боевых заклинаний. Часть лошадей разбежалась. Я присел восстановить резерв. Сплел сразу Синко, чтобы убедиться, что больше никого нет. Потом походил вокруг, проверил тела. Одному Колдующему снесло голову начисто. Я первый раз вблизи увидел, как работает мое Тио. Другому попало в грудь. Сплошной черный ожог верхней половины тела. Единственным выжившим оказался воин, лошади которого отрезало голову заклинанием. Он находился в сознании, но его придавило крупом животного.

— Добей, мразь… — прохрипел раненый.

Стоит ли делать это? Я вспомнил, как Далв допрашивал пленных. Может, тоже попробовать?

— Как вас зовут?

— Иди на хрен!

— Зачем вы напали на меня?

— Хорошо заплатили.

— Кто вас нанял?

— Знал бы, не сказал. Добей меня.

— Да? Ты хочешь умереть?

Воин промолчал. Ладно, не убежит. Я поездил по округе, собрал разбежавшихся животных. Это ведь мои трофеи, получается? Лошади дорого стоят. Надо и трупы обыскать. Нашел тринадцать серебряных на пятерых. Для Колдующих не густо. Один посох уцелел, два кодекса примерно на десяток плетений, несколько рун I–II ступени, клочок бумаги с моим описанием и маршрутом движения. Остальное — дорожные припасы и разная мелочь.

И чего теперь делать? Подумав, я решил вернуться в Мостфель и доложить Оберегающим. Тела оставлять не хотелось, а затащить их на лошадь одному не получалось. Спустя телл примерно по дороге на нас набрел крестьянин с запряженной телегой. Завидев трупы, тот начал сразу разворачивать свою повозку. Я нагнал его быстро. Мужик хотел уже в лес бежать от меня, но я убедил его, что не причиню вреда. Мы вместе привязали тела к животным, раненого переложили в телегу. С мертвой лошади все поснимали.

Немолодого крестьянина звали тоже Селин. Я удивился: не слишком часто встречается это имя. Мужик попался словоохотливый. Рассказал про погоду, нынешний урожай, родную деревню, цены на овощи, слухи о войне. Теллов в двадцать пять доехали до Мостфеля. Вызвали Оберегающих с Дознающими. Меня потащили на допрос, где я все подробно рассказал. Вещи убитых осмотрели, раненого увели куда-то. Обещали сообщать о ходе расследования. Трофеи отошли мне. Как все это продать, я плохо представлял. Поэтому разыскал помогшего мне мужичка на овощном рынке.

— Селин, слушай, поможешь продать лошадей и остальное добро?

— Отчего ж не помочь? Единый учил помогать ближним. А мне что за это?

— Ну, двадцатую часть забрать можешь.

— Может, пятнадцатую?

— Или двадцатую или ничего.

— Да уж лер, не умеете вы торговаться. Пусть будет двадцатая. Лошадок выгодно пристрою. Магические побрякушки будете сбывать?

— Этот кодекс себе оставлю, да рун парочку. Остальное продавай. Я буду в «Усталом путнике». Завтра чтоб были деньги.

— Э-э, да за сутки это нормально не толкнуть!

— Ладно, через день придешь.

Вивьен еще раз писать не стал — все равно в театре встретимся. Время в «Усталом путнике» пролетело незаметно. Разобрался в формах из кодексов убитых Колдующих. Ничего особого не нашел, но кое-какие части форм заинтересовали. Надо будет за городом проверить на практике.

Выручили почти шесть адабро за коней, доспехи и прочее. Деньги — это хорошо. Только опасно с ними ходить. Вон Марию и за несколько серебряных придушили. Да и на что их потратить? Посох у меня отличный, двух кодексов хватит, накопитель даже есть. Одежды вон сколько накупил. Может, на дом отложить, как Вестр? Свой дом — это хорошо. Наверное. А еще надо своих Прислуживающих нанять, Готовящих. Дорого это все. Не знаю. Надо у мамы спросить.

В столичном театре мне понравилось. Я тут только один раз был давно с родителями. Над представлением мы с Вивьен вволю посмеялись. Правда, смеялись мы почему-то над разными сценками. Я спросил уже после спектакля:

— Вивьен, я тебе письмо передавал.

— Я не получала от тебя ничего Селин.

— Как же так? Я даже пять серебряных отдал Прислуживающему, чтобы он отнес письмо.

— Вот оно что. Возьми это кольцо, — Вивьен быстро стянула с пальца маленькую печатку красноватого оттенка. — Это кольцо доверенного человека императорской семьи. С ним тебя всегда пропустят или передадут любое послание.

— Спасибо, — я попытался нацепить кольцо, но налезло только на мизинец.

— Я тебе пришлю другого размера. Сейчас с собой нет. Что ты мне хотел передать в письме?

— На меня напали в гостинице. Потом еще по пути домой два Колдующих и трое Воюющих напали. Можно твоих Охраняющих одолжить?

На первых словах принцесса остановилась и задумчиво подошла к окну в коридоре театра. Сзади через десяток шагов почтительно остановились восемь Охраняющих. Включая эльфиек Шеа и Ним.

— Извини, что впутала. Тебе не стоит влезать во все это. Эти интриги, эта грязь и подлые удары из-за угла. Прости, Селин.

Опять она за что-то извиняется.

— За что прощать? Или это ты послала убийц?

— ЧТО?! Как тебе в голову такая мысль пришла?!

— Тогда я не понимаю, что прощать. Поэтому прощать ничего не буду.

Вивьен вздохнула.

— Как скажешь. Я прикажу Дознающим, чтобы твоих нападавших тоже включили в общую картину. Пока известно только, что с Лишающими связывался недавно кто-то из Владеющих восточных провинций. Есть пару вариантов, кому я могла наступить на горло в Гаралдуне. Но стопроцентных доказательств причастности кого-либо нет. Мне каждый день докладывают. Я сразу сообщу, если что-то узнаю, — Вивьен повернулась в сторону Охраняющих. — Ним, Шеа. До отъезда лера Велиостро переходите под его начало. Чтобы ни волоска не упало с его головы!

— Слушаюсь, ваше высочество, — Ним.

— Да, лер! — по-военному ответила Шеа.

Глава 3

Погуляв по Мостфелю с эльфийками, я вернулся в гостиницу. Шеа мой номер только осмотрела. Сама осталась дежурить в коридоре. Ним была не похожа на обычную себя. Неуверенная, неулыбчивая, поникшая.

— Лер Ним, что-то случилось у вас?

— А то ты не знаешь? С этим уродством на лице я чувствую себя ущербной!

— Ну, это временно, я думаю. Скоро вернется М'лечащий…

— Я так привыкла к своей красоте, — раздраженно начала эльфийка. — К тому, что даже Владеющие падают к моим ногам, стоит лишь глянуть на них. Да у меня секса не было с отъезда из Гаралдуна! — тут она пристально посмотрела на меня.

— У меня тоже, по-моему, — припомнил я.

— Если тебе не очень противно, Селин… Может, я тебя устрою?

Ним начала медленно раздеваться, покачиваясь и выгибаясь. Вставшие торчком штаны явно подсказали голове, что девушка мне совсем не противна.

Утром Ним выглядела безумно довольной. Шеа — злой и невыспавшейся.

— Так и хочется дать по твоей улыбающейся роже! — произнесла Шеа подруге.

— Прости. Давай я следующую ночь подежурю, а Селин весь твой.

— Нужен мне этот олух! Меня, между прочим, около десяти Владеющих на прошлом балу приглашали к себе на чай.

— Что-то ты к ним не спешила. Да, меня никто не пригласил ни разу на балу! Ты рада услышать это?

— Нет, извини.

— Ладно, забудь. Какие планы, ваше сиятельство? — как к старшему Владеющему обратилась ко мне Ним.

— В Старобрадфель поедем. Осталось всего полторы декады отпуска.

Дома эльфиек встретили с большим удивлением. Меня самого даже не спросили, почему так долго отсутствовал.

— Ты можешь позволить себе нанимать Охраняющих? — поинтересовалась Беринна.

— Их мне друг дал на время. У меня теперь почти семь адабро сбережений!

— Где ты получил такие деньги? — спросила мама.

— Да, по дороге домой напали на меня пятеро. Я их убил, а добро продал. Поэтому и решил, что с Охраняющими будет лучше, — мама охнула. — Ну, это еще ничего. До этого мне в гостинице сердце проткнули. Вот было больно тогда!

— Единый, спаси и обереги! Ты в порядке?!

— Не переживай, все нормально. Ним с Шеа меня защитят. Они же Колдующие.

— Что это у тебя за друзья, что могут нанимать эльфийских магов? — спросил папа Калар.

— Это Владеющая, я говорил о ней маме.

— И у них имперский герб на одежде? — заметил отец.

— Он самый.

— Я слышал, Вивьен Кэласс недавно вернулась в столицу.

— Да, она мой друг. Я сопровождал ее. Вот, Вивьен мне даже кольцо дала, — мама что-то неразборчиво произнесла, папа удивленно покачал головой. — Три руны не стал продавать. Думаю, нашим Охраняющим пригодится. Санку I ступени, Аунко II и Тиос I.

Ночью ненасытная Ним умотала меня полностью. По-моему, эльфийка хотела получить удовольствия с запасом. А может, у эльфов всегда так бурно проходят любовные встречи.

На следующий день прискакал Доставляющий с приглашением от Вивьен во дворец на личный обед с императором Тэрианом. Принцесса написала, что брат хочет со мной познакомиться. Важный человек. И умный. Интересно посмотреть, как ведут себя важные люди. Надо себя также вести.

На выходные приехала Беотель. Я думал, с формами с ней позанимаемся, но сестра узнала про эльфиек и Вивьен, и ее будто подменили. Перестала со мной разговаривать. Обиделась, что я не рассказал про лер Кэласс и не познакомил с ней. Чего это остальные так странно воспринимают вести про ее высочество? Не понимаю. Ну, принцесса и принцесса, что с того?

В назначенный день мы с эльфийками прибыли во дворец. Вивьен сама встретила нас и неспешно повела по коридорам и комнатам императорской резиденции. Побывали в тронном зале, оружейной комнате и магической комнате. В последней имелась уйма разных артефактов. Вивьен долго уговаривала меня не задерживаться в магической комнате и идти дальше.

— Что-то ты выглядишь усталым, Селин?

— Ночью почти не спал.

— То-то Ним буквально сияет! — заливисто рассмеялась принцесса. — Спасибо, Селин. Ей тяжело пришлось в последнее время. И твое внимание очень кстати.

— Хмм, пожалуйста, — не думал, что за такое будут благодарить.

— Мы почти пришли в малую обеденную комнату. Всего двенадцать залов осталось пройти.

Я тихо вздохнул и терпеливо пошел следом, рассматривая поднадоевшие портреты императорских предков и прочую ерунду. Ели мы только утром, перед отъездом. С того момента прошло прилично времени.

Малая обеденная комната по размерам напоминала главный холл нашего поместья в Старобрадфеле. Тэриан подошел спустя треть телла. Император зашел в помещение и устало поприветствовал всех.

— Прошу прощения, что заставил вас ждать. Садитесь, леры. Вивьен много о вас рассказывала, лер Селин. В основном при этом смеялась.

— Ри, что ты говоришь перед гостем?!

— А что такого?

— Просто я рассказывала брату разные смешные моменты. Не принимай близко к сердцу, Селин. Он еще совсем ребенок, хоть и правит Тазамом.

— Да?

— На вид серьезно выглядит и речь умеет вести. Но подшучивать над другими — любимое его занятие.

— Конечно, Виви. Только этим и занимаюсь, — согласился брат.

Тэриан был немного рассеян, и в основном беседу поддерживала Вивьен. Я поведал о покушениях на собственную жизнь. Император рассказал про дела на фронте, про не лучшее состояние казны. Я мало что понял.

— Ты у нас первый фаворит ее высочества, Селин.

— Я?

— Да, такие слухи уже ходят.

— Ри, это не лучшая тема для беседы за столом, — пожурила принцесса.

— Действительно. Селин, отойдем на асенду? Есть мужской разговор.

Мы встали из-за стола, и Тэриан повел меня в сторону.

— Не слушай его, Селин! — крикнула мне вдогонку Вивьен.

Выйдя в соседнюю комнату, император предложил мне присесть в расставленные кресла. Рядом стоял графин со спиртным коричневатого цвета.

— Бренди?

— Если только немного. Мне Лечащий запретил.

Тэриан разлил ароматную жидкость по маленьким бокалам.

— Выпьем за красивую девушку, что ожидает нас в соседней комнате!

Ухх, еще крепче, чем голубое Нахрамское, по-моему.

— У Вивьен много заморочек, — по-простому вдруг начал Тэриан. — Думаю, ты и сам подметил. С мужчинами еще ладно. Можно понять, откуда причина этой ненависти. Но эта дурочка вбила себе в голову, что ей надо выйти замуж за Владеющего другой страны. Ради улучшения отношений.

— Это плохо?

— Нет, это достойное желание члена императорской семьи. Только я хочу, чтобы сестра была счастлива. Укрепить связи можно и другими способами. Мне доложили, что Вивьен в последнее время часто с тобой видится. И улыбается. Может, ты, лер Селин, именно тот, кто сможет сделать ее счастливой?

— Не знаю.

— Что ты сам о ней думаешь?

— Вивьен очень умная. И с ней приятно говорить.

— Ты первый на моей памяти, кто смог перебить ее интерес к девушкам.

— К девушкам?!

— Однополая любовь была во все времена.

— Но как же так? Это ведь неправильно!

Император усмехнулся.

— Как бы то ни было, я предлагаю тебе подумать. Вивьен — неплохая партия для Владеющего I ступени.

— Она не согласится.

— Пойдем и спросим.

Тэриан встал с кресла, и направился в сторону обеденной комнаты.

— Может, не надо?

— Надо, Селин, надо!

— О чем вы там секретничали? — подозрительно покосилась на нас Вивьен.

— Сестра, не хочешь ли выйти замуж за благородного лера Селина Велиостро? Императорскому роду нужны наследники.

— ЧТОООО???!! — воскликнула принцесса, повысив голос. — Мы с тобой десяток раз уже все обсудили!

— Виви, спокойно, — поднял руки Тэриан.

— Почему именно мои наследники?! Ты сам уже всех прислуживающих поимел во дворце! Вот и заделай наследников сам!

— …

— И лучше девочку! Мне надоело быть вечной принцессой. Меня и в шестьдесят буду называть принцессой?!

— А что? Будешь пожилой принцессой.

— За Селина я выходить не буду. И точка! Или ты опять шутить надо мной вздумал?

— Похоже, ты был прав, — повернулся в мою сторону Тэриан. — Мое дело предложить.

— Катитесь куда подальше со своими предложениями, ваше величество.

— Когда она на меня злится, всегда на вы переходит, — объяснил мне император.

— Селин, а ты что молчишь? Хочешь жениться на мне?!

— Не думаю, что из меня выйдет хороший муж. Я не умею ничего.

— Судя по лицу Ним, кое-что все же умеешь, — едко заметила Вивьен.

— Вы уже ругаетесь будто семейная пара, — подначил брат.

— Ри, я послала письмо лорду Вистиену в Бессадор, — принцесса неожиданно успокоилась. — Возможно, наш союз послужит толчком к окончанию войны. Лучше бы ты думал не обо мне, а о своем народе.

— Что ж, ты права, — подозрительно быстро согласился Тэриан. — Герцог Вистиен? Ему за сорок вроде. Уверена?

— Уверена. Только постарайся обставить мою свадьбу так, чтобы это принесло наибольшую выгоду.

После обеда проводить на выход из дворца подошла одна из Прислуживающих. Мы петляли по залам будто по лабиринту. В одной из овальных комнат ко мне привязались две дамы, скорее всего Владеющие. Приглашали на ужин, спрашивали про Вивьен. Кое-как я отцепился от них и быстро зашагал за Прислуживающей.

В оставшиеся дни я еще два раза встречался с Вивьен. Один раз мы поужинали, потом ходили на концерт с оркестром. Покушений на меня больше не было. Жаль. На трофеях можно хорошо заработать.

В последний день, 38 числа красной кварты, зашел в казармы, но Далв с Гнэшем уже уехали. Наверное, нашли новобранцев во взвод достаточно. Набрал припасов в дорогу. Мама помогла проложить путь по карте до Давантора, где наш взвод должен собраться через полторы кварты. Что ж, вот и окончен наш отпуск в столице. Когда я еще домой смогу вернуться? Прощаться я не любил, поэтому выехал рано утром. Эльфийки вызвались проводить меня на половину дневного перехода от Старобрадфеля.

— Селин, уверен, что один поедешь? — спросила Ним напоследок.

— Да. Я думаю, вдали от Вивьен на меня никто нападать не будет.

— Жаль, что на междуквартье не остаешься. Будь осторожен, Селин. И спасибо тебе, — эльфийка подошла вплотную и жарко поцеловала в губы.

— Хм, всегда пожалуйста.

Шеа неподалеку что-то проворчала про безухих.

Эльфийки уехали назад по тракту в сторону Мостфеля, и я остался один с Пылинкой. Путь мой лежал далеко на юго-восток, в Давантор. Город расположен дальше Геленквейла, но поначалу дорога идет та же. Если поспешить, то можно и за пять декад успеть вместо шести.

Мне нравилось небыстро скакать на Пылинке. Дивиться окружающими красотами, осматривать местные деревеньки и города. С изученными бытовыми плетениями дожди нам с Пылинкой не были помехой, а ночи для меня оставались теплыми. Правда на поиск мест для стоянок или хорошего трактира уходило много времени. Раньше этим занимался кто-то другой. Несколько раз всю ночь кто-то горланил внизу разудалые песни пьяным голосом, не давая уснуть. В паре случаев гуляние закончилось шумными драками. Примерно к половине пути я научился определять хорошие места для ночлега с ручьем рядом и понял, какие трактиры лучше обходить стороной. За все время лишь однажды мне повстречалась маленькая шайка гноллов. Получив от меня Тиов, оставшиеся в живых мелкие уродцы разбежались с криками.

В один из дней на тракте я почувствовал знакомые прикосновения к разуму:

— «Двуногий, играть!»

Огромная коричневая кошка выскочила на дорогу передо мной. Пылинка взвилась на дыбы, чуть не сбросив меня, и заржала. Арра быстро нырнул обратно в заросли. Пылинка еще долго отходила, нервно всхрапывая и перебирая копытами.

— «Прощение, Се-лин Ве-ли-ос-тро. Забыл, что четвероногие пугливы и глупы.»

— «Ладно. Я сам подойду.»

Спустя несколько асенд я уже вовсю игрался с басхом недалеко от тракта. Наверное, около телла мы с ним резвились.

— «Пришел поблагодарить Селин Велиостро.»

— «За что?»

— «Понять двуногих. Объяснил старейшинам.»

— «Я рад, что смог помочь. Ты со мной пойдешь?»

— «Отрицание. Пришел поблагодарить. Учить детенышей говорить с двуногими. Понимать двуногих. Старшие не хотят. Молодых учить просто.»

— «Очень жаль. С вами, басхами, в разведку ходить легко. А другие басхи не хотят с людьми дружить?»

— «Зачем?»

— «Ну, я не знаю. Может, вам еды в лесу не хватает? Мы разводим скот. Еды много. Или защиту для детенышей.»

— «Нам не нужна еда. Мы умеем добывать сами. Я чую всю дичь в округе на тысячу прыжков. Любого могу убить и съесть. Когда добычи мало, старейшины запрещают детенышей. Прошлый сезон — много добычи. Мне разрешили.»

— «Понятно. Тогда я не знаю, что тебе предложить. А если люди начнут на вас охотиться?»

— «Двуногие слабы. Нолки двуногих слабы. Только с силой потока вроде тебя сильны. Нас много. Вместе мы сильнее двуногих.»

— «Не знаю, в городах много людей живет. Что за сила потока?»

— «Поток в тебе, поток во мне, поток повсюду. Поток — это жизнь.»

Арра побыл со мной всего пару дней. И растворился в лесу также внезапно, как и появился.

До Давантора оставалось около декады пути по словам встреченных людей. Пошли знакомые по службе деревья с крупными листьями. Дожди случались часто, и я не раз поблагодарил себя за то, что успел изучить нужные бытовые формы.

Пылинка как обычно перебирала копытами в своем любимом темпе. Однажды в ничем не примечательном месте на тракте я заметил магическим зрением слабую волну. Как у поисковой Синко, только от другой формы. Ничего общего с Синко не было. Интересно, неужто в этой глуши Колдующие тренируются? Надо глянуть, может и формы красивые покажут. Вроде бы где-то тут должна быть деревня. Источник магической волны находился слева от дороги. Может быть, в той стороне как раз и находится село? Я пустил Пылинку галопом.

Спустя примерно десять лир выехал на развилку. От тракта влево отходила поросшая травой тропа. Видно было, что по ней не только люди ходят, но и телеги изредка проезжают. Волна как раз пришла с того направления! Надо же, Синко на такое расстояние не достает.

Проехав около трех лир вперед по тропе, я издали увидел множество символов Единого — крестов с кругом посредине над небольшими холмиками. Погост деревенский походу. О! Вон и Колдующий стоит!

Я тронул поводья, но Пылинка не сдвинулась с места. Зафыркала и замотала головой.

— Ты чего? — я спустился с лошади. Потянул за поводья, но Пылинка упрямо отказывалась идти вперед. — Как знаешь. Оставайся тут тогда.

Дальше пошел пешком, поглядывая по сторонам. Кладбища мне никогда не нравились. Потому что не понимал, почему люди так себя странно ведут в этих местах.

Колдующий выглядел необычно. Аура у него была совсем не похожа на линии здорового одаренного. На лице кровь. Одежда вся грязная. Волосы лежали на голове спутанным клубком. Какие-то потеки на коже синего цвета. Похоже, Колдующий серьезно болен. Я почуял страшную вонь.

— Аыу-у-ыргх кшаф-тшаф, — человек бормотал полную бессмыслицу. Вот он повернулся ко мне. Наверное, только заметил. С глазами у него что-то непонятное было.

— Лер, с вами все в порядке? Давайте я вас осмотрю. Я М'лечащий II ступени!

Мужчина вытянул руки и побрел в мою сторону. Ногу больной приволакивал. Она была вывернута под неестественным углом.

— Не спешите, сейчас я подойду! У вас еще и нога сломана. Кто это с вами так?

— Иэээаааааaфрх-х ыда. ЫДА!

Я пошел навстречу больному. Как же его всего покорежило. Не понимаю, откуда у него силы на ногах стоять? Синюшние руки продолжали настойчиво тянуться в мою сторону. Я перехватил их. Ну и воняет от него!

— Лер, присядьте. Дайте мне вас осмотреть!

Человек начал отбиваться. Сильно вцепился в мою одежду. Раскрыл рот и клацнул черными зубами вблизи моей руки. Я попытался отбиться от странного больного, но тот держал крепко.

— Вы что делаете?! Если не отпустите, я применю заклинание!

— ЫЫЫДДДААААА!

Кое-как я оттолкнул мужчину и потянулся к посоху.

— Я сейчас в самом деле наколдую магию! Придите в себя!

Человек продолжил идти в мою сторону, поэтому я быстро отправил воздушное Бао в полет. Больного откинуло на несколько шагов и приложило о землю. Жалко его стало. И так весь покалеченный, а еще и я его бью. Может, у него с головой не в порядке?

— Ну вот. Предупреждал ведь, — пробормотал я.

Тут мужчина начал шевелиться. Я ошарашено глянул на посох. Точно помню, что в пятую вставку засунул воздушное Бао. Как он еще в сознании, да с такими ранами? Пока больной не успел подойти, я сплел Бао уже самостоятельно и снова запустил вперед. Человека бросило назад будто тряпичную куклу. Но он опять начал подниматься, бормоча бессвязные звуки.

Я спустил на странного мужчину где-то половину своего резерва. Бао его не брало совершенно. Попыток добраться до меня он не оставлял. Настойчиво тянул смотрящие в разные стороны пальцы рук, угрожающе лязгал зубами.

— Так. Если вы сейчас не успокоитесь, то я применю Тио. И вы поджаритесь. Вы этого хотите?

— ЫЫДААА!

Я не понимал происходящего. И это бесило. Зарядив Тио, я без всяких сожалений отправил заклинание в надоевшего человека. Мужчина вспыхнул будто солома, но продолжал упрямо идти в мою сторону. Тут я начал что-то подозревать. Хоть я и не знаю многого о мире. Но человек не должен так реагировать.

Горящий человеческий факел двигался в мою сторону. Вонь стояла ужасная. Спохватившись, я отбежал назад по тропе. Хорошо, что двигалось это нечто небыстро. Поняв, что уже ничего не изменить, я сплел узкую форму Тиов. Заклинание обрезало коптящему существу ноги выше колена. Человек упал. Но продолжил ползти в мою сторону! Не понимаю. Не понимаю, и все тут. На последних крупицах маны я сплел еще одну Тиов и послал ползуну в район головы. Череп человека располовинило, и его тело застыло наконец. Надеюсь, я все сделал правильно. А вдруг его спасти можно было? И я просто убил больного человека?

Осмотр горелых останков ничего не дал. Может, Колдующий с формой что-то напутал? Хотел себя сделать сильнее, например. А в итоге с катушек съехал.

Я прошел немного вперед по кладбищу и обнаружил свежевскопанную могилу. Возле ямы лежал еще один труп человека в темных одеждах. Рядом валялась тушка связанной козы с воткнутым кинжалом. Ничего не понимаю. Надо Оберегающим сообщить. Любопытство победило, и я перевернул труп мужчины. У него было выгрызено горло и пальцы рук. Все заляпано кровью. Под телом я обнаружил металлическую шкатулку. Интересно.

Шкатулка небольшая, серого цвета, примерно с книгу размером. Никаких надписей. По бокам виднелись части какого-то механизма. Странная шкатулка. Приложив небольшое усилие, я поднял крышку. Да это же книга! О, края какие острые. Тут крышка внезапно сорвалась с места и с немыслимой скоростью стала закрываться. Я не успел отдернуть палец.

— Мама говорила, что ругаться нехорошо. Ругаться нехорошо. Ругаться нехорошо, — я покачивался из стороны в сторону, баюкая кисть правой руки. Большой палец срубило начисто — он остался внутри железной книги. Полилась красная кровь.

— Верни палец!

Я раскрыл книгу и зажал крышку сапогом. Вторая острая железная сторона резко надавила на сапог. Подошва выдержала, а вот с другой стороны книга его прорезала и впилась в ногу.

— А-а-а-а-а!

Я пнул шкатулкой о лежащий рядом валун, и железная книга слетела, оторвав часть сапога вместе с куском кожи на левой ноге.

— Так. Спокойно.

Я попытался не думать о боли и огляделся вокруг. Мой взгляд набрел на металлический стержень, валяющийся рядом с трупом. Должен подойти. С большой опаской я раскрыл в очередной раз шкатулку, заляпанную моей кровью. И быстро вставил стержень. Подошел идеально! Книга попыталась закрыться, но железный пруток не давал это сделать.

Я достал палец и принялся плести Аунко III ступени. Срезано чисто — много маны не должно уйти. Как больно! Поджарить на медленном огне бы того, кто придумал эту штуку!

Помедитировав и залечив все раны, я продолжил осмотр. У мертвого мужчины под одеждой отыскал кошель с шестнадцатью серебряными и железной мелочью. Явно не крестьянин. У них таких денег не водится. В сумке обнаружил флягу с водой, еды и разные дорожные припасы. Потом приметил еще одну странную штуковину в чехле, чем-то неуловимо напоминающую шкатулку-пальцерезку. Сначала осторожно палкой потрогал. Только потом взял в руки. Необычный диск из состыкованных между собой черных дощечек и металлических пластин. Приглядевшись магическим зрением, до меня дошло. Это кодекс Колдующего! На тридцать плетений, но заполнено только половина. Я всмотрелся. Стандартные одиночные плетения. Кроме последнего. Я не понял сходу его назначения.

Ладно, глянем на книгу-шкатулку. Магическим зрением я заметил слабые силовые линии. Видимо, это из-за них шкатулка закрывалась с такой силой. Первая страница была жутко грязная, в потеках старой засохшей и моей свежей крови. Сверху написано несколько строк на старотазамском. Некоторых букв я не знал, слова тоже не все понятные. Но в целом смысл угадывался. Что-то вроде:

Поздравляю тебя, мой друг! Если ты читаешь эти строки, и твои пальцы на месте, то можно только позавидовать твоей сноровке. Сожалею, но ничего интересного на этих страницах ты не найдешь. Здоровья тебе и удачи!

Гиэенто, я не храню здесь важную информацию, поэтому если ты выкрадешь этот дневник, верни, пожалуйста. Я не буду на этот раз сердиться. Даю слово.

Я осторожно разделил слипшиеся страницы и глянул, что там дальше:

24|синяя|542

Написано сверху. Похоже на дату. Синяя — это кварта, 21 — число, 542 — год. Раньше исчисление шло не по эпохам правления императоров. Винстром рассказывал.

Старый дневник сгорел. Купил новый. Надо будет заказать ему обложку. Уже есть наметки.

Далее шла небольшая картинка, напоминающая саму серую шкатулку. После список:

— Мешок муки

— Хлеба

— Вина

— Сахар

— Масло

— Зайти к Гиэенто. Набить морду за просроченный эликсир.

26|синяя|542

Странное дело. С Вильтами не связываться больше.

29|синяя|542

С Гиэенто хорошо отметили. А он неплохой мужик так-то. Каламбийское — отличное вино! Надо заказать пару бочонков в погреб.

30|синяя|542

Какое каламбийское, старый дурень? Голова на следующий день просто раскалывается. Запомнить — не пить каламбийское.

33|синяя|542

На завтра: к Вильтам забрать плату. На этот раз точно все с ними! К Леманто — наклевывается крупный куш. К булочнику и на базар.

Первая страница закончилась. Дневник старый, похоже. Имя владельца нигде не видно.

Я осторожно полистал хрупкие страницы древней книги. Ничего интересного. Разные списки покупок, какие-то фамилии с ценами напротив и прочее. Я быстро просмотрел последние исписанные листки.

12|зеленая|544

Кодекс украли ублюдки! Надо будет новый заказать. Что-нибудь этакое. Может в форме диска?

Нарисованная картинка походила на кодекс, что я нашел рядом.

13|зеленая|544

Опять Кинстолг. Идиотские заказы. Хотя плату не задерживает. Извращенец хренов.

Миньон полностью подвластный воле хозяина. Козу в качестве каркаса? Думаю Кинстолгу хватит на год. Придется на бумаге строить. Вот ублюдки!

Я не понял, что означает слово «миньон». На следующем развороте была подробно нарисована магическая форма с пометками владельца. Что-то знакомое. Я глянул в кодекс мертвеца и сверил с формой в книге. Она и есть, только в кодекс как-то коряво внесена. Видимо, погибший Колдующий плохо умел переносить формы с бумаги. Интересно, для чего эта форма? Ладно, потом разберусь. Я неторопливо скопировал неизвестную форму к себе в кодекс.

Так, и что мне с этим делать? Сообщить Оберегающим? Но ведь я убил человека? Вдруг меня посадят? Я немного обдумал ситуацию. Нет, я же честный тазамец! Надо все рассказать. Оберегающие поймут, если я все правильно объясню про больного человека. Решено! Надо привезти им книгу и кодекс. Может, мне поведают, что делает эта форма.

Глава 4

В ближайшей деревне не было даже Оберегающих. Про Колдующего в темных одеждах слышали — заезжал в село пополнить припасы. Спустя два дня я добрался до Истельвейла — маленького города, где даже стены не было. Зато там было три десятка Оберегающих и несколько Дознающих. В главном здании Оберегающих Истельвейла меня приняли быстро. Как только я показал книгу и кодекс, сразу повели к Дознающему в небольшой кабинет, уставленный шкафами с документами.

— Добрый день, лер Велиостро. Присаживайтесь. Мое имя Хэнк Виллиам, Дознающий I ступени. Ваши артефакты отданы на экспертизу. Расскажите подробно, что произошло.

Я поведал мужчине во всех красках о непонятном больном человеке, настаивая, что у него не все в порядке с головой было. Рассказал о найденном трупе, о книге и кодексе. Хэнк задавал странные вопросы. Я отвечал.

Прошло около двух теллов, и мне уже поднадоело сидеть в кабинете Дознающего. Тут в комнату ворвался молодой энергичный мужчина в форме.

— Хэнк, в двух кодексах опять заклинание АА класса! И откуда только вылезают?

— Тьфу, Леми. Не перед лером Велиостро же.

— Извини, я думал, ты его в допросную…

— Ладно. Лер Велиостро, у меня для вас не самые приятные вести. В вашем кодексе обнаружена форма АА класса. Я вынужден задержать вас как минимум на декаду до выяснения всех обстоятельств.

— Что за АА класс?! Нет у меня ничего такого!

— Это запрещенные в империи формы. За их хранение дают от пяти до семи лет каторги. За распространение или использование — от двенадцати до двадцати.

— Я только одну форму скопировал посмотреть. Я не знал, честно.

— Это не важно. Леми, проводи лера Велиостро в одиночку.

— Мы же на прошлой декаде последнюю заняли! Дезертиров с Давантора доставили. У них мест нет почти.

— Хорошо, сажай в общую.

— Эм-м, у нас рабочих браслетов тоже не осталось.

— Тьфу! Что за напасть. Видите, в каких условиях приходится работать?

— Вижу…

— Хорошо. Лер Велиостро, пишите расписку. Я, Селин Велостро, Младший М'разведывающий не буду применять какую-либо магию, находясь в заключении в отделении Оберегающих номер сто сорок два города Истельвейла…

— Повторите, я не успел записать.

Хэнк продиктовал еще раз.

— Дальше. Я осознаю, что нарушение данного требования согласно закону номер шестьдесят семь пункт три влечет за собой принудительную отправку на каторжные работы сроком от трех до пяти лет. Внизу проставьте дату и подпись.

— Готово.

— Хорошо. Знаете, лер Велиостро. Я лично вам верю и не вижу особых причин задерживать. Умные люди всегда смогут договориться, не правда ли?

— Наверное.

— У вас есть, что мне сказать или передать?

— Ну, мне через полторы декады примерно надо быть в Даванторе. Мой взвод ждет.

Хэнк поморщился и внимательно глянул на меня.

— Это все?

Я кивнул. Не понимаю, чего он хочет.

Вскоре подошли Оберегающие и повели меня куда-то вниз. При мне оставили только одежду, остальное забрали. Спустились в полутемный коридор с каменными стенами. Тянуло плесенью и еще каким-то неприятным запахом. В коридоре налево и направо отходило много деревянных дверей из толстых досок с маленьким закрывающимся окошком посередине.

— Что, новенький? — спросил нас дежуривший в коридоре Оберегающий.

— Ага. В общую, — ответил М'оберегающий, придерживая меня за плечо.

— Че-то он не похож на бандюгана. Скопытится ведь. Давай его к Хъюго, там поспокойнее.

— Отпирай.

Через асенду меня затолкнули в одно из полутемных помещений. Примерно 8 на 10 шагов. Уставлено двухуровневыми койками, в углу — огороженное отхожее место. Везде грязь и вонь. И мне здесь жить?

— Гля, Наемничащий пожаловал. За что загремел, салага?

В полумраке разглядел шестерых мужчин в камере. Кто сидел, кто валялся на койках.

— Хранение каких-то форм. Я и не делал ничего!

— Все мы тут ничего не делали.

— Почему вас тогда сюда посадили? — спросил я.

— Умные слишком, — люди загоготали.

Коек оказалось семь, так что одна нижняя была свободна. Я присел на жалобно заскрипевшую жесткую лежанку. Ко мне подошел худой жилистый мужчина средних лет с короткой щетиной.

— Меня Селин Велиостро зовут. А вас?

— Я Хъюго. И я тут главный. Слышь паря, козырные перчи у тя!

— Ага, четыре серебряных отдал.

— Ну-ка одолжи мне. Руки погреть.

— Хорошо, только верните мне потом, лер Хъюго.

— Без базара.

Я стянул перчатки и передал их мужчине. Хъюго прищурился, разглядывая в полутьме мою левую руку.

— Куча, гля че у него с рукой.

Подошел толстенький невысокий человек.

– **я буду, это зеленая лихорадка!

— Е****, да ну н****!

Хъюго бросил мои перчатки на пол и отошел подальше. Остальные сокамерники послезали со шконок и заняли места в дальнем от меня углу. Хъюго заколотил в дверь, крича Оберегающему:

— Сивый, с***, какого хрена нам заразного подкинули?

— Че ты брешешь, Хъюго? Иди спать. Его проверял наш Колдующий.

— Это Пузан проверял? Да если у него х** отвалится, он и не заметит!

— Хех, может быть.

— В натуре! Убери этого заразного. Ты хочешь, чтобы мы сдохли?

Оберегающий в коридоре вместо ответа гулко рассмеялся.

— Я те б** припомню это, Сивый.

Хъюго вернулся на шконку.

— Как там тебя? Селин? Чтобы к нам не подходил. Еду будешь брать последним. Усек?

— Кого сек?

— Понял, говорю, заразный?

— Понял. Еду брать последним.

Кормили в камере отвратительно. Заняться тоже нечем. Формы ведь плести запретили. Хоть сокамерники не доставали. Я им пытался объяснить, что не болею зеленой лихорадкой. Но никто не поверил. Еще я заметил знакомые татуировки на одном из заключенных. Долго не мог вспомнить, где я их видел. Потом дошло: у погибшего Ганса на лице были похожие.

На четвертый день из-за игры в карты подрались Куча и Плевок. Серьезно. Плевок, похоже, сломал руку. Утихли только когда прибежали Оберегающие. Я думал, их заберут на лечение, но тех наоборот избили дубинками. Потом Оберегающие ушли.

— Повеселились, утырки? — грозно спросил Хъюго.

— Мне ребро сломали походу.

— Я те ща сам череп сломаю, д******!

— Я могу вылечить. Я М'лечащий II ступени. Только надо разрешение получить, — заметил я.

Асенду стояла тишина в камере. Потом Хъюго бросился к окошку в двери.

— Сивый, б****. Какого хрена к нам мага без браслета засунули?

— Дык занято все.

— У**** тупые.

— Че возникаешь? Вон он смирный сидит, ничего не магичит.

Хъюго еще долго бормотал разные ругательства.

На шестой день за мной пришли Оберегающие. Меня привели в комнату с несколькими столами и разными необычными приспособлениями. Внутри помещения ждали два незнакомых человека в форме.

— Садитесь, лер Велиостро, — предложил мужчина с длинными усами. — Меня зовут Диес Соммерсет, Дознающий II ступени. Я прибыл из Давантора. Хочу задать вам несколько вопросов, если не возражаете.

— Слушаю, лер.

Второй человек в комнате был с меня ростом, но вдвое шире. Он как-то недобро поглядывал на меня.

— Ваше имя Селин Велиостро, вы Младший М'разведывающий?

— Да.

— Восемь дней назад вы были на кладбище Кастенвилля?

— Да.

— Перейдем к отчету о трупе номер один. Предположительно мужчина. Возраст определить не удалось. Вы были с ним знакомы?

— Это который больной? Нет.

— Вы применяли на нем магию?

— Да.

— По какой причине?

— Он… странно себя вел. Напал на меня.

— Согласно отчету вы использовали на нем воздушное Бао семнадцать раз.

— Наверное. Не считал.

— У трупа сломаны семь пальцев рук, а также правая нога.

— Это не я!

— Ты тварь! Правду говори! — неожиданно подал голос стоявший рядом бугай. Он с силой хлопнул ладонями по столу. Я аж вздрогнул.

— Чего вы по столу бьете? Вам же больно!

Здоровяк нахмурился и взял меня за отворот куртки.

— Тихо, Вел. Нежно и постепенно, — сказал ему Соммерсет. Бугай неохотно отпустил меня. Дознающий обратился ко мне извиняющимся тоном. — Он только недавно получил Наказующего I ступени.

— Да? У меня брат тоже Наказующий!

— Мы отвлеклись. Вы утверждаете, что не наносили умершему переломы конечностей?

— Нет, у него все уже переломано было, когда я его встретил.

— После этого вы использовали Тио на нем, так?

— Так.

— Далее применили два раза модифицированную Тио. Отрубили ноги и раскололи череп?

— Верно.

— После чего наколдовали форму поднятия?

— Нет, я больше ничего не колдовал.

— Слушай, Велиостро, ты влип по-крупному, — вмешался бугай злобно. — Лучше отвечай все честно.

— Я не вру. Мама говорила, что врать нехорошо.

— Хватит под дурачка косить! Мы вытянем из тебя правду любыми способами.

Еще с четверть телла меня допрашивали, пока словесную пытку не прервал вошедший Хэнк Виллиам.

— Лер, это мое дело! — возмущенно произнес Дознающий.

— А вы видимо, лер Виллиам? Мое имя Диас Соммерсет, Дознающий II ступени. Меня прислали из Давантора по вашему донесению. Я ознакомился с отчетом по трупу номер один. Какой идиот его писал?

— Мой помощник. Лер, я только вернулся из Кастенвилля. Предлагаю объединить усилия и все обсудить. Пройдем в мой кабинет?

— Согласен.

— Не рыпайся, скоро мы с тобой закончим, — сказал бугай на прощание.

Спустя телл Дознающие вернулись.

— Прошу прощения за это недопонимание, лер Велиостро, — извинился Соммерсет. — Картина происшедшего прояснилась. Однако в вашем кодексе обнаружена запрещенная форма.

— Я не знал про нее.

— За скромную сумму в пятьдесят серебряных я готов закрыть на это глаза.

— Хорошо, — я уже хотел оказаться подальше от этого города и согласился на все условия.

— Я знал, что мы с вами поладим!

Незаконную форму из моего кодекса удалили, остальные вещи вернули в целости. Только найденные у трупа кодекс и дневник не отдали. Я думал, смогу их продать выгодно, но в итоге только в убыток вышел. Пол адабро! Саму форму я могу восстановить по памяти. Жаль, что она запрещена, я так и не понял, что форма делает. Дознающие ничего толком не объяснили. Сказали, что мне не положено знать. Тот человек, которого я убил, был и не живой вовсе. Интересно, как же он двигался тогда? Как я понял, Колдующий, который с перегрызенным горлом, решил испытать найденную в древнем дневнике форму. За что и поплатился.

В Давантор я прибыл вовремя, за несколько дней до срока. Взвод пополнился одним М'разведывающим и тремя Разведывающими. Двенадцать человек, как и было в отряде до моего с Тамсоном прихода. Далв решил мне в напарники поставить новенького, хоть я сам еще не все премудрости Разведывающих изучил. Звали парня Сэм, он служил ранее в Мостфеле Оберегающим.

— Будем знакомы, Сэм. Я тоже во взводе еще новичок.

— Еще и это… Слушай, Селин, скажу сразу: я в Разведывающие идти не хотел. Командующий приказал, вот и пришлось. У меня в Мостфеле жена осталась.

— Это интересно! Поездишь по разным городам…

— В гробу я видал эти города! Будет возможность — сразу слиняю. Переведусь поближе к Мостфелю.

— Понятно.

Подошел Низог.

— Ну как, познакомились? — я кивнул. — Хорошо. Селин, мы можем рассчитывать на твои «способности»?

— Нет, больше он не придет.

— Ты пробовал поговорить с ним, как я тебя просил?

— Да, но им не надо ничего.

— Я понял тебя. Значит, работаем по-старинке.

Спустя несколько дней последней в Давантор явилась Шелла. Неожиданно Далв и Тари устроили свадьбу. Весь наш взвод ходил в храм Единого на церемонию. Из родственников приехала только мать Далва. Тари же была сиротой. Я как-то думал по книгам, что свадьба — это такое торжественное, крупное событие. А потом еще и медовая кварта, чтобы возлюбленные побыли вместе. В этом случае все оказалось не совсем так. Тари с Далвом быстро произнесли клятвы в храме, обменялись кольцами, а потом мы отправились праздновать. Кто-то заметил, что раньше муж и жена звались Любящий и Любящая, но на смену им пришли иностранные словечки. Когда-то Любящий был официальным титулом, но сейчас такого нет. Например, мой отец бы представлялся: Калар Велиостро Проверяющий III ступени Любящий Беринну Велиостро Властвующий I ступени и так далее.

Выходных себе Низог не дал. Через два дня взвод выступил на юг по приказу Симмлано. Здесь, на западной части фронта гномов изрядно поддавили. Откинули практически до прежних границ.

Восемнадцатый год эпохи правления Тэриана. Конец черной кварты и всю серую мы провели на границе. Привычное ремесло Разведывающих. Идти впереди основного войска и предупреждать о неприятеле. Иногда нас посылали в дальние походы разведать местность, иногда мы сидели в лагере вместе с легионом Воюющих. Время холодное — греющие плетения значительно облегчили мне жизнь.

Сэм мне не понравился. Постоянно жаловался. На холод, жар, голод, жажду, сырость, грязь, чесотку, свой слабый желудок, вредных и вонючих лошадей, надоедливых насекомых, Командующего из-за дурацких приказов, дождливую погоду, отбитую в седле задницу, своего тугого напарника (меня), отсутствие таверн и кафе, отсутствие домов Удовлетворяющих, недоваренную, переваренную, недосоленную или пересоленную еду, Шеллу, что не принимает его знаки внимания, Саймона, которого невзлюбил сразу, на свою незавидную судьбу в целом. Еще он часто обзывал других людей. По-моему, это неправильно. Бешгу был намного лучше.

— Селин, говорят, ты на хорошем счету у ее высочества лер Кэласс? — как-то спросил меня Сэм.

— Да, она мой друг.

— Вот оно что… — тихо добавил напарник и резко замолчал.

Син гномов встречался нам часто на пути. Я смог лучше осмотреть форму и научился выстраивать ее точную копию. Потом начал тренироваться проникать внутрь, не потревожив контуры. Саймон сказал, что это занятие бесполезное. Син отработана веками. Но я не сдавался. Все пытался использовать замеченную некрасивость. Можно было выстроить обводящие каналы, но если они слишком длинные, или неправильного сечения, то Син сигналила о нарушении границ. Допустим, просунуть кошку каналы позволяли, но вот мое тело не пролезало. Я уже думал начать худеть, как до меня дошло. Надо взять несколько ячеек и выстроить обводящие каналы вместе. Сказать то легко, а вот сделать сложнее. Не знаю, как объяснить. Будто пытаешься держать в уме десятки чисел и одновременно складывать их или умножать. Тяжело. Приходится делать все примерно, на глаз. Мне кажется, если бы я отучился в университете, то смог рассчитать это на бумаге.

Спустя сотни сплетенных форм у меня получалось где-то в половине случаев успешно внедрять обводящие контуры в форму. Тогда выходило маленькое отверстие, через которое пролезал человек. Но в другой половине случаев Син издавала тревогу. Саймон надо мной уже не смеялся, а принялся помогать советами. Низог похвалил.

Над моим рассказом про ненормального человека и допросы Дознающих сослуживцы вволю повеселились. Особенно им пришлось по вкусу, как меня посадили в общую камеру и про зеленую лихорадку. Потом объяснили, что напавший на меня был мертвяком. Неживой человек. Как-то раньше Колдующие могли так делать мертвяков, но потом в империи это ремесло запретили полностью. За малейшее подозрение отправляют на каторгу. Хотя для Колдующих каторгу обычно заменяют на работы Собирающим и Внедряющим с примитивными артефактами.

Я не стал говорить, что хорошо помню саму запретную форму. Немного подумав, я пришел к выводу, что эта форма нужна, чтобы вытащить другой большой контур и переместить или внедрить его в какой-то предмет. При этом контур изменялся очень сложным образом. Меня даже посетила мысль, что запретная форма перемещает чью-то ауру. Но это уж просто невероятно.

Наши войска пересекли границу с Галиатом. Сопротивления на этих участках гномы почти не оказывали. Нас приставили к неполному Южному Сел-Берфельскому легиону. Командующий легиона любил посылать нас вперед. Обычно половина взвода оставалась патрулировать подходы к лагерю, другая — отправлялась вперед на разведку на расстояние двух-трехдневного перехода.

Однажды нас отправили в разведку примерно на три дня пути. Далв выбрал для этого задания нас с Сэмом и Саймона с Тамсоном. Точных карт окрестных земель нет. Мы уже на территории Галиата. Иногда встречались деревни. Вполне себе обычные, только дома сложены основательные, да жители гномы по большей части. Наш взвод в селениях не останавливался, а то подсыпят яд в еду, и поминай как звали. Хоть мы и представлялись беженцами-Наемничающими. Далв сказал, что знающего гнома мы не обманем.

— А что за Гиблая долина, про которую местные твердят? — спросил я Саймона.

— Опять ты пристал? Я тебе сиделка что ли?

М'разведывающий немного помолчал, но потом все же соизволил ответить:

— Слышал я одну историю, — сказал Саймон. — Долина эта Гиблая окружена барьером, через который не проникнуть. А коли войдешь туда, то полчища чудовищ сметут тебя и сожрут все останки. В центре же Гиблой долины стоит Черный замок, охраняется он легионом мертвяков. И живет там старая двухсотлетняя ведьма. Самая настоящая Черная ведьма! Во как.

— Сказки все это, — уверенно заявил Сэм. — Уж гномы бы у себя не стали терпеть подобное.

— Говорят, гномы договор заключили. Рабов ей отвозят, а Черная ведьма души у них изымает и артефакты наполняет силой. Черные артефакты.

— Все-то у тебя Черное.

— А то? Ведьмы черный цвет любят. Так от Единого скрыться можно.

— Мы туда пойдем? — вставил я слово. Все пожали плечами. — Далв, мы пойдем в Гиблую долину? — крикнул я Командующему.

— Посмотрим издали. Внутрь заходить не будем.

Крупных войск гномов не встретили. Один раз только обошли обнаруженный сигнальный барьер. Наверное, основные силы отсиживаются за стенами одного из хорошо укрепленных городов. Наши Воюющие также делали.

Еще на подходе мы увидели вдали светящийся огромный купол. Гигантская Син тянулась на десятки лир влево, вправо и вверх. Гиблая долина.

— Первый раз вижу подобное! — с чувством произнес Далв.

— Похоже, просто Син, хоть и большая, — выдал я.

— А ты Саймон все: непроходимый барьер, непроходимый барьер! — передразнил Сэм.

— А ты пройди, Сэм, — хмуро предложил М'разведывающий.

— Командующий прикажет — сам пойдешь.

— Тихо! — резко осадил Низог. — Остановимся здесь на три телла. Осмотрим окрестности. И назад двинем. Селин, глянь, что за форма. Ты у нас теперь в этом спец.

— Да, лер.

Часть группы уехала патрулировать, часть разбила лагерь и взялась кашеварить. Сэм каким-то образом отмазался от работ, сказав, что будет мне помогать. Интересно, чем?

Я подошел к Син вплотную и задрал голову. Впечатляет. Вблизи форме ни конца, ни края не видно. Сколько ж маны на это уходит? Сам сигнальный барьер отличался от стандартного, но все же это была Син. Ячейки немного крупнее. При везении мелкие птицы или зверьки могут пройти, не потревожив контур.

— Ну как, взломаешь? — деловито спросил Сэм.

— Не знаю. Наверное.

— Слабо?

— Что слабо?

— Слабо попробовать?

— Далва спросить надо.

— Далв, можно мне с контурами Син поработать?

Командующий был отвлечен, что-то активно обсуждая с Саймоном.

— Не убейся только.

Обычный его ответ, когда я спрашиваю, можно ли мне потренироваться с формами.

— Ну?

— Разрешил.

— Серьезно? Я подальше отойду тогда.

— Ага, — ответил я рассеянно. Мысли уже были полностью заняты расчетами обводящих контуров. Придется постараться. Син нестандартная, надо выводить все заново.

Спустя телл и сотню неудавшихся вариантов я решил, что контуры готовы. Их длина и диаметр должны подойти идеально, чтобы не вызвать возмущений. Остается не менее сложная задача — быстро внедрить их в промежуток между сигнальными волнами. Раз, два… Сейчас!

— Уфф, получилось, — я вытер выступивший со лба пот. Созданная форма успешно прошла проверку сигнальной волной, пробегающей примерно раз в асенду.

— Полезешь? — спросил Сэм.

— Думаешь, стоит?

— Зря старался что ли?

— Хм, ну ладно.

Честно говоря, не хотелось пачкать одежду. Пересилив себя, я лег на землю и пополз в сторону образовавшегося узкого прохода. Главное — не задеть стенки ячеек вне обводящего контура. Похоже, я немного недооценил собственные размеры. Пролез буквально впритирку.

— Есть! — обрадовано крикнул я Сэму на той стороне барьера.

— Отлично! Сходи проверь, что там впереди.

Я осмотрелся. В сотне шагов начинались густые заросли. Чуть слева возвышался высокий пологий холм.

— Я тогда до холма дойду?

— Ага. Вперед и с песней!

Петь у меня желания не было, да и не помнил я наизусть ни одну песню. Синко пока плести не стал. Вдруг Колдующие в округе? Эта, как ее? Черная ведьма. Спустя четверть телла забрался на холм и вышел на открытое место. Отсюда открывался неплохой вид на долину. И чего тут Гиблого? Обычная речка темно-синего цвета, густые зеленые джунгли. О, вон и крепость вдали на берегу! Стены темно-серые. Крыши черного цвета — наверное, отсюда и Черный замок. Я уже подумывал возвращаться, как заметил внизу на плато странные камни. Они стояли будто бы кругами. Никогда не видел подобного.

Немного поколебавшись, я решил спуститься к камням. До них всего то пару лир. Сначала идти было неудобно. Приходилось продираться через заросли и выпутываться из переплетений вездесущих лиан. Потом я вышел на утоптанную тропинку.

Валуны стояли четко по кругу в три ряда. По десять камней в ряду. Валуны внутреннего круга меньшего размера, чем внешнего. Наверху внутреннего круга виднелись какие-то палки. Я с большим любопытством подошел поближе и оглядел их. На деревянных жердях, выходящих из валунов, были закреплены фигурки, похожие на лица. Маски. Грустные, улыбающиеся, грозные, плачущие и другие. Только лица были не человеческие, а гоблинские скорее.

Оглянувшись вокруг, я заметил ауру зверя магическим зрением. Животное наблюдало за мной из-за кустов. Я подошел ближе, на всякий случай приготовив посох. Да это же нолк! Причем огромный. Нолк даже не шелохнулся — просто сидел и глядел на меня. Неужто он как Арра?

— Эй, ты понимаешь меня?

Тишина. Нолк лениво почесался и продолжил смотреть за мной. Может, подойти погладить?

Тут неожиданно купол Син надо мной дрогнул. Кто-то нарушил барьер и поднял тревогу! Волна пришла со стороны нашего лагеря. Я стоял с задранной вверх головой и разинутым ртом, не глядя по сторонам. Спасло меня рычание, раздавшееся сбоку. Я, не раздумывая, выбросил Ванку из посоха. Оскаленная морда нолка бессильно ткнулась о защиту. Барьер немного прогнулся. Шерсть животного стояла дыбом, слюна капала изо рта, глаза горели красным огнем. Некоторое время зверь бессильно скребся когтями о щит, а потом завыл. Громко, мне понравилось. Я даже заслушался. Где-то вдалеке раздался ответный вой.

— Извини, что напугал, — я спокойно бросил воздушное Бао в нолка. Животное оглушило и отбросило в сторону. Надо возвращаться, а то Далв заругает.

Я побежал по тропе обратно в сторону лагеря. Идти вверх было тяжело, и я быстро запыхался. Наверху на холме меня уже поджидали пятеро всадников. Лошади только серые, а наездники почему-то зеленоватые. Подойдя поближе, я снова разинул рот от удивления. Это были гоблины верхом на больших нолках! Я быстро активировал Синко из посоха. Вокруг насчитал огромное количество приближающихся аур. Очень много маленьких, похожих на гноллов. И около десятка крупных, с медведя, наверное.

Я свернул в сторону, решив обойти гоблинов.

— Стой, человек! — раздался крик одного из нолчьих наездников.

Дорога сквозь заросли, да еще и вверх по склону, давалась с большим трудом. Я обливался потом. Вскоре я услышал знакомое пискливое девчачье улюлюканье гноллов. Твари выпрыгивали пачками из кустов, бились о мой щит, бросали короткие копья и камни. Ванку съедала кучу энергии. Я стал кидать в нападавших Тиов, разрубая за раз по три-пять гиен. Но тем было наплевать. Мое продвижение почти остановилось. Мана таяла, не помогал и адабренный амулет.

Тут я услышал громкий треск ломающихся деревьев. Кто-то большой шагал сквозь джунгли напролом ко мне.

— Ия-я-я-я-я-я-я!!!! — визжали гноллы, облепив мой щит.

Когда треск стал раздаваться ближе, гиеноголовые расступились в стороны. С громогласным ревом из кустов выскочило большое существо около пяти шагов ростом и с серой кожей. В одной набедренной повязке. Тролль. В руках он сжимал увесистую деревянную палицу. Я подумал, что такой можно меня вбить в землю на пару шагов в глубину.

По первому выскочившему здоровяку я ударил Тиов в ногу. Только силы заклинания не хватило, тролль лишь сбился с шага. Второе Тиов оставило на ноге существа широкую жженую рану. Тролль повалился на землю и заорал дурным голосом. За первым тут же поспели остальные, менее быстрые гиганты. Меня окружили со всех сторон. Нападавшие почти целую поляну вытоптали и прорубили просеку в джунглях. Сбоку высунулась морда нолка с гоблином-седоком на спине. Кое-как я отбивался от насевших троллей. После каждого удара палицы щит значительно проседал. Блин, если бы я сплел обычное Ванку, а не свое усиленное, то продержался дольше.

Все, мана кончилась. Я с интересом смотрел, как один из троллей доламывает своим бревном мое тускло светящееся Ванку. Хрясь!! После очередного удара защита рухнула.

— Ыа онуе ай! — громко прозвучало сбоку.

Я повернул голову в сторону говорившего гоблина и успел заметить летящее в меня заклинание.

Глава 5

Очнулся я оттого, что все тело затекло. Руки мои крепко связали спереди. На левом запястье красовался серый браслет. Нам про такие рассказывали: артефакт не позволяет накапливать ману, а значит, и плести формы становиться невозможно. Я огляделся. Мы находились все на том же месте. Несколько троллей запихивали трупы гноллов в большие мешки. Неподалеку стояли рядком нолки с гоблинами на спинах. Зеленые о чем-то переговаривались. Оставшиеся в живых гноллы куда-то убежали.

Наверное, я мог бы убить в прошедшей схватке несколько троллей, но не стал. Все равно всех не одолеть было, а их самих жалко. Один из троллей, которого я ранил в ногу, сидел на земле. Он издавал непонятные громкие звуки — какое-то бульканье вперемешку с рычанием. И из всех щелей у него лилась жидкость разного цвета. Из глаз, из носа, изо рта, даже из ушей, по-моему. Под троллем успела скопиться небольшая лужица. Вокруг раненого столпилось несколько других троллей, поменьше размером. Насколько я понял, они успокаивали пострадавшего. Ну и язык у них! «Ыауе», «осососыеа», «эуалиоя».

— Колдун, пришел в себя? — спросил один из гоблинов. Он был увешан разными побрякушками и амулетами. В руке держал мой посох. Волосы на зеленой голове длинные, грязные, спутанные. Действительно, все большое: глаза, уши, рот, нос, уши.

— Вроде бы.

— Я Кул! Я вождь! Слушай меня, и умрешь быстро, чужак.

— Я Селин Велиостро.

— Твое имя не нужно. Твои приятели ушли. Испугались нашего войска. Скоро ты будешь просто грудой мяса!

Зареванный тролль прекратил плакать и спросил Кула:

— Оеау, иасса ыть?

— Ыть даоэйя! — грозно ответил гоблин-вождь.

Тролль снова начал реветь. Ему подносили туши убитых мной гноллов, но тот раздраженно отталкивал их.

— Она хотела тебя съесть. Я запретил. Госпожа будет решать.

— Это что, троллиха… что ли?

— Да, ее зовут Вивиен.

— Как-как?! Вивиен?

— Да, она наша принцесса троллей, прямо как в империи, — гоблин захихикал, обнажив заостренные редкие зубы.

Пока все вокруг собирали тела гноллов, у меня было немного времени поразмыслить. Я попал в неприятную ситуацию. Скорее всего, меня съедят. Интересно, меня быстро убьют или нет?

— Жаль, что гноллы не едят себе подобных, — обращаясь ко мне, произнес Кул. — Хоть троллей накормим.

Меня, значит, гноллам отдадут? Надо попросить, чтобы быстро убили. В сердце больно. Может, мне голову снесут разом? А вдруг они сначала мне ногу отрежут и съедят? Потом другую ногу, потом руки. Если я буду живой, то мясо ведь не испортится. Это же очень больно. Наверняка с левой руки начнут! Вечно ее отрубают! Нет, так не пойдет!

Я осторожно извернулся и откатился к валуну рядом. Со всей дури ударился головой об камень. Перед глазами что-то сверкнуло.

— Ты что творишь, человек?!

Я успел всего два раза удариться об камень, пока меня не оттащили гоблины.

— Не хочешь открывать свои знания, человек? Похвально. Но мы не дадим тебе умереть. Я знаю формы лечебные. В замке много полезных инструментов. Мы заставим тебя говорить, а потом пустим на мясо.

— Не надо меня пытать. Я все скажу!

— Госпожа решит, что с тобой делать.

Одному из гоблинов понравились мои перчатки. Такой лысый, с наполовину срезанным левым ухом. Он спросил что-то у вождя Кула. Тот ответил утвердительно. Лысый гоблин подошел ко мне и грубо стянул перчатки. Увидев левую руку, удивленно что-то проговорил Кулу.

— Что у тебя с левой рукой, человек?

Я вспомнил, как Шрам подшучивал над моей рукой. Он даже придумал целую историю, объясняющую зеленый цвет.

— Мой отец был гоблином. Из великого клана Западного ветра. Однажды он повстречал мою мать, простую тазамку, и они полюбили друг друга. Так родился я, полугоблин-получеловек.

Кул выпучил глаза.

— Что за бред! Да не один гоблин не станет с уродкой-человечкой… Фу, мерзость какая!

О-у, такого развития истории Шрам бы явно не ожидал. Получается, для гоблинов мы все некрасивые?

— Слушаю сюда, человек. Можешь сколько угодно плести свои лживые речи. Меня ты не обманешь. Кул умный вождь. Много человеков и гномьев хотели меня провести. Их кости теперь лежат по всей долине, — гоблин повернулся к одному из троллей и кивнул на меня. — Иасса аэлуйу!

Тролль что-то ответил и направился ко мне. Все-таки сожрут? Гигант с трудом поднял мое тело и перекинул через плечо. Было очень неудобно, но выбора мне не дали. Значит, тролли не такие уж и сильные. Либо я очень тяжелый. Мы зашагали вниз по склону. Я мог смотреть только назад. За нами выстроилось еще несколько троллей. С каждым шагом меня немного подкидывало, и я бился о жесткую шершавую кожу серого гиганта. От него несло тухлой рыбой. Иногда я соскакивал с плеча, и тролль поправлял меня, подбрасывая немного вверх.

Мы прошли круги из камней и вышли на вполне приличную дорогу. Спустя телл на развилке остальные тролли куда-то повернули. Дорога вилась вдоль русла. Изредка в просветах деревьев я видел синюю воду реки. Один раз попытался спрыгнуть с плеча тролля, но тот похлопал меня по спине, выбив весь воздух. Будто кувалдой ударил.

Прошло три телла примерно с момента, как я очнулся. Перед нами предстала крепость. Так Кул сказал. Я попытался повернуть голову за спину, но смог увидеть только краешек стены. Вот лапы-ноги гиганта затопали по дереву. Внизу под моим взором проплывали деревянные мостки, жалобно скрипевшие от тяжести тролля. Потом показались ржавые железные цепи по бокам. Опускающийся мост через ров! Ранее на холме я разглядел, что Черный замок стоит на берегу реки. И вокруг крепости вырыт ров с водой. Занятно, похоже на остров. Мы зашли в высокий каменный проем, даже тролль с поклажей на плече проходил через него спокойно. Темная кладка стены показалась мне странной, но рассмотреть что-либо я не успел.

Наконец тролль устало поставил меня на землю. Живот и спина побаливали, но в целом путешествие мне понравилось. Я огляделся. Будто в вымерший город попал. Все строения выглядели ветхими и заброшенными. Даже определить сложно — где кузня, а где пекарня, например. Повсюду свалены кучи мусора, грязь. Хотя кое-где сновали зеленые морды гоблинов и даже гноллы бегали. Они останавливались, завидев меня, показывали пальцами и гоготали. Крепостная стена высокая — около пятнадцати шагов. В разных концах я насчитал десяток сторожевых башен. В одной из них я заметил горящий огонь.

— Иди за мной, человек. К молодой Госпоже отнесись с должным почтением. Возможно, она даст пожить тебе один лишний день.

Потерев развязанные руки, я пошел следом за гоблинами к главной башне. Вроде бы, такое здание называют донжоном. Хорошо укрепленное каменное строение с бойницами и толстыми дверьми. Обычные неширокие окна начинались только на верхних этажах. Я задрал голову вверх. С краев донжона выходили четыре зубчатые башни. Центральная башня, крыша которой покрыта чем-то черным, являлась самым высоким строением в крепости.

— Топай, человек, — один из гоблинов грубо толкнул меня сзади.

Возле главного входа дежурило два здоровых тролля. Мы же направились к небольшой дверце сбоку. Вскоре меня привели в огромный зал с массивными деревянными столами. Кроме нескольких гноллов и пары гоблинов в помещении никого не было. Вождь Кул что-то приказал гиенам, и один из них сорвался с места.

— Если вздумаешь навредить Госпоже, я тебя испепелю. А до этого Госпожа сама вынет твою жалкую душу.

— Ваша хозяйка правда умеет изымать души?

— Можешь попросить испытать на себе. Госпожа добрая, она не откажет, — зеленый снова захихикал. Юморной гоблин, этот Кул.

— А это не больно? Тогда можно попросить.

Кул посмотрел на меня, выпучив глаза. Не думал, что у гоблинов увижу этот взгляд. Даже нелюди считают меня странным.

Через некоторое время один из гноллов отворил дверь и склонился в почтительном поклоне. В зал быстро вошла женщина в черном платье. На скорости она успела заехать гноллу по голове, так что тот свалился на пол и жалобно запищал. Скорее всего, это и есть Черная ведьма. Женщина по-хозяйски уселась на трон, находящийся на возвышении позади столов. Гоблины и гноллы затихли и все как один склонились в поклоне. Я решил тоже поклониться на всякий случай.

Ведьма выглядела необычно. Во-первых, очень молодо. Примерно моего возраста. Хотя Саймон говорил о двух сотнях лет. Неужели ведьмы могут совсем не стареть? Тогда я тоже не прочь стать ведьмом, или как там их называют? Закрытое черное платье со шнуровкой доходило почти до пола. На плечи накинут какой-то длинный черный шарф или вуаль. Почему-то Черную ведьму я именно в таком наряде и представлял. Самым необычным в образе женщины было лицо и руки. Белая кожа и черные губы. Не просто как говорят белая кожа, а по-настоящему белая. Как мел или свежий снег. А губы черные будто уголь. Волосы тоже черные, длиной до середины спины. Глаза немного не тазамской формы. Худая и высокая. Если бы не странный цвет, то женщину можно назвать вполне красивой.

— Зачем оторвали меня от дел? — нетерпеливо спросила ведьма.

— О, Великая Госпожа, хранительница Источника. Да будут дни ваши наполнены предвкушением пыток и свежими душами. Я привел к вам нарушителя границ.

— Его вещи?

Кул толкнул стоящего рядом гоблина с моими припасами. Зеленый нелюдь, пригибая голову, очень осторожно подошел к трону и сложил мое добро на подставку рядом. Гоблин на пол асенды застыл, видимо, ожидая удара, но его не последовало. Ушастый расслабился и уже намеревался отойти в сторону, как ведьма резко встала с трона. Первый пинок пришелся гоблину в ногу, отчего тот сразу упал на жесткий пол.

— Что ты рот раззявил, недоумок?! — прошипела женщина. Ведьма принялась наносить удары один за другим.

— Не надо его бить, лер ведьма. Ему же больно! — подал я голос.

Женщина остановилась, удивленно глянула на меня и звонко рассмеялась.

— Подойди сюда!

Я быстро подошел к даме в черном. И получил звучную оплеуху по голове. Ведьма принялась меня дубасить, но сил у нее не очень много было. Я прикрыл голову. Женщина со смехом лупила меня по ногам и рукам, пыталась попасть по голове. Вот когда она достала дубинку откуда-то, стало больнее. Вскоре Черная ведьма запыхалась, или это занятие ей наскучило.

— Твои вещи, слизь?

— Слизь? Я не слизь, а Селин Велиостро. Да, это мои вещи, но не все. Еще адабренный амулет у меня был.

— Кул'хасса, оеаа о е уйулейо? — грозно произнесла женщина.

— Оеи е йилли. Аяол ыно еаоинни уа! — начал оправдываться вождь-гоблин.

Тут ведьма выбросила вперед руку, и гоблин рухнул на пол будто подкошенный. Аура Кула в магическом зрении резко потускнела. Спустя асенду гоблин немного пришел в себя и поднес ведьме мой адабренный накопитель. Кула шатало, и от слабого удара женщины в черном его отбросило на пол.

— Жалкое отродье, как ты посмел скрыть что-то от меня?! Вы все зеленые ублюдки даже недостойны топтать землю рядом со мной! Дышать со мной одним воздухом. Я позволяю вам жить, только пока вы приносите пользу. Не разочаровывай меня больше, Кул!

— Да, Госпожа. Такое больше не повторится, — зеленый с трудом поднялся на ноги.

— Хороший накопитель. Возьму себе. Остальное — раздай своим прихлебателям.

— Да, Госпожа.

— Зачем вы привели сюда этого идиота? Отдайте гноллам.

— Госпожа, он проник через барьер без тревоги.

— Как?! Это невозможно.

— Мы нашли по следам место, где чужак прошел Син. Они что-то сделали с формой, так что там может пролезть человек. Я развеял дыру. Думаю, что это новый артефакт. Человек не может такое сделать.

— Из-за чего была тревога?

— Кто-то из его дружков пересек Син. Но за форму далеко они не выходили. Когда мы нашли их лагерь, чужаки уже покинули его.

— Ах, как замечательно. Они тебя бросили одного! — ведьма рассмеялась. — Бедный, бедный колдун. Никому ненужный. Даже товарищи оставили тебя на верную гибель. Просто восхитительно!

Я почесал голову, не зная, что отвечать. Не понимаю.

— Кул, это были наемники?

— Да, Госпожа. Но это могли быть и тазамцы. У наемников таких артефактов отродясь не было. Госпожа, позвольте мне увести чужака в подземелье. Я быстро все узнаю.

— Не надо меня пытать! Я все скажу! — выпалил я.

— Прелестно! — ведьма неожиданно захлопала в ладоши. — Я очень люблю людей подобных тебе. Они не дают заскучать. А то что с этими героями в сверкающих доспехах? «Мы пришли освободить эти земли от нелюдей и нечистой силы!» И такие стоят горделиво на своих разукрашенных жеребцах. Некоторые в подземелье сразу все говорят, других же наоборот никакая боль не сломит. Скучно. А люди вроде тебя мне по нраву. Лживые, готовые пойти на все ради собственного спасения. Предать друзей, страну, даже родную мать. Мне так нравится выгадывать, когда такие черви говорят правду, а когда врут. Жаль, что вы быстро… заканчиваетесь.

Ведьма замолкла. Мы с гоблинами тоже ничего не говорили.

— Ты заинтересовал меня, жалкий слизняк. Я позволю тебе дышать со мной одним воздухом. Взамен ты будешь развлекать нас своими небылицами.

— Госпожа, а что с подземельем? — неуверенно спросил гоблин.

— Твои любимые ногтерватели, пальцедробители и ногорастянутели никуда не денутся, Кул. Сначала я сама.

— Как пожелаете, — с трудом согнулся зеленый в поклоне.

— Расскажи мне, брехливая болотная крыса, как ты проник через барьер? — обратилась ко мне ведьма.

— Я, ну-у, сделал такие контуры в обход ячеек. И пролез.

— Ахахаха. Замечательно. Хочу еще! …Нет, надо оставить сладкое на ужин. Давно я не развлекалась. С этими зелеными и серыми тупицами и поговорить не о чем. Кул, умеешь ты делать подарки!

В ответ гоблин снова поклонился.

После знакомства с Черной ведьмой меня проводили в покои. Настоящие замковые покои — несколько связанных переходами комнат. Спальня, мойня, туалет и что-то вроде рабочего кабинета. На всем лежал слой пыли, но куч мусора как снаружи не было.

— Чужак, бежать бесполезно. По браслету я найду тебя за тысячу лир! А в подземелье я тебя все равно утащу, что бы ни говорила молодая Госпожа, — ворчливо сказал вождь Кул напоследок.

Ко мне приставили двух гноллов. Они даже носили нечто вроде тоги и сандалий. Из оружия короткие копья и кинжалы. При виде меня начинали смеяться, если я правильно опознал их собачий лай. Тыкали в меня пальцем, показывали на свой рот и поглаживали живот. «Скоро мы тобой полакомимся», как я понял. Они шустро трясли своим оружием перед моим лицом. Не знаю, справлюсь ли я с гноллами без магии. Гиеноголовые выглядят очень ловкими.

Я плюхнулся на огромную кровать, взметнув ворох пыли. Ух, ну и грязища! Хорошо, что пытать не стали. Не люблю боль. В принципе, в этих покоях очень даже мило. Пол протереть, да паутину стянуть. Делать было нечего, поэтому уборкой я как раз и занялся.

В кабинете стоял массивный письменный стол, но ни клочка бумаги мне не удалось найти. На окнах висели толстые кованые решетки. В шкафу лежало какое-то старое тряпье. Потертые наряды, постельное белье. Случайно выметая пыль, на боковой стенке шкафа я заметил какие-то буквы. «Не верь ей!» были выцарапаны маленькие слова внизу. Значит, я не первый гость Черной ведьмы! Надо будет спросить ее про прежних постояльцев. Может, ведьма их домой отпустила?

К вечеру пришел гнолл-посыльный. Сказал одно-единственное слово:

— Узин!

— Иду.

По пути вниз я смог немного разглядеть внутреннее убранство замка и запомнить маршрут. Мебель, картины и статуи выглядели очень дорогими, но заброшенными. Здание находилось в плачевном состоянии. Видимо, некому тут следить за чистотой и порядком.

В том же большом зале потрепанной черной скатертью был накрыт один из столов. Ведьма сидела в центре и неспешно смаковала густой напиток, подозрительно напоминающий кровь. По бокам склонились несколько гноллов в мешковатых нарядах, похожих на одежду Прислуживающих. Выглядело смешно.

— Явился, выдумщик! Присаживайся, угощайся! — радушно пригласила женщина.

Меня уговаривать долго не надо. Я примостился на стул напротив и принялся накладывать еды себе в тарелку. Никаких изысков не было. Это не императорский фуршет. Но после дорожной похлебки, каши и черствых сухарей все равно объедение. Пока я поглощал пищу, ведьма не сводила с меня глаз. Такое чувство, будто смотреть за мной, ей доставляет удовольствие.

— Какой упитанный! Гноллы порадуются.

Я поперхнулся.

— Тихо-тихо, вот, запей!

Я залпом сделал пару глотков той красноватой жидкости, что пила ведьма. Вкусно, похоже на овощной сок.

— Как там тебя величают, глист?

— Я не глист. Меня зовут Селин Велиостро.

— Возможно, я обозналась, пиявка. Полагаю, по правилам хорошего тона нужно представиться? Меня зовут Ли Вантихосо, хотя больше я известна как Черная или Ночная ведьма.

— Лер Вантихосо, очень приятно.

— Какие манеры! Прелестно. Даже в такой ситуации.

— Мама воспитывала меня в строгости. Она всегда говорила, что этикет для Владеющих очень важен. Этим мы и отличаемся от простолюдинов.

— Ахахаха, Владеющий? Хахахаха, — ведьма начала громко смеяться, чуть не подавившись.

— Да, я ведь Владеющий I ступени. До войны жил недалеко от Мостфеля.

— Мостфеля? Ахахаха, — новая волна хохота поразила женщину.

— Да, Мостфеля, — повторил я. Может, у нее со слухом плохо? — А мой отец Проверяющий III ступени.

— III ступени? — женщина чуть ли не падала, истерически стуча руками по столу в приступе смеха.

— Да, III ступени. Что смешного?

Ведьма немного успокоилась.

— Поразительно, как ты говоришь подобное с таким каменным лицом. Не удивлюсь, если сам император Тэриан твой близкий знакомый!

— Нет…

— Уфф, дай передохнуть, изверг, — дама в черном утирала выступившие слезы.

— …Я только один раз с ним обедал. А вот с принцессой Вивьен мы друзья, — похвастался я. Очередной взрыв хохота сотряс зал. Ведьма скрючилась за столом, держась за живот. Это продолжалось с четверть телла. Я невольно улыбнулся.

— Я поняла! Ты хочешь убить меня смехом, мразь?

— Нет. Я не понимаю, почему вы смеетесь.

— Подобных историй мне не рассказывал даже пойманный троюродный племянник подгорного короля. Ах ты жаба-переросток!

— О, вы знакомы с племянником гномьего короля?

— Это случилось около трех десятков лет назад. Когда коротышки решились нарушить вековой договор. Мое войско немертвых славно испило тогда свежей гномьей крови.

— Что за войско немертвых?

— У вас в империи их мертвяками зовут, неуч.

— А я видел одного недавно на кладбище! Настоящий мертвяк. Боли не чувствует, и при этом двигается. Даже форму успел запомнить.

— Хочешь, я научу тебя ей пользоваться, собачий выкормыш?

— Но она ведь запретная? Нет, это будет нарушением закона.

— Ах, какие мы послушные! Ты славно меня повеселил сегодня, брехун. Поэтому я даю тебе целых три дня жизни. Если ты веруешь в Единого, у тебя есть время помолиться.

— А может вы меня сразу того? Ну, душу вынете?

Лицо ведьмы вдруг резко поменялось

— Вам так неприятно мое общество? — на глазах женщины выступили слезы. — Простите меня.

Я вытаращил глаза, не зная как реагировать на это чудо. Похоже, я очень поторопился, решив, что Владеющие — самые странные люди на свете. Эта ведьма сделает их на раз.

— Да, э-э, ничего страшного. Я подумал, что раз вы меня убьете в итоге, то может лучше сразу, а?

— Простите, я не хотела причинять вам боль. Пожалуйста, простите меня, или я буду корить себя до конца дней!

— Хорошо, я прощаю, если вы настаиваете. Лер Вантихосо, так что насчет моей души? — спросил я с надеждой.

— Я никогда не смогу сделать подобное! Как вы можете думать такое обо мне?!

Мне вспомнилась надпись на шкафу в комнате. «Не верь ей».

— Простите. Я не хотел вас обидеть.

— Черта с два ты сможешь меня обидеть, немытая деревенщина! — лицо ведьмы поменялось из заплаканного в ухмыляющееся. Это что, игра такая? — На сегодня хватит. Жду тебя утром на завтрак. Опоздаешь, отрежу руку.

Я боязливо потер левую руку. По-любому с нее начнут!

— Не опоздаю, ваше, э-э, ведьмачество.

Ведьма пнула рядом стоящего гнолла с чайником, который изредка подливал горячий настой в кружку. Отчего гнолл упал на пол, запнувшись, и опрокинул на себя емкость с кипятком.

— Ахахаха, — громко рассмеялась ведьма, наблюдая за писками ошпаренного нелюдя.

Один из гноллов проводил меня в покои, постоянно поторапливая. Я задумался и припомнил первый разговор с принцессой Вивьен. Она мне тогда тоже показалась странной. Да и сейчас все еще кажется странной, но чуть-чуть, самую малость, я ее научился понимать. Что ж, значит надо подружиться с Черной ведьмой. Наверное, это будет непросто.

Полный желудок, мягкая постель и усталость последнего дня дали о себе знать. Спал я очень крепко, однако проснулся резко. С чувством, будто что-то нехорошее может произойти. Первым делом попытался прикоснуться к магическому резерву, но он был совершенно пуст. За окном солнце давно встало. Я спохватился и быстро оделся.

— Почему не разбудили на завтрак? — спросил я гноллов-охранников.

— Затлак! Иоае!

Тюремщики повели меня вниз, что-то весело лопоча на своем. В обеденном зале меня уже поджидала Черная ведьма, скучающе поигрывая большим блестящим мясницким тесаком.

— Эх, пять асенд всего оставалось! — разочарованно протянула женщина и вонзила с силой тесак в стол. — А я так хотела поучить тебя пунктуальности.

Я неосознанно коснулся левой руки.

— Кстати, почему у тебя рука зеленая, пень ты замшелый? Кул что-то мямлил про гоблинскую кровь.

— В битве при Даванторе потерял. Потом сам вырастил.

— Ахахаха. Умеешь ты настроение поднять с утра, целитель недоделанный. Расскажи мне про битву. Поведай, как твои дружки тазамские убегали в панике, а ты наложил в штаны от страха!

— Ничего я не накладывал.

Я рассказал уже заученную историю про битву, добавив несколько кровавых подробностей, о которых не говорил сестре и маме. Лер Вантихосо смаковала каждую смерть, требовала больше деталей. Как кто кричал, как хлестала кровь из ран Воюющих.

— Самое то за завтраком, нолчий хвост, — ведьма оценивающе глянула в мою сторону. — До обеда можешь погулять снаружи. За пределы крепости не выходи. С троллями будь осторожнее. С голодухи они туго соображают, да и сытые тоже умом не блещут. Хотя Кул сказал, ты вчера знатный урожай собрал гноллов. На пару декад им должно хватить.

— Спасибо, лер Вантихосо.

Снаружи капал мелкий промозглый дождик. Я уже хотел привычно сплести форму от непогоды, как до меня дошло, что ничего наколдовать с браслетом не выйдет. Гноллы-сопровождающие противно пищали что-то. Наверное, не хотели выходить под дождь. Но я не стал обращать на них внимание и прогулялся по крепости.

На второй взгляд Черный замок показался мне все таким же заброшенным, однако дома почти не пустовали. В самых роскошных проживали гоблины, в остальных — гноллы. Тролли поселились в конюшнях. В некоторых строениях кипела жизнь, дымились трубы. Уж не знаю чего там гноллы кашеварить могут? Хотя стоп. А кто нам с ведьмой еду делает? Неужто гиены? Интересно, из чего они мясо готовят?

Решетка главных ворот была опущена, по бокам дежурили пара гоблинов и одинокий тролль. Замковая стена в магическом зрении слабо мерцала. Иногда по темной каменной кладке пробегали какие-то сполохи. Мне почудилось, что у стены даже аура есть. Явно неспроста это. Я забрался наверх по крутым ступенькам сбоку и посмотрел вокруг. В некоторых башнях я заметил дозорных. Лега в этом месте намного шире, и течение не такое быстрое, как на севере. Ров больше походил на болото. От него несло тухлятиной. Со стены видна почти вся Гиблая долина, окруженная невысокими холмами. В основном джунгли везде. Слева виднеется плато с валунами по кругу. Значит, меня притащили с той стороны. Интересно, как там парни? Далв не дурак — за мной точно не полезет. Через пару лир торчит краешек каменного моста темного цвета через Легу. Немного в стороне справа, на противоположном берегу, я заметил какие-то хижины.

Обедал я в одиночестве. Ведьма была занята чем-то. Гноллы подносили мне еду в молчании. Интересно, сейчас они меня кормят, а потом я их кормить буду? Собой. Потом походил по замку. В некоторые места гноллы-охранники не пускали, вызывая во мне любопытство. Может, там покои лер Вантихосо? Неожиданно набрел на небольшой зал с картинами. Изображена в основном везде была белокожая ведьма в черном. Я присмотрелся к лицам. Да они же разные! Не понимаю, ведьма что, не только не стареет, но и лица менять может?

Остаток дня провел снаружи, благо дождь кончился. Как-то ко мне подошел гоблин. Не знаю, видел ли я его раньше — лиц зеленых я не могу запомнить. Узнаю только Кула и того безухого. Еще запомнился гоблин с большими голубыми глазами.

— Че'овек, мое имя Шуф. Я седьмой среди ста'ших.

— Мое имя Селин Велиостро, лер Шуф.

— Ты пе'вый из гостей Госпожи, кто назвал меня ле', — гоблин довольно ухмыльнулся. — Умный че'овек.

Вот блин. Хотелось бы услышать эти слова не от зеленого нелюдя.

— А что значит седьмой среди старших? И что случилось с другими гостями?

— Сло'но для че'овека. Есть ста'шие, есть младшие. Я седьмой ста'ший. Гости п'иходят, гости уходят.

— А Кул какой?

— Кул не ста'ший. Кул — вождь!

— Понятно.

— Че'овек, как тебе в замке?

— Пока не пытают. Неплохо.

— Хочешь стать сво'одным?

— Да, а что надо делать?

— Я скажу что. Если сболтнешь, то мне п'идется убить тебя. Ты понимаешь, че'овек?

— Понимаю.

— Хо'ошо. Умный че'овек. Есть а'тефакт. Надо подойти к ведьме и б'осить в нее. И ты станешь сво'одным. Как тебе?

— А что будет с лер Вантихосо?

— Сила Госпожи уйдет на в'емя. Вождь Кул тебя отпустит.

— Кто тебя послал?

— Никто. Я сам по себе. `ешай, че'овек. Я все сказал.

С этими словами Шуф развернулся и зашагал прочь. Опять я чего-то не понимаю. Чего он ко мне привязался?

Я немного постоял на стене. По идее можно спуститься вниз, за пределы крепости. Только вот я совсем не уверен, что смогу убежать от огромных нолков. Попытался помедитировать, но ничего не вышло. Мана уходила слишком быстро. Будто пытаешься удержать воду в сите.

— Агхм, — кашлянул кто-то сбоку.

Я вздрогнул и повернулся. Передо мной стоял старый гоблин. Глубокие морщины избороздили лицо, на зеленой голове не осталось ни одного волоса.

— Лер Велиостро, так?

— Да, а вы кто?

— Мое имя Санод. Я исполняю роль представителя Черной ведьмы на встречах с разными делегациями. Нечто вроде посла, если вам так проще.

— Вы хорошо говорите на тазамском, лер Санод.

— Пришлось научиться. Работа такая. Не знаю, насколько вы у нас задержитесь. Настроение Госпожи меняется быстро. Я видел, что к вам подходил молодой Шуф?

— Да, он вроде седьмой среди старших.

— Молодежь любит придумывать глупые ранги. Не связывайтесь с ним. Его идеи до добра не доведут.

Тьфу, теперь и загадки гоблинов еще разгадывать?

— Чего вы все хотите от меня?!

— Сидите тихо. Развлекайте Госпожу. Я попробую уговорить ее обменять вас на нескольких заключенных.

— Я понял вас.

— Еще поболтаем, лер Велиостро.

Старый гоблин с достоинством удалился.

Я остался на стене, с большим интересом ожидая следующих посетителей. Спустя телл к нам с гноллами-тюремщиками подошел другой гнолл с проплешинами в шерсти. Ему заградили путь мои сопровождающие. Начались яростные споры на их непонятном языке. Облезлый гнолл хотел проникнуть ко мне, но его не пускали. Напоследок тот плюнул в мою сторону и пролаял два слова:

— Че'о'ек, сме'ть!

Мои охранники весело проводили того пинками и тычками копий. Незадачливый гнолл подвернул ногу на верхушке лестницы и рухнул на землю. Я глянул вниз. Как-то неудачно он упал. Гноллы-сопровождающие вовсю ржали над ним и тыкали пальцами.

Откуда-то подошел серый волосатый тролль и погрузил упавшего гнолла в мешок. Тот был еще жив и что-то верещал, но гиганту было на это наплевать. Тролль заметил меня и грозно нахмурился:

— Вивиэн оеалу! Че'о'ек уа о йунни.

Это он про троллью принцессу что ли? Похоже, не рад, что я ее ранил во вчерашнем сражении.

Неожиданно тролль перестал хмуриться и расплылся в жуткой улыбке:

— Ыть холосо! Че'о'ек холосо! — здоровяк похлопал себя по объемному пузу. Тролль перекинул дергающийся мешок через плечо, развернулся и ушел.

Просто вечер знакомств какой-то. Кто еще ко мне придет, интересно? Я еще немного постоял на стене, но больше ко мне никто не подошел. А вот моих сопровождающих навестил другой гнолл. Они довольно дружелюбно о чем-то с ним поболтали. Потом один из моих охранников отошел с гостем в закуток. Оттуда начали раздаваться странные звуки. Да они же там спариваются! Тьфу, как есть животные, хоть и говорить умеют. Надеюсь, что пришедший гнолл — самка, хотя… какая мне разница? Хрен поймешь какого пола эти нелюди. Закончили они довольно быстро. Охранник вернулся, поправляя тогу. Другой гнолл-тюремщик сразу пошел в сторону закутка, после чего снова послышались пошлые звуки. Животные.

Глава 6

Лер Вантихосо выглядела усталой за ужином, но ела за десятерых. Почти никого не била. Только кинула столовый нож в гнолла-Прислуживающего. Лезвие прибора глубоко вошло гиене в руку. Не думал, что обычные ножи можно так ловко метать.

Признаться, ела женщина красиво. От души. Я тайком полюбовался. Хотела — ложкой, хотела — вилкой, хотела — руками. Захотела — откинулась на стуле, попивая горький сок. Захотела — сгорбилась над тарелкой, вгрызаясь в брызжущее соком мясо. Маму бы сердце прихватило за столом, если бы кто-нибудь из нас так ел. Я даже позавидовал немного Черной ведьме. Она принимала пищу, как хотела. Делала что вздумается, и плевать ей было на все правила и этикет. Сытно рыгнув, Лер Вантихосо лениво спросила:

— Как погулял сегодня, мой милый песик?

— Неплохо. Красиво у вас в долине. Только мусор бы убрали из крепости.

— Хорошая идея, чистюля ты наш. Завтра займешься.

— Я?!

— У тебя есть какие-то возражения?

— Может, мне магию вернете? Я так быстрее уберу.

— Нет, так неинтересно. Я приду завтра посмотреть, как ты возишься, убирая дерьмо за гноллами. Обязательно приду, — Ведьма в предвкушении прикрыла глаза. — Расскажи мне про артефакт. Как вы проникли через Син?

— Я же говорил. Я сам сделал контуры и вставил в форму.

— Сейчас не время веселых историй. Как выглядит артефакт?

— Э-э, ну, такой большой. С двумя ручками. Да. Как чемодан. Си… зеленого цвета.

— Я еще ни разу в своей жизни не слышала настолько неумелого вранья. Гномья подстилка, ты хочешь убедить меня, что это ложь? Что на самом деле нет никакого артефакта, и ты сам прошел купол?

— Вы меня запутали, лер Вантихосо.

— Отвечай, чье производство? Тазам, Галиат, Бессадор?

Хм-м, ну меня самого вроде в Тазаме сделали.

— Тазам, — ответил я.

— Вот видишь, это не так и страшно, жалкий предатель. Какого размера артефакт?

— Ну, примерно два с половиной шага в высоту. В ширину… две трети шага.

— Молодец, вот, съешь вкусняшку!

Ведьма перегнулась через весь стол, замочив край платья в чаше с супом, и поднесла мне ко рту кусочек копченой рыбы, наколотой на вилку. Я осторожно взял в рот рыбу. И тут вилка сильно воткнулась мне в щеку. Я отшатнулся и почувствовал что-то соленое на языке. Кровь.

— Больно же!

— Ахахаха. Продолжим, дырявощек. Артефакт тяжелый? Как вы его перемещали?

— Ну, килограмм сто. Перемещали на лошади.

Ведьма внимательно посмотрела на меня.

— Как часто вы его заряжали?

— Он сам заряжается, — сказал я с гордостью.

— Что?! Артефакт, который сам собирает ману?! — женщина подалась вперед.

— Ага. Так и есть.

— Это полная чушь! Я не верю, что вашему никчемному сброду могли доверить настолько значимый артефакт. Хотя не похоже, будто ты лжешь. Ты будешь достойным противником, наглый тюфяк! — ведьма кровожадно улыбнулась.

— Благодарю, лер Вантихосо.

— Как называется твое подразделение, свинтус?

— Отдельный Взвод Разведывающих.

— Должность твоего отца?

— Проверяющий III ступени.

— Даже так, да? А если с другой стороны… Любимое увлечение?

— Рисование, наверное.

— Мне так нравятся художники. А ты нарисуешь мой портрет, пачкун?

— Я людей не рисую.

— Очень жаль. Тебе нравятся блондинки или брюнетки? Или может быть рыжие, шатенки?

Тут я задумался надолго, но так и не пришел к единому ответу.

— Все нравятся.

— Подкаблучник. В каком городе ты родился?

— Старобрадфель.

— Во сколько лет ты научился читать?

— Ну, в одиннадцать, по-моему, — ответил я смущенно. Ведьма удивленно посмотрела на меня и рассмеялась.

— Ахахаха, недоумок! Да ты же просто идиот! Нет, еще рано.

Ведьма резко встала и обошла стол вокруг по направлению ко мне. Лицо ее приняло виноватое выражение.

— Простите, что я так с вами грубо разговариваю, — женщина в отчаянии заломила руки. — Можно, я присяду к вам?

— Можно, — ответил я с опаской. Мало ли опять вилку воткнет куда-нибудь? Во рту все еще оставался солоноватый привкус крови.

Вместо стула рядом, ведьма аккуратно уселась мне на колени. Я почувствовал тепло ее мягкого тела.

— Я так давно не говорила с добрым человеком. Вы ведь добрый, лер Велиостро?

— Наверное.

— Я совершенно одинока в этом замке. И гоблины, и тролли такие злые. И мне приходится быть злой, чтобы меня не съели. А я так хочу простого человеческого общения, простого человеческого тепла. Лер Велиостро, вы согреете меня? — ведьма приобняла меня и положила голову мне на плечо. Я ощущал жаркое дыхание женщины в районе шеи. — С вами так спокойно, лер Велиостро. Вы хороший и теплый. Вы ведь не предадите меня, правда? Я здесь совсем одна. Кроме вас у меня никого нет. Я же совсем не плохая, не думайте так обо мне. Что вы молчите?

— Гхм. А что говорить?

Ведьма подняла на меня свои темные глаза. Не понятно, какого они цвета. А кожа гладкая и идеально белая. Губы черные. Не бывает такой кожи у людей.

— Я вам нравлюсь? Ой, у вас что-то в штанах упирается…

— Да, вы красивая.

— Я почти и не выхожу никуда. С кем здесь говорить? А хотите, я научу вас нашей магии? Правда, я сама еще не…

Ведьма замолкла на полуслове и прикрыла глаза. Когда она открыла их вновь, то что-то в ее лице изменилось. Бамс, бамс, бамс. Три звучные и болезненные пощечины помотали мою голову из стороны в сторону.

— Кобель проклятый! Уже инструмент приготовил свой, да?!

Женщина резко вскочила, сильно ударив локтем мне по носу. Закапала кровь.

— Да что вы от меня хотите?! Убейте уже наконец! А то я сам со стены спрыгну!

— Ах ты трус! Поганый самоубивец! Иди, прыгай! Сдохнешь в помойном рву! Никто по тебе плакать не будет. А тело твое послужит пищей разным выродкам!

— Нет, Единый учил, что это грех, — я помотал головой. Кровотечение из носа постепенно стихло.

— Минус один день! Завтра у тебя будет последняя возможность выслужиться!

Толкнув попавшегося на пути гнолла, женщина быстро покинула зал. Значит завтра последний день? Стоит ли мне принять предложение Шуфа? Или довериться Саноду? А может попробовать подружиться с ведьмой? Устроить побег? Напасть на ведьму? Не знаю. Ладно, утром всегда приходят самые умные мысли.

Рано утром меня нагло растолкал гнолл.

— Че'о'ек, убо'ка!

— Сам ты убока! — ответил я.

— У-бо-л-ка! Госпо'а!

— А, уборка…

Я порылся в шкафу и отыскал подходящую одежду. В выцветших лохмотьях я смотрюсь довольно нелепо, наверное. Лучше уж так, чем отстирывать потом свой наряд.

Снаружи меня ждала разваливающаяся одноосная телега, лопата и несколько старых дырявых мешков. Засучив рукава, я принялся за работу. Не особо хочется описывать это дело. Я старался не думать о том, в чем я копаюсь. Иногда попадались чьи-то кости и потроха. Гноллы и гоблины постоянно кучковались рядом, смотрели за мной и ржали. Потом подошла ведьма в своем привычном наряде со свитой из нескольких гоблинов и троллей.

— Ахахаха, только посмотрите на этого трудягу! Как упорно он пытается продлить свое никчемное существование! Браво. Плюс один день!

Очередной взмах лопаты, и я промахиваюсь мимо тележки. Грязная вонючая куча летит на землю недалеко от ведьмы. Пара капель попадает на изысканное черное платье. Я глянул на лицо женщины. По-моему оно еще больше побелело, хотя мне это раньше казалось невозможным.

— Минус два дня. Ты умрешь завтра, грязный ублюдок.

— Как скажете, ваше ведьмачество, — ответил я покорно.

— С-сученыш, думаешь, можешь управлять мной?

Женщина развернулась и пошла прочь, гордо подняв голову.

Наверное, сегодня убираться больше не надо. Я бросил инструменты и вернулся в свои покои. Умылся и переоделся. Как раз пришел гоблин, позвал на завтрак.

За сегодняшней утренней трапезой женщина была мрачнее тучи. Я же уплетал за обе щеки. Возможно, мой последний завтрак! Похоже, мое хорошее настроение бесило ведьму еще больше.

— Надо было тебя отдать Кулу, мусорщик. Уж он бы выбил из тебя всю спесь. Ты бы ползал на четвереньках, умоляя о пощаде.

День пролетел незаметно. После обеда подошел гоблин Шуф, спросил еще раз, согласен ли я напасть на ведьму. Я отказался, чем разозлил гоблина. Думаю, что поступил правильно. Я уже начал немного понимать других людей или гоблинов. Осознал, что многим верить нельзя. Тут, в Черном замке я никому не верил. Особенно вождю Кулу. Вряд ли он отпустит меня живым после нападения на Черную ведьму. Да и сама Вантихосо почему-то не вызывала сильной неприязни. Наоборот, ее было даже жалко по непонятной причине.

Перед сном я попытался внедрить форму в серебряную вилку, украденную со стола. Смог кое-как протолкнуть за два телла несколько коротких магических линий. Бесполезно. На полноценную форму уйдет пара декад. Плюс еще ману копить, чтобы заклинание сработало.

Уже засыпая, я услышал глухие стуки за дверью в мои покои. Будто что-то тяжелое свалилось на пол. Скорее всего, это мои гноллы-тюремщики. Я покрепче сжал трофейную вилку в постели и впился глазами в темноту. Дверь громко заскрипела, и в комнату проскользнул силуэт. Белая кожа чуть ли не светилась в ночи, поэтому гостя я узнал сразу.

— Лер Вантихосо?!

— Заткнись, падаль!

Женщина быстро подошла и откинула одеяло. Я присел.

— Ляг на спину. Руки-ноги в стороны. Шевелись, придурок!

Я послушно лег обратно, с интересом следя за действиями ведьмы. Женщина быстро привязала мои руки и ноги к железным спинкам кровати. Я попробовал с силой потянуться, но путы держали крепко. Уже убивать будет? Я думал завтра.

— Не люблю, когда меня слюнявят.

Женщина скинула темную длинную сорочку, оставшись совершенно нагой. Я полюбовался на белоснежное тело и сравнил с шаблоном. Красивая, только худая, и грудь не очень большая. Да, совершенно не думал об этом. Ведь не с гоблинами же спит эта ведьма? Людей тут нет. Остаются гости вроде меня. Хех, теперь я стал кем-то вроде Удовлетворяющего? А ведь девушки мной никогда не интересовались, как братом, например.

— Но ведь это… это же изнасилование получается?!

Ответом мне стал веселый смех. Было немного непривычно, но мне все же понравилось. Да и делать по сути ничего не надо. Просто получать удовольствие. Прыгала ведьма на мне долго, но, в конце концов, насытилась и покинула мои покои. Хоть руку одну развязала, чтобы я мог себя освободить.

Утром я чувствовал себя превосходно. Настроение прекрасное. За окном светит солнышко, и сегодня меня убьют. Интересно, а что там после смерти?

За завтраком присутствовал гоблин-старик Санод. Он первый, кто ел с нами за одним столом. Даже Кула ведьма никогда не допускала. Вантихосо была на удивление хмура. Странно. Судя по всему, гости здесь нечасто, и секса у нее давно не было.

— О чем грустите, ваше ведьмачество? — спросил я позитивно.

— Ты понимаешь, что скоро умрешь? Или ты совсем тупой?

— Понимаю, почему нет? И я не совсем тупой. Только не вижу смысла бояться смерти. Если это не очень больно. Почему другие люди ее боятся?

— Это естественно для любого живого существа, — степенно произнес Санод. — Вы необычно мыслите, лер Велиостро.

— Он просто чокнутый! — добавила ведьма.

— И не надо обзываться. Лер Вантихосо, а можно мне домой письмо написать?

— Хорошо. Я исполню твое последнее желание.

Ведьма что-то приказала гноллам. Вскоре мне принесли письменные принадлежности, и я принялся выводить слова на пожелтевшей бумаге.

Мама и папа!

Я попал в плен к Черной ведьме. Она живет в замке в Гиблой долине. Это далеко от вас на землях Галиата. Здесь много интересных существ. Тролли, гноллы, гоблины-Колдующие верхом на больших нолках. Ведьму зовут Ли Вантихосо. Она бывает жестокая, а бывает наоборот добрая. Я не успел с ней подружиться. Меня сегодня убьют, наверное. А тело скормят гноллам.

Перечитал и зачиркал последнее предложение про гноллов. А то мама будет беспокоиться.

Поэтому не знаю, напишу ли я вам еще. Передавайте привет Вестру и сестрам.

Селин

— Дай сюда! — потребовала женщина в черном.

— Э-э, чужие письма читать нехорошо.

— Тогда я брошу его в камин, безмозглый!

— Ладно, — я передал листок в требовательно протянутую белую руку.

Пару асенд хватило ведьме, чтобы ознакомиться с текстом. Ожидаемого привычного смеха не последовало. Женщина наоборот нахмурилась.

— Гоул, езжай с письмом в город и оплати доставку, — громко приказала ведьма.

Высокий гоблин мгновенно поднялся из-за дальнего стола и подскочил к женщине. Поклонившись, Гоул забрал письмо и бегом покинул обеденный зал. Исполнительный гоблин.

— Госпожа, пора, — подал голос Санод.

— Я знаю! — огрызнулась ведьма и вытянула в мою сторону руку.

Меня будто приложили огромным валуном. Или словно душу тряхнули. Перед глазами все поплыло, язык отнялся.

Гноллы помогли мне подняться и повели куда-то. Кажется, мы спускались вниз по лестнице. Все вокруг двоилось или расплывалось. Вскоре я распластался в одних штанах на холодном возвышении по центру полутемного зала. Что-то странное с магическим зрением стало. Я чувствовал, как рядом пульсировала магия. Нечто сильное и дикое, неподвластное человеку. Гноллы сноровисто приковали меня кандалами к алтарю. Наверное, это алтарь. Виднелись какие-то грязные канавки с дырками, непонятные узоры вокруг.

В глазах немного прояснилось после удара ведьмы, только язык совсем не ворочался. Через некоторое время подошли Санод и Вантихосо. Я уж думал, совсем одеревенею лежать на этом мерзлом камне. Ведьма была одета как обычно в черное. В руке она сжимала тонкий кинжал с витиеватой резьбой.

— Госпожа, приступайте. Все готово, — подал голос старый гоблин.

Вантихосо занесла кинжал надо мной. Надеюсь, в сердце ударит. Больно конечно, но потерпеть можно. Я заметил, что у ведьмы от возбуждения дрожали руки. Но она почему-то медлила.

— Госпожа, бейте! — повторил Санод.

Прошло около асенды.

— Госпожа, вам надо сделать привязку к Источнику, — начал уговаривать гоблин. — Вы же сами понимаете, что он нежилец. Старая Госпожа не раз водила вас сюда. Показывала, как надо работать с заключенными. Просто действуйте как она.

Руки ведьмы продолжали дрожать, глаза заблестели.

— Ли, ты нарушаешь правила, — с угрозой проговорил Санод, перейдя на ты. — Убей его. Сейчас.

— …

— Госпожа, подумайте, о ваших многочисленных подданных. Они не выживут без вашей помощи. Тянуть дальше нет смысла. В казне еще достаточно адабро. Мы купим вам молодых красивых рабов. Подумайте, зачем он вам? Это чужак, нарушитель. Он хотел сделать плохое дело долине. Разве Госпожа не учила вас не верить никому? Единственно, что им интересно — это замок и Источник. Они могут выглядеть как невинные овечки и прятать стилет за пазухой. Поверьте моему опыту, я много повидал на своем веку.

— …

— Вы помните историю Госпожи, как гномы прислали десятилетнюю девочку в составе делегации? Она оказалась хорошо подготовленным смертником с внедренным в тело артефактом. Только недоверие тогда спасло Госпожу. Вам надо, чтобы он воткнул вам нож в спину, когда вы подставитесь?

— …

— До меня дошли слухи, что он сговорился с Кулом и Шуфом. Они готовили покушение на вас со дня на день.

Ничего не менялось. Ведьма напряженно стояла с занесенным кинжалом, Санод ее уговаривал. Лежать холодно.

— Хорошо, давайте я вам помогу. В первый раз всегда тяжело.

Старый гоблин положил свои зеленые морщинистые ладони на белоснежные руки женщины, сжимающие кинжал.

— На счет три. Раз, два, три!

Серое лезвие начало быстро опускаться мне на грудь. Я зажмурился. Боли не последовало. Я уже умер? Надеюсь, из меня не будут делать мертвяка. Я открыл глаза и увидел, что кинжал неподвижно застыл, практически касаясь моей кожи в области сердца.

— Ли, это нарушение правил!!! — закричал гоблин.

— Заткнись, старый хрен! Мне надо еще немного времени!

— Нет! Сделай это сейчас! Он слишком много узнал! — Санод надавил на кинжал, и тот несильно ткнулся мне в грудь. Показалась кровь.

— Тварь! Как ты смеешь так со мной разговаривать? Я НОВАЯ ГОСПОЖА!

Ведьма оттолкнула гоблина и вытянула руку в его сторону. Санода скрючило, и он рухнул на пол. Грудь женщины быстро вздымалась. Черные длинные волосы разметались в стороны. Ведьма посмотрела на меня со злостью.

— Это все ты виноват!

— Фа я то фут прифем? — язык все еще плохо слушался.

— П*****. Еще и Кул будет возникать… Мало мне Санода. Если ты хоть кому-то вякнешь о том, что здесь произошло, то быстро ты не умрешь, чертов свин. Сначала я отдам тебя Кулу на кварту. Пытать людей он любит.

— Я никому не скафу! Я не люблю боль.

— Еще бы. Не беспокойся, максимум через три дня я с тобой закончу.

Гноллы были очень удивлены тем, что я остался жив. Они даже приготовили инструменты для разделки и мешок. Разочарование прямо читалось на их собачьих мордах.

В последующие теллы ведьма была обозлена, раздражена и жестока, она кричала и срывалась на тех, кто оказывался рядом. Бедные гноллы менялись по несколько раз за день. Раненых уводили куда-то. Санод и Кул не появлялись нам на глаза. Я будто заново родился. Три лишних дня меня обрадовали. Я старался не улыбаться, чтобы не разозлить Вантихосо. За обедом я смог утащить незаметно столовый нож. Хоть какое-то оружие.

Во второй половине дня немного изучил замок. Походил по комнатам, спустился в подземелье. Далеко гноллы меня не пускали, преграждая путь копьями и яростно что-то лая. Внизу я смог ощутить отголосок пульсирования магии. Будто бы рядом бьется чье-то сердце. Похоже, это и есть Источник. Я заметил, что мана стала чуть быстрее восстанавливаться. И ее больше задерживалось в резерве, прежде чем браслет изливал энергию наружу. Попробовал сплести несколько линий. Так намного лучше! За пару дней можно управиться с внедрением формы. Вот только для заклинания ману еще копить…

Ночью я проснулся от громкого шума в коридоре. Слышалось бряцание оружия и визг гноллов-охранников. Я тут же вскочил на ноги и нашарил нож под подушкой. Дверь резко отворилась от удара, и в покои вбежал гоблин с окровавленным клинком наперевес. В полумраке мне его лицо рассмотреть не удалось.

— Кто вы?!

— Твоя сме'ть! — сказал незнакомый голос.

Гоблин резво побежал в мою сторону, крича какой-то грозный боевой клич. Я даже подумать толком не успел, как противник замахнулся мечом. Бесшумно блеснуло серое лезвие и начало стремительно приближаться к моей шее. Я пригнул голову и выставил левую руку вверх на пути клинка. Дзынь! Руку сильно тряхнуло, но ожидаемой сильной боли не последовало. Противник почему-то промедлил. Я резко вытянул правую руку и воткнул нож гоблину куда-то в живот. Зеленый отшатнулся, и рукоять выскользнула у меня из рук.

— Хасса!

Гоблин снова начал заносить меч, и я побежал. Перепрыгнув через кровать, я буквально почувствовал кожей просвистевшее вблизи лезвие. Я уворачивался от ударов, отбивался стулом, кидался попавшимися под руку предметами. Не ожидал от себя такой прыти. Постепенно раненый гоблин терял силы, и ему становилось труднее орудовать мечом и поспевать за мной. В кабинете напавший чуть не зажал меня в угол, однако я успел бросить ему в лицо тяжелую статуэтку со стола. После попадания послышался смачный звук. Пока враг замешкался, я подбежал и толкнул того в сторону шкафа. Гоблин проломил головой правую дверцу. Я быстро побежал к выходу из покоев. Возле двери с опаской остановился и прислушался. Кроме тяжелого стука собственного сердца и хриплого дыхания других звуков слышно не было. Я вышел в коридор и взял копье кого-то из мертвых гноллов. Осторожно вернулся в кабинет. Гоблин неподвижно лежал наполовину в проломленном шкафу, наполовину на полу, под ним собралась небольшая лужица крови. Она оказалась красного цвета, как и у людей.

Только тут мне пришла в голову мысль, что мои мучения могли легко закончиться, если бы я не сопротивлялся. Видимо, сильное желание защищать свою жизнь все же сидит где-то глубоко внутри меня. Я осмотрел свою левую руку. Виднелось только несколько царапин. Как же он мне кисть не перерубил первой атакой? А-а-а, вот оно что. На антимагическом браслете виднелась неглубокая зарубка. Не думал, что эта мерзкая штука спасет меня однажды.

Как оказалось, наша яростная схватка не встревожила ни одну живую душу в замке. Других постояльцев тут и не было. Пришлось спуститься вниз и найти дежурившего там гнолла. Донести до него мысль, не зная языка, оказалось сверхтрудной задачей. Пожалуй, легче было сражаться с гоблином. В общем гноллы и гоблины еще полночи бегали по замку. Ведьму будить никто не решился. До меня самого тоже дела никому не было. Я с кинжалом и копьем гнолла не расставался. Так и заснул на скамье в большом обеденном зале в обнимку с оружием.

— Что произошло, отрыжка бездны?! — разбудил меня утром требовательный женский голос.

Я разлепил глаза и увидел ведьму неподалеку. Она беседовала с парой гоблинов, склонивших головы.

— Госпожа, пусть ваш гость скажет.

— Селин, твою за ногу. Хватит дрыхнуть!

— Я не сплю, ваше ведьмачество, — я потянулся, разминая затекшие члены.

— Почему в твоих покоях три трупа, скажи-ка нам?

— Я спокойно сплю, значит. Услышал шум в коридоре. Вдруг врывается гоблин с мечом и хочет моей смерти. Но у него не вышло. Он же и покромсал гноллов-охранников.

— Чей гоблин? — спросила ведьма.

— Кула, Госпожа, — ответил один из зеленых.

— Ко мне его. Быстро!

Спустя полтелла прибежал вождь гоблинов.

— Великая Госпожа, что случилось? Мне сказали, что найден мертвый гоблин?

— Это ты мне скажи, Кул. Почему твои воины врываются с оружием в покои моего гостя и хотят проделать в нем лишние отверстия?

— Госпожа, мне неведомо, почему этот гоблин напал, — Кул склонил голову в поклоне. — Я думаю, не стоило оставлять жизнь человеку. Многие гоблины недовольны.

— Ты думаешь, тупорылая скотина?! Тебе еще сто тысяч лет надо прожить, чтобы научиться думать! Не смей открывать свой поганый рот и осуждать мои решения! Я ГОСПОЖА, и Я единственный закон в долине!

Кул сверкнул исподлобья глазами, но снова изогнулся в поклоне.

— Нижайше прошу простить мой язык, Госпожа. Все ваши решения идут только на благо долине.

— В последние дни ты слишком много себе позволяешь, Кул. Не переступай черту, за которой ты сам можешь попасть на алтарь.

— Я понял, Госпожа.

— Труп гоблина отдайте гноллам! — распорядилась ведьма.

— Госпожа, его надо похоронить. Это нарушение… — увидев взгляд женщины в черном, вождь-гоблин запнулся. — Будет исполнено, Госпожа.

— Сними браслет с гостя.

— Госпожа!!! …Будет исполнено, — снова смирился Кул. — Подойди.

Я подошел к вождю. Тот больно схватил меня за руку и вытащил один из своих многочисленных амулетов. Вскоре гоблин снял браслет и положил в свою сумку.

— Ты можешь идти, Кул. Уделяй больше времени патрулированию границ.

— Да, Госпожа.

Гноллы стали накрывать завтрак. Через некоторое время подошел старый Санод.

— Госпожа, дозвольте вас спросить?

— Говори.

— Правда, что вы повелели отдать тело гоблина гноллам?

— Это так.

— Смею заметить, что это не самое мудрое решение. Положение довольно шаткое. Вам сейчас не помешает поддержка гоблинов, Госпожа.

— Плевать я хотела на этих болотных ублюдков. Любого, кто нарушит мое слово, ждет наказание.

— На все ваша воля, лер Вантихосо. Таков закон долины. А законы имеют свойство устаревать.

— Ты на что намекаешь, плешивый?! Не забывайся!

— Я следую законам. И по мере сил смотрю за их соблюдением другими. Приятного вам завтрака, Госпожа, — Санод учтиво поклонился и удалился.

Яростный взгляд ведьмы переместился на меня.

— Это все из-за тебя!

— А я то причем тут?! Это же вы не смогли меня убить.

— Ах ты паскуда! Еще раз напомнишь, и я воткну тебе вилку в глаз! Все равно у тебя их два.

Я еще и виноват, оказывается. Не понимаю. Хмм, а я уже начал привыкать к ее манере разговора, обзывательствам и напоминаниям о пытках.

Лер Вантихосо что-то затребовала у гноллов-Прислуживающих на их языке. Вскоре ей привели живого барашка. Уфф, значит, мы нормальное мясо едим. Гноллы связали животному ноги и положили на один из столов. Что это ведьма задумала? Мне вспомнилась дохлая коза на кладбище Кастенвилля и настырный мертвяк. Наверняка это было как-то связано.

Ведьма подошла к барану и с силой вонзила в него кинжал. Барашек истерически заблеял и задергался. Гноллы еле удерживали его на столе. Вантихосо снова и снова опускала лезвие в плоть животного. Кровь забрызгала все — гноллов, стол, пол и саму ведьму с ног до головы. Закончив, красно-черно-белая женщина подошла ко мне. С рук у нее капало. За ведьмой тянулась кровавая дорожка.

— Это было просто, — произнесла Госпожа, хищно ухмыльнувшись.

— Я тоже люблю баранину. Только что же вы все платье запачкали?

Рука ведьмы с окровавленным кинжалом дернулась. Будто она хотела проткнуть и меня заодно. Видимо, я спросил что-то не то.

Глава 7

С вернувшейся магией жизнь стала казаться просто замечательной. Бродя по замковым помещениям, я неосознанно выводил простые магические линии в воздухе и что-то насвистывал. На этот раз ко мне никого не приставили. Очень странно. Теперь я и на пленника не похож, а больше на важного гостя смахиваю. Лер Вантихосо напомнила мне, что я не смогу сбежать от нолков. Серые животные превосходно держат след. Будь в крепости хоть одна лошадь, я бы попытался уйти, но от нолков действительно не убежишь. Ничего, что-нибудь придумаю.

Я тут же спустился вниз в подземелье. Отыскал алтарь, на котором меня почти принесли в жертву. Никто не охранял его. В помещении творилось что-то невообразимое. Волны магии накатывали и смывали почти любую магическую форму. Источник просто поражал своей мощью. Я попытался схватить эту дикую силу, но у меня ничего не вышло. Магия не поддавалась. Помнится, Санод говорил что-то о привязке? Даже сквозь толщу камня я заметил толстую силовую линию, уходящую куда-то верх. С большим интересом я выбежал на улицу и посмотрел в вышину. И, правда, в выси виднелся крупный магический канал, который выходил из Источника и, скорее всего, соединялся с сигнальным куполом Син. Вот откуда мана черпается для этой гигантской формы!

С задранной вверх головой я чуть не свалился в кучу мусора.

— Ну что за грязнули? — пожаловался я в пустоту.

Я отыскал гоблина-охранника и затребовал у него телегу. Тот сначала заворчал, но я сказал, что доложу Госпоже, и гоблин стал сразу покладистым. Широкую телегу притащил тролль. Они тут вместо тягловых лошадей видимо. У тролля изо рта капал слюна, выглядел он совершенно тупым. Пожалуй, лошади будут умнее.

Итак, приступим. Я знаю Баокора V ступени. Всего ступеней семь. Форма очень сложная и имеет кучу настроек. Скорость, силу, направление, объем и многое другое. Баокора дает воздушный толчок в определенную сторону. Для того, чтобы перенести мусор на телегу, надо сильно постараться. Форму придется полностью переработать в составную.

Время до обеда пролетело мгновенно. Я так увлекся, что почти ничего вокруг не замечал. В результате удалось сделать форму, которая будто ковш лопаты уходила под мусор, поднимала и переносила в телегу. Правда, в ходе конструирования заклинания подопытная куча мусора разлетелась на большое расстояние. В самой телеге осталось не так уж много.

— Ахаха, руками у тебя получалось лучше, ничтожество, — послышался знакомый ехидный голос.

— Да я только форму доделал. Дальше лучше пойдет, — принялся я оправдываться.

— Если твоя форма разбрасывает мусор по крепости, то у тебя отлично вышло. Ладно, хватит уже в дерьме копаться. Обед стынет.

— Да, ваше ведьмачество.

С сожалением я прервался и пошел следом за ведьмой.

Ел я быстро. Вантихосо недоуменно следила за мной.

— Ты так торопишься к своим любимым говнам? Или уже надумал, как сбежать?

— Столько дней ведь без магии, — я быстро проглотил кусок. — Лер Вантихосо, я пойду?

— Иди-иди.

Бедного тролля загонял полностью. Под вечер я выпросил еще одного тролля и вторую телегу, и дело пошло вдвое быстрее. Загрузить, дойти до свалки, выгрузить, вернуться обратно, и по новой. Иногда ходил к Источнику, чтобы пополнить ману. Отлично! К ужину мы с троллями успели вывезти весь мусор из крепости. Конечно, до идеальной чистоты еще далеко, но все равно стало намного лучше. Я прям доволен собой.

За вечерней трапезой я надеялся услышать похвалу из уст лер Вантихосо, но так и не дождался. А ведь дама в черном пару раз приходила посмотреть, как я плету Баокора. Вредная ведьма. Только после ужина я спохватился. Я же практически беззащитен! Что если очередной гоблин захочет меня убить? Без посоха я просто не успею ничего сплести.

Один из гноллов повел меня в новые покои. В предыдущих моих комнатах все еще царил беспорядок. По пути я утянул в карман маленький металлический канделябр. Ого, в этой части замка я не был, по-моему. Довольно чисто тут. Мои новые покои были похожи на предыдущие как две капли воды, разве что на двери засов был цел. Пришлось снова начать с уборки. Надо будет подумать потом над тем, чтобы сдать на титул Убирающего. У меня уже неплохо получается.

Итак, что мы имеем? Вилка серебряная — одна штука, нож серебряный, железный канделябр, четыре деревянные отломанные ножки табурета. Серебро хорошо в роли накопителя, но как посох не пойдет. В канделябр я засунул пробивной огненный шар ФиоТио. Железо тоже далеко не лучший вариант для посоха, однако лучше чем ничего. Я хорошо помнил, что черное дерево прекрасно держит формы, и скорость формирования высокая. Но вот табурет был сделан явно не из черного дерева. Провозился около двух теллов, пытаясь внедрить форму в ножки. Кое-что получилось, только я уверен, что на следующий день придется плести заново.

Этой ночью посетителей не было, слава Единому. Хотя от одной посетительницы я бы не отказался все же. Рано утром стуком в дверь меня разбудил гнолл-посыльный.

— Что надо?

— Госпо'а. Идти!

— Сейчас иду.

Я оделся, и гиеноподобный провожатый быстро повел меня по переплетениям мрачных коридоров и лестниц. Гнолл остановился возле двустворчатых черных дверей в покои, но сам заходить не стал:

— Че'о'ек. Идти! — поторопил нелюдь и боязливо отошел за угол.

Я постучал.

— Это Селин!

— Входи!

Я осторожно толкнул дверь. Скрипа не последовало на этот раз. Внутри покоев было чисто и ухожено. Ведьма сидела на низком стульчике перед большим зеркалом. Одета на ней была ночная сорочка черного цвета. Какой-то гоблин сзади аккуратно расчесывал ее длинные волосы. Тоже черные. В покоях почти все было черного либо темного цвета.

— Лер Вантихосо, вы хотели меня видеть?

— Да. Я наблюдала вчера за твоим копанием в мусоре. Ты поможешь мне сделать одну форму.

— Да, я не против помочь.

— Бестолочь, я не спрашиваю, а приказываю!

— Ясно.

— Подай мне посох. Вон он, на тумбочке лежит.

Я пошарил глазами и заметил сбоку резной посох закономерного черного цвета. Выглядел очень старым и дорогим. Вся рукоять была испещрена цветочными узорами. Угадывались листики и лепестки каких-то растений. Зеленый нелюдь, расчесывающий хозяйке волосы, остановился. Похоже, это была гоблинша. Я взял посох ведьмы и мельком просмотрел. Некоторые формы я не знал. Одна была похожа на запретную форму поднятия. Большинство — обычные Тио, Санку и прочие. Были и пробивные формы, но ничего сложного.

— Пожалуй, три дня — слишком много. Тебе и одного хватит, — довольно произнесла ведьма.

Гоблинша бочком отодвинулась в сторону.

— Да. Завтра я наконец проткну твое мерзкое сердце. Уже предвкушаю это.

Зеленая Прислуживающая спешно ретировалась из комнаты. Я недоуменно проводил ее взглядом.

— Кровь будет брызгать из твоей груди, выбиваться фонтаном. Стекать по твоим бокам, по алтарю и окроплять пол. Я повелю подать твое сердце к обеду с чесноком и пряными травами. А грязное тело пусть доедают гноллы. Или тролли пусть позабавятся… — ведьма с интересом наблюдала за мной в зеркало.

Я слушал, раскрыв рот, очень подробное описание собственного приношения в жертву. И что потом будут делать с моим телом. Некоторые вещи я себе и представить не мог. Не думал, что тролли испытывают нездоровое влечение к трупам людей.

Я осторожно подошел и протянул посох. Ведьма напряглась, но черный посох почему-то не стала брать.

— Положи на трюмо, — глухо произнесла ведьма.

Я очень осторожно положил посох. Что-то сейчас происходит, только до меня не доходит.

— Почему?

— Что почему?

— Почему ты не напал на меня, таракан помоечный?!

О, и правда! Я чуть не хлопнул себя по лбу. Условия были идеальные. Хороший посох с кучей разных плетений. И сама женщина, сидящая ко мне спиной, без защитных амулетов.

— Не знаю. А надо было?

— Да, надо было, — передразнила ведьма. — Почему ты такой дурак? — Вантихосо в отчаянии обхватила голову руками. — Дай мне повод! Я не смогу убить тебя просто так! Все рушится. Из-за тебя! Тупой лупоглазый обезьян! Недоумок криворукий! Толстозадый колдун-недоносок!

— Может, и не надо меня убивать?

— Я не могу оставить тебя в живых. Я Черная ведьма!

— Может, и не надо вам быть Черной ведьмой? Раз уж вы убить меня не можете?

Ведьма обернулась и гневно посмотрела на меня.

— Выметайся! Сейчас!

— А как же с формой помочь?

— Убирайся, тварь!

Я поспешил выполнить требование обозленной женщины, и покинул покои Вантихосо. Так и не понял, убьют меня завтра или через три дня?

Время я провел в бесцельных блужданиях по замку и крепости. Смотрел за развлечениями гноллов, гоблинов и троллей. По-моему, нелюди стали относиться ко мне с большим уважением. Не плевались, по крайней мере. Возле загона на свиней на меня неожиданно напали двое гноллов. Из канделябра я шустро выпустил огнешар и поджарил одну гиену. А вот ножка от табуретки подвела меня — кривое Тио улетело куда-то в сторону. Хоть не взорвалось в руке и то ладно. Форма в этом дереве распадается буквально за день. Тяжело без нормального посоха. Второй Гнолл быстро приближался, размахивая каким-то самодельным топориком. Я перепрыгнул через хлипкий заборчик и плюхнулся в грязь. «Ви-и-и-и», — визжали свиньи, «Ия-я-я-я», — кричал гнолл с топором. Пока мы бегали по загону, подошли гноллы и гоблины охранники. Только сразу помогать не стали. Смеялись над нами. Лишь спустя десяток асенд один из гоблинов что-то гаркнул, и гноллы нехотя полезли в хлев. Нападавшего отловили, тут же отрубили голову и бросили свиньям. Скорый у них тут суд. Может, его допросить надо было?

За ужином я пожаловался ведьме и попросил вернуть свой посох. Женщина только рассмеялась. Повелела подробно рассказать о случившемся. Долго хохотала над нашим забегом среди свиней. Посох так и не дала. Ну и черт с ним. Я натырил по замку еще два канделябра. Больше я носить с собой опасался. Заметят, отберут еще. Перед сном долго пришлось чистить наряд от грязи бытовыми плетениями. Ведь владеющий всегда должен выглядеть чисто и опрятно.

Ночью меня разбудил аккуратный стук в дверь. И что им всем не спится?

— Кто там?

— Лер Велиостро, можно войти?

— Лер Вантихосо?! Конечно, проходите. Вы бы предупредили. Я совсем не против ваших визитов.

Я подскочил и отпер засов. Белокожая женщина в ночнушке осторожно проскользнула в покои.

— Простите, что разбудила, лер Велиостро.

— Ничего.

— Вам, наверное, холодно. Идите в постель скорее.

Я прилег обратно на кровать и залез под одеяло.

— Как в прошлый раз? — спросил я.

Даже в такой темноте я увидел, как покраснели щеки девушки. На белой коже это было хорошо видно.

— Нет, отвернитесь, пожалуйста! И не приставайте!

Я повернулся на бок, спиной к ведьме. Вскоре послышался скрип кровати. Девушка приподняла одеяло и подвинулась ко мне.

— Извините, у меня в покоях так холодно. Если вы против, скажите. И я тут же уйду.

— Нет, я…

— Не поворачивайтесь! Я стесняюсь.

— Э-э, хорошо.

Мягкие холмики грудей осторожно прижались к моей спине. Какое тут стеснение, блин? Мы же с ней любовью занимались? Хотя звать такое любовью неправильно, наверное. Просто плотские утехи.

— Вы такой теплый, лер Селин. Можно я буду по имени вас называть?

— Можно.

— Спасибо. А вы зовите меня Ли.

— Хорошо, лер Ли.

— Так приятно, — ведьма прижалась еще сильней. — А я в своей постели не могу все согреться.

— Лер Ли, почему вы так меняетесь?

— Не знаю. Я такая, какая есть. Я ведь почти три года здесь ни с кем не говорила. Вы первый с кем я беседую. Вы добрый, лер Селин. Остальные все злые. С ними Лу разговаривает.

— Лу? С вами все в порядке?

— Нет. Я чувствую, что не справляюсь. Я думала, что смогу наладить жизнь в долине. Сделать гоблинов и троллей добрыми. Помочь им. Но у меня не получается. Но я ведь так стараюсь. Пусть потихоньку. Но я стараюсь! — голос девушки сорвался, она начала мелко дрожать. — Хнык, лер Селин, почему так выходит, хнык? И Кул, хнык, и Санод не понимают. Я не хочу, хнык, убивать вас, лер Селин. Я не хочу-у-у никого убивать, хнык.

Я растерялся.

— Не переживайте, все наладится.

— Я не знаю-ю-ю, как все нала-а-адить, хнык.

— Ну не плачьте. Я не люблю, когда кто-то плачет.

— Извините, лер Селин, я больше не буду. Вы такой большой и теплый… очень теплый…

Вантихосо засопела мне на ухо. Ладно, спать. Утром всегда приходят самые умные мысли.

— Грязная самка бегемота! — сильный удар в спину сбросил меня с кровати. Я спросонья подумал, что кто-то напал, и стал нашаривать рукой канделябр с формой внутри.

— Лер Ли, что случилось? — я осторожно потер ушибленную поясницу.

— Коровья лепешка, как ты смеешь обращаться ко мне по имени?!

— Вы ведь сами меня попросили ночью…

Ведьма огляделась и выругалась.

— Вот дура тупая! Ты с ней… со мной что-то сделал?!

— Нет, вроде бы. Вы сказали, что одной холодно спать.

В дверь настойчиво постучали, прервав наш разговор.

— Лер Велиостро, это Санод. Откройте.

— Твою налево! — выругалась ведьма.

— Госпожа, вы здесь?!

Я прошел ко входу и отпер засов.

— Чего тебе, лысый? — угрюмо спросила женщина.

— Просто убедиться, что с вами все в порядке, — нейтральным тоном произнес старый гоблин. — Охранники забеспокоились, когда вы не вернулись в свои покои. Скоро будут накрывать завтрак, — Санод поклонился и ушел.

— П*****, — ведьма выскочила с постели. Быстро побежала на выход и на ходу сильно толкнула меня. Еле смог удержать равновесие.

И что же получается? Их две в одном человеке уживается? Причем совсем разные. Неужели ведьма Блаженная? Вспомнилось, как Бешгу говорил, что у них ненормальных сажают в яму с термитами. Бешгу говорил, что это такие большие муравьи, с собаку размером. Ужас просто.

Мне казалось, что-то должно случиться этим днем. Или ведьма не выдержит, или гоблин сорвется. Но они вели себя пристойно. Вантихосо ругалась не больше обычного. Собственная неопределенность мне не нравилась, поэтому я решился спросить:

— Лер Вантихосо, когда вы меня убьете?

— Когда надоешь, козявка.

Слишком расплывчатый ответ, но большего я узнать так и не смог. После полудня прибежал гоблин с письмом. По-моему, его звали Гоул. Еще подтянулся Санод.

— Госпожа, дозорный нашел послание в обменном месте. Похоже, от тазамцев, — Гоул с поклоном протянул письмо с большой оранжевой печатью.

А я ведь седьмой день в Черном замке. Наверное, наш отряд уже доложился Старшим Командующим, и от них пришло письмо. Ведьма немедля вскрыла конверт и принялась читать. Про себя. Потом посмотрела на меня.

— Просят передать твое тело, чтобы захоронить на родине. Ахахаха. Раз они так уверены, что ты мертв, теперь точно придется тебя убить.

— Не надо.

— Госпожа, позвольте? — протянул руку гоблин.

Ведьма передала послание Саноду. Гоблин быстро ознакомился и произнес.

— Тазам не будет вводить войска. После захвата окрестных земель автономия Гиблой долины будет сохранена. Это радует. Учитывая наше положение. Источник так и не привязан.

— Заткнись, урод.

Санод вздохнул, но промолчал.

— А что будет, если Источник не привязать? — спросил я с интересом.

— Немертвые так и останутся без подпитки. Любая приличная армия сметет нашу оборону. Гоблинов, троллей и гноллов просто перережут. Мы в безопасности, пока врагам неизвестно об Источнике. Госпожа, через три-четыре декады прибудет партия рабов. Надеюсь, что у вас с ними проблем не возникнет?

— Не сомневайся, паршивый смерд.

На следующий, восьмой день моего пребывания в долине, мы отправились в поход. Ведьма изволила прогуляться верхом на нолке. И меня потащила с собой. Тут то я и познакомился поближе с нолками-переростками. Не знаю, как называется это помещение. Нолчатня? Нолчарня? Короче, дом для ездовых нолков. Чем-то походил на конюшню, только пониже. Недовольного гоблина Шуфа отправили помочь мне с животными.

– `уку сюда, на холку… Да не т'огай ухо! Так, п'авильно. В глаза ему смот'и. Д'угую `уку — за ошейник. Пусть де'гает хвостом, главное — не кусает пока. Так, тепе'ь стукни его по боку сапогом.

Я боязливо оглядел громадного серого зверя. Шерсть нолка вздыбилась, хвост нервно прижат, иногда из пасти животного раздавалось недовольное рычание.

— Он не укусит?

Шуф пожал плечами.

— По-другому он тебя не пустит. Нужно показать силу. Показать кто хозяин. Нолк, как и гоблин, только силу уважает. Пинай! — уверенно посоветовал Шуф.

Нет, так не пойдет. Не хочу бить животное. Я припомнил, как мы играли со старым псом Чарли. Он любил, когда ему чесали за ушами и просто гладили. И решил применить старые навыки на нолке. Сначала я касался головы животного осторожно. Видя, что его не собираются бить, зверь перестал рычать и успокоился.

— Вот, мой хороший!

Я чувствовал, что нолку нравятся мои почесывания, но он не терял бдительности. Рядом валялась обглоданная кость. Похоже, останки гнолла. Я подобрал кость и повел несколько раз перед мордой нолка. Дождавшись, пока у зверя проснется интерес, я зашвырнул предмет далеко в сторону. Животное рванулось за костью, взметнув пыль в нолчьем доме. Остальные звери все как один повернули головы. Я немного подождал, однако нолк и не думал возвращать метательный снаряд. Он прилег на пол, где упала кость, и начал ее грызть. Ладно, я не гордый, подойду сам.

— Как его зовут? — спросил я Шуфа.

— Шлюх.

— Как? Почему Шлюх?

— Слабый нолк. Позволяет всем ездить на себе.

— Понятно.

Спустя полтелла подошла лер Вантихосо со свитой из десятка гоблинов. Четверо из них — одаренные.

— Пошевеливайся, недотепа! Седлайте нолков! — приказал ведьма и прошла к дальнему загону. Оттуда дружелюбно выскочил большой и старый нолк с черной шерстью. — Черныш, скучал без меня?

Шуф нехотя помог мне навесить сбрую на Шлюха. Нолку не понравилось поначалу, и я ослабил пару ремней. Вроде нормально держится.

Ехать на нолке оказалось довольно удобно, хотя команд он слушался еще хуже, чем Пылинка. Зато держался четко за Чернышом, будто за вожаком стаи. Продвигались мы вдоль русла Леги по дороге в сторону, где меня пленили. Другие нолки вели себя довольно агрессивно, кидались на собратьев, рычали, пытались иногда сбросить седока или укусить. Обычно гоблины били им по ушам или по бокам. Шлюх был в этом плане более спокойным.

— Лер Вантихосо, а почему у вас в долине нолки такие большие?

— Нолки — непростые твари. А сытная еда и облучение Источником делают удивительные вещи.

Спустя примерно телл мы добрались до развилки. В первый день тролль притащил меня с левой стороны. Сейчас же мы повернули направо. Перебрались по широкому каменному мосту через реку. Камни переправы были очень похожи на кладку крепостной стены. Через полтелла мы въехали в большой город гоблинов. Издали и не увидишь его размеров. Хижины стоят между деревьев с густыми кронами, сверху почти не попадает свет. Только там, где возделываемые поля.

— Здесь живет около трех тысяч зеленых ушанов, — пояснила ведьма.

Дальше я мало что понимал, не зная местного языка. Никто не переводил. Мы подъехали к большой хижине, по-видимому, старосты поселения, перекусили. Потом старый незнакомый гоблин повел ведьму в разные места. Что-то показывал и объяснял. Вантихосо переговорила с разными гоблинами. Меня все встречали настороженно, однако явной враждебности не было. А может, я просто не замечаю ее.

После гоблинов мы посетили пещеры троллей и норы гноллов. Принцесса троллей Вивиен опять проявила интерес, однако ведьма категорически запретила меня есть. Серых гигантов я насчитал больше сотни. А вот гноллов посчитать было затруднительно, поскольку в норы никто не полез. Снаружи же их сновало немного, две-три сотни, наверное. Оказывается, в долине уйма нелюдей живет. В крепости же обитают только те, кто готовит ведьме, убирает, охраняет замок, разводит скот, прислуживает и прочее. У гноллов свой вождь имеется высокого роста. Вантихосо с ним долго беседовала.

До вечера мы успели объехать еще несколько поселений гоблинов и гноллов поменьше размером. И к вечерней трапезе благополучно вернулись в Черный замок.

На третий день меня не принесли в жертву. И через шесть дней не убили. Когда я спросил об этом ведьму, она разозлилась и послала меня подальше. В Черном замке было всегда оживленно. Каждый день что-то происходило. То гноллы с гоблинами что-то не поделят и устроят резню. То тролль умом тронется по неведомой причине и станет кидаться на всех. То Вантихосо придумает мне новое задание. В основном я занимался уборкой. Почистил крепостной ров. Разломал остов одного сгоревшего строения и вынес головешки из крепости с помощью телеги и троллей. Снял ржавчину с решеток и цепей. Последнее — оказалось самым сложным. И интересным. Баокора пришлось изменить до неузнаваемости. Может быть, можно было приспособить другую форму, только я не знал какую. Мое новое плетение мало что имело общего со старой Баокора V ступени. Тугой комок воздуха с немыслимой скоростью проходил по цепям и решеткам. При этом стоял такой страшный визг, что приходилось зажимать уши руками. Под конец даже лер Вантихосо выбежала из замка и долго ругала меня. Я от нее ни разу похвалы не услышал. Добрая половина ведьмы показывалась редко.

Ночью Вантихосо несколько раз приходила ко мне. Развлечься, сбросить напряжение. Даже перестала связывать руки и ноги. Обычно ведьма предпочитала позицию сверху и все делала сама. Зато теперь со свободными руками я мог ласкать ее. Грудь приятно помещалась в руке, и самой партнерше нравилось, когда я ее лапаю. Спереди, на животе, я нащупал несколько коротких шрамов, но не стал спрашивать. В полутьме то и не разглядеть ничего. Один раз я вытянул руки за спину женщины и почувствовал неровности кожи. Неужели на спине у нее столько шрамов? Я уже хотел открыть рот и спросить, как Вантихосо резко сбросила мою руку со своей спины и отвесила пощечину. Но ритмичные движения не прекратила.

Прошло почти две декады с момента моего пленения. Подходила к концу белая кварта. Здесь снега не было совсем, даже в такое время года. Я привык к жизни в Гиблой долине. С магией проснулся интерес, и появилось любопытство. Днями напролет я выводил магические линии, пытаясь сделать лучше известные мне формы или создать что-то новое, красивое. Смею надеяться, что у меня неплохо получалось. Жители крепости, похоже, смирились с моим соседством. Стали относиться как к другому обитателю долины. Иногда, правда, неугомонные гноллы кидались на меня с желанием убить и съесть, но не больше двух за раз. Мои боевые канделябры всегда были наготове. Если бы у гиен хватило ума объединиться, то мне пришлось бы туго.

В один из холодных белоквартных вечеров мы с Вантихосо ужинали в большом обеденном зале. Ничего не предвещало беды. По крайней мере, с моей точки зрения. Ведьма то может и догадывалась о чем-то. Гноллы подносили новые блюда, подливали чай. Вантихосо ругалась и кидалась тарелками в прислугу. Все как обычно. Тут послышалось несколько сильных ударов, и две деревянные двери в зал с шумом распахнулись. Из проемов вылезло около трех десятков гоблинов. С оружием и посохами наперевес. Вперед выступил Кул. Еще я узнал Шуфа, безухого и нескольких других гоблинов из ближнего окружения вождя зеленых.

— Что все это значит?! — резко встала ведьма со своего места.

— Это твой конец, ложная Госпожа! — с вызовом произнес Кул, тряся в воздухе моим отобранным посохом.

Я быстро поднялся из-за стола и отошел в сторону, к стене.

— Троуг, ое а носс! — приказал вождь.

Один из гоблинов внушительных размеров подался вперед. Он сжимал в руках какую-то серую сумку, заметно мерцающую в магическом зрении.

— Иеии о Кул. Неойии лоасса Троуг!!! АРГХХХХ! — гоблин-здоровяк свирепо прокричал что-то на своем и ринулся на ведьму, издавая громкий боевой клич.

Неуловимым движением Вантихосо выудила свой черных посох откуда-то из-под юбки и выставила защитный барьер. Толстая защитная пленка окутала женщину со всех сторон. В этот же момент Троуг что-то дернул из сумки и раздался сильный взрыв. Меня повалило на пол и на асенду ослепило. Вскоре взметнувшиеся осколки и грязь улеглись, и я увидел, что Вантихосо все также гордо стоит по центру зала, окутавшись магическим щитом. Гоблины в свою очередь ощетинились светящимися барьерами. По аурам выходило, что Колдующих у Кула около двенадцати, включая его самого.

Ведьма вытянула вперед руку, и два ближних гоблина-мага со стонами повалились на пол. Вантихосо тут же послала по заклинанию в упавших. Формы легко преодолели щиты и попали прямо в валяющихся беззащитных гоблинов.

— Что вы стоите?! — вскричал Кул. — Она всего лишь колдун-человек. Убейте ее, и МЫ, гоблины, будем править долиной!

Зеленые будто опомнились, и в Вантихосо полетели заклинания всех видов и расцветок. Защита ведьмы затрещала. Я огляделся и заметил скамью у стены неподалеку. Подошел, присел, и принялся с интересом следить за развитием боя. На всякий случай приготовил канделябр с Ванку. Хозяйка перешла в оборону, лишь изредка выводя из строя гоблинов-Колдующих своей ведьмячей силой. Зеленые маги в ответ огрызались многочисленными формами, а гоблины-воины пытались пробить ее защиту своими изогнутыми клинками. Похоже, дела у ведьмы не очень.

— Селин, помоги мне, гаденыш! — прокричала Вантихосо.

— С какой стати? — спросил я удивленно. С чего это мне помогать человеку, который хочет меня убить? Который каждый день напоминает о моей смерти и пытках, обзывает и бьет? Секс, конечно, хорош. Ну так, и с рабом тоже можно этим заниматься.

— Тварь! — злобно ответила женщина, стараясь уклониться от летящих форм и не нагружать излишне свою защиту.

Я продолжил сидеть на скамье, следя за ходом боя, подмечая некоторые интересные заклинания гоблинов и ведьмы.

— Человек! Помоги проломить защиту. И я обещаю отпустить тебя на свободу! — крикнул мне вождь гоблинов.

Я только хмыкнул в ответ. Вот уж Кулу помогать я не собираюсь. Это их разборки, и я тут не причем.

Ведьма потихоньку сдавала. Хоть у нее и было сильное преимущество в виде своей странной силы, однако мана у Вантихосо не была бесконечной, да и гоблинов-магов на ногах оставалось еще много. Похоже, ведьма и сама это поняла. Расшвыряв облепивших щит воинов в стороны, Вантихосо ринулась в проем прочь из зала.

— За ней! Добейте ее! — крикнул Кул своим подельникам. Гоблины гурьбой бросились следом за ведьмой.

Странно, что охранники не поспели на помощь ведьме. Или гоблины их заранее успели перебить? Я оглядел разгромленный зал. Повсюду валялись щепки и раздолбленные столы. Ни единой живой души видно не было. Где-то вдали в замке слышались отзвуки от разрывов заклинаний. Я отряхнул штаны и поднялся со скамьи. Любопытный бой. Надо потом попробовать сплести ту пробивную форму, что применяла Вантихосо. Похоже, она не так много маны потребляет, в отличие от моей ФиоТио.

На кухне я быстро схватил попавшуюся под руку еду и запихал в заплечный мешок. Пока я дошел до нолчьего дома, успел много всего передумать. И о том куда бежать, о том, как отбиться от преследователей. Снаружи наблюдалось некое оживление и возбуждение, тем не менее драк среди гноллов не было. Возле нолчьего дома как обычно дежурил незнакомый гоблин с оружием.

— Че'о'ек, что в замке п'оисходит? — спросил тот.

— Э-э, Госпожа гноллов гоняет.

Пока гоблин отвернулся в сторону, я сплел воздушное Бао и оглушил его. Нолки в загонах тоже были обеспокоены. Может быть, чуют сильную магию? Я прошелся по помещению, однако знакомую морду не увидел. Похоже, кто-то забрал Шлюха. На нем многие гоблины ездили. Я порыскал глазами вокруг и выбрал одного мирного на вид нолка. Когда я направился к его загону, тот негромко зарычал. Я подошел ближе, и нолк зарычал еще сильнее. Ощерился и жутко оскалил клыки. Я осторожно протянул руку. Зверь громко залаял. Прямо как бешеная собака. Может, его Бао приложить, тогда присмиреет? Я прошелся по загонам, но реакция других нолков была одинаковой. Черныш ведьмы так чуть за руку не тяпнул. Злобные гады. Я немного постоял в раздумьях. Получается, сам я не могу сбежать верхом, только на своих двоих. Если запустить несколько Тиов с определенных позиций, то можно порубить всех нолков. Тогда по моему следу никто не выйдет. Хотя нет. В поселениях гоблинов есть еще много сторожевых нолков. Я уже успел убедиться, что у них отличный нюх. Да и просто жалко самих животных, хоть они и злонравные. Эххх, ладно. Пойду, попробую договориться с победителем в сражении. Не выйдет, так не выйдет.

В большом зале ведьма устало сидела на своем помятом троне, чудом уцелевшем в сражении. Вокруг носились перепуганные гоблины и гноллы. Они убирали тела, битую посуду и останки мебели. Платье Вантихосо было покрыто кровью.

— Ты еще тут, червь? — негромко спросила ведьма.

— Да. Я хотел убежать, но не смог оседлать нолка.

— Я бы посмеялась над твоими неудачами, только что-то устала.

— Вы очень сильная Колдующая, лер Вантихосо.

— Грязный лизоблюд. Я не хочу тебя видеть сейчас. Ты бросил меня!

— С чего это мне помогать вам? Вы мне не друг, и даже не приятельница. Я ведь просто ваш пленник.

— Уйди. Иначе я прибью тебя прямо сейчас.

— Может, это будет лучшим выходом?

Ведьма прикрыла глаза, так и не ответив, и я вышел из обеденного зала.

По следам от заклинаний, трупам и отпечаткам крови я отыскал главное место сражения. Небольшое помещение-кладовая недалеко от алтаря. Стены оплавлены, везде валяется какой-то хлам и изорванные тела гоблинов. Похоже, тут ведьму зажали, но Вантихосо как-то выстояла. Я растолкал суетящихся гноллов и полез обшаривать трупы. Гиены что-то пропищали протестующее.

— О! — воскликнул я, натолкнувшись на тело безухого гоблина. По правде, теперь сложно подсчитать количество ушей нелюдя, поскольку голова его была оторвана и куда-то делась. Зато свои перчатки я узнал. Без всякой брезгливости стащил их с трупа. Да они же ему сильно велики были! Зачем безухий носил тогда их, интересно? Ничего, почистить, и сойдет.

По памятным амулетам и побрякушкам я отыскал то, что осталось от великого вождя Кула. Гоблин словно взорвался изнутри, а потом его еще и поджарили. Все внутренности разбросало вокруг. Не слишком приятное зрелище. Я осторожно поворочал угли сапогом и вскоре обнаружил свой посох. Жезл из черного дерева был полностью оплавлен и непригоден для использования. Красные вставки разбиты. Жаль, это ведь был подарок Вивьен.

Кто-то из гноллов привел гоблина-охранника.

— Че'о'ек, уходи! Тебе нельзя здесь быть! — грозно повелел гоблин, демонстративно придерживаясь за свой магический посох.

Я с сожалением выбросил останки жезла и покинул место побоища.

Глава 8

Чего я меньше всего ожидал, так это того, что ведьма навестит мои покои в ночь после сражения. Вантихосо набросилась на меня будто разъяренная кошка. Сорвала одежду и повалила на кровать. Ведьма кричала на меня, обзывалась, лупила пощечины. Не хочется себе признаваться, ведь это неправильно, но мне чем-то даже понравилось. Буквально через полтелла силы у женщины кончились, ведьма устало откинулась на подушки и почти мгновенно вырубилась.

Я глядел в ночной темноте на белокожее лицо женщины и приоткрытые черные губы. Длинные темные волосы разметались по кровати, закрыли и само лицо частично. Раньше она себе подобного не позволяла. Вернее, Лу не позволяла. Лу — это злая Вантихосо. Добрую звали Ли, насколько я понял. Ли два раза приходила просто поспать и погреться, пока Лу отсутствовала. Такая милая и беззащитная, совсем ребенок, когда спит. Лу же жестокая и своенравная, и даже во сне хмурится. В общем, мозги закипают, когда пытаешься понять, что творится у нее в голове. Сейчас, как и в прошлые разы, у меня не поднялась рука на ведьму. Легче принять собственную смерть, чем убить мирно лежащую рядом женщину. Мне жаль ее. Кажется, будто Вантихосо здесь чужая. Гиблая долина — не то место, где она должна быть.

Утром я проснулся от тяжести на себе. Вантихосо по-хозяйски закинула на меня руку и ногу. Я пошевелился, и женщина сонно пробормотала:

— Еще десять асенд… Лер Селин, вы такой теплый и мягкий. Так и хочется обнять вас и не отпускать.

Подтверждая свои слова действием, Ли крепко сжала меня в объятиях.

— Ой, просыпается… — женщина резко отдернула руки в сторону. Потом огляделась и села в постели. В неярком утреннем свете я смог рассмотреть оголенную спину женщины. Она была покрыта шрамами полностью. Живого места не осталось. Словно опомнившись, Вантихосо быстро нашарила одежду и оделась. Обернулась на меня, как бы проверяя, видел ли я.

— Я не буду вас спрашивать, если не хотите.

— Умный песик. Возможно, я даже прощу твое вчерашнее поведение. Сегодня побудешь голодным. Глядишь, и похудеешь.

Я вздохнул, но спорить не стал. Ведьма только этого и добивается, специально подначивает. Женщина долго искала расческу, но ее в моих комнатах не нашлось. Да и зеркало было разбито, его осколки я убрал в первый день в новых покоях. Вантихосо с руганью удалилась в свою часть замка.

Я думал, что-то изменится, но сильно ошибся. Подумаешь, вчера ползамка разнесли, перебили три десятка старших гоблинов во главе с вождем. Каждый день ведь случается подобное, правда? В главном зале прибрали, отремонтировали оставшиеся в живых столы. Гноллы буквально на коленях подносили еду, боясь, как бы злая кровавая ведьма не решилась перекусить ими самими.

К обеду степенно подошел Санод. Как ни в чем не бывало. Поразительно, как гоблин сохраняет самообладание в любой ситуации. И умеет подстраиваться.

— Великая Госпожа, — поклонился Санод. — Я рад, что вы справились с испытаниями, выпавшими на вашу долю. Через декаду будет съезд старших гоблинов. Вам надо выбрать нового вождя.

— Я буду. И лучше бы ты ничего не знал о намечающемся покушении, плешивый.

— Как вы могли подумать такое? Я верный слуга Госпожи, и только ваше благополучие является для меня единственно важным.

Ведьма долго с подозрением смотрела на Санода, но развивать тему не стала.

— Лер Вантихосо, как вы смогли справиться с гоблинами? Там же столько Колдующих было? Это все ваша сила, да? — спросил я.

— Источник помог. Я прав, Госпожа? — заметил Санод.

— Посидите с мое в этой пыточной комнате. Сами будете чувствовать Источник, — хмуро ответила ведьма.

— Но привязка все равно нужна, вы же знаете.

— Пыточная комната? — спросил я. Пока ведьма отвечает, надо спрашивать.

— Старая карга называла ее комнатой для обучения. Знаешь, что там?

— Пыточные инструменты всякие?

— Там них** нет! НИХ**! Вообще них**! Крохотное окошко, гребаный кривой шатающийся стул и деревянный манекен. Ублюдочный сраный деревянный манекен с вырезанной улыбающейся рожей. Два ГОДА!!! Два года и сто тридцать семь дней я провела в комнате для обучения. С утра до вечера. Каждый день без выходных и праздников, — ведьма все больше распалялась и начала повторяться. — С утра и до долбанного вечера. Каждый день я пыталась изъять силу из манекена. А он запитан напрямую из Источника. Эта деревянная с*** только улыбалась мне в ответ. Я не могла взять много силы, Источник сразу заполнял манекен, — я уже пожалел, что задал вопрос. — «Получишь ужин, когда сможешь осушить манекен на десятую часть.» Б****. Два года и сто тридцать семь день. Старая тупая карга, иссохшая сволочь. Тварь, твое место в могиле было еще десять лет назад. Рядом с твоими любимыми немертвыми. Она не человек. Это отродье. Мразь из бездны. Она не чувствовала ничего. Ни радости, ни скуки, ни злости, ни разочарования. За два года я похудела так, что ребра торчали наружу. Я боялась посмотреть в зеркало, когда гноллы дотаскивали меня до комнаты. Лишь один раз она похвалила меня. «Новая система обучения с пищевой мотивацией дала неплохой результат. Вкупе к силовым принуждениям. За два года ты смогла преодолеть начальную планку.» Ах, я смогла преодолеть начальную планку? Какая прелесть! А на следующий день это древнее чудище издохло. Что ты чувствовал, когда умирал близкий тебе человек, а? — с сумасшедшими глазами спросила меня ведьма, подавшись вперед.

— Э-э, печаль? — выдал я предположение. Плохо разбираюсь в чувствах.

— А знаешь, что я ощутила, когда скопытилась старая карга? Радость, свободу и счастье. Это было в сотню раз слаще самой спелой груши, сильнее тысячи оргазмов. Это было нечто, что не описать словами.

Санод тихо извинился и бесследно испарился. Мне же пришлось еще долго выслушивать стенания и ругательства полубезумной Вантихосо. И лить слюнки на еду перед носом, которой меня лишили.

Дни сменялись днями. Закончилась третья декада моей жизни в гостеприимном Черном замке. Однажды я прохаживался по стене, вяло раздумывая о вариантах побега. Надо же чем-то питаться в лесу, искать воду, передвигаться по густым джунглям, следить за дикими зверьми, запутывать следы, отбиваться от преследователей и много всего еще. Я заметил ведьму, выходящую из донжона. Несколько гоблинов-охранников и пара троллей последовали за ней. Вантихосо боязливо огибала лужи и кучки грязи. Выглядела какой-то потерянной. Потом заметила меня и по-детски замахала рукой. Я удивленно помахал в ответ. Приподняв подол черного платья, женщина быстро приблизилась к стене и неуверенно застыла возле лестницы. Я спохватился и спустился, чтобы помочь.

— Спасибо, лер Селин! — поблагодарила ведьма. Гоблины неподалеку растерянно переглянулись.

— Лер Ли, это вы?! — тихо вопросил я.

— Да! Вы меня узнали? — обрадовалась женщина.

— Что вы тут делаете?

— Я погулять вышла. А что мне нельзя? — капризно надула губки Вантихосо. Женщина повернулась к сопровождающим. — Не ходите за нами, …зеленые мухоморы!

— Да, Госпожа, — равнодушно ответил один из охранников. Похоже, привыкли к ведьминым закидонам.

Ли стала подниматься по лестнице. Очень медленно, проверяя каждый шаг. Я следовал за ней, поддерживая за руку. Вскоре наше крутое восхождение закончилось, и мы вышли к зубцам крепостной стены.

— Ух-х. Как я их, а? Зеленые мухоморы! — Ли негромко хихикнула. Потом огляделась и шумно втянула носом воздух. — Водой пахнет. И немного тиной. Я раньше не ходила сюда, потому что тут плохо пахло. Вы настоящий молодец, лер Селин. Я бы, наверное, не смогла сделать такую сложную форму, чтобы почистить ров.

— Благодарю.

Женщина долго и с любопытством смотрела по сторонам.

— Лер Ли, вы как будто первый раз наружу вышли.

— Так и есть.

— Э-э, что?

— Я на улице не бывала в крепости. Да я и ходить то почти разучилась. Лу не разрешала.

— Я уже ничего не понимаю. Как вы там разбираетесь у себя в голове?

— Не знаю, — пожала плечами ведьма. — Что-то у нас общее, что-то нет. Что-то может только Лу, что-то я. Иногда она спит, иногда я. Трудно это так объяснить. Я и сама не понимаю. Лу запрещает мне говорить и выходить наружу. Но с вами я буду говорить, хоть Лу и ругается. Вы очень нехорошо поступили недавно. Это неправильно. Благородный лер должен оберегать беззащитных дам.

Я хотел съязвить по поводу ее беззащитности, но передумал. Как-то не тянуло шутить с Ли. Она такая простодушная и наивная. Может, это все-таки игра, как у актеров в театре? Хотя какой в этом толк?

— Поэтому обещайте, что будете оберегать меня, лер Селин.

— А вы отпустите меня?

Ли растерялась.

— Я не знаю. Надо с Лу посоветоваться.

— Она не отпустит меня.

— Конечно, не отпущу, свиное рыло! Ты будешь лизать мне сапоги до скончания веко… Ой, простите ее, лер Селин. Я сейчас с ней поговорю.

Ведьма отвернулась в сторону и оперлась о зубчатую каменную бойницу. Оп-па, не думал, что все может быть так просто. Несколько асенд я с нетерпением ожидал решения ведьм.

— Простите, лер Селин. Лу не разрешает, — виновато произнесла женщина.

— Это ожидаемо.

— Еще и на меня ругается. Я знаю, она вас часто обзывает, но вы не обижайтесь. Лу не плохая. Она сильная и смелая. Просто иногда меры не знает.

— Я заметил.

Рядом с Ли я чувствовал себя очень умным и сильным. Рядом с Лу наоборот — жалким и глупым. Удивительно, как женщины могут легко вызывать подобные чувства. Тем более, одна и та же женщина.

— Я, наверное, пойду, лер Селин. Она злится.

— Конечно. Я провожу вас, лер Ли.

Под ручку мы медленно спустились по лестнице со стены. На последних ступенях ведьма резко вырвалась и прыгнула вниз.

— Куда? — успел я крикнуть.

Туфли женщины ударили сверху в голову и плечо ничего не подозревающего гоблина-охранника, который ожидал нас внизу лестницы. Бедный нелюдь от внезапного удара повалился будто подкошенный. Вместе с Вантихосо. Ведьма плюхнулась на грязную землю прямо в своем черном платье. Потом присела и обвела глазами окружающих. Пострадавший гоблин жалобно постанывал.

— Ахахаха. Это было весело! Поднимите меня!

К ведьме со всех сторон бросились тролли и гоблины и быстро поставили ее на ноги.

— Так то лучше. Сделай гадость, душе радость!

С этого дня Ли стала потихоньку осваиваться в крепости. Выходила погулять, иногда обедала вместе со мной. Гноллы-Прислуживающие при этом боялись ее еще больше. Если не бьет, но при этом радостно смеется за столом, значит задумала что-то по-настоящему страшное.

Один раз добрая Ли осталась, когда к ней подошел переговорить о делах Санод.

— Госпожа, — учтиво поклонился старый гоблин. — Завтра в полдень в Иелуге состоится общее собрание для назначения нового вождя.

— Ой, а может, сами выберете?

Санод раскрыл рот от удивления.

— Госпожа, вам надо присутствовать. Таковы правила.

— Ну, я все равно никого не знаю.

— Это не страшно. Я расскажу вам все про самых видных гоблинов, и вместе мы подберем хорошую кандидатуру. Вот например, Тус. Он организовал набег на караван гномов и прирезал сам двоих колдунов. Очень…

— Я не хочу об этом слышать! — Ли недовольно поджала губы.

Некоторое время Санод открывал и закрывал рот, будто рыба, выброшенная на берег. Переводил взгляд с сердитой ведьмы на меня и обратно. Мне ситуация показалась очень забавной. Я изо всех сил старался не засмеяться.

— Хорошо. Следующий Гун. Сейчас он занимается пытками колдунов, как Кул до него. Очень авторите…

— Нет, нет и нет! НЕТ!

— Госпожа, вы не даете мне рассказать… Гун будет хорошим вождем, уверяю вас. Еще в Иелуге большой вес имеет племянник головы города. Зовут Туелыг. Неглупый гоблин. Я даже подумывал взять его в ученики. Госпожа, на нужды города уходит много мяса гноллов, вы же знаете. Вождь Главной Норы возмутился этим фактом и уменьшил поставки гноллов. Гоблинам стало не хватать мяса. Знаете, что придумал Туелыг? — с хитрой улыбкой спросил Санод. — Этот прохвост согласился на требования Главной Норы, но с остальных Нор повелел собирать жертв отдельно. Гноллы же тупые донельзя, связь между Норами плохо держат. В результате количество туш увеличилось почти на десять процентов. Эх, где мои молодые годы!

— Это просто ужасно! — воскликнула Ли.

— А на мой взгляд, очень хитро все провернул. Госпожа, вам стоит присмотреться к Туелыгу. Я бы не сказал, что у него есть задатки лидера, но своим умом он может быть нам полезен.

— Никогда!

— Если выбирать, ориентируясь на Кула, то… Гун будет лучшим вариантом. Хотя есть еще Воул. Он командует группой, которая ходит за рабами. Кстати, Госпожа, через декаду они должны уже вернуться с новой партией.

— Перестань говорить эти мерзкие вещи! Мне никто из них не нравится! Они отвратительны и… противны. Я никогда не сделаю никого из этих отморозков вождем!

— Не понимаю, что вам не нравится? Все они пользуются уважением гоблинов, и будут хорошо смотреться на месте покойного Кула. Есть еще Оуг, только про него ходят слухи, что он не прочь гоблинятиной перекусить. Это плохо отразится на подчиненных…

— Нет, нет, нет, нет, нет! НЕЕЕТ! — Ли замотала головой, зажимая уши руками. — Я ничего не слышу. Ничего не слышу.

— Тут я с вами соглашусь. Каннибализм плохо может повлиять на устоявшуюся систему. Хотя это всего лишь гоблинская молва. Наверное, это не будет большой проблемой раз в кварту разрешить ему употреблять неугодных или провинившихся гоблинов.

— А-а-а-а-а-а! Ничего не слышу!!!

Ли вскочила с трона и выбежала из зала, что-то продолжая бубнить про себя. Я с большим трудом сдерживал смех. Представляю, что Лу ей устроит.

— Лер Велиостро, вам известна причина странного поведения Госпожи? Даже в красные дни лер Вантихосо всегда сохраняла ясность ума.

— Гхм, может у нее наступили черные дни?

— Что это? Я не слышал о подобном.

— Такой период бывает, когда хочется всех послать подальше. Сменить работу или переехать в другое место.

Я старался маскировать смешки под кашель, но Санод все равно что-то заподозрил. Продолжать разговор он не стал и с гордо поднятой головой удалился.

Вечером ко мне подошла рассвирепевшая ведьма:

— ТЫ! Дубина неотесанная!

— Что?!

— Это из-за тебя Ли очнулась, балбес! Не разговаривай с ней! Я запрещаю тебе!

— А сейчас кто говорит? Я не всегда вас различаю.

— Хватит пургу гнать. Эту дуру только полный дебил не узнает. Ты полный дебил?

— Если сама лер Ли так пожелает, я не буду с ней общаться.

Глаза женщины метали молнии. Я инстинктивно потянулся за канделябром, однако магический щит ничем бы не помог. Ведьма вытянула руку и меня снова приложило. Я упал на четвереньки. Пол пытался куда-то убежать, а руки предательски расползались в стороны.

— Только посмей еще раз с ней заговорить, кретин! Снова на диету посажу! …Нет, не слушайте ее, лер Селин! Я не дам ей морить вас голодом. Изви… Б****, не вмешивайся, идиотка. Ты все только портишь! …Это ты заигралась в Черную ведьму, Лу! …ЧТОО? Заигралась?! А кто взял на себя все воспоминания о пыточной комнате, а? Кто в одиночку противостоял старой суке? Когда ты была в стороне. Ты ничего не можешь!

Тут Вантихосо неожиданно плюхнулась вниз и начала реветь. Громко, с чувством, чуть ли не захлебываясь.

— Я хотела-а-а тебе помочь! Я стара-а-алась. Я делала все, что ты говорила. Я стара-а-а-алась! Не надо на меня-я крича-а-ать.

Я присел на пол. Ноги все еще не держали, но язык начал ворочаться. Похоже, я пришел в себя быстрее, чем в прошлый раз. Привыкать начал.

— Лер Ли не плафьте, пофалуйста. Не люблю, когда плафут.

— Да, простите. Я больше не буду-у… Ты, засранец! Я тебе что сказала? Чтобы ты не говорил с ней!

— Лер Ли, фы хотите, чтобы я с фами перестал говорить?

Женщина утерла слезы и отрицательно помотала головой.

— Ну фот. Фелание Госпофи для меня закон.

Ведьма подошла, помогла подняться и доковылять до скамьи.

— Я не дам вас в обиду, лер Селин.

— Спасибо. Я тоже постараюсь вас зафитить. Если снова гоблины нападут или кто-то ефе. Вас, лер Ли, хочется зафищать, в отличие от этой садистки.

— Не говорите так! Лу не плохая! Она такая, какая есть. Я хочу, чтобы вы поладили.

— Всяко может повернуться.

На сбор гоблинов меня не позвали. Мол, не положено человеку там находиться. Хмм, а ведьма же человек вроде или нет? Интересно было бы поглядеть на это дело. Вечером, вернувшись, Ли мне в красках и с большим воодушевлением поведала о прошедших выборах. Праздник ей очень понравился. Гоблины плясали вокруг костров дикие танцы, дудели и бренчали на своих инструментах, пили хмельные напитки и ели запеченное мясо. Один бесстрашный гоблин-воин, перебрав спиртного, даже пригласил ее на танец, однако Лу ему резко отказала. В итоге Лу повелела вождем назначить Гуна, бывшего мастера пыточных дел. Ли сказала, что несогласна с этим, и надо было выбрать кого-то более миролюбивого. На это Лу парировала, что слабый тюфяк не выдержит главенство. Его вызовут на бой другие недовольные гоблины.

Прошло несколько дней, и Лу смирилась с тем, что Ли стала вести активную жизнь. Часто выходила на улицу, беседовала со мной или другими гоблинами.

Однажды я ходил по крепости и увидел гоблина-верхового, спешащего в замок. Видимо, что-то срочное. Санод также заметил посыльного, и мы с гоблином практически одновременно зашли в главный зал. Каждому хотелось услышать, что за вести принес гоблин. Вскоре подошла хозяйка и бросила на ходу:

— Надеюсь, ты принес хорошие новости, падаль.

— Великая Госпожа, — низко поклонился гоблин. — Я из от'яда Воула, пятого с'еди ста'ших…

— Уже третьего, — мило улыбнулась ведьма. — Но ты продолжай.

— Слушаюсь. Меня послали сообщить. Че'ез пять дней мы доставим 'абов. Один светлый эльф самец, один темный эльф самка, два светлых эльфа самки и десять человек: четы'е самки и шесте'о самцов.

— Вы потратили все адабро? — недобро спросил Санод.

— Да, все до единого 'жавчика. Цены немного вы'осли. У Воула все записано. И… — гоблин замялся.

— Говори!

— Не извольте гневаться, Госпожа. Одна светлая эльфийка пе'екусила себе вены и язык.

— Куда вы смотрели, мрази?!

— Это случилось ночью. Колдуны не успели наложить лечебные фо'мы. Она истекла к'овью.

— Знаешь, сколько стоит одна светлая?! Тебе сотню лет горбатиться надо!

— П-п'остите, Госпожа. Не извольте гневаться. Мы все исп'авим…

— Что вы исправите, недоумки? Родите светлую эльфийку?

— Вы издевались или унижали ее в пути? Может быть, надругались? — грозно спросил Санод.

Гоблин застыл, ни жив не мертв, боясь сказать хоть что-то.

— Вали отсюда. С Воулом еще разберемся, — повелела ведьма.

Пятясь задом и непрестанно кланяясь, посыльный выскочил из помещения.

— Это хорошо, — довольно произнес Санод и спохватился. — Не то, конечно, что потеряли единицу товара. Наконец, вы закончите привязку, Госпожа. Надо проверить казематы, давно у нас никого не было. Распорядиться насчет кормежки и охраны… — начал перечислять Санод с довольным видом. — Я отойду по делам, Госпожа. Хорошего дня, — поклонился гоблин и развернулся.

Когда Санод вышел, я поинтересовался у ведьмы:

— А вы сможете их убить, лер Вантихосо?

— Закрой свой поганый рот, олух!

После захода солнца в мои покои осторожно постучались.

— Лер Селин, откройте, пожалуйста!

Похоже, это Ли. Эх-х, жаль. Секса сегодня не будет.

— Проходите, лер Ли, — произнес я гостеприимно, впуская женщину.

Ведьма нервно теребила руки и отводила взгляд. Выглядела так, будто вот-вот заплачет.

— Лер Селин, вы не любите, когда я плачу. Не то я бы сейчас разревелась.

— Что-то случилось, лер Ли?

— Я… что мне делать? Умоляю, скажите мне!

— Что вы имеете в виду?

— Скоро прибудут невольники, — Ли закрыла лицо руками. — Это же просто ужасно. Санод будет требовать, чтобы я их убила. Я не смогу сделать это. Никогда. А потом… Меня убьют. Наверняка убьют. И найдут новую ведьму, которая сможет принести жертвы. Сделать привязку к Источнику. Лер Селин, я не хочу умирать!

— А Лу не сможет?

— Она же не убила вас. Даже когда я еще не полностью проснулась.

— А кто у вас главный?

— Мы обе главные! И не задавайте подобных вопросов!

— Хорошо, хорошо! Я, право, не знаю, что вам посоветовать. Но думаю, что Гиблая долина — не то место, где вы должны быть.

— Значит, это единственный выход? Но что же мне делать?

— А можно мне с Лу поговорить?

— Вы что тут за цирк устроили?! Заговорщики хреновы! …Лу, помоги, нам, пожалуйста …Совсем спятила? Я просто прикончу этих чертовых рабов, и всего делов! …Ты не сможешь …Поспорим? …Давай поспорим, если ты так хочешь, Лу. Но победа все равно будет за мной. И ты это знаешь …Ладно, может быть, ты и права, — нехотя признала Лу. — Только Госпожа в замке я. Никто не посмеет мне перечить! Не стану убивать рабов, никто и слова не скажет! …Ты ошибаешься. То, что ты не убила Селина, дало повод Кулу и его подельникам …Я не убила?!! А кто орал мне на ухо — «Не делай этого!». Не будь тебя, я бы уже сделала привязку! …Ты опять начинаешь. Ты будешь нам помогать или нет? …От тебя все равно не скроешься …Спасибо, Лу. Ты лучшая! …А ты что пялишься, балбес?

— А, гхм, ваш разговор необычно выглядит со стороны.

— Ты смеешься над нами?!

— Нет, что вы, лер Лу! И в мыслях не было!

— Урод, я тебе разрешала звать меня по имени?! …Все, Лу, остынь. Давайте к делу. У нас четыре дня осталось. И потом… бедные невольники, — Ли всхлипнула. — Не реви, дура. И дай мне подумать. Я найду выход. Тюфяк, завтра поговорим …Спасибо, Лу. Ты самая умная!

Ведьма развернулась и торопливо покинула мои покои. Я недоуменно поскреб короткую щетину на подбородке. Нужен ли я им вообще?

Утром мне в который раз не дали поспать. В дверь долбили так, что доски трещали.

— На том свете выспишься. Открывай живей, хомяк!

Я отпер засов и впустил женщину в черном. Она была уже расчесана и одета в свой повседневный наряд.

— Лер Вантихосо. Что там опять?

— Опять? Ты как со мной разговариваешь, холоп?! Смотри, однажды Ли будет спать. И уж тогда я оторвусь на твоем вялом тельце по полной.

Я зевнул и сонно потер глаза, сильно обозлив этим женщину. Собеседница в ярости замахнулась рукой, намереваясь дать мне пощечину. Но в последний момент резко остановилась.

— Извините, лер Селин. Лу, веди себя с гостем прилично! …У-у-у. Я доберусь до тебя когда-нибудь, глист! — пригрозила злая половинка ведьмы. Вантихосо быстро пересекла покои и бесцеремонно уселась на кровать. — Ладно. Мы сегодня уезжаем.

— Как уезжаем? Куда?

— Уходим из долины. А что, тебе здесь понравилось?

— Не очень. А кто мы?

— Я и ты, придурок.

— И никого из гоблинов не будет? Вы просто хотите… уехать?

— По-моему, я так и сказала. Может, тебе стоит уши прочистить? Я уже сомневаюсь, стоит ли брать тебя. От тебя не будет проку в пути.

— Как нет? Будет прок, ваше ведьмачество, — поспешно начал я уговаривать. — Я много чего умею.

— Я готова освободить тебя, если ты выполнишь одну услугу.

— Какую услугу? — спросил я с подозрением.

— Сопроводить меня в Бессадор, к западному побережью.

— Лер Ли, тут ведь нет подвоха? — спросил я добрую половину.

— Нет, лер Селин. Только это будет очень опасно, я думаю.

— Хорошо, я согласен. Вам я верю, лер Ли.

Вантихосо протянула руку, и я после некоторой заминки пожал ее. У женщины оказалась крепкая хватка.

— Слушай внимательно, свин. Повторять второй раз я не намерена. До завтрака полтора телла. После него мы пройдем в сокровищницу и заберем самое ценное. Потом седлаем нолков и сваливаем отсюда. Вначале двигаем в сторону тазамских легионов. Легенда следующая. На случай, если дела пойдут совсем худо, и мы попадем к Дознающим. Черная Ведьма погибла несколько кварт назад. Когда точно, ты не знаешь. Но пока я не разрешу, про смерть ведьмы ни слова. Мое имя — Эва Невенхнауэр, я дочь гномьего купца Темлина Невенхнауэра. Меня захватил отряд гоблинов, напавший на караван отца. Темлина убили, а меня сделали Прислуживающей в замке. Будет сложновато объяснить мой рост… и некоторые другие отличия. Но это не твоя проблема. Просто сделай свое обычное дебильное лицо и говори: «Я не знаю». После смерти ведьмы гоблины передрались между собой, и воцарилась анархия. Тебя держали в покоях, как важного пленника. Я приносила тебе еду. Мы спали с тобой, но про это докладывать необязательно. Вместе мы придумали план побега. А именно — подкинуть отравленное мясо нолкам, себе оставить только двоих для побега. До этого ты помог оглушить формой главного гоблина. Пусть это будет Санод. Мы умыкнули у него ключи от сокровищницы и обчистили замок. Ты пообещал сопроводить меня в Бессадор к дальним родственникам. К кому конкретно, тебе неизвестно. Все уяснил?

Да уж, быстро Лу умеет все устраивать.

— Да, на память я не жалуюсь. Получается, мне придется врать? Это нехорошо.

— Хорошо попасть в похлебку к гноллам?

— Не очень. А ваша белая кожа и черные губы? Вы непохожи на дочь гнома.

— Насчет этого не переживай.

— Эта Невенхнауэр действительно была Прислуживающей?

— Где-то с декаду. Потом старуха принесла ее в жертву, чтобы заполнить накопители гномам.

— Как мне к вам обращаться?

— По имени. Эва. Без всяких лер. Мы любовники, не забыл?

— Понял. А что с рабами?

— Рабы? Да пусть их хоть тролли во все дыры отымеют, а потом прожарят на медленном огне! Плевать на них. А ты что у нас поборник прав невольников?

— Я? Нет, меня их судьба также не волнует. Просто я думал… Лер Ли, вас это устроит?

— А, да. Это трудно, но мы должны не думать о них. Главное спастись самим, лер Селин.

Я удивленно посмотрел на ведьму. Не вяжется это с мягкой Ли.

— Хорошо. А мои вещи, новый посох?

— В сокровищнице поищем.

— Думаете, меня отпустят со службы с вами в поход?

— Отпустят, я договорюсь. Хотя могут и обоих за решетку отправить. Как повезет. Еще вопросы? — женщина принялась нетерпеливо постукивать каблуком по полу. Я счел за лучшее закончить допрос, хотя спросить много чего хотелось.

— Пока нет. Вы перестали меня оскорблять, лер Вантихосо.

— Б****, у меня голова забита более важными вещами, тупая немощь.

Женщина покинула покои, раздраженно хлопнув дверью напоследок. Отлично! Свобода почти рядом. Конечно, придется еще потерпеть общество несносной ведьмы, но я уже начал к ней немного привыкать.

Глава 9

В этот раз Вантихосо завтракала неторопливо, смакуя каждый кусочек, соблюдая все правила высшего этикета. Я бы даже сказал величественно. Вивьен и та не особо следовала всем мудреным правилам приема пищи. Я все глядел по сторонам в поисках Санода или нового вождя Гуна. Казалось, что мы не сможем просто так сбежать. Или старый гоблин что-то прочухает, или бдительный Гун заприметит наше странное поведение. Но нет, вокруг сновали только тупые гноллы. Сомневаюсь, что они могут читать по лицам человеческие эмоции. Я так их гиенообразные морды совсем не различаю.

— Пора! — произнесла ведьма и встала из-за стола. По пути к выходу сшибла между собой головами замешкавшихся гноллов. Я быстро доел свою порцию и поспешил за женщиной в черном.

Мы с ведьмой на пару успешно вырубили охранников возле сокровищницы. Двоих Вантихосо оглушила своей силой. Я был раньше в этой части замка, однако за прочную запертую дверь мне хода не было. Женщина достала ключ из кармана. Необычный ключ. Предмет мерцал несильно в магическом зрении. Замок-артефакт. Мне говорили, что просто так подобную штуку не взломать.

Внутри сокровищницы было почти пусто. Помещение оказалась очень просторным, а вот добра не так много. Я насчитал шесть сундуков, из которых три были пусты, несколько бесформенных мешков с непонятным содержимым и три полупустых шкафа.

Вантихосо стала копаться в одном из мешков, выуживая оттуда одежду и разные вещи. Видимо, приготовила заранее. Быстро сняла свое черное платье, оставшись в одном нижнем белье.

— Что застыл, помесь гиены и крысы? Вон сумка лежит. Бери самое ценное. Серебро не бери — слишком много весит. Только на походные нужды. Хватай посохи и накопители подороже.

— А адабро?

— Любишь денежки, сучонок? Не волнуйся, я уже все нужное упаковала.

Я стал перебирать предметы в ближнем сундуке, однако взгляд невольно возвращался к полуголой ведьме. Вскоре Вантихосо оделась в теплые походные штаны и куртку темно-коричневого цвета.

— Что ты возишься, плесень?

— Я не очень в ценах на посохи разбираюсь.

— Я еще хуже. Бери, что понравится, остолоп. Но не больше одного мешка.

— А где мои вещи, лер Вантихосо?

— Посмотри в том сундуке, — указала рукой ведьма.

Я прошел к хранилищу и стал перебирать вещи. Похоже, сюда принесли добро с убитых в недавней стычке гоблинов. Местами вещи обгорели. О, мой кодекс, подаренный отцом! Связка колец… Ага, вот и красная императорская печатка. Еще мне приглянулся длинный кинжал в оплавленных ножнах.

Я долго ковырялся в сундуках, пока мой выбор не пал на посох из непонятного дерева бежевого цвета. Вставки для форм были почти полностью прозрачные, немного отливали зеленым. На четырнадцать плетений. Неплохо! В торце посоха были выбиты буквы «Ориелунг». Фиг знает, что это значит.

— Заполняй посох, я соберу остальное.

— Да, лер. Что значит «Ориелунг»?

— Понятие не имею.

Немногим больше полутелла у меня ушло, чтобы заполнить посох формами. И пробивной Тиов, и мощное ФиоТио, несколько воздушных Бао, и много других форм внес.

— Лер Вантихосо, а мой накопитель?

Женщина подозрительно глянула на меня.

— У меня пока побудет. Возьми парочку серебряных.

— Как скажете.

Вскоре мы забили мешки под завязку. Ведьма напоследок оглядела сокровищницу.

— Что-то я забыла… Ах да, — женщина резко выдернула длинный нож, почти клинок, из-за пояса. И посмотрела на меня непонятным взглядом. Потом стала подходить, опасно поигрывая тесаком. — Бери! — ведьма протянула мне нож ручкой вперед. Гладкая резная рукоять из чьей-то кости удобно легла в ладони. — Мне потребуется твоя помощь. — Ведьма развернулась ко мне спиной и собрала свои длинные волосы в тугой хвост. — Режь между рук. Только пальцы не порань, растяпа.

— Ваши волосы? Вы уверены, лер Вантихосо?

— Уверена.

Я некоторое время стоял, не решаясь подойти.

— Думаешь, как здорово будет перерезать мне глотку? Это легко сделать, пока я стою спиной. Давай, не медли, тюфяк! Или волосы режь или шею!

Я поднес нож к голове ведьмы и несколькими взмахами перерезал толстую копну черных волос. Примерно на полшага укоротил ее прическу. Теперь волосы ведьмы едва доставали до уровня подбородка. Нечто, что я заметил, повергло меня в ступор на асенду.

— Лер Вантихосо, у вас заостренные уши.

— Ахахаха, ты у нас такой наблюдательный, глазастик!

Уши ведьмы были постоянно скрыты волосами, да и не обращал я на них никогда внимания. Теперь же заметил — они сужались к верху. Как у эльфов. Только у светлых уши были намного длинней. У Вантихосо они были нормального размера, только остроконечные.

— Почему так?

— Ты ожидаешь, что я сейчас растрогаюсь и расскажу тебе жалостливую историю своей жизни?

— Было бы неплохо. Значит, не расскажете?

— Твой ум под стать твоей наблюдательности, слизняк. Бери вещи и сваливаем.

— Что, я все понесу?!

— Ты понимаешь, насколько подозрительно я буду выглядеть с сумками? Да и что я тут перед тобой распинаюсь. Взял и понес!

— Может, я Баокора переделаю?

— Нет времени.

Мы двигались по коридорам замка. Ведьма со своей бездушной улыбкой, я — с усталой гримасой и обливаясь потом. Рюкзак оттягивал плечи, сумки больно врезались в руки. Килограмм сорок будет, наверное. Гноллы у нас даже ничего не спрашивали — просто старались поскорее убраться с дороги. Двух встречных гоблинов ведьма оглушила. Странно, что не убила. Похоже, это влияние Ли. Спустя небольшую бесконечность времени мы добрались до нолчьего дома. После недавней битвы освободилось много ездовых нолков, поэтому Шлюхом практически не пользовались. Животные оказались не слишком умными. Ведьма обошла загоны по очереди и отправила зверей в глубокую отключку.

— Я думал, вы их убьете.

— Ага, попробуй убей кого-нибудь с этой жизнелюбивой дурехой под боком.

Побег, если можно его так назвать, прошел без сучка, без задоринки. Ведьма просто приказала поднять решетку на воротах, накричала на охранников. И те остались в крепости. Что она собирается делать снаружи со мной вдвоем на нагруженных нолках никому объяснять не стала. Никто из охраны и не просил ее отчитываться. Куда? Зачем? Почему так изменилась внешне? Только недоуменно проводили взглядом.

— Надо спешить. Когда дойдет до Санода, он сразу нас раскусит. Пока есть фора, надо уйти подальше.

На опушке леса ведьма остановила нолка и посмотрела назад, на Черный замок. Мне почудилось сожаление в ее глазах.

— Да, я тоже, когда меня призвали в армию, думал, что буду скучать. И без Прислуживающих первое время тяжело было. Но ничего, привык.

— Заткнись, придурок. Не смей меня с собой равнять.

И началась непрестанная скачка. Шлюх и Черныш бежали на пределе сил. Иногда я останавливался и накладывал Аун, только он нолкам не сильно помогал. Все-таки рассчитан на лошадей. Разбираться и изменять форму времени не было. К моему удивлению ведьма не знала ни одного лечебного заклинания.

На развилке мы повернули направо. Хмм, я предполагал, что мы будем возвращаться примерно тем же маршрутом, что тащили меня. Но ведьме виднее. Мы перебрались по мосту и далее свернули с широкой дороги на узкую тропу. Если я правильно понял, мы обходили город гоблинов Иелуг слева. По идее эта дорога должна вести вглубь Галиата, а не в сторону Тазама.

Когда показался гигантский купол Син, я решился спросить:

— Лер Ли, может, я глупость спрашиваю. Почему мы едем в другую сторону?

— Что? Мы едем в сторону Тазама, неуч!

— Насколько я знаю, Тазам в той стороне, — махнул я рукой приблизительно.

Женщина осадила нолка и принялась осматриваться. Сначала с недоумением, постепенно перерастающим в злость.

— Бестолковая дубина, что это значит?! …Лу, не злись …Не злись?! Ты подставила меня! Ты хоть думала, прежде чем завести нас в эту западню?! …Лу, прости меня, но я не могу так все оставить. Вы должны освободить рабов. Прошу вас! …Б****, прости, Селин. Правда, прости. Что я обзывала тебя глупцом и идиотом. По сравнению с Ли ты просто умница!

— Так что мы будем делать, лер Лу?

— Поворачивать поздно. Придется обходить долину по широкой дуге …Сначала рабы! …Заткнись, и так тошно …Если ты не освободишь их, то я …Что ты?! …То я сама их спасу! …Опомнись, Ли! Это павшие люди! Заключенные, убийцы, насильники, воры и должники, пропившие все имущество и влезшие в долги …Все равно. Я их спасу!

Вантихосо замолчала, что-то обсуждая про себя. Я не мешал, давая половинкам ведьмы договориться.

— Она уперлась, будто баран. Придется ехать в Ловшор. Когда мы пересечем Син, гоблинам сразу станет известно, куда мы подались. Украв всю казну долины. Ох, я бы тебя как следует выпорола, если бы могла, — мрачно закончила Лу.

Огромный ячеистый купол быстро приближался. Я осмотрел нолков. Здоровые, заразы. Будет еще сложнее.

— Лер Вантихосо.

— Че тебе?

— Давайте я попробую сделать дыру в Син. Тогда никто не узнает, что мы здесь проходили.

— Выходит, ты где-то здесь артефакт спрятал, мразь? Хотя нет, тебя же на другой стороне долины изловили. Значит, он в твоих вещах? Неужели, в одежду встроен? Говори, падла!

Ведьма не на шутку разозлилась и угрожающе подняла руку вверх, намереваясь приложить меня своей силой.

— Я же вам рассказывал не один раз. Я сам все сделаю. Просто не мешайте. Это может занять какое-то время.

— Давай, давай. Покажи, свое истинное лицо! — с издевкой бросила женщина.

Я спрыгнул со Шлюха и подошел к форме вплотную. Оглядел Черныша — самого крупного члена нашего небольшого отряда. Даже если пригнуть его, все равно дыру придется раза в два расширить. Ладно, была не была.

Прошел почти телл, пока мне не удалось слепить рабочие контуры. Если в предыдущий раз сделать формы было очень сложно, то эта задача чуть не вывернула мои мозги наизнанку. Мне чего-то не хватало. Не знаю: ума, знаний, опыта или какого-то инструмента. Просто чувствовал, что эти контуры можно выстроить легко, будь у меня какое-то подспорье.

— Есть! Сигнальная волна не вызвала тревогу! — радостно воскликнул я после внедрения контуров.

Вантихосо, все время пристально наблюдавшая за моими действиями, подошла и осмотрела конструкцию. Стояла долго. Переводила задумчивый взгляд с купола на меня и обратно.

— Быстрее, ваше ведьмачество. Надо нолков протащить как-то. Давайте сначала я, потом вы посылаете зверей. Вам они лучше подчиняются.

Ведьма неожиданно послушалась, и стала помогать нолкам пролезть в дыру. Животные отверстие не видели, поэтому действовать пришлось очень осторожно.

— Ну вот, все получилось, — произнес я, когда мы успешно перебрались на другую сторону Син. — Сейчас я развею контуры. — Сделав дело, я обернулся и увидел поднятую руку Вантихосо, снова направленную на меня.

— Кто ты такой?

— Селин Велиостро, Младший М'разведывающий, — растерянно ответил я.

— Младший М'разведывающий. Ага. Какая служба тебя послала? Шпионящие, Наказующие или может Недремлющие? Что ты должен был сделать в замке?

— Ничего. Я только хотел долину посмотреть. Я Разведывающий, а не Шпионящий какой-то.

— Ахахахаха, — ведьма недобро рассмеялась. — Его надо убить, Ли …Что ты говоришь?! …Подумай только, Младший М'разведывающий проходит сам Син долины, будто это какая-то сетка от комаров. Нет, ты только представь! Тебе самой не смешно? …Ну, да. Тут есть некоторая странность. Но лер Селин не сделал ничего плохого! …Ахаха, откуда тебе знать, какое задание ему дали? Его могли готовить годами. Его подослали с целью убить старую Госпожу или меня. Он отлично обучен. Ты сама видела, как он владеет формами. Конструирующий II ступени, а то и III …Да, ты права, Лу! О, Единый, так это все было ложью??

— Э-э, чего вы там себе напридумывали?

— Его послали спецслужбы Тазама. Это определенно. Посмотри, на эту игру. Я ведь так и не смогла уличить его во лжи.

Я оглянулся по сторонам, в надежде придумать какое-то оправдание. Купол Син, Черный замок остались позади. Почти на свободе. Неужели, все так печально закончится? Ведьма сильно разозлилась. Глаза ее горели недобрым пламенем, рука напряженно подрагивала. Небольшое усилие, и я окажусь полностью беспомощным.

— Его послали за нами! Слышишь, Ли? Именно за нами! Не за старой Госпожой. К тазамцам попало мое имя. Они собрали на меня полное досье. И в монастыре тоже. Понимаешь? Вот почему он играет такого наивного простачка. Они хорошо его подготовили. Они знали, что он тебе понравится …Не может быть! Он казался мне таким добрым и хорошим! …Тебе напомнить, как ты писалась кипятком, когда старая сука решила сделать тебя своей ученицей? …Не надо, я поняла. Что же делать тогда? …Еще можно все повернуть вспять. Вернуться в замок. Я принесу его в жертву на алтаре. Если ты мне немного поможешь …Я не знаю, Лу, — растерянно произнесла хорошая Вантихосо. И тут же злая набросилась на меня. — Что ты сам скажешь, лживая скотина? Что тебе приказали сделать? Обезвредить меня? Привести в их грязные лапы? В руки Дознающих? Опять темная комната без единого окна. И на сей раз они будут просто пытать нас. Используя все те средства, что так любил Кул. И даже если мы все скажем, их это не остановит. Ты видишь, что он хотел сделать с нами? …Вижу …Решай сейчас, Ли, пока еще не поздно! Что же вы молчите, лер Велиостро? — язвительно спросила Лу.

— Я не знаю, что вам сказать. Такого навыдумывали. Ну, хотите — убейте. Я и так уже столько раз в вашем замке прощался с жизнью.

— Лу, вот! Это же правда! Они не способны были нас так хорошо изучить. Ты могла его убить несколько раз. Это не может быть игрой! …Ему могли стереть страх перед смертью. Есть такие методы …Нет! Я не верю! Все это невозможно подстроить. Не верю и точка …Тебе напомни …Не надо ничего напоминать. Что было, то было. И я тоже немного изменилась. Стала лучше разбираться в людях …Ну-ну.

— Лер Вантихосо, вам надо, это самое, больше верить людям. Не все бывают плохие.

Женщина молниеносно прыгнула вперед и схватила меня за горло. Хватка у ведьмы и впрямь железная. Даже разница в росте не особо ей мешала.

— Верить людям?! Ахахах, да что ты говоришь, паскуда? Я же тебе подробно рассказывала про комнату для обучения. И мы ведь поверили ей. Поверили старой суке. Ты видел старые шрамы у меня на теле? А я ведь верила им больше всех на свете. Ушастые ублюдки. Ты говоришь мне верить людям? Ты просишь невозможного.

— Кхе-кхе, наверное. Может тогда поверите не всем, а хотя бы мне?

Ведьма долго смотрела мне в глаза, удерживая за горло. Наконец отпустила.

— Ты можешь обвести Ли вокруг пальца. Навешать лапши ей на уши. Но меня ты не проведешь. Я буду следить за тобой. Только дай мне повод. Одно неверное слово, одно неверное действие, и ты отправишься к праотцам. Мне наплевать, что станет со мной, но тебя в могилу я отправить успею, не сомневайся.

— Я понял, лер Вантихосо. Кхе-кхе.

— Эва. Отныне только Эва.

— Хорошо… Эва.

Ловшор издали показался мне обычной большой тазамской деревней. На востоке дома ставили такие же. За галиатским хребтом в Тазаме немало гномов живет, и образ жизни соседних провинций во много схож. Ли внимательно следила за каждым моим действием. Старалась не поворачиваться спиной. Нервно вздрагивала, если я делал резкое движение. Я не знал, как заслужить ее доверие. Да не очень то и хотелось. Просто обидно, что меня принимают за какого-то крутого шпиона.

— Ловшор — обменный город. Здесь гоблины и гноллы меняют свои товары на гномьи. Поэтому нелюдям здесь не удивляются. Тут же есть большой двор, где можно снять напрокат коней. В других частях Галиата и Бессадора нолков не жалуют. Отряд Воула тоже здесь оставил своих зверей. Посыльный вчера говорил про пять дней. Значит, отряд прибудет завтра-послезавтра. Слушай сюда. Сейчас пойдем и снимем комнату в таверне «Серая борода». Говорить будешь ты. Мне пока нельзя показываться. Представляйся посланниками Черной ведьмы.

Вантихосо, а точнее уже Невенхнауэр накинула закрытый балахон и набросила глухой капюшон на голову. На руках перчатки. Если не особо приглядываться, то и не заметишь белоснежной кожи. Особенно в сгустившихся сумерках. Высокий деревянный частокол вокруг деревни был выстроен на совесть. Даже завидно гномам стало. Ко всему подходят основательно, делают с запасом.

— Кто такие? — резко спросил один старый бородатый гном, чья седая голова показалась над частоколом.

— Мы от Госпожи ведьмы. Пропустите переночевать.

Ворота открыли, но предупредили, чтобы не устраивали разборок в деревне. Таверну найти было нетрудно — самый большой двор в Ловшоре, почти в центре поселения. Мальчишки деловито приняли у меня поводья нолка. Видно было, что парни умеют обращаться с этими животными. Черныша ведьма оставила за пределами Ловшора — слишком приметный зверь. На сей раз Вантихосо изволила помочь мне, взяв одну сумку. Мы прошли в уютное натопленное помещение таверны. Внутри была всего пара посетителей, больше похожих на спившихся работяг-крестьян. Я сразу направился к стойке.

— Уважаемый, нам жилье на сутки. Может, на двое.

— Одну комнату? — спросил гном, бросив взгляд на мою спутницу.

— Лучше две. Приготовьте нам ужин. Хозяйке Эве нездоровится. Ее порцию я отнесу сам.

— Бу сделано, лер! Вот, ключи от третьей и четвертой комнаты. Желаете обменять нолка на справного коня?

— Возможно. Что слышно о тазамцах?

— Перешли границу. Стоят в пяти днях пути отседова. Если в обход долины. Но наши то им зададут жару. Вот артефакты заполнят у ведьмы, тогда повоюем.

— А вы тут как в Ловшоре?

— А что мы? Все воины ушли. Остались старики да бабы с детьми. Если б не моя нога, — трактирщик наклонился и постучал по своей ноге. Раздался деревянный стук. — Наша деревня сражаться не будет. Жизнь дороже.

— Ясно.

— Вы от лер Ведьмы, значит? Как там дела в долине?

— Каждый день бедлам. Как обычно.

— Хах, славно. Передавайте ей привет от Ловшора, коли встретите. Без торговли с гоблинами нам придется совсем туго.

— Гхм, пожалуй, я воздержусь.

— Хех, и то правильно! Голова своя только одна на плечах. Хотя говорят, новая ведьма не такая страшная.

— То есть?

— Старая то Госпожа что ни день, то по десятку гноллов и гоблинов на тот свет отправляла. Своими руками. Новенькая то еще не освоилась. Даже не порешила пока никого. Хотя все это молва гномская, да слухи от гоблинов из долины.

— Мне она мирной не показалась.

— Лер, вы видали ее, значит? Расскажите, какая она?

— Э-э, кожа белая, волосы и губы черные.

— Тьфу, что вы мне это рассказываете? Они все были с белой кожей и черными волосами.

— Серьезно? А вы откуда все это знаете?

— Мой отец, почитай, три десятка лет торговал с долинщиками. Слухи от гоблинов все собирал. Ведьмы значит меняются, но все они белокожие и черновласые.

Мне вспомнилась портретная комната, где ведьмы были с разными лицами. Надо спросить, когда Вантихосо-Невенхнауэр будет в настроении.

— Вот ваш ключ, лер Ва… Эва.

— Что ты там так долго с ним болтал, а? — подозрительно поинтересовалась ведьма. — Это твой связной здесь? Запасной вариант?

— Это похоже… Сейчас, умное слово вспомню… О! Па-ра-нойя! У вас паранойя, Эва.

Женщина сильно хлопнула по столу рукой и резко поднялась, забрав свою поклажу. Видимо, в ней лежит самое ценное.

— Я жду тебя в своем номере с ужином.

Я вволю полакомился галиатскими блюдами. Просто обалденно. Умеют гномы готовить в отличие от гноллов. Да и гномки-подавальщицы ничего так. Фигуристые, хоть и невысокие. Хмм, а ведь я раньше не особо на девиц засматривался. Наверное, это последствия Черного замка и ночей с Вантихосо. Я столько сексом никогда не занимался, даже с Ним. Потом собрал несколько наполненных широких тарелок и понес в комнату своей спутницы. Постучал ногой, поскольку руки были заняты.

— Эва, я зайду? — послышался звук отодвигаемой задвижки.

Я прошел и осмотрел комнату. Неширокая кровать, шкаф, стул и таз для умываний. То же самое, что и в моем номере.

— Поставь сюда.

— Это правда, что все ведьмы были с белой кожей и черными волосами?

— Ты что-то осмелел, салага. Задаешь слишком много вопросов.

— Интересно же. Я думал, что по пути в Бессадор вы поведаете мне.

— Это твое задание?

— Нет, я же говорил, что мы должны были только осмотреть подходы к Гиблой долине.

— Ты много чего говорил. Пока я не вижу никаких оснований тебе доверять.

— Ну ладно.

— Слушай сюда. Ты нападешь на караван Воула. У них должно быть четверо магов. Я думаю, уровень двоих Колдующих примерно II ступени и двоих — I. Воинов не больше десятка.

— Я один пойду что ли?

— Мне пока нельзя светиться. Даже перед невольниками. Ты будешь действовать один.

— С какой это радости? И что мне за это будет?

Ведьма, по-моему, не ожидала от меня такой наглости.

— Не зарывайся, урод. Можешь оставить себе тот посох, что я одолжила тебе на время. Тебе что, безразлична судьба рабов?

Теперь настало мое время удивляться.

— Только лер Ли беспокоится за их судьбу. Да у вас же там штук сорок посохов! Жалко один своему защитнику отдать?

— Не жалко, поэтому я и одолжила тебе посох. Но отдать насовсем — это совершенно иное.

— То есть мне надо напасть на караван в обмен на один жалкий посох?

— Это не жалкий посох, а легенда восточного берега. Сделан подгорным мастером Сервином. Ориелунг — достойная награда даже за спасение короля!

— Вы ведь его названия не знали, пока я не сказал. Откуда вам известна его история?

— Я не знала, как он выглядит, но про Ориелунг слышал каждый в наших краях.

— И чем же он необычен?

— Формы вылетают в два раза быстрее!

— Я проверял. Не лучше моего предыдущего посоха. Врете вы все.

— Другой награды ты не получишь, вымогатель.

— Отлично, а дальше вы подарите мне вот эти накопители? — я указал себе на шею, где висело два небольших трофейных серебряных амулета, наполненных маной.

— Твоя прозорливость не знает границ, о умнейший!

— Так не пойдет.

Некоторое время мы молча сверлили друг друга недовольными взглядами.

— Хорошо. Что ты хочешь? В разумных пределах, разумеется.

— Тогда вы расскажете мне про старую Госпожу. Как вы встретились с ней.

— Все-таки это твое задание?

— У вас паранойя, Эва.

— Хорошо. Принеси мне головы гоблинов. И награда будет твоей.

Тут я задумался.

— А если я убегу?

— Беги. Так мне будет гораздо легче. Но ты ведь не убежишь, правда? Ты еще не исполнил свою миссию.

— Да, не исполнил, — ответил я с вызовом.

Ведьма напряглась.

— О чем ты говоришь?!

— Моя миссия, — я сделал небольшую паузу, — это сопроводить вас в Бессадор. У нас ведь заключен договор.

— Хорош, хорош. Не зря ты окончил курсы актерского мастерства.

— Доброй ночи, Эва.

— Доброй ночи, лживый лицемер.

Утром меня как обычно разбудила громогласная долбежка в дверь. Я поначалу подумал, что все еще нахожусь в Черном замке. Потом дошло. Я на свободе. Почти на свободе. Тело немного побаливало после вчерашней долгой скачки на нолках.

— Ты до обеда спать собрался?!

Я отпер задвижку и впустил женщину. Зайдя в комнату, ведьма скинула капюшон. Мне показалось, или ее кожа потемнела?

— Значит, так. Принеси мне завтрак. Потом мы с тобой поедем на тракт. Выберем место, где лучше всего устроить засаду. Ночью шел дождь. И это лучшая новость за последние дни. Вероятность, что нас выследят нолки, крайне низка. На обед и ужин будешь возвращаться. Пару дней мне нельзя высовываться.

— А может я вам с утра наберу еды в номер?

— Мне нужно горячее. Особенно в такую холодную погоду.

— Ладно уж. Я и сам не прочь поесть горячего.

Сидеть в засаде на тракте было скучно. Иногда накатывал мелкий холодный дождик. Хорошо хоть, бытовые формы не пропускали ни капли влаги. От нечего делать занялся изменением форм. Мне пришла в голову мысль, что гоблинов убивать необязательно. Да и плести смертоносные заклинания рядом с клеткой рабов будет не лучшей идеей. Вряд ли Ли узнает, если я прибью кого-то из невольников, но мне и самому будет неприятно. Можно использовать воздушное Бао, надо только подправить форму. Я просидел до самого вечера. Задача доставила порядком трудностей. Совсем не то, что с Тиов. Сейчас мне моя старая огненная волна казалась ужасно грубой и примитивной. Сделать пробивное Бао было не так уж и сложно. А вот чтобы преобразовать Бао в Баов — волну, потребовался почти весь день. Как ни странно, мне помогла немного работа с Баокора в замке. Не зря трудился Убирающим, значит. В результате изготовил три разных плетения: Баов — широкую оглушающую волну, пробивную одиночную Бао и пробивной Баов на пять целей.

Утром следующего дня я снова сидел в засаде на тракте в нескольких лирах от Ловшора. Никто почти и не пользовался этой дорогой. Когда я уже чуть не задремал, мимо меня прошла поисковая волна. Колдун едет по тракту! Я быстро сплел Синко и посчитал ауры впереди. Много. Около трех десятков существ, с человека размером. Из них семь Колдующих. А ведь Эва говорила про четырех. Битва будет жаркая. Я могу умереть. Я читал в одной книге, которую задавал изучить Винстром, что для Воюющего смерть в бою — это честь. Наверное, это будет не так уж и плохо — погибнуть, спасая рабов от страшной участи.

Я спохватился и пробежал немного по тракту по направлению к каравану. Вдруг убегут? Но нет, ауры наоборот продолжили приближаться. Видимо, не сильно опасаются одинокого мага. Их ведь намного больше. Вскоре показался передовой отряд гоблинов верхом на лошадях. Четверо магов и семеро неодаренных. Двое гоблинов-колдунов немедленно окутались защитным Ванку.

— Ты что тут забыл, человек? — прокричал высокий гоблин верхом на гнедом жеребце.

— Вот рабов спасать пришел.

Я активировал Баов из посоха и бросил в сторону гоблинов. Что тут началось! Лошади валились на дорогу, придавливая собой седоков. Зеленые нелюди бесформенными кулями падали на землю. Смешались гоблины, кони. Один из неодаренных успел активировать магический щит из руны, маги также озаботились защитой. Как раз пятеро. Вот и проверим свое новое творение. На пробивное Баов я потратил почти половину своего резерва. Вкупе к сплетенной до этого простой Баов и Ванку, это оставило меня почти без маны. Однако результат впечатлил. Гоблины-Колдующие успели послать в меня всего пару заклинаний. После чего мой Баов пробил их защиту, и оглушил.

Я походил между телами и добил простым Бао тех, кто еще находился в сознании. Потом восстановил резерв и запрыгнул на Шлюха. Впереди не менее грозный отряд с тремя Колдующими. И они не удирают, а готовятся меня встречать. Значит, есть у них козырь в рукаве. Воины-гоблины и клеть с рабами находились буквально в нескольких асендах езды. Я выскочил на них, готовясь применить весь свой арсенал боевых форм. Но этого не потребовалось. Я сплел простой Баов и быстро оглушил четверых гоблинов, дежуривших возле телеги-клетки. Колдующими же оказались сами рабы. Скорее всего, зеленые охранники не ожидали, что основная группа может потерпеть поражение.

— Помоги нам! — послышались просьбы из клетки.

— Я здесь как раз за этим.

— Ключ от клетки и браслетов у главного. Он на гнедом ускакал вам навстречу, — сообщил мне светлый эльф.

— Ага, сейчас вернусь.

Обшарив оглушенных гоблинов, я освободил измученных людей и эльфов и снял антимагические браслеты с Колдующих.

— Дальше вы уж сами. Деньги с убитых я возьму себе. Берите коней и остальное добро. Вам пригодится. Что делать с гоблинами — решайте сами. Удачи.

— Подождите, лер. Скажите нам свое имя, хотя бы, — попросила одна миниатюрная темная эльфийка.

— Селин Велиостро.

— Мы все вам очень благодарны за спасение, — поклонилась темная.

— Лер Велиостро, а не поделитесь ли со мной формой, которой вы оглушили этих мерзавцев? — вежливо попросил светлый эльф-маг, пристально глядя мне в глаза.

— Да спросите у какого-нибудь М'обучающего. Научат. Я ее только вчера придумал. Ну все, бывайте!

Я развернул Шлюха и поскакал обратно по тракту.

— Что?! Как придумал… — услышал я напоследок возглас эльфийского мага.

Я пришпорил нолка и погнал по дороге в Ловшор. Шлюх буквально стелился над землей, его переполняла энергия после суток застоя. Я настолько расслабился после сравнительно легкой победы, что перестал плести Синко.

— Стоять! — услышал я грубый окрик сбоку буквально на подъезде к деревне гномов.

Из джунглей выехали четверо непонятных всадников в походных одеждах и перегородили дорогу. Не гномы. Тазамцы, скорее всего. Двое — одаренные. С удивлением в одном из незнакомцев я узнал давешнего пропойцу из «Серой бороды».

— Чем обязан, уважаемые леры? Я спешу.

— Сначала извольте ответить на наши вопросы.

Мне его тон не очень понравился, однако я решил не нарываться.

— Слушаю вас.

— Имя?

— Селин Велиостро.

— Вы из долины, — полуутвердительно спросил мужчина.

— Да. Мы сбежали.

— Мы?

— Я и Эва Невенхнауэр. Она была Прислуживающей в Черном замке.

Незнакомцы переглянулись.

— Лер Селин, вы пойдете с нами. Вас надо обстоятельно допросить.

Я асенду пораскинул мозгами и пришел к выводу, что пока нам открываться рано. Насколько я понял, в Эве не должны опознать ведьму. И ей надо некоторое время, чтобы исполнить какой-то свой план.

— Но я сейчас спешу. У меня договор.

— Если вы будете сопротивляться, мы вынуждены будем применить силу.

— Ну ладно.

Я быстро выбросил пробивной Баов из посоха. Колдующие успели среагировать и поставить защиту, только им это не помогло совершенно. Говоривший со мной мужчина как-то неудачно упал с лошади. Как бы голову не свернул себе. Так-то пофиг, они же первые напали, считай. Просто смерть глупая. Я быстро восстановил в Ориелунге пробивное Баов. Классная форма вышла! Хоть и маны уходит много. Зато убивать никого не надо. Лишать других людей жизни мне не очень нравится.

Глава 10

— Эва, открой. Это я, Селин, — я осторожно постучал в номер.

— Разве уже время обеда, обжора? — ведьма впустила меня.

— Нет. Я встретил караван и освободил рабов.

— Ой, правда? Лер Селин, вы настоящий герой! А гоблинов вы…

— Нет, я никого не убивал. Вот смотрите. Я собрал с них немагические амулеты. Не знаю, зачем они им. На воинах были вот такие треугольные. На Колдующих — круглые. У вожака Воула не было ничего, но я принес его серебряный накопитель.

— Точно! Это их опознавательные метки! Лер Селин, спасибо вам огромное! — Ли подпрыгнула и принялась радостно целовать меня в щеки. Чмок, чмок, чмок.

— Только я не могу вам обещать, что бывшие пленники их не прибьют.

— Вы правы. Но все равно я очень благодарна, что вы не стали их убивать, — Ли еще раз поцеловала меня и вдруг опомнилась. — Извини, Лу. Я совсем забыла. Мы вам еще не доверяем, лер Велиостро …Вот-вот. Посмотри, как он легко разобрался с отрядом Воула. Даже убивать никого не потребовалось. Его надо прикончить …Лу! Да, это все, конечно, странно. Но он пока не сделал нам ничего плохого …Когда сделает, будет уже поздно!

Женщина нехотя отстранилась.

— Надо сваливать отсюда. Собирай манатки, пентюх!

— Да, еще меня на тракте остановили странные люди. Стали спрашивать про ведьму. Одного из них я видел внизу в таверне. Похожи на тазамцев.

— И? Что с ними? — подозрительно спросила женщина.

— Я решил, что лучше их оглушить будет.

— Если это правда, то в кои то веки ты сделал все правильно. Мне надо еще пару дней.

— Эва, а что у вас с кожей?

— Загорела на солнце! Поторапливайся, каракатица!

— А награда?

— Потом. Все потом.

Мы с Эвой быстро навьючили припасы на лошадей, купленных в предыдущий день и покинули Ловшор. Шлюха я продал трактирщику. Одноногий гном сказал, что такому послушному нолку место в цирке или в чьей-нибудь коллекции диковинных зверей.

Ведьма напоследок о чем-то пошепталась на прощание с Чернышом. Его продавать Эва не захотела. Отпустила на волю. И мы поскакали на восток. В обход Гиблой долины.

— Купол вытянут с запада на восток сильнее, поэтому объезжать будем как минимум пару дней, если с дорогой повезет.

Вечером мы встали на привал в паре лир от дороги.

— Эва, ты будешь помогать мне с ужином?

— Хрена с два …Конечно, лер Селин! Только скажите, что надо делать. Я в походных условиях не умею готовить.

— Ничего. Порежьте вот это. А я пойду воды наберу.

Чуть позже, наевшись до отвала и запитав обогревающее плетение, мы лежали под навесом из плотной ткани, закутавшись в одеяла.

— Вы спрашивали, что у меня с кожей, лер Селин. А можно я буду к вам на ты обращаться? Раз уж и вы ко мне на ты перешли.

— Конечно.

— Спасибо. Так вот. Насчет цвета кожи. Как минимум два раза в декаду я использую особое заклинание. Магическая форма переходила от одной ведьмы к другой по наследству. Краска закупалась у темных эльфов. Они в этом деле мастера. Моя форма равномерно наносит белую краску по телу, черную — по волосам и губам. Но постепенно цвет возвращается к прежнему, если перестать колдовать заклинание.

— Зачем вы это делали?

— Не знаю. Таковы правила. Старая Госпожа говорила, что это образ. Образ Черной ведьмы. Мной пугают детей, и даже взрослые стараются не упоминать мое имя. Конечно, умные люди и в Тазаме, и в Галиате знают истинное положение дел. Но для простого народа я ужасное кровожадное бессмертное чудище, — Ли вздохнула.

— Вот оно что. А как ты стала Черной ведьмой?

— Три года назад я жила в монастыре Клевена, — название города показалось мне знакомым. — Там все были очень добры ко мне. Ну, почти все. Были и плохие люди — таких Лу быстро ставила на место. Монастырь очень хороший, но мне там было не по себе. Я не хотела прожить всю жизнь в келье, под наблюдением… Не важно. Главное — я хотела перемен. И в один день пришла старая колдунья. Она искала себе учеников среди нас. Сказала, что хочет передать кому-нибудь свои умения перед смертью. Мне она показалась очень доброй и хорошей. Она часто улыбалась и дарила нам конфеты. Когда она спросила меня, Лу послала ее… В общем, нехорошо ответила. Я была тогда готова заплакать от обиды. Я так хотела учиться магии. У меня ведь никогда не было денег на это. В тот момент я очень сильно ненавидела Лу. Но добрая колдунья решила выбрать именно меня в ученицы! Я так обрадовалась, однако Лу что-то не понравилось. И она запретила мне говорить с колдуньей. А потом… Оказалось, что моя учительница Черная ведьма. Она делала страшные вещи. Заставляла меня смотреть и запоминать. Тогда Лу взяла все на себя. А для меня все события слились в один мутный сон. Долгий непрекращающийся кошмар. Госпожа учила нас новым заклинаниям. Учила новой силе. Учила убивать других. Или… или поднимать немертвых. Я всегда хотела стать Лечащей. Помогать людям, — Ли всхлипнула. — Но теперь я умею только убивать. Госпожа заставляла запоминать историю долины, учить наизусть договоры с гномами и тазамцами. Она постоянно твердила, чтобы я поддерживала образ бессмертной ведьмы. Еще она говорила, что мне повезло найти такого учителя. Ее саму обучали всему гоблины, и ей потребовалось много больше времени, чтобы овладеть Источником.

— Ты жалеешь, что ушла из долины?

Ведьма задумалась.

— Немного. У меня ведь теперь ничего нет. И я так и не смогла помочь долине. Лу очень не хотела уходить. Ей очень нравится власть. Ей нравится… ну… издеваться над прислугой.

— Я видел.

— Возможно, она и плохая немного. Я согласна. Но вы можете подружиться!

— Она хотела меня убить. Она чуть руку мне не отрезала. Она проткнула мне щеку вилкой.

— Неправда! То есть не все правда. В тот день ты опоздал на завтрак на самом деле. Лу соврала, поскольку не хотела тебя калечить. Она очень добрая… глубоко внутри …Ага, так глубоко, что и не сыскать. Я сейчас просто уссусь, слушая ваш нелепый разговор.

— Эва, получается, Лу была с тобой и до встречи с ведьмой? — спросил я, не обращая внимания на вредину Лу.

— Да, это так… Я не очень хочу это вспоминать.

— Хорошо.

— Давай спать, Селин?

— Ага, добрых снов.

Утром я открыл глаза, а Эвы уже не было рядом. Ранняя птица. Я начал разогревать остатки вчерашнего ужина, когда вернулась ведьма. Я еле узнал свою спутницу. Под глазами пролегли круги, да и в целом она выглядела сильно уставшей. Но не это так поразило меня. Ее волосы перестали быть черными. И стали светло-коричневыми. Нечто среднее между блондинкой и шатенкой. Видимо, Невенхнауэр хорошенько выкупалась в ручье неподалеку. В корнях еще виднелись черные пряди, и это создавало необычное впечатление. Кожа ведьмы заметно потемнела. Губы — покраснели. Теперь, если сильно не приглядываться, то ее и не отличишь от обычной женщины.

— Что варежку раззявил, олень озерный? Я сейчас подохну от холода. Сплети мне что-нибудь!

— Да-да, сейчас. А сама не можешь?

— Меня не учили таким плетениям.

Я быстро сформировал обогревающее заклинание и повесил на Эву.

— Это не так сложно. Надо просто изменить несколько составляющих…

— Я не умею ничего менять, олух. Я тупо зубрила формы, которые мне давала старая Госпожа. Попробуй не выучи — на неделю без еды оставит.

— Да? Я могу тебя поучить.

— Правда? Селин, это было бы так здорово! Я очень хочу научиться лечебным формам …Уймись, дурочка. У нас нет на это времени …Да, ты права. Очень жаль. Представь, ты, Селин, помог бы мне с лечебными формами, а я бы поучила тебя нашей магии.

— Я могу ей овладеть?

— Любой одаренный может. Только это тяжело очень. Особенно без Источника …Хватит нести чушь. Если бы это было так просто, то каждый маг владел бы этой силой …Я знаю, Лу. Но можно же помечтать? …Мечтание — занятие для неудачников …Неправда! …Правда! Тюфяк, скажи ей!

— Ну, я в том, чтобы строить мечты, ничего плохого не вижу. Как и ничего хорошего.

— Выкрутился, хитрожопый.

Вместе с доброй Ли мы споро свернули лагерь и двинули дальше. Форму от дождя приходилось теперь постоянно плести на двоих. Эва не знала бытовых заклинаний. Дорогу значительно развезло, поэтому скорость наша оставляла желать лучшего. Как-то я спросил спутницу:

— Эва, когда ты повстречала старую ведьму, война с Бессадором уже началась? Почему тебя не призвали, ты ведь одаренная?

— Нет, это случилось через две кварты, как я стала ее ученицей. Да и с чего бы меня призывать, Селин? Мне тогда было двадцать два всего.

— То есть тебе сейчас двадцать пять примерно? Ничего себе.

— Да, а что такого?

— Я когда тебя увидел, то подумал, что тебе лет тридцать пять.

— Я сейчас его прибью. Своими руками придушу! …Лу, тихо! А тебе Селин, надо более деликатно с возрастом девушек обращаться.

— Извини. Теперь, без этого грима ты выглядишь на тридцать!

— Селин! Это слишком много!

— Э-э. Хорошо. На пятнадцать?

— Ты издеваешься, сволочь? Ли, можно я его закопаю заживо под тем деревом? …Нет. Селин, тебе надо было упомянуть хотя бы про двадцать лет.

— Ладно. В следующий раз скажу.

Эва тяжко вздохнула.

— А мне в прошлую белую кварту исполнилось двадцать шесть.

— Вот как? Я бы тебе не больше двенадцати дала. Мальчик, ты потерялся? Может, поищем твою маму?

— Лер Лу, вы обиделись?

Женщина недовольно поджала губы и погнала коня, вырвавшись вперед.

К вечеру ведьма уже вовсю позевывала. Двигалась словно сонная муха. Пришлось самому стряпать и расседлывать коней.

— Эва, ты не выспалась ночью?

— Ты опять издеваешься! Надо его прикончить …Нет! Ты же сама говорила, что он нужен нам в твоем плане? …Б****! Это твое желание защитить их. Если б не ты, я бы ни за что не сунулась к тазамцам. Это полный идиотизм …Ничего не идиотизм. Они тут не причем. Надо спасти их …Все-все. Я и так постоянно слушаю твои розовые сопли. А разбираться как всегда мне …Лу, ты лучшая, я знаю! — Женщина повернулась ко мне. — Селин, Лу тебе не доверяет, поэтому она почти всю ночь не спала. Пожалуйста, поладьте, прошу вас! Лу, придумай что-нибудь! …Что я те придумаю? Хотя, попробую. Эй, сморчок, подь сюды!

Ведьма легла в густую траву, вытащила тесак из-за пояса и протянула мне. Я принял нож.

— Теперь ты можешь перерезать мне глотку. Как ты и всегда мечтал.

— Э-э, а если вы наколдуете лечебную форму?

— Ты сам видел формы в моем посохе. Старая ведьма не учила меня лечебным плетениям.

— Хм, это вы так говорите. Я только занесу тесак, вы тут же приложите меня своей силой.

— Твою мать. Хорошо, я закрою глаза. Можешь повязку наложить. Бей в глаз, чтобы повредить мозг. Тогда я точно не успею вылечиться, даже если и знаю нужные формы.

— Не скажите. Мне один раз Лишающая сердце проткнула, а я успел Аунко активировать. Так и выжил.

— Б****. Отруби мне голову.

— Этим тесаком? Вряд ли с одного раза получится.

— Собачий х**! Сколдуй Тио. Придумай что-нибудь. Мозгами пошевели в конце концов.

— Но зачем мне тебя убивать? У нас же договор?

— Короче. Я пойду спать. Во сне я полностью беззащитна. Делай что хочешь со мной.

— Ага, так я тебе и поверил.

— Аргхххх! Все! Ли, я сделала, что смогла …Я не совсем это имела в виду. Может, обещание с него взять, чтобы не нападал на нас? …Иди в задницу со своими обещаниями. И сама с ним е**** …Лу, не выражайся!

Наше путешествие проходило достаточно спокойно. Добрая Ли делала все, что я попрошу. Помогала готовить, поить и кормить лошадей. Пару раз мы проходили вблизи от поселений гноллов, один раз — троллей, однако нападать на нас они не стали. Скорее всего, просто не владели поисковыми формами. Лишь раз мы наткнулись на гномью Син, которую без проблем обошли. Невенхнауэр сказала, что вблизи долины не так много войск, поскольку здесь живет много агрессивных нелюдей. Нападение на них может означать, что Галиат нарушил вековой договор с Гиблой долиной. Гномы стараются всеми силами не допустить этого. Лу объяснила, что сдача пограничных территорий — довольно логичный шаг. Гномы словно бы отгородились от Тазама Гиблой долиной.

Часто мои мысли переходили на ведьму. Я очень не хочу нарушать данное обещание сопроводить ее в Бессадор. С другой стороны я честный тазамец. Я соблюдаю закон. А из-за нее мне придется врать и укрывать важные вести от властей. Может, стоит все рассказать о ней? Она ведь мне не друг. Наверное, так можно делать. Надо только попросить, чтобы Ли не трогали.

Мы обогнули Гиблую долину с востока и направились дальше на север в сторону границы. На четвертый день пути дождь немного сдал свои позиции и уступил место голубо-квартному солнцу. После полудня мы встали на привал. Перекусив, каждый из нас стал заниматься своими делами. Я просушил вещи и сходил умыться на болотистое озерцо неподалеку. Вернувшись, я сначала подумал, что Невенхнауэр тоже отошла. Но потом приметил мою светловолосую спутницу, лежащую в густой траве возле дерева с крупными листьями-лезвиями. Не знаю, как это дерево называется. У нас в Старобрадфеле таких не водится. Видимо, Ли прилегла отдохнуть. Так я сначала подумал. Однако ее глаза были открыты. Она смотрела наверх.

Я долго стоял словно истукан. Мне почему-то показалось, будто я нахожусь рядом с чем-то большим и сильным. Чем-то, что я никогда не понимал. Я поднял глаза вверх. Ничего. Ни единой птицы в небе. Только редкие облака проплывают. Ли продолжала смотреть в никуда. Мне стало не по себе. Вспомнилось то знакомое чувство, когда люди говорили о чем-нибудь между собой, что как бы всем известно. А мне нет. Часто я спрашивал, и мне объясняли. Иногда обзывали вместо ответа, иногда смеялись надо мной. Я привык к этому. Мне казалось, что во взводе Низога я научился быть почти нормальным. Я понял, как правильно отвечать или реагировать на ту или иную ситуацию. Невенхнауэр все также неподвижно лежала на примятой траве с едва видимой улыбкой на лице. Я осторожно подошел и снова посмотрел наверх, пытаясь отыскать то место, куда направлен взгляд ведьмы. Ничего. Ни-че-го!

Несколько асенд я переминался рядом с ней, ожидая, что девушка что-то скажет. Прогонит или объяснит, зачем она лежит здесь. Эва молчала.

— Лер Эва… зачем вы тут лежите?

— Зачем? Не знаю, Селин. Ложись рядом со мной, — девушка указала рукой на траву.

Я осторожно прилег. Холодновато на земле лежать. И солнце в глаза светит. Наверху все также продолжало находиться большое жирное «ничего». Над головой было столько ничего, что захватывало дух. На асенду показалось, будто мир сейчас перевернется, и мы сверзимся в этот голубой небесный океан и просто утонем. Но в следующий миг наверху снова ничего не было. Я перевел взгляд в сторону лежащей девушки. Эва заметила, и тоже повернула голову. Улыбнулась. Краска уже полностью сошла с ведьмы. Ее теперь и не отличишь от обычной высокой тазамки со светлыми пшеничными волосами. Кожа белая, но уже не как мел. А просто не загорелая кожа. И глаза коричневого цвета. Или как там правильно? Карие. Странную форму ушей не видно.

— Посмотри, Селин, какое небо сегодня красивое.

— Да?

— Облака такие легкие, пухлые. Будто сладкая сдоба только из печи. Так и хочется откусить чуть-чуть. Мне почему-то кажется, что облака на вкус похожи на сахарную пудру.

— Да, было бы здорово съесть такое облако.

— Посмотри, вон то похоже на овечку с крылышками! — девушка указала пальцем.

— Где?!

— Да вон же!

— Это? Гхм, похоже на большую белую кляксу.

— Это овечка. Видишь, сверху крылья.

— Извини, не вижу.

— Как ты думаешь, Селин, куда они плывут?

— Похоже, на восток.

— Вот плывут они и плывут. Теллы, дни, года. Для чего? Зачем? Когда нас не станет, облака все также будут шествовать в выси. Гордые, хрупкие, мягкие и недосягаемые. Ты хотел бы научиться летать, Селин?

— Да, я думал об этом. Если серьезно переделать Баокора. Только надо над управле…

— Как птица. Ты мечтал когда-нибудь летать как птица? Рассекать ночную мглу, купаться в облаках, парить на одних потоках ветра? Я всегда хотела. Моя мама знала много о птицах. Она рассказывала мне о них, когда я была маленькая. Но… я забыла все. И родителей, и свой дом, и птиц. Сейчас у меня нет ничего. Что облакам до моих тревог? Они все также невозмутимо плывут. К им одним ведомой цели. А куда идти мне? Какая у меня цель?

— Я думал, мы идем в Бессадор?

— Ты прав, Селин. Эхх, что-то зябко. Сплети… Хотя нет, не надо.

Девушка прильнула ко мне, закинула ногу, а руку просунула под отворот куртки.

— Так лучше. Ты очень теплый. Жаль, что ты шпион.

— Я не шпион.

— Я не совсем дурочка, как Лу твердит. Я тоже умею сопоставлять факты.

Я пожал плечами. Не знаю, заметила ли девушка этот жест.

— Пускай, ты все врешь. Мне все равно нравится твоя ложь. Селин, ты не оставишь нас?

— Ли, ты научишь меня мечтать?

— Мечтать? — девушка рассмеялась. — Прости, я не думаю, что этому можно научить.

— Вот как. Мы договорились дойти до побережья Бессадора. После этого мы пойдем каждый своей дорогой.

— Почему? Это все из-за нее, да? Она не плохая! Она может стать хорошей. Я верю в это.

— Я нет.

Ведьма обиженно умолкла. Спустя некоторое время девушка неожиданно стала насвистывать плавную мелодию. Красивые звуки лились из уст девушки пару асенд. Меня даже немного в сон клонить начало.

— Ветер шепчет. Ветер треплет волосы. Солнце греет. Лучи очищают. Травка щекочет. Забирается под одежду. Листья трепещут. Птички щебечут. Зверьки поют холодную песню. Белое солнце успокаивает. Земля — мягкая подстилка тебе. Пламя нежно лижет твои ступни. Вода теплыми струями омывает лицо. Ты засыпаешь. Мирным сладким сном. Спи, моя сестра…

Тихий шепот девушки вызывал сонливость. Хоть я и ни черта не понимал, о чем она говорит.

— Уснула… Селин, я хотела тебе кое-что сказать…

— Что? Кто уснул?

— Тихо тебе! Разбудишь. Я знаю, Лу многим не нравится. И тебе тоже. И… На самом деле она очень плохая. Она совершала отвратительные поступки. Если бы не я, она бы натворила еще много ужасных вещей. Я прошу тебя помочь ей.

— Думаешь, она будет меня слушать?

— Да. Я буду тебе помогать. Меня она почти не воспринимает. Только как глупую куклу. Пожалуйста, не оставляй ее. Обещай мне! И я попытаюсь научить тебя мечтать!

— Хмм. Не то, чтобы это мне было очень надо. На какой срок я должен остаться с тобой?

— Не знаю… Пока не надоест?

— Я уже и так сыт по горло.

— Ну, Селин! Блин, из-за тебя она проснулась …Я что-то пропустила, голубки? …Ничего важного.

— Я не могу вам этого обещать, лер Ли. Посмотрим.

Ведьма грустно вздохнула. И тут же резко схватила меня за одежду и запрыгнула сверху.

— Слышь, ты, падаль! Только попробуй обидеть Ли. Я тебя на ленточки порежу. Сошью из них платье. И приеду в нем к твоей мамаше в твой Задрищенскфель. Усек?

— Ага. Типа того. Надеюсь, из меня выйдет красивое платье.

— Пытаешь вывести меня из себя? Да тебе еще тыщу лет расти, долбаный актеришка.

— Эва, давай слезай с меня. Ехать пора. Скоро уж темнеть начнет.

От ведьмы послышалось какое-то невнятное рычание, однако она все же сползла с моей тушки.

На шестой день нас обнаружили поисковой Синко. Я быстро активировал форму из посоха и посчитал ауры. На нас вышел небольшой отряд из трех Колдующих и трех неодаренных.

— Эва?

— Если верить местным, здесь все должно контролироваться Тазамом. Едем навстречу. Но будь наготове. Бей на поражение, если это не тазамцы. Ты помнишь наш уговор?

— Помню. Не говорить, что ведьма мертва. Подтвердить любые твои слова. Не нравится мне врать.

— Ты можешь все рассказать, — любезно улыбнулась ведьма. — Это будут последние слова в твоей жизни. Уж я дотянусь до тебя, грязный плебей.

Неизвестные расположились грамотно — спереди трое неодаренных, сзади — колдуны. Вскоре мы встретили отряд на дороге.

— Едрить тебя за ногу! Селин, ты, что ль?! — удивленно спросил Гнэш Трущицки. Рядом с ним по бокам неспешно ехало два новобранца из взвода Низога: Доменик и Исмон. Оба предусмотрительно окутались щитами. Позади скакали М'разведывающие: Тари, Шелла и Гел, тоже новенький.

— Шел, это точно Селин? Может мертвяк?

— Я не мертвяк, — подал я голос.

Сослуживцы подъехали ближе и взяли нас в полукольцо. Доменик с Исмоном разочарованно выключили защитные магические руны.

— Как ты выбрался из долины?

— Мы убежали из замка. Вместе с Эвой Невенхнауэр, — я указал на девушку. — Она весь план придумала. Без нее я бы не смог сбежать.

— Хех. Я был уверен, что этот жук сможет выкрутиться, — ухмыльнулся Младший Командующий Трущицки. Я заметил краем глаза, как Эва бросила взгляд в мою сторону. — Рановато, девочки, вы начали его оплакивать.

— Я тебе не девочка, — огрызнулась Тари.

— Селин, мы так рады, что ты жив и невредим! Об этой долине столько ужасных историй ходит. И вам, лер Невенхнауэр, большое спасибо, что помогли Селину! — поблагодарила Шелла.

— Ладно, лясы будете точить по дороге, — оборвал словесный поток Гнэш. — Едем докладывать Низогу. Далв со всем разберется.

Content

Павел Абсолют
Постигающий

1.Постигающий

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

2.Сопровождающий

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

3.Освобождающий

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10