Флёри Юлия

Последний шанс

Юлия Флёри

Последний шанс

– Владимир Иванович, к вам Самойлова.

– Зовите.

– Здравствуйте, что там у меня? – Молодая девушка робко протиснулась в кабинет. Мило улыбалась и старалась ничем не проявить свою нервозность.

– Присаживайтесь, Эля.

– Если честно, у меня не так много времени…

– Присаживайтесь. – Настоял врач и своим выражением лица дал понять, что разговор предстоит более чем серьёзный.

– Что-то не так?

– Вы сегодня одна, я бы хотел поговорить с вашими родителями.

– Давайте не будем. – Эля взгляд опустила, понимая, что сейчас услышит. – Это касается только меня.

– Как вам угодно, но Борису Евгеньевичу всё равно сообщить придётся.

– Как хотите.

– Вчера пришли результаты анализов, и, признаться, они меня совсем не порадовали. Скажите, вы принимали те лекарства, которые я вам выписывал?

– Да. – Ответ был не очень уверенный, но врач отреагировал снисходительно.

– Изменений нет. У вас осталось полгода, Эля. Полгода, если не начать лечение прямо сейчас.

Немолодой врач показательно сцепил пальцы, взгляд его стал пристальным и даже укоряющим. Со свойственным ему прищуром, он смотрел на молодую девушку и искренне не понимал её нежелание последовать своему совету. Он наблюдал Элю уже более года и всегда отмечал её немного бесшабашное отношение к своему здоровью, но раньше это казалось просто непониманием ситуации, но теперь… Теперь, когда все анализы безошибочно указывают на, довольно-таки редкий, сложный случай опухоли головного мозга, она в упор не реагирует на все предостережения. Подавленное настроение вполне объяснимо, но она, как спортсменка, должна проявить волю, силу характера, но не хочет. Просто отказывается и всё. Смотрит, всё понимает, со всем соглашается… но решение приняла достаточно странное и не вполне адекватное.

– Я не буду лечиться. – Тихо проговорила она, боясь поднять взгляд.

– Вы понимаете, что это не шутки. Нужно принять решение. Прямо сейчас. У вас просто нет другого выхода.

– Я уже приняла его. И вам его озвучила: я не буду лечиться! – Эля, наконец, заявила это с полной решительностью и твёрдым взглядом.

– Вы знаете, что вас ждёт?

– Да, я уже всё прочла, только не думала, что у меня так мало времени…

– Да причём здесь время, вы ведь должны понимать, что эти сроки предположительны, ничего нельзя сказать наверняка. Мне кажется, вы всё ещё не вникли в суть того, что происходит. Точнее говоря, наотрез отказываетесь понимать это.

– Зря вы так… я всё понимаю. Я просто больше не хочу… – Она оборвала себя на полуслове.

– Надо бороться. Надо стараться изо всех вил, не падать духом. Я не узнаю вас, год назад вы пришли с огнём в глазах, а теперь…

– Теперь ничего не изменилось, просто я так решила.

– Нет, я не могу этого слушать! – Врач даже руками всплеснул, хотя до этого редко проявлял свою эмоциональность, профессия накладывает определённый отпечаток. – Я буду вынужден просить вашего отца повлиять.

– Я уже говорила с ним об этом.

– Что вы себе думаете, Эля?

– Вы выпишете мне тот препарат, не помню, как называется… – Эля зажмурилась, видимо от боли и напряжения, но уже через секунду улыбалась. – И я буду принимать его, обещаю.

– Конечно, будешь. Будешь! И ещё не раз придёшь сюда! – Врач даже встал. – Ты ведёшь себя, как ребёнок! – Наконец, прокричал он и отвернулся к окну. – Ты ведь приходишь сюда, убеждаешь других верить, надеяться, а сама… – Он рукой махнул.

– Владимир Иванович, простите… но я так хочу.

– Я не хочу! Ты должна понять, девочка, что игры закончились.

Эля решительно встала, заметив настроение врача, который, знал её с детства и имел полное право и прикрикнуть и с отцом её по этому поводу побеседовать. Старинный друг семьи. Он был ведущим хирургом в городском онкоцентре, а теперь возглавлял собственную клинику. Этот, хиловатый на вид мужчина, видел немало смертей за долгие годы работы и никак не мог свыкнуться с мыслью, что сейчас перед ним сидит эта девушка, а он ничем не может ей помочь. Все вразумительные доводы, уже давно исчерпаны, теперь надо было убедить, настоять или просто заставить, но она не хочет, она, видите ли, устала…

– Я пойду. За рецептом заеду завтра.

Эля из кабинета вышла, дверь тихонько прикрыла, а сама, в изнеможении опустилась на кушетку. Тяжело вздохнула, смахнула слезу, которая не подчинилась голосу разума и всё же выкатилась, а потом улыбнулась сама себе. Как-то странно улыбнулась медсестре, которая уже стояла над ней со стаканом воды, весело подмигнула.

– Будем жить, Анечка. – Бодро проговорила она и ушла.

Эля шла по светлым коридорам клиники, вспоминала, как она оказалась здесь в первый раз, тогда ей только исполнилось шестнадцать. Вспомнила девочку Алису, которая подарила ей ромашку в тот день. Девочка готовилась к операции и выглядела плохо, но нашла в себе силы, чтобы подняться и подарила маленький полевой цветок, который по непонятным причинам оказался на прикроватной тумбочке. Сказала, что Эля – это самый красивый ангел, которого она видела во сне, после этих слов улыбнулась. Следующей ночью Алиса умерла, и это было большим потрясением для Эли, она не могла сама себе объяснить жестокость и несправедливость этой жизни, мучилась, переживала, а теперь оказалась в похожей ситуации. Разница лишь в том, что у маленькой девочки Алисы, силы воли оказалось намного больше, чем у самой Эли, и это огорчало. Сложно объяснить, но впервые услышав ещё предварительный диагноз, всего лишь предположение, Эля почему-то вздохнула с облегчением, а теперь всё стало ещё проще, вот только времени осталось совсем мало. Она бодро шла по коридору на высоких каблуках, волосы развевались от дуновения ветра, на улице было жарко, все окна нараспашку и по коридору гулял сквозняк. Ветер приятно обдавал прохладой, и Эля улыбалась, теперь все краски мира казались ярче. Зазвонил телефон и она поспешила ответить.

– Элька, привет, чем занята?

Звонил бывший партнёр по танцам, жизнерадостный молодой человек, правда, после объявления о завершении карьеры, они стали редко общаться.

– Привет. Гуляю.

– У меня к тебе разговор, может, встретимся?

– Давай, где?

– Подъезжай в наше кафе через час, я буду тебя ждать.

– Конечно, до встречи.

У Эли даже настроение поднялось, она давно не видела Аркадия, а он как никто умел настроить её на нужный лад. Они были знакомы с детства, ещё когда не выступали, а просто тренировались, а когда их в пару поставили, так и вовсе не расставались. Аркадий в последнее время был занят на различных танцевальных шоу, поэтому времени для общения не хватало, а теперь вот сам позвонил, да ещё и разговор есть. Даже интересно стало.

– Привет. – Пошёл ей навстречу статный красавец у крыльца летнего кафе. Руку протянул и широко улыбнулся. – Как всегда неотразима!

– Стараюсь. Ты тоже в отличной форме. Признавайся, какой там у тебя разговор?

– Давай хоть к столику пройдём. – Молодой человек вальяжно провёл свою даму по залу, некоторые даже обернулись им вслед, чем, скорее, насмешили парочку.

Аркадий был галантным кавалером, помог присесть и, как выяснилось, даже любимый десерт партнёрши успел заказать.

– Соблазняешь?

– А у меня получается?

– Как всегда. – Пожала плечиками Эля и улыбнулась, хотя улыбаться ему она не переставала в принципе. – Ну, не томи, выкладывай, что ты там задумал?

– Да ничего, просто хочу тебя в свет вывести.

– Боже, как интересно… – Рассмеялась Эля.

– Меня пригласили выступить на открытии чемпионата. В партнёрши какую-то телезвезду пообещали, но, ты же знаешь, кто лучше тебя со мной станцевать сможет?

– Даже не знаю, – рассмеялась Эля, – ты сейчас мне комплимент пытался сделать или себе? – Она вновь смелась, но потом поняла, что Аркадий говорит абсолютно серьёзно.

– Эля, я знаю, тебе сейчас тяжело, но надо развеяться. Я вижу, как ты без танцев потускнела. Тебе это не идёт. – Он склонил голову на бок, проявляя деликатность, но взгляд был неподдельно искренний.

– Я знаю. Ты прав и надо выступить. Но, честно говоря, я не готова ставить программу.

– Давай просто воспользуемся нашим победным номером. Я уверен, зал встанет, увидев тебя.

– Если только его немного упростить… я готова.

Эля немного помедлила, посомневалась в своих силах, но позже решительно кивнула и отбросила все сомнения. Она действительно скучала без танцев, последний год только и видела, что лабораторию, процедурный кабинет, таблетки, медсестёр. Это порядком надоело, и отказываться было просто глупо. На этом и решили. До соревнований оставалось всего две недели придётся уделить немало времени тренировкам, но от этого становилось только легче.

– Мама, я дома.

Эля бросила на антикварный столик громоздкую связку ключей.

– Эля, ну, наконец-то. Где ты пропадала? Я уже вся извелась.

– Мам, звонить пробовала?

Эля прошла на кухню, достала из огромного холодильника бутылку с водой, выпила прямо из горла, пока мама не видит и улыбнулась, когда та цокнула за её спиной.

– Как всегда! – Руками мать всплеснула и посмотрела неодобрительно.

– Мам, жарко ведь. – Клюнула её в щёку.

– Что там, в клинике, что сказал Владимир Иванович?

– Всё хорошо, мам.

– Настроение-то какое! Давно тебя не видела такой счастливой.

– Вот именно, счастливой. А знаешь причину?

– Расскажешь – узнаю.

– Аркаша звонил, нас пригласили на показательные выступления на открытии чемпионата.

– Интересно, и что по этому поводу сказал Владимир Иванович?

– Мам, ну, что ты заладила? Я же сказала, всё хорошо. Что ты ещё хочешь от меня услышать?

– Эля, я разговаривала с Владимиром Ивановичем. Я всё знаю.

– Ну и молодец!

Анжелика Викторовна присела за стол и сложила перед собой руки. Это была весьма красивая женщина, она даже на свои сорок пять не выглядела, ей больше тридцати пяти и не дашь, хвалилась тем, что это наследственное, по женской линии. Она никогда не работала и всю себя посвящала семье. Известие о болезни дочери повергло её в шок, но Анжелика Викторовна держалась, не показывала свои страдания, а теперь не выдержала, и её взгляд потускнел и даже помрачнел.

– Эля присядь.

– Мама, не надо.

– Присядь, я хочу тебе кое-что сказать.

Женщина за руку притянула дочь к себе, внимательно посмотрела в глаза.

– Скажи мне, ты хорошо всё обдумала?

– Более чем.

– Я даже не знаю, что тебе сказать…

– Ничего не говори, мам, а главное не волнуйся, а то смотри, морщинки появятся. – Эля положила свою горячую ладонь на мамину щёку, они всегда были подружками, а теперь как-то перестали понимать друг друга.

– Какая же ты у меня смешная.

– Я взрослая мам, а не смешная. Кстати, ты не видела ключи от моей квартиры, тысячу лет там не была. – Эля оживилась и одарила мать бодрой, как никогда, улыбкой.

– Эля?! – Мать посмотрела строго и вопросительно, ей явно не понравился вопрос, и она ждала объяснений.

– Я бы хотела пожить отдельно. – Уверенно заявила Эля и со стула подскочила, пока не получила ещё один тревожный взгляд.

– Эля, я против!

– Я даже не сомневаюсь, вот только моё решение это не изменит.

Девушка принялась осматривать многочисленные ящики прихожей, пока не нашла нужную связку. Крепко зажала её в руку и матери улыбнулась.

– Ты не против, если наша домработница будет приходить ко мне пару раз в неделю, никак не могу представить себя с тряпкой в руках.

– Эля, ну конечно. Но как ты там без нас? А если тебе понадобиться помощь, если что-то случиться?

– Мама, перестань, всё ведь хорошо.

Эля видела тревожный взгляд, но старалась никак не реагировать. Сама волновалась и переживала ничуть не меньше, но твёрдо решила начать новую, пусть и такую короткую жизнь. Сначала нужно переехать в собственную квартиру, которая, к слову, уже семь лет пустует, с момента совершеннолетия, отец подарил. Потом найти занятие по интересам, а напоследок, и мужчину, который поможет отвлечь от грустных мыслей. Вот с мужчиной как раз было тяжелее всего. Не смотря на то, что поклонников у юной красавицы было немало, никто из них её не интересовал, а в большинстве своём и вовсе раздражали. Их масляные взгляды, фальшивые, хоть и заслуженные комплименты, заставляли кривить лицо, как только она могла от них отвернуться. Характер у Эли был достаточно мягкий и покладистый, но в этом плане, она была кремень. Ей нужен человек, который с первого взгляда заставит уважать себя. А такого, она пока не встречала ни среди своих знакомых, ни среди папиных.

С переездом справилась быстро, мебелью квартира была обставлена давно, надо было только личные вещи перевезти. Трёшка в центре, казалась девушке неоправданной роскошью, но так решил отец, а с ним спорить Эля не пыталась. Квартира для неё одной была огромной, но, так как мама всё же настояла на том, что домработница Мария полностью перейдёт в помощницы к дочери, с этим можно было свыкнуться: одна комната доставалась ей, да и не так скучно будет.

Тренировки начались уже на следующий день, они приносили удовольствие, но, так же, уже непривычную усталость и полное бессилие к вечеру. Но чувствовать себя нужной, задействованной в чём-то интересном, было приятно, она снова и снова приходила, слушала музыку, которая до боли врезалась в память, кружилась в танце. Всё это ещё пару дней назад казались в прошлом, но теперь началось сначала, было хорошее предчувствие, и Эля следовала за ним беспрекословно. Программу пришлось значительно упростить, чтобы голова не так кружилась. Помниться, когда только первые симптомы болезни появились, они тренировали этот же танец, на носу был очередной чемпионат, обращать внимание на такие мелочи как тошнота, головокружение, Эля, конечно же, не стала. Вообще такие ощущения были для неё вполне привычными, нервозность перед важными соревнованиями всегда была в порядке вещей, но в это раз симптомы проявлялись сильнее. Перед финальным выступлением всерьёз был поставлен вопрос о том, чтобы снять свои кандидатуры, но это казалось полной дикостью, ведь ничего такого, что не подождёт один день, случиться не может. И не случилось, как известно теперь, этот выход уже ничего не решал. И они выступили, зубами вырвали первое место, заслуженное первое место. Прекрасное завершение карьеры. Вот только на пьедестал подняться Эля так и не смогла: сразу после номера сознание потеряла и очнулась только в больнице. Вот тогда-то и началась вся возня, суета, излишняя опека, анализы, исследования. Теперь всё позади и можно расслабиться, только необходимо помнить, что выступить нужно как всегда безукоризненно. Эля редко проявляла характер в своей обычной жизни, но всё, что касалось танцев, было за гранью. Она была жёсткая, а иногда и жестокая и к самой себе и к своему партнёру. Тренер говорила, что её стойкости с лихвой хватает на двоих. Не справедливо возможно, но Аркадию не раз напоминали о том, что именно Эля сделала его чемпионом, без неё он бы давно сдался.

Уже перед самым выступлением, вновь проявилась нервозность, как перед соревнованиями, Эля требовала от Аркадия невозможного, он и без того выкладывался на сто процентов, но ей и этого было мало, как всегда.

– Ты вообще музыку не слышишь! – Упрекала она. Вся раскраснелась от напряжения.

– Эля! Я всё слышу. Просто признай, что мы не должны были упрощать программу.

– Причём здесь программа?

– Да при том! Ты всё ещё пытаешься успеть сделать всё то, что и на выступлении.

– Ты говоришь ерунду!

Спор мог продолжаться бесконечно, но пришла их тренер и всё расставила по местам. Она всегда имела на Элю влияние, вот и теперь, одно только её присутствие и всё сложилось удачно.

– Отлично ребята, молодцы, я в вас не сомневалась. – Хвалила их суровая на вид женщина, лет пятидесяти. – Если так выступите, то зал ваш.

– Он и так наш! – Не скромничала Эля.

– Да Эля, я тебе говорил, что мы рано ушли, вполне можем дать фору любой паре! – Подхватил воцарившийся восторг Аркадий, он прекрасно понимал, причину ухода, но, поддерживая Элю, говорил и ей и всем остальным, что это их совместное решение.

О её болезни, разговаривать вслух, было запрещено. Эля так решила. Никто кроме родителей не знал всех нюансов происходящего, но близкие догадывались, что не всё так хорошо, как она говорит. А все остальные и вовсе не подозревали о каких-либо недомоганиях. Эля выглядела, как никогда свежей и здоровой. Яркий румянец разливался по щёкам, в глазах огонь, а на лице улыбка. К выступлению было решено сшить новые костюмы, это, конечно, влетело в копеечку, но того стоило. Платье было изумрудного цвета. Эля прежде никогда не выступала в изумрудном, к её типу внешности подходили все оттенки красного, и она этим пользовалась. Но сегодня решили подобрать костюм под цвет глаз, Аркадию же достался чёрный костюм с таким же изумрудным переливом. Они были готовы подтвердить статус чемпионов прошлого года. В день выступления тренировки не проводили, что значительно увеличило нервозность, после практически годичного перерыва снова выйти и сделать всё правильно казалось просто невозможным. Но, ничего не поделаешь: нацепили на лицо идеальные улыбки, на теле новый костюм, на голове причёска. Для Эли так же яркий макияж и теперь они готовы вновь покорить сердца публики. Диктор уже объявил о выходе Элеоноры Самойловой и Аркадия Гомонова. Вышли, публика приняла, сердце забилось в ритм аплодисментов, всё хорошо, вот только один взгляд… Эля не рассмотрела что это за мужчина, он стоял на вершине трибуны у дверей, видимо только вошёл, но глазами они встретились, и Элю окатило жаром. Она даже не видела его лица, но была уверена, что всё это неспроста. Через секунду взгляд потеряла, но его присутствие на себе ощущала всё так же, он прожигал насквозь, заставлял нервничать и волновал… как никогда прежде. Громкая музыка зазвучала и вновь улыбка, такая, чтобы все позавидовали и все поняли, кто перед ними танцует. Под пристальным незнакомым взглядом Эля чувствовала себя неуютно, искала мужчину глазами, но ничего. Наконец, посетил прилив энергии, точно такой же, как и прежде, от которого бежать хочется, только бы заживо не сгореть и она танцевала. Смотрела в глаза своему партнёру, сияла… эйфория… вновь аплодисменты.

А на трибуне тот самый мужчина, действительно не мог отвести взгляд, застыл с улыбкой на губах, когда понял, что она его чувствует.

– Руслан, привет, как тебе?

– Отлично. – Не отрываясь, ответил тот.

– Нравится? – Хлопнул по плечу давний приятель, а по совместительству и организатор, Эдик Балабанов.

– Знаешь её? – Руслан кивнул в сторону танцовщицы и непрерывно наблюдал.

– Эля Самойлова, чемпионка прошлого года.

– Познакомишь?

– Даже не знаю, что сказать…

– Скажи как есть.

– Да… дикая она. Отшивает резко, рубит с плеча, не разбираясь.

– Не боится?

Друг лишь плечами пожал.

– Влиятельный любовник?

– Не знаю, её ни с кем не видели. Причём вообще ни с кем. Поклонников она не жалует.

– Ты хочешь сказать, что ещё девочка? – Вроде бы удивился мужчина. – Так не шестнадцать.

– Я тебе больше скажу, уже двадцать пять.

– И что? Слухов никаких?

– Да, поговаривали, что с партнёром своим встречалась, но это ещё до того, как… Да. Привет. – Кивнул кому-то из знакомых.

– Познакомь. – Настаивал тот.

– Не знаю, я бы не стал… – Нос потирал, улыбался паршиво, щурился.

– Что? И ты к ней подкатывал?

– Ты спроси лучше, кто к ней ещё не подкатывал, тут такие денежные мешки крутятся вокруг, а ей всё нипочём?

– Не нуждается?

– Как сказать… поговаривают. Что там отец… Да, да, здорово. – Руку кому-то пожал, отвернулся.

– Так, ладно, ты подведи, а там я как-нибудь сам.

– Ну, если тебе так уж не терпится, чтобы тебя окунули поглубже… – Засмеялся друг. – Тогда идём.

Сзади в плечи подтолкнул и не переставал хмыкать. Руслан в это время даже успел набрать кого-то, попросил купить букет цветов.

– Зря стараешься, она подачки не принимает.

– Уймись, знаток.

Танец уже закончился, Эля и Аркадий стояли за кулисами в окружении толпы поклонников. Мягкие игрушки, цветы, поздравления и пожелания – всё слилось в единую кучу, и подступиться к ним было просто нереально. Наконец, первичный ажиотаж спал, и Эля направилась в раздевалку в сопровождении, конечно, Аркаши.

– Эля, на минуту. – Попытался её остановить Эдик, но она проигнорировала зов. – Самойлова, сбавь обороты. – Уже более грозным тоном окликнул её тот.

– Балабанов, достал! – Громко отозвалась она, но не повернулась. Эдик даже надулся от возмущения.

– Иди сюда! Я хочу тебя кое с кем познакомить. – Вновь попытал он свои силы, когда Элю остановили, чтобы получить автограф.

Милой девочке она улыбнулась, даже сказала пару слов, хотя делала это редко, в это время молодые люди подошли поближе и остановились прямо за её спиной.

– Балабанов, не могу смотреть на твою рожу. – Пробормотала она всё так же стоя спиной, и подписывая открытки. Правда, вновь почувствовала дискомфорт, но пока не такой явный.

– А на меня посмотришь, красавица?

Внутри всё поджалось, на секунду Эля даже замерла, от голоса незнакомого мужчины жар окатил с новой силой, она даже не сомневалась, что это именно тот человек, который так жадно её рассматривал во время танца. Спину выпрямила, секунду посомневалась, а потом резко повернулась с уже готовой улыбкой. Перед ней стоял мужчина, точно такой, которого она представляла себе когда-то: высокий и темноволосый, с решительным взглядом и едва заметным прищуром. По виду, один из тех людей, от которых мама всегда советовала держаться подальше, но как тут удержишься, если один только взгляд чёрных глаз заставлял пылать.

– Руслан. – Решительно протянул он руку для знакомства.

– Очень хочется сказать Людмила, но нет, Эля. – Протянула она руку для знакомства без лишних разговоров. Балабанов даже рот открыл от удивления: мало того, что знакомится, да ещё и с явным удовольствием, чего за свои восемь лет общения с девушкой он никогда не видел.

– Вам нужно было танцевать в конце – ваш выход затмил все следующие пары.

– Приятно слышать, но, я так понимаю, никого кроме нас вы ещё не видели. И давай на «ты».

Он кивнул, соглашаясь, а Эля намерено притянула к себе Аркадия, всё-таки говорили об их паре, но Руслан даже поморщился, видимо вспомнив замечание друга, по поводу их с партнёром отношений.

– Элеонора, красавица! – Вмешался мужчина, не обращая внимания на то, что здесь и без него тесно. – Выше всяких похвал.

Он преподнёс шикарный букет алых роз, Аркадию руку в знак приветствия пожал, Элю даже поцеловать пытался, правда она, не скрывая отвращения отвернулась.

– Засунь свои цветы… – мельком глянула на Руслана и замялась. – В общем, туда, куда обычно.

Букет отклонила и взглянула довольно строго, явно показывая своё нежелание общаться. Мужчина не уходил, Эля краснела от злости, Руслан посмеивался в сторону.

– Эля, что ты делаешь сегодня вечером? – Решил он спасти ситуацию.

– Я планировала посмотреть выступления юниоров, но, если ты настаиваешь на ужине… – многозначительно посмотрела прямо в глаза, – то я готова уступить.

Рот открыли все присутствующие, а особенно Балабанов, даже хмыкнул, услышав такое, а Руслан и вовсе засмеялся, улавливая хитрость неотразимой провокаторши.

– Я настаиваю. – Сказал он уже другим, более требовательным тоном и взглянул по-другому, так, что колени поджались.

– Я буду готова через пятнадцать минут. Жди здесь.

Указания раздала, улыбнулась напоследок и ушла в сопровождении своего партнёра. Её поклонник ещё минуту потоптался на месте, пытаясь уловить смысл сказанных слов, плюнул с досады, развернулся и ушёл.

– С ума сойти. – Наконец опомнился Балабанов.

– В смысле?

– Как ты её… Видел этого? – Кивнул в сторону уходящего поклонника.

– По-моему Гершин, строительством занимается. – Прищурился Руслан, вспоминая.

– Ага, занимается. В тридцать лет олигарх… почти. Столько лет за ней ходит, а она и улыбки ему не подарила.

– Значит, мне повезло больше.

– Расскажешь потом, как тебе повезло, чувствую, скоро запахнет жареным..

Друга по плечу похлопал, сочувствуя, и решил уйти, не хотел снова сталкиваться с Самойловой, которая его не жаловала. С Балабановым Руслан распрощался, а сам действительно был удивлён. Эля продемонстрировала своё отношение к мужчинам, а, по словам Эдика, это было для неё обычным делом.

В это время в раздевалке удивлялся Аркаша:

– Ты серьёзно уйдёшь с ним?

– А что, симпатичный парень. – Эля отвела взгляд и улыбнулась в сторону, сама от себя не ожидала такой решительности.

– Парень? Да ему под сорок!

– Ну и что? Выглядит он прилично.

– Да, если к нему в глаза не заглядывать…

– А ты заглянул?

– Успел… в отличие от тебя.

– И что там?

Эля не сдержала смех, она уже знала, что может сказать партнёр, но всё равно слушала.

– Поиметь тебя хочет. И чем скорее, тем лучше.

– Боже, Аркаша, ты ревнуешь?

– Прекрати смеяться! Я беспокоюсь за тебя. Он подозрительно выглядит.

– А тебе никогда не говорили, что девушки обожают плохих парней?

– Прекрати!

– Пока, пока.

Эля помахала на прощание ручкой, дверь закрыла и затаила дыхание: в какой-то момент и самой стало страшно от такого резкого поворота событий.

– Я готова. – Услышал Руслан за спиной и обернулся.

Эля стояла и не была похожа на куклу, которой казалась после выступления: макияж стал более спокойным, на самой вечернее платье. Девушка из сказки о Белоснежке: чёрные, как смоль волосы, которые теперь спадали на плечи, белая, как снег кожа, алые губы, которые были слегка подкрашены блеском и зелёные глаза. Неестественно зелёные, изумрудные. Один взгляд из-под длинных ресниц и сердце бьётся быстрее. Идеальное тело и стройные ноги. Руслан даже не сразу заметил, как Эля смеётся над его выражением лица.

– Ну что? – спросил он строго и совсем уж не торжественно.

– Что?

– От поклонника избавилась.

– Если не хочешь вести меня в ресторан – так и скажи! – Глазами зло сверкнула, а Руслана это только смешило. – Уходить с одним мужчиной, чтобы избавиться от другого – это не в моём стиле. – Решительно добавила она и теперь расставила всё по своим местам.

– Куда едем?

– На твоё усмотрение.

Руслан уверенно обхватил за талию и больше не сомневался. Хотя и прежде отпускать не собирался, но игра ему нравилась, и он в неё решительно вступил. Довольно улыбался, при этом не упускал шанса прижать девушку к себе поближе. Эля же, жутко волновалась, она никогда прежде не оставалась с незнакомым мужчиной наедине, тем более с таким, с которым шутить не стоит. А уж в этом сомневаться не приходилось. Неизведанное пугало, но с ещё большей силой и манило. Это был именно тот человек, который должен быть рядом с ней.

Возле входа стоял внушительных размеров чёрный автомобиль, за рулём водитель, сзади ещё один автомобиль, попроще. На подходе к машине мелькнул человек, передал Руслану огромный букет роз, но, на удивление, белых, Эля даже глаза округлила от неожиданности. Села в машину, а сама букет рассматривает, не глядя на своего спутника.

– Что-то не так?

– Спасибо. – Опомнилась она и мельком глянула, вновь вернула взгляд к цветам. – Просто мне никогда не дарили белых роз, наверно основываясь на мой тип внешности… – Пожала она плечами, но в глаза посмотреть не рискнула.

– А если я скажу, что твои поклонники скупили все красные розы в городе, и эти купить пришлось, ты расстроишься?

– Я сделаю вид, что этого не услышала. – Эля смущённо кашлянула и немного отодвинулась к двери.

Оставшись с Русланом наедине, чувствовала себя уже не так комфортно, да и просто не хватало опыта общения с мужчинами. Чувствовала, как он смотрит, не скрывая интереса, явно хочет, чтобы она смотрела в ответ, но нет! Не на ту напал!

– Мне кажется или ты волнуешься?

– Волнуюсь. – Рискнула посмотреть ему в глаза. – Это первый раз, когда я не участвую в соревновании. Кажется, что придётся ждать оценок, наблюдать за выступлением соперников…

Скромно улыбнулась. Хотела более откровенно, маняще, но не получилось. Руслан старался состроить серьёзное выражение лица, слушая её рассказ, но глаза смеялись. И она, конечно, соврала, но он мог бы сделать вид, что этого не заметил.

В машине вёлся нейтральный разговор, суть его Эля забыла, как только из автомобиля вышла.

– Руслан Валерьевич, приятного вечера. – Метрдотель чуть ли на земле не распластался перед кавалером Эли, это было неприятно наблюдать, но тот, словно и не заметил такого обращения. Кивнул и сунул ему в карман купюру, но Элю порадовало, что Руслан не принимал такое отношение как должное, он, скорее, просто привык и давно перестал обращать на это внимание.

Шли по роскошному залу ресторана, мужчины то и дело привставали, чтобы поприветствовать вновь прибывших, вряд ли можно было подумать, что они именно Элю так встречали. С кем она познакомилась и планирует общаться, ей только предстояло узнать, но то, что это не простой человек, было уже понятно.

– Присаживайся.

– Спасибо. Так значит, Руслан Валерьевич? – Игриво заметила Эля.

– Тебе можно без отчества.

Руслан очень вежливо улыбался, но как только они оказались друг напротив друга, вновь прожёг её своим фирменным взглядом, да так, что щёки вспыхнули и во рту пересохло.

– Ты не мог бы так на меня не смотреть?..

– А как я смотрю? – Невинно развёл руками.

– Убийственно.

– Ты преувеличиваешь.

– Ничуть. От твоего взгляда я даже на сцене спрятаться не смогла, а теперь мы совсем близко и мне становится не по себе.

– Я же не виноват, что взгляд отвести не могу… ты очень красивая.

Эля лишь плечом застенчиво повела и улыбнулась в сторону. Было решено соблазнять, причём, не скрывая свои намерения на его счёт. Делала это как умела, но получалось довольно-таки забавно.

– Эля, Эля, Элеонора… красивое имя.

– Обычное.

– Я бы так не сказал.

– Моя мама из аристократической семьи. – Эля скромно улыбнулась, она редко рассказывала о своих родных. – Ещё до революции её семья считалась особо приближённой к императору. Мама Анжелика, бабушка Виолетта, так что моё имя – это лишь логическое продолжение традиции, не более.

– Я хочу узнать тебя поближе.

– А кто же тебе мешает? Я делаю для этого всё возможное.

– Я так и понял. Слышал, обычно ты поклонников не жалуешь.

– Можешь считать, что ты необычный.

– Удивила. – Зазывные взгляды и игривый тон, казалось, он ведёт свою игру, только пока их пути совпадают.

– Перестань, от тебя мужчиной веет за километр.

– И что ты хочешь мне по этому поводу предложить?

– Хочу провести этот вечер вместе, по-моему, для начала достаточно.

– Как знать…

Скромным разговор назвать было нельзя, особенно, когда его взгляды на себе ловила. Руслан был явно намерен прояснить всё и сразу, Эля же и вовсе готова окунуться с головой в новые отношения. Заказ уже был сделан, Руслан поедал Элю взглядом, а она не оставалась в долгу, всё бы ничего, если бы не мужчины, которые то и дело подходили к столику, чтобы лично пожать руку. Все бросали на незнакомую девушку взгляд, а особо наглый, даже познакомиться попытался.

– Руслан, давно не виделись, как дела? – Бесцеремонно подошёл молодой человек.

– Как всегда. – Без особого интереса отозвался тот.

– С девушкой познакомишь? – Вдруг спросил он, за что тут же получил осуждающий взгляд Эли.

– Молодой человек, вы нам мешаете, моё внимание на вас не рассчитано. – Грубо ответила она и не постеснялась лицо скривить, выражая своё недовольство.

– Я бы на твоём месте был с ней поосторожнее. – Заметил мужчина и лишь ехидно хмыкнул, но, правда, сразу же и удалился.

– Да ты, оказывается, грубиянка. – Вроде бы шутил Руслан, но на самом деле был, скорее, удивлён.

– Не люблю таких людей.

– Каких? Ты его даже не знаешь.

– А зачем знать, всё и так видно: мажор, прожигающий родительские деньги, так и хочет похвастать своим положением перед остальными.

– А ты точно его не знаешь? – Засмеялся Руслан. – Прямо в точку попала.

– Перестань, это ведь сразу видно.

– А по мне видно?

– Что?

– Вот ты мне и расскажи, что.

– Вообще-то, это ты должен делать мне комплименты.

– Я с удовольствием, но всё же интересно, что такого ты во мне нашла, ведь сразу решила перейти в наступление?

– Ну-у, ты мужчина… – Руслан наверно это выражение понял не правильно, поэтому насмешливо улыбнулся. – Уверенный в себе, самостоятельный. Пока хватит, а то ты загордишься…

– Куда уж дальше. А чем тебе тогда Олег не угодил, вроде и уверенный и самостоятельный?

– Какой Олег?

– Гершин.

– А, этот. Терпеть его не могу. Мало того, что из себя ничего не представляет, так ещё и выделывается.

– По-моему очень удачливый бизнесмен.

– Вот именно, удачливый. И вся его удача в том, что брат у него есть, за спиной у которого, как за каменной стеной.

– Брат?

– Ну вот, и ты не знаешь. Брат. – Ещё более уверенно повторила Эля. – Сергей. Вот он точно мужик, во всех проявлениях. А этот – сопляк. Ненавижу.

Руслан глянул на Элю с неподдельным интересом, даже улыбаться на мгновение перестал, что заставило её немного остыть.

– Мне кажется, ты к нему слишком строга. – Он смотрел в упор, снова стало жарко, но Эля улыбнулась, скрывая нервозность.

– Я его слишком давно знаю. В нём нет внутреннего стержня, он ни за что бы не вытянул своё дело. Его потолок преподавать на кафедре института. Он теоретик, вопросы решать совсем не умеет.

– Так близко знакомы?

– Да, я как раз с Сергеем первым и познакомилась, он женился на моей близкой подруге. А потом появился Олег, он тогда только институт заканчивал, но про него уже сразу было всё ясно. Сергей руководит всем бизнесом, а Олег… он прикрытие. Так сказать, лицо компании.

– Интересно.

– Разве ты об этом не знал?

– Мы никогда не пересекались, разные интересы. Но, признаю, подобное о нём слышу впервые.

– Не знаю. – Плечами пожала. – Это ни для кого не секрет.

– Ты для меня секрет. Загадка. На первый взгляд и не скажешь, что так хорошо в людях разбираешься.

– Знаешь, когда ты меня пригласил, я не думала, что мы будем о других мужчинах разговаривать. – Эля не то, чтобы упрекнула, но дала понять, что круг её интересов не так широк.

– А разве я тебя приглашал?

– А разве нет?.. Будем считать, что я прочла твои мысли.

– О чём я сейчас думаю?

Ответить не успела, вновь знакомые Руслана, нескромные взгляды в её сторону, разговоры о предстоящих встречах…настроение сразу испортилось.

– Что не так? Голова болит?

– Да. Здесь слишком шумно.

– Вроде нет.

– Шумно. От твоих знакомых, которые каждые две минуты бегут к нашему столику. Я больше никогда не пойду с тобой в ресторан.

Руслан лишь рассмеялся, но взгляд стал опасным и улыбка слишком уж уверенная.

– Куда ты хочешь?

– Я хочу посмотреть, как ты живёшь.

Что ж, предложение неоднозначное, прозвучало, правда, немного резко, но Руслану понравилось. Ему вообще Эля понравилась, её дерзость, манера поведения. Он молчал дольше, чем было нужно, оценивающий взгляд уже почти раздел, видимо, взвешивал все «за» и «против», затем он губы облизал и решительно кивнул.

– Только потом не говори, что ты осталась голодная.

Настроение Руслана явно улучшилось, довольно попросил водителя отвезти их домой, в машине не скромничал, руку за спину Эле положил, даже приобнял. Её бросало то в жар, то окатывало холодом, а самое обидное, что он всё это замечал, лишь иногда хмыкая и улыбаясь в сторону. Никаких предположений на этот счёт не высказывал, скорее всего, не хотел делиться впечатлениями с водителем, но вот когда оказались в его квартире, почувствовал себя полноправным хозяином. Свет зажёг и в дверях остановился, позволяя Эле осмотреться.

Квартира была просто огромная, сколько комнат даже навскидку не скажешь, отделана по последнему слову техники, интересные дизайнерские решения, игра света, в общем, от Руслана Эля такого не ожидала.

– Нравится? – Наконец спросил он, когда взгляды встретились.

– Подходит.

Уверенно шагнула вперёд Эля, правда уже через секунду отступила назад, заметив опасный взгляд, направленный в свою сторону. Руслан неспешно прошёл через всю комнату, небрежно бросил пиджак на кресло, открыл маленький шкафчик, как оказалось, мини-бар.

– Выпьешь?

– Я не пью.

– Совсем-совсем?

– Ни сколько, ни сколько.

Руслан ухмыльнулся, не поверил. Всё же налил вино в бокал.

– Знаешь, что-то мне подсказывает, что на трезвую голову ты мне не поддашься. – Бокал протянул, но Эля не приняла, отвернулась.

– Я не поддамся, даже если буду в стельку пьяная. – Заверила она, когда почувствовала жаркое дыхание за своей спиной.

– Ты меня плохо знаешь, девочка.

Он выпил, себе налил не вино, что-то покрепче. Это стало ясно, когда он стоял уже совсем близко: резкий запах алкоголя от его дыхания приятно дурманил, ещё секунда и это пьянящее дыхание уже касалось её щеки.

– Мне пора домой. – Прошептала Эля, когда почувствовала на своём плече горячую руку, но что-то подсказывало, что её не услышали.

Руслан крепко прижал к себе, одна рука обхватила талию, другая прикрыла грудь, он не шарил по телу, не искал возбуждения, он крепко обнял, прижавшись лицом к волосам.

– Никуда тебя не отпущу. – Судорожно прошептал он, а Эля плечом повела и засмеялась.

– Щекотно. – Попыталась из объятий вырваться, но напрасно. – Я не думала, что ты так быстро захмелеешь.

Руслан не отпускал, рука с талии опустилась на бедро, аккуратно погладила, затем, крепко обхватив ягодицу, он прижался сильнее, желание было уже не скрыть, но тот и не собирался. Пальцы нырнули в разрез платья, нащупали кружево чулка и Эля судорожно вздохнула.

– Хочу домой. – Смеясь, произнесла она, а сама голову на его плечо откинула и даже в глаза заглянула. Удостоилась скромного поцелуя в кончик носа.

– Девочка моя, о чём ты думала, когда сюда ехала?

– О тебе.

Рука Руслана резко поднялась выше по ноге и прижалась к тонкому белью. Эля вздрогнула. Вторая его рука по-прежнему надёжно фиксировала её рядом, он целовал шею, щекотал языком мочку уха, чем только смешил. Вырываться она и не собиралась, но и продолжения не хотела… пока.

– Ты меня не слышишь.

– Зато я тебя чувствую.

Эля резко повернулась и теперь стояла к Руслану лицом, от его взгляда стало ещё жарче, дыхание сбилось, и восстанавливаться не собиралось. Он нежно прикусил её нижнюю губу, а затем улыбнулся и одобрительно кивнул.

– Я хочу услышать, что ты сейчас собиралась сказать.

– Это может на тебя повлиять?

– Не думаю, но послушаю с удовольствием.

Голос бархатный, расслабляющий, но думает он явно не о том. Эля улыбнулась ему в губы, которые были уже на небезопасном расстоянии, даже легко их коснулась, обняла за широкие плечи и стала на цыпочки, чтобы прошептать ему на ухо.

– Я хочу увидеть тебя завтра. – Заглянула в его смеющиеся хмельные глаза. –Послезавтра. И после, послезавтра. – Руслан прижимался всё ближе, и Эля начинала шумно дышать. – Поэтому сейчас ты меня отвезёшь домой. Потому что я так хочу.

– Малыш, у тебя пока не получается… – Они медленно двигались к стене, Эля отступала пока в неё не упёрлась, одну ногу к нему на бедро закинула, сама прижалась.

– Я не хочу, чтобы ты делал поспешные выводы о моей доступности, дорогой.

Руслан рассмеялся и позволил ей отодвинуться, она обняла его за шею и повисла в объятиях. Улыбалась широко, чувствуя скорую победу.

– Причём здесь доступность? Желание двух людей совпало, вот и всё.

– Ты не будешь меня ценить…

– Девочка, я уже ценю тебя… за твою смелость. Ты дрожишь, но продолжаешь улыбаться, и это меня заводит.

Взгляд Руслана стал пристальным и тяжёлым, в один момент потемнел и заставил нервничать.

– Останься. И ты будешь видеть меня каждый день. Я хочу, чтобы ты была рядом.

Эля головой отрицательно качнула. Грустно улыбнулась и взгляд опустила. Он хмыкнул, горячее дыхание врезалось в шею, затем он её странно встряхнул и взглянул чересчур трезво.

– Дай мне пять минут… я остыну, и мы поедем.

Взгляд устремился на его брюки, и она засмеялась, из рук Руслана выкрутилась и стала на безопасном расстоянии.

– Что ты делаешь?

– Даю тебе остыть. Водичкой полить?

– Иди сюда. – Смеясь, прошептал сквозь зубы. Попытался за руку её схватить, чтобы обратно притянуть, но не успел: она уже спряталась за широкой спинкой дивана. – Ты сведёшь меня с ума. – Наконец рассмеялся он и неторопливо к дивану подошёл, сел и голову на спинку закинул. Встретились взглядами. Один поцелуй, едва коснулись губами друг друга.

– Останься. – Посмотрел так пристально, словно это не просьба, а приказ.

– Домой. – Пропела Эля и к дверям направилась.

У дома Эли Руслан напрягся. Весь этот вечер показался ему странным, необычным.

– Вань, Выйди! – Произнёс он командным тоном и даже по креслу водителю хлопнул.

Тот даже не оглянулся и выполнил всё беспрекословно, а Руслан к Эле повернулся. Двумя руками её лицо обхватил и лбом ко лбу прижался.

– Чем ты порадуешь меня на прощание? – Выдыхал прямо в губы, шумно и горячо.

– Мне свои трусики в залог оставить? – Рассмеялась Эля, и его руки от себя убрала.

– Грубиянка моя… ты здесь живёшь?

– Да, на четвёртом этаже. Но в гости не приглашу, не просись.

Руслан по коленке её гладил, пока предупредительный удар по руке не получил.

– А я хочу на завтрак напроситься.

– Ты шокируешь мою домработницу. – Снова рассмеялась Эля, а когда заметила, как напрягся Руслан, даже испугалась. – Что?

– Ничего, девочка. Завтра. На трезвую голову.

Он резко отодвинулся и стал совсем чужим, словно две секунды назад не прикасался губами к шее, не водил языком по груди, не смотрел пьяным и полным желания взглядом. Эля из машины вышла, и сердце бешено заколотилось, казалось, сейчас вырвется из груди. Она не понимала, что чувствует к этому мужчине: желание, страх, любовь? А может, всё вперемешку? Достоверно известно только одно: ей это чувство нравится. Сильный мужчина рядом это именно то, что сейчас нужно. Он не будет задавать вопросов, и сомневаться, он будет подчинять её волю и заполнять собой жизнь. Эля стояла на улице и обо всём этом размышляла, даже не заметила, что Руслан всё это время наблюдает, ждёт, пока она в подъезд войдёт.

– Ты передумала? – Подошёл он со спины, а Эля дёрнулась от неожиданности.

– Ху-у. – Дух перевела. – Напугал меня? Ты чего подкрадываешься?

– Да не крался я. Смотрю – стоишь, не уходишь. Ты здесь живёшь? – За руку взял и в глаза посмотрел, что-то хотел там увидеть.

– Здесь. Проводи меня.

Эля нахмурилась, она поняла, что Руслан не доверяет, но не сразу сообразила почему. А когда поняла – рассмеялась, чем его и вовсе смутила.

– Вот так. Я, можно сказать, в любви признаюсь, а ты смеёшься. – Улыбнулся он.

– Прости, я не слушала тебя, о своём задумалась. Так что ты там о любви говорил?

– У меня не было такой девочки как ты.

– Сказано неоднозначно. Причём здесь любовь? Или ты уже хочешь отправить меня в копилку разбитых сердец.

– Боюсь, как бы ты мне сердце не разбила.

– Не бойся, я твоя до самого конца.

Как раз после этих слов спустился лифт, Эля шумно задышала, прижимаясь к Руслану, почувствовала, как кружится голова, потемнело в глазах и она испугалась… испугалась, что он поймёт. Быстро приткнулась к нему, голову вверх подняла, хотя на свет лампочки было больно смотреть. Поцелуй был страстный и горячий, как и сам Руслан. Дверь лифта открылась, и они вышли, точнее, вышел Руслан: он уже держал Элю под бёдра и нёс на руках. Поцелуй не прекращался. Уткнулись в стену.

– Какая твоя? – Нехотя прервал поцелуй Руслан, сопел как паровоз, уткнувшись носом в волосы.

– Что?

– Квартира. Какая твоя? – Переспросил он и улыбнулся, глядя, как его девочка не хочет глаза открыть.

– Та, возле которой мы стоим. – Задыхаясь, произнесла Эля. Сумку протянула. – Там ключи.

Короткий поцелуй и Руслан уже отвлёкся. С замком справился легко, Элю вперёд пропустил, а она вдруг обернулась и руку ему в грудь упёрла, запрещая войти.

– Помни, о чём мы сегодня говорили: ты не будешь меня ценить. – Сделала попытку улыбнуться, дверь захлопнула и присела. В голове всё ещё шумело, но гул становился тише и совсем прекратился, когда в дверь позвонили. Дверь открыла, а там Руслан. Смеётся, а на указательном пальце держит маленькую сумочку, в другой руке ключи.

– Я завтра заеду. – Пообещал он, смеясь, и спустился вниз по лестнице.

Следующее утро Эля встретила с улыбкой: только из комнаты вышла и сразу увидела корзину цветов.

– С курьером прислали. – Пояснила домработница. – Там и записка есть.

Эля записку прочла, и плечи поджала, улыбаясь: «Я тебя ценю», было написано неаккуратным, явно мужским почерком. Сам написал! Значит, действительно ценит!

– Маша, ты на сегодня свободна. – Задумалась на секунду. – И, если можно, переночуй у себя в квартире.

Однозначный и явно влюблённый взгляд хозяйки, женщина расценила правильно, кивнула в ответ и улыбнулась. Такой счастливой Элю она ещё не видела.

Руслан не звонил и это был повод начать волноваться: было уже около восьми вечера. Конечно, она не думала о том, что тот будет звонить каждые полчаса, но хотя бы предварительно договорится, было можно. Телефон, который до этого даже в ванной из рук не выпускала, отшвырнула в сторону, нервно каблуком стукнула и посмотрела на себя в зеркало. Убедилась, что выглядит отлично и решила тотчас же выйти подышать. Уже на улице в голову пришла мысль расслабиться, а ничто так не расслабляет как танцы, поэтому направилась в ночной клуб. Было ещё достаточно рано, но некоторые заведения уже работали. Телефон с собой намеренно не брала: была уверена: захочет – найдёт.

Уже через пару часов танцпол заполнился желающими оторваться на все сто. Безусловно, Эля выделялась из толпы: ритмичные движения под зажигательную музыку давались легко и правильно, не повторялись. Она уже была окружена толпой из желающих познакомиться, когда прожгло изнутри – он здесь! Окинула взглядом зал, но никого не нашла, один из окружающих её парней, так же, как и она, отказавшийся от традиционной топталочки, приблизился. Теперь они были парой и танцевали друг с другом. Вновь обжигающий взгляд, который теперь не отпускал. В один момент голова закружилась и Эля упала в чьи-то объятия, головокружение мгновенно прошло, а её уже поставили на ноги. Обернулась, а сзади всё тот же парень, он даже не понял, что это было, принял за эмоциональный порыв, теперь был уверен в своей необходимости и решил познакомиться. В клубе все знакомятся развязно, без лишних слов. Он решительно Элю обнял, руки положил на бёдра ниже позволенного, улыбался нахально. В один миг его улыбка исчезла, он танцевать перестал и отошёл в сторону. Эля же продолжала стоять спиной, не двигалась, но чувствовала, как закипает кровь. Сзади её жадно обхватили, прижали к широкой груди, ладони легко прогулялись по телу и она, наконец, обернулась. Руслан стоял хмурый, молчал, не смотря на порыв пару секунд назад, он уже успел опомниться. Губы приоткрыты, он так и готовился в чём-нибудь свою красавицу обвинить. Но не успел. Эля зло схватила его за отвороты пиджака и притянула к себе, к уху склонилась и прокричала.

– Ненавижу тебя!

Уже через секунду отпустила и буквально выбежала из клуба. На крыльце остановилась и гневно обернулась, когда поняла, что Руслан стоит за спиной.

– Где ты был? – В глазах горит огонь, губы дрожат, а руки сжались в кулаки.

– Я работал, девочка.

Попытался рукой по лицу провести, успокаивая, но эту руку Эля решительно оттолкнула.

– Ты, трудоголик чёртов, позвонить мне не мог?

Руслан рассмеялся, ближе подошёл, и кулаки разжал, заставляя прижаться к себе и обнять. В шею поцеловал и улыбнулся, от его дыхания стало щекотно.

– Маленькая моя, девочка. Ты вчера так быстро захлопнула дверь, что не только сумочку забыла, но и дать свой номер.

– Это не оправдание, тебе ничего не стоило узнать его. – Продолжала обиженно ворчать Эля

– Не хочу ничего узнавать. Хочу, чтобы ты всё мне рассказала сама. Что на это скажешь?

– Ты теперь мне должен! – Возмутилась она и отвернулась. – Он меня облапал, а ты смотрел и ничего не делал!

– Каюсь, виноват. Бери, что хочешь. Я весь твой.

– Возьму. Но учти, пока ты работаешь… кто-то может и освободится. – Посмотрела, провоцируя, и сама прижалась.

– Любого закопаю. – Прошептал он на ухо и Эля с облегчением вздохнула.

– Я соскучилась.

В шею Руслана аккуратно поцеловала, носом в плечо уткнулась и украдкой поглядывала, как тот реагирует, а он лишь довольно улыбался.

Эле понравился его ответ, не суть в том, что он кого-то собирается закопать, суть в молниеносной реакции, в его взгляде, в интонации, которая при этом звучала. Он чувствовал, что она его женщина и это заставляло улыбаться. Эля не любила мужчин, которые позволяли своим девушкам изменять. Она считала, что мужчина должен быть только один и когда его встретишь, о других забудешь навсегда. И Руслан был таким мужчиной: единственным и желанным.

– Куда мы едем?

– В ресторан. Ты голодная?

– Голодная.

– Что хочешь?

– Ты, кажется, напрашивался на завтрак? – Глаза Эли сверкнули, это было заметно даже в темноте, и ногти впились в колено Руслана.

Он взгляд на колено опустил, усмехнулся, руку любимой разжал, а затем перевернул и подтянул к себе ладошку. Хмыкнул в неё, а потом нежно поцеловал.

– Домой, Вань.

– Ко мне. – Бодро добавила Эля.

– Вань, ты слышал?

– Да, Руслан Валерьевич.

Пока ехали в лифте, Эля крепко сжимала руку Руслана, улыбалась и нервничала ещё больше, если он улыбался ей в ответ. Кровь пульсировала по венам, больно била в виски, бросало в жар и оттого ладонь Руслана она сжимала всё крепче. Долго возилась с ключами, не могла открыть дверь, замки не поддавались. Тогда мужчина не выдержал и взял инициативу в свои руки: за считанные секунды справился с замком, включил свет, хозяйским жестом предложил войти. В общем, вёл себя так, словно бывал здесь уже не раз. По привычке небрежно кинул пиджак, ослабил узел галстука, а когда взглянул на Элю, которая топталась у входных дверей, не выдержал и рассмеялся.

– Детка, у тебя выпить есть? – Руслан даже голову на бок склонил, наблюдая за тем, как она заливается краской от одного только нескромного взгляда.

– Нет у меня ничего. Я же говорила, что не пью.

– Иди ко мне. – Руки к Эле протянул, но решил сам подойти. – Расслабься, девочка, всё хорошо.

– А разве я говорю, что плохо? И вообще, почему ты меня всё время называешь девочкой?

– Потому что ты моя девочка, мой малыш, моя детка…

Руслан к шее наклонился и прижался губами, Эля улыбнулась от прикосновения, но всё равно пыталась смотреть в глаза… неудачно. Руслан не отвлекался.

– Сколько тебе лет? – Вдруг спросила она, чтобы как-то мужчину отвлечь.

– Не волнуйся, восемнадцать есть.

Голос его звучал довольно-таки отстранённо, отвлекаться Руслан не хотел, но ещё мог шутить. Он всё понимал без слов: и то, что Эля нервничает, и то, что вопросами пытается себя отвлечь, и то… что безумно его хочет. Одним движением расстегнул потайную молнию платья, скинул бретельки с плеч, и оно соскользнуло на пол. Эля судорожно втянула в себя воздух, понимая, что стоит в одном белье перед полностью одетым мужчиной. Потянула за галстук, вытащила рубашку, заправленную в брюки, стукнула тяжёлая пряжка на ремне. Горячие губы прижимались к её телу, язык, играя, скользнул по коже над бюстгальтером. Эля ногтями впилась в голые плечи, Руслан тут же опомнился.

– Малыш, если хочешь, я уйду. – Прошептал он.

Вряд ли ушёл бы, даже если бы его прогоняли. Но Эля не прогнала, приткнула его голову к своей груди и выгнулась навстречу. Цепкие пальцы изучали гладкое тело, он привыкал, присматривался. Действовал осторожно, сдерживал себя.

– Где у тебя спальня?

– Не хочу… – Сорвалось с губ вместе со стоном от первого нетерпеливого рывка: Руслан подхватил под бёдра, и Эля в полной мере ощутила силу его желания.

– Где хочешь?

– Придумай что-нибудь…

Разговаривать уже не могла. Она забыла о своём волнении, о стеснении, тело бурно реагировало на любое прикосновение и дрожало, когда Руслан прижимал к себе. Остановились возле огромного дивана, который занимал почти всю гостиную. Миниатюрный журнальный столик показался лишним и уже в следующую секунду оказался опрокинутым. Руслан уставился Эле в глаза, замер, рассматривая её лицо, искал в нём знакомые черты, но не находил: сегодня она была другая, настоящая и очень красивая.

– Ты не против, если я буду без защиты?..

– Я только за…

Отчаянный стон вырвался после резкого проникновения. Эля поджала ягодицы, замерла, запоминая первые ощущения. Всё казалось как в первый раз.

– Тебе больно? – Руслан напрягся, так же замер. Реакция девушки была слишком бурной, закрались сомнения: а вдруг и правда, никого не было…

– Мне хорошо… с тобой.

Ещё один резкий стон, более громкий, чем предыдущий. Эля реагировала на каждое движение, жадно хватала горячий воздух, держалась за обивку дивана, когда после резкого движения любовника начинала с него соскальзывать. Решили переместиться на пол и правда, стало гораздо удобнее. Рядом сильный, уверенный мужчина, теперь в своём выборе Эля не сомневалась. Его запах, его дыхание, его мимолётный взгляд – всё для неё. К низу живота подкатывала горячая волна. Чувство, до этого неизведанное, но жутко приятное. В один момент жар перестал отходить к голове и сконцентрировался, после, словно взорвался внутри и ноги задрожали, захотелось закрыть глаза… Получила поощрительный поцелуй, лёгкий, скользящий. Руслан практически сразу перевернул к себе спиной, теперь действовал решительней, не осторожничал. Впивался пальцами в бёдра, склонился и прошептал на ухо что-то непристойное, Эля ответить не смогла. Улыбнулась. Дрожащие руки отказывались упираться в пол, и она сдалась, упала под тяжестью мужского тела после очередного рывка.

– Руслан… кончай… – Вроде как просила она.

Десять секунд бурного проникновения и он затрясся, сухо простонал сквозь зубы, до боли сжал кожу ягодиц. Лёг рядом, отдышался, потом улыбнулся и повернул к себе.

– Ты красавица.

– Я знаю.

– Ничего ты не знаешь… – Рассмеялся. – Устала, маленькая моя.

– Устала.

Эля лениво потянулась, но после подвинулась ближе и поцеловала его в губы. Руслан бодро подскочил, схватил её на руки.

– Так, где ты говоришь, спальня?

– Там. – Невнятно кивнула, тыкнула пальцем в сторону и губы поджала, когда в комнату домработницы пытались вломиться. До нужной двери дошли и Руслан на кровати развалился, а Эля наоборот встала.

– Я в душ.

– Ты не задерживайся, иначе я присоединюсь.

Когда вернулась, он лежал в таком же положении, но не спал, хотя первая мысль была именно такая. Эля прошла мимо него, легла с другого края кровати, а когда получила очередной убийственный взгляд: он был серьёзен и о чём-то задумался, отвернулась.

– Скажи, что хочешь. – Первой не выдержала она после двух минут молчания.

– С чего ты взяла, что я хочу говорить?

– Тогда спроси…

За спиной Руслан хмыкнул, но потом за руку Элю потянул, к себе поворачивая. Взгляд был всё тот же, вопросительный, но он словно не решался озвучить то, о чём думал. Даже смешно… кто, кто, а Руслан… не решается…

– Как давно у тебя не было мужчины?

Спросил и Эля замерла. Почему он спросил именно так, и не как-нибудь иначе, почему он так в этом уверен?.. Глаза от неловкости закрыла, но это не спасало, даже так она чувствовала, что он смотрит. Смотрит и ответа ждёт, словно она обязана отвечать. Мысли путались, да и врать Эля не умела, и не хотела.

– Так заметно, да?

– Я просто спросил.

– Мне кажется, что просто так ты ничего не спрашиваешь.

– Ответишь?

Руслан за подбородок взял и к себе повернул, но Эля головой дёрнула, грустно улыбнулась. Потом сама его взгляд нашла.

– А если я скажу, что ты мой первый мужчина, поверишь?

Он напрягся, на край постели присел и спиной отвернулся. Ответ его не то, что не устроил, он его убил. Тяжело вздохнул, плечи расправил, по женской лодыжке рукой провёл, а потом её же крепко сжал.

– Малыш, мне не шестнадцать лет, чтобы верить в такую чушь… не хочешь говорить – не говори. Просто не надо из меня дурака делать.

– Да, я помню. Тебе уже есть восемнадцать. – Эля не решалась улыбнуться.

Она не понимала такую странную реакцию, но решила не переводить всё в ссору, а, видимо, именно к этому и шло. За плечи обняла, а он повёл ими независимо, стараясь от объятий избавиться. Нервно вздохнул, когда ничего не вышло, но больше ничего не предпринимал.

– Мне ещё не было восемнадцати… – С тяжёлым вздохом начала она, но замялась, подбирая слова. – Танец никак не получался, а мы тогда к чемпионату Европы готовились, в первый раз. Тренер была недовольна, движения не ложились на музыку, все нервничали. Потом ко мне подошёл один мужчина, не знаю точно, кем он был, что-то вроде международного эксперта. Он тогда заявил, что мне не хватает страсти, женственности, сексуальности… – Нервно губы облизала, видела недовольное выражение лица Руслана. – Я и решила, что надо что-то делать. Вечером домой пришла, набрала номер одного человека, соседский мальчишка. Он был старше меня лет на пять, но я всегда общалась с ним на равных. Его я и позвала. Тренировки прервали на неделю, всем надо было отдохнуть, и я отдохнула. Глупо наверно, но после возобновления тренировок всё изменилось. Аркаша тогда сказал, что у меня огонь в глазах появился.

– Твой партнёр?

– Да. С тем парнем я больше не встречалась. Виделись, конечно, но ничего больше.

Эля на кровати откинулась, а Руслан всё ещё сидел спиной, правда, уже не был так напряжён.

– А мужчина ты у меня первый, как ни крути.

Рассмеялась и в спину Руслана ногой толкнула, когда он и на эти слова не ответил. Он улыбнулся, потом резко развернулся и за ногу эту потянул на себя, принимая очень удобную позу.

– Ну и хрен с ним… Пусть первый. – К губам приблизился, едва их языком коснулся. – Последним быть хочу.

Проснулась Эля от горячего дыхания, которое усердно врезалось в её лицо. Руслан уже не спал, когда она глаза открыла, улыбнулся.

– Кто-то обещал мне завтрак…

– Не понимаю о чём ты. Иди, и мне приготовь. – Эля Руслана ногой оттолкнула и добавила: – Не люблю яичницу.

Накрылась одеялом с головой, а когда проснулась в следующий раз, уже был первый час дня. Огляделась: Руслана нет, в квартире полная тишина. Плечами пожала, расстроилась, но вошла на кухню и улыбнулась. Удивительно, но зная этого мужчину всего два дня, второе утро подряд начинает с улыбки: на столе стоял остывший кофе, рядом записка: «На сковороде не яичница – омлет». Как тут не улыбнуться…

Пока себя в порядок привела, наткнулась на ещё одну записку, уже в гостиной: «Твой телефон так и не нашёл, оставляю этот. P. S. Этот номер я знаю». А рядом новенький телефонный аппарат, только бантика на коробочке не хватает.

Прошло уже две недели новых бурных отношений, которые забирали все силы, но давали взамен столько же счастья. За это время Эля узнала, кто такой Руслан Валерьевич Кабаев. Из достоверных источников и интернета выяснила, что он крупный бизнесмен, занимается нефтепереработкой. Есть смежный бизнес, но он не афишируется (что и не удивительно), мужчина серьёзный, точнее говоря, авторитетный, что, кстати, Элю совсем не пугало. С подобными личностями она, конечно, так близко ещё не общалась, но на Руслана смотрела проще, так же, как и до подобных выяснений. За это время она получила ключи от его квартиры, автомобиль с личным водителем, культурную программу каждый вечер и бурные ночи, которые долго не могла забыть. Даже в его офисе освоилась. Секретарша Руслана оказалась милейшей девушкой, почему-то Эля сразу поняла, что та на её любимого никаких видов не имеет, а когда выяснилось, что она ещё и давняя поклонница «латины», и вовсе сдружились. Эля теперь всегда знала: где и с кем её мужчина, могла в любой момент наведаться с проверкой или с сюрпризом, чем Руслана, скорее смешила, а не напрягала. В офисе, в основном, ни с кем не общалась, но одну неприятную особу всё же для себя отметила. Молодая девушка, на вид была старше Эли года на два, правда внешний вид её был далёк от официально-делового, которого придерживались здесь все, без исключения. Внешность броская, эффектная, макияж вызывающий, огромное количество бижутерии, которую Эля про себя называла погремушками, так же бросалось в глаза. Да и чрезмерная, по мнению Эли близость, к своему шефу, напрягала. Это сразу навело на подозрительные мысли, а уж когда Эля заметила косые взгляды в свою сторону, да при этом и недовольные, то пазл сложился сам собой. Для решения волнующего вопроса обратилась к секретарю.

– Ира, у меня к тебе нескромный вопрос, можно? – Начала издалека, чтобы сразу не спугнуть. Сплетни и бабьи склоки Руслан не любил, и об этом знали все.

– Спрашивай. Мне скрывать нечего. – Понимающе подмигнула и улыбнулась.

– Ты всё поняла, да?

– Эля, а кто не поймёт? Эта Вероника так и мечет стрелы тебе в спину.

– Вероника, значит… что о ней скажешь?

– Ничего особенного. Просто стерва. Переплюнет через любого, чтобы своей цели добиться.

– А Руслан?

– Под монастырь подведёшь меня… – Сверкнула глазами, когда мимо бухгалтерша прошла. – Я лично ничего не видела, но слухи ходят. Он позволяет ей больше, чем остальным. – Шёпотом заговорила и из-за стойки немного поднялась. – Она может позволить себе войти без стука и кабинет его после на замок закрыть, а глаза при этом похотливые, как у сучки.

Эля ухмыльнулась, они с Ирой поняли друг друга с полуслова, но новости не обрадовали.

– Последнее время, как ты, видимо, появилась, ходит сама не своя, бросается на всех, Руслана Валерьевича подлавливает, но разговоры точно не о делах ведёт.

– А он?

– Он никогда прилюдно на неё внимания не обращал, он до тебя вообще свою личную жизнь напоказ не выносил. По крайней мере, в офисе его девушек видно не было.

– Спасибо, выручила. Слушай, у неё такие духи ядовитые, можешь узнать название. Очень надо. – Для выражения чувств Эля даже пальцами по шее провела. В её голове уже созрел хитрый план.

Название духов Эля вскоре SMS-сообщением получила, но только это пока не пригодилось – Руслан уехал в командировку на три дня, Веронику свою с собой взял! Мерзавец! Ещё говорил, что любит! Звонил, говорил, что скучает, но это успокаивало мало, а когда вернулся, и вовсе, так усердно делами занялся, что и не заехал.

– Ира, ты не знаешь, где Руслан? – Нервно пытала секретаря Эля. – Телефон не отвечает. Он вообще приехал?

– Приехал. С утра на совещании всех распинал. Крик стоял жуткий.

– А сейчас он где?

– В спортклубе.

– Где? – Эля даже с кровати своей вскочила от возмущения: значит, на спортклуб у него время есть, а на неё, значит, нет?! – Адрес!

Узнав название нужной улицы уже ни секунды не раздумывала. Злость прожигала изнутри, глаза горели. Достала из шкафа новенькое платье ярко-красного цвета (он ей очень идёт), помаду в тон, дорогущие туфли из последней коллекции какого-то итальянского дизайнера, мама привезла недавно из поездки. Не забыла про жутко гремящие браслеты всех оттенков радуги (точно такие же как-то видела у Вероники, даже запомнила, ужаснувшись безвкусием) и духи – контрольный выстрел. Водитель уже ждал у подъезда. Милый парень, с ним Эля тоже подружилась, хотя, сначала он отнекивался, видно, Руслана опасался, а потом освоился и к жизнерадостной и общительной Эле привык.

Перед входом в клуб, засомневалась, правильно ли поступает, но за две недели с Русланом, значительно обнаглела, почувствовала свою власть над ним и решила не отступать. Молодой охранник пропускать её не спешил, и даже на пути встал.

– Девушка, это закрытый мужской клуб. – Отрапортовал он, хотя под грозным взглядом, немного съёжился.

– Я что, похожа на человека, который не соображает куда идёт?! – Возмутилась Эля. Сама себе удивилась, прежде такой эмоциональности за собой в обычной жизни не наблюдала.

– Вход только по клубным картам.

– Я что, на мужика похожа? Откуда у меня твоя карта?

– Тогда я не могу вас впустить. – Даже как-то обрадовался тот.

– Борис Орлов. – С каменным лицом произнесла Эля.

– Что?

– Борис Орлов. – Ещё громче повторила она и взглянула так, что парень уже и пожалел, что сюда работать устроился. От прохода отступился и взгляд опустил.

– Вот так. И запомни, – наклонилась к нему ближе, – ещё раз меня остановишь, уедешь в своё Иванова курятники сторожить.

Это было имя, которое открывало перед Элей любые двери. Услышав его, люди даже боялись уточнять, кто именно перед ними стоит, чтобы не нарваться на крупные неприятности. Такое оружие она прежде никогда не использовала, но сегодня – сам Бог велел. Шла по светлым коридорам клуба, непристойно виляя бёдрами. Ловила на себе нескромные и похотливые взгляды мужчин, проходящих мимо. Довольно улыбалась. А некоторым даже помахала в знак приветствия, чем и вовсе повергла в шок. Такое внимание ей нравилось, хотя она и была сегодня похожа на шлюху: со слишком ярким макияжем для двенадцати часов дня, с ядовитыми духами, которые даже равнодушных заставят обернуться, в обтягивающем красном платье, которое на разгорячённых во время тренировки мужчин, действовало безотказно. Шла уверенно, громко цокая каблуками по выложенной плитке, а когда к нужному залу подошла, перевела дыхание. Дверь приоткрыла и обомлела: Кабаев стоял у боксёрской груши, активно махал кулаками, отрабатывал удары. Спина голая и влажная, от возбуждения Эля даже ягодицы поджала, нижнюю губу закусила и улыбнулась, вспомнив о последней проведённой с ним ночи. Коротко стриженый затылок, широкая спина, сильные натренированные руки – он был безупречен, чем просто сводил с ума. Стоял в широких трикотажных штанах, в голову так и лезли мысли о том, как бы оказаться с ним наедине. Но нет! Не сейчас! Он стоял спиной, и это было весьма удачно, Эля уверенно дверь распахнула и с невероятной скоростью направилась к Руслану. Видела, как в её сторону кинулся мужчина, видимо тренер, хотел задержать, но потом одумался, его смог остановить один только взгляд. Эля заметила, как мужчины за её спиной, которых в зале оказалось куда больше, чем она могла представить, замерли, ожидая развития событий, к кому она направлялась было уже ясно, когда подошла совсем близко, Руслан так же остановился, голову в её сторону слегка повернул, но не посмотрел. Эля к его влажному телу прильнула, руки под его руками провела и за грудь приобняла, своей грудью к спине прижималась всё сильнее. Губами к уху потянулась, но не дотронулась, просто дышала: жарко, страстно, с расстановкой. Руслан на её руки глянул, нервно и тяжело вздохнул. Было слышно, ка зубы сжал.

– Ника, мы уже об этом говорили. – Зло прошипел он сквозь зубы, а Эля просто взбесилась.

Значит, она может позволить себе нечто подобное?! Значит, она так близко, а он её даже не думает уволить, по командировкам таскает?! Развернула его к себе лицом и хлёсткую пощёчину влепила. Отзвук по всему залу прошёлся, а кто-то сзади охнул и, видимо, свою щёку потёр.

– Мерзавец! Ненавижу! – Прокричала ему изо всех сил.

Даже не стала ответную реакцию ждать, развернулась и ушла. Видела, как он удивлённо глазами хлопал, но не остановилась. На какую-то долю секунды, даже мысль промелькнула, что он её тоже ударить может… глупость.

– Эля! – Крикнул он вслед, даже было слышно, что пару шагов сделал, но догонять не стал. – Эля, твою мать. – Ругнулся чуть тише и что-то на пол бросил.

– Фурия. – Услышала позади себя незнакомый мужской голос.

А когда дверь захлопнулась, мужчины начали понимающе качать головой. В знак сочувствия.

– Руслан, это твоя новая, что ли? – Хохотнул кто-то.

– И зачем тебе этот детский сад? – Возмутился тренер, дружески похлопал Руслана по спине.

– Она не так глупа, как хочет казаться. – Вздохнул Руслан, набирая номер на телефоне. – Даже умнее, чем хотелось бы. Алло, Кирилл, сейчас Элеонора Борисовна выйдет, так ты её по стоянке покатай, хорошо, я скоро буду. – На сброс нажал, а тренеру объявил об окончании тренировки.

Эля всё поняла и даже не удивилась тому, что Кирилл повёз её по кругу. Молчала, сверлила взглядом его затылок. Когда машина остановилась и открылась дверь, перед собой увидела Руслана, он даже не оделся, по-прежнему стоял с голым торсом, что признаться, мгновенно возбудило, и даже похотливо улыбнуться захотела, но свой порыв сдержала. Он молчал, смотрел на неё в упор. Эля даже голову не соизволила повернуть, когда Руслан руку подал, предлагая из машины выйти. Правда, взять эту руку, она согласилась, как истинная леди на сидении повернулась и сразу обе ноги на асфальт поставила. Тогда Руслан попытался приобнять, чтобы отвести в сторону, а она мгновенно вспыхнула от злости, как спичка, и решила отношения выяснить прямо на улице.

– Не прикасайся ко мне, ты мокрый и потный! Платье мне испортишь! – Посмотрела гневно и тут же отвернулась.

– Две минуты назад тебя это не останавливало. – Ехидно заметил он, но даже не улыбнулся, видимо тоже был напряжён неприятной ситуацией.

– Я обнимала любимого мужчину, а ты предатель!

– Не кричи.

– Предатель! И пусть все слышат!

– Эля, ерунды не говори. – Руслан чуть повысил голос и снова приблизился, а Эля его в грудь толкнула изо всей силы.

– Я тебя ненавижу!

– Ты это уже говорила. Остынь.

– И не подумаю. Ты что о себе возомнил, что я тебя испугаюсь, что всё прощу?

– Давай не здесь. – По-прежнему уговаривал он.

– Не трогай меня! – Руки его снова оттолкнуть попыталась. – Прими душ и только потом руки распускай.

– А ты меня дождёшься? – Он широко улыбнулся, понимая, что вся эта обида, не более чем спектакль.

– А что я, по-твоему, до сих пор здесь делаю? – Руки на груди сложила, стала вызывающе-агрессивно?

– Мне казалось, ты уехать хотела?

– Не делай из меня дуру, если бы я хотела уехать, то не села бы в эту чёртову машину. – С досады по колесу пнула, даже новеньких туфелек не пожалела, правда, потом бросила на них короткий взгляд.

– Я другие тебе куплю. – Усмехнулся Руслан, заметив её смятение. – Я скоро.

В машину садится Эля и не собиралась. Стояла. Нервно стучала пальцами, руки были по-прежнему сложены на груди. То и дело вздёргивала подбородок, оглядывалась. Прошло десять минут. Больше ждать не стала, решила поторопить. Вновь в клуб вошла, на охранника грозный взгляд бросила, правда, тот и не собирался ей препятствовать.

– Где здесь раздевалка? – Резко спросила она и даже остановилась, чтобы ответ выслушать.

После недолгих объяснений быстро нужную дверь нашла. Распахнула её, не задумываясь, и улыбнулась: Руслан стоял с полотенцем в руках, даже нервно дёрнулся, когда Элю увидел. Он был абсолютно голым, но, по какой-то причине смутился, и даже прикрылся своим полотенцем.

– Малыш, это мужская раздевалка. – Улыбнулся он, когда Эля уже жадно прижималась к нему.

– Я не собираюсь тебя ни с кем делить, со свету её сживу. – Тихо прошептала Эля и уткнулась носом в грудь. Короткие волоски щекотнули, и она чихнула, крепко зажмурив глаза. Неловко улыбнулась, а затем вспомнила, насколько близко она стоит к голому мужчине. Грудь, призывно поднималась, возвышаясь над узким платьем, губы немного приоткрыты и дыхание двоих сливается в одно.

– Девочка моя, – Руслан отстранился, губу закусил, но ещё спокойнее продолжил: – За стенкой под душем стоят пять голых мужиков, а ты сейчас здесь на что-то намекаешь. Давай в машине… поговорим.

– Пообещай, что уволишь её.

– Давай не здесь.

– Пообещай!

– У меня с ней ничего нет. – Взгляд Эли требовал другого ответа. – Обещаю.

Только Руслан замолчал, как из душевой и правда, вышел абсолютно голый мужчина, Эля старалась на него не смотреть, но то, что он был старый и толстый, заметила, он не мог разглядеть за широкими плечами Кабаева девушку, поэтому шёл достаточно спокойно.

– Романыч, – обратился Руслан со смехом. – Ты бы прикрылся, тут всё-таки дама.

Мужчина не сразу понял, о чём ему говорят, но всё же обернулся в полотенце, а когда Эля смущённо кашлянула, и вовсе выругался в полголоса.

– Кабаев, здесь не твоя личная приёмная. – Сказал, а сам и не смотрел в их сторону. К своему шкафчику отвернулся, и бесцеремонно полотенце сбросил, оголив непривлекательное волосатое тело.

Эля скривилась, глянув в сторону, а затем, скорее, с досадой, вздохнула.

– Жду тебя в машине. – И одними только губами добавила: «Хочу тебя».

Подмигнула. Усмехнулась, неприлично вильнула бёдрами, правда, пока оглядывалась, в дверях чуть не столкнулась с ещё одним раздетым мужчиной, который от неожиданности в сторону шарахнулся. За закрытой дверью мужской раздевалки послышались голоса вперемешку со смехом, а Эля записала это в свою маленькую копилочку личных побед. Она получала удовольствие от подобных сюрпризов, ей нравилось заводить Руслана в тупик… и заводить его вообще. Первое время он даже злился на такое поведение, а теперь принимал её выходки, как должное. На выходе из клуба столкнулась с неприятными личностями, незнакомыми, но жутко наглыми. Они освистали и, скорее всего, даже пару неприличных жестов показали вслед, но Эля и этому была рада: на неё обращали внимание, её хотели, и совсем не важно, как мужчины выражают своё желание.

В машину Руслан вернулся уже более серьёзный. Разговаривал по телефону, решал какие-то проблемы, раздражался. На Элю изредка бросал взволнованный взгляд, беспокоился, видимо, как она отреагирует на его сообщение о том, что пообедать вместе и, тем более, отношения выяснить, не получится. Но объяснять, в принципе, ничего не пришлось: у Эли так же зазвонил телефон, а взглянув на дисплей, ещё даже не отвечая, она сама об этом сообщила в полголоса.

– Не обидишься, если я сейчас сбегу. – Губки надула и к щеке их пристроила, подлизываясь. Руслан понимал, что это тоже, не более чем игра, она-то давно поняла, к чему ведут его подобные разговоры. При этом постарался сделать расстроенный вид, он якобы обиделся, она его бросает. Подыгрывал.

– С ума сойду. Ты с кем?

В ответ не получил никаких объяснений, Эля только плечами пожала. Она всегда так делала, когда отвечать не хотела и, даже если это напрягало, после первой же улыбки, Руслан не мог устоять и забывал о своих вопросах. По телефону Эля практически ничего не сказала, притормозила водителя и вышла.

– Кир, отвезёшь Руслана Валерьевича, и меня наберёшь потом, сегодня ещё понадобишься.

Руслану ручкой помахала и была такова. Можно было бы её приревновать, если бы сам не видел, как отшивала всех мужчин: без права на капитуляцию. Это, признаться, Руслана радовало. Прежде он и подумать не мог, будучи патологически ревнивым, что вот так просто отпустит свою девушку, а сейчас тревожные мысли голову покинули. Казалось, раз и навсегда.

– Ну, привет, красавица. Ты как? – Эля бросилась в объятия подруге.

Долго любовались друг дружкой, а потом, обнимались. Встретились в торговом центре, поэтому встречу отпраздновали многочисленными покупками. Безумно устали и всё же решили где-нибудь присесть. Нашли ближайший ресторанчик, и засели там, видимо, надолго. Подруга только что вернулась с двухнедельного круиза, была полна впечатлений, ей было, что рассказать. Но и изменения в Эле, заметила сразу.

– Так, говори быстро, что у тебя произошло, пока меня не было. – Рита посмотрела строго, даже попыталась брови нахмурить, но тут же рассмеялась. – Я заходила к тебе домой, мама сказала, что ты съехала. Времени не было, поэтому подробности не стала у неё уточнять. А вот сейчас я вся твоя. – Рита улыбнулась, сделала хитрые глазки и даже рукой махнула, заставляя рассказывать.

– Я влюбилась! – Торжественно произнесла Эля и на этом загадочно улыбнулась.

– И всё? Это всё, что ты хочешь мне сказать? – Рита снова нахмурила брови, даже за щёку подругу потрепала, так хотела побыстрее подробности выяснить.

– А что ещё я должна сказать?

– Как это?! Кто он, откуда, чем занимается, как познакомились. Я всё хочу знать. Красивый?

– Красивый. – Эля от счастья зажмурилась, а потом всё-таки один глаз приоткрыла, к которому Рита уже успела кулак поднести, угрожая. – Красивый, умный, настоящий мужчина. Просто воплощение моей мечты! Он увидел, как я танцую и не смог устоять.

– Танцуешь?! О чём ты?! – Рита была одной из тех немногих, которые о состоянии Эли знали от первого лица.

– Да, ты как раз в поездку собирались, и я тебе не сказала. Аркашу пригласили выступить на открытии чемпионата, а он предложил мне стать с ним в пару.

– С ума сошла!

– Да, но теперь я счастливая, любимая… и удовлетворённая.

– Что, всё настолько хорошо?

– Всё прекрасно!

– Так что? Вы вместе живёте что ли? Так сразу? Твоя мама сказала, что ты месяц как из дома уехала?

– Нет, я уехала, когда тренироваться начала, а с Русланом познакомилась, на выступлении. Вместе мы не живём, хотя, он, как мне кажется, не против, ключи практически сразу вручил, но пока мне у себя комфортнее.

– Руслан, значит. Быстрые вы. А тебе не кажется, что он что-то от тебя хочет?

– Знаешь, я думаю, он даже не в курсе, кто мой папа. Всегда такие вопросы странные задаёт, удивляется всё, волнуется, кто же спонсирует мою жизнь.

– Хорошо, если так. Но всякое может случиться.

– Рита, не каркай. Я впервые влюбилась, не хотелось бы, чтобы всё вышло так прозаично.

– Да перестань, я не права! Конечно же, всё будет хорошо. А он знает, о твоей болезни?

Тут Эля заметно помрачнела, тяжело вздохнула и отрицательно покивала головой.

– Совсем с ума сошла! – Рита даже руками всплеснула. – И что будешь делать?

– Я не собираюсь ему ничего рассказывать.

– А что ты собираешься делать? Расстаться с ним?

– Рита… всё будет не так, если он узнает. Он начнёт меня жалеть, беречь, если и вовсе не бросит. А я не хочу ни того ни другого, ни третьего. Я хочу взять от жизни всё, что мне положено.

Эля отвернулась в сторону, навернулись слёзы, но она отмахнулась от них и старалась выдавить улыбку. А когда вновь посмотрела на Риту, вообще не поняла, что с той произошло: она уставилась в сторону входа в ресторан, не могла отвести взгляд. Эля тоже повернулась, тут же отметила силуэт мужчины, который быстро направлялся к ним через весь зал. Взгляд подняла, и неподдельная улыбка расцвела на лице: это был Руслан. Она, не медля ни секунды, подскочила и направилась ему навстречу.

– Привет, ты как здесь? – Быстро в щёку его клюнула и принялась разглядывать, словно и не виделись пару часов назад.

– Увидел тебя, решил подойти. А ты?

– Вот, встретились с подружкой, накупили много всего-всего, устали, решили отдохнуть. Познакомься: Рита, моя лучшая подруга! – Эля отступилась и показательно махнула рукой. Сказать, что Руслан не обрадовался – это ничего не сказать, улыбка медленно сползла с его лица, губы скривились в неприятной усмешке.

– Кто же в этом городе не знает Марго.– Сказал таким тоном, что покоробило не только Риту, но и Элю и, конечно, его самого. – Привет. – Недружелюбно кивнул.

– Привет. – Рита и вовсе растерялась, а потом глаза в сторону отвела.

– Малыш, на минуту.

Руслан Элю под локоть взял и тут же в сторону отвёл. Остановились недалеко от столика, Он сам к Рите спиной отвернулся, а Элю напротив себя поставил, чтобы её тоже видно не было.

– Что это за новости? Подружка стриптизёрша?

– Ну, допустим, не стриптизёрша, а танцовщица. И что за тон? – Эля рукой дёрнула, но куда там, Руслан и не думал её отпускать.

– Мне не нравится, что ты с ней общаешься. – Заявил он так, словно та преступление совершила.

– Руслан, мне тоже не нравятся люди, с которыми общаешься ты, но я же себя так не веду! – Руку Эля всё же вырвала.

– Серьёзно?! – Хотел ещё добавить, правда, хотел, но потом его взгляд смягчился, он на часы глянул и заговорил добрее. – Эль, я вообще-то не о том хотел… мне надо уехать.

– Что? – Эля нахмурилась ещё больше. – Ты только приехал!

– Проблемы, надо съездить. Ты же понимаешь, деньги требуют внимания. – Он виновато улыбнулся, но Эля и не думала уступать.

– Я тоже внимания требую. И даже больше, чем ты можешь себе представить.

– Эля…

– И если ты будешь себя так вести, я найду того, у кого будет на меня время. – Сказала, а сама губы надула. Расстроилась. Аккуратно в глаза заглянула и придвинулась, нерешительно.

– Малыш, не злись.

– Руслан, я скучаю… Если бы я сама сегодня не пришла, вообще бы не увиделись!

– Два дня. Я приеду и всё отработаю. – Руслан пальцами за подбородок Элю взял, взгляд её поймал и поцеловал, едва касаясь губами губ.

– Ага, два часа мне подаришь… великодушно. – Аккуратно его кулачком в грудь толкнула, но взглянула без злости, даже улыбнулась.

– И я прошу тебя, не общайся со своей подругой. – Его голос снова принял командный тон.

– И не подумаю. – Попыталась оттолкнуть Руслана, но он снова вцепился в руку.

– Девочка, давай так договоримся, сейчас ты просто выполнишь мою просьбу. – Эля взглянула зло, а Руслан зубы стиснул. – Мою просьбу. – Повторил он, пытаясь не повысить голос. – А через пару дней я приеду, и мы об этом поговорим подробнее.

– У тебя с ней что-то было? – Эля в глаза ему посмотрела, а сама боялась увидеть в них ответ.

– Ерунды не говори! Пока. – В лоб поцеловал, как маленькую, и ушёл, даже не оглянулся.

Эля ничего ответить не смогла. Конечно, поверила, что ничего не было, но неприятный осадок остался. И это его выражение: «девочка», обычно он так говорит, если что-то серьёзное случилось, а тут…С минуту стояла, не знала, как к Рите подойти, как ей всё объяснить, с чего начать разговор, но потом улыбнулась, кулачки зажала и вернулась за столик. Риту увидела и вся уверенность испарилась: та смотрела на неё с недоумением, и ей было что сказать.

– Значит, вы знакомы… у вас что-то было? – Голос дрогнул. Не хотела спрашивать, честно, даже не собиралась, но увидела взгляд подруги, какой-то осуждающий, и не сдержалась.

– Не волнуйся, не было. – Отмахнулась Рита, но поговорить хотела о другом. – И как тебя угораздило, Элька? – Рита встревоженно глянула и вздохнула.

– Что ты имеешь в виду? У вас всё-таки что-то было, да?

– Не было ничего! – Рита взяла себя в руки. – И быть не могло. Он слишком брезглив, чтобы со стриптизёршей связываться. Ненавижу его. Смотрит на всех девочек с таким презрением, словно царь и бог.

– Что ты такое говоришь?..

– Ты уж прости, но говорю, как есть. Кстати, по поводу его корыстных планов на тебя, теперь точно можешь быть спокойна.

– Почему? – Теперь Эля была совсем растеряна, говорила отстранённо, и думала, вроде как о другом.

– По капиталам он от отца твоего не далеко отошёл, можешь не сомневаться.

– И что?..

– Ничего Эля, ничего. Знаешь, смотрела на тебя счастливую и кого угодно могла рядом представить, только не его, ну, не тот он человек, который девушку счастливой делает.

– Брезгливый?.. А почему брезгливый? Что ты имеешь в виду?

– Ты меня вообще слушаешь?

– Не знаю… Мне не нравится, ка ты о нём говоришь.

– А я вообще не понимаю, что ты в нём нашла?

– Рита, – Эля вздохнула так, словно решительности набиралась, – ты что-то о нём знаешь?

Рита головой покачала, плечами при этом пожала, а взглянула с сожалением, что ли.

– Даже не знаю, что и сказать. Вроде ничего плохого, но, в то же самое время и ничего хорошего. Я его не очень хорошо знаю, но девочки… – Рита замялась, но поймала на себе вопросительный, а, скорее, даже требовательный взгляд, и продолжила. – Девочки его, откровенно говоря, опасаются. Он к женщинам, в принципе, как к шлюхам относится, а если стриптизёрша или проститутка, то и вовсе отбросы общества, а не люди. Если он в зале появляется, даже шептаться перестают, причём не только девочки, но и мужики. Серьёзные, заметь, мужики. На моей памяти у него ни с кем серьёзных отношений не было. Так, если желание утолить.

– Да, он такой… но со мной он совсем другой…

– Не знаю, но он на меня так зыркнул сейчас, что мурашки по телу пробежались.

– Прости, я не думала, что так получится. Рита, а ты можешь узнать о нём побольше. – Подумала, в сторону глянула, а потом, словно сама своих мыслей испугалась. – Хотя нет, не надо. Я ничего не хочу знать. Он другой, он не такой, как все думают, я это точно знаю.

– Как хочешь, но будь с ним осторожнее. Я, честно говоря, не понимаю, как вы с ним так долго вместе. Он любовниц часто меняет.

– Наверно не чаще, чем через две недели.

Вечер подруги постарались о неприятном разговоре не вспоминать, но то и дело бросали друг на друга пронзительные взгляды, которые требовали объяснения, но объяснения за ними не следовало. Что теперь могла сказать Эля? Что этот мужчина самый нежный и чуткий, что он каждый день приносит ей охапку свежих роз, тайком выходит из комнаты утром, чтобы её не разбудить, улыбается, глядя на то, как она спит? Или, может быть то, что он готов носить её на руках ради одной улыбки, то, что его взгляд меняется, как только они остаются наедине, как он, едва касаясь, теребит её тонкие пальчики и смотрит глазами, полными нежности и любви? Всё это сейчас было бы глупо, неуместно и, скорее всего, неправдоподобно: у Риты сложилось о Руслане своё мнение и переубедить её теперь практически невозможно.

Расстались ближе к ночи, долго прощались, договаривались о том, что будут делать два последующих дня, ведь Эля, как недавно выяснилось, в это время свободна. Ночь прошла в неприятных раздумьях, а уснула с той мыслью, что не нужно никому и ничего доказывать. Она чувствует то, что чувствует, и только она знает, как этот мужчина умеет любить, а всё, что думают окружающие, её не касается… ведь они всё равно что-нибудь подумают.

Руслан приехал, как и обещал, через два дня. Ещё по телефону, когда разговаривали утром, Эля почувствовала, что любимый не в настроении и даже сама напросилась встретить его, правда он отказался и встреча произошла в его квартире. Она была уверена, что сексуальный наряд, соблазнительные губы и её глаза, полные желания, поднимут настроение, причём обоим.

– Привет. – Эля улыбалась, она и правда была счастлива от долгожданной встречи, но Руслан, видимо, не оценил такой порыв и улыбаться не спешил.

– Привет.

– Это всё, что ты хочешь мне сказать? – Продолжала Эля игриво.

– Нет.

Руслан вошёл в гостиную, резко обернулся и жестом подозвал к себе. Был не просто недоволен, был зол, но свои эмоции старался сдерживать, только скулы на лице играли, выдавая.

– Присядь.

Не дождался должной реакции и сам усадил Элю на диван. Над ней навис, пару секунд вглядываясь в глаза, нижнюю губу зло облизал, а потом и вовсе закусил.

– Как ты тут без меня, справилась?

– Как видишь. – Эля настойчиво не воспринимала негатив, хотя и видела, что Руслан от этого злится ещё больше.

– Чем занималась?

– Гуляла.

– Хорошо. – Он присел перед ней на корточки, пристально всматривался в лицо. – Давай поподробнее: с кем гуляла?

– Руслан, к чему эта игра слов. Скажи то, что хочешь, и не разыгрывай спектакль.

Он в колени пальцами больно впился и громким шёпотом проговорил:

– Эля, мы, о чём с тобой договаривались? Ты мне обещала, что не будешь общаться с Марго. Так?

– Я тебе ничего не обещала. – Его руки со своих колен стряхнула и теперь тоже смотрела в его лицо, не отрываясь.

– Хорошо, не обещала. Тогда сейчас пообещай.

– Ты меня слышишь? Рита моя подруга. И если ты хочешь нарваться на грубость, то получи: мне плевать на то, что ты по этому поводу думаешь. Я буду с ней общаться.

Руслан за плечи схватил и легонько тряханул. Его черты лица стали резкими и чужими: тёмные брови недобро нависли над такими же чёрными глазами, к которым, для пущей убедительности, ещё злой прищур прилагался, губы собраны, глубокая морщина, проходящая по всему лбу, стала ещё чётче.

– Не зли меня.

– Руслан? Ты в адеквате? Мне тоже не нравятся люди, с которыми ты общаешься, но я ведь тебе претензий не выставляю. Кстати, – Эля вдруг вспомнила о сопернице. – Ты её уволил?

Намерено не называла имени, знала, что поймёт.

– Стрелки не переводи.

– Ты обещал!

Руслан встал, руки на груди сложил. Такое упрямство девушки его раздражало. Эля тоже встала, приняла такую же воинственную позу, обо всех соблазнительных взглядах забыла напрочь.

– Я так понимаю, не уволил.

– Эля, она мой переводчик, мне нужно найти замену.

– Очень рада. Только вот Рита, не переводчик, она подруга. И никакая замена не прокатит.

– Хватит! – Руслан резко руки опустил, а Эля дёрнулась от неожиданности. Нельзя сказать, что испугалась, просто не была к этому готова. – Я сказал тебе, чтобы ты с ней не встречалась! И ты не будешь с ней встречаться.

Эля отвернулась, нервно сопела, возмущалась, но всё это держала в себе, говорить что-либо этому твердолобому, просто бесполезно. Он просто не понимает, что Рита, может, единственный человек, который понимает её с полуслова, который никогда не предаст и всегда примет такой, какая она есть.

– Я не слышу твой ответ. – Проговорил он с какой-то особой, злой интонацией, которая буквально насквозь пробирала. Вот тут уже Эля не сдержалась.

– Ответ?!

Отошла на пару шагов, на глаза попалась огромная напольная ваза, в которой не переводились свежие розы метровой длины. Со всей силы эту вазу ногой пнула, та, на удивление, поддалась и с грохотом рухнула на дорогущий паркет. Пол гостиной мгновенно был залит водой. Руслан молчал, продолжал смотреть на Элю, только дышал громче и зубы оскалил. Элю такое молчание просто взбесило: она как вихрь пронеслась по комнате, буквально за минуту на полу оказались все статуэтки, рамки для фотографий, вазочки, баночки, подсвечники и другие безделушки, которые здесь понаставили дизайнеры, вдребезги были разбиты бутылки с дорогим алкоголем из мини-бара, который по непонятной причине, оказался открыт, в общей куче так же оказались диванные подушки, пульты от многочисленной бытовой техники, не поддался только огромный плазменный телевизор, который слишком надёжно держался на своей подставке.

– Вот тебе мой ответ! Услышал?

Руслан за секунду преодолел большую захламлённую комнату, Эля даже испугаться и опомниться не успела, как он уже стоял рядом с ней. Весь бледный от злости, а в глаза глянуть страшно. Схватил на руки и прямо в губы с расстановкой прошипел:

– И почему я не могу пристрелить тебя прямо сейчас?..

Такого секса: обжигающего, резкого, на грани, у них ещё не было. Меняли позы, менялись местами, смотрели друг другу в глаза и отворачивались. Дыхание сбитое, взволнованное. Пальцы Руслана оставляли на коже болезненное ощущение, впивались до боли, от которой хотелось кричать, но Эля могла лишь громко и судорожно стонать, задерживая дыхание, запоминая и удерживая особо острые моменты. Когда не смогла стерпеть, то ли от удовольствия, толи от боли, затряслась в объятиях любимого, в волосы его ногтями впилась, заставляя голову запрокинуть и в свои глаза посмотреть. Благосклонно улыбнулась, и даже позволила себя поцеловать.

– Тебе понравилось? – Спустя несколько минут поинтересовался Руслан.

– Тебе понравилось. – Уверенно и спокойно ответила Эля. С кровати встала и захлопнула за собой дверь ванной комнаты. Когда обратно в спальню вернулась, не менее получаса прошло, Руслан был уже одет, вновь нагло и самодовольно улыбался. Как раз пряжку ремня застёгивал.

– Ты даже душ не примешь?

– Я бы с удовольствием, но ты не оставила мне выбора, дорогая.

Слово «дорогая» произнёс с особым смаком, после чего широко улыбнулся, чмокнул в щёку и пришлёпнул по ягодице. Даже ответа выслушать не пожелал, коротко сообщил, что они сегодня ужинают в ресторане и ушёл. Эля же, ехидно улыбнулась – это её очередная победа. И пусть теперь попробуют сказать, что он её не любит!..

Оделась, поправила макияж, распустила изрядно потрёпанные волосы, сама на себя в зеркало полюбовалась и из спальни вышла. Увидела, что творится в гостиной и замерла: в порыве гнева она и не заметила, сколько всего уничтожила, даже не обратила внимания, какой хаос теперь царит здесь. Так на проходе и застыла, пока не увидела на противоположной стороне комнаты точно такой же растерянный взгляд – домработницы Руслана, Арины Владимировны. Та стояла, так же молча смотрела на всё это, потом подняла взгляд на Элю, и, кажется, удивилась тому, что она цела и невредима. Вряд ли она вообще могла подумать, что эта хрупкая и воспитанная девушка могла бы натворить такое.

– Здравствуйте. – Нерешительное приветствие сорвалось с губ девушки.

Если ей перед кем-то и было неловко за произошедшее, так это перед бедной женщиной, ведь именно Арине Владимировне предстоит привести всё здесь в первозданный вид.

– Элеонора Борисовна, а что здесь произошло? Руслан Валерьевич сошёл с ума? – Наконец отошла от шока домработница и прямо-таки рухнула на тумбу у входа.

Эля только руками развела, видимо, придумывая, как оправдать своё поведение, но ничего лучшего, чем просто высказать своё мнение, не придумала.

– Это я… Знаете, Арина Владимировна, я, конечно, очень извиняюсь, но ваш наниматель иногда бывает такой сволочью, что просто не выносимо!.. – Подумала, а потом губу прикусила, понимая, что наговорила лишнего, но женщина улыбнулась и её поддержала, своим лёгким тоном.

– И я вас прекрасно понимаю! – Уверенно кивнула та и они вместе засмеялись.

Конечно, помогать с уборкой Эля не собиралась, всё же это работа, а не личная инициатива женщины, но хоть как-то загладить свою вину хотелось. Она подошла в прихожую, достала из сумочки кошелёк. Протянула домработнице пятитысячную купюру, вроде как за неудобство. Та долго отнекивалась, но после деньги приняла, в конце концов, она их не выпрашивала, после чего, Эля смогла вздохнуть с облегчением и теперь уже со спокойной душой покинула место боя.

К вечеру готовилась долго, подбирала наряд, украшение, сама не знала, чего ждать, ведь ещё при первой встрече прямо сказала любимому, что впредь не намерена ходить с ним в ресторан. И всё это время он честно исполнял её волеизъявление, а тут вдруг, ни с того, ни с сего, пригласил! Да ещё и мнением не поинтересовался. Заехал Руслан около семи, сам тоже был при параде, улыбался, ни в чём не перечил, Эле даже показалось, что что-то задумал. Всё прояснилось, когда в ресторан приехали: оказалось, что он решил именно сегодня познакомить Элю со своими друзьями.

– Что это за фокусы? – Вынужденно улыбаясь и, при этом, больно толкая мужчину в бок, поинтересовалась Эля.

– Милая, всё, что от тебя требуется – это изредка улыбаться и не высказывать своё мнение.

– Ты уверен, что я переживу этот вечер?

Последний вопрос остался без ответа, так как уже подошли к нужному столику, и пора было знакомиться. Надо отметить, всё оказалось не так уж и плохо, как представляла себе Эля: людей за столом хоть и было много, но от каждого мужчины веяло самостоятельностью, которую она так уважала. Девушки были сплошь молодые (скорее всего любовницы), хотя, нельзя сказать, что мужчины были очень уж старые. Все мило улыбались, некоторые глазели с завистью (Руслану, конечно же, завидовали), возможно, были здесь и те, которые встретились ей в спортклубе (слишком странно они смотрели, со злорадством, предвкушая). Уже собирались за стол садиться, как вдруг Элю кто-то сзади бесцеремонно за попу ущипнул. Она повернулась переполненная возмущением, но потом и вовсе опешила: за её спиной стоял Сергей, тот самый, которого, как сказал Руслан, он знать не знает. А Сергей глазами сверкал и так же нагло улыбался.

– Ну, что, будем знакомиться? – Вдруг предложил он, а Эля и вовсе дар речи потеряла: ну не мог он, в самом деле, её не узнать!

Вопрос его без ответа оставила, хотя он после и представился, правда, ответа её, опять же, не дожидался, сказал, что рад видеть «ту самую». Какую именно, пояснять не стал, только улыбнулся странно. Руслан по этому поводу молчал. За столом велась дружеская, а, чуть позже, и деловая беседа. Всё как всегда: девушки молчат, мужчины делают умный вид. Когда кампания немного рассосалась, многие танцевали, за столом народу поубавилось, стало даже легче дышать, Сергей подсел ближе, и теперь уже никого не стесняясь, «знакомство» продолжил.

– Элька, ну, чего молчишь-то? – С издевательским смехом обратился к ней Сергей. Руслан при этом ничуть не удивился, только улыбнулся, не отрывая взгляда от своей тарелки.

– Руслан настойчиво попросил меня не портить окружающим настроение.

– И ты выполняешь?.. Не верю.

Когда Эля обернулась, Сергей уже расслабился, откинулся на спинку стула, ноги вытянул, хотя прежде, она не видела его таким довольным (всегда в раздумьях, напряжённый).

– Почему один? Где жена? – Хотела съязвить Эля, но и в этом не преуспела.

Сергей широко улыбнулся, наклонился к её уху и, не скрывая радости шепнул:

– Скоро ты станешь крёстной мамой.

Эля бросила выразительный взгляд, видимо решала, шутит хмельной Сергей или говорит серьёзно.

– А что? – Тот руками развёл. – Если бы ты чаще к нам приходила…

– Ну, ладно, с тобой всё понятно. – Махнула она рукой на Сергея. – А вот скажи мне, Руслан. – Любимого за локоть потянула, отвлекая от тарелки, в которую он уставился и тихо смеялся над происходящим. – Ты, оказывается, большой лгун?

– Какие слова, детка, тебе надо выпить, расслабиться.

– Что за концерт вы тут устроили? – Возмутилась Эля и теперь сама отстранилась от стола, глядя на этих двух притвор.

Мужчины смеялись, переглядываясь.

– Серёг, ты в курсе, что Эля твоя фанатка? – Обратился к другу Руслан, словно Эли здесь вообще нет.

– В курсе. – Руки потёр и заглянул Эле в лицо. – Она мне об этом говорила. Сказала, что хочет такого мужа, как я, и при этом добавила, что не меня.

– Это радует. – Ухмыльнулся Руслан, за что получил от любимой в бок.

– А ты, Сергей, почему предложил мне познакомиться, когда подошёл?

– Не поверишь, чтобы не смущать сидящих за столом. – Сдавлено хмыкнул, а потом сделал такое серьёзное лицо, словно ещё трезв, как стёклышко. – Все так внимательно тебя разглядывали, что съели бы меня живьём, узнав, что мы уже знакомы.

– Ну, конечно. – Эля в сторону отвернулась и кивнула недоверчиво. Ногу за ногу заложила и нервно мотнула верхней.

– К тому же, в качестве девушки своего лучшего друга, я с тобой не знаком. – Чуть позже пояснил Сергей и даже руку на оголённую коленку положил, заставляя успокоиться.

– Лучшего друга?

– А ты удивлена? Я сколько раз тебе говорил: давай с нормальным мужиком познакомлю, будешь ходить удовлетворённая и довольная, а? А ты всё нос воротила. Говорила, что я старый и друзья у меня такие же. Вот, теперь сама с ним. И зачем, спрашивается, столько времени было на своих облезлых танцоров пялиться?

– Я ни на кого не пялилась.– Огрызнулась Эля. Она вообще расстроилась от этого заговора за её спиной. – И Руслан не старый! – Весомо добавила.

– Ага, три года разница.

Сергей в то время не терялся, подсел ближе, дышал прямо в шею, смотрел как-то странно, вроде как с интересом, с мужским интересом. Одну руку снова положил на колено, затем поднял повыше. Второй надёжно взял за затылок, даже пальцы в волосы запустить умудрился. Эля взглянула с недоумением.

– Что происходит? – Строго посмотрела на Сергея, который, при этом ничуть не смутился, и руки не убрал. – Руслан! – Эля сама от навязчивых рук отделалась. – Это ты или твой клон? Ты вообще видишь, что твою девушку только что с ног до головы облапал… пьяный мужлан. – Ткнула Сергей локтём в бок, когда тот вновь попытался приблизиться.

Руслан же в это время непонятно хмыкнул, а потом попытался изобразить серьёзное лицо и вроде как ругнулся.

– Э, Серёга, охренел, мою девочку лапать?! – Сказал и вновь рассмеялся.

Стало так гадко от этих двух пьяных дружков, Эля подскочила и поспешила выйти из-за стола. Слышала, как любимый порывался пойти за ней следом, но после была какая-то возня, и догнал её, почему-то, уже Сергей. Умело развернул к себе и закружил в танце.

– Пусти меня! – Эля попыталась свою руку из мужской выдернуть.

– И не подумаю.

– В чём дело?

– Всё, забыли. Пошутили и забыли. – Сергей казался, абсолютно трезв. Его взгляд вновь стал спокойным, внушающим доверие, улыбка равнодушная. – Скажи, лучше, как дела?

– Как видишь! – Не успокаивалась Эля и снова попыталась из объятий вырваться.

– Ну, чего ты брыкаешься? Я же сказал, забыли.

– Что это сейчас такое было?

– Да ничего! Давай тише говори. Не хочу лишнего внимания.

Эля только строго посмотрела, возмущаться и брыкаться больше не стала.

– Что у тебя с Русланом? – Спросил, словно с беспокойством, даже рассмеяться от его заботы захотелось, но вместо этого снова огрызнулась.

– А ты не в курсе?

– От тебя хочу услышать?

– Услышать что?

– Что у тебя всё хорошо.

– А тебе какое дело?

– Волнуюсь.

– За меня или за него?

– За двоих. Хватит! – Рыкнул он, наконец, и Эля притихла.

Нельзя сказать, что их с Сергеем связывали какие-то особенные отношения. Эля и сама не могла объяснить то, что он разговаривает сейчас по душам, не такой он человек, но к ней проникся. Раньше, когда она не болела, частенько бывала у них в гостях, даже оставалась ночевать. Надо сказать, что Эля, эта единственная подруга жены, которую Сергей одобрил. Всех остальных отмёл в секунду, ничем не объясняя свой выбор. Без лишних расспросов принял Элю в круг «своих», даже как-то отдыхать ездили вместе: он, Лена и Эля. А сейчас и вовсе проявляет подозрительную заботу.

– Просто Руслан, он такой человек… непростой. – Сергей проговорил это шёпотом, словно кто-нибудь рискнул бы их подслушать.

– Знаешь, ты не первый, кто мне об этом говорит. Я лично ничего подобного не заметила, может, ты объяснишь мне, что имеешь в виду?

– Да ничего не имею. Да и надо сказать, ты его тоже приручила. Он изменился.

– Не знаю, мне не с чем сравнивать.

– Эль, понимаешь, раньше он на женщин… на девушек, – исправился Сергей и улыбнулся, – смотрел исключительно как на предмет для доставления удовольствия, а теперь…

– А теперь он этим предметом обладает.

Сергей лишь вздохнул. Эля не желала его слушать, его доводы и факты. Девушки всегда были склонны сами себе придумать героя, а потом ещё и влюбиться в него.

– Почему ты себя так странно вёл? Я не думаю, что только отсутствие жены подвигло тебя на рукоприкладство. – Эля улыбнулась, но Сергей её прекрасно понял. Губы облизал показательно и всё же признался.

– Хотел его проверить.

– Проверить?

– Да. То, что он с тобой встречается, в принципе странно. Вот я и решил узнать: ревнует или нет.

– Лучше бы не говорил. – Грустно вздохнула Эля и кинула встревоженный взгляд на Руслана, который сидел и, не глядя в их сторону, беседовал с каким-то приятелем.

– Почему? Он ведь ревнует.

– Перестань, он даже не смотрел в нашу сторону.

– Смотрел и бесился. Мне-то ты можешь верить.

Эля резко подняла взгляд, смотрела Сергею прямо в глаза, нервничала.

– Он зависит от тебя?

– С чего ты взяла?

– Ты говоришь, что ревнует, а он… сидел спокойный как удав.

Сергей даже рассмеялся над наивностью девушки, прижал её к себе сильнее, а потом отпустил, глядя всё так же, с насмешкой.

– Элька, хоть ты и укротила этого зверя, он всё ещё пытается сопротивляться.

– В смысле?

– Без смысла. – Сергей улыбаться перестал, прижал Элю поближе и склонился над её ухом.

– Это не тот человек, который при всех покажет, что теперь не он хозяин своей жизни. Вот завтра, да – он придёт ко мне и поговорит серьёзно, может, даже по морде пару раз даст. А что? Он такой у тебя… серьёзный.

Наверно эти слова даже успокоили Элю. Конечно, она не хотела, чтобы друзья из-за неё ссорились, тем более, она любит их обоих и хочет по-прежнему поддерживать отношения. Но то, что Руслан ревновал, радовало. Честно радовало. Она была склонна верить Сергею, ведь тот знал её любимого куда дольше, чем она сама.

Эля даже не замечала, что сменилась уже не одна мелодия, пока они выясняли: кто и кого ревнует. Руслан не выдержал первым и решил вмешаться.

– Хватит моей девочке мозги пудрить! – Возмутился он и вклинился между ними, продолжив танец уже без соперника.

– Элька, зайдёшь к Лене завтра! Я её предупрежу. – Вроде даже командным тоном проговорил Сергей. – А с тобой завтра поговорим. – Обратился он уже к Руслану и гораздо тише.

Сергей развернулся и направился к выходу, даже не посчитал нужным проститься с остальными гостями. В этом они с Русланом были похожи: не имели желания выслушивать чужое мнение. Впрочем, похожи они были не только в этом: даже внешне сходились: статные, рослые, крупных габаритов мужчины. Оба брюнета, оба серьёзных, оба непреступных. Даже удивительно, что они нашли общий язык: упёртые как два барана.

– Ну что? Ещё не передумала общаться со мной?

– А должна?

– Ох, девочка моя, что-то мне подсказывает, что Серёга меня вовсе не нахваливал…

Руслан был не очень доволен происходящим, но своё недовольство старался особо не проявлять, в конце концов, он сам изъявил желание познакомить Элю со своими друзьями.

– С чего ты вообще взял, что мы о тебе говорили?

– С того, дорогая моя, как стремительно менялся твой взгляд, а теперь и твоя интонация. Слишком ласково заговорила, как нашкодивший котёнок.

Эля улыбаться перестала. Она понимала, что мнение друга Руслана интересует, и он прекрасно понимал, что тот мог такое сказать, что Эля занервничала. Но ведь для неё это не имеет значения, как он не понимает. Она к Руслану плотнее прижалась, правда не настолько, чтобы окружающие что-то успели понять, и заговорила шёпотом.

– Я хочу, чтобы ты знал, – в глаза ему заглянула и неловко улыбнулась, правда, ответной улыбки не получила, – никто не изменит моего мнения о наших с тобой отношениях. Никто, кроме тебя самого. Я ни перед кем не собираюсь оправдываться, что-то доказывать и объяснять, я просто хочу, чтобы ты был рядом со мной.

– Очень на это надеюсь, малыш.

Оставшийся вечер Руслан предпочёл отмалчиваться, даже придя домой был немногословен. Хотя, о нём вообще нельзя сказать, что он много говорит, но сегодня оказался особенно молчалив. О чём-то непрестанно думал, думал, и от своих мыслей раздражался. Даже во время секса не шутил. Не шутил, не было никаких откровенных и, как иногда получается, пошлых высказываний. Иногда он заглядывал в глаза, пытался что-то увидеть, но даже то, что там видел, его не радовало. Секс был резким, дерзким, даже каким-то отчаянным. Редкие, но порывистые движения, заставляли непритворно стонать, выгибаться ему навстречу, останавливаться, концентрируясь на ощущениях. Сегодня он был только сверху, хотя прежде такое однообразие за ним не отмечалось, сегодня он хотел иметь превосходство, в чём бы оно ни выражалось. Кончил быстро, стараясь не показывать своих эмоций, чем свою девочку даже обидел.

Эля проснулась на удивление рано, от резкого приступа тошноты. За последнее время она к ней привыкла, но отношения с Русланом дали передышку, накануне, даже шальная мысль скользнула, что никакой болезни больше нет, ведь так бывает, чтобы по непонятным причинам, смертельные болезни проходили… Но, видимо, это не тот случай. Прямо из кровати, даже не набросив на плечи халат, Эля метнулась в туалет, тошнота всё не проходила, но находиться в замкнутом плохо освещённом помещении уже не было сил, и Эля вышла. Только тогда поняла, что Руслан всё ещё дома, и ждёт не дождётся, пока она выйдет.

– Что-то не так?

Эля остолбенела, когда увидела его в спальне. Почему-то сразу показалось, что он уже всё знает и даже почувствовала, как стремительно начинает краснеть.

– Да… – Невнятно отозвалась она. Быстро залезла под одеяло и натянула его до головы. – Надеюсь, ничего серьёзного.

Одеяло Эля отбросила, хотя озноб на самом деле пробивал. Плечами пожала.

– Наверно чем-то отравилась… бывает.

Руслан взглянул исподлобья, довольно-таки подозрительно, но ничего не сказал.

– Чем планируешь заняться?

– Мы с Ритой договаривались.

Сказала и поняла, что сейчас сделала большую ошибку. И почему он вообще спрашивает, словно провоцирует? Никогда не спрашивал, а именно сегодня ему не терпится! Почувствовала не себе пристальный взгляд, от которого захотелось немедленно скрыться, хоть обратно в туалет прячься! С волнением справилась, накинула лёгкий халат, но взгляд по-прежнему жёг насквозь.

– И не надо так смотреть! – Возразила она, обернулась и поняла, что эта фраза всё только усугубила.

– Сколько мы ещё будем это обсуждать? – Вроде и спокойно, но в явном напряжении произнёс Руслан.

– Столько, сколько понадобиться. И вообще, я не вижу причин это обсуждать. Рита моя подруга и я буду с ней встречаться, общаться и…

– Не будешь! – Руслан перебил, со злостью швырнул свой пиджак, который до этого крутил в руках, прежде чем одеть.

– Ты с ума сошёл?

– Эля, не зли меня.

– Ты неадекватно реагируешь.

Успокаивать Руслана было поздно, кажется, его терпение подошло к своему пределу и стало не по себе. Такого негативного отношения к своей подруге она не понимала.

– Я тебе всё сказал!

Руслан подошёл слишком близко, глядел зло и предлагал не противится его мнению, но разве это возможно?! Понимая это, схватил Элю за руки, достаточно больно, навис над ней, а когда она отступиться попыталась, то и вовсе повисла над кроватью. От падения спасала только его железная хватка. Эля не то чтобы испугалась, просто не понимала такой реакции. Не понимала и всё тут!

– Моя девушка не будет общаться со стриптизёршей. – Зло прошипел он прямо Эле в губы.

– Что? А кто ты такой?

От тяжёлого взгляда хотелось заплакать, но Эля нашла в себе силы.

– Да ты свою рожу бандитскую в зеркале видел?! Кто ты такой, чтобы упрекать её? Кто?!

Эля из рук вырвалась, правда тут же на кровать упала. Не самое выгодное положение, для нападения: она на кровати, а Руслан нависает над ней и пыхтит от злости. Больно за подбородок схватил, заставляя в глаза смотреть.

– Не нравится? – Зубами скрипнул.

– Нравится Руслан, нравится. – Эля посмотрела с надеждой достучаться. Заговорила тише и в просительном тоне. – Но она не виновата, что так сложились обстоятельства. Она хорошая, честно, очень хорошая. Просто ей не повезло в жизни.

– Эля, я тебе всё сказал. – Уступать он не собирался, чем вызвал очередную вспышку агрессии.

Эля с кровати подскочила, сама не знала, что сейчас хочет сделать, под уверенным взглядом Руслана немного назад попятилась, с трудом проглотила ком, который подкатил к горлу. На глазах проступили слёзы, губы предательски тряслись, в таком состоянии, едва ли можно что-то доказать.

– Это такие как ты, наглые и зажранные, сделал из неё стриптизёршу. – Кинула обвинительный взгляд и пальцем в сторону Руслана ткнула. – Вы покупали места своим шлюхам и Рите после травмы просто некуда было вернуться! На её месте могла оказаться каждая: отдала танцам всю жизнь, не имела ни образования, не другого стремления, жила танцами. И что ты предлагаешь? Остаться на улице? Её даже уборщицей в этом проклятом городе брать не хотели! Она здесь никому не нужна!

Эля смотрела в равнодушные глаза Руслана и не понимала, что она в нём нашла? Что она хотела сейчас услышать? Это не тот человек, который умеет сочувствовать, прощать, понимать. Он просто видит то, что хочет, и берёт это. И больше ничего. От бессилия даже ногой топнула, слёзы покатились из глаз, не могла смотреть на него, отвернулась и отошла к окну. Дышала нервно и часто, до боли прижимала колени друг к другу, резкими движениями смахивала слёзы и дрогнула, когда почувствовала прикосновение.

– Девочка моя, я просто боюсь за тебя.

За лёгким прикосновением последовало крепкое объятия, такое, как первый раз, до боли, до потери сознания, когда нельзя вздохнуть. Объятия ослабли, и Руслан заглянул Эле в глаза. Поворачивать к себе не решился, выглядывал из-за её плеча, потом к щеке прислонился, устраиваясь поудобнее.

– Понимаешь… – Старался слова подбирать. – Твоя подруга, она… – Шумно выдохнул. – Марго не умеет держать язык за зубами.

– Что она может о тебе сказать? Я тебя с ней не обсуждаю, правда.

– Не в этом дело. Она говорит много лишнего тем людям, с которыми нужно помолчать. Там, где её мнения никто не спрашивает, и знать не хочет. И, рано или поздно, она договорится, попадёт под горячую руку… и я не хочу, чтобы ты в этот момент оказалась рядом.

– Что ты такое говоришь?

– Девочка моя, это жизнь. И я не могу всегда быть рядом с тобой.

– Не могу это слушать… – Эля опустила голову, а потом и вовсе отвернулась, сбросила руки Руслана со своих плеч и отошла в сторону. Смотреть ему в глаза не могла.

– Очень жаль… что ты не хочешь меня понять.

Руслан вздохнул, хотел сделать шаг к Эле, она слышала, но сам себя остановил и ушёл, громко хлопнув входной дверью. Не позвонил, как делал всегда, не прислал цветы и вообще, никак не проявил себя. Обиделся или разозлился – не важно. Надо было что-то делать, и Эля решила навестить его прямо в офисе.

– Ирочка, привет, это Эля. Руслан Валерьевич у себя?

– Привет, пока у себя, на совещании, но скоро уезжает.

– Я успею, если приеду минут через двадцать?

– Думаю, да, совещание только началось.

Для поездки Эля выбрала платье нейтрального оттенка, вызывающее сегодня ни к чему, она ведь не воевать едет, а мириться. Открыла шкаф и удивилась от обилия своих нарядов, она даже не помнила, когда успела развесить столько всего в квартире Руслана, а он при этом, ничего ей не сказал. Скромное платье изумрудного цвета, длиной до середины колена, без вызывающих вырезов, правда, как всегда прилегающее, казалось идеальным вариантом. Руслан очень часто говорил, как ему нравится цвет её глаз, а именно это платье подчёркивает его, как никакое другое. С макияжем тоже пришлось повозиться: чтобы выглядеть естественно, но при этом скрыть свою нездоровую бледность, которая, казалось, усиливается с каждым днём, и скрывать её становилось всё труднее. В офисе все ходили чуть ли не на цыпочках, суетились, работали, даже Ира выглядела не на шутку серьёзной, хотя она всегда была занята, но сегодня как-то уж особенно напряжена.

– Привет, я успела?

– Успела, только вот не знаю, примет ли он тебя… надо было сразу по телефону сказать.

– А что такое?

Ира даже за голову взялась, чтобы продемонстрировать своё негодование.

– Ты не представляешь, что здесь сегодня творится: с самого утра как пришёл, так и давай всех гонять, по делу и без. Но это терпимо, он часто срывается, но когда пришёл Сергей Леонидович, его друг, – Эля понимающе кивнула, избегая лишних комментариев, – вот тут началось. Стены у нас надёжные, особо ничего не слышно, но они так кричали, я думала, поубивают друг друга. В кабинете закрылись, на звонки не отвечают, приказали никого не принимать, что не поделили не понятно…

Теперь хотя бы ясно, почему Руслан не звонил: не до того было. Примерно представляла, что Сергей наговорить мог, если, конечно, разговор о ней шёл. Эля даже уйти хотела, правда, не успела, совещание как раз закончилось, и из кабинета повалил народ. А остановить Иру, которая уже решила доложить о её приходе, не успела. Повисла продолжительная пауза, Руслан думал, принимать Элю или нет, а у неё сердце в это время колотилось, не выдержала и ещё до приглашения сама вошла в кабинет.

– Не хочешь меня видеть?

– А тебе есть, что мне сказать?

Руслан сидел в своём кресле, в восторге от прихода Эли не пребывал, но и не выгнал, что, безусловно, плюс. Молчал, нагнетая обстановку, сверлил тяжёлым взглядом, его лицо даже потемнело от негатива и напряжения, затем он немного расслабился, и даже на кресле откинулся, немного отодвинувшись от стола.

– А что я должна сказать? – Эля подойти близко не решалась, казалось, что он сейчас запустит в неё чем-нибудь тяжёлым, а когда от этой мысли, самой смешно стало, улыбнулась, глядя в пол и на крайний стул присела.

– Ну… ты ведь ко мне пришла. – Тяжёлая папка из рук Руслана звучно хлопнула по столу, Эля даже дёрнулась от неожиданности, а сам он поднялся и подошёл ближе, не отпуская при этом её взгляд. – Что происходит?

– Ты обиделся на меня?

– А что, я похож на обиженного? – Руслан на стол облокотился, стоя напротив Эли, ей даже показалось, сейчас прямо над ней нависнет.

– Ты похож на капризного ребёнка… – Робко улыбнулась, но он как-то не проникся, нахмурился ещё больше, но за стол присел, правда, пальцы рук сцепил, видимо, от нервов. В этот момент стал похож на начальника, который своего подчинённого принимает, скорее, по нужде, чем по желанию.

– Зачем ты пришла?

– Я хотела тебя увидеть…

– Увидела?

Эля не могла выдержать такой тон и тяжёлый взгляд, ещё немного и он прогонит, скажет, что у него много работы или что-то в этом духе. Она медленно обошла вокруг стола, остановилась прямо возле Руслана, пальцы его расцепила и присела на колени. Он молчал. В глаза ему посмотрела, ладонями его лицо обхватила, поворачивая к себе и тихо прошептала:

– Я тебя очень люблю. – Руслан отвернулся. – Я знаю, ты не хочешь сейчас это слышать, да и вообще, я говорю это чаще, чем ты бы хотел. Но ты должен знать: мне с тобой очень хорошо.

Когда до его волос дотронулась, он головой дёрнул, отодвигаясь, нервно облизал пересохшие губы. Улыбнулся сам себе, но как-то не по-доброму и решился тоже Эле в глаза посмотреть.

– Всегда о такой жизни мечтала, да?

– О тебе мечтала. – Лбом к его лбу приткнулась, а он снова отвернулся.

– Эля, перестань.

– Что?

– Малыш, я тебя понял, тебя всё устраивает, хорошо. Всё. – Рукой по ягодице шлёпнул небрежно. – Давай… у меня важная встреча.

– Руслан… – Жалобно протянула, не желая уходить.

– Я опаздываю.

Руслан так и вертелся, не желая встретится взглядом с Элей ещё раз, хотя она ловила, причём не только взгляд, но и дыхание. Наконец, он не выдержал, сам её со своих коленей поднял, а затем усадил, только уже на пустой стул, от цепких рук освободился и отошёл, словно она ему навязывалась, именно так всё и выглядело. Захотелось встать и уйти, может, она и правда, просто ему надоела. Не зря же все вокруг говорят, что он эгоист: утешил своё самолюбие и до свидания! Только по какой-то причине сказать это вслух не решается. Резко поднялась, так, что Руслан обернулся, к двери направилась и даже за ручку успела схватить, а он и не думал останавливать, видел, что она уходит, может даже навсегда… и не остановил. Стало обидно до слёз, но Эля, можно сказать, через себя переступила и не вышла. Отдышалась возле двери и робко обернулась на Руслана.

– Я просто хочу знать, что есть человек, который меня любит…

Сердце замерло, кровь пульсировала в висках, резко потемнело в глазах, пальцы на руках и ногах похолодели, она головой к двери приткнулась, казалось, что сейчас упадёт. Всё вокруг замерло, только шум в ушах… такое чувство, что даже сердце уже не бьётся. Не осталось сил даже бояться: вокруг темно и холодно и словно кто-то толкает в плечи, чтобы она упала. Одним резким толчком привело в чувство чьё-то горячее дыхание, которое врезалось в кожу, запуталось в волосах и пробивалось сквозь них к щеке. Тепло разлилось по всему телу, когда Руслан прижался к спине, судорожно дышал, взял Элю за ледяную руку и заставил от двери отойти.

– Я не хочу, чтобы ты от меня уходила. – Шептал быстро, словно боясь, что не успеет. – Рядом с тобой я живу.

– Давай не будем ссориться.

– Давай.

Эля, наконец, пришла в чувства, смогла повернуться и стать к Руслану лицом.

– Я всё равно буду общаться с Ритой.

Руслан грустно усмехнулся.

– Да… моя девушка хочет завести котёнка, а я не хочу. Решили пойти на компромисс и завести котёнка? – Приткнулся к Эле лбом, заглянул в глаза, улыбался.

– Что-то вроде того.

– Ох, и что мне с тобой делать?..

Как хорошо, когда у тебя есть любимый человек, который всегда понимает и примет любую, даже самую капризную и несносную… и особенно, если любит только тебя.

Не смотря на то, что всё же помирились, разговоры о дружбе с Ритой, так просто оставить не смогли. Элю напрягало то, что Руслан к её подруге относится, как к человеку, другого, более низкого сорта, как к недочеловеку. И она понимала, что ему не нравится именно её профессия, хоть он и говорил о её болтливости и опасности. Объяснить это сложно, но было именно так. Он не уговаривал, не входил в положение, он просто был категорически против, шарахался от неё, как от чумы. Так продолжалась долго, Эля не выдержала, но разговоры отложила в сторону. В один момент её просто взбесил тот факт, что любимый мужчина брезгует, значит, пора перейти к решительным действиям. Начать решила с хозяина клуба, в котором танцует Рита.

– Здравствуйте. – Эля постучала в раскрытую дверь кабинета. – Разрешите войти…

– Чем обязан?

– Элеонора. – Уверенно протянула руку для приветствия через стол.

– Сценический псевдоним?

Ответить на рукопожатие мужчина не спешил, а Эля и вовсе смутилась от его предположения. Надо сказать, что владелец клуба на первый взгляд был приличным мужчиной, достаточно вежливым. Взгляд, правда, оценивающий, но разве это не нормально, для владельца подобного заведения?

– Нет, это моё имя.

– Игорь.

– Игорь, а для своих – Гарик. У меня к вам деловое предложение, Игорь. – Эля присела напротив и широко улыбнулась, хотя жутко нервничала, ей прежде не приходилось общаться с людьми подобного рода деятельности. – Я хочу арендовать у вас клуб на одну ночь. Устроить что-то вроде закрытой вечеринки для узкого круга приглашённых.

– Интересно, с какой целью? – Владелец клуба задумался, было видно, что он, скорее, удивлён, чем просто набивает себе цену, но Эля терпеливо ждала, пока он примет решение. – В принципе, такая услуга у нас предусмотрена, но всё дело в том, что и мои танцовщицы не должны остаться в накладе.

– Думаю, не останутся, люди придут состоятельные, возможно даже постоянные клиенты вашего клуба. Меня не интересует вся ночь, я хочу закрыть двери вашего заведения, буквально часа на два, от посторонних глаз. Стандартная программа, ничего сверхъестественного, единственное отличие лишь в том, что один из номеров буду танцевать я сама.

– Вы танцовщица?

– Профессиональная. Но стриптиз буду танцевать впервые. Хочу сделать сюрприз моему молодому человеку. И, так как танцевать я не умею, хотелось бы ещё арендовать на несколько часов в неделю зал для тренировки.

– А сумму потянешь?

После идеи о том, что Эля будет танцевать стриптиз, владелец клуба быстро сменил тактику, взгляну с другим интересом, даже ухмыльнулся, прицениваясь к фигуре и внешности в целом. Быстро перешёл на «ты» и самодовольно откинулся на кресле, словно Эля пришла к нему на работу устраиваться.

– С вашими расценками я знакома, но пойму, если вы предложите завышенную стоимость.

– Ну, что ты, я всё-таки бизнесмен, а не вымогатель. Кто твой мужик, если не секрет?

– А вот это, действительно, секрет, не хочу, чтобы слухи до него дошли раньше, чем нужно.

– Договорились.

Договор скрепили подписями и крепким рукопожатием. Правда, мужчина напросился поприсутствовать на выступлении, ему было даже интересно, для кого это Эля будет так стараться. Тренером было решено взять Риту.

Маргарита Смагина, или, как её знает большая часть состоятельных мужчин столицы, Марго – танцовщица закрытого мужского клуба. Была известна на весь город своими необычными и интересными выступлениями, а так же взрывным и дерзким характером. Именно из-за своего гонора, она частенько попадала в неприятные ситуации, как и говорил Руслан, но всегда выходила из них без потерь. Как ей это удавалось, Эля могла только догадываться, правда достоверно знать не хотела, им и без того было о чём говорить. Рита всегда танцевала, сколько Эля её помнила и всегда одинаково хорошо. Готова была оценки зубами выдирать, за что вскоре среди судей о ней прошлась дурная слава, а позже они попросту начали ей искусственно занижать баллы, чтобы даже не допускать к серьёзным соревнованиям, где каждый скандал, мог стоить им репутации. Потом была травма, восстановление, и стандартный результат: она никому не нужна. К тому времени, как она могла вернуться, её уже никто не ждал. Какое-то время жила у Эли дома, а когда устроилась в ночной клуб, Анжелика Викторовна, хоть к девушке и хорошо относилась, попросила их квартиру покинуть: репутация дороже. Для Эли Рита была как сестра, они невероятно сблизились, хотя долгое время были непримиримыми соперницами. Даже выбор подруги, Элю от неё не оттолкнул, она считала, что главное – это суть человека, а не то, кем он стал, и в этом не ошиблась. Рита стала её лучшей, и можно даже сказать, единственной подругой. У Риты вскоре появились состоятельные поклонники, деньги, квартира, машина – всё, что душа пожелает, но она как и прежде была открытой и честной девушкой. Вся эта затея с сюрпризом для Кабаева, Рите не понравилась сразу. Она даже наотрез отказалась подруге помогать, правда, вскоре поняла, что Эля не отступится и тренировки начались. Азы стрип-танца давались легко. Эля была в прекрасной форме, натренированная. Номер они поставили достаточно откровенный, что также Риту напрягло, она была против. Не только против танца у шеста, но и против любого танца подруги в принципе. Она была хорошо осведомлена о здоровье Эли и каждый раз, когда та повисала головой вниз, вздрагивала и бежала к ней.

– Я не могу смотреть, что ты с собой вытворяешь! – Возмущалась она.

– Ритка, не паникуй! Ты же знаешь, у меня просто нет другого выхода! – Отшучивалась Эля, хотя иногда действительно всё доходило чуть ли не до потери сознания.

– Это тоже не выход. Ты хоть понимаешь, что он может с тобой после этого сделать?

– Ты преувеличиваешь!

– Я его знаю! – Весомо добавила Рита и отвернулась.

Эля подошла и обняла подругу за плечи, подбородком в спину упёрлась и тихо хмыкнула. Со стороны это выглядело дико: две сомнительно одетые девицы обнимаются и при этом обижаются друг на друга, но кто здесь их может осудить!..

– Риточка, ты же такая умница, – подлизывалась Эля, – покажи мне, как правильно делать захват ногой. – Эля даже губы надула, зная, что подруга и не глядя на неё улавливает любое выражения её лица, любую интонацию.

– Я против!

– Ну, мне очень нужно, ты же видишь, что финал у меня какой-то смазанный. Я так не могу, я хочу быть лучшей. Нужно, чтобы он запомнил.

– Знаешь, он и без того запомнит. И мне припомнит потом и тебе, а ещё Гарику припомнит.

– Тише. – Эля одёрнула подругу и развернула к себе. – Если он услышит, может обо всём догадаться.

С Русланом Кабаевым Гарик был знаком лично, и о его пристрастиях, а особенно антипатиях к танцовщицам своего клуба, знал не понаслышке. Узнай он, что Эля готовит сюрприз именно для Кабаева, сразу бы отказал, открестился и запретил её внутрь пускать: ссорится с влиятельным клиентом, вовсе не хотелось.

– Ох, и подведёшь ты меня под монастырь!

Рита то и дело тяжело вздыхала, хмурилась, косилась на подругу, а той всё нипочём, упрямая. Ну, с номером, можно сказать, Эля разобралась, а вот вопрос организации всё ещё оставался открытым. Медлить было нельзя, Руслан в любой момент может заподозрить неладное, да и как вообще заманить его в клуб, было не ясно. Решить этот вопрос помог один из его помощников, а может быть компаньонов, Эля точно не знала, какой пост он занимает, но то, что считает себя приближённым к телу Кабаева, так это точно. Встретиться договорились в кафе, в обеденный перерыв.

Дмитрий Дёмин, достаточно серьёзный человек, не очень приятный, но явно Эле симпатизировал, поэтому именно его она и выбрала для такой роли. Он пришёл на встречу вовремя, а Эля, как всегда, опоздала, правда улыбнулась своей фирменной улыбкой и мужчина её ни в чём не упрекнул.

– Эля, красавица. – Встал он при её появлении и протянул руку для приветствия.

– Добрый день.

– Чем обязан? Ты по телефону так ничего и не объяснила.

– Ну, как же, у меня к тебе деловое предложение, точнее говоря, просьба. – Пыталась интриговать Эля, но Дёмин верить не спешил, сам несколько раз становился свидетелем её сцен ревности.

– Откуда мой номер узнала? – Продолжал он, как ни в чём не бывало, а сам не сводил жадного взгляда, ему льстило внимание девушки.

– Понадобился и я нашла.

– Твоя загадочность меня пугает. – Дёмин протянул руку через стол, ухватил Элю за пальцы и стал аккуратно их перебирать. Свою руку Эля тут же одёрнула, чем вызвала его непонимание, и решила не медлить и сразу перейти к сути.

– Мне нужна твоя помощь. – Начала Эля, а потом нахмурилась: слишком самодовольная улыбка появилась на лице Дёмина, решила начать чуть иначе. – Точнее говоря, я хочу сделать Руслану сюрприз.

– А-а, вот оно что…

Дёмин в долгу не остался, тоже нахмурился, руку свою от Эли подальше прибрал и прищурился, концентрируя внимание на её лице. Всматривался очень внимательно, возможно даже пытался понять, чем она так зацепила Руслана, что тот всё ей спускает на тормозах. А так же почему она вцепилась в него мёртвой хваткой, ведь со своей внешностью и проворностью, могла бы замахнуться намного выше… и безопаснее.

– Да. Именно так.

– И что ты хочешь от меня. – Дёмин на стуле откинулся и наблюдал теперь за Элей с усмешкой.

– Я хочу организовать одно мероприятие и мне очень нужно, чтобы Руслан на нём поприсутствовал. – Эля многозначительно кивнула Дёмину, но тот, видимо, не вник.

– Для начала хочу предупредить, что Руслан в принципе не любит сюрпризов. – Глянул на Элю и понял, что не открыл ей глаза. На стол навалился, чтобы быть ближе. – И почему ты не можешь просто его туда пригласить?

Эля развела руками и улыбнулась.

– Значит, не могу.

– И в этом тебе должен помочь я. – Догадался мужчина и нахмурился сильнее.

– Не совсем. Скажи, может у вас намечается какое-нибудь мероприятие или памятная дата, что-то в таком роде, что можно отметить?

– Вроде ничего, да и отмечаем мы чаще прямо в офисе, без отрыва от производства.

– А ты подумай. – Эля закусила нижнюю губу и взволнованно вздохнула, пышная грудь так и рвалась из узкого платья. Один взгляд Дёмина и она опомнилась, но было поздно, он уже присматривался. Языком цокнул, исподлобья взглянул и нехотя признался:

– Через недельку, точнее пока не скажу, намечается у нас подписание контракта, очень важного. Думаю, отметить его будут не грех.

– Когда будет известно точно? – Сконцентрировалась Эля.

– Через пару дней.

– Отлично, позвонишь мне. Так, – Эля достала из сумочки визитку ночного клуба и протянула Дёмину, тот сразу хмыкнул и глянул на неё с интересом, как-то неприятно усмехнулся, но визитку припрятал. – Предложишь этот вариант. Я думаю, под мнением большинства он согласится.

– Да-а, что-то мне подсказывает, что это может плохо закончится. – Потянул он и пристально, посмотрел Эле в глаза. В его глазах она увидела что-то неприятное, и ухмылка была паршивая, но другого пути не было. – Что я буду с этого иметь?

Эля намёк поняла, но решила не поддаваться и продолжала мило улыбаться, ничем не проявляя свою нервозность.

– У тебя будет один вечер в приятной кампании.

– В твоей кампании. – Деловито заявил Дёмин и больше не улыбался. Это был не вопрос, это было условие, его условие. Он приблизился к Эле и стиснул зубы, он её хотел.

– Не боишься?

Эля так же приблизилась к нему, шептала, а в глазах ни капли страха или смущения, у неё теперь просто нет на это времени. Глаза прищурила угрожающе и смотрела зло и опасно.

– Я думаю, ты этого стоишь.

Дёмин усмехнулся, двумя пальцами по её выразительно отставленному подбородку небрежно провёл и тут же встал, не дожидаясь реакции. Секунду помедлил, а потом склонился над ней и добавил:

– Мы ещё к этому разговору вернёмся. – Дерзко шепнул, развернулся и ушёл.

Эля даже голову в его сторону не повернула. Остался неприятный осадок, но главная задача решена и это только к лучшему.

Через пару дней Дёмин действительно позвонил, сказал дату, добавил, что предложение пойти и отметить сделку приняли «на ура», даже Кабаев согласился. Правда, и словом не обмолвился о том, как Эля будет должок отдавать, выжидал, хотел спутать карты. А Эля его подлую натуру насквозь видела, знала, что ещё не раз подпортит настроение. И, спрашивается, почему, такого мужчину, как Руслан, окружают такие насквозь гнилые сотрудники?..

Вечером, за день до выступления, Руслан пришёл с цветами. Долго молчал, загадочно улыбался, а Эля всё ждала, как он сообщит о том, что завтра будет поздно. Хотя, с чего она вообще решила, что он ей об этом сообщит? В последнее время, у него вошло в привычку домой являться не раньше одиннадцати. Никакой личной жизни! Возмущалась Эля сама себе, а иногда и ему успевала это высказывать, правда, делала это в такие моменты, когда он возразить не мог. Так и сегодня, важный разговор начался после секса, когда силы у обоих были на исходе, и никто попросту не мог возражать.

– Девочка моя… – Протянул Руслан.

На локте над Элей приподнялся и рукой голову подпёр. Разглядывал её обнажённое тело, нежно поглаживал рукой по животу. А потом руку на груди пристроил, очерчивая пальцем сосок и улыбнулся. Эля, в ответ на ласки, грациозно выгнула спину, широко улыбаясь, заманчиво подмигнула, и передвинула его руку на низ живота, намекая на продолжение.

– Неужели не устала? – Рассмеялся Руслан, правда, руку свою убирать не спешил, даже наоборот, принялся интенсивно ею поглаживать.

– Устала, но если ты настаиваешь…

Руслан даже голову запрокинул от неожиданности.

– И почему у тебя всегда я настаиваю? – Продолжал смеяться он, а сам уже гладил Элю по волосам, которые выглядели растрёпанными, но от этого не менее соблазнительными.

– А кто? – Вроде бы удивилась она.

Поцеловала в подбородок, заглянула в глаза. Улыбка стала более рассеянной и хитрой, она поцеловала его шею, языком провела по груди, спустилась к животу и зубами одёрнула край шёлковой простыни, которой прикрылся Руслан на время передышки. Смех быстро стих и послышался судорожный выдох, дрожь пробежала по его телу. Он своей рукой вцепился в плечо Эли и принялся его настойчиво массировать. Иногда улыбался, но эта улыбка была, скорее, довольная, от её игры, от её напора… Тихий стон нарушил тишину ночи. Руслан выдохнул с облегчением, Элю притянул к своей груди.

– Малыш, не обидишься, если завтра будешь спать одна?

– А где будешь спать ты?! – Возмутилась Эля, приподнялась над ним и взглянула, метая огненные стрелы из глаз, правда, потом опомнилась и притихла.

– Завтра важная сделка, вечером будем отмечать, ну, и… скорее всего это затянется. Когда я приду, ты уже будешь спать.

От подобного откровенного предупреждения, Эле даже жалко стало, что она так с Русланом поступает, мелькнула мысль всё это отменить, но потом, вдруг вспомнились некоторые подробности их личной жизни. Это был не первый раз, когда Руслан под таким предлогом не является ночевать, прежде, значения этому не придавала, хотя и понимала, где, в принципе, кампания мужчин, среди ночи отмечает сделку. Но сейчас очень уж задело.

Шумная кампания, человек двенадцать, много пили, говорили о бизнесе. Вечер только начинался, девочки-танцовщицы неторопливо оголялись, соблазняли, откровенно улыбались и не стеснялись принимать купюры крупного достоинства. Рита сегодня на сцену выйти не решилась, теперь ей танцевать перед Русланом было как-то неловко, ну, никак она не воспринимала его как работу. Вот, мужчина лучшей подруги и всё тут! Да и если бы не эта причина, всё равно не вышла бы: жутко волновалась перед выходом Эли. Даже за горло хваталась взволновано, когда девочки на подиуме сменяли одна другую. Обстановка в зале нешуточно накалялась, мужчины достаточно выпили и о делах речи уже не шло, они присматривались, приценивались, выбирали себе жертву. Официантки не успевали менять графины с алкоголем, всё хорошо, вот только Гарик ходил мрачнее тучи, понял, что «любимый» – это Кабаев, и места себе теперь не находил. Сначала говорил, что будет выступление Эли в первом ряду смотреть, а теперь в кабинете спрятался, непонятно от кого. Эля волновалась не меньше остальных, всё-таки дебют (самой смешно)! Руслан сидел вместе со всеми, особо увлечённым не выглядел, но иногда улыбался, даже не стеснялся девушек по попе шлёпнуть, хотя все и утверждали, что он брезгует, это не на шутку задело. Когда благодарная публика была разогрета до предела, Эля уже была готова, подала сигнал ди-джею и дождаться не могла, когда её выход объявят.

– Элька, последняя возможность передумать. – Одёрнула её Рита, окинула страшным взглядом, практически умоляющим одуматься, но куда там…

– Не волнуйся.

Музыка стала приглушённая, неведомый мужской голос попросил тишины.

– А сейчас выступление специально для нашего гостя Руслана, желающие могут отвернуться, хотя я бы не советовал…

Мужчина в скромном костюме скрылся за кулисами, а Эля даже подумала, что после такого представления, надумает бежать, так быстро он удалился вглубь коридора.

Бодро и дерзко улыбнулась, хотя её улыбки видеть никто не мог, в зале был выключен свет, и лишь неоновая подсветка подиума не давала мраку окутать сознание. Стояла гробовая тишина, каждый отзвук каблука, неспешно и интригующе стучавшего по подиуму, эхом раздавался в ушах. Биение сердца оглушало, Эля мёртвой хваткой держалась за шест, повернувшись к зрителям спиной, мысленно послала всех к чёрту. А когда музыка зазвучала, в неё словно бес вселился, так бывало каждый раз перед выступлением, а теперь… стриптиз. Эля слышала, как мужчины подвинулись к подиуму и стало жарко. Музыку выбрала стереотипную, ещё в девяностых, когда вышел фильм «Стриптиз» с Деми Мур в главной роли, мелодия стала узнаваемой, и теперь «Сладкие сны» в её представлении. Прожектора зажглись и зрители смогли оценить танцовщицу воочию: высокая, стройная, в костюме строгой учительницы, только вот юбка коротковата… Никто ещё не понял, что это она… В один момент девушка ожила, ласкала и гладила шест, как любимого мужчину, откинула голову назад, ядовито улыбнулась и повернулась лицом в зал. Под ритмичную музыку танцевала красиво, ни о чём не думала, пока чей-то взгляд не прожёг насквозь: это был Руслан… и он её узнал… Сердце предательски дрогнуло, а музыка заставляла кружиться всё сильнее, набирая темп. Одно резкое движение руки и строгая учительская гулька тяжело опустилась на плечи, Эля волосы рукой взъерошила и бросила дерзкий взгляд кому-то из мужчин. Тишина среди присутствующих стала невыносимой, теперь все понимали, кто перед ними танцует, и в сторону Руслана покосились, а он стоял и, кажется, был равнодушен, вот только взгляд свой тяжёлый с Эли не сводил. Галстук, который до этого был небрежно завязан на изящной шее, ловко распустился, она им между ног провела, нижнюю губу закусила и бросила во тьму.

– Я даже знаю, где ты его покупал!.. – Послышался смех кого-то незнакомого из зала.

Дорогая мужская рубашка, уже известно, кому принадлежавшая, резко распахнулась в нужный момент и направилась за галстуком вслед, теперь все могли оценить, что Эля скрывала под своими невыносимо узкими платьями. От шеста оторвалась, спиной к нему повернулась и съехала вниз, словно без чувств, голову назад запрокинула, ртом ловила горячий воздух, словно после бурного секса, получая удовольствие, от прикосновения к ледяному шесту. Короткая юбка задралась и поднялась на пояс, после была быстро расстёгнута и под руками не мешалась. Эля упёрлась коленями в пол и развела ноги в стороны, эротично касаясь оголёнными ягодицами своих каблуков. Руками гладкую кожу гладила, языком обводила губы. Чтобы быть ближе к краю, руками в пол упёрлась и направилась вперёд, выгибая спину, как кошка, которая идёт на охоту, каждое движение осторожное, но, при этом, решительное и умелое. Взгляд подняла и увидела Руслана. Он стоял с бокалом виски в руках, крепко его сжимал и не пил. Зубы стиснул и взглядом прожигал. Каждый новый взгляд отзывался хлёсткой пощёчиной, даже щёки загорелись, словно эти пощёчины он подарил собственноручно. Она танцевала только для него, видела, чувствовала только его, на секунду замерла, дышать перестала, в то же мгновение увидела руку, которая тянется к ней, чтобы дотронуться, и резко встала. Красиво, уверенно, руку небрежно оттолкнула, на её владельца не глянула. Вернулась к шесту, ухватилась за него рукой и закружилась под музыку. Эля не была голой, на это она так и не решилась, но почти прозрачное молочного оттенка неглиже, вряд ли можно было назвать одеждой. Танец подходил к концу, осталось последнее движение. Эля на шест подпрыгнула, закружилась сильнее и повисла вниз головой, закрепив ногу повыше. Сердце дрогнуло… что-то не так… она не слышит музыки, в ушах гул, в глазах темно, тело её не слушается и только страх, который зародился где-то очень глубоко и рвётся наружу. Глаза открыла: она стремительно движется вниз, в последний момент удалось рукой за шест ухватиться и она замерла…волосы легли на подиум, а голова остановилась от него в сантиметре. Всё вокруг стихло, вновь выключился свет, и только неоновая подсветка по-прежнему подсказывала верное направление. Одёрнула тяжёлую занавеску и чуть не рухнула на пол, до боли впилась ногтями в косяк.

– Эля, ненавижу тебя. – Кричала заплаканная Рита, она тут же бросилась к подруге, поднимая ту.

Руки и ноги колотились, ледяной пот проступил не лбу, Эля не сразу взглядом Риту нашла, но крепко ухватилась за неё, и еле переплетая ноги, направилась к гримёрке.

– Ты чуть не разбилась!

Рита стояла вся бледная, сама тряслась, только она понимала, что сейчас произошло: Эля на секунду потеряла сознание, и от травмы её спасло чудо.

– Ты знаешь, сколько девчонок так себе позвоночник сломали? Ты это понимаешь?! – Продолжала та, а у самой в глазах появлялся всё более явный страх, чуть позже он приходит уже осознанно и отдаётся неприятной горечью во рту.

– Тише, голова раскалывается. – Еле дыша, отозвалась Эля, она понемногу приходила в себя.

– Господи, за что мне это всё?!

Эля загадочно улыбнулась, повернулась к зеркалу и с откровенным интересом начала себя разглядывать.

– Ты бы видела, как он на меня смотрел… Только ради одного его взгляда я готова повторить это не задумываясь.

– Ты с ума сошла? – Рита округлила глаза, не веря услышанному.

– Как он смотрел… – Не обращая ни на что внимания бормотала Эля. – Он был готов убить меня… прямо там…

– Прошло уже две минуты, – голос Руслана раздался настолько неожиданно, что девушки одновременно вздрогнули и нерешительно повернули головы к входной двери, – а желание это сделать только нарастает. – Проговорил он сквозь зубы и зло глянул на Риту.

В комнате повисло молчание. Руслан смотрел зло и с прищуром, одним своим видом демонстрируя намерения разобраться в происходящем.

– Выйди. – Кинул он коротко Рите, на неё при этом даже не глянул, только голову немного повернул, а сам Элю сверлил взглядом.

– Вообще-то, это моя гримёрка. – Возразила та. Получилась совсем уж не решительно, но оставлять подругу одну с разъярённым мужчиной было страшнее, чем ему возразить.

Руслан одарил её таким взглядом, что девушка пожалела, что родилась на свет.

– Рита, иди, всё в порядке. – Заверила Эля, хотя и сама успела усомниться в словах.

– Эля!

– Рита, иди.

Эля даже улыбку из себя выдавила. А когда дверь тихо прикрылась, подскочила, от неожиданности, что, кстати, было очень вовремя. Иначе Руслан бы схватил её вместе со стулом. Его пальцы больно впивались между рёбрами, у неё даже стон такой протяжный, неестественный вырвался, он её подхватил и рывком на туалетный столик усадил, ничего не говорил, и выяснять отношения точно намерен не был. От прикосновений становилось больно, и Эля решительно попыталась его оттолкнуть.

– Руслан… – Получилось как-то странно, даже свой голос не узнала, правда, Руслан её не слышал.

Он был агрессивен, безумно зол и прилично возбуждён, Эле сила его возбуждения даже льстила, если бы она не была наполнена таким негативом. Руслан не пытался её соблазнить, он пытался взять её силой (как бы странно это не звучало), действовал грубо, даже жёстко, был настроен решительно. Церемониться не стал, безжалостно расправлялся с несчастным бельём. В один момент зацепился браслетом своих дорогих часов за чулок, и теперь тот не просто был порван (толстенная стрелка поехала до самой пятки), он ещё был опущен до колена, некрасиво собрался в складки и портил вид, на бедре огнём горела царапина. Эля даже сопротивляться начала, но куда ей с Русланом справится: сильный мужик, чуть ли не в два раза больше её в объёмах, при этом он пьян и зол – короче говоря, глупая затея. Её сопротивление Руслана даже посмешило, Эля смогла это понять, когда в глаза ему заглянула, правда, ничего хорошего увидеть не смогла: взгляд злой, издевательски насмехающийся, даже не хотелось знать, о чём он думает в этот момент. Когда что-то вновь возразить попыталась, больно схватил её за щёки одной рукой, сжал и поцеловал. Властно, страстно, проникновенно, но как-то неприятно. Признаться, когда впервые Руслана увидела, именно подобная сцена перед глазами стояла, ну, никак она поверить не могла, что человек с таким опасным взглядом, может быть нежным или, тем более, ласковым. И вот теперь её догадки подтвердились в полной мере, он проявил свою сущность. От его руки щёки горели, он нервно сопел, но снова заглянуть ему в глаза не удалось. Руслан руку в волосы запустил и зажал её в кулак, сделал не просто неприятно, а именно больно, и он об этом знал. Губы его больше не интересовали, он больно впился в шею, Эля так и видела, как тёмного цвета засос будет вырисовываться на её белоснежной коже. Как-то не о том она сейчас думает…

– Руслан, хватит! – Пыталась прокричать она, руками упиралась, но он с такой силой в них вцепился, что запястья просто огнём горели.

Повис над ухом, секунду отдышался, а потом так зло, ехидно, при этом со смешком проговорил.

– Ну, ты ведь этого хотела… стриптизёрша. Получай. – Говорил не слишком эмоционально, не старался даже. В полной мере выказывал своё безразличие.

– Прекрати, мне больно!

Ногами дёрнула, но только хуже сделала: Руслан с силой её к зеркалу подвинул, так приложил, что то треснуло, это и не глядя на него можно было заявить.

– Что? – Продолжил он, буквально придавливая Элю своим телом. – Подружка не рассказала об основном заработке?

Он Элю на себя с силой потянул, заставляя ногами за поясницу обхватить, туалетный столик под ней жалобно скрипел, казалось, ещё пару резких движений, он так и рухнет. Странная боль прожгла между лопаток, когда Руслан резко рукой дёрнул, расправляясь со шнуровкой неглиже, и вот тогда уже она запаниковала, даже слёзы на глазах навернулись. Сама не понимала, откуда силы взялись, но Руслана она всё же оттолкнула. Далеко он, конечно же, не улетел, да и вообще, скорее всего сам интерес к происходящему потерял. Хотел, конечно, но остановился, видно алкоголь ещё не весь здравый смысл из него вытеснил. Стоял на расстоянии полуметра, смотрел с опасным прищуром, внимательно разглядывал свою любимую, правда, немного потрёпанную, девушку, а сам словно оценивал, на сколько она выглядит теперь. Так и есть: достал бумажник, из него вызывающе торчали стодолларовые купюры, он ещё раз исподлобья глянул и две сотни достал. Великодушным жестом перед носом у Эли провёл и за изрядно подпорченную бретельку небрежно засунул.

– Хорошо станцевала. Я оценил.

У двери остановился и добавил:

– Скажи спасибо, что к тебе я пришёл, а не кто-то из этих пьяных уродов.

Сказал. Развернулся. Дверь на себя потянул, а из-за неё Рита так и вывалилась, видно не ожидала, что всё так быстро закончится. Рита смотрела ему вслед, видела, что ушёл, только тогда смогла сосредоточиться и на подругу посмотрела. Ухмыльнулась, дверь за собой захлопнула.

– Выглядишь, – громко потянула она, и большой палец демонстративно отставила, – класс!

– Мне идёт? – Горько усмехнулась Эля и тут же взгляд опустила. Скривилась от боли после первой же попытки пошевелиться, но взяла себя в руки и со столика слезла. Подобрала стул, который валялся у противоположной стены вверх ножками, болезненно простонала и на него опустилась.

– Ну, и вот такая у вас любовь?

– Наверно… – Эля плечами пожала, уже была без сил.

– Ты ещё легко отделалась. – Рита рискнула приблизиться. – Этот мог бы и убить, глазом не моргнул.

– Не могу сказать, что ожидала другой реакции, но всё же как-то обидно. – Нехотя призналась Эля а подруга на неё с сожалением поглядела, та уже давно не питала иллюзий по поводу мужчин.

– Что же он с тобой сделал…

Выглядела Эля, действительно, не очень: взъерошенные волосы, небрежно спадающие с плеч, растёртая по подбородку ярко красная помада, которая сливалась со следами от пальцев. Чулок на правой ноге был приспущен до колена, на этом же бедре яркая царапина: оставил, когда пытался часы от чулка оторвать, Эля только сейчас почувствовала, как эта царапина неприятно щиплет. На левой – чулок ещё держался, но тоже с приличной стрелкой. Неглиже, некрасиво разорвано в нескольких местах, видимо в тех, за которые Кабаев хватался особо яростно, одна бретелька оторвана напрочь, другая – ещё вроде держалась, но, видимо, ненадёжно. На запястьях уже чётко виднелись следы от его пальцев. Вдруг Эля резко скривилась: о себе напомнила боль между лопаток.

– Ритка, – кривясь, простонала она, – глянь, что там, а?

– Ху-у-у, чем это он тебя так?

– А что там?

– Ну, как сказать. – Рита не пыталась особо вглядываться, но приятного явно было мало. – Скажем так, то, что у тебя на бедре – это цветочки.

– Даже двигаться больно.

– Не знаю, как он теперь тебе в глаза посмотрит?..

– Очень даже просто. Как он сказал: я сама хотела.

– Мужикам всегда проще на нас всё свалить, чтобы потом сухими из воды выйти. Ну вот! – Рита нахмурилась. – Ещё и зеркало мне разбили, страстные любовники…

Эля как раз вспомнила о деньгах, которые Руслан ей за выступление дал, бросила их на злосчастный столик, компенсируя ущерб. Ссадины обработали, даже переодеться успели. Рита на пару минут вышла, чтобы проверить, что в зале твориться. Вернулась с новостями, что все страждущие до тела, поспешили удалиться. От Гарика пламенный привет передала, правда, он уточнил, что если бы не её связь с Кабаевым, точно бы у него танцевала. Было далеко за полночь, когда в двери постучали. Рита с Элей как раз по домам собирались. Дверь скрипнула и широко распахнулась, за ней стоял Дёмин. Довольный, аж до отвращения. На Риту зыркнул и та удалиться поспешила, по дороге жалуясь, что с этими мужиками, Эля и к утру домой не доберётся.

– Ну, что? Не проникся? – Дёмин противно улыбался, но приближаться не спешил. Издалека наблюдал. – А я предупреждал, что он сюрпризы не уважает.

– Тебе чего?

– Ну, как же, должок. – Даже причмокнул от удовольствия, а Элю скривило так, что самой неудобно как-то.

– Сейчас рассчитаемся.

Уверенно кивнула, но когда Дёмин приблизиться вздумал, остановила его решительным взглядом и вытянутой рукой.

– Только звоночек один сделаю. – Пояснила она, но руку продолжала держать вытянутой, словно его это остановило бы, при большом-то желании. – Я освободилась. Да. – Проговорила кому-то в трубку, а Дёмин только ухмыльнуться успел.

– Подружку с квартиры сгоняешь? Зря… у меня своя есть. Комфортабельная.

Эля с издевательской улыбкой на него посмотрела, а когда в дверях его потеснили два молодца, размером со шкаф, каждый, одним лишь взглядом его придавили.

– Элеонора Борисовна, домой? – С особенной, вряд ли присущей им в обычной жизни вежливостью, поинтересовались молодцы.

– Домой. – Бодро отозвалась она.

В дверях на Дёмина не глянула, прошла, словно никого и не было. Охранники её тут же обступили, и они вместе направились к выходу. Дёмин за ними проследовал, не понятно чего ждал, успел только увидеть, как Эле, Элеоноре Борисовне, помогли в огромный внедорожник забраться (удивительные габариты у него были, даже для видавшей виды столицы, не каждый день такой встретишь). Постоял, дорожную пыль проглотил и тоже домой отправился.

Эля в квартиру вошла и сразу поняла: Русланом здесь и не пахнет. Она намерено к нему приехала, хотя и не сомневалась, что этой ночью тот не появится. Следующий день даже и не думала ему звонить: пусть остынет, да и Эле нужно время, чтобы в себя прийти. Но когда он не появился и на следующую ночь, решила действовать сама. Звонить Ире не стала, знала, что Руслан обиделся не на шутку и наверняка запретил ей с новоиспечённой подружкой общаться. Знала, в каком ресторане он обедать любит и тут же туда позвонила, удостоверилась, что столик заказан. Не ошиблась. До встречи было достаточно времени, и Эля направилась в свою квартиру. Там гардероб был поинтереснее, есть из чего выбирать. Хотела надеть что-нибудь вызывающее, соблазнить, так сказать, но внешний вид оставлял желать лучшего. На глаза попалось красивое, но очень уж странное, оттого и ни разу не использованное, платье, с большим количеством кружева ручной работы, мама как-то из поездки привезла. Чёрное, а странное оттого, что кружево это, из зоны декольте и со спины, плавно на шею переходило, вверху было прилично накрахмалено, чтобы её обвить. Эля всегда удивлялась, кто такую ересь придумал. Только теперь вот поняла, что именно это красивое, чёрное, приталенное платье, вроде и вызывающее: глубокое декольте и глубоко открытая спина, которые как раз кружевом и закрывались, идеально замаскирует и её засос на шее, и огромнейшую ссадину на спине. Пышное внизу, оно задорно переваливалось из стороны в сторону при ходьбе. То, что надо.

В ресторане появилась и сразу на себя внимание привлекла.

– У вас заказан столик? – Вроде бы и, не сомневаясь, но с какой-то насторожённостью уточнил метрдотель.

– Руслан Кабаев на месте?

– Да.

– Он один?

– Пока да, но ожидает гостей.

– Спасибо, я подожду вместе с ним.

Ответа ждать не собиралась, да и разве мог он ей что-либо возразить: одного взгляда достаточно, чтобы всё понять и с девочкой не связываться.

В зал вошла, всем дерзко улыбалась, была уверена, что времени у неё пару минут, не больше. Все знали, какой пунктуальный человек Руслан Кабаев и не многие рисковали к нему опаздывать. Увидела его сразу же, в тот же момент поняла, как сильно соскучилась, даже губу закусить захотелось, но вовремя себя остановила. Он сидел спиной и поэтому видеть приближения беды не мог, но Эля этому не обрадовалась, ей нужны были его глаза, она с ума сходила. Гордо расправленная спина вроде как напряглась: Руслан почуял неладное, видно заметил, как люди в зале зашептались и не сразу сообразил. А вот все остальные понимали, что сейчас будет: многих Эля узнавала, не то, чтобы знала поимённо, но явно они уже успели поприсутствовать на её предыдущих концертах и ждали развития событий с нетерпением.

– Добрый вечер. – С искренней улыбкой и явным желанием пообщаться, Эля подсела за столик к Руслану.

– Давно не виделись.

Нельзя сказать, что Руслан был впечатлён, уже не первый день знакомы и чего-то подобного, вполне мог ожидать, тем более, после двух суток молчания.

– Эля. – Он старался говорить убедительнее, видимо, важные переговоры. – Я сейчас занят.

– Пока нет.

Он хмыкнул, прищурился, но явного зла во взгляде не чувствовалось. На стуле откинулся, нахально улыбнулся и показательно расслабился.

– Пришла меня удивить? – Догадался он и даже усмехнулся, можно подумать, его больше удивить нечем!

– А ты этого хочешь?

Что же, его красноречивый взгляд сказал о многом, даже глаза как-то с интересом заблестели, думал в тупик завести… гад! Теряться у Эли времени не было и она, тут же хитро прищурилась, яркие губы трубочной сложила и немного вперёд вытянула. Эта игра продолжалась недолго: уже в следующую секунду, Эля закинула ноги на столик, её широкополое платье заманчиво скользнуло на бёдра, и она даже голову набок наклонила, обращаясь к Руслану, мол, твой выход. Он нагло ухмыльнулся и руками развёл.

– И что?

Эля чуть на стол навалилась, пальчиком Руслана поманила, чтобы тот ближе придвинулся, а когда получила желаемое, шепнула:

– На мне нет нижнего белья. – Её глаза сверкнули, она почуяла неуверенность от любимого. – И если ты сейчас что-нибудь не предпримешь, тот лысый дядька, – Эля даже не постеснялась пальцем ткнуть, – об этом очень скоро узнает.

Ещё раз глазами сверкнула, а уже в следующее мгновение Руслан выводил её из ресторанного зала поперёд себя, злой, пыхтит и руку больно сжимает. В дверях с кем-то столкнулись, группа мужчин посмотрела заинтересованно.

– Глеб Викторович, две минуты. – Отрапортовал Руслан и, не дожидаясь ответа, направился к выходу.

В широком холле резко развернулся, огляделся по сторонам, наверно убедился, что никто не подслушивает, и Элю к стене подвёл.

– Ну, и зачем этот спектакль?

– Просто я соскучилась. – Эля виновато надула губы.

– Малыш, не нужно меня злить.

– Я не злю. – Снова заговорила она, откровенно улыбаясь. – Я добиваюсь твоего внимания.

– Вечером, детка, всё вечером.

Руки под пиджак запустила, едва касаясь, пощекотала, слышала, как он взволнованно дышать начал, но не сопротивлялась, когда тот отстранился.

– Ты меня любишь? – Вдруг спросила Эля, вроде как сомнение в её голосе послышалось.

– Дома поговорим.

Руслан нервничал, две минуты затягивались, а Эля с недоверием на него взглянула, даже бровь приподняла, для пущей убедительности.

– Обещаю быть пораньше.

Наконец, Руслан улыбнулся, как прежде, с любовью, и Эля успокоилась. Он хотел уже идти, когда она его за рукав пиджака схватила и обратно к себе притянула.

– Можно я попрошу твоего водителя, чтобы он меня отвёз?

– А Кирилл где?

– Я сама его отпустила, ему пару дней было нужно…

– Скажешь, чтобы после обеда меня забрал.

Руслан Элю в нос поцеловал и потом к выходу подтолкнул. Даже не обернулся!

Вечером заявился с шикарным букетом цветов, вручил его не особо торжественно, потом посмотрел в глаза и, с несвойственной ему неловкостью, протянул небольшую коробочку, перевязанную бантиком.

– Что это?

– Подарок. – Хмыкнул Руслан, словно и сам не верит в происходящее.

– Между прочим, это твой первый подарок. – Эля не то, чтобы застыдить пыталась, просто это действительно было так.

– Я виноват. – Он покаянно опустил голову и, опять же, усмехнулся. Вечно трогательный момент испортит!

Эля на него глаза вытаращила, совершенно не понимая таких действий, и в чём это он так виноват, что даже на подарок решился?! Была поражена до глубины души. Руслан её взгляд понял правильно и не удержался, пояснил:

– Прости, даже за широкими браслетами синяки видны…

Посмотрел с таким виноватым взглядом, что Эля его даже пожалеть подумала, правда, опомнилась. Он её за руки взял и в запястья поцеловал, сначала на одной руке, потом на другой, а Эля взглянула, ехидно так.

– Это ты ещё моё бедро не видел…и спину. – Глянула и гордо подбородок задрала, засос демонстрируя.

– Ты меня простишь? – Уже со смехом спросил он, понимая, что любимая не злится.

– Ну, духами ты, конечно, не отделаешься, а так…

Эля тут же коробочку с любимым ароматом в сторону отодвинула, а к Руслану повернулась в полной боеготовности, правда, уже после первого поцелуя он её остановил.

– Нас пригласили на ужин. – Констатировал он и засмеялся, когда Эля испугалась этой новости (обычно она готовилась к вечеру уже с утра, а тут…).

– Кто?

– Сергей. У него там какой-то повод.

– И ты мне только сейчас это говоришь?! – Эля возмутилась настолько, что напрочь забыла о поцелуях, выглядела она, конечно же, хорошо, но предпочитала выглядеть превосходно.

– Сам только полчаса назад узнал. У нас ещё есть время.

Что же, Руслан действительно пришёл домой значительно раньше обычного, часы только пробили семь, поэтому Эля привести себя в порядок успела, вот только платье пришлось одеть всё тоже: чёрное, с кружевом. Слишком уж ярко зиял страстный поцелуй на шее. Но, не смотря на это, все, собравшиеся сегодня за столом, её внешний вид оценили. Как оказалось, особого повода собраться не было, не скажешь тут наверняка, кто эту встречу вообще придумал, но в процессе Эля поняла, что всех интересовал один вопрос: вместе они с Русланом придут или нет. Пришли вместе, чем многих прилично удивили, один взгляд Дёмина чего стоил, он-то своего друга знал отлично. Разговоры вели нейтральные, то о делах, то о предстоящем отдыхе, не понятно уж, по какому поводу, а когда все выпили и расслабились, внимание уделили и недавнему инциденту.

– Так что же ты, Элька, меня на выступление не пригласила? Говорят, зажгла. – В упор на Элю глянул Сергей, а все сидящие за столом замерли. Тема, безусловно, интересовала многих, но никто не решался её задеть. Но Сергею ведь всё нипочём!

– Это была закрытая вечеринка. – Улыбнулась Эля и за столом вздохнули с облегчением. Не ясно уж, почему так, но то, что с облегчением, так это точно.

– Жаль, жаль, я бы с удовольствием глянул. Ведь есть на что!

Сергей не обращая ни на кого внимания, подмигнул, и губы облизал, демонстрируя всем своё желание.

– Тебе жена станцует.

– Так она же не умеет. – Сергей даже руками развёл.

– Я научу.

За столом повисла неприятная пауза: все знали, что Сергей свою жену, не то, чтобы за железным занавесом держит, но вольностей точно не позволяет, между собой переглянулись.

– Договорились. – Цокнул он языком и рассмеялся. – Ох, Руслан, – Сергей потянулся, так, словно не в ресторане сидит, а дома, на диване, – если бы не Ленка, сам бы на твоей девочке женился. Как, Элька, пошла бы за меня?

– Ни за что!

– Чего так? – Он даже сделал вид, что обиделся.

– Ты бы меня прибил.

– Так и Руслан прибьёт, если такое вытворять будешь. Привыкнет к тебе и прибьёт.

– Он меня любит. Любишь ведь? – К Руслану обратилась и вся засияла, когда тот довольно улыбнулся, этого было больше, чем достаточно.

Все остальные, сидящие за столом лишь с интересом наблюдали за диалогом. Им всё было странно: и как Сергей к Эле относится, слишком уж добродушно, и как Эля с ним быстро общий язык нашла, а особенно, как на всё это Руслан реагирует: молчит и даже над некоторыми шуточками посмеивается. Мало кто знал подробности жизни троицы до этого, а особенно, кто и с кем пересекался.

Эля чувствовала себя прекрасно, Руслану то и дело посылала пылкие взгляды, он на них частенько отвечал. Сегодня выпил больше обычного, поэтому вёл себя развязнее, да и не боялся всем показать, что с Элей чувствует себя отлично, хотя прежде свои чувства и эмоции старательно замаскировывал. Только Дёмин напрягал, смотрел ядовито, думал о чём-то о своём, внимательно ловил каждую фразу, но интерес свой к её скромной персоне старался больше ничем не проявлять, по большей части отмалчивался. Сегодня звездой вечера был Сергей, который тоже не просто выпил больше, а именно напился. На Элю бросал странные взгляды, которые многие неправильно расценивали, зазывно улыбался, подмигивал, чем её больше смешил. Когда за столом все заскучали, решил развеять напряжение и с новыми силами вступил в бой.

– Элька, – Сергей хитро прищурился, – что-то ты взбледнула. – Заявил он во всеуслышание и за столом снова оживились.

– Что?

Конечно же, Эля слышала, что сказал Сергей, более того, она даже поняла о чём он. И это беспокоило больше всего. Вопрос свой задала для отвода глаз, да и пару секунд себе дала, чтобы достойное оправдание найти. От волнения ладони стаи влажными, и она их поскорее под стол убрала, якобы салфетку поправить, нервно улыбнулась и притихла, надеясь, что Сергей вовремя угомониться. Но это же Сергей!

– Я говорю, заездил тебя твой мужчина, наверно отдышаться не успеваешь! Бледная вся, тощая, раньше не такая была. – Сергей собой был доволен, нагло улыбался и даже, кажется, протрезвел, от удачной шутки. – Отдохнуть бы тебе. – Посоветовал напоследок.

– С тобой что ли?

– О-ох, – напряжённо вздохнул, шею устало потёр, – подведёшь ты меня под монастырь. – Рукой уверенно, как шашкой, махнул. – Согласен! – И тут же ещё одну рюмку водки выпил.

– Руслан, ты слышал? – Эля его пыталась расшевелить, хотя казалось, что тот уже практически спит… но так только казалось.

– Никого не слушай! Ты у меня самая красивая. – Оценивающе и бесцеремонно одарил её хмельным взглядом, даже под стол заглянул, не постеснялся. – И ни с кем тебе отдыхать не нужно, тем более с этим подозрительным типом. – В Сергея пальцем ткнул.

После этих слов при всех к себе притянул и поцеловал в щёку.

– И пусть мне все завидуют. – Произнёс уже глядя Эле в глаза, но достаточно громко, чтобы действительно, все позавидовали.

Что же, бурного примирения, как планировала Эля, не произошло, Руслан был слишком пьян, на себе, конечно, в квартиру тащить не пришлось, но как только пришли, он на диван рухнул и до утра больше не просыпался. А вот Эле так легко уснуть не удалось. Посмотрела на себя в зеркало, старалась взглянуть критически. Да, немного похудела, да и кожа бледная, даже макияж этого уже не скрывает, но беспокоило не это. Беспокоил взгляд Дёмина – пытливый, придирчивый такой. Понятно конечно, что сказать этим хотел, но такого явного желания с ней переспать, или что там он от неё хочет, не понимала. Поэтому, во избежание лишних проблем, решила, не медля, поговорить об этом с Русланом. Кто, как не он может всё решить?…

Утром даже будильник на шесть часов завела, чтобы к тому времени, как любимый проснётся, быть во всеоружии. Приняла душ, сделала причёску, макияж был максимально натуральный, хотя с её внешним видом он уже редко таким был, любимого разбудила поцелуем. Эля всегда удивлялась, как Руслан так легко выходит из похмельного состояния, точнее говоря, у него вообще этого состояния не бывает. Лицо немного припухшее, это да, но голова не болит, не сушит, да и вообще чувствует себя, как огурчик, в хорошем смысле этого выражения. Так вот, разбудила его поцелуем, просыпаться он не спешил, но и рядом прилечь было негде, поэтому Эля так и сидела у дивана, поджав под себя ноги, легонько тормошила его волосы и улыбнулась с грустью, осознавая, как ей это приятно. Наконец Руслан пришёл в себя, вспомнил, что ему надо на работу, а после бодрящей холодной воды в душе, принял привычный для себя вид делового человека.

– Я хотела с тобой поговорить. – Рискнула Эля оторвать любимого от утреннего кофе и новостей.

– До вечера разговор не подождёт?

Руслан уже настроился на работу и отвлекаться не то, что не хотел, а попросту не собирался, поэтому никакие женские разговоры его не интересовали.

– Вечером с тобой невозможно разговаривать.

– Почему это?

– Потому что у тебя даже на меня не всегда времени хватает, а уж на разговоры.

Эля сделала такой жест руками, и такое выражение лица при этих словах, что Руслан даже от новостей отвлёкся, настолько был удивлён: это первый раз, когда она вообще хочет с ним поговорить, вот так, вдруг. А судя по её настрою, разговор будет серьёзным, что ещё более удивительно: раньше казалось, что его избранница, в принципе, серьёзно разговаривать не умеет.

– Ну, давай, поговорим.

Он даже на своём стуле повернулся и теперь смотрел Эле прямо в лицо, выключил телевизор и телефон к себе поближе подвинул, чтобы вовремя сбросить, если что. Опёрся локтём на импровизированную барную стойку и улыбнулся тому, как Эля насторожилась от такой его реакции. Она явно не ожидала, что он откликнется.

– Я серьёзно. – На всякий случай предупредила она.

– Я уже понял, давай.

Эля хотела присесть напротив, но остановилась, под насмешливым взглядом Руслана, чувствовала себя неуютно, да и вообще уже начала сомневаться в правильности своих намерений.

– В общем, – Эля поняла, что начинает заламывать свои пальцы и, от греха, сложила руки на груди, больно уцепившись ими за плечи, – меня напрягает то, как ко мне относится твой друг.

– Серёга, что ли? – Руслан даже рассмеялся. – Так он вроде и твой друг.

– Да при чём здесь он? – Эля как спичка вспыхнула, можно подумать, Руслан ничего не замечает! – Я про Дёмина говорю.

– Про Димку?

Показалось, что он даже удивился, но что его удивило, было не ясно. Сам сколько раз подлавливал его на этом взгляде, а теперь с таким невинным лицом спрашивает…

– Про Димку. – Эля нахмурилась и руки прижимала к себе сильнее. – Мне не нравится то, с каким откровенным желанием он на меня смотрит.

Руслан не то, чтобы удивился её заявлению, он просто не отнёсся к нему серьёзно или вообще непонятно что, но при этом у него был такой вид, словно это вообще не тема для разговора.

– Эля, извини, конечно, – он специально сделал паузу, даже кончик носа почесал, – но скажи мне, кто из наших знакомых, не смотрит на тебя с откровенным желанием?

– Что?

– Я сразу извинился.

– Да причём здесь извинения? Ты просто не понимаешь! Смотрят, может и многие, но никто из них не подходил ко мне и с наглым лицом не предлагал переспать. Он же твой друг, в конце концов!

Сказала, но по виду Руслана поняла, что облегчения не почувствовала, а даже наоборот, напряглась больше.

– Эль… – Явно не хотел продолжать разговор Руслан. – Как ты себя ведёшь, так он и смотрит.

Не смотря на то, что она уже привыкла к своей бледности, и забыла, что такое смущение, жар с такой силой подкатил к щёкам, что Эля даже ладонями до них дотронулась, настолько удивилась этому факту.

– И как же я себя веду?

– Девочка не начинай.

– Девочка?! – Нервно головой закивала.

– Малыш, я опаздываю.

Конечно, Руслан хотел как можно скорее сбежать из квартиры, не то, чтобы его пугал сам разговор или тема, просто он видел, что ещё немного и Эля взорвётся. Следует остыть и банально подобрать нужные слова, которые сейчас, как на зло, где-то потерялись.

– Руслан! – Эля произнесла его имя так уверенно и проникновенно, что не обернуться было просто не возможно. – Твоей женщине, фактически твоей жене, твой же друг, не подбирая выражений, предлагает переспать, а ты говоришь, что опаздываешь?!

– Что-то ты рано на жену замахнулась.

Он сказал не со зла, было видно, Эля это поняла, вот только её реакция на его слова логическому объяснению не поддавалась. Задело её это до боли в груди, стала и окаменела, даже не сразу поняла, что рот открыла и так стоит, слова вымолвить не может. Да и не метила она ему в жёны, ни к чему ей это теперь (по понятным обстоятельствам), но слова задели.

– А как ты меня назовёшь?

Руки как-то сами собой в кулаки сжались, вроде и понятно, любовница она его, но по каким-то непонятным причинам, он её среди других женщин всё же выделил. Все это замечали, наверно, поэтому она и заняла это место жены без его спроса. Руслан зубы стиснул, глаза к потолку закатил, мысленно возмущаясь, уж непонятно на что: толи на то, что Эля эту тему вообще завела, толи на то, что она себя его женой возомнила.

– Эля, я люблю тебя, этого мало? – Она молчала, видимо это совсем не то, что хотела услышать. – А насчёт жены… – Руслан нервно губы облизал, сопел странно, даже злобно, уже за ручку входной двери держался. – Ты веди себя как жена, и отношение к тебе будет соответственное.

– А как себя жёны ведут? У тебя большой опыт?

Руслан уже дверь открыл и на лестничную клетку вышел, но на вопрос удосужился ответить, хотя ничего конкретного и не сказал.

– Опыт есть.

Дверь за собой захлопнул, а Эля плакать наметилась, так ей было обидно, но из-за шока не смогла. А чего она, собственно, ожидала? Забыла, в каком мире живём? То, что он дал ей ключи от квартиры и появляется с ней при друзьях, это ведь ничего не значит, да и не нужен ей статус жены, с чего он взял? Тут дело в принципе, если он не называет её своей женой, значит, вообще ни во что не ставит. Как раз припомнились отношения с первым парнем, который хоть и права такого не имел, но даже родителям сказал, что она ему жена, когда те их в спальне застукали, а тут… Захотелось срочно всё прояснить, и про жену его особенно. Как ни странно, но кажется, она у него действительно была. Позвонила Дёмину. Его номер набирала и поймала себя на мысли, что знает его наизусть, столько раз звонила, чтобы с сюрпризом не сорвалось. Даже в мыслях не было, что тот откажет и не придёт на встречу, а он и не отказал.

Встретились всё в том же кафе, Демин уже сидел за столиком, когда Эля появилась, правда, в этот раз ухаживать не стал, обиделся.

– Привет. – Коротко бросила ему и села.

– Привет, только учти, у меня через час совещание.

– Успею. Расскажи мне про Руслана. – Быстро начала она, даже не заметив, что ей уже меню в руки всучить пытаются. Дёмин же, торопиться не собирался.

– Ого, какая быстрая. – Ехидно улыбнулся и заказал кофе, чтобы официант не висел. – Помниться мне, ещё за прошлый раз не рассчитались… – Подмигнул и на столик навалился, чтобы быть ближе.

– Скажи спасибо, что не рассчитались, а то собирал бы сейчас свои зубы по все столице.

– Ты сейчас про Руслана?

Дёмин так нахально усмехнулся, что Элю даже передёрнуло. И почему это он был так уверен, что от Руслана не получит?!

– Не про него, с ним вы спелись, я уже поняла, я про ребят говорила, которых наняла. Не думаю, что их остановил бы тот факт, что ты помощник самого Кабаева.

– А-а, эти могут.

Дёмин на секунду улыбаться перестал, правда, тут же опомнился и ехидно прищурился.

– Откуда ты такая борзая взялась, а?

– От мамы с папой. – Эля сверкнула глазами, и все вопросы у Дёмина отпали сами собой.

– Так что хотела?

Не то, чтобы Эля удивилась, как тот быстро сдался, но как-то странно это было.

– Информацию. Желательно узнать, был ли он женат. – Взгляд Эли стал совсем серьёзным, чем Дёмин и воспользовался.

– Ох-хо-хо, что, кошечка, против шерсти тебя погладили?

– Не отвлекайся.

– А что мне отвлекаться, на этот вопрос ответ я знаю. Жены было две.

Смешок после его слов, был явно лишним, но Эля постаралась не реагировать.

– Интересно, а почему тогда все так удивлялись, что Руслан со мной встречается? Из ваших слов следовало, что он патологический женоненавистник.

– Наверно потому, что давно это было, он повзрослел. Поумнел, если хочешь.

– И что, на меня запасть только дурак может?

– Запасть может любой, жить с тобой не каждый рискнёт, по крайней мере, он бы точно не стал. Вот все и удивлялись.

– Ладно, рассказывай про жён.

– Да нечего тут рассказывать. С первой расписался, ещё и двадцати не было, прожили года полтора, от силы два. А там, сама понимать должна: закончились деньги, а вместе с ними и любовь. Девочка она была молодая, амбициозная, терпеть не стала. На второй женился уже более осмысленно, лет в двадцать пять, встречался до этого год, а может и больше, я не помню. – Рукой махнул, как на ничего не значащий факт. – Тогда уже и деньги были и влияние, правда времени на жену не оставалось, вот и не усмотрел, когда она загуляла. Да ещё и с теми людьми, с которыми не стоило бы. Короче говоря, захотели они его на бабки кинуть. Кинуть, конечно, не получилось, он уже тогда чуял враньё за версту, бросил её, развестись не успел. А потом любовничка её на машине взорвали, и быстро на Руслана всё повесили. Пока, суть да дело, год по изоляторам промурыжили, потом там всё куплено было, ему восемь лет дали, а она с другим любовником и подгребла под себя весь бизнес. Потом апелляции, доследование, короче ещё через два года его выпустили, за недоказанностью. Вышел: ни жены, ни денег, но теперь были нужные знакомства и даже связи. Вот тогда и началась его белая полоса.

На несколько секунд Эля задумалась, видимо информацию переваривала, но самому факту судимости, пусть и по ложному обвинению, не особо удивилась. Дёмин понял это по своему, уже видел, как у Эли зарождается план, как очередной раз Кабаева из себя вывести, даже удивился, как быстро это произошло и её взгляд прояснился.

– Получается, вы с ним так давно знакомы?

– Детка, мы выросли с ним в одном дворе.

– Неужели, а так не скажешь…

Объяснять свои слова Эля не стала, но Дёмин почему-то решил, что они должны были его оскорбить. Но заострять на этом внимание было некогда. Эля резко со стула поднялась, она была настроена более чем решительно, сразу по сторонам начала смотреть, а потом взгляд свой опустила и про Дёмина вспомнила.

– Я так понимаю, ты сейчас в офис?

– Вообще-то да, но по твоему лицу могу предположить, что наше совещание откладывается…

Эля поняла, что перестаралась с серьёзностью и очень даже мило, практически невинно посмотрела в его сторону, голос мгновенно стал ласковым и нежным.

– Что ты, я только поздороваюсь. – Она невинно повела плечиком, а потом как-то дерзко улыбнулась.

– Ты хочешь, чтобы я тебя подвёз?

– Ух ты, какая проницательность, почти с первого раза понял.

– А где твой водитель, я точно знаю, что Руслан его нанимал?

– Знаешь, мне почему-то кажется, что он не возит меня, а исключительно следит.

– Это его работа.

– Я так и поняла. Так что, подвезёшь? – Уже практически приказным тоном переспросила Эля и руку упёрла в бок.

– И почему мне кажется, что выбора у меня нет? – Хмыкнул Дёмин, но тут же поднялся и направился вслед за Элей.

Из кафе она не просто вышла, она вылетела, Дёмин еле догнал её на коридоре, даже руку попытался на талии устроить, за что получил безжалостный удар локтя в бок и тут же засмеялся. В машине в основном молчали, Дёмин изредка поглядывал на Элю, ему вдруг стало интересно, что такого у них с Русланом произошло, что она закипает от злости, но друга уже успел мысленно пожалеть.

– Не боишься, что заревнует? – Уточнил Дёмин, когда под самым офисом остановились.

– Не до того будет! – Уверенно ответила Эля и вышла из его машины прямо у главного входа. Охрана её остановить не пыталась, за Элей даже в офисе успела закрепиться дурная слава, все знали о её взрывном характере. Проходя мимо секретаря, намерено не стала задерживаться, хотя Ира и сообщила, что у Кабаева скоро важное совещание. Это, конечно же, её совсем не впечатлило, и дверь в ту же секунду была распахнута. На её удивление, в зале заседаний было полно народу.

– Руслан! – Как-то с подпевом произнесла она, якобы позабыла об утреннем разговоре, но Руслан и не думал улыбаться.

– Эля, я работаю.

– Не правда, до совещания ещё пятнадцать минут. Это моё законное время.

Улыбнулась настолько широко, насколько могла, выглядело это вызывающе, но ничего не могла с собой поделать. Потом опомнилась и, не снимая с лица улыбки для любимого, застенчиво отвернулась и даже склонила голову набок.

– Доброе утро, мужчины.

Голос был зазывным и необычно спокойным, за столом тут же зашевелились, некоторые привстали, для приветствия. Эля уже смотрела на Руслана, а ему было, что сказать, но знал ведь, что от неё не отделаться!

– Только давай быстро. – Сразу предупредил он, как только захлопнул дверь своего кабинета.

– А это уже, как получится. – Не то, чтобы голос Эли особо изменился, но её вид Руслана насторожил.

Она взяла его за руку и усадила в кресло, сама опустилась к нему на колени, крепко обняла за шею, и только после долгого взгляда в упор вздохнула и решилась на разговор.

– Так значит, ты хочешь, чтобы я вела себя как жена?

Руслан тут же подскочить попытался, этот разговор вряд ли уложится в пятнадцать минут, да и нужных слов он так и не придумал, на работе как-то не до того было. Правда, встать не смог, Эля тут же его пыл остудила, и он устало плюхнулся назад.

– До вечера не могла потерпеть?

– Хочешь или нет?

– Что ты задумала?

Эля голову у него на плече пристроила, грустно и глубоко вздохнула.

– Я вот подумала, чтобы ты считал меня своей женой, я наверно, должна тебя убить.

Руслан непонятно хмыкнул, но переспрашивать не стал.

– Я к чему это, просто первая жена от тебя ушла от безденежья. Вторая посадила тебя в тюрьму и обокрала. И, если действовать твоей логике, я должна тебя убить, ведь в отношениях должен быть хоть какой-то прогресс…

Тут уж Руслан не выдержал и буквально отшвырнул Элю от себя, поднимаясь.

– Оперативно. Откуда узнала?

– Ну, что ты, твой лучший друг Дёмин такой лапочка, мне его даже пытать не пришлось.

Эля присела на рабочий стол, а Руслан стал настолько близко, что она в полной мере ощутила его гнев: глаза злющие, дыхание обжигающее, и даже через смуглую кожу заметно, как он покраснел от напряжения. Склонился над ней, так, что Эля назад наклонилось, упираясь обеими руками в стол.

– И что?

– Да ничего, просто понять пытаюсь. Ты бросил меня одну в стриптиз-клубе, где полно пьяных мужиков, а твой лучший друг, подоспел ко мне с неприличным предложением, причём самым нахальным образом. А когда я тебе об этом рассказала, ты только хмыкнул в ответ. И хочу заметить, что если бы я сама не позаботилась о своей безопасности, вряд ли он остался без желаемого… а желал он больше, чем получил в этот вечер ты.

– Об этом, давай поподробнее. Поясни, кто тебя забирал? – Руслан придвинулся к самому лицу и дышал Эле прямо в губы.

– Люди, которым не безразлично. Тебе ведь было всё равно.

– Не играй со мной! – Руслан больно схватил за руки, так, что Эля над столом нависла.

– Какие уж тут игры. – Она оставалась абсолютно спокойна, но из его рук вырываться не спешила. – Допустим, что с женой мы разобрались, тогда кто же я? Кто? Если тебе всё равно, трахнет меня твой друг или нет?

Руслан губы поджал, скулами заиграл, глаза неприятно сверкнули, стали ещё злее, дыхание стало бурным, и горячим.

– Что ты хочешь от меня услышать? – Выдавил он сквозь зубы, смотрел пристально, наверно взглядом хотел просто убить.

– Просто ответь, кто я для тебя.

– Я с тобой сплю. Это ты хотела услышать?

Говорил он теперь ровно и спокойно, даже равнодушно. Слова больно врезались в сознание, и захотелось упасть замертво. Здравый смысл ещё подсказывал, что она сама довела его, но чувства разуму не подвластны. Странный холод прокатился по всему телу, и Эля абсолютно спокойно наклонилась вперёд. Кабаев не стал протестовать, когда она свои руки выкрутила, ловко так, он даже не заметил. От стола отошла, чтобы посмотреть на Руслана на расстоянии, чувствовать его, видеть, как напрягаются мускулы на лице. Тихо выдохнула.

– Хочу заметить милый, это я с тобой сплю.

Сказала, а потам так же спокойно развернулась и направилась к двери, чувствовала на себе пристальный и тяжёлый взгляд. Улыбнулась, хотя Руслан видеть этого не мог, остановилась у самого выхода и указательный палец вверх выставила. В глаза смотреть не стала, только голову слегка повернула в сторону.

– Поправка. Я с тобой спала.

Резко дёрнула за ручку и из кабинета вышла. У офиса поймала такси и только когда в него села, пришло осознание того, что сейчас произошло. Эля, наконец, смогла вздохнуть, хотя до этого ей казалось, что теперь это просто невозможно. Тогда она впала в некий ступор и только теперь понимала, что от него ушла. Ушла. И стало невыносимо больно, слёзы буквально брызнули из глаз, сама не заметила, как быстро это произошло, даже жалко себя не стало. Просто заплакала и всё. Таксист конечно глаза вытаращил, но ничего спрашивать не спешил, Эля только когда Риту в дверях увидела, успокоилась.

– Эля, что?

– Рита, он сказал, что просто спит со мной. – Выдавила из себя через порог и только потом вошла в квартиру.

Никаких эмоций, только факты, Рита и выпить Эле предложила, чтобы та в себя пришла.

– Нет, ну а что ты от него ожидала? – Решилась начать подруга, после получасового молчания.

– Не знаю, просто мне показалось… мне показалось. – Отмахнулась от мыслей Эля и тут же на подругу взглянула.

– Я тебе всегда говорила, что с ним ничего хорошего не выйдет.

– Я знаю.

– И, кстати, ты сама хотела, чтобы он не успел к тебе прикипеть, все усилия прикладывала.

– Я хотела, чтобы он меня любил.

– Ну, что же, он тебя любил. Полюбил немножко, а теперь не хочет. Так бывает.

– Меня это как-то не успокаивает. Рита, ты не против, если я останусь ночевать у тебя? – Сходу попросила Эля и посмотрела как-то уж совсем растеряно. – Наверно я очень хочу спать.

– Эля, мне не нравится, что ты в какой-то прострации.

– Да не в прострации я, просто наплакалась уже. Ты ведь не в центре живёшь, и такси до тебя ох, как долго ехало.

– Ты ещё и в такси плакала из-за него? – Рита от возмущения поднялась, уперев руки в бока.

– Так ты не против? Я про переночевать?

– Да не против я. А что, – Рита вдруг нахмурилась, – ты думаешь, он будет тебя искать?

– Мне так кажется…

– Так, расскажи толком, что он тебе сказал?

– Он сказал, что просто со мной спит. Короче, ему это удобно. А я сказала, что от него ухожу.

– А он?

– А что скажет он, я слушать не стала. Но то, что своим взглядом он сверлил мне затылок, это точно.

– Понятно, значит, искать будет!

Рита хотела ещё что-то добавить, но видела, как Эля смотрит в одну точку и уже практически спит. Она понимала такое её состояние и даже ничуть не испугалась. Когда-то давно, ещё на соревнованиях, она уже наблюдала такую картину: Эля тогда впервые стала чемпионкой России, жутко выдохлась. Уснула прямо в раздевалке, вот, точно так же, тихо сидела, а потом просто уснула и всё. Оставалось только руками развести и пледом её укрыть, что Рита и сделала.

Проснулась Эля только под вечер, точнее говоря под ночь. Было уже начало одиннадцатого, но Рита ложиться и не собиралась. После сытного и от того, что ночного, ещё более вкусного ужина, подружки довольно завалились на диван. Стало легко, как в молодости, когда про мальчишек только вздыхали и не о чём большем не думали. Даже решили устроить себе ночную дискотеку. Танцевали долго, музыку включили громче, а ближе к полуночи устали.

– Рита, да где твой телефон?! – Не выдержала Эля. – Уже битый час вибрирует, не могу выносить этого жужжания!

– Телефон? А ты уверена, что это мой?

– А чей же? Своя-то я совсем выключила. – Засмеялась она и даже диванные подушки переворачивать начала, в поисках источника раздражения.

Рита свой телефон нашла достаточно быстро и удивилась количеству пропущенных вызовов: их было целых двадцать два.

– Надо же, все от Гарика! – Возмутилась она. – И с чего это я ему так понадобилась, выходной вроде?! Ало, ты чего трезвонишь? – Направила она своё возмущение на виновника, как только дозвонилась. Правда, быстро поменялась в лице и трубку положила.

– Что?

– Гарик звонил. – Тихо сказала Рита и присела. – Сказал, что твой Кабаев весь клуб разнёс, причём в прямом смысле.

– Что за бред, клуб-то здесь причём?

– Не знаю, но я его словам склонна верить, он так кричал. Вроде как Руслан хотел, чтобы тот до меня дозвонился, а когда я трубку не брала, взбесился и всё разнёс. Клуб сегодня работать не будет.

– Ты так из-за клуба расстроилась? – Попробовала посмеяться Эля, но тут же смех застрял в горле, когда лицо Риты увидела.

– Эля, Гарик сказал, что таким он его ещё не видел, в общем, он сюда едет. А судя по тому, что выехал около часа назад, будет уже очень скоро.

– Да ладно тебе, расслабься. Что он нам сделает?

Сказала вроде уверенно, а потом они обе дрогнули, когда дверной звонок раздался.

– Эля, я боюсь ему открывать. – Прошептала Рита и даже со стула не встала.

Тут же в дверь нетерпеливо застучали ногой.

– Перестань, – вяло улыбнулась Эля, – может, это и не он вовсе.

– Ага, соседи снизу, милицию вызвали.

– Ой, успокойся, я сама сейчас открою.

– Сиди ты! – Подскочила Рита. – Не хватало ещё, чтобы он тебя сходу дверью пришиб.

Рита на всякий случай выдохнула, но потом всё же к двери направилась, секунду помедлила, а когда в неё снова застучали, решила открыть. В комнате Руслан оказался почти в ту же секунду.

– Собирайся, поехали домой.

Эля увидела его и подумала, что если бы это был бык, то из ноздрей и ушей точно бы пар повалил. Мысленно усмехнулась своей фантазии, но показывать этого не стала. Руслан действительно был в бешенстве, просто колотился весь от злости, кулаки сжимал, но держался на приличном расстоянии.

– Мне кажется, тебе уже должно быть всё равно, где я ночую. – Говорила Эля таким спокойным голосом, что ещё больше Руслана взбесила. Было видно, но он себя сдерживал.

– Эля, не зли меня. – Говорил нервно, а оттого очень быстро. Стоял и пыхтел, как паровоз, грудь бурно поднималась вверх и так же бурно опускалась.

– Руслан, мы обо всём поговорили, всё выяснили, что ты ещё хочешь услышать?

– Эля! – Казалось, он сейчас взорвётся. – Поехали домой. – Продолжал говорить сквозь зубы.

– Мне кажется, хозяйка этой квартиры не желает тебя лицезреть, тебе лучше уйти.

– Хозяйка этой квартиры волнует меня меньше всего, а уйду я отсюда вместе с тобой. Хочешь ты этого или нет.

– Мне нечего тебе сказать. Уходи.

Эля стояла спокойно, вроде, в третьей позиции (отпечаток профессии), спину держала настолько ровно, что, кажется, дотронься, и она лопнет, как гитарная струна. Руслан подошёл ближе, кулаки разжал, но давалось ему это с большим трудом, было заметно.

– Эля, я прошу тебя, поехали со мной. Я просто хочу с тобой поговорить.

– Ты меня слышишь?

– Эля, мне не нравится, когда ты так себя ведёшь. – Сказал он практически на ухо, так близко стоял, правда, взгляд её теперь видеть не мог.

– Ну, извини, дорогой, вымотал ты меня. Привыкай, что я больше не буду тебя веселить.

– Да что ты такое говоришь! – Не выдержал и Элю за руки схватил, к себе притянул, но желаемого в глазах не увидел.

– А то и говорю, что по заказу улыбаться я устала. Да и концерты мои тебе поднадоели, признайся уже.

– Эля, я без тебя не уйду.

– Как же я от тебя устала… Хотя, ладно, давай на улицу выйдем, я вижу здесь ты стесняешься.

За руку его к выходу потащила, не смутилась даже того, что на ней весёленькая пижама. От Риты удостоилась беспокойного взгляда, но предпочла его проигнорировать. На крыльцо вышла, от греха подальше, со ступенек вниз спустилась, а уж тогда развернулась, да так резко, что Руслан её чуть не сбил.

– Эля, что происходит? – Не выдержал паузы он, но взгляд стал намного мягче.

– А ты о чём?

– Вообще-то я о нас.

– И что о нас? Ты придумал, что ответить на мой вопрос, так извини, мне уже не нужно.

– Причём здесь это?

– А что причём? То, что ты даже не знаешь, кто я для тебя?

Эмоции вдруг захлестнули, выразить их Эля почему-то не могла, вот только в груди неприятно жгло и слёзы совсем некстати накатили.

– Я люблю тебя, и уже говорил это.

– И я тебя люблю. – Ехидно улыбнулась. Намерено, чтобы Руслан понял, как безразлично могут звучать эти слова. Как она их слышит именно от него. – И что? – Кивнула, словно вызов бросает, даже на шаг приблизилась.

– Я хочу, чтобы ты была рядом со мной.

– Да вроде рядом с тобой много людей. Домработница вообще чуть ли не каждый день приходит. Я тебе зачем?

– Ты говоришь сейчас не то. – Руслан то и дело пытался Элю обнять, а она каждый раз пыталась увернуться, отступала.

– А ты? Ты, то говоришь?

– Я не знаю… я не знаю, что мне ещё сказать. – Пытался в глаза заглянуть, но Эля отвернулась. Тогда он не выдержал и крикнул первым. – Мне что? На колени перед тобой встать? Замуж тебя позвать? Что?! – Руками развёл и так застыл, видно был на пределе. За его телом горел фонарь и вокруг обрисовывался силуэт. Красиво так, словно ангел стоит. Глаза блестели ярко, но снова зло, а у Эли слёзы навернулись с новой силой. Зажмуриться захотелось сильно-сильно. Но не смогла, отвернулась только, чтобы ком в горле проглотить.

– А ты знаешь, для чего я всё это делаю?

Эля голову опустила, устало глаза закрыла, говорила слишком спокойно. Действительно устала. Он лишь головой кивнул, разрешая продолжить. Правда, дышать стал ровнее.

– Даже этот танец… я сама не сразу поняла, для чего он… мне казалось, что я доказать тебе хочу. Доказать, что Рита хорошая, что эта просто работа, а она сама, такая как я и ты, как все вокруг. Но я вдруг осознала, что и себя обманывала. Я всё это для себя сделала. – Слёзы неприятно по лицу потекли, она даже смахнуть их не захотела, так пристально Руслан в эту секунду в её лицо всматривался. Почувствовала, как что-то взрывается внутри, и кричать захотелось, и она закричала сквозь слёзы. – Потому что я жить не могу, когда ты на меня не смотришь! Я дышать не могу! А ты даже не знаешь, зачем я тебе нужна!

Криком всю боль из себя выгоняла, руки от беспомощности в кулаки сжала, съёжилась вся, а потом эти самые руки от напряжения затряслись так, что даже лицо прикрыть ими не смогла. Руслан шаг к ней сделал, а Эля вдруг снова отступилась.

– Ты мне не нужен, понимаешь? Не нужен мне.

– Эля…

– Ты мне не нужен! – Прокричала она изо всех сил и на ступеньки присела. – Уходи!

Голову трясущимися руками накрыла, но больше не плакала, просто колотилась вся, и остановиться не могла. Чувствовала, как Руслан стоит над ней, смотрит на неё, но молчит. И молчание его убивает. Потом он ушёл, тихо, вопросов больше не задавал. И тут вдруг страшная боль, такая, что кричать хочется, только уже сил на это не осталось, смогла только головой к ледяным перилам прислониться, только вот легче не стало. Боль эта сжимала голову и расходилась вместе с кровью по венам, на время Эля даже дыхание затаила, потому что так легче было.

– Эля! – Рита выбежала из подъезда.

– Больно. – Невнятно отозвалась Эля, скорее она это простонала. – Рита, как больно.

– Идём. Элька, он что, ударил тебя? Эля! – Тормошила её Рита, но ничего добиться не смогла.

Ночь была бессонная, Эля выпила все обезболивающие, что у Риты дома были, но помог только укол «скорой», которую подруга всё же вызвала. Правда, это не помешало Эле встать в восемь утра и выглядеть при этом вполне обычно.

– Ты чего не спишь-то? – Рита показалась из спальни, была ещё не причёсана и даже не попыталась прикрыть рукой рот, пока зевала.

– Домой пора! – Бодро отозвалась Эля, и даже свой кофе подруге предложила.

– В смысле? Куда тебе спешить?

– К любимому, конечно.

– Эля, – Рита застыла в недоумении, – вы же вроде бы расстались?

– Перестань! Я не в том положении, чтобы мужчинами разбрасываться, тем более такими темпераментными! Сама сказала, всё в твоём клубе перевернул, меня искал.

– Мне иногда кажется, что я тебя совсем не понимаю. И что ты ему скажешь?

Эля вдруг улыбнулась, широко так, беззаботно, на ум почему-то песня одна пришла. Стоцкая её исполняет, и Эля ничего умнее, как просто её напеть, не придумала.

– А завтра я скажу, что пошутила. Завтра я скажу, что не права. Завтра я скажу, что я не уходила, А болела просто голова.

Да, завтра я скажу, что пошутила. Завтра я опять приду к нему. Я скажу, что без него мне грустно было, И что я его люблю.

– Да, так и скажи, – поддакнула Рита, – а лучше спой!

– Я скажу, что без него мне грустно было, И что я его люблю.

– Хотела бы я на это посмотреть. – Рита тяжело вздохнула, с грустью на подругу посмотрела и взяла её за руку. – Эля, а что у вас с ним на самом деле происходит? Тебе просто хочется острых ощущений?

– Ты слышала, что я ему вчера сказала?

– Что он тебе не нужен?

– Нет, до этого. – Улыбнулась Эля.

– И до этого слышала.

– Так вот это и была правда.

У Риты и руки опустились.

– Ты с ума сошла. Я тебя не понимаю.

– А я сама себя не понимаю. Просто люблю и всё. Ещё когда его не видела, а лишь взгляд на себе ощутила, сразу чувство уверенности пришло, что это именно он.

– А он что? Я вижу, конечно, что ты ему не безразлична. Как он вчера держался…

– И он меня любит, просто смириться с этим не может, а тут ещё я, нервы, как струны натягиваю, я же всё понимаю… просто иначе не могу.

– Любовь-морковь…

– А ты, я слышала, тоже теперь не одна?

– Да, ухаживает за мной один серьёзны человек… очень серьёзный.

– С серьёзными намерениями?

– Что-то вроде. Так вот пока не знаю, что мне с этим делать.

– А ничего не делать. Вон Ленка, недолго сомневалась, а как устроилась. Любит её без памяти, правда в золотой клетке держит, но ей это никак не мешает. Она всегда была характером похожа на восточных женщин: только бы не обижал и не жадный был, а уж быт она ему устроит.

– Но я ведь не Ленка, я свободы хочу.

– Но и твой серьёзный человек, не Сергей. Кстати, а кто он?

– Пока не скажу, могу только пояснить, что криминальный авторитет, а имени не назову.

– Ну, и правильно.

Эля тяжело вздохнула, у подруги конечно хорошо, но личная жизнь дороже, а с ней ещё повозиться придётся. Уже уходить собиралась, когда Рита вдруг остановила её, при этом была так серьёзна, что даже напугала.

– Что? – Уточнила Эля уже в прихожей.

– Ты у врача давно была?

– Давно. Ещё до Руслана. Надо сходить, я знаю, но как-то всё не получается.

– Хочешь, я с тобой пойду?

– Перестань, я не трушу, чего теперь-то. Просто всё одно на одно накладывается, вырваться не получается.

– Конечно. Но ты сходи, нельзя же так. Хорошо, что я рядом была, а если бы Руслан? Что ты ему скажешь?

Рита опиралась на дверной косяк, грустно улыбалась, но Эля знала, эта улыбка даётся ей с трудом. Знала, что та переживает всю ситуацию вместе с ней. Ещё год назад, когда всё это выяснилось, Рита поддерживала, помогала, поднимала настроение, а теперь она единственный человек, который, хоть и понимает, но по-прежнему настаивает на обращении к врачам. Даже к Владимиру Ивановичу без подруги ходила, интересовалась, как можно Элю уговорить, но так ничего нового и не услышала. А теперь стояла и смотрела, как любимая подруга, единственный дорогой для неё человек (родители, да и вся остальная семья, давно не в счёт. Как только узнали, что она стриптизёрша, так крест и поставили, домой приезжать запретили. И не очень-то и хотелось!), медленно угасает и из последних сил старается выглядеть при этом счастливой.

В квартире Руслана была в половине десятого утра, до этого успела зайти в салон красоты и привести себя в порядок, а теперь стоит у плиты и готовит мясо по фирменному рецепту своей матери. Как только мясо поставила в духовку, навела на столе кое-какой порядок, громко хлопнула входная дверь. В первый момент вздрогнула, но потом взяла себя в руки и улыбаться старалась, хотя этого видеть ещё никто не мог.

– Соскучилась? – Прозвучал суровый голос Руслана за спиной.

– Быстро приехал, я только через час ждала. Предупредили уже?

– За это деньги получают.

Эля смогла повернуться и взглянуть Руслану в глаза. Дышала ровно и даже волноваться перестала, хотя и видела, что он смотрит с недоверием, словно вовсе и не понимает, что она здесь делает. Он небрежно бросил на кресло портфель, вернулся в коридор и разулся. (Надо же, так спешил посмотреть, что даже обувь не снял, не похоже на него)! Стал в дверном проёме и смотрел очень серьёзно, если бы Эля его не знала, то подумала бы, что он не рад. Внимательно смотрела в его лицо, а затем вспомнила про вопрос, снова к столу отвернулась и продолжила нарезку овощей.

– Конечно, соскучилась.

Руслан стоял неподвижно, всё ещё не понимал, что Эля задумала, только внимательно следил за каждым её движением.

– Что делаешь?

– Домой пришла. Не видишь, что ли?

Эля почувствовала, каким напряжённым стало его дыхание, снова улыбнулась и уже заговорила более мягко, даже нежно.

– Я ведь тебе вчера в любви призналась, сама понимаю, что глупо поступила, но после этого ты бы точно первым не пришёл. Вот и решила вернуться, я-то не гордая. И ты этим пользуешься.

– Пользуюсь?!

Эля нож бросила, Руслан снова начал нервничать, голос повысил. Руки вытерла, сняла фартук, не любила выглядеть по-домашнему, широко улыбнулась и направилась к нему, сама. Голову на бок склонила, когда помедлила секунду, но затем сразу же за шею крепко обняла и к губам потянулась. Ещё несколько секунд Руслан стоял недвижимо, внимательно смотрел в её изумрудного цвета глаза. Потом, наконец, двумя руками её лицо обнял, склонился, чтобы быть ближе и носом к щеке прижался. Судорожно зашептал:

– Я боялся, что ты пришла за вещами. Я никогда тебя не отпущу. Я не хочу тебя терять.

Тут же на руки её схватил и понёс в спальню. Что же, примирение вышло очень уж бурным, ещё в первые минуты кровать не выдержала и одна из её ножек под напором хрустнула. Четыре дня без любимой Руслан не просто переживал, он страдал, мучился, не понимал, как мог раньше без неё жить. Теперь всё позади, она рядом и больше он ей уйти не позволит. Влюблённые ещё нежились на перекосившейся постели, когда с кухни раздался странный звук, вроде как что-то со звоном щёлкнуло.

– Что это? – Отвлёкся от поцелуя Руслан.

– Наверно духовка.

– Что?

– Духовка. – Рассмеялась Эля. – Вставай, будем обедать.

– Маленькая моя, мне это сейчас сниться: ты знаешь, с какой стороны к плите походить?

– Представь себе.

Когда из спальни вышли, квартиру уже наполнили приятные ароматы, явно доносящиеся из кухни. Эля быстро дорезала салат, сервировала стол заранее подготовленной посудой, обед был как раз вовремя. Пока на тарелки всё выкладывала, Руслан за талию приобнял и к себе подтянул.

– И всё-таки Сергей был прав, ты похудела. Опять на диете?

Вроде Руслан просто поинтересовался, но подозрительное беспокойство в его глазах Эля всё же заметила, поспешила от него отмахнуться. Быстро своё дело закончила и села напротив мило улыбаясь. Не смотря на то, что пахло безумно вкусно, первое время Руслан на мясо смотрел настороженно, но когда всё же решился попробовать, просто растаял. Ел с аппетитом, явно любил домашнюю кухню. Как ни крути, но дом, это тебе никак не ресторан!

– Вкусно?

– Объедение. – Даже не прожевав, нахваливал любимый.

Эля довольно улыбнулась.

– Только я тебя очень прошу, готовь не чаще чем раз в месяц.

– Лгун! – Возмутилась она. – Ещё и нахваливал, никогда больше тебе готовить не буду!

Сама не понимала, почему так обиделась. Знала же, что вкусно.

– Я это к тому, что к хорошему быстро привыкают. Сама не заметишь, как я буду дома завтракать обедать и ужинать. – Руслан довольно смеялся, а глаза хитрые-хитрые. – Вот и будешь целы день у плиты стоять, а мне этим всю работу загубишь: знаешь, сколько всего я за обеденное время успеваю?

Эля рассмеялась, но тут же поняла, что начинает бледнеть, причём с невероятной скоростью, а уже в следующую секунду заметила, как изменилось лицо Руслана: он быстро перестал жевать и взглянул с тревогой. По телу прокатилась ледяная волна, пальцы на руках и ногах вмиг онемели. Погнало слюну, чувствовала, что её вот-вот стошнит.

– Я на секунду. – Вроде бы спокойно вымолвила, а сама направилась к туалету.

Вышла и сразу поймала на себе пытливый взгляд. Руслан не улыбался, был слишком серьёзен. Эля заподозрила неладное. Оправдываться не стала и просто сделала вид, что ничего не произошло, решила убрать со стола. Руслан молчал, но неотрывно наблюдал, смотрел тяжело, исподлобья. Под его взглядом было неуютно, чувствовала себя голой, хотя его рубашку на голое тело набросила давно.

– Эля сядь, надо поговорить. – Не выдержал он, за руку схватил и усадил напротив себя. Опять смотрел и не улыбался.

Эля Руки на столе сложила, сцепила пальцы, а когда Руслан на них взгляд перенёс, тут же под стол убрала.

– Ты ничего не хочешь мне рассказать? – Снова он предпринял попытку навести Элю на нужные мысли, но она стояла до последнего. – Тебя почти каждый день тошнит. – Сказал, словно обвинил в чём-то.

– Ну, какой каждый день? – Бодро начала Эля, даже улыбнуться попыталась, но эти уловки на Руслана не подействовали, он и не слышал эти пререкания. – Да, ты, наверно, прав. – Тяжело вздохнула и тут же виновато улыбнулась, покаянно голову вниз опустила. – Эта последняя диета, совсем мне не подходит.

– Ну, какая диета, Эля?! – Он рукой по столу от нервозности хлопнул. Да, не долго мир и покой царит в этом доме! – У тебя задержка. – Он не спрашивал, он утверждал.

– Что? – Эля правда, об этом совсем не думала, как-то не до того, поэтому удивилась абсолютно искренне. – Да с чего ты взял?

Он весело хмыкнул, подбородок кулаком подпёр, после чего опять, смеясь, уставился в её глаза.

– Эля, вообще-то, мы спим с тобой в одной постели. И, заметь, каждый день спим. Или ты считаешь, что я это мог пропустить?

– Не волнуйся, я не беременна, если ты об этом. – Мысленно вздохнула от облегчения. – И вообще, я какая-никакая, но спортсменка, у… у меня сборы… тренировки, напряжённый график… это вполне нормально…

– А почему тогда так нервничаешь?

– Руслан, я не нервничаю. – Соврала, конечно, сама просто не понимала, с чего это она нервничать начала, заикаться, путаться в словах. – Я не беременна, это точно, можешь не волноваться.

– Ты считаешь, я волнуюсь оттого, что ты можешь быть беременна? – Посмотрел с намёком, вроде даже обиделся. – Эля, я буду только рад.

– Я всё равно не беременна.

– Ладно, допустим, что тогда? – Он разозлился, всё ещё думал, что Эля лжёт.

Как раз в эту секунду раздался спасительный для Эли звонок. Руслан, хоть и чертыхнулся в полголоса, но ответил.

– Слушаю. – Проговорил он напряжённым голосом, затем смолк, выслушивая. – Какой банк, какая карточка, Ира, давай не сейчас, – проговорил, а потом как-то в лице изменился, на Элю подозрительно глянул и разговором заинтересовался. – Не тараторь. Как это нет движения? Совсем?

Спину выпрямил, весь напрягся, взгляд стал сосредоточенным, но направлен по-прежнему на Элю, она как раз подумала, что просто мешает разговору и хотела уйти. Но Руслан за руку её удержал, усаживая на место.

– Ира, а это точно? Тебе кто звонил? – Продолжал он. – Нет! Скажи, чтобы не закрывали, я разберусь. Да, сегодня всё решу. И… не отвлекай меня больше, у меня важный разговор.

Трубку положил, было видно, что телефон отключает, на Элю посмотрел не просто сурово, а снова со злом. Так злился, что даже о недавнем разговоре позабыл.

– Эля, откуда у тебя деньги? – С каким-то обвинением начал он.

– Какие деньги? – Эля непонимающе улыбнулась, даже руками развела от неожиданной смены темы.

– Ну… я уж не знаю какие… на шмотки, на косметику, на ресторан. Куда вы там ещё тратите?

– Кто это вы? – Абсолютно серьёзно и строго спросила Эля.

– Вы, милая, это женщины. Так откуда деньги?

– А почему у меня их не должно быть?

Руслан раздражался всё больше и больше, то и дело нервно вздыхал, взгляды порывистые, движения резкие.

– Не отвечай мне вопросом не вопрос!

– А ты на меня не кричи! – Возмутилась Эля и раскраснелась. – И вообще, если у тебя так много ко мне вопросов, ты просто обратись к своей службе безопасности. У них будут ответы на всё. – Проговорила уже более спокойно, хотя нервничала только сильнее.

– Мы с тобой уже говорили об этом. И я сказал, что всё хочу услышать от тебя. – Настаивал он, но сдерживался, чтобы не взорваться.

– Так вот, милый, если бы ты всё же к ним обратился, то знал бы, что у меня, между прочим, высшее экономическое образование. Я финансовый аналитик.

– Да ты что? Что-то я не припомню, чтобы ты хоть один день работала. А финансовый аналитик, это, к твоему сведению, не парикмахер, он работает не от случая к случаю, а постоянно.

– Спасибо за новость! Но заметь, я уже год, даже больше, не танцую. А сейчас… зачем мне работать сейчас? У меня есть ты. – Сказала так, потому что больше не знала, что сказать.

– Действительно, у тебя есть я. И я оставил тебе карточку на твои расходы. Мелкие и крупные! Но ты усердно её игнорируешь! – С каждым словом раздражение прибавлялось, он уже и сам краснеть начал, пока Эля его вопросом не ошарашила.

– Какую карточку?

– Такую, Эля, которую обычно в банке выдают. Маленькая такая, пластиковая.

– Не нужно надо мной издеваться! Я действительно не понимаю, о чём ты говоришь!

– Малыш, я оставил тебе карточку, в тот же день, что и телефон. Надеюсь, о чём я говорю сейчас, ты поняла.

– Поняла. Но это ничего не изменило. Этой карточки я не видела.

– Допустим. – Он голову опустил. – Тогда почему ты мне не сказала об этом?

– О чём?

– Да о том, что тебе нужны деньги! – Не выдержал он.

– Ну, извини. Мне показалось, ты взрослый мальчик, сам догадаешься. А то, что я у тебя ничего не требовала… ты меня ещё и упрекаешь!

– Да не упрекаю я. Просто… думал, что ты тратишь мои деньги, и ни о чём не беспокоился… а сейчас из банка звонят. Спрашивают, закрывать счёт или нет. – С досады руками взмахнул, а Эля рассмеялась.

– Впервые вижу мужчину, который из-за этого так расстроился. Другие бы только руки потирали.

– Малыш, но я ведь зарабатываю не для того, чтобы Кощеем стать, деньги нужны для того, чтобы их тратить, чтобы ты была довольна. Жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на жадных мужиков.

– Где-то я это уже слышала…

– Разве я не говорил, что люблю умных женщин? – Он едва прикоснулся губами к шее и поцеловал.

– Поняла, ты любишь Фаину Раневскую и меня.

– Нет, я люблю тебя и Раневскую!

Эля снова улыбнулась и на этот раз присела к милому на колени.

– А ты каждой девушке, после первой совместно проведённой ночи деньги даёшь?

Руками за его шею уцепилась, а сама отстранилась, чтобы лицо его лучше видеть, он даже растерялся.

– Нет. Только тебе. И вообще, с чего ты взяла, что я кому-то что-то даю. Не сравнивай себя ни с кем! Такой как ты больше нет!

– Очень приятно. Ты это так сразу понял?

– Как только наши глаза встретились. – Прошептал он. – Когда ты выступала.

Можно было бы снова разок помириться, но Руслан вдруг засобирался на работу. Эля тут же взбунтовала.

– Я требую выходной!

– Милая, мне надо идти, я на полчаса отлучился, чтобы ты от меня сбежать не успела, а тут ещё и такой обед, и вообще.

– Что значит вообще? И что значит, не сбежала? Ты что, хотел меня наручниками к батарее пристегнуть, что ли?

– Такие мысли у меня были. – Тихо признался он, поцеловал, прижался лицом к груди и так улыбнулся.

– Всё, решено! Никакой работы! У тебя сегодня выходной и я знаю, чем мы займёмся! – Бодро заявила Эля, сама от Руслана отпрянула и побежала в спальню одеваться.

– Что ты задумала?

– Ничего. Хочу тебя порадовать: ты так расстроился, что я не трачу твоих денег, что это просто немедленно надо исправить. Только предупреждаю сразу, трачу я много, так что набирайся терпения, чтобы не поседеть!

Оставалось только вздохнуть и с любимой согласиться. После такого разговора и самому на работу не хотелось, а как увидел горящий взгляд, так и всё желание окончательно пропало.

Ходили по огромному торговому центру, заглядывали в каждый магазинчик. Эля сразу предупредила, что они пришли не за кухонными полотенцами и намёк её Руслан распознал без проблем. Честно говоря, женский шоппинг он себе представлял несколько иначе: ему казалось, что безумные девушки скупают всё без разбора, глянув только на цвет и бренд. По крайней мере, такое мнение прочно засело в его голове после второго брака, когда жена, придя домой то и дело кляла нерадивых продавцов, что они ей не то подсунули, но Эля его приятно удивила. Она покупала много, бесспорно много, но при этом ничего кроме того как идёт ей или нет, девушку не интересовало. Он внимательно наблюдал за тем, как она из несметного количества вешалок, выбирает именно то, что ей нужно, даже с размером всегда права. Внимательно смотрит на состав ткани, иногда возмущается, что производители врут, правда, он не сразу поверил, что она по одному только прикосновению, может это понять. Ему она тоже покупала очень много, Руслан даже не всегда мерить соглашался, настолько был против, но они всё равно это покупали. В одном из магазинов на них очень уж странно смотрела молоденькая продавщица, Руслану даже как-то неловко стало, но он себя сдерживал. Уже прилично надоели многочисленные пакеты, которые то и дело сыпались из рук, а Эля лишь с насмешкой оглядывалась, так и виделось при этом её злорадство: «хотел покупки – получи». Когда подходили на кассу, продавщица и вовсе расцвела.

– Элеонора Борисовна, вас можно поздравить? – Выдала она, и девушки переглянулись.

– С удачным приобретением что ли?

– В некотором смысле и так.

Девушки снова засмеялись, косясь на Руслана, но он даже не думал их поддерживать.

– Ну же, милый, не злись. – Потрепала Эля его по волосам, словно перед ней сейчас стоит не генеральный директор крупного предприятия, а студент-заочник.

– Так значит это я твоё приобретение? – Вроде и возмутился, но с улыбкой.

– Ключевое слово здесь: «удачное».

– Могу заметить, молодой человек, у вас ангельское терпение, столько пакетов. Любой бы уже сбежал! – Заулыбалась продавщица.

– Если это комплимент, то мне приятно. – Он решил не нагнетать атмосферу, в конце концов, просто дружеская беседа, никто об этом не узнает.

– Руку даю на отсечение, что вы недавно познакомились. – Продолжала продавец, пробивая нужный товар.

– Да, и как давно? – Руслан хотел съязвить, даже не скрывал этого.

– Месяца полтора назад, не больше. – Уверенно заявила та, а Руслану оставалось только рот открыть.

– Что, действительно уже полтора месяца? – Эля кивнула, соглашаясь. – Это сейчас у меня на лбу написано?

– Нет, у Элеоноры Борисовны, она просто расцвела после встречи с вами, а сегодня так и вовсе сияет.

– Малыш, это я на тебя так влияю?

– Твоя любовь.

– Так, я не понял, – Руслан и подумать не мог, что когда-нибудь будет так беззаботно болтать с обычным продавцом из магазина модной одежды, чего только не бывает, – Эля, тебя все продавцы в этом торговом центре знают что ли?

– Нет, только самые любимые. Это правда, очень хороший магазин, запомни его.

– Лучше я тебя, как свою записную книжку оставлю.

– Только Марина, – Эля угрожающе зыркнула на продавца, – прошу на моего любимого не заглядываться. Загрызу только за помыслы!

После таких слов, Руслан улыбнулся, и не сдержался – поцеловал, хотя обычно при посторонних на такие порывы не был способен. Сам собой остался доволен. Потом на что-то отвлёкся, и улыбнулся слишком широко, Эля даже удивилась: его улыбка хоть и была открытой, но какой-то уж слишком деловой. Попыталась проследить за его взглядом, но он вовремя оповестил, что отойдёт на минуту.

– Девочка моя, ты сама, как-нибудь расплатись, хорошо, я со знакомым поздороваюсь и сразу обратно.

– Только недолго.

Эля вздохнула, а потом так же беззаботно улыбнулась продавцу и они уже вместе принялись пересматривать покупки.

– Борис Евгеньевич, давно не виделись.

Руслан шёл навстречу мужчине. С виду, лет пятьдесят, не больше, представительный, в дорогом костюме. В волосах отчётливо просматривается седина, глаза строгие, на губах кривая деловая ухмылка. По габаритам они с Русланом практически сходились, правда, мужчина был в годах, а оттого, немного раздался. Ростом Руслан был на полголовы выше, что и не дало Эле вовремя рассмотреть его собеседника. Завидев Руслана, мужчина дружелюбно улыбнулся и даже вскинул руки для приветствия, но оценив огромное количество фирменных пакетов с объятиями повременил. За ним остановились двое мужчин внушительных габаритов – охрана.

– Руслан, честно, не ожидал, что слухи окажутся правдой. – Мужчина даже головой покивал, не веря в происходящее.

По Москве уже давно поползли слухи, что Кабаев прочно попался в сети одной красавицы. Верили лишь те, кто видел лично, остальные предпочитали пропустить сплетню мимо ушей, слишком уж непреклонен был его авторитет в отношении женщин.

– Сам не ожидал, что такое случится, пока не увидел её. – Покаялся Руслан.

– Что, такая красивая?

– Красивая, но дело далеко не в этом. Сейчас сами увидите, я вас познакомлю.

– Так, это конечно хорошо, постоянная женщина – это стабильность в глазах партнёра, а что там по сделке? Ты документы подготовил?

– Да, кредитную линию осталось продумать, а там…

– Понятно.

Все уставились за спину Руслана, когда там возмущённо, и при этом очень громко заговорила девушка.

– Руслан, ну куда ты пошёл, мне что, самой всё таскать? – Эля перебирала пакеты и шла, не поднимая голову, потом Руслану беззаботно улыбнулась и устремилась к нему.

– Малыш, хочу тебя познакомить, – начал он, когда Эля подошла вплотную, приобнял её за талию, – Эля, всё в порядке? – Забеспокоился, когда девушка странно побледнела.

Глянул на Орлова и сам замер, они с Элей явно были знакомы. Он сейчас хотел представить его, как человека огромных возможностей, с несгибаемым авторитетом, своего хорошего друга и вообще, отличного мужика, во всех смыслах, но понял, что всё это излишне.

– Привет пап. – Через силу выдавила из себя Эля и так же натянуто улыбнулась, невинно пожимая хрупкими плечиками.

– Ну, привет, дочь. – Орлов сурово поджал губы. Мельком глянул на Руслана и тут же отвёл её в сторону, придерживая за локоток.

– Руслан, ты не против, мы на минуту. – Кивнул Орлов и, не дожидаясь ответа, отошёл на приличное расстояние.

– Эля, что всё это значит?

– Папочка, ты о чём? – Невинно спросила Эля и никак не отреагировала на суровый взгляд.

– Ты знаешь, кто это такой?

– Пап, это Руслан.

– Понятно, что Руслан, ты знаешь, чем он занимается?

– Попочка, он зарабатывает деньги, как и ты. – Провела рукой по галстуку, поправляя сбившуюся булавку.

– Как и я? – Еле сдерживался Орлов. – Эля, это очень опасный человек.

– Пап, ну, ты себя сейчас слышишь?

– Эля!

– Папа! У меня всё хорошо, что ещё ты хочешь знать?

– Ты с ним встречаешься?

– Я с ним живу. Пап, что за допрос. Там Руслан ждёт, что он подумает?

– Да плевать мне, что он там подумает! Я не хочу, чтобы вы встречались!

– Папа, если ты не прекратишь кричать, то этот разговор продолжать бессмысленно! – Сказала так уверенно, что даже сама от себя не ожидала.

Элю всегда возмущал тон, в котором старался говорить отец, если чем-то недоволен. Как подчинённого отчитывает, честное слово. А теперь ещё и смотрит так подозрительно. Руслан в качестве молодого человека дочери, его явно не устраивал.

– Извини, малыш, ты как? Как ты себя чувствуешь, Владимир Иванович сказал, что давно не заходила. – Орлов в одну секунду опомнился и заговорил тихо, проникновенно, в глаза при этом заглядывал.

– Я уже записалась на приём. А так всё хорошо.

– Эля, ну как может быть хорошо?

– А так. Лучше, чем я думала, правда. Иногда тошнит, голова кружится, а так ничего. – Конечно, соврала, а что она ещё могла сказать.

– Руслан знает?

– Нет. – Эля сникла.

– Ты должна ему сказать. – Сурово взглянул отец.

– Давай я сама решу, хорошо?

– Эля, нельзя играть чужими чувствами. Кстати, он знал, что ты моя дочь?

– Судя по всему нет.

– Странно… но, мне тоже так показалось. Почему ты не хочешь ему сказать?

– Потому что это моя жизнь, папа. И я хочу её прожить, а не ловить вместо этого сочувственные взгляды.

– Я очень сомневаюсь, что он тебе посочувствует. – Орлов неприятно нахмурил брови и странно прищурился, бросил на Кабаева настороженный взгляд, но Эля его одёрнула.

– Тем более.

– Эля, я сам ему скажу.

Отец даже решительно направился в сторону Руслана, но она ловко поймала его за рукав пиджака и сказала спокойно, очень серьёзно, но при этом со страхом в глазах.

– Если ты ему хоть слово скажешь, то сегодняшняя наша с тобой встреча станет последней.

– Что?

– Папа, не мешай мне… я тебя прошу.

– Дочь, ты хоть понимаешь, что творишь?

– Более чем. И я тебя очень прошу сделать так, как нужно мне.

– Я всё равно должен ему сказать, тогда всё прояснится, ты поймёшь, что он тебе не нужен, впрочем, как и ты ему.

– А может, я не хочу, чтобы прояснялось?

На глазах проступили слёзы, дыхание сбилось, Эля покраснела и губы предательски затряслись. Она и сама иногда верила в то, что Руслан просто увлёкся, но когда он начинал говорить о любви, своеобразно так, смущаясь, гнала от себя эти мысли проч.

– Что происходит? – Отец даже не сразу понял, что именно так Элю задело. – Почему плачешь.

– Папа, я всю жизнь делала то, что мне говорили, беспрекословно выполняла все твои приказы и мамины прихоти. Я всю жизнь старалась вам угодить, чтобы вам не было стыдно, чтобы вы мной гордились. – Слёзы непрерывно катились по щёкам, Эля от них даже не отмахивалась, чтобы стоявший за её спиной Руслан, ни о чём не догадался. – А теперь врач сказал мне, что осталось жить полгода, а ты мне станешь указывать, с кем спать?! Или, может, мне снова угодить вам и бесцельно ходить из одной киники в другую, чтобы меня мучили всеми известными им методами, только ради того, чтобы я прожила на три дня больше, чем мне отведено? Этого ты хочешь? – Смотрела с укором, даже ненавидела отца в этот момент. – А я хочу жить, жить и любить, и чтобы меня любили. И мне всё равно нравится он тебе или нет, потому что мне с ним хорошо. Дай мне шанс, последний шанс прожить жизнь так, как хочу я. А не просто существовать.

Орлов сделал шаг к дочери, но она остановила его, решительно выставив руку вперёд.

– И не надо ко мне прикасаться. Ты сейчас пойдёшь к Руслану и скажешь, что всё хорошо. – Всхлипнула, на большее её решительности не хватало. – Я не хочу, чтобы он видел меня такой. – Проговорила Эля почти шёпотом. – Иди.

Орлов не спорил, но нахмурился, было видно, что хочет что-то добавить, но не стал…

– Всё в порядке? – Строго, уже без улыбок уточнил Руслан.

Конечно, он понимал, что происходит (как ему казалось), но дежурная фраза даже в этом случае была необходима. Как бизнесмен, Орлова он устраивал, лично от него сколько раз это слышал, но на его поведении в личной жизни, тот смотрел весьма скептически, да и вообще, дурная слава закрепилась слишком давно. А тут любимая и единственная дочь…

– Да, относительно. – Орлов взглянул на Кабаева иначе, чем пару минут назад, тоже всё понимал, но желание дочери для него было законом. – Эля дала нам время узнать друг друга получше, подождём её в кафе.

Произнёс это как-то не однозначно, но спорить Руслан не стал. Эля на своих мужчин не обернулась, ей необходимо было успокоиться, поэтому продолжила шоппинг. После получаса блуждания по уже опостылевшим магазинчикам и бутикам, решилась показаться Руслану на глаза. В кафе их нашла сразу же, не смотря на большой наплыв посетителей. Сразу бросилось в глаза задумчивое выражение лица Руслана, он хмурился и с неохотой почёсывал подбородок, видимо, разговор шёл напряжённый. Подошла ближе, услышала отца: тот говорил о каких-то выгодах, предложениях, и тут же успокоилась. Вполне искренне улыбнулась.

– Мужчины, хватит уже о работе. – Строго посмотрела на Руслана, подошла и потрепала его волосы. – Между прочим, дорогой, ты обещал мне сегодня выходной.

Заявила всё это таким тоном, что рот открыл даже Орлов, потом, правда, хмыкнул.

– А говорят, что только я тебя строю. Вот, – кивнул на дочь, – молодое поколение воспитали.

– Да, командный тон – это у вас семейное! – Отмахнулся Руслан, а сам накрыл ладонью руку Эли, которая уже нетерпеливо поглаживала его по плечу. – Иду, иду… дорогая.

– Папа, прекращай его взглядом сверлить! – Возмутилась Эля и загородила собой Руслана, взглядом пыталась ему что-то внушить, но он лишь рассмеялся над её попыткой.

Вышли из торгового центра вместе, но на стоянке расстались и разъехались в разные стороны. Как только Орлов отвернулся, всё хорошее настроение Руслана пропало, он снова нахмурился, даже зубы стиснул покрепче, чтобы промолчать. Молчал всю дорогу, даже водитель не решался задать ему лишний вопрос, а Эля знала, что услышит его, как только закроется дверь квартиры. И не ошиблась.

– Почему ты мне не сказала?

Руслан стоял на пороге, с пакетами в руках, даже и не думал разуваться. Смотрел тяжело и в упор, нервно сопел. Эля же, старалась на него не смотреть, да и вообще, была возмущена таким тоном.

– Прямо здесь обсудим?

– А имеет значение, где обсуждать? – Проговорил с укором, словно и без того ответ знал.

– Почему мы тогда в машине не поговорили?

Эля неосторожно взмахнула руками и задела гору пакетов, которые только что сама поставила. Всё посыпалось, но собирать покупки не хотелось. Смело перешагнула через них и чуть ли не бегом бросилась в гостиную. Там устроилась на диване поудобнее и затаила дыхание. Руслан за этим наблюдал, вроде бы спокойно, но когда сам швырнул пакеты в разные стороны, и так же плюхнулся на диван рядом с Элей, ни о каком спокойствии не было и речи. На неё не смотрел, смотрел перед собой. Плохой признак, значит, не просто злится, значит, обиделся.

– Руслан, я не хотела тебе говорить.

– Отлично, первый шаг сделан. – Он, наконец, развернулся и строго смотрел ей в глаза. – Почему не хотела? Или ты считала, что это сможет остаться в тайне?

– Я вообще об этом не думала. – Коротко, но тихо и как-то устало проговорила она. Нахмурилась, когда Руслан насторожился, но потом её плечи опустились, и она словно упала в его объятия. От неожиданности, тот даже не понял, что дальше с ней делать: вроде и пожалеть не должен, а что тогда?..

– Малыш…

– Можно мы не будем об этом говорить?

– Девочка моя, – Руслан аккуратно пригладил её волосы, они были очень мягкими, прикосновение приносило удовольствие, и он поневоле улыбнулся, – если я чего-то не понимаю, мне это надо объяснить. Вот такой человек. И то, что этот разговор мы отложим на день, два, три – ничего не изменит. Так зачем тянуть и мучить друг друга?

– Прости, я не хотела, чтобы так получилось. – Поджала губы, глаза закрыла, сильнее прижалась к горячей груди. – Он тебе что-то сказал?

– Эля, мы с ним не первый день знакомы… да и не нужно было. Даже если бы ты просто сказала мне его имя, я знал бы его реакцию.

– Но мне это совсем не важно.

– Мне важно, малыш. Это, конечно, многое проясняет… но легче как-то не стало.

Эля вдруг отпрянула и посмотрела с недоверием, как-то встревоженно.

– Что это проясняет? Ты о чём?

– Я в принципе говорю… что проясняет. – Руслан недовольно улыбнулся и отвернулся, правда, всего на секунду.

– Зачем ты врёшь? Ты ведь даже смотришь на меня по-другому.

– Не выдумывай.

– Врёшь! – Прокричала Эля и оттолкнула его руки. Сама с дивана встала и отошла на безопасное расстояние.

– Зачем так кричать? Ничего не изменилось.

– Изменилось, я вижу! – Продолжала настаивать она.

Эля не плакала, хотя очень хотелось, было просто обидно, обидно до боли. Именно этого она и боялась, с первого дня их знакомства: он узнает, кто её отец и посмотрит совсем другими глазами. Все так делали: улыбались, говорили о чём-то, спорили, а как только всплывало вот это родство, всё сразу менялось. Люди делали для себя определённые выводы и даже не вникали. Просто поступали как все.

– Малыш, подойди ко мне. – Руслан с дивана тоже поднялся, но разговаривал странно, терпимей, что ли, и Элю это просто взбесило.

– Не приближайся! Я не хочу!

– Я хочу. – Сказал, как отрезал, быстро подошёл к ней и обнял, крепко, так, чтобы и мысли сопротивляться не возникло. Так же, не отпуская друг друга, они сели на ковёр, который до этого безучастно скучал в стороне. Просто молчали. Достаточно долго, надо сказать. Руслан обнимал со спины, и его взгляд увидеть было нельзя, он иногда прижимался губами к волосам, томился, разговор не начинал. Это молчание угнетало, но продолжалось, пока Эля, наконец, не вздохнула, тяжело и грустно. Уткнулась носом в его плечо, прислушиваясь к биению сердца.

– Я хотела, чтобы ты смотрел на меня и не думал о том кто я и откуда взялась. – Начала она, и Руслан смог хватку расслабить. – Вот сейчас ты всё знаешь и пытаешься подстроить то, что прежде тебе было не понятно под новую версию. Сразу нашлись ответы на многие вопросы, да и вообще… Ещё в школе я почувствовала это впервые. Точно не помню, но был какой-то праздник, всем дарили подарки и мне достался плюшевый заяц. Красивый такой, белый. Все знали, что я зайцев люблю… и тогда я за спиной услышала злобные смешки, что, мол, даже подарок получила как по заказу. И вот тогда началось: одноклассницы не упускали момента, чтобы не уколоть меня, говорили, что мне повезло. Родители богатые, любят меня, что сама я красивая, и что всегда лучше всех была. Даже имя моё их не устраивала, видите ли, не Маша и не Катя, а Элеонора. Королевское имя, королевская внешность, повадки – всё. Всё не так как у них и их это злило. В школе я училась на отлично, даже не смотря на то, что очень много пропускала, и их это бесило. Они говорили, что всё заранее куплено, в том числе и мой аттестат. Школу я закончила и вздохнула с облегчением, сама поступила в институт, правда, туда, куда папа сказал. Я бредила танцами и мне, если честно, было всё равно, поэтому доверилась его мнению. Появились друзья, подруги, было так легко, что даже страшно, но вскоре всё изменилось, пошёл слух и все снова стали перешёптываться за моей спиной. Институт я окончила с красным дипломом, но вряд ли кто-то кроме меня знал, какими усилиями это давалось: день на тренировке, ночь за учебниками, ни о чём больше не думала. А они сказали, что это мне мой папочка купил. И на танцах я лучше всех выступала, потому что работала, как лошадь, тренировки, упражнения, снова тренировки, а все вокруг списывали это на его заслугу. Было просто обидно, что меня вообще никто не воспринимал всерьёз, просто отворачивались и всё. Даже ты сейчас, анализируешь моё поведение и думаешь: теперь понятно, почему она так дерзко со всеми разговаривает, почему глаза не отводит, почему ведёт себя вызывающе и не думает об окружающих. Признайся. – Ответа и не ждала, продолжила. – А я ведь никогда за его спиной не пряталась, никогда. Я люблю его, маму люблю, и я очень рада, что они у меня есть, но дело совсем не в том. Просто у меня характер такой, папин, всем говорить в лицо, что я думаю, напролом идти, если это нужно. Вот я и иду.

– Ты рассказываешь грустную историю, девочка моя. Почему не плачешь?

– А должна?

– Не знаю.

– А я знаю: это не повод для слёз. Просто глупо. Раньше плакала, возмущалась, обижалась, доказывала. А теперь-то что?.. Пережила.

– Прости. Ты права и я действительно так подумал. Я, так же как и все, подумал о тебе. Но всё равно я очень рад, что ты сейчас со мной. Значит, я всё-таки этого заслуживаю.

– Люблю тебя.

Эля была рада, что Руслан её выслушал, вот так, не перебивая и ничего не доказывая. Что не стал врать по поводу своих мыслей, она ведь видела его глаза. Он просто выслушал и понял, крепко обнял и больше ничего не спрашивал. Они пережили это вместе.

Отношения развивались, были ссоры, были споры, были перемирия. Поводы были самые разные, но чаще всего, между ними встревала Вероника, которую Руслан так усердно держал на работе. Эти их отношения Элю не то, чтобы беспокоили, она знала, что их связывает лишь работа, но сам факт присутствия Вероники в его компании напрягал. Надоело каждый раз доказывать, что этой женщине рядом с Русланом не место и Эля, наконец, решила всё взять в свои руки: не без помощи влиятельных знакомых отца, но эту девушку пригласили на престижную работу за рубежом. Вероника очень быстро уволилась. Казалось бы, что теперь может им мешать, всё складывается как нельзя удачно, но нет, так хорошо быть просто не может.

Всё чаще стала звонить мать, Эля разговаривать не то, чтобы не хотела, но старалась все беседы свести к минимуму. То, что каждый раз повторяла её мама, безумно злило. После того, как родители узнали, с кем она встречается, жизнь стала просто невыносимой. Так и получалось: первые пять минут мама выясняла, как Эля себя чувствует, следующие пять минут, разглагольствовала на тему отношений между мужчиной и женщиной. А заключительные пять минут уговаривала вернуться домой от греха подальше. И так каждый день. Понятно, конечно, родители беспокоятся, но своими беспокойствами только напоминали Эле о том, что она так старательно скрывала от Руслана, а последнее время, о чём и сама думать не хотела. Дошло до того, что трубку снимать перестала. Сознательно игнорировала звонки, возможные случайные встречи, старалась не посещать излюбленных мест. Так бы и продолжалось, если бы в один «прекрасный день», когда Эля рассчитывалась в одном из магазинов своей карточкой, ей не сообщили, что счёт заблокирован. Не просто нет средств, (хотя и в такое поверить было трудно: дочь известнейшего банкира, без средств на карточке, смех, да и только), а карта именно заблокирована, то же и с другой, и с третьей. Спасло только то, что сегодня не забыла о карте, о которой когда-то так беспокоился Руслан. Эля из магазина вышла, ногой от злости топнула и тут же направилась к отцу на работу. Опомниться не могла минут десять, даже водитель не сразу понял, что так могло девушку взбесить, бурно дышала, краснела, потом так же быстро бледнела, всё от того же возмущения и так до тех пор, пока в приёмной не оказалась. Секретарь отца, пускать её тоже не собиралась, видите ли, у Бориса Евгеньевича важная деловая встреча! Дверь чуть ли не ногой пнула, так торопилась, а когда, наконец, вошла, и вовсе опешила. Отец, явно не ожидавший её прихода, мило и как-то не по-деловому беседовал с её Русланом. Сидел рядом на стуле, а не в привычном для себя кресле большого начальника, на столе бутылка коньяка, несколько видов закуски. Да и посмотрел он не то, чтобы испуганно, но вроде как она застала их на месте преступления. Взгляд отца она, конечно же, расценила правильно: тот явно собирался намекнуть её любимому о непростом положении дочери, но, скорее всего, не успел. Наверно надо было менять тактику по ходу действий, но сориентироваться не успела, да и просто не ожидала такого поворота и вспомнила, зачем же сюда пришла.

– Что происходит? – Сразу же возмутилась она, заметила, что Руслан собрался что-то объяснять, но жестом руки его остановила. – Папа, я вопрос задала. Почему мои карточки заблокированы?

Орлов напрягся, недовольно на Кабаева глянул, а затем дочь, с трудом, конечно, но отвёл в соседний кабинет.

– Эля, успокойся. – Достаточно уравновешенно произнёс он, но по глазам было видно, что сдерживается.

– Что ты ему сказал?

– Ничего.

– Ничего? Но ведь хотел сказать, правда?

– Эля, так будет лучше.

– Кому?! Тебе, маме?! А как будет лучше мне, ты знать не хочешь?!

– Дочь, я только о тебе и думаю. – Орлов попытался усадить Элю на диван, но от его рук та быстро отбилась.

– Не прячься за красивыми словами папа, ты просто хочешь, чтобы всё было по-твоему, потому что тебе так кажется правильно.

– Потому что я прав! – Не сдержался и рыкнул тот, но скоро опомнился и присел.

– Папа, если ты ему хоть слово скажешь, то я тебе больше не дочь.

– Что с тобой происходит Эля, я не пойму, кто тебя против нас с мамой настраивает? Ты не появляешься дома, не отвечаешь на телефонные звонки, ты попросту избегаешь нас.

– А-а, так это мама тебя попросила?

– Мы хотим видеть тебя дома, малыш.

– А Руслану ты зачем каждый раз сказать что-то пытаешься, а? Он говорил, что ты странно себя ведёшь, всё на откровенный разговор ему намекаешь, думал, что я не узнаю?

– Я всё делаю для тебя.

– Пусть так, делай что хочешь. Ты просто запомни то, что я тебе сегодня сказала. Если Руслан однажды придёт домой и посмотрит на меня с жалостью – это будет последний день, когда у тебя была дочь. И я сейчас не шучу.

Эля понимала, что говорит что-то не то, но по-другому вести себя не могла. Как они не понимают, что она просто хочет жить для себя, пусть в своё удовольствие и не так, как должна, но для себя. Она хочет, чтобы её любили, любили так, как никогда не будут любить смертельно-больного человека, так, как она того заслуживает именно сейчас. А они не понимают…

Из кабинета вылетела как пробка, если бы не Руслан, который стоял на пути, то на такой же скорости и из банка вышла.

– Так, Эля, что случилось?

– Я хочу уйти.

– Руслан! – Окликнул их Орлов. – Послушай меня ты, раз уж моя дочь не желает. Анжелика Викторовна очень волнуется, Эля дома не появляется уже два месяца, поэтому в это воскресенье, мы ждём вас на обед. – Грозно посмотрел на Элю и даже пальцем пригрозил. – А если ты не явишься, то я тебя за волосы приволоку, поняла?!

– Борис Евгеньевич, ну вы что, – улыбнулся Руслан, загораживая собой Элю, – мы обязательно придём.

– Я пойду. – Опомнилась она и из рук любимого поспешила выкрутиться, а он и не возражал, только бросил вслед тревожный взгляд.

Эля за двери вышла, но закрывать её не стала: сердце было не на месте. К двери прильнула и вслушивалась в слова.

– Борис Евгеньевич, так о чём вы хотели поговорить? – Тихо, но явно сосредоточившись, начал Руслан, всё-таки Эля успела вовремя.

– Да, собственно об этом и хотел. Такая девочка всегда была домашняя, а тут… – Эля словно видела, как отец беспомощно руками взмахивает и при этом вздыхает. – Мама с ума сходит, волнуется, а тут ещё такие слухи по городу ходят про вас. Мне и в голову не приходило, что Эля на что-то такое способна, вот я и не знаю, что делать.

– Ничего, я её приструню. Перебесится и успокоится. – Заверял Руслан. – Так что там у нас по делу…

Дальше слушать было бессмысленно: дела, дела. Беспокойство всё ещё не проходило, но легче стало, даже упадок сил какой-то почувствовала от неожиданного облегчения. Вздохнула, сама себе грустно улыбнулась, ещё немного под дверями потопталась и ушла. Дома, конечно же, Руслан разборки устроил по этому поводу, тоже был безумно недоволен её поведением, даже нотации читать пробовал. Возражать ему было бесполезно. Так и выходит: теперь у неё появился ещё один папочка, любимый, строгий, вот только выслушивать её капризы не собирается.

Воскресный обед с родителями удался. Мама сначала относилась к Руслану осторожно, присматривалась, пыталась понять, о чём тот думает, но ближе к середине вечера он её обаял, всё-таки, когда нужно, он умеет быть идеальным мужчиной. И комплимент вовремя сделает и блюдо похвалит, и улыбнётся так, что мурашки по коже. Дошло до того, что в конце вечера, оставшись с Элей наедине, она так и сказала: «лучше для тебя и придумать было нельзя», при этом крепко держала дочку за обе руки, искренне радовалась. Вот только среди всей этой радости проскальзывала и грусть. Эля изменилась, что и вполне естественно, она была слишком худая, излишне много макияжа, скрывающего бледность и мешки под глазами. Прятала своё состояние за откровенными нарядами, призыва всех смотреть на её всё ещё идеальное тело, и при этом не замечать взгляд.

– Кажется, мама тоже в тебя влюбилась. – Прижималась Эля к плечу Руслана и при этом не переставала улыбаться.

– Думаешь?

– Конечно. И папа смотрел по-другому. Не как на врага.

– Ещё бы, я ведь ему пообещал, что каждые выходные буду привозить тебя.

– Что? – Рассмеялась она и даже в бок его кулачком ткнула. Всё-таки, хорошо, что Руслан рядом…

Время относительного спокойствия закончилось слишком уж быстро: головные боли приходили всё чаще и становились всё невыносимее. От тяжёлых таблеток отойти Эл могла только к вечеру, практически постоянно тошнило, выходить на люди становилось крайне трудно. Руслан пропадал на работе, дома появлялся поздно и скоро перестал обращать внимание на то, что Эля не может его дождаться. Улыбался, глядя на неё спящую, заботливо укрывал сползшим на пол пледом, а сам садился за свой рабочий стол. Он привык ложиться после двенадцати, поэтому у него было целых три часа для занятия любимой работой. Эля уже не могла вставать с утра, списывая это на свою лень, не рвалась с ним на обед, да и вообще их встречи сошли на нет.

Сегодня Руслан пригласил в ресторан, отказаться было просто нельзя. Вроде какой-то повод. За столом уже знакомые друзья, все улыбаются, все счастливы. Обмениваются шутками и впечатлениями. Вечер не напрягал, даже голова, что удивительно, не болела, главного шутника кампании – Сергея, не было, поэтому можно было расслабиться и наслаждаться жизнью. Удивительно быстро все разошлись, за столом остались только Эля с Русланом и Дёмин, куда же без него. Причина собрания, так и осталась загадкой, вроде как кого-то ждали, но при этом ничего особенного не произошло. Выслушивать их разговоры о работе стало невыносимо, и Эля вышла освежиться, зашла в дамскую комнату, подправила макияж. В большом зеркале во всю стену внимательно разглядывала своё отражение, и, надо сказать, сегодня сама себе нравилась, хотя казалось, что все комплименты, услышанные за столом, были высказаны по привычке. Стояла, упираясь руками в бока, даже позировала, что ли, разглядывала себя со всех сторон. Но вдруг, странное чувство стало рваться изнутри: в груди, где-то под сердцем становилось невыносимо горячо, этот жар столбом поднимался вверх к голове и расходился к вискам, на секунду отпуская. Затем всё повторялось снова и снова. Это был страх. Что происходит, понять Эля не могла, только сердце начало биться в бешеном ритме, промежутки между его ударами становятся всё короче и уже практически не заметны. Нельзя сдвинуться с места, ноги не слушаются, всё тело онемело и отказывалось подчиняться. Дыхание стало судорожным, воздуха не хватает. Эля посмотрела на себя в зеркало, и от этого стало ещё страшнее: бледная как полотно, она по непонятной причине ссутулилась, и разогнуться не могла, дрожащие руки были согнуты в локтях, пальцы неприятно скрючены, как у старухи, при этом колотятся. Она чувствовала, как на лбу проступили капли ледяного пота… она ничего не чувствует.

– Руслан, – у Дёмина резко вытянулось лицо, он прищурился, – это… это Эля там…

Пальцем указал в сторону. Эля шла, шатаясь, словно пьяная, глаза пустые и смотрят в никуда, за кого-то зацепилась, что-то непонятное бормочет себе под нос, резко остановилась и схватилась руками за голову, ещё немого и она упадёт. Подбежали они к ней уже вдвоём. Она даже не понимала, кто перед ней стоит, смотрела и ничего перед собой не видела, продолжала шептать что-то невнятное. Кто-то за спиной предложил вызвать скорую, но допустить этого было нельзя. Из ресторана Руслан её вынес на руках, усадил в машину. Действовал как в тумане, просто знал, что её отсюда срочно нужно увезти. Только Дёмин тихо шёл сзади то и дело, стараясь заглянуть ему в глаза. Они вдвоём подумали об одном и том же, но никто не решался произнести это вслух. Руслан до боли сжимал зубы, скулы начали играть, шумно втягивал в себя воздух, хотел поскорее уехать. Дверь за Элей захлопнул, а опомнился только когда Дёмин его с силой развернул, схватил за пиджак, зажал его ворот в кулак и злобно прошипел.

– Руслан, это наркотики. – Смотрел прямо в глаза, пытаясь его вразумить.

Прежде, много лет назад, подобную сцену можно было наблюдать практически каждый день. Начинали они втроём, третьим был Валера. Дружили сто лет, но почуяв запах больших денег, удержаться смогли не все. Вскоре после того, как бизнес пошёл в гору, Валера увлёкся наркотиками: отличное настроение, которое быстро сменялось истерикой, несдержанность, взрывной темперамент – всё вскоре перестало иметь какие-то границы. Вот такой, бледный и в несознанке, он то и дело являлся в офис, устраивал дебош, и так до тех пор, пока его не нашли мёртвым в собственной квартире. Он умер от передозировки. Сейчас, вспоминая всё это, становилось страшно. Понимать, как быстро можно потерять человека, было невыносимо больно. Руслан попытался от Дёмина отбиться, но тот уже держал его двумя руками. Признавать, что его любимая и ненаглядная, наркоманка, было страшно, он так же разозлился и вцепился в пиджак Дёмина. К уху наклонился, притягивая его к себе и несколько раз встряхнул.

– Если ты хоть слово кому-нибудь скажешь, я башку тебе оторву.

– Ты думаешь, что творишь? Она затянет тебя с собой, слышишь?!

– Я всё сказал.

Потасовка закончилась так же быстро, как и началась. Руслан сел в машину и прижал к себе Элю. Она продолжала что-то шептать, но вела себя абсолютно спокойно, не сопротивлялась, не брыкалась, только иногда вздрагивала и впивалась ногтями в его руку, которую прижимала к себе. Для водителя хватило одного грозного взгляда, чтобы больше не косился и вопросов лишних не задавал, хотя… он наверняка тоже всё понял. Руслан сидел весь в напряжении, прислушивался, дышит Эля или нет, а сам при этом до боли в глазах всматривался в тёмное стекло автомобиля. Что мелькает за окном, было не ясно, да он и не думал об этом совершенно, только слова Дёмина никак из головы не выходили. Даже разговор один припомнил: он случился как раз на следующий день после того, как Эля стриптиз танцевала, встретились вечером в баре, так сказать, поговорить о жизни.

– Так, Димка, я помню, твоя идея была с этим клубом. – Посмотрел на Дёмина, а тот даже отнекиваться не стал.

– Да, моя, точнее говоря, красавицы твоей. Что думаешь с ней делать теперь?

– В смысле? – Вроде бы удивился Кабаев.

– Да в прямом. Что у вас вчера произошло?

– Ничего. – Руслан уставился в ряд бутылок за спиной бармена, задумался. – Ещё день два и всё забудется. Или она придёт мириться, или я.

– Ты сейчас серьёзно?! – Дёмин даже глаза вытаращил и протрезвел одномоментно. – Зачем тебе всё это надо?

Руслан только усмехнулся в сторону, ну, не говорить же, в самом деле, что влюбился, тем более что он и сам не очень-то понимает, что его так тянет к Эле.

– Она же над тобой откровенно издевается! – Снова поразился Дёмин. – Знаешь, когда мы об этом вечере с ней договаривались, я сразу предупредил, что должна будет, так она и глазом н моргнула, согласилась. А вчера после всего к ней захожу, только без обид. – Заранее предупредил он, видя, как Руслан кулаки сжимает. – Захожу, поинтересоваться, как расплачиваться будет, так она серьёзно так говорит, подожди мол, звоночек сделаю. Ну, думаю, и шлюха тебе досталась, стою, жду, а она ресницами своими хлопает и ухмыляется. Выжидает чего-то. А через пару минут два головореза за спиной появились и вежливо так: Элеонора Борисовна, то и сё, а на меня смотрят, как на клопа и знаешь, именно так я себя и чувствовал. Не простая она девочка, намучаешься ещё.

– Ты, знаешь, а я вот всё думаю, что в ней меня привлекло. Думаю и сам не понимаю. Да, красивая, да талантливая, все на неё заглядываются. Но… у меня такие через одну, а тут… – Руками взмахнул, безнадёжно. – Понимаешь, рядом с ней жить хочется. – Вдруг выдал он и, кажется, сам испугался эмоций. Он даже себе в этом прежде не признавался. – Давай честно: мы с тобой не молодые, не бедные, но, признайся, заскучавшие пареньки, которые через год-два, от скуки бомжей расстреливать пойдут. Мне даже бизнес и прибыль от него удовольствия не приносят, понимаешь. А тут она, такая… необыкновенная, с лёгкостью меня в свою игру завлекает, я даже опомниться не успеваю, как уже стою перед ней с букетом цветов и прощения прошу сам не знаю, за что. Она живая, понимаешь, живая, интересная, она меня вдохновляет, если хочешь. Мне хочется смеяться, радоваться солнечному утру, хотя прежде я даже внимания на это не обращал. Просто она словно хочет всё успеть, всё пережить, причём именно сегодня – завтра уже будет поздно. У неё всё на разрыв, по-другому не может. Мне не важно, кто она такая. Вот и всё.

– И всё. – Пробормотал Дёмин. – Знаешь, а я бы на твоём месте выяснил кто она, наверняка любовничек всё же найдётся. Ну не может так быть. Не может!

– Ничего не хочу знать, она сказала, что никого не было, и я ей верю, даже думать об этом не буду. Смотрю ей в рот и не переспрашиваю.

– Как знаешь, но то, что она не договаривает, это точно.

Тогда Руслан этому разговору значения не предал, ему было важнее понять то, что с Элей ему действительно проще, не надо что-то из себя строить, просто будь самим собой. Да и все её истерики – это только для разнообразия, чтобы он заскучать не успел. Когда узнал, что Орлов её отец, заметно напрягся, да и тот не слишком-то обрадовался выбору дочери, но, как ни странно, ничего при этом не предпринимает. А теперь-то уж точно обвинит его во всех смертных грехах, ведь раньше Эля была другая…

До квартиры её нёс на руках, бережно прижимал к себе, всматривался в бледное личико, которое теперь казалось ещё более миловидным. Все черты лица были чёткими, идеально обрисованными. Положил её в спальне, раздел, двумя руками лицо обнял и пристально смотрел, словно первый раз видит. Всё ещё не верил, что это с ним происходит, с ним и с его маленькой девочкой.

– Что же ты творишь, малыш, что же ты с собой делаешь?..

Головой покачал, отрицая происходящее, кричать хотелось, но понимал, что это не поможет. Аккуратно волосы её пригладил, в лоб поцеловал, как маленькую, щекой к её щеке прижался и так замер, вдыхая запах её волос, чувствовал, какая у неё нежная кожа, нежная, но неприятно холодная. Кресло к кровати придвинул и смотрел на Элю, неотрывно, словно боялся, что глаза закроет, а когда проснётся, её рядом уже не будет. Так всю ночь и просидел.

Эля проснулась поздно, в голове шумит, лёгкая тошнота, даже не смотря на то, что она и не думала подниматься, во рту пересохло, губы слиплись. Не сразу поняла, где она, с трудом приподнялась, к спинке прислонилась. Руслан сидел рядом, в кресле. Вид у него жутко уставший, спал в неудобной позе. Выглядел довольно странно, даже не переоделся: пиджак лежал рядом с ним на полу, рукава белоснежной рубашки небрежно, наспех закатаны до локтя, волосы взъерошены. Она не привыкла видеть его таким. Проснулась и не понимала, почему он так сидит, нежно по его руке провела и тут он подскочил, точнее говоря, дёрнулся, но тут же с мыслями собрался и на Элю взглянул с претензией.

– Выспалась? – Грубо начал он, губы поджал и вперёд наклонился, как-то агрессивно приглядывался.

– Не знаю, голова болит, а так…

– Рассказывай. – Не сбавляя тон, настаивал он, даже за локоть её дёрнул, чтобы понимала, что шутить не стоит.

– Что рассказывать?

– Что? Я не знаю, что. Ты мне расскажи. Что вчера произошло, накурилась ты или нанюхалась?

– В каком смысле? – Улыбка непонимания скользнула по её лицу, чем Руслана только взбесила.

– В прямом, Эля, в прямом?

– Руслан, ты что… ты же знаешь, я даже не пью, о чём ты?

Без лишних церемоний Руслан Элю из кровати вытащил, именно вытащил, по-другому и не скажешь, потянул в ванную. Там перед зеркалом поставил и больно за лицо одной рукой схватил.

– Смотри! – Прокричал он. – Нравится?! Эля, ты не бледная, ты зелёная! Что ты принимаешь? Что?!

Он холодную воду пустил и принялся Элю умывать, наверно, чтобы она быстрей в себя пришла. Действовал грубо, не жалел, на затылок при этом больно давил, ближе к умывальнику голову прижимая, Отпустил, наконец, отошёл, нервно по своим волосам мокрыми руками провёл, а потом тут же вернулся, снова её за голову схватил к себе поворачивая.

– Эля, я тебя убью сейчас. – Прошипел он. – Я тебя убью! Ты это понимаешь!

От его крика она не знала, куда деваться, силы в нём было невероятное количество. Несколько раз он тряханул её хорошенько, но она никак понять не могла, чего добивается. Сама ничего не помнила, а он только угрожал, ничего не объяснив. Наконец, взгляд его поймала, он был не просто злой или гневный, он был беспомощный. Именно так, и это пугало. Именно такой взгляд она ожидала увидеть от него, если бы Руслан про болезнь узнал. Понимала, что сначала он бросится её спасать. В его глазах будет жалость и надежда, но потом, когда такой сильный, уверенный в себе человек понимает, что ничего не может сделать, взгляд становится беспомощным. И Эля всё была готова отдать, только бы не видеть его таким. Но при этом он бешено кричал, шматал её по всей ванной комнате, благо место было достаточно, иначе точно бы убил, случайно за что-нибудь зацепившись.

– Чего тебе не хватает, чего?

Он руки разжал, а Эля так и плюхнулась на пол, оказывается, стояла только благодаря ему. Руслан рядом сел, снова к её лицу наклонился, больно его сжав.

– Ну, то ты молчишь, ответь мне. – Вроде бы и спокойно, но при этом, задыхаясь, говорил он. Щурился, в глаза смотрел, потом скривился и отвернулся, при этом её лицо оттолкнул. Достаточно сильно, надо сказать, у Эли сразу шею свело.

Вскочил, Элю за руки поднял, за шею её схватил, обратно к себе притягивая, мощные пальцы сразу пережали всё, что было можно, зло смотрел в глаза и голову на сторону наклонил, понимая, что больно ей делает, но хватку не ослабил. Наоборот, руку сжимал, пока страх в её глазах его не остановил. Эля в его руку сама вцепилась, скорее от беспомощности, не собиралась отбиваться, и он отпустил.

– Руслан, я, правда, ничего не понимаю. – Прошептала она, сама за шею держалась, в себя приходила.

– Малыш, – он устало вздохнул, сел рядом с ней, можно сказать, что по стене вниз сполз, – если ты мне всё не расскажешь, я не знаю, что с тобой сделаю. Ты принимаешь наркотики?

Он голову повернул, глядя Эле в лицо, она молчала, слишком долго молчала, Руслан даже ухмыльнулся, вроде бы и ответ больше не нужен.

– Я ничего не принимаю, я ничего не понимаю, – шептала она, – и я не понимаю, почему ты кричишь на меня! – Под конец она тоже закричала, сквозь слёзы, дрожащими руками лицо прикрыла и вся зажалась.

– Малыш, девочка моя, красавица, я всё для тебя сделаю, клянусь, никогда тебя не оставлю, только дай мне тебе помочь.

Он руки её от лица отрывал, в глаза заглянуть пытался, но Эля плакала и ничего не хотела слышать. Признаться, такая её реакция его ничуть не удивила, даже наоборот, он знал, что так будет. Но всё равно ей верил, её слезам и истерике, крепко обнял, к себе прижимая, целовал её лицо, лоб, волосы, в груди неприятно жгло.

– Тогда что?

– Я не знаю, правда, может мне стало плохо, всякое ведь бывает, – затараторила она, – правда, ничего не помню, я проснулась, а ты сидишь, я не понимаю…

– Эля, я не знаю, что мне с тобой делать, слышишь?

Они уже сидели на диване, перед этим долго молчали, отворачивались друг от друга. Утро началось просто ужасно. Телефон постоянно звонил, но не было сил даже его отключить, не было желания.

– Собирайся! – Решительно кивнула Эля и подскочила с дивана.

– Ты куда?

– Мы с тобой едем… не знаю, где там анализ крови сдают.

– Зачем?

– Я докажу тебе, слышишь, я тебе докажу, что ничего не принимала. Ты, я так понимаю, знаешь об этом побольше меня, если уж так смотрел. И знаешь, что в крови точно что-нибудь бы осталось. Вот и проверим.

Эля быстро направилась в спальню, достала из шкафа одежду, Руслан удивился: оказывается, она носит не только платья, у неё есть и джинсы и свитер, хотя прежде он ничего подобного не замечал. Сам переоделся, внимательно смотрел, пытаясь понять, что это за уловка, честно, он ни на секунду не усомнился в том, что Эля лжёт.

Приехали в ближайшую частную клинику, где можно было сделать подобный анализ, а потом сидели в коридоре и ждали результат. Молчали, изредка поглядывая друг на друга, напряжение витало в воздухе до тех пор, пока не вышел врач. Он пригласил их в свой кабинет, Руслана сначала пускать не хотел, но после не настаивал, в конце концов, это не его дело. Конечно же, наличие каких-либо наркотических средств, в крови не обнаружилось, тогда Руслан облегчённо вздохнул, но врачу было что добавить. А когда разговор зашёл о присутствии следов какого-то сильного анальгетика, Эля нервно улыбнулась, признаться, такого она не ожидала.

– Да. – Стараясь сдержать эмоции, согласилась она. – Но эти таблетки мне врач прописал.

Тут уже заинтересовался и Руслан.

– У меня просто голова болит… последнее время… вот и…

– А почему ты мне не сказала?

Спросил, но ответа не ждал, вроде как не самое лучшее место для выяснения отношений. Взгляд опустил, напрягся, Эля это поняла по набухшим на шее венам.

– От себя могу добавить, что у этого препарата, весьма большой список побочных эффектов. – Вмешался доктор, заметив напряжение. – В том числе судороги, потери сознания, думаю, это как раз ваш случай. – Наконец констатировал он, и встречу можно было считать законченной.

Попрощались, из клиники вышли, и тут уже Руслан не выдержал и остановился прямо на ступеньках.

– И что это за новости? – Он нахмурился, но Эля отчего-то рассмеялась, как-то неловко у него это получилось.

– Прости, не хотела тебя беспокоить.

– Лучше, если я вот так это узнаю?

– Нет, ты вообще этого узнать не должен был. – Сказала, уловила его презрительный взгляд и улыбнулась, вроде как извиняясь. – Наверно незачем грузить тебя моими маленькими трудностями, тем более, у нас с мамой это семейное, головные боли в смысле. Наверно, это всё её аристократические корни…

Руслан подвёл Элю к машине, дверь открыл, а потом прикрыл её. Склонился, прижимаясь лбом к её лбу.

– Малыш, я просто беспокоюсь за тебя. Не хочу, чтобы ты от меня что-то скрывала. Давай договоримся: никаких мелочей для меня не существует, хорошо? Ты самое важное для меня в жизни. – Посмотрел так, что сомневаться в его словах было сложно. И, всё-таки, чертовски приятно, когда тебя любят! – Я хочу всё о тебе знать.

Что же, сказал, так сказал, какие тут могут быть вопросы? Эля даже сама храбриться стала, хотя это давалось всё сложнее. Вскоре, Руслан стал просто пропадать на работе, готовился какой-то очень важный контракт, велись переговоры, Элю на это время он как-то из виду упустил. Вроде и хорошо, для неё, по крайней мере, но безумно скучно. Из квартиры она теперь без надобности не выходила, мастера по маникюру, педикюру и парикмахера на дом вызывала. Всё для любимого, он должен видеть её во всей красе. Но проблемы и без того вылезли наружу: головные боли становились интенсивнее, головокружения проявлялись чаще, Эля то и дело обо что-то ударялась, спотыкалась, а то и вовсе падала навзничь, после чего не то что синяки, ссадины оставались. Так как Руслан приходил домой достаточно поздно, замечать он этого не мог, а когда были в постели, просто свет отключала, но разве ото всех скроешься? Дело дошло до того, что по городу поползли неприличные слухи, вроде как Кабаев избивает свою любовницу, а, по совместительству, дочку одного из ведущих банкиров страны. То в бассейне, куда её Лена пригласила, на Элю косые взгляды бросали, то гардероб она резко сменила (теперь выбирала преимущественно закрытые платья с длинным рукавом, и разве кого-то убедишь, что уже осень и нужно как-то утепляться?..). В общем говоря, когда Руслан вернулся из очередной командировки, эти слухи дошли и до него. Этот вечер они планировали провести в ресторане, в компании его друзей, но Кабаев такой новостью был шокирован настолько, что ни о каком ресторане и речи быть не могло. Домой вернулся, даже Элю об изменении планов не предупредил.

– Ты рано. – Улыбнулась она и поцеловала в щёку.

– Так получилось.

Он стоял и присматривался к любимой. В её поведении вроде бы ничего не изменилось, только вот платье, действительно, не открывало ни одного участка тела: более чем скромное декольте. Рукав на три четверти, а само платье и вовсе в пол.

– Что-то случилось? – Уточнила Эля с лёгкой улыбкой и подала ему плащ.

– Мы никуда не идём.

– Почему? Мы так давно никуда не выходили?

Руслан сам Элю за руку взял и в гостиную отвёл. По центру комнаты поставил, и отошёл на несколько шагов, разглядывая.

– Ты изменилась. – Сказал уверенно, но без энтузиазма.

– Нравится? – Покрутилась, но остановилась, заметив суровый взгляд.

– Нравится, только вот с чего вдруг? Мне казалось, ты любишь демонстрировать себя.

– Люблю, но ведь надо как-то соответствовать, в конце концов, ты не последний человек в этом городе. И, кстати, фигура подчёркнута очень удачно.

Эля на всякий случай оглянулась на большое зеркало в спальне, видимо увиденным осталась довольна, и широко любимому улыбнулась.

– Сними платье.

– Что?

– Эля, сними платье, я хочу на тебя посмотреть.

Она нервно усмехнулась, но после нахмурилась, даже не сразу уловила суть просьбы.

– Давно меня не видел? Так я тебя скажу, что ничего не изменилось.

– А я убедиться хочу.

Руслан медленно подошёл, сам начал молнию на платье расстёгивать, пока Эля не увернулась. Зачем-то руками прикрылась, как бы заслоняясь от него и в спальню направилась.

– Эля, что происходит? – Отпускать он её не собирался и пошёл следом.

– Ничего, просто как-то странно, – улыбаться не получалось и Эля просто отвернулась, – собирались в ресторан, а теперь ты пришёл и требуешь платье снять.

– А тебя в этом что смущает, я не понял. Малыш, давай серьёзно поговорим, мне эти игры не нравятся.

– О чём ты?

– Да о том самом. Детка, я только в офис вошёл, как на меня все коситься начали, причём, даже не скрываясь. Хорошо Димка прояснил, что я, оказывается, садист последний, издеваюсь над тобой. Все вроде как это знают, мимо меня только вот как-то эта информация мимо прошла. Что скажешь?

– А куда же без Димки?

– Давай не будем. Просто я хочу увидеть, что такое с тобой не так, что пошли такие слухи.

– Милый, – Эля даже подлизаться попыталась, обняла его и в глаза заглядывала, якобы и скрывать ей нечего, – ну, что ты их слушаешь, знаешь ведь, что людям не дай поесть, а дай посплетничать. Да и про тебя в последнее время сказать-то нечего, вот они и придумывают.

– А Сергей тоже придумывает?

– В смысле?

– В прямом. Говорит, его жена в шоке от увиденного, вроде как я тебя ногами измесил так, что живого места нет, кстати, она откуда об этом знает?

Отвечать на этот вопрос Эля не стала, но при этом хорошо помнила эту их встречу в бассейне. Лена с ума сходила от плаванья и даже теперь, будучи на седьмом месяце беременности, от привычки не отказалась. Так и сказала, что хочет видеть Элю в бассейне, никакие отговорки не принимала. Она была такая забавная, как пузырёк круглая, как-то страшно стало: прежде Эля так близко беременную женщину не видела. Поплавали надо отметить хорошо. Купальники обе девушки выбрали закрытые, всё же не пляж, чтобы в бикини вытанцовывать, да и на синяки на руках и ногах Лена внимания не обратила. Прекрасно понимала, с каким темпераментным мужчиной подруга живёт, сама не раз видела, как тот на неё смотрит, да и сама идеально чистым телом похвастаться не могла, всё-таки Сергей тоже не романтик. Но когда Элю со спины увидела, всё же решила уточнить: после плавания купальник немного сполз и один из самых неприглядных синяков частично показался. Эля только странный звук сзади себя услышала и повернулась.

– Эля, это что?

– Что такое? – Не поняла та.

Лена не стесняясь ближе подошла, и купальник одёрнула, пальцем его зацепила и заглянула, после чего ахнула и рот ладонью прикрыла, видимо представляла, как такое получиться могло.

– Он тебя избил? – Лена только предположила, но уже заикаться стала и покраснела вся.

– Перестань, – отмахнулась Эля, – я просто упала.

Но подругу теперь переубедить было сложно.

– Ты почему терпишь это, почему отцу не скажешь? Или… Сергею, ты же знаешь, он за тебя порвёт любого, даже Русланчика своего ненаглядного.

– Глупости не говори, никто меня не избивал, поняла? Я сама упала.

– Знаешь, кому рассказывать будешь? Я сама ему скажу.

– Кому?

– Сергею.

Выглядела Лена довольно решительно, но Эля её слова всерьёз не восприняла, зря, как оказалось. Она даже могла себе представить, что Сергей наговорил Руслану, но сейчас это было не столь важно: он стоит за её спиной, вот-вот сам всё увидит и тогда уже придётся ему объяснять, как это получилось.

Руслан стоял и дышал в затылок, видимо всё ещё ответа ждал, или разрешения молнию на платье расстегнуть. Не дождался. Эля только почувствовала, как напряглись его ладони, которыми он платье в стороны раздвигал, такое чувство, что он их в кулаки зажал и никак разжать не мог. Она и сама напряглась до невозможного, даже не дышала, только слышала, как бьётся сердце, всё быстрее и быстрее. Вздрогнула, когда Руслан, наконец, смог разговаривать.

– Кто это сделал? – Голос у него был не то, что каменный, стальной, не иначе. Казалось, был бы у этого всего виновник, точно бы жив не остался.

– Никто.

– Ты сейчас издеваешься надо мной?

– Это правда. – Эля голову опустила и как-то усталость сразу почувствовала, спиной к Руслану привалилась и замерла, пока он не обнял её. – Я действительно сама упала, в ванной. Я тебе сколько раз говорила, коврик сменить, он ведь скользит, вот я и поскользнулась.

– Что ты несёшь?

– Руслан, там даже полка оторвалась. Я ещё мастера так и не вызвала.

– Допустим. Но ведь, как я понимаю, дальше тоже есть, что посмотреть.

Руслан аккуратно платье изнутри поддел и с рук его стянул, грудь обнажая. На тело даже не смотрел, Эля знала, но всё равно вздрагивала: посмотреть было на что.

– Мне кажется, я перестаралась. – Призналась она.

Руслан её отпустил и на кровать присел, взглянул исподлобья, не понимая, но не перебивал.

– Я просто не знаю, мне всё время кажется, что я толстая… и эти диеты доведут меня.

Повисла неловкая пауза, точнее, дальше Эля просто побоялась говорить. Руслан на неё так выразительно посмотрел, взглядом тело окинул, и его брови просто взлетели вверх.

– Что?!

– Мне казалось…

– Толстая? – Перебил он на полуслове. – Ты какой размер носишь, милая?

– Руслан…

– Чтобы я этого больше не слышал, поняла? Толстая она… надо же.

Поднялся и в гостиную вышел, вернулся уже с полным бокалом коньяка. Пил большими глотками, напрягся так, что уши покраснели. С другой стороны, что она ещё могла сказать, ведь правда, похудела на два размера за небольшой отрезок времени, болезнь её сушила, от тошноты есть не хотелось абсолютно, а сделать было ничего нельзя. Да и гардероб именно по этой причине меняла, прежние платья висели и нелепо морщились, где только можно.

После такого разговора, Руслан чуть ли не силой заставил Элю ужинать, да ещё в девятом часу, как она это пережила, сама не понимала, но спорить с ним было бесполезно. Следующее субботнее утро, он даже на работу не пошёл, как планировал, сказал, что будет с ложечки её откармливать, пока к ней разум не вернётся.

– А как же твой контракт? – Попробовала усмехнуться Эля, лёжа в обнимку с любимым.

– Никуда он от меня не денется, подпишет всё как миленький.

– Ты завёл его в тупик?

– Нет, просто если голова на плечах у парня есть, а в этом я не сомневаюсь, то он примет мои условия. Это взаимовыгодная сделка, милая, с большими перспективами, особенно для него.

– А для тебя?

– А для меня это, скажем так, билет на восточный рынок.

Руслан давно вёл переговоры с каким-то гением, тот бизнес практически с нуля поднял, и лет за пять, больших успехов добился. Особо ничего Эля про него не знала, но Руслан как-то обмолвился, что тот москвич, только по какой-то причине в глушь уехал, и не прогадал.

– Чем займёмся?

– Буду тебя кормить, сейчас завтрак закажем, а вечером в ресторан, как думаешь?

– Я за.

Эля была довольна, она чувствовала заботу, любовь, уважение, сама при этом на седьмом небе от счастья. Раньше и подумать не могла, что когда-то этот человек, с серьёзным взглядом и хищной улыбкой, будет вот так лежать с ней рядом и прикасаться как к самому хрупкому в мире существу. Она стала для него всем!

Пока Руслан завтрак заказывал, решила освежиться, всё-таки бессонная ночь лишала последних сил, сегодня даже не тошнит, любимый действует как успокоительное. Только в ванной дверь заперла, как что-то странное и одновременно страшное почувствовала, словно кто-то по голове чем-то тяжёлым ударил. Эля даже дёрнулась от неожиданности. Руку по инерции к лицу поднесла, а из носа в тот момент кровь хлынула. Сказать, что она запаниковала, это ничего не сказать, ужас просто опоясывал, Эля с места сдвинуться не могла. Стояла и на окровавленную руку смотрела. Наверно она всё-таки успела как-то свой страх озвучить, потому что уже через секунду Руслан в дверь с силой постучал.

– Эля, с тобой всё в порядке? – Голос его был встревожен, в дверь стучал довольно громко и практически без перерыва. За ручку несколько раз дёрнул, но безрезультатно, она была заперта. – Эля, ты меня слышишь? Эля?! – Теперь он не просто стучал, он молотил в дверь, вот только Эля в ступор впала, ничего с собой поделать не могла. Она и слышала, как Руслан зовёт её, и понимала, что дверь нужно открыть, но от страха не могла ничего сказать, просто стояла и на руку свою смотрела, та уже дрожать начала.

– Эля, что?!

Когда тяжёлые и горячие руки на плечи опустились, она словно к жизни вернулась, повернулась сразу, но сказать по-прежнему ничего не могла. Просто смотрела в глаза любимому и понимала, что он сейчас обо всём догадается, сейчас он всё поймёт. Руслан же, вообще ничего не соображал, в тот момент так за Элю испугался, что даже не понял, что случилось: вроде и цела, и здорова, только лицо и руки в крови. Он дверь ногой выбил и почему-то подумал, что ударил её при этом. В глаза заглядывал, а там пустота… и непонятный страх. Обнял её, сам весь в крови испачкался, быстро на голые плечи халат накинул и в спальню отвёл. Хотел спросить что-то, но не успел: в дверь позвонили, хотя они и не ждали никого, пришлось идти открывать. Дверь с силой распахнул и замер – на пороге стоит мать Эли, Анжелика Викторовна, глаза на него вытаращила и тоже дар речи потеряла. Руслан стоял перед ней бледный, взъерошенный, костяшки рук в крови, стоит в одних штанах, босой, и при этом в квартиру её впускать не торопиться.

– Вы не отвечаете на звонки, вот я и пришла… так сказать. – Вымолвила она и вдруг испугалась. – Где Эля? – Строгим безапелляционным тоном спросила она и в квартиру буквально ворвалась. Руслан направление указал, а она и понеслась, мельком взглянула на выломанную дверь ванной комнаты, на Руслана обернулась, но ничего не сказала, только посмотрела странно.

Для него, конечно, эти взгляды странными не показались, он прекрасно понимал и что она здесь делает: тоже, видимо, слухи дошли; и что она сейчас подумала. Картинку нарисовать не сложно: ссора, Эля закрывается в ванной, а он дверь выбивает и оттуда её силой вытаскивает, именно так всё и выглядит. От бессилия только руки в кулаки сжимаются (вряд ли ему кто-нибудь поверит, что это не так). Да и не важно, поверят или нет, главное понять, что с Элей происходит, а тут мама её явилась, взгляды настороженные бросает, косо смотрит в его сторону. А как дочь свою в кровати, всю бледную, да ещё и с носовым кровотечением увидела, так и вовсе удалиться попросила.

– Руслан, – она так неожиданно развернулась, что тот натолкнулся на женщину, – я бы хотела поговорить с дочерью наедине. – Заявила она и так посмотрела, что и объяснений не надо: сейчас Элю соберёт, и только он её и видел. Пару шагов в его сторону сделала, заставляя назад отступить, и дверь перед носом закрыла.

Захотелось выпить, да не просто выпить, а напиться, чтобы забыть взгляд этой женщины, осуждающий и гневный. Руслан устало рукой по лицу провёл, тяжело вздохнул, нервно потёр шею, да и налил себе виски, с самого утра, так сказать, молодость вспомнил Последний раз с утра пил, когда вторая жена сообщила, что уходит. Он тогда не то, чтобы удивился, но было неприятно, так напился, сам себя не помнил, дел тогда натворил, даже сейчас вспомнить стыдно. А теперь вот стоит и не то, чтобы подслушивает, (всё и так слышно), а от этих слов хоть сквозь землю провались.

– Эля, я хочу, чтобы ты поехала со мной. Всё слишком далеко зашло. – Командным тоном говорила мать.

– Я не поеду.

– Я не могу смотреть, как ты себя изводишь.

– Ты всё сказала?

– Эля, что произошло?

– Ничего, если это всё, то до свидания. – Было слышно, что Эля вот-вот и взорвётся, напряжения ощущалось даже через закрытую дверь.

– Ты с ума сошла? Что ты с собой делаешь? Ты не думаешь о последствиях! – Руслан слышал, как уравновешенная, воспитанная женщина, Анжелика Викторовна, которая всегда говорила полушёпотом, срывается на откровенный крик.

– Я думаю о себе!

– Я тебя здесь не оставлю! Посмотри на себя! Так больше не может продолжаться! Ты слышала, что о нём говорят? Чего ты добиваешься?

– Я его люблю, мама.

– А я тебя! И если ты сейчас сама ему не скажешь, то скажу я!

Потом Руслан услышал, как Эля всхлипнула, руки в кулаки сжимал, сердце кровью обливалось, а помочь ей он ничем не мог, только стоял и слушал, как она пытается его защитить, а он себя действительно виноватым чувствовал. Он не уберёг, он не подумал, он забрал её из родительского дома, а теперь она сидит и оправдывается. Метался по комнате, как зверь в клетке, пытался с собой справиться и успокоиться, налил себе ещё, но становилось только хуже.

– Если ты ещё хоть слово скажешь, то дочери у тебя больше нет! – Прокричала Эля.

– Какая разница, месяцем больше, месяцем меньше…

Явно женщины зашли слишком далеко, Руслан не выдержал и дверь толкнул. Стал в проходе выпивший и злой, смотрит с прищуром, пытается ситуацию оценить. Анжелика Викторовна тут же с кровати подскочила, обиженный и одновременно гневный взгляд на дочь бросила, а потом отвернулась.

– Вот, Руслан, – небольшой пакет протянула, – это вам к чаю.

Женщина старалась говорить спокойно, но по глазам было видно, что еле себя сдерживает, все мышцы на лице напряглись, чтобы улыбку выдавить. Она рот приоткрыла, чтобы что-то добавить, но промолчала, горько усмехнулась и из комнаты вышла. Руслан проводил её к дверям, чтобы замки отпереть, а женщина замялась, заметалась, вроде и остаться хочет, но как-то не решается, наконец, сквозь зубы проговорила:

– Извините.

И вышла. Даже не обернулась. Руслан так ещё минуту стоял у открытой двери, держал в руках пакет, судя по эмблеме, с пирожными, и всматривался в стену напротив. Опомнился, когда Эля к нему сзади подошла. Так тихо, что он и не услышал. Дёрнулся от её прикосновения, но когда она крепко к его спине прижалась, успокоился. На Элю обернулся и улыбнулся.

– Ну, что, пойдём пить чай?

– Пойдём.

За чаепитием Эля старалась объяснить, что с детства боится крови, причём боится настолько, что сознание теряет при одном её виде, а сегодня не потеряла, сказала, что это благодаря ему.

– У меня в школе такое часто было, правда. Я только когда на танцы записалась, всё как-то само собой прошло, а тут… напасть какая-то. – Руками развела, вроде как и не произошло ничего серьёзного.

– Я хочу, чтобы ты сходила к врачу. – Вдруг на полном серьёзе заявил Руслан. До этого он слушал Элю, слушал, кивал, вроде даже соглашался, а тут заявил это совершенно неожиданно.

– Хорошо.

– И я хочу при этом присутствовать. – Так же серьёзно проговорил он, а сам в глаза Эле смотрел, не отрываясь.

– Хорошо, как только у тебя появится свободное время.

– Договорились.

День прошёл несколько напряжённо, Руслан к Эле всё время присматривался, разговаривал мало. Они уже собирались в ресторан, когда Эля вдруг разнервничалась, бросила на диван клатч и села рядом сама.

– Руслан, я так не могу, поговори со мной.

– Я говорю.

– Не правда.

За руку его к себе притянула, заставила сесть напротив.

– Понимаешь, я просто хотела тебе объяснить…

– Не надо. Я всё понимаю. – Он вдруг в глаза ей заглянул, наверно впервые за весь день. – Я не хочу, чтобы ты из-за меня ссорилась с родителями. Это не правильно. – За руку её взял, аккуратно пальчики перебирать стал.

– Я не ссорилась, просто мама, слишком меня опекает. Она никак не может привыкнуть к тому, что я теперь живу не с ними.

– Я бы на её месте у тебя не спрашивал. Эля, ты понимаешь, что все думают?

Она глаза опустила, сердце неприятно сжалось, вдруг захотелось во всём сознаться, объяснить, но как это сказать?.. Как объяснить, что мама и не думала о том, что он избивает её дочь, что жертва во всей этой истории, как раз Руслан. Очень не хотелось портить его и без того не безупречную репутацию, но и расставаться с ним не хотелось особенно.

– Я тебя люблю. – Тихо сказала Эля. – И мне всё равно кто и что думает. Я понимаю, что ты имеешь право жить спокойно и я тебе, возможно, в этом мешаю, но… – Эля всхлипнула, и Руслан тут же её обнял.

– Малыш, не реви, я прошу тебя. Я тебя тоже очень люблю. – Он лицо её руками обхватил. – Я очень не хочу, чтобы тебе было плохо.

– Ну, мы ведь оба знаем, что всё это не правда, мы справимся, честно, ты только не бросай меня, прошу.

– Я никогда тебя не брошу. – Сказал, как отрезал, палец к её губам приложил, останавливая поток глупостей, которые она уже соединила в одно предложение. – Ты помни это и улыбайся.

Сам улыбнулся при этом так, что хотелось забыть обо всём, по носу легонько щёлкнул, чтобы не совсем расклеивалась, и напомнил, что в ресторан опаздывают. Ресторан, кстати выбрали, не очень популярный, он находился достаточно далеко от центра, но кухня была изумительная. Там было очень тихо, приятная живая музыка, никакой светской тусовки, можно отдохнуть душой. Место выбрала Эля. Она там уже давно не была, но в этой ситуации, когда каждый только и норовит в них ткнуть пальцем, идеальнее ничего и не придумаешь. Они устроились за столиком в дальнем углу зала, улыбались друг другу и Эля, наконец, ожила. Теперь её глаза снова сверкали, улыбка не сходила с лица. Она была прекрасна. Разговаривали, как говориться, ни о чём, но очень увлекательно, так было до тех пор, пока Руслан не заметил в зале знакомых, его лицо немного напряглось, улыбка стала сдержанной, а потом и вовсе пропала. Эля обернулась и удивлённо заявила:

– Никита.

Было не совсем понятно: то ли она обрадовалась, то ли просто констатировала факт, но то, что она этого человека знала, было точно.

– Ты его знаешь? – Удивился Руслан и посмотрел на любимую с неподдельным интересом.

– Конечно, мы друзья. Давай подойдём.

– Друзья? Интересно.

– А ты его, откуда знаешь? Он ведь давно здесь не живёт?

– А это, милая моя, и есть мой будущий партнёр.

Теперь пришло время удивляться Эле, а удивилась она вполне искренне, даже брови приподняла, и хмыкнула, хотя позволяла себе это редко. Пока решали подойти или нет, и выясняли, кто и с кем знаком, Никита Логинов сам заметил парочку и подошёл, вместе со своей спутницей. Руки на плечи Эле положил, немного помассировал и в лицо заглянул.

– Давно не виделись, красавица. – Улыбнулся настолько широко, насколько это позволяла физиология, явно был рад встречи, а пока Эля обдумывала его комплимент, поцеловал её в уголок губ.

– Привет, как неожиданно. – Глянула на Руслана с извинением. – Познакомься – это Руслан Кабаев, мой любимый мужчина.

Мужчины руки друг другу пожали, посмотрели с предостережениями, пока роль каждого из них в жизни Эля была не совсем ясна. А Никита, как показалось, и вовсе знакомству не обрадовался, хотя для него это неожиданностью не стало.

– Очень приятно, моя невеста Анюта.

Никита подтянул к себе миловидную девушку, которая до сих пор стояла в стороне, она вежливо кивнула в знак знакомства, но от комментариев воздержалась.

– Ну, что, Руслан, ты не против, если мы к вам присоединимся?

– А моего мнения ты уже не спрашиваешь? – Возмутилась Эля, а сама рассмеялась.

– Ты всегда согласна. А вот с Русланом у нас встреча запланирована чуть позже, он может и отказаться.

– Причин для этого не вижу, к тому же знакомство в неформальной обстановке всегда лучше.

– Согласен.

Они друг друга поняли, это радовало, но взглядами перекинулись неоднозначными.

– Эля, ты выглядишь необыкновенно, честно. – Продолжал осыпать комплиментами Никита.

– Спасибо.

– Я вообще не помню, чтобы твои глаза так сияли, есть повод?

Эля чуть вином не подавилась.

– Повод есть, и он сейчас сидит перед тобой. – Она сделала круглые глаза, а Руслану отправила ещё одну извинительную улыбку.

– А мы вот с Анюткой пожениться решили, можете нас поздравить. А вы? Не торопитесь?

– Мне кажется, Эля ещё не наигралась, для свадьбы рановато.

На Никиту Руслан смотрел с непониманием, отношения между ним и Элей были странные для просто друзей: зазывные улыбки, странные подмигивания с его стороны. Можно было бы приревновать, но та лёгкость, с которой относилась к этому Эля, позволяла расслабиться. Да и дела вне этого вечера позволяли сомневаться в личности нового знакомого: последнее время тот стал слишком изворотлив, явно искал пути к отступлению.

– Я бы на твоём месте не затягивал. – Никита даже языком прищёлкнул, прицениваясь. – Такие девушки долго одинокими не остаются.

– Ну, так дерзай! – Откровенная провокация со стороны Руслана, конечно, так сказать, разведка боем.

– Не при Анютке будет сказано, но Эля, помниться, мне уже отказала, зараза. – Он рассмеялся, а руку своей невесты сжал сильнее. – Да, красавица?

– Не помню такого. – Эля усердно замотала головой, отрицая сказанное, но плечиками пожала странно.

– К сожалению, я помню, представляешь, Руслан, к родителям своим привёл знакомиться, а она концерт устроила и сбежала. Так и раскололись мои мечты о светлом будущем. – Откровенно на Элю посмотрел, словно повторяя предложение давних лет, но тут же опомнился и улыбнулся. – А я страдал, долго. Пока Анечку не встретил. Теперь вот даже спасибо могу тебе сказать.

– Не за что! Потанцуем?

Они ушли сразу же, Руслан и опомниться не успел, странно, но ему показалось, что Эля своему другу просто рот заткнуть хочет. Ухмыльнулся сам себе: молчит, улыбается, пока у него любимую уводят. Танцевала Эля красиво, сразу видно, что профессионально, да и Никита не подводил. Даже засмотрелся на парочку, забыв о присутствии за столом дамы.

– Вы не волнуйтесь. – Аня прикрыла своей ладошкой широкую руку Руслана.

– Что?

– Я говорю, вы так не ревнуйте.

– Заметно?

– Ещё как.

– Аня, а вот почему вы не ревнуете или их перемигивания заметил только я?

– Перестаньте, они друзья. Их отцы родом из одной деревни, вот они лето у бабушек и проводили вместе. Сто лет друг друга знают.

– А он говорит, предложение делал, это вам чем не повод?

– Не знаю, может, и делал. – Она плечами пожала безразлично, тоже в их сторону посмотрела. – Но сейчас она Никите как сестра.

– Да я вижу… – Руслан зубы стиснул. – Как он этой сестре под платье руку запустил.

Он одним глотком допил вино из бокала и налил ещё. Никита и Эля танцевали, достаточно страстно, как партнёры, его рука уверенно скользила по её бедру и забралась до неприличия высоко. Руслан вздохнул поглубже, но встретил изумлённый взгляд Ани и расслабился, медленно выдохнул и выдавил из себя улыбку.

– Знаете, Эля приезжала к нам полтора года назад, она была совсем другая.

– Какая?

– У неё в глазах было пусто. Так странно, когда она танцует, в глазах огонь, а как только музыка утихает – там селится пустота. А теперь…

Никита прижался к Эле настолько близко, что их дыхание сливалось в одно, Руслан вообще дышать перестал, напрягся. Затем Ане улыбнулся, о разговоре вспомнил.

– Что теперь?

– А теперь в каждом её глазу крупными буквами написано: «Хочу Руслана». – Аня рассмеялась, глядя на ревнующего мужчину и по ладони его погладила. – Я понимаю, это сложно, не ревновать, но уж постарайтесь. А то вы и мне внушаете подозрение.

– А вы с Элей знакомы?

– Да. Уже лет пять как. Мы с Никитой и познакомились на её выступлении. Кстати, она его научила так танцевать.

– Очень мило.

Нервная ухмылка пробежалась по лицу, даже шею передёрнуло от возмущения, успокоиться не получалось.

– Расслабьтесь, а то они сейчас придут и всё заметят. Тогда Никита точно от вас не отстанет.

– В смысле?

– Дразнить будет, это в его духе.

Аня выглядела подозрительно спокойной, то и дело смеялась над ревностью, над строгими взглядами. Рассказывала истории, на её взгляд смешные, а вот Руслан от них начинал ревновать ещё больше. И то, какими глазами смотрит Логинов, доверия не внушало. Наконец, танец закончился, и можно было вздохнуть с облегчением. Скользящий поцелуй Руслану достался, как только Эля подошла к столу.

– Тебе понравилось?

– Ты самая лучшая.

– Я знаю.

Эля выглядела немного уставшей, но эта усталость была приятной, она давно не танцевала, а теперь получила истинное удовольствие. Руслан помог ей присесть за стол, руку долго не отпускал. Взгляд был пытливым, но не настойчивым. Эля всё понимала и, наверно, это был первый раз, когда она, наконец, своими глазами смогла увидеть, как ревнует Руслан Кабаев. Нет, конечно, он и прежде её ревновал, и к Сергею и к Дёмину, но они были его знакомыми, и общий язык с этими товарищами ему было найти куда проще, чем с Никитой Логиновым, у которого с его любимой общее прошлое.

После двух бокалов вина, Аня стала куда более разговорчивой, теперь она была отбойником мужских взглядов и недомолвок. А вот у мужчин отношения не задались сразу, Никита смотрел на Кабаева настороженно, не доверял, но переводил взгляд на Элю и сразу успокаивался. Колкие шутки, дерзкие и провокационные взгляды – всё это накалило обстановку, первым сдался Руслан.

– Малыш, сходи, подыши. – На это Эля только глаза округлила, даже не сразу нашла что сказать, а когда уже придумала, поймала тёплый взгляд любимого и успокоилась. Из-за стола встала, но не удержалась и наклонилась прямо к его уху.

– А кто-то обещал этот вечер мне и только мне.

– Я искуплю, обещаю.

– Да уж… Анечка, составь мне кампанию, по-моему, у наших мужчин назрел серьёзный разговор. Но! – Эля резко развернулась и навалилась на его плечи. – Помни, у тебя пять минут, больше не выдержу. – Поцеловала в щёку, стёрла следы помады, а специально для Никиты сделала страшные глаза, запрещая тому баловать.

Аня встала, а Никиту только по плечу похлопала сочувственно, по выражению лица Руслана можно было догадаться, что тот ему сейчас скажет. Как только девушки удалились на приличное расстояние, фальшивые улыбки стёрлись с лица сами собой.

– Поговорим?

– Поговорим…

Мужчины заказали выпить, пока коньяк несли, сверлили друг друга тяжёлыми взглядами, когда пауза затянулась начал Никита.

– Знаешь, это хорошо, что мы с тобой так вот встретились, – сделал большой глоток, – в неформальной обстановке.

– Думаешь?

– Уверен. Это многое прояснило, для меня, по крайней мере.

– Так и меня просвети. – Руслан недоверчиво прищурился, тоже выпил, нервно губы облизал, и угрожающе языком цыкнул.

– После моих слов ты сочтёшь, что я не серьёзный человек, и, возможно, будешь прав, но не сказать этого я не могу. Я приехал вчера днём, уже успел встретиться с некоторыми людьми. – Никита говорил медленно, с расстановкой, над каждым словом задумывался. – В общем, до меня дошли слухи, о том, что у вас с Элей что-то не ладится. Ты сейчас скажешь, что это не моё дело и будешь абсолютно прав, но она мне не чужой человек. Я всегда, по мере возможности старался её защитить, а тут… её оказывается, кто-то избивает. Скажу так, после таких новостей, я с тобой контракт подписывать не собирался. Да, это не поведение делового человека и взаимная выгода на лицо, но когда обижают дорогих для меня людей, бизнесмен отключается. А тут встретил её и… – Он замялся, даже в сторону отвернулся, приводя мысли в порядок. – Ты сделал её счастливой. Не знаю, как тебе это удалось, но это так. Она вся просто светится. Поэтому я приношу тебе свои извинения, был не прав. А за Эльку я рад, честно.

– А может она меня боится? Ты так не думал?

– Уж чего, чего, а страха в её глазах точно не было. Она никогда не свяжется с человеком, который её обижает, поверь, я её дольше знаю.

– Да я верю. – Он опасно прищурился, кадык дёрнулся, лицо напряглось. – Что вас связывает?

– С Элей?

Руслан только головой кивнул, глядя на якобы соперника поверх бокала.

– Наверно мы друзья.

– Почему наверно?

– Потому что её нельзя не любить, уж согласись с этим. Наверно ты скоро поседеешь, мужики спокойно жить тебе не дадут.

– Так уже не дают.

– Можешь не ревновать, она верная, как только влюбится в другого, ты первым об этом узнаешь.

Словам Никиты верить хотелось, хотя по-прежнему его роль оставалась загадкой. К моменту возвращения девушек, а, судя по всему, о пяти минутах у них было смутное представление, все вопросы были решены. Напряжение улетучилось, а хмель сделал своё дело и Никита с Русланом, чуть ли не давними друзьями казались. Со стороны Эли по этому поводу, даже были высказаны несколько язвительных шуток, но вечер это никак не испортило. Ночью Руслан был в ударе, сразу понятно: встреча удалась, долго не мог успокоиться, и когда сил не осталось, продолжал изображать страсть, так и уснул, зажимая в широкой ладони лодыжку Эли, а она при этом упиралась стопой в его грудь. Утром, когда проснулась, Руслана застала в дверях, сонно зевнула, волосы поправила, но два глаза открыть не смогла, одним обошлась.

– Уже уходишь?

– Почти восемь.

– Чем займёшься?

– Странный вопрос.

Руслан был сосредоточен, наверно мысленно на работе находился, стоял у зеркала и поправлял галстук, как вдруг на Элю с подозрением глянул.

– А у тебя какие планы?

– Не знаю, в спортклуб сходить хотела, Лена звонила, сказала, что дома киснет.

– И всё? – Он вроде удивился, от зеркала отвернулся и с прищуром на Элю глянул. – А к врачу записалась? Ты обещала.

– Милый, мы же договорились, что как только у тебя будет время…

– Позвони сегодня. Я же сказал: ты для меня самое важное. Я приеду, когда будет нужно. Поняла?

– Конечно, дорогой.

Эля даже подошла поцеловать его на прощание, пиджак на груди разгладила, невидимые пылинки с плеча стряхнула, правда, не помогло – он не отвлёкся.

– Сегодня.

Попыталась бодро улыбнуться. Наверно не получилось, потому что Руслан как-то не проникся и напоследок ещё одним грозным взглядом наградил, не улыбнулся. А у врача Эля действительно не была давно, вот только что с Русланом делать не понятно.

День был довольно насыщенным: длительные переговоры, подписание долгосрочного контракта: встречу с Логиновым перенесли на сегодня, чего теперь-то ждать, вот и нагрузились по полной. Дотошные юристы к каждой запятой присматривались, медлили, делали поправки. Пока к соглашению пришли, и обед на носу. Решили отметить это дело и отправились в ресторан. Только Дёмин с ними не поехал, заявил, что худеет, хотя, ему и правда, пора бы уже. На столе как раз стояли бокалы с вином, услужливые официанты принесли заказанные блюда, казалось бы: бери, наслаждайся… но нет, кому-то в этом мире явно не до плотских утех – телефон снова разрывается, Дёмин соскучился.

– Слушаю. – В некоторой раздражительности проговорил Руслан, на секунду оторвавшись от стола.

– Руслан, приезжай в фитнес-центр «Рекорд».

– Что я там забыл? Мы с Логиновым как раз отмечаем…

– Тут Элька твоя, – Дима замялся, – в общем опять.

– Что опять?

– То самое, как тогда в ресторане.

Руслан только нервно сглотнул, слов у него не было. Попытался воздух в себя втянуть, вроде и полной грудью дышал, но не то что-то. Приехал, кажется, быстро, но в клубе было тихо. Дёмин ждал его у входа в зал.

– Где она?

– Отец забрал. – Тихо отозвался тот.

– Давно? Что… что случилось? Ты здесь был?

– А то ты не знаешь, что случилось! – Дёмин руки вскинул, раскраснелся весь от возмущения. – Руслан, она тебя за собой тянет, опомнись.

– Она даже не пьёт. – Тихо, но сквозь зубы пытался возразить Руслан.

– Мне ли тебе объяснять… что для этого пить не обязательно.

– Не лезь не в своё дело!

Разглагольствовать было не время. Руслан в спешке набирал все знакомые номера: Эли, Орлова, но они молчали, точнее говоря, были отключены. Недолго думая, он отправился в родительскую квартиру, но там тоже никто не открыл. С досады смог только дверь пнуть, с собой справлялся, но, видимо, не удачно. Неизвестность сводила с ума, Руслан раз за разом набирал номер Эли, но было тихо. Естественно ни о каких празднованиях не было и речи, он места себе не находил, в квартиру пришёл, но там стало ещё хуже. Только после третьего бокала виски сознание стало отключаться. От напряжения захотелось спать, и он уснул, прямо в кресле, в своём кабинете. Проснулся только утром, всё тело ломило, удивлялся сам себе, как мог всю ночь в такой неудобно позе провести. Потянулся, получилось с хрустом и как-то неприятно. Выглядел паршиво, хоть не иди никуда, встряхнуться заставило напоминание о том, что в девять встреча с Орловым, даже настроение появилось, хотя ненадолго. Как только в машину сел, сразу груз вчерашних проблем на плечи свалился, так сказать, с грохотом, но только ничего не решишь…один. Ещё раз номер Эли набрал, хотя уверен был, что никто не ответит. Ухмыльнулся, головой покачал, получив подтверждение своих догадок. Телефон в руке сжал, а водителю рыкнул:

– В банк.

Как ни странно, в приёмной его мурыжили не долго (это действительно странно, обычно Орлов занят и принимает с опозданием, всё-таки с деньгами расставаться тяжело, хоть потом они и возвращаются, с процентами). Практически сразу в кабинет прошёл. Говорили строго по делу, хотя Борис Евгеньевич иногда отвлекался на свои мысли, ненадолго, но потом выражение его лица сразу менялось, становилось более сосредоточенным. Сегодня он вообще был немного странным, Руслан это, конечно, понимал, но был удивлён тем, что тот ничего не говорит про Элю, вроде как с посторонним человеком встречается. Он терпел долго, внимательно за Орловым наблюдал, но молчал, всё надеялся, что тот сам разговор начнёт. Ошибся. Только когда дверь на себя потянул, видимо, от отчаяния, выдохнул, головой покачал, и дверь обратно с силой захлопнул.

– Евгений Борисыч, – процедил сквозь зубы, на Орлова даже не оглянулся, – может, вы мне скажете, что происходит?

– О чём ты?

– Я? – Весело хмыкнул, поражаясь чужой наглости. К столу подошёл, и портфель свой на него бросил. – Я о дочке вашей, красавице… Где она? – От улыбки не осталось и следа, на лице проявился неприятный оскал, правда, Орлова он бы вряд ли впечатлил, если бы речь шла о чём-то другом.

– Эля дома. – Вздохнул тот, но пояснять больше ничего не торопился.

– Понятно, что дома. Что она там делает?

Орлов оправдываться и не собирался, было видно, что-то темнит, но разве его на чистую воду так просто выведешь?

– Позвони и спроси! – Выкрикнул тот, не выдержав напора.

– Так звонил, не отвечает. – Руслан смотрел по-прежнему с укором: его выставляли дураком, а это ох, как неприятно.

– Ну, так это не мои проблемы, ты так не считаешь? Если у вас что-то не ладится, ты не по адресу, знаешь ли.

– Вы ведь её вчера забрали, так? Что происходит?

– Знаешь что, Руслан, – Орлов руки в бока упёр, а затем и вовсе в кулаки их сжал и в стол упёрся, посмотрел с прищуром, – мой тебе совет, как мужик мужику: твоя баба – ты и разбирайся! И меня не вмешивай.

– Я-то разберусь, не сомневайтесь.

Руслан портфель свой со стола стащил, устало, правда, как-то, напрягся весь, шею в плечи втянул, взгляд стал неприятным и опасным, даже прищур был необычным, отталкивающим. Он на секунду задумался, глянул напоследок на Орлова, а тот только руками развёл.

– Руслан, подожди, – окликнул он, выглядел при этом каким-то потерянным, – ты поговори с ней, не дави. Вы люди взрослые, найдёте нужные слова.

– Да уж поговорил бы…

– Она домой собиралась, к двенадцати должна быть, сказала, что обед тебе приготовить хочет.

Казалось бы, после этих слов одному и другому улыбнуться стоит, но, как-то не случилось, они даже не попрощались.

– Домой. – Не раздумывая, приказал Руслан водителю.

– Ира звонила, сказала Сергей Владимирович ищет вас.

– Я сказал домой. – Буркнул Руслан и больше на разговоры не отвлекался.

Дома Эли не оказалось, правда и до двенадцати ещё полтора часа. Пустая квартира снова начала угнетать, захотелось выпить, и отказывать себе в таком желании никто не собирался. Один бокал, другой, без приличного завтрака и закуски, алкоголь быстро ударил в голову. Руслан опустился на диван, вспоминал Элю и не мог понять, что с ней не так. Слова Демина то и дело всплывали в памяти, он говорил, что она его топит. И, наверно, он прав. Ни о какой работе не идёт речи вот уже два дня, думать об этом просто невозможно, хотя сейчас самый момент опомниться. Он в задумчивости свою щёку потёр, вдруг понял, что не брит и щетина неприятно колется… ещё и себя запустил. Хмыкнул в сторону, удивившись детской считалочке, вдруг пришедшей на ум:

– Знаю я четыре слова:

Тонешь сам – топи другого.

И ещё четыре слова:

Не давай ему всплывать!

Что же ты, милая, делаешь?..

Не успел произнести эти слова, как замок входной двери два раза щёлкнул, и Эля появилась в проходе.

– Ты дома? – Она невинно улыбнулась, вроде как даже удивилась, подошла, чтобы поцеловать.

– Где ты была?

– У родителей.

– Хорошо, – произнёс он в явном нетерпении, сдерживался, – давай по-другому. Ты к врачу записалась?

– Нет пока.

– Почему? – Алкоголь уже затуманил мозги, Руслан понимал, что ещё пару секунд, и он взорвётся, вот только себя уже не контролировал.

– Не успела.

Эля отошла на пару шагов назад, на подлокотник дивана присела, голову опустила.

– Да? А что же ты делала целый день?

– Мне было не хорошо.

– А мне было зашибись, как хорошо!

Он всё-таки не выдержал, с дивана подскочил и к Эле подошёл. За подбородок схватил, делал больно, но не останавливался, голову её вверх задрал, чтобы та в глаза смотрела.

– Что мне с тобой делать, малыш?

– Отпусти меня, мне больно.

– Что?! Больно?! А мне как? Мне как, тебя не интересует? Я здесь с ума схожу, не знаю где ты и что с тобой, а ты являешься домой и делаешь вид, что ничего не было?

– Мне больно! – Всхлипнула Эля и руку его от своего лица оттолкнула. – Что ты от меня хочешь?

– Я хочу, чтобы ты врать перестала! – Прокричал он так, что Эля зажмурилась от страха. – Эля, ты посмотри на себя, – он её за руку с дивана стащил и к большому зеркалу поставил, подталкивая, – посмотри, на кого ты похожа, двенадцать часов, а ты как шлюха выглядишь!

Руку её он отшвырнул, а сам развернулся в гневе, спиной стоял. Отдышался секунду, потом назад вернулся и за лицо её схватил, ближе подводя к зеркалу.

– Ты посмотри, в кого ты превратилась? Разве эта та девочка, с которой я познакомился несколько месяцев назад? Ты же красивая, самая лучшая, зачем тебе эта помада?

Он зло и грубо по губам Эле провёл, помаду размазывая по лицу.

– Это ведь всё не твоё, это не ты. Зачем ты это делаешь?

– Не нравится – не смотри. – Тихо ответила Эля, хотя уже готова была заплакать.

– А я не могу не смотреть! Ты моя, понимаешь? Моя! И я никогда тебя не отпущу! – За плечи её схватил и встряхнул. – Если понадобиться – выбью из тебя эту дурь.

Он снова Элю от себя оттолкнул, а у самого в глазах столько злости, что, казалось, примешь её всю на себя и надорвёшься.

– Не смей меня трогать.

– Что? – Он развернулся и зло усмехнулся. – Что ты сказала?

– Не смей меня трогать! Ты мне никто, понял. – Губы затряслись, но сказать хоть что-то было нужно. Смотрела в его глаза и ничего не видела, ничего кроме его злости. К дверям метнулась.

– Куда пошла?

– Я ухожу от тебя.

– Проходили уже, знаем.

Он в дверях её догнал и снова за плечи схватил, руки больно вцепились и безжалостно сжимались.

– Эля, прекращай дурить, если ты сейчас не одумаешься, нам с тобой больше не о чем разговаривать. – Он вроде даже успокоился, только руки сжимал сильнее. – Это всё, понимаешь, конец. Я устал. Ты уже не та девочка, с которой я познакомился, не та. Что ты из себя делаешь? Мне это не нужно, я тебя хочу, а не эту стерву, которую сейчас в руках держу. Ты меня позоришь, понимаешь, отца своего, мать…

– Ещё пару минут назад была шлюхой, а теперь стерва, позорю вас всех? Что же дальше? – Смотрела открыто и ехидно улыбалась, и улыбка была настолько равнодушной, что руки Руслана сами собой разжались. А Эля их напоследок откинула и бросила на прощание дерзкий взгляд, словно это и не она смотрела. И вообще, какая она… настоящая…

Дверь за собой с силой захлопнула, и ноги тут же затряслись, подкатили слёзы, которые уже нельзя было сдержать. Только успела рот рукой зажать, чтобы не было слышно её жалобного воя. Да, да, всё правильно. Так и должно было быть, пусть сейчас так больно, но дальше будет легче… наверно. Эля пыталась себя убедить в том. Что всё правильно, но слёзы продолжали катиться по лицу, она даже вытирать их не успевала. Шла по лестнице, всё вокруг расплывалось, когда третий раз споткнулась, остановилась. Воздуха не хватало, внутри было пусто, но при этом очень тяжело. Ведь должно было стать легче, должно! Она по стенке съехала, не в силах продолжить идти, да что там, не было сил даже стоять. Головой мотала, не веря в то, что произошло. Знала ведь, что так будет, готовилась, но ничего не получилось, всё равно всё не так.

– Девушка, вам плохо? – Над Элей склонилась пожилая женщина, лицо её казалось знакомым.

Эля от неожиданности плакать перестала, словно её на месте преступления поймали, глаза вытаращила, последние слёзы смахнула, медленно поднялась, сумочку с колен стянула и выпрямилась, стараясь ком, ставший в горле, проглотить.

– Нет, всё в порядке.

– Может Руслана Валерьевича позвать?

– За-за-зачем? – Эля ещё и заикаться начала, наконец, вспомнила, что это консьержка и приняла невозмутимый вид. – Это ни к чему, я же сказала, что всё в порядке. – Собралась уже идти, но вспомнила о банальной вежливости и снова на женщину обернулась. – Спасибо вам… и извините.

Из подъезда Эля вышла уже другим человеком, Руслану никак нельзя было показывать свою слабую сторону, и она постаралась. Солнечные очки нацепила, улыбку из себя выдавила и уверенной походкой направилась в сторону проспекта. Шла, неприлично виляя бёдрами, даже с каким-то мужчиной, видимо, соседом Руслана, пофлиртовать успела, обернулась к нему, когда какой-то комплимент услышала и плечиками пожала: что есть, то есть. Чувствовала на себе тяжёлый и до боли знакомый взгляд. Он как всегда прожигал насквозь, всё внутри будоражил, заставлял сердце биться в бешеном ритме. И почему он вызывает такие чувства, ведь обычный мужчина, один из многих… но он один… такой родной и необходимый. Когда за углом дома скрылась, ноги новь затряслись, Эля к стене прижалась и почувствовала холод, исходящий от камня, попыталась дыхание восстановить, но ничего не получалось, всё не так… всё теперь по-другому.

В родительской квартире она в этот день не появилась, да и зачем им всё это знать. Даже домработницу к себе не вызвала, чтобы лишний раз внимание не привлекать. Переоделась в любимый трикотажный костюм, по которому уже соскучиться успела: рядом с Русланом в таком бы она ходить не решилась, рядом с ним сплошь пеньюары, роскошные комбидресы, вызывающие корсажи. А сейчас она вжалась в большое кресло, прижала к себе колени и смотрит в пустоту. Всё, что произошло за последние месяцы, казалось сказкой, которая и не с ней была, а с какой-то незнакомой, другой девушкой. Теперь её скучная одинокая жизнь вернулась, а вместе с ней вернулась болезнь, страхи и сомнения, от которых она так успешно всё это время открещивалась. Теперь в её жизни нет мужчины, нет любви, да и вообще, ничего нет, как и самой жизни. В квартире было тихо, гробовая тишина, как Эля сама себе напомнила. Было страшно к этому привыкать, но она даже телевизор включить не решилась, сама не понимала почему, просто не было желания. Просидела так не один час, находилась в некой прострации, вроде и не думала ни о чём, просто сидела, но время пролетело. За окном уже стемнело, когда Эля опомнилась, ухмыльнулась своему одиночеству, захотелось любви, тепла, но ничего этого больше нет. И спину теперь держать ни к чему, хотя это и странно, она, профессиональная танцовщица, вроде и не умеет по другому, а сегодня вдруг вся сгорбилась, ссутулилась, зажалась, обхватив себя обеими руками, и так же легла спать. Странная дрожь пробежалась по телу, озноб, пришлось укрыться пледом. Лежала, казалось, не один час, а глаза всё не закрывались, сопротивлялись до последнего. Думала, что так и не уснёт, но когда проснулась, было уже утро. Ощущение тяжести никуда не ушло, стало ещё хуже, ещё тоскливее. На сегодня была назначена встреча с Владимиром Ивановичем – лечащим врачом. Отец, в отличие от Руслана, причину такого состояния дочери знал прекрасно, поэтому забрал её тогда из фитнес-центра, и сразу отвёз по нужному адресу, там брали анализы, проводили исследования, а сегодня назначили встречу. Странно, что не сказали явиться с вещами или уже и вещи не пригодятся… чёрный юмор.

– Владимир Иванович, это я. – Эля вошла в кабинет. Тихо, как кошка прошла к столу и присела на край стула. Сама не понимала, чего она так ждёт от этого человека, но почему-то в глаза ему всматривалась.

– Здравствуйте, Элеонора Борисовна.

– Так официально. – Ухмыльнулась она и тут же притихла под суровым взглядом.

– Думаю, ничего нового я вам не скажу, вы и сами всё понимаете. Вы себя запустили. Я так понимаю, препараты, выписанные мной, не принимали.

– Принимала, но не все. От некоторых очень спать хотелось. Пришлось отказаться. – Честно призналась она.

– Ну, да, ну, да. Я так и понял. Я так понимаю, вы в стационар к нам ложитесь?

– Наверно…

– Я распоряжусь, чтобы палату выделили.

– Я сколько у меня времени?

– Времени для чего? – Врач склонился прямо над ней и смотрел в глаза, наверно удивился.

– Я пока могу терпеть боль… я могу ещё побыть дома?

– Я против! – Он сверкнул глазами так, что мурашки по коже пробежали.

– Вы же знаете, я не могу здесь…

– Я вас не заставляю. – Его взгляд смягчился. – Но думаю, неделя, – снова взглянул на снимки, – может, дней десять, у вас есть.

– Спасибо.

– Вы зайдёте в детские палаты?

– Владимир Иванович…у меня нет сил.

Доктор понимающе кивнул, да и сам не знал, зачем спросил об этом, Эля и так всегда своё свободное время проводила в центре, только последние месяцы не могла сюда приходить, боялась.

– Эля, подождите, ваш отец просил передать документы. Вот. – Врач протянул стопку бумаг. – Это по благотворительному фонду, он сказал вам передать.

– Да.

Эля сникла. Всё понимала, но признавать отказывалась, она просто не могла сказать самой себе, что это конец. Только от врача отвернулась, глаза закрыла, чтобы моргнуть, а слёзы прямо брызнули. Она так и стояла, не шевелилась, пыталась с дыханием своим справиться, но ничего не выходило. За ручку потянула и вперёд двинулась, даже не сразу поняла, почему пройти не может, за пеленой слёз не сразу мужской силуэт разглядела, в грудь его упёрлась, а потом голову вверх вскинула, но так ничего и не поняла.

– Эля? – Она вздрогнула от знакомого голоса. – Маленькая моя, что случилось?

Она поняла, что это Руслан, но от слёз ничего сказать не смогла, только громче заплакала. Дыхание затаила, пока он в сторону её отвёл и не знала, что сказать, рот открыла и смотрит на него сквозь слёзы. А он здесь, рядом, такой тёплый и такой родной, только её. Как только она его лицо рассмотрела: бледное, перепуганное, глаза, которые выискивали в ней что-то, так и вовсе растерялась.

Надо сказать, что если бы Руслан встретил её просто в коридоре, а не столкнулся в дверях, то наверно не узнал бы: спортивные туфли без каблука, аккуратный брючный костюм, минимум косметики, волосы, собранные в простой хвост. Всё это никак не выделяло Элю из толпы, она была без дерзкого макияжа, без вызывающего наряда, не было роскошной причёски, которую Эля так любила. Кажется, прошёл бы мимо и не заметил, она даже ростом была на саму себя не похожа: еле-еле до плеча ему доставала. В этот момент Руслан признался себе, что прежде Элю без каблуков не видел. Смотрел, как она слёзы глотает и, как рыба, рот открывает, чтобы воздух перехватить, спросить её о чём-то боялся, просто хотел защитить от всего.

– Малыш, что ты здесь делаешь? – Спросил он, наконец, когда Эля вроде как успокоилась.

Она взглянула в его глаза и перепугалась, что ответить, не сразу решила, не думала об этом пока плакала… а он думал. Потом в голову пришёл ответ, простой такой, вроде, как и не врёт, а попросту не всю правду скажет. Да, так будет правильнее.

– Я… я к детям пришла, а они там лежат… такие беспомощные… такие маленькие… И… и я ничем не могу им помочь, ты понимаешь, я ничем не могу им помочь! – Голос Эли становился всё более судорожным. Руки тряслись, губы тряслись, глаза испуганные. – Ничем. Деньги – это всё ничего не значит, мы бессильны, ты понимаешь.

Она не выдержала, снова зарыдала, даже взвыла, от бессилия. Говорила ему о детях, а сама о себе плакала, себя было жалко и от этой жалости хотелось себя же и возненавидеть. Она слабая, всегда такой была. Слёзы перешли в истерику, остановиться было просто невозможно, только иногда успокаивалась, когда Руслан крепче к себе прижимал. Не известно, сколько времени она вот так провела в его объятиях, но стало легче, правда. Она не могла себе позволить просто так рыдать рядом с ним, так хотелось, а она продолжала улыбаться, радовать его, даже ссориться умудрялась, а теперь, нет сил скрываться. Стыдно, правда стыдно детьми прикрываться, но он сейчас обнимет и, кажется, нет ничего этого.

– Как ты себя чувствуешь? – Спросил он еле слышно, при этом в макушку целовал, слёзы сам вытирал. Всё забылось: и ссора вчерашняя и расставание, он от неё оторваться не мог.

– Плохо.

Эля носом в его плечо уткнулась, ещё бы плакала, но слёз, видимо, уже не осталось, только горе, и сердце болит, не успокаивается. Руками за пиджак зацепиться пыталась, искала защиты, понимания. Голову вверх подняла, чтобы в лицо ему заглянуть, заметила щетину, видимо, не побрился после вчерашнего, лицо немного припухшее, мешки под глазами. Всё ясно – пил. Значит, не только ей было плохо. Зажмурилась на мгновение, понимая, что это не правильно, он не должен к ней прикипеть, это роман, ничего не значащий для обоих, именно так должно быть. Носом шмыгнула, удостоверившись, что слёзы больше не текут, как-то отстранилась, но тут же прижалась обратно: рядом с ним она не чувствовала себя бессильной и вообще забывала обо всём.

– Так что ты здесь делала? – Снова спросил он, а Эля испугалась, не была готова ответить на его вопрос, слишком расчувствовалась, не смогла она сейчас соврать, он бы заметил.

Ситуацию спас внезапно появившийся Владимир Иванович. Вышел и сразу к помощнице своей обратился.

– Элеонора Борисовна уже ушла?

Та даже ответить не удосужилась, только головой кивнула в сторону странной парочки. Нет, она (медсестра), в принципе, милая, вот только сегодня была не в настроении, что, к слову, не помешало ей предложить Эле стакан воды.

– Эля, как хорошо, что вы ещё здесь. – Конечно, Владимир Иванович странно посмотрел в их сторону, но от комментариев воздержался, за что ему большое спасибо. Протянул ещё одну папку. – Забыл передать, Борис Евгеньевич отчёты просил. – И тут же взгляд на Руслана перевёл. – Руслан Валерьевич, вы ко мне?

Тот кивнул, не спешил от Эли отрываться, хотя та и сидела уже самостоятельно. А как только в дверях его водитель Дима появился, так сразу начал указания раздавать, Элю чуть ли не из рук в руки передал, приказал домой отвезти.

– Малыш, я скоро, дождись меня, хорошо. – Нежно так, почти не слышно на ушко проговорил, в лоб поцеловал, как маленькую и улыбнулся. Затем на Диму строгий взгляд кинул, не давая ему расслабиться.

– Руслан Валерьевич, в мой кабинет. – Владимир Иванович сделал широкий жест рукой, приглашая войти, а сам в дверях замялся, заметив как Эля в глаза ему смотрит. Как только дверь прикрыл, так она к нему и бросилась, в сторону отвела.

– Владимир Иванович не говорите ему, что я у вас лечусь…

– А что, он должен спрашивать?

– Не знаю, вы просто не говорите и всё… так получилось.

– Эля, вы же знаете, врачебная тайна.

– И про врачебную тайну ему ни слова, просто я за документами приходила и всё.

– Как скажете.

Он только руками развёл, хотя, ему в принципе странно было такое слышать, Кабаев не первый раз приходил к нему по поводу спонсорской помощи в строительстве нового блока, но к словам Эли прислушался. Только в кабинет вошёл, как поймал на себе вопросительный взгляд.

– Владимир Иванович, а Эля часто здесь бывает?

– Часто, а почему вас это интересует? – Вроде бы удивился, хотя уже и понимал, что чего-то не знает.

Кабаев замялся, видимо встречного вопроса не ожидал, но скоро его взгляд стал уверенным и он кивнул.

– Она моя невеста.

– Невеста? – Врач даже бровь приподнял от удивления, тут же о просьбе Эли вспомнил и сам себе усмехнулся, видимо, начинал понимать, что происходит.

– Элеонора Борисовна уже много лет помогает нашей клинике. Организует благотворительные вечера, спонсоров активно ищет, личные сбережения на счёт клиники переводит. Её здесь знают все, причём как персонал, так и пациенты.

Руслан многозначительно хмыкнул, потёр подбородок, потом как-то с недоверием посмотрел, прищурился, хотя и сам не понимал, что его так насторожило.

– Ещё когда Эля выступала, все свои призовые деньги на помощь детям отдавала, и я вам скажу, что она бы так поступила, даже если бы её отец не был тем, кто он есть. Просто она такой человек, бескорыстный. – Добавил врач, видя это самое недоверие.

– И что, она всегда так бурно реагирует? Просто как-то странно, я ничего подобного в ней не замечал, да и вообще…– Руслан не договорил, сам не знал, что ещё добавить хочет, признаться был удивлён этому факту, ведь Эля, действительно, с ним на эту тему никогда не говорила. Но раз это для неё так важно, то должно и насторожить…

Владимир Иванович тяжело вздохнул, видимо припоминая, грустно улыбнулся, сомневаясь, стоит ли что-либо рассказывать, даже хотел истинную причину подобного проявления чувств прояснить, но остановился. Вспомнил глаза Эли, когда она молчать просила, и он промолчал.

– Лет десять назад, была у нас одна пациентка, девочка Алиса. Светлый человечек, весёлая, жизнерадостная. Наш центр ещё только открылся, и палаты были полупустыми, она лежала совершенно одна, а Эля тогда первый раз нас посетила. С отцом под ручку пришла, не удержалась и в палату заглянула. Тогда она с этой девочкой весь день провела, уж не знаю, чем она её так зацепила… Алиса тогда к операции готовилась, а Эля её поддерживала. Вот. А на следующее утро она узнала, что Алисы больше нет. Странно как-то в себе замкнулась, дня два молчала, только, как запуганный зверёк на всех смотрела. Мы её тогда к психологу отправили, и она сорвалась, не просто плакала, а рыдала, девочка на неё произвела большое впечатление, Эля никак смириться не могла. С тех пор подобного не случалось, были те, кому она помогала, были и те, кого спасти не удалось, но больше Эля не плакала. Но что-то в ней тогда изменилось, это точно, произошло переосмысление жизненных ценностей, что ли. А вот сегодня, видимо, снова нахлынуло… – Руками развёл, в окно заглядевшись, лицо как-то странно вытянулось а потом опомнился. – Так что там у нас по делу?

Руслан даже и не понял, что произошло и откуда такая резкая смена темы разговора, но многое прояснилось, Эля открылась для него с новой стороны и эта её сторона нравилась ему несказанно больше, чем многие другие. Так сразу на деловой настрой переключиться не удалось, но в положенное время встреча уложилась.

Руслан вышел на улицу, холодный воздух в себя втянул, усмехнулся, вспоминая встревоженную Элю, захотелось сделать для неё что-то приятное. И если раньше он думал, что обрадовать её сможет колечко с бриллиантом или что-то в этом роде, то теперь хотелось чего-то необыкновенного. Того, чего ещё в их жизни не было. Пришёл в квартиру, Элю стояла к нему спиной, смотрела в окно на кухне, о чём-то думала. Чтобы привлечь её внимание пришлось кашлянуть, причём не раз. Она обернулась, выглядела зарёванной, причём скрыть этого не пыталась. Смотрела на Руслана и сразу понять не могла, что не так: виноватый взгляд, хитрая улыбочка, а в руках, точнее рядом, огромный плюшевый заяц, с Руслана ростом. Удивило Элю в тот момент то, как тот его дотащить умудрился. Заяц был ярко-жёлтого цвета, длинные пустые уши свисали до уровня передних лапок. Красивые чёрные пуговки-глазки смотрели и словно улыбались, правда, немного грустно. Такая картина и у Эли улыбку вызвала. Она подошла и обняла сразу их обоих, потом немного отстранилась, чтобы Руслану в глаза посмотреть.

– Это мне?

– Тебе. – Довольно буркнул тот и снова её к себе прижал. Так и стояли: в обнимку с зайцем.

Эля снова обвиняла себя за то, что вернулась, ведь ей ещё раз придётся сделать больно любимому человеку. Рассказать всё она просто не могла, она не переживёт его жалости, но и молчать нельзя, для этого осталось совсем мало времени.

– Руслан, – начала она шёпотом и сама этому удивилась, – давай съездим куда-нибудь отдохнуть.

– Малыш, – он губами к её лбу прижался и улыбался, она знала, – я сейчас не могу. Потерпи немного и мы обязательно съездим.

– Ну, хоть на выходные, ведь в выходные ты практически свободен.

– Не сейчас, честно, не могу.

Руслан немного отстранился. Лицо её обеими руками обхватил, чтобы внушение удалось.

– Я с Никитой твоим закончу и буду свободен, обещаю. Пару месяцев и всё.

– И всё… – Эля горько усмехнулась, потом Руслана оттолкнула и в спальню вышла, а вернулась уже с телефоном в руках.

– Ты кому звонишь?

Она лишь палец к его губам приложила, заставляя молчать, села рядом, а когда гудки в трубке услышала, то улыбнулась настолько широко, словно её сейчас кто-то видит.

– Слушаю. – Послышался в трубке мужской голос.

– Никита, ты знаешь, что ты негодяй? – Весело начала Эля.

– Знаю. Но почему ты об этом мне сейчас говоришь?

– Из-за тебя я не могу поехать отдыхать. – Вроде бы начала жаловаться она, ещё и губу прикусила, играя в обиженную девочку.

– А почему из-за меня?

– Ты Руслана не отпускаешь! – Заявила она, а в трубке зависло молчание.

– Я тоже хочу с тобой отдыхать. – Наконец заявил Логинов и громко рассмеялся. Его голос звучал звучно и чётко, Руслан мог всё слышать даже без громкой связи. Он сидел рядом, смеялся над её самонадеянностью, трепал шелковистые пряди волос, которые уже выбились из причёски.

– Ты меня слышал?

– Элька, может, Руслан на шикарную свадьбу зарабатывает, ты же сама мечтала, а теперь отдыхать задумала. – Укорил тот.

– Отдыхать хочу!

– Ладно, дай ему трубку, мы договоримся.

Уже через две минуты Руслан трубку положил, сзади Элю обнял, приподнимая от пола.

– И куда мы едем?

– На море.

– На море? И я хочу.

– На выходные?

– Да хоть на четыре дня!

Лёгкий поцелуй, рассеянная улыбка – это то, что было необходимо в эту самую секунду. Захотелось сказать, как сильно Эля его любит, но не смогла, вовремя себя остановила. Запрещала себе думать о нём, смотрела и уже скучала. Ловила каждый его взгляд, запоминала каждое прикосновение, но ответить на всё в полной мере уже не могла, боялась, что он не отпустит, что у неё не получится уйти.

Выходные на тёплом берегу, песок, который путается в волосах, запах моря и ощущение счастья. Было странно и легко, они были одни во всём мире, можно было в полной мере насладиться друг другом. Эля даже чувствовала себя лучше, уж не знала что это: затишье перед бурей или она настолько увлеклась, что ничего не замечала, но ей было хорошо. В последний вечер решили устроить романтический ужин при свечах. Лёгкое вино, закуски и любимый мужчина рядом.

– Почему ты грустишь?

Вдруг спросил Руслан, поймав очередной пытливый взгляд.

– Я? Потому что мне хорошо.

– Я не понимаю, что с тобой происходит, – улыбнулся, уткнувшись носом в густые чёрные волосы, – ты совсем другая.

– Тебе не нравится? – Защебетала Эля, отгоняя от себя грустные мысли.

– Нравится, просто непривычно. Ты всё время молчишь.

Он взял её руку в свою широкую ладонь, притянул к своим губам, а потом принялся рассматривать.

– Когда ты такая тихая, мне кажется, что что-то должно случиться.

– А мне кажется, что ты скучаешь по моим истерикам, так?

– Немного. – Признался он, беззвучно посмеиваясь. – Сейчас мне всё больше кажется, что я тебе не нужен.

– Тебе не угодить, любимый.

– Я просто хочу, чтобы ты была счастлива.

– Я счастлива.

Повернулась в его объятиях, его сердце стучало сильно и уверенно, кажется, этой силы с лихвой хватило бы для двоих. В его глазах отражался огонь от свечей, он прыгал, преломляясь от ветра, а в глазах вспыхивал с невероятной силой. Руслан не целовал, не решался нарушить это откровение, смотрел и словно в глубину души заглядывал. Дышал ровно, глубоко, а потом его взгляд упал на губы. Эля догадалась, что нужно поцеловать, но, прикоснувшись к ним, не решилась, только едва касаясь, потёрлась, перехватывая его дыхание. Оно стало судорожным, взгляд нетерпеливым, а потом поцелуй, глубокий и горячий, такой, что дух перехватило. Его объятия стали крепче, он практически сжал её, сжал до боли, а она не могла оторваться от его губ, жадно впивалась в них, но вдруг поцелуй прервался. Эля громко сглотнула, смотрела непонимающе, была толи одурманена поцелуем, толи не хватало кислорода, пальцами в его волосы вцепилась, к себе голову притягивая, губы свои облизала.

– Я хочу только тебя…

Успел проронить он и поцелуй продолжился с новой силой. Его широкие ладони гладили спину, переходили на бока и опускались на бёдра, нетерпеливо прижимая их ближе к телу, дрожь пробегала по телу и замирала глубоко внутри, чтобы потом горячей волной пройтись в обратном направлении. Эля откинула назад голову, выставляя свою шею, твёрдые горячие губы скользили по ней и опускались к ямке. Бретели лёгкого платья соскользнули с плеч, обнажая грудь, губы Руслана стремительно направились к затвердевшим соскам, он коснулся их языком и первый неуверенный стон вырвался наружу. Платье легко сползло к пояснице, будоража сознание, призывая к действию. Руслан быстро снял свою футболку, грудь поднималась на вздохе, прижимаясь к её груди, его руки нежно массировали всё тело, заставляя расслабиться, сегодня он будет главным, Эле остаётся только получать удовольствие. Он был глубоко внутри, и от наслаждения темнело в глазах, неспешные продуманные движения, вызывали лёгкий стон, сухие губы что-то шептали, шум в ушах призывал не думать ни о чём и только его взгляд, как всегда пронзительный, напоминал о реальности. Эля закрывала глаза и улыбалась, когда можно было отдохнуть от напора любимого и перевести дыхание, гладила его влажную спину, широкие плечи. Твёрдые ягодицы становились каменными, и он проникал глубже, заставляя выдохнуть, шумно. Сильные руки упирались в кровать, и можно было в полной мере ощутить, что с этим мужчиной ничего не страшно…

Не страшно, только уснуть Эля сегодня не может. Смотрит на любимого и не спит, закрывает глаза и снова его видит, не может насмотреться. Как он дышит, как двигается его кадык, как короткая чёлка спадает на широкий лоб. Всё это знакомо и понятно, словно она рядом с ним всю жизнь провела, а не три месяца. Никогда не думала, что можно так быстро прикипеть к новому, прежде незнакомому человеку, в родство душ не верила, а теперь вот лежит рядом с ним и не понимает, как уже завтра им придётся расстаться раз и навсегда. Хочется запомнить его в мелочах, в деталях, запомнить, как он умеет любить, никто кроме неё не знает этого… и от этого ещё тяжелее. Она его предаст, уже завтра и он её никогда не простит. Но так будет лучше для всех.

Всю ночь Эля не сомкнула глаз, не выдержала уже в самолёте, сама не заметила, как веки опустились, а дальше ничего, только голос Руслана, который известил о том, что прилетели. В аэропорту расстались, Руслан отправился на работу, Эля долго смотрела ему вслед, не могла с места сдвинуться, даже слёзы навернулись. Он сказал, что любит, а она ничего не ответила, хотела, но не получилось, чуть не зарыдала прямо при нём, страдая. Ещё долго горела рука, которую он сжимал, прежде чем отвернуться и уйти, на не остался его запах, он весь был для неё.

Эля грустно улыбнулась, тяжело вздохнула, ничего уже не изменить. Достала телефон, которым уже давно не пользовалась, набрала давно забытый номер.

– Аркаша, приедешь сегодня?

– Что-то я не понял, ты номером ошиблась?

– Нет, просто есть дело. Приезжай, я адрес в сообщении вышлю.

Объяснять ничего не стала, Аркаша всё равно не поймёт, а если поймёт, то точно уж не приедет. Он немного трусоват, хотя, если речь идёт о Руслане Кабаеве, то трусить начинают многие. Все наслышаны о его взрывном характере, как оказалось, только для Эли это загадкой оставалось до самого последнего момента, пока сама не увидела его в ярости. Правда, на ней он так ни разу и не сорвался, за что ему плюсик – настоящий мужчина.

Заказала обед из ресторана, чемоданы разбирать не стала, ждала в нетерпении приезда друга, а когда в дверь позвонили, вскочила от напряжения.

– Привет. – Улыбался Аркаша и даже цветы захватил. – Давно не виделись.

– Привет, проходи.

Эля выглядела немного нервной, думала о своём, а когда Аркашу увидела, бросила оценивающий взгляд, за руку его ближе притянула и вглубь квартиры втолкнула.

– Неплохо устроилась. – Аркаша осматривался. – Я думал, что вы уже расстались, знаешь, слухи разные ходят…

– Знаю, но сейчас не об этом, у меня к тебе дело.

– Так сразу? А я думал и правда соскучилась. – Ухмыльнулся он, но тут же стал серьёзен, знал, что Эля терпеть не может фамильярностей, а если уж и задумала что, то и вовсе расслабляться нельзя.

– Мне нужна твоя помощь.

– Моя?! Мне казалось твой любовник в состоянии решить любую проблему, по крайней мере, так говорят.

– Да, конечно, только мне нужна именно твоя помощь. – Эля говорила слишком уж уверенно, это сразу должно было насторожить, но что-то останавливало.

– И что ты хочешь?

– Ты должен изобразить моего любовника.

Сказала Эля довольно-таки серьёзно, но Аркаша странно сдавленно хохотнул, но понял, что эта не шутка и осел с каменным лицом.

– Перед кем?

– Перед Русланом.

– С ума сошла?

Он оживился, да не просто, а заметался по комнате, бросая на Элю настороженные взгляды, правда, не впечатлил, она переждала момент, Аркаша утих и можно было продолжать.

– Понимаешь, мне нужно от него уйти, причём так, чтобы он не захотел меня вернуть, а значит надо ему изменить. – Она пожала плечами, видела, как меняется её друг в лице, но старалась оставаться серьёзной.

– Точно сошла с ума. А просто поговорить никак?

– Уже никак. Он меня не отпустит.

– Так к папе своему обратись. – Снова подскочил Аркаша. Руку в карман брюк засунул, волосы другой рукой взъерошил, но взгляд Эли ему совсем не нравился. – Да он убьёт меня, ты это хоть понимаешь?

– Не убьёт.

– Да, а как любовника его жены бывшей взорвали?

– Перестань истерить! Я знаю, что делаю!

– Я в этом сильно сомневаюсь.

Аркаша снова начал метаться по комнате, пока Эля его за руку не дёрнула, рядом с собой на диван усаживая.

– Просто изобразишь страсть и всё. Спать со мной не нужно, даже раздеваться не обязательно. И можешь не бояться, из окна он тебя не выкинет.

Старалась говорить увереннее, правда, сама иногда думала, что не может однозначно утверждать, что будет именно так. В конце концов, любовников с неё Руслан ещё не снимал и как он отреагирует можно только предположить. Конечно, Аркаша ещё долго упирался, убеждал, приводил какие-то доводы, но всё бесполезно.

– Что, так достал? – Спросил он, наконец, когда устал спорить и сопротивляться.

Эля головой покачала, отрицая, пояснять не хотела, улыбнулась в сторону, а от этой улыбки мороз по коже.

– Просто он должен меня бросить, сам. Он больше не вернётся, я знаю, он гордый.

– Я не знаю…

– Ты мне поможешь?

– А что, у меня есть выбор?

Ближе к обеду Эля Руслану позвонила, пригласила домой заехать, но тот сослался на занятость, и отказал.

– Что, на сегодня отменяется? – С надеждой в голосе уточнил Аркаша.

– Нет.

– Но он же сказал, что не приедет. – Аркаша бросил на Элю непонимающий взгляд.

– Приедет. Я точно знаю, просто сюрприз хочет сделать.

– Элька, – он головой помотал, возмущаясь, – не ту игру ты затеяла, ох, не ту…

– Не причитай. Давай, лучше, вино открой, обед на тарелки выложи. А я приведу себя в порядок.

Эля ушла, а вернулась только через полчаса. Впечатлила. Яркое красное платье из атласной ткани, красиво переливалось в дневном свете, обтягивало до неприличия плотно, даже дышать тяжело было, грудь то и дело волнующе возвышалась над декольте, крупный кулон с рубином падал в ложбинку между грудей, привлекал к ним ещё больше внимания. Объёмная причёска с крупными чёрными локонами, яркий макияж с провокационной красной помадой, глаза блестят, улыбка роковой женщины, сегодня она просто невероятно красива.

– Точно убьёт. – Кивнул в сторону Аркаша, чем подтвердил оценку увиденного. Взглянул исподлобья, призадумался, а затем рукой махнул, разрезая воздух и выдохнул.

Приближалось время обеда, Эля не отходила от окна, нервно загибала пальцы, а потом вздрогнула и вдруг запаниковала. Сама не думала, что испугается: Руслан шёл с огромным букетом цветов, уверенно, бодро, взгляд к своим окнам поднял и Эля от занавески отступилась. Сердце колотилось, губы затряслись, и перехватило дыхание. Вдруг забыла, что должна сделать, метнулась в сторону выхода и тут же вернулась обратно, осторожно ступая и оглядываясь. Аркаша молча наблюдал за её мучениями, ещё раз предложил всё отменить, но в этот момент взгляд Эли вспыхнул и стал решительным. Она взобралась на высокую тумбу, в узком платье это было сделать трудно, но ей удалось, на Аркашу взглянула и рукой к себе подозвала. Подол платья сдвинула на бёдра, разводя ноги в стороны, Аркашу ближе к себе притянула и крепко его за бока обхватила ногами, причёску взъерошила рукой, на его рубашке несколько пуговиц расстегнула, галстук сдвинула в сторону.

– Обними меня.

– Что?

– Обними меня, что стоишь, как истукан, забыл, как это бывает?

Сильно нервничала, сама забросила его руку себе за голову, немного назад отклонилась, чтобы он вспомнил, что её придерживать надо. Тыльной стороной ладони по губам провела, помаду размазывая, от напряжения рука затряслась, и она ей Аркашу за шею схватила, его голову к своей груди прижимая. Дрожала так, словно и правда от желания сгорает, не стонала, просто шумно дышала, когда услышала, что входная дверь хлопнула, точнее говоря, она осторожно прикрылась, глаза закрыла, удовольствие изображала. Открывать их боялась, ничего не чувствовала, не знала, стоит Руслан сейчас в проходе или нет, мог ведь отвлечься на что-нибудь, ведь мог. Чтобы успокоится, до пяти досчитала, Аркаша не отвлекался, а правильнее будет сказать, не на шутку увлёкся, целовал её шею, грудь, жарко дышал и страстно обнимал. Она глаза приоткрыла и дрогнула, правда, испугалась. Руслан стоял и молчал, в глазах огонь, зубы сжал, а в руках всё ещё держит букет, сжимает его с такой силой, что становится страшно. Эля напряглась, а тут уже и Аркаша опомнился, оглянулся и так застыл, боялся пошевелиться. Понял, что любое движение Кабаева спровоцировать может. Они шумно дышали, успокаиваясь, а Руслан закипал, его лицо стало как маска, ни один мускул не дрогнет, только глаза злые от них отвести никак не мог. По-прежнему молчал, а потом вдруг улыбнулся, или, скорее, оскалился, букет в сторону швырнул, улыбнулся ещё шире, даже вдохнул и головой качнул, на секунду взгляд Эли отпустив. А когда его снова поймал, ей действительно стало страшно, она не понимала, что увидела в них, но по телу пробежала дрожь. Улыбаться он перестал, дышать стал ровно, начинал успокаиваться.

– Девочка моя… – взглянул исподлобья, – ты понимаешь, что сейчас сделала?

Она молчала, знала, что молчать нужно, иначе он не справится с собой, а тогда его уже не остановить.

– Ну! Что молчишь?

Он кулаки сжал, скулы на лице заиграли, а Эля дыхание затаила.

– Продолжайте! – Посмотрел вызывающе. – Или втроём хотите? Мне присоединиться?

Аркаша рискнул от Эли отодвинуться и Руслан к ним бросился, он только этого и ждал. Эля путь ему преградила, защищая Аркашу, ловко с тумбы спрыгнув, и он перед ней застыл. Смотрел только на неё и медленно, без резких движений, за горло взял, сдавил, слышал, как она нервно сглотнула, и улыбнулся этому. Она даже остановить его не пыталась, только в глаза смотрела, всем своим видом показывая, что ничуть не раскаивается. Он её шею ещё сильнее сдавил, пока она не попыталась воздух ртом поймать, задыхаясь, только тогда остановился.

– Вещи сама соберёшь. И не дай тебе Бог, оставить мне что-нибудь на память. Убью, тварь, и не задумаюсь. – Зло ей в лицо выдохнул и грубо оттолкнул к Аркаше, горло отпуская. Развернулся и ушёл. Не оборачивался, знал, что не выдержит и обратно кинется. Входная дверь громко хлопнула и тут Эля не выдержала: воздух в себя втянула, и из глаз брызнули слёзы. Она осторожно от Аркаши отодвинулась, перед глазами только букет цветов видела, подняла его и к себе прижала, задыхалась от слёз, а потом начала выть. Громко, с горем, теперь ей некого боятся, она может себе это позволить.

– Эля… всё в порядке?..

Аркаша испугался не на шутку, поднял её с пола, на котором она уже стояла на коленях, даже букет из рук вырвал.

– Эля, успокойся, он уже ушёл, всё позади.

Он вытирал её слезы, пытался заглянуть в глаза, но она рыдала, давилась слезами и рыдала, не замечая, что происходит вокруг.

– Ты испугалась, да? Не понимаю, как ты с ним жила… Он правда тебя бил?..

Разговоры были бесполезны. Через час взвываний и слёз, Эля успокоилась. Всё ещё судорожно всхлипывала, правда, уже редко, но приходила в чувства. Даже взгляд на Аркаше остановила.

– Ты на машине?

– Конечно.

Он подошёл ближе и взял за руку. Руку Эля тут же одёрнула, решительно встала и окончательно пришла в себя.

– Там, в спальне, – устало рукой махнула, – забери чемоданы. Потом вернёшься и возьмёшь этого зайца. – Кивнула в сторону плюшевого верзилы.

Эля остановилась, напоследок осматривая квартиру и вспоминая свою, уже прошлую, жизнь. Аркаша справился с вещами за два захода, и остановился глядя на неё, но спугнуть боялся, ждал, пока сама опомнится. Эля, наконец, вздохнула, медленно, растягивая, потом швырнула на журнальный столик связку ключей, туда же отправила пластиковую карточку. Взглядом нашла букет, подобрала его, прижимая к себе, и решительно шагнула к выходу, у самой двери обернулась, Аркаше показалось, что ещё раз тихонько всхлипнула и захлопнула за собой дверь.

Уже в машине, когда её к родительскому дому привёз, посмотрела на него.

– Не попадайся ему на глаза… по крайней мере пока.

Больше она не проронила ни слова, даже не попрощалась, захлопнула дверь перед его носом и на этом всё.

– Руслан Валерьевич, к вам Логинов. – Сообщила Ира официальным тоном.

Он только кивнул в ответ, приглашая гостя войти, настроение было ни к чёрту, впрочем, как и последние два месяца.

– Ну, привет. – Бодро улыбнулся Никита.

– Привет. Уезжаешь?

– Да, завтра. Анька уже дождаться не может, на чемоданах сидит. Всё-таки московская суета прилично утомляет.

– Согласен.

Руслан был сам не свой: хмурый, угрюмый, вечно чем-то недовольный. Вот и теперь к появлению Логинова отнёсся без особого воодушевления. Встречались они за последнее время очень часто, совместный проект занимал много времени, а теперь и он уезжает, в работе намечается перерыв, а для бешеной собаки это смерти подобно. Он устало постукивал костяшками пальцев по подлокотнику своего кресла, смотрел куда-то в сторону, думал о своём.

– У тебя всё в порядке? Ты последнее время странный.

– Не бери в голову.

– Я тут подумал. – Логинов лениво почесал затылок, прищурился. – Надо бы отметить мой отъезд, как думаешь?

– Давай отметим.

– Соберёмся вчетвером, поужинаем. Как Эля? Согласится?

Руслан мгновенно взгляд на Никиту перевёл, того даже передёрнуло от неожиданности, так быстро друг оживился. Но через пару секунд он опомнился и нервно отвернулся в сторону.

– Мы расстались.

– Как?

– А вот так!

– Короче говоря, планы меняются, нам лучше с тобой наедине встретится. – Никита глянул исподлобья, оценивая, как Руслан занервничал.

– Как хочешь.

– Ну, давай, тогда, я вечером позвоню. Сейчас просто никак.

– Хорошо.

Договорились выпить в баре. К десяти вечера каждый уже освободился, и они смогли встретиться. Руслан был не в духе, толи на фоне всех происходящих событий, толи понимая, что откровений в тот вечер не избежать. Сразу заказал себе бокал виски, а когда Никита появился, заказ повторил, причём порцию попросил удвоить.

– Решил набраться до беспамятства? – Не удержался Никита.

– Давно пора.

– Рассказывай.

– Да… что тут говорить, избалованная папина дочка… Сука! – Неприятно ухмыльнулся. – Как и все вокруг.

– С каждым твоим словом, всё интереснее. Что произошло?

Никита и себе заказал выпить, долго всматривался Руслану в лицо, наблюдая, как тот неторопливо глотает напиток, цедит его сквозь зубы, оттягивая момент истины, как кривится, а потом вдруг усмехнулся.

– Понимаешь… – Рукой махнул, словно Никита не мог ничего понять. – Мне казалось, она другая… Не такая как все. – Руслан даже шею в плечи втянул, демонстрируя свою растерянность. – Она так смотрела, кажется, сейчас душу из меня вытянет, а сама…

– Я так понимаю, вы уже давно не вместе. Это как раз и причина твоего плохого настроения.

– Два месяца уже. – Выдохнул Руслан. Салфетку зло скомкал и на барную стойку швырнул.

– И что же она такое натворила?

– Да… Прихожу домой, а она под мужиком стонет…

– Что? Прямо в постели застал? – Никита не просто удивился, его лицо вытянулось, и рот открылся, брови взлетели вверх, а ухмылочка такая, словно его разводят.

– Да не в постели, наверно не успели… – Он вдруг спину выпрямил и как-то оживился. – И, главное, я не понимаю: мы только из отпуска приехали, она так смотрела на меня, такими глазами, словно себя готова отдать… Сама меня на обед пригласила, я, правда, отказался, но всё равно приехал, а она… Лучшее своё платье одела, причёска, макияж, все дела, – он остановился отдышаться и сделать ещё один глоток, – с цветами, как дурак последний, а она с ним.

– Этого не может быть.

– Это ты мне сейчас говоришь? Если бы я своими глазами не видел, я бы тоже не поверил! В морду любому дал бы, не задумываясь! – Руслан руки в кулаки зажал, гнев пережидая. – Смотрел на них, думал, как только меня заметят, убью обоих. И она заметила, застыла сразу, заткнулась. Смотрит и молчит, и ведь даже не оправдывается, понимаешь, словно это я не туда попал, а не она в мою квартиру кого-то привела.

–- Руслан, я, конечно, не знаю… но Эля не такая.

– А какая?! Скажи, ты ведь давно её знаешь. Какая она?!

Никита глянул недовольно, дыхание перевёл, выпил для храбрости, потому что под тяжёлым взглядом и сам усомнился.

– Она никогда не могла делать то, что хотела. Ты, наверно, знаешь, что её мама там из какой-то семейки, вроде как, аристократической. Так вот она Элю всегда попрекала: то она не так сидит, то не так говорит, не правильно смотрит, или свои эмоции проявляет. В общем, ограничивала её во всём. Мне всегда казалось, что именно поэтому она танцами и занялась, чтобы не сгореть, чтобы хоть куда-нибудь свои эмоции выплеснуть. Ты видел, как она танцует? – Ответа Никита не ждал. – Да она просто живёт на сцене, всё, что сказать хочет и без слов понятно. А в жизни она была холодной, даже ледяной, во взгляде ничего живого. Смотрит и холодом окатывает. Я всегда был в неё влюблён, а она мне ничего не могла дать. Вообще ничего. А потом я её с тобой увидел: красивую, счастливую, настоящую. У неё просто искры из глаз летели, она только с тобой ожила. Поэтому я и говорю, что этого не может быть! – Так говорил, доказывал, что даже вены на шее выступили от напряжения. – Я смотрел на неё и не понимал, она ведь сама всегда верила, что стала бесчувственной, думала, что рядом с тобой страсть играет, но это не так – она просто не понимала, что вот такая и есть, как в танце: горячая и страстная, живая. – Громко ладонью по барной стойке хлопнул, так, что посетители на него обернулись. – И я точно знаю, что она никогда не могла изменить, и молчи, ничего не говори, я не о тебе сейчас, а про неё, в принципе. Она не такой человек, который изменять будет. Она или любит или нет, и если почувствовала, что не любит, то ни дня не проведёт с этим человеком.

– Да она с ним и раньше встречалась, вроде как он у неё первым был, вот и вспомнила…

– О ком ты сейчас, что-то я не понял? – Никита так выставил вперёд грудь, что Руслан опешил. – Если хочешь знать, то единственным, с кем Эля до тебя встречалась, был я. И больше у неё никогда и никого не было, я точно знаю.

– Ты?! – Руслан нахмурился и прищурился, словно Никиту впервые видел, даже его лицо от такой новости перекосило.

– Я! Я же сказал, что всегда любил её. Следом ходил, как собачонка. А потом она мне позвонила, ни с того, ни с сего, просто так. Сказала, что пора бы нам уже и сблизится. Переспали с ней, я уже планы строил, родителям сказал, что женюсь скоро. – Хмыкнул, словно и не с ним это было. – А через неделю, может, чуть меньше, она сказала, что не может быть со мной. Хотя, ты сам понимать должен: мои родители, её родители, и сам я не урод, партия, короче говоря, выгодная. Во всех отношениях. А она, видите ли, не любит! – На Руслана взгляд перевёл и пояснил тут же: – Ты не думай, я тебе не соперник, я хотел Элю, с ума сходил, а когда Аньку встретил, понял, как это, когда тебя любят – всё изменилось. И на Эльку я не в обиде, и за вас двоих был рад, правда. Но она не могла тебе изменить. Ну… ну, просто не могла и всё!

Никита выдохнул, ещё выпить заказал, а потом опомнился.

– А что ты говорил там, с кем она была?

– Да с партнёром своим бывшим! Как его, не помню.

Никиты еле смех свой сдержал, при этом чуть не выплюнул то, что выпил и проглотить не успел, за что получил от Руслана тяжёлый взгляд. Рот рукой утёр и со смехом переспросил:

– С кем?

– Да не помню я, как его зовут! – Руслан вышел из себя, видимо вспомнил, как всё это было. – И какого хрена ты вообще ржёшь?

– Знаешь, либо я дебил, либо ты дебил – третьего не дано. – Руслан на Никиту так посмотрел, что шутить желание отпало. – Уж с ним точно изменить тебе не могла. – Добавил он и прямо расцвёл, чем Руслана раздражал.

– Ты можешь нормально сказать всё, что знаешь? – Не выдержал он. – Или ждёшь, что и сам по морде получишь?

Тут к подвыпившим клиентам, которые себя слишком уж тревожно вели, подошла охрана, предупреждая. Они только отмахнулись, наконец, до сути добрались.

– Она не могла с ним переспать по одной простой причине, – Никита снова своим мыслям рассмеялся, – он нетрадиционно ориентации.

– Кто?

– Аркаша. Ты ведь его имел в виду.

– Что?

– Да гей он, гомик, как хочешь, назови, только сути это не изменит. Его девушки только в школе интересовали, а потом танцы-шманцы, богемная жизнь и… затянуло.

Руслан смотрел на Никиту, как на инопланетянина, будто ни слова из его последней реплики не понял, даже замер так, на него глядя.

– Да всё это на моих глазах было, ну, не в прямом смысле, но ты понял. Неужели ты сам не заметил, видно же! – Наконец констатировал Никита, и до Руслана дошло, что он не ослышался.

– Я вообще ничего не понимаю… Это точно он был. – Посмотрел так растеряно, что Никита пожалел его.

– Подожди, ты с Элей потом говорил? Все-таки в одном городе живёте.

Руслан подумал, прежде чем ответить, взгляд заметался из одного угла в другой. Нервно выдохнул и тут же опал: плечи опустил, сам весь расслабился, как собака провинившаяся, только хвост поджать оставалось.

– Да нет её нигде! – Признался. – Я… я уже через неделю пятый угол искать начал, не думал, что в принципе такое простить можно, а ей простил. Сам бы на коленях приполз, только исчезла она! Я с ума схожу, я не сплю, жить не хочу! В пустую квартиру возвращаюсь, и выть хочется.

– Я тебя понимаю…

– Ты не можешь меня понять! – Разозлился Руслан. – Она никогда не была твоей… а моей была. Была!

– Ну, как это исчезла? – Никита опомнился, наконец, и суть разговора вспомнил. И не думал смеяться, понимал, как это бывает, наоборот, протрезвел, помогая проблему решить.

– А вот так: мобильный не отвечает, квартиру продала, там уже новые жильцы въехали, нигде не появляется, никто о ней не слышал. Я, конечно, не спрашивал так в открытую. Да и не общалась она ни с кем… Марго искал, подружку её, да и та пропала, два месяца не появляется. Из клуба, сказали, уволилась, дома её нет. Не знаю!

– Ритка, что ли? – Никита брови удивлённо приподнял.

– Да! Да! Ритка.

– Так не найдёшь ты её сейчас.

– Ты что-то знаешь?

– Мне кажется, что ты один ничего не знаешь! Замуж она вышла.

– За кого? – Хмыкнул Руслан недоверчиво.

– За Гоги Вартаева. Знаешь такого?

Тут Руслан в лице поменялся. Имя это было не на слуху, но каждый его знал. Человек серьёзный, и при этом очень опасный.

– Так он же вроде не уважает таких девиц…

– Они были знакомы задолго до того как… – Никита многозначительно кивнул, но решил пояснить. – Ритка ещё танцевала тогда, а он запал на неё, да так, что дышать рядом боялся, ухаживал, цветы дарил, а она только танцами своими бредила. В этом они с Элей похожи. А потом он сел, а у неё травма случилась, так и разошлись в разные стороны. А недавно он в Москву приезжал, увидел её и обомлел, женился, рты всем заткнул, и теперь никто не посмеет не то что сказать, даже подумать о том, кем она была. А на самом деле девчонка хорошая, не зря Эля с ней так сдружилась, просто не повезло ей.

– А ты и Ритку хорошо знаешь?

– Да, мы раньше вчетвером и встречались: я, Ритка, Эля и Аркаша.

– Не напоминай о нём, тошнит. – Руслан так скривил лицо, что поверить в его слова стало проще.

– Так я её видел недавно, дня два назад.

– Значит можно к ней сходить?

– Я бы не советовал, ты забыл, что она теперь жена.

– А что тогда?

– Слушай, а чего ты у отца её не спросишь? Или ты и его не видишь

– Каждую неделю встречаемся. – Нехотя признался Руслан. – Только спросить у него не решаюсь. Веришь – нет, а такой сволочью себя чувствую, я ведь Эльку тогда из дома выгнал…

– И что?

– Да ничего! Он так смотрит, словно и не было ничего и никогда, да и вообще, они все странно себя ведут. Раньше, когда я ещё с Элькой знаком не был, я слышал, что Орлов за свою дочь любого в порошок сотрёт, да он бы и стёр, я видел его глаза. Ещё Сергей, друг мой, рассказывал, что Орлов заметил его возле Эльки, так чуть заживо не закапал, только потом сошлись, когда Евгенич узнал, что Серёга на Ленку виды имеет, а не на Элю. А потом он замолчал, успокоился, уж не знаю, почему. А когда вся эта заварушка началась, вроде как я Элю избил, мне даже удивительно было: он не позвонил, не спросил, вообще ничего. – Руслан старательно свои мысли Никите внушал, а тот и сам понимал, что это более чем странно. – А однажды мать её к нам пришла, да так не вовремя, жуть просто. У Эли тогда носовое кровотечение началось, у неё лицо в крови, у меня руки, дверь в ванной выломана, а тут она пришла. И главное, что? Даже слово мне не сказала, а? С Элькой в комнате что-то, как-то поругалась, а со мной молчит. – Рукой с досады махнул. – Вот я и не спрашиваю.

– Так давай я спрошу. – Заверил Никита и сразу за телефоном потянулся.

– На часы хоть посмотри! – Выпрямился Руслан. – Полпервого ночи.

– Ух, ты… Что мне Анька скажет…

Наконец Никита заметил, как сильно он опьянел, за голову взялся, такси попросил себя вызвать.

– Так, ладно, завтра позвоним, – уверял он, – я к тебе приеду и вместе спросим.

– Я завтра не могу. Я спонсором главным стал, там, корпус в онкоцентре строили, мне завтра никак нельзя. Журналисты понаедут…

– Тогда вечером. – Не успокаивался Никита. – Не дело это. У меня самолёт в шесть, я к тебе заеду.

– Ладно, завтра созвонимся, поговорим.

Следующее утро назвать добрым нельзя было в принципе. Три часа, проведённые в баре, да ещё за таким напряжённым разговором, дали о себе знать. Сколько было выпито, не считали, но, судя по состоянию, не мало. Через два часа нужно быть в форме… вот только зачем? Этим вопросом Руслан задавался каждое утро. Свои вчерашние откровения можно было списать на степень опьянения, но он каждое слово помнил как сейчас, и чувствовал всё то же. Эля стала его смыслом, его целью, для неё он всё делал, а теперь, вроде как делать не для кого. Где она, что с ней, а, главное, с кем – эти вопросы не давали покоя. Сначала было желание просто на неё посмотреть, он начал посещать её любимые кафе и рестораны, искал встречи, хотя, встреться он с ней тогда, вряд ли бы расчувствовался. Когда было уже понятно, что она его избегает, стало не по себе, вдруг вспомнил свои угрозы, обещания и стало тошно. Потом просто невыносимо от мысли, что дома никто не ждёт, но ему не нужен был кто-то, нужна была только она. Сам удивлялся, как Эля за такое короткое время въелась в его мозг. Казалось, что всё это оттого, что не он её бросил первым, но после эти мысли исчезли, он просто не хотел её отпускать, никогда. Когда стало совсем невыносимо, даже Марго искать начал, не смотря на всю неприязнь, только у родителей оставалось спросить, но он не решался. Пусть струсил, пусть, но не покидало чувство, что это он её предал: не разобрался, не поговорил, просто за дверь выставил. Хотя… если бы не выставил, убил бы.

Холодный душ привёл в чувство, подобрал костюм, сегодня решил обойтись строгим чёрным, с белоснежной рубашкой, тёмный галстук без узора. В зеркале себя увидел и отметил, что к его скучающей физиономии и вообще хмурому виду, это самое то. На открытие нового блока приехал пораньше. Нужно было переговорить с журналистами, встретится с Владимиром Ивановичем. Вроде бы все нюансы просчитаны до мелочей, но чувство тревоги не покидало, неприятно тлело внутри, словно выжидало, когда можно будет разгореться. На удивление, всё прошло гладко, даже провокационных вопросов не поступало, видимо никто не хотел портить такой день. После обеда ожидался благотворительный вечер, на котором тоже было просто необходимо присутствовать, но Руслан как-то выдохся. Внутреннее напряжение отнимало много сил, и, не смотря на суету вокруг, общее впечатление было подпорчено. Журналисты, наконец, оставили его в покое, переключились на врачей и администрацию города. Можно было тихо удалиться, чтобы при этом не наткнуться на очередного зеваку. Для этого решил не идти через центральный вход, в конце концов, медицинский центр напоминал муравейник с множеством входов и выходов. Светлые путаные коридоры, палаты за прозрачными стёклами, люди вокруг. Внутри было как-то пусто и ничего не вызывало эмоций, подходили какие-то люди, преимущественно женщины, что-то говорили. К их словам он не прислушивался, но, судя по навернувшимся на их глазах слезам и добродушной улыбке, можно было сказать, что они его благодарили. Потом пожимали руку, долго смотрели вслед, он не оборачивался, но чувствовал. Сколько так бродил по коридорам точно сказать не мог, но когда опомнился и оглянулся по сторонам, констатировал, что попросту заблудился. Даже усмехнулся такой глупости, но спрашивать дорогу к выходу было как-то неловко, решил снова пройтись, только уже делать это осмысленно. В лица людей особо не вглядывался, да и не интересовал его никто, но одна девушка всё же внимание привлекла. Она стояла по самому центру коридора, ухоженная, издалека видно, что красивая, на плечах наброшен белый халат. Почему-то силуэт её показался знакомым, хотя сказать точно было ещё трудно. Не то, чтобы он проявил к ней особый интерес, просто она как-то нелепо выглядела среди всех остальных людей, необычно, даже празднично: причёска, платье, вытянутая как струна спина. Пока шёл, вовсе не думал о ней, просто смотрел, поневоле оценивал, даже усилий никаких не прилагал, а когда расстояние между ними сократилось до минимума, его как током ударило: Рита. Улыбка появилась на его лице, и он приобнял случайно встретившуюся девушку на радостях.

– Рита, привет, ты как здесь? – Сам удивился, что Ритой её назвал, а не Марго, как уже давно привык, но старался виду не подать.

– Руслан?..

– Отлично выглядишь.

– Спасибо.

Он широко улыбался, внимательно её разглядывал, а вот Рита напряглась, ресницами захлопала, стараясь волнение перебороть, нервно улыбнулась, попыталась волосы за ухо заложить, забыв о том, что они аккуратно уложены.

– А ты здесь что делаешь? – Рита старалась говорить уверенно, но что-то подсказывало, что это у неё не совсем получается.

– Да вот, помогал при строительстве нового корпуса, как спонсор. Точнее говоря, завершил то, что начали другие. Сегодня было официальное открытие.

Руслан демонстративно обвёл рукой вокруг себя, вроде как отвлёкся, а потом так на Риту уставился, что её перекосило.

– А ты?

– Да так… – Ответила, мягко говоря, неопределённо, а затем и сама прямо в глаза ему посмотрела, но под напором не выдержала и взгляд отвела.

Руслан смотрел настойчиво, ведь шёл куда-то, казалось, даже спешил, а теперь навис над ней и вздохнуть не даёт. Рита на шаг отступила, постаралась непринуждённо улыбнуться, а потом от голоса его вздрогнула.

– Это хорошо, что я тебя встретил, – начал он, – давно поговорить хотел, насчёт Эли. Ты её не видела?

И чего испугалась, вопрос как вопрос, ничего особенного, сейчас главное никак не выдать волнения, но… что-то не получается.

– Да…

Плечами пожала, опять же, неопределённо, взгляд при этом отвела. Руслан сразу понял, что просто отвечать не хочет, не удивился этому, но и отступать не собирался.

– Ты, наверно, в курсе, мы с ней расстались не очень хорошо, – решил пояснить он, глядя на смятение девушки, – вот, хотел извиниться…

Постарался взгляд Риты поймать, но она усердно глаза отводила. Даже делала вид, что высматривает кого-то. Кивнула неоднозначно, и не понятно было, к чему это относится.

– А ты, говорят, замуж вышла, поздравляю, давно тебя не видно.

– Да, спасибо. – Вдохнула, может и с облегчением, показалось, что Руслан не будет больше пытать.

А он смотрел, как Рита ещё немного отступила назад.

– Да не волнуйся, муж не приревнует.

– Как знать.

– Так что там с Элей, давно виделись?

– Не то, чтобы…

– Так она не в Москве, я слышал, ты недавно приехала.

Руслан нахмурился, после Риткиной реакции, понимал, что Эля могла ей рассказать, почему она теперь избегает его взглядов, но поговорить нужно.

– Да, приехала недавно.

Руслан даже хмыкнул: Рита просто-напросто игнорировала все вопросы о подруге, словно и не слышит их. Сердце начинало стучать сильнее, он пристальнее всматривался в её лицо, пытаясь понять, такую реакцию. Нет, конечно, понимал, но он ведь не угрожает, просто хочет поговорить, в конце концов, это не её дело…

– Просто её не видно давно, я волнуюсь…

– С чего бы это? – Вдруг хмыкнула Рита, но об этом пожалела: на красноречивые взгляды Кабаев не скупился.

– Ну… я был не прав… наверно.

Рита занервничала, разговор приближался к сути, а что отвечать она не знала. Просто сказать, что ничего не знает, и никого не видела, не могла, Руслан в раз раскусит её, а ответить правду не может, нельзя ей.

– А ты что, пришла к кому-то?

О волнения Рита сильнее затеребила хрустящий пакет с фруктами, с такими обычно как раз навещать и ходят. До этого она его осмотрительно за спиной прятала, а Руслан слишком был занят своими мыслями и не замечал, а теперь они оба молчали и этот раздражающий хруст, нельзя было не заметить. Вот тут Рита действительно запаниковала, слюной вдруг подавилась, пока откашливалась, даже слёзы на глазах проступили.

– Я…

Начала, а пока думала, как продолжить, Руслан уже свои пояснения втиснул, его вообще причина, по которой здесь могла оказаться Рита не очень интересовала.

– Нет, я, конечно, понимаю, но и ты меня пойми. – Их взгляды встретились, и Рита нервно сглотнула. – Я… мне нужно с ней поговорить.

Тут Руслан и сам нервозность свою проявил, до этого как-то скрывать её удавалось, вроде как невзначай всё спрашивал, между делом, а сейчас не выдержал. Шею нервно потёр, да так сильно, что кожа под ладонью горела, губы поджал, не зная, как объяснить, тоже по сторонам смотреть начал, глазами стрелять. Покраснел от напряжения, показалось, что капли пота на лбу проступили, но лоб рукой потёр, а там ничего.

– Руслан, я не могу… Эля просила…

– Я понимаю, – не выдержал он и перебил, – вы подруги и Эля злиться на меня, но я, правда, с ума без неё схожу. Обещаю, я не скажу, что ты мне адрес дала, но мне действительно нужно.

– Руслан… – Рита скривилась, а он снова губы поджал, видел, что говорить не хочет, ухмыльнулся. Хоть её голос и стал мягче, но сути это не меняло: она не хочет говорить.

– Просто скажи, где она и всё. – Он уже начал руками жестикулировать.

– Она не может с тобой встретиться.

Руслан замер.

– Она что, замуж выскочила? – Увидел, как Рита на него глаза вытаращила и нервно отмахнулся. – Ну, нет, конечно, это не моё дело. Рит, ну, что мы как маленькие.

Рита только бурно дышать начала, в глаза ему смотрела, вроде и хочет сказать, но боится, сама вся извелась, а он уже и не знает, куда надавить нужно.

– Просто странно, я тут недавно, – задумался и исправился, – вчера с Никитой встречался, он меня совсем запутал. – Взглянул абсолютно серьёзно и уже более строгим тоном продолжил. – Рита, я не собираюсь ей угрожать или чего ещё она там бояться может, я просто хочу её увидеть.

Время поджимало, и Рита волновалась сильнее, посмотрела на часы и как-то даже выкрикнула.

– Послушай, я ничем не могу тебе помочь, правда. И вообще, меня муж ждёт. – Она странно заметалась, то в одну сторону шагнёт, то в другую.

– Рита!

Прикрикнул Руслан и она успокоилась. Взгляд он отвёл, стараясь, нужные слова подобрать. Тяжело вздохнул, задумался. А потом взгляд упёрся в двух женщин, точнее в руки одной из них. Тонкие длинные пальцы, до боли вцепились в руку другой, даже смотреть на их лица было не обязательно, чтобы это понять. Он и сам не понял, что его в них привлекло, просто смотреть больше было некуда, а глаза отвести не было сил. Взгляд скользнул вверх, оценил худощавость одной их женщин, стало понятно: она пациентка, а вторая медсестра. Началась непонятная суета с их стороны, внимание на них он теперь сконцентрировал, разглядывал с неподдельным интересом. Они стояли метрах в десяти, а теперь быстро, по крайней мере, пытались, разворачивались в обратную сторону. Руслан рассмотрел медсестру, а потом взглядом зацепил пациентку. Сердце странно замерло, даже непонятно отчего, просто неприятное предчувствие, во рту стало горько, а он смотрит и ничего понять не может. Бледная, почти прозрачная кожа, обтягивала болезненно тонкие руки, впавшие щёки и тёмные круги под глазами, бледно-синие губы странно поджались и дрожали, заострённые черты лица. Огромного размера глаза, всё ещё казались зелёными, но взгляд мутный, только на секунду прояснился, тусклые безжизненные волосы, неопрятно выпадали из странной чалмы. Руслана бросило в жар, он странно прищурился и засопел, шея напряглась, и он приоткрыл рот, но сказать ничего не смог, стал, словно каменным, и сам побледнел. Глаза вытаращил, и отвернуться не может. За всем этим наблюдала Рита, смотрела, как стремительно меняется его лицо, как оно вытянулось, как он весь напрягся, сама при этом дыхание затаила, но боялась и слово проронить. Эля с медсестрой, тем временем, развернулись и направились дальше по коридору. Руслан всё в том же напряжении еле слышно прошептал, сам не веря своим словам:

– Эля…

Только когда она покачнулась и на медсестру навалилась, мгновенно ожил и повторил увереннее:

– Эля! – Крикнул он ей вслед, но девушка не обернулась, только странно ссутулилась, было заметно, что руку к груди прижимала.

Он хотел к ней рвануть, но в кого-то упёрся, взгляд нехотя опустил, и Риту увидел: она вцепилась в его пальто обеими руками и вся дрожала, на глазах слёзы, она нервно дышит, а он всё ещё не понимает, почему та не даёт ему пройти. Оттолкнуть попытался, но Рита сильнее в него руками упёрлась. Что-то судорожно шептала, он даже не слышал что, но она не останавливалась ни на секунду, крупные слёзы катились по лицу и капали на грудь, она их не вытирала, боялась его отпустить. Он за руки её схватил, пытаясь от своего пальто отцепить, почувствовал их напряжение и вдруг к словам прислушался. Казалось, она несла какой-то несвязный бред, но слова всё чётче отдавались в его мозгу.

– Я прошу тебя, не трогай её сейчас… – она просто шептала без остановки, глаза её были наполнены страхом, – она сейчас будет плакать, долго плакать, не мучай её, дай ей время… она не хотела, чтобы ты знал, не хотела, чтобы ты её видел, ей сейчас очень плохо… пожалуйста, я умоляю тебя, не иди за ней… пожалуйста.

Рита уже не упиралась, а висела на его груди, кулаки до боли сжались, даже когда она немного успокоилась, и Руслан уже не рвался вперёд, не сразу расцепить их смогла. Её руки судорожно колотились, дыхание сбивчивое, слёзы всё ещё текут, а он смотрит на неё и понять ничего не может.

– Рита…

– Она успокоится, – вдруг продолжила та, когда взгляд Руслана устремился вглубь коридора, хотела снова в него вцепиться, не замечала, что он сам её за запястья продолжает держать, – ты обязательно с ней поговоришь, только не сейчас, я прошу тебя, не сейчас.

– Рита! – Тряханул он её, и она вдруг успокоилась, взгляд в него упёрла и сама от страха замерла.

– Руслан, – голос стал жалобным, а взгляд беспомощным, шептала практически бесшумно, – она умирает.

Её глаза были наполнены страхом, и она вдруг руки свои из его ладоней выкрутила, словно в беспамятстве, отстранилась от него, задрожала. Руки не просто затряслись, они ходуном заходили, казалось, сама ещё не осознавала, что только что сказала, а потом взгляд её прояснился, и слёзы с новой силой брызнули из глаз. Она ладонями лицо закрыла и тихонько взвыла, вся съёжилась, спиной к стене приткнулась, и если бы Руслан не подхватил, съехала бы вниз. Он руки её от лица отрывал, чтобы она слова свои повторила, но Рита уже не могла успокоиться, глаза с силой зажмурила и головой трясла, отрицая истину. Успокоилась минут через пять, не раньше, всё это время Руслан её к себе прижимал. Его сердце билось быстро и сильно, он странно дышал, словно и сам готов заплакать, но сдержался. Такие вещи не всегда сразу осознать можно, услышал, вроде как понял, даже прочувствовал, а понимание происходящего только потом накатывает волной, да так, что с головой накрывает. Вот он, видимо, так ещё и не осознал, что произошло. Риту за руку взял и вывел из коридора на лестницу. В глаза ей посмотрел и будничным тоном сообщил.

– Внизу есть кафе, сейчас туда пойдём, ты мне всё расскажешь.

Она кивнула, соглашаясь, покорно шла за ним, а он руку её не отпускал. Лестничные пролёты казались бесконечными и на последнем из них, Рита всё-таки споткнулась.

– Пойдём. – Сурово повторил Руслан и к себе её притянул.

Шёл уверенно, широкими шагами пересекая холл, в кафе за дальним столиком присели, заказали чай, долго молчали. Он о чём-то думал, Рита смотрела на его лицо и боялась эти мысли прервать. Всё ещё шмыгала носом, мелкими глотками отпивала горячий чай, но даже вкуса его не чувствовала, только понимала, что обжечься можно. Руслан в одну точку смотрел, лицо как маска, недвижимое. Информацию переваривал, не иначе, а затем всё-таки спросил:

– Что с ней?

Так отстранённо всё это звучало, что Рита даже задумалась, стоил ли отвечать, он как-то охладел к проблеме, странно, но, может, это и лучше. Решила отвечать всё, как есть, чего уж теперь то…

– Опухоль головного мозга. Не знаю что именно, да это и не важно… теперь.

Он снова замолчал, на чашку с чаем посмотрел и от чего-то скривился. А потом так зыркнул, что Рита замерла, даже не дышала.

– Когда она узнала?

Рита замялась, к чему он клонит было ясно, но как это сказать?..

– Вы ещё не были знакомы. – Еле слышно произнесла и тут же глаза в пол опустила.

Когда взгляд подняла, на Руслана уже страшно было смотреть: лицо стремительно темнело, вытянулось и шея как в судороге дёрнулось, он глубоко вздохнул, но выдохнуть вроде как уже не мог. Взгляд остановился в одной точке, а спустя минуту, он глаза закрыл, голову назад закинул и шумно выдохнул. В этот момент он вспомнил всё: всё, что говорил ей, все обидные слова, его придирки, его требования. Он вспоминал, как заставлял её оправдываться, мучил своими расспросами, а она улыбалась. Она всегда улыбалась. Она хотела… да никогда он не знал, чего она хотела… как оказалось. Он видел, что с ней что-то происходит, он спрашивал, но ответа никогда не ждал, ему было просто некогда. Ему было с ней удобно. Именно удобно, что она не требует от него больше, чем он может дать, терпеливо ждёт, пока он явится с работы, засыпала, глядя как он сидит за своим ноутбуком. А он принимал её как должное, правда, когда узнал кто её отец, немного напрягся, но Эля и тогда смогла успокоить, она как всегда улыбалась. Господи, как ей было трудно, было больно и страшно… почему она всё это время молчала?..

– А кто ещё знал?

На Риту он больше не смотрел, уставился взглядом в пол, тон его был ровным, никак не передавал эмоции, словно их и нет вовсе.

– Родители и всё.

– И ты?

– И я.

– Она что, не хотела лечиться?

– Честно, я не знаю. Мне даже в какой-то момент показалось, что она рада этому диагнозу.

Руслан глянул удивлённо.

– Ты не подумай, я не злорадствую. Просто именно так всё и выглядело. Понимаешь, она никогда не чувствовала себя полноценной личностью. Родители всегда ограничивали, контролировали, а у неё не хватало смелости и сил возразить. А когда всё это выяснилось… на всех рукой махнула. Это как последний шанс испытать всё. Всё, чего бы она никогда не испытала, если бы всю свою жизнь прожила. Она никогда бы не решилась на поступок, а в такой ситуации смелость, что ли, почувствовала.

Повисло молчание, Руслан ещё многое хотел спросить, но не был уверен, что его вопросы по адресу, точнее говоря, ответы на них он хотел услышать именно от Эли… какая глупость! Ну, какие ответы ему теперь нужны?!

– Она очень тебя любит.

Зачем-то сказала Рита и тут же раскраснелась под взглядом в упор.

– Это она так сказала?

– Я это знаю. Руслан, – Рита рискнула дотронуться до его руки, но сразу же отпустила, – она просто не хотела, чтобы тебе было плохо.

– А она была уверена, что мне будет плохо? – Спросил с лёгким смешком, потом, правда, сам себя за это возненавидел. Конечно же, она была уверена! Она его насквозь видела, чувствовала, а как выяснилось теперь, оберегала.

– Ей сейчас очень плохо.

Руслан только тяжело вздохнул.

– Она всё время думает о тебе. – Продолжала Рита, чем Руслана начала раздражать.

– Зачем ты всё это мне говоришь?! – Разозлился он и прикрикнул.

– Потому что она тебе этого не скажет.

Слёзы снова потекли из глаз.

– Она даже родителям не разрешает себя навещать. Пытается закрыться ото всех, стать к ним спиной. Ведёт себя так, словно в чём-то виновата, а ведь она не виновата. Просто так получилось… Наверно думает, что кому-то от этого будет лучше. Я прихожу, потому что не могу по-другому, я не могу её так оставить. Эля со мной уже давно не разговаривает, даже не смотрит в мою сторону, думает, что я обижусь и больше не приду. Ей наверно так легче, легче, когда её ненавидеть будут. Это для неё лучше, чем видеть и чувствовать жалость… Она всё время плачет. Всегда, когда в себя приходит. Ей сейчас уколы какие-то колют, от которых соображать перестаёшь, а когда она опомниться, то слёзы сами текут, зайца ещё этого всё время за лапу держит… И откуда взялся этот дурацкий заяц! – Рита взвыла от бессилия, но быстро успокоилась, на Руслана посмотрела и с новым усердием внушала ему истину. – Она ждала тебя. Каждый день ждала, хотя… даже самой себе в этом вряд ли призналась, потому что думает, что она сильная. А ей необходима поддержка… твоя

Чайную ложечку на стол швырнула, словно от этого легче станет.

– Она ведь и от тебя тогда ушла только для того, чтобы ты не узнал ни о чём, специально всё подстроила, сама мне говорила. Потому что не могла больше эту боль терпеть.

– Боль…

Она всё подстроила, она всё просчитала, она всё знает лучше него. Руслан видел какую-то странную грусть в её глазах, видел, как она взгляд забывает отвести, словно насмотреться на него не может. Всё это было в их последний вечер, но он ничего не понял… или не захотел понять. Он виноват.

Резко из-за стола поднялся, стул при этом неприятно скрипнул, скользя по плитке.

– В какой она палате?

– Подожди ещё немного. – Рита тоже поднялась, но в его глазах было столько решительности, что возражать бесполезно. – Двенадцатая палата на четвёртом этаже.

Руслан и попрощаться забыл, цель свою наметил и теперь только о ней думал, не знал, что увидит, что скажет и как на него Эля отреагирует, но точно знал, что никогда её не оставит… как когда-то и обещал.

Возле палаты медленно выдохнул, с мыслями собираясь, но вскоре понял, что мыслей как таковых особо и нет, и дверь без стука открыл. В груди мгновенно кольнуло: возле самой кровати стоял огромный заяц, жёлтый, тот самый, которого он Эле подарил. Только сейчас понял, о чём Рита говорила, а тогда как-то и значения её словам не предал. Так замер, прислушиваясь к себе, а затем Элю у окна увидел и решительно в палату вошёл. Прикрыл дверь, молчал, сам не знал чего ждёт, но, как оказалось, сказать ему ничего не хочется.

Он просто смотрел на неё и сердце замирало: Эля вцепилась в какой-то поручень, идущий вдоль всей стены у окна. Было видно, что стоять ей довольно трудно, но отходить она не собиралась. Шёлковый халат обтягивал тонкие плечи, был прилично велик, но, скорее оттого, что девушка стремительно худела. Обнажённая шея, всегда изящная, длинная, аристократическая, сейчас держалась, как говориться, на одном честном слове, на голове всё та же чалма, правда, волосы из-под неё уже не выбивались, а были аккуратно убраны. Он осмотрелся в комнате: из личных вещей ничего, за исключением всё того же плюшевого зайца, не было, прикроватные тумбочки пусты, идеально застеленная постель, словно на ней никто и никогда не спал. Всё это было непривычно и даже странно, Руслан не один раз смеялся над тем, сколько разных баночек с кремами и масками Эле необходимо, чтобы чувствовать себя спокойно, а сейчас ничего этого нет и, вроде как, не было никогда. Неприятная стерильность, ослепляющий белый цвет – всё вокруг нагнетало обстановку. Она стояла и не шевелилась, а у него вдруг голос пропал, просто попытался сказать что-то, а ничего не вышло, как рыба рот приоткрыл, а звуков никаких не издал. Взгляд в пол опустил и так молчал бы долго, если бы не Эля.

– Я тебя не звала. – Уставшим, тихим голосом проговорила она.

И сердце сжалось, голос непривычно тихий, даже незнакомый, понял, что это она сказала, потому что в палате больше нет никого. В первые секунды даже не нашёл, что ей ответить, только вздохнул поглубже, терпения набираясь, чтобы не броситься к ней, не напугать своим порывом.

– Уходи.

Так же тихо и ещё более устало повторила она и как-то странно к окну наклонилась, словно сознание теряет, а он стоит как истукан, не может и шаг сделать.

– Я не уйду.

– Мне ничего от тебя не нужно.

– Я хочу быть рядом с тобой.

– Мне не нужна твоя жалость, тогда была не нужна, а сейчас тем более.

– Малыш…

– Я очень устала. – Перебила она, в голосе можно было уловить строгость, но она казалась какой-то нелепой, неестественной.

– Посмотри не меня.

Послышался лёгкий пренебрежительный смешок, плечи дрогнули, и халат немного сполз с них. Эля даже поправить его не могла, для этого нужно было руки от поручня убрать, а на это у неё, судя по всему, сил уже не оставалось.

– Не насмотрелся?

– Девочка моя, я пришёл к тебе.

Рискнул приблизиться, но увидел, как Эля напряглась, и с каким усилием она это делает – решил остановиться.

– Я тебя не звала. Я хочу, чтобы ты ушёл. Сейчас.

– Я хочу с тобой поговорить, просто поговорить. – Он старался говорить мягче, но становилось только хуже. Эля раздражённо дышала, начинала нервничать, было заметно, как при этом кривится её лицо… от боли.

– Я не хочу. Не хочу, чтобы ты на меня смотрел, чтобы приближался, а лучше всего забыть и больше никогда не вспоминать.

– Я не могу без тебя.

– А я не могу с тобой! – Голос был по-прежнему тихий, но понятно, что она пыталась прикрикнуть, неудачно. – Оставь меня в покое, просто уйди, я тебя прошу.

Только сейчас Эля обернулась, собралась с духом и посмотрела ему в глаза, а он почему-то снова её разглядывать принялся. В глаза бросилась странная штуковина, которая из её руки торчала, на локтевом сгибе. Это была пластмассина зелёного цвета, сверху и снизу обмотана бинтом, выглядело неприятно, но чувствовать её было наверняка хуже. Руки на запястьях были синими от уколов, вторая рука на локтевом сгибе забинтована плотнее. Взгляд её был мутным, Элю немного шатало, но она держалась изо всех сил. Даже моргала устало, словно через раз, открывать глаза было всё труднее.

– Ты делаешь мне больно. – Прошептала она. – Я не могу чувствовать на себе твой взгляд! Неужели так сложно выйти и закрыть за собой дверь?! – Она всё же сорвалась, голос звучал громко, пронзительно, казалось, она последние силы на это отдала, пошатнулась, немного назад отступилась, приткнулась к стене и чуть не съехала по ней.

Руслан к ней бросился, но в это время набежали медсёстры, одна из них принялась с особым усердием его выталкивать, а он только взгляд Эли видел, пустой, безразличный, но когда она почувствовала прикосновения чужих рук, взгляд мгновенно страхом наполнился. Он это уловил, Эля боится их, всего, что вокруг происходит, на её глазах проступили слёзы и в этот момент он не выдержал. Всех растолкал, даже не видел, кто на его пути попадался, видел только Элю, которая уже на полу сидела, но сопротивляться не могла. Под его напором медсёстры расступились, что-то кричали, но его крик, перекрыл всех, и они послушно из палаты удалились, правда, тут же за врачом побежали. Он перед Элей на колени стал, её лицо обеими руками обхватил, на себя её взгляд направляя. В какой-то момент он прояснился и все мышцы на её лице ожили, так, словно до этого их просто не было, а теперь они появились. Она его узнала, казалось, только сейчас, слёзы потекли сильнее, дыхание горячее, но сбивчивое, губы затряслись. А Эля на него смотрит, как прежде, и защиты ищет.

– Руслан… – Жалобно протянула она дрожащим голосом. – Мне больно. Мне очень больно… я больше не могу, мне страшно… они меня мучают, я не могу здесь больше находиться. Забери меня, пожалуйста…

Эля дотронулась до его шеи кончиками дрожащих пальцев, они были ледяные, настолько, что одно прикосновение прожгло насквозь и стало страшно, он её к себе прижал, пытаясь согреть.

– Я всё сделаю. Всё, что ты хочешь, только не плачь, я тебя прошу, не плачь. Скажи, куда ты хочешь?

– Туда, где тепло…

– Значит, мы поедем туда, где тепло.

Голос его был на удивление спокойным и уверенным, он прижимал её к себе, гладил по спине, и шее, она была настолько хрупка, что, кажется, надави чуть сильнее и лопнет, как хрусталь. Всё её тело пробивала мелкая дрожь, она цеплялась за ворот его пальто, не отпуская, вдруг стало страшно, что он сейчас уйдёт и больше никогда не вернётся, носом уткнулась в его горячую шею и от этого тепла даже голова закружилась. Глаза закрыла, прислушиваясь, как пульсирует вена на шее, и было спокойно, так, как когда-то, словно в другой жизни. Когда на руки её взял, словно котёнка к себе прижимал, маленького, пушистого, у которого ещё все косточки прощупываются, а котёнок тот в ответ на ласку только сопит тихонько. Эля действительно успокоилась, только вот руки не разжала. Руслан повернулся, чтобы на кровать её отнести, а перед ними уже Владимир Иванович стоит и смотрит непонимающе. Хотел сказать что-то, но Руслан его вовремя остановил, уверенно головой покачал. Врачу было что сказать, но он промолчал, только с медсестрой какими-то жестами перекинулся, и весь персонал из палаты удалился.

Он на кровать её уложил, а сам отстраниться попытался, Эля тут же глаза открыла, хотя до этого казалось, что спит, и испуганно взглянула.

– Я не ухожу, – заверил её и виновато улыбнулся, – просто очень жарко.

Кулак Эля нехотя, но разжала, правда дыхание затаила, выдохнула только когда Руслан рядом с ней прилёг. Он её обнял, губами к прохладному лбу прижался, и глаза закрыл, чувствуя её дыхание на своей шее. Молчали долго, кажется, целую вечность, рядом с ней не хотелось ничего говорить, просто лежать рядом, ощущать её тепло и понимать, что ничего дороже в жизни нет.

– Я совсем потерялся без тебя. – Наконец прошептал Руслан, немного отстранился, но Эля, кажется, спала, не двигалась и дышала ровно. – Мне было плохо без тебя… почему ты так долго молчала?.. – Тихо разговаривал, надеялся, что его Эля не слышит, он не требовал от неё ответа, просто говорил сам с собой, а в груди жгло, как раз настал тот момент, когда осознание опасности всё же его настигло.

– Я не могла тебе сказать.

Руслан дёрнулся от неожиданности, на Элю ещё раз посмотрел, но она лежала всё так же, только горячая слеза скатилась по её щеке.

– Я струсила, понимаешь, струсила. Я слабая, я знаю, но я не могла…

Она снова всхлипнула, и Руслан сжал её до боли в руках, не хотел отпускать, она должна чувствовать его поддержку, что он рядом. Потом, ближе к вечеру, пришла медсестра, только тогда Эля встрепенулась, и испугано посмотрела.

– Что-то не так?

– Обещай, что ты не уйдёшь. – Вдруг взмолилась она и в глаза ему заглядывала.

– Я никогда не уйду. Я всегда буду рядом.

Ей сделали укол, потом ещё один, через полчаса пришёл врач, Владимир Иванович, и в свой кабинет пригласил. Руслан медлил, не хотел уходить, боялся неловким движением нарушить чуткий сон, но врач его успокоил, оповестив, что Эля до утра не проснётся и ему здесь делать нечего. Смотрел сурово и спорить Руслан не стал.

– Я хочу забрать её отсюда. – Коротко заявил он, оказавшись в кабинете главврача. – Это возможно?

– Возможно всё, вопрос в том, стоит ли это делать.

– Ей здесь плохо.

– Там, куда вы её заберёте, будет не лучше.

– Она боится, неужели вы не понимаете?

– Руслан Валерьевич, – официально начал врач, за свой стол присел и окончательно нахмурился, – я, честно, не понимаю, чего вы хотите добиться, мы сейчас можем только облегчить её участь. Специальные препараты, полный покой…

– Её здесь плохо. – Твердил он, не желая ничего слышать, даже в глаза смотрел не отрываясь, уверенный в своей правоте.

– Вы ничем ей не поможете. Раньше могли помочь, а теперь – увы. – Руками развёл, констатируя. Он врач, он не может чувствовать, он может лечить.

– Я хочу её отсюда увезти. Что для этого нужно?

Врач тяжело вздохнул, ручку в руках покрутил и небрежно на стол бросил, сетуя на упрямство молодого человека, убеждать его было бессмысленно, совершенно невменяемый взгляд.

– Не так уж и много… при желании. – Увидел заинтересованность во взгляде и неприятно улыбнулся. – Квалифицированная сиделка, специальные обезболивающие препараты, а так же разрешение её родителей. Сейчас Элеонора Борисовна не в том состоянии, чтобы трезво оценивать ситуацию.

– Хорошо.

Руслан резко поднялся и обернулся только у самой двери, уже держась за ручку, посмотрел как-то затравлено, что никак не ассоциировалось с его уверенностью несколько секунд назад, немного помедлил, сомневаясь, с ноги на ногу перевалился. Но всё же решился спросить:

– Эля точно до утра не проснётся… я не хочу, чтобы она испугалась без меня.

Глаза его как-то странно сверкнули, он ждал ответа, словно глотка воздуха.

– Приезжайте к шести, я распоряжусь, чтобы вас пропустили.

Услышав в голосе врача понимание, он слишком уж расслабился, плечи опустились, спина уже не была такой напряжённой и он немного ссутулился. Тихо попрощался и из кабинета вышел. Ни на минуту не усомнился в своих действиях, когда в десять часов вечера стоял под дверью Орловых, чтобы получить их разрешение. На удивление, дверь открыл сам Борис Евгеньевич, Руслану, признаться, удивился, но по взгляду понял, что тот всё знает и дверь перед ним распахнул.

Уже в комнате Руслан осмотрелся и почувствовал странную тревогу: было темно и тихо, словно и не живёт никто, только небольшие настенные светильники не давали мраку поселиться здесь. Он видел, как в кресле у окна сидит женщина, медленно, глубоко затягиваясь, курит, к нему свой взор не обращает.

– Анжелика, к нам Руслан пришёл. – Хрипло отозвался Орлов, но реакции не последовало.

Повисло молчание, никто не смел его нарушить, только тихое дыхание.

– Я хочу забрать Элю из больницы. – Наконец решился Руслан и сунул руки в карманы брюк. Ещё раз по сторонам осмотрелся, почувствовал на себе изучающий взгляд, только не сразу понял, откуда он направлен. – Нужно ваше разрешение.

– Ты с ума сошёл?! – Сверкнул глазами Орлов и напротив Руслана встал, принимая воинственную позу. – Ты мало её мучил?

– Она попросила меня её забрать, и я это сделаю. С вашим разрешением или без него.

– Ты угрожать мне вздумал, щенок!

– Я Элю там не оставлю!

– Она больна, понимаешь, больна, ей уход нужен! – Орлов начинал закипать от возмущения. Он и прежде не был доволен выбором дочери, но молчал, ради неё, по сути. Но теперь он её не отдаст, он в этом практически уверен.

– Я разговаривал с Владимиром Ивановичем, он сказал, что всё можно устроить.

– Что устроить? Мало ты ещё устроил?!

– Я её люблю. И я всё для неё сделаю.

– Тогда оставь мою дочь в покое. – Зло прошипел Орлов и отвернулся.

За это время Борис Евгеньевич действительно изменился, стал хмурым, от дел практически отошёл, только на самых важных сделках присутствовал. Некоторые злорадствовали, что готовится кому-то дела передать, но никто не догадывался, что он просто не может видеть чужие пытливые глаза, которые до последнего времени имя его дочери в грязи полоскали, а всё из-за него, из-за Кабаева. Он пытался с ним поговорить, намекнуть, но ничего не получалось, его не слышали, а сейчас этот человек пришёл и хочет увезти Элю… навсегда.

Напряжение нарастало, Руслан молчал и сверлил Орлова взглядом, от своего он отступать, не намерен, и чётко это обрисовал, вот только и ему уступать не собирались.

– Она задыхается, эти стены на неё давят, вы понимаете, что она не может там находится?

– Ты учить меня вздумал, а? Кто ты такой, что ты знаешь о моей девочке? Я отец, я хочу ей только добра, а ты…

Договорить он не успел, быстро оглянулся, почувствовав на своём плече горячую руку жены.

– Отпусти её, Борь. – Хрипло проговорила она. – Ты ведь знаешь, что он прав. Она только его ждала все эти дни.

Анжелика Викторовна вышла к свету, она уже не была той цветущей, шикарной женщиной, с которой Руслан знакомился несколько месяцев назад. Тогда её можно было принять за старшую сестру, никак не за мать, а теперь… Опухшие от слёз глаза, минимум макияжа, который наносился, скорее, по привычке, тусклый взгляд, широкие седые пряди, вместо чёрных, как смоль, волос. Женщина неожиданно взглянула на Руслана и пыталась в нём что-то рассмотреть.

– Как она?

– Она держится, правда.

– Ты помоги ей… одна она не справится, понимаешь. – Было слышно, что вот-вот и женщина расплачется, но она глубоко вздохнула и натянуто улыбнулась. – Скажи, что мы с папой её очень любим.

Уже следующим утром всё было решено. Всё устроено. Задействованы люди, подписаны все разрешения, через несколько часов они должны улететь.

Возможно, странно, но на море, Эле действительно было легче, даже дневной укол обезболивающего можно было пропускать, хотя врач категорически это запрещал. Эля не хотела терять драгоценное время, она хотела запомнить тёплый ветерок, песок, который приятно скрипел под ногами, закат и восход. Этого в её жизни было так мало, что теперь она за всё хваталась обеими руками, впитывала в себя атмосферу счастья и всеобщего восторга. У них был отдельный домик у самого берега моря, Руслан всегда был рядом, держал её за руку. Даже когда она не узнавала его, он не отходил, прижимался губами к чёрной макушке и вдыхал её запах, запах самой родной женщины.

Уже очень скоро Эле стало хуже, боли стали невыносимыми, ничто от них не спасало, она кричала, а он не мог ей помочь, только сильнее сжимал руку, напоминая о своём присутствии. День клонился к закату, морской воздух ворвался в дом и взгляд Эли удивительно быстро прояснился, она улыбнулась спящему рядом Руслану и нежно погладила его по руке. Он открыл глаза, улыбнулся ей в ответ, хотел что-то сказать, но Эля его остановила.

– Знаешь, когда я тебя встретила, показалось, что ты мой последний шанс… а теперь я понимаю, что ты лучшее, что было в моей жизни.

Ещё одна несмелая улыбка, которая уже перешла в судорогу от боли, Эля успела только глаза закрыть, как вся сжалась и жалобно простонала. Укол сделали практически сразу, и напряжение с её лица ушло. Это было последнее, что она успела сказать в своей жизни. Через два часа всё закончилось.

Назад Руслан вернулся один, Эля хотела навсегда остаться там, где тепло, там, где они только вдвоём и нет преград. Он вошёл в свою пустую квартиру, подошёл к окну, долгим взглядом окинул проспект, полный машин. Жизнь вокруг кипела, заманивая, привлекая к себе. Он стоял, сжимая руки в кулаки, он был бессилен перед судьбой. Руслан знал, что пройдёт эта горечь, пройдёт чувство вины, его жизнь снова наполниться красками. Он обязательно женится, и возможно у него будут дети, по крайней мере, он этого очень хочет. А уверен только в одном: время не сможет отнять у него ощущение счастья, которое он пережил, и Эля навсегда останется его любимой девочкой.

Content

Флёри Юлия Последний шанс