Флёри Юлия

Разреши тебя любить

Мы все вместе и каждый по отдельности живём в своём придуманном мире. Для кого-то он становится сказкой, кто-то преодолевает бесконечные ряды трудностей на пути к достижению своей цели, есть те, кто подобно страусам, клонят голову к песку, воспринимая окружающую среду как сплошную опасность. И далеко не каждый способен принять такую правду, как то, что жизнь продолжается не смотря ни на что, правду, в которой всегда есть продолжение, в которой есть выбор и делаем его мы сами. Спрятавшись в комфортную раковину, мы не оглядываемся по сторонам, всё больше и больше погружаясь в свою придуманную реальность, живём прошлым, отгораживаемся от каждого, кто пытается приблизиться. И должен наступить тот момент, когда нашу раковину сломают, достанут из неё беззащитную жемчужинку сердца и покажут все краски мира. Но чаще этот решительный шаг должны сделать мы сами, поверить, отдаться жизни и впечатлениям, просто жить.

Это был на удивление жаркий май, с первыми числами которого приходилось спасаться от жары. Небольшое офисное здание в центре города защищало своих сотрудников тонированными стёклами, работающими кондиционерами и большим количеством питьевой воды. В предвкушении лета, юные сотрудницы сменяли строгие офисные костюмы на короткие юбки и открытые туфли. Платиновая блондинка с холодными голубыми глазами сидела за столом в одном из кабинетов.

– Оксана, добрый вечер, как успехи? – Вальяжно усевшись прямо на стол, улыбался высокий мужчина, имеющий должность генерального директора строительной фирмы.

– Вить, не отвлекай. Как закончу расчёты наберу тебя. – Устало отозвалась девушка, не глядя на собеседника

– Да перестань, сколько можно работать? Молодая и красивая, в самом расцвете сил… ещё не устала? Какие планы на вечер? – Сбивая с толку, засыпал он вопросами, и не отводил взгляда от красивого лица.

– Работать нужно в рабочее время, которое, кстати, ещё не истекло. А насчёт вечера… – На секунду задумавшись, Оксана всё же оторвала взгляд от бумаг и бегло улыбнулась Виктору, – вроде ничего. А что, у тебя есть предложения? – Игриво изогнув бровь, в интимной близости от начальника и старого друга, томно проговорила девушка.

– Есть. Один знакомый подогнал пару билетов на тайский бокс. Сегодня в шесть второй полуфинал.

– О-о, как интересно. Вот и сходи, посмотри, как мужики ломают носы, руки и ноги. Тебе полезно, небось, за свои тридцать с лишним так ни разу в драке и не поучаствовал?

– Обижаешь, дорогая. Дрался и не раз. Но кикбоксинг не моё. Слишком жёстко. Вот и подумал, может, ты заинтересуешься.

– То есть пожёстче это для меня? – Он кивнул. – И ты не идёшь?

– Не иду. Предоставляю тебе полную свободу действия. Хочешь – возьми себе спутницу, с кем ты там общаешься, не хочешь – иди одна.

– Вить, ты шутишь? Какое общение? Меня здесь все за глаза ненавидят, того и гляди, с лестницы спустят. Не могут простить, что я завладела вниманием лучшего мужчины нашего двора. Ты же знаешь, как к тебе все относятся. А ты говоришь, возьми с собой на бокс. – Усмехнулась она, откинувшись на спинку широкого кресла, покрутила тонкий карандаш в руках. – Ещё киллера наймут или исполнителя какого, потом костей не соберу. Нет, уж, одна пойду. Во сколько, говоришь, начало?

– В шесть. Сходи, развейся, может мысли умные в голову придут. – Немного серьёзнее и уже без улыбки проговорил начальник, провёл своей тёплой ладонью по прохладным изящным пальчикам и уселся в кресло напротив.

– Ты на себя сейчас намекаешь?

– А что? Не нравлюсь?

Оксана заметно напряглась и взгляд старалась не отводить.

– Нравишься, знаешь ведь. Только отношения с тобой портить не хочу. Ты же понимаешь, Вить, замуж я за тебя не пойду, а потерять единственного друга после нескольких совместно проведённых ночей мне не прельщает. Уж, извини.

– Оксана, ты ко мне не справедлива. Считаешь, что я не справлюсь с тобой?

– Я сама с собой не справляюсь. И давай больше не будем об этом.

Резанула она взглядом, пресекая любые попытки развития темы.

– Всё ещё его любишь?

– Вить, не начинай. – Растягивая гласные, пропела она.

– Мне просто интересно, как другу.

– Ну, если как другу, то скажу. Люблю. И любить буду до тех пор, пока его место не займёт кто-нибудь другой. Вот так уж я устроена.

– А будет ли он, этот другой?

– Хочется надеяться. – Улыбнулась она, переводя весь разговор в шутку.

– А мне что прикажешь делать?

– Надейся и жди, вся жизнь впереди! – Расхохоталась на весь кабинет Оксана, забрасывая бумаги подальше. – Вить, ну, что ты, как маленький, сам бы давно нашёл себе хорошую девушку, женился, нарожали бы вместе детей. Нет, же, треплешь нервы и мне, и себе. Не правильно это. Нам ещё работать вместе. – Плотно сжала губы, поднимая на начальника просительный взгляд. – Ты ведь меня не уволишь после этого отказа, Вить?

В дополнение к щенячьему взгляду, показательно надула аккуратненькие, идеально подведённые губки и захлопала ресничками.

– Ай, – махнул он рукой, – иди ты! Всё шутишь. Ну, не выгнал же за эти пять лет. Всё, давай, закругляйся, ехать на другой конец города, а ты как всегда… Может, тебе права подарить? Смышлёная деваха, а катаешься на такси, опасно это.

– Глупости! Я заказываю женское такси. А возить должен мужчина, а не мне баранку крутить. Знаешь ведь, от этого мозоли на руках появляются. А мне мозоли иметь никак нельзя, мне ещё замуж выходить. – Как обычно отшучивалась она.

– Замуж… как будто мужчина тебя только из-за отсутствия мозолей в жёны возьмёт.

– Ладно, ладно, хватит мне льстить, и сама знаю, что хорошо сохранилась. Ты лучше скажи, эти бои хоть легальные?

– Говорю же, второй полуфинал, за титул чемпиона области. Я на первом был, зрелище отличное. Был там парнишка один, закачаешься.

– Витя, ты меня пугаешь. Когда стал мальчиками интересоваться?

– Ты становишься невыносима. – Выдохнул начальник.

– Вот, сам ходишь на соревнования, а говорил не твоё. Что-то ты мутишь, Виктор Евгеньевич, а?

– Всё! Давай, чтобы через пять минут я тебя здесь не видел! Билеты в конверте. Пока.

– До завтра.

Оксана смотрела на только что захлопнувшуюся дверь своего кабинета. И почему она не может полюбить Витю? Хороший ведь мужик, красивый, талантливый, и бизнес у него свой, собственноручно построенный, и терпит он её, такую нехочуху, уже сколько лет подряд. И ведь ни разу не упрекнул. Работу дал, когда помощи ждать было неоткуда, с квартирой помог, церберов своих из отдела кадров сдерживает, чтобы не порвали ненавистную соперницу. Что Оксану недолюбливал весь женский коллектив компании, никто особо и не скрывал. А за что, собственно её любить? Красивая, наглая, пользуется успехом у мужчин, при этом умудряется всех отшивать вот уже несколько лет подряд. Кстати, может, именно это Витю в узде и держит, что не один он такой страдалец? Не важно. О том, что красивая, едва ли кто поспорит: высокая, метр семьдесят шесть ростом девушка, с идеальной фигурой модели, длинными стройными ногами, которые так неприлично оголяются с наступлением тепла, большими голубыми глазами и слегка припухлые губами. Ну и что, что цвет глаз отталкивающе холодный, ведь в купе с таким же холодным оттенком, платиновый блонд волос, выглядит весьма эффектно. Грудь полная, третьего размера, длинная шея, ровные плечи, плоский живот и ни капли целлюлита. Идеальная кожа, лёгкий загар, который берётся буквально с первыми солнечными лучами, открытая белозубая улыбка. Завистницы называют её чудо пластической хирургии, но Оксана не обращает внимание, ведь никто доподлинно не знает, отчего такая красота вся ей досталась, а объяснять каждому, как-то не с руки. Вот и приходится закрывать глаза и уши, чтобы лишний раз не расстраиваться, когда приписывают очередной подвиг врачам-пластикам. И одевалась она на зависть всем: всегда короткие, недопустимо короткие в офисе платья, а сейчас, можно сказать, летом, так и вовсе сплошь шёлк и шифон, едва прикрывающий округлые бёдра. На неё дресс-код не распространяется. Всё по тем же слухам, как постоянная любовница босса, она имеет весьма заносчивый характер, поэтому с девочкой лучше не связываться. Вот и обходят её стороной, и друзья и недруги и те, кому просто всё равно.

За свои двадцать девять лет, к подобному обращению она привыкла. И уже давно не удивляется косым взглядам, прекращающимся разговорам в её присутствии. Нет, конечно, подруги были, казалось, только вот как только красавица и спортсменка весьма удачно вышла замуж, за такого же красавца и спортсмена, а по совместительству, совсем не бедного мужчину, подруги как-то быстро рассосались и предпочли не общаться. Просто так. Все. Одновременно. Через несколько лет после шикарной свадьбы, которая гремела на всю страну, был тихий развод. Настолько тихий, что некоторые до сих пор считают её замужней дамой. С тех пор прошло шесть лет, которые Оксана живёт в другом городе, совсем одна и кроме работы и поклонника Виктора, ничего примечательного за эти годы так и не приобрела. Развод она переживала достаточно тяжело, год практически не выходила на улицу, и если бы не тот самый Виктор, старинный друг, которого она знала ещё будучи студенткой, то неизвестно, где бы сейчас оказалась, в каком доме для душевнобольных. Он, как настоящий мужчина, пришёл, увидел, победил. Только любовный фронт так и остался для него закрытой темой. До сих пор и пробивает бронь, которая так удачно отбивает все его атаки несколько лет подряд. Он не дарит дорогих подарков, символических украшений, это пройдённый этап, причём пройдённый весьма неудачно, но имеет право поздравить с днём рождения и с восьмым марта, но поздравления принимаются в виде цветов и открыток. Сегодня решил предложить девушке развеяться, предоставив ей билеты на борьбу, которой она увлекается ещё с молодости. Ничего конкретного, просто любит спорт и красивых мужчин, хотя бы поглазеть. И Оксана билеты приняла с удовольствием, потому что давно никуда не выбиралась, только вот времени, чтобы привести себя в порядок совсем не остаётся, до начала поединка чуть больше часа, а значит, домой доехать она не успеет. Придётся идти в чём есть, а есть сегодня лёгкое шифоновое платьице пастельного лимонного цвета, длиной едва достающего до середины бедра, и, в общем-то, всё. Босоножки, клатч и бельё не в счёт!

Тяжко выдохнув, Оксана поднялась с насиженного места, устало добрела до личной туалетной комнаты, которую так милостиво уступил ей Виктор при планировке кабинетов, улыбнулась своему отражению в зеркале, подправила и без того идеальный макияж.

– И всё-таки я неплохо сохранилась. – Проговорила сама себе, состроила надменную физиономию и с чувством преисполненного достоинства из своего кабинета вышла.

Продефилировала перед секретариатом к лифту.

– Оксана Владимировна, у нас остались нерешённые вопросы. – Защебетала девочка из отдела сбыта, которая по какой-то причине оказалась в месте, где клубятся все последние сплетни столетия.

– Не волнуйтесь, Леночка, мы всё урегулируем завтра, – мило улыбнулась она, ставя нерадивую сотрудницу на место, – Виктор Евгеньевич в курсе, что меня уже нет. Завтра не опаздывайте. – И с этими словами вошла в лифт, всё так же улыбаясь.

И ей совсем не обязательно слышать попугаичьи кривляния вслед.

– Как же я от всего этого устала… Господи, дай мне силы.

Совсем тихо, практически не слышно, проговорила она сама себе в лифте, прислонившись к зеркальной стенке. Кто бы знал, как нелегко даются ей все эти улыбки, ужимки, заигрывания, только чтобы соответствовать внешнему виду, который она практически возненавидела. Никогда не любила таких вот куколок, которые только и могут, что строить глазки, и, кто бы мог подумать, что однажды отказавшись от этого опостылевшего образа, ей придётся вернуться к нему вновь.

Как только двери лифта открылись, она снова улыбалась всем и вся, ловила завистливые взгляды, и благосклонно принимала приветственные кивки головы проходящих мимо мужчин. Именно мужчин, женщины с ней демонстративно не здоровались, и не важно, знали её или нет, просто не воспринимали как сотрудника и всё.

Вышла через стеклянные двери на улицу, вдохнула приятный весенний воздух полной грудью. Лёгкий ветерок раздувал подол платья, заставляя ловить его лоскуты в потоках воздуха. Мерлин Монро отдыхает! Села в заказанное заранее такси и отправилась навстречу приключениям.

«Так, что мы знаем о кикбоксинге?», – спрашивала она саму себя. «А знаем мы совсем немного. Достаточно жёсткий вид спорта, мужской, никогда не понимала женщин, способных вот так же рисковать собственным здоровьем, но это так, отступление. Что ещё? Ещё знаем, что в зависимости от степени этой самой жёсткости, меняется внешний вид бойцов», и Оксана искренне надеялась увидеть сегодня мужчин исключительно в спортивных шортах, из защиты на которых только бинты и перчатки. Кровожадная, можно подумать со стороны, но нет, просто это очень сексуально, а для женщины, не имеющей практически никаких контактов за много лет, безумно сексуально.

Возле входа в спортклуб толпились люди. Были и зрители, были и организаторы, были и сумасшедшие фанатки, с плакатами бойцов в руках, и, как ни странно, женщины в этой толпе доминировали.

Как выяснилось при прохождения регистрации, билеты на соревнование являлись редкой удачей, поговаривали, что основная масса ушла в первые несколько часов после поступления в продажу. И кто бы мог подумать, что в таком, без ложной скромности, провинциальном городке, будут так увлекаться боксом? Так вот, выяснилось это неожиданно, в тот момент, когда один из секьюрити взял билет в руки и поинтересовался, когда же придёт обладатель второго места, а выяснив, что место пустует, предложил за любые деньги выкупить его.

– Нет, нет, что вы, берите так. Мне они ничего не стоили. – Отказывалась от вознаграждения Оксана. Могла бы по спекулировать, но, чего уж там, молодой симпатичный парнишка, так приятно улыбался, захотелось сделать доброе дело. – Только обещайте, что этот билет достанется симпатичному мужчине средних лет с обворожительной улыбкой. Не хочу во время ликований болельщиков попасть под раздачу. – Игриво засмеялась она.

А парень, без капли смущения, окинул её оценивающим взглядом и подмигнул.

– Не волнуйся, подберу кого-нибудь посерьёзнее. – Заверил тот и указал направление.

Можно было бы сказать, что уютно устроившись, Оксана внимательно наблюдала за происходящим на ринге, но это было бы очень условно. И мало того, что устроилась она совсем не уютно, да и разве можно говорить об уюте, когда вокруг всё время скандируют боевые кричалки, размахивают плакатами и ещё до боя готовы подраться между собой за первенство. Да и сам бой почему-то не начинался. Полчаса хаоса, сделали своё дело и Оксана уже готова была покинуть место боевых действий, как вдруг все затихли, на ринге появился рефери в белоснежной рубашке и в неизменной бабочке. Спрашивается, зачем ему такой официальный вид, если сейчас будет происходить едва ли не смертоубийство, ан нет, правила есть правила и пусть хоть что-нибудь напоминает нам, что это не уличная потасовка, а цивилизованное мероприятие. Место рядом по-прежнему пустовало, стало как-то обидно, так надеялась на хорошую кампанию, не отказалась бы от популярного объяснения правил и ввода в смысл этого спорта. Вздохнула, поджала губы, потом так же легко улыбнулась и старалась вслушиваться в слова ведущего. Он представлял благодарным зрителям, кого сейчас предстоит лицезреть, зачитывал звания и регалии, и всё это под оглушительный рёв толпы (по крайней мере, толпа ревела, когда появился один из претендентов на участие в финале). В этот момент, по какой-то необъяснимой причине, Оксана, вместо того, чтобы внимательно рассматривать спортсмена, красивого, накачанного, с голой грудью и твёрдым прессом, вырвала из толпы того самого парнишку, который так активно выпрашивал её билет. Он шёл впереди вдоль ринга, за ним, не отставая, вышагивал представительный мужчина, лет тридцати пяти, высокий, мощный, ухоженный и можно даже сказать, симпатичный. Она уже успела порадоваться, что скучать не придётся. И если даже этот мужчина беседовать откажется (слишком уж он серьёзно настроен), вполне можно будет поболтать с пареньком, который как раз её в толпе и выискивает. Молодой человек, встретившись с Оксаной взглядом, ещё разок подмигнул, что-то шепнул мужчине за собой и развернулся, удаляясь в обратном направлении. Обидно. А как всё хорошо начиналось. С молодыми парнями у Оксаны отношения складывались намного лучше, чем вот с такими дядечками и дело здесь вовсе не в её предпочтениях, просто эти самые дядечки никак не хотели воспринимать девушку всерьёз, а разубеждать их в своей неадекватности Оксана не спешила (а о какой адекватности может идти речь, если девушка в почти тридцать лет, выглядит как кукла Барби?). Так вот, этот самый мужчина, которому Оксана пожертвовала свой второй билетик, несколько хамовато протиснулся между ней и креслом ниже сидящего зрителя, при этом наступил на кончик белоснежной туфли, и даже не думал извиняться. Несколько секунд после недоразумения, Оксана, как любая приличная девушка в ожидании извинений, пилила взглядом незнакомца, а когда тот повернулся, и вопрошающе посмотрел в ответ, всё стало на свои места. Извиняться он не собирается, заводить знакомство, кстати, тоже, так, отделался как от назойливой мухи, поэтому Оксана, так же демонстративно отвернулась, пытаясь сконцентрироваться на ринге.

Было некомфортно, да и взгляд то и дело, возвращался к угрюмому незнакомцу, которого, казалось, не волновало ничего, кроме этого самого боя. Он сконцентрировано наблюдал за происходящим, взглядом сопровождал каждое движение, каждый удар, но при этом не проявлял никаких эмоций. Сторонний наблюдатель, ни больше, ни меньше. По таким же необъяснимым причинам, его невнимание к собственной персоне, Оксану с каждой минутой злило всё больше и больше. Что ту скрывать, к повышенному возбуждению мужчин в своём присутствии она привыкла с юности, её баловали, ею восхищались и девушке всегда казалось, что это в порядке вещей. Она уверяла всех вокруг и себя саму, что устаёт от пристального и навязчивого внимания, а вот сейчас, когда его напрочь лишена, вдруг улыбнулась, понимая, что со стороны похожа на зазвездившую певичку, которая каждый раз закатывает глаза на толпы поклонников, со словами, «когда же это закончится». Мужчина был полностью сосредоточен на бое. И не сказать, что она хотела этого самого внимания, а тут, толи непрощённая туфелька не давала покоя, толи его выражение лица, когда он смотрел на Оксану в упор, но складывалось такое впечатление, что этот мужчина в её жизни чрезвычайно важен, и завоевать его внимание становится первостепенной задачей. Скорее, здоровый азарт, чем искреннее желание общаться, но главное что цель есть. Присмотрелась внимательно: взрослый, серьёзный, не красавец, но обладающий мужским шармом и магнетизмом, видно, что настоящий мужчина, отвечающий за свои слова. Достаточно крепкий, даже слишком, локти напряжённо упираются в колени, ладони прижаты к подбородку, а пальцы, не позволяют рассмотреть его лицо. Не заметила, как стала не просто поглядывать на мужчину, а самым настоящим образом пялиться на него. Оценила пухлые губы, ровный нос, глаза были не видны. Мощные ладони, длинные пальцы с широким платиновым кольцом на мизинце левой руки, который как раз сейчас подпирает массивный подбородок.

– Девушка, вы что-то хотели? – Нехотя повернувшись через несколько мгновений после сказанного, мужчина окинул Оксану взглядом, несколько рассеянным, слегка удивлённым, и только потом он перерос в проникновенный, оценивающий.

– Вы мне на ногу наступили! – Тут же возмутилась Оксана, вспомнив былые обиды и гордо задрала подбородок.

– Х-м… Когда же это?

– Когда усаживались. – Оценив его небрежный тон по достоинству, так же безразлично ответила она и показательно отвернулась, не желая общаться с этим хамом.

– Извините, не заметил. – Как-то добрее, что ли, отозвался мужчина, теперь уже он не сводил взгляда с незнакомки. – Опаздывал просто, не хотел пропустить бой.

– Это вас не оправдывает.

– Согласен. – Видя, что девушка продолжать общение не спешит, незнакомец перенял инициативу. – Может, я смогу загладить вину ужином в ресторане?

– Нет. – Категорично ответила она, больше не взирая на хама, который, по-видимому, хорошо её рассмотрел, оттого теперь и расстилается. Такое чувство, что когда ты наступаешь на ногу скромнице, извиняться не нужно. Хам, он и есть! – Устных извинений вполне достаточно.

Нервно потеребив сумочку под пристальным взглядом, Оксана постаралась вникнуть в происходящее на ринге.

– Тогда извините ещё раз. – Расковано улыбнулся тот. Она не видела, но была в этом уверена, слишком часто приходилось иметь дело с подобными индивидами.

Больше признаков активности и каких-либо поползновений в сторону Оксаны, незнакомец не проявлял, только изредка покашливал, уж непонятно отчего, и менял позу, стараясь сесть более располагающе. Напряжение, с которым он наблюдал за первыми боями прошло, теперь вполне спокойно и даже с некоторой неохотой, отслеживал движения спортсменов. Да и самой Оксане стало скучно, на ринге особой активности не наблюдалось, мужчина с правого бока раздражал своим молчанием и внимательным взглядом, а слева, наоборот, молодые люди вели себя слишком активно. Не в её правилах было покидать подобные мероприятия в самый их разгар, но сегодня настроения остаться не было категорически и, досмотрев выступление действующих бойцов, Оксана решила направиться к выходу. Вытянула шею, анализируя наиболее удобный путь для отступления, надо было успеть до появления следующих кандидатов на путёвку в финал и самым удачным оказался вариант, предполагающий движение как раз в сторону хама. Резко поднявшись с места, она поправила платье, обтянув его с боков, бросила на оживившегося незнакомца быстрый презрительный взгляд и решительно двинулась вперёд, нарочно надавливая каблуком на край его дорогого туфля.

– Извините. – Громко и дерзко проговорила она, встретив его довольный смеющийся взгляд, тут же порозовела от смущения: огромные серые глаза излучали тепло и ласку, губы расползались в улыбке, а сам мужчина откинулся на неудобное сидение, пропуская.

– Да нет проблем. – Пробормотал он ей вслед.

Засмотрелся, пожевал губами, оценивая фигуристую блондиночку со строптивым характером, после нескольких движений её бёдер приятно заныло в паху, отчего пришлось резко выдохнуть и мотнуть головой, стряхивая наваждение. И самое замечательное во всём этом то, что девушка, вовсе не старалась привлечь к себе внимание (в общепринятом смысле этого выражения). Нет, она, конечно специально наступила, возвращая его же оплошность, но тот триумф, который в этот момент отразился на прекрасном личике, того стоил. Даже больше, он бы ещё раз наступил на ногу, только бы уловить долю внимания. Но вот её походка, которая просто кричала о независимости и свободе от общественного мнения, неимоверно радовала. Андрею частенько приходилось ловить на себе заинтересованные взгляды местных хищниц, слушать их бестолковые речи, терпеть неуместное кокетство, но сегодня, к сожалению, девушка на него подобных планов не имела. А жаль… он бы скоротал ночку в её обществе. Да и вообще, она была довольно-таки приятной, не смотря на показательную строгость. Тонкий аромат духов говорил как раз о покладистости и интеллигентности его обладательницы, а весь внешний вид придавал ощущение лёгкости, которой так не хватало в обыденной жизни. В один момент бой перестал интересовать, да и всё, что было необходимо, рассмотреть Андрей успел, так что можно было спокойно покинуть зал соревнований, без зазрения совести. И он направился вслед за незнакомкой.

Оксана шла по просторному холлу спортивного клуба, надо же, а во время давки он казался до ужаса крохотным, ещё и мысленно возмутилась, как в подобном заведении, можно было настолько сэкономить на масштабах. А теперь вот ничего, вроде и вполне обычные размеры. Ближе к выходу встретила знакомое лицо, сразу не сориентировалась, только потом, когда молодой человек окликнул, вспомнила, что это тот самый секьюрити, который обещал хорошего соседа.

– А вот и ты! – С ходу, наиграно грозно проговорила она, указывая на него пальцем и двинулась к парню.

– А вот и я. – Разулыбался тот, не обращая внимания на разъярённый взгляд девушки. И чуть ли руки не вытянул вперёд для объятий, приветствуя её в очередной раз. – Чем малышка недовольна?

Оксана тут же успокоилась, надо же, малышка, хотя невооружённым взглядом видно, что паренёк однозначно моложе её, но если учитывать исключительно габариты, то на малышку она вполне сойдёт.

– Зачем ты подсунул мне этого сноба? – Вспомнив о своей обиде, пошла она в наступление, тыкая в накачанную грудь острым ногтем.

– Андрей Сергеевич не сноб. Просто сегодня важный поединок.

– Это его не оправдывает. Оттоптал мне все ноги, нахамил, и вообще, испортил настроение.

– Так уж и все ноги? – Поддел проходящий мимо, тот самый Андрей Сергеевич, слегка приобняв Оксану за талию, тут же под её строгим взглядом примирительно отступил.

– Все. – Настаивала она, даже не думая отступить от обвинений.

Но продолжать занимательную дискуссию, мужчина намерен не был, ещё раз извинился, широко улыбнулся, демонстрируя ровные белые зубы и невозмутимо проследовал мимо болтающей парочки к выходу, не обернувшись.

– Вот видишь, – вздохнула она, как только тот скрылся из виду, – как с таким можно разговаривать? Весь вечер испортил.

– Да брось, мне даже показалось, что он имеет на тебя виды. – Заговорщицки шепнул парень, ей на ухо, издевательски улыбаясь.

– Боже, упаси.

Оксана засмотрелась на широкую улыбку, и улыбнулась в ответ, парень однозначно ей нравился.

– А как тебя зовут? – Опомнилась она, немного смутившись. – Вроде уже и на «ты», а до сих пор не знакомы.

– И я Андрей.

– Шутишь?

– Отчего же, чистейшая правда. А как твоё имя?

– Ну, вот… я уже хотела ответить, что меня не зовут, я сама прихожу, а ты снова всё испортил и лишил меня такого удовольствия!

– Ох и вредная же ты, таинственная незнакомка, всё виноватых ищешь. Всыпать бы тебя ремня! – Андрей тут же взялся за пряжку, угрожая расправой.

– Так, так, так, тебе по рангу не положено. Уважай старших!

– Ой, старшая мне нашлась! – Фыркнул Андрей, но на всякий случай присмотрелся внимательнее.

– Оксана. – Она протянула руку. – Оксана Дементьева. Будем знакомы.

– Будем. – Он крепко пожал протянутые пальчики. – Придёшь на финал?

Скептически глянула на него, задумалась, но тут же опомнилась.

– Куда там, наверняка билетов уже нет. Я, честно говоря, и не знала, что в нашем городе проходят подобные соревнования. Или у тебя другие предложения?

– Что, намекаешь, чтобы я тебе в следующий раз билетик подсуетил? – Хитро прищурился парень.

– Ну, должна же быть выгода из нашего с тобой знакомства! Ты мне, я тебе. Неужели Андрей Сергеевич не отблагодарил?

– Выгода быть должна. Только не в этот раз. Я вообще-то здесь не работаю, а тренируюсь, – Андрей озадаченно почесал затылок, вроде как извиняясь, – друг попросил подменить, так что вряд ли получится. Да и вообще, когда мы ещё встретимся…

– Почему?

– Ну… Не такая ты девушка, чтобы встречаться с бедным студентом.

– Так уж и студентом?

Оксана поддела ногтем браслет дорогих часов, оценивающе осмотрела футболку, дизайнерское драньё на джинсах. Незаметно для себя начала кокетничать, хотя ранее за собой подобного не замечала. Да и парень держался в стороне не смотря на интимность разговора, беседа, скорее, походила на дружескую, чем нечто большее, по крайней мере, для неё.

– Ну, не совсем студентом. А вообще у меня девушка есть.

– Красивая?

– Хорошая. – Уже более серьёзно отозвался парень. – А насчёт красоты… мне нравится.

– Ну и отлично. – Облегчённо вздохнула Оксана, осознавая, что её настроение парень понял правильно и предлагать что-то большее так же не собирается. – Это самое главное. А насчёт встречи ты зря отказываешься, предлагаю дружбу. Готова лично похвалить тебя перед твоей любимой за стойкость.

– Было бы не плохо, очень уж она ревнивая. – Неохотно отозвался Андрей едва заметно улыбаясь.

– Ну, тогда пока, если что, расскажешь, кто победил.

– Обязательно. Пока.

Надо же, как приятно иногда вот такое будничное общение. Без подводных камней, без обязательств и при этом не чувствуешь себя так обречённо. С парнишкой обязательно нужно продолжить знакомство.

Вечер, как и сам день, выдался весьма тёплым, правда ветерок стал более настойчивым, так и норовил задрать подол лёгкого платья повыше. Ехать домой не хотелось абсолютно, позвонить некому, остался вариант прогуляться в одиночестве, но и ему не суждено было сбыться. Из-за угла спорт-клуба вырулил огромный джип и на приличной скорости в два счёта догнал Оксану, резко затормозил у обочины, привлекая внимание и как контрольное предупреждение, сверкнул фарами. Сразу же, из-за руля припаркованного автомобиля вышел мужчина, который удивительно походил на хамоватого мужика из клуба. Андрей Сергеевич, если Оксана всё запомнила верно.

– Девушка, не подскажите, где находится улица Рокоссовского? – Со скрытой улыбкой уверенно начал он, подходя всё ближе, пока не остановился от Оксаны на расстоянии вытянутой руки.

– Подскажу. Вы только что с неё свернули. – Не отводя взгляда от хитрых глаз, улыбнулась она и теперь уже вполне открыто могла насладиться их потрясающим видом. Серые, глубокие, в которых тонешь как в омуте.

– Да неужели? А я вот, не поверите, заблудился. А как вас зовут? – Сходу выпалил он и вцепился взглядом.

– Оксана.

Быстрый, и, скорее всего, достоверный ответ, застал Андрея врасплох, на что он тут же отреагировал вздохом облегчения.

– Признаться, думал с тобой будет сложнее. – Не скрыл он своего удовлетворения. – Знаешь, каким будет мой следующий вопрос?

– М-м, дай-ка подумать… ты хочешь знать, где находятся ключ от квартиры, где деньги лежат?

– Почти. – Расхохотался Андрей, теперь уже придерживая обладательницу острого язычка под локоть. – Хотел подвезти тебя. Как? Одобряешь?

– Нет. – Строго и категорично ответила девушка, тут же отводя руку в сторону. – Я не сажусь в машину к малознакомым мужчинам.

– Вот как? Значит, признаёшь, что мы всё-таки знакомы?

– Да, мне известно, что вас зовут Андрей Сергеевич.

– Да? – Насторожился мужчина. – Что ещё? – Продолжил он как-то резко, Оксану от подобного тона передёрнуло и она сделала шаг назад.

– Да, собственно, на этом всё. А что, я должна знать ещё что-то существенное?

Её несколько покоробил тон нового знакомого, его резкая смена настроения и слегка подозрительный взгляд.

– Андрей, парень на выходе сказал твоё имя. – Пояснила она и серые глаза напротив улыбнулись.

– А-а? Ну, тогда понятно. Так что, передумала, насчёт совместной поездки?

– Нисколько. – Оксана гордо вздёрнула подбородок, в который раз отмечая, что она сегодня явно в ударе.

– Красавица, я от тебя балдею. А как, если не секрет, собираешься добираться? – Андрей ещё немного приблизился и теперь в полной мере мог насладиться и шлейфом сладковатых духов и пронзительным взглядом голубых глаз, который, не смотря на свой холодный оттенок не отталкивал. Он разглядывал её без утайки, с лёгким придыханием, слегка наклонив голову в сторону.

– Пройдусь, потом вызову такси. Не решила ещё. Я в этом районе бываю крайне редко, но знаю, что есть красивый парк, да и поющий фонтан недалеко. Думаю, будет, чем заняться.

– Фонтан отключили – это раз. Я настаиваю на «подвезти» – это два. И я очень не люблю, когда мне перечат – это три.

Вроде и спокойно, но как-то угрожающе проговорил мужчина и встал к Оксане вплотную, одновременно и пугая, и заставляя предвкушать возможное общение. Его глаза улыбались, лицо же, оставалось абсолютно серьёзным, одной рукой он придерживал Оксану за талию, ненавязчиво подталкивая в сторону машины.

– Ты слишком настойчив.

– А ты хочешь казаться слишком лёгкой добычей, красавица. Я уже понял, что мне сегодня не светит. Садись.

Он кивнул в сторону машины и тут же открыл дверцу авто.

– Я вас боюсь. – С вызовом бросила она и сама подошла, становясь вплотную.

– Думаю, твои страхи обоснованы. – Показательно втянул аромат её духов, проводя носом в миллиметре от её шеи снизу вверх, облизнул нижнюю губу. – Но сегодня обещаю не насиловать. Так как?

– После такого обещания, даже и не знаю.

Андрей Сергеевич страха и ужаса не внушал, наоборот был достаточно мягок и достаточно настойчив, приятный тембр голоса ласкал слух, а его желание угодить дозволяло пошалить. Оксана эротично закусила нижнюю губу, вдруг захотелось поиграть в плохую девочку, да и внутренняя сила этого мужчины притягивала как мотылька на свет.

– А ты подумай. – Прошептал на ухо Андрей и тут же заглянул в глаза.

Его дыхание волновало, его близость заставляла низ живота подтягиваться, сокращаясь, его запах манил, а его бархатный шёпот расслаблял. Сегодня ей явно предстоит согрешить, а главное, как этого хочется… Впервые за длительный срок после развода, Оксана могла с уверенностью заявить, что перед ней стоит настоящий мужчина, который угождает женской прихоти словно бизнесмен, делая вклад в скорую отдачу, он знает кем является и что хочет от себя и от других. Он сильный и его силы хватит, чтобы усмирить буйную натуру любой строптивицы и Оксане эти его качества нравились.

– Мне кажется, или ты внимательно смотрел бой, с чего вдруг такие кардинальные перемены в планах?

Очень хотелось прыгнуть на переднее сидение этого шикарного авто и упорхнуть в неизвестном направлении, но прощупать почву было самым правильным. Слишком быстро она среагировала на буйство гормонов. А всё весна.

– Да. Настолько внимательно, что посмел нарушить твой покой.

– И всё-таки. Мне интересно.

– Ну, если интересно, то я увидел то, что хотел, меня интересовала определённая весовая категория, бойцы выступали в начале. Задерживаться дольше не было смысла, а если ещё такая шикарная женщина уходит не оставив адреса или номера телефона, то и вовсе бросишь всё.

– А почему напрягся, когда я назвала тебя по имени? Завидный жених?

– Как посмотреть. – Философски потянул он, оглядываясь по сторонам. – Пока никто не жаловался.

Хмыкнула, ответ вполне удовлетворил. И дело здесь вовсе не в комплиментах, просто Оксана любит честность. Подошла к двери и оглянулась, на сияющего Андрея.

– И запомни, ты обещал. – С зазывной улыбкой, наконец, согласилась она, и ловко забралась в автомобиль.

Уже в пути спросив адрес, Андрей резко перестроился и теперь двигался в нужном направлении, похоже, в его планы везти девушку к себе не входило, как обидно, небольшое приключение было бы как раз в тему, вот уж эти честные мужчины… А вести Андрея Сергеевича в свою коморку Оксане было немного неловко. Она бросила на него несколько вопросительных взглядов и первой решилась на начало разговора.

– Можно вопрос? – Начала она, чтобы привлечь к себе внимание.

– Даже два.

– Какой щедрый… Так вот, мой вопрос: почему ты обратил на меня внимание; но предупреждаю сразу, если скажешь, что моя внешность, то дам в левый глаз.

– Уже боюсь.

– А есть повод бояться?

– Думаешь нет? Тогда ты явно давно не смотрела на себя в зеркало. – Андрей скептически изогнул бровь, окинул Оксану быстрым оценивающим взглядом, словно не насмотрелся до этого и подмигнул. – Ты красивая девушка, Оксана, и твоя внешность – это первое, на что обращают внимание окружающие. Ты уж мне поверь. А если кто скажет, что с первого раза разглядел в тебе широкой души человека – не верь.

– Как откровенно. Но мог бы и соврать.

– А зачем мне тебя обманывать?

– Есть масса вариантов.

– Каких, например?

– Ты хочешь затащить меня в постель, и нужно усыпить бдительность, – начала загибать пальцы девушка, перечисляя, – ты обиделся за свои туфли и теперь будешь мне мстить долго и упорно, либо тебя задела моя резкость и невнимание и поэтому хочешь поставить меня на место…

– Ну, хватит, хватит, я понял, – перебил он, смеясь – как можно жить в этом мире, никому не доверяя? Такая милая. С другой стороны, что удивительного в том, что я хочу затащить тебя в постель? Вариант с туфлями можно смело отметать, а вот насчёт невнимания… стоит задуматься, может тебя стоит наказать?

– А ты сам-то доверяешь кому-нибудь?

– Тоже логично. – Пожал плечами Андрей. – И ты права, я доверяю узкому кругу лиц, но что-то мне подсказывает, что ты очень быстро окажешься среди них.

– Не льсти.

– И не думал. Так что, насчёт доверия?

– Знаешь, а у меня нет даже этого узкого круга лиц, как у тебя.

– Как грустно, я сейчас заплачу. А как же родители, подруги, может, друзья? Любимый человек, на крайний случай?

– Как ловко ты прощупываешь почву, однако. – Пожурила Оксана, несильно толкнув мужчину в плечо. – Чутьё мне подсказывает, что ты знатный аферист, не зря тебя все знают.

– Все – это кто?

– Ну, вот хотя бы тот самый охранник. Он, кстати, сказал мне, что вовсе и не охранник, а там тренируется, при этом знает тебя по имени и отчеству.

– Просто мы знакомы.

– Понятно, хотя и неожиданно. Ты, кстати, производишь впечатление нелюдимого человека, а оказалось совсем наоборот, с тобой легко и непринуждённо.

– Мы просто ещё мало общаемся. Скоро ты запоёшь совсем по-другому. Хотя, ты ведь мне не сотрудница, может, и сойдёмся. Я люблю командовать везде и во всём, потому что привык за всё отвечать. Я не требую от своих любовниц приносить в зубах тапочки, но хочу уважения и я его имею. К тому же, к тебе у меня есть определённый интерес и спугнуть своим поведением раньше времени не имеет смысла.

– Очень даже может быть.

– Ты замужем, встречаешься с кем-нибудь?

Неожиданно спросил Андрей, чем заставил насторожиться. Слишком резко он перешёл к личному и сокровенному, хоть никакого секрета эта информация и не представляла.

– Это ты намекаешь, что я так и не ответила на вопрос о близких людях?

– Нет, я бы хотел услышать конкретный ответ на поставленный вопрос.

– Отвечу не совсем конкретно, но ты поймёшь. Если бы я была замужем, то мы бы никогда не встретились при подобных обстоятельствах.

– Что так?

– Много причин. Первая и самая важная, что, будучи замужем, я бы не была на этих боях в одиночестве. Да и вообще на боях бы не была. В слово семья я вкладываю глубокий смысл и очень дорожу тем, что имею. А обязанность женщины хранить домашний очаг. Знаю, такое восприятие немного приторно, но я не могу представить себя через несколько лет, сидя в душном офисе под косыми взглядами, за кипой бумаг.

Андрей не мог не отметить, что ответы Оксана не придумывает, она их знает, говорит, что чувствует, а это весьма не свойственно молодым особам, желающим познакомиться с ним ближе. Она вообще была не такая как все: не пыталась угодить, угадать то, что он хочет услышать, не заглядывала заискивающе в глаза, но при этом вела свою игру и уверенно шла к её завершению, поэтому и разговор кажется непринуждённым.

– То есть ищешь мужчину, который бы полностью тебя обеспечивал?

– Ну, ты слишком грубо об этом сказал, с явным подтекстом. Да, деньги в этой жизни решают многое, и не каждый может отказаться от перспективы их иметь, но говоря о семье, я имела в виду несколько иное. Да, я не хочу работать и приходить домой уставшая как загнанная лошадь, не хочу срываться на своей семье, когда меня достал начальник, я хочу заниматься домом и детьми, но это вовсе не означает, что мне нужен олигарх. Ты несколько презрительно произнёс это словосочетание «полностью обеспечивать». Я предпочитаю, чтобы меня любили, а не покупали.

– То есть если влюбишься в рядового инженера, его положение в обществе не будет иметь особого значения?

– Тоже немного утрировано, но да, в целом ты прав. Правда, стоит внести некоторые поправки, – Оксана озорно улыбнулась, – я сложный человек, имею некоторые успехи, у меня определённые жизненные интересы и есть свои цели, поэтому вряд ли смогу полюбить обычного, ни к чему не стремящегося человека, без цели, без смысла, плывущего по течению. А если человек к чему-то стремится, любит дело, которым занимается, вкладывает в него нечто большее, чем обычная рабсила, то и успехов добьётся на раз. А, следовательно, будет иметь и достаток, с чего, собственно всё и началось. – Подвела она итог.

– Как хитро закрутила! Вроде и не корыстная, но всё же.

– А при чём здесь корысть? Люблю уверенных в себе мужчин, знающих цену себе и тем, кто рядом с ними. А чем они, эти мужчины, занимаются, для меня не столь важно.

– То есть перспективного студента ты примешь под крылышко?

– Боюсь, мне не по возрасту. – Неловко улыбнулась Оксана.

– Кстати, о возрасте, ты очень грамотно рассуждаешь, и мне что-то усердно подсказывает, что тебе уже не двадцать три, как я определил сначала.

– Ты меня смешишь! – В подтверждение своих слов, Оксана и правда, заливисто засмеялась. – Мне двадцать девять, и не говори, что удивлён.

– Меня скорее удивляет другое, что такая девушка как ты, с твоей философий и взглядами на жизнь до сих пор одна. Как? Неужели не было претендентов?

Было заметно, что каждый вопрос Андрея не является спонтанным, он уверенно и размеренно ведёт её в нужную сторону, вовремя корректируя беседу. И Оксана это понимала, но не видела смысла препираться и что-либо скрывать. С ним вообще было интересно беседовать на личные темы, странное чувство рядом с незнакомым мужчиной.

– Ну, почему же не было, были. И замужем я была.

– Развелась? – Как пёс за сахарную косточку уцепился Андрей за эту информацию.

– Развелась.

– Почему?

Вместо ответа Оксана пожала плечами, казалось, и сама задумалась над этим вопросом, но не стала углубляться. Историю своего развода она не рассказывала никому и никогда. Могла бы говорить, что не сошлись характерами, либо поливать бывшего супруга грязью, но чаще хотелось рассказать, каким замечательным мужем он был практически четыре года. Каким внимательным и заботливым. Но для себя решила просто игнорировать подобные вопросы.

– Не хочу говорить об этом. – Уклончиво ответила она и грустно улыбнулась.

– Он был не таким, как обещал?

– Почему же, таким. Но… этот человек, скажем так, не достойный нашего с тобой внимания. Не хочу о нём говорить и всё.

– Обидел? – Вкрадчиво, более тихим, доверительным тоном продолжал давить Андрей.

– Нет, просто не достоит нашего внимания. Пусть это будет мой тебе ответ.

– Пусть.

Андрей заметно напрягся, о чём-то задумался.

– И детей, значит, любишь?

– Люблю. А у тебя есть дети?

– Нет, как-то не сложилось. Да и не стремился я к семье. Дело своё строил, любовницы меня вполне устраивали. А ты? Извини, конечно, но ты не похожа на ту самую хранительницу очага, о которой рассуждала. Внешность, знаешь ли, многое говорит о человеке и о тебе можно сказать что угодно, но только не как о примерной жене.

– Я маскируюсь. – Засмеялась Оксана. – Внешность обманчива, да и умную жену мало кто выберет. В жёны как раз выбирают девушку попроще, чтобы вовремя можно было заткнуть ей рот, поставить на место, и чтобы она ни в коем случае, не претендовала на роль главы семейства. Умные женщины как раз и маскируются, чтобы под шумок устроить свою ячейку общества.

– А ты вот так раскрываешь передо мной карты? Не списывай со счетов так быстро, я ещё поборюсь.

– Ой, ли, Андрей Сергеевич. Вы меня раскусите, как бы искусно я не притворялась. Да и зачем? Такие как ты, не прими за комплимент, самодостаточные мужчины, предпочитают видеть рядом с собой равного.

– Ты психолог по образованию?

– Нет, просто я женщина с жизненным опытом.

– Понятно. Чтобы ещё такое спросить, а? Ехать ещё долго, а картинку с тебя я, в принципе, уже срисовал. Может, как ты относишься к изменам в браке? Раз уж у нас такая серьёзная тема.

– Да, для первой встречи тема действительно, не подходящая. – Оксана немного замялась, подбирая слова. – А если говорить об изменах, то я вообще не понимаю, зачем жениться, если об этом думаешь.

– Вот как? То есть неприемлемо?

– Ни в коем случае. Измена – это табу.

– А как тогда, если понимаешь, что ошибся? Или встретил другого (другую), захотелось, в конце концов.

– Развестись, разойтись – если ещё не женаты. Изменять зачем? Если тебе чего-то не хватает, лучше не мучиться.

– А если уже есть дети?

– Тем более. Дети чувствуют фальшь, и никогда не стоит сохранять семью, если чувств и отношений как таковых уже нет. Мне кажется, это только усугубляет.

– Рубишь с плеча?

– Нет, Андрей, просто это моя точка зрения. Не вижу смысла обманывать человека, который когда-то был тебе дорог.

– А как же привычка, ведь со временем хочется разнообразия?

– Нет ничего такого, чего нельзя достичь при желании.

– То есть ты готова на сексуальные эксперименты, если супруг этого попросит?

– Андрей, ты как-то резко перескочил, тебе не кажется? – Оксана покосилась на него, правда, не скрыла улыбки, а тот продолжал смотреть на дорогу, не отвлекаясь.

– Вовсе нет. Ведь самым большим камнем преткновения как раз являются отношения в постели. Или ты так не считаешь, ведь была замужем?

– Ну, в твоих словах есть доля правды. А может и не доля… А так, да, лично я открыта для новых просторов. Не вижу ничего сомнительного в том, чтобы пробовать что-то новое, в пределах разумного, конечно. Если это действительно нужно и если это заведомо несёт положительный результат. К тому же, ролевые игры здорово разнообразят отношения, и здесь уже стоит другой вопрос, вопрос доверия друг к другу.

– Это значит «да»?

– Да.

– Приехали. – Поджав губы, констатировал Андрей, резко развернулся на месте и пригвоздил Оксану тяжёлым взглядом.

– Как-то быстро.

– Наверно. Так что?

– Ты о чём?

– Играешь со мной?

– И не думала.

Чувствовалось напряжение, возбуждение, не скрытое желание обоих, тяжёлое дыхание, горячие взгляды и громкие удары сердца в глубокой тишине.

– А ты, случайно, не Доминант?

Оксана отстегнула ремень безопасности, удобнее перехватила сумочку, чувствуя на себе заинтересованный вопросительный взгляд и повернулась, принимая его.

– Не перестаёшь меня удивлять, красавица. Наслышана о БДСМ-культуре?

– Именно наслышана. Ты слишком серьёзно подошёл к нашему разговору, вёл меня к нужной тебе теме, осторожно, чтобы не спугнуть, – томно шептала девушка, приближаясь к губам мужчины, – твой голос спокойный и ровный, тон покровительственный, но весь смысл всё равно свёлся к вопросам секса. Признайся, ведь ты с самого начала думал именно об этом.

– Если скажу «нет» – совру, если скажу «да» – тоже будет не совсем верно. Ты умная девочка, слишком умная, – так же соблазнительно, в тон самой Оксане шептал Андрей, не нарушая установленных границ, – знаешь ведь, что большинство представителей противоположного пола хотят тебя с первого взгляда. Я не исключение, так к чему же этот вопрос?

– Значит, хочешь?

Оксана приблизилась ещё больше, опираясь на его колено. В вечернем свете её глаза блестели, а чуть приоткрытые губы сводили с ума своей близостью.

– Если поднимешь руку немного выше, – Андрей странно скривился, стараясь устроиться на сидении удобнее, – сможешь убедиться в этом лично.

Вместо ответа она только отрицательно покачала головой. Хотела его, безумно, но не думала омрачать первую встречу близостью. Не решила для себя с какой целью соблазняет, очаровывает, предлагает себя. Не определилась с ролью этого мужчины в своей жизни. Андрей терпеливо ждал её решения, не предпринимая попыток повлиять. Полный самоконтроль даже в такой теме, право выбора для партнёрши, да и ещё много всяких «но», не позволяющих поступить в соответствии с ситуацией. Он видел, что Оксана хочет его, понимал это, но так же заметил и её сомнения, вполне логические, кстати. Дыхание девушки учащалось, грудь манила, он уже гладил её по обнажённому плечу, гоняя по телу приятные волны наслаждения. Немного наклонился вперёд, дразнящим, едва уловимым движением коснулся её губ своими, отстранился, заглянув в глаза, которые хоть и выдавали желание, но продолжали оставаться ясными. Улыбнулся, аккуратно провёл по её нижней губе языком и снова отстранился. Решительно двинулся вперёд, приткнувшись к обнажённой коже на шее, вдыхая её аромат, одновременно усиливая захват и не позволяя вырваться. Провёл языком по пульсирующей вене на шее, обжёг кожу горячим дыханием.

– Чёрт! Знаю ведь, что всё равно оставишь меня без сладкого, а остановиться не могу. Хочу тебя.

– Помочь?

Надрывным шёпотом проговорила Оксана, сдерживая смех.

– Сам. Сам… До квартиры тебя проводить, хорошая моя? – Всё же отпустив девушку из захвата, улыбнулся Андрей, стараясь не думать о ноющем члене, о неудобной позе и о близости женщины, которая может избавить от щекотливого положения.

– Лучше не стоит.

Андрей тяжело выдохнул, отпуская Оксану, устало провёл пальцами по волосам, взъерошивая их. Затем решительно кивнул и выбрался из машины на улицу, полной грудью вдыхая успевший охладиться воздух. Открыл дверь со стороны пассажирского сидения и подал руку, помогая выбраться. Робкая, чуть смущённая улыбка девушки вызвала странное томление в груди, а когда её улыбка с лица сползла, а губы немного приоткрылись в попытке выдать незамысловатую фразу на прощание, резко захотелось большего. Брюки нещадно давили, каждое движение вызывало дискомфорт, не заметил, как схватил Оксану в охапку и всем своим весом прижал к только что захлопнувшейся дверце. В требовательном поцелуе он раздвинул её губы, проникая языком глубоко в рот, и не сказать, что Оксана была против. Она не сопротивлялась, но и не отвечала, терпеливо ожидая, когда волна безумия отпустит, обвила тонкими руками шею. Проводя по коротким волосам на затылке. Но безумие не отступало, а только набирало обороты, Андрей всё теснее прижимался напряжённым пахом, демонстрируя силу желания, его рука уверенно поглаживала гладкую кожу на бедре, пробиралась всё выше, сжимала упругие мышцы, заставляя податься навстречу. Когда он уже абсолютно бессовестно закинул её стройную ножку на своё бедро, а пятернёй уверенно массировал ягодицу, сзади послышалось чересчур вежливое покашливание.

– Вы бы хоть людей постеснялись.

Тихо и слишком спокойно обратилась к ним невысокая сухая старушка со сморщенной кожей вокруг рта.

– Варвара Степановна, вы как всегда вовремя. – Неожиданно расхохоталась Оксана, отталкивая от себя настойчивого кавалера, поправила сбившееся платье. – Андрей, ну, ты что! Я ведь приличная девушка, что ты себе позволяешь?! – Вроде и наиграно, но с абсолютно серьёзным лицом сказала она, отлепившись от металлической двери и отступая в сторону на два шага.

– Оксаночка, взрослая девушка, а чем занимаешься. – Сетовала старушка качая головой, но на лице ни грамма удивления или осуждения, Андрей как раз подумал, что в молодости та и сама грешила любовными утехами.

– Это не я, – поддельно виновато опустила та глаза в пол, изображая раскаяние, – это всё вот этот преступный элемент, прочитайте ему лекцию о джентльменском поведении.

Под шумок, Оксана даже попыталась сбежать в подъезд, но была поймана проворным страждущим. Андрей поставил её перед собой на время забывая о милой старушке и с едкой улыбочкой уточнил:

– Детка, милая, тебе кто-нибудь говорил, что ты бесчеловечная, бессердечная и очень бессовестная личность? – Прошипел ей на ухо, больно удерживая за запястье, но не нарушая суверенитет, в его шёпоте была смесь страсти, желания и злости, но это было так возбуждающе.

– Каждый день слово в слово слышу это от своего начальника. – Дерзко отозвалась она и провела языком по своей нижней губе, заставляя Андрея уже в голос стонать.

– Мне стоит ревновать?

– Можешь уже начинать. – Со смехом отозвалась она, ловко вывернулась из захвата и скрылась за тяжёлой подъездной дверью.

А Андрею осталось только улыбнуться маленькой дерзкой девчонке вслед.

С другой стороны, в том, что Оксана оставила его наедине с милейшей старушкой, тоже были свои плюсы. Оказалось, что если втереться в доверие такой вот особе, то и частного детектива нанимать не придётся. Женщина как на духу высказала, что уже достаточно давно Оксана проживает по этому адресу. Никаких сомнительных личностей за всё время не привела и Андрей чуть ли не единственный из мужчин, с кем её встретили за истекший срок. Рассказала, что она порядочная девушка, которая всё своё время посвящает работе, по клубам не шляется и в подозрительных кампаниях не замечена. А на вопрос, зачем она всё это рассказывает практически незнакомому мужчине, получил вполне вразумительный ответ, что девке нужно замуж, а не голову дурить, так что пусть он (Андрей) долго не думает, а приступает к решительным действиям. На чём и порешили.

Всё это время за растерянным мужчиной из окна своей квартиры, весело посмеиваясь, смотрела Оксана. Как он забавно внимал словам местной сплетницы и, по совместительству, соседки, как задумчиво щурился, вглядываясь в даль. Да, бабуля его озадачила, и Оксана даже знала, чем. Ещё прошлым летом она «успокоила», что девушка одна не останется, уж они-то (они – это местный баб-совет) об этом позаботятся. После подобного заявления, честно прислали к ней под дверь несколько дворовых интеллигентов с полу увядшими цветами из палисадника. Были экземпляры и получше, но все неизменно маменькины сынки, которые то и дело советовались с мамами же, что и когда выполнять. Отступить или сделать вид, что никого нет дома, тоже как вариант не рассматривался, так как предусмотрительные свахи знали, когда хозяйка появляется и когда уходит, поэтому от нескольких встреч отделаться не получилось. После, в надежде, что бабульки успокоятся, Оксана несколько дней не ночевала в городской квартире, но как только снова переступала порог родного дома, звенел звонок в дверь и появился очередной женишок. Всё бы хорошо, но это сватовство из разряда комичных, плавно перерастало в разряд невыносимых ситуаций, когда даже за дверью собственной квартиры укрыться было невозможно. Устав от подобной помощи, она решительно привела под руку Виктора Евгеньевича, показательно повертев им перед надоедливыми старушками и громко прояснив ситуацию: «Хочу такого, когда найдёте, присылайте, встречу с распростёртыми объятиями». Нельзя сказать, что сразу подействовало, но со временем пыл соседок поутих и в закономерном итоге свёлся к нулю.

А Андрей ей понравился, однозначно. Вся его сила, внутренний стержень, притягивали, очень хотелось прижаться к его широкой груд и не отпускать, но в то же время не было щемящего чувства наполненности, удовлетворения от его присутствия, от его прикосновений. Как бывает по-настоящему, Оксана знала и помнила, и именно это воспоминание никак не давало отвлечься и пуститься во все тяжкие. В результате несколько лет без секса и надёжного мужского плеча, мелькающее на горизонте тридцатилетие, и полное отсутствие перспектив в личной жизни. Подводить итог рано, но и похвастаться пока нечем. При взгляде на высокого статного мужчину, живот очередной раз скрутило, заставляя тело изнывать от желания, которое до боли ощущалось и заставляло кусать губы, только бы не броситься вдогонку. Как Андрей собирается искать с ней следующей встречи, не представляла, ну, не похож этот мужчина на тех, кто будет под дверью караулить, только что кого-нибудь их своих людей поставит, вполне возможно, или, опять же, прибегнет к помощи той же Варвары Степановны, не зря же они полчаса шушукались во дворе. Старушке радость, а Андрею доля полезной и вполне правдивой информации. Одно можно утверждать точно: выбор девушки она одобрила, иначе гнала бы мужчину из двора взашей. Ху-у, а как хочется ласки… И собственная рука как заменитель уже не подходит, нужно однозначно что-то решать, но не сегодня, уже слишком поздно, а вот завтра обязательно. С такими мыслями Оксана и уснула, неудовлетворённая, не отдохнувшая, а, вследствие чего, не выспавшаяся утром, она встала. Настроение было ни к чёрту, да и будильник не пожелал прозвенеть вовремя, а вот то, что отключили горячую воду, было вполне предсказуемо, так как объявление об этом мероприятии висело на дверях парадной заблаговременно, что случается крайне редко. В итоге на работу опоздала, за что удостоилась очередной порции косых взглядов, пересудов и заинтересованности начальника.

– Оксаночка, что я вижу, не заставляй меня кусать локти, думая, что я своими руками подтолкнул тебя к необдуманным действиям. – От двери начал распинаться Виктор Евгеньевич.

– Витя, я тебя прошу, давай немного короче, не выспалась, голова не соображает совершенно. – Простонала Оксана, демонстративно опуская голову в кипу не разобранных бумаг.

– Вот и я говорю, что не выспалась. Неужели нашла суженого-ряженого?

– Почти. Встретила представительного мужчину примерно твоего возраста и достатка. Он от меня без ума и Варвара Степановна более получаса уговаривала его на мне жениться. – Стараясь произнести всё как можно ровнее и не заострять внимание ни на чём конкретном, проговорила Оксана. Как всегда отстранена и холодна.

– Самое главное из твоей речи, я так понял, повествование про соседку. Не каждый доброволец в силах вынести её общество более пяти минут. – Задумчиво произнёс он, усаживаясь в кресло напротив.

– И я о том же. Так что Андрюша настроен решительно, можешь не сомневаться.

– Уже и Андрюша?! – Оскорблённо изогнув бровь, парировал начальник.

– Да, да, он тоже к тебе ревнует. – Усмехнулась в ответ Оксана.

– Ну, это успокаивает. Ладно, работай, не отвлекаю, но и спать не смей. Вечером расскажешь подробнее. – С улыбкой заверил он и поспешил удалиться.

Витя вообще был замечательным другом, особенно если исключить его идею фикс по поводу секса между ними. Поддерживал, выслушивал, ответственно выполнял роль жилетки для слёз и груши для битья. И если учесть, что подруг у Оксаны не водилось вовсе, то являлся фактически незаменимым и практически членом семьи. С лёгкой улыбкой на губах выслушивал её терзания по поводу невезения в личной жизни, и, как самый замечательный начальник, прощал редкие прогулы и опоздания на работу.

Рабочий день прошёл сносно, без лишних эксцессов, и сплетен, но информация о том, что «наша белоручка подцепила денежный мешок» (в дословном пересказе), вмиг разлетелась по всему офису и сейчас только ленивый не обсуждал этого «святого человека». Который, кстати, не заставил себя долго ждать и томиться интересующимся лицам в неведении, появился перед офисом в конце рабочего дня с огромным букетом цветов наперевес, и шикарной улыбкой, освещающей весь проспект. Оксана, кстати, оказалась чуть ли не последней, кто узнал о явлении его народу, и вышла из офиса в готовности отругать новоиспечённого ухажёра. Но показывать характер прилюдно желанием не горела, поэтому пришлось прибегнуть к кардинальным мерам: холодность и отречение.

С гордо поднятой головой, она прошествовала мимо зевак, с неохотой глянула на букет, милостиво протянула мужчине тоненькие пальчики для, якобы, приветствия и, не проронив ни слова, села в машину. Окружающие ахнули, не оценив её подобное поведение в отношении завидного жениха (который, всё тем же интересующимся, был хорошо известен, как наследник состояния, руководитель собственного дела и знаменитым на всю область холостяком). Для Оксаны же, эта информация так и осталась неизвестной, по крайней мере, до следующего утра.

– Могу я поинтересоваться, в чём дело? – Настороженно уточнил Андрей н выдержав двухминутной пытки молчанием во время езды.

– Можешь. – Коротко ответила Оксана, всё так же игнорируя настойчивый взгляд.

– Так почему же ты, моя хорошая, ведёшь себя подобным образом? – Уже более раздражённо продолжил Андрей, успокаивая гнев мысленным счётом до десяти. Что тут скрывать, к подобной реакции на открытое проявления интереса он не привык.

– Просто мы с тобой не оговаривали подобного поведения и право на то, чтобы появляться вот так напоказ у тебя не было.

– А на проявление чувств у меня ещё должно быть какое-то право?

– Представь себе. Мы с тобой только вчера познакомились, а уже сегодня ты заявляешься ко мне на работу со своими чувствами. Извини, конечно, Андрей, – сухо выделила Оксана его имя, – но я подобных показательных выступлений никогда не ценила. Всё, что происходит, должно оставаться между нами, я не люблю бессмысленную огласку. И прежде, чем демонстрировать свои, как ты говоришь, чувства, окружающим, ты мог бы их продемонстрировать мне, наедине.

– Ну извини, дорогая, до меня не сразу дошло, что такая царственная особа как ты, шифруется и скрывает свои отношения. Может, поэтому мне твоя соседка заливала о том, что ты у нас целомудренная и чуть ли не невинная?

– Это, как ты сам заметил, заливала тебе соседка, а не я. – Игнорируя раздражённый повышенный тон смотрела вдаль Оксана. – А о том, что я была замужем и девственной особой уж точно не являюсь, тебе рассказала я лично.

Оксана говорила спокойно, слишком спокойно, настолько отстранённо, что и самой становилось не по себе от подобного тона. И то, что не любила показуху она правду сказала, но вот сам факт раздражительности на такой поступок, объяснить не могла. Наверно всё дело как раз в том, что за прошедшую ночь, она успела сделать для себя кое-какие выводы, как например то, что Андрей был бы неплохим мужем. Слишком быстро, необоснованно, но как дама в возрасте, и женщина, желающая создать семью, она уже давно не рассматривала мужчин исключительно как половых партнёров, ей было важно отношение, чувство, степень надёжности. А что может дать мужчина кроме как уверенность в завтрашнем дне? Вот сейчас она и злилась на себя и на него одновременно, за такой не вовремя устроенный концерт.

Андрей же, наоборот, слишком бурно переносил поведение и реакцию Оксаны в целом. Он и сам особо своих чувств к женщинам не проявлял, и если бы она знала о нём хоть что-нибудь, то совсем по-другому восприняла бы подобное явление. Так что в плане охотницы за состоянием, девушка прошла испытание на пять баллов, а вот за то, что не оценила, Андрей нешуточно разозлился. Сам не мог объяснить подобный порыв. Захотелось! Именно так он себя успокаивал, в ожидании девушки, которая никак не хотела появляться из недр офиса, зато её сослуживицы, наоборот, не спешили расходиться, разглядывая его как диковинную зверушку. Что тоже, кстати, прилично напрягало, ему просто было невдомёк, что Оксана и не знала о том, что он, бедный, несчастный, уже более получаса стоял в неизменной позе.

Все рассуждения на болезненную тему, внезапно прервала всё та же Оксана, только теперь тихо, мягко и практически виновато.

– Извини, не знаю, что на меня нашло. – С робкой улыбкой взглянула она на успевшего насупиться мужчину. Лёгким движением руки провела по его напряжённым ладоням, непонятно для чего упирающимся в руль, в один миг снимая всё напряжение и неадекватную озлобленность.

– И ты прости. Я тоже не знаю, что на меня нашло. Я никогда так не поступал, – вдруг начал он признательную речь и, что самое странное, то пошло как по маслу, слова только и успевали вылетать. – Просто ты необычная, я даже не могу толком сформулировать суть своего высказывания, но то, что не такая как все, чувствую однозначно. Я много общаюсь с людьми и вижу каждого практически насквозь уже с порога, а тут ты… Необъяснимая, невероятная… Я наверно забросал тебя ненужными словами, да?

– Говори, – пожала плечами девушка, – если хочется говорить – говори. – Уже решительнее улыбнулась она, придвинувшись ближе.

– Уже не хочу. Ты посмотрела на меня и все слова в глотке застряли. Нельзя так, Оксана, ты на меня плохо влияешь.

– Ничего, главное, что ты на меня влияешь хорошо. И знаешь, правильно, что приехал вот так. Я, честно признаться, не понимаю, каким образом ты заставил замолчать толпу этих лицемерок, но так долго они на моей памяти не молчали никогда.

Такое признание Андрея и рассмешило и завело в тупик одновременно, он попросту не знал, как к нему относиться, с такой серьёзностью это было сказано. «А девочке однозначно невесело жилось всё это время» – успел отметить он, поймав на лице Оксаны непонятную гримасу, выражающую, по меньшей мере, отвращение. Он обязательно уточнит этот нюанс, но в другой раз, на сегодня другие планы. Изначально Андрей хотел произвести впечатление походом в дорогой ресторан, но, судя по первому сюрпризу, этот вариант отметается, и остаётся незамысловатый поход в гости. К нему.

Оксана расслабилась, успокоилась, ехала, не проявляя интереса и признаков паники. Её всё устраивало.

– Мы к тебе? – На всякий случай уточнила, когда выехали из центра.

– Да. Люблю спальный район, хоть и добираться не очень удобно. А ты как оказалась в том дворе? Дом вроде старый, оттого с тобой и не ассоциируется.

– Это квартира деда. Старая, ещё до перестройки. Так что этот город и этот дом, смело можно называть моим родовым гнездом.

– А родители? Ты ведь одна живёшь?

– Одна. Отец живёт отдельно, а мать за границей.

– Удачное замужество?

– Почти. – Уклончиво ответила Оксана, напряглась и отвернулась, вглядываясь в пейзаж за окном. – Но ты не увлекайся, копаясь в истории моей семьи, мне не очень удобно говорить об этом с посторонним.

– Так я же не из праздного интереса, Оксана. – Улыбнулся Андрей, подтянул ближе её ладонь и легко кснулся губами, внимательно глядя на реакцию. – Хочу знать, если что, у кого просить твоей руки.

– А-а… – Неоднозначно потянула, оценивающе оглядывая кандидата в мужья. – Ну, тогда прощаю. А если всё-таки, что… то руки будешь просить у меня лично.

– И тебя не пугает перспектива жить с посторонним? – Приподняв одну бровь вверх, попытался уколоть Андрей.

– Сегодня дорогой, у тебя есть все шансы перейти из разряда посторонних, в разряд близких знакомых. – Не отводя взгляда, Оксана смотрела Андрею в глаза, пытаясь всеми силами донести до него смысл сказанного.

– Мне прибавить скорость?

– М-хм, – кивнула девушка, – пока я не передумала. – Выговорила с придыханием. – И на дорогу смотри. – Широко улыбнулась, радуясь, что эффект неожиданности произведён.

Эффект неожиданности очень полезен в отношениях, так как быть предсказуемой Оксана не хотела. Не в этот раз, не с этим мужчиной. Хотелось острых ощущений и нежности одновременно, хотелось получать удовольствие от каждого мгновения, а ещё, совсем чуть-чуть, любви и ласки. Андрей же, думал, как приручить эту дикую кошку, но почему-то казалось, что приручают как раз его.

Машина въехала на закрытую территорию одного из элитных жилых комплексов. Круглосуточная охрана, высокий забор, пропускной режим. Для Оксаны, отвыкшей от подобной жизни, всё это окружение напомнило зону строго режима, не иначе. От холодных равнодушных взглядов охранников, хотелось спрятаться и закрыться, а при её привычке одеваться, и вовсе чувствовала себя голой. Дорога от автомобиля до подъезда заняла всего минуту, но эта минута казалась вечностью. Только войдя в лифт и не заметив открытых камер слежения, успокоилась.

– Такое чувство, что это режимный объект. – Пыталась пошутить она, но получилось совсем не весело.

– В этом доме живут не простые люди, подобные меры – необходимость.

– Перестань, ни один охранник не спасает от пули в лоб, а если очень понадобиться, то и от доверенного лица можно получить удар в спину.

– Ты как-то пессимистично настроена для свидания, – притянул Андрей к себе, обдавая жаром дыхания, губами захватил прядку волос, внимательно наблюдая за ответной реакцией. – Расслабься.

– Легко сказать. – Неловко улыбнулась девушка и поспешила выскользнуть из лифта, как только двери открылись.

Нельзя сказать, что испугалась близости или интимности обстановки в замкнутом пространстве лифта, нет, просто сам факт наличия у Андрея подобных финансовых возможностей, несколько насторожил. Несмотря на дорогой костюм, туфли, качественные аксессуары (правда, без лишней бравады), внешне, Андрей выглядел достаточно просто, открыто, доступно, если это слово уместно. Вся же окружающая его обстановка, больше отпугивала. Влиятельные мужчины – это особый класс людей, со своими тараканами в голове и своими потребностями, прихотями. Они не терпят отказов в принципе, а за счёт неограниченных возможностей, используют своё положение в любых целях. И, хотя, пока он своих авторитарных замашек никак не проявил, относится к нему следует осторожнее.

– Проходи. – С улыбкой произнёс Андрей, пропуская Оксану вперёд. – Обувь можешь не снимать.

– Да ладно, я высокая, могу и без кепки, и без прыжка. – Отозвалась она, снимая успевшие надоесть за целый день туфли, со вздохом разминая затёкшие ступни.

– Проходи, располагайся. От вина, надеюсь, не откажешься?

– Не откажусь, но только белое.

– Без проблем. Осмотрись тут пока. – Кинул на ходу Андрей, исчезая в просторах много квадратурной жилой площади.

Сама по себе квартира также не пестрила особым шиком. Спокойные, тёмные тона пола и стен, минимум аксессуаров, да и те, вероятно, оставили здесь дизайнеры, на виду никаких личных вещей, отчего квартира казалась и вовсе не жилой. Массивная дубовая мебель в сочетании с современными решениями, множеством оргтехники, всё сразу и ничего конкретного. Женщиной здесь и не пахнет, а это однозначно радует.

– Как тебе? – Вернул в реальность голос Андрей, который приблизился, держа в руках два бокала вина.

– Даже не знаю, честно. Странные ощущения. Скорее это чисто мужская берлога, хотя некоторые детали на мой вкус совершенно не вписываются.

– Наверно ты говоришь о журнальном столике. – Усмехнулся Андрей, кивая в сторону гостиной зоны.

– Хотя бы.

– В этом нет ничего сверхъестественного, просто этот столик моё личное приобретение. Женщина, которая работала над проектом, решила по полной программе нагрузить квартиру чем-то капитальным, что не совсем соответствовало моим желаниям, вот и пришлось дополнять. Когда пройдёшься по всей квартире, то в каждой комнате сможешь отыскать подобные несостыковки.

– Возможно. – Свободнее улыбнулась Оксана, пригубив из бокала.

Андрей держал дистанцию, не стал давить своим авторитетом, позволяя привыкнуть как к обстановке, так и к его обществу. Вёл себя свободно, непринуждённо, готов был поддержать беседу, только глаза выдавали невероятной силы желание, которое он до сих пор сдерживал. Взгляд его не был тяжёлым, скорее обволакивающим, располагающим к себе. Он успел избавиться от пиджака и сбросить галстук, расстегнув пару пуговиц на рубашке, что сразу придало ему некоторой свежести, свободы. Оксана то и дело опускала взгляд на едва видимую, открытую часть груди и задыхалась от предвкушения полёта, низ живота пульсировал,частота дыхания набирала обороты. Она, сама того не замечая, закусывала губу, не позволяя волнительным стонам прорваться наружу, выдавая внутренний пожар. Не хотелось разговоров, намёков, взглядов, хотелось всего и сразу и, желательно, в полном объёме. Андрей эти её взгляды и вздохи, воспринимал по-своему, стараясь предугадать тактику, но сам каждый раз отвлекался, заглядываясь на неприкрытую кожу, длинные ноги, основание которых, к сожалению, всё ещё скрывалось под узкой юбкой. Она закусывала губу, обнажая острые зубки, и не подозревала, как заводит его этим незамысловатым жестом, перекатывала в ладонях бокал, припадая к нему губами, а он хотел снова почувствовать их вкус. Оксана неспешно осматривала квартиру, задавая попутные вопросы, смысл которых Андрей даже не улавливал, отвечал на автомате, не сводя глаз с упругой попки, налитой груди, и сейчас особенно хотелось узнать, настоящая она или нет. То, как девушка непрозрачно намекнула на исход сегодняшнего вечера ещё в машине, заставило забыть обо всём, а сейчас она как ни в чём не бывало, осматривает достопримечательности, позабыв о нем. Хотелось её схватить, скрутить, странно, но хотелось, чтобы она сопротивлялась, хотя бы для видимости. Услышать её крики и стоны наслаждения. Словно почувствовав, что Андрей уже готов, Оксана резко повернулась к нему, больше не обращая внимания на картину, которую разглядывала более пяти минут, размышляя над гениальным художественным замыслом, сверкнула горящим взглядом, ощущала его напряжение, отметила едва уловимую улыбку, напоминающую оскал. Мазнула взглядом по плотно сомкнутым губам, опустила глаза к судорожно поджатому животу, и остановила внимание на возбуждении в паху. С хищной ухмылкой сделала один шаг вперёд, прижимаясь к недвижимому Андрею, втянула в себя его запах. Его напряжение уже витало в воздухе, сковывая и обезоруживая. Почти дотронулась губами шеи, остановившись в миллиметре от горячей кожи, замерла. Улыбнулась выдержке мужчины и легко коснулась его языком. Кадык дёрнулся и, издав утробный рык, Андрей прижал её к стене, задирая платье до талии, фиксируя руки над головой, второй рукой придерживал под попку.

– Сегодня играем по моим правилам? – Оскалился он, вдавливая её в стену всем своим весом.

– Пока да. – Выдохнула Оксана и вновь провела языком по коже, на этот раз нагло, глядя прямо в глаза, выжимая его как лимон.

– Не боишься? – Прорычал Андрей, приблизившись к её уху и немного прикусив мочку.

– Пока нет. – Так же, с вызовом, повторила она свою провокацию и тут же потеряла ориентиры.

Жёсткий, глубокий поцелуй лишил возможности дышать, думать. Остановил время. Языки сплетались в ритмичном танце, никто не уступал, и не отступал. Грубый поцелуй сменился нежным, насыщенным, эмоциональным, заставляющий окунуться в негу и расслабиться. Широкие ладони изучали тело, не спеша пробраться в глубины. Бедро, ягодица, живот… расстёгнутая молния на платье. Шея, грудь, зажатый сосок и первый уверенный стон. Всем телом она стремилась приблизиться, прикоснуться к сильному мужчине, выгибаясь как кошка, ластилась, тёрлась о грубое тело, заставляя Андрея слететь с катушек, поддаться эмоциям, но он, казалось, непробиваемый. С лёгкостью отстранился от девушки, взглянул в красивые голубые глаза, которые наполнились обидой ребёнка, у которого отобрали пустышку, Оксана потянулась к нему снова, но он опять отступил, дразня, окидывая голое тело похотливым покровительственным взглядом. И в этом весь Андрей, жажда власти, жажда управления, деньгами, людьми и их судьбами, даже чувствами. Он любил быть фаворитом во всём, и всегда указывал на место зазнавшимся, а Оксана уступала, видела его ожившее самолюбие и уступала. Преклонялась, позволяя насладиться триумфом. Она не стеснялась наготы и разрешала смотреть на себя, на своё идеальное тело, которое сгорало от неудовлетворения. А Андрей не замечал, что им управляют, верил в свои силы и возможности, в точности исполняя уже предугаданные ходы.

– Сними трусики. – Приказал он, надменно подняв подбородок, едва сдерживая сорванное дыхание.

Оксана повиновалась. Заведя большие пальцы, по обеим сторонам белья, медленно, чувственно, эротично потянула трусики вниз, обнажая последнюю прикрытую часть тела. Быстрыми движениями бёдер сбросила полоску ткани к ногам и, переступив через неё осталась полностью обнажённой и беззащитной перед одетым возбуждённым мужчиной.

– Ты любишь ласкать себя, девочка? – Взглядом с грозным прищуром, пригвоздил к стенке он, продолжая стоять безучастно.

– Так?

Не заставляя Андрея ждать, Оксана увлажнила слюной два пальца, и медленно повела ими по телу, задевая самые чувствительные его участки. Пальцы остановились на сосках, слегка оттянув их, хотя те и без того выдавали возбуждение, услышав удовлетворительный стон мужчины, опустила пальцы ниже, проводя прямую линию по центру живота, немного притормозив около пупка. Спустила их ещё ниже, задела чувствительный клитор, слегка его помассировав. Смотрела в глаза Андрея, которые становились всё темнее, пока не стали пугающе чёрными, в момент, когда два пальца исчезли в горячем пульсирующем лоне.

– Хватит! – Громко, всё в том же приказном тоне практически прокричал он. – А теперь раздень меня. – Уже мягко, практически ласково, с лёгкой улыбкой добавил мужчина.

Проведя языком по верхней губе, увлажняя, и, закусив нижнюю, Оксана сделала несколько нерешительных шагов, приближаясь к напряжённому разгорячённому телу, провела тонкими пальчиками по линии пуговиц, отстегнула запонки на рукавах, затем вернулась к основному ряду. Медленно, заставляя его рычать от удовольствия. Расстёгивала пуговицы одну за другой, чередуя расстёгивание с поглаживающими, массирующими движениями по широкой груди. Снимая рубашку с плеч, прижалась к Андрею всем телом, дотрагиваясь сосками, ловя его нетерпеливый взгляд. Провела ладонями по плечам, скользнула языком по коричневым соскам, в центре которых отчётливо вырисовывалась горошина. Потянула на себя пряжку ремня, завела ладошку за пояс брюк, слегка задев возбуждённый член. Расстегнула пуговицу брюк, ширинку, опустилась к ногам, стягивая штанины, снимая носки. Возбудилась ещё больше, от подобной игры, но не уступала в выдержке. Хотелось коснуться губами его губ и утонуть в крепких объятиях, но ей доставалась лишь роль наложницы. Ловким резким движением стянула трусы, и толкнула Андрея в грудь, заставляя отступить, одной ногой оттолкнула гору скопившейся одежды, освобождая пространство. Медленно отошла к стене, а Андрей вновь приблизился и заглянул в глаза.

– Хорошая девочка. – Тихо похвалил он с одобрением во взгляде. – А теперь становись на колени.

С хищной улыбкой Оксана выполнила приказ, и теперь её лицо было напротив его паха, и можно было в полной мере оценить достоинство мужчины, без прикрас и лишней одежды, и это достоинство впечатляло.

– Я хочу увидеть твой язык здесь. – Указал он пальцем на член и смотрел сверху вниз.

И она провела горячим влажным языком по всей длине полового органа, заглядывая в его серые глаза, которые готовы были налиться кровью в этот момент.

Знал, был практически уверен в том, то она повинуется, просто не посмела бы отказаться. а увидев в её взгляде восторг, взбесился, резко схватив рукой за волосы, отстраняя, присел перед ней на корточки, и злым шёпотом проговорил на ухо.

– Играешь со мной? Не стоит. – Шипел он, сглатывая ком в горле. – Я вижу тебя насквозь. Знаю, что никогда не будешь пресмыкаться и ползать в ногах. Ты ведь делаешь это только потому, что хочешь сама, верно?

– Верно. – С улыбкой на губах ответила она, успокаивая своим умиротворением.

Девушку не испугала ни его агрессия, ни его приказы, она была готова ко всему, когда ехала сюда. Наверняка ещё вчера решила, какую линию поведения выбрать и то, что она его переиграла, одновременно раздражало и приводило в некий щенячий восторг. Андрей ещё не встречал таких женщин, которые могут противостоять любому, оставалось только догадываться, кто сделал её такой и почему за внешностью куколки скрывается самая настоящая бестия.

Одним рывком он подхватил девушку на руки и отнёс в спальню, и все его движения сопровождались её громким хохотом, местами ободряющим, местами издевательским. И это заводило. Её желание, которое она контролировала так же, как и он своё, и её тело, в котором не было ни одного изъяна. Оно манило и призывало к действиям. Будучи распятой под тяжестью мужского тела Оксана ощутила резкий толчок, потом ещё один и непрерывный секс-забег длинною в пять минут начался. На большее их просто не хватило. Всё закончилось взаимным удовлетворением, пустым отрешённым взглядом и шумным порывистым дыханием. Одним на двоих.

– Оксана, тебе не кажется, что мы идеально подходим друг другу? – Раздался в тишине комнаты хриплый голос её любовника.

Минуту подумав, вздохнула, повернулась лицом к нему, тут же поймала заинтересованный взгляд больших серых глаз и улыбнулась.

– Звучит как предложение о взаимовыгодном сотрудничестве.

– Ну, как умею. Никогда не заводил длительные отношения с женщинами. – Попытался оправдаться Андрей, не отводя, якобы, честного взгляда.

– Андрюш, врёшь и не краснеешь…

– Почти не вру. Была первая любовь в институте, но она быстро и болезненно закончилась, с тех пор предпочитаю держать дистанцию. Так как? Как насчёт сотрудничества? – Поддел он, широко улыбнувшись, уже в тот момент прочитав в глазах согласие.

– Я подумаю.

Андрей оказался на удивление нежным любовником, уж не понятно, что было с прелюдией: проверка или эмоциональный порыв, но больше никаких приказов он не отдавал, и даже наоборот, сам пытался угодить. Пролежав недвижимо в постели около часа, захотелось продолжения. Предупреждающая улыбка появилась на лице довольного мужчины, тут же её поддержала и Оксана, ловко пробираясь пальчиками под гладкую простыню. Ещё десять минут нежности и ласки, и она отправилась в душ.

Под динамичными струями прохладной воды, усталость и сон сняло как рукой. Появился заряд энергии и бодрости, силы к новым свершениям и даже несколько интригующих интимных предложений. Когда водные процедуры подходили к концу, дверь в ванную неожиданно распахнулась, и сзади послышались довольно-таки резвые слова извинений, незнакомым голосом. Оксана на мгновение замерла, а когда повернула голову, дверь снова была закрыта. Быстро отключив воду и выбравшись из душевой кабинки, накинула одно полотенце на голову, вторым обмоталась сама и теперь внимательно вслушивалась в происходящее за дверью. А за дверью велась оживлённая беседа между двумя мужчинами, голос одного из них принадлежал Андрею, а второй был похож на голос, который она слышала за своей спиной минуту назад.

– Андрюх, ты чего, тёлку в дом привёл? С каких пор стал таким сентиментальным? – Насмешливым тоном спросил незнакомец и заливисто расхохотался, видимо реакции Андрея.

– Значит так, бычара, – угрожающе начал он, – ещё раз к Оксане сунешься и уши тебе откручу, ясно? Да и не только уши, но и все остальные лишние запчасти твоего бренного тела. – Уже спокойнее и с долей иронии добавил Андрей, а незнакомец снова рассмеялся.

– Так, так, так, значит Оксана… уже интересно. – Продолжал обладатель не ограниченного юмора и по совместительству, смертник. Нет, ну, а кто в здравом смысле станет перечить Андрею? Даже Оксана не смогла.

– Оксана. И она тебе не тёлочка. Чего припёрся?

– Повежливее, брат, – осёкся парень, а в том, что это именно парень, Оксана уже не сомневалась, слишком бесшабашной казалась его речь, да и поведение в целом. – Мне деньги нужны. – Практически серьёзно проговорил тот, а потом, после плохо слышного Андрюшиного ругательства, снова рассмеялся.

– Иди в банк.

– Да ладно тебе, одолжи, сочтёмся.

– Что случилось-то, проблемы?

– Да так, решаемо, палёный алкоголь поставили, сегодня привезут новую партию уже от других поставщиков, предоплаты требуют.

– Завтра приходи. – Сурово отозвался Андрей, после минутного раздумья.

– Завтра у меня и у самого будет. Знаешь ведь, что банки не работают, а на карточке у меня лимит.

– Детский лепет, честное слово!

– И не говори. Денег дашь? – Дерзко и с новыми силами начал вымогатель.

– Да куда я денусь? Когда только самостоятельным станешь? Не всю ведь жизнь мне тебе попку подтирать.

– Эй, эй, эй, товарищ, ты не заговаривайся, ладно сопли, но это такое интимное место, которое я не каждой лохматой лапе предоставлю. А уж тебе тем более.

Затем звуки немного стихли, было слышно лёгкое насвистывание, посторонний шум в другой комнате, а потом громкий звук соударения пачки денег о какую-то поверхность. То, что деньги, сомнений не оставалось, звук был для человека, часто работающего с наличность, не новый.

– Ох, и надо тебе дать по ушам!

– Надо, обязательно, только не сегодня, у меня ещё свидание. А у тебя, кстати, что за тёлочка, дашь поносить?

За дверью послышался удар, звон бьющегося стекла и дикий хохот, причём обоих.

– Да ладно, ладно, как остынешь – свисни, я сам её наберу. – Со смехом выдал парень, и было слышно, как он удаляется в направлении прихожей. – Надо же! И чего она такое вытворяет, что ты меня чуть не прибил?

Дальше было матерное бормотание Андрея, его быстрые шаги, в сторону всё той же прихожей, сдавленный смешок незнакомца и громко хлопнувшая дверь. Улыбнувшись непонятно чему, Оксана мельком глянула на себя в зеркало и вышла из ванной комнаты, добивать Андрюшу расспросами.

Вышла и в тот же миг ощутила в воздухе помещения аромат резкого мужского парфюма, который сходу её возбудил (ох уж, эти афродизиаки). Резкие ароматы вообще не были её стихией, но этот явно попадал в исключения и уж не ясно по какой причине, толи оттого, что не смотря на всю резкость, не был сладким, толи оттого, что к аромату парфюма примешался запах его обладателя. Недолго насладившись новыми ощущениями, Оксана шагнула в гостиную, где развалившись в кресле сидел её любовник. Прошла мимо, остановилась напротив и, немного поразмыслив, села на подлокотник, под пристальным взглядом обладателя серых глаз. От Андрея пахло не так приятно, как раз тот самый приторно сладкий аромат, который Оксана на дух не переносила, и никакие феромоны с этой антипатией бороться не смогут.

– И кто это был? – Вроде бы серьёзно, даже с некоторой долей обвинения спросила она, упрямо отказываясь смотреть в предоставленные для этого глаза, которые были напротив.

– Испугалась?.. Брат, младший. Та ещё обезьяна. Но, в принципе, безобидный.

– Да, испугаться-то я не успела, он очень быстро ретировался, не дав даже себя рассмотреть. Да и … брат? Не думала, что у тебя есть такие родственники. – Уже заинтересованная данной информацией, подалась Оксана вперёд, сползая с подлокотника кресла на колени к Андрею, уткнулась головой в обнажённую грудь и прикрыла глаза, наслаждаясь спокойствием рядом с сильным мужчиной.

– Двоюродный, младше меня на одиннадцать лет. У нас отцы были братьями-близнецами, только мой отец женился рано, а его до тридцати гульнул, вот тебе и разница в возрасте. Слышала наш разговор?

– Тебя что-то конкретное интересует? – Состроила Оксана честные невинные глазки, стукнула по руке, которая самым нахальным образом пробиралась под коротенькое банное полотенце.

– Вредина! – Ухмыльнулся Андрей, но свои попытки вражеских наступлений не прекратил. – Ничего конкретного меня не интересует, разговор, в целом, слышала?

– Слышала. – Дерзко отозвалась она, изогнув и приподняв одну бровь, заметила, как напрягся Андрей и засмеялась. – Что, тот факт, что ты не водишь домой любовниц, тебя смущает? Я, можно сказать, одна из немногих?

– Ты, можно сказать, первооткрыватель.

– Это должно мне льстить?

– Надеюсь, что твоя наглость не зашкалит.

– Надейся.

Быстро соскочила девушка с колен, приглашая Андрея поиграть в догонялки. Вскоре в его руках уже было два намокших полотенца, а ещё через минуту громко визжащая Оксана, которая изворачивалась от настойчивого щекотания и брыкалась всеми конечностями разом.

Ближе к ночи, она всё же собралась домой, на что Андрей, практически не возражал, так, из вежливости немного поломался. Но для человека, который ни разу до этого не заводил серьёзных отношений (историю с первой любовью он просил не учитывать, так как был молод и глуп) и это подвиг! Отправив её домой на машине с водителем, Андрей улёгся спать.

Оксана, так же долго раздумывать не стала и, заведя будильник на пораньше, улеглась с улыбкой на губах и яркими солнечными звёздочками перед глазами, которые появляются в моменты счастья.

Суровое утро началось сурово. И это никакая не тавтология – это правда жизни, тоже, кстати, суровая. Тёплая солнечная погода сменилась унылым, хмурым, серым небом, с которого вот-вот и начнёт капать дождь. Предусмотрительно захватив с собой зонт, девушка вышла из квартиры не позавтракав, так как в холодильнике повесилась мышь, а поход в магазин, который был запланирован именно на вчера, был сорван самым вероломным образом. И какого же было её удивление, сменяемое радостью, когда под подъездом обнаружился знакомый автомобиль. Правда, водитель был самым настоящим водителем, а не Андреем Сергеевичем, хотя, в последние два дня, его слишком много в Оксаниной жизни, так не долго и привыкнуть. Впорхнув на заднее сидение, и шумно захлопнув дверь, она улыбнулась молчаливому Ивану (а именно так вчера он представился, правда и делал это как под прицелом – без особого желания). Неприязнь молодого человека к своей персоне не осуждала, а даже наоборот, в некоторой степени оправдывала. А что, какому здоровому детине, не дюжей силы и, вероятно, большого и светлого ума, понравиться, что его отправляют под руководство легкомысленной взбалмошной особы, а именно такой она себя и ощущала.

Кое как в неловком (для Оксаны) молчании, они добрались до офиса, где Иван сообщил, что после работы её заберёт так же он, хотел уже выйти и открыть новой госпоже дверь, но девушка оказалась не гордая и очень проворная, быстро поблагодарила, юркнула из машины и бегом, стараясь не ступить в новообразовавшуюся лужу, отправилась к главному входу офисного здания. Пришла, шагнула в приёмную и почувствовала, как смолкли все пересуды, но если в обычное время все присутствующие пытались создавать видимость работы при появлении начальницы, то сегодня и от этой видимости решили отказаться. Сейчас её внимательно разглядывали шесть пар глаз, в которых отчётливо читался вопрос: «Как?», а ещё: «За что этой такая удача?!»

– Кто-то что-то хочет у меня спросить? – С неприкрытым сарказмом и долей здоровой злости уточнила Оксана, окидывая взглядом сотрудниц, выбирая жертву для битья. Но жертвой быть никто не хотел, девушки послушно опустили глазки и переглядывались между собой, в ожидании момента, когда можно будет обсудить свежие новости в виде стервозной Оксаны Владимировны.

«Секс с богатым мужиком явно не принёс плодов» – сразу же, как захлопнулась дверь её кабинета пронеслось между рядов узкого коридора. Затем посыпались весёлые версии в виде очевидной импотенции богача, его несостоятельности как любовника, но не отметался и вариант, что Оксану Владимировну жестоко продинамили, хотя к этой версии склонялось явное меньшинство.

- Оксана, я что-то пропустила?! – Ворвалась в кабинет начальница отдела кадров Евгения Арнольдовна, первая сплетница офиса, закрывая за собой замок и шумно усаживаясь в кресло напротив стола.

– Что именно тебя интересует? – Не отрываясь от бумаг, спросила Оксана, хотя причину любопытства знала наверняка.

– Что? Да весь офис обсуждает! Ты и правда, встречаешься с Зиминым?

– Уточни, пожалуйста, кто такой Зимин и я с удовольствием отвечу на твой вопрос.

От холодного тона и невнимания, а ещё и от подобного вопроса, Женя даже рот открыла, её лицо пошло красными пятнами, а глаза выкатывались из орбит.

– Зимин, Оксаночка, – начала она подозрительно спокойным, не соответствующим внешнему виду тоном, – это тот, кто вчера встречал тебя возле офиса. И тот, которого ты с такой лёгкостью игнорировала при всех.

– А-а, – потянула притворно догадливо, мельком взглянув на женщину напротив и быстро моргнула, прогоняя с глаз смешинки, – Андрей Сергеевич. – И тут же вернулась к бумагам.

– Нет, ну, ты издеваешься! – Взвыла она.

– Конечно, издеваюсь, Жень, я не понимаю, что ты хотела от меня услышать? Подругами мы никогда не были и все эти расспросы совершенно ни к чему.

– Ты где с ним познакомилась?

– Ходила на бои, места были рядом.

– Быть такого не может. – С залихватской уверенностью парировала женщина, внезапно успокоившись. – Он просто не мог сидеть в толпе. Андрей Сергеевич всегда сидит в VIP-зоне.

– И такая есть? Не знала. – Усмехнулась она. – Ну, Жень, вот зачем мне тебя обманывать, а? Он действительно уселся рядом, потом настойчиво предложил подвезти, пообщался с Варварой Степановной из моего подъезда и теперь полон решимости на мне жениться.

– Ты шутишь? – Вмиг растеряв весь запал, осела Евгения Арнольдовна, нерешительно улыбаясь, за такую новость ей, как гонцу, и голову с плеч снять не жалко.

– Не совсем. Он расспрашивал о родителях, объяснив это тем, что хотел бы точно знать, у кого просить моей руки. О свадьбе говорить, конечно, рано, но то, что он предложил мне встречаться – это факт.

– Встречаться?

– Жень, ты или глуховата, или что-то хочешь мне сказать и не решаешься. Я лично, склоняюсь ко второму варианту.

Оксана устало отбросила ручку, которую изначально подготовила для пометок, а теперь, по причине невозможности работать в таких условиях, просто калякала ей по чистому листу бумаги. Так и не начав вникать в суть документов, лежащих перед ней, отодвинула их в сторону и теперь всецело своё внимание направила на хмурую женщину, которая так и сидела с каменным выражением лица и идиотской улыбкой на губах.

– Ты хоть знаешь, кто он такой?

– Нет, просвети! – Раздражительно кивнула, метая в собеседницу молнии за нелепые театральные паузы.

– Самый богатый человек области.

– Да? – Искренне удивилась она, видимо не до конца осознав смысл сказанного. – А так и не скажешь. Да и… что-то он слишком молод для самого богатого… – Принялась рассуждать девушка, подняв взгляд к белоснежному потолку.

– Молод. Он и сам был человеком не бедным, а три года назад, когда отец отписал ему свою долю бизнеса, стал таковым. Как ты его подцепила?

– Да не цепляла я его! Сам навязался. И что это вообще за вопросы? Это моя личная жизнь.

– Ну да, личная, – хохотнула Евгения Арнольдовна. – Можешь смело готовиться к тому, что она скоро станет общественной. Такое событие никто не пропустит.

После этих слов Оксана всерьёз задумалась над сказанным за последние несколько минут. Шумиха ей была ни к чему. Да и такого ухажёра, следовало бы держать от себя подальше, во избежание недоразумений. Но для этого, нужно было обладать информацией уже вчера. Андрей, конечно мужик не плохой, но… слишком много «но» вырисовывается в связи с вновь открывшимися данными. Быть настолько далеко от будущего мужа, девушка не собиралась, а вместе с многомиллионным состоянием, между ними образовывалась целая пропасть из непониманий и обычных классовых несостыковок.

Быстро выпроводив неугомонную женщину, Оксана взяла в руки телефон и набрала Андрея, не зря он, оказывается, так настоятельно рекомендовал записать номер его прямого телефона… х-м, прямого, а вчера этого слова она и не заметила. Не важно.

– Слушаю тебя. – Бодренько отозвался он, мгновенно ответив. Ждал, что ли?

– Нет, Андрей, это я тебя слушаю. До меня тут дошло, что ты, оказывается, завидный жених, а я и не знала. – Грозно начала Оксана, едва сдерживаясь, чтобы не закричать.

– Не знаю, мне такого никто не говорил, но вам, женщинам, виднее.

– Мне пока ничего не видно, это только сплетни. Рассказывай.

– Да что рассказывать, – уже начинал заходиться смехом Андрей, попросту не понимая, причины такой ярости и злости.

– О твоём финансовом положении. Это правда?

– А с каких пор финансовое положение, заметь, в плюсе, стало недостатком?

– С тех пор, как ты от меня это скрыл! – Взвизгнула девушка и на всякий случай включила громкую связь.

– Брось, Оксана, ты чего испугалась-то? Я так и не понял.

– Не знаю. – Тихо, практически шёпотом отреагировала она на такой сладкий голос любовника. – Просто не ожидала. Да и не сказала бы, что ты… В общем, по тебе не видно.

– Не видно, допустим, но что тебя не устраивает?

– Я не понимаю, что нас может связывать.

– Кхмг…

– Нет, понятно, секс, но… ты вчера говорил о чём-то постоянном и я вроде как согласилась… Что именно ты имел в виду? – Наконец смогла озвучить она интересовавший её вопрос.

– Думаю то, что ты и подумала. Я предлагал присмотреться друг к другу поближе.

– И сейчас ты не изменишь своего решения? – Вкрадчиво уточнила девушка.

– С чего вдруг? Это ты меня уличила во вранье, а не я тебя. У меня, моя хорошая, претензий к тебе ноль. Так что давай, заканчивай эти глупости, успокаивайся, и к вечеру будь готова, я заеду за тобой.

С момента этого разговора никаких лишних вопросов и разногласий, больше не возникало. Вместе они не жили, но встречались практически ежедневно. Часто Оксана оставалась у Андрея ночевать, но при этом не нарушала его право на свободу: никакого «случайно» забытого белья на самом видном месте, ночных рубашек среди его пиджаков и даже зубной щётки, которую теперь она, предусмотрительно носила в сумочке. Он не проявлял себя как диктатор, но в вопросах секса был непреклонен: в его постели действуют только его правила. На самом деле, правил, как таковых, особо и не было, самое главное не пытаться его обмануть.

Как любовник Андрей был не плох, в меру агрессивен (к слову сказать, больше его доминирования в прямом смысле, не наблюдалось), чаще нежен. Не смотря на скудный список сексуальных партнёров, в интимных отношениях Оксану смело можно было назвать профи. Бывший муж был старше её, опытнее, и с лёгкостью подстроил молоденькую девочку под себя, под свои интересы, которые не ограничивались сменой поз. За шесть лет после развода, она только единожды попробовала себя в новых отношениях. Это был молодой человек, её ровесник, перспективный, целеустремлённый, знающий себе цену. Он недолго ухаживал, не старался угодить, а просто был собой, чем, собственно и зацепил. Их первая и последняя совместно проведённая ночь наступила недели через три, после первой встречи. Не было переизбытка романтики в виде лепестков роз и ароматических свечей, но не было и страсти, к которой девушка привыкла в первых отношениях. У неё с мужем никогда не было секса «просто так», от нечего делать. Всегда были накалённые до предела нервы, безумие, желание. Не было секса только потому, что его просто давно не было. Всё и всегда происходило по безудержному обоюдному согласию, с запалом, с полной отдачей. И поэтому, когда случилась эта связь, а никак иначе ночь с этим молодым человеком язык не поворачивался назвать, внутри что-то сломалось, рухнуло. Отношения были пресными, насквозь фальшивыми, Оксана даже не могла себе объяснить, что она здесь делает и почему до сих пор лежит в объятиях этого мужчины. Секс был… никаким. Нет эмоций, нет наслаждения, нет удовлетворения. С тех пор ничего больше не хотелось, казалось, что её муж знал маленький секрет, который не рассказал ей, отпуская в свободный полёт, либо просто запрограммировал под себя, и автоматически сделал неисправной для любого другого. Но сейчас у неё есть Андрей. Мужчина необычный, интересный, который с первого взгляда (как потом по большому секрету Оксана призналась сама себе) заинтересовал, заинтриговал и, что самое главное, оправдал ожидания.

Вскоре первые эмоции прошли, влюблённость перерастала в привычку, быстро, даже слишком, но ничего удивительного Оксана в этом не наблюдала. Она часто видела подобные отношения в своей прошлой жизни, когда самодостаточный мужчина заводит себе любовницу, жену – не важно. Суть в том, что эта женщина является лишь его дополнением, осколком его полноценной жизни, важным, но заменимым, потому что она просто осколок. Таким же осколком себя чувствовала и Оксана, красивым, шикарным дополнением успешного мужчины. Не обижалась и не удивлялась, просто отнеслась к этому как к должному. Андрей оставался таким же внимательным, вежливым, заботливым (в меру своих сил и своего времени), но отношения с ним обещали скоро наскучить. В постели было легче, естественнее, что, собственно, и останавливало от разрыва. Он всё чаще напоминал о всей серьёзности своего отношения, официального предложения делать не спешил, но уже успел представить своим друзьям и деловым партнёрам как девушку, любимую женщину, а несколько раз (с самыми близкими) даже обмолвился о возможной свадьбе. И Оксану это устраивало. Оставаться одной она не планировала, к бывшему мужу вернуться не могла да и, наверно, уже не хотела, а всю жизнь искать настоящую любовь и истинное пламенное чувство, было по крайней мере глупо. Так и жили. Местами весело, местами не очень, но вместе. И обоих это устраивало. Андрей не задавал лишних вопросов, но много рассказывал о себе, предоставил Оксане полный карт-бланш в её истории, позволяя посвящать его только в светлые моменты своей жизни. Так однажды и сказал: «Мне не важно, что было до меня, это твоя жизнь. Я вижу, какая ты, и знаю, что с тобой делать, чтобы ты таковой и оставалась. Понимаю, что у каждого есть грехи и моменты, которые хочется изменить, забыть, но лезть в душу без твоего разрешения не стану. Я могу в два счёта выяснить о тебе всё, что захочу и ты это понимаешь, но я тебе доверяю и от тебя требую того же. Береги мои нервы, Оксана, и всё будет хорошо».

За месяц новых отношений она успела прочувствовать своё нынешнее положения и степень влияния (на мужчину, разумеется), могла себе позволить поскандалить и покапризничать, но чаще всего делала это для разнообразия, потому что знала, как это бывает, когда рутина и быт заедает, а такого финала для себя хотела меньше всего.

Был вечер четверга, когда весёлый Андрей в кампании двух своих друзей, заявился в квартиру, попутно сшибая с ног девушку и валя её на диван.

– Андрюш, ты меня раздавишь. – Пискнула Оксана не в силах выбраться из под грузного тела.

– Цыц! Кто в доме хозяин?

– Тараканы. – Выдохнула со злостью. – Но если ты с меня не слезешь, то и их здесь не станет.

– Это почему ещё? – Искренне удивился Андрей, нехотя поднимаясь и усаживая всклокоченную любимую к себе на колени.

Оксана аккуратно поправила волосы, собирая их в хвост, любя разгладила ворот рубашки Андрея.

– Потому что они умрут с голоду.

В это время на входе в гостиную уже стояла вся кампания в сборе, знакомые все лица, но пьяными Оксана лицезреть их не успела. Эти мужчины, частые в доме Андрея гости, успели привыкнуть к тому, что у друга появилась постоянная девушка, которую смело можно назвать хозяйкой. Могли отпускать при ней пошлые шуточки, делать двусмысленные намёки, но своё место знали и никогда не переходили границы дозволенного. Оксана умела показать себя, заставить уважать, не вспыхивала как спичка, распаляя конфликт, а напротив, всегда оставалась милой и улыбчивой. Мужчины весело гоготали и пьяно косились на хозяина. Затем так же, со смехом, плюхнулись на диван напротив. Андрей всё это время обдумывал смысл сказанного.

– Ты нелогична, Оксаночка, – он провёл широкой ладонью по бедру, возбуждаясь, – ты ведь не умеешь готовить, откуда тараканам взяться? – А сам уже думал совсем о другом.

– Ну и что, я ведь приношу порожные к чаю. – Невозмутимо ответила она и гордо вздёрнула подбородок под всеобщее молчание.

– Как, совсем не умеет готовить? – Оживился один из нетрезвых. – Так как же ты собираешься на ней жениться?

– А Андрей любит меня за другие таланты. – Нисколько не испугавшись двусмысленности, сказанула Оксана, приобняла любимого за шею, притягивая лицо к своей груди, и уставилась на собеседника. – И за красивые глаза. – Скромно добавила она и мило улыбнулась.

– А-а, ну, тогда понятно. Ничего, я тебя к своей жене определю на недельку, так что с рецептом приготовления яичницы, ты скоро освоишься.

– А что? – Оживился и второй пропойца. – Твоя Галка тоже готовить не умеет?

– Ага, – довольно облизнулся, – я её тоже, за другие таланты люблю. – Громко ответил первый и рассмеялся басом. Только Оксана неожиданно залилась краской, после подобного комментария.

Вообще, сексуальная тема часто поднималась в кампании друзей Андрея. И все к пошлым шуточкам и к самым язвительным комментариям успели привыкнуть. Но при этом никто ни к кому в постель не лез, за что им отдельное спасибо.

– Так что, хозяюшка, чайком угостишь? С пироженками?

– Нет, товарищи, вам сейчас лучше по пиву, а пива у нас дома нет. Да, Андрюша? – Андрюша сонно и послушно кивнул, заглядевшись на её грудь.

– Это ты нас так вежливо просишь удалиться? – Якобы грозно зарычал первый дебошир. – А знаешь ли ты, дорогуша, что перед тобой сидит первый заместитель главы администрации?

Первый заместитель гордо скрестил руки на груди и играючи надул губы.

– Знаю, знаю, нас уже представили друг другу.

– А раз знаешь, зачем грубишь?

– Что ты, я просто говорю как лучше. А лучше будет пиво, которого у нас нет.

Оксана кое-как отлепилась от Андрея, который уже забыв о гостях запустил руку под просторную кофточку, встала и прошла к дверям.

– Ох, – тяжко вздохнул второй, – и за что только тебя это сонное царство любит, грубиянка ты. Хоть и красивая. Ладно уж, спите тут, пойдём.

– Не пойду! Хочу чаю!

– Идём, я тебе в машине налью. У моего водителя термос стоит.

– Уговорил… но я тебя, Оксана, запомнил. Вот придёшь ты ко мне документы утрясать… – он на секунду задумался и уже с улыбкой добавил: – так я тебя тоже чаем не угощу.

И снова засмеялся. Уже на пороге остановился, бросил на неё оценивающий взгляд, залез рукой во внутренний карман пиджака и достал оттуда две бумажки голубого цвета, Оксана привстала на цыпочки, пытаясь подсмотреть.

– Вот, держи, – стукнул ими по любопытному носику, – Андрей сказал, ты хотела сходить на финал.

– На какой финал? – С интересом вглядываясь в надпись на билетах посмотрела Оксана поверх них.

– Ну, на тайский бокс. Он бы всё равно пошёл, ну, а раз ты такая ярая поклонница, то решил и тебе билет достать.

– Спасибо. А когда? – Ошарашенно хлопнула ресницами.

– В эту субботу. Только смотри, чтобы оделась как всегда, а то, что это такое? – Он небрежно одёрнул широкую льняную рубашку, в которой Оксана неизменно встречала Андрея по вечерам, тут же подтянул ближе и чмокнул в щёку. – Всё, жду тебя красивой.

Он широко улыбнулся и решительно шагнул за порог.

Рубашка ему не понравилась… знал бы, как её любит Андрей, уж, неведомо почему. И сам лично просил встречать его только в ней, и желательно без белья. А джинсы Оксана сегодня на всякий случай одела, не зря, как видно, Андрей задерживался, что случалось редко, и на интим она практически не рассчитывала. Глянула ещё раз на билеты и бросила их на полку в прихожей перед зеркалом. И когда только успела стать поклонницей кикбоксинга? Вроде и не разговаривала об этом с Андреем, хотя… не важно. Можно и сходить, тем более на финал.

Утром в субботу Андрей бегал сам не свой, отменял какие-то встречи, разгружая вечер, зачем, спрашивается, их назначал, если изначально не собирался идти? Но все его хлопоты и тревоги оказались напрасны, весь список влиятельных персон, как и сам Андрей, сетуя на секретарей, так же легко отказывались от запланированных встреч и договаривались встретиться в том самом спортивном клубе. Оказалось, что этот финал, для всего города является событием и пропускать его никто не собирается. Разобравшись с делами, он остановился посреди спальни и с недоумением глянул на девушку, которая нежилась в первых солнечных лучах, и не спешила выбираться из-под одеяла.

– Оксан, ты же со мной? – Уставился на неё Андрей, непонятно чему хмурясь.

– С тобой, дорогой, а что?

– Ну-у… – многозначительно затянул он, – ты вроде как всегда в салон ходишь. Сегодня что? Исключение?

– А-а, ты об этом? – Оксана лениво рассмеялась, лохматя белокурые волосы. – Боишься, что я распугаю всех твоих партнёров?

– Нет. – Абсолютно серьёзно отчеканил он. – Просто без макияжа и улыбки ты выглядишь слишком серьёзно и они могут подумать, что ты не так глупа, как хочешь казаться, а среди нашего круга общения, знаешь ли, это не принято.

– Не принято, чтобы женщина была умна?

– Не принято, чтобы женщина было одновременно умна и неприлично красива. Меня завтра же хлопнет киллер, и к тебе выстроится очередь из поклонников. – Задорно улыбнулся он и подмигнул. – Так что давай, приводи себя в обычный вид, в шесть начало, нам нужно успеть.

– Скажешь тоже! – Улыбнулась в ответ, подтянула Андрея, который склонился для поцелуя, ближе и взъерошила его волосы рукой. – Будет тебе красивенькая глупышка, влюбишься в меня заново.

– Всегда готов.

– Салон у меня в четыре, оттуда и заберёшь. Договорились?

– Договорились.

– Ну, тогда дуй, работай, а я найду, чем мне заняться.

На слова Андрея не обижалась лишь потому, что и сама считала, что косметика для её лица – лишний атрибут. Так и лицо выглядело свежее и моложе, и взгляд, действительно был умнее. Бывший муж, кстати, дома вообще запрещал портить себя косметикой. Кроме правильных черт лица, она так же имела яркую и выразительную внешность. Длинные чёрные от природы ресницы, аккуратные брови, насыщенного цвета губы, так, что даже без макияжа выглядела прекрасно, даже лучше, чем с ним.

В начале шестого вечера, они уже входили под ручку в спортклуб, попутно приветствуя знакомых и улыбаясь направо и налево. С такого ракурса, который открылся Оксане сегодня, вечер не был столь скучным. Она воочию видела практически всех финалистов, и с каждым её Андрей здоровался за руку. Для избранных, это был не просто бой, это был настоящий светский раут. Отдельная зона для особо важных гостей, бесплатная выпивка, закуски, развлечения, девочки из эскорт-услуг с заученными улыбками. Через полчаса, их вежливо пригласили рассаживаться. Намечалось не просто соревнование, а зрелищное шоу с реальными персонажами. От приторно-сладких улыбок и надменного фырканья зажравшихся шлюшек, начало подташнивать, рассматривать зал и подготовку к старту надоело, Андрей на время о ней забыл и занимался исключительно деловыми вопросами и Оксана решила провести время до начала боёв отдельно, благо для этой части зала был другой выход и пробираться сквозь толпу не пришлось.

– Я в туалет. – Шепнула на ушко Андрею.

– М-гм. – Нехотя оторвался он от беседы с мужчиной. – Только не долго, скоро начало. – Бросил ей вслед и тут же отвернулся.

В коридоре сейчас было тихо и безлюдно, стало легче дышать и в прямом и в переносном смысле. Чтобы не терять даром времени, решила действительно сходить в туалет (в зале было достаточно жарко, макияж мог испортиться и лучше предусмотреть это заранее и подправить его). Только вот найти дамскую комнату оказалось не так просто. В этом крыле клуба, Оксана не была, да и что-то подсказывало, что и удобства здесь отдельные, пришлось блуждать. Пока искала, услышала оглушительный рёв толпы, означающий, что к началу она опоздала, поэтому спешить более было некуда и можно расслабиться. Уже за следующим поворотом нашла нужную дверь. Минут за пять привела себя в порядок, улыбнулась отражению в зеркале и пошла в народ. Сегодня она себе безгранично нравилась. Пышная укладка с аккуратными завитками, лёгкий практически воздушный макияж, который подчёркивает цвет глаз, делает взгляд спокойнее, теплее, розовый блеск на губах. Платье выбрала небесно-голубого оттенка, из полупрозрачного шёлка, в многослойном крое создавалось ощущение чего-то пышного и очень вкусного, правда Андрей не оценил, хоть и оглядывал дольше обычного. Тонкие бретельки создавали ощущение тепла и близкого лета. И, как всегда высокий каблук, полностью дополнял образ феи, а именно так Оксана себя чувствовала сегодня. Она была счастлива, хотя бы оттого, что жива, свободна, красива и независима. С широкой улыбкой вышла из дамской комнаты и словно парила над полом коридора, так легко себя чувствовала в этот момент. Только чувство лёгкости и счастья быстро испарилось, как только из-за поворота увидела чёткий мужской силуэт. Внутри что-то щёлкнуло, заставляя замереть и запрещая отводить взгляд. Мужчина… нет, молодой парень, неспешным шагом приближался к ней, рядом с ним шёл лысоватый мужичок с пивным брюшком, но для Оксана он был тенью, невидимкой. Её внимание всецело захватил молодой человек. Он шёл медленно, вслушиваясь в слова собеседника, изредка кивая, давая понять, что услышал. От него веяло силой и уверенностью, каждое движение резкое, чётко спланированное, а потом один его взгляд и время остановилось, сердце замерло, дыхание сбилось. Взгляд наглый, самоуверенный, не оставляющий выбора. Такими мужчинами не обязательно обладать, их можно рассматривать как экспонат музея, как нечто редкое, диковинное.

Это дикий зверь, необузданный самец, который прекрасен именно таким, горячим, живым, свободолюбивым. Его наглость вышагивала вперёд него, предупреждая всех и каждого. Жёсткий, решительный взгляд, плотно сжатые губы, полная концентрация. На него хотелось смотреть, им хотелось восхищаться, рядом с таким мужчиной стон является чем-то естественным, непроизвольным. Гибкое, мощное тело, широкий шаг. По мере приближения, парень отвлёкся от своего собеседника, Оксана поняла, что её заметил. Рассеянный взгляд превратился в цепкий, сконцентрированный, от него девушка отшатнулась, отдавая в ответ свою улыбку. Парень хищно ухмыльнулся одним уголком губ и потерял веский интерес к разговору, не отпускал взгляд, контролировал её дыхание, гипнотизировал, не давая выйти из оцепенения. Когда между ними оставалось всего два шага, резко и громко прервал собеседника.

– Короче, Саныч, я понял, – громко проговорил он, обращаясь к невысокому мужчине рядом и вернулся взглядом к Оксане. – Ты иди, – уже не глядя на него, – а я буду минут через пять.

Провёл языком по внутренней поверхности нижней губы. От такого движения у Оксаны стало горячо межу ног, захотелось простонать. Шлюхой она не была никогда, но этот парень просто не оставлял ей выбора. Он был мега сексуальным, знающим цену своему влиянию, очевидно возбуждающим и идущим напролом.

– Я знаю, кто за меня будет сегодня болеть. – На полушёпоте проговорил он, пожирая девушку взглядом.

– Охренел?! – Возмутился лысоватый мужчина рядом, становясь в позу, но потом, разглядев Оксану, понимающе кивнул, его взгляд смягчился. – Две минуты тебе даю, и не вздумай нарушать режим. Голову оторву… и яйца. – Угрожающе добавил уходя.

– А зачем мне лежим нарушать, а? Я и стоя умею.

Парень улыбнулся во все тридцать два белоснежных зуба и дерзко подмигнул, даже не скрывая своих намерений.

– После боя. – Рыкнул ещё раз мужчина, как поняла Оксана – тренер, уже издалека, оставив своего подопечного с ней наедине.

Первую минуту парень молчал, на лице растекалась лукавая улыбка, гордо вздёрнутый подбородок, хитрый прищур, свободная, несколько развязная стойка с широко расставленными ногами, плечи расправлены. Оксана сделала пару шагов назад, пристально рассматривая его во весь рост, а тот и не препятствовал, знал, что безупречен и бессовестно этим пользовался. Сразу смекнула, что тот предоставляет ей время для раздумий и заранее уверен в результате, но не торопит, даже наслаждается произведённым эффектом, следит за её взглядом.

Парень был хорош во всём, и лицом, и фигурой, а особенно внутренним состоянием с бешеной сексуальной энергетикой. Высокий, стройный, он светился изнутри, выдавая свой настрой. Оксана, учитывая шпильки в десять сантиметров, была около метра восьмидесяти пяти, а он был выше ещё на два-три сантиметра. Широкие спортивные штаны из мягкого трикотажа, белая футболка и толстовка с капюшоном, спортивные кеды. Странный выбор для этого сезона, но внешне делает парня тёплым и пушистым котёнком, которым он не являлся. Широкие плечи, длинная мощная шея, на которой красовалась толстая цепь из белого металла. Короткая модельная стрижка. Светло-русые волосы такого оттенка, который, выгорая, становился пшеничным, очень красивым. Тёмные брови правильной формы, большие серые глаза, затягивающие в себя как в трясину, прямой нос, слегка заострённый на кончике, тонкие губы. И снова глаза… удивительные. А в них искорка смеха. Он выдержал, дождался, пока снова завладеет вниманием незнакомки, которая, рассматривая его, не заметила, как и он отсканировал взглядом её, забавно.

После такого испытания, уже не сомневался в своих силах, хотя не сомневался в них и до него, но теперь мог вполне спокойно поставить флажок победителя на вершине. И начал наступление. В его движениях не было прежней резкости, плавными, мягкими шагами он сокращал расстояние между их телами, как самый настоящий кошак, склоняя голову набок, пытаясь губами коснуться шеи. Оксана вообще, имела привычку сравнивать мужчин с хищными кошками. Вот своего бывшего мужа, она ассоциировала с тигром, достаточно крепким, уверенным, с определённым положением в обществе (том же зверинце), безусловно красивым. Андрей был львом и никем другим. Мощный, как скала, менее красивым, но таким же надёжным, как и предыдущий тигр. А вот этот парень, он другой. Он резкий, он дерзкий, он смелый и необыкновенно притягательный. Если возвращаться всё к тем же хищникам, то гепард. Красивый, поджарый, изящный (хотя до этой минуты и не подозревала, что таким словом можно охарактеризовать мужественного самца, но он, действительно был таковым). Дикий и опасный, и этой опасностью привлекающий.

Пока увлечённо осмысливала увиденное, парень приблизился вплотную, его дыхание уже шевелило выбившиеся из причёски локоны и он ловко их заправил на место, слегка взбивая и без того пышные волосы.

– Так что? – С уверенной улыбкой выдал он, глядя на её губы. – Ты согласна?

– На что? – Провокационно дерзко уточнила, не спеша расправлять губы в виде буквы «о».

– Болеть за меня.

– Я подумаю.

– Всего лишь подумаешь?

– Ты хотел услышать что-то другое? – Приподняла она брови, изумляясь.

– Да.

Парень даже удивился такому откровенному хамству с её стороны. Игнорируя губы, в которые хотел впиться до такого бессовестного отказа, прислонился к ушку, щекоча кожу дыханием, вдыхая чудный аромат незнакомых духов, провёл языком по своим зубам, опаляя кожу горячим дыханием, пахом упирался в её бёдра, корпусом же немного отклонился назад.

– Заводишь меня?

– И не пыталась. – Ещё резче ответила девушка и слегка оттолкнула его.

Он, конечно, от такого забавного действия вряд ли бы сдвинулся с места, просто захотелось посмотреть, что твориться в глазах этой бестии и отступил, всего на шаг, всё так же контролируя её, но уже, имея возможность видеть лицо. Снова облизнулся, всматриваясь в большие глаза. Лёгкая добыча не была в его вкусе, но такая удача, как эта красотка встречалась редко. Известный спортсмен, обладающий более чем привлекательной внешностью, не знал недостатка в женском внимании, поэтому быстро терял интерес к происходящему, плыл по течению. А вот в таких случаях дело приобретало непредсказуемый оборот, что заводило, взрывало мозг, выпускало азарт. Девушка недурна, более того, красива, она явно была заинтересована в нём, как и он в ней, при этом интереса своего не скрывала, но и не спешила пользоваться встречным. На всякий случай глянул на руки: пальцы украшениями не пестрили и заметить отсутствие обручального кольца оказалось не трудным.

– Я хочу тебя.

Практически беззвучно, одними губами проговорил он.

– Ничем не могу помочь.

– Что так?

– Ты не в моей возрастной категории.

– Предпочитаешь постарше, – холодно ухмыльнулся, и язвительно добавил: – или посолиднее.

– И то и другое, желательно в комплекте.

– Хочешь продажной любви?

– Взаимное чувство такая редкость в наше время…

Не веря своим ушам, он снова вгляделся в холодные голубые глаза, немного презрительно скривился, дотронулся двумя пальцами до подбородка, слегка приподнимая, не давай отвернуться.

– С папиком пришла? – Догадался он и отступил ещё на шаг.

– Как вы догадливы, молодой человек.

– Я лучше. – Доверительно шепнул парень, нагло ухмыляясь.

– Я, на твоём месте, не спешила бы с такими выводами.

– Хочешь убедиться?

В ответ Оксана только удивлённо приподняла брови. Парень ей нравился своей предсказуемостью и самоуверенностью, именно такой, которая присуща молодёжи. Он не думал над хитроумным ответом, говорил так, как чувствует. В более основательном возрасте эта уверенность в себе имеет другие черты, они становятся спокойнее, имеют за собой чёткую основу.

– Пока меня не тянет.

– А так?

Незнакомец недолго думая, приблизился, ухватился крепкими длинными пальцами за её бедро под платьем и несильно сжал, приблизился к соблазнительным губам, но почувствовал упирающуюся в пах острую коленку, и замер в миллиметре от них.

– А так?

– Да ладно… – Отступился он, окидывая уже насмешливым взглядом. – Там уже нечего оберегать. – Кивнул на низ живота девушки, но должной оскорбительной реакции не заметил и повысил ей балл.

– Не надоело прыгать по койкам старпёров?

– Предлагаешь заменить их на молокососов вроде тебя? – Девушка ткнула в грудь парню тонким изящным пальчиком.

– Горячее мускулистое тело, – эротическим полушёпотом соблазнял он, – энергия, драйв – это тебе не сморщенные мужики.

– Скажу по секрету, член одинаково гладкий в любом возрасте, главное чтобы стоял. – С гадкой улыбкой ответила Оксана, за что тут же оказалась снова прижатой к стене.

– Сучка! Как же ты меня заводишь… – Сорванное дыхание, лёгкое касание его носа по подбородку, острая боль от прикусаной кожи на шее и её тяжёлый стон потянулся вдоль коридора. – Я лучше.

– Да, да, детский сад – это очень увлекательно, но уже не для меня.

Оксане нравилась его реакция, острая, горячая, парень и сам не заметил, как начал реагировать на её выпады, но такая бесшабашность вполне объяснима. Сколько ему? Двадцать два? Двадцать пять? Не больше. В таком возрасте всё кажется простым и объяснимым, всё в твоих руках и ты главенствуешь над обстоятельствами. Уже позже приходит понимание, что ты зависим, что есть факторы, на которые ты не в силах повлиять, но до этого ещё далеко. Парню очень идёт такая сладкая, возбуждающая агрессия. Он полностью забылся и уже не пытался сдерживать эмоции. Оскалился, оттеснил девушку к стене, упираясь руками по обе стороны от её головы и зловеще, выразительно выговаривал каждое слово, но было не страшно, было острое и обжигающе удовольствие.

– Когда я воткну свой детский сад тебе по самый корень, эта улыбка сползёт с твоего лица, обещаю.

– Твои две минуты вышли. – Спокойно ответила, отталкивая парня, и он снова не сопротивлялся.

Она обошла его со стороны и направилась в зал.

– После боя моей будешь. – Крикнул вслед.

Оксана с улыбкой обернулась и встретила его многообещающий взгляд и ловкое движение двух пальцев, имитирующих движение при разогреве в сексе.

– Соси, малыш!.. – Давясь подступившим смехом, отозвалась она и ушла вдоль по коридору.

Для него сейчас главное бой, с девкой и после разберётся, знать бы ещё, с кем пришла, чтобы не нарваться. Не зря ведь так реагировала, дерзко, смело, а на безголовую не похожа, даже наоборот, умна, слишком. В ней всё слишком… красива, недоступна, желанна. Чёрт! Даже сейчас, спустя несколько минут, возбуждение напоминало о себе. И её язычок понравился, обязательно стоит поискать ему лучшее применение. Но всё потом. Отбросить мысли и сомнения, полностью сосредоточиться на противнике. И он станет чемпионом не только области, но и всей страны, в своей весовой категории.

Оксана приближалась к Андрею, который хоть и заметил её долгое отсутствие, но особо не огорчился, на короткий его вопрос «почему так долго?», пожала плечами и уставилась на ринг, пытаясь привести мысли в порядок. Парень её однозначно зацепил, чем именно, сказать сложно, скорее всего тем, что он такой, какой есть, и не старается быть ни лучше, ни хуже. Его всё в жизни устраивает и он семимильными шагами движется к намеченной цели, а у такого как он по-другому и не получится. Сейчас она сидела значительно ближе к рингу и могла внимательно рассмотреть всё происходящее и почему-то становилось жутко. Издалека всё казалось не настоящим, а здесь, сейчас, когда слышен каждый мощный удар, каждый вздох противников, становится не по себе. Она сильнее вцепилась в предплечье Андрея и кусала губу изнутри, чтобы не вскрикивать в особо острые моменты. Прошло около часа, прежде чем объявили его. Молодой парень, с красивым телом стоял спиной, демонстрируя своё идеальное тело. Настолько идеальное, что хочется прикоснуться, погладить. Провести кончиками пальцев, по рельефгым мышцам. Мышцы не накачаны, а, скорее, развиты, натренированы, всё на своём месте, ни грамма жира. Длинные стройные ноги (скажете для мужчин стройные ноги редкость – ничуть, особенно отличился этот экземпляр). Он вышел в одних шортах, или что там у них? Спортивные трусы?.. На кулаках перчатки, во рту капа. Реальность перестала существовать, когда парень повернулся в сторону площадки, где расположилась их кампания, и Оксана разглядела в бойце своего незнакомца. На шее татуировка китайского иероглифа, на пояснице, прямо над трусами, надпись на латинице. Вроде и обычно, у всех сейчас такие, но кровь полилась по венам быстрее. Серьга в виде маленького колечка отсутствовала – снял перед боем. Сердце билось часто-часто и практически остановилось, когда на ринг вышел его соперник. Это был не человек – это была горилла в человеческом обличии: широченный набитый лоб, переломанный и явно не один раз нос на пол-лица. Чисто теоретически, Оксана понимала, что они должны быть в одной весовой категории, но практически принять этого факта не могла. Громила казался на порядок больше мальчика и даже просто смотреть на них двоих одновременно, понимая, что сейчас начнётся бой, было страшно.

– Не бойся, – улыбнулся Андрей, пряча в своих широких ладонях вмиг ставшие ледяными пальчики, – они знают, что делают.

Знать-то они знают, но что делать ей, если она переживает за парня, как за родного. Видит, как он обвёл взглядом трибуны, раз, другой, но взгляд сосредоточенный, от того клоуна, с которым встретилась в коридоре, не осталось и следа. Грозный могучий рык, демонстрирует готовность, трибуны скандируют, взрываются криками и визгами, но она видит только его глаза и внутри всё сжимается. Полная концентрация, казалось, даже если Оксана подпрыгнет на месте, обещая за него болеть, то он и не поймёт, чего от него хотят. А она болела, уже сейчас, ещё до того, как раздастся гонг.

Бой начался, соперники, примеряясь друг к другу, пробовали первые лёгкие удары. То, что это не закончится быстро, стало понятно уже на первой минуте. Вскоре лёгкие удары сменились точными, тяжёлыми. Оксана почувствовала, как Андрей напрягся, словно сливаясь воедино с одним из бойцов, и точно так же, всем корпусом уклонялся от ударов, кривясь словно от боли, когда удар достигал цели. Вскоре Оксана поняла, что они с Андреем болеют за одного и того же бойца,только вот имени его не запомнила, не думала, что то, что она увидит, будет таким зрелищным. Парень сейчас особенно сильно напоминал гепарда, о котором Оксана думала при первом взгляде, мягко ступал по рингу, словно готовился к броску, к финальному рывку, но момент истины всё оттягивался. Работал руками, ногами, но соперник был если и не сильнее, то равным точно, радовало только одно: парень так же ловко уклонялся от ударов, как и громила напротив.

– Да что же он его так бьёт! – Вскрикнула, как только удар ногой пришёлся куда-то в бок парня.

– Спокойно, дорогая, чего ты так кричишь, сейчас и бойцов распугаешь. – Улыбнулся Андрей, но то и дело его взгляд возвращался к рингу.

– Да посмотри, кто такого амбала выпустил? Он же его убьёт!

– Малыш, успокойся, никто никого не убьёт. Это же соревнования, а не бои без правил.

– Ага, тогда почему он такой большой, а паренёк такой маленький?

– Ну, маленький – это ты, конечно загнула. Первый тяжёлый вес – это от восьмидесяти одного до восьмидесяти шести, так что…

Первый раунд закончился, бойцы разошлись по разным углам, кивали на предложения своих тренеров, взгляд ясный, тяжёлый. Когда гонг прозвучал снова, рефери выкрикнул непонятное слово на «Ч», бой начался. Оксана не могла найти себе места, ягодицы плясали от напряжения, не давая возможности сидеть спокойно, пальцы сжимались в кулаки и только маникюр напоминал о себе, когда становилось невыносимо больно. Прикушенная губа уже не спасала, Оксана вскрикивала и подскакивала каждый раз, когда удар настигал цель, издавала радостный клич, когда в цель напротив попадал её мальчик. Время тянулось, нервы зашкаливали, этот раунд казался бесконечным. Бойцы тоже подавали признаки усталости, она видела, как один из судей занёс молоточек над круглым диском, чтобы окончить раунд, как амбал нанёс сокрушающий удар в голову и паренёк, сделав пару шагов назад, повис на канатах. Оксана сдавленно пискнула, подскакивая на месте, и тут же, с силой плюхнулась назад. Перед глазами появилась белая пелена, во рту сладковатый привкус и обильное слюноотделение, неприятная слабость пульсировала в затылке. Рефери тут же начал отсчитывать секунды, на пятой боец пришёл в себя, но бой остановили.

– Ты бледная, может, выйдем? – Взглянул на неё обеспокоенный Андрей, сжимая ледяные пальцы.

– Нет! Ты что?! – Встрепенулась Оксана, тут же приходя в сознание, она не могла оставить этого парня одного, вбив себе в голову мысль, что нужно болеть, и тогда всё будет.

Видела, как по лицу паренька хлынула кровь, и приступ тошноты повторился, только теперь до неё дошёл металлический запах крови, но вполне возможно, что это самовнушение.

– Ох, – практически простонала она, – да почему у них нет защиты на голове?!

Андрей странно покосился, взглянул с прищуром, но потом выдохнул.

– Это профессиональный бой, кроме перчаток, капы и трусов нет ничего. А если ты про кровь, то из рассечённой брови крови всегда много, для здоровья практически не вредно. Ты уверена, что хочешь остаться?

– Конечно! – Был её ответ и теперь снова, с вытянутой как у жирафа шеей, она следила за боем.

Наверно даже не дышала, когда парень пошёл в наступление. Резкие удары ногой, локтями, реже – кулаками. Увернулся, влево, ещё раз влево, вправо, удар – мимо, удар – мимо, ещё удар – по касательной. Чёрт, да почему же амбал такой везучий? Ещё два раунда в том же темпе и всё, конец. Победившего будут определять по количеству очков. За время поединка, амбал успел дважды побывать в нокдауне (что это значит и как называется, попутно объяснял Андрей), получил несколько серьёзных ударов в голову, потерял скорость и хватку.

Стоя на ринге, рядом с рефери и своим соперником, парень вдруг начал активно сканировать взглядом зал, результата не было – это стало понятно по его натянутой улыбке, слабо утешало то, что ищет он, возможно, её (Оксану), но с другой стороны, мог ведь искать и родственников. Да и увидеть её в этой зоне он практически не мог, так как стоял полу-боком. Взмах руки со стороны парня и она подпрыгивает и скачет на месте, вместе с ликующей толпой. Звонкий девичий писк и резкий укол ревности, конечно, он ведь любимчик публики. Далее объявление регалий и заслуг. Что именно говорили судьи, практически не слышала, было не до того, странное щенячье счастье, ощущение полёта и лёгкости, блаженная улыбка на губах и удовлетворение как после секса. После высокого эмоционально напряжения, наступил спад. Хотелось закрыть глаза и уснуть, отказалась от этой затеи только из уважения к спортсменам. Больше ни за кого поболеть так и не смогла, да и вообще, вела себя пассивно. Через час, Андрею на телефон пришло сообщение, и он с усталой улыбкой повернулся к Оксане, погладил по согревшейся ладошке и поцеловал в щёку.

– Ну? Пойдём?

– Куда?

– Познакомлю тебя кое с кем. – Загадочно улыбаясь, проговорил он и потянул к выходу в коридор.

– Ты что, с ума сошёл? Я сейчас в таком виде, что мной только ворон пугать, а ты «познакомлю»! – Упиралась Оксана, выглядывая себя в зеркале на колоннах холла.

– Ты прекрасно выглядишь, только немного устало.

– Я есть хочу, мясо. Ты меня покормишь сегодня?

– Обязательно, в ресторане. И десерт обещаю.

– Нет, я мясо хочу. – Скорее, бубнила уже самой себе, как вагончик, идя за Андреем-локомотивом.

– А нам сюда точно можно? – Уточнила, когда вошли в дверь, с надписью «Посторонним вход воспрещён», но, не услышав или не уловив ответа, послушно плелась следом.

– Игорь!

Громко крикнул Андрей. Настолько громко, что у Оксаны и уши заложило. Как раз разминая их, она и встретилась взглядом с недовольными и даже злыми серыми глазами. Нет, глаза были не Андрея, а как раз её молоденького победителя. Тут же широко улыбнулась, хотя чувства были смешанными, точнее, вообще не понятно какими. Толи радоваться, что она с ним познакомится, толи огорчиться, что познакомится при таких сомнительных обстоятельствах. В общем, улыбнулась – это в любой ситуации подойдёт.

– Поздравляю, был молодцом! – Громким басом начал Андрей, подтягивая к себе паренька, крепко обнял его, несколько раз приподнял над полом и только после сдавленного стона отпустил, Оксана тут же поморщилась. – Извини, не подумал. Хорошо же он тебя потрепал!

Парень кивнул, но не сводил взгляда с девушки, в глазах злость, обида, издевательские смешинки – всего намешено и этот взгляд стремительно меняется от одной крайности в другую.

– Оксана чуть не порвала меня, так переживала, когда ты выступал. Два раза готовилась терять сознание, но как только я предлагал выйти – хохлилась, как воробей и кричала, что не уйдёт. – Андрей подтянул её ближе, вжимая в свой бок.

– Не говори ерунды! Ничего я не теряла, просто волновалась. Тот второй был такой здоровяк, что и смотреть страшно. Вот его-то я и испугалась.

– Ага, то-то визжала, когда кровь увидела. Ты не представляешь, – обратился он к бойцу, – впилась ногтями в мою руку и на месте подпрыгнула, пришлось прыгать за ней.

– Ой, всё, перестань, – показательно обиделась она, – я переживала, а ты сейчас смеёшься. Хотя и сам каждый раз от ударов уворачивался, да так, что меня чуть с кресла не сбивал.

Пока парочка смеялась друг над другом, парень буквально побелел от злости.

– Может, ты всё-таки нас представишь? – Прошипел он и снова уставился на Оксану, мечтая прожечь в ней дыру.

– А, да, конечно. Оксана, – Андрей даже отступил на шаг, демонстрируя красоту, на секунду задумался, как представить, – моя… девушка! А это Игорь – мой брат.

Вот сейчас и правда, стоит сказать «Ой!». Неудобно получилось, не так она себе представляла знакомство с одним из членов семьи. И пока Игорь злился, улыбнулась.

– А мы уже успели познакомиться. – Посмотрела она на Андрея и сделала невозмутимое лицо, когда брови того поползли вверх.

Игорь напрягся, Андрей кинул на него короткий взгляд, но снова вернулся к улыбающейся Оксане.

– Это когда вы успели?

– В коридоре, случайно столкнулись. – Игорь выдохнул с облегчением, а её чёрт дёрнул добавить. – Да ещё и поспорить успели.

– Да? И на какую тему?

Уже спокойнее отреагировал Андрей, заметив лёгкость, с которой девушка это рассказывает. Сжатые за спиной кулаки брата он заметить не мог.

– На тему приоритетов при выборе любовников. Игорь утверждал, что чем моложе – тем лучше. Я посмела оспорить его точку зрения.

– Так, поспорили, – уже в голос смеялся Андрей, наблюдая за реакцией парня и за сияющим взглядом Оксаны, которая нарывается, но, видимо, об этом ещё не подозревает, – и что решили?

– Мы не пришли к соглашению, каждый остался при своём мнении.

Отчиталась она, как правильная дочка перед родителем за хороший поступок, активно размахивая сжатой в Андреевой руке ладонью и изредка бросая короткие взгляды на Игоря.

– Ну, ничего, разберётесь ещё, а сейчас давайте в ресторан, поздравим нового чемпиона.

– Да пошла ты! – Неожиданно выплюнул Игорь, словно не замечая реплики брата, развернулся на месте и хлопнул дверью раздевалки в конце коридора.

– Он что, обиделся?

– Странно, но да. – Согласился Андрей, выглядел при этом немного растерянным. – Сейчас я с ним поговорю и он извиниться.

Андрей уже успел сделать пару шагов, когда Оксана его остановила.

– Не стоит. Кажется, сболтнула лишнего, но я сама поговорю с ним. Думаю, так будет лучше.

– Да прям! Он тебя не послушает, упёртый, как баран.

– Я разберусь.

С такими словами оглянулась на Андрея, а потом решительным взглядом направилась в раздевалку.

Небольшая комната около восьми метров, за ней ещё одна, по центру стоит Игорь, злобно расправляя майку. Ничего не получалось и он скомкал её, отшвыривая в угол. В коридоре был ещё в халате, теперь же переодевался. Неудачно. Оксана улыбнулась, стараясь не шуметь, подошла ближе. Парень явно был погружён в свои мысли, иначе обязательно бы услышал. Не сдержалась и дотронулась до голой спины как имечтала, ладонь обожгло, скорее всего, от его ярости и она её одёрнула.

– Зачем пришла? – Рыкнул, не поворачиваясь, напрягся как натянутая струна.

– Не знаю, наверно извиниться. – Пробормотала она, глядя на голую спину.

– А мне посрать на твои извинения.

– Правда, извини, я не думала, что тебя это заденет.

– Не думала? – С грозным рыком повернулся и застыл с очередным ругательством в глотке. – А у тебя есть чем думать?

– Слушай, я не понимаю, с чего ты так завёлся? Я не сказала ничего такого… особенного! – Оксана так же попыталась повысить голос, но у неё от рождения нет такого дара – ругаться. – Андрей нормально отреагировал, вроде…

Игорь отвернулся, и устало потёр глаза, видимо дотронулся до брови и цыкнул от боли.

– Приложи лёд!

– Оставь. Меня. В покое. – Старался спокойно выговорить, но его уговоры не доходили до места назначения.

Оксана уходить не собиралась, поэтому присела на край стола напротив него, сочла свою позу несколько двусмысленной и повернула колени в сторону, так, по крайней мере, взгляд Игоря не упирался ей между ног.

– Думаешь, нужна ему? – Вдруг начал он. – Да у него таких как ты, каждую ночь. И каждую ночь обещания, что она последняя и самая-самая. А на самом деле поимеет раз, другой и пинка под зад. Потому что ему никто не нужен.

– Как и тебе.

– Как и мне. Только под меня, по крайней мере, прогибаться не нужно. И я не обещаю ничего кроме того, что могу дать. А дать я могу секс и пару походов в ресторан. Всё!

– И что?

– И ничего. Сколько раз он трахал тебя? Хотя, неважно. – Махнул рукой, как на незначительный элемент. – Всё равно скоро надоешь.

– Игорь…

– Заткнись! Думаешь, богатенького папика нашла? Ошибаешься! Он ничего и никому не даёт просто так. Потому что ты шлюха. Низший класс.

– Ещё что-нибудь?

Парень презрительно хмыкнул, глянул на Оксану исподлобья.

– Так зачем пришла? Если по поводу моего обещания – то зря. Я шлюх своего брата не имею.

– Игорь, ты не прав.

– В чём интересно? – Резко подскочил он, подходя ближе. – В том, что ты с ним из-за денег? Или в том, что меня хочешь, а не его? Знаешь, кому заливать будешь? – Не сдерживая эмоций, плевался Игорь ядом. Такое чувство, что ему даже в одной комнате с Оксаной находиться в тягость. – Ты никто и звать тебя никак. Скоро потеряешь товарный вид и будешь прозябать в своей коммуналке или где ты там обитаешь. А на твоё место придёт другая, молодая и красивая.

– Ладно, хватит, я поняла. Вызови мне такси. – Устало, опустив взгляд в пол, проговорила она.

– Такси?

– Да. Надо же мне на чём-то добраться домой.

– Хорошо. – Несколько ошарашено ответил Игорь, но такси всё-таки вызвал. Обещали подать через пять минут.

Это время провели в молчании. Только когда раздалась трель его мобильного с сообщением, что машина прибыла – опомнился.

– Подожди… Как тебя?.. Оксана! – Остановил её у двери, схватив за локоть. – Тебя проводить?

– Если можно. А то я в ваших катакомбах полвечера проведу. – Слабо улыбнулась она и, высвободив зажатую руку шагнула к двери.

На коридоре Андрея видно не было, поэтому пошла без него. На Игоря не оглядывалась. Не могла понять, что происходит внутри. Вроде и оскорбил, но Оксана понимала, что со злости оттого, что она не с ним, а с его братом, что получилось не так, как хотел. С другой стороны – её отношение к парню. Сложно, пока не разобралась. После его слов и заигрывать не хотелось, и улыбаться. Портить вечер своим обществом не хотелось особенно, поэтому решила мирно сойти с дороги, чтобы новый титул он смог отметить спокойно. Вышли на улицу, до машины оставалось десять шагов, когда Игорь резко развернул к себе лицом, заставляя смотреть в глаза.

– Это ведь ты была в душе?

Он даже не пояснял где и когда, всё и так понятно. Оксана кивнула. Игорь продолжал молчать, но рук не разжимал, надёжно удерживая за плечи.

– Что-нибудь ещё?

Парень странно качнул головой, вроде больше ничего и не хотел, посмотрел в сторону, разжал руки и через секунду вернул к ней весёлый взгляд.

– Классная задница.

– Я знаю. – Так же с улыбкой ответила Оксана и дошла до машины.

Когда таксист уже узнал адрес, Игорь вдруг бросился к машине.

– А что сказать Андрею? – По-детски растеряно спросил он и странно, умоляюще, что ли, смотрел.

– Не знаю, придумай что-нибудь. И ещё, когда начнёт мне звонить, напомни, что моя батарея разряжена. И… – улыбнулась, – скажи, что больше на меня не обижаешься.

Он кивнул и улыбнулся. По-доброму. Несмотря на все свои ощетинившиеся колючки, в душе Игорь всё ещё оставался ребёнком, милым и добрым. Он хотел казаться старше и взрослее, но вот в такие моменты, когда не знал, что делать и что сказать, становился самим собой. Настоящим.

– Пока? – Как-то неуверенно спросил, и Оксана снова улыбнулась. Захотелось его подразнить.

Открыв окно машины, она так же, как и Игорь при прощании в коридоре, выставила два пальца правой руки: указательный и средний, поцеловала их и ими же помахала, показывая зайчика. Игорь с радостью ответил доброй улыбкой и играючи ударил своим кулаком в челюсть, закрывая глаза, как при нокдауне. Улыбнулся шире и кивнул головой, провожая автомобиль взглядом.

– Кавалер? – Спросил у Оксаны таксист.

– Что-то вроде того.

– Ухаживает?

– Пытается. – Улыбнулась себе.

– Ну, это нормально, когда за красивой женщиной ухаживают.

– Я старше.

– Глупости. Любви все возрасты покорны.

– Легко рассуждать, когда это не касается тебя лично.

– Почему не касается? – Возмутился мужчина. – Жена меня на восемь лет старше, я так её добивался, вы не представляете. Несколько лет по пятам ходил, поклонников отпугивал, пока не сдалась. И ты сдашься, парень настойчивый, сразу видно.

– Увидим.

Согласилась Оксана, и откинулась на сидении, закрывая глаза. Она устала, только не понятно, к чему приведёт вся эта игра с чувствами, своими и чужими.

Никто не знает, скольких нервов хватило Игорю, чтобы выслушать всё, что думает о нём брат. И естественно, тут же начал набирать её номер, каждый раз чертыхался, когда механический женский голос сообщал, что абонент вне зоны.

– Кстати, Оксана просила напомнить, что у неё села батарея и ты, якобы, должен об этом знать.

– Чёрт! – Прорычал Андрей, с трудом удерживаясь, чтобы не запустить аппарат в брата. – Только вот скажи мне, Игорёк, откуда об этом знаешь ты, точнее, когда она успела тебе об этом поведать? – С издёвкой уточнил, не совсем понимая, что произошло.

– Когда я сажал её в такси.

– Что?!

Немая сцена длилась более десяти секунд, Андрей в это время пошёл красными пятнами, Игорь же, давился от смеха.

– А она, оказывается клёвая тёлочка, как развела тебя… да и меня тоже. Смотри, ты меня сейчас на клочки порвёшь, а она, вроде, и не причём.

Андрей считая в уме до десяти, начинал успокаиваться.

– И давай уже поедем, голодный, сил нет. А то сейчас Саныч заявится, и никакого мне праздника живота.

– И это, между прочим, правильно. Совсем распустился. Только ты скажи мне честно, Оксана сама ушла или ты её всё-таки выгнал?

– Да говорю же, сама. Сидели, разговаривали, – на язвительный вздох брата Игорь поморщился, – разговаривали мы, не ругались! Потом она сказала, чтобы я вызвал такси и всё.

– А мне, почему не сообщил?

– А где ты был? Всё! Давай закроем эту тему раз и навсегда. Разбирайся с ней сам, меня не вмешивай.

На этом неприятный для обоих разговор решили замять и полностью посвятить вечер празднованию удачного боя. В ресторане Игорь в основном молчал. Собралась приличная по количеству едаков кампания, так что повод для встречи все быстро забыли и делились в основном своими впечатлениями от чемпионата, что было на руку. Можно спокойно поразмышлять на тему странной симпатии, которая со временем становится всё более явной.

Оксана, конечно, красивая. Бесспорно. Но не припомнит он, чтобы так к женщине тянуло. Были у него всякие: и красивые, и харизматичные, и просто по-пьяни какую первую схватит. А вот так, чтобы сидел и думал весь вечер, не было ни разу. И не скажешь, что из-за её недоступности. Были и такие индивиды, которые ему отказывали, а что? Не все бабы шлюхи. Есть те, которым серьёзные отношения подавай, причём с первого дня эту серьёзность доказать нужно, есть те, которые до свадьбы ни-ни, что вообще казалось подлогом чистой воды, ведь после свадьбы не вернёшь порченый товар родителям. И всё-таки она переживала, болела, хотя и не обещала, даже было видно, как смутилась в тот момент, когда Андрей об этом рассказывал. И вообще… не безразличен он ей, иначе с чего бы возиться, мириться. Когда ладошку к коже на спине прижала, думал, что кончит тут же, такая нежная, подозрительно холодная, тоже, видимо, волновалась. И объяснить ещё что-то пыталась, хорошо хоть не видела, какая реакция на эти её объяснения началась, благо сидел и штаны широкие. И голос приятный. Не особо нежный, не писклявый, а женский, возбуждающий.

Когда беседа плавно перешла в тему личных отношений, Игорь от мыслей оторвался и прислушался, как раз вовремя, один из старых знакомых Андрея, приехал на бой, и впервые видел Оксану, интересовался. Суть разговора была не особо важна, то, что Андрей встречается с ней больше месяца, он и без того понял, ещё когда её до такси провожал. Всё не мог понять этот слишком уверенный и снисходительный взгляд при упоминании о серьёзности их с братом отношений. То, что это именно её он застал тогда в душе, уверен не был, да и вообще странно, что вспомнил, не думал даже об этом. А она подтвердила, тоже понимала, о чём речь. Вот тогда-то первый неприятный озноб и прошёлся по телу. Одно дело, когда у Андрюхи были временные возлюбленные, и Оксана не первая, на которую он засмотрелся, но там было всё понятно, а теперь… Ждать, пока она Андрею надоест, судя по тону, с которым он девушку упоминает, не стоит, а она и, само собой понятно, от такого выгодного предложения не откажется. Но ведь безвыходных ситуаций не бывает. Да и чем Игорь хуже? По состоянию они с братом практически равны после того, как отцы в равных долях отписали наследство. Он моложе, красивее… только что у всех вкусы разные. Может и попытать счастье, только вот как?

Вновь беседа за столом привлекла внимание, когда разговор зашёл о возрасте любовниц и тогда-то Игорь не выдержал и рассмеялся: вот что, оказывается, значит «не её возрастная категория»! Он-то не понял, что Оксана его старше. Да, красивая, но чтобы старше… даже в голову не приходило, вон, напротив сидят двадцатилетние, морщин больше чем она имеют. За столом, конечно, его приступа смеха никто не понял, пришлось быстро успокоиться и даже вспомнил извиниться. Шесть лет. У него разница с Оксаной шесть лет. Для него не проблема, а для неё? Видимо, да. Были у Игоря и старше и замужние. Правда, к тридцати их возраст не приближался, но факт остаётся фактом. В итоге решил, что отступать не намерен. Просто предложит себя, попробует ухаживать, а там, пусть сама решает.

Проснулась Оксана от настойчивого звонка в дверь. На часах почти девять, судя по темноте за окном, девять вечера. Дверь открыла, а там Андрей. Не понятно, толи расстроенный, толи разозлённый.

– Ты спишь что ли? – Удивлённо уточнил он, внимательно рассматривая девушку в дверном проёме.

– Уже нет. Зайдёшь?

– Спрашиваешь!

Андрей быстро разулся, минул кухню и удобно устроился на диванчике.

– Чай?

– Кофе не мешало бы.

– Кофе нет, только чай, причём без сахара и сладостей.

С этими словами она поплелась в сторону скромной кухоньки, Андрей шёл следом. Оттеснив девушку к плите, по-хозяйски заглянул в холодильник.

– У тебя денег нет, что ли? Почему мне не сказала?

– С чего ты это взял?

– А с чего, как ты думаешь? – Усмехнулся и почесал подбородок. – Сахара нет, печенья нет, в холодильнике даже мыши нет. Что скажешь?

– Скажу, что не люблю искушать судьбу. – Пожала она плечами, поставив чайник на плиту. Закрыла свисток.

– На диете, что ли?

– Нет, но когда дома полно еды, не зависимо голодный или нет, идёшь и открываешь холодильник. Да и не ем я столько, чтобы в холодильнике всё хранить.

– Понятно… – Удобно устроившись за столом, Андрей поправил белоснежную салфетку, упёрся в стол локтями и посмотрел на Оксану исподлобья. – Почему ушла сегодня?

– Болела голова. Сам же видел, как я перенервничала. Мне нельзя посещать такие мероприятия. Как Игорь?

– Нормально, тоже недоволен, что ты ушла.

– Надо же.

– Что?

– Не знаю, мне показалось он так быстро не отойдёт. Вспыльчивый.

– Это есть.

– Твой чай.

Поставила перед мужчиной чашечку с практически прозрачной мутноватой жидкостью.

– Зелёный что ли?

Кивнула.

– Я не пью такой. – Отодвинул чашку, недовольно надув губы. – Давай ко мне. Всё равно завтра выходной.

– Давай.

Забыв про чай, Оксана быстренько собралась, причесалась и села в тёплый автомобиль. Перед сном посмеялась с того, какой голодный Андрей приехал из ресторана, пошутила на эту тему, утверждая, что скоро он не войдёт в двери, с таким-то зверским аппетитом, потом вместе отправились спать. Но ей уже не спалось.

Мысли об Игоре вытеснили все остальные. Мальчика хотела со страшной силой, даже не верилось, что это она сжимает коленки, подавляя инстинкты. Но и поддаваться подобному животному влечению не хотелось, из такой жажды ничего не выйдет. Он был горячим, страстным, необузданным. Такой не заметит, как растопчет, а Оксана уже сейчас понимала, что с ним будет страдать. От себя не скрывала тот факт, что успела примерить роль его девушки, хотя, казалось бы, чего ещё желать? Никто не поймёт и большинство осудят, если она расстанется с Андреем. Да и, если рассуждать логически, то самым правильным было бы просто избегать встречи с объектом тайных желаний и спокойно прожить с достойным человеком. Но не такая она правильная или, как раз наоборот, слишком правильная, и не в её правилах жить с одним, если мысли о другом. Она просто так не умеет. А на фоне Игоря, Андрей уже не кажется таким завидным вариантом. Понимала, что нужно подождать, догадывалась, что паренёк не отступиться и будет мучить своим присутствием. И чуть позже она обязательно сделает правильные выводы. Позже, но не сейчас, не сегодня… Опустила руку между ног, стиснула зубы, чтобы не застонать в голос от перевозбуждения и кончила практически сразу, только представив, что это делает он. И не стыдно… хорошо.

А утром был секс. Ощущения как-то поугасли, да и вообще непонятно, что это было. Всё как обычно, несколько минут на разогрев, для Оксаны, конечно, Андрей на утреннюю эрекцию не жаловался. И она даже возбудилась, видимо, на тот момент ещё не проснулась, даже глаза открывала всего раз, увидела серый бездонный океан напротив себя и успокоилась. Когда почувствовала резкий толчок, улыбнулась ощущениям, на миг замерла, запоминая какой-то момент, затем открыла глаза и увидела перед собой Андрея. А кого, собственно, ещё? И не важно, что до этого смотрела эротический сон с его братом в главной роли. Андрей пыхтел и старался. Раньше все его движения приносили некий восторг, и вовсе не обязательно пестрить разнообразием поз, чтобы доставить женщине удовольствие и Андрей, как мужчина опытный, это понимал. Его вполне устраивал тот вид, который он наблюдал перед собой, и извращаться не усердствовал. Движения были активные, ровные, ритмичные. Никакой одышки и капель пота, капающих с носа. Сама Оксана (к собственному счастью, как она понимала) подобного никогда не видела, но не раз слышала, как девочки по работе жаловались в туалете. Но ещё девушки ссылали этот факт на лишний вес или грузность мужчины, так вот, Оксана самолично убедилась, что телосложение к подобному эффекту отношения не имеет. Андрей покрывался обильной сетью капелек пота и на этом всё. И эротично и эстетично. Но теперь её всё не устраивало. Этот контроль, над собой и другими, даже в постели, начал напрягать. Она понимала, что секс для Андрея, помимо удовольствия, это, так же, тренировка для бодрствующего органа – не более того. Обязательное упражнение, которое не несёт за собой ничего сверхъестественного. Ни о какой любви она и не мечтала, но эта странная не понятная ей расчётливость напрягала. Бывший муж тоже был человеком серьёзным и любящим контроль, но в отношениях он отпускал тормоза и отвлекался, становился другим, с Андреем же этого не происходило. Вот такая внезапно посетившая мысль обрубила все способности к получению удовольствия на корню. Чисто механический процесс для Оксаны не подходил. Ей хотелось большего. Бурный оргазм мужчины над ней, несколько синяков (в перспективе), на коленях и под ними, так как Андрей сегодня решил подержаться за «рогатку» и на этом всё. Тот факт, что партнёрша не получила удовольствия от Андрея не скрылся. Внимание он на этом не заострял, но решил непременно исправить проблему вечером, так сказать компенсировать.

Планы ещё не успевших прийти в себя любовников, скорректировал шум из кухни. Оксана напряглась, а вот Андрей вполне спокойно натянул пижамные штаны на голое тело и вышел. За дверью раздался странный грохот, а потом весёлый смех Игоря.

– Да откуда же я знал, что она у тебя. Сказала же, что домой поедет. – Смеясь, удалялся он спальни.

Потом разговоры стихли, скорее всего, братья перебазировались на кухню и Оксана, воспользовавшись моментом, пробралась в ванную, откуда вышла вполне готовая к новой порции адреналина, а в том, что она её получит, практически не сомневалась и ещё раз удостоверилась, когда встретила недовольный взгляд младшего из братьев.

– Привет.

– Привет. – Сухо отозвался Игорь и тут же отвернулся.

Позавтракали вчерашним разогретым ужином, во время еды молчали, и вроде как, никого кроме Оксаны это молчание не напрягало. Постепенно, Андрей отвлёк Игоря какими-то разговорами о делах, и у девушки появилась возможность исподтишка рассмотреть парня внимательнее. В утреннем свете он казался ещё моложе и ещё привлекательнее, движения его снова становились резкими, изредка он так же бросал взгляды в её сторону, но в глаза не смотрел, останавливался на руках и один раз на груди, которая была надёжно закамуфлирована плотной рубашкой. Когда Андрей, вспомнив о каком-то важном звонке вышел, ситуация усложнилась, больше Игорь сдерживаться не стал.

– Ну, и что ты на меня так смотришь? – Грозно, но не глядя на девушку обратился он.

– Как? – Не поняла Оксана, она и не заметила, что не сводит с него взгляд.

– Как будто хочешь съесть!

– С чего вдруг такая агрессия, мне казалось, вчера мы всё выяснили.

– Мне тоже так казалось. Но ты же смотришь. Значит, что-то хочешь. – Констатировал, грустно улыбнувшись, взглядом изучал узор столешницы.

– У вас с Андреем глаза одинаковые. Серые, очень красивые.

На это парень странно с особенной злостью посмотрел на Оксану, и она решила помолчать. Игорь несколько раз глубоко вздохнул, толи успокаиваясь, толи набираясь смелости, и вдруг решился, посмотрел прямо в глаза, нервно сглотнул.

– Слушай, давай договоримся, держись на расстоянии. Хорошо?

– Без проблем. Вообще-то это ты с самого утра пришёл.

– Я к брату пришёл! И ты здесь никто! – Подскочил он с места. – Понятно?

– Более чем. Посуду помоешь. – Спокойно ответила Оксана, удаляясь в комнату, а Игорь стиснул зубы, сжал кулаки и мысленно выругался.

Не хотел он её обижать, сам не понял, как до этого опустился. Обалдел, когда она из душа вышла, такая сказочная, как не настоящая. За такую естественную красоту некоторые борются в кабинетах косметолога, у стилистов и визажистов, а Оксане стоило только принять душ. Думал нормально эта встреча пройдёт, и даже уговаривал себя, что спокойно перенесёт тот факт, что Андрей только что слез с неё, а когда увидел виновницу торжества, всё внутри узлом скрутилось. Ревность взыграла так, что себя не помнил. Молчал, злился, ревновал и снова молчал, думал, перетерпит, а как только её взгляд на себе почувствовал, так и аппетит пропал. Бесило то, как Андрей к ней обращается, то до попы дотронется, то по руке погладит. Никогда он таким не был. Девка и девка, а тут, как подменили! Смотрит на неё всё время, улыбается, мнением интересуется. А тут жить не хочется, оттого, что не его. Как заклинило. А уж когда наедине остались, так и вовсе в глазах от ревности потемнело, и подсознание почему-то именно её во всём и обвинило. Правильно, а кого же ещё? Вместо комплимента с языка слетали оскорбления, вместо улыбки – гримаса.

– Пока, вечером позвоню.

Услышал он, пока домывал последнюю тарелку, голову повернул, а там Оксана с Андреем зажимается, и он пальцы под коротенькие шорты запустил. Чуть не взвыл от мгновенного возбуждения. И такое чувство, что подглядывает за кем-то, такой же странный восторг. Подобное случалось только в детстве, когда впервые порно-ролики просматривал. Тот же жёсткий стояк и желание оказаться на месте главного героя.

– Игорь, пока. – Улыбнулась ему Оксана, будто и не было этой ссоры.

Прощальные слова из себя он выдавить не смог, отвернулся к мойке.

– Ты чего такой хмурый?

Сел напротив Андрей.

– Знаешь, смотрю на тебя и удивляюсь… у тебя с ней серьёзно, что ли?

– Не знаю, не решил пока.

От этих слов в брата хотелось запустить тарелкой. Не решил он… пока, видите ли.

– Никогда не видел, чтобы ты сосался посреди квартиры. Она на тебя явно хорошо влияет.

– Да? А я не видел, чтобы ты хоть раз мыл посуду. – Хохотнул Андрей. – На тебя она влияет так же.

Игорь посмотрел на свои руки и усмехнулся: надо же, а он и не заметил.

– Может, и женишься, то-то тётю Любу порадуешь.

– Только если в начале. Оксана не станет слушать её команды. Она слишком своенравная.

– А это хорошо?

– Что?

– Что своенравная?

– Скорее, да. Не представляю рядом с собой женщину, которая будет молча всё терпеть. Оксана терпеть не станет.

– Что, и твоё положение не остановит?

Андре громко рассмеялся и Игорь тут же бросил тарелки прямо в мойке и посмотрел на брата.

– Мне кажется, что Оксана последняя женщина в этом городе, которая меня не знала. Она переспала со мной и не догадываясь, в чьей постели находится. Представляешь?

– Честно говоря, с трудом.

Разговор Игоря заинтересовал не на шутку. Андрей хорошо разбирался в людях, его мнению можно было доверять, только вот как бы брат не заметил повышенный интерес с его стороны, так как Игорь уже осознавал, что начал таить дыхание в ожидании ответа. Андрей же, над каждым вопросом задумывался всерьёз, ответы давал медленно, размышляя.

– Так вот, нет в её глазах этой алчной жажды денег, наживы.

– Разве такое бывает?

– Бывает. Не скажу почему, может, проблемы связанные с прошлым.

– А что у неё за проблемы?

– Да я к примеру сказал. К тому же, она уже была замужем, может в этом суть, не знаю.

– Была замужем?

– Да, да, я тоже удивился.

– И что?

– Не знаю, мне это не интересно. Станет интересно – выясню.

– А сама она не рассказывает?

– Я не спрашивал. Говорю же, не интересно, да и вообще, нет желания слушать про другого мужика. Хватит мне её босса.

– А что босс?

– Да ничего. Вроде как давний поклонник.

– А она?

– Для Оксаны он друг. Ладно, хватит о бабах, давай, показывай, что за бумажки ты там принёс?

Андрей быстро свёл диалог на нет, за всей этой темой Игорь и забыл, зачем вообще пришёл в такое время. Дела действительно требовали и времени и внимания, поэтому свой интерес стоило бы временно засунуть подальше, чтобы не отвлекаться.

Шло время, по личной просьбе Андрея, Оксана стала появляться в его квартире всё чаще, отношения набирали более капитальный характер. Смущало только поведение его брата. Она надеялась, что мальчик успокоится, перебесится, убедится, что она ему не пара, но время шло, а становилось с точностью, да наоборот. Игорь появлялся в квартире достаточно часто, практически каждый день. У них с Андреем были какие-то общие дела, которые они решали в кабинете во внерабочее время. Игорь становился всё более неадекватным. Его взгляд был жёстче, шуточки острее, теперь он не стеснялся поддевать Оксану даже в присутствии Андрея и в полный голос. Андрей на поведение брата смотрел снисходительно, делал замечания, грозился выгнать, но при этом не предпринимал никаких действий. Игорь горел изнутри, упрямо поджимал нижнюю губу, костяшки кулаков белели при приближении девушки. Иногда они даже оставались в квартире наедине, при этом обменивались неприятными взглядами, колкими высказываниями, но притронуться к женщине брата он не решался, но очень хотел. Её короткие юбки и облегающая одежда бесили, возбуждали до боли, он как мальчишка бежал в туалет. Чаще напряжение снимал с внезапными встречными шлюхами, в барах и в клубах, но удовлетворения от секса получать перестал. Заболел этой девкой и её недоступностью. Оксана делала вид, что ничего не происходит, несколько раз повторяла, что не хочет стоять между ним и Андреем и он, Игорь, каждый раз соглашался и молча отходил в сторону, но и это достало. Быть третьим лишним надоело, быть отвергнутым надоело вдвойне. Возбуждать начал её запах, её голос, её появление в комнате. Он медленно близился к сумасшествию. Её терпение и идеальное поведение выводило из себя. Уже мысленно готов был к тому, что она окажется такой же похотливой сучкой, как и остальные, не сдержит себя, раздвинет перед ним ноги, но она молчала. Игнорировала его откровенную провокацию. Были даже такие моменты, когда напивался и являлся к брату домой, заранее зная, что тот задержался в офисе. Оксана старалась держаться на расстоянии, отшучивалась, даже чай готовила. Вот и сорвался в один из таких вечеров. Явился готовенький, с бутылкой пива в руках, Оксана встретила в офигенном неглиже. Явно ждала не его. Игорь ухмыльнулся, оценивая наряд из полупрозрачной ткани с кружевом по краю. Были видны очертания сосков и узкие полоски трусиков. Желание не заставило себя долго ждать.

– Давно ждёшь? – Спросил он, двинулся в сторону барной стойки и открыл бутылку пива, сделал глоток, посмотрел на растерянную Оксану.

– Жду.

Она попыталась прикрыть грудь, но хорошо понимала, что из этой затеи ничего не выйдет и нервно облизав губы, руки опустила.

– А он сегодня будет поздно. Предлагаю скучать вместе. – Сделал два шага вперёд, раздевая взглядом догола, остановился, когда Оксана на эти же два шага попятилась назад. С разгону прыгнул на диван, забрасывая ноги на журнальный столик, снова глотнул из бутылки.

– А я предлагаю тебе мирно удалиться.

– Да брось, неужели он тебя устраивает?

Игорь прищурился, Оксана держалась спокойно, взглядом искала халат.

– Это ищешь? – Облизнулся, сминая в кулаке тонкую ткань, которую вытянул из-под себя. – Бери.

– Игорь, это переходит все границы. Ты должен принять, наконец, что у нас с Андреем личная жизнь, в которую ты со своим детским поведением никак не вписываешься.

– Иди ко мне.

– С ума сошёл?

– Давно. Ты разве не замечала? Нет. Дай, угадаю… ты не хотела замечать. Ведь так? – Угрожающе начал он, наклонившись вперёд, в вытянутой руке всё так же висел лёгкий кружевной халатик. Но Оксана вдруг улыбнулась, перестала отступать, а наоборот, подошла вплотную, наматывая на свою руку другой край деликатного белья.

Когда в его руке оставался последний лоскут, дёрнула на себя, забирая полностью, а Игорь и не пытался удержать, тут же отклонился назад, не препятствуя, наблюдая как она одевается, как край кружевного неглиже приподнимается чуть выше, обнажая светлую кожу на бедре, судорожно втянул в себя воздух, когда поймал взгляд потемневших голубых глаз, хмыкнул. Оксана, уже не стесняясь своего откровенного наряда, присела на низкий журнальный столик, сдвигая в сторону его ноги в обуви, которую так и не удосужился снять, закинула ногу на ногу и так же как и он, откинулась назад, упираясь ладонями в стол позади себя.

– Что, моему сладкому мальчику трусы жмут?

– Ага… только не говори, что тебя это удивляет.

– Ты сейчас так тонко намекаешь, что я пытаюсь тебя соблазнить?

Игорь откровенно расхохотался и тут же смолк, не отпуская огненного взгляда напротив.

– Да брось… это я тебя соблазняю. Я тебя хочу… я не знаю, как тебя уговорить. – Под конец перешёл на еле слышный шёпот.

Несколько секунд молчания и взаимного пожирания друг друга взглядом. Медленно, чтобы не спугнуть, Игорь стянул свои ноги со стола, ещё несколько секунд выдержки без единого вздоха, без единого движения, сполз с дивана, опускаясь перед Оксаной на колени, отставил бутылку в сторону. Поднял её стопу, притягивая к своим горячим губам, пощекотал дыханием лодыжку, аккуратно поднимаясь всё выше, пока не уложил согнутую в колене ножку на своё плечо, провёл языком по внутренней поверхности бедра, закрывая от удовольствия глаза. Открыл их и прожёг взглядом, зубы скрипнули.

– Такая же как и все…

Руки резко устремились под бельё, сжимая, царапая нежную кожу, подтянул Оксану к себе за бёдра, оставляя синяки, отметины. Сквозь тонкую ткань ночной рубашки, осыпал её тело лёгкими поцелуями, которые никак не вязались в одно целое с болезненным захватом его рук. Хотелось стонать, извиваться, царапаться и кусаться в ответ, чтобы он знал, чтобы понял, как ей хорошо, как сейчас сладко, но не удавалось издать ни звука, словно парализованная происходящим, она наблюдала за ним, за головой с прямыми светлыми волосами, которая то приближалась к её телу, то отдалялась от него, ловя взгляд, стон, каждый вздох.

Как только Оксана увидела его в дверях, поняла, что это предел, не её, – его. Жадный взгляд, который больше не блуждал по комнате как обычно, а прожигал насквозь. Тонкие губы через силу выдавали улыбку, руки сжимались в кулаки. Она не винила ни его, ни себя, она всё понимала и не могла объяснить этой неземной силы притяжение. Не могла исчезнуть и отказаться от него раз и навсегда, как и не могла поддаться ему, его силе. И бежать Оксана не собиралась – вполне здраво оценивала свои возможности и понимала, что уйти от пьяного сильного мужчины, ослеплённого желанием обладать, ей не удастся. Первый поцелуй получился жёстким, настойчивым, но, не встретив ожидаемого сопротивления, а даже наоборот, получая ответную ласку, Игорь расслабился. Он и застонал, и зарычал в голос, притягивая ближе податливое тело, руки блуждали по груди, бёдрам, поглаживая нежную кожу, возбуждение зашкаливало, а женский запах дурманил и без того помутнённое сознание. Оксана поддавалась, перехватывала инициативу в поцелуе, притягивая парня ближе, взглядом пытаясь найти диван, на котором было бы удобно примоститься. Сообразив, в каком направлении она рассуждает, Игорь одним рывком уложил девушку, подминая под себя. С силой сжал грудь, другой рукой – ягодицу, удобно устроился между ног, упираясь в тело возбуждённой плотью.

– Нет. – Строго и вполне осознанно проговорила Оксана, удерживая лицо парня обеими руками напротив своего и лишь добившись осознанного взгляда, продолжила. – Есть одна проблема.

– Говори. – Прохрипел, напрягаясь, вцепившись в её плечи мёртвой хваткой.

– Я хочу быть сверху.

– Это вообще не проблема, детка. – Разулыбавшись прошептал он, и резко поменял позиции местами. Теперь Оксана была сверху и ему открывался отличный вид.

– Закрой глаза. – Очередной волевой приказ.

– Хочешь поиграть?

– Ты слышал, что я сказала? – Тоном, не терпящим возражений, выделила каждое слово девушка, приподняв и изогнув одну бровь. Провела по широкой груди ладонями, ноготком царапнула кожу над воротником рубашки, Игорь нервно сглотнул и дёрнулся.

– Хочешь меня воспитать? – Ухмыльнулся, приподнимая бёдра, врезаясь ими в её промежность, тем самым демонстрируя готовность к действиям, но девушка игриво улыбаясь, приподнялась и резко опустилась, припечатывая его активную часть к дивану. – Уоу! Аккуратнее!

– Будешь себя плохо вести – накажу. – Уже мягче, практически лаская голосом, проговорила Оксана на самое ухо, отрывая от себя горячие ладони. – Руки за голову.

– Теперь я понимаю, что он в тебе нашёл. Надеюсь, связывать не будешь?

– А это зависит от твоего поведения, мой милый мальчик. Закрывай глаза.

Она закусила губу, получая удовольствие от беспрекословного подчинения, от ощущения горячего, живого тепла под собой, а Игорь похотливо ухмыльнулся, предвкушая удовольствие. Но только лишь почувствовал, как приятная тяжесть от женского тела уменьшилась, напрягся и с силой сжал запястье девушки, пытавшейся ускользнуть.

– Куда? – Буквально прорычал, пробуя подняться, но тут же был уложен на место решительной и на удивление сильной ладошкой.

– Я сказала руки за голову, и закрыть глаза. – В приказном тоне повторила Оксана, приковывая его взглядом. – Или ты хочешь выяснить, что бывает с плохими мальчиками?

– Хочу. – Провокационно начал он, приподнимаясь, соприкасаясь с её губами, срывая вздох желания, но тут же руку её отпустил и принял исходное положение, плотно закрыв глаза.

Оксана ловкими пальцами расстегнула рубашку, расправляя её по бокам, дёрнула за ремень брюк, после чего услышала нетерпеливый мужской стон и улыбнулась. Погладила по обнажённой груди, обвела ногтем ареолы сосков, впадинку вокруг пупка, линию вдоль белья. Живот парня судорожно поджимался, усмиряя боль в паху и это было прекрасно. Хотелось махнуть рукой на все предрассудки и заняться самым грязным сексом с этим мальчишкой, получить неземное удовольствие и тут же забыть всё как страшный сон. И только понимание того, что она ничего не забудет, заставляло поджать губы, усмирить фантазию, последний раз окинуть взглядом желанное тело и тихо уйти.

Игорь всё ещё ждал продолжения, и даже ощущал эффект присутствия тепла рядом с собой, когда услышал громкий щелчок замка входной двери. Не открывая глаз, широко улыбнулся.

– Сука.

Сдавлено посмеялся над своей наивностью, нащупал недалеко от дивана сиротливо брошенную бутылку пива и расслабился в недрах уютного ложа.

Оксана же, не желая ссорить братьев, подобный факт решила скрыть, сделав любимому сюрприз. Очень повезло с погодой (всю неделю лил дождь), как раз кстати пришёлся плащ, который не только делал сюрприз более весомым, но и позволил скрыться из квартиры без лишних приключений. Позвонив Андрею, договорилась приехать к нему в офис, под условием, что будет вести себя тихо. Тихо не получилось: как только поступило предложение раздеться в душном помещении, она, пожав плечами, обнажилась, представая в одном нижнем белье (хорошо ещё, что Андрей в офисе один остался, иначе случился бы неприятный конфуз). Под таким давлением внешних факторов, поработать не получилось, за что и пришлось Оксане отрабатывать натурой ещё до трёх часов ночи, и за это время она как раз и осуществила все свои фантазии, но уже с более подходящим для этого партнёром. Оказалось, что игру в подчинение и доминирование Андрей готов играть в любой роли. После бурного воспитательного процесса, пригласила мужчину к себе на ранний кофе, который уже успела прикупить на всякий случай.

Игорь проснулся от очередного щелчка дверного замка, тут же по всей комнате пронёсся аромат дорогого одеколона брата. После выпитого, глаза отказывались поддаваться и он, в полной уверенности, что ещё вечер, решил не мучиться и лишь перевернулся на другой бок. Как только услышал твёрдые шаги, которые прекратились где-то на выходе из прихожей, тяжело вздохнул.

– Андрюх, ты представляешь, как тебе с твоей тёлкой повезло, нет?

Ответом для него стал шумный выдох, не предвещавший ничего хорошего.

– Наверно не знаешь. – Продолжил он лепетать заплетающимся языком. – Я к ней и так и этак, а она как неприступная крепость держит оборону и даже не думает уступать.

– И?

– Ну что и? Трахнуть её вчера хотел… глотнул пивка для храбрости, а она меня вокруг пальца обвела и была такова… Вот завидую я тебе чёрной завистью, брат, где бы мне такую найти?

– Проспись для начала.

– И главное красивая, умная. – Мечтательно потянул он. – Ты говоришь, денег с тебя не хочет стрясти, а тут ещё и верная. Разве так бывает? – Громко зевнул, повернулся лицом ко входу. – Я ведь моложе и красивее… и спортсмен, к тому же. Девушки ведь любят спортсменов. Почему она меня не хочет?

– Ты что, приставал к моей девушке?

Рядом скрипнуло кожаное кресло, на столике звякнула связка ключей.

– Андрюх, – сонно отмахнулся от невидимого раздражителя Игорь, – ну, чего сразу приставал? О-ох, какой же у тебя всё-таки неудобный диван… – Шумно поворочался и притих. – Я её проверял. На прочность. Если бы согласилась, получили бы удовольствие, причём оба. А она отказалась, представляешь? Так что тебе вдвойне повезло, хоть ты и старый, и не красивый.

На последнее заявление Андрей коротко, но звучно рассмеялся, затем, правда, так же резко остановился.

– И почему, спрашивается, новость о том, что брат домогается моей девушки я узнаю не от неё? – Грозно посмотрел Андрей на топтавшуюся рядом Оксану и склонил голову на бок.

– Она завтра сама тебе расскажет, не сомневайся. Ещё и приукрасит. Так, чтобы я больше в твоём доме не появлялся, не искушал, она ведь не железная. А ты её не слушай, не может же она быть идеальна во всём, наверняка очень ревнива и я вскоре стану нежелательной персоной в вашем обществе. – Снова зевнул, вытянул губы, смакуя недосмотренный сон и подскочил, когда услышал звонкий девичий смех, с силой протирая глаза. Которые хоть и открылись, но видеть отказывались.

– Завтра уже наступило, Казанова. Ты чего здесь спишь? Нужно было домой идти.

Игорь тут же разлепил веки пальцами, оглядываясь по сторонам, пытаясь понять, приснилось ему всё это или нет.

– Который час? – Странно сдавленным голосом спросил он не понятно у кого, тут же глянул на свои часы и увидев часовую стрелку на полудне привалился к спинке дивана.

– Лучше вы оба мне объясните, что здесь происходит. Ты из-за него вчера в офисе оказалась? И, как я понял из лепета этого гаврика, подобное было не в первый раз? – Переводя взгляд с Оксаны на Игоря рычал Андрей.

– Ой, перестань. – Погладила любимого по плечу, смело ступая к дивану. – Ну, переживает за тебя брат, что с того? Я вообще думала, что это ты его попросил за мной приударить.

– Не городи чепухи!

– Андрей, не кричи. У человека после вчерашнего головка бо-бо, а тут ты, со своими воплями. Принеси лучше стакан воды.

– Ох, Оксанка… да ты ещё и человек широкой души, буду по гроб жизни обязан. – Уже буквально прохрипел беспомощный Игорь и, правда, удерживая раскалывающуюся голову обеими руками.

– На, пей, – Андрей всунул в освободившуюся руку стакан, и бросил на брата плед, –прикрылся бы хоть, а ещё лучше в душ сходи, на человека похож станешь.

– Слушаюсь и повинуюсь. – Раскланялся Игорь и скрылся за дверями ванной комнаты.

– Клоун! – Андрей бросил на Оксану косой взгляд. – А ты мне, почему ничего не говорила? Только давай теперь правду.

– А что сказать? – Усмехнулась. – Сколько раз ты сам говорил, что меня все вокруг хотят. Преувеличиваешь, конечно, но сам факт отрицать невозможно. А чем Игорь хуже остальных? Да ещё и молодой, гормоны играют.

– Тот факт, что ты можешь ему нравиться, я и не отрицаю. Суть здесь в другом: он фактически хотел увести тебя у меня, у брата. Вот в чём проблема. Как мне после этого ему доверять?

– Абсолютно спокойно. Уводить меня он и не собирался, а переспать раз, максимум два – это совсем другая история. Здесь он как раз прав. Если бы я согласилась, то он бы просто предупредил тебя о моей ненадёжности, лучше ведь рано, чем поздно, так? – Андрей нехотя кивнул. – А так я отказалась и ты можешь быть спокоен, что на твоего брата не претендую и как раз ему ты и можешь доверять. Поверь, женщины – это не тот фактор, который будет решающим в ваших отношениях, по крайней мере, попытайся это понять уже сейчас. Он твой брат и никакая женщина не стоит испорченной между вами дружбы. Вот у меня, например, никого нет и это гораздо хуже.

– И что ты предлагаешь? Спустить ему это с рук?

– Нет, спустить с меня штаны и отходить ремнём по заднице. – Вернулся в гостиную довольный братец. – И если наказывать будет Оксана, то я и отнекиваться от вины не буду.

– Большая ей радость на твою задницу глядеть.

– А что? Между прочим, она не волосатая, как у некоторых.

– Да? – Рыкнул Андрей.

– Да. – Ответил Игорь, удовлетворённый тем фактом, что сумел довести уравновешенного брата.

– Ладно, мальчики, вы тут спорьте сколько угодно, а я на работу. А то меня с этими страстями и уволят.

– А ты ко мне иди работать, я не строгий начальник. – Сиял улыбкой Игорь.

– Боюсь, зарплата массажистки-удовлетворительницы меня не спасёт, ладно. Пока.

Как только дверь за девушкой захлопнулась, Андрей стёр доброжелательную улыбку с лица и грозно глянул на брата.

– Ты хочешь сказать, что мне стоило удалиться до того, как ушла Оксана? – Ответа не последовало. – Тогда обещай, что экзекуция будет не долгой и не очень мучительной.

– Балбес!

– Не отрицаю. – Сник Игорь, головная боль напомнила о себе и он, кряхтя и постанывая, поплёлся к холодильнику за бутылочкой минералки.

– Игорь, я, конечно, видел твой повышенный интерес, но постарайся его как-то усмирить. Оксана моя и тебе лучше принять этот факт уже сейчас, не доводя меня до греха.

– А мне казалось, она тебя убедила в моей невиновности. – Игорь виновато склонил голову, и только ухмылка выдавала истинные чувства.

– У меня и своя голова на плечах имеется. Оксана может выгораживать тебя сколько угодно, моего решения это не меняет.

– А жаль, очень уж убедительно она рассказывала про братские чувства, я чуть не прослезился.

– Надеюсь, ты меня услышал. Я на работу, дверь закроешь.

С этими словами и с кислой физиономией Андрей покинул квартиру, оставляя брата наедине со своими мыслями. А мыслей было много и, как ни странно, не смотря на тот факт, что Оксана не сделала подлость и не вывернула историю, точнее не преподнесла её в нужном свете, его не отпустило. Даже наоборот, его злило, что к нему относятся как к неразумному мальчишке, не способному отвечать за свои поступки. Она как мамочка стала уговаривать Андрея не ставить младшего братишку в угол. Бесит вся её правильность! Бесит сила, с которой она притягивает к себе внимание. И то, что она такая желанная, такая горячая… и что на неё стоит только от воспоминаний тех прикосновений, которые он чувствовал.

Прошла неделя. Тяжёлая, напряжённая. Не мешало бы отдохнуть, но уехать в тёплые страны не получалось. Игорь, который раз до изнеможения тренировался, лишь бы не оставалось ни на что сил, но помогало не всегда. Он пытался анализировать происходящее, но ничего не сходилось. Оксана, которая смотрит на него горящим заинтересованным взглядом, Андрей, который замечая всё это, даже не думает как-то прекратить их встречи. И он сам, который хочет, только вот с каждым разом становится всё непонятнее, чего именно. Не верит, что все эти заморочки только из-за секса. Оксана его привлекает, но уже не только своей внешностью, теперь ему хочется узнать её. Как человека, как интересную женщину, как собеседника, но как бы он ни старался держать себя в руках, ничего стоящего не выходит. Он то обижает её, то оскорбляет, то вынуждает уйти. А просто предложить дружбу не получается, язык не поворачивается. Хотя, о какой дружбе идёт речь, если он возбуждается только оттого, что Оксана рядом, от запаха её духов, который навязчиво преследует его в квартире брата, от того, как она обводит губы языком, увлажняя их. Оттого и злится, что хочет, а дотронуться нельзя. Он даже согласен с нелепой мыслью, что она нужна ему не только в постели, но и в жизни, что он готов пожертвовать своей свободой. Друзья потешались над этой бредовой идеей ровно до тех пор, пока не увидели Оксану лично, после этого только понимающе кивали и старались молчать в моменты излития его души после энной рюмки алкоголя. Она не была похожа на его обычных спутниц как раз тем, что именно женщина, а не девчонка, не девушка. И пусть ей не так много лет, но голова варит как надо, и ситуацию она просчитывает на раз, и понимает всё с полуслова. И выход есть только один: поговорить откровенно. Не известно, что придётся сказать и какой вообще смысл будет у этой беседы, но поговорить нужно обязательно. Именно с таким намерением он и направился очередной раз в гости к Андрею, только как всегда, всё пошло не по плану.

Даже тот факт, что пришёл после обеда, не изменил ситуацию: он, как и всегда вытащил парочку из постели. И всё бы ничего, если бы на глаза не попалась смятая донельзя простыня. Прежде подобного видеть не мог, а вот сегодня кто-то забыл закрыть дверь, и кровать со скомканным постельным бельём предстала на всеобщее обозрение. Да и сама Оксана была растрёпанная, не такая идеальная как обычно, но это возбуждало ещё больше, невольно в голове проворачивались картинки недавнего соития, казалось во всей квартире пахнет этим сексом и их телами. Захотелось трахнуть её прямо на глазах у брата, сжимая в кулаке белокурые волосы, наслаждаясь её стонами, её криками, словно картинки в голове мелькали её образы в разных позах, губы, упругая задница. Интересно, а она кричит? Нет. Такие правильные в постели не кричат… наверно. Зло ухмыльнувшись, вернулся на кухню и сел за барную стойку, нервно постукивая по ней кончиками пальцев. Особенно раздражали доносящиеся из спальни звуки, любовники что-то тихо обсуждали на ходу, влажные причмокивания и, как доказательство последнего, Оксана, с припухшими, вишнёвого цвета губами. Не выдержал, соскочил со стула и метнулся к холодильнику, в надежде, что холод от него немного остудит не только пыл, но и не спадающий стояк. Пробежался взглядом по полкам, не нашёл ничего съестного, так, десяток яиц, две бутылки молока. В одном из шкафчиков до этого видел сухой завтрак, но на него аппетита явно не хватало. Со злостью хлопнул дверцей и уселся на прежнее место.

– Чего буянишь? – Бодро отозвался Андрей, который только что вышел из спальни. – Оксан, сделай кофе, будь добра.

– А ещё лучше приготовь что-нибудь. Жрать охота. – Тут же поддержал Игорь, провожая взглядом Оксану, которая приближалась к кухонной зоне.

Удостоился возмущённого взгляда от девушки и терпеливого вздоха от брата.

– Оксана не готовит. – Пояснил Андрей и уткнулся носом в какие-то бумаги, зато она подошла ближе, теперь можно было ощутить её запах и даже уловить поток воздуха, который содрогался после резких движений.

– Не хочет? – Поинтересовался так, словно девушки тут и нет вовсе.

– Не умею. – Так же отстранённо ответила она сама за себя и даже не покраснела. Врать же нехорошо.

Не понятно почему, но произвести впечатление как раз на Игоря, хотелось. Но за столько лет она настолько привыкла всех убеждать, что не знает, с какой стороны подходить к плите, что и сама в это поверила. Сейчас только вспомнила и подумала, что бы она приготовила для этого мальчика. Блюдо должно полностью соответствовать его характеру, мясо, сочное, острое, но с мягким послевкусием. Улыбнулась своим мыслям и опомнилась только когда наткнулась на суровый взгляд серых глаз младшего из братьев.

– А что ты тогда умеешь? – Не успокаивался тот, но при этом дождался, когда Оксана вдоволь намечтается.

– Я умею стойко переносить все тяготы и лишения связанные с твоим появлением на пороге этой квартиры.

– Ну, хватит! Не даёте сосредоточиться. – Вклинился Андрей. – Я в душ, а вы тут не поубивайте друг друга. И про кофе не забудь. – Добавил, развернувшись.

Игорь с кривой усмешкой кивнул.

– Значит, я тебя напрягаю? – Парень полностью развернулся, упираясь коленями в прохладную кожу её бедра.

– Я этого не сказала.

Отодвинулась, вернулась к электрическому чайнику, который уже успел вскипеть.

– А раньше Андрей пил только натуральный кофе, – задумчиво произнёс он, – неужели и правда, не готовишь?

– Не имею ни малейшего повода начинать это неблагодарное дело.

Неожиданно для себя и для Игоря, Оксана вдруг начала язвить. Его близость напрягала, хотелось скорее покончить с кофе и покинуть зону повышенной опасности.

– Нервничаешь?

– Считаешь, у меня для этого нет повода?

– А вот этого не сказал я. Просто интересно.

Оксана после обнародования своих страхов занервничала ещё больше. Чашка с уже насыпанным кофе и одной ложечкой сахара осталась стоять возле Игоря, украдкой глянув на парня, заметила его задумчивость и быстро подвинула её к себе ближе. Ровно на такое расстояние, на котором даже его длинные руки не дотянуться. Пару раз провернула ложечкой, размешивая сахар, хотела удалиться, но он не позволил.

– А мне не сделаешь?

– А сам, никак?

– Ну… я ведь сразу просил, вместе с Андреем. Или ты ко мне предвзято относишься?

Задел не сам вопрос, а та интонация, которая его сопровождала, иронично-язвительная. И пришлось снова сделать шаг к парню, присутствие которого заставляло не только нервничать, но и дышать через раз от неприличного желания оказаться зажатой в его объятиях. Заметив замешательство, Игорь уже достал своими длиннющими руками чашку с высокой полки, с которой сама Оксана, будучи на кухне без каблуков, всё доставала с трудом и стоя на носочках. Подвинула чашку к себе ближе.

– Меня что ли боишься?

– С чего взял?

– Кофе и сахар стоят возле меня, чашка здесь же… была. Но ты решила до всего дотягиваться, вот и вывод.

Оксана ухмыльнулась его самонадеянности, но ближе не придвинулась.

– Да, твоё присутствие немного напрягает.

Игорь не без удовольствия отметил, что она начала признавать его правоту, сдвинул эту непробиваемую стену с мёртвой точки, можно собой гордиться.

– В каких местах?

Зло зыркнула, Игорь уловил её страх и как хищник втянул его через ноздри (выражение фигуральное, но имеет своё реальное отражение в мыслях героя). Его присутствие Оксаны не просто напрягало, а доводило до точки невозврата, когда уже не волновал Андрей, который мог войти в любую секунду, не вёлся счёт времени. Ревность, ярость буквально ослепили, и как только тонкая рука потянулась за очередной баночки для приготовления чёрной ароматной жидкости, устоять не смог. Резко дёрнул за запястье, не рассчитал силы, и Оксана буквально рухнула на него, упираясь обеими руками в каменные от напряжения бёдра. Движение мимолётное, практически не уловимое, если учесть все обстоятельства, ему предшествующие, но Игорю хватило, чтобы понять, как долго он этого ждал. Вспомнил, как бросила его неудовлетворённого, как обжигала прикосновениями, как страстно отвечала на поцелуй, заставляя забыться. Попутно, где-то в отголосках сознания, слышал шлепки её босых ног по кафельному полу кухонной зоны и мысленно представлял, что на ней надето кроме этой бесформенной рубашки, слава богу, не мужской. И тут как осенило: зачем представлять, если можно дотронуться, узнать, удостовериться в догадках. Видел же, как эта самая рубашка обтягивает голую грудь и из-под плотной ткани можно просмотреть выпирающие соски. Пока боролись (боролась, собственно Оксана, Игорю же хватило двух движений, чтобы надёжно зафиксировать девушку возле себя). Да и не так уж она и отбивалась, было понимание того, что просто не хочет привлечь внимание Андрея, который за своё глотку перегрызёт любому, но всё это сейчас не волновало. Только её близость, её тело и его собственные руки на этом теле. Между своих ног Игорь плотно зажал её бедро, не давая возможности вырваться. Под влиянием чувства вседозволенности, рукой ухватился за него же, но чуть выше, как раз там, где бедро заканчивается и начинается самое интересное, что, как он и догадывался, не прикрыто даже трусиками. Встретил её взгляд, который сейчас расшифровать было сложно, но осуждение было точно, а ещё страсть, он не мог ошибиться. И под пристальным контролем голубых глаз, которые так и кричали: « Не смей!», резко ввёл два пальца в горячее влажное тело, стиснул зубы: уверен был, что потекла для него.

Со стороны ванной комнаты послышался звук открывающейся двери, Андрей закончил слишком быстро, это плохо, но Оксана теперь не сможет открыто вырываться (ну, не хочет же она, чтобы произошло убийство… или хочет?..), а значат, будет терпеть. Свои ноги, зажимающие бедро девушки, расслабил, позволяя отступить, но руку из горящего лоне не убрал. Два пальца так и оставались внутри, большой больно прижал за ягодицу, фиксируя, впиваясь до боли, и Оксана зашипела.

– Молчи, – пригрозил он, – иначе скажу, что всегда имел тебя. И он поверит, сама ведь убеждала, что я брат.

Оксана не ответила, но вырываться перестала, казалось, даже расслабилась. В гостиную вбежал Андрей, буркнул что-то про аварию на производстве и поспешил одеваться. Мысленно Игорь поблагодарил проектировщика этой барной стойки, который пространство под ней решил задействовать, превратив в место для хранения бокалов, и теперь всё, что происходит, скрыто от глаз напротив. Убрать руку от Оксаны по-прежнему не мог, так как это просто бросится в глаза, а вот бездействовать в такой ситуации просто глупо, скорее всего, подобное уже не повторится. И он начал движение. Плавное, медленное, задевающее за живое.

– Прекрати. – Процедила Оксана сквозь зубы, стараясь говорить как можно тише.

– Прости, но уже не могу. – Так же тихо ответил, наращивая темп.

Большой палец оставил в покое ягодицу, но дотянуться до клитора, было невозможно, и он решил оставить только движение, быстрое, ровное, намерено задевал чувствительный участок внутри. Зная его месторасположение, удовольствие доставить не сложно, только нужно уметь расслабиться, а расслабиться когда брат твоего мужчины фактически насилует, наверно сложно, если вообще возможно. Но Игорь не останавливался. После нескольких резких движений Оксана тихо промычала (что-то подсказывало, что не от удовольствия) и вцепилась руками в поверхность стойки. Было унизительно и стыдно. Не понимала, почему всё вышло именно так, не было обидно, просто… просто не ожидала. Первые нерешительные движения быстро сменились сильными толчками, костяшки пальцев больно впивались в плоть, причиняя боль. Игорь этого не замечал. Его чувства она понимала, но, чёрт возьми, ей не нужно было их понимать! Он поступил подло, отвратительно, непростительно низко. Но что пугало ещё больше, так это то, что был в этих отношениях какой-то странный кайф. Практически неуловимый. Что-то сродни возможности быть пойманным, за этим делом на скамье в парке. И это удовольствие притупляло боль и стыд. И за это чувство себя можно начать ненавидеть. Она извращенка… наверно.

– Оксана, буду поздно. Игоря выгоняй, как только надоест. – Кинул Андрей на прощание и пулей выскочил за дверь.

В этот же момент тумблер внутри неё, ответственный за все те чувства, которые были только на уровне подсознания переключился, ощущения обострились и подступили к самому горлу, вызывая отвращение, тошноту ко всему происходящему. А самое неправильное во всём этом то, что Оксана теперь чётко понимала, что с Андреем она жить не сможет. Только потому, что до одури хочет другого. И пусть это эффект запретного плода, но она хочет только его.

Игорь, почувствовав свободу, хотел притянуть к себе, но вместо ожидаемого поцелуя получил хлёсткую пощёчину. Оксана буквально выдернула его пальцы из себя, он знал, что сейчас ей неимоверно больно, оттого что он к этому готов не был и исцарапал её изнутри, сам почувствовал это и тут же нашёл подтверждение в болевой гримасе на лице. Но она не издала ни звука. Не успел удержать, как выскочила из-за стойки прямиком в ванную и закрылась там на замок.

– Чёрт! Чёрт! Чёрт!

Что случилось? Ей нравилось, руку готов на отсечение отдать, даже то, что он был слишком груб, не остановило её возбуждение. Её влага стекала по пальцам, призывая к решительным действиям, и Андрей ушёл, он сам бы ничего брату не рассказал. Вроде не такая сволочь. Что она там себе напридумывала? Пошёл следом, дёрнул за ручку – заперто. И без того знал, что она на замок закрылась, но всё равно проверил. Прислушался к звукам за дверью – шум из душевой кабинки, глухой. Постучал… ещё раз… громче. Она могла и не услышать, но на что-то надеялся. Нервно прошёлся по квартире, обдумывая ситуацию. Осознание того, что мог её обидеть, пришло позже. Залпом выпил кофе из чашки брата, сел на диван, упираясь локтями в широко расставленные колени. Уронил голову в ладони. Понял только то, что нужно извиниться, вне зависимости от того что скажет Оксана. Когда звук льющейся воды прекратился, тут же поплёлся под дверь.

– Оксана, открой, надо поговорить.

В ответ тишина.

– Послушай, я не прав был, признаю, прости, повёл себя как придурок.

Молчание.

– Ты не подумай, я ничего такого не хотел… – Задумался, а чего же он хотел, если не этого? Нет, что-то не так. – Точнее хотел, но не так. Мне показалось, что тебе нравиться.

Всё то же молчание, к которому добавился непонятный звук.

– То есть я был груб и сделал больно, ты прости меня…

Уткнулся лбом в дверь, при этом прилично приложившись о дубовое основание, все слова казались неправильными, но других не находилось. Оксана молчала, и только тихие звуки, доносящиеся из ванной, хоть как-то успокаивали.

– Оксан, с тобой всё в порядке? Ответь. Я уйду, исчезну…

Когда дверь не открывалась уже более двадцати минут – начал паниковать.

– Если ты сейчас же не откроешь, я вышибу дверь. Проверять не советую. Пожалуйста.

И, о чудо, через две секунды дверной замок щёлкнул и дверь распахнулась. Оксана вышла, окинула даже не презрительным, а самым равнодушным взглядом, и всё стало ясно. Он почувствовал разницу. Убегала от него она с обидой в глазах, а сейчас полное равнодушие и к нему лично, и к тому, что произошло. Те слова, которые придумывал, застряли в глотке и не только от взгляда. Она была другая, хотя бы внешне. Уже полностью облачённая в свой наряд: красивое платье персикового оттенка из лёгкой ткани, таких, кажется у неё несметное количество, ещё ни разу она не повторилась. Полный макияж, который делает её лицо чужим, образ дополнили туфли, которые она обула уже стоя в прихожей. В руках была странная сумка, больше обычной дамской, скорее похожа на миниатюрную дорожную, только более повседневной расцветки.

– Ты уходишь? – Только и смог сказать, когда её рука была на дверной ручке.

– Да.

– Прости.

Она оглянулась и с лёгкой улыбкой кивнула.

– Прощаю.

– Нет, подожди, не уходи.

Схватил её за руку и тут же одёрнул, взглядом извиняясь. Он не понимал её. Понял бы, если бы закатила истерику, обвинила во всех смертных грехах, понял бы, если бы заплакала или обругала. Понял бы даже то, что запустит в него чем-то тяжёлым, но только не это спокойствие и короткое «Прощаю».

– Игорь, ты наверно не понял. – Снисходительно начала она, переступив с ноги на ногу, казалось, этот разговор даже ей неудобен, не то, что ему. – Проблема не в том, как конкретно ты поступил, а в твоём ко мне отношении. Честно, я была о тебе лучшего мнения. Ты меня унизил, для меня непозволительно. Своё отношение демонстрировал и ранее, но это переходит все границы.

– Тебе было больно? – Не отводя взгляд, сопел как паровоз, не решаясь прикоснуться.

– Ещё раз говорю, проблема не в этом. Ты относишься ко мне как к низшему сорту женщин, охотнице за богатыми женихами, как к шлюхе, проститутке, не знаю… И то, что случилось практически целиком моя вина, я должна была ожидать от тебя чего-то подобного, тем более были предпосылки, которые я игнорировала, за что и поплатилась. Но я не шлюха. И никогда ей не была.

– Я не считаю…

– Вполне возможно. – Резко оборвала, надменно холодным тоном. – Но твоё поведение говорит за себя. Посторонняя женщина это сложно, непонятно. Хочешь узнать, как я себя чувствую, тогда представь, что кто-то проделал подобное с твоей матерью, станет понятнее.

– Прости.

Только после последних слов Оксаны стало убийственно противно, в первую очередь по отношению к себе. Она была права во всём и наверняка многого просто не сказала. Красивые слова, такие как «предпосылки», «поплатилась», «непозволительно». За ними она спрятала свою боль, ущемлённое самолюбие, обиду, страх – всё. А у него даже не хватило смелости смотреть ей в глаза, взгляд сам пополз вниз, под давлением её тона, спокойного, размеренного голоса. Опомнился только когда перед глазами была уже закрытая с обратной стороны дверь и полная тишина во всей квартире.

– Оксана, ты ключи забыла.

Спохватился, когда заметил связку с маленьким брелоком, Андрей такие не носил. Распахнул дверь, глянул на лестницу, но в ответ был только отголосок собственного крика и пустота. Забыться не хотелось, хотелось утопиться, а ещё больше сделать так, чтобы Оксане не было больно. Он обидел её ни за что, обидел сильно. Но что она думала на самом деле останется в тайне, для него так точно.

Быстрым шагом Оксана удалялась с закрытой территории элитного дома. Такси не вызвала, хотя телефон держала при себе. Машина казалась неэффективным способом бегства, свои ноги как-то надёжнее. Наговорила всяких глупостей. Было бы всё равно – сказала бы меньше, но она знала, куда бить, чтобы больнее. И по сути, всё правильно и каждое слово это как попадание в десятку при выстреле, но в этот раз слова были использованы как орудие обороны, защиты. Видела, что он осознал, что уже раскаивается, но должна была это сказать, чтобы больше не приходил, потому что она его не отпустит, а он с ней не сможет. Это для секса возраст не важен, а для отношений, соответствие необходимо, а Оксана не умела спать с мужчиной без любви, не её это было, а может, просто жизнь не заставила. В любом случае с мальчиком ничего не выйдет, только себе в душу нагадит, а он… забудет. Просто ещё не влюблялся.

Дома была только через два часа, пока успокоилась сидя в кафе, потом забежала в магазин и купила новенькое бельишко в пол своей зарплаты (красивая жизнь закончилась, а любовь к красивым и качественным вещам осталась), и только потом на такси добралась до подъезда. Квартира встретила как всегда тишиной, спокойствием и отвратительной серостью. Как-то раньше не замечала этот удручающий вид, а сейчас он неприятно давит на глаза. Сумку с вещами забросила на антресоли, зачем – не поняла, главное, чтобы под руками не мешалась, заварила себе чай, устроилась на крохотной кухоньке за столом и потерялась во времени. Опомнилась, когда за окном было темно, чай давно остыл, дожидаясь своей очереди, а звонок на мобильный телефон был явно не первым.

– Я слушаю. – Тихо ответила, ожидая гневной бравады, но Андрей был, скорее, взволнован.

– Ты где? – Задыхаясь спроси он.

– Дома.

– И что ты там делаешь? – Наверно растерянность… не поняла.

– Жду тебя.

– … Я правильно тебя понял: ты у себя дома ждёшь меня?

– Правильно.

– И не наоборот?

– Не наоборот.

– Сейчас буду.

Вот теперь Андрей, точно зол. Чаю ему, что ли сделать?.. Добрался минут за пятнадцать.

– И что всё это значит?! – С порога прокричал, запыхавшись.

– Проходи на кухню, всё объясню.

– Попробуй… – Пробубнил себе под нос, устроился за столом и тут же получил чашку горячего чая, попробовал – с сахаром, значит, дело труба.

– Андрей нам нужно расстаться. Я не смогу жить с тобой.

Затянувшийся взгляд в упор заставил Оксану немного отступить и поджать губы. Андрей нервно хохотнул, ещё раз окинул любовницу недоверчиво, после чего задумчиво потёр подбородок и с какой-то нездоровой весёлостью в глазах уточнил:

– С этого места поподробнее: с чего вдруг такая резкая перемена? Вчера вечером ты вроде как собиралась ко мне переезжать, а сегодня собрала и те вещи, которые были. Значит, произошло что-то, за те несколько часов, которые я отсутствовал. Правильно?

– Правильно.

Холодный тон Андрея пугал и настораживал, усмирить его будет сложно.

– Значит, Игорь?

– Дело не в нём. Дело во мне. И не перебивай. – Подсуетилась Оксана, когда Андрей вздохнул, набирая в грудь побольше воздуха. – Мне казалось, что у нас всё хорошо, но это не так. Не знаю как у тебя, а я тебя не люблю. И я не могу жить с мужчиной, которому смогу изменить.

– Проверено опытным путём?

– Если ты об измене – то нет.

– Что тогда?

– Андрей, ты взрослый мужчина, самодостаточный, надеюсь, не будешь принуждать меня.

– Это зависит от того, убедишь ты меня или нет. – Тихо ответил он. И эта тишина не обещала ничего хорошего.

– Ещё в самый первый день нашего знакомства мы говорили о семье, и я тебе не врала. Когда рядом со мной мой мужчина… рядом со своим бывшим мужем, – поправилась осторожно, – я не замечала ничего и никого вокруг. Он был для меня всем. И я хочу снова ощущать нечто подобное.

– Не считаешь, что это было в силу юного возраста? Сколько тебе было тогда?

– Я не столь наивна, как ты полагаешь.

– И всё же.

Тяжело вздохнула, набираясь терпения.

– Андрей, я, находясь с тобой, легко могу думать о ком-то другом. И это не правильно. Я не вижу смысла мучить тебя, в первую очередь, а ещё и себя. Лучше закончить наши отношения, пока это ещё возможно.

– Не пожалеешь потом? – Усмехнулся, якобы успокоившись, отпил из чашки.

– Андрей, знаешь, я пожалела об этом решении ещё до того, как озвучила его.

Он понимающе кивнул, вглядывался в даль за окном, после чего немного потерянно спросил:

– Неужели всё так плохо?

– Примерно так.

– А стоит ли усугублять? Возвращайся, сделаем вид, что ничего не было. – Предложил вкрадчиво, не отводя взгляда.

– Наверно я не умею терпеть. По крайней мере с тобой, я этого делать не буду. Я изменю тебе.

– Всё же Игорь?

– Не нужно…

– Хорошо. – Он резко поднялся. – Но о том, что сегодня произошло, он расскажет мне сам, лично. Такой вариант тебя устраивает?

– Это твоё право. На меня это решение никак не повлияет.

– Неужели влюбилась, а? Он же юнец совсем, девок меняет на раз. Ты его отказом зацепила, должна же понимать!

– Не нужно всего этого.

– И сама всё знаешь, да?

– Знаю.

– Я всё равно поговорю с ним.

– Как хочешь… – Не решаясь поднять взгляд на Андрея, который в полный рост и при своих габаритах занимал добрую половину скромной кухоньки, Оксана вся подобралась, вжала голову в плечи, словно ожидая подвоха. – Пока?

– Ты у меня спрашиваешь?.. Да, наверно пора прощаться. Не думал, что так получится. Прости.

– И ты меня.

Только переступив порог квартиры уже бывшей возлюбленной, а как-то повлиять на решение Оксаны Андрей уже не видел возможности, набрал Игоря. Как и предполагал – тот не ответил, ни с первого раза, ни с десятого. Решил проехаться по местам боевой славы брата. Был у его матери, в его квартире, в клубе, но парень нигде не появлялся. Знал, что отпуск закончился и пить Игорю нельзя, значит, тренируется. Поехал в клуб. Ухмыльнулся, оценив ту ярость, с которой он молотил боксёрскую грушу, окинул взглядом весь зал и натолкнулся на вопросительный взгляд тренера.

– Саныч, привет. – Крепко пожал руку немолодому мужчине, имеющему авторитет в боевых искусствах.

– Привет, привет. Может, ты мне поведаешь, что с Игорьком происходит?

– А что происходит? – Притворно удивился Андрей, не сводя глаз с Игоря, а тот вокруг себя ничего не замечал.

– Два спарринга до победного, и уже часа полтора боксирует. Мне не нравится его настроение, с таким на соревнованиях делать нечего.

– Знаю… Я поговорю с ним.

– Что-то случилось? – Саныч прищурился, братьев знал не первый год и напряжение Андрея видел так же отчётливо, как и Игоря.

– Вот я и хочу узнать, что.

– Женщина здесь… сразу видно.

Андрей только нахмурился и кивнул, раскрывать душу не собирался, а вот вставить мозги братцу нужно, чтобы не повадно было. Да и здоровый человеческий интерес: что можно сделать (учитывая тот факт, что не спали, как утверждает Оксана), чтобы женщина отказалась от такого выгодного предложения. Выгодного, именно так, на её высокой чувство он и не рассчитывал, скорее, им двоим было удобно. Теперь вот, нет ничего. Быстро преодолел расстояние до брата, словил грушу и увернулся от удара, который следовал по инерции за предыдущим. Игорь и не пытался как-то отказаться от разговора, зло хмыкнул, набросил на плечи полотенце и молча вышел в коридор, увлекая Андрея за собой. Через запасной выход оказались на улице, где в ярком свете уличного фонаря остановились глядя друг другу в глаза.

– И что ты хочешь? – Агрессивно начал Игорь, сжимая кулаки и челюсти.

– Узнать. – Спокойно отозвался Андрей всем своим видом демонстрируя нежелание обострять ситуацию.

– Что именно?

– Что произошло между вами?

– А она не сказала?

– Предпочла отмолчаться.

– Тогда откуда ты знаешь, что что-то вообще произошло?

– Как тебе сказать… – Андрей глубоко вдохнул, поднял взгляд к ясному июньскому небу, упёр руки в бока с обеих сторон и резко выдохнул. – Сегодня утром я оставил с тобой женщину, которая собиралась ко мне переехать, а уже вечером, я узнал, что мы с ней, оказывается, расстаёмся. Как думаешь, – насмешливо глянул на брата, – есть между этими двумя событиями связь?

– Расстаётесь? Это она сказала? И… и ты согласился?

– Давай по порядку, Игорь. Ты не ответил на мой вопрос, а уже задаёшь свой. Так не честно. – Теперь Андрей говорил вкрадчиво, с обманчивой улыбкой на губах, внимательно глядя за реакцией брата, чтобы не упустить изменения в его взгляде и поведении.

– А если я не отвечу?

– Детский сад. Игорь, ты действительно считаешь, что поступил правильно? Зачем она тебе нужна? Ты сам-то хоть знаешь ответ на этот вопрос? Ты повёлся на красивое тело и смазливую мордашку? Ты не справишься с ней! Она сильнее тебя, ты хоть это понимаешь?!

– Это только мне решать.

– Хорошо. Решишь. Даже могу предположить, что уложишь её в постель, а дальше? Ты знаешь, сколько ей лет?

– Заткнись! – Прокричал Игорь, держа дистанцию, но справляться с эмоциями становилось всё труднее.

Андрей не выдержал первым и схватил брата за полотенце, сдавливая шею.

– Ты, щенок, понимаешь, что нужно бабе, когда ей под тридцать? Не секс одноразовый, нет, не клубы твои бесконечные. Ей семья нужна, дети, мужик рядом, настоящий мужик, который готов решать проблемы и свои, и её. Что ты можешь ей предложить? Ты над этим подумал?!

– Отпусти!

Резкий удар по рукам и от захвата удалось избавиться. Оба понимали, что Игорь сильнее физически и более подготовленный, но и глотки рвать друг другу не было смысла. Андрей хотел объяснить, донести тот факт, что Оксана уже сформировавшаяся личность, которая не будет подстраиваться под кого-либо, она и под него не подстраивалась, а тут мальчишка, который только фасад и видит.

– Что? Не нравиться? А о ней ты подумал?

– Я люблю её, в отличие от тебя. А тебе она нужна только для того чтобы показывать своим партнёрам, отвлекая внимание. Ширма, за которую ты будешь прятаться. И это ты ей готов был предложить?

– Я хотел предложить ей стабильность, в которой она нуждается. Что ты знаешь о ней, а? Ты в курсе, что Оксана уже была за мужем и прекрасно понимает, что она ждёт от того, кто рядом. Думаешь, ты сможешь соответствовать?

– Ты уже говорил. – Тихо ответил Игорь, отходя в сторону.

– Но дело не в этом, а в том, что ты даже не знаешь, с кем связался. Любит он! Да свою любовь ты засунешь куда подальше, как только она тебе покажет, как должно быть. Что ты можешь ей предложить? Свои тусовки с девками и выпивкой, обдолбанные друзья по всей квартире? Это? Это ведь всё, на что ты пока способен. А она прошла этот этап, давно прошла. И сейчас вы просто не сойдётесь во взглядах, вот и всё.

Андрей тоже начинал успокаиваться, он уже не понимал, что хочет доказать брату. С высоты своей колокольни знал, что мальчишка в двадцать три года как бы сильно не любил, не готов к серьёзным отношениям. И вся его любовь разобьётся о быт. Да и Оксана не из тех, кто будет терпеть его выходки. Понимает ли Игорь это сам? Вряд ли. Сейчас для него действует только один принцип: хочу – беру, а всё остальное разгребётся позже, как только появится необходимость. Он не знает вообще, что такое отношения, его связь с девками ограничивалась несколькими ночами, а Оксана для этого слишком роскошный вариант.

– Она всё равно будет со мной. – После долгой паузы добавил Игорь.

– Вполне возможно. Только вот ты сейчас говоришь, что любишь, а где Оксана? Ты знаешь об этом? Почему она не с тобой?

– Почему не со мной – знаю. Сам виноват. А всё остальное можно выяснить и я это сделаю. И я докажу тебе, что ты ошибался.

– Ну, ну, только смотри, не надорвись. – Усмехнулся Андрей и сделал шаг назад, ближе к крыльцу здания.

– Ну и вали! Она моя будет! Ты ведь не просто так пришёл, тебя бесит, что несмотря на твои слова, она меня выбрала.

– Время покажет.

Игорь нервно кивал, глядя как уходит его брат. Он не знал, насколько Андрей был прав, но то, что о женщине, с которой его связывает больше чем просто желание, он не знает ничего, кроме имени, стоило исправлять, и лучше, если он узнает это у неё лично.

Утро понедельника для Оксаны началось как-то неожиданно: только ещё была ночь, когда она, с тяжёлой головой поглощала четвёртую чашечку кофе, а сейчас уже рассвет, пение птиц. Благо, что будильник завела. Стоя перед большим зеркалом в ванной, оскалилась своему отражению, которое не сулило ничего хорошего. Опухшие веки, красные уставшие глаза, мешки под глазами. Правда уже через полчаса, после несложных процедур, она напоминала себя прежнюю. С признаками независимости на лице, дерзкой улыбкой и гордой осанкой. То, что не смогла срыть маска для лица – спрятал макияж и как-то даже симпатичненько получилось. И волосы сегодня легли как нужно без особых стараний (ещё свежи воспоминания, когда Оксана возмущалась, сетуя на стилиста, которая и посоветовала ей вот так обновить образ. Оказывается, зря жаловалась!). Платье выбрала белое, строгое, длинной ровно до колена, с закрытой грудью, но открытой спиной, хорошо, что утром прохладно и можно прикрыть вырез пиджаком, который и придаст новому образу деловой вид.

– Витя, ты уже работаешь? – Удивилась она, войдя в свой кабинет. Начальник сидел за её рабочим столом, явно ожидая прихода хозяйки.

– Уже. Извини, мог бы просто позвонить, но весь вечер твой телефон был отключён, а ночью позвонить не решился. Говорят, ты сожительствуешь с серьёзным человеком. – Хохотнул он, но это Оксана оставила без комментариев.

– А что хотел? зачем я тебе так срочно понадобилась? – Попутно интересовалась девушка, сгоняя начальника с подогретого кресла и усаживаясь в него. Пару секунд понежилась в тишине, а потом резко открыла глаза и была готова к поступлению информации.

– Оксан, у меня друг открыл своё дело, что-то с добычей золота связано.

– Открыл дело? Если я не ошибаюсь, то в этой промышленности все ниши заняты испокон веков.

– Ты дослушай сначала, – возмутился Витя. – Так вот, ты права, он действительно унаследовал производство. Но бизнес запущенный, требует вложений. Местное начальство, да и деляги, предоставили ему карт-бланш, мол, выплывешь из всего этого д.., ну ты поняла.

Оксана кивнула.

– Вот, выплывет, будет работать, нет – это дело подомнут под себя более опытные.

– По мне, так лучше сразу продать. Это не самое безопасное занятие.

– В том-то и загвоздка, что покупать по рыночной цене то, что может достаться практически даром, никто не хочет, ждут его краха. Вот он и предложил мне войти в долю. Я как раз в выходные изучал бумаги и с большой долей вероятности, могу утверждать, что мы справимся.

– Мы?

– Да. Именно мы. Если всё пойдёт хорошо, то мой бизнес придётся продать. Так как контролировать два больших производства будет проблематично.

– Не слишком ли рискованное занятие? Да и уезжать я не собираюсь. А переправлять важные документы по почте, и курьером, сам знаешь…

– Именно поэтому я предлагаю тебе работать совместно именно там.

– Ты смеёшься? Я не могу уехать… Нет, я не могу. И это не обсуждается…

На миг задумалась, а почему, собственно, не может? На что рассчитывает? За что так держится? Телефонная связь там работает, да и интернет наверняка есть… что тогда? Звонок два раза в месяц держит её здесь? Есть над чем задуматься.

– У тебя есть время подумать. Я сегодня еду туда, недели на две. Самолёт через три часа. И если всё именно так как рассказывает Серый, то уже в сентябре, может, в конце августа, я отправляюсь на ПМЖ.

Оксана смотрела на этого человека, уроженца цивилизации, который уверен, что туалет – это начищенный до блеска унитаз, а комары – это такие букашки, от которых можно защититься москитной сеткой на окне и так далее, и не верила в его слова. Добыча золота это где? Тайга? Горы? Где?

– Ты, конечно, волен поступать как знаешь, – встряхивая головой, словно так можно отбросить поступившие новости, раздражённо начала Оксана, – и это в твоих силах, я не сомневаюсь, но чтобы мне уехать нужны очень веские причины. Очень. А таковых сейчас не наблюдается.

– Ладно, тогда остаёшься за главную. – Пожал плечами Виктор как ни в чём не бывало.

– Что?! Вить, ты сдурел? А что будут делать два твоих зама? Балду гонять?

Витя не ответил, только подмигнул, лукаво улыбаясь. Конечно, он пошутил насчёт «остаться за главную» и, конечно, он хочет, чтобы Оксана поехала, а уж в условиях дефицита общения, сама броситься к нему в объятия. Не смотря на то, что подруг как таковых у неё не наблюдается, знакомых, тем более мужчин – хоть отбавляй. Ну и что, что никого из них не выделяет? Все, даже бабушки-соседки – это неотъемлемая часть её однообразной жизни, к которой привыкла, и менять всё вот так вдруг, совсем не хочется. Не поедет!

День выдался напряжённым, рабочее время резко увеличилось на два часа в связи с недоработкой отдела, в итоге, к вечеру цифры расплывались перед глазами. По дороге зашла в продуктовый, сегодня хотелось расслабиться и съесть чего-нибудь вкусного. Вкусного себе позволила совсем чуть-чуть, и с полупустым пакетом медленно поднималась на нужный этаж. Была настолько уставшая, что даже не удивилась тому факту, что на последней ступеньке лестничного пролёта, рядом с её дверью, сидел Игорь. Его ноги были широко расставлены, голова опущена низко и практически висела, казалось, он задремал, но Игорь вдруг так резко собрался, всполошился, вскинул голову выше и взгляд был настолько ясный, что эта мысль улетела далеко и надолго. Выглядел уставшим, нет, не так… он был замученным, убитым, чуть влажные волосы, расслабленные после перенапряжения мышцы, руки, безвольной плетью свисающие с колен вниз, и только горящий взгляд глубоких серых глаз говорил о жизнеспособности.

– Почему кони в мыле? – С едва заметной улыбкой неожиданно для себя начала Оксана, забыв об усталости.

Парень провёл рукой по волосам, взъерошив их, устало улыбнулся и ответил просто.

– Бегал.

Голос его был такой же убитый, как и он сам, словно Игорь долго кричал и теперь охрип, а может оттого, что долго молчал, ведь, наверняка, ожидал встретить Оксану сразу после работы. И в ответ на эти мысли он тут же поинтересовался.

– Почему так долго?

– Работала.

Ответила, пожимая плечами. Она всё ещё топталась на лестнице перед Игорем, не решаясь сделать шаг вперёд и обогнуть его. Когда очередной раз поднял глаза, чтобы оценить её взгляд – по телу пронеслось приятное тепло. Он смотрел нежно, с каплей неуверенности и большой долей надежды и ещё в его глазах было восхищение. Такое приятно чувство, когда тобой восхищаются, оно вмиг срывает крышу и заставляет совершать необдуманные поступки. Молчание затянулось, его взгляд затягивал в омут, необходимо было разорвать замкнутый круг и сделала это Оксана. Решительно шагнув вверх по лестнице. Игорь тут же подскочил, пропуская её, сам стал в стороне.

– Почему здесь?

Она как раз пыталась извлечь ключи, но пакет мешался и неприятно шуршал, нарушая интимность атмосферы. И пусть в тёмном подъезде, пусть на лестничной площадке, чувства неподвластны таким земным факторам.

Игорь за её спиной хмыкнул, Оксана повернулась и тут же лишилась пакета, который парень ловко перехватил и перебросил на другую руку, чтобы не мешался.

– Если скажу, что больше некуда идти, поверишь?

– Хочешь перекантоваться у меня?

– А ты пустишь?

Удивлению парня не было предела, а потом его сменил детский восторг в глазах, и оставалось только умиляться подобной реакции.

– А почему нет? Проходи.

– Ты меня простила?

После секундной паузы Оксана улыбнулась.

– Забыла. И ты забудь. Чего только не случается.

В квартиру вошли без заминок. Оксана быстро включила свет, сняла успевшие надоесть за целый день туфли, и выскользнула из узкой прихожей, оставив незваного гостя возиться с кроссовками.

– Бегал, говоришь?

Не имело смысла, какой задавать вопрос, только бы не молчать, а Игорь сегодня явно не в своей привычной обстановке, ему немного неловко.

– А-а, – вместо ответа на вопрос потянул он, – вот к чему вопрос про лошадей. Воняет? – Как бы осмотрел себя, не зная куда деть взгляд, а может, принюхался. – Да, душ принять не мешало бы.

– Так в чём проблема? Ванная комната там.

И кивнула в конец коридора. А Игорь смутился ещё больше, такого уж он точно не ожидал. Смотреть на парня, из-под влажной футболки которого чётко прорисовывались контуры мышц, взъерошенные волосы торчали в разные стороны в художественном беспорядке, а из-под чуть отвисших на поясе спортивных брюк виднелась полоска кожи, выше её сил, и Оксана скрылась на кухне, пряча свою улыбку, у самой же, всё поджалось внутри, как поняла, что под душ она хочет пойти вместе с ним.

– Полотенце возьми в шкафу в спальне. – Крикнула, стоя посреди крохотной комнатки и забыв, зачем вообще люди ходят на кухню.

– Ты мне настолько доверяешь?

– Скрывать мне нечего, а брать тем более.

– Тогда ладно.

Послышались тихие шаги. И только потом девушку осенило, что переодеть Игоря не во что. Быстро устремилась в спальню, где застала его перед раздвинутыми створками шкафа-купе, состроила едкую физиономию, скрестила руки на груди и ухмыльнулась.

– Полотенца у нормальных людей лежат на полках, а не висят на вешалках. – Заметила, смеясь, и оттеснила Игоря подальше.

С вешалки ловко выудила мужской халат, так же быстро нашла и полотенце, протянула парню.

– Свои вещи постираешь и повесишь на электросушилку. Пару часов и всё высохнет.

Он молчал и оглядывал Оксану ошарашенным взглядом.

– Со стиральной машиной сам справишься? – Уточнила на всякий случай, потому как взгляд у Игоря стал нечитаемым.

– Что? А, да. – Решительно кивнул, резко мотнул головой, отгоняя наваждение, и двинулся в сторону ванной комнаты.

Оксана же вспомнила, как удачно сегодня решила разморозить фарш, вернулась на кухню. Быстро справилась с подготовительным процессом готовки, пожалела, что мысленно стукнула себя по рукам, пока выбирала продукты в магазине, сейчас бы не помешал и хлеб, и рис, и масло. Одними овощами сыт не будешь. Разогрела сковороду, вылепила плотные аккуратные котлеты, приступила к нарезке салата.

Благодаря хорошей вытяжке, по квартире запахи не распространялись, да и у девушки аппетит не отбили. Ровными крупными кусками нарезала перец, сыр и огурцы, располовинила помидорки черри и маслины, добавила листья салата и специи по вкусу, оливковое масло. В момент наведения последних штрихов на кухню вошёл Игорь. Оксана посмотрела на него и застыла: молодой человек проигнорировал халат и лишь обернул бёдра полотенцем, богатое воображение тут же дорисовало недостающую деталь его красивого тела, и мысленно девушка облизнулась. На деле же, немного растерянно улыбнулась и неодобрительно покачала головой.

– Ничего, что я в таком виде? – Якобы опомнился он, мимикой на лице извиняясь, а вот взглядом, смеясь.

– Ну… это не совсем прилично, тем более за столом, но так как ты впервые у меня в гостях – прощаю. Садись.

Игорь послушно присел, принюхался.

– А кто-то говорил, что не умеет готовить.

– Считай, что поймал на вранье.

По возможности бодро отозвалась Оксана, накрывая на стол. А на самом деле всё внутри свело судорогой желания, хотелось свести ноги как можно теснее и, желательно, сесть.

– Ты не против сыра в салате, я не знаю, у некоторых на него аллергия?

– Сыра?

– Да. Греческий салат. Ты как? Я ещё не смешивала.

– Г-м… Нет… не против.

Игорь вёл себя по возможности скромно. По возможности, оттого, что само его присутствие за столом в подобном виде, заставляло нервничать и отводить взгляд. Вблизи, когда до него можно дотянуться рукой, тело казалось ещё прекраснее. Рельефное, слегка влажное, не остывшее после горячей воды, смуглое, наверняка до чёртиков горячее. А его татуировки были похлеще любого стимулятора потенции и желания, вызывали приятную дрожь во всём теле и пеленой стояли перед глазами, казалось, ничего эротичнее на свете быть не может. Оксана суетилась и каждый раз ругала себя за то, что излишняя суета выдаёт её состояние, хотя руки не дрожали, да и глаза не бегали, она вообще старались не смотреть на всё это великолепие. Быстро сервировав стол, выставила на обозрение свой любимый салат, которым и хотела себя сегодня побаловать, ан нет, придётся делить, но как только на столе появилась тарелка с горкой из котлет, парень изменился в лице, напрягся и перевёл вопросительный взгляд на хозяйку.

– Ты не любишь котлеты? – Еле слышно спросила Оксана, не успев расстроиться, но заметно поникла.

– Н-нет, не в этом дело, – как-то невнятно начал Игорь, – мы… ты ждёшь ещё кого-то? – Наконец выдавил из себя, нервно потирая затёкшую шею одной рукой, и теперь очередь удивляться настала для Оксаны.

– С чего ты взял?

Ху-у, отпустило, сама она котлеты любила, но больше готовить, чем есть. Знала едва ли не сотню различных рецептов с начинкой и без, просто котлеты это не самый лучший вариант, но хорошо ещё, что и это было из чего приготовить, обычно на её кухне дела обстоят куда хуже.

– Ну, столько всего…

Оксана смотрела всё так же удивлённо.

– Ты же мужчина. – Неловко улыбнувшись, пыталась пояснить она, но явно осталась не понята.

– Да? – После этого вопроса и самому смешно стало. – Да… конечно, – глупо улыбнулся, – просто моя мама всегда готовит порционно, и хочется добавки, а её нет. А тут такое изобилие… я и подумал…

– А-а, вот ты о чём, – рассмеялась, теперь все эмоции парня в момент появления основного блюда, читались иначе. Что это было, ревность? – Нет. Просто как сам видишь, – обвела рукой небогатый стол, – поживиться особо нечем, и гарнира нет… Да и вообще, моя мама как раз наоборот, всегда готовила много, не смотря на то, что семья была из трёх человек. И утром тебе нужно чем-то позавтракать.

– А ты предлагаешь мне остаться на ночь? – Хитро прищурился, и, причмокивая губами, положил на тарелку сразу две котлеты, на секунду замер и, с тяжёлым вздохом, добавил ещё одну, рядом ровной горкой выложил салат.

– Логично предположить, что если тебе некуда идти вечером, то и ночью тоже, не оставлять же тебя на улице. – Легко отозвалась девушка и только потом присмотрелась к парню. – Или у тебя были другие планы?

– Нет! – Чуть ли не подскочил на месте. – Просто я не ожидал, что ты позволишь мне остаться… тем более мы в квартире одни…

– Глупости. У меня мега удобный диван. Однажды после корпоратива не смогла добрести до спальни, так, знаешь, на утро и голова не болела. Рекомендую! Ты, кстати, не хочешь одеться… как-то прохладно.

– Мне нет. Может, тебя согреть?

Игорь ту же осёкся. Поняв, что сморозил глупость, но Оксана не стала делать круглые глаза и выгонять молодого наглеца из квартиры. Наоборот, рассмеялась, переводя всё в шутку. Знала бы сейчас, что Игорь и не прочь одеться, только вот выйти из-за стола, когда у тебя стояк… видок будет не двусмысленный.

– А халат чей, мужа?

– Нет, с чего ты взял? Мой.

На невнятное мычание отреагировала мгновенно.

– Иногда хочется тепла и уюта, а как-то в магазине увидела этот халат и не смогла пройти мимо. Он такой мягкий, нежный, сразу включаются эмоции, ответственные за наслаждение, хочется закрыть глаза и летать. Так что ты зря отказался. А насчёт мужа… Андрей рассказал?

– Да. – Неловко улыбнулся, на самом деле, это именно тот самый вопрос, который его сейчас интересует больше остальных, а проявлять интерес немного опасно, оставалось только мысленно потереть ладони и развивать тему. Но Оксана молчала.

– А почему у тебя нигде нет его фотографий?

– Зачем мне хранить фотографии бывшего мужа, тем более на видном месте. – Встрепенулась она, ответила немного резко и взволнованно.

– Значит, они всё-таки есть?

Даже тот факт, что Игорь интересуется её жизнью, пусть и в подобной теме, безумно возбуждало. Интерес к своей персоне со стороны этого мальчика заводил с пол-оборота, запаливая женское тело как спичку.

– Их нет.

– Жаль.

– Почему?

– Хотелось бы на него посмотреть. – Легко ответил Игорь, в который раз пожимая плечами, словно его вопросы это нечто само собой разумеющееся.

Так и хотелось посоветовать заглянуть в интернет, но сдержалась.

– Зачем?

– Интересно, какие мужчины тебя привлекают.

Оксана рассмеялась, это действительно было забавно. Его открытость, без лишнего лоска, которым Игорь сопровождал себя при каждой предыдущей встрече, умиляла. Теперь он не казался таким уж недосягаемым, эдаким, секс-символом, а действительно был обычным мальчишкой, если и не влюблённым, то заинтересованным точно. Не хотелось с ним играть, хотелось быть такой же открытой, впервые за долгие годы одиночества.

– Если интересно, иди и посмотри в зеркало. Оттуда на тебя взглянет мужчина, который меня привлекает.

После этих слов Игорь преобразился, расплылся в широкой улыбке, стараясь прикрыть её стаканом с соком.

– А ты не боишься меня?

– А должна?

– Ну, не знаю… мне казалось, ты меня даже на порог не пустишь, а ты… впустила, накормила, переодела. И вообще, я думал, что ты другая. А почему ты сегодня решила готовить? – Без паузы, на одном дыхании продолжил он.

– Захотелось. Для тебя. – Сказала и тут же закусила губу, Игорь взгляд не поднял. Но замер с вилкой у рта, только через несколько мгновений опомнился и как ни в чём не бывало, продолжил.

– А Андрею не готовила?

– Нет. А должна была?

– Наверно, у вас вроде как всё серьёзно было… а почему вы расстались? Он сказал, что предложила ты.

– Ну, я поняла, что Андрей не тот, с кем я смогу жить.

– А с кем сможешь?

– Пока без вариантов, а что, хочешь предложить себя?

– Уже предлагаю.

Игорь замер и задержал дыхание, и не думал, что Оксана снова переведёт всё в шутку. Ещё час назад он и вовсе не подозревал, что вот так, на лету предложит ей отношения, но она оказалась сурова, просто рассмеявшись над его словами.

– Подрастёшь, тогда и поговорим.

– Мне не шестнадцать.

– Мне тоже.

– Меня твой возраст не смущает.

– А меня твой – да.

– Оксан…

– Не продолжай. Сока хватит или сделать чай?

– Хватит и сока. – Выдохнул, тут же вспомнив о нетронутом стакане, придвинул его ближе, попытался улыбнуться.

– А что у тебя случилось? Ты не сказал, почему здесь оказался.

– Захотел тебя увидеть.

Мельком глянув на котлеты и на оставшийся салат, Игорь положил на тарелку и того и другого, вспомнив о гостеприимности хозяйки.

– Но ты сказал, что тебе некуда идти.

– Мама мозг выносит, Андрей поговорил с ней о тебе. Так что теперь мой дом не моя крепость.

– Ты живёшь с матерью?

– Нет, у меня своя квартира, но у мамы есть от неё ключи, так что там засада. – Он сдавленно рассмеялся и на щёках появились едва заметные ямочки.

– Всё из-за меня? Андрей сказал, что поговорит с тобой, извини.

– Это наши с ним проблемы. – Отмахнулся парень, жуя. – Тебя они не коснуться. Скажи, а почему ты развелась?

– А отделаться стандартным ответом о том, что не сошлись характером, можно? – Улыбнулась с надеждой, нависая над столом, а Игорь ответил ей той же манерой.

– Нет.

– Тогда и не знаю, что сказать.

– Вы долго были женаты?

– Четыре года.

– Долго. – Потянул задумавшись. – И давно?

– Что?

– Ну, давно развелись?

– Уже шесть лет.

У Игоря поднялись вверх брови и увеличились в размерах и без того огромные глаза.

– Ты так рано вышла замуж?

– А что мне? Живу в полной уверенности, что обеспечивать должен мужчина, с меня три перины в приданое и достаточно.

– И всё равно рано. Я думал, ты просто до сих пор одна. Это потом Андрей сказал…

Повисла пауза, Игорь снова вернулся к еде, о которой периодически забывал и даже не заметил, как с аппетитом уплетает уже шестую котлету. В присутствии этой девушки спокойно сидеть не получалось, а пока ел, мозг работал в другом направлении. Хотя, кажется, он вообще не работал. Ещё на лестнице, когда перед глазами показались идеально ровные ноги, забыл как дышать, что уж о другом говорить. А когда ещё и войти пригласила, так и вовсе всю свою смелость растерял. Отказа ждал, мечтал, как схватит в охапку и сам её в квартиру запихнёт, сразу на постель уложит, а тут… всё не по плану. И пришла поздно, за два часа пока ждал, уже все мысли по второму кругу прогнал. И не понимал, зачем вообще сидит. Может, чтобы доказать себе, что она такая, как и все, не стоит большего, а может, чтобы доказать как раз-таки ей, что он давно не мальчик, и продемонстрировать собирался это во всех аспектах. А получилось не так. И первое же несоответствие выбило из колеи. Он просто не знал, как себя вести. До этого вечера был уверен, что Оксана сохнет по нему, оттого и Андрея кинула, хотя, могла бы и не бросать. А она сидит и глазом не моргнёт. Так, удивилась, что перед ней в полотенце, но не глазела, неужели не интересно? Не возбуждает?.. Игорь, откровенно говоря, любил, когда на него женщины смотрят восхищённым взглядом, а Оксана, она своим взглядом его же и усмиряла. Ужин приготовила, хотя говорила, что вообще не умеет. Что это? Материнский инстинкт? Только не это! Не хочет он так. Смотрит на неё и перед глазами от желания темнеет, в паху уже пульсирует от боли, а она спокойна. Абсолютно спокойна. И нет в её взгляде больше того интереса, что раньше. Перегорела? Потеряла интерес после того, что он сделал? Одни вопросы и нет на них ответов. Не жизнь, а сказка, мать её!

– И всё-таки, почему ты меня впустила, ведь расстались не на сладкой ноте?

– Сегодня ты другой. Сначала я думала, что мне показалось, но нет, ты и правда ведёшь себя иначе.

Игорь смутился.

– Ты придумываешь.

– Вовсе нет! У тебя и взгляд другой и движения более плавные, аккуратные. Ты не сочишься ядом и не мечешь молнии. Милый очаровашка с ямочками на щёчках. Только бесчувственная дура не впустила бы.

– То есть, я тебе нравлюсь?

– Ты повторяешься. – Улыбнулась, протянула руку через стол и щёлкнула ухажёра по носу. – Ты интересный мальчик, со своими идеями и фантазиями. У тебя есть цель, есть желание её осуществлять, и я уверена, что ты всего добьёшься, если захочешь.

– А если я тебя хочу… добьюсь?

– Перед тобой трудно устоять. – Лукаво прищурилась, но почувствовала, что разговор зашёл не туда и опомнилась.

Пока Игорь думал, убрала за собой посуду и сидела напротив молча, ожидая, пока он закончит.

– Эй, ты ещё не спишь? – Рассмеялась не моргающей статуе.

– А должен?

– Я так рано не ложусь, но если ты настаиваешь…

– Нет, я тоже так рано не ложусь. Расскажи мне о себе.

– Что именно интересует? – Удивительно, но Оксана не испугалась подобного вопроса, может, она вообще не воспринимает его всерьёз?

– Не знаю, о семье.

– Лучше ты о своей. Сложно рассказывать о людях, которых ты никогда не видел и, наверно, не увидишь.

– Да о своей тоже как-то нечего рассказать. Мама всю жизнь занималась домом и собой. Отец работал. Два года назад у него случился инфаркт и он умер.

– Андрей мне ничего не говорил.

– Думаю, вы обо мне вообще мало беседовали, – с долей сарказма заметил Игорь и Оксана смутилась, – наши отцы были близнецами, мечтали, чтобы мы дружили так же близко, как и они сами. Дружить так же не вышло, отец слишком долго выбирал любовь всей своей жизни, и я получился у него поздним ребёнком. Ему было за тридцать, когда он мать встретил. После него остался бизнес, но я им не занимаюсь. Отец Андрея после случившегося тоже отошёл от дел, переложив всё на сына. Так и живём. Пересекаемся, по мере возможности. Андрей меня поддерживает в спорте. Мать против, говорит, что и так все мозги отшибли. – На этом он замолчал и ухмыльнулся. – А ты всё-таки за меня тогда болела.

– У меня не было выбора. Я же не садистка, чтобы болеть за того амбала. Как ты вообще решился выступать против него?

– Финал. Тут мы уже ничего не решаем. И я его всё же сделал. Сильно переживала? – В глазах парня появился блеск, взгляд зажегся, он хотел услышать, что Оксана о нём думает.

– Да, особенно когда тебе бровь разбили. Ты, кстати, для бойца отлично выглядишь.

– В смысле? – Он даже заёрзал на стуле, так важен был этот момент, хотя Оксана и держалась спокойно, чувствовал её интерес.

– В смысле лицо. Я не много знаю о кикбоксинге, но всегда казалось, что нос точно должен быть сломан… и не раз.

– А он и сломан. Это пластика. То есть коррекция… не знаю как правильно, но суть в том, что это мой нос, но несколько раз вправленный.

– Тогда понятно. – Поёрзала на стуле, удивляясь, как с ним легко. – А как насчёт общепринятого правила, вроде как реальные мужики морду не перетягивают? – Задевая Игоря, от удовольствия даже губу закусывала.

– А я не люблю правила. – Проговорил с вызовом. – Я поступаю так, как хочу.

Своё «хочу», сказал с придыханием от которого по телу разбежались тёплые волны внутри и неприятные мурашки снаружи, да так сильно, что и короткие волоски на руках встали дыбом. И у самого реакция последовала незамедлительная, и совсем недавно опавший орган принял боевую стойку.

– Тебе пора одеться, если не хочешь, чтобы я тебя изнасиловала. – Тихо сказала Оксана, глядя парню прямо в глаза, и в её словах не было ни грамма фальши и только осознание того, что она этим сделает только хуже, останавливало.

– А может я и хочу? – Изогнул он одну бровь и улыбнулся уголком губ с той же стороны.

– Я в душ!

Вскочила с места и громко взвизгнула, когда Игорь попытался поймать, хорошо, хоть посадила этого нахала к стене, и он не дотянулся.

– Одевайся, – крикнула уже из-за двери, – выяснили же, что халат мой.

Как только дверь за её спиной захлопнулись, задохнулась потоком воздуха, закрыла глаза, припав спиной к стене. Жарко было неимоверно, как только отлипла от кафеля, глянула на себя в зеркало и обомлела: красная, как рак, и чувство удовлетворения… не понятно отчего… просто хорошо… когда он рядом.

В ванной намерено задержалась подольше, не известно зачем, вряд ли мальчик уснёт, не в том настроении они расстались, да и по времени – десяти нет. Что тогда? Давала себе отсрочку, передышку… а как с тем обстоятельством, что бой ещё не начинался? Мысли бурные и неуёмные, им остаётся улыбнуться так, чтобы никто не видел, а затем Оксана вышла. На кухне свет уже не горел, вот бы ещё и посуду за собой помыл, цены бы ему не было! Игорь встретил лёжа на диване в обнимку с пультом от телевизора.

– И правда, удобный диванчик. – Улыбнулся, привставая.

– Да, только для тебя его нужно разложить. Но с этим потом, сейчас за мной.

Услышав за спиной вздох облегчение и тихие шаги, Оксана обрадовалась: по крайней мере, не одной ей плохо. Не известно, на что рассчитывал этот нахал, следуя в спальню, но через секунду, когда его руки уверенно давили на её поясницу (Оксана как раз решила снять покрывало с кровати), всё стало на свои места.

– Полегче, дружок. Я всего лишь хотела предложить тебе постельное бельё, но если хочешь – можешь спать и без него. – Хмыкнула. За спиной рассеяно угукнули, но руки с поясницы никуда не пропали, большие пальцы лёгкими касаниями рисовали неведомые узоры на ромбике крестца, а в ягодицы упирался его пах. Бороться с мужчиной не было никакого смысла и она повторила громче.

– Есть вариант ехать домой.

После последнего предложения, хитроумный планы действовать по своему усмотрению пропали, а вот игривый настрой – нет. Игорь аккуратно взял из рук стопку с бельём и пледом, не спешил разрывать зрительный контакт, и лишь когда Оксана торопливо кивнула ему в сторону выхода, опомнился.

Возня в соседней комнате надоела и Оксана выглянула.

– Надеюсь, справишься сам? – Не удержалась, когда после пяти минут непрерывной борьбы, поддался только диван, который, наконец был разложен.

– А если не справлюсь – поможешь?

– Нет, конечно. Я же тебе не мамочка.

– Хорошо, что хоть это ты понимаешь.

И что это было? Да ещё тон такой, соответствующий, как камень в чужой огород. Быстро преодолев расстояние до парня, остановилась напротив, едва ли не упираясь своей грудью в его, вскинула голову, глядя в смеющиеся глаза и угрожающе проговорила:

– Ещё пара фраз в подобном тоне и ночевать будешь на пороге за дверью.

Игорю подобная реакция понравилась, он показательно слизал с губ остатки горячего дыхания.

– Думаю, оно того стоит.

– Ну, смотри, твои шансы остаться здесь нещадно тают. Подумай.

С этими словами вернулась к себе, тем самым не давая возможности дерзкому мальчишке покинуть её скромную обитель. Не успела устроиться удобнее, как дверь неприятно скрипнула. Надо же, а до появления в квартире Игоря, и не замечала, что дверь спальни так отвратительно скрипит. Теперь же обрадовалась этому факту, по крайней мере, эффект неожиданности не получился.

– Не привык спать голый в одиночестве. – Просто пояснил он, теснясь на пороге комнаты. Интересно, чего ждал? Приглашения, что ли? Хочется. Очень. Правда. Но она не может себе этого позволить, даже в такой момент.

– Твоё бельё уже высохло. Так что можешь одеться и спать спокойно.

– Легко сказать.

Остался недоволен, бедняга, знал бы, как она мучается, не спрашивал бы разрешения, влетел бы в комнату ураганом и поступил по-мужски. На самом деле, у Оксаны были такие мысли, чтобы Игорь взял развитие этих вялотекущих отношений под свой контроль, но инцидент в квартире Андрея резко умерил его пыл и на решительные действия он готов не был. Хотя бы по причине скоропостижной отправки в отставку. А жаль. Никакой другой вариант не заставит девушку сделать первый шаг самой. Чувство ответственности за тех, кого приручил, заставляет нажать на тормоз, когда варианта уйти от столкновения, практически нет. Только ничего не происходит. Спокойной ночи бессонница.

Но уснула Оксана быстро, удивительно быстро, учитывая наличие в соседней комнате неудовлетворённого мужчины, который всё ещё остаётся потенциально опасен. А проснулась ночью от странного чувства. Вроде и сон не видела, а во рту от страха пересохло, да и пульс учащённый, как после забега. Лежала на спине и пыталась рассмотреть потолок, который всё ещё качался из стороны в сторону, как свидетельство только что разлепленных век. А потом неприятный озноб, и невероятная тяга повернуть голову в сторону. Прислушалась к себе, повернулась и застыла: в темноте комнаты удалось рассмотреть чёткую мужскую фигуру, от толстой цепочки на шее шёл отблеск уличного фонаря. Наверно нужно было закричать от страха, но с первого раза не получилось, только судорожно захватила ртом воздух, а на второй раз кричать уже не было смысла. Кто сидел напротив, стало понятно – Игорь, а вот что он здесь делает, ещё предстоит выяснить.

Удивляясь своей прыти, Оксана подпрыгнула с кровати, не волнуясь за внешний вид и только постфактум вспоминая, что ночная сорочка на манер восточного балахона, только очень короткого, неприлично задрана, как и всегда с утра. Быстрыми резкими движениями поправила края, чётко понимая, что Игорь так же резко приближается и становится напротив. Он полностью одет, даже его толстовка, хотя в комнате и без того душно.

– Что ты здесь делаешь?

Внутри и страх, и паника, и страсть, и безумное желание, а в голосе только лёгкая тень беспокойства, покрытая толщей безразличия.

– Не бойся, я ничего тебе не сделаю. Не спиться… Я просто смотрел.

– Да-а?

В притворном удивлении она приоткрывает ротик делая его формой буквы «О» и медленно, дразняще проводит по напряжённому члену, который, ничуть не стесняясь выдаёт все скрытые намерения своего хозяина. Орган послушно подаётся вперёд, кадык парня напряжённо дёргается, а с губ срывается тихий стон, который быстро сменяется частым дыханием. Оксана внимательно разглядывает мужчину рядом с собой. Именно в этот момент не хочется сказать на него «мальчик», он мужчина, в своём желании обладать, в своём порыве получить хотя бы частичку желаемого. И он возбуждает вот в такой своей решительности, но пускать его дальше нельзя и она быстро одёргивает руку, вслушиваясь в возмущённое мычание, переходящее в рык.

– Я так и поняла.

Заглянула в глаза парню и увидела пожар, который не погасить, опасный, всепоглощающий, от которого не скрыться.

– Выйди из моей комнаты.

– Гонишь?

– Который час? – Пытаясь отвлечь, вспоминает девушка. Голос парня ей показался ой, каким недобрым, возмущённым. Он сверкает грозным взглядом и упрямо поджимает губы, не желая отступать. Напряжённый, мышцы перекатываются, желваки на скулах и нехороший прищур.

– Почти четыре. – Отвечает уже спокойнее.

– Ты спал?

– Не смог.

– И давно здесь сидишь?

– Около часа.

Час. Целый час.

– И что же тебе помещало присоединиться ко мне?

– Во сне ты называла чужое имя.

Имя? – Хочется переспросить. Что за бред?!

– Максим… Так звали твоего мужа?

Капли липкого пота покрывают всё тело. Страшно до одури, если бы могла, вцепилась бы в парня и не отпускала. Нет, это не муж, это ребёнок. Её ребёнок.

– По глазам вижу, что поняла о ком я.

– Да. Я тебя прогоняю.

И легко толкает его в грудь одной рукой. Даже не толкает, притрагивается, отталкивая, но он всё понял.

– Не хочу уходить.

– Открой балкон и подыши.

– То есть я могу остаться?

– Ты меня напугал, Игорь. Я теперь точно не усну, а завтра мне на работу. Не трать время и не задавай ненужных вопросов. Если бы я хотела тебя прогнать, сделала бы это ещё вчера, не пустив к себе.

– Тогда я на пробежку. Не против, если возьму ключи из твоей сумочки?

– Бери, что хочешь, только уходи.

И он ушёл. Тихо, так же тихо, как и вошёл сюда. И дверь не скрипнула. А Оксана осталась стоять на месте. Она никогда прежде не видела во сне сына. Что-то изменилось?..

Проснулась снова, когда на часах с будильником-предателем высвечивалась половина восьмого. Прозвенеть он должен был на час раньше. Времени на то, чтобы растормошить организм не было и пришлось вскакивать с кровати со всё ещё закрытым правым глазом. Рванула в ванную – закрыто. Трижды чертыхнулась, пока вспомнила, кто может её занимать.

– Игорь, твою мать, открывай! – Взревела не своим голосом.

Опоздай она в любой другой день, проблем бы не было. Но она опаздывала именно сегодня, когда вместо Вити пост генерального занимает его заместитель. Парень, в принципе не плохой, но карьерист, да и место, которое заняла Оксана, тот для своей жены наметил (не осмотрительно, при разорении компании, семья остаётся без средств, так что виноватой Оксана себя не считала). Короче, её он недолюбливает, а тут будет такой шанс поизмываться. В общем, приятного мало.

За дверью ванной комнаты никаких звуков, кроме льющейся воды, слышно не было, обидно до слёз. И она стучит снова и снова, пока не раздаётся несколько удивлённый голос.

– Что-то случилось? – Не торопясь, отзывается этот гад из-за двери.

– Открывай дверь, быстро, я на работу опаздываю!

– Подожди, я не одет. – Так же нетерпеливо и уже активнее раздаётся с той стороны двери, но успокаивает это мало.

– Открой сейчас же!

После решительного стука в дверь ногой, звучит щелчок замка и дверь открывается. В проёме появляется довольная мордочка, парень держит полотенце в руках, всё ещё вытираясь после душа. Прикрыться и не думает. Но эффекта не произвёл, Оксана бесцеремонно вытаскивает его за руку, одновременно протискиваясь сама, и, заметив на удивление гладкую ягодицу, не сдерживается и в наказание громко шлёпает по ней. Не дав парню опомниться, закрывает за ним дверь, дабы принять водные процедуры. На всё про всё, включая макияж и укладку, ушло двадцать пять минут, а значит, через полчаса она должна оказаться на другом конце города, что просто нереально. Коротко нервно выдыхает, стряхивая негатив, и уже в настроении выходит из ванной. На кухне в халате на голое тело сидел Игорь, который , видимо, заждался опаздывающую на работу.

– Можно теперь мне одеться? Я, кстати, завтрак разогрел. Котлеты. Говорил, что ты потрясно готовишь?

– Не помню, – буркнула в ответ, подвигая ближе чашку с ароматным чаем, – но слышать это приятно. Если в следующий раз соберёшься в гости, набирай побольше продуктов, побалую вкусненьким. Фух! Чай горячий. Не успеваю.

– Так ты меня подожди, вместе поедем.

– Ты вызвал такси?

– Обижаешь! У меня личное авто и если ты хорошо попросишь, то прибудем вовремя.

– Иди, одевайся, чтобы внимать моим просьбам не в костюме Адама. – Раздражённо кивнула, очередной раз поражаясь наглости некоторых индивидов. И всё-таки, когда ему нужно, он умеет себя вести.

Машина у Игоря оказалась шикарной, спортивной. И ехал он неоправданно быстро. Опоздание на работу, это конечно плохо, но разбиться куда хуже. Стоя в небольшой пробке, обратила внимание на парня: он выглядел задумчивым и серьёзным.

– О чём думаешь?

– Что?

– О чём ты думаешь, спрашиваю. Всё хорошо?

– А, да. Думаю как раз о тебе, точнее о твоей квартире. Давно там живёшь?

Оксану удивил этот вопрос, в голову даже успели влезть мысли на тему: «А не предлагает ли он мне перебраться к нему жить?»

– Пять лет. А что? – Наводящий вопрос задавать было лишним, но не удержалась.

– Странно. Тебе эта квартира не подходит. Словно в ней живёт другой человек, даже не из этого века. Что скажешь?

– Да? А я и не замечала. Честно говоря, редко там нахожусь. Всё время на работе, наверно поэтому и не присмотрелась.

– Подумай над этим вопросом, если что, я мог бы помочь.

– С чем?

– С ремонтом.

– А-а…

Машина сдвинулась с места и больше отвлекать водителя разговорами, желания не возникало, было просто страшно, поэтому пришлось молча сжимать зубы и закрывать глаза в особо напряжённые моменты.

Во сколько они добрались до офиса, сказать точно Оксана не могла, так как желание смотреть на циферблат часов отпало уже на первом повороте. Но факт остаётся фактом: как на заказ, прямо на ступенях офисного здания стоял заместитель Вити, ехидно ухмыляясь вновь прибывшим.

– Опаздываете, Оксана Владимировна. – Скрипучим голосом потянул он, что заставило поморщиться.

– Извините. – Всё, что смогла сказать в своё оправдание. Даже не понимала, почему так неприятно видеть этого мужчину, поэтому готова была даже признаться во всех грехах, только бы избежать дальнейшего общества.

Но быстрого отступления не получилось.

– Это тот му*ак, который к тебе клеиться? – Угрожающе начал Игорь, выбираясь из машины, непонятно почему ещё стоящей на парковке. Оксана как пришибленная обернулась и от удивления присела.

– Игорь?.. Спасибо, что подвёз.

– Ещё раз сунешься к ней – ты труп.

И, о, да! Словам этого парня трудно было не поверить. И весь его внешний вид говорил о готовности наброситься на соперника, пусть и мнимого, в любой момент. Испытывать судьбу зам не стал и лишь отрешённо кивнул, только после оглушительного визга тормозов решившись повернуть голову к так же, застывшей на ступенях Оксане Владимировне.

– Идите, Дементьева. – Выдавил из себя он и потянул за узел галстука, расслабляя его. Бедному стало мало воздуха. А вот Оксана улыбнулась. Теперь за неё есть кому заступиться!

Закрывшись в своём кабинете, задумалась над недавним разговором. А, правда, может, заняться квартирой? Решила обсудить этот вопрос с дизайнером, который не раз сотрудничал с их компанией и они даже считались друзьями, а пользоваться иногда такими вот знакомствами можно, особенно за вознаграждение. Чтобы не терять эту идею, тут же связалась с Вадимом Евмеевым, договорилась о встрече этим же вечером. Но рабочее время вновь нещадно затянулось и, дабы не тратить его зря, встретились в центре, а уже оттуда направились проверять фронт работ. Ремонт при переезде Оксана сделала хороший, но вот всю отделку по своему вкусу выбирала рабочая бригада, поэтому квартира вот так и выглядит. Всё делалось на время, скорее всего, короткое, но надежды тогда ещё юной Оксаны не оправдались и временное пристанище, стало постоянным.

Вадим Евмеев был отличным парнем, таких ещё называют душой кампании, в свои тридцать имел личный офис и контактную группу для поддержки, но на все предварительные просмотры предпочитал ездить сам.

До дома Оксаны они добрались быстро, было достаточно поздно и дороги стали практически пустыми. Лифт, как на зло, не работал, и поднялись пешком. Стоя на последнем пролёте, Оксана ощутила на себе эффект дежавю: на лестнице, совсем как и вчера, под её дверью сидел Игорь, всё так же опустив голову вниз, но заметив рядом с девушкой незнакомого мужчину, который при этом ещё и обнимал её за талию, среагировал мгновенно. Один резкий взмах ногой и незнакомец лежит на пролёт ниже, скорее всего без сознания. Игорь с перекошенным от злости и ревности лицом, уставился на Оксану, которая, на удивление, к раненому не бросилась, а тихо отступила на шаг назад, неодобрительно качая головой.

– Игорь, ты – идиот. – Спокойно проговорила она и лишь тогда спустилась к беспомощному и всё ещё бессознательному другу.

– Не стой там, помоги поднять! – Рыкнула в сторону недвижимого парня. – Это Вадим. Он дизайнер. Сам же сказал, что квартира у меня убогая. – Добавила , когда Игорь легко поднял поникшее тело мужчины, подталкивая его в сторону квартиры.

Вадим пришёл в себя только после нашатырного спирта, протяжно застонал, ощупал голову, и волне бодро заявил:

– Оксана, когда ты придёшь ко мне в гости я на тебя Галю натравлю. И мы будем квиты.

Девушка улыбнулась, а Игорь стал в боевую стойку.

– Какая ещё Галя?

Вадим перевёл на парня скептический взгляд, искривил губы.

– Это жена Вадима. И детей у них двое. Так что твои выпады были абсолютно напрасными.

– А нечего чужих женщин лапать! – Выпалил он и только под грозным взглядом Оксаны смолк.

– Интересно, и когда же у вас так далеко зашло, молодые люди? – Хихикнул Вадим, уже вспомнив цель визита. Достал из сумки, длинный шлейф которой оказалась всё ещё перекинут через плечо, планшет, и, окинув профессиональным взглядом комнату, в которой находится, сделал первые пометки.

– Вадим, перестань, Игорь не о себе говорит.

– Да? А мне так не показалось. Будешь должна мне моральный ущерб.

– Я всё компенсирую. – Тут же встрял парень, понимая вину.

– Нет, нет, молодой человек, мы с Оксаночкой сами договоримся. – Провоцируя ревнивца усмехался Вадим.

– Значит так! – Перед дизайнером на столе появился кулак, как железный аргумент правоты его предъявившего. – Все договоры в моём присутствии! – Прорычал Игорь, а остальные громко засмеялись.

– Вот видишь, а ты говоришь не его. Он всё уже решил. Кстати, так и надо с этой пигалицей. – Обратился Вадим уже к Игорю. – Давно пора её приструнить.

– Игорь, мы с тобой потом поговорим на эту тему. – Кинула на парня косой взгляд. – Вадим, ты как?

– Как живой труп. – Выдохнул мужчина. – Но работать я могу даже в таком состоянии. Ты, давай пока, напиши мне метраж комнат, хотя я и так вижу, но, боюсь, как бы после стараний умельцев, не случился обман зрения, – протянул Оксане небольшой листок, – я сделаю необходимые пометки, и, недельки через две, вынесу свой вердикт. Договорились?

– Договорились.

Не смотря на, казалось бы, серьёзную травму, Вадим выглядел вполне привычно. И только моральными усилиями Оксаны и физической силой Игоря, его можно было заставить пройти обследование. Позже врачи констатировали ушиб мягких тканей и лёгкую степень сотрясения, но Вадим с Игорем решили об этом не рассказывать, включив мужскую солидарность, хотя Оксана этот диагноз предположила ещё до того, как выставила саму парочку за двери.

Почему-то захотелось плакать. Нет, не плакать – рыдать. Ситуация вышла из-под контроля, причём давно. Поведение ревнивого мальчишки не оправданно с её точки зрения, но вполне естественно с его. Всё – и удар и падение Вадима, произошло за доли секунды. Настолько быстро, что она и понять ничего не успела. Не было агрессии, не было угрожающего рыка, Игорь и разбираться-то не собирался, он просто увидел и ударил. Всё. Точка. Это его мировоззрение: оберегать то, что принадлежит тебе, всеми возможными способами. Она, как любой нормальный человек должна была испугаться, хотя бы вскрикнуть, но внутри сработал тумблер, отвечающий за сознание. Она была далеко оттуда. Как наблюдатель со стороны: вроде и здесь, но, в то же время, не имеешь к происходящему отношения. А вся проблема в том, что она имела. И являлась центром конфликта. Глупого, безрассудного конфликта. Сегодня предстоит серьёзный разговор.

А вот Игорь, отвозя Вадима уже думал, что скажет Оксана при его появлении на её пороге.

– Можно вопрос? – Нарушил молчание Вадим, внимательно глядя на Игоря.

– Хоть два.

Вадим хмыкнул на самонадеянность парня, но от темы не отвлёкся.

– У тебя с Оксаной что?

– А я должен тебе в этом отчитываться?

– Вряд ли. – Скривился от подступающей тошноты. – Просто она странно к тебе относится.

– Странно, это как?

– Ну… не знаю как, не так как к остальным. Мне кажется, ты её действительно интересуешь.

– Да я и сам, честно говоря, не понимаю. Ты давно её знаешь?

– Лет пять, шесть. Я с их компанией сотрудничаю. Когда она появилась у Вити, ещё был в штате.

– Что значит у Вити?

– Начальник её. Ну, вроде как старые знакомые. В Москве пересекались.

– А Оксана из Москвы?

После такого вопроса Вадим хитро покосился в сторону парня.

– А ты точно её друг?

– Точнее не бывает. Просто мы знакомы недавно, да и не в такой степени близости были, чтобы нормально общаться. – Немного подумав, Игорь решил пояснить: – она с моим старшим братом встречалась. Так что там с Москвой?

– Да ничего. Просто знакомы были давно. Поэтому Витя её к себе и взял. Она сначала какая-то затравленная была, никогда не улыбнётся. Всё по своему мужу страдала.

– Страдала?

– Я не в теме, но точно знаю, что к разводу была не готова. Этот вопрос вообще мало кто решался обсуждать, даже заядлые офисные сплетницы. К чему я веду… За это время, у неё не было серьёзных отношений. Её никто не интересовал. Знаешь, она из тех женщин, которые предпочитают держать постель на половину пустой, чем заполнять её всяким сбродом.

– Хорошая цитата из фильма. Я тоже его смотрел. – Хмыкнул Игорь, раздумывая над этими словами.

– И вот сегодня я увидел в ней интерес. Настоящий, у неё даже взгляд теплее становится, когда на тебя смотрит. И не важно, что ты накосячил.

– Брат говорит, что у Оксаны по отношению ко мне материнский инстинкт.

– Это тот самый брат, с которым она встречалась?

Игорь утвердительно кивнул, а Вадим понимающе улыбнулся.

– Тогда советую к его мнению не прислушиваться. Не знаю, что там у Оксаны, любовь, не любовь, но то, что ты для неё не пустое место – однозначно. И, кстати, это ты её заставил заняться квартирой?

– Я просто сказал, что она ей не подходит.

– Так вот, инфа для размышления. Я шесть лет с ней борюсь, но она говорит, что её всё устраивает. Так что мой тебе совет, дерзай и никого не слушай!

– Даже Оксану?

– Тем более Оксану. Она из-за возраста сомневается и это для женщины нормально. Просто покажи, что вы с ней на равных. Если не можешь противостоять в быту, а ты не сможешь, – тут же утвердительно заявил Вадим, – то, по крайней мере, решение основных житейских вопросов бери на себя. В частности вопрос о ваших отношениях.

– Ты случайно не семейный психолог? – Засмеялся Игорь, скрывая тем самым свою неуверенность в этом вопросе.

– Типа того. Хороший дизайнер с одного взгляда должен определять ситуацию в семье. От этого зависит прибыль. А ещё, в данном случае, я опираюсь на свой опыт. У меня с женой разница в возрасте в одиннадцать лет, причём не в мою пользу.

На этот раз Игорь посмотрел на мужчину уже более заинтересованно и суть его советов сразу нашла своё место. Он даже в гости потом к Вадиму зашёл, так, на всякий случай, удостовериться в полученной (секретной) информации. И оказалось, что его жена, на удивление красивая женщина, хоть по паспорту и являлась старше, выглядела если и не моложе, то ровесницей точно. Он извинился за нанесённый физический и моральный вред, предложил дружбу семьями и откланялся. Впереди был сложный разговор с Оксаной, в котором нужно проявить себя главным.

Ключами, которые на всякий случай снова выудил из сумочки хозяйки, воспользоваться не решился. Позвонил в дверь. Оксана открыла быстро и настроена была решительно. Об этом свидетельствовало и выражение её лица, и даже строгий вид в одежде (в этот раз она выбрала домашний трикотажный костюм классического кроя).

– Всё-таки вернулся?

– А не должен был?

До Оксаны, Игорь в принципе не обращал внимания на желание женщины, всегда брал ответственность на себя, везде и во всём. А с ней не получалось. Чувствовал себя полнейшим неудачником, малолеткой. А та усиленно этим пользовалась, и давила каждый раз, в решающий момент. Сегодня суть их беседы сводилась к тому же: что он, безответственный, не отвечающий за свои поступки, действующий в соответствии с инстинктами, самец (хоть это признала, спасибо, ей). Она предпочла нападение, Игорь же, не отпирался, не отнекивался, полностью с ней соглашался, но при этом молчал, подтверждая своё сознание лишь редкими и какими-то нервными кивками головы. Он неприятно ухмылялся, приподняв вверх один уголок губ, и прожигал своим взглядом.

– Игорь, я не давала тебе повода для подобных действий. – Наконец закончила она свою пламенную речь.

И теперь смотрела на парня выжидающе. Теперь готова была его выслушать.

– Своим молчанием ты намекаешь, что пришла моя очередь высказаться? – Прищурился и облизал пересохшие губы.

– Хотя бы.

– А я не согласен с тобой. Ни по одному пункту. – Глядя на округлившиеся глаза, улыбнулся, но ликования своего показывать не спешил. Не стоит её расстраивать раньше времени. – Я поступил так, как считал нужным. Потому что я мужчина и должен принимать решения.

– Игорь…

– Я тебя не перебивал. – Остановил поток её слов резко поднятой ладонью. – Ты мне нравишься. – Сказал, выдохнул, присмотрелся к реакции – молчит. – Я хочу, чтобы ты стала моей девушкой.

– Игорь, – обречённый вздох не прибавил ему удовольствия, но то, с каким усердием Оксана пыталась подобрать слова, говорило в его пользу, – я давно вышла из возраста девушки. Тем более твоей.

– Не говори ерунды!

– Я не представляю, как мы с тобой будем… не знаю… приходить к соглашению, что ли. У нас разное отношение к вопросам близости. Для тебя – это в первую очередь интерес. Твой интерес. А для меня – это доверие.

– Ты мне не доверяешь?

– Я не знаю, как это возможно. Как это бывает… у меня не было подобных отношений. И ты такой вспыльчивый, неуправляемый, я к этому не привыкла.

– То есть ты привыкла к тому, что всё расставлено по полочкам, чинно и благородно, а самое главное, чтобы баб-совет одобрил, так?! – Закипал, глядя, как Оксана усердно отказывается.

– Я сейчас не говорю о мнении окружающих. Ты не понимаешь. Просто у тебя сейчас такой период, когда ты властелин мира и всё кажется поправимым. Но с моей стороны всё не так гладко. И да, мнение других людей для меня важно. Но не посторонних, а как раз-таки твоих родных.

– А что чувствую я, тебе совсем не интересно? Мне ты нужна, ты, а не мнение моих родственников. Да плевать я на них хотел! Я предлагаю попробовать. Не получится – разбежимся. Какие проблемы? – Игорь сложил ладони в плоскую лодочку и был слегка наклонён вперёд, с паникой всматривался в ясные голубые глаза и шумно дышал, не увидев в них ни малейшего изменения после своих слов.

Оксана грустно улыбнулась и опустила взгляд.

– А если к тому моменту как ты поймёшь, что уже всё, а я не смогу от тебя отказаться?.. Что тогда?

На этих словах он замер с нечитаемым выражением лица. Взволнованно дышал и пытался поймать её ускользающий взгляд.

– А сейчас можешь?

– Сейчас можешь отказаться ты. Я даю тебе такой шанс.

Он хмыкнул и замолчал. Желваки заиграли на скулах, откинул голову назад и несколько раз глубоко вдохнул. Он не знал, что сейчас, сидя напротив него, Оксана заламывает себе пальцы под столом, чтобы хоть как-то отвлечься. Чтобы пережить это его молчание. Она не готова его отпустить уже сейчас, и не отпустит, если он останется.

Вопреки ожиданиям, Игорь резко поднялся и направился в коридор. Это глупость, банальная женская глупость. Только что чуть ли не в любви призналась и просит его уйти? Как это понимать? Думает, что он поведётся? Да чёрта с два! Резко разворачивается на сто восемьдесят градусов, подхватывает Оксану, прижимая к холодной стене всем своим телом. В её глазах читался страх, страсть, желание. Он понимал, что делает ей больно, впиваясь пальцами в тонкие запястья, чувствовал биение её сердца, прижимал так сильно, чтобы вздохнуть не могла, чтобы даже в этом от него зависела. Да, именно зависела. Вот, чего он ждёт от этой женщины: полного покорения, хочет, чтобы признала в нём лидера, чтобы чувствовала его силу и не смела упрекнуть в молодости, неопытности. Чувствует её напряжённое дыхание на своих губах.

– Ты будешь моей, потому что я этого хочу. Потому что ты уже моя, с того самого момента, как впустила в свою жизнь. И я тебе не мальчик, я твой мужчина и только я могу решать, будешь ты со мной или с кем-то другим. – Чётко, внятно проговорил в самые губы.

– Руки отпусти. – Борясь с сорвавшимся дыханием, пыталась вернуть прежнюю твёрдость голосу Оксана.

– Нет, малышка, – нежно провёл языком по её плотно сомкнутым губам, – теперь я здесь главный. И я хочу услышать тебя. Ты ведь согласна?

– А если нет?

– А если нет, то эту ночь я буду вбивать в тебя истину. Всеми известными мне способами.

– Боюсь, те способы, которые тебе известны, подходят только для сбора конструктора «ЛЕГО». – Бросила с вызовом, возвращая скольжение языка по губам.

– Серьёзно? Тебе так больше нравится?

– Как?

– Грубить, чтобы нарываться на грубости в ответ.

Резко толкнулся в горячее тело бёдрами, демонстрируя возбуждение.

– О, мой сладкий, вот таким я тебя люблю больше.

Оксана призывно улыбнулась, поёрзала устраиваясь удобнее под его эрекцию, закидывая свои бёдра на его талию, и ловко лизнула губы. Простое мимолётное движение её языка, а Игоря буквально скрутило изнутри.

– Ах ты, маленькая сучка… Спровоцировала меня? – Рыкнул, прикусывая её нижнюю губу. Эта игра ему нравилась, особенно если Оксана ни в чём не уступает.

– Ну, если тебе так больше нравится… – Недвусмысленно намекнула на его недавние слова и подставила шею под страстный поцелуй.

– Мне нравится, когда ты рядом. – Уже спокойно продолжил он и отпустил сжатые запястья.

Девушка воспользовалась этим мгновенно, вцепившись тонкими пальцами в короткие волосы на макушке и сильно потянула, заставляя запрокинуть голову.

– Нет, мы ещё не всё выяснили. Значит, хочешь, чтобы я стала твоей девушкой?

– Хочу.

– И чем мы будем заниматься?

– Помимо секса?

– Именно.

– Я буду приручать тебя. Ты ведь позволишь?

– Если ты хорошо попросишь.

– Я хорошо попрошу, поверь.

Он всем телом потёрся о хрупкую девушку, чувствовал, как она млеет под его напором, возбуждение было настолько велико, что готов был сорвать всю одежду, с неё, с себя, только бы больше ничего не мешало. Впервые Оксана только его, и рядом с ним. Резко и глубоко засунул язык в её рот, не давая возможности вывернуться. Её запах дурманил голову, и он просто потерялся в ощущениях. Нежные руки гладили его тело, острые ноготки впивались в плечи до боли. Сладкие губы дарили наслаждение, а её стоны сводили с ума. Оксана даже стонала иначе, по-настоящему, что ли? Его девки начинали стонать ещё до того, как к ним прикоснёшься. Было забавно, но останавливать и не думал. А сейчас, с ней, и сам стонал, впервые в жизни, громко, и его горловые звуки терялись в её влажном ротике. Она как ненасытная кошка, металась в объятиях, прижимаясь сильнее, забирая всё его тепло. Когда справиться с дыханием не было возможности, резко развернулся и усадил её на стол. Его девочка не любит нежностей, она хочет, чтобы всё было по-настоящему, и он это сделает. Только сделать ничего не успел. Не успел даже понять, как и почему Оксана оттолкнула его. Сильно, невероятно сильно для такой хрупкой девушки, и по взгляду стало понятно, что это конец.

– Не шути так со мной, моя хорошая. – Прорычал, делая шаг вперёд.

– А разве похоже, что я шучу? Ты сделал мне больно. У меня останутся синяки. А я не люблю синяки в местах, где их видит глаз постороннего. И ты будешь наказан. Вот, твоё наказание на сегодня. – Кивнула на ноющий пах и надменно улыбнулась.

– А синяки, в местах, где никто не видит, значит, любишь? – Зло спросил, игнорируя вторую часть высказывания.

– Только в местах, для этого предназначенных. Ягодицы… бёдра, – с каждым словом, голос становился ниже и практически напоминал стон, – живот… Но только не руки и не шея. Ты меня понял?

– Ты ведь со мной не справишься, Оксан…

В его глазах был плотоядный блеск, на влажных после поцелуя губах кривая ухмылка, тело напряжено и каждая мышца как натянутая струна. Такой опасный и такой сексуальный. Горючая смесь, от которой Оксана плавилась, выгибалась только от этого взгляда, готова стонать только от его охрипшего голоса.

– Один вечер, и я твоя. – Едва выговорила, сдерживаясь от нереального желания.

– Завтра. – Прохрипел, понимая смысл сказанных слов.

– Завтра.

Согласилась Оксана и опала. Дрожь расходилась по всему телу мощными волнами. Дыхание сорванное, зубы стучат.

– Не хочешь со мной в душ? Кажется, тебе сейчас не легче, чем мне?

– В душ ты пойдёшь у себя, Игорь. И поверь мне, мой хороший мальчик.

Оксана резко соскочила со стола, метнулась к разгорячённому парню и намотала на свой смешной по размерам кулачок тонкую ткань его рубашки.

– И запомни, я не первая и не вторая. Я могу быть только единственной. Если нет, лучше исчезни сразу.

– Единственная, и только моя. – Прорычал в ответ, оттолкнул от себя хрупкое тело и решительно покинул квартиру.

– Вот ты и попалась, Оксана… – Проговорила девушка уже в абсолютную пустоту, уронив голову в ладони.

Следующим вечером договорились пойти в клуб. Оксана одела белое шифоновое платье и коротенькую чёрную косуху из гладкой кожи с рукавом в три четверти, Игорь внешне соответствовал и так же сочетался в одежде по цвету, выбрав демократичную белую рубашку и чёрные классические брюки.

– Я познакомлю тебя с друзьями. – Шепнул ей на ухо, когда они уже вошли в зал, и морально девушка была готова к атаке. В ответ просто кивнула.

За столиком, к которому направлялась пара, собралась уже большая кампания из восьми человек, парней было больше, что, честно говоря, порадовало, но позже Игорь сообщил, что ещё не все подтянулись. Все мальчики были его ровесниками, такими же наглыми, но на порядок поскуднее. Несмотря на полутьму, в которой невозможно было разглядеть Оксанин возраст, все о нём знали, а кто не знал, тот догадывался. Её оценивали плотоядными взглядами, беседы старались вести на отвлечённые темы, пока первый алкоголь не устремился в кровь.

– Оксана, а где вы с Игорем познакомились? – Начал самый ошалелый из друзей, Артур, как только Игорь отлучился. При этом подсел поближе и без доли стеснения закинул руку ей за плечи.

– Разве он не говорил? На соревнованиях. Как раз на финале.

– И вы наверно за него болели?

– Не без этого.

– А мне ваше лицо кажется знакомым, мы прежде не встречались?

– Нет, милый мальчик, если бы мы с тобой встречались, ты бы этого не забыл.

– А…

– И не дыши на меня, я ещё жить хочу.

Оксана толкнула его в бок острым локотком, чтобы быстрее доходило, парень что-то фыркнул в ответ, но отсел, зато за столом наметилось прибавление. И как только молодая парочка повернулась в сторону Оксаны, она не сдержала улыбки.

– Андрюша! – Воскликнула и протянула парню руку, улучая момент отвлечься от пристального неприятного взгляда.

– Оксана Дементьева. – С интригой потянул вновь прибывший и проделал встречный жест, тут же вытолкнул вперёд себя молоденькую симпатичную девушку. – А это вот моя девушка Люба.

– Очень приятно, Оксана. – Улыбнулась она насторожившейся Любе и так же протянула руку.

– А вы знакомы? – Не удержалась и спросила та.

– Да, я… я, – Оксана оглянулась, увидела приближающегося Игоря и успокоилась окончательно, – я девушка Игоря. Вы знаете Игоря?

– Д-да. – Неуверенно посмотрела в сторону приближавшегося парня Люба. – А разве он не с Настей?

– Увы, и ах, но уже нет.

– Я вижу, ты тут не скучаешь? – Припал к губам Игорь, за что тут же удостоился улыбки, кивнул Андрею и Любе.

– Да, знакомимся с теми, кто ещё подтягивается. А ты где пропадал?

– Заказ делал. Так, не стоим, рассаживаемся.

Через несколько минут принесли новую порцию спиртного, Оксану уже изучали не так пристально, только вот Люба смотрела с долей подозрения и постоянно придерживала под локоть своего любимого. Ещё минут через десять, кампания пополнилась девочками, на вид, лет по двадцать, но с гордостью и запросами. Все разбились по парам и теперь её начали сверлить взглядами со всех сторон. При обращении показательно обращались на «вы», фальшиво улыбались и старались уколоть.

– Оксаночка, а где вы работаете? – Приторно сладко начала одна из девочек, имени которой Оксана даже не старалась запомнить (все собрались как на подбор, сплошь Златы, Сабины и Ренаты).

– Я работаю начальником планово-экономического отдела крупной строительной организации. – Заучено ответила она и так же заучено улыбнулась.

– А насколько я знаю, у нас в городе только одна крупная строительная организация. – Тут же встрял Артур, который, казалось, так и ждал, пока Оксана совершит ошибку.

– Да. Именно в ней я и работаю.

– У Вити?

– Думаю, для тебя он Виктор Евгеньевич.

Она сразу уловила суть вопроса, мальчик хотел показать, что общается с её начальником на короткой ноге, только не учёл одного, что этот самый Витя, терпеть не любит фамильярности, а особенно от таких щенков как этот, скорее всего знаком с отцом, а то и вовсе понаслышке.

– А для тебя?

– Брейк. – Поднял ладонь вверх Игорь, утихомиривая скорее друга, но тот раздухарился не на шутку.

– А всё-таки? Наверно такой красивой девушке как вы, было не сложно получить такую высокую должность? Не так ли? – Артур поднял брови вверх, ожидая ответа, и даже вытянул вперёд губы, смыкая их «трубочкой» от удовольствия.

– Именно так. Витя предложил мне эту должность по старой дружбе и я сразу согласилась.

– И насколько стара эта дружба?

– Когда я поступила на первый курс института, Витя был уже на пятом. Там и познакомились.

– Вы были настолько популярны, что на вас обращали внимание старшекурсники?

– Скажу по секрету, ничего не изменилось. На меня и сейчас обращают внимание. И не только старшекурсники. Да? Игорёша?

– Я уже закончил Институт, если ты об этом.

– Вот видишь, Артур.

– А что самое сложное в работе, найти общий язык с начальником или выполнять свою работу качественно?

С каждым своим выпадом мальчик смешил Оксану всё больше. Его фантазия не дотягивала до уровня средней школы, но это было скорее хорошо, чем наоборот.

– Самое сложное в работе заткнуть таких зарвавшихся малолеток как ты. А насчёт общего языка не знаю, может, ты поделишься опытом?

Парень угрожающе подскочил, но друзья, сидящие рядом, тут же его усадили.

– Оксана, а вы не боитесь вот так разговаривать, вы ведь меня совсем не знаете?

– А ты? Ты ведь тоже меня совсем не знаешь?

– Мне кажется, что вас не знает Игорь, а вот я всё уже понял.

– Артур, хватит. – Рыкнул вышеупомянутый и тут же заткнул Оксанин рот поцелуем, сквозь зубы прошипев: – Что ты творишь?

– Игорь, я отойду на пару минут, не скучай. – Вместо ответа пояснила она и поднялась, не дожидаясь его согласия. В дамской комнате посмотрела на себя в зеркало и тяжко выдохнула. Это напряжение ей не нравится. Уединение нарушила Люба, которая подошла к умывальникам и через зеркало заглянула ей в глаза.

– Первый раунд ты продержалась достойно. – Добродушно улыбнулась она и теперь смотрела на Оксану напрямую.

– Вы с Андреем не вписываетесь в этот змеиный клубок. Почему вместе?

– Он дружит с Игорем, да и парни… они не все такие уж плохие. Просто ты, скажем так, заняла место, которое для всех уже было занято.

– Я не знала, что у Игоря была постоянная девушка.

– Ну, не совсем постоянная и конкретно своей девушкой Игорь её не считал, но она неотъемлемая часть кампашки. Настя. Она сестра Артура. Поэтому он и бесится.

– Почему её нет?

– Никто не пригласил, но ты не расслабляйся, я слышала, как девочки ей уже позвонили, так что второй раунд будет похлеще первого.

– Что-то я не совсем поняла, какие у них с Игорем отношения, у этой Насти, я имею в виду? И почему ты мне всё это говоришь?

Почему-то именно с Любой, даже общий язык не пришлось искать, она была вполне простой девушкой, без заскоков и заморочек, чем выгодно отличалась на фоне остальных. Смотрела прямо, взгляд не прятала, да и выглядела обычно. И этот странный разговор, почему-то не вызвал у Оксаны опасений, хотя первому встречному довериться сложно.

– Говорю тебе всё это, потому как ты мне нравишься, как человек. А насчёт их отношения с Настей, скажем так, он периодически спит с ней. При этом никто официально не заявляет ни о расставании, ни об отношениях. Они не то, чтобы друзья… просто настолько давно знакомы, что их и воспринимают как пару. Знаешь, когда родители имеют определённый вес в обществе, принято искать жениха или невесту для своего чада, так вот, именно Настя негласно является его невестой.

– То есть они дружат семьями?

– Примерно так. Игорь парень завидный, откровенно скажем, красивый. Вот она и вцепилась в него мёртвой хваткой. А теперь появилась ты. И ты первая, кого он представил именно как свою девушку, вот все и зашуршали, потому что им это не понятно.

– А тебе, значит, понятно?

Люба, опустила взгляд.

– Оксана, ты ведь специально нарываешься, ведь так? Не хочешь встречаться с Игорем?

– Не совсем так. – Выдохнула, соглашаясь. – Просто я понимаю, что ничего не получится и хотела продемонстрировать то, как будут выглядеть наши отношения вне спальни.

– То есть ты изначально не веришь в то, что у вас выйдет что-то большее? Зачем тогда начинать?

– А мы ещё и не начали. Сегодня как раз и есть начало. Если Игоря всё устроит, тогда попробуем.

– Ты зря сомневаешься, он боец, и идти наперекор всему – это его призвание.

– Я не сомневаюсь. Просто… всё не просто. – Она и сама засмеялась этому высказыванию, но кажется впервые не нашла слов, чтобы выразить то, что чувствует.

– Ты ему нравишься. Это однозначно.

– Нравлюсь? Ха! Он говорил о любви! – Притворно хвастаясь, засмеялась Оксана.

– А может и любит? Но ты всё-таки думаешь, что эти отношения временны, не так ли?

– Все отношения имеют свои сроки и наши с Игорем – не исключение. Так что я не удивлюсь, если через пару месяцев всё закончится. Поэтому и начинать не хочу.

– А мне кажется, вы вполне гармоничная пара, дополняете друг друга. И внешне подходите. Оба светловолосые, высокие, красивые. Просто загляденье.

– Наверно, но Игорь ещё не созрел для отношений, не налюбился, не накувыркался, не оторвался по полной. Если бы мы встретились через несколько лет, всё было бы иначе, я уверена. А сейчас наши отношения – утопия.

– Ты пессимистка! – Толкнула её Люба в плечо. – Не должна так говорить. Отношения всегда можно разнообразить. Сколько там у вас разница?

– Шесть лет, почти.

– Вот видишь, это же не двадцать!

– А вы с Андреем старше остальных, я права?

– Да. Мне двадцать пять, ему двадцать семь. Поэтому наверно и вместе. Ты права, для отношений нужно созреть, но я уверена, Игорь не безнадёжен.

– Я этого и не говорю. Я думаю о том, что будет. Вот и всё.

После затянувшегося молчания, Люба посмотрела на Оксану с насторожённостью и слегка порозовев спросила:

– А откуда ты знаешь Андрея, вас ведь не Игорь познакомил?

– О-о, вот с этого и надо было начинать. Мы случайно познакомились, на полуфинале соревнований. Он там замещал секьюрити, а у меня оказался один свободный билет, так и разговорились. Потом увиделись в холле после боя. Он у тебя парень общительный, заигрывать любит, да и я не промах. Вот и получилось: он думал, что я подкатываю к нему, а я думала, что он подкатывает ко мне. И только фраза о том, что безумно любит свою девушку и она очень ревнива, расставила всё по своим местам. Так что никакого криминала, можешь быть спокойна. За него, так точно.

– Да я и спокойна, просто не понятно.

– Ты очень проницательная девушка и говорить с тобой легко. Знаешь какой-то секрет?

Люба рассмеялась.

– Я профессиональный психолог. И как психолог посоветую тебе взять то, что подарила судьба и сделать из этого свой идеал. Игорь ещё в том возрасте, когда его можно дрессировать.

– Насчёт дрессуры: он нравится мне таким, какой есть, не хочу его менять. А вот то, что психолог – это хорошо, хоть будет с кем пообщаться.

– Не думаю, что будем общаться. – Тут же поджала губы Люба. – Мы с Андреем через два дня улетаем на всё лето в Адлер. Приедем в сентябре.

– А-а, тогда да. Не думаю, что Игоря хватит так надолго.

– А стоит ли тогда начинать?

– Он мне очень нравится. Знаешь, как мороженное, когда худеешь. Нельзя, но очень хочется.

– Тогда дерзай.

Подбодрив друг друга последний раз, девушки вышли из туалета и уже издалека Люба заметила своих знакомых.

– А вот и Настя. Да ещё и с группой поддержки. – Прискорбно сообщила она Оксане и сочувственно покивала. – Теперь держись.

Которая из трёх девушек, подошедших к их столику Настя, Оксана определила сразу, слишком уж выделялась та на фоне остальных. Молодая, уверенная в себе. Бесспорно красивая, это даже в темноте ночного клуба заметно. Длинные тёмные волосы гладкой волной опадали на тонкие плечи, стройная фигура. Лицо рассмотреть было сложно. Когда Оксана поймала первый взгляд от друзей Игоря, сразу же поняла, что играют против неё. Толи они что-то шепнули этой самой девушке, толи она сама додумалась, но прыгнула на колени Игоря, а тот и не сопротивлялся, даже приобнял милашку. Доходчиво что-то объясняя ей на ушко. Когда уже стояла напротив сладкой парочки, Игорь растерялся и собирался что-то объяснять, Настя победно улыбнулась и только Оксана оставалась хладнокровна.

– Что за шлюшки на ляжках? – Настолько громко, чтобы расслышали все, спросила она и подтолкнула Настю в спину, чтобы та пересаживалась. – Извини, пташка, но это место уже занято. – И тут же уселась к Игорю на колени сама мазнула по его губам своими.

– Гошка, кто это? – Противненьким голоском возмутилась Настёна и надула губки.

– Игорёшь, эта самочка попугая приняла тебя за собрата? Гоша хороший, – издевательски приговаривала она, приглаживая взъерошенные волосы на его затылке, – Гоша не дурак…

– Что ты сказала?! Да ты хоть знаешь, сколько я за эту причёску отвалила? Что ты вообще понимаешь? Твоё восприятие моды устарело так же, как и ты!

Настя возмущённо пыхтела, ища поддержки у друзей, которые, в изрядном подпитии еле сдерживали свой хохот. Видимо со своим замечанием о попугаях, Оксана высказала вслух то, что остальные предпочитали не замечать, или, по крайней мере, отмалчивались. На красивых тёмных волосах девушки виднелись странные колорированные прядки всех цветов радуги. И не совсем понятно, что это: месть обиженного стилиста либо, действительно, такая мода, но выглядело забавно. Настя прожигала взглядом дыру, сжимала худосочные кулачки и в итоге не сдержалась.

– Он мой! Ты поняла? Мой! Он может трахать тебя, водить везде за собой, потому что это прикольно, иметь в любовницах такую дамочку, но женится только на мне, потому что ты никто! Ты думаешь типа такая вся красотка, да? Да ни фига! Просто у него ещё не было таких опытных шлюх, вот он и тренируется!

– Девушка, когда из вашего лексиконы выпадут такие слова-паразиты, как «типа» и «прикольно», останется только фраза «опытная шлюха». И я от всего сердца желаю, чтобы эти слова на тот момент, не относились к вам лично.

– Что?!

– Заткни свою шлюху или её заткну я! – Взревел Артур.

– Игорь, это просто не прилично. Ты приводишь сюда эту… – у девушки с именем, которое Оксана так же запоминать не стала, даже не нашлось подходящих слов, – и она оскорбляет всех нас. Кто тебе дороже, друзья, которых ты знаешь вечность или она?

– У вас странное представление о вечности, девушка. – Ухмыльнулась Оксана, мирно сидевшая на своём месте, пока Игорь с друзьями удерживал Артура.

– Конечно, вам о ней известно куда больше!

– Не отрицаю, но даже это не повлияло на мою внешность в отличие от вас.

– Что?!

– Я говорю, в столь юном возрасте, неприлично иметь столь непристойную задницу. – Тут Оксана встала и показательно хлопнула себя по ягодице. – Попа должна быть как орех, а не как апельсиновое желе. – Бросила ей с вызовом. – Когда натренируете, поговорим о вечности ещё. А сейчас до свидания.

И с этими словами вышла. Мнения за столом разделились, кто-то выкрикивал ей вслед ругательства, кто-то подбадривал криком «Молодец!», за соседним столиком, так вообще веселились по полной программе, один из мужчин даже пытался познакомиться, догнав в холле.

– Скажите, как такая милая девушка оказалась в такой дурной кампании? – Сияя белозубой улыбкой начал он, не отводя своего мутного взгляда.

– У вас есть другие предложения?

– Пересесть к нам.

– Тогда, думаю, вам не поздоровиться. Иметь в соседях ядовитых змей и приглашать к себе за столик их укротителя, чревато последствиями.

– А может, вы укротите и меня?

Мужчина, не прекращая улыбаться, сделал два шага, приближаясь, поиграл бровями, уговаривая, но вдруг изменился в лице и отстранился. Оглянувшись, Оксана заметила приближающегося Игоря. Парень был мрачнее тучи, хмурый, брови сдвинуты на переносицу и незнакомец явно правильно расценил его вид.

– Пошли отсюда. – Устало проговорил он, глядя на Оксану и попытался улыбнуться. – Это была плохая идея, знакомить вас сейчас.

– Нет, это как раз было то, что нужно. Теперь ты примерно представляешь, что тебе предстоит. Не передумал ещё встречаться?

Игорь вдруг остановился, руку Оксаны отпустил и замер с вопросом в глазах. Не веря предчувствию, уточнил:

– Ты знала, что так будет? – Ощетинился, растягивая лицо в смеси удивления и разочарования.

– Если и не знала, то точно догадывалась. Это вполне нормальная реакция в твоей среде.

– Ты специально так реагировала на их выпады, провоцировала?

– Я просто защищалась. Или ты бы предпочёл, чтобы меня втоптали в грязь? Такой ты хочешь видеть свою девушку? Бесхребетной идиоткой? Тогда ошибся адресом!

Не на шутку разозлившись, Оксана теперь тоже не сдерживала эмоций. Холл ночного клуба не самый удачный вариант для семейных сцен, но никто не собирался уступать. Она зло сверкала глазами, на щёках появился лихорадочный румянец, а руки были скрещены на груди.

– Тебе не нужно защищаться, если рядом есть я.

– Да? И что ты сделал, пока был рядом?! – Выкрикнула и тут же осеклась. Была не права и знала это.

Слова вылетели и назад их не вернуть, и тот факт, что только что она унизила его как мужчину, не скрылся ни от кого. Не растерялся и незнакомец, который всё это время наблюдал за размолвкой со стороны, а теперь, ещё и заручившись поддержкой друга, и вовсе осмелел.

– Красавица, если хочешь, могу проводить. – Вклинился он между парой.

– Отойди от моей девушки. – Отчеканив каждое слово, едва ли не шипел Игорь, сверля соперника взглядом. Его кулаки были напряжены, а поза выдавала готовность к атаке.

– Твоя девушка? Сосунок, ты губы-то подкатай, не дорос ещё таких кадрить. – Выплюнул мужчина в ответ и теперь стоял к Игорю лицом, полностью загородив Оксану своей спиной.

От удара его спас только друг, который вовремя пресёк попытку драки.

– Брат, ты не нарывайся, – шепнул он, – этот паренёк только что весь соседний столик раскидал по разным углам. Мы уходим! – Уже громче и, подняв руки в примирительном жесте, оповестил он Игоря, силком оттаскивая друга в сторону зала.

– Оксан, поехали домой.

– Я никуда с тобой не поеду. – Встрепенулась она, вырываясь из захвата.

– Да что ты?! – Хлопнул в ладоши, раздражаясь всё больше. – Предпочитаешь составить кампанию этим уродам? –Угрожающе начал Игорь.

– Хотя бы!

– Эй-ей, ребята, вы чего? – Внезапно подскочившая Люба, отгородила Оксану. – Оксан, ты куртку забыла – вот. – И протянула девушке её одежду.

Предостерегающе посмотрела на грозного Игоря, который под этим взглядом, скривился и устало потёр глаза. Тут же Оксана заметила свежие ссадины на костяшках.

– Ты с друзьями подрался? – И удивилась и возмутилась одновременно. До этого словам незнакомца о драке значения не предала.

– Тебя это удивляет?!

– Ты не прав!

– Так может мне сейчас извиниться?

– Не надо ни перед кем извиняться! – Снова вмешалась Люба. – Игорь, перестань. Оксана не виновата.

– А кто виноват?

– Никто не виноват, просто так получилось. Вы друзья, сегодня поссорились, завтра помиритесь. На трезвую голову всё обсудите. А сейчас лучше между собой помиритесь.

– Поехали. – Небрежно кинул Игорь и теперь уже не дожидаясь согласи, и не давая возможности вывернуться, быстрым шагом повёл в машину.

По дороге оба напряжённо молчали, старались друг на друга не смотреть, Оксана усиленно вглядывалась в окно, Игорь – смотрел на дорогу. Только когда городской пейзаж сменил однообразный вид полей вдоль трассы, Оксана опомнилась.

– Куда ты меня везёшь?

– Узнаешь. – Отозвался нехотя и мотнул головой, предлагая отцепиться.

– Отвези меня домой.

– Ага, разбежался.

Вместо того чтобы притормозить и развернуться, Игорь вдавил педаль газа в пол. Стрелка спидометра уже перевалила за сто восемьдесят километров, когда Оксана окинула парня взволнованным взглядом.

– Ты меня слышал? Я домой хочу. Разворачивай.

– Ты ещё пригрози, что выпрыгнешь. – Издевательски глянул в её сторону. –Разобьёшься тогда нахрен, и нет проблемы. – Фыркнул в ответ на приказной тон спутницы.

Недолго думая, Оксана схватилась за руль и резко рванула вправо. Визг тормозов, маты, крики, но машина всё же остановилась на обочине. Она тут же выскочила из машины и решительно направилась в сторону города. Под каблуки то и дело попадали крупные камни гравийки, но злость придавала сил и она двигалась дальше. Двигалась, скорее, условное выражение, так как уже через десять шагов Игорь резко развернул её к себе.

– Ты рехнулась?! Мы могли разбиться! – Вопил он.

– Пусти, мне больно!

– Больно? Да с чего бы это, мозгов ведь ноль! – Игорь тут же отшвырнул от себя её локоть и девушка пошатнулась от силы размаха. – Что вообще происходит? Это было твоим условием? Ты мне это хотела показать?

Немного придя в себя и потоптавшись на месте, Оксана вскинула полный обиды взгляд и закричала:

– Да! Да! Да! Именно! Как тебе, понравился сюрприз? Готов к этому? – Тут же согнулась пополам, отдавая все силы крику, упёрлась ладонями в колени.

– Да причём здесь мои друзья?! – Бросил он с вызовом, махом вскидывая вытянутые руки и Оксана обозлилась, выпрямилась и, продолжая топтаться на месте, переваливаясь с ноги на ногу, пыталась найти место, где бы её не шатало, как лист на ветру, но такого места этой ночью нет.

– А ты что думал? Что мы с тобой будем жить в коконе? Нет, дорогой, вот она, суровая правда жизни. – Кричала Оксана, не сдерживая эмоций. Вены на шее набухли и бешено пульсировали, она активно жестикулировала и не подпускала парня к себе. – И тебя придётся каждому доказывать, что я достойна их внимания. Потому что они не обязаны меня любить.

– Да они не должны тебя любить, что за чушь?! Я тебя люблю и этого достаточно. И их мнение измениться, уже изменилось.

– Да? После того, как ты им вдарил по челюсти? Отличные же у тебя методы уговоров. Ты думаешь, после этого кто-то ещё захочет общаться со мной? С той, которая пошатнула вашу «вековую» дружбу, так, что ли?

– Да они просто пьяные идиоты! Но зачем ты лезла на рожон? И не говори мне, что защищалась! Ты изначально пришла туда с такой физиономией, что и я не узнал!

– Да что ты говоришь! Не устраивает – так я не держу. Вперёд!

– Я тебя не отпускаю! – Тут же схватил Игорь за вскинутую в порыве эмоций руку и отказывался отпускать, когда Оксана нервно дёрнула ей несколько раз, вырываясь.

– А мне плевать. Я иду домой.

И снова развернулась в сторону города, правда её триумф оказался недолгим.

– Мы не договорили! – Прорычал Игорь, впиваясь пальцами в тонкие предплечья. Несколько раз тряханул девушку, добиваясь внимания и осмысленного взгляда в глаза и тогда продолжил. – Ты ведь изначально не собиралась иметь со мной ничего общего, да? – Зло шипел он в лицо. – И изначально собиралась поссориться с моими друзьями, чтобы потом сказать, извини, Игорёк, но мы не можем быть вместе. Ведь так?

– Ты параноик. Отпусти меня! – Дёрнулась всем телом, но ничего не изменилось, парень лишь притянул её к себе ближе, сжимая свои пальцы сильнее, хотя казалось, что сильнее уже некуда.

– Так быстро? – Наиграно удивился он, паршиво улыбаясь, а в глазах кипело бешенство и негодование. – А как же твоё обещание?

– Можешь им подтереться!

– Ну, нет, моя родная, так не пойдёт. – Потянул Игорь, похотливо облапывая за все выступающие части её тела. – Ты обещала, что всего один вечер и будешь моей. Так вот, этот вечер прошёл, исполняй обещание. – Зловещим шёпотом проговорил и толкнул в сторону машины настолько сильно, что едва удержалась на ногах.

– Ты чёртов псих! Я ничего тебе не обещала!

Оксана оглянулась на трассу – та была абсолютно пуста. Отступила на пару шагов, но Игорь двигался намного быстрее и уже в следующую секунду снова прижимал к себе, бесцеремонно лапая всё тело, впиваясь в тонкую кожу страстными жалящими поцелуями.. Его руки беспардонно забирались то под подол коротенького платья, то намерено больно сминали грудь. Губы искали её губы, но не получив желаемого, готовы были принять все участки кожи, которые попадали под жадный рот. Его настойчивость пугала и отталкивала, его решительность не давала возможности отступить или вывернуться. Уворачиваясь от страстных поцелуев, которые скорее впивались в кожу, чем ласкали, приносили удовольствие, Оксана делала нерешительные шаги назад, пока не уткнулась в автомобиль. Опора за спиной придала сил, и она смогла оттолкнуть парня на шаг.

– Игорь, остынь. Ты не в себе. – Примирительно шептала, выставляя руки вперёд, шумно дышала, не решалась сделать лишнее движение, да и ни на что большее сил уже не хватало.

– Что? Не нравиться? А мне и так сойдёт.

Одним рывком открыл заднюю дверь и попытался втолкнуть туда Оксану, но она сопротивлялась, изворачивалась. Даже не понятно, откуда у, на вид хрупкой девушки, столько сил. Изначально, в планах не было ничего подобного. Он снял номер в хорошей загородной гостинице, собрал друзей, чтобы познакомить с девушкой, как он тогда выразился, укравшей его сердце. Но всё сразу пошло не так. Всегда вежливая и тактичная Оксана вела себя агрессивно и напористо. Демонстрировала своё превосходство над всеми собравшимися и над ним в частности. Да, друзья тоже повели себя не правильно, провоцировали, поддевали, и это, в принципе, его не удивило, но почему-то казалось, что обаяние его девушки быстро расположит к себе негативно настроенных ребят. Тот же самый Андрей с Любой, вполне нормально отнеслись к этой новости. Всё стало понятно, когда Оксана вышла в туалет, после короткой потасовки прямо за столиком, выяснилось, что это Артур подговорил всех вести себя подобным образом, вступился, так сказать, за честь сестры. К слову сказать, до этого, эта самая честь, а, скорее, её отсутствие, братца не очень-то и волновала. Но после стало понятно, что, в принципе, ничего плохого не случилось. Ребята дали слово молчать и конфликт казался полностью разрешённым, да и Игорь видел, как за Оксаной отправилась Люба и уж кто-кто, а она, умела мозги вправлять. И всё бы хорошо, но появилась Настя. Когда на колени к нему забралась и стала всякую ерунду на ухо шептать, сначала смешно стало, в тон ей так же шепнул, что ловить девочке больше нечего, но появилась Оксана. Думал уже, как объяснить произошедшее, но та объяснений не ждала, и даже не думала ревновать. Быстро и понятно обрисовала кто есть кто и заняла своё законное место, правда, снова принялась задевать остальных. Именно намерено задевать. Он прекрасно помнил, как Оксана осекала его буквально одним словом, а уж он-то с ней не церемонился, когда к Андрею ревновал. А тут, не понимал, что нашло на неё. Каждое слово как удар по самолюбию другого. Да так глубоко капнула, что и лопатой не разгребёшь. Высказалась и ушла. Хотел сразу же за ней пойти, но не успел, Артур полез в драку, за ним ещё парочка смутно знакомых ребят, видимо, приглашённых для поддержки. Пока вышел. Оксана уже с мужиком каким-то. Какого…? Но промолчал. Не хотел обидеть, видимо зря. Надо было ещё там мозги вправить. Не оказался бы в такой дикой ситуации. А сейчас он буквально силой принуждает её к сексу. Не только потому, что хочет физически, но ещё хочет доказать, что он главный, чтобы раз и навсегда уяснила, кто он теперь для неё. Из колеи окончательно выбило понимание того, что Оксана всё продумала ещё вчера, когда просила этот вечер. Убить захотелось её на месте. Сука! И тогда тормоза отказали окончательно, мало того, что злой, как чёрт, так ещё и стояк замучил. А теперь, когда она так близко, и вовсе не отпускает. Все её уловки, все её слова – ложь! Чистейшая. Все её улыбки – враньё. И эта её игра задела за живое. Действительно, мальчишка, как она и говорит, если повёлся, и ведь даже ничего не заподозрил.

Сейчас Оксана упиралась, отбивалась, беспорядочно молотила по всему, до чего могла дотянуться. Он уже получил несколько звонких оплеух, два раза уворачивался от удара между ног, сильного, надо признаться удара, а то, что её ладошки и кулачки колотили по груди и спине можно не считать, обычная женская возня, но отчаянная. На миг, он даже забыл, зачем всё это затеял, столько ярости было в голубых глазах напротив, столько злости. Она трепыхалась в руках, как последний раз, а он ловил возможность поцеловать её, несколько раз укусил за нижнюю губу, пытаясь удержать поцелуй, Оксана на это взвизгивала и отбивалась особенно усердно. Но постепенно игра перешла грань забавы и превратилась в настоящую борьбу. К этому моменту они достигли машины и желание помутнило рассудок окончательно. Ничего не хотел слышать, только получить её, по желанию или без него, но сейчас, немедленно! Ощутил тепло её тела, уловил запах её возбуждения, она тоже хотела и все её попытки вырваться показались притворными уловками, зачем – не важно, главное сам факт. Попробовал приподнять её, закинуть эти длинные ноги на бёдра, а там и на плечах они очень выгодно будут смотреться, главное сейчас удобнее затолкать в машину. Но Оксана вырвалась, оттолкнула его. И он увидел взгляд, толи испуганный, толи возбуждённый, сейчас точно утверждать не мог, но и желание своё не контролировал. Крыша как поехала, так назад возвращаться не спешила. Он уже понял, как горячо может быть с ней и отказаться от такого приза не мог. А девочка вся дрожала, ногтями врезалась в крыло автомобиля, шумно дышала, при этом её грудь очень красиво поднималась и опускалась. Эротично приоткрытый ротик, призывал к действию. Сейчас хотелось всего и сразу. Он хочет этот рот и это тело, и он его получит. Справиться с перепуганной Оксаной получилось быстро, уложил её на заднее сидение, получил несколько царапин от острых коготков, хорошо, что по лицу не попала, отделался шеей и плечом. Несколько раз с силой уложил её спиной на сидение и сопротивляться она перестала. И правильно, умница, девочка, понимает, что с ним не справиться. Теперь можно было удобно расположиться между её ног, член упирался в мягкое тело и нещадно ныл, требуя разрядки. Вспомнил о презервативах в бардачке, для него самого это условие было обязательным. Игорь не понимал отговорок про «натирает» или утверждения на тему «Кончать в тело, это тебе не в резинку», удовольствие смутное, да и, честно говоря, не изведанное, а вот подцепить какую заразу, или через несколько недель услышать о залёте, это вполне реальная история. И никогда его не убеждали заверения девок на счёт таблеток, которые они, якобы, принимают. Короче говоря, уроки Андрея, который благодаря такой перестраховке жил без забот, не прошли даром. На всякий случай окинул взглядом недвижимую Оксану, заметил на запястьях расплывшиеся синяки от его пальцев, такие же на бёдрах, шее. В глаза не смотрел, не хотел увидеть в них своё отражение и тем более её страх, хотя осознание того, что делает что-то не правильное, уже усердно долбило мозг. Только потянулся к переднему сидению, как ощутил тупой удар в живот, в руках у Оксаны была бутылка шампанского, которое он вёз для романического ужина. Не успел ничего предпринять, как получил ещё один удар, уже более уверенный, после чего девушка без проблем сбросила его с себя и высочила из машины.

Теперь она не шла, она бежала. Бежала вдоль дороги в надежде встретить попутку. Так же надеялась, что пара ударов, вставили Игорю мозги на место, но спустя минуту услышала шаги позади себя и в ту же секунду оказалась с ним лицом к лицу. Глаза Игоря не выражали ничего, это словно не он был. Горящий взгляд практически чёрных глаз, перекошенный от оскала рот и сильные пальцы, которые впивались в тело, врезались, словно пытались разорвать его. Только вот страха она почему-то не испытывала, и даже наоборот, странная эйфория от его действий, от его силы, от его настойчивости, которую в пору сравнить с сумасшествием. Ей льстило его желание, пусть и животное. И она почувствовала себя ненормальной, не такой должна быть её реакция. Он должен отталкивать, а не притягивать, он невменяемый, он опасен, но она его хочет, вопреки здравом смыслу. И вырывается, понимает, что не надо, что не хочет быть без него, да и просто бесполезно. Но не в силах остановить ту игру, которую затеял её мозг, или дьявол внутри неё. После очередной попытки вырваться, Игорь отбрасывает её в сторону, отпуская, и Оксана падает, больно ударяясь коленями о гравий на дороге. Теперь он не набрасывается, он выжидает, хочет увидеть её действия и это подстрекает, подливает масло во внутренний огонь, заставляет бороться. Оксана медленно поднялась, не смотря на боль в ноге, бежать бесполезно и она просто шагает назад. В этот момент сильные руки подхватывают, задирая платье, зубы впиваются в грудь, резкий выброс адреналина и снова эйфория от силы его желания.

– Отпусти! – Выкрикивает против своей воли, но всё так же остаётся в каменных объятиях. – Сволочь, ненавижу!

– Хочу тебя. – Слышит в ответ хриплый мужской голос.

Как только парня снова удаётся оттолкнуть, скорее по счастливой случайности, нежели усилием, но уйти не удаётся, её руки снова в железном захвате. В попытке вырваться, дёргается всем телом, и одна рука оказывается свободна, вторая выскальзывает и Оксана снова падает, теперь с края дороги на какую-то траву, быстро поднимается и внутренний инстинкт самосохранения заставляет бежать. Не понятно куда, не понятно, зачем, но она бежит, спотыкаясь о кочки. Густая трава режет ноги, но девушку не останавливает даже детская фобия пауков и других насекомых, живущих в подобных густых зарослях. Частые глухие удары сердца заглушают собственное дыхание, боль в груди не позволяет глотнуть воздуха, в голове пульсирует страх.

– Что же ты такая прыткая? – Слышит позади себя спокойный тихий голос, наверно он был угрожающим, но тело отреагировало как на мощный афродизиак, выбросом очередной порции влаги.

Медленно повернувшись, уловила блеск глаз напротив, машина была далеко, так же, как и трасса, они добежали почти до самой лесополосы.

– Иди ко мне. – Тихая просьба, но всё тем же угрожающим тоном.

В ответ она только отрицательно покачала головой. Теперь, когда нет никого шанса на то, что Игорь придёт в себя, вдруг стало страшно, и этот страх сковал всё. Боль в горле и груди мешала дышать, каблуки увязли в рыхлой почве, и даже сделать маленький шаг не удавалось, поэтому она молча стояла, наблюдая за приближением хищника. Его движения стали плавными, но не предвещали ничего хорошего, его взгляд обещал все круги ада, а его руки уже готовы схватить её. Одна секунда и твёрдое горячее тело сковывает, его язык врывается в приоткрытый рот и с каждым ударом сердца пытается погрузиться всё глубже, не хватает воздуха, она задыхается. Но Игорь не отпускает, прижимая к себе сильнее, не даёт отстраниться и отдышаться, одной рукой давит на затылок, другой держит за спину. Поцелуй становится грубым, жёстким, животным, теперь он больше напоминает захват, властный, словно метит территорию. Губы болят от ссадин и укусов, когда Оксана попыталась вырваться и оттолкнуть парня, острые зубы прикусили нижнюю до крови, но она в ответ выдала что-то отдалённо похожее на стон. Его действия одновременно и пугали и возбуждали, низ живота ныл от желания, всё остальное тело от боли. Всё его показательное спокойствие исчезло, как только пальцы проникли под трусики, теперь осталась животная страсть и желание подчинить, заставить. И он заставлял. Не прекращая поцелуй, подхватил под попу, заставляя забросить на себя ноги, но желание вырваться не покидало и вскоре они вместе оказались лежащими на холодной траве. Только тогда Оксана заметила, что уже расстёгнут ремень брюк и пуговица на поясе, и их всё ещё сдерживала только застёгнутая молния, которая медленно разъезжалась под напором эрекции. Одним резким движением Игорь рванул её платье, подцепив пальцами на груди, и девушка осталась в трусиках и в обрывках когда-то белоснежной ткани. В попытке оттолкнуть грубые руки, была придавлена тяжестью мужского тела. Влажные губы исследовали её шею, грудь, сопротивляться больше не хотелось, но по-другому она не могла, как и сам Игорь, была бойцом в жизни, привыкла добиваться, а не плыть по течению. Все сопротивления пресёк грубый захват на шее, который сдавливал настолько сильно, что дышать уже не получалось, встретилась с пристальным стальным взглядом и обмякла в руках мужчины, забыв, что нужно вдохнуть, выдохнула ещё больше и едва не лишилась сознания. Его хватка ослабла, горячие ладони прошлись по голому телу сплошной линией, пальцы подцепили кружевные трусики, и ткань впилась в кожу, натягиваясь. Вскрик от обжигающей боли, и последнее препятствие удалено, теперь его ничего не останавливает.

Оксана закрыла глаза, полностью полагаясь на волю своего мужчины, слышала, как с металлическим скрипом до конца раскрылась ширинка, едва слышный шорох тканей и тяжёлое дыхание, возможно в этот момент парня настигли сомнения и он замер. Но уже в следующую секунду рывком перевернул Оксану на живот, подтянул к себе за бёдра, заставляя встать на колени, сам выставил её руки в упор и последовал резкий толчок, который едва не лишил шаткого равновесия. После, тёплые ладони снова погладили тело, подготавливая к следующему толчку, который оказался мощнее первого. И сдавленный стон за спиной указывал на удовлетворение. Череда резких, практически болезненных движений, заставляла шататься из стороны в сторону, удерживать равновесие уже не получалось, руки скользили по размякшей траве, пальцы путались во влажных стеблях, под ногти забивалась вязкая грязь. Оксана стонала, не переставая, она не привыкла к такому ритму, о то, что чувствовала, ей однозначно нравилось. Страшная и непознанная сила приносила удовольствие, которого она ещё никогда не испытывала, не было сравнения. Всё было впервые. Когда удары о влажные бёдра стали настолько сильными, что звук от их соприкосновения причинял больше неудобства, чем ощущения, испытываемые в тот момент, а захват на ягодицах стал каменным, Игорь кончил с протяжным стоном-рыком, вдалбливаясь в такое податливое тепло как в последний раз. Пару секунд отдышался, а затем отскочил как ошпаренный.

Всё вокруг хотелось бить и крушить, останавливало лишь то, что они находились в чистом поле, и крушить было попросту нечего. Так отвратительно парень не чувствовал себя никогда. Он и прежде с девками не особо церемонился, да и нравилось всем эта его грубость, но с Оксаной хотелось по-другому. Она казалась такой нежной, незащищённой, что парень впервые подумал о романтике, о долгих страстных поцелуях, о ласках, которые он попросту не умел дарить. С ней хотелось именно так, а получилось иначе. Вцепился пальцами в свои волосы, с желанием выдернуть их с корнями, пинал ногой воздух, сбивая торчавшую стеблями вверх траву. Хотелось выть как волку, и скулить как щенку, причём одновременно. Он даже брюки не снял, как с последней потаскухой, и сейчас не знает, как посмотрит ей в глаза. Нет, он не боялся, что она ему скажет, он боялся её осуждающего взгляда, и самое противное в том, что он этот взгляд полностью оправдал. Он обидел женщину, которую практически боготворил, с которой готов был сдувать пылинки, и защищать от всех вокруг, не смог защитить только от себя. Время от времени, во время борьбы, его сознание прояснялось, и он отступал, но как только получал новый отпор, инстинкт хищника заглушал весь разум и он нападал. Нападал, подчинял, подминал под себя. И только когда вошёл в неё первый раз, понял, что отступить не сможет. Это был первый раз, когда презерватив не понадобился и, чёрт возьми, этот секс того стоит! Чувствовать её обжигающее тепло, её влагу, её тело изнутри – новое и только с ней. На второй план отступили все предостережения, только бы это чувство не заканчивалось. Он скользил в ней, упирался внутри во что-то мягкое и упругое. И вроде разница совсем ничего, в миллиметре резины, но всё уже не то. Оксана едва держалась под его напором, да, можно сказать, что и не держалась вовсе, он держал её, насаживал на себя, пробивал изнутри, и это ему нравилось, то, что именно она сейчас рядом, и никакой другой уже не надо. Полностью чувство вины накатило, когда кончил, когда отпустило напряжение, которое закручивалось изнутри, словно штопор. Он всё ещё чувствовал, как горяча сперма врезается в её тело изнутри, и уже понимал, что это конец. И как гром среди ясного неба вопрос: «Почему она молчит?!»

Никогда в жизни так не боялся, как за неё сейчас. Оглянулся, Оксана сидела с расслабленной ссутуленной спиной, закрыв ладонями лицо. Плачет? Ей больно? Да всё что угодно может быть, пока он тут страдает от чувства вины. Ноздрями втянул ставший враз холодный ночной воздух и быстрыми широкими шагами приблизился. Она, казалось, не дышала, не подняла голову и не шевельнулась, сидела, поджав под себя разбитые колени и молчала. Секунда на раздумья и молниеносное решение. Рукой поднял её лицо за подбородок, взглянул в глаза и остолбенел. Они не были голубыми, они стали цвета грозовой тучи, мутного серого оттенка, с широкими зрачками, и ни грамма испуга. Это желание?.. Такое же, как и у него?.. Пока всматривался в идеальное лицо, не мог проронить ни слова, частыми рваными вдохами хватал воздух, но мозг отказывался работать. Работал только один орган, который, как и минуту назад, встал и прорывал бельё. На его немой вопрос ответом было такое же молчаливое согласие. Девушка аккуратно потянула на себя за ту самую руку, которая всё ещё впивалась в подбородок и, не отпуская взгляд, упала в смятую траву, притягивая к себе ближе. Стянула его расстёгнутую рубашку, обнажая торс, осматривая каждую впадинку, каждую мышцу. В этот раз всё должно было быть иначе, но ничего не вышло. Такое же быстрое проникновение, её мышцы, плотно обхватившие изнутри, и громкий стон наслаждения, который врезался вслух, и растворялся на пустынном поле.

– Оксана, – тихо позвал Игорь, переходя в более спокойный, размеренный темп, – что ты делаешь со мной?

– Я хочу, чтобы ты был рядом. – Такой же тихий проникновенный шёпот в ответ, и короткие звучные всхлипы на каждое его движение.

– Я не отпущу тебя никогда.

– Это я не отпущу тебя.

Эти слова, как самое драгоценное на свете, словно окрыляют, заставляют сердце стучать в бешеном темпе, а душу выворачивают наизнанку. Он ловил её стоны, поглощая их своим ртом, он целовал её распухшие губы, зализывая свежие раны. Он бережно поддерживал её спину, не давая жёсткой траве, впиваться в кожу. Тела настолько близко, что даже прохладному воздуху не хватает места, чтобы остудить их, холодный пот скатывался по гладкой спине, и нежные ладони гладили по ней же, оставляя следы ногтей, красные разводы, как свидетельство страсти. Оргазм был мощнее, чем в первый раз, отдышаться было невозможно, и Игорь упал на такую же задыхающуюся девушку, удерживая вес только на локтях.

– Мне нравится твой оргазм. – С тёплой улыбкой проговорил он в губы, не решаясь скатиться и лечь рядом, хотелось защитить Оксану от того холода, который вовсю проверяет свою силу на его спине.

– А что, он какой-то особенный?

– Он настоящий, как и ты сама. Ты ведь мне не снишься?

– Только если в кошмарном сне. – Засмеялась она. – Игорь, ты романтик? Никогда бы не подумала.

– Наверно только с тобой. Поедем домой?

– Ну… – затянула с хитрым прищуром, – если конфликт улажен полностью и безопасности квартиры ничего не угрожает…

– Если сейчас не уедем, то продолжить придётся здесь.

– Ты не умеешь уговаривать.

Уткнулась в мощную шею, не позволяя отстраниться, и задыхалась от тех эмоций, которые наполняли её. Не хотелось возвращаться в реальность, она разобьёт их обоих, как мошек о лобовое стекло. Когда гонишь ночью по трассе двести двадцать, и на свет фар слетаются толпы малюсеньких насекомых и погибают под давлением ударной силы. Так и они сейчас, как только покинут это место, разобьются о стекло жизни, которая их окружает. Мальчик этого ещё не понял, а вот Оксана поняла, как только увидела его бездонные глаза над собой, которые искрятся счастьем и наполнены странной детской надеждой. Она навсегда разбилась о такую же детскую влюблённость и меньше всего желала этого ему, потому что поняла, что любит.

Время шло, и ночь взяла своё, уже остывшие от недавней страсти тела постепенно пробирал холод, и лежать на сырой земле и дальше было опасно для здоровья. Медленно поднялись, Оксана посмотрела на обрывки своего платья, не решаясь поднять их, Игорь этот её взгляд поймал и тут же накинул на плечи свою рубашку, застегнул на все пуговицы, укутывая.

– Пойдём, я не хочу, чтобы ты замёрзла. – С теплотой во взгляде проговорил он и потянул за руку, которую бережно сжимал в своей ладони.

Странно, как один и тот же человек, может быть и нежным, и таким грубым. Его поцелуи сменялись от тяжёлых, властных, до еле ощутимых, которые порхали как бабочки, закруживая в свой танец. Игорь усадил Оксану на переднее сидение авто, сам пристегнул ремень безопасности, который ещё в прошлый раз девушка проигнорировала и развернул машину в город.

– А куда мы ехали до сих пор? – Задумчиво уточнила она, всё ещё улыбаясь своему счастью.

– Сюрприз хотел сделать, но ты не дотерпела, решила угробить нас раньше.

– Прости.

– И ты меня. Мир?

– Временный. – Подмигнула и отвернулась, чтобы на лице не было видно этой глупой улыбки девочки-припевочки, которой быть уже не по годам.

Уже в квартире, приняли душ и поняли, что на подвиги больше не способны. И хотя Игорь ещё пытался проявить настойчивость, Оксана уже устраивалась поудобнее под одеялом. И только когда услышала за своей спиной мирное сопение, смогла уснуть и сама.

Утро началось с красивого рассвета. Встать нужно было пораньше, ведь работу никто не отменял, а, судя по тёмным силуэтам зданий, редкие из которых всё же удалось рассмотреть, Игорь жил совсем в другом районе. Поднялась по будильнику, не удержалась и ещё несколько минут понежилась в тёплых объятиях своего любимого мальчика, только глаза закрыть так и не рискнула, слишком заманчивым казалось предложение остаться. Выбралась из-под одеяла, посмотрела на голое мужское тело, провела пальчиком по гладкой груди и улыбнулась его реакции: Игорь сладко промурлыкал, притягивая подушку к себе поближе, аппетитно вытянул красивые тонкие губы, которые так смотрелись более пухлыми, да и вчерашние приключения ещё не улеглись. Тонкая простыня скрывала утреннюю эрекцию, будоража желание, и Оксана уговорила себя просто посмотреть, ведь вчера в полусонном состоянии, она так ничего и не увидела, не смотря на совместное принятие водных процедур. Увиденным оказалась и довольна, и шокирована, погладила столь полюбившийся орган, который, как тому и положено, потянулся к её рукам. Продолжать эти игры и далее было чревато последствиями, к которым её тело было не готово. Особенно протестовали колени, которые оказал стёртые в кровь. Квартиру она вчера тоже не видела, но и сегодня уделить ей внимание не получалось, нужно было поскорее возвращаться домой, пока хозяин не обнаружил пропажу из-под своего бока.

Проблемой стало отсутствие одежды. И это наверно первый раз, когда она была готова обрадоваться наличию хотя бы женского халатика в сугубо мужском шкафу. Но халатика, увы, не оказалось, впрочем, как и всех остальных атрибутов присутствия женской особи на его территории. Но на полках удалось отыскать поношенную майку и такие же потрёпанные джинсы. Оксана такие вещи относила к разряду носить нельзя, а выбросить жалко, поэтому, дабы избежать непонимания, выбрала именно их. Майка оказалась велика, что и не удивительно, да и джинсы пришлось подкатать выше косточек, но в сочетании с высокими каблуками уцелевших босоножек, выглядело по-разгильдяйски хорошо. Уже на улице поймала машину и к семи утра была у себя.

Во дворе встретила соседку, милую женщину, мать семейства, та как раз выносила мусор и, естественно, не минула Оксану.

– Привет, кого это ты раздела по дороге? – Улыбнулась соседка, пристально разглядывая.

– Да так, одного знакомого. – Не вдаваясь в подробности отмахнулась девушка.

– Видно, хороший знакомый, раз такие шмотки не пожалел.

– Да ну, перестань, чего тут жалеть-то?

– Ну, не знаю как кому, а для меня две штуки евро деньги.

– За это тряпьё?

– Может и тряпьё, только изготовлено в Европе под руководством модных дизайнеров. Оттого и сумма такая. Я такую маечку в нашем универмаге видала на манекене, так там нолики зашкаливали.

– Да? Значит, я практически ограбила человека? Хорошо, что хоть тебя встретила и не выбросила. – Уже на полном серьёзе добавила Оксана и скрылась в подъезде.

Соседке в подобных вопросах можно было доверять, она шмоточница ещё та, а уж что подороже, так и вовсе глаз намётан. Да, Оксана Владимировна, отстали вы от молодёжной моды. Стоимость делового костюма и рубашек, Оксана и сама могла на глаз определить, да ещё и производителя без лейбла назвать, а вот с майками, фуфайками, и джинсами дела обстояли куда хуже. Да и среди женской одежды предпочитала элегантную классику, а не спорт, который сейчас везде, даже кеды на шпильке придумали. Ошиблась конкретно, а ведь и правда, выбросить хотела. Придётся вернуть. Дома быстро привела себя в порядок, выискала в гардеробе чуть ли не единственный брючный костюм, который скрыл разбитые колени и посиневшие запястья, шею замаскировала кремом. Игорёк потрудился, негодяй! Работала от палки, так ничего за весь день и не сделала, морально готовилась к предстоящему разговору.

Как и догадывалась, мальчик уже послушно ждал под её дверью, да не один. Нет, нет, пришёл не с мамой, просить руки и сердца, а с огромным букетом цветов. Одарив Игоря снисходительной улыбкой, Оксана протиснулась к двери.

– Привет, это тебе. – С придыханием протянул он букет.

– Обычно цветы дарят «до», а не «после».

– Значит, я у тебя такой не правильный.

От этого «у тебя» сжалось сердце и Оксана скрипя зубами сдерживала виноватую улыбку.

– Не у меня. – Поправила она, но любовник всё пропустил.

– Почему сбежала утром, могла бы разбудить?

– А зачем? Да и вообще, ты мог бы и не приходить, одежду я всё равно ещё не постирала. – Пробормотала, отпирая замок.

– Какую одежду?

– Мне не в чем было идти и я взяла у тебя в шкафу майку и джинсы. Думала тряпьё, но соседка просветила, что дорогие шмотки. Вот я и говорю: постираю и верну.

– Какие шмотки, Оксан, что случилось? – Ничего не понимая, резко повернул её к себе лицом.

– Ничего не случилось, просто ты чего-то не понял. – Стараясь держать лицо и тон в узде, ровно повествовала Оксана. – Ночь была потрясающа, мне всё понравилось, ты отличный мальчик, но большего мне не нужно. – Она уже стояла на пороге, готовая в любой момент захлопнуть дверь.

– Что значит не нужно?

Сказать, что Игорь потерял в этот момент лицо, это ничего не сказать, он словно умер и в жизни его держала только мысль о том, что он что-то не правильно понял.

– Вот только не нужно делать такое лицо. – С издевательской улыбкой, легко потрепала его по волосам, взъерошивая их. – Я тебе обещала ночь, ты её получил. Удовольствие, надеюсь, было взаимным. – Видя, что парень не собирается уходить, добавила: – Пока, пока, я буду скучать. Ну, если хочешь, возьму твой букет, как утешающий приз. – Забрала из похолодевших рук цветы, вдохнула аромат, холодно улыбнулась напоследок и захлопнула дверь.

Что это только что было, Игорь услышал, но не понял. Сказать бы, что глупый розыгрыш, только вот совсем не смешно, да и дверной замок щёлкнул вполне реально. Отстранённый холодный взгляд, такая же улыбка… с таким же лицом она встретила его в клубе перед боем. Короткие броские фразы, интригующий голос и в итоге «Соси, малыш». Сейчас произошло что-то подобное, только уже с другими словами. Усмехнувшись, отступил от двери на шаг, вскоре однобокую усмешку сменил звериный оскал, парень нажал на кнопку звонка и не дожидаясь хозяйки громко проговорил:

– Оксана, детка, открой дверь. – В ответ тишина. – По-хорошему тебя прошу. – Истерически улыбаясь самому себе, повторил, и, как и ожидал, не услышал никакого ответа.

– Ну, держись сука… – проговорил настолько тихо, что и сам не был уверен в том, что сказал вслух, а уже в следующую секунду, одним ударом ноги, вынес дверной замок и вошёл в квартиру.

Мгновенно на шум вылетела из комнаты раскрасневшаяся Оксана. Глаза горят, рот приоткрыт, но она не может произнести ни звука, что, к слову, для неё же и лучше. Быстрыми движениями подпёр дверную ручку спинкой высокого стула и шагнул ей навстречу, бежать она и не думала. Тут же, холодные пальцы обхватили тонкую шею, и в комнату Оксана вошла спиной, находясь от Игоря на расстоянии его вытянутой руки.

– Говори. – Зловеще прошептал, сдавливая шею сильнее.

– Мне нечего тебе сказать.

– Тогда скажу я? – Усмехнулся. – Думаю, ты не будешь против.

Не разжимая пальцев, усадил на стол, забросил её бёдра на свою поясницу, немного прогнул в спине, заставляя откинуться назад. Провёл влажным языком по раскрытой шее, которая уже не скрывала вчерашних синяков.

– Значит, тебе понравилось?

– Понравилось.

– Хочешь продолжения?

– Это меня не интересует.

– А я хочу.

– Ничем не могу помочь.

Спокойный на первый взгляд разговор глаза в глаза, обнажал не проявленные эмоции. От каждого его слова, по спине пробегал неприятный холодок страха и опасения, мальчик был в бешенстве. Пока тихо, но с каждой секундой, он приближается к точке кипения.

– Что ты задумала? Говори!

От резкого крика Оксана вздрогнула и закрыла глаза.

– Я не собираюсь тебя бить, дура. Со вчерашнего вечера знаю более действенный метод делать тебя покладистой, как домашняя кошечка. Веришь?

И она верила. Видела его и верила каждому слову, потому что хотела, чтобы всё было так. Мягкие губы прикоснулись к её подбородку, Игорь внимательно смотрел в глаза. Не отпуска взгляд, прикоснулся к губам, лизнул языком её язык, проникая внутрь. Снова посмотрел в глаза.

– Ты ведь будешь себя хорошо вести? – Вкрадчиво шепчет он, оттягивая её нижнюю губу и слегка её прикусывая.

Тихий стон в ответ и поцелуй становится грубым, не контролируемым. Старинный стол прошлого века жалобно скрипит, прося о пощаде, но его уже никто не слушает. Чёткими уверенными рывками, Игорь снимает её узкие брюки, разводит ноги в стороны и прижимается ещё ближе.

– Я уже соскучился. А ты?

Покачала головой в ответ, отрицая, а Игорь, с лёгкой уверенной улыбкой провёл двумя пальцами по нежным складкам, легко проникая между ними.

– А мне нравится эта игра. – Прошептал он, щекоча языком мочку уха. – Ты ведь всегда будешь готова для меня?

Но Оксана всё так же молчала, единственное, что было доступно, это её глаза, в которых горел огонь страсти и он просил потушить его.

– Поможешь мне?

– Что ты хочешь? – Не выдержала, когда его пальцы отстранились.

– Хочу слышать твои стоны. Громкие. Как вчера. Мне понравилось.

Каждое его слово, каждый звук его голоса заставлял живот поджиматься, а тело плавиться от желания. Смазка всё прибывала, девушка жалась к большому горячему телу, но Игорь продолжал бездействовать. Наконец, приняв правила этой игры, теперь уже его правила, Оксана взяла его ладонь и накрыла ею лоно, упирая большой палец в клитор, а Игорь только загадочно улыбался.

– Я не слышу. – Приказным тоном прорычал он и резко, до упора ввёл два пальца, и Оксана прогнулась, откидывая голову назад с оглушительным горячим стоном.

– В губы! – Снова скомандовал он. – Твои стоны, хочу ловить их. – Торопливо произнёс, теряя контроль над дыханием, и повторил движение пальцами, теперь было всё так, как он хотел.

Круговыми, сначала нежными, а потом напористыми движениями, он массировал клитор, вырывая каждый новый стон, присваивая его себе, контролируя весь процесс. Сейчас он был хозяином над её удовольствием, над её движениями, которыми управлял, как своими собственными. Как только почувствовал, что его девочка приближается к оргазму, хозяйственным, скорее всего болезненным захватом, удерживал затылок, чтобы видеть лицо в этот момент.

– Хочу, чтобы ты кричала моё имя.

«Нет», кивала она в ответ.

– Чтобы ты знала, что это я сейчас рядом с тобой.

«Глупый мальчик, не понимает, что только он так на меня действует»

– Кричи!

И она прокричала. Никогда так не делала, концентрировалась на своих чувствах, на своих ощущениях, забывая об окружающем мире, но сегодня поняла, что многое потеряла. Прокричав его имя, словно усилила оргазм, придала ему новую силу, новый окрас. И опала в объятия сильного мужчины, шепча его имя в который раз, потому что кричать сил уже не было.

– Мне нравится. – Убаюкивающе проговорил он, поглаживая по растрёпанным волосам, прижимая к твёрдой груди. – Никому тебя не отдам, даже тебе самой. Как думаешь, стоит переместиться на кровать или стол нас выдержит?

– Не хочу рисковать, по крайней мере, столом.

С явной улыбкой, но, всё ещё прячась в мужскую грудь, уставшим севшим голосом сказала Оксана. После чего, Игорь удобно устроил её на кровати в спальне, он хотел испытать её на прочность ещё в первый раз, когда остался здесь ночевать, но теперь не спешил. Ему нравилось это тело, нравилось его ласкать, дарить незабываемый ощущения. Он даже впервые задумался об оральном сексе девушке. Раньше считал это ниже собственного достоинства, да и желания не возникало, но при этом никогда не отказывался от предложения оказать услугу ему самому, а вот с ней хотелось испробовать всё. Только для начала, стоит объяснить правила, а потом уже можно пускаться во все тяжкие.

После собственной разрядки сил не осталось даже на душ, и Оксану от себя не отпустил. Портить вечер выяснением отношений не хотелось, но понимал, что если снова упустит момент, завтра придётся в очередной раз доказывать, кто прав. А доказывать уже не хотелось. Всё и так ясно, только вот Оксана не понятно почему, продолжает сопротивляться. Даже сейчас, лежит, прижимается к нему всем телом, гладит его спину, ягодицы, но чувствует, что она думает о своём. Слишком тяжело вздыхает. Да и глаза закрыла, чтобы он не мог их увидеть. Вдруг подумал, что до неё и правда оставался мальчишкой, а вот с Оксаной придётся взрослеть, чтобы у неё и мыслей о возрасте не возникало, чтобы гордилась тем, что дала ему шанс.

– Оксана, надо поговорить. – Выдохнул он, отрывая от себя её руки, немного отстранился, чтобы внимательно рассмотреть уставшее лицо.

– Обязательно сегодня?

– Обязательно.

– Говори, только, – на секунду замялась, пытаясь отвоевать кусочек простыни, чтобы прикрыть грудь, – не против, если я прикроюсь?

– Против. А у тебя с этим проблемы?

– Нет, просто когда у тебя такое лицо, мне кажется, что минуту назад рядом лежал другой мужчина. Ты меня пугаешь.

– И это правильно. Потому что я хочу, чтобы ты поняла. – Дождался тишины и примирительного вздоха. – Малыш, ты меняешься слишком быстро, твои планы… сегодня они одни, а завтра другие. И ты не ставишь в известность меня.

– Я…

– Молчи. Скажешь потом. Сначала выслушай. – Дождавшись утвердительного кивка, продолжил. – Ты мне нравишься настолько, что я готов к отношениям. Именно к отношениям, а не к сексу, ведь ты этого боишься? Что наиграюсь и брошу?

– Не этого.

– Оксан, наверно следующей фразой я тебе напомню сорокалетнюю домохозяйку, но я хочу стабильности. Чёртовой стабильности! – Вышел он из себя и сжал пальцами нежные запястья. – Чтобы приходить домой и целовать любимую женщину, а не замок под её дверью, чтобы просыпаться с тобой, а не в обнимку с подушкой. И я знаю, что ты хочешь того же, но боишься. Тебя не устраивает мой возраст, наверно… взрывной характер, скорее всего, я тебя часто пугаю. И да, я такой и вряд ли изменюсь, но я готов прогнуться под тебя, чтобы тебе было удобно. Если хочешь, пошлю к чёрту своих друзей, все пьянки. В этом году ещё возьму титул чемпиона страны, и я весь твой, правда. Только верь мне.

– Я верю, но…

– Да ни хрена ты не веришь! – Сел в постели, не позволяя к себе прикоснуться. – Тебе удобнее сказать, что со мной было хорошо, а без меня ещё лучше. Но, малыш, у меня тоже есть гордость и… если ты меня ещё раз прогонишь… я уйду. Я сдыхать буду, но сам уже не вернусь, пойми. И очень хорошо подумай, когда ещё раз захочешь сказать то, что сказала сегодня. Обещаешь?

– Обещаю. – Одними губами, практически беззвучно произнесла она и уткнулась носом в его шею, вдыхая аромат резковатой туалетной воды, которая, как и её обладатель, переполнена энергией и силой.

– А теперь скажи мне то, что хотела сказать.

– Уже не важно.

– Почему? – Напряжённо спросил Игорь, снова отталкивая от себя.

– Я услышала ответы на свои вопросы. И не нужно под меня прогибаться, ты меня устраиваешь во всём.

– А разве такое бывает? – Спросил в пустоту, не требуя ответа.

– У меня да. А у тебя?

– А у меня… – язвительно начал он, – если отбросить все твои заморочки, тоже бывает. Так что давай, завязывай с самокопанием и обязательно советуйся со мной.

– Я советуюсь. Вот зачем ты мне дверь выбил? – Вспомнила о наболевшем и посмотрела с укором, вперемешку со смешинками.

– Я хотел тебя увидеть.

– Но мне завтра на работу.

Он усмехнулся.

– Я всё устрою, вызову слесаря, а лучше, поменяем двери. Ты как?

– Нет. Я придерживаюсь теории, что за надёжной дверью есть, что спрятать, и воры думают именно так.

– А у тебя нечего прятать?

– Моё сердце ты безжалостно отобрал, девственность не вернуть, а больше ничего ценного не имею. На косметичку и гардероб мало кто позариться.

Игорь откровенно рассмеялся, оглушая девушку.

– Хорошо, уговорила, просто поменяем замки. Пока. – Добавил многозначительно.

– Но сегодня уже поздно и слесарь не придёт, наверно…

– Вызову завтра.

– А я?

– А тебе занесу ключи. Или ты меня стесняешься? – Игорь, больно ущипнул за оголённую ягодицу, заставив взвизгнуть.

– Наверно я сплю. – Констатировала Оксана и закрыла глаза, спорить просто бесполезно.

Утром проспали, Оксана убежала на работу, а Игорь дожидался слесаря. Уже к двенадцати часам держал в руках три связки ключей и со спокойной душой запихнул в карман одну из них. Перед поездкой к Оксане, заехал домой переодеться, дабы намеренно спровоцировать свою злючку. Сказала, что не стесняется, вот и посмотрим.

Оделся провоцируя: фирменные светлые джинсы, которые облегают узкие бёдра и подчёркивают ширину плеч. Белая футболка, обтягивающая торс, демонстрирующая рельефность мышц, чёрную кожаную косуху. Благо сегодня погода не блещет, можно и выпендриться. Ни малейшего намёка на элегантность: дерзость, наглость, молодёжный стиль. Сам он так одевался редко, только в клубы, но ради такого мероприятия можно. Широкая платиновая цепь на шее, «колючая» причёска на светлых волосах.

От его каменного взгляда, охранник решил воздержаться и на входе особо не расспрашивал, только объяснил, на какой этаж подниматься. А войдя в офис, Игорь оказался в настоящем цветнике. Все девицы были хороши, как на подбор, длинноногие, в мини, с рисованными глазками и губками. Теперь к девушкам подобного типа он относился холодно, ему нравилась натуральность, которую старалась подчеркнуть Оксана, и даже образ блондинки с голубыми глазами её не портил. Уже в первые секунды он был окружён вниманием и не скупился на похотливые улыбки.

– Девушки-красавицы, – заливаясь как соловей, начал он, – меня к вам привела беда.

Тут же наперебой девушки участливо интересовались, что случилось у такого принца, хлопали ресницами, а в уме складывали сумму, которая на нём одета. Не остался без внимания брелок сигнализации от спортивного авто.

– Я как раз ищу предводительницу всех красавиц этого офиса.

Девушки тут же притворно засмущались, по щёкам раскатился румянец.

– Зовут Оксана. Особые приметы: обаятельная, привлекательная и жутко сексуальна. Знаете такую? – Не прекращая сверкать белоснежными зубами, поедал он взглядом всех присутствующих.

– Оксана Владимировна, что ли?

– Наверно Владимировна. – Хитро прищурился тот и подмигнул особо догадливой. – Так что, есть такая?

– Да, я вас проведу, – оживилась одна из Барби, – как вас представить?

– А я сам представлюсь.

И положил на талию девушки горячую ладонь, которая совершенно случайно сползла непозволительно низко. За спиной послышались завистливые вздохи и полу стоны, а эта девушка залилась краской, заправляя за ушко якобы выбившийся локон.

– Я сообщу о вас.

Поторопилась предупредить девушка, открывая дверь одного из кабинетов, но настойчивый молодой человек ждать не собирался.

– Оксана Владимировна, – суетливо начала она, а наглец тут же перебил.

– Большое спасибо, дальше мы сами.

Выпроваживать девушку не собирался. Думал, она и сама догадается исчезнуть.

– Как и обещал. – Швырнул на стол связку ключей и уселся на его край со стороны Оксаны.

– Мои?

Он кивнул, получая удовольствие от её растерянности.

– А почему так много?

– Решил усилить защиту. – Пояснил, оценивая взглядом строгость и невычурную элегантность, которой эта женщина могла обладать только на работе. Возбуждающе.

– Извините, а вы слесарь? – Послышался сзади нерешительный звонкий голосок, на который Игорь обернулся и облизнулся, заметив, что его проводник так и стоит в дверях.

– Ага, работаю по частным заказам. Могу дверь вынести, а могу и… – он окинул взглядом девушку с ног до головы, попутно раздевая, – а могу и вставить.

Ещё разок подмигнул, для закрепления результата, который и без того превратил милое личико в варёную свёклу.

– Оля, что-то ещё? – Зыркнула на неё Оксана, метая взглядом стрелы и молнии.

– Может, молодой человек желает кофе или чай?

Оксана вопросительно посмотрела на изнывающего от жажды парня.

– Ох, Оленька, боюсь то, чего я хочу, вы для меня не сделаете… – вздохнул, прищуриваясь, – несите чай.

И сразу после ответа та вынырнула из кабинета, спеша удовлетворить хотя бы эту просьбу.

– И что это значит? – Оксана изогнула и приподняла одну бровь.

– Хочу тебя. – С абсолютно серьёзным лицом заявил наглец.

– Об этом пока кричат только твои волосы и то, на голове.

– Так это же поправимо. Иди ко мне.

Идиллию нарушила секретарша с чаем в руках. Она долго мерилась, куда же поставить чашки, но единственное свободное место на столе занял Игорь.

– Вообще-то, в моём кабинете на столе сидеть не принято. – Махнула Оксана головой в сторону кресла напротив.

– Ну, прости, за то, что осквернил твой шикарный стол своей загорелой задницей.

– Не в этот раз, чай поставить некуда, давай, садись как все нормальные люди.

Он послушно пересел и не минул возможности похлопать секретаршу по выпуклой попе, та быстро поставила чашки и под грозным взором начальницы скрылась.

– Что скажешь? – Издевательским тоном начал он.

– Скажу, что нахожусь в крайней степени возбуждения, и ты за это будешь наказан. – Улыбнулась, облизываясь и откинулась в кресле.

– Значит, я угадал, и тебя возбуждают молоденькие мальчики?

– По крайней мере, один из них, точно. – Она закусила губу и прикрыла глаза, взглянув на любовника из-под полуопущенных ресниц.

– Чёрт, я чувствую, моё наказание будет страшным. – Сдавленно засмеялся он, уже и на своём теле ощутив действие этого взгляда. Желание проснулось мгновенно, а когда его малышка в строгом деловом костюме, с хищным расчётливым взглядом, то адреналин просто бьёт ключом.

– Думаешь?

– Кажется, если я сейчас не уйду, то узнаю это прямо сейчас.

– Правильно, молодец. – Одобрительно кивнула Оксана.

Игорь собирался уходить, когда обернулся и с огнём в глазах уточнил.

– Ты ведь сегодня в чулках?

– Есть предложения? – Поёрзала на стуле, предвкушая. Мальчик ей нравился всё больше и больше, а его сексуальные игры особенно.

Почему-то, когда он завалился в кабинет, а иначе сказать и нельзя, влюбилась в него с новой силой. В таком облачении, он выглядел ещё моложе, больше двадцати ему и не дашь, но чертовски сексуален, двухдневная щетина, кожаная куртка под мышкой, и дерзкая причёска, в этот образ сладкого мальчика добавляла брутальности, что делало его просто неотразимым. А его поведение: вызывающее, намерено провоцирующее, подстёгивало желание выплеснуться наружу, не взирая на раскатавшую губу секретаршу. И сейчас, когда он стоит и делает недвусмысленное предложение, отказаться невозможно.

Уловив изменение в настроении этой, якобы, строгой и жутко занятой леди, Игорь похотливо ухмыльнулся, закрыл дверь на замок и тихой поступью направился к ней. Быстро усадив Оксану на стол, задрал узкую юбку, сдвинул в сторону трусики и со стоном выдохнул, как только ощутил тугие мышцы, жадно обхватывающие его пальцы. Быстрыми, порывистыми движениями, буквально за минуту подвёл её к черте.

– Тише, тише, дорогая, – Отдышался сам, стёр капельку пота с виска, – я заметил, у вас тут тонкие стены, – нежно нашёптывал он, сбавляя темп, чтобы продлить наслаждение.

– Не останавливайся. – Заплетающимся языком едва смогла выговорить девушка, впиваясь ногтями в широкие плечи, облизнула пересохшие губы и всеми силами сдерживала громкие стоны.

– А может, я продолжу вечером? – Он резко выдернул пальцы, наслаждаясь паникой в её взгляде.

– Если ты сейчас уйдёшь, вечер для тебя может не наступить. – Прошипела, возвращая его руку на место.

– Умеешь ты уговаривать.

И несколькими резкими движениями закончил начатое, заставляя девушку извиваться в его руках от судорог удовольствия. Быстро и звонко поцеловал напоследок.

– На ужин хочу мяса. Жареного, острого. – Проговорил прямо в губы, не желая отстраняться.

– А если…

– А если не будет жареного мяса, то жареной будешь у меня ты.

– Даже не знаю, это угроза или стимул не жарить мясо?

– Ещё раз закусишь свою сладкую губку, – угрожающе прошипел парень, больно удерживая за подбородок, – и я разлажу тебя на этом столе. И плевать, что у тебя тонкие стены, потому что я тоже очень… – он передвинул её ладошку на свою ширинку, – очень хочу.

– Уходи и не порти мою репутацию.

– Поговорим о репутации сегодня в спальне.

Через минуту, немного отдышавшись, он покинул кабинет, всё с той же дерзкой улыбкой, бросая на сотрудниц плотоядные взгляды.

– Оленька, – окликнул он что-то бурно обсуждающую девушку, – чай был обалденно вкусный.

На что Оленька снова залилась краской.

– А можно ваш телефончик, вдруг и у меня замки сломаются? – Окликнула его ещё одна, видимо, самая смелая из остальных и её смелость была оправдана, если бы не Оксана, Игорь бы уже вечером, проверял все её замки на прочность.

– Мой телефон – это секретная информация. Если начальница с вами поделиться – звоните.

После этих слов свернул к лифту, а когда услышал, что в цветнике странно оживились, сделал шаг назад и прислушался к происходящему за углом. Оказалось, что свой кабинет покинула Оксана Владимировна.

– Оксаночка Владимировна, – тут же пролепетала та, смелая, её голос был жутко писклявый, поэтому Игорь и запомнил. – А это был ваш племянник?

И с чего девчонка решила так, скорее всего, догадалась о цели визита и теперь пытается как-то задеть… интересно.

– Нет. – Спокойно отозвалась Оксана. – Это был мой любовник. А что, у всех сучек одновременно началась течка? Если так, то подберите слюни, и сходите в туалет освежитесь. Большее вам не светит.

Уже тише отдала какие-то распоряжения, а Игорь, удовлетворённый ответом и конкретным заявлением, что он её любовник, вошёл в раскрывшийся лифт. Всех умыла его красавица! И направился на тренировку.

Вечером, вернувшись в квартиру, был окутан ароматом какого-то мясного блюда и все плотские желания отошли на второй план. Помыл руки, и приземлился за столом, ожидая своей порции.

– А я думал, что ты пошутила, ну, о том, что начальник. Помнишь, кто-то из ребят тебя спрашивал?

– Что, я больше похожа на секретутку?

– Не то, чтобы, но и на начальника не похожа. Только сегодня, когда увидел тебя в кабинете в кожаном кресле, полностью осознал этот факт. До этого момента, даже представить себе не мог, что ты можешь быть такой строгой и серьёзной.

– Понятно.

– Нет, правда, ты ломаешь все стереотипы.

– Какие, например?

– Хотя бы, что все блондинки глупые. Или вот, я думал, что ты в постели больше любишь нежности, а тебе подавай огонь и страсть.

– Ну, я ведь крашеная.

– Правда? А какой твой натуральный цвет волос? – Интересовался он, тщательно пережёвывая ужин.

– У меня тёмные волосы.

– И готовишь ты обалденно. Когда ещё у Андрея заявила, что не умеешь, я ведь тебе поверил. – Кивал он, делая серьёзное лицо. – Да, думаю и любой бы поверил. Ты выглядишь несколько отталкивающе, как любовница.

– То есть, не как жена?

– Именно. Не знаю, как объяснить. Вот сейчас, когда я вижу, что ты сидишь напротив меня за столом, я знаю, что ты тёплая, уютная и домашняя.

– А я и есть уютная и домашняя.

– То есть не карьеристка?

– А похожа?

– Не думал об этом. – Честно ответил он.

– Нет, я не карьеристка, и работа – это последнее, что меня в этой жизни волнует. Просто с семьёй не получилось и, чтобы не сойти с ума от безделья, хожу на работу. И должность я свою оправдываю, не смотря на то, что взяли меня по знакомству.

– И детей любишь?

– Очень. И хочу детей. Только пока не получается. А ты?

– А я наверно не хочу, даже не задумывался никогда. Не знаю. – Игорь смутился, но Оксана поддержала.

– Ничего, это нормальная реакция для твоего возраста. – Выразительное покашливание со стороны Игоря Оксана постаралась не заметить. – Именно для возраста. Ты сам ещё как ребёнок, тебя жить хочется. Я, например, понимаю тех мужчин, которые заводят семью, после тридцати, когда уже перебесятся. Это нормально, иметь детей, когда ты сам что-то понимаешь и можешь их чему-то научить. Так что не волнуйся, придёт и твоё желание.

– А сколько было твоему мужу?

На этом Оксана немного помрачнела, но всё же ответила, правда улыбка уже была вымученной, а не реальной.

– Когда он женился на мне, почти тридцать.

– Он настолько старше тебя?

– Да, на девять лет.

– Не хочешь говорить?

– Не хочу.

– Тогда и не будем. – Он примирительно улыбнулся, дотянулся до похолодевшей ладошки но постарался вернуть диалогу задор. – А раньше мне казалось, что ты жуткая стерва. Всё понять не мог, как тебя Андрей терпит.

– А может, я и стерва, просто тебя решила прикормить? Не думал об этом?

– Думал. Много раз.

– И?

– Не сходится.

– Что именно?

– Ничего не сходится. – Игорь отложил вилку и нож в сторону и принялся перечислять. – Вот Андрей тебе больше подходил по всем параметрам. И статус у него был и положение, и денег больше. Да и изменять бы он тебе не стал. А на меня глянь и сразу штамп можно ставить. Разгильдяй и бабник!

– Игорёш, ты к себе не справедлив. – Добродушно улыбнулась Оксана, отпив глоток вина. – Ты хороший мальчик, просто плохим быть выгодно. Так тебя хотят, о тебе мечтают, тебе завидуют остальные. Да и жить плохому мальчику проще, можно сделать вид, что тебе всё по фиг.

– Ты употребляешь сленг? – Он искренне удивился.

– О-о, я ещё и матом умею ругаться.

После этих слов Игорь почему-то засиял.

– И всё равно ты меня выбрала. И готовишь для меня. И сколько угодно можешь вот так смотреть на меня.

– Как? – Улыбнулась, стараясь не рассмеяться.

– Вот так, словно на горькое дитя. Я всё равно знаю, что ты меня любишь.

– Люблю. – Тихо согласилась, сверкая глазами.

– И я тебя люблю. Помни об этом.

На миг её мальчик стал настолько серьёзен, что успела испугаться, но это наваждение сразу же прошло, и он снова улыбался.

– Очень вкусно, спасибо.

Уже на следующее утро Игорь поставил ультиматум, заставляя переехать к себе в квартиру, до этого он как раз созвонился с дизайнером, предлагая начать работу раньше, чем и добил Оксану окончательно. Все расходы за ремонт, тоже взял на себя, не разрешая даже притронуться к платёжкам, и Вадиму приказал не выдавать секреты. Постепенно настолько к Оксане привык, что уже и не помнил, как это, без неё. Она же не спешила открывать свою душу и большинство вопросов так и оставались без ответов, в частности вопрос её жизни с мужем. Приближался конец лета, и так дошло до того, что однажды утром, Игорь понял, что хочет, чтобы так было всегда.

– У меня для тебя сюрприз, на вечер ничего не планируй. – Жизнерадостно начал он по телефону.

– А когда я что-то планировала без тебя?

– Всё равно. Жду дома. Скучаю, люблю, возбуждаюсь от твоего голоса, приходи скорее… Пока.

С каждым днём общаться с Игорем становилось всё труднее, он много планировал на будущее, и в этих планах обязательно была Оксана. Вроде бы, а как иначе? Живут вместе несколько месяцев, общий бюджет, общие проблемы, постель одна на двоих. Так и должно быть, но… Она и сама не знала, что «но», вот только от этого незнания, оно никуда не девалось, всегда оставалась какая-то недосказанность, причём с обеих сторон. Она понимала, что эти отношения нужно прекращать. Пока не указали на дверь, но Игорь и думать об этом запрещал, сжимал кулаки, зверски рычал и просил его не злить. И всё бы хорошо, только вот он в последнее время стал слишком задумчив, а на вопрос, о чём думает, отвечать не хочет: либо уходит от ответа, либо говорит, что Оксана всё выдумывает. И теперь уже понятно, что в этих отношениях они погрузли с головой, и выбираться из этого любовного болота будет болезненно для каждого, а Оксане проще оторвать кусочек сердца, чем забыть его. Его улыбку по утрам, пока он ещё спит, как мило взъерошены его волосы, после тяжёлой ночи. Умом понимает, что за это время, уже десять раз должны были надоесть друг другу, разругаться в пух и в прах, но по шаблону у них не получается, влюблённость не проходит, а привязанность только растёт.

Вот и сегодня вечером он снова что-то придумал. Снова. И видеть его сияющие глаза, когда сюрпризы удаются, – это лучший подарок.

Домой теперь старалась прийти пораньше, перестала быть грымзой для всех на работе ( в качестве начальницы, по крайней мере), а вот то, что увела, буквально из-под носа, такого красавца, сотрудницы ей так и не простили, до сих пор шушукаются по углам, что она его приворожила.

Пока готовила ужин, вся извелась, Игорь задерживался, а у Оксаны уже срабатывал инстинкт наседки и любое отклонение от графика, заставляло волноваться. Наконец дверной замок щёлкнул и Игорь появился на кухне, с цветами и с фирменной улыбкой.

– Саныч сказал, если ты не прекратишь откармливать меня как на убой, придётся перейти в другую весовую категорию, я и так в верхних границах нормы. – Передал цветы, похлопал себя по животу и тут же заглянул во все кастрюли на плите.

– Это плохо?

– Для семейного человека наверно нет, а вот для спортсмена – однозначно да.

Несмотря на свои слова, тут же уселся за стол, накладывая порцию салата.

– И чем тебе это грозит? – С умилением наблюдая за уничтожением блюд наблюдала девушка.

– Переход в другую категорию?

– Ага.

– Ну, во-первых, соперники мои будут на порядок сильнее. Не в плане физической силы, хотя и это может присутствовать, а в плане подготовки. А я, как новичок в новом весе, сразу же потеряюсь. И не видать мне чемпионства, как собственных ушей. Хотя, я скоро и ноги свои из-за живота не увижу. – Засмеялся, подкладывая мясо.

– И что делать?

– Он сказал изолировать тебя или соблюдать диету. Я предложил секс, как жиросжигатель, так он и вовсе рассвирепел, сказал, что ты сначала кормишь меня до отвала, а потом в постели все соки выжимаешь, грозился упрятать на спортивную базу за городом.

– Я выбираю диету.

– И я её выбрал. Саныч сказал, ужин не позже пяти, к мясу только овощи и никаких углеводов. Обед можно оставить полноценный, а все каши перенести на утро, причём без молока и минимум соли.

– На этом всё?

– Нет, ещё убрать из меню твои соусы. Он, кстати, сказал, что если ты не прекратишь их готовить, то можно передавать ему. Представляешь, до сих пор не может забыть тот обед, в гости напрашивается.

– Будет тебе диета. Не волнуйся, до контрольного взвешивания придёшь в норму.

За несколько месяцев, Оксана с лёгкость добилась расположения не только строгого тренера, но и практически всех друзей, которые действительно оказались отличными ребятами, сослались на то, что переживали за друга, а поднимать тему того неудачного вечера никто не хотел, поэтому отговорка была засчитана. Его друзья иногда забегали на ужин и шутили, что Оксана окольцевала их друга и без официальной бумаги, он без её ведома никуда, а тот факт, что это из-за подготовки к соревнованиям, никто не учитывал.

– Ты говорил сюрприз? – Нетерпеливо начала Оксана, когда вечер приблизился окончательно, а обещанного она так и не получила.

– Говорил. – Довольно облизнулся. – И почему ты ещё не готова? Мы едем в клуб.

– В клуб? Зачем?

– Лишние вопросы, Оксана, лишние…

Толком собраться, как всегда, не дал, отговаривался, что она и так красивая. Верить, словам хотелось, но своим глазам верила больше, поэтому немного неудовлетворённой от собственного вида, её буквально затолкали в машину. Ехали быстро, а остановились, пусть и у хорошего клуба (а если точнее, то у лучшего в городе), но те сюрпризы, которые получались не наедине, а среди толпы, были заранее проигрышными. И она шла, отметила, как склонил голову секьюрити на входе и что-то шепнул Игорю. Тот привычно отшутился и потянул Оксану за руку, словно на буксире, во внутрь. Прошли ВИП-зону, зашли в какой-то кабинет, на удивление светлый, и на этом остановились. На немного эйфорическую улыбку любимого смогла ответить только скудным «Ну, и?».

– Нравиться? – С замиранием спросил он.

– Что? Клуб?

Игорь довольно кивнул.

– Неплохой. Я бы сказала лучший. Можно даже потягаться с некоторыми столичными заведениями.

– Что ещё? – Подталкивал, только вот непонятно, к чему.

– Я была здесь несколько раз, не в этом… кабинете, – окинула взглядом помещение: что это такое Оксана утверждать не бралась, но на зону отдыха походило мало, – а вообще, в клубе. Ни разу не обсчитали, не оскорбили. Ни с кем не познакомилась, нигде не засветилась. Обстановка симпатичная, атмосфера приятная, нариков по коридором не шатает. Что ещё ты хочешь услышать?

– А я уже всё услышал.

Игорь медленно подошёл, аккуратно взял за кончики пальцев и потянул на себя.

– Я давно хотел тебе рассказать, но не решался, – замысловато начал он, медленно кружа Оксану в танце, – не знал, как ты отреагируешь.

– Я нервничаю, не тяни.

– Ты меня сбиваешь! – Притворно заканючил, но тут же рассмеялся. – В общем, это мой клуб.

– Твой?

– Мой. Ты никогда не спрашивала, откуда у меня деньги, я всё ждал, а ты молчишь, вот… сам признался.

– Ну, что я могу сказать… это… интересно. – Первый шок не желал отпускать. – Нет, а как ты всё это контролируешь, ты же все вечера дома?

– Не все. Да и не один я здесь работаю. За четыре года собралась отличная команда. Ты помнишь Диму? Не помнишь, не важно, – сам ответил на свой вопрос, – так вот, мы с ним начали это дело. Сложили идеи, капиталы, я конечно у отца взял в кредит, обещал вернуть с процентами, как раскручусь, вот… клуб живёт, проценты давно отбил, только отдавать некому…

В этот момент кроме своего любимого мальчика Оксана увидела в Игоре серьёзного самостоятельного человека. У него своё дело, свой интерес, свои цели. Он гордиться своим детищем и по-детски смущается, рассказывая о заслугах. И эта боль в его глазах, когда он говорит об отце, Оксана её понимала, она так же потеряла свою мать, первая серьёзная трагедия её жизни, которую уже нельзя исправить. Нельзя растворяться в человеке, нельзя доверять кому-то больше, чем себе, и, понимая всё это, Оксана уже практически растворилась в нём. В том, о котором практически ничего не знает.

– Честно говоря, я думала, что ты работаешь с Андреем, он как-то упоминал, что отцы передали вам бразды правления.

– Нет, там сейчас хозяйничают управляющие. Да и Андрей занимается своим делом, ты же знаешь, у него сеть супермаркетов по области.

– Честно говоря, не знала, он никогда не распространялся, видимо скромность от рождения – это ваше семейное достоинство. Спасибо, что, наконец, показал мне, куда тратишь свои силы, теперь я хотя бы не ревную. – Тихо призналась, говоря это практически в его шею.

– А ты ревновала?

– Конечно! – Её ноготки впились в плечи. – Ты уходишь, приходишь, всё время занят, для меня только ночь и несколько телефонных звонков. Мне мало.

– Хочешь большего?

– Хочу! – Бросила с вызовом.

– Переходи работать ко мне. – На одном дыхании выдал Игорь и тут же сжал челюсти. Он что, серьёзно?

– Ты что, серьёзно? Игорь…

– Нет, молчи, ты подумай. У нас есть свободные должности, если хочешь, я специально для тебя организую новую… нет, – активно замахал головой, ероша волосы руками, – подачки ты у нас не берёшь… м-м, я не знаю что предложить, чтобы ты согласилась. – Наконец признался он и опустил голову.

– Это утопия. То же самое, что и сидеть на твоей шее.

– Мне казалось, ты этого хочешь. Сама же говорила, что сначала семья, а потом всё остальное…

– Да, но… нет. Я не перейду. Я не совсем это имела в виду.

– Я понимаю, ты сейчас не можешь отказаться о работы, поэтому и предлагаю такой вариант. Нужно просто сесть и подумать, а там и идея правильная посетит. Соглашайся. – Ловил он её взгляд с нетающей надеждой.

– Игорь, там от меня тоже зависят люди. – Ломалась в объяснениях Оксана.

– Ладно, не бери в голову, не сегодня. – Отмахнулся, но она видела, что ответ его не устроил. – Тебе ведь нравиться?

– Нравиться. – Кивнула, улыбаясь.

– Тогда отрываемся по полной!

Ночь была полна событиями, они танцевали, пили, целовались, Оксану ещё раз представили очень занятому Дмитрию (компаньону Игоря), на этот раз парень действительно запомнился. Он был отличным организатором, в отличие от Игоря, который являлся генератором идей. Домой вернулись только под утро и, отказавшись от субботника в квартире, который планировали ещё в начале недели, завалились спать. А уже вечером Игорь сообщил ещё одну свою гениальную идею, на тему «знакомство с будущей свекровью». Обед должен был состояться в воскресенье, в одном из ресторанов города. Сказать, что Оксана «обрадовалась» в двух словах было просто невозможно, но встреча уже назначена, и отказаться не получиться. Игорь поэтому и молчал до последнего, чтобы не спугнуть. Свою женщину он уже выучил, не первый раз пытается столкнуть их с матерью лбами.

– Мама просто хочет знать, с кем я живу. У неё и так выдержка ого-го, представляешь, мы уже больше двух месяцев вместе, а она ни разу не зашла в гости, такого на моей памяти ещё не бывало. – Пытался успокоить он.

– Хорошо, всё в порядке. – Вяло улыбалась в ответ Оксана.

Ну, не говорить же, в самом деле, что Андрей за последний месяц, оборвал телефон то с угрозами, то с «выгодными» предложениями, только бы оставила их семью в покое. И про мать Игоря напомнил не раз. Обещая сладкую жизнь, которую она может устроить. Не то, чтобы Оксана кого-то боялась, но сам факт нежелания её присутствия в их семье – налицо. Неприятно. Вот и согласилась, не вечно же бегать от себя и от других.

Утро не задалось. Мало того, что всю ночь мутило, так случается, перед волнительными событиями, так ещё и одеть оказалось нечего. Проделывать тот же фокус, что и с друзьями Игоря, не хотелось, всё-таки мама, а ничего более приличного в его квартире не нашлось. Решила быть собой и одеть любимый вариант: летнее шифоновое платье ультракороткой длины, высокий каблук, лёгкий макияж, распущенные волосы и не забыть хорошее настроение, которое так не хочет находиться. Неприятный мандраж не давал сосредоточиться, сам Игорь уехал по делам – любимое мужское занятие, бросить девушку одну в трудный момент. Вернулся уже перед самым отъездом, отвалил ошеломительный комплимент, проверил наличие трусиков, приговаривая при этом: «Мало ли что…» и довольно улыбаясь. Быстро сменил брюки на более демократичные голубые джинсы, кремовую тенниску, обул белые кеды на шнуровке. Оксанин скептический взгляд оценил правильно и нагло подмигнул. После происшествия в её кабинете, частенько дразнил таким образом. Выглядеть щеглом рядом с ней было обжигающе возбуждающе. Ловил завистливые взгляды взрослых мужиков, при этом по-хозяйски клал руку ей на талию, а ещё лучше, на ягодицу, слегка сжима её через тонкую ткань. Не стеснялся подмигнуть особо зазевавшимся, а то и продемонстрировать длинный средний палец. С Оксаной хотелось быть именно таким, хулиганом и задирой, чтобы для окружающих оставалось загадкой, что такая женщина, нашла в этом сопляке, в котором кроме его неоправданного гонора, ничего нет. Эффект всегда стоил предстоящей домашней порки, которую обещала язвительная улыбка любимой. Любил брать её жёстко, заставлять брыкаться, кусаться, раздирать его спину. Любил блеск в её глазах, когда рассматривала его под душем, проводила пальцами по обнажённому телу, заставляя желание разрывать его изнутри. Любил, когда целовала его татуировки, до этого и не догадывался, как могут возбуждать поцелуи на теле, а если перед этим провести по коже влажным язычком, и, тем более, прикусить её, то другой прелюдии и не нужно. Они слишком часто провоцировали друг друга, лаская в лифте, в машине, доводя друг друга до изнеможения и оставляя дело незаконченным. Эти любовные игры изматывали, и проносили удовлетворение. А ещё нравилось, как Оксана смотрит на него в толпе, с неизменным восторгом, с обожанием. И дело здесь не в собственной самооценке, просто ты понимаешь, как это, когда тебя хотят и ставят превыше собственных желаний. Только за эти чувства, готов был голову сложить у её ног. Хотелось быть заботливым, защитником. Раздражала её привычка ездить на такси. Предложил купить машину и подарить права, а водить он и сам хорошо научит, только вот Оксана наотрез отказалась. Сославшись на свою принципиальную позицию: «Автомобиль – это средство повышенной опасности и я не готова брать на себя такую ответственность!» – заявила она тогда строгим официальным тоном. И спорить было бесполезно, сошлись на автомобиле с водителем, как раз этими вопросами и занимается, не хочется доверять свою девушку, кому попало.

И сейчас она стоит и смотрит, оценивая его внешний вид. Взгляд задержался на тонком ремне с узкой пряжкой, Оксана всегда оценивает именно этот аксессуар, прикусила губу, дразня, медленно подошла и приткнулась к бедру. Пальчики пробежались по голому предплечью, забрались под короткий рукав тенниски.

– С ума сойти, какой ты красивый. – Томно прошептала на ушко и облизнулась. – Я уже жалею, что мы опаздываем.

– Стараюсь соответствовать. А насчёт опозданий ты это зря, десять минут я всегда могу найти для тебя… если хорошо попросишь.

– В другой раз! – Чуть ли не прокричала Оксана на ухо, звонко шлёпая по ягодице. – Поехали, не хочу разочаровывать твою мать ещё до знакомства.

Стараясь скрыть напряжение, она улыбалась и шутила, вспомнила все невербальные признаки, выдающие волнение и полностью себя контролировала. И когда уже вышли из машины возле ресторана, решительно шагнула вперёд, но сильные руки притянули к горячей твёрдой груди, сдавливая со всех сторон.

– Расслабься. Я не собираюсь спрашивать у неё разрешения, уже большой мальчик. Просто хочу вас познакомить. – Вдавливая Оксану в своё тело обеими руками, шептал Игорь.

– Я поняла.

– Тогда выдохни. Ты самая лучшая и безумно сексуальная. Улыбайся для меня.

– Я улыбаюсь. – Удручённо вздохнула, пытаясь освободиться..

– Ты напряжена и мне это не нравиться.

– Не правда, я в порядке!

– Тогда выдохни. – Засмеялся, надавливая на грудь сильнее.

И Оксана показательно шумно выдохнула, как безвольная кукла повисла в его объятиях, но только когда смогла улыбнуться искренне, почувствовала свободу.

– Вот такой ты мне больше нравишься. Пошли.

И, не спеша, дефилируя под ручку, они вошли в обеденный зал, кивнув знакомому метрдотелю, Игорь пропустил Оксану чуть вперёд, и, подойдя к столику, мило пристроившись сзади, буквально повис на ней, завалившись подбородком на плечо, ожидая, пока мама привстанет для знакомства.

– Мам, познакомься – это моя Оксана. – Звонко прожужжал он, чмокая любимую в щёку. – Оксана, – это моя мама, Ольга Петровна. Будем знакомы.

Обменявшись приветственными кивками, женщины присели, а Игорь успел подозвать официанта. Пока изучал меню, Ольга Петровна внимательным взглядом изучала избранницу сына, едва ли не первую, которую он решился познакомить с родителями. И то, что она видела, ей однозначно не нравилось. Гордая, с прямым взглядом и уверенной осанкой особа, ничуть не уступала ей самой. Красивая, высокая, пусть и блондинка, но по глазам видно, что расчётливая и идущая до конца. Имея определённый жизненный и, наверняка, любовный опыт, легко может вертеть её неопытным сыном, заставляя принимать её мнение за своё собственное. Да и сама девушка за это время, хоть и молча, но так же пристально изучала новую знакомую. Оксана перед собой видела не молодую, но очень ухоженную женщину, не властную, но любящую командовать, жалко только, что делать это грамотно она так и не научилась, как и скрывать свои эмоции. Наполненный отвращением, надменный взгляд, скрыть Ольга Петровна даже и не пыталась. Смотрела с лёгким призрением, упрямо поджимая губы. Так же Оксана заметила, что свою изящность, Игоря явно унаследовал от матери, так как отец по своей фигуре, так же как и дядя, полностью соответствовал параметрам Андрея. Странная, не очень приятная женщина, за спиной у которой только достижения собственного мужа, Оксана таких недолюбливала, а от Игоря было достоверно известно, что после замужества его мать действительно ничем существенным не занималась. Вот и получилось, что они сидят сейчас друг другом недовольные, но не смеющие высказать своё мнение, щадя единственное связующие звено – Игоря.

– И водки закажи. – Кивнула мать Игорю, выдавив из себя недовольную гримасу, которую она пыталась выдать за улыбку.

– Ты будешь пить, мам?

– Ещё не знаю. Посмотрим, как пойдёт. А вы, Оксана, будете что-нибудь на аперитив?

– На вкус Игорёши. Он отлично разбирается в винах.

Почему-то при этой женщине вообще не хотелось ни пить, ни есть, даже и желание сидеть с ней за одним столиком отпало напрочь. Слишком велика сила негатива, который та здесь посеяла.

Когда принесли графин с водкой и несколько видов холодных закусок, к Игорю подошёл кто-то из администрации, по поводу его авто. По хитрому и довольному прищуру Ольги Петровны, сразу стало понятно, что это не простая случайность и на предупреждение Игоря о том, что ему необходимо отлучиться, Оксана вежливо, с пониманием кивнула. И как только парень покинул пределы видимости, взгляды обеих женщин изменились до неузнаваемости.

– Говорите, Ольга Петровна, я вас внимательно слушаю. – Не стала изображать из себя дурочку Оксана. Холодно улыбнулась и наклонила голову чуть на бок.

– А я не удивлена, что мой сын выбрал именно вас. Вы очень умны, хвалю. Но он не для вас.

– Какая интересная версия.

– Не скальтесь, девушка, я вижу вас насквозь. И все ваши намерения знаю наперёд. Вы алчная и хищная, только зря обольщаетесь на его счёт. Игорь очень скоро поймёт, с кем связался.

– Жду не дождусь этого момента. – Проговорила с язвительной улыбочкой.

– Не стоит иронизировать на этот счёт. Я могла бы предложить вам кругленькую сумму отступных, или пригрозить и, поверьте, вы бы согласились оставить его в покое. Но я обращаюсь к вам с иной просьбой. По-человечески прошу оставить моего сына в покое.

– Даже странно, что вы, считая меня алчной и меркантильной, отказались от варианта дачи взятки. Во сколько, кстати, оценили сыночка? – Съязвила, в принципе, понимая, куда идёт разговор.

– Я не настолько глупа, как вам кажется и, имея возможность сорвать куш, прельщать вас какими-то объедками с барского стола не имеет смысла. Я хочу обратиться к вашему здравому смыслу. – Полу прося, полу приказывая, проговорила она, немного опустив взгляд. Всё игра, но весьма удачная. – Вы взрослая женщина и всё-таки что-то чувствуете к моему сыну, я не могу этого отрицать. Скорее всего, обстоятельства для вас сложились настолько удачно, что Игорь оказался не только завидным женихом, но и весьма привлекательным молодым человеком. Поэтому я вас и прошу, оставьте его. Вы взрослая женщина и должны понимать, что для него являетесь увлечением. Не более того.

– А если я его люблю? – Не понятно для чего спросила Оксана, наверно просто хотела посмотреть на реакцию, но её не последовало, мать Игоря была непреклонна.

– Тогда тем более оставьте его. Не ломайте мальчику жизнь… да и себе тоже. Это сейчас вы красивая, всё ещё молодая, но пройдёт год, два, и вы превратитесь в среднестатистическую женщину, такую как все и Игорь к вам охладеет. Это для вас же будет хуже: начнутся измены, ваши унижения… вы этого хотите? Ему льстит, что такая шикарная женщина с ним на данном этапе. И если я запрещу Игорю с вами общаться, то это только подстегнёт его продолжать отношения. Поэтому решила поговорить с вами.

– Он взрослый мальчик и в состоянии принимать собственные решения.

– Это вы решаете за него!

Стукнула Ольга Петровна по столу своим кулачком, привлекая внимание, но тут же попыталась успокоиться, глубоко вздохнув. В принципе, Оксана понимала, что в её словах большая часть правды, она и сама не раз думала, к чему приведут эти отношения в будущем и вывод был не утешителен. А сейчас, услышав это из уст другого человека, слова казались ещё более обжигающими. Слишком острыми, правдивыми. Каждое попадало в цель.

– Ольга Петровна, не хочу вас обидеть, но вы сейчас пытаетесь решить за него, хотя меня в этом же и обвиняли минуту назад.

– Я хочу лучшего для моего сына.

– И как вы себе представляете это лучшее?

Диалог по большей мере, представлял разговор слепого с глухим, только вот, в отличии от Ольги Петровны, глухой Оксана притворялась, боясь показать, насколько чётко она осознаёт суть происходящего. Слишком обидно признать, что ты совершил ошибку, пусть и такую, которая принесла тебе счастье.

Ольга Петровна отвечать не спешила и уже через минуту, стало понятно, почему.

– Здравствуйте. – Мило прощебетала девушка, подошедшая к их столику.

Оксана с трудом, но узнала в этой куколке Настю, с которой познакомилась несколько месяцев назад в клубе. Ольга Петровна ей дружелюбно улыбнулась, предлагая присесть и бросила строгий взгляд на Оксану: «вот, мол, смотри, кто подходит моему сыну». И надо признать, в таком обличии девушка ему явно подходила. Сейчас роскошные волосы были лишены тех жутких цветастых прядей, аккуратный дневной макияж, нанесённый рукой профессионала, красивые зелёные глазки, которые излучали чистоту и покорность.

– Это Настя, невеста Игорька.

– Да, да, я имела удовольствие с ней познакомиться. – Старалась не выдать удивления Оксана.

О том, что девушка явно переигрывает, притворяясь примерной девочкой, разумно решила промолчать.

– Они давно знакомы, – продолжала женщина, – и всё равно рано или поздно будут вместе. А вы – очередной этап в его жизни. Пусть и такой соблазнительный.

Оксана вдруг настолько вышла из себя, что перестала изображать равнодушие, громко всплеснула руками, выражая умиление.

– Ну, хоть это вы признаёте!

– Настенька ему подходит. Они одного возраста и социального статуса. У них общие интересы и общее будущее.

– Да? И какое? Игорь, пропадающий на работе и она, днём ходит по салонам, а ночью зажигает в клубе? Через пару лет дети, которые вырастут такими же эгоистами, как и их мать, с таким же шлюшным поведением? Этого вы хотите?

– Что вы себе позволяете?!

– А с чего вы взяли, что я не стану высказывать своё мнение? Я видела вашу Настеньку в более выгодном ракурсе, нежели она предстала сейчас. И выводы мои вполне обоснованы.

– А что общего у Игоря с вами?

Этот вопрос Оксана вообще приняла неадекватно. Громко рассмеялась, глядя Ольге Петровне в глаза, вдруг захотелось сказать вслух, озвучивая то, что их может связывать, но спустя секунду, идея преобразилась. Вместо ответа налила себе стопку водки, залпом выпила её, не закусывая, постаралась даже не скривиться и выскочила из-за стола. Быстро подозвав к себе официанта, о чём-то с ним тихо переговорила, сунула что-то в руки и направилась к сцене. От дальнейшего действия Настю и Ольгу Петровну отвлёк подошедший Игорь, который, увидев за столом якобы невесту, о планах матери понял всё и сразу.

– Где Оксана? – Единственное, что интересовало парня в данную минуту, больше знать он не хотел ничего.

– Вон она. – Робко кивнула Настя в сторону сцены, и Игорь замер, наблюдая, как его девушка берёт в руки микрофон, что-то обсуждая с местным ди-джеем.

Через несколько мгновений, на весь зал раздалась знакомая мелодия из далёких девяностых. И под аккорды песни Ирины Аллегровой, Оксана запела.

– Если спросят меня, где взяла, я такого мальчишку сладкого,

Громко раздался её красивый голос, при этом Оксана недвусмысленно указывала пальцем на своего мальчишку, не сводя с него плотоядного взгляда и подзывая приблизиться.

– Я отвечу, что угнала, как чужую машину девятку я.

Как только Игорь подошёл, одним уверенным нажимом на его красивые плечи, поставила любимого на одно колено перед собой. Он при этом сиял, и не сводил зачарованного взгляда, не стесняясь обнимать эту женщину, гладить талию, бёдра, ноги.

– Угнала у всех на виду, так открыто, что обалдели все,

Ни за что, ты имей в виду, не верну тебя бывшей владелице.

Пропела только для него, обещая словами песни, что не отпустит.

При этом активно танцевала, пропустив его колено между своих ног, и зазывно двигала попкой, по максимальному радиусу, который позволял захват его рук. Игорь открыто улыбался, возбуждался и сходил с ума от счастья, понимая, что это представление строгая красавица посвящает именно ему. Все знают, кому принадлежит её сердце.

Ко второму куплету подошла местная певица и подхватила нужный ритм, Оксана же, потащила Игоря в центр зала, продолжая соблазнительный танец теперь уже с ним в паре.

Второй куплет проговорила одними губами, глядя в глаза матери Игоря, стоя к нему спиной, прикасаясь к его телу, а он, ничего не понимая, продолжал ласкать девушку в танце, водя руками по рукам, бёдрам, животу. Его прикосновения, такие нежные и мягкие хотелось запомнить, выделить этот момент в своей памяти, он показался особенным, откровенным. На припеве уже полностью отдалась танцу, повернувшись к партнёру лицом, гладила его идеально выбритые щёки, обводила тонкие губы, которые так хотелось поцеловать. Она открывалась рядом с ним и открывала его для себя. Удивительно, но это был их первый совместный танец, до этого всё было лишним, хватало только присутствия другого рядом. А сегодня, Игорь такой гибкий, пластичный, чувствующий музыку. Почему одному даётся всё, а другому – ничего?..

Сама Оксана окунулась в музыку и смысл слов, её движения напоминали крик души, всё как в последний раз. Ритмичные движения рук, ног, головы. Тело змеи, извивающееся под музыку змеелова. После длинного проигрыша, резкий скачок адреналина и она запрыгнула на Игоря, обвивая ногами его торс. Плевать на посетителей, плевать, на зрителей и зевак, она наглядно продемонстрирует, что их связывает с милым мальчиком Игорем, если кто-то не понимает. Активные движения, она прогибается в спине, прижимаясь к любовнику бёдрами, резво подпрыгивает, проверяя его на прочность, точно как в сексе. Веки опущены, губы приоткрыты, вот-вот готовы издать протяжный гортанный стон. Тяжёлое дыхание двоих, которое смешивается в одно. Игорь, почувствовавший настроение партнёрши, двигался ей в такт, прижимая её бёдра всё сильнее, впиваясь пальцами в упругие ягодицы. Сам завёлся, желая большего. Закрыв глаза, поддался воле чувств, провёл влажным языком по открытой шее, до самого подбородка, губы нашли её губы, накрыв их сокрушительны поцелуем.

– Что случилось? – Шепчет он, прижимая к себе возбуждённое, до боли в мышцах, напряжённое тело.

«Нет» – машет она в ответ.

– А мы ведь так ещё не пробовали? – Очередной раз подчёркивая позу шептал возбуждённый парень. – Уйдём отсюда?

– Сбежим.

Короткий ответ и вот они уже идут быстрым шагом по направлению к выходу.

– Подожди, я оплачу счёт, пригласивший платит. – Притормозил Игорь, но Оксана потянула на себя, не позволяя остановиться хоть на секунду.

– Я уже всё оплатила.

Она на ходу черкает подпись на чеке и по ходу забирает свою кредитки, свою сумочку из рук услужливого официанта, ему представление понравилось точно. Как только стихает музыка, в зале намечается оживление и уходят они под редкие аплодисменты и громкий подбадривающий свист.

– И я так хочу. – Подмигивает Оксане лысый качок, сидящий за столиком у самого входа, но, получив предупредительный угрожающий взгляд Игоря, успокаивается.

Как только оказались на улице, силы покинули, оставив после себя оглушительную пустоту. Игорь, ничего не спрашивая, чуть ли не силком повёл её к машине. А Оксане нечем дышать, кружится голова, подкатывает неприятная тошнотворная волна, которая заставляет морщиться и просить остановку для передышки. На третей по счёту остановке, Игорь не выдерживает и хватает Оксану на руки, крепко прижимая к себе, хрупкое прохладное тельце, которое сейчас выглядит ещё более беззащитным, чем обычно. Открыл переднюю дверцу, усадил на сидение, внимательно вглядываясь в бледное лицо, обхватил его руками, в попытке отвлечь и успокоить, и прижался к недвижимым губам.

– Что она тебе сказала? Она обидела тебя?

В ответ непонимающий отстранённый взгляд, словно и не его Оксана смотрит, а чужой, уставший от жизни человек.

– От тебя пахнет водкой…

– Выпила для храбрости, – устало улыбнулась она и прижалась к горячей ладони. – Давай уедем отсюда.

– Тебе уже лучше?

– Мне хорошо. Просто поехали. – Едва шевеля губами пыталась уверить девушка.

Игорь смог только кивнуть в ответ. То, что он увидел, ему не нравилось. Этот вечер был ошибкой, он догадывался о скептическом настрое матери, и не раз слышал, как она разговаривает по телефону с Андреем, но надеялся, что свыкнется, примет как должное. Да и не представлял, что его сильная, умная девочка, может вот так просто расстроиться из-за её слов. Или… она сказала что-то такое, что выбило её из колеи? В любом случае, матери он мозг ещё вставит, а вот Оксану нужно срочно спасать

Но Ольга Петровна, не собиралась спустя рукава наблюдать, как её единственный сын губит себя в руках этой… шлюхи. Настолько наглой, готовой демонстрировать свои отношения напоказ, только бы насолить ей. Отвратительно, гнусно, хотелось плюнуть, отвернуться и уйти. Только ожидание того, что Игорь извиниться за поведение этой девки, удерживало её за столом, но перед ней никто извиняться не собирался, с ней даже не попрощались. Хотя нет, сын напоследок бросил такой взгляд, от которого окаменеть можно. Её мальчик изменился до неузнаваемости и всё это девица… откуда только взялась!

– Андрей, здравствуй. – Тараторила она, запивая эмоции водой. – Надо что-то делать. Эта девка, она утопит его, уничтожит репутацию, замарает наше имя. Ты не представляешь, что только что устроила в ресторане. Я уже выпила десяток таблеток успокоительного.

– Ольга Петровна, – размеренным тоном начал Андрей, у него в этом деле был и свой интерес, – можете считать, что проблемы больше нет. Завтра я поговорю с Игорем. У меня есть по ней вся информация. Сейчас я в Москве, хочу переговорить с её бывшим мужем.

– Она ещё и замужем была?! – Женщина удивилась настолько, что даже перестала стучать зубами по стакану с водой. – Вертихвостка!

– Была. И усиленно скрывает личность своего супруга. В общем, сейчас мне некогда, но уверяю, как только приеду, её в жизни Игоря не будет.

– На тебя у меня последняя надежда, Андрюша.

– Завтра созвонимся.

– Удачи тебе.

Не успела отключить связь, как Настя потянула её руку на себя, в надежде услышать хорошие новости. Девушка всегда была влюблена в Игоря, а тот факт, что родители считают его весьма выгодной партией, только прибавляет тому цены. Он никогда не относился к ней с должным уважением, считал чем-то, само собой разумеющимся, человеком, который всегда рядом. Но мать успокаивала, утверждала, что он привыкнет к ней и как только придёт время выбирать спутницу жизни, обязательно обратит внимание. Такие люди как Игорь, благотворительностью не занимаются, и Золушек не ищут, они, как настоящие дети своих родителей, заключают выгодный контракт. И пока он гуляет, Настя себе, так же, в удовольствии не отказывает, но для всех умудряется оставаться хорошей девочкой, особенно для Ольги Петровны, которая не видит дальше собственного носа. Выходка соперницы её и порадовала, и огорчила одновременно. Порадовала тем, что теперь девушка точно не найдёт поддержки у мамы Гошки, а вот то, какими глазами он смотрел на свою любовницу, как она держалась рядом с ним, ничего хорошего не предвещало. Оксана зажала его в кулак и не отпустит, пока сама того не желает. Сильную соперницу Настя привыкла чувствовать издалека, а в силе этой женщины она не сомневалась ни на секунду. С первого взгляда поняла, с кем имеет дело, и сразу же задействовала Ольгу Петровну. Просчитались они обе только в одном: в том, что отношения этой парочки могут продлиться больше пары недель, поэтому теперь и расхлёбывают.

– Всё в порядке. – С блеском в глазах оповестила женщина и заразила своим оптимизмом. – Андрей нашёл информацию. Эта Оксана оказалась брачной аферисткой, подробнее расскажет завтра. И как только Игорь переговорит с ним, вы встретитесь. Нет, лучше до этого, потом ему нужно будет остыть, можешь попасть под горячую руку. – Она по-матерински улыбнулась и погладила Настю по щеке. – Всё будет хорошо, моя девочка, он будет твой. С этой мы справимся, а все остальные нам не страшны. Да?

– Спасибо. Что бы я без вас делала?

Умилительная картина, ничего не скажешь. Плохо сейчас было только Оксане… и Игорю, глядя на неё.

– И всё-таки, что она сказала, я же вижу, что ты сама не своя. – Настаивал он, терпеливо ожидая ответа и, до боли в пальцах, сжимая руль.

– Всё хорошо, Игорь, правда. Просто это переутомление. Отвези меня домой.

– Мы едем домой.

– Нет, ты не понял, ко мне домой. Хочу побыть одна.

Тяжёлый вздох, тяжёлый взгляд, но удалось промолчать.

– Что за глупости, я не оставлю тебя!

– Игорь, – начала она строгим наставническим тоном, – я правда, очень устала. Я… я не могу сейчас побыть с тобой. Мне нужно отдохнуть, в том числе и от тебя. Я не привыкла постоянно находиться в обществе, у меня всегда было личное пространство, в котором я могла спокойно подумать, отдышаться…

– Отдохнуть от меня?

– Я уже не девочка, чтобы жить твоей улыбкой, Игорь. – Грустно улыбаясь, заметила Оксана, погладив его по напряжённой ладони. – Мне нужна свобода.

– Нет проблем. Закройся в спальне, я не войду. А хочешь, я уйду, а приеду, только когда ты скажешь. Только давай к нам. Я не буду спокоен, когда ты далеко.

– Нет. Я хочу к себе. Последнее время, мне тяжело. И на работе всё не так просто. Нашло одно на одно, – пыталась объяснить ему, доказать, втягивала шею в плечи, погружаясь в свои мысли и слова, жестикулировала руками, рассеивая внимание, – и, не знаю… хочу отключить телефон, и просто выспаться. Я не смогу расслабиться, когда ты сидишь за стенкой и думаешь обо мне. Так что давай, ты тоже не нагружай мозг. – Пыталась она подзадорить, легонько толкнув его в плечо – Поезжай, выпей с друзьями. Или сгоняй в спортзал. Ты тоже совсем не отдыхаешь, так нельзя.

– Со мной всё в порядке. И я не хочу оставлять тебя одну.

– Я не исчезну, обещаю. Тем более, завтра на работу, а когда ты рядом, могу думать только о тебе. Начальник уже в раздумьях, нужен ли ему такой работник.

Попытка рассмеяться практически удалась, вот только Игорь видел её глаза и от этого становилось совсем паршиво. Сказать, что было нехорошее предчувствие, не верно. Он понял, что так же беззаботно как было, уже не будет. Их шаткий баланс нарушен и перевес явно не в его сторону. Оксана отводит взгляд, пытается скрыть за улыбкой эмоции, а на самом деле вот-вот расплачется, только тронь и вся напускная весёлость лопнет, как мыльный пузырь. Ей плохо, очень плохо, и она не хочет втягивать его, не впускает в своё, как она сказала, личное пространство. Он не сразу и понял, что что-то не так, парковщик долго пудрил мозги, затягивая время, а когда пришёл обратно в ресторан, Оксаны на месте уже не было. Её песня выбрана не случайно, словно про них, только вот дикий блеск в её глазах сигнализировал о проблеме, а пела хорошо. Только на него смотрела, словно и нет больше никого. Танцевала, прижимаясь к нему, каждый раз проводя по лицу нежной тканью, хранящей её запах. А когда песню начала петь другая, магия исчезла. И только в момент, когда Оксана запрыгнула на него и начала извиваться в объятиях, тихая истерика переросла в бурю, которую она выплёскивала вокруг. На улице, чуть в обморок не грохнулась, бледная, холодная, сердце бьётся быстро-быстро и поверхностно, точно у птички трепещет. А сейчас сидит и изображает из себя героиню романа. Правильно было бы запереть дома, и не выпускать из виду, но она так жалобно смотрит, взглядом просит дать ей время, что нет сил сопротивляться. Готов и под дверью ночевать, только не зовёт никто, ещё и самого на пьянку какую-то отправляет, словно он может отдыхать, когда его половинке жить не хочется. Маленькая и глупая, сколько бы лет ей не было, всё равно маленькая. И его. Спорить больше не хотел, слова Оксане довались с трудом, а мучить и заставлять оправдываться, не самый лучший вариант. Проводил до дверей, но поцеловать она себя не дала.

– Я заеду вечером? – С надеждой в глазах попытался поймать грустный взгляд.

– Не стоит. Наверно лягу спать. Давай завтра созвонимся.

– Давай, только я с утра занят, налоговая трясёт, с самого утра вызвали. Сама до работы доберёшься?

– Доберусь.

– Только обязательно позвони и скажи, что с тобой всё в порядке.

– Обязательно.

Как только захлопнула за Игорем дверь, и строить довольное или хотя бы спокойное выражение лица было не нужно, не получилось даже выдохнуть. Сбросила туфли, которые сейчас напоминали кандалы, не дающие двигаться вперёд, бросила сумку. Прямо на платье натянула тёплый халат. Внезапно пробившийся озноб, заставлял содрогаться всё тело и никак не желал отпускать, начали стучать зубы, из груди, то и дело, вырывалось рваное судорожное дыхание, переходящие в резкие всхлипы. Руки колотились настолько сильно, что не могли удержать стакан воды. Вопреки желанию немедленно уснуть, шагнула в ванную и сразу же под струи горячего душа. Вода обжигала кожу, но озноб только усиливался, в попытке успокоиться, попыталась снова спеть песню.

– Эй, угонщица, слышу я вслед… у тебя ни стыда, ни совести… но гоню я на красный свет, на немыслимо бешеной…

Сорвалась, не выдержала, закрывая лицо ладонями. Громкое рыдание заглушала только льющаяся вода, внутри было так больно, словно подожгли сердце и его нечем потушить, потому что вся вода выходит со слезами. Горькими, горячими. Слёзы смывает такая же горячая вода, но они всё текут. Она не плакала уже несколько лет, а теперь в эти слёзы пытается вылить всю ту боль, которая давит, разрывает изнутри, сушит заживо. Она не живёт, она существует, и плачет сейчас по себе, по растраченной жизни и потерянной любви, по маленькому сыну, которого больше никогда не увидит. Вой, смешанный с нечеловеческим рыком вырывается прямо из груди, заглушает собственные слёзы, сознание, разум. И не хочется жить. Она ненавидит себя и всё, что её окружает и только Игорь, лучик света, в царстве вечной тьмы и арктического холода, заставляет её сердце биться. Только вот слабая надежда на счастье вот-вот готова разбиться, забирая с собой последнюю каплю желания жить.

Истерика отпустила, только когда раскрасневшаяся кожа горела, а каждая венка пульсировала. Кричать и плакать больше не получалось, нет больше боли, нет смысла. Дрожащей обессиленной рукой не с первого раза удалось закрутить кран и теперь обжигал холод. Холод кафельной стенки и холод одиночества. Взгляд опустился к груди, и Оксана разглядела на нежной коже следы от впившихся косточек бюстгальтера. Дорогое бельё, купленное точно по размеру, никогда следов не оставляло, а тут, не просто следы, а пережатая кожа, с синяками от точек соприкосновения с краями косточек. Грудь припухла и налилась, соски потемнели и некрасиво расползлись. Первая мысль была о подтяжке, но взгляд на живот, вытеснил её в одно мгновение. Нет, с животом всё было в порядке, плоский, подтянутый, только… Быстро обернулась полотенцем, открыла шкафчик над умывальником и на центральной полке красовалась новая упаковка с тампонами, купленная ещё три месяца назад. Три месяца…

Тогда, после первого незащищённого секса, Оксана, как и положено, купила таблетки для экстренной контрацепции. По инструкции их необходимо было принять в течение семидесяти двух часов. Первую приняла как раз на третьи сутки, а вот вторую… вторую, она забыла, и, наверняка, до сих пор таскает в своей сумочке. Игорь тогда ещё предложил отказаться от презервативов, предлагая полагаться на матушку-природу, только вот Оксана уже не девочка, чтобы слушать байки о прерванном половом акте. Да, вариант с подсчётом для эякуляции не плох, только вот её сбитый ещё семь лет назад цикл, так и не желает восстанавливаться. Поэтому здесь было без вариантов. Надо же, ухмыльнулась сама себе в зеркало, сколько раз слышала о том, что можно не догадываться о беременности несколько месяцев подряд, и смеялась этим сказочникам в лицо, а теперь сама в точно такой же ситуации и не представляет, что делать. Точнее, что делать, она как раз знает очень хорошо, но вот что теперь делать?!!

От раздумий и глупой улыбки на лице отвлёк телефонный звонок. Телефон она так и не отключила, уже собиралась услышать голос Игоря, ответила не глядя на успевший потемнеть дисплей.

– Я слушаю. – Попыталась проговорить как можно спокойнее, но голос предательски дрогнул.

– Оксюш, родная, у меня для тебя неприятные новости.

Оповестил вкрадчивый, спокойный, размеренный и такой родной голос по ту сторону телефонной трубки и она дрогнула. Столько лет, он звонит каждые две недели и она каждый раз вздрагивает, окунаясь в прошлое, в надежде вернуться туда хоть не секундочку и каждый раз слышит одно и то же, только вот сегодня слова не те. И время не то. И чувства не те. Только сейчас поняла, что больше не любит… отпустила. Но всё так же вздрогнула, от неприятного холодка, неизменно сопровождающего этот голос, который пробежался по всей спине, и замер глубоко внутри.

Выслушав собеседника без единого слова в ответ, выдохнула.

– Ты меня хорошо поняла? Я ведь всё-таки беспокоюсь.

– Я поняла. – Выдавила из себя через силу, и дрожащими пальцами нажала на кнопку отбоя.

Ещё несколько минут стояла, прижимая к себе телефонную трубку, находясь в прострации и глядя в одну и ту же точку и снова вздрогнула, выходя их временного ступора. Вспомнила о своей беременности, и все новости отошли на второй план. Она практически уверена, только обязательно нужно проконсультироваться с врачом. С этими мыслями легла на подушку и отключилась до самого утра.

Разбудит настойчивый телефонный звонок. Звонил Игорь.

– У тебя всё хорошо? – Взволнованно спросил он, переходя чуть ли не на крик.

– Всё хорошо, наверно проспала.

– Не наверно, а точно. Я скоро освобожусь и заеду за тобой.

– Нет, нет, не нужно. Я сама. И, если ты не занят в обед, давай встретимся.

– У тебя?

– Нет, я бы хотела дома, в спокойной обстановке. Ты как?

– Я только «за», до встречи.

До отбоя, Оксана успела услышать вздох облегчения и невнятный комментарий, но точно насчёт неё, сама же вот так же выдохнуть не могла.

– И что мы скажем нашему папочке? – Спросила в пустоту в квартире, проведя одним пальчиком по низу живота. – Мы скажем, что очень-очень его любим и это будет наш большой секрет.

На работу заскочила только взять пару дней за свой счёт, оттуда сразу же направилась в женскую консультацию, где и пробыла до самого обеда, дотошно пытая врача о своём состоянии. Вспомнила о выпитой накануне стопке водки, переживала. Сдала все анализы и честно дождалась большинства результатов, и, убедившись в нормальном развитии ребёнка, и получив в нагрузку несколько рецептов с витаминами и средствами, повышающими иммунитет, вышла на свободу и с чистой совестью. Предстояло самое сложное – поговорить с Игорем. И она практически решилась.

Аккуратно разложила в сумочке все документы будущей мамы, и с несвойственной глупой улыбкой, которая никак не желала сползать с лица, направилась на экзекуцию.

Такси остановила в нескольких кварталах от дома, который он так нежно и любяще именовал «наш дом», решила пройтись, подумать, только в голову никакие толковые мысли не шли и правильные слова не становились в ряд, а получалась какая-то несуразица. Зато вполне легко лезли воспоминания последнего времени. Особенным теплом разливались по телу моменты, в которые Игорь, заботясь о её безопасности, давал уроки самообороны. Как ставил улар, показывал простейшие приёмы, и у него получалось весьма забавно, хоть он и отнёсся к подбору элементов защиты вполне серьёзно. Не учёл только одного: возможностей Оксаны, а она не спешила его расстраивать. Ну и что, что бывший муж, мастер спорта по самбо, отработал с ней все основные приёмы до автоматизма, и что бросок через бедро, являлся чуть ли не коронным блюдом её оборонного меню. И пусть она умеет не только нанести чисто женские удары, как то между ног, коленом в лицо, или простейшее – шпилькой в ногу, но знакома и с профессиональным захватам, и вообще, прошла полный курс обучения, по основам женской самообороны. Конечно, с серьёзным соперником справиться будет сложно, но весь упор как раз и делается на то, что такая деточка как она, не представляет опасности априори. И Игорь старался, обучал, а Оксана поддавалась, и делала оленьи глаза, прося показать вот тот самый приёмчик ещё разок. Несколько раз устраивали импровизированную схватку, где она отдавалась на милость победителю, за что удостаивалась наказания в виде штрафных работ на кухне.

Своим мыслям улыбалась, вспоминала красивые серые глаза, которые глядят на неё спящую с упоением и наслаждением. Обидно, что всё закончилось вот так…

Игорь встретил уже в прихожей, демонстрируя голый торс, соскучившийся взгляд и сияющую улыбку.

– Привет, отлично выглядишь. – Отрапортовал он и крепко обнял, приподнимая над полом.

– Привет. Ты меня отпусти, а то дышать нечем, – стукнула пару раз по напряжённым плечам, улыбаться не получилось, – я хочу серьёзно поговорить, только обещай выслушать меня. Хорошо?

– Обещаю. – Мрачно отозвался Игорь, и улыбка сползла с его лица, он словно понял, что происходит. – Где будем разговаривать?

– Давай на кухне.

– Давай.

Когда, войдя на кухню, Оксана устроилась за столом как раз напротив, Игорь лишь криво усмехнулся, что, признаться, вывело её из равновесия. Не хотелось, чтобы он вот так реагировал. Присела, сложила руки перед собой, разгладила бамбуковую подставку под тарелку и подняла на парня решительный взгляд.

– Игорь, я вчера долго думала и пришла к выводу, что нам пора расстаться.

Посмотрела на него, ожидая реакцию, только вот Игорь был спокоен как удав.

– Не могу сказать, что не ожидал этих слов. Что ещё? Аргументы, факты? Видимые причины? – Его голос был наполнен обвинением.

– Ничего такого. Это моё решение и я хочу, чтобы ты его уважал.

– А мне по*ер на твоё решение… Как и на мнение всех вокруг. – Отвёл взгляд в сторону, наверно, чтобы не раздавить им остатки Оксаниного самообладания, но резко вернул его на место. – И ты не уйдёшь от меня, пока я тебя не отпущу.

– Я не спрашиваю твоего мнения. Можешь считать, что я ставлю тебя перед фактом.

– Это я тебя сейчас поставлю! В позу! И не выпущу из-под себя, пока мысли эти из головы не выдолблю, поняла?!

– Это не выход. – Старалась отвечать спокойно на его откровенную агрессию.

– А что выход, что? – Вскочил он и метнулся к проходу, закрывая спиной дверь. – Что?! Сложить лапки и тупо следовать правилам, которые не понятно кто придумал? Так будет правильно, да?

– Дело не в правилах, Игорь. И дело не в твоей матери, то есть, не конкретно в ней… – Уклончиво потянула, пытаясь уйти от прямого ответа. – Это будет правильно для нас с тобой.

– И что в этом правильного? Скажи, что ты хочешь? – Игорь в два шага преодолел расстояние между ними и схватил Оксану за предплечья, вытаскивая из-за стола. – Хочешь, чтобы я умолял тебя, да? Чтобы просил остаться? Тогда ты поймёшь, что нужна мне? Может, мне на колени встать? Так ты скажи!

– Мне ничего этого не нужно… – Резко отбросила руки и старалась не обращать внимания на удивлённого её не дюжей силе Игоря. – А если ты станешь на колени, то перестанешь для меня существовать как мужчина. Я не люблю слабаков. Даже если эта слабость для чего-то нужна.

– А я люблю тебя!

– А я тебя нет!

Женский крик отразился от стен, звеня в пространстве. Оксана отступила на шаг назад.

– И прекрати этот детский сад! Твоя истерика ничего не изменит.

Отвернувшись к окну, набрала в лёгкие побольше воздуха и продолжила спокойнее, не глядя ему в глаза.

– Ты когда-то сказал мне, что если я тебя ещё раз прогоню, то ты уйдёшь. Так вот, я осознанно пришла к тебе сегодня. И я не хочу, чтобы ты унижался, в попытке удержать меня. Всё кончено и это моё последнее слово.

– Что, ты кошка, которая гуляет сама по себе? – Устало поинтересовался он, приткнувшись спиной к дверце холодильника и откидывая голову назад.

– Я не умею любить, Игорь. – Посмотрела в его серые глаза, стараясь забрать из них хотя бы частичку боли себе. – И это уже не изменить. Я должна уйти, пока ещё не поздно.

– Не поздно для чего?

– Не поздно для тебя и меня. Мы не выберемся потом. И я не хочу, чтобы было хуже.

– А разве может быть хуже, чем сейчас?

Оксана на секунду задумалась, опустив взгляд, вспомнила свой первый развод и уверенно кивнула.

– Может.

– С Андреем ты так же разошлась, да?

– Причём здесь Андрей? – Устало замотала головой из стороны в сторону и глубоко вздохнула.

– Да так… вот я всё думал, что такого ты ему сказала, что он не пытался тебя вернуть, ведь никогда своего не уступит. А вот теперь понимаю…

– Игорь…

– Иди! Если тебе приспичило… Только назад не возвращайся.

– Игорь, мои вещи… – Он так посмотрел, что захотелось провалиться сквозь землю. – Не хочу мучить тебя своим присутствием, разберёшься потом сам, хорошо?

Он кивнул, горько усмехнувшись. Не смотрел на неё, потому что знал: один взгляд и спокойствию конец. Не отпустит, силой держать будет, да хоть на цепь посадит, но не даст уйти. И она ушла, тихо прикрыв за собой входную дверь. Кулаки сжались сами собой от бессилия. Кто-то говорил, что не стоит удерживать того, кто уходит, но разве смотреть, как уходит твоя жизнь лучше?..

Сколько так просидел в тишине и одиночестве, Игорь не знал. Опомнился, когда входная дверь со скрипом раскрылась, и в коридоре послышалось цоканье женских каблуков. Сердце не просто стало биться быстрее, оно пошло на взлёт. Попытался резко подняться и только тогда обнаружил, что всё это время сидел на полу всё под тем же холодильником, ноги затекли и теперь не слушались.

– Игорь, ты дома? – Лучше бы он этого не слышал…

Тонкий голосок резанул по сердцу, врезался в мозг, отбивая остатки разума. Пришла Настя. Зачем? Станцевать на его костях? Её видеть точно не хотелось, да и настроение убывало в геометрической прогрессии.

– У тебя не заперто. – Милейшим образом улыбнулась она парню, застав его на кухне, пока тот опирался на стол в надежде, что замлевшие ноги скоро отойдут.

– Я тебя не звал. Уходи. – Старался ответить максимально спокойно, но Настя уходить и не думала, чем вспорола его нутро, выпуская наружу всех внутренних монстров.

– Я хотела тебе помочь. – Робко пролепетала она, в испуге раскрыв глаза, и смотрела на нависшего над ней парня, с плотно сомкнутыми губами, которые теперь были похожи на две упрямые полоски и с танцующими на скулах желваками.

– А я тебя просил? – Угрожающе тихо и вкрадчиво начал он. – Я кого-нибудь просил мне помогать?! Я что, похож на того, кому нужно помочь?! – Крик. Жёсткий. Неконтролируемый.

В принципе, Игорь уже и осознал, что раньше или позже, но Оксана всё равно бы ушла, но этот катализатор в виде Насти и его матери, сыграл не в его пользу. Только вот остановить поток гнева был не в силах.

– Гош, милый, я люблю тебя, я на всё ради тебя готова, только не прогоняй. – Чуть не плача просилась Настя, теребя край тоненькой курточки, заглядывала в глаза, попыталась дотронуться, но её руку он поймал чуть раньше.

– На всё? – Выдохнул, пакостно улыбаясь. – Раздевайся. – Сказал, словно выплюнул.

– Так сразу?

– А как ты хотела?

Не дожидаясь от девушки действий, он резкими движениями схватил её за запястье, притягивая в свою сторону, развернул и уложил на столе, бесстыдно задирая юбку.

– Игорёчек, я не хочу так.

– Не хочешь так? А как ты хочешь? – Прорычал ей в ухо, прижима к столу своим весом. Рука при этом шарила в трусиках, но попытки доставить удовольствие он не предпринимал. Хлёсткий улар по ягодице заставил девушку вскрикнуть.

– Игорь, пожалуйста, я ведь просто хотела помочь.

Он не слышал, рванул за тонкую ткань белья, принося боль, ударил ещё раз и ещё, пока Настя не расплакалась.

– В чём дело, моя хорошая? А говорила, любишь. – Злобно шипел на ухо, продолжая давить своим телом. – Не нравиться?

– Я не так хотела. Ты другим был.

– Нет, милая, я как раз такой. Или ты думала, мы с Оксаночкой в шахматы ночь напролёт играли, да? Отвечай!

– Нет, я так не думала. – Всхлипнула она.

– И правильно, потому что я трахал её. Жёстко. Имел так, как хотел и её это устраивало.

– Но я люблю тебя. – Продолжала всхлипывать девушка, сжимаясь от страха, попросить, чтобы отпустил, не решалась.

– Любишь? Уверена?

Настя активно кивнула, при этом, едва не ударившись головой об стол.

– Докажи. – Выдохнул, отпуская от себя. Отступил от стола, на котором, не решаясь двигаться, так и лежала Настя, с задранной юбкой, с оттопыренной голой задницей.

– Что… что ты хочешь, чтобы я сделала? – Девушка кое-как развернулась, обтянула голые ноги смятой тканью и робко взглянула в его глаза, в которых кроме холода и злости не было ничего, что хоть отдалённо напоминала бы ей того парня, с которым она встречалась.

Игорь раздвинул губы в подобие улыбки.

– У меня была Оксана – у меня был секс. Оксана ушла – секса нет.

– Да, да, поняла, я сейчас. – Засуетилась Настя, сбросила курточку, торопливо расстёгивая пуговицы на прозрачной блузе.

Её пальцы были словно деревянные, и не хотели слушаться, дрожащие руки, вздрагивающие плечи мешали сосредоточиться, а под тяжёлым взглядом Игоря, который она чувствовала на себе, даже дыхание замирало. Справившись с блузкой, снова подняла на него взгляд, но не увидела того, чего хотела. Даже того оскала, который до этого так пугал, теперь не было и стало ещё страшнее. Она замерла, не зная, что ещё сделать, а Игорь просто стоял и смотрел, как та раздевается, и выглядело всё это настолько унизительно, что продолжить Настя себе не позволила, округлившимися глазами наблюдала за сменой эмоций на его лице.

Маска безразличия сползла достаточно быстро и Игорь снова оскалился.

– Нет, дорогая, этот шанс ты уже упустила.

С этими словами схватил её за волосы, зажав пальцы в кулак у самых корней, девушка вскрикнула, но ничего не изменилось. С силой надавив, Игорь поставил её перед собой на колени, другой рукой расстегнул ширинку, достал из трусов возбуждённый член и с силой толкнулся ей в рот до самого основания. При первой же попытке вырваться, Настя получила пощёчину и снова была придвинута к паху. Удерживая за волосы, Игорь буквально насаживал её рот на себя, проникая настолько глубоко, что та задыхалась, рвотные позывы сменялись один за другим. Он продолжал трахать её, удерживая за голову уже двумя руками, не позволяя отдышаться или сглотнуть слюну. Резкие толчки бёдрами, его член, упирающийся в глотку, это словно происходило не с ней. От нехватки кислорода, страха и спазмов, слёзы текли ручьём, но всё, что она могла сделать, это изо всех сил упираться в мощное тело напротив своей головы.

Игорь не получал ни удовольствия, ни удовлетворения, не было вообще ничего, одна только пустота. С Оксаной был азарт, адреналин, лёгкая боль, приносящая удовольствие обоим, всё казалось игрой, с Настей же, не так. Он не хотел её, даже действия, которые на уровне инстинктов должны приносить удовольствие, не имели за собой ничего. Он её имел, использовал по назначению. Бессмысленно. Без чувств. Словно обезумел. И власть над беззащитной девушкой лишь раздражала, отвращала. Опомнился, когда увидел чёрные разводы от туши, смешанные со слезами, текущие по белому личику. Страх в её зелёных глазах, маленькие тонкие руки. Упирающиеся в джинсы на его бёдрах, сломанные ногти, волосы в своём кулаке. Опомнился, но не пожалел, не раскаялся. Оттолкнул от себя, разглядывая, но не испытывал ничего кроме омерзения. Поднял за подбородок, и взглянул прямо в глаза.

– Считай, что помогла. Захочешь продолжения – добро пожаловать. А теперь проваливай.

И толкнул к дверям. Казалось, что не сильно, но испуганная и дрожащая девушка хорошо приложилась боком о дверной косяк. Он уже не смотрел в ту сторону, когда услышал звук закрывающейся двери. Схватил себя за волосы, рыча от бессилия. Пытался успокоиться, но дыхание то и дело сбивалось, хотелось напиться, но не мог, ещё помнил о тренере, о своих обязанностях, о том, что решает не только за себя, но и за всю команду. Понял, что без Оксаны не жизнь и решил поговорить ещё раз, всего один раз… и он с ней поговорит.

Пока шёл до машины, оглянулся по сторонам, но Насти уже нигде не было. Он слишком грубо повёл себя, но никто не виноват, что появилась не в самый лучший момент. Своё поведение и не пытался оправдать, он ненавидел её за то, что вмешалась, что хотела занять не своё место, не зная, на что соглашается. Он уже не тот, кем был раньше. С Оксаной никогда себя так не вёл, и мысли не было унизить её, сделать больно намерено. Даже в их первый раз было что-то другое. И не та злость, и не тот страх, и не то желание. Никогда не принуждал к сексу, хотя её принуждать было не нужно, она всегда его хотела, таяла от прикосновений и ластилась как кошка. Только сейчас в голову пришла мысль, что у них не было орального секса. Никогда. А ведь мог бы быть. Играя, Оксана часто дразнила его, доводила до беспамятства, но и мысли использовать её не возникало. Обычный, на первый взгляд ничем не примечательный секс, устраивал обоих, и разнообразия хватало и страсти. А с Настей, словно с катушек слетел, но о ней сейчас думать не хотелось.

Оксана приближалась к дому, когда её отвлёк телефонный звонок.

– Я слушаю.

– Оксана, ты где гуляешь в рабочее время? – Услышала она строгий знакомый голос в трубке.

– Витя? Ты уже приехал?

– Приехал. Только вот тебя нет.

– У меня два дня на свой счёт. Я сегодня заявление написала.

Разговаривать с ним совершенно не хотелось, только вот и бросить трубку было бы не правильно.

– Понятно. Хочу с тобой встретиться, поговорить, ты как?

– Я?.. Да… – Приближаясь к подъезду заметила машину Андрея. Номера были его. – Да, давай встретимся, только не сейчас. Созвонимся вечером, хорошо?

– Да, только не затягивай, я через несколько дней улетаю, надо встретиться.

– Да, да, пока.

Поспешила отключить вызов, так как на встречу из машины уже вылезли двое ребят, внушительной наружности, кажется кто-то из охраны Андрея, но не уверена.

– Оксана Владимировна? – Вежливо улыбнулся один из них, демонстрируя щербатую улыбку.

– Да, добрый день.

– Добрый. – Кивнули ребята, которых так и тянуло назвать братками. – Андрей Сергеевич хочет с вами переговорить. Вам придётся проехать с нами.

– Конечно, без проблем. – Оглянулась и встретилась взглядом с заинтересованными соседками, которые успели развесить уши, кивнула, приветствуя, и снова вернула взгляд на охрану. – Только, если вы не против, я сяду на переднее сидение. Неважно себя чувствую.

– Ваше право, присаживайтесь. – Отозвались молодцы и услужливо открыли перед ней переднюю дверь.

Ей и правда, было нехорошо. Не то, чтобы именно тошнило, скорее вся атмосфера вокруг тяготила, оттого и нехватка кислорода и лёгкое головокружение. И, как следствие, лёгкая тошнота.

Доехали быстро, к офису Андрея. Внутри она была всего один раз, но частенько видела, как Андрей заезжал туда по делам. Сейчас же появилась возможность окунуться в мир большого бизнеса изнутри ещё разок. Почему-то Андрей казался ей загадочным, слишком деловым, хотя по своему поведению, мало чем отличался от того же Виктора Евгеньевича.

В сопровождении охраны, проследовала к лифту, на нём добралась на верхний этаж, а уже там располагался головной офис. Вокруг никого не было, даже видимость работы не создавалась, потому что создавать её было некому, абсолютная пустота, не смотря на разгар рабочего дня. Мальчики остановились у дверей кабинета с табличкой Зимин А. С., коротко оповестив:

– Вас ждут.

Оксана вежливо кивнула, скомкано улыбнулась и вошла. Андрей сидел в шикарном кожаном кресле, как и полагается крупному руководителю, вертел в руке бокал коньяка, и с полуулыбкой сопровождал её взглядом.

– Привет. – Остановилась она у стола.

– Привет. Присаживайся. Разговор будет длинным.

Оксана послушно села, стараясь не паниковать под пристальным взглядом.

– Я так понимаю, ты в курсе темы для разговора?

Андрей отставил бокал в сторону, сложив руки на столе перед собой.

– Не совсем. Хотелось бы услышать конкретику.

– Даже так? – Паршиво самодовольно ухмыльнулся и понимающе кивнул. – Хорошо.

Он обошёл стол вокруг, останавливаясь позади Оксаны, изучая, наблюдая, как она напряжена.

– Не стой за моей спиной, я этого не люблю.

Он довольно улыбнулся, словно только этих слов и ждал, без лишних разговоров вернулся на своё рабочее место, достал из ящика стола папку и швырнул её на стол, предлагая взглянуть.

– И?

– Посмотри, я думаю, тебе будет интересно.

Его улыбка напрягала, леденящий взгляд серых глаз заставлял быть на чеку. Открыв первую страницу, где лежала её фотография, улыбнулась, припоминая, и тут же папку закрыла, возвращая.

– Не думаю, что узнаю там для себя что-то новое.

– Действительно… свою биографию ты наверняка знаешь. Я показал её не просто так. Ведь Игорь, как я догадываюсь, не знает и малой части, написанной там.

– С чего ты это взял? – Так же уверенно, даже тем самым тоном вернула ему Оксана равнодушный взгляд, так же фривольно откинулась на стуле.

– Блефуешь.

– Скорее проверяю твою реакцию. И знаешь, – её улыбка стала так же холодна как и его, – в твоих глазах я увидела сомнение.

– Я хочу, чтобы ты рассталась с Игорем. – Требовательным тоном без капли заигрывания оповестил Андрей, громко ударяя бокалом о поверхность стола.

– Уже. Что-нибудь ещё?

– А ты изменилась, девочка моя…

– Не твоя.

Андрей неприятно рассмеялся, откинувшись на кресле.

– Действительно, уже не моя. Или никогда моей и не была?

– У меня даже нет ответа на этот вопрос… хотя, наверно была твоей. Только недолго.

– Изменилась, изменилась. Почему?

– Скорее, изменилось твоё ко мне отношение.

– Не правда. Ты стала другой. Взгляд жёсткий, цепкий. Сама вся натянута как струна, но выдержка – кремень. У мужа своего научилась? – Он усмехнулся, скалясь в улыбке. – Или его научила?

– Что тебе нужно?

– Поговорить. Просто поговорить, Оксаночка. Веришь, нет, не понимаю, почему меня на него променяла. Может, пояснишь?

– А нечего тут пояснять, его хочу, тебя нет.

– А теперь, стало быть, и его не хочешь? Ведь расстались. – Издевательски прищурился Андрей, нависнув над столом.

– А теперь и его не хочу. Я вообще, знаешь ли, однолюбка.

– Стесняюсь спросить, кого ты любишь…

– А чего тут стесняться, себя я люблю. И живу в полной уверенности, что мир крутиться вокруг меня.

– Изменилась. – Снова повторился он и кивнул с самим собой соглашаясь. – Ещё я хочу, чтобы ты уехала.

– Уехала? Куда?

– Не важно. Просто уехала из города. Навсегда, ну, или, по крайней мере, надолго.

– Ты издеваешься?

– Вполне серьёзно. Лучше сама, а если не сама, то я тебе помогу.

– Ты себе помоги сначала! – Последнего Оксана не стерпела и, не сдерживаясь, угрожающе повысила голос.

– Оксана, я серьёзно. Не думай, я против тебя ничего не имею, даже то, как ты меня бросила в расчёт не беру, просто так сложились обстоятельства. Не хочу расставаться с тобой врагами. Поверь, после моего разговора с Игорем, тебе придётся уехать.

– Даже интересно, что такого ты собираешься ему сказать? – Немного расслабившись, она на манер хозяина кабинета, расслабленно повела плечами, забросила ногу на ногу.

– Ну… кому как не тебе знать, важно ведь не что скажешь, а как. А если к своей, – сделал ударение на слове и выразительную паузу, – правде добавить пару тройку пикантных подробностей, то получится весьма занимательная история.

– И зачем тебе это? Неужели такая мелкая месть?

– Ну что ты, дорогая Оксаночка. Какая месть? Это тебе урок, на будущее. Не люблю, когда в мою семью пролазят без вазелина.

– Без вазелина пролазят в другое место, хотя… Тебе виднее Андрюша.

– Рот закрой!

Он подскочил, вмиг растеряв всё своё благодушие, это ещё нужно было поспорить, кто из них двоих как натянутая струна. Хлопнул по столу ладонью с такой силой, что лежавшие на его краях бумаги разлетелись в разные стороны.

– Ты видимо не поняла, с кем разговариваешь?! Я тебя в порошок сотру за секунду, а если очень захочу, то и пределов этого кабинета ты не покинешь, в первозданном виде так точно. И ты сделаешь всё как я скажу.

– Иначе?

– И никаких иначе. Ты сделаешь всё, что я скажу. – Уже спокойнее добавил Андрей, и устало опустился в кресло.

Милая беседа продолжалась, хотя её смысла Оксана не видела как вначале, так и в процессе. Сейчас её больше волновал тот факт, что происходит с Игорем. А тот, на месте не сидел. Недолго думая, направился в знакомую квартиру, кажется, он хотел поговорить…

Пустая квартира сообщала, что хозяйку свою она не видела как минимум с сегодняшнего утра. Об этом свидетельствовала недопитая чашка чая, а чай Оксана в последнее время пила только утром. Ожидание казалось бессмысленным и он вышел подышать. Подышать не получилось, так как сразу наткнулся на подозрительные взоры бабушек-сплетниц на лавочке у подъезда.

– Здравствуйте. – Громко поздоровался он, подходя ближе.

– Здравствуй. – Бабульки присмотрелись ещё пристальнее, наверняка пытаясь уловить схожесть с кем-нибудь из соседских сыновей, а иначе кто ещё с ними здороваться-то будет?..

– Не подскажете, Оксана Дементьева из тридцать второй квартиры, давно дома была?

– А ты кто ей будешь? – С тоном заправского следака уточнила одна из них, насторожившись.

– Оксана моя девушка.

– Девушка? А как же ты её потерял? Да и не помню я тебя.

– Да был, был, – защищала Игоря вторая, – в самом начале лета под дверью у неё штаны просиживал. Да смотрел так жалобно, как щеночек, потерявший хозяйку.

От такой старушечьей жалости, едва сдержался, чтобы кулаки не сжать, постарался улыбнуться.

– Да? Не помню. А не слишком ли ты сопливый, Оксанка-то чай, не девочка?

– Нормальный. – Прорычал сквозь зубы, сдерживая поток не очень культурных слов.

– Ну, раз нормальный, то докладываю, – старушка явно вдоволь позабавившись, решила смилостивиться, – была твоя Оксана около подъезда. Где-то с час как уехала.

– Уехала?

– Уехала. Гуляла где-то, а вроде и на работе быть должна, а как к подъезду подошла, так из машины двое выскочили и пригласили покататься, она и поехала.

– Какие ещё двое? Сама поехала? – Спросил обеспокоенно, а поза выдавала готовность бежать по следу.

– Сама, сама, а как же иначе.

– Да не просто это двое были, – вмешалась вторая, – хахаль у неё по весне был. Андреем звать. Красивый такой, представительный, не то, что ты, щегол! Вежливый, с серьёзными намерениями. Ухаживал, в общем. А потом ты под дверью высиживать стал, вот он и пропал. Я машину его запомнила и номерок блатной. Так вот, машина-то эта, с самого утра тут под окнами стояла, весь проход загородила, но Оксанку, видимо, не застали, вот и дожидались, пока придёт. А как она появилась, так из машины повылазили, поздоровались. Что сказали, я не слышала, но приглашали побеседовать. А Андрея этого с ними не было.

– А как она отреагировала? Точно спокойно в машину села? Может, вела себя странно? – Забеспокоился Игорь. Брата он знал, в то, что собирался отомстить, не верил, но что заставит расстаться, вот это мог.

– Да нормально она отреагировала! Огляделась по сторонам, поздоровалась…

– Не поздоровалась, а кивнула. – Поправила вторая.

– Ну, кивнула. Они перед ней заднюю дверь открыли, а она что-то сказала, и мужики эти спереди её посадили.

– А дальше что?

– А дальше уехали. А что, случилось чего?

– Нет, всё в порядке, просто дозвониться не могу. Спасибо.

Про то, что не дозвонился, слукавил, он и не пробовал звонить, и сейчас не стал. То, что брат с ней в офисе разговаривать будет, не сомневался. Не в лес же её вывезли, а дальше он разберётся. Пока ехал, накрутил себя, может, она и не сама ушла, а заставили её, а может… Чёрт! Всё что угодно могло произойти, а он и не подумал об этом. Вжал педаль газа в пол, руль удерживал двумя руками. Только бы успеть и застать её там…

А между тем, разговор продолжался.

– Оксана, хочешь, денег тебе дам. На круиз какой-нибудь. Или нет, ты ведь у нас не нуждаешься. Сама скажи, что хочешь, а я подумаю. Ну, не молчи.

– Андрей, я честно, не понимаю, к чему этот разговор. Я никуда не уеду. Меня всё устраивает. И беспокоиться тебе не о чем. Я рассталась с Игорем, и привычки возвращаться не имею.

– Предлагаешь поверить тебе на слово?

– А ты хочешь задокументировать? – Предложила с иронией.

– Я предлагаю меня не злить. Просто исчезни. Игорь не из тех, кто отступает от своего так просто. А тебя он считает своей. Даже не представляешь, что матери вчера устроил из-за твоей выходки. Не стыдно?

– Андрей, ты тратишь моё время. – Равнодушно отозвалась и покосилась на наручные часы.

Пока тот раздумывал над вариантами, в дверь услужливо постучали, и в кабинете показался один из её провожатых.

– Андрей Сергеевич, там ваш брат приехал, чуть дверь не расшиб. Что прикажете?

– А что я прикажу?.. – Взглянул растерянно, а потом взгляд приобрёл ясность и здоровый блеск. – А знаешь, – он улыбнулся Оксане, – так даже лучше. Не отходя от кассы, так сказать. Давай, зови. – Кинул охраннику и поднялся из кресла.

– Оксана, будь другом, раз уж ты не хочешь с Игорем видеться, посиди в соседней комнате. Подумай, послушай. Специально для тебя камеру включу, чтобы не скучала. А мы пока с Игорьком потолкуем.

Она пожала плечами, хотя и разволновалась. Видеть сейчас Игоря не хотелось категорически, знала, что если он здесь, то на взводе, а на взводе становиться неуправляемым. Что ему будет втирать Андрей, не интересовало, в некотором роде ей даже выгодно, что Игорь пусть и таким способом, но отстанет. Не верила она в его спокойное «уходи», Андрей прав, Игорь не такой человек. И в любом случае должно пройти время, и пусть оно пройдёт. Уютно устроилась в комнате отдыха, которую Андрей благоразумно запер на ключ, сидела перед монитором, на котором в он-лайн режиме транслировалось шоу из жизни братьев Зиминых.

Первое, что увидела, когда вошёл Игорь, так это кулак, несущийся навстречу челюсти его брата. Андрей подобного не ожидал и, естественно, защищаться и не думал, а зря. После первого удара последовал второй, потом, не понятно как, но Игорь сдержал себя.

– Это ты заставил её уйти от меня?! – Тут же прокричал над всё ещё согнутым пополам Андреем.

– Ты идиот. – Тихо отозвался тот.

Игорь среагировал молниеносно, схватив брата за грудки, выпрямляя.

– Где она? Что ты ей сказал?

Одним ударом отбив хватку, Андрей освободился и отошёл на пару шагов назад, вытирая кровь из разбитой губы.

– Игорь, ты идиот. – Повторил он. – Вы расстались вчера, а я с ней встретился сегодня.

– Зачем?!

Игорь всё ещё сохранял боевую стойку, когда Андрей спокойно уселся на кресло, залпом выпил коньяк, который так и стоял недопитый в бокале, ещё раз дотронулся до разбитой губы и с гримасой боли руку убрал.

– Да садись ты. Не буду я с тобой драться, нам делить нечего.

– Где Оксана? – Чётко, громко, но уже спокойнее начал Игорь, опустив кулаки.

– Нет её здесь. Ушла.

Игорь попытался развернуться и уйти следом, но, так и не получив ответа на заданный вопрос, вернулся.

– Зачем встречались?

– Хотел, чтобы она оставила тебя в покое.

– А я этого не хотел. Какого вы лезете в мою жизнь?!

– Потому что это не жизнь, а самообман! Потому что ты ей не нужен! Потому что ты ничего о ней не знаешь! – Уже практически кричал Андрей. За актёрское мастерство, Оксана бы с удовольствием поставила ему пять, хотя беспокойство за брата имеет место быть, если бы не их разговор «по душам» всего минуту назад.

– А что ты о ней знаешь?

– Да побольше твоего. Она не такая невинная дурочка, какой ты её видишь.

– Да что ты?! Не рассказывай сказок. Ты никогда и ни с кем не станешь даже разговаривать, пока не удостоверишься в полной безопасности. Я уверен, что ты проверил её, когда познакомился, и тебя ничего не смутило, иначе этого разговора между нами не было бы сейчас.

– Прав, Игорёк, везде прав. Проверял. И, да, не смутило. Потому что проверка была обычной. Не искали ничего. А сейчас, когда она так ловко переключилась на тебя, я понял, что искали не там и задействовал других людей, из компетентных органов, оттого и информация получилась другая. Она просто ищет выгодную партию. Ты ей не нужен.

– Да? О какой партии ты говоришь?! Она от тебя… от тебя, – выделил специально, – ушла ко мне. Где здесь выгода? Да ты жениться на ней был готов, о чём может быть речь! И не искал ничего, потому что всё равно было, а теперь ты нарыл? Я не верю ни единому твоему слову.

Во время пламенной речи, Игорь со злобой, без остановки тыкал в брата указательным пальцем, от напряжения раскраснелся, а челюсти, смыкались чуть ли не до судороги.

– Она умная девка, Игорёк. Поняла, что тебя окрутить было бы легче, вот и весь секрет. Это ты у нас лопух, повёлся на смазливую внешность. Я тоже повёлся, не спорю, – тут же поправился он, видя, что брат хочет выговориться, – но я старше и опытнее, отчего и опасность чую издалека. И видел я, что она не так проста, как хочет казаться. Вот ты и подвернулся. Знаю ведь, что не просто так клинья к ней подбивал, и не один раз. И с рук тебе спускал. Но она всё просчитала. Поверь.

– И не подумаю. Когда она ушла?

– Ты не уйдёшь, пока со мной не поговоришь.

– Андрей…

Игорь предостерегающе кивнул, но Андрей уже и сам не выдержал, кинулся к нему, хватая за грудки. Хватка была взаимной, но нападал сейчас именно Андрей.

– Ты, щенок, послушай меня! – Брызжа слюной втолковывал он брату. – Оксана твоя, кинула и тебя, и меня. И не просто так она это сделала, а потому что боялась, что мы всё узнаем. И чтобы ты больше не питал жалких иллюзий на её счёт, сейчас выслушаешь меня, а потом иди хоть на все четыре стороны, если захочешь.

С несильным толчком, он кулаки разжал, поправляя футболку Игоря и с силой надавив на его плечи, усадил на стул, на котором пять минут назад сидела Оксана. То, что говорил Андрей, Оксане не нравилось и его теория о том, что важно правильно преподнести, а не передать суть, пугала. Поэтому внимательно, чтобы не пропустить ни одного слова, она замерла в ожидании. Андрей вернулся за стол, среди разбросанных бумаг быстро отыскал папку, которую до этого показывал ей самой, теперь швырнул Игорю. Тот папку подтянул, на первое фото глянул без интереса, «не узнал» – усмехнулась Оксана, но улыбка пропала с лица.

– Давай скажи сам. Не могу сосредоточиться на твоих бумажках. – Вернул папку Игорь, перекинув до этого пару листов, а Андрей принял, его такой вариант тоже устраивал больше.

– Без проблем. – Кивнул он и раскрыл папку сам, присел на край стола, пакостно улыбаясь. – Фотографию эту ты зря проигнорировал, – тут же добавил он и положил её на центр стола. – Что, не узнаёшь? – Уточнил наиграно удивлённо, не спуская с брата пронзительного взгляда,ожидал, когда появится то самое узнавание.

Только после этих слов Игорь обратил внимание на фото. На нём была изображена девушка, красивая… похожа на Оксану, но… Нет. Это была именно она. Девушка с длинными чёрными волосами, раскованно демонстрировала свои прелести. Она сидела на кресле, закинув длинные стройные ноги на один из подлокотников, на втором, откинувшись, расправилась её спина, голова запрокинута назад и длинные локоны спадают едва ли не до пола. Фотография профессиональная, качественная, смущало лишь то, что из одежды на ней было только нижнее бельё. Да и вообще, на себя здесь Оксана была не похожа и дело не только в волосах, взгляд другой, и что-то ещё, неуловимое, неброское, но чужое. Подняв глаза на брата, непонимающе на него уставился.

– Нос она исправила. – Снисходительно подсказал тот. – И, кстати, до исправления он был лучше.

С последним высказыванием Оксана была согласна, раньше её нос был идеален. Сейчас тоже не плох, но переделывать больше не хотела, оставив то, что есть.

– И что это значит?

– Не пугайся так. Это была реклама элитного женского нижнего белья. – Андрей вздохнул. – Оксана Лаврова, кстати, под этим именем ты и сам в интернете найдёшь достаточно информации, но раз уж мы здесь, то обсудим именно факты. Сплетен нам не нужно. Так, двадцать девять полных лет, москвичка, в наш город переехала около шести лет назад после развода с мужем. Образование высшее экономическое. До замужества известная в столице фотомодель, участвовала в показах, выставках и так далее и тому подобное. С отличием окончила курсы по женской самообороне, экстремальное вождение, увлекалась мотоспортом, короче говоря, личность разносторонняя.

– Какое вождение? Оксана не умеет водить…

– А я тебе о чём толкую? – Растерянность Игоря Андрея повеселила, оказывается, склонить парня на свою версию не предоставит труда. – Ничего ты о ней не знаешь, а всё что знаешь, также с её слов. Её детство нас интересует мало, кроме, что ли, того, что мать в дурке лечилась, так что перейдём сразу к сути. А суть у нас именно в замужестве и заключается. Что она, кстати, тебе о муже своём говорила? Вы ведь долго вместе были, наверняка обсуждали, м-м?

При упоминании о матери, да ещё в подобном тоне, Оксана еле сдержалась. «Тварь, скотина! Ненавижу!» – ёрзала она на месте, не в силах дать отпор, шумно дышала и на глаза наворачивались слёзы.

– Ничего такого. Она вообще эту тему старалась избегать. Чаще отвечала, что человек, не достойный нашего внимания. Мне тоже интересно было, но мало ли, может действительно ничтожество какое-нибудь.

– Ну-ну, ничтожество. В возрасте девятнадцати лет, Оксана Лаврова вышла замуж за крупного столичного бизнесмена с неограниченными возможностями даже на то время, за Даниила Алексеевича Дементьева. – С неприкрытым смехом в глазах глянул на Игоря. – Ну как, брат, знакомо тебе имя этого ничтожества? – Подколол Андрей, заметив смятение и явное узнавание этого человека даже по имени.

– Знакомо. Только это не значит ничего.

– Конечно, не значит. Вот, глянь свадебные фотографии.

– Зачем?

– Ты глянь, глянь.

Перекинув несколько протянутых братом снимков, Игорь бросил их обратно на стол.

– Не нравится? А по-моему вышло очень даже. – Лишний раз и сам глянул на особо удачные кадры, после откинул в сторону. – Так вот, жила Оксана Лаврова себе, да слишком спокойно. Умная девочка. К слову скажу, что институт с красным дипломом окончила. Так вот, жила, жила, и решила, что пора меняться к лучшему. Отрезала свои прекрасные чёрные волосы, и перекрасилась в не менее очаровательную блондинку, а тут счастье и привалило. Счастье, в виде богатенького бизнесмена, который, так же как и мы с тобой повёлся на это голубоглазое чудо. Милая, скромная, ну, не тебе объяснять, а если к этому прибавить и столь юный возраст, который разом добавляет и убийственную невинность, то ты понимаешь, горючая смесь. Вот и женился Даниил Алексеевич. Естественно титул самой красивой пары, история Золушки на первой полосе местных, да и не только, газет и журналов, но нам с тобой это не интересно. Вышла она замуж, все виды деятельности тут же прекратила. Теперь никакого экстрима, всё же жена уважаемого человека. А вот тебе фотография с первой годовщины свадьбы, – не успокаивался Андрей, добивая брата своими новостями, – как видишь, за год, Оксана плавно, а может и не очень, снова превратилась в жгучую брюнетку. И правильно, на блондинистые локоны посмотришь и не видишь больше ничего. Ну, это так, отступление. Дальше, через два года, влюблённая пара делиться со всеми своей счастливой новостью, что скоро они станут родителями. И через положенный срок у них родился сын, Максим Даниилович Дементьев.

– Сын? Оксана никогда не говорила о сыне…

– И меня эта новость тоже удивила. Но это факт. Если хочешь глянуть, то встреча новоиспечённых родителей у роддома тоже запечатлена на фото.

Андрей небрежно бросил на стол ещё пару снимков, но Игоря они уже не интересовали.

– Далее самое интересное. Через пять месяцев, после такого знаменательного события, уже без шумихи и репортёров, и даже без фотографий, – усмехнулся, задевая Оксану своим поведением, своими словами, той небрежностью, с которой он говорил о её семье, о её жизни, – Дементьев с любимой женой развёлся. Причём настолько быстро, что ни один суд так не разведёт. После развода Оксана из Москвы уехала, думаю, не без его волшебного пинка, правда, на её имя в нашем городе была приобретена квартира в центре и дом за городом. Вот так Оксана, теперь уже Дементьева, осталась разведённой женщиной, правда при элитном жилье.

– Но у неё квартира на окраине.

– Да. Не совсем понимаю смысл, но уверен, что он есть.

– Может она продала всё это?

– Нет. Мои люди проверили, имущество по-прежнему числится за ней. Скажу ещё, что это далеко не избушки на курьих ножках. Насчёт дома не вникал, но квартира по площади побольше моей будет, так что думай сам. Толи перед нами прибеднялась, толи есть другие причины. За шесть последних лет нигде замечена не была, вела вполне мирное существование.

– Ерунда какая-то… а что с мужем, причина развода… и сын? Что с этими вопросами?

– А эти вопросы, брат мой, так и остались без ответа. – Андрей развёл руками на секунду задумавшись, но сейчас ему было важно правильно настроить Игоря, а не вникать в проблемы посторонней женщины.

– И как так получилось?

Не то, чтобы Игорю было интересно чужое грязное бельё, но дело касалось его любимой, и он был уверен в том, что она объяснит всё, и после её объяснений эти слова не будут казаться таким компроматом. Обычная история, только вот захочет ли она объяснять?

– А получилось это очень странно. Всё, что касается личной жизни Даниила Дементьева, в том числе и информация о ребёнке, покрыто тайной за семью печатями. И это даже не для простых смертных, а для людей, которые имеют в нашем государстве вес, не мне тебе объяснять, с какими структурами я общаюсь. Они же мне и посоветовали к Дементьеву не соваться, не мой уровень. Ещё знаю, что каждые две недели он звонит Оксане. Стабильно, в течение шести лет. В том числе и когда она была со мной, и когда была с тобой.

– А расшифровка разговоров?

– Снова, повторюсь: не мой уровень. Номера телефонов на особом контроле, так что просто так не подкатишь.

– И это всё?

– Не всё. – Словно поощряя за догадливость, улыбался Андрей. – Не мог я так просто отступить, вот и решил всё же узнать у Даниила Алексеевича лично, что, как и почему. Не хочу лишний раз уточнять, но объясню, что ты для меня брат, и я всегда буду на твоей стороне.

Оксана за стенкой сжалась при упоминании мужа, сомневалась, что Данила стал бы разговаривать с Андреем, не смотря на факт встречи, но то, как он держался, говорило об обратном.

– Давай, говори.

– Нет, здесь лучше будет показать.

Поставил перед братом ноут, выбрал видео-файл и присел рядом. При виде мужчины на экране, Игорь заметно напрягся. Не смотря на то, что он много об этом человеке слышал, в том числе и от своего отца, но видел впервые. И увидев, мог сказать, что он был выдающимся не только по успехам, но и по внешним данным. Крепкий, смуглый брюнет, с такими же чёрными волосами, как и у самой Оксаны (а он-то думал, что у неё светло-русые…), с такими же голубыми глазами и леденящим взглядом. Губы поджаты в строгую прямую линию, лёгкий прищур, лениво подпирает волевой подбородок согнутым указательным пальцем. В другой руке крутит дорогую золотую зажигалку и всем своим видом показывает, кто он и кто все остальные вокруг него.

Его скучающий вид таким и остаётся, когда за столик подсаживается незнакомый Игорю мужчина, и только тот факт, что сразу появляется звук, говорит о том, что это тот, кто нужен. Незнакомец вежливо кивает, протягивает руку, но Дементьев такой жест игнорирует, подгоняя взглядом.

– Здравствуйте, Даниил Алексеевич, меня зовут Валерий, я представляю одного человека, которого интересует личность вашей бывшей жены. У него с Оксаной Владимировной сложилась не очень приятная история, хотелось бы обсудить.

Долгим взглядом Дементьев сверлил сидящего рядом, наверно решая, сразу ему уйти, или ещё посмотреть на клоуна. На лице ни одной эмоции, даже бровью не повёл, когда тот о бывшей жене заговорил. Но спустя минуту всё же ответил.

– Это вы мне и по телефону сказали. Я только вот не понял, неужели ваш хозяин настолько наивен, что мог подумать о том, что я что-то вам отвечу?

Кажется, наёмный мужчина не знал, что сказать, да и под напором человека напротив сложно было не запаниковать. Игорь, следя за происходящим через экран, заведомо зная, что всё уже закончилось, и то, отмечал неприятное колебание внутри, настолько мощная была у Дементьева энергетика.

– Да, но вы согласились встретиться. Ситуация не очень приятная, не хотелось бы огласки, вот мой наниматель и решил пообщаться напрямую.

Снова долгий изучающий взгляд, Дементьев смотрел и не мог понять, откуда взялся этот идиот.

– Во-первых, я согласился встретиться не поэтому. Во-вторых, вы что, решили пугать меня оглаской? Вам самому не смешно?

Ответа он не ждал, поэтому сразу продолжил.

– В-третьих, поговорить напрямую, это полная противоположность тому, что происходит сейчас. Вы посредник. И четвёртое, самое важное: с шестёрками я не разговариваю. Если у вас всё, то я пойду.

– Одну минуту, – засуетился мужчина, отвечая на телефонный звонок, быстро переговорив, нажал на отбой, – если вы ещё располагаете временем, мой наниматель готов с вами встретиться.

Дементьев тяжко выдохнул, негодуя.

– Это я готов с ним встретиться, а не он со мной. Он здесь заинтересованное лицо. Пусть идёт.

Спустя минуту действующие лица сменились, и за столом появился Андрей. На его рукопожатие Дементьев ответил таким же демонстративным отказом, как и на предыдущее.

– Зимин?

– Да, но мы не знакомы… – Вроде растерялся Андрей, но тут же сообразил, кто перед ним и вернул лицу прежнюю непробиваемость.

– Просто мои люди работают лучше твоих. И что ты копаешь под меня, я тоже наслышан. Вот, хочу услышать причины. Очень интересно.

Не смотря на свои слова, вид у него был всё таким же скучающим.

– Мой помощник уже сказал, что у нас с вашей бывшей женой сложилась не самая приятная ситуация, и узнавал я всё не просто так. Хотелось бы услышать из первых уст, причину вашего развода.

– Ты меня удивляешь. – Выдал Дементьев и уставился на Андрея. – Не понимаю, как с таким косноязычием, ты мог добиться таких высот. И повторяю уже заданный ранее вопрос, с чего ты взял, что я тебе что-то отвечу?

– В том, что вы станете отвечать на мои вопросы, уверен я не был, но попробовать стоило. Дело в том, что Оксана сейчас встречается с моим младшим братом, и это меня беспокоит.

– Особенно по ночам.

– Что?

– Я говорю, завидовать плохо.

– Дело не в этом…

– Мне хоть не заливай. Ты сейчас на стервятника похож, которому только дай волю, всё склюёт. Хочешь её? Аж не можешь… Забудь. Она не твоя.

– Что?

– Я говорю, что если она ушла, то возвращать её дохлый номер.

– Откуда такая уверенность?

– Ну, не очень удачная попытка Андрюша, выведать что-либо, но отвечу: я был женат на ней четыре года, и я знаю, на ком женился.

– Что тогда?

– Ничего. Что тебя беспокоит, я не уловил суть? Тебя не устраивает, что она ушла к младшему брату?

– Меня не устраивает, что она морочит ему голову.

– Он взрослый парень, ему лучше знать. Не считаешь так?

– Я вижу, вы хорошо осведомлены.

– Когда после себя оставляют столько грязи, я интересуюсь. Вот тобой я и заинтересовался.

– Да, вы правы, я встречался с Оксаной. Но меня интересует исключительно брат.

– Х-м, даже так… что хочешь знать?

Вид Дементьева говорил о чём угодно, только не о том, что он собрался откровенничать, но Андрей готов был слушать всё, а там и до дела доберётся.

– Причины развода.

– Разные причины. Чего-то не хватило ей, чего-то мне. Оксана вообще требовательная особа. Как к себе, так и к другим. – Все фразы выдавал играючи, его даже начала забавлять эта беседа.

– Да, но что странно, после развода вы купили ей особняк и квартиру. Не слишком ли роскошный подарок?

– Подарок? Нет, это не подарок. Кстати, ты забыл упомянуть ежемесячное содержание в сумме единички с шестью нолями, обновляемый автопарк с личным водителем, штат горничных и другой прислуги, которые получают ежемесячный расчёт из моего кармана. – Говоря всё это, он улыбался, довольствуясь вытянутой физиономией собеседника.

– И за какие заслуги, если не секрет?

– Не секрет. Не поверишь, – Дементьев сверкнул глазами, выжидая необходимую интригу, – ночами спать не могу, как подумаю, что Оксана в чём-нибудь нуждается. К тому же, она была отличной любовницей.

– Не каждой отличной любовнице отваливают такое обеспечение.

– Не каждая хорошая любовница становится женой. А Оксана была моей женой. И, в конце концов, – теперь его слова были похожи на снисхождение, словно дар просящему, – мы в ответе за тех, кого приручили.

– Не очень убедительно.

– Чем богаты. – Развёл руками.

– Хорошо, а зачем вы поддерживаете связь? Может…

– Не может! – Сказал, как отрезал Дементьев, и вся игривость из голоса пропала. – А насчёт связи… Я скучаю, иногда тянет поговорить. У тебя такого не бывает?

– И всё-таки странно.

– Ничего странного. Кстати, как она сейчас, снова блондинка?

– Снова. – Расслабившись, кивнул Андрей и достал фото, протянул его Дементьеву.

Карточку в руках тот покрутил, улыбнулся, и не скажешь, что прикрикнул пару секунд назад.

– Ей очень идёт этот образ, все мужики ведутся. Настоящий ангелочек.

– Ага, только крылышек не хватает. – Поддакнул Андрей и наткнулся на удивлённый взгляд.

– Ну, как же, есть у неё крылышки, лично дарил, – похотливо улыбнулся и откинул голову назад, словно вспоминая, – там, в комплекте, ещё неглиже кружевное, ручная работа. Чистый ангел, не иначе. К слову сказать, – продолжил он, смакуя, – к образу брюнетки у неё тоже костюмчик имеется. Чёрный латекс с красной шнуровкой, чулочки в сетку, сзади хвостик, а на голове изящные дьявольские рожки. Ты многое потерял, я тебя уверяю.

Не смотря на то, что Дементьев начал откровенно издеваться, Игорь был уверен, что говорит он чистую правду, только подаёт это в такой форме. Да и вообще, сам этот человек, создаёт о себе двоякое впечатление. То, что он титан бизнеса и манипуляций, сомневаться не приходилось, но вот то, как он ловко обходит все темы, касающиеся его личной жизни, интересно. С такой самообороной, никаких секретных штабов не нужно. Вот и получается, что вроде все четыре года совместной жизни, они с Оксаной были на виду, но по сути, ничего кроме основных известий: поженились, родили, развелись; не известно. Да и сейчас, он говорит ровно столько, сколько хочет сказать и все провокации Андрея выглядят действительно жалкими.

– Что? Не устроили тебя мои ответы, Зимин?

Снова строгим, непробиваемым тоном заговорил Дементьев, его лицо опять превратилось в непроницаемую маску, а глаза обдавали арктическим холодом, разрывая этим холодом на части и доставая то, что нужно только ему.

– Спасибо, суть я уяснил.

– Обычно люди слышат ровно столько, сколько хотят услышать.

– Напрасно вы так говорите, я слушал вас очень внимательно.

– Не сомневаюсь. Надеюсь, твой интерес к моей скромной персоне исчерпан?

– В полной мере, спасибо за встречу.

– Кушай, на здоровье.

Андрей ушёл, а вот Дементьев задумался. О чём, сказать сложно, и не удивительно, что он такая закрытая личность, но при этом полностью соответствует занимаемому статусу. В этом человеке всё: и воля, и сила, и власть. Игорь смотрел на него и не был удивлён, что Оксана когда-то влюбилась. Даже сейчас, когда ему под сорок, этот мужчина излучает какой-то животный магнетизм и Игорь, ровно относясь к мужской красоте, смело может назвать его красивым мужчиной, а тот эффект, который он производит, выше всяких похвал. Зато теперь не так обидно, вспоминая, как часто Оксана называла его мальчиком, рядом с её бывшим мужем даже Андрей мальчик, а Игорь, так и вовсе, детский садик «Лопушок», ясельная группа. Странно другое, что после подобного индивида, она вообще обратила на него внимание. Удивительно.

– Надеюсь, теперь ты понимаешь, почему твоя Оксана так скоропостижно покончила с отношениями?

– Почему?

– Значит, есть, что скрывать.

– Что ты несёшь? Она предложила расстаться до разговора с тобой. Здесь другое.

– В том-то и дело, Игорь, что не другое, а то самое. Смотри дальше.

В этот момент внимание привлекли действия Дементьева. Он достал мобильный телефон и кнопкой быстрого набора вызвал абонента. Каково было его удивление, когда через непонятное прослушивающее устройство он услышал голос Оксаны.

– Я слушаю.

Игорь замер.

– Оксюш, родная, у меня для тебя неприятные новости.

Оксюша… Чёрт! Вспомнились первые дни совместного проживания. Любимую хотелось называть ласково, нежно, зверинец разводить не хотелось, а стандартные «малыш» и «детка» произносить язык не повернулся. Только вот имя такое, не приспособленное к нежности. Сказать Оксаночка, слишком длинно, не интересно, при попытке назвать Ксюшей, Оксана возразила, ссылаясь на то, что это производное от Ксении. Тогда в голову пришла, казалось, гениальная идея и он назвал её Оксюшкой. Забавно и мило, и очень ей подходит, только вот после упоминания такого варианта имени, Оксана напряглась. С первого взгляда не заметно, но Игорь понял, тогда она ещё сделала попытку улыбнуться и попросила называть просто по имени, не извращаясь, неприятный инцидент забылся, а вот теперь ясно и отчётливо пульсировала эта мысль, напоминая.

Было странным то, что это не было диалог. Дементьев говорил, а Оксана слушала, не перебивая и словно не дыша.

– Я сейчас встречался с одним человеком, он расспрашивал о тебе. Андрей Зимин. Думаю это имя тебе знакомо. Так вот, советую держаться от него подальше, он мне не нравится, а ты не нравишься ему. По крайней мере, в чужой постели. В общем, я тебя предупредил и если что, не жалуйся, что твоё личико потеряет товарный вид.

В ответ было молчание, настолько напряжённое, что Игоря передёрнуло.

– Ты меня хорошо поняла? Я ведь всё-таки беспокоюсь. – Со странной усмешкой уточнил он.

– Я поняла.

И на этом разговор закончился. Странный, неприятный диалог между бывшими супругами. Странная издёвка в его голосе, это упоминание о товарном виде…

– Теперь ты всё понимаешь?

– Я ничего не понимаю. – Оскалился Игорь. – Это ни о чём не говорит! Да, она многое о себе не рассказывала, но это не повод её в чём-то обвинять.

– Не повод. – Пробухтел Андрей, возвращаясь на своё место. – Ты совсем тупой? Тебе популярно объяснить?

– Объясни! – Подскочил со стула, опрокинув его на пол. – Не дошло до меня! И я не понимаю, в чём ты собираешься её уличить.

– В том, мой дорогой братец, что она далеко не бедная овечка, какой прикидывается. В том, что она не простая разведёнка, в том, что она не зря выбрала именно тебя, а всё правильно просчитала, а как запахло жареным, быстро смотала удочки.

Игорь упорно молчал, не желая признавать то, что ему так удачно пытались выдать за правду.

– Да пойми ты, наконец! Что бы на уме у неё не было, она пиранья. Если Дементьева так крепко за яйца держит, то и за тебя возьмётся.

– Он мало похож на жертву, скользкий тип.

– А он и не жертва, в том-то и проблема. И твоя дорогая Оксаночка знает, как и на что надавить, чтоб получить выгоду. Ну, не будет здравомыслящий мужик содержать бывшую жену, какой бы хорошей она когда-то не была, только потому, что она бывшая. А он её не просто содержит, он обеспечивает по полной.

– Мало ли у него причин?

Андрей надвинулся на брата, выдыхая тому прямо в лицо:

– А ты на себя примерь его шкуру и подумай, какими должны быть причины, чтобы вот так себя вести.

Игорь задумался.

– Я поговорю с Оксаной. – Слишком спокойно добавил он.

– Твоё право. Мне и самому интересно, как она выкрутится. – Так же спокойно улыбнулся Андрей, он уже видел, что брат готов принять такую версию.

Дольше продолжать диалог не было смысла, и Андрей отошёл к бару, плеснув себе ещё коньяка, а Игорь молча вышел из кабинета и закрыл за собой дверь. И только самой Оксане этот разговор дался тяжелее всех, она не могла даже оторвать взгляд от экрана, на котором больше ничего не происходило. Собравшись с духом, поднялась, расправила плечи и вышла. Андрей к тому времени сидел в своём кресле, потягивая ароматный напиток.

– Ну, как? – Уставился на неё, смакуя.

– Знаешь, что, Андрей, благими намерениями выслана дорога в ад. И тебе там самое место.

Случайно взгляд остановился на мониторе ноутбука, на котором до сих пор был виден Данила. Красивый, завораживающий, она не видела его слишком давно, и сердце сжалось, наливаясь кровью. Он курил, глядя в окно. Такой знакомый вид, и одновременно такой далёкий.

Находится с Андреем в одном помещении, больше не хотелось, и от созерцания бывшего мужа пришлось отказаться, хотя отвести взгляд удалось не с первого раза. Оставалось только с достоинством уйти. Ушла, но домой попасть было не суждено. Подъехав на такси к подъезду, увидела припаркованный недалеко автомобиль Игоря. Он у неё. Попросила таксиста отъехать, и тот, ворча и возмущаясь, что некоторые, насмотрелись шпионских фильмов, переигрывают, всё же встал поближе к выезду из двора. Как только стемнело и в её Окнах появился свет, стало ясно, что Игорь не спешит уходить.

– Дамочка, ну вы выходите или как?

– А вам-то что? Я плачу двойной тариф, стойте и не возмущайтесь. Вы везде в плюсе, отдыхайте.

– В полночь у меня смена заканчивается. – Не успокаивался тот.

– Вот в полночь и поедите. А сейчас оставьте меня в покое. Радио, что ли включите.

Скривив физиономию и горестно вздохнув, таксист всё же выполнил просьбу и музыку включил. Правда, шансон не самое подходящее под настроение, но лучше, чем ничего. Спать не хотелось абсолютно, хоть время и перевалило за десять часов. Не сводила взгляд со своих окон, в которых наметилось странное, бурное действие. Тени мелькали и прыгали, отражаясь от стекла, неспокойное чувство заставляло нервно сжимать и разжимать кулаки. Она как заворожённая наблюдала за ними и ничего не могла понять. Через полчаса приехал патруль. Ещё через десять минут, Игоря вывели в наручниках и усадили в допотопный уазик.

– Сколько я вам должна? – Нарушив тишину ночного города, спросила Оксана.

На радио к этому времени наметился небольшой перерыв, на всех волнах можно было уловить тихую классическую музыку, поэтому её голос прозвучал особенно остро.

– Вы ждали, пока этого уведут, что ли?

Не дождавшись ответа, шофёр назвал нужную сумму и уехал, а Оксана, уставшая и разбитая, побрела домой. Только вот то, что предстало перед её глазами, домом можно было назвать лишь отдалённо. Всё в квартире перевёрнуто вверх дном, картины разорваны, мягкие кухонные стулья валяются в хаотичном порядке с выпотрошенным нутром. Стеклянный журнальный столик разбит вдребезги и осколками усыпан диван из эко кожи, в некоторых местах, где упали особо крупные части, обшивка распорота. Шторы оборваны вместе с креплением, цветы с подоконников вывернуты на пол. Разбит новый телевизор, зеркало, посуда. В спальне из стены выбита штукатурка, на сколах которой видны ещё свежие капли крови.

С ужасом глядя на хаос, творящийся в квартире, Оксана думала о том, что сейчас происходит с Игорем. Она понимала, что он её ждал и по мере приближения вечера, всё отчётливее понимал, что никто не придёт. Постепенно все сомнение на её счёт, отошли на второй план, и остался только приговор: «виновна!». И она чувствовала себя виноватой за то, что с ним произошло, за то, что с ним произойдёт завтра и послезавтра. Боялась думать о том, в кого превратила своего мальчика, который теперь не сможет доверять людям и женщинам в особенности. Она сломала его жизнь, преподнеся самый суровый урок, доказывая, что он не всесилен и не диктует свои условия.

Подошла к стене, которую он разбивал своими кулаками, дотронулась до впитавшейся в отделку крови, содрогаясь от ужаса и боли, которая разрывала изнутри. Она любила и этой любовью заставила его страдать. Она проявила свою слабость, начиная эти отношения, и проявила никому не нужную стойкость, отказываясь от них. Как и говорила, теперь больно им двоим.

Нетронутым оставался только шкаф. Из него Оксана собрала все свои вещи, не складывая, стопками швыряя в чемоданы. Вызвала такси, а пока ждала, в незапертую квартиру вошла соседка.

– Оксаночка, ты здесь? Ты не представляешь, что здесь творилось. – Охала Варвара Степановна, прикрывая рот дряхлой ссохшейся ладошкой.

– Почему же не представляю, я всё вижу.

– Да что там видеть, ты бы это слышала. Он так кричал, я думала, что и стёкла потрескаются. Днём приходил, искал тебя, нормальный такой весь, вроде вежливый. А вернулся другим человеком. Глаза стеклянные, кулаки жатые. Я ещё удивилась, что у него ключи от квартиры есть. Сначала тихо сидел, потом услышала, как разбилось что-то, потом ещё и ещё, а после как начал тут всё крушить, как только стены не снёс, так всё колотилось! Я полицию и вызвала, мало ли что, вдруг он тут тебя убивает? Они приехали, позвонили в звонок раз, другой, крикнули, никто не отвечает. Так сержант, крепкий такой, раз, два, ткнулся в дверь боком, а там и замок отстрелил. Заходим, значит, а он кулаками стену крошит. Руки в кровище, лицо перекошено, я уж подумала, всех нас тут положит. Но нет, странно, а он и успокоился. Те его под белы рученьки и в отделение до выяснения обстоятельств. Что будет Оксана, что будет? И ремонт же недавно закончили, спать не давали ни днём, ни ночью и на тебе. Сейчас значит, опять ремонтировать будешь?

– Не буду.

– А как так?

– Я уезжаю. Вещи уже собрала. А куда Игоря увезли, не знаете? – Без особых эмоций, скорее равнодушно, отвечала Оксана. Смотрела так же, словно и не о ней речь.

– Да как же не знать. В наше отделение и повезли.

– Спасибо.

От назойливой соседки спас звонок от диспетчера, машина уже ждала у подъезда. Взяв в руки чемоданы, без особого сожаления покинула свою квартиру. Только вот куда ехать не знала. Почему-то в голову пришла мысль, что в офисе ещё можно застать Витю, туда и направилась. По дороге заехала в отделение полиции, отказалась от имущественных претензий за погром, хорошо ещё, что оперативники протокол толком и не составили, но обещали продержать дебошира до утра, чтобы успокоился и отошёл. И только после этого, взялась решать свою судьбу.

Как ни странно, но в окнах офиса горел свет. Оставив машину с вещами внизу, сама поднялась в кабинет. Витя сосредоточенно изучал какие-то бумаги и даже не сразу заметил гостей. Правда, потом улыбнулся, объясняя тем, что заработался.

– Почему так поздно и здесь? – Бодренько поинтересовался он, не отвлекаясь от бумаг.

– Витя, женись на мне.

– Что?

– Женись на мне. Я буду хорошей женой.

Хоть причины такой резкой смены настроений Виктор знать не мог, но и отказываться от предложения не собирался. Он отложил карандаш, бумаги, и внимательно смотрел на Оксану, ожидая каких-либо пояснений.

– Я буду хорошей женой, правда.

– А вот мне, Оксана, кажется, что ты будешь само отвратительной женой на свете. – На удивление отозвался он на полном серьёзе.

– Я постараюсь.

Виктор только покивал, соглашаясь.

– В любом случае, я хочу, чтобы ты была рядом со мной и если в течении двух дней не передумаешь, то мы поженимся. Как только прибудем на место. Ты ведь помнишь, что я уезжаю?

– Помню. Но я должна сказать тебе, что беременна.

Даже подобное заявление его не удивило, но сразу внесло определённую ясность. Он вяло улыбнулся.

– Надеюсь, не этот факт стал ключевым в принятом тобой решении?

– Не этот.

О том, что ключевым фактором оказался отъезд Виктора на другой конец страны, Оксана упоминать не стала. Она вообще ничего не упоминала. Сидела как и не живая, как кукла, только изредка опускала и поднимала веки. Она не изменила себе, она принесла себя в жертву, не позволяя стать невинному ребёнку буфером между родителями. Она давно поняла смысл жизни, для неё это был ребёнок, а всё остальное приложиться. Глупо, смешно и никому не нужно, но только этот выход Оксана считала единственным верным. Игорь слишком чётко дал понять, что дети это слишком сложное, непонятное для него, но на самом деле он был просто не готов. Она ни на минуту не усомнилась, что не отказался бы от них, помогал и поддерживал во всём, только вот осознание того, что вешает ему на шею эти проблемы, которые сейчас не нужны никаким боком, обрекает и себя и его и самое главное, ребёнка, на муки. Как только малыш подрастёт, станет понятно, что для папы есть другие, более важные на данный момент цели, а видеть, как этот самый малыш разочаровывается в самых близких людях – нет ничего страшнее. Витя будет любить его, как умеет, а всё остальное ребёнку даст мать.

Ночевала Оксана в городской квартире, которую когда-то купил для неё Данила. Вся ночь в кошмарах прошлого, в страхах будущего. Наутро чувствовала себя развалиной. День провела словно мумия, переходя из одного угла к другому. Не хотелось есть, не хотелось лежать, не хотелось слушать музыку, не было сил думать и размышлять, да и смысла в этих действиях не было. На следующее утро, Виктор уже ждал под подъездом на своём автомобиле, чтобы отвезти будущую жену в аэропорт. Забрал не распакованные чемоданы, заглянул в шкаф и обнаружил там другую одежду, как раз более тёплую, на осень. Оксана собирать её отказалась, поэтому занялся этим сам. Непонятная сила тянула на улицу, последние солнечные деньки лета выдались на удивление жаркими.

– Вить, я выйду, подышу.

– Хорошо, – отозвался он из спальни, – только не отходи далеко от машины. Я уже скоро.

Не смотря на желание именно подышать, на выходе из квартиры, сама того не желая, чисто машинально (рефлекс из прошлого), схватила с полки, где лежали ключи пачку сигарет. Курить она не любила никогда, но иногда, для антуража, могла подымить, не затягиваясь. Странное желание появилось и сейчас, причём настолько сильное, что прямо-таки под ложечкой засосало.

Машина стояла у самого подъезда. Просторный ухоженный дворовый участок просматривался по всей территории. Прикурив от антикварной зажигалки, которую когда-то отжалел Данила (он их коллекционировал, некоторые из экземпляров были настоящими произведениями искусства и по художественному исполнению мало чем уступали, всем известным яйцам, работы Фаберже). Приятный ароматный дым заполнил собой пространство вокруг, укутывая в прозрачные клубы дыма. Странное ощущение присутствия, сердце в волнении начало биться быстрее и, подняв взгляд, Оксана встретилась с серыми глазами мужчины напротив.

Игорь стоял в ста метрах от неё, глядел на клубы дыма, которые не успели развеяться. Он не пытался приблизиться, просто смотрел. Его полу расслабленная поза не говорила ни о чём, кроме усталости. Та же одежда, в которой его задержали, потрёпанный вид, взъерошенные волосы. Слёзы к глазам Оксаны подступили мгновенно, но вместо горькой скромной улыбки, сознание выдало хищную ухмылку в одном углу рта, равнодушный взгляд, за которым скрывался крик о помощи, скрещённые на груди руки. Затянувшись ещё раз, заметила, как Игорь напрягся, как сжались его кулаки: сзади уже стоял Витя. Он суетился с ключами, что-то спрашивал, но сил ответить ему не хватало. Оставались буквально последние жизненные крупицы, чтобы доиграть роль законченной стервы до конца. И она играла. Заметив в руках девушки сигарету, Витя хозяйственным жестом выдернул её, выбросив в урну, что-то пробубнил о вреде курения, уложил в багажник чемоданы и открыл перед Оксаной переднюю дверь. Холодно улыбнувшись напоследок опешившему от шока Игорю, села, закрыла за собой дверь, и машина сдвинулась с места. Больше в его сторону смотреть не было сил. Наверно это конец.

Насчёт конца Оксана, конечно, погорячилась, так как её жизнь приобретала новый виток, который светился нежным розовым цветом, был укутан в белые кружевные распашонки и премиленько посапывал в ответ на любые раздражители. Дочка родилась в срок, не имела отклонений от нормы и радовала родителей своими первыми, но такими важными успехами как то удержание головки, концентрация внимания на объекте, первый зубик и немереный аппетит. Алиса Викторовна, любимая доченька, которой Оксана и посвящала всё своё свободное время. Жили они в глухом провинциальном городке, а то, что такое поистине провинция, узнала именно здесь, в небольшом… даже не городе, населённом пункте, с двумя магазинами, одной парикмахерской и жителями, которые знали друг друга в лицо. Так вот, пока жила в этом интересном местечке, о внешней жизни могла узнать только из просторов интернета (который на удивление хорошо ловил), так как даже телевидения здесь никто не признавал, за счёт чего и инфраструктура в этой области совершенно не развивалась. И именно из просторов интернета узнала, что Игорь не просто не победил на первенстве страны, он даже не был в составе своей команды. Она не пыталась искать новости о нём, его страничку в соцсети, да и вообще надеялась когда-нибудь перешагнуть через этот рубеж, но не удержалась и вбила в поисковик тему последних новостей с соревнований, а там ничего. Больше не пыталась, а вскоре и стала мамой, было не до этого. Витя… Витя был не плохим мужем, но и не хорошим. Оксана стала достойным трофеем в коллекции его побед. Всё, что этот мужчина знал о семье, так это то, что жену надо обеспечивать, чем он старательно и занимался. Словно пытался что-то кому-то доказать, занять определённую нишу, и чем выше она будет, тем лучше. Добивался успеха, правда, этот успех стоил ему всего свободного времени, нервов и не дюжих физических усилий. А семья на этом фоне страдала, по крайней мере, усердно делала вид. Отцом Витя оказался хорошим, дочку любил как родную, а она беззаветно любила его в ответ. Росла и начинала понимать ценность отцовского внимания, смотрела на него своими глазищами и не мечтала о большем. Со временем бизнес начал не только принимать, но и отдавать, развиваться, и вскоре на просторах области, в условиях серьёзной конкуренции, стало тесно, было принято решение о расширении сфер влияния. Искать новые каналы сбыта, партнёров, заключать новые договора. И как раз вовремя пришла новость от старинного друга, которому когда-то и продал свой бизнес, об активно развивающемся ювелирном деле в их родном городе.

– Я не понимаю, зачем нам возвращаться? – В который раз за время получасового разговора успела возмутиться Оксана. – Почему ты не можешь пригласить его сюда?

– Оксана, не мне тебе объяснять, как важен личный контроль на первых парах. Да и Колесников этот не простой, я бы даже сказал сложный человек, своенравный. Нам нужно ехать.

– Так ты один и езжай. Зачем ребёнка тащить, и климат менять и условия. Алиса слишком мала для радикальных перемен.

– Я согласен, – вымученно согласился муж, – но мне там нужна ты, а ты без дочки не поедешь.

– Ещё одна проблема. Почему именно я? Да и я без практики уже более трёх лет, нужно время для адаптации. Няню, опять же… Это слишком серьёзно, чтобы вот так вдруг срываться с места.

– Оксана, я веду переговоры уже полгода, и ты заранее знала об этом. И то, что до сих пор не готова… Я не понимаю! – Витя развёл руками.

Вот уже полгода он говорит о возможном переезде, а сейчас, когда представилась такая возможность, она делает удивлённые глаза и отнекивается. Тем более сама говорила, что их ребёнку здесь тесно, а теперь и устраивает всё, только бы её не трогали. Жену он понимал и её нежелание тоже, его и самого волновал этот вопрос, и что Оксану останавливает, он знал, и если бы та хоть раз упомянула в разговоре имя отца их дочери, то возможных последствий можно было бы избежать. Но она молчала, открещиваясь от этой темы, что наводило на мысль, что этот мужчина всё ещё для Оксаны не безразличен. Его вообще задевало это, и то, что фамилию дочке Оксана дала свою, Дементьева, да и сама при замужестве её же оставила, словно его и нет в их жизни. Неприятный факт, хотя никогда в их семье и не обсуждался. А теперь Оксана банально боится встречи с мужчиной из прошлого, но уступать Виктор намерен не был.

– Солнышко, – начал более ласково, меняя тактику, – всего несколько месяцев, четыре, может пять, пока не пройдёт первая партия. А потом мы поедем отдыхать, как ты и просила.

Он подошёл к дивану, на котором сидела Оксана, присел перед ней на корточки, заглядывая в эти голубые глаза, которые за всё время так и оставались холодными. Ободряюще улыбнулся, поглаживая по коленям.

– До первой партии, а потом я найду хорошего управляющего, и всё будет так, как хочешь ты.

– Прямо как в песне.

– Что, как в песне?

– Будут ночи дней короче, если так захочешь ты.

– Я тебе обещаю.

Оксана кивнула, и как бы она не хотела остаться, сделать этого уже не могла. И в течении месяца всё было готово к переезду.

Родной город встретил холодом, сыростью и мокрым снегом.

– Мама, а здесь всегда так глязно? – Спрашивала Алиса, широко раскрыв глаза и наблюдая за раскатами грязи от проезжающих машин, из окна автомобиля.

– Нет, просто сейчас начало весны, всё тает, поэтому и грязно.

– А почему снег идёт?

– Потому что зима не хочет отступать.

Спокойно, с едва заметной улыбкой, отвечала на все вопросы Оксана. Маленькая почемучка никогда не заставляла нервничать, она была слишком любознательна, чтобы обвинить её в приставучести, хотела везде успеть и стремилась к новым открытиям. Почти месяц назад Алисе исполнилось три года, но она была умнее своих сверстников и тут уж непонятно, толи это её природные данные, толи успехи мамочки, которая предпочитала заниматься ребёнком, нежели чем-то другим, благо от домашних обязанностей была избавлена любимым мужем. Так и сейчас, к их приезду был готов дом со штатом прислуги, резюме десятка нянь ожидали на столе домашнего кабинета. Витя, приехав незадолго до них, успел всё подготовить.

Так как Оксана временно становилась вторым лицом филиала компании, заниматься подобными делами ей было просто некогда. Приходилось штудировать последние директивы, поправки в законодательстве, новости экономики и политики, вот и сейчас она, даже сидя в машине, не отрывала взгляд от монитора ноута и только звонкий детский голосок был способен вырвать из виртуального мира.

– Мам, а мы сколо плиедем?

– Папа сказал, что живём за городом, значит не скоро.

– А папа будет нас здать?

– Да, он уже звонил, что выезжает.

– А у меня будет отдельная комната?

– Ну конечно.

Вопросы дочки казались бесконечными, но её детский лепет радовал, хотя был украшен ещё не очень уверенным произношением и не все звуки она выговаривала.

Когда трассу сменила ещё не отремонтированная просёлочная дорога, от работы пришлось отказаться.

– Мы плиехали?

Обрадовалась дочка, когда машина остановилась?

– Нет, малыш, наверно мы застряли.

Решение было вполне обоснованным, судя по характерному звуку буксующих в грязи колёс. Водитель только согласно кивнул и покинул машину, посмотреть возможные варианты выхода, а вернулся мокрый, возмущённый и недовольный жизнью.

– Муж ваш, Оксана Владимировна, мог бы и предупредить, что на этой машине не проедем. Здесь дорога настолько ушатанная, что удивительно то, как далеко нам удалось пробраться.

– Я ему обязательно это припомню. – Согласилась она с водителем. Милый парнишка, не первый год работал у них водителем и с удовольствием принял предложении о смене места дислокации.

Впереди показался яркий свет автомобильных фар. Машина, идущая навстречу, была явно подготовлена к подобным дорожным условиям, и остановилась напротив. Метрах в десяти. Стояла она на пригорке и свет фар неприятно слепил, вынуждая отвернуться.

– Заблокируйте двери. – Быстро приказала Оксана, а сама вышла из машины, и, не желая слушать комментарии, захлопнула дверь. Молодому человеку ничего не оставалось, только как остаться внутри, присматривая за девочкой.

Навстречу вышел водитель встречного авто. Симпатичный мужчина лет сорока, он кривился и морщился от неприятного холодного снега, смешанного с дождём, но старался улыбнуться симпатичной незнакомке.

– Проблемы? – Кивнул на застрявший в грязи автомобиль.

– Да, не можем выехать. Дороги тут у вас не очень.

– Вы на территорию посёлка?

– Только переехали. Точнее в процессе переезда. Пока неудачно.

Почему-то мужчина сразу расположил к себе, не смотря на всю видимую опасность. У него был пронзающий насквозь взгляд, боевая стойка и серьёзное лицо, которое даже при улыбке не теряло этого свойства.

– Ничего, сейчас разберёмся. А вы не одна? Я вижу кто-то за рулём.

– Водитель. У вас есть трос, поможете?

– Постараюсь. Только давайте уж выгоняйте на улицу своего помощника, а то сапожки замараете. Оксана? Я правильно понял?

– Извините…

Оксана отступила на шаг назад.

– Да не пугайтесь, я ваш сосед, видел фотографию у Вити на столе. Будем дружить домами.

– Сосед?

– Да. Полковник ФСБ Минаев Олег Юрьевич, можно просто Олег. – С улыбкой добавил он. – А сейчас отправляйтесь в машину, позвольте мужчинам самим разбираться.

– Да, спасибо.

– Завтра вечером заеду в гости, вы ведь не против?

– Завтра не против.

На этом официальна часть считалась оконченной, и уже через десять минут машины выехала на асфальтированную дорогу посёлка.

Дом оказался весьма уютным, но, всё же, пока чужим. Пока разместила и уложила дочку, желание устроить скандал притихло, оставив после себя лишь неприятный осадок и приличную дозу усталости.

Следующим вечером, полковник Минаев, и правда посетил их дом, как и обещал, пришёл с женой и сыном. Долго смеялся над тем фактом, как бесстрашная и глупая женщина выскочила ему навстречу вместо того, чтобы отправить на амбразуру подчинённого.

– А вдруг вы там не случайно оказались, а ждали именно нас? – Отвечала на это Оксана, считая, что её слова примут всерьёз, но мужчины только продолжали поражаться этой бессмысленной выходке.

Тогда же Витя и получил нагоняй за то, что вместо машины с хорошей проходимостью прислал на встречу легковушку и получил задание к следующему вечеру приобрести в семью ещё один внедорожник. Соседи оказались весьма приятными и отзывчивыми людьми, Оксана даже охарактеризовала их как простых и милых. Смущал только тот факт, что такие «простые» люди, были их соседями в элитном жилом посёлке. Но позже и этот факт был выяснен, оказалось, что жена полковника, не смотря на всю свою одомашненность и простоту, являлась бизнес-леди с большим опытом работы. А в купе с мужем полковником, они себе и позволили такой роскошный особняк.

Первые дни осваивались, обживались, приспосабливались к новому временному пространству, и уже к концу недели чувствовали себя вполне комфортно. Вот только с няней возникли проблемы, никак не удавалось найти подходящую кандидатуру, временно пользовались услугами соседской. Сын Олега Юрьевича и Марии оказался настолько спокойным, что даже вместе со взбалмошной зажигалочкой Алисой, не доставляли женщине особых проблем.

– Дорогая, в эту субботу у нас первый выход в свет. Колесников как раз приезжает из командировки, там с ним и познакомимся.

– А почему нельзя сделать этого цивилизованно, в офисе?

– Оксана, не нуди, мы же в своей стране, о какой цивилизованности ты говоришь? Неформальная обстановка это самый лучший вариант для начала отношений.

– У тебя странное восприятие выражения «нормальные отношения». Этот вечер мог бы стать отличным продолжением официального знакомства, а не наоборот. Что о нас подумают?

– Колесников прилетает только в субботу утром, а на день не планирует никаких встреч. Так что встретиться там, это как раз его предложение. И, заодно, со всеми остальными познакомимся. Будет какой-то правительственный приём местного разлива.

– Раз так, я не против. Уточни во сколько и я договорюсь с Машей насчёт няни.

– Они тоже идут и я уже договорился. Так что скучно тебе не будет. Не волнуйся.

Со счастливым лицом Витя забежал в свой кабинет.

– А я и не боюсь. – Пробубнила себе под нос, особый восторг это предложение так и не вызвало.

Тем не менее, готовилась к знакомству с местной элитой тщательно. Маша помогала с выбором наряда и попутно рассказывала о заморочках здешней публики. Мария, как оказалось, и сама страдала из-за отсутствия подруг. Красивый успешный муж, такой же успех в личном деле, сказался на этой стороне её жизни. Кто-то из подруг отпал из ревности, кто-то из зависти, а кто-то и вовсе от недостатка внимания к своей персоне. Так что к тридцати пяти годам, кроме семьи и работы, женщина не знала других развлечений, и на подарок судьбы в виде Оксаны чуть ли не молилась, хотя первое время присматривалась, пытаясь понять степень её стервозности. Оказалась, что степень эта, по крайней мере, в отношении её и её семьи, крайне мала, и муж у Оксаны был не менее красивым и успешным, так что и в этой сфере поползновений не ожидалось. Да и вообще, женщина отметила, что Оксану интересует скорее она, нежели Олег.

К субботе всё было готово заблаговременно и к моменту выезда никаких неприятностей не ожидалось. Поехали сразу двумя автомобилями. Погода радовала и, не смотря на конец марта, лёгкий морозец избавил от грязи и лишней воды.

В местную тусовку влились вполне легко, учитывая, что Маша знала подноготную всех присутствующих, без исключения. И здесь уже, где сама (как владелица салона красоты), а где и не без помощи мужа, могла рассказать о каждом целую историю и при этом не споткнуться о нелицеприятные факты. Да так активно рассказывала, что уже через полчаса Оксана и сама знала всё и обо всём, и подозрительно косилась в сторону новой подруги, а та, правильно восприняв взгляд, весело подмигнула.

– Не боись, своих не сдаём. – И, взяв Оксану под локоть, потащила куда-то в конец зала.

Бояться, собственно было нечего, никаких компрометирующих фактов своей биографии она не раскрывала, а Маша и не пыталась выведать, слушала только то, что ей доверяли, а, по сроку знакомства, доверяли ей не много, да и о себе она не звенела. Тоже только поверхностно.

– Сейчас подойдём к одной моей знакомой, неплохая дамочка, но самомнение иногда зашкаливает. С ней вполне можно общаться, так что будете дружить. – Попутно объясняла Маша, протискиваясь между толпами народа, мило всем улыбаясь.

– А почему мы так спешим?

– А чтобы другие не подошли.

– Она так популярна?

– Вполне. Почему бы не быть популярной дочке нашего мэра, которая при этом, осталась человеком?

Вполне резонный вопрос. Такие знакомства заводить нужно.

– Тогда вперёд! – Оксана старалась, так же как и Маша, вежливо улыбаться, хотя за время затворничества немного отвыкла от подобного общества.

Там, на периферии, в принципе, тоже была своя элита, только вот подобные банкеты устраивались крайне редко и без особой надобности она там не появлялась.

Наконец, добравшись до нужного места, Маша сбавила шаг и широко улыбнулась симпатичной блондинке, одиноко стоящей с бокалом шампанского в руках.

– Добрый вечер, – первая опомнилась она, внимательно разглядывая новое лицо, – Марина.

– Оксана.

– А я Маша, но меня вы и так знаете. Оксана приехала в наш город недавно, так что никого здесь не знает. – Тут же вмешалась Маша, задорно улыбаясь.

– Вообще-то я жила в этом городе. И довольно-таки долго.

– Да, а почему мне не рассказывала?

– А ты и не спрашивала, я думала, ты знаешь. У Вити была своя строительная компания, а я там работала начальником одного из отделов, мы чуть больше трёх лет назад уехали.

– Ну вот, а я тут размечталась…

– Но в плане знакомств, ты права, я мало кого знаю, раньше по рангу не было положено подобное общество.

– Так вы недавно женаты? – Заинтересовалась Марина, хотя для Оксаны было немного странно, что та вообще в курсе её семейного положения.

– Поженились сразу после отъезда.

– И дети я слышала есть?

Осведомлённость это дамочки заслуживает похвалы, а Оксана-то думала, что Маша всё знает…

– Да, дочка.

– Завидую. А вот у меня детей нет. Муж, знаешь ли, слишком занят. – Марина скривила губы и шумно вздохнула, правда, тут же засияла голливудской улыбкой.

– А ты замужем? Мне почему-то показалось, что нет. – Оксана удивилась.

– Да, да. Понимаю. На самом деле, это была папина идея выдать меня замуж на перевоспитание, как он сказал. Вот, скоро истекает испытательный срок нашему браку, тогда и буду я снова свободной женщиной, правда на свою свободу у меня уже есть планы. – Марина мечтательно закусила губу, сразу стало ясно, о каких планах та говорит.

– Испытательный срок?

– Звучит забавно. Но суть такова. Папочка сказал, что если мой муженёк меня не приструнит, быть мне разведёнкой. Всё к этому идёт.

– А кто муж?

– А муж главный прокурор. – Заговорщицким шёпотом проговорила Маша и схватила Оксану под руку.

Через мгновение стало ясно, почему к Марине подошёл мужчина, старше её был лет на двадцать точно (учитывая, что Марине всего-то около двадцати пяти), мурлыкнул ей что-то на ушко, по идее это что-то должно быть интимного характера, но вот по выражению её лица стало ясно, что так только выглядело. Она скривилась, по-детски надула губы и сделала влажные глаза, словно ещё чуть-чуть и не выдержит, заплачет. Картина со стороны забавная, надо отметить. Затем её муж повернулся, поднял бокал, приветствуя Оксану и Машу и молча удалился.

– Наконец-то! – Выдохнула, а девушкам улыбнулась. – У них там что-то случилось, всё как всегда, так что весь вечер можно отдыхать. Достал меня, честное слово! Нет, ну, разве это жизнь, когда секс раз в неделю и то над моим сонным, практически бездыханным телом?

– По мне так большего и не надо. Тут же среагировала Маша, а вот Оксана предпочла вежливо отмолчаться.

– Скучно сегодня что-то. Хоть бы кто развлёк…

– Ничего, говорят, Колесников приехать должен, он тут всех развеселит.

Как только Оксана услышала знакомую фамилию, оживилась, знать, кто этот человек, хотелось до официального представления.

– Прррр, Колесников. Тоже мне авторитет. Дебошир! – Фыркнула Марина и отвернулась, разглядывая присутствующих.

– Да ладно тебе, просто немного не сдержан.

– Не сдержан? Да он наглый сукин сын! Думает, всё купить может. Только вот всё в этой жизни не купишь, надорвёшься.

– Ты к нему явно неравнодушна, Марин. Молодо-зелено, это всё в порядке вещей.

На это Марина только хмыкнула, тема обещала быть закрытой, поэтому Оксана вмешалась.

– А кто этот Колесников? Муж вроде с ним собирается работать.

– Это твой муж драг металлами занимается?

Оксана кивнула, Марина уже прилично выпила, ни одного официанта не пропускала.

– Значит, с ним будет работать. У нас больше не с кем.

– Да? А мне казалось у нас много разных магазинов, да и завода целых три. – Оксана отчётливо помнила как минимум три завода ювелирных изделий, на одном из них даже побывала с экскурсией.

– Х-м, магазинов может и много, а заводов больше. Только теперь все они принадлежат этому ублюдку. – В выражениях девушка уже не сдерживалась, но говорила вполне спокойно. Пьяными глазами посмотрела на Оксану, призадумалась. – Тебя ведь сколько ты сказала, четыре года не было?

– Почти.

– Ну, тогда понятно, почему ты его не знаешь.

- Я бы его и так не знала, не интересуюсь. – Улыбнулась, отыскала взглядом мужа и успокоилась.

– Теперь его даже школьники знают. Скотина, каких поискать. В общем, чем он занимался раньше, я не знаю, а может ничем и не занимался. Он вроде как, и относился к золотой молодёжи, но среди наших, никогда не тусовался. А вот года три назад, занялся отцовским бизнесом, тому как раз один из заводов принадлежал, и постепенно выкупил всё здесь, так что теперь ювелирка в нашем городе, практически монополия. Большинство магазинов тоже ему принадлежат, оставил так, по мелочи, несколько чуть ли не ларьков. А так всё в своих руках держит.

– Да, вот так влился в большой бизнес. – Согласилась Маша, но Марина от возмущения в первый момент даже слов не нашла.

– Влился? Да он вломился, ногой теперь любую дверь открывает. Даже с папочкой моим за ручку здоровается, хотя и права такого не имеет. Плюёт на всех и на всё с высоты птичьего полёта.

– Имеет право, Олег говорит, что в делах у него всё чисто.

– Что бы твой Олег в этом понимал! Чисто. – Фыркнула и снова принялась прочёсывать взглядом зал. – Да чисто такие деньги никогда не сделаешь, тем более за такой короткий срок. Люди годами своё дело строят, ночами не спят, не доедают. А этот пришёл на всё готовенькое, крутнулся удачно несколько раз и вот тебе результат.

– Ну, в делах ничего так просто не бывает. – Попыталась вмешаться Оксана и вставила свои пять копеек. – Нужно понимать, что ты делаешь, да и удача не помешает.

– Насчёт удачи, это ты в точку попала. Он удачливый, зараза.

– Ой, Мариш, а ты слышала, говорят, он Ленку Кузьменкову изнасиловал, ну, помнишь, рыжая такая… – Маша нервно замотала рукой, пытаясь вспомнить, а Марина в это время уставилась на неё, пытаясь сконцентрировать взгляд, со всем остальным было в порядке.

– Да эта Ленка сама, кого хочешь, изнасилует. Мараться ещё о неё.

– Девочки, вы серьёзно? – Удивилась Оксана. Понимала, что это по большей степени сплетни, но в каждой есть доля правды.

– А чему ты собственно удивляешься? Он такая тварь, что вообще удивляться не стоит. И знаешь, если бы у твоего мужа был выбор, он бы им воспользовался. Мой говорил, что Колесников ведёт дела хоть и более-менее прозрачно, как твой Олежек и напоминал, – кивнула она Маше, - но слишком жёстко. Поэтому в своей сфере, не смотря на отсутствие опыта, имеет авторитет. Но как человек, он скотина последняя. Берёт всё, что хочет, и никто не смеет ему отказать. Потому что большинство с его же рук кормиться.

– Бандит?

– Не знаю насчёт этого, но то, что никого не боится, точно. Безбашенный малость.

– Просто наглый.

– Ага, и голодный до секса. Говорю же, сукин сын!

Для Оксаны такое внимание к персоне Колесникова со стороны Марины говорило только об одном: кто-то его очень хочет. Оттого и столько негатива, но озвучивать свои мысли не спешила. Постепенно эта оживлённая тема сошла на нет, но суть Оксана уловила. Дальше разговаривали в основном о подтяжках, липосакции и шмотках. Стало скучно.

– О, а вот и дебошир собственной персоной, и, судя по его лицу, что-то будет.

Марина смотрела куда-то за Оксанину спину, глянуть на мужчину хотелось до мозга костей, но всеми правдами и неправдами удержалась. Не хотела проявлять интерес раньше времени, а из-за отсутствия должной реакции, и комментариев на эту тему больше не было. Выдержав в обществе дочки мэра ещё минут десять, когда мозг начал закипать, Оксана тихо-мирно удалилась.

– Пойду, поищу мужа. – Кивнула она и, пока никто не остановил, отступила.

Витя разговаривал с какими-то мужчинами. Оксану он с ними познакомил, свою гордость за жену продемонстрировал и всякий интерес тут же иссяк.

– Я на минутку.

Ушла и от этой кампашки, в зале становилось душно, да и макияж поправить не помешало бы.

В туалете немного задержалась, и когда в соседнюю кабинку ввалилась парочка, выходить было уже поздно. За стенкой явно намечался перепихон. Таких отношений Оксана не понимала и не признавала, считала их унизительными, в первую очередь для женщины. Как последнюю шлюху имеют в туалете, а некоторые умудряются и удовольствие получить. Поистине извращённая фантазия. Так и сейчас, намечалось нешуточное действо, и, судя по доносящимся стонам, мужским и женским, оно уже началось. Выйти почему-то не решалась, не вежливо, что ли. Неспроста ведь люди уединились в туалете, наверно любовники. Сама не знала почему, но к любовникам относилась снисходительно, так как тем приходилось скрываться и ухитряться встретиться лишний раз, вот и в эту секунду выйти – значит разрушить, помешать, да и степень, с которой трясётся стена, говорила о пике возбуждения. Хоть и подслушивать не хорошо, но теперь деваться некуда. Так и стояла, притаившись как мышь, хотя услышали бы её вряд ли. Женские стоны теперь даже не скрывались, словно ей нечего терять, она просила ещё и ещё, сильнее, глубже, только вот куда уже глубже и сильнее, если ещё немножко и стены рухнут. Такому сексу можно только позавидовать. И когда она, наконец закричала, утопая в оргазме, даже Оксана выдохнула.

– Колесников, ты животное. – Устало пропищала удовлетворённая женщина и Оксана покраснела. Голос этот она узнала даже охрипшим, дочка мэра была весьма писклявой дамочкой и эта хрипота её немного облагородила, если не учитывать при каких обстоятельствах подобное произошло.

Мужчина тоже что-то ответил, но очень тихо, так же пытаясь отдышаться. В туалет кто-то вошёл, и Оксана улучила момент и выскочила из кабинки, надеясь быть не замеченной.

Маша её поймала уже через минуту с вопросом, отчего та такая возбуждённая, только вот комментировать причины не хотелось совершенно. Зато теперь точно уверена, что та половина Марининых слов, про Колесникова, насчёт его человеческих качеств, чистейшая правда, да ещё и основанная на личном опыте. Стыдно было неимоверно, так как всегда считала, что виноват не тот, кто выставляет себя напоказ, а тот, кто за этим подглядывает, а в её случае, и свечку держит. Поэтому, сказав что-то невнятное про самочувствие, поспешила всё забыть. К тому же, кампанию снова составила удовлетворённая Марина, выглядела она хорошо, несмотря на действие в туалете, разве что причёска слегка растрепалась.

– Игорь Дмитриевич, – нараспев поприветствовал виновник торжества. – Валера, коньяк дорогому гостю. – Тут же рыкнул он на подчинённого. – Не ожидал увидеть вас сегодня.

– Да, встречу назначил. Пришлось идти. – Нехотя отозвался тот.

– Да, наслышан. Будете сотрудничать?

– А что мне мешает?

– Действительно…

Мужчина несколько робел перед Игорем, хотя и был на порядок старше, принимающая сторона, только вот сам Игорь сильно изменился и теперь в глаза ему отваживались смотреть только самые бесстрашные. Так как бил в цель и без предупреждения, причём в прямом смысле и поводом для драки могла послужить любая мелочь. Как раз принесли коньяк, и можно было расслабиться, как вдруг среди гостей заметил мужчину, внешность которого казалось смутно знакомой. Сделал глоток, задумался, отпустил собеседника, милостиво кивнув, и через секунду его лицо перекосилось от смешанных чувств. Здесь было всё: злость, ревность, удивление, желание придушить… это он увёз тогда Оксану. Челюсти сжал настолько сильно, что от напряжения по лицу прошлась судорога, дыхание сбилось, кровь прилила к лицу, а горячительный напиток усиливал эффект, наверно и пар из ушей повалил, если бы это было возможно. Нервно огляделся по сторонам в поисках знакомой хрупкой девичьей фигуры, взгляд скользил по лицам, спинам, задницам, но ничего. Её не было, и тогда сердце забилось ещё чаще, кулак той руки, которую до сих пор удерживал в кармане, напряжённо сжался, когда к этому мужчине подошла брюнетка с длинными чёрными волосами. А-а-а! Хотелось кричать во всё горло. Оторвать голову сопернику, а её привязать к себе и больше не отпускать. И тут же вторгалась совершенно иная идея, рассказать её муженьку, как они весело проводили время. Что с того? Да ничего! Но будет приятно посмотреть на её растерянный вид. Надо же, а ведь он никогда не видел её растерянной. Тогда, после отъезда, как свихнулся, шерстил инет в поисках хоть какой-то информации и Андрей оказался прав. Полно её фоток, хочешь – в мини, хочешь – в белье, хочешь – в позе такой, что скулы сводит и стояк мучает. Смотрел до тех пор, пока глаза не слипались, потом напивался до беспамятства, девок к себе водил разных, странно, что заразы никакой не подцепил, о предохранении тогда вообще не думал, а на утро за волосы из квартиры выталкивал. Так до сих пор осталось: бабы – ничто, их нужно пользовать, чтобы они не использовали тебя. И её сейчас хотел, так же сильно как и прежде. Сколько ей сейчас? Четыре года… четыре года… тридцать три было осенью, точно! Надо просто посмотреть, посмотреть в её глаза, в лицо. Она постарела, появились морщины, глаза потускнели… семейная жизнь ещё никого не красила. Уверен, что всё изменится, как только столкнуться лицом к лицу… и лучше это сделать до того, как явное возбуждение распугает всех в этом зале.

Пока размышлял на интересную тему, незаметно подошёл и стал рядом кто-то из знакомых. Много лиц, всех и не упомнишь, ничего, зато его все знают по имени и отчеству, теперь знают.

– Игорь, рад видеть. – Улыбнулся ему смутно знакомый мужчина.

Назвал по имени, значит, вроде как дружат. Чёрт, или он допился до чёртиков, что не узнаёт никого, или это Оксана сводит его с ума как тогда.

– Привет. – Кивнул, не глядя, боялся потерять из виду этого хмыря.

Оксана от мужика своего опять куда-то ушла, а он так и стоит. С кем, кстати?

– Пойдём, познакомлю.

Проследил за его взглядом мужчина и только тогда Игорь присмотрелся внимательнее и в собеседнике узнал старого друга Андрея, улыбнулся, значит всё в порядке.

– Знаешь его? – Не удержался, спросил раньше времени.

Срочно убрать бокал! Пока он не разлетелся на осколки в сжатой ладони. Поймал официанта, поставив недопитый коньяк, руки на всякий случай спрятал в карманы, хотя… при большом желании, если выведет, то и ногами уроет. Ладно, вдох – выдох, спокойно Игорь, всё хорошо.

– Витя, вот, выполняю свою роль. – Разулыбался друг Андрея, Игорь так и не вспомнил его имени, да и неважно сейчас. – Игорь Колесников, наше юное дарование. А это Виктор Дубравин, мой друг и надёжный партнёр.

Дубравин??? Жизнь заиграла новыми красками! Виктор Дубравин, именно с ним Игорь переписывался чёрт знает сколько времени и планирует долгосрочный контракт по поставкам сырья. И это он муж Оксаны? А с чего он вообще взял, что Оксана вышла за него замуж? Выяснить. Срочно!

– Приятно познакомиться. – Улыбку держать уже не мог, хотелось расхохотаться от превратностей судьбы. Чеширский кот позавидовал бы.

– Слышал, что вы молоды, но не ожидал, что настолько.

– Предлагаю сразу на «ты».

– Поддерживаю. – Кивнул Витя и поблагодарил друга за знакомство.

Через секунду того уже рядом не было, миссию выполнил и исчез, а вот Игорь остался, ему становится всё интереснее.

– Слышал, вы женаты? Или я ошибаюсь? – Начал с главного вопроса.

– Забавно, всего пару недель в городе, а все уже в курсе моих изменений в личной жизни. Да, женат. – Закивал тот, не знал, насколько сильно Игорю хотелось оторвать эту голову и стереть с лица довольную ухмылку.

– Городок у нас маленький, не удивительно. Она здесь?

– Да, где-то здесь. Только вот не знаю где…

Виктор обвёл взглядом зал, но жену не нашёл.

– Ничего, наверняка уже попала в руки местных сплетниц, зато будет в курсе событий.

– И то верно. Просто хотел познакомить.

– Успею ещё, вы ведь не уходите?

– Пока здесь. Что насчёт встречи?

– Я не помню, мой секретарь предупредит заранее. Кажется, в первой половине дня во вторник, но я не уверен.

– Ничего, состыкуемся. У меня никаких глобальных планов, которые нельзя было бы изменить.

– Ну и отлично, я тогда пойду.

От греха подальше Игорь отошёл в сторону, кулаки уже начали чесаться.

– Ты не ведись на его улыбку. Это акула похлеще столичных, откуда только такая хватка?.. – Тут же «подбодрил» Витю один из старых знакомых по строительному бизнесу.

– Справимся как-нибудь. – Отмахнулся тот.

– И за женой смотри, этот сопляк всех тут перетоптал и замужних и не замужних, ничего не боится, сучонок.

– Чего так грубо? Наступил на мозоль?

– Ага, любовницу мою отымел и сказал, что так и было. Она хоть и не жена, но всё равно неприятно, доверял девке, не один год вместе. А этот попользовался раз и избавился.

– Да ну, сколько ему? Двадцать пять?

– Где-то так. – Почесал затылок мужчина.

– А Оксане моей уже за тридцать. Да и дочка у нас. Она не из гулящих.

– Ну, смотри, баба красивая, я тебя предупредил.

– Ладно, красивая, да не глупая.

Витя знал, что Оксана не посмеет, не сказать конечно, что он её позор прикрыл, женившись, не то сейчас время, но она ему благодарна чисто по-человечески. А как только поставки наладит, будет уверена в нём. И никуда уже не денется, а если и посмеет, на что надавить он знает. Дочка для неё самое дорогое. Ещё разок окинул взглядом зал и тогда уже встретил родные глаза, которые в искусственном свете казались почти прозрачными, бесцветными, и Оксана ему улыбалась, ему одному, выглядела сегодня сногсшибательно. Витя и забыл, какая она может быть. Жизнь в провинции наложила свой отпечаток на внешний вид. Нет, она не носила день и ночь толстенные халаты, не вкручивала в волосы бигуди, а оставалась такой же женственной. Но вот так, в вечернем платье, на шпильках, когда её ноги кажутся бесконечными, а попа чуть вздёрнута вверх, не видел давно. Платье, которое она выбрала из чёрного атласного шёлка, идеально облегало фигуру, не создавая ни единой складочки. Разрез подола доходил до середины бедра и желающие, могли разглядеть там кружевной край чёрного чулка. Да, он хочет её, прямо сейчас. Уже представляет себе, как оставит в одних чулках и наклонит, разглядывая тело без единого изъяна. А потом она будет кричать под ним… Оксана никогда не притворялась и не делала вид, что он бог в постели. Хоть Витя и старался, но та всегда оставалась неизменно холодна. Оргазмы были, но при стимуляции пальцами, Оксана ничего не говорила, но он чувствовал, что часто остаётся неудовлетворённой. Всё испробовал, другие уже умоляли дать кончить, а эта как ледышка, только выдавала блаженный стон и то, можно сказать выдавливала его из себя. Как мужчину его это задевало, но причину видел в другом, в своей несостоятельности как бизнесмена. Он помнил то время, когда Оксана ещё только начала встречаться с Дементьевым. К бывшему мужу относилась чуть снисходительно, позволяя себя любить, на нём училась и отрабатывала свои приёмы, не думала, что замуж выйдет, не женятся такие люди как он, и прогадал. Тот влюбился, сам себя не помнил. И подчинил её, непокорную, гордую, да так к себе привязал, словно приговором, что дышала без него через раз, смотрела как на Бога, и расцветала в его присутствии. Для остальных так и оставалась закрытым бутоном. А вот с ним (Витей) такого не было. Мила, добра, улыбается, спит с ним, но смотрит как на своего раба. Но скоро всё изменится.

– Вить, уже девять. – Словно лебедь подплыла она, изящно огибая толпу. – Алису пора укладывать.

– Няня положит, какие проблемы?

– Проблема в том, что это не наша няня. И Алиса не у нас дома. Думаю, уже пора. Ты, кстати, встречался с Колесниковым, кажется, мы ради этого здесь?

– Да, переговорили. Встреча назначена на следующую неделю. Хочу и тебя познакомить, только вот не вижу, где он.

– Познакомимся в другой раз, Вить.

– Подожди, сейчас ещё переговорю с Кешей, и пойдём.

Кто такой Кеша Оксана знала только образно, лично не встречалась с ним никогда, но даже тот факт, что из-за этого человека, Алисе приходится ждать, готова была убить.

В такие моменты, всегда сравнивала Витю с бывшим мужем. Нехорошо, конечно, но это происходит непроизвольно. Тот тоже считал, что такие мероприятия для бизнеса полезны, но никогда не переходил грань фанатизма. Пара бесед и домой. С ним должны искать встречи и никак не наоборот, посещал приёмы для поддержания статуса, своего лидерства, не давая конкурентам забыться, а вот Витя получал истинное удовольствие.

Сегодня, кажется, с половиной города побеседовать успел, а всё никак не наговориться. Бесит! Но она мило улыбается и стоит рядом с мужем в надежде, что это именно Кеша сейчас с ним разговаривает.

А Игорь всё это время за ней наблюдает. Пока шла к благоверному, чуть с ним не столкнулась, в последний момент успел отвернуться, даже не ожидал, что вот так вдруг Оксана окажется рядом. И, дьявол, она такая же красивая как и была. Словно сошла с картинки модного журнала. Только там сплошной фотошоп, а здесь она, настоящая, тёплая, родная. Нет! Не родная, и не его. Но до одури красивая и возбуждает с первого взгляда. Как почувствовал аромат её духов, тех же, что и тогда, казалось, всё простит, только бы вернулась, а сейчас, когда стоит с этим… мужем… убить хочется обоих, а лучше показать, кого она потеряла, на какого слизняка променяла. Муж её неприятный тип. Он не работает, чтобы жить, он живёт, чтобы работать. Деньги ради денег – вот его девиз. А так по жизни идти нельзя. Вот для Игоря деньги это всего лишь средство для достижения цели, женщины, машины – не важно. А она к этому ушла… язык не поворачивается назвать мужиком. Му*ак, урод, старый, алчный червь. И Оксана пожалеет, что променяла его. Нет бы на кого достойного… И захотелось показать, кто здесь хозяин.

Внезапно на весь зал начала звучать оглушительная музыка, что-то из попсы, первые аккорды довольно-таки знакомые, но сразу Оксана не поняла. И на первом резком переходе, сильная мужская рука подхватила её, потащив в центр зала. Резкий разворот, её оттолкнули в сторону и уже через секунду притянули к горячему телу, способность чувствовать музыку и партнёра помогли сориентироваться, но как только её голубые глаза встретились с его серыми… ориентир перестал существовать. Песня Савичевой в дуэте с Джиганом: «Любить больше нечем» зазвучала, и первые же слова больно резанули по сердцу.

Сколько раз она слушала эту песню тогда, когда они расстались. Словно про них, словно по их истории. Слова больно ранят, убивают, а сейчас он смотрит прямо в глаза и в них отражается весь спектр его эмоций, от злости и обиды, до боли, которую пришлось пережить.

– Игорь?.. – Всё, что смогла выговорить, прижимаясь к его телу?

– Не ждала? – Жёсткая улыбка в ответ и его руки, которые показательно блуждают по её телу, жадно гладят спину, сжимают ягодицы. Страх одолевает, Витя здесь и он смотрит, но Оксана не в силах оторвать взгляд от серых глаз, которые сейчас хотят заморозить навечно своим холодом.

– Игорь, пожалуйста, не надо, все смотрят… – Практически умоляя прошептала она.

– Смотрят. – Отметил с удовольствием, с лихорадочным блеском в глазах. – А когда ты трахала меня в танце на глазах у всех, и моя мать смотрела, ведь не хотела остановиться. А сейчас ты станцуешь и для своего мужа.

Его безумный взгляд словно источает яд, он смотрит и убивает. Он и сам не верит, что она здесь, рядом, рядом с ним, в его объятиях, в его власти. Музыка не подходящая для медленного или быстрого танца, но они не смеют прерваться, кружась и отдаляясь от всего, что их окружает. Мгновение и его рука снова опускается на ягодицу, до боли сжимая её, Игорь с удовольствие, склонив голову на бок, наблюдает за реакцией, усмехается, видя едва заметный румянец: «А девочка, оказывается, ещё помнит, что значит краснеть!».

Каждое слово, это именно то, что он хочет ей сказать, что хотел сказать тогда, но не смог, не сделал и шаг в её сторону видя чужую, незнакомую ему женщину с хищным оскалом, с сигаретой в руках, мужчину, который увозит её навсегда… Как хорошо, что это навсегда закончилось до того, как он окончательно сошёл с ума.

Снова резкая смена мелодии и вот она уже вся зависит от него. Наклонив Оксану назад, жадно вдыхает аромат её духов, чувствует, как бьётся её сердце… для него, из-за него. Рука свободно закидывает её правое бедро на пояс, пальцы гладят ногу всё выше, пока указательный не проникает в и без того углубившийся разрез. Её глаза, которые кричат в просьбе остановиться, грудь, которая поднимается на вздохе, расправленные плечи. Обмякшее, податливое тело, не хочется отпускать, но безжалостная мелодия не даёт больше времени и они выпрямляются. Хочется прижать её теснее. Выпитый коньяк заглушает обиду, просто хочется её обнять.

– Уйди со мной. – Не приказ, практически просьба. Он снова просит её, остаться. В последний раз.

Она кивает в ответ, отказываясь, и в этот же момент отказывают и его тормоза. С силой вжав её в своё тело, шепчет на ухо.

– Или ты идёшь со мной, или увидишь, как растекаются по асфальту мозги твоего мужа.

Практически прорычал это, заставляя ледяной холод окатить горячее тело со спины.

– Что ты хочешь?..

– Тебя.

Музыка ещё не успела закончиться, как они сорвались с места. Спорить Оксана не собиралась, угроза Игоря была слишком явной, он не шутил, он предупреждал. И всё то, что до этого от него слышала, теперь мола и увидеть. Эффектный уход из центра зала, остался практически не замеченным, как оказалось, другие пары поддержали идею потанцевать и теперь они были просто одни их многих. Проходя мимо мужа, неловко улыбнулась, пожимая плечами и делая удивлённые глаза, словно и не понимала, куда её провожают, и самое странное, что Витя даже не дёрнулся, а отсалютовал бокалом. Что, чёрт возьми, это значит?!

Вышли на крыльцо, и Игорь с большим усилием давил на предплечье, уже практически волоча за собой, с трудом переставляя ноги на каблуках по скользким широким ступенькам, спускалась вслед за ним, только когда поняла, что тащит её к машине, решительно начала вырываться и вырвалась. Между ними оставалось расстояние в два шага. От горячих тел, горячего дыхания, в морозный мартовский вечер, в свете фонаря исходит белый пар, рассеиваясь в пространстве. Отдышавшись и собравшись с мыслями, Оксана решилась начать.

– Что ты хочешь от меня?

– Я уже сказал.

– Я не поеду с тобой Игорь. Всё!

– Что всё? Что всё?! – Прокричал, не сдерживаясь. – Это ты? Шлюха, которая сейчас стоит передо мной, это ты?!.. Хочешь, я заплачу. Сколько ты стоишь?

Только сейчас поняла, насколько сильно Игорь пьян, заметила, как его шатает, но не сдержалась, дала пощёчину.

– Охренела?

Следующая пощёчина получилась ещё звонче, но он их словно и не чувствовал, хотя у самой рука горела огнём и только холодный воздух остужал жгучую боль.

– Я убью тебя. Ты понимаешь, что я сейчас убью тебя? – Спросил тихо, устало, отступая на шаг.

– Игорь, ты пьян, пожалуйста, уезжай.

Отрицательно покачал головой, провёл языком по внутренней стороне нижней губы, потёр ударенную щёку.

– Только если ты поедешь со мной.

– Нет. – Прошептала. – Я не могу, – шептала ещё тише.

– Я увезу тебя, заберу, я прошу тебя.

Его глаза влажно блестели. Этот сильный человек сдерживался из последних сил, пытаясь получить то единственное, что держит его, но она не могла уйти. Точно так же, как не могла не уйти тогда.

– Игорь, нет.

Медленно отступая назад, развернулась и готова была бежать в сторону ресторана, только сильный болезненный захват не позволил сделать следующий шаг. Дальше всё на автоматизме: захват, рывок, бросок через бедро, и поверженный соперник лежит на спине. Теперь он даже не пытается сопротивляться.

– Всё, мальчик! – Резко, громко проговорил Оксана, склонившись над ним. – Игры окончены. Я больше не с тобой.

Игорь молчал, он закрыл лицо ладонями, не желая верить, что всё, что происходит сейчас – правда. И как, как эта хрупкая, нежная женщина, может убить его словом. «Всё, я больше не твоя, мальчик». Всё!

– Оксана… – Шёпот в пустоту, который пробирает до мозга костей, который отбирает все силы, который заставляет сцепить зубы… как больно. – Оксана!

Кричал он изо всех сил, лёжа на ледяном асфальте в тонком пиджаке, но она не вернулась и даже не обернулась. Подходя ко входу, заметила двух охранников, которые всё это время наблюдали. Когда проходила мимо, парни присвистнули.

– Круто ты его приложила, и не важно, что девчонка.

– Вызовите ему такси.

Вошла в зал и тут же заметила мужа, он, казалось, и не был обеспокоен её отсутствием.

– Всё в порядке? – Улыбаясь начал Витя, слегка приобняв. Пропитанная холодом ткань прижалась к коже, вызывая озноб.

– Да, выходили подышать. Он меня с кем-то перепутал. Выпил больше чем нужно.

Старалась, чтобы было правдоподобно.

– Да, Колесников учудил. – Усмехнулся Витя.

– Что?

– Игорь Колесников. Ты с ним танцевала. – Тут же добавил муж, прижимая ближе к себе.

Всё, сердце практически готово к остановке. Нет, она, конечно всё могла понять, но… но это… Как? Почему… почему Колесников? Да что тут вообще происходит?!

– Я хочу домой.

Наверно все эти вопросы за одну секунду пронеслись не только в голове, но и успели отразиться на лице, иначе с чего бы мужу так смотреть.

– Всё хорошо? – Прищурился он, придерживая подбородок.

– Да, – Оксана вывернулась из объятий, заправила за ухо локон волос, глупо, конечно, первый признак волнения, но не удержалась. Странно то, что ещё не пакует чемоданы, в попытке сбежать. Выдержка! – Просто… неловко как-то вышло. – После пристального взгляда мужа продолжать уже не хотелось. – Кажется, я ему нагрубила.

– Хоть за дело?

– Говорю же, с кем-то перепутал, вот и результат.

Нервно пояснила, стараясь не смотреть в глаза, собственными усилиями набросила на плечи шубку и вышла на улицу первой. На вопрос, застывший в её глазах при виде знакомых охранников, те улыбнулись.

– Не волнуйтесь, отправили уже Игоря Дмитрича в лучше виде. – Отчитался один из них, на что Оксана кивнула.

Надо же, он теперь Игорь Дмитриевич… Колесников.

Изменился. Да, наверно изменился. Внешне Оксана его практически не видела, только глаза, такие, что взгляд не отвести, да губы вишнёвые, чуть припухшие, видно только с кем-то целовался. А вот остальное… Тело гибкое, ладони горячие, прожигали насквозь, даже причёску не рассмотрела и костюм…

– Оксана, приехали. – Улыбнулся Витя, открывая дверь, а она никак успокоиться не могла.

Всю дорогу гадала: случайность или очень удачная игра? Он уже не маленький мальчик, Игорь мужчина, заматеревший, жёсткий, упёртый. Он не будет отступать, только вот чего он хочет, не понятно.

Дочку уложила быстро, та сдалась без боя, набегавшись с соседским Артёмом, а вот муж ожидал прихода благоверной в боевой готовности.

– Хочу тебя, – шепнул он, пристроившись сзади, пока серьги снимала, руки опустились на бёдра, чуть сжали и медленно, дразняще, подталкивали гладкую ткань платья вверх, обнажая.

– Вить, не сегодня.

– А я хочу.

Не успокаивался тот, насилуя мочку уха, покрывая неприятными мокрыми поцелуями шею, плечи, ключицы. Раньше Оксана и не задумывалась, приятна ли ей такая ласка, а теперь вдруг стало не просто неприятно, а походило на настоящую пытку. В постели Витя никогда не был особо талантлив, но честно старался, за что и был награждён её иногда даже бурным, хоть и фальшивым оргазмом. Всё боялась, что вот-вот и прижмёт её к стенке, в попытке добиться правды, но он не прижимал, а может и правда, верил. А вот сегодня, его прикосновений не хочется. Не то. Неприятно. Появляется желание тут же вымыться.

Его руки тем временем уже справились с потайной молнией платья, нетерпеливые удары его бёдер напоминали об эрекции, а взгляд, отражённый в зеркале, о желании.

– Витя, я себя плохо чувствую. Не хочу сегодня.

– А у меня созрела эротическая фантазия. – Ласково нашёптывал он на ушко, от этого его шёпота по телу пробегали мурашки отвращения, а он принял их за согласие и усилил напор, – хочу, чтобы на тебе были только чулки.

Попытался стянуть платье, но Оксана не поддавалась.

– Витя, – сказала, как отрезала, слишком серьёзно для подобного разговора, – ты меня не слышишь. Я сказала, что не хочу, что мне плохо. Какие ещё фантазии?

– Ну, а что мне теперь делать? – Изумился муж, усмехаясь.

– Так, большой мальчик уже, сходи в душ, помоги себе сам. Мне ли тебя учить? Я отдохнуть хочу!

На последних словах уже отстранилась и руки дотянулась до длинного халата, в который тут же закуталась.

– Я завтра с утра еду в салон, волосами займусь, как приеду, если захочешь, обсудим.

– О-ох, лучше бы ты мной занялась.

То, что Витя остался недоволен, беспокоило мало, сейчас думала о других руках, о чужих губах и о том, кто виноват в том, что мальчик так испортился.

А мальчик думал о ней. Долго, так, что и алкоголь выветрился. Что он от неё хотел, теперь было ясно. Раздавит, уничтожит, не её, конечно, мужа, но это практически одно и то же, даже придумал как, осталось только втереться в доверие. Виктор не дурак, но слишком торопится получить прибыль, на этом он и сыграет. Большие деньги – большой риск. А ещё Оксану хочет. Прикоснуться, почувствовать её запах, её тепло, увидеть её взгляд. Сейчас уже был уверен, что взгляд этот будет гневный, мальчик не послушался свою мамочку, хотелось бы получить наказание. Неприятный осадок оставляло чувство фальши, он не живёт, он пытается смоделировать жизнь, ситуацию. Для некоторых это и есть жизнь, только вот когда удовольствие от этого спорное, сомнительное, тогда и удовлетворение не наступает. А игру он свою плетёт вокруг Оксаны. Не понятно правда, как относится к ней самой. Когда видел в обнимку с этим неудачником, ненавидел. Точно ненавидел, только среди ненависти проскальзывала ревность, обжигающая, разрушающая, напоминающая, что не твоё, не лезь. А как не его, если его женщина, его любимая… Любимая… да, то, что нужно. Улыбка расползлась по лицу, вспоминая, как она кормила с ложечки, когда руки на тренировке разбил в хлам. Почему всё так? Нельзя так сыграть, нельзя обмануть. Ведь любила же, тогда почему ушла? До сих пор ответ на этот опрос не хочет находиться. Андрей потом ещё столько раз говорил о том, что она испугалась раскрыть правду, ей есть, что скрывать, что муж неспроста её содержит. Муж… тот и сам скользкий тип, играет словами, но ничего не говорит. С ним всё не так просто, и ребёнок… Максим, он помнил, как Оксана во сне упоминала это имя, только на его вопрос о том кто это, отмолчалась. Тогда Игорь был уверен, что муж, а теперь знал, что это не так, но ничего не прояснилось. Первое время хотел сам к нему съездить, напрямую спросить, что их связывает, Андрей тогда на границе города при помощи гаишников остановил. Потом и сам понял, что зря всё это. Дементьев ясно дал понять, что терпеть столь пристальное внимание не намерен. Да и вряд ли что-нибудь рассказал бы, но голову отбили бы точно, потому и остановился. Не был уверен в том, что оно того стоит. А сегодня, как дотронулся, в глазах утонул, так и захотелось всё назад вернуть. Чтобы не было никого кроме них, только Оксана этого явно не хотела. Испугалась, он видел по глазам, что испугалась. Конечно, наверно уже наслышана о нём, странно, что к встрече не была готова. Но завтра придётся встретиться ещё разок. Познакомиться, так сказать, поближе.

Утром уже был готов к визиту вежливости. В гости его никто не приглашал, поэтому пришлось адресок узнавать. По дороге купил цветы, коньяк, закуску. Вариантов начать было много, это ещё зависело от того, что сказала после танца Оксана: толи ему извиняться, толи идти в наступление. Да и вообще, странная реакция у этого Дубравина. Его жену облапали, едва не трахнули на глазах у всех (Игорь до сих пор не помнил, что его удержало), а он мило улыбался. Только за это хотелось размазать по стенке вместе с этой улыбочкой. Вывод один – он о прежних отношениях ничего не знает, а это уже плюс. На подъезде к посёлку, с поста охраны о госте предупредили, так что неожиданности не будет, с постели он их не сорвёт.

Ворота дома были предварительно открыты, но во двор заезжать не стал. Зашёл в дом, скинул с плеч куртку, сегодняшний демократичный наряд в последнее время стал редкостью. Всё больше Игорь носил костюмы, рубашки, так что классические джинсы и тонкий пуловер тёплого молочного оттенка, который так удачно сочетался с цветом ботинок, смотрелись на нём чуть ли не дико (секретарша точно удивилась бы). В доме было подозрительно тихо, того и гляди, засаду устроили. Потоптался пару минут в прихожей, поправил взъерошенные волосы, на шум, наконец, пришла женщина из прислуги.

– Доброе утро, вы Игорь Дмитриевич? – Вежливо уточнила она.

– Да.

Краткость – сестра таланта, но не настолько же! Только вот слова где-то потерялись, нахлынуло странное волнение, словно он подглядывает за чужой жизнью из-за ширмы, хотя, по сути, так и было.

– Проходите в гостиную, Виктор Евгеньевич сейчас подойдёт. Чай, кофе, будете? – Тараторила она без остановки.

– Нет, спасибо.

На этом его проводили и усадили на диван. Было время осмотреться. Обстановка в доме хоть и уютная, но Игорь руку бы отдал на отсечение, что ей занималась не Оксана. Её вкус он знал, точнее помнил, а если ещё точнее, то помнил даже то, что осталось от её квартиры после его набега. Тогда, конечно, погорячился, из себя вышел. Ждал, надеялся услышать какие-то слова, даже не оправдание, не нужна была и правда, только бы сказала, что все слова Андрея вымысел, не более того. Но она не пришла, потом была ночью в КПЗ, дежурный сказал, что приходила хозяйка квартиры, от претензий отказалась. Ещё бы она не отказалась!..

Резкий шум вернул в сегодняшний день. Как ураган, сметая всё на своём пути, в сторону дивана неслась маленькая чертовка, от одного взгляда на которую хотелось улыбнуться. Ничего не говоря и не спрашивая, она запрыгнула на диван, переступила маленькими ножками через Игоря, ловко оттолкнула его от спинки и спряталась, кутаясь под мышку. Ещё чрез секунду, так же, со стороны лестницы, прилетел мальчишка, лет пяти, с мечом в руках, импровизированным плащом в виде небольшой простыни на плечах, и горящим взглядом, но, увидев гостя, резко остановился и меч свой спрятал за спину.

– Здрасьте. – Заикаясь от неожиданности, пролепетал малец, и попятился. Покраснел и унёсся в сторону коридора.

Игорь, понимая, что был вовлечён в какую-то детскую игру, пребывал в некоем замешательстве, с детьми он никогда не общался и что с ними делать, не знал, а вот малышка так и пряталась за его рукой, мирно пыхтя и усердно прижимаясь. Когда всё стихло, миленький носик высунулся из-за плеча, и только не разглядев опасности, она показалась вся. Окинула незнакомца неторопливым придирчивым взглядом, после которого улыбнулась ошеломительной улыбкой. Теперь Игорь наверняка знал, что соблазнительницами рождаются.

– Ты кто, плинц? – Наконец, выдала она.

– Не знаю, наверно нет, а ты принца ждёшь?

– Ну, ты зе спас меня от злого волсебника! – Тут же возмутилась она, уперев руки в бока, и вмиг захотелось стать принцем. Девчушка попалась с характером.

– Значит принц. А ты, радость, кто такая? Принцесса?

– Да.

Малышка осмелела и теперь свободно разгуливала прямо по его ногам, переступая и намерено наступая, заглядывала в глаза и улыбалась.

– Я Игорь.

– А я Алиса Виктоловна! – Пропищала малышка, и тут же вернула Игоря на землю, напоминая, кто он и зачем сюда пришёл. Волшебство момента исчезло, только вот маленькая принцесса осталась.

– Понятно. И ты тут живёшь? – Продолжил, заметив, что девочка отступать не собирается.

– Да, мы зывём тут с мамой и папой.

– А это был твой братик?

– Нет, это Тёма, он плисол с дядей Олегом.

Действительно, какой брат? Мальчик большой, сыном Оксаны быть не может никак, а вот Алиса… кажется, как раз её. Такие же чёрные волосы, светлая ровная кожа, озорная улыбка, но не мамина, и глаза. Необыкновенные. Такие тёплые, дымчато-серые, обволакивающий взгляд, согревающий, а когда на них попадал прямой свет, они отдавали голубизной, слегка прозрачной, едва заметной.

– Алиса, что ты делаешь, слезь сейчас же! – Прикрикнул Виктор, как только вошёл и девочка тут же присмирела, уцепилась в руку Игоря, но слезать не спешила, смотрела на отца.

– Да пусть сидит, она мне не мешает. – Отмахнулся он, усаживая Алису на колени, почему-то захотелось её защитить, словно от чужака, который не ценит, какое сокровище ему досталось. Мелькнула мысль, что сейчас бы всё отдал за то, чтобы на его коленях так же сидела его дочка или сын. Надо же, никогда не думал о детях, а тут увидел и влюбился, своих захотелось.

– Доброе утро. Извини, она неуправляемая, в кого только такая удалась…

Виктор присел напротив широко расставив ноги, по-хозяйски приветливо улыбнулся.

– Наверно в маму, прыткая. Надеюсь, Оксана на меня не в обиде?

– Всё в порядке, – тут же заверил Виктор, а Игорь сжал зубы, не хотел он, чтобы всё было в порядке, хотел, чтобы думала о нём, глаз не смыкала ночью.

– Я, собственно, извиниться приехал. Где она, ещё спит?

– Какое там, с самого утра умчалась прихорашиваться. До этого мы жили в небольшом посёлке, там особо не побалуешь себя всеми этими женскими штучками, так что сейчас отрывается.

– Понятно, Алис, значит это тебе. – Игорь тут же протянул девочке букет, который до этого отложил на журнальный столик. Только он был настолько огромным, что не поместился в её крохотных ручках, пришлось держать теперь и её и букет.

– Чай, кофе?

– Нет, я по делу.

– Тогда, может, в кабинет?

Игорь посмотрел на малышку, которая довольно развалилась, перетянув себе ещё и коробку конфет, улыбнулся, расставаться с этой маленькой прелестью не хотелось.

– Да нет, не стоит наверно, ничего серьёзного. Хотел предложить ускорить сделку. До этого планировал отдать проект своему помощнику, но, думаю, найду время заняться им самостоятельно. Так будет и быстрее и спокойнее. Ты как?

– Я только «за».

– И у меня вопрос, э-м… я уже ознакомился с предложением, кстати, пообщался с партнёрами, слышал, что ты планируешь расширяться. Значит, будешь заниматься поиском новых каналов. Кто будет контролировать нашу сделку с твоей стороны?

Вопрос практически стратегической важности, Игорь хотел видеть Оксану каждый день. Медленно добиваться её внимания, ловить её взгляд, а это самый надёжный способ. В ожидании ответа замер.

– Штат сотрудников ещё в процессе набора, думал подключить Оксану, она как раз изучала документацию последние две недели, надеюсь справится.

– Справится, я помогу. Так даже лучше, значит, она так же будет заинтересована в ускорении процесса.

– Да, так надёжнее, и ей я могу полностью доверять.

– Доверять женщине? – Тут же поддел Игорь, на своей шкуре испытавший силу её гипноза.

– Не просто женщине, а жене. – Вовремя его поправил Виктор, чем снова провернул колышек, вбитый ещё вчера вечером в сердце.

– Не знаю, я наверно не готов к подобному шагу, оттого и удивлён. У меня и брат не женат, да и отцы наши никогда жён в дела не впутывали.

– Оксана не может сидеть дома, говорит, что задыхается. Вот, иду на уступки. Алиса уже большая, скоро в садик, совсем нечем будет заняться.

Сетовал супруг, а Игорь только улыбнулся: значит, не всё так гладко в идеальном семействе, он точно помнит, как горели у Оксаны глаза, когда она рассказывала о своей мечте, о большой и дружной семье, о том, как хочет заниматься домом и детьми. А здесь значит, задыхается?

– Да? Большая? И сколько тебе? – Улыбнулся он девчушке, которая о его рукав вытирала испачканные в шоколад руки.

– Алиса! – Снова прикрикнул Виктор, проследив за взглядом Игоря. – Иди вымойся, сейчас же!

– Да перестань! Мы хорошо сидим, это просто шоколад такой не правильный, да, малыш?

– Да! – Поддакнуло это чудо, с набитым конфетой ртом.

– Ну, ничего, придёшь ко мне в гости, накормлю настоящим шоколадом, который тает во рту, но не тает в руках.

– А когда мы пойдём к Иголю? – Оживилась Алиса, умоляюще глядя на папу, шоколад, судя по всему, она любила.

– Ну вот, теперь не отвяжется! Алис, дядя Игорь пошутил.

– Никаких шуток, – прижал малышку к себе поближе, – всё абсолютно серьёзно, жду вас на следующих выходных у себя. Выдержишь неделю, сладкоежка?

– Я посталаюсь. – Кивнула она и с колен сползла, потянувшись за водой, которая так вовремя была принесена домработницей.

– Честно говоря, как-то неудобно. Алиса! Прекрати вытирать руки о чужую одежду!

– Это всего лишь одежда. – Немного жёстко, с металлом в голосе проговорил Игорь, не сдержавшись. За одну её улыбку готов был простить всё, но отец явно на это уже не вёлся.

– Мама плисла! Мама, мама, а плинц меня спас от злого волсебника! – Бросилась она с невероятной скоростью из комнаты.

– Да? И кто у нас принц на этот раз?

Оксана вошла в комнату, держа Алису на руках, словно маленького медвежонка панды, та обнимала её руками и ногами, ластилась, ютилась, только вот одного грозного взгляда хватило, чтобы умилительная улыбка сползла с лица Игоря.

– Доброе утро, – опомнившись, кивнул он, но улыбнуться не посмел.

Оксана тоже кивнула, но вот слов не нашла, выражение «мой дом – моя крепость», потеряло свою актуальность.

– Мама, мама, а Иголь позвал нас в гости, он обесчал мне волшебный соколад.

– Алиса, иди, умойся, зайка, мама скоро тебе поможет, хорошо?

Не дожидаясь ответа, спустила девочку на пол, шлёпнула по попке, чтобы та быстрее шагала и, не глядя на Игоря, напала на мужа.

– Что здесь происходит? Почему в доме посторонние?!

– Оксана, что с тобой?.. Мы обсуждаем сделку.

– Для этого существует определённое место, и нечего приводить в дом кого попало!

– Так, Оксана, в свой дом я приглашаю того, кого считаю нужным. – Тихо прорычал Виктор в ответ, пытаясь утихомирит жену до начала скандала.

– А мне казалось, что это и мой дом. – Утихомириваться она не желала и теперь стояла в боевом настрое, скрестив руки на груди.

– Оксана!

– Умей разделять работу и личную жизнь, пока она у тебя ещё есть!

Прозвучало как угроза, Виктор даже привстал, грозно зыркая на жену, прищурившись, пытался понять, какая муха её укусила. Нет, и до этого были прецеденты, но вот так открыто, практически выставляя человека на улицу, она ещё не скандалила. Не желая продолжать разговор, по сути своей бессмысленный, Оксана ушла.

– Дикая кошечка. – Хмыкнул Игорь, оставшийся довольным этой семейной сценой, он уже чувствовал, как сладко будет работать вместе с ней.

– Это да…

– Не знаешь, как приручить? – Провокационно поддел, с долей иронии, приподнимая одну бровь.

– Люблю такую. Необузданную. С домашней курицей жить скучно.

– Ну да, а так каждый день борьба.

– За это её и люблю. Не сдаётся. Даже мне.

– Наверно недавно поженились?

– Да уже больше трёх лет. Обещала быть покорной… хорошо, что не поверил.

– Такую нужно в постели жать. – Хитро прищурившись, внутренне ликовал он. – Чтобы только там и кричала. Может помочь?

Казалось, шутку Витя не понял, посмотрел немного туповато, но не высказался, боится, что ли? Не-ет, боится потерять как выгодного партнёра, что же, это только на руку.

– Свингом не увлекаемся. Но, если что, обязательно буду иметь тебя на примете. – Попытался отшутиться Виктор, а Игоря от этой шутки пополам согнуло от боли и возмущения. Тварь, да он сам бы только за тонкий намёк зубы шутнику пересчитал, а этот…

От разговора отвлёк шум в прихожей, туда же с шумом умчался и пятилетний Артём, через минуту он вернулся за руку с родителями.

– Витя, мы ваши должники. – Тут же с улыбкой облегчения проговорил мужчина, прижимая сына к себе.

– Олег Юрич? – Поднялся для рукопожатия Игорь. – Какими судьбами?

– Да вот, соседи мы.

– Так это ваш Артём такой бандит вырос. – Он с улыбкой потрепал по волосам спрятавшегося за отцовскую спину мальчугана. – Стал злым волшебником и гоняет маленьких принцесс по всему дому. – Пояснил с улыбкой и уловил удивлённый взгляд Олега, под которым немного смутился.

– Бандит наш. А ты? С каких пор в таких тесных связях с деловыми партнёрами?

– Да вот, пришёл с извинениями за вчерашний вечер, а мне тут не рады. – Притворно расстроился, но удивлённый взгляд Олега сменился пристальным, с прищуром, он поджал губы и глубоко вздохнул, не сводя глаз с парня, которого знал слишком хорошо, чтобы поверить в эту историю.

– Да что вы, Игорь, – вмешалась Маша, – ваш танец был настоящим украшением этого скучного действа, я и не подозревала, что у вас ещё и скрытые таланты есть.

– Да уж. – Невесело согласился Олег. – Ну, ты уже уходишь?

Хоть это было произнесено и с вопросительной интонацией, Олег скорее поторапливал Игоря, не спрашивая, а утверждая. Тот быстро смекнул, что к чему и неловко улыбнувшись, тут же кивнул, соглашаясь.

– Тогда я тебя провожу, разговор есть.

– Витя, да вторника. Надеюсь, мы понял друг друга.

– Всего доброго.

Олег передал сына жене, и решительным шагом первым пошел в коридор. Молча они оделись и вышли на крыльцо, быстрым шагом направились к машине и только у самых ворот Олег дёрнул Игоря на себя за локоть, привлекая внимание.

– Оксана, значит. – Кивнул он, прикуривая, Игорь молчал, но его молчание было красноречивее слов. – Что же, я тебя понимаю. Такую с наскока не забудешь.

Игорь только ухмыльнулся, как только они оказались вне зоны видимости, разговор приобрёл новые нотки. Олег зло дёрнул его на себя, заставляя смотреть в глаза, ухватился рукой за край куртки и не спешил отпускать.

– Ты что творишь, щенок? Забудь! У неё семья, ребёнок. О ком ты думаешь, кроме себя?

– Ей с ним плохо. – Против воли, но именно эта мысль осветила мозг, её и озвучил.

– Это ты так решил? А с тобой ей было хорошо, если она с Витей сбежала?

– Я знаю её!

Игорь оторвал чужую руку от себя, пытаясь контролировать эмоции и не врезать.

– Да ни хрена ты не знаешь!

Мужчины разошлись по разным сторонам от машины, чтобы остыть, взять передышку.

– Я не знаю, почему она с ним, но то, что не счастлива это точно. Может, она и его обмануть хочет.

– Игорь, – Олег вздохнул и затянулся сигаретой, – нет ничего проще, чем обмануть того, кто хочет быть обманутым. Как я понял из разговора, они давно знакомы. Больше десяти лет. А значит, и о бывшем муже он знает, и её знает лучше тебя в сто раз. Не лезь. В чужую семью не лезь.

– Олег Юрич, я вас уважаю, вы мне тогда помогли, но это… это не ваше дело. Она моя. Моей была и моей останется.

– А если нет?

– А если нет, то я отступлю.

– Ага, только сначала разрушишь то, что есть.

– Там нечего разрушать!

– Игорь…

– Всё! Я всё решил.

– А… как знаешь.

Олег махнул рукой, отъезжающей машине, в то, что Игорь так оставит, не верил. Да он и не обещал.

Игорь с Олегом Юрьевичем познакомился как раз три года назад, куролесил тогда сильно, Оксана ушла, с соревнования сняли – не жизнь, а сказка. И он кругом виноват. Думал, перебесится и успокоится, только это «успокоится», всё никак не наступало. Вот и попал тогда под прицел спецслужб. Непонятно почему, но Олег, в отличие от своих соратников, на парня обратил внимание. Знал его по спорту, не лично, конечно, но как хорошего бойца, спортсмена, который по какой-то причине просто выбился из жизни и теперь не знает, как вернуться обратно. Помнил его, как тот сидел в клетке, спрятав голову в ладони, локти тяжело упирались в колени, практически не дышал. Только по имени и узнал, внешне парень едва ли напоминал того решительного смелого бойца, которым был всего несколько месяцев назад. Завёл тогда его в свой кабинет и поговорил «по душам», конкретно так поговорил, что рёбра потом что у одного, что у другого ныли не одну неделю. Игорь рассказал про свою Оксану, и глядя в его пустые глаза можно было констатировать диагноз «любовь». Разбираться в душевных страданиях Олег не умел, да и не собирался, а вот дельный совет дал, после которого паренёк как-то сразу в себя пришёл, шоковая терапия удалась. За ум взялся, но слишком резво. Настораживающе резво и уже через полгода стало ясно, что бес его никуда не ушёл, а просто направленность изменилась. Теперь Игорь занялся отцовскими делами. Вопросы решал быстро, конкретно. Сопли не распускал и в положение не входил. Весь город за год почистил, поэтому теперь и в таком фаворе. Парень изменился до неузнаваемости, теперь не кланялся, хотя и тогда не спешил, и получал удовольствие от своей власти, едва ли не безграничной, словно мстил всем вокруг за не сложившуюся любовь. Дела вёл отлично, был у него на это нюх и предпринимательская жилка, умел выжимать стопроцентную выгоду из каждой сделки. И стал настолько жёстким, просто непробиваемым. Олег, может, и не удивился бы, увидев Игоря в доме соседа, но было одно «но». Парень никогда не смешивал бизнес и дружбу. «В деле нет друзей, есть деловые партнёры» – всегда говорил он, приговаривая, что если это смешать, то не выйдет ничего толкового. А теперь он сидит в доме практически не знакомого человека, обсуждает детей, которых раньше не воспринимал вообще, и мило улыбается. Сопоставил факты, и быстро пришёл к выводу, как оказалось, правильному.

Докурил сигарету, выдохнул: изменить и, тем более, заставить Игоря сделать что-то против его воли он не мог, мог посоветовать, подсказать, но не больше. И если в доме парень пытался показать себя с лучшей стороны, то на улице его взгляд трактовать неверно, было просто невозможно. Он настроен на войну.

В дом вернулся, как раз когда Маша уже собрала сына, от обеда они отказались и быстро покинули дом соседей.

– Оксана, что это было? – Не откладывая важный разговор на потом, Витя поднялся в комнату жены.

– Ты о чём?

– Я, дорогая о том, что ты устроила при малознакомом человеке. Детка, нам с ним ещё работать. Он и так человек не простой, не стоит его задевать.

– Это он сказал, что я его задела?!

– Не делай такой лицо, словно ты не при чём. Он пришёл извиниться, могла бы и промолчать.

– Я его не приглашала!

– Оксана… – Витя присел рядом на кровать. – Просто потерпи. Пару месяцев, не больше, и контракт будет заключён.

Оксана резко развернулась и посмотрела на мужа.

– Ты же говорил три, четыре? Что-то изменилось?

– Изменилось. Он предложил ускорить процесс. Юристы с обеих сторон готовы, нам осталось только договориться.

– Хм. Надеюсь, не у нас дома!

– Оксана! – Витя предостерегающе прикрикнул. – Этим вопросом будешь заниматься ты. Мне сегодня звонили с производства, нужно съездить, кое-что уточнить. Справишься тут без меня?

По мере услышанного, лицо её вытягивалось.

– Что значит, вопросом буду заниматься я? Это твой проект!

– Я приеду в конце недели, там тебя и сменю, а пока придётся самой.

Оксана отвернулась, обхватив себя руками, спасаясь от внезапно начавшегося озноба, а Витя обнял сзади, успокаивая.

– Ты с ним справишься, я в тебе уверен. – Тихим приободряющим шёпотом твердил муж.

– Но я не знаю, чего ты от меня хочешь…

– Просто начни вести переговоры. Мы многое обсудили ещё до встречи. Завтра я введу тебя в курс дела, а сейчас предлагаю выгулять нашу язву, пока она не разнесла дом.

Как раз послышался грохот из соседней комнаты и Оксана улыбнулась. Витя прав, она справится. Только бы поскорее.

Следующее утро, провели в кабинете. Оксана внимательно изучала требования сторон, и возможные уступки. Следила за перепиской, которую вели до этого, ознакомилась с ценовой политикой как в их компании, так и на рынке предоставляемых услуг. Витя уже спешил на самолёт, поэтому особо внимание не уделял, предлагая по всем спорным вопросам консультироваться с ним по телефону. Около двенадцати уехал, оставив своих девочек скучать в огромном доме. Но скучать девочки не привыкли, поэтому быстро привели себя в порядок и отправились покорять местные магазины.

После кафе с пирожными, посетили местный парк, а когда проезжали мимо детской площадки, неугомонная Алиса не вытерпела и начала канючить, просила отвести её на горки. На горки, естественно не попали, а вот поковыряться в песке, вымазывая новенькие весенние ботиночки, мама милостиво разрешила, благо больших луж поблизости не виднелось. Вылепили куличики, которыми можно было накормить полгорода, построили замок, померили несколько луж неподалёку и уже собирались уходить, когда в кармане у Оксаны завибрировал телефон. Не прекращая отряхивать дочку, ответила, не обращая внимания на незнакомый номер.

– У тебя обалденная попка, я по ней уже соскучился. – Прозвучал в трубке хриплый, знакомый до боли голос.

Оксана резко распрямилась, подтягивая сползшие джинсы, взяла дочь за руку и взволнованно оглянулась по сторонам.

– Нет… до этого мне нравилось больше. – Последовал возмущённый вздох и притворная обида в голосе.

– Ты с ума сошёл?!

Понимание того, что за ней следят, заставило поддаться панике, она стала оглядываться ещё активнее, но ничего подозрительного так и не заметила.

– Ну, нет, детка, я не так близко. – Послышался в трубке сдавленный смех. – Но если хочешь…

Дальше слушать не стала, отключилась. Понятно, что Игорь не маньяк, а просто хочет запугать, заставить нервничать и совершать ошибки. Но рядом Алиса и это удваивает произведённый эффект. И эффект получился что надо. Озираться по сторонам она так и не перестала, дыхание участилось, чувствовала себя жертвой.

– Мам, я ещё поиглаю. – Просилась дочь, понимая, что её уводят от площадки.

– Нет, зайка, поиграешь во дворе.

– А я хочу здесь!

Девочка швырнула лопатку в сторону, вырываясь из рук матери. Стала посреди дороги и сложила ручки на груди. Выпяченная вперёд нижняя губа говорила о скорых слезах и даже истерике, сырые глазки потемнели и стали влажными.

Глазки… любимые серые глазки, они как свидетель её преступления, отражали в себе любимого мужчину, чувство полёта, которое каждый раз просыпалось рядом с ним, и ту боль, которую она ему причинила. Алиса родилась с голубыми глазами, как и большинство деток, но к трём месяцам, они начали темнеть, пока не превратились в такую нежную дымку. Глядя на дочь, всякий раз вспоминала Игоря, понимала, как Алиса на него похожа, особенно упёртым характером и желанием добиться своего, улыбкой, которая из озорной превращалась в соблазнительную. И даже губы были тонкие, как у отца, чуть более пухлые чем у Игоря, конечно, но всё же тонкие. Вот и сейчас эти губки надулись, глазки начали слезиться, а она словно рядом с ним, в желании обнять, успокоить, прижать к себе.

– Алиса, пойдём домой, детка, уже вечер. Скоро совсем стемнеет, на улицах появятся злые волшебники и заколдуют нас.

– Не заколдуют, мамочка, у нас зе тепель есть плинц.

– Ну, принц не знает, что мы с тобой здесь, ведь правда? Так что поедем домой.

– А на выходные к плинцу?

– А на выходные к принцу. – Согласилась, не ведая на что.

Тот факт, что Игорь общается с дочерью, выбивал почву из-под ног, заставлял сердце в панике стучаться, добиваясь до мозга, требуя спрятать малышку, уберечь. Понимала, что ничего плохого он ей не сделает, но вдруг догадается? Что тогда? Поэтому и прижимала к себе девочку, прятала за собой, оберегая. Не могла отойти от кроватки, когда та засыпала и уже мирно сопела. Что такое покой, придётся забыть.

Во вторник с самого утра отвела Алису к соседям, на радость Артёму, на лишние хлопоты няне, а сама отправилась на встречу. По указанному адресу, в самом центре города, располагался приличный по размерам офис. Секьюрити на входе, компьютеризированная пропускная система, металлодетектор. На втором этаже кабинет главного начальника.

– Здравствуйте, я к Игорю Дмитриевичу, он на месте?

– Извините, но Игорь Дмитриевич без записи не принимает. – Оповестила секретарь с ангельской внешностью и таким же ангельским голоском.

– Я по записи. Встреча с господином Дубравиным. Я представитель компании.

– Игоря Дмитриевича ещё нет. Ожидайте. Чай, кофе?

– Воды, если можно, без газа.

Оксана и правда приехала раньше на пятнадцать минут, но на ожидание не рассчитывала. Пока сидела, можно было осмотреться. Светлые стены и потолок, ковёр из натуральной шерсти, дубовые стойки для секретаря, цветы на подоконниках. Смотрелось всё вполне прилично. Девушка секретарь была занята работой, изредка поглядывая на гостью. Пятнадцать минут пролетели, а Колесников так и не появился, Оксана не нервничала, но по плану была ещё одна встреча, не хотелось бы опаздывать.

– Вы не волнуйтесь, Игорь Дмитриевич практически никогда не опаздывает. – Мгновенно среагировала секретарь.

– Сегодня явно не тот случай, да?

Девушка только улыбнулась, а Оксану вдруг потянуло поговорить.

– А как вам Игорь Дмитриевич, как руководитель? – Начала, не имея другого подхода, да и хотелось узнать о нём побольше.

– Вы наверно уже сплетен наслушались. – Вслух порассуждала секретарь и даже не ждала ответа, и так знала. – В жизни он немного взрывной, это правда, но всё, что касается работы, выполняет идеально. Сама порой удивляюсь, как в одном человеке, уживаются два настолько разных образа.

– Наверно вы правы. А в жизни? Что скажете?

– Да ничего не скажу, он мой начальник, особо и не поговоришь. Моё мнение, так он не нагулялся ещё, женщин меняет, никак не определиться. Мне кажется, ему нужна такая, которая будет сильнее его по характеру. Знаете, некоторые женятся, чтобы рядом был кто-то глупее его, а жена самый удобный вариант. Так вот Игорь Дмитриевич не из таких, ему нужна личность. Только он не ценит никого, оттого и мается.

– Мне показалось, или вы имеете в виду кого-то конкретного?

Эта тема оказалась особо интересной, почему-то Оксане захотелось, чтобы Игорь любил именно её, по-прежнему. Но ответить девушка не успела, а желание «по-прежнему» резко поутихло, уступая место желанию покинуть это помещение как можно быстрее. Игорь влетел в приёмную как разъярённый зверь.

– Начальника охраны ко мне, быстро! – Взревел он, оглушая своим криком.

– Игорь Дмитриевич, к вам пришли. – Пискнула секретарша, но под грозным взглядом притихла.

– Что я сказал, слышала?

Девушка кивнула, и шустрые пальчики забегали по кнопкам телефона. Игорь обернулся, чтобы что-то сказать, и замер.

– Оксана?..

– Виктора Евгеньевича нет в городе. – Поднялась она, поправляя до неприличия узкую юбку.

– М-гм.

– Ты хочешь перенести встречу?

«Аж сто раз!» – с саркастическими нотками пронеслось в голове и он улыбнулся.

– Прошу. – Чуть склонил голову и указал рукой на дверь кабинета. – Надеюсь, ты не очень спешишь.

– Зря надеешься. – Услышал фырканье в ответ и улыбнулся ещё настойчивее, уже не играя, а именно получая удовольствие.

– Тогда разборки с подчинёнными оставим на потом. Настя, – секретарь даже подпрыгнула на месте от неожиданно ласкового тона и уставилась на Игоря, – Толю отмени и скажи, чтобы закрыл шлагбаум. Меня не беспокоить.

– Хорошо, Игорь Дмитриевич. – Ответила та уже плотно закрытой двери.

Усадив Оксану в кресло за столом переговоров, сам, прошёлся по кабинету. На диван швырнул скомканное пальто, на пол, около стола поставил грязный портфель.

– Что-то случилось? Только что секретарша рассказывала о твоей лояльности, и вдруг столько шума. – Улыбнулась Оксана, заметив странное пятно на брюках.

На её взгляд Игорь внутренне выругался, выдохнул сквозь зубы и только после этого спокойно, открыто улыбнулся.

– Не поверишь. – Начал он, всё так же не спеша садиться в своё кресло. – Вышел из машины и меня перед самыми дверями какой-то сопляк на мотоцикле обдал. Сколько раз говорил закрывать шлагбаум, нет же, лишний раз ленятся свой зад поднять, да на кнопочку нажать.

– С чего взял, что сопляк?

– По телосложению определил.

– Так может это обиженная тобою девушка? – Предположила Оксана, удивляясь своей смелости в затрагивании подобных тем.

После Игорь на неё так посмотрел, что захотелось прикусить язык, а потом он лукаво прищурился, перестал метаться и, глядя в глаза спросил:

– И чем же я эту девушку мог так обидеть?

– Лишил чести и на утро исчез, не подарив даже прощального поцелуя. – Тут же ответила, игнорируя его улыбочки.

– Милая, я никогда не остаюсь на ночь, никогда ничего не обещаю, и всегда целую на прощание. Так что не угадала.

– Я просто предположила…

Игорь нахмурился, заметив грязевые разводы на брюках.

– Чёрт! Не против, если я переоденусь?

– Я могу выйти. – Уже взялась за свою сумочку, но подняться так и не успела: тяжёлая ладонь опустилась на плечо, препятствуя движению.

– Да ладно тебе, не первый день знакомы.

С этими словами он руку с её плеча убрал, вышел в комнату отдыха и продолжил уже оттуда.

– Честно говоря, не ожидал тебя сегодня увидеть. С Виктором Евгеньевичем хотелось поговорить, а так, передам тебе документы для ознакомления, и на этом разойдёмся. – Выкрикивал он из-за стены.

– У вас с Виктором Евгеньевичем, – Оксана так же, старательно выделяла мужа по имени и отчеству, – какие-то секреты?

– Не то, что бы. – Вышел в брюках, вдевая в них ремень, рубашка была полностью расстёгнута, демонстрируя всё такое же идеальное тело, и Оксана успела заметить на рёбрах, где-то в районе сердца, ещё одну надпись в виде татуировки. Прочесть не получилось, а вот явный интерес с её стороны Игоря не только позабавил, но и заставил расслабиться.

Ремень он вдел, но так и не застегнул, оставляя его болтаться в свободном полёте, такой вид возбуждал фантазию, но Оксана пресекала все попытки этой самой фантазии прорваться в мозг. Игорь, быстро сориентировавшись, приблизился и вместо того, чтобы закончить переодевание, в таком полуголом виде сел на стол напротив, внимательно наблюдая за реакцией. Хотел, чтобы смутилась, испугалась… выбежала из кабинета, наконец, и никак не ожидал того, что она просто откинется на стеле, немного отдаляясь, любуясь открытым видом.

– Привыкла вести переговоры? Ничего не смущает?

– Скорее интересно, что ты ещё написал на своём теле. – Решая не врать, проговорила она, обведя пересохшие губы языком. Соблазнять не собиралась, но заметив, как его взгляд сосредоточился именно на губах, занервничала.

– Если интересно, можешь подойти и прочесть. – Его глаза заблестели в азарте, он опёрся руками на стол позади себя, открывая пространство для действий.

- Не думаю, что это хорошая идея. – Остудила его пыл, холодно улыбнувшись.

– Ну, смотри, в следующий раз такой шанс перепадёт тебе только в моей постели.

– Не напугал.

– И не хотел напугать. – Отозвался лениво.

Его взгляд становился слишком тяжёлым, слишком пристальным, он снова стал похож на гепарда перед финальным броском, и любое движение девушки мог расценить как попытку к бегству. Только шанс такой не выдался, главный юрист, привыкший входить без стука, и сейчас не изменил привычке, нарушая интимность момента.

– Я не вовремя? – С притворной виной в голосе и взгляде вошёл он, и не думая остановиться, и закрыть дверь с другой стороны.

– Валера, твою мать! Ты когда научишься стучаться?

Игорь поднялся со стола, и сам подошёл к нему, не давая возможности разглядывать Оксану, ревностно загораживая её своей спиной.

– Ты просил срочно, я сделал срочно. Только… ты уверен в цифрах? Меня так они очень смущают.

– Лучше бы тебя твоя бестактность смущала. Давай, проваливай из моего кабинета.

– Удачной охоты, Шерхан. – Ухмыльнулся этот негодяй, уходя, и было слышно, как повторно просил секретаршу больше никого не впускать.

– Мне кажется, ты распустил не только охрану. – Заметила Оксана, обернувшись.

– Мне тоже. Так что? Не передумала?

– Ты насчёт тату?

– И не только. – Его голос стал бархатным, хрипящим, раньше старался это скрывать, теперь же, зная, как такое явное проявление желания действует на слабый пол, пользовался вовсю.

Больше провокационно садиться напротив Оксаны не мог, уж извините, но физиологию и явную тягу к этой женщине скрыть слишком сложно, поэтому присел на край стола полу боком, одним глазом заглядывая в бумаги.

– Уже не интересно. Так что с договором? Почему его составляли твои юристы? Идеальным вариантом была бы совместная работа.

– Приму любые твои замечания и рассмотрю их в положенный срок. – Официальным тоном оповестил Игорь, положив папку на стол и уже застёгивая запонки на манжетах.

– Игорь, откуда в тебе столько пафоса… запонки эти?

– Малышка, кажется, ты забыла, что я исполнительный директор крупного производственного цеха ювелирных изделий. Мне по статусу положено рекламировать свой продукт. А кроме как в запонках, мне и развернуться негде.

– Да что ты?

На шее мужчины как и прежде красовалась широкая платиновая цепочка с крупным крестом на ней, на левом запястье часы, на безымянном пальце левой руки широкий перстень, вот его раньше точно не было.

– Да. Что за тон? Что за подколы? Согласись, я достаточно сдержан в этом вопросе.

– Соглашусь, но ты явно скромничаешь. Игорь, – Оксана выждала, пока он полностью обратит своё внимание к её скромной персоне, – давай к делу. У меня действительно не так много времени.

– Хочешь сбежать? – Он приблизился, всматриваясь в глаза, дерзко улыбнулся и отступил всё так же, не отпуская взгляд. – Не получится. У нас в распоряжении практически час, а обсуждать кроме как сплетни нечего. Если тебя так беспокоит договор, то вот он.

Тут же передал в руки документ, который до этого изучал сам и, заметив, как Оксана принялась его читать, остановил.

– Изучать будешь без меня. Всё равно тут без юристов делать нечего. Удели ещё несколько минут своего драгоценного времени моему задетому самолюбию.

– Игорь…

– Что? Я прошу так много? Старые друзья всё-таки, неужели нечем поделиться?

– Что ты имеешь в виду?

– Как жизнь, как семья?

Вот на этом-то Оксана и опомнилась. Сразу пропала вся иллюзия безобидности его высказываний, Алиса, у которой горят глаза при упоминании о принце, муж. Странно, он вроде и не соблазняет, только пытается поиграть как кот с неразумной мышкой, но тут же отступает при малейшем противостоянии. Его гладкое загорелое тело с коричневыми сосками, натренированный пресс, соблазнительная кожа, на которой просматривались мелкие мурашки от прохладного воздуха. Он чувствовал себя свободно, даже слишком. Ни малейшего напряжения, которое лавиной сочилось из него при первой встрече. Он что-то задумал!

– Спасибо. Что это вчера было?

– Эмоциональный порыв. – Оскалился, в миг теряя всю напускную пушистость. – Еду, вижу оттопыренную попку, такую аппетитную, сладкую, – уже практически шептал он, – а потом узнал тебя. Решил позвонить, сообщить о своих желаниях. Мало ли, подумаешь и согласишься.

– Не смешно.

– А разве я смеюсь? Мне тоже не смешно… бы-ло. Ты как вообще, ничего не хочешь сказать? Поделиться, может?

И теперь была видна вся его сущность: не пережил, не перегорел, только озлобился и набрался терпения. Маска безразличия с лица спала, и весь он стал словно оголённый нерв. Прищуренные глаза, которые глядят в самую душу, скривившееся губы, желваки на скулах.

– Тебя интересует что-то конкретное?

– Интересует. – Не отпуская взгляда, полушёпотом проговорил он, наклоняясь всё ближе, уже угнетая её сознание своим близким присутствием.

– Игорь, всё прошло. Прости, я поступила некрасиво, сбежав вот так, но мне это было нужно.

– Что это, Оксаночка? Ты оправдываешься? Так извини, мне не интересно. Просто хочу понять, что такого ты сделала, что после первого звонка своего бывшего, сбежала.

– Я сбежала не после звонка. – Она всё больше вжималась в кресло, даже не заметив, как Игорь подобрался ближе и сидел уже практически вплотную, ладонями упирался в подлокотники её кресла. Дыханием шевелил мягкие волосы.

– А после чего?

– Сбежала от тебя. Что ты натворил в моей квартире?

– Я ждал тебя, хотел просто поговорить.

– Нет. Ты хотел вернуть меня, а мне этого было не нужно.

– Этот, что ли, тебе нужен, муж твой? Хочешь знать, о чём мы говорили при последней встрече?

– Это так важно?

– Не знаю. – Передёрнул плечами, попытался улыбнуться, но ничего не получилось. – Я предложил помочь ему в постели с тобой.

– Глупо.

– А он сказал, что как только присоединиться к любителям таких отношений, я первый в списке поиметь тебя. – Долго смотрел в глаза, не позволяя даже моргнуть. И вдруг со всей силой хлопнул руками по подлокотникам кресла, заставляя девушку подскочить. – Оксана, почему он?!

– Игорь, это как-то по-детски. Ты взрослый самостоятельный человек, ты научился добиваться своего, теперь нужно научиться отпускать, прощать. – На эмоциональном пике быстро шевелила губами она.

– А если я не могу? Слушай, – он оживился, – а может нам просто переспать? Как знать, может, и правда, отпустит? Ты у нас девочка не маленькая, от тебя не убудет. А там глядишь, я и интерес потеряю. Знаешь ведь, запретный плод, всё такое…

Он погладил по бедру, запуская два пальца под узкую юбку, спустился со стола и присел перед ней на корточки, чуть склонился лицом над её коленями.

– Как думаешь?

– Я думаю, мне пора. – Попыталась убрать его руку, но сделала только хуже, лёгкие поглаживания превратились в железные тиски, боль заставила прикусить губу, чтобы не закричать.

– Не торопись, милая. – Со спокойствием удава смотрел в глаза Игорь, склонив голову набок. – Уверен, что в твоих трусиках сейчас потоп.

Пока одна рука не ослабляла захват, другая – пробиралась между ног и уже достигла края чулок. Там остановилась.

– Не хочешь? – Он зло улыбнулся и тут же руки убрал. – Тогда минет.

– Ты с ума сошёл?

– Как только увидел тебя с этим недоноском. – Прорычал в ответ и его рык был насквозь пропитан ненавистью, злостью, ревностью, пожирающей изнутри.

– Мне пора.

– Когда выполнишь моё условие. Компенсация, за мои страдания. Я, знаешь ли, эстет, не могу смотреть, как это ничтожество ошивается рядом с тобой. Давай, не стесняйся. Знаешь, когда ты ушла, я как раз подумал, что не знаком с твоим ротиком. Что скажешь?

Он уже расстёгивал ширинку на брюках, встал в полный рост, приближаясь к креслу, можно было заметить край его трусов, из-под которых выпирал явный признак возбуждения.

– Игорь, шутка не удалась.

Внутренняя паника ещё пряталась где-то в закоулках, но что-то очень громко подсказывало, что ей пора на волю. Во взгляде серых глаз не было смеха, не было страха, было только желание подчинить.

– Не хочешь? Что же, заставлять не моя роль. Я беру только то, что мне предлагают. И ты предложишь, я тебе обещаю. А сейчас можешь идти. Я тебя отпускаю… пока. И помни, даже когда тебя съели, остаётся два выхода.

– И какие же варианты у меня?

– Или стол, – Игорь громко похлопал по столу, на который снова приземлился, – или диван. – Кивнул на диван, стоявший в углу.

– Постель не предложишь?

– Прости, милашка, я исчерпал лимит своей доброты по отношению к тебе.

Оксана не выскочила из кабинета как ошпаренная, не выбежала на улицу, умываясь слезами. Она ушла с достоинством, присущим только ей одной. Даже вежливо попрощалась. И знал, что если настоит на своём, надавит, уже сегодня бы стонала под ним. Чувствовал жар, исходящий от её тела, а она и не скрывала, сдерживала стон удовольствия. Сам испугался, что вот так всё закончится, и она снова сбежит, поэтому и предложил эту глупость, минет… даже сейчас не хотел так её унижать. Почему-то казалось, что именно унизит, хотя с другими это стал просто секс. Ни больше, ни меньше.

А вот Оксана так не считала. Шла по длинному коридору его офиса и готова была застонать в голос. Если раньше сексуальная энергия этого парня была видна невооружённым глазом, то теперь, когда он научился ею пользоваться, просто сочилась из его глаз, тела, слов. Вдруг стало обидно, что он не настоял, не заставил, не приказал. И не думала, что вот так может хотеть его. Да, красивый, да, молодой, да, сексуальный, но чтобы сходить с ума… Сердце колотилось так, словно только что прыгнула с парашютом, и ветер в лицо, чтобы остудить его. Мысль, которая пульсирует, растекаясь с кровью по всему телу: «Хочу!». В машину уже села красная как помидор, ещё и узкая юбка поспособствовала: просто шагать не получалось, полные бёдра плавно сменяясь одно другим, тянули ткань, а та в свою очередь надавливала на клитор, который пульсировал, просил разрядки. Хотелось бросить всё и вернуться в кабинет. И перед глазами стоял его возбуждённый член, налитый, твёрдый как сталь и, о да, он прав, орального секса не было, а теперь так хочется…

– Оксана Владимировна, всё в порядке? – Оторвал от мечтаний водитель, и она дёрнулась, словно пойманная на месте преступления.

– Всё хорошо. А что? – Сбившимся дыханием напугала себя ещё больше.

– Ну, вы уже минут пять сидите и молчите. У вас ещё встреча была назначена. Куда ехать?

– Давай домой. Нет настроения.

– Без проблем.

Он уже отвернулся, но всё же бросил ещё пару встревоженных взглядов. За два года работы не видел женщину такой взволнованной, с раскрасневшимися щёками, с припухшими губами, оттого, что сама их и искусала, пока сидела. Словно в лихорадке облизывала губы раз за разом, вот и подумал, что нехорошо. Зря только, после вопроса ещё больше раскраснелась. Даже интересно теперь, с кем встречалась.

Дома хотела изучить документы, но как только бралась за листы бумаги, перед глазами строчки расплывались, хотелось секса, бешеного, неудержимого, на грани возможностей. И задыхалась от одного только желания, вот сейчас бы Виктор оказался как раз кстати со своими фантазиями, только и его нет. На часах уже одиннадцать, Алису давно уложила, температура тела зашкаливала и уже дрожащими пальцами набрала номер, который так и остался неизменным, поэтому теперь знакомый наизусть по цифрам.

– Слушаю. – Толи сонный, толи уставший голос в трубке.

– Ты всё ещё меня хочешь?

Тишина. Мучительная, убивающая. Секунда, две, три, пять.

– Ты где?

– Дома. Приезжай.

Только положила трубку, как уже пожалела. Зачем позвонила, зачем напомнила?

Игорь приехал уже через полчаса. Вошёл в открытые ворота, дверь так же гостеприимно не заперта. Оксана сидела на диване в гостиной в свете одинокого торшера. Ещё когда ехал сюда, думал розыгрыш, шутка. И только сейчас, когда тонкие плечи, поднимаются и опускаются при дыхании, когда в глазах голодный, нездоровый блеск, и её не до конца сомкнутые губы кажутся гранью между раем и адом.

– Что-то случилось? – С виду спокойно, но на самом деле с бурей внутри, Игорь вышел из темноты коридора.

– Думала о тебе. Ты наверно прав. После секса отпустит.

И взглянул в глаза, а в глазах её пропасть. Бездонная, голубая пропасть. Стояк как по заказу, брюки до ужаса жмут, живот в судороге подогнулся.

– Кто дома?

– Только я и Алиса.

– А как же охрана?

– Охраны нет.

Глупый, бессмысленный разговор, словно каждый боится сделать первый шаг, нарушить момент своей нетерпеливостью. Оксана встала и пошла в сторону от лестницы, он – следом. Комната, в которую вошли оказалась кабинетом, дверь заперла на ключ. Взяв Игоря за руку, подвела к креслу, толкнула в него, усаживая. Игорь смотрел и не понимал, что происходит. Её колотит, как при лихорадке, никаких ласк, они не нужны, ловко расстёгивает его ремень, из света только небольшой светильник на дальней стене, который отражается в её глазах пожаром. Оксана не раздевает его, только немного приспускает трусы, высвобождая жаждущую плоть, проводит по всей длине вверх, вниз, глядя в его глаза. На головке сочится смазка и член как ручной зверёк тянется к ласковым пальцам. Ноги шире, голову откинул, расслабиться не получается, теперь и его колбасит, как заводного. Руки мёртвой хваткой держатся за подлокотники, чтобы не вцепиться в её волосы и не насадить на себя до упора. Чувствует горячее дыхание, исходящее от её губ и как только они касаются головки, прорычал, сдерживая крик. Бёдра приподнялись, каменея от напряжения, а её губы исчезли так же быстро, как и появились, словно их и не было. Оксана отскочила как от огня, и в её глазах читался испуг.

– Что?

– Уходи.

– Что?!

– Я не могу, уходи, прошу тебя. – Судорожный шёпот пропитан страхом.

– Рехнулась?! – Теперь и Игорь подскочил, только вот Оксана в руки не давалась. – Ведь не убежишь от меня. Сама дверь заперла.

– Пожалуйста…

Вместо ответа один рывок, мощный, резкий, он перепрыгнул через стол, вжимая её в стену напротив, сдавил горло, не боясь оставить синяки, и её слёзы не остановят. Силой вырвал поцелуй, впиваясь в желанные губы, схватил ночную рубашку, разрывая до пупка. Сжал ровную гладкую грудь с упругим соском в центре. Впился в неё поцелуем-укусом, вырывая болезненный стон.

– Не отпущу, слышишь?.. – Шепчет как безумный, прижимая к себе, сдавливая шею с большей силой. – Никогда. – Быстрый поцелуй, который волной отдаётся по всему телу.

Громкий детский крик разрывает ночную тишину, заставляя опомниться. Оксана рванула к двери, словно её никто и не держал, с невероятной силой оттолкнув взрослого, сильного мужчину. Игорь следом.

– Ты куда? – Опомнилась она на лестнице.

– Она плачет…

– Просто страшный сон, ничего серьёзного. Уходи, я больше не спущусь.

Успокоить дочь получилось быстро, Алиса, как только услышала родное дыхание рядом, снова уснула, а вот Оксана спать не смогла. Боялась, что Игорь здесь, в её доме, за соседней стеной или под дверью. Что она чувствовала, сказать не смогла бы ни себе, ни кому другому, просто ужас от того, что произошло, что могло произойти. Сердце стучало, набирая сверхскоростной ритм, в надежде выпрыгнуть из груди, искусанные губы опухли и даже лёгкое прикосновение к ним языком, вызывало жжение. Закрывала глаза и видела его перед собой. Напряжённого, горячего, страстного, такого желанного. Она не знала, почему он приехал. Нет, что он её хотел, это понятно, но зачем ему это нужно? Неужели глупая бессмысленная месть? О том, что Игорь ещё что-то чувствовал, даже думать не хотелось, его просто не должно быть в их жизни. Вычеркнуть его дважды будет невозможно. Вскоре не выдержала, встала с постели, укрыв Алису поплотнее одеялом и подошла к окну, его машины под воротами не было, и, наверно, можно было вздохнуть спокойно, только не получалось. С той же силой, с которой она надеялась на то, что он уехал, желала и обратного. Чтобы он остался, чтобы не слушал её, чтобы был сильнее и решал за неё, не оставляя выбора. Оксане повезло и она не увидела того, что было десятью минутами ранее, когда Игорь вышел из её дома.

Вышел он не сразу, не верил, что вот так уйдёт, прислушивался к ночной тишине, всматривался в темноту над лестницей, помнил её безумные, словно под кайфом глаза, и не верил. Час просидел, если не больше, и только после этого, с кривой усмешкой вышел, ногой толкая металлические двери ворот.

– Чего шумишь? – Послышалось сзади и от неожиданности Игорь присел, принимая боевую стойкую

– Мать твою, Олег Юрич… какого…

Тихим грозным шёпотом начал он, разглядев в мужской фигуре знакомое лицо.

– Это ты какого тут делаешь? Не понял ещё? Всё, она больше не твоя.

Нашёлся тоже, моралист хренов.

– Юрич, ты не прав. И нравоучения твои я слушать не собираюсь. Это моя жизнь. Моя. И за своё счастье я готов бороться до конца.

– С кем бороться? С ребёнком, у которого ты отнимаешь семью? Твой отец умер, когда тебе было двадцать. Хочешь, чтобы девочка осталась без него в своём возрасте?

– Ты мелешь чепуху! Почему без него? И нет там семьи, я тебе уже говорил. И я тоже буду хорошим отцом, раз уж на то пошло!

Наверно, Игорь только в эту секунду задумался над тем, что будет, добейся он своего. Алиса… она будет страдать? На Дубравина ему плевать, он не ценит того, что имеет, Оксана сама не знает, чего хочет, точнее, знает, что его, но вот как это сделать, пока не понимает.

– Что? Задумался, наконец? – Хмыкнул Олег, прикуривая.

– Ты не ответил, что здесь делаешь. – Раздражённо заметил, отмахиваясь от облака дыма, которое выпустили ему в лицо.

– Игорь, пойми, ты только себя мучаешь этими своими похождениями. Ну, приехал ты сейчас… может, тебе даже открыли, но она не уйдёт от мужа, я тебе это как человек со стороны говорю. Её рядом с ним что-то держит. Что – не скажу, не знаю, но она не уйдёт.

– Да пошёл ты!

Развернулся, чтобы пойти к машине, но не успел сделать и шаг, как был завален на землю подсечкой. Удар кулаком пришёлся по печени, в лицо Олег бить не стал, не портил впечатление от удачливого бизнесмена.

– Я всё сказал, Колесников. Не ищи с ней встречи, только себе хуже сделаешь.

На этом Олег ушёл так же тихо, как и появился до этого, только огонёк от тлеющей сигареты виднелся в ночи. А Игорь прыгнул в машину и уехал. Гнал на бешеной скорости по пустынной трассе, сжимая руль, что есть силы. Самое отвратное во всей этой истории то, что Олег, скорее всего, прав: она не уйдёт. Да, возможно переспит с ним, утолит жажду и его и свою собственную, но не уйдёт. Он так и остался для неё мальчишкой, который нужен только для секса.

Пара дней затишья не успокоили, вечером сидел у телефона и ждал звонка, надеясь, что она решится, но звонка не было. А в пятницу его пригласили на обсуждение контракта в офис Дубравина. С кем он встретится, секретарь не сообщила, но и без этого сразу согласился, хотел увидеть её глаза. Что она скажет теперь.

Первой несостыковкой, противоречащей его плану, оказался Андрей, которого в обход Игоря пригласили на совещание.

– Привет, что здесь делаешь? – Не скрывая удивления, начал Игорь и пожал брату руку.

– Думаю, то же, что и ты. Почему я последний и не от тебя узнаю о таком крупном контракте? Объяснишь, раз уж другого времени у нас с тобой не нашлось?

– А можно не сейчас, башка раскалывается. – Потёр виски, подтверждая свои слова.

– Можно и не сейчас. Только…

Что «только», договорить не успел, милая девушка из секретариата, пригласила в зал совещаний, только вот кроме Виктора и ещё одного мужчины, лицо которого казалось смутно знакомым, Игорь никого не увидел.

– Добрый день, присаживайтесь. – Тут же улыбнулся хозяин кабинета, пожал каждому руку и указал, куда присесть. Сам сел во главе стола.

– Игорь Дмитриевич, Андрей Сергеевич, мы изучили ваше предложение и есть несколько замечаний, точнее говоря, спорных вопросов. Так как я пока не занимаюсь вашим контрактом, слово передам моему заму. Егор Валентинович, прошу.

– Стоп! – Хлопнул по столу Игорь, прищурившись. – Витя, мы с тобой о чём договаривались, а? Никаких посредников. Ты и я. Если моё предложение тебя не интересует, не смею больше задерживать.

Подскакивать с места не спешил, наоборот, вперёд наклонился, сокращая расстояния между ними, напряжение даже и не пытался скрыть.

– Какие посредники, Игорь? Это мой заместитель, я ему доверяю как себе.

– Или я работаю с тобой или не работаю с тобой. – Тихо и как-то угрожающе выговорил, откинувшись на стуле.

Андрей за этим только наблюдал. Он присутствовал на заключении всех важных контрактов и не раз видел подобный заскоки братца, но сегодня тот переходит границы. Понятно, когда он воюет за прибыль, за выгоду. Но когда спорит, с кем конкретно будет вести переговоры, выглядит несколько-по детски. Однако пока не встревал.

– Я, так понимаю, кандидатура моей жены вас устраивает? – Тихо, со спокойным видом уточнил Виктор и, заметив согласный кивок, выдохнул. – Ничего не понимаю, – развёл руками, глядя на притихшего зама, – она сказала, вы обо всём договорились, вот и Егор Валентинович у неё дела принимал.

– Мне казалось, мы с тобой поняли друг друга сразу. Можешь считать, что это неоспоримое условие. – Пожал плечами Игорь, и сделал скучающий вид, а Виктору ничего другого не оставалось, как согласиться.

– Я не могу сейчас заниматься этим вопросом. Ладно, пока предложу кофе… – Витя на секунду задумался, – Егор, иди, отдохни, этим вопросом ты заниматься не будешь. Через пять минут продолжим. – Кивнул он партнёрам и вышел.

– Ну, и что это было? – Медленно перевёл свой грозный взгляд на брата Андрей.

– Сейчас сам увидишь.

Кофе принесли, пять минут прошли, но никакой динамики не наблюдалось, а Витя в это время пытался объяснить жене обязательное её присутствие.

– Оксана, я не знаю, что Колесников втемяшил себе в голову, но он настаивает на твоём или моём присутствии. Ты знаешь, что я не могу контролировать это дело постоянно, а от случая к случаю, просто не имеет смысла. Егора он наотрез отказался принимать.

– Я не понимаю, какая ему разница!

– Если не понимаешь, то просто иди и выполни то, что начала. В конце концов, ты знаешь, о чём будешь говорить. Давай, не подвели меня.

Все скептические взгляды жены Витя игнорировал. Ему и самому не нравилась эта бессмысленная ситуация, только вот спорить не мог, не в том сейчас был положении, и Колесников это прекрасно понимал, чем и пользовался. После первого успешного контракта, его можно будет обойти стороной, но сейчас нужно ублажать, облизывать и выполнять любой каприз. И если он хочет видеть на переговорах именно Оксану, пусть увидит. В жене он уверен, так что потерять ничего не боится. Вытолкнул её за дверь, и за руку потянул к нужному кабинету. Когда вошли, Игорь и Андрей сидели в неизменной позе, так что пришлось обратить их внимание в свою сторону покашливанием. После чего уже свободно двинулись к столу. Оксана была прекрасна, невозмутимо кивнула, приветствуя, каждому пожала руку, Витя в который раз был горд за жену, особенно когда у старшего брата, Андрея, отвисла челюсть, глядя на неё. Он, конечно, быстро взял себя в руки и сообщил, что ему очень приятно, а вот после этого, перевёл тяжёлый взгляд на брата, видимо догадавшись, с чего тому приспичило. Ничего, пусть поглотают слюни на его красавицу, не убудет.

– Надеюсь, больше проблем не возникнет? – Поинтересовался Виктор, помогая жене усаживаться в кресло?

– Ни в коем случае. – С приторно сладкой улыбкой тут же ответил ему Игорь. У Андрея претензий и без того не было.

– Тогда не буду отвлекать. Дела.

И Виктор вышел, не заметив напряжения за столом, которое не просто витало в воздухе, а повисло в нём непроходимым комом.

– Итак, господа, – с улыбкой начала Оксана, – во избежание непонимания и спорных ситуаций, предупреждаю сразу, что в кабинете ведётся аудио и видео запись переговоров. – При этом она посмотрела именно на Игоря, от которого и ожидала проблем.

К слову сказать, сама Оксана и настояла на таких мерах, и контракт здесь был совершенно не при чём, и подстраховка была не для мужчин, а для себя. Андрея тоже она пригласила, причины были и на это, так что его присутствию не удивилась, а вот в его глазах только-только начало проскальзывать понимание.

– Да нет проблем, Оксана Владимировна. Мы вас внимательно слушаем. Кстати, что с голосом?

А с голосом были проблемы. Незначительно охрипший, немного севший голос, резал слух, да и чрезмерно яркий румянец притягивал внимание, едва ли она так смущалась.

– Не стоит беспокойства, простуда. Так, значит, по контракту… Андрей Сергеевич, вот ваш экземпляр, то, что меня заинтересовало, я выделила цветом, второй экземпляр, расчёты наших юристов и экономистов. Игорь…

– Продолжайте.

В голосе Колесникова проскальзывало лёгкое пренебрежение, недовольство, что, собственно отражалось и на лице, но ничего вызывающего, всё в пределах допустимого. Он её понял. Не смотря на тот тон, вторым экземпляром договора Игорь всё же заинтересовался, и сейчас внимательно его изучал.

– Э-м… не знаю, кто проводил ваши расчёты, господа, но они немного не соответствуют действительности. В частности, начнём с цены на сырьё. Цены неоправданно завышены, поэтому прошу обратить вас внимание на страницу шесть каждого из экземпляров договора. Расчёты ваших и наших специалистов расходятся на два процента, а учитывая объёмы продаж, всё выливается в достаточно крупную сумму. Разницу я вынесла на поля. – Андрей хмыкнул и прищурился, поджал губы, а Игорь кажется, не удивлён. – Далее, сроки поставки. Не понятно вообще, откуда взяты такие данные, они едва покрывают пределы допустимого минимума. В соответствии с нашими рекомендациями, срок должен быть увеличен в полтора раза. И главное, Андрей, предпоследняя страница. – К Игорю даже не обращалась, заметив его хищную улыбку, ожидала, что это не ошибки в расчётах, но сомневалась до последнего. – Штрафные санкции и компенсации… Нет слов. Сумма на тридцать процентов превышает возможную прибыль. Это неоправданный риск, мы не готовы на него идти. В основном у меня всё, остальные вопросы могут урегулировать юристы обеих сторон при встрече. Что скажете?

– Оксана Владимировна, – лениво начал Игорь, одним пальчиком отодвигая документы от края стола, – суть ваших претензий мне ясна, но я не вижу в них смысла. Мы с вашим мужем при личной встрече обговорили основную часть, в которой главным элементом выделили скорость заключения сделки и быстрый результат. Этот договор отражает эти вопросы напрямую. В чём проблема?

– Андрей? Что ты скажешь?

– Игорь, а кто работал с документами? – Устало спросил он у брата, понимая, к чему тот ведёт.

– С ними работал я лично. Оксана, мне нужен результат, за который я плачу хорошие деньги, как ты правильно заметила, выше рыночных цен. Но я плачу и за скорость, поэтому и гарантии мне нужны железные. Не люблю оставаться в дураках.

– Но в случае форс-мажора, мы фактически остаёмся банкротами.

– Не совсем банкротами, хотя будете к этому близки. Я узнавал и перепроверял. – С дьявольской улыбкой подчеркнул Игорь. – А что касается трудностей, то прибыль с лихвой покроет ваши нервные затраты. Думаю, я работаю с профессионалами, не так ли?

– Да, но…

– Десять процентов. – Каменным голосом оповестил Игорь. – Я готов уступить десять процентов с компенсации за нарушения договора. И это моё последнее слово. Кстати, только за ваши красивые глаза, Оксана Владимировна, обычно я более категоричен. Обсудите с мужем, подумайте, рассмотрите другие варианты. Если что, я готов, мои люди займутся оформление договора, как только ваш ответ будет сформулирован, встретимся. До свидания.

На этом он вышел, с довольной ухмылкой на губах. Хлопнул дверью, а вот Андрей перевёл дыхание, глядя на Оксану.

– Вряд ли смогу вам чем-нибудь помочь. – Выдохнул он. – Решающий голос остаётся за Игорем, оттуда и его требования. Я, конечно, поговорю, но обещать ничего не могу.

– И на том спасибо.

Оксана отвернулась, пожевала губами, прочистила горло, которое от простуды неприятно першило.

– Андрей, но ведь ты понимаешь, что все эти его условия не просто так!

– Понимаю. Но если ты хочешь знать, что он задумал, то ответа у меня нет. Я обычно в его дела не вмешиваюсь, хоть и являюсь держателем акций. Подписываю документы, полностью ему доверяя. И если бы не твой звонок, не думаю, что был бы в курсе этой сделки.

– И что мне делать?

– У тебя два выхода. – Развёл тот руками.

Оксана тут же вспомнила те два выхода, которые предлагал Игорь. Да, да. Один на столе, другой на диване в его кабинете. Забавно всё складывается, ничего не скажешь.

– И на том спасибо.

– Не за что. Хорошо выглядишь, кстати.

– Спасибо. Наверно переговоры можно считать оконченными. – Поджала она губы, пытаясь улыбнуться.

– Да, уже ухожу. Я поговорю с ним.

На это могла только кивнуть, в то, что Игорь не откажется от своей игры, не сомневалась. И слишком хорошо понимала, что и у них с мужем обратного пути не будет. Они сделали ставку на этот контракт, уже вложили немалые деньги на его подготовку. Так что решающим звеном оставался Виктор, в согласии которого не сомневалась. Он не был достаточно гибким в решении подобных вопросов.

– Вить, это слишком большой риск. – Который раз пыталась донести до мужа неоспоримую истину Оксана.

– Не такой уж и большой. Проблем быть не должно, на таможне у меня свои люди, на дорогу времени достаточно. Груз уже давно готов к отправке. Какие могут быть проблемы?

– Ты штрафы видел? Мы всё выложим, если не уложимся в срок. Даже этот дом будет принадлежать ему!

– Всё будет хорошо. – Твёрдо, рассекая воздух ребром ладони, пресёк Витя. – Кстати, Колесников звонил, напоминал, что завтра мы приглашены на шашлыки. Будь готова.

Оксана улыбнулась, только в этой улыбке мало что походило на счастье.

– Я не смогу поехать, ты же слышишь, что голос пропал, а к вечеру ещё и голова раскалывается. Хочу отлежаться.

– Отлежишься вечером. А разговаривать там тебе не обязательно. Я слышал, соберётся большая компания, Алису он настаивал взять с собой. Олег с Машей и Артёмом будут. Подумай.

– Я сказала, ты можешь ехать, куда тебе вздумается, а я остаюсь дома! – Превозмогая боль в горле, практически прокричала, быстрым шагом, едва ли не бегом поднялась по лестнице, и отчётливо было слышно, как на втором этаже хлопнула дверь гостевой спальни.

– Ещё я и виноват…

Наутро встать с постели для Оксаны было подвигом, причём непостижимым. Явная температура, отсутствие голоса, непрекращающийся кашель и ещё целый букет сопутствующих симптомов. Поехать в гости она не смогла бы даже при своём большом желании, но и Алису рядом с собой оставить не решилась, боялась заразить, да и она так хотела поехать к своему принцу, что отказать дочке было невозможно. В итоге, осталась в доме одна, в кампании таблеток, ингалятора, и термометра.

Как только входная дверь на низу захлопнулась и наступила долгожданная тишина, погрузилась в глубокий, тяжёлый сон. Снилась всякая чепуха, смысл которой и запомнить-то сложно, а телефонная трель, вырвавшая из объятий Морфея, и вовсе помогла забыть всё напрочь. Звонил муж.

– Оксана, ты как? – Спросил он, но участия в голосе не слышалось, тон был строгим и деловым.

– Не очень, – с трудом прочистив горло и хорошо откашлявшись в трубку, хрипло ответила.

– Нужно забрать Алису. Я не могу, срочно уезжаю, Маша и Олег здесь присмотрят, а вот домой подбросить не смогут, свои планы. Ты заберёшь её?

– Ты шутишь? Я с постели встать не могу.

Ох, как хотелось прокричать, а ещё лучше, стукнуть Витю чем-то тяжёлым по голове. В плане отношения с дочкой, упрекнуть его было не в чем, но вот когда вставал вопрос, дети или дела, чаша весов неизменно клонилась к последнему. Вот и сейчас, едва ли в голову мог прийти вариант, оправдывавший его поступок, как отца. Бросит дочь, фактически одну, в доме малознакомого человека, это надо иметь талант. Материнский инстинкт придал силы, и она поднялась с кровати, шатаясь, поплелась в ванную комнату. Всё это время Витя напряжённо молчал, в ожидании ответа, а ответить ему было нечего. Посмотрев на себя в зеркало, и горько усмехнувшись отражению, ещё раз прокашлялась.

– Диктуй адрес.

Наверно, стоило бы принять душ, вымыть волосы, но на всё это не было сил. Поэтому собрала волосы в высокий хвост, проигнорировала макияж, натянула широкие спортивные штаны из самой мягкой ткани, сменила футболку на свежую и в кроссовках, которые казалось, стояли в гардеробе только для красоты, выбралась на улицу. Так же пригодилась спортивного типа болоньевая куртка, насыщенного синего цвета, она красиво оттеняла глаза, делая их цвет ярче. От прохладного весеннего воздуха дрожь, которая ни на секунду не унималась, усилилась, превращаясь в лёгкий колотун, наверно такой бывает с похмелья. Мягкий дневной свет резал глаза, заставляя их слезиться, едва ощутимый ветерок вынуждал отступать, поворачиваясь к нему спиной, пережидая. Никаких тебе птичьих трелей и перезвонов, никаких ярких весенних красок, сейчас только боль, изморозь по телу и кашель, который на улице так и прорывается, заставляя согнуться от невыносимой боли в горле.

Очередной неприятной новостью стало отсутствие на месте водителя, Витя, надеясь выпить и расслабиться, взял его с собой, а Оксане теперь приходилось ехать на такси.

К Дому Игоря подъехала быстро, в выходные дороги были свободны, да и жил он, как оказалось, едва ли не в соседнем посёлке. Дом с величественными трёхметровыми воротами, с полосой колючей проволоки по периметру.

– Ну, что, нам сюда? – Уточнил таксист, глядя на сомневающуюся женщину, которая с испугом таращилась на забор.

– Наверно сюда. Подождите минутку, я только позвоню.

Позвоню, оказалось, сказано громко. Это с водителем, который сидел в полуметре от неё можно было изъясняться, а вот разговаривать по телефону, стало очередной несбыточной мечтой. Пока ехала, голос сел окончательно и теперь кроме кашля, из горла не вырывалось ничего. Губы пересохли, пить хотелось неимоверно, ломота в теле не позволяла сделать лишнего движения. Звонила Игорю и по тому шуму, который доносился из трубки, было понятно, что веселье в самом разгаре и вряд ли её кто-то услышит. Через минуту её никчёмных попыток, трубку Игорь повесил, а ещё через десять секунд, перезвонил сам. Тяжело вздохнув и чуть не плача, она взглянула на водителя, встрепенулась, оживилась и протянула тому трубку.

– Скажите, что приехала Оксана, пусть выйдет.

– Без проблем. – Трубку взял и тут же громко и чётко ответил: – Да, нет, это таксист… Нет, всё в порядке. Она просила передать, что уже подъехала. Да, выходите.

Недовольный таксист передал трубку обратно.

– Какой у вас шумный друг. – Улыбнулся он. – Переживает.

Через пару минут дверь открылась, и из неё появился Игорь, в лёгкой ветровке, расстёгнутой до середины груди, разгорячённый, запыхавшийся, с красивым румянцем на щёках. Улыбнулся, заглядывая в машину, обошёл её со стороны и раскрыл двери.

– Ну, наконец-то! – Довольно прокричал он, пока не разглядел Оксану. – Что с тобой?

Пытаясь что-то сказать, она снова выдала только кашель, в попытке удержать который, полились слёзы, даже вздохнуть не получалось, вот, правда, разрыдаться хотелось от этой глупой беспомощности. А Игорь стоял и смотрел на всё это, и глаза его с каждой секундой становились всё более круглыми, того и гляди, из орбит полезут.

– Да горло у неё больное. Оттого и трубку мне передавала. Куда только попёрлась в таком состоянии, небось, и температура зашкаливает, вон какой румянец разгорелся. – Затараторил таксист, делая сочувствующее лицо. Игорь тут же приложил тыльную сторону ладони ко лбу, который оказался неимоверно горячим и прорычал что-то невнятное.

– Давай, выходи.

– Игорь, не нужно, – практически шёпотом, который причинял меньше дискомфорта, заикаясь, начала Оксана, – просто выведи Алису, и мы поедем домой.

– А дома кто?

– Никого, у прислуги выходной.

– И куда ты собралась, ты на себя посмотри, на пленного немца похожа. Давай, выкарабкивайся, не спорь.

Не дожидаясь реакции, Игорь сам влез в машину и чуть ли не силой подтянул Оксану к себе, взял на руки.

– Сколько мы должны?

Таксист ответил, а Игорь, только выругался.

– Чёрт, Оксан, ты с кошельком? Я как-то не привык с деньгами дома расхаживать, – толи извинялся, толи оправдывался он.

– В кармане.

– В каком ещё кармане? Ты же девушка, – шутил он, ощупывая пухлую куртку, рассматривая содержимое множества мелких кармашков, – в сумочке носить всё должна. И косметичку, и кошелёк и обязательно маленькое зеркальце, и пилочку для ногтей.

Говорил быстро и громко, заметил, что взгляд у неё поплыл, и Оксана еле стоит на ногах. В заднем кармане спортивников нашёл небольшую стопку смятых купюр. Расплатился и на руках внёс Оксану во двор, она даже не сопротивлялась, хотя едва ли могла это сделать. Была в таком состоянии, что удивительно, как до него добралась. Через запасной выход в гараже, внёс в дом, минул гостей, устроил в своей спальне. Ухаживать за кем-то кроме себя, не привык, поэтому не сразу решился раздеть её, но как только любимое личико снова покрылось ярко выделяющимся лихорадочным румянцем, а на лбу проявились капельки пота, медлить было глупо и просто опасно. Как человек болеющий редко, и чаще всего легко, дома не имел никаких лекарств, средство от насморка не в счёт, но градусник нашёл. Оксана не приходила в себя, но жалобно стонала и ледяными пальчиками цеплялась за его руки. Он снял с неё куртку, обувь, майка оказалась насквозь мокрая, пришлось избавиться и от неё. Как только защитная оболочка в виде слоя одежды была снята, тело начала пробивать мелкая дрожь. Сиплый лающий кашель, заставлял бессознательную Оксану выгибаться дугой.

Вот интересно получается, жил Игорь на свете и думал, что никого и ничего не боится, а как только увидел её, вот такую беспомощную, хрупкую, ранимую, и осознал, что не может защитить, сберечь. Вот и стало вдруг страшно. Да так, что и у самого зубы стучат. И страх этот наполняет лёгкие, затрудняя дыхание, распирает изнутри, заставляет сердце биться чаще и каждый удар разгоняет этот страх по венам, загоняет в самые дальние уголки мозга, заставляя осознать свою беспомощность.

Вызывать или не вызывать скорую, вопросом не являлось. Вызывать, однозначно. И плевать, что гости спросят кто и что, на всё готов, только бы ей стало легче. Повезло, удалось провести врача так, что никто не заметил. Подмигнул пробегающей мимо Алисе, обещал, что не выдаст её Тёмке. Вошли в комнату, и пришлось затаить дыхание, чтобы не мешать врачу.

– Ваша жена? – Почему-то спросил доктор, располагаясь рядом.

– Да… то есть нет.

– Так да или нет? Мне что писать в карточке, данные хоть знаете?

– Да, Дементьева Оксана. Она у меня в гостях и…

– А в гости что, голая приехала?

Глупые вопросы раздражали, хотелось дать этому мужику подзатыльник, серьёзнее бить нельзя, пусть работает.

– Нет, просто майка была насквозь мокрая, снял. – Не отводя взгляда от болезненного лица, быстро отвечал на вопросы, даже не задумывался. Сжимал и разжимал кулаки в попытке успокоиться. Рядом стоял санитар или ещё один врач, не известно, молчал, разглядывал Оксану.

– Так… Лёгкие чистые…

– Но она так кашляет…

– Молодой человек, судя по характеру кашля, это ларингит. Острый. Оттого и температура под сорок, литическую смесь мы введём, температура должна спасть, а вот с кашлем будете бороться самостоятельно. Что есть из лекарственных средств? – Спросил врач с таким умным лицом, словно у каждого дома храниться целый набор. Игорь надулся.

– Нет у меня ничего. Что нужно напишите, я всё куплю.

– Давайте бумагу, там целый список. – Доктор задумался. – Вам что рекомендовать? То, что подешевле, или что подороже?

– То, что поможет! – Рыкнул Игорь и все полу улыбочки с лица хамоватого врача тут же стёрлись.

– Вот, держите. Я написал что, сколько, и как часто принимать. Я вижу кольцо. Мужу хоть сообщите… друг.

– Что ещё? – Игорь внимательно изучал список, который оказался очень даже приличным.

– А что с полисом? Это хоть гражданка России?

– Плачу налом.

После озвучивания суммы, все вопросы прекратились, даже карточку заполнять не стали, так, мазнули имя и фамилию и закрыли листок.

После ухода врачей, Оксане стало легче, и лоб уже не горел, и румянец поубавился, и руки согрелись и перестали дрожать, но в сознание она так и не приходила. Доктор сказал, что просто спит. Решил оставить её и вышел к гостям.

– Игорь, где ты потерялся? – Тут же подошёл Олег, подтягивая в центр комнаты. – Мы уезжаем. Что с Алисой? Оксана так и не приехала?

– Не твоя проблема.

– А чья ещё? Ты зачем меня к себе позвал, а? – Олег отвёл Игоря в сторонку, как раз было удобно наблюдать за детьми и гостями, и слышно со стороны не было. – Сам же сказал, держать тебя под контролем и если вдруг чего, ручонки свои к чужому добру потянешь, непременно по ним настучать. Было такое, м-м?

– Было, было, – отворачивался он от пьяного товарища. – Ситуация изменилась.

– Да? И в чью пользу? Судя по блеску в глазах…

– Судя по всему, тебе пора. – Резко перебил его. – И давай, всех остальных прихвати с собой, хватит, погуляли.

– Выгоняешь?

– Нет, предлагаю уйти по-хорошему. Давай, Юрич, подсуетись.

Хлопнул Олега по плечу, подбадривая, а сам отыскал в толпе Алису и подхватил на руки.

– Ну что, принцесса, остаёшься в замке принца на ночь?

– А мама не плиедет? – Пропищала маленькая радость, нежненько обхватив Игоря за шею.

– Мама уже приехала, но она заболела и сейчас спит. Скоро гости разойдутся и мы вместе к ней поднимемся, хорошо?

– Да. Только я с Тёмой попласчаюсь.

– Попрощайся.

Как только все гости разошлись, можно было вздохнуть с облегчением. С Алисой Игорь чувствовал себя спокойно, хотя раньше детей недолюбливал, наверно оттого, что она дочь Оксаны, а ещё оттого, что эту малявку просто невозможно не любить. Юркая, прыткая, она как маленький лучик радовала глаз, заставляла улыбнуться. А кода увидел, как с мамой общается, как по волосам её гладит, приговаривая, чтобы быстрее выздоравливала, как в лоб поцеловала, чтобы у мамы головка не болела.

– Ты пока с мамой посиди, хорошо, а я позвоню.

– Только не уходи. Вдлуг мама пласнётся, а тебя нету, она лугаться будет. Сказала, стобы я с тобой не лазговаливала.

– Да? Так и сказала? – Малышка кивнула и сделала до того серьёзное лицо, что хотелось засмеяться. – Тогда это будет наш с тобой маленький секрет.

Вздохнув от облегчения, что маму обманывать не придётся, Алиса вновь принялась разглаживать её волосы, а Игорь смог выйти.

– Андрей, привет, выручай. – С притворной весёлостью заговорил Игорь в трубку.

Недовольный голос брата свидетельствовал о том, что позвонил Игорь не очень вовремя.

– Очень нужно, из людей кого-нибудь отправь, я не могу сейчас уехать.

– Что у тебя?

– В аптеке нужно кое-что купить.

– Тебе некого в курьеры записать?

– Я не хочу сплетен, а ты знаешь, если кто-то из моих будет, то не отговорюсь потом.

– Ладно. – Нехотя проворчал. – Диктуй, что купить, только медленно, я ещё не проснулся.

Высказав свои комментарии по поводу того, что брат там открыл лазарет, да ещё и тайный, Андрей обещал кого-нибудь прислать.

– Ну, что ты, принцесса. Мама спит?

– Спит, а я её лечу.

– Молодец, мама наверно скоро проснётся, идём поможешь мне на кухне, а то наши гости всё съели. Мама ведь голодная проснётся, да?

– Мама говолит, сто когда болеес, нузно пить бульон.

– Бульон? А как его готовить, знаешь?

После этого вопроса Алиса как-то странно глянула на спящую Оксану, сползла с кровати и, быстро схватив Игоря за руку, вывела его из комнаты. В коридоре заставила наклониться и заговорщицким шёпотом на самое ухо проговорила, прикрывая свой рот ладошками с обеих сторон.

– Мама умеет готовить, но это секлет.

– Секрет? А почему? – Так же шёпотом и прикрывая ладонями рот, чтобы никто не подслушал, едва сдерживая смех, уточнил Игорь, посмотрел в блестящие глазки, в которых бегали чертята и постарался нахмуриться, чтобы не выдать смех.

– Никто не знает, сто мама умеет готовить.

– Даже папа? – Информация стратегически важная, у Игоря сердце замерло в ожидании ответа.

– И дазе папа. – Кивая подтвердил этот чудо-ребёнок, просто кладезь полезной информации и секретов.

От души отлегло, правда, и внутри загорелся малюсенький светлячок, от понимания того, что его Оксана всегда выделяла из толпы, только вот это не спасло от её ухода. Не важно, справиться, а сейчас по плану куриный бульон.

Алиса оказалась не просто маленькой интриганкой, а ещё и будущим кулинаром. Мастерски рассказала, что и когда, по мере закипания куриного мяса, нужно закладывать.

– Солим только закипевсую воду. – Била по рукам она, когда хотел посолить заранее. – Кладём кулицу. А сто? Целой у тебя нету? – Изумилась, увидев окорочка.

Ну, не было у него целой курицы, не любил он крылья и белое мясо, Оксана-то об этом наверняка помнила. А вот малышку стоит приучить.

– Теснок! Теснок! – Трубила во все колокола, когда курица закипела. – И лист.

– Какой лист? – Не понял Игорь.

– Зелёный такой, как у Цезаля.

– Лавровый, что ли?

– Да, лавловый, лавловый!

Так, под чутким руководством малышки, бульон был сварен. Мясо из него частично уничтожено под предлогом снять пробу. Между делом Игорь отлучался проведать Оксану и пару раз не удержался, кидая на дверь быстрые взгляды, прилёг на край кровати, прижимая Оксану к груди. Чувствовал себя маньяком-извращенцем, который проникает в частную жизнь без разрешения и пользуется благами, в отсутствии хозяев. Вдыхал аромат её волос, чувствовал мягкое податливое тело под ладонями, и становилось легко. Так, как не было уже очень давно, словно в прошлой жизни. Потому что с ней. Спустя минуту, как преступник, пробирался к двери, оглядываясь, не разбудил ли, и спускался вниз где можно было обнять Алису, не боясь быть пойманным.

Идиллию нарушил звонок. Оказалось, что Андрей решил лично узнать, что такого сверхсекретного скрывает брат, что даже к своим проверенным людям не обращается. Встретил его с Алисой на руках, которая вцепилась руками и ногами, не желая ни на секунду расстаться.

– Не понял.

Сказать, что Андрей застыл на пороге, это ничего не сказать. Он окаменел, переводя взгляд с Алисы на Игоря и обратно, долго не решаясь задать волнующий вопрос, а довольная физиономия братца беспокойства только прибавляла.

– Откуда такое сокровище? – В обход темы спросил он, стягивая ботинки.

– Моё. – Ещё шире улыбнулся Игорь, прижимая к себе девочку и заметив очередной ступор брата, засмеялся. – Да шучу я, знакомься – это Алиса. Алиса, а это дядя Андрей.

– Очень интересно. И чья ты, красавица?

– Я мамина и папина. – Гордо выдала она и кивнула наиграно-надменно.

– Наверно принцесса. – Догадался Андрей и оценив реакцию, понял, что не ошибся.

– Да. Плинцесса. А он мой плинц. – Прильнула к Игорю, целуя в щёку.

– Ну, тогда, брат, я за тебя спокоен. Можно считать, что ты пристроен, с такой-то принцессой.

– О-о, это ты ещё не пробовал, как она готовит.

– А Алиса у нас ещё и готовит?

– А как зе! Иголь, мы будем колмить дядю Андлея? Там есчё кулица осталась. Маме всё лавно нельзя.

– Голодный? Мы тут такую курицу забабахали, пальчики оближешь.

Игорь, отошёл с прохода, пропуская Андрея, попутно забрал у него пакет с лекарствами.

– Голодный. Ты меня прямо перед романтическим ужином сорвал. Что, кстати, за срочность? Малышка твоя вижу, здорова, кого лечить будем?

– Маму. – Выдохнул Игорь и Алису отпустил.

– У мамы голлыско болит. – Пояснила девочка. – Я за кулицей, а ты мой луки! – И даже прикрикнула, хмуря брови и строго посматривая на вновь прибывшего.

Недолго думая, отправились за девочкой на кухню, откуда как раз доносились приятные запахи. Алиса к тому времени уже стояла на стуле и вылавливала куриные ноги из кастрюли. Даже удивительно, как ловко у неё это получалось, учитывая извечную детскую проблему, такую как шустрость и неловкие руки. Проконтролировала процесс мытья рук, лично подлива жидкого мыла, усадила гостя за стол и с серьёзным видом объявила, что пойдёт проведать маму.

– Ну? И что это было? – Уже не особо улыбаясь, спросил Андрей. – Откуда девочка?

Игорь опустил голову, потёр шею, попутно разминая мышцы.

– Оксанина дочка. – Обречённо выдал он и от души похлопал по спине поперхнувшегося Андрея.

А поперхнулся он не просто так, внимательно посмотрел на брата, потом вслед ушедшей девочке, ещё раз сглотнул слюну и замер. Плюс ко всему упоминание о том, что Алиса ушла к маме, значит что Оксана здесь? Что он и озвучил.

– Значит, Оксана здесь?

– Да.

– И как так получилось?

– Получилось. – Раздражённо проговорил Игорь, сверкая злобным взглядом. Судя по всему, вопросы лучше оставить при себе, как и своё личное, никого не интересующее мнение.

– А Алиса?..

– А Алисой занимаюсь я, так как её отец отбыл по делам, отправив за дочерью жену в полуобморочном состоянии.

– Ничего не понятно, но судя по всему, глава семейства в курсе?

– Почти. То есть… Да какая разница! – Взревел, сам запутавшись в своих мыслях и разъяснениях.

– Да вообще никакой. Просто… я не уловил последовательности в твоих действиях. Вчера ты ясно дал понять, что загнёшь их бизнес в бараний рог, а сегодня носишься с ней, таблеточки, компрессики… Я ничего не упустил? Ты что задумал? – От пытливого взгляда не увернуться и Игорь обхватил голову руками, ероша волосы. Потряс головой, крепко зажмурив глаза и резко напрягся.

– Я и сам не знаю, чего хочу. Просто увидел её сегодня, бледную, такую… не знаю, она никогда не была такой беспомощной, всегда хвост по ветру, спинка как струна, а сегодня, нёс её на руках, а она даже не поняла, что это я был. Сознание потеряла, как только на ноги поставил, представляешь? А этот урод… да я бы никогда… а он. – Суставы сжатых кулаков хрустнули.

– Короче, это что-то вроде передышки. – Игорь неуверенно кивнул, а Андрей продолжил. – А сможешь ли ты, брат мой, после такой передышки, вернуться к изначальному плану?

– Я не уверен, что правильно поступаю, но и отказаться не могу. Она играет со мной, даже сейчас, управляет, а я ведусь, как мальчишка. Надо что-то решать, но что?

– Ладно, не парься, завтра разберётесь. Оксана тоже не дура, всё понимает, может, она что-то решит, если уж ты запутался.

Внезапный телефонный звонок прервал разговор.

– Слушаю. Что?! Еду!

За секунду домашний, не знающий, чем закончить вечер Игорь, превратился в Игоря Дмитриевича Колесникова: собранный, решительный, знающий своё дело.

– Пожар на производстве, есть жертвы. – Пояснил он, натягивая свитер.

– Почему едешь ты? Где начальник по ТБ? Твой зам?

– Все уже там, только меня ждут. Чёрт, Алиса!

– Езжай, я разберусь.

После отъезда Игоря, прошёлся по всем комнатам в поиске Алисы, как ни странно, но Игорь устроил Оксану именно в своей спальне, в которой, Андрей знал наверняка, не была ни одна женщина. И тут уже не понятно, толи от шокового состояния он её сюда определил, толи только её и ждал. На Оксану старался не смотреть, а вот глядя на девочку, сердце неприятно сжалось.

– Алиса, мама спит, не будем ей мешать, давай поиграем внизу.

Девочка с кровати сползла, но идти не спешила.

– А где Иголь?

– Игорь уехал на работу, так что мы с тобой за хозяев. Как думаешь, справимся?

– Да. А сто мама оденет, когда плоснётся?

– А что, маме нечего одеть?

Не сказать, что удивился, учитывая приезд врача и её состояние в целом, но и вариантов было не много, точнее, всего один. Им и воспользовался, взяв из шкафа домашнюю одежду Игоря. Тонкий трикотажный свитер и трикотажные штаны, положил на край кровати, а Алису взял за руку, чтобы уж наверняка не придумала что-то ещё, чтобы побыть в комнате.

Чем заняться с ребёнком, он знал плохо, точнее говоря, не знал этого даже в теории, учитывая, что сам рисовать не умел, а в наличии красок и кистей у Игоря, сомневался. Детских игрушек не было и подавно, а вот вопросы, которые не давали покоя, склоняли к версии «поговорить».

Усадил Алису на диван, включил детский канал, а пока девочка не окончательно увлеклась очередным шедевром анимационного искусства, мягко, между делом, затеял разговор.

– Алис, а в кого у тебя такие красивые глаза, в маму? – Этот вопрос стоял первым в очереди с первого мгновения, как её увидел.

– Мама говолит, сто как у папы.

– А разве у папы серые?

– У папы зелёные. – Посмотрела на него как на инопланетянина, ну, или как на неразумное дитя, которому только что открыли истину.

– А у мамы?

– А у мамы голубые.

– А у тебя ведь серые?

– Мама сказала, сто в папу. – Упрямо повторила девочка, уже нахмурившись.

Это и рассмешило и довело до слёз одновременно, неприятное, скользкое сомнение прокралось глубоко в душу и сжало сердце в тиски.

– А когда у тебя день рождения, скоро? Не знаю, что тебе подарить, может, ты о чём-то мечтаешь?

– Узе было недавно. В февлале. А подалки от незнакомых дядей мама плинимать не разлесает.

Второй укол совести так же ударил точно в цель, мерзко, до жути, и холодно внутри.

– А мы ведь с тобой уже знакомы. Нас Игорь познакомил. А от Игоря, кстати, подарок примешь?

– От Иголя плиму. Он зе плинц!

– Действительно, – усмехнулся, – это я как-то забыл. Так что, принцесса, дружить с тобой будем?

Андрей протянул девочке широкую ладонь, но та только посмотрела с сомнением.

– А мама лазлесыт?

– А вот она проснётся, мы у неё и спросим. Хорошо?

– Халасо.

Как только вопросы стихли, малышка увлеклась мультфильмом, забавно смеялась, хлопала в ладоши, вторя героям, но уже через полчаса первый предательский зевок прорвался наружу. За первым тут же последовал второй и уже к восьми вечера, Алиса уснула самым мирным сном ребёнка. Отнёс её в комнату к Оксане, уложил под одеяло, прикрыл дверь и вернулся в гостиную, только вот мысли переполняли голову, и совсем не добрые и не светлые. Вопросы были, ответы на них буквально напрашивались и казались заведомо верными, осталось только дождаться подтверждения. Но с чего вдруг Оксане с ним откровенничать? Она имеет полное право даже не смотреть в его сторону. А почему Игорь возится с ребёнком? Может, он и сам догадывается? Нет, не может. Он не догадывается, он идёт напролом. Значит, такие мысли в голову не приходили, тогда что, родственная связь, духовная?

Тихие шлёпающие шаги босых ног по плитке, отвлекли и даже немного напугали, настолько погрузился в свои мысли, что и забыл, где находится. Обернулся и увидел бледное, по-детски растерянное лицо Оксаны. Она и сама была удивлена этой встрече и, казалось, не знала, с чего начать, поэтому молча обошла журнальный столик и присела на диван напротив, подмяв босые ноги под себя. Да, о тапках или хотя бы носках, он не подумал. Оксана одела именно то, что Андрей до этого сложил на краю кровати, правда, её одежды в поле зрения не было, поэтому ничего удивительного. Длинные штанины были небрежно закатанные складкой наружу, длинные рукава наоборот, натянула на ладони, сжимая пальцы в кулаки, чтобы не выпускать ткань. Волосы собраны в неаккуратный хвост на затылке, длинная чёлка обрамляла лицо, которое на фоне чёрных прядей казалось ещё более бледным.

– Я у тебя? – Тихим хриплым шёпотом спросила Оксана, как бы подстраиваясь под возможности голоса и тут же замолчала, поджав губы.

– У Игоря. Только он уехал.

– Это хорошо.

– Что уехал?

Оксана с улыбкой кивнула и тут же подозрительно присмотрелась.

– А ты?

– А меня он просил привезти лекарства, а потом оставил за старшего. А ты? – Без паузы таким же тоном вернул вопрос, чем почему-то смутил.

– А я, честно говоря, последнее, что помню, так это как провожала Алису к нему в гости.

И это была чистая правда, Оксана долго осматривала комнату, пытаясь понять, как она там оказалась, да ещё и в одном белье. То, что комната не та, в которой засыпала, однозначно, но в их доме полно других, в которые она даже не заходила и вообще не привыкла и не запомнила интерьер. Тупая распирающая головная боль не позволяла сосредоточиться, даже осмотревшись толком, ничего не поняла. Радовало только наличие рядом дочки. Сразу стало спокойнее. Нужно было встать, хотя бы для исполнения физиологических потребностей, а ещё жутко хотелось умыться и разлепить спутавшиеся волосы. Из одежды на кровати обнаружила что-то из мужского гардероба, мягкое, приятное на ощупь, такое, что даже её раздражённой коже стало тепло и уютно. Полы с подогревом помогли забыть о босых ногах. Санузел оказался прямо в комнате, за соседней дверью, исполнив все желания, попыталась изобразить на голове видимость порядка, и только после этого решилась на подвиг: выйти в поисках гостеприимных хозяев. Слабость и ломота в теле действительно превратили спуск по лестнице в подвиг и, увидев мягкий свет внизу, смогла вздохнуть с облегчением. Только вот мужчина… Андрей? Слова потерялись. А когда он ответил на первый вопрос, почему-то стало легко и свободно, если бы ещё не горло, а так… как родной.

– Не ожидал, что ты так спокойно воспримешь меня.

– Даже если бы было желание поскандалить, сил всё равно нет. А вообще, всё в порядке, я на тебя не в обиде.

– Просто мы не очень хорошо расстались…

– Не говори ерунды. Ты был напряжённым, я на взводе, не хотела говорить тебе гадости, сорвалась… уже через час хотелось извиниться. Только так и не представилось возможности. Так что… извини.

– Ну вот, – тихо рассмеялся он, – теперь мне ещё и стыдно.

Но его смех и улыбка быстро превратились в немного напряжённое, задумчивое выражение лица, словно сложно начать, но что-то беспокоит.

– Это пройдёт.

– Слушай… – Он размял затылок, напряжённо покачивая головой, – я хотел спросить, насчёт Алисы… – Но Оксана и не думала помогать, но и не напряглась, не испугалась, а просто ожидала окончания фразы. – Я ведь правильно понял, она… Игорь знает?

– Надеюсь, ты с ним своими домыслами не успел поделиться?

– Тогда бы я не спрашивал у тебя.

– Тоже верно.

Грубый кашель заставил согнуться, пытаясь освободиться от спазма в горле, мучительный, грубый, раздирающий изнутри. Андрей вовремя вспомнил о пакете из аптеки, который так и не распаковали.

– Вот, держи, – протянул ей через стол, – там есть леденцы. Они, конечно не вылечат, но пять минут передышки у тебя будет.

– Спасибо.

Пока Оксана рассматривала содержимое аптечного пакета, Андрей внимательно наблюдал за её движениями. Плавные, размеренные, словно ничего такого они и не обсуждают, так, разговор ни о чём.

– Я как только зашёл, увидел Алису у него на руках, так и чесался язык спросить, кто дочурку подбросил, благо удержался. Они очень похожи.

– Ты считаешь?

– Когда вместе стоят, к гадалке не ходи. И он тоже скоро поймёт. Что будешь делать?

– Надеюсь, к этому времени мы будем далеко. Я не знаю, Алиса тянется к нему, понимаю, он красивый и все девочки любят красивых мужчин, но…

– Оксана, прости, я тогда совершил ошибку. – Резко начал Андрей, опустив взгляд. Редкость для такого человека как он, наверно и правда раскаивается. – Почему ты не сказала, что беременна, ведь не могла не знать? Мы бы что-нибудь решили…

– Мы бы ничего не решили, Андрей. Я рассталась с ним, как только узнала, что беременна. Знаю, ты думал, что мне что-то от него нужно, но это не так. Думаю, ты уже понял, раз сейчас сказал такое. Я не хотела портить ему жизнь. – На удивление твёрдо и решительно закончила Оксана.

– То есть…

– То есть тот факт, что мне тогда позвонил Данила, это совпадение, не более. На тот момент решение уже было принято.

– Но почему? И почему ты говоришь портить? Это же его ребёнок, он имел право знать.

– Ему это было не нужно. Он был не готов. Игорь… он… – Запрокинула голову, вздыхая, – он хороший мальчик, но не был готов к семье. Ты должен меня понять. Ты его лучше знаешь.

– Он никогда бы тебя не бросил.

– Знаю, но я дала ему возможность выбирать, и то, что он поверил твоим словам, это… это как его выбор. Неосознанный, с чужой подачи, но выбор. Это сейчас он взрослый и умный, а тогда он себе таким только казался. Я не хотела его ломать.

– Прости.

– Перестань. Всё правильно, ты защищал свою семью.

– Он не отпустит тебя так просто, ты ведь это понимаешь? Он снова запутался в своих чувствах, в своих желаниях. Сегодня, когда тебе была нужна помощь, он помог, но уже завтра, снова будет бить по больному месту и не вспомнит, что совсем недавно боялся на тебя дышать.

– Но я не могу сейчас уехать. Я могу только оградить Алису от общения с ним… наверно. Отвези нас домой.

– Она спит.

– Она не проснётся. Не хочу, чтобы Игорь увидел нас здесь. Я не знаю, что ему сказать. Вот смотрю на него, и, кажется, он уже всё знает и мне некуда бежать. Как ты думаешь, что он сделает, когда поймёт? – Выпалила на одном дыхании, а в глазах блеск слёз, смесь паники и страха.

– Этого не знает даже он. Веришь, нет, тысячу раз пожалел, что тогда влез в ваши отношения. Без тебя он стал неуправляемым. Он и до тебя таким был, но не выпускал своего зверя наружу, а ты, как стимул его агрессии. Что творил, я до конца и не знаю, только когда из-за решётки его вытаскивал, был в курсе. Спорт забросил, хотя до этого жил им. Отношение к людям, взгляд на жизнь – всё изменилось до неузнаваемости. Мать его тоже жалела о том разговоре с тобой. И самое страшное, что вернуть тебя он не хотел, настолько уверился в предательстве. Не знаю, что повлияло, но так же резко он изменился. Вдруг. Я даже не сразу понял, что всё. Клуб свой другу продал, с которым начинал. Занялся отцовским делом. Я думал, развалит, а у него такая хватка, что и мне только завидовать оставалось. С того времени и повелось, что он там главный. И вот тогда проявил себя по полной. А как он на вас вышел, неужели из-за тебя?

– Нет. Витя сам его нашёл, а я, веришь, нет, и не догадывалась, что Колесников это и есть он. Узнала, только когда лицом к лицу столкнулись, и то, от своего мужа, думала, мне показалось, что и он удивился, но нет, он тоже не знал, с кем работает. Как раз хотелось спросить, почему Колесников? Я думала он Зимин, как и ты. Вы же братья…

Андрей неловко улыбнулся.

– Зимина – фамилия моей матери. Отец женился на ней и одновременно заключил важнейшую сделку своей жизни. Дед был влиятельным человеком, а из наследников только дочка, вот и настоял, чтобы у меня была их фамилия, а отец и не против. А у Игоря отцовская, Колесников. Вот так.

– А я и не знала. Ладно. – Скрипя костями и перетерпев тягучую боль в мышцах, Оксана встала с дивана. – Я собираться, а ты прогрей машину. Не хочу, чтобы Алиса проснулась.

– Уже.

И нажал несколько клавиш на пульте.

Отвёз Оксану домой, по дороге они не проронили ни слова, на прощанье только кивнула, а уже на обратной дороге, услышал звонок телефона, на дисплее высветилось имя брата, и его вопрос можно было даже не слушать. В трубку он буквально проревел:

– Где Оксана?!

– Я отвёз её домой.

– Зачем?!

– Она попросила. Игорь, мне приехать? Я хочу поговорить, но…

– Да пошёл ты на *ер!

Получил короткий ответ и услышал гудки.

Игорь метался по комнатам как загнанный зверь, придя домой, и не увидев Алису, Оксану, точно озверел, словно сон: были, а теперь нет. Так и напрашивался вопрос, а не приснилось ли? Не приснилось! Её запах на подушке, её одежда в ванной, кукла Алисы, которую он подарил… не забрала. От пустоты, которая так уютно устроилась внутри, захотелось исчезнуть. Скрутился на кровати калачиком, с головой накрываясь одеялом, которое хранило чуть сладковатый запах духов, смешанный с резким запахом медицинского спирта. Так и уснул.

Воскресенье провёл как в вакууме, а вот понедельник… В понедельник всё пошло по плану. Встречи, переговоры, деловой обед, снова встречи, раздал указание сотрудникам, поймал мечтательный взгляд мало загруженной работой секретарши, подбавил работы. А что? Ей не за мечтания платят. Вечером его уведомили, что господин Дубравин желает подписать контракт на предложенных условиях. Вот и попался, вот птичка и в клетке. Откинулся на спинку высокого кресла своего кабинета, мечтательно закрыл глаза и не смог проконтролировать появление на лице не запланированной улыбки.

– Хорошо… – Прошептал сам себе. В голове уже гуляли картинки скорой расправы и очень пикантные позы, и он осуществит их в жизнь!

Договор на поставки драгоценного металла заключили уже в конце недели. Оксана со своими красивыми глазами отвоевала ещё семь процентов от штрафных санкций, сам не понял, как на всё согласился. Ну, и кто после этого супер-пупер вершитель судеб? Да она его сделала как всегда. Андрей нагло ухмыльнулся этому факту и после подписания документов о чем-то долго шептался с ней в сторонке, придерживая за талию. Она внимательно слушала и часто кивала, что просто взбесило. На него так ни разу и не взглянула. Кстати, хорошо выглядела, наверно больше не болеет, хотя голос иногда и срывался.

– Оксана Владимировна, Андрей Сергеевич, не посвятите меня в свои тайны?

– Никакой тайны, Игорь Дмитриевич. – Нахально улыбнулась она. Смотрела в глаза, а такое чувство, что насквозь. – Обменивались впечатлениями о ваших наклонностях вести бизнес.

– Ну что вы, наклонности, это о другом. Вот я, например, – Игорь похотливо ухмыльнулся, на всякий случай посмотрел по сторонам и наклонившись к ней ближе, шёпотом добавил, – люблю трахать в рот. Наклонность. Как вы, Оксаночка, относитесь к такому виду секса?

– Равнодушно. Ещё говорят, что гомосексуалистов кроме минета привлекает секс с массажем простаты, не слышали о таком? А может, ещё и пробовали? Как впечатления?

– Ну, вот как только ты мне её помассируешь, так я тебе и отвечу. Договорились?

– В другой жизни, Игорь Дмитриевич.

– Меня сейчас стошнит. – Громко, остужая пыл обоих, заявил Андрей. – Что за детский сад?

– Я пойду, дочка дома ждёт. – Тут же осеклась Оксана, отступая.

– Я вас провожу.

– Меня муж проводит.

Поймав её за локоть и, приткнув к стене, как только покинули зал переговоров, Игорь прижался к ней, выдыхая прямо в губы.

– Твой муж, дорогая, – с удовольствием тянул он слова, – слишком занят, а вот у меня к тебе дело.

Тут же отпустил, послышались шаги неподалёку.

– Я провожу. – Добавил, когда Оксана попыталась вырваться вперёд.

На стоянке, держа под локоть, повёл к своей машине, а там, открыв заднюю дверь, достал с сидения большую куклу, мельком улыбнулся, глядя на неё. Но тут же опомнился и посерьёзнел.

– Вот, Алиса забыла, когда вы уезжали. Не самому же мне теперь играть…

Смущение и трепет, с которым Игорь передавал куклу, заставили сердце биться с невероятной скоростью и Оксана невольно улыбнулась. Фарфоровое личико с идеальными нарисованными губками и глазками, с розовым румянцем, никого не могло оставить равнодушным. Шикарное длинное платье фасона начала двадцатого века, сшито из дорогой ткани, из-под платья, виднеются белые башмачки, а в такой же фарфоровой ручке, зонт-трость, защищающий от солнечного света. Да, тогда загар был не в моде.

– Она не забыла, она спала, когда мы уезжали. – Так же начала смущаться Оксана, поправляя складки на кукольном платье. – Не представляешь, измучила меня за это время. А я и не думала, что ты о ней помнишь. Знаешь, мы видели похожую в магазине, но на тот момент уже купили достаточно игрушек, а баловать не хочу, – прикусила губу, понимая, что наговорила лишнего, но тёплая улыбка Игоря растопила лёд, – в общем, не купили, а когда вернулись, её уже не было. Вот, ты исполнил мечту.

– Тебя подвезти?

– Нет, я с водителем. Спасибо. – Ещё раз глянула на куклу. – Не ожидала. Очень красивая. Спасибо.

Не могла контролировать свои эмоции, глупо улыбалась и несколько раз обернулась, глядя, как Игорь провожает её взглядом. Он стал бы хорошим отцом.

Они не виделись. Через три дня Витя сообщил:

– Груз к отправке готов.

Через две недели:

– Таможня не пропускает.

Через одну неделю.

– Оксана, я всё выяснил – это заказ.

Какой такой заказ пояснять уже не было смысла. Оксана истерически рассмеялась, глядя на растерянного мужа.

– Нет, скажи, а ты, правда, такой идиот, и действительно думал, что такое условие он выдвинул просто так? – Не прекращая смеяться, закрывая ладонями глаза, из которых уже катились слёзы. – Ты серьёзно рассчитывал сорвать куш? Нет, Вить, это уже не смешно.

– Ты что-то знаешь?

– А ты нет? Да Колесников с самого начала поставил тебя в позу и имел всю дорогу. Ты вообще читал вашу переписку? Это же смешно! Он изначально предлагал неравные условия, прикрываясь заманчивой ценой!

Смеха уже не было, теперь было немереное раздражение.

– Но он чист. Все его партнёры отзываются исключительно хорошо. Да, жёсткий, да, упрямый и принципиальный. Но честный.

– Ладно. Не могу больше этого слушать. Ты с ним встречался?

– Он не принимает.

– Вообще или конкретно тебя?

– По телефону сказал, что будет рад видеть меня с накладными в руках.

– Отлично!

Встряхнув головой, Оксана решительно направилась в спальню.

– Ты куда?

– Хочу с ним встретиться.

– Он же не принимает…

– А я попытаюсь пробиться.

Крикнула уже со второго этажа, захлопывая за собой дверь. С одеждой мудрить не стала. Узкое обтягивающее чёрное платье длиной чуть ниже колена. Самая женственная длина, самая сексуальная, самая загадочная. Мужики ведутся на коленки, а если их немного спрятать, то ведутся на закрытые коленки, причём с двойным усердием. На салон времени нет, да и распущенные волосы до пояса выглядят отлично, макияж резкий, раздражающий, нужно знать, что у Игоря на уме. Термоядерные духи, и сама от них задыхается, ожерелье из чёрного жемчуга и отражение в зеркале ей нравится.

На заурядные Витины вопросы, отвечать желания нет. Хорошо, что хоть Алиса не видит всего этого, с помощью Маши удалось устроить её в детский сад, в тот же, где занимается их Артём.

В офис приехала в начале третьего, обед уже давно закончился. На входе пропустили без лишних слов, а вот секретарша при виде Оксаны неожиданно встала на дыбы.

– Как поживает Игорь Дмитриевич? – Будничным тоном поинтересовалась Оксана, скрывая неприязнь к такому приёму. – Он на месте?

– Нет его и сказал, что для вас не будет.

– Прям-таки для меня. Какая честь. – Дерзко улыбнулась и дёрнула за ручку кабинета, дверь оказалась открыта, а вот Игоря действительно не было.

– Вы что, мне позвать охрану?! – Взбеленилась секретарша, заслоняя собой путь в святая святых, словно Оксана посягала.

– Не нужно охрану, дорогуша. Позвони своему начальнику, сообщи, что я его ищу.

Девушка покосилась, явно сомневаясь, но Оксана ободряюще улыбнулась и сама подала ей трубочку.

– Звони, звони, с моего он всё равно не поднимет. Было такое на твоей памяти, чтобы шеф от женщин бегал, а? – Ответом был лёгкий румянец смущения и округлившиеся глаза. – Вот, то-то и оно, и я такого не помню. Оттого, хочу исправить досадное недоразумение. Звони.

Нервно выдохнув, она всё же поддалась и номер набрала.

– Игорь Дмитриевич, к вам тут…

Договорить не успела, Оксана уже вырвала трубку из рук.

– Игорёша, дорогой, ты где? – Приторно сладким, подозрительно добрым голоском начала она с такой же медовой улыбкой и, услышав первые звуки в ответ, поняла, что он улыбается так же как и она сейчас.

– Надеюсь, моя секретарша ещё жива?

– Жива, жива, не волнуйся. Надёжный, знаешь ли, товарищ, даже под пытками не сдаётся.

– Ну, Оксаночка, детка, она же не лесба, твои пытки на неё не действуют. Могу полюбопытствовать, отчего такая заинтересованность в моей скромной персоне?

От его наигранного удивления в голосе хотелось сплюнуть, но и улыбку почему-то сдержать не получилось, на это раз настоящую, живую.

– Соскучилась безумно, хотелось бы лицезреть лично. Ты как?

– И я соскучился. Помнишь, где спортклуб находится?

– Тот самый?

– Тот самый. – Согласился без лишних пояснений. – Я не изменяю привычкам. Приезжай, у меня тренировка ещё два часа, успеешь. На входе скажешь, что ко мне, тебя проводят, я предупрежу. Ну… всё, что ли?

– Всё, скоро буду.

– Вот так, красавица. – Подмигнула любопытствующей секретарше. – Твой шеф от меня без ума.

– Оно и видно…

Это Оксана услышала уже вслед. На душе на мгновение потеплело. Если бы не Витины деньги, то игра с Игорем приносила бы только удовольствие. И сама не знала, что такая азартная. И чем горячее становится вокруг, тем больше желание сделать следующий шаг. Опасный, тянущий за собой череду последствий и приближающий к пропасти. Но чем ближе она была к спортклубу, тем меньше становилось желание сделать этот шаг. Наверно, не будь на входе охранника, развернулась бы и убежала, только вот вдруг поняла, что прилюдного позора и своего страха не хочет. Провожать её никто не стал, указали направление, а так как в клубе ничего не изменилось, куда идти она знала. В коридоре увидела знакомый взгляд, а вот мужчину узнала не сразу.

– Дементьева Оксана? – Неизменно шутливый тон Андрея заставил улыбнуться.

– Привет, какой ты стал! – Восторженно оглядела красивого молодого мужчину, дружески хлопнула его по плечу. – Не узнала. – Радость встречи была искренней. Вот есть такие люди, которые по желанию и без него, заставляют улыбнуться. Жаль, что их так мало.

– А я вот тебя узнал, не смотря на кардинальную смену образа. Какими судьбами, я слышал ты уехала? Люба моя, кстати, не удивилась, говорила потом, что ты изначально не верила в то, что творила.

– Было маленько, не верила. А вот теперь вернулась, как видишь. – Развела руками, и пожимая плечами, склонила голову на бок.

– А здесь что забыла?

– Забыла. – Хотелось отшутиться, а потом вдруг стало не по себе, и призналась. – А вообще, с Игорем договорились встретиться. Не видел его?

– Как же, не видел. Так это он из-за тебя как с цепи сорвался? Полчаса как сумасшедший грушу колотит.

– Даже так? Не думала, что действую на Игоря подобным образом.

– Ой, ли? Не думала она. Ну, ничего, пар он выпустил, сейчас поспокойнее будет. На, вот, – Андрей протянул бутылку воды с пульверизатором. – Если будет закипать, пшикнешь на него.

– Обязательно. А если что, где потом оставить?

– Там и оставь. Я с подоконника брал. У нас сейчас везде заросли, как зайдёшь – увидишь. – Крикнул уже с угла коридора, обернувшись. – Надеюсь, увидимся.

– И я надеюсь… – Вздохнула Оксана, подходя к нужной двери.

Тихо, не желая кого-нибудь потревожить, пробралась в зал. Игорь был один, даже без тренера, хотя, чего удивляться, он сам кому хочешь, тренером будет, с его-то опытом и организаторскими способностями. С азартом боксировал грушу, не обращая внимания на посторонние звуки. Хотелось на него засмотреться, наверно, на пару секунд это желание и исполнилось, иначе, откуда в сердце появилась странная теплота, а в мозгу пульсировала мысль о том, какой он горячий, сексуальный. Особо наряжаться он перед встречей не стал, так и занимался в одних спортивных трусах. Голый торс светился каплями пота, напряжённые мышцы спины соблазнительно перекатывались, Оксана тут же догадалась, что такой ход очень удачен, сбивает с боевого настроя. Длинные ноги, как на пружинах, приподнимались одна за другой над полом в каком-то определённом ритме, уловить который пока не удавалось. Полная концентрация и сосредоточенность, втянутая в плечи шея и голова, которая, имитируя уход от удара, движется из стороны в сторону. Загляденье, но нужно брать себя в руки и Оксана, внемля уже оглушающим воплям разума, вышла на центр зала, громко цокая каблуками. Скинула плащ, повесив его на канаты ринга, подошла ближе и Игорь обернулся, присвистнув.

– С ума сошла в таком виде являться? Тебя здесь на каждом углу трахнуть могли, мужики всё же. – Он улыбался, то, что видел, устраивало, пробубнил только для приличия.

– Не волнуйся, я плащиком прикрывалась, это тебе, как старому другу, позволено больше остальных.

– Ну, тогда я спокоен.

Он замолчал, изучая взглядом, ещё запыхавшийся, мокрый, но всё же немного взволнованный. Заметив полотенце на стуле возле себя, Оксана подбросила его парню.

– Жалко, что ты тогда так и не стал чемпионом, ведь был этого достоин.

– Ничего, я в прошлом году наверстал. А ты что, следила? – Поддел, усмехаясь.

– Не то, чтобы… – Прошлась вдоль подоконников, оценивая количество зелени в вазонах. Поставила бутылку. – Было интересно, я всё же переживала.

– Понятно. Но ведь не за этим пришла, так?

Его лёгкая улыбка улетучилась, дружеские переговоры вести бесконечно было глупо, дело не ждёт.

– Так, так… Игорь, ты что творишь?

– Ты о чём, милая моя. – Прищурившись и немного оскалившись, решил состроить дурачка.

– Не милая и не твоя. Всё ты понимаешь, Игорь. Отзови своих людей, пропусти груз.

– А-а, вон оно что… А я-то думал, и правда, соскучилась… – Обманчиво тоскливо посмотрел в её сторону. – Зря пришла. Это ваши проблемы, решайте их сами. Я за это плачу.

– А за что ты ещё платишь?!

Остановившись от него в опасной близости, Оксана не скрывала эмоций.

– Ты что-то попутала? Ты на меня кричишь? – Подошёл вплотную. – Прошло то время, детка, когда ты была кукловодом. Забудь.

– Да пошёл ты!

Хотела отойти, но Игорь одним движением закинул на её шею полотенце, которое до этого мял в руках, затягивая, не давая отступить, прижимал к себе.

– Ты ещё не поняла, что это конец? Всё, нет больше твоего сладкого мальчика. Нет! И это ты сделала меня таким! Вот таким дерьмом, которое сейчас видишь. И не нужно меня жалеть! Я хозяин своей жизни. И ты больше никогда не будешь кричать на меня, руководить мной, потому что теперь я сверху, а ты подо мной!

Резко отшвырнув полотенце в сторону, схватил Оксану за плечи и в несколько быстрых шагов преодолел расстояние до стены, фактически держа её над полом в неизменном положении. Вжимал в холодную штукатурку всем своим весом, пока правая рука жадно сминала ягодицу, причиняя боль.

– Хочешь, чтобы я отозвал своих людей? Чтобы сделка состоялась? Тогда ложись под меня. Придёшь ко мне и сделаешь всё, что скажу. Исполнишь каждое моё желание, каждую прихоть… и вот тогда я подумаю.

– Не много ли ты хочешь, милый?

– А я тебе не милый! – Выдохнул прямо в губы и с трудом сдержался, чтобы не впиться в них поцелуем. Слишком манящими они были, слишком горячими. Резким движением бёдер пригвоздил к стене так, что уже не доставала ногами до пола. А потом пошло усмехнулся и отпустил, придерживая за талию одной рукой.

– А спорим, ты сейчас вся мокрая?

– Как и ты, Игорёша, как и ты…

Он посмотрел в сторону, что-то припомина, и улыбнулся.

– Помнишь, я как-то пообещал тебе, что гордый и если прогонишь, больше не вернусь, помнишь? – Зло сверкнул глазами, только не понятно было, на кого злился.

– Помню.

– Я тебя обманул. И тебя обманывал и себя самого. Не в том, что гордый, а в том, что отступлюсь. Не будет этого, Оксана, от меня никто не уходит. Хочешь, не хочешь – вернёшься. И моя будешь, а когда надоешь, я сам уйду.

Не удержался, задрал подол платья, запустил руку в трусики, удовлетворённо улыбнулся.

– Мокрая…

– Ненавижу тебя.

Игорь сразу же опомнился и платье обтянул.

– Короче, ты меня поняла. Хочешь избавиться от долга и проблем, плати. Чем – мы обсудили. – Глядя в глаза усмехнулся, провёл забинтованной рукой по скуле, поглаживая пальцами подбородок, шею, лизнул горячим влажным языком губы, наслаждаясь, как они приоткрылись на этот жест. – Обещаю, я буду нежным…

На удивление, Оксана вела себя абсолютно спокойно, словно и не живая. Грустно улыбнулась, опуская взгляд на его грудь. Провела свободными руками по рёбрам, проглаживая пальчиком каждую мышцу, задержала ладони на талии, притягивая его к себе, на мгновение вжалась во влажное тело, закрывая глаза и прошептала надрывно:

– Отступись, прошу… пока не поздно. Не правильно это всё. Ты хороший, самый лучший, я знаю. У тебя всё будет, потому что ты достоин, потому что другого такого нет.

Резко отступившись на шаг, Игорь болезненно ухватил за подбородок, заставляя смотреть в глаза, не верил услышанному, не верил её словам, эмоциям, не понимал, откуда они и было ли всё это сказано вслух. Оксана же, поняла этот взгляд по-своему, мучительно улыбнулась и отвернула лицо в сторону, стараясь избавиться от захвата, обняла обеими руками со спины.

– Совсем худой стал. А как же поддержание формы? – Тихим шёпотом проговорила она, не поднимая глаз.

– Никто не кормит… Исправишь? – Такой же шёпот в ответ.

– Не хочу. – Неожиданно резво замотала головой.

– Что?

– Не хочу нежно. – И потемневшие голубые глаза встретились с серыми.

– Желание трудящихся закон. Буду грубым. Кричать будешь. Просить… всё равно ведь придёшь, только теперь я главный. Помни об этом.

– Посмотрим.

Оксана улыбнулась, почти рассмеялась, глядя на растерянного Игоря, оттолкнула его и отскочила от стены. И уже стоя у дверей, с плащом в руках, обернулась и крикнула.

– Я прочитала, что ты на писал в новой татушке: «Сердце под замком». – Он улыбнулся в ответ. – Только не написал, где спрятан ключик.

– Его нужно искать.

А само сердце подсказывало, что ключик этот Оксана забрала с собой и спрятала даже от него самого.

Оксана не шла, она практически бежала, не видя ничего на своём пути. До сих пор удивлялась, что он отпустил её, после того, как вслух озвучил свои желания, как упирался своим членом в её тело, и разделяло их только несколько слоёв ткани. Вот, значит, что он хочет. Чтобы сама пришла, чтобы попросила, чтобы умоляла трахнуть её, взамен денег. И настолько он увяз в своём желании подчинить, что ничего не видит и не слышит. Как мания, как путеводная звезда, поэтому сегодня и сдержался. Он уверен в своих силах и не безосновательно.

Домой пришла сама не своя, закрылась в комнате, сделала один звонок. Через полчаса ей перезвонили и сказали фамилию.

– Витя, – обратила на себя внимание выпившего мужа, – у нас есть фамилия. Фамилия человека, который может решить этот вопрос.

– Знаешь, а я не хочу ничего решать. Устал доказывать тебе что-либо. – Он уставился на неё своими бледно-зелёными, мутными от выпитого глазами. – Ты вот скажи, будешь жить со мной без денег или уйдёшь? Ты ведь у нас королева, не любишь неудачников, да?

Он попытался дотронуться до её лица, но Оксана, скривившись, увернулась.

– Ты пьян, я не хочу с тобой разговаривать.

– Нет, а давай поговорим, давай! Что нас связывает, а? Что нас последнее время связывает? Ты вернулась в этот город и стала чужая, совсем чужая, не моя, не та Оксана, с которой я жил три с половиной года в счастливом браке. Где моя Оксана, где? Ты его встретила, да? Когда, где, как часто вы видитесь? – Он подскочил и теперь стоял вплотную. Выдыхая запах дорогого коньяка, притронуться больше не смел, не позволял себе сделать ей больно, а по-другому сейчас не получится.

– Я не хочу разговаривать, пока ты в таком состоянии.

– А я не могу разговаривать с тобой, пока ты в этом городе. Не могу разговаривать, не могу спать с тобой, не могу смотреть, как ты наряжаешься и уходишь неизвестно куда. Или ты хочешь сказать, что сейчас была у Колесникова? В таком виде? На свою задницу хотела его подцепить? Что, не вышло, да?

Получив оглушительную пощёчину, опомнился, попытался как-то оправдаться, но Оксана более слушать его не собиралась, было противно, и она ушла, хлопнув дверью. До конца срока по договору оставалось всего четыре дня, а от Вити толку нет. Сидела на лавочке во дворе, пыталась собрать мысли в кучу, только никак не получалось.

– Что сидим, соседка, – жизнерадостный голос Олега показался совсем близко.

Оглянулась, и правда, зашёл к ним в гости, наверно она слишком долго сидит и успела привлечь внимание.

– Думу думаю. А вы? Почему не на работе?

– Да вот, выходной взял. За Алисой ехать не собираешься? Я уже няню с водителем отправил за своим, могу позвонить, пусть и её заберут. Ты как?

– Нет, спасибо, я сама.

– Проблемы? – Он сел рядом.

– Не то чтобы, хотя… да, проблемы. С бизнесом. Витя там совсем расклеился, вы бы поговорили с ним, а то меня не слушает. Вбил в голову какой-то бред, теперь мучается.

– Поговорю, если нужно. А ты езжай. Как раз время нам дашь. Что у вас там есть закусить?

– Не знаю, зайдите на кухню. Наша кухарка что-то вкусное готовит, я не смотрела.

– Кухарка… вот он, век современных женщин, не знаете, где кухня расположена. Маша моя такая же. Ничего, разберёмся.

С этими словами направился в сторону дома, а Оксана, приободрившись, резко выдохнула и глубоко вздохнула, улыбнулась сама себе, и с этой улыбкой пошла к гаражу. Уже через полчаса подъезжали к садику.

– Ой, здравствуйте, а Алису уже забрали. – Улыбнулась молоденькая воспитательница, Оксана ещё при первой встрече удивилась, насколько хорошо та выглядит. Только на обложку журнала, а не с детьми сопливыми возиться.

– А кто? Валентина Степановна, которая за Артёмкой приезжает?

Не смотря на то, то дети из разных групп, здесь всех знали поимённо, за что и получали зарплату, а няня не раз забирала двоих детей одновременно.

– Да нет, папа ваш приехал и забрал. Обаятельный такой мужчина.

Отмахнулась девушка, а Оксана напряглась.

– Наверно мне пора испугаться, потому что наш папа, как вы выразились, сейчас дома и Алисы с ним нет.

– Ну, как же… – Руки у воспитательницы тут же затряслись, личико побледнело, – Алисочка и узнала его, и щебетала так весело, да и… да одно же лицо, как не папа? Светлый такой, глаза один в один как у Алисы, у меня даже сомнений не было, вы что?

Девушка уже плакала, когда до Оксаны дошла суть сказанного, и она держала в руках телефон.

– Игорь, Алиса у тебя? – Прошипела в трубку, сжимая ту до треска в корпусе.

– И тебе привет ещё раз. У меня. Мы на детской площадке недалеко от садика. Приходи.

– Всё, успокойтесь, её забрал наш знакомый. Только… только больше никому и никогда ребёнка без моего звонка не отдавайте. – Отчиталась полуживой воспитательнице и тут же ушла.

– А ведь так похожи…

Продолжала тихо причитать девушка, когда Оксана уже вышла за ограду, оглядываясь по сторонам. Площадку о которой говорил Игорь, знала, и сама не единожды водила туда Алису. Когда приблизилась, слышала громкой восторженный визг дочери, которую Игорь подбрасывал высоко-высоко.

– В небо, в небо. – Кричала она, подлетая.

– А вот и мама. – Улыбнулся Игорь и Алису отпустил. – Иди, погуляй, а мы с мамой поговорим. – Шлёпнул девочку по попе и с улыбкой проследил, как та поскакала к горке.

– Ещё что-то не сказал?

Оксана насторожилась, о худшем старалась не думать, а о лучшем после увиденного не получалось, затаила дыхание в ожидании ответа. Игорь беззаботно улыбался.

– Не злись, просто соскучился. По Алисе. – Тут же пояснил он. – Хотел вместе погулять, а тебя всё не было, вот…

– Игорь, зачем ты это делаешь?

– А ты? – Словно другой человек, добрый, заботливый, улыбчивый.

– Случилось так, как случилось и уже ничего не вернуть. И не нужно давить на меня при помощи ребёнка, слышишь?! – Под конец она уже еле сдерживала слёзы и крик. – Это не игрушка, а живой человечек, который ни в чём не виноват.

– Да я просто…

– Не приближайся к ней! Слышишь? Иначе я за себя не отвечаю!

По её напряжённому лицу скользило какое-то отчаяние, ледяное, едва заметное, но такое болезненное, что Игорь даже ответить толком не смог, только кивнул, скривив губы, улыбаться уже не получалось. С таким же видом смотрел, как упирающуюся Алису Оксана чуть ли не силой волочёт к машине, увидел её испуганный взгляд и улыбнулся, помахал рукой. Девочка, как лучик света, притягивала к себе, завлекала. До боли в сердце напоминала Оксану, такую, с которой он познакомился, лёгкую, беззаботную, только теперь приходит понимание, что это всё ему только казалось. А жаль…

Дома в это время вовсю велась задушевная беседа. Подкреплённая бутылкой коньяка.

– Нет, ну ты мне скажи, Олег, что этим бабам ещё нужно? Всё ведь есть, всё, и всё одно морду воротит. Тоже мне, королева нашлась. Правильно Данила её тогда вышвырнул, я слабее, я не могу. Я завишу от неё. Думал, выйдет замуж, благодарна будет, но нет, она и тут свои зубки показывает, а ещё клялась, обещала, что будет хорошей женой. А я тогда… тогда видел, что не будет этого. Не будет.

– Так всё плохо? У вас ведь дочь…

– А-а! – Пьяно махнул рукой, и Олег решился задать вопрос, который давно не даёт ему покоя.

– Вить, ты, конечно, извини, но… – ещё раз посмотрел, стоит ли спрашивать, – я к тому… ты уверен, что Алиса от тебя? – Спросил и тут же осёкся, что-то нехорошее сверкнуло в глазах напротив, но потом мужчина ухмыльнулся.

– И ты заметил? Честно, там, где мы жили, меня все достали с этим вопросом. Не моя Алиса, знаю я об этом. – Прояснил скоро и закрыл глаза, не желая вспоминать об этом. –Ты понимаешь, я ведь Оксану столько лет знаю, кони с того года подохли, а мы всё живём. С первого взгляда влюбился, свадьбу её пережил, развод. Потом сколько лет окучивал, а она как каменная, непреступная была. – Налил себе ещё и залпом осушил бокал. – Потом я слышал, что она с каким-то олигархом спуталась, знаешь, бабы на деньги падки, а первый муж у неё был ого-го, мне до него как до Китая, так что я особо и не надеялся, с золотом этим тогда замутил и ей предложил со мной ехать. И не думал, что согласиться, но чем чёрт не шутит. А она и отказалась. Сказала, что нечего ей там делать. А как решался вопрос конкретно, на следующий день я улетал, чуть ли не ночью прибежала ко мне, сама… Сама! И предложила жениться. Тогда и сказала, что беременна. И знаешь, Олег, я благодарен тому ублюдку, что бросил её, иначе не видать мне Оксаны, как… ну, ты понимаешь.

– И что, ты не знаешь, кто отец?

– Не знаю. Она никогда не говорила, да и не вспоминала, нормально жили, а мне, зачем ворошить, я и не задавал вопросов. А как вернулись, пошло, поехало. Не моя Алиса и никогда моей не была. Просил ещё ребёнка родить, так она отмалчивалась. Но я-то знал, что таблетки принимает. Всё! Не хочу об этом. Закончим это дело и уедем отсюда. Заберу её и Алису и никогда больше не отпущу.

Только успел закончить фразу, как Оксана вошла в кабинет.

– Олег, вы ещё здесь?

– Уже ухожу. – Тепло улыбнулся он, но так посмотрел в глаза, что Оксану передёрнуло.

– Да нет, – растеряно отвечала она, опомнившись, – отдыхайте, я не гоню.

Тот взгляд, который как бы невзначай бросил Олег, ужалил. Какое-то понимание, сочувствие, что ли. И одновременно презрение. Ему-то она, что успела сделать? Не важно. На сегодня хватит.

Вечером, укладывая дочку спать, достала из маленького плюшевого рюкзачка-мишутки такого же плюшевого мишку, только чуть меньше и чуть мягче. Алиса долго его выбирала в магазине и, выбрав, сообщила, что «это» будет жить с ними. Так и получилось, что к завтраку готовили четвёртую тарелку и даже наполняли её кашей, к ужину, наливали чашечку чая, хорошо хоть отдельной постельки не потребовала своему любимчику. В общем, доставая этого самого мишку, случайно задела пальцами что-то странное, явно с утра здесь не лежавшее. Извлекла из рюкзачка бархатную коробочку и почему-то не удивилась, когда обнаружила там кольцо. Точнее говоря, удивилась, но не совсем тому, о чём можно было подумать. Коробочка размером под кольцо, обычная, квадратная, правда с острыми углами, но Оксане так всегда больше нравилось, нет чувства ущербности, которое накрывает, глядя на такую же коробочку, но со сглаженными уголками. И естественно, если там что-то и лежит, то это кольцо, поэтому, сперва не удивилась. Но как только в колечке узнала не просто «колечко», а драгоценность начала века, утерянную во время войны. Нет, нет, не подумайте, она никогда не была экспертом в ювелирных вопросах, но это… произведение, ей знакомо хорошо. Красивейший комплект из коллекции «Голубая звезда». Колье, серьги, брошь и браслет из этого комплекта, муж преподнёс ей в день свадьбы, кольцо вполне удачно заменило обручальное, так как этого не было, а найти другой такой или хотя бы похожий голубой бриллиант, особой огранки и невероятного размера, не удалось. Сказал тогда, что глядя на них, вспоминает её глаза. Да… давно она не смотрела на эту красоту, белое золото и голубой бриллиант, с россыпью мелких белых, прозрачных как капля, смотрелись шикарно. А теперь вот, ещё и кольцо…

– Алиса, откуда у тебя это?

Догадки конечно были, но…

– Иголь дал. Я забыла пеледать.

Кольцо примерить не решилась, но разволновалась, а в прорези виднелся маленький клочок бумаги. Достав и прочитав его, сердце сжалось с большей силой.

«Смотрю и вижу твои глаза».

В день «Х», груз всё ещё стоял в зоне таможенного контроля, Витя беспробудно пил, выходил из кабинета только чтобы пополнить запасы, а Оксана вовсю занималась делами, дома практически не появлялась. Но вечер обещал быть продуктивным, для неё так точно. Забрав Алису из сада, сразу же отвела к соседям. Да, стыдно, даже очень, но их няня так хорошо справлялась, да и с Артёмом они занимались взаимным укрощением и усмирением, а для себя они так никого и не нашли, как-то не до этого, в общем оставила. До истечения срока оставалось всего шесть часов. Шесть, так мало для чего-то важного и так много, для публичной казни. О том, что Игорь ждёт её, знала с самого утра, он не постеснялся, к восьми часам прислал с курьером букет роз, красных, с шипами. И записку, в которой указал место неминуемой встречи. О том, что ждёт с нетерпением и зашкаливающим желанием, как было указано далее, старалась не думать. Но не думать не получалось, особенно когда стрелка часов нещадно ползла по кругу, а проблема решаться никак не желала. И самой уже стало интересно: сможет она или нет. Но интерес таился недолго, от силы минуту. И решительное «да», словно солнечный удар заставило психику пошатнуться. «Продалась, но дорого» – подсказывало самолюбие. «Нужно проучить наглеца» – вопил мозг. «Получи удовольствие» – шептало подсознание, а вот совесть стыдливо молчала. Что и не удивительно, ей лучше заткнуться на ближайшие несколько дней, пока Оксана будет переживать случившееся. В сумочке уже лежали паспорта и билеты на утренний самолёт до Москвы, для неё и Алисы, в багажнике два чемодана с самым необходимым. Осталось только расплатиться по долгам, и она свободная женщина. В конце концов, это не Витина война, не ему и расплачиваться. Именно с такими мыслями, ступила по ту сторону точки невозврата, войдя в просторный холл офисного здания. В лифте нажала знакомую кнопку нужного этажа, закрыла глаза, в тайне желая, чтобы лифт застрял, и мастера не приехали до утра, только вот едва ли Игорь счёл бы такую причину уважительной.

К её большому удивлению, за стойкой сидела сонная секретарша, у бедной девушки не хватало сил на улыбку, но появлению гостей очень искренне удивилась.

– Вы к Игорю Дмитриевичу? – Испуганно защебетала она, словно Оксана могла прийти в восемь часов вечера к кому-то другому.

– Да. Он меня ждёт.

– Но Игорь Дмитриевич не предупреждал…

Дослушивать не стала, уже привычно нажала на дверную ручку, а секретарша, отчего-то не побежала наперерез, а только высунула из-за стойки свой аккуратненький носик, но разглядеть ничего не успела, так как перед этим самым носиком, дверь была бесцеремонно закрыта, и тут же прозвучал щелчок дверного замка. Да чему тут удивляться, Игорь Дмитрич весь день сам не свой. Сидит, пьёт, на звонки не отвечает, его ни для кого нет. Судя по всему, в понятие «ни для кого», эту женщину вписывать не стоит, но это уже не её дело.

А Оксана стояла у той самой двери и наблюдала интересную картину. Нет, Игорь не был мертвецки пьян, что, скорее удивило, но его «усталый» вид бросался в глаза. Он даже был в пиджаке и при галстуке. Только вот, пиджак изрядно помят, а галстук ослаблен в узле и перекошен, что никак не портит вид. Игорю по-прежнему шла эта разгильдяйская неряшливость. Так и просятся слова «подлецу всё к лицу». Это однозначно про него.

На столе завал документов, бутылка виски, бокал с ним же в руках. Усталый взгляд, усталая улыбка, и в этот момент захотелось своего бедного мальчика пожалеть и приласкать. Такой хорошенький, ну, прям как кусочек бисквитного тортика, некстати всплывшего в памяти, к чему бы это?..

Игорь тоже не остался в долгу, окинул Оксану долгим пронзительным взглядом. И она как всегда была хороша. Недопустимо хороша и привлекательна. Идеально собранный высокий хвост, за который уже хотелось взяться руками, а лучше, намотать на кулак и не отпускать от себя. Длинное, до колен платье с пышной широкополой юбкой, снова чёрное. Не нравился ему чёрный на Оксане. Красный, белый, изумрудный, но только не этот траурный цвет, хотя ей идёт. Призывная улыбка и лукавый взгляд. И на молчит. Неужели нечего сказать? Чёрт, он снова готов всё спустить на тормозах, если она попросит. Но она никогда не просит. Или просит? Только он не воспринимает её просьб априори, их словно нет, не ассоциируются у него просьбы с личностью этой сильной женщины. Да, сильной, даже продавать себя нужно с достоинством, с её величественным достоинством, которое так и прёт от её тела. Пока ждал, гадал, что она скажет и как себя поведёт, план мести придумывал, какие-то глупые слова подбирал, теперь же это кажется смешным, нелепым, детским. Какой план? Какой мести? Он хочет её, до безумия хочет. И примет любой, в любое время дня и ночи. Фантазировал, с какой позы начнёт, как унизит. Ведь хотел унизить? Хотел! А вот сейчас, когда она в полной доступности, лень даже пуговицы на рубашке расстегнуть. И надо ли их расстёгивать? И вообще, выпил он лишнего. Вроде и голова работает и соображает всё, но вот тепло разлилось по телу и сейчас полностью его контролирует, а ему остаётся только безвольной тушкой опадать на кресле, чем сейчас и занимается.

– Ждёшь? – С полуулыбкой, наконец, сделала она шаг вперёд.

– Как видишь. – Развёл руками. Выпить не предложил, не хватало им, ещё и напиться до беспамятства.

– Устал?

– Неимоверно. Что ты со мной делаешь, а, Оксана? До тебя ведь нормально ведь всё было… кажется.

– И у меня… кажется.

– И ты пришла. Не страшно?

– Как сказать. – Пожала плечами и сделала ещё один шаг вперёд.

– Скажи как есть.

– Тогда… я не знаю, чего от тебя ожидать.

– Кажется, ты не хотела, чтобы я был нежным. – Хмыкнул, не сдержавшись. Собрался, сел на кресле удобнее, и теперь не выглядел настолько пьяным, только глаза выдавали.

Бессмысленный, безэмоциональный разговор утомлял, забирая такие важные сейчас силы. И не хотелось ничего. Только прижаться друг к другу и попросить прощения за всё. Одно «но» – делать этого никто не собирался, словно оба родились под знаком тельца и теперь шли напролом, не замечая, что делают друг другу больно, да при этом ещё и получали какое-то извращённое удовольствие. И это удовольствие разрушало изнутри, разлагало, мешало думать и понимать.

– Позволишь?

Оксана недвусмысленно кивнула на его штаны, где в области паха выпирало желание.

– Спрашиваешь…

Изловчившись, быстро уселась сверху, забрасывая ноги за подлокотники, упираясь ими в пол. Широкая юбка этому однозначно содействовала, делая процесс грехопадения не таким открытым, что, признаться, несколько облегчало совесть. Игорь неспешно, пока ещё не обращая на Оксану внимания, наклонился вперёд, поставив бокал на стол, откатился к стене, с мутной полуулыбкой рассматривал женщину, которая замерла, прижимаясь к его паху. Вблизи она была другой, ранимой, нежной, совсем как раньше. Опустил руку желая поласкать более интимно и оскалился, не обнаружив под платьем трусиков. Резко схватил за хвост заставляя прогнуться назад, делал больно, и сам это почувствовал, но хватку не ослабил.

– Подготовилась, сучка? – Прорычал, глядя в её глаза. И вот оно, как в первый раз: ни капли страха, ни капли смущения. Горячее желание, которое затмевает его сознание. И это снова она.

Посмотрел на лицо, взгляд устремился в глаза, опустился на губы. Захотелось коснуться их пальцами, таких нежных, манящих, и он коснулся, сначала легонько, едва ощутимо, потом накатило желание, и по губам провёл жёстко, размазывая помаду. Погрузил большой палец в рот, и поджал живот, когда она прикусила его зубами. Ловкие движения её языка массировали подушечку, и она соблазняла, бесповоротно. Впился в губы поцелуем, прикусывая их, оттягивая, не отпуская взгляда, рукой смял грудь, снова желая причинить боль. Поймал себя на мысли, что ему нравиться причинять ей боль, это как противостояние, он делает больно, она эту боль с благодарностью принимает. «Извращенцы» – пронеслось в голове. Поцелуй становился всё более глубокий, более страстный, слишком агрессивный, чтобы контролировать себя и её, не остановился, даже почувствовав вкус крови во рту. Подозревал, что её, но Оксана активно участвовала в этом поцелуе, и не думая отбиваться, её руки в это время, работали с пряжкой его ремня, которая не желала поддаваться. Отпустив волосы, сам занялся этим процессом, справившись за секунды, приспустил брюки вместе с трусами и тут же насадил Оксану на себя, резко выдохнув в её искусанные губы. Да. Теперь хорошо. Впервые за столько лет, действительно хорошо. Это болезнь, это зависимость, и он не может от неё избавиться. Редкие мощный толчки не напоминают борьбу, не похожи на страсть, это как танец, брачный танец каких-то животных. Медленный, тягучий, приносящий удовольствие и обоих он устраивает. Как прелюдия.

– Я могу к тебе прикоснуться?

Её губы еле шевелятся, теперь точно видно, что кровь у Оксаны, быстрой каплей набирается из ранки, но не успевает стечь вниз, потому, как она её слизывает.

– Почему ты спрашиваешь?

– Потому что я не верю в то, что это происходит. – Было ему ответом.

И он сам берёт её ладони в свои, поднимает к лицу. И она прикасается. Нежно, легко, словно к чему-то хрупкому, ранимому. До одури приятно и сладко, как в первый раз.

Шумное дыхание и тихие стоны, разрушающие внешнюю оболочку злости, неприязни. Губы сталкиваются между сильными толчками, пальцы сплетаются, не давая отстраниться. Вдруг красота и сладость мгновения пропадает, и Игорь с головой окунается во всё то дерьмо, в котором барахтался до этого. Он трахает Оксану за деньги, большие деньги. Она не пришла к нему сама. Она пришла отрабатывать долг и становится противно. Он снова впивается в её губы, проводя напористым языком по свежим местам укусов, срывая с губ болезненный стон, который теперь, полностью расслабившись, скрыть невозможно. Пальцы натирают набухший клитор, вызывая в её теле дрожь, болезненные стоны сменяются стоном удовольствия. Странное ощущение того, что он её втаптывает в грязь своими действиями, наверно так и есть, в ту самую грязь, в которую давно погрузился сам. Злость в крови смешалась с алкоголем, и теперь не осталось нежности. Грубая, суровая реальность, в которой она проститутка, а он клиент. И он наказывает её за то, что опустилась до такого, что согласилась, что стелется под него и стонет. Добившись её оргазма, врезается в мягкое тело несколькими резкими толчками и кончает сам.

Отдышавшись, когда глаза смогли сфокусироваться, видит перед собой её раскрасневшееся лицо, потерянный взгляд, она уловила перемену в его настроении. Теперь её руки упираются в его живот… как же это противно! Или ей самой противно прикасаться к нему? Новая порция ненависти и злобы накатывает. Снова рваный поцелуй, который в расслабленном теле вызывает отторжение и она пытается отбиться, но тщетно, мёртвая хватка.

Посмотрел в её глаза, нет, они даже не слезятся, а ведь должны, ей ведь больно. Неужели можно запрограммировать себя на боль и унижение?

– Понравилось? – Его голос звучит сипло и неестественно, предательски некрасиво.

– Понравилось. – Дерзко отвечает Оксана, за что получает пощёчину.

– А мне нет. Ты хорошая шлюха, Оксана, но не стоишь тех денег, которые мне должна.

В её глазах ни капли удивления или сожаления. В них ничего нет, маска, непроницаемая, такая же, как и у её бывшего мужа. Тот же пустой взгляд, словно под гипнозом, нечитаемый. Как же она на него похожа, не зря когда-то выбрали друг друга.

– На выплату долга по условию контракта у вас четыре дня. Предлагаю начать сейчас.

После этого он отпустил её руки, а она поднялась, одна нога замлела или просто запуталась, и сразу слезть со стула не удалось, но Оксана держалась до последнего, с уже привычным равнодушием выдохнула и вторая попытка удалась, теперь она стоит рядом, а ему холодно и одиноко… без неё.

– Я могу идти?

Её голос звучит сухо и отстранённо, не так, как он хотел бы. А что он хотел, не знал и сам, но только не этого. Она развернулась и сделала несколько шагов, стояла спиной, ждала ответа. Но ответа не было, Игорь ещё не решил, чего он хочет, наверно, никогда её не отпускать, но возможно ли это? Глянул на открытую шею, плечи, на прямую спину, желание разыгралось с новой силой мгновенно. И снова злоба, откуда её столько?.. Непокорная Оксана, почему она такая… сильная, неужели всегда была такой, или всё же хорошие учителя? А-а… к чёрту! Всех, и её в первую очередь! Резко поднялся, схватил её за шею и наклонил, прижимая щекой к столу. Она сдавленно крикнула, видимо, не рассчитал, ударил, но сейчас было не до этого. Задрал подол платья, забрасывая его на спину, погладил нежную кожу на ягодицах. Резкий удар, красный след от ладони и снова сдавленный, но уже скорее, писк, чем крик. Ещё удар, но она уже подготовилась, Игорь даже почувствовал, как грудь наполнилась воздухом и теперь Оксана не издала ни звука.

– Кажется, ты просила жёстко, да, детка? Ну, извини, за четыре года понятие жёстко изменилось. Придётся терпеть.

И резко вошёл, бить больше не хотелось, да и смысла нет, когда нет отдачи. Он хотел, чтобы попросила, чтобы остановила, чтобы заплакала, наконец. Да, сломать, растоптать, тогда будет проще забыть, она уже не будет идеальной мечтой, она станет как все, обычным ночным развлечением, каких у него множество. Заметил, как Оксана ухватилась пальцами за край стола, когда движения стали слишком сильными, толчки мощными. Любовался на её спину, на талию, за которую сейчас держался, такая тонкая, кажется, одно неверное движение и сломается, только не сломается, потому что Оксана не женщина, она кремень. Видел, как по бедру тонкой струйкой стекает его сперма, он ведь даже не подумал о предохранении, и сейчас не хочет думать. Этот раз должен запомниться им обоим. Сколько раз после их первой ночи он гнался за этим ощущением тепла и полёта, скольких перепробовал, но результат всегда был одинаковым. Даже подумал, что тот незащищённый секс был как наркотик, первый раз никогда не повторяется, а теперь знал, что повторяется. Она его наркотик и больше никто не нужен. Гладил спину, шею, плечи, вдалбливался в тело, но больше она не издавала ни звука. Чувствовал её напряжение и раздражался всё больше. Он хотел, чтобы она получала удовольствие, чтобы просила о продолжении, но её чёртова гордость и его упрямство всё испортили. Был только секс, похотливый, животный секс. Никаких чувств.

Когда кончил второй раз, не смог отойти от неё. Разумом понимал, что больше не притронется, чувство вины заглушило все остальные, но и отпустить не мог. С собой боролся, но безнадёжно. Отдышался, отошёл, Оксана спокойно поднялась и поправила юбку. Бросила на него колкий взгляд, почему-то показалось, что она над ним смеётся.

– Что-нибудь ещё? – Ещё и бровь изогнула, это невозможно!

Если бы не было так противно за себя, рассмеялся бы над её поведением. Как заправская шлюшка, отряхнулась и готова идти дальше.

– Нет, детка, ты не входишь в мою возрастную категорию – Попытался уколоть напоследок. – И сутенёру своему передай, что номер не прокатил.

Подошёл к столу, достал салфетки, вытер себя. Оксана невозмутимо вытащила одну. После с отвращением швырнула ему на стол, на то место, где он до этого держал её.

Расправила складки платья, было бы зеркало, наверно и улыбнулась бы своему отражению, шагнула к двери, щёлкнула замком, отпирая, нажала на ручку. Внезапно повернулась, и, дерзко улыбнувшись, добавила.

– И да, Игорёша, – этот её снисходительный тон добил окончательно, – включи телефон, там тебе человек дозвониться не может.

С этим и ушла, а он так и остался с перекошенным лицом, неудовлетворённым эго, и разбитым сердцем. Что-то ему не понравилось в её взгляде, едкий, цепкий, голос язвительный, чуть надменный. И телефон включил, правда, не мог понять, зачем его отключал… Ах, да, он же морально готовился к разврату. Оксаны рядом нет, он вроде получил, что хотел, только тошно и противно. Она была права – всё не так, не должно быть так.

Не успел телефон продемонстрировать чудеса навигации, и едва загорелись антеннки в правом углу, как и правда, раздалась вибрация, и на вызов он ответил несколько растерянным тоном.

– Игорь Дмитриевич, это Иванов. Тут металл доставили, а хранилище уже закрыто, кого вызывать.

– Какой металл?

– Ну, как заказывали. Накладные в порядке.

В горле появилось неприятное жжение, а в груди сдавленно потянуло, уставившись в одну точку, Игорь наклонился вперёд, цепляясь за голос из трубки, как утопающий за соломинку.

– Я не понял, когда?

– Да уже часа два как. Тут их главная приезжала, Оксана Владимировна, кажется, просила отзвониться вам, а вы молчите.

– Стой, стой, подожди… – В голове не просто беспорядок, там настоящий переворот. Что происходит?! – Подожди, Оксана сопровождала?

– Да, сама приехала, чтобы никаких проблем потом не возникло. Так что делать?

– Что делать, – горько усмехнулся он, – что делать… Звони, у кого там у нас ключи от хранилища пусть выезжают, я пришлю машину.

Истерическая улыбка уже расползлась по лицу и медленно превращалась в злой оскал. Перевёл взгляд на приоткрытую дверь и со всей силы метнул в неё телефон.

– Сука!

Выскочил в приёмную, в которой словно суслик, с идеально прямой спиной сидела секретарша, кажется, в этот момент она разучилась делать скучающий вид.

– Звони на пост охраны, быстро! Дементьеву не выпускать!

Тут же услышал звуковой набор на клавишах. Сам ждать не стал, метнулся к лифту, повезло, дверь открылась сразу, нервным, многократным нажатием насиловал кнопку вызова первого этажа, сжимал от беспомощности кулаки, когда двери, медленно, как черепахи поползли к центру, закрываясь. «Да кто же придумал эту тормознутую систему!» – взвыл он, упираясь ладонями в стенку лифта. На первом этаже выскочил, как с ускорением, весь взъерошенный, с невменяемым взглядом, с по-прежнему перекошенным лицом, он наткнулся на начальника охраны.

– Дементьева уже уехала. – Отрапортовал тот.

– Найди её! Быстро!

– Мне нужно пять минут.

– Действуй!

Закрыл глаза, мысленно досчитал до десяти, но успокоиться не получилось. Она провела его. Выставила идиотом. Сделала как мальчишку, она ничего не была ему должна. Что это тогда было? «Что же… умница, девочка, вернула мне той же монетой!».

А Оксана удалялась из центра города, только вот ироничная победная улыбка сползла с её лица, как только переступила порог кабинета. Было немного стыдно, немного противно. И почему-то унизительно. Хотя, почему? Ведь она его хотела. Его… такого, какой есть. И ни в чём не винила, потому что это мужчина, обычный мужчина с задетым самолюбием, получивший отставку. И конечно он чувствовал, как она к нему тянется, всё снова, как и в первый раз. Она спровоцировала, он воспользовался этим, наивно полагая, что ведёт в их игре. Получила, что хотела. Тогда почему так тошно?

Всё вышло как нельзя лучше. При помощи Данилы узнала фамилию, от которой зависел результат. Сама ему позвонила, с просьбой о помощи, впервые за десять лет. Он из Москвы смог выяснить то, что Витя не мог добиться почти две недели на месте. Дальше только её игра. Точная, размеренная, просчитанная. Сегодня с утра она встретилась с нужным человеком из таможенной службы, а, по совместительству, давним другом Колесникова-старшего. Понимающий мужчина не стал отнекиваться, раз уж на него всё равно вышли, но готов был выслушать условия сделки, предусмотрительно установив на приборной панели устройство, заглушающее возможную прослушку.

– Мне нужен пропуск. – Спокойно сказала Оксана, глядя на дорогу перед собой.

– И чем я могу вам помочь? – Глядя в ту же сторону, так же спокойно и немного равнодушно уточнил мужчина.

– Вы можете мне его выписать. Пропустить груз. Ведь ваш интерес дело третье, а я предлагаю за это конкретную сумму.

– А вы и расценки знаете? – Не без издёвки уточнил он.

– Вы мне сами о них расскажете. С Игорем Дмитриевичем проблем не будет, а вы в двойной выгоде.

– И почему вы так уверены, что меня это заинтересует?

– А почему нет?

Оксана посмотрела на него, слегка изогнув одну бровь, уголок губ пополз вверх, выдавая усмешку, практически победную.

– И с чего вы так уверены, в намерениях Колесникова?

– Кому как не мне о них знать. Цель у него несколько иная и он её добьётся вне зависимости от вас и вашей помощи мне. Так что ничего не потеряете.

– И эта цель вы?

– Нескромно, знаю.

– Ну, почему же… я его где-то понимаю. Хорошо. – Последнее слово прозвучало с особой твёрдостью принятого решения.

Уже через минуту перед Оксаной лежал клочок бумаги с суммой и номером счёта.

– Отключите свой прибор, мне нужно позвонить.

– Только без лишних телодвижений. – С еле уловимой угрозой проговорил он и переключил тумблер.

На это Оксана показательно хмыкнула, не в её интересах так рисковать.

– Сумма «б». – Проговорила она в трубку и сообщением выслала номер счёта.

– А что, были и другие варианты?

– Я предусмотрела многое.

– Но не всё?

– Тумблер, – усмехнулась она, – вы забыли об осторожности.

– Рядом с такой женщиной и не о том забудешь. – Не сдержался и улыбнулся, но не похотливо, это скорее было невинным флиртом. Переключатель передвигать не спешил, ждал ответного сообщения.

Через пару минут, его телефон завибрировал, информируя о новых поступлениях. Мужчина, просмотрев сообщение, приподнял брови и сдвинул переключатель с нужной точки.

– Здесь несколько иная сумма. – Словно с недовольством заметил он, лишнего брать не привык. Жадность не его порок.

– А это вам небольшой бонус за несколько часов молчания. Не нужно, чтобы господин Колесников знал то, что знать ему не обязательно.

– Я вас понял. – Мужчина передал уже оформленные документы, открыл дверь, чтобы выйти, но вдруг повернул голову на Оксану и лукаво улыбнулся. – Один вопрос. Дементьева, вы случайно не жена того самого Дементьева, извините за каламбур?

– Да, да, Феликс Эдуардович, а тоже вас сразу узнала.

– И как поживает «Голубая звезда»?

– Не поверите. – Широко улыбнулась Оксана. – При непосредственном участии Игоря Колесникова, коллекция, наконец, полная.

– Колечко, значит, у него было…

– У него.

– Удачи.

– Прощайте.

С Феликсом они познакомились случайно. Как раз перед свадьбой, ездили в Европу, а по возвращении их таможенная и пограничная службы, усиленно перетрясли. При этом умудрились испортить свадебный сюрприз Данилы: обнаружили драгоценности до момента их торжественного вручения. Как выяснилось позже, все документы были в порядке, но вот память осталась навсегда.

После этой встречи Оксана сопроводила машину к хранилищу, а сама направилась к Игорю за последним желанием. Сбылось. Только выть хочется.

Бросила на водителя решительный взгляд.

– Останови машину и выйди. Мне нужно позвонить. – Требовательно проговорила, пытаясь заморозить водителя взглядом.

– Оксана Владимировна, пустырь ведь! Давайте хоть до посёлка доедем.

– Тормози!

И голос её стал стальным, каким никогда не был на памяти молодого человека, и взгляд внушительный, не поспоришь. Сделал, как велели: остановил, вышел из машины и дверь за собой закрыл. Через тонированное стекло была заметна яркая подсветка телефона, но потом она исчезла.

Гудки шли невыносимо долго, несколько раз Оксана уже могла передумать и на очередной попытке сбросить вызов, тёплый бархатный голос подействовал как гипноз, не позволяя отстраниться.

– Я тебя слушаю. – Ровно, как всегда заботливо, проговорил в трубку Данила и замер в ожидании ответа.

Она уже давно не звонила сама, вопрос с бизнесом не в счёт, теперь, он чувствовал, ей необходима помощь. Его поддержка. И её нерешительность, её взволнованное дыхание… как хотелось сейчас увидеть, как покрылись румянцем её щёки, всегда покрываются от волнения, как она теребит ворот платья, как вспыхнут огнём её глаза, когда решение будет принято.

– Данила…

– Говори. – Его девочка как всегда теряется, нажим в голосе сейчас просто необходим.

– Дань, кажется, я ошиблась…

И она прислушалась. В ответ молчание, напряжённое, затянувшееся. Данила всегда размышляет напряжённо, не умеет уже по-другому, привык, что от его решений зависят человеческие судьбы, а сейчас, когда совет нужен ей, просто не имеет права ошибиться.

– Поговори с ним. – Выдал твёрдо и уверенно.

– А если…

– Тогда он не твой человек.

И короткие гудки. Вот и поговорили. Для кого-то несколько неброских слов, а для Оксаны целая история. Он прав, поговорить нужно.

Не успела об этом подумать, как свет фар автомобиля сзади приблизился вплотную, заставляя щуриться, глядя в зеркало заднего вида. Одинокая мужская фигура, преградившая его, мужчина замер в нерешительности, когда до её машины оставался один шаг, но наваждение прошло, и дверь с её стороны открылась.

– Нам надо поговорить.

Горящий взгляд, напряжённые челюсти, мощные пальцы, которые сейчас сжимают дверцу. Оксана вышла из машины, неприятный моросящий дождь мгновенно оросил лицо, волосы, стало холодно, зябко.

– Что ты хочешь знать?

– Всё!

«Да, а он действительно решился» – мелькнуло в голове. Как вовремя всё произошло.

Бросила короткий взгляд на водителя, тот стоял в стороне, несколько растерянный, на скуле в свете фар можно было разглядеть наливающийся синяк – Игорь постарался.

– Заберите из машины свои документы, куртку и телефон. Вызовите такси или кого-нибудь из сменщиков. Дальше я поеду одна. – Жёстким уверенным голосом проговорила Оксана, не гладя в сторону Игоря.

И водитель послушался, не смог возразить, когда она говорила таким тоном, ей никто не возражал.

– Езжай за мной. – Бросила Игорю и уселась на водительское сидение. Больше десяти лет не сидела за рулём… пора избавляться от страхов.

Машина развернулась на месте и теперь направлялась в противоположную сторону. Благо есть навигатор, без него справиться было бы сложно, тем более, ночью. Спустя час, две машин подъехали к дому в одном из элитных загородных посёлков, миновав пункт охраны, извилистой дорогой прибились к нужному месту. Чем дальше ехали, тем больше Игорь сомневался, он здесь никогда не был, и куда его ведёт Оксана, понимал смутно. Остановились перед массивными воротами, за которыми ничего не разглядишь. Несколько камер на них. Она остановилась, но мотор не заглушила. Через минуту ворота разъехались, и можно было въезжать во двор.

Шикарный особняк стоял на огромной приусадебной территории, фонари по периметру удалялись не на одну сотню метров. «Дворец, не иначе», – мелькнуло в его голове, когда поднялся вслед за Оксаной по высокой лестнице на веранду. Входная дверь оказалась открыта. Как по заказу в окнах дома первого этажа зажигался свет. На входе стояла невысокая женщина, вид у неё немного заспанный, но одета опрятно, и как-то чопорно.

– Оксана Владимировна, вы не позвонили, ужин…

– Можете идти спать. – И Игорь снова отметил в её голосе ранее не знакомые, стальные нотки, чувствовал, что выражение лица соответственное, но видеть мог только затылок.

Женщина, не задавая лишних вопросов удалилась, а Оксана сняла сапоги, обула домашние туфли на невысоком каблуке, которые стояли на видном месте, хозяйственным жестом бросила сумочку, сняла плащ.

– Ты можешь не разуваться, тапочки для гостей здесь не предусмотрены. – Небрежно бросила она, уже направляясь к центру гостиной, не оглядывалась, не звала за собой.

Понятно было только одно: она-то точно здесь не в гостях. У Игоря было время осмотреть шикарный интерьер, который идеально соответствовал внешнему облику дома. Комнаты казались обжитыми, с множеством мелочей и дополнений, на журнальном столике даже лежало несколько свежих газет. Вопросов только прибавлялось, а ответы поступать и не начинали. Минув гостиную, попали в кабинет, где Оксана, наконец, остановилась, развернулась к нему лицом, было такое чувство, что хочет сказать дежурную фразу вроде «чувствуй себя как дома», но воздержалась, и, поджав губы присела на диванчик. Она не была расслабленной и даже не хотела таковой казаться, и Игорь её напряжение разделял. Осмотрелся, отметил дорогую обстановку, присел на кресло у рабочего стола.

– Спрашивай. – Разорвала она затянувшееся молчание.

И Игорь вдруг понял, что не помнит, что хотел узнать, растерялся, вжал шею в плечи и вцепился в неё взглядом. Оксана рассмеялась, немного неловко, и тут же осеклась.

– Прости, пока ехала, всё думала, с чего начать, а вот сейчас сижу и понимаю, что сказать-то и нечего. Поэтому ты лучше спроси.

– Та же ерунда. – Кивнул Игорь, всматриваясь в её лицо, глаза. Оксана вдруг показалась взрослее, старше, опытнее, чем была всегда, словно эти стены на неё так влияли. – Это твой дом?

– Мой.

И всё? Это всё, что она может ответить? Но ведь он об этом и спросил… нужно начать с другого конца.

– Оксана, – начал решительно, но запала хватило только на её имя, поэтому продолжил чуть мягче, – Оксана, я многое знаю о тебе, но из чужих уст. Андрей… он наводил справки, и было много вопросов, ответов на которые я не знал, да я вообще о тебе, как выяснилось, ничего не знал. Что скажешь?

– Так и есть. Ты и сейчас ничего не знаешь. Но версия наверняка сложилась весьма интересная. – Ехидно улыбнулась она и посмотрела с претензией.

– Так просвети меня неразумного… Муж, ребёнок… – В голосе Игоря слышалось давление, постепенно его желание во всём разобраться возвращалось, ещё чуть-чуть и он окончательно опомниться, – да, даже банальное вождение автомобиля… ты ведь говорила, что не умеешь водить!

– Я говорила, что не сажусь за руль. Это разные истории. А права у меня, как ты уже знаешь, есть. И вожу я неплохо.

– Экстремальное вождение?

– Было время, когда увлекалась гонками.

– Чем ещё ты увлекалась? Богатыми мужиками?! – Игорь подскочил, закинул голову назад, путая пальцы в волосах. – Модель, бывшая жена миллионера, женская самооборона, что ещё?

– Не помню подробностей, слишком давно всё это было, словно и не со мной. Напомни, я расскажу.

– Ты о чём?

– Я о том, что в твоих глазах читается обвинение, упрёк, но ведь я перед тобой ни в чём не виновата. – Оксана откинулась на спинку, закидывая ногу на ногу, слишком официально и слишком пафосно, не для неё.

– Тогда почему ты сбежала?! – Продолжал давить, словно и не слышит её.

– Я ушла. Это ты решил, что я сбежала. Ведь так? Как раз после того, как Андрей тебя «просветил». – Язвительное слово, как укол совести.

– Ты знала, о чём он будет со мной говорить?

– Что ты… Этот разговор стал сюрпризом и для меня в том числе. Я о себе, оказалось, и сама столького не знала… А главное, домыслы, догадки, и всё мимо. – Её глаза опасно блеснули и стало не по себе.

– Тогда откуда ты знаешь?

– А я сидела всё время пока вы разговаривали в соседнем кабинете, и через камеру могла наблюдать за происходящим.

«Просветила» она его, чем завела в ступор. Удивила, так удивила. Только что всё это значит?

– Ну, если уж всё было мимо… тогда почему ты не вышла и не сказала ничего в свою защиту? – Игорь до последнего не верил, что она сейчас говорит правду.

– А зачем?

От небрежно брошенного вопроса, сердце ухнуло вниз. А, действительно, зачем, что он для неё значил?

– Чтобы я знал…

– Зачем? Кажется, мы накануне расстались. И мне не нужны были твои серенады под окном. Всё сложилось крайне удачно, все свободны и все счастливы.

– Ты сейчас о ком?

– Каждый в тот день нашёл свою правду.

– А какая твоя?

– А моя правда невесёлая, а местами даже и слезливая. Но у Андрея тоже неплохо получилось.

– Прекрати, Оксан, – Игорь присел на край стола, спрятав голову в ладони, он устал от её игры, полунамёков, укорительного взгляда.

– Почему? Не нравится? Но ты ведь мог узнать обо мне больше. О том, что было до Данилы, что после. Вот Андрей постарался и нашёл, правда, то, как он всё это преподнёс, немного тухловато, но ведь тебя устроило. Да, всё, что связано с мужем, узнать нельзя, потому что только мы вдвоём знаем, что происходила в стенах нашего дома, но ведь ты и не пытался. Не так ли?

– О чём ты?

– Ну-у, – Оксана поставила ноги ровно и чуть наклонилась вперёд, наваливаясь на них, – хотя бы о моей юности. Что, как и почему?

– Допустим, ты права и я не пытался этого узнать. Ну, так расскажи мне ты!

– Без проблем. С чего начать?

– С мужа.

– С мужа… познакомились мы с Данилой на какой-то вечеринке, подробности я не помню, но они и не нужны… Он красиво ухаживал, цветы, подарки, путешествия. А я, как девушка не очень искушённая, с удовольствием его внимание принимала. Богат, красив, представителен, любая бы повелась, не так ли?

– Эдакая история Золушки. – Беззлобно хмыкнул Игорь, но Оксана после этих слов просто взбесилась, потеряла всё своё самообладание и теперь уже не сидела, а с горящими глазами стояла прямо напротив него.

– Нет! Я никогда не была Золушкой, никогда! Я всегда была принцессой, маминой принцессой! – Прокричала она, срывая голос, и в глазах появились первые слёзы. Нет в них больше холода и надменности, перед ним стоит маленькая девочка, которая за всем эти видом просто скрывала свои страхи.

– Ты ничего не хотел обо мне узнать, а узнавать было что! Мой дед был влиятельным человеком, у него был строительный бизнес, крупнейший в округе, металлургический завод где-то в вашей области, у него была сила и власть, и всего лишь одна дочь. И в мужья мама себе выбрала ничем не примечательного на первый взгляд парнишку. Только дед в нём разглядел незаурядного человека, личность. Папа по первому образованию был психологом, имел необычайный дар убеждения, подчинял себе людей, ему можно было доверить своё дело, и дед доверил. Потом было много лет брака, счастливого, на первый взгляд. Мама никогда не вникала в дела, ей это ни к чему, она была хорошей хозяйкой и заботливой женой, жила только семьёй. И дед понадеялся на меня, отправил учиться по своей специальности, так как папе до конца так и не доверился. Умер он, когда я только окончила первый курс. Шестнадцать лет. Мне было шестнадцать, когда сказка закончилась.

Оксана уже перестала метаться по кабинету и нервно массировать голову, селя рядом с Игорем на стол и заговорила спокойно, слишком спокойно, каким-то убийственным тоном.

– По документам владелицей всего являлась мать, а отец, он так и остался управляющим, только вот в его планы это не входило. И в один день мы с мамой лишились всего: денег, положения и даже нашего дома.

– Как так вышло?

– Не суть, она всегда не глядя подписывала документы, отец ей что-то и подсунул. В том числе и документы на развод. Оказалось… – Она усмехнулась, только от этой усмешки мороз пробежался по позвоночнику, – оказалось, у отца была ещё одна семья. Любимая. Любовница, которая в тот момент переквалифицировалась в законную жену и дочь, которой на тот момент было уже семь лет. А мы стали никем. Мама не пережила этого, в моральном плане, конечно. Она не сошла с ума, её просто заклинило, депрессия, что ли. Но денег на клинику у нас не было и её положили в обычную психиатрическую больницу, а уже там хорошо подлечили.

– Отец постарался?

– Нет, и без него у нас хорошо лечат. Уже через месяц мама ничего не соображала. Я жила в общаге, чтобы хоть как-то выживать, а в планах к тому же у меня было перевести маму в хорошую лечебницу, чтобы её хотя бы не гробили, пришлось работать. Но что я умела? Ничего. Кроме моей внешности у меня ничего и не было. Я конечно могла строить из себя святую невинность и пойти подметать улицы, мыть подъезды, только этих денег не хватило бы даже на более-менее приличные лекарства для мамы. Я узнавала, можно было покупать что-то импортное, но это стоило дорого. И я пошла работать моделью. У меня как-то всё сразу получилось, без протекции, без чужих постелей. Случай. Одна женщина, фотограф, работы со мной оформила на своей персональной выставке, и я стала популярной. Посыпались предложения, заказы, работы было много. Ты как раз видел ту фотку, реклама белья, как сказал Андрей, это она. С неё всё и началось. Время шло, всё менялось, я устроила маму в хорошую клинику, относительно, конечно, золотых гор по-прежнему не имела, что могут предложить девчонке без опыта и зубастого агента, а агент тоже требовал денет и его позволить себе я не могла. Вскоре меня стали замечать богатенькие папики, потные, противные, я их ненавидела и работать дальше было практически невозможно. После нескольких отказов, передо мной стали закрывать двери, всячески ущемлять, а вернуться к исходному я позволить себе не могла. Мамино лечение требовало ежемесячных вложений. Вот тогда-то моей подружке и пришла в голову идея стать охотницей за богатыми женихами, или хотя бы обзавестись постоянным любовником. Только вот мой образ она считала агрессивным и тогда из жгучей брюнетки я превратилась в блондинку с коровьими глазами и опахалом ресниц.

Игорь молчал, ему было нечего сказать, да и что тут скажешь, пока сам не окажешься в безвыходном положении, не поймёшь этих поступков.

– У меня всё ещё были возможности посещать мероприятия, где собирались денежные мешки, только вот от их рож, каждый раз тошнило всё больше. Пока я не встретила Данилу. Он был другим, не таким зажраным, не таким тупым. Я и не думала, что молодой парень уже на тот момент может заткнуть любого из тех, кто считал себя властелином жизни. А он считал, что я очередная моделька, которая ищет лёгких путей. Мы не сошлись, хотя я влюбилась по уши. – На один миг её голос стал тёплым, а улыбка умиротворённой. –При следующей встрече он подошёл ко мне сам, и спросил, я ли на фото… Точно! Это была очередная выставка. Старые работы, там я была ещё брюнеткой и его зацепило. Слово за слово, я оказалась не такой алчной дурой, какой он меня себе представлял, короче, тоже влюбился, хотя влюбился это не про него, скорее, правильно расценил ситуацию. Не буду рассказывать как и что у нас складывалось, к тебе это не имеет отношения, но в общем, миф о том, что я вышла замуж по расчёту, и Данила бедный несчастный влюблённый, можно считать несостоятельным. Он сразу же перевёл маму в лучшую заграничную клинику, всё взял на себя, и стал моей мечтой, которая неожиданно осуществилась.

– А почему вы тогда развелись?

– Х-м, развелись… мы развелись. – Голос, словно неживой, наполненный болью, грустью.

Оксана подскочила с места, отодвинула потайную полку на одной из стен, за ней был сейф. Ловко и быстро набрала много числовой код, открыла дверцу, достала оттуда свёрток, швырнула на стол. Сама так и осталась стоять рядом с сейфом с замершей на губах непонятной улыбкой. Игорь развернул свёрток, внутри оказались фотографии и он задержал дыхание.

– Он тебя бил? – Тихий, но пронзительный шёпот, недоверчивый взгляд и испуг в глазах, к этому он готов не был.

На фотографиях была Оксана, синяки, кровоподтёки, ссадины. Лицо, руки, ноги, спина, живот… множество фотографий, сотня, две… Побои разные, в разное время, в разные дни. То лёгкие, то вызывающие боль в сердце, даже смотреть на фото было невозможно. На одной из них Оксана закрывала лицо руками, Игорь понял – плакала.

– Но кто это снимал… и… почему?

– Снимал Данила.

– Он ненормальный, псих? Почему ты терпела, это… это ведь было не один раз?..

– Не псих и не ненормальный, – Оксана словно отмерла и присела на диван, – наверно сейчас я должна сказать, что он был извергом, волком в овечьей шкуре, но всё это тоже будет не правдой.

– Что тогда?

– Три года мы жили счастливо, потом выяснилось, что я беременна, – Игорь сжал кулаки, но Оксана на это лишь усмехнулась, – и он стал лучше, чем был. Я оказалась не капризна и клубники в три ночи не хотела, но Данька готов был ехать в любое время и на край света, только бы всё у меня было. И у меня действительно было всё. Но я не могла сидеть дома, скучать, ждать чуда. Даньку это злило, но он считал, что всё пройдёт. Будучи на шестом месяце, я ещё участвовала в гонках. – Оксана улыбнулась и тут же свою улыбку спрятала, а Игорь в очередной раз отметил, с какой теплотой она произносила имя бывшего мужа. – Глупость, конечно, но это я сейчас понимаю, а тогда мозгов не было совсем. Данила рвал и метал, грозился запереть в комнате. Правда, не запер, а зря… Потом я как-то успокоилась, но отказаться от вождения не могла, для меня это было словно наркотик, я чувствовала себя собой. Шёл восьмой месяц, подружка позвонила, пригласила в салон, что ли, или ещё куда… к тому времени у меня был личный водитель и всё такое, но я ведь всё могла сама! – Поджала губы, замерла, не шевелилась и не дышала, смотрела в одну точку, а потом снова пришла в себя. – Был уже апрель, но странно, я только сейчас вдруг подумала, а почему в апреле была такая слякоть и грязь, ты не знаешь?

Игорь посмотрел на Оксану, и её взгляд показался невменяемым, но она моргнула, и он тут же прояснился, только холодок по телу в очередной раз прочертил дорожку.

– Я не справилась с управлением и попала в аварию. Незначительную, никаких повреждений, но испугалась сильно. Машина впереди меня чуть не сбила пешехода, оттого и тормозила на всех парах, меня занесло. Тогда сразу и воды отошли. Времени было много, это оказалось совсем не как в фильмах, что сразу скручивает пополам, нет, небольшие тянущие боли, только через четыре часа всё стало реально, к тому времени я уже была в больнице. Тогда все перетрухали, и Данька особенно, у него не было родителей, семьи, кроме нас с малышом. Но всё прошло хорошо, нас выписали, как и положено, на пятые сутки. Знаешь, это нормально, у новорождённых иногда бывают водянки на головке после родов, если передавило головку, – вот ту Оксана не выдержала, и слёзы покатились по щёкам, – но со временем водянка не прошла, не рассосалась, как обещали врачи. А Максюша всё время плакал и плакал, на вторые сутки после выписки, Данила привёз врача, и нам сказали, что у сына гидроцефалия. – Больше говорить она не могла и тихо расплакалась, пряча лицо в ладони.

Игорь даже не знал, что сказать и как подойти, успокоить, и, главное, стоит ли? Он даже не понимал, о чём она. Как только Оксана немного успокоилась, спросил:

– А что это?

И она расплакалась с новой силой.

– Это больно, это страшно… так не должно быть… В тот день Максима забрали, потому что ему нужен был особенный уход. Врач сказал, что, скорее всего, это из-за аварии, ведь по УЗИ всё было в порядке, все анализы в норме… я была виновата.

Она затихла и Игорь не выдержал, подошёл и обнял, как маленькую, пряча её лицо на своей груди, поглаживая по волосам и целуя макушку.

– В тот вечер, когда позвонили из больницы и подтвердили диагноз, Данила впервые меня избил. Он не мог смотреть на меня, после всего. Не мог.

– Почему ты сразу не ушла?

– Но ведь я любила его… – Последовал короткий ответ. – Он стал редко появляться дома, засиживался на работе, а всё потому, что не мог меня видеть, не мог выдержать моего присутствия. Он не пил, не кричал, он просто старался держаться подальше и это часто спасало. Он даже просил прощения, вот только мне этого было не нужно, я сама не могла себя простить, понимаешь? Но каждый раз, когда мы возвращались из клиники от сына, он меня избивал снова. Наверно слишком жестоко, я не знаю, сама тогда невменяемая была, но я могла его оправдать. Вот, веришь, его могла, а себя нет. И каждый раз снова и снова, он медленно сходил с ума рядом со мной, я его убивала, а он убивал меня. Я практически не помню этого периода, всё как один сплошной страшный сон. Удары, боль, синяки, больница, и всё по кругу. Он никогда не пытался скрыть то, что делал со мной, он не прятался, не скрывался. Он сам просил меня заявить на него, но я не могла.

– Для этого он делал фотографии?

– Да. Чтобы я в любой момент могла это прекратить.

– Но так не честно, он знал, что ты не сделаешь этого! – Воскликнул Игорь, пытаясь поймать её взгляд.

– Всё честно. Он никогда меня не держал, хотя и должен был. Он не выбирал место для удара, всё происходило спонтанно, и с каждым разом всё хуже и хуже, он не мог остановиться. Сейчас мы оба понимаем, что совершили ошибку, нам двоим нужна была помощь, психологическая, но оставить Максима не могли. Через три месяца, я уже не могла выходить из дома, синяки не успевали сходить и Данила ездил к сыну один и возвращался темнее тучи. Было больно даже смотреть на него, и я каждый раз боялась представить, что творится у него внутри.

– Ты даже сейчас оправдываешь его?!

– Ты не понимаешь. Он не маньяк, он прекрасно понимал, что происходит и то, что он делал мне больно, тоже понимал, только не мог иначе, не контролировал себя.

– Это бред! Бред, Оксана! Ты не виновата!

– Да, я сейчас тоже так думаю, к тому же, предпосылок могло быть множество, та же самая родовая травма, но тогда мы об этом не думали, не знали, да и зачем?

– И когда ты от него ушла?

После этого вопроса Оксана не сдержалась и рассмеялась, громко, надрывно, это была истерика, она не могла остановиться.

– А знаешь, Игорь, что в этом вопросе смешного? – Давясь словами, вытирала слёзы от смеха. – Не знаешь? А я скажу. Я не ушла от него. Не ушла. Я никогда бы не ушла от него. Просто не смогла бы. Он был для меня всем. Моим миром, моей жизнью. Я не ушла!

– А как тогда?

– Да просто. В конце октября Максима мы похоронили. На похоронах не было никого. Только он и я. Данила молчал, было страшно. Мы знали, что это произойдёт, но всё равно не были готовы. А по дороге домой он не выдержал этой боли. Остановил машину на трассе, вытащил меня и избил. Бил, бил, долго, сейчас подумаешь, что глупость скажу, но я помню то, что помню. Наверно и сама была не в адеквате, но боли не чувствовала, я видела только его боль, в его глазах. И я не могла ему ничем помочь. Потом потеряла сознание, когда очнулась, его рядом не было, а встать сама так и не смогла, а может и не пыталась, не помню. Помню только серое небо… и было холодно. Он оставил меня там, на трассе, где-то в кювете.

– Сволочь…

– Да ладно тебе, – отмахнулась едва ли не с улыбкой, – сижу ведь перед тобой, жива, здорова. Он тогда вернулся, не мог не вернуться. Вот знаешь, когда его отпускало, он становился прежним, любящим и единственным. Только в тот день этого не произошло. В следующий раз я пришла в себя уже в больнице, и вот тогда было по-настоящему больно. Я даже глаза открыть не могла, потому что это движение отзывалось во всём теле. Не буду говорить, что там со мной было, значения не имеет, смысл в том, что когда я немного поправилась, могла говорить, когда снова заработали руки, ко мне пришёл адвокат. Пришёл, принёс бумажки о разводе и письмо от Данилы. Тогда я кричала, что он выбросил меня из своей жизни, убил, уничтожил, громкие слова, не более. На самом деле он меня спасал. От себя. По условиям развода, я не имела права проживать и находиться в Москве, приезжать к кому-то в гости, звонить. Он купил мне этот дом и квартиру, он оплачивает все расходы, ежемесячное содержание – всё. Только я ничего этого не беру. Он обижается, раньше обижался. Потом смирился с моей самостоятельностью.

– Разве он мог тебе что-то запретить?

– Он не запрещал, он меня защищал от себя. Сначала звонил, ещё когда я в больнице лежала. Говорил что-то, рассказывал, успокаивал, пытался отвлечь, но в ответ я могла только плакать, потом выла в трубку, потом кричала и просила его вернуться, вернуть меня в его жизнь. Но ответ всегда был одинаковым. Он установил правило, звонок два раза в месяц, я должна была на него отвечать, чтобы он знал, что у меня всё в порядке. Данила долго лечился, не один год, я знаю, может, до сих пор посещает консультации. Сначала я страдала, любила, мне даже казалось, что у нас всё может наладиться, только вот у него этой иллюзии не было. Данька просто боялся, что однажды не сдержит себя и может меня убить. Так он мне и сказал. Потом казалось, что я ничего не чувствую, а уже после убедила себя, что ненавижу его, поэтому и говорила тебе о нём то, что говорила. Мне так было проще. Я сама в это поверила и убеждала всех остальных.

– А зачем ты хранишь эти фотографии?

– А я не храню. Сжигаю в камине, когда бываю здесь. И каждый раз приезжая, вижу новую стопку. Это он так говорит мне, что ничего не изменилось, я должна помнить, что произошло и знать, что в любой момент могу всё изменить.

– Но он до сих пор звонит тебе, почему?

– Из-за матери. Она лечится в клинике, и он мне о ней рассказывает. Я не могу к ней ездить, не буду объяснять почему, не хочу… больно. Знаешь, это такое место, в котором деньги ничего не решают, решают связи, и эти связи у него есть, а вот у меня нет. Вот и звонит. Ездит к ней каждые две недели и мне рассказывает как она.

– А почему ты сама не ездишь?

– Я же сказала, не могу.

– Почему?

– По-то-му. Какой ты любопытный, Игорёша. – Оксана подняла на него свои ясные глаза, и в них снова горела боль маленькой девочки, иная, не та, с которой она говорила о муже и сыне. Потом вздохнула, сдалась и рассудительным тоном пояснила: – Маме значительно лучше, но как только она видит меня, мои глаза… эти чёртовы глаза, наследство от отца, – ногти впились в жёсткую обивку дивана и Оксана закусила губу, – как только мама меня видит, она вспоминает всё, что произошло и лечение идёт насмарку. У неё случается новый приступ, из которого она долго и болезненно выходит.

– Когда ты была у неё последний раз?

– Я видела её издалека, когда мне было двадцать два.

– А мужа? Когда видела его?

Тяжело выдохнув, Оксана закусила губу сильнее, в учащённом дыхании можно было уловить сдерживаемые слёзы.

– В день, когда хоронили сына.

– И ты не хочешь его увидеть?

– Я не могу его ослушаться. Потому что сделаю этим самым больно. Снова. А я не хочу, чтобы ему было больно. – Посмотрела на Игоря с вызовом, и, сдерживая смех, уточнила, – теперь-то ты понимаешь, что я ничем мужа не шантажировала, а то знаешь, как-то даже смешно. Здоровый мужик не может со мной справиться! Чем его можно было так зацепить, я даже не знаю!..

Слёзы сменялись смехом, и то и другое явление практически на грани. Они сидели рядом, но не прикасались другу к другу. Игорь снова бросил взгляд на стол, где стопкой лежали ужасающие фотографии и перед глазами встал образ Даниила Дементьева, который намного мощнее самого Игоря, да ещё и спортсмен. И ту же представил хрупкую Оксану рядом… и всё это не укладывалось в голове. Она с виду обычная девушка, красивая, счастливая, независимая, а тут оказалось, что всё это напускное, и за игривой улыбкой скрывается не пережитая трагедия. И один вопрос, который долбил мозг, не останавливаясь ни на секунду, язык не поворачивался произнести его вслух, от ответа слишком многое зависело на данный момент.

– Ты… – С первого раза не получилось, и Игорь набрал в грудь побольше воздуха. – Ты всё ещё любишь его?

Её молчание показалось вечным, и оно не давало надежды, не выдержал, повернулся к Оксане лицом, с силой сжал её подбородок, поворачивая к себе, как вода, как воздух ему были необходимы её глаза, он всё поймёт по ним.

– Любишь?!

– Нет.

– Нет?! Но ты так говоришь…

– Я говорю так, как чувствую. И он мой родной человек, что бы между нами не произошло.

– Но ты сказала, что надеешься, что…

– Я жила от звонка до звонка, меня держал только его голос, он был как запас энергии на долгие две недели. Но в тот день, когда он позвонил, чтобы предупредить об Андрее, я вдруг поняла, что больше от него не завишу. Я его отпустила и кроме прошлого нас больше ничего не связывает.

– Почему?

– Потому что на смену одной любви приходит другая.

– То есть… ты любила меня?

– Конечно. А как иначе?

– Х-м, не знаю, ведь ты замужем, наверно… нет, мужа ты не любишь! Почему тогда ты ушла? Не из-за этих новостей, не из-за моей мамы, тогда почему?

– Я не хотела портить тебе жизнь.

Она опустила взгляд и немного отстранилась.

– Что?

– Ты не понимаешь… Я не хотела ломать тебя, ты… ты должен был найти себя, измениться, научиться принимать решения. Ты уже другой.

– Я остался прежний.

– Нет, другой. Ты вполне мог и не заметить этого, потому что каждый день видел себя в зеркале, принимал решения, делал выводы. Менялся каждый день, ведь ничего не происходит мгновенно, нужно время. И вот сейчас ты, наблюдавший за своим личностным ростом ежедневно, утверждаешь, что остался прежним, а я, не видев тебя достаточно долго, замечаю разницу между тем, что было и тем, что есть. Ты стал совсем взрослым, самостоятельным, у тебя своё видение мира. И это хорошо, я понимаю, что не ошиблась, принимая решение.

– Не ошиблась? Так это называется? Ты решила за меня, что для меня лучше? А кто тебе давал такое право, кто?! – Игорь подскочил с дивана и склонился над Оксаной, заставляя её отстраниться. – Так было лучше значит, для кого?

– Для тебя в первую очередь. Рядом со мной ты бы и остался любящим и любимым мальчиком, а теперь ты мужчина. От тебя зависят люди, ты знаешь, что такое действие и что такое ответственность за свои действия. А раньше мнение считалось правильным только потому, что оно моё или твоё. Рядом со мной ты потерял ориентир и принял меня за него, а это не так. Со временем, ты бы это понял и сам, просто тебе не хватило нескольких месяцев, чтобы что-то понять.

– А на*ер мне что-то понимать?! Ты приняла решение за меня, ты и сейчас за меня решаешь. Так что изменилось?

Он злился, он был в бешенстве, он мгновенно протрезвел. Как так, почему? Схватил её за запястье, подтянул к себе, а в глазах всё та же непокорность и превосходство. Невозможная женщина!

– Игорь, я очень тебя люблю, но я должна была уйти. Прости меня, но это было правильно.

– А я не прощаю! Не прощаю!

Отпустил запястье, и отошёл к столу, не может выразить всё то, что хотел сказать, подобного признания не ожидал. Он тешил себя мыслью, что она дрянь, что никогда не любила его и думать так было удобно. А теперь она заявляется, и говорит, что такая белая и пушистая. Такая мудрая и заботливая. Что любила тогда и ушла, потому что так правильно. Обернулся, посмотрел на неё.

– А сейчас?

– Что?

– Сейчас любишь? Зачем ты вернулась?

– Я приехала с мужем.

– И всё?

– Тебе этого мало?

– Мало, мне мало! – Вновь бросился к ней, но на этот раз не притронулся, только кулаки крепче сжал. – Откуда он вообще взялся, почему он? Зачем ты сбежала?

– Чтобы ты меня не искал.

– А почему он, почему вышла замуж, ты говорила, что хочешь ребёнка и семью, теперь ты довольна? – Его глаза сверкали злобой, зубы скрипели, желваки на скулах не останавливались, словно борется с самим собой, сдерживаясь.

– Моя дочь – это самое дорогое, что есть в моей жизни. И я ни о чём не жалею.

– Дочь… дочь тебе дороже мужа?

– Она дороже мне всех мужчин. Что за глупый вопрос?

Когда тема подобралась так близко к душе, задела личное, Игорь сразу отметил, как преобразилась Оксана: расправила плечи, выпрямилась, глаза загорелись другим огнём, подбородок вздёрнут. Да, дочь – это самое дорогое.

– Ты сделала свой выбор?

– О чём ты?

– Возвращайся ко мне. – Его голос приобрёл ледяной оттенок, пугающий, он словно испытывал. – Если я изменился, как ты говоришь, повзрослел. Теперь и я хочу семью. Возвращайся. – Сказано с вызовом, броско, дерзко.

– И ты этого хочешь?

– А почему нет? Я хочу тебя. Всегда хотел. А ты? Ты хочешь меня?

– Мы не о том говорим.

– Конечно не о том! Я не тот, я не могу думать и говорить так, как раньше. Раньше я верил тебе, безоговорочно, потому что ты – это ты. А теперь я стал жёстким, предусмотрительным, я не делаю опрометчивых шагов. Но появляешься ты и снова указываешь моё место. Что это сегодня было, а? Зачем ты пришла ко мне? А хочешь, я сам тебе скажу, хочешь? – Оксана молча поджала губы, она не скажет ему, не скажет. – Потому что ты очередной раз захотела поставить меня на место, показать, кто я напротив тебя, ты же у нас такая умная, взрослая, правильная! А знаешь, что? Ты не нужна мне. Никогда не была нужна, с тобой хорошо в постели, с тобой престижно появляться в обществе, и да, ты была права, мне льстило, что ты… – на этом он скривился и прищурился, – мне льстило твоё общество. Общество взрослой и уверенной в себе дамочки. Но на большее ты не способна. Ты шлюха, Оксана. Мне жаль, что с первым мужем у тебя всё вышло так… – На миг его азарт оскорбить и прибить к плинтусу пропал, но он быстро справился. – И мне жаль твоего второго мужа, хотя, вы стоящая парочка. Ты так легко изменила ему, ты сама на меня запала. Только мне такая не нужна.

Игорь развернулся и ушёл. Он не мог больше вынести её взгляд. И всё не так, не это он хотел сказать. Она нужна ему, всегда, потому что он любит её, а сказал… сказал то, что сказал. Со злости, чтобы уколоть, уязвить, чтобы поняла, что потеряла. Не думал, что после так хреново станет. И пути назад больше нет. Уже через час, сидя в баре, удивлялся, какой он идиот. Зачем, зачем сказал то, о чём и не думал?

– Колесников.

Обернулся, а за спиной стоит Марина. Как всегда превосходно одета, с идеальным макияжем, и с идеальной змеиной улыбкой. С ней хорошо проводить время, особенно когда на душе паршиво, и она никогда не отказывает. Ещё одна представительница отряда легкодоступных девок. Она подошла ближе, присела на соседний стул.

– Я тебя не приглашал.

– А я и не расстроилась. Знаешь, а я ведь скучала. Куда ты пропал?

– Куда пропал, там больше нет. Что хотела?

– А почему без настроения? – Не обращая внимания на грубость, недовольство, продолжала она сиять и подвинула свою ладошку на барной стойке поближе, теперь касалась его руки, и один из пальчиков ловко нырнул под рукав рубашки на запястье. Поглаживала, закусив губу, до тошноты противно стало.

– Слушай, Марин, не до тебя сейчас. Я брата жду. Иди, погуляй, я тебе позвоню. Потом.

– А я хочу сейчас. – Облизнулась и придвинулась ближе, приклонившись к его уху. – И ещё здесь есть отдельная комнатка, уверена, смогу отвлечь тебя от грустных мыслей.

Томный шёпот вызывал отвращение и раздражение, хотелось прибить на месте. Телефонный звонок отвлёк её, и Игорь вздохнул с облегчением.

– Да. – Недовольно ответила она и скривилась. – Что? Алё, Алё… – Глянула на Игоря. – Колесников, зайчик, дай телефончик, мой разрядился, отец трезвонит, не пойму, что хочет.

– Да? А что твой обожаемый папочка скажет, если ты позвонишь ему с моего номера?

– А он знает твой номер?

– Он у него на быстром наборе. – Оскалился.

– Плевать, лучше позвонить, пока он не начал меня разыскивать. Тем более, что мы с тобой совершенно случайно встретились… к сожалению.

Игорь посмотрел на неё, тяжело вздохнул, но всё же вытащил телефон из внутреннего кармана пиджака, снял блокировку и протянул Марине.

– Я отойду, а ты звони. – Шепнул ей и тут же сорвался с места.

В туалете умылся холодной водой и глянул на отражение в зеркале. Чёрт, как же всё-таки хреново. И внутри буря, только тихая, неприятная, которую долго не остановишь. И осознание того, что его женщина больше не его, медленно убивает, видит её глаза, помнит её улыбку, пальцы ещё чувствуют тепло её кожи, но он сказал, что она не нужна. Никогда не была нужна. А может, это и не любовь?

– Соберись! – Рыкнул себе в зеркало, шумно хлопнул по щёкам, промокнул влажную кожу бумажным полотенцем и с кривой усмешкой вышел. Жизнь продолжается. Он жил без неё и проживёт дальше.

Марина уже не разговаривала по телефону, наверно он прохлаждался слишком долго, но и не пила, хотя любимый коктейль, давно ждал своей очереди. Подошёл ближе и заметил, как та рассматривает фотографии на его телефоне. Чёрт! Алиса!

– Какого..!

Выхватил телефон, мысленно проклиная девушку за её длинный нос, глянул на фото, где малышка улыбается, и на душе вмиг потеплело. «Да, я бы тоже жил ради тебя» – пронеслось в голове. Он сфотографировал девочку на память, когда играли на детской площадке, потом ещё весь вечер рассматривал, что получилось. Смотрел и улыбался, потому что улыбку сдержать было невозможно. Маленький светлый человечек… когда-нибудь и ему будет, ради кого жить. Еле оторвал взгляд от фотографии на дисплее, а Марина сидит и неотрывно смотрит, буквально сверлит взглядом.

– Я не разрешал тебе рыться в своём телефоне. – Чётко, немного угрожающе проговорил, но Марина, казалось, его и не слышит, смотрит, как первый раз видит. И он посмотрел на неё в ответ, вопросительно приподняв брови.

– Ты не говорил, что у тебя есть дочь… – Тихо, с какой-то скрытой обидой проговорила она, не отпуская его взгляда. – Сколько ей?

– Ты…

Так и хотелось сказать, что она не правильно поняла, как вдруг странная мысль пробежала и тут же скрылась где-то за поворотом подсознания. А ведь он слышит это уже не первый раз: воспитательница в детском саду нахваливала, как они с Алисой похожи, только он не придал словам значения и отнекиваться не стал, ему так даже лучше было, только… только… Вот, оно, точно! Открыл фотографию, где они с Алисой вместе, она сидит на его колене и крепко прижимает к себе, держа за шею, тогда какую-то мамашу с ребёнком попросил щёлкнуть их, та и не отказала. Смотрел и не мог понять, где подвох. Серые глаза, аккуратненький, чуть заострённый на кончике нос, только волосы тёмные, как у Оксаны. Алиса его..? Алиса его? Его! Иначе и быть не может. На мгновение замер, потряс головой, отгоняя мысли, нет, этого просто не может быть… Оксана не могла… или могла?

– Она очень похожа на тебя. – Кивнула Марина, отвлекая от мыслей. – А кто мать? Я и подумать не могла…

– Правда, похожи? – С безумным блеском в глазах, уцепился он взглядом в бывшую любовницу.

– А ты не видишь… одно лицо.

– Идиот! – Воскликнул Игорь, кривясь от внутренней боли, обращая на себя внимание толпы. – Какой же я идиот, ничего ведь не видел, кроме…

«Кроме своей ненависти» – хотел добавить он, но к чему слова, когда нужно поговорить с Оксаной. Срочно. Быстро расплатившись по счёту, выбежал из бара ничего не объясняя опешившей Марине, взглядом уже искал свой автомобиль, как его окликнул Андрей. Про него-то он совсем забыл, да и куда теперь, не до того. И сам не понял, почему именно ему позвонил, но с кем-то хотелось поговорить, посоветоваться, в конце концов. А Андрей всегда знал, что сказать в таких случаях, убедить, уговорить, успокоить.

– Андрюх, брат, некогда, мне срочно нужно уехать. – На ходу проговорил Игорь.

– Откуда такая смена настроений? Звонил, чуть ли не умирать собирался, а сейчас глаза блестят, ноги бегут…

Андрей явно был в хорошем настроении, и вдруг захотелось поделиться новостью. Игорь остановился, широко улыбнулся, закинул голову и взглянул на брата другими глазами – глазами счастливого человека.

– Андрюх, ты не поверишь, я папа. – Он всё ещё улыбался, когда улыбка Андрея сошла на нет. – Нет, я не сошёл с ума, никогда не угадаешь, что случилось. – Губы начали болеть от напряжения.

– Оксана всё-таки сказала?

Как удар током. Смотрит на Андрея, пытаясь уловить смысл сказанного, улыбка медленно сползает с лица.

– Что?.. Что ты сказал?

Смотрел на брата и не верил, не верил глазам, не верил тому, что только что услышал и с этим недоверием в глазах и полным изумлением на лице, не веря самому себе, спросил:

– Ты знал?

Он знал, Игорь понял это. Знал и молчал. Удар был молниеносный, Андрей упал на мокрый асфальт.

– Твою мать, ты знал? Говори!

Ответа ему было не нужно, он и так всё понял, наносил один удар за другим, как вдруг опомнился, сотрясая брата за грудки, удерживая на весу.

– Скажи за что? За что?! Так хотел её себе? Её хотел?! Ты знал, что она беременна и заливал мне в уши всё то дерьмо, которое сам себе придумал?!

Стоял обессиленный на коленях перед Андреем, который только начал подниматься, кривясь от боли, сплюнул набежавшую в рот кровь и вытер губы и нос, усмехнулся.

– Игорь, я понял, что Алиса от тебя, когда увидел вас вместе у тебя дома. Я не знал, что Оксана беременна, она не сказала мне. И я бы никогда так не поступил, если бы что-то знал тогда, поверь. – Тихо, но уверенно проговорил он.

– Почему ты мне не сказал сразу? – Уставший, разбитый морально Игорь даже не смотрел в глаза, разглядывал свои разбитые кулаки, обтирая с них кровь.

– Я подумал, что что-то неправильно понял, но когда ты сказал, что это дочка Оксаны, объяснения мне были не нужны и я поговорил с ней.

– С ней? И что… что она?

– Она просила не говорить тебе.

– И ты поэтому промолчал?

– Игорь, она мать и она…

– А я отец! Я – отец! Этого не достаточно, для того, чтобы знать правду? С какой стати все распоряжаются моей жизнью? Какое ты имеешь на это право? Что ещё она сказала?

– Игорь, она любит тебя, но боится этих отношений.

– Это её слова?

Игорь уже поднимался на ноги, распускать сопли, не в его правилах. Момент слабости прошёл, теперь он снова стал собой. Сильным и уверенным. Как там Оксана говорила?.. Он способен принимать решения? О, да, и он это решение уже принял. Его. Обе. И никогда он их больше не отпустит.

– Это мои слова. Она и тогда любила. Я не понял, а она… она не стала мне ничего доказывать.

– А почему она не сказала мне тогда, ты случайно не в курсе, раз уж вдруг стал её подружкой. – Уточнил с лёгкой иронией в голосе и с язвительной улыбкой, помогая Андрею подняться.

– Она не хотела ломать тебе жизнь. И это именно её слова. Она не хотела заставлять тебя принимать её выбор, выбор стать матерью.

– Что за бред, и откуда столько пафоса? Я бы никогда не отказался от своего ребёнка!

– Именно это и заставило её промолчать. Тогда ты бы просто не отказался от своего ребёнка, а жить с постоянной мыслью, что она тебя чем-то обременяет, Оксана не могла и решила уйти.

– Это бред… бред! Кто вбил ей это в голову? Алиса моя. Моя и больше ничья!

По решительному блеску в глазах брата и по его сжатым кулакам была ясна его готовность к боевым действиям

– Что ты собираешься делать?

– То, что должен был сделать четыре года назад. Я верну её, что бы она ни говорила.

– Игорь уже поздно… – Попытался его остановить, схватив за локоть, но это уже было бессмысленно.

– Она не спит, я знаю.

– Мне поехать с тобой?

– Андрей, сейчас не вмешивайся, хорошо? Это моя жизнь и мои девочки. Я сам всё решу. Сам!

И уехал, а Андрей мысленно поаплодировал Оксане, она оказалась тогда права. Только сейчас, когда Игорь понял, чего может лишиться, он поистине оценит то, что она ему подарила. И теперь ему есть за что бороться. Не за замысловатые фразы о любви, о которой он думал тогда, а за своё счастье, за свою семью.

В доме Оксаны, как и предполагал Игорь не спали. И спать сегодня, видимо, не собирались. Она вошла в просторную гостиную и встретила на удивление трезвого мужа. В голове тогда пронеслась мысль: «Не может быть, он ещё с утра был пьян», но тут же посмотрела на часы на циферблате которых стрелка неуклюже переползла во временное пространство следующего дня. «Предательница – стрелка» – подумала Оксана. «Предательница – собственная жена» – подумал Витя и смирил её долгим неприятным взглядом. Молчать и далее не было смысла, только вот Оксана говорить ничего не собиралась, она, собственно, рассчитывала как раз на спящего до двенадцати часов следующего дня мужа, с которым попрощалась бы коротко, без лишней помпезности, в общем… в письменной форме. К слову сказать, Данила обещал утрясти все вопросы с разводом лично, уж в его-то способностях, Оксана сомневаться не привыкла.

– Где была? – Немного скучающим тоном поинтересовался практически уже бывший супруг.

– Я заканчивала проект, который как раз ты мне и поручил.

– Закончила? – Снова скучает. Алкоголь что ли в доме закончился? Присела на диван напротив. Чего уж тут, все свои люди.

– Закончила. Заказ выполнен в срок, без опозданий. Никакие штрафные санкции нам не грозят, оставшаяся часть суммы будет переведена на наши счета в оговорённые сроки.

– С кем из них ты спишь? – Не дождавшись конца этой слишком уж затянутой речи в виде отчёта, тихо спросил Витя, а Оксана, не ожидавшая, что её перебьют в столь важном месте, как финансовые вопросы, пропустила реплику мимо ушей.

– Что? – Вполне логический вопрос, для девушки, которая слегка увлеклась.

– С кем из них ты спишь? – С лёгкой улыбкой повторил Витя и, ой, как не понравился Оксане его взгляд.

– Ты о чём?

– Ну, же, детка, ты обещала быть хорошей женой, давай обойдёмся без лишней игры в оскорблённую невинность. Один из них твой любовник, не зря же Алиса так похожа на… на одного из них.

Смешно, а ведь и на Андрея их дочь похожа. Что правда, то правда. Глаза, эти необыкновенные, огромные глаза, которыми были наделены оба брата, и которые так пленили Оксану при первой встрече с каждым из них. Да, её дочь так же унаследовала эту отличительную черту Колесниковых-Зиминых. И пусть её глазки ещё детские, наивные, и отдают такой тёплой и манящей серой дымкой, она уверена, со временем, Алиса станет достойным продолжением своей родни и её глаза заблестят холодным серым оттенком, который будет оттаивать лишь для избранных. А если уж вернуться к разговору с практически бывшим мужем Витей, то его вопрос крайне бестактен. Да, невинность тут не при чём, но её чувства… этим вопросом он задевает вне зависимости от этого факта. Играем по-крупному!

– И как давно ты знаешь?

Уйти от ответа – это лучший вариант, он, конечно заметил, не зря так довольно улыбается.

– Знаю что?

– Об Алисе.

– Сложный вопрос, Оксаночка, очень сложный. Начнём сначала?

Вопрос, не требующий ответа, в простонародье именуемый риторическим. Конечно сначала, не зря же ты так самоотверженно ждал её полночи, чтобы пропустить самую важную часть. И Оксана милостиво кивнула. Да, она согласна выслушать ещё одну версию происходящего.

– Первой ласточкой естественно стал ваш танец с Колесниковым, честно признаться, я был практически уверен, что это он, но твоё искреннее удивление по поводу того, что он и есть Колесников, сбило меня с толку. Сыграть ты так не могла, а тот факт, что не знаешь фамилии любовника, меня удивил, не похоже это на тебя. Добавлю, что цели искать отца Алисы я не ставил, но когда увидел его с тобой, и мыслей, других не осталось. Не хотел я тебя терять, девочка моя.

Оксану передёрнуло от его едкого, язвительно-сладкого голоса, но она промолчала.

– А уж когда в нашем офисе я увидел его братца, то вопрос вновь приобрёл свою актуальность. И как Колесников делал выпады в твою сторону, и как Зимин искренне недоумевал. Скажу сразу, я мог легко заняться этим проектом, изначально так и было задумано, но интерес этих двоих конкретно к тебе, заставил меня выждать, перетерпеть. И я терпел, долго, заметь. Так вот, Андрей Зимин, который так трепетно выслушивал тебя, ловя каждое слово и его братец, который хамил и дерзил, при каждом удобном случае. Интересно. А потом была эта встреча у Колесникова дома. Не думала же ты, дорогая жена, что я настолько занят, чтобы оставить девочку одну? Думала? – Предугадал он её мысли и улыбнулся. – Нет, я не такой плохой отец, как ты решила. И доченьку свою я люблю. Проверка, простейшая, банальная проверка. И, о чудо, злой и страшный Колесников с перекошенным от испуга и волнения лицом несёт тебя на руках. И я снова думал о нём. Но тот факт, что после того, как гости разъехались, к вам присоединился Зимин, снова спутал мне все карты. В итоге Игорь уезжает, а ты, возвращаешься домой с Андреем, и он несёт Алису на руках. Затем самая интересная часть – подписание контракта. Безусловно, я сразу понял, что весь подвох с документами из-за тебя, мне даже интересно стало, как ты собираешься выкрутиться. Потом снова Колесников, куда же без него. За что он тебя так не любит?

– А может, любит?

– Может и любит. Так вот, после этого, пусть и сжатого, но понятного тебе рассказа, я повторяю свой вопрос: с кем из них ты спишь? Про настоящее время можешь даже не заикаться, от тебя за километр разит сексом. И не постеснялась же явиться в дом после этого.

– А чего мне стесняться? Колесников ясно дал понять, что уступит только за определённую плату. Я спасала наш семейный бизнес, дорогой.

Оксана не говорила этого для отговорки, она не спасалась и не выигрывала время, она просто не знала, что ещё сказать. И сама всё время задавалась вопросом, что же случилось с её трудоголиком мужем, почему он вдруг забросил дела, свалив всё на не, что же, теперь всё предельно ясно.

– Серьёзно? И что этот сопляк к тебе пристал? Не дала? Я имею в виду тогда?

– Не угадал. – Оксана выпрямила спину и закинула ногу на ногу.

– Значит, всё-таки он?

– Витя, ты меня удивляешь. – Выдержала необходимую театральную паузу, не могла отказать себе в удовольствии наблюдать за выражением лица супруга.

– Не томи, дорогая, я долго ждал. С кем ты спишь?

– С двумя. Как тебе такой ответ. Знаешь, насчёт фамилии ты зря поторопился с выводами. Я думала, что оба брата носят фамилию Зиминых, оттого удивление моё было самым что ни на есть натуральным.

– Ты сейчас издеваешься? – На миг Витя растерялся, он не верил, но глаза Оксаны не давали ни единой подсказки, они бессовестно молчали.

– Ну что ты, как я могу, такими-то вещами.

– Ну, ты и…

– Не бросайся громкими словами, дорогой. – Ехидно улыбнулась Оксана и с дивана поднялась. Более в этом доме её ничего не задерживало, собственно говоря, она вернулась только за своим кольцом, которое так опрометчиво оставила на туалетном столике спальни.

– Я не договорил. – Резко подскочил Витя, сокращая расстояние между ними ещё на пару шагов.

– Я мне больше слушать нечего.

– Ты наглая самодовольная тварь. – Зло зашипел он. – Я для тебя был готов на всё, пахал и днём и ночью, чтобы ты смогла смотреть на меня так же, как на своего бывшего, но ты всегда относилась ко мне как к посредственности. Я для тебя был временным убежищем, запасным аэродромом.

– Витя, ты смешон.

– Да, да, Оксана, я смешон, я знаю. И самое смешное, что я надеялся на взаимность. Сколько, сколько тебе нужно денег, чтобы ты осталась довольна?

– Ты идиот, если так считал. Деньги никогда для меня не были главным приоритетом. Я уважала Данилу за его личность, сильную и самодостаточную. Признаю, в тебе ошиблась, ты таким так и не стал.

– Да что ты понимаешь?! – Взревел он и попытался наброситься.

Зря, очень зря пытаться наброситься на человека, с отличием закончившего курсы самообороны, на бывшую жену мастера спорта по самбо и на бывшую возлюбленную чемпиона страны (как выяснилось совсем недавно) по кикбоксингу. Никаких особых приёмов, простейший и наипопулярнейший удар в пах, и завершающий удар коленом в нос, противник повержен и временно утратил ориентир.

– Какая разнообразная у вас семейная жизнь. – Раздаётся со стороны входа ироничный голос с металлическим оттенком. – Я не помешал?

Игорь, внимательно наблюдая за происходящим, медленно, но уверенно приближался к зоне боевых действий, в голове у Оксаны пульсировало несколько вопросов: «Знает?», «Почему он здесь?», но в присутствии этого мужчины вдруг почувствовала себя слабой и незащищённой. Такое далёкое и сладкое чувство, свободы. Он подошёл к ней вплотную, двумя пальцами приподнял подбородок и заглянул в глаза. Теперь никаких вопросов не возникало – он знает, она уверена. Этот горящий эмоциональный взгляд, напор, мощь, сила – всё отражается в нём, такой взгляд она видела у Игоря, когда согласилась с ним встречаться, теперь этот взгляд говорил не только о том, что рядом с ним лучшая в мире женщина, но и о том, что у него есть семья – его сила, его слабость, его жизнь.

– Где Алиса?

– У соседей.

– У Олега Юрьевича?

Медленно кивнула, не в силах отвести взгляд, происходящее слабо походило на реальность, но это происходило.

– Иди к ним, а я сейчас побеседую с твоим мужем и приду следом.

Она снова кивнула, и практически пятясь назад, покинула дом. Сказать, что было нехорошее предчувствие, было неверным, Оксану буквально распирало от чувства холодного, всеобъемлющего страха, который запустил свои острые коготки прямо в сердце, и теперь при каждом его ударе, больно царапает ими.

Добравшись до дома соседей, обрадовалась горящему в окнах гостиной свету. Дети, конечно, спали, но необходим сейчас был только Олег. Без лишних разговоров, не сбросив пальто, быстро пробежала длинный коридор.

– Олег… там…

– Игорь?

На этот странный вопрос Оксана снова могла только кивнуть. Казалось, о секретах её личной жизни знали все вокруг, но при этом усердно изображали удивление. Олег же, без лишних объяснений и расспросов, не вдаваясь в подробности, рванул к соседскому дому.

На его удивление, никакой драки, хотя, о какой драке может идти речь, когда против рядового бизнесмена, который хоть и посещает спортзал, но боевыми искусствами никогда не увлекался, выступает чемпион. Игорь сидел на подлокотнике дивана, молчал. Тонкие губы как всегда сложились в прямую линию, серые глаза прищурены и внушают идею склониться к верному решению, только вот Витя… едва ли можно сказать, что он что-то понял, оттого Игорь и продолжает давить своим присутствием морально.

– Игорь?

– Всё в порядке, Олег. – Не сводя взгляда с Вити, отозвался он.

– Витя, мы сейчас уйдём, а ты просто поверь, что всё правильно.

Но Витя не ответил, он сверлил ответным, полным ненависти взглядом соперника, не понимая, как он, будучи моложе Оксаны, будучи дерзким наглым и полной противоположностью первого её мужа, мог настолько прочно засесть в сердце. Ему так и не пришло в голову, что мужчину красит не его финансовое положение, не положение в обществе, а внутренний стержень, несгибаемость, правильный взгляд на жизнь и на расположение сил в ней. Он так и не понял…

– Игорь, идём.

Мужчина как по команде встал и, не ожидая подвоха, с победной улыбкой направился к другу и только успел поделиться новостью, что он отец, увидел уже знакомую реакцию, точь в точь как у Андрея, бить не собирался, но поговорить захотелось очень остро. Но в этот момент раздались два громких хлопка, острая боль в груди помешала произнести нужные слова, а за его спиной, с пистолетом в руках сидел уже спокойный Виктор. Он сразу же выбросил оружие в сторону, достал пачку сигарет, и закурил. Его жизнь кончена.

Дальше Игорь помнил суету, испуганный взгляд Оксаны, которая так к нему и не подошла, звук сирены и Олега, который что-то тихо говорил и, судя по улыбке, пытался подбадривать, но он видел только её.

Тупая боль в груди, не дающая вздохнуть, тяжёлые веки, которые отказываются слушать импульсы мозга и не поддающиеся усилиям, непослушные губы, с которых не слетает ни один звук. Где-то, словно вдалеке, женские голоса. Мама, конечно же, это мама. Но её голос строгий и ворчливый, непривычно. Она с кем-то ругается громким шёпотом, словно отчитывает, но в ответ не поступает ни единого звука. Голова раскалывается, но остановить этот раздражающий голос Игорь не в силах, и только слабое тепло, практически призрачное, которое ютится где-то в области левой ладони, заставляет смириться, словно вся энергия мира сосредоточилась именно там. Провал. Темнота. Редкие тихие всхлипы, сквозь эту темноту пробиваются к сознанию… мама.

С трудом разлепив веки, он видит светлые, кажется зелёные стены, широкая длинная лампа, вмонтирована в потолок и режет глаз, отчего тут же потекли слёзы, потому что закрыть глаза он боится, вдруг открыть их снова не получится или получится ещё не скоро. Попытался позвать Оксану, но из горла вместо звуков вылетел болезненный хрип, вызывающий приступ кашля, который следом тянет острую боль в груди.

– Игорёк, тише, тише мой родной. – Шепчет мама и смачивает пересохшие губы влажной губкой.

Снова суета, люди в белых халатах, слёзы на лице матери и Оксана… почему её нет?

– Мама… Оксана…

– Тише, тише, всё хорошо, всё уже хорошо. – Успокаивает она, а врач, поглядывая на приборы и проводя осмотр, бросает редкие резкие взгляды.

– Вашу жену мы отправили домой, три дня не отходила от вас. Кто же знал, что вы сразу же в себя придёте. – Оповестил строгий мужской голос, и стало легче. Жена… эйфория заполнила всё тело, и улыбка коснулась тонких упрямых, непослушных губ.

Укол, снова сон, долгий, мучительный, проснуться помог шум в коридоре, мама снова ворчит, нет, она ругается. Оксана.

Оксана влетела в палату, оставляя его мать позади, и привычно взяла Игоря за руку. Она не отпускала её три дня, даже на секунду боялась отойти, всегда вместо себя оставляя медработника. Три дня мозгового штурма его матери, три дня страха за его жизнь, тря дня неизвестности и вот сегодня, когда эти серые глаза с лёгким укором снова смотрят на неё, уже не смогла сдержать слёз. Тёплые, солёные ручейки рванули из глаз, и покатились по щёкам, она не верила своему счастью, не верила своим глазам и она любила. Приткнулась лбом к его горячей ладони и разрыдалась в голос, мать понимающе закрыла дверь с обратной стороны.

– Как же ты нас всех напугал. – С грустной полуулыбкой заглянула в его глаза, на которых тоже выступила слезинка.

– Ты всё-таки пришла?

– Я не могла не прийти.

Уже к вечеру он мог тихо и практически без хрипов говорить, улыбаться, его кормили какой-то дрянью в виде пюре, ставили уколы, капельницы. Улыбчивые медсестрички строили глазки, пока Оксаны не было на месте, а врач приговаривал, какой же Игорь везунчик. И только поздно вечером, когда со всеми процедурами было покончено, он смог спокойно улыбнуться своей любимой женщине, погладить её по нежной щеке, провести пальцами по пухлым губам и снова порадоваться тому, что всё это теперь его.

– Я хочу поговорить. – Прошептал он, боясь разрушить интимность момента.

– Тебе пора спать. – Улыбнулась она в ответ и сама поластилась, вжимаясь лицом в его ладонь.

– А я хочу поговорить. Я хочу знать, что открою завтра глаза, и ты будешь здесь. Ты ведь не уйдёшь?

– Не-ет, Игорёша, ты хитрый жук, – легонько толкнула его кулачкам в плечо, – ты бессовестно пользуешься своим положением. Так не честно.

– А мне не до шуток. – Серьёзным настойчивым тоном проговорил он и Оксана грустно улыбнулась и поджала губы.

– Тогда ладно, пользуйся.

Без лишней подготовки, без красивых слов, он сказал то, что хотел, то, как чувствовал.

– Я не буду с тобой обсуждать и выяснять, почему ты так поступила, когда решила скрыть от меня рождение Алисы. Я не буду у тебя снова спрашивать, почему ты вышла замуж за другого, надеюсь, на эти вопросы ты когда-нибудь дашь мне ответ. Но сейчас мне интересно другое, ответишь?

– Ты мне не оставляешь выбора. – Она крепче сжала его ладонь, придавая уверенности.

– Ты будешь со мной? Со мной жить я имею в виду.

Оксана приподняла брови, играя удивление.

– А ещё я хочу, чтобы ты родила мне сына. – С большим напором начал он. – И я хочу видеть, как меняется в это время твоё тело, как округляются бёдра, как наливается грудь, как растёт животик и, чёрт возьми, можешь считать меня грёбаным извращенцем, но я хочу заняться любовью со своей беременной женой. Ты выйдешь за меня? – На одном дыхании проговорил всё это практически до боли сжимая её маленькую ладонь в своей и посмотрел в глаза.

– Да. – Тихо, не требуя времени на раздумья и опустив взгляд ответила Оксана.

– Правда?

– Ну, только если ты будешь себя хорошо вести, и быстро-быстро поправишься. Потому что я хочу свадьбу летом, а до лета осталось совсем ничего и не вздумай отказаться от праздничной церемонии и хоть слово сказать о пышном белом платье! – Строгим, с истерическими нотками, голосом проговорила Оксана и улыбнулась широкой, обворожительной улыбкой.

«Я знаю, что с тобой стану самым счастливым мужчиной».

« Я знаю, мы пройдём ещё не одно испытание, но я тебя больше никогда не отпущу и никому не отдам».

Но сказать вслух никто не решился, пусть это остаётся их маленькой тайной.

Конец.

Content

Флёри Юлия Разреши тебя любить