Джанис Мейнард

Волшебная встреча

Janice Maynard

A Billionaire for Christmas

Эта книга является художественным произведением.

Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

© 2013 by Janice Maynard

© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

© Перевод и издание на русском языке, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

Глава 1

Головная боль утомила Лео Кавалло. На самом деле болела не только голова, а все тело. Дорога из Атланты в Теннесси оказалась короткой только на карте. В реальности же выруливать по извилистым сельским дорогам, да еще и в темноте, оказалось ой как непросто. Иногда даже страшно. А солнце в декабре садится рано.

Лео взглянул на часы и едва не застонал от отчаяния. Начало десятого. А он до сих пор не знает, где он и как далеко от места назначения. Джи-пи-эс еще тридцать километров назад как будто заснул. Термометр вот-вот опустится ниже нуля, а значит, дождь в любой момент может превратиться в снег. Все тридцать три водительских удовольствия.

Насквозь вспотев под тонкой хлопковой кофтой, Лео достал из аптечки антацид. Невольно вспомнился недавний разговор с братом.

– Лео, я серьезно. Меняй свою жизнь. Господи, инфаркт в таком возрасте!

– Врач сказал, инфаркт был легким. Так что давай без драматизма. Я в отличной форме.

– А еще врач сказал, что твоя жизнь – сплошной стресс. И напомнил про наследственность. Наш отец не дожил до сорока двух.

Жуя мелоподобную таблетку, Лео мысленно выругался. Внезапно дорожный асфальт сменился рассыпчатым гравием. Колеса забуксовали на непрочной поверхности. Лео всмотрелся в даль в поисках хоть каких-то признаков жизни.

С одной стороны только горы, замыкающие и без того мрачное пространство. Фары машины осветили густые заросли рододендрона по краям дороги. Лео начинал понимать, что значит клаустрофобия.

Он привык к жизни в ярких огнях Атланты. Из его пентхауса открывался удивительный вид на город. Так зачем он пошел на это добровольное отшельничество в самом неприветливом штате страны?

Еще пять минут, и Лео был готов повернуть назад. Как вдруг вдалеке как будто замерцал огонек. Лео аккуратно нажал на педаль. Да, ему туда.

Машина затормозила у освещенного дома. Боже правый, неужели доехал? Каждый мускул в его теле болел от пережитого напряжения.

Прихватив с заднего сиденья куртку, Лео вышел из машины и поежился. Вечерний холод пробирал до костей.

Грязь мгновенно опоясала его дорогие кожаные ботинки. Однако вблизи дом оказался весьма современным. Компактный и приличный – совсем не под стать окружающей картине. Такие домики обычно покупают себе обеспеченные пары, чтобы укрыться от городской суеты.

Не увидев звонка, Лео трижды постучал в дверь.

На первом этаже включился дополнительный свет. Лео нервно переминался с одной ноги на другую, когда в двери открылось окошко. А в нем он увидел широко раскрытые женские глаза.

– Ваше имя? – спросила женщина.

– Лео Кавалло. – Стиснув зубы, Лео перешел на более приветливый тон: – Откройте, у меня забронировано.

Фиби открывала дверь дрожащими руками. Не потому, что боялась стоящего на пороге мужчину. Она боялась последствий его пребывания здесь.

Гость переступил порог, и волнение Фиби усилилось. Высокий, не меньше метра девяноста пяти, широкоплечий, с густыми каштановыми волосами. Всем своим видом он источал благосостояние и уверенность в себе.

В камине треснули дрова, выбросив в комнату несколько золотисто-ярких искр.

Сняв куртку, гость провел рукой по взъерошенным волосам. Теперь Фиби видела, что на нем была темно-синяя кофта и серые брюки. Легкий аромат лосьона после бритья приятно смешивался с запахом уличной свежести.

Она включила в комнате люстру: уж слишком интимной была атмосфера, когда единственное освещение – это огонь в камине.

– Не могли бы вы разуться? – попросила Фиби, взглянув на его туфли. – Я только утром вымыла полы.

Гость нахмурил брови, но послушался. Прежде чем Фиби сказала что-то еще, он пристально всмотрелся в ее лицо. Фиби не отвела взгляда. Не смотреть на столь красивого мужчину было невозможно. Прямой нос, волевой подбородок, широкий лоб. Губы словно созданные, чтобы целовать женщин.

И это недовольство на лице.

– Я устал и проголодался, – сказал он.

Господи, этот голос. Такой низкий и глубокий. Будоражит, как ласки любовника. По всему видно, такой мужчина привык командовать.

– Меня зовут Фиби Кемпер, – представилась хозяйка, обтирая о бедра влажные ладони. – Могу предложить тушеную говядину с овощами. Кастрюля на плите еще не остыла. Сегодня выдался поздний ужин.

Мрачность атмосферы начинала таять – во многом благодаря невинной улыбке этой женщины.

– Чудесно, – коротко согласился Лео.

Фиби жестом позвала его за собой.

– Помыть руки можно в конце коридора. Ужин будет готов через три минуты.

Лео вернулся раньше, но его тарелка уже была на столе. Серебряные приборы, подставка под горячее, дымящаяся кастрюля на плите, кукурузные хлебцы. И забавная скатерть с желтыми иероглифами.

– Я не спросила, что вы будете пить, – виновато сказала Фиби. – Есть холодный сок, но, учитывая погоду…

– Да, лучше кофе. Горячий. Если есть.

– Конечно.

Пока Лео расправлялся с говядиной, Фиби заварила свежий колумбийский кофе и налила в кружку. Теперь можно заняться делами. Например, загрузить посудомоечную машину.

Гость не врал, что проголодался. Две тарелки тушеной говядины, восемь кукурузных хлебцев и еще полмиски печенья исчезли в мгновение ока.

Когда было покончено и с десертом, Фиби исчезла в коридоре:

– Я скоро вернусь. Можете налить еще кофе, если хотите.

За ужином настроение Лео резко изменилось. Жизнь вновь заиграла яркими красками. И все же ничего ему не хотелось сейчас так, как снова оказаться в Атланте. Да, судьба избаловала его. Если он хотел суши в три часа ночи, а в семь утра завтрак из первого, второго и третьего, он получал это по щелчку.

Проглотив последнее печенье, Лео вытер рот салфеткой, встал из-за стола и потянулся. После долгой поездки тело отказывалось вновь занимать сидячее положение. Не без чувства вины он вспомнил наставление доктора щадить себя. И даже с этим Лео не готов был считаться. Только вперед и только на всех парах. Без оглядки.

В какой-то момент ему действительно все надоело. Слишком много людей говорили, что ему делать, а что нет. Коллеги по работе, семья, врачи. Но в душе он понимал, как сильно напугал их. После минуты убедительной речи за столом с мировыми инвесторами Лео Кавалло вдруг побледнел и рухнул на пол.

Он не помнил, что было дальше. Помнил только, что не мог дышать. И что грудь сжала невидимая сила. Больше ничего. Может, оно и к лучшему. Забыть бы вообще все это как страшный сон.

Надо признать, что Фиби Кемпер свила весьма уютное гнездышко в этом захолустье. Пол покрыт широкими деревянными досками цвета меда. Две удобные кушетки так и зазывают гостей присесть и насладиться почти домашней атмосферой. На полках – целая коллекция исторических романов. Есть и немного фантастики. Можно почитать что-нибудь перед сном. Разогнать мысли.

Легкие шаги возвестили о возвращении хозяйки. Только теперь Лео мог осмотреть ее всю. И неожиданно заметил, что Фиби Кемпер весьма привлекательная дама. Длинные черные волосы сплетены в косичку, спадающую через плечо на грудь. Высокая, худая и при этом не хрупкая. Нет в ней ни слабости, ни беспомощности, как во многих женщинах такого склада.

На ней были светлые джинсы и шелковая коралловая блузка. Глаза такие темные, почти черные, как у индейцев племени чероки. Лео не сомневался, что именно к ним восходит генеалогическое древо Фиби Кемпер.

И эта манящая улыбка…

– Надеюсь, теперь вы чувствуете себя лучше. По крайней мере, вас уже не примешь за маньяка, жаждущего крови.

Лео виновато пожал плечами:

– Простите. День как-то совсем не задался.

Улыбка спала с лица Фиби.

– И боюсь, это еще не закончилось. Я не могу вас заселить.

Лео возвел глаза к небу:

– Это невозможно. Жена моего брата сообщила вам все мои данные. У меня есть подтверждение.

– Я не смогла до нее дозвониться.

– Ее дочь случайно утопила телефон в ванне. Но это не важно. В конце концов, я здесь. И не похоже, чтобы гостиница разрывалась от клиентов.

Этот сарказм Фиби оставила без внимания:

– Всю ночь шел ливень, дул сильный ветер. Дом, где вы должны были жить, сильно поврежден.

Почему-то это только подняло настроение Лео.

– Не волнуйтесь, мисс Фиби. Я не привередлив.

Фиби покачала головой:

– Наверное, вам лучше самому посмотреть. Пойдемте.

С этими словами она надела кожаную куртку. Лео не без пренебрежения нацепил измазанные грязью ботинки. Выходя за дверь, Фиби стащила с полки тяжелый фонарь и нажала на кнопку. Мощный луч света ударил в темноту.

Погода и не думала улучшаться. Хорошо все-таки, что Люк и Хетти настояли и собрали ему все вещи. Уж если жена брата готовит кого-то к поездке, то сумки будут упакованы всем необходимым на случай дождя, снега, града, оползня, землетрясения и вторжения инопланетян. Сейчас все это лежало в багажнике. А Лео послушно следовал за Фиби и ее фонарем.

Они шли и шли, а дорожка, казалось, и не собиралась заканчиваться.

– Мы могли доехать на машине, – возмутился Лео.

В этот самый момент Фиби остановилась:

– Пришли. Вот домик, что вам сняли на два месяца. Точнее, то, что от него осталось.

Мощности промышленного фонаря было достаточно, чтобы рассмотреть ущерб. Под углом в сорок пять градусов на домике лежало огромное дерево. От удара в доме проломило крышу. Даже без захода внутрь было ясно, что он непригоден для жизни.

– Господи боже, – еле слышно проговорил Лео. Страшно было представить, что дом самой Фиби могла постичь та же участь.

– Я звонила в страховую компанию, – сказала Фиби. – Но и так понятно, что после такой бури они завалены заявками. Их агент приедет только завтра. Ладно бы только дерево, но ливень залил дом изнутри.

– Что ж, вы были правы, – признал Лео.

Фиби коснулась ладонью его руки:

– А раз так, предлагаю вернуться. В такую погоду я не отправлю вас искать ночлег где-то еще. Переночуете у меня.

И вновь Лео послушно шагал за добродушной хозяйкой. Дорога назад, как всегда, показалась чуть короче.

– Если вы скажете, что из вещей вам нужно, я принесу их из машины, – предложила Фиби. – Не удивляйтесь. Ваша невестка сказала, что вы только что выписались из больницы.

Лео стало неловко. Ох уж эта болтливость Хетти!

– Дотащить сумки я в состоянии, – ответил Лео, скрывая раздражение в голосе. – Спасибо.

Мысли оборвал внезапный плач ребенка. Лео огляделся по сторонам, готовый увидеть еще одну припаркованную машину или вышедших из дома Фиби людей. Ничего подобного.

И вдруг он вспомнил, что читал о рысях, которые могут имитировать детский плач. А Смоки-Маунтинс, где и находились дома-гостиницы, – родной край этих ночных животных. Плач повторился, и Фиби всучила ему фонарь:

– Держите. Мне надо внутрь.

Лео машинально взял фонарь в руки и ухмыльнулся:

– Оставите меня наедине с хищниками?

Фиби обернулась:

– Не поняла.

– Это же рысь, правда? Рысь издает этот звук.

И вдруг Фиби засмеялась. Ни разу в жизни Лео не слышал столь приятного женского смеха.

– Оценила вашу фантазию, но нет.

Она достала из кармана какой-то прибор. Лео видел, как на выходе она клала его в карман. Похоже на камеру, но не она. Монитор.

– Рысь здесь ни при чем. Это действительно плачет ребенок.

Глава 2

Дверь за Фиби давно закрылась, а Лео все еще смотрел ей вслед. Он стоял бы так долго, но пронизывающий холод заставил опомниться. Достав из багажника сумки, он перекинул одну через плечо, вторую взял в руку, а свободной рукой прихватил ноутбук.

Войдя в дом, он остановился как вкопанный. У камина стояла Фиби с младенцем на руках. Она нежно щипала его спинку и что-то напевала. Было сложно сдержать эмоции, слишком внезапной и трогательной была эта сцена. С таким же божественно милым лицом его невестка Хетти нянчила двух своих ребятишек.

Но если есть ребенок, где-то может быть и отец. Лео не видел у хозяйки кольца, но малыш, безусловно, был ее ребенком. Сходство неоспоримое.

По-хорошему, ему бы забыть про свое влечение к ней. Она недоступна, это ясно. А теперь еще и ребенок.

Фиби повернулась к нему:

– Это Тедди. Его полное имя Теодор. Нам почти полгода.

Лео скинул ботинки, поставил сумки на пол. Подходя к камину, он натянул дежурную улыбку:

– Какой милый.

– Не такой-то и милый в три утра.

– Плохо спит?

– До недавних пор спал отлично. Да, мой сладкий? – Фиби поднесла к губам кулачок малыша и поцеловала. – А теперь просыпается и кричит. Впрочем, может быть, режутся зубки. – Фиби переложила ребенка на другую руку и продолжила: – Вы будете спать в комнате, откуда его неслышно. Но если что, не обессудьте.

Лео проследовал за ней по узкому коридору.

– Простите, отопление было выключено, – объяснила Фиби. – Но воздух быстро нагреется.

Лео не без любопытства осмотрелся:

– Симпатично.

Больше половины комнаты занимала огромная кровать. Тяжелые занавески закрывали окно. К комнате прилегала ванная со стоячим душем, декорированная в песочно-бежевом цвете. Если не считать напольную плитку, ванная тоже была отделана массивным деревом.

К тому моменту малыш на руках Фиби заснул.

– Будьте как дома.

Лео и сам не знал, почему задал следующий вопрос. И почему сделал это именно сейчас.

– А кто займется ремонтом порушенного дома? Мистер Кемпер?

– Мистер Кемпер? – переспросила Фиби. – Вообще-то я не замужем.

– А как же ребенок? – с налетом наивности поинтересовался Лео.

Брови Фиби слегка нахмурились.

– Вы что, моралист? По-вашему, женщина не может иметь ребенка без мужа?

Лео пожал плечами:

– Мне кажется, у детей должно быть два родителя. Но я не моралист. Женщины могут делать все, что им вздумается. И все же мне кажется, женщина типа вас должна иметь мужчину.

Глаза Фиби округлились.

– Женщина типа меня? Что бы это значило?

Опершись спиной о деревянную стену, Лео сложил на груди руки и посмотрел ей прямо в глаза. Она уже призналась, что не замужем. А значит, можно попытаться.

– Вы красивая женщина. Неужели мужчины в Теннесси настолько слепы?

Фиби цокнула языком:

– Это самый частый комплимент, что я слышала в жизни.

Замечание ничуть не смутило Лео.

– Вы живете одна в глуши. У вас маленький сын, который растет без отца. Неудивительно, что заехавший к вам постоялец делает вам комплимент. Пусть и такой банальный.

Взгляд Фиби испепелял. Но даже под ним Лео не терял хладнокровия.

Вот они жизненные парадоксы. Предки Лео, родом из Италии, верили в судьбу и любовь. И теперь, видимо, гены давали о себе знать. Временно отлученный от работы, еще недавно занимавшей всю его жизнь, Лео решил покориться влечению к загадочной Фиби Кемпер.

Он смотрел, как она аккуратно кладет спящего малыша посреди огромной кровати. Как она выпрямляет спину и занимает ту же позу, что и он. Только вместо стены она оперлась на большой деревянный шкаф.

– Во-первых, это не глушь, – парировала Фиби. – Хотя вам и могло так показаться, но это только из-за погоды. Если что, у нас есть продуктовые магазины и заправочные станции. Мне нравится жить в горах. Здесь тихо и спокойно.

– Я верю вам на слово.

– К тому же Тедди мне племянник, а не сын.

Лео не знал, почему это признание было ему как бальзам на сердце.

– Почему же он живет с вами?

– У меня есть сестра. Они с мужем улетели в Португалию. Там нужно что-то решить с поместьем его отца. Я предложила посидеть с Тедди, ведь двухмесячная поездка для него тяжеловата. Они согласились.

– Вы, должно быть, любите детей.

Улыбка осветила лицо Фиби.

– Как минимум я люблю Тедди. Но мы кое-что забыли. Вы устали, эта комната ваша. Как проснетесь, я приготовлю вам завтрак.

Фиби просто побоялась оставаться с ним в спальне лишнюю минуту. Его карие глаза поглощали ее, и она боялась даже представить, скольких женщин они уже поглотили. По всему было видно, этот мужчина привык получать все, что пожелает. Его родственница говорила, что он недавно вышел из больницы. Чего никак не скажешь по внешнему виду. Его смуглая кожа и имя говорили о средиземноморских корнях. А значит, и о недюжинном темпераменте.

К счастью, Тедди заснул в своей кроватке без лишних капризов. Несколько минут она смотрела на него, затаив дыхание. Конечно, сестра скучает по единственному сыну, но Фиби так хотелось, чтобы они задержались в Португалии подольше. Тогда она сможет встретить Рождество хотя бы с этим маленьким мужчиной.

А не может ли так случиться, что и Лео останется здесь до Рождества? Вряд ли. Даже если он и решит продолжить здесь свое восстановление после болезни, то на Рождество он, несомненно, вернется к семье.

Получив запрос на размещение Лео Кавалло в своей скромной гостинице, она сразу же полезла в Интернет. Не терпелось узнать, кто он, из какой семьи. Информации было много: холост, богат, владелец всемирно известной текстильной компании, которую когда-то основал в Италии его дед. Также занимается благотворительностью.

Да уж. Принимать у себя такого гостя было рискованно. Она знала о нем больше, чем о всех своих бывших мужчинах, вместе взятых. Отчего-то Фиби понимала, что ему нужна помощь. Но совать свой нос в чужие мужские дела не хотелось. Опыта у нее было достаточно. Но может, стоит попытаться узнать, какие кошки скребут на душе у столь влиятельного гостя?

Закрывая глаза перед сном, Фиби не знала, как перестать думать о нем.

Глава 3

Свет тонкой полоской проникал в комнату, когда Лео открыл глаза. Он зевнул, почесал подбородок и с удивлением осознал, что за всю ночь ни разу не проснулся. Может, и впрямь горы успокаивают?

Руки сами достали из чемодана любимый кашемировый свитер. Разумеется, собственного производства. К нему подойдут синие джинсы. Ему не терпелось увидеть окрестности при дневном свете.

Малыш Тедди мог еще спать, поэтому Лео шел по коридору на цыпочках. Возле двери Фиби он непроизвольно остановился. Дверь была приоткрыта. В узкое отверстие он увидел незаправленную кровать и горящую лампу над ней. Бедная Фиби. Видимо, ребенок не давал ей спать всю ночь.

Сопротивляясь желанию подсмотреть чуть дольше, Лео последовал на кухню. Заварив крепкий черный кофе, он взял со столешницы банан и встал возле окна.

Оказывается, завтракать довольно приятно. Как правило, утром он не мог себя заставить поесть. В полседьмого он уже бежал по дорожке в спортзале, а к восьми был в офисе. Затем минимум до семи работа, встречи, звонки, переговоры.

Раньше Лео не задумывался о своем графике. Ему все нравилось, его все устраивало. Лишние сантименты вызывали скуку и намекали на приближение старости. И лишь сейчас, стоя здесь… не пойми где… он почему-то задумался. Господи, уже тридцать шесть лет! Не время ли и впрямь что-то менять?

Он приоткрыл занавеску. Мир в окне засиял, как алмаз в лучах зимнего солнца. Каждая ветка, каждый листок были покрыты льдом. Значит, температура упала, как и обещали. Подгорная долина Фиби превратилась в сказочную ледяную страну.

Выходить нет смысла. Каждый, кто сделает шаг с порога, сразу окажется на спине. «Терпение, Лео, терпение». Врач, который также приходился партнером Лео по большому теннису, советовал ко всему относиться спокойно. Но Лео не мог сидеть на месте. Вот и сейчас ему хотелось что-то делать, решать проблемы, командовать, управлять.

– А вы жаворонок.

Голос Фиби раздался слишком внезапно. Лео так резко повернулся, что пролил кофе.

– Простите, – сказала она. – Я думала, вы слышали, как я вошла.

Фиби стояла в простой пижаме, плотно облегающей… все нужные места. Упругую грудь, круглые ягодицы и длинные ноги.

– Ребенок не давал спать? – дежурно спросил Лео, охлаждая под краном обожженные пальцы.

Фиби отрицательно качнула головой. Затем зевнула и потянулась в шкаф за кружкой. Пижама приподнялась, обнажив семь сантиметров гладкой смуглой кожи.

– На этот раз не ребенок, – ответила она, наливая в кружку кофе. – Всю ночь я думала о том, что делать с разрушенным домом. Сейчас начнется: подрядчики, субподрядчики.

– Я помогу, если хотите.

Слова слетели с губ прежде, чем Лео мог их осмыслить. Но, в конце концов, мужчина предлагает помощь попавшей в беду женщине. Что с того? Хорошо, что рядом нет невестки. Она то и дело пилила его за то, что Лео только и ищет дополнительные хлопоты.

Конечно, Хетти повезло. Она вышла замуж за Люка, который удивительным образом соблюдал равновесие между семейным счастьем, радостью жизни и работой. Он стоял во главе исследовательского отдела возглавляемой Лео фирмы. И был без ума от своей деятельности. Его новаторские решения в обработке тканей вывели компанию на лидирующую позицию в мире. Именитые дизайнеры выстраивались в очередь, чтобы получить их лучшие и самые дорогие материалы.

Садясь за стол, Фиби громко вздохнула:

– Не хочу грузить вас всем этим. Вы приехали в отпуск.

– Скорее в ссылку, – заметил Лео.

Фиби ухмыльнулась:

– Мистер Лео плохо себя вел?

Жар ударил ему в пах, щеки его зарделись. Желание поцеловать ее прямо сейчас возникло слишком внезапно. Главное, не быть глупцом и не сказать то, что действительно пришло на ум.

– Просто много работал и мало отдыхал.

Фиби закинула ноги на подлокотник кресла. Черт возьми, или у него начались галлюцинации?

– Значит, перетрудились, – подытожила она, сложив губы бантиком. – И кто же вас сюда направил?

Лео налил себе еще кофе и сел напротив нее.

– Мой младший брат весь из себя такой правильный, что иногда становится противно. Его жена и того хлеще. Обоих я люблю до беспамятства. В общем, это они решили, что мне нужен отдых.

– А вы взяли и согласились?

– Не сразу.

Фиби смотрела ему в лицо, пытаясь понять, что в его словах полуправда.

– И что вы собираетесь делать здесь два месяца?

– Посмотрим. У меня в машине коллекция детективов, в ноутбуке куча неразгаданных кроссвордов. А еще новая цифровая камера. И не забывайте про разрушенный домик.

– Нет уж, – возразила Фиби. – Вы приехали отдыхать.

– Я не могу без работы.

– И все же с моей стороны это неправильно.

– Фиби, я же не собираюсь сам восстанавливать ваш дом. А управлять людьми – мое призвание. Я могу делать это даже во сне.

Лео и сам не знал, почему согласие Фиби доставило ему столько радости. Только сейчас он понял, что и впрямь боялся этих двух месяцев. Детективы, кроссворды, камера… Чем на самом деле он бы себя занимал? А здесь такая удача: огромное дерево упало на дом.

Из комнаты послышался детский плач. Фиби вскочила на ноги, едва не пролив кофе себе на пижаму. Наспех поставив кружку в раковину, она исчезла в коридоре, будто ее и не было.

Лео наливал себе третью кружку, когда она вернулась. На этот раз с Тедди на руках. Малыш весь раскраснелся от плача.

– Бедняга не привык просыпаться без папы и мамы, – пояснила Фиби. – Вы могли бы покормить его из бутылочки, пока я приму душ и оденусь?

Ему понадобились все усилия, чтобы сдержаться.

– Боюсь, Тедди меня испугается.

– Вы никогда не оставались с детьми? – удивилась Фиби.

– У моего брата двойня, мальчик и девочка. Я часто у них бываю, но все ограничивается поцелуями в дверях и репликами о том, как сильно они выросли. Если нужно, я могу покачать одного из них на коленях, но это бывает нечасто.

Тем временем Тедди задергал пухлыми ножками. Лео не заметил, как Фиби подошла к нему и прижала ребенка к его груди.

– Вы обещали мне помогать, так что держите слово.

Лео сжал малыша Тедди в невольном объятии. Мальчик казался таким теплым и крепким. От него пахло детским лосьоном и еще чем-то знакомым, чего Лео не мог распознать.

– Предлагая помощь, я не имел в виду Тедди.

Фиби сложила руки на груди, отчего эта самая грудь стала казаться еще полнее.

– Помощь – это помощь во всем. Или будем подписывать договор?

Лео понимал, что его карта бита. Милая добрая Фиби вдруг оказалась непреклонным переговорщиком.

– Если бы не Тедди, я бы поднял руки вверх, – проговорил Лео.

В считаные секунды, не говоря ни слова, Фиби намешала в бутылочку детского питания.

– Ему нравится есть на кушетке, – сказала она, протягивая Лео бутылку. – Причем сидя. Так что поддерживайте его.

Лео не заметил, как оказался на кушетке с ребенком на руках. Глядя на Фиби, он изо всех сил старался не подавать вида, что ее соски торчат из-под пижамы прямо на уровне его глаз. Это было сложно.

– Ступайте уже в душ, – выдохнул он. – Доверьтесь мне.

– Если что, кричите мне в спальню, – сказала Фиби и исчезла за дверью.

Слова «кричите» и «спальня» в одной фразе подействовали как заклинание. Если бы не Тедди, он бы не смог себя сдержать.

Наверное, можно сказать, что Лео любил детей. Дети вселяли надежду в будущее. Являлись доказательством того, что мир будет существовать и дальше. Но желания становиться отцом у него не было. Слишком много сил и времени уходит на детей.

Он знал, что многие считают его черствым… бесчувственным. А как быть другим, когда от тебя зависят жизни сотен сотрудников? Кто знает, что у них на уме? В самых страшных снах он видел, как трон империи «Кавалло» занимает сместивший его бунтарь. Единственным человеком, кому мог верить Лео, был его младший брат Люк, вице-президент компании.

Лео откинулся на спинку кушетки. Господи, как он хотел домой, в Атланту. Все это спокойствие начинало давить с самого утра. Он посмотрел на время. Не может быть. Всего половина одиннадцатого. Но все эти мысли приходили как будто по накатанной. С ними он ехал сюда и с ними заселялся.

После встречи с Фиби все изменилось.

Высокая длинноногая Фиби. Эти черные волосы, карие глаза… Этот всепроникающий взгляд.

Ссылка будет оправдана, если получится закрутить с ней роман. Лео знал, искра уже проскочила. На такие вещи у него нюх. Если мужчина богат, влиятелен и хорош собой, у женщины нет шансов. К черту самоуверенность. В этом банальная истина.

Еще будучи в Италии, они с Люком крутили романы направо и налево. Пока Люк не встретил в колледже настоящую любовь. Настолько настоящую, что она продлилась всего полгода. Прошло десять лет, прежде чем брат обрел свое истинное счастье.

Что же касается Лео, то у него никогда не заходило настолько далеко. Ни одна не любила его как человека. Всем хотелось поскорее стать миссис Кавалло, чтобы навсегда забыть о нужде в деньгах. Обычные душевные девушки предпочитали держаться от него подальше, чтобы он не разбил им сердце. Жизненный парадокс.

К какой из двух категорий относится Фиби Кемпер, Лео не знал. И хотел узнать во что бы то ни было.

Глава 4

После душа Фиби высушила волосы и оделась. Она и не думала торопиться. Оставить малыша Тедди с Лео не представляло опасности. По всему было видно, что Лео Кавалло пойдет на принцип и скорее покажет, что он справился с заданием, чем допустит оплошность.

Поверить в его болезнь было сложно. Он так держался, был так уверен в себе. Самые здоровые люди в мире могли бы ему позавидовать. Ее собственная самоуверенность дала трещину три года назад. И залатать ее вновь теперь казалось вряд ли возможным. В юности Фиби брала от жизни все. Ни с чем не считаясь и не смотря по сторонам.

И расплата была жестокой. Ее вселенная рухнула. После чего она решила спрятаться от всего мира. Лишь в последние месяцы стало приходить понимание, кто она и чего хочет.

Но такое пробуждение имело и отрицательную сторону. Фиби познала собственную трусость. Не так давно она довольствовалась тем, чего большинство женщин не может себе позволить. Как вдруг повстречала своего Лео – совершенного в бизнесе и в личной жизни. Умного и уверенного. С ним она забыла, что за все в жизни придется платить. Как далекая комета, разлетелась на осколки ее яркая, наполненная событиями жизнь.

Ничего не будет прежним.

Она достала из шкафа яркие синие джинсы, чтобы сочетались с вишневым свитером. Рождество не за горами, цвет как никогда создает настроение.

Хотя разве это правда? Фиби распустила волосы по плечам. Расчесывать их не было никакого желания. Когда на этих плечах постоянно возится ребенок, легче заплетать их в косу. Но сегодня ей хотелось выглядеть привлекательно.

Ради гостя.

Когда она вернулась в кухню, Тедди спал на груди у Лео. Глаза самого Лео тоже были закрыты. Несколько секунд она молча наслаждалась этой картиной. Высокий широкоплечий мужчина и маленький беззащитный малыш.

В груди защемило. Неужели она всю жизнь будет грустить о том, что потеряла? Ведь и так последние несколько лет были прожиты жизнью монашки. Нет, это была не жизнь. Лишь иллюзия отчужденности и забвения.

Жить больно. Жить – значит, стать уязвимой. А это пугает. Обратная сторона большой любви – невыносимая боль. И вряд ли первое стоит второго.

Фиби неслышно подошла к кушетке, коснулась руки Лео. Он открыл глаза, словно не спал, а лишь задумался. Фиби протянула руки к малышу, но Лео отрицательно покачал головой.

– Куда его отнести? – шепотом спросил он. – Будить не надо.

Лео аккуратно положил Тедди в кроватку. Его детская, если так можно назвать обычную комнату с накиданными игрушками и наспех поставленной кроваткой, прилегала к спальне Фиби. Малыш повернулся на бок и засунул в ротик большой палец. Фиби нажала кнопку на мониторе и жестом позвала Лео за собой.

В гостиной она махнула рукой:

– Теперь расслабьтесь. Можете делать что хотите. Можете разжечь камин, дров хватит.

– Я уже сказал вам, что не болен.

Фиби не прослеживала связь между своим предложением и его ответом. С Лео что-то было не так, и дело не в физическом состоянии. Она хотела узнать, но спрашивать напрямую значило вновь спровоцировать негодование.

Большинство мужчин не умеют болеть. Виной тому гордость. Лео и сам признавал, что приехал сюда ради отдыха. Напрягать его вопросами не было смысла. Что ж, пусть будет так. Но есть смысл следить за его состоянием.

В своей жизни Фиби знала много таких Лео. Альфа-самцы, затаскивающие в постель ради галочки. А вся их жизнь – работа. Даже женившись, они четко разделяли работу и семейную жизнь.

Увы, была такой же и Фиби…

Когда-то.

Скажи ей «Это невозможно» – и она бросится доказывать обратное. Чем больше успех, тем большего хочется. Находиться рядом с Лео становилось опасно. Она чувствовала себя алкоголиком, который когда-то завязал с пьянством, но судьба вдруг подкинула родственную душу.

Нет, мир слишком велик и прекрасен. И денег на простую жизнь хватит до конца дней. Жить ради успеха – это в прошлом. Куда проще просыпаться каждое утро и делать свое простое дело. Никаких амбиций и планов. Просто жить, как все остальные.

Лео закидывал в камин бревнышки с меткостью Робин Гуда. Фиби хлопотала на кухне с соусом чили для сэндвичей в полдник.

Именно она нарушила затянувшееся молчание:

– Я вызываю няню, когда занята. – И, поняв, что не с того начала, продолжила: – Если ни вы, ни я не сможем сидеть с Тедди, мне есть кого вызвать.

Лео оторвался от камина, посмотрев на нее через плечо. Чтобы избежать двусмысленности своих слов, Фиби пояснила:

– Я имею в виду разрушенный дом. Если мы оба будем там, у меня есть знакомая, которая…

– Вы говорите как бизнес-леди, – перебил Лео.

Она пожала плечами:

– Раньше я работала в крупной фирме. Решала сложные задачи.

Лео подождал, пока займется закинутая деревяшка, закрыл экран камина, вытер руки о тряпку и поднялся:

– Где вы работали?

Фиби прикусила губу. Зачем она заговорила о бывшей работе, ведь эту тему не стоило поднимать!

– Я была биржевым брокером в одной фирме в Шарлотте, в Северной Калифорнии.

– Они обанкротились? Поэтому вы здесь?

Это было логично. Но неверно.

– Нет, они живут и процветают.

– Я задал и другой вопрос.

Фиби ухмыльнулась:

– Может быть, я и расскажу вам эту историю, но точно не сегодня.

Лео понимал ее нежелание говорить. Никто не любит бравировать неудачами. С инфарктом у него та же история. Без лишнего веса, некурящий, вообще без вредных привычек. Нет, не вообще. Почти. Одна все-таки была. Работа. Лео Кавалло был трудоголиком до мозга костей. Врачи иногда говорили ему, что в его случае лучше бы он переедал.

Войдя в кухню, он подошел к хозяйке дома. Где бы найти причину подойти к ней еще ближе?

– Пахнет вкусно.

Теперь он вспомнил, что видел во сне косичку Фиби. Кто бы знал, что с распущенными волосами она… Господи боже!

Фиби выровняла конфорку и повернулась к нему:

– Забыла спросить, вы не на диете? Аллергии нет?

Лео нахмурился:

– Не думал, что вы будете готовить мне постоянно. Сами же сказали, что здесь недалеко до цивилизации. Я могу обедать где-нибудь там. – Он выдержал паузу. – Можем даже обедать вместе.

Фиби ухмыльнулась:

– Сразу видно, что вы не обедали в общественных местах с ребенком. Дети кричат, разбрасываются всем подряд, изо рта у них течет каша. – Она посмотрела на свитер Лео. – Вряд ли вам это понравится.

– Я понимаю, о чем вы. – Пару раз ему приходилось ужинать с Люком, Хетти и их детьми. И все пару раз он жалел, что приехал. – Значит, можно заказывать пиццу на дом.

Фиби мило улыбнулась:

– Это можно. Спасибо, Лео.

Ее слова прозвучали так искренне, что Лео захотелось сделать для нее что-нибудь в ту же секунду. Чтобы еще раз увидеть эту улыбку и ямочки на щеках. В конце концов, ближайшие восемь недель они проживут в абсолютной близости друг к другу. Как ни крути, а взаимная привязанность даст о себе знать.

Он откашлялся и засунул руки в карманы:

– А молодой человек у вас есть?

Снова тень омрачила на секунду лицо Фиби.

– Нет, – коротко ответила она, виновато улыбаясь. – Наверное, мне стоило сказать «да». Чтобы у вас не было мыслей…

– Каких мыслей?

Лео хотелось придать голосу максимальную невинность. Шутки в сторону, он и сам волновался, что у него будет секс после… О господи! Подумать страшно. «После инфаркта». Эти слова не сочетались даже в мыслях.

Врач советовал не напрягаться. Но врач не видел Фиби Кемпер в облегающем вишневом свитере.

– Полдник будет готов через двадцать минут, – оборвала его мысли Фиби. – Пока можете что-нибудь почитать.

Лео уже успел оценить кулинарные способности Фиби. Почти так же высоко, как ее красоту. Если она и впрямь намеревалась кормить его вот так каждый раз, то он вскоре забудет про фастфуд и вообще про рестораны.

Малыш Тедди сидел в детском стуле, играя со связкой пластмассовых ключей. Время очередной бутылочки еще не пришло, и ему оставалось лишь наблюдать за кушаньем взрослых.

Они почти закончили, когда на пороге появилась Эллисон, няня. Фиби говорила, что Эллисон – студентка, подрабатывающая приходящей няней. И она действительно любила Тедди, что само по себе было дополнительным плюсом.

На улице потеплело, и Лео вышел к машине забрать оставшийся чемодан. В нем было едва ли не самое ценное, учитывая обстоятельства. Зимняя шапка. В Атланте она бы не пригодилась. Снег там бывает редко, а если и идет, то недолго. Впрочем, родственники то и дело рассказывали животрепещущие рассказы про снежные бури и снегопады, непрекращающиеся по две недели.

Когда он вернулся в гостиную, Эллисон играла с Тедди, а Фиби стояла у стены с руками в карманах. Даже так она была невероятно привлекательна.

Завидев Лео, она взяла со стола блокнот и карандаш.

– Говорите все, что посчитаете нужным, – сказала она. – Строительство не мой конек.

– И не мой, – признал Лео. – Правда, в детстве мы с братом соорудили дом на дереве. Это считается?

Они вышли из дома, и холодный воздух резко ударил в легкие. Зимний полдень окутал обоих своей прохладой, синим небом и влажностью. Отовсюду слышались звуки капающих на солнце сосулек.

Остановившись на крыльце, Лео ощутил внезапную радость от этого слияния с природой. Все вокруг было зеленым и колыхалось на легком ветру.

– Вы приехали сюда на готовенькое или все строили сами? – поинтересовался он, когда они шли бок о бок к разрушенному дому.

Фиби засунула шарф под куртку и подняла к солнцу лицо:

– Вся собственность досталась мне от бабушки. Она умерла двенадцать лет назад. Тогда я только поступила в колледж. Долгое время я не могла все это продать из-за воспоминаний. А потом…

– А потом?.. – повторил Лео после долгой паузы.

Фиби посмотрела на него сквозь солнцезащитные очки. Затем просто пожала плечами:

– А потом решила, что буду жить здесь, в лесу у подножия горы.

Она не хотела развивать тему, и Лео не настаивал. Впереди много времени для душевных признаний. К тому же, и сам он не готов был изливать свою душу в ответ.

При свете дня стало ясно, что дела обстоят куда серьезнее. Дом оказался почти полностью разрушен. Лео взял Фиби за запястье:

– Я войду первым.

Они с трудом открыли входную дверь. Дерево, пробившее крышу, было массивным дубом. Удар был такой силы, что все, что было в доме, оказалось на полу. Здесь же лежали обломки стен и потолка, везде валялись предметы домашней утвари.

Входя за Лео внутрь, Фиби подняла на лоб очки, чтобы лучше рассмотреть несуществующий теперь потолок.

– Слава богу, оно упало не на мой дом, – промолвила она.

– В этом минус уединения, – подметил Лео. – Кого бы вы позвали на помощь? Если бы вообще выжили…

Ему не хотелось даже думать об этом.

Держась за руку Лео, Фиби медленно шагала вперед по обломкам в заднюю часть дома. И все же в доме остались предметы мебели, не тронутые ни деревом, ни дождем. Но если что-то и надо было спасать, то делать это предстояло немедленно. Влажность – это плесень, а плесень – приманка для местных диких животных.

По лицу Фиби было сложно сказать, что она думает. После долгого молчания она наконец вздохнула:

– Думаю, легче снести все бульдозером и построить новый дом, – озвучила Фиби свои мысли. – Ведь советовали друзья не обставлять задний дом дорогой мебелью. И опять я их не послушала.

– У вас хорошая страховка? – спросил Лео. Цифры буквально бежали в его глазах, давая на выходе не самый веселый результат.

Фиби кивнула:

– Не помню точно, что там в полисе, но мой страховой агент – друг моей сестры. Так что, надеюсь, он оформил мне все в лучшем виде.

– Знаете, иногда я убеждаюсь, что ничего не происходит просто так. Мне нужно занятие, чтобы не сойти с ума. Вам нужно заниматься ребенком. Оставьте это дело мне, Фиби. Всех подрядчиков я сам найду. Прошу вас, окажите мне такую услугу.

Глава 5

Должно быть, это называется искушение. Лео искушал ее, стоя сейчас перед ней. Ноги широко расставлены, руки скрещены на груди. В черной шапке, опущенной до бровей, и авиаторских очках, скрывающих все эмоции.

Мужчина-загадка.

Как его – красивого, властного, богатого – вообще занесло в ее лачугу?

Чего он ищет? Исцеления? Спокойствия? Да у него тело боксера, а взгляд прожженного плейбоя. Чем он, в конце концов, болен? Не совершит ли она грех, возложив на него это бремя в первый же день?

– Я не могу, – закачала головой Фиби. – Получается, я вас использую.

– Но я же не против.

Лео убрал очки в карман и засмеялся. При этом его грубые мужские черты лица стали еще привлекательнее.

– Не волнуйтесь. Да, мужчины часто откусывают больше, чем могут прожевать. Но что касается дома… Точнее, того, что от него осталось… В общем, тут лучше поработать экспертам. Я не имею в виду себя. Просто вызовем специалистов, а я поработаю прорабом.

Фиби вошла в дверной проем, изучила широкую кровать:

– Здесь должна была быть ваша спальня. Уверена, вам бы понравилось. – Она повернулась к нему: – Простите, Лео. Все так нелепо.

Он взял ее руку. Всего на секунду. Улыбка исчезла с его лица, но глаза были такими же теплыми, дразнящими.

– Признаться, меня все устраивает. Шикарная женщина рядом. Удобная комната. Я как будто джек-пот выиграл.

– Вы со мной флиртуете? – заискивающе спросила Фиби, слыша эти лишние игривые ноты в собственном голосе.

Его взгляд был таким пристальным. Таким сексуальным. Не оставалось сомнений – она интересует его как женщина.

От нахлынувшего жара Фиби пришлось снять куртку. Она облокотилась на дверной проем. Странное ощущение – быть в доме и видеть над собой солнце.

– Я могу оказаться крепким орешком, – сказала она. – Сестра говорит, уединение лишило меня многих чувств.

Что было правдой. Все чаще Фиби чувствовала себя настоящим отшельником.

Бывшая светская львица, гостья всех вечеринок и деловых ужинов теперь предпочитала компанию деревьев, птиц и животных. Вот ведь тоска…

Лео откинул ногой большой кусок разбитого зеркала.

– Я попробую. Идти вам некуда и не к кому. Да и у меня на эти два месяца ближе вас никого нет.

– Может, уже скажете, почему вы здесь? – спросила Фиби, уже не скрывая любопытства.

Лео пожал плечами:

– Это не так интересно. Но, может быть, скажу. Когда придет время.

– И когда оно придет? – не унималась Фиби.

– А вы зануда.

– Я предупреждала.

Никто из них не знал, куда вырулит эта беседа. К счастью, в этот самый момент к дому подоспел страховой агент, и следующий час ушел на вопросы, ответы и фотографирование последствий обрушения. Очень скоро Фиби поняла, что это дело и впрямь лучше доверить Лео. Мужчины очень быстро нашли общий язык.

В какой-то момент она попросила прощения и последовала по тропинке назад. Эллисон пора было домой. Каждый день сестра Фиби звонила ей узнать, как дела. Каждый вечер они созванивались по видеосвязи и общались, пока кого-нибудь не начинало клонить в сон. Конечно, родители Тедди сильно скучали по малышу. Но лететь с ним через океан было бы сумасшествием.

Фиби и Тедди провожали Эллисон, махая ей в окошко. Лео и страховой агент еще не закончили оценивать ущерб. Она почесала мальчику спинку:

– Похоже, Санта-Клаус заранее прислал нам подарок к Рождеству. Или это сам Господь Бог. Как бы то ни было, главное – не подавать вида, что он самый красивый мужчина, которого я видела в жизни. Ты не в счет, мой сладкий.

Тедди сосал большой пальчик. Он засыпал.

Интересно, каким отец получился бы из Лео Кавалло? Участливый или вечно отсутствующий?

Не успела она задать себе этот вопрос, как дверь отворилась и внутрь вошел Лео.

– Дорогая, я дома!

Он улыбнулся собственной шутке, и лицо его как будто помолодело.

Фиби засмеялась:

– Обувь сними, дорогой.

Она что, уже перешла с ним на «ты»? Это так она намерилась держать от него дистанцию? Есть мужчины, которые буквально источают тестостерон. Лео Кавалло один из них. Можно было отговориться, мол просто они одни посреди леса, поэтому естественно, что Фиби так на него реагирует. Ничего подобного. Фиби прекрасно знала, что ее гормоны разыгрывались бы точно так же, даже если она встретила его в переполненном оперном театре.

Лео не просто мужчина. Он хищник, затаскивающий женщину к себе в нору, не спрашивая разрешения. Ему это ничего не стоит. Фиби думала, что у нее давно атрофировался этот первобытный инстинкт. Не тут-то было. Она хотела секса. Хотела его всеми фибрами души и тела и наконец-то нашла мужчину, который утолит ее сексуальный голод.

При его появлении Фиби зарделась румянцем. Надо срочно изобразить какую-то бурную деятельность. Например, с ребенком. Тем временем Лео снял куртку и вытащил из кармана сложенную бумажку.

– Вот, – сказал он. – Посмотрите. А я подержу ребенка.

Фиби не успела возразить, поскольку Лео уже взял у нее малыша. Тедди, почти спавший полминуты назад, вдруг засиял от радости. Он замотал головкой и задернул ножками, словно испытав внезапный прилив сил. Да уж, эти двое тоже нашли друг друга.

Фиби опустилась в кресло и развернула бумажку.

– Ох, – выдохнула она. – Судя по всему, бульдозер – все же верное решение.

Лео покрутил головой:

– Нет. Строить новый дом еще дороже. А агент уверяет, что страховка будет щедрой. Поэтому от вас требуется только терпение.

– Вот с этим-то и могут быть проблемы, – скривила ухмылку Фиби.

Лео поднял малыша над собой:

– Я постараюсь ни во что вас не втягивать. Если, конечно, вы не захотите стоять у меня над душой и контролировать каждое действие.

Фиби поежилась:

– Боже упаси.

– Значит, мы договорились, – подытожил Лео.

Тедди прижался к его могучему плечу. Почему-то женское сердце тает при виде крепкого мужчины, играющегося с крохотными детьми. Сердце Фиби не исключение. Только к материнским инстинктам добавлялся еще один. Все тот же.

Лео перевел на нее взгляд так неожиданно, что не мог не заметить в нем этой женской похоти.

– Хотите, я положу его в кроватку? – предложил он.

– Конечно. Несколько раз в день он засыпает на полчасика вместо того, чтобы уснуть один раз и нормально выспаться. Но ничего не поделаешь. Никто не поручал мне что-либо менять.

Лео остановился у двери:

– Как долго он у вас?

– Две недели. Поэтому я хорошо изучила его привычки.

– Представьте, что будет, когда вы изучите и мои.

Фиби не знала, что он имеет в виду, но по спине пробежал холодок.

– Лео, уложите уже ребенка.

Когда Лео исчез из вида, Фиби громко выдохнула. Она и сама не заметила, что задержала дыхание. Поднявшись на ватных ногах, она подошла к окну и задернула занавески. В горах вечер наступает раньше. А скоро – самая долгая ночь в году.

С недавних пор Фиби начала бояться зимы. Не снега, не льда и холода и не коротких серых дней. Она боялась одиночества, которое особенно глубоко ощущалось в это время года. Каждый день рождения приносил все меньше радости. Впрочем, в этом году все было неплохо. Во-первых, сестра привезла Тедди. А теперь еще и постоялец. Несомненно, это может немного растопить душевный холод.

Лео вернулся с ноутбуком и сел на кушетку. Он и впрямь уже чувствовал себя как дома.

– Можете сказать пароль от Интернета? – попросил он, открывая ноутбук.

– Ой… – Чтобы не упасть, она облокотилась на раковину. – У меня нет Интернета.

На лице Лео отразилось нечто среднее между досадой и недоумением.

– Как так?

– Я решила, что проживу и без него.

Лео запустил руку в волосы, напряжение в нем нарастало. Шея вдруг стала красной, пульс усиленно бил в висок.

– Сейчас двадцать первый век, – сказал он, тщетно стараясь сохранять спокойствие. – У всех есть Интернет. Или это шутка, или вы старообрядка.

Фиби гордо вскинула голову. Нет смысла объяснять, почему она приняла тогда это решение. В то время оно было оправдано.

– Ни то, ни другое. Просто это мой выбор.

– Моя невестка никогда бы не отправила меня сюда, если бы знала про Интернет.

– В домике, что забронировала вам невестка, Интернет есть. Был. Спутниковый.

Она видела, как с каждым ее словом гость заметно мрачнеет. Резким движением он вытащил из кармана айфон:

– По крайней мере, почту есть где проверить.

– Здесь у нас прошлый век, – сказала Фиби. – Есть одна сеть, чей сигнал иногда доходит до…

– Видимо, не до меня. – Лео отложил смартфон и вздохнул: – Невероятно. В африканских деревнях и то есть Интернет. Простите, но без Интернета мое проживание здесь теряет смысл.

Сердце Фиби сжалось в комок. Она думала, что Лео оценит простоту жизни в горах.

– Вам и правда это так важно? – спросила она. – Вы можете использовать мой стационарный телефон, если хотите. Да хоть мой сотовый.

Если Интернет ему важнее, то рассчитывать привлечь его внимание было бессмысленно. Он только сделает себе больно.

Какое-то время Лео сидел с закрытыми глазами:

– Простите, – наконец сказал он. – Вы просто застали меня врасплох. Я привык вести дела круглые сутки.

Не в этом ли причина его вынужденного приезда сюда? Переутомление? От перенапряжения организм мог дать сбой. По его виду не скажешь, но исключать такого нельзя.

Фиби достала из кармана мобильный телефон и вручила его Лео:

– Можете пользоваться моим, когда захотите.

Пару секунд он колебался, но все же взял телефон:

– Спасибо.

Теперь, наверное, нужно оставить его одного. Тем более, пора посмотреть, что есть в холодильнике. Приближался обеденный час. С появлением Лео придется менять свои кулинарные привычки. А пока подойдет курица с овощами.

Целых двадцать минут Фиби не слышала за спиной ни звука. Как вдруг это громкое и грубое ругательство. Она чуть не подпрыгнула от испуга.

– Не может быть, чтобы они это сделали! – воскликнул Лео.

Фиби вытерла руки о полотенце:

– Лео, что случилось? Кто они?

Он встал и приложил к глазам ладони.

– Мой брат, – выпалил он. – Мой хитрый лицемерный младший брат.

Фиби смотрела, как он расхаживает по кухне из угла в угол, с каждой секундой чернея лицом.

– Я убью его, – повторял Лео с нескрываемой злобой.

Фиби сочла нужным вмешаться:

– Тогда овдовеет его жена, осиротеют дети. Неужели оно того стоит? Что вам все-таки сделал брат?

Лео рухнул в кресло, свесив руки по бокам. Все в его облике кричало о поражении.

– Он лишил меня электронной почты, – пробурчал Лео, словно не веря собственным словам. – Сменил все пароли. Он знал, что даже отсюда я буду работать.

– Это лишь означает, что ваш брат хорошо вас знает. Ведь именно этим вы и хотели заняться.

Лео холодно взглянул на нее:

– На чьей вы стороне? Вы даже не знаете моего брата.

– Вы вкратце рассказали о нем и его семье. И, Лео, вы говорили о нем с любовью. Смею предположить, что брат вас любит не меньше. А значит, у него были причины так поступить.

Атмосфера вокруг наэлектризовалась. Часы на стене тикали невыносимо громко. Лео смотрел на Фиби таким пронзительным взглядом, что у нее, казалось, зашевелились волосы. Он был взбешен. И поскольку брата нет рядом, мишенью для его гнева может стать она.

Нужно менять ситуацию. Едва скрывая страх, Фиби села в кресло напротив него:

– И все же, Лео, почему вам не дают работать? Зачем брат и его жена прислали вас сюда?

Глава 6

Чувство стыда переполняло Лео. Он повел себя как истеричный ребенок. Но вся эта ситуация выбивала из колеи. Он привык быть хозяином себе и окружающим. Вся его жизнь – это империя Кавалло. Дело не в том, что он не доверяет Люку. Еще как доверяет. И глубоко в душе Лео знал, что ничего страшного в его отсутствии не случится.

Вероятно, отсюда и беспокойство. Если компания спокойно работает и без него, то зачем он нужен? Но нет, это он – ключ к успеху бизнеса. Это он делал удачные вложения, преумножая прибыль компании. Успех – его наркотик, средство для поднятия адреналина. Способ чувствовать себя живым.

К тридцати годам у него было столько денег, сколько большинство людей не зарабатывают за всю жизнь. Даже в сложные времена Лео не ошибался. Его дедушка не раз называл внука гением. А от старика мало кто слышал даже самое скромное одобрение. Это, несомненно, придавало гордости.

Но без компании, без своего кабинета и ежедневного решения проблем… Кто он без всего этого? Ему некуда идти и нечего делать. Никакой цели впереди, никакого будущего. Такая догадка повисла на сердце тяжелым грузом.

Не желая показывать свое унижение Фиби, он вышел в коридор, накинул куртку и вышел за дверь.

Готовя обед, Фиби то и дело посматривала в окно. Машина Лео стояла на том же месте, а, значит, он вернется. Стояла теплая погода – по крайней мере, для декабря. Но в горах не сложно заблудиться. С туристами такое бывало не раз.

Ком отступил от горла, когда спустя еще немного времени он все-таки вернулся. По его лицу было сложно понять, в каком он настроении. Но жесты и движения говорили о расслабленности.

– Я нагулял аппетит, – сказал он, улыбаясь как ни в чем не бывало.

– Почти готово. Если нам повезет, мы успеем пообедать до того, как проснется Тедди.

– Он еще спит?

Фиби кивнула:

– У него непредсказуемый график. Но поскольку я всегда рядом, меня это не пугает.

Она достала из шкафа бокалы, разлила белого игристого вина.

– Если хотите, в холодильнике есть пиво.

Лео сделал глоток:

– Нет, спасибо. Вино что надо. Местное?

– Да. У нас здесь несколько виноделен.

Беседа оказалась приторно вежливой. Почти как на свидании вслепую. Разве что романтика отсутствовала напрочь.

Несмотря на это, Фиби едва могла у сидеть на месте. Сексуальность Лео Кавалло будоражила воображение. Столько воды утекло с тех пор, как Фиби последний раз целовалась? Ровно столько же она не испытывала влечение к кому-то. И вдруг вот оно, эротическое пробуждение.

Тело Фиби томилось в предвкушении невозможного. Она сама не заметила, как их тарелки почти опустели. Несмотря на запах курицы, Фиби стойко ощущала приятный аромат его тела. Он что-то вспоминал из прошедшего лета, а ей виделись обнаженные тела, переплетенные на морском берегу.

Желание было столь сильно еще и от неожиданности. Фиби смотрела, как изгибаются его губы, когда он говорит. Попробовать бы их на вкус. Полные мужские губы.

Фантазии заволакивали рассудок. Чтобы не потерять сознание, Фиби поднялась с кресла, встала к нему спиной и принялась загружать посудомоечную машину. Вдруг она ощутила сзади его присутствие.

– Давайте я помою, – предложил он. Фиби ощутила тепло его дыхания на шее. Она замерла. Почувствовал ли он ее волнение? Ее желание.

Она глотнула, уперлась пальцами в столешницу:

– Нет, спасибо. Но если вам не терпится мне помочь, то разожгите в камине огонь.

Ей самой огонь не требовался, она уже горела.

Секунды шли томительно медленно. Казалось, с ними исчезают последние молекулы кислорода. Наконец он отошел.

– Все что вы попросите.

Лео не был столь наивным, чтобы не чувствовать интерес Фиби к себе. Главное, он знал, что это взаимно. Но они знакомы меньше суток. Для случайного секса этого достаточно, но никак не для долгосрочных – по крайней мере, двухмесячных – отношений.

С другой женщиной он бы уже воспользовался шансом. Но здесь он во власти Фиби. Одно неверное движение, и она вышвырнет его прочь. На территории были и другие домики, но, увы, не в ее собственности. А для Лео она была чем-то вроде талисмана, приятного предзнаменования на ближайшие два месяца, которые еще вчера грозили обернуться не проходящей скукой.

Огонь зашелся сразу. Лео встал и отвернулся от камина. Фиби стояла у него за спиной с широко раскрытыми глазами.

Он улыбнулся:

– Присядем на кушетке. Нам суждено провести немало времени вместе. Есть смысл познакомиться поближе.

В эту секунду Тедди напомнил о себе громким плачем. Выражение лица Фиби было почти комичным.

– Простите, я вернусь через минуту.

Оставшись один на кушетке, Лео потянулся, расправил плечи. Помимо камина ноги приятно грела разложенная на полу медвежья шкура. Он был уверен, что поддельная. Но сейчас не до этого. Все его мысли кружились вокруг Фиби.

Картинки перед глазами были настолько живыми, что он ощутил сухость во рту. И эрекцию в брюках. Он вскочил на ноги, отправился на кухню, налил себе еще вина. И выпил бокал до дна медленными глотками. У этой истории должно быть продолжение. Они могут стать друзьями. Или более того. Главное – не давить, так можно только все испортить.

Ситуация требует осторожности. Здесь нельзя полагаться на импульс.

Составление плана было прервано, когда вернулась Фиби.

– Пришлось менять подгузник, – сказала она, корча рожицу. – А теперь и ему пора обедать.

Лео вернулся на кушетку. Теперь Тедди был чем-то вроде заслона между ними. Но это можно переждать.

– Расскажите о своей жизни до того, как вам привезли Тедди, – предложил он.

Фиби усадила малыша на колени, держа бутылочку так, чтобы Тедди было удобно.

– Я приехала сюда три года назад. Первое время была погружена в ремонт обоих домиков. Никуда не торопилась, медленно доводила их до совершенства. Завела пару друзей. Точнее, подруг.

– А потом?

Фиби опустила глаза на малыша, почесала ему головку, умилившись улыбке на детском личике. Лео задумался, знает ли она, что все ее мысли в эту секунду легко читались на лице? Она обожала малыша Тедди. Возможно, и детей в целом.

– Потом нашла садовника, – продолжила Фиби. – Буфорд уже пожилой, живет у главной дороги. Таких добрых людей по пальцам пересчитать. Его жена научила меня печь хлеб, закатывать в банки фрукты и овощи. Так я научилась консервировать.

Лео внимательно слушал и пристально следил за ее мимикой и жестами. Он пытался понять, чего она не рассказывает.

– А карьера биржевого брокера не сложилась?

Фиби ждала этого вопроса. Но не знала, готова ли раскрывать свои тайны человеку, которого едва знала.

Нет, пока слишком рано.

Со всей осторожностью подбирая слова, она нашлась с ответом. Это была не ложь, но и не совсем правда.

– Я поняла, что это не мое. Разочаровалась и в личном, и в профессиональном плане. И вдруг поняла, что не знаю, чего хочу. В общем, взяла тайм-аут. А потом поняла, что жизнь нужно наполнить смыслом. Другим смыслом.

– Восхищаюсь вашей смелостью.

– Издеваетесь?

– Нет, клянусь. Большинство людей до смерти боится перемен.

– В моем случае я просто решила укрыться от мира.

– И каково это?

Фиби задумалась. Еще никто не расспрашивал ее так подробно об этом добровольном отшельничестве.

– Здесь мне легче. Здесь я простила себя за ошибки прошлого. И поняла, что ни под каким предлогом не готова возвращаться к прошлой жизни.

Лео сложил руки на груди:

– Понимаю, что вопрос резковат, но я не могу его не задать. Откуда у вас деньги?

– Уверен, многие задаются этим. – Фиби положила ребенка на плечо, похлопала Тедди по попке. – Правда в том, Лео, что я умею зарабатывать деньги. К тому же здесь мои траты весьма скромны.

– Хотите сказать, этот опыт пошел вам на пользу?

Фиби кивнула:

– Определенно.

Фиби была рада, что такой разговор случился при Тедди. Он служил чем-то вроде буфера между ними. А сидеть в освещенной комнате с Лео холодным декабрьским днем было очень уютно. Тедди покушал и теперь требовал к себе внимания. Поэтому Фиби положила его на коврик, где он тут же начал кататься из стороны в сторону.

Фиби немало удивилась, когда Лео посадил малыша на колени. Он казался полностью расслабленным, в то время как Фиби даже вино не помогало снять напряжение.

Взглянув на них, можно было подумать, что они семья. Мама, папа и их общий ребенок. Странно, но это были три разных человека, которые волею судеб оказались в одно время в одном месте.

Но что плохого в том, чтобы помечтать? Сидя на полу, Фиби прижала к груди колени, обвила их руками. Обычно она играла с Тедди, лежа на животе. Но ложиться в присутствии Лео Кавалло было бы неразумно. Тем более, когда он сидит рядом на расстоянии вытянутой руки. Если что, она не сможет удержаться. Даже с ребенком под боком она не переставала думать о том, как прекрасно было бы хоть часок провести в постели с этим долгожданным гостем.

Легкая музыка по радио, еще одна бутылка вина, партия новых дров в камине. А затем…

Сердце ее учащенно забилось. Шея сзади покрылась капельками пота. Впрочем, это было не единственное место, из которого теперь выделялась влага. Даже дыхание Фиби стало сбивчивым. Она смотрела на Тедди, не отрывая глаз. Просто чтобы не встречаться взглядом с Лео. Ни за что на свете она не покажет ему, что до боли истосковалась по мужскому обществу.

Тем временем Лео лег на бок, подложив руку под голову. Он мерно дышал, и, казалось, вот-вот уснет. Так же, как и Тедди, который утомился от своих акробатических кульбитов.

У самой Фиби тоже закрывались глаза. Бессонная ночь давала о себе знать. Когда двое мужчин все-таки уснули, она прилегла рядом, прижав Тедди к животу. Теперь она чувствовала запах ребенка, горящих дров и слабый аромат геля после бритья.

Закрыв глаза, она глубоко заснула. Все происходящее высасывало слишком много сил.

Глава 7

Проснувшись, Лео не мог понять, где находится. Кровать слишком жесткая, подушки вовсе нет. Постепенно пришло осознание. Он повернул голову и увидел спящих рядом Фиби и Тедди.

Малыш просто олицетворял блаженство и невинность, зато Фиби…

Лео втянул грудью воздух. Она лежала перед ним, вырез на свитере оттянут книзу, приоткрывая ее округлую грудь и кремовую кожу. Волосы спадали ей на лицо, как будто она заснула после интенсивного секса.

В брюках его затвердело до боли. Он не знал, благодарить или винить Бога за то, что их разделяет ребенок. Сила желания толкала к действиям и пугала одновременно.

Но Лео уже понял, что с Фиби все сложно. И это, черт возьми, тоже заводило его. Ей что-то снилось, потому что в эту секунду она слегка нахмурилась. А Лео так хотелось поцеловать ее в морщинку между бровями.

Этот глубокий сон говорил об усталости. Он немало времени провел с братом и невесткой, чтобы понять, сколько сил отбирают дети. А еще он знал, какая это гордость для родителей.

Аккуратно, чтобы никого не разбудить, Лео поднялся на ноги и открыл каминный экран, чтобы подкинуть еще дров. Вид горящих дров действовал гипнотически. Когда последний раз его останавливало что-то настолько простое и волшебное? Ничто в его пентхаусе не могло сравниться с элементарным горением дров.

Лео смотрел в камин, а в камине нарастала температура. Он чувствовал жар на коже, но не мог отойти. И все же, каким бы жарким ни был огонь, Фиби казалась куда более горячей. Жар от огня обжигал только кожу, жар Фиби пробирал до костей.

Вся его жизнь в Атланте была связана с бизнесом Кавалло. Конечно, от ночи к ночи в его кровати бывали и женщины, но большую часть из них он уже попросту не помнил.

Присев на колени, он посмотрел на Фиби. Может, разбудить ее? Отнести спящего ребенка в кровать?

Нерешительность была несвойственна Лео Кавалло. Но в этот момент он не мог решить, что делать.

Схватив с кушетки подушку, он все же лег на полу, решив оставить все как есть.

В отличие от Лео Фиби проснулась, прекрасно осознавая, где она. Какое-то время она трусливо не открывала глаза, понимая, что Лео где-то рядом и наверняка не сводит с нее глаз. Однако обман не прошел. Он аккуратно коснулся ее лодыжки:

– Фиби, пора вставать.

Она еще не поняла, как себя вести. Она просто была не готова просыпаться в такой близости с ним. Перевернувшись на спину, Фиби подложила под голову руки.

– Хочется пожелать доброго утра, но дело близится к вечеру, – подметил Лео.

– К вечеру? – переспросила Фиби. – Сколько я проспала?

Лео пожал плечами:

– Недолго.

Вот они и переспали – по крайней мере, в одной комнате. Как ни крути, а этого не отнять. У нее болела грудь, в горле пересохло. Сексуальное напряжение нарастало, словно кто-то подтягивал связывающие их невидимые струны.

Между ними был только Тедди. Он не давал им броситься на волю судьбы, отдаться на волю эмоций, чтобы потом жалеть об этом.

– Наверное, я пойду спать к себе, – сказала Фиби. – Только, пожалуйста, потушите камин, прежде чем уходить.

С этими словами она поднялась и собрала вещи Тедди.

В два часа ночи он все еще не мог уснуть. Проклятый тестостерон будто наполнил все его тело, не позволяя расслабиться. Он открыл первый попавшийся детектив и не смог прочитать и пяти страниц. Отбросив книгу на скомканные простыни, Лео встал с кровати и прислушался.

Издалека доносился детский плач.

Вот что ему нужно! Накинув шелковый халат, заготовленный Хетти, он вышел в коридор. Теперь он сам герой детективного романа, пробирающийся по лабиринтам чужого дома.

Оставалось определить, где комната хозяйки. Вот под одной дверью полоска света. И это не комната Тедди. В то же мгновение изнутри послышался плач. Не колеблясь более ни секунды, Лео постучал.

Дверь со скрипом открылась, и в проем высунулась голова Фиби. На ее лице явственно читалось недоумение.

– Что случилось?

Ее шепот был таким неискренним, учитывая, что Тедди не спал.

– Вам помочь? – начал издалека Лео.

– В принципе я справляюсь.

Фиби хотела было захлопнуть дверь, но Лео подставил ногу.

Она дернула сильнее, и от боли Лео едва не упал на пол. Если бы не ребенок, он бы выпалил целый ряд отборных выражений.

Теперь Фиби открыла дверь настежь.

– Вам больно? – испугалась Фиби. – Господи, ну естественно. Подержите Тедди, пока я принесу лед.

Лео не заметил, как на руках у него оказался хлюпающий Тедди.

– Но я…

Недоговорив, он последовал за ней по коридору. Тедди на его руках все больше заходился плачем.

Дойдя до гостиной, Фиби включила пару люстр, открыла холодильник и высыпала в полотенце пригоршню ледяных кубиков. Свободной рукой она взяла Лео за крепкий бицепс:

– Положите ногу на кушетку. Я посмотрю, нет ли перелома. И передайте мне Тедди.

Малыш заходился в плаче, дергая ножками. Вдруг Лео не удержал равновесие и рухнул прямо на кушетку, при этом ударившись подбородком прямо о лобик Тедди.

И вновь целый ряд проклятий из его уст заполнил комнату. Фиби выхватила малыша и села на другом конце кушетки. Лео не успел возразить, как его нога оказалась у Фиби на коленях. Еще мгновение – и она сняла с него носок.

Нога болела, но Лео стонал по другой причине. Его заводило, что Фиби водит рукой по его коже. Она аккуратно нажимала большим пальцем то тут, то там, пытаясь понять, есть ли перелом.

Стараясь скрыть боль, Лео шипел.

– Простите, вам очень больно? – спросила Фиби.

Какие большие у нее глаза. Вероятно, от того, что от нее не укрылось уплотнение на уровне его ширинки.

– Нет, не очень, – отозвался Лео после долгой паузы. – Можете продолжать.

В то же мгновение Фиби уронила его ногу на кушетку, словно это была граната с вырванной чекой.

– Нужно приложить лед, – сказала она с заметным смущением. – Я сейчас вернусь.

Тело Фиби дрожало от возбуждения. Ребенок съежился у нее на плече, и она чуть слышно напевала ему песенку. Тедди не хотел есть. Она дала ему бутылочку меньше часа назад. Вероятно, у него просто резались зубы, и малыш не мог заснуть.

– Бедняга, – протянула Фиби.

Однако, оказавшись в коляске, Тедди успокоился и почти сразу уснул. На всякий случай Фиби покачала его на пять минут дольше. Убедившись, что мальчик спит, она переложила его в кроватку и на цепочках вернулась в комнату.

Ее саму клонило в сон. Но не вернуться означало признать собственную трусость.

Войдя в комнату, первым делом она заметила, что горит всего одна лампа. Впрочем, Лео добавил дров в камине, так что света хватало. Он смотрел телевизор, но выключил его сразу, как только Фиби переступила порог.

– Как нога? – спросила она.

– Проверьте сами.

Это было дерзко и так естественно с его стороны. Ноги несли ее вперед, а разум кричал: «Остановись сейчас же!»

Нет, она уже не так глупа, чтобы сесть рядом с ним на кушетку. Она встала перед Лео на колени и сняла с его ступни мешочек со льдом. На ступне уже проявились синяки. И красная линия там, куда пришелся угол двери.

– Болит? – тихо спросила Фиби.

Лео поправил носок, натянул его по самую щиколотку.

– Жить буду. – Он подался вперед, положив руки на колени и оказавшись лицом к лицу с ней. – Если вы не против, – начал Лео, – сейчас я вас поцелую.

При этих словах локон волос упал на его лоб. Голос его прозвучал хрипло и низко, отчего по спине Фиби пробежал холодок. Был поздний час, когда казалось, что рассвет не настанет никогда и ночь будет длиться вечно.

Она облизнула губы, чувствуя, как набухают соски, несмотря на теплоту в комнате.

– Совсем не против, – прошептала она, словно поддавшись чьему-то заклинанию.

Медленно, аккуратно, отрезая ей путь к сопротивлению, он обхватил ладонями ее щеки. Его большие пальцы водили по ее подбородку до кончиков губ.

– Господи, как же ты красива, – простонал он, прижимаясь к ней лбом. Она чувствовала жар, идущий из его полуобнаженной груди. Уже не повинуясь ей, пальцы коснулись его кожи, такой теплой и гладкой.

Фиби пьянела без грамма алкоголя. Как долго… Как долго она не касалась мужчины.

– Что мы делаем? – тихо спросила она, понимая глупость своего вопроса.

Лео намотал на кулак ее волосы, притянул к себе ее лицо.

– Узнаем друг друга лучше, – прошептал он. Их уста соприкоснулись. Его губы были такие твердые и уверенные. Что же касается ее губ, то она открывала их широко и отчаянно, отдаваясь огню, что разгорался ниже ее живота.

Между этих губ медленно и томно двигался ее язык. Да, их языки соприкасались, заставляя ее вздрагивать и еле слышно постанывать. Он крепко держал ее голову в своих руках, управляя ей, делая их поцелуй еще более глубоким. От него пахло зубной пастой и мужским дезодорантом.

Он обхватил ее запястья.

– Ты знаешь, что делать, – прошептала Фиби.

– Ты тоже, – томно ответил Лео, придвигаясь к ней. Теперь они сидели совсем рядом, грудь к груди. – Скажи, если мне надо остановиться, – проговорил он. В следующее мгновение он коснулся ее рта губами, руки обхватили ей бедра.

Фиби была в своей обычной вязаной, абсолютно несексуальной пижаме. Но когда его руки протиснулись внутрь, обхватив ее ягодицы, она почувствовала себя самкой в брачный период.

Лео, такой большой и плечистый, казалось, ради женщины может сдвинуть горы. А при этом трогал ее так нежно и ласково.

– Лео, пожалуйста, – прошептала Фиби. – Я так сильно хочу тебя.

В мгновение ока он стянул с нее спальную рубашку. Несколько секунд он смотрел на ее обнаженную грудь, чтобы потом схватить ее обеими руками. Он надавливал, сжимал ее полные груди так, что она впервые за долгое время почувствовала себя женщиной.

Наконец, взглянув ей в лицо, он взялся кончиками пальцев за ее соски и нежно поцеловал ее в нос, щеки и веки.

– Я столько всего хочу с тобой сделать, – признался Лео. – Но не знаю, с чего начать.

Наверное, естественным чувством для Фиби было бы неловкое смущение. Но она не испытала ничего подобного. Кровь кипела в ее венах, пульс барабанил в виски. Этих легких прикосновений недостаточно. Она обвила шею Лео, прижавшись к нему что есть силы нижней частью живота:

– Так придумай же скорее.

Глава 8

Нерешительность Лео не мог объяснить и он сам. Фиби здесь, в его объятиях, томящаяся желанием. Но что-то было не так.

Все было не так.

Выругавшись про себя, он снял ее руки со своей шеи и отошел назад.

– Мы не можем. Я не могу просто взять и воспользоваться тобой. Прошу тебя, надень пижаму.

Фиби безмолвно покорилась, но лицо ее исказила обида вперемешку с недоумением.

– Лео, я не ребенок. И давно сама принимаю решения, – сказала она наконец.

Ему хотелось успокоить эту милую женщину, но тогда придется вновь дотронуться до нее.

– На твой дом упало дерево. Ты нянчишь ребенка, у которого режутся зубы. Последние две ночи ты совсем не спала. При такой усталости твои решения могут быть нелогичными. – Кто, как не он, может это знать? – Я не хочу, чтобы утром ты обо всем пожалела.

Обида уже неприкрыто читалась в глазах Фиби. От этого взгляда сердце Лео сжалось в груди. Но он не мог просто взять и заняться с ней сексом. Не сейчас. Сначала нужно многое ей рассказать.

И вот она стоит перед ним – волосы взъерошены, руки скрещены на груди, будто в защите. Несмотря на это, она кажется такой болезненно уязвимой. И неприлично молодой.

Фиби подняла подбородок:

– Что ж, мы попробовали – не получилось. Значит, отныне каждый живет своей жизнью. У тебя свои дела, у меня свои. Спокойной ночи.

С этими словами она исчезла за дверью.

В комнате сразу стало так холодно и одиноко. Не было ли это самой большой ошибкой в его жизни? Пламя между мужчиной и женщиной не разгорается просто так. В его объятьях она была такой женственной, мягкой, кроткой – той женщиной, которую он представлял в своих фантазиях.

И все же Лео был уверен в правильности решения. Фиби не та, с кем можно просто заняться сексом и забыть. Несмотря на ее видимое желание отдаться ему, Лео знал, что она будет жалеть об этом.

Поэтому единственное, что ему нужно от Фиби, – это доверие. Он должен поделиться с ней своими тайнами. Видимо, как и она. А значит, нужно выждать, когда судьба предоставит такой шанс.

Фиби лежала в холодной кровати, от унижения по щекам ее лились слезы. Какую бы отговорку ни придумал Лео, ясно одно – сегодня ее отвергли. Что может остановить уже возбужденного мужчину, стоящего перед полуобнаженной женщиной? Только его нежелание быть с ней.

Но что происходит на самом деле? Едва знакомый мужчина ранит ее в самое сердце. Разве это повод впадать в отчаяние? Откуда это чувство пустоты внутри?

Как полезно иногда остановиться и подумать. Приходилось, в конце концов, переживать и не такие удары судьбы. Фиби подтянула одеяло до самого подбородка и закрыла глаза. Не нужно делать поспешных решений. Надо посмотреть, что будет дальше.

Утром Лео проснулся поздно. Он был бы рад встать пораньше, но половину ночи он прошагал по комнате от окна до двери и обратно. Если дома не получалось уснуть, Лео всегда шел в душ и удовлетворял себя. После этого нервы успокаивались, наступало долгожданное забвение.

На часах было почти десять, когда он вышел в коридор. Ему нравилась открытая планировка дома – она почти не давала Фиби возможности спрятаться.

И все же этим утром ее нигде не было видно. Пустовала и кроватка Тедди.

Радость обуяла Лео, когда он наконец увидел их обоих на террасе. С ними стоял мужчина – судя по всему, тот, что должен убрать рухнувший дуб. Выйдя за двери, Лео поймал на себе холодный взгляд Фиби. И почему-то вспомнил, что забыл побриться и уложить волосы.

Здоровяк-рабочий пожал ему руку. Пожелтевшие пальцы свидетельствовали о многолетней привычке курить. Было сложно определить возраст этого мужчины – такому легко можно дать и сорок пять и глубоко за шестьдесят.

– Прошу прощения, – обратился Лео к Фиби. – Я обещал заняться всем этим и проспал.

Фиби улыбнулась, но взгляд ее оставался непроницаемым.

– Ничего страшного. Мы с Тедди справились. А теперь прошу извинить нас. Кто-то засыпает на глазах.

– Но я…

Она закрыла дверь прямо перед его носом. Лео досчитал до десяти. Спокойствие восстановлено, значит, можно смело идти внутрь. Тем более, что курильщик-рабочий успел куда-то исчезнуть.

Возле плиты лежали два поджаренных, но холодных хлебца. То, что надо. Лео смазал их домашним вареньем Фиби и сел за стол. Когда Фиби вернулась, он уже доел хлебцы и понял, что ему нужна услуга. Не бог весть какая, но все же.

Она делала вид, что не замечает его. А Лео знал, что на это не стоит реагировать.

– Могу я воспользоваться вашим телефоном? – спросил он с наигранной вежливостью.

– Зачем?

– Хочу заказать новый телефон. Мой здесь совершенно бесполезен, а мне нужен Интернет. Вы сказали, что здесь ловит какая-то сеть. Абонентскую плату я внесу на год вперед. Можете расторгнуть с ними контракт, когда я уеду.

– Господи, почему люди не могут жить без… всего этого?

Фиби не смогла подобрать подходящего слова. Она была бледна. Все в ее облике говорило, что она готова посадить его на ближайший самолет, поезд, такси, только чтобы он поскорее исчез.

Лео не сводил с нее глаз до тех пор, пока на ее щеках не вспыхнул румянец.

– Современные технологии не худший из пороков, – проговорил он. – Мы живем в эру информации.

Справедливо решив не продолжать спор, Фиби протянула ему телефон.

– И все же не могу не напомнить вам, почему вы здесь, – не удержалась она. – Ваши близкие желают вам добра, а вам на это плевать.

Лео не успел возразить – его внимание привлек подъезжающий к дому огромный грузовик. Как раз вовремя. Это отвлечет Фиби от набившей оскомину темы.

В дверь позвонили, и она пошла открывать.

– Но я ничего не заказывала.

– Здравствуйте, мэм. Пожалуйста, подпишите здесь, – попросил курьер.

Дверь захлопнулась, и Фиби посмотрела на доставленную коробку. Она бы не удивилась, если бы внутри был динамит.

– Посмотрим, что внутри? – предложил Лео.

Вскрывая коробку, Фиби заметно волновалась. Иностранных марок нет, значит, посылка не от сестры. Каково же было ее удивление, когда в коробке оказалась еда. Дорогая ветчина, термопакеты с замороженной запеканкой, десерты, свежие фрукты… Список можно продолжать долго.

Она посмотрела на Лео, который теперь безмятежно лежал на кушетке.

– Твоих рук дело?

Лео лишь пожал плечами:

– Вчера я решил успокоить нервы и написал старому приятелю. Он шеф-повар в одном из лучших ресторанов Атланты. И у него передо мной должок. В общем, теперь еда будет приходить раз в неделю.

Фиби не знала, что думать. Жест красивый, но слишком уж дорогой. Она изучала содержимое коробки, забывая об испорченном настроении. А с Лео и впрямь можно спеться на эти два месяца. Жаль, что он может предложить только дружбу.

Оторвавшись от волшебной коробки, Фиби подошла к кушетке и поцеловала Лео в щеку. В его глазах читалось не удивление, это был настоящий шок.

– Не волнуйся, – успокоила его Фиби. – Это платонический поцелуй. Должна же я как-то отблагодарить тебя за подарок.

Он схватил ее за запястье, отчего по телу Фиби побежали обжигающие мурашки.

– Рад, что угодил. Но, как ты понимаешь, это не только тебе.

Лео улыбнулся своей наглой, дерзкой улыбкой, за которую Фиби могла простить ему все. А значит, самое время выхватить руку и вновь установить дистанцию.

Вдруг она вспомнила, о чем хотела спросить Лео еще вчера. До того, как все закончилось так прозаично.

– Как ты относишься к рождественским украшениям в доме?

– Вопрос неожиданный, – признал он. – Я не против. Нужно что-то заказать?

– Нет-нет! – отмахнулась Фиби. – У меня на чердаке целая груда коробок. С тех пор как я сюда въехала, я ни разу не украшала дом на Рождество. Но теперь у меня есть Тедди, а значит, нужно создать атмосферу праздника. И вот тут мне понадобится помощь. Одной мне их не спустить. Но предупреждаю, всего очень много.

– И елка есть?

Фиби невольно засмеялась:

– Есть искусственная, старая и некрасивая. Поэтому лучше спилить новую в лесу.

– Ты серьезно? – удивился Лео.

– Конечно. Здесь тридцать акров мне принадлежат. А значит, мы найдем подходящую.

Брови Лео скептически поднялись.

– Мы? – переспросил он.

– Разумеется. Кто потащит елку обратно? Не я же. Но не волнуйся, у меня есть большие санки. К тому же я пойду с тобой, помогу с выбором. У мужчин обычно с этим проблемы.

– Ты ранишь меня в самое сердце, – сказал Лео, приподнимаясь на кушетке. – У меня отличный вкус.

– Но я лучше знаю габариты комнат. И признай, мужчины выбирают по принципу «Больше – значит лучше».

– Женщины тоже.

Глаза Лео игриво заблестели, в то время как Фиби вновь залилась румянцем.

– Мы точно говорим о елках? – уточнила она, облизывая внезапно пересохшие губы.

– Тебе виднее.

– Вчера ты довольно четко донес свою позицию.

Эти слова, казалось, уязвили Лео.

– Я лишь сказал, что спешка нам ни к чему. Всему свое время, Фиби. Я не могу просто взять и использовать тебя.

– А что, если я хочу тебя использовать? – парировала Фиби. Вопрос сорвался с губ сам собой. Слова опередили мысли. Видимо, либидо брало верх над гордостью и здравым смыслом.

Лео нахмурился и сложил руки на широкой груди. Теперь он казался даже немного опасным. И от этого не менее сексуальным.

Все в его облике говорило о достатке и привычке получать все по щелчку пальцев. Тогда как случилось, что он приехал восстановить здоровье именно сюда? Где нет ни теннисных кортов, ни спа-салонов, ни поля для гольфа. Что и говорить, здесь даже Интернета нет.

Вопрос висел в воздухе, накаляя атмосферу. Фиби чувствовала, как рядом с сердцем затягивается узел смущения. А что, если женщины чем-то обидели Лео Кавалло и теперь он попросту поставил на них крест?

– Ладно, забудь, – нарушила Фиби звенящую тишину. – Я все понимаю.

Внезапно Лео встал с кушетки и сделал несколько шагов к ней.

– Ни черта ты не понимаешь, – прохрипел он. Прежде чем Фиби могла отступить, защититься или предпринять еще сотню из возможных действий, он схватил ее за талию, крепко прижал к себе, а свободной рукой обхватил ее подбородок.

Его взгляд проникал в самую душу. Еще секунда, и она отведет глаза в сторону.

– Не сделай ошибки, Фиби, – проговорил он не без угрозы. – Я хочу тебя. И видит Бог, я тебя заполучу. На любой горизонтальной поверхности. Я буду иметь тебя, пока ты ходить не разучишься, слышишь? А до тех пор держи себя в руках. Поняла?

Время остановилось. Как будто кто-то остановил кино с пульта. Все внутри Фиби кричало о помощи. Лео тяжело дышал, его могучая грудь вздымалась и опускалась так же быстро. Когда он схватил ее за талию, она машинально обвила руками его плечи. Теперь это выглядело нелепо. Как и мысль о его болезни. Больной человек не может обладать такой сверхъестественной силой.

Его щеки покрывала щетина. Он мог бы быть пиратом, ковбоем или любым другим героем исторических романов, которые читала ее сестра. В такой близости Фиби буквально вдыхала его теплый запах. А ведь кровать всего лишь в соседней комнате.

Она облизнула губы. Лео не знал, что если бы не его крепкая хватка, она бы уже упала на ватных ногах.

– Что значит, держать себя в руках? – уточнила она и вдруг поцеловала его подбородок. Затем в запястье. Затем в ребро ладони.

Лео сопротивлялся ей. Не физически, а внутренне. Эта борьба четко отражалась на его лице. Но он не разжимал хватку.

Наоборот, он обхватил ее и второй рукой и немного приподнял над полом. В следующее мгновение их губы буквально вцепились друг в друга в сокрушительном поцелуе. Фиби чувствовала, как крепнет в джинсах его эрекция.

Это была страсть в самом грубом ее проявлении. Они набросились друг на друга, наплевав на правила и условности. Как доисторические люди, жившие в этих горах и долинах сотни веков назад. Главный инстинкт плодиться и размножаться затуманил рассудок, лишив всякого смысла нежные слова и предварительные ласки.

– Лео, – стонала Фиби не в силах выразить словами то, что хочет больше всего на свете. – Лео…

Глава 9

Сначала месяцы воздержания, а потом как гром среди ясного неба инфаркт. Лео не знал, как после этого будет вести себя с женщиной его тело. В голове назойливой считалкой звучало: «Поцелуй и все! Поцелуй и все! Поцелуй и все!»

Но эрекция была болезненно крепкой, крайняя плоть горела огнем. Как и легкие, работающие на пределе возможностей. Перед глазами бежали черные точки. Сжимая Фиби в объятиях, он чувствовал себя в раю. Она целовала его без тени смущения, отдаваясь этим поцелуям целиком.

Ее кожа пахла гелем для душа и детским шампунем. Сегодня ее волосы снова затянуты в косу. Лео крепко схватил за нее и потянул. Теперь он мог в полную силу ласкать ее шею.

Он поднял ее выше, так, что теперь ее ноги обвивали ему торс. Оба были одеты, но его твердая эрекция упиралась ей в самое лоно. Фиби казалось, что даже так она может достичь оргазма.

Невероятно, но уже через секунду она как будто отстранилась. Лео продолжал ласкать и кусать ее нежную плоть, но она уперлась ладонями ему в грудь.

– Лео! Ребенок плачет.

С тех пор как сестра оставила сына Фиби, малыш Тедди приносил ей только радость. До этого дня.

Еле держась на ногах, Фиби дошла до комнаты малыша и взяла его из кроватки.

– Рановато ты проснулся, – сказала она со смешком, граничащим с истерией.

Тедди, счастливый от долгожданного освобождения, вцепился пальчиками ей в косу. Ему нужно было поменять подгузник. Вот и причина столь раннего пробуждения.

Лишь потом Фиби заметила отсутствие Лео. Он ушел без куртки, хотя бы в толстом свитере. К тому же сейчас он и сам вырабатывал столько тепла, что верхняя одежда и впрямь была ни к чему.

Почему-то теперь ей сделалось стыдно. Все это происходило только по ее вине. Лео с самого начала вел себя как джентльмен. А она набросилась на него как одичавшая голодная кошка.

Говорят, мужчина не может устоять под пылким натиском женщины. Сегодня не смог и Лео. Но боже, как теперь смотреть ему в глаза? Как вообще вести себя с ним эти два месяца?

Спустя полчаса она покачивала Тедди на коленке, раскладывая на столе щедрые дары из коробки. На полдник подойдет буррито. Он уже готов, остается только подогреть и добавить салат и рис.

Но прошел час и прошло два. Фиби посмотрела в окно не меньше двухсот раз. Куда он запропастился? Что, если ему стало плохо? От этой мысли похолодело внутри.

Лео пробирался через лес, пока не заболели ноги, а в легких не кончился кислород. Было приятно осознавать, что ты все еще в хорошей форме. Он думал о Фиби. Влечение к ней казалось подозрительным.

И Лео знал, дело не только в сексуальном голоде. Фиби проникла в его кровь, как вирус, и теперь представляла не меньшую опасность, чем пережитый инфаркт.

Но как ни крути, решение уже созрело у обоих. Они с Фиби будут любовниками. Вопрос лишь в том, когда и где.

Но прогулка на свежем воздухе дала свои плоды. Туман в голове рассеялся, а значит, можно возвращаться.

Осмотревшись, Лео понял, что стоит высоко на горе. Удивительно, но отсюда он мог рассмотреть трубу на доме Фиби.

Выходит, Люк был прав. Здесь, вдали от цивилизации, человек смотрит на себя по-новому. Его мир не был плох и не был хорош в сравнении с миром Фиби. Он просто был другим.

Не поэтому ли Фиби сюда приехала? Чтобы измениться. А если так, получилось ли у нее? И не скучает ли она по прежней жизни?

Он присел на огромном камне, чтобы отдышаться. Сердце не должно долго работать в таком ритме. Сердце, которое едва не лишило его всего этого. Человеку свойственно принимать все как должное. Но теперь, как единственный выживший в авиакатастрофе, Лео Кавалло чувствовал свой долг перед судьбой.

Да, это он, Лео Кавалло. Владелец текстильного конгломерата, известного в каждой точке планеты. Руки его зачесались, как у закоренелого наркомана при мыслях о дозе.

Он знал, для многих слово «трудоголик» чуть ли не ругательное. Люди слышат «трудоголик» и крутят пальцем у виска или снисходительно качают головой. Но видит Бог, он не видел ничего плохого в своей любви к работе.

В бизнесе Лео отдавал себя целиком.

Сейчас, в декабре, начиналась подготовка к годовым отчетам. Кто проконтролирует весь процесс, пока он наслаждается единением с природой? Время от времени нужно покупать или продавать какую-то часть бизнеса, чтобы снизить налоги. Кто примет верное решение и не упустит момент? Чем больше он об этом думал, тем сильнее нервничал. Вот и давление наверняка повысилось.

Лео глубоко вздохнул, легкие наполнились чистым воздухом. Привычным фоном его жизни были звуки машин и бесконечный шум большого города. А теперь он сидит здесь, в тишине и спокойствии леса. Где-то рядом наверняка бродят животные, так же как он изо дня в день занимаясь привычными делами.

Животным легче, думал Лео. Никаких поисков себя и смысла жизни. Есть точка А и точка Б, все. Всю жизнь, каждый день.

Учителя в школе то и дело говорили о его дарованиях. Родители отправляли его в летние лагеря изучать астрофизику, геологию, другие редкие предметы.

Ему было интересно, но ни к одной из наук он не чувствовал тяги. Красивое сильное тело быстро сделало Лео предметом зависти у других мальчишек. А успехи в школе и любовь девочек окончательно лишили друзей. Его единственным другом всегда оставался родной брат.

Они ссорились и конкурировали друг с другом, но их связь с годами лишь крепла. И теперь благодаря брату он сидит на камне посреди леса. Люк сказал, это жизненно важно. А раз брат сказал, значит, так оно и есть.

Лео спрыгнул с камня, потянул руки. После столь интенсивного похода он слишком долго просидел и теперь замерз.

Вдруг он понял, что не хочет ничего в жизни так сильно, как увидеть Фиби. Пока он не мог поделиться с ней тем, что творилось в душе, потому что тогда пришлось бы признаться и в инфаркте. Но ему хотелось, чтобы она вдруг оказалась рядом. Все-таки за что-то судьба любила его.

Когда Лео открыл дверь, Фиби не знала, кричать на него или плакать от счастья. Ее радость мгновенно сменялась злостью – как можно было исчезнуть так надолго и не сказать куда? Конечно, если бы он жил в отдельном доме, она бы и не знала о его уходах и возвращениях.

Но здесь другое дело. Здесь они практически сожители. А значит, у нее есть право что-то знать и время от времени вставлять замечания.

Однако радость окончательно победила, когда Лео вошел в кухню и улыбнулся своей фирменной, не без дерзости, улыбкой.

– Ты уже кушала?

– Твоя порция греется.

Фиби улыбнулась в ответ, но с кресла не стала. Она ему не прислуга, да и сам он давно не ребенок.

Фиби допивала вторую чашку кофе, на полу Тедди играл с пластмассовой соломинкой. Когда Лео сел к ней за стол, она кивнула на его тарелку:

– Твой друг повар просто гений. Поблагодари его от меня. Ради такого я готова забыть про лишние калории.

Лео набросился на еду с рвением голодного грифа.

– Так и есть, – согласился он. – Когда я устраиваю празднества дома, за блюда неизменно отвечает он. И каждый раз гостей приходит все больше.

По окончании трапезы Фиби взяла на руки полусонного Тедди.

– Я включу ему легкую музыку, – сказала она. – Так мы не разбудим его, таская коробки. А если он поспит подольше, то можно будет начать украшать дом. Если ты, конечно, не передумал.

– Теперь, после обеда, я готов сделать все, что ты скажешь.

Слова прозвучали неоднозначно. Он что, потешается над ее недавним безумием?

– Тогда пятиминутная готовность и айда на чердак.

Лео редко так долго находился в компании женщины. Что касается Фиби, что ему уже казалось, что он научился считывать ее эмоции. Например, когда она вернулась, уложив Тедди в постель, в ней не было ни капли прежнего желания.

– Лестница на чердак раздвижная, – сказала Фиби, волоча за собой стул. – Я потяну за веревку, а ты придержи лесенку, когда она опустится.

Лео безропотно повиновался. Еще и потому, что в таком положении ему открывался обзор прямо на ее грудь. Но сейчас он стоически смотрел строго в другом направлении. Фиби потянула веревку, и в потолке открылась маленькая дверца с прикрепленной к ней раздвижной лестницей.

Лео схватил нижнюю ступеньку и потянул вниз.

– Что спускать первым делом? – спросил он, поднимаясь по ступенькам.

– Последовательность не важна. Спускай все, кроме елки. И да, чуть не забыла. – Фиби достала из кармана фонарик. – Держи, я сейчас поднимусь.

Оказавшись на чердаке, Лео нажал на кнопку. Если не считать окутавшей все вокруг паутины, на чердаке царил идеальный порядок. Это многое говорит о хозяйке дома. Большие и маленькие коробки ровными рядами стояли по периметру.

Некоторые оказались весьма тяжелыми. Сразу вставал вопрос, как она их сюда затащила.

– Фу-у-у-у, – раздалось за спиной.

Лео осветил Фиби фонариком:

– Что случилось?

– Ничего, просто паук.

– Здесь их тысячи, – заметил он.

– Не говори мне об этом, иначе я упаду в обморок.

– Ты можешь спуститься вниз, если хочешь. Я справлюсь.

– Не надо. Просто, когда закончим, я трижды схожу в душ.

Лео передал ей легкую коробку, на которой ярким маркером было написано: «Ангел на елку».

– А перед этим, – сказал Лео, – я тщательно посмотрю у тебя в волосах, нет ли там пауков.

Фиби вздохнула:

– Не пойму, это приятно или противно?

Ухмыльнувшись, Лео продолжил полученное задание. Раньше он никогда не готовился к праздникам. Но с Фиби Рождественские хлопоты представились ему в новом свете.

Когда осталась последняя коробка, Фиби уже была внизу.

Она по локоть опустила руку в одну из коробок и вытащила маленького стеклянного снеговика:

– Это подарок бабушки на мое восьмилетие.

Лео присел сзади на корточки.

– Она еще жива?

– К сожалению, нет.

– А родители?

Он был к ней так близко, что при желании мог коснуться губами ее затылка.

Фиби опустилась на ягодицы и скрестила ноги:

– Родителей сбил пьяный водитель, когда мы с сестрой были в школе. Нас удочерили очень добрые люди, мы жили с ними до самого колледжа.

– А потом? – спросил Лео после долгой паузы.

– Мы так и остались вдвоем. С Даной мы очень близки.

– У вас есть еще какие-то родственники?

Фиби опустила взгляд, отрицательно качая головой.

– Тогда уж и ты расскажи о семье, – предложила она.

По всему было ясно, что Фиби не готова рассказывать больше. Лео не настаивал.

– Как ни странно, у нас много общего, – начал он. – Мне было восемнадцать, Люку семнадцать, когда мы потеряли родителей. Но они погибли не на дороге, а на воде. Отец обожал ходить на лодке, так он выпускал адреналин. Как-то весной мы были в Италии, в гостях у дедушки. Папа взял у друга яхту, и они с мамой уплыли. На обратном пути они на всей скорости налетели на бетонную сваю.

– О господи. – Фиби закрыла рот ладонью. – Как ужасно.

Лео кивнул. Даже спустя столько лет эти воспоминания были слишком болезненны.

– Дедушка настоял на вскрытии. Оказалось, что мама была без спасательного жилета. Я утешался хотя бы тем, что она не мучилась. Утонула сразу и без сознания. У нее была серьезная травма головы.

– А отец?

Лео тяжело сглотнул:

– Инфаркт. – Это слово далось ему с особым трудом. – Из-за него он потерял управление лодкой.

Фиби взяла его за руку:

– Сколько ему было лет?

– Сорок один.

– Господи, Лео, мне так жаль.

Он пожал плечами:

– Это было давно. После похорон дедушка забрал нас с Люком к себе в Италию. Он отдал нас в Римский университет. Кто-то скажет, нам повезло получить столь шикарное образование. Но они не представляют, как нам было тяжело все эти годы. Особенно учитывая характер дедушки. – После затянувшейся паузы Лео продолжил. – Я не многим про это рассказывал. Потому что не многие меня поймут. А ты поймешь, я знаю.

– Еще как. Мои родители были чудесными людьми. Они учили нас с Даной достигать любых целей. Никаких «слишком сложно» и «не женское это дело». Внезапная смерть родителей все изменила.

И снова затянувшееся молчание. Затем Лео дернул ее за косичку:

– Прости, я не думал, что беседа примет такой оборот.

Фиби опустила голову ему на руку:

– В это время года нельзя не думать о семье. Особенно когда у тебя ее нет. Я рада, что ты здесь, Лео.

Глава 10

Фиби не заметила, как это случилось. Но вдруг их губы сомкнулись – так кротко и нежно. Губы Лео были такими теплыми и влажными, как летний дождь. Внутри каждого из них закипала эротическая лава, и все же поцелуй был таким коротким и легким.

Она хотела, чтобы сила Лео окружила ее. Хотела почувствовать себя слабой и защищенной. Поэтому нежно прижалась к нему, положила голову на мощное плечо. Большая рука поддерживала ее сзади. Он был слишком мужественен и сексуален. Никто не осудил бы Фиби за то, что она хотела большего.

– Лео… – прошептала она.

Да, она всего лишь назвала его имя. И почувствовала, как содрогнулось его тело.

– Что? – так же тихо ответил он. – Что, Фиби?

Миллионы разных ответов крутились на языке. «Раздень меня», «Ласкай меня», «Овладей мной». Но разум оказался сильнее.

– Я поставлю музыку, чтобы было веселее украшать стены.

Этот милый ответ вызвал у Лео улыбку. Он поцеловал Фиби в кончик носа, затем как будто задумался, откашлялся и…

– Фиби, я хочу заняться с тобой сексом. Не откладывая, прямо сейчас. Пока Тедди крепко спит.

Его глаза были черны, как шоколад. А в них столько греха и страсти, что даже самая целомудренная женщина не смогла бы устоять. Фиби смотрела в их, оценивая риски. Будучи финансистом, она часто шла ва-банк и редко проигрывала. Но куда рискованней было стать любовницей Лео Кавалло.

Прошло так мало времени с момента его приезда. И уже столько всего случилось. Она знала, что сможет обуздать своих демонов и вернуться к спокойной жизни. Как знала, что и он с радостью сел бы в машину и вернулся домой. Здесь для него тюрьма, и решение брата он принял из-под палки.

Слишком много в нем энергии и жизни, чтобы прозябать в этой глуши.

Фиби коснулась его щеки. Пауза затянулась, и ей нужно было что-то ответить.

– Да, Лео, я тоже этого хочу. Наша встреча может обернуться жаркой, безумной страстью.

«С которой ты едва не овладел мной утром в кухне. Причем стоя», – пронеслось у нее в голове. От воспоминаний сердце в груди заколотилось, взор затуманился… и между бедер выделилась томная влага.

К приятному удивлению Фиби, вторая половина дня превратилась в нечто вроде затянувшихся предварительных ласок. Лео развел такой жаркий огонь в камине, что обоим пришлось переодеться в футболки. Сама же она настроила радиостанцию, по которой передавали классические рождественские песни. Как же ей было смешно, что Лео не знает ни одного второго куплета. И при этом он подпевал, сочиняя слова на ходу.

Вместе они откопали целую коллекцию ароматизированных свечей. В считаные секунды свечи были зажжены и расставлены на кофейном столике. Лето было жарким, и воск немного подтек. Поэтому теперь свечи в виде елок больше напоминали завалившиеся кусты.

Фиби вообще предложила их выкинуть, но Лео не позволил:

– У них свой шарм.

Что-то было странное в его интонации. Он смотрел на эти несчастные деревья так, словно в текущем зеленом воске – ответы на главные вопросы его жизни.

И откуда эта печаль в глазах? На первый взгляд Лео Кавалло находился на пике физической и умственной формы. Слабый мужчина не удержал бы ее на руках так долго. И не перетаскал с чердака все коробки.

Лео – полный набор того, чего хочет женщина. И Фиби хотела все это целиком.

Вскоре комната преобразилась. С помощью Лео она развесила гирлянды по стенам и над дверью, вкрапив в них мелкими белыми лампочками, блестящими даже при дневном свете. Больше часа Лео приклеивал к потолку серебряные, зеленые и золотистые снежинки. Со всей тщательностью он примерял их к тому или другому месту, чтобы идеально сочетать цвета и размеры.

Наконец с протяжным стоном Лео повалился на кушетку.

– Должно быть, тебе очень нравится Рождество, – заметил он.

Фиби села рядом, прижимаясь к его плечу, словно они уже были парой.

– На самом деле я несколько лет даже не праздновала Рождество. Но теперь, когда со мной Тедди, есть смысл добавить в атмосферу немного волшебства.

Хорошенько подобрав слова, она наконец задала вопрос, который не решалась озвучить долгое время:

– Невестка забронировала тебе домик на два месяца. Но ведь на Рождество ты поедешь домой?

Лениво играясь с кончиком ее косы, Лео вздохнул:

– Признаться, я еще не думал. Раньше мы с Люком на Рождество летали к дедушке. Но потом Люк женился, и эта традиция прервалась. Пару раз дедушка прилетал к нам. Но сразу сказал, что так будет не каждый год. Перелеты его сильно изматывают. Что же до Люка, то теперь у них с Хетти двое детей, а значит, они заслуживают праздник в кругу своей семьи.

– А как же ты?

Лео пожал плечами:

– Думаю, куда-нибудь меня пригласят.

– Ты можешь остаться здесь со мной и с Тедди.

Только произнеся это вслух, Фиби поняла, как сильно хочет, чтобы он остался.

Лео посмотрел на нее вполоборота:

– Ты уверена? Мне бы не хотелось вторгаться в твое личное пространство.

Господи, о чем он говорит? Одинокая женщина с чужим ребенком на руках в доме среди леса!

– Думаю, нам хватит места, – как бы невзначай ответила она. И чтобы не дать ему возможности обдумать эти слова, запустила руку в его густые волосы. Насыщенный каштановый цвет отдавал позолотой.

Лео закрыл глаза и откинулся на спинку. Несмотря на улыбку, тело его было напряжено.

– Было бы здорово, – сказал он как под гипнозом, отдавшись этому неожиданному массажу головы.

Фиби опустила голову ему на грудь. Через тонкую ткань футболки отчетливо слышались тяжелые удары его сердца.

– Для начала посмотрим, чем закончится сегодняшний вечер, – тихо проговорила она. – Признаться, у меня давно не было практики.

Внезапно сильные руки Лео повалили ее на кушетку. Еще секунда и его крепкое мощное тело было над ней, а он целовал ее в губы, в щеки, в шею. Одной ногой он уперся между бедер Фиби.

Фиби машинально приподнялась на ягодицах.

– Не останавливайся, – прошептала она.

Лео упал головой ей на грудь, зубы прикусили сосок сквозь футболку и бюстгальтер. Ей было немножко больно, но это была сладкая боль. Огонь исходил оттуда, куда он прикасался губами. Дрожь наслаждения сотрясала тело Фиби.

И вдруг он отпрянул, смеясь и ругаясь одновременно.

Фиби отказывалась в это верить:

– Лео, что на этот раз?

– Ребенок проснулся.

Впрочем, еще через пару минут раздался стук в дверь. А значит, им все равно бы не дали перейти к самому главному. Поскольку Фиби занималась с малышом, открывать пришлось Лео.

Чудаковатый старик осмотрел его с ног до головы:

– Буфорд меня зовут. Жена вот сладости мисс Фиби передала.

Старик протянул Лео пакет.

– Большое спасибо, – сказал Лео. – Мисс Фиби сейчас кормит ребенка. Может, вы зайдете?

– Да нет, спасибо. Это вы сняли тот второй домик?

– Да, сэр.

– Поймите меня правильно, – заговорщически начал старик, – мы все здесь любим мисс Фиби. Так что не вздумайте ее обижать.

– Можете быть спокойны, – уверил его Лео.

– И натащите в дом побольше дров. Ночью будет снегопад.

– Вот как?

А днем так светило солнце, что казалось, за окном весна.

– Здесь погода быстро меняется, – пояснил старик Буфорд.

– Тогда спасибо еще и за совет.

Буфорд потянул полу шляпы и пошел к своему проржавелому пикапу.

Закрыв дверь, Лео не удержался от искушения и стащил из пакета целых три печенья.

Фиби застала его врасплох.

– Что это у тебя? – спросила она, гладя Тедди по спинке.

Лео дожевывал печенье, с трудом перебарывая желание стащить еще одно.

– Твой друг Буфорд принес. Кстати, сколько ему лет?

– Ему девяносто восемь и девяносто семь жене. – Услышав такой ответ, Лео округлил глаза. Фиби тем временем продолжала: – Они оба родились в Грейт-Смоки-Маунтин до того, как местная земля стала национальным парком. Дом, где они живут, мистер Буфорд построил еще в начале тридцатых.

– Удивительно. А дети у них есть?

– Да, и внуки, и правнуки. Все разбросаны по крупным городам.

– Подожди-ка. – Лео быстро сложил в уме цифры. – Если они поженились в начале тридцатых, то…

– В марте у них восьмидесятая годовщина свадьбы, – подсказала Фиби.

– Уму непостижимо.

– Ей было семнадцать, Буфорду на год больше. Тогда женились рано.

– И на всю жизнь, – добавил Лео. – Восемьдесят лет вместе. Как им это удалось?

– Сама удивляюсь. Среди родителей моих друзей мало кто и тридцать вместе прожил.

Лео смотрел на Фиби и думал, какой она станет с годами, когда ее красивая кожа покроется морщинами. Нет, она будет красавицей и в шестьдесят, и в семьдесят лет. И на праздновании своего столетия. Ведь есть люди, которые восемьдесят пять процентов жизни проводят вместе. И на протяжении всех этих долгих лет они видят лицо своего супруга за завтраком, обедом и ужином.

Размышляя об этом, Лео поймал себя на мысли, что Фиби легко вписывалась в такой сценарий. Казалось, она просто не может надоесть и с ней никогда не будет скучно. Она волевая, остроумная, с тонким чувством юмора. Не говоря уже о фигуре.

Лео ни разу в жизни не был влюблен. Крепкие отношения забирают силы и время. Пока что он не встретил женщину, ради которой готов идти на эти жертвы.

И вдруг это знакомство с Фиби. Он до их пор не знал, что привело ее в горы, но жаждал выведать правду. Даже если ради этого придется провести здесь больше двух месяцев. Фиби интриговала, заводила и возбуждала его. Но во что это выльется в долгосрочной перспективе, Лео не представлял. Зато планы на ближайшее будущее были предельно ясны.

Он хотел Фиби. Так сильно, как только мужчина может хотеть женщину. И он переспит с ней, какие бы обстоятельства ни подкинула судьба.

Фиби показалось, что Лео словно витает в облаках. Ей было неудобно спрашивать, о чем он думает. Тем более она знала, как мужчины не любят этот вопрос. Правильным решением было отвлечь его.

– Тедди накормлен, подгузник поменян. Если мы идем за елкой, то идти нужно сейчас.

Словно проснувшись, Лео посмотрел на малыша и закивал:

– А он не замерзнет?

– У него есть зимний комбинезон. Через пять минут мы будем готовы. Ты пока можешь взять в сарае топор.

– У тебя есть топор? – удивился Лео.

– А как иначе? Чем, по-твоему, я предлагаю тебе рубить елку?

– Но ты сказала, что несколько лет не готовилась к Рождеству. Зачем же тебе топор?

Фиби пожала плечами:

– Я рублю дрова для камина. Точнее, рубила до того, как сестра привезла Тедди. Теперь я не могу позволить нанести себе увечья. С Тедди мне нельзя быть беспомощной. Теперь дрова рубит соседский мальчишка, я плачу ему за это.

– Не слишком ли опрометчиво было так изолироваться от мира? А если тебе понадобится помощь или врач?

– Я позвоню в Службу спасения. Да и соседи не так уж далеко.

– Но женщины уязвимее мужчин.

Фиби прекрасно понимала, о чем он говорит. Вначале ее мучили такие же сомнения. Например, в первые месяцы было страшно спать. Воображение рисовало убийц и насильников, сбежавших из тюрьмы в лес и теперь снующих возле ее дома.

– Да, ты прав, – согласилась она. – Должна признать, бывают такие ночи, когда от страха начинаешь жалеть, что уехала из города. Например, ту ночь с ливнем и ураганом. Но с утра понимаешь, что плюсов все-таки больше. Поэтому я до сих пор здесь.

Было видно, что Лео хотел поспорить, но в итоге лишь покачал головой, надел ботинки и вышел за дверь.

На сборы себя и ребенка ушло больше времени, чем рассчитывала Фиби. В этом одна из загадок этого малыша. Все, что ты с ним ни делаешь, занимает в два раза больше времени, чем казалось. Но теперь она привыкла и к этому и уже не представляла жизни без ребенка под боком.

Глава 11

Выдался сказочный день для экскурсии. Рабочие убирали последние остатки дерева и собирались покрыть крышу тяжелым брезентом. Фиби и Лео шли от разрушенного дома по протоптанной тропинке, завернувшей сначала влево, а затем устремившейся в лес. Тедди спал в специальной сумке-переноске у Фиби на груди. Прогулка была ее любимым видом занятий, но этот милый мешочек с дополнительным весом мог не дать пройти привычную дистанцию.

Лео нес тяжелый топор, как будто тот не весит и полкилограмма. А то, что топор и впрямь тяжелый, Фиби знала не понаслышке. Казалось, Лео рад, что они наконец выбрались из дома. Сейчас он шел и фальшиво насвистывал детскую песенку.

Место, где Фиби надеялась найти идеальную елку, было возле пустого дома. Точнее, возле его останков – фундамента и камина с трубой. Здесь неподалеку – древнее семейное кладбище. Некоторые надписи на могильных плитах еще можно прочесть. На многих было просто написано «Любимому сыну», «Дорогой дочке». Фиби не могла без слез думать об ужасных смертях от болезней в те далекие дни.

– Это тоже твоя территория? – спросил Лео.

Ветер колыхал листву, и казалось, что откуда-то доносится эхо голосов и веселого смеха из прошлого.

– Да, кладбище на моей земле. Но если вдруг придет человек и попросит пройти сюда, я не буду препятствовать. Хотя вряд ли потомки этих людей знают, где могилы их предков.

Лео заметил еще одно детское надгробье.

– Представить не могу, что значит потерять ребенка, – мрачно проговорил он. – Я вижу, как Люк и Хетти обожают своих двоих детей. У меня нет своих детей, но даже мне иногда страшно от того, что сейчас происходит в мире.

– А ты хотел бы стать отцом?

Сердце защемило в груди, когда Фиби поняла, как ей важен его ответ.

Лео сел на корточки и смел листву с детской могилки.

– Вряд ли. Хорошим отцом я стать не смогу, у меня нет столько времени. И, честно говоря, отцовство меня пугает.

Он сухо улыбнулся. Но, несмотря на улыбку, Фиби знала, что он откровенен с ней.

От разочарования защемило в груди.

– Но ты еще молод.

– Да, но бизнес – мой единственный ребенок. Так что пусть Люк отдувается за меня.

У Фиби не было что возразить. Она задала вопрос и получила ответ, тема исчерпана. Мозг поставил в памяти красную галочку. «Бизнес – мой единственный ребенок».

Проблема в том, что Фиби успела нафантазировать себе слишком много всего. Просто когда-то разбитое сердце теперь возвращалось к жизни. И снова питало пустые надежды. Значит, как бы ни сложились отношения с Лео Кавалло, впереди опять тупик.

Она почесала через шапочку головку проснувшегося Тедди. Малыш ответил улыбкой. А затем принялся с интересом оглядываться по сторонам. Он рос веселым любопытным ребенком. И Фиби любила его с того самого дня, как он появился на свет. А за эти две недели он попросту стал ей родным. Она боялась даже думать о том, как будет отдавать его сестре и ее мужу. Эта перспектива была настолько печальной, что Фиби отгоняла эти мысли прочь. «Я подумаю об этом завтра». Слова из известного фильма стали ей чем-то вроде девиза.

Лео поднялся, потянул руки, расправил плечи. Топор на земле упирался ему в бедро.

– Я готов, – сказал он. – Где твоя елка?

– Ее еще нужно выбрать.

– Это самый большой в мире елочный базар. Смотри, какой выбор! Как тебе вон та? – Он указал пальцем на пушистую елку высотой около полутора метров.

– Слишком маленькая.

Лео взял ее за руку и повел по тропинке.

– Ни одна не удовлетворяет твоим требованиям? – спросил он.

Оба они были в зимней одежде и теплых перчатках. Но Фиби могла поклясться, что чувствует тепло его пальцев. Родись Лео лет двести назад, он бы работал от заката до рассвета, чтобы прокормить семью. А ночью занимался бы любовью с женой до ее полного изнеможения. На подстилке возле камина. По крайней мере, ей казалось, что было бы именно так. Она мечтала оказаться на месте этой женщины.

Ей вдруг стало жарко, и она сняла перчатки и шарф. Слишком живо рисовались в голове эти картинки. Лео-строитель, Лео-охотник, Лео – кормилец семьи. Только сейчас Фиби поняла, что надела слишком много всего. День выдался на удивление теплым. А разыгравшееся воображение лишь поднимало температуру тела.

Она надеялась, что румянец на ее щеках и шее останется незамеченным.

– Подожди секунду.

Фиби изобразила живой интерес и подошла к одной из елок. Вдохнув свежий запах хвои, она воскликнула:

– Вот эта!

За спиной стоял Лео, такой высокий и горячий.

– Как я и говорил, – ухмыльнулся он. – Выбрала ту, что побольше. – С этими словами он положил руки ей на плечи и поцеловал в мочку уха, торчащую из-под шапки. – Но если ты так решила, я расчехляю топор.

Фиби кивнула, ноги ее дрожали.

– Спасибо.

Он аккуратно отвел ее в сторону.

– Отойдите еще чуть дальше, – скомандовал Лео. – Я не знаю, как далеко будут лететь щепки.

К тому моменту Тедди снова уснул, его щеки горели румянцем. Фиби обвила мальчика руками, когда Лео нанес по низу ствола несколько пробных ударов.

Странно, что женщин возбуждает эта первобытная демонстрация силы. Но когда Лео занес над головой топор и вонзил глубоко в ствол, Фиби едва не лишилась чувств.

Лео был настроен решительно. Он хотел доставить Фиби радость. Но ствол этой елки слишком крупный, во что его можно воткнуть? Разве что засыпать в ведро щебенки. Однако это задача номер два. А задача номер один – повалить дерево и дотащить домой.

На пятом ударе Лео почувствовал боль в груди. Такую резкую и неожиданную, что он на секунду замер. И этой секунды оказалось достаточно, чтобы топор попал мимо цели. Одна из нижних раскидистых веток стала в два раза короче.

Фиби, стоявшая в пяти метрах сзади, окликнула его:

– Что там у тебя?

– Ничего, – отозвался он, ладонью вытирая лоб. Валить деревья оказалось работой не из легких. Зная, что Фиби на него смотрит, он занес топор и четыре раза подряд ударил в одно и то же место. Боль в груди исчезла. Наверное, просто мышца. Доктор неоднократно уверял, что его здоровью можно позавидовать. Главное, не волноваться и не перегружать себя работой.

Оставалось сделать один удар, но Лео просто навалился на ствол, и дерево упало само. Аромат хвои кружил голову, воскрешая забытые воспоминания из детства. Запах имеет сверхъестественную способность рушить временные и географические барьеры.

Поддавшись внезапной ностальгии, он повернулся к Фиби:

– Я рад, что ты привела меня сюда. В детстве я всегда хотел на Рождество живую елку. Но у мамы была аллергия, поэтому в доме всегда стояла искусственная. Хотя и красивая. У мамы был очень хороший вкус.

– А я рада, что ты рад, – ответила Фиби с чарующей улыбкой. Сквозь хвойные деревья солнечный луч падал ей на спадающие из-под шапки волосы, отчего они блестели черной сталью, как крылья ворона. Тедди спал у нее на груди. Лео задумался: что можно сказать о его собственной жизни, если он завидует этому малышу? Фиби уже машинально гладила мальчика по головке. Каждое ее движение красноречиво говорило о чистой и светлой любви к племяннику.

У Фиби должны быть свои дети. И муж. Эта мысль пришла как откровение, поразив его как будто без причины. Большинство женщин в возрасте Фиби стремятся завести семью. Возможно, она не из их числа. Иначе как бы она могла спрятаться от мира в этом глухом захолустье? И, в отличие от него самого, Фиби оказалась здесь по собственной воле. И навсегда.

Почему молодая, умная и красивая женщина выбирает жизнь в изоляции, где ближайшие соседи вот-вот разменяют вторую сотню лет? Когда она последний раз ходила на свидание? Все в ее жизни, казалось, лишено логики. При том, что, по ее словам, когда-то ей сулила блестящая карьера.

В небе стали сгущаться тучи, температура заметно упала.

Как и елка, которую теперь нужно было доволочить до дома. Фиби подошла к нему сзади и поцеловала в щеку. Малыш Тедди разделял их своим свернувшимся тельцем.

– Ты мой герой, – прошептала Фиби, чтобы не разбудить его. – Одна бы я ни за что не справилась.

– Рад быть полезным.

Ее слова приятно грели душу. Но уже следующая фраза заставила задуматься.

– Если мы рано пообедаем, то можем успеть все закончить и пораньше лечь спать.

– Пораньше лечь спать? – переспросил Лео. – Мне казалось, в наши планы не входит сон.

Он положил руку на шею Фиби, притянул к себе. Последовал медленный и долгий поцелуй. Ребенок не давал насладиться им полностью, но Лео не мог оторваться.

Фиби захлопала ресницами, отрываясь от его сладких губ.

– Как скажешь, – прошептала она.

Ему было приятно, что она не отстранилась от поцелуя. Еще приятнее была ее покорность. Она встала на цыпочки, и их губы снова сплелись и не разъединялись до тех пор, пока дрожь не стала сотрясать тело Лео.

– Господи, Фиби…

Она убрала локон волос ему за ухо. Ее пальцы такие теплые на его холодной коже.

– Что-то не так, мистер Кавалло?

– Все так. Все слишком так.

– Тогда есть предложение скорее вернуться.

Теперь у каждого была своя ноша. Фиби по-прежнему несла малыша, а Лео тащил за собой огромную елку. Он тянул ее за ствол прямо у места сруба. Так было удобнее. Он шел по краю дорожки, где нет камней, чтобы не повредить ветки. Когда они наконец добрались до пункта назначения, Лео едва мог дышать.

– Боже, эта штука весит не меньше тонны.

Фиби обернулась через плечо, дразня его своей улыбкой:

– Лео, я видела твои бицепсы. Уверена, что ты мог нести ее на руках, а не волочить за собой. – Она распахнула входную дверь. – Я уже подготовила место у камина. Позови, если надо помочь.

Фиби уже забыла, что в жизни бывают столь насыщенные дни. Лео был настоящим атлетом. Срубить и дотащить до дома выбранную ею елку – задание не из легких. Но он не жаловался. Более того, Лео как будто гордился тем, что выполнил поставленную задачу.

Все оставшееся время Фиби без зазрения совести использовала Тедди как живой щит. И дело не в том, что ей не хотелось оставаться один на один с Лео. Но поддаваться каждый раз его гипнотическому воздействию, буквально терять рассудок от желания отдаться ему на первой горизонтальной поверхности, когда тебе нужно ухаживать за ребенком, – это некрасиво по отношению и к малышу, и к его маме.

Будь это их общий ребенок, наверное, было бы по-другому. Тогда они бы переглядывались незаметно для малыша, обмениваясь улыбками и влюбленными взглядами, вспоминая ночь, в которую был зачат этот драгоценный комочек счастья.

Фиби вспомнила, как подрабатывала нянькой в старших классах. Тогда к ней то и дело заезжал тогдашний бойфренд, отрывая от обязанностей на полчаса, а то и на час. Однажды родители ребенка уехали на пару ночей, и все две ночи тот парень провел с ней. Ей тогда было шестнадцать.

Почти столько, сколько минуло с тех пор. А Фиби вновь испытывала те же чувства.

К счастью, Тедди пребывал в прекрасном настроении. Он играл и что-то бормотал, пристегнутый ремнем к высокому креслу с выдвижным столиком. А значит, Фиби могла спокойно приготовить ужин. Благодаря приятелю Лео выбор в холодильнике был огромен. Несколько видов куриц, салат из шпината, море фруктов на десерт. Такое положение дел со временем избалует любую хозяйку. Со временем – да, а значит, Фиби не стоит волноваться. Присутствие Лео в ее доме – явление временное.

После долгих мучений, борьбы и невзначай оброненных бранных слов Лео наконец был удовлетворен результатом – красавица-елка стояла идеально ровно, прочно закрепленная в ведре со щебнем.

Поменяв Тедди подгузник, Фиби накрыла на стол.

– Быстрее, пока не остыло, – позвала она Лео.

Лео упал на стул, облегченно вздыхая:

– Я так хочу есть, что проглотил бы и холодное.

Фиби кормила Тедди из бутылочки. По окончании ужина она передала мальчика Лео:

– Если тебе не сложно, поиграй с ним немного. Я хочу помыть кухню, а потом нарядим елку.

Тень смущения мелькнула у Лео на лице.

– Что касается детей, то тут я больше наблюдатель. Не думаю, что им нравится моя компания.

– Лео, не говори глупостей. К тому же ты обещал мне помогать. Или опять забыл?

Вместо ответа Лео вышел в коридор и вернулся в куртке:

– Буфорд сказал, ночью будет снегопад. Лучше я принесу дров из сарая и порублю их у крыльца. Если старик прав, твоих запасов нам не хватит.

Прежде чем Фиби успела возразить, он надел шапку и был таков.

Вместе с ним исчез и праздничный настрой. Ей хотелось, чтобы Лео любил малыша так же, как она. Но, наверное, это глупо. У него своя семья, брат, невестка, племянники и дедушка. К тому же он четко дал понять, что не хочет иметь детей. Действительно, есть же такие люди, у которых дети не вызывают никаких эмоций.

С этим просто нужно смириться, но все же Фиби не могла скрыть разочарования. Лео такой добрый и участливый. По нему никак не скажешь, что он не любит детей. Для каждого, кто его знает, эта черта характера будет неожиданностью.

Она снова пристегнула Тедди к высокому креслу.

– Прости, малыш. Похоже, сегодня тобой некому заняться. Но я буду быстрой как ракета, а потом обещаю почитать тебе книжку. По рукам?

Тедди потянул в рот свободную ленту ремня. При этом он так мило кряхтел и чмокал, что Фиби не сразу смогла приступить к уборке. Неужели и сейчас Лео смог бы просто надеть куртку и выйти?

Этот вечер как мост в неизвестность. Фиби созрела и была настроена решительно. Она хотела Лео и была готова с ним переспать. Но ее тревожило, что будет потом. Переехав жить в горы, она привыкла к одиночеству. А став любовницей Лео, она может снова вернуться в ту точку, от которой так стремительно и долго уходила. Что будет, когда он уедет? Ведь он обязательно уедет, сомневаться в этом не приходилось. Как она переживет, что снова осталась одна в этом грустном, мрачном месте?

Вопросы оставались без ответов, но решение уже было принято. Лео Кавалло станет ей подарком на Рождество.

Глава 12

Совет Буфарда Лео воспринял со всей серьезностью и теперь переносил по пять-шесть тяжелых поленьев зараз. И все же истинной причиной его ухода было то, что он не мог находиться рядом с Фиби. Это превратилось в настоящую пытку. Она говорит ему «как скажешь» и потом как ни в чем не бывало готовит ужин, играет с Тедди, убирается. Нет, он не мог похвастать таким самообладанием.

Убирая что-то в духовку, она нагнулась, и джинсы обтянули ее крепкие круглые ягодицы, по форме и размеру идеально подходящие под его ладони. Не говоря о том, что он уже видел ее голую грудь, и теперь эти кадры безостановочно прокручивались в голове, как заевшее кино для взрослых.

Днем он позвонил Люку, пожаловался на недоступность Сети и пообещал скоро быть на связи. Следующим утром ему доставят новый телефон, установят спутниковый Интернет. Значит, завтра он будет оснащен всем необходимым и сможет вернуться в привычный жизненный ритм.

Если бы эту новость ему сообщили вчера, он бы запрыгал от счастья. Как ни странно, сегодня от этого было совсем не радостно. Сейчас Лео не мог думать ни о чем, кроме Фиби.

Когда возле крыльца выстроилась целая поленница, он понял, что нужно зайти внутрь. Хотя бы из приличия. В горле его пересохло, сердце стучало быстрее, чем когда он носил тяжелые дрова. Но самой большой проблемой была не проходящая эрекция. От желания секса с Фиби он уже чувствовал физическую боль.

Лео успокаивал себя тем, что его мечта реализуется совсем скоро. Оставалось как-то дожить этот вечер. А с такой эрекцией в штанах это было просто невозможно. В венах вместо крови бурлил сплошной тестостерон. Надо как-то взять себя в руки.

Скоро Фиби будет его. Она недвусмысленно дала это понять. Еще несколько часов, и он получит все, чего так отчаянно желал.

Фиби дотащила переносную кроватку в гостиную, поставила возле камина рядом с елкой. Хотелось надеяться, что процесс украшения елки завладеет вниманием Тедди. Малышу поменяли подгузник, он хорошо покушал и теперь жевал любимую игрушку для режущихся зубов.

Когда Лео открыл входную дверь, Фиби ощутила не только холод с улицы, но и удар изнутри. Все это время она давала себе наставления быть спокойной. Он не должен знать, как ее волнует предстоящая ночь. Чувства предвкушения и страха сменялись в ней с равной силой.

Ни разу в жизни Фиби не была с мужчиной, которого так мало знала. И еще она никогда не занималась сексом ради секса. А теперь ни она, ни Лео даже не делали вид, что это нечто большее. Никаких признаний и планов на будущее.

Просто секс.

Но умаляет ли это ее чувства к нему?

Фиби смотрела, как он снимает куртку, стягивает ботинки. Она видела его глаза – глаза хищника, завидевшего жертву. Дрожь пробежала по ее спине. Его шарм, его аура искушали Фиби не меньше, чем его крепкое, мускулистое тело.

Она облизнула губы, закусила нижнюю губу:

– На плите горячий шоколад, если хочешь. С холода как раз то что надо.

Лео потер ладони, щеки его горели от холода.

– Спасибо.

Фиби была уверена, Лео гложут те же чувства, что и ее. Осознание этого электрическим током ударило по всем нервным окончаниям в ее теле. Он так же не знает, что будет. Он так же боится и предвкушает этот сладкий момент.

Фиби ждала, что Лео сядет на излюбленную кушетку. Вместо этого он слонялся по кухне, потягивая из кружки горячий шоколад.

– Буду благодарна, если поможешь мне с гирляндой, – попросила Фиби. – Мне не хватает рук.

– Не хватает рук? А если бы ты была здесь одна?

Фиби вздохнула. Опять этот разговор.

– Значит, пришлось бы обойтись без гирлянды. Хотя что это за елка без гирлянды?

Лео наконец присоединился к ней возле елки. Теперь он казался более расслабленным.

– Сейчас продаются елки с уже встроенными огоньками, – сказал он.

– Это не то, – отмахнулась Фиби. – Представь свою радость, когда мы нарядим ее до конца. Сами. Это такое удовлетворение!

Лео взялся за середину ее косы, его пальцы коснулись шеи Фиби.

– До удовлетворения мне еще далеко, – томно произнес он.

Она чувствовала его горячее дыхание на щеке и сладкий запах шоколада. Ей стоило лишь чуть повернуть голову, чтобы их губы сомкнулись.

Фиби невольно закрыла глаза, ее тело вдруг ослабло от желания. Наконец, набравшись смелости и взглянув Лео в лицо, она увидела на нем ухмылку. Он наслаждался ее смущением.

– Побеждает тот, кто умеет ждать, – прошептала Фиби. Поддаваясь искушению, она скользнула рукой по его груди и крепкому торсу, остановившись прямо над бляшкой ремня.

Резко вдохнув в себя воздух, он опустил руки ей на плечи:

– Фиби…

– Что – Фиби?

Она играла с краем его рубашки, задирала ее, трогала пальцами его голое тело. Она дразнила его с нескрываемым наслаждением, словно это было любимым занятием в ее жизни. Заметив шевеление в его штанах, Фиби сделала шаг вперед. Теперь их тела прижались друг к другу вплотную, от груди до колен. Она положила голову ему на грудь, слыша его ровное, но учащенное сердцебиение.

Фиби чувствовала его эрекцию, такую полную и тяжелую. Она так долго жила без простых человеческих радостей, что теперь боялась снова оступиться. Но один урок она усвоила навсегда. Как бы сильно ты ни ошибся, как бы долго ни переживал последствия, жизнь продолжается.

И сейчас здесь с Лео она жила. Чувствовала. Хотела. С появлением Тедди ее чувства стали оттаивать. И закипели с новой силой, когда приехал Лео. Еще полгода назад она бы не осмелилась поддаться ни одному из своих желаний.

А сейчас пережитое горе как будто осталось на предыдущей странице, в прошлом. Ее сердце снова наполняла радость оттого, что Фиби Кемпер, которую она когда-то знала, все еще жива. Как извилист был этот путь. Она и подумать не могла, что превращение в себя прошлую может быть настолько приятным.

Сейчас она готова идти вперед. Вместе с Лео.

Но внезапно Лео сделал шаг в сторону:

– Давай уже повесим эту чертову гирлянду.

Лео едва владел собой, в его голове кружилась карусель из тысяч мыслей, а тело разрывали желания. На его счастье, Фиби была педантичной особой, и украшение елки для нее оказалось важнее, чем он думал. Прежде чем всучить ему гирлянды, она проверила их на наличие узлов, поправила каждую покосившуюся лампочку. Наконец он мог отвлечься на развешивание гирлянд по пушистым елочным веткам. Фиби стояла рядом на табуретке, украшая елку игрушками, отбраковывая разбитые и то и дело напевая песенки для Тедди. Одну из них Лео узнал. Это известный хит с ранних альбомов Мэрайи Кэри. Но только сейчас ему открылся смысл этих простых слов.

Есть подарки, которые ты будешь помнить всю жизнь. Для него таким подарком стала Фиби. Когда человек богат и может купить все что хочет, обмен подарками теряет изначальный посыл. Лео всегда щедро одаривал своих коллег и подчиненных. С Люком они хорошо понимали друг друга и знали, чем друг друга можно удивить. Подарок – это прежде всего проявление любви и заботы.

Вот о чем Лео успел позабыть. Во главе всех праздничных подарков стоит любовь.

Но развивать эту мысль почему-то не хотелось. Не может быть, чтобы человек его возраста, достатка и опыта поверил в любовь с первого взгляда. Инфаркт стал последней каплей – тогда он окончательно убедился, что в мире нет ничего постоянного, и ты не можешь знать, что будет с тобой завтра.

Но сейчас рядом с ним была Фиби. Накануне Рождества. И от желания обладать ею тряслись руки. А значит, философия подождет. Сейчас нужно действовать.

Уложив на ветку кончик последней гирлянды, он наконец присел на заставленную коробками кушетку. Здесь же лежала маленькая закрытая зеленая коробочка. Раньше Лео ее не видел. На ней была выгравирована лошадка, а под ней надпись: «С первым Рождеством, малыш». И дата. Несколько лет назад.

Сердце Лео сжалось в комок.

Он поднял глаза и увидел побледневшую Фиби. Она смотрела на коробочку в его руках. Проклиная себя, что не спрятал ее сразу, он вскочил с кушетки, не зная, что сказать. Десятки догадок пронеслись в голове. Самой логичной казалась одна.

Глаза Фиби потемнели от боли, слезы хлынули из них рекой. Казалось, она даже не понимает, что плачет. Она словно окаменела. Так бывает перед лицом опасности, когда замираешь и не знаешь, куда бежать.

Лео медленно подошел к ней, протянул руки, обнял:

– Фиби, дорогая, что случилось?

В ее глазах читалось непонимание. Ладонью правой руки она вытерла мокрые щеки.

– Покажи мне ее, – прошептала она, делая шаг к кушетке.

Лео преградил ей дорогу, зажал в руках ее заплаканное лицо.

– Нет. Нельзя. Ты вся дрожишь.

Он прижал ее к себе так крепко, как только мог. Своей силой он хотел остановить дрожь, сотрясающую ее тело.

Фиби не шевелилась, натянутая как струна. Она не прижималась к нему, не принимала его успокоений. Лео как будто обнимал холодную статую. Наконец он отпустил ее, сделал шаг и посмотрел ей в глаза:

– Я налью тебе выпить.

– Нет, – закачала головой Фиби.

Лео достал из кармана платок и протянул ей. Он не знал, станет ли ей легче, если она все расскажет сейчас. Напряженность момента усилилась, когда раздался детский крик.

Фиби не сразу поняла, что этот крик реален.

– О, Тедди, это ты… – проговорила она. – Прости, мы совсем про тебя забыли.

Она поднесла малыша к лицу, поцеловала и вновь залилась слезами.

– Тебе пора спать, да? Не волнуйся, малыш, тетя Фиби тебя уложит.

Лео хотел забрать у нее мальчика:

– Фиби, тебе лучше сесть.

Он был уверен, что у нее шок. Руки Фиби были ледяными, губы посинели.

Фиби прижала малыша к себе:

– Нет. Ты не любишь детей. Я справлюсь.

Лео был поражен, когда ее глаза вспыхнули злобой.

– Я такого не говорил, – кротко сказал он, словно успокаивая испуганное животное. – Позволь мне помочь.

Игнорируя его, Фиби вышла из комнаты. Лео пошел за ней по коридору до самой детской. Впервые дверь в детскую была открыта. Фиби всегда заходила туда через свою спальню.

Она положила мальчика на столик для переодеваний и встала рядом. Лео понимал: она не знает, что делать дальше.

Тогда он тихонько протянул руку к пижамке, висящей на вешалке у двери. Из желтой пластмассовой корзинки под столиком торчала пачка подгузников. Лео на цыпочках подошел к малышу и принялся снимать с него одежду. Ей, казалось, не было конца. Тедди кряхтел и доверчиво ему улыбался. Наконец малыш лежал перед ними голенький. Его кожа была такой мягкой, а ручки и ножки – пухлыми, но крепкими.

Смена подгузника требовала смекалки, но Лео быстро понял логику.

Фиби не шевелилась. Она вцепилась в узорчатый край деревянного столика. Вцепилась так сильно, что фаланги ее пальцев побелели.

Лео застегнул подгузник, проверил, прочно ли тот прилегает к телу малыша, и снял с плеча пижамку. Казалось, нет никакой разницы между пижамой и теми костюмами, что мальчик носил днем. Но разница, видимо, была.

Лишь с третьей попытки ему удалось облачить Тедди в этот ночной комбинезон. Фиби стояла рядом, словно не видя происходящего. Взяв малыша в одну руку, Лео вывел ее из комнаты.

– Помоги мне с бутылкой, – нежно сказал он, надеясь, что его слышат.

Фиби кивнула.

В кухне он усадил ее в кресло. Сев перед ней на колени, он подождал, пока Фиби поднимет на него взгляд.

– Ты в состоянии держать племянника?

Она взяла маленький живой комочек, и слезы снова хлынули из ее глаз.

– Есть готовая бутылочка, – еле слышно проговорила она. – Поставь ее в кастрюлю с горячей водой, пусть нагреется.

Лео несколько раз видел, как она это делает, поэтому легко справился с заданием. Когда все было готово, он вновь посмотрел на Фиби. Она крепко сжимала Тедди в руках. Не стоило опасаться, что ребенок может упасть. Вот только разговаривать с мальчиком она прекратила.

Лео положил руку ей на плечо:

– Покормишь сама или доверишься мне? Я с радостью попробую.

Вопрос повис в воздухе на долгие секунды. Затем Фиби резко встала, протягивая ему Тедди:

– Покорми ты. Я пойду к себе.

Лео схватил ее за запястье:

– Ты никуда не пойдешь. А посидишь здесь со мной и малышом.

Глава 13

Фиби была слишком истощена, чтобы сопротивляться. Лео смотрел на нее добрым взглядом, в то же время не терпящим возражений. Она последовала за ним в гостиную, где села на пол, поджав под себя ноги. Лео с Тедди на руках присел рядом с ней. Лео поднес ему бутылочку, и мальчик послушно обхватил ее губками, словно Лео кормил его каждый день.

В камине еще плясали огни костра, Лео от души набросал в него дров. Но Фиби дрожала от холода. Стиснув зубы, чтобы те не стучали, она хотела было встать за шубой. Но идти к входу так далеко. Она попросту не дойдет туда на своих ватных ногах.

Стараясь отвлечься от мыслей, Фиби краем глаза смотрела на Лео. Они словно сошли с картины неизвестного художника: широкоплечий силач кормит крохотного младенца. Несмотря на отсутствие опыта, Лео справлялся с задачей на «отлично». Тедди крепко сидел в его сильных руках, а Лео то и дело поправлял бутылочку, чтобы мальчику было удобнее.

Сразу за ними – оставленные украшения. Все, кроме зеленой коробочки. Должно быть, он спрятал ее куда-то. Фиби прекрасно помнила день, когда купила ее. Выйдя от врача, она поспешила на работу, но по дороге зашла перекусить. Нужно было что-то делать с нахлынувшей эйфорией.

Стоял сентябрь, но рождественские магазины потихоньку открывались один за другим. В первом из них внимание Фиби привлекли разложенные на столе украшения. Не помня себя от счастья, она схватила первое из них и направилась к кассе.

Она подавляла в себе воспоминания того дня. Вплоть до этого вечера. Теперь она не могла поверить, что прошло уже три года.

Лео положил руку ей на плечо, притянул к себе.

– Прижмись ко мне, – сказал он.

Фиби покорилась. Запах его геля после бритья уже привычно ударил в нос. Пламя камина и горячее тело Лео наконец стали согревать ее. Она закрыла глаза. Боль не отступала, но уже получалось думать о чем-то другом. Как наивно было думать, что уединение в лесах вычеркнет из воспоминаний тот страшный период.

Глаза Тедди закрывались, бутылочку он допил до конца. Лео вытер ему ротик платком, затем положил руку на колено Фиби:

– Ты не против, если я уложу его?

– Я сама, – отрезала она, впрочем, сомневаясь в том, что может хотя бы встать.

Лео схватил ее за руку:

– Не нужно. Я скоро вернусь.

Время в его отсутствие прошло незаметно. Фиби не помнила, как поднялась с пола и стала расхаживать по кухне. Прошло еще несколько минут, и Лео предложил ей кружку какао.

Когда оба сели на кушетку, Лео улыбнулся.

– У тебя усики, – игриво проговорил он, убирая пальцем полоску какао у нее над губой.

В душе Фиби нарастал комок раскаяния. Она сама испортила их романтический, сексуальный вечер.

Но Лео было как будто все равно. Он откинулся на спинку кушетки, вытянул вперед ноги и положил их на кофейный столик. Прижимая к груди горячую кружку, он искоса взглянул на Фиби:

– Расскажи мне, когда будешь готова.

Она кивнула, не отводя глаз от лопающихся в кружке пузырьков. Наверное, и впрямь настал час. Давно настал. Даже ее сестра не знала всех подробностей. Слишком сильна была боль, когда случилось непредсказуемое. Тогда Фиби едва не утонула в мутном океане печали и грусти.

Пытаться спастись сил не было. Единственное, что оставалось, – ждать, пока волны сами прибьют ее к берегу. Со временем боль утихнет, на смену ей придет принятие. Сегодня, оборачиваясь назад, она не знала, как пережила все это.

Лео поднялся, чтобы поправить в камине дрова и негромко включить музыку. Фиби только начала понимать, как тепло и уютно было с ним в ее доме. В ее жизни. А еще с ним было легко. Спокойно, когда хотелось тишины, и весело, когда душа требовала праздника.

Он снова сел на кушетку, укрыв их обоих шерстяным пледом.

– Его лучше сжечь, – сказал он с ухмылкой. – Ткань импортная, дешевая. Я подарю тебе плед в тысячу раз лучше и теплее.

– Я запишу его в свой список подарков. – Фиби даже смогла улыбнуться. – Прости, что сорвалась на тебе.

– Мы все срываемся на ком-то, – вздохнул Лео. – Такова уж человеческая натура.

Как будто ничего не случилось. Его терпению можно позавидовать.

– Ты просил рассказать, – начала было Фиби.

– Поверь, тебе и самой станет легче. Печаль нельзя держать внутри, важно выговориться. Когда погибли родители, нас с Люком успокаивал дедушка. Если честно, он настоящий тиран. Считал и считает, что мужчина не должен показывать свою слабость. Но тогда даже он просил нас не сдерживать эмоций. Как это было мудро с его стороны.

– Помогло?

– На какое-то время. У нас был переходный возраст, трудный период. Еще не мужчины, уже не мальчики. Было сложно признать, что мир вокруг нас рухнул в мгновение ока. – Лео покачал головой. Под пледом их пальцы соединились. Тогда он поднес к губам ее руку и нежно поцеловал. – Расскажи мне о ребенке.

Жгучие слезы выступили на глазах Фиби. Не только потому, что ей было грустно. Просто впервые кто-то искренне хотел ее выслушать.

– Тогда я начну с самого начала, если не возражаешь.

Лео поцеловал ей пальцы и приложил руку Фиби к своей груди. Его тепло даже через одежду грело и успокаивало.

– Я говорила, что была биржевым брокером в Шарлотте.

– Так.

– У меня все получалось, успех сопутствовал мне. Нас было семь человек, и конкуренция между нами была жесткой. Клиенты часто выбирали меня, потому что со мной они не чувствовали себя дураками, которые просто заработали денег и теперь не знают, что с ними делать.

– Я с трудом могу представить, что та Фиби теперь сама себе печет хлеб.

Тонкое замечание Лео заставило ее улыбнуться.

– Я тоже. А тогда мне хотелось достичь в профессии всех вершин. Я была настроена на финансовый успех и независимость.

– Возможно, смерть родителей лишила тебя уверенности в завтрашнем дне.

И снова в десятку.

– Ты не думал стать психологом? – спросила Фиби. – Люди выстраивались бы в очередь, чтобы услышать твои комментарии о себе.

– Это сарказм?

– Нисколько.

– С другими людьми я не так разговорчив, – признался Лео. – А с тобой у нас много общего. Но, кажется, ты не закончила.

Фиби кивнула и откашлялась, но подступивший к горлу ком не исчез.

– У меня был жених, – продолжила она. – Тоже брокер. Я думала, мы с ним команда. Как в профессиональном, так и в личном плане. Оказалось, я была слишком наивной.

– Что случилось?

Фиби тяжело вздохнула. Бередить старые раны всегда тяжело.

– Через год мы хотели пожениться. А осенью я узнала о своей беременности.

– Предполагаю, внеплановой?

– Конечно нет, – покачала головой Фиби. – Тогда мне вообще казалось, что рожают ближе к старости. В общем, мы с Риком подумали… и решили, что ребенок – это счастье. Счастье, к которому мы не были готовы, но которому решили открыться.

– И тогда вы назначили дату свадьбы?

– Еще нет. Мы посчитали нужным подождать. Мы никому ничего не говорили. Хотели сначала узнать пол ребенка, а уж потом рассказать родственникам и коллегам. Но вдруг Рик стал настаивать, что моя работа вредит здоровью малыша.

– Почему? – удивился Лео. – Я думал, работа брокера не требует физических усилий.

– Это так. Но Рик уверял меня, что на работе я много волнуюсь. Мол, стрессы вредны будущим мамам. Поначалу я не понимала, что стоит за его словами.

– А потом?

– Выяснилось, он хотел стать главным игроком в компании. А для этого нужно было избавиться от меня.

– Да уж, – выдохнул Лео.

Фиби ухмыльнулась:

– Для меня это было ударом. В тот вечер мы сильно поссорились. Он не нашел в себе смелости признать свою ошибку и во всем обвинял меня. Говорил, что для меня работа на первом месте и мне плевать на ребенка. Я назвала его свиньей. С того дня все пошло под откос.

– Ты решила не подавать заявление?

– Нет, – ответила Фиби. – Я решила, что у ребенка должен быть отец. Пусть даже такой урод. Я пыталась идти на компромиссы, постоянно сглаживала углы. Но с каждым днем наши отношения ухудшались.

– И тогда ты сделала аборт?

В вопросе Лео не было ни нотки осуждения. Скорее сопереживание.

Фиби с трудом сглотнула. Не так давно отступившая дрожь возвращалась.

– Нет. Тогда я уже хотела ребенка. Наперекор всему. Я была на четвертом месяце, когда…

Хлынувшие слезы не дали ей договорить. Лео обхватил ее плечи рукой, притянул к себе:

– Что тогда случилось, Фиби?

Она пожалела, что закрыла глаза. Картины того дня слишком живо встали перед глазами.

– Однажды у меня пошла кровь, когда я была на работе. Сильное кровотечение. Меня увезли в больницу. Но ребенка спасти не смогли. – Фиби зажала руками глаза. – Я помню, как лежала на койке, трогала свой опустевший живот и понимала, что Рик оказался прав.

– Но ты была молода и здорова, – возразил Лео. – Не вижу смысла, почему тебе не стоило ходить на работу.

– Так говорил и доктор. Он меня успокаивал, но мне это было ненужно. Я и так была спокойна. Просто мне было холодно. Холодно внутри.

Фиби уже не плакала. Печаль отступила, пришла пустота. Сухое, бесцветное чувство потери.

Ее щека была прижата к груди Лео. Он крепко обнимал ее, передавая без слов свое сочувствие и желание успокоить ее. Волосы ниспадали ей на лицо.

– Фиби, мне очень жаль.

Она пожала плечами:

– Я струсила. Не смогла стерпеть, что все смотрят на меня и жалеют. А работать с Риком в одной компании я уже не могла. Начальник с удовольствием уволил бы его и оставил меня. Но нельзя уволить человека просто за то, что он эгоистичный подонок.

– Я бы уволил, – не без злобы проговорил Лео. – У вашего начальника слишком мягкий характер. Что же касается тебя, Фиби, то ты специалист высокой квалификации. Если бы ты осталась в компании, то легче пережила бы потерю. Работа отвлекает от мрачных мыслей, а это полезно.

– Врач говорил мне и это. Но я решила, что, работая нон-стоп, попросту предала своего ребенка.

Лео обнял ее сильнее:

– Господи, Фиби, так думать неразумно.

– В нашей семье до сих пор идут жаркие споры. Кто-то считает, что женщина должна работать, остальные – что женщина хранительница домашнего очага. Каждый раз это заканчивается руганью и переходом на личности. Господи, как будто одно и впрямь лучше другого.

– Я скажу тебе так. Мое мнение, что женщины работают по разным причинам. Самореализация. Интерес в своем деле. И иногда нужда заработать на хлеб.

Фиби закачала головой:

– Ты говоришь о золотой середине. Когда-то я нашла ее. Но в жизни так не бывает. Жизнь проходит незаметно, понимаешь? В сутках всего двадцать четыре часа, и обязательно придет такой момент, когда женщина не сможет совмещать работу и дом.

– Если я правильно понял, на работу ты больше не выйдешь. Несмотря на свой талант и опыт, так?

– Я уже хочу семью, Лео. Хочу жить спокойной жизнью обычной женщины, что в этом плохого?

– Но откуда возьмется семья, если ты переехала в эту глушь? Фиби, ты занимаешься не своим делом. А нянчить ребенка сестры – это лишь уход из ситуации.

– Мне кажется, я еще не готова. Понимаю, что так можно говорить всю жизнь, но… Я не могу найти себя, я в поиске. Надеюсь, этот поиск приведет меня к золотой середине.

– Фиби, нам всем нужно жить в реальном мире. Лучший опыт приходит из ошибок.

– Это самое печальное.

– Совсем нет. Тебе просто надо снова поверить в себя.

– А если снова неудача?

– Встанешь, отряхнешься и снова начнешь сначала.

Глава 14

Состояние Фиби беспокоило Лео сильнее, чем он того хотел. Из всего следовало, что в критической ситуации она даст фору любому мужчине. В том числе и ему. И теперь было очевидно: Фиби любила свою работу. Несмотря на жесткую конкуренцию. А может быть, и из-за нее.

Хорошо, что ей хватило финансовых ресурсов на длительное уединение. Но как понять, когда пришло время покинуть домик в горах? Или она и впрямь решила жить здесь вечно? Фиби уже доказала умение быть независимой. В ее глазах, как и в ее доме, Лео видел спокойствие. Так не настал ли час найти свое счастье и обзавестись наконец семьей?

Играя с ее волосами, Лео снял резинку, которой была затянута коса. Аккуратно он вытянул черные локоны ее волос вдоль спины. Было сложно обнимать Фиби как друга, а не как любовницу.

Итак, она считала себя трусом, что было далеко от правды. Забеременев на волне успеха, зная, что ребенок положит конец карьерному росту, она не сделала аборт. А поняв, что жених ее предал, Фиби была готова жить с ним ради счастья малыша.

Это заслуживало восхищения.

Глаза Фиби были закрыты, она размеренно дышала. День выдался долгим, насыщенным и слишком эмоциональным. Очередной день, не приведший ни к чему. Как бы крепко ни спал Тедди, Фиби была не в настроении для любовных утех. Были бы они слаженной парой, секс мог бы успокоить ее. Но с новым партнером все по-другому.

Лео приподнял ее на руках, чтобы отнести в кровать. Фиби открыла глаза – такие же большие и красивые, хоть и слегка покрасневшие.

– Что ты делаешь?

– Тебе пора в постель, – сказал он, как будто это было и впрямь непонятно. – Одной.

Фиби замотала головой, лицо ее выражало решительность.

– Я буду спать здесь, чтобы видеть елку. Возьму в детской монитор и лягу здесь. Ты можешь идти, я в порядке.

Лео наклонился, кончики их носов соприкоснулись. Как бы он ни хотел поцеловать ее, но момент был явно не подходящим.

– Нет уж, я останусь с тобой.

С этими словами он направился к себе в комнату за одеялами и подушкой. Ковер возле камина подойдет ему в роли кровати. Тем более что так удобнее подбрасывать дрова. Лео почистил зубы и переоделся в пижаму.

Когда он вернулся, Фиби успела сделать все то же самое. Но вместо вязаной пижамы сейчас на ней был ночной халат со стоячим воротником. Халат был цвета слоновой кости с красными линиями, идущими от шеи до подола. Старомодный дизайн мог сделать из сексуальной Фиби Кемпер целомудренную монашку.

Если бы не спадающие на плечи волосы. И не горящие черным глаза.

Единственный вопрос занимал сейчас Лео: есть ли под этим халатом трусики?

Чего она хотела добиться этим допотопным халатом? Отпугнуть его, захоронить его желание? Что ж, тогда она плохо знает мужчин. Чем сильнее забаррикадирован замок, тем отчаяннее бьется рыцарь.

Фиби прижала к груди подушку, щеки ее раскраснелись.

– Я правда в порядке. Ты можешь идти к себе, если хочешь.

– А если не хочу?

Слова прозвучали жестче, чем Лео рассчитывал.

Глаза Фиби округлились, а он мог поклясться, что видит бугорки ее сосков, проступающие через ткань халата. Фиби облизнула губы:

– Ты очень заботлив со мной, Лео. Прости, что вечер пошел не по плану. Но, может, это к лучшему. Наверное, мы и впрямь слишком торопим события.

– Ты меня не хочешь?

Лео не знал, зачем задал этот вопрос. Ведь так он лишь раскрывает ей силу своего желания.

Фиби опустила глаза:

– Я не знаю. То есть хочу. Разумеется, хочу. Мне кажется, ты и сам это видишь. Но мы не…

– Мы не что?

Он выхватил у нее подушку и швырнул на кушетку. Вновь сжимать ее в своих объятиях – разве это не самое естественное, что он мог сделать сейчас? Казалось, он и так хотел этого всю жизнь.

– Надо быть дураком, чтобы склонять тебя к сексу сегодня, – практически прохрипел Лео. – После всего того, что случилось за этот день. Но имей в виду, ты будешь моей. Не важно, сколько мне придется ждать.

Его руки скользнули ниже спины Фиби, крепко сжали ягодицы. Теперь он точно знал, что на ней нет трусиков.

Окажи она хоть какое-то сопротивление, Лео бы отступил. Но она таяла в его руках, тело ее было таким теплым и мягким, таким безошибочно женственным под этим толстым нелепым халатом. К его удивлению, пальцы Фиби вдруг оказались под кашемировой рубашкой на его голой груди. В считаные секунды он возбудился до предела. Голос застыл в горле. Он знал: сказать что-то сейчас, значит, все испортить.

Ладонь Фиби лежала прямо у него на сердце, словно она хотела сосчитать удары. Что ж, значит, она слышит, с какой скоростью бьется это сердце. А чувствует ли она эту твердость в его штанах? Дыхание Лео сбилось, он с трудом сглотнул. Она сама не оставляет себе шансов. Несмотря на броню ее халата, самообладание Лео было на исходе.

Женщине в его объятиях тоже дышалось тяжело.

– Тебе лучше пойти к себе, – прошептала Фиби. – Пол здесь твердый, неудобный, ты не выспишься.

– Я попробую.

Лео отстранил ее от себя, надеясь, что это движение выглядело не так резко, как ему показалось. Повернувшись к Фиби спиной, он присел у камина и подбросил дров. После чего принялся раскладывать свое спартанское ложе.

Боковым зрением он видел, как Фиби накрыла кушетку простыней и одеялом, положила к ручке подушку. Затем она села на одеяло, сбросила тапочки и поджала под себя ноги. От взгляда Лео не укрылись ее обнаженные гладкие бедра. Господи боже.

Немного виски было бы как нельзя кстати. Но в холодильнике Фиби не было ничего крепче пива. Держась из последних сил, Лео встал и выключил в гостиной свет. Теперь лишь огонь и приглушенная радуга елочной гирлянды освещали комнату.

Лео проверил замок на входной двери, погасил свет в коридоре и в других комнатах. В гостиную он вернулся, только когда смог хоть немного перевести дух. Атмосфера здесь была пропитана любовью Фиби к Рождеству. Даже самый скупой на эмоции почувствовал бы это.

Спокойствие. Уют. Домашний очаг. Каждый, у кого есть глаза, мог это увидеть. В его шикарном кондоминиуме в Атланте никогда не было так уютно.

Глаза Фиби были закрыты, на губах – легкая улыбка. Она лежала как ребенок, подложив под щеку ладони. Лео не знал, спит ли она, или просто наслаждается запахом хвои, что они принесли из леса. Возможно, ее усыпил огонь в камине, трескучий и шипящий – такой же, каким его видели предыдущие поколения, сменявшие друг друга в этом доме.

Лео сразила внезапная усталость. Слишком напряжен он был последние часы, и теперь мышечное и моральное истощение давали о себе знать. Он постелил себе возле самого камина и теперь лежал на жестком полу. Пусть и не «Ритц-Карлтон», но грядущая ночь не оставила ему других вариантов. Не прошло и пяти минут, как он понял, что спать в одежде у камина невыносимо жарко.

Стянув рубашку и штаны, он сложил их рядом и, зевая, забрался под покрывало. Если бы месяц назад кто-то сказал ему, что вскоре он будет спать на твердом полу в трех метрах от желанной женщины, он бы рассмеялся. Впрочем, он рассмеялся бы и если б услышал, что в тридцать шесть лет переживет инфаркт.

Нужно сказать Фиби правду, почему он оказался здесь, в Смоки-Маунтинс… Она уже излила ему душу. Возможно, завтра представится случай, и он все ей расскажет. От такой перспективы становилось не по себе. Лео не любил признавать свою слабость. Так было всегда. Но гордость не должна препятствовать его отношениям с женщиной, которую он начинал уважать так же – а может, и больше, – как хотел ее.

Он повернулся на пушистом покрывале, пытаясь найти удобное положение. Чтобы успокоиться, хотелось удовлетворить себя. Рука сама тянулась обхватить крепкую эрекцию, но, учитывая близость Фиби, это было не лучшим решением. Казалось, прошло несколько часов перед тем, как он все-таки заснул.

Фиби дернулась и проснулась, сердце бешено стучалось в ответ на ускользающий из памяти сон. Потребовалось несколько секунд, чтоб понять, где она находится. Она взглянула на детский монитор. И облегченно выдохнула, увидев Тедди, который спал на своем обычном месте.

Уровень адреналина пошел на спад, и Фиби подняла глаза на настенные часы. Ровно два. Огонь в камине по-прежнему ярок, а значит, Лео недавно подбросил дров. В комнате было тепло и уютно. Несмотря на непривычное ложе и поздний час, Фиби чувствовала себя отдохнувшей и совсем не хотела спать.

Она приподняла голову от подушки – достаточно, чтобы увидеть Лео. Он лежал на спине, одна рука его вытянута в сторону, вторая закрывала ему глаза. Грудь обнажена, одеяло закрывает лишь ноги и торс. В свете камина его кожа казалась золотистой. И эти гладкие, крепкие мускулы. Ни один скульптор не упустил бы возможности увековечить эту мужскую красоту.

Желание пронеслось по венам, смывая остатки недавней печали. Бедра томительно терлись друг о друга. А между ними – теплая влага, признак готовности принять его в себя. После ее откровений Лео не стал пытаться овладеть ею.

Значит, инициативу проявит Фиби.

Убеждать себя, что связь с Лео Кавалло не является необходимостью, – это как поверить, что завтра солнце не встанет из-за гор. Она хотела его. И дрожала от силы этого желания. Прошли годы с тех пор, как она испытывала хотя бы малейший интерес к мужчине. Еще дольше она оставляла без внимания сексуальные позывы своего тела.

Будет глупо упустить сейчас шанс, который, возможно, никогда уже не выпадет. Лео не только сексуален физически, он очаровывал еще и как личность. Фиби тянула к нему сила, о существовании которой она раньше не знала. Некоторые вещи в жизни нельзя объяснить. В той прежней жизни, играя на бирже, Фиби часто полагалась на интуицию. И девять раз из десяти оказывалась права.

Но с Лео ставки слишком высоки. Разбитое сердце и горечь потери – вот самая вероятная перспектива на ближайшее будущее. Но игра стоила свеч. Не попытаться – значит, упустить подаренный судьбой шанс.

Боясь, что сможет передумать, Фиби поспешно скинула халат. Быть обнаженной казалось так стеснительно и странно, особенно посреди зимы. Слишком давно она не раздевалась при мужчине. Ни физически… ни эмоционально. Но настало время снова быть смелой. Пришел час вновь ощутить полноту жизни.

Фиби села на колени рядом с Лео, удивляясь красоте его крепкого, мускулистого тела. Его ночные шорты были низко опущены. Как и одеяло, укрывавшее сейчас лишь его ноги. Казалось, так просто взять кончики этих шорт и потянуть вниз. Но она не осмеливалась.

Вдруг он отвергнет Фиби, сославшись на ее стресс и неподходящее время? Или его желание так же сильно, как ее? Достаточно ли он хочет ее, чтобы забыть про предупредительные знаки судьбы и отдаться на волю вероятной катастрофе?

Выяснить можно лишь одним способом. Пальцы Фиби коснулись шелка, нагретого его теплой кожей. Она лишь слегка провела рукой по его шортам, как нечто большое в них зашевелилось и затвердело.

Глава 15

Наверное, это был самый приятный сон в жизни Лео. Ему снилось, что Фиби сидит рядом с ним на полу. Одной рукой она трогает сквозь шорты его эрегированный член, другой – гладит ему грудь, водит большим пальцем по соскам. Не просыпаясь, он застонал. Главное – не шевелиться, чтобы не спугнуть эту сладкую иллюзию.

Он чувствовал, как Фиби наклоняется над ним, ее волосы щекочут ему грудь, плечи, лицо. Вот она находит губами его рот. Ее поцелуй сладок и горяч. Она прикусывает его нижнюю губу. А он вздрагивает, будто в один момент в его легких закончился кислород. Будто вся кровь прильнула к его паху, он чувствует себя слабым, обессиленным. Грудь едва вздымается, всасывая остатки воздуха.

Сердце билось как двигатель гоночного болида в последнем заезде. В какой-то момент наслаждение сменилось холодным страхом. После инфаркта у него не было секса. Что бы ни говорили врачи, Лео сомневался в своей способности доставить удовольствие женщине. Так уж случилось, что теперь он доверял лишь своей руке. И реальная физическая связь пугала его.

Но ведь это только сон. А значит, не стоит волноваться. Ему даже стало смешно от собственной трусости. Все не важно, можно с лихвой отдаться эротической фантазии и насладиться ею до конца.

Вот Фиби медленно стягивает с него шорты. Они скользят по бедрам, по икрам ног. Мгновение спустя она встает на колени прямо над ним. Над его лицом. Она хочет, чтобы он сделал ей приятно ртом. Его язык проникает ей внутрь лона, он чувствует вкус ее терпкой теплой влаги. Ощущение реальности охватывает его в доли секунды. Все это как будто по-настоящему.

Он хватает ее за голые ягодицы, чтобы она не исчезла. Мозг еще отказывается верить в происходящее.

– Фиби…

Он был не в силах произнести больше. Сморгнув остатки сна, он поднял глаза вверх. И увидел ее голые полные груди, частично спрятанные под шелковыми черными волосами. А прямо над ним – ее красиво подстриженная промежность.

Фиби облизывает губы, она неуверенна и смущена.

– Прости, я не спросила разрешения, – виновато шепчет она.

– Поверь мне, дорогая. Нет в мире мужчины, который смог бы устоять.

Лео было приятно, что она проявила инициативу. Это означало, что он не одинок в своем страстном безумии. Он провел большим пальцем по влажной полоске между ее розовых идеальных губ. А когда тот же палец нажал на маленький бугорок повыше, Фиби застонала.

Он ввел два пальца туда, где она была так влажна и горяча. О боже. Порыв войти в нее в ту же секунду был непреодолим, но еще сильнее – желание доставить удовольствие этой чудесной женщине. Заставить ее гореть и кричать, изрезаться об острую бритву оргазма. На грани которого Лео уже находился сам.

– Убери волосы на спину, – сказал он тоном, не терпящим возражений.

Фиби послушалась.

– Скрести руки за спиной.

Секунда колебаний – и снова покорность. Покорность, что едва не туманила Лео рассудок. Фантазии, пронесшиеся в голове, вряд ли применимы в первую ночь. Но она здесь, и она полностью в его власти.

Играя языком с ее вагиной, он отслеживал мельчайшие реакции на лице Фиби. Он ласкал ее то нежно, то сильно, надавливал и снова едва касался языком. Ее тело горело, источая острый запах секса. Лео чувствовал, как пьянеет с каждой секундой от ее нектара, от ее запаха, от нее самой. Большой палец продолжал водить по эпицентру ее наслаждений. На этот раз он вошел в нее тремя пальцами, сильнее расширив проход в Эдем.

Фиби кончила стремительно и быстро, со сдавленным криком. Лео чувствовал этот оргазм внутри ее, содрогания ее внутренних мышц.

Когда она перестала дрожать, он сел на пол и притянул ее к себе. Его твердая эрекция приятно упиралась ей в живот. Еще секунда – и она обвивает его торс ногами, щиколотки смыкаются за его спиной.

Пелена застлала глаза Лео. Как случилось, что это не произошло раньше? Нет, не секс между ними, а их встреча.

Он подождал, насколько хватило сил. По крайней мере, пока у Фиби восстановилось дыхание. Затем взял ее за волосы, потянул вниз, вгляделся ей в лицо.

– Ты же не думаешь, что это все? – процедил Лео сквозь зубы. – Это лишь скромная прелюдия. Я не отпущу тебя, пока ты не взмолишься о пощаде.

Фиби странно улыбнулась.

– Не отпускай, – томно прошептала она.

И снова этот страх. Одно дело говорить, а другое – делать. Бравировать можно долго, но на сколько ему реально хватит сил?

– Могу я задать тебе очень важный вопрос, малышка Фиби?

Он отпустил ее волосы, и Фиби прижалась лицом к его плечу:

– Конечно.

– Сейчас я пойду в свою комнату за презервативами. Не передумаешь ли ты, пока меня не будет?

Ему показалось, что на несколько секунд у нее прервалось дыхание.

– Нет.

Ответ был таким простым, но сколько искреннего чувства было в нем.

– А если Тедди проснется в неподходящий момент, что ты сделаешь?

Фиби подняла голову, теперь она смотрела прямо ему в глаза.

– Если Тедди проснется, – медленно проговорила она, – мы уложим его обратно в кроватку и продолжим с того, на чем остановились.

– Хорошо.

Лео стоило больших усилий разжать объятия. Но он взял с нее обещание, а значит, все будет как он хочет. Да, он привык, что все происходит по его желанию. Но вот незадача – впервые в жизни он испытывал столь сильную тягу к женщине. Ни на секунду он не хотел оставлять Фиби одну.

– Если хочешь, я сама их принесу, – предложила Фиби.

Лео покачал головой:

– Нет. Просто мне нужна еще минута.

Жаркое пламя в нем отказывалось угасать. Не хватает воли, чтобы просто подняться. Фиби закинула руку за спину, нащупала его крепкий член и слегка дернула вниз. Она дразнила его! Лео боялся, что, если она сделает это еще пару раз, на этом их первый секс и закончится. Кожа на его головке уже была влажной от жидкости, вытекшей из него в наслаждении.

Ее большой палец плавно скользил по влажной головке.

– Нет, господи, нет! – почти кричал он. Но было поздно. Задрожав всем телом, он выкрикнул и излился – внезапно, обильно и яростно. Он сжимал Фиби так крепко, что боялся сделать ей больно. Он все еще стонал и дрожал, а она прижималась к нему.

Прошло не меньше минуты, когда она встала, обмотав простыней плечи:

– Поспеши, Лео. Я начинаю мерзнуть.

С трудом поднявшись на ноги, Лео зевнул и потянулся. При одном взгляде на нее он снова возбудился. «Спокойно, дружок, приляг».

Он снял с камина экран и подкинул пару крупных дров.

– Никуда не исчезай, – скомандовал Лео. – Я сейчас приду.

Фиби видела, как он выходит из комнаты, но картинка эта была словно в тумане. Из-за звездочек в глазах она даже не поняла, вышел он полностью голым или обернулся простыней.

Все плохо, хуже некуда. Лео запал ей в душу, захватил все ее внимание. Широкие плечи, тонкая талия, крепкие ягодицы и мускулистые бедра. Он был сексуален во всем.

Несмотря на то что уже было между ними в эти сорок пять минут, ее тело снова томилось в желании. Фиби отказывалась верить, что сама раздела Лео и напала на него, пока он спал. Это больше похоже на ту, прежнюю Фиби. Но когда дело касалось Лео Кавалло, стеснения и приличия как будто сдувало ветром.

Она разгладила смятые простыни. Поправила под ними медвежью шкуру – прямо как пещерная женщина, ждущая с охоты своего добытчика. Ирония была в том, что Лео и правда добывал ей еду. Пусть не на охоте, но все же в лесу…

Итак, он ушел, дав ей возможность подумать. Она видела его размер. Фиби представила его в себе, и соски ее набухли от вожделения.

Лео вернулся быстро и, казалось, в решительном настрое. С его пальцев свисал длинный ряд скрепленных упаковок презервативов. Фиби облизнула губы.

– Не так-то много времени до утра, – сказала она.

– Доверься мне, дорогая, – ответил Лео, садясь рядом с ней на кушетку.

И да, на нем не было никакой простыни.

Он обхватил ее подбородок. Ему на лоб упал локон волос, и его лицо вдруг показалось Фиби юным и беззаботным.

– Предлагаю первый раз быстро и жестко, а потом перейдем к вариациям, – проговорил он и взял ее груди в ладони. Фиби непроизвольно закрыла глаза. Несмотря на то что Лео ходил по дому совершенно голым, его кожа была теплее, чем прежде. Она прильнула к нему.

– Посмотри на меня, Фиби.

Она открыла глаза и увидела, что теперь его лицо – сама серьезность. Четкие линии, суровые черты – он словно древний король в этом лунном свете. Глаза – черная зола. Он снова взял ее подбородок.

– Я смотрю на тебя, – прошептала она. – Что я должна увидеть?

Его молчание пугало и возбуждало ее. Молчаливый пещерный добытчик, оставивший где-то у входа свое копье. Но она не покажет ему, как заводит ее эта первобытная красота. Не сегодня.

Без предупреждения Лео опрокинул ее на спину на пол, на мягкую простыню поверх медвежьей шкуры. Волнующий вопрос в глазах Фиби остался без ответа. Да, вместо ответа он раздвинул ей бедра и встал перед ней на колени. В его руке пачка презервативов, он открывает ее зубами, вытаскивает содержимое. Убедившись, что Фиби на него смотрит, он раскрутил презерватив вниз до основания большого стоячего члена.

Лео видел, как вспыхнули ее глаза при виде этой мощной эрекции.

Фиби. Он хотел ее до боли, до дрожи в руках. А значит, он более уязвим перед ней, чем хотел думать. Успокаивало лишь одно: та же дрожь сотрясает и Фиби.

Лео давно не смотрел на нее как на одну из тысяч безликих женщин. У них были разные жизни, взгляд на мир и сексуальный опыт. Но эта ночь для обоих была особой.

Фиби схватила его за запястье:

– Скажи, что ты хочешь со мной сделать.

Она не проговорила, а простонала эти слова. Она сдавливала ногами его бедра, а он приложил головку ко входу в ее влагалище.

Теперь он ее дразнил. Но на его лице не было ни тени иронии. Зубы стиснуты, волевой подбородок опущен вниз.

– Я хочу трахнуть тебя, дорогая. Будь готова к полету на седьмое небо.

Первым же толчком он вошел в нее на всю длину. У Фиби перехватило дыхание. Остановилось время, замер весь мир вокруг. Ее тело принимало его вожделенным теплом. Но все же воздержание Фиби длилось так долго, а Лео был крупным мужчиной во всех смыслах слова.

Он остановился, хотя меньше всего хотел этого.

– Слишком глубоко? – спросил он неожиданно грубым голосом.

– Нет. – Внутренние мышцы сдавило в напряжении. Но она знала, что удовольствие впереди. И решила сконцентрироваться на нем. – Я хочу тебя всего.

Это признание возбудило Лео едва ли не больше, чем соитие их тел. Он подался назад и вошел в нее снова, на всю ее глубину. Он делал это быстро, стремительно, но Фиби, казалось, чувствует каждый миллиметр его проникновения в себя.

Нет, Лео не случайный гость в ее доме. В эту ночь он возвращал ее к жизни.

Он выходил из нее, чтобы тут же ворваться обратно. Чтобы не терять связь с реальностью, Фиби схватилась за ножку кофейного столика.

– Скажи, если будет больно, – прорычал Лео.

– Не скажу, Лео, – задыхалась она. – Делай со мной все что хочешь.

Глава 16

Помутнение рассудка, вот что творилось с Лео. Он уже потерял контроль над собой. А Фиби, господи, Фиби! Чья влага смазывает его по всей длине при каждом проникновении. Чья спина выгибается дугой, позволяя ему проникать все глубже и глубже в ее мокрое лоно.

Ее стройные ноги сейчас лежали у него на плечах. В какой-то момент Лео зарылся лицом в облако ее иссиня-черных волос и замедлил свой бешеный темп. Ему хотелось хоть немного отложить приближающееся излияние. Как потрясающе вкусно она пахла! Лео не знал, что это – крем для душа, духи или естественный аромат ее тела, но этот запах он уже не перепутает ни с каким другим.

Пальцы Фиби впивались ему в спину, но он не обращал внимания на боль. Каждый раз, когда она сдавленно кричала его имя, эрекция Лео как будто становилась еще крепче.

И вдруг она напряглась всем телом, изогнулась дугой, приподняла ягодицы, упираясь нутром о его головку… и затряслась в сокрушительном экстазе. Лео чувствовал, как сотрясает ее изнутри этот оргазм. Он притянул Фиби к себе и уже сам не мог удержаться. Ворвавшись еще лишь пару раз в ее истекающее влагой лоно, он излился рекой белой липкой похоти.

Прошло не меньше минуты, из которых Лео ничего не помнил. У него пересохло во рту, в голове неистово бил барабан.

Почти не чувствуя себя, он вышел из жаркого лона Фиби. Сегодня он кончил дважды, почти раз за разом. Но при этом снова ее хотел. Видимо, это и впрямь помутнение рассудка.

– Наверное, теперь лучше пойти спать, – проговорила Фиби, когда дрожь отступила.

Лео едва слышал ее слова, они как будто эхом донеслись из параллельной вселенной.

Ни за что. Это еще далеко не конец.

Повернувшись на бок, Лео притянул ее близко к себе. Невольный стон вожделения вырвался из его губ. Мягкие ягодицы прижимались к его бедрам, но после двух излияний его эрекция была не такой крепкой. Видимо, эта нужда не ограничивалась физическим желанием.

Он опустил голову ей на щеку и через минуту уснул.

Лео не знал, в какой момент к нему вернулось сознание. Но когда бы это ни случилось, он был один. Сквозь занавески в гостиную проникал неожиданно яркий солнечный свет. Огонь в камине давно погас, но в комнате по-прежнему было почти жарко.

Скривив лицо, Лео приподнялся. Мышцы болели после ночных упражнений. От одного воспоминания кровь снова ударила в пах. Он мысленно выругался – повторить любовные игры получится ох как нескоро.

Фиби унесла с кушетки постельные принадлежности. Зато на столике дымился кофейник. Лео не без труда встал. Тело болело так, словно весь вчерашний день он провел в спортзале. Подняв свои вещи, что лежали у края кушетки, он натянул рубашку и просунул ноги в теплые брючины штанов.

Две чашки кофе – и он готов отправиться на поиски хозяйки.

На кровати в своей комнате Фиби читала книжку лежащему под боком Тедди. Увидев Лео, она приподнялась и улыбнулась нежной, но как будто осторожной улыбкой.

– Надеюсь, не мы тебя разбудили.

Лео поднял руки к верхней перекладине проема и с усилием потянулся. Мышцы хоть немного расслабились.

– Я ничего не слышал. Когда он проснулся?

– Около часа назад. Я покормила его здесь, в комнате.

Они говорили как незнакомые друг другу люди. Или как муж и жена, которым давно не о чем поговорить.

Лео присел на край кровати и взял ее руку:

– Доброе утро, Фиби.

Багровый румянец озарил ее щеки и шею.

– Доброе утро.

Он притянул ее к себе и поцеловал.

– Или не такое уж доброе? – съехидничал Лео.

Из губ Фиби вырвался смешок, и Лео облегченно вздохнул. Значит, все хорошо.

– Ты смотрел в окно? – спросила Фиби.

Он покачал головой:

– Нет, а что? Много снега?

Фиби кивнула:

– Почти метр. У Буфарда есть снегоуборочная машина. К одиннадцати подъедет его внук, расчистит дорогу. Помнится, ты ждешь курьера.

Лео не мог в это поверить. За столько времени он ни разу не проверил электронную почту. Ему даже не пришла мысль попросить у Фиби телефон. А еще он ничего не писал брату. За всю сознательную жизнь он не мог припомнить случая, когда так долго оставался вне связи. А здесь, с Фиби, вдали от мира, он как будто стал постепенно привыкать к отсутствию современных технологий.

Конечно, здесь не позапрошлый век. У Фиби есть и телефон, и телевизор. Но в остальном технический прогресс не коснулся этих мест. Лео нахмурился. Он не знал, радоваться или грустить оттого, что в столь короткий срок ей уже удалось его изменить.

И все дело в сексе. Не более того. Этой ночью ему было так приятно, как только может быть. Но даже ради секса с Фиби он не откажется от прежних привычек.

Скрывая свои мысли за улыбкой, он убрал руку с ее плеча:

– Я пойду в душ. А потом могу поиграть с малышом, чтобы и ты помылась.

Фиби смотрела ему вслед, и на ее сердце было беспокойно. Что-то было не так, но она не могла понять, что именно. Может, это лишь смущение «утром после».

Когда оба привели себя в порядок и оделись, вдалеке послышался звук трактора. Не прошло и получаса, как дорога к дому была расчищена. А еще через час прибыл курьер с телефоном для Лео.

Огромный грузовик проехал мимо к полуразрушенному дому. От рухнувшего дуба не осталось и следа, и теперь рабочие сновали в сарай и обратно, перетаскивая все то, что еще можно было спасти. Следующий шаг – капитальный ремонт внутри и восстановление крыши.

Лео стоял неподалеку – давал советы, руководил процессом. И чувствовал себя занятым. Фиби не знала, как справилась бы без него. В отсутствие Тедди она, возможно, и смогла бы заняться всем сама. Но ухаживать за ребенком и разбирать последствия бури не представлялось возможным.

Удивительно, но Фиби видела изменения, случившиеся с малышом за эти две недели. Он так быстро рос и с каждым днем все сильнее проявлял характер. Все это утро Тедди развлекал себя, пуская пузыри из слюней и издавая причудливые звуки.

Убравшись в кухне, Фиби усадила его в высокое кресло возле елки.

– Видишь, что мы с Лео сделали? Тебе нравится? – Пухлые ручки потянулись к висячим игрушкам. Одну ручку Фиби прижала к своей щеке. – Значит, нравится. Да, я согласна, нечестно, что столько игрушек висит на елке, а ты даже не поиграл ни с одной из них.

Тедди ухватил ее за волосы, выбившиеся из косы, и потянул. Все утро Фиби спешила и после душа заплела косу не туго, наспех. Теперь ей стало понятно, почему у всех молодых мам простые прически. Уход за детьми не сочетается с изысканными манерами.

Через полчаса малыша нужно будет уложить. Уже сейчас его глазки закрывались. После такой ночи она и сама с удовольствием бы прилегла хотя бы на полчасика. Но слишком неспокойно было на душе из-за Лео. В таком состоянии не заснешь. Фиби чувствовала себя как перед выпускным балом, где ее парой станет самый красивый парень школы.

Даже в те юные годы секс с женихом не был таким, как прошедшей ночью. Лео делал все, чтобы удовлетворить ее. Он отдавал себя целиком и ждал отдачи от нее. И теперь ее тело болело… ныло… призывало повторить все это снова.

Напевая рождественскую колыбельную, Фиби принесла малыша Тедди в детскую.

И вдруг – стук в дверь.

Это точно не Лео, у него есть ключи. Да и вряд ли он закрывал дверь на замок. Прежде чем Фиби успела перебрать варианты, дверь распахнулась.

– Дана! – Фиби раскрыла сестре объятия. – Вы вернулись! Но почему так быстро?

Лео брел по дорожке к дому. Он хотел есть, но еще больше он хотел увидеть Фиби. Он не оставит ей времени придумать миллион причин, почему они не могут быть вместе. Едва переступив порог, он остановился. По всему было ясно, что в доме что-то происходит. Еще на улице он увидел незнакомую машину, но не обратил внимания. Мало ли, может, очередной рабочий подъехал.

Фиби стояла в углу комнаты, держа Тедди на руках. Лео не знал, что случилось, но был уверен, что что-то не так.

– Ты как раз вовремя. Моя сестра Дана неожиданно вернулась. Дана, это Лео.

Он пожал руку новой знакомой, пытаясь понять, что так накалило атмосферу в комнате. Дана была чуть ниже и пышнее своей сестры. Выглядела она изможденной, как будто на грани нервного срыва.

– Но почему ты не предупредила, что приедешь? – спрашивала Фиби. – Я бы встретила тебя в аэропорту. Ты выглядишь так, как будто неделю не спала.

В следующее мгновение Дана упала на кушетку, закрыла ладонями лицо и заплакала.

– Я знаю, что ты будешь меня отговаривать, – рыдала она. – Но я столько часов летела сюда. И уже вечером у меня рейс обратно. Но я не могу встречать Рождество без сына. Думала, справлюсь, но нет.

Лео замер, поняв, в чем суть дела.

«Фиби. Добрая сильная Фиби, отодвинь свои чувства на второй план!»

Она села на кушетку рядом с сестрой:

– Конечно, дорогая. Я тебя понимаю. Вытри слезы и скорее возьми малыша на руки.

Она передала сестре Тедди так легко, словно это самое естественное, что она могла сейчас сделать.

Но Лео знал, как щемит сейчас ее сердце.

Лицо Даны, когда она прижала сына к груди, растрогало бы и самого закоренелого циника. Она поцеловала мальчика в лобик, прижалась носом к его растрепанным волосам.

– Мы нашли в поселке женщину, которая немного говорит по-английски, – пояснила Дана. – Она согласилась присматривать за Тедди, пока мы с мужем заняты.

Фиби сложила руки на коленях, словно не зная, что теперь с ними делать.

– А как идут дела с поместьем?

Дана скривилась:

– Это кошмарный сон. Все хуже, чем мы предполагали. Сплошной стресс. Сколько же там барахла. А нам нужно проверить все, каждую мелочь, чтобы не упустить ничего ценного. – Она вздохнула. – Я понимаю, что брать с собой Тедди – безумие. Но без него я больше не могу. По крайней мере, буду видеть его вечером и днем, когда у нас бывает перерыв.

Фиби кивнула:

– Конечно, так лучше.

Дана взяла сестру за руку:

– Ты не представляешь, как мы тебя любим. И как мы благодарны тебе за заботу о Тедди. У меня один билет в режиме ожидания. Если хочешь, можешь полететь с нами. Хоть сегодня, хоть завтра. В любой день на этой неделе. Мне так жалко, что ты будешь одна на Рождество. Знаешь, все эти воспоминания… Ведь именно в это время ты потеряла… – Она хлопнула себя ладонью по губам. – Боже, дорогая. Прости. От усталости слова опережают мысли. Я совсем не хотела…

Фиби обняла сестру за плечи и поцеловала в щеку:

– Сделай глубокий вдох, Дана. Все в порядке. И я в порядке. Но если у тебя сегодня самолет, то нужно срочно паковать вещи Тедди. А поспит он в машине, когда вы поедете в аэропорт.

Фиби стояла, прижавшись к стене, глаза ее были закрыты. Улыбка застыла на ее губах. Она смогла обмануть сестру, но не Лео. Уж он-то знал, как она подавлена. Внезапный приезд сестры перечеркнул планы Фиби на Рождество.

Дана пробыла в доме меньше часа и забрала с собой Тедди. Теперь здесь царила тишина, от которой делалось больно. О ребенке напоминало лишь высокое кресло в кухне и столик для переодеваний в опустевшей детской. Не спрашивая разрешения, Лео поднял кресло и вышел на улицу. Фиби провожала его взглядом, а сердце внутри разрывалось на части.

Когда он вернулся, Фиби все еще стояла у стены, обхватив плечи руками.

– Я все понимаю, Тедди не мой ребенок.

Лео молчал, но его сочувствие было понятно без слов.

– Я горжусь тобой, Фиби, – сказал он, когда молчание стало невыносимым.

– О чем ты?

– Ты замечательная сестра и тетя. Ты сделала так, что Дана не чувствует себя виноватой. Все случилось так, как должно было. Благодаря тебе.

– Я так ждала рождественское утро, – прошептала Фиби. Говорить было тяжело – к горлу подступал комок, на глаза навернулись слезы. – Его подарки до сих пор упакованы.

Она бросилась к Лео, обвила руками его шею. Он был необходим ей, чтобы ее сердце и впрямь не разорвалось.

Лео сжал ей плечи ладонями:

– Я знаю, как поднять тебе настроение.

Фиби подняла на него заплаканные глаза:

– Зная твое умение это делать, я готова слушать.

Он вытер слезы с ее глаз большим пальцем:

– Предлагаю вам развеяться, мисс Кемпер. Мы отправляемся в путешествие.

– Но ты же сам недавно приехал.

Он приложил палец к ее губам и подвел Фиби к кушетке. Здесь он усадил ее рядом с собой, близко-близко.

– Давай ты не будешь меня перебивать, пока я не закончу.

Фиби кивнула:

– Обещаю.

– Итак, ты спрашивала о моих планах на Рождество. Я не сразу, но все же решил провести его с тобой и Тедди. Но есть кое-что, чего бы мне здесь очень не хватало. В эти выходные в доме Люка большой праздник для наших сотрудников и их семей. Знаешь, в компаниях все праздники отмечаются заранее. Рождество не исключение. В общем, я буду рад, если ты составишь мне компанию.

Фиби открыла было рот, чтобы что-то сказать, но Лео не дал ей даже начать.

– Дослушай, – перебил он. – У меня есть старый друг. Старый во всех смыслах. Он долго работал на Дом Кавалло, но недавно ушел на пенсию. И ему нечем заняться. Поэтому время от времени он помогает мне во всяких рабочих делах. Я знаю на сто процентов, что он будет счастлив приехать сюда и поруководить рабочими. И поверь, ему можно доверять. Если ты не против, он может пожить в моей комнате. Ну, что скажешь?

– То есть женщине дали слово? – Она ударила его кулаками в грудь.

Лео театрально опустил голову:

– С моего позволения.

– И где я буду жить?

– Ты имеешь в виду в Атланте?

Фиби кивнула:

– Да.

– Смею надеяться, что у меня. Но если хочешь, я сниму тебе недорогой отель.

Она снова ударила его в грудь:

– А как же моя елка и украшения?

Лео сложил губы бантиком:

– Опять же если ты не против, мы можем украсить так же и мой дом. Тебе же нравится все украшать. К тому же к самому Рождеству мы сюда вернемся. Понимаю, без Тедди это будет не совсем то, поэтому скажи, если мой замысел тебе не по душе.

Глава 17

Ответ Фиби он ждал, затаив дыхание. Ему так хотелось утешить ее после того, что случилось. Странно, но теперь они сидели здесь, на кушетке, как друзья, а не как любовники. Лео не знал, в чем причина этой перемены. Но было не время об этом думать.

При сестре Фиби держалась молодцом. Подавив обиду, она ничем не дала понять Дане, как мечтала встретить Рождество с племянником. По ее собственным словам, у нее три года не было Рождества. И теперь, когда все предвещало теплый, почти семейный праздник, такой неожиданный поворот.

Фиби обхватила руками голову Лео и принялась ерошить волосы.

– То есть мне надо прямо сейчас взять и решить, да?

– Именно.

– А ты знаешь, что у меня нет подходящего платья?

– Не самая большая проблема.

С этими словами он поднял ее на руки и понес по коридору. В полуразрушенном доме было столько забот, что вряд ли их кто-то побеспокоит в ближайший час. Фиби расстегнула пуговицу на его рубашке, засунула под нее руку. Шагать с такой сильной эрекцией было неудобно.

– Уговорил, – лукаво протянула Фиби, расстегивая еще одну пуговицу. – Надену одно симпатичное платье из прошлой жизни.

– Насколько симпатичное? – поинтересовался Лео.

Она нежно поцеловала его в губы, провела по ним языком.

– С открытой спиной. И, если честно, с глубоким вырезом спереди. Обтягивающее.

Лео издал стон:

– Господи, пощади.

Он и сам не знал, к чему относятся его стон и слова – к ее платью или к тому, что под рубашкой она играет с его соском.

– Фиби, – протянул он, скрывая дрожь в голосе, – это означает согласие?

Она обхватила ладонями его лицо:

– Спасибо тебе, Лео. Ты спас мое Рождество. Как ни сложно было прощаться с Тедди, слава богу, у меня есть еще один мужчина. Так что да, это согласие. Я еду с тобой в Атланту.

Лео потратил всю свою силу убеждения на то, чтобы уговорить ее уехать в тот же день. Он уже представлял, как займется с ней любовью на своей гигантской кровати. Прошлой ночью был бурный, безудержный секс, но сколько всего их ждет впереди. Не говоря уже о том, что он хотел пройтись с ней по лучшим ресторанам, угостить первоклассным вином и вообще напомнить Фиби о прелестях большого города.

Когда она наконец вышла из спальни, Лео уставился на нее. С ней был огромный чемодан на колесиках, две большие сумки и мешок для одежды.

Лео упер кулаки в бока:

– Ты точно поняла, что это будет короткая поездка?

Фиби стояла перед ним раскрасневшаяся, ее взъерошенные волосы походили на антенки, каждая из которых испускала сигнал: «Оставь свои комментарии при себе!»

Она кинула сумки к его ногам, подкатила чемодан и вытерла платком пот со лба:

– Хочу быть готовой к любой неожиданности.

Носком ботинка Лео ткнул одну из сумок:

– Космонавты с собой меньше берут, – отшутился он. На самом деле ему было приятно снова видеть сияющие глаза Фиби. – Будет что-то еще? Ты вообще видела, что я вожу «ягуар»?

Фиби подразнила его гримасой:

– Можем поехать на моем джипе.

Лео наигранно сморщился:

– Нет уж. Лео Кавалло блюдет свой уровень.

Пока Фиби проверяла, все ли в доме выключено и закрыты ли краны, Лео изучал новый телефон. Брать его с собой нет смысла. Телефон понадобится ему, когда он вернется.

Если он вернется…

Откуда такая мысль? Его вынужденные каникулы здесь продлятся до середины января. Максимум на две недели дольше.

Ведь даже если он приедет на праздник Дома Кавалло с Фиби, Люк и врач не дадут ему остаться. С негодованием Лео вспомнил, что еще не рассказал ей правду.

Но вот машина загружена, ключи переданы Буфорду, и Лео смертельно проголодался. Фиби хотела перекусить в машине.

А еще она настояла поехать другой дорогой:

– Поедем по горам, там такая живописная дорога. Чероки, Северная Каролина, а оттуда на юг и в Атланту.

– Так и быть, – буркнул Лео. – По крайней мере, поедем засветло.

Фиби хихикнула и залезла в машину. Лео захлопнул за ней дверцу.

– В ту ночь ты был такой злой, – вспомнила она.

– В ту ночь я думал, что буду ночевать на обочине. То дождь, то снег, то туман, вокруг темно.

– А, по-моему, романтично.

Лео покачал головой, не желая спорить. Дорога назад обещала быть полной противоположностью. В небе светило солнце, заметно прогревая воздух. Широкая двусторонняя дорога быстро привела их в горы. Отсюда открывался поистине божественный вид. Он был здесь однажды, еще ребенком. Но за давностью лет забыл, какое спокойствие царит в этих горах. И какая красота.

Извилистая дорога тянулась вперед. Они разговаривали, слушали музыку и снова разговаривали. Спорили о любимых артистах и о том, что лучше – кантри или рок. А Лео чувствовал себя счастливым оттого, что просто живет.

На подъезде к Атланте у него участился пульс. В этом городе он нашел успех. Но что, если любимый и привычный ему образ жизни не подойдет для Фиби? Или думать об этом еще рано?

Весь день он был поглощен ею: внезапная улыбка, легкий цветочный запах, движения рук, когда она отстаивала свою точку зрения. Вся дорога прошла в состоянии сексуального возбуждения. Скорее бы добраться до дома.

Дом. Что, если Фиби не понравится его дом?

Она молчала, когда Лео притормозил у огромного жилого здания.

– Привет, Джером, – поздоровался он с худосочным лысеющим мужчиной, улыбающимся из окна охранной будки. – Фиби, здесь мы выходим. – Лео вновь обратился к Джерому: – Попроси ребят разгрузить машину и занести все внутрь.

– Да, мистер Кавалло. Уже звоню.

Подхватив Фиби под локоть, он повел ее по мощеной дорожке к дому.

– Джером – отставной сержант. Держит всех в ежовых рукавицах.

Фиби сжимала сумочку. По выражению ее лица было сложно понять, что она думает. Везде висели видеокамеры, и Лео предпочитал не говорить здесь на личные темы. Частная жизнь должна оставаться частной.

Они подошли к лифту, и Лео вставил в отверстие специальный ключ. Двери лифта открылись.

Они вышли на верхнем этаже и сразу оказались в его личном коридоре. Лео давно привык к этому приглушенному свету и изысканному декору. Зато Фиби с интересом смотрела по сторонам. Открыв дверь, он кинул ключ на столик:

– Провести экскурсию?

Фиби чувствовала себя Алисой в Стране чудес. Переход от ее скромного, пусть и уютного домика к этим шикарным хоромам был слишком резким. Только сейчас ей стало понятно, насколько он богат. Да, она слышала о Доме Кавалло и читала о нем в Интернете, готовясь к приезду Лео. Но сейчас никак не ожидала увидеть такое.

Полы двухэтажного пентхауса выложены кремовым мрамором с позолотой. Дорогие восточные ковры в пастельных тонах придавали тепло и цвет чуть холодному дизайну.

На стенах – сплошь произведения искусства. Фиби уже не сомневалась, что добрая часть картин – оригиналы. Две стены в жилой зоне полностью из стекла, благодаря чему до самого горизонта открывался несравнимый вид на Атланту.

Количество кресел, диванчиков и кушеток не поддавалось подсчету. Все из бежевого бархата и светлой кожи. Малиновые и голубые подушки манили гостей присесть отдохнуть. Над головой – огромные многоуровневые люстры, заливающие светом все до последнего уголка.

Несомненно, вся ткань вокруг – марки Кавалло. Фиби, обожающая живые цвета и насыщенный декор, моментально влюбилась в царящую здесь атмосферу. Она обернулась кругом:

– У меня нет слов. Можно мне разуться?

Лео подошел к ней сзади, положил ладони ей на плечи. И поцеловал в шею чуть ниже ушка.

– Ты можешь делать все что хочешь.

Фиби повернулась к нему, удивляясь, насколько плохо она его знала. Ее прежняя работа тоже дала заработать на приличное жилье. Но в сравнении со всем этим она нищенка.

Фиби скрестила руки на его шее:

– Я рада, что согласилась приехать. – Она коснулась его нижней губы большим пальцем. – А где же спальни?

Лео откинул голову:

– Прямо так сразу?

Она провела рукой вдоль его ширинки:

– Думаешь, я не видела, что твой друг всю дорогу был в напряжении?

Ее прикосновение было сильнее электрического разряда.

– Это мое нормальное состояние, когда я с тобой.

– Поэтому я и спрашиваю, где спальни?

Улыбка обнажила белые зубы Лео. Он крепко обхватил ее талию и приподнял.

– Диванчик прямо за нами, – прошептала Фиби.

Лео кивнул. На самом деле сексуальный голод совсем затуманил ему рассудок. Иначе чем объяснить столь долгое промедление?

– Мне нравится ход твоих мыслей.

Он поцеловал ее в щеку и повел в коридор.

– Ведь никто из твоих не знает, что ты здесь, верно? – спросила Фиби.

– Так точно.

– И на этом этаже больше никого нет?

Он замотал головой и опустил ее на мягкие подушки.

– Ни души.

– Значит, я могу кричать во весь голос?

Боже всемогущий! От одного этого вопроса он чуть не излился прямо в штаны.

– А я-то думал, ты скромняга. Оказывается, ошибался.

– Не судите о книге по обложке, мистер Кавалло, – сказала Фиби, снимая через голову свитер. – И только не говори, что не взял презервативы.

Было нелегко отвести взгляд от ее груди в кремовом бюстгальтере с завязками. Тем более что уже через секунду он лежал на полу.

– Черт, – выругался Лео.

– Что не так?

– Весь багаж внизу. Максимум десять минут – и сумки будут здесь.

Но Фиби не могла ждать ни секунды.

– Лео-о-о, – протянула она, – позвони им. Скажи, чтоб поставили сумки где хотят. И пойдем в душ.

– Вместе? – Он взглянул на дверь, потом вновь на нее. Эрекция болезненно упиралась в брюки.

В ту же секунду раздался звонок. Лео направился ко входу, оглядываясь на Фиби:

– Ты будешь сидеть вот так?

Фиби как будто проснулась от сна. Она сидела полуголая на диване, а Лео уже поворачивал ручку двери. Резким движением она прижала к груди свитер и метнулась в первую дверь. Дверь оказалась входом в кухню. Молча завидуя мраморным столешницам и технике из следующего века, Фиби слушала приглушенный разговор Лео с одним из носильщиков. Наконец дверь закрылась и послышались затихающие шаги.

– Они ушли, – сказал Лео, входя в кухню. В руке он держал упаковку презервативов. – Мы ведь этого ждали?

Глава 18

Никогда в жизни Лео не рассматривал свою кухню как место для занятий сексом. Возможно, потому, что редко бывал в ней. Но сейчас рядом с ним была полуголая Фиби, как нимфа, сбившаяся с верного пути. Варианты сами собой закрутились в голове.

Он поставил ногу на стул:

– Разденься полностью.

Интересно, она послушается или он перегнул палку?

Идеально ровными белыми зубами Фиби прикусила нижнюю губу. Лео не знал, что за этим стоит – она медлит и дразнит его или стесняется?

Не говоря ни слова, Фиби скинула ботинки, расстегнула ремень и спустила черные узкие брюки.

Теперь на ней были лишь тонкие трусики.

– Холодно на полу, – пожаловалась она.

Лео оперся на край столешницы позади себя. Боже, она само совершенство.

– Сними остальное, – процедил он сквозь стиснутые зубы.

– Нравится командовать?

– Это тебе нравится, когда я тобой командую.

Глаза Фиби вспыхнули похотливым огнем. Трусики медленно поползли вниз, чтобы вскоре оказаться в кучке ее других вещей. Последний предмет одежды она сняла как профессиональная стриптизерша.

– Что прикажешь дальше?

Лео чувствовал себя быком перед красной тряпкой. У него двоилось в глазах, слюна пересохла во рту. Гениальный архитектор спроектировал за холодильником дополнительный стол. До этой минуты Лео не понимал его предназначения. Высота мраморной поверхности идеально подходила для того, что он задумал.

Диван забыт, так же как кровать и любой другой предмет в доме. Он овладеет ею здесь.

Лео уже не мог просто смотреть на Фиби, семя буквально лилось из него. Молодая, высокая, стройная. Идеал женственности и сексуальности. Черные волосы каскадом спадают на плечи. Ими почти полностью закрыт один сосок.

– Ты прекрасна, Фиби.

Грубая искренность в сдавленном голосе. Значит, играм и притворствам конец. В приятном удивлении она едва сдержала слезы.

– Я рада, что ты так думаешь. – Фиби облизнула губы. – Так и будешь стоять и смотреть на меня?

– Не знаю, – ответил Лео со всей серьезностью. – Боюсь сорваться с места и разорвать тебя на части.

Она скривила губки:

– И что в этом плохого?

Лео поднял взгляд от лобка к глазам Фиби:

– Что ж, ты сама это сказала.

Он набросился на нее как лев, резким движением подняв ее с пола и бросив на вожделенный стол. Оказавшись на холодной поверхности, Фиби вскрикнула.

Лео расстегнул ширинку и вытащил член. Такой же крепкий, как этот мрамор, но куда горячее. Дрожащими руками он раздвинул ей бедра и встал между ними:

– Поставь ступни на стол, милая.

Фиби повиновалась сию секунду, хотя и округлила глаза.

Она не знала, когда Лео успел надеть презерватив, но спустя мгновение он уже водил твердой головкой по ее половым губам.

Резкий натиск – и он внутри ее. Сильные руки сжимают ей ягодицы, он подается вперед и назад неожиданно медленно.

В этой позе она долго не может. Минута, и Фиби обхватила его ногами, скрестив их за его спиной. Ее руки обвивали Лео.

Она не знала, что его ноги дрожат, а сердце пропускает один удар за другим. И это не имеет никакого отношения к пережитому инфаркту. Сам Лео просто забывал о нем в присутствии Фиби. С ней весь его мир был сосредоточен только на них двоих.

Двигаясь внутри ее, он уже думал о месте их следующего секса. Огонь обжег ему головку с чудовищной, неотвратимой силой.

– Кончаю, – прорычал он.

Но Фиби не кончила.

Лео вытащил еще стоящий член и стянул презерватив. Затем провел головкой по ее мокрому набухшему клитору. Снова и снова, еще и еще. Он водил по нему и чувствовал вновь усиливающуюся эрекцию. Он гладил членом ее клитор, одновременно мастурбируя себе. В какой-то момент пришел испуг, что он снова кончит раньше ее. Но нет, еще одно прикосновение, и Фиби изогнулась спиной на этом мраморном столе. Ее крик был слышен в каждой комнате пентхауса и, возможно, в квартирах соседей снизу.

Она также лежала под ним и стонала. Лео не мог больше держаться. Выругавшись про себя, он излил на нее остатки своей белой теплой жидкости.

Резко опустив голову, он ударился лбом о полку слева от холодильника, прямо над столом. В состоянии исступления Лео просто забыл про него.

– Черт! – выкрикнул он, подавшись назад и наткнувшись на что-то острое посередине кухни.

Фиби вскочила на ноги:

– Лео, у тебя кровь!

Но она не смогла сдержать смех. Отважный воин получил ранение в битве.

Да уж, и впрямь забавно. Скривив губы, Лео вытер лоб рукой и посмотрел на полоску крови.

– Прошу тебя, оденься, – сказал он, стараясь не замечать, как при смехе трясется ее полная грудь.

Фиби закатила глаза:

– То разденься, то оденься. Тебе не угодишь.

Лео посмотрел на свой член, который уже почти был готов к продолжению.

– Видимо, так.

Фиби нагнулась, надела трусики, застегнула бюстгальтер. Если бы не рана на лбу, он овладел бы ею еще раз.

– Завтра придут гости, – продолжил Лео. – Как я это объясню?

Фиби взяла его за руку и повела из кухни.

– Где твоя спальня? – спросила она. Лео показал пальцем на одну из дверей. Фиби направилась с ним туда. – Мы смажем тебе лоб обезболивающей мазью. К тому же не забывай про тональный крем.

– Здорово. Просто здорово.

В спальне он ткнул в один из ящиков.

– Садись, – на этот раз скомандовала Фиби.

– Будет больно? – спросил он.

– Возможно.

Что правда, то правда. Когда Фиби приложила к ране смоченный антисептиком ватный диск, Лео как будто ужалило ядовитое насекомое. Он посмотрел в зеркало. Ярко-красная царапина не меньше пяти сантиметров зияла прямо по центру.

Фиби прошлась по ней мазью и наложила крест-накрест два пластыря. Теперь Лео был похож на Франкенштейна.

Их взгляды встретились в роскошном зеркале, обрамленном красным деревом. Фиби закрыла рот рукой.

– Прости, – сказала она. И тут же снова залилась смехом. Шли минуты, а Фиби не могла остановиться. Ее глаза были мокрыми от слез.

– Слава богу, что ты не стала медсестрой, – пробурчал Лео. Он встал, подошел поближе к зеркалу и развел руками. Вся надежда на тональный крем. – Кстати, ты проголодалась?

После секса в кухне он хотел есть как зверь.

Вытерев глаза, Фиби кивнула:

– Да, перекус был давно.

– Тогда пойдем, я покажу тебе твою комнату. Там можешь переодеться, привести себя в порядок. Или что там делают женщины перед походом в ресторан? Мы пойдем в одно тихое местечко. Атмосфера там вполне молодежная, поэтому можешь пойти так, если хочешь. Но на всякий случай я принесу тебе твои три с половиной тысячи сумок.

Фиби не знала, как себя чувствовать в этом роскошном люксе. Она словно попала в сказку. Пушистый белый ковер на полу. На кровати – покрывало из толстого хлопка с вышитыми вручную цветами всех видов и расцветок. И ванная комната – с проходом в спальню Лео. Впрочем, Фиби догадывалась, что спать будет у него.

Глава 19

Фиби понравилось абсолютно все. И тихий ресторанчик, и их место за удаленным столиком, и изысканные блюда. И даже официант, который обращался к Лео с искренним почтением и итальянским акцентом. К примеру, он поделился тем, что на завтрашнем ужине Дома Кавалло будет работать его брат. По его словам, брат был горд тем, что его позвали обслуживать столь почетных гостей. Лео в ответ попросил оставить в секрете их визит в ресторан, поскольку его приезд должен явиться сюрпризом для Люка.

На обратном пути шел ливень. Фиби смотрела в окно и умилялась тому, как ярко горели улицы в рождественских огнях. Лео свернул на боковую улицу и притормозил у обочины. Его лицо было напряжено, руки не отпускали руль.

– Что случилось? – спросила Фиби.

– Ты не против подняться в мой офис? – спросил он вместо ответа.

Только сейчас Фиби увидела фамилию Кавалло у входа в здание.

– Конечно нет.

Поведение Лео казалось странным, но она не могла отказать.

Он вышел из машины, открыл зонт и помог Фиби выйти. Внутри здания он вновь достал личную пластиковую карту и вызвал лифт. Фиби моментально вспомнила с десяток фильмов, в которых любовники страстно бросались друг на друга, едва оказавшись в лифте. В планы Лео это явно не входило. Он прижался к зеркальной стене и угрюмо смотрел на горящие цифры.

Кавалло занимали двенадцать верхних этажей.

Фиби не удивилась, что все здесь было обустроено в деловом стиле двадцать первого века. Приемная в серо-черных цветах, секретарский стол, множество кабинетов менеджеров и в самом конце длинного коридора внушительная дверь с именем Лео на латунной табличке.

Снова карточка-ключ, снова новое место. Первый кабинет, видимо, принадлежал личному помощнику. Кабинет Лео – за последней дверью.

Он остановился так резко, что Фиби ударилась в его спину. Лео как будто забыл, что она здесь. Он медленно подошел к столу – по всей видимости, своему, – провел ладонью по его кромке. На столе не лежало ни единого предмета, поверхность отполирована до блеска.

– Будь как дома, – проговорил он, внезапно поворачиваясь к Фиби. – А я пока кое-что проверю.

Фиби села в мягкое кресло. Она сразу заметила, что дизайн его дома и кабинета совершенно разный. Здесь, например, были две прозрачные стены. За одной из них – темная дождливая ночь, усеянная вместо звезд миллионом светящихся окон.

Дорогое кресло пахло кожей, перебивая ставший привычным запах геля после бритья. Лео сидел за столом, открывая ящики, перебирая документы и откладывая какие-то из них рядом на тумбочку. Он выглядел потерянным. Как минимум смущенным.

На столике рядом с собой Фиби заметила стопку газет и журналов. Уже не свежих, поскольку даже самый верхний вышел месяц назад. Она прошерстила всю пачку и удивилась, найдя в самом низу более свежие номера. Кто-то позаботился сложить прессу в обратном хронологическом порядке. Одна из воскресных газет была загнута на какой-то статье. Может, хоть что-то интересное? Фиби вытащила ее из пачки, открыла на загнутой странице и увидела до боли знакомое лицо. Это был Лео.

С первых строчек статьи сердце Фиби сжалось, кожа покрылась мурашками.

– Господи, у тебя был инфаркт!

Лео замер, бросив на нее такой взгляд, словно вдруг увидел заклятого врага.

– Кто тебе сказал?

Фиби встала и кинула газету ему на стол. Однако та проскользнула по всей поверхности и беззвучно упала на ковер.

– Здесь все написано! – воскликнула она, упирая руки в бока. – Известный бизнесмен из Алтанты Лео Кавалло в тридцать шесть лет перенес инфаркт. Господи, Лео, почему ты мне не сказал?

Он открыл было рот, чтобы что-то сказать, но Фиби его перебила:

– Ты носил мне дрова. Рубил елку. Спустил тяжелые коробки с чердака. Черт возьми, Лео, почему ты мне не сказал?

– Потому что я в полном порядке.

Его лицо побледнело, выражая эмоции, которые Фиби не могла расшифровать. Она дрожала, в голове ужасные мысли сменяли одна другую. Он мог умереть. Он мог умереть из-за нее.

– Поверь мне, – тихо сказала Фиби, – когда мужчина до сорока переносит инфаркт, он не может быть в полном порядке.

Лео встал, засунул руки в карманы.

– Это не самый страшный инфаркт. Всего лишь маленькая закупорка. У нас это наследственное. Единственное, что от меня требуется, – это не перенапрягаться.

– Твой отец, – прошептала Фиби. – Ты сказал, он умер от инфаркта. Из-за этого лодка врезалась в сваю.

– Да.

– Да? И это все? А ложась со мной в постель, ты не подумал, что мне стоит знать о твоем здоровье? Господи, Лео, я рассказала тебе самые личные подробности своего прошлого, а ты просто умолчал про инфаркт.

Фиби знала, что уже перешла на крик, но не могла остановиться. Ее сердце выскакивало из груди.

– Так вот как ты оказался у меня! – продолжала она. – Я думала, может, у тебя была острая форма гриппа. Или воспаление легких. Но инфаркт… – Ноги не держали ее, и она упала обратно в кресло, чувствуя раздражение, злость и, главное, страх за него. – Почему ты не сказал мне, Лео? Неужели я не заслужила доверия?

И вдруг Фиби поняла. Он не рассказал ей, потому что она для него пустое место. Осознание это легло на душу тяжелым камнем. Лео не сказал ей про инфаркт, потому что после его отъезда она будет для него чем-то вроде курортного романа из прошлого. Он не относился к ней серьезно и не думал о будущем с ней. Лео Кавалло хотел вернуться к старой жизни, в которой ей не было места.

Лео сел рядом на пуфик и положил руку ей на колено:

– Мне нелегко об этом говорить, Фиби. Попробуй это понять. Я еще молод. Минуту назад я делал свою работу, все как всегда, как вдруг упал без дыхания на пол. Незнакомые люди бежали смотреть, как меня несут в «скорую». Не самый приятный опыт. Все, чего я хотел, – это забыть об этом.

Фиби сглотнула подступившие слезы. Впервые она не хотела, чтобы он ее трогал. Да, мужчинам свойственно скрывать свои слабости. Ей давно это было известно. Но это не оправдание.

– Я знаю, почему ты мне не сказал. Эти два месяца в моем доме для тебя ничего не значат. Они пройдут, и ты вернешься к прежней жизни. Как только разрешит доктор. И то, что ты сейчас привез меня сюда, лишнее тому подтверждение.

Фиби встала и подошла к стеклянной стене. Сидеть там и смотреть в его глаза вдруг стало невыносимо. Так же как и говорить. Если Лео не нужно ничего, кроме работы, если он не может признаться в этом ни себе, ни ей, то он не готов к тем отношениям, о которых она мечтала.

– Мы можем уехать? – спросила Фиби, не сдерживая слез. – Я сильно устала за сегодняшний день.

Глава 20

Фиби ушла в свою комнату сразу, как только они вернулись. Лео знал, что обидел ее. Сильно. Но он действительно не хотел менять свою жизнь, а значит, к чему давать пустые обещания?

Утром они почти не разговаривали. Лео сидел за компьютером, читая новости экономики. Вчерашний заезд в офис обеспокоил его. В его кабинете было так холодно и неестественно чисто, как в операционной. Как будто бывший хозяин кабинета умер, а новый еще не занял его.

Если бы он не решил заехать на работу, они бы с Фиби провели безумную ночь любви.

Один спонтанный поступок – и все коту под хвост.

Лео понимал чувства Фиби. Как понимал и то, что если бы мог вернуться в прошлое, все равно не рассказал бы ей про инфаркт. Это не то, чем мужчины привыкли делиться с другими.

Вот и все.

Он хотел произвести на нее впечатление. Своим интеллектом, успехами в бизнесе, своей жизнью в целом. Он как будто стремился доказать ей, что уединение в горах не лучший вариант.

И вдруг его осенила догадка. Вспоминая дни, проведенные в доме Фиби, он вдруг понял, почему его кабинет стал таким пустым и холодным. Не потому, что он отсутствовал в нем несколько недель. А потому, что теперь он подсознательно сравнивал его с теплым домашним уютом, созданным Фиби в горах.

Перенеся удары судьбы, она не очерствела и не озлобилась. Наоборот, она словно расправила крылья. Вылезла из скорлупы в поисках ответов на вопросы. Ее одиночество и новый стиль жизни показали ей, что действительно важно. И этой мудростью она желала поделиться с ним. Но он слишком заносчив и опытен, чтобы принимать чью-то точку зрения на его жизнь.

Каким же нужно быть идиотом! С самого начала он врал Фиби по инерции. Вместо того чтобы умолять ее о помощи, он защищал свою мужскую гордость.

Ему по-настоящему нужен баланс в жизни. Баланс, который смог найти его брат Люк. Но для этого Лео нужна Фиби. Которую он вот-вот потеряет из-за своего эгоизма. И теперь во что бы то ни стало нужно вернуть ее доверие.

Лео боялся, что впервые за долгие годы совершил непоправимую ошибку. Но пока есть жизнь, есть надежда.

Он приложил все усилия, но уговорил Фиби остаться на праздник. Она успела забронировать обратный билет на следующее утро. Лео знал об этом, так как бессовестно подслушивал под ее дверью.

Когда Фиби вышла в фойе без пятнадцати семь, его сердце остановилось. Но в этот раз он знал причину. Страсть, похоть и желание поразили его тело ударом молнии.

На ней было платье, которое большинство женщин попросту испугались бы надеть. Ярко-красная ткань. Насыщенный жгучий цвет уже о многом говорил. Она не дразнила Лео, когда описывала наряд. Сзади действительно был вырез ниже поясницы, а спереди – едва не ниже живота. Плюс высокий разрез на ноге. Сверхсексуальное платье сидело на Фиби словно было сшито по заказу.

Черные туфли из матовой кожи усыпаны стразами. На высоченных каблуках она была почти одного роста с Люком.

А эта прическа… Она заплела две косички, уходящие ото лба на затылок как корона. Остальные волосы спадали гладким каскадом до середины спины. В ушах – длинные серьги блестели и играли в свете люстр.

Лео откашлялся:

– Ты великолепна.

– Спасибо.

Ее лицо отстранено, как у египетских цариц. Да, это наиболее подходящее сравнение.

В этот вечер он хотел приоткрыть ей страницу своей жизни. Познакомить с семьей, с коллегами. Рассказать о том, как была создана и как развивалась компания. Но этот план пришлось срочно менять.

Его будущее висело на волоске. Все, чем дорожил Лео Кавалло, в мгновение ока обесценилось. Без любви Фиби, без ее доверия у него не было ничего.

К счастью, дом брата был недалеко. Уэст-Пейсис-Ферри-роуд, район для богатых и влиятельных людей Атланты. Но дома у Люка и Хетти всегда царила теплая дружеская атмосфера. Все внутри они создали сами, чтобы детям было здесь удобно бегать и играть.

Лео всучил парковщику ключи от «ягуара» и помог Фиби выйти из машины. При виде ее длинных обнаженных ног глаза Лео расширились, как у озабоченного подростка.

Деревья и кусты вокруг дома были аккуратно подстрижены и украшены белыми лампочками. Взойдя на ступеньки, Фиби остановилась.

– Здесь мне определенно нравится, – призналась она.

Это было приятно слышать. Лео не терпелось познакомить ее с Люком.

Едва завидев брата, Люк бросился к нему с объятиями. Это было так честно, так искренне, что слезы навернулись Фиби на глаза. И на глаза жены Люка тоже, судя по выражению ее лица. Оба брата были в элегантных смокингах, прямо как звезды старых фильмов на каком-нибудь фестивале.

Знакомясь с Фиби, Люк пожал ей руку:

– Я не знал, сумеет ли Лео выбраться к нам на праздник. А он не только выбрался, но и привез с собой такую очаровательную женщину.

В ответ на комплимент Фиби одарила Люка своей восхитительной улыбкой.

– Что ж, познакомимся и с детьми, – предложил Лео.

Хетти потеребила его за щеку, приветливо улыбаясь:

– Мы только уложили их спать наверху. Там с ними няня. Но можете взглянуть из-за двери. – Она улыбнулась Фиби. – Лео обожает наших детей. Господи, скорей бы он и сам стал отцом. В жизни не встречала человека с таким добрым сердцем.

– Как? – разыграл изумление Люк. – А как же я?

Хетти поцеловала мужа в щеку:

– Не волнуйся, дорогой. Ты все равно мой самый любимый.

Под общий смех Лео и Фиби проследовали в толпу гостей. Вскоре ей стало ясно, насколько сильно и искренне здесь любят Лео Кавалло. Несмотря на его репутацию жесткого бизнесмена, здесь, в доме Люка, все относились к нему не только с уважением, но даже с заботой и вниманием.

Но спустя всего час она заметила, что Лео как будто устал. Вероятно, его утомили многочисленные вопросы о том, как шло его восстановление. А за эти дни Фиби научилась понимать, когда он напряжен. Ей самой была неприятна эта неловкая сдержанность между ними. И, несмотря на обиду, она хотела ему помочь. Даже если им не быть вместе, Фиби желала ему счастья.

Улучив момент между общением с гостями, она взяла Лео за руку:

– Если хочешь, давай поднимемся к твоим племянникам.

Лео кивнул. В его усталом взгляде читалось легкое облегчение.

В доме Люка и Хетти все было не так, как у Лео. Фиби даже испытывала легкую зависть из-за того, что у них получилось создать здесь такую теплую семейную атмосферу. Комната дочери была выполнена в персиковых и бежевых цветах. На обоях – картинки из диснеевских мультфильмов. В комнате сына преобладала тема животных.

Сейчас оба ребенка спали на одной большой кровати. Фиби видела, с какой нежностью смотрит на них Лео.

– Девочка не их дочь, – рассказал Лео. – Сестра Хетти умерла, и она взяла ее дочку к себе. А когда Люк и Хетти поженились, то удочерили ее официально.

– А сколько они женаты? – спросила Фиби.

– Меньше двух лет. Хотя встречались еще в колледже. Но тогда это ничем не закончилось. Уже потом судьба свела их снова.

Лео присел на угол кровати, взял ручку девочки и поцеловал. Даже слепой бы понял, что Лео Кавалло способен к любви и заботе. Эти два малыша для него как Тедди для Фиби.

Вдруг он повернулся и поймал на себе ее взгляд. Казалось, вся ее душа была в этих глазах. А значит, лучшего момента не найти.

– Ты не откажешь пройтись со мной? – спросил Лео, с трудом скрывая волнение.

– Нет, конечно.

Когда они вышли на задний двор, там вовсю кружили снежинки. Вечер был прохладным, но не располагал к сидению в помещении. В центре террасы пылал огнем уличный камин, но тепло его ощущалось лишь в непосредственной близости. Если не считать рабочего, подбрасывающего в огонь дрова, Лео и Фиби были одни.

Они стояли на расстоянии друг от друга. А ведь еще их связывала неземная, неистовая страсть.

– У меня к тебе предложение, Фиби, – проговорил Лео. – Прошу, выслушай меня прежде, чем захочешь что-то сказать.

Ее руки сжались в перчатках.

– Я слушаю.

Несомненно, Фиби тоже волновалась. Она буквально не чувствовала ног, и совсем не погода была тому причиной.

– Во-первых, прости, что я не рассказал тебе про инфаркт. Я повел себя как эгоист.

– Но ты мог бы… – начала было Фиби, но тут же закусила губу.

Лео провел рукой по волосам:

– Когда мы встретились, я был расстроен и зол. Я провел неделю в больнице, еще неделю здесь, у Люка, а потом меня отправили к тебе. – Он невольно улыбнулся. – Я сразу испытал к тебе влечение. Поэтому хотел казаться тебе сильным, мужественным.

– Ты такой и есть.

Лео вздохнул:

– Тогда мы поторопили события. Но теперь я хочу предложить тебе вот что. – На этих словах сердце Фиби едва не оборвалось. – Давай вернемся к тебе и встретим Рождество вместе. Все два месяца я буду учиться жить без оглядки на бизнес.

– Такое возможно? – не без сарказма спросила Фиби.

– Надеюсь, что да. Потому что я хочу, чтобы ты была в моей жизни. Потому что ты заслуживаешь мужчины, для которого нет ничего дороже тебя.

Горячая слеза потекла по щеке Фиби.

– Это все? – спросила она.

– Нет. Когда мой отпуск в твоем доме подойдет к концу, если мы не убьем друг друга и не наскучим друг другу до смерти, я хочу, чтобы ты вернулась со мной в Атланту. В качестве невесты. Сейчас можешь не отвечать. – Лео выставил вперед ладонь, обрывая возможные возражения Фиби. – А пока мы будем мужчиной и женщиной, которым просто хорошо вместе.

– Очень хорошо, – промолвила Фиби, закрывая глаза.

Она сделала шаг к нему, но он ее остановил:

– Постой. Я еще не закончил. Я хочу, чтобы ты работала в Доме Кавалло. Нам нужен человек с твоим опытом и финансовой хваткой. Но дело не только в этом. Я понимаю, почему ты уехала в горы. Поверь, что понимаю. Поэтому, как только кто-то из нас будет чувствовать, что работа выходит на первый план, мы оба можем уезжать в горы, в твой дом.

Фиби качала головой, закрыв ладонью заплаканные глаза:

– Лео, я боюсь…

Он не дал ей договорить:

– Пришло время вернуться к жизни, Фиби. Я говорю о нас обоих. Это хорошо, когда человек любит свою работу. Но в жизни есть и другие ценности. Этому научила меня ты. Вместе мы сможем найти золотую середину.

Фиби дрожала больше внутри, чем снаружи. Он говорил так уверенно и решительно. Может, судьба и впрямь дает второй шанс на счастье?

– И это еще не все, – сказал Лео. Наконец он подошел к ней и крепко прижал к себе. – Я хочу, чтобы у нас были дети. Теперь жизнь без детей кажется мне неполной. Я следил за вами с Тедди, и со мной что-то произошло. Я понял, что жизнь другая, если с тобой любимый человек.

Он приник щекой к ее волосам. Фиби чувствовала, как он дрожит. Слышала, как часто бьется его большое доброе сердце.

– Как скажешь, Лео Кавалло, – наконец сказала она. – Я согласна начать все сначала. С тобой.

Эпилог

Ладони Лео вспотели, пока он ходил туда и обратно по мраморному полу.

– Фиби, быстрее. Они будут через минуту.

Если она не выйдет сейчас, сюрприз будет испорчен. Лео осмотрел свой пентхаус. Все как всегда, только в этом году посреди зала стоит огромная елка, украшенная сверху донизу.

По телу пробежала приятная дрожь, когда он вспомнил, как они год назад украшали елку в ее доме. А потом занимались любовью прямо на полу. Невольно вспомнилось и то, что они назвали «эпизод на кухне».

Лео затянул галстук, внезапно почувствовав внутренний жар.

Наконец любимая жена вышла из комнаты в шикарном красном платье.

– В нем я как большой помидор, – сконфузилась она.

Он притянул ее к себе для нежного поцелуя и провел рукой по ее округлившемуся животу.

– Пока что не такой уж большой, – заметил Лео. – С недавних пор красный – мой любимый цвет. А еще это цвет Рождества.

Фиби поцеловала любимого мужа в ответ. Уже несколько месяцев она не могла поверить в свое счастье. Как много чудес происходит в жизни. И как много в ней любви.

Страсть, что свела их вначале, нисколько не угасла. Наоборот, со временем она становилась сильнее и глубже.

В этот вечер они шли на балет с Люком и Хетти. Сначала «Щелкунчик», а потом ужин и родственная беседа.

Фиби в сотый раз посмотрелась в зеркало:

– Надеюсь, я влезу в театральное кресло.

Лео широко улыбнулся:

– Опять напрашиваешься на комплименты? Ты знаешь, что ты самая сексуальная беременная женщина в мире. Но присядь, моя дорогая. Я хочу показать тебе кое-что, пока они не приехали.

Фиби опустилась в кресло и скорчила рожицу:

– До Рождества еще пять дней.

– Будем считать это ранним подарком.

Она взяла из рук мужа бархатную коробочку. Под крышкой, на черной сатиновой подушечке блестело роскошное ожерелье. На тонкой платиновой цепочке сияли тысячи маленьких бриллиантов. Несколько секунд Фиби не могла произнести ни звука.

Лео встал перед ней на колено, взял ожерелье и застегнул его на шее супруги. Фиби приложила ладонь к груди:

– Господи, Лео, какая красота. Спасибо.

– Это был подарок на нашу годовщину. Но я вспомнил, как ты любишь Рождество. К тому же сегодня ровно год, как буря и снегопад открыли мне новую жизнь. Прекрасную жизнь, полную сказки и любви.

Фиби обняла его за шею и, притянув к себе, одарила поцелуем.

– Так какая же музыка лучше – рок или кантри? – поддразнила она мужа.

– Та, которую мы слушаем вместе.

Content

Джанис Мейнард
Волшебная встреча

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Эпилог