Константин Стэнк

Неудачный контакт

Неудачный контакт

Научно-фантастический рассказ-шутка

Гельман вторую неделю жил в горах в заброшенной, забытой богом и людьми, деревушке. Надо было срочно описать и подготовить к отправке многочисленные образцы горных пород. Образцы собирал он сам, совершая для этого многодневные тяжелые путешествия по малоизученным местам, лазая по ущельям и крутым спускам, отыскивая минералы в горных расщелинах. Много образцов притащил ему и добровольный помощник из местных жителей Карзай. Конечно же, это было не настоящее имя низкорослого и крепкого юноши, повсюду сопровождавшего Гельмана в роли проводника. Кто и когда назвал его так он не помнил, но смирился с новым звучным именем, тем более, что иначе его никто не называл. Так он и представился Гельману при первой встрече.

Сегодня Гельман планировал закончить рутинную работу по описанию собранных образцов, все упаковать и больше ни на какие дела не отвлекаться.

– Я тебе красивая образца принесла, сильно красивая, такая у тебя нету, – послышался взволнованный голос Карзая.

Гельман не слышал, как он вошел в дом, но по взволнованному голосу, по тому, как Карзай безжалостно коверкал слова, было ясно, что нашел он действительно что-то очень важное.

– Ну что же, давай твой образец.

– Она у меня там, в мешке, очень красивая и светит еще.

Карзай метнулся из дома и через минуту вернулся с рюкзаком.

Образец действительно оказался необычным: черный кусок породы с резким игольчатым сломом. Одна сторона сияла идеальной полировкой, отражая лучи света словно зеркало.

– Где же ты нашел такое чудо? – поинтересовался Гельман.

– Где своя пещера нашла, сначала не заметила, потом света на нее посветила, она и засияла.

«Своя пещера» – это пещера, которую нашел когда-то Карзай в одном из ущелий. Никто и никогда туда не заглядывал, поэтому ее с тех пор и называли не иначе как «Пещера Карзая».

Гельман внимательно осмотрел полированную поверхность образца, попробовал ее на прочность тонкой алмазной иглой. Игла никакого следа не оставила. Вооружившись мощной лупой, Гельман еще раз провел иглой по зеркальной поверхности, стараясь нажать посильнее. Игла сломалась, не оставив на образце даже малюсенького следа.

Но что это? По зеркальной поверхности ровной аккуратной строчкой нанесены какие-то знаки.

– Чем ты его царапал? – строго спросил геолог.

– Не трогала, я ее, как она засветилась, взяла ее в мешок и принесла тебе, – обиженно поравдывался помощник.

Надо самому отправляться в пещеру и тщательно там все обследовать. Но прежде Гельман решил рассмотреть странные знаки под микроскопом.

Что это?!

Каждая линия странных знаков состяла из множества микроскопических, совершенно непонятных значков и закорючек, которые прерывались довольно длинной линией, так же содержащей множество знаков.

– Несомненно, это какая-то письменность, только вот кто это написал и каким способом? – размышлял геолог.

Два дня пути к труднодоступной пещере показались месяцем. Никогда еще Гельман не был так одержим целью похода и не сталкивался с таким огромным количеством всевозможных препятствий.

Наконец, цель была достигнута – вот он вход в пещеру. Закатное солнце слабо освещало неровные своды просторной пещеры.

– Здесь она лежала, – Карзай подсветил место под сводчатой стеной пещеры, показывая, где он нашел необычный образец.

– Откуда же он отвалился? – геолог тщательно осмотрел указанное место. Посветив повыше, он обнаружил игольчатый слом на идеально гладкой плите.

Плита, после света фонаря, излучала слабое свечение, но и его было достаточно, чтобы в пещере стало светло.

Гельман осмотрел место, где был отколот кусок плиты.

Вот они, таинственные знаки, сквозь лупу видно, что вся плита испещрена загадочными письменами.

– Смотри, Гельмана!!! – изумленно воскликнул проводник.

Геолог отошел подальше, и в глаза ему бросилась надпись: «Здесь был Вася!»

Увлеченный поисками следов слома и его изучением, геолог не заметил сразу варварской надписи, нанесенной поверх таинственных микроскопических надписей.

Неизвестный Вася нанес свою содержательную надпись примитивным квачем. Квач валялся недалеко, рядом с банкой ядовитой желто-зеленой краски.

Тем не менее, никакого Васи в пещере обнаружить не удалось. Не было и никаких следов его пребывания. За исключением надписи, пустой банки из под краски и квача, наскоро изготовленного из подручных материалов.

– Без извести пропала Вася, – сделал вывод проводник.

На следующий день Гельман срочно вылетел в Москву, поручив Карзаю охранять пещеру от нашествия одержимого автографами Васи.

В Москве рассказу Гельмана вначале не поверили. Но через день собралась довольно представительная комиссия по изучению невиданного образца породы, а главное расшифровке таинственных надписей на минерале невиданной прочности.

Образец поместили под электронный микроскоп и сразу же все члены комиссии обомлели. Это действительно были микроскопические записи неизвестной цивилизации.

– Образец медленно перемещается под микроскопом, давая тем самым возможность всем членам комиссии внимательно рассмотреть таинственные письмена на демонстрационном экране.

Когда к рассмотрению попала длинная линия, тишину нарушил один из присутствующих членов авторитетной комиссии.

– Позвольте! Но ведь это периодическая система химических элементов! Только в ней почему-то больше двухсот элементов! – возбужденно воскликнул пораженный ученый.

– Все указывает на то, что это послание оставлено нам гораздо более развитой цивилизацией. Если нам удастся его расшифровать, на Земле будет невиданный прорыв науки, – поделился своими мыслями его коллега. Впрочем, все давно уже пришли к этой же мысли.

Необходимо срочно защитить послание от всяких Вась и ему подобных варваров, – дружно приняли решение все члены комиссии.

Вариант решения нашелся очень быстро.

Обратно к пещере Гельман возвращался на вертолете. Вместе с ним летела группа высококвалифицированных строителей и инженеров. На другом вертолете везли стройматериалы.

Карзай, добровольно и тщательно охранявший пещеру его имени, заверил, что никакая Вася не появлялась и вообще никто не была.

Через несколько дней перед таинственной плитой возвели прочную стену из самых современных материалов. Инженеры рассчитали все так, что даже самый маленький зверек вроде мыши не смог бы попасть в узкое пространство между плитой и защитной стеной. Что уж там говорить о каком-то Васе.

В Москве тем временем срочно разрабатывался специальный автоматический сканер, для съемки послания неведомой цивилизации.

Весь ученый мир облетела сенсационная новость о таинственных письменах, ученые всех стран бились над загадками таинственных закорючек, но тщетно.

Выход, в конце концов, все же был найден. Объединили возможности многих суперкомпьютеров, создали для срочно придуманного электронного супергиганта целый ряд уникальных программ. И получили положительный результат. Таинственную запись на образце расшифровали. Теперь язык неведомой цивилизации не был таинством, оставалось получить только остальной текст.

Весь мир замер в ожидании расшифровки долгожданного послания совершенной неведомой цивилизации.

Наконец, уникальный сканер изготовлен и срочно доставлен к месту работы. В защитной стене пробурили узкое отверстие и запрограммированный по специальной программе сканер пополз по зеркальной поверхности плиты. Считываемые сканером знаки тут же передаются в специальный научный центр, где сразу же расшифровываются совершеннейшей электроникой.

Все люди планеты замерли у телевизионных экранов, наблюдая прямую трансляцию. На экранах медленно появляются слова:

«Братья по разуму, мы жители планеты ZRTK так она называется по общепринятой Всевселенской классификации, обнаружили вашу цивилизацию и хотим поделиться с вами наиболее ценными знаниями. Далее шло описание законов развития материи во Вселенной, охватывающее разделы физики, химии, астрономии. Описывались способы получения энергии, без нанесения ущерба планете. Технологии преодоления сил тяготения и прочее, и прочее.

Несомненно, эти знания значительно продвинут цивилизацию людей на Земле. Мир торжествовал!

Наконец-то есть возможность внеземного контакта с инопланетной цивилизацией!

Но вдруг, равномерное, спокойное написание текста прервалось. Сканер почему-то остановился. Впрочем, помедлив несколько минут, он продолжил движение.

«А все же Вася здесь был! И на ZRTK тоже был!»

Больше связь с инопланетным разумом не возобновлялась. Таинственные письмена исчезли, как будто бы их никогда не существовало вовсе.

В пещере Карзая создали музей, туда регулярно водили туристов, демонстрируя портал, так внезапно прекратившейся межпланетной связи.

Только однажды, когда странное событие уже почти забылось, на плите вдруг появилась надпись на вполне понятном земном языке: «Угомоните наконец-то Васю!»

Вундеркинд

Петька – Петр Алексеевич

Петька рос в семье банкиров. Родители его постоянно занятые на работе, поглощенные финансовыми заботами, не могли заниматься воспитанием сына в полной мере, потому и видели редко. Хотя и любили его безмерно.

Воспитывался Петька в основном бабушкой и дедушкой.

Дед его имел обширнейшую библиотеку и постоянно занимался какими-то исследованиями и подготовкой к публичным лекциям.

В местном университете его лекции пользовались огромной популярностью.

Бабушка же – сама доброта. Спроси любого горожанина. – Кто самая лучшая бабушка в городе? Непременно будет ответ, что бабушка эта именно Петькина – Надежда Алексеевна Потапова.

Внук же только радовал сердца добрых и заботливых стариков.

– Дед, какая это буква? Поинтересовался однажды трехлетний Петька, показывая пальчиком на обложку книги.

– «Т» – удивился неожиданному вопросу дед, отвлекаясь от чтения очередного тома.

– А это? – тут же поинтересовался малыш, показывая на следующую букву.

– «Р» продолжал терпеливо отвечать дед, души не чаявший в любимом внуке.

Так Петька, при талантливой и умной поддержке деда, изучил все буквы и научился читать.

Странно и завораживающе, звучало первое прочитанное слово – «Трансформаторы».

Вскоре дед заметил, что внук потихоньку таскает и читает книги из его обширнейшей библиотеки.

Не желая пускать дело на самотек, он стал посещать отделы книжных магазинов для детей. Тщательно продумал программу обучения внука. И занялся образованием талантливого любимца.

Родители радовались успехам сына, но все же, решили, что не стоит ребенка лишать детских радостей. Отказывать в общении со сверстниками.

Поэтому Петьку и стали водить в детский сад. Петька не сильно сопротивлялся, только по утрам частенько просил не мешать, ему досматривать, приятный сон.

В садике – новые проблемы.

– Ваш Петр Алексеевич, «спутал» воспитателям все планы, все утвержденные программы.

– Научил читать всю группу, – с улыбкой сетовала как-то воспитательница.

– Я, конечно понимаю, что вы должны обучать детей, не только чтению, но и развивать их речь. Но зачем такое обилие трудных, «рыкающих» слов – «трансформатор», «генератор», «стабилизатор», «ротор», – подхватила одна из родительниц из Петькиной группы, высказывая свое недовольство воспитательнице.

Родители, опять посчитали, что следует вмешаться и скорректировать систему образование сына на современный лад, в соответствие с требованием времени.

Поэтому в их доме появился учитель английского языка, настоящий англичанин из Лондона.

Теперь уже сам Петька решил, посещать книжные магазины.

Сначала визиты малолетнего книголюба забавляли продавцов.

Но очень скоро он стал ставить их в тупик. Задавать слишком сложные для их понимания вопросы и делать немыслимые заказы на книги.

Теперь и продавцы уважительно, с неизменной улыбкой называли чрезмерно грамотного малолетнего покупателя – Петр Алексеевич.

Впрочем, слава о нем давно уже шагнула за пределы города. А городские школьные учителя со страхом ждали его появления в школе.

Что с ним делать? Как приспособить ребенка к школьным программам и методикам?

Англичанин, сбежал через шесть месяцев, оставив родителям ребенка записку.

В записке он указал, что его интеллекта недостаточно, для соревнования со столь высокообразованным, высокоорганизованным, умом подопечного.

Настало время покидать детский сад. Воспитатели и работники детского сада, устроили Петьке грандиозный праздник по поводу окончания пребывания в детском учреждении.

Благодарны были еще и за то, что он и всех сотрудников, а не только детей, обучил разговорному английскому языку. На «выпускном» присутствовали также многие восхищенные родители других детей, благодарные малолетнему преподавателю.

Дети из Петькиной группы исполнили несколько песен на английском языке и вручили ему самодельные поделки на память.

С некоторым волнением отнеслись к этому событию в Городском «Управлении образования».

Петька в школу не пошел, ему гораздо интереснее заниматься с дедом, с утра до вечера находиться рядом с ним.

Потому он и продолжил свое образование и самообразование под руководством деда.

Однако, умный дед вскоре заметил, что внуку крайне необходимо заниматься еще и спортом, не только бесконечно накапливать знания.

Из всего многообразия различных видов спорта, Петька остановился на спортивной гимнастике, самостоятельно определился в городском спортивном клубе, и стал регулярно заниматься. Кроме того, он самостоятельно изучил теорию игры в шахматы и запросто ставил мат деду или отцу каждый вечер.

По вечерам, он входил с шахматной доской в гостиную или столовую, и вопрошал: «Кто сегодня желает стать жертвой шахматной баталии?»

Кроме отца и деда, уже никто не отваживался садиться с ним за доску.

Жизнь Петьки резко изменилась с приездом в гости его старшей сестры – Сюзанны.

Сюзанна проживала в Лондоне, куда ее отправила мать для воспитания и обучения,(подальше от ее родного отца, с которым давно развелась). Еще совсем маленькая девочка, так и выросла в Англии, без родных, под надзором чопорных, надменных, наемных воспитателей. В Россию она почти не приезжала, предпочитала всегда дожидаться, когда навестят ее родители в Лондоне, родном, понятном и уютном. Да и не особо скучала она по Родине, которая была ей чужда, так же, как и родители. Мать она называла «Старухой», а к отчиму, ее молодому мужу относилась, как к пройдохе и проходимцу, удачно женившемуся на не молодой, но влиятельной и богатой владелице крупных банков. Считала, что женился он лишь для того, что бы объединить их банки, охватив, таким образом, всю страну единой подвластной ему банковской системой. Да так оно и было.

Петьке ни сама Сюзанна, ни ее семилетний сын не понравились сразу с первого дня знакомства.

Знакомство их было не обычным. Петька со своими друзьями гулял во дворе дома – выполнял «Норматив пребывания на свежем воздухе», установленный дедом и бабушкой.

Вот тогда и появилась Сюзанна с сыном.

Как всегда возле ребятни важно прохаживалась Петькина кошка – Брыська, в ожидании заслуженной ласки.

Кошка являлась всеобщей любимицей детворы, любили ее дети за ласковый нрав, красивый черно-белый окрас и невероятную пушистость. Практически кошку не отпускали с рук, обязательно кто-либо гладил мягкое, пушистое, нежно мурлыкающее создание.

Когда гости подошли к дому, Сережка, которому посчастливилось держать на руках в это время кошку, от удивления даже выпустил ее из рук.

Завидев новых людей, Брыська пошла к ним навстречу, изящно изогнувшись и подняв хвост в ожидании ласки новых друзей.

И тут произошло невероятное!

Рыжий малец, ухватил кошку за хвост, размахнулся и швырнул Брыську на ближайшее дерево.

Обиженно мяукнув, кошка от удивления умчалась по стволу дерева на самую вершину.

Петьке потом пришлось лезть за ней, и он едва не свалился с высокого дерева.

– Ричард, нельзя трогать бродячих кошек руками, – заметила сыну Сюзанна.

Петька и все его друзья онемели от ужаса, такое варварство было совершенно немыслимо в их понимании.

Неловкую ситуацию исправил Сережка:

– Это Петькина кошка! – сказал он и, просто-напросто, отвесил рыжему незнакомцу крепкую оплеуху.

Теперь уже онемели гости, Сюзанна – побагровела от злости, а дерзкий рыжий пустил слезу от удивления.

Вскоре Сюзанна разрешила маленькое недоразумение.

Кошка Брыська – оказалась котом Брысем.

Но это нисколько не помешало Брысю, с тех пор, до самого отъезда неприятных гостей, регулярно справлять малую нужду, в шикарные туфли Ричарда.

Дед, защищал кота.

Утверждал, что это результат пережитого котом стресса. Никто его раньше за хвост не таскал, потому и не было ничего подобного.

Спокойствию и тишине в доме деда пришел конец.

С раннего утра Сюзанна гонялась с веником за Брысем.

Бабушка подгадывала удачный момент, что бы вовремя открыть дверь и выпустить кота на спасительную улицу.

Ричарда мать на улицу не выпускала, опасалась, что побьют его малолетние «хулиганы». Было уже такое неоднократно.

Все только потому, что, играя с ребятами в футбол, Ричард непременно загонял мяч в грязь или лужу. Да еще и убеждал всех, что так играть гораздо интереснее, в Англии мол, так забавляются – весело.

Потому и тыкал гость целыми днями кнопки планшетника – играл в «стрелялки».

Петька стоически старался переносить нашествие чудных иностранцев, как всегда занимался учебой, только однажды отвесил Ричарду – затрещину.

Затрещина была вполне заслуженной.

Скучающий от безделья Ричард, придумал как-то, играть в народную игру-забаву всем семейством.

Однажды перед ужином он выставил на стол корзину с куриными яйцами, часть из которых были сырыми, а несколько вареными.

Всем сидящим за столом он предложил поочередно брать яйца и разбивать на собственной голове. Задача состоит в том, что бы удачно выбрать вареное яйцо. Так мол, весело развлекаются в Англии.

Когда все отказались от немыслимо глупой затеи, Ричард сам взял яйцо, расколотил его на собственном лбу и весело рассмеялся. Веселился оттого, что содержимое сырого яйца растеклось по физиономии. Петька терпел это глупое хихиканье, пока тот не растемяшил на своей голове третье яйцо. Вот тут-то и созрела затрещина, прервавшая чудовищно-глупое развлечение.

Ужин прошел в полном молчании.

Ричард забился в угол с планшетником и молча жевал сосиски, злобно поглядывая на Петьку.

После ужина в спальне матери разразился грандиозный скандал, чего никогда раньше не происходило в этом доме.

– Зачем тебе старухе, потребовался этот «Суррогат»?! Ричарда тебе мало?! – кричала Сюзанна на мать.

– Тише вы тише, детей напугаете, – успокаивала женщин бабушка.

Но Петька уже все услышал.

Никогда он не читал газет, да и телевидение его не интересовало, так же как и деда. Но о суррогатном материнстве кое-что слышал от мальчишек:

– Неужели я суррогатный, неужели моя мама, вовсе мне не мать?! – метались в смятении мысли.

– Расспрашивать родственников нет смысла, все равно, правду не скажут, – решил Петька.

– Ричард, давай мириться, – протянул Петька руку рыжему родственнику, как бы племяннику.

Тот молча засопел и надменно отвернулся.

– Мне нужен Интернет – покажи, как это делается, – попросил Петька, никогда не сидевший за компьютером.

– Мама! Суррогатина отнимает у меня компьютер! – завопил рыжий родственник и помчался к матери.

– Значит правда!

И все об этом знают, даже Ричард, – сделал вывод Петька.

На следующий день Петька подошел к деду:

– Мне нужен компьютер с Интернетом, – твердо заявил он.

– Странно, раньше тебя никогда не интересовало пустое времяпровождение, – удивился дед.

– Не зная компьютера, я чувствую себя не полноценно, не современным, – настоял Петька.

Компьютер для Петьки, на зависть Ричарду – купила Сюзанна, прослышав о просьбе сводного брата.

Петр Алексеевич снова появился в книжном магазине, в очередной раз, удивив продавцов резкой сменой интереса и разнообразием познаний.

Просьбу его удовлетворили, сформировали подборку из самой популярной компьютерной литературы и учебников по программированию – выполнили заказ мгновенно.

Помнили и сильно уважали Петра Алексеевича.

Сюзанна уехала вместе с сыном, пообещав, что ноги ее больше в этом доме не будет. Чувствовала, что не пришлись они по сердцу ни матери, ни деду с бабушкой.

На прощание она все же решила поговорить откровенно с Петькой.

Тут и выяснилось, окончательно, что родила Петра суррогатная мать, и использовался для этого генетический материал отчима и «Старухи»– не смогла Сюзанна и в этот раз назвать свою мать – мамой.

– Хотя ты и мой сводный брат, и слишком умный, но на наследство можешь не рассчитывать!

– Есть у старухи наследник первой очереди – мой сын Ричард.

– Даже не пытайся обойти его, иначе хуже будет. Ричарда я специально выучу, подготовлю к банковскому делу.

– Англия, это не отсталая Россия, там банковскому делу обучают прекрасно. – А ты даже в школу не ходишь, что с тебя взять.

Через неделю после ее отъезда, заявились представители «Органов опеки».

– Почему Петр Алексеевич Потапов не посещает занятия? почему вы его не оформили в школу? Нарушаете закон о всеобщем обязательном образовании! – вещала представительная, строгая женщина в очках.

Никакие доводы и убеждения не помогли. Дело дошло до суда.

Судья долго наслаждался обилием новых ранее не известных даже ему знаний из уст Петьки.

Тот с блеском опровергал все доводы лучших учителей города, приглашенных в суд в качестве экспертов.

Наконец, нашлось «Соломоново решение» и суд вынес его, зафиксировав официальным документом.

По решению суда Петьку представили для аттестации, перед представительной комиссией в областном «Управлении образования».

Председателем комиссии назначили самого заслуженного учителя области.

Оторвали его от бесконечных вечно-срочных, хотя по здравому смыслу никому не нужных бумаг и отчетов.

Но учителем он действительно был хорошим и заслуженным. Сумел стать таковым, несмотря на бесконечную ненужную отчетную писанину.

– По какому из предметов Вы желаете пройти тестирование? – обратился председатель к экзаменуемому. И разложил перед ним тестовые вопросы, составленные по всем предметам школьной программы на основе ЕГЭ.

Петька внимательно прочитал все тесты, с презрением их отверг и заявил:

– «Я прибыл сюда для защиты своих знаний, а не играть в угадайку, если угодно комиссии отвечу, развернуто и обширно по всем темам, затронутым в тестах. По всем предметам».

Четыре часа комиссия, составленная из лучших учителей-предметников, пыталась придумать такой вопрос, на который у него не нашлось бы ответа.

Экзаменаторы взмокли от напряжения, но такого вопроса не нашлось.

По единодушному одобрению и под аплодисменты всех членов комиссии Петьке не только выдали аттестат о среднем образовании, но и золотую медаль.

Весть о небывало способном ученике разнеслась по всем ВУЗам. И к нему стали поступать приглашения о поступлении в самые различные университеты и институты, все желали заполучить способного студента-эрудита.

Но Петька уже решил заниматься программированием и поступил на соответствующий факультет местного университета.

Уже с первого курса, юный студент так поразил обилием и глубиной знаний преподавателей, что те частенько предлагали ему читать лекции, замещая временно отсутствующих коллег.

Студенты от лекций пятнадцатилетнего преподавателя приходили в восторг, непонятных тем и вопросов после его лекций не оставалось. Все и всем было просто и ясно. Петька увязывал новую информацию, преподносимую студентам, со школьными программами и запросто ликвидировал чудовищные пробелы из школьного курса, в знаниях студентов– отличников ЕГЭ.

К четвертому курсу Петька уже успел успешно сдать экзамены и зачеты по всем предметам и всему предусмотренному программой курсу обучения.

Диплом инженера-программиста, вручили ему досрочно, предложив, однако, продолжить обучение в аспирантуре.

От аспирантуры Петр Алексеевич восемнадцати лет отроду – отказался.

А вот предложение матери возглавить в ее банке «Информационно-аналитический отдел» – принял с удовольствием.

Под руководством нового руководителя отдел заработал настолько мощно и эффективно, что мать не могла нарадоваться.

В короткий срок выяснили клиентов банка злоупотребляющих доверием сотрудников и приносящих большие убытки. Банковские дела быстро пошли в гору.

Пересматривая многочисленные договоры и платежки, Петр обратил внимание на некую благотворительную организацию «Белый Аист».

Особенностью взаимоотношений банка с этой организацией было то, что банк долгое время безвозмездно ее финансировал, довольно крупными суммами.

Особенно заинтересовал Петра платеж в три миллиона долларов, как раз в день его рождения.

Мать ничего не объяснила Петру о загадочной организации, да еще и запретила заниматься бумагами, связанными с «Белым Аистом». Но это его только раззадорило и заинтересовало еще больше.

Исследование официальных документов таинственной организации ничего не дало. Только отчеты о многочисленных благотворительных взносах со всего мира, да торговая документация. Было только ясно, что информация тщательно шифруется и умело скрывается.

Однако просмотр серверов бесчисленного количества фирм посредников, партнеров, и дочерних предприятий сильно его заинтересовал. Да и секретность в этих фирмах была на порядок ниже.

Кэтрин – Катя

Явился к Петьке однажды друг детства Сережка.

За спиной друга стояла молодая девушка. Не нужно было быть специалистом, что бы без труда определить, что она точная копия Петьки.

– Я – Кэтрин – девушка протянула Петру руку и добавила – наконец-то я тебя разыскала, дорогой мой братишка!

– Как же это тебе удалось? – удивился Петр.

– Я работаю в фирме «Белый Аист», в отделе информационной безопасности. Год назад получила задание: «Срочно разыскать программиста, очень близко подошедшего к секретам фирмы».

Вычислила я тебя довольно быстро.

Но, зная всю подноготную историю фирмы, решила проверить и сопоставить полученные данные. Вот потому-то и приехала, тайком, не выдавая твоих секретов. Оказалось, что мы с тобой двойняшки, что и не удивительно, при искусственном оплодотворении такое происходит очень часто.

– Не ожидал, что у меня есть родная сестра, да еще и встретиться довелось.

– Повезло нам с тобой еще и потому, что заказчик погиб в авиакатастрофе, вскоре после нашего рождения. Иначе давно бы меня порезали, на органы-с грустью сообщила, Кэтрин.

Петька срочно отпросился у матери в отпуск, и они с сестрой, тайком от всех укатили к деду с бабушкой.

Старики несказанно обрадовались гостям.

Да еще каким!

Нежданная внучка еще больше добавила радости добрым старикам.

Однако деду вскоре захотелось узнать все тайны связанные с рождением двойняшек.

Катюша, так ее предпочитали называть дедушка с бабушкой, несколько вечеров рассказывала все, что ей удалось выяснить.

– Самые влиятельные и богатые люди мира, организовали тайное общество – «Миллениум» С целью выяснения проблем старения человека и возможности продления жизни, – начала повествование Катюша.

– Ну, что же цели вполне благородные, только не верится, что финансовые воротилы не ищут в этом свою выгоду, – заметил дед.

– Так оно и есть, поэтому и работы все проводились в тайных лабораториях построенных специально, на одном из необитаемых островов.

– По всему миру они открыли целую сеть дочерних «благотворительных» организаций, одной из которых и является «Белый Аист».

Сначала они пытались использовать суррогатных матерей из числа рабынь, выкупленных у бандитов. Но оказалось, что эти женщины не годятся не только на роль суррогатных матерей, но не годны, даже к продаже на органы.

– Вот тогда и появились фирмы посредники.

В задачу этих организаций входит, прежде всего, поиск девочек, потенциально способных стать донорами органов, для членов клуба «Миллениум» или других богатых заказчиков. Совместимость тканей при трансплантации – вот, что в первую очередь интересует медиков при проведении якобы благотворительной диспансеризации и медицинских обследованиях, – печально повествовала Катюша.

– Боже, что творится-то в мире, до чего дошли! Детей маленьких резать, ради старых богатеев! – вздыхает бабушка.

– Девочек свозили на остров, обеспечивали им беззаботную здоровую жизнь, всячески оберегая от болезней и влияния неблагоприятной экологии в мире. При достижении детородного возраста, девочек, оказалось, очень выгодно можно использовать, в качестве суррогатных матерей. Такой была и мать, родившая нас с Петькой – объект 314565. Они там все под номерами, без имен и фамилий.

– Где же она сейчас? – взволнованно поинтересовался Петр.

– Как пишут они в отчетах: «Использованные объекты переходят в собственность и под покровительство заказчика, в качестве репациента – донора», – едва не плачет Катюша и решает, что на первый день достаточно, нет у нее сил вести рассказ дальше.

На следующий день Катя продолжила печальное повествование.

– При искусственном оплодотворении очень часто рождаются близнецы и двойняшки.

– Мальчиков фирма продает заказчикам, а девочек оставляют, как материал для суррогатного материнства.

– Так у меня и началась «Спокойная» тихая жизнь, среди чужих людей. Заботило их, прежде всего здоровье подопечных, отсюда и здоровое питание, полноценный отдых, и спортивные занятия. Фирма гарантировала заказчикам, абсолютно здоровую суррогатную мать.

– Кроме того, бесконечные медицинские обследования, проверка на совместимость тканей с потенциальными заказчиками органов для трансплантации из числа членов клуба «Миллениум» и их родственников.

– Подходящим заказчиком для моего тела оказался сын председателя, руководителя клуба «Миллениум»– Артур Маккерми.

– Вскоре меня поместили у них в семье.

Артур оказался очень милым и умным парнем. Мы с ним подружились.

– Почему-то Артур относился ко мне, как к сестре, наверное, потому, что я должна была спасти ему жизнь. Вскоре он потребовал, что бы для меня организовали учебу, наняли учителей и репетиторов. Быстро выяснилось, что у меня очень хорошие способности к обучению.

Я решила стать программистом, успешно освоив эту специальность, почти самостоятельно.

– Когда Артур погиб в авиакатастрофе, заботу обо мне взял на себя его отец.

– Он и определил меня в службу информационной безопасности фирмы «Белый Аист». Русский язык я к тому времени уже знала прекрасно, дружила с русскими еще на острове.

– Бедная девочка! Сколько же тебе довелось пережить, – запричитала бабушка, нежно прижимая к себе внучку.

– Ну, что же все ясно, завтра будем думать, что мы можем предпринять, утро вечера мудренее, – решил закончить беседу дед.

Целый месяц талантливейшие программисты, брат и сестра, занимались разработкой плана будущих действий.

Дед, проявлял к их занятию живейший интерес.

Прежде всего, им удалось создать точную цифровую модель-копию господина Маккерми, по не многочисленным записям публичных выступлений этого деятеля.

Еще через месяц модель Маккерми заговорила его голосом, с точным соблюдением всех особенностей оборотов речи и интонаций, жестов, мимики и других привычек этого человека. Все выполнялось с абсолютной математической точностью. Отличить виртуального Маккерми от живого образца, не смог бы даже самый придирчивый эксперт.

Настал день, когда Петр и Кэтрин закончили создание «видиообращения» господина Маккерми к членам закрытого клуба «Миллениум».

Просмотрел ролик и их дед – внес некоторые поправки и одобрил полностью.

Проникнуть в тщательно засекреченную, закрытую сеть клуба «Миллениум» молодым программистам удалось достаточно легко – ролик туда они запустили и ожидали результатов.

С самого утра господину Маккерми названивают члены руководимого им клуба «Миллениум».

Все почему-то резко обеспокоились состоянием его здоровья, бесконечно высказывают соболезнования в связи с гибелью его сына– Артура, и осторожно интересуются, не слишком ли он торопится, принимая решение о прекращении столь выгодного бизнеса.

Ничего, не понимая в создавшейся ситуации, Маккерми решается, просмотреть видеозапись, якобы размещенную им в сети.

Едва только зашел в специально созданную абсолютно секретную информационную сеть клуба– сразу же увидел себя любимого обращающегося ко всем членам клуба «Миллениум».

Впрочем, то, что «он говорил» – ему понравилось, и более того, по мере просмотра вызывало все больший и больший восторг. Вот только, убей – не помнит, когда это его вдруг осенило, и когда он записывал такую умную, благородную, проникновенную, пламенную речь.

Суть же обращения была вот в чем; после трагической гибели сына, он Маккерми, оставивший своей деятельностью сотни родителей без детей, исчезнувших неожиданно и бесследно, со всей остротой и болью понимает безутешное горе и страдания несчастных родителей. Именно поэтому он прекращает деятельность клуба и всех его филиалов.

Детей с острова необходимо срочно доставить родителям, с выплатой денежной компенсации за причиненные неудобства. Хватит страдать ежеминутно, по много лет сотням материнских сердец и тысячам детских душ!

Секретные хранилища с генетической базой, во всех филиалах – вернуть заказчикам и предложить им самостоятельно заниматься поиском суррогатных матерей.

Лабораторию на острове надлежит закрыть!

Само-возвеличившись от осознания своего благородства и не мыслимого человеколюбия, в Богоугодном деле, он теперь уверенно отвечал на все звонки и твердо заявлял:

«Решение окончательное, отмене и обсуждению не подлежит!»

Впервые в жизни его человеческое начало взяло верх над стяжательством и жаждой обогащения.

Более, закрытый клуб «Миллениум» не существует, нет и других ему подобных.

Ниферпатра

Сатирический рассказ

На Элеонору накатывала депрессия. Она это чувствовала и знала, как избавиться от неприятности. И избавилась бы, если бы не ссора с Надькой (Надией-змеей).

С Надькой они были когда-то подругами, жили в одном доме, учились в одном классе, вместе решили на зависть одноклассницам– отличницам, поступить на филологический. Еще и потому, что крепко не дружили с математикой и физикой. Вместе поступили, вместе учились, и вместе бросили учебу. Ушли в загулы по ночным клубам, назло быдловатому обществу и общественной отсталой морали – громко выразили молчаливо свое презрение «чумовые» девчата. И хотя подругами они давно уже не были, но гордо представляли друг – друга новым знакомым:– «Моя приятельница».

Ссора вышла из-за пустяка. Элеонора согнала со скамейки Надькину кошку, в намерении присесть рядышком с приятельницей.

Кошка ничего, спокойно ушла и улеглась под кустом.

А Надька, Надия-змея зашипела злобно, надолго, и безостановочно. Элеонора – ответила, как могла резко и убедительно. Потом разногласия постепенно перешли на одежду, косметику, женихов, всех бывших и несостоявшихся.

Незаметно Надька перешла на лексикон народный, весьма далекий от языка печатного. Она с успехом освоила его еще в школьные годы.

Элеонора ответила «Феней», тоже не совсем печатной, но ставшей с недавних пор вполне допустимой в кино и на телевидении.

Кошка давно уже мирно дремала под кустом, а два несостоявшихся филолога приобщали соседей к немыслимым оборотам новоявленной литературой не признанной культуры.

Закончилось тем, что Надька запустила в приятельницу толстенный глянцевый журнал.

Элеонора не стала уворачиваться, а ловко этот журнал поймала и его же глянцем отхлестала соперницу по щекам.

И вот результат – глубочайшая депрессия.

– Интересно, что же эта дура читает? – Элеонора взяла журнал, прочитала несколько заметок, потом рассказ. Пришло некоторое злорадное удовлетворение.

– Читает-то, она полную чушь!

– Как же поднять настроение? Где-то читала, что ничего так не успокаивает, как собственное сочинение, плоды своего труда. Надо попробовать писать, чем она хуже этих писак– авторов глянцевых журналов.

– Решено. Надо писать.

После недолгих размышлений придумала себе псевдоним – Ниферпатра, позаимствовав от имен Нефертити и Клеопатры.

Изменила обстановку по «Фен-шуй».

Соорудила с помощью косметики физиономию мыслителя по «Фрейду».

Даже простила мысленно Надьку по «Карнеги».

Мысленно выругалась по «Фене», и по – народному не хуже Надьки: «Я вам покажу…!»

Вслух помолилась, прочитав «Отче наш» целых три раза подряд. Перекрестила ноутбук, запутавшись в православном кресте и католическом.

Чертыхнулась, окончательно уже не понимая, как же правильно крестить.

Поплевала, через левое плечо.

И через два часа рассказ о Надьке, которая называла себя «Надия», но оказалась змея – готов.

Короткий разговор с бывшим однокурсником, ныне литературным редактором в глянцевом журнале.

И снова за работу. От депрессии не осталось и следа.

Она сочиняла уже десятый рассказ, а в это время главный редактор того самого глянцевого журнала возмущался: «Ну почему, к нам в журнал несут всякую чушь!? Вот снова, какая-то Ниферпатра объявилась!»

Просто любовь

Просто проснуться с тобою рядом

Просто коснуться нежной руки

Встретиться с ласковым любящим взглядом

И тосковать, когда мы далеки

Просто болтать ни о чем до рассвета

Просто смеяться и просто грустить

Просто припомнить счастливое лето

Просто обидеться, просто простить

Просто мечтать лежа рядом с тобою

Просто вдвоем ожидать перемен

Просто любить тебя всею душою

И получать те же чувства взамен

Просто быть вместе единым целым

И как же просто все потерять

Вдруг станет черным, что было белым

Просто нельзя это сердцем понять

Только прошу я у Господа Бога

Силы нам дай, чтоб любовь сохранить

Ведь наша жизнь это просто дорога

Будем, давай просто жить и любить

(Галина Лещинска)

Эпиграф опубликован с личного разрешения автора стихов.

Она была еще молодой и красивой, фигура ее сохраняла стройные формы. Но однажды, случайно, мимоходом довелось ей услышать убийственно неприятную фразу, вдруг она услышала: «Молодая еще, красивая, стройная, а уже вдова». Человек, который сказал это, наверное, хотел посочувствовать ей, скорее всего, жалел ее. Но лучше бы ей этого не слышать.

Теперь эта фраза не давала ей покоя, все всплывала и всплывала в памяти, сгибая плечи, сутуля стройную фигуру, пробивая морщины на румяном, цветущем лице, перебивая мысли, очерняя душу. Лучше бы, ох лучше бы, ей этих слов не слышать.

Она бы, наверное, сошла с ума, от бесконечных мыслей и бессонных ночей, если бы не «ОН». Если бы не память о НЕМ. Если бы бесконечно не всплывали воспоминания об их долгой, доброй, семейной жизни.

Сказать, что жили они мирно, не скажешь. Нельзя сказать, что у них были частые ссоры. Другое дело – размолвки и подтрунивания – этого добра сколько угодно, постоянно в таком состоянии, то был стиль их семейной жизни, как теперь говорят молодые – их фишка. Но никогда никаких упреков, криков и скандалов.

Странно сложилась их пара.

Еще на первом свидании, когда вместо привычных комплиментов и восхищений Он два часа рассказывал ей о современной технике и возможностях технического прогресса, о том, что и как можно сконструировать, ей подумалось:

– «Оригинал, однако – таких одержимых, еще не было!»

Все предыдущие, до него, а было их несостоявшихся и тайно и явно, по ней страдающих «женихов» много, просто отбою не было.

Но все вели себя одинаково – нагло и развязно. Как ей тогда это не нравилось!

Отшивала всех нещадно.

А этот, даже целоваться не полез. Пришлось ей самой прервать его вдохновленную лекцию, как бы нечаянным поцелуем. Нравился он ей очень.

Потом она вдруг объявила родственникам в присутствии друзей, что выходит замуж. Сама не ожидала от себя такой смелости.

Онемевшие от неожиданности родственники все же поинтересовались: «Кто же ее избранник?»

– А она посмеялась: «Изобретатель велосипедов», – обидно было немного, что Он так ни разу и не высказал восхищения ее достоинствами.

– «И зачем тебе такая древность, ему, поди, лет сто пятьдесят?»– спросил кто-то все же, для приличия.

– Он вам понравится, на четыре года старше меня, – искренне заверила она, оправдываясь – и оказалась права, Он нравился всем и даже кое-кто ей завидовал.

– «Твоему изобретателю велосипедов, можно уши на макушке завязывать узлом, или даже бантиком, это верный признак высокого интеллекта!», – заметила как-то одна из подруг.

Почти сразу же после женитьбы он затеял строить катер.

– «Проплывем с тобой на этом катере через всю Россию, по самой большой реке!», – мечтательно сказал он тогда.

– А почему не самолет? Слетали бы в Америку? Или в Африку, – резонно возразила она.

Он назначил ее «главным корабелом» и все время пытался согласовывать с ней конструкции различных узлов, деталей, и дизайн всего катера. Ей было все равно, она с ним всегда соглашалась, может быть даже просто из уважения – не хотела обижать.

Полгода он таскал в квартиру всякие очень важные материалы и железки.

А она добросовестно «выпуливала» все на балкон, незлобиво обзывая его «Плюшкиным».

Мечта о катере «скончалась» благополучно, вместе с отсутствием свободного места на балконе.

Тогда же его и осенило:– «Не построить ли на самом деле самолет?»

До самолета дело не дошло. Уступил он место другой мечте. Мечте о даче с двухэтажным домом на крошечном участке в шесть соток.

– «Слава богу – приземлился!», – сказала она тогда и согласилась на дачу, без дома. Потому, что знала весь Он, уйдет в строительство, вместе с небольшим семейным бюджетом. Это было потом, когда развалили страну.

А до этого, когда еще жили в его однокомнатной квартире – была Ленка.

Это особые воспоминания, которые ее всегда веселили.

Ленка, с мужем Петькой заселились на их лестничной площадке, в квартиру через стенку, сразу же после своей свадьбы. Говорила молодая всегда громко. И вообще новые соседи вели себя беспокойно и шумно, поэтому вся семейная их жизнь была, как на ладони – напоказ.

– «Ленка! Иди скорее сюда!», – часто кричал на весь подъезд Петька. Разыскивал свою, вечно болтающую с соседями жену.

– «Опять потерял! Орет, как в лесу!», – недовольно замечала она.

Однажды Ленка заболталась с подругой у двери их квартиры, нисколько не заботясь о том, что ее слышат все соседи.

Слышала болтовню подруг и она, да и Он в это время оказался дома – колдовал над каким-то прибором. По неволе они все отчетливо слышали.

– «Были в гостях мы у моей школьной подруги. Вот они богато живут! Машина у них, дача, акрариум, птичка ганарейка – все есть!», – восхищалась Ленка мечтательно.

Этого было достаточно, что бы Он соседку прозвал, не иначе, как «Птичка-ганарейка». А она, «Ленка-акрариум» Язвительностью и меткостью определений, в сочетании с иронией, они оба владели мастерски. На этом и сложилась «фишка» их уникальных семейных отношений.

А теперь она – вдова, вдова, вдова?! Нет, это невозможно! Надо гнать эти мысли, лучше уж вспомнить бывших соседей.

Потом? Потом развалили страну, и началась совсем другая жизнь. У них в семье мало, что изменилось, как жили дружно, не бедно и не богато – так и продолжили. Только Он еще чаще стал подрабатывать на разных работах. Многие желали дать работу его «золотым рукам».

На бесконечные разговоры и пересуды Он, тогда заметил скупо:

– «Теперь москвичи начнут нас делить, вместе с землей и заводами, найдутся срочно, потомки бояр!» – Так и вышло.

Вот тогда Он впервые и заговорил о даче, хорошо, что она согласилась. Теперь у нее есть дача, да и дом. Он все же построил его, не такой, как хотелось, но все же свой, просторный и уютный.

– Вдова…? Опять это чудовищное преследование навязчивой мысли, дикой и нелепой, как сам факт Его внезапной смерти. Умер он совершенно неожиданно, без всяких больниц и тяжелых болезней. Просто ей позвонили с Его работы и сказали, что Его больше нет – сердце, мол, не выдержало – инфаркт.

На очередной сюрприз это было не похоже. Такими вещами не шутят.

Увы, оказалось чудовищной в своей нелепости правдой! – «Зацепил, затравил мою душу и спрятался в иной мир», – приходили ей странные мысли в минуты горького отчаяния.

Вместе с «новой жизнью» на народ обрушилась и дикая безнравственность. Секс и эротика – отовсюду, из любой телепередачи, в кино, газетах, книгах, журналах. Ей казалось – народ сводят с ума, как будто нет других проблем в разрушаемой стране?

= «Разрушить нравственность, вот их основная задача!», – высказался однажды Он. «Пока сохраняются, высоко – нравственные культурные традиции – страна непобедима!»

А у «Ленки– акрариум» совсем сорвало тормоза. Она и так-то не отличалась особой порядочностью. Заботами, по отношению к мужу, семье, а тут еще и поддала ей смелости «Новая жизнь».

Петька ее, не больно трудолюбивый, стал теперь водителем-дальнобойщиком и неделями пропадал в рейсах – искал все «больших денег», не желал трудиться на заводах, где и платили-то плохо, и работать надо от звонка, до звонка. А Ленке все мало.

Ленка же зачастила в ночные клубы. Оттуда возвращалась не одна, а всегда с «Хачиком». Нарядная, как новогодняя елка, вся в золотых украшениях и модных нарядах.

Почему-то всегда у нее были именно хачики.

Почему хачики?

Как-то ей довелось нечаянно прослушать очередные откровения соседки через дверь, с лестничной площадки.

– «А они красиво объясняются в любви и, не жадные! Петька то, что промямлит что – попало, да и то, когда пьяный!», – оправдалась Ленка, перед подругой, как всегда на лестничной площадке и нарочито громко. Чтобы, мол, соседи не расспрашивали, не осуждали.

Петька норовил возвращаться из рейса непременно ночью. Выбрасывал из квартиры очередного кавалера и колотил Ленку.

– «Еще раз пальцем тронет, я его посажу. Бьет– значит, лю-ю-ю-бит!», – размазывала Ленка слезы, вместе с тушью, по щекам на утро, жалуясь какой-либо из добросердечных соседок.

Вдова…? Какое неприятное слово. Словно определение о человеке с вынутым сердцем, покинутом и забытом. А может быть так оно и есть?…

А у них? У них всегда все было пристойно, с любовью и безграничной нежностью и уважением, просто наслаждались друг другом. Все в традициях завещанных предками, воспитанных многовековой семейной культурой. Она не позволяла себе никаких вольностей, да и не требовалось.

По вечерам, перед сном они всегда читали. Она классику и романы о любви, Он – техническую литературу и журналы, непременно технические. Но не всегда это удавалось под тихую, спокойную, классическую музыку.

Часто, за стеной стонала и страстно вскрикивала Ленка – демонстрировала любовную страсть.

А она всякий раз возмущалась:

– «Что это она все орет!?»

Он добавлял:

– «Завтра ее Петька опять будет колотить как грушу!» И предлагал перейти спать на другую кровать. Сильный Он был мужчина.

Петька все же попал в тюрьму. Только посадила его совсем не Ленка, а родственники какого-то Казбека.

Казбек, возомнил себя мастером спортивных единоборств, потому и вздумал защищаться, всякими хитрыми приемами. А Петька! Он же прямой как лом, и силы у него не меряно. Просто сломал кавалеру нос и три ребра.

За это его и посадили влиятельные родственники Казбека. Вывернули все на суде так, что оказался виновен Петька. Причинил он, видите ли, тяжкие телесные повреждения из хулиганских побуждений.

Вылететь бы Казбеку просто из квартиры, как это проделывали много раз до него другие. И нос не испортил бы себе и алчный адвокат не потребовался бы, да и Петька избежал бы тюрьмы.

В качестве компенсации морального ущерба, судебные приставы отобрали еще и квартиру, на Петьку она была оформлена. Славно потрудились ловкие адвокаты.

Осталась теперь Ленка без детей, которых у нее не могло уже быть, по причине беспорядочных связей, без мужа, без квартиры. И не наряжается больше, как новогодняя елка – продает свои золотые побрякушки, на рынке.

Как-то она встретила ее на рынке. Там и жаловалась ей «птичка ганарейка» на свою, несправедливую судьбу. Не нашлось ей счастья в ночных клубах.

– Не научит ее жизнь, ох не научит. Не зря говорят, что горбатого могила исправит.

И опять мысли, мысли.

Какое дело ей до бестолковой, глупой соседки? У самой-то жизнь не мед.

Но у нее, есть Он, и дети – дочь и сын, сильно похожие на Него и внешне и характером.

Счастливая все же она и прожила свои годы счастливо!

– Ну, вот стало легче, да и закупила все, что планировала. Надо возвращаться домой, наверняка приедут дети, отпросятся в деканате, сдадут экзамены досрочно, все сделают, возможное и невозможное. Но все равно приедут к ней на день рождения. Постараются, конечно же, сюрприз преподнести, не предупредят. Как любил это делать Он.

Он просто обожал сюрпризы, на ее день рождения, среди зимы, всегда дарил ей букет свежих белых хризантем – ее любимые цветы. Откуда их брал? На вопросы всегда однозначно отвечал:

– «Друзья помогли!».

Друзей хороших, настоящих друзей у них, особенно у него было много, потому и верила. А удивленное восхищение, чудесному букету высказывала всегда, потому, что знала.

Ему – приятно.

Сумки тяжелые, много она всего накупила, но ради дня рождения стоит, наготовит всяких вкусностей, готовить она любит. Накроет хороший стол. Гости ведь непременно придут, хотя она никого и не приглашала, но друзья не забудут– придут, да и детей надо порадовать.

Дети.

Дети у них получились хорошие. Воспитали их в любви и заботе, научили добру и всему хорошему. Отличают в жизни все важное от наносного, модно-проходящего. Теперь они оба, погодки учатся в одном институте, на одном факультете и даже в одной группе. Пытались их преподаватели определить в разные группы, да не вышло, так и оставили, очень уж хорошие студенты, мало нынче таких.

Вот и дом уже виден, немного остается пройти…

Дом.

Когда Он затеял строить дом, она еще немного повозражала, для порядка. Тогда Он срочно сократил должность главного конструктора самолета и назначил ее главным архитектором. Приставал к ней с бесконечными согласованиями, той или иной планировки и она соглашалась всегда, потому, что он был самый умный, и возражать не было необходимости, зачем расстраивать лишний раз, какими-то там возражениями.

Потом, когда дом уже стоял, стали выявляться разные недостатки самодеятельного проектирования. Это раздражало ее, и однажды она не сдержалась:

– «У тебя тут все на соплях!», – допекли ее все же – всякие мелочи.

– «Ну, ты и язва!», – ответил Он.

– Прободная, – добавила она смеясь.

На том все и закончилось, конфликт не состоялся, как всегда только посмеялись.

Потом он захотел на чердаке обустроить мансарду. Это ей совсем не нравилось:

– «Кто там будет убирать, карабкаться еще по лестнице, мне и так хватает!»

– Зато детям и внукам будет весело и приятно, – возразил Он и застрял на чердаке на несколько долгих месяцев. Спускался, только по крайней необходимости.

Потому она в то время и говаривала, частенько:

– «Карлсон наш, теперь живет на крыше!».

Однажды все же не выдержала и поднялась по крутой лестнице. В сумраке чердака гулко стукнулась, обо что-то головой и тут же вспылила:

– «Это еще, что за фендибобер!?» – сказала сердито, разглядывая какой-то короб, проложенный через весь чердак, от восточного фронтона к самому западному.

– Это секрет, в свое время – узнаешь, – отозвался Он из полумрака.

Чердак огромный, просторный, трудно сюда добираться.

– Как же здесь убираться, дело к старости, а у меня сейчас уже, не хватает сил, – попыталась возмутиться она.

– Не переживай, все будет делаться автоматикой, – заверил Он и запретил ей и детям подниматься на чердак. Мол, из соображений секретности…

И действительно, с тех пор она, да и дети, ни разу не были на чердаке. Иногда, заслышав доносящиеся с чердака тихие щелканья, скрипы и шорохи, язвительно спрашивала:

– «Автоматика убирается?»

– Не волнуйся, все там хорошо, – проявлял Он абсолютное спокойствие.

Вот уже и дом совсем близко, какие же тяжелые сумки! Кто-то спешит навстречу.

Женька– дочка!

– Мамочка, куда ты пропала, телефон звонит, не переставая, все спрашивают: «Во сколько, когда приезжать?» А я всем ответила: «Как всегда в 18.00. Вы же всегда в это время собираетесь?»

– Кто же звонил? – , освободилась она, наконец, от неподъемных сумок.

– И Б…ны, и Ч…вы, и Г…е, и К…вы. – все придут, – торопится Женька.

– Андрюшка-то где? – , вспомнила она вдруг.

– Как всегда с машиной возится, хороший водитель твой сын, отлично следит за старой уже развалюхой. Говорит: «Пора новую машину покупать!».

– Купим, купим, – заверяет она.

До поздней ночи они вдвоем с Женькой готовят всякие мудреные блюда и закуски, знает она рецептов приготовления их, великое множество, да и дочь кое – чему уже научила.

Вот и настал он ее день рождения. В этот день Он всегда будил ее пораньше, включал ее любимую музыку, и сразу же с утра дарил букет свежих белых хризантем, что бы праздник начинался раньше. Ей это нравилось, и она удивлялась: – «Откуда хризантемы среди зимы?!»

– Друзья помогли. – А дальше заботы, хлопоты, подарки, переживания, но праздник в душе у нее уже был, а все остальное не так важно.

Теперь же совсем другое дело – только проснулась и тут же заботы, нахлынули, навалились.

Но что это?!..

Музыка! Ее, любимая музыка – звучит. Она прислушалась. Да это ее музыка, музыка ее дня рождения, только откуда звучит не понять. Кажется с чердака, да точно, с чердака, секретного и запретного. Но сегодня ее день, можно и запрет нарушить. Да и звучит она наверняка для нее, очередной сюрприз преподнес, конечно же – Он.

Она медленно и осторожно поднялась по ступеням, по которым довелось ей ступать всего один раз в жизни. Тихо открыла дверь и с превеликой нежностью переступила порог помещения, ступила, как в святыню, здесь она не была более двадцати лет. Ожидала, что нога утонет в пыли, но пыли не было.

Как только вошла, вспыхнул яркий свет. В глаза сразу же бросилось; идеальная, даже какая-то стерильная чистота, словно она только что закончила здесь уборку. А вот и памятный секретный фендибобер, тоже чистый. Она привстала на цыпочки и провела рукой по крышке фендибобера.

Чисто!

Музыка звучит здесь, раздается отлично, звуки яркие, отчетливые, как в хорошем концертном зале. А в углу, что там у самого фронтона? Цветы! Ее любимые хризантемы? Вот в чем секрет!

Он выращивал их здесь тайком от нее, что бы в ее день сделать сюрприз, подарить ей среди зимы на день рождения. А она когда-то пыталась ругаться, мол, зачем нам водопровод и отопление на чердаке.

Сердце ее сжалось от нежности. Уже уверенно и решительно она подошла ближе и с восторгом рассматривала нежные лепестки цветов, потом потрогала их пальцами, осторожно, боясь спугнуть волшебный сон.

А может быть, она действительно спит и ей все снится? Но цветы-то живые, любимые ее белые хризантемы.

– «Мама, почему ты сюда пошла, как ты посмела?!» – Женька, нашла ее и теперь ругается, за нарушение свято чтимого давнего запрета.

– Доченька, сегодня можно, сегодня мой день, – тихо оправдалась она.

– «Вы зачем сюда пришли, кто вам разрешил!?»– Андрей сын. Тоже нашел ее и тоже ругает, за нарушение свято оберегаемой традиции, памяти об отце.

Дети вместе с ней с восторгом осматривают клумбу с прекрасными цветами. Не знают, что предпринять, сорвать ли их сделать букет, или трогать нельзя, инструкций отец не оставил.

Первым пришел в себя сын. Он быстренько осмотрел множество металлических шкафчиков, каких-то датчиков, проводов, кабелей и трубок:

– «Все ясно. Автоматически поливается и автоматом включается подсветка и обогрев – клумба-автомат!» – сделал он вывод.

Но было еще не все. Вдруг что-то зажужжало, зашевелилось, появилась откуда-то механическая ладонь и срезанные каким-то механизмом цветы, собрались в этой ладони в большой чудесный букет. Ладонь оказалась частью красивой механической руки, и механическая рука протянула букет ей, именно ей ни Женьке, ни Андрюхе, а ей.

Она несмело, осторожно, двумя руками, взяла букет. Ее букет, сегодня ее праздник!

Как только букет оказался у нее, опять где-то что-то щелкнуло, и она невольно закрыла глаза, от яркого солнечного света, хлынувшего в притемненное помещение.

– «Дорогая, поздравляю тебя с днем рождения!»– сказал Он, так он всегда поздравлял ее, не любил говорить витиевато и долго. Голос звучал настолько явственно и естественно, словно Он живой стоял перед ней.

Она медленно открыла глаза, повернула голову, искала Его.

– Отец сделал запись, голос записан, – понял ее сын, бережно поддерживая, боялся, какбы, не свалилась в обморок.

Прямо перед собой она увидела их совместный портрет, лучший портрет в их жизни. Луч солнца бил точно по центру портрета, освещая его золотом сказочного света! Откуда? она снова оглянулась. Свет бил прямо из фендибобера.

– «Мама, у вас с папой была фантастическая любовь!», – сквозь слезы сказала Женька.

– Какая там фантастическая. Просто любовь, – ответила она и тихо добавила, – любовь двух хороших людей.

– «Это световод, рассчитан удивительно точно, именно в этот день солнечные лучи светят прямо в него, завтра уже не попадет в него свет!» – заметил ее умный сын, их сын, он уже успел изучить секретный фендибобер, который оказывается – световод.

– Да, восход солнца каждый день смещается на несколько градусов, – согласилась Женька.

А музыка, ее любимая музыка, все еще звучит! Звучит замечательно, как в хорошем концертном зале, лучшем концертном зале мира! И они опять все вместе, дочь, сын, она и Он!

Праздник состоялся, с самого утра у нее хорошее настроение, на душе праздник, а остальное неважно.

Пуля

Много раз оперативники пытались арестовать крупного торговца наркотиками по кличке «Рыжий». Его знала в лицо вся полиция города, без труда его выслеживали, знали, где он затаится на ночлег. Но каждый раз Рыжему удавалось ускользнуть от оперативников. Однажды, через окно заметили Рыжего, безмятежно спящем в спальне на одной из дач. Но к изумлению полицейских и в этот раз обнаружили, лишь пустую комнату. Преступник снова бесследно исчез, из – под, самого носа полиции.

Наконец фортуна покинула удачливого нарушителя закона, или он слишком уверовал в свою неуловимость. Поэтому и случилась эта невероятная история.

Все началось с того, что много лет разыскиваемого и неуловимого торговца наркотиками – «наружка» засекла на даче Ваньки Косого. Майору Сергею Удалову – начальнику отдела, приказали срочно взять Рыжего вместе с партией товара.

Скрытно приблизились к даче. Майор отправил группу захвата в дом, а сам остался наблюдать за окнами.

По многолетней привычке Сергей осмотрел небольшой двор и отметил про себя, что собачья будка в двадцати метрах от дома, слишком большая для любой собаки. Да и стоит как-то нелепо – входом к лесу.

– Пусто, опять сбежал – Рыжий – привычно – растерянно доложил старший группы захвата – нет никого в доме.

И тут майор заметил, как из собачьей будки показалась патлатая огненно– рыжая голова, а затем и сам Рыжий ловко перебирая конечностями, на четвереньках устремился к лесу.

– Стой! Стрелять буду! – грозно выкрикнул майор и пальнул в воздух предупредительным выстрелом из штатного пистолета.

К его удивлению преступник действительно остановился, замер на коленях и поднял руки вверх. Тут же его схватили, запаковали в наручники и погрузили в машину.

По пути в отдел полиции майор заметил вдруг на обочине молодого парня в спортивном костюме и кроссовках – лежащего на тротуаре. Вокруг головы парня растекалась небольшая лужица крови.

Пришлось парня забрать и срочно доставить в Центральную городскую больницу. Парень был без сознания, без документов, на вопросы не отвечал, но все – же очнувшись на короткий миг, смог прошептать

– «Митька я».

На следующий день майор решил лично разобраться, что же случилось с Митькой.

Вместе с дежурным врачом майор прошел в палату.

– Как привезли его, так и лежит без сознания, ждем нейрохирурга, пулевое ранение у него. Пуля застряла в черепе – негромко объяснил врач.

– Не будет нейрохирурга, да и рука у него сломана – хрипло произнес вдруг Митька.

– Виктор Сергеевич, нейрохирург, два часа как ушел домой живой и здоровый – пояснил врач майору.

– Споткнулся он, упал и руку сломал – настаивал на своем раненый Митька.

– Извлекайте пулю, как хотите, мне она нужна для экспертизы – потребовал майор.

– Николай Андреевич, вас срочно требуют в операционную. Виктора Сергеевича скорая привезла, руку сломал– с грустью в голосе сообщила дежурная медсестра, входя в палату.

Пулю все же извлек другой хирург, и майор незамедлительно отправил ее экспертам.

– Да, майор, ловко ты угодил пулей в маковку этому парню. Твоя это пуля, из твоего табельного пистолета, вернулась к земле согласно закону тяготения – сочувствовал майору на следующий день пожилой эксперт, намекая на предупредительный выстрел при задержании.

– Этого не может быть, Вы ошиблись! – запротестовал майор, не очень уверенно.

– Привезешь гильзу с места стрельбы, тогда уже будет заключение точное, на 100 %. Но шансов, что не твоя пуля, очень мало, сочувствовал эксперт.

По требованию Сергея провели следственный эксперимент. Никто не рискнул исполнять роль несчастного Митьки. Поэтому по пути следования пострадавшего на тротуаре разложили арбузы. А роль Рыжего заставили исполнять Ваньку Косого – хозяина дачи.

Много раз пришлось Удалову повторять тот злополучный предупредительный выстрел, располагая пистолет именно под тем углом, как и в тот злополучный день. Наконец у Ваньки Косого не осталось сил, чтобы забираться в шкаф, проникать из шкафа в подземный ход и, отчаянным, галопом выскакивать из собачьей будки.

Результат следственного эксперимента сомнений не оставил. Бесцельно выпущенные пули, или застревали в арбузах, или же падали рядом.

Чувствуя некоторые угрызения совести, майор решил проведать так нелепо собственноручно раненного парня.

Лечащий врач на вопрос о состоянии раненого, растеряно развел руками. Потом покрутил пальцем у виска, кивнув на палату.

– Пишет что-то целыми днями, а сегодня потребовал к себе генерала ФСБ или министра МЧС.

Все же майор вошел в палату. Митька сидел на кровати с тетрадью и ручкой в руках.

– Как чувствуешь себя? – негромко обратился майор к Митьке.

– Не мешайте мне – отмахнулся тот, сосредоточенно что-то записывая в толстую тетрадь.

– Позволь посмотреть, что это ты там пишешь? – осторожно полюбопытствовал майор.

Митька – молча, протянул тетрадь.

Бензовоз, колесо, путепровод, поезд – жертвы.

Макамбия, президент, змея, переворот – жертвы.

Самолет, птица, двигатель, пожар, химкомбинат – жертвы.

Бурульдийская ГЭС, сброс, переполнение, каскады, наводнения – жертвы.

Дальше майор прочитать не успел. Митька выхватил тетрадь и тут же судорожно продолжил записи.

Метеор, спутник, теплоход – жертвы. Через его плечо прочитал майор.

На минуту Митька вдруг отвлекся от тетради, строго посмотрел в глаза майору.

– Где генерал!? Где министр!? – глаза Митьки полны злости и непреклонной решимости.

– Уйди отсюда, сам ты – псих! – выкрикнул вдруг странный пациент, повернувшись к входившему в палату врачу, по всей вероятности психиатру.

– Много людей может погибнуть, позови генерала – жалостливо попросил Митька майора – пожалуйста, не теряй время.

Пришлось Удалову срочно связаться с ФСБ. Странные записи настораживали. Надо быть осмотрительнее и так уже натворил дел этим злополучным выстрелом. Кто его знает, что у парня на уме, ведь в случае с нейрохирургом все правильно – предсказал.

ФСБшники отреагировали неожиданно быстро. Какой-то чин в гражданском костюме три часа беседовал наедине с Митькой в палате.

После этого Митьку увезли, больше ничего майор о нем не слышал.

Только знакомый ФСБшник рассказал, что получив ранение совершенно невероятным, случайным образом, парень обрел дар предсказывать подобные события и катастрофы.

Убедился в наличии дара и майор, прочитав в газете сообщение, напомнившее ему странные Митькины записи. Газета информировала, о том, что в городе Энске с путепровода, проломив ограждения, свалился бензовоз на проходящий внизу пассажирский поезд. Причиной была лопнувшая шина бензовоза, много жертв.

Товарищ из ФСБ рассказал, что в далекой стране Макамбии с президентом случилась беда. Ужалила его на охоте змея. От смертельного укуса президент скончался, в стране случился переворот, гражданская война, много погибших.

По записям нежданного предсказателя, на десятке бензовозов, обнаружили и разминировали шины ловко заминированные пластидом. В лесах обнаружилось множество ионизаторов, которые проще было бы называть грозоприемниками. Таким образом, предотвратили множество лесных пожаров, от удара молнии, в густых лесах. В Бурульдийском водохранилище водолазы по требованию Митьки, подняли на поверхность топляк. На первый взгляд обычное затопленное бревно. Но когда его вскрыли, обнаружили множество миниатюрных движителей и другой начинки, не хуже, чем в самой современной торпеде. Не трудно себе представить, сколько бед наделало бы это бревно, доплыви, оно до плотины ГЭС. А вот какой именно самолет может рухнуть после аварии на химкомбинат, еще не выяснили, хотя и отменили уже некоторые рейсы – ведется работа. Впрочем, уже обнаружились крупные птицы управляемые вживленными в их тела микрочипами.

Демонтированы и непредсказуемо открывающиеся замки на клетках хищников в зверинцах.

Через несколько месяцев в совершенно другой стране, очень потенциально дружественной, и очень миролюбивой опять же потенциально, полковнику Маквинзжпукстоуну объявили, что отдел, которым он полковник руководил много лет, разрабатывая сценарии совершенно невероятных и загадочных, «случайных» событий – ликвидируется, за ненадобностью. В этой стране умеют считать деньги налогоплательщиков.

Реабилитируя отдел и себя, полковник начал действовать. Он разработал сценарий и осуществил операцию по невероятному, загадочному исчезновению молодого парня Митьки.

Куда делся Митька никто так и не узнал. Спецслужбам остались только его короткие записи. Да выловленная однажды во всемирной паутине фраза:

«Самолета и спутника не будет.

Митька».

Но вскоре в интернете регулярно стали появляться сообщения от Митьки.

Почему-то он дал им общее название «Тригерины». Что расшифровали, как «ожидающие».

Выходит жив Митька и не забывает заботиться о благополучии на Родине.

2013 г. Константин Стэнк. г. Волжский.

Content

Константин Стэнк
Неудачный контакт

Неудачный контакт

Вундеркинд

Ниферпатра

Просто любовь

Пуля