Голунцова Ирина Игоревна

Изгнанные (СИ)

Серия: «Проект Уроборос»

Книга 1. «Изгнанные»

Группа в ВК: https://vk.com/sonya_seredoigr

Автор: Соня Середой

Аннотация: Дальняя планета, на которой не было крупных военных конфликтов долгое время, погружается в войну. Причиной тому послужил отказ Карийской Федерации о прекращении разработки новейшего оружия, воспринятый соседом Союзом как наращивание неоправданной военной мощи.

Лиса ван Реван и Алексей Кольт, контрабандистка и полковник армии Союза, противоположные стороны одной медали. Одной движет жажда наживы, другим – преданность своему народу. Но что будет, когда довоенная жизнь напомнит им о себе? Смогут ли они удержаться перед соблазном возвращения былого покоя, рискнут ли всем ради собственного счастья? Ведь на пути у них встанут все те беды, которые успел принести двадцать один год непрерывной войны.

Пролог

Триста долгих лет мир казался мифической утопией, о которой могли писать только в сказках. Но время идет, и ничто не остается вечным, как мирный договор между сорока восьмью странами, правители которых успели позабыть за долгое время истинное лицо войны и разрушений.

Карийская Федерация, второе по территориальной величине государство, всегда выделялось на общем фоне более образованным и развитым населением, поэтому никто не удивлялся тому, что раз в год ее ученые демонстрировали новые разработки. Однако в скором времени никем не осталось незамечено новое изобретение Федерации, которое заставило представителей многих стран понервничать.

Проект «Уроборос».

Живое Оружие – так ученые Карийской Федерации представили разработку своего проекта, которая могла перевернуть современное представление о боевом вооружении. «Есть два связующих Живого Оружия: нанороботы, вводимые под кожу человеку, и предмет, над которым они дают полный контроль». Представители других государств слышали эти слова помногу раз, но их постоянно мучил вопрос – что же на самом деле это Живое Оружие?

Сначала были лишь догадки, но когда шпионы государств стали докалывать о людях, способных становиться невидимыми, мысленно активировать огнестрельное оружие, по всему миру прошлись волнения. Крайне недовольные и ошеломленные чины начали настаивать на немедленном закрытии проекта «Уроборос», другие вовсе заговорили о бесчеловечных экспериментах над людьми. Карийцы не склонялись под натиском недоброжелателей, продолжая в течение целых шести лет продолжать развитие своих технологий, пока самое авторитетное государство, именуемое Союзом, не пригрозило войной. «Ваши разработки могут расцениваться как наращивание военной силы для дальнейших военных действий, – заявил на открытой конференции глава Союза. – Если в течение последующих двух месяцев Живое Оружие не будет уничтожено, мы будем воспринимать это, как объявление войны».

Федерация пришла в ужас от такого заявления, но даже под угрозами Союза она не стала сворачивать проект. Весь мир, казалось, раскололся на две половины, большая из которых поддерживала политику Союза.

Прошло два месяца, но Федерация открыто признала тот факт, что не собирается прогибаться под натиском угроз.

Спустя ровно шесть недель Союз напал на Карийскую Федерацию.

ЧАСТЬ 1

«Ветер перемен»

1

Северо-западная граница Карийской Федерации.

Все пространство сотрясалось от взрывов наверху и казалось, что не только пыль и мелкие камни осыплются тебе на голову, но и рухнет вся толща земли. Снаряды разрывались каждые минут пять, война царствовала под открытым небом, не щадя никого. Сейчас, должно быть, время подбиралось к раннему часу утра, но в узких коридорах подземелья было относительно безопасно.

Свет продолговатых ламп, тянущихся по потолку тоннеля, дрожал от каждого толчка, вынуждая людей, идущих по подземному лабиринту, то и дело нагибать головы. Никто из них не ожидал того, что остатки карийского сопротивления устроят для них засаду по пути к северо-западной границе, где велись ожесточенные бои. И теперь застигнутые врасплох граждане Союза были вынуждены воспользоваться длинной сетью переходов, лежащей под развалинами некогда одного из самых крупных городов Карийской Федерации.

– База, ответьте, прием. – Уже в который раз пытался наладить связь со своими союзниками Алексей Кольт, возглавляющий группу послов доброй воли. Отблеск от экрана ручного навигатора отразился в его голубых глазах.

– И как успехи? – Поинтересовался низкорослый мужчина усталым голосом, скрываясь от пыли и грязи под длинной мантией с капюшоном.

– Не лучше чем у того, кто нас послал сюда. – Отбросив попытки связаться с «центром», мужчина стряхнул с волос пыльный порошок, нахмурив и до того напряженное лицо.

Может, связаться с внешним миром у переносного компьютера и не получилось, но дорогу он все же мог показывать, поэтому группа из пяти человек молчаливо продолжила путь.

Алексей не просто так обмолвился о том, что человеку, допустившему оплошность траектории пути полета корабля послов, не поздоровится. Политика Союза всегда отличалась жесткостью и дисциплиной, теми характеристиками, которые всегда оставались в почете у милитаристской державы. А человек, подвергший миссию срыву, всегда отвечал по заслугам.

Мужчина получил приказ сопровождать группу послов, направленных на переговоры в Ашир – небольшую страну, самый короткий путь к которой лежал через северо-западную границу Федерации. Но поскольку на окраине страны бушевали серьезные сражения, офицер, проверявший безопасность выбранного маршрута, направил группу в обход боевых действий. Но в итоге его расчеты оказались не верны, и корабль был атакован истребителем карийского сопротивления.

Алексей не редко участвовал в боевых операциях, поэтому смог скрыться от налетчика в руинах старого города. Вот только корабль уже не годился для полетов, поскольку незваному гостью удалось вывести его из рабочего состояния несколькими выстрелами.

В очередной раз сильный грохот раздался над головами граждан Союза, но им показалось, что сейчас толща земли могла обрушиться под давлением взрывной волны. По потолку быстро, подобно извилистой змее, поползла трещина, и в следующий момент несколько кусков прочного камня упало на пол, вынуждая людей отпрыгнуть в сторону. Облако бурой пыли заполнило узкий коридор подобно ядовитому газу, от которого перепуганные послы отмахивались всеми силами.

– Все, хватит с меня! – Путая кашель со словами, заверещала жалобным голосом женщина средних лет, размазывая по лицу макияж и слезы. – Мы должны вернуться обратно! Должны улететь обратно домой, в безопасное место!

– Заткнись уже! – Повысил голос на беспомощную женщину мужчина, прячущий лицо под мантией капюшона. – Ты думаешь, тебе одн…

Но не успел он закончить свою речь, как громкий треск заглушил его голос, после чего потолок провалился вниз под тяжестью песка, земли и всего того, что находилось на нем до этого. Поврежденные провода зашипели, как раскаленные угли, на которые плеснули ледяной воды, моментально оборвав подачу света. Густая тьма залила коридор, однако не столько ее боялся Алексей, сколько рухнувшей на головы их группе тонны камней и песка. Однако вскоре ему пришлось сделать попытку прийти в себя и разузнать обстановку, так как кроме дальних взрывов он уже ничего не слышал.

Тело жгло от ссадин и синяков, но насколько точно мог судить мужчина, крупные камни обошли его стороной, не причинив особого вреда. Темнота слепила его не хуже всякой повязки, вот только удушающая стена пыли не причиняла неудобства, по крайней мере, на данный момент. А это означало, что ее что-то сдуло, поэтому Алексей потянулся к поясу за электронной сферой, чтобы подтвердить свои догадки.

Маленький легкий шар, на ощупь изготовленный из мягкого упругого материала, оказался в руке мужчины и замерцал голубым светом, как только на него надавили. И теперь перед взором Алексея в блеклом сиянии стали видны последствия непредвиденного обрушения потолка. Вся его группа, за исключением той самой плачущей женщины, оказалась по ту сторону завала, и как подобраться к ней – он не знал.

– Вы в порядке? – В ответ послышался сдавленный хриплый звук, и когда Алексей полностью осмотрел посла, то заметил, что одну из ее ног придавило несколько больших валунов. – Вот же…

«Делать нечего, – решил для себя мужчина, – придется выбираться наружу и пытаться вызвать помощь».

По сути их уже давным-давно должны были начать искать из-за сигнала бедствия, который Алексей успел послать за несколько минут до непредвиденной посадки. Но кто знает, сколько километров он вместе с группой послов успел пройти по подземным тоннелям.

– Я оставлю вас ненадолго, только держитесь.

– Про…шу… не ухо… дите…

Но прислушаться к мольбам страдающей женщины Алексей не мог, как бы чувство жалости не давило на него, он понимал, что оно не должно занимать главное место в жизненных приоритетах. И именно поэтому ему стоило поторопиться.

Выбравшись за несколько минут из подземных строений, Алексей Кольт очутился на окраине города посреди малоэтажных развалин. Ночь постепенно сменялась утром, о чем говорила бледно-желтая полоса света на горизонте, на фоне которой черной краской выделялись угловатые формы построек. Но сначала мужчине показалось, что рассвет наступил на противоположной стороне, там, где яркими вспышками распускались огненные цветы, сотни огней мерцали на фоне ночного неба ярче звезд. Некоторые снаряды долетали и до сюда, о чем говорили яркие пятна пламени и запах жженого дерева и резины.

Найдя ближайшее укрытие у бетонной постройки, Алексей повторно попытался передать координаты своего местонахождения. Его гладковыбритое овальное лицо, покрытое смесью из пыли и пота, осветил небольшой дисплей переносного ручного компьютера. Похоже, что теперь сигнал не видел перед собой достойных преград.

Какое-то время Алексей смиренно выжидал, прислушиваясь к взрывам, доносящимся с северо-западного фронта. Ему казалось, что он мог слышать крики людей, но все это было иллюзией, поскольку до ближайшего места боевых действий было километров двадцать, не меньше.

И как их вообще угораздило здесь оказаться?

За ответом мужчина в карман не лез, но карты сошлись таким образом, что через минуту над его головой пронесся военный бомбардировщик-истребитель, только эта машина могла летать на такой огромной скорости так низко над землей. Интуиция подсказала Алексею, что, возможно, это та самая «птица вольного полета», которая и превратила их простую дипломатическую миссию в подобный ад. Машина совершила еще пару головокружительных трюков, после чего приглушила основные двигатели и включила вспомогательные, те, которые предназначались для экстренной посадки.

Мерцающие огни медленно опускались к земле, скрывшись за высоким опустевшим домом. Очень необычно, что истребитель, чья прямая обязанность находится на поле боя в самой гуще событий, совершил посадку в таком тихом месте.

«Дезертир? – скептически предположил Алексей. – Или же кто-то другой?»

Остановившись на варианте о том, что за управлением этой машины мог находиться тот самый пилот, что подбил их корабль, мужчина предположил, что стоит отправиться ему навстречу. Возможно, незнакомец тоже выискивал их.

Добраться до места посадки у Алексея не заняло много времени, однако ему потребовалось занять удобную позицию для наблюдения, чтобы можно было в любой момент обезвредить приближающегося врага.

Сняв с предохранителя МОДД16 – пистолет, стреляющий электрическими зарядами, сила которых варьировалась от «оглушения» к «поражению», – мужчина взобрался на груду из обломков, некогда служивших частью разрушенного здания. Отсюда было заметно, что кабина истребителя уже пустовала, но пилота Алексей смог увидеть неподалеку, а также прямоугольное голографическое окно, канал связи, зависший у него над рукой.

– Так ты смог отследить их?

На пилота сквозь монитор голограммы строгим взглядом смотрела стройная невысокая женщина лет тридцати-тридцати пяти. Локоны ее волос цвета черной смолы были убраны в высокий хвост, что придавало ей собранный и сосредоточенный вид. Мягкие черты лица и смуглая кожа выдавали в ней уроженку южных стран, как и угольно-черные глаза, один из которых скрывала повязка.

– До этого квадрата. – Ответил незнакомец. – Похоже, они перемещаются по подземным тоннелям. Я могу их выследить.

– Хорошо, но постарайся не задерживаться. Никого не оставляй в живых, хотя… – Внезапно осеклась женщина, опустив задумчивый взгляд к своим рукам. – Нет, ничего. Просто сделай свое дело, неприятности… – Но тут собеседница посмотрела чуть правее того места, где находился пилот, после чего мгновенно откинула маску спокойствия. – Сзади!

Но незнакомец не успел вовремя отреагировать на приближение врага, так как электрический разряд настиг его куда быстрее. Обездвиженное тело повалилось на землю, охваченное судорогами, но женщина продолжала выкрикивать имя пилота, словно была еще надежда услышать голос бывшего собеседника. Однако выражение беспомощности и сожаления мгновенно сменились злостью, когда она увидела лицо врага.

– Ты?!

– Сколько лет, сколько зим, Кора. Ты все не меняешься. – Заглянув в голографическое окно, чтобы получше разглядеть искаженное гневом лицо Коры Кишью, одного из командиров карийского сопротивления, Алексей поспешил добавить: – За пилота не переживай, я его только оглушил.

– Предатель! – Разъяренно зашипела Кора. – Что ты там вообще делаешь?

– Предатель? – В свою очередь переспросил Алексей. – Словно у меня был выбор, а? Это меня предали, а не тебя бросили одну… Словно у меня был выбор.

– У всех есть выбор. – На этой фразе Кора прервала сеанс связи, напоследок пренебрежительно блеснув своим уцелевшим выразительным глазом.

Алексей не особо расстроился по поводу заявления давней знакомой на его счет, поскольку считал себя правым. Тем не менее, забивать голову не самыми приятными воспоминаниями он не стремился, особенно в такой щекотливой ситуации. Поэтому, вновь активировав свой передатчик, он послал повторный сигнал о помощи, надеясь, что подмога подоспеет до того, как раненные послы Союза умрут от болевого шока под тоннами камней и обломков.

2

Борда Систа.

Вид из окна летящего корабля открывался превосходный, но только до того, как небо полностью заволокло серыми пухлыми облаками. От нехватки солнечного света непроходимые заросли леса окутала мгла неприятного черно-зеленого цвета грязи. Невысокие, но крутые на спуске острые гребни скал напомнили Ли́се ван Реван, пилоту небольшого грузового корабля, почему она так не любила Борда Систа – страну, в которой не было ничего, кроме тропических лесов, опасных зверей и насекомых. Но этот огромный клочок земли, занимающий чуть ли не четвертую часть одного из трех континентов планеты, находился под ведением группы контрабандистов, в которой состояла Лиса. Соглашение синдиката оставила этот материк – не что иное, как сплошь непроходимые заросли – за ними, группировкой Тайгера, при условии, что на другие земли никто из них заключать торговые сделки не сунется.

Округлое личико Лисы резко обернулось в сторону, отчего несколько прядей длинных темно-рыжих волос выглянули из-под капюшона. Похоже, девушка нашла удачное место для посадки – взгляд ее карих, широко распахнутых глаз устремился к небольшой полянке рядом со скалой. Более не раздумывая, она направила корабль к пяточку земли, и после удачной посадки отыграла несколько комбинаций на панели управления: через пару мгновений показалось голографическое окно связи.

– Долго что-то ты добиралась. – Расстроенным голосом обмолвился широкоплечий мужчина, короткую серебристо-белую бороду которого рассекал на левой щеке большой шрам.

– Видел бы ты это место… – Многозначительно протянула Лиса, с подозрением выглядывая в окно. – И ты должен был сам понять, что времени уйдет куда больше, чем хотелось бы. Эти люди даже не соизволили дать точных координат. Черт их дери! Иметь дело с карийскими беженцами как минимум не выгодно.

– Радуйся, что не под нашей юрисдикцией находятся страны, охваченные войной.

– Юрисдикцией? – Пухлые губы рыжеволосой девушки сложились в хитрую улыбку. – Неужели тебе знакомы такие слова, босс? Но все же… в чем-то ты прав, куда хуже приходится группировке Невольников, однако они и больше денег зарабатывают…

– Не забывай, что за этот груз чертовы повстанцы обещали нам крупную сумму…

– Вот именно, обещали. – Лиса прекрасно разделяла опасения своего босса, старика Тайгера, насчет того, что у сил сопротивления с финансами дела обстоят не так хорошо, как хотелось бы. – Но ты не переживай, я прекрасно помню, чему ты меня учил. Пусть эти мелкие крысы только попробуют обокрасть меня, я их всех вздерну.

– Моя девочка, – довольно подметил мужчина. – И все же, будь осторожна. Не хочу, чтобы война хоть каким-нибудь боком нас коснулась.

– Я собираюсь оставить корабль и выйти на разведку. – Сообщила девушка, подав на компьютере какой-то запрос. – Примерное местонахождение заказчиков у меня имеется. Хм, видимо, они не доверяют нам, как и мы им, раз личная встреча с теплым приемом не состоялась.

– Так, когда тебя ждать? – Пропустив мимо ушей замечание собеседницы, поинтересовался Тайгер.

– Два-три дня. – Моментально ответила Лиса. – Потом выйду на связь… Если, конечно, не заблужусь в этих джунглях.

В грузовом отсеке корабля находились в основном ящики, забитые медикаментами. Это добро в последнее время имело не малый спрос из-за военных действий на самом крупном континенте.

Правительство Борда Систа старалось поддерживать нейтралитет между воюющими сторонами, однако это не мешало ему основать четыре скрытых базы сопротивления на своей территории. Похоже, страна вела двойную игру, и когда Союз и его сторонники прознают об этом, кому-то не поздоровится. Не исключено, что вскоре может начаться мировая война, ведь шесть лет назад сторонники Федерации едва не ввязали Северный материк в политические кровопролитные баталии.

Тем не менее, Лису любой поворот событий вряд ли бы затронул за живое. Эти раздоры отняли у нее родителей еще в то время, когда она из пеленок не вылезла. Все, что знала девушка о своей семье, так это то, что мать отдала ее Тайгеру на воспитание. Возможно, это бы заставило Лису всеми фибрами души возненавидеть женщину, подарившую ей жизнь, ведь уготовить своему чаду судьбу контрабандиста – не верх желанного. Но старик Тайгер поведал Лисе, что ее мать поступила подобным образом вовсе не из-за нелюбви к дочери, а наоборот. Оказалось, что много лет назад ее саму вырастил и воспитал босс группы контрабандистов, в которой по сей день работала рыжеволосая девушка.

Много раз она пыталась выпытать у неофициального приемного отца истории о своей матери, но тот всегда говорил, что лучше не оглядываться на прошлое, на то имелись причины. Поначалу Лиса злилась, но течение времени унесло в своих глубоких водах назойливые мысли о родителях.

«Ты – контрабандист, нелегальный наемник, называй себя как хочешь. Если ты узнаешь, кто была твоя мать, это ничего не изменит, – напоминала себе Лиса в трудные минуты. – К тому же босс сказал, что тоже воспитал ее у себя в команде, поэтому не ожидай услышать романтичных и пропитанных добродетелью историй».

Рюкзак был забит до отказа водой, едой, необходимым снаряжением для похода в лес и парочкой аккумуляторов для МОДД16. Пусть оружие класса МОДД использовали лишь силы Союза для стопроцентной нейтрализации носителей Живого Оружия, которых осталось не так уж и много, Лиса на собственном опыте проверила, что оно эффективно выводит из строя все, что движется и работает. Будь то электронное устройство, человек, животное или Носитель, энергетический разряд безотказно действовал на всех одинаково. Хотя, девушке только раз довелось за всю свою жизнь встретиться с носителем Живого Оружия.

Слухи о сверхлюдях заполонили весь мир, словно какой-то вирус. Лиса и сама поверила в то, что Носители это непобедимые солдаты, способные убивать лишь одной силой мысли. Но на практике все оказалось не так зрелищно. Барто Малдо – так звали Носителя, с которым рыжеволосой девушке довелось столкнуться семь лет назад в городе контрабандистов, пиратов, а иными словами «отбросов общества». Его лицо покрывала остроугольная татуировка – несомненный признак того, что ты встретился с Носителем. Но мужчина не умел выжигать дыры в груди людей одним лишь взглядом, зато ему было подвластно инфракрасное зрение и дальнозоркость. И такую способность незнакомцу давали нанороботы, скрывающиеся в особой краске татуировки, которая не давала им разлететься по всему телу.

Лиса немного времени уделяла изучению Живого Оружия, лишь только пыталась познать сами азы его действия. Во-первых, чтобы нанороботы могли взаимодействовать друг с другом, они должны находиться постоянно на одном и том же месте, то есть перемещение по организму человека сделало бы их бесполезными. Поэтому ученые Федерации придумали фокус с татуировками – особый состав краски удерживал микроскопических роботов на одном месте. Во-вторых, для того, чтобы заставить нанароботов действовать по одной лишь мысли, приходилось тратить месяцы, если не годы, на обучение. Маленькие устройства работали исключительно на энергии человеческого организма, а сигналом к их активации служили электрические импульсы нервной системы. Иными словами, роботы должны стать единым целым с нервной системой – только таким образом можно заставить их работать.

В основном только эту информацию Лиса заложила себе в память. Можно было бы добавить и пару слов о разновидностях нанороботов, используемых либо для визуального контакта, либо для прямого. Но девушка не считала нужным вникать в подробности изучения творения карийских ученых. Все, что ей требовалось знать, так это то, что заряд МОДД-а мог вырубить или убить любого Носителя, вне зависимости от того, какими бы способностями он не обладал.

Спрятав корабль под кронами высоких деревьев, Лиса отправилась на разведку. Ей хотелось верить, что никто не ограбит ее оставленный транспорт, хотя, вряд ли диким животным понадобятся медикаменты, поскольку людей здесь явно нет. Конечно, за исключением тех из сопротивления, обосновавшихся где-то неподалеку. И чего им вздумалось так осторожничать? Боятся, что одна хрупкая девушка расстреляет их всех? Но с другой стороны, мир был охвачен войной, люди боялись всего и вся. Возможно, в их лагере прячется парочка Носителей.

Но бизнес есть бизнес.

МОДД16, своим видом напоминающий пистолет 45-ого калибра, находился в кобуре на правой ноге Лисы. Она практически никогда не расставалась со своим трофеем. Это оружие порой воспринимали как знак принадлежности к Союзу, поскольку только их силы использовали эту вещь. Либо те, кто украл у них данное оружие.

Правда, вряд ли в тучных джунглях электрическое оружие могло принести пользу. Лиса не отказалась бы от острого меча или ножа, чтобы с одного маха срубать растительность перед своими глазами. А из-за грозовых облаков видимость упала на несколько процентов, поэтому нужно было двигаться предельно аккуратно.

Схватиться за ядовитую змею не составляло особых проблем, как и стать посадочной площадкой для ядовитых пауков и жуков. Мошкара кружилась роем, порой Лисе казалось, что все пространство забито именно мелкими жужжащими насекомыми. Они если не кусались, то постоянно норовили забиться в глаза. Вот поэтому молодая контрабандистка терпеть не могла тропические леса, здесь тебя убить могли сами джунгли, а не головорезы с пулеметами.

Солнце не было видно за облаками, но Лиса ван Реван могла поклясться, что оно стремительно клонилось к горизонту. Об этом свидетельствовали не только сгущающиеся сумерки, но и несколько часов времени, потраченного на долгую дорогу.

В какой-то момент девушка начала сомневаться в правильности идеи отправиться на разведку. Ей и до этого приходилось исследовать субтропические леса, но тогда Тайгер не имел дело с сопротивлением. А с этими ребятами заключать сделки все равно, что играть с огнем. Тем не менее, сколько проклятий Лиса не слала бы в адрес непредсказуемых заказчиков, судьба благоволила ей, показав первые признаки жизни.

По уговору рыжеволосую девушку должны были встретить несколько человек из сопротивления, чтобы потом забрать груз и расплатиться. Лиса могла понять причину такой недоверчивости в свой адрес – Союз мог устроить ловушку в лице контрабандистов и напасть на небольшое поселение карийских беженцев. Однако по приземлении она не смогла установить связь с заказчиками из-за ужасных помех – невообразимая флора Борда Систа сделала свое дело.

Устроившись в тени высокого крупного дерева, окутанного бледно-желтыми лианами, Лиса разглядела среди деревьев, лежащих ниже по склону, едва заметные огни. Карманный бинокль, более напоминающий прямоугольную пластиковую коробочку с линзами, дал ей рассмотреть вдали неестественные камни с ровными краями. Функция ночного видения позволила девушке в зеленых оттенках разглядеть за кронами и стволами деревьев формы каменной постройки, тянущейся на несколько метров ввысь.

«Похоже, я прибыла на место» – заключила для себя ван Реван. И ее домыслы подтвердились в тот момент, когда что-то закрыло ей обзор.

Моментально отреагировав на изменения, Лиса отвела руку с биноклем назад, увидев перед собой возвышающуюся фигуру с огнестрельным оружием наизготовку. Она хотела потянуться к своему МОДД16, но незнакомец лишил ее такой возможности, сделав предупредительный выстрел.

– Не двигайся, иначе следующий выстрел придется тебе в голову. – В опустившейся темноте лицо вооруженного человека трудно было разглядеть, но по голосу можно определить, что он явно не старше двадцати пяти лет. – Черт, я же говорил, что нельзя верить контрабандистам!

– Это ты в меня оружием тычешь, между прочим. – Не поднимаясь с колен, недовольным голосом подметила рыжеволосая девушка, продолжая держать руки на виду.

– МОДД-ы есть только у армии Союза и у их приспешников!

– И у тех, кто их украл… – Отведя взгляд в сторону, пробормотала Лиса. – Я – контрабандистка, так что делай выводы. У меня в лесу целый грузовой корабль, набитый вашими медикаментами. Если хочешь, чтобы…

– Внимание, я задержал разведчика! – Даже не став выслушивать доводы пленницы, торжественным голосом объявил молодой парень по беспроводной рации.

– Ох, ну конечно. – Устало вздохнула Лиса, недовольно закатив глаза.

Юноша явно был всего лишь первый день на службе, если не смог сложить два и два, по крайней мере не удосужился связать предполагаемого врага. Так что, недовольная своим положением, контрабандистка воспользовалась моментом и, выхватив из кобуры МОДД16, сделала один точный выстрел по парню. Тот даже не успел отреагировать прежде, чем оглушительный разряд самой малой мощности ударил ему в спину. Боже, какой неумеха поворачивается к своему заложнику спиной?

– Прости, малыш. – Прокрутив свое оружие в руке, с наигранным сожалением обратилась к обездвиженному парню Лиса. Но потом ее радость уже не была такой заметной. – Но ты успел вызвать подкрепление… Не хорошо получилось.

Однако другого выхода Лиса просто не видела, ничего не оставалось, как идти навстречу группе, что отправилась на поиски «неизвестного вражеского разведчика». Вот только бросать парня одного в подобном месте тоже не хорошо, так как ночные охотники – так ласково называли тенистых кошек, достигающих полутора метра в высоту – могли почувствовать его тепло и полакомиться им на ночь. Так что, радуясь не особо большому весу парня, Лиса потянула его за руки к спуску.

Сказать, что это было очень увлекательное занятие, значило – ничего не сказать. Тащить за собой семьдесят килограмм живого человека равносильно тому, что… Нет, тут даже ничего на ум в сравнение не приходило, поэтому, как только стали появляться очертания огненных факелов среди зарослей деревьев, Лиса взмолилась всеми известным богам. Но на подходе к небольшой поляне, которая окружала главный вход в каменную постройку, больше похожую на заброшенные храм древних народов, обездвиженный парень начал мычать, привлекая к себе внимание.

– Что? – Отреагировала Лиса, с усталым видом оставив свою ношу в покое. – Думаешь, так просто тебя тащить по этим зарослям? Скажи еще спасибо, что я тебя не бросила.

– Ммм… м-м!

– Да, там много хищников обитает. – Согласилась девушка, но разговаривая больше с самой собой, чем с юношей. – Помню, один раз бывала я на севере Борда Систа, там такая большая тен…

– Эй, там! Руки вверх!

– Черт. – Теперь было понятно, почему обездвиженный парень так яро пытался подать знак кому-то, кого Лиса пропустила мимо себя. – Здравствуйте. – Обычно доброжелательный вид помогал наладить контакт с заказчиками, чему девушка и хотела поспособствовать, очаровательно улыбнувшись. Но такой трюк явно пришелся не к месту.

– Герри? – Заметив трепыхающегося на земле парня, напоминающего рыбу, которую вытащили из воды, молодая девушка, возможно одного возраста с Лисой, удивленно уставилась на знакомую личность.

– Да… – Вновь возвращая внимание к своей персоне, протянула контрабандистка. Хотя в голове сейчас у нее вертелся вопрос: почему тут так много молодежи? Той особе, с узкими черными глазами и плоским бледным лицом, самое место в какой-нибудь светской академии, а не в джунглях. – Тут небольшая заминка вышла…

– Так ты и есть та шпионская крыса Союза…

– Нет, я привезла вам короб…

– Молчать! – Резко обернувшись назад, да так, что черные кудри волос описали дугу в воздухе, незнакомка довольно громко воскликнула: – Сюда! Враг здесь! Мне нужна помощь!!!

– Что? – На мгновение потеряв дар речи, Лиса не успевала за ходом событий. Как так? Как она успела за считанные минуты стать шпионом Союза? – Нет, это всего лишь трофей! Это не мой личный МОДД, я…

– Так у тебя еще и МОДД?! – Встревожено заговорила брюнетка.

– Ой-ой… – Похоже, дело было дрянь, и никакие убедительные доводы не подействуют на вооруженную группу людей, вытекающую бурным ручьем из джунглей. – Простое задание, да?

3

Союз.

Давным-давно, лет так триста назад, никто не мог подумать о том, что семь стран с центрального континента объединятся в одну мощную державу, ставшую лидером во всех общепринятых смыслах. Союз – простое слово с немалым смыслом, – именно так себя стало называть новое государство. Поначалу за процветающей страной следовали остальные, старались поддерживать с ней хорошие экономические и политические отношения, но вплоть до того момента, как Союз не объявил себя милитаристской державой. Военная политика была воспринята некоторыми государствами не как добрый знак, уже тогда во всем мире произошел невидимый раскол. И теперь, когда война с Карийской Федераций вспыхнула с новой силой, стало очевидно, кто с самого начала не видел в Союзе достойного лидера.

Алексей Кольт за долгие годы службы Союзу решил для себя, что находится под покровительством одного из самых авторитетных государств, но тем не менее он признавал, что Федерацию и ее союзников будет не так просто сломить. Об этом свидетельствовал двадцать один год, на протяжении которого Союз противостоял своим врагам. Возможно, в скором времени кровопролитным сражениям придет конец, множественные мятежи будут подавлены, а сопротивление станет дурным воспоминанием. Так бы Алексей и продолжал думать, если бы два дня назад не очутился неподалеку от поля боя на северо-западной границе Федерации. Нет, с таким противником придется биться до скончания веков.

– Полковник!

– Что? – Негромкий оклик вывела Алексея из состояния полудремы, поэтому сейчас он слегка растерянным взглядом смотрел на невысокую миниатюрную девушку, стоящую перед его столом.

– Вы как всегда меня не слушаете, полковник? – Голос ее был необыкновенно красив, как и глубокий взгляд светло-зеленых глаз, в котором, к сожалению, не нашлось места для доброты.

– Прости, Селеста.

Сержант Селеста Фриз лишь прикусила нижнюю губу, не выдав больше никаких признаков раздражения. Но казалось, что такая девушка просто не создана не то что для злости, а даже для военной жизни. На первый взгляд она выглядела невероятно хрупкой, даже коротко стриженные темные волосы не делали ее менее женственной. И бежевого цвета форма, состоящая из строго пиджака, белой блузки и прямых брюк, на фоне которых черными пятнами выделялись пояс, галстук и обувь, как нельзя кстати сидела на ней.

– Вам следует завязывать пропускать все слова мимо ушей. Надеюсь, вы когда-нибудь научитесь этому.

– Я тоже. – Согласился мужчина. – Так что там с послами?

– Женщина по имени Алла Кориаза пришла в сознание пару часов назад, остальные выжившие: Тирох Ворна и Джон Крий – пока что без сознания. – Отчеканила Селеста.

– Тебя что-то беспокоит? – Увидев едва уловимый проблеск сомнения во взгляде сержанта, поинтересовался Алексей.

– Не уверена, что могу говорить это, полковник… – Но оторвав взгляд от пола, девушка без запинки задала вопрос: – Нормально ли это посылать человека подобного звания, как у вас, на такую миссию?

– Не в звании дело, сержант, ты же понимаешь. – Через какое-то время ответил мужчина, подавив тяжкий вздох. Но ответа все не было, и Алексей знал причину молчания своей собеседницы, поэтому решил слегка разрядить обстановку. – Есть какие-нибудь новые донесения?

– Нет, полковник.

– Тогда, почему бы нам не отправиться в разведывательный штаб?

– Штаб, полковник? – Отчетливое удивление послышалось в голосе сержанта. – Но зачем?

– Я же могу тебе доверять? – С доброй улыбкой на губах поинтересовался Алексей и, получив положительный ответ, поднялся из-за стола. Рука его скользнула к ящику, и в следующий момент мужчина продемонстрировал брюнетке небольшой черный предмет прямоугольной формы. – Знаешь, что это?

– Запоминающее устройство с истребителей S-класса… полковник.

– Правильно. – Подтвердил Алексей. – Эту маленькую вещь я успел забрать из истребителя, который подбил наш транспорт. Возможно, мне удастся кое-что узнать.

– При всем уважении, полковник Кольт… – Отстраненным голосом начала Селеста: – Но чисто физически невозможно забраться в летающий вражеский истребитель.

– Он приземлился. Вот тогда я и начал действовать.

– И вы об это не доложили?

– Я только не упоминал. – Словно это могло что-то изменить. – Так ты хочешь узнать, что там, сержант Фриз?

– Эм… – Застигнутая врасплох, брюнетка недоверчиво наблюдала за тем, как полковник продолжал довольно улыбаться. – Я начинаю думать, что вас все ненавидят не только из-за вашего происхождения.

– Какая же ты жестокая. – Едва заметно ухмыльнулся Алексей. – Пойдем уже, разгадаем загадку этого устройства, сержант.

Селеста не стала возражать, позволив мужчине покинуть свой кабинет первым. Она всегда сопровождала его, стараясь держаться левой стороны, чтобы можно было в случае необходимости обезвредить крадущегося врага. По крайней мере, именно так девушка объяснила Алексею свое желание постоянно находиться с левой стороны. Подобный жест мужчина относил к разряду одной из странностей сержанта Фриз, но ничего против не имел.

В конце концов, они с ней работали бок о бок уже не один год. После сражения в горах на границе Союза и Федерации, молодую разведчицу, получившую звание сержанта, перевели под командование Алексея, который также в свою очередь получил повышение. Но новое звание майора не могло тогда затмить радостью воспоминания о пяти месяцах битвы в снежных горах, в которых чуть ли не каждый день десятки людей умирали не от ранений, а от холода и голода.

Алексей тогда находился под командованием генерал-майора, низкорослого и угрюмого, но в то же время харизматичного и целеустремленного человека, разменявшего пятый десяток лет. К счастью Кольта этот человек был редким исключением из высших воинских чинов, который оценивал своих подчиненных не по национальному или возрастному признаку. Он гордился людьми, доказавшими делом, на что они способны, чего они стоят. И от наблюдательного взора генерал-майора не ушел чересчур самонадеянный, но не обделенный навыками хорошего бойца, молодой капитан.

Для Алексея Кольта было настоящей честью стать временным адъютантом столь уважаемого человека, пусть и всего на три месяца. Как раз в этот отрезок времени, когда холода начинали пожирать людей заживо, армии Союза требовалось разведать обстановку, поскольку уже довольно много времени не поступало информации о передвижениях противника. Именно в тот вечер, когда порывы ледяного ветра едва не срывали палатки под корень, Алексей познакомился с Селестой Фриз.

Маленькая и истощавшая, разведчица выглядела измотанной до предела, но когда генерал-майор изложил суть необходимой, но рискованной операции, она не отступила. Алексея такой поворот событий удивил, однако на его возражения девушка с гордостью заявила:

– Это мой долг, капитан. Если ничего не предпринять, мы в любом случае умрем от холода или голода…

Небольшая группа разведчиков вернулась через четыре дня, но в живых осталось всего три человека. Алексей был очень рад, что Селеста оказалась одной из тех, кому повезло, но что-то подсказало ему, что дело отнюдь не в удачном стечение обстоятельств. Патриотизм и сила духа позволили этой тройке выжить в экстремальных условиях. И все же счастливчиков пришлось в срочном порядке увозить на летающих кораблях скорой помощи, когда вьюга более-менее успокоилась.

На этом, казалось, история знакомства должна была подойти к концу, но Алексей и даже сам генерал-майор были удивлены через месяц увидеть девушку на передовой.

После сражения, названного «Ледовый Кулак», генерал-лейтенант способствовал повышению бывшего временного адъютанта. Тогда Алексей сменил звание капитана на майора, а новоиспеченная сержант Фриз теперь служила у него под командованием. А через пару лет, когда Кольта повысили до полковника, девушку приставили к нему в качестве помощника.

Казалось, что с тех пор прошла целая вечность. И тот приятный дух победы над самим собой куда-то улетучился, попросту растворился в воздухе. На поле боя все были равны, но вновь оказавшись в столице, Алексей вспомнил о том, кто он есть на самом деле. Никакие чины, повышения и похвала от генерала не сделают его похожим на остальных.

И все же мужчина не спешил отчаиваться. Пусть весь мир вокруг презирал его, открыто или в тайне, однако был один человек, который поддерживал его и принимал таким, какой он есть. Только этой миниатюрной девушке Алексей мог бы доверить свою жизнь.

4

Борда Систа.

– Сюда! Кажется, я видел тень! – За последние семь минут это была уже четвертая группа, пробегающая по коридору с воинственными криками.

Устроившись лежа на перекладине, которая едва не доставала до потолка, Лиса ван Реван всеми силами пыталась не только удержаться на этой хрупкой конструкции, но и проглотить бранные слова, вертящиеся у нее на языке.

В тот миг, когда девушка поняла, что словами мирно конфликт не уладить, в голову ей пришла единственная мысль о бегстве. Вот только прятаться в ночных джунглях на радость тенистым кошкам ей не хотелось, тем более Тайгер зажарит ее до хрустящей корочки, если узнает, что она сбежала, не выполнив заказ. Поэтому Лиса решила подождать, пока взволнованные повстанцы не успокоятся, после чего можно будет прояснить ситуацию.

Временное укрытие рыжеволосая контрабандистка выбрала не самое удачное, решив сразу же устремиться на базу сопротивления. С первого взгляда эта постройка, не превышающая четырех стандартных этажей, не выглядела такой большой, какой оказалась внутри. Она напоминала затерянный храм древних народов, полностью выложенный из каменного кирпича. Но на верхних этажах располагалось несколько просторных залов, зато под землей простирался настоящий лабиринт, оснащенный вентиляцией и трубопроводом. Несколько секторов, коридоры которых то сужались до метра, то разрастались вширь, были оснащены электрическими источниками света, питающимися то ли от генераторов, то ли от солнечных батарей. И все это Лисе удалось узнать лишь по одной простой причине – она успела столько кругов намотать, что в конечном итоге решила просто где-то укрыться.

Свет от пламени факела, освещавшего коридор, практически не заползал в каменный карман на потолке, где пряталась контрабандистка. Возможно поэтому никто так и не обнаружил ее до сих пор. Но перспектива провести в этом месте еще некоторое время не прельщала девушку. Взглянув на монитор небольшого наручного компьютера, Лиса удостоверилась, что затратила, по меньшей мере, час на игры в «кошки-мышки» с местными жителями. Нет, такое больше не может продолжаться.

Прислушавшись к звукам, доносящимся из коридора, девушка решила, что настало самое время покинуть убежище. Спрыгнув с перекладины, она тут же выхватила оружие из кобуры, но потом решила, что не стоит лишний раз дразнить повстанцев этой игрушкой. Поэтому, сменив МОДД16 на изогнутое лезвие, напоминающее огромный звериный коготь, с поврежденной отколотой рукоятью, Лиса двинулась в путь.

И каков же был план? Девушка задалась этим вопросом, как только устроилась в засаде. Тайгер рассказал ей о том, что проинформированы о доставке контрабандного груза будут только два человека – глава данного зверинца и его помощник. Перво-наперво Лисе стоило искать мужчину лет сорока-пятидесяти по имени Далас Блад, отличительной приметой которого был небольшой шрам, рассекающий бровь. Не густо, конечно, но по общим характеристикам этот человек был очень высок и крепок, с четким овалом лица и короткой стрижкой.

О подручном Даласа Лиса ничего не знала, но старина Тайгер заверил, что дал ее описание заказчикам. В принципе, необходимо было только предъявить имя предводителя «племени местных дикарей» в качестве доказательства благих намерений. Однако этот жест могут зачесть в пользу той истории, в которой она выступала в качестве вражеского шпиона.

Осторожно переступая с ноги на ногу, девушка держала наготове железный Коготь. Это место напоминало зловещий лабиринт, которым пугали родители своих детей, рассказывая о монстрах и призраках. Но мысли Лисы занимали не сказки-страшилки для маленьких, а та девушка с белоснежной кожей, что первая, а лучше сказать вторая, обнаружила ее присутствие. Лицо незнакомки казалось контрабандистке знакомым: может, она видела брюнетку раньше или же ее родственников по телевидению или в электронной базе новостей. Люди такой национальности жили в странах южнее Золотого Перешейка центрального континента. Но что же представительница тех народов забыла здесь?

Длинный коридор привел Лису в просторное помещение без окон, но с тремя арками, за которыми вновь тянулись проходы. Здесь имелось несколько самодельных скамей из дерева и средства беспроводной голографической связи, радиус действий которых варьировался от пятидесяти до шестисот метров. Об этих устройствах рыжеволосая девушка знала не понаслышке, когда-то ей приходилось перевозить их крупными партиями.

– Мы приближаемся к центру! Если ее там не будет, то остается только два прохода, вы там где? – Голос, донесшийся громким эхом из коридора за спиной, заставил Лису подпрыгнуть от неожиданности, ведь она даже не слышала шагов. – У нас даже есть шанс загнать ее в ловушку.

Девушка тут же хотела бежать наперевес, но за аркой одного из проходов показались пляшущие тени, предостерегающие о приближении встречной группы перехвата. Мысль о том, чтобы оказаться в ловушке, впилась в мозг Лисы острыми когтями. Лихорадочно оглядываясь по сторонам, контрабандистка бросилась наутек в самый крайний левый проход, позабыв и о разъясняющем разговоре с местными жителями, и о своей миссии. В ее голове четко была заложена одна единственная программа – делай ноги, пока не стало слишком горячо. С этим Лиса ничего не могла поделать, однако кое-какой момент вынудил ее задуматься. Что означало это «у нас даже есть шанс загнать ее в ловушку»? Разве она и так не была там?

Воздух в проходе с каждым метром становился липким и тяжелым от влаги, факелов практически не было, поэтому Лисе пришлось постоянно смотреть под ноги. Мимолетно девушка обратила взгляд к потолку и заметила несколько вентиляционных ходов без решеток, тянущихся вверх. Однако ей пришлось позабыть о них в тот миг, когда перед ее носом возникла стена, говоря о конце пути.

– Теперь понятно, что они имели в виду под «ловушкой». – «В которую я и попалась».

Голоса позади стали еще громче, но Лиса не хотела так просто сдаваться без боя… Стоп, о каком еще бое велась речь? Она же контрабандист, простой курьер, если уж на то пошло, который привез этим дикарям лекарства! Да, все именно так! Но… кто ж ей теперь поверит? Она оглушила одного из них при помощи МОДД-а, оружия, используемого только людьми Союза. Или пиратами. Или контрабандистами.

– «Простое задание» говорили они, ага, как же… – Деваться некуда, поэтому, приготовив Коготь, Лиса начала отдирать им крупную вентиляционную решетку со стены, надеясь спрятаться за ней в узком проходе, откуда и валил пар. – Ненавижу джунгли, ненавижу карийцев, ненавижу Союз, ненавижу джунгли… черт, я уже повторяюсь.

Наконец железное препятствие повисло на одном небольшом болте. Упрятав оружие за пояс, девушка нырнула в узкий проход, закрыв за собой решетку.

Здесь было ужасно душно и влажно, одежда липла к телу с той же легкостью, что и волосы ко лбу, но Лиса старалась тихо выжидать, когда минует буря. И это удавалось делать довольно трудно, поскольку приходилось что есть силы цепляться ногами и руками за неровные стены. А причиной тому послужил внезапный уход вентиляции вниз под крутым углом: одно неловкое движение и можно вообразить, что ты катишься с горки.

– Здесь ее нет! – Объявил незнакомый мужской голос. – Похоже, ушла по другому тоннелю.

– Тогда идем.

«Давайте, уходите же…» – Взывала к всевышним силам девушка, мысленно провожая удаляющуюся команду. Выждав пару секунд, она понадеялась, что группа ушла достаточно далеко, поскольку оставаться в подобной напряженной позе она уже не могла. Но как только Лиса попыталась подтянуться вперед, ноги ее скользнули по влажной поверхности стены.

– О нет. – Но тело уже потянули вниз невидимые щупальца. И лишь только гулкое эхо ругательных слов, просочившееся сквозь прутья решетки вентиляции, говорило о недавнем пребывании незваной гостьи в этом месте.

Полет выдался не таким долгим, буквально через метров семь Лиса наткнулась на очередную вентиляционную решетку, выбив ее под корень. Но вместо того чтобы упасть на каменный пол, девушка почувствовала под ногами что-то мягкое и горячее, после чего ее с головой захлестнула вода. Смена температур стала для контрабандистки настолько ощутимой, что она моментально вынырнула на поверхность, почувствовав себя рыбой, брошенной в котел для варки.

Уровень воды едва достигал поясницы рыжеволосой девушки, но это не мешало ей в скором темпе выбраться из бассейна.

Промокшая до нитки, Лиса упала на спину у самого резервуара, смахивая с лица капли, забившиеся в глаза и уши. Вода чуть ли не ручьями стекала по темной плотной одежде, шарф превратился в стянутую удавку, а что творилась в сапогах даже не хотела знать.

– Расскажу – никто не поверит… – Разглядывая мозаику камней на потолке, покрытую влагой, ван Реван, переведя дух, решила подняться на ноги и отправиться сдаваться той злобной толпе, поскольку дальнейших приключений она не думала пережить. Но то, что она увидела, заставило ее немного растеряться.

– Привет. – Как ни в чем небывало улыбнулся молодой парень, стоя в том же самом бассейне, в который минуту назад из вентиляции свалилась незваная гостья.

Лиса даже не знала, на что в первую очередь следовало обратить внимание: на то, что она очутилась в некого рода бане или же на непринужденного незнакомца. Если уж и говорить о втором, то девушка была не прочь полюбоваться прекрасным видом: пусть юноша и не был атлетического телосложения, он все равно казался привлекательным. Но все же переманить внимание Лисы на другой аспект обнаженного тела парня смогли яркие татуировки, покрывающие верхнюю часть его спины и предплечий.

– Носитель? – Едва уловимым голосом прошептала контрабандистка, и эта мысль заставила ее вернуться к реальности и вспомнить о том, что за ней идет охота. – Черт! – Вскочив на ноги, она побежала в первый увиденный проход.

– Если ты ищешь вых… – Уже было начал парень, как вдруг рыжеволосое чудо, словно прочитав его мысли, метнулось по направлению к другой арке, даже не обратив на него внимание. – Да, всегда пожалуйста.

Что сказал юноша, Лиса не расслышала, да и голова ее уже забилась другой информацией, хотя кое-какой момент оставался непонятен.

«Татуировки, – усомнилась контрабандистка. – Какого черта? Этот парень едва ли старше меня, а последнего Носителя Федерация, скажем так, создала лет двадцать назад. Если этот тип не стал Носителем в пятилетнем возрасте, то получается, что кто-то из синдиката торгует Живым Оружием?! Это вообще как?»

Но спор с самой собой не привел Лису дальше седьмого поворота этого лабиринта, поскольку путь ей преградили пять человек, подняв оружие наизготовку. Можно было бы попробовать сопротивляться, однако это ни к чему бы не привело. Поэтому, безмолвно подняв руки, контрабандистка объявила себя проигравшей в этой гонке.

***

Сидеть в крохотной камере пришлось довольно долго. Здесь было также сыро, как и в коридоре с вентиляционными отверстиями, но не достаточно тепло, чтобы чувствовать себя комфортно. Единственным источником света являлось скудное пламя факела, пробивающееся сквозь небольшое решетчатое окошко на железной двери. Что не говори, но Лиса в прямом смысле слова ощутила себя частью цивилизации, канувшей в лету много тысяч лет назад. Не только это помещение, но и все строение никоим образом не сочеталось со стилем жизни всей планеты, погруженной в эру высоких технологий. Подобные сооружения считались экзотикой для путешественников и охотников за сокровищами.

Время тянулось, как расплавленный сыр. Глаза девушки уже начали медленно закрываться, но как только сонливость была готова вот-вот напасть на нее, Лиса тут же принималась ходить по комнате. Нет, спать нельзя, только не в такой обстановке. Если враг вздумает причинить ей вред, то нужно быть наготове.

Где-то далеко скрипнула дверь. Этот звук так сильно выделялся на общем фоне тишины, что Лиса моментально замерла и начала прислушиваться. Казалось, что незнакомец идет слишком долго, но в следующую секунду раздался неприятный звук открывающегося засова. Дверь распахнулась, поток света разогнал тьму по углам, вынудив и рыжеволосую девушку зажмуриться на мгновение.

– Выйди. – Голосом, не терпящим возражений, скомандовала знакомая бледнолицая брюнетка, держа в свободной руке обыкновенное огнестрельное оружие, – в другой у нее находился электрический фонарь.

Лиса не стала возражать, лишние проблемы ей все равно не по карману, поэтому она подчинилась.

– Теперь иди вперед.

Зашагав в выбранном направлении, контрабандистка попыталась прийти к логическому завершению на тот счет, что ее ожидает в конце этой небольшой прогулки. Хорошим сигналом служило то, что ей не надели наручники, однако наставленное в спину оружие не играло в ее пользу.

Тем не менее, дальнейшая судьба Лисы ван Реван должна была решиться в просторном зале, потолок которого высился в метрах семи над полом. Несколько узких прорезов в стене, едва ли в метр шириной, служили подобием окон, а значит, это помещение находилось уже не под толщей земли, а в самом сооружении.

– Используете это место в качестве зала для допроса? – Не смогла удержать язык за зубами Лиса. – Из-за хорошей акустики?

Брюнетка, под чьим пристальным наблюдением она находилась, не проронила ни слова, зато ответил кто-то другой:

– А вы так представляете нашу дальнейшую беседу? – Слова эти принадлежали высокому мужчине, чьи грустные темно-карие глаза, окаймленные мелкими морщинами, внимательно изучали новую знакомую.

– Не хотелось бы… – Напряглась Лиса. – Прошу, выслушайте, все это простое недоразумение. Мне нужно встретиться с вашим боссом, с человеком по имени Далас Блад – он вам все разъяснит. Я надеюсь.

– Значит, ты из группировки Тайгера?

– Именно. – Не сводя сосредоточенного взгляда с собеседника, подтвердила контарабндистка.

– Ты ее знаешь? – Не понимая, о чем идет речь, брюнетка с подозрением посмотрела на мужчину.

– Кхм, – прочистив горло, привлекла к себе внимание рыжеволосая девушка. – Да, почему только вы знаете обо мне?

– Меры предосторожности.

– Тогда я тоже хотела бы последовать вашему примеру, попросив вас вернуть свое оружие.

– Чтобы ты опять в нас стреляла?! – Полным негодования голосом возразила незнакомка, крепче сжав в руке пистолет.

– Все бывает в первый раз. – Пробормотала себе под нос девушка. Видимо, зря. – Ладно, знакомство вышло неудачным. Но я думала, мы наконец-то сможем завершить нашу сделку, если все уладилось, хотя… стоп, почему все уладилось? Вы меня держали в камере, хотя вас же предупреждали о моем визите.

– Приношу свои извинения, но, как я раньше и сказал, мои люди не были проинформированы. – Ответил Далас. – У нас заканчиваются запасы, а связываться с контрабандистами нам хотелось в самую последнюю очередь, просто… многие считают это не самым…

– …благородным делом. – Продолжила за мужчину Лиса, уже сотни раз слыша подобные оправдания. – И все же, факт остается фактом. Меня обязались встретить на месте высадки, но никого не было, поэтому я и отважилась разведать обстановку. Сами видите, к чему это привело.

Видимо, заявление временной гостьи загнало Даласа в тупик, поэтому он некоторое время с недовольным выражением лица сохранял молчание, после чего задал вопрос:

– Айрис, а где Бэй?

– В последний раз я его видела у северо-восточного склона, – ощутив едва уловимую злость, исходящую от командира, девушка сглотнула, прежде чем добавить: – свалившегося в грязевую канаву.

– Прекрасно. – Быстро обведя помещение взглядом, Далас озадаченно вздохнул, вероятно, ожидая услышать нечто подобное. – Что на этот раз?

– На них напала тенистая кошка. – Вжав шею в плечи, сообщила Айрис, не рискуя смотреть на собеседника.

– Не сопротивление, а цирк какой-то… – Мужчина недолго мучил себя раздумьями о нерасторопности своих людей, вернув все внимание Лисе. – Еще раз прошу прощение за подобное недоразумение. Думаю, вам лучше отдохнуть как следует, а после завтрака мы уладим все дела.

– Что ж... – Девушка хотела разделаться с этим делом как можно быстрее, и не только из-за недавнего инцидента. Все эти люди на дух не переносили контрабандистов и пиратов, а от подобных компаний ее всегда воротило. – Приму ваше предложение с радостью. И все же хочу заметить, что эта задержка может повлиять на цену: у нас и других забот по горло.

– Можете воспользоваться нашим гостеприимством, заправить корабль и взять еды в дорогу, но боюсь, что больше мы вам ни в чем другом помочь не сможем. – В ответ Лиса лишь непроизвольно нахмурилась. – Послушайте, я вовсе не хотел вас обидеть, но в данный момент мы не владеем лишними средствами.

– Как и мы. – Абсолютно спокойным голосом оборвала мужчину рыжеволосая девушка, но взгляд ее продолжал жечь холодом. – Поймите, у нас тоже есть свои потребности, и если уж на то пошло, то не по моей вине произошла оплошность. – А затем добавила шепотом: – Если уж говорить начистоту, то я и не удивлена, что подобное случилось…

– Что ты имеешь в виду? – Оскорбилась Айрис. – Считаешь нас пустым местом или как?

– Или как…

– Что?!

– Дамы, успокойтесь, – попытался вмешаться Далас, однако брюнетка явно не спешила прекращать дискуссию.

– Она – простая наемница, что она может знать о нас? Мы боремся за свою страну, за свой народ, в то время как подобные ей только наживаются на чужом горе.

– И все же вы прибегли к нашей помощи. – Подметила Лиса спокойным голосом, но это заявление заставило до этого бледное лицо брюнетки покрыться румянцем.

Не найдя больше слов, Айрис произнесла колкую фразу на неизвестном контрабандистке языке, после чего не спеша покинула собеседников.

– Весело у вас здесь.

– Послушайте, – с неким скрытым подтекстом обратился к Лисе мужчина. – Я понимаю, что людей вашей профессии здесь недолюбливают, но и вам следует кое-что запомнить. Все эти люди потеряли близких или свой дом. Каждого из них коснулась война, поэтому сопротивление стало для них последней надеждой. Если в вас есть хоть капля сострадания и уважения, не приближайтесь и не говорите с моими людьми без их согласия. Понятно?

Знакомство с представителями сопротивления Лисе уже не понравилось. И не только факт того, что ей придется взять свои слова обратно, поскольку у покупателей действительно не было лишних денег. Эти ребята вели себя довольно безалаберно и агрессивно. И все же у девушки не оставалось других вариантов, кроме как расслабленно улыбнуться и пожать плечами.

– Так уж и быть, забудем об обидах. Завтра решим все дела.

5

Союз

– Дипломатическая миссия потерпела провал?

– Она даже не успела начаться. – Устало признал Алексей Кольт, протягивая знакомому технику небольшую черную коробочку, по существу являющуюся частью бортового компьютера.

Невысокий худощавый мужчина принял устройство из рук полковника, осмотрев его беглым взглядом. Тонкие длинные пальцы тут же принялись подключать черный продолговатый накопитель при помощи проводов к общему компьютеру. Широкий экран монитора вспыхнул светло-голубым сиянием, осветив овальное лицо техника.

– Что можешь сказать? – Поинтересовался Алексей.

– Запоминающее устройство с истребителя S-класса. Насколько я помню, память бортового компьютера на таких машинах чистится раз в три месяца.

– Спасибо, умник, я об этом даже не догадывался. – Воспользовался сарказмом Алексей, откровенно давая понять, что базовая информация ему и так известна.

– Ну что ж, всегда не за что. – Словно и не заметив недовольного тона голоса собеседника, мужчина принялся изучать устройство. – А могу я спросить, где ты его нашел? Мы такими устройствами не пользуемся.

– Я же сказал, что дипломатическая миссия провалилась.

– Это… – Сдув со лба прядь светлых волос, мужчина устремил задумчивый взгляд серых глаз на собеседника, пытаясь подобрать подходящую фразу. – Все меняет.

– Ох… – Алексею уже не раз приходилось сталкиваться с подобными разговорами, похожими на плохо замаскированный допрос. Практически все, кто был связан с его работой, недоверчиво спрашивали о каждом его шаге и действии. И Кирк Люциус, военный техник и программист, не был исключением из этого списка. Но, по крайней мере, он не следил за каждым его шагом. – Когда проход обвалился, я решил выбраться наружу и послать сигнал бедствия. Неподалеку приземлился одиночный истребитель, который и подбил наш корабль. Я лишь воспользовался ситуацией.

– Значит, ты у нас рискованный парень?

– Кирк, – упрекнув одним лишь словом собеседника за болтливость, Алексей перевел взгляд на экран.

– Да, конечно. – На мониторе появилось несколько текстовых файлов, карт-схем и диаграмм. С первого взгляда эти проекции ни о чем не говорил как Алексею, так и сержанту Фриз, тихо стоящей в сторонке. Зато по лицу Кирка стало понятно, что он прекрасно понимает, что все это значит. – Память чистили два месяца назад, поэтому здесь сохранился журнал полетов, записи связи с центром и многие другие вещи.

– Сможешь определить, откуда шли сигналы, поступающие на этот истребитель? Может, удастся найти местоположение баз противника?

Кирк без лишних вопросов принялся выполнять просьбу полковника, но в результате его лицо исказилось разочарованием.

– Здесь стоит особый код шифрования, поэтому я только смогу определить зону, откуда шли все передачи. А она радиусом в тридцать километров.

– И на территории Федерации?

– Именно так.

Если отправить военные корабли или беспилотники прочесывать указанный сектор, то велика вероятность, что враги собьют их быстрее, чем машины успеют приблизиться к указанной местности. Находись указанный сектор на территории другого государства, был бы еще какой-нибудь шанс на успех.

– А что с графиком полетов? – Подключилась к разговору Селеста. – Можно узнать, где бывал этот корабль?

– За последние два месяца его полеты проходили над землями Федерации и близлежащих стран.

– А можно нарисовать все траектории полета? – Вновь задалась вопросом сержант, и на этот раз, сумев привлечь к себе вопросительные взгляды мужчин. – Ну… это всего лишь предположение, но если мы сможем понять, где чаще всего пересекаются линии, то возможно, это и будет место, где чаще всего задерживался истребитель.

– Вражеская база? – Такой вариант развития событий пришелся по душе Алексею. – Сможешь это сделать?

– Возможно. – С сомнением ответил Кирк. – Это не так просто, как кажется. Дело в том, что устройство записывает полет в качестве чисел, то есть… не рисует линии, а записывает это в виде кода, который еще придется расшифровать.

– А как ты тогда определил, что истребитель летал в основном над землями Федерации?

– Эта «железная птица» принадлежит к S-классу, то есть к боевому, и получается, что чисто физически человек не может в ней долго находиться в одном положении. Так что… это простая дедукция.

– Так сколько тебе времени понадобится?

– День, может – два. – Попытался в уме прикинуть Кирк. – Но с чего такая уверенность, что мы найдем именно большую базу сопротивления, а не… ангар для самолетов?

– Просто найди это место, понятно? И сообщи мне, как только сделаешь и никому другому.

И все же Алексей знал, что доверять такому человеку, как Кирк, все равно, что всем заранее раструбить о своих замыслах. Только ранг полковника позволял мужчине держать подобных людей в узде. Поначалу это раздражало, однако со временем он начал воспринимать это как должное, некую плату за возможность хорошей жизни, ведь все могло сложиться по-иному.

Центральный военный штаб, как ему и полагалось, выделялся среди прочих зданий столицы словно белая жемчужина посреди серых песков. Десятиэтажное здание П-образной формы, вход которого подчеркивали белоснежные мраморные колонны и лестница, пряталось среди невысоких деревьев на зеленом островке среди бетонных джунглей города. Каждый раз, оказываясь у ворот штаба, Алексей с удивлением озарялся по сторонам. Даже не верилось, что посреди чуть ли не пятидесятиэтажных зданий, опоясанных путями «воздушных поездов», смог остаться подобный отпечаток прошлого.

Военные наполняли улицы города каждый день, и уже давно вошло в привычку наблюдать за людьми в бежевой форме с изображением на правом предплечье белоснежного голубя, размахнувшего крылья в полете, на фоне двуручного меча – официального герба Союза. Людям, служившим в армии, дозволялось жить в любой части города, но находясь при исполнении, они не имели права носить простую одежду. Так что только поздним вечером некоторые солдаты могли скрываться под обликом гражданских лиц.

Город жил своей жизнью, казалось, что война с Федерацией никоим образом не касалась Союза. Это и не удивительно, учитывая тот факт, что Столица находилась в сотнях километрах от поля основных военных действий. Но самой южной границе страны повезло не так хорошо. И именно поэтому три недели назад глава Союза, которого все жители с уважением называли маршал, принял решение о проведении переговоров с небольшим государством Ашир. Федерация много сил потратила на то, чтобы объединиться с этой страной, чтобы отрезать южную часть Союза от основных ее сил. А это означало бы потерю одного из военных штабов, источника добычи угля и нефти, а также одного из крупных морских флотов. Но у Ашир не было достаточно сил, чтобы поддержать такую политику, поэтому оно стояло на грани разорения. И чтобы убить двух зайцев одним выстрелом, маршал предложил небольшому государству материальную помощь в обмен на заключение союза.

И вот, после недолгих обсуждений, группа послов-дипломатов должна была отправиться в Ашир, чтобы засвидетельствовать подписание договора. Но Федерация смогла прознать об этом, что в итоге заставило их предпринять любые меры, чтобы не допустить заключения очередного союза противника.

– Полковник, – окликнула мужчину Селеста, преодолев последнюю ступень на спуске парадного входа Центрального штаба. – Почему вы так уверены, что этот компьютер с вражеского истребителя поможет определить местонахождение базы? Оттуда просто может идти сигнал.

– Все может быть, сержант. – Не торопясь ответил Алексей. – Но за нами лично послала Кора Кишью, а это что-то, да значит.

– Она одна из лидеров людей сопротивления. – Припомнила девушка. – Сильная личность, но по данным разведки она находится сейчас на северо-западной границе в гуще всех событий. Как она тогда смогла узнать о вашей миссии? По сути, она должна думать о том, как бы не умереть, а не о делах соседних стран.

– Уши есть у всех и везде. К тому же нельзя недооценивать Кору.

– Я вам верю. – Призналась брюнетка, но помедлила с продолжением разговора, словно обдумывая, стоит ли упоминать события прошлого или нет. – Вы же с ней росли вместе.

– Что ж. – Без каких-либо колебаний признал данный факт Алексей. – Мы просто шли по одному пути, пока не началась война. Я решил последовать совету нашего наставника, а она – зову сердца.

– Теперь понятно, почему вы промолчали о ней. Если кто узнал бы, что вы разговаривали со старой знакомой, то…

– Как минимум большой отчет пришлось бы писать. – Попытался улыбнуться Алексей, но улыбка вышла кривая и не такая радостная. – Стань я даже самим маршалом, во мне все равно будут видеть в первую очередь карийца, а не гражданина Союза.

– Что верно, то верно.

– Эй, могла бы хоть и соврать ради приличия. – Наигранно возмутился Алексей.

Да, в этом был весь корень проблемы. Двадцать один год назад, когда пришли оккупанты, он мог последовать примеру Коры Кишью и до последнего сохранять верность родине. Признаться честно, так Алексей и хотел сделать, но его наставник запретил ему бросаться на ружья врагов, так как это привело бы его только к смерти. Он тогда еще был совсем мальчишкой, поэтому, как и многих других детей, его поставили перед выбором: примкнуть к силам Союза и сражаться за них, либо быть убитым. Кора смогла вырваться из захваченной столицы Федерации и избежать подобной участи, а ее наставник и Алексей – нет.

С годами чувство вины и осознание того, что ты – дезертир, предатель Родины – прошло, поскольку мужчина видел мир вокруг себя и пришел к выводу, что не важно, за какую сторону ты сражаешься. И там, и там живут простые люди, нуждающиеся в защите. Война может быть интересна только политикам и контрабандистам – они всегда найдут, как поживиться на этом. Так что, приняв свою судьбу в той форме, в которой она есть, Алексей старался ни на что не жаловаться.

Он – полковник, гражданин Союза. Такого статуса порой бывает трудно добиться и тому, чьи предки издавна жили на этой земле. И все же презрение в глазах людей ничем не высечь. Люди Союза на дух не переносили карийцев, и как ни крути, в Алексее текла карийская кровь.

Белой вороне ни за что не стать черной. Как бы она не извалялась в грязи, полностью покрывшись темной коркой, душа ее все равно будет белее снега.

6

Борда Систа.

Солнце до сих пор упрямо пряталось за плотным занавесом дождевых облаков, наводя Лису на мысль, что если не поторопиться, то к грузовому кораблю ей придется вести людей под дождем. Но это не так расстраивало ее по сравнению со скудным завтраком. Судя по всему, дела у повстанцев шли не так хорошо, так как в меню входили всего лишь обыкновенная рисовая каша, кусочки ветчины и крохотное яблоко. Сейчас девушка с удовольствием оказалась бы у себя дома, да не поскупилась бы на жаренные куриные крылышки и твороженный пирог с вишней.

Устроившись в уголке просторного обеденного зала, напоминающего по строению то помещение, в котором вчера разрешились все разногласия, Лиса наблюдала за суетой вокруг. Даже удивительно, как столько народу смогло укрыться в этом небольшом храме и сделать его пригодным для жизни. На это, должно быть, ушли целые годы, не то что месяцы.

С открытого каменного балкона в зал заползал влажный воздух. Под его легкими порывами контрабандистка ощущала, как жар вновь расползается по ее телу. Здесь было невероятно душно, однако, по сравнению с убийственным взглядом Айрис, природная жара не шла ни в какое сравнение. Брюнетка напоминала сталкера, наблюдающего из укрытия за своим будущим трофеем. Это немного позабавило Лису, но все же веселье ее длилось не долго, так как в воспоминаниях сразу вспыхнул разговор с Даласом Бладом.

Мужчина не врал, когда говорил, что многие из его людей не выносят контрабандистов и пиратов, считая их отбросами общества. Все старались обходить стороной рыжеволосую девушку, и она могла легко списать этот факт на вчерашний инцидент, если бы не отчужденные взгляды, украдкой посылаемые в ее сторону.

Поедая рисовую кашу, Лиса прекрасно видела, как кто-то переговаривается между собой, иногда посматривая в ее сторону с издевательской улыбкой. Это угнетало, так как контрабандистка прекрасно понимала, о чем думали эти люди.

Обычно среди нелегальных торговцев не встречались женщины, тем более молодые особы. В этот бизнес девушка могла прийти только от нехорошей жизни, становясь секс-игрушкой в руках какого-нибудь преступника. И, на основе подобных слухов, не трудно было сложить два и два, составив на скорый ход биографию Лисы ван Реван.

Эти люди ничего не знали о жизни «по ту сторону». Рыжеволосая девушка встречала среди контрабандистов и пиратов таких женщин, которым позавидовал бы любой мужчина. Лаветта Мартийская, «правая рука» группировки Невольников, заправляющих в западной части Центрального континента, – эту женщину Лиса восхваляла как саму богиню войны, сошедшую с небес. Весь вид ее кричал о том, что лучше в спор с ней не вступать, иначе рискуешь уйти домой без языка со сломанными ребрами в придачу. Ей было подвластно не только лезвие клинка, но и наука ведение переговоров и заключения выгодных сделок. Когда Тайгер лично представил Лису Лаветте, вторая устроила юной контрабандистке настоящий допрос с пристрастием, после чего заключила, что из нее выйдет неплохой знаток своего дела. С тех пор рыжеволосая девушка старалась поддерживать хорошие отношения с «правой рукой» Невольников.

Неожиданно кто-то поставил поднос с едой прямо на стол, отчего Лиса едва не подавилась кашей, держа ложку во рту.

– Привет. – С очаровательной улыбкой поприветствовал рыжеволосую контрабандистку тот самый парень, не вовремя оказавшийся вчера в бассейне.

На какое-то время девушка перестала реагировать на окружение, неподвижно буравя взглядом юношу. Его серые хитрые глаза также внимательно изучали ее.

– А, – озарено вскинув брови, Лиса указала ложкой на парня с темно-русыми волосами. – Я в одежде тебя и не узнала.

– Сочту это за комплимент. – Довольно ухмыльнулся незнакомец. – А почему одна сидишь?

– Наверное, потому что многие думают, что от контрабандистов можно заразиться всякой заразой. – Не поддержав веселого настроя собеседника, подметила Лиса. – Высокомерием, например.

– Как видишь, я здесь, разговариваю с тобой.

– Да… – Девушка хотела что-то добавить, но для начала посчитала нужным отодвинуть подальше от себя все предметы, которыми можно причинить боль. – Наверстываешь упущенное, надо полагать?

– Что ты имеешь в виду?

– Прости? – Колко выделила этот вопрос Лиса. – То есть хочешь сказать, что не из-за тебя я этой ночью нарезала круги по лабиринту под землей?

– А зачем ты стреляла в одного из наших? – Почувствовав раздражение, исходящее от собеседницы, парень перестал улыбаться.

– Этого не произошло бы, если кое-кто пришел на встречу в назначенный час. – Подхватив со стола небольшое яблоко, контрабандистка впилась в него зубами, откусив большой кусок. На вкус спелый фрукт напоминал мочалку.

Наблюдая за тем, как Лиса свирепо расправляется с беззащитным фруктом, юноша выжидал, пока она успокоится. В сущности, она была права, это его промах, но кое-что ему хотелось узнать лично от собеседницы.

– Как ты поняла, что именно я должен был тебя встретить?

Непринужденный тон голоса привлек негодующий взгляд девушки. Лиса не сразу поспешила ответить, словно взвешивая все «за» и «против».

– Ваш командир сказал, что меня должен встретить парень по имени Бэй. А вон та милая дамочка, что сверлит меня ненавистным взглядом, – кивком указала на далеко сидящую Айрис Лиса, – обмолвилась, что некий Бэй свалился в канаву. Не трудно догадаться, чем ты занимался в той бане.

– У меня было еще три часа в запасе. – В свое оправдание поведал парень. – Так что не моя вина, что… – Но, словив на себе гневный взгляд Лисы, Бэй поспешил сменить свою точку зрения. – Так покажешь, где твой корабль?

Вместо четкого ответа ван Реван молча продолжала изучать юношу блуждающим взглядом.

– Что?

– Твои татуировки. – Наконец заговорила Лиса. – Откуда они? Это же то, о чем я думаю, верно?

– Предположим. – Неохотно отозвался Бэй, что говорило о его нежелании развивать данную тему, но контрабандистка словно этого и не заметила.

– Последнего Носителя Федерация создала лет двадцать назад, а это может говорить о том, что либо тебе ввели нанороботов, когда ты еще в пеленках ползал, либо… кто-то торгует Живым Оружием.

– Что ж, – озадаченно вздохнул Бэй. – Во-первых, мне двадцать девять лет, а по закону Федерации Носитель должен быть не моложе десяти лет, а, значит, мне было всего восемь лет, когда прекратили… создавать Носителей. И, во-вторых, ваше величество, это вас не касается.

– Касается, и еще как. – Возразила Лиса. – По соглашению синдиката никто не может торговать Живым Оружием, да и не стал бы, поскольку Союз устраивает настоящий геноцид по отношению к Носителям и тем людям, кто распространяет Живое Оружие. И все же, единственный, кто мог выкрасть у Федерации нанороботов – либо Союз, либо пираты. И я склоняюсь ко второму, поскольку контрабандисты не настолько сумасшедшие, как пираты. И вы еще пытаетесь всеми силами убедить меня, как ужасно иметь дело с таким отрепьем, как я…

– Почему это тебя так волнует?

«Видимо парень не понимает, какие последствия могут быть у всего этого» – про себя отметила Лиса. Учитывая то, что кто-то проводит нелегальные операция по созданию Носителей, в первую очередь соответствующие меры предпримет Союз. Федерация находится уже не в том положении, чтобы тратить время на создание новых нанороботов – так как на это уходят долгие месяцы и большие деньги. Карийцы попросту будут выкупать раскраденный товар у нелегальных торговцев – такой ход обойдется им в разы дешевле. И если Союз узнает об этом, то все страны, играющие на его стороне, помогут ему разыскивать контрабандистские группировки и пиратов по всему миру, что приведет к тотальному разорению теневого рынка. Многие государства лишатся последней возможности обеспечивать себя провизией, лекарствами, едой и многим другим, а их поставщиков повергнет настоящий кризис.

Но вместо всего этого Лиса выдала другую информацию.

– Я кое-что знаю о Живом Оружии и… ты ведь понимаешь, какому риску ты подверг себя, согласившись на операцию не у квалифицированных людей? – Заметив, как помрачнело лицо Бэя, девушка догадалась, что он все прекрасно понимал. – Я слышала о таких же смельчаках, как ты. Практически все они заканчивали…

– Я знаю, чем они заканчивали. – На полном серьезе дал ответ парень, но вместо страха в его взгляде горел огонек надежды и уверенности. – Но тебе не понять.

– Почему все думают, что мне не понять?

– Потому что у тебя нет дома. – Такое откровенное заявление задело Лису за живое, ведь по сути, парень говорил правду. – Контрабандисты, пираты, разбойники – вы скитаетесь по миру, от одного уголка к другому, так что вам не понять, что такое потерять не просто конкретное место жительства, а целую страну, свой народ, былую жизнь, свободную от насилия и войн. Мне было всего восемь лет, когда началась война.

– А мне чуть больше года. – В свою очередь призналась Лиса. – Но это не означает, что мне нравится подобный образ жизни.

Бэю не нашлось, что ответить, хотя девушка подозревала, что он просто не хотел делиться своими мыслями. В принципе, ничего против этого она не имела, пусть каждый хранит в себе маленькую тайну, к тому же пришлось позабыть о разногласиях, как только рядом возник Далас Блад.

– Вижу, вы все же не послушали моего совета. – С неким оттенком радости обратился к контрабандистке мужчина.

– Вы запретили мне подходить к вашим людям и говорить с ними, – улыбнулась Лиса. – Но им вы явно не говорили сторониться меня.

– Если вы закончили, я надеялся перейти к делу. Отведете нас к кораблю?

– Могу его пригнать сюда, на поляну. – Поднимаясь из-за стола, предложила девушка. – Это значительно сэкономит всем нам время.

– Да, верно. – Энтузиазм командира базы как-то не вписывался в образ подозрительного осторожного человека, с которым рыжеволосая девушка беседовала минувшей ночью. – Как раз тогда и подбросите Бэя.

– Да-да… Да?

– Я связался с вашим боссом буквально час назад, и он дал добро. Вы же все равно летите в Шаяки, верно?

Переводя взгляд с одного собеседника на другого, контрабандистка почувствовала себя маленькой девочкой в лесу, не способной определить, в какую же сторону ей свернуть, чтобы выбраться из зарослей деревьев.

– Я буквально на минуту. – Лиса дала деру так быстро, что никто из ее спутников даже не успел глазом моргнуть.

Активировав свой переносной наручный компьютер, девушка попыталась связаться со своим боссом, однако прошло некоторое время, прежде чем появился хороший сигнал.

– Что все это значит? – Сразу же возмутилась контрабандистка, застав Тайгера врасплох. – Почему мне только что сказали, что я кого-то подброшу до Шаяки?

– Потому что это так и есть. – Не изменившись в лице, сообщил мужчина. – За расход топлива они оплатят, к тому же мне нужно, чтобы ты отправилась в Шаяки и отыскала торговца, который задолжал нам.

– Мои проблемы?

– Наши проблемы. – Мужчина всегда относился к рыжеволосой девушке снисходительнее, так как, вырастив ее, он видел в ней свою дочь, но в первую очередь она являлась его подчиненной. Так что, смирив собеседницу гневным взглядом, он продолжил. – Парень составит для тебя небольшое прикрытие в обмен на то, что мы отвезем его – такова цена сделки.

– Пусть так. – Смирилась контрабандистка, и все же решилась поделиться своими опасениями. – Шаяки – страна пиратов, контрабандистов и работорговцев, она считается нейтральной территорией для всех нас, однако на Золотом Перешейке действуют законы братства Альманды. Помнишь, что было в прошлый раз, когда мы там появились?

– Нет нужды лишний раз напоминать об этом.

Братство Альманды – так называлась группа наемников, работавшая на территории Золотого Перешейка. Они брались за работу любого характера, будь то заказ на убийство или же транспортировка рабов. Эти ребята считались хуже всяких пиратов, не признавая ни законов чести, ни морали, так что не трудно себе представить, сколько группировок синдиката мечтали избавиться от них. Братство действовало без лишних вопросов, не боясь запачкать руки в крови или грязи, так что они составляли большую конкуренцию Невольникам на севере и отряду Белоголовых на юге.

Единственный плюс заключался в том, что влияние Альманды не распространялось на другие части света, кроме Перешейка, однако и это Тайгер умудрился обратить против себя.

Еще до образования синдиката, двенадцать лет назад, братство заключило временный договор с боссом Лисы, по которому первые заключали сделки с южным материком, а вторые являлись их непосредственными представителями. Но когда правительство Борда Систа обнаружило, что творится у них за спиной, Тайгер по-быстрому умыл руки, а Альманде пришлось взять основной удар на себя.

Казалось, прошло так много времени, но братство до сих пор помнило, как с ними обошлись, поэтому любой человек под началом Тайгера, ступивший на земли Золотого Перешейка, играл с огнем. Если в Шаяки кто-то из Альманды опознает Лису, то беды не миновать.

– А что насчет погоды? – Поинтересовалась рыжеволосая девушка. – Нас не накроет буря?

– По прогнозу она должна прийти в Шаяки через пять дней, так что советую тебе не задерживаться и поторопиться.

В подобные моменты Лисе начинало казаться, что старик ею совсем не дорожит. В душе ей хотелось снова стать той маленькой девочкой, о которой все заботились бы и баловали, однако время идет, люди меняются. Чтобы выжить в суровом мире приходится забывать о том, чего ты хочешь.

– Нет нужды лишний раз напоминать об этом. – Эхом отозвалась контрабандистка на слова босса, прервав сеанс связи.

7

Союз.

Как бы странно это не звучало, но Алексей Кольт примерно представлял, что все сложится подобным образом. Не следовало доверять Кирку сканирование запоминающего устройства с вражеского истребителя по неофициальному запросу. Этот компьютерщик всегда переживал за свою шкуру, однако до этого не сдавал Алексея подобным образом. Но как показала практика, все может случиться в первый раз и не самым приятным образом.

Полковнику не раз приходилось выдерживать презрительные взгляды сослуживцев, с годами с этим стараешься свыкнуться. Вот только под ледяным взглядом генерал-лейтенанта Альберто Фарена Алексей до сих пор чувствовал себя как на иголках. Темно-синие глаза сорокачетырехлетнего мужчины жгли холодом, как и напряженное выражение его мертвенно-бледного лица. Алексей словно выжидал, когда полковник сломается под грузом абсолютной раздражающей тишины.

В конечном итоге, опустив взгляд на открытую папку с документами, генерал-лейтенант Альберто Фарен обратился к Алексею, растягивая каждое слово:

– И как вы это объясните?

– Когда истребитель…

– Избавьте меня от пересказа вашей истории, полковник. – Бесцеремонно перебил мужчину Альберто, переведя взгляд с документов в сторону широкого окна, за которым кипела вечерняя жизнь города. – Меня интересует, почему вы скрыли информацию. Вы что-то затеваете?

– Нет, генерал-лейтенант. – Как можно спокойнее попытался ответить Алексей, но от осознания того, к чему клонил собеседник, ему стало не по себе. – Официальное прошение на расследование этого дела было бы бесполезным, ему не уделили бы нужного внимания.

– Хотите сказать, что люди не справляются со своими обязанностями?

– Хочу сказать, что информация на этом устройстве может быть не воспринята всерьез… генерал-лейтенант.

– Тогда я тем более не понимаю, почему вы не подали официальный запрос. – Прогремел Альберто. – Что вы о себе возомнили, полковник? Разве вы забыли, чем обязаны этой стране? До сих пор не могу взять в толк, какого черта таким как вы позволили стать частью этой системы.

Руки Алексея непроизвольно сжались в кулаки, но мысленно мужчина приказал себе сохранять спокойствие, не реагировать на колкие замечания генерал-лейтенанта. Ведь подобные мысли роятся практически у всего населения Союза, недоумевающего из-за того, почему предыдущий маршал позволил некоторым детям из Карийской Федерации стать полноправными гражданами их страны. Личность этих ребят стиралась начисто, от прошлой жизни не осталось ничего, кроме воспоминаний, однако рано или поздно правда открывалась перед чужими глазами.

В армии Союза служило несколько десятков людей из Федерации, в число которых входил Алексей Кольт, но не многим из них удавалось добиться таких успехов в карьере. Некоторые так и носили в течение десяти лет звание сержанта, а большинство так и оставалось в числе рядовых солдат.

Алексей неоднократно пытался убедить себя в том, что дойти до звания полковника ему помогли его собственные умения, навыки и сила воли, однако каждый раз он больше склонялся к тому, что результату таких побед поспособствовала удача. И действительно, не попади он на «Ледовом Кулаке» под командование генерал-майора, так бы и сидел на одном звании капитана всю оставшуюся жизнь. Да и то, подобное звание для карийца считалось настоящим чудом.

Обуздав порыв раздражения, Альберто Фарен глубоко вздохнул и указал на открытую страницу документа, лежащую перед собой.

– Твой технолог вкратце рассказал мне, чего ты пытался добиться. – Запустив руку в темно-каштановые волосы, мужчина почесал затылок. – Но с чего такая уверенность, что все эти траектории полета приведут нас к базе повстанцев?

– Абсолютной уверенности у меня нет. – Признался Алексей. – Но я не припомню ни одного воздушного корабля, чьи пути полета без какой-либо причины пересекались бы в конкретном месте с такой точностью.

– Тогда покуйте вещи, полковник, и отправляйтесь в горы Барграф.

– Что? – Мужчина попросту не успел уследить за своими эмоциями, поэтому не трудно было заметить выражение непомерного удивления на его лице, граничащего с легким испугом. Перед глазами тут же пролетели воспоминания о «Ледовом Кулаке».

– Лучше спросить «когда». – Ухмыльнулся генерал-лейтенант. – Если следовать вашей теории, то получается, что то самое место «пересечения» находится в нескольких километрах от гор Барграф. Карийцы явно полагали, что горы создадут для них естественный щит, и они оказались правы. И поскольку самая ближайшая точка к вашей цели на территории Союза – наша секретная база, то остальное додумывайте сами, полковник.

– Но это чистое самоубийство. – Может база и находилась спрятанной от чужих глаз посреди снегов и холода, но для того, чтобы добраться до границы Федерации кратчайшей дорогой, необходимо преодолеть примерно двадцать километров. А чтобы сохранить фактор внезапности, оставаясь незамеченными, о воздушном транспорте придется забыть. И получается, что можно скорее умереть при переходе через горы, чем от рук вражеских патрулей на границе.

– Если мне не изменяет память, то не я устроил всю эту затею. Но не беспокойтесь, полковник, на базе есть ваш старый приятель, который с удовольствием вам поможет. – Поспешил заверить своего собеседника Альберто. – Как же его… капитан Турко?

– Марк?..

– Тем более ваш поход одобрил сам маршал. – Улыбка на лице генерал-лейтенанта расплывалась все шире, словно масло при высокой температуре на сковороде. – Берите с собой вашу помощницу и в путь дорогу, полковник.

Здесь даже не нужно было обладать шестым чувством, чтобы осознать факт того, что генерал-лейтенант желает Алексею поскорее сгинуть среди снегов и холода. В любом случае это задание шло в ногу с огромным риском для жизни.

Но у Алексея не оставалось другого выбора, как усмирить разрастающуюся ярость в груди силой воли. Он мог бы поспорить с генерал-лейтенантом о столь поспешных действиях, но причастность к решению данного дела самого маршала в корне меняло все. Пойти против воли главнокомандующего предвещало не только дождь из проблем, но и возможно нечто посерьезнее простого отстранения от службы. К тому же Алексей своим поведением мог накликать беду и на сержанта Фриз, которой просто не повезло иметь такого… необычного командира, как он.

– Когда мне вылетать?

– Завтра вечером вас с сержантом Фриз заберет корабль. – Проинформировал собеседника Альберто. – И если больше вопросов нет, то можете быть свободны, полковник.

Покинув кабинет генерал-лейтенанта, Алексей пощурил глаза из-за непривычной яркости, разлившейся по всему коридору. Окна на этом этаже тянулись от потолка к полу, что позволяло увидеть заходящее золотистое солнце на оранжево-розовом фоне неба.

Вокруг сновали люди в бежевой униформе, но их количество не превышало пальцев на двух руках, поэтому Алексей без проблем нашел Селесту. Девушка стояла напротив входа в кабинет Альберто, задумчиво рассматривая утопающие в золоте постройки. Но полковник смог отвлечь ее внимание на себя.

– Как все прошло? – Однако, по раздраженному взгляду Алексея, брюнетка без труда догадалась, какой ответ мог последовать. – И что же нам делать?

– Следовать приказу – нас с тобой отправляют в Барграф.

– Барграф? – От одного названия ледовой ловушки сержанта Фриз передернула волна дрожи.

– Точка пересечения полетов того истребителя лежит в нескольких десятках километров от горной границы на территории Федерации. – Медленно зашагав по направлению к лифтам, мужчина принялся пересказывать недавний разговор с генерал-лейтенантом. – Раз уж Кирк не смог удержать язык за зубами, меня сделали козлом отпущения, приказав отправляться на базу в горах и начинать поиски той самой «точки пересечения». А поскольку воздушная разведка для нас закрыта, исходя из того, что на границе могут быть вражеские патрули, придется идти пешком либо воспользоваться наземным транспортом.

– Генерал-лейтенант посылает вас на чистое самоубийство. – Изложила факт Селеста, пытаясь скрыть одолевающее ее волнение. – Он всего лишь на два звания выше вас… У него есть право отдавать вам прямой приказ такого рода?

– Не вам ли знать, сержант, что у него воинское звание высшего офицерского состава. Да и если бы я смог притянуть к разбирательству комиссию… просто у нас две глобальные проблемы. Во-первых, я – кариец, и не важно, какой у меня чин, в глазах других я все равно буду чужаком, а это означает, что вряд ли у меня будет поддержка. А, во-вторых, данную миссию одобрил сам маршал.

– Да, это проблема. – Согласилась Селеста, останавливаясь напротив двери лифта. – И когда мы отправляемся?

– Завтра вечером. – Нажав на кнопку вызова, оповестил Алексей. – И на базе нас будет встречать Марк Турко… Но судя по твоему выражению лица, ты не особо рада этому.

Селеста не успела ничего сказать, ее прервал гулкий звон, за которым двери лифта плавно разъехались в разные стороны. Но только сержант с полковником собирались зайти, как вдруг с замешательством воззрились на человека, находящегося в кабине. Его было трудно не узнать, а еще труднее просто не заметить. Молодая, девятнадцати лет от роду, круглолицая девушка, одетая в скромное малиновое платье, не менее удивленным взглядом светло-васильковых глаз изучала военных. Золотисто-медные волосы прямыми локонами спадали на ее плечи и спинку инвалидного кресла.

– Мисс Бейлор? – Первой из оцепенения вышла Селеста, да и то, потому что створки лифта начали закрываться. Успев перехватить одну из них, она не дала лифту продолжить свой путь вниз.

– Прошу, заходите. – Нажав небольшую кнопку на подлокотнике кресла, девушка отъехала назад, чтобы освободить место для людей.

Сержант Фриз благодарно улыбнулась, но зайдя внутрь, заметила, что Алексей не торопился следовать ее примеру, словно видя в отделанной деревом кабине опасность.

– Я… мне надо… я вспомнил, что кое-что забыл. Встретимся внизу, хорошо?

– Как скажите, полковник. – Проводив грустным взглядом уходящего куда-то вглубь коридора мужчину, Селеста сделала шаг назад, дав дверям лифта закрыться.

– Простите. – Виновато улыбнулась девушка, почувствовав себя неловко. – Это все из-за меня…

– Не переживайте, мисс Бейлор, – попыталась утешить собеседницу сержант. – В ваших опасениях нет ничего ужасного.

– Лиона, просто Лиона. – Настояла светловолосая девушка. – Меня почему-то боятся все военные-карийцы. – Попыталась иронично улыбнуться Лиона, но на деле вышла лишь кривая ухмылка. – Наверное, из-за того, что я сама порой смотрю на них испуганными глазами. Солдаты, как и мой отец, говорят, что их стоит обходить стороной, но я не верю в это, однако страх всегда застает меня врасплох.

– Вы к отцу сейчас ходили?

– Да. – Тихо прошептала согласие девушка. – И извините за глупую болтовню.

– По крайней мере вы не боитесь признать, что чувствуете на самом деле. И не переживайте, с вами ничего не случится. Полковник хороший человек, что бы о нем не говорили. – Мягко ответила Селеста. – Вас здесь все знают, никто бы не посмел обидеть вас.

– Это потому что я в инвалидном кресле? – Ухмыльнулась девушка. – Да, было бы еще то зрелище… – Но внезапно оборвав разговор на полуслове, Лиона словно вспомнила о чем-то важном, после чего с прежней улыбкой обратилась к Селесте: – Поправьте, если ошибусь. Вы – сержант Фриг?

– Сержант Фриз.

– Да, простите… – Но легкая заминка тут же растворилась в воздухе, отчего девушка вновь продолжила мысль. – Просто не так много девушек в армии, а с вами я не раз встречалась… в подобных ситуациях.

– Ну, кто же знал, что полковника будут так часто вызывать сюда? – Стараясь перевести все в шутку, подметила Селеста, услышав со стороны Лионы тихий смешок.

Лифт плавно остановился, а на табло ярким красным цветом горела единица, и как только двери открылись, оба персонажа очутились в просторном холле Центрального штаба.

– Будьте осторожны, мисс Бейлор.

– Лиона, просто Лиона. – Лишний раз напомнила улыбающаяся девушка, после чего направила свое передвижное кресло в сторону выхода.

Селеста лишь кивнула в знак прощания. Ей было неловко за ситуацию с полковником, но все же Лиона Бейлор, ассоциирующаяся с ярким и нежным солнцем, вызывала у нее симпатию, как и у большинства людей, работающих здесь. Она тихая, улыбчивая и скромная, убежденная в том, что в каждом человеке есть добро. По-крайней мере, такой ее знают.

Устроившись неподалеку от лифтов, сержант Фриз молчаливо ожидала полковника, с которым она завтра отправится, возможно, на последнюю военную операцию в своей жизни.

ЧАСТЬ 2

«Люди-призраки»

1

Союз.

Из институтского кафетерия как всегда тянулся аромат горького кофе и свежей выпечки – каждый раз проезжая по коридору второго этажа восточного крыла здания, Лиона Бейлор ощущала, как в ней просыпается аппетит. Как ни странно, но еда в учебном заведении никогда не расстраивала девушку, все было очень вкусно и полезно, а поесть Лиона любила всегда. Об этом трудно догадаться, так как она была стройной, даже немного худощавой. Но счастливой себя почувствовать девушка в полной мере не могла, ведь все люди вокруг были наделены способностью свободно ходить и бегать. У нее отняли эту возможность еще в детстве, после несчастного случая на ветке линии городских поездов – повстанцы Федерации смогли заложить бомбу. Этот инцидент лишил многих людей жизни, после чего правительство ужесточило политику обороны страны против врага. И вот уже в течение одиннадцати лет столица Союза не подвергалась нападениям или терактам.

Изучая медицину и биотехнологии, Лиона не закрывала глаза и на другие науки, чтобы поддерживать себя в «информационном тонусе». Она прекрасно понимала, что именно ее родная страна начала эту войну, но Федерация дала для этого весомый повод. Разработка оружия, идея о которой до этого не затрагивавшая умы людей, могла повлиять на общество самым ужасным способом. Люди всегда боялись чего-то нового и неизвестного, так было и с ядерной энергетикой, и с химическим оружием массового поражения. Карийская Федерация должна была догадаться о последствиях своих изобретений, но все привело к тому, что из самой процветающей она превратилась в самую истощенную страну.

Первое время Лиона ненавидела всех карийцев, особенно после того, как из-за взрыва ее лишили возможности ходить. Но со временем она начала смотреть на мир немного под другим углом, по крайней мере, девушка старалась показать это всем своим видом. Лиона часто задавалась вопросом, борются ли они с Федерацией как со страной, или как с народом? Ведь по большей части в войнах страдают невинные люди. Вот кто-то также из карийцев желает уничтожить весь Союз, однако задумывается ли он о простых школьниках, малышах, студентах, молодых мамах и других беззащитных людях?

Хотела бы Лиона думать, что Союз пытается подавить Федерацию, как страну, а не как людей, общество в целом. Но к ее разочарованию все складывалось наоборот. Взять к примеру тех же самых карийцев, которых предыдущий маршал сделал гражданами Союза, чтобы уберечь их от смерти. Их практически все ненавидели, презирали, и только служба в армии спасала их от неминуемой гибели.

Легкий укол вины в форме воспоминаний о вчерашней встрече с Алексеем Кольтом стал для Лионы подтверждением ее же мыслей. Может, она и пыталась убедить себя в том, что карийцы достойны большего, но первое, что вчера она сделала при виде полковника, так это удостоила его раздраженным опасливым взглядом.

Тягостные мысли постепенно начали окутывать Лиону, но девушка вовремя опомнилась, постаравшись моментально приободрить себя. Не к чему размышлять о мирских проблемах, когда ты студентка, а на улице светит теплое весеннее солнце.

Занятия уже закончились, поэтому Лиона со спокойной душой покинула здание института. Впереди лежало очередное испытание в виде семи ступеней, которое ей изо дня в день помогало преодолевать устройство для спуска, напоминающее миниатюрный лифт. Как ни странно, но не одна она пользовалась им – здесь обучались еще несколько человек, не способных передвигаться самостоятельно.

– Доброго вам дня, мисс Бейлор.

– Доброго, Мила.

Каждый раз на пороге у института Лиону встречала личная служанка, сопровождающая ее практически на каждом шагу. О работе Милы можно было не трудно догадаться по ее внешнему облику: темно-зеленому платью с укороченными рукавами, черным туфлям без каблуков и белым манжетам, красующимся на кистях рук. На самом деле девушке недавно исполнилось всего двадцать четыре года, но бледная кожа, сравнимая с сухим листом бумаги, и отсутствие макияжа накидывали ей лишние годы. Мила, на первый взгляд, казалась хрупкой и беспомощной, но Лиона не раз убеждалась, какой сильной и выносливой порой может быть ее служанка.

– Как прошли занятия, мисс Бейлор? – Голос Милы всегда звучал слабо и тихо, к чему светловолосой девушке пришлось некоторое время привыкать.

– Как и обычно. – Позволив служанке взять управление креслом-каталкой на себя, Лиона просто наблюдала за тем, как выход с территории института медленно приближается к ней. – Сегодня одной девушке стало плохо от запаха формалина, когда мы осматривали трупы в морге.

Обычно Лиона с удовольствием вела беседы, но как только Мила открывала рот, на нее нападала странная апатия. Из вежливости приходилось отвечать на вопросы и натянуто улыбаться, и пусть это было не хорошо даже по отношению к прислуге, Лиона ничего не могла с собой поделать. Однако это вовсе не означало, что служанка из Милы ужасная, совсем наоборот. И, скажем так, в минуты молчания она становилась самым симпатичным для нее человеком, с которым не хотелось расставаться.

Оказавшись у центральных ворот Медицинского Института, Лиона приметила черный автомобиль, на задней дверце которого выделялась военная отличительная символика. Это было трудно не заметить, учитывая то, что в основном у тротуара машины подолгу не задерживались. Однако присутствие автомобиля слегка удивило Лиону, поскольку ей прекрасно было известно, что специальный транспорт выдавался лишь для высших и старших офицеров.

Любопытство вспыхнуло в душе девушки яркой искоркой, и разрослось оно в небольшой огонек, когда вместо законного владельца автомобиля Лиона увидела совершенно другого солдата – невысокую девушку с коротко стриженными темными волосами.

В столице служило не так много женщин-военных, а еще меньше могли пользоваться специальным транспортом. Но Лионе не нужно было долго догадываться о воинском звании брюнетки, стоящей к ней спиной, она уже встречалась с ней недавно.

– Сержант Фриз?

Оторвавшись от разговора с невидимым собеседником по переносной гарнитуре, Селеста Фриз откликнулась на свое имя. Легкое удивление мелькнуло в ее глазах при виде знакомой девушки в инвалидном кресле.

– Я перезвоню, как только закончу. – Напоследок сообщила по микрофону брюнетка, после переведя все внимание на новую собеседницу. – Мисс Бейлор, что вы тут делаете?

– Я же говорила – просто Лиона. – Искренне улыбнулась в ответ девушка. – И, как ни странно, я здесь учусь.

– Оу. – Понимающе кивнув в ответ, Селеста почувствовала себя не в своей тарелке под любопытным взглядом Лионы. – Да, точно, я позабыла об этом.

– Ничего страшного, с каждым бывает, да вы и не обязаны помнить. И, да, могу предположить, что полковник Кольт остался без транспорта?

– Верно подмечено. – Легкая улыбка, преисполненная хорошо скрываемым злорадством, слетела с губ сержанта, когда она посмотрела на изящный автомобиль, ассоциирующийся со скоростью и опасностью. – Да и сам виноват… – Но заметив, что эта фраза вызвала у Лионы еще больший интерес, Селеста поспешила вернуть себе самообладание.

– Так что же вы забыли здесь? Или это военная тайна? Я умею хранить секреты.

– Нет, не военная. Просто нужно проконсультироваться у одного профессора, прежде чем кое-куда отправиться. – А отправиться придется в одно из самых леденящих душу мест на земле.

– Уезжаете? – Такой вердикт вынудил Лиону поумерить пыл, однако она постаралась получше скрыть напряжение в своем голосе.

– Да, но это вас не должно волновать. – Как можно более дружелюбно отозвалась Селеста. – Простая миссия.

– Вот как. – Однако будучи дочерью военного, девушка понимала, что под «простой миссией» скрывалось нечто гораздо более значительное.

Учитывая то, что война не добралась до ближайших рубежей округа, находящегося под юрисдикцией Центрального штаба, все военные оставались на своих местах. И все бы ничего, ведь сержанта Фриз или полковника Кольта могли просто направить в близлежащий город по каким-то делам. Вот только консультации у профессоров или специалистов в определенной области проводились лишь в двух случаях: если приходилось лететь прямиком на фронт, либо кардинально менять место пребывания, а тем самым и климатические условия. А Центральный штаб заведовал землями, покрытыми сплошь равнинами, лесами и небольшим участком горной местности, где сейчас стоит тишь, да гладь.

Но все это не должно было затрагивать ум простой студентки, поэтому Лиона поспешила придать себе тот самый беззаботный вид, с которым старалась не расставаться на людях.

– Что ж, тогда уда…

Однако фразу пришлось оборвать на полуслове, отвлекшись на оглушительный взрыв, раздавшийся где-то в кварталах четырех от института. Дрожь волной прошлась по земле и зданиям, подхватывая на лету испуганные крики прохожих и визжание машин, резко тормозящих на полной скорости.

По инерции Лиона поспешно закрыла голову руками и вжалась в кресло, услышав, как за спиной Мила падает на колени, воскликнув от ужаса. Но, не ощутив на себе никаких последствий внезапной атаки, девушка рискнула осмотреться вокруг, и первое, что она увидела, так это спину сержанта Фриз, как бы закрывающую ее от нависшей опасности.

– Что произошло? – Тревожным голосом поинтересовалась Лиона, хотя вряд ли ее кто-то услышал, так как какофония звуков, наполнившая улицу, могла оглушить любого.

И в ответ, словно по команде, по воздуху разлетелся нарастающий воющий сигнал тревоги, от которого по спине пробежались мурашки. Услышав этот вой, который коснулся всех жителей города своим ужасающим смыслом, Лиона перевела взгляд к открытому пространству между высоченными домами. Там располагалось пересечение крупных веток воздушных поездов, а также один из самых популярных парков отдыха. И именно оттуда черными клубами к небу поднимался дым.

– Мисс Бейлор, вам срочно нужно укрыться в безопасном месте. – Командным голосом велела Селеста, и у девушки не имелось никаких возражений на этот счет. – Как такое могло…

Но все же это случилось.

На Столицу напали.

2

Шаяки.

Нет места на планете хуже, чем богом забытый клочок земли, выжженный солнцем и временем. Именно здесь, на самой западной точке Центрального континента, лежит самое большое кладбище машин от мала до велика – грузовых кораблей, истребителей, наземного транспорта. С каждым годом запасы пресной воды небольшой страны, тонущей в песках, истощались, зато недостатка в черных рынках и опасных личностях не бывало никогда.

Иными словами, добро пожаловать в Шаяки.

Бэю только однажды доводилось посетить местные земли, когда они с группой Даласа покидали Федерацию. Нужно было сделать остановку, ведь путь лежал не малый, до самого Южного континента, и место для привала пришлось выбирать тщательно. Пусть и не самое безопасное, но все же оберегающее от патрулей и шпионов Союза, порт на западе Шаяки подошел как нельзя лучше.

Однако сейчас путь парня лежал к скалистой местности, в которой укрылся небольшой город, считающийся пристанищем для людей, не желающих иметь ничего общего с Системой. Сюда преступники, пираты и контрабандисты сбегались подобно муравьям на сахар. От такого места должно веять ужасом, но как только до пункта назначения осталось несколько десятков километров, Бэй не смог уловить нотки страха в своем сердце.

Возможно, он давно свыкся с мыслью, что, в конце концов, стал одним из числа тех, кого не хочет принимать весь мир. Однако парень поспешил отогнать от себя подобные домыслы. От них нет никакого прока, а тем более пользы. Он вовсе не преступник, а простой человек, решивший спасти себе и своим друзьям жизнь.

Автоматические двери, отделяющие бортовую кабину от остального салона корабля, открылись с едва уловимым шипением. Бэй оторвался от управления корабля и перевел взгляд по направлению к выходу, после чего не смог сдержать улыбки.

– Что на тебе надето? Ты выглядишь, как…

– Как человек, который не хочет, чтобы его узнали. – Договорила за своего пассажира Лиса, направившись к месту пилота.

Не знай Бэй, что с ним разговаривает знакомая девушка, он подумал бы, что видит перед собой совершенно незнакомого человека. Да и незнакомого ли? Все тело контрабандистки спрятала простая одежда темного цвета, рыжие волосы прятались под широким капюшоном, но половину лица скрывала серая маска из прочного материала. Это устройство позволяло не только скрыть все, кроме глаз и лба, но также и искажать голос. Выглядела она как небольшой птичий клюв.

– Неужели все настолько плохо?

– Лучше перестраховаться. – Вновь ответил грозный металлический голос, отчего Бэй не мог понять, разражена собеседница или нет. – Итак, куда тебе нужно?

– Так я тебе и сказал.

– Хорошо. Тогда не удивляйся, если я улечу без тебя…

– Эй-эй! Мы так не договаривались.

– Неужели? – Непривычный голос сделал одно единственное слово настоящей угрозой, хотя парень, глядя в глаза Лисы, отчетливо понял, что та просто издевается над ним.

– Простая встреча. – Вынужденно отозвался Бэй. – К тому же ты же вроде не хотела лезть в дела «бесполезного сопротивления».

– Кто лезет? Я лезу? Вот неожиданность.

Искаженный голос контрабандистки вызывал у парня смешанные чувства. Однако дальнейший диалог уже имел не такое важное значение, поскольку за ветровым окном корабля показались первые дома. Они казались крошечными кирпичиками, утопающими в коричневато-золотистой массе песка, которую волнами надувал порывистый ветер. Пыль клубилась над крышами домов, наполняла улицы, взметалась ввысь на несколько десятков метров. Этой песчаной стены не было видно, пока грузовой корабль не миновал скалы.

– Что-то не так? – Заметив напряженный взгляд Лисы, Бэй нутром почувствовал, что ответ ему явно не понравится.

– Проклятье… – Шикнула рыжеволосая девушка, запросив некоторую информацию у бортового компьютера. – Похоже, Тайгер кое-что не рассчитал – песчаная буря накроет город не через пять дней, а сегодня вечером, буквально через пару часов.

– Получается, мы тут застрянем до завтрашнего дня?

– Если не до послезавтрашнего. – Вздохнула Лиса. – Так что у нас будет пара часов на наши дела.

– Почему?

– Как только пески придут в город, можно будет лишь перебежать улицу – и то в лучшем случае. Очень опасно передвигаться во время песчаных бурь, ты становишься слепым и глухим, и если что случится – к тебе на помощь никто не придет. Поэтому советую тебе просто не высовываться из зданий, пока погода не успокоится. А про подземный город я лучше промолчу – он опаснее любой бури…

– Но?.. – Почувствовав незавершенность в услышанной фразе, Бэй выжидающе смотрел на Лису.

– Но скорее всего именно в подземном городе нам и придется остановиться.

Посадка на окраине города выдалась не такой мягкой и быстрой. Потоки ветра обладали такой силой, что не просто бились о борта кораблей, но и сносили их в сторону. Тем не менее, воздушной стихии не удалось одержать победу, так что вскоре Лиса и Бэй отправились по своим делам.

Официальной столицы у Шаяки не было, до того страна казалась запущенной. Здесь люди выживали, как могли, и Бэй ничуть не удивился внешнему обличию города, в который они прибыли. Пески полностью поглотили этот уголок планеты, запечатали дома под толстыми желтыми корками, а здания из более прочного материала отполировали до блеска. Несмотря на жаркий и сухой климат, солнце большую часть времени скрывалось под песчаным куполом, накрывающим землю полупрозрачной пеленой. Но, несмотря на нехватку солнца, люди не стремились наружу, опасаясь песчаных бурь. Поэтому здания уходили вглубь, утопали под землей, где в основном и кипела жизнь.

Как ни странно, но Бэй не чувствовал себя потерянным в этом месте, не опасался подозрительных личностей, бродящих по полупустынным узким улицам. Многие из них даже не обращали на посторонних внимания. И все же парень не спешил отходить далеко от контрабандистки, так как понимал, что это не его среда обитания, здесь он чужак.

Ветер все сильнее поднимал песок с земли, отчего Бэю то и дело приходилось щуриться. Он уже начинал завидовать амуниции своей новой знакомой, та хоть как-то спасала ее от острых песчинок, норовящих попасть в глаза.

– Где тебе нужно встретиться со своим человеком? – Подходя к развилке дорог, образующую небольшой перекресток, поинтересовалась Лиса.

– Она сказала, что будет ждать меня на центральной площади.

– Хм…

– Что значит это «хм»?

Прежде чем ответить, Лиса одарила парня недоумевающим взглядом, после чего усмехнулась.

– Не самое лучшее место для встреч. Никто из местных не выбирает для этого просторные места, так что… – Но девушка не договорила, оставив вторую часть своей мысли недосказанной. По правде говоря, она и не знала, какими словами можно ее завершить.

Центральная площадь не представляла из себя ничего удивительного, лишь только посреди нее стояла какая-то статуя или фонарь. Бэй так и не смог понять, что это такое, да и не особо ему хотелось уделять такой мелочи внимание. Куда сильнее его привлекла последняя фраза контрабандистки, сказанная с неким оттенком скрытой насмешки. Понятное дело, что Лиса считала своего спутника тяжким бременем, по крайней мере, именно так и казалось Бэю. Он даже спорить с этим не хотел, и все же слова задели его за живое.

«Она считает меня дураком, – заключил парень, – или ребенком, хотя я старше ее на несколько лет».

Бэй был бы рад еще немного побыть в роли полного невежи, но как только он увидел, что центральная площадь вовсе не пустовала, он почувствовал себя лучше. Но наивная радость куда-то делать в тот момент, когда он заметил, что рыжеволосая девушка нервно поглядывает по сторонам.

– Что-то не так?

– Странно. – Через некоторое время пробормотала Лиса. – Перед песчаной бурей здесь никогда не бывает людей.

– То есть в остальное время тут их много?

– Не сказала бы, что очень… Но кто-то даже… Что? – Девушка невольно отошла на шаг назад, заметив, с какой обидой и возмущением на нее смотрит парень.

– «Не самое лучшее место для встреч», да?

– Да, не самое. – Не отступилась Лиса. – А-а… погоди, так ты обиделся? Так вот в чем дело. – Успокоилась она, даже немного повеселела.

– Я? – Застигнутый врасплох, Бэй попытался выкрутиться из сложившейся ситуации, но потом подумал, что ему вовсе не перед чем оправдываться. – А что ты хотела, обвиняя меня в глупости, хотя на самом деле это не так?

Но не успела Лиса даже рот открыть, как вдруг сильный поток ветра закружил по площади, поднимая песок в вихре. Тяжелый капюшон девушки также поддался стихии, слетев с головы, и подобно яркому пламени длинные рыжие волосы взметнулись вверх.

– Тьфу! У меня уже целый рот песка.

Оставив комментарий парня без ответа, контрабандистка лишь пыталась убрать свою шевелюру обратно под капюшон, но ветер постоянно выхватывал непослушные пряди. В спешке Лиса задела крепление маски, скрывающей ее лицо, и та сию секунду упала на землю, подхваченная потоком ветра.

– Все лучше и лучше. – Не зная, за что хвататься, девушка потянулась к упавшей вещи, придерживая левой рукой волосы.

Упав на колено, контрабандистка принялась ворошить песок, и когда свободная рука нащупала искомый предмет, она подняла взгляд наверх, чтобы осмотреться. Конечно, вряд ли что-то могло измениться, но что-то стало не так.

Предчувствие.

Будучи человеком, относящимся ко всему довольно скептически, Лиса воспринимала интуицию не как магическое шестое чувство, а как особый механизм работы мозга. Анализируя за считанные секунды обстановку вокруг себя на подсознательном уровне, мы определяем, грозит ли нам беда. И сейчас, даже не понимая, какие факторы способствовали такому развитию событий, Лиса почувствовала на себе чужой взгляд. Она пыталась двинуться с места, сделать вид, что ничего не произошло, но попросту не могла. Что это? Предчувствие скорой бури? Хотя о каком предчувствии могла идти речь, если факты говорили сами за себя. Нет, это что-то другое, нечто первобытное, что заставляло сердце биться быстрее. Инстинкт самосохранения.

В какой-то момент Лиса чертовски испугалась. Она почувствовала себя дикой ланью, за которой из укрытия наблюдал голодный хищник.

Закрыв глаза, девушка вспомнила один из тех трюков, которым ее научил Тайгер, чтобы преодолеть свой страх.

В детстве она постоянно чего-то боялась, часто дело доходило и до панических атак. Ей практически каждую ночь снились кошмары, в которых мелькали посторонние незнакомые люди. Наутро их лиц она уже не помнила, однако только одно всегда преследовало ее каждый день на подсознательном уровне – лицо матери.

Но сейчас было не то время, чтобы придаваться детским страхам.

«Ты – это то, что есть страх. Запри его внутри себя, как в ящике или сейфе, а ключ выкинь. Ты можешь бояться, но представь, что твое тело – это твоя крепость, оно укроет тебя от тех ужасов, которых ты опасаешься. Через глаза ты будешь видеть, наблюдать, а тело будет все делать за себя. Отстранись, обособься. И предоставь всю работу рукам, ногам и мозгу».

Песчаная завеса перед глазами стала плотнее, но даже сквозь нее Лиса смогла разглядеть силуэты людей на площади. Все они пытались куда-то убежать, найти укрытие под землей или за стенами строений. На светлом фоне домов их было легко отследить, но только одна фигура оставалась неподвижна, словно надвигающаяся песчаная буря не была уж такой большой проблемой.

Это был высокий мужчина лет сорока-сорока пяти, и пусть он стоял на противоположном конце небольшой площади, его лицо девушка не смогла запечатлеть в своей памяти из-за песка. И все же кое-что показалось ей странным: складывалось впечатление, что увидев ее, незнакомец испытал на короткое мгновение неподдельный шок.

– Эй! – Окликнул свою спутницу Бэй, наконец-то дождавшись человека, с которым у него была запланирована встреча. – Ты в порядке?

– В полном. – Отряхнув маску от пыли, Лиса скрыла за ней лицо, но даже не подумала уделить внимание парню. – Куда вы пойдете? – Наблюдая за тем, как подозрительный незнакомец уходит с площади, девушка нетерпеливо посмотрела на собеседника.

– А что? Ты не идешь с нами?

– Встретимся в баре на третьем подземном уровне, название как-то связано с птицей.

Что кричал ей Бэй вдогонку, Лиса не расслышала, так как все ее мысли были заняты тем мужчиной. Возможно, это всего лишь чистое совпадение, но что-то ей подсказывало, что встреча с представителем братства Альманды состоялась буквально несколько секунд назад.

Такое событие нельзя было оставлять незамеченным. Девушка окунулась в поднимающуюся бурю с головой, борясь с сильными порывами ветра. Ей казалось, что незнакомец не должен был уйти далеко из-за разбушевавшейся погоды, однако надежды таяли подобно снегу от прямых солнечных лучей. Кроме единичных прохожих, отличающихся от того мужчина невысоким ростом и менее крупной комплекцией тела, Лиса никого не встречала на своем пути.

В глаза постоянно забивался песок, приходилось прикрывать их рукой, но от этого было мало пользы. Контрабандистка старалась не сбавлять темп, но в конечном итоге пришла к выводу, что потеряла свою цель. Однако если ее не было видно, это вовсе не означало, что все закончено. Чутье подсказывало Лисе, что она вовсе не одна в этом песчаном вихре оглядывается по сторонам, держа оружие наготове – металлический Коготь уже находился у нее в правой руке. От МОДД16 в такой атмосфере толку будет не много, поскольку электрический заряд мог не достигнуть врага, «зацепившись» за песок.

Прижавшись спиной к огромной стене каменного дома, девушка попыталась хоть что-нибудь разглядеть за полупрозрачной завесой. Она даже не знала, из-за чего страх начинал терзать ее изнутри.

Первая причина тому была откровенно ясна – братство Альманды. У них имелось досье на каждого члена группировки Тайгера, и молодая девушка с рыжей копной волос выделялась на общем фоне. Так что Лиса все чаще приходила к выводу, что тот незнакомец, узнав в ней человека Тайгера, решил по-быстрому доложить о такой находке своему боссу либо заманить врага в укромное место.

И если бы сюжет развивался по такому сценарию, контрабандистка должна была уже давно подвергнуться нападению.

Именно это и пугало Лису больше всего – похоже, вовсе не братство станет для нее проблемой на ближайшие несколько дней. С другой стороны, девушка немного успокоилась, приняв к сведению тот факт, что до нее до сих пор не добрались чьи-то руки. Она могла постоять за себя, но если бы было необходимо вступить в схватку, биться пришлось бы насмерть. А убивать ей еще никогда не приходилось, по-крайней мере намеренно и не в бое «один на один».

Буря, похоже, должна была вот-вот накрыть город под шквалом своей могучей силы. Однако Лиса продолжала стоять у здания, не решаясь отважиться двинуться вперед. Может, противника и след простыл, но страх до сих пор удерживал ее. Это трудно было объяснить, контрабандистка попросту ощущала себя загнанным в угол зайцем. Что же было такого в этом человеке, отчего ей хотелось свернуться калачиком и стать невидимкой?

Но если поддаться искушению и раствориться в эмоциях, можно потерять самого себя.

Отогнав от себя наваждение, Лиса крепче сжала оружие в руке, после чего быстрым шагом двинулась обратно к центральной площади. Если она упустила этого мужчину из вида, это вовсе не означало, что у них не будет возможности встретиться вновь.

***

Непривычная обстановка подземного города вызвала у Бэя чувство дежавю. Когда-то он бывал в подобных местах, но с тех пор казалось ничего и не изменилось. Все те же затемненные коридоры, тянущиеся лабиринтами от одного заведения к другому. Лишь только вывески, горящие над входами в бары, магазины и некое подобие временных ночлегов, яркими эмблемами резали по глазам. Практически повсюду стоял прелый воздух, поскольку вентиляционная система была старее многих коренных обитателей города.

И все же это место не казалось Бэю таким уж плохим, если брать в расчет поднявшуюся песчаную бурю над землей. Должно быть, эта стихия унесла немало человеческих жизней, и парню не хотелось, чтобы в их числе оказалась Лиса. Он знал ее всего лишь несколько дней, но что он мог поделать со своей доброй натурой?

Бэю нравились интересные люди, они приносили хоть какое-то разнообразие в жизнь, полную разговоров о войне и раздоре. И рыжеволосая бестия стала чем-то новым и запоминающимся на фоне жизни сопротивления. Конечно, тот факт, что она являлась контрабандисткой, заставлял напрячься и постоянно держать ухо востро. И все же Лиса ван Реван была любопытной личностью и довольно симпатичной девушкой.

Мысли о новой знакомой и разыгравшейся бури ненароком сплелись воедино, отчего Бэй забеспокоился. Ему хотелось верить, что с рыжеволосой девушкой все будет в порядке. И тем не менее на данный момент переживать ему придется не об этом, так как его ждал разговор с абсолютно другим человеком.

– Мне никогда не нравилась эта страна, – присаживаясь за свободный столик, расположенный в полузакрытой кабинке бара, отозвалась новая спутница Бэя. – Но я слышала, выпивку здесь подают неплохую.

– Прости, Кора, но я в этом не эксперт. – Признался парень, заняв место напротив одного из предводителей сопротивления.

Только в царящем полумраке данного заведения, где воздух был пропитан запахами алкоголя, табака и пота, Кора Кишью решилась скинуть с головы тяжелый капюшон. Все равно большинство посетителей были заняты выпивкой и болтовней, никто не стремился нарочно осматривать других людей заинтересованным взглядом.

– Почему приехала именно ты? Мне казалось, куда логичнее было бы послать человека… стоящего ниже по званию.

– Вечно это твоя манера всех людей ранжировать. – Расстроенным голосом обмолвилась Кора. – К тому же мне хотелось бы меньше распространяться о дальнейшей теме предстоящего разговора.

Бэй даже не удивился. Возможно, из всего состава сопротивления Кора была самым упрямым и безрассудным командиром, каких только можно встретить. По большей части она старалась придерживаться холодного расчета, однако противоречила себе, стараясь выполнять всю опасную работу собственными руками. По ее мнению, именно автор идеи должен браться за ее осуществление. Как говорится «сказал – делай».

– Ты рассчитываешь здесь задержаться до окончания песчаной бури? – Поинтересовался Бэй.

– После этого разговора я рассчитываю отправиться на восток на подземном поезде, чтобы улететь потом отсюда как можно скорее.

– Тогда не буду тебя задерживать. – Пообещал парень. – Далас сказал, что у нас возникли проблемы с транслятором, но… что за проблемы такие, отчего ты лично настояла на встрече?

– Как ты уже и заметил – проблемы с транслятором. – Кора постаралась вкратце рассказать о минувших днях, уделив особое внимание событиям, связанным с дипломатической миссией Союза по отношению к Аширу. – Мы их сбили, а одного из своих людей я отправила удостовериться, что никаких проблем не возникнет. Однако… кое-кто перехватил нашего пилота, забрав «черный ящик» с истребителя.

В какой-то момент Бэю показалось, что брюнетка испытывала большее разочарование не из-за утерянного запоминающего устройства с бортового компьютера, а из-за человека, который был к этому причастен.

– По этим данным умелый техник может составить карту-схему всех полетов истребителя. Так что рано или поздно наша база, на которой расположен один из четырех трансляторов-кодировщиков, может быть обнаружена.

– И… да, это плохо, но почему ты не сообщила об этом по… – И тут парень осекся, тут же сопоставив все детали головоломки. – Транслятор.

– Именно. – Нахмурилась Кора. – Хоть с базы пока и не поступало известий о нападении, техники Союза, узнав наш шифр и частоты с того устройства бортового компьютера истребителя, могли уже начать прослушивать нас.

– Значит, они могут знать, где мы и что будем делать?

– И не только. – Едва уловимым голосом произнесла Кора, а из-за шума, стоящего вокруг подобно туману, практически ничего нельзя было расслышать. – Но не думаю, что Союз будет долго пользоваться этим – они должны понимать, что мы тоже не дураки и сможем прекратить вещание. А после этого единственное, что остается – переместить транслятор в другое место.

– Клонишь к тому, что Союз вероятно захочет помешать вам? – Осмелился предположить Бэй и, судя по недовольному выражению лица собеседницы, попал прямо в точку. – Но откуда он нападет? С севера и запада базу защищают горы, пробираться через которые чистое самоубийство, а со стороны Федерации им точно не подобраться.

– Я не думаю, что погодные условия их остановят. – На мгновение Кора умолкла, заметив официанта, несущего два стакана с полупрозрачной жидкостью. Как только напитки были доставлены, девушка продолжила, не собираясь пригубить свою порцию. – К тому же транслятор для Союза – лакомый кусок. Перехватить сигнал для них не самая большая привилегия, рано или поздно мы можем просто сменить частоту, коды доступа и изменить место вещания. Но чтобы сделать все это… уйдет как минимум месяц, а за это время может случится много чего. Только представь, что будет, если транслятор уничтожат.

– Оу. – Вот теперь Бэй начал понимать, почему его собеседница так трепетно относилась к этому делу, раз даже рискнула тайком прибыть в Шаяки.

Перехват частоты, используемой для передачи данных, – задача сложная, но осуществимая. Подобные трюки технологи используют довольно часто, но нужно брать во внимание и тот факт, что враг может обнаружить, что его прослушивают. В подобных случаях принято сносить всю систему и восстанавливать ее заново – улучшать оборону «крепости», прорабатывая новую систему защиты и искать свободные частоты вещания.

Но с уничтожением транслятора задача усложняется многократно. Если не прибегать к детальному повествованию последствий подобного фиаско, то вкратце эту картину можно описать, как «отстрачивание крепости с нуля».

Не станет транслятора, часть сопротивления будет отрезана от основного состава военных сил: ни связи, ни информации, ничего. Люди окажутся в ловушке: любого вида связь между ними будет для вражеских спутников-перехватчиков как на ладони. К тому же станет утеряна неимоверных размеров база данных: вся информация, начиная от трафика полетов до кодов доступа, канет в небытие. К тому же транслятор помогал противостоять спутникам-шпионам на территории, которую охватывал его радиус действия.

– И все же, если транслятор на границе уничтожат, что тогда будет?

– Хаос. – Уверенно заявила Кора. – Если кто-то из людей попытается связаться с нами, не воспользовавшись шифровальщиком, остальные трансляторы не воспримут эти сигналы. Мы даже не сможем сказать им, что делать, куда идти… Все будет очень плохо.

– Значит, нам придется переместить транслятор, верно?

– Но на это понадобится время, которого у нас нет. Союз наверняка уже знает, где находится наша база, поэтому отправит туда группу людей, чтобы уничтожить транслятор.

– Они не сделают этого. – Нервно ухмыльнулся Бэй. – Им придется воспользоваться авиатранспортом, чтобы добраться до нас. Либо преодолеть десятки километров пешком, что равносильно самоубийству.

– Все так и было бы, если не база, расположенная под тоннами снега.

Сначала парень подумал, что девушка имела в виду сопротивление. Эта новость прозвучала так абсурдно, что он подумал, будто это была шутка. Но Кора явно не была настроена обмениваться забавными историями.

– Это невозможно. – Растягивая каждое слово, прошептал Бэй. – И где она?

– Примерно в километрах двадцати от границы.

– Как?.. Мы бы заметили, если бы Союз строил базу у нас под носом, верно?

– Не повышай на меня голос, пожалуйста. – Поправив повязку, скрывающую поврежденный глаз, брюнетка потянулась к стакану с резко пахнущей жидкостью. На вкус напиток оказался терпким и чересчур сладким. – Да, мы не заметили, но тому есть разумное объяснение. Похоже, эту базу построили во время «Ледового Кулака», либо приблизительно в это время.

– Подходящее время. – С неохотой согласился Бэй. – Пока враг зализывает раны и думает о своем выживании... И ты полагаешь, что именно оттуда должны на нас напасть силы Союза?

– Других разумных вариантов нет.

Парень раздосадовано опустил плечи, пытаясь уцепиться за любую идею, которая способна привести к верному решению. Но ничего не выходило – в голове творилась путаница. Зато Кора не спешила падать духом, она забавно улыбнулась, обращаясь к собеседнику с заманчивым предложением:

– Но не беспокойся, мы все еще можем спасти транслятор, если вы с Даласом поможете.

– Мы? – Неожиданно воскликнул Бэй. – Как? У нас и оружие-то нет, не то, что армии.

– А много людей и не требуется. – Но тут Кора слегка замялась, поскольку следующая часть рассказа уже не была такой оптимистичной. – Помешать Союзу добраться до базы у нас вряд ли удастся, зато отвлечь их внимание – возможно. Ответим им их же монетой.

– Напасть на их базу что ли? – Недоверчиво покосился на собеседницу Бэй, надеясь, что его предположение окажется неправильным. Однако Кора подтвердила его опасения коротким кивком. – Это безумие. Мы не одолеем их, и почему именно наша группа? Мы находимся на другом континенте.

– Во-первых, я не хочу, чтобы вы громили там все вокруг, убивали каждого. Нам нужно лишь выиграть время, чтобы переместить транслятор – это займет несколько дней, так что чем раньше мы начнем, тем лучше. А, во-вторых, от вашей группы никто не будет ожидать нападения. Никто даже не знает, что вы скрываетесь в Борда Систа.

– Если я соглашусь, Далас меня убьет. Нам нужно время, чтобы все обдумать…

– У нас нет времени, Бэй. – Взмолилась Кора. – Люди могут погибнуть, а вы – наш единственный шанс. Мы и так рискнули, устроив показательный взрыв в столице Союза, чтобы отвлечь еще большее внимание от нашей базы.

– Вы, что?.. – Опешил парень, но девушка прервала его, даже не дав выразить все свое глубокое удивление.

– Нам требуется всего человек десять для этой операции. Основная часть сил Федерации брошена на северо-западный фронт, поэтому у нас просто нет лишних ресурсов.

В подобных разговорах парень предпочитал советоваться с Даласом, но у него не имелось возможности даже связаться с ним из-за поднявшейся бури. Отказывать Коре в подобной просьбе равносильно предательству, но согласившись, он мог допустить еще большую ошибку. Однако механизм запущен, время шло. Так что у Бэя не оставалось никакого другого выбора, как согласиться.

– И все же… устроить теракт в Столице?

– Не смотри на меня так. – Заметив во взгляде собеседника недовольство, граничащее со злостью, девушка почувствовала себя виноватой. Пусть парень и любил сражения, опасность и риск, но его всегда воротило от мысли атаковать людей, не желающих вступать в бой. – Мы старались обойтись без жертв.

– Очень на то надеюсь.

Поднявшись из-за стола, Кора Кишью накинула капюшон на голову. Она понимала, что на этой ноте разговор должен быть завершен, но что-то, возможно, совесть, заставила ее остановиться.

Положив руку на плечо Бэя, она промолвила соболезнующим голосом:

– Прости, что так получилось. Но не мы начали эту войну. Помни об этом.

Парень ничего не ответил, дав брюнетке безмолвно скрыться в толпе незнакомых людей. Странно, но ее последние слова подействовали не как успокоительное, а скорее как адреналиновая инъекция.

– Не Федерация начала эту войну… Но интересно, кто ее закончит.

3

Союз.

Затаив дыхание, Лиона Бейлор наблюдала за суетой на улице сквозь окно на третьем этаже Медицинского Института. Многие из студентов последовали ее примеру, наблюдая за обстановкой. В их глазах смешалось любопытство и тревога, прошло примерно полчаса с тех пор, как по всем улицам Столицы прогремел вой сирены. Но никакой точной информации для гражданских лиц не имелось в наличии, можно было судить об обстановке дел лишь по многочисленным военным машинам, скопившимся у подъезда к Институту.

Поскольку Высшее Учебное Медицинское Заведение было единственным государственным центром, лежащим ближе всего к опасной зоне, военные расположили небольшой передовой пункт именно здесь. Согнав всех учащихся на верхние этажи здания, люди в бежевой униформе заняли территорию вокруг Института, а также первый этаж.

Не удивительно, что у большинства студентов сдавали нервы – на город в течение нескольких лет не оказывала влияние война с Федерацией, а сейчас, средь бела дня, прогремел взрыв. Если не он, то леденящий душу сигнал тревоги погрузил жителей Столицы в состояние паники.

Шум разносился по коридорам подобно частичкам пыли на ветру. Голоса давили на Лиону смешанными эмоциями: страхом, раздражением, разочарованием, импульсивностью и унылостью. Складывалось впечатление, что ты оказался среди пасеки в окружении пчел-тружениц, жужжащих сутки напролет. Так недоставало разряженной обстановки, – светловолосая девушка нуждалась в тишине не меньше чем в кислороде.

Время текло слишком медленно.

Дотронувшись до панели на подлокотнике, Лиона заставила свое кресло двигаться по направлению к лифту. Мила, заметив это, поспешила догнать хозяйку, но та жестом остановила ее, даже не одарив взглядом.

Не трудно было догадаться, что все входы и выходы, включая средства перемещения с одного этаж на другой, охранялись, поэтому Лиона ничуть не удивилась, встретившись с двумя мужчинами в бежевой униформе. Один из них был практически мальчишкой, с черными и колючими волосами, а второй вероятно лишь на пару лет опережал первого в возрастной категории.

– Простите, мисс, но никому нельзя покидать здание. – Вежливым образом обратился брюнет к Лионе, стараясь при этом выглядеть весьма убедительно.

Девушке понравилось, что разговор начался с хорошей ноты, поэтому она не осталась в долгу.

– Я понимаю, рядовой. – Заметив отличительные погоны, выделяющие простых солдат из всего офицерского состава, улыбнулась Лиона. – Не могли бы вы сказать, мы здесь в безопасности? То есть мы в надежных руках?

– Вам не о чем беспокоиться, мисс. Операцией руководит майор Блейн, – но заметив недовольный, колющий холодом взгляд сослуживца, брюнет понял, что взболтнул лишнего. – Прошу вас, вернитесь к остальным, мисс.

«Не знаю, кто такой этот Блейн, но если за дело взялся майор, а не военная полиция, то дела обстоят не так хорошо» – смекнула Лиона.

Не проронив ни слова, девушка удалилась прочь, осознав, что больше ей ничего полезного не вытянуть из этих парней.

Подозвав Милу, она направилась вдоль коридора, по ходу дела заглядывая в каждый кабинет, аудиторию и лабораторию, у которой была открыта дверь. Своей спутнице она велела без лишних вопросов осматривать любые пустующие помещения по пути, что сделать было довольно проблематично. Здесь толпилось столько людей, что можно подумать, будто в Институт приехала мировая знаменитость с автограф-сессией.

Тем не менее, девушкам удалось отыскать иголку в стоге сена, представшую перед ними в виде тесной архивной комнатки, забитой доверху документами и папками. Юрко проскочив внутрь, Мила закрыла за хозяйкой дверь, стараясь не задеть одну из полок. Даже удивительно, что в такое время до сих пор имеются кладовые доверху забитые бумажными документами. Но эти достопримечательности Института не столь волновали Лиону, сколько свободный компьютер.

Обращаться с техникой девушка умела лишь на базовом уровне, по крайней мере, с обыкновенными стационарными компьютерами, уставшими мозолить глаза. Но о претензиях пришлось забыть.

Вбив несколько комбинаций на плоской сенсорной клавиатуре, Лиона наблюдала, как на мониторе вспыхнул черный квадрат. Потребовалось еще несколько мгновений, чтобы вместо темноты на нее посмотрело знакомое лицо, удивление на котором трудно было спутать с чем-то другим.

– Лиона?

– Глупо спрашивать, отвлекаю ли я вас, но тем не менее я должна знать, что происходит. Это же не простой взрыв, скажите мне, Альберто.

Услышав свое имя из уст молодой девушки, генерал-лейтенант Альберто Фарен почувствовал напряжение, сдавившее его легкие. Он привык, что к нему обращались по званию, поэтому Лиона смогла застать его врасплох, и на то были причины.

– Может, я и друг семьи, Лиона, но обращайся ко мне соответствующе в подобные моменты. – Стараясь не повышать голоса на собеседницу, мужчина все же заставил ее замяться и виновато опустить взгляд. – К тому же я не имею права разговаривать с тобой о произошедшем инциденте.

– Не можете или не хотите? – Сдавленно прошептала девушка, однако весь ее вид говорил о том, что ее одолевает нетерпение. – Я знаю, что проблему поручили уладить какому-то майору, а не военной полиции. Значит, это связано с карийцами и войной, ведь так? Это они напали?

– Даже если бы я и хотел ответить, то не смог. – Беспомощно развел руками Альберто. – На официальном уровне ты – гражданское лицо, так что ничем не могу помочь. Тебе лишь следует знать о том, что ситуация под контролем, была выслана разведывательная группа. В скором времени все уладится.

Несколько секунд Лиона вглядывалась в лицо на мониторе завороженным взглядом, будто пытаясь прочесть мысли собеседника. Но этого и не требовалось, поскольку ранее сказанных слов оказалось достаточно, чтобы с ужасом прийти к определенному выводу.

– Зачем вам было отправлять разведывательную группу, если это простой взрыв? – И заметив, как генерал-лейтенант безмолвно выругался, светловолосая девушка хлопнула ладонями по столу. – Там заложники! Естественно, зачем же еще отправлять людей на разведку, а не начинать спасательную операцию… Послушайте, Аль… генерал-лейтенант, я мо…

– Нет. – Резко прервал Лиону мужчина. – Даже не думай об этом.

– Но я даже ничего не сказала!

– Зато думаешь громко. – В ответ повысил голос Альберто. – Понимаю, твой альтруизм ведет тебя, а не логика, когда речь заходит о невинных людях, но ты хоть представляешь, что твой отец сделает с нами обоими? И у нас нет достаточного времени, чтобы все подготовить, ты же понимаешь.

– И то верно… – Была вынуждена согласиться Лиона, приняв к сведению, что план действий, к которому приходится прибегать в экстренных ситуациях, неосуществим из-за временных ограничений. Они просто не успеют. – Тогда можно действовать по-другому. Можно предложить им меня в обмен на заложников.

Альберто четверть минуты хранил молчание, вдумчиво разглядывая серьезное лицо девушки. Казалось, собеседники вели безмолвную дуэль, даже Мила, ошеломленная предложением своей хозяйки, не смогла отвлечь их.

– Недопустимо. – Первым прервал затянувшуюся паузу мужчина, решив больше не церемониться с упрямством Лионы. – Мисс Бейлор, отправляйтесь к остальным студентам. Это не ваше дело.

– Подождите. – Заметив, что генерал-лейтенант уже потянулся к кнопке, дабы прервать сеанс связи, девушка смогла остановить его, резко вскинув руки. – Я не совсем то имела в виду.

– Лиона, хватит…

– Призрак. – Одно лишь слово удержало Альберто на месте, чему Лиона немного обрадовалась. – Вы все еще можете успеть использовать его.

***

Обычно станции «воздушных поездов» располагались в специально отведенных комплексах зданий, однако бывали и исключения в виде наземных сооружений, к разряду которых относилась станция, подверженная нападению. Трехэтажный комплекс, расположенный в центре большого парка, лежал в руинах: крыша здания была практически разрушена, огромные дыры сияли в стенах, даже прочные окна напрочь смело взрывной волной. Повсюду мелкой россыпью белели кусочки бетона, металла и дерева; огненными звездами горели легковоспламеняющиеся предметы. Само здание, к счастью, пожар не окутал, однако струи темного дыма выпархивали с северной стороны.

Осматривая последствия взрыва из-за пышных кустов, Селеста Фриз не спешила двигаться вперед. Ее взгляд блуждал по пустынному парку, не замечая никаких признаков жизни. Весомых поводов задерживать разведывательную группу у сержанта не имелось, но, как ее командир, она не могла идти на риск. Вполне возможно, что средь зеленого парка, в котором деревья плотнились очень близко, могли прятаться и вражеские разведчики.

Селеста получила информацию о том, что на станции были взяты в заложники люди, точное количество которых невозможно определить. Беспилотники, что кружили над ним, зафиксировали четкий тепловой след внутри постройки, а также несколько похожих точек, разбросанных по периметру. Из этого можно сделать вывод, что пленников держат в северо-западном углу здания, в то время как инициаторы взрыва патрулируют окрестность, стараясь не отходить далеко от укрытия. Похоже, неприятелей насчитывалось человек десять, а то и пятнадцать.

Подключившись к камерам видеонаблюдения, установленным в парке и на территории станции, Селеста просмотрела с них изображения на своем ручном компьютере. Голограммы мелькали одна за другой, и пока что присутствия врага прямо по курсу не наблюдалось. Так что, дав знак двум людям заходить с правого фланга, девушка направилась в противоположную сторону, захватив с собой оставшихся людей.

– Говорит Первый Ворон, командный центр, запрашиваю информацию с беспилотника. – Коснувшись наушного аппарата связи, тихим голосом произнесла Селеста, стараясь бесшумно перемещаться от дерева к дереву.

– Вас понял, Первый Ворон. – Последовала недолгая пауза. – На вашем пути все чисто, можете двигаться намеченным курсом.

Эта новость смутила сержанта. Не может же быть такого, чтобы все шло так гладко. Может, они всего лишь и разведывательная группа, но неужели противник считает себя настолько непобедимым, что позволит раскрыть свое точное местоположение, а также другие немаловажные детали? Но не только это волновало Селесту. Почему эти ребята не предъявили никаких условий для обмена заложников? Если бы они хотели одних лишь показательных смертей, то давно бы погубили невинных граждан.

Взрыв был устроен для привлечения внимания, чтобы все знали о случившемся теракте, что Столица вовсе не такое безопасное место, как все думают. И если исходить из этой теории, то можно сделать вывод, что враг попросту тянет время. Неужели весь этот шум был поднят ради того, чтобы собрать как можно больше военных в одной точке для привлечения внимания? И если так, то от чего отвлекают защитников Союза?

– Внимание, Вороны, говорит Первый Ворон. – Обратилась ко всем членам разведывательной группы по внутреннему каналу связи сержант Фриз. – Центр не обнаружил никаких живых объектов на территории парка, но будьте начеку. Возможно, нас ждут сюрпризы.

Какая ирония. Девушка боялась очутиться под толщей льда в горах Барграф, так как от воспоминаний о «Ледовом Кулаке» веяло дыханием смерти. А сейчас она рискует даже не дожить до вечерней отправки в этот самый снежный капкан. Как говорится, не умрем сейчас, так представится еще возможность?

«Наверное, полковник с ума сходит» – подумала Селеста.

Как личный помощник, ей перво-наперво стоило просить согласия на участие в этой миссии у Алексея. Так бы она и поступила, если бы не встреча с Лионой Бейлор. Уж не знала брюнетка почему, но эта светловолосая девушка оказывала на нее странное влияние, заставляя дух патриотизма в своей груди вспыхивать ярким пламенем.

Внезапно по левому уху Селесты ударил знакомый голос майора, но странность заключалась в том, что звучал он недовольно и слегка рассерженно:

– Внимание, Первый Ворон, остановите группу.

От удивления, что с ней заговорил не связующий, а командир операции, девушка замешкалась на долю секунды, после чего застыла на месте, подняв руку, сжатую в кулак. Люди, следующие за ней, присели на одно колено.

– Майор?

– Планы изменились. Отводите своих людей назад, сержант.

– Могу я узнать причину? – Задавать подобные вопросы лучше не стоило, однако брюнетка не смогла совладать с собой.

– Сержант, выполняйте приказ. – Не поскупился на агрессию майор. – Вы переходите под командование генерал-лейтенанта Фарена.

«Генерал-лейтенанта?» – Едва не воскликнула от удивления Селеста, уж точно не рассчитывая, что за такое маломасштабное дело взялся офицер высшего воинского состава. Но чтобы унять пыл майора, который явно не довольствовался тем, что у него отняли возможность руководить операцией, девушка послушно согласилась выполнять приказ.

– Говорит Первый Ворон, – обратилась сержант к своей группе, – приготовьтесь отступать, повторяю, приготовьтесь…

Не успев завершить свое обращение к Воронам, девушка, как и люди за ее спиной, отвлеклись на пролетевший по парку неприятный хрипящий звук. Все голографические экраны, по которым обычно вещали новости или показывали рекламу, включились по чьей-то команде. Пусть Селеста и не могла разглядеть ни одного монитора, зато отчетливо слышала все шумы, вылетающие из динамиков.

«Это что, тоже инициатива генерал-лейтенанта?». Ведь подачу электроэнергии к этому сектору отключили практически сразу после того, как прогремел взрыв.

Возможно, правительство решило начать переговоры, если захватчики упрямились сделать первый шаг. И услышав обращение, адресованное им, сержант оказалась права, однако как она, так и многие из ее группы, не смогли сдержать удивления.

– От лица своего народа, я обращаюсь к людям, держащих моих соотечественников в качестве заложников. Мы не знаем, что вам нужно, но прошу вас пойти на сделку – освободите всех этих людей в обмен на меня. Мое имя – Лионель Бейлор, а если это вам ни о чем не говорит, то представлюсь иначе. Я, дочь Влада Августа Бейлора, маршала пяти держав Союза и главнокомандующего армии этой страны.

4

Шаяки

Во время песчаных бурь цена за одну ночь проживания в гостиничной комнате взлетала до небес. Обычно люди, испытывающие материальные трудности, предпочитали переходить с места на место, например, заседать в круглосуточных барах или тесниться у посадочных площадок подземных путей. К счастью Лисе ван Реван не приходилось опускаться до такого рода препровождения времени.

Однако о гостиничных комнатах тоже мало чего хорошего можно было сказать, наверное, это самое ужасное временное жилье на всей планете. За чистотой здесь худо-бедно следили, но вот за всем остальным приходилось присматривать самому, особенно за ценными вещами и входной дверью. Замки здесь никогда не отличались надежностью, так что не стоило удивляться, если после недолгой прогулки ты обнаружишь дверь нараспашку и кавардак на месте ночлега. Воры и разбойники любили поживиться, так что местные держатели гостиниц давно отреклись от ответственности за украденные вещи своих постояльцев.

Но Лисе не нравились эти места, потому что здесь было очень мало света. Из-за отсутствия окон полумрак давним гостем поселился во всех номерах и коридорах, даже искусственные светильники не спасали положение.

Скрестив ноги, девушка сидела на кровати и занимала себя просмотром базы данных преступников на своем ручном компьютере. Поскольку связаться с Тайгером так и не удалось, она решила воспользоваться своими запасами информации, чтобы выйти на след недавнего преследователя. Хотя, вряд ли его можно назвать преследователем, ведь именно Лиса первой помчалась за ним. Но с другой стороны, она не знала, кто тут еще за кем следил.

Первым делом контрабандистка поспешила проверить архив с накопленными досье на братство Альманды. Настроение рыжеволосой девушки быстро упало, когда голографическое окно выдало ей триста семьдесят шесть файлов, однако фильтр смог сократить это число до сотни с небольшим. Отчего-то Лиса и не удивилась, что в братстве состояло так много мужчин в возрасте от сорока до пятидесяти лет, ростом под сто восемьдесят сантиметров, да с темными волосами.

Сначала девушка не спешила унывать, ведь у нее была вся ночь впереди, но количество досье с фотографиями начало подходить к концу. Не зря Лису посетила мысль, что вовсе не человек из братства так заинтересовался ее персоной. А может, у нее просто имелась старая база данных, поэтому она не могла найти его. Прям человек-призрак какой-то.

Но чем больше времени уходило на поиски, тем сильнее контрабандистку одолевали сомнения насчет того, что за ней следили. Кому она нужна, в конце концов? Может, тот мужчина просто не ожидал увидеть столь молодую особу в подобном месте. И все же тот взгляд не был случайным, незнакомец действительно пришел в шок, когда посмотрел на нее.

«А вдруг он смотрел не на меня? – Внезапно осенило Лису. – Что если он так отреагировал на Бэя? Ведь тот из сопротивления, к тому же не маловажная фигура, насколько я могу судить».

Догадки сыпались на голову Лисы крупным градом. В висках начала пульсировать легкая боль от переутомления, хотелось забыть обо всех подозрительных личностях. А вспомнив о том, что предстоят еще поиски должника, Лиса пронзительно взвыла, падая спиной назад.

Ее волосы ярким веером рассыпались по подушке.

Прикрыв глаза, контрабандистка пыталась заставить себя окунуться в теплый омут сновидений, однако неприятное чувство тревоги не давало ей покоя. Воззрившись на потолок хмурым взглядом, Лиса пробормотала под нос ругательства. В подобные моменты ей недоставало той девчачьей опрометчивости, беззаботности и легкомысленности. Она понимала, что мысли о подозрительном поведении того мужчины не дадут ей покоя.

Присев на край кровати, Лиса начала в темноте выискивать свои сапоги, одновременно размышляя над планом действий.

Сейчас она отправится к Бэю и поинтересуется, заметил ли он что-нибудь подозрительное на центральной площади, нет ли у него недоброжелателей, подходящих под описание того мужчины. Если не будет причин для беспокойства, она вернется в комнату, забаррикадирует дверь и не проснется до самого утра.

Покинув комнату, Лиса очутилась в длинном темном коридоре, от которого через несколько метров отходили разветвления. Девушка помнила, что ее приятеля поселили далеко от нее, лишь только номер комнаты и был ей известен. Такой расклад дел ничуть не удивил ее, свободные номера в подобное время имеются лишь в разбросанном порядке.

Тихо перемещаясь в узком пространстве, контрабандистка оглядывалась по сторонам, стараясь понять, что же ее тревожит. К постоянно мигающим лампам это не относилось, да и к мрачной обстановке как таковой – они уже давно являлись незаменимой частью подобных мест. Было бы даже подозрительно, если бы все здесь работало исправно. Но вот чего действительно не хватало, так это шума и посторонних голосов, доносящихся из всех щелей. И куда подевались подозрительные личности, любящие слоняться по округе?

Все коридоры словно вымерли. Однако Лиса постаралась успокоить себя, оправдать происходящее тем, что всем дружно захотелось завалиться в бар.

Спустя долгие пять минут блужданий по темному лабиринту, девушка обнаружила нужную комнату, а лучше сказать номерной знак на двери, отличающий ее от всех остальных. Но занеся руку, сжатую в кулак, Лиса замерла.

«Что я, черт возьми, вообще делаю?» – этот вопрос вызвал у нее такой прилив негодования, что ей пришлось отступить на шаг назад, чтобы успокоиться.

С каких пор она была такой настороженной и бдительной, отвлекаясь на каждую подозрительную личность? Да и если бы тот мужчина действительно следил за ними, то поводов для паники не было, по крайней мере, для самой Лисы. Во-первых, в базе данных братства Альманды человека со схожим описанием она не нашла, а, во-вторых, если незнакомец выслеживал Бэя, ей-то какое дело?

Развернувшись на каблуках, Лиса быстрым шагом направилась обратно к своей комнате, каря себя за нерассудительность. С чего это ей лезть не в свои дела, рискуя при этом нарваться на неприятности? Нет, ее не учили такому, Тайгер бы не одобрил подобный выбор действий. И все же босса нет рядом, а интуицию порой бывает так трудно игнорировать.

Добравшись до своей комнаты без приключений, Лиса нырнула в царящий полумрак, плавно закрыв за собой дверь. Сейчас самым хорошим делом будет погрузиться в беспробудный сон до самого утра. Но занеся ногу, девушка застыла на месте, боясь не просто сделать следующий шаг, а даже пошевелиться. Взгляд ее беспокойно забегал из стороны в сторону, рука плавно скользнула к поясу, нащупав лишь пустоту.

Безоружная, контрабандистка, надеясь на короткую прогулку, покинула временное жилище, предварительно заперев его на ключ. А сейчас в голове вспыхнуло предостережение о том, что дверь была открыта.

Нервно сглотнув, девушка усилием попыталась успокоить себя, но шумное дыхание выдало ее беспокойство. Ощутив себя беспомощным кроликом, забредшим в капкан, она понадеялась бесшумно покинуть опасную зону, пока еще имелось время. Но сделав шаг назад, Лиса дала знак невидимому механизму захлопнуться.

– Я бы на твоем месте не спешил уходить. – Властный и слегка хриплый мужской голос хлестнул по девушке, как поток ледяного ветра, заставив ее вздрогнуть.

В темноте Лиса ничего не могла разглядеть, да и комната была не такой большой, чтобы незнакомец мог спрятаться от ее глаз. И все же только слух помог ей определить, что мужчина стоял точно напротив нее.

– Это ты был на площади? – Сказала первое, что пришло в голову рыжеволосая контрабандистка, преждевременно добавив про себя «конечно же он, кто же еще». Поэтому она поспешила исправить допущенную ошибку. – Кто ты? Что тебе нужно?

– Я пока и сам не уверен.

И вслед за этими словами вспыхнул небольшой светильник, расположенный над изголовьем кровати. В его тусклых лучах Лиса без проблем смогла полностью разглядеть незнакомца. Вблизи он был еще выше, чем казался ранее, более сильный и угрожающий. Во взгляде черных, как деготь, глаз горела злость, но не на собеседницу – складывалось впечатление, что мужчина обозлился на весь мир. Он выглядел подобно нерушимой скале, способной выдержать тысячу атак, любые невзгоды. Но, как известно, под действием дождей и холода, жары и света, любые горы превращаются в пыль.

Несмотря на свой грозный вид, незнакомец обладал правильными чертами лица, что делало его не таким ужасающим. Кому-то наверняка нравятся такие мужчины, но только не Лисе, и только не в подобных ситуациях.

– Ладно. – Выдохнула девушка, чувствуя, что ее сердце вот-вот выпрыгнет из груди. – Тогда давай подумаем, что тебе от меня может быть нужно.

Однажды Тайгер пытался научить свою приемную дочь выкручиваться из щекотливых ситуаций, когда на тебя сыпались угроза за угрозой, а под рукой не было ни одного намека на оружие. Вот только сейчас страх растопил все воспоминания об этом, как дьявольское пламя крохотный кусочек льда.

– Я долгое время искал одного человека, но так и не надеялся найти. – Подхватив со стола излюбленное оружие Лисы – металлический кинжал, по форме напоминающий кошачий коготь, – мужчина вопросительно посмотрел на собеседницу. – Тебе известно, что это?

– Клинок. – Новость о том, что теперь мужчина был вооружен, не прибавила девушке уверенности. Зато вид свободно лежащего на краю кровати МОДД16 оставлял небольшую надежду на успех. Всего лишь один шаг отделял Лису от огнестрельного оружия.

– А если быть точнее – часть Живого Оружия.

Мысли о МОДД-е разбежались прочь.

Непонимающе посмотрев на мужчину, Лиса ощутила, как ее бросило в жар, она даже не могла определиться, что за эмоции вспыхнули у нее в груди: страх, удивление или раздражение.

– Да, это определенно оно. – В свою очередь продолжал незнакомец, вертя в руке Коготь, словно это была безобидная игрушка. – Так… откуда это у тебя?

Отвлекшись от суматохи, царящей в голове, девушка перевела взгляд на собеседника, отчего невольно вздрогнула. Если до этого она думала, что ею обуял страх, то сейчас должно быть пришло время для паники.

До этого спокойный взгляд мужчины наполнился холодом и нетерпением. Контрабандистка попыталась что-то ответить в свое оправдание, но слова застряли у нее в горле. Логика ей подсказывала, что если она не даст нужный ответ этому человеку, то беды не избежать.

И все же чувство самосохранения взяло верх.

Лиса сорвалась с места, но не вперед к оружию, а назад, к выходу. Вступать в схватку с таким противником ей казалось самоубийством, даже с МОДД16 в руках она не чувствовала бы себя защищенной.

Но, не успев дотянуться до двери, контрабандистка ощутила, как ее резко вернули назад одним сильным рывком. Воскликнув от неожиданности, Лиса повалилась на спину, однако адреналин заглушил боль от удара о каменный пол. Попытавшись в скором темпе подняться, девушка лишь упростила задачу нападавшему, которому не составило огромных усилий поставить ее на ноги. От испуга она начала брыкаться, но казалось, что силач этого даже не замечал. Тогда, собрав всю волю в кулак, Лиса ударила его по лицу. Видимо, такого тот не ожидал, поэтому выпустил контрабандистку из рук.

Ощутив свободу, девушка поняла, что это ее единственный шанс. Оттолкнув мужчину в сторону, она направилась к двери, и, выбравшись из комнаты, побежала по коридору сломя голову.

– Помогите! – Хотела во все горло воскликнуть Лиса, но страх сжал плотным кольцом ее горло, отчего вырвался лишь сдавленный хрип, который вряд ли кто-то смог услышать.

Позади послышался громкий оклик, повелевающий беглянке остановиться, однако это лишь подстегнуло ее ускорить темп.

Страх. Именно этот безжалостный противник сковал своими цепями Лису ван Реван, поглотив ее храбрость до последней капли. Девушке еще никогда не приходилось оказываться в подобных ситуациях. Хотя, лучше сказать, не приходилось чувствовать себя такой беспомощной и перепуганной. Она попадала в плен со своими товарищами, ей не раз доводилась возможность висеть на волоске от смерти, участвовать в перестрелках и схватках «один на один». В последнем, конечно, она не была мастером, даже хвастаться особо не чем. Но еще ни разу панический страх не охватывал ее так сильно. Что было не так? В чем заключался подвох?

Но додумать Лиса не успела.

Догнав рыжеволосую девушку за считанные секунды, мужчина вцепился ей в плечо с такой силой, что она споткнулась. Но он не дал ей упасть: схватив Лису за шею, незнакомец чуть ли не со всей силы ударил ее о стену. Короткий крик вырвался из груди контрабандистки, но прервался так же быстро, когда широкая рука начала поспешно сжимать ее горло.

– Откуда это у тебя? – Прогремел нетерпеливым голосом мужчина, будучи настроенным получить желаемую информацию. – Говори!

Цепляясь за крепкую руку брюнета, Лиса начинала ощущать, как ее легкие жгло огнем, а сделать вдох становилось все труднее и труднее. Она не могла поверить в то, что происходит, но подсознательно понимала, что если не сказать хоть что-нибудь, мужчина убьет ее.

– Ма… Мама… – Девушка уже не понимала, от удушья или от слез все начинало плыть перед ее глазами. – Он у меня от матери…

Контрабандистка не знала, сколько еще сможет протянуть без воздуха, но крепкая рука внезапно отпустила ее. Повалившись на колени, Лиса начала жадно глотать воздух и откашливаться, и из-за спешки голова ее закружилась еще сильнее. Если бы ее сейчас не занимали мысли о своем состоянии, она бы сильно удивилась реакции мужчины на ее слова: тот смотрел на нее, словно на призрака, вернувшегося из загробного мира.

– Эй!

Чей-то голос отвлек внимание мужчины Лисы, и как раз вовремя, чтобы избежать атаки. Но он рассчитывал на простой удар рукой, а вовсе не на то, что последовало на самом деле.

Отскочив назад, брюнет смог разглядеть, как яркое пятно, горящее на ладони незнакомого парня, пронеслось у него под носом и вместо того чтобы ударить ему в голову, влетело в стену. Но реакция прочной стены на атаку юноши не была обычной – от того места, куда угодила яркая вспышка, тонкой паутиной побежали трещины, а от самого эпицентра осколки камней отскочили подобно водяным брызгам.

Но в следующее мгновение преследователь Лисы понял, почему на стене под рукой парня образовалась небольшая воронка с последующими разрушениями. Все дело крылось в оружии, покрывавшем его руки, словно металлические многослойные перчатки, на ладонях которых выделялись круги. Правда, сейчас они уже не горели ярким светом.

– Носитель. – Заключил мужчина, и казалось, этого хватило ему, чтобы отступить.

Только сейчас Лиса обратила внимание на появившегося молодого человека, в котором без проблем опознала Бэя. Вот только привычная улыбка не украшала его губы. Парень выглядел грозно, готовым напасть на любого, кто посмеет приблизиться к нему хоть на один шаг.

– Черт, – заметив, что обидчик поспешно скрывается из виду, Бэй не знал, что ему делать – бежать за ним, или же остаться со своей знакомой. И все же измученный вид Лисы убедил его придержаться второго варианта. – Как ты? В порядке?

Не пребывай Лиса в состоянии панического ужаса, то удивилась бы той заботе в голосе, с которой обратился к ней Бэй. Но сейчас ей было не до этого. Ее руки дрожали, глаза тонули в бесконечном потоке слез, а от осознания того, что могло произойти нечто ужасное, ее вновь всю затрясло.

Сил не хватило, чтобы дать внятный ответ, поэтому контрабандистка, скрыв лицо руками, отрицательно покачала головой, признав свое бессилие.

Это был кошмар наяву.

5

Союз.

– Твой отец убьет нас. – Без каких-либо длительных объяснений заявил Альберто Фарен, переводя взгляд с девушки в инвалидном кресле на высокую арку в метрах двухсот от себя – входом в парк.

– Если те ребята на станции не сделают это первыми. – Нахмурилась Лиона.

– Я не собираюсь отдавать тебя им. – Напомнил мужчина. – Нам нужно только потянуть время.

– А если не выйдет? – Пытаясь подавить нервный смешок, девушка плотно сжала губы в тонкую линию.

Генерал-лейтенант не сказал ничего в ответ, да Лионе и не требовалось услышать его, чтобы все понять наверняка. Если Призрак не успеет подоспеть за ближайшие десять минут, военным придется самим начать спасательную операцию. В принципе, к ней можно было приступить еще час назад, однако предложение об обмене дочери маршала могло убрать из-под удара половину заложников. Так хотя бы будет минимизирован риск убить всех невинных людей. Но если Призрак сумеет незаметно обезвредить захватчиков, возможно, удастся избежать кровопролития.

И все же Лиону беспокоило что-то помимо жизни невинных граждан – Альберто видел это невооруженным взглядом. Хотя у него имелись догадки на этот счет.

Напряженная тишина, окутавшая площадку обзора, начала медленно отступать под звуки чьих-то спорящих голосов. Поначалу генерал-лейтенант не обращал на это внимание, будучи полностью сфокусированным на своей цели. Но остаться в стороне ему не удалось, так как беда, как говорится, сама настигла его.

Неохотно переведя взгляд в сторону, Альберто ожидал увидеть своих неугомонных подчиненных, взявшихся за спор в столь неподходящий момент. Но вместо этого перед ним оказался полковник Алексей Кольт, чьему появлению он не был так рад.

– Какого черта вы здесь делаете, полковник? – Без враждебности, но не без скрытого разочарования, поинтересовался мужчина.

Алексей выглядел взволнованным и разозленным, явно желающим поинтересоваться у генерал-лейтенанта, почему Селесте Фриз без его ведома поручили отправиться на разведку. Однако слова возмущения так и не смогли слететь с языка Алексея, поскольку все его внимание неожиданным образом заняла Лиона Бейлор.

– Что здесь делает дочь маршала?

– Вы, кажется, в горы Барграф собирались? – Отвлекая удивленного полковника на себя, поинтересовался Альберто таким голосом, словно не задавал вопрос, а отдавал прямой приказ.

– С моей помощницей. Живой. – Деловито заявил Алексей, но чувство раздражения не смогло полностью завладеть его рассудком, так что ему пусть и неохотно, но пришлось добавить: – генерал-лейтенант.

И с этим не поспоришь.

Как бы Альберто не ненавидел полковника, он признавал, что этот человек с должным уважением относился к своим подчиненным и негодовал, когда их отправляли на опасные задания без его согласия. Однако в этой ситуации мужчина не видел причин, по которым ему следовало бы отчитываться перед Кольтом. Сержант Фриз находилась с самого начала в «красной» зоне, к тому же ее навыки первоклассного разведчика требовалось применить на практике без отлагательств. Тем более девушка добровольно предоставила свою кандидатуру на роль командира разведывательной группы.

– Успокойтесь, полковник, скоро…

Однако Альберто не успел закончить свою речь из-за внезапно раздавшегося взрыва. Он был не таким сильным, как первый, что разнес половину здания станции, но не менее внушительным. Побывав на фронте ни один раз, мужчина мог с уверенностью сказать, что подобная взрывная волна мола исходить от двух вещей: либо от гранаты, либо от мины.

– Они что, начали атаковать? – Испуганно воскликнула Лиона, хотя ее страх был похож на сильное удивление.

– Либо так, либо кто-то угодил в капкан. – Наблюдая за тем, как над пышными кронами деревьев вверх тянется облако черного дыма, Альберто перевел взгляд в сторону станции. – А если быть точным, то наша разведывательная группа.

***

На мгновение Селеста забыла обо всем на свете, внезапно раздавшийся поблизости взрыв затмил все ее мысли. Упав на колени, что сделали и многие другие разведчики, девушка прикрыла лицо руками, но не почувствовала ни боли, ни даже взрывной волны. Это заставило ее обернуться назад и удостовериться, что никто из ее группы не пострадал. Люди оказались обескуражены, но невредимы. Тогда возник вопрос, что же спровоцировало взрыв?

– О нет. – Сию же секунду догадавшись о том, чего следует опасаться, Селеста прикоснулась к гарнитуре у себя на ухе. – Пятый Ворон, вы меня слышите? Пятый Ворон!

Тишина на том конце линии, как темное облако дыма, поднявшееся в воздух в метрах двухстах над кронами деревьев, лишний раз доказала, что вторая группа наткнулась на неприятности.

– Сержант Фриз, что у вас там происходит?!

– Полковник? – Удивилась Селеста, не ожидая услышать знакомый голос. – У нас… Вторая группа, похоже, наткнулась на мину или встретилась с врагом.

– Отступайте немедленно. Скоро там будет очень жарко.

– Пусть даже так, но я не могу этого сделать. – Жестом велев людям позади себя приготовиться к выступлению, брюнетка вновь обратилась к невидимому собеседнику. – У меня прямой приказ от генерал-лейтенанта разведать территорию.

– Тебя удивит, если я скажу, что он сейчас стоит напротив и испепеляет меня ненавистным взглядом? – Находясь в нескольких метрах от Альберто, Алексей даже на таком расстоянии мог почувствовать его злость на себе. И все же этот человек дал добро на отступление разведывательной группы. – Отводи людей обратно, тебе дали зеленый свет.

– А как же вторая группа?

– С ними…

Оборвавшись на полуслове, Алексей отвлекся на посторонние громкие звуки, доносящиеся со стороны станции поездов. На этот раз ничего не взорвалось, но из этого не следовало, что ситуация стала намного лучше.

Пространство вокруг заполнило громыхание выстрелов.

– Сержант, сер.. Селеста!.. что…

Но из-за внезапно открывшегося огня, плотной стеной окатившего разведывательную группу, Селеста была вынуждена прятаться за ближайшее укрытие, а не выслушивать полковника.

Сорвав с пояса миниатюрный МОДД13, брюнетка соскользнула по стволу дерева к его корням, а потом легла на землю. Прячась в густой растительности, она попыталась выстрелить в ответ, но как только выглядывала из-за укрытия, едва избегала смертельного выстрела. Противник использовал простые металлические пули, а не энергетические заряды, что позволяло людям Союза использовать практически каждый предмет, как щит. В отличие от энергетических зарядов, способных пробивать фактически любые прочные материалы за счет высокой температуры и небольшой сопротивляемости, пули проигрывали по мощности и действенности. Однако это не мешало террористам отстреливать людей из разведывательной группы, словно мишени в тире.

Поднявшись на ноги, Селеста вновь попытала удачу и выглянула из-за укрытия. Ее заметили меньше чем через две секунды, но этого времени ей хватило, чтобы рассмотреть более выгодную позицию для атаки – для этого нужно только преодолеть метров десять. Звучит неплохо, но на деле все складывалось гораздо хуже.

Отвлекшись на пронзительный крик, девушка заметила, как один из ее товарищей выскочил из-за дерева, ужаленный лихой пулей в плечо. Красное пятно яркой меткой выделилось на светлой униформе, а через мгновение множество похожих расцвело по всему его телу. Брызги крови бусинами посыпались на бледно-зеленую траву.

Не успело обездвиженное тело упасть на землю, как раздался еще один крик, а за ним несколько выстрелов из МОДД-а. Все указывало на то, что вскоре от разведывательной группы останется лишь груда мертвых тел, если срочно не сменить позицию. Поэтому, сжав в правой руке свое оружие, Селеста рванула вперед, слыша, как над головой свистят пули. Ей казалось, что она бежит целую вечность, и в какой-то момент страх помутил ее сознание – она потеряла из виду то место, где собиралась укрыться. И эта задержка не осталась безнаказанной.

Ощутив острую боль чуть выше коленного сгиба на правой ноге, Селеста воскликнула и что есть сил прыгнула вперед, заскользив по влажной траве до укрытия в виде широкого ствола. Сердце бешено стучало по ребрам, а в голове под его такт в венах пульсировала кровь.

Подтянувшись на руках, сержант облокотилась о временное укрытие. В это же мгновение пуля скользнула по коре в нескольких сантиметрах от ее головы, но девушка не повела и глазом. Аккуратно дотронувшись до задней части раненной ноги, Селеста нахмурила брови, ощутив резкий укол боли. А еще говорят, что энергетический заряд жжет сильнее пули. Но рассуждать об этом сержант не была намерена, она даже не знала, задета ли вена или артерия. И все же ей пришлось преодолеть себя, чтобы еще раз выглянуть из-за укрытия.

Сейчас ей удалось увидеть атакующих, их было человек семь-восемь. Кого-то смогли вывести из строя ее люди, но вряд ли их количество превышало двух. Из-за фактора неожиданности захватчики взяли верх над ситуацией, так что разведгруппа оказалась в ловушке.

Приготовив к бою МОДД13, Селеста прицелилась и выстрелила в одного из незнакомцев, стоящих в метрах тридцати-сорока. К счастью выстрел был сделан удачно – человек с небольшой дырой в груди, от которой поднимался редкий дымок, замертво упал на спину. И этим жестом сержант привлекла к себе повышенное внимание. В ее сторону был открыт огонь такой силы, что ей казалось, будто дерево вот-вот рухнет под гнетом многочисленных выстрелов.

Девушка понимала, что долго они не продержатся: если в ближайшие минуты не прибудет подкрепление, захватчики перестреляют их. Однако панике Селеста не поддавалась, а если сказать точнее, то у нее просто не хватило на это времени.

Привлеченная странным миражом, мелькнувшим над макушками деревьев, девушка подумала, что ей уже начинает мерещиться всякое из-за потери крови. От этой мысли ее бросило в жар: если все так и есть, значит, была задета артерия или вена. Но времени для паники не оставалось, нужно было действовать.

Выглянув из-за укрытия, Селеста хотела вывести очередного противника из игры, однако ее опередили. И это отнюдь не обрадовало ее.

Мужчина, державший в руках самое большое и увесистое оружие, вскинул голову вверх, издав булькающий звук, прежде чем замертво упасть на землю. Некоторые из его товарищей в замешательстве оглянулись по сторонам, прекратив огонь. И в этот самый момент одному из них что-то полоснуло по горлу, разодрав мягкую плоть, а мгновением позже раздался очередной выстрел, но не из обычного оружия. Это Селеста поняла, когда увидела в животе одного из неприятелей похожую дыру, какую обычно оставляет Модифицированное Оружие Дальнего Действия, стреляющее исключительно энергетическими зарядами.

– О, мой Бог… – Ошеломленно прошептала сержант, догадавшись, что сейчас происходит, прежде чем все пространство наполнили оглушительные звуки выстрелов.

Спрятавшись за деревом, девушка прикрыла голову руками, боясь не только быть задетой в начавшейся потасовке, но и оглохнуть от душераздирающих криков. Она представляла, что сейчас там происходит и знала тому причину. Теперь все встало на свои места, и предложение обменять Лиону Бейлор на половину числа заложников уже не казалось полным безрассудством. Военные просто тянули время.

Когда Карийская Федерация дала начало проекту «Уроборос», никто не думал, что в ближайшие годы кто-то сможет переплюнуть их творение. Но будучи одной из враждующих сторон, Союз начал разработки чего-то, что могло бы противостоять силе Живого Оружия. И требовалось что-то помощнее простых МОДД-ов. Лаборатория, открывшая разработку нового вооружения, за первые годы работы смогла создать идеальную машину для убийств, Призрака, которая положила начало производству высокотехнологичного оружия для армии.

Когда звуки борьбы стихли, Селеста опасливо выглянула из-за укрытия. Ее примеру последовали и другие разведчики, сумевшие уцелеть в недавней перестрелке, и первое, что бросилось всем в глаза, так это поляна, полностью залитая кровью. Алая жидкость была везде: на листьях деревьях, на коре, земле и даже в воздухе. Поначалу это вызвало удивление у Селесты, мол, как может жидкость застыть ровными мазками на голом месте? Но невидимый слой начал сходить с объекта, до этого не распознаваемого глазом.

Яркие блики отражались от прочного металлического доспеха, который сантиметр за сантиметром сбрасывал невидимый окрас подобно хамелеону. Это был человек, личный телохранитель маршала, чья личность была известна лишь единицам. Его лицо скрывал шлем с острыми краями, тянущимися поперечно темным разрезам глаз. На левой руке установлено оружие класса МОДД, а на правой механический клинок, способный удлиняться в зависимости от желания человека, скрытого под килограммами прочного железа.

– Докладывает сержант Фриз. – Дотронувшись до наушника, обессиленным голосом протянула Селеста. – Мы получили поддержку Призрака, враг обезврежен.

– Каковы потери, сержант? – На этот раз в динамике гарнитуры девушка услышала бесстрастный голос Альберто Фарена.

– Из второго отряда погибло пять человек, трое ранены. Насчет первого отряда ничего не могу сказать точно.

– Вас понял, сержант. – Отозвался мужчина. – Остальную работу предоставьте Призраку. На этом ваше задание считается оконченным, можете возвращаться.

– Вас поняла, генерал-лейтенант. – Голова начинала кружиться, а тело становилось легким, как пушинка, и все же терять сознание брюнетка пока не спешила.

«Как ни как, мне предстоит пережить очередное опасное путешествие».

6

Шаяки.

В небольшой комнате царил полумрак из-за плохого освещения, однако тусклого света рабочих светильников Лисе хватало, чтобы рассмотреть все в мельчайших деталях. Она различала оттенки, формы предметов, надписи на них, но назначение их оставались для нее загадкой. Голова казалась тяжелой, наполненной свином, но в то же время девушка ощущала пустоту. Она не могла уловить ни единой мысли, сфокусироваться на чем-то конкретном. Трудно было вспомнить события минувшего часа, будто мозг не позволял ей пройти через это снова, пытался защитить ее. Но Лиса интуитивно ощущала, что сможет справиться с появившейся проблемой, ей до этого приходилось и не из таких ситуаций выпутываться. Просто с ней такого никогда не случалось, не приходилось заставать врага в тихом нелюдном месте, не имея ничего из оружия под рукой. Все верно, это просто нужно пережить.

Но попытка успокоить себя не увенчалась грандиозным успехом. Как только Лиса почувствовала, что может вздохнуть спокойно, резко скрипнула входная дверь. На фоне тишины этот звук показался оглушительным и непривычным, словно капля воды, упавшая на раскаленный металл.

Рука скользнула к поясу и уже через мгновение контрабандистка сжимала в руке МОДД16, направив его на вошедшего в комнату человека.

– Это всего лишь я. – Поднимая руки вверх, чтобы показать себя безоружным, спокойным мягким голосом обратился к рыжеволосой девушке Бэй. – Того парня уже след простыл.

– Естественно. – Ядовито шикнула Лиса, но не в адрес парня, а скорее для себя.

– Да? Тогда опустишь оружие?

Растерянным взглядом воззрившись на пистолет в руках, девушка на мгновение замешкалась. По ее лицу можно было прочесть, что она словно не понимала, откуда у нее в руках появилось оружие.

– Извини. – Сухо прошептала Лиса, уже не делая из Бэя свою мишень.

– Ничего, – кивнул парень. – Можешь остаться у меня, если хочешь, а я перекантуюсь у тебя. – Но осознав, что контрабандистка вновь погрузилась в свои мысли, Бэй постарался привлечь к себе ее внимание, помахав рукой перед ее лицом. – Я понимаю, что ты напугана, но хоть как-то реагируй на меня.

– Я не напугана. Я в замешательстве.

– А, по-моему, в ужасе. – Ухмыльнулся кариец, после чего подошел к небольшому шкафу в половину человеческого роста и достал оттуда пол-литровую стеклянную бутылку, наполненную темно-бордовой жидкостью. – Вот, лекарство от всех проблем.

– Серьезно?

Вид у девушки был измученным, но все же она приняла из рук собеседника подарок и сделала небольшой глоток. На вкус напиток оказался терпким и слегка сладковатым, с привкусом вишни и корицы. Эта настойка была популярна в Шаяки, хотя Лиса не понимала, откуда местные изготовители брали вишню, – возможно, это был всего лишь ароматизатор.

И все же напиток подействовал на контрабандистку расслабляющее. После четырех-пяти глотков она чувствовала, как в ней просыпается уверенность, а страхи постепенно растворяются в жгучем алкоголе.

Бэй тоже был не прочь разделить с Лисой свой «золотой запас» настойки, который ему посчастливилось «чисто случайно» захватить у одного из местных парней. Да, воровать не хорошо, но что-то карийцу подсказывало, что Лисе это будет куда нужнее.

– Что он хотел от тебя? – Заметив, что рыжеволосая девушка уже не так обескуражена недавним событием, Бэй рискнул задать интересующий его вопрос.

По-правде говоря, Лиса и сама не знала, что побудило того человека напасть на нее. Но за вопросом пришли и воспоминания о коротком разговоре с незнакомцем, а за ними и другие подробности, от которых стало не по себе. Тот мужчина приоткрыл завесу тайны, скрывающую историю ее матери, ведь Лиса прекрасно помнила, что единственная вещь, оставшаяся от женщины, что родила ее, был Коготь. Коготь, а также смутный образ из детских воспоминаний.

– Не знаю, – соврала контрабандистка, нутром ощутив, что пока что не стоит раскрывать всей правды. Однако ей стало совестно из-за подобного скрытного поведения, ведь Бэй фактически спас ей жизнь. – Но его заинтересовал мой кинжал. Он говорил, что это часть Живого Оружия.

– Часть? – насторожился парень. – Можешь показать?

Причин отказывать Лиса не видела, поэтому протянула Коготь собеседнику.

Аккуратно приняв из рук девушки холодное оружие, Бэй провел по его острому блестящему лезвию указательным пальцем, ощутив, как холод металла уколол кожу. Рассмотрев Коготь с разных стороны, парень удовлетворительно кивнул и вернул клинок его законной хозяйке.

– Что скажешь? – Едва ли не молящим голосом поинтересовалась девушка.

– Боюсь тебя разочаровать, но этот тип оказался прав. Но…

– Что?

– Не понимаю. – Усомнился Бэй. – Конец рукояти не ровный, отчего складывается впечатление, словно клинок отломили от основания. Но нужно приложить очень большое усилие, чтобы сделать это. Я даже не думаю, что взрослому сильному мужчине это под силу.

– Понятно.

– А откуда он у тебя?

– Он… – Разговор с парнем казался таким непринужденным, что Лиса едва успела удержать язык за зубами, чтобы не проболтаться. Она решила для себя, что о матери не скажет ни слова. – Тайгер, мой босс и фактический приемный отец, дал его мне. Не знаю, откуда он взялся. – Чувствовала девушка, что лгать у нее получается не так убедительно, поэтому она решила сменить тему. – Кстати, как насчет твоего Живого Оружия? Что оно делает?

– Ну… – Замешкался Бэй, пытаясь отыскать взглядом свои «железные перчатки». – Простыми словами – это вещь разрушает структуру материи на молекулярном уровне, заставляет рваться связи между молекулами путем резкого увеличения скорости их движения… По-крайней мере так мне сказал тот человек, который конструировал мое Живое Оружие.

– А почему та стена дала трещину?

– Потому что я планировал задеть того парня. Тогда бы его ждала судьба… некой субстанции, помещенной в огромную микроволновую печь… Наверное. – Подбирая подходящую ассоциацию, Бэй позволил себе улыбнуться, надеясь хоть немного развеселить собеседницу. Однако та, напротив, смерила его серьезным взглядом. – Что?

– Ты еще больший глупец, чем я думала. – Снисходительно прошептала Лиса, отводя взгляд в сторону.

Ей стало грустно.

Все вокруг просто помешались на войне. Девушка чувствовала, что и сама стала частью этой игры не на жизнь, а на смерть, но ее не захлестывал азарт в отличие от ее собеседника. Но у того имелась соответствующая мотивация, он стремился защитить дорогих ему людей, освободить свой дом от вражеских захватчиков. Именно поэтому кариец и не задумывался о последствиях проведенной операции по вживлению нанороботов в свой организм. Эта процедура могла стать смертельным ударом от рук неквалифицированного специалиста: у будущего Носителя имелись шансы скончаться на операционном столе или стать инвалидом до конца своих дней. И даже если сама процедура проходила удачно, то человека могло убить само Живое Оружие. Если был задет нерв или попалась бракованная модель наноробота, то со временем происходил так называемый «сбой человеческой нервной системы». Все начиналось с простых головных болей, а заканчивалось либо параличом, либо мучительной смертью.

Что-то мысли совсем не добрые завладели вниманием контрабандистки, поэтому она поднялась с кровати, и так резко, что у нее закружилась голова.

– Мне нужно связаться с боссом и выяснить, что делать дальше.

На самом же деле Лисе хотелось побыть одной, и даже переживания о том, что может вернуться тот нападавший, ей не мешали на данный момент.

– Но ведь сейчас буря.

– Точно. – Вздохнула девушка. – Буря. Что ж, тогда я просто пойду спать.

– Эй. – Мягко, чуть ли не ласково, окликнул контрабандистку Бэй, вынуждая ее остановиться в дверях. – Не пытайся быть бесчувственной, тебе это не к лицу.

«Он это серьезно?» – мысленно ухмыльнулась Лиса, покинув комнату, так и оставив парня без ответа.

***

Ближе к полудню неукротимая стихия наконец успокоилась, опустив пески пустынь обратно на землю. Солнце спокойно проливало жгучие лучи на крыши домов, но из-за жары люди не спешили покидать подземный город.

Из-за вчерашнего инцидента Лиса не могла сомкнуть глаз до самого утра, мысленно она постоянно возвращалась к тем событиям до тех пор, пока усталость не взяла верх. Сейчас же девушка чувствовала себя намного лучше, казалось, что пережитки прошлой ночи были воплощением лишь ночного кошмара. Однако что-то изменилось, она это ощущала. На сердце будто бы появился невидимый груз, тянущий за собой в бесконечное пространство неизвестности. Появилось столько вопросов, догадок и предположений, что контрабандистка не успевала подсчитывать их.

Окончательно собравшись с силами, Лиса подумала преступить к поискам несчастного должника, укрывающегося среди бесконечных лабиринтов города. Но от этой мысли она отмахнулась, как от противного насекомого, мешающего сосредоточиться.

Ей были нужны ответы на совершенно другие вопросы, и лишь один человек мог помочь ей с ними.

– Мы с тобой никак не могли связаться. Неужели буря накрыла? – Это были первые слова, произнесенные Тайгером, да еще таким своеобразным голосом, что Лисе захотелось прервать сеанс связи по наручному компьютеру.

– Неужели.

– Ладно тебе дуться, – ухмыльнулся мужчина, отчего шрам на его левой щеке стал похож на живую белоснежную змею. – Я же старый человек, мог и напутать с погодой… Но кажется тебя не буря вовсе волнует. Ты нашла того парня, о ком я тебе говорил?

– Нет. – Призналась контрабандистка немного погодя. – Зато кое-кто нашел меня.

Мгновение лицо главаря группы контрабандистов застыло, словно отлитая маска из золота, не выражающая никаких ярких эмоций. И тем не менее Лиса заметила, что небольшой голографический экран ее устройства не смог скрыть проблеск разочарования в глазах собеседника.

– Черт, так и знал, что братство…

– Не братство. – Резко перебила Тайгера девушка, но затем замялась, ощутив, как решительность ускользнула из ее рук подобно маленькой птице. – На меня… Меня кто-то выследил и… Это был мужчина лет сорока пяти, высокий брюнет, выглядел весьма угрожающе. И он хотел знать, откуда у меня взялся Коготь.

Поделившись информацией, рыжеволосая девушка затаила дыхание, принявшись выжидать, когда своим мнением поделится босс. Ей хотелось верить, что он даст ей совет или расскажет то, чего не знала она. Раз уж именно он подарил ей это оружие, некогда принадлежавшее ее матери, то не придется тратить время в поисках истины.

Но чем дольше Тайгер сохранял молчание, тем сильнее начинала беспокоиться Лиса. Если бы нечего было сказать, то она приняла бы это, однако мужчина смотрел на нее таким напряженным взглядом, что все становилось понятно без слов. Он знал, что происходит, однако не торопился рассказывать об этом.

– Есть… что сказать? – Опасливо поинтересовалась Лиса.

– Забирай своего попутчика и улетай обратно в Кайджо, я заберу тебя там, а корабль можешь оставить парню, пусть улетает на нем в Борда Систа.

– Мы отдаем корабль?! – Вспыхнула девушка, ошеломленная подобным заявлением. – Тайгер, которого я знаю, даже шляпу за бесплатно не даст поносить.

– Прекрати пререкаться. – Жестко отрезал поток возмущений мужчина. – Выполняй приказ. Ты подвергаешь всех нас опасности, оставаясь в Шаяки.

От таких слов контрабандистка не столько испугалась или разозлилась, сколько пришла в недоумение. Если бы речь шла о безопасности только ее жизни, то ничего странного в беспокойном поведении Тайгера не было бы. Но чтобы опасность подстерегала всех? Кого всех? Их группировку, возможно? Но что такого пугающего в одном подозрительном наемнике, которому нужно было лишь имя человека, которому принадлежал Коготь?

– Прежде чем напасть на меня, он сказал, что Коготь – это часть Живого Оружия. И этот мужчина любой ценой хотел узнать, кому принадлежал этот клинок. – В смятении обдумывая одну теорию, к которой Лису привели ее же умозаключения, она требовательно посмотрела на собеседника.

– Девочка… – Беспомощно вздохнул Тайгер, отчего сделалось впечатление, что в одно это слово он вложил все свою надежду, опасаясь услышать нечто нехорошее. – Ради всего святого, скажи, что ты не назвала… – Но заметив, как Лиса виновато опустила глаза, тот спокойный собеседник куда-то подевался, а на смену ему вернулся раздраженный и злой мужчина. – Отлично!

– Ты всегда обходил стороной разговоры о моей матери! Может, если бы ты поведал о ней раньше, мне удалось бы избежать подобного? В конце концов, кто была моя мать, если из-за нее за мной гоняются головорезы?!

– Это не просто какой-нибудь… А вообще, закончим на этом.

– Нет! – Лиса сама не ожидала, что перейдет на крик, хотя ее удивлял тот страх, с которым она воскликнула одно единственное слово. – Уж извини, но нет. – Постаралась утихомириться она. – Она моя мать и… да что с тобой такое?! Я даже ее имени не знаю! Прошу, если ты не хочешь сам говорить об этом, позволь мне самой разыскать ее, узнать…

– Она мертва уже как лет двадцать. – Сообщил Тайгер. – Так что прекращай разводить сопли и быстро возвращайся.

Вылить ведро холодной воды, ошпарить кипятком, оставить ожог на коже раскаленным железом – известие о смерти родной матери было не менее приятным. Лиса понимала, что никогда не видела своих родителей, даже не знала, как они примерно выглядят, но услышав, что один из них мертв, – а может и оба – она растерялась. Казалось бы, когда-то погиб совершенно незнакомый человек, но сожаления в момент затопили девушку изнутри.

– Чего же ты так боишься? – Почувствовав себя преданной, ощутив жжение от невидимой пощечины на лице, Лиса со всей силы сжала кулаки. Беспомощность приобретала форму злости, как вода обращалась в лед при низкой температуре. – Правды, я полагаю.

– Последствий.

Взглянув на Коготь, лежащий на столе, контрабандистка мысленно собрала картину из всей имевшейся информации, небольших пазлов, чтобы понять, что могло волновать ее собеседника.

– Она была родом из Карийской Федерации?.. Нет, – заметив, как мужчина нахмурился, Лиса нервно улыбнулась. – Она была не только карийкой. Носителем. – Если так, то теперь понятно, почему босс опасался, что правда найдет путь наружу. – Послушай, дай мне месяц, пожалуйста. Если она родом из Федерации, то люди из сопрот…

– Я вырастил тебя. – Голос Тайгера звучал тихо, но Лисе он показался оглушительным, так как в нем она уловила нотки осуждения и скрытой злости. – Дал тебе не только кров и пищу, но и свое фамильное имя. Ты меня обижаешь такими словами… Но ты права.

– Права?

Девушка уже привыкла за время этого разговора, что собеседник отрицает все ее слова и не желает соглашаться, поэтому подобное заявление удивило ее.

– Ребенок обязан знать, кто его родители.

– Рада, что ты понял.

– Корабль можешь оставить себе.

– Это очень любезно с твоей стороны. – Улыбнулась контрабандистка. – Я думаю, что месяца или двух мне хватит…

– Ты меня не поняла. – А вот эта фраза заставила Лису стереть радостную улыбку со своего лица. – Я не оказываю тебе любезность, а выставляю ультиматум. Если бы ты согласилась благополучно вернуться домой и забыть о матери, то я был бы в силах защитить тебя. Но сейчас твои действия могут повлечь за собой череду событий, которых мне хотелось бы избежать, чтобы защитить своих людей.

– Своих людей? – Не поняла девушка. – Но я же… – И тут она поняла, к чему все это время клонил Тайгер, и эта мысль ее настолько ошеломила, что слова застряли в пересохшем горле. – Нет… ты не можешь…

– Таковы правила. – В свою очередь пожал плечами мужчина. – Мне жаль, я не хотел этого делать, но ты сама сделала выбор. Если собралась уходить, то навсегда. Твой эгоизм может навлечь беду на всех нас, а рисковать почем зря я не привык.

– Но…

И все же, как бы ей не хотелось высказаться по этому поводу, воспитанная с пеленок по закону контрабандистов, Лиса была вынуждена согласиться с Тайгером. Здесь все было основано на коллективе, группа действовала как тщательный механизм, живой организм. И если одна клетка заболевала болезнью, способной погубить все остальные, надежнее избавиться от нее и не рисковать, пытаясь бороться с непредсказуемой заразой.

– Прекрасно. – Едва сдерживая злость и слезы, девушка поспешила прервать сеанс связи, чтобы не видеть перед собой лицо бывшего босса.

Ей хотелось рвать и метать от досады и обиды.

Осталась одна.

И как бы не прискорбно было это осознавать, но она потеряла все, при этом не имея ничего.

ЧАСТЬ 3

«Ледовая ловушка»

1

Союз.

По правилам приличия весна в любой точке планеты должна всех встречать мягким солнцем, теплым ветерком и песнями диких птиц. Но, к сожалению, на юге Союза, в горах Барграф, не действовали привычные понятия о погоде. Здесь она всегда делилась на такие «времена года», как «холодно», «очень холодно» и «кажется, у меня отмерзли пальцы на ногах».

Точно Алексей Кольт не мог определиться с категорией погодных условий. В кабине небольшого воздушного корабля, которую на всем пути из стороны в сторону тряс сильный ветер, температура падала с неимоверной скоростью. Часть окон покрыл белесый рисунок инея, но, даже не выглядывая наружу, мужчина мог предположить, какой буран поднялся на улице. Однако все догадки покрылись тонкой корочкой льда, как только Алексей ступил на посадочную площадку.

Ветер безжалостно забрасывал снег во все щели, метал его из стороны в сторону, создавая белоснежный занавес. Если бы не сигнальные фонари, установленные кольцом вокруг небольшой посадочной площадки, вряд ли бортовой компьютер позволил бы без происшествий посадить пилоту корабль.

Подняв голову вверх, Алексей смог разглядеть острые пики обледенелой скалы, под которой он находился. Макушка этой громадины исчезла в темных облаках и метели. Она создавала неплохое укрытие от ветра и вражеских спутников-шпионов, хотя мужчина не был уверен, что что-то могло обнаружить базу в подобных погодных условиях.

Он никогда не думал, что вновь окажется в горах Барграф, почувствует леденящий тело и душу холод. Из-за «Ледового Кулака» Алексей возненавидел снег сильнее самого палящего солнца, он уже не видел никакой красоты в величественных горах и вьюге. Поэтому приезд сюда он расценивал как дурной знак.

Неожиданно Алексей ощутил себя одиноким, брошенным на бескрайнем просторе времени, вспомнив о том, что рядом нет сержанта Фриз. Он так привык к ее компании, что порой забывал о том, зачем ее приставили к нему в помощники. Селеста должна была «присматривать» за полковником, докладывать о каждом его действии генерал-лейтенанту Фарену, поскольку карийцам в армии большого доверия никто не оказывал. Но в отличие от многих таких «надсмотрщиков» девушка вела себя по отношению к мужчине спокойно и открыто, старалась быть искренней, и не посылала ему в адрес без причины злобных взглядов. Сначала это так удивило Алексея, что он не сдержался и полюбопытствовал, почему она не просто непринужденно ведет себя, но и сама лично вызвалась на подобную должность.

«Все очень просто» – не затратив много времени на размышления, даже не удивившись, отозвалась Селеста. – «В отличие от многих моих знакомых, я не забываю, что нахожусь в армии, а не на базаре. Здесь все доказывается делом, а не словом. И, насколько я могу судить, вы человек дела».

Тогда эта фраза стала для Алексея чем-то вроде спасательного круга, за который он цеплялся некоторое время, пока сам не стал думать подобным образом.

Селеста как была, так и оставалась уникальной девушкой. Ради нее мужчина, наверное, свернул бы горы, так как она являлась одной из не многих, кто смотрел на него, как на равного, а не как на отброса общества.

Поэтому Алексей пришел в ужас, когда узнал, что его помощницу подстрелили. Рана оказалась серьезной, так как, по словам врачей, еще бы чуть-чуть и была бы задета артерия, но благо – Селесте вовремя оказали медицинскую помощь.

Но, как бы все это ужасно не прозвучало, в данной ситуации мужчина немного завидовал сержанту. Та сейчас отдыхала в госпитале, а он мерз среди неукротимых ветров и заснеженных гор.

– Ты чего там застыл? Замерзнуть хочешь? – Сквозь свист взбунтовавшегося ветра донесся до Алексея чей-то голос со стороны небольшого входа, прорубленного у подножья скалы.

Отозвавшись на оклик, полковник заметил темную фигуру, выделяющуюся на фоне светлой скалы. Может лица он и не смог разглядеть, зато по голосу без промедлений распознал человека, с которым учился в военной академии, кто был его лучшим другом на протяжении нескольких лет.

– А я думал, ты как всегда забился в теплое местечко, Марк. – Ухмыльнулся Алексей, подойдя к парню, которому как можно скорее хотелось убраться с продуваемой посадочной площадки.

– На этой базе нет ни единого теплого места. – Утомленным голосом пробормотал Марк Турко, скорее уводя внутрь своего собеседника.

Выше Алексея на несколько сантиметров, но младше при этом на два года, Марк также был родом из Карийской Федерации, принадлежа к числу немногих, кому удалось избежать натиска со стороны Союза. Но в отличие от полковника, он старался не обращать внимания на коренных жителей своего нового дома, которые всем своим видом показывали, как они ненавидят таких, как он.

Поначалу, только познакомившись с этим человеком, Алексей думал, что он полный дурак, не видящий всей правды жизни. Но потом полковник стал замечать, что Марк своей улыбчивостью и беззаботным образом жизни мог разряжать атмосферу вокруг себя, заставляя забывать людей, кем он являлся на самом деле. Да это и не удивительно. Помимо гордого звания «душа компании», Марк Турко располагал к себе и приятной внешностью: острыми, но аккуратными чертами лица; звонким и теплым голосом, красивой улыбкой, живым взглядом светло-серых глаз.

Однако высокий шатен по большей части бесил и раздражал Алексея любыми доступными способами, даже когда не хотел этого. Как сам однажды сказал полковник: «Я постоянно теряюсь на твоем безупречном фоне. Чувствую себя серой массой». Он тогда надеялся, что Марк станет все отрицать, но в итоге услышал фразу, сопровождаемую едва сдерживаемым смехом: «Ну что я могу поделать, если ты не такое совершенство».

Так что сейчас, наблюдая за тем, как его друг, переминаясь с ноги на ногу, замерзает и синеет на глазах, Алексей был готов потерпеть неудобства и продлить этот момент.

И все же холод сумел загнать его в коридор базы, перевесив желание позлорадствовать над Марком. Капитаном Марком Турко.

Обмениваясь со старым приятелем впечатлениями о местных пейзажах и погодных условиях, Алексей ненароком удивился, что Марка оставили за главного на этой базе. С одной стороны, в этом не было ничего странного, ведь, по сути, это место использовали как пункт наблюдения за южной границей, а также как склад старого химического оружия. Низкие температуры не позволяли неустойчивым веществам выйти из-под контроля, что в противном случае могло бы привести к ужасным последствиям. И все же это место – стратегически ценный объект, присматривать за которым должен доверенный человек старшего или высшего офицерского состава. И даже если Марк являлся капитаном, Алексею неохотно верилось, что ему доверили такое ответственное дело. Как ни как, не смотря на все свое обаяние, Турко никогда не сможет скрыть тот факт, что он – кариец.

Но может не все так страшно и подозрительно? Ведь по сути база находится под контролем Восточного штаба, так что с Марка наверняка не спускают глаз день и ночь.

– А куда делась твоя прелестная компаньонка?

Отчего-то Алексей даже не удивился, что его друг в первую очередь поинтересуется о сержанте Фриз. В военной академии он ни одной юбки мимо не пропускал. Так что здесь, лишенный изобильного женского внимания, Марк цеплялся за любую возможность. И это вызывало у полковника непривычную радость, чувство свершившейся мести за то, что в академии именно парню девушки уделяли больше внимания, чем ему.

– Я-то надеялся вновь повидаться с ней. Кажется, в прошлый раз наше знакомство прошло весьма удачно.

– Удачно? – Удивился Алексей. – Ты стал первым человеком, кому удалось вывести из себя Селесту.

– Не думаю, что она разозлилась. – Абсолютно расслабленным голосом заверил Марк, чем вызвал у собеседника еще большее недоумение.

– Эхо выстрела на базе слышали все.

– Что ж, девушки бывают разные. – В свое оправдание подметил шатен, но потом вспомнил, что Алексей не ответил на его первоначальный вопрос. – Так почему ты приехал один? Вы же с сержантом неразлучный дуэт или я что-то пропустил?

– Ты многое пропустил.

Полковник вкратце поведал другу о недавних событиях, которые подняли на уши всю Столицу. Марк внимательно слушал рассказ, порой хмуря брови, он ни разу не перебил собеседника, продолжая вести его по извилистому коридору, обросшему толстой коркой льда. Эта дорога, уходящая вниз большой спиралью, вскоре привела их к железным дверям лифта.

– Теперь война напрямую коснулась жителей Столицы. – Сухим голосом заявил куратор базы.

– Да, это так. – Отчего-то Алексею показалось, что Марк ничуточки не расстроен, и даже большим усилием воли подавил порыв радости. Он знал этого парня большую часть своей жизни, но никогда не замечал за ним признаков ненависти к Союзу. Хотя, может ему все это привиделось? – От холода здесь плохо думается…

– О-о, ты еще настоящего холода не почувствовал.

– Кстати, о суровых климатических условиях. Как обстоят дела с транслятором на границе Федерации?

Когда тяжелые двери отворились, военные зашли в просторную кабину лифта, в которой мог поместиться небольшой грузовик. И, как только конструкция начала свое движение вниз, Марк с улыбкой обернулся к своему другу.

– На рассвете я выслал небольшую группу на снегоходных модулях на разведку. В десяти километрах от границы они должны запустить беспилотники, так что к… утру мы сможем своими глазами наблюдать за происходящим.

– Выслал группу? – Услышанное подействовало на Алексея как мощное успокоительное, однако побочным эффектом стало нескрываемое удивление. – Я думал, это мне придется пешком добраться до границы и в одиночку нападать на небольшую базу противника.

– Вернись назад в настоящее из своих воспоминаний о «Ледовом Кулаке», времена пеших прогулок давно в прошлом. – Ухмыльнулся Марк. – Я бы позволил ребятам взять воздушный катер, но в такую погоду они и километра бы спокойно не пролетели. И чего ты вдруг так испугался? Думал, что тебя, полковника, отправят на самоубийство?

Из-за слов капитана Турко Алексей почувствовал себя десятилетним мальчишкой, которого запугали историями о несуществующих монстрах, живущих под кроватью. Поэтому мужчина послал собеседнику многозначительный взгляд, полный злобы, презрения и мольбы о помощи.

– Генерал-лейтенант Фарен?

– Генерал-лейтенант Фарен. – Обреченным голосом ответил на ухмылку капитана Алексей.

Как только лифт с характерным рывком остановил свое движение, двери перед друзьями распахнулись, представляя их взору короткий коридор базы, обитый железом, за которым разместился просторный высокий зал.

– И каков план? – Поинтересовался Алексей.

Выйдя из крытого коридора, полковник осмотрелся. Просторный зал, наполненный всевозможными крупными металлическими ящиками, служащими стенами для очередных лабиринтов, казался непостижимо огромным. Его потолки терялись из виду, по каменным стенам, местами обросшими льдом, через каждые пять метров тянулись мощные фонари. Люди в зимней бежевой форме ходили между ящиками, перевозили грузы, выполняли свои задания. Но большая их часть перемещалась по подвесным мостам, тянущимся паутиной на четыре-пять этажей ввысь.

– Проснись, боец, нам сюда. – Указав на одну из лестниц, ведущую на второй уровень, Марк продолжил: – А насчет плана я тебе скажу вот что. Действовать будем в зависимости от той информации, которую нам принесет разведгруппа.

– И все же мне дан четкий приказ не дать противнику переместить транслятор. А ты знаешь генерал-лейтенанта, он всегда получает, что хочет.

– Ну, если что, вакантное место грузчика я тебе смогу найти. Но не переживай, ты уже забыл, с кем имеешь дело? Да я самый продвинутый человек в сфере составления планов по нападению и захвату.

– Место грузчика говоришь, да?

2

Находясь в небольшой пассажирской кабине своего грузового корабля, Лиса внимательно рассматривала голографический дисплей своего наручного компьютера. Перед ее взором предстала сводка, содержащая краткое досье на опасных преступников. Вот уже несколько часов девушка просматривала долгий список незнакомых ей людей, и чем дольше затягивалось это занятие, тем быстрее заканчивалось желание продолжать данное дело. Лиса надеялась скоротать время полета – предоставив управление кораблем Бэю – за поисками неизвестного, напавшего на нее в Шаяки. Но чем чаще она вспоминала об этом, тем быстрее ей все стало наскучивать.

В какой-то момент рыжеволосая девушка схватилась за голову. Она понятия не имела, что же ей делать, и дело даже не касалось поисков родителей. Ее выгнали из группировки. Теперь нет ни крыши над головой, ни денег. И единственная возможность отсрочить свое бедственное положение – примкнуть или хотя бы затеряться в рядах сопротивления.

И все бы ничего, но Лиса в очередной раз пришла к выводу о том, что находится в плачевном состоянии. Она соврала Бэю о том, откуда взялся у нее Коготь, а значит, толком не сможет объяснить, что ее мать родом из Карийской Федерации. Но с другой стороны, что ей мешает приукрасить свою историю? Опять.

Вернувшись в кабину управления кораблем, Лиса расположилась на месте второго пилота. Казалось, парень даже не заметил ее, и все же от девушки не укрылся тот факт, что Бэй мельком посмотрел на нее. И это было странно. Не то, что он вскользь одарил ее взглядом, а то, как он показал себя за недолгое время их знакомства знакомства. Парню было практически тридцать лет, но вел он себя как двадцатилетний юноша, напоказ выставляя свой простой беззаботный характер. Складывалось впечатление, что он просто играет с окружающими его людьми, заставляя всех думать, что он – сама простота и наивность. Это беспокоило Лису и довольно сильно, поскольку ей начинало казаться, что не она собралась разыгрывать перед всеми спектакль, а уже стала чьей-то фигурой в чужой пьесе.

– У меня для тебя есть новости. – Обратилась к пилоту девушка, все еще подозревая, что выражение лица выдает ее блеф. – Только не знаю, хорошие или плохие.

– Поделишься? – Полюбопытствовал Бэй.

– Мы не летим в Кайджо. – Впервые за долгое время Лиса почувствовала себя не в своей тарелке, отчего расшалившиеся нервы вынудили ее глупо улыбнуться. – Тайгер только что сообщил, что там начались проверки из-за недавних волнений, связанных со взрывом в столице Союза, – сочиняла девушка, предварительно вычерпнув из информационной сети долю правды. – Сам понимаешь, хоть Кайджо и придерживается нейтралитета, все и так понимают, что оно отдает предпочтение Союзу. Поэтому они не хотят повторить их судьбу... В плане терактов или непредвиденных взрывов.

– Я об этом ничего не слышал. – С сомнением в голосе сообщил парень. – То есть о проверках в Кайджо.

– Да-а, мне тоже об этом ничего не было известно пару минут назад. – Прикусив нижнюю губу, Лиса отвернулась в сторону бокового окна, делая вид, что заинтересовалась облаками, а не пыталась скрыть волнение. – Придется лететь прямо в Борда Систа.

– С тобой все в порядке?

Подозрительность в голосе Бэя сначала испугала девушку, но вместо того чтобы беспомощно жевать слова, Лиса встрепенулась. С какого это момента ее вгоняли в панику подобные разговоры? Да когда она работала на Тайгера, то выливала такие ведра лжи на головы людей, что умудрялась даже не промокнуть под этим шквалом. Так что приняв эту беседу за очередной разговор с клиентом, который хотел добыть товар по неприлично низкой цене, Лиса с вызовом посмотрела на собеседника.

– Меня недавно чуть не убили, а теперь мне придется терпеть компанию твоих знакомых черт его знает сколько времени. Да, я просто в восторге.

Бэй явно не ожидал такой перемены настроения, поэтому Лиса, чтобы как-нибудь сгладить ситуацию, решила воспользоваться моментом в своих целях. Но для этого следовало выждать некоторое время, чтобы внезапный переход в темах разговора не был таким подозрительным.

– Кстати, у вас там никого в ваших джунглях из Мибелии нет?

– Мибелии?

Когда только начинали вспыхивать разногласия между Союзом и Федерацией, Мибелия была одна из немногих стран, кто встал на защиту второй стороны. На протяжении всей войны она оставалась главным союзником карийцев, и, пожалуй, самым сильным из них. Но, к сожалению, время беспощадно отнеслось ко всем участникам военных действий. Мибелия не раз подвергалась крупным натискам со стороны пиратов и работорговцев, похищавших людей для торгов в Игуме.

– Если уж у меня появилось свободное время, то лучше распорядиться им мудро.

– Что ж… Если ты не собралась убивать этих людей…

– Я не наемник, а контрабандист. – Нахмурилась Лиса. – Тем более, сколько вас, а я одна.

– Ну, если на органы никого не будешь продавать, то могу познакомить тебя с парочкой мибелийцев.

– Да-да, – решив не обращать внимания на шутку, девушка с опаской посмотрела на парня. – Но мне нужны конкретные люди.

Теперь пришел черед Бэя проникнуться недоверием, он молчаливо ждал продолжения рассказа, стараясь уделять внимание не только собеседнице, но и управлению корабля.

– Знаешь, – напустив на себя задумчивый вид, прошептала Лиса. – Этот случай в Шаяки… передо мной словно вся жизнь пролетела, когда тот человек сжимал мое горло.

Рука непроизвольно потянулась к подбородку и, коснувшись кожи, бывшая контрабандистка ощутила, как пальцы сковала мелкая дрожь. Странно, но вспомнив о недавних событиях, она словно окунулась в ледяной прорубь и хорошее настроение, как тепло тела, за считанные мгновения поглотил холод. Уже не хотелось притворяться, в какой-то момент Лиса думала снять лживую маску, открыть свою душу и рассказать всю правду. Теперь у нее нет дома, Тайгер вышвырнул ее из команды, как котенка, который надоел избалованному ребенку. И все страхи молодой девушки предстали перед ней в образе того мужчины: он искал ее мать, но по словам Тайгера та была мертва уже давным-давно.

Хотя, так ли все это на самом деле? За последние пару дней произошло столько событий, отчего факты и разыгравшееся воображение перемешались и стали одним большим комом.

Но сдавать позиции Лиса не была намерена. Она напомнила себе, что в ней намного больше сил, чем ей кажется, она сможет выдержать все это. Так что, похоронив глубоко в сердце желание открыть все карты Бэю, она продолжила:

– Тайгер вырастил меня, но никогда не хотел говорить ничего о моих родителях, хотя мне удалось узнать, что моя мать вероятно была родом из Мибелии.

– Почему ты так думаешь?

– Ну… – А теперь пришел черед истории, в которой содержалась и доля истины, так что Лисе не составило большого труда почувствовать себя неуютно. – Единственное, что Тайгер мне рассказал, так это то, что он выкупил мою мать у работорговцев, когда та была еще ребенком.

Ответом послужило неловкое молчание. Но сначала Лиса подумала, что у Бэя не нашлось слов, чтобы описать свои мысли и чувства по этому поводу. Удивление, неловкость – вот что он должен был испытать в данный момент по логике вещей, однако девушка с удивлением подметила, что парень скорее зол, чем озадачен.

– Знаешь о работорговцах не понаслышке? – Лиса не ожидала, что вопрос прозвучит настолько печальным и сочувствующим голосом.

– После того, как Федерация погрузилась в хаос, охотники из Игумы, да и другие пираты, открыли для себя «золотую жилу». Многие карийцы остались без дома, без семьи, поэтому представляли из себя легкую мишень.

Игума – единственное государство, в котором процветала самая настоящая работорговля. Аристократия, не стесняясь, использовала людей для выполнения всевозможной работы, не платя им никаких денег. Имея при себе три небольшие колонии, за счет которых и процветала Игума, королева государства не спешила обращать внимание на протесты других стран по поводу жестокого и неправомерного обращения с людьми. Как ни странно, даже Союз отрицательно относился к политике Игумы. Однако ничего кардинального на сегодняшний день нельзя поделать: у королевы есть союзники, такие страны, как Кота Кинау, которым будет не выгодно, если у них исчезнет богатый и стабильный источник топлива и продовольствия. Так что защиту Игуме составляют ее союзники, которых насчитывалось не меньше пяти стран.

– То же самое случилось и с Мибелией. – Тем временем продолжала Лиса. – Поддерживая Федерацию до конца, она не раз подвергалась крупным нападкам со стороны пиратов, похищавших людей. Так что я и подумала, может, кто-то из сопротивления знает о моей матери, ведь твоих людей… тоже похищали.

– Это будет не просто. – Сообщил Бэй, тяжело вздохнув. – У нас на базе есть люди из Мибелии, но из них мало кого похищали.

– Жаль… – Но тут девушка спохватилась, осознав, какую чушь сказала. – То есть не жаль, хорошо, что не похищали… Я ничего такого не хотела сказать, прости.

– Не переживай. – Знакомая добрая улыбка вновь появилась на губах парня, и при виде ее Лисе отчего-то стало немного легче. – Помогу чем смогу.

– Но никто не должен знать об этом, о моей… – Лисе не особо хотелось распространяться насчет этой истории, потому что правда, как известно, быстро всплывает на поверхность. – Я и так контрабандистка, так что вряд ли кто будет помогать.

– Но… если твоя мать из Мибелии, разве это не должно растопить хоть немного чужие сердца? – Проникся сомнением Бэй.

– Да, это так. – Была вынуждена признать девушка, и это ей не понравилось, однако она быстро нашла выход из ситуации. Во всяком случае, ей хотелось верить, что игривая улыбка и хитро прищуренные глазки сделают свое дело. – Но я хочу, чтобы это осталось между нами, маленький секрет.

– С чего это вдруг? – Ухмыльнулся парень, не ожидая таких откровенных слов от собеседницы, поэтому Лиса тут же поняла, что переигрывать ей тоже не стоит.

– Не хочу портить образ злобного контрабандиста. – Покачав головой, девушка откинулась на спинку кресла, стараясь придать себе обиженный и немного усталый вид.

– Ну ладно, ладно, пусть будет так. – Проглотил наживку Бэй, однако его радость не так щедро распространилась на продолжение разговора. – И… знаешь, если окончательно зайдешь в тупик со своими поисками, то… можешь попросить помощи у Айрис. Только не говори, что это я тебя к ней послал.

– За помощью к той… к той, которая испепеляла меня ненавистным взглядом? – Эта идея показалась рыжеволосой девушке не такой хорошей. – И с чего это вдруг именно к ней?

– Скажем так, ее семья однажды сталкивалась… с подобным происшествием. Но это только в крайнем случае, – а затем собеседник попытался вновь придать себе беззаботный вид. – И я не шучу, не говори ей, что это я тебе посоветовал.

– Уж не беспокойся. – Решила для себя Лиса. – К твоей подружке за помощью я пойду в самую последнюю очередь.

***

По прибытии на базу, укрывающуюся среди густой растительности леса, Бэй поспешил найти Даласа, чтобы поведать ему о недавней встрече с Корой. Парень подозревал, что новости не понравятся мужчине, особенно тот момент, что он, не обсудив все с ним, дал свое согласие помочь одному из командиров сопротивления. И действительно, Далас воспринял известия с хмурым выражением лица, однако выслушал все, ни разу не перебив собеседника.

Именно это и пугало Бэя. Он очень хорошо знал мужчину, особенно его привычку держать злость и другие яркие эмоции внутри себя. Поэтому оставалось только догадываться по блестящим карим глазам, о чем он думает.

И все же, каким бы мастером по скрытию истинных эмоций не был Далас Блад, Бэй не смог не обратить внимания на то, что его командир не стал застигнутым врасплох новым известием, будто он заранее ожидал чего-то подобного. Возможно, мужчина уже давно привык к тому, что все идет не по плану, что любая неприятность может выскочить из-за угла и напугать не хуже голодного огромного зверя. Так что спустя некоторое время в комнате совещаний собралось четыре человека, в кругу которых находился и Бэй.

Здесь, на территории Борда Систа, командиром сопротивления считался Далас, однако он не заправлял всем единолично. Вторым человеком, а лучше сказать главным союзником на всех фронтах битвы, была Мо Чинке – сорокашестилетняя представительница Народной Республики Сигурэ, страны-союзницы Карийской Федерации. До того, как началась «вторая волна» военных действий, охватившая весь мир, Мо занимала должность сенатора; она была одной из тех, кто активно поддерживал политику по предоставлению убежища беженцам из Федерации и Мибелии.

И сейчас эта сильная духом женщина находилась в одной комнате с Бэем и Даласом, готовая обсудить дальнейшие действия.

– Если мы будем выступать в качестве диверсионной группы, нужно сначала все тщательно обдумать. – Сообщил Далас, выводя с помощью маленького проектора голографическое изображение горы над горизонтальной панелью компьютера. – Здесь располагается база противника, в этой самой горе. Поскольку посадочная полоса явно не наш вариант для проникновения, остаются два пути и оба ведут через вентиляционные шахты.

– Вентиляционные шахты?

И последним человеком, принимающим активную роль в обсуждениях, координации и контроле работы на базе, была Айрис. Она являлась самой молодой из всей четверки, даже можно сказать «чересчур молодой для политики любого рода», но Далас видел в ней человека, который мог удержать других от преждевременных решений. Бэй был с этим согласен; Айрис не раз проявляла лидерские повадки, к тому же она любила относиться ко всему с подозрением. И, к сожалению, слишком многое знала о жестокости этого мира.

– Но база ведь совсем новая. – Рассматривая изображение голограммы, мерцающее голубым светом, подметила Айрис. – Откуда вы знаете о вентиляционных шахтах?

– Не мы, а Кора. – Сообщил Далас. – Пару лет назад ее люди засекли с помощью спутников странную аномалию среди заснеженных гор – яркий тепловой след.

– База? – Убедилась девушка.

– Они стали пытаться разведать обстановку, но за два года обнаружить удалось не многое.

– И все же кое-что есть. – Указывая на объемную карту, подметил Бэй.

– Да, есть… Два входа в шахты, один из которых расположен на уровне шестисот метров над земной поверхностью.

– Но так нас заметят. – Нахмурилась Айрис. – Какой путь не выбери: будь то перелет или же пеший поход. Но если только ночью…

– Хочешь насмерть замерзнуть? – Подключилась к разговору Мо, одарив молодую девушку сожалеющим взглядом. – Ты всегда придерживалась радикальных подходов, но в этот раз стоит обойтись без них.

– А что со вторым входом в шахту? – Не столько с надеждой в голосе, сколько с разочарованием, задала вопрос Айрис.

– С этим дела обстоят еще веселее. Он расположен практически у самого подножья горы. Но к базе шахта тянется практически под прямым углом.

– То есть, – обдумав услышанную фразу, Бэй с непониманием посмотрел на мужчину. – Кора хочет, чтобы мы взбирались вверх по железным стенам на… какую высоту?

– Учитывая погодные условия, могу сказать с уверенность, что стены там обросли толстой коркой льда. – Однако аргумент Даласа ничуть не успокоил Бэй.

Зато Мо похоже ничуть не расстроилась, а даже наоборот, спокойно поддержала предложенный вариант развития событий:

– Потребуется необходимое оборудование.

– Сможешь его достать? – Решил удостовериться мужчина.

– С этим проблем не будет.

– Не будет? – Вопрос Айрис прозвучал так непривычно на фоне спокойного диалога собеседников, отчего Бэй не сразу понял, в чем же кроется проблема.

– А в чем дело?

– В чем дело? – Продолжала удивляться девушка. – Это я тут радикальна? Нам нужно будет подниматься на огромную высоту, а это сложное дело даже для профессионала. А у нас практически никто не владеет необходимыми навыками ледолазания.

– Почему никто? – Легкая ухмылка коснулась губ Мо.

– Мам… – Айрис недоверчиво, едва пытаясь скрыть сомнения, одарила свою мать таким взглядом, которым обычно смотрят на неумелого ребенка. – Не обижайся, но ты уже не в том возрасте, чтобы покорять горные вершины.

Бэй не был уверен в своих ощущениях, но что-то ему подсказывало, что заявление Айрис разожгло в Мо такое неистовое пламя злости, что если сию секунду ничего не предпринять, то под горячую руку попадут все.

– Нам все равно нужна небольшая группа. – Вовремя отвлек все внимание на себя парень. – Поэтому возьмем людей, которые хоть бегло знакомы с оборудованием для ледолазания.

– Как у тебя все просто. – Вернулся к разговору Далас. – А как насчет пары-тройки сотен людей, обитающих на базе? Это у тебя не вызывает никаких волнений?

– Устроить диверсию может кто угодно. – Но тут Бэй спохватился, что дал ответ прежде, чем его хорошенько обдумать.

– Но делать это нужно правильно. – Остыв от неосторожного заявления дочери, вновь заговорила Мо. – Далас, у тебя есть полная карта базы, а не только это?

– К сожалению. – Устало вздохнул мужчина, однако не спешил расстраивать своих слушателей. – Но у меня есть примерный вид того, что из себя представляет база. – Теперь в воздухе парило не объемное изображение горы, а некий купол с неровной поверхностью. – Мы не знаем точного строения, но имеется предположение, что внутри базы есть большая полость. Так что… проникнуть туда, установить заряды в наиболее уязвимых местах и уходить прочь обратно по шахте.

– Уязвимых местах? – Переспросила Айрис.

– Как я уже и сказал, мы не знаем точного строения базы, но, во всяком случае, есть несколько альтернативных вариантов. Либо подорвать потолок куполообразного свода и обрушить всем на голову тонны льда. Либо отрезать выход наружу. Так им придется повременить с наступлением на нашу станцию.

– И все же мы действуем вслепую. – Неохотно заключил Бэй. – Это все равно, что идти на верную смерть…

– … сказал человек, который думает, что устроить диверсию может кто угодно.

– Мам! – Насмешливый тон голоса, с которым Мо не редко разговаривала с парнем, никогда не нравился Айрис. Она просто не видела достойных причин, из-за которых ее мама несерьезно любила относиться к парню.

– Все нормально, Айрис.

Бэй уже давно привык к тому, что бывший сенатор Республики Сигурэ относилась к нему с недоверием, не упуская возможности подчеркнуть его упущения и ошибки. Как бы он не старался задобрить ее, как бы ни пытался завоевать ее доверие, ничего не срабатывало. Лишь только единожды ему удалось услышать слова благодарности от Мо, однако то, при каких обстоятельствах они были сказаны, нельзя было занести в список самых приятных воспоминаний.

– Нет, не нормально. – Продолжала наставить на своем девушка. – Ты прав, мы будем действовать по ситуации. К тому же, где гарантии, что наш отвлекающий маневр сработает, и на нашу станцию не нападут?

– Что ж, – решил поделиться своими домыслами Далас. – На базе находится человек триста, а для захвата нашей станции потребуется не более сотни. Поэтому Союз не станет отправлять людей прямиком из Восточного штаба. Если мы успеем воплотить план в реальность до выступления, то сорвем их операцию и дадим Коре необходимое время. Если же сотня успеет выступить, то… мы тоже ничего не потеряем.

– Я правильно понимаю? – Не столько с опаской, сколько с любопытством, посмотрела на собеседника Мо. – Хочешь превратить диверсию в нападение?

– Сделать из Коры и транслятора приманку, а самим напасть на базу? – Вслед задал вопрос Бэй, размышляя вслух.

– Вот вам и четкий план действий при любом раскладе. – Довольно заключил мужчина, не услышав до поры до времени никаких возражений, однако Айрис решила по хорошо знакомой привычке вставить свое слово:

– Стойте, я не понимаю. Если сотня выступит, то получается, что мы намеренно дадим противнику лишить нас транслятора? Простите, но даже если мы сравняем с землей их базу, это будет… просто ничто по сравнению с потерями из-за лишения связи. Большая часть Федерации окажется отрезана от всего сопротивления.

– Но мы же не намерено будем выжидать, пока те люди отправятся к границе. – Поспешил успокоить девушку Бэй.

– К тому же ты недооцениваешь командира Кишью. – Обмолвилась Мо. – Она отбивалась и не от сотни людей, имея при себе всего пару десятков.

– Думаю, Кора и сама понимает, что на нас все надежды возлагать не стоит, – присоединился к общему мнению мужчина. – И если план есть, остается решить, кто отправится в горы исполнять его.

Некоторое время в кабинете воцарилась тишина, все дружно обдумывали, кому может выпасть честь отправиться в незабываемое путешествие на базу в горы Барграф. И первой свое предложение высказала Мо:

– Я поговорю со своими людьми, но на больше четырех не рассчитывайте.

– Но вести их должен кто-то из нас, полагаю, это и без объяснений понятно.

– Тогда я пойду. – Откликнулась на предложение командира девушка, чем заслужила повышенное внимание со стороны матери.

– Айрисфиль! – Мо с таким недоверием и непониманием воззрилась на дочь, будто бы та совершила фатальную ошибку, приведшую к гибели множества невинных жизней. – Ты это что, серьезно?

– А у нас есть варианты? – Устало отреагировала на пылкость собеседницы Айрис.

– Ну… – Как бы невзначай обмолвился Бэй, вынудив всех посмотреть в его сторону. – Например, один молодой мужчина в самом расцвете сил мог бы оказать честь….

– «Молодые мужчины в самом расцвете сил» не падают ночью по канавам. О каком ледовом восхождении может идти речь? – Бесцеремонно оборвала напыщенный монолог парня темноволосая девушка, вынудив его вспомнить не самый приятный момент из своей жизни. – К тому же Далас наш командир, а ты, мам… – «Не в том возрасте» хотела с той же легкостью заявить Айрис, но вспомнив, как та отреагировала на подобное замечание несколько минут назад, решила повременить с подобным заявлением. – Ты куда лучший дипломат, чем «работник в поле».

– Сделаю вид, что не заметила твоих намеков. – Покачала головой Мо. – И все же, набирается только пять человек. Нужен хотя бы еще один, и если мы собираемся пересечь границу с Союзом, то только избегая прежних путей. И я не уверена, что они до сих пор безопасны.

– А все казалось таким простым. – Удрученно вздохнула Айрис, осознав, что сначала нужно благополучно добраться до базы, прежде чем устраивать там погром.

– Если хочешь нанять кого-то, то забудь.

– А что остается, Далас? – Развела руками женщина. – Рисковать тоже не желательно.

– Кстати, – оживился Бэй, однако собеседники настолько были увлечены собственными проблемами, что даже не удостоили его взгляда.

– У нас не так много денег осталось после закупки медикаментов, – продолжил Далас. – И я не думаю, что брать в долг у правительства Борда Систа это хорошая идея.

– А что если?..

– Внимание! – Не выдержал парень, и, судя по всему, переборщил с восклицанием, поскольку троица одарила его таким испуганным взглядом, что ему стало не по себе. – У меня есть один человек, который с удовольствием поможет нам в этом деле.

3

Союз

В отличие от вчерашнего дня сегодняшний принес жителям Столицы лишь пасмурную погоду и плохое настроение из-за проливного дождя. Но не только это угнетало людей. Все понимали, что их город уже не мог назваться неприступным и безопасным. Как поговаривали местные жители: «лишь только чудом удалось избежать колоссальных потерь». Но Лиона Бейлор не могла с этим согласиться, чудес не бывает, есть лишь человеческий фактор. И к счастью находились еще люди, которые знали, что именно армия дает всем веру в так называемое «чудо». Однако, из-за недавних событий, мнение людей могло кардинально измениться.

По окнам с наружной стороны барабанил дождь, создавая мутную завесу перед взором светловолосой девушки, сидящей в инвалидном кресле. Ей очень хотелось оказаться где-нибудь подальше от суеты и разговоров о войне, но остались ли на этой планете такие места?

Такое желание у Лионы возникло неспроста. Она была напугана, но скорее не близостью беспокойной жизни, а предстоящим разговором с человеком, который практически бесшумно вошел в просторную гостиную.

– Я наслышан о твоих приключениях.

Мужской выразительный голос безошибочно заставил признать девушку в его владельце знакомую личность, от которой, пожалуй, невозможно нигде было спрятаться.

– Альберто тебе рассказал? – Даже не тратя время на оправдания, решила признать свою вину Лиона, едва удостоив своего отца взглядом.

Влад Бейлор, пятидесяти четырех лет отроду, производил двоякое впечатление, поэтому невозможно было предугадать, что означала его лукавая улыбка. Блекло-карие глаза, казавшиеся снежинками, которые готовы вот-вот растаять, за редким исключением выдавали истинные намерения мужчины. С первого взгляда он производил впечатление ухоженного человека, знающего себе цену. Его выцветшие светлые волосы всегда были аккуратно зачесанные на левый бок, военная бежевая форма сидела как с иголочки. А гладко выбритое лицо выражало лишь те эмоции, которые захотел бы показать сам маршал.

– Генерал-лейтенант доложил мне обо всем. – Согласился мужчина, интонацией голоса сообщив дочери, что хочет разговаривать с ней лицом к лицу. – И я в замешательстве.

– Как и я…

– С одной стороны, я впечатлен твоей… – На мгновение лицо Влада приняло задумчивое выражение, словно мужчина пытался правильно подобрать слово, – изобретательностью. Не думал, что тебе придет в голову так использовать Призрака. Однако я недоволен тем, что ты воспользовалась слабостью генерал-лейтенанта. Он привязан к тебе, что не дает ему сосредоточиться на своих обязанностях.

В этом заявлении Лиона отчетливо распознала упрек в свой адрес, поэтому она не смогла промолчать, отстраненно произнеся:

– Дело-то не совсем во мне.

Ни для кого не секрет, что Альберто Фарен был дружен с семьей Бейлор уже на протяжении многих лет. С самого детства Лиона помнила этого человека, он дружил с ее отцом долгое время, так что она привыкла к его частым визитам. Но тогда Альберто приходил не один, а вместе со своей семьей: молодой веселой женой Соней и их сыном Гиллианом. Лиона до сих пор с улыбкой вспоминала те времена, так как много времени проводила с Гиллианом, играя с ним в разные игры. А точнее парню приходилось играть с ней, поскольку он был старше ее на целых десять лет, и у девочки не было другого выбора, кроме того, чтобы умолять его уделить ей еще немного времени. Но Гиллиана не приходилось долго упрашивать, он сам с радостью принимал участие в авантюрных планах маленькой бестии.

Да, этот парень всегда любил детей и охотно позволял им себя эксплуатировать. Он иногда навещал Лиону, даже когда вплотную занялся учебой в военной академии. Альберто возлагал на него большие надежды, да и Влад, видя потенциал в юном даровании, старался помочь ему.

Однако всему хорошему приходит конец, как и тогда, девять лет назад, когда Гиллиан не вернулся домой после боевой операции на юге страны. Это несчастье с трудом могла перенести жена Альберто и, не сумев пережить потерю сына, наложила на себя руки.

Лиона всегда удивлялась, откуда генерал Фарен брал силы, чтобы не просто принять всю горечь утраты, но при этом еще и оставаться равнодушным в глазах окружающих. И единственный, кто напоминал ему о былом счастье, была Лиона – девочка, которая за редким исключением расставалась с его любимым сыном.

– И тем не менее что мы имеем? – Прервал грустные размышления своей дочери Влад, задав ей подобный вопрос.

– Спасенные жизни. – Холодно отрезала Лиона.

– А еще ненужные вопросы. – Девушка так и не смогла понять, добавлял ли отец к ее словам свою версию произошедшего, либо пытался исправить ее ответ. – Твое появление, вмешательство в эту операцию приковало постороннее внимание… Но все же не трудно было убедить людей, что именно генерал-лейтенант Фарен являлся инициатором этого плана.

– Ненавижу это все.

– Что именно?

– Свою беспомощность! – С вызовом посмотрела на Влада Лиона, разозлившись из-за того, как все спокойно он это воспринимал. – Я даже не…

– Официально, – перебил девушку мужчина, смирив ее одним лишь строгим взглядом, – ты гражданское лицо. Так что старайся вести себя… обыденно.

– Просто невероятно. – Вскинув руки, Лиона печально покачала головой, даже не зная, с чего начать. – Гражданское лицо. Ты бы лучше такое моему брату сказал, вместо того чтобы отправлять его в академию – он был бы счастлив. Этому мелкому паразиту даны такие перспективы, а мне… а я… застряла в этом кресле. – Раздосадовано опустила голову девушка.

– Я бы не стал так резко отзываться о Гимеллио. – Найдя поведение дочери весьма забавным, Влад не смог не улыбнуться. – Это раньше он не хотел идти в академию, но посмотри, какой он теперь.

– Еще более заносчивый и несносный.

– Не стану отрицать. – Был вынужден согласиться мужчина, потеряв всякую надежду на то, что военное дело заставит его четырнадцатилетнего сына взяться за ум. – Но не забывай о себе. Мало кто знает, что ты сильнее, чем кажешься.

– Скажи это моему железному другу. – Постучав по прочной конструкции кресла, пробормотала Лиона.

– Старайся смотреть на это с другой стороны. Оно не ограничивает тебя, а оберегает.

– Не ожидала услышать что-то иное. – Смирилась девушка с данной проблемой, но не могла закрыть глаза на другую. – И все же… как долго это будет продолжаться? Шесть лет назад все думали, что война закончится, все встанет на свое места…

– Всегда есть люди, для которых мирное время ничто по сравнению с военными действиями.

Слова Влада прозвучали как оправдание, которое не на шутку разозлило Лиону, однако она постаралась не выдавать своих истинных эмоций. И все же не высказаться по этому поводу она не могла:

– Да. Как можно забыть о выходке… нет, «выходке»? Ошибке, неминуемом провале… я даже не знаю каким словом можно описать то, на что обрек миллионы людей генерал Дефраль.

– Нет доказательств, что именно он спровоцировал конфликт между Федерацией и Кота Кинау. – Тем самым событием шестилетней давности, ставшим новым поводом для продолжения вооруженных конфликтов.

– Серьезно? И ты этому веришь? Он просто монстр, все это знают. Ему плевать на человеческие жизни, на мирные переговоры и… – Взволнованно продолжала Лиона. – Он хочет только порабощать и властвовать.

– Хотел. – Внес коррективы в пылкую речь дочери Влад. – Не забывай, что после того конфликта генерал пропал без вести.

– Не удивлюсь, если его зарезали где-нибудь в закоулке… – Как можно тише процедила сквозь сжатые зубы девушка, уповая на то, что отец проигнорирует ее мнение. – Но если этот человек исчез, это не значит, что война закончилась.

– Запомни, люди никода не исчезают бесследно. – Поучительным голосом произнес мужчина. – И кто знает, может, мы услышим о нем вновь.

– Надеюсь, этого никогда не произойдет. – Прозвучала эта фраза не как мольба, а как констатация факта, не способная подвергаться сомнениям. – Почему просто нельзя заключить перемирие? Созвать глав всех стран и решить все мирным путем. До этого же мы улаживали конфликты без кровопролитий и продержались, как гласит история, по меньшей мере, лет триста.

– И смотри чем обернулась эта… сдержанность. Люди не могут жить без войны, ссор и раздоров, такова уж наша природа. И предыдущий маршал начал войну не без причины. Разработки Федерации представляли угрозу, а после того, как они провели испытание с ДжеТа, никаких сомнений не осталось. Мы приняли соответствующие меры.

– И теперь полмира разменивает второй… или уже третий десяток лет?.. вот такой вот жизни. Мы начали эту войну, не смотря на все оправдания насчет разработок Карийской Федерации, мы все это начали. Не нам ли тогда положить всему этому конец?

С минуту Влад Бейлор молчаливо изучал напряженное лицо собеседницы, обдумывая свой ответ. Он хотел сказать ей что-то стоящее, поучительное и неопровержимое, но в итоге с полной уверенностью мог лишь добавить:

– И ты еще спрашиваешь, почему ты не подходишь для учебы в военной академии?

– О… – Наигранно протянула Лиона. – Так не из-за «железного трона» меня отказались взять?

– Ты хороший и добрый человек, а эти качества будут поважнее… твоего «железного трона».

– Умеешь ты подбодрить.

Под конец разговора настроение девушки вновь стало нейтральным, и, взглянув на часы, Лиона отметила, что ей давно пора собираться в медицинский центр. Однако покинуть комнату в скором темпе ей не удалось, так как отец застал ее врасплох одним вопросом, который она рассчитывала не услышать:

– Ах да. Как тебе удалось подключить Призрака к этой операции за такой короткий срок времени?

Лиона ощутила легкий холодок, пробежавшийся по ее спине. Она и не знала, как разъяснить тот факт, что ей удалось сделать из личного семейного защитника главного героя позавчерашнего дня.

– Ну… Поверь, я тоже была не в восторге от этого плана.

4

Борда Систа

– Что, прости?!

Вновь оказавшись на базе сопротивления, спрятанной в непроходимых тропических джунглях, Лиса приготовила себя к тому, что ей стоит ожидать всяческих сюрпризов. Она оставила о себе не самое хорошее впечатление с первой встречи, поэтому решила вести себя тихо, чтобы лишний раз не привлекать к себе чужих взглядов. Пусть она и находилась под защитой Бэя, которая держалась на одном честном слове, девушка не могла ощутить себя комфортно.

Но выбирать не приходилось. К тому же Лиса считала, что выиграла счастливый билет, заставив Бэя непроизвольно попасться на свою удочку. Теперь ей некуда было идти, Тайгер выгнал ее с позором, по крайней мере, бывшая контрабандистка ни в каком другом свете это себе не представляла. Что же ей остается? Только придерживаться намеченного плана – искать мать – и стараться совсем не завраться. И если подумать, то можно без особого труда было поверить в свою собственную выдумку.

Так что не спеша отчаиваться, Лиса прикинула, чем бы ей заняться в ближайшее время, да так, чтобы не спровоцировать кого-нибудь своими действиями. И первым делом девушка посчитала нужным привести свой корабль в порядок после долгого путешествия – после визита в Шаяки песок забился во все щели.

Сняв куртку, убрав волосы в высокий хвост, да снарядившись нужными инструментами, Лиса с приподнятым настроением взялась за работу, но как только дело начало набирать обороты, раздражение постепенно затмевало радость. Грузовой корабль был уже не новенький, а в группировке имелись специальные люди, которые превращали самую запущенную машину в приличный транспорт. Все это вело к тому, что заботу о кораблях предоставляли не пилотам, а механикам и электрикам, так что, столкнувшись с проблемой лицом к лицу, рыжеволосая девушка начала быстро выходить из себя. Конечно, ее транспорт не пострадал особо после полета в Шаяки, однако песок забился куда только можно, да еще обнаружилась пара поломок.

И думала Лиса, что это предел ее мечтаний на сегодняшний день, но после того, как в ангар к ней спустился Бэй, чтобы «кое-что обсудить», ей стало совсем не хорошо. Перепачканная в машинном масле, с увесистым инструментом в левой руке, она едва сдержалась, чтобы не воспользоваться им в качестве смертоносного оружия.

– Что?! – До сих пор не веря своим ушам, зашипела Лиса на собеседника.

– Да, знаю, это подло. – Ничуть не испугавшись грозного взгляда девушки, Бэй попытался плавным жестом рук призвать к спокойствию. – Но ты можешь извлечь из этого выгоду.

– Ты ввязал меня в свою авантюру, даже не соизволив спросить моего разрешения? Или даже извиниться для начала? Ты просто невыносим. – Так как в ангаре находилось еще немало людей, проверяющих воздушный транспорт, Лиса постаралась понизить голос, чтобы не привлекать внимание. – Хотя чего это я удивляюсь? Кажется это у вас уже не в новинку.

Отчетливый намек о внезапной просьбе Коры, о которой по дороге домой мимолетно обмолвился Бэй, заставил его напрячься. От вида омраченного лица Лиса мысленно ухмыльнулась, засчитав одно очко в свою пользу. Она привыкла выражать свое недовольство, делиться собственным мнением и мыслями, когда что-то идет не по плану, ей во вред. Уж так было принято в группировке. Любой мог завязать спор по пустяку, даже довести дело до драки. Все отстаивали право голоса, пусть и последнее слово всегда стояло за Тайгером.

Возможно у сопротивления своя политика, может тут принято втягивать людей в авантюры без их согласия. Что ж, против этого девушка ничего не имела, однако во всем нужно знать меру. Она – не одна из них. Да и вообще, теперь она просто – одна.

– Я прилетела сюда, чтобы найти свою мать, а не рисковать своей жизнью. Так что, передай…

Но своеволие затуманило Лисе голову, заставив ее расслабиться и чувствовать себя вне опасности. Так что она никак не могла ожидать того, что Бэй внезапно схватит ее за руку и резко, отведя от чужих глаз, оттолкнет ее к металлическому корпусу грузового корабля. Поэтому девушка просто потеряла дар речи, не ожидая такого жеста со стороны спокойного и дружелюбного, как до этого казалось, парня. Удивление смогло затмить даже боль в затылке из-за удара, однако Лиса автоматически потянулась к Когтю, висящему на поясе, так как рабочий инструмент выскользнул из рук.

– Вот именно поэтому тебе следует оказать мне услугу. – Голос Бэя ничем не выдавал его эмоций, однако жесткий взгляд на мгновение заставил вздрогнуть собеседницу. – Всем плевать на то, кого ты тут ищешь, для них ты – чужак, от которого не стоит ожидать ничего хорошего.

И тут парень словно вспомнил, каким он обычно представал перед своими друзьями и знакомыми, поэтому виновато потупил взгляд и освободил плечо девушки от своей руки.

– Твоя задача – заслужить их доверие, так что предлагаю тебе шанс.

Может, все то, что произошло мгновение назад, было всего лишь галлюцинацией, но теперь, глядя на расслабленное лицо парня, Лиса уже не узнавала его. На несколько секунд перед ней предстал совершенно другой человек, и его вид так глубоко засел в ее памяти, что теперь вряд ли сможет когда-то забыться. Что-то здесь было не так. Теперь эта легкая улыбка казалась лживой, спокойный мягкий голос – обманчивым.

С другой стороны, все это могло быть лишь плодом ее воображения. Из-за происшествия в Шаяки и изгнания из группировки она не переставала нервничать и пугаться каждой тени. Должно быть, ее поведение рассердило Бэя, ведь у нее жгучий характер, к тому же у сопротивления сейчас настали не самые лучшие времена.

Да, такое объяснение устроило бы Лису, но боль от грубого прикосновения парня взывала к обратному. И тот взгляд не был полон злости; это вовсе не мимолетная эмоция, а нечто большее.

Молчание затянулось. Заплутав в своих мыслях, девушка лихорадочно думала, что же ей сказать в такой ситуации, чтобы показаться обиженной, а не заподозрившей что-то. Ведь не просто так ей показалось, что для своих лет парень чересчур беззаботный.

Но подняв взгляд, Лиса с удивлением обнаружила, что Бэй пристально смотрит на нее, а на его губах играет едва заметная улыбка. Что-то с этим парнем точно было не то, вел он себя как минимум странно, так что девушка решила последовать его примеру.

– Я не пойму, ты меня убить хочешь или поцеловать?

– А можно?

– Убить? – насторожилась Лиса.

– Поцеловать.

– Ох… – Вроде бы все встало на свои места, так что, устало покачав головой, бывшая контрабандистка поджала губы и поторопилась вернуться к работе. – И не надейся, парень.

На мгновение Лисе уже показалось, что ей удалось вырваться из сети авантюры, в которую ее собирался втянуть Бэй, но не тут-то было.

– Стой! Я тебе не все рассказал о твоем деле.

– Я не уверена, что пригожусь вам. – Склонившись над ящиком с инструментами, девушка попыталась сделать вид мало заинтересованного человека, но про себя уже решила, что лучше согласиться и не рисковать.

– Напротив. Ты у нас контрабандист, а значит, знаешь тайные тропы, по которым можешь провести нас в Союз. У нас здесь мало кто может помочь с этой проблемой. И, чтобы у тебя был стимул, я пока поспрашиваю у людей о твоей матери.

Одно лишь слово смогло поменять настрой Лисы в лучшую сторону, однако за мимолетной радостью пришло ощущение полного отчаяния. Она рискнула всем, покинула группировку, в которой росла долгое время, из-за того, чтобы найти женщину, которой возможно и нет в живых. Но даже если это не так, то что это меняет? Ведь Бэй будет искать не ее мать, а призрака, ту неодушевленную причину, благодаря которой Лисе удалось на время приютиться на базе сопротивления.

И все же так просто закрывать глаза на открывшуюся возможность девушка не спешила.

– Сколько ей сейчас должно быть лет?

– Не знаю. Наверное, сорок пять-пятьдесят. – С сомнением в голосе начала девушка. Говорила она так, будто бы проверяла неглубокое озеро на наличие опасных подводных камней. – И… если не удастся найти ее, то можешь также добавить, что она долгое время жила в Федерации. – Прикрыв глаза, Лиса попыталась вспомнить смутный образ из совсем далеких воспоминаний. – У нее короткие кудрявые рыжие волосы, добрые глаза… и это все.

– Думаю, что с таким запасом деталей в описании мне не составит труда отыскать ее. Так что к твоему возвращению я расскажу тебе обо всем, что смогу найти.

– Что-то ты слишком щедрый.

– Просто не вижу причин отказывать тебе в помощи, если ты согласилась помочь мне.

– Да уж, согласилась. – Ухмыльнулась девушка. – Если еще учесть тот факт, что в Мибелии самый большой процент рыжеволосых людей…

– Так что, договорились?

– Посмотрим. Много что еще может случиться.

5

Союз

Всего лишь несколько часов проведенных на базе напомнили Алексею Кольту, что такое настоящий холод. Не покидая Столицы уже три года, он привык к теплу и мягкой зиме, отчего воспоминания о буранах в горах Барграф отошли на задний план. Но сейчас, находясь под толщей льда и камней, мужчина постепенно вспоминал, почему он перестал благосклонно относиться к зиме. И дело даже не в самом холоде, колючем белом снеге и порывах шквального ветра – просто их сочетание ассоциировалось у Алексея со смертью, с той жестокостью, которой природа сокрушала людей во время военного конфликта на границе в горах.

Однако куполообразный свод базы внушал Алексею доверие, он чувствовал, что замерзнуть здесь насмерть при любых погодных условиях, какими суровыми они не были бы, вряд ли удастся. Да, здесь прохладно, люди носили утепленную одежду, но обогревательные установки, как и вентиляционная система, не давали холоду проникнуть внутрь. И глядя на все это, мужчина только мог догадываться, как инженеры и строители Союза сумели воздвигнуть такое сооружение за минимально короткий срок.

Что-то подсказывало Алексею, что Селеста тоже оценила бы по достоинству это место. Жаль, что ее нет рядом. Мужчина уже начинал скучать по ней, он и забыл, когда в последний раз расставался с сержантом больше чем на день. Они постоянно работали вместе и, несмотря на то, что Селесту приставили к нему в качестве неофициального надсмотрщика, Алексей всегда мог довериться ей. Ведь она не видела в нем врага народа лишь из-за того, что он родился в другом, вражеском, государстве. За это он был ей очень благодарен, поэтому относился к ней не просто как к подчиненному, а как к близкому другу. И не мудрено, что его так разозлил тот инцидент с терактом в центре города.

В отличие от Селесты, Алексей не был самым преданным патриотом страны, в чьей армии он служил. Поэтому поведение девушки показалось ему безрассудным. Он не понимал, как она могла добровольно отправиться в разведку, даже не известив его, своего начальника. Мужчина негодовал, в какой-то момент он позволил раздражению взять над собой верх. Однако, как он мог злиться на ту, которая хотела спасти невинных жителей, взятых в заложники? Алексей знал, что сержант Фриз – альтруист, ставящий благо окружающих людей выше своих собственных нужд. Этого у нее не смогла забрать даже война, склоняющая всех к закону выживания любой ценой.

«Наверное, – подумал Алексей, – все сложилось не так плохо. По-крайней мере при исполнении этой операции она не пострадает».

Подключившись через компьютер к общей сети, Алексей устроился в своих скромных, но уютных, апартаментах, чтобы попробовать связаться со Столицей. Несмотря на неспокойную погоду, сигнал поступал чистый, без каких-либо помех, отчего мужчина не смог скрыть удивления. Видимо, Союз с каждым месяцем улучшал свои технологии, давно обогнав в этом плане даже Карийскую Федерацию.

Через мгновение голографический монитор приобрел очертания небольшого прямоугольника, на котором показалось знакомое улыбающееся лицо.

– Вы там не замерзли, полковник?

Мужчина уже и забыл, когда в последний раз Селеста проявляла какие-либо признаки злорадства. Но это не столько удивило, сколько пришлось ему по душе.

– Меня пока не выгнали ночевать в палатке на свежем воздухе.

– Рада слышать.

Позади Селесты виднелось дугообразное изголовье кровати, а белые стены только подтверждали тот факт, что девушка до сих пор находилась в госпитале.

– Как твоя нога?

– Лучше. – Коротко ответила брюнетка, отведя на мгновение взгляд в сторону, словно пытаясь взглянуть на перевязанную рану. – Врачи сказали, что слегка была задета артерия, но благодаря быстрой первой медицинской помощи худшего удалось избежать.

– Хорошие новости. – Уголки губ слегка приподнялись, однако в душе Алексей нисколько не обрадовался. «Так получается, все могло закончиться плохо?» – подумал он. – Так чем закончилась вся эта история? Кого-нибудь удалось задержать?

– Боюсь, что нет. Призрак уничтожил всех неприятелей.

Призрак. Об этом «рыцаре в доспехах» в последнее время стало слышно слишком много историй. Его частые появления вселяли половине людей надежду, а другой – страх. На официальном уровне маршал представил его как своего личного телохранителя и защитника своей семьи. Странное дело, но Алексей никак не видел в этом человеке, скрывающимся за маской машины, лишь средство защиты. Папки с делами о миссиях Призрака копились все быстрее и быстрее, причем каждая и них скрывалась под печатью «секретно». Этот странный тип, кем бы он ни был, не внушал доверия, он был похож на цепного пса, которого маршал натравливал на своих неприятелей. Доверия Призрак ему никак не внушал.

– Что ж, – наконец откликнулся Алексей. – Ничего удивительного.

– Думаете? – Вопрос Селесты привлек внимание полковника, но девушка задалась им вовсе не из-за радикальных методов незнакомца в серебреном доспехе. – Как по мне, так теракт – более чем странная вещь, особенно в центре города. И чем чаще я задумываюсь над этим, тем быстрее прихожу к выводу, что он был бессмысленным.

– Теракты никогда не несли в себе особо глубокого смысла… Но ты права, это странно. Проделать столько усилий, чтобы взорвать одну-единственную станцию воздушных поездов?..

– Столица похожа на огромную неприступную крепость. И мне почему-то кажется, что люди, решившие это устроить, заранее знали, что обрекают себя на смерть.

– Зато они напугали местных жителей. – Заключил Алексей. – Они тем самым сказали, что Столица вовсе не непреступна. Посеять панику и страх – не такое уж и малое дело.

– Простите за такие слова, полковник, но разве карийцы такие мелочные?

Такое заявление действительно задело за живое Алексея, ведь оно тем самым затрагивало и его самого. Но Селеста права, карийцы не стали бы отправлять даже одного человека ради того, чтобы что-то доказать без какой-то практической цели. К тому же на севере Федерации командование находится под руководством Коры, и, зная эту женщину так же хорошо, как и самого себя, Алексей не мог поверить, что она могла бы отправить людей в Столицу на бессмысленное самоубийство. Но зато сколько шума наделали эти ребята, сколько внимания приковали к себе…

– Внимание. – Озарено прошептал Алексей, обращая свой взгляд на голографический монитор. – Они отвлекали на себя внимание.

– Учитывая то, какой ажиотаж за этим последовал… Не могу не согласиться. Но ради чего?

– Скорее всего, из-за того, ради чего меня отправили на эту базу.

– Транслятор. – Не раздумывая, отметила сержант. – Устроенный теракт показал, что в Столицу могут проникнуть чужаки, поэтому большинство военных сил будут устремлены сюда, чтобы усилить оборону. И захват транслятора уже не будет выглядеть приоритетной целью.

– Что лишний раз доказывает, как важно захватить его.

Теперь у Алексея практически не оставалось сомнений, что организатором теракта была Кора Кишью. Пусть много лет прошло с тех пор, как они могли назвать друг друга друзьями, он все же помнил, что девушка ставила на первое место цель, а не тот путь, который приведет к ней. Она представляла из себя грозного противника, так как была готова пожертвовать чем-то ради высшей цели, даже собственной жизнью – возможно, поэтому люди продолжали идти за ней, как за признанным командиром.

Но хмурые тучи мыслей, сгустившиеся в сознании мужчины, развеяло неожиданно появившееся окно на голографическом экране, занявшее равную половине его часть.

– Так вот кто нам постоянно сигнал сбивает. – Отстранившись назад, словно увидев внезапно возникшую пугающую картинку перед глазами, недовольно пробормотал Марк Турко. Однако лицо его моментально приобрело радостные очертания, как только он заметил Селесту (подключившись к сети, парень мог наблюдать обоих собеседников). – Селеста! Я так рад тебя видеть, ты хорошеешь день ото дня.

– Благодарю, Марк. – Улыбнулась девушка. – И я тебя рада видеть.

– Надеюсь, тебя скоро выпишут из больницы.

«Начинается…» – закатив глаза, устало подумал про себя Алексей, поэтому решил как можно скорее вмешаться в развивающийся диалог. Он понимал, что если Марк откроет рот, то тишины можно и не дождаться.

– Какого черта ты тут делаешь? – Отчетливо дав понять своему другу, что его присутствие в их с сержантом разговоре не обязательно, Алексей недовольно нахмурил брови.

– Разведка вернулась, поэтому я и начал проверять окружение, чтобы убедиться, что за ними никто не следил. А тут сигнал начал сбиваться, вот и наткнулся я на подобный сюрприз.

– Оу. – Теперь почувствовав себя козлом отпущения, полковник растеряно огляделся по сторонам. – Ясно.

– Ясно солнце светит, а ты – поднимайся в комнату управления. Кого, по-твоему, прислали руководить операцией?

На мгновение Алексей замешкался, словно и, не зная, что дальше делать, поскольку резкие нападки Марка ввели его в замешательство.

– Что ж, тогда не буду вам мешать. – Прервала молчание Селеста. – Удачи вам, полковник.

Не хотелось прерывать разговор, Алексей с удовольствием бы обмолвился еще парой слов с сержантом, но дело не требовало отлагательств. В конце концов, генерал-лейтенант Альберто Фарен вряд ли обрадуется, если минута в пустую потраченного времени послужит провалом операции. И эта мысль заставила мужчину быстрым темпом выбежать из комнаты и, виляя по узким проходам между блоками, оказаться «под куполом базы».

Комната управления находилась на верхнем ярусе «купола», поэтому Алексею пришлось затратить минут восемь, чтобы добежать до нее, не сбивая темп. Все помещение было набито компьютерами, за которыми работали специалисты; аппаратура пищала, издавала электронные звуки. А в самом конце, на помосте, окруженном перилами, огромная голографическая карта местности, на которой белой точкой была отмечена база, растянулась в половину стены. Как раз у продолговатого стола – еще одного монитора, способного показывать объемные изображение в виде проекций.

В комнате царила прохлада, поэтому, закутавшись в куртку, молодой капитан внимательно выслушивал разведчика, вернувшегося с докладом. Он что-то показывал Марку на «столе-мониторе», но издали Алексей ничего не смог разглядеть. Лишь только подойдя к собеседникам поближе, он обнаружил очередную карту, но уже границы с Карийской Федерацией.

– Ты как раз вовремя. – Заметив приближение друга, обмолвился Марк, обойдя стол стороной.

– Спешил, как мог. – Уже не найдя во взгляде парня никаких намеков на веселье, полковник приготовил себя к тому, что придется выслушать не самые приятные новости. – Ладно, как у нас обстоят дела?

– Карийцы в спешке вывозят все оборудование, – начал рассказывать разведчик. – Транслятор представляет из себя две установки, расположенные по краям станции с южной стороны. Одну из них практически разобрали, и если прикинуть по времени, то им потребуется еще как минимум сорок часов, чтобы полностью завершить приготовления.

– Никак не пойму, зачем столько хлопот из-за каких-то трансляторов. Они могли бы просто обесточить станцию… уничтожить ее.

– Транслятор – это не такая вещь, которой можно просто пожертвовать. – Обмолвился Алексей. – Ты не хуже меня знаешь, что все переговоры Федерации остаются втайне от нас, пока вещание идет через это устройство. Его невозможно… практически невозможно взломать. Только узнав все параметры установки связи можно рассчитывать на взлом системы.

– А разве после каждого сражения они не изменяли их, чтобы предотвратить кражу данных с подбитых кораблей?

– Только вот сражение в тот раз не успело закончиться. – Напомнил Алексей. – Мы захватили их данные, а чтобы переписать их сопротивлению потребуется немало времени. К тому же мы успели обнаружить их станцию. И если мы успеем уничтожить ее до того, как транслятор будет перевезен, то мы оборвем связь… половине Федерации.

– Но если это так важно, то почему бы не подозвать подкрепление из Восточного штаба? – На полном серьезе предложил Марк, однако его слова были встречены как своего рода шутка.

– В такую погоду? Только ненормальный поведет корабль в такую метель. К тому же на базе более чем достаточно людей для проведения операции.

– У тебя есть план? – Полюбопытствовал Марк, встретившись с собеседником взглядом.

Но прежде чем Алексей успел открыть рот, в комнате раздался электрический гогот, напоминающий звук сирены, говорящий об опасности. И заметив, с каким удивлением капитан Турко посмотрел на огромную карту, расположенную на стене, мужчина не поленился последовать его примеру.

– Это еще что за черт? – Наблюдая за тем, как до этого спокойный голубой экран окрасился в красный цвет, Марк рассмотрел белую движущуюся точку, захваченную в пунктирный квадрат. Она двигалась по направлению к базе.

– Что случилось?

– Радар засек какой-то транспорт. – Но в следующую секунду серьезное лицо Марка смягчилось, на нем даже появилась издевательская улыбка. – А ты говорил, что никто в такую погоду не рискнет лететь.

– Я говорил, что только ненормальный полетит в такую погоду. – Не разделяя веселого настроя собеседника, Алексей продолжал наблюдать за перемещениями белой точки по экрану. – Этот корабль использовал какие-нибудь маскировочные средства, чтобы ваш радар не обнаружил его?

Передав вопрос одному из техников, в спешке работающему с возникшей проблемой, Марк услышал незамедлительный ответ:

– Нет, капитан!

– Странно… – Подметил Алексей. – Тогда выйдете с этим кораблем на связь, может…

Но внезапно сигнал пропал, и большой монитор вновь засиял голубоватым светом, словно никаких следов нарушения и не было.

– Что произошло? – Изумленный подобным поведением техники, Марк с вопросом в глазах обратился ко всем компьютерщикам, работающим в зале.

– Был введен опознавательный код. – Донесся женский звонкий голосок. – Это один из кораблей Союза.

– Нас не предупреждали о том, что кто-то… – Но не успел Марк закончить фразу, как очередной оклик прервал его, но на этот раз голос компьютерщика прозвучал обеспокоенно и даже немного напугано:

– Капитан! Кто-то заходит на посадку…

– Кто?! – Повысил голос парень, ощущая, как легкая паника начинает терзать его все сильнее. – У опознавательных номеров есть же владельцы, в конце концов.

Но, не дождавшись ответа, Марк сбежал с помоста и мгновенно скрылся за дверью.

Понять причину такого поведения друга Алексей не мог. Да, это было странно, но зачем же срываться и самому проверять, кто же преподнес такой нежданный сюрприз. Так что, не видя никакой другой альтернативы, полковник отправился вслед за Марком, заранее велев компьютерщикам дать разрешение на посадку неизвестному кораблю, но потом выставить охрану у входа.

– Марк! – Друг бежал вперед без оглядки по коридору, не желая обращать внимание на Алексея. Поэтому мужчине пришлось поднапрячься, чтобы нагнать бегуна и остановить его до того, как показался выход к «куполу». – Марк, успокойся!

Прижатый к стенке, парень удивленно посмотрел на Алексея, словно увидел его в первый раз за долгое время. Лицо его выражало нетерпимость, но вскоре капитан успокоился и, отдышавшись, решил объясниться.

– Извини, извини. Не хотел тебя вводить в… заблуждение… то есть пугать.

– Что с тобой, черт возьми? – Решив отпустить парня, Алексей отошел в сторону, по-прежнему требуя объяснений.

– Просто… один раз я пропустил подобный случай, не обратил должного внимания… И один человек пострадал. Один дорогой мне человек.

– Успокойся, – взывал к рассудительности мужчина. – Может тот пилот просто забылся и не успел ввести код. И какой еще к черту «дорогой тебе человек»? Такое ощущение, словно на этой базе каждый день случаются непредвиденные ситуации.

Марк с непониманием, даже обидой, посмотрел на собеседника, словно его упрек задел его за живое и сумели оскорбить. Ему хотелось что-то сказать, но слова так и не сорвались с губ. Может, Алексею и показалось, но глаза парня так и говорили сами за себя: «ты все равно ничего не поймешь».

«Ну и ладно» – подумал полковник, сейчас все равно не до этого.

– Да, прости. – Стряхнув с себя пелену дурманящей злости, Марк со спокойствием в голосе сказал: – Ладно, пойдем встретим нашего гостя.

Под «куполом» уже столпилось немало народа, окружив выход с посадочной полосы кольцом. Отсюда, с высоты ста десять метров, эта картина казалась необычной, в голову пришла ассоциация с муравьями, облепившими дорожку сахара.

И как только Марк с Алексеем спустились вниз, переговоры затихли, а со стороны выхода послышался шум приближающихся шагов. Людей было несколько, вероятно гостя уже встретила охрана у лифта. Но отчего-то эта весть не успокоила Алексея, что-то подсказывало ему, что к ним на базу привели опасного человека.

Наконец звук приближающихся шагов затих, и как только друзья пробились вперед через небольшое отцепление, они смогли увидеть того, кто к ним пожаловал.

– Хм… похоже, меня сбежалась встречать вся база. – Усмехнулся открывшейся перед глазами картине высокий крепкий мужчина, на фоне которого охрана выглядела просто смехотворно.

– Ты предоставил нам опознавательный код, но мы тебя явно не ждали. – С пылом начал свою речь Марк, но старался не показывать своей агрессии по мере возможностей. – Кто ты…

Но внезапно, когда он хотел сделать шаг навстречу незваному гостю, Алексей резко схватил его за плечо, тем самым отрезая дорогу вперед. Этот жест вызвал у парня недоумение, но как только он пожелал выяснить причину подобного поведения, то наткнулся на бесстрастное лицо друга. Однако не это обеспокоило Марка: глаза Алексея наполнил страх и растерянность, и этого хватило, чтобы больше не задавать никаких вопросов чужаку.

– А-а… – Обратив внимание на полковника, мужчина с той же ухмылкой обратился к нему. – Вот значит, куда ты подевался.

– Ты что тут делаешь, черт тебя дери? – Голос Алексея был напряжен, отчего речь стала похожа на шипение испуганной кошки.

– Успокойся, я не собираюсь разносить это место к чертям собачьим. – Но, судя по всему, мужчине именно этого и хотелось. – Дошел до меня слух, что вы готовите какую-то операцию и высылаете чуть ли не всех людей с базы.

– А тебе какое дело?

– Просто у меня есть информация, что во время вашего… так называемого задания, на базу явится группа людей, у которой в планах подорвать здесь все к чертям. Но я вас могу избавить от этой проблемы, поэтому я и выбрался из своего… уютного гнездышка. – Последние слова прозвучали в исполнении мужчины довольно зловеще.

– Повторюсь. – Алексей прекрасно понимал, что верить этому человеку нельзя, однако услышанное пусть на мгновение, но заставило его проявить интерес. – Какое тебе дело, Сирко?

– Скажем так. – Довольная улыбка моментально исчезла с лица собеседника, оставив лишь отпечаток злости и холода на лице. И говорил Сирко так, словно его слова не подлежали обсуждению. – В этой группе, что прибудет сюда устроить диверсию, есть один интересующий меня человек. Помогите мне поймать его… ее живой, а я избавлю вас от внезапно появившейся проблемы.

6

Союз

Буквально пару дней назад Лиса ван Реван могла поклясться всеми своими сбережениями, что больше всего на свете не любит душные тропические леса Борда Систа. Но поскольку сейчас она лишилась практически всего заработка, то с легкостью могла заявить, что путешествие в горы Барграф существенно изменило ее мнение.

Поскольку люди из сопротивления предоставили свой транспорт для данной миссии, Лиса могла позволить себе немного расслабиться. Ведь если эта машина – и надо заметить не такая плохая, намного лучше ее «ведра с болтами» – разобьется, то не велика будет потеря. В конце концов, она же не находится в ее собственности, так чего бояться каждого порыва ветра?

Бывшая контрабандистка не раз слышала о суровых погодных условиях, царящих на юго-восточной границе Союза, но как самый уверенный в себе человек, она с готовностью заявила Бэю, что справится с управлением корабля, что ей даже не понадобится второй пилот. Однако сейчас Лиса благодарила парня за то, что он настоял на обратном.

Девушка никогда не бывала в горах Барграф, о буранах и сильных метелях она имела представления только по путешествиям в страны Северного материка. И то, там зимы всегда отличались мягкостью и спокойствием. Так что то, с чем пришлось столкнуться, сидя за штурвалом небольшого корабля, застало Лису врасплох.

За ветровым стеклом белела бесконечная мгла, непроглядный вихрь из миллионов снежинок не давал транспорту свободно парить в воздухе. Склоны гор едва проглядывали только на расстоянии пары сотен метров, да и то их очертания постоянно растворялись. Воздушные ямы уже не столь занимали внимание обоих пилотов, сколько неуправляемая стихия, норовившая сбить корабль с курса, затянуть его в самые глубины черноты, томящейся внизу. Вся надежда на относительно безопасный путь лежала на радаре, сканирующим местность, но из-за хаоса, царящего снаружи, все сканеры сходили с ума.

Корабль хорошенько тряхнуло.

Поглядывая на показатели давления, количества топлива, а также на электронную карту, полупрозрачной голограммой раскинувшуюся на верхней половине ветрового окна, Лиса содрогнулась. Если бы ей пришлось лететь в такую погоду на своем грузовом катере, то выражение «ведро с болтами» могло без труда стать реальностью. А этот корабль вселял надежду на то, что возможность добраться до пункта прибытия живьем еще имелась.

– Скоро будем на месте. – Проинформировал второй пилот, кивком указав на карту, где белой точкой выделялась база.

– Просто не верится. – Напряженно прошептала Лиса, сворачивая влево, чтобы обогнуть ледовую шапку. – Пора снижаться… Маскировка включена?

– Да. – С уверенностью отозвался мужчина.

Что ж, это внушало надежду, что вражеская разведка не заметит их на данном этапе пути и не перестреляет, как крылатую дичь. И все же рыжеволосая девушка недоверчиво относилась к технике: учитывая то, какие помехи выдавали сканеры, где были гарантии, что маскировочное устройство работало исправно? В последнее время все катилось псу под хвост, и интуиция подсказывала Лисе, что данная поездка вряд ли закончится чем-то хорошим. Сначала тот незнакомый мужчина, напугавший ее до смерти, потом изгнание из группировки, а теперь это. Тут по теории вероятности можно легко определить, какое веселье ожидает ее за следующим поворотом.

Направив корабль вниз, Лиса медленно вела его сквозь снежную пелену. Было такое ощущение, будто ты погружаешься в воду, а она тянет тебя на самое дно.

Но по крайней мере увеличивающиеся основания гор создавали защиту от сильных порывов ветра, хоть и не такую надежную. Выбирать, конечно, не приходилось, однако с каждым метром база становилась все ближе и ближе, и это вовсе не вселяло утешения. Возможно, пассажиры корабля хотели поскорее оказаться на холодной земле, покрытой снегом и льдом, но Лиса чувствовала себя куда уютнее здесь, среди ветра и вьюги. И даже лучше сказать не уютнее, а безопаснее.

Отыскав на радаре самое подходящее место для посадки, девушка повела транспорт как раз в ту сторону, напомнив себе, что не стоит позволять страхам брать над собой верх. На базе сопротивления Бэй обещал поспрашивать людей о ее матери, а это уже хорошая новость. К тому же, что такого необычного может случиться во вражеском пристанище? Сколько раз она попадала в передряги, многие из которых были опаснее этой миссии? К тому же рядом с ней на поясе находился МОДД16, так что может удастся выдать себя за солдата Союза. Хотя без военной формы вряд ли получится кого-нибудь обмануть.

– Мы снижаемся. – Обратилась к пассажирам по внутренней связи через микрофон Лиса, однако фраза выдалась чересчур суровой. Ей хотелось сказать что-то вроде «не забудьте пристегнуть ремни, следующая остановка – ад», но желание шутить куда-то пропало.

Место приземления лежало в неглубокой расселине с обратной стороны горы, в которой и располагалась вражеская база. Подбираться так близко к противнику было рискованно, но техники сопротивления заявили, что с установленной на корабле маскировочной системой незваных гостей никто не заметит. Верилось с трудом, но Лиса решила рискнуть и подобраться как можно ближе к тому месту, которое привело бы их к вентиляционной шахте. По словам Бэя, она обещала быть огромной.

Как только корабль погрузился в расселину, вой ветра за окном стих до того уровня, что можно было услышать шум двигателей. При посадке машину слегка качнуло, и когда шасси опустились на лед, проверив его на прочность, Лиса отключила двигатели.

Они приземлились. А значит, дороги обратно нет.

В пассажирской кабине люди постепенно начали приходить в себя после неспокойного полета. По мере того, как стихли голоса, Айрис взялась за инструктаж команды. Все ее подчиненные являлись хорошо обученными специалистами по ледолазанию, по крайней мере, таковыми они были в понимании Бэя.

Наблюдая за приготовлениями со стороны, стоя у приоткрытой двери, ведущей в кабину управления кораблем, Лиса не без любопытства слушала Айрис.

– Я пойду самой первой, буду делать прошивки во льду и устанавливать ледовые крюки и ледорубы, чтобы обеспечить страховку. Двигаться будем медленно, чтобы обошлось без происшествий, так что восхождение должно занять примерно два часа. Берите с собой только самое необходимое, поскольку потом бегать по базе придется долго. Времени на отдых практически не будет.

Ловкими движениями Айрис надела «кошки» на ноги, после чего проверила остроту серебристых ледорубов с бардовыми рукоятками. Все оборудование для восхождения находилось закрепленным у нее на поясе, отчего девушка была похожа на большую вешалку. Но помимо всего разнообразия крючьев, карабинов и веревок, у нее за спиной сидела большая сумка, доверху набитая оружием, взрывчаткой и питьевой водой.

Глядя на всю эту картину, Лиса ощущала, что ее разрывают двоякие чувства. С одной стороны, она не могла позавидовать команде Айрис, поскольку восхождение по вертикальному ледовому склону задание не только опасное, но и выматывающее. Она знала это по своему опыту. Пусть никогда бывшей контрабандистке не приходилось часто сталкиваться с жесткими зимними погодными условиями, однажды ей все же довелось испытать себя в роли покорителя горных вершин. Но то было снежное, а не ледовое восхождение.

Однако Лиса не могла мириться с ощущением, что ей придется долгое время сидеть в этом месте. При выключенных двигателях температура на борту корабля падала с катастрофической скоростью, и уже часа через три можно будет бороться не только с холодом, но и с мыслью улететь отсюда. Так что ожидание могло стать не менее опасным, чем предстоящая операция. Может, попроситься в добровольцы на предстоящую прогулку?

Нет, что за вздор?

Лиса не для того сюда летела, чтобы расстаться с жизнью, хотя мысли о смерти в холодных заснеженных горах не перестанут преследовать ее и после того, как ее оставят одну на корабле. Вот вам и проблема. Девушка пыталась убедить себя, что безрассудно будет отважиться пойти вместе с группой Айрис. Но внутренний голос уже не просто советовал ей отбросить все страхи, а нагло бросал ей вызов. «Что я, не смогу взобраться по льду?» К тому же имелось немало причин пойти на отчаянный шаг.

Может, девушка и согласилась отвезти команду в горы Барграф, но вряд ли кто-то из них в знак благодарности проникнется к ней доверием и уважением. А этих двух составляющих как раз не хватало для того, чтобы разузнать о своей матери. Этот барьер из недоверия и недоброжелательности вряд ли приблизит ее к желаемому результату, тем более что на Бэя не стоило возлагать больших надежд.

Так что, легко переменив свое решение оставаться в тени и быть никем не тронутой, Лиса направилась к Айрис, ведомая жаждой приключений.

– Пяти человек вам будет достаточно?

– Нет, но это все, что у нас есть. – Даже не удостоив Лису взгляда, Айрис продолжила проверять, хорошо ли затянуты на ногах «кошки».

– Тогда ты не будешь против, если я присоединюсь к вам?

Мгновение не рискнув даже шевельнуться, брюнетка шокировано посмотрела на собеседницу, позабыв о том, что решила игнорировать ее присутствие. Однако предложение Лисы казалось таким безумным, отчего Айрис и не поняла, шутит она или нет. В глазах ее застыл немой вопрос.

– Температура будет падать с катастрофической скоростью, так что скоро здесь будет невозможно находиться. С системой обогрева у этого корабля проблемы. – Развела руками бывшая контрабандистка. – К тому же у меня имеются свои причины пойти с вами.

– Ну да. – Понимающе кивнула Айрис. – Что можно ожидать от контрабандиста?

– Не поняла. – Та надменность, с которой задала вопрос девушка, возмутила Лису, поэтому промолчать она не смогла: – Что тебе опять не нравится?

– Хочешь сдать нас этим ребятам, как только мы на базу ступим? Нет, спасибо.

– Я могла вас уже сто раз сдать, возможностей у меня предоставлялось много. – Вспылила девушка. – Когда я летала в Шаяки ради встречи с вашим командиром, когда узнала месторасположение базы в Борда Систа, и даже когда летели сюда – что мне помешало приземлиться прямо на посадочную площадку вражеской базы?

– Может, пять вооруженных людей на борту?

– Ладно! – Крикнула на Айрис Лиса, едва сдержав порыв злости, от которого руки так и чесались ударить кого-нибудь. – Только не удивляйтесь, если вы вдруг корабля не обнаружите когда вернетесь обратно.

– Не поняла. – Теперь пришел черед брюнетки задаваться вопросом.

– А что тут непонятного? – Заметив, как напряглась собеседница от услышанной новости, Лиса мысленно усмехнулась, ощутив, что теперь победа будет на ее стороне. – Как я уже и говорила, температура падает тут очень быстро, а мерзнуть я не намерена.

– Ты не посмеешь!

– Я же контрабандистка, что мне помешает угнать корабль и оставить вас тут помирать?

Самодовольная улыбка растянулась на лице рыжеволосой бестии, поскольку смотреть на скалящуюся и оскорбленную Айрис, не имеющую никаких ответных реплик, доставляло одно удовольствие.

– Не задерживай нас. – Достав из-под сидения запасной комплект страховочного снаряжения, уроженка Республики Сигурэ кинула его Лисе, не скрывая своих истинных эмоций.

– Буквально пара минут! – И услышав в ответ раздраженный оклик, бывшая контрабандистка только самодовольно ухмыльнулась.

Но задержать своих новых спутников Лисе все же пришлось, так как в памяти практически не осталось информации о том, как правильно надевать страховочное снаряжение. Комплект теплой многослойной одежды, хорошие перчатки, большой рюкзак за спиной, пара стальных кошек, налобный фонарь, четыре ледоруба, несколько метров тканой ленты для спуска и нож для ее обрезания – вот таким количеством груза вознаградила себя бывшая контрабандистка, помимо своего оружия.

Покинув кабину корабля с хорошим настроением, Лиса тут же очутилась в царстве холода, в котором снег приходился по колено. Она и не представляла, что здесь, в глубокой расселине, такая низкая температура. Подняв голову вверх, девушка едва могла разглядеть сквозь темноту, что творится наверху, лишь только громкое завывание ветра и дождь из хрупких снежинок могли дать небольшое представление об этом.

– Ты там не заблудилась? – Эхом донесся до Лисы голос Айрис со стороны пещеры, из которой время от времени виднелись блики фонариков.

Это навело рыжеволосую девушку на мысль, что стоит включить и свой налобный фонарь. Яркий луч света пробился сквозь пелену тьмы, упав на каменную стену, обросшую толстой коркой льда. Наконец Лиса смогла не только чувствовать, но и видеть, как мелкие снежинки падали ей на лицо подобно алмазной россыпи.

Несмотря на буйство погоды и ту опасность, что она несла, бывшая контрабандистка на мгновение позабыла о том, что ее заждались люди. Представшая перед глазами картина очаровала ее. Здесь все было не похоже на душные леса, улицы и просторы Южного материка. И ей это нравилось.

Миновав просторный каменный коридор, Лиса оказалась в круглой небольшой пещере, в которой люди из сопротивления уже начали подготовку к восхождению. Самым удивительным было то, что ввысь «воздушный карман» тянулся на неопределенную высоту: луч фонаря растворялся в кромешной тьме. Но невооруженным взглядом было видно, что эта пещера – дело рук человека, так как под прозрачным слоем льда серел не то бетон, не то металл.

– Пойдешь последняя. – Обратилась к новому члену команды Айрис.

– Надеешься, что я упаду, и никто меня не поймает? – Ухмыльнулась Лиса.

– А ты не такая глупая, какой хочешь казаться. – В свою очередь поделилась улыбкой брюнетка, и что самое странное, раздражения или агрессии в этом знаке внимания не наблюдалось. – Так, у каждого из вас в боковых отделениях рюкзаков лежат магнитные перчатки. Наденете их, когда льда практически не останется на стенах, так как теплый воздух из вентиляции должен его убрать.

«Похоже, Федерация до сих пор не растеряла прежней репутации техно-гения» – отметила про себя Лиса, автоматически коснувшись рукой того отделения, где должны были находиться чудо-перчатки.

– Ладно, все готовы?

И, получив положительный ответ, Айрисфиль Чинке приготовилась к восхождению.

Так как Лисе предстояло идти последней, она наблюдала с земли за людьми, медленно поднимающимися ввысь. Они казались черными жуками, взбирающимися друг за другом по необъятному стволу дерева. И Айрис была самым шустрым и опытным «жуком», так как каждое ее движение олицетворяло уверенность в себе. Замахиваясь рукой, она знала, какую силу нужно приложить, чтобы ледоруб вошел под лед достаточно глубоко для безопасного подъема. Ей приходилось делать частые остановки, чтобы установить крючья для страховочной веревки.

И когда пришла очередь Лисы опробовать свои силы, девушка на мгновение растерялась от мысли, что у нее ничего не получится и она не то что упадет с большой высоты, а просто не сможет даже взобраться. Но действовать нужно, хотя бы ради того, чтобы не показаться слабой.

Чтобы не паниковать раньше времени, бывшая контрабандистка пыталась припомнить все то, что когда-то знала о снежных и ледовых восхождениях. «Прежде чем встать на кошки, человек должен хорошо освоить технику ходьбы по льду без них. Надо четко представить себе разницу в движении по льду – натечному и пористому, чистому и с камешками, утреннему и дневному, – прокручивала в голове наставления какого-то человека Лиса, чьего имени и не помнила. – Предел крутизны склона, по которому можно передвигаться без кошек, зависит ото льда и от типа ботинок. Следует избегать скользящих движений, постановки ноги на рант или на пятку. Ледоруб используется как дополнительная точка опоры.

При движении необходимо соблюдать три точки опоры. Избегать боковой нагрузки на молотки. Тело располагать вертикально, не прислоняться к стене! Молотки нагружаются вниз, чтобы они не вырвались. Молотки в лед вбивают сильным, акцентированным ударом. Забивать молоток надо с одного раза, чтобы не скалывать лед».

Молотки. Лиса уже и забыла, что называла когда-то ледорубы молотками, эта привычка так и засела у нее в голове, не желая уходить. Но за монологом девушка и не заметила, как преодолела пару десятков метров. Казалось бы, что расстояние и не такое значительное, однако одного лишь взгляда вниз хватало, чтобы пробудить в душе боязнь высоты. К тому же о проделанной работе постепенно начинала говорить и непривычная боль в ногах и руках. Нельзя было расслабляться, особенно когда замыкаешь шеренгу.

«Два часа. Она сказала, что придется взбираться два часа». В какой-то момент Лиса пришла в ужас от этой мысли и идея остаться мерзнуть в одиночестве на корабле не казалась ей такой уж и плохой. Если пятнадцатиминутный подъем вытряс из нее столько сил, что же можно говорить о большей дистанции? Она ведь девушка не такая сильная и выносливая, уж физические нагрузки она переносила не так легко. Подобные испытания судьба подкидывала ей лишь в редких случаях.

«Но чем это тебе поможет здесь, дорогая? – Усмехнулась своим мыслями Лиса. – Давай, напрягись. Считай, что после этого тебя ждет утешительный приз в виде…»

Однако беседу со своим сознанием пришлось прервать, так как наверху раздались встревоженные голоса, после чего на голову посыпалась мелкая ледяная крошка.

– Черт… Лед легко крошится! – Раздался громкий оклик Айрис, но судя по голосу, девушка практически не волновалась, а воспринимала препятствие на пути как небольшую неприятность. – Будьте осторожнее.

– Вот тебе и награда, – прошептала Лиса, замахиваясь ледорубом для очередного удара.

Острый наконечник впился в ледяную корку довольно глубоко, «кошки» также крепко держались мелкими зубьями, поэтому девушка приблизилась еще на несколько сантиметров к цели. Но это не утешало. Мышцы время от времени сводила тупая боль, отчего хотелось поскорее закончить восхождение. Однако спешка в данной ситуации может сыграть злую шутку – одно неосторожное движение чревато последствиями. В какой-то момент хотелось просто повиснуть на страховочном тросе и отдохнуть, дать рукам и ногам почувствовать свободу.

Похоже, прошло уже сорок пять минут. Или час. Привычное понимание времени терялось, попросту ускользало, поскольку все мысли занимала лишь собственная безопасность. Порой перед глазами проносилась картина свободного падения, как соскальзывают «кошки», ледорубы остаются во льду, и ты падаешь вниз, тебя не спасает даже страховочная веревка. Одна вспышка – и ты, скривившись в чудной позе, лежишь внизу. Твоя голова покоится на твердой подушке из камня, припорошенная снегом и залитая теплой темно-красной кровью.

Бурная фантазия заставала порой врасплох, разгоняя по телу адреналин, и в такие моменты Лиса старалась как можно крепче сжать в руках ледорубы. Ее бросало в жар, дрожь сковывала ноги и руки невидимыми цепями, но девушка продолжала двигаться. Она чувствовала, что если остановится, то вряд ли заставит себя сдвинуться с места, и это казалось просто непостижимым. Ведь высота ей никогда не внушала страха, как и возможность разбиться насмерть. То есть это пугало, кому было бы не страшно лететь вниз и знать, что ждет тебя в конце? Здесь причина крылась в другом.

Но Лиса не успела уследить за мыслью, так как отвлеклась на непривычный звук, напоминающий хруст коры под ногами. До этого в пещере стояла невозмутимая тишина, прерываемая звуками ледорубов, впивающихся в лед. Однако то, что сейчас слышала бывшая контрабандистка, мало чем напоминало привычную работу металлическим орудием.

– Айрис!.. – Напряженным голосом окликнул лидера команды один мужчина. Насколько могла судить Лиса, этот человек шел четвертым в колонне. – У нас проблема.

И только теперь рыжеволосая девушка заметила, что среди кромешной тьмы все лучи фонарей были направлены в левую сторону. И когда она решила присоединиться к остальным и встретиться лицом к лицу с появившейся проблемой, то заметила черную ломаную линию, рывками ползущую вниз под кривым углом.

Минуту в пещере воцарилась полная тишина, слух мог уловить лишь чье-то нервное дыхание.

Лиса внимательно следила за трещиной, остановившей свое движение в паре метрах от нее. Вот теперь стоило начинать думать о плохих вещах. Лед оказался слишком тонким для группового восхождения на высоту нескольких сот метров, к тому же он становился неустойчивым по мере приближения к вентиляционному отверстию. Теплый воздух, так или иначе, уходил с базы, скользя по стенам пещеры, отчего корка льда и подтаивала.

– Двигайтесь аккуратно. Будьте готовы ко всему. – Могла лишь только посоветовать Айрис.

«Будьте готовы ко всему» – пронесся эхом в голове Лисы голос девушки, отчего так и хотелось спросить, к чему здесь можно еще быть готовым? Единственное, что могло ожидать их, так это падение вниз из-за неустойчивости льда. Здесь каждый рискует умереть еще до начала сражения.

И словно судьба подслушала ее мысли, решив устроить проверку на прочность для каждого члена группы.

Взмахнув ледорубом, мужчина, идущий впереди Лисы, не рассчитал приложенную силу удара, и когда острое лезвие погрузилось в лед, хрустящий звук оглушил всех, кто находился в пещере. Бывшая контрабандистка уставилась на темную поверхность, уже представив, как трещина ползет вниз, делаясь еще длиннее и глубже. И в следующий момент толстая глыба льда откололась по контуру трещины и скользнула вниз, унося с собой двух людей, шедших позади остальных.

Лиса не сразу осознала, что произошло, лишь чей-то крик привел ее в себя, открыв глазам картину свободного падения. Ей хотелось верить, что это всего лишь дурной сон, но реальность была такова, что если не сделать что-то сию же секунду, то она умрет. А погибать среди холодных снегов, так толком и не узнав ничего о своей матери, девушке было чуждо. Отчего-то мысль о подобной смерти разозлила ее, и это хорошо. Злость придала сил, чтобы собраться и приготовиться к рывку в связи с внезапной остановкой – страховочная лента сделала свое дело. Поэтому, замахнувшись ледорубом в левой руке, Лиса одним резким движением вновь приковала себя к стене.

Но расслабляться было некогда. У бывшей контрабандистки не хватило времени, чтобы вздохнуть с облегчением, поскольку сверху на нее летел мужчина. Кто-то кричал, но слов Лиса не могла разобрать, лишь только интуитивно поняла, что трюк со страховочной веревкой не помог бедняге. Поэтому, угадав нужный момент, она выпустила из рук рукоять ледоруба и оттолкнулась ногами в сторону, чтобы наверняка поймать падающего человека.

В теории безумная идея казалась выполнимой, но на практике пришлось столкнуться с рядом непредвиденных проблем. Лиса не знала, выдержит ли веревка повторный рывок, к тому же с двойным грузом, об этом она даже не подумала. Но прежде чем оказаться в объятиях бывшей контрабандистки, мужчина не слабо ударил ее чем-то тяжелым по голове, после чего соскользнул вниз и едва не продолжил свой путь к изначальной точке подъема. Его лишь спасло то, что Лисе все же удалось вцепиться в его куртку мертвой хваткой.

– Поднимайте их, быстро! – Послышался обеспокоенный возглас Айрис, и в коем-то веки, наполненный тревогой.

Вся оставшаяся группа дружно начала подтягивать пострадавших на нужную высоту, чтобы дать им возможность удачно «сесть на лед».

– Мы чуть не померли… – Не веря в произошедшее «чудо», пробормотал мужчина, лихорадочно выискивая у себя на поясе дополнительный комплект ледорубов. Ведь от смерти его все еще отделяло одно неосторожное движение.

– Не стоит благодарности. – В свою очередь сдавленно пробормотала Лиса, дожидаясь, когда незнакомец, которому она спасла жизнь, наконец-то перестанет быть ее тяжелой ношей.

– Вы там как? В порядке? – Послышался чей-то незнакомый голос.

– В полном! – Скривилась девушка, даже не понимая, почему врет в ответ. Ее бедра горели огнем, как и вся талия – страховочный пояс так сильно врезался ей в тело, что даже многослойная одежда не спасла от неприятных ощущений. К тому же пальцы на руках сводило от боли, и Лиса могла поклясться, что несколько ногтей под перчатками были содраны.

Но она уже не боялась. Ей стало абсолютно все равно, лишь бы поскорее почувствовать землю под ногами, а там можно уже и в бой идти. В ледовых восхождениях было что-то завораживающее и притягивающее, Лиса любила снег и лед, а также прохладу, щиплющую щеки и нос. Все что угодно вызывало в ней трепетные эмоции, все, что хоть немного отличалось от беспокойного и душного климата Южного материка.

«Все, но только не такое», – подумала про себя девушка, после чего пришла к мысли, что наверняка данный инцидент был самой малой из ее проблем. Ведь им еще предстояло похоронить вражескую базу под тоннами снега.

7

Карийская Федерация

Порой самый ценный груз – самый опасный груз. В этом Кора Кишью не раз убедилась, проведя на поле бое без малого четыре года. Однако все прежние представления о значимости стратегических объектов и необходимого вооружения просто меркли по сравнению с транслятором. И думала Кора об этом не потому что она осознавала всю важность устройства, а из-за того, сколько шума поднялось из-за него.

Являясь не единственным командиром сил сопротивления, девушка не смогла переубедить своих союзников уничтожить транслятор, вместо того чтобы тратить время и средства на его спасение. По мнению многих без данного устройства больше половины Федерации останется отрезанной от всего сопротивления, что по меркам сегодняшнего времени новых технологий было абсурдом. Да, разговоры могут быть прослушаны, по каналам связи можно будет отследить основные лагеря и базы. Однако почему-то до появления трансляторов люди как-то умудрялись сохранять в секрете большую часть переговоров, пользуясь простыми шифраторами и устройствами кодировки сигнала.

Но решение нужно было принимать в срочном порядке. И в итоге Кора уже сама пыталась убедить себя, что все предпринятые действия не будут напрасными.

Неприятности начались из-за ее «блестящего» плана по предотвращению переговоров между Союзом и небольшим государством Ашир. Второй уже не осиливал звание достойного союзника, к тому же был готов вот-вот перейти на сторону противника. Задача казалась простой и понятной – уничтожить корабль с послами, к тому же это не составило бы особого труда, учитывая выбранный им маршрут. Граждан Союза могли приписать к случайным жертвам военных действий, развернувшихся на северо-западной границе. Но кто же мог подумать, что судьба преподнесет нежданный сюрприз?

Когда-то давно Кора с гордостью признала бы в Алексее Кольте своего лучшего друга, храброго человека и просто хорошего парня. Но весь мифический образ растаял в тот миг, когда столицу Федерации накрыла волна захватнической силы. Дом, семья, друзья – в тот миг миллионы людей потеряли все это. Эту рану, этот удар, нанесенный Союзом исподтишка, девушка никогда не забудет, такой подлости она никогда не простит тем людям, что ворвались в ее дом и уничтожили не только мечты о счастливом будущем, но и «мирный день настоящего». Они не просто уничтожали, но и забирали то, что по праву считалось гордостью Карийской Федерации. Это было принять труднее всего.

И теперь приходилось считаться с последствиями.

Тогда, в день захвата столицы, у них с Алексеем был выбор – покинуть город и тем самым гордо объявить о своем желании сопротивляться, бороться за свою страну, народ и будущее, либо сдаться врагам, чтобы сохранить свою жизнь и впоследствии сражаться на их стороне. Такой выбор был предоставлен не всем, лишь немногим детям и подросткам, которых для себя выделил Союз среди общей толпы. И каждый из них сделал свой выбор.

Алексей сдался по наставлению взрослых, но Кора не желала принимать такого решения. Она решила бороться за свою страну, а не способствовать ее уничтожению.

Так что теперь, приняв за должное общее решение по спасению транслятора от уничтожения, Кора вызвалась добровольцем для выполнения этой задачи. Такой план, конечно, не сходился с ее взглядами и убеждениями, но раз так надо, значит – надо. Если это поможет спасти множество жизней, тем лучше. В конце концов, ведь это ее ошибка привела к такому исходу, именно ее человек был схвачен… врагом.

– Сколько еще времени вам нужно? – Не сбавляя темп, мчалась по коридору Кора.

– Как минимум десять часов. – Едва поспевая за командиром, отчитался техник, следящий за работой по разборке транслятора.

– Слишком много. – Шикнула себе под нос девушка, хотя отдавала себе отчет, что с такой громадиной быстрее не управиться.

Ступив на платформу лифта, командир нажала на кнопку «3» и прозрачная кабина медленно поехала вниз.

Через мгновение в глаз Коры бросился яркий ослепительный свет, за которым последовал пейзаж высоких гор, уходящих вдаль сплошной шеренгой. Небо затягивали черные низкие тучи, тянущиеся с севера, отчего стало понятно, что скоро станцию накроет снежная буря. Последние лучи заходящего солнца переливались теплыми оттенками на белоснежной поверхности гор, но с каждой секундой они становились все тусклее и тусклее. Надвигающаяся тьма высасывала жизненную силу этого места, предвещая беду.

– Они скоро придут. – Отметила Кора, с тревогой наблюдая за тем, как тяжелые краны расщепляют транслятор – устройство, по форме напоминающее большую спутниковую тарелку – на части.

– Вы так уверены в этом? – В свою очередь поинтересовался техник, с опаской поглядывая на черную стену туч, которую, казалось, царапали вершины гор.

Кора оставила вопрос без ответа, по крайней мере, не пожелав его озвучить. Она знала, что на станцию нападут, несмотря на то, что только безумец рискнет сделать это в такую погоду. Но все так и должно произойти – безумец нападет. И им окажется ни кто иной, как Алексей. Рискованный парень, уж Кора это знала, и прекрасно понимала, что недооценивать его ни в коем случае нельзя. В юношеском возрасте Алексей старался действовать так, как другие люди не стали бы, идти туда, куда другие бы не рискнули. От него можно было ожидать чего угодно.

– Он придет, обязательно придет. – «Ведь ты этого и добиваешься? Хочешь заставить поверить нас в то, что в такую погоду ты не нападешь. Хочешь застать нас врасплох. Что ж, удачи тебе».

Живописный пейзаж скрылся за железной стеной, и вскоре лифт остановился на третьем уровне, распахнув двери перед длинным коридором, в котором люди носились туда-сюда.

Стараясь не поддаваться общей панике и спешке, Кора Кишью ровным шагом направилась вперед в центральную комнату управления. Ей нужно знать, когда рабочие закончат сборку транслятора, а также убедиться в том, что уже собранные части успешно переправлены в безопасное место. Их приходилось перевозить по земле, так как надвигающаяся буря не позволит летающему транспорту пролететь и ста метров.

«У меня в распоряжении сорок солдат, но хватит ли этого, чтобы удержать оборону? – Размышляла девушка. – Так, сначала нужно всех собрать для инструктажа, а потом…»

Но завершить свою мысль она не успела – под стать надвигающимся тучам, всю станцию накрыл оглушительный вой тревоги. Красные лампы на стенах начали мерцать подобно маякам в океане, предвещая о возможной опасности.

На секунду суетящиеся люди застыли подобно мошкам в тягучей смоле – пронзительный звук сковал их по рукам и ногам. Но наваждение быстро прошло, на смену ему явилась самый настоящий хаос – все запланированные дела пришлось бросить и пуститься наутек.

Оказавшись в этом океане безумия, Кора поняла, что медлить нельзя, поэтому ей пришлось сорваться на бег, чтобы достигнуть комнаты управления за считанные секунды. Молодой техник едва мог поспевать за ней.

– Что произошло?! – Автоматические двери не успели до конца открыться, но командир уже властным голосом приковала все внимание к себе. – И выключите эту тревогу!

В следующий момент красные огни погасли, и исчезнувшая звуковая завеса позволила без повышения голоса общаться с работниками.

– Радары засекли несколько объектов, надвигающихся с севера.

– Алексей. – Без доли сомнения решила для себя Кора. – Сколько их?

– Четыре корабля R-класса.

– Четыре R-класса? – Слегка удивленно отметила этот факт девушка. – Максимальное число пассажиров в таком корабле – десять, не беря в расчет пилота. Сорок человек – слишком мало для решающей атаки.

– Отвлекающий маневр? – Предположил рабочий, с чем Кора тут же согласилась. – И что тогда делать?

– Отвлекать их от транслятора. – В свою очередь ответила командир, при этом сохраняя непривычное спокойствие с некой долей радости. – Без сомнения – вторая группа будет атаковать то, ради чего мы всех подняли на уши. Так что пошлите десятерых им навстречу, а остальных отошлите охранять транслятор.

– Десятерых? Против сорока у них не будет и шансов.

– Нас защищают стены, у нас есть тяжелое оружие. – Аргументировала девушка. – К тому же я тоже пойду туда, поэтому беспокойтесь лучше о…

Но приглушенный грохот, за которым по всей станции прошла волна, встряхнувшая всех и все, что было на базе, вынудил поменять представление о противнике. И с этим согласились компьютеры, выводя на мониторы изображения с камер видеонаблюдения, установленных на улице. Черный столб дыма, поднимающийся с крыши правого крыла, говорил о том, что у противника также имеется что-то помощнее обычных пулеметов.

– Они вывели из строя один из радаров!

– Хотят ослепить нас? – С несвойственной ухмылкой задала риторический вопрос Кора самой себе, после чего обратилась уже к окружающим ее людям. – Поднимите щит на втором радаре, если они захотят уничтожить его, то это придется делать вручную, а не с помощью ракет.

– Что дальше, командир?

– Для начала дать мне коммуникатор. – И в следующее мгновение небольшой наушник со встроенным динамиком оказался в руке Коры. Девушка быстро надела его на ухо. – Пусть рабочие забирают оставшуюся «начинку» транслятора и уезжают на грузовиках! С железом у нас нет времени возиться! Докладывать мне обо всем! – Уже набегу раздавала приказы Кора, двигаясь к выходу из комнаты управления.

– Так точно!

8

Союз

Крупная вентиляционная решетка размером метр на метр со свистом полетела вниз, как и четырехкрылый вентиль, выгонявший воздух из открывшегося прохода.

После долгого восхождения первая остановка казалась настоящим подарком. Усталость терзала каждого участника операции, а от мысли, что самая трудная работа все еще впереди, хотелось все забросить. Лиса была бы первым добровольцем – она еле двигала руками, отчего все труднее и труднее становилось вбивать ледоруб в прослойку льда, становившуюся с каждым метром все тоньше и тоньше.

– Я зайду здесь. У кого при себе магнитные перчатки – идите как можно выше, а остальным советую поскорее забираться в другие вентиляционные отверстия. – Отстегнув страховочное снаряжение, Айрис выглянула из вентиляции, чтобы увидеть каждого из членов группы. – Зарядки переносного лазера вам хватит, чтобы убрать с дороги один-два вентилятора на пути. Как только выберетесь из вентиляции, сообщите мне. Когда установите заряды – сделаете то же самое.

– Двадцать минут на отступление, как и планировали?

– Да. – Отозвалась Айрис. – Ждать никого не будем. Но если выберемся до истечения этого времени, то активируем заряды раньше. У нас три дистанционных устройства активации, но все равно… желательно обойтись без потерь.

– Не волнуйтесь, принцесса, мы вас не подведем. – С воодушевлением отметил крупный мужчина, возглавивший группу восхождения, однако затем добавил: – Или постараемся не подвести.

– Тебя я буду ждать в последнюю очередь, – ухмыльнулась девушка, скрывшись в проходе.

Эта сцена не вызвала у Лисы никакой радости, особенно в тот момент, когда никто не выразил недовольства по поводу того, что дается не так много времени на отступление. Они же идут взрывать населенную военными базу, а не завод с консервами, так что уйти незамеченными вряд ли получится. Их шесть человек, а значит, велика вероятность, что кого-нибудь точно обнаружат. И почему-то внутренний надменный посмеивающийся голос подсказывал Лисе, что это именно ей выпадет такая честь.

Собравшись миновать открытое вентиляционное отверстие, рыжеволосая девушка внезапно почувствовала, как ее схватили за ногу и потянули вниз. Из горла вырвался не столько испуганный, сколько удивленный крик, а из рук едва не выскользнул ледоруб.

– А ты куда собралась? – Поинтересовалась Айрис, наблюдая за застывшим под маской непонимания лицом бывшей контрабандистки. – Ты идешь со мной.

Нервная улыбка мимолетно тронула губы Лисы. Девушке не особо понравилось предложение брюнетки, поэтому она с надеждой посмотрела наверх, а потом снова вниз, словно принимая трудное решение.

– Нет, знаешь, как-то не хочется.

Но не успела Лиса и опомниться, как ее резко дернули вниз, после чего фактически затащили в тесную вентиляцию. Больно ударившись локтем, она лишь запомнила, как перед глазами пронесся чей-то луч фонаря, после чего ее собственный освещал железное покрытие прохода. Первые несколько секунд девушка лежала на спине, будучи ошеломленной действиями Айрис, отчего никаких толковых слов не приходило на ум.

Но найдя в себе силы приподняться на локтях, Лиса выразительным взглядом одарила виновницу торжества, однако та словно и не заметила этого.

– Ты меня чуть не убила.

– Не велика потеря. – Без особого интереса отозвалась Айрис, снимая с себя теплую толстую куртку. – Советую тебе избавиться от лишней одежды, а также поместить оружие на видное место. Мы проползем где-то метров сто-сто пятьдесят по шахте, а потом выберемся и разделимся.

Хладнокровие Айрис, а точнее умение оставаться равнодушной, одновременно раздражали и восхищали рыжеволосую девушку. Но в данной ситуации приходилось бороться с желанием выбросить спутницу из проема, ведь из-за нее она битых полтора часа ползла по льду, а сейчас собиралась устанавливать взрывчатку на базе Союза.

Лиса попыталась успокоить себя мыслями о Бэе, а лучше сказать тем, чем он должен сейчас заниматься. Верно, за все эти мучения она получит бонусный приз, и даже если парень ничего не сможет найти, то это большой проблемы не составит. Данная операция позволяла Лисе стать на шаг ближе к завоеванию доверия людей сопротивления. И что-то ей подсказывало, что если удастся заставить Айрис хотя бы не испепелять себя ненавистным взглядом, то можно торжественно заявить об успехе. Так что придется какое-то время потерпеть неудобства и «обрабатывать» брюнетку, чтобы без особых проблем работать на базе сопротивления.

«Чего не сделаешь ради правды о своих родителях, – подметила про себя Лиса. – Полетишь в смертоносный буран, взберешься по отвесному льду… проникнешь на базу Союза… чтобы взорвать ее… Надеюсь, мои родители достаточно невероятны, чтобы ради них на такие подвиги идти».

Проход вентиляционной шахты постепенно сужался, зато пыли здесь было не так много, как ожидала обнаружить Лиса. Постепенно блуждающий воздух сдувал ее с металлической поверхности. Однако радоваться все равно было не чему, поскольку Айрис велела выключить и снять налобный фонарь, когда стали появляться решетки на стенах узкого прохода. Большую часть пути девушкам пришлось ползти в темноте и молчании.

По мере продвижения Лиса проскальзывала взглядом сквозь узкие створки решеток, но за ними открывался вид на мрачные пустынные коридоры. Порой ей казалось, что они проникли на базу-призрак, в которой холод давным-давно поглотил всю жизнь. Но вскоре сквозь металлические стены стал доноситься приглушенный шум, в котором постепенно поддавались распознаванию голоса и звуки шагов.

– Остановимся здесь. – Прошептала Айрис, указав на вентиляционную решетку, сквозь которую просачивался довольно яркий свет.

Лиса не стала спорить и вскоре узнала, почему их место остановки отличалось от других возможных, оставленных позади. За тонкими пластинами лежало огромное пространство, залитое ярким светом, от которого у нее сначала зарезало глаза. Но блики и яркие пятна растворялись, давая осмотреть помещение, напоминающее куполообразную высокую пещеру. Здесь хранились огромные ящики, от стены к стене тянулись мосты, а с правой стороны, у широкой массивной двери, о чем-то разговаривали люди.

– А вот и главарь… – Прошептала Айрис, разглядывая одного из людей, замеченного ранее.

– Как ты определила? – Прищурив глаза, полюбопытствовала Лиса. – Я его голову едва могу… – Но обернувшись к собеседнице, она поняла, в чем таился секрет, и сначала ее это немного напугало, поскольку радужная оболочка глаз брюнетки переливалась золотисто-оранжевым цветом.

«Она тоже Носитель, надо полагать», – заключила рыжеволосая девушка, отчего-то не удивившись такому повороту событий. Однако все могло быть иначе, ведь она не видела татуировок Айрис, к тому же Федерация удивляла невероятными устройствами и до создания Живого Оружия – мало ли какими ресурсами обладает сопротивление.

– Кто он? – Решила поправить себя Лиса.

– Капитан Марк Турко, один из «перебежчиков». Активируй свой наручный компьютер – я перешлю данные.

Лиса так и сделала, после чего в голубоватом свете голограммы смогла разглядеть лицо капитана, но кое-что заставило ее задать вопрос:

– Каких перебежчиков?

– Слышала про подростков, которым Союз предложил сдаться и перейти на их сторону?

Теперь все стало понятно, однако Лису немного смутил тот факт, что Айрис без открытой злости отозвалась о парне, который когда-то предпочел своей Родине чужую страну. И на этот раз она не смогла удержать язык за зубами:

– Разве тебе не… разве ты не зла?

– На что? – Слегка непонимающе посмотрела брюнетка на собеседницу глазами, черными, как ночное небо. Но понимание пришло к ней довольно быстро, так что она ответила таким же спокойным голосом. – Это их выбор, почему я должна на них злиться? К тому же я не из Федерации. Но если бы и была… По сути тогда этому парню было лет тринадцать-пятнадцать, чем он мог противостоять против тысячной армии?

– Насколько я знаю, не всем детям и подростком во время захвата столицы Федерации был предложен… выбор.

– Союз якобы проявил милость, – невесело усмехнулась Айрис. – И это было бы так, если бы могли выбирать все дети и подростки, а не только Носители. Пусть и не многие сдались армии, но этого хватило, чтобы осуществить свой план… «Мы поступаем так, поскольку расцениваем создание “Живого Оружия” как знак войны», а сами забирали юношей и девушек, детей, чтобы изучить это самое Живое Оружие.

– Но ведь этот парень, – указав пальцем на Марка, прошептала Лиса, – ему и другим… отключили… удалили… ну, он же уже не может пользоваться Живым Оружием. – Но столкнувшись с хмурым взглядом Айрис, девушка поняла, что ее слова звучат довольно наивно. – Хотя, кто мешал Союзу изучить Живое Оружие, прежде чем обезвреживать «живые бомбы».

Разговор пришлось прервать из-за вспыхнувшего блеклым светом наручного компьютера Айрис. Девушка прочла присланное сообщение, от которого веяло не самыми приятными новостями.

– Дело плохо. – Нахмурилась она. – Они успели выслать людей для нападения на станцию: только что пришло известие, что солдаты Союза начали атаку.

– И нашему капитану, тоже об этом, похоже, доложили.

Даже с такого расстояния Лиса смогла заметить, как Марк прислонил пальцы к уху в знакомом жесте, присущему человеку, носившему устройство связи. Парень коротко кивнул головой, после чего пристально осмотрелся по сторонам, но тут его взгляд устремился к вентиляционной решетке, за которой скрывались девушки.

– Он что, на нас смотрит? – Испытав не столько страх, сколько удивление, Лиса постаралась разглядеть лицо парня.

– Не на нас, а сквозь… – Но обнаружив позади себя стену, толщиной в несколько метров, Айрис вернула взгляд обратно. – Перед… Не важно. Вот, лучше посмотри на это. – Поскольку сумку пришлось тащить не на спине, а толкать перед собой для удобства, брюнетка быстро достала из нее небольшую пластину толщиной в пять сантиметров, полностью помещающуюся на руке. На ней можно было разглядеть небольшую панель и несколько кнопок. – Это «разрушитель связей» – с его помощью мы снесем основные опоры базы.

– Разрушитель связей? – Лиса хорошо знала это оружие, поскольку не раз ей приходилось нелегально перевозить его через границу. В нынешние времена оно имело высокую цену не только из-за должного разрушительно эффекта, но и из-за того, что лишь высококвалифицированные специалисты могли сделать подобную вещь. – Я думала, мы будем использовать простую взрывчатку.

– Будем, но не мы с тобой. Незадолго до вылета стало известно, что на нижних уровнях базы хранится химическое оружие. Поэтому, чтобы избежать непредвиденных последствий, на нижних этажах, где мы с тобой и собираемся работать, будем использовать эти штуки.

– Штуки? – Устало вздохнула Лиса. – Серьезно? Штуки?

– Называть их взрывчаткой было бы тоже не правильно.

– А какой у них радиус поражения? И как активируются?

– Радиус поражения пятьдесят метров. Сначала мы активируем их, а потом взрывчатку, чтобы ослабить опору и дать взрывной волне сделать свое дело. А активировать их можно вручную, но сейчас все будет делаться дистанционно.

– Значит, мне нужно только установить заряд и свалить как можно быстрее.

– Да. – Согласилась Айрис, проведя пальцем по сенсорной панели компьютера. – Мы не знаем, как выглядит точная карта базы, поэтому тебе придется самой искать место, где установить заряд. На схеме, которую ты сейчас получишь, обозначен квадрат, в котором ты будешь работать.

– Это на той стороне. – Посмотрев сквозь прутья решетки на противоположную часть помещения, в особенности на темный коридор, тянущийся в левую сторону от огромной железной двери, Лиса напряглась. – Я так полагаю, добираться туда придется по вентиляции.

– Ну не здесь же тебе выпрыгивать. – Недовольным голосом подметила Айрис. – Что ж, если все понятно, то приступай. Установи заряд и сообщи об этом, потом у тебя будет двадцать минут, чтобы выбраться с базы.

– Все до боли понятно. – Схватив свой рюкзак, Лиса перекинула его в противоположную сторону от Айрис, так как ползти придется в другом направлении. Но прежде чем отправиться в путь, девушка услышала последнее наставление брюнетки:

– Если вздумаешь предать нас, я тебя убью. Поверь, даже мертвой я вернусь за тобой.

– Что ж, – поджала губы бывшая контрабандистка. – Буду иметь в виду.

Угроза темноволосой девушки не испугала Лису, поскольку бояться было нечего. Она не собиралась менять союзников, не имея с этого никакой выгоды, именно сопротивление являлось для нее главным помощником в поисках ответов. Но кое-что не давало бывшей контрабандистке покоя, а именно факт того, что не только люди Даласа Блада могли владеть необходимой информацией.

Тот незнакомец из Шаяки, он не давал ей покоя даже в мыслях. Он определенно знал что-то о ее матери и, судя по тому, как яростно желал добиться правды, был с ней не в самых… обычных отношениях. Зная свой характер, Лиса могла предположить, что быть может ее мать также не являлась примером спокойного и сдержанного поведения. И если принять возраст нападавшего во внимание, то они с ее мамой могли быть ровесниками.

Не самые прекрасные перспективы всплывали перед глазами, так как бывшая контрабандистка нутром чувствовала, что проблемы матери отразятся на ней. Но с другой стороны, почему ее мысли полностью поглощены лишь одним родителем? Что она знает об отце? К сожалению, даже его смутный образ не сохранился в воспоминаниях из раннего детства. Складывалось впечатление, будто бы его никогда и не существовало.

Впервые за долгое время Лиса ощутила неприятное жжение в груди от осознания того, что она сирота. Конечно, нельзя откидывать в сторону заслуги Тайгера, он был ей отцом, и об этом девушка помнила даже сейчас. Но уголек раскалился, искорка вспыхнула, а за ней наверняка потянутся языки обжигающего пламени, если вовремя не позаботиться о том, чтобы никто не подлил масла в огонь.

За всеми размышлениями Лиса и не заметила, как прибыла к конечной точке своего маршрута, уткнувшись носом в вентиляционную решетку. Что ж, пора подумать о более значимых задачах, решение которых несет первостепенную важность.

Прислушавшись к любым подозрительным звукам, девушка оценила обстановку, что вскоре повлияло на ее решение выбить решетку под корень. Металл с неприятным лязгом ударился о каменный пол – этот звук едва ли не оглушил Лису, но никто другой видимо не услышал его. Так что, выпрыгнув из узкого прохода, она не сразу привыкла к обширному пространству коридора, поскольку сложилось неприятное ощущение, что ты находишься на открытой хорошо просматриваемой местности.

Закинув поврежденную решетку в вентиляцию, Лиса активировала наручный компьютер, чтобы посмотреть, в каком направлении ей следует идти. По сути, она уже находилась в выделенном ей квадрате, однако устанавливать заряды в коридоре было не только опасно, но и проблематично. Двигаться по направлению к огромному центральному залу также не имело смысла, поэтому, изъяви МОДД из кобуры, девушка двинулась в противоположную сторону.

С каждым шагом сердце начинало сильнее биться от волнения, поэтому Лиса старалась двигаться не спеша, чтобы не столкнуться с солдатами. Однако был шанс никого не встретить на своем пути, поскольку примерно одна треть населения базы отправилась штурмовать станцию. А эта часть строения выглядела непривычно тихой и заброшенной, даже чересчур тихой и заброшенной. Возможно, это какая-то уловка, но девушка отчаянно верила в тот факт, что люди сегодня просто решили не заглядывать сюда.

Казалось, коридор тянулся уже несколько сотен метров, отчего прогулка становилась все более неприятной. Ни шороха, ни звука – это напоминало сюжет из фильмов и книг о заброшенных местах, в которых некогда происходили ужасные вещи. Но вскоре темный холодный коридор привел девушку в не менее странное место.

Опустив МОДД, Лиса осмотрела огромное помещение, заставленное ящиками двухметровой высоты. Их ряды тянулись на сто пятьдесят метров вперед к небольшому навесному мосту, тянувшемуся вдоль стены в качестве второго этажа. Лампы здесь не работали, поэтому Лисе пришлось включить фонарик, чтобы все это увидеть.

Медленно спустившись по лестнице, состоящей из четырех ступеней, девушка подошла к началу лабиринта. Яркое пятно света скользило по стенам, по ящикам, покрытым темно-синим брезентом. Здесь стоял резкий запах чего-то едкого, напоминающего моющее средство, отчего в мыслях сразу возникло воспоминание о том, что эту базу использовали в качестве склада химического оружия. Если это так, то сейчас Лиса находилась среди тонн всевозможных опасных химикатов.

Однако смотреть по сторонам и тратить драгоценное время впустую – непозволительная роскошь. Взглянув на монитор компьютера, девушка поняла, что у нее осталось не так много минут до того, как Айрис даст команду начала отсчета времени. Так что, приметив подходящий ящик, Лиса опустилась рядом с ним на колени, намереваясь закрепить заряд на его корпусе.

Отложив фонарь в сторону, девушка сняла с пояса остро заточенный Коготь, после чего принялась разрезать плотную ткань брезента, чтобы закрепить под ней взрывное устройство. Холодная сталь с легкостью проткнула покрытие, однако Лисе пришлось приложить усилия, чтобы разорвать ее. Но процедура не заняла много времени, поэтому через пару минут она уже искала второй ящик, находящийся рядом со стеной.

Все те же действия: разорвать, закрепить и уходить. Однако плотная материя не поддавалась давлению, поэтому, шипя ругательства себе под нос, Лиса перехватила Коготь, держа его за рукоять, как при ударе вниз. В какой-то момент тонкое лезвие намертво застряло и не поддавалось ни в какую сторону, из-за чего вызвало у своей хозяйки приступ раздражения.

– Да что опять не так? – Схватив фонарик, Лиса направила луч света в образовавшуюся небольшую дыру, обнаружив, что Коготь кончиком уцепился за металлический штырь. – Что за?!..

В любой другой ситуации девушка, несомненно, обругала бы все, что попалось бы под руку, но только не в этот раз. Ее взгляд привлекло оружие у нее в руках, а точнее отблеск лезвия у самой его рукояти. При дневном и искусственном свете в помещении на такую мелочь было практически невозможно обратить внимание.

– Я закончила установку, – внезапно раздавшийся голос Айрис в динамике наушника застал Лису врасплох, вызвав легкий испуг. – Как у вас обстоят дела?

– Почти заканчиваем.

– Мы тоже скоро закончим.

– Хорошо. – Отозвалась лидер группы. – Никаких проблем не было?

– Солдат тут немало осталось, но никто нас не заметил. – На этот раз голос исказили слабые помехи.

– Ясно. А что у тебя, рыжая? – Но, не услышав в ответ даже возмущенной реплики, Айрис невольно забеспокоилась. – Эй! Ты меня слышишь?

Единственное, что сейчас слышала бывшая контрабандистка, так это отчаянный голос паники в своей голове, поскольку ее пальцы медленно отклеивали прозрачный диск, на котором змейкой в свете фонаря виднелись блекло-желтые лини.

– Кажется у нас большие проблемы… – Пролепетала себе под нос Лиса, едва сумев выговорить эту фразу.

– Какие проблемы? Ты о чем, тебя заметили?!

– Нет, – отозвалась девушка, однако отвечая не на вопрос собеседницы, а на свои собственные мысли, гудящие роем пчел в голове.

Руки покрыла мелкая дрожь, все мышцы свело от резкого выброса в кровь адреналина, поскольку успокоиться Лиса никак не могла. Она пыталась вспомнить, кто мог прикасаться к ее оружию, кто имел к нему доступ. Перед глазами вспыхнули картины, те моменты, когда Бэй плавно проводил пальцами по холодному лезвию, когда они сидели в его комнате. Однако был и еще один человек, при мысли о котором девушка отшатнулась от порванного брезента, уставившись на блестевший в свете фонарика Коготь.

– Он следил за мной. – Прошептала Лиса, прикрыв рот ладонью, чтобы удержать жалобный визг. – Черт возьми…

– Да кто за тобой следил?! Черт! Все быстро заканчивайте установку и уходите, немедленно!

Злость, смешанная с паникой в голосе Айрис едва не вынудила и Лису броситься наутек, но девушка вовремя взяла себя в руки. Да, может тот мужчина и прикрепил к Когтю следящее устройство, но поводов для паники не было, ведь он преступник! А что преступнику делать на базе Союза? Его же сюда не пропустят ни за что! К тому же, если бы он и собирался напасть на нее, то сделать это в лагере сопротивления было бы куда проще, нежели здесь.

– Ложная тревога, Айрис!

– Что?! Чего?!..

– Да, за мной кое-кто следит – я нашла «маячок» у себя на оружии, но это к делу не относится. Все нормально, извини, я просто растерялась.

– Ты… – Даже не видя лица собеседницы, Лиса могла представить, каким оно было красным от злости. – Ты совсем с ума сошла?! Я уже второй инфаркт чуть не заработала!

– Я же сказала – прости. – Почувствовав себя намного лучше, прежним спокойным голосом отозвалась бывшая контрабандистка, поспешно убирая фонарик в сумку. Коготь вновь вернулся к ней на пояс. – Паранойя может наблюдаться в любых…

Однако веселому настроению недолго суждено было держаться на лидирующих позициях, поскольку при нарастающем звуке множества приближающихся шагов, Лиса в ужасе застыла на месте. Это просто не могло быть совпадением! К тому же она не так громко разговаривала, чтобы ее кто-нибудь услышал. Но не мала вероятность того, что ей не посчастливилось попасть в объектив скрытой камеры видеонаблюдения.

Однако перебирать возможные вариант было некогда, поэтому, скрывшись за ближайшим ящиком, Лиса вооружилась МОДД16, после чего шепотом сообщила Айрис:

– Хотя знаешь, похоже, у меня неприятности… – И ничего больше ей не удалось договорить, иначе она могла выдать свое местоположение.

Яркие лучи фонарей рассыпались по помещению, блуждая по стенам, потолку и ящикам в поисках разыскиваемой цели. Стараясь бесшумно делать глубокие вдохи, Лиса молча наблюдала за яркими пятнами, насчитав шесть штук. К тому же недавний топот ног также мог сказать о том, что прибывших на склад людей было не более восьми человек.

Что ж, она справлялась и с большим количеством врагов – такими мыслями себя пыталась приободрить Лиса, прижав к груди огнестрельное оружие. Пальцы крепко сжимали приклад, поэтому, приготовив себя к неизбежному столкновению с солдатами Союза, девушка принялась выжидать подходящий момент. Но вся ее выдержка и относительная собранность рассыпались, как карточный домик при дуновении ветра, когда эхом по залу прогремел знакомый голос:

– Можешь не прятаться, дорогуша, я знаю, что ты здесь. Так что лучше тебе самой показаться и упростить мне задачу.

Лиса просто ушам своим не могла поверить. Это была змея, самая настоящая змея, кольцами сжавшая тело так сильно, что в нем не осталось ничего кроме смеси шока и ужаса. Такой поворот событий просто не поддавался логике! Это настолько потрясло девушку, что она позабывала обо всем на свете, желая лишь убедиться, что у нее на почве испуга не появились галлюцинации.

Первое, что она увидела, так это людей, нацеливших на нее стволы автоматических огнестрельных МОДД21. Свет от их фонарей слепил глаза, но даже сквозь пронзительные лучи Лиса смогла разглядеть силуэт высокого крепкого мужчины, в котором без промедления узнала того, кто напал на нее в Шаяки.

– Ты… – Лиса сама удивилась тому, с каким хладнокровием ей удалось выдавить из себя одно единственное слово, ведь в душе она была похожа на разбитую вазу, не способную ничего удержать в себе. – Но как?..

– Неважно как. Главное, что теперь ты от меня никуда не денешься.

9

Карийская Федерация

Взрыв, раздавшийся над головами людей, встряхнул все помещение, отчего по потолку пошла крупная паутина трещин.

– Второй радар уничтожен! – В панике отдал отчет о происшествии молодой человек, получив сообщение из комнаты управления.

Но за одной бедой стояла другая. Скрываясь за сплошными железными перилами балкона, нависшего в форме буквы «Т» над нижним ярусом, оборонительная команда отстреливалась от солдат Союза. Противник выбегал из ворот и прятался за транспортом, тем самым создавая для себя хороший щит. Может люди сопротивления и имели лучшую позицию для атаки, но их укрытие не могло справиться с мощью зарядов Модифицированного Оружия Дальнего Действия. Заряды прожигали тонкие листы перил со второго или третьего раза.

– Не дайте им перебежать под наш балкон! – Скомандовал суровым голосом мужчина с редкой проседью в волосах, открывая огонь на поражение.

Солдаты терпеливо прятались за машинами, не боясь быть раненными, поскольку металлические пули старого типа оружия не могли пробить укрытие насквозь. И когда огонь затихал, они тут же выглядывали в стороны и начинали стрелять по людям на подвесном балконе. Электрические заряды прожигали металл, а за ним и человеческую плоть, выводя из строя все больше и больше людей сопротивления. По количеству силы сторон были не равны, однако это не мешало солдатам в бежевых куртках брать верх над ситуацией.

– Мы так долго не продержимся. – Ощущая слабость в коленах, произнес молодой парень, даже не зная, к кому обращался, ведь его соратников становилось все меньше и меньше. Мост наполнялся трупами, до сих пор сжимающими в руках оружие, а живых людей осталось всего пять человек. – Что нам делать?!

– Подтереть сопли и держать оборону! – Осуждающе воскликнул самый старший боец, открыв встречный огонь по противнику.

Снизу послышался чей-то дотошный вопль, ознаменовавший попадание по врагу, и это не могло не радовать. Предводитель группы сопротивления издал довольный возглас, однако был вынужден пригнуть голову, чтобы не попасть под смертоносный дождь.

Один заряд пробил дыру буквально под носом у бойца, ослепив его на пару секунд яркой вспышкой. Упав на спину от неожиданности, мужчина едва не выронил оружие, но это спасло его от очередного сквозного выстрела прямо в голову.

Нужно было что-то делать и срочно. Силы противника наступали, а их становилось все меньше, так что нужно пойти на хитрость. Поэтому боец решил испытать удачу, открыв шквальный огонь по крупным трещинам на потолке, надеясь, что дождь из камней утихомирит нападавших. Первые мгновения подобный трюк застиг врага врасплох, заставив его скрыться за укрытием. Однако на пол упало не больше десяти кусков бетона, размером с две широко раскрытые ладони. Некоторые камни полетели вниз, на корпус некоторых машин, оставив на них неглубокие вмятины.

Воспользовавшись заминкой, люди на балконе открыли огонь по солдатам, которых насчитывалось приблизительно десять человек. Двоих удалось убрать с пути, о чем говорили громкие крики и брызги крови, осевшие на белоснежных стенах. Однако натиск противника не заставил себя долго ждать: люди сопротивления были вынуждены вновь прятаться за хлипкими перилами, которые едва выдерживали огнестрельную мощь электрического оружия.

– Да уж, дело – дрянь. – Сплюнул старший боец, понимая, что только чудо поможет им не то что перебить всех солдат внизу, а вообще выжить.

Мужчина не мог с уверенностью сказать, что звуки борьбы лишили его полного слуха, однако он мог поклясться, что что-то приближалось. Это не было похоже ни на топот ног, ни на трение колес, ни на шум двигателя. Это больше напоминало клацанье металла о металл, как будто кто-то вприпрыжку скакал в сапогах с железными подошвами. И самое главное – звук стремительно приближался не со стороны входа в ангар, а с выхода на балкон, он доносился из чернеющего коридора.

Но сомнения кружили над головой мужчины не долго, поскольку он тут же вспомнил, что могло издавать подобные звуки. И эта мысль подействовала на него немного опьяняюще: она не только обрадовала его, но и слегка напугала.

– Все, живо в стороны! – Разгоняя людей с пересечения путей на подвесном мосту, мужчина едва не попал под очередной выстрел. Однако лучше стать ужаленным электрическим зарядом, чем встать на пути у того, что показалось из коридора.

Едва не свалившись с моста из-за резкой остановки, дикий зверь, напоминающий огромную тенистую кошку, выпустил длинные острые когти. Но это было вовсе не живое существо, которое сопротивление держало у себя на станции в качестве сторожевого пса. Полностью механизированный, покрытый прочными листами брони робот блеснул яркими, как солнце, глазами и в три прыжка добрался до перекрестка дорог на мосту.

И прежде чем механическая кошка спрыгнула вниз, из коридора появилась еще одна, но на ней восседал человек, придерживаясь за ее шею всего одной рукой, держа в другой металлический жезл, заостренный с двух сторон. Левую сторону его лица скрывала серебристая металлическая маска, латные рукавицы защищали обнаженные руки, по которым тянулись V-образные татуировки.

Мужчина без труда узнал того, кто поспешил им на помощь, поскольку лишь один человек в составе сопротивления мог управлять механизированными роботами-животными.

Всадник без проблем удержался на кошке, когда та перепрыгнула перила и полетела вниз, где второй зверь беспощадно расправлялся с солдатами Союза. Приземление выдалось мягким, но не прошло и секунды, как робот вновь помчался вперед к машинам, которые он смог с легкостью перепрыгнуть. Солдаты не ожидали появления второго робота, так как были напуганы появлением первого, который раздирал их товарищей на куски. Кровь пачкала одежды, проливалась на холодный бетон, окрашивая его в темно-багровый цвет.

Враги кричали так громко, что бойцы, прятавшиеся на балконе, не рисковали высовываться из-за укрытия. Все понимали, что победа теперь на их стороне, однако каждый ненароком представил себя на месте солдат Союза и содрогнулся. И как только последний крик эхом пронесся по просторному помещению, самый старший мужчина первым рискнул осмотреть обстановку.

Картина, что предстала перед его взором, была не из приятных. Помимо многочисленных брызг крови, он видел и растерзанные тела тех, кому повезло меньше всех. Кошки не щадили противника, да и что можно было ожидать от роботов, ведомых чьим-то приказом? Но зрелище действительно завораживало. Трупы буквально искупались в крови, от лиц некоторых осталось красное месиво, у кого-то внутренние органы были полностью вырваны из живота и разбросаны по сторонам, а кишки напоминали живых червей-паразитов, блестящих в свете ламп.

«Это все роботы, им все равно, – думал про себя мужчина, но попытки успокоить себя не привели к должному результату. – Однако эта жестокость принадлежит не им, а тому, кто ими управляет».

– Здесь все чисто, можете спускаться. – Спрыгнув с массивной кошки, Кора медленным шагом направилась к выходу из ангара, туда, откуда и пришли незваные гости.

Мужчина велел своим подчиненным следовать за собой в сторону того коридора, откуда и пришла подмога, чтобы спуститься к своему командиру. И когда он оказался на настоящем поле битвы, то смог в лучших деталях рассмотреть последствия нападения роботов на вражеских солдат. Боец едва смог побороть рвотный рефлекс, поэтому поспешил нагнать Кору Кишью, которая уже миновала длинный коридор, за которым подорванная дверь вела на улицу.

Белоснежные горы теперь стали серыми, а небо полностью скрылось за темными тучами и вихрем колючего снега. Даже дышать было сложно, находясь на таком морозе. Ледяной ветер забивался под одежду, отчего мужчина обхватил себя руками, чтобы хоть как-то удержать тепло. Он оглядывался по сторонам, щуря глаза, но когда он взглянул на командира, то лишний раз удивился. Девушка вела себя так, словно и не замечала плохой погоды, она сохраняла такую же невозмутимость, как и ее стражи, ступающие по рыхлому снегу с особой грацией.

– Они снесли нам два радара. – Обернувшись к станции, констатировала Кора, заметив, как ветер сдувает темный дым, едва успевающий оторваться от крыши.

– Хотят ослепить нас? – Предположил мужчина.

– Но я не понимаю зачем. – Не обращая внимания на свои пряди волос, которыми хлестал по лицу морозный вихрь, Кора с задумчивостью перевела взгляд в противоположную сторону. – Они устроили отвлекающий маневр, а значит, скоро должны напасть на транслятор. Не хотят, чтобы мы поняли, откуда будет нанесен удар?

Мужчина понимал, что девушка разговаривает сама с собой, поэтому молчал, ожидая, когда она обратится к нему напрямую.

– Простите, я не помню вашего имени. – С легкой виной в голосе обмолвилась Кора, посмотрев на самого старшего бойца.

– Моя фамилия Пакловски, командир, – с пониманием сообщил мужчина.

– Те корабли. – Указав на четыре чернеющих пятна в нескольких десятках метрах от станции, Кора поспешила добавить: – Возьмите своих людей и пригоните их в ангар, а потом изучите. Меня интересуют графики полетов, частоты, на которых осуществляется связь с их базой. В общем – все. Ответим этим типам их же монетой.

– Да, командир.

– Тогда… – Но не успела девушка закончить фразу, как была вынуждена отвлечься на сообщение, присланное из центра управления по наушному средству связи. – Хм, – непривычно весело ухмыльнулась Кора, – а вот и вторая волна.

И словно по безмолвной команде, – что в принципе и произошло на самом деле, – одна из кошек-роботов подошла к девушке и позволила ей взобраться на себя. Усевшись поудобнее, Кора перехватила заостренный жезл, и перед тем, как умчаться в сторону транслятора, обратилась к мужчине:

– Хорошая работа, Пакловски. Я надеюсь, что и с этим заданием вы меня не подведете.

***

Принято было полагать, что человеческие мысли не могут причинить никому вреда, что они не материальны. Но это понятие устарело с тех пор, как Карийская Федерация открыла всему миру результаты проекта «Уроборос».

«Змей, глотающий свой хвост. Так символично», – размышляла Кора, представляя перед своим взором герб Федерации, который и вдохновил ученых на такое звучное название.

Крепко держась свободной рукой за металлический загривок механической тенистой кошки, девушка неслась вперед по просторным коридорам станции. Позади не отставал второй робот, щелкая металлическими когтями о твердое покрытие пола. И именно эта картина позволяла с уверенностью сказать о том, что человеческие мысли материальны. Таково действие Живого Оружия на практике: когда Носитель управляет оружием при помощи лишь своего разума.

Этому было очень трудно научиться, сначала Кора не могла заставить даже одну «кошку» просто поднять лапу, отчего постоянно приходила в ярость. А еще больше ее злил тот факт, что Алексею использование Живого Оружия не доставляло никаких хлопот. Наставница, та, которая учила их подчинять нанороботов своим мыслям, велела ей сохранять спокойствие, а не психовать из-за любой неудачи, поскольку управление отдельными механизмами лежит на несколько уровней выше обычного воздействия на «объект управления». Кора пыталась со спокойствием подходить к решению проблемы, но вскоре поняла, что именно эмоции послужат ей хорошим стимулом к прогрессу. После того, как Союз напал на Федерацию, холодная ярость позволила ей ощутить себя Носителем в полной мере.

Звуки битвы становились все громче и громче, и это означало, что уничтожить транслятор пришло не менее двадцати человек. И поскольку сражение шло на улице, командир уже представляла себе, что ее могло ожидать.

Прозрачная кабина лифта понесла ее на самый верхний уровень, и в тот момент, когда она проходила открытый подъем, Кора отчетливо видела, как в сторону основания транслятора летят белые искры зарядов. В ответ солдатам Союза посылали взрывные снаряды – яркие огненные шары вспыхивали среди тьмы и снега, освещая пространство на крыше. Все это говорило о том, что основная вражеская сила была направлена на уничтожение главной цели, а та небольшая группа всего лишь отвлекала внимание.

Все было вполне ожидаемо, тактика отвлечения внимания была любимой у военных лидеров Союза, однако девушка не могла сказать, что держит ситуацию под контролем. С одной стороны, все идет так, как и должно быть – их заставили отвлечься, а потом бежать защищать транслятор. Но все это выглядело… банально? Особенно большие подозрения вызывало уничтожение радаров, словно Союз хотел ослепить их, однако был ли в этом смысл, если сопротивление и так знало, куда они ударят.

«А что если сам транслятор является отвлекающим маневром?» – Предположила Кора, когда двери лифта распахнулись, впуская в кабину сотни мелких снежинок. Мгновение девушка помедлила, после чего выбралась на свежий воздух. – «Мы ослепли, а значит, не знаем, откуда может ударить враг. Может, нас хотят зажать в кольцо?»

Но одними размышлениями делу не поможешь, поэтому Кора помчалась вперед, борясь с сильными порывами ветра.

Колючий снег резал ее обнаженную щеку, пытаясь ослепить и на второй глаз. Командир едва различала, где находятся края крыши, отчего пару раз едва не направила кошек на верную смерть. Но вскоре ей удалось добраться до места сражения и, воспользовавшись естественной снежной завесой, Кора напала на противника со спины. Она была похожа на воительницу, саму богиню, сошедшую с небес на кровожадном опасном звере, готовую растерзать своих врагов в клочья. Когти и клыки ее «питомцев» вновь и вновь погружались в мягкую плоть, ломая кости и хрящи, разрывая мышцы и раздирая кожу.

Открывшаяся возможность позволила бойцам сопротивления выйти из укрытия и ринуться на врага, и вскоре обширное пространство на крыше стало полем битвы более чем для сорока человек.

Раздавались выстрелы из простых автоматов и пистолетов, за ними следовали вспышки из электрических МОДД-ов. Люди схватывались в рукопашном бою, валя друг друга в сугробы; снег холодным грузом забивался не только под одежду, но и в глаза, рот и уши. Несколько человек пыталось свалить друг друга с крыши, и когда оружие уже не играло большой роли, в ход шли кулаки и ножи. Кровь лилась на землю, но от постоянной суматохи снег превращался в нечто напоминающее красный песок, в котором зарывались тела погибших людей.

– Центр, ответьте! – Пытаясь перекричать вой ветра и крики людей, Кора активировала наушник, но получила ответ не сразу.

– Центр на связи, что у вас?!

– Что с обстановкой? Есть?.. – Заметив, что в нее летит яркая вспышка, девушка отклонилась в сторону, прервав разговор.

Когда солдат попытался еще раз сбить ее с робота, она воспользовалась своим заостренным жезлом, покрытым особым полимером, чтобы отразить выстрел. Действовать нужно было быстро, поэтому в следующий момент на нападавшего из-за сугроба накинулась тенистая кошка. Ее огромные челюсти сомкнулись на голове незнакомца, пробив ему череп и разрезав глотку меньше чем за секунду.

– Командир?!

– Мы ослепли, потеряв радары! – Возобновила связь Кора. – Поэтому можете использовать камеры на станции? Что творится в коридорах и по периметру?!

Ожидая ответ, девушка переключила внимание кошки, на которой сидела, на очередного солдата, целившегося в юношу, стоящего к нему спиной. Но на этот раз она воспользовалась своими собственными силами, чтобы устранить угрозу, пронзив неприятеля тонким копьем.

– Никаких проблем! Только в ангаре есть какое-то движение… Это наши, они загоняют какие-то корабли.

– Таков был приказ. – Отозвалась Кора. – И что? Ничего больше?

– Ничего. – ответ прозвучал виновато, поэтому девушка решила больше не повышать голос на собеседника.

Сражение затягивалось, подобного сопротивления со стороны захватчиков Кора никак не ожидала, но постепенно силы противника истощались. Те, кто не видел больше причин сражаться, пытались сдаться в плен, и этим решила воспользоваться командир, чтобы выяснить, в чем же крылся подвох. Она не верила, просто не могла поверить, что солдат заслали сюда ради кровавой бойни. Поэтому, когда последний вооруженный враг пал от выстрела в голову, обитатели станции могли вздохнуть с облегчением.

Вновь сольную песню запел ветер, унося с крыши снежинки, пропитанные кровью, слюной и потом. Безжизненные тела в бежевых и черных одеждах беспорядочно лежали среди сугробов, и можно было без труда подсчитать потери и сделать вывод, что победа далась ценой жизней многих. Бойцы блуждали вокруг погибших товарищей, как и одна из механических кошек, словно осматривая последствия вместо своей хозяйки.

Спустившись на землю, Кора стерла капли снега и крови со смуглой кожи лица, после чего поправила серебристую маску, за которой прятался обезображенный глаз. Но все ее внимание теперь было приковано к двум пленникам, они стояли на коленях, подняв руки под дулами ружей. И не желая упускать возможности, командир обратилась к ним голосом, не терпящим лжи:

– Что вы задумали?! Где будет следующая атака?

В ответ оба неприятеля боязливо переглянулись друг с другом. Им явно не хотелось становиться предателями, но они уже стали таковыми, когда добровольно сдались в плен.

– Может, они вам развяжут языки?

Вслед за фразой к Коре рысью подобрались две механических тенистых кошки, перепачканные кровью, от вида которых солдаты с ужасом потупили взгляд.

– Я вас спрашиваю! – Прикрикнула Кора. – Или вы?!..

Но дальнейшие разговоры стали бессмысленными, как только вдалеке на юге раздалась серия громких взрывов.

Оторвав взгляд от пленников, девушка направилась к краю крыши на лучшую точку обзора и, увидев, как несколько ярких шаров поднимаются у подножий невысоких гор, ее сердце сжалось от ужаса. Даже сквозь тьму, покрывшую дальние просторы, огненные сферы, от которых дым тянулся вверх черным столбом, резали глаза.

– Что произошло? – Озадаченно спросил один из бойцов сопротивления, после чего посыпались и другие вопросы и реплики:

– Взрыв?

– Это же сколько там взрывчатки было?

– А что взорвали-то?

«Что взорвали-то?» Кора настолько замучила себя подозрениями и опасениями, что в какой-то момент начала думать о трансляторе как об отвлекающем маневре. В какой-то мере все так и было, часть устройства, установленная на крыше станции, послужила неплохой наживкой. А другая тем временем медленно переправлялась на грузовиках по дороге, лежащей между теми небольшими горами, у которых и прогремел взрыв.

«Ведь это ты руководил операцией, Алексей. От тебя можно было ожидать подобного! Я должна была догадаться, должна…»

– Что нам теперь делать, командир? – Вывел из замешательства девушку молодой человек, желая услышать дальнейшие указания.

Кора еще какое-то время наблюдала за тем, как яркие огненные шары поглощает ночная тьма. Ее раздирал гнев и злость на саму себя, на Алексея, на все вокруг, но лицо ее оставалось спокойным и невозмутимым. Однако бойцы понимали, что сейчас испытывает их командир: ее эмоции повлияли на поведение роботов – они стали щелкать острыми зубами и копать снег длинными когтями.

– Сообщите всем командирам, что мы потеряли транслятор. – «Поскольку без второй части эта громадина представляет из себя лишь большую груду металлолома».

10

Союз

Выход из помещения впереди был заблокирован солдатами, это Лиса понимала и без слов, однако имелся и еще один путь, вот только куда он вел – она не знала. К тому же узнать об этом девушка не могла, находясь под прицелом вооруженных людей.

– Я не причиню тебе вреда. Я просто хочу с тобой поговорить.

Лиса ощущала, как внутреннее напряжение разрывает ее на части, а после услышанных слов ее нервы сдали, отчего из горла вырвался смех.

– Серьезно? – Отступая мелкими шажками назад, она не сводила взгляда с собеседника. – Поговорить? После того, что произошло в Шаяки я должна тебе верить?!

В какой-то момент страх уступил место злости, поэтому Лиса подняла руку с оружием, как бы указывая на мужчину, тем самым делая его предметом своего гнева. Однако солдаты восприняли этот знак агрессивно, сняв винтовки в руках с предохранителей.

– Знаешь что, я понятия не имею кто ты такой и что тебе от меня нужно. Если моя мать чем-то тебе насолила, то это уже не мои проблемы, так что будь добр отстать от меня!

Но не успел Сирко вставить ответную реплику, как всеобщее внимание привлек топот ног по железному полу, доносящийся откуда-то сверху. И через мгновение на мосту показалась чья-то тень, на которую лег свет от нескольких фонарей. Незнакомец моментально замер, явно не ожидая подобного теплого приема, отчего сразу стало понятно, что он, а точнее – она, не принадлежала к числу военных сил Союза.

-Ого... – Немного растерянно протянула Айрис, разглядывая группу людей, не ожидавшую ее появления.

И именно это замешательство стало для Лисы счастливым билетом, поскольку она понимала, что если что-нибудь не предпринять, то выбраться с базы не удастся. Поэтому внезапное появление Айрис помогло ей выиграть немного времени, прежде чем открыть огонь по вооруженным солдатам. Мощный заряд ударил по двум людям в бежевой униформе, задев еще одного, однако девушка выругалась про себя, поскольку целилась в Сирко. Но тот смог вовремя уйти в сторону, чтобы избежать прямого столкновения, чем весьма огорчил ее.

Уцелевшие солдаты быстро пришли в себя, открыв огонь по убегающей рыжеволосой девушке, но они попадали только по железным ящикам. Но когда они решили избавиться и от Айрис, то поняли, что упустили хорошую возможность, поскольку брюнетка спрыгнула с моста на крышу ящика, а затем и вниз.

– Поймайте мне ее живую! В противном случае будете отвечать передо мной!

Рассерженный голос мужчины подобно грому разнесся по складу, долетев до ушей каждого человека. И такая целенаправленность пугала Лису, заставляя ее быстрее бежать к единственному свободному выходу, лежащему в другом конце помещения. Выстрелы позади подгоняли ее, а топот ног, приближающийся с каждой секундой, лишь усиливал желание оказаться как можно дальше отсюда.

Завернув за угол, девушка забрела в тупик. Этот склад оказался настоящим лабиринтом, но как только она хотела вернуться обратной дорогой, чтобы выбраться отсюда, обнаружила, что путь ей преградил солдат Союза. Он навел на нее МОДД21 и был готов сделать выстрел, и это ужаснуло Лису, поскольку она надеялась, что слова Сирко будут иметь хоть какое-то значение и ее не убьют на месте. Но незнакомец не успел спустить курок, поскольку стал жертвой многозарядного револьвера, который держала в левой руке Айрис.

– Ты не представляешь, как я рада тебя видеть. – С облегчением сообщила Лиса, помчавшись следом за своей спасительницей.

– Ты установила заряды?

– Только две штуки. – Призналась бывшая контрабандистка, слыша, что шаги быстро приближаются. – А что теперь?

– У нас есть пятнадцать минут, чтобы выбраться с базы, а потом тут все взлетит на воздух.

– Пятнадцать?! Я думала двадцать! – Опешила Лиса, забегая в узкий проход, ведущий куда-то вверх. – Мы не успеем не то, что добраться до корабля, мы даже в вентиляционную шахту не успеем забраться.

Но заметив, что Айрис задержалась у входа в коридор, девушка с любопытством посмотрела, чем она занимается. Хотя паника брала верх над сдержанностью, поэтому Лиса постаралась поторопить брюнетку, однако та велела замолчать и не дергаться.

– Это их задержит. – Небольшой предмет прямоугольной формы, подброшенный Айрис вверх, подобно магниту пристал к потолку над самым входом на склад. И когда он стал издавать пищащий сигнал, брюнетка потянула спутницу как можно дальше вглубь коридора.

– Это что, взрывчатка? – С неким восхищением поинтересовалась бывшая контрабандистка, унося ноги вслед за девушкой. – А если что-то пойдет не так?

– Мы на складе химического оружия, что может пойти не так?!

Вслед за репликой Айрис прогремел взрыв, грохот которого буквально удалось почувствовать на себе, как только взрывная волна ударила им в спину. Брюнетка не смогла устоять на ногах и полетела вперед, однако ее вовремя подхватила Лиса и потащила как можно дальше от эпицентра взрыва.

– Смотри, а вот и выход. – Увидев свет в конце тоннеля, рыжеволосая девушка ускорила шаг, желая как можно скорее очутиться в безопасном месте. Но ее желанию явно не было суждено сбыться, поскольку они с брюнеткой едва не перекинулись через перила, оказавшись на подвесном мосту второго яруса «купола». – Что ж… По крайней мере нас никто не преследует.

– Ты так уверена в этом? – Поинтересовалась Айрис, встретившись взглядом с группой солдат, дежурившей у огромной железной двери, что находилась в метрах пятидесяти от них.

– Черт… – Унылым голосом подметила Лиса, открыв огонь по противнику. – Прыгай на тот ящик, я прикрою!

Темноволосая девушка не стала спорить, поэтому сразу же перелезла через перила и спрыгнула на крышу длинного металлического ящика, пролетев два метра. Изъяв оружие из кобуры, она открыла огонь по врагу, дав возможность Лисе последовать своему примеру. Пули вылетали из револьверов и точно попадали в цель, поскольку Айрис могла максимально четко разглядеть своих врагов, когда ее глаза вновь стали переливаться золотистым оттенком. Но встречный огонь было трудно игнорировать, он буквально сгонял девушек с ящиков вниз.

– Сколько их там? – Прижавшись спиной к холодной поверхности, Айрис загоняла пули в барабан револьвера, пока Лиса пыталась отстреливаться.

– Много. – Лишь только могла сообщить девушка, будучи вынужденной прекратить оборону из-за чересчур сильного ответного огня. – И что мы будем делать? Как мы за минут десять успеем забраться на свой корабль?

– А кто говорит о нашем корабле?

– То есть… – Не сразу догадавшись, о чем говорит собеседница, Лиса сделала свое предположение: – Хочешь угнать местный транспорт?

– А ты видишь другие перспективы? – Из-за большой волны встречных выстрелов, союзницы прервали разговор, пытаясь не попасть под удар.

– Но тогда нам нужно прорваться через эту толпу позади к шахте лифта… Это же вроде единственный путь.

Все было именно так, но эту задачу невозможно было осуществить в такой ситуации, поскольку баррикада из человек двадцати закрывала путь к спасению. Можно было бы попытаться придумать подходящий план, но время шло и до взрыва, способного снести половину этого строения, оставались считанные минуты.

Вскоре выстрелы замолкли, и воцарившуюся тишину моментально нарушил чей-то мужской голос, вероятно одного из солдат, находящегося рядом с большой дверью:

– С вами разговаривает капитан Марк Турко. Предлагаю вам сдаться без боя и никто не пострадает, я вам обещаю.

– Прям таким официальным тоном, – усмехнулась Айрис, отчего и Лиса не смогла удержаться от комментария:

– Один мне тоже тут обещал спокойную беседу. – Но потом она не удержалась и повысила голос, тем самым обращаясь к Марку: – Я вижу, Союз толерантен в этом плане! Сначала стреляете, а потом поговорить предлагаете?!

По мере того, как продолжались импровизированные переговоры, Лиса жестом велела Айрис сменить позицию – перейти ближе к коридору, ведущему к лифту. Брюнетка кивнула в знак того, что поняла, после чего на цыпочках побрела к другому ящику, чтобы оставаться незаметной.

– Эй, Марк! – Вновь повысила голос Лиса, обходя ящик с левой стороны. – Могу я поинтересоваться, зачем по мою душу Союз послал головореза? Кто тот мужчина, а?

– Выходи, тогда и поговорим! – В голосе парня прозвучала нотка сомнения, выдававшая его неуверенность в том, что идея поговорить с врагом лицом к лицу так хороша.

– Как пожелаешь.

Выглянув из-за угла, Лиса сразу же приковала к себе всеобщее внимание: все оружие было обращено в ее сторону, как и хладнокровные взгляды двух десятков людей. Согнув обе руки и подняв их вверх, девушка сделала шаг вперед, отчего солдаты крепче сжали в руках свои автоматы.

– Опусти МОДД на пол. – Плавным жестом указав вниз, Марк надеялся на незамедлительное сотрудничество, однако наткнулся на небольшую проблему.

– Чтобы вы меня застрелили? Нет, спасибо. Так я чувствую себя намного лучше.

– Я дам команду стрелять, если ты не опустишь оружие. – Уже более настойчивым и злым голосом сообщил капитан, чем смог слегка напугать собеседницу, но не убедить ее последовать совету.

Лиса начинала нервничать. Она понимала, что выходить из-за укрытия – безумие, особенно в сложившейся ситуации, ведь до взрыва оставалась пара минут. Но куда сильнее ее тревожила мысль, что Айрис просто убежала, хотя это был самый вероятный план развития событий. Но как только девушка услышала, что наушник у нее в ухе ожил, из груди вырвался вздох облегчения.

– Простите, капитан, но видимо нам не удастся прийти к компромиссу. – Сняв МОДД с предохранителя, Лиса направила оружие на собеседника, и когда тот был готов отдать команду стрелять на поражение, его отряд накрыл встречный огонь.

Оставшиеся участники миссии по уничтожению базы появились на мосте третьего уровня весьма кстати, чем и спасли бывшую контрабандистку от летального исхода. К тому же Айрис тоже не заставила себя долго ждать: она выскочила из-за укрытия с двумя револьверами в руках, метко стреляя по врагу. Ее глаза переливались медным сиянием, пальцы с невероятной скоростью жали на курок.

К сожалению, Лиса была лишена подобной грации в ведении боя, но и она могла отстреливать врагов за минимально положенное время. Однако военных становилось все больше, они выбегали из каждой щели, как тараканы, поэтому союзникам наверху уже приходилось защищать себя, а не девушек. Но Лиса не видела, что происходит на третьем ярусе, поскольку перед ней возникла проблема «капитанского уровня».

Марк Турко без промедлений открыл огонь по бывшей контрабандистке, однако та предугадала план его действий и одним быстрым рывком сократила расстояние между ними. Выпустив свое оружие из рук, девушка вцепилась в МОДД парня, пытаясь вырвать его у него из рук, но тот не сдавался. Поэтому Лиса со всей силы отдавила капитану ногу, после чего с размаху заехала ему коленом в живот. От такой серии ударов хватка Марка ослабла, но девушка позабыла об оружии и увлеклась простым избиением противника, колотя его по голове, груди и плечам до тех пор, пока он не повалился на пол.

– Ха! Будешь знать, как со мной иметь дело! – Торжественно воскликнула Лиса.

Но радость ее продолжалась не долго – оглушительный крик привлек ее внимание к мосту, на котором отстреливались люди сопротивления. Они были зажаты с двух сторон, поэтому солдатам Союза не представляло особого труда расстреливать их одного за другим.

– Айрис! Нужно уходить!

Девушка отвлеклась от разборки с молодым противником на оклик, и когда заметила, что ее подчиненные падают вниз, как оловянные солдатики, ее лицо исказила злость и страх. Издав раздраженный возглас, брюнетка набросилась на солдата, с которым сражалась до этого, и со всей силы ударила его по лицу прикладом револьвера.

Ничего другого не оставалось, кроме бегства, но несколько долгих секунд Айрис с сожалением смотрела на погибающих товарищей, пытаясь смириться с мыслью, что им уже ничем не помочь.

Как ни странно, но Лиса тоже не смогла остаться абсолютно безразличной, смотря на то, как незнакомые ей люди дают им с брюнеткой шанс выбраться отсюда живыми. Пришлось сжать кулаки и последовать за Айрис, которая уже нырнула в коридор, однако, сделав пару шагов, бывшая контрабандистка с криком повалилась на пол, ощутив болезненное воздействие электрического заряда на правой ноге.

Брюнетка моментально остановилась, когда заметила, что Лиса с трудом может встать. А еще ей в глаза попался капитан Турко, который вероятно и сделал контрольный выстрел, прежде чем без сил повалиться на пол.

– Беги вперед! – Велела рыжеволосая девушка, едва ощущая свою ногу, которая казалась тяжелой и деревянной. – Я за тобой!

Айрис понимающе кивнула, но старалась не бежать со всех ног, пока Лиса не окажется в коридоре.

На ногу едва можно было опираться, ее приходилось тащить за собой, отчего нормально, а главное – быстро двигаться становилось задачей маловероятной. Придерживаясь холодной стены, девушка с каждой секундой ощущала, как переполняла ее злость. Хотелось рвать и метать, вонзить нож в обездвиженную конечность, сделать все что угодно, чтобы нормально двигаться, а не плестись где-то в конце.

Путь казался бесконечным, позади до сих пор раздавались звуки выстрелов, говорившие о том, что кто-то до сих пор сопротивляется. Вся эта атмосфера действовала на нервы, но настоящим спасением стал один лишь вид решетчатых дверей лифта, у которых топталась Айрис. Она яростно нажимала на кнопку, словно это могло поспособствовать скорейшему подъему кабины. Однако вскоре железные двери разъехались в стороны, пропуская брюнетку внутрь.

Наконец-то! Свобода! Лиса уже была готова восхвалить Бога за чудеса, да и Айрис выглядела довольной, но ровно до тех пор, пока не посмотрела в сторону коридора.

– Черт возьми, Лиса, сзади!!!

Но бывшая контрабандистка даже не успела обернуться. Ее с силой оттолкнули в сторону, сбив с ног как ватную куклу. Боль от удара пронзила плечо, но это ощущение ничего не стоило по сравнению с осознанием того факта, что враг, от которого ты пытался убежать, настиг тебя в самый последний момент.

Подняв руку с револьвером, Айрис раздраженно оскалилась и нажала на курок, будучи уверенной в стопроцентном попадании. Однако раздался лишь звонкий щелчок, говоривший о том, что в барабане не осталось ни одного патрона. Поэтому она решила воспользоваться другим оружием, но шанс был утерян, поскольку противник нацелил на нее МОДД и без колебаний выстрелил.

– Айрис! – Впервые за все время Лиса испытала нескрываемое беспокойство по отношению к девушке. Она смогла лишь увидеть вспышку заряда, и перед тем, как двери лифта плавно закрылись, от ее глаз не ускользнул момент, как брюнетка, прижимая руку к груди, сползает вниз по стенке.

В это мгновение Лиса потеряла дар речи, поскольку захлопнувшиеся перед ней двери означали лишь одно – пути обратно нет. Страх и отчаяние еще никогда не казались такими близкими к восприятию, отчего она через силу смогла себя заставить посмотреть на того, от кого пыталась скрыться.

Сирко смотрел на нее осуждающим взглядом, сохраняя молчание, и это вызвало у Лисы новый приступ немой паники. Она осталась один на один с этим человеком, о котором не знала ничего, за исключением той вещи, что он едва не убил ее. В какой-то момент ей захотелось отыскать капитана Турко и сдаться ему в плен, сделать что угодно, но только бы быть подальше от этого человека.

Однако резкий толчок, встряхнувший всю базу, вывел Лису из ошеломленного состояния, обращая ее вниманию проблему куда более серьезную, чем встреча с Сирко. Но ей даже не удалось ничего сказать, как стены и потолок вновь задрожали, на пол посыпалась пыль, а в следующий момент громыхнуло так, что пришлось накрыть голову руками.

Земля под ногами заходила ходуном, оглушительный звук крошащихся и падающих камней накрыл девушку. Лиса не понимала, что творится вокруг не только потому, что лампы разбивались со свистом, погружая все во тьму, но и из-за того, что просто боялась открыть глаза. Что-то тяжелое ударило ее по плечу, а потом и по спине. В какой-то момент показалось, что пол под ногами просто рухнул, все перестало существовать в адекватном восприятии. Но все стало гораздо хуже в тот момент, когда что-то увесистое ударило ее по голове – от этого мозг будто бы на мгновение отключился, погружая все перед глазами в полную темноту. Какое-то время Лиса пыталась сопротивляться сонливому чувству, однако это было выше ее сил. Ей просто хотелось закрыть глаза и ни о чем не думать, лишь только знать, что все это – просто один большой страшный сон.

Часть 4

Проект «Уроборос»

Отчет о разработках проекта №156, получившего название «Уроборос».

Главный субъект проекта – Носитель – человек, подверженный воздействию нанороботов, носитель Живого Оружия.

Главный объект проекта – Живое Оружие – в единственном экземпляре представляет набор из шестисот нанороботов и предмета, на который они воздействуют.

Предварительная справка.

СПИННОЙ МОЗГ

Спинной мозг имеет 31 сегмент. От каждого сегмента справа и слева отходит пара передних и задних корешков.

Передняя корешковая нить (корешок) – нейрит, осевой цилиндр, отросток нервной клетки, по которому нервные импульсы идут от тела клетки (сомы) к иннервируемым органам и другим нервным клеткам.

Передние корешки являются двигательными, они состоят из отростков нервных клеток, расположенных в передних рогах спинного мозга. По ним нервный импульс идет от спинного мозга к мышцам, где они образуют двигательные окончания.

Отдельные группы волокон белого вещества спинного мозга составляют восходящие – чувствительные (те, которые принимаю импульс в мозг) и нисходящие (те, которые передают импульс от мозга) – двигательные системы проводящих путей.

ГОЛОВНОЙ МОЗГ

Ножки мозжечка состоят из белого вещества – проводящих путей.

Мозжечок – отдел головного мозга позвоночных, отвечающий за координацию движений, регуляцию равновесия и мышечного тонуса.

В верхних ножках мозжечка проходит восходящий чувствительный путь, по которому проводятся импульсы бессознательного суставно-мышечного чувства, и нисходящий путь мозжечка к красному ядру среднего мозга.

Красное ядро – от него начинается нисходящий двигательный путь, который заканчивается на двигательных клетках передних рогов спинного мозга. Через красное ядро мозжечок и подкорковые ядра полушарий большого мозга поддерживают тонус скелетных мышц, регулируют координацию движений и равновесие тела.

Вставочный нейрон — нейрон, связанный только с другими нейронами, в отличие от двигательных нейронов, иннервирующих мышечные волокна, и сенсорных нейронов, преобразующих стимулы из внешней среды в электрические сигналы.

Принцип действия Живого Оружия:

Первый этап.

По средству генной инженерии нанороботы кодируются под тип ДНК определенного Носителя, что делает их применение возможным лишь к одному человеку.

Нанороботы смешиваются с особым типом краски, который не позволит им «блуждать» по организму Носителя, закрепившись на определенном участке.

Второй этап.

Нанороботы вводятся под эпителиальную ткань (кожу) на участках тела, в местах близких к поверхностным нервам. На руках преимущественно вдоль мышц лучевого сгибателя кисти, лучевого разгибателя запястья, плечевой мышцы. На спине преимущественно вдоль позвоночного столба.

Нанороботы «притягиваются» к отросткам нервных клеток, тем самым «подключаясь» к нервной системе организма.

Активация нанороботв происходит при наличии нервного импульса. В данной ситуации двигательные окончания приравниваются к нанороботам.

Двигательные импульсы для коррекции мышечных сокращений (а в нашем случае – активации нанороботов) мозжечок посылает через верхние ножки к красному ядру среднего мозга, а от него – к двигательным клеткам передних рогов спинного мозга. Отростки этих клеток выходят через передние корешки и в составе периферических нервов проникают в скелетные мышцы, где их концы образуют двигательные окончания, от которых импульс следует к нанороботам.

Третий этап.

Активация предмета (линз, пуль, холодного оружия) происходит путем воздействия на нанороботов нервного импульса.

Нарушение функциональности Живого Оружия.

Следует учесть, что использование Живого Оружия оказывает большую нагрузку на всю нервную систему и в первую очередь на кору полушарий большого мозга. Последняя составляет субстрат высшей нервной деятельности, она регулирует все жизненные функции организма. Ее следует рассматривать как сложнейшую систему анализаторов, в которых происходит анализ и синтез раздражителей, притекающих к ней из всех частей организма, а также из окружающей его внешней среды.

Нагрузку на нервную систему снизили до 12%, что находится в пределах нормы.

Нагрузка на нервную систему:

0 – 15% – допустимая норма;

16 – 45% – нежелательная норма, граничащая с опасностью;

46 – 90% – опасность жизни;

91 – 100% – летальный исход.

В 5/6 случаях организм не отторгает нанороботов.

Отторжение может произойти по двум причинам: если Носитель генетически не предрасположен к определенному типу Живого Оружия, или если Живое Оружие было «установлено» неправильным образом с допущением пусть и самой малой ошибки.

Стадии отторжения Живого Оружия:

Частые головные боли;

Потеря контроля над координацией движений;

Боли на месте «вживления» нанороботов;

Кровотечение из носа, ушей и рта;

Кома или смерть.

При первой стадии необходимо снизить количество активаций Живого Оружия. При второй, третей и четвертой стадии используется удаление участков кожи, в которые были внедрены нанороботы.

PS: Другого средства Центр не успел разработать из-за начала войны между Карийской Федерацией и Союзом.

Также необходимо добавить, что при начале четвертой стадии нельзя ни в коем случае допускать повреждений вживленных нанороботов, иначе это может вызвать сильный болевой шок или остановку сердца.

Всего было выпущено 6 основных партий Живого Оружия по 10 единиц, а также 3 дополнительных в единичном экземпляре. Каждая единица оружия кодируется под определенного Носителя, соответствуя его ДНК.

Спектр зрения/Дальнозоркость – партия Живого Оружия, дающая Носителю возможность при помощи специальных линз видеть окружение в разных световых спектрах, а также использовать их в качестве увеличительной оптики. Считается самым безвредным Живым Оружием.

Разрушитель связей – партия Живого Оружия, позволяющая Носителю разрушать связи объектов любой природы на молекулярном уровне при помощи специального наручного прибора.

Огненный меч – партия Живого Оружия, представленная в виде колюще-режущего оружия, лезвие которого способно раскаливаться до 600 градусов.

Огненная пуля – партия Живого Оружия, представленная в виде огнестрельного оружия, пули к которому способны раскаливаться (после вылета из дула) до 700 градусов.

Манипулятор электромагнитных полей – партия Живого Оружия, Носители которого способны влиять и контролировать (перенаправлять) электрические и магнитные поля в радиусе 170 метров.

Хамелеон – партия Живого Оружия, Носители которого способны маскировать часть тела, на которой «нанесены татуировки», путем создания отражающей сети. Возможна и полная «невидимая» маскировка своего тела с учетом правильно размещенных нанороботов.

ДжеТа, Манипулятор механизмов, Маска – дополнительные партии Живого Оружия. Сведения засекречены.

Конец отчета.

Часть 5

«Исчезнувшие во тьме»

1

Союз

Увенчавшаяся успехом операция по-настоящему грела душу Алексею Кольту, хотя сам мужчина старался не выдавать своих истинных эмоций. Однако его небольшой отряд всю дорогу до базы праздновал победу, восхваляя хитрый план полковника. И признаться честно, Алексею это нравилось, давно ему не адресовали благодарственных, да и просто теплых слов. Он и сам был готов поддаться этой веселой волне, и это желание подогревала мысль о том, как сейчас наверняка злится Кора. Конечно, никаких отрицательных чувств к ней полковник не испытывал, он даже сопереживал ей по-своему, но только не в этот раз. Они с девушкой давно заклеймили себя вечными соперниками. Поэтому порадоваться тому факту, что удалось обвести вокруг пальца Кору Кишью, Алексей был просто обязан.

Однако приподнятое настроение у всей команды продержалось не долго.

За пять минут до прилета на базу пилот получил сообщение, что диверсионной группе сопротивления удалось натворить дел, из-за чего большая часть строения превратилась в руины. В такое было очень трудно поверить, но оказавшись в первом же коридоре, тянувшимся с посадочной площадки, Алексей оценил все масштабы повреждений.

Грузовой лифт, сумевший уцелеть только чудом, опустил полковника и четверых его собратьев по оружию на нижний уровень. По мере спуска мужчина в первую очередь обратил внимание на брызги крови, еще влажными пятнами осевшими на задней стенке кабины. Судя по всему, кому-то удалось скрыться, но Алексей позабыл о ярком отпечатке, когда перед ним отворились двери.

– Ничего себе. – Не удержался от комментария один из солдат, увидев перед собой пропасть вместо пола.

Огромная дыра тянулась на десять метров вперед как по полу, так и по потолку. Пыль до сих пор небольшими облачками витала в воздухе, оседая на самодельный перекидной мост, на треть закрывающий дыру в полу.

Продвигаясь вперед, Алексей осматривался по сторонам, наблюдая множество трещин на стенах, отчего интуиция подсказывала, что любой участок коридора еще может преподнести неприятные сюрпризы. Повсюду были развешаны голубые сферы в качестве временных источников света, отчего узкое пространство делалось еще и зловещим.

Но вскоре коридор вывел полковника и его людей в самый главный зал, в котором атмосфера царила не менее угнетающая, чем в начале пути. База выглядела так, словно перенесла удар с воздуха, а не атаку небольшой группы противника. Об этом говорили огромные куски камней, лежащие посреди железных контейнеров, да и сами боксы пострадали не только от камнепада, но и от подвесных мостов, обрушившихся во время взрыва. Военные в спешке бегали из стороны в сторону, вызволяя людей из-под обвалов, освобождая входы от завалов. Но самым неприятным зрелищем стали трупы, линейкой лежащие под белыми кусками материи у большой железной двери.

Собравшись с силами, Алексей заставил себя отвлечься от царящей суеты, пустившись на поиски своего друга – капитана Турко. Полковник надеялся, что парень пережил этот кошмар, поскольку от мысли, что он мог и не выжить, ему стало дурно. Однако Марк всегда был счастливчиком, умудряясь в последний момент увернуться от смертельного удара судьбы, поэтому Алексей уже издалека смог разглядеть его в импровизированном пункте медицинской помощи.

– Паршиво выглядишь. – Наблюдая за тем, как врач зашивал рассеченную бровь капитана, Алексей не сдержал ухмылки.

– Да? А я без тебя и не заметил. – Не столь радостно воспринял данный комментарий Марк, недовольно хмурясь каждый раз, когда игла пронзала его кожу. – Надеюсь, что у тебя дела обстоят лучше.

– Гораздо лучше. – Согласился полковник, присаживаясь рядом на бетонный блок, некогда служивший частью потолка. – Мы смогли уничтожить всю начинку транслятора, переправляемую через горы. Она практически не охранялась, так что особых проблем не возникло.

– Да неужели? – Продолжал бормотать себе под нос Марк, будучи недовольным не столько рассказом собеседника, сколько острой болью выше правого глаза.

– Они думали, что мы нападем на саму базу с целью уничтожить то, что осталось от транслятора. Так что да – проблем не возникло.

– А у нас, как видишь… – Рукой обведя пространство вокруг себя, парень непроизвольно дернулся.

– Сидите спокойно, капитан! Иначе я вас без глаза оставлю. – Осуждающе пригрозив своему пациенту не самыми приятными последствиями, врач продолжил зашивать рану, когда парень наконец-то перестал дергаться.

– А у вас что интересного?.. Помимо… – Многозначительным взглядом обведя помещение, Алексей пытался подобрать правильное слово, которое могло бы полноценно охарактеризовать сложившуюся ситуацию.

Но мужчину отвлек чей-то обеспокоенный голос, раздавшийся сверху, после чего пространство наполнил громкий хруст. И вслед за этим огромный камень со свистом полетел вниз, за долю секунды проломив крышу железного бокса, от которого врассыпную разбежались люди.

– Никого не задело?! – Поинтересовался Алексей, намеренно повысив голос, тем самым избавив капитана от очередного замечания врача.

– Все нормально! Все живы! Пока живы!..

– Ты сообщил о происшествии в Восточный штаб? – Вернувшись к разговору, поинтересовался Алексей.

– Как только очнулся. Это было минут тридцать назад.

– Кстати… – Неуверенно осмотревшись по сторонам, словно пытаясь найти знакомее лицо среди толпы неизвестных людей, полковник с опасением вернул взгляд на Марка. – Где Сирко?

– Все, капитан, я закончил. Можете быть свободны.

Поблагодарив за помощь врача, Марк освободил место для следующего пострадавшего, которому требовалось залечить раны, после чего направился вместе с полковником в сторону главных дверей.

– К сожалению, я понятия не имею. – Виновато признался капитан. – После взрыва он словно сквозь землю провалился, как и один из наших кораблей, и это странно.

– Что тут странного? – В свою очередь поинтересовался Алексей. – Он и угнал этот корабль.

– Тогда куда делся тот, на котором он прилетел к нам? – Остановившись в относительно безопасном месте рядом с уцелевшим боксом, Марк продолжил вводить друга в курс дела: – Получается, что кто-то из сопротивления смог выжить и улететь отсюда на нашем корабле. Я был бы и рад его вычислить, но, похоже, убегающий отключил систему поиска.

У Алексея тут же вспыхнула картина перед глазами: забрызганная кровью кабина лифта – скорее всего теория Марка была верной. Но полковник внезапно отвлекся на другую мысль, которая не давала ему покоя до начала операции по уничтожению транслятора.

– Сирко говорил, что ищет кого-то, поэтому сюда и прилетел, чтобы «помочь» нам. Ты не знаешь, кого он искал?

– Знаю. – Непроизвольно усмехнулся парень. – Эта девчонка и оставила мне вот этот вот небольшой подарок. – Указав на рассеченную бровь, сообщил капитан, чем весьма озадачил собеседника, но только не своим полученным увечьем.

– Девчонка? – Отчего-то Алексею не верилось, что Сирко рискнул бы показаться на базе ради какой-то девушки, уж это точно было не в его стиле. – А ты ее виде… то есть ты ее видел. Как она выглядит?

– Ну… – Замешкался капитан, поскольку его недавняя противница ничем особым не выделялась. – Весьма симпатичная… ах да, она стреляла из МОДД16, а таких у нас на базе нет. У нее длинные рыжие волосы…

– Рыжие волосы? – Оборвав своего собеседника на полуслове, полковник с таким отрешенным видом уставился на Марка, будто перед ним сейчас стоял призрак, а не его друг. – А какого она была возраста? Говори!

– Двадцать – двадцать пять лет. – Капитан явно негодовал из-за того, что могло вызвать у мужчины подобное нетерпение, поскольку он практически всегда держал себя в руках вне зависимости от ситуации. А здесь его вывело из себя простое упоминание о рыжеволосой девушке. – А в чем проблема?

– Я пока еще не уверен. – С сомнением в голосе ответил Алексей, практически не обращая внимания на окружающий мир – теперь его волновали только свои мысли, от которых он даже и не знал, радоваться ему или ужасаться.

Оглядываясь по сторонам, полковник с растерянностью думал о том, что же их ждет дальше. Судя по всему, армия сопротивления начала предпринимать конкретные меры, в особенности это подтверждали военные действия, развернувшиеся на юго-западе Союза. Целая неделя беспрерывных боев словно знаменовала начало новой волны, обещавшей погрузить страны-противницы в очередной хаос. К тому же люди сопротивления уже перестали прятаться и в открытую дали понять, что они уже не боятся, они готовы сражаться до последнего. Об этом свидетельствовал недавний теракт в Столице, а также то, что перед своим взором видел Алексей.

Пусть мужчине и удалось завершить свою миссию успехом, он не мог ощутить приятное чувство победы. Вместо этого его начинал терзать страх, плоды которого находились здесь, в полуразрушенной базе. Если такое смогли сотворить всего несколько человек, то чего стоит ожидать от сотни или тысячи? И если даже армия Союза сможет удержать угрозу в стороне от крупно населенных городов, в Столице уже поднялись волнения. До этого никто из жителей северных регионов не задумывался об опасности, спящей практически на пороге их дома. А сейчас, когда сопротивление нанесло прямой удар по главному городу, люди начнут возмущаться и волноваться. И в первую очередь участниками демонстраций станут простые рабочие, люди, живущие в бедности. Налоги росли чрезвычайно быстро, зарплаты уменьшались и все из-за того, что требовалось больше денег на поддержание армии в нужной форме. И какова будет реакция людей, когда они поймут, что все, ради чего они голодали и коротали зимние дни без хорошего отопления с перебоями электричества, было ради того, чтобы в Столице взрывали станции поездов… Город, да и всю страну, накроет хаос.

– Вот черт.

От мрачных мыслей Алексея отвлек Марк, уставившийся растерянным взглядом в сторону коридора, ведущего к лифту. Парень мгновенно переменился в лице, став бледным как снег, отчего полковник не сразу сообразил, чем его друг был так напуган. Но проследив за его взглядом, мужчина сочувствующе похлопал капитана Турко по плечу, признав, что его будет ожидать не самый приятный разговор.

Выйдя из темного коридора в сопровождении двух крепких солдат, молодая женщина скинула с головы серебристый капюшон с меховой оборкой. На ее плечи осыпались легкие локоны темно-каштановых волос. Стянув с длинных тонких пальцев перчатки, шатенка убрала их в карманы своего длинного, тянущегося до самых пят, плаща, после чего окинула помещение изучающим взглядом. Ее лицо не выражало никаких эмоций, маленький рот застыл в неподвижной форме, на широком лбу не появилось ни одной морщинки, и только в больших черных глазах одиноко застыл вопрос непонимания того, как подобное могло случиться с базой.

Женщина не спешила никуда уходить, и даже когда заметила нерешительно топчущегося неподалеку капитана Турко, лишь непонимающе изогнула бровь и вынудила его безмолвным приказом подойти ближе.

– Генерал-майор… – С некой безысходностью подметил Марк, остановившись в компании Алексея перед командиром Восточного штаба. – Не ждали Вас так рано.

Взяв наконец себя в руки, парень посчитал нужным успокоиться и смириться с тем фактом, что визит представителей из Восточного штаба был неизбежен. Но он и представить себе не мог, что к нему в гости лично явится командир штаба – тридцатидвухлетняя Китсу Рейн, генерал-майор вооруженных сил Союза.

– Генерал-майор. – Отчего-то улыбнулся Алексей, приветствуя если не самого сурового, то как минимум не самого доброго представителя высшего чина.

– Два карийца старшего и младшего офицерского состава в одном месте… Почему-то я даже не удивлена таким… – Без единой тени радости на лице, Китсу осмотрелась по сторонам, пытаясь подобрать подходящее слово: – Последствиям.

– В свое оправдание могу сказать, что меня здесь не было, когда база…

Чувствующий себя неловко только в присутствии генерал-лейтенанта Фарена, Алексей без особых опасений позволил словам сорваться с языка. Однако он предпочел остановиться, точно не зная, что этому поспособствовало: хорошо замаскированное раздражение на лице Китсу или же панический взгляд Марка.

– Да, – согласилась женщина. – Вы здесь не при чем, полковник Кольт. – Улыбнувшись одними губами, генерал-майор продолжала испепелять собеседника холодным взглядом. – Я даже могу вас поздравить с успехом вашей операции, но вы приписаны к Центральному штабу, поэтому отчитываться будете перед генерал-лейтенантом Фареном, а не передо мной.

И теперь Алексей, даже будучи старше собеседницы на три года, смог на своей шкуре ощутить, почему Марк остерегался Китсу Рейн. Эта женщина обладала скрытой силой, способной загонять в угол и терять дар речи. Взгляд ее действительно внушал страх, открыто подчеркивая ее лидерские повадки, отчего видеть ее в лице генерал-майора становилось не так странно.

– А теперь, – резко посмотрев в сторону капитана, Китсу сообщила: – Я хотела бы переговорить с капитаном Турко. Жду вас с объяснениями через час, капитан.

Отдернув подол плаща, женщина быстрым целенаправленным шагом направилась в сторону одного из уцелевших коридоров, щелкая каблуками о каменный пол. За ней следом отправились солдаты, сопровождавшие ее на всем пути из Восточного штаба.

– Ох, – тяжко выдохнув, Марк кинул рассерженный взгляд в сторону Алексея. – Ты что, меня вообще в расчет не берешь?

– Да, неловко вышло, извини.

– Извини? – Опешил парень. – Да это было все равно, что… Представь, если бы я начал дурачиться перед генерал-лейтенантом Фареном в твоем присутствии. Тебе было бы весело?

– Я же попросил прощение. – В свое оправдание сообщил полковник, начиная ощущать муки совести.

– О, а мне легче от этого стать должно. – Но признав, что свою истерию пора прекращать, Марк взял себя в руки и бросил усталый взгляд туда, где скрылась минуту назад Китсу. – Она меня убьет… Ладно, пожелай мне удачи.

– Эй, – повременив с расставанием, Алексей задержал друга на какое-то время, чуть не забыв сказать ему об одной важной детали. – Ты можешь кое-что сделать для меня?

– Что?

– Не говори ей о том, что сюда прилетал Сирко.

Пару секунд Марк без каких-либо эмоций смотрел на собеседника, словно пытаясь разъяснить для себя его просьбу. И когда до него долетел смысл сказанных слов, он вновь едва не потерял контроль над своими эмоциями:

– Что?! Ты спятил?

– Я прошу тебя, это очень важно. – Пытаясь достучаться до Марка, Алексей схватил его за плечо, тем самым приковав к себе все его внимание. – Ты можешь это сделать для меня?

– Даже если бы и мог… – Вырвавшись из цепких рук полковника, парень шумно вздохнул, пытаясь найти подходящие слова. – Она все равно узнает – бортовой журнал, все было в компьютере, к тому же не один я, как помнишь, видел его здесь.

– Тс. – Раздраженно щелкнув языком, Алексей был вынужден признать, что капитан дело говорил, и это в разы осложняло ситуацию. – А ты можешь хотя бы промолчать о цели его визита? – С надеждой в голосе поинтересовался мужчина, но по сожалеющему взгляду Марка все и так уже было понятно.

– А как тогда логично объяснить его прилет? – Уже более спокойным голосом полюбопытствовал парень. – И почему это так важно? То есть я понимаю твое отношение к Сирко, вы ведь знали друг друга до этой войны, но… ты знаешь и ту девушку с рыжими волосами? Кто она?

– Понятия не имею. – Признался Алексей, однако его выражение лица говорило об обратном. – Но у меня есть одна мысль. И если эта девушка та, о ком я думаю, то вряд ли стоит ожидать чего-то хорошего.

2

Борда Систа

Слабый ливень обрушился на джунгли вот уже час назад, тем самым загнав практически всех людей сопротивления обратно в лабиринты подземной базы. Прятаться под кронами деревьев – не таким хорошим укрытием – выпала честь только патрулю, прочесывающему местность в качестве обязательной работы.

Бэю же повезло больше, после недавней оплошности его отстранили от этой работы на несколько недель в качестве наказания. Для любого другого этот выговор показался бы радостью, если не учесть тот факт, что теперь его назначили смотрителем на башне. Может, мокнуть ему и не придется, зато сидеть на одном месте и обозревать бескрайнее зеленое море по несколько часов в день – работа не из веселых.

Капли дождя быстро стекали по желтому камню стен ручейками, за которыми Бэй наблюдал уже несколько минут. От постоянного вида непроглядных джунглей, в которых порой «всплывали» заостренные скалы гор, ему становилось не по себе. К тому же он не мог сосредоточиться, постоянно возвращаясь к мыслям о небольшой диверсионной группе, отправленной в горы Барграф.

Несколько часов назад от Коры пришло сообщение о том, что практически все составляющие транслятора были уничтожены, и теперь ¼ Федерации не может использовать безопасные каналы связи. На восстановление системы потребуется примерно пара месяцев работы, а до этого всем на «пораженной» территории придется не только прибегнуть к более старомодным и небезопасным средствам связи, но и обходиться без той защиты, которую ранее давало устройство. Транслятор не только помогал держать все переговоры в секрете, как подозревал Союз, он также отвечал за безопасность нескольких крупных городов. Он делал любой объект, на котором имелся «опознавательный знак», невидимым для вражеских спутников и беспилотников. Машины могли спокойно перевозить оружие, продовольствие, медикаменты с минимальным риском встретиться с патрулем Союза близ границ с захваченными территориями. Простым языком, транслятор позволял оставаться в тени.

Поэтому недавняя новость была плохой, с этим Бэй не мог поспорить, но ему не хотелось узнавать, что же привело к провалу, в чем Кора допустила ошибку. Куда сильнее его волновала диверсионная группа, от которой никаких вестей не поступало вот уже несколько часов. Последний сеанс связи состоялся перед началом операции, в голове Бэя до сих пор звучал уверенный и довольный голос Айрис, говорящий ему, что все будет в порядке, с этой миссией никаких проблем не возникнет. В этом парень сомневался с самого начала, поскольку темноволосая девушка еще ни разу не отправлялась во главе группы на подобные операции. Она была не опытна в таких делах, ей куда больше подходили задания «открытого» характера, где не нужно прятаться по углам и скрываться от глаз противника.

Чем чаще Бэй думал об этом, тем сильнее волновался за Айрис. Он знал ее семь лет, за все это время он успел привязаться к ней. Первая их встреча прошла при ужасных обстоятельствах, после которых он чувствовал ответственность за брюнетку. Может, из-за того, что он давным-давно потерял свою семью, ему захотелось увидеть в новой знакомой родную душу. Бэй хотел заботиться о ком-то, оберегать кого-то, поэтому с самого начала относился к Айрис как к младшей сестре. Упрямой и немного самодовольной младшей сестре. И это сильно раздражало Мо, поскольку она не доверяла ему, считала его подозрительным и опасным. Что ж, Бэй понимал это, так как любая мать будет защищать своего ребенка ото всех, в особенности от «молодого парня, который слишком уж часто появляется в компании Айрис».

Но помимо уроженки Республики Сигурэ, Бэй думал и о рыжеволосой бестии, с которой судьба так неловко его познакомила. Лиса ван Реван являлась исключительной личностью, которую просто так мимо глаз нельзя было пропустить, поэтому парень решил, что либо они станут очень близки, либо девушка убьет его в ближайшее время. И пока что развитие событий плавно вело к первому варианту, однако Бэй с точностью не мог быть уверенным в своих расчетах. Но Лиса его веселила, она действительно понравилась ему, несмотря на свой непростой характер. Поэтому за нее он волновался не меньше.

Но, с другой стороны, парень пытался успокоить себя тем, что группа не выходила на связь из-за погодных условий в горах Барграф, что было не таким уж и удивительным явлением. Однако он тут же вспомнил о последнем сеансе связи с Айрис – может, сигнал и не отличался четкостью, но он был. Значит, дело в чем-то другом. И оставалось надеяться, что дуэт из контрабандистки и дочери бывшего сенатора сможет выбраться живым и невредимым.

За мыслями Бэю хорошо удавалось следить, но только не за небом, поэтому он не сразу заметил одиночный корабль, появившийся из-за полосы гор.

– Командный пункт, как слышите? Говорит «Вышка». – Связавшись с людьми по кольцу-гарнитуре, закрепленному на хрящике уха, Бэй продолжил наблюдать за неизвестным кораблем.

– Вас слышу, что у вас?

– Сканеры зафиксировали приближение незнакомого транспорта? Поскольку в нашем направлении что-то летит.

– Одну минуту. – Недолгая пауза оборвалась встревоженным голосом: – Вот черт… Это корабль Союза.

– Сообщите Даласу об этом, но сначала направьте вооруженную группу из десяти человек на посадочную площадку, прикажите стрелкам занять позиции, но не атакуйте без приказа! Понятно?!

Но секундное молчание стало для Бэя неким сюрпризом.

– Понятно?!

– А это кто вообще говорит?

В растерянности хлопнув себя по лбу, парень постарался сдержать ругательства за зубами, после чего представился, чуть ли не шипящим от недовольства голосом:

– Помощник командира Даласа Блада, Бэй!

– Оу.

– Делайте, что говорю, живо!

Покинув свой пост в считанные секунды, Бэй скрылся в коридорах строения, гонимый плохим предчувствием. Конечно, не стоило рассчитывать на добрый знак, если поблизости появился корабль Союза, тем более в одном единственном экземпляре.

Добравшись до просторного ангара, парень заметил, что практически все механики и пилоты оторвались от работы, с интересом наблюдая за тем, как на посадочную площадку выбегают десять вооруженных людей. Среди них он узнал Даласа, держащегося впереди всех. Но помимо мужчины Бэй заметил и еще одну знакомую личность в лице Мо Чинке, застывшей с тревогой на лице у самых ворот. Вероятнее всего, волнение привело женщину в это самое место, ведь она переживала за Айрис сильнее всех.

Спустившись с лестницы, Бэй пересек ангар, миновав Мо без оглядки; оказавшись под теплым дождем, он сразу привлек внимание вооруженной группы.

– И что ты здесь забыл? – Удостоив своего помощника беглым взглядом, Далас без особых разъяснений дал понять, что не особо рад его видеть.

– У меня просто плохое предчувствие. – Смахнув капли воды со лба, парень наблюдал за тем, как безымянный корабль показался из-за макушек деревьев, готовый вот-вот зайти на посадку.

– Неужели? – Иронично усмехнулся мужчина, жестом велев отряду отступить на пару шагов назад и приготовиться к непредсказуемым поворотам судьбы. – Одиночный корабль Союза прилетает на базу сопротивления. И о каком плохом предчувствии может идти речь?

До этого момента Бэй был уверен, что его собеседник полностью лишен чувства юмора или сарказма, но судя по всему со вторым у командира было все в порядке. И отчего-то это слегка напрягло парня, поэтому он почувствовал себя крайне неловко. Но от неприятного ощущения его отвлек неизвестный корабль, опустившийся на каменную площадку, разгоняя винтами влажный воздух и капли дождя. Машина была небольших размеров, однако она вряд ли предназначалась для воздушных боев, скорее ее практическая цель заключалась в перевозке четырех-шести пассажиров на дальние расстояния.

Двигатели замолкли, уступая место звукам дождя, барабанящего по металлическому корпусу корабля. Первые несколько секунд не происходило никаких действий, отчего вооруженные люди обменялись обеспокоенными взглядами. Но затем посадочный трап медленно отделился от задней части машины подобно открывающейся пасти голодного хищника. Внутри царила темнота, и когда все действия вновь прекратились, сопротивленцы приготовились встретить любого человека с «теплыми объятиями». И безмолвная пауза продержалась не долго: когда в темноте корабля показалось движение, мужчины сняли оружие с предохранителей, готовые открыть огонь по команде. Но Далас не спешил отдавать приказ об огне на поражение, и причина этому показалась в следующую секунду.

Прижимая руку, полностью покрытую кровью, к груди, на трап ступила Айрис, едва способная без дрожи держаться на ногах. Ее лицо казалось мертвенно-бледным, каждое движение она делала из последних сил, готовая вот-вот упасть на колени и впасть в беспамятство.

– Хорошо же вы встречаете гостей… – Натянув кривую улыбку, девушка будто отметила для себя свой финиш и, посчитав задачу выполненной, повалилась вниз, более не в силах держаться на ногах.

***

Адская боль чуть ниже ключицы – это первое, что почувствовала Айрис, когда перед ней захлопнулись двери лифта на вражеской базе. Она не могла понять, что произошло, куда подевалась Лиса, где сейчас находилась она сама; лифт просто нес ее с невероятной скоростью вниз. Обычно заряд от выстрела МОДД-а прижигал рану, но почему-то не в этот раз, девушка отчетливо помнила, как кровь стекала маленькой струйкой ей на руку. А затем произошел взрыв, кабину лифта тряхнуло так, что Айрис уже и не надеялась выбраться живой, ей казалось, что эта железная коробка станет ее гробом, а база – могилой. Но двери все же распахнулись вновь, предоставив ей шанс бежать на засыпанную снегом посадочную площадку прямиком к одному из кораблей Союза.

Дальше Айрис ничего конкретного не могла вспомнить. Она не знала, как ей удалось не просто вывести корабль невредимым из снежной бури, но и вообще управлять им. Ее навыки пилотирования вряд ли можно назвать хорошими, а здесь ей удалось проявить себя не хуже Лисы ван Реван, сумевшей не погубить их еще до прилета на базу.

Но думать об этом девушка не хотела, ее голова и так гудела от любой попытки напрячь мозг. Она постаралась пошевелиться, но острый укол боли в груди заставил ее поморщиться и прекратить всякие попытки. Открыв глаза, Айрис столкнулась с непривычно ярким светом, но ей все же удалось заметить чей-то силуэт, однако кое-что ее напугало:

– Я не вижу…

Отозвавшись на голос дочери, Мо мгновенно встрепенулась и подняла голову, на ее лице сразу же расплылась радостная улыбка, а глаза заслезились от счастья.

– Боже, ты очнулась. Все в порядке, дорогая, ты в безопасности.

Но голос матери не успокоил девушку, она только сильнее помотала головой.

– Я не вижу… ничего не вижу левым глазом.

– Открой его, дай взглянуть.

Бэй. Его голос Айрис узнала сразу же, и пусть она его не заметила, все же не трудно было догадаться по слегка недовольному виду Мо, кто же предлагал свою помощь.

Не став сопротивляться, девушка широко распахнула глаза, дав возможность парню узнать причину подобного «дефекта».

– Не волнуйся, просто имплантат немного поврежден… Не удивительно, учитывая то, что ты хорошенько приложилась головой.

– Что? – Это заявление немного напугало Айрис, вынудив ее дотронуться до лба, после чего пальцы нащупали шероховатую поверхность бинта. – Когда же я успела?..

– Врачи позаботятся о тебе, дорогая. – Утешительно погладив дочь по руке, Мо постаралась успокаивающе улыбнуться. – Твоим глазом займутся в первую очередь.

– Айрис, что с остальными?

– Дай ей отдохнуть. – Повысила голос на парня женщина, однако девушка поспешила успокоить ее, заверив, что с ней все в порядке, по крайней мере, для разговора.

– Выбраться успела только я… – Стараясь вкратце рассказать о том, как шли дела по мере проникновения на базу, Айрис время от времени делала остановки, чтобы вспомнить те или иные детали. – Я понятия не имею, как нас обнаружили. Точнее, Лиса, та контрабандистка, сказала, что кто-то следил за ней… Но потом она передумала, заявила, что за ней никто не следил на базе… Я запуталась, поэтому решила найти ее и разобраться.

– Вот и доверяй контрабандистам… – Метнув очередной раздражительный взгляд в сторону Бэя, заключила Мо.

– Нет, мам, не в этом дело. – Поспешила разъяснить ситуацию девушка. – Хотя уже и не знаю… Вам проще будет считать запись с моих глазных имплантатов и посмотреть ее.

– Так что случилось потом? Где остальные?

Но Айрис посмотрела на Бэя таким извиняющимся взглядом, что и без слов стало понятно, что всю группу повергла не самая лучшая участь.

– Как я поняла… – Уставившись в потолок пустым взглядом, девушка принялась делиться своей историей. – Странно было то, что на базе был один человек, который не являлся военным. Когда мы с Лисой подходили к лифту, чтобы убраться с базы, он появился словно из неоткуда и выстрелил в меня, когда я находилась уже в кабине. Лису задел парализующий заряд, поэтому она отставала. Тот мужчина преследовал нас, а лучше сказать – ее, поскольку, когда я пошла искать Лису вначале, то наткнулась на группу солдат, возглавляемую тем человеком: они загнали ее в угол.

– Это уже ее проблемы. – Без сожаления подметила Мо, чем заслужила негодующий взгляд Бэя.

Это не смогло укрыться от Айрис, отчего она сделала вывод, что рыжеволосая контрабандистка была для него больше чем простой знакомой. Подобная реакция вызвала у нее легкую ревность, но, с другой стороны, она ощущала сожаление из-за того, что Лиса не успела выбраться с базы вместе с ней.

– А что с транслятором? – Вспомнив о том, ради чего все это затевалось, Айрис надеялась услышать хоть одну радостную новость.

– Об этом поговорим позже. – Посоветовала Мо. – А пока что отдыхай, набирайся сил.

– Значит, ничего не вышло. – Отметила для себя девушка, вновь почувствовав, как разболелась рана на груди.

3

Союз

Темнота заполняла помещение, в котором царила непривычная жара. Именно ощущение дискомфорта вынудило Лису пробудиться от долгого пребывания в бессознательном состоянии. Все тело реагировало на каждое движение тупой болью, но это не остановило девушку избавиться от теплой кофты. Она чувствовала себя ужасно, духота била по голове, отчего перед глазами вновь все поплыло. Но Лиса нашла в себе силы скинуть ноги с кровати и усесться на ее краю, чтобы хоть немного прийти в себя.

Скрыв лицо в ладонях, бывшая контрабандистка не спешила паниковать и проматывать в голове последние воспоминания. Ей хотелось лишь одного – покоя. Просто сидеть неподвижно и смотреть перед собой, разглядывать скудный интерьер этой каморки без окон. Помимо небольшого стола девушка опознала смутные очертания приоткрытой двери.

Приоткрытой двери?

Неожиданно перед глазами пронеслись последние картинки того, что смогла запомнить Лиса, прежде чем потерять сознание. Они бежали с Айрис по длинному коридору в сторону лифта, а потом провал. Хотя нет, тот мужчина. Точно, он сбил ее с ног и выстрелил в брюнетку, после чего базу сотряс сильный взрыв. В последний момент Лиса думала о том, что ее завалит камнями, и она погибнет под тяжестью их веса.

Но она все еще оставалась жива, но только обстановка вокруг никак не напоминала вражескую базу, по крайней мере из-за непривычной духоты, царящей в помещении. К тому же открытая дверь безмолвно говорила о том, что бывшую контрабандистку никто здесь не держит, она может свободно выйти. И это как раз и пугало. Если ее схватили не солдаты Союза, то оставался один вариант, не особо успокаивающий нервы.

Поднявшись с кровати, Лиса потянулась к поясу, но, как и ожидалось, ничего кроме пустоты она там не нащупала: ни Когтя, ни МОДД-а. Без оружия она чувствовала себя как без одежды, отчего покидать пределы комнаты ей хотелось еще меньше. Но с другой стороны, сидеть в этих четырех стенах вечно у нее не получится, поэтому нужно найти в себе смелость взглянуть в глаза своему страху и двигаться вперед. Она и так находится на территории врага, так что вгонять себя в панику еще сильнее бессмысленно.

Однако куда более бессмысленным Лисе показалось отсутствие охраны в не менее темном коридоре. Здесь никого не было, абсолютно никого. Растерянно осмотревшись по сторонам, девушка обдумала вариант остаться в комнате и дождаться, когда к ней явится виновник всего торжества, но внутренний голос ей подсказывал, что лучше поискать выход отсюда. Если уж враг ее не боялся, не брал в расчет, то это уже его проблемы. Поэтому Лиса решила, что не будет упускать возможности сбежать из этого места.

Толстая подошва ботинок мягко ложилась на каменный пол, позволяя рыжеволосой девушке бесшумно передвигаться. Редкие электрические лампы служили надежными проводниками вдоль узкого коридора, но чем дальше уходила Лиса от места пробуждения, тем сильнее ощущала жар, тянущийся откуда-то спереди. На мгновение это вынудило ее остановиться и хорошенько обдумать то, что она собралась делать. Куда она шла? Где могла вскоре оказаться? Возможно ли, что такая температура была признаком одной из стран Золотого Перешейка? Нет, вряд ли. Почему-то Лисе казалось, что самые раскаленные пески пустыни не способны выделять столько тепла.

Чтобы подтвердить или опровергнуть свои опасения, девушка ускорила шаг, и вскоре в конце коридора засиял яркий свет, но что-то в нем было не так. Складывалось такое ощущение, что его поглощала тьма. К тому же усиливался запах гари, разогретый воздух обдавал теплом лицо Лисы, отчего девушка начинала не просто волноваться, а приходить в ужас. Существовало не так много мест на этой планете, где царила подобная атмосфера. Поэтому, сорвавшись на бег, бывшая контрабандистка побежала вперед и, покинув крытый коридор, едва не свалилась вниз, успев вовремя схватиться за выступающие перила.

– Вот это я попала…

Высокие острые скалы тянулись ввысь, утопая в черных облаках дыма, затмивших собой небо, отчего нельзя даже сказать, день сейчас властвовал за пределами этого места или ночь. Невероятный жар исходил от ручьев магмы, наполняющей ущелье каньона, тянущееся вперед на несколько километров, поэтому конца его не было видно. Но не столько это испугало Лису, сколько скопление людей, бредущих вдоль широких берегов. Они работали на каких-то установках, с непонятными приборами, сопровождаемые вооруженными мужчинами. И самое главное – практически у всех на ногах и руках выделялись электрические наручники.

– Готов поспорить, в таком месте ты еще не бывала.

Узнав этот голос без промедлений, Лиса резко обернулась и отступила на пару шагов назад, признав в собеседнике своего похитителя. Он вел себя спокойно и вальяжно, словно ощущал контроль над этим местом.

– Что это такое? – Не сводя глаз с Сирко, поинтересовалась девушка, хотя у нее уже и так имелись догадки по этому поводу.

Мужчина вознаградил ее оценивающим взглядом, после чего кивком указал в сторону, тем самым призывая Лису следовать за ним по вырубленной в скале лестнице, уходящей вниз. Бывшей контрабандистке не оставалось ничего другого, кроме как отправиться следом.

– Местные называют его Каньон Дьявола, что в принципе соответствует реальности. Но на официальном уровне это место зовется тюрьмой для особо опасных преступников великого и непобедимого Союза.

Замерев на месте, Лиса пропустила мимо ушей саркастичное замечание Сирко, поскольку она прекрасно помнила наставление Тайгера о том, что «Каньон Дьявола – последнее место, в котором желал бы оказаться любой человек». Это место трудно было назвать тюрьмой, поскольку здесь люди гибли сотнями под тяжестью адского труда по добычи полезных ископаемых.

Каньон Дьявола не создавался Союзом намеренно, это место оправдало свое название только после начала войны, а возникло оно из-за испытания Карийской Федерации единственного в своем роде Живого Оружия, рассчитанного на массовое поражение. Приблизительно двадцать два года назад Федерация испытала боевую мощь своего творения – огромной установки «ДжеТа» – на отдаленном острове, от которого впоследствии не осталось практически ничего, кроме обугленных скал и раскаленной магмы, пробившейся на поверхность. После начала войны Союз прибрал к своим рукам этот остров из-за обнаружения редкого ископаемого, позволяющего делать металл крайне устойчивым к любым видам воздействий. Но поскольку добывать его было опасно для жизни, маршал разрешил этот вопрос, обосновав на острове тюрьму для самых опасных преступников, перед которыми ставился выбор: либо смертная казнь, либо работа «на рудниках».

Поэтому, будучи контрабандисткой, Лиса не испытывала особо радостного трепета, узнав о том, где она находится. К тому же ей никак не приходило на ум, зачем ее притащили в это место.

– Что тебе от меня нужно? – Ощущая, как земля уходит из-под ног, девушка едва могла сдержать себя, чтобы не упасть на колени. – Зачем ты меня сюда привез? И кто ты вообще такой?!

Лава далеко внизу кипела и бурлила, переливалась от ярко-желтых к кроваво-красным цветам, олицетворяя ярость и жестокость. Но в глазах Сирко, как показалось Лисе, силы и недовольства было куда больше, чем в огненной жидкости, поэтому девушка почувствовала себя загнанной в угол, отчего ей хотелось убежать куда-нибудь подальше.

– Я… – Нервно сжав кулаки, мужчина словно пытался сдержать все эмоции, однако жесткий взгляд выдавал его полностью. – Я действительно не хочу причинять тебе зла. Ты все узнаешь, когда мы придем на место, а пока… просто молчи и следуй за мной.

Намек был понят, поэтому девушка постаралась преодолеть оцепенение и последовала за Сирко. Но сделав шаг вперед, она внезапно почувствовала неприятный зуд в районе запястья левой руки, и когда потянулась к нему пальцами, чтобы почесать, то нащупала инородный предмет. В глаза бросился изогнутый браслет серебристого цвета с вкраплением одного единственного камня. Блекло-голубое око смотрело на нее мертвым взглядом, вселяя страх, поскольку при попытке снять странный предмет Лиса ощутила боль. Страх медленно сжал ее горло, поскольку эта вещь, больше напоминающая своеобразную бирку, а не украшение, была вживлена ей в руку. Бывшая контрабандистка едва удержала жалобный стон, понимая, что Сирко она боялась куда больше, чем непонятного браслета.

В голове мелькнула ужасная мысль о том, что, возможно, предположение о бирке могло оказаться верным. Сейчас она находилась в тюрьме, так что этот браслет вполне мог оказаться неким идентификационным или следящим устройством. От этого хотелось не просто скулить, но и плакать.

Но вскоре жар открытого пространства сменился на непривычный холод помещения, отчего вся кожа покрылась мурашками. Девушка в панике огляделась по сторонам, осознав, что теперь находится в просторном помещении с гигантскими окнами, за которыми открывался пейзаж на Каньон Дьявола. В самой комнате располагались панели с кнопками, мониторы и множество других устройств и компьютеров неизвестного назначения.

– Ты меня убьешь? – Вглядываясь в переливающийся свет лавы за окном, безысходным голосом поинтересовалась Лиса.

– Если бы мне была нужна твоя смерть, то я бы убил тебя еще в Шаяки.

Отчего-то эта фраза вызвала у бывшей контрабандистки нервный смешок. Но заметив вопросительный взгляд мужчины, она поспешно отвернулась в сторону.

– Я понимаю, ты боишься, и это нормально. – Изъяв из-за пояса некий клинок, Сирко протянул его собеседнице, однако потянулась она к оружию дрожащей рукой, но позволила себе это только потому, что это был ее Коготь. – Ты мне сказала, что эта вещь принадлежала твоей матери. Ты знаешь, кто была твоя мать?

– Нет. – Как только мужчина отошел подальше, Лиса почувствовала себя более уверенной, особенно с оружием в руках. – Но я знаю, что это – часть Живого Оружия.

– Бешенный Змей – так она его называла. Когда-то это был хлыст.

– Ты знал мою мать? – Девушка уже и раньше думала об этом, однако услышав данный факт лично от своего собеседника, она неподдельно удивилась.

– Даже лучше, чем ты можешь себе представить.

Все это казалось Лисе очень плохой шуткой. Нельзя вот так преследовать человека, привезти его в самое опасное место на свете ради простого разговора по душам. Конечно, не в одних словах крылась истина, но девушка постепенно начинала чувствовать, как ее повседневная самодовольная «я» выползает наружу, заражая ее своим недовольством и злостью.

– И ради чего все это было?! – Не сдержалась Лиса, решив наконец дать отпор неизвестному противнику, почувствовав не только прилив уверенности, но и оружие у себя в руке. – Я не знаю, кто ты такой, зачем ты меня сюда привез и нацепил эту странную вещь мне на руку! Да, я контрабандистка, но разве Союз отсылает за такое в Каньон Дьявола?

– Ты просто не представляешь, в какой опасности ты находилась все это время.

«Да ладно?» – так и говорило лицо Лисы, но девушка предпочла задать другой вопрос:

– И поэтому ты привез меня в место с самым большим скоплением опасных преступников?

– Из-за тебя!.. – Перебив истерию Лисы громким возгласом, Сирко сделал шаг вперед, тем самым показывая, что ему надоело выслушивать все эти вопросы. – Из-за тебя я нахожусь здесь, из-за тебя последние двадцать лет я был вынужден провести в этом месте.

Немой вопрос застыл в глазах Лисы, поскольку она не понимала, к чему об этом начал говорить мужчина. Он ей не нравился, она его боялась и не хотела иметь с ним ничего общего. Поэтому, когда он медленно начал приближать к ней, ноги понесли ее назад.

– На слово ты мне все равно не поверишь, поэтому покажу тебе все наглядным образом. Подойди.

Но в ответ бывшая контрабандистка только оскалилась, сжав в руке Коготь, что не пришлось по душе Сирко.

– Подойди!

Лиса пыталась быть сильной, такой, какой хотел видеть ее Тайгер, стараясь держать нос по ветру и смотреть в лицо опасности с самодовольным видом. Это помогало ей не бояться, чувствовать себя храброй и бесстрашной. Однако человека, что стоял перед ней, ей не удавалось обмануть своими фокусами, они его только злили. И этот гнев действовал на нее подобно выстрелу отравленной стрелы: его громкий голос обездвиживал и ошеломлял, а невидимое давление подобно яду не давало шевельнуть и пальцем.

Поэтому, не находя иного выхода, Лиса неуверенным шагом подошла к Сирко, стараясь не смотреть ему в глаза. Говорят, что если не встречаться с собакой взглядом, то можно избежать агрессии с ее стороны.

– Дай мне руку.

Девушка подумала о том, чтобы полоснуть Когтем по горлу мужчины, пока предоставляется возможность, но что-то ей подсказывало, что это не поможет. Последние две встречи с этим человеком подтвердили, что оказывать сопротивление бессмысленно.

Сирко повернул кисть девушки ладонью вверх. Его руки отличались силой и грубостью, они могли с легкостью переломать пальцы Лисы. Однако бывшая контрабандистка заметила, что мужчина касался ее с непонятной аккуратностью, словно боясь навредить ей.

И только она была готова почувствовать мимолетное облегчение, как вдруг заметила, что в свободной руке Сирко блеснуло лезвие острого ножа. Эта картина настолько испугала Лису, что она дернулась назад как дикий кролик, почувствовавший намерения охотника. Однако мужчина без промедления отреагировал и вцепился ей в руку, не дав убежать, но не это остановило бывшую контрабандистку – ужасная боль под браслетом вспыхнула глубоко под кожей, прямо в кости.

– Не дергайся. – Сдержанно прошипел мужчина, однако Лиса была больше поглощена неприятным болезненным сюрпризом, а не его словами.

Однако ей все же пришлось отвлечься, когда холодное лезвие быстро скользнуло по ее пальцу, выпуская наружу пурпурные капли крови.

– Я и так уже понимаю, что ты меня ненавидишь. – Не отпуская руки девушки, Сирко направился в сторону одного из компьютеров с плоской панелью. Лиса сразу опознало это устройство – обычно им пользовались, чтобы провести полный анализ какого-нибудь вещества или материала. – Но пойми, я не всегда был таким, это место способно менять людей и не в лучшую сторону.

Девушка молчаливо слушала, пытаясь из-за дикой смеси страха и злости не спустить с языка очередное язвительное слово.

– Опусти сюда палец. – Указав на плоскую полупрозрачную панель, светящуюся блекло-зеленым цветом, Сирко дождался, пока бывшая контрабандистка не выполнит его просьбу.

Девушка восприняла это предложение как вызов, поэтому с такой силой опустила ладонь на панель, что едва не проломила ее. Отойдя назад, она наблюдала, как мужчина без колебаний порезал свою ладонь и проделал тот же фокус. Это вызвало у Лисы не самые обнадеживающие мысли, поскольку она прекрасно понимала, что сейчас происходит. И после всех этих разговоров о ее матери у нее начинала болеть голова, здравый смысл отказывался воспринимать действительность того, что происходило в данный момент.

– Я понимал, что на слово ты мне не поверишь. Тогда, возможно, ты поверишь фактам.

После этой фразы компьютер выбросил на голографический экран отчет о проверке крови, и Лисе не хотелось читать его, поскольку она уже и так знала, что увидит. От этого ей стало дурно, такой резкий поворот событий не мог оказаться правдой, все было слишком неестественно, непостижимо. Абсурдно!

– То следящее устройство на твоем клинке было также и прослушивающим, поэтому я знаю, что ты ушла из группировки, чтобы отыскать свою мать. Да, Кая была невероятной женщиной… Я знал только одно, что она ради твоей же безопасности отдала тебя какой-то группе контрабандистов на воспитание. Звучит странно, не стану спорить. Поэтому на протяжении двадцати лет я прилетал в Шаяки в надежде найти тебя, хотя и не зная, кого искать. Но когда я увидел тебя… Твои рыжие волосы, твой взгляд, а также клинок, оставленный от Бешенного Змея… Я понял, что это ты, Лиса ван Реван, ты – моя дочь.

4

Союз

Погода наконец-то успокоилась, и над горами Барграф вновь раскинулась бесконечная гладь голубого неба. Белоснежные шапки переливались в лучах полуденного солнца подобно россыпи драгоценных камней. С высоты десяти тысячи метров эта картина открывалась Алексею Кольту, сидящему у иллюминатора корабля. Мужчина безмолвно наблюдал за тем, как однообразный, но не менее красивый пейзаж не меняется уже в течение некоторого времени.

После нескольких дней, проведенных среди холода и снега, Алексей не мог поверить, что он наконец-то возвращается в Столицу, где царила по-настоящему весенняя атмосфера. Подобная погода – явно не его среда обитания, отчего ему становилось не по себе от мысли, что его друг, Марк Турко, проводит здесь большую часть своего времени. Алексей знал его как самого радостного парня, которому должно быть чуждо все пасмурное, холодное и серое. А базу, на которой он заведовал делами, другими словами и не назовешь. Но с другой стороны, за звание капитана можно и простить подобные условия проживания. Наверное.

Но вот кто действительно вписывался в атмосферу вечного холода и царства зимы, так это генерал-майор Китсу Рейн. Ее непоколебимый характер и вечно серьезное лицо, на котором отражалось чувство открытого превосходства, как нельзя лучше подходили главе Восточного штаба. Алексей мог только посочувствовать Марку, с таким характером как у него весьма трудно ужиться с подобным начальником. Однако удивляло полковника то, что именно Китсу посодействовала повышению парня. Видимо, нужно было назначить кого-нибудь на роль куратора базы, кого не было жалко, а для этого требовался человек, который смог бы командовать армейской единицей превышающей триста человек – как минимум старший лейтенант или капитан.

– О чем задумались, полковник Кольт?

Отвлекшись от мыслей, Алексей перевел взгляд к Китсу, сидящей в нескольких метрах от него.

Поскольку кто-то из беглецов диверсионного отряда сопротивления смог угнать корабль, мужчине оказалось не на чем лететь домой. Эта новость его огорчила в первую очередь из-за того, что придется выслушать дополнительный выговор со стороны генерал-лейтенанта Фарена, которому будет все равно, по чьей вине был украден транспорт. Поэтому Китсу «любезно» согласилась подбросить полковника до Восточного штаба, откуда он сможет без труда добраться до Столицы.

– Явно не о своей триумфальной победе. – С неким отчаянием в голосе ответил Алексей, на что женщина снисходительно улыбнулась.

– Вам очень повезло, что вы находитесь под командованием генерал-лейтенанта Фарена. Думаю, он рассудит вас по справедливости.

«И она туда же» – почувствовав укол злости, отметил про себя Алексей, не переставая дивиться надменности представителей высшего офицерского состава.

– Я так полагаю, Марка тоже рассудили… по справедливости?

– Вы переживаете за своего друга? Как благородно. – На губах Китсу играла легкая улыбка, однако глаза ее блестели холодом. – Не волнуйтесь, полковник, капитан Турко ответит за свой провал.

– Вы же его не запрете на этой базе, генерал-майор?

– Не зазнавайтесь, полковник, вы говорите с генерал-майором. – С тем же спокойствием предупредила женщина, однако намек был понят. – База продолжит свою работу, как только капитан Турко восстановит ее функциональность. И если вам так интересно, то по завершении работ он вернется обратно в Восточный штаб, отстраненный от должности куратора базы.

«Браво, парень, тебя еще и понизили» – непроизвольно подумал Алексей, мысленно посочувствовав другу. Но после секундной паузы он уже не так меланхолично отнесся к словам Китсу.

– Что вы имеете в виду?

Женщина с сомнением во взгляде посмотрела на собеседника, словно его вопрос застал ее врасплох, вызвав желание сменить тему. Однако она с тем же серьезным выражением лица дополнила ответ:

– Я благосклонно отношусь к капитану Турко, однако, вероятно, я поспешила с тем, чтобы дать ему такую ответственную должность.

– Вы хотите его понизить в звании?! – Опешил Алексей, не ожидая такого хода со стороны Китсу.

– А чему вы так удивляйтесь, полковник? – Полюбопытствовала Китсу. – Это вам не территории, подчиненные Центральному штабу, где нет войны и военных действий. Капитан Турко прекрасно справлялся со своими обязанностями вплоть до того момента, когда пришла пора встретиться с врагом лицом к лицу.

– Значит, вот как действуют в Восточном штабе? Одна неудача – и человека лишают всего?

– Алексей... – Понизила голос женщина, смирив собеседника холодным взглядом. – Я прекрасно понимаю, что ты переживаешь за друга, но как капитан он не оправдал себя. До этого он просто контролировал работу базы, что мог делать и в положении звания старшего лейтенанта. Я же решила, что он может достичь большего, поэтому и повысила его в звании.

– Значит это никак не связано с тем, что он кариец, верно?

И в этот момент Китсу одарила Алексея таким многозначительным взглядом, что мужчина пожелал выпрыгнуть с корабля без парашюта или другого спасательного снаряжения.

– Вы блистательно справились со своим заданием, уничтожив транслятор. – Взяв себя в руки, продолжила разговор женщина в привычной для нее манере, поскольку гонор Алексея ей порядком надоел. – Я сначала сомневалась, даже не верила в то, что у вас получится… у вас, полковника из Центрального штаба. Как по мне, так способности офицеров из Столицы не соответствуют их званию. Вы позабыли, что такое война, постоянно отсиживаясь в своих кабинетах, заполняя бумаги и решая вопросы не военного характера. Но Вы, полковник Кольт, меня удивили, отдаю вам должное.

– Спасибо генерал-лейтенанту, он любит часто высылать меня за пределы Столицы. – Без тени улыбки сообщил Алексей.

– Возможно, мне стоило взять с него пример в случае с Марком Турко. Парень толковый, но я заперла его в четырех стенах, чему он мог научиться?

– Ты хоть понимаешь, что только что признала свою вину в том, что произошло? – Вновь позволил себе перейти на «ты» мужчина, но, откинувшись на спинку кресла, он без былого рвения и агрессии продолжил: – Простите меня, генерал-майор, но получается, что из-за ваших ошибок вы хотите понизить в должности Марка.

Не сразу Китсу нашла, что ответить на такой вердикт, поэтому с минуту молчаливо смотрела в окно, за которым снежные вершины постепенно перетекали в невысокие горы, поросшие густыми лесами.

– Если бы ты находился под моим командованием, то давно бы занял мое место. – В неком роде эти слова стали для Алексея самым лучим комплементом, какой ему доводилось слышать за всю свою жизнь. Однако радоваться ему пришлось не долго, поскольку отступать в своем решении Китсу явно не была намерена: – Но не вы, полковник, а Марк Турко находится под моим командованием. Поэтому попрошу вас больше не подвергать сомнению мои решения и забывать в такие моменты, что мы вовсе не друзья, а солдаты. Мы с вами прошли через «Ледовый Кулак», только поэтому я вас до сих пор не выкинула с корабля за такую дерзость.

И это правда, как бы Алексей не был не согласен с политикой Китсу Рейн, в глубине души он уважал эту женщину, хотя бы из-за того, что ее повышению на свое место при отставке поспособствовал предыдущий генерал-майор, под командованием которого полковник преодолел одно из самых сложных испытаний в своей жизни.

***

Военный аэропорт столицы Союза ничуть не изменился, и отчего-то радужные лучи заходящего солнца делали его неестественно привлекательным для Алексея. Когда корабль высадил его, он оказался на огромном посадочном поле, по которому разгуливал сильный ветер. По сравнению с большими военными машинами, стоящими неподалеку от ангаров, люди казались крохотными насекомыми, отчего и мужчина почувствовал себя не в своей тарелке, когда корабль, на котором он прилетел, начал взлетать, оставив его одного. Поэтому другого выхода Алексей не видел, кроме как отправиться вперед.

Вдали виднелись высотные здания Столицы, как раз за полосой зеленеющего леса. Над острыми пиками кружили мелкие точки, порой отделяясь от основного роя и улетая прочь от большого города. На фоне неба, которое заходящее солнце окрасило в пестро-рыжие оттенки, темные силуэты построек казались настоящим произведением искусства.

Но Алексей недолго любовался видом, поскольку его внимание привлек один человек, ожидающий его на пропускном пункте, как раз у выхода с аэропорта.

– А что ты тут делаешь? Разве ты не должна быть в больнице?

– Благодаря современной медицине мое ранение практически зажило. – Добродушно улыбнулась Селеста Фриз, отстранившись от припаркованного автомобиля темно-синего цвета, на дверце которого выделялся герб Союза. – К тому же я подумала, что вы будете не против добраться до штаба на автомобиле.

– Ты прямо читаешь мои мысли. – С неким благоговением осмотрев знакомый автомобиль, который не редко любила эксплуатировать сама Селеста, Алексей почувствовал облегчение.

– Поздравляю вас с успешным завершением миссии, полковник.

– Спасибо. – Открывая дверцу переднего пассажирского места, мужчина проследил за тем, чтобы девушка устроилась поудобнее. – Но мне еще предстоит отчитаться перед генерал-лейтенантом, так что веселиться еще рано.

Усевшись на место водителя, Алексей испытал неподдельную радость, вновь оказавшись за рулем своего любимого автомобиля. Пусть машина и принадлежала армии, он все равно приравнивал ее к своей собственности. Может, в нынешнее время вождение наземного транспорта считалось немного устаревшим, это все равно не останавливало полковника. Одна из немногих вещей, приносивших ему удовольствие – это вождение. Управлять машиной, чувствовать скорость и мимолетно выхватывать проносящийся мимо глаз пейзаж – в какой-то мере это приносило особую радость.

Но в этот раз Алексей не мог ощутить себя расслабленным, даже учитывая тот факт, что его миссия завершилась успехом. И это не ускользнуло от глаз Селесты, молчаливо наблюдавшей за ним некоторое время.

– Произошло еще что-то?

Произошло, произошло. Но полковник и сам не знал, из-за чего в первую очередь он ощущал неприятную тяжесть на душе. Поэтому, думая, что ему полегчает, он рассказал сержанту Фриз о ситуации, связанной с понижением в звании Марка Турко. Алексей действительно не понимал, почему Китсу Рейн так жестока по отношению к парню, который потерпел свой первый и единственный провал. Если бы подобное произошло с ним, его бы не понизили в звании – может, генерал-лейтенант Альберто Фарен и не самая приятная личность, но он не стал бы «топить» своих подчиненных из-за единственного, пусть и крупного, провала.

Однако Селеста, с сочувствием к бедному парню выслушав весь рассказ, продолжила терзать Алексея сомневающимся взглядом. И как только их автомобиль покинул живой коридор из высокой лесной чащи, полковник снизил скорость на подъезде к черте города. Но не для того, чтобы избежать аварии, а затем, что ему требовалось больше времени, если он хотел успеть поделиться с сержантом своими домыслами до того, как прибыть в пункт назначения.

– Ты же знаешь мою историю?

– Вы говорите о вашей жизни до вступления в армию Союза?

– На базе произошло кое-что еще, помимо триумфального провала Марка. – Внезапный яркий луч выглянул из-за лесной полосы и ударил Алексея в лицо, отчего ему пришлось на мгновение зажмуриться. – Ты знаешь человека по имени Сирко Медиче?

Селеста посмотрела на мужчину таким взглядом, будто бы он только что предложил ей спрыгнуть с самого высотного здания Столицы без страховки, поэтому он принял это за положительный ответ. Алексей постарался как можно быстрее рассказать о внезапном прибытии Сирко на базу и о цели его визита. Девушка слушала полковника до конца, после чего пыталась сопоставить слова с фактами, и этот процесс вызвал у нее некоторое недопонимание, а впоследствии и вопросы.

– Но что он там делал? То есть, как он мог там оказаться? Его же назначили смотрителем… – Запнулась девушка, едва не сказав «надзирателем». – Смотрителем в тюрьму особого режима на острове в океане.

– Трудно назвать это назначением, если учесть, что он тоже в какой-то степени является пленником. – Подметил Алексей. – Когда я спросил у него, что он забыл на базе, он сказал, что поможет нам справиться с группой людей из сопротивления, которая должна напасть со дня на день. Взамен он хотел, чтобы мы помогли поймать ему одного человека. Я сам не присутствовал при всем этом, зато Марк рассказал мне, кого Сирко хотел поймать.

– А как вообще он узнал о том, что на базу должны были напасть?

– Без понятия. – Признался Алексей. – Но Сирко крупно рисковал, вот так заявляясь на военный объект Союза без какого-либо предупреждения. Он не из тех людей, которые бы стали действовать опрометчиво, поэтому должен был быть повод, чтобы так поступить.

– И кого же он преследовал?

– По словам Марка – рыжеволосую молодую девушку, что была в той диверсионной группе.

На какое-то время в салоне автомобиля повисла небольшая пауза, во время которой Алексей ждал реакции Селесты, поскольку ему хотелось знать, что он был не единственным, кого посетила одна не столь обнадеживающая мысль.

– Вы видели ее? – Не зная, что же сказать в ответ, девушка решила дать возможность Алексею продолжить разговор.

– Нет. – Признался мужчина. – Но у меня есть подозрения, что это девушка может оказаться его дочерью… Дочерью Каи…

– И что вы собираетесь делать? – Словно осознав весь смысл сказанных слов, Селеста ощутила неподдельный испуг, понимая, что полковник может натворить дел, и за это она невольно одарила его осуждающим взглядом.

– Я не жду твоей поддержки. – Впервые за долгое время Алексей почувствовал напряженность в их с сержантом разговорах, что вызвало у него легкий приступ злости. – Но ты должна понять, что я не могу просто так закрыть на это глаза. Кая была моим наставником, она помогала нам с Корой контролировать и обращаться с Живым Оружием, она была нам как старшая сестра.

И вновь собеседников сковала минута молчания. Алексей знал, что Селеста не будет доносить генерал-лейтенанту о его задумках, какими бы они безумными и авантюрными не были. Но вот станет ли она помогать ему – в этом полковник уже сомневался. Он привык, что девушка всегда его поддерживала, поэтому встретиться с подобным сомнением в ее взгляде ему приходилось впервые.

– Что вы будете делать?

Услышав этот вопрос, Алексей воспарял духом, засчитав его за некую форму согласия помогать ему.

– Для начала я хочу взглянуть на нее, на эту девушку.

– И как мы это сделаем? – Но на самом деле этот вопрос имел смысл «вы же не собираетесь лететь в Каньон Дьявола и проверять все лично?».

– В этом нам поможет наш общий знакомый, который постоянно любит меня сдавать генерал-лейтенанту.

5

Карийская Федерация

День незамедлительно клонился к концу, о чем свидетельствовало ярко-оранжевое солнце, постепенно плывущее к горизонту. Вереницы тяжелых белоснежных облаков скользили по блекло-фиолетовому небосклону, отражаясь на поверхности широкой реки, текущейся среди холмов, поросших зеленью. На краях утесов близ берегов оживали ладьевидные высокие постройки, напоминающие парусные корабли, бороздящие бескрайнее зеленое море леса. Вдоль русла реки передвигались воздушные катера.

Такими пейзажами, сохранившимися со времен довоенного времени, могла порадовать глаз окраина столицы Карийской Федерации. На данный момент в подобных поселениях жили лишь хискари – представители религиозной общины, чье влияние до сих пор распространено в нижних странах Центрального континента. До того, как Союз оккупировал территории в радиусе нескольких сотен километров от столицы, включая ее саму, хискари уютно жили в городах, а не только за их пределами. Это сложно представить, но таким людям без труда удавалось найти свое место среди обычных горожан.

Карийская Федерация – страна, в которой верх над всеми сферами жизни давно взяла наука, отвергающая существование мистического феномена и других вещей, которых нельзя было объяснить. Поэтому странно, что религиозная община нашла свой дом в подобной стране. Но хискари не отрицали науку, а, наоборот, восхваляли ее, считали, что она является частью окружающего мира, неотъемлемым элементом бытия. Они поклонялись природе и всему тому, что брало от нее начало, они являлись приверженцами мира на земле. И что самое интересное, хискари отрицали существование Бога в любых его проявлениях, для них имела место быть лишь энергия мира. Каждое живое существо наделено определенным зарядом энергии – душой, – которая после смерти, обезличиваясь, вливалась в общий поток, окружающий планету. Эта энергия и давала жизнь всему живому, поэтому хискари очень трепетно относились к тому периоду времени, когда на планете не было войн.

Однако, когда войска Союза вторглись на территорию Федерации, о спокойствии и медитации пришлось позабыть.

Как и остальные карийцы, хискари считали обязанным защитить свой дом и народ от агрессии и насилия со стороны недоброжелателей. Они всячески помогали жителям их столицы и других захваченных городов бежать прочь, и когда силы Союза полностью взяли под контроль участок территории в 389 тысяч квадратных километров, то перед ними возникла проблема в образе религиозной общины. Если конфликт с Федерацией был завязан на политической почве, то принудительное выселение хискари могло вызвать ненужный гнев на религиозной. Союзу такое развитие событий не прельщало, поэтому высшее руководство постановило выселить представителей общины из городов и разместить их на окраинах.

Это оскорбило хискари, они чувствовали себя как птицы, которым обрезали крылья, что побудило их охотнее помогать своим соотечественникам бороться с вражеским захватчиком. Поэтому не только в городах, но и в загородных поселениях Союз был вынужден выставить патрули, чтобы пресечь любую возможность сопротивления.

Но как выяснилось, со временем грозный враг растерял свою форму.

Под тенью опустившихся сумерек, в которых освещалось множество окон в огромных домах у реки, одна из хискари ускоренным шагом двигалась по вытоптанной тропе вдоль обрыва. Из-под капюшона выглядывало бледное, обрамленное густой темно-синей челкой и парой прядей волос – остальная поверхность головы была стрижена налысо, как и было принято у хискари. Осматриваясь по сторонам узкими, обведенными черной краской, глазами, девушка остановилась у обрыва, прислушиваясь к окружению. Пока что никаких посторонних звуков не было слышно, лишь бурление воды доносилось со стороны небольшой дамбы.

Убедившись, что патруль пока что не вернулся с обхода, девушка спрыгнула вниз, зацепившись пальцами за выступающие острые камни. Она перемещалась по отвесной стене с непривычно высокой скоростью подобно чернокрылому жуку в своем длинном синем плаще, скрывающем традиционный просторный костюм зелено-коричневого цвета.

Наверное, хискари не оказали бы такого усердного сопротивления, продолжая жить в стороне от военных действий, если бы люди Союза оставили город в первоначальном виде. Сейчас же столица Карийской Федерации напоминала столицу Союза, такие же многоэтажные бетонные джунгли, в которых нет места для пышной растительности, богатых садов, больших зон отдыха и прочих радостей. Несмотря на первенство науки, столица Федерации сохраняла некий образ утопии, в котором люди использовали в качестве транспорта не только машины, но и больших животных.

За считанные минуты добравшись до плотины, девушка встретилась с новой проблемой лицом к лицу – ей нужно было перебраться на другую сторону, а это сделать незаметно очень трудно. Патруль, шествующий не только по обеим сторонам громоздкой конструкции, но и по всей округе, не только пресекал любую возможность мятежа, но и внимательно наблюдал за тем, чтобы никто не нарушал комендантский час. Или почти внимательно.

Скинув с плеч темный плащ, девушка принялась освобождать себя от мешковатого одеяния, сбрасывая на землю каждую его часть. Ткань давала возможность скрывать то, что захватчикам точно бы не понравилось: извилистые татуировки темными лентами окутывали практически все участки белоснежной кожи. От спинного хребта расходились паутиной во все стороны тонкие нити, обволакивающие мелкой сетью упругие ягодицы, стройные, но крепкие ноги. Они скользили по плоскому животу, обрываясь под ребрами, и вновь появлялись в виде оборванных штрихов на маленькой груди. На сгибах локтей проступали три четких круга, как и на белоснежном лбу, который скрывала густая челка.

Достав из внутреннего кармана верхней одежды небольшую карту памяти, девушка уместила ее под языком, после чего активировала Живое Оружие. Пелена невидимости накрывала ее руки, обволакивала ноги, после чего скрыла ее полностью.

Взобравшись по выступающим камням к дороге, ведущей к плотине, девушка обнаружила двоих охранников с каждой стороны от берега. И воспользовавшись тем, что ее никто не мог увидеть, она проскользнула вперед и перебежала по выступу плотины, борясь с желанием расправиться голыми руками с недоброжелателями.

Но нужно было спешить, девушка понимала, что она не владела в совершенстве своим Живым Оружием, поэтому ей следовало добраться до места встречи за двадцать одну минуту. Жаль, что нельзя было обойтись без этого, но поскольку единственный путь из поселения лежал через плотину и мосты, беглянке ничего не оставалось, кроме как воспользоваться самым неохраняемым пунктом переправы, чтобы связаться с внешним миром. «Ибо транслятор», а лучше сказать, отсутствие такового.

Спрятавшись в тени деревьев, девушка осмотрелась по сторонам, убедившись, что никто за ней не гонится. Нужно было перевести дух, поэтому, сняв с себя «невидимую чешую», она принялась ждать, однако в следующий момент послышался шорох со стороны высоких кустов. В первую очередь брюнетка отскочила назад, думая, что кто-то хотел напасть на нее, но вместо человека с оружием из укрытия показалась тенистая кошка, полностью сделанная из металла.

– Вот ты где. – Констатировала девушка, приманивая к себе робота.

Кошка, сверкая ярко-желтыми глазами, остановилась у ног обнаженной незнакомки и послушно открыла пасть, полную острых зубов. Девушка без колебания достала небольшую карту памяти, предложенную роботом, в обмен на ту, что до этого момента хранилась у нее под языком. И как только дело было сделано, кошка отступила назад и склонила голову, словно кивая в знак прощания.

***

В ночи столица Карийской Федерации сияла подобно драгоценному камню на черном мягком бархате. На ее окраинах россыпью мелких огоньков выделялись поселения хискари и других представителей страны, желающих жить подальше от суеты большого города. Ветер приносил слабый запах застоявшейся воды со стороны небольшого озера под высокой горой, на которой Кора Кишью наблюдала открывающиеся перед ней пейзажи.

Находиться здесь, смотреть издалека на свой дом, из которого тебя изгнали больше двадцати лет назад, и знать, что вряд ли когда-нибудь сможешь туда вернуться – ни это ли настоящая пытка? Но еще ужаснее на сознание влиял факт того, как сильно за все это время поменялась столица Федерации. Инженеры и строители Союза изменили ее в корне, возведя огромные небоскребы взамен башен и «наскальных гнезд», выкорчевали деревья и залили траву бетоном. Они не только обратили большинство коренных жителей в бегство, но и возвели свой собственный мир, как знак полного подчинения своей воле.

Была ли возможность у Карийской Федерации дать отпор врагу? Возможно. Кора не только верила, но и знала об этом наверняка. Карийцы, разбежавшиеся по всему миру, может, и потеряли многое, но зато приобрели не малое. Мибелия, Республика Сигурэ, Борда Систа и еще множество других стран стали для них поддержкой, опорой и лучом надежды на победу в этой войне. Конечно, есть и те, кто до сих пор не готов официально признать свое право защищать интересы Федерации, например, Борда Систа, но что-то Коре подсказывало, что время перемен не за горами. Ей, как и большинству народных лидеров, надоел подобный образ жизни. Просто всех пугало возможное повторение событий, что произошли шесть лет назад, когда обе воюющие стороны были готовы сложить оружие и подписать временное перемирие. Однако один из генералов Союза спровоцировал нападение Федерации на Кота Кинау, своих союзников, что привело к возобновлению военных действий. После этого конфликта генерал пропал без вести, хотя большинство людей подозревало, что его убил кто-то из своих либо кто-то это сделал за них.

Тем не менее, Кора чувствовала, что пришло время перемен, и тому свидетельствовало яркое пламя войны, разгоревшееся на северо-западе Карийской Федерации. И после нападения на станцию, уничтожения транслятора, она поняла, что придется немедленно заручиться поддержкой союзников и устроить, что называется, финальное сражение.

Но чтобы без помех и неудобств координировать действия людей, нужно для начала определить безопасную линию связи, пока техники занимаются восстановлением транслятора. Когда приготовления будут завершены, земли Федерации вновь станут невидимы для Союза. Но чтобы дать людям проверенный канал связи, нужно было лично передать им всю информацию, не рискуя прибегать к дистанционным средствам коммуникации.

Спускаться в лес, в котором можно было наткнуться на патруль Союза, Кора посчитала делом не безопасным, поэтому отправила своего железного друга вместо себя – она могла контролировать действия роботов в радиусе 2304 метров. Конечно, не имея безопасных средств связи, девушка вряд ли бы смогла договориться о месте и времени встречи, однако хискари имели подобную возможность.

Будучи народом, тесно связанным с природным фактором, они в первую очередь полагались не на технику, а на растения и животных. Так что хискари отправили почтовую птицу с указаниями о том, что каждую полночь свой человек будет ждать новостей из «внешнего мира» в определенном месте. Кора могла бы послать птицу в ответ, привязав ей к лапе переносной носитель информации, однако солдаты Союза уже прознали об этой схеме, поэтому проверяли каждого прилетевшего пернатого посланника.

Время за размышлениями шло быстро, поэтому девушка вскоре встретила свою механизированную кошку, вернувшуюся со встречи.

Изъяв у нее из пасти маленькую карту памяти, Кора вставила ее в гнездо на своем ручном компьютере, просмотрев полученную информацию на голографическом экране.

– Посмотрим. – Обнаружив последние новости из столицы, включающие не только количество возведенных зданий с прибывшими на новое место службы солдатами, но и некоторые выкраденные сведения, девушка связалась с Даласом. – Что ж, можешь меня поздравить.

– Все прошло без происшествий?

– Да. – Сухо ответила Кора, переключившись на другую тему разговора. – Я просмотрела добытую Камукой информацию и меня кое-что тревожит. А если быть точным, то тот факт, что в столицу завозят гораздо больше солдат и инженеров-технологов.

– Учитывая то, что город теперь похож на бетонные джунгли, я не удивлюсь, что они просто решили построить десяток другой зданий.

– Может быть. – Не стала отрицать девушка, однако ее продолжали мучить сомнения. – Но дело в том, что в отчете Камуки указано и то, что они завозят неимоверное количество генераторных батарей, способных накапливать большой заряд энергии. Один такой может питать целый район города несколько часов.

Вот теперь, казалось, Далас начал понимать, к чему постепенно клонила разговор Кора, и это ему не пришлось по душе.

– Это невозможно. Они не смогут использовать ДжеТа, как бы ни пытались ее перестроить. Она безвозвратно запрограммирована на ДНК Каи Шиин, а девушки, насколько я знаю, давно нет в живых. К тому же ДжеТа стояла без работы больше двадцати лет… и слава Богу.

– И все же. – Настаивала на своем Кора, не желая никак угомониться. – Что если они найдут способ ее активировать?

– Это не возможно, я тебе говорю. Это чисто физически…

– И все же!

– Что ж. – Не знал Далас, хотела ли действительно собеседница услышать эти слова, ведь она и так прекрасно знала, что будет в том случае, если Союзу удастся привести «ДжеТа» в рабочее состояние. – Если такое случится, то нас никто уже не спасет.

6

Союз

Что обычно чувствуют люди, когда разочаровываются в своих надеждах, ожиданиях, поступках? С чем можно сравнить ту боль, которая в один миг лопается как мыльный пузырь и оставляет после себя только пустоту? Такое ощущение, будто бы ты бродишь по дремучему лесу и не можешь найти дорогу, которая вывела бы тебя из этой обители тьмы и холода. Но ты понимаешь, что выбраться невозможно, особенно в тот момент, когда забредаешь в болото, и чем сильнее ты пытаешься сопротивляться той трясине, что затягивает тебя, тем хуже становится. Смириться? Принять все как есть?

– Нет, нет…

Но есть ли другой выход? Когда не хочется тонуть, не хочется идти ко дну, с которого ты всегда так яро пытался выплыть, увидеть проблеск надежды в лучах солнца. И что тогда? Тогда ты просто понимаешь, что вместо яркого теплого дня тебя все это время ждала холодная ночь.

Лиса пыталась держать все в себе, отказываясь верить услышанному, она выбежала из комнаты и бежала по темному коридору куда глаза глядят, не желая останавливаться. Жар и духота с каждым моментом сильнее терзали легкие от нехватки кислорода, но эта тупая боль была только на руку девушке. Спотыкаясь чуть ли не на каждом шагу, бывшая контрабандистка просто бежала, но не знала куда. Пыталась ли она скрыться от правды или же от собственных мыслей, или просто не хотела видеть Сирко, потому что боялась еще каких-нибудь сюрпризов? Нет, она опасалась не этого. Ей нужно было не это, она искала вовсе не такие ответы.

Когда жжение в груди не подлежало никакому терпению, Лиса остановилась и только тогда осознала, что практически задыхается. Каждый вдох раздирал ее легкие и в то же время приносил облегчение. Цепляясь руками за неровную поверхность каменной стены, девушка согнулась в приступе кашля, ощущая себя полностью раздавленной. Глаза ее начинали резать слезы, смывающие черную тушь по щекам маленькими капельками.

Упав на колени, бывшая контрабандистка обреченно свесила голову. Рыжие волосы скрыли ее покрасневшее лицо, но прятать свои слезы она не хотела, не видела в этом смысла. К чему привела ее вся эта суета, ребяческое желание отыскать правду о родителях? Неужели оно того стоило? Вместо того чтобы ответить самой себе на эти вопросы, Лиса просто закричала. Собственный крик, отразившись от узких стен коридора, оглушил ее слух, но не воспаленное чувство реальности.

А чего она собственно ожидала? Узнать, что ее родители были простыми тружениками народа, погибшими во время нападения Союза или сумевшими удариться в бега, чтобы прожить остаток жизни на задворках цивилизованной жизни? Ее родная мать неспроста отдала ее на воспитания Тайгеру, контрабандисту и преступнику, посчитав, что так будет для нее намного безопаснее. Стоило догадаться, что реальность куда менее сказочная, чем ее предыдущая жизнь в кругу контрабандистов. Ей ли удивляться тому, каков ее настоящий отец, который в первую их встречу пытался убить ее?

От этих размышлений Лисе стало еще хуже, но по крайней мере слезы перестали течь ручьем, да и кричать уже не хотелось так сильно. Облокотившись спиной о прогретый камень стены, девушка, тяжело дыша, уставилась в пустоту. Необъяснимый приступ усталости завладел ее телом, не давая и шелохнуться, а вместе с тем в голову вновь полезли вопросы.

Почему сейчас? Хотя, Сирко же сказал, что на протяжении двадцати лет отправлялся в Шаяки, чтобы разыскать ее. И учитывая тот факт, что группировка Тайгера перебралась с Центрального материка на Южный тринадцать лет назад, ему пришлось бы искать ее очень долго. Если бы не просьба Бэя – отвезти его в Шаяки, – то кто знает, может быть Сирко продолжал бы бесперспективно скитаться по городу.

И на какое-то мгновение Лиса задумалась. Двадцать лет, целых двадцати лет этот мужчина искал свою пропавшую дочь. Каждый день цепляться за возможность, что она появится, что, быть может, он узнает ее, и все надежды обращались в пепел каждый день. Не так много на этой планете людей с рыжими волосами, а особенно девушек, любящих задерживаться в таком опасном городе, как Шаяки. Вполне понятно, что Сикрко, только увидев ее, как с цепи сорвался. За такое время и с ума сойти не долго. Что, вероятнее всего, и произошло.

– Отец-психопат, заведующий тюрьмой для особо опасных людей. Молодец, ван Реван, на этот раз я официально заявляю, что за всю свою жизнь ты так крупно никогда не вляпывалась.

На место злости и истерии пришло необъяснимое чувство покоя, но не того, когда можно было с облегчением вздохнуть полной грудью и радоваться жизни. Здесь складывалось впечатление, словно на сердце повесили сумку, набитую до краев холодным гневом и обреченностью. Лиса не хотела никуда уходить, ее вполне устраивало это темное сырое место, в котором никто ее не трогал и не беспокоил. Вот только она не знала, где находилась, как отсюда выбраться. Страх и ужас унесли ее так далеко от той комнаты управления, что она и не запомнила дорогу обратно.

Может, так и остаться сидеть? Неплохой вариант, но рано или поздно Сирко отправит на ее поиски людей или, что вероятнее всего, сам займется этим. А перспектива в ближайшее время встретиться с этим человеком… с ее отцом… нет, для нее эта задача казалась чересчур сложной.

Поднявшись с насиженного места, Лиса двинулась дальше по коридору, встречая на пути множество развилок, отчего возможность найти верный путь казалась нереальной. Это место напоминало гигантский муравейник с неимоверным числом переходов, тоннелей и опасностей. И с последними девушке едва не пришлось столкнуться лицом к лицу, когда она услышала приближающиеся голоса. Спрятавшись за стеной, она увидела лишь спины двух людей в черной униформе, на которых был вышит герб Союза. Похоже, мимо нее только что прошли охранники. И хотела бы она окликнуть их и попросить о помощи, сказать, что ее сюда привезли без ее согласия, попросту похитили, но… бывшая контрабандистка, пойманная управляющим и привезенная сюда в качестве заложника – чем не типичный портрет заключенного? Тем более сбежавшего, если учесть что она беспрепятственно разгуливает по коридорам.

Поэтому Лиса решила не высовываться, однако инстинктивное любопытство подтолкнуло ее следовать за незнакомцами в надежде, что они смогут ее вывести из этого лабиринта. Или привести в самое гнездо опасных заключенных.

Мужчины плутали по коридорам не долго, остановившись у стеклянной двери, обитой по краям железом. С кодовым механизмом она представляла из себя довольно хорошую защиту, насколько могла судить Лиса, ей бы, например, не удалось ее снести или сломать. Но зато у нее имелась возможность подсмотреть код, введенный одним из охранников, состоящий из шести цифр.

Запомнив комбинацию, девушка была готова последовать примеру мужчин и миновать прочную дверь, однако, перед тем как ввести повторно цифры на сенсорном табло, она остановилась.

Это же безумие!

Лиса понятия не имела, куда ведет этот проход, а что если там ее ждет нечто похуже раскаленный лавы и ненормального мужика, который, как оказалось, является ее отцом. А с другой стороны, это уже не ее проблемы. Чувство самосохранения настолько притупилось после недавней истерики, что бывшей контрабандистке было абсолютно все равно, что ее ждало по ту сторону. Если Сирко так яро стремился ей доказать, что он ее отец, то в случае опасности он спасет ее, а если нет – что ж, наверное, так будет только лучше.

Введенная комбинация откликнулась отворившимися дверьми, за которыми продолжился все тот же страшный темный коридор, который через несколько десятков метров привел Лису к полупрозрачной светящейся кабине лифта. Долго не раздумывая, она зашла внутрь и конструкция сама понесла ее вниз, даже не затребовав нажать определенную кнопку. Поездка оказалась не долгой, она заняла буквально секунд десять, поэтому Лиса с некой нерешительностью покинула светлую кабину, обменяв ее на ужасно темный коридор.

Укрывшись в тени, девушка выждала пару секунд, чтобы убедиться, что никого нет поблизости. Ей даже стало интересно, куда смогли так быстро подеваться охранники. Поэтому, вдыхая тяжелый сырой воздух, Лиса двинулась вперед медленным шагом, с каждой секундой осознавая, что идея спуститься сюда была одной из самых глупых.

Через несколько метров по краям коридора начали прорисовываться скудные очертания каких-то отсеков, и только в свете двух ламп девушка смогла понять, что она смотрела на стекло. А лучше сказать, это напоминало стеклянную стену, окруженную в форме буквы «П» каменными плитами, что в итоге составляло самую настоящую камеру. Пустую камеру, в стеклянной перегородке которой виднелись несколько прорезей для воздуха. Лиса даже не сразу поняла, где у этой клетки находится дверь, лишь только прикоснувшись к толстому стеклу, она нащупала тонкие щели, вычерчивающие дверной профиль.

– Ты явно не работаешь здесь охранником.

Услышав приглушенный мужской голос, Лиса метнулась в сторону, едва не ударившись головой о выступающий камень. Сердце в ее груди забилось сильнее от испуга, она думала, что кто-то из блюстителей порядка обнаружил ее и был готов поймать и посадить в клетку, как зверя. От этой мысли она была готова дать деру в сторону лифта, однако вовремя заметила, что в коридоре никого нет. Но кто же с ней говорил? В такой темноте ничего нельзя разглядеть.

– Я здесь, в камере. – Наблюдая за тем, как девушка с непониманием оглядывается по сторонам, мужчина обратил ее внимание на себя.

Из-за стоящей тишины Лиса думала, что все отсеки для содержания заключенных пусты, однако она ошибалась. По-хорошему, ей бы сейчас бежать отсюда сломя голову, но что-то ей подсказывало, что сейчас она находится в безопасности. Тем более небольшая капля любопытства перевесила весы в сторону того, чтобы узнать, кто с ней говорил.

В тусклом свете лампы Лиса смогла разглядеть чей-то силуэт за стеклом, но в деталях ей не удалось рассмотреть человека.

– Что же такая прекрасная юная девушка забыла в этом месте? – Голос мужчины выдавал его возраст, клонивший, быть может, к пятому десятку лет.

– Пытаюсь выбраться отсюда. – За неимением подходящего ответа, бывшая контрабандистка сказала первое, что пришло в голову, и это видимо повеселило мужчину. От его смеха по спине Лисы пробежались мурашки.

– Тогда зачем ты пришла в подземный блок для особо опасных преступников?

– Подземный блок? Опасных… – От слов собеседника Лиса едва не схватилась за голову, чтобы хоть немного приглушить нарастающую тревогу.

– Не волнуйся, тебе повезло. Здесь, кроме меня, больше никого не держат. – Все это время мужчина разговаривал с некой расслабленностью, не переставая баловать себя ухмылками. – Так что же ты тут делаешь?

Девушка понимала, что разговор с незнакомцем, сидящим в тени камеры для «особых» преступников вряд ли мог пойти ей на пользу. Но в последнее время общение с подозрительными личностями вошло у нее в привычку, к тому же она не могла признать в собеседнике опасного человека. Конечно, у нее не имелось возможности рассмотреть его лица, да и судить о нем после минуты разговора не столь умно. Но слабый свет бросал свои лучи на его худощавое тело, показывая в нем не такого грозного противника.

– Ладно. – Согласилась девушка, облокотившись о стекло соседней камеры и сложив руки на груди. – Я скажу тебе, что я тут забыла, если ты мне расскажешь об этом месте и о… том, кто здесь главный.

– Опасная личность, так что лучше бы тебе держаться от него подальше.

– Спасибо за очевидное. – Не сдержалась от сарказма Лиса, почувствовав легкий укол раздражения. – А конкретнее?

В ответ девушка получила лишь долгую паузу, и это было не так приятно, особенно учитывая тот факт, что в любой момент могла вернуться охрана. И сдался ей этот преступник, вместо того чтобы тратить на него время, она могла бы поискать безопасный выход из этого лабиринта. Лучше всего было бы найти корабль, который помог бы ей покинуть это ужасное место.

– Почему здесь так мало охраны? И где все остальные заключенные? – Этот вопрос волновал Лису не меньше, поскольку странно было видеть на улице столько людей в электрических оковах, а в коридорах – ни одного из них.

– На верхнем уровне не держат заключенных. – Повременив с продолжением, мужчина какое-то время внимательно наблюдал за девушкой. – А здесь есть только подобные блоки, но в основном – клетки для местных охранников. И ты не ответила на мой вопрос.

Лиса пока что не спешила раскрывать все карты. Может, сейчас она и не была в состоянии здраво мыслить, но рассказывать заключенному о том, что она приходилась дочерью главного надзирателя, было бы верхом идиотизма. Для нее раскрыть себя означало бы страшную и мучительную смерть.

– Если я скажу, что я тут делаю и кто я, то боюсь, что долго мне не продержаться.

– Хм… – Задумчиво протянул незнакомец, словно пытаясь решить для себя, что же сказать в ответ незваной гостье. – Меня держат в одиночной камере уже пять лет, и ты думаешь, что у меня представится шанс рассказать кому-нибудь о тебе кроме охраны, которая тоже тут не задерживается? Хотя, я могу попробовать угадать. – Спокойный, но в то же время обжигающий слух голос выдавал в собеседнике натуру лиса и хитреца, которого не стоило недооценивать. – И, кстати, что это у тебя на руке?

Если бы мужчина не спросил об этом, Лиса и не вспомнила бы о странном браслете, с которым очнулась в своей темнице. И по тому, с какой интонацией задал этот вопрос незнакомец, она могла поклясться, что он знал что-то об этой вещи. Но это не обрадовало ее, а, наоборот, испугало.

– Но ты не знаешь, верно? – Чтобы подняться с пола, мужчина приложил немало усилий, и когда он подошел вплотную к стеклянной перегородке; лучи тусклого света легли на его лицо.

Как себе и представляла Лиса, незнакомец не отличался молодостью, а из-за условий содержания выглядел на несколько лет старше своего истинного возраста. Но воли к жизни он не утратил, несколько лет заточения не смогли лишить его дьявольской искорки во взгляде черных глаз. Длинные с проблесками седины волосы до подбородка в темноте практически сливались с короткой темной бородой. Казалось, сила уже давно покинула это исхудавшее тело, тонкие пальцы едва могли цепляться за жизнь – но все это было обманом, поскольку в глазах этого человека горел огонь ярости, желания отмщения.

– Верно, не знаешь. – Самодовольно улыбнулся мужчина, тем самым вызвав у Лисы не только любопытство, но и страх перед неизвестностью. – Твой отец снял его с меня, когда узнал, что это такое, опередив мое руководство.

– Снял с те?.. – Но в следующий миг уже не таинственный браслет занимал мысли девушки, а тот факт, что мужчина без единого намека признал в Сирко ее отца. – Ты… откуда ты?..

– Об этом не трудно было догадаться. – В свое оправдание ответил незнакомец, и складывалось такое впечатление, что эта новость была для него не такой ошеломляющей, как для Лисы. – Я был знаком с Каей Шиин, знал, какие отношения связывали ее с Сирко, так что… тебя выдали твои рыжие волосы и сам факт нахождения в этом месте.

Страх отступил, но вместо него пришло не менее пугающее чувство непонимания и растерянности. Девушка ощущала себя ученицей начальной школы в кругу выпускников высших учебных заведений, которые знали все, о чем она даже и не догадывалась. Лиса поняла, что разговаривает далеко не с простым заключенным, которого заключили в одиночную камеру за убийства или торговлю людьми. Этот человек нес в себе куда большую угрозу, чем она могла себе представить.

– Кто ты такой?

– Хм, – в своей привычке хитро ухмыльнулся незнакомец. – Я бы хотел сначала услышать твое имя.

– Что? – Опешила девушка, но в следующий момент поняла, что ей придется пойти на такую жертву, чтобы узнать правду. – Лиса… Лиса ван Реван.

– Лиса… Лиса… – Словно пробуя на вкус услышанное имя, мужчина едва уловима прошептал: – Талиса… или Калиса…

– Эй, я все еще жду! – Нетерпеливо воскликнула бывшая контрабандистка, пропустив мимо ушей бормотание собеседника, не имеющее пока что никакого смысла.

– Что ж, приятно с тобой познакомится, Лиса ван Реван. Позволь тогда и мне представиться. Мое имя Сет Дефраль, человек, некогда служивший в армии Союза.

7

Союз

Успешное завершение миссии в горах Барграф какое-то время благосклонно влияло на настроение Алексея Кольта, давая ему небольшой заряд энергии и радости. Однако даже самые прекрасные прогнозы становились не такими приятными после десятиминутной беседы с генерал-лейтенантом Альберто Фареном. Что ни говори, как ни старайся, но этот человек умел внушить, что все твои старания и успехи ничего не стоят, а сам ты полное ничтожество. Полковник Кольт думал, что привык к аллергии Альберто на лесть и доброе слово, но, видимо, он сильно ошибался.

Первая встреча с этим мужчиной у Алексея состоялась в то время, когда он был еще сержантом. Его записали в подчинение к полковнику Альберто Фарену, который, по слухам, был хуже самого дьявола и никогда не щадил своих подчиненных. А в особенности молодого карийца напрягал тот факт, что его новый начальник терпеть не мог уроженцев Карийской Федерации. Но он все же надеялся, что дела сложатся не так плохо, если не злить Альберто и вести себя уважительно с ним. Однако с такой программой по жизни Алексей протянул не больше полугода, поскольку полковник Фарен придирался к любой мелочи, ставя под сомнения каждое его действие или поступок. В какой-то момент кариец решил дать отпор мужчине, но не в виде забастовки или подачи жалоб, о чем помышляли другие новички-сержанты; ему захотелось сделать так, чтобы Альберто сам страдал из-за своего характера. В этом ничего сложного не было, Алексей просто соглашался со всеми недовольствами полковника, тем самым действуя ему на нервы.

Живя еще в Федерации, Алексей не раз слышал от своей наставницы, что его смышленость либо возвысит его над всеми, либо погубит. Ему нравились эти слова, он воспринимал их за похвалу, единственную и первую, которую он услышал в своей жизни. Кая Шиин стала для него старшей сестрой, способной позаботиться о мальчишке-сироте, сделать его значимым и особенным. Такую жизнь она приготовила и для Коры, такой же потерявшейся и одинокой, оставленной на произвол судьбы.

Поэтому Алексей всегда стремился бороться с трудностями, а если простой силой с ними не справиться, то нужно постараться перебороть их терпением. Но как выяснилось, проблема в образе генерал-лейтенанта оказалась одной из самых крупных, с которыми приходилось ему сталкиваться. Поэтому, мысленно перебирая весь словарь ругательств, кариец старался не просто тупой улыбкой, но и усердным трудом пробить себе дорогу наверх по карьерной лестнице.

Алексей не был уверен на сто процентов, даже на семьдесят, но ему нравилось думать, что из-за его нестандартного подхода «делаю все в лучшем виде, но соглашаюсь, что я первый идиот на этой планете» Альберто способствовал его повышению до звания самого полковника.

Но как бы ни радовался мужчина, они с генерал-лейтенантом продолжали трепать друг другу нервы во время отчетов и докладов, стараясь минимизировать их по времени. И сейчас, возвращаясь с очередной «приятной» беседы от начальника, Алексей чувствовал себя раздавленным и уничтоженным.

У самого низа мраморной белоснежной лестницы, тянущейся от входа в Центральный штаб, мужчину ждала Селеста Фриз, удивленная его скорым возвращением.

– Я думала, что генерал-лейтенант Фарен вас будет до победного отчитывать.

– Не его день, видимо. – Без особого веселья подметил мужчина, проследовав неспешным шагом в сторону выхода с территории. – Но с этим грузным взглядом мне, похоже, придется мириться до скончания времен.

– Так что, можно идти отдыхать?

– Хороший вопрос. Но у меня еще остается одно дело.

Селеста без долгих размышлений догадалась, о чем говорил Алексей, и это ей не понравилось. Она отчетливо дала понять, что идея влезать в дела Сирко Медиче ни чем хорошим не закончится, с этим человеком связано слишком много бед. Однако полковника не страшила перспектива встретиться с очередными неприятностями.

– Это плохо кончится, полковник. Одумайтесь, ничего хорошего вам это не принесет.

– С этим я не спорю. – Признал Алексей. – Но я не могу стоять в стороне, это слишком личная тема для меня. Просто пойми, я не заставляю тебя.

В этом Селеста не сомневалась, однако бросить на произвол судьбы полковника для нее было все равно, что лично привести к нему неприятности. Так она хотя бы будет присматривать за ним, ведь кто, кроме нее, бросит ему спасательный круг, когда корабль пойдет ко дну?

– Вы же знаете, я на вашей стороне. Поэтому не думайте, что сможете вот так легко от меня отделаться.

– Ты что, – наигранно оскорбился Алексей, – я бы никогда не стал скрываться от тебя.

Поддерживая разговор на ответвленные темы, полковник и сержант за считанные минуты добрались до испытательных лабораторий, где и трудился их общий знакомый Кирк Люциус. Он по-прежнему заперся ото всех в своем просторном, но нагроможденном всевозможными аппаратами, помещении на самом верхнем этаже, погрузившись в исследовательскую работу. Техник был настолько сосредоточен, что даже не заметил прибытие гостей, которые тихим шагом прокрались внутрь помещения.

Алексей лишний раз окинул долгим взглядом лабораторию, пытаясь опознать знакомые механизмы и приборы, однако на глаза чаще попадались неизвестные ему вещи. Все здесь выглядело стерильно и прибрано, за исключением окружения Кирка – вокруг него в произвольном порядке разместились всевозможные инструменты, платы, провода, коробки с мелкими деталями. Сам же мужчина, нацепив на нос мудреные очки, изучал «начинку» незнакомого Алексею оружия.

– Мы не помешаем?

От услышанного вопроса Кирк дернулся как от удара тока, едва не выронив из рук предмет своего внимания. Сняв с лица очки, он со смесью злости и растерянности в глазах посмотрел на незваных гостей. Было заметно, что ученый внутри этого парня автоматически взбунтовался подобному прерыванию работы, однако другая его часть непроизвольно боялась за последствия о несдержанном обещании.

– Кольт. – В свою очередь вместо приветствия отозвался мужчина, и его лицо заметно расслабилось, когда из-за угла показалась Селеста. – И ваша спутница…

– Сержант Селеста Фриз. – Представилась девушка, добродушно улыбнувшись.

– Да… – На какое-то мгновение задумался Кирк, после чего встрепенулся и, не ощущая угрозы со стороны гостей, решил придать себе более уверенный вид. – Так что же тебя сюда привело, полковник, это место вовсе не информационное бюро, а исследовательский центр.

– Для меня нет теперь отличий, кроме того, что я уверен в качестве твоей работы. Ведь о секретности теперь, как видимо, в этих кругах и речь быть не может.

– Уж прости, но рано или поздно они бы узнали.

– И поэтому ты выдал меня генерал-лейтенанту? И притом, что я даже не пытался сделать что-то плохое. – Это действительно обидело Алексея, однако действия Кирка ему были понятны, каждый боролся за свое выживание так сказать. Поэтому, отбросив прошлые обиды в сторону, мужчина попытался в очередной раз аккуратно наступить на те же грабли. – Можешь оказать мне одну услугу?

– Опять?!

– Мне без разницы, расскажешь ты генерал-лейтенанту об это или нет. – Постарался срезать на корню все недовольства собеседника Алексей. – Мне нужно просто посмотреть кое-какие видеозаписи с камер наблюдения. В этом же нет ничего криминального?

– А информационное бюро тебе на что?

– У них там делать нужно официальный запрос и потом ждать еще день или два, если это не срочное дело. К тому же они вряд ли смогут так быстро найти то, что мне нужно.

Взгляд Кирка говорил сам за себя, технику никак не хотелось помогать полковнику в очередном загадочном деле, тем самым накликивать на себя беду. Но мужчина понимал, что просто так выгнать гостей он не сможет, поэтому с тяжким грузом на сердце он поинтересовался, что конкретно от него требуется.

– Нужны записи с камер видеонаблюдения из Восточного штаба с базы в горах Барграф. Теперь ты понимаешь, почему я прошу об этом у тебя?

Понимать-то он понимал, ведь чтобы достать любую информацию из другого штаба, потребуется затратить немало времени и сил, так как придется делать официальное прошение. И это Кирка пугало, поскольку Алексей в очередной раз пытался все скрыть от чужих глаз.

– И зачем тебе это нужно?

– Зачем? То есть зачем мне нужно понять, из-за чего моего друга собираются понизить до звания старшего лейтенанта?

Техник не знал, хотел ли Алексей увидеть только грехи капитана Марка Турко, или задумал еще что недоброе, но, в конце концов, чем раньше он избавится от незваной компании, тем будет проще ему. Поэтому, подозвав сержанта и полковника к компьютеру, Кирк принялся за поиски интересующей их информации, за пару минут справившись с тем, на что у большинства обыкновенных работниках в информационном бюро ушел бы примерно час.

– Сейчас мы подключились к серверу Восточного штаба, и если взрыв на той базе ничего не повредил, то мы сможем посмотреть все то, что успели зафиксировать камеры до инцидента. Так… готово. На базе имеются десять камер, с чего хочешь начать?

Но ответа не последовало, поэтому Кирк обернулся к полковнику, который указал рукой в сторону рабочего места техника.

– Спасибо, дальше мы сами.

Собеседник даже не стал спорить, просто устало вздохнул и покинул военных, оставив их наедине с компьютером. Алексей не стал обращать внимание на поведение Кирка, а просто уселся на стул, принявшись открывать каждый видеофайл по очереди.

– Что мы конкретно ищем? – Пристроившись рядом, поинтересовалась Селеста, наблюдая за происходящим на голографическом мониторе.

– Пока что я и сам не знаю. – Старался шепотом говорить полковник, ведь ему нужно было делать вид, что он интересовался лишь провалом Марка. – Для начала нам нужно рассмотреть ту девушку, о которой говорил Марк.

Найдя записи, сделанные в центральном зале, Алексей был уверен, что в их поле зрения должна была попасть рыжеволосая незнакомка, и в этом он не прогадал. Когда на экране начала мелькать картина перестрелки, он заметил ту, кого искал. Отчего-то ему стало не по себе, ведь, скорее всего, он видел дочь Каи Шиин, ту самую крохотную плачущую малышку, которую когда-то держал на руках. Однако вид того, как Лиса победоносно избивала Марка, вызвал у Алексея слабую ухмылку.

– Такой погром. – Отвлекла от мыслей мужчину Селеста. – Сколько же там было человек?

– Кажется, пять или шесть.

– Это… мощно. – Не зная, какое слово подобрать, чтобы описать сложившуюся картину, заключила сержант. – Эта девушка, – внезапно встрепенулась Селеста, – она не из сопротивления.

– С чего ты взяла?

– Она стреляет из МОДД16, а сопротивление никогда не использовало наше оружие.

– Может, у нее просто патроны закончились, или она свой пистолет потеряла?

– Не думаю. – Попросив покадрово проиграть запись, на которой фигурировала Лиса, брюнетка указала на ее правую ногу. – Поскольку ствол любого МОДД-а крупнее, чем у обычного огнестрельного оружия в несколько раз, то и кобура соответственно требуется другая.

– Все верно. – Конечно, девушка могла просто из-за удобства использовать МОДД, однако в сопротивлении чисто из принципов никто не пользуется подобным оружием. А это могло означать, с учетом того, что свою дочь Кая спрятала у группы контрабандистов, в которой выросла сама, что девушка на записи – та, кого они искали.

К тому же Алексей вдумчиво пытался отследить схожесть черт лиц его наставницы и этой девушки. У них был практически идентичный нос, губы и подбородок, а копна рыжих волос только увеличивала уверенность. Однако глаза у незнакомки были совершенно другие, в них отражался хищный и строптивый нрав.

Молчаливо открыв другой файл, а после и следующий, полковник набрел на видео с камеры у перехода, ведущего к лифту. К механическому подъемнику резво бежала неизвестная брюнетка, а за ней, едва волоча ногой, плелась Лиса. Видимо, отметил Алексей, кто-то подстрелил ее, при этом оглушающим зарядом. Это лишний раз доказывало, что Сирко желал поймать эту девушку живой, что и подтвердилось в следующие несколько секунд просмотра. А затем – черный экран.

«Значит, все это правда».

Алексей думал, что если он опознает в рыжеволосой незнакомке дочь Каи, то ему станет легче и радостнее, однако все сложилось наоборот. И он даже не знал, из-за чего паниковать в первую очередь. Во-первых, полковник прекрасно понимал, во что превратился Сирко за все годы работы в тюрьме для особо опасных людей – это вымотало его, а если к этому добавить и тот факт, что его невеста погибла при попытке спасти их дочь, то можно с уверенностью сказать, что мужчина просто сломлен. Ему теперь неведома жалость, доброта и любое понимание милосердия. Его использовали как цепного пса, пригрозив, что если он предпримет любую попытку сопротивления, то дочь его будет мертва на следующий день. Они знали, где оставила девочку Кая, по крайней мере, так говорили. И если действительно предположить, что та девушка и есть его дочь, то Алексей мог лишь ей посочувствовать. Она встретится не со своим отцом, а только с его тенью, сломленным и искаженным силуэтом. Одно неверное действие или слово, и этот человек мог навредить ей, даже сам того не желая.

И второй факт, не менее важный – девушка засветилась на камере, и теперь ее портрет находится в базе данных – или скоро будет находиться – Союза. Сейчас это всего лишь какая-то незнакомка из сопротивления, но что будет, если кто-то догадается о том, кто она есть на самом деле? Хотя, Алексея больше интересовал тот факт, какими будут лица у его начальства, если они узнают, что Сирко не только нашел, но и увез с собой свою дочь. Видит Бог, это ни к чему хорошему не приведет.

Однако полковник переживал даже не из-за этого. Его мало интересовали политические манипуляции, для него внезапно важным стал сам факт того, что нашлась дочь Каи. С этой девочкой он провел несколько месяцев, как и Кора, заботясь о ней, когда ее мать была чем-то занята. Непроизвольно Алексей сравнивал себя с ее старшим братом или же дядей, а в ответ малютка только плакала или улыбалась – здесь вариантов было не так много.

И если это та самая девочка, то полковник просто терялся в догадках, что же с ней может произойти. От одной плохой мысли его непроизвольно бросало в дрожь. Он хотел помочь ей, чувствовал себя обязанным перед Каей, перед той, кто помогла ему обрести жизнь в полном понимании этого слова.

Алексей не знал, как и чем помочь рыжеволосой контрабандистке, но одно он знал определенно точно – сидеть в стороне он не будет.

8

Союз

– Я не ослышалась? Живое Оружие?

Возможно, приходить сюда во второй раз и не самая лучшая затея, однако Лиса чувствовала, что получить ответы на некоторые вопросы она может именно здесь. Сет Дефраль пусть и представился генералом Союза, однако в нем девушка не видела угрозы, он не казался ей опасным человеком, по крайней мере, пока их разделяло защитное стекло камеры. Как ни странно, но мужчина ничуть не удивился ее визиту, даже казался немного довольным. В принципе, Лису это не возмутило – вряд ли с ним рисковал говорить по душам кто-нибудь еще. Тем более девушке нужно было поделиться своими мыслями хоть с кем-то, и раз лучшего варианта не нашлось, она смогла тайком пробраться сюда.

Было ли это опасно? Да. Было ли это безумно? Конечно. Но Сета Лиса боялась куда меньше чем своего новоиспеченного отца.

И первый вопрос, который хотела решить для себя бывшая контрабандистка, заключался в наличии неизвестного браслета, неподдающегося к снятию никакими усилиями. Она думала, что мужчина должен знать что-то об этом, раз обратил на невзрачную вещицу внимание в первую встречу. Однако ответ выбил Лису из колеи, ей даже сначала показалось, что собеседник подшутил над ней.

– В четвертый раз повторяю – да, это оно. – Устало вздохнул Сет, устав убеждать девушку в правдивости своих слов.

– Но как… – Рассматривая тонкий браслет с синим камнем, который напоминал отшлифованное стекло, Лиса перевела недоверчивый взгляд на собеседника. – Откуда такая уверенность?

Вместо словесного ответа мужчина оголил правое запястье своей руки и дал увидеть белесую полосу, тянущуюся кольцом по его сухой коже.

– Оно когда-то принадлежало мне. До того, как твой отец снял его с меня.

– Его можно снять? – С некой надеждой в голосе поинтересовалась Лиса.

– Без специального оборудования – весьма болезненным путем, я это говорю по своему опыту. – Невесело усмехнулся Сет, подвинувшись к краю кушетки, чтобы быть ближе к собеседнице. – Но я бы тебе не советовал этого делать, хотя бы потому что в твоих руках находится предмет, обладающий невероятной мощью.

– А что он… стоп. – Окончательно запуталась девушка, возвращаясь к началу. – Мы говорим о Живом Оружии? Том Живом Оружии, которое, по сути, является скоплением нанороботов, вводимых под кожу?

– Можешь считать, что это второе поколение.

– Но… как?

– Думаешь, предыдущий маршал Союза руководствовался одним милосердием, призывая детей и подростков-Носителей сдаться и вступить в армию?

– Значит, Живое Оружие. – Может, этот вопрос не так интересовал Лису, но теперь ей стало понятно, в чем заключался такой странный шаг со стороны военной державы. Они хотели создать свое оружие, взяв за основу разработку ученых Федерации. – Теперь понятно, почему Союз за столько времени изобрел только МОДД и летающего человека в доспехах… Ну и как оно работает? – Вернулась к обсуждению затронутой темы девушка. – Что оно может?

– Эта модель может влиять на электрические поля, управлять направлением подачи тока… Я не специалист в этой области.

– Значит, я могу управлять электричеством и метать молнии? – Ухмыльнулась Лиса.

– Ммм… – Поджав губы в знак отрицания, Сет наморщился так, словно съел кислый лимон. – Я бы не советовал тебе экспериментировать со вторым. Без специальных перчаток заряд электричества, что ты притянешь, просто убьет тебя. А перчатки должны быть у твоего отца. Можешь спросить у него об этом.

– Вот уж чего не надо, того не надо. – От одной мысли о добровольной встрече с Сирко девушку непроизвольно передернуло. С нее пока что хватило вчерашнего дня, принесшего столько новой информации, что на ее усваивание уйдет еще как минимум неделя. – Кстати, ты так и не сказал, что ты тут делаешь. Как генерала армии могли посадить в такое место?

– Ты же слышала о конфликте шестилетней давности?

Времени, когда война могла окончиться? Да, Лиса об этом слышала. Тогда на территории Кота Кинау находилось множество нелегальных беженцев из Федерации, Мибелии и Ашира, и, когда военный конфликт начал ослабевать, Карийская Федерация запросила разрешения забрать их, правительство Кота восприняло это как знак вторжения. Президент Федерации пытался устранить все недоразумения, поэтому лично отправился на Северный материк, чтобы разрешить ситуацию. Но переговоры окончились плохо, и об этом узнало верховное командование Союза, восприняв действия Федерации как нежелание заключать перемирие. Все можно было уладить без оружия, однако один генерал направил несколько тысяч солдат на поддержку Кота Кинау как оборонительные силы; во время завязавшегося конфликта погиб президент Федерации. Это и послужило очередной точкой отсчета.

– Так вот, – продолжил Сет. – Влад Бейлор и до того считал меня своим врагом и давним соперником, поэтому ему мои методы показались… агрессивными.

– Агрессивными? – Едва удержав насмешливую улыбку, Лиса только покачала головой, поражаясь самолюбию собеседника. – Не хочу расстраивать, генерал, но из-за тебя война длится лишние шесть лет.

– Он хотел остановить войну, тем самым признав конфликт с Федерацией бессмысленным. И за что же мы сражались все это время тогда? Ради чего погибло столько людей? – Решил отстоять свою точку зрения Сет. – К тому же окончание войны означало бы падение милитаристского режима – так было указано в документе, подписанном пятью главами государств, объединившихся в Союз. Сейчас вся власть находится в руках у армии, ну а что потом? Страна оказалась бы беззащитной, истощенной в ресурсах, и этим бы воспользовалась Федерация и другие страны, пострадавшие от войны, чтобы отомстить, уничтожить нас.

Лиса слушала Сета и не находила слов, чтобы описать то, насколько же он был самовлюбленным эгоистом, которого заботил лишь собственный статус и положение в обществе.

– Ты псих. – Не меняясь в лице, абсолютно спокойным голосом заверила девушка. – Думаю, ты боишься, что если армия исчезнет, то ты станешь никем, никому не будешь нужен.

– Аккуратнее с выражениями, девочка.

Слова, произнесенный подобно шипению змеи, лишний раз убедили Лису, что ей удалось задеть за живое генерала, понять всю суть проблемы. Но отчего-то это ее не приободрило, а только разозлило и заставило возмутиться.

– Или что? Убьешь меня? Нас разделяет толстый слой стекла, к тому же я могу воспользоваться своим положением, в конце концов, и позвать «очень доброго и понимающего» отца на помощь. – Однако в ответ девушка получила не ту реакцию, на которую рассчитывала. Сет просто рассмеялся, заставив ее негодовать. – Что смешного?

– Как бы Сирко тебя саму не убил, узнай он, что ты просто разговариваешь со мной. Он ненавидит меня больше Влада Бейлора, наверное, думая, что я виноват во всех его бедах.

– В каких?

– Например, – возведя палец к потолку, тем самым сосредоточив на себе внимание, мужчина продолжил: – Он винит меня в смерти твоей матери.

– А это так? – Не находя ничего смешного в развивающемся диалоге, Лиса нагнала на себя угрожающий вид. – Ты убил мою мать?

– Мне не зачем было это делать. – Как ни в чем небывало ответил Сет, отчего его собеседница и не поняла, притворяется ли он, или же действительно говорит правду. – К тому же, что тебя останавливает спросить об этом у отца?

Девушка не стала ничего говорить, лишь одарила мужчину многозначительным взглядом, так и говорящим «ты издеваешься надо мной?».

– Что ж, – восприняв это молчание по-своему, продолжил Сет: – не повезло такой прекрасной девушке оказаться в компании психопатов.

Услышанное вызвало у Лисы внезапный порыв злости, однако все эмоции она постаралась удержать при себе. Ей до сих пор было трудно принять отца таким, какой он есть, она даже не до конца могла убедить себя в том, что это действительно ее родитель, а не какой-нибудь посторонний человек – тест ДНК доказал это. Девушка противилась этому, не хотела признавать, однако ее задели слова Сета.

Но как бы Лиса не пыталась в чем-то убедиться, она понимала одно – это место для нее не безопасно. И не только из-за внезапно объявившегося отца, который не внушал доверия – дело заключалось в самом месте.

– Ты знаешь, как можно отсюда сбежать?

Вопрос, произнесенный с абсолютным спокойствием, застал генерала врасплох, вынудив его выдержать небольшую паузу.

– Если ты задумала побег, то лучше сразу отбрось эту идею.

– С чего бы?

– Допустим, – устало вздохнул мужчина, не особо радуясь очередной объяснительной беседе. – Допустим, что ты сможешь пройти все пункты охраны, узнать все коды от дверей. Я даже допущу, что тебе удастся угнать корабль… Но не думаешь ли ты, что на этом все закончится?

– Главное – я буду не здесь.

– Это не важно. Где бы ты ни пряталась, он найдет тебя. – Но увидев немой вопрос в глазах собеседницы, Сет в очередной раз покачал головой, удивляясь такой медленной сообразительности. – Неспроста же Сирко привез тебя сюда. Я хочу сказать, что будь я на его месте, переживи я все то же самое, вряд ли бы я отпустил тебя. Ты же его дочь, он искал тебя двадцать лет, и ты думаешь, что он просто так даст тебе уйти?

И, действительно, получался некий парадокс птицы в клетке: хозяин любит своего питомца всем сердцем, однако не при каких условиях не собирается отпускать пернатого друга на волю. Человек думает, что прутья клетки оберегут птицу от опасности окружающего мира, даже не задумываясь о том, что подобный образ жизни лишь причиняет ей вред.

– Безопасность… – Ухватившись за это слово, Лиса прицельно посмотрела на Сета, желая узнать ответ на свой вопрос. – Он говорил, что моя мать отдала меня контрабандистам на воспитание, чтобы обезопасить. Ты случаем не знаешь, в чем кроется истина? А то ты как-то много всего знаешь.

– Спешу тебя удивить в очередной раз. – Дружелюбно развел руками мужчина.

– Я вся во внимании. – Не спешила проявлять такое же радушие девушка.

– Ты знаешь, кем была твоя мать? – Получив отрицательный ответ, Сет лишь довольно улыбнулся. – Я так и думал. Кая Шиин была одной из пятерки ученых, кто создал знаменитое на весь мир Живое Оружие.

Хотела бы Лиса что-то сказать, дать комментарий к полученной информации, но все слова как тараканы разбежались по самым отдаленным уголкам ее сознания. Это должно быть шутка, не может же быть все настолько невероятно и в то же время пугающе. Она едва смогла осознать правду о своем отце, а теперь ее ожидал еще один удар со стороны жизни матери. Хотя, чего это вдруг ей стоит удивляться? Сама она с детских лет воспитывалась как преступница, ее отец тоже не отличался превосходным, не запачканным кровью, досье, так с чего бы матери быть невинной овечкой?

– Прежде чем приступить к самостоятельному изучению Живого Оружия, военные пытались выведать сведения у тех ученых, но захватить удалось только двоих. – Тем временем продолжал генерал Дефраль. – В их число попала твоя мать. Но она не выдала секрет Живого Оружия, как и другой ученый. Ей удалось бежать, поскольку Влад Бейлор, будучи в то время подполковником, пригрозил ей твоей расправой, если она не расскажет все. Но вместо того чтобы согласиться и рассказать обо всем, она бежала и укрыла тебя в какой-то группировке контрабандистов. Ее все же поймали, но она успела сделать свое дело, поэтому оказала сопротивление… Но ничем хорошим это не закончилось.

Разум отказывался воспринимать услышанный рассказ как констатацию факта, однако сердце Лисы сжималось от боли. Вот только грустить ей вовсе не хотелось, поскольку ее начинала охватывать холодная злость.

– И где же был мой дорогой отец, когда все это происходило?

– Этого я не знаю, – с неуместной ухмылкой признался Сет. – Мне только известно, что его позже схватили и поместили сюда в качестве эксперимента, чтобы он управлял этим местом и следил за работой заключенных.

– И он согласился?!

– Может, Влад Бейлор и не знал, куда отправила тебя Кая, но Сирко тоже не знал этого. – Лисе эти слова показались странными, но вовсе не из-за смысла. Неужели Сет пытался оправдать ее отца? – Поэтому Влад солгал ему, сказал, что знает, где ты находишься, в какую группировку тебя отдала Кая. И если Сирко предпримет любую попытку сопротивления или побега, то он убьет тебя. – Мужчина не ожидал услышать ответной реплики собеседницы, однако он заметил, что девушка немного смягчилась от этих слов, перестала нервно сжимать кулаки. – Как видишь, не только тебя наградил судьбой изгнанника Влад Бейлор.

Сет Дефраль говорил о маршале Союза как о тиране и самой последней скотине, и если следовать его рассказу, то все действительно складывалось именно так. Но сама Лиса практически ничего не знала о Владе Бейлоре, поэтому не спешила делать выводы на основе истории человека, с которым познакомилась только вчера. Однако его слова ненароком заставили ее на мгновение представить, какая могла быть ее жизнь, если бы ее мать не умерла, а отца не заперли в этой огненной ловушке. Наверное, их ждала бы другая судьба, они бы уехали из Федерации и обосновались бы в Борда Систа, и тогда Лиса была бы знакома с Бэем и Айрис не каких-то несколько дней. А, может, они бы остались на своей Родине, как одна из командиров – Кора Кишью, и сражались бы до победного. Отчего-то девушка не сомневалась, что ее отец тоже мог бы стать командиром, а мать помогала бы отлаживать технику и следить за состоянием Носителей. Но чем же тогда занялась бы она сама? Скорее всего, стала бы пилотом, управляла бы военным истребителем, поскольку только воздушный транспорт Лиса и могла обуздать, других достойных навыков и способностей у нее не было.

Но это все мечты, судьба подарила ей совершенно другую тропу жизни.

Мимолетно Лиса опустила взгляд на браслет, на «второе поколение Живого Оружия», и эта вещица вызвала у нее некоторые вопросы.

– Можно ли с помощью этой штуки открыть дверь с электронным замком?

– Чисто теоретически…

– Можно или нет?

Настойчивый тон Лисы не особо пришелся по душе Сету, однако мужчина постарался сдержать открытое раздражение, обойдясь лишь недовольством в голосе:

– Лично я никогда не пробовал. Тут дело в том, что одно неверное действие может привести к тому, что вся проводка сгорит, и дверь может не открыться вовсе.

– Ты научишь меня пользоваться Живым Оружием? – Перешла в наступление Лиса.

– Твой отец не просто так надел его…

– Хватит говорить о нем! – Не сдержалась девушка, оборвав собеседника на полуслове, поскольку это блуждание вокруг да около ей надоело. – Он не поможет мне сбежать!

Лиса никак не могла понять, какую цель преследовал генерал Дефраль, разговаривая с ней подобным образом – рассказывая ей о семье, о своем прошлом, о Живом Оружии. Понятно, что он чего-то хотел, втиснуться в доверие, например, и воспользоваться этим, чтобы выбраться из этой камеры. Но девушка именно это и предлагала, она хотела заключить сделку или договориться, однако каждая попытка приводила ее в тупик. Сет словно подманивал ее к себе и в самый последний момент отпрыгивал назад, оставляя ее в растерянности. Это злило Лису, ведь она рисковала, находясь здесь. Интересно, как отреагирует Сирко, если узнает об этом? Он же так ненавидит Сета, по словам самого заключенного, что подобные похождения могут привести к непредсказуемым последствиям. И к каким – Лиса знать не хотела, она желала убраться отсюда задолго до этого момента. Но если ей и удастся скрыться, вырваться из этого капкана, что потом? Как ранее обмолвился генерал, отец ее привез сюда не для того чтобы дать ускользнуть. Все складывалось просто ужасным образом.

– Чего ты хочешь? – Не в силах больше терзать себя догадками, поинтересовалась Лиса.

– Чего я хочу? – Вопрос прозвучал непривычно злобно, словно Сету казалось, что девушка над ним издевалась, спрашивая его о подобном. – А что может желать человек, просидевший в клетке пять долгих лет?

– Свободы?

– Мести.

– Если ты появишься в Союзе, тебя обратно загонят сюда. – Обмолвилась Лиса, словно ответ генерала Дефраля ее ничуть не удивил. – Ты же сам сказал, что Влад Бейлор посадил тебя сюда.

– О-о, – оживленно протянул Сет, – в этом-то и дело. Только Влад Бейлор и твой отец знают о том, что я нахожусь здесь. Для остальных же я без вести пропавший человек. Так что если я вернусь, то это будет в интересах Бейлора держать рот на замке, иначе его пустят под трибунал. Может, я и последняя сволочь, но в первую очередь – генерал. И если я вернусь, то буду чуть ли не вторым человеком в армии.

Рассказ Сета был интересен, но в первую очередь Лису волновало другое:

– Ты хорошо знаешь эти коридоры? Где здесь все расположено? Посадочная площадка?

– Ты это спрашиваешь у человека, который просидел пять лет в четырех стенах? К тому же ты действительно думаешь, что Сирко оставит это все просто так? Нет, он не пойдет в первую очередь возвращать тебя. Сначала он убьет меня.

– Так ты хочешь выбраться или нет?! – Лиса уже начала теряться в догадках, чего хотел от нее Сет. То он с готовностью желал помочь ей, а теперь приводил аргументы в пользу абсурдности этой идеи. Все это начинало выводить ее из себя, и не только из-за нерешительности собеседника – она могла потерять хороший шанс сбежать отсюда. Сет мог научить ее управлять Живым Оружием без лишних вопросов, но приди она с такой просьбой к Сирко, тот сразу бы что-то заподозрил. Нет, нужно что-то делать и немедленно. – Генерал Сет Дефраль! Не он, а его убогая тень, которая не хочет зацепиться за шанс выбраться отсюда. Думаешь, ты мне так уж и нужен? Возможно, ты этого и заслуживаешь – гнить до конца своей жизни в этих стенах!

И желаемая реакция проявила себя – слова Лисы не разозлили мужчину, а привели его в ярость, которую он едва мог скрывать, ударив ладонью о стекло, словно желая схватить за шею дерзкую собеседницу и задушить ее.

– Не смей так со мной говорить, девочка…

– Мы уже по второму кругу пошли в плане угроз? – Отчего-то эта злость заставила Лису поежиться, но не отступить, поэтому девушка с вызовом посмотрела на Сета, но продолжила разговор спокойным голосом. – Мы оба заперты, мы оба хотим выбраться. По сути, я могла бы и сама научиться пользоваться Живым Оружием, но на это уйдет, скорее всего, много времени. Так что наш единственный выход – заключить сделку.

– Хм. – Усмехнулся мужчина, но это улыбка выражала не злость и даже не радость, этим жестом он словно признавал победу Лисы. – И каковы же будут твои условия?

– Я освобожу тебя и отведу в ближайший крупный город…

– Нет, не пойдет. Только в ближайший штаб армии, иначе твой отец сумеет добраться до меня раньше.

– Ладно, – нехотя признала девушка, – Восточный штаб будет нашей первой остановкой.

– А куда отправишься ты? – Полюбопытствовал Сет. – Думаешь, Сирко не сможет тебя разыскать и вернуть обратно?

– Это уже моя проблема. – И ее решение, кажется, уже напоминало о своем присутствии – Лиса была бы не прочь затаиться в Борда Систа, в лагере сопротивления. Если уж этот вариант не прокатит, то можно будет попробовать умолять Тайгера укрыть ее ненадолго. – Что ж, я отвезу тебя в штаб, но для начала ты научишь меня пользоваться Живым Оружием.

– Хм, договорились.

9

Борда Систа

Яркий луч ослепил Айрис на левый, а затем и на правый глаз, отчего она непроизвольно начала щуриться.

– Реакция есть. – Отметил врач, убирая тонкий фонарик в сторону. – Как сама видишь? Никаких проблем?

– Теперь все хорошо. – Призналась девушка, поднимаясь с кушетки, однако ее поспешил задержать мужчина.

– Если будут проблемы, приходи сюда.

– Да-да, я поняла. – Устав от круглосуточного надзора со стороны медицинских работников, Айрис желала поскорее вернуться к обыденной жизни.

Вырвавшись из небольшого кабинета, брюнетка почувствовала себя вольной птицей, имеющей право лететь куда угодно. Однако в коридоре ее опять же поджидали, но такой компании она только обрадовалась:

– Неужели ты теперь будешь преследовать меня до конца моих дней?

– Не обольщайся, – с легкой улыбкой ответил Бэй. – К тому же ты теперь можешь видеть, так что поводырь тебе не нужен.

– Тогда что ты тут делаешь?

– Пришел узнать о твоем здоровье, что же еще? Доктор восстановил тебе имплантат?

– Да, теперь я снова все прекрасно вижу. – Заверила Айрис, но все же слова ее не отражали всю правду, поскольку видеть нормально она уже не сможет никогда. – Я так полагаю, теперь настала очередь длинных дискуссий о провале операции. – Уже без того же оптимизма отметила девушка.

– Верно полагаешь, пошли.

Остаться единственной выжившей – Айрис всегда думала, что это и есть настоящее спасение, милость и дар, однако, испытав этот образ на своей шкуре, она поняла, что это скорее проклятье. Она знала погибших товарищей не просто в лицо, но и по имени, она проводила с ними какое-то время, заслужив их уважение и дружбу. А теперь все эти люди мертвы, их уже больше не встретить в коридорах базы, не поговорить с ними. Это угнетало, заставляло чахнуть как цветок в пустой вазе без воды. К тому же Айрис непроизвольно сочувствовала Лисе, которую так невзлюбила с первых секунд знакомства. Даже потеря этой девушки вызвала в ней грусть.

Но Айрис старалась быть сильной, и на фоне всех предыдущих несчастий это казалось не таким сложным испытанием. Она и до этого теряла близких, наблюдала за мучениями знакомых и друзей, сама прошла через все круги ада, поэтому сейчас ей необходимо собраться с мыслями и идти вперед.

– Мне жаль ту девушку, – внезапно обмолвилась Айрис, чему Бэй слегка удивился. – Мне показалось, что вы подружились.

– Не назвал бы это так… Но все равно, спасибо.

Бэй старался казаться не расстроенным, но даже сквозь его улыбку Айрис видела, что ему плохо. Вероятно, Лиса действительно запала ему в душу, и от этой мысли девушка злилась, но не в данный момент. Ей не нравилась контрабандистка из-за своего ужасного характера, который так и кричал «я здесь центр внимания».

Ревновала ли она Бэя? Конечно, куда же без этого, но вовсе не как влюбленная по уши девочка. Хотя, когда-то она так себя и вела, полная мысли о том, что парень станет ее единственным и неповторимым. Сейчас же, вспоминая о тех временах, Айрис с уверенностью не могла сказать, что заставило ее думать и чувствовать подобным образом – обыкновенная химия или же чувство долга. Ведь он спас ей жизнь.

Все началось с того момента, когда Республика Сигурэ активно поддерживала политику о прекращении войны, то есть семь лет тому назад. Мо Чинке возглавляла группу сенаторов, которые боролись против незаконной торговли людьми, к которым в основном приписывались беженцы, лишившиеся своего дома из-за военных действий. Рынок работорговли набирал обороты с каждым днем, и не только одна Игума, официально утвердившая право использовать порабощенных людей на своей территории, но и некоторые другие страны наживались на этом. В странах Золотого Перешейка открывалось множество нелегальных борделей, в которых продавали девушек и женщин, потерявших свой дом. И чтобы прекратить этот ужас, Республика Сигурэ взывала Федерацию и Союз остановиться хотя бы на время, чтобы еще больше людей не пострадало от деятельности пиратов и работорговцев.

Подобная политика нашла своих сторонников как в Союзе, так и в Карийской Федерации, однако подняла шум и на черном рынке. Сенаторам не раз приходили послания с угрозами, требующие прекратить борьбу, иначе их ждут последствия. Кто-то отступил под давлением подобных слов, но Мо решила идти до конца, как и ее верные сторонники. Однако вскоре она испытала правдивость угроз на собственной шкуре.

Айрис, будучи тогда пятнадцатилетним подростком, восхищалась своей матерью, но не поддерживала то, что она открыто заявляла о своей симпатии к сопротивленцам. По ее словам, эти люди заслуживали вернуться на свою Родину, заслуживали шанса на лучшую жизнь, и что они страдают от нападок пиратов в первую очередь. Эти речи пугали молодую девушку, но в то же время и воспаляли в ней некий дух гордости. С такой точкой зрения соглашалась и ее подруга Сириа, чей отец также поддерживал политику Мо. Дети гордились своими родителями, несмотря на всю опасность, о которой даже не подозревали.

Когда весна сменила зиму, Айрис вместе с Сирией отправились на прогулку за город, и именно в тот момент противники политики по борьбе с работорговлей решили нанести свой удар. Спровоцировав аварию на линии поездов, они намеревались не только заявить о своем присутствии, но и похитить детей сенаторов, чтобы усмирить их пыл. Айрис тогда отделалась несколькими ссадинами и синяками, однако Сирии повезло меньше – из-за серьезной травмы позвоночника она перестала чувствовать свои ноги. Но брюнетка с радостью бы заняла место подруги, если бы знала, что ее ждет впереди.

Сириа отличалась чертами лица, присущими в основном жителям верхней части Центрального материка, и поскольку в вагоне поезда находились преимущественно похожие люди, вместо нее забрали какую-то другую девушку. Однако с Айрис путаницы не возникло.

То, что последовало дальше, брюнетка хотела бы забыть и никогда не вспоминать. Пока Мо отчаянно пыталась отыскать ее, прося помощи у союзников из Республики и Федерации, Айрис продавали из одного борделя в другой. Ужас пережитого так глубоко въелся ей в память, что на протяжении двух последующих лет она не могла отделаться от кошмаров. Каждый раз, закрывая глаза, она видела те обшарпанные стены, грязные ширмы, слышала душераздирающие крики девушек из соседних палат. Первое время ее приковывали наручниками к изголовью кровати, чтобы не дать ей возможности убежать и сопротивляться, когда очередной клиент взбирался на нее с хищной улыбкой. Насилие продолжалось день за днем, комнаты сменялись самодельными палатками, вонь от простыней и собственного тела становилась все невыносимее. Айрис практически не видела солнца, ее, как и других заложниц, держали вдали от цивилизации, даже перевозили с места на место как какой-то скот, связывая по рукам и ногам, в тесных душных ящиках.

Счет времени терялся, слезы высыхали. Иногда не хотелось жить, порой бессилие завладевало тобой настолько, что не хотелось дышать, однако в какой-то момент все эти жалкие отголоски собственного существования перебивала ярость.

Спустя две недели подобного существования Айрис решилась на попытку к бегству, но в тот миг, когда она думала, что все получится, ее поймали и наказали по-особому, так, как поступают с теми, кто готов был еще сопротивляться. Они лишили ее возможности ориентироваться в пространстве путем выжигания сетчатки глаза едким порошком.

Болезненный – нет, невыносимо болезненный урок Айрис усвоила с первого раза, на протяжении нескольких дней мучаясь от его последствий. Когда все вокруг погрузилось во тьму, она отчаялась, хотела рыдать, однако от соленых слез свежие раны начинали болеть.

Сколько это еще продолжалось? Девушка не знала, да и не хотела знать. В какой-то момент ей казалось, что никто ее не искал, не пытался спасти и бросил на произвол судьбы, однако Мо не сдавалась, и ее усилия окупились через три недели поисков.

В тот день к Айрис пришел очередной клиент, но она уже не могла терпеть это, поэтому начал умолять, чтобы ее не трогали и оставили в покое. Она понимала, что ее просьбу никто не воспримет всерьез, однако незнакомец не прикоснулся к ней, а только спросил:

– Айрисфиль Чинке? – В ответ девушка неуверенно кивнула, не ожидав услышать свое имя. Пусть она и не могла видеть, но ей показалось, что гость улыбнулся. – Меня прислала твоя мать, ты отправляешься домой.

Но очнулась от волнительного ожидания Айрис не дома, а в лагере сопротивления, что находился в лесах Борда Систа. Там ее встретила Мо, еще никогда не раздававшая столько благодарностей за всю свою жизнь. Девушка сначала не могла поверить, что действительно спасена, ей не придется проходить через этот ад снова. И в этом она убедилась, когда ей вернули зрение, установив имплантаты на основе Живого Оружия. Может, теперь Айрис и не могла видеть мир таким, какой он открывался для нее прежде: теперь он отражал реальную картину в некоторых спектрах цвета.

Приведя себя в порядок, отлежавшись в теплой чистой постели несколько дней, девушка могла позволить себя показаться на люди. Ее представили командиру данного лагеря сопротивления – Даласу Бладу, – а также своему спасителю – Бэю, – которого Айрис теперь считала своим ангелом-хранителем.

Этот инцидент, ставший для нее роковым испытанием, заставил ее переменить взгляды на мир. Она поняла, что слабому человеку в военное время не выжить, и нужно опасаться не того врага, что стоит у тебя перед носом, а того, кто прячется в тени. Поэтому Айрис возненавидела всех пиратов, работорговцев и контрабандистов, этих обитателей черного мира, скрытого от многочисленных глаз. Поэтому она не хотела прятаться, ей стала чужда мысль о том, чтобы сломаться и оставить врагов безнаказанными. И эту идею поддержала ее мать, оставив пост сенатора, чтобы стать ключевым звеном между сопротивлением и Республикой Сигурэ.

10

Союз

Единственный след успеха проделанной работы заключался в своевременном мигании двух ламп, висящих в узком холодном коридоре. И такой результат не радовал Лису ван Реван после двух часов попыток приручить так называемое Живое Оружие.

Скользнув по стене вниз, девушка села на пол, скрыв от усталости лицо руками. Лампы моментально перестали мерцать.

– Это бесполезно. – С надменным видом произнес Сет Дефраль. – И все? Это все, что ты можешь?

– Эй. – Не повышая голоса, но, не обойдясь без угрозы в нем, решила оправдать себя Лиса. – Я всего лишь пару часов сегодня практикую это дело, так что не требуй от меня невозможного.

– Я за пару часов научился контролировать потоки электричества в сетях. – Похвастался мужчина. – Это же не Живое Оружие Федерации, эта вещь куда более эффективна и проста в понимании.

Вместо ответа Лиса постаралась сосредоточиться на том, чтобы не дать электричеству достигнуть одной из ламп и погасить ее, но в итоге получилось все то же назойливое мигание. Это не вызвало радости, а недовольства новоиспеченного наставника не приносили никакой пользы, лишь вынуждали злиться с новой силой.

– Твоя проблема в том, что ты будто пытаешься дотянуться до источника энергии рукой и вырвать его. Здесь ключевым моментом является мысль, слабый импульс, который активирует твое оружие. А ты пытаешься напрячь мышцы, и чего тогда ты хочешь?

– Ты просто ужасен.

– Не переводи на меня стрелки, девочка. Это твой промах, а не мой.

– Тогда почему я, раз нахожусь под опекой столь великолепного учителя, ничего не могу сделать?!

– Потому что ты теперь Носитель Живого Оружия, а не я.

Что ж, с этими словами Лисе было трудно поспорить, особенно учитывая тот факт, что она сама вызвалась добровольцем к постижению тайн незнакомого браслета на руке. Но такими темпами побег придется осуществить не скоро, а с подобными успехами вряд ли можно будет надеяться на счастливый финал.

Признаться, Лиса не всегда стремилась к новому, порой обучаться незнакомым вещам ей приходилось в тяжесть. Этот раз не стал исключением, в особенности принимая во внимание обстоятельства. Она не могла принять правду об отце, о том, кем он стал, кем он был. Но с чего это ей стало проще довериться человеку, у которого характеристика была ничем не лучше? Хотя, слово «довериться» вряд ли подошло бы в данном контексте. Девушка не доверяла Сету Дефралю, однако она его не боялась, понимая, что он для нее ничто не значит. Он некий заключенный, помогающий ей с побегом. А до этого незнакомый смотритель тюрьмы для особо опасных преступников оказался ее отцом.

В одном Лиса могла согласиться с Сетом – она слишком поглощена эмоциями, поэтому позабыла, что пытается воспользоваться плодом научного творения, а не художественного. Так что, освободив сознание от посторонних мыслей, она попыталась вновь воспользоваться Живым Оружием.

Свет по-прежнему мигал в ритме неизвестного танца, однако с каждой секундой эти перебои становились все реже и реже. Рискнув посмотреть на свое деяние, Лиса продолжала мысленно посылать сигналы Живому Оружию, одновременно наблюдая за тем, как коридор постепенно погружался во мрак. И это ее обрадовало, что стоило очередного сбоя, поэтому пришлось сосредоточиться вновь и постараться окончательно погасить лампочку. Задание оказалось трудным, но стоящим затраченных усилий. Пусть и маленькими шажками, но Лиса постепенно поняла его суть, она могла наглядно представить, какой силой обладает Живое Оружие. Девушка не знала, по какой технологии оно было сконструировано, с использованием нанороботов или нет, но что-то ей подсказывало, что эта вещь намного сильнее и мощнее разработок ученых Карийской Федерации.

– Вот видишь!

Из-за внезапного порыва радости генерала Дефраля Лиса испугалось, о чем говорил резкий скачок напряжения, едва не выбивший стекло в подвесной лампе.

– Можешь же, когда захочешь.

Слова Сета так и излучали тепло самодовольства и гордости, словно это ему удалось подчинить себе силу Живого Оружия. Бывшей контрабандистке вновь захотелось расцарапать лицо мужчине, однако, скрепя сердце, она признавала и заслуги своего учителя. Ранее он был носителем этого оружия, а, значит, знал о нем все, умел им пользоваться если не мастерски, то уж лучшее нее. Порой Лиса не понимала, почему люди так плохо управляют воздушным транспортом, и это ее немного угнетало – наверное, генерал чувствовал по отношению к ней схожие чувства.

– Кстати, на какой стадии развития находится план побега? – Как бы невзначай поинтересовался мужчина, словно спрашивал о погоде.

Прошло уже шесть дней с тех пор, как они в последний раз говорили об этом. За это время Лиса успела набросать в голове краткую схему здешних коридоров и тоннелей, чтобы понять, каким путем следует идти, чтобы оказаться на посадочной площадке. С этим возникли проблемы, поскольку все ходы вели либо в блоки с камерами, либо в местные бараки, либо в очень странные и темные места. Ни одна из изведанных дорог не показала девушке путь к свободе, однако позавчера, разглядывая Каньон Дьявола с места, на котором впервые открыла его своему взору, ей на глаза попался длинный навесной мост-коридор. Конструкция практически терялась в облаках пепла, однако ее стальной блеск вызвал у Лисы подозрения. Если это не очередная балка для поддержания горной породы, то наверняка это был путь к кораблям. Весьма логично держать единственный билет с острова подальше от криминальных личностей.

Обдумывая план дальнейших действий, девушка решила в скором времени прокрасться туда и разведать обстановку, однако все ее идеи разбежались по углам, когда она случайно столкнулась с Сирко в коридоре. Избегая подобной ситуации с момента обнаружения себя в этом месте, Лиса надеялась, что о ее существовании, возможно, таким образом и забудут. Ей стало не по себе, хотя внутренний голос велел ей быть сильной и не отступать при первой же опасности. Поэтому она медленно обошла отца стороной, стараясь не смотреть на него. Судя по всему, это его задело, поскольку прежде чем скрыться, Лиса услышала следующую фразу: «Я дам тебе столько времени, сколько нужно. Ты понимаешь, что я тебя здесь держу для твоей же безопасности. Но старайся не разгуливать так часто, тебя никто не должен здесь увидеть».

Восприняла бы девушка эти слова как за некое проявление беспокойства, однако она поняла, что Сирко заботило что-то еще помимо ее целости и сохранности. Она не просто чувствовала это, но и знала. Может, у нее никогда не было настоящего отца или матери, но ей прекрасно знакома та забота, которой они одаривают ребенка. Тайгер стал для нее родителем, и Лиса всегда могла понять по его поведению, когда он действительно переживал за нее, какие чувства или эмоции он испытывал. Но с Сирко происходило что-то странное, словно его заботила другая проблема, куда более значимая, нежели безопасность дочери. Основываясь на истории, которую Сет рассказал о ее родителях, Лиса могла сделать вывод, что она стала объектом манипуляций своего отца. Неужели все из-за этого? Он боялся, что кто-то еще может узнать о ней? Но в чем смысл?

– Постепенно продвигается. – В итоге ответила Лиса, остановившись на том, что сейчас ей следует сосредоточиться на обучении, а для этого требуется успокоиться и забыть на время о проблемах.

Но как только девушка закрыла глаза, приглушенное гудение отвлекло ее внимание в сторону лифта. Первое мгновение она даже не поняла, что ее так встревожило, однако долго гадать не пришлось, когда Сет нервно шикнул:

– Тебе лучше спрятаться.

С этим Лиса не стала спорить, вот только она понятия не имела, где можно укрыться от внезапно явившихся охранников. Они должны были показаться только через полчаса, поэтому бывшая контрабандистка без особых переживаний продолжала постигать мастерство управления Живого Оружия.

– И где же? – Ощущая себя жертвой, которую готовы были вот-вот сбросить с края пропасти, Лиса озадаченно посмотрела на собеседника. – Здесь все камеры закрыты.

– Словно это моя проблема. – Отойдя подальше от стеклянной стены, тем самым скрывшись в тени, мужчина явно не был намерен показываться на глаза охранникам. Однако тот факт, что девушка стояла на месте как вкопанная, не дал ему расслабиться. – Чего ты ждешь?

Лиса не знала, но понимала, что спрятаться вряд ли удастся, да и не настолько она хороша в технике маскировки, чтобы суметь скрыться от стражей порядка в узком прямом коридоре. И что будет, если она попробует? Ее найдут в считанные секунды либо она сама себя выдаст. А если оказать сопротивление, это только привлечет лишнее внимание, за которым последует и ряд ненужных проблем. Так что оставалась лишь импровизация.

Но в последний момент, когда кабина лифта опустилась на дно, девушка рванула вглубь коридора, надеясь скрыться с глаз долой. Тело двигалось автоматически, ноги несли ее вперед без прямого указания разума, отчего Лиса разозлилась на саму себя. Но она почувствовала страх из-за незнания того, как на ее появление отреагируют охранники. С самого детства она боялась очутиться в подобном месте, люди, исполняющие обязанности надзирателей, ее всегда пугали. И сколько бы смелости или самоуверенности в ней не было, Лиса знала, что против стражей ей не выстоять как физически, так и духовно. Она выросла контрабандисткой, поэтому ничего удивительного в этом не было.

Как и оказалось, все камеры в этом блоке пустовали, да их было и не так много. Девушка не знала, что ее ждет в конце, но точно была уверена, что это не тупик. Охранники, что привели ее сюда сами, даже не подозревая об этом, скрылись где-то впереди, поэтому Лиса рассчитывала набрести на очередную дверь. Что-то ей подсказывало, что на ней тоже будет кодовый электронный замок, и скорее всего с таким же паролем. Да и если шифр будет другим, можно пойти на хитрость и сделать вид, что ты только что пришел оттуда.

План ужасен, однако ничего лучше Лиса при себе не имела, вот только дверь, показавшаяся перед ней, свободно отворилась без каких-либо дополнительных действий. Не успев вовремя остановиться, девушка влетела в соседнее помещение. Яркий свет настенных ламп ослепил ее, сзади послышался приглушенный хлопок закрывшейся двери.

Что это было? Лиса не могла понять произошедшее с чисто логической точки зрения, поскольку все входы и выходы в любые блоки должны быть если не под охраной кодового замка, то хотя бы заперты. Хотя, может все дело в тех двух охранниках, которые спешили направиться сюда тем же путем? Поэтому дверь автоматически открылась, спутав ее с ними?

Но дальнейшие догадки не столь волновали Лису, поскольку она была вынуждена столкнуться с другой проблемой, которую сумела почувствовать и услышать.

– Вот чего-чего, а этого я не ожидал. – Раздался самый что не наесть суровый хриплый голос из-за спины, обладатель которого приставил дуло МОДД-а к затылку незваной гостьи. – И откуда же ты взялась, красавица?

Пропускной пункт. Конечно же, вот вам и некое подобие охранной системы, однако это скорее не напугало девушку, а удивило. Если здесь все это время находился человек, то как он не мог слышать ее разговоры с Сетом? Или же здесь настолько прочные двери, что ни единый звук не просачивается сквозь них?

– Я… – Никаких толковых идей не приходило в голову, а представляться новым работником, заблудившимся в коридорах?.. А почему бы и нет? – Я недавно здесь работаю, – как можно спокойнее попыталась произнести Лиса, – поэтому забыла код для вызова лифта и застряла здесь, надеясь, что со следующей смены…

Но закончить свою историю девушка не успела, поскольку мужчина, убрав оружие в сторону, вцепился ей в волосы и резким движением дернул назад. Не устояв на ногах, она повалилась на холодный пол, в ужасе подумав, что он успел раскусить ее. Из-за этого Лиса разозлилась на саму себя, ведь нужно было догадаться, что вряд ли кто-то из них видел здесь девушек-рабочих, особенно такого возраста. Но взглянув в лицо незнакомцу, она почувствовала, как от злости не осталось и следа, так как правду удалось разгадать ей только наполовину.

Поднявшись на ноги, бывшая контрабандистка попятилась назад, пока спина ее не почувствовала холод стены. И в этот самый момент двери повторно отворились, впуская в небольшую комнату двух охранников, застывших на месте с непониманием на лицах.

– Что тут у тебя происходит? Опять.

– А я думал начать вас благодарить, двух идиотов. – В ответ произнес мужчина, осмотрев с головы до ног рыжеволосую девушку. – За такой подарочек-то.

Напарники обменялись непонимающим взглядом, но в следующий момент никого никакие вопросы не интересовали, поскольку их собеседник, подойдя к Лисе чуть ближе, без единой веселой нотки в голосе произнес:

– Встаньте у дверей.

Услышав это, девушка окаменела от страха, уловив ход его мыслей.

– Не бойся, – сделав очередной шаг навстречу, произнес мужчина, – если не будешь глупить, то больно не будет…

Она должна была предвидеть это, о чем она только думала, плутая в одиночестве по этому месту, полному людей, у которых жажда возлежать с любой женщиной, пусть самой уродливой и обезображенной, кипела сильнее всех остальных. Лиса пыталась заглушить дикий страх чувством непосильной вины за собственную глупость, но это не помогло ей избавиться от мысли, что эти люди могут не просто изнасиловать ее, а в прямом смысле этого слова – разорвать.

Страх и чувство самосохранения толкнули Лису вперед к двери, но реакция самого старшего мужчины оказалась в разы быстрее. Комната пошла кругом, когда он схватил ее, и сильным рывком уронил на пол, сомкнув мозолистую сухую руку на ее шее.

– Ладно, сучка, не знаю, откуда ты взялась, но это будет последняя ошибка в твоей жизни!

Он впился в мягкие губы девушки своими, что заставило заложницу проявить попытку сопротивления, но когда это оказалось бессильным, она со всей силы укусила мужчину. Тот моментально отстранился с диким раздражением и злостью и немедля ударил Лису по лицу. Кровь брызнула из ее рассеченной губы, оставив яркий след на сером полу. Этот жест оглушил бывшую контрабандистку, затмив желание сопротивляться огромной пеленой страха, затуманившей ей взгляд. Как она умудрилась попасть в такую ситуацию, ведь все было в порядке! Это какой-то ужасный сон, ведь все произошло чересчур быстро. Не может же быть такого, что все ее старания и жертвы, пусть и не такие большие, привели к этой самой комнате, в которой ее изнасилуют и убьют!.. Или может?..

– Да ладно, уже и плачем? – Насмешливым тоном поинтересовался мужчина, вызвав издевательские смешки и со стороны двух наблюдателей, готовых сменить свои роли.

Не дождавшись ответа, он вновь склонился над Лисой, принявшись целовать ее, кусать ее тонкую кожу шеи, и не получив в ответ никакого сопротивления, он запустил руку под ее майку. Это было ужасно, просто отвратительно, девушка едва могла сдержаться, чтобы не начать извиваться, все ее тело было напряжено как натянутая струна. Ею завладел страх, но не ему единственному она позволила поселиться у себя в сердце. Лиса не могла себе позволить, чтобы все закончилось именно так. Никогда! Ни за что!

– Эй ты. – Сквозь стиснутые зубы прошипела девушка, вынудив мужчину оторваться от столь увлеченного занятия.

Он с некой сдержанностью посмотрел в глаза заложницы, словно пытаясь сказать, что следующее ее слово может стать последним. Однако суровый, полный ненависти взгляд карих глаз был последним, что он увидел в своей жизни.

Резким движением вытащив Коготь из-за пояса, Лиса полоснула неприятеля по горлу острым лезвием. Теплая жидкость багровой струей полилась на ее лицо, ослепив на мгновение; крупные капли стекали по ее подбородку на грудь, скатывались по лбу к корням волос. Какое-то мгновение мужчина все еще цеплялся за жизнь, в непонимании пытаясь хватать воздух ртом. Но на него Лиса уже не обращала должного внимания, выхватив у него из кобуры заряженный МОДД. И пока двое оставшихся охранников стояли, разинув рты от удивления, девушка открыла по ним огонь, тем самым избавив себя от двух лишних проблем.

Только когда все тела лежали неподвижно, Лиса уронила голову на землю, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Свалив с себя труп мужчины, она попыталась встать, но ноги ее подкашивались, не дав ей даже сесть с первой попытки. Кровь ручейками скатывалась по белоснежной коже под майку, и Лисе сильно хотелось избавиться от этой липкой жидкости, от этой части человека, который ее едва не погубил. Но из-за адреналина руки тряслись не хуже тоненьких ветвей на ветру.

Сколько девушка сидела в луже чужой крови – она не знала, но в конечном итоге поняла, что нужно двигаться вперед, бездельное просиживание штанов ничему не поможет. Необходимо тайком выбраться из этого блока, пробраться к себе в комнату, смыть все следы преступления и провалиться в пучину сна, чтобы позабыть обо всем. Да, трупы найдут через пару часов, но это уже будет не ее проблема. Здесь не так много камер видеонаблюдения, и не на одну из них она еще не успела попасть, к тому же никто кроме Сета Дефраля не знает, что она была здесь. А генерал вряд ли станет ее сдавать, он хочет выбраться отсюда, поэтому молодая убийца для него – последний шанс.

Выбравшись из комнаты, девушка побрела по коридору, продолжая сжимать в руках оружие. Темень скрывала ее испуганное лицо, но только не алый рисунок, который, скорее всего, заметил Сет, когда она проходила мимо его камеры. Но Лису ничто и никто не волновал, ей лишь хотелось оказаться подальше от этого места, так что, зайдя в кабину лифта, она принялась молчаливо выжидать.

Ноги несли ее вперед по длинным извилистым тоннелям, в голове все перемешалось, а в мыслях образовался гигантский вакуум. Ни одна мысль, даже самая глупая или бредовая, не могла проникнуть сквозь плотную корку воспоминаний о минувших минутах. Маленькие капли крови стекали по животу, но Лисе казалось, что ее продолжали трогать чьи-то пальцы, вынуждая ее сжаться и закусить верхнюю губу.

Нет, так больше продолжаться не может. Если она попадется на глаза другим охранникам, то где вероятность, что они просто доложат о ней? Все эти мужчины живут взаперти среди остальных заключенных, им ведома только злость и ярость, желание доминировать и уничтожать, презирать и ненавидеть. И это только охрана, что же тогда можно говорить о заключенных? Может, Сет такой же, как и они! Он только ждет, пока отворится стеклянная дверь, чтобы убить ее и изодрать в клочья.

Зайдя за поворот, Лиса замедлила шаг, а после и вовсе остановилась, прислонившись плечом к стене. Она не могла идти, силы куда-то испарились. Но что ей остается? Стоять здесь и ждать, пока кто-то другой не обнаружит ее? Нет, нельзя расслабляться, нужно дойти до спального блока, где, по крайней мере, никто не будет пытаться ее убить. Однако не успела девушка и шагу ступить, как впереди показалась тень.

Инстинкт самосохранения за долю секунды вернул ее в паническое состояние, показав перед глазами картины недавнего инцидента. Без колебаний подняв руку, Лиса спустила курок, даже не желая целиться. Электрический заряд ударил по каменной стене, вынуждая незнакомца пригнуться и застыть на месте.

Секундная пауза, разрываемая лишь тяжелым дыханием девушки, дала человеку в тени получше рассмотреть стрелявшего. И это вызвало у него неподдельное удивление.

– Талиса?

Даже не сразу обратив внимание, что имя вовсе не ее, Лиса поняла, что обращаются явно к ней, и голос она узнала сразу же.

«Вот только тебя и не хватало…» – хотела бы сказать бывшая контрабандистка, опознав в незнакомце Сирко, однако из горла вырывались непонятные звуки. А от осознания того, что она едва не застрелила своего отца, ей стало совсем не по себе.

Выронив из рук МОДД, Лиса упала на колени и заплакала. Она была не в силах держать эту боль в себе, думать о том, что все могло кончиться, даже не начавшись. Это вовсе не та жизнь, которую ей хотелось начать, когда ей удастся отыскать родителей. Но ничего не поделаешь, порой судьба нам преподносит такие сюрпризы, о которых лучше и не знать. Их приходится принимать, переживать и использовать. Придется принять свою семью такой, какая она есть, пережить страх и ужас, а также использовать все свои накопленные навыки и знания, чтобы выжить в море жестокости этого мира.

11

Союз

Духовное состояние Алексея как нельзя лучше олицетворяла погода, наславшая на Столицу грозу и ливень в шестом часу утра. Крупные капли бились об окно как разъяренные птицы, сильный гром сотрясал все здание, а яркие вспышки молний то и дело ударяли в высотные пики зданий. Складывалось такое впечатление, что утро позабыло прийти на смену ночи, которая захватила в плен город, пустив в него свои темные корни.

С прошлого дня Алексей так и не покинул своего кабинета, проведя в нем десять бессонных часов. Он пытался понять, чего на самом деле хотел, какая авантюра зарождалась в его мыслях на этот раз. Ему не давало покоя осознание того, что Сирко, возможно, нашел свою дочь, и, в принципе, это не могло не радовать. Полковник помнил Талису Медиче как крохотную малютку, чередующую плач со смехом, а недавно он увидел ее взрослой девушкой, пусть даже и на видеозаписи. Она смогла выжить и стала сильной, и данный вывод Алексей сделал потому, что ей удалось избить бедного Марка. Но что ее ждет теперь? Есть только одно место, куда ее мог увезти Сирко, и это не вызывало никакой радости.

Молния осветила кабинет.

И что же ему теперь делать? С одной стороны, Алексей не считал правильным вмешиваться в дела людей, один из которых не знал его, а другой ненавидел всем сердцем. Для Сирко, равно как и для Коры, мужчина предстал в облике изменника и перебежчика, сдавшегося Союзу по своему желанию. Единственным человеком, кто не винил его, и даже признал мудрость его поступка, была Кая. Ее слова стали для Алексея единственной надеждой к тому, что он поступил верно, не ошибся с правильностью выбора. «Не важно, за кого ты будешь сражаться, главное помни, что ты будешь защищать невинных людей Союза, тех, кто не хотел этой войны. Воспользуйся своим положением, заполучи самое высокое звание, которое ты сможешь, и это поможет тебе остановить войну, ударь врага изнутри».

Ударь врага изнутри – за столько лет, прожитых среди коренных жителей Союза, Алексей изменил смысл этих слов для себя. Изначально ему виделся враг в любом человеке данного государства, но с годами он начал понимать, что желание победить в этой войне и есть настоящий враг. Оно делает людей одержимыми, заставляет идти до конца, ведь как можно сложить оружие, когда столько лет минуло? Примером такого помешательства мог послужить генерал Сет Дефраль, да и еще многих можно приставить к его числу.

Война это ужасно, но на данный момент Алексей не мог понять, чего же он хотел на самом деле – остановить нескончаемые убийства или же спасти одну единственную девушку? Отец не причинит вреда своему ребенку, но учитывая все то, что произошло за последние двадцать лет, полковник не был в этом так уверен. Сирко мог причинить Талисе вред, по крайней мере, неосознанно, он слишком много времени прожил жизнью надзирателя, сталкивающегося каждый день с жестокостью и насилием. Даже если девушка и контрабандистка, то пребывание в Каньоне Дьявола откроет для нее новый мир, который ей будет сниться в самых ужасных ночных кошмарах.

Когда молния сверкнула еще раз, и гром пронзительным грохотом разорвал небеса, Алексей вскочил с места и направился к выходу. Да, пусть он и не имеет права в это вмешиваться, но он не может оставить все без внимания, нет, слишком яркими были воспоминания о детстве, проведенном с Каей. Эта девушка стала для него спасением, она избавила его от одиночества, подарила ему некое подобие семьи. И она погибла, защищая не только дочь, но и своих друзей, а также жителей Федерации, отказавшись делать для Союза Живое Оружие. Полковник чувствовал себя обязанным перед ней, он не смог спасти ее тогда, поскольку был еще слишком мал, чтобы противостоять врагу. Но сейчас у него имелись силы и средства, чтобы дать отпор, чтобы сохранить хотя бы одну единственную жизнь.

Ранним утром в штабе практически никого не было, а если взять в расчет погоду, то и не скоро кто-то явится на рабочее место. Наверняка большинство воздушных поездов прекратило работу на какое-то время из-за сильной грозы, способствующей перебоям в подаче электроэнергии. И по этой причине практически ни один уважающий себя пилот не стал бы поднимать транспорт в воздух, так что на посадочной площадке, расположенной на крыше штаба, должно стоять два-три небольших корабля.

К их помощи и хотел прибегнуть Алексей, чтобы скрыться из Столицы под покровом дождя и тьмы, оставшись незамеченным для большинства радаров. А если кто-то и зафиксирует вылет корабля, то сочтет это безумием и спишет на неисправность системы.

Волновали ли Алексея последствия? Возможно. Но куда сильнее он переживал за жизнь Талисы, маленькой девочки, которую он когда-то про себя называл своей племянницей. Все это звучало странно, но он действительно привязался к ней за те полтора-два года перед началом войны. Он не просто должен был спаси ее, нет, он обязан.

– Полковник?

Без единого сомнения Алексей понял, что обращались именно к нему, поскольку других полковников он здесь не видел. Но его обеспокоил, застал врасплох знакомый голос, принадлежавший Селесте, который смог сковать его по рукам и ногам. Мужчина представил себя шпионом, которого рассекретили у всех на глазах, и от этого ему стало дурно. Он понятия не имел, что сержант здесь, ведь обычно она приходила не раньше семи, но учитывая то, сколько времени Алексей провел в кабинете за размышлениями, время перестало что-либо значить для него. Пунктуальность Селесты всегда приносила ему некую радость, однако сейчас это было так некстати, отчего ненароком мужчина разозлился на девушку.

Алексей обратил взгляд на сержанта Фриз, не сумевшую укрыться от злобной напасти стихии под зонтиком, о чем говорила ее мокрая форма и растрепанные черные волосы. Девушка с обыденной радостью взглянула на мужчину, готовая пересечь длинный коридор и поздороваться, однако ее что-то остановило. Она почувствовала нежелание полковника видеться с кем-либо, его враждебный взгляд заставил ее растеряться. Но в тот же момент девушка поняла, что нельзя стоять столбом, одной секунды хватило, чтобы понять – полковник хочет сделать что-то неправильное, пойти на какой-то риск. И из-за недавнего разговора Селесте долго не пришлось гадать, что у него было на уме.

– Полковник! – Уже осуждающе воскликнула сержант, что послужило для Алексея некой командой к старту.

Мужчина быстрым шагом направился к лифту и, нажав кнопку, выждал несколько секунд, после чего зашел внутрь. Двери плавно начали закрываться, и за мгновение Алексей увидел лицо Селесты, прежде чем они захлопнулись.

В кабине звуки дождя практически не были слышны, а вспышки молний не резали глаз. Но любые раскаты грома мужчина принял бы с умиротворением на душе, но только не встревоженный вид Селесты. Нет, она была даже не встревожена, а удивлена до злости его поступком, поняв, что он собирается сделать без единого слова. Отчего-то появление сержанта пробудило сомнения в душе Алексея, но полковник уже решил для себя, что совершит задуманное.

Двери отворились, и в кабину ворвался неукротимый ливень в музыкальном сопровождении грома и световых эффектов молний. Такое внезапное приветствие вынудило Алексея замешкаться на единственном клочке суши, и в первую очередь потому, что он не мог найти корабли в этой тьме. Однако очертания легкового военного корабля V-класса, который обычно использовали для недалеких переправ, первым делом бросились ему в глаза.

Выбравшись под шквальный ливень, мужчина за пару секунд промок до нитки, и в какой-то момент он подумал, а сможет ли он хотя бы поднять корабль в воздух? Он не считал себя не то что превосходным, а вообще хорошим пилотом, поэтому сразу же прикинул свои шансы. Да, они казались скудными, но погода подкинула удачный шанс скрыться из Столицы незамеченным.

Из-за шума природного явления Алексей не услышал, как позади распахнулась еще одна дверь, но на этот раз ведущая к лестнице, однако на громкий оклик он не мог не обратить внимания.

– Полковник, стойте!

Обернувшись, Алексей не прогадал, увидев запыхавшуюся Селесту Фриз, которая явно неслась на крышу с ужасающей скоростью.

– Уходи отсюда!

– Да вы спятили?! – Едва не сорвав голос, прокричала девушка, приблизившись к собеседнику на три больших шага. Лицо ее горело такой яростью, что Алексей даже немного испугался. – О чем вы только думаете?!

– Другого шанса у меня не будет! – В свою очередь аргументировал мужчина, пытаясь сохранять дистанцию, однако девушка не была намерена следовать его примеру.

– На что? Самоубийство?

– Я не могу ее бросить, не могу! Ты обещала помочь мне, так почему же теперь пытаешься остановить?

– Вы никудышный пилот! – Вновь взорвалась Селеста в приступе злости. – Как вы ей сможете помочь, если не сумеете даже взлететь?! И о чем вы только думаете, полковник? Одно неверное действие и начальство вас разорвет на куски, и тогда ничем вы уже никому не сможете помочь. Тем более это самоубийство лететь в Каньон Дьявола!

– А что мне остается?! – Сорвался на крик Алексей. – Ты не понимаешь, так не лезь не в свое дело!

– Нет! – Упрямо протянула сержант, с открытым осуждением посмотрев на мужчину. – Я буду лезть, поскольку если я промолчу, то вы умрете. Ничего хорошего из этого не выйдет! Почему вы это не понимаете?!

– Я понимаю!.. Я понимаю то, что если я не помогу ей, если ничего не сделаю, то она погибнет.

– Но вы даже не знаете, дочь Каи Шиин она или нет.

– И что теперь?! – Воскликнул с негодованием полковник. – Даже если это не она, то что, по-твоему, ее ожидает? В любом случае Сирко уже не тот благородный парень, каким был раньше. Он убьет любого, кто косо на него посмотрит! И что может быть опаснее человека, которого заперли с сотней заключенных на острове, оставив его там с мыслями, что он не смог спасти свою невесту, что он потерял свою дочь?! Как думаешь, какого будет той девушке, если она не окажется Талисой, что он с ней сделает?! Он убьет ее в порыве злости. А если и не он, то любой охранник в той тюрьме, ты видела их хоть раз?! Это отбросы общества, бывшие военные с садистскими наклонностями, единственные, кто может сдержать преступников. Если она попадется им в руки, то ни о какой быстрой и безболезненной смерти не будет идти и речи. Они будут избивать ее, насиловать, пытать, а потом сделают этот опять и опять, пока она сама не помрет от боли. И ты хочешь, чтобы я остался здесь, боясь того, что меня может отчитать генерал-лейтенант за произвольную отлучку?!

Никогда еще Алексей так не злился, в особенности не срывался на людей, и тем более на Селесту, которая всегда и во всем его поддерживала. И теперь она смотрела на него, как на незнакомого человека, одержимого маниакальной идеей завершить свой грандиозный план. Жаль, что сказанных слов нельзя вернуть, однако полковник не спешил от них отказываться.

– Она была мне как племянница. – Уже более сдержанным голосом сообщил Алексей, однако его лицо до сих пор оставалось во власти смешанных чувств. – Я помню, как держал ее на руках, как она плакала и смеялась. И если это действительно Талиса, то я не могу оставить ее, я обязан перед Каей, ты должна это понять.

В очередной раз Селеста не проронила ни слова, продолжая упрямо смотреть вниз. Алексей не мог понять, злилась ли она или же негодовала, пыталась подобрать подходящие слова, чтобы обругать его, или же чтобы образумить. Но, не дождавшись никакой реакции, он произнес:

– Ты обещала мне помочь. Так ты поможешь мне или нет?

Закусив нижнюю губу, сержант закрыла глаза, словно собираясь заплакать, но ни одной слезы не пролилось, этого не смог скрыть даже дождь. Она по-прежнему продолжала смотреть под ноги, но теперь лицо ее казалось маской изо льда, такой же холодной и непроницаемой.

– И каков же план? – Сдержанно поинтересовалась Селеста. – Вы прилетите в Каньон Дьявола, и если та девушка окажется Талисой, то, что вы сделаете? Явитесь к Сирко и потребуете вернуть ее, увезти из того места? Думаете, он вам это позволит? Он убьет вас. Но… если нет, то вы убьете его? Убьете отца девушки, которую хотите спасти? И что же? Она, думаете, будет этому рада? Может, она боится Сирко, проклинает его и ненавидит, но он ее отец.

Выждав пару секунд, Алексей ощутил, как слова Селесты отравляюще подействовали на его сознание, поскольку все, что он услышал, было правдой. Но все рано, если что-то не сделать, то девушка погибнет. Ему нужно хотя бы удостовериться, что с ней все в порядке.

– И что ты от меня хочешь? – Не найдя подходящих слов, поинтересовался Алексей, отведя взгляд в сторону.

– Значит, это ваш ответ. – Голос девушки задел мужчину за живое своей грустью и сожалением, эта фраза прозвучала как некое извинение. И в следующий момент он понял почему: – Алексей Кольт, как ваш сержант я буду вынуждена признать ваши действия противозаконными и принять соответствующие меры.

Направив на полковника МОДД15, Селеста положила палец на курок, с серьезным выражением лица продолжая наблюдать за ним.

– И ты выстрелишь в меня? – В данный момент Алексей понял, в какой безнадежной ситуации оказался, поскольку он знал, что Селеста в первую очередь будет придерживаться закона. И тут даже не требовался ответ. – Если она умрет, это будет на твоей совести…

– Простите. – С искренним сожалением произнесла сержант, нажав на спусковой курок.

***

Присев на одно колено у самого края крыши высотного здания, с которого открывался прекрасный вид на Центральный штаб, заточенный в своем боевом костюме, Призрак наблюдал за разыгрывавшейся сценой на посадочной площадке соседнего строения. Дождь в купе с ежеминутными вспышками молний не дал бы ему рассмотреть всю картину происходящего, если бы не инфракрасная оптика, встроенная в шлем. Голосовой командой увеличив изображение при помощи того же устройства, Призрак без единой проблемы смог отличить полковника Кольта от сержанта Фриз. Последняя без колебаний выстрелила в мужчину, но только оглушающим зарядом.

Дальнейшее представление уже не столь интересовало Призрака, ведь Алексей теперь лишен возможности осуществить задуманное, а Селеста наверняка затащит его в лифт и попросит по пути помочь кого-то. Разъяснить столь непонятную ситуацию она наверняка сможет, придумав некую правдоподобную историю о том, что мужчина поскользнулся или забыл поставить на предохранитель оружие.

Поднявшись на ноги, Призрак отошел от края крыши, ослепленный очередной вспышкой молнии. Открыв панель ручного компьютера, он ввел короткую команду, после чего принялся выжидать, пока внутри шлема не раздался знакомый голос маршала Бейлора:

– И каковы прогнозы?

– Как ты и думал. – Все еще смотря в сторону штаба, сообщил Призрак. – Полковник хотел вылететь… но ему помешала сержант Фриз, так что твой план явно не сработает.

– А жаль. – С нескрываемым расстройством отозвался Влад. – Я уж надеялся, что он уберет Сирко и доставит девушку сюда, в Столицу.

– А с чего такая уверенность, что это дочь Каи Шиин?

– Некий механик передал генерал-лейтенанту Фарену сведения о том, что полковник запросил записи с базы в горах, обосновав это тем, что ему интересно, из-за чего понижают в звании его друга. Думаю, что его, как и меня, в первую очередь волновало не это, а внезапный визит Сирко Медиче.

Путаться в подробностях этого дела Призрак никакого рвения не изъявил, к тому же он силился скрыть свое недовольство, что не смогло ускользнуть от маршала Бейлора. Однако «верный пес», коим все его считали, с удовольствием был готов порадовать мужчину исполнением его желания.

– Тогда я займусь этим лично...

– Нет. – Внезапно оборвал собеседника Влад, и в этом жесте ощущалось некое беспокойство. – Для тебя это слишком опасно.

– Я тебя умоляю, – снисходительным тоном отметил собеседник, – что может быть опасного для Призрака? Мне нужно всего лишь забрать ту девушку, ведь так?

– Каньон Дьявола это тебе не шутки. – Напомнил мужчина. – Любой, кто тебя там увидит…

– Любой, кто меня там увидит, увидит лишь доспех, который является личным цепным псом маршала Союза. Не думаю, что у них не хватит мозгов хотя бы держаться от меня подальше.

– Следи за словами.

– Серьезно?.. – Но судя по недолгой паузе, которую решил оставить Влад, Призрак понял, что стоит попытаться разговаривать официальным и серьезным тоном. Вот только это никак не могло осуществиться в реальности. – Не волнуйся, я могу постоять за себя. Так что конкретно от меня требуется?

В очередной раз Влад Бейлор повременил с ответом, пытаясь разрешить сложный вопрос, ведь Призрак пусть и являлся одним из лучших воинов армии Союза, но в Каньоне Дьявола его могли застать крупные проблемы. Однако что-то мужчине подсказывало, что если он запретит собеседнику предпринимать какие-либо действия, это принесет лишь противоположный эффект.

– Доставь девушку в Союз, желательно живой. Если она действительно его дочь, то тогда мы не только сможем полностью его контролировать. Возможно, у нас появится запасной план в случае провала проекта «Восход». Но… я почему-то не уверен, что тебе удастся пройти, не попадаясь никому на глаза.

– Намекаешь на то, что мне, возможно, придется встретиться лично с Сирко Медиче? – Хотя Призрак был больше чем уверен, что он не только встретится с ним, но и будет вынужден вступить с ним в бой. Вряд ли Сирко отдаст свою дочь так просто, и от этого «рыцарю в доспехах» стало не по себе.

– Поэтому я и сказал, что это будет опасное дело. – Повторил Влад. – Может, мы и выжгли ему нанороботов, но он все еще опасен и без них.

– Но не настолько, как я в роли твоего стража. – Решил приподнять себе настроение Призрак, ведь он действительно умел многое и справлялся с грозным врагом ни раз и не два. – Так каков окончательный план действий?

– Что ж… – На мгновение задумался Влад, расставляя все дочки над «и». – Твоя первостепенная задача – привезти в Союз девушку, и если она окажется его дочерью, то мы сможем окончательно приструнить этого парня. Живой он все же, надо признать, полезнее, чем мертвый. Но если вступишь с ним в бой, что скорее всего и произойдет… То убей его, не раздумывая. Может, он и держит всю тюрьму под контролем, в чем и заключается его польза, но все же «Восход» имеет куда более высокий приоритет. К тому же я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось, так что действуй осторожно. Понятно?

– Так точно, маршал. Если не удастся бесшумно захватить девушку, я убью Сирко Медиче.

***

– Что я думаю по этому поводу? Нас обкрадывают, не ставят в расчет! Мои дети каждый день ездят на воздушных поездах в школу, думая, что все будет прекрасно. Но теперь они уже боятся выходить из дома, и почему? Так нас защищает наше правительство?! Ради чего мы платим баснословные налоги, ради чего живем в фактической нищете?! Ради того, чтобы убивали наших детей буквально у порога дома?

«Вот и началось» – подумал Алексей, проведя весь день в компании телевизора, головной боли и больничной кушетки.

Очнулся он утром следующего дня в окружении хорошеньких медсестер, которые сообщили, что ему требовалось полежать денек, чтобы отойти от действия парализующего заряда. Сначала мужчина не понял, о чем они говорят, но потом воспоминания напомнили ему о вчерашнем дождливом вечере.

Алексей планировал улететь в Каньон Дьявола, чтобы найти Талису Медиче, однако ему не удалось воплотить свой замысел в реальность из-за внезапного появления Селесты. Чего-чего, но подобного поступка от своего сержанта он никак ожидать не мог. Или мог? Мужчина привык к тому, что девушка практически всегда занимала его сторону в каких-либо спорах или позиции точки зрения. Поэтому он и расслабился, слепо полагая, что она поддержит его и в этот раз, совсем позабыв, что в первую очередь сердце Селесты было отдано Союзу. И если все складывалось именно таким образом, то скоро должно прийти известие о том, что некто в лице генерал-лейтенанта Фарена – а кого же еще? – захочет обсудить с ним этот вопрос.

Злость чувствовал полковник или раздражение? Возможно, вчера он действительно разозлился на девушку, да и сейчас ощущал некие отголоски знакомых эмоций. Но время, проведенное в палате, смыло практически весь негатив, оставив на душе лишь неприятный осадок.

Что и говорить, Алексей сам понимал, что творит, однако тогда желание хотя бы увидеть Талису затмило ему разум. И единственным лучом спасения стала для него Селеста, удержав его от непредсказуемых последствий. Она правильно поступила, с этим мужчина не хотел спорить. Но не все то, что правильно, можно назвать хорошим.

Как ни старайся, Алексей не мог простить сержанта, даже если ее действия сберегли его если не от верной смерти, то хотя бы от крупных неприятностей. Она не имела права вмешиваться в его дела без его согласия, для него тема, связанная с Каей и Сирко, была слишком личной. Это все равно, что заставить выбирать тебя между семьей и долгом, и каким бы Алексей не старался быть хорошим и преданным солдатом, он понимал, что если придет день, он выберет определенную группу людей, а не целую страну.

И, казалось, эти времена уже не за горами.

По телевидению на разных каналах крутили выпуски новостей, в которых рассказывалось о недавнем происшествии в горах Барграф, о приближающейся победе Карийской Федерации в сражении на юго-западной границе страны, а также о нашумевшем теракте в Столице. Журналисты брали интервью у демонстрантов, устраивающих митинги на главных площадях города за прекращение войны. Люди негодовали, боялись и злились. Новые волнения возникали из-за слухов, что призывной возраст понизят до четырнадцати лет. А родители боялись того, как активно начала развиваться агитация о вступлении в военные академия и училища девушек, заманивающая их достойным образованием, будущей зарплатой, а также уважением и почетом среди соотечественников.

С одной стороны, Алексей, привыкший к жизни военного человека, ничего плохого в этом не видел. Но с другой, он прекрасно понимал, что каким бы величественным и мощным не казался Союз, он уже трещал по швам. Затяжная война истощила его практически до последней капли, и в первую очередь это ощутили на себе простые граждане, в особенности небогатые и бедные. Из-за нехватки людей в армию призывали подростков, политических сторонников у Союза на данный момент уже гораздо меньше, чем у Карийской Федерации. Вооружение, в принципе, пока что не находилось в плохом состоянии, а авиационные силы у страны считались самыми лучшими в мире. Но одними истребителями войну не выиграешь, поскольку древо зла пустило свои корни внутри страны, вынуждая мирных граждан выходить на улицы с плакатами и громкими речами.

И бог с ними с митингующими, подумало бы высшее руководство, если бы не подтвержденные слухи о том, что на территории страны начали образовываться объединения, помогающие сопротивлению. Коренные граждане Союза не только шпионили для врага, но и проводили для них небольшие операции по транспортировке необходимого оборудования, припасов и медикаментов.

Что не говори, но, похоже, кризис действительно накрыл страну, грозясь вот-вот утопить ее.

В дверь постучали, и Алексей был вынужден отвлечься от просмотра новостей, позволив войти в палату молодому юноше в военной форме.

– Полковник Кольт, вас к себе вызывает генерал-лейтенант Фарен. – Кратко передал незнакомец и, отдав честь, сию секунду скрылся из виду.

«Вот вам и первый звоночек» – невесело подумал Алексей, дав фантазии во всех подробностях расписать предстоящую беседу.

День клонился к вечеру, поэтому мужчина надеялся, что все неприятные последствия оглушающего удара прошли. Однако, только скинув ноги с кровати, он почувствовал неприятное покалывание в икрах, а также в пояснице. Руки до сих пор не сгибались в крепкий кулак, но вряд ли этот навык понадобится Алексею во время предстоящей встречи.

За пару минут одевшись в форму, мужчина хотел воспользоваться своим коммуникатором, однако, не обнаружив его в нагрудном кармане, он с сожалением вспомнил, что в больнице ими запрещено пользоваться, поэтому медперсонал оставляет их у себя на первом этаже. Странная система, объясняющая это тем, что работа персональных мобильных средств может мешать восстановлению пациентов и работе персонала. А как вы тогда прикажете связываться с родственниками? И почему в палатах есть телевизоры с доступом к информации глобальной сети? Странность на странности.

Тем не менее, Алексей покинул больницу, на подъезде к которой его уже ждал транспорт с водителем. От второго бы полковник с удовольствием отказался, но вовремя вспомнил, в каком состоянии он сейчас находится.

Сев в машину на пассажирское заднее сидение, мужчина с непониманием ощутил, что чего-то не хватает. И только на полпути к Центральному штабу он понял, в чем кроется причина. Селеста, кто же еще? Обидно было осознавать, что за весь день она даже не пришла навестить его или лишний раз упрекнуть в бестолковости и неадекватности. То, что она не решилась показаться ему на глаза лишний раз, свидетельствовало о ее уверенности в правоте своих действий. Это не пришлось по душе Алексею. Он с удовольствием бы выслушал все жалобы и обвинения, вместо того чтобы наблюдать целый день ее отсутствие. Складывалось такое впечатление, что Селеста просто бросила его, покинула, и это вызывало у мужчины недовольство. К тому же все сложилось куда более плачевным образом, раз его вызвал генерал-лейтенант: видимо, девушка посчитала нужным сообщить ему об инциденте.

В данной ситуации Алексей мог восхвалять Селесту как военного, но только не как друга.

Оставив водителя, полковник быстрым шагом направился в штаб и, поднявшись на нужный этаж, на мгновение застыл перед кабинетом начальника. Но что тянуть? Разговор все равно неизбежен, поэтому, постучав в дверь, Алексей вошел внутрь со словами:

– Вызывали, генерал-лейтенант?

Не успев перелистнуть страницу, Альберто исподлобья одарил гостя подозрительно спокойным взглядом. Отложив документы в стороны, он кивком указал полковнику на стул перед своим столом, после чего перешел сразу к делу.

– Твой сержант сообщил мне о том, что на самом деле произошло вчера. – Невозмутимый голос Альберто отравляющим образом подействовал на Алексея, поскольку привычного холода в нем не было, только какая-то безмятежность. И это пугало. Однако, заметив хмурый взгляд полковника, генерал-лейтенант все же решил последовать его примеру, перестав казаться таким умиротворенным. – Не вини ее, она исполняла свой долг.

– Я не виню сержанта Фриз. – В официальных разговорах Алексей всегда называл Селесту по званию и фамилии, однако в голове всегда звучало ее имя. Но только не в этот раз, что говорило о том, что он действительно был на нее зол.

– К тому же, если бы она не сообщила об этом, то у вас обоих могли бы возникнуть неприятности.

Неприятности? В этот момент Алексей слегка забеспокоился, поскольку, по услышанным словам он мог рассудить так, словно Альберто уже знал наперед о произошедшем. И что это значит? Кто-то еще видел его на крыше?

– Что вы имеете в виду? – Все же не спешил раскрывать все карты Алексей.

– Ты же прекрасно знаешь, кого искал Сирко на базе.

А вот эта реплика едва не вынудила полковника испугаться всерьез, но он вовремя успел взять себя в руки. Он не сильно ожидал услышать подобное, однако стоило быть готовым ко всему, ведь инцидент на базе в горах Барграф не представлял из себя тайны. И все же мысленно Алексей расслабился, сделав вывод, что Марк не рассказал Китсу Рейн о планах Сирко, а точнее о том человеке, кого он искал. В противном случае Алексей бы тут не сидел и не разговаривал с генерал-лейтенантом, так как надобности в этом уже не было бы.

– Понятия не имею. – Солгал мужчина.

– Ну конечно. – Сарказм в сочетании с низким и немного злым голосом Альберто прозвучал зловеще. – Поэтому ты и собрался улететь в Каньон Дьявола, чтобы наведаться к дочери Медиче?

– Так Селеста вам и об этом рассказала… – Услышанное дало полковнику понять, что притворяться уже не имеет смысла, поэтому он решил плыть по течению и посмотреть, куда же приведет его эта река.

– В этом не было необходимости.

– То есть? – Может, Алексей и злился на Селесту, но этот факт мгновенно отошел на задний план, вызвав у него непонимание из-за услышанного.

– После прибытия в Центральный штаб за тобой велось круглосуточное наблюдение. – Без каких-либо колебаний продолжил Альберто, словно рассказывая о недавней поездке в соседний город. – Не сочти это за знак недоверия, но ты единственный человек, что был связан с Медиче до войны, поэтому мы решили, что ты должен знать о том, кого он искал на базе.

– Мы? – Но долго догадываться не пришлось, что это незатейливое «мы» подключало и маршала к этой авантюре. Но не дождавшись должной реакции от собеседника, Алексей с некой смесью обреченности и недовольства поинтересовался: – И что вам требуется от меня, генерал-лейтенант?

– Я закрою глаза на вчерашний инцидент, если ты согласишься помочь нам в одном деле.

– Каком? – Без должного энтузиазма поинтересовался Алексей.

– В ближайшее время наш человек доставит дочь Медиче в Столицу. Я хочу, чтобы ты о ней позаботился. Поскольку ты был близок с Каей Шиин, это поможет тебе завоевать ее доверие. – Но заметив не просто удивленный, а скорее шокированный взгляд собеседника, генерал-лейтенант добавил: – Что-то не так, полковник?

– Я правильно понял, что вы хотите выкрасть девушку у Сирко? – Силясь не выдать своих истинных эмоций, поинтересовался Алексей, продолжая буравить Альберто ошеломленным взглядом.

– Медиче в последнее время стал чересчур непредсказуемым, а теперь от него стоит ожидать чего угодно. Девушка станет для нас предметом его контроля.

Выслушав доводы Альберто, Алексей медленно закивал, в противовес продолжая думать с шокированным выражением лица: «Он вообще понимает, о чем говорит?». Однако стоит ли этому удивляться? Союз порой шел и не на такие жертвы, чтобы достичь своих целей. А схватить девушку и использовать ее как средство управление Сирко Медиче все равно, что провернуть очередное незатейливое дело.

– Если это действительно его дочь, – наконец-то обрел голос Алексей, – то вы хоть представляете, с чем вашему человеку придется столкнуться? Быстрая смерть – лучшее, на что ему придется надеяться. Кого вы отправили?

– Это тебя не должно интересовать.

– Не должно? – Не уследив за собой, сорвался полковник. – Если вам все удастся, то должен же я буду сказать девушке, кто убил ее отца!

– Кольт. Довольно.

Этих двух слов, произнесенных с таким холодом и спокойствием, хватило мужчине, чтобы обрести обладание над самим собой. Его всегда удивляло, как Альберто в самых разных ситуациях удается оставаться таким невозмутимым и бесстрастным. Не может же человек вот так просто взять и потерять все свои чувства и эмоции.

Но речь сейчас не об этом. Стало понятно, что генерал-лейтенант не собирался рассказывать своему подчиненному о подробностях дела, однако Алексей мог догадаться, о ком шла речь. Раз они говорили о секретной операции, то созывать много народа для ее оглашения никто бы не стал, так что о деталях могут знать лишь проверенные люди. И отправлять одного из своих генералов в Каньон Дьявола маршал бы не стал, это слишком рискованно и неразумно, а отыгрываться на чинах пониже также небезопасно – есть вероятность утечки информации. Оставался лишь человек, довольно близкий маршалу, и если не военный, то независимый наемник или боец. И на ум пока что приходила лишь одна личность.

– Призрак… Вы отправили туда Призрака. – И если дела обстояли именно так, то у маршала все же была вероятность воплотить свой план в реальность.

– У тебя есть выбор. – Наконец-то заговорил Альберто. – Либо тебя ждет крупное разбирательство из-за вчерашней выходки, и я обещаю, что проблем ты не оберешься. Либо я закрою на это глаза, и ты берешься взять под свою защиту дочь Сирко Медиче. Тебе решать.

Ему решать. А был ли у него, собственно, выбор? Если не пойти на сделку, то можно отправиться в тюрьму, уж этот билет в один конец генерал-лейтенанту не составит труда отыскать. И даже если не жизнь в клетке, то иная судьба вряд ли обрадует Алексей. А здесь Альберто предлагал осуществить то, что он, в принципе, и собирался сделать – защитить Талису. И, наверное, другого такого шанса у него больше не появится, а терять такой возможности Алексей не собирался, только не в этот раз.

12

Союз

Многие говорят, что невозможно забыть то, как быть для кого-то родителем. Инстинкт защиты потомства находится у нас в крови, его нельзя отключить как любой электроприбор и забыть, как потом начать пользоваться им вновь.

Сирко сохранил в своей памяти те несколько месяцев, когда он действительно мог назвать себя отцом, только это и помогало ему держаться на плаву. Но воспоминания не смогли пробудить в нем все эти чувства по отношению к Лисе. Да, он знал, что она его дочь, но никак не мог ощутить этого вживую. Когда мужчина смотрел на нее, то узнавал в ней Каю – они были сильно похожи друг на друга, даже больше, чем он рассчитывал. Но что-то мешало окончательно признать в Лисе ван Реван его родную дочь, некий невидимый барьер отталкивал его все дальше и дальше.

Однако удивляться Сирко не спешил. Мало того, что со дня их расставания прошло примерно двадцать лет, так еще возникла проблема иного характера. Лиса боялась его, она не могла поверить ему на слово, даже после того, как тест ДНК подтвердил их родство. И мог ли он ее винить за это? Сикро запомнил свою дочь маленькой девочкой, которая как только научилась ходить, вечно становилась эпицентром всевозможных незначительных проблем. Взять к примеру тот случай, когда Кая оставила ее под присмотром Алексея и Коры, которые умудрились потерять ее уже через двадцать минут. Неугомонная, впечатлительная и энергичная – такой Сирко запомнил свою дочь. Но отличалась ли она от девушки, которую он привез сюда?

Контрабандистка. Нет, проведя столько времени с опасными личностями, мужчина никак не мог увидеть в Лисе нелегального торговца на черном рынке, она все же отличалась некоторой наивностью, не присущей данному виду людей. Наверное, это могло объясниться тем, что ее приемный отец всяческим образом отгораживал ее от чересчур опасных заданий и мест. Насколько хорошо помнил Сирко разговор, подслушанный через прослушивающее устройство, Лиса все это время жила в группировке Тайгера. Значит, этот человек вырастил и Каю, которая никогда не говорила ему, фактически своему будущему мужу, об этом человеке.

Что ж, можно лишь гадать, как все эти двадцать лет росла Лиса, какими вещами себя увлекала, что вызывало у нее интерес или неприязнь. Но Сирко хотел узнать об этом у самой девушки, хотя та его явно старалась избегать. Она его боялась, но знала бы она, как он боялся ее. С каждым часом мужчина все ближе подгонял себя к мысли, что это действительно его дочь, и от осознания этого факта ему становилось не по себе. Он был способен заставить человека трястись от страха, он мог убить практически любого без единой ноты сожаления. Но как заставить родную дочь не то что верить ему, а хотя бы не бояться его – от этой мысли Сирко готов с непривычки запаниковать. Нужно же что-то делать, хоть с чего-нибудь начинать. Вот только в этой задаче крылась одна загвоздка, способная загубить все на корню, и этим немаловажным аспектом являлся характер Лисы. Ее воспитали контрабандисты, и, основываясь на опыте общения с Каей, Сирко мог представить, какую невообразимую палитру из черт характера представляла собой его дочь. Эти ребята учат своих подопечных быть наглыми победителями по жизни, готовыми в любой момент натворить дел и исчезнуть в считанные секунды. Этакие хитрые засранцы, способные с серьезным выражением лица приниматься за работу, что была им не по зубам, если речь заходила о крупном вознаграждении.

В какой-то момент Сирко действительно почувствовал себя озадаченным этой проблемой, но все это стало пустым звуком, когда его этой ночью чуть не подстрелила Лиса.

Сначала он подумал, что кому-то из заключенных удалось сбежать, или же некий недальновидный охранник решил убрать его по известным только ему причинам. Однако увидеть свою дочь, перепачканную кровью, мужчина ожидал в последнюю очередь. И, наверное, впервые за последние несколько лет он действительно испугался, что вынудило его растеряться. Что произошло? Откуда столько крови? Ее ли это кровь? Все эти вопросы со столь непривычной скоростью посыпались на него, что он даже не пытался отмахиваться от них. Но стоять столбом также не имело смысла, особенно в тот момент, когда девушка находилась в состоянии шока.

Единственное правильное решение он нашел в том, чтобы отнести Лису в ее комнату и дать ей прийти в себя. Он мог бы попытаться ее успокоить или же спросить, что произошло, но просто не знал, какие слова подобрать. И в этот момент он почувствовал себя самым никчемным и бессильным человеком. Мужчина думал, что, привезя девушку сюда, он обезопасит ее от Союза, готового причинить ей вред, чтобы удержать его на месте. Просто куда еще он мог ее спрятать? Где смог бы найти безопасное место?

И вот здесь произошла его первая ошибка, когда он подумал, что Каньон Дьявола может хоть отдаленно напоминать неприступную крепость. Сирко готов был себя возненавидеть, едва не потеряв еще одного дорогого для себя человека. Он настолько привык к этой тюрьме, так долго здесь жил, что практически слился с ней воедино, стал ее неотъемлемой частью, такой же бесчеловечной и уродливой.

Оставшись за дверью, Сирко еще долго выжидал, пока не заснет Лиса, и не только потому, что ему так было спокойнее. Похоже, из-за этого инцидента сама девушка увидела в нем некий оберег от очередного нападения со стороны. И был бы рад этому мужчина, но лучше она и дальше продолжала бы его ненавидеть, чем засыпать под голос собственного страха.

После того как Лиса провалилась в мир сновидений, мужчина хотел выяснить в конце концов, что же произошло. Однако беда сама нашла его в лице вызова на нижний уровень в седьмой подземный блок. Эта новость в момент смыла все переживания и мучения Сирко, поскольку его сразу же заинтересовал вопрос, что могла делать девушка в том месте? Но ответ нашелся чересчур быстро, провозгласив себя Сетом Дефралем, который и не скрывал того факта, что Лиса уже на протяжении недели заглядывала к нему в гости.

Сказать, что Сирко зол – ровным счетом промолчать и подавиться. От этой новости он едва не открыл бокс заключенного и не убил его голыми руками. Но от поспешных действий его спасла конечная остановка маршрута, отчетливо запоминающаяся забрызганной кровью комнатой и тремя трупами. В одном из них Сирко без труда узнал лейтенанта в отставке, которого сослали сюда по обвинению в изнасиловании своей невесты и ее подруги. При одной мысли, что этот человек мог сделать с Лисой что-то в том же духе, мужчина пожалел, что охранник отделался лишь разодранным горлом.

Гнев захлестывал его с каждой секундой. Сирко злился на Лису за то, что она ослушалась его и бродила по коридорам базы как по парку развлечений. Ему хотелось наконец лишить жизни Сета Дефраля за то, что именно он и никто другой погубил Каю. Но не меньше он ненавидел и себя за все то, что пришлось пережить его дочери. Он запер ее в четырех стенах, ничего толком не объяснив и даже не попытавшись начать разговор. Скорее всего, Лиса забрела сюда случайно, а с Сетом связалась не только из-за того, что он много знал, но и потому что он мог объяснить ей принцип работы Живого Оружия. Сирко хотел сделать для нее некий подарок или хотя бы дать ей нечто, что позволило бы уберечь ее жизнь. Но он решил пустить все на самотек, и теперь именно ему придется отвечать за последствия.

Что делать дальше? Как быть с Сетом и теми трупами? Как объяснить это остальным охранникам? В принципе, Сирко это уже не волновало. Он понял, что настало время действовать, а не слоняться туда-сюда, ведь его дочь теперь с ним, никто уже не сможет причинить ей вред. Так что, наверное, пришла пора проваливать из этого проклятого места.

Наблюдая за тем, как густая огненная магма тянется по устью каньона, Сирко вдумчиво вглядывался в заключенных, работающих у левой стороны скал. Кровью и потом давался им этот труд, однако мужчину это не волновало. Он смотрел на них, как на муравьев, пытающихся отстроить свое новое жилище. В смеси с запахом гари и невыносимой жарой это зрелище отчего-то приносило ему легкое удовольствие.

Стоя рядом со входом в комнату управления, Сирко то и дело бросал взгляд в сторону тоннеля, ведущего к спальному блоку. И мысли вновь были готовы вернуться к дочери, однако его внимание привлекло странное явление со стороны облака пепла, тянущегося вдоль каньона непроглядным потолком. Словно нечто живое вырвалось из этого тумана, оставив за собой серый след. Сирко бы подумал, что у него наконец-то сдали нервы и пошла кругом голова, однако он решил на всякий случай отойти в тень и понаблюдать.

Ничего странного не происходило, но только наверху, поскольку в нескольких десятках метрах от входа в спальный блок неестественно преломился свет, отчего сложилось впечатление, будто бы размытое пятно летит по воздуху. И как только оно застыло на скале, то показало свой истинный облик, который ничуть не обрадовал мужчину.

– Черт тебя дери.

Появление Призрака могло лишь подтвердить догадку о том, что в Столице прознали о появлении Лисы ван Реван, а лучше сказать Талисы Медиче, которая в данный момент спала и не подозревала о появившейся угрозе. Поэтому, как можно незаметнее скрывшись за дверью, Сирко пересек комнату управления и выбежал в коридор, чтобы не привлечь внимание незваного гостя.

Как они могли узнать? Что ж, скорее всего с ответом на этот вопрос Сирко мог помочь его недавний визит на базу в горах Барграф, где он точно засветился на камерах видеонаблюдения. Однако у маршала не должно быть достаточно оснований, чтобы присылать своего цепного пса в Каньон Дьявола. Никто не знал, что она его дочь, даже сам мужчина не был в этом уверен, пока не провел тест ДНК прежде, чем начать разговор с Лисой. Так-то оно так, но помимо него самого имелся один человек, у которого могли возникнуть домыслы на этот счет – Алексей Кольт. Возможно, он своими предположениями и навел маршала на подобную идею. Но как бы Сирко не любил Алексея, он все же готов был признать, что тот вряд ли бы намеренно сдал его. Парень, конечно, вступил в армию Союза, но сделал он это по просьбе Каи. Что не говори, но нить событий от этого не становилась менее запутанной.

Свернув в нужный коридор, Сирко наконец-то прибыл в спальный блок, где стояла могильная тишина. Однако через пару мгновений из ближайшего перекрестка показался Призрак, снявший свою маскировку невидимости. Он шел медленно, постоянно поглядывая на карту, голограммой застывшую над его ручным компьютером. И откуда же он так был уверен, что Лиса находилась именно в спальном блоке? Но с другой стороны, где, если не здесь, ведь это самое безопасное место.

– Чем могу помочь столь желанному гостю в такой поздний час? – Выйдя из-за угла, Сирко застал Призрака врасплох, вынудив его замереть на месте. Для начала мужчина хотел попробовать построить из себя ничего не знающего человека, удивленного подобным визитом.

Секунду погодя, Призрак без единого слова убрал изображение карты, после чего повернул свою голову, облаченную в тонированный шлем, в сторону главного надзирателя.

– И почему ты просто не мог где-нибудь отсидеться?.. – Пусть голос и искажен до неузнаваемости специальной программой, но в нем все же можно было уловить смесь недовольства и разочарования. – Где она?

– Она? Ты немного ошибся дверью, здесь девушки долго не задерживаются.

– Очень смешно. – В противовес собеседнику Призрак не спешил поддерживать веселый лад. – Твоя дочь, Медиче, где она?

– Где? – На этот раз Сирко предпочел не улыбнуться, а оскалиться. – Не твоему ли, мать его, маршалу знать об этом лучше, чем мне?

В ответ незваный гость оглянулся по сторонам, словно выбирая, куда же пойти дальше.

– Я обещаю, что о твоей дочери позаботятся, ей не причинят вреда… Если ты поступишь мудро и опустишь руку с МОДД-а.

Сирко и сам не заметил, как непроизвольно потянулся за оружием, но это даже придало ему уверенность.

Они хотели забрать его дочь снова, отнять ее у него и посадить под замок, зная, что на этот раз он точно не будет сопротивляться. Но двадцати лет для Сирко хватило, чтобы осознать тот факт, что в следующий раз, когда настанет время делать выбор, он лучше умрет, но не отступится перед врагом и не станет прятаться.

– Передай маршалу, чтобы поцеловал меня в зад. – Быстрым движением достав оружие из кобуры, мужчина направил его на Призрака.

– Ох, – безнадежно вздохнул сторонник Влада Бейлора, – я пытался.

***

Сон унес Лису далеко из реального мира, он, подобно тягучему меду, обволок ее и не дал возможности пошевелиться. Здесь было спокойно и уютно, никто не хотел убить ее или причинить боль, здесь все проблемы растворялись в пустоте. В сознании вспахивали приятные картины, девушке снилось, что она находится на базе сопротивления в Борда Систа, помогая Бэю чинить корабль. Они о чем-то беззаботно болтают, смеются, после чего к их разговору присоединяется Айрис с сообщением о том, что командир созывает совещание. Но вместо Даласа Блада объяснять план дальнейших действий пришел Сирко, и это казалось Лисе совершенно нормальным. Особенно те моменты, когда ее молодая мать, Кая Шиин, то и дело подвергала сомнению каждый факт и аргумент, приведенный мужчиной.

Такая идиллическая атмосфера нравилась девушке, она буквально растворялась в ней. Но в какой-то момент все начало плыть перед глазами и сотрясаться. Откуда-то издалека доносился неприятный грохот, нарастающий с каждой секундой. Он буквально выдергивал Лису из сна, из этого относительного рая, за который она пыталась цепляться, пока окончательно не проснулась.

Открыв глаза, Лиса тут же услышала подозрительный шум за дверью. В кромешной тьме ничего нельзя было разглядеть, однако она попыталась всмотреться в очертания двери, словно это могло бы разрешить ситуацию. Но когда возня, казалось бы, окончилась, по деревянной конструкции так ударили, что Лиса непроизвольно вздрогнула. Словно кто-то с разбегу врезался в нее, намереваясь выбить, и паника вот-вот была готова набросить на бывшую контрабандистку свои сети, когда в коридоре раздался знакомый звук выстрела.

Вскочив с кровати, Лиса молниеносно пересекла комнату, и когда ее рука легла на дверную ручку, она даже не задумывалась о том, что ее могла ожидать опасность. Только успев высунуть нос в коридор, девушка отпрянула назад, как только перед ней в прямом смысле этого слова пролетел Сирко. Ударившись спиной о каменный пол, мужчина болезненно поморщился, однако выражение его лица приобрело ошеломленный вид, когда он заметил Лису.

– Назад, живо! – Командным голосом велел он.

Растерянная и сонная, девушка даже не поняла, что происходит. Но когда она посмотрела в левую сторону, то непроизвольно вздрогнула, заметив человека в броне цвета перламутра. Призрак.

– Живо! – Едва ли не затолкнув Лису в комнату, Сирко захлопнул дверь, после чего по коридору вновь разнеслись звуки борьбы.

Девушка откровенно ничего не понимала, все для нее произошло слишком быстро, чтобы быть явью. Она едва могла держать себя в руках из-за недавнего инцидента, до сих пор с отвращением ощущая невидимые прикосновения чьих-то грубых рук. Ее колотило от одной только мысли, что ей не посчастливиться пережить это когда-нибудь еще раз. А здесь на голову сваливается еще одна проблема, о существовании которой она даже и не подозревала.

Хотя, как не подозревала? Лиса просто не хотела признавать тот факт, что уже завязла в трясине проблем по самые уши. Все время она пыталась отрицать очевидное, даже когда факты говорили сами за себя. Сирко ее отец, и каким бы он не казался ей ужасным, она должна принять это. У нее просто нет выбора.

Всю свою жизнь Лиса провела в группировке Тайгера, и именно она стала для нее семьей, именно эти люди давали ей кров и пищу. Но они не были настоящими родителями, это ее и пугало. Конечно, не правильно так говорить о людях, которые вырастили тебя и одарили заботой и любовью, насколько это было возможно. Но ведь когда-то Лиса была любима и своими кровными матерью и отцом, которые не желали ей судьбы сироты-одиночки. Об этом могла судить девушка как по рассказам Сета Дефраля, так и по некоторым намекам и упоминаниям Сирко. Что-то было ложью, о чем-то кто-то хотел умолчать. Но чем больше времени она проводила в компании родного отца, тем сильнее ощущала, что он действительно пытается стать к ней ближе.

Звуки за стеной не прекращались, однако становились все более отдаленными.

Не двинувшись с места, Лиса продолжала сидеть на месте, пытаясь бороться со своими страхами. Она должна что-то сделать, должна! Сирко, тот, кого она поначалу презирала, сражался ради нее, из-за нее. Да, он не совершенен, да, он не тянул на звание отца года и даже не вытягивал награду «папа месяца». И неужели его за это необходимо винить? Он прожил в этом месте двадцать лет, целых двадцать лет в мире насилия, ужаса и жестокости. Лисе хватило и нескольких дней, чтобы дрожать и бояться, а также стать жертвой в чьих-то руках. Она была просто никчемна и слаба, кто она такая по сравнению с человеком, который смог выжить в подобных условиях и подчинить это место себе? И ради такой трусихи и слабачки сражается Сирко, ради столь никчемной девчонки, от которой столько проблем?

«Он сражается… потому что я его дочь» – напомнила себе Лиса, и эти слова стали для нее самой горячей и жгучей пощечиной, от которой захотелось плакать.

Он говорил ей не высовываться, и наверняка привез сюда, чтобы действительно обезопасить. А появление Призрака свидетельствовало о том, что на мужчину повалятся… нет, уже валились проблемы. Сет говорил, что она была для Союза предметом управления Сирко, и теперь, почуяв угрозу, они захотели все вернуть на свои места. Это еще раз доказывало, какой внушительной силой и опасностью обладал ее отец. Лиса понимала, что он привез ее на базу, чтобы избавить себя от постоянного надзора со стороны милитаристской державы. Но ей казалось, что для него это было не столь важным, раз он без раздумий открыто дал отпор Призраку. Сирко хотел лишь воссоединиться со своей дочерью, с ней, с Лисой ван Реван. С Талисой Медиче. И если что-то не сделать, то цепной пес маршала убьет его.

Вскочив с пола, Лиса включила свет и принялась осматриваться по сторонам в поисках подходящего оружия. Поскольку Сирко забрал у нее МОДД, то идти на врага, вооружившись лишь Когтем, она смысла не видела. Небольшое лезвие вряд ли причинит вред броне, не то что самому человеку, скрывающемуся под ней. Но тогда что остается? Хлипкий стул, подушки? Можно, конечно, поймать Призрака покрывалом или же соорудить очень большую мухобойку из дверцы шкафа, но что-то подсказывало девушке, что это все не поможет. От нехватки идей у нее начинали шалить нервы, злость подбиралась к самому горлу, вынуждая раздраженно шипеть.

Но тут бывшая контрабандистка остановилась и посмотрела в сторону кровати, после чего упали на колени и принялась выискивать амуницию, которой ее снарядила Айрис перед отправкой на базу в горах. Здесь точно должно остаться что-то стоящее! По крайней мере Лиса рассчитывала обнаружить два ледоруба, с которыми бегала по базе до победного. И среди теплой одежды наконец-то блеснул заостренный носик оружия, увидев который девушка чуть не воскликнула от радости. Вообще было странно, что Сирко изъял у нее из пользования огнестрельное оружие, но не позаботился забрать холодное. Однако в данный момент Лиса только сильнее обрадовалась этому.

Вооружившись ледорубом, бывшая контрабандистка выскочила в коридор, однако никого из противников не заметила. Стояла подозрительная тишина, а о недавней стычке свидетельствовали лишь следы крови, крупными пятнами тянущиеся в сторону выхода. При виде их сердце Лисы непроизвольно сжалось, ведь это была кровь Сирко, без сомнений. У мужчины не было достойного оружия, чтобы причинить значительный урон противнику.

Но думать было некогда. Побежав по кровавому следу, Лиса вскоре оказалась снаружи перед видом, открывающимся на Каньон Дьявола. Ничего подозрительного она не заметила, отчего в голове начали зарождаться нехорошие мысли, говорящие о том, что Призрак мог сбросить Сирко в кипящее озеро магмы и скрыться в облаке пепла. Однако бой продолжался.

Впервые, оказавшись на этом месте, Лиса не уделила особого внимания небольшой площадке, расположившейся пятью метрами ниже. Ее опоясывало не внушающее доверия ограждение из толстой проволоки, и на этом имитированном ринге сражались два человека.

Если бы Лиса сама не увидела этого, то никогда бы не поверила, что человек с такими ранами мог все еще держаться на ногах. Сирко буквально весь истекал кровью, струящейся из открытых ножевых ранений, которые нанес Призрак своими когтеобразными клинками, закрепленными на руке. Боец маршала выигрывал во всем, на его стороне находились такие преимущества, как маскировка отражением света, что делало его невидимым, а также способность парить над землей. Растворяясь в воздухе, он вынуждал Сирко палить по пустоте, после чего наносил удары одними лишь лезвиями. Казалось, что Призрак лишь играет с соперником, стараясь вымотать его до предела. Но мужчина продолжал стоять, сколько бы раз его не касалась холодная сталь, он не смел сдаваться.

Такая отвага и стойкость тронули Лису за душу, едва не вынудив ее расплакаться. И ее появление первым заметил Призрак, отчего, видимо, решил, что пришло время положить конец всем этим играм.

Разогнавшись достаточно хорошо, пес Союза подпрыгнул в воздух и, описав в полете эффектный кувырок, снял маскировку, после чего приземлился на ноги за спиной у противника. Сирко тут же заметил неприятеля, но доли секунды для того хватило, чтобы нанести серьезную рану: с неприятным звуком два лезвия расписали на спине мужчины глубокие раны, протянувшиеся от поясницы до плеч.

От подобного зрелища Лиса едва не выронила ледоруб из рук, а когда Сирко упал на колени, она и вовсе едва сдержала жалобный стон.

Обернувшись к девушке, Призрак указал на нее рукой, скомандовав искаженным, но громким голосом:

– Ты следующая.

Вновь вернув все внимание сопернику, человек в доспехах ногой ударил мужчину в грудь, тем самым вынудив его распластаться на земле. Перевернув его на спину, он придавил его коленом, после чего отвел руку с закрепленными лезвиями назад для удара.

– Нет… нет… остановись!..

Подобные слова Призрак не ожидал услышать от противника, но это даже польстило ему, ведь не каждый же день сам Сирко Медиче молит о пощаде. Но не посмотрев назад, он и не понял бы, что мужчина адресовал эти слова вовсе не ему, а своей дочери, перебравшейся через перила.

Уж не знала Лиса, чем вся эта затея могла для нее кончиться, но в одном она была точно уверена – нельзя допустить, чтобы этот гад убил ее отца. Поэтому, оттолкнувшись что есть сил, она полетела вниз с воинственным кличем, замахнувшись ледорубом для победоносного удара. Но первое, что запомнила она при посадке, был вовсе не вид нанесенного урона, а сильный удар о землю. Ноги сковало ужасной болью, как и руки в районе локтевых костей, поскольку именно им и пришлось встретиться с броней Призрака. Однако вся эта неприятная смесь не смогла избавить Лису от победоносной улыбки, когда она услышала дикий вопль со стороны пса маршала.

– Значит, слушаться теперь ты меня не собираешься. – Пытаясь перевести дыхание, как некую констатацию факта отметил Сирко.

И в подтверждение его слов девушка положительно закивала головой, не находя подходящих слов, чтобы передать все свои эмоции. Она это сделала! Спрыгнула с высоты пяти метров и не сломала ноги, по крайней мере, могла ими двигать, пусть и не без болезненных ощущений. Сирко тоже не отличался бодростью тела и духа, но по его выражению лица Лиса могла рассудить, что ему понравилась пусть и безрассудная, но все же помощь с ее стороны.

Однако радоваться было рано.

Все еще умудряясь стоять на ногах, Призрак отошел практически к самому обрыву площадки. Ледоруб так и оставался на месте, пробив броню и впившись в мягкую плоть на пару сантиметров, о чем свидетельствовала кровь, вытекающая из раны. И эту помеху противник решил для себя, вцепившись в оружие мертвой хваткой и выдернув его с силой из раненного плеча. На этот раз он не закричал, но едва не упал на колени из-за болевой волны, прошедшейся по всему телу.

– Вы… Вы… – Полный ярости и злости, прошипел Призрак, направив оружие на своих врагов. И на этот раз не заостренные лезвия, а огнестрельное оружие, встроенное в броню на другой его руке. – Умрите оба!

Почувствовав опасность, Сирко позабыл о боли и усталости, вложив последний рывок, чтобы закрыть собой Лису. Однако его героический поступок не принес своих плодов, поскольку защищать, в принципе, никого и не было. Ни единого выстрела не последовало, и это удивило не только мужчину, но и самого обладателя оружия, который в непонимании тряс своей рукой.

Да, этот факт не мог не удивить, но вплоть до того момента, пока Сирко не обратил внимания на свою дочь, вытянувшую руку вперед в останавливающем жесте. Живое Оружие. Точно, ведь по механическим жилам доспеха текла самая настоящая энергия, электричество, на которое способна влиять разработка Союза. Наконец-то оружие врага ударило его в спину. Поэтому мужчина не стал упускать открывшийся ему шанс: вскочив на ноги, он с оглушающим криком понесся на врага, и за долю секунды столкнул его вниз, в самую преисподнюю.

Что ж, подобный финал, не обошедшийся без кровопролитий и увечий, все же понравился Лисе. Она думала, что на этом придет конец, однако Призрака все же не поглотила тягучая магма, но это ее нисколько не разозлило. Перед тем, как скрыться в облаке пепла, побежденный враг блеснул ногами, которые успела лизнуть огненная смерть.

И подобных сражений будет еще много, в этом Лиса не сомневалась. Ее жизнь теперь изменится, нет, она уже изменилась, и на этот раз девушка не спешила впадать в уныние. Она поняла, эта схватка доказала ей, что нельзя вечно жить в отрицании, постоянное бегство не поможет избавиться от проблем и разочарований. Но все же ей удалось обрести кое-что ценное.

До этого она думала, что все эти происшествия свалились на нее в форме проклятия, и в какой-то мере все действительно было так. Однако сейчас Лиса поняла, что это были скорее испытания, пройдя которые, она наконец-то обрела то, что пыталась найти все эти годы.

13

Союз

На высокие горы, поросшие густым хвойным лесом, постепенно опускались сумерки, как и прохлада наступающей ночи. Находясь на окраине города, Восточный штаб мог позволить себе развернуться с размахом, явив собой не только одно единственное здание. По своей планировке штаб раскинулся на несколько квадратных километров, получив заслуженное звание самого большого из всех существующих. На его территории расположились казармы, небольшой полигон, несколько складов с боеприпасами и оружием, а также семь ангаров для авиационного транспорта. Холодный климат только усиливал впечатление от этого места, подчеркивая всю его суровость и мощь.

Но глядя в широкое окно, тянущееся практически от самого пола к потолку, Марк Турко наблюдал совершенно другую картину. Для него вся эта композиция военной техники, людей в бежевой форме, а также освещенных патрульных вышек казалась великолепием, на которое можно смотреть часами. Было нечто загадочное в этом сочетании человеческого фактора и природы, Восточный штаб кардинально отличался от своих сородичей, теснящихся в шумных и пыльных городах. Это место, мог даже заметить парень, в какой-то степени напоминало ему Федерацию, один из тех небольших городов, в котором он вырос.

И, казалось бы, стоял бы он тут и стоял, да ни о чем не беспокоился, если бы в окно, прямо у него над ухом, не полетела бы папка.

– Иди к черту, Турко!

От неожиданности Марк едва не хватился за сердце, а услышав раздраженный возглас, так вообще был готов упасть замертво. За минувшие два года он уже и отвык от внезапных порывов злости Китсу Рейн, которая могла порой удивить любого подобными выходками, ведь все привыкли видеть в ней идеал сдержанности и спокойствия.

– О чем?..

– Я не буду понижать тебя в звании. – Перебив парня, пояснила Китсу, наблюдая за ним, сидя за своим широким письменным столом.

– А зачем?.. – Указав на ранее брошенную папку, покоящуюся на полу в россыпи документов, Марк вновь не успел закончить вопрос:

– Злишь ты меня, Турко, такими выходками. – Уже более спокойным голосом сообщила женщина, решив взять себя в руки и больше не срываться по мелочам. – Я не буду понижать тебя в звании из-за инцидента на базе, как бы ты меня не уговаривал. Этого недостаточно, чтобы так жестоко обойтись с тобой.

– Но я сам этого…

– Теперь ты решаешь за меня, капитан?

Марк даже не стал заострять внимание на том, что Китсу в который раз перебила его, поскольку ее пронзительный злобный взгляд испепелил в нем любое желание отстаивать свою точку зрения. Поэтому, виновато склоняя голову, он произнес:

– Никак нет, генерал-майор.

– Вот и славно. – Согласилась женщина, прикрыв глаза от облегчения, словно надеясь, что этим Марк и ограничится.

– Но я действительно готов пойти на такой риск. – Продолжил старую песню парень, и даже хмурый взгляд собеседницы, так и велевший ему наконец-то замолчать, не смог остановить его. – Тебя продолжат считать самым суровым генералом, а у меня наконец-то появится шанс быть ближе к тебе, если меня снимут с должности куратора базы.

Китсу продолжила наблюдать за Марком недоверчивым взглядом, но к концу вечера у нее уже не осталось сил, чтобы вступать с ним в дебаты. Измученно откинувшись на спинку стула, она вновь прикрыла глаза, продолжив разговор только через четверть минуты:

– Видимо, тебе там действительно все мозги отморозило. Чтобы управлять базой тебе не обязательно оставаться капитаном, а вот чтобы быть моим адъютантом одного звания старшего лейтенанта теперь маловато будет.

– Обычно в адъютантов себе берут людей, начиная с сержантов и заканчивая лейтенантами.

– Конечно, высший офицерский чин с удовольствием возьмет себе в адъютанты сержанта. – Не без сарказма подметила Китсу. – В Центральном штабе, наверное, такое может быть, но только не здесь. А что касается второго твоего замечания, я тебе так скажу…

Выдержав небольшую паузу, женщина словно пыталась зародить некую интригу, но финальная речь стерла все впечатления:

– Ты вообще какого черта об этом смел заговорить? В моем кабинете.

И действительно, за два прошедших года Марк многое успел позабыть, особенно то, как реагировала Китсу на подобные заявления. Для нее любого рода отношения во время работы, а также любой намек на них, приравнивался к нарушению правил дисциплины в особо тяжелой форме. Генерал-майор могла притворяться доброй, отзывчивой и, о, упаси нас Бог, веселой, но вот в этом вопросе она всегда говорила именно то, о чем думала. Уж не знал Марк, откуда в его начальнике столько страсти к дисциплине, но это его ничуть не огорчало.

А лучше сказать, сейчас ничуть не огорчает, поскольку, поступив на службу в Восточный штаб, он спустя несколько лет попал под командование нового генерал-майора в лице Китсу Рейн. Если до этого все готовы были бежать из Столицы, от самого генерал-лейтенанта Фарена, то теперь солдаты, наслышанные о порядках в Восточном штабе, делали все возможное, чтобы никуда не уезжать. Наивные, да и сам Марк был таким, но только в том плане, что, уехав на восток страны, он думал, как ему повезло оказаться под командованием предшествующего женщине генерал-майора. Но шесть лет относительного спокойствия пролетели как самый быстрый истребитель, и тогда ему пришлось познакомиться с Китсу Рейн.

Сначала никто не брал ее всерьез, в особенности из-за того, что она являлась женщиной, к тому же такой молодой и наверняка неопытной. Но слухи превратились в отголосок чьих-то мыслей, когда новый генерал-майор «принялась возводить непреступную крепость на старых развалинах, утопив ее в крови и поте». Серьезно, одного года Марку хватило, чтобы понять, как же сильно он хочет вернуться в Столицу. И дело заключалось не только в трудном характере Китсу.

О «Ледовом Кулаке» до сих пор ходило множество разных слухов и небывалых историй, и одна из них говорила о молодой девушке, сумевшей захватить вражеский лагерь всего лишь с девятью людьми. Никто не верил в эту историю, пока не пришлось подтвердить ее на словах: несколько лет спустя, когда с востока Федерация намеревалась ударить со стороны моря. Китсу за считанные часы собрала людей, подготовила план обороны, после чего лично возглавила операцию и двинулась в путь. Два дня непрерывного противостояния, и врага удалось согнать с суши и не малой ценой. В том бою чуть не погибла и сама Китсу, и, что самое примечательное, по вине Марка, который подпустил врага слишком близко. Но генерал-майор не стала его винить, даже отчитывать за это, лишь обошлась парой слов:

– За эту ошибку наказание выберет для тебя совесть. Но если в следующий раз допустишь промах, то я рассужу тебя по справедливости.

И такой вердикт Китсу поставила молодому лейтенанту, кем и являлся Марк, заставив его принять к сведению тот факт, что из-за его неосмотрительности она провела две недели в больнице.

Признаться, после этого случая парень действительно начал уважать ее, к тому же его стали постоянно преследовать ее слова о том, что каждый его неверный шаг отразиться на состоянии друзей и близких. Поэтому пару месяцев он ходил на цыпочках и шугался по углам от каждого человека, просто боясь косо посмотреть на него. А инфаркт его не хватил, когда он узнал, что генерал-майор назначила его личным адъютантом.

– Почему я? – Не смог не задать этот вопрос при встрече с Китсу Марк, до сих пор терзаясь всевозможными догадками.

– Хм. – Наверное, это был первый и единственный раз, когда женщина не постеснялась самодовольно и, что не менее важно, весело улыбнуться. Это уже вызвало у Марка панику, а последовавшие слова так вообще добили его: – Теперь ты будешь нести ответственность за мою безопасность, раз однажды позволил врагу подойти ко мне слишком близко.

Первое время он дико боялся Китсу, даже не зная, что можно от нее ожидать, какой сюрприз она могла для него приготовить. Поэтому каждое его действие первое время было пропитано неуверенностью, что порой вызывало у генерал-майора желание убить своего нового помощника. Но со временем Марк привык к ее компании, и даже не успел заметить, как сильно ему стала нравиться эта женщина. Однако, зная суровую политику Китсу по поводу любых оказаний привязанности, он решил держать все в себе и даже не пытаться о чем-либо намекнуть ей. Вот только он не ожидал, что в один прекрасный день, во время обсуждения очередного скучного графика поставок боеприпасов, промелькнет подобная фраза со стороны Китсу:

– О тебе же такая слава в академии ходила, а на деле ты оказался каким-то застенчивым.

– Чего? – На самом деле Марк действительно не сразу сообразил, о чем вообще завела разговор женщина, поэтому его вопрос поставил его в еще большее неловкое положение.

– Я голодна. – Снова удивила собеседника Китсу. – Накормишь меня, а потом поедим ко мне. А то я уже устала разбираться с этой бумажной волокитой.

Да, в академии Марк в самом деле постоянно был окружен женским вниманием и не упускал шанс приударить за кем-то, но в случае с генерал-майором он просто растерялся. Нет, он не то, что растерялся, он даже не знал, что вообще происходит, и в какие-то моменты эта женщина действительно пугала его.

Однако сейчас Марк уже привык к любым выходкам Китсу, и за все это время, проведенное рядом с ней, он понял, что она вовсе не такая злая и холодная, какой хотела казаться.

– Я люблю тебя, поэтому и смею говорить об этом в твоем кабинете. – Абсолютно спокойным голосом заверил парень, поймав настолько ошеломленный взгляд собеседницы, что он не мог догадаться: она хотела его убить или просто была удивлена.

– Заступаешь на дополнительную смену у стены в патруль, понятно?

– Ох, – устало вздохнул Марк, в принципе, не ожидая услышать ничего другого. – Ты неисправима.

– А что я могу сделать, если ты постоянно норовишь выдать наши отношения?

– А что в этом плохого? – Но столкнувшись в очередной раз с выражением лица а-ля «сейчас польются реки крови» капитан Турко позволил себе виновато улыбнуться. – Ладно, понятно.

– Две смены.

– Я ничего не сказал даже!

– Хочешь третью?

А ведь она могла воплотить свои угрозы в реальность, поэтому парень предпочел промолчать, вновь погрузившись в созерцание сумеречного пейзажа за окном.

В это время на столе запищал компьютер, сообщающий о поступлении видео-звонка, поэтому, активировав голографический экран, Китсу отложила документы в сторону.

– Генерал-майор.

– Надеюсь, это что-то важное, прапорщик. – Слегка усталым голосом обратилась к собеседнику женщина.

– Простите за беспокойство, генерал-майор Рейн, но по направлению к штабу приближается неопознанный объект с очень высокой скоростью.

– И мне что, рассказать вам, что нужно делать в таких случаях?

– Нет, генерал-майор, дело в том, что это, похоже, не корабль, он слишком мал.

– Эм… генерал-майор Рейн… – Неуверенным голосом Марк привлек внимание женщины, смотря сквозь оконное стекло, не отрывая взгляда.

И Китсу сразу поняла, чем заинтересовался парень, поскольку на черном небе очень хорошо был заметен яркий хвост чего-то, напоминающий летящую ракету. Этот объект приближался так быстро, что генерал-майор не успела выскользнуть из-за стола, чтобы отвести капитана как можно дальше от окна.

– Марк, ложись, живо! – Эти слова были единственными, которые успела произнести Китсу до того, как яркий шар столкнулся со зданием штаба.

Ближайшие комнаты от непредвиденного удара заходили ходуном, однако только толстый слой пыли осыпался с потолка в виде блеклой завесы. Поэтому, поднявшись с пола, Марк подскочил к Китсу, которая ударилась коленом о стол при неудачной попытке выбраться из-за него.

– Ты в порядке?

– Что это было? – Вопросом на вопрос ответила женщина, тем самым давая понять, что с ней все хорошо. И даже более, чем хорошо, судя по тому, с каким рвением она вскочила на ноги. – За мной.

– Куда?

– Это не ракета. – Едва ли не выбив дверь с петель, сообщила Китсу, изъяв из кобуры заряженный МОДД. – И не снаряд, иначе бы пол здания тут же смело как карточный домик ветром.

– Есть предположения? – На ходу Марк начал оглядываться по сторонам, замечая, что многие другие военные тоже решили узнать, что же произошло пару секунд назад.

Обнаружив нужную дверь, за которой, скорее всего, и таилась разгадка к тайне, Китсу остановилась и молчаливо пыталась перевести дыхание. Жестом велев Марку следовать за ней, она аккуратно потянула за ручку, после чего резко заскочила в кабинет, направив оружие на предполагаемого врага. Однако никакой реакции не последовало, лишь только последствия столкновения с уплотненным пуленепробиваемым стеклом бросились в глаза до того, как мягкий свет залил весь кабинет.

– Это еще что за черт подери? – Не стесняясь в выражениях, полюбопытствовала Китсу, наблюдая за обездвиженным «нечто», полностью покрытым бронебойным доспехом.

– Это… – Отгоняя пыль, произнес Марк. – Это случаем не Призрак?

В ответ генерал-майор посмотрела на парня взглядом, который можно было бы охарактеризовать фразой «да что ты говоришь, без тебя бы никто и не догадался!». Но вместо этого она задала вопрос:

– Что он тут делает, ты, наверное, хотел спросить?

Убрав МОДД в кобуру, Китсу подошла к обездвиженному незваному гостю, и, присев на колени, начала внимательно осматривать его.

– Судя по всему, где-то его тоже не ждали с распростертыми объятиями.

Вот и вторая черта Китсу, которая чем-то симпатизировала Марку. Женщина никогда не любила народного героя, коим немалое количество людей считало Призрака. Этот человек в доспехе казался отражением всего плохого, что имелось в запасе у маршала. Раз он имел при себе такого вот защитника, то тем самым открыто говорил, что не доверяет своей армии, своим людям, и это жутко раздражало Китсу. Она не любила Влада Бейлора, считая его действия безрассудными и неоправданными.

Но маршал есть маршал, а его Призрак, кем бы он ни был, явно нуждался в медицинской помощи. Поэтому, присев рядом с незнакомцем, тем самым скрыв его от Марка и толпы любопытствующих людей за дверью, женщина попыталась снять шлем с его головы. Не с первой попытки ей удалось это сделать, что сильнее воспламенило в парне интерес. Ведь сейчас они узнают то, о чем никто не знает! Личность Призрака долгое время оставалась в секрете, но почему – он не знал, так что другого шанса явно не представится.

И вот, наконец, Китсу удалось снять шлем, но больше никаких действий она не спешила предпринимать, застыв в неподвижной позе. Это показалось Марку странным: неужели все это время маску носил человек, хорошо ей знакомый?

– Закрой дверь. – Не знал Марк, удивляться или начать паниковать, но впервые за столько лет знакомства с генерал-майором, он услышал в ее голосе слабые нотки страха. – Закрой дверь!

Парню ничего не оставалось сделать, кроме как выполнить приказ Китсу, тем самым оставив любопытных зевак без представления. И это показалось ему странным и даже подозрительным, а после того, как он заметил смесь удивления и опаски на лице женщины, он понял, что вряд ли под маской Призрака скрывался какой-то неизвестный им всем человек.

Первое, что увидел Марк, это золотисто-медные волосы, а затем и умиротворенное молодое лицо, не узнать которое он никак не мог.

– И что будем делать? – Поинтересовалась Китсу, словно парень знал ответ на этот вопрос.

– Ну… для начала сообщим об этом ее отцу.

– Влад Бейлор будет не в восторге.

– Я не сомневаюсь.

14

Союз

– Долго там еще?

Даже если учесть тот факт, что в комнате управления царила прохлада, которую поддерживали кондиционеры, Лиса могла ощущать лишь жар. Сжав до боли тонкую иглу двумя пальцами, она едва удержалась от искушения исколоть ею Сирко до полусмерти.

– У тебя две огромные раны от плеча до пояса. – Сквозь сжатые зубы прошипела девушка, продолжив зашивать порезы на спине мужчины. – И хватит об этом спрашивать каждую минуту. Неужели потерпеть не можешь?

– Я устал.

– Сидеть на одном месте?

– Не придирайся к словам! – Возмущенно отреагировал на замечание своей дочери Сирко, но все же он решил больше не болтать не по делу.

Такая реакция отчего-то повеселила Лису, напомнив ей те времена, когда ей приходилось латать всех членов группировки практически после каждого их визита в Кайджо или Шаяки. А самое главное заключалось в том, что по большей части это были не боевые трофеи, а последствия обыкновенных пьяных разборок. Так что медицинскую иглу в руках Лиса держала твердо и не боялась вида крови. Но признаться, в этот раз брызги красной жидкости вынудили ее содрогнуться.

Девушка думала, что Призрак действительно убьет Сирко, и на это указывало множество факторов. Каким бы мощным и угрожающим не казался мужчина, он все равно уступал войну маршала по силе, а все из-за этого мудреного железного костюма. Сам по себе его обладатель наверняка не отличался отличной физической формой.

Но хорошо то, что хорошо кончается. Лиса была безудержно счастлива, когда Призрак скрылся из виду, оставив их в покое хотя бы на время. И все же это была победа, причем совместная.

И радовалась бы девушка дальше, вот только каждый раз, бросая взгляд на спину Сирко, она ощущала печаль. И дело крылось вовсе не в новых ранах, причина заключалась в ужасных шрамах, покрывающих его плечи и часть шеи. Словно огонь прошелся по коже, слепив из нее страшный рисунок с инородными черными пятнами, наличие которых никак не могла понять Лиса. Что это такое? Не похоже на обычные последствия от ожога.

– Ты чего застыла? Неужели закончила?

Голос Сирко вернул бывшую контрабандистку в реальность, вынудив ее оторваться от своих мыслей.

– Да, все готово. – Немного погодя, ответила Лиса, убирая медицинские принадлежности обратно в кожаный футляр.

– Какая-то ты притихшая. – Поднявшись с места, мужчина потянулся за майкой, но, остановив взгляд на девушке, сразу же понял, в чем заключалась проблема. – А… да, не самое приятное зрелище. – Беглым взглядом окинув шрамы, он скрыл их под одеждой.

– Они какие-то… странные.

– Знаешь, – присев на то же место, обратился к собеседнице мужчина, – до начала войны Федерация не нашла способа обезвреживать Живое Оружие лучше, чем вырезать часть кожи, под которую были введены нанороботы. Зато Союз придумал кое-что новенькое, но не менее… безболезненное – это выжигание.

– Кошмар.

– Не переживай. – С недоброй улыбкой обмолвился Сирко. – Перед тем, как проводить подобную процедуру, человеку вводят наркоз, так как чем меньше он дергается, тем незаметнее остаются шрамы… Но на мне, как видишь, решили сэкономить обезболивающее.

– Кошмар. – Повторилась Лиса, в действительности не найдя более подходящего слова, чтобы описать эмоции от услышанного.

– И вот поэтому я не понимаю, какого черта ты делала в седьмом тюремном блоке.

А вот и настал час Икс, хотя девушка не сразу сообразила, как Сирко удалось связать эти две темы воедино. Так что, посмотрев на него слегка непонимающим взглядом, она попыталась уйти от этого разговора:

– Разве это уже так важно?

– Да! – Лиса задала вопрос самым спокойным голосом, на который только была способна, поэтому рассерженный ответ на повышенных тонах не столько испугал, сколько удивил ее. – Мне хотелось бы узнать, из-за чего… хотя, и так понятно из-за чего, а лучше сказать кого, тебя чуть не изнасиловали те сволочи!

«Вы только посмотрите, без пяти минут как мы стали подобием отца и дочери, а он уже начал капать мне на мозги» – но от этой мысли бывшая контрабандистка поспешила отмахнуться, понимая, что сарказмом и язвительными фразами с Сирко не справиться. Отвечая на агрессию агрессией, она только усугубит положение, поэтому оставалось прибегнуть к «дипломатии для чайников».

– Если вкратце, то и из-за этого. – Показав левую руку, Лиса продемонстрировала Живое Оружие.

– А у меня нельзя было спросить об этом? – Сердитым голосом, но на этот раз с некой долей обиды, поинтересовался мужчина.

– Извини, но на тот момент я считала тебя своим похитителем и строила план побега… Вот.

Не думала Лиса, что ей удастся рассказать об этом так просто, но в следующий момент она непроизвольно поняла, что, похоже, случайно сорвала чеку с гранаты.

– План… И ты хотела его выпустить?

Собравшись привести подходящий аргумент, девушка застыла с открытым ртом, вовремя вспомнив, что одно неправильное слово и взрыва не избежать. Так что, даже не зная, какая фраза подошла бы в данной ситуации, она беспомощно развела руками. Но как оказалось, не всегда можно предугадать следующий ход противника.

– Черт возьми! – Поднявшись со стула так быстро, что тот отлетел в сторону, Сирко принялся мерить комнату широким шагом, на ходу громя все, что попадалось ему под руку. – Он убил твою мать, а ты хотела его выпустить?!

Возглас мужчины не оставил Лису в спокойном расположении духа, вынудив ее содрогнуться, но она не спешила что-либо предпринимать в ответ. Ей вспомнились слова Сета о том, что Сикро винит его в смерти Каи, хотя это не так. Но стоит ли ему верить, он же хотел выбраться из заточения, и он с удовольствием утопил бы ее в сладостной лжи, если бы ему это помогло. Вопрос доверия вообще нужно откинуть в первую очередь, так как девушка не могла признать ни в одном из новых знакомых адекватную личность. Сет вроде вел себя вполне разумно и логично, но он заключенный, да к тому же и генерал Союза. И как бы ни хотела Лиса признать в Сирко своего настоящего отца, она также была вынуждена учесть тот факт, что с психикой у него явные проблемы.

Кто виноват, а кто говорит правду? Чтобы разобраться в этом, придется повременить, а пока стоит обсудить наиболее приоритетные проблемы. Например, что делать дальше.

– Извини, я не знала. – Виновато произнесла Лиса.

Она наблюдала за тем, как Сирко пытался успокоиться, однако это выходило у него не особо хорошо. Обида и раздражение до сих пор ощущались в его голосе:

– Ну хоть один плюс – ты научилась пользоваться Живым Оружием Союза.

Как ни странно, но услышанная фраза острым лезвием скользнула девушке по самому сердцу, вынудив ее опустить голову. Этот разговор заставил ее понервничать, а главное – ощутить вину за поступки, которые она расценивала как нечто правильное и разумное.

– Извини. – На этот раз от чистого сердца попросила прощения Лиса, впервые за долгое время ощутив, как ее совесть восстает из мертвых.

– Ох… ладно, чего винить тебя, если характером в мать пошла. Но в слудующий раз надевай их, чтобы тебя ненароком не ударило током.

Подняв голову, Лиса увидела, что Сирко протянул ей черные перчатки, сделанные из странного материала, напоминающего смесь из резины и кожи. И тут в памяти вспыхнула мысль о том, что Сет упоминал об этих вещицах, но рассказывать об этом мужчине девушка посчитала лишним.

– Что будем делать дальше? – Убрав подарок в карманы брюк, поинтересовалась Лиса, надеясь, что буря обошла ее стороной.

– Ну, думаю, что твоя мечта насчет побега осуществится в ближайшие часы.

– Мы уходим? – Удивленная подобной неожиданностью, решила уточнить бывшая контрабандистка.

– Неудача того парня лишний раз докажет Союзу, что со мной шутки плохи. Они придут снова, но на этот раз, чтобы убить меня наверняка.

– А вчера что тогда было?

– Призрак пытался по-тихому выкрасть тебя, но как видишь – неудачно.

– Значит, мы улетаем? – До сих пор не могла поверить в это Лиса.

– Верно.

– А куда?

– Ну… – Замешкался Сирко. – Куда захочешь.

– То есть у тебя нет намеченного плана? – Без прежнего восторга поинтересовалась девушка, на что собеседник только развел руками.

– Даже намека. – Однако что-то подтолкнуло мужчину к импровизации, отчего он решил, что пришедшая на ум идея покажется Лисе заманчивой: – Но мы можем отправиться на север Кота Кинау, там безопасно и немноголюдно.

Но предложение отца девушка встретила приступом смеха.

– Серьезно? Бывшая контрабандистка и надзиратель пасут олений и сидят вечерами у камина? Если честно, мне хочется плакать.

– А какие еще варианты? – Не обрадованный подобной реакцией Лисы, с хмурым выражением лица поинтересовался Сирко.

Тихая мирная жизнь? Нет, только не для них. Если Лиса еще как-нибудь сможет слиться с толпой и притвориться нормальной, то Сирко, без единого сомнения, убьет кого-нибудь в первый же день из-за любой мелочи.

– Знаешь, – подавив желание смеяться, наконец-то заговорила девушка. – Я так и не добилась того, из-за чего покинула Тайгера и команду.

– Из-за Каи?

– Да. – Согласилась Лиса, обернувшись к окну, за которым в ярких цветах переливалась магма. – Тайгер сказал, что она мертва, но я не верила, однако сейчас, после всего того, с чем мне пришлось столкнуться… – Поджав губы, девушка вновь посмотрела на Сирко решительным, но в то же время и сожалеющим взглядом. – Она умерла за меня, и я не хочу, чтобы это осталось забытым. Они посадили тебя в этом место, обрекли на ужасную участь. Они лишили меня родителей, дома… и я не хочу, чтобы это осталось забытым. Они должны об этом помнить, я хочу напомнить им об этом.

– И что ты предлагаешь?

– Вступить в сопротивление. – Но столкнувшись с удивленным взглядом, так и говорившим «надеюсь, ты это не серьезно», Лиса тяжко вздохнула, предвидев подобную реакцию. – Да, знаю, это звучит бредово, но что нам остается? Ты что, действительно сможешь начать вот так просто спокойно мирно жить? Последние лет десять я переправляла нелегальный груз и продавала товар на черном рынке, а ты после двадцати лет… Не хочу даже вдаваться в подробности. Мы не сможем долго притворяться нормальными.

– Дело не в том, что я не хочу. – Отреагировал Сирко, решив пояснить свой ответ: – Знаешь, я не такая личность, которую хотел бы кто-то звать в гости.

– Об этом не волнуйся. – Добро улыбнулась Лиса, решив показать, что у нее все находится под контролем. – Не за даром же я втиралась к ним в доверие, решив отправиться громить базу в горах.

– Если под «втираться в доверие» ты подразумеваешь заигрывание с тем парнем, то мне действительно не следует лететь туда, иначе он будет первым в моем списке смертников.

– Вот только не надо… Стоп. А откуда ты?.. – Но вспомнив о следящем устройстве, некогда прикрепленным к Когтю, Лиса тут же сделала вывод, что это было и прослушивающее устройство тоже. – Черт! И сколько ты слышал?.. Вот это что значит вот этот жест, – последовав примеру собеседника, пошевелила из стороны в сторону ладонью девушка. – А?..

– Значит, Борда Систа? – Осознав, что бывшая контрабандистка так просто не оставит его в покое, решил сменить тему мужчина. – И кто там главный?

– Далас Блад. – Все еще с обидой в голосе сообщила Лиса.

– А-а… – Многозначительно протянул Сирко. – Ну, тогда у нас есть все шансы.

– На успех? – Но заметив неуверенный взгляд, девушка поспешила уточнить: – Чуть меньше успеха?.. Боже, да что ты сделал этому мужику?!

– Тебя это действительно так интересует?

– Ох… – Раздраженно вздохнула Лиса. – Ладно, если что, то парень, который у тебя стоит первым в списке смертников, наверное, сможет пристроить нас к… Кора ее вроде зовут.

– Так ты и с ней знакома?

– Говоришь так, будто ее знаешь.

– Она и еще один пацан находились под опекой Каи.

– Ну если так, то у нас все в шоколаде! – Обрадовалась девушка, но в очередной раз все веселье испортил хмурый вид Сирко. – Да что опять не так?!

– Да что ты заладила?!

– Хорошо! – Подняла руки в знак капитуляции Лиса, вспомнив и о другом варианте. – А как насчет того пацана?

– Сразу забудь об этом. – Но заметив, что собеседница была готова взорваться от негодования, мужчина сразу поспешил все разъяснить: – На этот раз я не виноват. Пацан служит в армии Союза полковником, поэтому… Поэтому отправляйся собирать вещи. Через час жду тебя здесь.

– Так куда мы летим? – Уже не надеясь на хороший финал, без особого энтузиазма в голосе поинтересовалась Лиса.

– В Борда Систа. А там уже будем решать, что делать дальше.

Такой вариант развития событий вполне устраивал Лису, поэтому, не задавая лишних вопросов, она выскочила из комнаты управления, окунувшись в темень коридора. Ей даже не верилось, что все может закончиться так быстро и просто. Конечно, о всех тех трудностях, через которые ей пришлось пройти, девушка никогда не забудет. Начиная с незапланированной поездки в Шаяки и кончая вчерашним боем с Призраком. Еще пару дней назад она думала о том, что конец близок, притом не самый прекрасный, но стоило ей лишь поверить, признать правду, и весь мир словно окрасился яркими цветами. С непривычки хотелось даже прыгать от радости, уж такого от себя Лиса не ожидала. Все, что от нее требовалось – перестать отвергать истину только потому, что она предстала перед ней книгой, обложка которой ей не понравилась. Да, первое впечатление всегда имеет значение, но куда больший вес имеет содержание.

Оказавшись в своей комнате отдыха, Лиса осмотрелась по сторонам и за считанные секунды пришла к выводу, что брать с собой ей практически нечего. Единственная ценная вещь всегда была при ней – это Коготь, поскольку он символизировался у нее с матерью. Помнится, Сирко сказал, что это подобие рукояти от хлыста, Бешенного Змея, принадлежавшего Кае. Неужели и ее мать тоже была Носителем? Хотела бы девушка знать больше. Но ее уже нет в живых, и как бы это не расстраивало Лису, она должна перестать грустить, поскольку ей удалось наконец отыскать своего родного отца. Нужно научиться ценить это.

Обдумывая, что же еще может пригодиться в пути, бывшая контрабандистка решила покопаться в вещах, оставленных со времен нападения на базу в горах Барграф. Однако не успела она и шагу ступить, как вдруг над головой неожиданно замигал свет. Складывалось такое ощущение, что лампы боролись до последнего, не желая прекращать работу, но в конечном итоге комната погрузилась во тьму в сопровождении странного угнетающего гудения. И этот звук исходил не только из коридора, он будто бы проникал из каждой щелочки.

На ощупь найдя дверь, Лиса выглянула из комнаты и обнаружила, что и за пределами ее маленькой спальни все лежало во тьме. Лишь через пару секунд электричество с гудением вновь побежало по проводам, но на этот раз не загорелось больше половины ламп. Видимо, сработал запасной генератор.

Плохое предчувствие подтолкнуло девушку бежать в сторону выхода, и когда показался весь вид на Каньон, Лиса поняла, что не только у спального блока имелись проблемы с подачей электроэнергии: весь комплекс практически погрузился во тьму. И снова послышалось подозрительное гудение, после которого некоторые фонари и установки внизу прекратили работу.

– Это тоже входило в план побега? – Задав риторический вопрос, Лиса понадеялась, что сюрпризы с освещением устроил Сирко, мол, мы улетаем, а значит, это место оставлять в пригодности не к чему.

Да, такое могло сойти за истину, но только не в этом случае. Девушка сильно сомневалась, что мужчина намеренно стал бы привлекать чье-либо внимание в подобный момент. И от этого и радостное настроение Лисы начало растворяться в беспокойстве. К тому же одна деталь заставила убедиться ее, что здесь что-то не так: у заключенных, также не понимающих, что происходит, начали отключаться электрические наручники.

– Что за?..

На мгновение показалось, что сами небеса были готовы обрушиться на землю, разорванные пронзительным гудком, чем-то напоминавшим вой тревоги. И будучи контрабандистом, да и не только поэтому, Лиса замерла на месте от ужаса, опознав этот звук.

– О Боже…

Авиация. Сигнал, призывающий к началу боя.

Лиса понимала, что нужно как можно быстрее бежать если не в комнату управления, то хотя бы в безопасное место, однако предупреждение о скором нападении лишило ее всяческих чувств. Как, как такое возможно? Все только начинало налаживаться, так почему все должно пойти псу под хвост?!

В глазах отразилось сияние, прорывающееся сквозь облака пепла, после чего мгновением позже все скалы сотрясло от взрывной волны. Схватившись за перила, Лиса едва не улетела вниз, на ту площадку, на которой вчера они с Сирко одолели Призрака. Но, видимо, Союз жаждал реванша, поэтому привел того, кто действительно мог справиться с поставленной задачей – уничтожить врага раз и навсегда.

Устремившись в сторону наружной лестницы, вырезанной в скале, Лиса хотела достигнуть комнаты управления как можно скорее. Однако, очередная вспышка, вырвавшаяся из-за пепельного небосвода, вынудила ее сменить направление. И за долю секунды до того, как девушка успела оказаться на спуске, ведущем к тюремным блокам, гигантский огненный цветок расцвел на скале, разбросав во все стороны крупные осколки, которые обрушились градом на всех, кто находился внизу. Часть из них поглотила магма, а другая часть полетела на преступников, вынуждая их разбежаться в разные стороны.

Едва успев удержаться за перила, Лиса отважилась открыть глаза и подняться на ноги, чтобы продолжить путь, однако ее ждало страшное разочарование – дорога к комнате управления была уничтожена, а вход в тоннель безвозвратно завален.

– Черт! – Едва не упав в объятия отчаяния, воскликнула Лиса, однако ее вовремя привели в себя звуки и вид взрывов, тянущихся вдоль каньона.

Стоя на одном месте, не спастись, поэтому, собравшись с силами, девушка побежала вниз, намереваясь найти путь к спасению. Но когда закончилась лестница, перед ней встал выбор: либо прыгать вниз, либо углубиться в коридор. Лисе не хотелось искать укрытие в тюремных блоках, так как их могло завалить в любое мгновение, что в итоге сделает из них идеальную ловушку. Однако, посмотрев вниз, девушка пришла к выводу, что, по сути, у нее не оставалось выбора. Если она рискнет сорваться вниз, то приземление окупится ей сломанными ногами, а карабкаться по отвесному склону тоже не безопасно. Поэтому, не став тратить ценные минуты на раздумья, Лиса забежала в тоннель.

Каждый взрыв эхом отражался об узкие стены коридора, а тряслись они так, словно готовы были вот-вот сложиться пополам и похоронить под собой все живое. Пригибая голову, девушка продолжала бежать вперед, то и дело вскликивая и прикрывая лицо руками, когда очередной взрыв сотрясал пространство. Пыль сыпалась снегом с потолка, а следом на пол летели небольшие камни.

Миновав открытые двери, Лиса очутилась на перекрестке, встретив несколько охранников, но они даже не обратили на нее внимания, рыская лишь в поисках спасения. Так что, прикинув приблизительный маршрут, девушка свернула направо, беря в расчет то, что оттуда бежало очень много людей. И, как оказалось, добираться до выхода оказалось не долго, оставалось лишь миновать извилистую лестницу.

Расталкивая всех по сторонам, Лиса пробивалась вперед, и когда до выхода ей оставалось всего пара метров, сильнейший взрыв выбил у всех почву из-под ног, вынудив повалиться с ног. Едва успев ухватиться за поручни, девушка подняла голову и увидела в дверном проеме, как от скалы откалывается кусок величиной с четырехэтажный дом. Вид того, как медленно падает эта громадина, на мгновение загипнотизировал людей, но потом привел их в паническое состояние, вынудив искать ближайшее укрытие.

Осколок с диким грохотом повалился поперек огненной реки, при падении раскрошив верхнюю часть на множество камней. Однако не это представляло из себя опасность, а потоки обжигающей магмы, выплеснувшиеся из русла на иссушенный берег. Они заглатывали установки, уносили с собой вопящих от боли и ужаса заключенных, превращая бывшее место работы в камеру пыток. Но если люди намеревались уйти как можно дальше от реки, Лиса нашла в образовавшемся мосту путь на другой берег к уцелевшей лестнице, с которой можно было попасть в комнату управления.

Страшно? Конечно! Безумно? Еще как! Но другого выхода у девушки не оставалось, по крайней мере, придумывать в полевых условиях новый план действий ей было некогда.

Выпрыгнув наружу, Лиса понеслась вперед со всех ног, стараясь обходить заключенных стороной. Новые взрывы, разрушающие Каньон Дьявола, действовали на инстинкты самосохранения отравляюще, вынуждая ее повернуть обратно и спрятать голову в песок. Но отступать девушка не была намерена, поэтому, достигнув осколка, она принялась вскарабкиваться на него, с трудом закидывая ноги на его поверхность. Лава, встречаясь с препятствием, начала выходить из русла, заливая песок и камни.

Жара. Нет, это было сравнимо лишь с адским пеклом, поскольку Лиса всем телом чувствовала, что начинает гореть. Пары огненной жидкости обжигали ее нос и горло при каждом вздохе, пот лился ручьями, и он хоть как-то спасал кожу от неминуемых ожогов. Нужно было бежать и сейчас же!

– Талиса! Талиса, черт тебя подери, ты что делаешь?! – Послышался пронзительный крик, едва уловимый из-за взрывов, и Лиса ни на минуту не сомневалась, что Сирко наконец-то нашел ее и теперь приходил в дикий ужас.

Но размышлять было некогда, так что, закрыв лицо руками, девушка побежала вперед, оставив только маленькие щелочки между пальцев, чтобы знать, куда идти. Но это не помогло, как только она оказалась над самым устьем, жар стал таким невыносимым, что пришлось едва ли не закрыть глаза. Чуть не запутавшись в собственных ногах, Лиса продолжила быстрым шагом идти вперед без происшествий, пока поблизости от нее не забурлила магма. Мелкие капли разлетелись во все стороны, и пара из них коснулась правой ноги и бедра девушки.

Яркая вспышка боли ослепила Лису, вынудив ее закричать во все горло. Остановившись на полпути, девушка чуть не повалилась на ноги, и лишь только голос Сирко заставлял ее идти дальше, чтобы не свариться живьем. Пришлось превозмочь боль и страх и сорваться на бег, после чего спрыгнуть в песчаную насыпь, казавшуюся такой холодной после пройденного пути.

– Ты что, совсем с головой не дружишь?! – В первую очередь поинтересовался мужчина, едва Лиса пришла в себя.

– Безумие – это у нас, наверное, семейная черта… – В оправдание сообщила девушка, до сих пор ощущая ужасное жжение на месте падения капель магмы. – Мне придется ногу отрезать?

– Не моли чепухи, жить будешь. – Сирко помог девушке подняться на ноги, что вышло не с первой попытки, однако он не спешил бегом мчаться к лестнице, заметив одну неприятную вещь. – Похоже, ты подала кое-кому отличный пример.

Не успела Лиса понять, кому она что подала, поскольку мужчина повел ее за собой, крепко вцепившись в руку. Сопротивляться она не стала, лишь только поддержала идею как можно скорее убраться отсюда. И в какой-то момент девушка действительно думала, что им удастся избежать смерти, но вплоть до той секунды, пока яркий снаряд не разорвался в сотне метрах у них над головами.

Отлетев в сторону, Лиса ничего не почувствовала физически из-за шока. Под ладонями мелкими песчинками просачивался песок и пепел, на язык попало что-то горькое и сухое, а перед глазами первые несколько мгновений плыло темное облако. В голове стоял звон, ничего нельзя было расслышать, но вскоре девушка начала опознавать чьи-то силуэты в серых одеждах, бегущие к лестнице.

Хотелось упасть вниз лицом и заснуть, провалиться в печальную колыбель забытья, но если ничего не сделать, то они здесь умрут. Так что, взяв себя в руки, Лиса попыталась приподняться на руках, что в первый раз привело к пляске пейзажа перед глазами. Что-то теплое стекало по лбу, но на кровь некогда было обращать внимание, в особенности когда зрение пришло в норму.

– Сирко?.. – Обнаружив мужчину без сознания, Лиса испугалась, но настоящий страх пришел в тот миг, когда она заметила, что его придавило какими-то балками и камнями. – Черт! Сирко!!!

Слабость сковала руки девушки, а затем перебралась и на ноги, после чего овладела всем телом. Лиса думала, что, приняв правду в ее истинном обличии, все встанет на свои места, но сейчас она не хотела соглашаться с этим.

– Нет… нет, нет, нет, нет… Нет! – Едва удерживая слезы, Лиса подползла к мужчине и попыталась снять с него хоть один камень, но это оказалось ей не под силу. – Давай же… ну… черт, двигайся!!!

Но любые попытки оказались тщетными, отчего хотелось рыдать и биться в истерике, однако кое-что все же обрадовало девушку – Сирко был жив, и это он доказал, придя в себя после взрыва.

Готовая радоваться хотя бы этому, Лиса не заметила, как к ней кто-то подошел сзади, и когда он коснулся ее плеча, она воскликнула от неожиданности и попятилась назад. Но вовремя остановилась, узнав любителя внезапных появлений.

– А ты что тут делаешь?!

– После твоих визитов кое-кто решил меня отправить к остальным, думая, что тяжелая работа убьет меня. – Указав на Сирко, пояснил Сет Дефраль, после чего вновь посмотрел на Лису. – Ему ты уже не поможешь, нам нужно уходить…

– Я не оставлю его!

– Серьезно? – Удивленный подобной реакцией, генерал слегка растерялся.

– Да, тут много что произошло, но я не оставлю его!

– А придется… – Тихим голосом обмолвился Сирко, постепенно приходя в себя.

– Ни за что! – Сорвалась на крик Лиса, отчаянно закачав головой. – Я только тебя нашла, я не брошу тебя, ни за что, никогда…

– Мои ноги придавлены намертво. – Тяжело дыша, сообщил мужчина, однако у него все же нашлись силы изъять припасенный МОДД16 из-за пояса. – Вот, возьми, он тебе пригодится…

– Что?.. Нет, мы уйдем…

– Талиса!!! – Вынудив девушку умолкнуть в мгновение ока громким криком, Сирко вновь уронил голову на землю. Протянув к дочери руку, он коснулся ее щеки, пытаясь стереть слезы. – Ты сильная, ты справишься с этим.

– Я слабая. – В противовес сказала Лиса, прижав грубую ладонь мужчины к лицу. – Ты не представляешь, какая я слабая.

– Кая бы гордилась тобой… – Попытался улыбнуться Сирко, но на деле вышла кривая усмешка. – Я горжусь тобой, и помни, я всегда буду рядом, всегда. А теперь уходи, живо!

– Нет! Я не смогу, не…

– Заставь их помнить.

Эти слова вынудили Лису окаменеть, застыть подобно мошке в янтаре. Заставить их помнить о все том, что они забрали у нее. Эти слова… это было жестоко, это было очень жестоко с его стороны, но в чем-то Сирко все же оказался прав – если и она умрет здесь, то все падет прахом и развеется на ветру, а виновники так и не будут наказаны. Но оставить его одного, при этом еще и живого на верную смерть? Нет, это было выше ее сил.

– Ты. – Обратившись к Сету, Сирко явно пытался скрыть злость и раздражение, однако другого выхода у него не оставалось. – Уведи ее отсюда. Если не убережешь ее, клянусь, я восстану из мертвых, и тогда тебе не поздоровится.

– Не волнуйся, я позабочусь о ней.

Лиса не могла ничего сказать, но когда она почувствовала, что Сет уводит ее, страх и ужас вновь овладели ею.

– Что?.. Нет! Нет! Отпусти меня!

Несмотря на свое истощенное состояние, мужчине хватило сил, чтобы удержать брыкающуюся девушку и увести от ее отца, провожающего их взглядом. Это заставляло Лису сопротивляться сильнее, кричать громче, но чем дальше она уходила, тем невыносимее становилась боль от осознания, что ей придется это сделать. Уйти, чтобы спастись. Чтобы заставить их помнить об этом.

– Папа…

Слезы скатились по щекам к подбородку под музыкальное сопровождение взрывов, продолжающих разрушать Каньон Дьявола по частям.

Они забрали у нее все. Сначала мать, потом детство, а теперь и отца. Оставили лишь душераздирающую боль.

Зачем они это делают? Почему? Кто просил их уничтожать оставшиеся крошки того, что напоминало бы обыкновенную семью?

Они забрали у нее последнее. Они забрали последнее у многих.

И она заставит их заплатить сполна, она заставит их помнить.

Она заставит.

15

Борда Систа

Череда громких упорядоченных выстрелов эхом прогремела в просторном зале, служащим небольшим тиром. Прекрасное освещение и звукоизоляция делали из этого места хорошее поле для тренировок и проверок огнестрельного оружия.

Держа револьверы в двух руках, Айрис проделала в цели несколько дыр точно по центру, но что-то ее явно не устраивало. Недовольное выражение лица открыто говорило о ее сомнениях, грусти и злости. И как только последние пули вылетели из барабанов оружия через стволы, девушка с грохотом опустила револьверы на стойку впереди нее.

– Черт…

Уж не думала Айрис, что спустя столько времени ее будет одолевать чувство вины, некий синдром единственного выжившего. Впервые ей доверили возглавить операцию особой важности, и чем все закончилось? С провалом бы она еще могла мириться, но не с таким же сокрушительным, когда только ей одной удалось выжить. Тем более Айрис не могла простить себе тот факт, что она бежала, поджав хвост, пока ее люди погибали за нее. С одной стороны, они умерли не за даром, дав ей шанс на спасение. Но с другой, это уже не имело никакого значения, по крайней мере, для их родных и близких. Они погибли, их больше нет, и теперь кто-то винит ее в этом.

– Что не так? По-моему, все мишени повержены.

– Все до единой. – Согласилась Айрис, не поднимая головы.

Вот кто действительно был рад ее возвращению, так это Бэй. Отчего-то Айрис казалось, что даже ее мать не столько выказывала радости, сколько этот парень. Он странный, всегда такой улыбчивый и оптимистичный, старается не унывать и подбадривать остальных. В какие-то моменты, правда, хочется дать чем-нибудь тяжелым ему по голове, чтобы стереть эту хитрую ухмылку с его лица.

– Тогда в чем дело? – Продолжая стоять в стороне со скрещенными на груди руками, Бэй смотрел девушке в спину, дожидаясь ее ответа.

– До сих пор… – Запнулась Айрис на полуслове, будучи неуверенной, стоит ли делиться с кем-нибудь своими мыслями. – Никак не могу выкинуть из головы эту миссию…

– Знаешь, как говорят? Что осталось в прошлом, то и должно оставаться в прошлом.

– Тебе-то легко говорить! – Резко обернувшись, с вызовом обратилась к собеседнику Айрис, однако поспешила успокоиться. – Не ты обрек всех этих людей на смерть.

– Ты ни в чем не виновата. – Бэй говорил с такой уверенностью, с такой легкостью, отчего девушка действительно была готова ему поверить. – Они защищали тебя, дали тебе шанс скрыться. К тому же мы просмотрели всю запись с твоих имплантатов, и там было видно, что как бы парни не старались, они не смогли бы вовремя убраться оттуда.

– Нелегко быть единственным выжившим. – С глубоким вздохом произнесла Айрис, уткнувшись взглядом в пол.

Все же шло прекрасно, ничто не предвещало беды, но…

– Не стоило доверять контрабандисту… – Как можно тише произнесла девушка, вспомнив, что привело к краху их операции.

Лиса ван Реван притащила с собой свои проблемы, за которыми и последовали все остальные беды. Айрис пыталась не винить ее, ведь о погибших, каковой она ее считала, не принято говорить дурно. Кто знает, сколько времени за ней следили? А если с того момента, когда она прилетела в Борда Систа? Тогда получается, что весь лагерь сопротивления мог находиться в большой опасности. И о чем только думал Бэй, привозя ее сюда? Вроде бы взрослый парень, но порой выкидывает такие вещи, за которые его хочется убить просто.

– Кора тоже потерпела поражение, но она не сидит на месте и не унывает. – Тем временем продолжал Бэй, решив привести для Айрис контраргумент. – Она одна из наших лидеров, она подает пример для людей, так что и тебе не стоит ходить с кислой миной, хотя бы у всех на виду.

– Ты верно подметил, она командир, а я – нет. – Убрав оружие в кобуру, с недовольством заявила Айрис, подойдя к собеседнику поближе. – Я даже не из Федерации.

– Вот именно. – С улыбкой подметил Бэй. – Ты представитель Республики Сигурэ, девушка, прошедшая через круги ада, но не сломавшаяся. Может, ты и не подозреваешь, но ты стала примером подражания для многих. Местные девочки видят, что командование считается с твоим мнением, и это их вдохновляет. Неужели тебя сломает только одна неудача?

– Одна неудача? – С непониманием переспросила Айрис, одарив парня пораженным взглядом. – Да, меня жизнь потрепала, но тогда я была одна, но сейчас меня окружают люди, и каждое мое действие отражается на них. Я думаю об этом, поэтому и корю себя за провал… А что делаешь ты?

– Что? – Не сразу спохватился Бэй, удивившись тому, как девушка быстро перевела стрелки на него.

– Вот именно, что ты делаешь? Ты привел контрабандиста в наш дом, даже не зная о том, что за ней кто-то следил. Да, она хорошенькая, красивая девушка, но, черт возьми, думать-то надо головой, а не… Из-за ее проблем мертвы хорошие парни, а ты только говоришь мне забыть об этом? Серьезно?

– Так, значит, теперь я во всем виноват? – Потеряв желание казаться милым и пушистым, Бэй почувствовал угрозу со стороны собеседницы, поэтому не стал стоять в сторонке, просто выслушивая обвинения. – У меня были причины привести ее сюда.

– Интересно узнать, какие именно.

– Весомые. – Парень мог сообщить только об этом, поскольку дал слово Лисе, что не будет распространяться о ее желании отыскать мать. Хотя, кому тут верить? Кому нет? Он окончательно запутался. И зря он тогда сказал ей, что она может обратиться к Айрис за помощью в этом вопросе, полагая, что подруга смягчится по отношению к Лисе, если узнает, что ее матери тоже досталось от рук работорговцев. – Просто успокойся, хорошо? Одними криками делу не поможешь.

И только девушка собиралась с новой силой напасть в словесном поединке на парня, как вдруг ее остановил неприятный звук тяжело открывающейся двери.

– Так вот где вы отлыниваете от работы. – Всем видом дав понять, что подобное расположение дел его не устраивает, Далас одарил бывших собеседников рассерженным взглядом. – Оружие само не выгрузится с корабля, а наблюдательная вышка так и требует чьей-то компании.

Бэй даже не знал, что его пугало больше: расстройство Айрис или же пробудившийся за столько лет сарказм командира. Ему оставалось лишь проследить, как девушка в спешке покидает тренировочный зал, оставляя за собой невидимы след из злости и раздражения.

– Что это с ней?

– Не обращай внимания. – Посоветовал парень, решив не тратить время попусту и проследовать за Даласом. – Что слышно с Центрального материка?

– Все не так плохо, как мы думали. Бой на северо-западной границе вот-вот подойдет к концу, а Кора уже начинает собирать новый транслятор для северного региона.

– Но что-то тебя волнует. – Предположил Бэй, уловив в голосе командира некую напряженность, что свидетельствовало о наличии и плохих новостей.

– Не сказать, что волнует… Просто Союз последние сорок восемь часов глушит все, что лежит к востоку от их границы с океаном. Спутники просто ничего не могут увидеть, а Восточный штаб пару дней назад поднял в воздух огромный бомбардировщик.

– У нас что, какие-то базы или лагеря расположены в океане?

– В том-то и проблема, что ни одного. – Беспомощно развел руками Далас.

– А что там находится?

– Ничего такого… Хотя… – Замедлив шаг, мужчина завернул налево, как раз к выходу из коридора, где в просторном помещении раскинулся склад боеприпасов, на котором оживленно трудились люди. – Вроде бы в тех широтах находилась новая тюрьма Союза, построенная на том острове, по которому ударили ДжеТа двадцать лет назад.

– Такой коллапс должно было вызвать что-то очень… внушительное. Но… два дня назад? Если бомбардировщик отправили туда два дня назад, то почему они до сих пор глушат сигнал?

– Понятия не имею. – Признался Далас. – Но…

– Что «но»?

Однако Бэй понял, почему собеседник оборвал на полуслове свою речь. И, осмотревшись по сторонам, он заметил, что рабочие непривычно суетливы и разговорчивы, и в их голосах слышалась тревога.

– Кто-то недосчитался оружия? – Предположил парень, однако ответ пришел сам собой, но только по наушному передатчику Даласа в роли голоса Мо Чинке:

– Ты это видел?! Ты смотрел новости?

– Что? – Озадаченный подобным содержанием вопросов, мужчина слегка растерялся, но настойчивость женщины заставила его отказаться от возражений и активировать наручный компьютер.

– Что происходит?

– Мо велела посмотреть новости…

Бэй не понял, как выпуск новостей мог объяснить подобную суету, но ему ничего не оставалось, как последовать примеру командира и активировать небольшой голографический экран на своем переносном компьютере.

Первое, что увидел парень, это телеведущую, говорящую на джа – официальном языке Борда Систа и всех страх Южного континента, поэтому ему пришлось потрудиться, чтобы отыскать канал, на котором вещали хотя бы на общем языке. Но как оказалось, много усилий не пришлось вкладывать, чтобы осуществить эту задачу. Однако, увидев заголовки новостей, Бэй почувствовал, как его сердце начало биться быстрее, а дышать становилось все труднее.

Люди на складе внезапным образом оживились и начали сбегаться к одной точке, поэтому Бэй и Далас поддались общему порыву, последовав за рабочими по направлению к большому экрану, расположенному на стене склада. Общая волна потрясения была настолько велика, что голос, вырывающийся из динамиков, заставил большинство сопротивленцев умолкнуть и затаить дыхание.

Бэй не мог поверить, даже опознав по голосу говорящего, он надеялся, что ему померещилось. Но за надежду цепляться пришлось не долго, ровно до тех пор, пока он сам не взглянул на широкий монитор телевизора.

Острые черты гладко выбритого лица, хитрый взгляд, бежевая военная форма, а также десятки вспышек фотокамер и в ряд выстроенные микрофоны, так и жаждущие захватывать каждое произнесенное слово.

– Признаться честно, я не надеялся не то, что вернуться сюда, в свой родной город. Я не надеялся увидеть даже солнечного света. Шесть долгих лет меня в заточении держал человек, чье имя вам наверняка не знакомо, но он был главным надзирателем в тюрьме для особо опасных преступников, расположенной посреди океана. Я думал, что погибну, но отчаянные поиски армии Союза вернули меня сюда, для защиты моего народа. Так что знаете, теперь я никуда от вас не уйду.

И только человек, которого все считали мертвым, замолчал, как на него посыпался очередной град вопросов от журналистов. Но одной этой речи хватило, чтобы ввести половину мира в оцепенение, и общую картину Далас сумел выразить в короткой фразе:

– У нас проблемы.

В этом Бэй не сомневался, но куда сильнее внезапного появления Сета Дефраля его не просто удивило, а в самом прямом смысле шокировало наличие на экране другого персонажа, стоящего чуть поодаль от мужчины. На ее черный костюм с золотистым гербом Союза, выделяющимся на плече, тяжелыми кудрями спадали рыжие волосы. Косметологи с блеском смогли преобразить и подчеркнуть все достоинства ее лица, однако пронзительный взгляд, в котором так и кипела жажда отмщения с дикой яростью, им не удалось скрыть.

– Да уж. – Согласился Бэй. – У нас большие проблемы.

Content

Голунцова Ирина Игоревна Изгнанные (СИ)