Линдон Ларуш

Будущее без Америки

Lyndon Hermyle LaRouche, Jr

© Ларуш Л. (LaRouche L.)., 2014

© Перевод с английского, 2014

© ООО «Издательство Алгоритм», 2014

Глубокий кризис США

США в состоянии развала

(Из статьи Линдона Ларуша «Первоначальное накопление. Предупреждение академика Львова»)

Ход нынешних событий не оставляет камня на камне от иллюзий насчет ситуации в мировой экономике, происходящих от стремления выдать желаемое за действительное… Вся планета охвачена системным кризисом, – а не просто циклическими кризисами, как хотелось бы руководящим кругам ведущих стран.

Начиная с финансовых кризисов 1997 года, эти руководящие круги упорно пытались справиться со все более мощными финансовыми и иными катастрофами. Но как это обычно происходит в таких кругах, им пришлось с трудом усваивать эти уроки, – если они вообще способны на самом деле их усвоить.

Сейчас, после самых последних событий, – если не принимать во внимание типичных простаков в Соединенных Штатах, ставших жертвами промывания мозгов со стороны масс-медиа, – все более и более осознается, что, хотя сама мировая экономика может быть возвращена к жизни, существующая валютно-финансовая система спасена быть не может. Непосредственный риск заключается в том, что эта акция по спасению мировой экономики будет возможна только в том случае, если мы достаточно скоро начнем действия, направленные на то, чтобы вырвать с корнем ту сформировавшуюся после 1971 года валютно-финансовую систему, которая сделала неизбежным окончательное крушение нынешней финансовой системы мира.

Мы не должны тратить еще какие-то усилия на то, чтобы спасти саму эту обреченную систему. Мы должны сохранить все наши быстро тающие остающиеся ресурсы, одновременно обеспечивая такое развитие событий, чтобы прекратить функционирование нынешней валютно-финансовой системы до того, как она разрушит экономику и цивилизацию вместе с ней.

Более того: с учетом современного уровня населения мира и темпов катастрофического разрушения средств производства, необходимых для поддержки этого населения, в случае, если эта сформировавшаяся после 1971 года система не будет немедленно отброшена за негодностью и заменена другой, результатом попытки сохранить обанкротившиеся к нынешнему времени мировые валютные и финансовые структуры будет – на поколения вперед – новое мрачное средневековье для планеты в целом.

Непосредственная опасность состоит в том, что, хотя капитаны финансовой и политической власти имеют в своем распоряжении все факты, необходимые для того, чтобы показать им, что этот крах происходит сейчас, – многие из них предпочтут царствование в аду выживанию в таком мире, который не будет управляться их обреченной финансовой системой. Их реакция на кризис – понестись вперед очертя голову, даже если это погрузит мир в пучину военных действий по всей планете или в новую эпоху мрачного средневековья, чтобы сорвать усилия других, направленные на построение альтернатив нынешнему глобальному валютно-финансовому безумию. Они лучше будут цепляться за свой тонущий «Титаник», – несмотря на то, что теперь они знают, что он тонет, – чем уступят свое место за капитанским столом.

Таким образом, в настоящий момент типичным выражением ситуации в мире является тот факт, что сейчас и нынешняя администрация США, и Британское Содружество, и пользующаяся пока небольшим влиянием, хотя и дискредитировавшая себя, фракция «Совета демократического руководства» в демократической партии США – все они еще верны своему истерическому нежеланию признать, что для такого рода политики, какую они практиковали ранее, нет места в будущем нашей планеты, если мы хотим на ней жить.

* * *

В нынешний момент глобального системного кризиса необходимы радикальные перемены, главным образом, двоякого рода.

Во-первых, мы должны немедленно провести мир в целом через процедуру чрезвычайной реорганизации в связи с банкротством посредством мер, включающих широкомасштабное аннулирование существующих масс долговых обязательств. Такие меры должны быть предприняты с учетом требований принципа общего блага, включенного в преамбулу федеральной конституции США.

Эти меры должны быть настолько решительными, насколько это потребуется, – не только для того, чтобы сохранить непрерывное правильное функционирование правительств, необходимых банковских институтов, промышленности и сельского хозяйства на уровне, требуемом для обеспечения безопасности существующих стран и их нынешнего уровня населения, но и для того, чтобы сразу же инициировать новую волну ускоренного физико-экономического роста. Если такие, представляющиеся радикальными, реформаторские действия не будут предприняты очень скоро – для США и других стран надежды нет.

Для спасения мировой экономики от быстро надвигающейся ныне катастрофы предлагается доступная, недавно опробованная модель успешной реформы: протекционистская форма системы фиксированных валютных курсов, существовавшей при Бреттон-Вудской системе 1945–1964 гг., включающая контроль над движением капитала и финансовыми потоками. За три десятилетия доказано: все изменения в направлении от этой успешной прежней системы к нынешней провалившейся системе плавающих валютных курсов были чудовищной ошибкой. Единственное, что реально могут предпринять правительства в ответ на чрезвычайную угрозу в нынешней кризисной ситуации, – это использовать тот факт, что Бреттон-Вудская система 1945–1964 гг. работала, в то время как наследовавшая ей система 1971–2000 гг. жалким образом провалилась в качестве отправной точки для сегодняшних чрезвычайных мер.

Во-вторых, мы должны начать определенные реформы, касающиеся того, каким образом устанавливаются физические приоритеты экономической политики в настоящее время и в будущем. В этой связи, – поскольку именно ныне обанкротившаяся мировая валютно-финансовая система должна быть срочно заменена на другую, – мы должны очень внимательно рассмотреть ключевые прискорбные ошибки периода 1966–1981 гг., в течение которого самые разрушительные изменения аксиоматики в политике в области физической экономики стали, с одной стороны, реализоваться в США и Великобритании, – и, с другой стороны, отозвались эхом в советской системе с побочными эффектами, представляющими глобальную угрозу.

Этот доклад посвящен второму из этих двух родов чрезвычайных мер. Я покажу, что здесь принципиальным предметом обсуждения при определении политики должен быть феномен, временами ассоциируемый с используемым экономистами техническим термином «первоначальное накопление».

Предупреждение Львова

В ходе тех же слушаний в комитете по экономической политике парламента России – Государственной Думы, где прозвучало мое свидетельство, академик Дмитрий Семенович Львов выступил с предупреждением против игнорирования длинных волн физико-экономического упадка, – упадка, испытываемого нашей планетой на протяжении последних десятилетий. Потом, когда мне было предложено выступить с кратким заключительным словом, подведя черту под свидетельствами, представленными на слушаниях в тот день, я подчеркнул в своих замечаниях важность выступления Львова и косвенно взял на себя обязательство представить в скором времени в более полно разработанном виде мою собственную аргументацию в поддержку его свидетельства. Этот предмет важен для мира в целом. На последующих страницах излагается моя разработка.

За последнее десятилетие многое было сказано и написано об упадке советской экономики, постигшем СССР и затем постсоветскую Россию, – в последнем случае под влиянием англо-американских монетаристских проходимцев. До сих пор огромная ошибка состояла в том, что слишком мало внимания уделялось тому факту, что события, поразившие сейчас Россию, не могут быть компетентно оценены, если не принимать во внимание более широкий фон ныне ускоренно развивающегося физического коллапса мировой экономики в целом. Чтобы исправить эту серьезную ошибку, мы должны поместить предупреждение академика Львова, сделанное им 29 июня, в исторический контекст (во всей его ширине и глубине) той комплексной сегодняшней кризисной ситуации, которая охватывает не только Россию, но и весь мир.

Ключевой факт, который при любом компетентном исследовании нынешнего кризиса не может быть проигнорирован, состоит в том, что быстро надвигающийся в настоящее время глобальный финансовый крах валютно-финансовой системы мира является, главным образом, результатом примерно тридцатипятилетнего процесса роста взаимозависимости между двумя различными политико-философскими типами экономических систем. Первая из них – упадочная, радикально-монетаристская форма системы МВФ, форма, возникшая в Великобритании при ряде сменявших друг друга правительств, из которых наиболее «выдающимися» были правительства Гарольда Вильсона и Маргарет Тэтчер. Эта упадочная форма была воспроизведена в США благодаря последовательному выдвижению, в порядке реализации «южной стратегии», кандидатур республиканского президента Ричарда Никсона и демократического президента Джимми Картера. Во втором случае речь идет о той совокупности нисходящих тенденций в развитии советской и наследовавшей ей российской экономики, которая проявилась в виде общего тренда на протяжении того же периода.

Рассматривая эту проблему с точки зрения тех событий, которые происходили на американском континенте и в Западной Европе за время 1945–2001 гг., мы наблюдаем суммарный прогресс в послевоенном развитии физической экономики в 1945–1964 гг. – в течение того времени, когда политика, введенная президентом США Франклином Рузвельтом, продолжала оказывать свое (все уменьшающееся) влияние на политический курс США и континентальной Западной Европы; но вскоре после убийства президента Кеннеди, последователя Рузвельта, наступил период общего падения, включающий интервал 1967–2001 гг. до сегодняшнего дня. На протяжении этого последнего периода параллельный процесс общего нисходящего развития происходил в системе СССР и СЭВ.

Эти две конфликтующие системы того времени, отличаясь друг от друга по множеству различных аксиоматических или просто внешних характеристик, тем не менее были взаимосвязаны в такой степени, что краткосрочное и среднесрочное ухудшение характеристик, определявших долговременную внутреннюю силу одной из них, по иронии судьбы, отражалось в виде вторичных эффектов, означавших долгосрочное ослабление другой.

* * *

Посмотрим, например, на то, как эта ирония судьбы проявилась в том сочетании эффектов, которое оказал на Западную Европу и США коллапс подвергшихся варварскому разграблению физических экономик стран СЭВ и их преемников в 1990–2001 гг.

За этот период 1990–2001 гг., – наиболее заметно в 1992–1998 гг., – со стороны валютно-финансовых систем США и Британского содружества были совместно применены такие же методы разграбления территории Советского Союза до 1989 года и стран – участниц бывшего СЭВ вроде Польши и Украины после 1989 года, как и те, которые использовались пришлыми проходимцами-«саквояжниками» с Уолл-стрит после 1866 года при разграблении территории недолговечной Конфедерации.

Посредством этих «саквояжнических» методов англо-американские монетаристы и их партнеры – российские компрадоры получили громадные физические богатства и финансовые доходы, ограбив экономики своих жертв. В течение некоторого времени, вплоть до окончательного краха уолл-стритовского хеджевого фонда «Лонг-терм кэпитал менеджмент» (“Long-Term Capital Management”) в 1998 году (инициированного российскими ГКО), это разграбление того достояния, которое было накоплено на территории бывшего СЭВ в сочетании с продолжающимся ограблением Центральной и Южной Америки и Африки, было основным фактором, временно поддерживавшим на плаву экономики Содружества и США, в остальном находившиеся в состоянии затянувшегося средне – и долгосрочного физико-экономического коллапса.

Итак, международные валютно-финансовые крахи и кризисы 1997–1998 гг. отражали тот принцип, что всякий паразит, чье существование зависит от высасывания жертвы до ее истощения, в конце концов погибнет из-за неотвратимо вызываемого им ослабления жизненных сил его жертвы. Торжествующие хищники 1989–2001 гг. – США и Британское Содружество – сейчас идут к своей гибели благодаря тому, что их звериная жестокость истощила все их жертвы из числа стран американского континента, Африки, Юго-Восточной и Восточной Азии, а также континентальной Западной Европы, Турции и Балкан, – все это в добавление к разграблению бывшей территории стран СЭВ.

«Первоначальное накопление»

Что же такое «первоначальное накопление» применительно к современной России? Если пользоваться лексиконом современной истории России, – включая наследие Карла Маркса и таких авторов, удачно критиковавших ошибку Маркса в понимании этого предмета, как Роза Люксембург и советский экономист Е. Преображенский, – справедливо будет сказать, что «первоначальное накопление» означает некомпенсируемое обращение ранее имевшихся ресурсов на текущее потребление. При любом корректном употреблении этого технического термина он означает расходование для текущего физического потребления ресурсов, взятых либо из природных запасов, либо из предшествующих форм вложения физического капитала, либо из обоих источников вместе, – включая сюда и те вложения, которые материализуются в виде образования и классических форм художественной культуры. Это тем самым подразумевает, что для достижения экономического успеха нужно рано или поздно произвести «дозаправку» физической экономики, чтобы компенсировать «заимствованное» у нее в порядке «первоначального накопления». Чистое («нетто») «первоначальное накопление» означает, что уже в среднесрочной перспективе снижение качественного и количественного уровня общей совокупности вычерпываемых ресурсов порождает тенденцию к снижению показателей функционирования физической экономики, – показателей, которые могут быть измерены в расчете на душу населения, на квадратный километр и в терминах демографических характеристик.

Поэтому в расчете на долгосрочную перспективу любая находящаяся в здравом уме государственная власть будет стремиться обложить, в той мере, в какой это необходимо, расходование природных ресурсов налогом, чтобы страна получила источник средств для реинвестиций с целью либо восполнить использованное, либо произвести нечто, функционально составляющее подходящую замену для этих ресурсов, либо возместить снижение уровня ресурсов компенсирующей совокупностью мер, повышающих чистую производительность труда с использованием науки и технологий в качестве движущей силы.

Аналогично всякая здравая в смысле выполнения своих функций государственная власть будет также прямо или косвенно облагать экономику налогами в объеме, необходимом для приобретения ресурсов, которые обеспечат восполнение или замену израсходованного или усовершенствование обесцененного капитала в сфере как базовой экономической инфраструктуры, так и средств производства. Всякая власть, безрассудная до такой степени, чтобы не делать этого, обрекает свою страну на упадок в долгосрочной перспективе и в конечном счете на крушение от истощения – и все это из-за «первоначального накопления».

Для разрешения тех вопросов, постановка которых подразумевается данными соображениями, мы должны при любом обсуждении формирования экономического курса России помещать предмет дискуссии в соответствующий исторический контекст, – то есть рассуждать в терминах того, какие ответные действия Россия предпринимает в такого рода делах, иначе говоря, в терминах исторически характеризуемого сопоставления трех основных господствующих, исторически сформировавшихся социально-экономических систем в рамках распространившейся по всему миру современной европейской цивилизации: советской, американской (скажем, «гамильтоновской») и их общего противника, именуемого либо «монетаристской», либо «либеральной» системой. Последняя – это та британская система «Адама Смита» и др., которую осудил президент Франклин Рузвельт, предупредив премьера Уинстона Черчилля о том, что после войны США не допустят, чтобы мир опять управлялся методами, заклейменными Рузвельтом как «британские методы XVIII века». К сожалению, Рузвельт умер, не успев осуществить бо́льшую часть предполагавшихся им перемен.

* * *

Как измерить «первоначальное накопление»? Я начну с того, что опишу два способа, – вначале один, потом другой, – которыми его измерять не следует. После того, как эти примеры будут приведены, мы рассмотрим причины тех, в высокой степени парадоксальных, эффектов, которые внутренне свойственны процессу приписывания «денежной цены» стандартному списку расходуемых материалов и предметов потребления.

Вопрос стоит так: что есть чистый экономический рост? Точнее: что есть чистый экономический рост, измеренный в категориях физической науки, а не сегодняшней практики ведения расчетов? Отсюда: как мы охарактеризуем ту конкретную проблему измерения, которую ставит перед нами указание академика Львова на то, что я назвал проблемой «первоначального накопления»?

В ходе получасовой передачи по общенациональному телевидению в 1984 году я указал на сознательное мошенничество, осуществлявшееся в тот момент в широком масштабе совместными усилиями Федеральной резервной системы и федерального правительства США. Я назвал имя этого мошенничества – «индекс с учетом изменения качества». Это мошенничество практикуется и сегодня с таким же «иррациональным энтузиазмом», как и в 1984 году.

Тогда имела место проблема, связанная с Федеральной резервной системой под руководством ее председателя Пола Волькера, предшественника Алана Гринспена.

Ряд последовательных изменений в политике Соединенных Штатов, начиная с конца 60-х гг., особенно при президентах «южной стратегии» – Никсоне и Картере, означал как для производительного потенциала, так и для уровня жизни наемных работников и пенсионеров США разорение в результате разного рода мер так называемой «жесткой финансовой экономии». Этому ограблению большинства домашних хозяйств и местных сообществ также соответствовало и снижение долгосрочных капиталовложений в базовую экономическую инфраструктуру, и истощение предпринимательского потенциала; среди последствий – рост реальной инфляции, поскольку речь идет о стоимости жизни для домашних хозяйств.

Это ограбление страны и ее населения приняло варварский характер в ходе осуществления программ безудержного «дерегулирования» при Картере. Самое страшное из опустошений, инициированных в картеровские времена, было связано с теми последствиями политики Федеральной резервной системы, которые сам председатель Волькер назвал «управляемой дезинтеграцией экономики». Эта управляемая дезинтеграция экономики (появившееся в 1975 году новое имя для того же самого курса, который проводился при Никсоне и в Британии при правительствах Вильсона и Тэтчер) и есть причина системного кризиса, десятилетиями прогрессировавшего и достигшего сейчас своей нынешней терминальной стадии.

В результате ряда мер, последовательно предпринятых при президентах Никсоне и Картере, физические издержки, требуемые для поддержания ранее существовавшего уровня физической производительности, стали превышать общий «чистый» физический выпуск продукции экономики США. На первый взгляд, большинство профессиональных экономистов должно было бы сразу встревожиться, услышав такое утверждение; тем не менее, – несмотря на их неадекватную (хотя и объяснимую) реакцию на мое выступление, – только что сказанное мною есть не более чем истина. Эта истина становится очевидной, если внимательно вглядеться в реальную ситуацию, а не в фальсифицированные выводы, обычно вычитываемые из тех лживых интерпретаций, которые свойственны официальной статистике. Это – один из тех фактов, на которые указывал академик Львов в своем свидетельстве перед Думой. Чтобы разрешить этот весьма важный вопрос, поставленный таким образом, достаточно определить тот круг фактов, который должен быть принят во внимание для того, чтобы внести в предмет ясность.

Прежде всего, мы должны измерять характеристики функционирования национальных экономик в физических терминах, а не в обычных бухгалтерских категориях, по сути своей вводящих в заблуждение. Это означает, что мы должны измерять затраты и выпуск в расчете на душу населения, на работника, на квадратный километр, а также в категориях изменения демографических характеристик домашних хозяйств и населения в целом. Мы должны включить в рассмотрение износ базовой экономической инфраструктуры и поддержание так называемых «природных ресурсов», как существенной составляющей этой инфраструктуры, или нахождение подходящей замены для них.

Мы также должны осуществлять эти измерения на фоне комбинированного воздействия прогрессивных и регрессивных перемен в тех технологиях, которыми определяется производительный потенциал страны и ее наемной рабочей силы. В качестве иллюстрации этого момента рассмотрим авиакосмические технологии США.

* * *

За период с 1945 года до наших дней темпы прогресса авиакосмического потенциала экономики Соединенных Штатов дважды подверглись системному торможению. Первый раз это произошло при президенте Эйзенхауэре, чья экономическая политика была направлена в ложную сторону благодаря тому самому Артуру Бернсу, который избавил от вполне заслуженной безвестности профессора Милтона Фридмена. Администрация Эйзенхауэра прекратила передовые работы в области космической программы в тот самый момент, когда была достигнута готовность к тому, чтобы запустить спутник на орбиту – на несколько лет раньше советского спутника. Следующий подрывной акт системного характера был совершен во второй половине 1960-х, когда при президенте Джонсоне (1966–1967 гг.) были инициированы серьезные сокращения бюджетных ассигнований на научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы.

В промежутке были: вначале, при Эйзенхауэре, отчаянные усилия (на первых порах не давшие успеха), направленные на то, чтобы «извлечь из нафталина» хантсвиллскую космическую программу США после «спутникового шока» и нескольких неудачных попыток запустить американский спутник. За эйзенхауэровским «пост-спутниковым» возобновлением космической программы последовала намного более дерзкая – и очень успешная – форсированная программа «высадки на Луне», запущенная при Кеннеди. По иронии судьбы удачная высадка космонавтов на Луне при президенте Никсоне произошла тогда, когда космическая программа уже рушилась. Вскоре произошла последняя высадка человека на Луне, и больше люди туда не возвращались.

Тем временем в результате варварских бюджетных сокращений, проведенных в ходе инспирированной Монт-Пелеринским обществом безумной деятельности Никсона и Картера, к моменту, когда Картер в январе 1981 года покинул президентский офис, США лишились многих видов технологии, которые были необходимы для того, чтобы успех Соединенных Штатов в деле полета людей на Луну стал возможен.

Аналогично в результате осуществления программ «аутсорсинга»[1] рабочая сила США испытала на себе последствия глубокой, широкомасштабной утери технологий и связанной с ними производственной квалификации. За прошедшее десятилетие распространение дурацкой деятельности под названием «бенчмаркинг»,[2] – представленной в качестве метода использования высокоскоростных идиотов (компьютеров) для того, чтобы заменить квалифицированных инженеров-проектировщиков и устранить надобность в них, – во многом разрушило способность экономики США производить реальные продукты передовых физических технологий.

Кроме того, за время – начиная с инаугурации адепта «южной стратегии» Никсона до ухода с президентского поста опозоренного и опозорившего себя президента Картера – политика резкого понижения способности страны поддерживать базовую экономическую инфраструктуру стала наиболее очевидным фактором, обусловившим превращение США из успешно растущей страны, которая производила больше, чем потребляла, в упадочную экономику, все в большей и большей степени зависящую от использования своей имперской мощи для ограбления других стран. К январю 1981 года, когда рассерженный американский электорат, обеспокоенный этой ситуацией, сбросил жалкую картеровскую администрацию, выпуск продукции в Соединенных Штатах был уже недостаточен, чтобы покрыть текущие полные издержки воспроизводства экономики с обеспечением успешного роста такого рода, который имел место до избирательной кампании Никсона 1966–1968 гг.

Англо-американский контроль за международной валютно-финансовой системой после августа 1971 года позволил Лондону и Нью-Йорку грабить значительную часть остальной планеты, – несмотря на определенное заметное сопротивление в 1970-е годы со стороны Франции в лице французского президента Валери Жискар д’Эстена вместе с канцлером ФРГ Гельмутом Шмидтом. Иными словами, имперский характер сохранявшейся англо-американской власти в валютно-финансовой сфере дал этой власти возможность не только физически ограбить многих других в мире, но и все в большей мере осуществлять контроль над самим американским населением через ориентированную на «развлечение» политику «хлеба и зрелищ» внутри страны. («Получай удовольствие от ближнего своего, каким угодно образом, если тебе это нравится! Забудь об экономике, самое главное – это удовольствие! Назови это «культурой», как это сделал недавно сенатор Либерман!» Под рубрику «погони за удовольствиями» следует включить и подкуп определенных разложившихся слоев американского населения взятками в виде выделения средств на «религиозную инициативу»; тот религиозный пафос, который выражает эта программа политического подкупа, есть, говоря без обиняков, вера в очарование чековой книжки.)

Под внешним лоском имперской финансовой власти реальная экономика США гнила изнутри – по крайней мере, самое позднее, с 15 августа 1971 года. Если мы оценим те перемены, которые произошли за период 1971–1981 гг., учтя все надлежащие изменения физического характера, – 1970-е годы окажутся годами чистого проигрыша, и с тех пор эта нисходящая тенденция не была преодолена. И вот – тридцать с лишним лет безумия с неизбежностью наконец ударили по нам.

* * *

Итак, на протяжении последних двух десятилетий все время имел место значительный уровень долговременной инфляции, измеренной относительно стандартного дохода на душу населения для обычных людей.

Задача Федеральной резервной системы в это время заключалась в том, что она вместе с правительством по закону отвечала за то, чтобы сообщать о темпах инфляции в экономике США. Если бы соответствующие статистики вели бухгалтерию честно, они были бы обязаны указать на значительный уровень ценовой инфляции, измеренной через чистое содержание рыночной корзины товаров и услуг на душу населения, соответствующее доходу домашнего хозяйства, – особенно доходу домашнего хозяйства, попадающего в нижние 80 % по уровню семейного дохода. В качестве одной из составных частей попытки замаскировать эту инфляцию и было придумано жульничество с «учетом изменения качества».

Мошенническая уловка, примененная названными учреждениями, состояла просто в том, чтобы объявить определенные, очень существенные повышения цен отражающими «улучшения в качестве»; под таким хитроумным предлогом эти учреждения в своих сводках фактически скрывали значительную процентную долю от реального роста цен на определенные важнейшие товары. Как я демонстрировал в примерах, приведенных в моем телевыступлении 1984 года, это мошенничество в духе Оруэлла использовалось для того, чтобы убедить доверчивых жертв в том, что «если чего-то стало меньше, то это стало лучше, и поэтому вы должны платить за это больше».

В 1965 году стоимость ежемесячных расходов на жилье, автомобиль, питание и медицинскую страховку составляла менее 75 % от среднего месячного заработка рабочего, что позволяло потратить оставшуюся часть дохода на другие потребности домашнего хозяйства, входящие в состав «рыночной корзины». Но к 1980-м годам, в том числе и в результате падения жизненного уровня, цены на те же самые четыре типа составляющих рыночной корзины превышали средний заработок; к тому же росли и другие цены. Пытаясь приспособиться, домашние хозяйства все больше увязали в долгах и все больше зависели от дополнительных заработков. Но для того, чтобы скрыть ухудшающееся положение с ценовой инфляцией, правительственные статистики стали утверждать, что растущие цены выражали «улучшение качества»! Были разработаны самые разные методики подтасовки данных «для учета изменения качества».

Этот обман, разоблаченный мною еще в 1984 году, продолжает действовать в полной мере до сего дня.

Теперь я обращаюсь к двум примерам губительной лжи, широко распространенной в практике расчета национального дохода в сегодняшних США: к национальной экономической политике и статистической практике в сферах здравоохранения и энергетики.

Вначале обратимся к проблеме установления стандарта для здравоохранения. Я остановлюсь на соответствующей тенденции в США, дополнительно просто отметив, что тот же самый тип разрушительной политики насильственно и все более ускоренно внедряется и в Западной Европе.

Сразу после войны 1939–1945 гг. конгресс Соединенных Штатов принял один из своих лучших законов за последние 56 лет – так называемый акт Хилла – Бертона, регулировавший цели и практику национального здравоохранения. Этот закон действовал до тех пор, пока он не был отменен законодательством об «Организациях медицинского обслуживания» (Health Maintenance Organization, HMO), принятым при администрации Никсона.

Акт Хилла – Бертона характеризуется тремя ключевыми чертами.

Во-первых, – в том, что касается доктрины конституционного права, – закон Хилла – Бертона был разработан в соответствии с наиболее фундаментальным принципом конституции США – так называемым «пунктом об общем благосостоянии» преамбулы к конституции.

Во-вторых, он отражал соответствующий опыт, накопленный европейской цивилизацией, особенно со времен массовой смертности от инфекционных заболеваний и от других причин в период «новых мрачных лет» XIV века в Европе; также, помимо крупных волн эпидемий, здесь имели значение последствия длительных войн. Извлеченный урок состоял в том, что, какой бы вклад ни могла внести местная и частная инициатива, именно современное суверенное государство-нация не может уклониться от ответственности за организацию защиты от общих бедствий, постигающих общество в целом, и располагает уникальными возможностями для этого.

В-третьих, совокупный опыт ряда крупных войн, – Гражданской войны в США, войны 1914–1917 гг. в Европе и мировой войны 1939–1945 гг., – показал, что на правительстве США, особенно на его военных органах, лежит серьезная ответственность за создание систем организации санитарной профилактики и здравоохранения, необходимых для удовлетворения нужд как военного, так и невоенного характера, как во время войны, так и в условиях мира.

* * *

Борьба президента Франклина Рузвельта против тех, кого он называл «американскими тори», во имя конституционного принципа «общего благосостояния» в сочетании с масштабами военной мобилизации и военных действий 1939–1945 гг., привела к тому, что возвращающиеся с войны ветераны и их семьи научились понимать важность тех преимуществ, которые военная медицина, включая и организационные формы реализации ее задач, предоставляла в военные годы. Когда война окончилась, – можно ли было путем добровольного совместного задействования в разнообразных формах, надлежащих частных и государственных ресурсов построить общенациональную, функционирующую в каждом округе систему учреждений здравоохранения, которая работала бы на гражданское население в целом подобно тому, как программа военной медицины работала на тех, кто служил во время войны? Жизнь доказала, что закон Хилла – Бертона дал адекватный ответ на этот вопрос.

В некоторых частях США, – одним из достойных внимания примеров служит город Нью-Йорк, – в условиях действия закона Хилла – Бертона система работала прекрасно вплоть до 1970-х гг. В других, политически более отсталых регионах США, например, в Алабаме, прогресс в реализации законодательства, разработанного Листером Хиллом, шел медленнее, и достижения были менее значительны. С учетом этих оговорок система, опиравшаяся на поддержку федерального министерства здравоохранения и военных служб, работала. По сравнению с более ранним положением дел она работала хорошо; по сравнению с тем систематическим уничтожением системы здравоохранения, которое наступило при пост-хилл-бертоновской политике «Организаций медицинского обслуживания», она работала очень хорошо.

Затем, в рамках системы мер в общеэкономической области, в сферах социального обеспечения и здравоохранения, предпринятых под влиянием Монт-Пелеринского общества администрацией президента Ричарда Никсона и действовавшим под руководством Никсона Пэтом Мойнихэном с его политикой «не надо обращать внимания», акт Хилла – Бертона был отменен.

Вскоре после этого, в 1975 году, когда под руководством Феликса Рогатина из банка «Лазар фрер» произошло банкротство и ограбление города Нью-Йорка, с введением в действие программы «Корпорации муниципальной помощи» («Биг МАК» – Big MAC, “Municipal Assistance Corporation”) началась губительная дезинтеграция системы, построенной во время действия закона Хилла – Бертона. Под флагом программы «Биг МАК» Нью-Йорк грабила та же самая команда финансовых олигархов (включая связанную с «Лазар фрер» газету «Вашингтон пост»), которая недавно закрыла единственную в столице США общественную больницу общего типа с полным обслуживанием, что немедленно открыло счет смертям (чье количество, несомненно, может быть подсчитано и со временем растет) среди жертв этой акции.

Этот переход к политике «Организаций медицинского обслуживания» был вопиюще аморален. Поведение конгресса, осуществившего эти перемены, было столь же незаконным, сколь и аморальным. Оно было незаконным, поскольку означало сознательное нарушение наиболее фундаментальной составляющей конституционного права США – преамбулы к самой Конституции Соединенных Штатов. Оно нарушало то положение, которое часто именуется «пунктом об общем благосостоянии».

* * *

Рассмотрим ситуацию в США, – противостояние между политической линией, определяемой законом Хилла – Бертона, и линией «Организаций медицинского обслуживания», – в качестве типичного примера проблем из широкого диапазона возникающих во всем мире вопросов аналогичного рода, включая родственные проблемы политики в области общественного образования.

Когда мы сравнительно понижаем продолжительность жизни, уровень здоровья и интеллектуальное развитие населения в целом, мы понижаем его производительный потенциал на душу населения. Когда мы отвлекаем ресурсы на такую деятельность, как увеличение доходов от прироста финансового капитала, в действительности не заработанных, мы не только нарушаем принцип справедливости, выраженный «пунктом об общем благосостоянии» Конституции США; мы также и наносим ущерб экономике как таковой.

Здесь затронут не только (уже сам по себе важный) юридический вопрос о справедливости; речь идет также о ключевой проблеме измерения экономического роста или упадка. Выгоды от практической реализации закона Хилла – Бертона, – типичный пример положительного вклада в потенциальную относительную плотность населения США в целом. Поэтому отказ от этого вклада означает понижение истинного национального дохода США. При честном учете национального дохода этот убыток должен быть отнесен на счет тех, кто поощрял и проводил на практике такие, ведущие к упадку, перемены. Форма, которую принимает этот убыток, – лишь один из типичных примеров тех последствий «первоначального накопления», о которых говорил академик Львов.

Функция разбойнического законодательства об «Организациях медицинского обслуживания» состояла в том, чтобы ограбить большинство населения Соединенных Штатов, сняв ценности с еще живых тел жертв и конвертировав их страдания и ускоренный рост смертности в увеличение прибылей тех спекулянтов, включая близких партнеров нынешнего президента США, которые проявляют наибольшее рвение, препятствуя введению любых правовых норм, которые сдерживали бы такого рода грабеж, означающий массовое убийство. Более того, в результате еще и снижается чистая физическая продуктивность Соединенных Штатов и их населения, – то есть происходит ограбление не только живущих, но и будущих поколений, во имя большого – незаработанного – удовольствия проходимцев, занимающихся разбоем в соответствии с нормами политики «Организаций медицинского обслуживания».

Это – всего лишь та же самая практика «первоначального накопления», которую осуществляли нацисты в местах вроде Освенцима. Пока что интенсивность преступной деятельности не достигла освенцимских масштабов, но движение идет в том же самом направлении.

Самый существенный результат таких аморальных действий, как отход Соединенных Штатов от закона Хилла – Бертона, заключается в том влиянии, которое они оказывают на представления о сущности человеческого индивида. Можно провести параллели, взглянув на то, как в определенных законодательных актах и практике «Организаций медицинского обслуживания» используются аргументы финансово-бухгалтерского и страхового характера для обоснования отказа от медицинского обеспечения в тех случаях, когда помощь не предоставляется, ибо предполагается, что она «больше не нужна» для того, чтобы человек мог выполнять оплачиваемую работу!

Как я только что уже заметил, такой отказ в медицинской помощи – это шаг в том же направлении, что и нацистская государственная политика «прекращения жизней, недостойных того, чтобы жить». Такие меры, в случае их продолжения, служат первыми шагами к тому, что позднее имело место в Освенциме, и их следует рассматривать в контексте недавнего массового забоя коров и овец в Соединенном Королевстве и других местах. Заслуживает внимания откровенно беспредельная, ничего не стесняющаяся злоба, выраженная в этих практических действиях. Для этих мер нет научных оснований; в действительности, они игнорируют все ранее признанные, испытанные методы борьбы с такими инфекциями.

Эта практика, – в применении которой британская монархия лишь ведет себя, из всех виновных, наиболее демонстративно, – означает, что скот, признанный хотя бы только потенциально восприимчивым к заражению ящуром, отправляется на бойню подобно «нежелательным» представителям человеческого рода – заключенным нацистского Освенцима.

* * *

Обращает на себя внимание, что предлогом для этого «избиения младенцев» служит то, что британская монархия в числе других государств предпочла запретить соответствующую вакцинацию и аналогичные профилактические меры, – и не только запретить их у себя в стране, но и навязывать те же самые по смыслу международные стандарты другим. Примечательно, что в Соединенном Королевстве этот забой скота производится в порядке, отвечающем чрезвычайной военной ситуации, с использованием различных государственных ресурсов, координацию которых осуществляет не парламент, а королевский Тайный совет. Выдвигаемые предлоги все в большей и большей степени преследуют цель ликвидировать значительную часть производства продовольствия в самом Соединенном Королевстве, чтобы способствовать зависимости от определенных зарубежных поставщиков продуктов питания!

Хуже того: через мировые СМИ уже «запущена в обращение» идея, что в случае определенных видов эпидемий среди людей против человеческих популяций могли бы быть предприняты «профилактические» меры предосторожности того же сорта, что сейчас практикуются против коров и овец. В Англии это означало бы, по существу, приостановление парламентского правления с мобилизацией ресурсов Тайного совета для целей значительного принудительного профилактического сокращения населения Британских островов, очевидно, с включением также и Ирландии.

Следует помнить одно: олигархический взгляд на большинство человеческого рода состоит в том, что это большинство – лишь разновидность скота. Поэтому вероятно, что такие люди будут отправлены на убой, если их существование станет неприятно для олигархов, – как если бы эти жертвы были вредными насекомыми или же животными из стада, которых подвергают «выбраковке», когда продолжение их жизни расценивается как экономически обременительное.

Именно таково аксиоматическое допущение, реально лежащее в основе недавних аргументов в пользу закрытия единственной общественной больницы общего типа с полным обслуживанием в Вашингтоне (округ Колумбия) – «Ди-Си дженерал хоспитал» (D. C. General Hospital). Это – то же самое аксиоматическое допущение, которое применяется при проведении в жизнь доктрины «Организаций медицинского обслуживания», а также других, родственных ей законов и судебных решений.

В таких случаях на место понятия о «правах человека» (human rights) приходит тот род финансово-бухгалтерской практики, для которой лучше всего подходит название «ритуалов первобытного человека» (human rites).

* * *

Теперь рассмотрим в качестве примера те изменения, которые претерпела за последние десятилетия политика США в области энергетики.

Уже начиная с самых ранних стадий колонизации Северной Америки, – как, например, в колонии на берегу Массачусетской бухты под руководством Уинтропа в середине XVII века, – роль направляющего стимула играла идея развития всей инфраструктуры континента. Подчеркивание глупым историком Тернером ориентации на «расширение границ занятой земли» выражает не только непонимание сути вопроса, но и про-конфедератскую тенденциозность, соответствующую жалкой идеологии «нашвиллских аграриев» из Теннесси вроде учителя Генри Киссинджера профессора Уильяма Йэнделла Эллиотта и Джона Кроу Рэнсома, ответственного за возникновение склонных к насилию религиозных культов.

Первые поселенцы Массачусетса, Виргинии и Пенсильвании не были столь глупы, чтобы воспринять суеверия богомильского толка, проповедующие принцип “laissez-faire”, вроде теории физиократа Кенэ.

С самого начала, уже в уинтроповском Массачусетсе XVII века, условия непосредственно окружающей природы осознавались в качестве врага, который должен быть покорен. Для поселенцев «естественные условия» окружающей среды не были источником необходимого богатства; нет, эту дикую природу нужно было переделать из того, чем она была, в то, чем она должна была стать, исходя из требований цивилизованной жизни.

Преобразование бесплодной дикой местности в плодоносные сельскохозяйственные земли и развитие производства орудий для достижения этой цели – вот основное содержание американской колонизации изначально и в дальнейшем, как до, так и после того, как эта политика была четко сформулирована в докладе министра финансов Александра Гамильтона конгрессу США «О мануфактурах» в декабре 1791 года.

В этой связи здесь будет уместно подчеркнуть, что во время написания Гамильтоном этого доклада уровень производства и дохода на душу населения в Соединенном Королевстве короля Георга III составлял примерно половину от уровня молодых Соединенных Штатов.

Даже первоначальное развитие промышленной революции в Соединенном Королевстве – в Англии середины XVIII века – как, скажем, разработка Уаттом паровой машины, происходило прежде всего при вдохновляющей и руководящей роли американца Бенджамина Франклина.

В развитии США, благодаря которому они стали тем экономическим гигантом, который возник на протяжении периода 1861–1876 гг., первоначальное дорожное строительство играло важную, но, стратегически говоря, вспомогательную роль. Ключевое стратегическое значение для развития континентальных Соединенных Штатов как ведущей экономической державы мира имело создание систем водопользования, затем строительство железных дорог и производство энергии все более интенсивного (в смысле плотности энергии) типа.

Успех экономического развития США в 1861–1876 гг. был достигнут под влиянием президента Авраама Линкольна и ведущего экономиста мира в то время – Генри Ч. Кэри. Именно опыт 1861–1876 гг. побудил, – начиная примерно с 1877 года, – Германию Бисмарка, Россию царя Александра II, Японию эпохи «реставрации Мэйдзи» и другие страны принять модель «американской системы» политической экономии Гамильтона – Листа – Кэри.

Американская модель, – примером чего может служить и деятельность такого ученого, как Менделеев, игравшего ключевую роль в развитии трансконтинентальной системы железных дорог в России и поощрении сопутствующего промышленного развития, – была на пути к тому, чтобы преобразить весь мир, если бы этому не воспрепятствовала политика «Антанты» («сердечного согласия») британского принца Уэльского, впоследствии – короля Эдуарда VII, приведшая к развязыванию первой китайско-японской войны, завоеванию Кореи и русско-японской войне 1905 г. Затем Эдуард VII и его Антанта инициировали балканские войны, ставшие предвестием августа 1914-го, и подготовили «геополитическую» мировую войну 1914–1917 гг. – все это в стремлении прекратить такого рода экономическое сотрудничество в масштабах Евразии.

* * *

Рассмотрим на этом фоне проблему современного развития базовой экономической инфраструктуры.

На протяжении XIX и большей части XX столетия основной стратегически решающий вклад в развитие базовой экономической инфраструктуры США был связан с той ролью, которую играли военная академия в Вест-Пойнте и ее выпускники. Крупные системы водопользования, вершиной которых стало масштабное освоение ресурсов долины Теннесси при Франклине Рузвельте, создание трансконтинентальной железнодорожной системы в предшествующий период, электрификация – вот типичные образцы того, на чем основано восхождение США к мировому лидерству в качестве экономической державы.

Это развитие базовой экономической инфраструктуры (названного и иного рода) осуществлялось главным образом посредством определенной совокупности мер, отчасти – со стороны федерального правительства, при дополнительной поддерживающей роли правительств штатов и местных органов власти в общем разделении труда. Без таких правительственных инициатив и правительственного регулирования эти результаты не были бы ни достигнуты, ни сохранены в дальнейшем. Позднее, при Никсоне и Картере, эти крупномасштабные усовершенствования базовой экономической инфраструктуры начали уничтожаться; экономика стала постепенно двигаться, все более ускоряясь, к системному коллапсу, во многом в результате мер по приватизации, «жесткой финансовой экономии» и «дерегулированию», начало которым было положено при Никсоне и Картере.

В ходе прогрессивного развития экономики США XX века до Никсона и Картера особую роль играла электрификация, начатая Эдисоном и другими в США и Эмилем Ратенау и другими в Германии. Революционизирующее воздействие изобретения электродвигателя на производительность американской промышленности началось еще до Первой мировой войны. И во времена моего отрочества, двумя десятилетиями позже, а в некоторых достойных внимания случаях – даже некоторое время после того, на американских фабриках еще широко, хотя и все реже, в качестве движущей силы применялся пар с передачей движения при помощи ремней и валов. Рост производительности благодаря использованию для приведения в движение машин и оборудования индивидуальных электромоторов вместо передачи энергии пара посредством ремней и валов означал экономическую революцию.

Значение электрификации иногда описывается термином, обозначающим понятие, заимствованное у одного старшего современника Резерфорда: плотность потока энергии. Данный термин означает количество энергии, передаваемое за секунду через единицу площади поперечного сечения, измеряемую в квадратных сантиметрах. Это очень полезный термин – лучше, чем большинство используемых для измерения производства и передачи энергии. Огромные преимущества для производства и технологии как таковых, проистекающие от замены так называемых традиционных источников энергии на энергию ядерного деления, далее – на дающую еще много бо́льшие преимущества энергию ядерного синтеза, с последующей надеждой на овладение так называемыми реакциями «материя – антиматерия», отражают значение роста характеристики первичных источников энергии, эквивалентной плотности потока энергии, для эффективности производства и для выживания человечества.

Со времени инаугурации президента Джимми Картера первичные источники энергии в США деградируют из-за истощения. Если бы не общее обвальное падение в сельском хозяйстве и промышленности, имевшее место за последнюю четверть века, благодаря которому потребность в энергии резко снизилась по сравнению с тем, какой она была бы при ином развитии событий, – волны отключений электричества на обширных участках территории страны уже давно захлестнули бы нас со страшной силой. Эта гибельная ситуация эксплуатируется с целью дать чисто паразитическим финансовым спекулянтам возможность захватить и разграбить бо́льшую часть мощностей, производящих и распределяющих энергию, – что иллюстрирует пример Калифорнии, – и иными родственными путями угрожать безопасности страны и ее населения.

Иными словами, перед нами несомненный случай чисто хищнического «первоначального накопления».

* * *

Перед экономикой США сегодня стоят следующие проблемы критического характера. Эти проблемы типичны для ситуации по всему миру в целом.

Современное аграрно-индустриальное хозяйство требует, чтобы государство в вопросах производства и подачи электроэнергии и цен на нее вело себя в значительной степени так же, как и в отношении обеспечения потребности в безопасной для здоровья питьевой воде или поддержки системы общественного здравоохранения, способной эффективно иметь дело с угрозами эпидемических заболеваний. Хотя мы должны изолировать региональные системы генерации и распределения энергии друг от друга, исходя из общих соображений экономической надежности и национальной безопасности, мы требуем достижения суммарного эффекта, соответствующего координированной сети интегрированных производящих и распределяющих энергосистем на территории страны в целом.

Подача электроэнергии должна удовлетворять установленным в общественном порядке стандартам, быть надежной, и при этом энергия должна иметь стабильную, не подверженную колебаниям цену, согласованную с нуждами групп населения, сельского хозяйства, промышленности, а также развития и поддержания других необходимых видов национальной инфраструктуры. Опыт доказал, что наилучшей организацией для этого, возможно – единственно допустимой организацией, в конечном счете, является хорошо отрегулированная система коммунальных служб, сформировавшаяся в США, Западной Европе, Японии и других странах до того, как начался недавний разгул разновидности экономического безумия, известной под именем «дерегулирования».

«Установленные в общественном порядке стандарты» должны включать обеспечение условий для усовершенствования типа и качества производства подаваемой энергии. Эта электроэнергия так же необходима, – повсеместно и, в каком-то смысле, столь же постоянно, – как и безопасная для употребления водопроводная вода и соблюдение санитарных условий. Более того, способ, объемы и формы ее производства и распределения должны модифицироваться так, чтобы предвосхищать изменения в производственных и тому подобных технологиях, – до того, как эти изменения будут осуществлены в широком масштабе. «Дерегулирование» производства и распределения энергии имеет примерно столько же смысла, сколько и ликвидация государством своего национального оборонного потенциала, с обращением, в случае возможной войны, вместо собственных вооруженных сил – к услугам частных компаний по вербовке наемников и поставкам военной техники из разных частей света.

Необходимость такого рода государственной энергетической политики базируется на соображениях того же типа, которые применимы к общему образованию и к соблюдению санитарных условий.

По этой и родственным причинам в здоровой современной экономике сочетаются три элемента.

Во-первых, весьма мощный сектор, управляемый или регулируемый государством, концентрирующийся в основном на выполнении обязанности суверенной нации-государства, от которой оно не может уклониться, – обязанности отвечать за дела, от которых зависит благополучие всего народа и всей территории страны.

Во-вторых, частное предпринимательство в сельском хозяйстве и промышленности, причем настоящему предпринимательству должно отдаваться предпочтение перед корпорациями, контролируемыми финансистами.

В-третьих, хорошо регулируемый валютный, банковский и финансовый сектор, предназначенный для содействия формированию упорядоченной среды деятельности для двух других секторов, несущих ответственность за экономику в целом.

В этом трехсоставном разделении труда специфическая функция частного сектора заключается в той роли, связанной с риском, которую играет предприниматель, способствуя разработке и применению новых научных принципов и технологий и родственной инновационной деятельности при проектировании как продукции, так и производственных процессов. Поэтому разумное государство создает для таких предпринимательских структур предпочтительный режим по сравнению с корпорациями, контролируемыми финансовыми рынками, особенно по сравнению с крупными корпорациями, в которых совместное влияние финансового интереса и бюрократии порождает тенденцию к сдерживанию темпов прогресса.

Неспособность сформулировать и провести в жизнь такую энергетическую политику неминуемо приводит к регрессивному «первоначальному накоплению», направленному против будущего страны в целом.

* * *

Всякий раз, когда мы слышим, в качестве преобладающего выражения официальной точки зрения или «общественного мнения», заявления о том, что страна решила рассматривать свои обычаи как «установившиеся навсегда», и когда народом этой страны овладевает глупость, состоящая в том, что понимание им морали опускается по большей части до уровня ограниченного набора «отдельных вопросов» утопического характера, – содрогнемся от жалости к этой несчастной стране! Если она не избавится, – причем своевременно, – от такого рода ошибок в своих сегодняшних воззрениях, она обречена рано или поздно пережить некий ужасный опыт, который она сама навлекла на себя. Так, империи Месопотамии и впоследствии, подобно им, Рима и Византии, каждая в свой черед, погибли в песках виртуальной пустыни, выбранной ими в качестве своей могилы.

Во второй половине 1960-х годов Соединенные Штаты сделали выбор, который в долгосрочной перспективе вел их, вместе с бо́льшей частью остального мира, к состоянию физического, морального, интеллектуального и финансового развала вроде того, в котором мы наблюдаем их сегодня.

В самих США этот самоубийственный в культурном отношении импульс принял форму выраженной ненависти к американской интеллектуальной традиции научного и технологического прогресса в промышленности и сельском хозяйстве, – к традиции, которую те, кто скорбел по рабовладельческой Конфедерации, ненавидели, видя в ней наследство президента Авраама Линкольна. Так, антииндустриалистские упадочные воззрения, выразителями которых стали наследники Конфедерации, известные под именем «нашвиллских аграриев», являются примером утопического морального вырождения, все в большей степени доминировавшего в США со времен триумфов «южной стратегии» президентов Никсона и Картера.

Такова сущность того безумия, которое разложило Соединенные Штаты, приведя их, а вместе с ними – и мир, к сегодняшнему краху.

Самым сильным по своему воздействию проявлением этого безумия стало то, что связано со зловещим лозунгом «нулевого роста» – жалкой идейкой, получившей широкое распространение в среде вступавшего во взрослую жизнь поколения, первоначально – в его перекрывавшихся друг с другом «левом» и «университетском» секторах, во второй половине 1960-х и далее. Последовавшее в результате внедрение утопической политики, нацеленной на то, чтобы прекратить процесс роста (в расчете на душу населения) могущества человечества в природе и его власти над нею, привело к нынешнему состоянию разорения планеты.

В том самом мире, в котором жизнь наделила саморазвивающейся биосферой неживую, по видимости, Землю, а человечество преобразовало эту биосферу такими способами, которые во много раз увеличили потенциальную относительную плотность населения нашего рода, – законом Вселенной, в противоположность культу «нулевого роста», остается: прогрессируй или ты обречен на гибель. Если мир и дальше позволит себе управляться в духе политики, сочетающей «нулевой рост», «свободную торговлю», «дерегулирование», «глобализацию» и прочие такого же рода утопические сумасбродства, – вся цивилизация будет своими собственными руками поставлена на грань исчезновения.

Таковы типичные характеристики системного кризиса цивилизаций.

2001 г. Перевод с английского Г. Ибрагимова

О Международном валютном фонде

В настоящее время доминирующей реальностью мира как целого является последняя фаза существования системы Международного валютного фонда – по крайней мере в той форме, в которой он функционировал с момента внедрения Ричардом Никсоном так называемой системы «плавающих валютных курсов» в середине августа 1971 года. Вопреки некоторым пропагандистам-истерикам из администрации Джорджа Буша, которая сейчас находится в очень сложном положении, ничто не может спасти мировую валютно-финансовую систему в ее нынешней форме.

Упорное нежелание признать необходимость срочных и решительных преобразований в этой системе может привести к экономической катастрофе, рядом с которой померкнут худшие периоды экономической депрессии 30-х годов XX века. Более того, нынешний кризис, если он не будет обуздан экстренно необходимыми реформами, обернется еще и демографическим обвалом, относительно сопоставимым с «новым черным средневековьем», которое охватило Европу после краха так называемой ломбардской банковской системы в XIV веке.

Следовательно, обсуждать какую-либо экономическую политику, не предусматривающую раннюю и кардинальную реформу всей системы, сердцевина которой представлена МВФ, – даже хуже, чем пустая трата времени.

Мы можем преодолеть обвал, но только в случае, если нам удастся достигнуть определенного уровня международного сотрудничества по четырем основным направлениям. Кардинальная реформа существующей валютно-финансовой системы делится на следующие качественные направления:

1. Общий объем задолженности в современном мире в огромной степени превосходит тот уровень, который может быть когда-либо оплачен при существующих условиях погашения долга. Если кредиторы и должники действительно хотят выжить, основная часть этой задолженности должна быть просто списана, как не имеющая легитимного достоинства. В эту часть включаются и чисто «карточные» долги, именуемые финансовыми деривативами.

Оставшаяся часть морально приемлемых долгов должна быть реструктуризирована как в размере, так и по условиям возврата. Такая реорганизация долгов должна явиться предпосылкой для устойчивого экономического роста объема выпуска продукции реальным сектором экономики в расчете на душу населения. В этой реорганизации нам полезно прислушаться к совету бывшего Министра финансов США Александра Гамильтона, который в свое время подчеркивал, что выплата по легитимно образовавшейся части государственного долга является необходимой – как гарантия авторитета государства при последующем создании нового кредита. Сумма остального долга без процентов по нему может стать предметом особого обсуждения в условиях такого разрушительного мирового кризиса, как нынешний.

2. В качестве практической политической меры ревизия международной валютно-финансовой системы должна включать в себя лучшие черты сотрудничества между США, Западной Европой и Японией в период 1945–1958 гг. Новая система должна быть решительно протекционистской и иметь прочные основания в подлинном партнерстве полностью суверенных наций-государств.

3. Реорганизация мировой валютно-финансовой системы должна быть основана на использовании крупномасштабного, долговременного сотрудничества в развитии инфраструктур в пределах государств и между ними, с первоочередной ставкой на научно-технический прогресс, ориентированного на приоритетные направления. Осью нового мирового экономического роста должна быть система международного сотрудничества суверенных наций-государств континентальной Евразии.

4. Эти регионы на внутригосударственном и межгосударственном уровне способны генерировать «фонтаны» достижений научного и технического прогресса для обеспечения рывка других регионов, где подобные технологии являются дефицитными, причем первые должны рассматриваться не как источники валютных займов, а как эмитенты долговременного связанного кредита с номинальными процентными ставками. Центром такого глобального экономического возрождения и роста предстоит стать континентальной Евразии, но от партнерства в этом совместном усилии должен выиграть весь мир.

* * *

Поскольку общий цикл развития, основанный на одновременном создании инфраструктуры и внедрении более прогрессивных технологий, составляет около двадцати пяти лет, кредитно-расчетная система должна соответствовать циклам протяженностью в поколение, при заимствовании на условиях простого 1-2-процентного связанного кредита.

В обстановке, обусловленной общим банкротством, ныне распространяющимся по основным банковским системам мира, требуемая система кредитования должна быть создана политическими усилиями суверенных правительств, с использованием вновь созданных государственных банковских учреждений, выполняющих роль центральных агентств, через которые координируются все соответствующие соглашения.

Мы еще неизбежно услышим вопли протеста против возвращения к практике протекционизма, связанной с именами таких экономистов, как Лейбниц, Гамильтон, Лист и Кэри. Но даже самые оглушительные вопли такого рода не изменят того основополагающего обстоятельства, что система «свободной торговли» и «глобализации» оказалась катастрофическим провалом в сравнении с протекционистской политикой периода 1945-58 годов. Соединенные Штаты Америки с их якобы самой динамичной в мире экономикой, в настоящее время являются банкротом, а в случае продолжения нынешней политики бушевской администрации – безнадежным банкротом. Между тем сама тенденция к сотрудничеству в пределах континентальной Евразии уже представляет собой краеугольный камень взаимодействия того типа, которое необходимо для спасения по крайней мере большей части современного мира от нахлынувшего валютно-финансового и торгового кризиса.

Многим может показаться, что поскольку нынешняя американская администрация Джорджа Буша находится в истерической оппозиции к любым реформам того рода, который я обрисовал, то значит, таковые реформы не имеют шансов на осуществление. Однако за этим фасадом официального мнения, в котором самообман сочетается с намеренным очковтирательством, скрывается реальность, сильно отличающаяся от принимаемой на веру видимости.

Обратившись к текстам моих публичных выступлений и статей с конца ноября прошлого года, вы убедитесь в том, что бушевская администрация последовала тем самым злосчастным курсом политической стратегии, о вероятности которого я предупреждал еще до ее прихода к власти 20 января сего года. Результат той грубой ошибки, о которой я предупреждал, уже выразился в первой фазе политического бунта против новой администрации, о чем свидетельствует восстановление большинства Демократической партии в Сенате США.

Теперь, после того как второй квартал 2001 года ознаменовался еще более резким провалом, чем первый, а между тем грядет уже третий квартал, отдельные серьезные проблемы внутренней политики США, а именно энергетика, здравоохранение и уровень потребительских цен, выльются в нарастающую панику в связи с наступлением тотальной экономической депрессии.

В условиях ныне ускоряющегося коллапса экономики США, как гарантированного потребителя товаров, произведенных в Азии и других частях света, весь мир приближается к той грани глобального кризиса, на которой необходимость во всеобщей, практически всепланетной валютно-финансовой реформе станет ведущей темой политической дискуссии во многих странах мира, включая и сами Соединенные Штаты.

Я не могу поручиться в том, что Соединенные Штаты окажутся в состоянии предложить сотрудничество того типа, которое предусматривается экономическими и иными инициативами президента Путина. Я могу лишь констатировать, что при тенденции к изменению общественных настроений, наблюдаемой ныне в Соединенных Штатах, этому государству следовало бы избавиться от фанатиков наподобие Збигнева Бжезинского и сделать выбор в пользу евроазиатской перспективы развития. И превращение такой политики в реальность достойно приложения усилий.

Убеждение в ценности моих предупреждений и моих инициатив распространяется во все более широких влиятельных кругах США – как внутри демократической партии, так и в иных кругах. Я начинаю ощущать существенную политическую поддержку своих инициатив и в США, и в других странах. Однако, поскольку в политике ничто хорошее не гарантировано фортуной, нам следует прилагать все большие усилия к достижению успеха.

2001 г.

Глобализм и ситуация в Евразии

(Из доклада «О духе русской науки», подготовленного Линдоном Ларушем для Международной научно-практической конференции «Реализация ноосферной концепции в XXI веке: Миссия России в сегодняшнем мире», 27–28 ноября 2001 г., Москва)

…С начала XX века Россия перешла от монархической к номинально коммунистической и, далее, к так называемой «либеральной», «постмодернистской» разновидности политической экономии, сейчас она подходит к некоему, еще не определенному выбору той или иной формы постлиберальной, постпостмодернистской экономики. Этот специфически российский опыт «перекрывается» с последовательностью решающих перемен, произошедших после 1945 года в мировой экономике, взятой в целом.

На протяжении периода 1945–2001 гг. преобладающая система отношений в мире в целом последовательно прошла три фазы развития. Идеи, вытекающие из трудов Вернадского, я прилагаю к обстоятельствам этого периода новейшей истории и его последствиям для нашего дня.

1. С 1945 года до событий 1989–1990 гг. в послевоенном мире господствовала определенная система отношений между государствами, система, сочетавшая в себе противоречивые элементы ядерного противостояния и разрядки.

2. Этому историческому периоду в 1989–1991 пришел на смену постсоветский мировой порядок, при котором влиятельные англоязычные финансисты-рантье прилагали усилия к установлению, согласно их замыслам, никем не оспариваемого имперского правления в мировом масштабе. Правления, осуществляемого в соответствии с «рецептами» мирового правительства, изложенными Г. Дж. Уэллсом в 1928 году в «Открытом заговоре» – доктрины Уэллса, Бертрана Рассела и их сегодняшних последователей. Такая попытка создания мирового правительства в широком смысле имеет своей моделью не только древнеримскую империю, но и является, по сути, копией морской державы, существовавшей уже после Рима – венецианской олигархии финансистов-рантье.

3. Сейчас, примерно через десять лет после крушения советской державы, мировой порядок 1989–2001 гг. дезинтегрируется в результате глобального кризиса существующей ныне в мире «глобализованной» разновидности сформировавшейся после 1971 года международной валютно-финансовой системы, – кризиса разложения системы, вызванного самой этой системой. Сейчас мир буквально корчится в попытках освободиться от пут агонизирующей системы, основанной на таких смертельно опасных заблуждениях неомальтузианского экономического «либерализма», как доктрина «фискальной ответственности».

Хотя исход этого ныне ускоряющегося всемирного финансового коллапса еще не предопределен, определенные проблемы, поставленные этим кризисом, просматриваются уже отчетливо. Россия должна принять на себя новую роль в истории в мире ближайшего будущего, в мире, который, будем надеяться, избежал худших последствий текущего кризиса.

Если сделать верный выбор в пользу такой национальной самоидентификации, становится очевидным, что уроки сменявших друг друга опытов царизма, коммунизма и смертельно опасного заигрывания с радикальными позитивистскими формами либерализма учат нас, что нельзя игнорировать реальность русского опыта в двадцатом столетии.

В случае, если Россия осознает и примет собственную национальную идентичность, то ее роль в физической науке станет ключевой в ее экономических и иных связях, как в пределах Евразии, так и во всем мире. Поэтому необходимо внести ясность в вопрос о научной миссии России, ее месте в новом научном и связанном с ним экономическом развитии мировой экономики в целом. Этим пониманием новой миссии России должна проникнуться группа стран, которая примет на себя ведущую роль во всемирном масштабе.

* * *

Если мы обратимся к прошлому, то увидим, что переход от олигархического государства как хозяина человеческого скота к государству, ответственному за прогресс общего благосостояния всего населения, явился толчком к развитию деятельности, позднее оформившейся в современную науку. Такой взгляд на неотменяемую ответственность суверенного государства за общее благосостояние нации и ее будущее в целом привел к развитию нового понимания принципа прогресса и коренного, универсального отличия человеческого рода от низших форм жизни.

Тем не менее, несмотря на такой прогресс, олигархическое наследие никогда не было искоренено до конца, вплоть до сегодняшнего дня. Старая феодальная традиция имперского правления Габсбургов уже более или менее в прошлом, за исключением горстки рассеянных групп современных ностальгирующих Дон-Кихотов, таких как душевно больные испанские карлисты. А вот имперская морская традиция, порожденная финансовой олигархией Венеции, жива, и заправляла и заправляет большей частью мировых дел из таких центров, как Нидерланды, Британская империя и центры финансовой власти в нижнем Манхэттене, Бостоне и Вашингтоне вплоть до наших дней. Революция 15-го века, приведшая к возникновению нации-государства, была великой революцией, но остается до настоящего времени революцией незавершенной, с многочисленными откатами к прошлому.

Приблизительно с середины 60-х, с появлением первого правительства Гарольда Вильсона в Великобритании и со времен президентской кампании Ричарда Никсона в Соединенных Штатах в 1966–1968 гг., наблюдается постоянно усиливающая тенденция повернуть время вспять, – к временам, предшествовавшим современности, жутким временам европейской середины 14 века, «новым темным векам». Эту тенденцию олицетворяет «контролируемая дезинтеграция экономики», ставшая официальной политикой США и частью международной практики во времена администрации Картера с ее главной фигурой – Збигневом Бжезинским; изменения, проводившиеся в жизнь во время прорасистской избирательной кампании Никсона в 1966–1968 гг., имевшие целью обратить вспять прогресс физической экономики, достигнутый в большинстве американских и европейских стран в 1945–1964 гг.

Пока Советский Союз оставался мощным стратегическим фактором, возможности антигуманистической англо-американской клики повернуть колесо истории вспять, в сторону феодализма, были ограничены. С крушением советской власти в период 1989–1991 гг. процесс свертывания агропромышленного прогресса во имя общего благосостояния людей ускорился с принятием мер по так называемой «глобализации», – про-мальтузианских мер с четко выраженным намерением разрушить суверенную нацию-государство – тот самый институт, от которого всецело зависит прогресс. Изменения 1966–2001 гг. привели к долговременному системному процессу дезинтеграции мировой экономики. Планетарный экономический, а также денежный и финансовый кризис, разразившийся с новой силой с 1996 года, привел планету к точке неотвратимого распада современной валютно-финансовой системы. Мы уже прошли точку, когда существующую политико-экономическую модель можно поддерживать просто внутренним реформированием в рамках существующей валютно-финансовой системы.

Это не означает, что прежняя, Бреттон-Вудская валютно-финансовая система 1945–1963 гг. была лишена пороков либо других глупостей. Я лишь подчеркиваю контраст между тем периодом и безрассудством процесса 1966–2001 гг. Его следует сравнить с чистым экономическим успехом экономического восстановления от мировой экономической депрессии и войны, достигнутым в условиях экономической системы 1945–1963 годов. Мы не можем и не должны повторять историю 1945–1963 годов, но нам следует извлечь и применить уроки, полученные из сравнения успешной экономической политики 1945–1963 гг. с системным саморазрушением экономических достижений в последующие годы и ускоренным движением в направлении, противоположном реформам Франклина Делано Рузвельта.

* * *

Текущая экономическая ситуация в Евразии отражает типичные проблемы, которые следует изучить и преодолеть, если стремиться к воплощению общности принципа для всех, что естественным образом вытекает из сопоставления взаимодополняющих частных интересов автономных обществ.

Олигархическое общество финансистов-рантье, царившее в мире на протяжении последних трех с половиной десятилетий, подошло к заключительной фазе общего экономического кризиса катастрофического характера. Современная мировая экономика может быть возрождена в виде физической экономики, но современная валютно-финансовая система спасена быть не может. Всякие попытки увековечить современную валютно-финансовую систему либо же «реформировать» ее, как предлагают недальновидные Феликс Рогатин и др., либо провалятся, следуя своей собственной логике, либо же погрузят весь мир на поколения вперед в новые мрачные века.

Необходимые реформы валютно-финансовой системы достаточно очевидны при изучении прошлого опыта возрождения экономик после великих войн и периодов общего экономического спада. Такие общие реформы могут быть успешными только при условии их правильного осуществления, специально для преодоления реальных трудностей. Не забывая о важности Южной и Северной Америки и Африки для общего экономического возрождения планеты, можно рассматривать физическое и экономическое сотрудничество в Евразии в качестве модели глобального решения проблем.

Вызов в сфере физической экономики, перед лицом которого стоит Евразия, имеет в основном двоякий характер. Во-первых, обеспечение необходимых темпов роста производительных сил труда на душу населения в густонаселенных регионах Азии. Во-вторых, развитие территории и освоение природных ресурсов центра и севера Азии, причем эти территории одновременно станут «мостом», опосредующим принятие крупными центрами сосредоточения населения Восточной, Южной и Юго-Восточной Азии того вклада, который должен быть внесен со стороны Европы.

В своей непосредственной форме наши общие задачи состоят в следующем: а) увеличить поступление современной технологии из регионов, обладающих потенциалом для реализации этой цели, в регионы, которые должны получить в свое распоряжение из внешних источников некоторую решающую долю технологий, необходимую для увеличения чистого продуктивного потенциала населения в целом, в расчете на душу населения и на один квадратный километр; б) реализовать тот огромный объем инфраструктурного развития, который требуется для этого сотрудничества. Для Японии, Западной и Центральной Европы это означает, что с рынками в Азии связаны основные возможности оживления самих этих экономик. Для Азии это означает рост притока технологий, от которых зависит удовлетворение этими странами будущих потребностей своего растущего населения.

Таким образом, создалась ситуация, в которой необходимость сотрудничества определяет истинные интересы всех и каждой страны в Евразии и за ее пределами. Это сотрудничество не может быть налажено без защиты важнейших интересов каждой страны; таковой интерес состоит в сохранении подлинной суверенной национальной идентичности и экономики истинной нации-государства.

Сегодня единственный доступный путь, позволяющий избежать угрожающего ныне всей планете нового мрачного средневековья, состоит в создании некоторого «сообщества на принципиальной основе» из числа полностью суверенных наций-государств, согласованного с насущными нуждами каждой из этих наций-государств и всех их вместе. Если предполагать, что потерпевший финансовое банкротство сегодняшний мир подвергнется общей реорганизации в связи с банкротством, – будет необходимо создание новой глобальной валютно-финансовой системы, которая в какой-то мере тотально, сверху донизу, вдоль и поперек, заменит все то, что характерно для действующей в настоящий момент системы, основанной на комбинации МВФ – Всемирный банк. Всякий рациональный подход к этой радикальной реформе будет строиться на модели, исходящей из наиболее существенных удачных характеристик Бреттон-Вудской валютной системы 1945–1963 гг., на этот раз – включающей все страны, изъявляющие добровольное желание стать суверенными и равными участниками этого товарищества.

* * *

В настоящее время происходит крушение существовавшей в период 1971–2001 гг. валютно-финансовой системы, и мы оказались в положении, когда уровень современного производства уже недостаточен для простого поддержания современного уровня человеческого существования. В этих условиях все усилия по сбалансированию расходов мерами урезания бюджетов являются сознательным массовым убийством и ничем другим. Только отказ от сомнительных финансовых требований в сочетании с созданием новых источников долгосрочного и дешевого кредита в рамках системы с фиксированными обменными курсами позволит миру избежать реальной сейчас угрозы погружения в планетарную тьму мрачных веков. Любой другой подход убийственно глуп.

Новая система, необходимая в настоящее время, не может быть основана на декретах, утопиях или просто формальных основаниях. В основе ее аксиоматически должны лежать некоторые исключительно практические и конкретные цели. Для ее реализации необходима система фиксированных обменных курсов, по своему механизму подобная протекционистской системе 1945–1963 гг., привязанная к золотовалютным резервам. Аналогично должна быть учтена роль экономик, являющихся производителями высокотехнологичных средств производства и инфраструктуры для секторов мировой экономики, испытывающих серьезный дефицит в возможности производства таких товаров. Для обеспечения такой связи новая валютно-финансовая система должна обеспечить стабильный приток долгосрочных кредитов под простые проценты, от 1 до 2 % в год для долгосрочных вложений в развитие и поддержание экономической инфраструктуры, сельского хозяйства, производства и развития наукоемких производств.

Система на основе долговременных фиксированных обменных курсов может состояться только при соблюдении двух условий. Во-первых, предварительные соглашения должны быть строжайше соблюдены, и это является исходным условием для согласования курсов валют на длительное время. Во-вторых, должен быть обеспечен высокий уровень капиталовложений в основную производственную инфраструктуру и материальный прогресс производственного потенциала труда на единицу капиталовложений и на квадратный километр.

Цель состоит в достижении жизненно необходимых результатов именно через такие формы сотрудничества, так как они не могут быть достигнуты иначе. Так что государства, ревниво относящиеся к своему суверенитету, но осознающие необходимость взаимопомощи, будут сотрудничать для достижения общих интересов, выражающихся в общем благосостоянии, как цели развития.

Перевод с английского Г. Ибрагимова, К. Бородинского.

Кризис США и Россия

(Из статьи Линдона Ларуша «Стратегия Вернадского»)

Всем, кто не желает прослыть в итоге помешанными, безграмотными или бездарными, следует признать то стратегическое обстоятельство, что мир в целом, включая внутреннюю ситуацию в Соединенных Штатах, находится лицом к лицу с историческим кризисом. Использование таких особей, как Ариэль Шарон и прочие безумцы из бжезинско-хантингтоновского выводка («столкновение цивилизаций», проект «Демократия»), привело человечество к опасной грани повсеместного взрыва религиозных войн наподобие войн в Европе периода 1511–1648 годов.

Соединенные Штаты не смогут пережить продолжения нынешней политики правящей администрации Буша. Либо эта политика будет вскоре сдана в утиль, и Америка вернется к политике, созданной по образцу экономического возрождения при президентстве Франклина Рузвельта, либо экономическое саморазрушение США окажется неизбежным. Притом в условиях [этого саморазрушения] сохраняющееся англо-американское мировое господство, запущенное политикой Тэтчер и Буша старшего в период 1989–1991 годов, означает по существу неизбежный обвал цивилизации в целом в новое «черное средневековье» – столь же страшное или более страшное, чем «черные» времена Европы середины четырнадцатого века.

Пока администрация Джорджа Буша будет продолжать свою нынешнюю безумную политическую линию, только в некоторых кругах Великобритании и в сотрудничестве России Владимира Путина с другими странами континентальной Евразии можно изыскать активный потенциал для действительного зарождения эффективной альтернативы страшным последствиям того, что могло бы означать для мира в целом дальнейшее движение в бушевском направлении.

Даже в Соединенном королевстве среди проводников, скажем так, не самой лучшей политики царит ужас перед последствиями острого психоза в нынешней администрации США и перед зрелищем Конгресса, который продолжает самым малодушным, оппортунистическим образом поддаваться напору бушевской администрации и иже с ней.

Куда важнее – краеугольная роль России, которая состоит в связывании жизненных интересов государств Западной и Центральной Европы с комплементарными интересами Центральной, Юго-Восточной и Восточной Азии.

Говоря столь просто и точно, сколь того требует сжатое изложение, реальная экономика континентальной Западной и Центральной Европы не может в дальнейшем выжить без относительно здоровой экономики Германии. В свою очередь экономика Германии не может избежать коллапса без значительного обновления удельного веса своей традиционной роли экспортера технологий. Выполнение как этой задачи, так и смежных задач континентальной Европы и Евразии в целом не может быть осуществлено без новой системы кредитования, основанной на суверенном праве государств выдавать долгосрочные кредиты под крупномасштабные проекты развития инфраструктуры и других технологий, направленных на рост физических производительных сил труда во всем масштабе Евразии.

Соответствующие методы возрождения экономики Германии и континентальной Европы в целом – это те методы, которые проповедовал д-р Лаутенбах в 1931 году на заседании Общества Фридриха Листа, те его предложения, которые, будь они реализованы, предотвратили бы приход Гитлера к власти, а, следовательно, и Вторую мировую войну. Это, по существу, те же принципы, которые успешно применял президент США Франклин Рузвельт. Те же подходы могли бы работать и сегодня, даже в нынешней экономической и финансовой ситуации в Европе и США, которая в своей совокупности значительно хуже, чем ситуация коллапса 1929-31 годов. Для этого требуется сдать в утиль всю ту политику, которая до сих пор приемлема для администрации Буша и которой придерживалась бы администрация экс вице-президента Гора.

В общем, комплекс мер, необходимых для спасения таких государств, как страны континентальной Европы, от крушения, крен к которому уже очевиден, должен состоять во введении системы фиксированных валютных курсов, контроля над движением капитала, обменного контроля, валютного контроля и протекционистских ценовых и торговых соглашений между странами-партнерами. Это, безусловно, подразумевает отказ от недавно усвоенного и тлетворного увлечения «свободной торговлей», «либерализацией» и «глобализацией» и возвращение к протекционистской, или так называемой гамильтоновской модели суверенной нации-государства. Это означает крупномасштабную реорганизацию совокупных неисполнимых финансовых обязательств в мировом масштабе в соответствии с понятием о реорганизации через банкротство, изложенным администрацией Франклина Рузвельта в «Главе 11» [Федерального закона о банкротстве].

Словно по наитию, в Германии и других странах континентальной Европы формируется тенденция в этом направлении, хотя и не достигшая так называемых «крайностей», в которых как раз и состоит путь экономического возрождения, необходимый для Европы. Если Европа хочет выжить, она должна пройти весь необходимый путь в соответствии с решениями, которых требует от нее сложившаяся ситуация.

Однако, хотя Франция порой и демонстрирует действительно суверенную политику в некоторых избранных случаях, все же в результате совокупного опыта двух мировых войн, Карибского кризиса и последующих событий ни одно из государств Западной и Центральной континентальной Европы в настоящее время не проявляет устремления к подлинно суверенным инициативам национальной политики, противостоящим англофонным державам. Эти государства продолжают мыслить в рамках самоограничения в том диапазоне, который, по их мнению, им дозволен англо-американскими властителями. Намерения у них хорошие, но до дела так и не доходят.

* * *

Вывести их из этого тупика может сотрудничество с Россией. Суть в том, что Западная Европа не сможет выжить при нынешних тенденциях иначе как через долговременное партнерство, точкой опоры которого является добровольное участие России Владимира Путина.

То обстоятельство, что Россия, в силу своей глубоко укорененной культурной интуиции, способна мыслить в контексте решений мирового масштаба, придает континентальной Западной Европе тот заряд воодушевления, которого ей недостает для движения вперед во имя своих жизненно важных суверенных интересов.

Такую же ключевую роль играет Россия и во взаимодействии со странами Восточной, Центральной и Южной Азии. Группа государств, сложившаяся в результате трехстороннего сотрудничества России, Китая и Индии (то есть, вовлекая в процесс большинство стран Азии), создает разумную перспективу долговременного сотрудничества на прочной основе, которое в ее отсутствии было бы невозможно. В стремительно меняющихся экономико-стратегических условиях, когда англо-американская финансовая мощь в значительной мере испаряется, будут, вероятно, предложены новые решения, и их, представьте себе, ожидает успех.

Возможности долговременного континентального евроазиатского сотрудничества (включая, разумеется, Японию), таким образом, создают тот краеугольный камень, от которого зависит возможность экономического выздоровления в мировом масштабе. В отсутствии этого краеугольного камня ситуация в уже разрушенной Африке неописуемо безнадежна, да и положение тех стран, представители которых недавно встретились в Квебек Сити, не внушает надежд.

В этой связи я уже подчеркивал в своих прежних публикациях, что развитие базовой экономической инфраструктуры территорий Центральной и Северной Азии, включая зону тундры, абсолютно необходимо для успеха предлагаемого мною глобального экономического развития. Нам необходимо осознать, что то, что мы именуем базовой экономической инфраструктурой, является совершенствованием биосферы за те пределы, в которых она способна саморазвиваться и самозащищаться без вмешательства человеческого разума. Мы должны рассматривать биосферу, таким образом усовершенствованную человеком, как, говоря словами Вернадского, «естественное явление» – продукт человеческого познания, который производит качественные усовершенствования в биосфере, необходимые для ее преобразования в качественно более развитую форму – в ноосферу.

Развитие базовой экономической инфраструктуры должно рассматриваться ни в коей мере не как разрушительное вмешательство в биосферу, но как необходимое усовершенствование качества биосферы как таковой, а также как такую форму усовершенствования, которая возвышает биосферу до более высокого уровня, делая ее частью ноосферы. Это не просто аргумент в защиту необходимости сохранения и развития биосферы посредством базовой экономической инфраструктуры, но и тот императив, которым мы должны руководствоваться, изменяя биосферу посредством инфраструктурного развития.

Хотя ныне распространенные проекты инфраструктурного развития [в Евразии] сводятся к «новому Шелковому пути», это транспортное звено само по себе не удовлетворяет требований общего и устойчивого прироста экономического развития Евразии. Требуется не просто «новый Шелковый путь», а целая сеть коридоров транспортного сообщения, производства и распределения электроэнергии, крупномасштабного водного хозяйства и прочей инфраструктуры развития по осям коридоров до ста километров в ширину.

Сооружение таких коридоров вдоль оси транспортного магистралей не только сокращает чистые затраты на трансевразийский транспорт товаров, делая его значительно эффективнее морских перевозок. Такое развитие делает плодородными ныне малонаселенные регионы Центральной и Северной Азии, и даже ныне функционально бездействующие территории становятся зонами экономического развития. В новых условиях эти регионы Азии, за счет своих связей с другими многонаселенными регионами континента, становятся самым мощным и цветущим плацдармом всепланетного экономического роста в ближайшем будущем.

На основе этих возможностей вкупе с природными ресурсами той территории, на которой должно свершиться это развитие инфраструктуры, евроазиатское сотрудничество, сосредоточенное на этой перспективе, становится величайшим шансом для Евразии в целом, как и экономическим двигателем, необходимым для развития Африки и стимулирования американских государств, партнерствующих в этой стратегии.

2001 г.

«Один Бог знает, что с нами будет!»

…Вопросы, на которых я остановлюсь, очень серьезны и более глубоки, нежели те, что способны понять гении из сегодняшнего правительства и неправительственных аналитических центров в Вашингтоне. Я начну с примитивного изложения ситуации, а затем докажу, что на самом деле они бредят как болваны, опившиеся самогона Збигнева Бжезинского, настоянного на местечковых стратегических утопиях.

Если выражаться без обиняков и с раблезианской прямотой, то эти кабинетные придурки талдычат о материализации своих поллюций о вечной имперской гегемонии США над пораженным кризисом миром – миром, фактически обанкротившимся. И Бог знает, к чему это может привести, если маньяков не остановить.

Сейчас целью является осуществление плана Бжезинского – Хантингтона – Льюиса по развязыванию новой глобальной войны с целью завоевания всего мира, начиная с Ирака. Текущие планы предполагают нападение до конца лета, если не раньше. Дело не в Ираке и не в Саддаме Хуссейне. Только недалекие простофили, всерьез воспринимающие чушь Кристиан Амманпур на CNN, могут полагать, что дело в том, что сделал, делает или может сделать Ирак или Саддам Хуссейн. А дело в том, чтобы начать новую мировую войну. Для взрыва нужен детонатор, и нападение на Ирак сегодня считается вполне пригодным в качестве такового.

В этом суть. Не забывайте о ней. Любые другие идеи, распространяемые через СМИ и в кругах политологов, имеют целью отвлечь от главного, одурачить конгрессменов и прочих простаков.

Для начала посмотрите на недавние бомбардировки малонаселенного и уже вдребезги разбомбленного Афганистана. Сколько людей достаточно наивны, чтобы поверить, что США действительно выиграли эту войну, что Афганистан стал теперь управляемой страной, и что там опять не создается взрывоопасная обстановка? Давайте поставим вопрос иначе: действительно ли США завоевали Афганистан, и не разрушили ли они весь потенциал национальной экономики с той лишь целью, чтобы производить и экспортировать огромные количества наркотиков? «Гении-стратеги», прибегшие к таким методам ведения войны, полностью игнорировали политические и экономические уроки ведения войн на протяжении всей истории до настоящего времени. Такие вот «гении» хотели бы верить в то, что «Enron» и так называемая «новая экономика» являются символами будущего. Так сколько же энергии будет выработано на экспорт экономикой, которая уже практически разрушена?

Между тем, только Дракула, иногда переодетый председателем Федеральной резервной системы Аланом Гринспеном, и дальше будет обещать доверчивым простакам, что «в полночь рынки восстанут»!

А теперь взглянем на экономическую реальность, восставшую из снов стратегических поллюционеров, мечтающих завоевать весь мир.

* * *

Коротко глупость официальной политики Вашингтона и Лондона в настоящее время можно откомментировать так: характерной чертой стратегического утопизма после Макартура было намерение откреститься от такого определения стратегических вопросов, касающихся американской и мировой экономики, какого придерживался, например, президент Франклин Рузвельт.

Типичным выразителем опасного стратегического бреда таких утопистов является Генри А. Киссинджер, настаивающий на том, что следует забыть уроки Вестфальского договора 1648 года.

В качестве примера такой проблемы можно привести опреснение воды и развитие энергетики на Ближнем Востоке. Главным пороком переговоров Клинтона, Барака и Арафата в Кемп-Дэвиде было то, что с самого начала вопросы регионального экономического развития и широкомасштабного решения проблем опреснения воды были исключены из прямых обсуждений. Подход Клинтона был обречен на провал. Подразумевающиеся обязательства перед премьер-министром Бараком, адвокатом которого он, по сути, служил, затуманили его взор, и он забыл о своей ответственности в этих переговорах по действиям в интересах и в качестве представителя Соединенных Штатов.

Интересы США заключались и остаются таковыми в настоящее время в обеспечении длительного и подлинного мира на Ближнем Востоке, а не в сиюминутной дипломатической победе президента. Я неоднократно писал и предупреждал о таком ошибочном подходе президента к переговорам в Кемп-Дэвиде. Но президент не слушал никаких доводов и провалил переговоры. Клинтон, как и Барак, попал в ловушку утопизма, в ловушку политики, проводимой без учета тех принципов физической экономики, которые неизменно составляют основу возможности длительного мира в любой аналогичной ситуации. Учитывая то, что Барака держали за горло израильские военные, именно Клинтон, а не Арафат виновен в провале этих переговоров. И нам сегодня в полном объеме приходится расплачиваться за грубую ошибку Клинтона.

* * *

Следует признать, что очень немногие ведущие и лучшие военные стратеги современного общества действительно овладели принципами, лежащими в основе экономики. Все великие военачальники и стратеги, начиная с Леонардо да Винчи и Макиавелли и до 1951 года, в США исходили из военного подхода к материально-техническому обеспечению как основе компетентного стратегического планирования. С увеличением числа утопистов в военных кругах США преподавание всяких бессмысленных курсов социологии и психологии подменило традиционную компетентность в духе Вест-Пойнта, характерную для этого учреждения со времен Сильвануса Тейера. И именно эти сумасброды с идеями «специальных военных операций» сейчас формируют военную политику на долгосрочную перспективу, выражением которой является сегодняшняя политика по отношению к Ираку.

Тем, кому хватило ума серьезно отнестись к этому утверждению, рекомендуется прочитать мою последнюю статью: «Экономика: конец заблуждениям». Политики, сохраняющие рассудок, прочтут ее внимательно, или же ее название, «конец заблуждениям», вполне подойдет для эпитафии на их надгробных камнях.

2002 г.

Мировая система рушится

К содружеству суверенных наций-государств

Крушение Советского Союза в 1989–1991 годах, в период президентства Джорджа Буша-старшего, обусловил новую стратегическую ситуацию, в которой Соединенные Штаты стали выступать в качестве практически единственной мировой сверхдержавы, статус которой не может оспорить никакое другое государство. К сожалению, это обстоятельство было использовано для развязывания стратегически мотивированного и целенаправленного разграбления экономики, связанной с материальным производством, государств бывшего СССР и бывшего Варшавского договора, а также намеренного ослабления с помощью балканских войн «конкурентов» из числа бывших союзников из континентальной Европы и в первую очередь Германии.

Такое сочетание действий способствовало активизации двух разновидностей имперских устремлений, уже оформившихся в среде некоторых наиболее влиятельных политических групп в США. Одна из этих групп представляет либерально-империалистическую модель, открыто копирующую британскую традицию. Другая – эхо шагов имперских легионов Рима и войск нацистской СС. Фашиствующие безуспешно пытались утвердиться в 1992–1993 годах с подачи тогдашнего министра обороны Ричарда Чейни и его партнеров из числа так называемых «неоконсерваторов». В дальнейшем, после событий 11 сентября 2001 года, эту же политику проводили тот же Чейни – теперь уже вице-президент, министр обороны Дональд Расмфелд и их единомышленники. «Утопистская» пародия на воздушно-десантный вариант международных спецподразделений СС, да еще с ядерными боеголовками, навязываемая Чейни, Рамсфелдом и их кликой, в последние десятилетия получила название «революции в военных делах».

На практике различие между этими двумя империалистическими тенденциями в политике США состоит том, что одна из них более осторожно и медленно, «либеральными» методами, а другая, откровенно фашистская, более стремительно затаскивает мировое сообщество в ад нового всепланетного мрачного средневековья. Последних, возглавляемых Чейни и его старым приятелем Рамсфелдом, необходимо немедленно разоблачить и обезвредить.

Частичный успех фактических близнецов – Чейни и Рамсфелда – в навязывании администрации Джорджа Буша по существу карикатур нацистской политики, деморализовал многие умы в правящих кругах Европы и других странах, в интересах которых – сопротивление этой новой стратегической угрозе. Однако даже те правительства, которые начали открыто сопротивляться, в последнее время стали колебаться, в боязливой надежде свести к минимуму риск открытой конфронтации с Соединенными Штатами.

Зловещее развитие военной политики США сопровождается и усугубляется развивающимся стремительным коллапсом экономической системы плавающих обменных курсов 1971–2003 гг. Нежелание администрации Буша в настоящее время даже рассматривать остро необходимые валютно-финансовые реформы системы МВФ представляет, как я покажу далее, проблему не меньшей важности, чем нарастающая фашистская угроза.

* * *

Сегодня заинтересованные силы по всему миру могли бы сплотиться и предъявить гражданам и ведущим институтам США, равно как и других стран, образ лучшей, другой роли США в будущем, – роли, которая бы соответствовала истинным интересам суверенных наций-государств мира.

Импульс для этой необходимой перемены должен исходить из самих Соединенных Штатов. Других перспектив в мире пока не видно. Франция, Германия, Россия, Китай и другие страны в значительной степени заявили свою позицию. Однако мне кажется, угрожающая имперская мощь Соединенных Штатов является источником потенциально гибельной нерешительности правительств многих ведущих стран мира, когда они сталкиваются с американским диктатом. И, за исключением Папы Иоанна Павла II, открытое сопротивление этому произволу, вероятно, может исходить только изнутри Соединенных Штатов.

Я усматриваю основания для такого подхода в политической истории создания Соединенных Штатов и последующей внутриамериканской политической борьбы, – истории, полузабытой в самой Америке и малоизвестной европейцам, да и вообще в мире.

Принципы внешней политики, которые я отстаиваю, всегда основывались на известной американской традиции вигов, которую представляли президент Джон Квинси Адамс, экономист Генри К. Кэри и президент Авраам Линкольн. Эти политические принципы не лозунги, не алгебраические формулы, а именно принципы – принципы, которые, как и любой действительный принцип физической науки, основаны на определенной положительной истории человеческого опыта. В данном случае речь идет об истории США – которая, как подтвердил бы великий классический поэт и историк Фридрих Шиллер, принадлежит европейской цивилизации, ведущей отсчет от реформ Солона.

В создании федеративной конституционной республики Соединенных Штатов, сознательно воспроизводя традицию Солона, участвовали крупные политики, ученые и иные деятели по обе стороны Атлантики. Эти силы видели в рождении Американской республики, говоря словами Лафайета, храм свободы и маяк надежды для всего человечества.

К сожалению, как показали события 14 июля 1789 года в Париже, последовавший за ними якобинский террор, авантюры Наполеона Бонапарта и сговор Меттерниха с Кэстлри на Венском Конгрессе, тогдашняя Европа не достигла политической зрелости, которая закладывалась Вестфальским договором и давала толчок развитию независимых и стабильных наций-государств.

Однако даже в условиях изоляции и периодов регресса в США, с 1789 года до победы президента Линкольна над Конфедерацией – креатурой лорда Пальмерстона, – Конституция США неоднократно подтверждала свою замечательную прочность. Президент Франклин Рузвельт, восстановивший Соединенные Штаты из руин, в какие превратила страну политика его предшественников – Теодора Рузвельта, Вудро Вильсона, Кельвина Кулиджа и Герберта Гувера, показал жизненность Конституции, когда она находится в верных и компетентных руках.

Стратегической целью американской революции и ее ведущих сторонников в Европе было создание такой Американской Республики, которая бы послужила вдохновляющим примером – стала бы своего рода кристаллом-затравкой – для развития сообщества, основанного на принципе, с участием суверенных республиканских наций мира. Эту цель сформулировал один из самых выдающихся государственных деятелей США Джон Квинси Адамс, ее же провозгласил Авраам Линкольн в его знаменитой Геттисбургской речи. В этом же духе прозвучало предупреждение президента Франклина Рузвельта в адрес британского премьер-министра Черчилля: в отличие от своего преемника Гарри Трумэна, Рузвельт был сторонником деколонизации послевоенного мира. Именно в этом смысле следует понимать уникальную важность для человечества – как тогда, так и теперь – Преамбулы разработанной и принятой в 1787–1789 гг. Конституции США.

Эта же цель должна стать объединяющей декларацией намерений для большинства сегодняшних народов мира. Это намерение, правильно определяющее правовую основу и национально ориентированную внешнюю политику США, становится достаточно ясным из понимания принципиальной основы Преамбулы Конституции США.

* * *

Следует признать, что Соединенные Штаты многократно нарушали свой основополагающий принцип права. С 1763 года ведущие политические течения англоязычной Северной Америки делились на два противоположных лагеря. Одни были патриотами Америки и создали Республику, в то время как другие, начиная с руководителей эссекской «хунты», именовались «американскими тори» – так их называли и при Бенджамине Франклине, и при Франклине Рузвельте, и так я называю их сегодня. С самого начала «американские тори» и в деловом, и в мировоззренческом плане были связаны с британской Ост-Индской компанией. Они продолжили философскую традицию лорда Шелбурна, Аарона Бэрра и Джереми Бентама. Именно к ним уходят корнями и в них находят политическое и философское вдохновение обе нынешние империалистические группировки моей страны. Так что поразительные зигзаги в американской политике по сути отражают «приливы и отливы» той патриотической традиции, которую я, как ее ветеран, сегодня представляю.

Президентское правление Франклина Рузвельта было временем возрождения американского патриотического наследия. В дальнейшем в переплетении таких событий, как убийство Джона Фицджеральда Кеннеди, развязывание американской войны в Индокитае и президентская кампания Ричарда Никсона (1966-68), и вплоть до нынешнего кризиса, – практически во всех влиятельных политических кругах США берут верх наследники «американских тори».

Несмотря на различия в политике и в соотношении сил между двумя фракциями, течение Бенджамина Франклина, которое представлял президент Франклин Рузвельт и я представляю сегодня, – это то течение, которое дало жизнь Декларации независимости США 1776 года на принципах, разработанных Готфридом Лейбницем, и создало Преамбулу Конституции.

В Преамбуле заложены три принципа, основанные на естественном праве. А именно – принцип подлинного национального суверенитета, принцип всеобщего благосостояния и принцип ответственности перед будущими поколениями. Никакая другая интерпретация любых других положений Конституции, поправок, либо любого нового законодательства, которые могли бы противоречить единому пониманию этих трех принципов, не допускались.

В прошлых поколениях патриотов моей страны было принято открыто выражать или подразумевать применение тех же принципов в отношении сообщества, основанного на принципе, с участием истинно суверенных наций-государств. И сама американская история подталкивает к тому, чтобы военная политика Соединенных Штатов была отражением той же цели и защищала такое сообщество принципа, объединяющее нации мира.

Письмо госсекретаря Джона Квинси Адамса президенту Джеймсу Монро, послужившее основой доктрины Монро (1823) о защите суверенных наций на всем американском континенте от хищнической политики европейских держав, в меру тогдашних возможностей США, было самым ярким выражением этого принципа. И в том же духе, сразу же после появления соответствующей возможностей после разгрома Конфедерации – детища лорда Пальмерстона – было изгнание из Мексики войск Наполеона III, поддерживавших тирана и убийцу Максимилиана.

* * *

Сегодня задача состоит в том, чтобы ведущие страны мира предприняли незамедлительную инициативу по установлению эффективной формы мироустройства, основанного на принципах мирного сотрудничества всех стремящихся к этому наций – однажды и навсегда.

Представители патриотической традиции моей страны также всегда были убеждены в том, что роль европейской цивилизации от Солона до наших дней должна состоять в проповедовании и внедрении этих принципов в нашей стране и в мире. Такая политика отражала наши подлинные национальные интересы со времен нашей борьбы за независимость. Вышеназванные три принципа, во многом заимствованные основателями США от кругов, связанных с именем Готфрида Лейбница, имеют глубокие и давние историко-философские корни как в европейской цивилизации, распространенной на весь мир, так и в других цивилизациях.

Коротко я и представляю их так: общим философским основанием всех трех основополагающих принципов является понятие о природе человека как качественно отличной и качественно высшей относительно других живых существ. Великий русский ученый Владимир Вернадский имел в виду именно это, когда обозначил наиболее высокую организацию земного бытия как «ноосферу» – отличную от «биосферы» и превосходящую ее. Только человеческий индивид обладает прирожденной способностью к тому, что не доступно ни одному другому живому существу – к созданию и поддержанию «ноосферы» посредством научных открытий и применению универсальных физических принципов, не воспринимаемых органами чувств, но, тем не менее, универсально действенным. Распространение этого опыта открытия универсально действенных принципов, а также создаваемых этими силами преимуществ в современном обществе и эффективная передача этих знаний от прежних поколений к нынешним и будущим доказывает, что истинное практическое и непреходящее значение индивидуальной человеческой жизни заключено в этих качествах, присущих исключительно человеку. Интересы человечества по существу заключены в этом принципиальном отличии человека от скота.

По этим же причинам естественным стремлением цивилизации было создание таких форм общежития, при которых эффективно изживаются традиции охоты и порабощения друг друга и отношения одних людей к другим как к добыче или бессловесному скоту. Такое совершенствование предполагает создание модели общества, в которой каждый индивид поощряется к сознательному участию в создании и воспроизведении актов открытия универсальных принципов, которые являются средством прогресса человечества в его саморазвитии. К числу таких относится принцип всеобщего благосостояния, производный от понятия справедливости, названного в «Государстве» Платона и в Библии – в Первом послании к Коринфянам, ч.13 – словом «агапе», – а также именуемого общим благом. Отсюда же вытекает принцип посвящения себя потомству – истинный принцип истории как закономерного процесса.

Эти же принципы подразумевают и подлинный национальный суверенитет.

Частично эти цели государственного строительства достигались в формировании облика новой Европы на протяжении XV века. Тогда возникли первые национальные государства – Франция Людовика XI и Англия молодого сэра Томаса Мора в период Генриха VII. То были государства, приверженные принципу всеобщего благосостояния. Хотя древние и средневековые традиции имперского права, противоречащие этому принципу, и продолжали существовать, возникновение современной суверенной нации-государства в упорной борьбе с реакционными традиционными средневековыми учреждениями было великим благом для всего человечества. В Преамбуле Конституции США это целенаправленное служение благу запечатлено как действующий конституционный принцип.

Легитимность суверенитета нации-государства состоит в такой деятельности правительства, исключительной прерогативой и обязательной функцией которого является достижение всеобщего благосостояния и заботы о будущих поколениях, и с обязательством никогда не действовать в ущерб этим интересам.

Жизнеспособность этого суверенитета зависит от развития, распространения и сохранения знания. Это должно достигаться непрерывным процессом совершенствования существующей культуры народа, в том числе языковой культуры, имеющей ключевое значение, так как именно в ее рамках происходят процессы социального осмысления. Если же культура какого-нибудь народа не поощряет развитие человеческого индивида, то понятие «права человека» превращается в пустую фразу, а люди становятся рабами собственного невежества. Таким образом, свобода и развитие человека и подлинный суверенитет нации-государства являются неразделимыми принципами.

Наконец, принципы устройства Вселенной выражаются в цельном и расширяющемся багаже научного знания. Однако для действенного постижения этого знания народ должен использовать и развивать свою культуру, включая языковую культуру. Самой существенной чертой языковой культуры являются не просто буквальные значения слов и фраз, которые есть в любом толковом словаре, но скорее нюансы метафор и других иронических средств, которые, по словам Перси Биши Шелли, являются для людей средством передачи и постижения глубоких и волнующих идей о человеке и природе.

Таким образом, стремление к воплощению в отношениях между суверенными нациями-государствами истинного единства принципа есть отражение естественного и универсального принципа права.

* * *

Главным внутренним врагом современной европейской цивилизации, распространившейся сегодня на весь мир, был социальный эмпиризм Паоло Сарпи – в свое время тирана Венеции. Его концепция нео-оккамского эмпиризма нашла отражение в деятельности его лакея Галилео Галилея. Эмпиризм, получивший развитие стараниями Галилео, стал первоисточником мертвящих мизантропических идей Томаса Гоббса. От Гоббса через Джона Локка, Бернара Мандевилля, Джереми Бентама, Томаса Хаксли, Фридриха Ницше и Герберта Уэллса до нас дошла и получила широкое распространение принципиально ложная концепция человека как существа, инстинктивно склонного к насилию, экзистенциалистского животного. Современный международный фашизм последователей ныне покойного профессора Лео Страусса и его приспешника – синархиста Александра Кожева, нынешних «неоконсерваторов» из окружения вице-президента Чейни в том числе, есть результат гоббсовско-ницшеанской ложной идеи человека как бестиального, дионисийского или сатанинского существа.

Такое ложное представление о человеке является сегодня самой большой опасностью для мировой цивилизации.

Нынешнее состояние нашей планеты с ее населением и доступными технологиями не позволяет цивилизации существовать в обстановке столкновений интересов лиц и учреждений – в атмосфере, являющейся наследием социального эмпирика Гоббса. Поддержание существующих и достижение более высоких уровней жизни населения на нашей планете требует защиты и дальнейшего совершенствования рукотворных завоеваний в освоении природы, которые являются наиболее очевидными отличиями «ноосферы». Борьба с явлениями, тормозящими совершенствование этого созданного человеком физического капитала, и борьба за удовлетворение спроса на более высокий уровень образования и бытовых условий населения во всем мире определяют характер неотложных мер во избежание сползания человечества во всемирное мрачное средневековье.

Гоббсовское ненавистническое и разрушительное начало выражается сегодня в апологии практики противоправного применения превентивной ядерной агрессии, нашедшее отражение в фашистской политике Чейни, Рамсфелда и их неоконсервативных лакеев; подобная практика является угрозой цивилизации, нетерпимой на нашей планете.

Фашизм Чейни, Рамсфелда и компании, возможно, является диким и экстремальным проявлением даже в более широком контексте гоббсовского наследия, но мы не имеем права упускать из виду то обстоятельство, что до тех пор, пока политическая практика будет исходить из неизбежности столкновений между нациями, будет усиливаться не только тенденция возврата к многочисленным бессмысленным конфликтам, но и равнодушие к средствам, способным преодолевать исторические разногласия на пути неотложной и благотворной деятельности во имя всеобщих интересов. Выражаясь образно, чем больше Гоббса, тем больше будет новых Чейни.

Человек рождается для добра. Потенциальные способности ребенка в любой части планеты позволяют ему развиться в истинного гения, любить познанную истину и всеобщее благо и посвятить всю свою земную жизнь исполненному смыслом служению тем, кто еще не появился на свет – и в этом состоит врожденная благодетель человеческой природы. Создание условий и мотивации для соответствующего развития потенциала индивида есть истинная, во всех отношениях основная миссия и долг суверенной нации-государства.

Если бы, напротив, политика государств основывалось на аксиоматическом представлении человека как хищника в силу его особых природных наклонностей, люди в таких обществах продолжали бы относиться друг к другу как звери. Если в каждом человеке видеть скотину, то вполне в гоббсовском духе его следует считать источником агрессии по отношению к каждому другому человеку. Отсюда следует оправдание непрерывной глобальной «превентивной войны» в стиле Адольфа Гитлера.

Характерной чертой эмпиризма Сарпи, проявляющегося в откровенной ненависти, является отрицание особой способности человеческого индивида, которая отличает человеческий вид от животных и возносит его над животным миром. Выражениями этой специфической способности, именуемой потенциалом человеческой души, являются в равной степени способность к совершению открытий и потребность в распространении открытых универсальных принципов Вселенной, которые не являются и не могут быть объектами чувственного восприятия. Эта специфическая сила, названная «дюнамис» Платоном и иногда именуемая духовной способностью, выражается таким же образом в великих образцах классического художественного творчества.

Особая мощь человечества воплощается на практике характерными способами, на которые указали такие классические гуманисты, как Фридрих Шиллер и Вильгельм фон Гумбольдт. Она находит выражение в прогрессивном развитии технологий, позволивших человеческому роду шагнуть от уровня высшей обезьяны на три порядка выше по параметру потенциальной относительной плотности населения.

Столь же мощное развитие общественных отношений через великое классическое искусство выражает ту же качественную возвышенность каждого представителя человеческого вида. Попытка низвести науку и культуру до уровня статистической интерпретации банального объекта чувственного восприятия характерна для культуры, стремящейся низвести человека до уровня заурядной скотины. Скотская природа человека – основное допущение у галилеевского ученика Гоббса; такая деградация – аксиоматическая основа гоббсовской оценки отношений между людьми как звериных. В этом и аксиоматические корни бестиальности последователей Лео Страусса и Александра Кожева.

Без приверженности прогрессу в науке и искусстве, характерному только для человека, общество неизбежно деградирует до уровня звероподобных существ. Благо человечества и отдельных наций гарантируется только в том случае, когда условия жизни обеспечиваются таким общественным устройством, который соотносится с качеством прогресса, выражающего устремления истинной, высшей природы души.

Поэтому давайте не будем создавать общества, в которых люди вынуждены вести себя как животные. Мы не должны быть софистами, использующими гоббсовскую деградацию, на которую пороки наших наций обрекли культуру других народов, для оправдания обращения с нашими согражданами или представителями других наций так, как если бы их природа требовала содержания их, как зверей в клетках, для ограничения их действий.

* * *

Сегодня Чейни, Рамсфелду и их фашиствующим лакеям удалось узурпировать многие конституционные полномочия Президента, Конгресса и Верховного Суда именно в силу экономической ситуации. Так же, как и в случае, когда определенные финансовые круги Лондона, Нью-Йорка и др. предоставили Адольфу Гитлеру диктаторские полномочия, политика, навязанная администрации Буша после 11 сентября 2001 года, была не прямым следствием, но все же существенным отражением упадка существующей валютно-финансовой системы.

Действия банковских кругов Лондона и Нью-Йорка под руководством Монтегю Нормана по финансовому спасению нацистской партии в Германии, лоббирование кандидатуры Гитлера на пост премьер-министра Германии через Яльмара Шахта и других ставленников Лондона в Германии, а затем и наделение Гитлера диктаторскими полномочиями 28 января 1933 года были направлены на то, чтобы не допустить на пост канцлера Германии кого-либо из сторонников доктора Вильгельма Лаутенбаха в момент прихода к власти президента США Франклина Рузвельта. Государственный переворот, фактически осуществленный непосредственно после 11 сентября 2001 года вице-президентом Чейни, имел своей целью предотвратить даже мысль о возможном применении методов Франклина Рузвельта по экономическому возрождению и выходу из текущего коллапса обанкротившейся валютно-финансовой системы плавающих обменных курсов 1971–2003 гг.

Тогда, как и сегодня, целью фашистской узурпации власти была мировая война как средство избежания необходимых экономических реформ во имя общего благосостояния.

Из этого опыта мы обязаны сегодня извлечь два урока.

Во-первых, понимание исторической роли определенных финансовых интересов в поддержке трансатлантических синархистских (фашистских) операций периода 1922–1945 гг., в частности, прихода к власти Муссолини и Гитлера, что в сегодняшних аналогичных событиях в США позволяет нам осознать родство между событиями 1932-34 года в Германии и сменой американской политической стратегии после 11 сентября.

Во-вторых, опыт Франклина Рузвельта, который несмотря на покушение и знаменитую попытку переворота все-таки пришел к власти и осуществил политику экономического возрождения, не допустив тем самым фашистского перерождения США. Такое развитие событий заложило основания для разгрома Гитлера и его союзников. Опыт 1932-45 годов имеет сегодня решающее значение для противодействия сегодняшним угрозам мировой цивилизации.

Перманентную мировую войну, которую навязывают наследники Карла Шмитта, Лео Страусса и Александра Кожева – Чейни и Рамсфелд, следует расценивать как явление родственное двум так называемым «мировым войнам» прошлого столетия. По существу, войну, навязываемую нам Чейни и Рамсфелдом во имя цели, которую американский неоконсерватор Майкл Ледин именует «универсальным фашизмом», следует расценивать как намерение развернуть «третью геополитическую мировую войну».

Стремительное развитие экономики США после разгрома Конфедерации лорда Пальмерстона вызывало восхищение во всем мире, проявившееся во время празднования столетия Декларации независимости (1876). Предметом восхищения был и сам ведущий экономист того времени Генри Кэри, и его единомышленник из Германии Фридрих Лист. За этим последовал экономический взлет Германии в период Бисмарка, промышленное развитие России, развернутое усилиями Д. И. Менделеева при Александре III, экономическая политика в Японии периода реставрации Мэйдзи, опять же под влиянием Кэри, подобные же тенденции во Франции после Наполеона III… Все это складывалось в мощную коалицию с перспективой повторения в Европе трансконтинентальных железнодорожных проектов, осуществленных в США, и связанного с железными дорогами роста промышленности и сельского хозяйства.

В тот период сторонники ученика Пальмерстона – британского принца Уэльсского и в особенности фабианские «эффективники» ответили выдвижением геополитических теорий стравливания народов континентальной Евразии. В результате преступных ошибок, совершенных политическими ничтожествами, стоявшими во главе ряда государств, разразилась Первая мировая война.

Адольф Гитлер также был приведен к власти в Германии усилиями лондонских спонсоров в момент, когда ставленник Лондона Яльмар Шахт организовал финансовую поддержку военного строительства Германии с целью наступления на восток для разрушения Советского Союза. Предполагалось, что когда германские войска увязнут в Советском Союзе, Франция нанесет Германии удар в спину. Когда же выяснилось, что в условиях гитлеровской диктатуры военная машина Германии будет повернута в первую очередь на Запад, Лондон обратился к поискам альянса с Франклином Рузвельтом – ради собственного спасения от Гитлера.

* * *

Для англо-американских утопистов ракетно-ядерной эры перспектива мирного развития континентальной Евразии является возмутительным вызовом их геополитическим фантазиям. Неоницшеанцы-неоконсерваторы, связанные с Чейни и Рамсфелдом, намерены воспрепятствовать мирному развитию в Евразии посредством развязывания перманентной войны на континенте с использованием мусульманского населения в качестве легко воспламеняющегося материала для разрушения континента в целом.

Условия, позволившие фашиствующей клике из окружения Чейни и Рамсфелда приобрести ее сегодняшнее влияние, создавались на протяжении более сорока лет, начиная с последовательности жутких событий, каждое из которых усиливало эффект предыдущего – периода Карибского кризиса (1962), неоднократных покушений на генерала Шарля де Голля, так и нераскрытого убийства Джона Ф. Кеннеди и развязывания войны в Индокитае. Расцвет молодежной «рок-секс-наркотической» контркультуры, использование ку-клукс-клановских методов во время избирательной кампании Никсона 1966-68 гг., разрушение послевоенной валютно-финансовой системы на основе фиксированных обменных курсов валют (1971) и последующие экономические события превратили Америку из ведущего производителя в постиндустриальное общество потребления хищнического типа, наподобие Римской империи после Второй Пунической войны – как в экономическом, так и духовном смысле.

Моральное разложение американской двухпартийной системы под воздействием таких факторов, как ускоряющееся снижение доходов 80 % населения США в сочетании с исчезновением целых социальных слоев – независимых фермеров и других производительных сословий – поставило, в частности, демократическую партию под бюрократический контроль структуры правого толка, именуемой Советом демократического руководства. Для типичного избирателя из 80-процентного большинства американцев с меньшими доходами остается распространенное убеждение, что у него нет иного выбора, кроме как из двух вариантов – либо брать с полки тот товар, который в политическом супермаркете именуется «партийным выбором», либо упорно игнорировать выборы, осознавая, что ни одна из двух партий его интересы не представляет.

Моральное разложение политических партий привело к отсутствию в настоящее время какой-либо существенной оппозиции фашистским тенденциям и экономическому сумасбродству, которые клика Чейни-Рамсфелда навязала администрации Буша.

Если влиятельные лидеры ведущих держав объединят свои усилия, мы вместе сможем представить подлинную альтернативу хаосу, который сегодня развивается из сочетания продолжающегося валютно-финансового кризиса и фашистских политических проектов. Это, однако, подразумевает возвращение правительств и политических партий к ключевым проблемам экономической незащищенности, подминающей целые нации и народы. Жизненно необходимо положить конец неоднократным попыткам фашистского переворота в Вашингтоне. Должны быть восстановлены конституционные функции и принцип разделения властей, а недавней узурпации власти должен быть положен конец. Люди доброй воли не должны отворачиваться от этой задачи.

В то же время возвращение США к конституционным принципам не будет успешным, если оздоровлению не будут способствовать соответствующий международный экономический климат. Потенциал для создания такого климата существует при условии соответствующего сотрудничества по крайней мере большинства стран Евразии, обеспечивающего основу для более широких, глобальных мер валютно-финансовой стабилизации.

Некоторые положительные предпосылки для евразийского континентального сотрудничества уже существуют. В условиях реформированной мировой валютной системы на основе положительных качеств системы Бреттон-Вудских соглашений, действовавших в 1944-58 годах – долговременные протекционистские соглашения по кредитам, тарифам и торговле – позволят осуществить ускоренный рост в Евразии, который бы стал катализатором величайшего в истории и наиболее справедливого повышения жизненного уровня человечества. Это также позволило бы прекратить геноцид, навязанный Африке, и ограбление народов Центральной и Южной Америки в условиях валютно-финансовой системы с плавающими валютными курсами 1971–2003 гг.

Для цивилизованных людей Китай и Индия являются важными державами из числа стран, заинтересованных в крупномасштабных, долгосрочных соглашениях с Европой, предусматривающих приобретение технологий для удовлетворения потребностей своих народов. В свою очередь Европа срочно нуждается именно в этих рынках сбыта для выхода из постоянно усиливающегося внутреннего экономического кризиса. Россия также играет ключевую роль в сотрудничестве с западными странами, группирующимися вокруг центров в Германии, Франции и Италии, уже самим фактом наличия треугольника Россия – Китай – Индия в азиатском сотрудничестве по обеспечению безопасности и экономическому развитию.

Роль евразийского развития я подробно рассматривал в рамках проектов, получивших известность под названием «Евроазиатский сухопутный мост», и инициативы «Нового Бреттон-Вудского соглашения». Эти меры являются частью комплекса насущно необходимых реформ в экономике и других областях.

* * *

Успех подобной инициативы зависит от согласия по некоторым реформам в международных отношениях.

Во-первых, США должны пересесть из лоханки нынешнего имперского зазнайства на другой, более надежный корабль. Мы должны признать моральную ответственность за благосостояние других наций, чего от нас требует приобретенная нами сила. Соединенные Штаты должны действовать в соответствии со своей мощью среди стран, но в то же время в соответствии со своими декларированными принципами, изложенными в ее собственной Декларации независимости и Преамбуле Конституции США.

Сегодня все страны мира признают факт относительного превосходства США. Большинство из них, похоже, уверено, что должно считаться с этим фактом. С этим же должны считаться и мы в Соединенных Штатах. Вопрос, однако, не в том, хотят или не хотят другие нации признавать этот факт, а в том, как сами Соединенные Штаты ведут себя по отношению к другим странам – как к партнерам или как вассалам империи. Мы должны заниматься решением мировых проблем, но авторитет и ответственность за то, что происходит на международной арене, должны основываться на сотрудничестве равноправных и суверенных наций.

Поэтому я намерен призвать представителей мировых держав к организации экстренной конференции, инициатором которой будут Соединенные Штаты, для принятия решения о коренной реформе обанкротившейся валютно-финансовой системы. Правительства мировых держав должны набраться смелости признать факт, что нынешняя система безнадежно обречена, и что, следовательно, экстренно необходимо предпринять следующие меры:

1. Реформа должна быть проведена таким образом, чтобы все валютно-финансовые институты, в том числе системы центральных банков, перешли в подчинение суверенных органов соответствующих наций-государств. Эти и подобные меры потребуют поддержки и равноправного участия всех правительств, участвующих в соглашении.

2. Задачей номер один должно быть предотвращение хаотического распада существующих общественных и частных институтов накопления для защиты личных сбережений рядовых граждан и их семейств, гарантирования пенсионных выплат, сохранения традиционных институтов кредитования и в целом обеспечения упорядоченного и более эффективного производства необходимых товаров, торговли, муниципального управления и общего благосостояния. В то же время финансовые активы спекулятивного происхождения, в частности финансовые деривативы, должны быть легально ликвидированы, а многие другие формы долга заморожены с перспективой реструктуризации.

3. В рамках такой реформы, осуществляющей реорганизацию нынешней безнадежно больной системы через банкротство, необходимо мобилизовать существенно возрастающую занятость в сфере здоровых инвестиций для вывода общей расходной части национальных бюджетов за пределы ежегодного уровня безубыточности. Принципиальным ускорителем этого процесса станут правительственные вложения в развитие базовой экономической инфраструктуры или организованные правительствами частные инвестиции в регулируемые предприятия общественного пользования, частично или полностью находящиеся в собственности государств. В приемлемых случаях предприятие общественного пользования может быть создано государством, а в последующем передано в частную собственность.

4. При этих условиях будущее конкретных национальных экономик будет в основном зависеть от национальных и международных, правительственных и межправительственных механизмов выдачи низкопроцентного долгосрочного кредита на срок от 25 до 50 лет, то есть одному или двум поколениям. В нормальных условиях это означает кредит с учетной ставкой не выше 1–2% в год.

Такое предложение невозможно без отлаженной системы фиксированных валютных курсов, примерным образцом которой могла бы быть система, реально существовавшая в соответствии с Бреттонвудскими соглашениями до 1971 года.

5. Национальный кредит может быть обеспечен из двух источников. Первым из них является национальная банковская система в форме, предусмотренной федеральной Конституцией США. Вторым является кредит на основе долгосрочных договоров в области торговли и инвестиций, заключаемых между двумя и более суверенными нациями. Третий метод – метод кейнсианского накопления, присущий центральным банкам англо-голландской либеральной модели, неприменим в чрезвычайных условиях, которые будут сохраняться в период всеобщей валютно-финансовой реорганизации, который может продолжаться несколько лет.

Следует учитывать, что экономическое возрождение Европы на протяжении двух десятилетий после 1945 года определялось уникальной ролью доллара США, обеспеченного золотым запасом. Исключительная роль доллара в этот период позволила системе МВФ защищать европейские и некоторые другие валюты и их кредитные системы вплоть до кризисов фунта и доллара в 1967-71 гг. В условиях сегодняшнего кризиса мы обязаны создать подобный механизм, учитывая реальную слабость доллара США в смысле его реального обеспечения. Кейнсианские дополнения к этой прочной системе в нынешних условиях недопустимы.

* * *

Для иллюстрации этого вызова нашего времени рассмотрим пример Федеральной резервной системы США.

«Денежный вал», который продолжает производить электронные и прочие средства денежной эмиссии, в особенности с октября 1998 года, для поддержания на плаву обанкротившиеся сектора финансового рынка, создал гиперинфляционный потенциал в обширных областях экономики, в традиции эскапад знаменитого спекулянта Джона Лоу, справедливо называемый «финансовыми пузырями». Такая ситуация означает состояние банкротства Федеральной резервной системы США, также как и других систем центральных банков. Это состояние ФРС в значительной степени отражается в беспрецедентном дефиците платежного баланса США. В настоящее время в президентских структурах и в Конгрессе США преобладает мышление – если это можно назвать мышлением, – не имеющее отношения к реальной действительности.

Так что если бы я сегодня был президентом, мой министр финансов и ведущие политики Конгресса занимались бы подготовкой к реорганизации ФРС путем банкротства под государственным управлением. Как и в сопоставимом примере «банковских каникул», инициированных Франклином Рузвельтом в 1933 году, непосредственной целью этих мероприятий было бы: а) предотвращение цепной реакции распада национальной валютно-финансовой системы; б) обеспечение преемственности необходимых общественных и частных экономических функций страны; в) расчистка пути для мощного расширения трудоустройства, в первую очередь для общественных работ, на уровне федерального правительства, правительств штатов и муниципалитетов.

Прежде чем предпринять указанные меры, я был бы обязан разъяснить правительствам других стран их содержание. Осуществление этих мер предполагало бы конфиденциальные дискуссии с представителями правительств в Вашингтоне или его окрестностях. Итогом этих дискуссий должны были бы стать соответствующие соглашения, учреждающие новую мировую валютно-финансовую систему.

Правительство в некоторых случаях обязано предпринимать действия, неожиданные для сторонних наблюдателей, хотя таких внезапных действий не должно быть много, и они никогда не должны противоречить заявлениям, декларировавшимся ранее.

В соответствии с федеральной Конституцией США, создание общественного долга является функцией исполнительной власти в размерах, одобренных Конгрессом. Это предусматривает монополию Федерации на эмиссию законной валюты и обязательства, связанные с запланированным выпуском такой валюты. Эта монополия является основным источником создания правительством чистого кредита. При благоразумной политике следует использовать эту монополию для создания кредитов, при помощи которых как федеральное правительство, так и правительства штатов, могут финансировать в основном федеральные и местные программы развития инфраструктуры.

* * *

6. Преимущества реформирования МВФ в соответствии с моделью регулируемой системы фиксированных обменных курсов 1944–1958 гг. следуют из успеха этой модели и системной несостоятельности как а) смены (с 1964) парадигмы американской, британской и других значимых экономических систем от общества производства к потребительскому обществу, которое сегодня пришло к банкротству, так и б) внедрения (с 1971) системы плавающих обменных курсов. Принципиальные характеристики экстренно необходимой сегодня реформы имеют преимущества, подтвержденные опытом – перемены, основанной на доказанном успехе модели производительного общества с фиксированным обменным курсом, в противоположность гибельной несостоятельности последующей обреченной модели дерегулирования и плавающего курса.

«Титаник» мировой валютно-финансовой системы идет ко дну; жизнь покажет нам, что пассажирам и команде корабля, желающим продолжать плыть на нем, спокойствие не суждено.

Следовательно, с момента признания факта, что обанкротившаяся система плавающих обменных курсов подлежит качественной замене на глобальную систему управляемых фиксированных обменных курсов по аналогии с Бреттон-Вудской системой, становится возможным использовать необходимую модель валютной системы в качестве основания для долгосрочных взаимовыгодных двусторонних и многосторонних торговых и тарифных соглашений на период 25–50 лет с простой процентной ставкой в размере 1–2% в год.

Периоды действия соглашений подобной продолжительности определяются прежде всего преобладающей ролью составных элементов, представляющих собой долгосрочные программы развития базовой экономической инфраструктуры, в том числе – регулируемого производства и распределения электроэнергии; системы грузового и пассажирского транспорта; развития водных ресурсов и управления ими; развития лесного хозяйства и других крупномасштабных программ освоения суши; комплексов городского промышленного хозяйства; систем здравоохранения и образования. Эти программы, прообразом которых может служить межправительственная программа по освоению долины Меконга и расширяющийся ныне спектр программ развития инфраструктуры в Китае, формируют рынок стимулирования и инвестирования расширяющихся зон предпринимательской деятельности и производства товаров, пользующихся спросом.

Сеть долговременной инфраструктуры обеспечивает «воду», в которой плавает предпринимательская «рыба». Сроки долговременного кредитования, соответствующие активной жизни поколения, определяют промежуток окупаемости согласованных проектов в части финансирования, тарифов, ценообразования и торгового оборота.

Необходимую глобальную экономическую систему можно описать так.

Главный импульс для подобных долговременных соглашений исходит в основном из континентальной Евразии. Подразумевается Европа под руководством Германии, Франции и Италии вместе взятых; Россия и возглавляемая ею евразийская группа государств; Китай; Индия; особо желательным представляется включение в процесс государств Ближнего Востока, выполняющих роль перекрестка развития между Средиземным морем и Индийским океаном.

Вторым крупнейшим элементом новой системы является транснациональная кооперация американских государств.

Третьим компонентом является Африка.

Остальные регионы подключаются к перечисленным трем.

Общая характеристика каждого из названных регионов определяется природными ресурсами каждого из трех основных компонентов. Совершенствование биосферы и управление ею, а в особенности долговременным компонентом природных ресурсов, определяют принципиальные характеристики функциональных связей между добычей полезных ископаемых, заселением территорий и производством в пределах каждого из регионов.

В особом случае Африки, обескровленной политикой разграбления, геноцида и гнета со стороны прежних и нынешних колониалистских структур, развитие континента в расчете на душу населения и на квадратный километр территории уменьшено до такой степени, что на всем континенте практически не хватает ресурсов для собственной концентрации капитала, необходимого для строительства первоочередных элементов базовой экономической инфраструктуры, необходимой для здорового развития. Для того чтобы помочь Африке развить собственные средства управления и поддержания первоочередных систем жизнеобеспечения и последующего развития вторичных систем, требуется крупномасштабная внешняя поддержка в режиме последовательной передачи технологий для создания стержневых стратегических элементов экономической инфраструктуры.

Такая жизненно необходимая помощь Африке недостижима без создания климата интенсивного развития в Евразии и на американском континенте.

* * *

О стратегической обороне. Опыт американской войны за независимость и последующее развитие концепции стратегической обороны Лазаром Карно, французским «Автором Победы», а также стратегическая роль прусских реформаторов из окружения Вильгельма фон Гумбольдта и Герхарда Шарнхорста, как и развитие американских академий в Вест-Пойнте и Аннаполисе, указывали на возможность изживания военной политики в духе Древнего Рима, феодализма и кабинетных войн XVIII века в обозримом, хотя, возможно, и не близком будущем. Поражение фашиста Наполеона Бонапарта силами коалиции Александра I с прусскими реформаторами, а также оборона и контрнаступление СССР в борьбе против гитлеровской агрессии могут служить примерами оригинального применения принципа стратегической обороны, который следовало бы взять на вооружение – принципа, по существу противоположного военным представлениям, патетически пародируемым министром Рамсфелдом.

В противоположность утверждениям последователей эмпирика Томаса Гоббса, война не является ни естественным, ни необходимым состоянием цивилизации. Потребность в хорошо развитых военных силах сохраняется до тех пор, пока страны должны быть готовыми к справедливой защите своей независимости. Однако, начиная с уроков французского гения Людовика XI, продолженных переговорной политикой Мазарини и Кольбера во время заключения Вестфальского мира, затем разработкой Карно принципа стратегической обороны и оригинальными трудами прусских реформаторов с их классическим мышлением, мы убеждаемся в том, что естественный процесс развития военно-технического потенциала переходит в эпоху, когда роль компетентных военных институтов преобразуется в роль – в широком смысле – корпуса военных инженеров.

Подтверждением тому является даже идиотская некомпетентность министра Рамсфелда во время вооруженного вторжения в Ирак.

Несомненно, правительство президента Джорджа Буша-младшего нарушила нравственное и договорное право, равно как и Конституцию США, осуществив это вторжение в Ирак. Но с того момента как вооруженные силы США оккупировали территорию Ирака, они взяли на себя ответственность за благосостояние населения на оккупированной территории. Для осуществления компетентных военных операций даже против настолько неоснащенного противника, как иракская армия, требуются хорошо обученные и соответствующим образом оснащенные дивизии, которые потенциально способны обеспечить мирное и благотворное развитие на занятой ими территории. Применение относительно легкого контингента из новичков, имеющих опыт тренировки в основном в виде компьютерных «стрелялок», не соответствует квалификации компетентного министра обороны США.

Роль инженерных функций в завершающем периоде боевых операций предопределяет путь от политики стратегической обороны к политике искоренения войны. Качество военного руководства генерала Дугласа Макартура, основанное на умении победить в войне с тактикой контроля максимальной территории и уклонением от ненужных боевых действий, являет собой полную противоположность аморальности абсолютно бессмысленной ядерной бомбежки Хиросимы и Нагасаки, на которую решился президент Гарри Трумэн. Предмет оправданной целесообразности войны состоит в наиболее раннем достижении мирного результата. Это имел в виду Карно, описывая предназначение военных укреплений, созданных Вобаном, что затем оценил «старик» Мольтке.

Сегодня все более вопиющий факт глобальной опасности безумия Чейни, Рамсфелда и их неоконсервативных приспешников лишний раз свидетельствует, от противного, в пользу экономических реформ, которые при президенте Франклине Рузвельте позволили Америке избежать фашизма. Надежду на разрешение проблемы следует усматривать в том обстоятельстве, что даже в рамках типичной семьи, не отмеченной глубоким знанием науки и богословия, традиционная мораль находит практическое выражение в форме добра, которое одно поколение стремится передать по наследству детям, внукам и дальнейшему потомству. Именно вовлекая людей в практическое совершенствование условий жизни человечества на основе великих достижений прогресса, и в особенности в сотрудничестве с другими нациями, мы взращиваем действенное осознание собственной нравственной связи с поколениями потомков.

Опасность состоит в том, что если алчные и недальновидные человечки будут продолжать грызню за сокращающиеся обрывки рушащейся экономической системы, вместо того чтобы создавать на ее месте новую, то упрямое цепляние за старые привычки обанкротившейся валютно-финансовой системы практически неизбежно обречет все человечество на стремительное сползание в новое всепланетное «мрачное средневековье» на несколько поколений вперед. Если же, напротив, мы осуществим предложенные мною реформы, применив авторитет нового президентства, мы увидим себя в другом мире, в котором не будут пылать пожары войн.

2003 г.

Новый виток обостряющегося кризиса

Террористический акт в Мадриде на фоне молчаливого потворства администрации Буша эскалации политики убийств политических оппонентов, проводимой правительством Шарона, представляет собой решительное изменение контекста всех острейших мировых конфликтов с далеко идущими последствиями.

Поясню.

Уже несколько месяцев назад я знал о новой волне террористических актов, имеющих конечной целью США и другие регионы американского континента, готовящихся террористической организацией, базирующей в основном в Италии, Франции и Испании, и координирующейся из Испании.

Эта организация – реинкарнация сети, ответственной за волну правого террора в Италии и других странах в период 1969–1980 гг., сейчас связываемой с ведущей общественной ролью ветерана испанских фашистов Блаза Пиньяра (Blas Piñar).

Эта организация, базирующаяся в Испании, возникла в кругах франкистов после Второй мировой войны, сейчас представляемых Блазом Пиньяром, является частью бывшего аппарата службы безопасности нацистского генерала Вальтера Шелленберга. Она связана с международными банковскими кругами, первыми начавшими сотрудничать с известными американскими представителями Алленом Даллесом и Джеймсом Энглтоном в 1955–1945 гг.

Даллес и англо-американская группировка, в которую входил он сам и его брат Джон Форстер Даллес вместе с главой Банка Англии Монтегю Норманном, способствовал продвижению Яльмара Шахта с целью привести к власти в Германии Адольфа Гитлера. Через близких к Шахту лиц, таких как представитель швейцарских нацистов Франсуа Жену (François Genoud), после поражения нацистов под Сталинградом Даллес вступил в контакт с генералом СС Вальтером Шелленбергом и вышел на банковские каналы Геринга.

Американские доверенные лица Даллеса – генерал Дрейпер и Энглтон – сыграли ключевую роль с американской стороны во внедрении в структуру послевоенного разведывательного аппарата США и Великобритании (ядром которого являлись так называемые «утописты» из англо-американского альянса) элементов, близких нацистской СС. Кадры СС, включая Отто Скорцени, близкого к Шахту, сыграли ключевую роль во встраивании многонационального аппарата нацистской СС в так называемый антикоммунистический истеблишмент военного разведывательного сообщества после Второй мировой войны.

Операции периода 1969–1980 гг. в рамках «стратегии поддержания напряженности», подобно операциям 1960-х, направленным против президента Франции де Голля, осуществлявшимся из Испании, являются делом рук той же сети, ответственной за недавние террористические акты в Испании.

Испанские элементы этой сети играют значительную роль в проведении террористических и других операций, направленных против США на самом американском континенте. Эти провокации имеют целью спровоцировать США на еще более безответственные действия, примером которых служит деятельность вице-президента Чейни и министра обороны Дональда Рамсфельда до настоящего момента.

* * *

На вопрос о выборе времени и причине такой жестокости сегодняшних атак невозможно ответить без сравнения краха современной денежно-финансовой системы с плавающими обменными курсами, поддерживаемой МВФ в 1972–2004 гг. с крушением версальской денежно-финансовой системы 1928–1933 гг.

Кризис 1928–1933 гг. привел к диктатуре Гитлера и Второй мировой войне, сегодняшнее крушение денежно-финансовой системы МВФ приводит в действие точно такие же силы, а иногда те же самые общественно-политические интересы, которые в январе-феврале 1933 года привели Гитлера к власти. Трезвая оценка фактов за совершенно лживыми утверждениями об оздоровлении американской экономики страны показывает, что ситуация в данный момент, приблизительно за полгода до следующих выборов в США, чрезвычайно опасна.

При анализе мировой и американской денежной и финансовой информации в свете текущего ускоряющегося крушения физической экономики США и Европы становится ясным, что политическое положение США удерживается за счет сознательного введения людей в заблуждение. Физическая экономика США терпит крах, а обремененный долгами доллар поддерживается на плаву гиперинфляционными методами наводнения долларовых рынков, которые можно сравнить с механизмами германской гиперинфляции июня-ноября 1923 года.

В момент, когда этот гиперинфляционный долларовый пузырь лопнет, весь мир погрузится в стратегический кризис в чем-то гораздо худший, чем кризис 1928–1933 гг. В то время Европа и США были мощными агропромышленными производителями, сегодня же США тянут за собой Европу в обреченное «постиндустриальное» общество, в котором механизмы общественного регулирования основываются на политике «хлеба и зрелищ». В 1930-х американцам было куда возвращаться за куском хлеба – на семейные фермы. Рузвельт начал открывать закрытые, но существовавшие производства; таких предохранительных рычагов физической экономики сопоставимого масштаба сегодня нет.

Хотя точная дата всеобщей паники точно неизвестна, предохранитель детонатора этого хаоса проржавел настолько, что единственным квалифицированным прогнозом будет «в любой момент».

Лекарство есть. Оно требует резкого изменения экономической и денежно-финансовой политики, направлений ее развития в «постуиндустриальный» период 1964–2004 гг., и возвращения к агропромышленной ориентации физической экономики 1933–1964 гг. Государство должны взять под государственный контроль обанкротившиеся на сегодняшний день финансовые учреждения для их реорганизации в условиях банкротства. Успех таких чрезвычайных мер зависит от доброй воли ведущих мировых держав, при этом условии экономическое оздоровление станет возможным. Однако это же будет означать конец всеобъемлющей финансовой и политической власти финансовых олигархий, установивших фашистский порядок в Европе в 1922–1945 гг.

Тогда фашистская угроза исходила от международного картеля банкиров, называвшегося «Синархистским интернационалом». Сегодня многие из тех финансовых структур входят в финансовый картель, стоящий за фашистской структурой, создаваемой вокруг ядра, унаследованного от СС Шахта, Шелленберга, Жену и других в 1944–1945 гг. Сегодня те же финансовые круги намерены взять под контроль надвигающийся мировой денежно-финансовый крах, установив мировой порядок нацистского толка.

Вице-президент Чейни и близкие ему «неоконсерваторы» – декаденствующее наследие бацилл СС, занесенных в аппарат органов безопасности США и Великобритании в 1944–1945 гг. Особым умом они не отличаются. Как можно было наблюдать в Ираке, они страшно неповоротливы и нерасторопны, но подобно мексиканскому ядозубу, при всей своей глупости они очень опасны. Для того чтобы по-скотски относиться к людям, особого ума не требуется.

Источник опасности для народов мира заключается в их нежелании объединиться, чтобы раздавить эту нацистскую гадину в ее гнезде.

Если удастся договориться о мерах, которые суверенные национальные государства предпримут по отношению к соответствующим международным финансовым олигархическим кругам (венецианского типа) по их реорганизации в условиях банкротства, человеческой цивилизации удастся избежать худших из возможных опасностей и повернуть к общему выздоровлению. Именно в нашей нерешительности объединиться вокруг таких мер коренится источник смертельной опасности всему человечеству.

Простое начало открытого обсуждения этих проблем, пусть и с опасным запаздыванием, будет важным шагом вперед.

2004 г.

О кризисе и роли России, Китая и США

С самого начала методической европейской колонизации Северной Америки, в начале 17-го века, патриотические течения, которые позже вольются в движение за независимость США, объединились в общество, которое с течением времени превратится в ведущую разведывательную организацию страны. Это будет частная организация, общество Цинцинната. Его традиция, хоть и в раненом и вроде бы хрупком состоянии, до сих пор жива в США.

Такие же примеры были и в других странах. В противоположность утверждениям некоторых популярных доктрин созидание истории не ограничивается принятой для текущего момента политикой; будущее любого народа зависит от совершения и практического применения фундаментальных научных и других открытий, имеющих революционный характер.

Общество Цинцинната так же, как и строгая традиция классического сочинения музыки И. С. Баха, Бетховена и Шуберта, является лучшей тому иллюстрацией. Сегодня не может быть понимания людьми в других странах жизненно важных задач, стоящих перед цивилизацией на Земле, если они не осознают этого момента в основании и развитии США.

Роль таких частных организаций, как учрежденных формально, так и неформальных, стала необходимой в силу того, что даже некоторые из оставивших заметный след президентов и вице-президентов по сути были предателями – такие, например, как агент британской Форин офис Аарон Бэрр или президенты Эндрю Джексон, Мартин Ван Бюрен, Полк, Бьюканен и Теодор Рузвельт, или жалкими пешками сил, управляемых извне, такие как президент Ричард Никсон. Кружки граждан с нужными знаниями и развитыми моральными принципами частным путем служат первоначальному замыслу нашей республики.

В этом отношении положение в США сегодня намного хуже, чем оно было в течение 20 лет после смерти президента Франклина Рузвельта, особенно после того, как хорошо осведомленных патриотов моего поколения сменило поколение родившихся между 1945 и 1958 годами. Как показывают поиски президентом Путиным путей сотрудничества с США, уход поколения патриотов из числа ветеранов войны 1939–1945 гг. привел к тому, что руководящие круги сегодня намного хуже вооружены культурно и интеллектуально, чтобы справиться с самыми грозными вызовами, стоящими перед всей планетой, чем поколение ветеранов последней великой войны.

Тем не менее, несмотря на объективные трудности дипломатии, единственная надежда избежать наихудшего сценария развития нарастающего глобального экономического кризиса заключается в компетентном сотрудничестве между Россией и США, которое со стороны США может исходить от сил, уходящих корнями к традиции общества Цинцинната. Только Россия и США не могут определить результаты мирового кризиса, но без их сотрудничества нет решения для мира в целом. Проект транспортного тоннеля под Беринговым проливом является отличной иллюстрацией практических усилий.

Сейчас будет очень полезно поделиться некоторыми мыслями с гражданами нашего возможного партнера – России. Каким сотрудничеством мы должны заняться вместе с другими странами, чтобы вывести мир из гибельного тупика?

* * *

Рассмотрим особенности мирового кризиса.

Самым ярким историческим прецедентом происходящего в мировой экономике сегодня является то, что произошло в Веймарской Германии в ходе гиперинфляционного кризиса 1923 года.

Союзники, англо-голландские либералы, подготовившие и спровоцировавшие войну 1914–1917 гг., навязали гиперинфляцию марки в послевоенной Германии. Инфляция представила весь производственный потенциал Германии в распоряжение англо-голландских либералов, ответственных за развязывание обеих мировых геополитических войн в период между 1895 и 1945 годами. Перехват немецкой финансовой системы в результате образования в 1931 году Банка международных расчетов в Базеле в Швейцарии и поддержка англо-голландскими либералами диктатуры Гитлера вели к разрушению континентальной Евразии навсегда, если бы не внезапное появление на посту президента США Франклина Делано Рузвельта.

Сегодняшнее положение в мире является продолжением главных направлений той же англо-голландской империалистической («неомальтузианской», «геополитической») политики. Как только президент Рузвельт умер, согласование политики президента Трумэна с антирузвельтовской политикой Уинстона Черчилля имело своей целью развязывание функционального эквивалента «геополитической Третьей мировой войны», что мы и видим сегодня.

Сегодняшний мировой валютно-финансовый кризис – это не кризис доллара США, это общий кризис мировой валютно-финансовой системы, разрушительную силу которого можно сравнить с крушением немецкой марки в 1923 году, но уже в мировом масштабе. Текущий кризис был спровоцирован серией недавних совершенно безумных действий против Китая (в отношении китайской валюты и Тайваня) – несмотря на мои неоднократные предупреждения американским сенаторам.

Провокация против Китая была главной причиной очень значительных продаж доллара США Китаем и Японией, но даже если бы этого и не произошло, ситуация вся равно прогнила для таких же последствий в результате каких-то других действий. Существующая мировая валютно-финансовая система обречена. При нынешней валютно-финансовой системе никакого оздоровления от эффектов надвигающего общего финансового кризиса не будет и не может быть.

Только создание новой мировой валютно-финансовой системы может остановить общий кризис и погасить нарастающую в мире панику.

Поэтому важно подчеркнуть, что если США не изменят свою теперешнюю политику, мировой валютно-финансовый обвал, входящий в заключительную фазу, приведет к безнадежной ситуации для человечества на поколения вперед. Если патриоты США, взаимодействуя с другими силами в мировом масштабе, не примут меры по исправлению положения, то человечество окажется лишенным надежды на поколения вперед.

Для России и других стран главным является вопрос: какие силы в США могут попытаться изменить сегодняшнюю политику США в разумном направлении, в сторону от русла, по которому она протекала последние семь лет? На ум приходит общество Цинцинната.

К этому также подталкивает сокрушительное падение доверия к Конгрессу США при лидерах демократов – сенаторе Гарри Рейде и лидере Палаты представителей Нэнси Пелози за время после промежуточных ноябрьских выборов 2006 года. (Доверие к республиканцам, с парой альбатросов – Буш и Чейни – еще меньше).

Популярность Конгресса среди граждан упала от более или менее выраженного большинства тогда до 10.7 % сейчас. Массовые отчуждения собственности за долги по ипотеке и угроза крушения ведущих банков порождают страхи, что будет висеть на рождественской елке 2007 года, если елка вообще будет. Ситуация в Западной и Центральной Европе не лучше – как политически, так и экономически.

* * *

Ситуация в мире, таким образом, или безнадежно отвратительна, или вообще возмутительна. Вопрос в том, какое возмущение против наблюдаемых грубейших ошибок руководства возможно?

Первый шаг следует сделать очень быстро и принять проект закона, который бы замораживал все отчуждения собственности и защищал все банки, действующие в юрисдикции всей страны или штатов, в части обеспечения нормальной жизнедеятельности общества на конкретной территории.

Но эти меры не более чем полотенце под рукой – заткнуть рану, так сказать. Цель в том, чтобы подготовить площадку для: 1) выполнения общей программы экономического восстановления, основанной большей частью на государственном кредите для строительства основной экономической инфраструктуры; 2) использования программ строительства инфраструктуры для образования рынков, которые позволят восстановиться частному сектору.

Мерам по оздоровлению должен сопутствовать возврат к мировой валютно-финансовой системе протекционистского типа на основе фиксированных курсов валют. Без этого никакого оздоровления не наступит для нескольких будущих поколений.

Для создания такой мировой системы достаточно быстро, чтобы она была эффективной, США необходимо партнерство с ведущими мировыми державами, такими как Россия, Китай и Индия. Четыре крупных государства могут образовать стержень для объединения меньших государств мира в новую справедливую систему с фиксированными курсами валют. Без таких мер у человечества в целом не остается надежды на поколения вперед.

2007 г.

Мировая система рушится! Ответ генералу Ивашову

Эта моя статья предназначена для широкой международной публики. Вызвана она комментарием президента Академии геополитических проблем Л. Г. Ивашова от 26 января 2008 г. «Да здравствует глобальный кризис!».

Следует подчеркнуть, что вся планета сжата в тисках динамического общего кризиса, кризиса, разрушающего всю структуру мировой финансовой системы. Если коротко: нет ни одной страны, народному хозяйству которой бы в равной степени не угрожала надвигающаяся крупнейшая катастрофа со времен «темного» 14-го века европейской истории. Если рухнет одна из крупнейших мировых экономик, за ней последуют все остальные. Есть выбор средств исправления ситуации, если их осмыслят и примут в самое ближайшее время.

Самая очевидная причина потери способности к интеллектуальному осмыслению ситуации большинством правительств мира состоит в отношении к современным кризисным явлениям с точки зрения старых экономических, а также социально-политических и культурных догм, что характерно практически для всех современных правительств на всех континентах. Если укоренившиеся ошибочные подходы не изменятся хотя бы у некоторых правительств ведущих стран мира, планета обречена на новые темные века, и произойдет это очень скоро, и затронет все уголки планеты.

Самой интересной и важнейшей причиной изъянов мышления большинства правительств мира и важнейших учреждений является доминирующая тенденция анализа всех важнейших событий планетарного масштаба с точки зрения механистического картезианского многообразия, но не динамического антикартезианского подхода Лейбница, развитого позднее Риманом. Вопрос не в кинематическом взаимодействии стран, а в необходимости рассматривать кризис в целом в терминах римановской динамики планетарной системы физической экономики, а не валютной системы. Неспособность понять важность такого различия может вскоре стать фатальной для всех стран, оказавшихся неспособными осознать эту концептуальную поправку.

Характер кризиса

Мировой системный кризис в его современной форме впервые проявился в 1865–1877 гг., в виде британской реакции на поражение, которое президент США Авраам Линкольн нанес проекту лорда Пальмерстона, помогшего создать послушную Британской империи структуру – предательские Конфедеративные штаты Америки. Дальнейшее развитие США через выполнение таких задач, как создание единой трансконтинентальной системы железных дорог определило контуры основной так называемой «геополитической» доктрины, действующей с тех пор и до настоящего времени.

Материальную подоплеку истеричной реакции Лондона на победу Линкольна можно понять из осознания факта, что основой глобального превосходства европейских культур были физико-экономические и стратегические преимущества морских культур над народами, замкнутыми на суше. В этом и состояло преимущество европейских культур, взросших из древних культур морских побережий. Наследие Линкольна – развитие американской экономики как трансконтинентальной системы железных дорог и внутренних водных путей, так же, как во времена Карла Великого Европа начала развиваться по водным артериям, стало главной угрозой для британской имперской системы.

Эпоха великих войн, предвестником которых было убийство Линкольна по указке Лондона, началась с инспирированных Англией войн Японии против Китая 1895–1945 гг. Из японско-китайского конфликта выросла русско-японская война 1904–1905 гг. За ней последовали Балканские войны, послужившие толчком для мировой войны 1914–1917 гг., приведение англичанами к власти фашистских режимов Муссолини и Гитлера, Вторая мировая война 1939–1945 гг., реализация плана Бертрана Рассела о перманентном ядерном противостоянии 1946–1989 гг. Это первейшие примеры продолжающегося мирового стратегического конфликта.

Внутри США раздел в продолжающемся конфликте в политико-экономическом руководстве проходит по линии патриотических сил, олицетворением которых служит президент Рузвельт, и интересов англо-голландской финансовой группировки, интересам которой служили по сути своей президенты-предатели Теодор Рузвельт, Вудро Вильсон, Гарри Трумэн, Ричард Никсон, и пр.

Администрация 2001–2008 гг. Буша – Чейни, в формировании которой ключевую роль сыграл Джордж Шульц, всегда контролировалась из Лондона и даже лично, жена Чейни и сам он – марионетки фабианских кругов, связанных с Тони Блэром. Даже реабилитация от алкоголя не позволила президенту Бушу-младшему стать чем-то иным, нежели жалкой марионеткой в руках кругов, связанных с Лондоном, контролирующих администрацию Буша – Чейни (и собирающихся контролировать проектируемую шульцевой кликой администрацию президента Блумберга).

Центральную роль в этом конфликте играют современные англо-голландские финансисты – отпрыски сгруппировавшихся вокруг Ост-Индской компании лиц (напр., лорд Шелбурн), захвативших имперскую власть в своих личных финансовых интересах в результате Парижского мира 1763 года после того, как Англия втянула ведущие европейские державы в Семилетнюю войну. С тех самых времен, с 1763 года, главным врагом человечества являются те, кто создал и привел к власти Гитлера – англо-голландские наследники неовенецианских финансовых интересов. Принц Уэльский Эдуард Альберт в конце XIX века – самое наглядное олицетворение мировых процессов, начавшихся в феврале 1763 года и продолжающихся до настоящего времени.

Конечная цель Лондона и его глупых американских и европейских приспешников в их попытках разрушить США в ходе финансово-экономической войны состоит в устранении США как фактора мировой политики в целом. Если усилия британских и их дрессированных европейских простофиль увенчаются успехом, весь мир погрузится в общий разрушительный финансово-экономический кризис, сравнимый, но несопоставимо более серьезный по последствиям, с крушением ломбардского дома Барди.

Корни империи

Для понимания этого явления нужно правильное понимание развития империализма в Европе. Под «Европой» следует понимать европейскую цивилизацию, уходящую корнями в морском союзе против Тира, созданного Египтом (напр., Киренаика), ионийцами и этрусками, восходящего к VII веку до Р. Х. Имперские силы, когда-то зародившиеся вокруг Тира, в борьбе с которыми развивалась европейская культура, с самого начала строились на том, что во время Демосфена называли «персидским образцом» (иначе вавилонским образцом), а если говорить просто – «олигархия». Олигархия в ее основах описана Эсхилом в пьесе «Скованный Прометей».

Главный смысл этой истории в утверждении человека как принципа агапе апостолами христианства Иоанном и Павлом. С одной стороны, человек как «мужчина и женщина» книги Бытия, которых защищает мифический Прометей, а с другой – деградировавший человек, илоты ликургийской Спарты, доведенные до скотского состояния дельфийскими культами Аполлона и Диониса.

Величайшим врагом европейского империализма во всех его проявлениях со времен Пелопонесской войны была идея суверенного нации-государства, как ее выразил в современном виде Николай Кузанский в Concordancia Catholica и воплотили на практике Людовик XI во Франции и английский король Генрих VII. Это концепция гражданина, гармоничная с пониманием мужчины и женщины в книге Бытия. Это то же понятие человека, выраженное в принципах Вестфальского договора 1648 года. Оно заложено в американскую конституцию, принявшую идею Лейбница о «стремлении к счастью» в противовес порочной доктрине Джона Локка. Принцип Лейбница выражен в преамбуле к федеральной конституции США [ «содействовать всеобщему благоденствию»] как основа любого законного правительства.

Почему враги и предатели США ненавидят Франклина Рузвельта

Исторические прецеденты концепции приняли строгую научную форму всеобщего закона для народов мира в твердом намерении Рузвельта после окончания войны против гитлеризма, избавить мир от колоний и полуколоний, уничтожив империализм – включая, как об этом ясно сказал Рузвельт Черчиллю, британский империализм – при помощи конверсии военной промышленности, созданной для борьбы против Гитлера, для создания мировой системы суверенных наций-государств. При преемнике Рузвельта, почитателе Черчилля Гарри Трумэне, администрация обслуживала интересы британского империализма. В этом состояла стратегия англо-американских финансистов, как видно по деятельности номинально американских финансовых интересов, проводивших курс вопреки намерениям некоторых американских президентов, например, Эйзенхауэра.

Франклин Рузвельт понимал, что для того, чтобы освободить США и позволить стране вернуться к своим конституционным принципам, необходимо разгромить главную силу мирового империализма – англо-голландский либеральный финансовый капитал. Открытых предателей, или просто дураков в американской политике, легко вычислить по их сожалению о роли, которую сыграл президент Рузвельт. Их же можно найти среди тех, кто завидует европейской парламентской системе, в особенности британской, предпочитая ее американской, какой она была во времена президента Рузвельта.

Широко распространенное, немного идиотское, если не просто глупое мнение о возникновении империй как выражения национальных государств, стало причиной огромных трагедий в современной, да и средневековой Европе. Вопрос – кто или что контролирует органы, полагаемые национальными правительствами, сегодня очень плохо понимают даже в самых верхних эшелонах правительств и в университетской среде.

Сегодня есть только одна серьезная мировая империя – это Британская империя. Это понятие можно использовать, только отдавая себе отчет, что «Британская империя» – не более чем одежда, в которую рядится высокопоставленная структура, этакая слизистая плесень – мировая финансовая олигархическая система. Сегодня для единой мировой империи, навязываемой новой «Вавилонской башне», предлагается другое имя – «глобализация», или «мировое правительство».

Глобализация: Британская империя

С нормальной научной точки зрения отличительная черта человеческого вида, отличающая его от низших форм жизни, заключается во врожденных творческих ментальных способностях индивидуального разума. Социальное взаимодействие людей с общим опытом творческой деятельности отдельных членов общества коренным образом отличает культуру человеческого вида в целом и каждую конкретную стадию развития культуры носителей данного языка от типичного поведения любого другого вида и подвида.

С компетентной современной научной точки зрения такое представление собственно человеческой формы общества и развивающейся культуры выражает универсальный физический принцип Вселенной, подобный таким принципам, как открытый Кеплером универсальный принцип тяготения. Однако естественные способности человеческого вида отличаются от неизменных универсальных закономерностей тем, что в них встроено творческое начало. Открытие научно подтверждаемых физических принципов преобразует научную практику антиэнтропийным образом, достигая более высокого физического состояния.

Совокупным выражением последствий такого развития культуры в части научных и других знаний является эволюция накапливающейся массы культурного опыта в культурном наследии носителей общего языка.

Другими словами, полным абсурдом и еще жестоким абсурдом было бы считать, что словари разных языковых культур можно механистически сравнивать, определяя значения отдельных терминов и общеупотребительные выражения. Таким образом, хотя идеи, выражаемые людьми разных языковых культур, могут приводить в конечном итоге к одним и тем же понятиям, процесс формирования идей в пределах конкретной языковой культуры отличается от других культур. Для знатоков модальностей языка вложенная в язык история развития и контексты использования языка характеризуют способы метафорической передачи смысла в речи образованных людей. Те, кто слишком много «гуглят», к скотскому состоянию ближе, нежели разумные человеческие существа.

Важнейшей чертой цивилизованной языковой культуры является то, что она служит средством взаимодействия между культурами. Поэтому развитие функциональных отношений между носителями различных языков позволяет людям объединяться для достижения общих целей человеческого рода. Без защиты суверенной роли конкретных языковых культур невозможно здоровое развитие отношений между культурами.

Эти замечания имеют большое научно-практическое значение. Способность общества, в котором действует индивид, производить нечто подобное подтверждаемым универсальным принципам, например физические принципы, увеличивающие способность человечества (или конкретного общества) наращивать потенциальную относительную плотность населения качественно, говорит об интеллектуальных явлениях, принципиально антиэнтропийных. Такое поведение недоступно «звериному интеллекту», это коренное отличие человеческого разума. Порождение антиэнтропийных идей является отличительной характеристикой человека от всех других животных. Развитие языков как следствие этого антиэнтропийного принципа является важнейшим соображением для построения отношений между суверенными языковыми культурами человечества.

Возникновение европейской культуры в рамках союза Египта, Ионии и Этрурии где-то в 7-ом веке до нашей эры служит наглядным тому подтверждением.

Происхождение Европы

Основные цивилизации, зародившиеся в северном полушарии нашей планеты за приблизительно последние 200 000 лет, выросли из культур побережий океанов, плававших по звездам по морям, уровень которых был приблизительно на 120 метров ниже, чем сегодня. Важнейшие из дошедших до нас полностью или во фрагментах календарей, возрастом в районе 20 000 лет, указывают на преобладающую роль таких морских культур. По мере таяния ледникового покрова люди моря уходили в приморские территории суши, по устьям рек. Так, например, из моря вышла египетская культура.

В такой специфической культурной среде под влиянием морских культур на зоны послеледникового подтопления сложилась культура с научными предпосылками. Астронавигация и наблюдения за Вселенной над собой составили основу для возникновения концепции всеобщей системы. Из этой концепции, выразившейся через Египет в традиции Фалеса, Гераклита, пифагорейцев и Платона, выросли все значимые достижения древней, средневековой и современных цивилизаций. Открытие Николая Кузанского онтологических изъянов не только в софистике Эвклида, но и квадратуры круга Архимеда послужило основой для успешного развития современной науки от Леонардо да Винчи, Иоганнеса Кеплера, Ферма, Лейбница, Римана и других. Без такой концепции всеобщего принципа реальная физическая наука не могла бы существовать.

К сожалению, большинство этих достижений потеряно даже в университетской среде.

Потери наследия культурного развития науки объясняются тормозящим влиянием англо-голландского либерализма, ставшего империалистическим культурным авторитетом в результате влияния венецианца Паоло Сарпи, введшего омерзительную практику либерализма или эмпиризма на подъеме англо-голландского либерализма и картезианства в 17-ом и 18-ом веках.

Подавление знания основ физической науки, связанной с выдающимися именами Кузанского, Леонардо, Кеплера, Ферма, Лейбница, Гаусса и Римана с начала 17-го века и, в особенности, с эпохи наполеоновских войн и подъема мировой мощи британского империализма, привело к тому, что количество перспективных ученых среди выпускников университетов уменьшилось, и все в результате давления радикальных форм современной либеральной софистики, выразившегося в распространении позитивизма и еще более радикального интеллектуального упадка – экзистенциализма.

То, о чем я кратко сказал выше, имеет критически важное политическое и стратегическое значение в разрезе того, о чем говорит генерал Ивашов. Проблему современного империализма невозможно правильно понять, не учитывая абсурд, поселившийся в головах стратегически мыслящих политиков, не понимающих, что сама идея универсального физического принципа неизвестна большинству тех, кто сегодня принимает решения в политике. Поэтому мифическое и функционально абсурдное понимание империализма как порождения специфической языковой культуры само по себе породило ситуацию в кругах лиц, принимающих политические решения, когда обсуждение злободневных проблем дрейфует в сторону смертельного безрассудства стратегического масштаба.

Подход Британской империи к убийству

Говоря о подлинной сущности и природе Британской империи, следует подчеркнуть, что чаще всего финансовые олигархи сами не ведут войн, они их готовят и финансируют. Обычно, как это было во времена войн, которые вели ломбардские банкиры в XIV веке, банкиры финансируют обе стороны – чтобы ограбить проигравшего и опутать долгами победителя. Именно Лондон (в основном) привел к власти Гитлера и Муссолини, и тот же Лондон препятствовал «слишком скорой», по мнению Черчилля, победе США над Гитлером.

Как я уже писал в своих работах ранее, с момента прорыва союзников в Нормандии марионетки Черчилля, такие как тупой и жестокий Монтгомери с его выходкой с Первой армией, отодвинули победу на месяцы. Одновременно произошел резкий антирузвельтовский сдвиг вправо внутри самых США со стороны правых финансистов, управлявшихся из Лондона, и этот ход привел подлеца Трумэна к власти.

Лондон готовил разрушение США в 1960-е годы, после убийства президента Кеннеди и продолжительной войны в Юго-Восточной Азии в 1964–1975 гг., точно так же, как Дельфийский культ убил классическую Грецию в результате Пелопонесской войны, развязанной софистами.

Я предупреждал во всеуслышание накануне инаугурации президента Джорджа Буша-младшего, что он абсолютно неспособен бороться с уже надвигавшимся новым мировым экономическим кризисом и что следует ожидать крупного теракта, чего-нибудь вроде поджога рейхстага, организованного Герингом (что позволило установить диктатуру Гитлера). События 11 сентября 2001 года открыли новую страницу войны в Юго-Западной Азии, сейчас приближающуюся к границам Пакистана, в то время как Англия опять повторяет провокацию МИ-5 с Мау Мау (1950-е гг.) в Кении.

Учитывая такие детали недавней истории, можно задуматься над принципами, которые эти события отражают.

Война не является основным инструментом правления олигархии. Это вспомогательное средство. Главная цель олигархии – управлять умами и страстями людей, искусственно порождая конфликты среди тех, кто мог бы сплотить силы против олигархии. Так, в случае с подлой войной в Ираке, развязанной с помощью премьер-министра Великобритании Тони Блэра, управление «общественным мнением» стравливаемого населения облегчает управление и грабеж этого самого населения. В этом и есть смысл империи, сохранявшийся во всех олигархических и финансистских течениях в европейской истории с древнейших времен дельфийских финансистов с их культом Аполлона и Диониса.

Динамическое множество национальных государств

Одураченные и поверившие в «дедуктивные» и «индуктивные» методы люди думают, что универсальные принципы есть не более чем механическая «повторяемость». Открытие Кеплером принципа гравитации и его же открытие гармонической организации, лежащей в основе определения измеряемого притяжения между планетами, показывает, что принцип гравитации находится «вне» измерения орбиты как таковой. Этот принцип связан со свойством траектории орбиты, которое управляет ей в каждом и всех, даже малейших, мыслимых ее отрезках.

Другими словами, принцип гравитации является принципом действия, занимающего любой, самый мельчайший отрезок орбиты, который можно себе представить. Лейбниц построил свое изобретение исчисления на концепции бесконечно малого Кеплера. Точно так же свойство любого истинного подтверждаемого универсального физического принципа всегда сродни универсальному и онтологически бесконечно малому вопреки печально известной лжи Эйлера и других. В эйнштейновых терминах истинный и физически действенный универсальный принцип ограничивает вселенную опыта так, что мы ее должны представлять неевклидовой, везде конечной вселенной, так как она самоограничивается множеством обнаруживаемых универсальных физических принципов.

Все состоятельные представления об универсальных принципах (напр., универсалии, или типы) имеют это действенное качество. Таким образом, как подчеркивает Эйнштейн, наша Вселенная конечна, так как она ограничена универсальными принципами, лежащими в основе ее существования.

Этот же принцип в особом виде присутствует в концепции биосферы и ноосферы академика Вернадского. Это универсальные принципы, доказывает Вернадский систематически на примерах химии живых процессов и ноосферы.

Еще шире эти же соображения из области физической науки имеют отношение к области принципиальных идей. Такие идеи определяют подлинный смысл культуры. Защищая эти идеи в аналоговой форме, в которой они существуют изначально, от дегенерации в цифровые формы, мы защищаем творческие способности человеческого интеллекта. Именно это отличие человека от животного необходимо защищать, охраняя аналоговые формы от цифровых. В аналоговых формах выражается естественный потенциал творчества человеческого разума.

Необходимо сохранять и защищать опыт, породивший в культуре конкретного общества те концепции, которые могут существовать только в аналоговом, антиэнтропийном виде артефактов языковой культуры.

Единство кажущихся противоположностей

Динамический культурный опыт общества является основой для определения национальной культуры. Его следует защищать и развивать, объединяя разнообразные культурные пласты в устоявшуюся или становящуюся культуру. В конечном итоге идеи всех национальных культур нужно привести в соответствие друг с другом на основе их приближения к общему когнитивному опыту, но это может произойти только при помощи продвижения общей заинтересованности в таком результате отдельными суверенными, основанными на национальных культурах образованиями.

Без такого подхода к отношениям внутри культур и между ними не может сложиться экуменической общности интересов наций. Без такой общности интересов творческие возможности всего человечества угнетены или даже подавлены, как это происходит в «Вавилонской башне» глобализации.

Таким образом, на практике мы имеем дело со следующим.

Глобальный общий кризис требует создания мировой системы сотрудничества большинства стран, которые сегодня являются суверенными в строгом смысле этого слова, и тех, которые на суверенность претендуют.

Разворачивающийся планетарный кризис требует инициативы от четырех ведущих суверенных государств: США, России, Китая и Индии, а также других. Ближайшая цель – создание системы договоров и соглашений, которые бы заморозили курсы национальных валют приблизительно на сегодняшнем уровне.

Это соглашение должно быть подкреплено и усилено некоторыми другими мерами:

• новой международной системой фиксированных обменных курсов, в основе которой лежат цели, в широком смысле совпадающие с целями президента Рузвельта на послевоенный период;

• обеспечением государственного кредита для основных внутренних и международных проектов развития на условиях международных соглашений на срок от четверти до половины века, а в некоторых случаях и на более длительный срок. Вложенное множество соглашений необходимо назвать «общими целями человечества».

Многие из этих проектов уже обсуждаются. С этого следует начинать, с упором на базовую экономическую инфраструктуру.

Только союз такого рода, на основе общих экономических целей развития и безопасности, может позволить нам упорядоченно реорганизовать обанкротившуюся денежно-финансовую систему. Это единственный действенный подход к международной безопасности в условиях, существующих на сегодняшний день.

2008 г. Перевод с английского Константина Бородинского.

Сейчас дефляция, потом гиперинфляция

Немецкая экономика сразу после Первой мировой войны быстро погрузилась в дефляционное состояние – до того, как вошла в гиперинфляцию. Это случилось в результате выполнения условий Версальского мира, наложенных на Германию картелем, сложившимся вокруг Банка Англии, который вскоре занялся созданием нацистской партии Адольфа Гитлера, вступившей на международную арену как раз ко времени, когда началась гиперинфляция. К такому же процессу, ведущему к мировой гиперинфляции, мы идем сегодня. Люди делают вывод, что правительства США и Англии ведут себя как идиоты.

В самой своей известной сентенции знаменитый профессор Джордж Сантаяна из Гарвардского университета предупреждал, что «те, кто не помнит прошлого, обречены его пережить заново». Профессор Сантаяна был не совсем прав, но со всеми поправками к этому предупреждению сегодня можно прислушаться.

Попытки поддержать обанкротившиеся валютные системы Западной и Центральной Европы, а также США в условиях, сложившихся после середины июля 2007 года при президентах Буше и Обаме, неизбежно перерастут в гиперинфляцию, если позволить продолжаться этой глупости.

Применение гиперинфляционных денежных методов с июля-сентября 2007 года в Великобритании и США успешно направляет экономики обеих стран к затоплению с ускоряющимся ростом безработицы и закрытием предприятий. Инфляционная спираль под управлением главного смотрящего за администрацией Обамы Лари Саммерса становится все более крутой, а зарплаты в жизненно важных отраслях промышленности и сельского хозяйства страны падают.

Как это было в Веймарской Германии и происходит в США, Западной и Центральной Европе сегодня, дефляция в реальном секторе не просто предшествует по времени гиперинфляционному ценовому взрыву, но и послужит его детонатором. Мы сейчас на краю пропасти – сдвига к открытому гиперинфляционному взрыву цен, очень похожему на произошедший в Веймарской Германии весной-осенью 1923 года.

Следует напомнить, что в передаче, адресованной международной аудитории 25 июля 2007 года, я предупреждал, что мир стоит на пороге величайшего всеобщего экономического кризиса в современной истории. Кризис и разразился уже буквально через три дня. В том обращении я предложил главное средство борьбы с ним, закон «О защите банков и домовладельцев – 2007». Тогда я пообещал изложить дополнительные уточнения по некоторым дополнительным мерам и сделал это уже в сентябре того же года.

К сожалению, меры, которые я предлагал и которые сработали бы, как я и говорил, если бы их приняли в сентябре 2007 года, саботировали член Палаты представителей Барни Франк и другие. Жульнические уже по самому замыслу меры по поддержанию банков превратили контролируемый в июле-сентябре 2007 года кризис в кошмар жульничеств, наложившихся на жульничество мировых финансистов.

Следует подчеркнуть, что в своем июльском обращении 2007 года я говорил об общем банкротстве мировой финансовой системы, включая банковскую. Если бы были приняты мои предложения по банкротству, выход из кризиса уже бы просматривался летом 2007 года. На практике Барни Фрэнк и другие в Палате представителей США и в других органах власти обманули страну и ее банковские и правительственные учреждения.

Глядя сегодня на происходящее в узкой перспективе, единственным лекарством для США является внезапная и решительная реорганизация всей финансовой системы через банкротство. Большую часть зависших «плохих активов» нужно или просто списать с баланса банков, как не удовлетворяющих требованиям исторического закона Гласса – Стиголла, действовавшего до махинаций с ним тогдашнего министра финансов Ларри Саммерса. Реально 15 % активов, не соответствующих этим требованиям, могут сохраниться в ходе такого списания. Если реорганизацию через банкротство не начать немедленно, количество обязательств, не удовлетворяющих требованиям Гласса-Стиголла, которые можно было бы сохранить, уйдет в ноль по мере нарастания гиперинфляционной фазы международного кризиса.

Если мои предложения по изменению политики США не будут приняты, весь мир скатится в величайшую депрессию в известной нам до сих пор мировой истории. Население мира очень быстро сократится с более 6,5 миллиардов человек до менее двух, как к тому и стремится Фонд (шарлатанов) дикой природы принца Филиппа. Это будет грандиознейший геноцид в человеческой истории.

Роль американского доллара

За период между событиями финансового года 1967-68 в США и нефтяным жульничеством англичан и саудитов в начале 1970-х, а также деятельности Трехсторонней комиссии во времена прирученного президента Картера, США утратили свою доминирующую роль в рамках мировой валютно-финансовой системы. В седле оказалась англо-голландско-саудовская финансовая империя. Тем не менее, доллар США оставался основной валютой международных кредитов.

Сегодня, как показывает пример кризиса в Китае, если американский доллар девальвируется относительно любой валюты, мировая система всех государств погрузится в «темный век», и быстрое сокращение населения Земли до двух миллиардов станет практически неизбежным.

Важность доллара основана на двух свойствах американской валюты. Первое и главное – по конституции, американская экономика основана на кредитной системе, в отличие от европейских валютных систем, характерных для парламентских форм правления. Никакая новая валютная система не спасет мир от последствий происходящего крушения народных хозяйств России и Китая в дополнение ко всем странам Западной и Центральной Европы.

Если систему, которую я предлагаю, не примут, Китай начнет распадаться в результате накопившейся зависимости от доходов, поступавших от долгов США Китаю. Россия пострадает меньше, чем Китай, но схема та же. А положение Западной и Центральной Европы очень быстро станет безнадежным.

Единственный выход – отмена существующей мировой валютной системы с упорядоченной реорганизацией денежных систем и кредита из валютной системы в кредитную систему с фиксированными обменными курсами, что и предполагал сделать президент Франклин Рузвельт до его смерти 12 апреля 1945 года. Фактический изменник и ревностный защитник британского империализма президент Гарри Трумэн принял 13 апреля 1945 года антирузвельтовскую валютную систему Джона Мейнарда Кейнса.

Необходима долговременная кредитная система с фиксированными обменными курсами, сроком на 50 лет, с выдачей долговременных кредитов на межгосударственной основе под 1,5–2,0 % годовых, которые будут использоваться в основном для массированного развития экономик Азии, Африки и Латинской Америки, в основном за счет капиталоемких, технологически продвинутых инвестиций в долгосрочные проекты наращивания производственного потенциала физической экономики стран, измеряемого в единицах на душу населения и на квадратный километр территории.

Проведение существующей мировой валютно-финансовой системы через банкротство в духе закона Гласса-Стиголла является единственным средством спасения всего мира от краха.

Время такой реформы уже наступило. И правительства, возражающие против таких реформ, следует как можно быстрее сместить и заменить людьми более разумными и расположенными к международному сотрудничеству в этой сфере.

И вопрос правительствам должен быть не глупым «А вы согласны?», но «Вы собираетесь выживать?».

2009 г. Перевод с английского К. Бородинского.

Спасти США может опережающее банкротство британской системы

(Заявление Комитета политических действий Ларуша (LPAC), 25 июня 2013 года)

В последние несколько недель англо-европейская олигархия сделала несколько откровенных заявлений. Двадцать восьмого мая появился аналитический доклад J. P. Morgan, в котором рассматриваются перспективы еврозоны. Шестнадцатистраничный документ констатирует прогресс – «пройдено полпути» к созданию диктатуры банкиров в Европе с единой валютой, в которой пропадут последние остатки суверенитета. Осталось преодолеть сопротивление диктатуре строгой экономии во всей Европе. J. P. Morgan мечтает о 30-х годах прошлого века, когда с подачи Банка Англии и Банка международных расчетов Монтегю Норман, Прескотт Буш и Аверелл Гарриман финансировали Гитлера и нацистов.

Следом появился доклад Банка международных расчетов (BIS), в котором предлагается немедленно прекратить «количественные смягчения» (накачивание банковской системы ликвидностью) и перейти к жесткой экономии – конфискации сбережений населения и политике твердой руки для упрочения диктатуры в Европе.

Вольфганг Мюнхау (Münchau) проанализировал 23 июня в Financial Times состояние европейских долгов и пришел к выводу, что они непосильны и неминуем массовый дефолт.

Сумму безнадежных долгов на балансе «неблагополучных банков» и скрытых долгов условно платежеспособных банков он оценивает в два с половиной триллиона евро, в то время как Европейский механизм стабильности располагает пятьюстами миллиардами для помощи. Мюнхау утверждает, что достоверность финансовой отчетности немецких банков сомнительна, у немецких банков серьезные проблемы. Но на самом деле Мюнхау недооценивает масштаб проблем. В результате нарастающего кризиса реальной экономики, захватившего и Азию, на прошлой неделе цены на сырую нефть упали до 93 долларов за баррель и только на ставках на деривативы по нефти некоторые банки потеряли около триллиона всего за двое суток. Нечему удивляться, объемы внебиржевых и прочих деривативов вне сферы регулирования превышают 1.4 квадриллиона долларов.

Некоторые говорят, что долги неподъемны, поэтому они готовы поднять руки. Почему? Чтобы попытаться выяснить, кто в выигрыше и кто проиграл. Считается, что одним из больших проигравших будут США. ФРС наводняла Европу деньгами, больше половины ежемесячных вливаний в размере 85 миллиардов по программе количественного смягчения направлялось европейским, а не американским банкам. Баланс ФРС вырос до почти четырех триллионов – рост на 300 % за последние несколько лет. И так же поступали некоторые другие центральные банки.

И теперь некоторые круги олигархии хотят проколоть долговой пузырь, обанкротить США (составная часть их генерального плана) и взять курс на неприкрытый фашизм. Из доклада Банка международных расчетов следует, что важным источником финансирования процесса станет широкомасштабная конфискация незащищенных сбережений во всех банках. Для ее проведения необходимы диктаторские методы.

Банк международных расчетов был образован в 1929 году по плану Юнга, разработанному фирмой J. P.Morgan. Морган-младший и другие из Morgan Guaranty контролировали списание репараций Германии, которые не могли быть выплачены, и расчищали дорогу для нацистов с их военными планами, которые вынашивались уже с конца 20-х годов.

В свое время Банк международных расчетов и Морганы (равно как и Буши) сыграли заметную роль в деятельности англо-американских структур, двигавших Гитлера к власти. Их наследники сегодня открыто заявляют о готовности взяться за старое. Нажимая на то, что долги безнадежны, они хотят взять процесс под контроль и нейтрализовать любые движения США в сторону возврата к кредитной системе Рузвельта.

Открытое вмешательство представителей J. P. Morgan в сенате в Делавэре, заявляющих, что разделения банковской деятельности не должно быть ни при каких обстоятельствах, очень показательно. Для лондонской и уолл-стритской международной олигархии закон Гласса – Стиголла – это Ф. Рузвельт и возврат США к кредитной системе.

Доклады J. P.Morgan и BIS следует понимать как объявление войны Соединенным Штатам Америки.

* * *

Правительство США должно заявить: махинации BIS/JPMorgan, имеющие целью банкротство США, следует остановить. США должны немедленно предъявить к оплате все зависшие долги крупных лондонских и континентальных банков и обанкротить тех, кто толкает мир к фашизму. Надо их опередить до того, как они сделают ход. В свете последних откровенных заявлений о целях этих кругов правительство США должно принять превентивные меры.

Требования дополнительного обеспечения огромного европейского долга ФРС и министерству финансов США станут для них ударом. В такой ситуации единственной опорой для США станет разделение сфер банковской деятельности: арест активов банков, неспособных выплатить свои долги, и создание чего-то подобного Трастовой корпорации урегулирования (этот механизм использовался в случае с массовыми банкротствами ссудо-сберегательных банков) – государственной организации, которая примет активы учреждений-банкротов для продажи в будущем с целью частичной компенсации потерь. И без промедления создать подлинную кредитную систему для финансирования масштабной программы оздоровления экономики.

США должны отреагировать на планы обанкротить и ограбить США. О том, что англичане планируют обанкротить и разрушить США, нужно сказать вслух и заявить, что мы этого не потерпим и примем превентивные меры.

Россия в опасном положении

Как Россию застали врасплох

Взаимодействие четырех ведущих держав – США, России, Китая и Индии – необходимо в ближайшее время для создания новой международной системы, объединяющей практически все страны в системе антиимпериалистического сотрудничества суверенных государств. Без этого вряд ли можно будет избежать скатывания в продолжительный темный век на всей планете.

Несмотря на жульнические попытки некоторых недальновидных лидеров США и других стран объяснять сегодняшнюю мировую финансовую панику как простой «кризис ненадежной ипотеки», к концу июля 2007 года гиперинфляционное, «геометрическое» раздувание квадрильонов долларов чисто фиктивных финансовых активов, названных «финансовыми деривативами», дошло до точки общего кризиса. Темп инфляции чисто номинальных спекулятивных финансовых деривативов, которые рассматривали как финансовые требования мировой валютно-финансовой системы, основанной на деривативах, достиг скорости разрастания, при которой распад всей мировой валютно-финансовой системы стал неизбежным. И полное безумие «выкупа» (“bail-out”), проводимого президентом [Бушем] и полоумными членами Конгресса, ведет к тому, что соотношение непогашенных обязательств и реальных активов уходит за гиперинфляционный горизонт.

Историческую аналогию такого международного общего кризиса можно найти в смертельном откате во тьму в 14-ом веке европейской истории, когда население Европы сократилось приблизительно на треть.

В сегодняшней ситуации стоит выбор: провести реорганизацию всей существующей валютно-финансовой системы через банкротство или же вступить в планетарный «новый темный век» для всех народов и государств. Никакой другой альтернативы изменения мировой системы нет. Если отказаться, то страны и люди обречены, никаких вариантов не останется. Бессмысленно говорить о «реформах». Или существующая система будет уничтожена и заменена новой сверху донизу, одним мировым вздохом, или со всеми будет покончено – и индивидуально, и на государственном уровне. Отсчет уже начался.

Хозяева мирового финансового рынка – и за ними жадная и безмозглая администрация Буша и сегодняшняя маленькая группировка лгущих на каждом шагу триумфалистов среди лидеров Конгресса – выбрали ускорение гиперинфляции финансовых требований, разрушая попутно фундамент физических активов реальной экономики – вместо того, чтобы дать ход моим предложениям реформ, с которыми я выступил в июле 2007 года, которые могли бы спасти цивилизацию.

Сегодня необходимо резко, одномоментно прекратить действие существующей системы. Попытки ее «подпереть», предпринимаемые по всему миру, могут делать только полные дураки или чудовищные преступники.

* * *

Явные заблуждения определенной части руководящих кругов России проявились в виде беспочвенных заверений, что доходы России от продажи энергоносителей и другого сырья иностранным государствам защитят Россию от волн мирового финансового кризиса, уже охватившего США и другие страны.

К сожалению, лидеры России делали вид, что мировой кризис на экономику России серьезно не перебросится. Сейчас же волны кризиса захлестнули Россию, и сильно. Свобода включает свободу делать ошибки, как это сейчас случилось с Россией.

К сожалению, это также означает свободу страдать от сделанных ошибок, включая свободу национального самоубийства в экстремальном случае.

Некоторые ведущие учреждения России страдают сегодня от «индуцированной дезориентации». Российские ошибки в оценке текущей мировой ситуации являются не просто причиной позора и угрозой интересам России. Кроме этого, упрямое нежелание некоторых российских кругов видеть реальность – как она есть – является источником повышенной опасности для всего мира.

Экономическая политика руководства России в 2007–2008 гг. петляла и шла зигзагами. Спотыкания российского экономического курса и планов представляют собой угрозу в виде цепной реакции, ухудшающей ситуацию в мире в целом и в самой России.

В России, очевидно, не признают, что в последние годы она жила слепой верой в свое сырье и энергоносители в условиях завышенных цен на эти товары. Российские лидеры полагали, что прибыли от экспорта будут таковыми всегда. Эти иллюзии способствовали погружению России в сегодняшний кризис. Россия вела себя так, как будто ей не нужно вкладывать средства в развитие собственного промышленного производства.

Эти заблуждения разделяли многие страны, и они стали ахиллесовой пятой пораженной кризисом мировой экономики. За восемь лет правления клинически безумного Джорджа Буша его администрация разрушила не только США, но другие страны, проводившие такую же безумную политику, выдуманную в Лондоне.

Вопрос «что будет с рыночными ценами на сырье» не просто уводит от сути дела.

Следует в первую очередь разобраться с механизмами, которые использовались для того, чтобы убедить российское правительство в мнимых преимуществах ее экономического положения. Но пусть вина лежит на тех, кто виноват. Сегодня главная проблема России и лиц, принимающих решения во всем мире, в том, что отсутствуют остро требуемое понимание и компетентные решения. Это вытекает из того, как Россия позволила никудышным советникам завести ее в дебри ошибочных стратегических экономических оценок.

И здесь встает и требует ответа вопрос: что я могу посоветовать администрации президента Обамы в плане политики по отношению к России? Как должен строить свою политику по отношению к России избранный президент, в то время как Россия блуждает в потемках, которые ее власти явно не предвидели, а сегодня не желают осмысливать? Как помочь в этой ситуации России – необходимому партнеру США?

* * *

Россия больше не коммунистическая. Тем не менее, для понимания экономической политики России сегодня следует принимать во внимание не только экономические теории Карла Маркса, о которых пойдет речь ниже, но также и продолжающую жить мифологию, сложившуюся вокруг Маркса как личности.

Марксовы экономические теории никогда не были сами по себе научными. Они были второстепенной частью международной системы империалистического англо-голландского либерализма в традициях Паоло Сарпи и включали два главных английских варианта доминирующих догм в отношении экономики: так называемой «капиталистической» версии британской идеологии и «социалистической» версии той же идеологии – уже с другой стороны.

Карты всем игрокам сдавались на одном и том же столе – мирового, царящего сегодня либерализма.

За исключением американской системы политической экономии и периода ее реализации при президенте Ф. Рузвельта, в частности, мировая экономика 1890–2008 годов собрала за одним и тем же англо-голландским либеральным столом два типа конкурирующих игроков. Самые сметливые из вас могут сами догадаться, что это стол Сатаны.

Мы все играли по навязывавшимся все это время правилам. И я играл за этим столом, хотя в вопросах целей экономической политики и был последователем Бенджамина Франклина, Александра Гамильтона, Генри Кэри, Авраама Линкольна и Франклина Рузвельта. Я сидел за этим столом и делал прогнозы в свете происходящего не потому, что я верил в господствующие воззрения, но лишь потому, что никакого другого стола для экономической игры не было, за ним сидели все ведущие мировые деятели. И вот игра закончена, вероятно, уже навсегда. И сама игра, и ее правила изменились, уже тоже навсегда.

И по мере того, как подходила к сегодняшнему концу старая грязная игра, в десятилетие до избрания президента Путина происходило крушение бывшего Советского Союза и его сиквела – России. Новое направление развития России вытолкнуло Карла Маркса (но, надеемся, не Академию наук, которая очень нужна) на обочину, российское руководство оказалось под угрозой собственных заблуждений – убеждения, что России удастся избежать в значительной степени депрессии, источником которой они ошибочно считали одно трансатлантическое экономическое сообщество. Сегодня Россия столкнулась с мрачной реальностью, состоящей в том, что обречена не экономика США, а вся мировая система, в полной зависимости от которой находится Россия.

И сегодня экономике России угрожают последствия безосновательной уверенности, основанной на порочных советах, в том, что существуют какие-то основания, кроме мистической власти какого-то древнего бога-ветра, по которым чудовищный кризис, захлестывающий США и европейские страны, отзовется в России мелкими преходящими неудобствами.

* * *

Самоуверенность руководящих кругов России выразилась во в корне неправильном отношении к моим предупреждениям о мировом общем экономическом кризисе современной валютной системы, о чем я говорил в своем трехчасовом обращении 25 июля 2007 года в Интернете.

Я предупреждал, что надвигающийся кризис на ипотечном рынке выльется в системный кризис распада с квадрильонами долларов спекулятивных финансовых деривативов, затопивших всю мировую экономику, но фантазеры и идиоты старались успокоить себя мыслью, что все ограничится «кризисом ненадежной ипотеки». С того времени события на международных финансовых рынках развивались вопреки сказке об «ипотечном кризисе» и в полном соответствии с моими предсказаниями о виде и сроках процесса крушения мировой системы в целом.

Единственное подходящее сравнение из современной европейской истории, после всеобщего кризиса европейской экономики в XIV веке, можно сделать только с кризисом в Веймарской Германии в 1923 году.

У событий 1923 года и событий после 28 июля 2007 года есть много общего, но есть и важнейшие различия.

Основная разница заключается в том, что в Германии кризис 1923 года управлялся странами, заключившими Версальские соглашения, сверху, в основном Британской монархией, зачинщиком Первой мировой войны. Веймарскую инфляцию навязали Лондон и его союзники.

Сегодня разворачивается похожий мировой кризис, выходящий за рамки национальных границ. Соответственно, в процессе эволюции кризиса чередуются дефляционные тенденции на рынке потребительских товаров, с одной стороны, и гиперинфляционные тенденции пузыря финансовых деривативов, оцениваемого в квадрильоны долларов, с другой.

То есть пузырь не инфляционный и не дефляционный, а скорее и то и другое одновременно. Это общий кризис современной мировой системы, включая все ее части, Россию и Китай в том числе. Мир, по сути, балансирует на грани нового планетарного темного века. Это не искусственный управляемый кризис в рамках одной национальной экономики, как это было в случае гиперинфляции в Веймарской Германии в 1923 году.

Это системный кризис, ставший результатом попустительства на протяжении последних 35 лет, с 1968 по 2008 гг., всех ведущих стран мира. Есть средства нейтрализации этого кризиса, которые можно использовать даже на сегодняшней стадии мирового распада, но любые средства требуют радикального изменения мировой экономической системы и перехода от любых валютных систем, включая марксистские, к кредитной системе фиксированных обменных курсов, основанной на модели, предложенной Рузвельтом на Бреттон-Вудской конференции 1944 года.

Любые кейнсианские реформы в условиях сегодняшнего кризиса будут лекарством хуже болезни.

2008 г. Перевод с английского Константина Бородинского, Рейчел Дуглас

Освободить Россию от пиратов Карибского моря! (Случай Дворковича)

(Выступление Линдона Ларуша на собрании своих коллег по журналу EIR и Комитету политических действий Ларуша)

Хочу сразу обратить ваше внимание, что мои соображения об Аркадии Дворковиче, недавно побывавшем в Калифорнии, следует воспринимать только в пределах сказанного – и не более. Я основываюсь на фактах его действий и того, что вытекает из этих фактов, так как в них отражается сгущающийся кризис, и не только в России, но и в мировом масштабе.

Тому, о чем буду говорить, можно дать название – цитату из фильма, который мне очень нравится: “Die Hauptsache ist der Effekt!” («Главное – результат»!).

Речь о высказываниях этого господина во время визита в США и историческом подтексте, мне известном. Как и в большинстве случаев, для понимания происходящего следует учитывать исторический подтекст, часто уходящий корнями на несколько поколений назад или даже больше. В данном случае следует вспомнить историю России со времен Петра Первого.

Этот господин приехал в Калифорнию и выступил перед Стэнфордской группой, как мы их называем, и высыпал им на головы гору мусора. Вся эта чушь не заслуживает комментариев, но у нее есть стратегические последствия, потому что этот человек официально является одним из главных советников российского президента. И его слова и действия здесь указывают на некомпетентность, характерную для российской политики, представляющую угрозу цивилизации.

То, что он говорил перед Стэнфордской группой и в других местах, и вообще его послужной список не как шахматиста, а в другом качестве, представляют угрозу для цивилизации, если Россия будет проводить политику, которую он пропагандирует. Эта политика обращена к определенному центру зла в Карибском регионе, на Антиллах, где юридически расположена крупнейшая российская промышленность, – маленьких островах, где ничего не производят, там только бумаги и компьютеры.

И вспомним о важности России – вместе с Китаем, Индией и США она единственная надежда на спасение мира от величайшего кризиса в современной истории. Сейчас мы находимся в ситуации, когда возможно крушение мировой цивилизации, которое начнется в Атлантическом регионе и распространится на ставший хрупким Тихоокеанский регион.

Другими словами, если рухнут США и Европа, то же будет и с Россией. Крах России в свою очередь приведет к крушению Китая, Индии и других стран. И вся планета погрузится в темноту, которая продлится поколения – при таких условиях можно предполагать, что британские мечты сократить население земли с 6,7 миллиардов до менее 2 обретут реальность.

У этой истории есть начало. Моя история уходит ко времени окончания Второй мировой войны и смерти Франклина Рузвельта. Посмотрим на всю историю с этой точки зрения.

У Рузвельта была цель, и он неоднократно об этом говорил – покончить с диктатурой Гитлера временным, номинальным союзником англичан, но в последующем он был намерен как можно скорее уничтожить Британскую империю, начиная прямо с момента окончания войны. Рузвельт проводил такую политику.

Как только он умер, одновременно произошло много перемен. Рузвельт намеревался обеспечить послевоенное развитие за счет огромного производственного потенциала, созданного для военных целей, в результате конверсии военного производства и наращивания мирного производства, освобождая народы от колониальной зависимости. Он намеревался уничтожить Британскую империю и все, что ей симпатизировало. За день до его смерти политика ориентировалась на возрождение Китая и сотрудничество с Россией, главными союзниками в восстановлении и развитии мира, освобожденного от колониальных зверств. И со стороны Сталина не было замечено вражды к интересам США, совсем наоборот. Правительство Сталина рассчитывало на сотрудничество с США в своих планах восстановления растерзанной войной России.

Рузвельт видел Объединенные Нации как процесс освобождения всех мировых жертв колониализма и полуколониализма, как форму мирового представительства в мире, свободном от остатков империализма, и конкретно англо-голландского империализма.

Но как только он умер, все изменилось. Трумэн по указке Черчилля взял курс на войну. Как только Рузвельт умер, Трумэн чуть не педерастически покорился Черчиллю, и политика поменялась. Соединенные Штаты начали поддерживать восстановление британского и англо-голландского империализма по всему миру.

И одновременно после смерти Рузвельта сразу же возникло новое – воинственные позы по отношению к Советскому Союзу. Это было причиной всего, что произошло после смерти Рузвельта, это изменение политики.

Британское наследие

В России есть проблема, это политическая, моральная и интеллектуальная проблема, которая коренится, хотя и не полностью, в Марксе. Значение Маркса, или марксизма в истории двояко. Он был взращен англичанами. Маркс – продукт английских спецслужб. И мозги ему промыли в Англии. Вся его аргументация английская. Он был учеником Адама Смита, он сам это неоднократно признавал. Фактически марксизм создал Энгельс после смерти Маркса, а Энгельс всю жизнь состоял на службе у англичан. Он никому не был верен кроме Британской империи и еще был верен своей жажде денег, что проявилось в 1895 году. И после смерти Маркса он и создал марксистское движение.

Так что англичане сами создали марксизм, и не так, как думал Маркс, у него по этому поводу были сомнения – а так, как Энгельс его подправил в целях Британской империи.

Британская империя придумала игру. Они уже были империей и создали игру, в которой марксистское движение выступало оппозицией британскому имперскому движению и стало инструментом, поглощавшим конфликты народов с Британской империей. И вместо борьбы с Британской империей народы воевали друг с другом – типичная ситуация, которую мы наблюдаем и сегодня.

Так что есть два Маркса. Есть Маркс этого движения, получившего право на существование как социального процесса. Но в него встроена бомба – это идеология, придуманная Энгельсом, а не Марксом. И Маркс прибавил путаницы, говоря, что он является учеником Адама Смита во всем, что он говорит об экономике. И в этом проблема бывшего Советского Союза и сегодняшней России. Они продолжают молиться Адаму Смиту. Уже под другой вывеской – монетаризма.

Наследие США

Это подводит нас к Дворковичу.

Конституция и история Соединенных Штатов делает нас источником и моделью лидерства, необходимого цивилизации. Эта модель существует со времен колонии Массачусетс Бэй 17-го века, где возникла эта идея. Корни ее в Европе, но выношена она была в Новой Англии. В Массачусетсе впервые возник прообраз Соединенных Штатов. И все, что происходило потом, было следствием того, что сложилось в Массачусетсе в особых условиях, когда там появилась какая-то степень независимости, в этом был смысл колонизации – вывезти здравомыслящих людей из Англии и Голландии в Северную Америку, на безопасное расстояние от англичан и европейской политики.

Мы видим, что до сегодняшних дней у европейцев нет конституционной концепции государственного управления или экономики, заложенных в основу Соединенных Штатов и проявившихся в Массачусетсе в 17-ом веке. Мы – единственная страна на планете с таким наследием. И во времена кризиса в нашей истории проявлялись эти традиции, так было во время гражданской войны и во время мировых войн.

(Но в Первой мировой войне мы были не на той стороне. Мы были на стороне англичан, так вышло потому, что англичане организовали убийство президента Маккинли, в результате которого к власти пришел Теодор Рузвельт. И мы обменяли правое дело в истории на неправое. И оставались не на той стороне до тех пор, пока к власти не пришел президент Франклин Рузвельт.)

После смерти Ф. Рузвельта мы опять оказались в лагере неправого дела. Президент Кеннеди был убит после попыток вернуться к политике Франклина Рузвельта, на что в некоторой степени его подвигла Элеонор Рузвельт. В основе была экономика. Кеннеди пытался спасти экономику США, заставить ее развиваться, этим объясняется его поддержка космической программы. И он пытался предотвратить вмешательство США в войны в Азии.

За его убийством стояли британские интересы, ставившие целью гибель США после затяжной войны, которая действительно продолжалась 10 лет в Юго-Восточной Азии. И с тех пор при разных президентах мы непрерывно ведем такие войны.

В этом процессе был момент, когда я сыграл свою роль в истории. В середине 50-х, когда я работал экономистом, у меня уже сложились экономические взгляды, которых я придерживаюсь сегодня. Они основаны на моем осмыслении в 1953 году концепций Бернхарда Римана. С тех пор главная область моих исследований – физическая экономика, и я смотрю на вещи с точки зрения Римана, и соответственно с точки зрения идей Эйнштейна и Вернадского. Это единственная верная точка зрения в сегодняшней физической науке. Придерживаются ее очень немногие, и в этом корень некоторых наших проблем.

Со смертью Рузвельта было покончено с целями Соединенных Штатов, как продолжением традиций Массачусетса времен Винтропов и Мазеров. Мы стали марионеткой Британской империи, дураками, задирающими СССР и Китай. Во времена Трумэна страну захлестнула невиданная политическая коррупция, и она продолжается в том или ином виде до наших дней.

Мы – коррумпированная нация, легко втягиваемая в бессмысленные войны, и сегодня мы видим перспективу израильского нападения на Иран, посмотрите, что делается в Афганистане. Мы губим сами себя, руками наших правительств. А Россия возвращает комплимент при новом президенте устами Аркадия Дворковича.

Бертран Рассел и системный анализ

Этот господин приехал в Калифорнию, в Стэнфордский университет, там работают наши сторонники, и попытался задурить им голову, и чем? Кто он такой?

Этот господин, что бы он о себе не думал, жертва хорошо известных интриг. Он жертва интеллектуального наследства Бертрана Рассела. А Бертран Рассел – величайшее чудовище 20-го века на планете. Даже после того, как он умер.

Так что россияне заразились. Что произошло? От Сталина кто-то избавился. И вскорости после этого, при наследнике Сталина – Хрущеве, произошла встреча, организованная Бертраном Расселом – мировых парламентариев за мировое правительство. И на эту встречу приехали четыре представителя от Советского Союза, официальных представителя.

Это всегда было целью Рассела, в 20-е годы прошлого века, и даже раньше, – мировое правительство, мировая империя, которая сократит население Земли. Уменьшит его до комфортных пределов. И сократит до минимума науку, чтобы люди отупели и ими было легче управлять и манипулировать. Немного секса, а потом смерть. Как насекомые, пусть они совокупятся, а потом убить. Забавно? Британская политика. Звериная политика.

Он мечтал о Британской империи, которую он любил, как о какой-то плесени, которая будет существовать вечно. Он выступал от тех же людей, что проводили антипрометеевскую политику в древней Греции. Людям нельзя давать работать головой. Людям нельзя давать огонь, который Эсхил использовал как символ в своей трилогии о Прометее.

Эта интересная мысль связана с темой сегодняшнего разговора.

Используя огонь, человечество увеличивает свою мощь во Вселенной. Увеличение плотности потока энергии есть единственный способ для человечества поддерживать и увеличивать свою популяцию. Отличить стоянку обезьян от человеческой можно по наличию очага, и если он есть – это стоянка человеческая. Никто, кроме человека, не поддерживает огонь. Только человечество. Только человечество способно увеличивать плотность потока энергии.

Это политика цивилизации. А ее противоположность – держать людей в тупости и развлекать. Чтобы они вели себя тихо, а когда их станет слишком много – убивать, чтобы их не стало слишком много для вашего удобства. Когда их станет слишком много, они станут требовать права на жизнь. Это значит, они потребуют технологий. Но когда у них появятся технологии, они перестанут быть обезьянами. Они обретут огонь! Особенно ядерный. И термоядерный, позволяющий нарастить мощь человека во Вселенной без предела, это должно быть нашей целью.

* * *

Сейчас Россия разрывается между этими противоположными тенденциями. С одной стороны англичане, и из российской истории хорошо известно, что это такое. Потому что Британская империя была главной угрозой России.

С другой стороны, есть понимание, что научный прогресс необходим. Это видно с 18-го века, всплески научного прогресса. Мощные импульсы при некоторых царях в 19-ом веке. А с противоположной стороны мощные олигархические образования, желавшие обращаться с людьми как с крепостными.

Со времен Петра Первого, пусть и не самого морального человека, когда-то жившего, упор делался на научное развитие, особенно на минеральные ресурсы, это было характерно для развития России. И был конфликт царей, царизма, с крупными олигархами, совершенными сволочами, чьи поместья были по размеру больше некоторых стран остальной Европы. Они держали своих крестьян в животном состоянии.

Потом была большевистская революция, потом был Рузвельт, который встречался со Сталиным. И было соглашение, что обескровленный войной Советский Союз будет возрожден. В Советском Союзе появилось, а точнее – было воссоздано важное научное учреждение. Символом развития 20-го века является Вернадский.

С другой стороны, имел место фундаментальный системный конфликт, как это было между Вернадским и Александром Опариным. Примирить Опарина с Вернадским невозможно. Опарин – редукционист. Хотя он открыто нападает на Вернадского всего в нескольких опубликованных работах, он является выразителем редукционистского направления в советской науке.

Например, в 90-х годах я был приглашен на представительную встречу научного сообщества, темой моего выступления была защита Лейбница и его вклада в науку – так вот, среди всех выступавших не нашлось ни одного сторонника Лейбница.

В России и на Украине есть научные продолжатели дела Вернадского. Влияние Вернадского выражает научную традицию России, уходящую корнями в 17-й и 18-й века. Эта традиция была разрушена под влиянием британцев, ее разрушили марксисты. Они рассматривали науку так, как ее видели редукционисты.

Но в России были творческие научные мыслители. Им удалось выжить, и поскольку Сталин покровительствовал Вернадскому, они достигли больших успехов, и с точки зрения человечества – это величайшее достижение России на сегодня. Но сегодня вообще-то это меньшинство, по их влиянию.

Эти россияне были сторонниками социальной политики в науке, какой мы ее видим у США и, в лучших проявлениях, в Западной Европе.

Дворкович же представляет в России силы, выражающие британское влияние, разрушающее Россию, несмотря на усилия повернуть в другом направлении. Это традиционное британское имперское влияние, существующее уже очень давно.

Что это господин представляет? Он представляет британские интересы. Он может считать себя россиянином, но вот Горбачев, особенно Андропов, а раньше Хрущев, – все они были склонны… Хрущев с Расселом вступили в сговор.

* * *

Вернемся в 1945 год. В России, в советской России больше всех ненавидели англичан. Сталин их ненавидел, потому что знал, что это враги. И большинство противников Сталина внутри страны были «с той стороны». Английские ставленники – например, Бухарин. Были целые группы английских агентов. Или же, представлявшие интересы Габсбургов, что то же самое. Так что внутри России была проблема – пробританская культурная дегенерация, ярким примером которой служит конфликт между Вернадским и Опариным по вопросу жизни.

Опарин не воспринимал идею жизни. Для него жизнь – механический молекулярный процесс, а не отдельное явление принципиального характера. То есть, идеология Опарина, как и Маркса – английская. Идеология Энгельса. Поэтому возникало противоречие между социалистическим движением, которое называло себя марксистским, и реальностью, которую это движение выражало. Движение часто было прогрессивным – можно привести пример Розы Люксембург, оно выступало за научный прогресс, развитие человеческой личности и человеческого разума.

С другой, британской стороны, были грубые и беспринципные люди – например, типичные коммунисты США в 30-х и 40-х годах, которые терпеть не могли интеллектуалов. Они их ненавидели. Они считали: мы хотим выпить, а они заводят какие-то серьезные разговоры. Портят вечеринку. Мы хотим перепихнуться в закутке, а они о серьезном. Они нам не нравятся. Они не знают, чем живут люди.

В этом суть дела.

Пессимизм, захлестнувший бывший Советский Союз после его распада, лучший тому пример. Дворкович был бы невозможен, если бы не было деморализации бывшего СССР. Те, кого он представляет, это и есть продукт деморализации российского народа и российских интеллектуалов. Они стали тем, кем от них потребовали стать их хозяева – и позволили стать.

Всеми ими заправляют англичане. И этим господином в том числе, приехавшим в Стэнфорд, чтобы внести сумятицу в умы американских экономистов. Это была попытка разрушить результаты работы Стэнфордской группы, и этот господин, главный советник по экономике президента Медведева, приехал в Калифорнию с открытой целью разрушить результаты труда наших экономистов. Сам он всего лишь британский агент группы Inter-Alpha, мертвой хваткой впившейся в Россию. Ему меньше сорока. Игрок в кригшпиль. Знаете такую игру? Я в нее в детстве дурачился. Шахматы надоели, начали играть в эту немецкую игру, которую придумали немецкие штабисты для тренировки офицеров. Садятся на стулья спиной к спине, перед глазами фигурки. Можно делать ходы, есть судья. Каждый раз можно задавать какое-то количество вопросов. В первый раз это было очень забавно, интересно проигрывать целую шахматную партию в голове против соперника, который тоже проигрывает в уме свою партию. В голове нужно построить целую шахматную партию, от начала до конца, очень интересное занятие для молодых.

У этого господина, Дворковича, отец был ведущим шахматным судьей в России. Сын шахматного судьи, думает как шахматная фигура.

Интеллектуально он раб англичан. Каким образом? Все это уходит корнями в поездку представителей Хрущева к Бертрану Расселу на встречу мировых парламентариев за мировое правительство. И посланцы Хрущева доложили Расселу, что Хрущев Расселом восхищен. И хотел бы с ним работать.

Что думал Сталин об англичанах после войны и до конца жизни? Что они – зараза всей планеты. «Поубивать их всех!» Такие у него были настроения, поубивать их всех. Это были истинные враги России, Советского Союза, Британская империя. Послевоенный конфликт, холодную войну организовали Черчилль с компанией.

И все было нацелено на уничтожение Соединенных Штатов, втягивая нас в войны, уничтожающие наш экономический потенциал. После убийства, или что там было, Сталина, и прихода к власти Хрущева, началось разложение Советского Союза. Хрущев пристроился к Британской империи, подпал под их влияние.

С начала 50-х разворачивается длинная история. Дело шло к созданию Института прикладного системного анализа, детища Римского клуба. Совершенные дегенераты, расселовские выкормыши до мозга костей.

Вот эти силы представляет сегодня американский президент. Из той же оперы. То же, что и в России. Но уже с американской стороны.

Андропов ходил под англичанами уже по крайней мере с венгерского восстания. И рос, как английский агент влияния, вербовал молодых советских интеллектуалов, изучал английские методы, английскую экономику. Он (Андропов) прошел большой путь.

К моменту, когда я столкнулся с Андроповым, все уже было решено. Тогда я не говорил о нем как об английском агенте, хотя и знал об этом. Но тогда мне недоставало фактов. Горбачев уже был откровенным английским агентом и предателем Советского Союза. А вся эта сегодняшняя свора, включая Дворковича, все это агенты англичан.

Вот вам, пожалуйста, докладчик от Медведева, 38 лет, родился у шахматной доски, стал советником президента со слабостью к англичанам, инструмент политики Чубайса, Горбачева и тому подобных, которые заправляют Россией с каких-то Карибских островов. Воровскими британскими методами (то же самое, что и у нас в Штатах, на Уолл-стрите) под российским флагом, в Карибском море! И Россия там не имеет никакого влияния.

Единственный способ для России освободиться и получить независимость – передавить их всех и вспомнить о российских интересах. А в чем российские интересы? Путин их знает, да и другие знают тоже: Россия – огромная территория в Европе и Сибири. Свои возможности она показала в 19-ом веке и раньше. Огромная территория с огромными минеральными ресурсами, в Академии Наук знают, как ими воспользоваться во благо России и остального мира. Никто другой не сможет освоить тундру Сибири, где сосредоточены эти богатства.

Развитие Евразии

Этот потенциал России чрезвычайно важен для Китая, Монголии, Индии, для стран Азии, недоразвитых стран, 70–80 % населения Азии живет в ужасающих условиях. Поэтому нужны масштабные проекты развития инфраструктуры, для которых нужно сырье, развитие транспортных систем, энергетики, и так далее. Единственный способ поднять Азию до сколько-нибудь современного уровня – создать масштабную энергетику в высокой плотности потока энергии. Атомная энергетика поможет этим 70 % бедного и неквалифицированного населения. Это позволит им увеличить производительность их труда, не за счет квалификации – это потребует много времени. Но просто за счет возможностей инфраструктуры и источников энергии высокой плотности.

Среди россиян есть такие идеи – использовать потенциал российской Академии наук для освоения ресурсов Сибири и других регионов, освоить добычу этих ресурсов, часто в Приполярье и тундре, и поставлять их Китаю и Индии, в которых этих ресурсов нет. Как? За счет масштабных проектов строительства инфраструктуры и энергетики для населения, в массе своей бедного и неквалифицированного.

Фактор повышения плотности потока энергии может быть использован для объединения Евразии, Африки и американского континента, создания транспортных систем, для которых требуется энергия. Без этого надежд на будущее у человечества в целом нет.

Россия – ключ к решению этих проблем. И ценность России, как страны и территории, именно в этом. Что делает страну незаменимой? Ее ценность не только для себя, но и для ее соседей. И в чем ценность России с этой точки зрения? Наследие Академии наук со времен Петра Первого, впитавшего традиции Лейбница, какими бы не были при этом его прегрешения.

Миссия России определяется ее статусом лидера в областях атомной энергетики, возможностей развития новых источников ядерной энергии, космической программой, которая была когда-то у Советского Союза. Наследие этой программы важно для развития космических программ, от которых зависит существование человечества, если мы к этому относимся серьезно.

А эти прощелыги, засевшие на Карибах, как грабители могил, – это прихвостни британских грабителей. Все они, включая Дворковича, агенты британской группы Inter-Alpha, а не России. И их интересы, которые лежат в основе их поступков, это интересы британские. Они слуги Британской империи, знают они об этом или не знают.

Конец колониализма

Посмотрим на историю с другой стороны и на мое место в истории. Я – продукт Второй мировой войны. Во время войны какое-то время я был в Бирме, а после войны – в Индии. И свои взгляды на ситуацию, когда умер Рузвельт, я изложил в лагере в Канчрапаре, в учебном центре армии США. В день, когда умер Рузвельт, ко мне подошли молодые солдаты и предложили поговорить. Мы встретились вечером, они спрашивали, что я думаю будет теперь, после того как умер Рузвельт и президентом стал Трумэн. Я тогда ответил: «Я не знаю, но знаю, что Рузвельт был великим президентом. А сейчас у нас тень президента, Трумэн. И я боюсь за нас, и за страну».

Так началась моя политическая карьера. Позднее, когда я вернулся из северной Бирмы в Канчрапару, а потом Калькутту, я сделал что-то обычное для разведчика. В разведке я не служил, я был разведчиком сам для себя. В Калькутте я взял телефонный справочник и выбрал список всех политических партий. Как американского военного, меня интересовало будущее Индии. И мне хотелось поговорить с ними о будущем Индии. С американской точки зрения. Он доброжелательно отнеслись ко мне, в Калькутте мне очень понравилось, встречался с индусами, знакомился с их культурой.

А потом англичане сделали то, что всегда делают. Была обычная демонстрация по улице Дхарматала, которая вела к дворцу губернатора. Я встретил нескольких студентов, там была большая стоянка трамваев на перекрестке, спросил: «Что вы собираетесь делать?» Они ответили: «Проводим демонстрацию перед дворцом губернатора за независимость Индии». А через некоторое время на них напал наряд полицейских и убил нескольких человек. Такого давно не было, это была английская провокация.

Это привело к массовой демонстрации через несколько дней там же, на Дхарматала. На этот раз англичане установили два тяжелых пулемета, и когда двинулась толпа, заполнившая всю улицу от тротуара до тротуара, толпа разъяренных людей, индусов, мусульман, англичане открыли по толпе огонь из пулеметов.

Это привело к «Калькуттским беспорядкам». Никаких беспорядков не было, это была настоящая революция. Я тогда спрашивал людей, которых я знал, что это значит, это движение за независимость?

Война к тому времени кончилась, а Рузвельт в свое время строил политику в отношении Индии из расчета развития промышленности. Сплошная беднота, работавшая за гроши, за которые невозможно было жить, работали как кули на английскую армию. Нужно было национальное правительство, так считал Рузвельт. Но Трумэн был не Рузвельт.

Вот это я увидел своими глазами. Мои взгляды и моя политическая деятельность всегда основывались на опыте военной службы в конце Второй мировой войны в Бирме и Индии, там я увидел, что не так в этом мире. Все, что было после смерти Рузвельта, все было не так! Не то чтобы раньше не было ошибок, но вопрос в том, куда вы движетесь. А у нас вышло так, что вдруг после войны со злом при Рузвельте мы повернули и сомкнулись со злом при Трумэне. И это определило мою судьбу. Я не считаю себя обязанным ничему, что я не считаю моральным, в особенности в том, что касается будущего человечества.

Поэтому я всегда ненавидел поддельную науку, которой нас всех учат. Я стал убежденным сторонником Бернхарда Римана, восторженным его сторонником: Это вот верно, в это я верю! Особое ощущение от первых двух параграфов и последнее предложение его соискательской диссертации – для меня это совершенство.

Все это сформировало мои взгляды. Поскольку состояние дел в России и бывшем Советском Союзе я знаю в мелких подробностях, у меня есть обязательства. И определенный взгляд на вещи.

* * *

Дворкович оскорбляет мой разум. Как он себя здесь вел, советник Медведева, это оскорбляет мой разум. Это пример политической безвкусицы, еще один русский на службе у англичан. Агент ворья, агент Ротшильдов и группы Inter-Alpha, всей этой планетарной грязи. Я его ни за что не виню, кроме того, что он делает. Как я говорил, «главное – результат». А результат от него как от скунса. Не скажу, что это его характер, но так он себя вел, этим он занимается, это его служба. Этим он и занимался в Стэнфорде.

Так что следует присмотреться к тем, кто контролирует сегодня российскую экономическую политику, в то время как есть российские патриоты, которые хотят развивать свою страну, понимающие стратегическую и историческую роль своей страны. Россия – великая страна, с культурой, богатства которой обогащают все человечество. Развитие железных дорог, железнодорожной сети от Сибири до Аляски создаст планетарную железнодорожную систему на магнитной подушке, которая объединит все материки, за исключением Австралии и Новой Зеландии. Эта система проникнет в Африку. От Аляски до Огненной Земли в Америке.

Получает развитие идея трансконтинентальных железных дорог и трансконтинентальных энергетических систем. И континенты планеты, населяемые разными народами, объединяются в систему на основе фиксированных обменных курсов, образуя мировую экономику разных языков, разных культур и национальных суверенитетов. Но они сотрудничают во имя общей цели, объединяемые идеей исследования космоса.

У человечества есть миссия и судьба во Вселенной, не просто в каком-то уголке планеты. И дети, живущие сегодня, найдут бессмертную цель своего существования в раскрытии этой судьбы. В России есть люди с необходимой квалификацией и мировоззрением для этого. И в США есть такие люди, есть они в континентальной Европе. В других странах люди стремятся к этой идее. Есть ли у человечества цель во Вселенной? Должны ли народы, оставаясь разными, сотрудничать для решения проблем планеты и выхода в будущее, осваивая космос? И преодолевать трудности выхода в космос?

Таковы пристойные цели человечества.

Конец Бреттон-Вудской системы

А что делает этот бедняжка, Аркадий Дворкович? У него нет понятия о том, что он говорит и что делает на своем месте! Нет представления о действительных жизненных интересах России! И это якобы советник президента России. Он не способен сформулировать настоящие интересы России, совершенно понятные любому, кто понимает мир. Понятные и самим россиянам, понимающим важность сотрудничества с Монголией, Китаем, Кореей, Японией и Индией, другими странами и народами Азии, с Европой и остальным миром – они это понимают. И они готовы к нему.

И почему разрешить англичанам управлять российской экономикой с самого верха?

Когда дураки в Вашингтоне и на Уолл-стрите разрушили в 1971 году Бреттон-Вудскую систему, я это предсказывал. 2 декабря 1971 года в Квинс-колледже у меня были дебаты с Абба Лернером, фабианским социалистом и фашистом, потому что фабианцы на самом деле фашисты.

После этих дебатов мой авторитет вырос. И я решил баллотироваться в президенты. В ходе предвыборной кампании нам в руки попала копия письма, составленного в штабе вступающего в должность Джимми Картера. В письме говорилось о плане ядерного столкновения с Советским Союзом. Я отнесся к этому факту с максимальной серьезностью. Я не мог разгласить содержание письма, но я знал о нем, и у меня были подтверждения из других источников.

Поэтому я начал публично бороться с такими намерениями администрации Картера, особенно Збигнева Бжезинского, и сделал эту тему основной в своей кампании и публичном обращении в качестве кандидата в президенты в 1976 году.

Это принесло мне много разного, включая неприятности. Потому что я загнал сволочей в угол. Бжезинский организовал специальный комитет, который пытался организовать мое убийство. Я был в Европе, из высокопоставленного источника в Штатах узнал, что это планируется. Я мешал сценарию Бжезинского, его намерению устроить ядерную конфронтацию. Вместо этого они развернули операцию в Афганистане, это был их запасной вариант. И я попал в «расходный список», как говорится.

Что было потом? К 1977 году я занялся изучением альтернатив угрозам ядерного кризиса. К этому времени мы создали Фонд термоядерного синтеза, представительную группу ведущих ученых из США и других стран. У нас были возможности научных исследований. И я разработал программу, которая была названа Стратегической оборонной инициативой (СОИ). Я сделал ее главной темой моей президентской кампании от демократической партии в 1979 году.

В январе-феврале 1980 года мы вступили в борьбу с администрацией Картера и Джорджем Бушем, в результате завязались отношения с будущим президентом Рональдом Рейганом. Это случилось в Нью-Гемпшире, мы сидели за одним столом во время дебатов кандидатов в президенты.

В тот же период завязались контакты с разными людьми из бывшего OSS (Управления стратегических служб), которых я раньше не знал, но это были мои ровесники во время Второй мировой войны. Мы все эти темы обсуждали. Например, Билл Кейси, при Рейгане он стал руководителем ЦРУ, он ко мне относился в известном смысле положительно, потому что видел, что я делаю, и понимал мои цели.

После выборов Рейгана, я поехал в Вашингтон и встретился с людьми, которые вели его избирательную кампанию. Были разные обсуждения, были встречи с советскими представителями в ООН, которые спрашивали, что можно сделать при новом президенте. Я ответил, что мысль хорошая, и мы вышли на аппарат безопасности США с предложением что-то сделать, и я изложил свои мысли. И был ответ: а почему не попробовать? Знаете, в чем дело, попробуйте. И с таким разрешением я взялся за работу.

Это было началом СОИ.

В начале 1983 года президент Рейган объявил о СОИ. Мы в то время работали с советскими представителями, проект принимался. Но затем вдруг поворот: Андропов стал руководителем СССР! И если не понимать, что он был на поводу у англичан, невозможно понять, что происходит. Потому что в советских учреждениях знали, что идея сработает, и говорили мне об этом. Идея СОИ – выход из кризиса и угрозы войны. Она также решает вопрос экономического кризиса, она жизнеспособна, и мы добьемся своей цели.

Андропов же сказал «нет». Рейган вышел в эфир, и, несмотря на возражения некоторых республиканцев, выступил с речью о СОИ, которая потрясла мир.

Мы подошли очень близко к тому, чтобы выиграть схватку за СОИ. И я тогда предупреждал, что если советское руководство откажется от СОИ, СССР рухнет через пять-шесть лет. Их экономика рухнет от тяжести военного соперничества с США. Советский Союз рухнет – он рухнул через шесть лет.

Горбачев, я считаю, был предателем Советского Союза и предателем сегодняшней России – и все кто с ним был связан, это свора предателей. Я это знаю, потому что занимался российскими делами, и знаю, в чем интересы России. А то, что они сегодня делают, эти дворковичи, – полная противоположность жизненным интересам России с объективной точки зрения. И также это видится и с русской точки зрения.

И с общечеловеческой точки зрения, то, что он делает, выпятив грудь – он говорит глупости, он не понимает, что не российский патриот, а британский агент. Он этого, может быть и сам не знает, но англичане знают.

Союз четырех держав

Тут есть и общая научная проблема, мы по сегодняшний день живем в обществе, которое верит в экономику статистики. Единицы из американцев понимают, что такое здоровая экономика, и на каких принципах она основана. Они думают о финансовой экономике! Так же думает и Дворкович. Он, кажется, в это верит. Это какие-то шахматы. А что такое шахматы? Это игра на доске с нулевой суммой. Нет никакого прогресса, нет положительных изменений. Все это абсолютная глупость.

В чем секрет (развития) для мира и России в частности? У России нет шансов выжить без экономической системы, основанной на технологиях энергии с высокой плотностью потока для освоения ресурсов обширных пространств России, что важно для отношений России с Западной Европы, и еще важнее, с Китаем, Монголией, Кореей, Японией, Индией и странами Южной Азии. В этом объективные интересы России, которые должны быть понятны любому, если он не прилетел с Марса. И это должно быть понятно самим россиянам, которым до России ближе, чем марсианам, они это должны понимать на собственном опыте. Думаю, есть много россиян, которые думают именно так.

Но дело в том, что Россию контролируют англичане. Сегодня экономика России действует как марионетка Британской империи. Особенно это касается БРИК. Думаете, кто его придумал? Это еще одно преступление Гольдман Сакс.

И что теперь делать? Свою позицию я изложил людям, входящим в состав Стэнфордской группы, это не только сотрудники Стэнфорда, это более общенациональное объединение. Они продвигаются в понимании экономики. И у них есть серьезные достижения. Они занялись определенными областями исследований, о которых я говорил, и занимаются исследованиями в конкретных областях, и есть уже очень ценные результаты.

И вот, явился этот парень и пудрит им мозги? От имени Британской империи? От имени этих карибских воров, пиратов Карибского моря, контролирующих Россию из кабинетов на островах в Карибском море? Почему мы не очистим это пиратское гнездо? Вышвырнуть их всех оттуда вон! Упаковать их в контейнеры и спросить у россиян, хотят ли они их забрать. Мы их всех доставим, пусть их суды решают, что с ними делать.

И это парень, что бы он о себе не думал и в какие бы шахматы он не играл, он способствует разрушению России. А тем самым разрушению надежд всего мира. Английский лизоблюд.

Выход только один. Есть четыре страны на планете, играющие ключевую роль: Россия, США, Китай и Индия. Европа сегодня в беде. Франция, Германия и, возможно, Северная Италия могут восстановить экономический потенциал развития. Может быть, англичане, но они не умеют думать. А во Франции, Германии и Северной Италии есть люди, способные внести вклад в мировое развитие.

Россия имеет ключевое значение. Она связывает европейскую и азиатскую культуры. Россия – евразийская нация с евразийской культурой и историей, и это имеет многие проявления. Она является связующим звеном, и это показала политика Путина в отношении Китая и Индии. Между Россией и Индией давние связи. С Китаем, в силу его конфликта с Индией, было труднее. Со времен Хрущева отношения России с Китаем были сложными.

Но сейчас видна потребность, виден импульс к сотрудничеству между народами Евразии. Все зависит от создания международной финансовой системы на основе исторической американской модели взамен существующей, поэтому для успеха этих трех стран и их сотрудничества в Евразии США незаменимы.

Железная дорога через Берингов пролив имеет жизненно важное значение для человечества. Возникнет мировая экономика на основе высокоскоростного железнодорожного транспорта, на основе ядерной и термоядерной энергетики, которая преобразит мир.

Технологическое развитие позволит нам через одно-два поколения достичь Марса. Мы узнаем Вселенную лучше, чем знали до сих пор, изучая космическое излучение. Во Вселенной нет пустот, у нас просто недостает возможностей увидеть, что там. Космос объединен космическим излучением. И сейчас мы работаем над подходами к пониманию космического излучения, это нужно нам для нашей марсианской программы. Мы живем во Вселенной, которая для нас существует как космическое излучение, а не тела, сталкивающиеся в пустом пространстве.

В этом направлении нужно двигаться. И лучшие силы российской науки были туда направлены, и нам туда надо идти. В этом смысле отношения между США и Россией имеют ключевое значение, у нас есть некая историческая общность, некоторые общие цели, некоторые общие знания и умения. И вместе с другими странами мы можем добиться поставленных целей. Можно полететь на Марс. Это грандиозная задача, но это возможно.

Необходимо четырехстороннее соглашение между представителями США, Европы, в особенности России, представителями другой культуры – Китая, и совсем другой культуры – Индии, представителями других народов и культур. Нужно объединить их всех вокруг общей цели, общей системы физической экономики, системы с фиксированными обменными курсами валют, свободной от английской чуши. И использовать эту экономику для сотрудничества и долговременного развития нашей планеты, и двигаться вперед – к Марсу. Вспомнить Кеплера – он бился над загадкой Марса и открыл принцип тяготения. Надо двигаться этим же путем, это судьба человечества.

У человечества должна быть судьба. Нельзя иметь цель в жизни и написать ее на могиле: «У меня была цель в жизни, она на моем могильном камне». Из этого никак не следует, что у человечества есть смысл. Как вы докажете, что человечество не тупик? Если вы говорите, что верите в будущее, это религиозное убеждение. А вы верите, что человечество продолжит существовать во Вселенной? Как цели человечества и будущее человечества согласуются со взрывом Солнца и превращением его в объект, который поглотит все кругом и уничтожит Землю перед этим? Куда деваться, если не работать над космической программой, о которой мы говорим.

Так что Дворковича инфицировала криминальность. Шахматы – это не секрет цивилизации. Я играл в шахматы и знаю. Играл в кригшпиль, мне нравилось. Но потом стало отвратительно, потому что никуда не ведет. Можно играть в разные игры, придумывать разные стратегии на доске, исходя из того, что думает противник. А что в конце? Игра с нулевой суммой! И это не занятие.

Может быть, если вы приложите мозги, вы увидите, что то, чем занимается Дворкович, это даже меньше нулевой суммы. Нет, я не говорю, что он плохой человек… просто он невежда.

2009 г.

Россиян втянули в пирамиду спекуляций

(Заявление Комитета политических действий Ларуша (LPAC), 5 декабря 2010 года)

Вся международная финансовая система рушится, вызывая цепную реакцию, и все это происходит на глазах. Сдувающийся кредитный пузырь, а с ним вся банковская система Бразилии обнажает то, о чем я говорил: БРИК – слабейшее звено в финансовой пирамиде, построенной Интер-Альфа Груп, начиная с 1971 года, и все рвется в самом слабом месте.

Распадается мировая система, центром которой была Интер-Альфа Груп. И они ничего не могут сделать, чтобы остановить этот процесс, разве что попытаться установить фашистские диктатуры, но сейчас уже и это не получится. Помочь может только реорганизация в мировом масштабе в духе Гласса-Стиголла, введение исторической «американской системы» – кредитной, но те, кто сегодня всем заправляет, этого делать не будут. Для них пусть лучше мир пропадет вместе с ними.

Все крушения происходят по такому образцу. БРИК был использован для того, чтобы втянуть россиян, обосновавшихся на Каймановых островах и других в пирамиду спекуляций на учетных ставках под названием «кэрри трейд». Раздули эту пирамиду до невообразимых размеров, чтобы придать солидность банкам, входящим в Интер-Альфа Груп. Слабейшее звено маскировало язвы более крупных частей системы. И когда оно разорвется, рухнет вся система.

БРИК и спекуляции на бразильских процентных ставках всегда были только ширмой, это финансовый трансвестит, который прячет свои уродства. И бразильскую иллюзию можно сохранить только при специфической диктатуре, которая сейчас невозможна.

Бразилия тает, и это сигнал, что вся система рушится. Трещит по краям, но обрушится все и сейчас.

Россия в очень опасном положении…

(Отрывки из замечаний во время обеда Линдона Ларуша с дипломатами, Вашингтон, 27 января 2011 г.)

Очень немногие правительства адекватно оценили природу международной ситуации. В настоящее время разворачивается всеобщий экономический кризис на всей планете. Вопрос: что делать?

Посмотрим на Тунис. Это особый случай, причиной стал Бен Али? Нет, это цепная реакция на всем Магрибе и Ближнем Востоке, и везде. Весь мир готов взорваться. Европа – безнадежный банкрот. США при сегодняшнем президенте тоже банкрот. И это влияет на всю планету. Вся цивилизация охвачена кризисом. Нужно это осознать и не заниматься анализом частных случаев, а влиять на весь процесс.

Необходимо осознать, что международная валютно-финансовая система безнадежно неадекватна и находится в процессе распада.

И ситуация запутанная. Скажем, Германия в 1923 году, веймарская гиперинфляция. Ее создали искусственно англичане и французы, с американской помощью, на ограниченном пространстве, в пределах Германии. И она серьезно подорвала Германию, до тех пор, пока финансовая помощь не была оказана извне. Мы сейчас стоим перед лицом всеобщего кризиса, гораздо худшего по сравнению со всем, что имело место после Первой мировой войны. Все гораздо более запутано.

Ситуация в Европе запутана. Ирландцы, например, против «спасения» банков. Португальцы против такой помощи. В Испании тоже. Германия, несмотря на все, что говорит канцлер, тоже против и вот-вот может опрокинуть тележку с яблоками, я имею в виду систему евро.

…Россия в очень опасном положении, согласившись с БРИК, а это аппендикс банковской группы Интер-Альфа, и вся эта структура банкрот.

…Британская система обанкротилась, и БРИК, часть этой системы, такой же безнадежный банкрот. Обанкротилась Бразилия. И России угрожает цепная реакция распада благодаря привязке к БРИК. Само по себе это не фатально, фатальным будет неправильная реакция на факт банкротства БРИК, которой уже фактически нет. Для России это не катастрофично, потому что Россия может реорганизовать свою систему в сотрудничестве со странами, которые проблему осознают.

…Возвращение закона Гласса-Стиголла дает шанс возрождения американской экономики. У нас есть масштабные проекты, над которыми можно начинать работать. Если ими заняться, можно возродить Соединенные Штаты. Мы ориентируемся частично на Европу, но и на Восток тоже, на такие государства как Россия. У сибирской России большой потенциал. Индия и Китай – образцы, на которых можно строить возрождение мира. Тихоокеанский регион станет двигателем долговременного возрождения мира. Германия станет технологическим двигателем экономики, Германия на это способна. Это означает, что европейский рынок будет ориентироваться на развитие экономики Азии.

Возрождение возможно, для этого нужно избавиться от бесполезной монетаристской системы, которая опутала мир. Единственный способ сделать это – принудительно ввести режим внешнего управления всей системой, необходимо преобразовать монетаристскую систему в кредитную. Для этого необходима система с фиксированными обменными курсами, которая позволит ввести кредитную систему. Деньгам, в смысле инвестициям в деньги, придет конец. Инвестиции будут кредитом для развития физического производства и производительности, развития производительных сил труда, это наша старая американская система, конституционная система, которую сильно исказили.

Это дело не одной, двух или нескольких стран. Это системная проблема. Только сотрудничество нескольких стран может привести к созданию кредитной системы и позволит начать возрождение экономики.

…Наша планета не перенаселена, но сейчас отсутствуют возможности поддерживать население планеты. И мы поглощаем ресурсы, от которых мы зависим. Это можно исправить, но исправление не произойдет спонтанно. Для этого нужны проекты, как, например, китайский проект плотины «Три ущелья», это масштабные проекты развития целых территорий, повышения интеллектуального уровня населения, чтобы повысить производительность и творческий потенциал. Все это возможно.

…Следует учитывать и другой фактор: посмотрите на Тунис, кризис в Египте, кризис в Северной Африке и на Ближнем Востоке. Это не тунисский или египетский кризис, вопрос не в отдельных странах. Это всеобщее явление, оно захлестывает все эти территории, не подвластное правительствам этих стран или социальным силам этих стран. И только принятие мер, которые позволят правительствам этих стран восстановить экономический и социальный контроль, позволит остановить эту волну.

Бразилия тоже на краю. Эта страна банкрот. Так что с БРИК покончено. В сегодняшнем виде от него никакого толку. Но можно заменить эту глупость, которая не более чем порождение Интер-Альфа Груп Ротшильда. Можно преобразовать банковские системы каждой страны и восстановить нормальные коммерческие банковские системы.

Мы наблюдаем панику, перехлестывающую за границы, выходящую из-под контроля государств. Невозможно это контролировать, пытаясь обуздать эти процессы. Эти силы можно взять под контроль только действиями, которые изменят динамику всех государств, а не пытаясь решать проблему в отдельных странах. Сегодня ни одно правительство на планете не может решать свою судьбу. Нужно создать систему, когда у правительств будут общие намерения, только так можно спасти планету от погружения в темный век.

Так это сегодня выглядит: правительства мира ведут себя, как дураки. И те, в чьих силах изменить ситуацию, кто ничего не делает, ставит все человечество под угрозу.

Так что дело сегодня не в тех проблемах или этих. Проблема сегодня в том, что нет воли внести коррективы, чтобы обуздать кризис на планете и восстановить стабильность.

…С моей точки зрения, учитывая историю США (которую сегодня понимают очень немногие, за исключением историков), США должны играть определяющую роль.

Внутри США идет борьба, в стране есть британские элементы, связанные с бостонскими банкирами, Уолл-стритом, и так далее. Но наша Конституция, наши традиции связаны с кредитной системой, которая будет поддерживать, как это было при Рузвельте, развитие во всем мире на основе сотрудничества национальных государств.

…Сейчас в нашей печати появился доклад комиссии 2008. Этот 500-страничный документ доказывает, что оснований для финансового «спасения» банков не было. Не было оснований создавать 17 триллионов никчемных бумаг.

В США с этими бумагами можно разобраться очень просто: восстановить закон Гласса – Стиголла. Этот закон разрушит монетаристскую систему. И приведет к новому соглашению суверенных национальных государств и созданию новой мировой системы с фиксированными обменными курсами. При этой такой кредитной системе можно начинать восстанавливать планету и остановить процесс распада.

Проблема в том, что ни у одной страны нет достаточно сил, чтобы управлять своей судьбой. Союз стран может восстановить идеи закона Гласса – Стиголла и перейти к системе с фиксированными обменными курсами, которая была разрушена в 1971 году. Эти действия должны сопровождаться широкомасштабными проектами по строительству инфраструктуры и развитием науки в целом. Проект NAWAPA – самый грандиозный проект в истории человечества.

…Не надо беспокоиться по поводу того, что происходит в Египте, Тунисе и других странах. Дело не в этом. Дело в том, что Египет, Тунис и другие не могут контролировать ситуацию, в которую попали. Они жертвы обстоятельств, которыми они не могут управлять. Поэтому должны вмешаться более могущественные силы, которые изменят мировую систему рационально, и наладят сотрудничество национальных государств, как это сделал Рузвельт, создав Объединенные нации и систему фиксированных обменных курсов.

Нужны совместные действия партнеров сотрудничества национальных государств для восстановления контроля на планете. Если это будет, мы выживем. Если мы объединимся не как империя, а как союз национальных государств, сотрудничая друг с другом, можно взять ситуацию под контроль и построить лучшее будущее для человечества. Если мы будем так думать, мы подойдем к практическим шагам, которые позволят нам двигаться к цели.

Украинский выбор

(Выдержки из интернет-выступления Линдона Ларуша 29 ноября 2013 года)

Самое интересное сегодня – резкие повороты. В общемировом процессе много сложностей, но все они выстраиваются в одном направлении. Назревает спор о совершенно новом определении нашей планеты и цивилизации, на ней существующей. И расколоть это на отдельные части невозможно.

Посмотрите, что происходит на Украине. Система евро распадается, и это отражается на Украине. Украина – стержень, но есть более широкий процесс, и часть людей там это поняла. Германия, похоже, собирается расставаться с Евросоюзом, прослеживаются такие тенденции. Украина не может принять предложения Евросоюза, потому что для нее это будет смертный приговор. Для нее возможно движение в противоположном направлении – с Россией и другими странами. И эти тенденции характерны для всего региона, до Тихого океана.

Положение в США определяется отношением к этим процессам. Существующая мировая система – имперская, ее сердцевина – англо-голландская империя. США только часть ее, и эта система в целом рассыпается.

Другими словами, Соединенные Штаты не могут оставаться в стороне от этого процесса. Тенденция – евразийский вектор. Вероятно, в этом направлении будет двигаться Германия. А следовательно, и Швейцария с Австрией, и так далее. Открывается новая грандиозная картина, но результаты ее формирования не предрешены.

Однако в таком раскладе все сходится на том, что Обама вылетит из своего кабинета. И каждый день появляются новые тому знаки.

Между тем система евро раскалывается, она нежизнеспособна. Испания в ее сегодняшнем виде нежизнеспособна, то же с Португалией. Италия условно жизнеспособна, но дышит на ладан. В Греции вообще имело место преступление.

Раздельно эти случаи рассматривать невозможно, даже по парам. Взаимоотношения между Россией и Украиной складываются как реакция на давление Западной Европы, и это часть более общей картины. Если Украина согласится на поглощение Западной Европой, ее народ обречен на вымирание.

Мир сегодня закипает, и его части взаимодействуют, как если бы это был единый мировой процесс. Сегодняшняя система обречена, ее больше не будет, из нее появится что-то новое. Но это кошмар, которому нет простого объяснения, можно только утверждать, что мир в сегодняшнем виде – банкрот.

Ведущие силы в Украине сопротивляются поглощению Западной Европой потому, что страна не сможет жить в условиях Евросоюза сегодня. Вот что происходит. Простые объяснения больше не работают. Возникает новое мироустройство, и сегодня даже в общих чертах невозможно представить, каким он будет.

* * *

Чтобы понять, что происходит, нужно видеть историю в ретроспективе, а не смотреть на какой-то узкий ее отрезок.

После убийства Кеннеди британцам и прочим удалось пустить реальную экономику под откос. И долгосрочным результатом этого процесса стал распад Советского Союза. Крах экономик Украины и России не был «естественным», этот процесс организовали. По сегодняшний день между Россией и Украиной сохраняются остатки экономических связей, имеющие исключительное значение. Раскол России и Украины организовали так, что разрушился производственный потенциал обеих стран.

На Украине знают, что европейская система рушится, и в Европе становится хуже. И поэтому украинское руководство пытается восстановить отношения с Россией, это сохранит рабочие места и может приносить прибыль – реальную прибыль от реального производства, а не игры в финансовые карты. К естественному альянсу в Центральной Европе может потянуться Германия, потому что Германии евро уже надоел. Она в системе евро не выживет. Германия сегодня сталкивается с проблемами, перед которыми встала бы присоединившаяся к Западной Европе Украина. Так что возможен процесс глобальной реорганизации, о чем я говорил выше.

Как сегодня разделен мир? С одной стороны, тихоокеанский регион. Там очевидно стремление выжить, в то время как экономика США рассыпается – и английская тоже. И французская, и итальянская. Текущая политика США и Европы шансов на выживание не оставляет. И некоторые страны из этого безнадежного региона будут стремиться к участию в потенциальном экономическом развитии при восстановлении экономического сотрудничества России и Украины. Восстановление этих отношений, в виде особых торговых отношений, может стать основой для сохранения части Европы – включая Германию, если она пойдет на это. Франция, Англия и прочие, включая североамериканский континент, в сегодняшних условиях обречены – если США не займутся выстраиванием отношений с Азией, точнее, с Евразией.

Сегодня реальности определяют судьбы, а не произвольный выбор. Люди ищут альтернативных путей выживания. Деградирует экономика и финансы всей планеты, так что в некоторых местах предпочитают объединяться и выживать.

А США спасет изгнание Обамы, и еще важнее – прекращение власти Уолл-стрита, которому он служит. И события вокруг Украины и России, затрагивающие Германию, дают сигнал США. Нам нужно делать свой выбор – гнать Обаму немедленно, иначе экономика самих США погибнет.

Приложение

США ждет судьба Римской империи

(Интервью Линдона Ларуша для издания «Век» (Москва), 19 июля 2002 г. Беседовали Станислав Стремидловский, Галина Борзикова)

– Американскую экономику сотрясают скандалы, связанные с финансовыми злоупотреблениями крупнейших корпораций, таких как Enron, WorldCom и Xerox. Что стоит за этими скандалами – случайность или тенденция?

– Эти аферы – результат гниения всей экономической системы США, которая, начиная с 1966 года и по сей день, вырождается все более и более ускоряющимися темпами. Если раньше система функционировала по законам физической экономики, свойственным эффективной национальной экономике, будучи ориентированной на производство, то в дальнейшем произошла ее трансформация в интересах общества, основанного на потреблении, в нечто паразитарное; чем-то это все напоминает Римскую империю эпохи упадка. В своих работах, в частности при помощи известного эвристического графика тройная кривая, я показывал, насколько расходятся три показателя внутри экономической системы США: восходящие в форме гиперболы темпы роста совокупности финансовых инструментов (акции, ценные бумаги, фьючерсы и т. д.) и денежной массы, с одной стороны, и снижающиеся темпы роста материального производства – с другой. Статистические отчеты периода с 1955-го по 2002 г., якобы свидетельствующие о чистом росте американской экономики, все до одного основаны на обмане. Сейчас наступила конечная фаза существования этой системы, она подошла к краху, пребывая в предельном пространстве, зоне постоянно растущей турбулентности. Сегодняшняя волна банкротств представляет собой проявление скрыто вызревавшей в течение последних семи лет несостоятельности американских фирм.

– Британские аналитики прогнозируют падение курса доллара США, что, по их мнению, обернется бедствиями для мировой экономики. Разделяете ли вы эту точку зрения?

– Да. Дело в том, что мировая валютно-финансовая система находится в тисках надвигающегося общего кризиса. Все мировые валюты (доллар, евро, иена и другие) уже падают. Вопрос, какая из них падает в данный момент быстрее других, может оказывать определенное влияние на ход событий, но не имеет решающего значения. Очевидно, что доллар США балансирует на грани, он созрел и даже перезрел для того, чтобы рухнуть. Падение доллара, конечно, обернется землетрясением в политическом плане, что бы ни случилось с другими валютами.

– Каким образом простой человек сегодня может сохранить свои сбережения? В какой валюте следует хранить накопления – в долларах, евро или есть другой путь?

– Что касается США, некоторые, самые умные представители высшего слоя общества (по уровню доходов – около одного процента) выиграли от своевременного перевода своих инвестиций из финансовых рынков в реальные активы. Остальные американцы с высокими доходами (около 10 процентов всего населения) чересчур увлеклись инвестированием в то, что можно назвать финансовыми мыльными пузырями.

Они ведут себя как одураченные французы начала XVIII века, отдававшие свои деньги знаменитому мошеннику Джону Лоу. А 80 процентов американского населения с низкими доходами, начиная с 1977 года, все более и более страдают от нынешнего состояния дел в экономике страны. Надвигающийся крах всей системы создаст такие условия, когда только вмешательство государства будет в состоянии стабилизировать экономику.

– Есть ли у современных государств силы и возможности для управления экономикой?

– В принципе, да. В здоровой экономике половину всех инвестиций составляют инвестиции государства или под контролем государства в базовую экономическую инфраструктуру для развития ее. Такими инвестициями могут быть либо прямые государственные вложения или вложения правительств штатов, городов или округов на основе налоговых поступлений в бюджет, либо регулируемые государством капитальные инвестиции частных электроэнергетических и других компаний, составляющих инфраструктуру. Все это относится к бюджетно-налоговой политике государства.

Я убежден, что общий глобальный кризис в любом случае приведет к прекращению контроля нынешних центральных банков (Федеральная резервная система США представляет собой систему двенадцати частных банков. – Ред.), частных банков ломбардного типа за финансовыми потоками и эмиссионной деятельностью. В любой стране только государство должно выпускать деньги, а также регулировать систему частных банков при помощи такого национального банка, каким его видел первый министр финансов США Александр Гамильтон.

Другие элементы национальной экономики, а именно частный сектор, нужно основывать на находящихся под защитой государства мелких и средних предприятиях в сферах сельского хозяйства, производства товаров народного потребления и товаров для смежных отраслей. Мелкие и средние фирмы, выступающие в роли партнеров крупных компаний, нуждаются в защите от эксцессов свободного предпринимательства.

Наконец, каждой стране нужна своего рода экономическая миссия, цель, вокруг которой можно формировать экономическую политику нации.

– Существует точка зрения, что мировая финансовая система вступила в эпоху гиперинфляции. Если это так, то когда ждать развязки?

– Мир, в котором правила система «большой семерки», действительно вступил в последнюю фазу разрушения. Гиперинфляция уже набирает темпы. Точная дата окончательного коллапса неизвестна, но он не за горами.

– Возможно ли проведение денежной реформы в США? Если она состоится, то за чей счет?

– Почему бы и нет? Однако успех можно гарантировать, если в основу реформы будет положен опыт успешного экономического курса президента Франклина Рузвельта. Наша экономическая политика должна служить интересам всеобщего благосостояния, которые признавал Рузвельт.

– В чьих руках сегодня находится золото мира?

– Рынок золота контролируется банкирами, которые специально понизили его стоимость. При падении мировой валютной системы цена золота неизбежно взлетит вверх и может достичь уровня в два раза выше его сегодняшней цены. Я считаю, что для восстановления экономики нациям-государствам придется вернуться к принципам, заложенным в основе Бреттон-Вудской системы 1945–1971 гг. с фиксированными обменными курсами валют, когда золото выступало в роли резерва.

В рамках новой Бреттон-Вудской системы следует определить справедливую цену золота на основе себестоимости его производства.

США – банкрот

(Интервью Линдона Ларуша «Родной газете», 3 декабря 2004 г.)

РГ: Господин Ларуш, прежде всего я хотел бы узнать, какую связь вы видите между понятием фашизм и действиями кабинета Джорджа Буша?

Линдон Ларуш: Я не думаю, что сам президент знает, что означает фашизм. Но я уверен, что вице-президент Дик Чейни и люди вроде Джорджа Шульца (бывший госсекретарь США, один из ведущих финансистов страны, советник Джорджа Буша. – Прим. «Родной газеты») знают, что это означает. Я же под ним разумею то, что, например, Шульц знает от своего отца: в 1920-1930-х картель международных финансистов, известный под названием «Синархистского интернационала», осуществил ряд фашистских государственных переворотов, начиная с переворота в Италии в 1922 году – усилиями банкира Вольпи ди Мизурата. И этот картель царствовал во всей Европе, до самой советской границы, в период до 1945 года.

Однако даже поражение в войне не устранило финансового влияния этой группы. Некоторых нацистов из системы вышвырнули, некоторых, в качестве жертв, наоборот, ввели – но перерезать финансовую подпитку гитлеровским идеям не удалось. Эти люди сегодня составляют «правое крыло» англо-американской системы. К примеру, убийство бывшего премьер-министра Италии Альдо Моро в 1978 году было осуществлено правым крылом натовской сети «Гладио», а эти ребята вышли из кругов генерала СС Карла Вольфа, который проводил операции в северной Италии в конце войны.

Сегодня мы на всех парах несемся к новому великому мировому финансовому кризису, подобно тому, что разразился в период 1918–1933 гг., после окончания Первой мировой войны. И те же самые финансисты, того же «розлива», снова пытаются создать империю, правда, под новым названием – глобализация. А это ни что иное как имперская версия фашистской мировой системы.

Россияне уже знают, что в мире доминируют интересы ряда стран, которые вовлечены в борьбу за источники сырья на планете. И Россия сегодня – один из главных сырьевых источников для этих стран. Все мы являемся свидетелями взлета цен на сырье, в частности, на нефть. Этот бум происходит из-за спекуляций и является признаком глобальной войны за контроль над мировыми запасами сырья. Они считают: кто контролирует сырье, тот контролирует будущее планеты.

РГ: Почему падает курс доллара?

Ларуш: США – банкрот: при нынешнем положении дел наш федеральный долг никогда не будет выплачен. Стоимость доллара по отношению к евро рухнула до 1,33. А в ближайшее время доллар скорее всего опустится до 1,60 – если не ниже. Мы находимся в тисках великого валютно-финансового кризиса, и одновременно экономического кризиса. В таких условиях эта группа (Чейни, к примеру) пытается создать уже глобализированную диктаторскую систему.

Вот в каком мире мы живем. В этом мире кое-кого представительное правление больше не устраивает. Им не нужны республики, им нужна финансовая диктатура, поэтому они сейчас сражаются не на жизнь, а на смерть, чтобы сохранять свое влияние.

РГ: Получается, что сейчас в мире царит принцип «разделяй и властвуй»?

Ларуш: Мы живем в настоящее «смутное время». Люди типа З. Бжезинского и Блэра в Великобритании, – вспомним, что Блэр возглавляет фракцию либеральных империалистов Фабианского общества, – эти «либеральные империалисты» не собираются создавать правительства, даже марионеточные. Это видно на примере Ирака, где изначально целью было не захватить Ирак, а разрушить его. То же самое происходит на Северном Кавказе. Бжезинский и Р. Холбрук (американский дипломат. – Прим. «Родной газеты»), которые номинально являются демократами, нацелены на разрушение России через дестабилизацию Северного Кавказа. Это уже произошло в Грузии, а теперь то же самое переносят и в Украину.

РГ: Как вы можете прокомментировать события на Украине?

Ларуш: Посмотрите на идиота Бжезинского – я не оскорбляю, это констатация факта. Так вот, идиот встал во время импровизированной встречи в Американском институте предпринимательства, состоявшейся по поводу недавних выборов в Украине, и произнес экспромт – злобную, хищную, идиотскую речь, которая, я уверен, взбесила людей из окружения Путина и вызвала злобу как к США, так и демократической партии. Представьте себе, как президент России слушал подобную галиматью, зная, что Холбрук натворил на Балканах? Естественно, ничего кроме ненависти по отношению к США это не вызовет.

Эти люди стремятся развалить Украину, используя в своих целях все имеющиеся проблемы в этом регионе. Бжезинский еще в 70-х, когда был лидером «Трехсторонней комиссии» и выступал с этой же идеей, говорил о мягком подбрюшье СССР. Это он дирижировал моджахедами в Афганистане, создав новые проблемы, связанные с наркобизнесом, а также обеспечил плацдарм для операций на Северном Кавказе против России и соседних стран.

Усилия этих людей приведут к хаосу планетарного масштаба. Сейчас необходим спокойный уравновешенный голос, а ни в коем случае не вмешательство и указания извне, как себя вести Украине.

РГ: То есть, по вашему мнению, правительство США в настоящее время совершает в отношении России враждебные действия?

Ларуш: В каком-то смысле да. Им нужна мировая империя. Они говорят, что Россия должна отступить. Это физиократы – об экономике, настоящей экономике они не думают. Они думают только о власти, а сырье для них инструмент власти. Им нужна Сибирь с ее запасами. А Россию, по их задумке, надо опустошить до такой степени, чтобы она сама сдала свои экономические интересы.

Буш может сколько угодно говорить Путину: ты мне нравишься, но подразумевает-то он при этом «ты нам нравишься, но только лакеем, а не партнером». 11-е сентября используется в качестве предлога для дальнейших действий – дескать, это война с терроризмом и создание мировой системы безопасности.

РГ: Получается, что мы стоим на пороге новой мировой войны?

Ларуш: Не исключаю такой возможности. Но дело обстоит сложнее. Невозможно дать простой прогноз, события могут развиваться по-разному. Например, крупные долларовые инвесторы, такие как Китай и другие страны, начнут менять валюту. В том числе и Россия будет пытаться налаживать более тесное сотрудничество с Европой и другими странами. Деньги будут выводиться из долларовой зоны. И это исключительно защитная мера – весь мир в курсе стремительного обвала доллара. Некоторые страны предпочтут комбинацию различных валют, а не только доллары.

Но отток этого моря денег из США утопит денежно-финансовую систему страны. Сегодня для поддержания системы от краха необходим приток двух миллиардов долларов ежедневно. Взрыв «пузыря» цен на недвижимость последует и в Великобритании. Валютно-финансовая катастрофа набирает обороты, она приведет к величайшей экономической депрессии новых времен.

Если разумно подойти к этим проблемам, то можно найти выход, как это сделал Ф. Рузвельт, и избегнуть войны. В современном мире имеет место сочетание всех видов вооружений – от сверхмощного атомного и водородного до самых разнообразных асимметричных средств ведения боевых действий. Все, чему мы были свидетелями во всех конфликтах, последовавших после Второй мировой войны, взятое вместе. Вот опасность, которая встала перед нами. Но есть альтернатива таким конфликтам, такому хаосу, если найдутся силы, которые объединятся и будут настаивать на проведении альтернативного курса.

РГ: Что ждет США?

Ларуш: Вы же следили за нашими выборами. Наблюдая выборы изнутри, – а я принимал в них участие в качестве представителя демократической партии, – я отметил целую полосу нарушений, повлиявших на результат.

США совершают безумные поступки, как это было с оккупацией Ирака. С США никто не хочет воевать – есть, наверное, отдельные люди, но не правительства. Однако всему есть предел. Когда действия США ставят под угрозу само существование других стран, результаты могут быть самыми непредсказуемыми.

Политика США – клинический случай болезни

(Линдон Ларуш отвечает на вопросы «Первого канала», 16 августа 2006 г.)

Вопрос: [Израильско-ливанская] война закончена, но кто победил? Кто проиграл?

Ларуш: На самом деле нет ни победителя, ни проигравшего. В Юго-Западной Азии мы имеем дело с проявлением асимметричных боевых действий, распространяющихся на весь мир. Эти события могут стать фитилем для всего мира. Я думал о том, как остановить эту войну. Нам удалось ее временно отложить, сейчас необходимо сделать что-то, чтобы ее прекратить.

Вопрос: Что вы думаете о роли Соединенных Штатов и администрации Буша в этом конфликте?

Ларуш: Я думаю, президент полностью запутался и не показал понимания ситуации, в которой оказался. Чейни – социопат и отлично знает, что делает. Они пытались создать ситуацию, когда можно было бы начать бомбить Иран, вот что было их целью. Но цель намного больше, она глобальна. Сейчас мы видим опасность крушения мировой финансовой системы, а это всегда опасно для мировой политики, и это означает, что весь мир может погрузиться в асимметричную войну. Нельзя сказать, что подобного раньше не было, но это будет асимметричная война уже в наших условиях.

Вопрос: Вы полагаете, будет новая мировая война в результате ошибочных шагов США?

Ларуш: Вопрос шире. Суть проблемы в международной финансовой группе, той самой, которая когда-то стояла за Гитлером. Это Синархистский интернационал и его некоторые английские и голландские ответвления. Сейчас они в игре. Это очень опасная игра: она называется глобализацией, что равнозначно мировой войне.

Проблема и в том, что в отличие от нацистов они технологически невежественны. Так что результатом будет хаос. Я надеюсь, что на пути, предлагаемом Йоси Бейлиным, удастся создать предпосылки внутри Израиля, открывающие путь для переговоров с тем, чтобы стабилизировать ситуацию. Тогда появится шанс, в период до ноября, я надеюсь, решить проблему внутри США.

Вопрос: Как вы видите Ближний Восток в будущем?

Ларуш: В будущем, и этим мы будем заниматься на конференции, которую я организовываю 6 сентября в Берлине, нам необходимо установить отношения, которые в России понимают как евроазиатскую модель сотрудничества: евроазиатский подход, когда европейскую технологию используют для развития Азии. Если установится евроазиатская ориентация, это можно использовать для программы экономического восстановления и установления мира в Евразии. Если удастся установить мир в Евразии, будет мир.

Вопрос: США продавали Израилю различные виды вооружений. Вы считаете, это правильно?

Ларуш: Сейчас политика США в области оружия безумна. В администрации безумцы. Это подтвердит большинство генералов и другие эксперты, сотрудники разведки, они все скажут, что это безумие. Политика США – клинический случай болезни. Они предлагаю войну, который никто не выиграет, но все могут проиграть. Их мышление таково, что они не понимают, что делают. Я некоторых из них знаю, они не в своем уме. У них нет представления о реальности. Живут в иллюзиях.

Мы должны объединить всех здравомыслящих людей в мире, в том числе и в США, для строительства нового мирового порядка, потому что система разрушается. И мы должны использовать евроазиатское сотрудничество (к примеру, Шанхайскую организацию сотрудничества) в качестве двигателя восстановления мировой экономики. Необходимо сменить цели: с конфликта на сотрудничество. И я думаю, что возможность есть, потому что потребность в сотрудничестве велика, особенно в области экономики.

Угроза исходит из Лондона

(Интервью Линдона Ларуша в интернет-журнале RPMonitor, 29 сентября 2007 г. Беседовал Андрей Кобяков)

Андрей Кобяков: Прежде всего, я очень рад нашей новой встрече и вдвойне приятно опять видеть Вас в Москве. Ваш на этот раз неофициальный – частный – визит лишь подчеркивает глубокие связи и неформальный характер отношений между американским и русским народами. Это особенно важно в современной непростой, я бы сказал – накаленной политической ситуации. Как Вы оцениваете сегодняшнее развитие отношений между Западом, прежде всего Соединенными Штатами, и Россией? Становятся ли отношения более дружественными, или, наоборот, наши страны все больше превращаются во врагов друг для друга? У нас часто говорят о приближении новой «холодной войны». Что Вы думаете об этом?

Линдон Ларуш: Врагом России являлась и является Великобритания, а не США. Как в то время – в 1946 году, так и сейчас механизм «холодной войны» запускается из Лондона. Как тогда, так и сейчас Лондон – средоточие международной финансовой клики. Эта клика в 1971-72 годах трансформировала мировую финансовую систему по своему усмотрению. По существу, с тех пор и поныне мировые финансы, включая доллар США, политически контролируются Лондоном. И пока американская валюта, основная резервная валюта в мире, не будет выведена из-под контроля лондонской олигархии, создать новую мировую финансовую систему не удастся.

В противном случае мировая финансовая система разрушится совсем. Если не создать новую, не будет ничего, кроме хаоса. Мы должны одержать победу над Лондоном, иначе у нас не будет шансов на будущее. Кто это может сделать? Так, я не вижу никакого импульса со стороны Германии. Был шанс при Шредере, который постоянно находился в переговорном процессе с Путиным. Но этого двустороннего формата больше не существует, и он не возникнет в нынешних условиях.

Думаю, что решающую роль могут сыграть отношения между Соединенными Штатами и Россией. Остальные силы Запада – или враги [человеческой цивилизации], или импотенты, во всяком случае, сегодня.

А.К.: Но со стороны американского истэблишмента мы также не видим сегодня позитивных импульсов. Вместо этого мы слышим все более резкие ноты в голосе Кондолизы Райс. Известны ли Вам официальные, высокопоставленные политики в США, или, возможно, какие-то важные группы, имеющие политическое влияние, которые начинают исповедовать более реалистичные подходы к тому, как надо строить отношения с Россией? Существуют ли позитивные сдвиги, какие-либо тенденции такого рода?

Л.Л.: Есть небольшая группа ключевых людей в Сенате и в Палате представителей. Если говорить о личностях, то очень важной фигурой является Билл Клинтон. Что касается его жены, то ее амбиции мешают ей быть по-настоящему важной величиной. В ней гораздо больше амбиций, чем способности мыслить. Остальная часть политического класса, именно как класс, выражаясь фигурально, мертва. По крайней мере, в настоящий момент. Они погрязли в оппортунизме, они охотятся за призраками.

Например, Альберт Гор. Это отвратительное существо трудно назвать человеком. Но он на самом деле британский агент, агент олигархии и является, по существу, врагом самих Соединенных Штатов. Он отвлекает общественность от реальных проблем, запугивая всех своей пресловутой «теорией глобального потепления». Хотя многие на эту ерунду покупаются.

А.К.: Мне рассказывали, что в американской прессе появилась новая идиома, новый ярлык «отрицателей глобального потепления» по аналогии с «отрицателями Холокоста»… То есть, таким образом, на думающих людей оказывается психологическое давление, давление «общественного мнения».

Л.Л.: В ответ на это я могу сказать таким агитаторам лишь одно: вы либо лжецы, либо идиоты. Но эта идеология – не просто глупость, а преступление. Она была задумана для геноцида всей человеческой расы. Гор – расист. Это особенно видно по его отношению к Африке.

Нет, от подобных людей нельзя ждать адекватной политики. Адекватность вы можете найти среди людей, которые связаны со службой в ряде важных федеральных правительственных институтов – среди дипломатов, разведчиков, военных… Но обычно они не являются публичными политиками.

А.К.: Но это влиятельные люди.

Л. Л. Да, это люди, делающие политику. Политики давно не делают политику – они бормочут какие-то невнятные слова, они произносят какие-то заклинания, они занимаются имитацией, но не делают политику. В публичной политике сейчас господствуют демагоги, относящиеся к поколению «белых воротничков», вышедшие из пеленок анархо-сексуальной революции 1968 года. Вот кто сейчас управляет Вашингтоном и всей политической жизнью.

Таким образом, в публичной политике осталось совсем немного людей, способных мыслить. Среди них есть весьма влиятельные – но их совсем немного. Остальные занимаются проституированием политики.

Однако за пределами публичной политики есть серьезные, думающие люди, те, кого иногда именуют «перманентной бюрократией». Одни из них продолжают оставаться на службе, другие работали во властных институтах раньше, но продолжают оставаться активными. Многие из них сегодня образуют своего рода неформальный клуб. Некоторые из них (например, генералы) подают в отставку из-за своего несогласия с политикой Белого Дома в Ираке. Но у них остаются личные связи на правительственном уровне. К числу этих думающих людей относятся и профессиональные дипломаты, в том числе высокопоставленные.

Публичные же политики, в большинстве своем, проститутки. То же самое относится и к официозной прессе. А контроль над всем этим осуществляет Лондон. Дирижеры сидят в Лондоне. Я думаю, это понимают ответственные люди в российской власти. Они не говорят об этом вслух, но все понимают.

Лондон – настоящий враг России, враг цивилизации. И в настоящий момент в континентальной Европе нет сил, способных бороться с этим врагом. После ухода Шредера, как вы видите, больше нет германского правительства, способного эффективно противостоять этому. Да, Германия сохраняет потенциал и способность играть важную экономическую и политическую роль в деле континентальной кооперации. Германии традиционно принадлежит эта роль. Эта роль гораздо более укоренена в ее сущности, нежели ее текущая политика. Но с учетом современной политической ситуации Германия не способна взять на себя такую инициативу.

США и Россия должны придти к взаимопониманию. Конечно, стремления к этому не стоит ждать от администрации Буша, оно не придет, пока политику определяет Чейни. Не следует ждать его от публичных политиков. Оно придет из недр влиятельных институтов – из военной среды, из разведки и структур безопасности, из дипломатических и иных важных ведомств. Вот где находятся люди, которые могут изменить ситуацию к лучшему.

А.К.: Таким образом, Вы полагаете, есть надежда, что от этих людей – не политиков, а профессионалов во властных институтах – можно ожидать более реалистичного мышления?

Л.Л.: Главное, что они способны мыслить! И эти люди – мои друзья. Именно с такими людьми мы сотрудничаем.

А.К.: Иначе говоря, Вы не в одиночестве в своей борьбе?

Л.Л.: О, нет-нет-нет! Я лишь, пожалуй, единственный среди них, кто хорошо разбирается в экономике.

А.К.: Но в нашей стране также было немало порядочных людей – и в правительственных учреждениях, и в армии, и в спецслужбах – в течение всего этого периода так называемых «реформ»; все они тоже были думающими людьми, но у них не было возможности что-либо изменить к лучшему, они ничего не могли сделать – их просто не допускали к принятию решений.

Л.Л.: Зато у них открылись эти возможности сейчас. В этом сущность произошедшей перемены. Она была неизбежна. Откуда взялся феномен Путина? Не думаю, что только из его личности. Путин – это комплексный феномен. В период власти Ельцина ситуация была безнадежной – и для России, и для всего мира. Ельцинский период – это период тотального разрушения.

Все, кто был этим по-настоящему обеспокоен, понимали, что необходимо что-то менять, но искать пути этих изменений можно было только в рамках конфигурации власти ельцинской команды – другого выхода не было. Другим путем могла быть только кровавая революция.

Те, кто понимал, что политика ельцинских реформ обрекает Россию на полный крах, на исчезновение с географической карты, целенаправленно искали такого политика в окружении Ельцина, который способен действовать. Они нашли Путина. И вместе с ним они стали искать разумных партнеров в США.

Я думаю, влиятельные люди в руководстве России не считают, что США – суть проблемы. Они понимают, что США – ключ к проблеме, но настоящий враг – это Великобритания. Британская империя.

Поэтому из уст Путина прозвучало это ключевое имя – «Рузвельт». Путин пытается вызвать в Соединенных Штатах резонанс. Отсюда повторяющееся в его речах имя: «Рузвельт, Рузвельт, Рузвельт, Рузвельт».

Россия находится в полной изоляции, потому что Европа целиком контролируется Лондоном. Все отчуждение от России бывших стран коммунистического блока, бывших советских республик, все, что происходит на Украине – все это направляется из Лондона.

Влиятельные люди в России, те, кто понимает все это, не могут не задаваться целью: отколоть Соединенные Штаты от Лондона.

А.К.: Но как? Как мы можем отколоть США от Лондона? И зачем?

Л.Л.: Рузвельт – это именно то имя, которое совершенно не выносит Лондон. Отколоть США от Лондона – это значит снова дать возможность заработать рузвельтовским идеям.

К тому же… вам просто необходимо вмешаться. Потому что у нас в Вашингтоне в Белом доме у власти находится наш «Ельцин».

А.К.: Да, пожалуй, ситуация напоминает нашу.

Л.Л.: Буш – это контролируемый из Лондона «Ельцин».

А.К.: Да, да, очень похоже!

Л.Л.: Если вы русский и понимаете, как на самом деле устроен этот мир, вы объективно заинтересованы вернуть США к идеям Рузвельта. Это единственный шанс.

В Европе сегодня нет серьезного потенциала. Там есть люди, которые могут негодовать, которым не нравится ситуация, но они не борются: они капитулировали перед глобализацией. Европа капитулировала перед условиями Маастрихтского соглашения, навязанного Тэтчер и ее прихвостнем Миттераном. С тех пор независимость Европы, и Германии в частности, все тает, тает и тает. После ухода Шредера в Германии – в ее официальных институтах, в правительственных органах – больше нет сопротивления британскому диктату. Германия сегодня представляет собой британскую колонию. Да, в Германии есть люди, которым это не нравится. И объективно это положение совсем не на пользу Германии. Но, тем не менее, немцы, ведомые своим правительством, идут против своих же жизненных интересов, соглашаясь быть колонией Британии.

Вот какой вопрос стоит на повестке дня. Поэтому нам предстоит вместе поработать над тем, чтобы спасти Германию.

Во Франции ситуация несколько иная. Франция с наполеоновских времен – полицейское государство. Там полицейских больше, чем жителей. (Смеется). Полицейские, силовые структуры контролируют все и всем управляют. И им очень не нравится перспектива стать британской колонией. Им это не нравится. Им это не нравилось при Миттеране, не нравится и сейчас. И я думаю, что французская бюрократия, вероятно, постарается уничтожить этого выскочку Саркози. Или приручить его.

Саркози – хамелеон. Он меняет окраску в зависимости от той аудитории, к которой он обращается. Но за этим хамелеонством скрывается фашист, вторая производная от Петена. Абсолютно безнравственный, развращенный, коррумпированный человек, причем он открыто кичится своей безнравственностью. Истэблишмент будет терпеть его в качестве президента только в том случае, если они смогут контролировать его. Он думает, что станет диктатором, но ему не позволят: истэблишмент не хочет, чтобы он был диктатором. Для них он всего лишь иммигрант, пришелец, и они устроят ему саботаж.

А пока происходит вся эта возня, мировая финансовая система разваливается. Достаточно кому-то дернуть не за ту веревочку – пуфф! – и все.

Вот такова ситуация. В России только не называют главного врага – Британию. Но все, что является частью врага цивилизации в Америке, произрастает из Лондона. К примеру, супруга вице-президента Чейни непосредственно контролируется Лондоном на протяжении всей своей политической карьеры. В Великобритании Фабианское общество контролирует свое нынешнее правительство, на словах социалистическое, а по существу фашистское. А мадам Чейни является частью аппарата Фабианского общества внутри США, она была давно рекрутирована этой структурой, и структура ее использует. Именно потому, что она контролируется Лондоном, ее супруг и продвигался по карьерной лестнице вплоть до вице-президентского поста. Ну а президент – психотик.

А.К.: Вы затронули тему фашизма. Если говорить о фашистских тенденциях, то я усматриваю в этом огромную опасность, поскольку фашизм сегодня становится реальностью в Европе. Как Вы знаете, происходят очень опасные сдвиги в Эстонии, в Польше, в Венгрии, где сносятся памятники советским солдатам, боровшимся с фашизмом, где нацистские и неонацистские силы становятся все более активными. Что Вы об этом думаете? Ведь фашизм, нацизм, становится сейчас все более и более очевидным явлением в Европе.

Л.Л.: За этим стоит Британия.

А.К.: Вы имеете в виду, что за этим также стоит и Британия? Или?..

Л.Л.: Только Британия.

А.К.: Да?

Л.Л.: Я много писал и говорил о том, что нацизм – в первую очередь британское изобретение.

А.К.: Но как же тогда США? Чем тогда руководствуются американские конгрессмены, которые принимают декларацию, одобряющую поведение Эстонии?

Л.Л.: Они не выражают позицию американского истэблишмента. Это дело рук весьма специфической части американского правительства. Это так называемая «израильская группировка». Когда британцы хотят добиться чего-либо в США, они всегда действуют через израильских правых.

А.К.: Но почему еврейские лобби в США не протестуют и не препятствуют тому, что происходит в Эстонии, Польше – то есть, по сути, оправданию фашизма?

Л.Л.: Но ведь эти лобби не борются и против израильского фашистского правительства, не правда ли?

А.К.: Да, это так. Но ведь нацизм несет угрозу евреям?

Л.Л.: Ну и что?

А.К.: Как ну и что?

Л.Л.: Их это все не волнует.

А.К.: Их это не волнует?

Л.Л.: Так называемая израильская фракция в элите США выражает интересы не еврейского народа, а правых кругов Израиля. Этим людям нужно в Израиле именно фашистское правительство. Те израильские политики, которые не являются фашистами, оттеснены от власти с середины 70-х годов. Социал-демократическая традиция в Израиле, которую я хорошо помню, уничтожена. Те израильские социалисты, которые дружили со мной и честно меня поддерживали и защищали, сдали свои позиции, многие перебежали на другую сторону, приспосабливаясь к ситуации. А когда-то мы вместе всерьез обсуждали будущее этого региона, думали, как разрешить арабо-израильский конфликт. Мы обсуждали разные варианты. Если вы можете жить вместе с арабами, пусть будет одно государство, если нет – пусть будет два государства. И это был здравый подход. В 1975 или 1976 году мои израильские друзья говорили мне: надо спешить, сегодня у нас последний шанс.

А.К.: Но все это, происходящее сейчас в Эстонии, Польше и не только: создается впечатление, что это только начало, только первый шаг к катастрофе…

Л.Л.: Да, конечно.

А.К.: Это чрезвычайно опасное развитие событий, потому что результатом будет огромная трагедия, и даже, возможно, новый Холокост. Вам не кажется?

Л.Л.: Это форма новой мировой войны, где основными мишенями являются Россия, Китай и Индия – именно в такой последовательности приоритетов. Эти силы определенно хотят разрушить Россию. России фактически объявлена война. И поэтому в каждом из государств, которые используются в борьбе против России, намеренно подбираются кадры с профашистской направленностью. Возьмите Эстонию. Проследите наследственность в семьях тех, кто сейчас там наиболее агрессивен. Ищете фашистов? Так они никуда не уходили. Посмотрите на Польшу. Вам, конечно, знакома фамилия Пилсудский.

А.К.: Да, естественно. Наш интернет-журнал писал о нем.

Л.Л.: Это был настоящий фашист.

А.К.: При Пилсудском существовали концентрационные лагеря. Поэтому, я полагаю, здесь налицо признаки настоящего фашиста.

Л.Л.: Он, кстати, был и антисемитом. Почему он оказался во главе Польши? Потому что был востребован олигархической традицией, которая в Польше была очень развита, как и во многих странах Восточной Европы. Польское крестьянство всегда находилось в чрезвычайно угнетенном положении, и с провозглашением независимости Польши ничего не изменилось. Почему в обывательском сознании во всем мире распространено представление о «тупых поляках», «бестолковых поляках»? Потому что простой народ в Польше был жертвой жестокого обращения, он был забит, сломлен! Это было результатом порочной олигархической власти, распространенной в большинстве стран Восточной Европы.

В начале XX века европейская олигархия благополучно партнерствовала с такими персонажами как Александр Гельфанд, более известным как Парвус. Где он только не отметился! Он с 90-х годов XIX века был британским агентом. В Лондоне он вступил в Фабианское общество. Из Лондона направился в Германию, где он основал и финансировал левую прессу, но Роза Люксембург считала его свиньей, и вряд ли случайно. В России он появляется в компании Троцкого и внушает ему идеи перманентной революции – на самом деле перманентной войны. После чего Троцкий отправляется в Сибирь, а Парвус благополучно уезжает в Южную Европу. Чем он занимается на турецкой границе? Торговлей оружием в интересах англичан, становится участником операции «младотурки» – его хозяевам было выгодно производство войн и революций. Затем он продает немцам свой так называемый «план Парвуса», а потом помогает русским революционерам вернуться в Россию.

Весь смысл его деятельности – помощь в организации войны и революции с целью разрушения России и ряда других стран. И в этом отношении он действовал как британский агент.

После революции он вновь оказывается в Германии – в обществе людей из аппарата графа де Куденхове-Калерги. А Куденхове-Калерги впоследствии играл ключевую роль в нацистской операции в северной Европе и в северной Италии.

Речь идет о целом фашистском движении. И если вы углубитесь в изучение фамильных историй – на несколько поколений назад – тех лиц, которые играют сейчас активную роль в обсуждаемых нами странах, вы найдете множество представителей этого движения. Вы найдете их в Украине, особенно в западной Украине – там разворачивается сейчас целая операция. Большая операция предпринимается в Польше. Хорватия уже часть этой операции. И это движение всегда контролировалось Британией.

Вспомните, как британцами организовывалась Первая мировая война. Почему Бисмарка убрали с поста канцлера? Потому что он не хотел войны между Германией и Россией и отказывался поддерживать Австро-Венгрию в балканском кризисе. Он мешал Лондону устроить войну между двумя родственниками британского королевского дома – Николаем и Вильгельмом.

Точно так же строятся мировые интриги сегодня. Фашистов в мире предостаточно. На массовом уровне это определенный тип, которым легко управлять, заряжая самые иррациональные элементы общества. Характерные признаки этих социальных элементов – ненависть, супериндивидуалистичность, страсть к господству над другими людьми, фактически бестиальное отношение к людям, стремление составить банду убийц.

А.К.: Эгоцентрический индивидуализм – это именно то общее свойство, которое объединяет либерализм и фашизм.

Л.Л.: Совершенно верно.

А.К.: Это Ваша очень интересная идея, которую я полностью разделяю, и для меня это абсолютно ясно. Но, к сожалению, эта близость двух направлений далеко не всем очевидна.

Л.Л.: И в этом проблема, не так ли? Как только вы берете на себя роль лидера, вы сразу же понимаете, что вам приходится иметь дело не столько с глупыми людьми, сколько с людьми, отягощенными расхожими предрассудками. Эти расхожие представления, предрассудки или верования часто кто-то искусственно насаждает или умело на них играет. Например, в Польше намеренно сталкивали церковь, верующих с атеистами, и люди втягивались в конфликт, в политику, не имеющую никакого отношения к верованиям. Ложью, манипуляциями в людях пробуждают ненависть и таким образом осуществляют контроль. Когда люди избавляются от наваждения, они снова становятся нормальными. Но некоторые так и остаются в этом наваждении. Они как термиты, обитающие в подвальном этаже общества, готовые снова выйти наружу и захватить власть. В тех странах, о которых мы говорим, в балтийских государствах проявляется как раз такой «феномен термитов» – крайних правых радикалов, считающих себя наследниками «германского ордена».

А.К.: Тевтонских рыцарей?

Л.Л.: Да, так обстоят дела. Это неразрушенная традиция.

А.К.: Все это очень опасно. И что же следует делать?

Л.Л.: Что делать? Путин и люди из его окружения поступили правильно, начав повторять «Рузвельт, Рузвельт, Рузвельт, Рузвельт». Подчеркивать великое значение Рузвельта в сотрудничестве с Россией, его роль во Второй мировой войне, его идеи развития послевоенного мира.

Что это означает? Это означает обратиться к истинной природе Соединенных Штатов.

Ибо тот, кто приходит в России к власти, начинает внезапно сталкиваться с набором характерных проблем. И изучая природу и источник этих проблем, он приходит к пониманию их сути, к пониманию того, что враг – это Британия, вечная Британская империя. Он также начинает осознавать, особенно после отстранения Шредера, что Германия больше не друг. О да, конечно, люди в Германии хотели бы вернуться к той политике, которая была при Шредере, но таких людей все меньше и они не у власти.

Если ждать от кого-то помощи, то она придет либо от США, либо ни от кого.

И очевидно, что путинская команда поняла это и воспользовалась годовщиной войны, чтобы произнести имя «Рузвельт». Они ясно осознают, что сотрудничество с США, если в Соединенных Штатах придут к власти определенные силы, исповедующие преемственность курсу Рузвельта, – это единственный шанс.

А.К.: По-видимому, в этом есть шанс, но…

Л.Л.: Единственный шанс

А.К.: …но он не гарантирован.

Л.Л.: Если этого не будет, то это путь в ад.

А.К.: Но вместо этого мы видим развертывание ракетных систем под самым нашим боком, у границ России.

Л.Л.: А чего еще вы могли ожидать? Ведь нынешнее американское правительство контролируется Лондоном. Чейни вершит дела в бушевской администрации. Не президент. Президент – идиот, он сумасшедший. Он клинический душевнобольной! Чейни – не более чем инструмент Лондона, которым управляют не только через его супругу, но и через Джорджа Шульца. Все это Лондон. И банкиры Уолл-стрит – это Лондон. Они всегда были ориентированы на Лондон. В 1763 году в британских колониях произошел раскол на тех, кто боролся против британского гнета, и тех, кто поддерживал Лондон. И олигархические группировки Бостона, Коннектикута, Нью-Йорка были верными союзниками Лондона. Все, что принято называть финансами Уолл-стрит, на самом деле является британским. Это продолжение британской финансовой империи – не монархии, но финансовой империи – внутри США.

Рузвельт понимал британскую опасность и противостоял ей. Неоднократно, начиная с Линкольна, у нас появлялись президенты, которые постоянно представляли опасность для Британии. И поэтому с ними расправлялись. Почему, вы думаете, был убит Джон Кеннеди? Англичане были заинтересованы в продолжении войны в Индокитае, а Кеннеди был настроен на ее прекращение, и в этом его поддерживали и бывший президент Эйзенхауэр, и генерал Дуглас Макартур. Кеннеди не скрывал своего твердого намерения осуществлять политику Рузвельта, в том числе его экономическую политику. И они убили его.

По той же причине они готовились убить генерал де Голля. Убийство политиков – типично британская форма дипломатии.

А.К.: Берущая начало в венецианских традициях.

Л.Л.: Несомненно. Таким образом, Путин и его администрация продемонстрировали мастерство стратегической разведки, стратегического мышления, чего жители России в массе, вероятно, не осознают. Путинская команда как бы вывесила транспарант: «Эй, где Рузвельт, где Рузвельт, мы хотим Рузвельта!»

А.К.: Следовательно, единственная надежда состоит в том, чтобы люди, представляющие истинную американскую традицию, пришли к власти в США?

Л.Л.: Совершенно верно.

А.К.: И единственная альтернатива – это путь к тотальной войне и катастрофе, я полагаю?

Л.Л.: И к созданию мировой империи, – которую еще называют глобализацией, – управляемой Лондоном. Посмотрите на финансовую систему. Контроль над международными финансами осуществляется сегодня через Каймановы острова. Львиная доля крупных финансовых операций проходит через Каймановы острова. Кому они принадлежат? Британской короне. Крупные инвестиции в Латинской Америке осуществляются через два крупнейших испанских банка – Banca Santander и Banca Bilbao. А кто их контролирует? Bank of Scotland.

Либо мы побеждаем Британию – выходим на борьбу с Британией и освобождаем Америку от ее влияния, либо мы прекращаем сопротивление, и тогда наступит всемирная смута, хаос, «новое средневековье», потому что ничто не станет у него на пути.

А.К.: Это звучит не очень оптимистично. Но вполне реалистично.

Л.Л.: Именно так. Легкого пути к победе не дано.

А.К.: Но значит надо именно бороться.

Л.Л.: Да, но надо бороться мудро, а не просто бороться. Некоторые будут бороться, но не с тем врагом, или они вступят в борьбу, в которой нет смысла, которая не стоит их усилий.

А.К.: Бывает и так.

Л.Л.: Они не понимают, что нужно точно определить направление удара, нужно сконцентрировать усилия, нужно убедиться, что ты ведешь правильную борьбу.

А.К.: Когда я сказал «бороться», я имел в виду как раз борьбу в этом смысле. Потому что бездумно лезть в драку, в открытую конфронтацию – это еще один путь к катастрофе.

Л.Л.: Правильно. И Путин, несмотря на все свои ошибки, правильно определил центральную стратегическую проблему: это Британская империя. Когда у вас говорят «Запад», подразумевают «Британию», британское влияние. Не США. С того момента, как Путин стал президентом России, он старался совершить прорыв в установлении теплых отношений с президентом США.

А.К.: Это факт.

Л.Л.: И это абсолютно верная стратегическая операция. Возможно, он не знал, как этого добиться, и не получал подтверждений того, что это может сработать. Но он знал, что это единственно верный курс. Путин, например, знает, что все финансовые интересы, базирующиеся в Лондоне, враждебны России. Вся история его борьбы с российскими олигархами свидетельствует об этом. С теми финансистами, кто установил контроль над Россией. «Уничтожить их!»

А.К.: Наверно не случайно, что они все перемещаются в Лондон?

Л.Л.: Это как раз то место, где живут деньги!

А.К.: И где они ощущают себя… как на «родине». Для них там родина. Ведь они же все там покупают себе дома.

Л.Л.: Потому что они инструменты Лондона. Они созданы Лондоном. В России используют дипломатический язык – обвиняют «Запад», а не «Британию».

А.К.: Да, это более подходящий термин.

Л.Л.: (с иронией) Может быть в надежде не обозлить Лондон. Может быть США и Британия не будут сбрасывать на вас бомбы… или посылать подготовленных убийц с целью устранить ваших лидеров…

Но именно так они всегда поступают – британцы. Либо политическое убийство, либо физическое убийство. А также войны. Организуют войны. Британцы постоянно организовывали войны между различными народами. Втягивание народов в длительные войны как средство разрушения наций – этот метод берет начало в древней истории. Еще Персидская империя, побежденная Грецией, Афинами в военном отношении, стала внедрять софистику среди афинской молодежи с тем, чтобы разложить их софистикой; точно так же было создано поколение бэби-бумеров в США и Европе.

Это поколение «белых воротничков», появившееся на свет между 1945 и 1956 годами, то поколение, которое вы сейчас видите во власти – в Лондоне, во Франции, в Германии, в США. Это поколение софистов. Это поколение заражено той же, в историческом отношении, разновидностью экзистенциальной софистики, что и поколение в Афинах, разрушившее сами Афины в ходе Пелопоннесской войны. Это была операция психологической войны, которую провела Персидская империя через подконтрольный ей культ Делфи, который влиял на умы целого поколения молодых отпрысков влиятельных афинских семей. И подготовили и развязали Пелопоннесскую войну, которая разрушила Афины не только как государство, но и как культуру.

В течение всей последующей европейской истории мы можем обнаружить волны разрушительного влияния все той же болезненной традиции. И то же самое мы видим сегодня, в иной форме.

Но проблема в том, что люди сегодня не мыслят в категориях истории, они не знают истории.

В европейской цивилизации с момента ее рождения находится внутренняя болезнь. Которая многократно разрушала нас. Потому что мы содержим ее в себе, в самой нашей культуре. И только когда мы признаем это и посмотрит через эту призму на историю человечества – и европейской цивилизации, и всей мировой цивилизации – только тогда мы правильно поймем современные тенденции. Проблемы, которые мы сегодня видим перед собой, возникли не вчера – это итог культурного конфликта тысячелетий.

А.К.: Таким образом, это очень глубоко укорененное бессознательное, коллективное – историческое и культурное – бессознательное нашей цивилизации.

Л.Л.: Это привычный тип мышления. Человечество, в отличие от животных, передает из поколения в поколения накопленный опыт, знания. Мы должны спрашивать себя: «Что такое наше прошлое?», «Что из себя представляет наша культура?», «Что внутри нас?», «Каковы наши культурно-генетические характеристики, которые мы приобрели шаг за шагом за тысячелетия?», «Что действует внутри нас?», «Почему мы так мыслим?», «Почему мы так реагируем?», «Как мы контролируем наши инстинкты, чтобы не повторять одних и тех же ошибок снова и снова?»

Вот что требуется делать. Но современная система образования этого не делает. Вы хотите подготовить элиту, вы стараетесь привить им конкретные знания, натренировать и отшлифовать определенные навыки. Но не это главное. Главное – понимать это.

А.К.: И понять весь опыт прошлых поколений, как бы заново пережить его, пропустить через себя.

Л.Л.: Абсолютно верно. Чтобы справляться с проблемами сегодняшнего дня, правительства должны осознавать исторический смысл того, что происходит сегодня, а не просто реагировать на события. Когда вы реагируете, вы должны понимать, что на вас тоже будут реагировать – притом с позиций своей культуры. И если вы этого не понимаете, то вы обречены.

А.К.: Мы должны обращаться к целой истории, целой традиции, к целому сознанию народов.

Л.Л.: Это тот подход к научному образованию, который я осуществляю по отношению к нашему молодежному движению. Молодые люди должны получить, воссоздать в себе опыт открытия, например, ключевых открытий пифагорейцев.

Я оставляю их – пять или шесть человек – в состоянии самостоятельного поиска, в полной концентрации на предмете, без своего или чужого надзора. Я не указываю им, что делать, я только даю задания. Они должны сами получить знание через открытие.

А.К.: Потому что они должны научиться думать сами.

Л.Л.: Правильно. Это должно быть их собственное знание, а не чужое. И этот метод работает.

Чтобы понимать европейскую историю, они должны заново пережить все этапы культурных трансформаций, которые привели нас из прошлого в настоящее. В противном случае вы заимствуете у древних веков их ошибки, а не их решения. Сколько раз Европа подвергалась разрушению многолетними войнами! Анализируя их с позиций исторического смысла, мы обнаруживаем, что каждая из них могла быть предотвращена. И сейчас: Вьетнам, Ирак… следовательно надо искать выход из них. Дипломатия и искусство государственного управления для того и существуют, чтобы предупреждать войны – не в последний момент, когда стороны решительно настроены воевать, а на более ранней стадии, прежде чем война стала неотвратимой.

К сожалению, в Европе ситуация сейчас очень запущенная. В населении нет настоящего культурного оптимизма. Есть отдельные индивидуумы, но нет массового феномена.

А.К.: И это очень печальное положение.

Л.Л.: В России у вас гораздо больше оптимизма, чем во всей остальной Европе. И этот оптимизм появился в результате изменений, смены власти – от Ельцина к Путину. Это означает, что плохое осталось позади.

А.К.: Эти изменения еще не завершены.

Л.Л.: Конечно, конечно! Смысл в том, что вы перешли из безнадежного положения – в сложное, трудное положение, со многими опасностями, как старыми, так и вновь появившимися. У вас есть неверные суждения о том, как надо развивать население. Исповедуется в основном прагматический подход – в ущерб более глубокому. Но вам необходимо думать о новом молодом поколении, которое подрастает. Если вы не сможете способствовать развитию этого поколения, у вас нет будущего! И, к сожалению, правительство не понимает идею развития народа. Оно ориентировано на управление народом.

Необходимо, чтобы узкий прагматический подход, узкий прагматизм сменился заботой о человеческом развитии. Иначе нам не спасти мир.

Планета пребывает в состоянии «обанкротившегося государства»

(Интервью Линдона Ларуша для «Русского журнала», 12 марта 2009 г. Беседовал Никита Куркин)

РЖ: Произошли ли изменения в интерпретации значения «обанкротившееся государство» с тех пор, как оно появилось? Что включает в себя в современной международной практике концепция «обанкротившегося государства»?

Л.Л.: Очевидно, что вся планета пребывает в состоянии «обанкротившегося государства» с тех пор, как я выступил со своим предупредительным прогнозом на международной интернет-конференции 25 июля 2007 года. Мы находились в том состоянии, которое в начале двадцатого века определяли как гипотетическое состояние «общего кризиса». На конференции 25 июля 2007 года, например, я представил общие очертания срочных мер, чтобы взять этот кризис под контроль и перевести его в процесс восстановления. В настоящий момент компетентным людям в США и России необходимо провести обязательную и срочную конструктивную дискуссию о необходимых мерах; однако существуют доступные средства для решения этого кризиса, которые могут быть инициированы группировкой немногих сильных государств.

РЖ: Можно ли ожидать, что список «обанкротившихся государств» расширится в связи с мировым кризисом? Например, каким государствам Европы грозит оказаться в этом списке?

Л.Л.: Повторюсь, сегодня все страны пребывают в очень развитой стадии процесса «общего кризиса», который хоть поначалу и проявлялся как американский ипотечный финансовый кризис 29 июля 2007 года, уже тогда приближался к критической точке развития во всем мире. Западная и Центральная Европа под влиянием евро стала центром этого кризиса. Этот кризис стал проявлением того, что создавалось в течение более двадцати лет, кризис, который доносит эхо более ранних кризисов, случившихся в средневековье в европейской цивилизации, например, общего кризиса середины XIV века в банковской системе Ломбардии, управляемой Венецией – так называемого «Нового темного века». Возможность такого кризиса обсуждалась еще Партией Социальной Демократии в условиях постбисмарковской Германии и не только. Ближайшим примером такого кризиса был злопамятный кризис Веймарской Германии в 1920-х; но тогда кризис был всецело связан с версальскими державами, которые спровоцировали его намеренно, искусственно.

Сегодняшний стремительно развивающийся кризис является результатом серии систематических изменений в международной кредитной и физико-экономической политике. Физическая экономика определяет производство товаров и услуг в реальном секторе, которое обеспечивает существующие потребности населения и устойчивые темпы роста потребления на перспективу начиная с периода 1968–1973. Эти изменения начались с радикальных перекосов в сторону так называемых «неомальтузианских» перемен в намеченном направлении глобализованной антинаучной политики. Управляемые финансистами Лондона и Уолл-стрит, эти перемены были связаны с окружением британского принца Филиппа и ветерана нацистских Ваффен-СС нидерландского принца Бернхарда.

До тех пор, пока эта тенденция не будет резко развернута в обратном направлении, глобальный темный век всего человечества должен рассматриваться как неминуемая судьба планеты на несколько поколений вперед, и нужно учитывать, что этот процесс уже пошел.

РЖ: Каково возможное ограничение для десуверенизации? Существует ли какая-либо юридическая база для процесса десуверенизации недавно обанкротившихся государств? Представляет ли перспектива десуверинизации угрозу свободе граждан и самоопределению наций?

Л.Л.: Самая высокая степень рисков создана «глобализацией». Без основательного и радикального освобождения от «глобализации» выживание цивилизации в течение нескольких будущих поколений невозможно.

РЖ: Можно ли избежать региональных военных конфликтов на «линиях разлома» России и постсоветского пространства и Европы?

Л.Л.: Опасность большого риска такого рода, который очевидно может привести к ядерным военным осложнениям, может быть реализована только при условии полного кризиса, что выглядит вероятным до тех пор, пока не примут ту общую экономическую реформу, которую я предложил. До тех пор, пока не будет проведена упомянутая радикальная и внезапная экономическая реформа, стремительное приближение к тотальному упадку экономики является своего рода психологическим состоянием, пребывая в котором сегодняшняя цивилизация планеты может придти к ужасному концу.

РЖ: Учитывая нынешние условия кризиса, не приобретает ли новую актуальность предложение президента России Дмитрия Медведева о пересмотре Концепции европейской безопасности?

Л.Л.: В чем мы нуждаемся, так это в срочном обсуждении общей политики восстановления экономики между главами правительств США и России, чтобы внезапно и полностью изменить направление сегодняшней политики и работы международных институтов. Нужно возвращаться к враждебной британским империалистическим традициям модели, которую президент США Франклин Рузвельт задумывал для послевоенного мира. Исторические корни нынешних ужасающих проблем всего мира заключаются в том, что президент Гарри Трумэн подавил план Рузвельта по преодолению наследия британской империи и ликвидации колониальных и подобных им империй. Рузвельт намечал шаги в области физической экономики в сторону мира, полностью состоящего из антиимпериалистической системы суверенных национальных государств. Трумэн, как подхалим бывшего британского премьер-министра, бывшего закадычного друга Муссолини Уинстона Черчилля, дал обратный ход политике Рузвельта и перешел на восстановление сосредоточенной в Лондоне империалистской системы того типа, называемого сегодня «глобализацией».

Наш последний шанс

(Интервью Линдона Ларуша для газеты «Завтра», 21 октября 2009 г. Беседовал Александр Нагорный)

«Завтра». Господин Ларуш, как вы оцениваете причины текущего глобального финансового кризиса и перспективы мировой экономики?

Линдон Ларуш. На протяжении последних лет я неоднократно говорил о неизбежности краха нынешней глобальной монетаристской системы. В центре ситуации лежат две фундаментальные исторические и, я бы сказал, цивилизационные проблемы.

Первая связана с монетаризмом как таковым, который появился отнюдь не в середине прошлого века вследствие деятельности т. н. «чикагской» экономической школы. Он зародился и сформировался как экономическая модель еще в средние века на основе торговых связей, сложившихся в странах Средиземноморья и охвативших все страны Европы. Монетаризм ставил в центр именно торговые операции с быстрым оборотом капитала, что доминировало и доминирует по сей день над производственной моделью мировой экономики. Именно этот принцип и продолжает определять экономическую деятельность промышленно развитых стран Запада, порождая безумные кризисные явления, которые ведут мир к тотальному краху.

Вторая проблема была сформулирована великим русским мыслителем Вернадским как теория ноосферы. В соответствии с ней человечество по мере своего развития сталкивается и неизбежно будет в растущей мере сталкиваться с оскудением минерально-сырьевых ресурсов земного шара и возникающими в этой связи природно-охранительными императивами.

Отсюда вытекает и ответ на ваш вопрос. Текущий кризис невозможно обуздать и победить без решения данных двух проблем. Следует покончить с мировой монетаристской системой глобальных финансов и построить новую систему производственной экономики в соответствии с положениями концепции Вернадского. Иначе дальнейший прогресс человеческой цивилизации невозможен. Нам придется искать и переходить к более прогрессивным источникам энергетики и формам хозяйствования. Именно эти два аспекта и определяют текущую, равно как и будущую, еще более острую фазу глобального кризиса.

«Завтра». Но каким образом эти две фундаментальные проблемы соотносятся в практическом плане с нынешним глобальным финансовым кризисом? И как торгово-монетаристская система, зародившаяся по вашим словам в средние века в средиземноморском ареале, сказывается на нынешних событиях?

Л. Л. Самым непосредственным образом. Дело в том, что она продолжает быть основополагающей как для американской экономики, так и экономики других промышленно-развитых стран Запада. Имеется базовое противоречие между механизмом, функционирующим в США и в Западной Европе, и теми главными идеями, которые были положены в основу американской экономики и банковской системы в Конституции США в том виде, как она была написана Александром Гамильтоном и принята Конгрессом США. Это была «физическая экономика» с опорой на материальное производство. В ней был сделан упор на установление фиксированного банковского процента и придания банковской системе исключительно кредитной функции. В то время как нынешняя система – а она была сформирована преимущественно в результате Бреттон-Вудса и дальнейших действий финансовых властей – переносит акцент на развитие денежной массы и деривативов, что и создает питательную среду для бесчисленных «финансовых пузырей» и базовых несоответствий, которые ведут к безумному обогащению финансовой олигархии. В результате мы и имеем нынешнюю ситуацию, при которой политические власти вынуждены все время прикрываться откровенным враньем и пиаром вместо принятия необходимых мер и действий по обузданию разворачивающегося кризиса. В этом контексте мы видим постоянный и долгосрочный тренд в американской экономике, который особенно обострился после 1968–1971 годов. В результате в США идет неуклонное сокращение материального производства, происходит перенос промышленности в другие менее развитые страны. Это явление стало доминирующим с 1987 года и далее в годы клинтоновской администрации и администрации Буша. Нынешний момент характеризуется общим хаосом, который пытаются прикрыть имитационными криками о восстановлении активности экономики США и других экономик. Но ничего не выйдет. Придется делать структурный поворот. В противном случае неизбежен катастрофический развал мировых финансов и мировой экономики.

«Завтра». Но мы привыкли считать экономический подход Кейнса, с его упором на поддержание спроса и вмешательство государства в экономическую жизнь страны, – полной противоположностью экономической модели монетаристов, которая максимально расширяет свободу рынка и манипулирует им преимущественно на основе учетной ставки и денежной массы при снижении налогов, госрегулирования и социальных программ.

Линдон Ларуш. Это неверное понимание и неверная трактовка. Противопоставление идет по линии доминирования либо физической, либо чисто финансовой экономической систем. Рузвельт исходил как раз из физической модели, которую он и проецировал не только на США в послевоенном мире, но и на всё мировое сообщество наций. Предполагалось, что мир трансформируется в федерацию независимых стран с тесно взаимодействующими экономиками в мировом пространстве на базе зафиксированной постоянной учетной ставкой и зафиксированных обменных курсов валют. Они должны были изменяться при сбалансированном решении международных экономических организаций. Однако 12 апреля 1945 года Рузвельт умирает, а уже 13-го числа Трумэн совместно с Черчиллем вводят именно монетаристскую систему, которая отражала базовые интересы финансовой олигархии, находящейся прежде всего в Великобритании, что и привело в конечном итоге к нынешнему состоянию дел.

«Завтра». Но, возможно, Обама и его администрация в чем-то разделяют ваши взгляды и готовы пойти на кардинальные меры, чтобы предотвратить дальнейшее развитие кризиса внутри американской и мировой экономики?

Л. Л. Ни в коей мере. Обама является агентом влияния все того же финансового олигархического капитала, который я описываю под термином «Британская империя». Среди его назначенцев – большинство таких людей, как Ларри Саммерс, прямой представитель этих кругов, который известен и в России, и в мире как откровенный вор. Именно он несет ответственность за «псевдоантикризисную программу» в администрации Обамы, которая занимается лишь вливанием дополнительной гигантской денежной массы в «дружественные структуры». Именно он цементирует прежнюю систему, что и обуславливает дальнейшее движение к кризису и тотальному развалу. Америка находится в процессе хаоса, поскольку вместо решения проблем, вместо предоставления социальной защиты населению и особенно людям, живущим в своих домах, вместо защиты собственной промышленности – мы позволяем царить прежнему хаосу и вливаем безумные средства в финансовые олигархических структуры.

«Завтра». Так какие же конкретно шаги вы предлагаете сделать администрации Обамы и – в более широком плане – другим ведущим игрокам мировой экономики?

Л. Л. На первом этапе нынешнего кризиса я предлагал ввести законодательство, замораживающее все кредиты и займы по ипотечному кредитованию, что оставило бы все американские семьи в своих домах на длительный срок, во время которого можно было бы создать систему покрытия издержек и кредитов. Одновременно предлагалось новое законодательство и по банковской системе, которая также вводилась бы под защиту и контроль государства. Однако сейчас такие меры становятся явно недостаточными, поскольку мы уже прошли «точку невозврата». В свете этого встает вопрос об отмене, замораживании или даже запрете, частичном или полном, деривативов и других финансовых инструментов.

Но и этого недостаточно. Сейчас мы находимся в середине кризиса, который вот-вот может взорвать всю планету по типу цепной реакции. Поскольку имеется огромная и все нарастающая масса перекрещивающихся долгов, основанных опять же на дериватах и облигациях, которые в свою очередь тоже опираются на другие дериваты. Но если раньше 80 % выживания и экономической безопасности страны обеспечивалось внутренней стабильностью государства, то в эпоху глобализации это соотношение меняется в обратную сторону. Именно поэтому я предлагаю подходить к глобальному кризису не только и не столько с национальной платформы, сколько через совместные действия ключевых наций в мировой экономике. Это Китай, США, Индия и Россия. Если эти государства придут к единой линии в реорганизации мировых финансов, инициируют и проведут силовую реструктуризацию мировой финансовой и кредитной систем в рамках рузвельтовской схемы физической экономики, как она задумывалась в 1944 году, тогда у мира есть шанс прорваться через надвигающуюся катастрофу и воссоздать гармоничную структуру мировой экономики. В свете этого перед нами стоит политический вопрос относительно того, смогут ли США, Россия, Китай и Индия провести внутренние реорганизации, а затем создать блок наций с единой финансово-экономической стратегией на основе долгосрочных договоренностей при всем различии их интересов.

Настоящим выходом из кризиса должно стать и может быть только уничтожение нынешней монетаристской системы, которая доминировала над европейской цивилизацией, начиная с Пелопонесских войн. Монетаристская система – это чума нынешнего мира. Мы должны подчинить денежную систему власти суверенных государств.

«Завтра». Господин Ларуш, спасибо вам за интересную беседу. Однако с трудом верится, что российские власти или власти других ведущих стран, за исключением КНР, окажутся в состоянии пойти на сколько-нибудь решительные шаги как внутри своих стран, так и в плане выработки международной стратегии противодействия глобальному финансовому кризису. Они слишком тесно связаны всё с теми же олигархическими структурами и фактически выполняют их целевые установки.

Вымести прочь с международных рынков весь фиктивный капитал!

(Интервью Линдона Ларуша для газеты «Завтра», 8 июня 2010 г.)

«Завтра». Господин Ларуш, недавно рухнули все индексы в Америке, Европе и Азии. Не является ли это началом реального и крупномасштабного кризиса? В чем его узловые параметры и главные противоречия, обуславливающие эту вторую волну кризиса?

Линдон Ларуш. Это уже – проявление самого серьёзного общего кризиса в истории современной, глобальной по масштабу европейской цивилизации. По существу речь идет о крушении «Британской империи-де-факто». Типичное её выражение – транснациональная экспансия банковской группы «Интер-Альфа», основанной в 1971 году, когда администрация Никсона пошла на ликвидацию введенной при Рузвельте в 1944 г. «бреттонвудской» системы фиксированных валютных курсов. Можно ли остановить этот совершающийся у нас на глазах глобальный процесс крушения всей мировой экономики? Единственно возможный выход сегодня в том, что ситуация заставит власти Соединенных Штатов – вопреки президентам США Дж. Бушу-младшему и британскому ставленнику Бараку Обаме – вернуться к принципам реформы Гласса-Стиголла. Принятое при Рузвельте в 1933 г., это законодательство было аннулировано в 1999 г. стараниями Ларри Саммерса, ныне главного советника Обамы по экономике.

О том, что США готовы действовать в этом духе, свидетельствуют законодательные поправки Маккейна и Кэнтвелла, внесенные в Сенат США. Политэкономические принципы реформы Гласса-Стиголла пользуются ныне широчайшей, почти всеобщей поддержкой среди американцев. Ничего подобного не было в США в течение десятилетий.

Воедино сходятся самые разные политические и экономические интересы, и фактически возникло массовое движение, охватывающее членов обеих главных партий и даже ведущие финансовые круги. Движение растет и ширится, угрожая в конце концов вылиться в массовый политический взрыв за рамками иерархий двух политических партий. По многим признакам оно походит на массовое революционное движение, включая и некоторые, более традиционного толка, круги на Уолл-Стрит и им подобные. Общим знаменателем движения являются, в сущности, не столько экономические побуждения, сколько дух американского патриотизма – патриотам Америки претит хищничество Британской империи. Нечто глубокое, коренящееся в традициях Американской революции, революции Авраама Линкольна, революции Франклина Рузвельта, выплеснулось наружу в этом общем настроении, охватившем более 70 % американцев: «Мы хотим, чтобы эта страна была снова нашей!». Это чувство, которое сегодня должно быть очень понятно и русским.

Самые острые вопросы поставлены на повестку дня последствиями глобализации, что особенно выпукло показала недавняя «реформа здравоохранения» в США, написанная по лекалам соответствующих гитлеровских «реформ» 1939-45 гг.

«Завтра». Что важнее в пружинах кризиса: крупнейшие банковские структуры типа Голдмен Сакс, которые своими операциями вышли за уровень объема реальной экономики и подавляют ее, задолженности национальных государств или что-то ещё, скажем, перенос производственных мощностей в КНР и диспропорции внешней торговли?

Л. Л. Система спекулятивно-грабительских махинаций, определяемых британскими финансовыми интересами, характерный представитель которых – группа «Интер-Альфа» (пример этих махинаций – нынешний «БРИК»), была запущена при помощи американской администрации Никсона, агентом Британской монархии лордом Ротшильдом в 1971 году.

«Завтра». Какой порядок крушения более вероятен на текущий момент? Сначала Европа, затем Азия, потом США? Или же США, Европа и Азия? Или же провоцирование войны на Ближнем Востоке и подавление кризисных явлений административным путем?

Л. Л. Отвечая на этот вопрос, надо говорить об альтернативных сценариях развития событий.

а). Если власти США проведут сейчас реформу Гласса – Стиголла, последующее крушение британской финансовой системы побудит страны Европы, особенно Германию, пойти на блокирование с США и на заключение соглашений на принципах реформ Гласса – Стиголла и Бреттон – Вудской системы фиксированных валютных курсов. Китай будет рад, а россияне – исторически Россия является естественным союзником Америки Франклина, Линкольна и Рузвельта – вздохнут с облегчением.

б). Если же власти США не проведут этой реформы в самом ближайшем будущем, вся трансатлантическая система провалится в стадию распада, в результате чего потонет и экономика России, уже и без того разграбленная под властью пресловутых «пиратов Карибского моря» [т. е. российских «олигархов», выводящих деньги в подконтрольные Британии оффшорные зоны. – Ред. ], а далее потонут Китай и Индия.

«Завтра». В чем сущность вашей программы и в чем сущность предлагаемого проекта Гласса – Стиголла?

Л. Л. Вымести прочь с международных рынков весь фиктивный капитал, т. е. ликвидировать сотни триллионов номинальных долларовых долговых обязательств и тем самым создать условия для воссоздания крепкой фаланги оздоровленных банков, вырванных из лап нынешней системы Уолл-Стрита, что позволит США дать ход долговременной системе кредита (каковая, далее, может стать полезной частью новой глобальной экономической системы при сотрудничестве с другими государствами-участниками такой системы) с тем, чтобы безотлагательно приступить к реализации программ ускоренного развития реальной (физической) экономики всех стран в перспективе жизни двух будущих поколений.

«Завтра». Какова роль нынешнего финансового руководства РФ в деле разрешения кризиса и как могут разворачиваться события в России? В чем могла бы заключаться роль России в разрешении кризиса при ином руководстве?

Л. Л. Россия – важнейший естественный партнер моих Соединенных Штатов (откуда, впрочем, исключены оба Буша и Обама), поскольку Россия, как евразийское государство, должна играть решающую роль в остро необходимой системе долговременного сотрудничества и США, и России с такими азиатскими странами, как Иран, Пакистан, Индия, страны Юго-Восточной Азии, Корея, Япония и Китай. Для того, чтобы инициировать глобальную систему долговременного развития реальной экономики (охватывающую большинство национальных государств и континентов), необходимо прежде всего сотрудничество своего рода «большой четверки» – США, России, Китая и Индии.

Мои предложения в этом отношении весьма конкретны и потенциально вполне реализуемы на протяжении жизни двух поколений. Это – возрождение римановой научной школы физической химии, представленной именами Менделеева, Планка, Харкинса, Вернадского и Эйнштейна: в первой половине нынешнего столетия надо воспитать и сформировать новое поколение ученых, способных ответить на великие вызовы последующих пятидесяти лет.

Этот будет вступающий в будущее мир, основанный на использовании энергии расщепления ядра и термоядерного синтеза и еще более могучих источников энергии. При этом в развитии науки земного человечества большое и всевозрастающее значение будет придаваться задачам овладения теми новыми принципами и технологиями, которые послужат необходимыми предпосылками для создания колонии людей на Марсе приблизительно к концу текущего столетия.

Мы губим себя и нашу молодежь

(Интернет-конференции Линдона Ларуша, 22 января 2011 г.)

Дебра Фримен (ведущая): Вопрос из России.

«Я хочу спросить, что происходит в Тунисе? Многие в России проводят параллели между этими событиями и тем, что вполне может скоро произойти в России и в других станах. События в Тунисе, которые назвали «жасминовой революцией», – это еще одна цветная революция, – подобны тем, что происходили в прошедшую советскую эпоху. У меня такой вопрос: это так? Был ли Запад подстрекателем? Или это естественная реакция народа Туниса на ситуацию в целом, включая не только диктатуру, но и что важнее – экономический кризис»?

Линдон Ларуш: Давайте сначала выясним другое. Не надо думать, что есть тунисская проблема. Тунис болен, но бациллы этой болезни повсюду.

Возьмем другой пример. Случай в штате Аризона, где молодой парень достал оружие и убивал людей, и вы знаете, меня это не удивляет. Мне достаточно оценить нашу американскую культуру и посмотреть на нее в перспективе поколений. Пожалуй, треть тех, кому до 18 или до 20 лет, это такие, как и тот парень в Тусоне. То есть, каждый третий в этом возрасте потенциально способен на такое.

Так что нет тунисской проблемы. Есть культурная проблема, характерная для всего мира, она проявляется по-разному, подрастает молодое поколение, которое в культурном отношении уже и трудно назвать людьми. Это не Тунис. Это везде, во всем мире. И там, где больше ориентируются на Запад, и на обеих сторонах Атлантики и вокруг Средиземного моря, ситуация наихудшая.

Я имею в виду ценности двух последних поколений, которые можно назвать бес-колениями – начиная с послевоенного взрыва рождаемости и далее. Это и есть дегенерирующие поколения, за редким исключением. Молодежь Западной Европы и Северной Америки деморализована больше, чем в других регионах планеты. И это расползается в Японию, другие страны, которые раньше решительно ориентировались на промышленно-технологический прогресс: людей таких взглядов остается все меньше. А молодежь вообще приходит в мир, где им говорят, что они живут в «зеленом» обществе. И вот те, кого убедили поверить в зеленый мир, деморализованы больше всех, они лишены подлинной морали.

А теперь возьмем молодое поколение, которое не осознает смысл жизни: только посмотрите, во что они верят! Только посмотрите на их культуру! Посмотрите на их поведение! Вы бы впустили их в свой двор? Молодых людей, типа этого преступника в Тусоне? Если сегодня взять хотя бы треть от поколения детей этой возрастной категории в Соединенных Штатах, то даже и представить сложно, какие монстры появятся после них! Потому что это мы сами такие.

Все привыкли думать о людях как об обезьянах. У каждой обезьяны есть своя культура, и ведет себя она по-своему. На нас влияет культура, но мы сами являемся частью этой культуры. Общества всегда культурно разделяемы по поколениям. Что такое страна? Три-четыре поколения. И она основывается на развитии культуры, ее направленности. Наша культура враждебна труду, прогрессу, наша культура окрашена в зеленый цвет. И эта зелень на пути к дегенерации.

Вернемся назад. Посмотрите, как я уже отмечал в своем докладе – человеческая природа коренным образом отличается от животной. Животные не способны к сознательному развитию культуры. Для всех видов животных есть предельная потенциальная плотность заполнения ареала обитания, относительно предельная в зависимости от обстоятельств. И у них есть культура, животная культура. Но их культура не осознана, как у людей. У них нет стремления к творчеству, характерному для людей.

Люди заселяют всю планету в значительно большем количестве, чем любые другие виды животных. Это означает, что мы используем сырье. А давайте посмотрим, какое же сырье мы используем? Сырье, которое мы используем, является в основном продуктом живых процессов. Железо нам доступно в силу живых процессов, в химии которых присутствовало железо, происходило накопление этих одноклеточных организмов, и когда они умирали, накапливалось железо их тел. Они накапливали это железо. Многие одноклеточные концентрировались в океанах, в воде также концентрировались в определенных регионах. Одноклеточные животные и растения отмирали, и происходило накопление определенных минералов.

Что видят люди? На территории Соединенных Штатов есть железорудный хребет Месаби, там огромные залежи железа. Почему они именно там? Именно там накапливались останки умерших животных. И что же мы делаем? Мы разрабатываем богатейшие залежи железа. Сначала используем богатейшие ресурсы, забывая об остальных. Потом, когда богатейшие залежи железа истощены, то обращаем свое внимание на беднейшие месторождения. Это требует уже более сложных технологий, развития энергетики и использования энергии более высокой плотности.

И поэтому, чтобы жить, человечество становится все более сложной, более взаимозависимой системой, которой нужны интерактивные навыки. Человек развивает культуру. Но человек, прежде всего, делает это осознанно! Человек открывает принципы, которые позволяют человечеству жить как виду.

И что будет, если перейти к «зеленому» обществу или к закостенелому, которое еще называется «олигархической моделью»? В древнем обществе массы людей по чьей-то воле остаются глупыми, их умения ограничены, они не способны познавать суть вещей, им не дают учиться, развиваться, они всего лишь дешевая рабочая сила: вот в чем суть олигархического принципа! Контролировать численность населения для комфорта правящего класса. Вот где проблема.

Так мы и жили, под влиянием Тедди Рузвельта и других политиков британского толка – вот мы решили пойти против развития энергетики. Теперь, единственный способ выжить для человеческой расы, имея в виду ресурсы – увеличивать плотность потока энергии, используемой в технологиях! Это означает, что в Соединенных Штатах нужно снести все чертовы ветряки и уничтожить все солнечные батареи! Потому что эти технологии с низкой плотностью энергетического потока! Это разорение! И если использовать такие технологии, то необходимо сократить население человечества: нужен геноцид! Чем и занимается Всемирный фонд дикой природы. Геноцид! Массовое убийство! Разврат!

У этих молодых людей, таких как тот ненормальный бедняга из Тусона [Джаред Лафнер], осознают они себя, есть у них потребность двигаться вперед, учиться чему-то, развивать технологии? Есть ли у них цель в жизни? Есть ли в них потребность наращивать способность человеческой расы к существованию, поддерживать человечество и заботиться о нем? Нет! Так чего же тогда ожидать?!

Посмотрите на Тунис: в чем там проблема? А проблема в снижении культуры! А чем это вызвано? Политикой, проводимой политикой, социальной и экономической политикой! Так, где бы мы не видели ветряные генераторы, будь то в разговорах политиков или где-то еще, где бы мы не встречали эти виды «зеленой» политики, мы видим разрушение цивилизации! И разрушение цивилизации означает стремление к сокращению населения, снижению их значимости, технологий и развития. Убить в людях цель в жизни, убить в них людей.

Это происходит во всем мире! И именно поэтому британцы и Обама ненавидят Китай. Китай нарушает правила, упрямствует в сохранении стабильной экономики. Они делают это грубо, что нетрудно понять, но они развивают свое общество. И британцам это ужасно не нравится!

Британцы ненавидят Соединенные Штаты, особенно потому, что мы говорим на английском, и мы знаем, как ненавидеть друг друга! Если судить по тому, что я вижу в телевизоре, у типичного англичанина пузо больше его роста. Это уже культурная особенность, а не биологическая. Эти люди потеряли цель в жизни. Живут как растения, так скажем.

В этом все дело. Дело не в Тунисе. Она носит глобальный характер. И проблема – Британская империя. Она умирает – и пусть себе умирает – в её нынешнем виде. Мы это вытерпим. Мы можем взять «бедняг», как они их называют, в Англии и так далее, мы можем взять их и переобустроить. Мы сделаем для них много лучше и добрее, чем они будут делать сами для себя. То есть, возродить в них взгляд на мир, подобный бывшему американскому взгляду. Проще говоря: «Мы не собираемся быть парламентской империей, мы собираемся производить, с достоинством и целенаправленностью в жизни, потому что мы делаем хорошие дела для человечества, мы улучшаем обстоятельства в мире»! Так смотрели на мир американцы.

И проблема там в молодых людях, таких как в Тусоне: они потеряли цель! Их отправили на помойку! Не вините их! Но кем они брошены? На помойку их отправили два президента: Джордж Буш-младший и Обама, и Альберт Гор, насколько он мог в этом поучаствовать.

Мы губим себя и нашу молодежь, и это происходит во всем мире. И то, что происходит в Тунисе, там это выплеснулось наружу: произошло это там, где начался упадок, деморализующий упадок в регионе, который раньше был относительно развит.

И это происходит повсюду, на всей планете! А в Африке происходит то же самое. Так обстоят дела. Не существует «тунисской проблемы». Это лондонская болезнь, Тунис заразился из Лондона.

Фримен: Следующий вопрос исходит от Павла Викнянского, лидера Народно-демократической лиги молодежи и «Студенческой республики» в Украине. Он говорит: «Г-н Ларуш, ясно, что все большее число стран переходят к новому варварству. И одним из ключевых симптомов является постоянное снижение уровня компетентности тех, кто работает в правительстве. В то же время, общественность, и даже хорошо информированные эксперты, по сути, не имеют возможности никак влиять на важные решения. Кажется, что все больше и больше стран, явно или неявно идут к диктатуре, а в некоторых случаях, даже к кровавой диктатуре. Наш вопрос к Вам таков: как мы можем выполнять мобилизационные планы экономического развития, в то же время сохраняя гражданские права и предотвращая репрессии, осуществляемые в атмосфере страха? Я подозреваю, что этот вопрос относится не только к моей стране, но, возможно, также к вашей и многим другим странам по всему миру».

Ларуш: Это – то же самое, то же самое! Главная культурная тенденция на планете, включая США, в последние сто лет, как это было и в древности – рабство. Как получилось, что в нашей республике крепли южные штаты, то есть, процветал расизм? Дикость. Мы живем в одичавшем обществе.

Указываю на метку – 1875 год, Соединенные Штаты победили в войне с рабством, и из гражданской войны в стране произошла революция, символом которой стала трансконтинентальная железная дорога, появились новые отрасли промышленности, окрепшие к 1876 году, когда в Филадельфии была организована выставка. В 1877 году русские, китайцы и вообще люди со всего мира съехались, чтобы узнать, в чем секрет.

Мы построили железнодорожную дорогу, можно сказать, трансконтинентальную систему. Это, а также связанное с ней развитие других отраслей, изменило Соединенные Штаты так, что морские державы больше не могли доминировать в мире! Потому что для перевозки грузов для торговли было дешевле использовать трансконтинентальные железнодорожные системы, а не морские!

Британцы назвали это геополитическим кризисом! Потому что вдруг империя, которая была, по сути, морской империей, уже не была уверена в способности господствовать над миром! Потому что дальние морские перевозки перестали быть эффективным средством доставки товаров в процессе международного производства. Британцы начали войну, в которой мы были с 1890 года, с момента, когда Британская империя, британская монархия, заставила канцлера Германии Бисмарка уйти в отставку. Вопрос был в геополитике! Это станет ключевым фактором в мировой экономике: наземный транспорт или морской? Без первенства морского транспорта, Британская империя больше не могла господствовать над миром.

С того времени, с 1875–1890 годов, Британская империя организовывала войны, разрушительные войны на всей планете с двумя целями: поддержание враждебности между крупными странами, так чтобы ни одна страна или группа стран не стали независимыми от Британской империи, то есть, для сохранения Британской империи. И все войны, которые мы вели, включая те, что ведутся сейчас в Афганистане, являются продолжением событий, развернувшихся после отстранения от власти Бисмарка в 1890 году.

Первая мировая война, война Японии и Великобритании против России и Китая, война против Соединенных Штатов, соглашение Великобритании и Японии о войне против Соединенных Штатов, о нападении на Перл-Харбор договорились в 1920-х годах. Это произошло в 1941 году, но планы, альянс для атаки на Перл-Харбор были созданы в начале 1920-х. Почему? А всему виной геополитика! В чем заключалась британская политика? Британская стратегия была такой: военно-морские силы, морская мощь Соединенных Штатов, должны быть уничтожены. Не уменьшены, а уничтожены. И Япония была поставлена под ружье и развивалась в соответствии с британскими планами, чтобы стать мощной военно-морской силой и уничтожить базу в Перл-Харборе. Это было еще в начале 1920-х. Так обстояли дела.

Это была морская система, выросшая из средиземноморских, начало которым было положено Римской империей; она продолжает доминировать на нашей планете до сих пор. Соединенные Штаты, когда они превратились в Соединенные Штаты, стали основным препятствием на пути владычества вечной Римской империи. Соединенные Штаты победили Конфедерацию, которая была британской марионеткой. Ответом был убийство Линкольна, а потом начали проводить в жизнь план уничтожения Соединенных Штатов. Интриги были направлены против Бисмарка, так как он начал создавать международную систему, которая подрывала морскую мощь Великобритании.

Речь идет об империи, которая не может сосуществовать с Соединенными Штатами. Именно поэтому британцы посадили Обаму в кресло президента Соединенных Штатов.

О ком идет речь? О семействе Буш. Прескотт Буш, дед последнего чудовища на посту президента, поддерживал тесные связи с Банком Англии через Браун Бразерс Харриман, и он давал деньги, чтобы привести Гитлера к власти в Германии. Британцы привели Гитлера к власти, и люди с Уолл-стрит принимали в этом участие.

Все та же геополитика! Та же проблема, с которой мы боремся сегодня. Олигархия, та же чертова проблема, и самый принцип олигархизма. Мы боремся с ней. Есть страны на планете, где думают, что знают, что такое добро. Но на самом деле это не так. Это иллюзия. Так мы должны это видеть.

Да, сегодня мы наблюдаем социальный кризис. И экономический. То, о чем я рассказал сегодня – это основа выхода из кризиса. Настоящая американская политика. Она была заложена в нашу конституцию, нашу подлинную конструкцию. Это смысл нашего существования. Смысл плавания корабли «Мэйфлауэр» и нашего развития. Смысл всего хорошего, что мы сделали, и всего хорошего, что делалось в мире. Просто у нас было преимущество, мы расселились на свободном континенте, в то время как Европа задыхалась в мусоре.

Таков ответ. Эти соображения следует иметь в виду.

Планету ждут темные времена, нужно срочно изменить «правила игры»

(Интервью Линдона Ларуша для агентства «Росбалт», 14 февраля 2011 г. Беседовала Юлия Нетесова)

В эти дни много говорят о причинах, спровоцировавших протесты в странах Ближнего Востока и Северной Африки. Кто-то указывает на ошибки правящих режимов, кто-то на глобальный кризис. О том, что эти восстания являются результатом действий англо-саксонских финансовых кругов, в интервью «Росбалту» рассказал американский политический деятель Линдон Ларуш.

– Что, по вашему мнению, спровоцировало «революции» в Тунисе, Египте, а сейчас волнения в Йемене и других странах?

– То, что происходит в этих странах, не является национальным или региональным кризисом. Это глобальный кризис, связанный с коллапсом всего трансатлантического сектора мировой экономики, который имеет все шансы затащить все человечество в эру, аналогичную европейским темным векам средневековья.

Нынешний глобальный экономический кризис является результатом трех крайне важных факторов. Во-первых, это отмена в августе 1971 г. системы фиксированных обменных курсов, которая была установлена в Бреттон-Вудсе в 1944 г., что позволило лорду Джейкобу Ротшильду создать свою международную банковскую систему Интер-Альфа. Во-вторых, это отмена в 1999 г. закона Гласса – Стиголла, который был подписан в 1933 г. и требовал жесткого отделения коммерческих банков от инвестиционных банков формата Уолл-стрит. В-третьих, это решения, принятые руководством США в 2007–2008 гг., которые инициировали нынешний виток глобальной гиперинфляции, в результате которой вся трансатлантика погрузилась в глобальный кризис существующей монетаристской системы.

– Насколько верны утверждения, что события в Тунисе, Египте и т. д. были организованы «мировой закулисой»?

– Две державы несут ответственность за этот глобальный виток гиперинфляции. Это «британская империя», под которой я подразумеваю финансовый комплекс, созданный на основе системы Интер-Альфа Груп, теперь переживающий общий кризис наподобие цепной реакции. И это США, вернее неспособность этой страны, управляемой британской марионеткой Бараком Обамой, немедленно вернуть в силу закон Гласса – Стиголла и отделить коммерческие банки от инвестиционных.

Если не будут приняты радикальные меры, то нас ждет повторение сценария Германии 1923 г. по всему миру, где была такая же инфляционная и монетаристская динамика. То есть признаки такого развития событий наблюдаются повсеместно.

Сочетание современной гиперинфляционной спирали с ускоряющимся коллапсом системы мировых продовольственных ресурсов (на человека и на квадратный километр) с ужасающей скоростью приближает момент, когда человечество надолго погрузится в планетарные «темные времена». Для того чтобы этого не произошло, нужно срочно изменить «правила игры».

– Как вышло, что социальные медиа вдруг стали сообщниками международных групп интересов?

– Так называемые «социальные медиа» играют роль, которая напоминает, но не дотягивает до роли Филиппа Эгалитэ и Жака Неккера во Французской революции. «Социальные группы» принадлежат ведущим международным группам, которыми заправляют лондонские и манхэттенские финансовые паразиты-англофилы. «Социальные группы» – один из инструментов, которыми пользуется, например, британский агент Джордж Сорос.

– Каким образом можно противостоять событиям, которые разворачиваются сейчас в арабском и мусульманском мире?

– Для начала надо точно идентифицировать врага. Во-вторых, нужно резко провести в жизнь необходимые изменения в мировых финансовых системах, которые должны превратиться из безнадежно обанкротившихся финансово-монетаристских систем в систему, основанной на консенсусе в отношении фиксированных обменных курсов между вновь созданными кредитными системами суверенных государств. Самое главное, чтобы этот консенсус был принят ведущими странами мира, потому что, как известно, решения принимают лисы, а не курицы в курятнике. Негодяи, которых надо одолеть, являются самыми влиятельными финансовыми картелями мира, все, что ниже по рангу, не заслуживает внимания.

Между тем, в Греции, странах Магриба и других странах региона наступает голод, поскольку цены на еду растут с астрономической скоростью, а поставки сокращаются. Как во времена Французской революции, протесты в Тунисе, Египте и других странах являются выражением отчаяния, вызванного голодом.

Я подчеркиваю, что не все еще потеряно и у современной ситуации есть свои решения, которые помогли бы вернуть все под контроль и начать процесс восстановления. К сожалению, из того, что я наблюдаю через личные контакты с ведущими кругами в правительствах, а также через научную деятельность своих коллег, я могу сказать, что желание и возможности сделать это есть, но пока что воля использовать эти возможности была недостаточной для того, чтобы запустить необходимые реформы.

Конечно, у нынешнего кризиса есть весьма специфическое происхождение. Основная проблема восходит к доктрине Ницше под названием «творческое разрушение», которая была воплощена сначала нацистским режимом, а затем трансатлантической политикой «Конгресса за культурную свободу», созданного после Второй мировой войны и ставшего главной стратегической особенностью периода, который называется «холодной войной». К сожалению, тень «Римской империи» по-прежнему висит над Европой.

Об «американском исключении»

(Из выступления Линдона Ларуша в Интернете 25 октября 2013 г.)

Мэтью Огден (ведущий): Следующий вопрос задает профессор Елена Борисова, возглавляющая Антиглобалистское сопротивление в России. Вопрос связан с активной дискуссией, возникшей после речи Обамы 10 сентября, практически вслед за действиями российской дипломатии, приведшими к соглашению Лаврова-Керри в Женеве о взятии под международный контроль химического оружия Сирии.

В этой речи Обама заявил, что откладывает объявленный ранее план бомбить Сирию (сделать это заставили его председатель Объединенного комитета начальников штабов генерал Демпси, Конгресс и американский народ). Закончил Обама свою речь – совершенно неуместно, к вашему сведению – вспомнив об «американском исключении», которая якобы оправдывает США, если они будут действовать, как хотел Обама.

На следующий день появился комментарий российского президента Владимира Путина, опубликованный Нью-Йорк Таймс. Статья Путина заканчивается испепеляющей критикой термина, использованного Обамой:

«Президент США предпринял в своей речи попытку обосновать исключительность американской нации. Проводимая США политика, по словам Президента США, «отличает Америку от других». «Вот что делает нас исключительными», – прямо заявил он. Считаю очень опасным закладывать в головы людей идею об их исключительности, чем бы это ни мотивировалось. Есть государства большие и малые, богатые и бедные, с давними демократическими традициями и которые только ищут свой путь к демократии. И они проводят, конечно, разную политику. Мы разные, но когда мы просим Господа благословить нас, мы не должны забывать, что Бог создал нас равными».

Профессор Борисова пишет:

«Сейчас в России очень много говорят о признании Обамой исключительности США. Даже чуть ли не с исключительностью немецкой расы в представлении нацистов сравнивали. Я думаю, что здесь какая-то лингвистическая путаница. Для нас исключительность страны или нации – это нарушение представления «Все люди – братья». Так что коннотации – резко отрицательные. Но, может быть в английском языке у слова таких коннотаций нет, а есть признание выдающегося места в истории? С этим бы никто не спорил. Может, лингвисты [профессор – филолог] помогут внести уточнение и смягчить лишнее обострение? А мы бы и на сайте отразили, и широко разослали! Спасибо».

Линдон Ларуш: У концепции американского «исключения», американской «особости» есть исторические корни, и людям, не знающим американской истории трудно выработать разумный подход к этому понятию. Исторически Европу регулярно лихорадило олигархическими болезнями. Ситуация была кошмарной. К этой идее к концу своей жизни подошел один из величайших людей, когда-либо живших – Николай Кузанский. И это прозрение озарило путь Христофору Колумбу.

В Соединенных Штатах, – и колония Массачусетс Бэй лучший тому пример, – сложилась особенная ситуация. Особенная про отношению к чему? В смысле отличия от европейских реальностей – правления олигархий, и возражения против него. Уникальной в Америке была жизнь без тирании олигархий, и это главное принципиальное отличие. Сам же Обама великолепно вписывается в олигархическое мироустройство. Он прислуживает европейской олигархии. Так что в этом смысле он сам «исключение» – он то, чем мы быть не желаем.

В исторической ретроспективе человечество от олигархии настрадалось. В Соединенных Штатах, сначала в колонии Массачучетс Бэй, а потом и во время нашей революции, мы показали свою «особенную стать», в основе нашего общественного устройства человеческий – человеческий, а не олигархический взгляд на мир.

Увы, у Обамы всецело олигархическое мышление, так ему самому нужно себя исключить…

Примечания

1

«Аутсорсинг» (out-sourcing) – практика использования компаниями для выполнения определенных работ или услуг более дешевой «внешней» рабочей силы, чаще всего – в других странах, особенно странах «третьего мира», куда и переносятся соответствующие производственные или иные операции. Так, Североамериканское соглашение о свободной торговле (НАФТА) позволило американским и канадским корпорациям сокращать производство у себя и переносить его в Мексику, где расходы на оплату труда намного меньше. – Прим. переводчика.

2

«Бенчмаркинг» (benchmarking) – изучение форм управления, товаров и услуг других компаний с целью выявления и применения лучших достижений конкурентов. При проектировании и дизайне промышленных товаров бенчмаркинг осуществляется с использованием некоторой системы компьютеризованных эталонных тестов, позволяющих сравнить показатели отдельных составляющих новой машины или иного изделия; при этом когнитивно-творческая роль проектировщика резко снижается. – Прим. переводчика.

Content

Линдон Ларуш
Будущее без Америки

Глубокий кризис США

США в состоянии развала (Из статьи Линдона Ларуша «Первоначальное накопление. Предупреждение академика Львова»)

Предупреждение Львова

«Первоначальное накопление»

О Международном валютном фонде

Глобализм и ситуация в Евразии (Из доклада «О духе русской науки», подготовленного Линдоном Ларушем для Международной научно-практической конференции «Реализация ноосферной концепции в XXI веке: Миссия России в сегодняшнем мире», 27–28 ноября 2001 г., Москва)

Кризис США и Россия (Из статьи Линдона Ларуша «Стратегия Вернадского»)

«Один Бог знает, что с нами будет!»

Мировая система рушится

К содружеству суверенных наций-государств

Новый виток обостряющегося кризиса

О кризисе и роли России, Китая и США

Мировая система рушится! Ответ генералу Ивашову

Характер кризиса

Корни империи

Почему враги и предатели США ненавидят Франклина Рузвельта

Глобализация: Британская империя

Происхождение Европы

Подход Британской империи к убийству

Динамическое множество национальных государств

Единство кажущихся противоположностей

Сейчас дефляция, потом гиперинфляция

Роль американского доллара

Спасти США может опережающее банкротство британской системы (Заявление Комитета политических действий Ларуша (LPAC), 25 июня 2013 года)

Россия в опасном положении

Как Россию застали врасплох

Освободить Россию от пиратов Карибского моря! (Случай Дворковича) (Выступление Линдона Ларуша на собрании своих коллег по журналу EIR и Комитету политических действий Ларуша)

Британское наследие

Наследие США

Бертран Рассел и системный анализ

Развитие Евразии

Конец колониализма

Конец Бреттон-Вудской системы

Союз четырех держав

Россиян втянули в пирамиду спекуляций (Заявление Комитета политических действий Ларуша (LPAC), 5 декабря 2010 года)

Россия в очень опасном положении… (Отрывки из замечаний во время обеда Линдона Ларуша с дипломатами, Вашингтон, 27 января 2011 г.)

Украинский выбор (Выдержки из интернет-выступления Линдона Ларуша 29 ноября 2013 года)

Приложение

США ждет судьба Римской империи (Интервью Линдона Ларуша для издания «Век» (Москва), 19 июля 2002 г. Беседовали Станислав Стремидловский, Галина Борзикова)

США – банкрот (Интервью Линдона Ларуша «Родной газете», 3 декабря 2004 г.)

Политика США – клинический случай болезни (Линдон Ларуш отвечает на вопросы «Первого канала», 16 августа 2006 г.)

Угроза исходит из Лондона (Интервью Линдона Ларуша в интернет-журнале RPMonitor, 29 сентября 2007 г. Беседовал Андрей Кобяков)

Планета пребывает в состоянии «обанкротившегося государства» (Интервью Линдона Ларуша для «Русского журнала», 12 марта 2009 г. Беседовал Никита Куркин)

Наш последний шанс (Интервью Линдона Ларуша для газеты «Завтра», 21 октября 2009 г. Беседовал Александр Нагорный)

Вымести прочь с международных рынков весь фиктивный капитал! (Интервью Линдона Ларуша для газеты «Завтра», 8 июня 2010 г.)

Мы губим себя и нашу молодежь (Интернет-конференции Линдона Ларуша, 22 января 2011 г.)

Планету ждут темные времена, нужно срочно изменить «правила игры» (Интервью Линдона Ларуша для агентства «Росбалт», 14 февраля 2011 г. Беседовала Юлия Нетесова)

Об «американском исключении» (Из выступления Линдона Ларуша в Интернете 25 октября 2013 г.)

Примечания