Кэтти Уильямс

Игрушка в его руках

Cathy Williams

A Pawn in the Playboy’s Game

© 2015 by Cathy Williams

© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2016

© Перевод и издание на русском языке, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2016

Глава 1

– Что ты здесь делаешь? – Роберто Фальконе внимательно смотрел на сына. Он переместился к входной двери и теперь стоял перед ним, как вышибала ночного клуба, перекрывая вход. – Я же говорил, чтобы ты здесь не показывался, и я говорил это серьезно!

Алессандро почувствовал, как знакомое напряжение вновь поселилось в его теле, как и всегда, когда он оказывался в обществе отца. Однако прежде им удавалось обмениваться светскими любезностями до того, как сын торопился скрыться из вида как можно скорее. На этот раз вежливого разговора не вышло, и Алессандро готовился к крайне непростому уик-энду. И им обоим предстоит его вытерпеть, потому что другого выхода просто нет.

– Может, ты меня все-таки впустишь, или мы так и будем разговаривать на пороге? Если да, то я, пожалуй, возьму пальто из машины. Я не собираюсь умирать от обморожения во цвете лет.

– Ты не умрешь от обморожения, – издевательски хмыкнул Роберто Фальконе. – Здесь практически тропики.

Алессандро не стал спорить: он слишком хорошо знал, к чему может привести несогласие с отцом. Хотя Роберто Фальконе было уже под восемьдесят лет, он никогда не сдавался без боя, и спор о том, является ли температура в восемь градусов по Цельсию достаточно холодной или нет, был просто еще одной темой для ссоры. Роберто был выносливым мужчиной, жившим в Шотландии и считавшим метель вызовом его силе духа. Настоящие мужчины расчищают снег босиком и с голым торсом! А его сын просто тюфяк, который живет в Лондоне и включает отопление в ту же секунду, как солнце скрывается за облаками!

Именно поэтому визиты вежливости ограничивались тремя разами в году и длились ровно до тех пор, пока корректный разговор не сменялся позорным бегством. Но на этот раз его приезд был чем-то большим, чем простой визит, и Алессандро знал, что отец не собирается упрощать его жизнь.

– Я возьму пальто.

– Не беспокойся. Раз уж ты все равно приехал, у меня, кажется, не остается другого выхода, кроме как пустить тебя. Но если ты считаешь, что я поеду с тобой в Лондон, ты ошибаешься. Я не сдвинусь с места!

Они смотрели друг на друга в серой предвечерней мгле. Выражение лица Алессандро было неопределенным, а вот в глазах его отца читалась яростная решимость.

– Давай обсудим это, когда я войду, – сказал Алессандро. – Почему ты сам открыл дверь? Где Фергус?

– Сейчас выходные. Должен же человек когда-то отдыхать.

– Ты перенес инсульт всего полгода назад и еще не совсем оправился от перелома тазовой кости. Этому человеку платят достаточно, чтобы компенсировать отсутствие выходных.

Роберто нахмурился, но сын и не думал отступать. По правде говоря, сейчас было совсем не время ходить вокруг да около. Нравится это его отцу или нет, ему придется уехать с ним в Лондон в течение трех дней.

Алессандро был человеком действия, и, как только идея приходила ему в голову, он был готов воплощать ее в жизнь. Его отец уже не справлялся с огромным особняком Викторианской эпохи, даже если наймет целую армию прислуги. И с огромным садом он тоже не справлялся: и цветы, и газоны требовали много внимания. Отец любил растения. Алессандро показал бы ему все красоты Кью-Гарденс в Лондоне.

Жестокая правда заключалась в том, что Роберто Фальконе ослаб. Признавал он это сам или нет, но ему необходимо жить ближе к Алессандро.

– Я возьму свою сумку, – резко сказал Алессандро. – Иди в дом, я присоединюсь к тебе в гостиной. Я так понимаю, ты отправил своих помощников… отдохнуть, потому что они устали от работы, за которую им вполне прилично платят?

– Ты можешь хозяйничать у себя в Лондоне, – ответил Роберто, – и мне бы в голову не пришло допрашивать тебя, если бы ты вздумать дать выходной кому-то из своих работников. А в этом поместье хозяин – я, и я могу делать то, что посчитаю нужным.

– Давай не будем спорить, – тяжело вздохнул Алессандро.

Он смотрел на постаревшего отца. Густые волосы поседели, но взгляд темных глаз был по-прежнему пронзительным и твердым. Высокий, всего на пару дюймов ниже его самого. Единственным признаком его слабости была трость, на которую он опирался, и толстый том его истории болезни.

– Фрея здесь. На кухне еда, там ты меня и найдешь. Если бы я знал, что ты свалишься мне на голову, я бы попросил ее приготовить что-то поизысканнее, так что извини, сегодня только лосось с картофелем.

– Ты знал, что я приеду, – терпеливо проговорил Алессандро. Резкий порыв холодного ветра откинул темные волосы с его лица. – Я написал тебе по электронной почте.

– Должно быть, запамятовал.

Стиснув от досады зубы, Алессандро молча наблюдал, как отец развернулся и скрылся в глубине дома, оставив входную дверь нараспашку.

Переезд в Лондон станет непростым шагом для них обоих. У отца и сына с трудом находились слова, которые они могли бы сказать друг другу. Один Господь знает, как их обоих утомляли нечастые встречи. Но Алессандро больше не мог срываться с места и ехать в дебри Шотландии каждый раз, как с отцом что-то случается. А у него не было братьев и сестер, чтобы разделить это бремя.

Только он. Единственный сын, которого спихнули в школу-интернат в семилетнем возрасте. Он возвращался в огромный холодный особняк на праздники и каникулы, и многочисленные няни, повара и служанки брали на себя роль его родителей, потому что отца почти никогда не бывало дома. Он появлялся лишь под вечер, и они обедали, сидя за противоположными концами огромного стола.

Так продолжалось до тех пор, пока он не стал достаточно взрослым, чтобы проводить праздники в кругу друзей. Отец ни разу этому не воспротивился. Алессандро подозревал, что он с облегчением вздохнул, избавившись от необходимости вести вежливые разговоры за обеденным столом на двадцать персон.

Светские разговоры все еще имели место, но, по крайней мере, Алессандро перестал искать причины холодности отца. Он больше не задавал себе вопросов, могло ли все быть иначе, если бы отец снова женился после смерти его матери, Мюриэл Фальконе. Эти юношеские настроения давно остались в прошлом.

Забросив дорожную сумку на плечо и поставив свой черный внедорожник на сигнализацию, Алессандро решил, что обязательно найдет для отца хобби, как только он перевезет его в Лондон.

Хобби, которое примирит его с переездом из огромного особняка в небольшую квартирку, купленную специально для него. Человек, у которого есть увлечения, может быть счастливым человеком. Или, по крайней мере, чем-то занятым.

Отцовский дом казался Алессандро настоящим мавзолеем. От него веяло все тем же холодом, что и раньше, но теперь, когда дом будет выставлен на продажу, он обнаружил, что в этих старинных очертаниях все же что-то есть. А учитывая, какую сумму за него можно выручить, особняк находился в довольно приличном состоянии.

Его отец родился в богатой семье и в течение своей жизни не только сохранил, но и преумножил семейный капитал. Отец всегда был щедр, когда дело касалось финансов, но скуп на эмоции.

Алессандро нашел отца на кухне, где, несмотря на уверения, экономки все же не было.

– Ты сказал, что Фрея здесь.

Роберто посмотрел на сына из-под кустистых бровей.

– Она ушла в четыре, забыл упомянуть. – Отец положил себе в тарелку щедрую порцию рыбы с картошкой и подошел к кухонному столу, освобождая Алессандро место у плиты. – Собака заболела, пришлось отвезти ее к ветеринару. Бывает. И прежде чем ты заведешь разговор о том, что ты приехал сюда, чтобы забрать меня из родного дома и с родной земли, поешь и поговори о чем-нибудь другом. Ты здесь не был уже несколько месяцев.

– На работе все нормально. – Алессандро с отвращением посмотрел в тарелку. Фрее было за шестьдесят, и последние пятнадцать лет она проработала поваром у его отца. Она была худой, как щепка, улыбалась только по большим праздникам, и ее точно никогда не пригласили бы готовить для королевы. Ее блюда были такими же простыми и незамысловатыми, как и она сама. Картофель, овощи и рыба, ничем не приправленные. – Я добавил в свой портфель ценных бумаг акции издательства и трех мини-отелей по ту сторону Атлантики. Это несколько отличается от моих телекоммуникационных компаний.

Роберто никогда не просил продолжить его дело. Еще десять лет назад он собственноручно управлял своим бизнесом. Но и Алессандро не просил у него стартовый капитал. Он привык полагаться лишь на себя и свой ум. Чем меньше ему надо было взаимодействовать с Роберто Фальконе, тем лучше. Они поддерживали отношения лишь на словах. Что ж, тем лучше.

– Ты по-прежнему бегаешь за теми же идиотками, что и прежде? Как звали ту, которую ты притащил в прошлый раз? Эта фифа отказалась пройти рядом с садом, потому что шел дождь и ее каблуки застревали в грязи, – захохотал Роберто.

– София, – процедил Алессандро сквозь зубы.

Отец впервые вслух высказал свое неодобрение пассиями сына. Девушки, которых он привозил сюда, хоть и не отличались большим умом, но умели прекрасно сглаживать неловкие паузы в разговоре.

– София, точно. Симпатичная девушка с накладными волосами. Только вот говорить с ней трудно. Хотя, я полагаю, тебя это не беспокоит. Кстати, где она? – Роберто огляделся вокруг, как будто брюнетка шести футов ростом действительно могла прятаться за дверцей шкафа или под столом.

– Перевести разговор у тебя не получилось.

– Я затронул этот вопрос по одной простой причине. – Роберто доел лосось и отодвинул тарелку. – Если в твоем городе все люди похожи на эту Софию, это склонит чашу весов против моего переезда. Так что можешь начинать подыскивать арендаторов для квартиры, которую ты купил.

А здесь у отца какие друзья? Видел он две семейные пары, когда бывал здесь наездами, но как часто он с ними общается? Он давно приучил себя не проявлять любопытства. Эта дверь для него закрылась много лет назад, и он не собирался открывать ее.

– В Лондоне живут разные люди. И с некоторыми из них можно поговорить не только о погоде, изменениях прилива и ловле лосося. Я смотрю, Фрея продолжает сиять, как звезда кулинарной школы «Кордон-блю».

– Простая пища для простого человека, – холодно огрызнулся Роберто. – Если бы я захотел чего-то изысканного, я бы нанял одного из тех шеф-поваров, которые мелькают в телевизоре и готовят с использованием ингредиентов, о которых нормальный человек и не слышал ни разу в жизни.

Впервые Алессандро почувствовал, что резкость отца его даже позабавила. Однако он напомнил себе, что разговор у них серьезный и сейчас не время для шуток. Впереди его ждет настоящая битва.

Алессандро встал из-за стола, раздраженный тем, что в доме нет никого, кто мог бы банально убрать со стола. У него самого почти не было прислуги, кроме приходящей уборщицы и личного водителя, но он был абсолютно уверен, что люди, которым он платит, будут в зоне доступа, когда нужны ему, а не берут отгул, чтобы дать собаке сироп от кашля.

– Мне нужно закончить кое-какую работу к десяти вечера. – Он посмотрел сначала на часы, а потом на отца, который даже не собирался вставать.

– Тебя никто не держит. – Роберто махнул рукой в сторону двери.

– Собираешься ложиться спать?

– Пока нет. Может, пройдусь по саду, чтобы оценить открытое пространство до того, как ты затолкаешь меня в конуру в этом твоем городе.

– Фрея завтра придет? Или ее собака все еще нуждается в неотложной помощи? – Алессандро не собирался поддаваться на провокацию. – Потому что, если она собирается провести выходные с собакой, мне придется утром съездить в город и купить продукты, чтобы приготовить что-нибудь несложное. – Он начал убирать со стола. – На выходные хватит, – бросил он через плечо.

– Не надо для меня готовить! Я вполне способен что-то побросать в кастрюлю.

– Мне не трудно.

– Если Фрея не придет, она пришлет кого-то вместо себя. Она уже так делала.

– Насколько вообще надежна эта женщина? – Алессандро посмотрел на отца и нахмурился. – В прошлый раз я просмотрел счета: ей заплатили целое состояние! А ты говоришь, она уже не в первый раз халтурит и отлынивает.

– Это, черт возьми, мои деньги, и я буду тратить их так, как хочу!

Алессандро прищурился, глядя на отца, и в конечном итоге просто пожал плечами.

– Хорошо. В любом случае я оставлю грязные тарелки так, что она – или кто там еще придет ей на замену – сразу их увидит. А теперь мне нужно поработать. Я надеюсь, ты не будешь возражать, если я займу твой кабинет?

– Зачем немощному старику с дряхлым, как и он сам, мозгом кабинет? – Роберто махнул рукой, не глядя на сына. – Пользуйся на здоровье.

Лора Рид наконец-то запрыгнула на свой велосипед и выехала из дома, который делила с бабушкой, на сорок пять минут позже, чем планировала.

Здесь жизнь шла совсем в другом ритме. Она жила тут почти полтора года, но все еще не могла привыкнуть к новому темпу и сильно сомневалась, сможет ли вообще когда-нибудь привыкнуть.

Стояло яркое морозное субботнее утро. Ветер остужал ее разгоряченное лицо, когда Лора помчалась на велосипеде прочь из города. Молодой девушки, которая занимала должность личного ассистента генерального директора в лондонской компании, больше нет. По крайней мере, сейчас, когда думала о том периоде своей жизни, она больше не ощущала горечи и отчаяния.

Лора работала в интенсивно развивающейся компании с агрессивной политикой. Огни большого города манили ее, она ощущала радостное волнение от маячившего на горизонте будущего. Она ныряла в метро, в котором ее беспрестанно толкали в час пик, ела на ходу и ходила в винные бары с новыми друзьями.

Прожив два года среди яркой, блестящей разноцветными огнями жизни, она встретила потрясающего мужчину, который настолько отличался от всех остальных в лучшую сторону, что сразу же по уши в него влюбилась.

Единственным его недостатком было то, что он являлся ее боссом. Точнее, он не был ее непосредственным начальником, но стоял гораздо, гораздо выше по карьерной лестнице. Его совсем недавно перевели из Нью-Йорка в Лондон. А она была столь наивной, что не заметила всех тех знаков, на которые обратила бы внимание чуть более опытная женщина.

Богатый парень… Руководящая должность… Светлые густые волосы, ямочки на щеках… Тридцать четыре года… Одинок…

Лора витала в облаках. Она не задумывалась о выходных, которые он не мог с ней проводить, потому что навещал больного отца в другом регионе. Ее не волновало, что они всегда ужинают в маленьких темных ресторанчиках, находящихся далеко от города. Она даже не обращала внимания на его просьбы не звонить ему, оправдываемые тем, что он не любил пустых телефонных разговоров.

Прошел почти год с момента начала их романа, когда Лора совершенно случайно увидела его в компании молодой женщины, держащей его под руку, и малыша с леденцом во рту, изогнувшегося в коляске, чтобы посмотреть на взрослых.

У Лоры заныло сердце. Она влюбилась в женатого мужчину… Мужчину, очаровавшего ее природным шармом и красивыми словами.

Она написала заявление об увольнении и уехала. Сейчас она на девяносто девять процентов была уверена, что все произошло к лучшему. Секретарская работа была не для нее: да, за нее хорошо платили, но преподавательская деятельность, которой она занималась сейчас, была гораздо больше ей по душе.

Зато она получила бесценный опыт. Она никогда больше не посмотрит в сторону мужчины, который так сильно превосходит ее по своему социальному статусу. Если действительность слишком хороша, чтобы быть правдой, значит, скорее всего, так оно и есть.

Лора сбавила скорость. Не было на земле места прекраснее Шотландии. Только здесь тишину, кажется, можно потрогать руками, насладиться звуками, дыханием природы. Здесь она выросла. Не в этой деревне, но в очень похожей. Она переехала к бабушке после смерти родителей, ей тогда было всего семь лет. Со временем она смирилась с потерей родителей и довольно быстро приспособилась к жизни в этой части Шотландии, так похожей на место, в котором она родилась.

Она взобралась на вершину холма, по обе стороны которого простирались коричнево-красные, абсолютно голые поля, и вдохнула чистейший прохладный воздух. Там, впереди, она отчетливо видела подъездную дорожку, ведущую к главному входу в дом Роберто.

Лора начала спуск. Она никогда не уставала от этого знакомого с давних пор маршрута. Летом дорога была ошеломляюще зеленой, а зимой голые деревья, казалось, цеплялись своими когтистыми ветками прямо за облака.

Вдруг у самого дома Лора увидела черный внедорожник и остановилась. Она оставила велосипед у входной двери. Сюрпризы редко приносили с собой хорошие вести, ведь у Роберто очень редко бывали гости. У него были друзья в деревне. Ее бабушка близко общалась с Роберто и, как подозревала Лора, между ними было что-то большее, чем просто дружба. Конечно, он общался с людьми своего возраста, но незнакомцы, появляющиеся ниоткуда…

Это могло значить только одно, и сердце Лоры упало. Она никогда не видела сына Роберто, и справедливости ради стоит сказать, что Роберто не особо о нем распространялся. Но из того немногого, что они с бабушкой о нем слышали, у них сложилось не слишком хорошее впечатление.

С тревогой в сердце она позвонила в дверь и стала ждать.

* * *

После напряженного завтрака в компании отца Алессандро скрылся в кабинете, чтобы поработать. Он услышал резкий звук дверного звонка и тихо выругался себе под нос.

Прислуги в доме все еще не было. Его отец, не желающий слышать доводы здравого смысла, отправился в огромную теплицу, где, как он сказал, может гораздо продуктивнее пообщаться с растениями, нежели с сыном. Алессандро изменил свои первоначальные планы купить еды и что-то приготовить. Вместо этого он решил свозить отца в город пообедать, потому что из ресторана ему будет некуда сбежать и он не сможет больше уклоняться от разговора.

Алессандро открыл дверь в заведомо отвратительном настроении. Перед ним стояла девушка, сжимавшая руль велосипеда, казавшегося реликвией из другой эпохи. От неожиданности он слегка опешил. Девушка была невысокой, с медного цвета волосами, стянутыми в высокий хвост. А глаза… Самые чистые, самые зеленые глаза, что он когда-либо видел.

– Как раз вовремя.

– Прошу прощения?

Лора представляла себе напыщенного, самодовольного и откровенно уродливого мужчину, который никогда не выезжал из Лондона без лишней надобности. Он редко бывал в Шотландии, а после его визитов Роберто всегда выглядел подавленным, как после болезни.

Однако мужчина, смотревший на нее сверху вниз ледяным взглядом, был просто неприлично красив. Черная футболка с длинными рукавами и черные, с низкой посадкой джинсы лишь подчеркивали это впечатление.

– Осмотр окончен? – Если да, то проходите на кухню и начинайте делать то, за что вам платят.

– Извините? – недоуменно моргнула Лора и отвела от него взгляд.

Алессандро не удостоил ее ответом. Он развернулся и направился на кухню, ожидая, что Лора последует за ним. Лора смотрела ему в спину с нарастающим гневом.

– Я бы хотела знать, что здесь происходит, – сказала Лора, бросив свой велосипед.

– Что происходит… – Алессандро повернулся к ней лицом и широко развел в стороны руки. – Кухня нуждается в уборке. А вам за это платят. Поправьте меня, если я ошибаюсь. – Он облокотился на гранитную столешницу и посмотрел на обиженную девушку, стоящую в дверном проеме. Конечно, никому не нравятся выволочки. – Почему вы явились так поздно?

Лора воинственно скрестила руки на груди и уставилась на Алессандро:

– Если кухня нуждается в уборке, почему бы вам самому не убрать ее?

– Я сделаю вид, что не слышал этого.

– Я хочу увидеть Роберто…

– С какой это стати? – вкрадчиво протянул Алессандро. – Чтобы оправдать то, что не в состоянии выполнить работу, за которую вам платят? Отца ты, может, и разжалобишь, но я сделан из другого теста. Насколько я знаю, ты должна была быть здесь в восемь, поэтому оплата будет урезана соответственно.

– Вы мне угрожаете?

– Это не угроза, это констатация факта. И надо сказать, вам крупно повезло, что я вас не уволил прямо сейчас.

– Ну, это уже слишком! Где Роберто?

– Роберто? – Он не припоминал, чтобы прислуга называла его отца по имени.

Алессандро прищурился и пристально посмотрел на Лору. Он обошел вокруг нее, как хищник вокруг своей добычи, все еще сложив руки на груди. Лицо его было крайне задумчивым.

– Интересно, – тихо проговорил он.

– Что именно вам так интересно? – слегка попятилась Лора; присутствие Алессандро ее смущало. Этот мужчина излучал просто вопиющую сексуальность.

– Интересно, что наемная работница называет моего отца по имени. А он, между прочим, очень богатый человек.

– Я не поспеваю за ходом ваших мыслей.

– Молодая девушка, довольно привлекательная… Пожилой обеспеченный мужчина… Я могу произвести нехитрые математические действия, но вот результат мне не нравится.

Кровь отхлынула от лица Лоры, гнев застилал ей глаза.

– Вы обвиняете меня в… в…

– Я знаю. Непостижимо, правда? Отцу почти восемьдесят, и денег у него больше, чем он может потратить. И соплячка, которой вряд ли больше двадцати двух, называющая его по имени. И ты хочешь увидеть его, потому что надеешься, что он выручит тебя из неловкой ситуации. Попахивает жареным, хотя, возможно, я просто отпетый циник.

– Вообще-то мне двадцать шесть.

Авантюристка и охотница за наследством? В этом он ее обвиняет? Или он припрятал для нее и другие оскорбления?

– Двадцать два, двадцать шесть – невелика разница. Ты все равно ему во внучки годишься! Слава богу, я приехал и своими глазами увидел, что здесь происходит.

– Я здесь не прислуга.

– Нет? – Брови Алессандро удивленно взлетели вверх.

Прислуга она или нет – не так уж и важно, хотя он должен был признать, что у старика хороший вкус. Вблизи ее глаза были еще более удивительными, алебастровая кожа с россыпью веснушек, гладкая, как шелк, аккуратный носик, красиво очерченные губы. Она, конечно, далеко не модель, но ее свежее румяное лицо выглядело очень привлекательно, неудивительно, что она снискала благосклонность отца. Один бог знает, сколько ей уже удалось у него выманить.

– Нет! – Ее кожа горела огнем под ее пристальным взглядом, но она твердо выдержала его взгляд, хотя каждый нерв в ее теле был натянут, как струна.

– Тогда кто ты?

– Я Лора. И я друг Роберто. Можете убедиться в этом, если сами у него спросите.

– О, будь уверена, я обязательно спрошу, – медленно проговорил Алессандро, и Лора тихо скрипнула зубами от злости. – Но только после того, как мы с тобой немного поболтаем. Почему бы нам не присесть за стол, Лора, чтобы – как бы это сказать? – получше узнать друг друга? Нет, не так. Я поближе познакомлюсь с тобой, а ты поймешь, чем я руководствуюсь.

Он улыбнулся, и Лора хмуро посмотрела на него, потому что эта его холодная, чуть презрительная ухмылка была безумно сексуальной.

– Хорошо, – решительно отрезала она. Если он хочет с ней потолковать, она тоже найдет для него пару слов. Лора села за стол и резким движением сняла порядком надоевшую куртку. – Но потом я хочу увидеть твоего отца.

Глава 2

– Тебе известно, кто я такой.

– Конечно, я знаю, кто ты. А почему я не должна этого знать? Ты Алессандро, сын Роберто, и никогда не приезжаешь в Шотландию, если можешь этого избежать.

– Это мой отец так говорит? – мрачно поинтересовался он.

– Ему не обязательно было озвучивать это. Ты привозишь отца в Лондон, когда хочешь его увидеть, потому что тебе так проще. Когда ты был здесь в последний раз?

– Откуда ты знаешь моего отца? – резко спросил Алессандро, пресекая любые попытки уйти от разговора.

Значит, она не приходящая прислуга, он должен был это понять с самого начала. Его взгляд блуждал по фигуре Лоры: теперь, когда она сняла бесформенную куртку, он увидел приятные округлости во всех нужных местах. Миниатюрная, аппетитная, безумно сексуальная… особенно в сочетании с юным свежим лицом без макияжа.

Он сел за противоположный конец стола.

– Я не на допросе и не обязана отвечать. Где Роберто? Я приехала спросить, не нужно ли ему что-то купить в магазине? Я не ожидала встретить тут тебя.

Алессандро подумал, что ее гневная отповедь довольно оскорбительна. По тону ее голоса он догадался, что она считает его каким-то образом виновным в отсутствии отца. Она что, думает, он запер отца в шкафу?

– Кроме того, – сухо добавила Лора, – я считаю твои инсинуации просто возмутительными: я, видите ли, слишком молода, чтобы дружить с твоим отцом не ради денег. У тебя нет никакого права обвинять меня в чем бы то ни было. Ты меня даже не знаешь!

Лора подалась вперед. Щеки ее раскраснелись от еле сдерживаемого гнева. Она никогда еще не была столь зла, даже когда узнала, что так называемая любовь всей ее жизни имеет жену и ребенка.

– Честно говоря, меня совершенно не волнует, оскорбляют тебя мои предположения или нет, – холодно сказал Алессандро. – Я собираюсь защищать интересы своего отца, и если это означает, что я должен отвадить от дома «друзей», так тому и быть. Ответь на мои вопросы, и мы сможем двигаться дальше. А то сидишь тут, брызжешь слюной… Садись на свой велосипед и уезжай.

– Я не брызжу слюной!

– Как давно ты знаешь отца?

Разозлившись, Лора сдернула резинку с волос и провела пальцами сквозь густые рыжие волны. У Алессандро перехватило дух: у Лоры оказалась целая грива медных, очень длинных волос, гораздо длиннее, чем это было сейчас модно. Он с трудом отвел взгляд и нахмурился.

– Очень много лет.

Лора неохотно выдала требуемую информацию, потому что у нее было стойкое ощущение, что он не остановится, пока не получит все ответы. Кажется, он не выпустит ее из кухни, пока не вытянет из нее все, что ему нужно. Привяжет ремнями к стулу, будет светить в глаза и пытать.

Возможно, он и прав. Роберто – очень и очень богатый человек и может стать мишенью для мошенников, а она действительно слишком молода, чтобы быть его другом, даже если Лора и не блистала красотой. Но одно дело – не строить иллюзий относительно своей внешности и совсем другое – когда посторонний человек указывает на это.

Лора прекрасно осознавала, что не обладает сногсшибательной красотой. Она достаточно долго прожила в Лондоне, чтобы понимать, что балом правят высокие и худые. Именно они считались красивыми и сексуально привлекательными.

Но неужели ему так необходимо было указывать ей на это? Это оскорбление засело у нее в голове, как колючий шип. Мерзкий тип!

– Много лет… – Алессандро нахмурился.

Она не лгала. Она не умела скрывать свои эмоции. Но как так могло получиться, что он даже не знал о ее существовании?

– До того как я уехала в Лондон, – уточнила Лора, – мы состояли в одной группе по садоводству. Ты же знаешь, он любит поковыряться в земле. И играть в шахматы. С тех пор как я вернулась, мы играем в шахматы раз в неделю.

– Ты пытаешься сказать мне, что единственный твой интерес к моему отцу – это шахматы и садоводство?

– Дело не только в садоводстве, – ощетинилась Лора. – Это трепетные попытки вывести новый гибрид, это… – Она заметила пустоту в его глазах. – Полагаю, там, где ты живешь, растений нет. Роберто говорил, что ты живешь в квартире.

– В пентхаусе. И да, растений у меня нет, – парировал Алессандро. – Значит, вы играете в шахматы и говорите о растениях.

– В основном. Это называется хобби. Должны же быть у тебя увлечения…

– Я работаю, – коротко ответил Алессандро. – И, – он улыбнулся, и его лицо внезапно преобразилось, – я играю. Пожалуй, и то и другое является моими увлечениями.

Краска залила щеки Лоры. Взгляд ее зеленых глаз был прикован к его лицу. Алессандро заметил, как она нервно облизнула губы, и от этого она покраснела еще гуще.

– Играешь? – переспросила она.

Все мысли выветрились из ее головы. Алессандро все еще слегка улыбался, склонив голову набок, и Лора заерзала на стуле, все еще свекольно-красная.

– О да… – протянул он. – И очень хорошо.

Лора моргнула и вернулась с небес на землю.

– Ну, твоему отцу нравятся шахматы и растения, и…

– И?..

– И другое тоже. Ему не так просто было оправиться после инсульта, и он только недавно снова твердо встал на ноги, но он обязательно будет прежним.

– А другое – это что?

Батут? Рафтинг? Трамплин? Он даже понятия не имел, что его отец – член клуба садоводов. Лора уклончиво пожала плечами.

– Он снова может начать делать все то, что приносит ему радость. Ты можешь возвращаться в Лондон в полной уверенности, что за ним как следует присмотрят. Не думай, что тебе обязательно держать руку на пульсе и платить людям или что ты там еще считаешь необходимым делать…

Алессандро удивленно смотрел на румяную молодую женщину, с вызовом глядящую на него. Ко гда он в последний раз сталкивался с такой неприкрытой наглостью? Какие бы отношения его ни связывали с женщинами, они ни разу не переступали эту черту.

– Прежде чем мы перейдем к главному, – Алессандро откинулся на спинку стула и закинул ногу на ногу, – позволь полюбопытствовать.

– На какую тему? – Лору не обманула его расслабленная поза: он по-прежнему напоминал хищника, готового к решающему броску.

– Что заставило тебя вернуться из Лондона в эту… – он огляделся по сторонам, подыскивая нужный эпитет, – глухомань?

Лора ощетинилась. Он снова заставил ее почувствовать себя истеричной дурой, коей вовсе не являлась. Она глубоко вздохнула и попыталась успокоиться.

– Это не глухомань. – Ее голос был тихим, несмотря на то что кровь буквально закипала. – Если бы ты нашел время, чтобы осмотреться вокруг, то увидел бы, что это одно из самых красивых мест на Земле. Тут есть замки, озера, реки и горы… Это чудесное место!

– Интересная лекция. Вообще-то я горожанин, но это похоже на приглашение на экскурсию. Пытаешься переманить меня на свою сторону?

– Разумеется, нет!

Алессандро рассмеялся, в глазах его плескалось радостное изумление, когда он смотрел на ее лицо.

– А жаль, – задумчиво протянул он. – Тур в сопровождении личного гида действительно мог бы склонить чашу весов. Значит, ты переехала сюда ради замков и озер?

Лора искренне считала, что причины, по которым она вернулась в Шотландию, никого не касаются, но разве это остановит Алессандро? Секреты всегда порождают любопытство, так зачем усложнять себе жизнь?

– В основном из-за того, что у бабушки был приступ. – По большому счету это было абсолютной правдой и скрывало основную причину ее бегства – опрометчивый роман с женатым мужчиной.

– Приступ?

– У нее были частые головокружения, и она теряла координацию движений. Она жила одна, и я решила переехать к ней. – Лора задумчиво посмотрела вдаль. – Бабушка взяла меня к себе, когда умерли мои родители. И я не жалею о том, что вернулась сюда, чтобы быть рядом с ней.

Алессандро почувствовал, что противоречия между ними сглаживаются.

– Благородно, – пробормотал Алессандро. – Наверное, было непросто вернуться из сияющего города в эту деревенскую тишину. Кем ты работала в Лондоне?

Ему было неинтересно. Совсем. Он просто выяснял детали ее послужного списка, выяснял, может ли она представлять опасность для ее отца или нет. Она прекрасно это понимала.

– Я работала личным помощником. – Лора опустила глаза, но Алессандро что-то заметил в ее взгляде.

– В какой компании?

– Не понимаю, какое это имеет отношение к нашему разговору? – выпалила она, щеки Лоры пошли красными пятнами.

– Никакого, ты права. Я бы не спросил, если бы считал, что это нарушает государственную тайну.

– Это совсем небольшая фирма.

Почему-то Лоре страшно не хотелось озвучивать название компании, в которой работала еще совсем недавно. Были ли причиной тому болезненные воспоминания о Колине, его постоянной лжи и ее собственной наивности? Или стыд от осознания того, насколько глупой она была, поверив его россказням?

Лора подняла взгляд и увидела, что Алессандро внимательно за ней наблюдает. Она упрямо вздернула подбородок и назвала компанию, в которой работала.

– Хотя, – добавила она, – это все еще не твое дело.

– Я знаю эту компанию, – пробормотал он и посмотрел на Лору так, что ей показалось, будто он видит ее насквозь. – И естественно, меня интересует, что представляют собой друзья моего отца. По-моему, это абсолютно нормально.

– Почему-то раньше тебя это не интересовало, – съехидничала Лора. – Мог бы приехать и навестить отца, когда тут происходят разные мероприятия…

– Мероприятия? Какие еще мероприятия?

– Ну, ты знаешь… Мы, деревенские неотесанные чурбаны, устраиваем танцы как минимум раз в месяц. И не забывай о ежегодном барбекю на природе.

Алессандро громко рассмеялся. Он с ленцой посмотрел на Лору, и внезапно его глаза потемнели. Сексуальная, острая на язык, наглая… забавная.

– Я предпочитаю танцевать в Лондоне, – сказал он с напускной серьезностью. – Да и жаркое из свинины и барбекю там отличные, хотя все мы, конечно, любим пожарить мясо и полюбоваться на уличную грязь.

Лора едва сдержала смешок.

– Хорошо, что ты приехал к нему, – не могла не признать она. – Я понимаю, как ты беспокоился о нем, но, как я уже говорила, в этом нет необходимости. Я стараюсь навещать его каждый день после работы.

– Да? Ты нашла здесь работу личным ассистентом?

Алессандро не был уверен, что в этом городке вообще есть хоть какие-то компании: это место трудно назвать процветающим деловым центром.

– Я поняла, что работа личным ассистентом – совсем не то, чем мне хочется заниматься.

– Правда?

– Приехав сюда, я нашла преподавательскую работу, и мне это нравится. Я учу детей в местной начальной школе. Она совсем небольшая, да и детей в каждом классе немного, но оно того стоит.

– Учительница…

– Часы работы удобные плюс каникулы. Городок у нас небольшой, поэтому я лично знаю всех мам своих малышей.

Работа была достойной, Лоре нечего было стыдиться, и все же она не могла отделаться от ощущения, что ее считают деревенщиной.

– Миленько.

– Я понимаю, что ты находишь все это безумно скучным, но далеко не все хотят жить в мегаполисе и зарабатывать мешок денег.

– Не припомню, чтобы я говорил, что считаю твою работу скучной, но я не могу не задаваться вопросом, получаешь ли ты моральное удовлетворение от работы в таком крошечном городке после Лондона.

– Я устала от этой бешеной гонки и сумасшедшего ритма жизни, – сказала Лора, и его брови удивленно взлетели вверх.

– Не слишком ли ты молода, чтобы успеть пресытиться городской жизнью? Обычно этот недуг поражает после сорока лет.

– Не тебе об этом судить, – отрезала Лора.

– Ну-ну, – пробурчал себе под нос Алессандро.

Лора пригвоздила его взглядом, а он поднял на нее глаза, полные невинности.

– Это все? Допрос окончен? Может, теперь скажешь, где я могу найти твоего отца, если я, конечно, прошла тест?

– Он в парнике. – Алессандро кивнул в сторону сада, при этом не сводя с Лоры глаз.

Значит, она уехала из Лондона, чтобы в тишине залечить свои раны. Скорее всего, у бабушки действительно было что-то вроде приступа, но он вряд ли был настолько серьезным, чтобы та не смогла обойтись без постоянной помощи внучки. Видимо, у Лоры был какой-то неприятный опыт, связанный с каким-нибудь парнем с работы, учитывая тот факт, как старательно она избегала называть компанию, в которой трудилась.

Интересно, что у нее был за парень? Странно, что он никогда не встречал Лору до сегодняшнего дня, в один из своих недолгих приездов в шотландские дебри.

– Хорошо, – сказала Лора и поднялась. Она поймала себя на мысли, что ожидала, что будет чувствовать куда большее облегчение, избавившись от общества Алессандро.

– Я бы на твоем месте не утруждал себя вопросами о продуктах.

– О чем ты?

– Ты упомянула, что приехала сегодня, чтобы выполнить долг доброго самаритянина и предложить купить еды для отца, как будто у него нет средств, чтобы заплатить за это наемному рабочему. На самом деле – и я уверен, что ты в курсе, – он легко мог бы нанять самого именитого повара, если бы захотел. Это избавило бы его от отвратительной стряпни Фреи…

Лоре не хотелось с ним соглашаться. У нее были довольно неплохие отношения с Фреей, которая иногда даже удостаивала ее скупой улыбкой, но сказать, что она была мастером высокой кухни, у Лоры не поворачивался язык.

– Твоему отцу нравится простая незамысловатая еда.

– Ну и хорошо. С кислой миной Фреи это все, что он может получить.

– Почему я не могу спросить, не нужно ли ему чего-то?

– Потому что нет никакого смысла в том, чтобы заполнять шкафы едой, а через несколько дней освободить их. Пустая трата времени.

– Что? О чем ты говоришь? – Лора непонимающе смотрела на его красивое высокомерное лицо и опустилась на стул, как марионетка, которой внезапно обрезали все ниточки.

– Я приехал сюда по весомой причине, – терпеливо объяснил Алессандро. – Я говорил об этом с отцом уже не раз, я писал ему электронные письма…

Он вздохнул и запрокинул голову назад, прикрыв глаза: отец никак не хотел принимать неизбежное. Конечно, решение непростое, но не надо превращать его в войну!

– Я в замешательстве, – нетерпеливо проговорила Лора. – О чем ты с ним говорил?

Алессандро открыл глаза и молча смотрел на нее в течение нескольких секунд.

– Значит, тебе он не доверился. Странно, учитывая то, что ты называешь себя чуть ли не его лучшим другом.

– Может, ты прекратишь ехидничать и расскажешь, что здесь происходит?

– Я приехал, чтобы увезти отца с собой в Лондон.

– Увезти? – Лора в полнейшем недоумении смотрела на него. – Увезти на несколько дней?

– Не совсем, – мягко возразил он. – Я забираю его с собой в Лондон, и сюда он уже не вернется. Дом будет закрыт, все необходимое перевезут в Лондон, остальное – на аукцион. Я купил ему квартиру в Челси. Если он будет жить в Лондоне, я смогу за ним приглядывать.

Лоре было трудно следить за словами Алессандро, потому что для нее все сказанное не имело никакого смысла.

– Ты шутишь… Ты ведь шутишь, правда?

– Я никогда не шучу подобными вещами. Он ничего тебе не сказал, добрая самаритянка?

На секунду Лоре захотелось запустить ему чем-нибудь тяжелым прямо в голову. Как он мог сидеть здесь и походя решать судьбу пожилого человека в таком сухом, бесстрастном тоне?

– Ты, – прошипела она, – самый… самый…

– Не стесняйся. Я не стану принимать это на свой счет.

– Самый отвратительный человек, которого я встречала в жизни! Неудивительно, что…

– Что?

Они молча смотрели друг на друга. В гнетущей тишине она слышала стук собственного сердца.

– Ничего, – пробормотала она и опустила взгляд.

Что она знала об отношениях отца и сына? Она могла только предполагать. Роберто никогда не говорил ничего нелицеприятного о сыне, но ледяная дистанция между ними была столь очевидна, что буквально бросалась в глаза, как неоновая вывеска на ночной улице. Правда в том, что это ее совершенно не касалось. И тот факт, что человек, сидящий напротив, приводил ее в замешательство, не давал ей права высказывать вслух свои мысли.

Алессандро вовсе не хотел знать, что говорят у него за спиной. Его отношения с отцом касаются только их двоих – и точка! Он посмотрел на Лору и не без удовольствия отметил, что ей крайне некомфортно.

– Он не сказал ни слова ни мне, ни… В общем, я в шоке, если честно. Не могу поверить, что ты собираешься оторвать его от этого места, от всего, чем он дорожит, и бросить его в сумасшедший хаос лондонской жизни. Ты просто не можешь этого сделать!

– Не нужно так паниковать, – тихо пробормотал Алессандро, и у Лоры пробежали мурашки от этого вкрадчивого голоса. – У него будет просторная квартира с тремя спальнями, со всеми удобствами и большой ванной комнатой. Уверен, у него всегда будет свободная спальня для близких друзей.

Лора поджала губы, она прекрасно понимала, куда он клонит. Она снова пожалела, что под рукой не оказалось ничего тяжелого.

– Я говорил отцу о переезде в течение полугода.

– Но он уже стар… – Лора в оцепенении смотрела на него.

– И я о том же! Инсульт, перелом тазовой кости… Он не может справиться с этим огромным особняком. Ему необходимо более компактное жилье, чтобы добираться из спальни в кухню меньше чем за три часа!

– Не преувеличивай! Как ты уже говорил, Роберто может нанять себе столько помощников, сколько ему нужно! На данный момент у него есть Фрея и Фергус, но он может нанять еще кого-то, если почувствует в этом необходимость.

– Это не обсуждается! Я же не собираюсь закрыть его в клетке в центре города. Он приспособится. В Лондоне полно удивительных вещей!

– Пожилым людям это не нужно! – категорично заявила Лора. – Они хотят рутины. Они хотят стабильности. Они хотят жить в окружении людей, с которыми хорошо знакомы.

Алессандро с недоверием смотрел на нее: они точно говорят об одном и том же человеке?

– И как часто ты собираешься навещать его? – продолжала Лора, не обращая внимания на выражение его лица. – Ты убедишься в том, что он как следует обустроился? Ты собираешься взять его под свое крыло? Или ты по-прежнему будешь навещать его четыре раза в год, только теперь тебе придется преодолевать куда меньшее расстояние?

– Твое беспокойство очень трогательно, но я тебя уверяю, что с ним все будет в порядке. И кстати, что это за знакомые, которыми он должен себя окружить?

– У него много друзей в деревне.

– Помимо тебя?

– Да, помимо меня! Как ты думаешь, чем он занимается целыми днями? Я знаю, что с недавних пор его здоровье оставляет желать лучшего, но раньше? И сейчас, когда он пошел на поправку? Ты не имеешь ни малейшего понятия.

– Ты кричишь.

– Я никогда не кричу! – Ее голос отразился от стен, и она посмотрела на него. – Как правило, я не кричу, – гораздо спокойнее уточнила она. – Просто я очень сердита. И хватит на меня таращиться! Подозреваю, раньше на тебя никто и никогда не кричал.

– Точно.

– Никто никогда на тебя не злился? – недоверчиво спросила она. – Вообще ни разу?

– Можно подумать, в это так трудно поверить, – хладнокровно ответил Алессандро.

– Так и есть, верится с трудом, – откровенно сказала Лора.

– Женщины тоже на меня не кричат.

– В это еще труднее поверить.

– Я не поощряю истерики, – спокойно сказал он. – Есть что-то отталкивающее в кричащей женщине.

Лора подумала, что вовсе и не хотела завлекать его! Она посмотрела в его темные глаза, с ленцой глядевшие на нее из-под густых бровей, на совершенные контуры его породистого лица и почувствовала, как в груди вспыхнули огонь и трепет. Внезапно смутившись, она опустила глаза.

– Я просто считаю, что, прежде чем выбивать у человека почву из-под ног, стоит сперва приложить немного усилий, чтобы узнать, что он может потерять. Ты спрашивал об этом своего отца? Или ты просто собираешься делать то, что сам считаешь нужным?

– Мы ходим по кругу. – Алессандро нетерпеливо запустил пальцы в волосы. Он взял бутылку воды из холодильника и залпом выпил ее. Он прислонился к кухонной стойке и в упор посмотрел на Лору. – Я буду делать то, что считаю лучшим для своего отца, а ты можешь кричать и топать ногами сколько угодно – это ничего не изменит.

– Ты должен кое-что знать, – скрепя сердце призналась Лора, и Алессандро замер.

– Я весь внимание.

– Твой отец не просто ведет активную социальную жизнь, – она посмотрела на него с несвойственным ей вызовом, – но если он предпочел держать тебя в неведении, что я еще могу сказать? Он… Что ж, я полагаю, у тебя довольно шаблонные представления о любви, но Роберто кое с кем встречается… – Впервые в жизни Алессандро на несколько мгновений онемел. – Ты слышал, что я сейчас сказала?

– Слышал. Я просто пытаюсь понять… Ты говоришь, что у отца есть дама сердца?

– Моя бабушка.

Озадаченный, Алессандро потряс головой, пытаясь собраться с мыслями. Лора видела его недоумение и вдруг почувствовала укол сочувствия и сострадания к нему. Эта ситуация очень красноречиво описывала отношения отца и сына. Они ничего не обсуждали друг с другом, не показывали никаких эмоций. Как это могло произойти?

– Мой отец встречается с твоей бабушкой? Какой в этом вообще смысл?

– Очень простой, – сухо сказала Лора. – Они познакомились много лет назад, в течение долгого времени были друзьями, но в последние несколько месяцев они начали встречаться. Ходят на свидания, ну и все такое…

– Мой отец ходит на свидания?

– Такое случается. Два человека дружат, одно за другим… Роберто все еще довольно привлекательный мужчина. Держу пари, несколько дам из клуба садоводов положили на него глаз.

Алессандро снова сел за стол и задумчиво посмотрел на сидящую напротив молодую женщину.

– Детали.

– Что, прости?

– Мне нужны детали. Как долго они встречаются? Где живет твоя бабушка? Она в разводе или вдова? Сколько ей лет?

Лора напряглась, верно спрогнозировав направление его мыслей.

– Ты обвинял меня в том, что я ищу наживы, – холодно сказала она. – И это, мягко говоря, очень далеко от истины. Даже не смей подозревать мою бабушку в том, что она позарилась на деньги твоего отца! Они просто два человека, которые наслаждаются обществом друг друга. Если тебе нужны детали – пожалуйста. Моя бабушка живет на окраине деревни примерно в двадцати минутах езды отсюда. Она прожила здесь всю жизнь, она вдова, дедушка умер очень давно. До этого он вел затворнический образ жизни. Я думаю, потому, что он был весь в работе, а бабушка трудилась в соседнем городке, она там управляла садоводческим центром. Она уволилась оттуда всего пять лет назад, потому что ездить туда стало трудно, особенно зимой. Конечно, она передвигалась на машине, но ты даже не представляешь…

– Я понял. Возраст?

– Хм… Семьдесят шесть. Так что вот тебе еще одна причина, по которой будет неправильно заставлять его уехать.

– Заставлять?

Да, неожиданный поворот событий. Может быть, стоит лично проверить всю ситуацию? Отец встречается с женщиной, чья внучка называет себя его лучшим другом. Цинизм был вторым «я» Алессандро. Могли ли бабушка и внучка работать в тандеме? Может, мысль и была несколько надуманной, но лучше перестраховаться: на карту поставлены десятки миллионов фунтов стерлингов.

– Ты права.

– Права? – Лора с опаской посмотрела на него.

– Если мой отец и уедет отсюда, то не потому, что я такой деспот. Мне нужно убедить его, что есть жизнь и за пределами шотландской глуши.

– Уверена, ты его не убедишь.

Алессандро улыбнулся краешками губ. Что ж, он вряд ли увезет отца в эти выходные, но это даже к лучшему. Он умеет думать масштабно, когда сталкивается с непредвиденными обстоятельствами. И по правде говоря, эта аппетитная рыженькая женщина, глядящая на него так, словно он сейчас бросит в нее гранату, может привнести немного веселья.

– Согласись, попробовать стоит. Ты провела минувший час, заламывая руки и стеная, что я несправедлив. Поэтому я уверен, что не встречу возражений с твоей стороны, если ты от первого лица покажешь мне ту общественную жизнь, которую так не хочет оставлять мой отец.

Глава 3

– Мальчик опаздывает. Наверное, передумал. Видимо, решил, что проще перебросить меня из родного дома в город, чем делать вид, что его интересует то, чем я здесь живу.

Лора с тревогой посмотрела на Роберто. Алессандро опаздывал уже на полчаса, но кто лучше ее знает нестабильную работу транспорта?

– Он сказал, что придет, – твердо сказала она и тайком взглянула на часы.

Было уже почти шесть, и они вдвоем стояли как две незамужние тетушки в ожидании своенравного подопечного. Это уже просто смехотворно!

– У моего сына есть специально для него составленное расписание! Он живет ради работы! – Роберто поправил галстук и стукнул тростью по деревянному полу. – Небось позвонили ему, и уж конечно, любой звонок важнее приезда в Шотландию. Он всегда терпеть не мог это место! Предпочитает эту слащавую лондонскую жизнь. – Он хитро подмигнул Лоре. – Конечно, его могло задержать и кое-что еще.

– Да? – Она с нежностью посмотрела на Роберто.

Он по-прежнему принадлежал к людям той эпохи, которые считали галстук признаком хорошего тона независимо от ситуации, стрелки на брюках были тщательно отутюжены. Он был одет в джемпер и белоснежную рубашку под ним, галстук в полоску был четко на своем месте, ботинки начищены до блеска. Он так замечательно выглядел, что Лора не удержалась и сфотографировала его на свой телефон, чтобы отправить снимок бабушке. Роберто, конечно, поворчал, но Лора заметила, как он украдкой пригладил свои густые седые волосы.

– Дамочки.

– Что?

– Женщины. Сколько их у него было – не сосчитать. Видел я одну или двух. Глупые маленькие пустышки, но иногда даже самые умные не могут устоять…

– Я поняла, Роберто.

Лора перевела тему обратно к растениям и кулинарному кружку, в который собиралась его записать бабушка Лоры. Последнее, о чем она хотела знать, – это женщины Алессандро.

На самом деле последнее, чего она хотела, – это быть здесь в пятницу вечером, одетой в платье и сапоги, и ждать парня, который волновал ее, и это безумно раздражало. Всю прошедшую неделю она думала о нем, не в состоянии выбросить его образ из своей головы, и теперь вовсе не хотела снова встречаться с ним лицом к лицу.

Но она здесь, потому что об этом ее попросил Роберто.

– Вбил себе в голову, что ему интересна стариковская жизнь! – прогремел Роберто. – Я сказал ему, что моя жизнь гораздо интереснее, чем его сплошная работа и девицы в перерывах! – После этого Роберто усадил Лору в кресло и объяснил ей всю историю с переездом, которого он вовсе не хотел. Он не мог заставить себя рассказать об этом ее бабушке, и Лоре пришлось держать рот на замке. Когда Эдит вернется, он сам ей обо всем расскажет. – Если мальчик хочет попробовать увезти меня, он может делать все, что хочет. Он скоро поймет, что я никуда отсюда не уеду!

Лора уловила тень неуверенности, скрывавшейся за гневной тирадой Роберто, и немедленно согласилась поддержать его, когда приедет Алессандро. Разумеется, она не останется с ними на весь уик-энд, но составит им компанию в недавно открывшемся в соседнем городе рыбном ресторане.

Роберто заметно нервничал, но прежде чем Лора успела начать его успокаивать, они услышали оглушающий шум. Они поспешили к французскому эркерному окну и увидели вертолет, который кружился над садом в поисках подходящего для посадки места. Ослепительно-яркий луч прожектора разрезал вечернюю темноту. Лора готова была спорить на деньги, что в данный момент каждый житель их небольшого городка выворачивает шею, глядя в окно, и ломает голову, что здесь, черт возьми, происходит.

– Можно было догадаться, что он появится здесь не как все нормальные люди!

Роберто уже ковылял в сторону гостиной, где они пили чай, и Лора поспешила за ним. Лора подошла к входной двери ровно в тот момент, когда она открылась, и на пороге стоял он, все такой же сногсшибательно красивый и высокомерный.

– Надеюсь, ты не поставил эту штуковину на мои растения! – грозно прокричал Роберто, когда оглушающий рев вертолетных лопастей снизился до назойливого гула.

Алессандро неприветливо посмотрел на Лору, и она мгновенно вспыхнула.

– Спасибо за теплый прием. – Алессандро повернулся, чтобы подать какой-то знак пилоту, и вошел в холл, закрыв за собой дверь.

От его внимания ничто не укрылось. Выражение лица Роберто имело все тот же упрямый вид, что и в прошлые выходные, а вот Лора…

Он постоянно думал о ней. Он не мог нормально работать! Не потому ли, что в его мире предсказуемых женщин она одна не побоялась дать ему отпор?

– Ты опоздал. Иди на кухню и возьми себе что-нибудь из холодильника.

Алессандро посмотрел на Лору, чтобы понять, раздражает ли ее нетерпеливое ворчанье отца так же, как и его. Но когда он взглянул на ее лицо, то увидел, что она снисходительно улыбалась Роберто, ее рука лежала на его плече. Это был жест искренней привязанности, который его отец принимал как нечто само собой разумеющееся.

– Если холодильник заполняла Фрея, – спокойно сказал Алессандро, – я бы не стал рассчитывать на его содержимое. Я присоединюсь к вам через десять минут, не больше. Мне нужно отправить очень важное письмо.

Лора нахмурилась. Ей было прекрасно известно, что Роберто начал собираться и одеваться уже полтора часа назад. Она помогла ему завязать галстук, и от ее внимательного взгляда не укрылись три других галстука, небрежно накинутые на спинку стула. Роберто тщательно готовился к предстоящей встрече с сыном.

– Думаю, нам стоило бы выехать пораньше, – пробормотала Лора, поймав взгляд Алессандро. – Роберто ложится довольно рано.

– Роберто ложится спать когда захочет, черт возьми! – прорычал Роберто, но Лора отметила, что он заметно расслабился, когда Алессандро кивнул и бросил свой кожаный портфель на пол.

– Мой автомобиль пригонят только завтра утром. – Алессандро вытащил мобильный телефон из кармана. – Подскажи номер местного такси.

– В этом нет необходимости, – бодро ответила Лора и заправила шарф Роберто под воротник его пальто.

– Ты всегда слишком суетишься, девочка.

И опять Алессандро увидел между ними отношения, которых у него самого никогда не было, и он сразу почувствовал себя лишним. Его отец, ворчливый и надутый, был явно рад, что Лора суетится около него.

– Должен же кто-то это делать, пока бабушки нет, – пробормотала она, и Роберто икоса взглянул на сына. – Такси вызывать не нужно. – Она сделала шаг назад, чтобы убедиться в том, что Роберто выглядит безупречно. – Я приехала на машине.

– Ты собираешься отвезти нас? – Алессандро пропустил их с отцом вперед и тоже вышел из дому, закрыв за собой дверь.

– Только не говори, что ты предвзято относишься к женщинам за рулем, – приторно-сладко пропела она. – Потому что если это так, то ты просто динозавр.

– Девочка говорит то, что у нее на уме, – довольно фыркнул Роберто. – Придется тебе к этому привыкнуть. – Он рассеянно погладил ее по руке.

– Ты собираешься везти нас на этом? – Алессандро присел на корточки прямо перед капотом машины. – Я думал, они уже все вымерли. Как динозавры.

На протяжении всего пути они шутливо обсуждали надежность машины Лоры, и, как ни странно, Алессандро было довольно весело. Он задавался вопросом: почему отец просто не купил Лоре новую машину, более надежную и безопасную? Алессандро поморщился: если бы отец купил ей машину, это было бы первым признаком того, что из него тянут деньги.

Они шутили. Они обсуждали людей из деревни, очень долго говорили об орхидеях и еще какой-то садоводческой ерунде и замолчали только тогда, когда Алессандро начал прикладывать заметные усилия, чтобы не уснуть. Он слышал, как отец смеялся. Дважды! Звук был настолько необычным, что Алессандро подумал было, что ему показалось, но нет. Спустя полтора часа он решил для себя, что жизнь, которую ведет здесь его отец, сильно отличается от той, которую он себе представлял.

А он ничего об этом не знал.

– Ты надолго останешься здесь? – максимально вежливо поинтересовалась Лора, когда они вернулись в особняк и еще сидели в машине.

– Это было самое некомфортабельное путешествие в моей жизни, – сообщил ей Алессандро, с трудом вылезая с заднего сиденья автомобиля. – Почему ты не заглушила двигатель? Я думал, ты зайдешь.

– Вообще-то я не собиралась.

– Пусть девочка едет по своим делам! – сказал Роберто.

– В данном случае, – возразил Алессандро, – у нас есть время, чтобы обсудить твой переезд.

– Не сегодня, мой мальчик. Твоему старику пора спать.

– Я зайду буквально на пару минут.

Роберто остановился на пути к парадной двери и остановился, обернувшись к Лоре и Алессандро, и прищурился:

– Эдит не одобрила бы твое шатание по окрестностям в это время суток.

Лора рассмеялась и последовала за ним к входной двери. Роберто нахмурил свои кустистые брови:

– Бабушка излишне обо мне беспокоится.

– У нее есть на то основания, – проворчал Роберто, постукивая своей тростью, пока Алессандро открывал ключом дверь. – После того, что было в Лондоне.

– Вот мы и дома! – пропела Лора, надеясь заглушить неуместное замечание. Она пообещала себе предупредить бабушку, чтобы особо не откровенничала в присутствии любопытного Алессандро. – Надо сказать, ужин был прекрасным.

Хотя ей и не хотелось проводить время в компании Алессандро, она знала, что ей придется остаться как минимум на час. Во-первых, она хотела выяснить, как долго он намерен пробыть в Шотландии, потому что автомобиль, прибывающий завтра, был тревожным знаком. А во-вторых, ей было просто необходимо знать, переосмыслил ли он свое поспешное решение перевезти Роберто в Лондон.

Она видела, как Роберто на ходу обрубал все попытки Алессандро завести разговор о переезде. Лора знала: какие бы отношения ни связывали этих двух мужчин, Алессандро продолжал давить на отца, чтобы тот сделал шаг, который делать не хочет.

Неужели он сам этого не видел? Неужели ему все равно?

И почему, черт возьми, у них такие натянутые отношения?

Ей было любопытно. Она не должна была проявлять интерес, но это ее ужасно волновало. Роберто отмахнулся от Лоры, когда она предложила проводить его наверх. И только когда он исчез из ее поля зрения, она в полной мере ощутила, как сильно действует на нее присутствие Алессандро.

Она была так занята попытками показать, как важно было для Роберто его привычное общество, что совсем забыла, как неловко чувствовала себя в платье. А теперь, когда эти темные глаза в упор смотрели на нее, она постоянно одергивала подол.

– Выпьешь? – Он в упор посмотрел на Лору. На ней было надето платье, которое никогда бы не выиграло приз ни на одном модном показе: длина была неудачной, а в сочетании с практичными сапогами вообще создавало странное впечатление. У него было множество подружек-моделей, но он весь ужин смотрел, как ткань платья натягивается на ее груди, которую вырез приоткрывал ровно настолько, чтобы дать волю фантазии. – Полагаю, единственная причина, по которой ты задержалась, – тебе есть что мне сказать. Джин с тоником могут сдвинуть дело с мертвой точки.

Лора нахмурилась. В отсутствие Роберто он снова стал заносчивым противным парнем, которому доставляло удовольствие подкалывать ее. В его взгляде она отчетливо прочитала, что он находит платье смешным, а практичные сапоги – нелепыми.

Алессандро направился в сторону кухни, и Лора последовала за ним. В темной рубашке и черных брюках он выглядел безумно сексуальным, и ее ужасно раздражало то, что она вообще обратила на это внимание. Она остановилась в дверях и молча наблюдала, как он достал из шкафчика два приземистых бокала и налил им выпить.

– Ну… – протянул он, подавая ей бокал, – ты так и будешь стоять у двери, как часовой, или все-таки сядешь и скажешь, что хотела?

Он коснулся пальцами ее руки, и все тело Лоры словно пронзил электрический импульс.

– Ты так и не сказал, как долго собираешься пробыть здесь. – Она села за стол. Пара глотков джина-тоника помогла ей немного расслабиться.

– Я еще не решил. А что? Я заставляю тебя нервничать? Я не хочу вставлять палки тебе в колеса, но… – он пожал плечами, глотнул джина-тоника и посмотрел на нее поверх бокала, – дело того требует.

– Какое дело?

– В этом-то вся соль, правда?

Если бы речь шла о том, что требуется ему, то он нашел бы, как приятно провести время в Шотландии.

Его богатое воображение мгновенно нарисовало образ обнаженной Лоры в его постели, ее лицо в форме сердечка раскраснелось от желания, ее тело готово принять его. Он представлял, как взгляд ее больших зеленых глаз прикован к его наготе… Кровь забурлила в венах Алессандро, и он ощутил мгновенную эрекцию.

– Ты так хотела, чтобы я увидел жизнь отца изнутри. Я готов, но мне понадобится нечто большее, чем игра в вопросы и ответы, – осторожно подбирал слова Алессандро, чтобы не выдать своих эмоций. – Отец вообще не большой любитель поговорить. Когда дело доходит до личных вопросов… Скажем так, задушевные разговоры отца и сына никогда нам не удавались.

– Почему?

– В каком смысле?

– Ты должен быть готов к честному, откровенному разговору, когда речь идет о таких серьезных вещах, как, например, переезд. Он должен сам сказать тебе, почему не хочет переезжать в Лондон.

– И все же, как ты сама могла видеть, это не работает, поэтому мне приходится делать так, как я сам считаю нужным.

– Тогда зачем ты утруждаешь себя пребыванием здесь, если давно уже для себя все решил?

– Потому что я своими глазами хочу увидеть отношения отца с твоей бабушкой, – прямо сказал он. – Хочу лично убедиться, что все так, как ты преподносишь.

– Не могу поверить, что ты сказал это! – возмутилась Лора.

– Почему? – Он пожал плечами. – Мы уже через это проходили. Ты же понимаешь, что я не отношусь к типу доверчивых идеалистов, которые все принимают за чистую монету.

– Ты просто конченый циник! Разве тебе мало того, что отец нашел родственную душу в таком возрасте? Человека, который делает его жизнь лучше?

– Это прекрасно. А еще более прекрасным будет, если этот человек заботится о его физическом благополучии больше, чем о благополучии его банковских счетов.

Лора стиснула зубы и уставилась на него. Как такой привлекательный мужчина может быть таким… холодным?

Хотя Колин тоже был симпатичным, и что с того? Он оказался обычным обманщиком. Кажется, у нее есть серьезная проблема: она – одна из тех, кто ведется на привлекательную внешность. Однажды это уже произошло, но она не даст этому вновь произойти!

К тому же между Колином и Алессандро существует огромная разница. Колин был учтивым и очаровательным, а Алессандро циничный, высокомерный и откровенно хамоватый тип. В любом случае, будь у него хоть толика очарования, он не стал бы использовать это применительно к ней.

А что касается привлекательности… Колин был привлекателен внешним благородством. Его светлые волосы всегда выглядели безупречно, его улыбка ослепляла, тело было худощавым и поджарым, но не чересчур мускулистым. А Алессандро был хорош совсем по-другому. Под внешней оболочкой угадывалось что-то мощное, первобытное. Что-то, что он, кажется, едва мог сдерживать.

– Бабушки не будет до конца недели. – Лора едва сдержалась, чтобы не накричать на него.

– С нетерпением буду ждать нашей встречи.

– А что ты намерен делать, когда составишь о ней свое мнение?

– Не люблю забегать вперед.

По правде говоря, это было не совсем правдой: Алессандро любил все планировать заранее. Тем не менее в данном случае ему придется повременить и действовать согласно обстановке. Он прекрасно знал, как упрям его отец, но совершенно не предполагал, что тот расценивает переезд как попытку оторвать его от корней и привычного общества.

Но проблема все же оставалась. Возможно, если бы у него с отцом было хотя бы некое подобие нормальных отношений, ситуация сложилась бы по-другому. Может, тогда эти поездки в отчий дом не казались бы Алессандро такой пыткой? Но к чему сейчас гадать об этом? Отношений у них не было, и Алессандро был не в восторге от мысли, что ему придется снова и снова приезжать сюда и оставаться на все более продолжительные сроки из-за ухудшившегося здоровья отца. Он, конечно, не самый лучший сын, но и просто сбыть старика с рук он тоже не мог.

– А тебе разве не нужно возвращаться в Лондон? Как же твоя компания?

– Компании. Во множественном числе. Нет, я вполне могу некоторое время пробыть здесь, чтобы оценить ситуацию. – Он внезапно вздохнул и запустил пальцы в волосы. – Не самый лучший выход, конечно, – признал он. – Я не думал, что мне придется здесь остаться. Это создает некоторые… проблемы.

Лора допила свой джин-тоник. Она ничего не пила за обедом, потому что была за рулем, и теперь выпитое спиртное несколько успокоило ее нервы, разливаясь приятным теплом по телу. Алессандро выглядел уставшим. Уставшим, но все еще сексуальным.

– Я не знаю, почему у тебя такие сложные отношения с Роберто, – Лора не ожидала, что эти слова сорвутся с ее губ, – но, если ты попытаешься его заставить, будет только хуже. Ты можешь увезти его в Лондон, но это будет против его воли, и Роберто будет думать об этом до конца дней.

– Не помню, чтобы я спрашивал твое мнение.

– А ты разве когда-нибудь интересуешься чужим мнением?

– Нет.

– Иногда стоит прислушаться к тому, что говорят другие. – Она чувствовала, как остатки смелости испаряются под его ледяным взглядом. – Нельзя всегда полагаться только на себя.

Но что поделать, если так оно и было? Он вырос с пониманием, что всегда предоставлен лишь самому себе, и приобрел чувство собственной независимости еще в раннем детстве, в отличие от Лоры. Хотя…

– Сколько тебе было лет, когда ты потеряла родителей? – Он поддался любопытству, которое буквально раздирало его изнутри.

Он не поощрял глубокие интеллектуальные беседы с женщинами, потому что искренне считал, что они созданы совсем для других занятий. Но сейчас все было по-другому. Обстоятельства были из ряда вон выходящими, поэтому некоторое любопытство было вполне оправданно.

– Семь.

– А потом ты переехала к своей бабушке?

– Она была моей ближайшей родственницей, к тому же мы с ней всегда прекрасно ладили.

– И, несмотря на потерю родителей, ты осталась оптимистичным, жизнерадостным человеком. Это, – он подался вперед, с трудом веря, что сам завел этот разговор, – потому, что бабушка была в твоей жизни некой константой. Я думаю, ты рассматриваешь мои отношения с отцом сквозь розовые очки. Он оплачивал огромные счета за учебу в школе-интернате, щедро давал столько карманных денег, что обзавидовался бы любой мальчишка, оплачивал непомерно дорогие каникулы, которые я проводил в обществе нянек и других доверенных лиц, – они были моими константами. Присутствие отца в моей жизни было настолько редким, что при встрече мы были вынуждены вести мучительные светские разговоры, потому что у нас не было общих тем.

Алессандро не мог поверить, что так много о себе рассказал. Это было так не похоже на него – кому-то довериться. Он чувствовал себя одновременно раздраженным и смущенным, но он сказал себе, что сделал это специально, чтобы немного разбавить бьющий через край оптимизм Лоры.

– А твоя мама? – Лоре внезапно захотелось сократить дистанцию между ними, и она положила ладонь на его руку.

– А что моя мама?

Этот вопрос был закрыт для всех. Он очень редко позволял себе думать о ней. Он давным-давно похоронил в глубинах памяти все мысли о матери. Она умерла, когда он был еще слишком мал, чтобы запомнить ее. Неожиданные проблемы с сердцем, которые взялись неизвестно откуда. Это было то немногое, что он знал.

– Твой отец никогда не упоминал о ней, – задумчиво проговорила Лора. – Я знаю, что много лет назад он приехал сюда без жены. Он жил очень замкнуто и практически ни с кем не общался. Он жил в огромном особняке, и мало кто знал, дома он или нет.

– Не сомневаюсь, что каждый имел свою теорию на его счет.

– Я не знаю. Я тогда училась в школе, потом поступила в университет и переехала в Лондон. К тому времени он перестал работать и, как я думаю, стал несколько чаще появляться в городе.

– Я с трудом представляю отца прогуливающимся по деревне воскресным утром, за чашкой чая и светской болтовней с местными.

– Может быть, потому, что ты его совсем не знаешь?

– А это так важно – узнавать людей? – Он поджал губы и налил им еще выпить.

– Мне пора ехать.

Алессандро не ответил. Он сидел на краешке стола, и Лоре пришлось поднять голову, чтобы посмотреть на него. Их взгляды встретились. Нежный румянец, который медленно заливал щеки Лоры, дал ему понять, что он абсолютно верно истолковал сигналы, которые подавало ему тело этой рыжеволосой красотки. Он скользнул взглядом по ее полным губам и задержался на них ровно до тех пор, пока Лора нервно не облизнула губы, и это тоже кое о чем ему сказало.

Огонь, который затеплился в его жилах, забурлил, как лава в жерле вулкана. Алессандро никогда не ограничивал себя, когда дело касалось секса. Какой смысл? Дают – бери. Интересно, она сама понимала, что сейчас между ними происходит? Ощущала ли притяжение, которое невольно испытывала к нему? Или она так была занята попытками проанализировать его, что не замечала ничего вокруг?

– Да, это действительно важно, чтобы ты узнал Роберто, прежде чем… хм… бросить его в водоворот новой жизни.

Лора отвела от него взгляд, но ее кожа горела огнем. Она все еще чувствовала на себе тяжелый взгляд его темных глаз, и это пробуждало в ней то, чего она совсем не хотела. Алессандро Фальконе был для нее запретным плодом. Между ними и так складывалась непростая ситуация, и она не знала, что с этим делать.

Он представлял собой все то, чего она не хотела в своей жизни. Когда она уехала подальше от Лондона, от своей работы и парня, очаровавшего ее своими манерами и внешностью, она решила для себя, что больше никогда не увлечется человеком, который не будет столь же открытым и честным, как и она сама. Ей хотелось встретить обычного, нормального парня, а не очередного прожигателя жизни.

Тогда почему же она чувствовала себя голой, когда Алессандро смотрел на нее вот так?

– Мы могли бы провести остаток ночи, об суждая моего отца. – Он подошел к окну и снова вернулся к столу, но на этот раз сел ближе к Лоре. Достаточно близко, чтобы у нее перехватило дыхание. – Но давай лучше поговорим о тебе. Тебе удалось немало выведать обо мне. Откровенность за откровенность. Что имел в виду мой отец, когда упомянул о том, что было с тобой в Лондоне?

– Не понимаю, о чем ты.

– Только не говори, что ты одна из тех лицемерок, которые ратуют за откровенность, когда дело касается чужих дел, но закрываются в своей раковине в ту же секунду, как кто-то пытается получить правдивый ответ об их собственной жизни. Я был бы разочарован…

Лора сердито посмотрела на него. Лицемерка? В этом ее еще никогда не обвиняли! Слишком откровенная, слишком честная и наивная – да, но не лицемерная.

– Язык проглотила? – съязвил Алессандро. – А была такой красноречивой…

– Ты же знаешь, какими могут быть пожилые люди, – процедила она сквозь зубы. – Любят посплетничать.

– Отец никогда не был сплетником, – справедливо возразил Алессандро.

– Ну, с бабушкой он любит почесать языком… Люди их поколения считают, что если ты гуляешь с парнем за руки, не будучи с ним помолвленной, – это верх неприличия.

– Ты похоронила себя в этой глуши после неудачного романа? – Мягкость его голоса привела Лору в замешательство, потому что взгляд был цепким и внимательным.

– Я не считаю это место кладбищем.

– Значит, у тебя был роман с коллегой по работе, и вы расстались? Бывает.

– Кто тебе это сказал? – Она недоверчиво прищурилась. – Могу лишь предположить, что Роберто проболтался.

– Как я уже говорил, мы с отцом не общаемся на подобные темы. Я предположил и, кажется, не ошибся.

Лора отвернулась. Ее пальцы дрожали, и она сцепила их замком, чтобы это не было заметно. Она не хотела и не собиралась говорить об этом. И все же, кажется, он был прав: она не готова быть откровенной, хотя требует от него того же.

Возможно, именно здесь и были истоки ее неуверенности? Лора получила от бабушки прекрасное воспитание, но она никогда не владела женскими хит ростями или искусством нанесения макияжа, как ее ровесницы. Бабушку уже мало волновали эти вещи, когда Лора была подростком. Когда дело коснулось флирта, она оказалась столь неискушенной, что Колин с легкостью смог этим воспользоваться. А открывшаяся правда больно ударила по ее самолюбию.

Она не могла избавиться от неуверенности в себе, потому что просто не знала как. Она не умела быть кокетливой и непринужденной в общении с мужчинами. Алессандро прав: она похоронила себя здесь. Лора вдруг запаниковала: неужели она так и останется погребенной под слоем собственных сомнений? Сможет ли она решиться снова выйти в большой жестокий мир, ступить на зыбкую почву?

Или чем дольше она проживет здесь, тем страшнее будет казаться эта перспектива? Единственное ее взаимодействие с противоположным полом заключалось в общении с парнями своих школьных подруг. В конечном итоге в старости она превратится в городскую сумасшедшую, которая разговаривает сама с собой.

– Ты ведь не собираешься кричать на меня, правда?

– Нет, не собираюсь! – отрезала Лора. – Да, у меня был роман с коллегой, доволен? Я порвала с ним, когда узнала, что он женат.

– Он просто очередной ублюдок.

– Ты не понимаешь! Я доверяла Колину! Я считала его порядочным парнем, а он оказался лжецом без стыда и совести. Так что да, я вернулась сюда. Ну давай, не стесняйся, скажи, что я дура и неудачница.

– Ты действительно так думаешь?

– А как еще я должна думать? – горько спросила она.

– Тебя ошеломило предательство, но ты не должна ставить на себе крест и вечно зализывать эту рану.

– А что ты предлагаешь? – пробормотала она. – И я не зализываю раны. Я просто… взяла тайм-аут…

– Ну, у меня есть одно предложение.

– Я вся внимание, – съехидничала она.

– Войди снова в эту мутную воду.

Алессандро встал. Лора смотрела на него снизу вверх, и в ее взгляде он прочел понимание. Он спрашивал себя, хорошая ли это идея, но, в конце концов, они оба – взрослые люди. Надо лишь обозначить основные правила…

– Только в следующий раз, – вкрадчиво проговорил он, – убедись, что точно знаешь, с кем имеешь дело. Буду с тобой честен с самого начала. Секс без обязательств. Никаких планов на будущее. Никаких нарушенных обещаний. – Он слегка усмехнулся и убрал непослушную прядь волос с ее лица, заметив, как расширились ее зрачки. – Я считаю, что это шаг вперед. Вода все еще может быть довольно мутной, но она все же безопаснее, чем зыбучие пески.

Глава 4

Сердце Лоры стучало так сильно, что ей казалось, оно вот-вот проломит ребра. Она откинулась на спинку стула, но не могла отвести взгляд от Алессандро.

– Мне пора домой, – с трудом выговорила она. – Не хочу ехать посреди ночи.

– Почему? Если хочешь, я доеду с тобой до твоего дома, чтобы убедиться, что ты в целости и сохранности добралась.

Лора в панике подумала, что слова «в целости и сохранности» совершенно не подходят к тому, что она чувствует в его присутствии. «Опасность и риск» гораздо лучше подходят.

– А как ты собираешься возвращаться? – Она постаралась выровнять дыхание, потому что понимала, что он пристально следит за ее реакцией.

– Пешком.

– Итальянские кожаные туфли ручной работы не подходят для прогулок по проселочным дорогам. – Она встала и почувствовала, что ноги предательски дрожат.

– Переживу, – пробормотал он.

– Вот как ты решаешь все вопросы? – Лора ухватилась за спинку стула и сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться.

– Что ты имеешь в виду? – Он нахмурился и присел на край стола, так что теперь их глаза находились на одном уровне.

У Лоры было самое выразительное лицо из всех, что ему доводилось видеть. Глаза были большими и ясными, веснушки контрастировали с аристократичной бледностью ее кожи. Она была темпераментной и беспокойной, и не умела этого скрывать. И ему это нравилось! Модели, с которыми он встречался раньше, в сравнении с Лорой походили на однотипных пластиковых кукол.

А она была живой, безумно сексуальной женщиной.

– Ты всегда все решаешь по-своему?

– Будет ужасно, если я скажу «да»? В девяноста девяти процентах случаев.

– Неудивительно, что ты такой… высокомерный!

Лора с трудом могла думать, в то время как он выглядел абсолютно спокойным, так что казалось, что она делает из мухи слона. Как же ей хотелось стереть эту самодовольную ухмылку с его лица! Сердиться было гораздо безопаснее, чем чувствовать притяжение к нему.

– Что такого высокомерного ты нашла в моих словах? – невозмутимо спросил он. – Кстати, ты чертовски хороша, когда злишься. Мне почему-то кажется, ты не слишком часто сердишься.

Лора стиснула зубы. Ей совершенно не хотелось ни минутой больше оставаться в этом доме, но она не могла сделать и шагу.

– Я тебя не хочу, – выдавила она, – и уж тем более мне не нужна интрижка.

– Ты меня хочешь, и сама прекрасно это знаешь.

– Никогда еще таких наглецов не встречала!

– Если бы ты меня не хотела, – спокойно рассуждал он, – ты бы не плевалась сейчас огнем. Если бы ты меня не хотела, тебя бы не задели мои слова. Возможно, тебя бы это даже оскорбило, но в большей степени оставило равнодушной. Скорее всего, ты даже согласилась бы, чтобы я проводил тебя, потому что не чувствовала бы угрозы. Мы можем решить этот неоднозначный вопрос, просто попробовав… – пробормотал он, как будто это только что пришло ему в голову.

Он не дал ей времени подумать, он просто не мог. Она была так близко, что он уловил тонкий аромат цветочного шампуня, исходящий от ее волос. Он готов был взять ее прямо здесь, на кухонном столе. Эрекция была почти болезненной, он мгновенно представил себе ее пальцы, ласкающие его напряженную плоть, и едва не застонал.

Он должен был ее поцеловать.

Лора интуитивно почувствовала его намерения и подняла руки, готовая в любой момент оттолкнуть его, но…

Но что-то произошло. Он нежно дотронулся губами до ее губ. Когда его язык проник между ее губ, она судорожно вздохнула. Ее тело дрожало в ее руках, она животом ощущала его эрекцию, явно дававшую понять, как сильно он ее хочет.

Лора схватила его за рубашку и притянула к себе. Каждый нерв в ее теле был натянут как струна. Ее соски затвердели, а тело жаждало куда большего, чем просто поцелуй.

– Что ж… – Алессандро неохотно отстранился от нее.

Несколько секунд Лора стояла в оцепенении, не в силах сфокусировать взгляд. А потом ее пронзил жгучий стыд и ужас от осознания того, что они только что сделали.

– Я не знаю, что это сейчас было, – прошептала она.

– Страсть.

– Я… я хочу уехать.

Она отвернулась, но все еще всем телом ощущала его близость, напоминавшую об их безумном поцелуе. Она боялась признаться самой себе, что хотела вернуться в его объятия, хотела целовать его снова и снова.

– Почему?

– Что все это значит? – Ее глаза вспыхнули недобрым огнем, когда их взгляды встретились.

Страсть.

Неужели она плохо выучила преподанный ей урок? Она пала жертвой страсти, и вот где она оказалась! Только вот думая о Колине, она не могла припомнить, чтобы испытывала к нему что-то отдаленно напоминающее это сумасшествие.

Колин подбирался к ней медленно. Он очаровал ее, разрушив все сомнения. А Алессандро… ворвался как ураган и смел все на своем пути. Он ей даже не нравился! Тогда как же ему удалось снести всю ту оборону, которую она так тщательно возводила после разрыва с Колином?

– Ты хочешь сбежать. Мы оба прекрасно знаем, что могли бы просто…

– Я не хочу об этом говорить, – напряженным голосом отрезала она. – Этого не должно было произойти. На самом деле мы поцеловались потому, что я выпила. Я не привыкла к крепким коктейлям и, видимо, плохо соображала.

– Ты же сама в это не веришь!

– Ты не можешь просто явиться и взять то, что тебе хочется, только потому, что тебе скучно. – Лора глубоко вздохнула и смело встретила его взгляд.

– А кто говорил о скуке?

Он по-прежнему хотел прикоснуться к ней, почувствовать ее податливое обнаженное тело. Лора воинственно скрестила на груди руки.

– Мне не нужен парень вроде тебя.

– Вроде меня? – переспросил он.

Он мог бы сказать, что если уж она не искала такого парня, как он, то он сам вообще никого не ищет. Он никогда не давал женщинам ложных надежд. Алессандро отмел непрошеную мысль, что успел рассказать ей больше, чем всем предыдущим женщинам, вместе взятым.

– Ты мне не подходишь. Я не знаю, что за проблемы у тебя с отцом, но ты даже не прилагаешь никаких усилий! Все эти годы ты не проявлял ни малейшего интереса получше узнать его. Ты хоть знаешь, как он волновался от одной только мысли, что ты снова приедешь сюда? Как он готовился к совместному ужину? Он битый час выбирал галстук!

На несколько секунд Алессандро лишился дара речи. Он встал и прошелся по кухне, а потом снова остановился у стола. Лора не могла прочесть выражение его лица. Что таилось за этой непроницаемой маской? Неуверенность? Вряд ли. Он явно был не из тех людей, кто чувствует себя неуверенно.

– Не смеши меня, – пробормотал он, глядя ей в глаза.

– Я и не пыталась тебя рассмешить!

– Сомневаюсь, что отец с нетерпением ждал моего приезда, особенно учитывая сложившиеся обстоятельства. По-моему, отца не волнует ничего, что так или иначе связано со мной. – Он криво ухмыльнулся и развернулся на сто восемьдесят градусов. – Единственное, что нас связывает, – это минимальное проявление эмоций друг к другу, – бросил он через плечо.

– Он был взволнован, потому что ты, наконец, проявил интерес к его жизни здесь. Ты должен быть благодарен за то, что он у тебя есть, – тихо сказала она.

Алессандро обернулся:

– Я читаю благодарственную молитву каждый вечер перед сном.

Интересно, он всегда такой саркастичный? А потом Лора внезапно поняла, что у каждого свой защитный механизм. Сарказм был его методом. Он не просто высокомерный ублюдок, который приехал сюда, чтобы увезти отца, тем самым облегчив собственную жизнь. Он был гораздо более сложным человеком.

– Я бы все отдала, чтобы хоть один из моих родителей был жив, – с грустью произнесла она, – даже если бы я с ним не слишком хорошо ладила.

– Просто ты сентиментальна. Держу пари, ты изводишь пачку салфеток за просмотром какой-нибудь слезливой мелодрамы.

– Хоть что-то способно изменить твое мнение насчет переезда? Может, пожив здесь немного, ты составишь свое мнение о бабушке, то поймешь, что она не собирается обобрать Роберто до нитки в тот же миг, как ты уедешь?

– Поживем – увидим, – пожал плечами Алессандро.

– Просто попробуй хотя бы ненадолго стать частью жизни своего отца.

– Давай не будем приукрашивать действительность, Лора. Это палка о двух концах.

Он понятия не имел, что подтолкнуло его разбередить старую рану, равно как и не знал, каким образом они так далеко ушли от гораздо более интересной темы с сексуальным подтекстом.

Лора опустила взгляд и ничего не сказала. Удивительная женщина. Любая другая на ее месте настояла бы на продолжении разговора. Те крохи личной информации, которыми он успел с ней поделиться, могли открыть замки и показать его настоящего, а не многочисленные маски, которые он носил.

Но она была женщиной совсем другого рода. Возможно, ее безумно влекло к нему, но он все же был совершенно неподходящим для нее мужчиной. А поскольку он ей не подходил, она и не пыталась вывести его на откровенный разговор.

– Я не знаю своего отца, – стиснув зубы, признался Алессандро, – потому что его никогда не было рядом.

– Как это?

– Меня воспитывала прислуга, – уже спокойно сказал он. – Гувернантки были отменные, надо признать. Я едва помню отца, когда был ребенком. Большую часть времени он проводил за границей. Он даже в отпуск ездил без меня. – Алессандро невесело рассмеялся. – Нет, я вовсе не был обделен всем тем, что можно купить за деньги. У меня были каникулы, о которых можно только мечтать. Но каникулы в компании надежных и проверенных наемных работников. В семилетнем возрасте отец отправил меня в школу-интернат, так что сказочка о наших отношениях на расстоянии продолжается…

– Мне очень жаль.

Лора сделала несколько шагов ему навстречу, и Алессандро проклял себя за легкость, с которой он разрушил крепость, которую возвел вокруг своего детства много лет назад. Он посмотрел на Лору, и его полуулыбка больше походила на волчий оскал.

– Я буду совсем не против, если ты меня утешишь…

– Прекрати! – Лора побледнела и обожгла его взглядом.

Это еще что такое? Неужели он приоткрыл завесу с одной целью: затащить ее в постель? Она вспомнила, как Колин проник в ее жизнь. Он умело играл на ее эмоциях и говорил то, что она хотела услышать. Теперь, спустя время, это стало для нее очевидным. Неужели она выглядит такой наивной, что Алессандро Фальконе готов сыграть примерно ту же роль?

– Это как минимум оскорбительно! – Лора воинственно вздернула подбородок.

У Алессандро появился шанс отыграть все назад. Это действительно было оскорбительно, и он никогда прежде не прибегал к такой пошлости.

– Я прошу прощения. – Он запустил пальцы в волосы и посмотрел на Лору. Извинения застали ее врасплох, и она не нашла что ответить. – Ты права, уже поздно. Тебе пора домой. Что там говорил отец о том, что тебе не стоит колесить по окрестностям среди ночи?

Лора несколько растерялась, что Алессандро сам предложил выход из неловкой ситуации. Она нервно облизнула губы и заметила, что он внимательно проследил за ее жестом. Он не придвинулся к ней ни на дюйм, казалось, он даже как-то дистанцировался, но она все еще ощущала жаркое напряжение, возникшее между ними.

Конечно, безумием было даже думать в этом направлении, но Лора до сих пор трепетала при мысли, что он находит ее сексуально привлекательной, и она не считала, что единственной причиной этому была только лишь скука в деревенской глуши.

– Ну… – Лора неосознанно сделала крошечный шаг ему навстречу.

– Что?

Она пожала плечами, словно загипнотизированная взглядом его темных глаз.

– Ты не должен был…

– Не должен был что?

– Целовать меня так… жарко и требовательно… а потом отодвинуться, сделав вид, что ничего не было, а если и было, то не по твоей вине!

– Я никогда…

– А теперь, – нетерпеливо перебила она, – когда я сделала шаг назад, ты смотришь на меня так, словно хочешь от меня куда большего, чем просто поцелуи. Ты этого хочешь от меня? Чтобы я сейчас заперла кухонную дверь, смела со стола бокалы и отдалась тебе прямо здесь, под любопытными взглядами любителей заглянуть в чужие окна?

Тысячи картин сексуального содержания промелькнули в голове Лоры. У нее пересохло во рту, а тело сладко ныло от охватившего ее желания. Жар, накрывший низ ее живота, ошеломил ее, потому что она все еще из последних сил старалась держать дистанцию.

– Так вот, – сказала Лора хриплым, словно чужим голосом, – я этого не хочу!

– Уверена? Скажи лишь слово, и я…

– Я не собираюсь в это ввязываться. Это неправильно…

– Правильно или неправильно – не так уж важно. – Он пожал плечами.

Ее тело было настолько изысканно провокационным, особенно учитывая то, что сама Лора, казалось, вовсе этого не замечала, что он держал себя в руках огромным усилием воли. Алессандро ни разу в жизни не принуждал женщину к сексу, даже если был уверен, что она хочет этого. Лора либо придет к нему сама, либо нет.

Его глаза потемнели от мысли, что она может сейчас уйти. Если он не перестанет думать о прикосновениях к ее роскошному телу, которое он просто не мог выбросить из головы, ему понадобится ледяной душ.

– Я даже не буду прибегать к разумным аргументам, что у нас обоих есть потребности, которые нужно… удовлетворить…

– Какая чушь!

– Когда возвращается твоя бабушка?

– Что?

– Ну, о сексе мы уже поговорили, поэтому, прежде чем ты уйдешь, я хотел бы назначить место и время для встречи с ней.

Лора не поспевала за его мыслями. Секунду назад он предлагал ей безумный секс на кухонном столе, а теперь, как ни в чем не бывало, резко перевел тему разговора.

– Да, конечно. Моя бабушка. – Лора сделала глубокий вдох. – Она вернется в пятницу. Я собираюсь встретить ее в аэропорту. Бабушка, конечно, могла бы взять такси, но она считает, что водители намеренно везут ее окольными путями, чтобы заработать на ней. – Лора понимала, что болтает ерунду, но ничего не могла с собой поделать.

Алессандро смотрел на нее так, что у Лоры закралось небезосновательное подозрение, что думает он сейчас вовсе не о ее бабушке и нечистых на руку таксистах.

– Тогда в субботу. Приезжай с бабушкой прямо сюда.

– На чай или на коктейль?

– На ужин. Возможно, я сделаю нам всем одолжение: дам Фрее выходной и вызову сюда своего человека.

– Своего человека?

– У меня есть повар, чьими услугами я пользуюсь, если ужинаю дома.

– Твой отец вряд ли этому обрадуется.

– Я думаю, он так привык к сомнительной стряпне Фреи, – Алессандро медленно улыбнулся, и у Лоры сбилось дыхание, – что любая съедобная пища просто поставит его в тупик и лишит дара речи.

– Ты злой. – Она не смогла удержаться от улыбки.

– В семь? – спросил Алессандро, и она кивнула.

Встреча с ее бабушкой станет последним пунктом программы для Алессандро, чтобы составить свое впечатление о жизни, которую ведет здесь его отец. Это будет последний фрагмент пазла. Лора прекрасно понимала, что он не проведет здесь ни одной лишней минуты.

– Мы приедем.

– Нет никакой необходимости устраивать этот цирк! – Роберто сердито смотрел на сына, выслушав его вчерашнюю договоренность с Лорой.

– Ты не хочешь, чтобы я познакомился с твоей… м-м-м… женщиной? – Алессандро смотрел на отца и удивлялся, как обычный разговор мог обернуться такой пыткой?

Нет, определенные достижения были. С тех пор как Лора призналась, как готовился отец к его приезду, Алессандро немного расслабился и решил не заводиться из-за ерунды. Он проводил вечера в компании отца, и им даже удалось вполне мирно поговорить об интересах отца, которые появились после того, как он вышел на пенсию. Бизнес оказался вполне безобидной темой, нарушившей наконец свинцовое молчание, разделявшее их долгие годы.

– У стариков не бывает женщин. – Роберто поправил галстук и нахмурился, уставившись в пол. – У них есть компаньонки, подруги, мой мальчик. В любом случае мне непонятен твой внезапный интерес к Эдит! Тебя раньше мало волновало, что происходит в моей жизни.

– Но ведь раньше я не пытался уговорить тебя оставить привычную жизнь, правда? – сказал Алессандро, потому что отец старательно избегал темы переезда.

– Скучаешь небось по своим лондонским подружкам, – с хитрецой посмотрел на него Роберто. – Они, поди, толпами обивают порог дома в ожидании твоего возвращения. Если судить по тем двум штучкам, что ты привозил, они ни на что другое особо и не годятся. Трудно найти работу, если у тебя опилки вместо мозгов.

Алессандро, стоявший у старинного камина, улыбнулся: последнее, о чем он сейчас думал, – это лондонские женщины. Он мечтал только об одной женщине, которая была совсем рядом…

– У меня все отлично, – пробормотал он и пропустил внимательный взгляд, которым окинул его отец.

– Подумываешь остепениться?

Алессандро посмотрел на отца, шокированный этим неожиданным отступлением от простой вежливой беседы.

– Боже упаси, – спокойно ответил он.

– А стоило бы, – сказал Роберто. – Женитьба делает из мальчика мужчину.

Алессандро спас звонок в дверь. Ему не удалось вдоволь позубоскалить: он понятия не имел, каким был брак его отца, но предполагал, что это была диктатура, в которой его матери приходилось мириться с тем же молчаливым пренебрежением, что и ему самому. Он мысленно представил картинку, на которой двое сосуществуют в полнейшей тишине. Но мог ли он знать это наверняка?

Алессандро отмел все непрошеные мысли и открыл дверь двум женщинам.

Лора подготовила бабушку, рассказав, что сын Роберто хочет с ней познакомиться.

– А я-то все гадала, когда же с ним встречусь! – решительно сказала Эдит. – Роберто и его сын долго жили врозь. Общение – вот что им нужно!

Лора была занята собственными мыслями, чтобы обратить внимание на слова бабушки. Что надеть? Что должна надеть девушка, которая отправляется на встречу с парнем, к которому ее безумно влечет? С парнем, который заставил ее трепетать всем телом от единственного поцелуя? Конечно, ей не нужна интрижка, но она по-прежнему хочет произвести на него впечатление.

Снаружи было довольно холодно, но Лора все же надела темно-синий облегающий топ с глубоким вырезом с длинной черной юбкой и балетками. Разумеется, Лоре пришлось слегка накраситься и сделать прическу, и она заметила, что бабушка с любопытством наблюдает за ее сборами. А что такого, в конце концов! Когда тебя приглашают на ужин, приятно надеть что-то, отличающееся от джинсов и безразмерного свитера! Волосы она оставила распущенными, и рыжие локоны выгодно подчеркивали нежный цвет ее кожи.

– Ты как картинка, – одобрила бабушка. – Собираешься произвести впечатление?

Это безобидное замечание едва не заставило ее снова облачиться в привычные джинсы и джемпер. Слава богу, она этого не сделала! Когда Алессандро открыл входную дверь, у нее пересохло во рту: он был неправдоподобно хорош в черных брюках и темной рубашке поло с расстегнутой верхней пуговицей. Сняв пальто, она почувствовала на себе пристальный взгляд Алессандро, хотя изо всех сил старалась сама на него не смотреть. Ей внезапно стало неловко: топ мгновенно показался ей слишком обтягивающим, а декольте – глубоким.

– Очаровательный наряд, – пробормотал Алессандро, когда Роберто с Эдит прошли в гостиную. – Ты специально так оделась, потому что знала, что я не смогу отвести от тебя взгляд?

– Это старье? – беззаботно сказала Лора. – Я взяла из шкафа первое, что попалось под руку.

– Даже интересно, что еще есть у тебя в шкафу?

– Я же тебе говорила, меня не интересует…

– Я знаю. – Он поднял обе руки в жесте капитуляции. – Ты поцеловала меня только потому, что пара глотков джина-тоника сумела пробить твою броню. Но я – не твой тип мужчины, потому что я высокомерный зануда.

– Я никогда не говорила, что ты занудный.

– Значит, ты считаешь меня остроумным и настолько сексуальным, что едва можешь держать себя в руках. Но ты сделаешь все возможное, чтобы устоять перед соблазном, потому что какой-то придурок, с которым ты встречалась, тебя обидел.

– Не время и не место говорить об этом!

Лора тайком взглянула на Роберто и бабушку: Эдит что-то рассказывала, а Роберто смеялся. Они выглядели как два подростка на первом свидании.

– А по-моему, в самый раз. Тебе некуда бежать. Ты никогда не говорила, что именно он тебе сделал. Пообещал достать луну с неба и не смог? Я уже говорил: отношения становятся куда проще, если провести границы с самого начала.

Лора остановилась и посмотрела ему в глаза.

– Он долго водил меня за нос, а потом я выяснила, что наши отношения никуда не приведут, потому что он женат. – Воспоминания всколыхнули в ней волну стыда.

– Первостатейный ублюдок, – тихо пробормотал Алессандро. Он посмотрел в ее зеленые глаза и захотел придушить того гада, который посмел ее обмануть. – Но ты не можешь всю жизнь тащить за собой этот груз, который тянет тебя на дно.

– Зато я получила отличный урок.

– Извлекла опыт – двигайся дальше, иначе рискуешь застрять на одном месте.

– Я не хочу заводить роман с человеком, который мне не подходит. Я могу подождать, пока мне не встретится правильный парень. Не думаю, что это большой риск. По-моему, этот как раз очень разумно!

– Да, но где же веселье?

– Веселье – отнюдь не самое главное. Когда дело касается отношений, нужно нечто большее, чем приятное времяпрепровождение.

– Готов поспорить, твоя бабушка с этим не согласна. Она выглядит достаточно взрывной дамой. Может, стоит спросить ее?

– Даже не вздумай!

Лора была настолько увлечена разговором, что не заметила, что Роберто и Эдит смотрят на них. Она улыбнулась и слегка откашлялась.

– Что здесь происходит? – Роберто прищурился, глядя на них.

– Ничего, – быстро ответила Лора.

– Хорошо. Тогда пойдем, хватит уже секретничать! Ужин – не моя идея, но раз уж мы все здесь, идемте в гостиную. А то стоят тут и шепчутся! Отвратительные манеры!

– Я не виновата! – рассмеялась Лора и взяла Роберто под руку. – Это все ваш сын, его и обвиняйте!

– Надеюсь, мне не придется, – задумчиво сказал он и посмотрел на Алессандро, прищурив глаза.

Глава 5

Он уедет на неделю и вернется к выходным. Это разумно.

– Пустая трата времени, – проворчал Роберто. – Не вижу ни толики здравого смысла.

– А у меня есть выбор? – Алессандро пожал плечами. – Эдит пригласила нас на ответный ужин в следующую субботу. Что, по-твоему, должен был сделать такой вежливый парень, как я? Откажись я, она отлупила бы меня скалкой!

– Она импульсивная, это правда, – согласился Роберто.

– А мы так ничего и не решили насчет Лондона.

Сейчас Алессандро проводил в компании отца больше времени, чем когда-либо в своей жизни. В конце концов, он может вызвать своего личного помощника прямо сюда и остаться здесь подольше. Большой бизнес никого ждать не будет.

Как ни странно, он скучал по веселой городской жизни гораздо меньше, чем сам того ожидал. Несмотря на то что он находился у черта на куличках, Интернет тут работал довольно хорошо, и за прошлую неделю он успел составить неплохое рабочее расписание.

– Лондон-Шмондон, – пробурчал отец. – Одна грязь да смог.

Это тупик…

Но Алессандро был рад взять небольшой тайм-аут в этой патовой ситуации.

Вернувшись в Шотландию в следующий четверг, на пару дней раньше, чем предполагалось, Алессандро находился в приподнятом настроении. Он мог бы прилететь на вертолете, но вместо этого взял билет первого класса на скоростной поезд и успел неплохо поработать в пути. Мало кто начинал работать раньше половины девятого утра, когда Алессандро был уже в пути, поэтому к десяти часам, когда его телефон начал разрываться от звонков, он успел подписать два контракта и провести видеоконференцию с бизнес-партнерами с другого конца света.

К середине дня он уже прибыл на ближайшую к городу станцию и, повинуясь минутному порыву, отправился на внедорожнике, который оставил на парковке около вокзала, к школе, в которой работала Лора.

Она уже должна заканчивать. Она всегда задерживалась после уроков, чтобы проверить тетради и подготовить класс к завтрашнему дню.

За ужином с ее бабушкой и отцом Алессандро сказал, что ее работа кажется ему рутинной и страшно скучной. Ему доставили огромное удовольствие ее вспыхнувшие от гнева глаза и порозовевшие щеки. Казалось, даже ее волосы искрились от злости! Да, он нередко раздражал ее, но под этим таилось желание, глубокое, как океан. Никогда прежде ни одна женщи на так долго не занимала его мысли, учитывая тот факт, что эта женщина еще даже не побывала в его постели. Она стала для него сладостным наваждением, и он не мог дождаться того дня, когда рухнет ее защита.

Школа находилась на краю деревни. Выйдя из машины, он увидел старенький автомобиль Лоры, аккуратно припаркованный на стоянке для персонала. Была еще только середина дня, но солнечный свет уже быстро исчезал с опустевшей детской площадки.

Это была самая маленькая школа, какую он когда-либо видел. Он постучал в дверь, и ему открыла тонкогубая женщина средних лет, которой он объяснил, что ищет Лору Рид.

– Мы все здесь знаем, кто вы, – улыбнулась женщина. – Вы сын Роберто. Одна знакомая Эдит рассказала, что вы приехали. Вы, наверное, очень волновались, когда с отцом случился удар, но он быстро идет на поправку.

Они шли по лабиринту коридоров, внутри школа была гораздо больше, чем показалась ему снаружи. Он увидел Лору раньше, чем она заметила его присутствие. Она сидела за своим рабочим столом, склонившись над стопкой тетрадок и задумчиво покусывая кончик карандаша.

– Спасибо, я подожду здесь, – сказал он сопровождавшей его женщине и вынул мобильный телефон из кармана.

Он стоял в стороне и сквозь небольшое окошко в двери наблюдал, как Лора роется в сумочке в поисках звонившего телефона. Она взяла трубку на четвертом гудке.

– Сразу хочу заметить, – сказал он, слегка растягивая слова, – что грызть карандаши вредно для здоровья.

Алессандро увидел, как вспыхнуло ее лицо, когда она узнала голос звонившего. Он знал, он чувствовал, что одной рукой она его отталкивает, а другой готова притянуть его к себе как можно ближе. Он чувствовал за собой пусть маленькую, но победу. Алессандро толкнул входную дверь, и она привстала, все еще держа телефон в руке.

– Что ты здесь делаешь?

По решительному выражению ее лица Алессандро понял, что она приложит все усилия, чтобы держать его на максимальном расстоянии. Но чем сильнее она отталкивала его, тем сильнее он ее желал.

– Я приехал чуть раньше. Значит, здесь ты и работаешь? – Он осмотрелся вокруг и подошел к стенду с фотографиями, рисунками и школьными эссе.

– Да, – сухо ответила Лора.

– Мило. И очень уютно.

Он повернулся, чтобы посмотреть на Лору. Она бы убежала на самую высокую гору, если бы догадывалась, что Алессандро собирается доказать ей, что она не права. Они оба уже не могут сопротивляться тому, что происходит между ними.

– Почему ты решил вернуться так рано?

– Я хотел кое-что обсудить с тобой наедине, поэтому я решил проверить, не здесь ли ты. Может, ты сделаешь перерыв и выпьешь со мной кофе? Найдется же поблизости какое-нибудь кафе?

– Я еще не доделала работу.

– Возьми тетради с собой. Я помогу тебе их проверить, а когда закончим, можем что-нибудь перекусить и обсудить пару моих мыслей.

– Это глупо! – взволнованно пробормотала она и оглянулась через плечо Алессандро на Эвелин, заместителя директора, которая с любопытством заглядывала в дверь. – Э-э-э… Просто…

– Мы уже познакомились. Это я его к тебе проводила.

Алессандро улыбнулся женщине, проводившей его к Лоре, и Эвелин покраснела, как подросток.

– Возможно, – растягивая слова, проговорил он, – вы могли бы убедить эту упрямицу пойти со мной и выпить кофе… или чего-нибудь покрепче.

Лора не придала значения их шутливому разговору, но, как только они остались наедине в его машине, Лора гневно к нему повернулась.

– Ну спасибо, Алессандро! – прошипела она.

– Всегда пожалуйста. Когда в следующий раз захочешь сделать перерыв в монотонной работе – только позвони.

– Я не об этом!

– Нет? Тогда тебе стоит изъясняться чуть понятнее. Я не могу ориентироваться только на твое настроение. Где тут кофейня или какой-нибудь паб? Я помню, что городок, который находится чуть дальше, немного более оживленный, чем наш, в плане питейных заведений. – Он завел двигатель и начал выруливать со стоянки.

– Ты здесь нечастый гость, поэтому не знаешь, как быстро распространяются сплетни!

– Тебе не скучно?

– О чем ты?

– Сидишь в классе и проверяешь тетради в деревне с населением двадцать человек.

– Мы что, опять возвращаемся к разговору о том, что это болото и глухомань?

– Тебя не стесняет жизнь в одном доме с бабушкой?

– С чего бы?

– Ты жила в Лондоне одна, свободно распоряжаясь своим временем. Возможно, это подходило тебе, пока чувствовала, что Эдит необходимо твое присутствие. Но судя по тому, что я видел, она в прекрасной форме…

– Ты вломился в мой класс, а теперь спокойно спрашиваешь, нравится мне жить с бабушкой или нет? – возмутилась Лора.

– Значит, нет… Что это за паб? Нормальный?

Лора посмотрела на него. До чего же самоуверенный тип! Когда они с бабушкой пришли на ужин в дом Роберто, она физически ощущала на себе его взгляд. Он заставлял ее мямлить, заикаться и краснеть, словно она опять была неуклюжим подростком.

– Нормальный. Давай вернемся к Эвелин…

– Эвелин?

– Заместитель директора.

– Я ее никогда прежде не встречал, но, если ты хочешь, давай вернемся к ней. – Он заглушил двигатель и повернулся к Лоре.

– Она привела тебя ко мне в класс.

– А-а-а, эта леди… Не слишком улыбчивая, по правде говоря. Напомни, почему мы о ней говорим?

Электрическое освещение отражалось от волос Лоры, собранных в хвост. Она зябко куталась в бесформенную черную куртку, но это, как ни странно, не делало ее менее привлекательной.

– Она захочет узнать, кто ты.

– Она уже знает. Ей рассказала какая-то женщина, работавшая с твоей бабушкой. Кажется, я уже стал местной легендой.

– Господи, что она могла подумать! – застонала Лора.

– Ну, этого никто не знает, – негромко рассуждал Алессандро. Он терпеть не мог сплетни, но должен был признать, что эта ситуация доставляет ему удовольствие. – Хотя иногда можно предположить. Ты, например, наверняка знаешь, о чем я думаю, а я догадываюсь, о чем думаешь ты.

– Я не хочу этого слышать! – Лора посмотрела на него и поняла, что не в силах отвести взгляд.

Лора осознала, что уже несколько дней не может выбросить его образ из головы. Она заставила себя подумать о Колине и напомнить себе, что ни к чему хорошему это не приведет. Не может она снова вляпаться в ту же ситуацию! Может быть, Алессандро более прямолинеен, его даже можно назвать по-своему честным, но, по сути, они с Колином сделаны из одного теста.

На самом деле Алессандро был более опасным вариантом. Вероятно, именно поэтому она никак не могла избавиться от мыслей о нем. Она выбросила Колина из головы куда проще и быстрее, чем Алессандро, – сейчас он безраздельно царил в ее мыслях.

– Хочешь узнать, о чем я думаю?

– Нет!

– Я так не думаю. Но ты всеми силами пытаешься убежать от того, что происходит между нами.

– Между нами ничего нет!

Лора была на грани истерики и прекрасно осознавала, что голос ее выдал. Никто не может ее принудить к чему бы то ни было, она твердо знала это. Она не собиралась позволить своим эмоциям и инстинктам взять над собой верх. Она заметно повзрослела после переезда из Лондона и теперь будет делать свой выбор, руководствуясь доводами разума! Тогда почему она чувствует себя столь неловко под его самодовольным, уверенным взглядом?

– Ничего, кроме сексуального притяжения. Твой образ постоянно всплывает в моей памяти, когда я стараюсь сфокусироваться на работе. И это очень плохо.

– Я в этом не виновата! – буркнула Лора, стараясь скрыть, какое удовольствие ей доставило его признание.

– Ну, и я тоже.

– Между нами ничего нет, – повторила она, – и я не хочу, чтобы вся деревня сплетничала о том, чего на самом деле нет!

– Понимаю…

– Вот именно!

Для самого Алессандро не было ничего хуже необоснованных слухов. У него уже был неудачный опыт в этой области: женщины выбалтывали репортерам подробности его личной жизни, и это тут же становилось статейкой в желтой прессе про очередного миллионера. Женщины в интервью сильно преувеличивали глубину их отношений с Алессандро и потом на личном опыте убеждались, каким он может быть безжалостным и равнодушным к слезам.

Он никогда не демонстрировал своих истинных чувств. Да, отец заботился о нем, но на почтительном расстоянии, и эта дистанция породила в нем эмоциональный вакуум, который он даже не стремился преодолеть. Алессандро никогда не стремился к личному счастью. Он довольствовался тем, что знал: миром власти и больших денег, миром бизнеса, сделок и махинаций.

А вот слухи в деревне…

Он решил, что это будет исключением из правил. Дело того стоило.

– По-моему, это не имеет никакого значения. Тем более что слухи-то необоснованные.

– Дело не в этом.

– Просто не обращай внимания на то, что подумают люди о том, чего даже не существует.

– Я не могу! Потому что мне не все равно, что обо мне подумают.

– Почему? – искренне недоумевал он.

– А тебя это почему не волнует?

– В смысле?

– Это ненормально, что тебя совершенно не волнует чужое мнение! Ладно, я понимаю: тебе все равно, если о тебе судачит совершенно незнакомый человек. То есть если молочник пялится на твой коридор, потому что ему не нравятся обои в твоем доме, – это одно. Но неужели тебе совсем нет дела до того, что люди думают о том, чем ты занимаешься? Для тебя важно хоть чье-нибудь мнение?

– Может, продолжим эту увлекательную беседу за бокалом вина?

Он потянулся, чтобы открыть дверь с ее стороны, и случайно задел рукой ее грудь. Алессандро заметил, как она едва заметно вздрогнула, и слегка улыбнулся, хотя все еще проигрывал в голове вопрос, который она задала. Что его на самом деле волновало, кроме изнурительной работы? Раздраженный этим внезапными приступом самоанализа, он быстро вышел из машины.

Лора выглядела напряженной и даже испуганной. Внезапно ему расхотелось ее поддразнивать. Черт, ее действительно волновала репутация после того, как их увидят вместе. Они ничего предосудительного не делали, и все равно это ее беспокоило.

Алессандро прокручивал в голове одну мысль, но не знал, стоит ли ее озвучивать Лоре. Если уж жителям всей деревни больше нечем заняться, кроме как посудачить о несуществующих отношениях, может, стоит им подкинуть реальный повод?

– Ты ведь не пытаешься сбежать от неловкого разговора, правда, Алессандро? – Лора быстро догнала его.

– Никогда в жизни ни от чего не убегал. – Он открыл дверь паба и пропустил Лору внутрь. – И уж тем более от злых языков. Но если ты хочешь, я готов держать разумную дистанцию. Что будешь пить?

Паб был практически пуст, и Лора вздохнула с облегчением. Хотя, возможно, Алессандро прав? Почему ее должно волновать чье-то мнение? Она так переживала из-за разрыва с Колином, что бросила работу, не подумав о последствиях. Она могла просто взять неоплачиваемый отпуск, потому что бабушка нуждалась в ней, а потом вернуться на работу, не переживая о том, что может нос к носу столкнуться с ублюдком Колином. Она могла плюнуть на коллег, которые, возможно, подозревали об их отношениях с Колином, потому что они не были ее близкими друзьями.

Она могла остаться жить в Лондоне, потому что… Ей нравилось здесь, в Шотландии, но временами Лоре казалось, что она застыла на месте и совершенно не двигается вперед. Она могла бы точно так же бросить свою работу и пойти преподавать, но в Лондоне.

Нет, она не будет гадать, что было бы, если бы…

– Чашку чаю.

– Чаю? Уже почти пятнадцать минут шестого. Можем взять по бокалу вина. Обещаю, я никому не скажу.

Лора нервно улыбнулась, и, прежде чем она успела отказаться, Алессандро направился к барной стойке. Молодая официантка бросила все свои дела и поспешила принять у него заказ.

Каким прохладным и отчужденным он был с отцом и каким обходительным и очаровательным тогда, когда ему это было выгодно! Бедная девушка едва могла справиться с бутылкой, почти расплескав вино мимо бокалов.

– Итак, есть веская причина, по которой я приехал раньше и нанес тебе неожиданный визит. – Он отодвинул свой стул подальше от Лоры и вытянул ноги. Он выглядел оживленным и деловым, и при этом держал приличную дистанцию. Можно подумать, она была на официальном собеседовании. Лора нервно поерзала на своем стуле: она уже стала как-то привыкать к легкому флирту. – Помимо той, что мне было интересно узнать, где ты работаешь, – улыбнулся он. – Но начнем с Эдит…

– Ты собираешься сказать мне, что она охотится за миллионами твоего отца? – мгновенно ощетинилась Лора.

– Вообще-то мне очень понравилась твоя бабушка, – серьезно сказал он. – Сам не знаю, чего я ожидал, но она… мне кажется, подходит отцу.

– А какой, ты думал, она окажется?

– Наверное, более зависимой и послушной. Буду честен: отец не очень простой человек. Никогда не думал, что ему может понравиться такая прямолинейная женщина.

– А какой была твоя мама?

– Этого я как раз и не знаю. Мы никогда не говорили с отцом о ней, и с тобой я эту тему тоже не собираюсь обсуждать.

Он пытался расспрашивать отца о своей матери, но наткнулся на глухую стену. Он перестал предпринимать новые попытки уже очень и очень давно.

Лора вспыхнула. Его голос стал ледяным. Значит, разговор с сексуальным подтекстом вести можно, а серьезный – нет. Что бы он ни делал, он делал это на своих условиях. Не то чтобы это было так уж важно. В конце концов, они не собирались узнавать друг друга получше.

– Бабушка держит его в узде, – улыбнулась Лора. – Они подходят друг другу. Ей нравится суетиться, а он любит, чтобы суетились над ним. Она говорит, что и как он должен делать, и Роберто рядом с ней послушен, как ягненок.

– Не могу поверить, что мы говорим об одном и том же человеке. В любом случае я сейчас о другом… Возможно, я был не прав, когда решил, что переезд отца в Лондон – единственно правильное решение. – Алессандро потягивал вино и смотрел на нее поверх бокала. – Я не думал, что жизнь, которую он здесь ведет, такая… Ну, по правде говоря, я вообще не думал, что у него здесь есть какая-то жизнь. Кажется, я был не прав, и я достаточно взрослый, чтобы признать это.

Лора не смогла удержаться и закатила глаза. Алессандро нахмурился.

– Ой, да ладно! – Она рассмеялась над его ошеломленным выражением лица. – Неужели никто и никогда не закатывал глаза или прищелкивал языком в ответ на твои слова?

– Я только что признал, что, возможно, был не прав. Так почему ты закатываешь глаза?

– Ты достаточно взрослый, чтобы признать это? А каким был второй вариант? Ты бы продолжил притворяться, что Роберто – просто одинокий старик, и перетащил бы его в Лондон, так и не признав, что мог ошибаться? Мы все иногда ошибаемся.

Алессандро равнодушно смотрел на нее, и Лора поняла, что это к нему не относится. В его мире все работало по-другому. Недооценка ситуации может привести к серьезным последствиям. Сделки, деньги, бизнес… эти вещи находились в миллионах миль от чувств и эмоций.

– Хорошо, – протянула она, – ты признал это. Что дальше?

– Ему по-прежнему нужно переехать из этого огромного особняка. Меня всегда удивляло, почему он вообще его купил. Я готов признать: если отец останется здесь, так будет лучше. Нужно подыскать для него более компактный, более удобный дом…

– А с отцом ты не хочешь это обсудить?

– Я просто делаю прикидки. Так… теперь давай обсудим выходные.

– Я с тобой никуда не пойду. – Она не могла позволить себе поддаться сексуальному притяжению. Она ощетинилась при одной только мысли, что он пытается диктовать ей, как проводить свободное время. Лора попыталась вызвать в памяти образ Колина, но все, что она могла видеть, – это темные глаза Алессандро, пристальный взгляд которых пробуждал в ней непрошеные чувства. – Я признаю, что между нами есть какое-то притяжение. Я не собираюсь это отрицать, но это не означает, что мы должны ему поддаваться. Кроме того, мне неприятно думать, что ты считаешь, будто можешь просто взять то, что тебе хочется.

Алессандро склонил голову набок и ничего не сказал. Лора посмотрела на свой бокал и поняла, что он уже опустел. Когда она успела все выпить?

– Значит, ты считаешь себя практически святым только потому, что был достаточно любезен, чтобы предупредить женщин, что не собираешься встречаться с ними дольше пары дней?

– Хм… Пара дней? Это даже для меня чересчур быстро.

– Я не одна из этих женщин! – проигнорировала его замечание Лора.

– А я так никогда и не думал.

– Потому что я не модель шести футов ростом? – с горечью спросила она.

– Потому что я никогда не встречал такого сопротивления ни от одной женщины.

– Возможно. Но это все равно не значит, что я проведу с тобой выходные! – Она упрямо вздернула подбородок.

– Я считаю, что ты держишь свои чувства под замком безо всякой на то причины.

– А я не согласна!

– Я не пытался подстроить удобное время, чтобы покуситься на твою девичью честь, однако… – Он посмотрел куда-то вдаль, словно погрузившись в какие-то приятные мысли, а потом печально покачал головой. – Вообще-то я хотел сказать, что выходные – удачное время, чтобы подготовить некоторые вещи отца к переезду, если он согласится, конечно.

– Ой…

– Разочарована?

Лоре хотелось провалиться сквозь землю! Вот почему он сидел и ухмылялся!

– Вздохнула с облегчением!

– Хорошо! Вечером я поговорю с отцом, и – кто знает? – возможно, мы что-то отсортируем до того, как я уеду.

А после этого его жизнь вернется в привычное русло в пределах зоны комфорта в Лондоне.

Или…

Он задумчиво смотрел на раскрасневшуюся Лору.

Или нет.

Глава 6

– Дом поменьше? А какой смысл? Я не собираюсь жить в кроличьей норе!

Алессандро продолжал молчать. Он расслабленно сидел в кресле напротив отца. Лишь неподвижность его позы выдавала внутреннее напряжение: он знал, что разговор с Роберто будет непростым. Но на этот раз у него было явное преимущество. Лора и ее бабушка настояли на том, чтобы присутствовать при разговоре в качестве моральной поддержки, хотя Алессандро считал, что в этом нет необходимости.

– Он может упереться, как старый упрямый осел, – сказала Эдит, услышав о предложении Алессандро и дав ему зеленый свет. Он считал, что ему не нужно ничье разрешение, но Эдит – не та женщина, с которой стоит спорить. – Взбесится и откажется двигаться с места. Но со мной это не пройдет, я тоже могу быть упрямой!

Алессандро лишь пожал плечами в ответ. Поздно вечером они подъехали к усадьбе, как воины, готовые принять решающий бой.

– Вот только не говори мне, – Роберто погрозил Эдит своим узловатым пальцем, – что ты согласна с этим мальчишкой!

– Убери-ка ты свой палец, – резким голосом сказала Эдит. – Твой сын прав, и ты прекрасно знаешь это. Кто говорил мне еще несколько месяцев назад, что путь из спальни до кухни – чертова каторга? Между прочим, я цитирую одного упрямого осла, что сидит неподалеку!

Алессандро искоса взглянул на Лору, поймал ее взгляд и смотрел, пока она не отвернулась. Уже почти шесть тридцать. Еще одно неаппетитное блюдо, приготовленное Фреей, булькало в духовке, и Алессандро решил открыть бутылку охлажденного вина, которое станет отличным сопровождением к битве с отцом.

Он уже знал, каким будет результат. С ним отец мог спорить сколько угодно, но осаду против Эдит он не выдержит. Эта женщина могла бы построить карьеру надсмотрщицы в тюрьме строгого режима!

В данный момент она напоминала Роберто обо всех разговорах, в которых он жаловался на размеры дома. Разговоров этих было много, особенно в последние месяцы, а память у Эдит была отменной.

– Ты просто ведьма, женщина! Старая карга!

– А как же твой сад? Слишком большой, да? Целых десять акров! Тебе нужен автомобиль, чтобы полностью его объехать! Держу пари, в лавандовом поле ты не был с прошлого года. А кто говорил мне, что дела в теплице идут не слишком хорошо? Ты не позволяешь ни одному садовнику трогать свои растения, но сам уже не справляешься, просто признай это!

Алессандро с удивлением смотрел на хмурого отца: вид у него был несколько затравленный. Он никогда не видел, чтобы отец кого-то слушался, он всегда сам был командиром. Это совсем не тот человек, который сидел сейчас в кресле напротив него и сердито смотрел на Эдит.

– Ты чертова ведьма, Эдит! – Он хитро посмотрел на нее. – Нет ли у тебя скрытого мотива? Я слыхал, что дом по соседству с твоим скоро продается. Ты знаешь, о ком я… Этот простофиля из Эдинбурга продает наследство старика Сондерса. Хочешь прибрать меня к рукам?

– И ты еще жалуешься?

– Прошу меня извинить, – Алессандро встал и потянулся, – я схожу за вином. Лора, – он вопросительно посмотрел в ее сторону, – ты не составишь мне компанию? Посмотришь, что за очередной деликатес нам приготовила Фрея. Ужин стоит в духовке четыре часа. Что бы это ни было, по консистенции его вряд ли отличишь от детского пюре.

– Не думай, что выиграл этот раунд, мальчик! – Роберто стукнул тростью по паркету и сурово посмотрел на сына. – Ты не заставишь меня делать то, чего я не хочу. – Он перевел взгляд на Эдит. – Хитростью вы этого тоже не добьетесь.

Алессандро пожал плечами и пошел на кухню, Лора последовала за ним. На протяжении всего разговора Лора сидела в своем кресле, все ее внимание было приковано к Роберто, и все же она всем телом ощущала присутствие его сына.

– Я думаю, – протянул он, как только они вошли в кухню, – решение нам уже известно. Может, стоит оставить твою бабушку с отцом, чтобы закрепить результаты сделки, прежде чем мы принесем вино? Поверить не могу, что она взяла над отцом верх! Уму непостижимо! – Он налил им обоим по бокалу шабли.

Лора подошла к духовке, переставила кастрюлю с варевом Фреи на стол и поморщилась. Она делала все возможное, чтобы избежать визуального контакта. Даже когда Лора брала бокал с вином из его рук, она опустила свои изумрудно-зеленые глаза. Она присела на стул и сделала глоток вина.

– Если твой отец переедет в Лондон, сердце бабушки будет разбито. Я хочу сказать, я знаю, что Роберто, скорее всего, любит это место, но в глубине души он знает, что дом слишком велик для него. Если хочешь, я узнаю, действительно ли тот коттедж, о котором говорил Роберто, продается. – Лора бросила быстрый взгляд на Алессандро, который стоял напротив нее, облокотившись на кухонный стол.

– Не нужно.

– Почему?

– Если ты назовешь мне имя владельца, я все выясню сам.

– Нынешние владельцы даже не живут в коттедже. Мне кажется, они брат и сестра. Я говорила с ними на похоронах Джима. – Она поморщилась. – Они не могли дождаться, чтобы поскорее уйти. С тех пор они приезжали всего пару раз, но лишь для того, чтобы убедиться в том, что с домом все в порядке. Уверена, они не собираются переезжать сюда.

– Мне просто нужны имена. Как зовут парня? – Он достал мобильный телефон и вбил имя, названное Лорой.

– Ну и что ты будешь делать?

– Я с ним свяжусь.

– А если он не захочет продавать дом?

– Захочет. Я сделаю ему такое предложение, от которого он не сможет отказаться. Если дать отцу еще один аргумент в пользу того, чтобы остаться, то год спустя я буду стоять ровно на этом же месте.

– А такому не бывать, правда? – ехидно спросила она. – Снова вытаскивать себя из суеты городской жизни, чтобы опять ездить в эту глушь?

Алессандро медленно улыбнулся, внимательно глядя на Лору. И ему нравилось то, что он видел: обтягивающие джинсы, клетчатая рубашка, выглядывающая из-под красного джемпера. Лора была далека от высокой моды, но ему это странным образом импонировало. Ему нравилась мраморная кожа Лоры с россыпью веснушек, внимательный и смелый взгляд ее пронзительно-зеленых глаз, полное отсутствие макияжа. Рыжие локоны сегодня были заплетены в причудливую косу.

Она не была одной из тех прагматичных моделей, которые заранее знали все условия, прежде чем прыгнуть в его постель. Он прекрасно знал, что ее сердце было разбито, но спустя полтора года оно уже должно было зажить, и ее нежному сердечку требовалась небольшая встряска.

Насколько сложную задачу ему предстоит выполнить, чтобы добиться Лоры? Они живут в противоположных концах страны, и в глубине души он был уверен, что Лора не станет связываться с мужчиной, который, как она считает, ей не подходит. И наоборот. Она может внести приятное разнообразие в вереницу анорексичных моделей, но они с Лорой все равно были словно с разных планет.

Плюс в том, что роман с Лорой сделает его визиты к отцу куда более приятными и даже долгожданными. Конечно, ее отказ будет более безопасным вариантом, потому что Лора не принимает его обычные правила игры, но Алессандро не привык, чтобы ему отказывали. Она была почти согласна, он чувствовал это.

– Возможно, я просто рассматривал свои визиты в Шотландию не под тем углом. Мои визиты к отцу вполне могут стать более продолжительными…

– Да неужели?

Сердце Лоры предательски екнуло, но она подавила в себе вспышку надежды на что-то серьезное между ней и Алессандро.

– У него здесь друзья, жизнь вошла в привычное русло, – размышлял Алессандро. – Думаю, тут ему хорошо. Он даже пошутил пару раз, а я всегда считал, что у него в принципе нет чувства юмора. И я своими глазами увидел, что он вовсе не настолько непримирим, как мне казалось. Твоя бабушка знает, как на него повлиять, и он ее слушает. Не нужно быть гением, чтобы понять, кто главный в этой паре.

– Роберто лает, но не кусает.

– Я бы не стал этого утверждать… – Лора с любопытством посмотрела на него, и Алессандро поднял брови. – У него острые зубы, уж поверь мне. Но, – он пожал плечами и слегка улыбнулся, – я надолго не покидаю Лондон. Я готов узнать, что может мне предложить Шотландия.

– Почему? Ты не любишь отдыхать?

Лора никак не могла понять, почему такой богатый человек, как Алессандро, не хочет взять небольшой тайм-аут? Он может позволить себе отдых в любой точке планеты!

– В каком смысле?

– Ты сказал, что не уезжаешь надолго из Лондона. Почему? Ты же много работаешь, неужели совсем не устаешь? Твой отец говорит, что ты никогда не останавливаешься, о твоих сделках постоянно пишут газеты. Тебе не кажется, что все это как-то слишком?

– А откуда отец знает о моих сделках? – вкрадчиво спросил Алессандро.

– Потому что у него полный альбом с вырезками из газетных статей о тебе.

Внезапная тишина наполнила кухню. Алессандро покружил вино в бокале. Альбом? С каких пор?

– Я не езжу в отпуск, потому что у меня нет времени, – прямо сказал он.

Алессандро подумал о домах, которыми владеет: на берегу Карибского моря, в Париже и Тоскане. Во время деловых поездок он предпочитал останавливаться в своих квартирах и домах, а не в отелях. А в остальное время порядок в них поддерживали наемные работники, и апартаменты всегда были готовы принять его, когда только ему вздумается.

Он снова перевел разговор на насущную тему, отгоняя прочь мысли о домах, которые были хорошей инвестицией, но которыми он никогда не наслаждался. Он думал о своей чересчур насыщенной жизни, которая не позволяет ему сидеть сложа руки и просто отдыхать.

– Именно поэтому я смогу приезжать сюда немного чаще, чем раньше. – Он встал и налил себе и Лоре еще немного вина. – Было бы неплохо, если кто-нибудь показал бы мне окрестности…

– Показал окрестности?

– Я знаю только дом отца и то, что располагается в радиусе трех миль от него. Даже когда я приезжал сюда из школы-интерната, не удосуживался изучить здешние места.

Лора не поспевала за его мыслями. Она задрожала от волнения. Алессандро был так близко, что у нее пересохло во рту.

– Тут есть на что посмотреть, – выдавила она. – Может, вернемся в гостиную? – Лора встала из-за стола, стараясь не соприкоснуться ненароком с Алессандро. – Роберто привык питаться ровно по часам. Скоро придет бабушка, чтобы поколдовать над ужином.

– Может, она превратит это варево во что-то съедобное? – Алессандро не делал попыток приблизиться к ней. Он знал, что рано или поздно они вернутся к прерванному разговору. – Правда, для этого понадобится опытный колдун.

Было уже почти десять часов, когда Алессандро привез Лору и Эдит домой. Беседа наконец-то получилась конструктивной, по крайней мере в той части, где речь шла о сокращении жилого пространства. Роберто капитулировал. Теперь нужно договориться насчет покупки дома старого Сондерса, и Алессандро твердо знал, что решит вопрос в свою пользу, чего бы это ни стоило. Деньги открывают очень многие двери.

– Итак, – протянул Алессандро, когда Эдит попрощалась и отправилась спать, – ты не ответила на мой вопрос. – Он прислонился к косяку входной двери и посмотрел на Лору.

– Какой вопрос?

– Я собираюсь быть здесь в следующие шесть уик-эндов как минимум. Ты будешь моим гидом?

Лора обернулась и посмотрела на лестницу, ведущую на второй этаж. Ее бабушка отправилась наверх с чашкой горячего шоколада, но не сказала, собирается ли еще спускаться. Лора не хотела вызывать любопытство Эдит. Потому что здесь вовсе не было ничего интересного!

И все же…

– Тебе не нужен гид, Алессандро, – ответила она, ненавидя себя за минутную слабость. – У тебя есть машина, так что ты можешь поездить и полюбоваться достопримечательностями…

– Но это будет не слишком весело, правда? – вкрадчиво спросил он. Их взгляды встретились, и краска начала медленно заливать лицо Лоры. – Чего ты так боишься?

Алессандро видел, как маленькая жилка пульсирует на шее Лоры – верный признак того, что ее спокойный голос совершенно не соответствует тому, что происходит внутри ее. Он чувствовал, что с ней творится…

– Ничего я не боюсь!

– Ты смотришь на лестницу. Ты думаешь, твоя бабушка прижимается ухом к полу в своей спальне, чтобы подслушать наш разговор?

– Разумеется, нет, – передернула плечами Лора. Хотя кто знает, что придет в голову бабушке?

– Меня влечет к тебе, – сказал Алессандро, но не придвинулся ни на дюйм. – И тебя ко мне влечет…

Лора открыла рот, чтобы возразить, но остановилась: глупо отрицать очевидное.

– Это ничего не значит. – Она бросила быстрый взгляд на его серьезное лицо. – Глупо предпринимать попытки в этом направлении, – она старалась говорить пренебрежительно, но ее голос был похож скорее на мышиный писк. – Жизнь состоит из цепочки решений, – продолжила она, откашлявшись. – В Лондоне я выбрала не того парня, но я не собираюсь повторять свою ошибку.

– Ты ляжешь в постель только с тем мужчиной, который пообещает надеть кольцо на твой палец? А что, если этого никогда не произойдет?

– Значит, состарюсь в одиночестве.

Алессандро промолчал. Еще ни одна женщина ему не отказывала, и строптивость Лоры разожгла в нем такой огонь, что он счел делом чести добиться своего.

– Нужно упаковать отцовские пожитки.

– Что?

Что это было? Лора чувствовала себя уязвленной. Ее тело все еще пульсировало, словно он только что прикасался к ней. Что плохого в осторожности? И каким образом ему удалось заставить ее почувствовать себя безумно скучной?

– Я хочу, чтобы подготовка к переезду началась уже утром. – Алессандро выпрямился и открыл входную дверь, впуская в дом морозный воздух. – Мне придется самому взглянуть на коттедж, прежде чем принять окончательное решение. Надеюсь, я не встречу там полную разруху и зияющие дыры.

– Конечно.

Лора все еще находилась в смятении от его признания. Казалось, для него сексуальное влечение было самой естественной вещью на свете.

– Как только вопрос решится, я отдам распоряжение переделать дом в соответствии со строгими стандартами моего отца. Полагаю, ты лучше меня знаешь, что перевезти в новый дом, а что можно оставить.

– Тебе не кажется, что колесо завертелось слишком быстро?

– Я не люблю отсрочивать неизбежное. А пока я останусь здесь, чтобы убедиться, что нет никаких заминок. – Он замолчал и посмотрел на Лору. Ему хотелось провести пальцами по ее щеке, взять ее лицо в ладони и прижать к себе так, чтобы она могла почувствовать, что делает с его телом и разумом. – Ты сможешь взять пару дней отгулов, чтобы помочь упаковать вещи? Я не знаю и знать не хочу, где отец держит свое барахло. Мне нужно будет работать, пока я здесь…

– Не могу я просто так взять отгул! Я нужна в школе.

– А мне ты нужна здесь. – То, как он сказал это, томно-лениво, подразумевало совсем не помощь в переезде. – Я не могу позволить посторонним людям копаться в вещах моего отца, а у него самого просто не хватит на это сил.

– Может, сначала убедишься, свободен ли дом? – поинтересовалась Лора.

– Он будет свободен, если я того захочу. Когда ты дашь мне знать о своих отгулах?

– Ладно, я поговорю с Эвелин, посмотрим, что она скажет. Но я не могу ничего тебе обещать.

– Если хочешь, я сам с ней поговорю. Уверен, она сможет освободить тебя от твоих обязанностей на несколько дней.

– Несколько дней?

– Кто знает? – Алессандро беспечно пожал плечами. – Я понятия не имею, каким количеством вещей владеет отец и что из этого нужно упаковать: может, одна коробка, а может, целый фургон.

Лора подумала, что, если он сам поговорит с Эвелин, та с радостью отпустит ее до конца семестра. Этот мужчина был слишком очаровательным, слишком убедительным, черт бы его побрал! Он был олицетворением опасности, но вместо того, чтобы отступить, Лора стояла на месте, как приклеенная.

Ей льстило, что он считал ее привлекательной…

Лоре казалось, что он способен превратить ее жизнь в нечто экзотическое, невыносимо заманчивое… Интересно, как долго она будет прятаться в деревне в компании бабушки? Стоит ли ее добровольное заточение того, что она, возможно, упускает?

Лора сбежала из Лондона в спокойную тихую Шотландию. Бабушкино временное недомогание отвлекало ее от жалости к себе, а потом она загрузила себя работой в школе. Она сказала себе, что лучше вести тихую, непримечательную жизнь, чем ту, которая принесла ей столько боли. Она больше никому не позволит причинить себе боль.

Но разве это жизнь?

Расспросы Алессандро заставили ее о многом задуматься. В первую очередь переезд в Лондон стал для нее огромным приключением, а когда раскрылась правда о Колине, Лора повиновалась первому инстинкту: сбежать в безопасное место и спрятаться.

Кто-то другой мог бы воспринять сложившуюся ситуацию как препятствие, которое нужно просто обойти. Ей было всего двадцать шесть лет, и, как показала жизнь, ее опыт в любовных делах был не слишком богатым. Другая женщина на ее месте просто сделала бы выводы и понадеялась, что следующий роман будет более удачным.

А она просто отступила и теперь спрашивала себя: не пора ли заканчивать добровольное заточение? Может, это потеря родителей сделала ее такой боязливой в плане личных отношений? Неужели эти опасения будут преследовать ее всю жизнь? Алессандро заставил ее задуматься: а правильный ли выбор она сделала?

Что будет, если она примет брошенный ей вызов? Вулкан извергнется или мир перестанет вращаться? Конечно нет!

Но, возможно, она снова сможет жить, не отгораживаясь от мира стальной стеной, которая едва дает ей дышать. Она не должна позволять одному негативному опыту испортить ей всю жизнь.

И как ни странно, именно Алессандро может ей помочь. Он не обещал ей долгих серьезных отношений, в отличие от Колина, а она не собирается в него влюбляться.

– Ты так и будешь на меня смотреть, или мы продолжим разговор?

Лора моргнула и покраснела.

– Я возьму пару отгулов, но я и сама точно не знаю, где Роберто хранит свои вещи. Ну, я имею в виду те вещи, которыми он дорожит и которые не доверит грузчикам. Уверена, он захочет самостоятельно их упаковать. Он очень гордый, и ему не нравится посторонняя помощь.

– Ты знала, где найти альбом с вырезками. – Алессандро стиснул зубы и засунул руки в карманы. Казалось, самоконтроль на секунду покинул его. – Я полагаю, – сухо заметил он, – что остальное барахло в той же каморке. Все люди предсказуемы.

– Альбом не в каморке, – покачала головой Лора. – Он в прикроватной тумбочке. Я приходила, чтобы дать ему таблетки после операции, и альбом выпал оттуда. Сразу видно, что он часто его пересматривает.

Алессандро не хотел смягчать свое отношение к отцу, слишком много лет они провели в холодном отчуждении. Он знал, что Роберто Фальконе – человек жесткий, который, по всей видимости, никогда не хотел детей и хорошо умел хранить секреты. Алессандро помнил, что, будучи ребенком, часто спрашивал у отца про свою мать, но так и не добился от него ответов. В конце концов, их жизненные пути разошлись, и это устраивало обоих. И сейчас не время проявлять интерес к какому-то альбому с вырезками!

– А ты у нас добрая самаритянка, да? – мягко пробормотал он.

Теперь он снова чувствовал себя как рыба в воде. Он отдыхал, когда играл в обольщение, и сейчас окончательно расслабился, заметив нежный румянец на щеках Лоры.

Он протянул руку и осторожно убрал прядь волос от ее лица, а потом провел большим пальцем по ее щеке и спустился к губам. Да, именно так все и должно быть. Здесь и сейчас. Он решил положить конец всем этим глупым брачным играм. Он не готов разыгрывать драму в трех действиях «Почему ей не стоит с ним спать».

Лора позволила себе расслабиться и погрузилась в мир ощущений. Она прикрыла глаза и судорожно вздохнула. Лора, сама того не осознавая, вцепилась пальцами в его пальто, встала на цыпочки и притянула к себе Алессандро, требуя большего.

Лора почувствовала его прохладные губы на своих и задрожала. Она со всей страстью ответила на его поцелуй. У Лоры подогнулись колени, когда руки Алессандро проникли под ее джемпер и накрыли грудь. Ее соски мгновенно затвердели, и ей захотелось сорвать с себя кружевное белье, чтобы Алессандро прикоснулся к ее обнаженной груди.

Он прижал ее к стене, не прерывая поцелуя. Никогда прежде Лора не испытывала подобного. Ее с головой накрыла волна всепоглощающей страсти. Алессандро обхватил ее ягодицы и притянул к себе так, что она животом ощутила его эрекцию.

– Мне все равно, – прошептала она между поцелуями. – Я больше не хочу быть осторожной. Я хочу тебя. Ты был прав, я безумно тебя хочу…

Алессандро был настолько возбужден, что опасался, что может не сдержаться, тем более что шансов оказаться в ближайшее время в постели у них не было, потому что наверху спала Эдит. Он хотел взять ее медленно и неторопливо, не опасаясь, что ее бабушка может выйти из своей спальни в любой момент.

Это не должно было иметь для него значения, и все же это было важно. Впервые в жизни ему были важны чьи-то чувства, кроме своих собственных.

– Не здесь, – прохрипел он, с трудом оторвавшись от Лоры, руки его едва заметно подрагивали. – Поверь, я бы с удовольствием перекинул тебя через плечо и поднялся по лестнице до ближайшей кровати, но…

– Но наверху бабушка. Я знаю. – Она одернула джемпер и пригладила растрепанные волосы.

– Думай обо мне сегодня ночью, – прошептал он. – Когда мы займемся любовью, я не буду никуда торопиться. – Он провел пальцами по ее волосам. – Поверь мне, Лора, этого стоит подождать…

Глава 7

Примерно через неделю Алессандро внезапно обнаружил, что практически все свободное время проводит в компании отца, хотя и на вежливой дистанции.

Покупка дома, как он и предсказывал, прошла гладко. Это в очередной раз доказывало, что все на свете продается и покупается, потому что дети Сондерса, причитавшие о своих ностальгических чувствах к дому, тут же о них забыли, когда услышали конкретную сумму.

Строители были готовы приступить к отделочным работам, и отец хотел быть в курсе каждой детали. Алессандро не мог ни на чем сосредоточиться. Роберто Фальконе не станет никуда переезжать без своей огромной теплицы с растениями, цветами и овощами. Алессандро время от времени наведывался в город, но в основном работал из своего импровизированного офиса.

Лора каким-то образом вносила смуту в его упорядоченную жизнь, и он догадывался, что это потому, что они до сих пор не переспали. Он часто ее видел… Каждый день она приезжала, и они вместе обходили комнаты, решая, что взять в новый дом, а что оставить. И каждый вечер от малейшего случайного соприкосновения пальцев его кровь закипала в жилах. Эта затяжная прелюдия сводила его с ума. Тысячи раз он хотел утащить Лору в любой уголок дома и овладеть ею прямо там, но не делал этого из-за своего вездесущего отца.

Никогда еще он не застревал на этом этапе так долго ни с одной женщиной. И чем больше проходило времени, тем сильнее он ее хотел. Он никак не мог выбросить Лору из головы.

Алессандро оттолкнулся от своего рабочего стола, потянулся и встал. Он подошел к окну и посмотрел в сгущающиеся сумерки. Лора сегодня не придет. Родительское собрание, кажется. Алессандро не мог припомнить, чтобы его отца когда-нибудь интересовало что-то столь прозаичное, как родительское собрание. Он всегда был в командировках за границей. В школу раз за разом отправлялась няня.

Решив попытаться продолжить работу, он начал перебирать вещи в шкафу, стоявшем около стены. Он никогда прежде не замечал его, но, начав разбирать вещи в доме, понял, что в любом уголке можно что-то найти.

Алессандро услышал, как отец суетится на кухне, и вошел. Роберто был одет с иголочки, как будто в любой момент ему может нанести визит сама королева. В связи с переездом они перенесли вещи в столовую и стали ужинать на кухне. По крайней мере, в кухне молчание не казалось столь гнетущим.

Он глубоко вздохнул и посмотрел на пачку пожелтевших от времени конвертов в своей руке.

– Я тут кое-что нашел, – сказал Алессандро и бросил конверты на кухонный стол.

Роберто обернулся.

– Почему ты ничего мне не говорил? – спросил Алессандро.

– Не говорил о чем? – Отец поправил галстук и исподлобья посмотрел на него.

– Ты знаешь. Почему ты ничего не говорил о моем прошлом?

Полтора часа спустя Алессандро ехал в своей машине, чтобы увидеть Лору, но на этот раз им двигала вовсе не страсть. Они с отцом могли бы проговорить всю ночь, но они слишком привыкли к молчанию. Оба замолчали, когда почувствовали, что все сказанное нужно переварить.

Он заглушил двигатель и какое-то время просто сидел в темноте, прежде чем выйти из машины и подойти к входной двери. Он ожидал увидеть на пороге Эдит, но двери открыла не она. Увидев Алессандро на пороге, Лора широко распахнула глаза от удивления и посторонилась, чтобы пропустить его внутрь.

– Я только что вернулась с родительского собрания, – сказала она.

Алессандро снял пальто и размашистыми шагами подошел к окну гостиной.

– Где твоя бабушка?

– Она ужинает с друзьями в деревне, а что?

Лора старалась унять бешено стучащее сердце. Раз уж он приехал сюда, он больше не мог терпеть этой муки, как и она сама. Алессандро увидел пламя желания в ее глазах и медленно улыбнулся:

– Думала обо мне?

– С чего бы? – густо покраснела Лора.

Да, она приняла решение и больше не будет бороться с собой и со своими желаниями. Она не собиралась признаваться, что думала о нем. Лоре казалось, что она будет чувствовать себя неловко в компании Алессандро, но его полушутливый тон заставил ее расслабиться.

– Ты знаешь, я еще никогда, – он засунул пальцы за пояс ее юбки и медленно потянул вниз, – не проводил так много времени, – он прислонил ее спиной к стене, – в компании женщины, которую я хочу, – пальцы скользнули под кружевные трусики, – проявляя столь недюжинную выдержку.

Алессандро начал ласкать ее клитор, погружаясь в пучину ощущений и прогоняя прочь путаницу мыслей, царивших в его голове. Именно это ему сейчас было нужно. Именно здесь, именно сейчас.

– Я так долго этого хотел, – прошептал он ей на ухо. – Но я не хочу заниматься с тобой любовью прямо здесь, на пороге дома.

– Можем подняться в мою спальню…

– Я не хочу, чтобы твоя бабушка на нас наткнулась.

– Она обедает с друзьями, а потом они собираются в городскую ратушу, чтобы послушать лекцию об орхидеях. Вопросов будет много…

– Где твоя комната?

Он слегка отстранился, давая ей шанс отступить, но он не знал, что будет делать, если она пойдет на попятную. Алессандро был настолько возбужден, что едва мог думать. Лора переплела свои пальцы с его, и они быстро поднялись по лестнице.

Алессандро застал ее врасплох, и Лора даже не успела ничего сообразить, сердце ее бешено стучало. Неужели это она? Что же стало с ее мечтой встретить своего суженого? Что случилось с ее решением никогда больше не заводить отношения с парнем, если он не собирается стать ее мужем? Когда она принимала это решение, она еще не была знакома с Алессандро…

Когда дело касалось женщин, Алессандро Фальконе становился собственником. Он обольщал, соблазнял и побеждал, насыщая свой аппетит. Его не волновало ничто и никто, кроме самого себя. Ему было чуждо чувство семейственности, он не хотел создавать собственную семью в будущем, он не верил в любовь и обязательства. Алессандро был всем тем, чего она не принимала в мужчинах, и все же…

– Сними одежду, я хочу увидеть тебя обнаженной.

Тихий голосок в голове Лоры нашептывал ей об осторожности. Слегка поколебавшись, она начала выполнять просьбу Алессандро. Это был ее осознанный выбор: жить здесь и сейчас, наслаждаться этим мужчиной безо всяких условий и правил. Она прекрасно знала, во что ввязывается, и вступила в неизвестность с широко раскрытыми глазами.

Сейчас или никогда.

Желание наполняло ее, как смертельный вирус, и единственный способ избавиться от него – сделать то, что она собиралась: переспать с этим красивым, умным, высокомерным и совершенно неподходящим мужчиной.

Джемпер уже был на полу, и Лора расстегнула кружевной бюстгальтер. Она чувствовала на себе взгляд Алессандро, и это было безумно волнующим. У моделей, с которыми он встречался, почти не было груди, интересно, как он оценивает ее? Больше, чем он ожидал? Недостаточно маленькие и аккуратные?

Алессандро сделал шаг навстречу, и Лора упала в его объятия, прижавшись к нему своими разгоряченными грудями.

– У тебя потрясающая грудь, – прошептал он.

– Слишком большая.

– Самая красивая из всех, что я видел.

Алессандро легонько толкнул ее на кровать, и Лора приземлилась на подушки с тихим вздохом. В полумраке спальни он рассматривал ее тело. Его эрекция была почти болезненной, но он собрал все силы, чтобы не потерять над собой контроль.

Алессандро быстро снял с себя свитер и футболку. Он расстегнул пуговицу на джинсах и медленно расстегнул молнию. Он не хотел спешить, но уже готов был взорваться, как неопытный подросток, от одного только взгляда на ее сексуальную полуулыбку.

– Наслаждаешься стриптизом?

Лора поудобнее улеглась на кровати и слегка раздвинула ноги. Из горла Алессандро вырвался глухой стон.

– Никогда еще не видела стриптиз, – честно призналась она.

Она была настолько возбуждена, что едва могла говорить. Даже в тусклом свете она прекрасно видела его эрекцию. Лора сняла с себя трусики. Алессандро быстро сбросил с себя джинсы и боксеры и достал презерватив из бумажника, практически не отдавая себе в этом отчета. Он положил презерватив на прикроватную тумбочку и встал около кровати в полный рост.

Лора как зачарованная смотрела на него: широкоплечий, крепко сложенный мужчина, да и размер его достоинства впечатлял. Лора приподнялась и взяла его в рот, чувствуя, как Алессандро содрогнулся от наслаждения. Он выгнул спину и положил руку ей на затылок, призывая продолжать.

Он отодвинулся, когда больше не мог выносить эту сладостную муку, и застыл неподвижно, с трудом выравнивая дыхание. Он посмотрел на Лору сверху вниз.

– Ни одну женщину я не желал так сильно, как тебя.

Лора снова откинулась на подушки. Он медленно, не торопясь целовал ее, исследуя ее губы. Лора вздрогнула, когда он обхватил губами ее сосок и начал нежно посасывать его. Она тонула в ощущениях, никогда прежде Лора не испытывала ничего подобного.

Она полностью отпустила самоконтроль, зная, что, возможно, наслаждается Алессандро в первый и последний раз. Она понимала, что их отношения никуда не приведут и ничем не закончатся. Она чувствовала себя абсолютно раскрепощенной. Алессандро ласкал пальцами ее пульсирующий клитор, пока она не начала молить его остановиться.

Он наклонился и провел языком по ее животу, спускаясь все ниже. Ему нравилось, что она не была тощей, как модель. Ему нравились ее округлые бедра и аппетитная грудь. Алессандро вдохнул мускусный аромат ее возбужденной плоти и коснулся языком клитора. Лора инстинктивно подалась ему навстречу и запустила пальцы в его волосы. Она слышала собственные стоны словно издалека.

Он ласкал и дразнил ее, а Лора сходила с ума от желания. Единственное, чего она хотела, – чтобы он скорее оказался в ней. Она умоляла его остановиться и взять ее… прямо сейчас… Алессандро потянулся за презервативом и надел его дрожащими пальцами.

Он глубоко вошел в нее, и Лора обхватила его своими ногами. Он начал двигаться все быстрее и быстрее. Алессандро почувствовал, как Лора достигла оргазма: она задрожала всем телом и вскрикнула, вонзив ногти в его спину. Только тогда он позволил себе расслабиться. Алессандро крепко сжал ягодицы Лоры и достиг невероятного оргазма.

Отдавшись физическим ощущениям, Алессандро смог отодвинуть потрясший его разговор с отцом. Теперь, когда он лежал рядом с Лорой, он нахмурился, воспроизводя в памяти сегодняшний вечер.

Ему казалось, что стены комнаты давят на него. Алессандро встал с кровати и подошел к окну. Холодок пробежал по спине Лоры, и она села на кровати, натянув на себя одеяло. Они только что занимались любовью, а он не может и пяти секунд провести, лежа с ней в одной постели? Лора чувствовала себя опустошенной, но она не собиралась просить его больше, чем он мог дать.

Лора понятия не имела, что сказать в такой ситуации. Она чувствовала щемящую пустоту в груди, но открыто посмотрела на Алессандро и улыбнулась ему. Он заметил ее улыбку и запустил пальцы в волосы. Он удовлетворил свои физические потребности и знал, что должен уйти. А еще он знал, что не собирается этого делать. Еще рано. Он хотел большего.

Впервые в жизни после секса ему хотелось чего-то большего, чем просто посмотреть на часы и вернуться к делам…

– Мой отец когда-нибудь доверялся тебе? – резко спросил он, и Лора была настолько поражена его вопросом, что просто молча смотрела на него. – И пожалуйста, не пытайся мне врать.

– Алессандро, я не понимаю, о чем ты.

– У вас с ним довольно близкие отношения. Добавь сюда свою бабушку, и мы получим тесный кружок с задушевными разговорами. – Он уперся ладонями в оконную раму и задумчиво посмотрел в окно.

– Ты снова собираешься обвинить меня в том, что я ищу выгоду? – сухо спросила она. – Ты намекаешь, что мы с бабушкой собрались обобрать его до нитки? – Слезы навернулись на глаза Лоры. Одно дело – провести ночь с мужчиной, у которого аллергия на нормальные отношения, и совсем другое – выслушивать от него оскорбления. – Я думала, мы уже разобрались с этим вопросом.

Алессандро покачал головой и оттолкнулся от подоконника. Он быстро начал собирать с пола свои вещи.

– Ты нашла альбом, – грубо сказал он.

Алессандро надел джинсы и футболку и хмуро смотрел на нее.

– И что? Алессандро, я не понимаю, о чем ты говоришь, но ты заставляешь меня нервничать.

– Что еще ты могла найти, но не довести до моего сведения?

– Довести до твоего сведения? Вот чем, по-твоему, я должна заниматься? Рыться в вещах твоего отца и передавать тебе то, что может тебя заинтересовать? Ты считаешь, я использую эту возможность, чтобы шпионить за твоим отцом? Ты же должен знать абсолютно все, правда?

– Должен ли? – Он сел на небольшой пуфик около туалетного столика. – Видимо, нет. Я никогда не знал, что моя мать умерла, рожая меня.

– Что? – выдохнула Лора и подалась вперед.

– Мой отец не рассказывал тебе этого?

Алессандро запустил пальцы в волосы. Он не хотел ничего говорить. Он хотел снова заняться с ней сексом, чтобы прогнать прочь путаницу мыслей. Видимо, этого недостаточно.

– Нет, не рассказывал. Я не понимаю… Как так получилось, что ты только сейчас узнал о своей матери?

Лора подняла с пола свои вещи и быстро оделась. Она почувствовала, что Алессандро ослабил самоконтроль и сейчас был просто самим собой. Лицо его было мрачным, и Лора почувствовала необходимость прикоснуться к нему, но без сексуального подтекста. Она просто хотела быть с ним. Она села рядом в старое кресло-качалку и переплела свои пальцы с его. Алессандро не возражал.

– Говори…

– Какие еще скелеты в шкафу я обнаружил? У меня была сестра, она умерла в двенадцатилетнем возрасте. Упала с дерева, подумать только!

– Алессандро…

– Вот тогда родители и решили, что завести еще одного ребенка – хорошая идея. Точнее, если читать между строк, так решила мама… Знаешь, я понятия не имею, зачем тебе это рассказываю.

– Потому что тебе надо выговориться.

– По-моему, ты путаешь меня с каким-то неудачником.

– Ты расстроен? Зол на отца?

Лора проигнорировала его попытку отрицать тот факт, что у него были чувства, что он мог быть уязвимым. Она отдала бы все, чтобы облегчить его страдания.

– И то и другое. – Алессандро криво ухмыльнулся.

Расстроен. Зол. Но он знал, что со временем эти чувства пройдут, и он будет благодарен отцу за их разговор и за откровения, которые он услышал.

Он начал понимать, почему отец всегда был для него практически незнакомцем. Его скорбь по жене, которая была намного моложе его, трансформировалась в отчуждение к сыну, за которого он нес ответственность.

«Я был старым дураком, – признался Роберто. Ему было так же неловко делиться своими чувствами, как и его сыну, – но чем больше проходило времени, чем сложнее было нарушить отчуждение, сложившееся между нами. Мне стоило открыть тебе правду, все объяснить, показать фотографии матери. Я любил ее больше всех на свете, я бы умер за нее. Когда будешь готов простить своего старика, приходи посмотреть фотографии».

– Знаешь, – задумчиво проговорила Лора, – он никогда не рассказывал, где жил до того, как приехал сюда. Всегда было что-то, что он хранил в секрете от окружающих.

Их пальцы были по-прежнему переплетены. У них не было никаких отношений, тогда почему же сердце Лоры разрывалось на части, когда она представляла себе его жизнь, взросление, одиночество? Алессандро пожал плечами. Лора почувствовала, что он отдаляется от нее. Она запаниковала при мысли, что он может пожалеть о том, что доверился ей, что она увидела его без маски, уязвимым и печальным.

– Ты пришел сюда потому, что…

– Потому что хотел тебя, – мрачно сказал Алессандро. – А теперь мне пора идти, пока твоя бабушка не застукала нас в весьма недвусмысленной ситуации. – Алессандро надел джемпер. Он никогда раньше никому не доверялся, но вовсе не сожалел о том, что сделал это сейчас. – Думаю, – протянул он в своей привычной манере, – в следующий раз нужно будет найти кровать побольше.

Сердце Лоры сладко заныло. Значит, следующий раз будет?

– Бабушка купила эту кровать, когда мне было двенадцать. – Лора чувствовала легкость, потому что он вовсе не собирается уйти навсегда и оставить ее ни с чем. – Я никогда не думала, что мне понадобится кровать большего размера, потому что я буду в ней кувыркаться с парнем.

Они спустились по лестнице, но, прежде чем открыть входную дверь, Лора положила руку ему на плечо:

– С тобой все будет в порядке?

Алессандро посмотрел в ее ясные зеленые глаза и лениво улыбнулся:

– Ты что, меня жалеешь?

Лора тут же одернула руку.

– Мне жаль вас обоих, – честно ответила она, – и время, которое вы потеряли.

– Я пойду, – сказал Алессандро, и по его тону Лора поняла, что откровенности больше не будет, – пока ты не решила, что мне нужно дружеское объятие. У нас с тобой найдутся дела поинтереснее, но, к сожалению, сейчас на них нет времени.

Однако искреннее сочувствие, которое он заметил в глазах Лоры, тронуло его. В ее сочувствии не было навязчивости. Она не умоляла его остаться, чтобы попытаться извлечь выгоду из его нынешнего состояния. Она не засыпала его вопросами и не предлагала ему секс, чтобы облегчить душевную боль или еще какой-нибудь бред.

Нет, она была сама по себе. Лора не была частью его лондонской жизни, она не встречалась с ним, не ждала чего-то большего, чем у них было. А все, что у них было, – лишь результат стечения обстоятельств. Она знала его отца. Их жизни странным образом переплетались в нескольких местах, но эта ситуация его никогда не удовлетворит.

И она была просто потрясающей любовницей.

По дороге домой он вспоминал, как они занимались любовью, и снова чувствовал тяжесть в паху. Она была отзывчивой и страстной, не пыталась произвести на него впечатление акробатическими этюдами и не стонала «на бис».

Лора была именно тем лекарством, которое ему было нужно после разговора с отцом. Но Алессандро знал, что хотел от нее большего.

Отец уже спал, когда он вернулся домой. Завтра они снова поговорят. Лора была права, когда сказала, что ей жаль их обоих и потраченных впустую лет.

Алессандро думал, что Роберто с женой был таким же отстраненным, как и с сыном, но оказался не прав. Его отец безумно любил жену, а потеряв ее, утратил смысл жизни. Он потерял желание сблизиться с сыном, который был постоянным напоминанием о любимой женщине, которую он потерял. Он с головой ушел в работу, чтобы справиться со своим всепоглощающим одиночеством.

Сегодня Алессандро отправился спать, не проверив свою рабочую почту и не убедившись, что дела в его компании идут как надо.

Когда Алессандро спустился на кухню следующим утром, Роберто уже не спал. На кухонном столе лежали две черные кожаные коробки.

– Мальчик мой, не надо стоять, уставившись на коробки! – сказал он. – Открой! Я должен был давным-давно их тебе отдать. – Алессандро смотрел, как отец наливает себе чай в большую кружку. – Ну, – Роберто развернулся, старательно отводя взгляд от сына, – чего ты ждешь? Я помереть успею, пока ты решишься. Я хочу, чтобы ты посмотрел на свою мать. Мне давно следовало это сделать. И сделал бы, но…

– Не беспокойся. Я посмотрю фотографии.

– Ты простишь меня?

Алессандро никогда не думал, что когда-нибудь услышит от отца эти слова, и что-то внутри его изменилось…

– Не знаю, – протянул он. – Это зависит…

– От чего?

– От того, переедешь ли ты в коттедж до того, как там построят парник, абсолютно отвечающий всем твоим требованиям, потому что это несколько сложнее, чем я ожидал…

Роберто расслабился и слегка улыбнулся:

– Я старый человек. Не уверен, что смогу пойти на компромисс… Хотя я очень постараюсь.

Глава 8

Лора не знала, чего ожидать, когда следующим утром пришла в дом Роберто.

Порывы холодного ветра взметали снежинки в серо-желтое утреннее небо. В последние несколько недель зима была удивительно мягкой для этих мест, и теперь готовилась наверстать упущенное. Но так всегда и бывало в здешних местах: на смену унылым дождям приходили сильные морозы и метели.

Бабушка осталась дома, и Лора была рада, что может побыть наедине с собой. Ей нужно было время, чтобы привести мысли в порядок.

Прошедшая ночь потрясла ее. Она не ожидала, что Алессандро заявится к ней. Они провели так много времени, кружа вокруг да около в доме Роберто, что ситуация складывалась почти сюрреалистичная. Их единственный поцелуй был так давно, что Лора иной раз спрашивала себя: а был ли он вообще?

Она пыталась понять: займутся ли они когда-нибудь любовью? Или они так и будут играть в эту игру, пока не придет время ему исчезнуть, и она сможет видеть его лишь мимоходом во время его визитов к отцу.

Она знала: если он уедет, так и не занявшись с ней сексом, – так тому и быть. Он уедет обратно в Лондон, а она останется здесь и будет оглядываться назад с… она не знала. С сожалением? облегчением? грустью?

Чем дольше они ходили кругами, обмениваясь мимолетными взглядами, тем сильнее ей казалось, что они никогда уже не доберутся до постели, хотя она хотела этого больше всего на свете. Поэтому она была счастлива, когда Алессандро без предупреждения появился у нее на пороге. Если у нее и были какие-то сомнения, то они развеялись в ту же секунду, как она открыла ему дверь.

Лора думала, что он пришел к ней потому, что больше не мог выносить напряжения, возникшего между ними. Да, он хотел ее, но приехал к ней потому, что хотел физического высвобождения своих эмоций. Он только что узнал ошеломляющую правду, и единственный известный ему способ, который мог помочь, – это секс.

Лоре было больно признавать, что, не будь ее, Алессандро мог бы заняться сексом с любой из своих многочисленных подружек, просто чтобы снять напряжение.

И все же он сказал, что по-прежнему хочет ее.

Лора знала, что должна пресечь это на корню, но трусливо отодвинула разумную мысль, понадеявшись, что их хрупкая связь может продлиться хотя бы немного дольше. И теперь, подъезжая к особняку, она спрашивала себя, не пожалел ли Алессандро о словах, сказанных в минуту душевной слабости.

Люди много чего болтают, находясь не в себе. Привычная маска соскользнула с его лица, когда он этого совсем не хотел. Он любил абсолютный контроль. Лора решила, что лучшее, что она сможет сделать, – притвориться, что ничего не изменилось. Она не собиралась манипулировать Алессандро только потому, что он сказал то, чего говорить не собирался.

Лора остановила машину на подъездной дорожке особняка. Она смотрела сквозь лобовое стекло на кружащийся снег и хмурилась. Конечно, она проявила бы чуткость к любому, кто прошел тот же путь, что и Алессандро, но то, что она к нему испытывала, было куда больше, чем просто сочувствие, и от этого ей становилось страшно. Вздохнув, она пошла к дому.

Единственный способ справиться со сложившейся ситуацией – игнорировать ее. Поэтому, когда дверь ей открыл Алессандро, Лора вежливо улыбнулась и непринужденным голосом сказала, что пришла помочь упаковывать вещи.

– Я, наверное, не приехала бы, если бы сразу поняла, что начинается сильный снегопад, – щебетала Лора, – но я уже почти добралась, когда это осознала.

Лора мельком взглянула на него. Алессандро был небрит и непричесан, но вместо того, чтобы выглядеть неопрятным, он выглядел чертовски сексуально. Она хотела смотреть и смотреть на него. Она почувствовала, как венка запульсировала у нее на виске, а горло мгновенно пересохло.

Алессандро посмотрел на нее и нахмурился. Ему было совсем не по душе ее радостное приветствие. Большую часть ночи он провел в мыслях о ней. Он хотел заглушить свои мысли с помощью ее прекрасного тела, он хотел продолжения. Конечно, он не ждал, что Лора явится к нему, облаченная в шубу, надетую на голое тело. Мало того, что это не слишком удобно, ко всему прочему это совершенно не ее стиль. Но она могла хотя бы сделать попытку затащить его в ближайшую свободную комнату и…

Лора оказалась единственной женщиной, которая после ночи сумасшедшего секса не планировала поддерживать его интерес к себе. Любая другая женщина явилась бы в самом сексуальном своем наряде, с перьевой метелкой для пыли в руках и идеей, что можно со всем этим сделать.

Алессандро хватило беглого взгляда, чтобы понять, что под одеждой у Лоры практичное и удобное белье. Он не мог себе представить, чтобы у Лоры была перьевая метелка, а если и была, то использовалась она исключительно по назначению.

Алессандро облокотился о дверной косяк и скрестил руки на груди.

– Ты можешь возвращаться обратно, – холодно сказал он. – Не хочу, чтобы ты застряла здесь из-за снегопада. Отец рассказывал, что такое часто случается.

– Другими словами, ты просто не хочешь, чтобы я приходила.

– Проходи. – Он посторонился и впустил ее в дом.

Она что, собирается делать вид, что они вчера не занимались любовью? Сама мысль, что она может пойти этим путем, ошеломила его.

– А где Роберто? Я хотела поговорить с ним.

– Он в парнике. Общается со своими растениями, чтобы узнать, готовы ли они к переезду.

Роберто? Роберто?! Она не должна спрашивать о его отце! Она должна была воспользоваться возможностью и утащить его в укромный уголок!

Женщины всегда были без ума от Алессандро, ему даже не нужно было прикладывать особых усилий. У него была привлекательная внешность, деньги и тот невидимый флюид, который назывался властью. Он всегда наслаждался своей позицией силы. Он приучил себя наслаждаться собственной независимостью, ему нравилось, что он не должен ни к кому приспосабливаться. Учеба в школе-интернате сделала его человеком, не нуждавшимся ни в чьем одобрении. Поэтому он был чертовски разочарован тем, что продолжает чего-то ждать от Лоры, в то время как она осматривает дом, будто он намеренно прячет от нее отца.

– Может, я принесу ему чашку чаю, прежде чем мы приступим к упаковке вещей? – Она по-прежнему не сказала ничего, что могло бы заинтересовать Алессандро. – Как он справился… как вы оба справились с тем, что произошло? Я надеюсь, ты не рассердишься, но я поделилась с бабушкой кое-чем из того, что ты мне вчера сказал.

Алессандро немного расслабился. Это уже было кое-что. Сочувствие… Слезы стояли в ее глазах. Ее маленькая ладонь лежала на его руке…

При любых других обстоятельствах он бы взбесился оттого, что кто-то спекулирует его личной жизнью. Но он доверился Лоре еще и потому, что они с Роберто были близки. И то, что она сейчас подняла эту тему… Он не собирался испепелять ее, но и слушать ее слезливые речи он тоже не хотел.

– Он в порядке. Мы оба в порядке. Это было… откровением услышать то, что он мне рассказал. – Он мотнул головой в сторону кухни. – Мне всегда было интересно, почему здесь полно старой мебели. Оказывается, когда родители переехали сюда, единственное, что они взяли из старого дома – кухонный гарнитур и духовку. – Алессандро нахмурился: он вовсе не собирался так откровенничать.

– А мне всегда было интересно, где он жил раньше. Роберто никогда об этом не рассказывал…

– Кофе?

– Что?

– Я налью тебе кофе, прежде чем мы возьмемся за работу.

– Да, конечно, – кивнула Лора. Посыл предельно ясен: он не собирается снова открываться ей. Да и зачем? У них всего лишь кратковременная интрижка, не подразумевающая такие глубины. – Может, я пойду… поищу твоего папу?

– Он скоро придет, – раздраженно сказал Алессандро. – Не надо кудахтать над ним, как наседка, Лора. Если он пошел в теплицу, значит, ему нужно побыть одному, а не потому, что ждет, что кто-то принесет ему чаю и заведет задушевный разговор.

– Сколько сарказма, – пробормотала Лора, следуя за ним в кухню.

На Лоре была флисовая толстовка и джинсы. На улице было довольно холодно, поэтому она надела теплые гольфы поверх обтягивающих джинсов, заправленных в сапоги. Она знала, что выглядит глупо. Волосы смялись под шерстяной шапкой, и теперь ее кудри торчали во все стороны.

Наверное, Алессандро смотрел на нее и гадал, как мог находить ее хоть сколько-то привлекательной. Он не сделал ни единого намека на продолжение отношений, и Лора сказала себе, что это к лучшему. Почему же тогда она ощущает такую пустоту внутри?

Алессандро стоял к ней спиной и готовил кофе. Когда он обернулся, Лора изобразила вежливую улыбку, ничем не выдававшую ее истинных чувств.

– Что? – Он подошел к Лоре.

Ее толстовка имела странный зеленый оттенок, но джинсы приятно обтягивали ее бедра, и даже дурацкие носки, доходившие до середины икр, не отвлекали Алессандро от волны охватившего его желания. Он прекрасно помнил, как она выглядела без одежды. Он легко мог воссоздать в памяти ее вкус и нежность кожи.

– Ничего, – пробормотала Лора и взяла из его рук чашку с кофе.

Она присела за стол и подула на горячий кофе, стараясь не встречаться с Алессандро глазами.

– Скажи, в какую игру мы играем? – протянул Алессандро, опершись на стол так, что она вынуждена была посмотреть на него.

– Игру? – слабо повторила Лора.

– Если ты плохо знаешь правила, можешь слить партию еще до того, как она началась.

– Я не понимаю, о чем ты говоришь!

– Я говорю о том, как старательно ты играешь в едва знакомых друг с другом людей.

– Я не собираюсь бегать за тобой, Алессандро. – Лора решила не притворяться, что не понимает, о чем речь. – И ни в какие игры я не играю!

– Значит, мы просто притворимся, что прошлой ночи не было.

– Я знаю, что ты за человек, и не собираюсь становиться одной из тех прилипчивых дамочек, от которых мужчины не знают, как отвязаться после секса.

– Ну и что же я за человек?

– Ты бежишь от зарождающихся отношений со скоростью пули, – честно сказала она. – Бьюсь об заклад, как только женщина начинает строить планы, ты тут же ищешь ближайший выход.

Алессандро рассмеялся и оценивающе посмотрел на Лору.

– Мне нравится твое чувство юмора, – бархатным голосом проговорил он, и у Лоры задрожали колени. – Я обеими руками за отношения, правда недолгосрочные. Но к нам это не имеет отношения, правда? Ты знаешь мои критерии. А тебе после романа с женатым мужчиной не хочется связываться с мужчиной, не готовым к серьезным отношениям. А ты… – внезапная мысль пришла ему в голову, оставив после себя неприятный осадок, – ты любила того парня?

– Колина? – Лору смутил вопрос, потому что она не относила Алессандро к тем мужчинам, которые интересуются прошлым своих женщин. – Я думала, что любила, – призналась она, когда затянувшееся молчание стало почти неприличным. – Но я просто увлеклась человеком, который знал, за какие струны нужно дергать. Думаю, мне нравилось чувствовать себя влюбленной. Полагаю, ты сейчас скажешь: в этом-то вся проблема – любви не существует, поэтому лучше просто избегать ее и спать с людьми, к которым тебя влечет.

– А если я это скажу, ты последуешь моему совету?

– Ты можешь не верить в любовь, а я верю.

– И тем не менее ты со мной спала.

– Не будь таким самоуверенным.

– Я и правда довольно самоуверенный парень. Я хочу поцеловать тебя, и я достаточно уверен в себе, чтобы сказать, что ты хочешь того же. Я прав? Или ты собираешься встать и влепить мне пощечину?

– А кто-нибудь это уже делал?

– Нет, – улыбнулся он.

– Я не знаю, почему меня влечет к тебе, – призналась она с обезоруживающей честностью.

– Не нужно заниматься самоанализом, в этом нет смысла. Плыви по течению. – Он мягко потянул ее за волосы, и Лора встала.

Ее не просто влекло к Алессандро, он словно гипнотизировал ее. Было ли это потому, что они были совсем разными? Или потому, что обстоятельства, которые свели их, столь необычны? Лора обвила руками его шею и прижалась к нему всем телом.

Они целовались медленно и чувственно, наслаждаясь каждым мигом. Внезапно Лора отстранилась и посмотрела ему через плечо.

– А если твой отец войдет?

– Не войдет.

– Откуда тебе знать?

– Я знаю его привычки. Он идет в теплицу и проводит там часа два. Я был там пару дней назад и обнаружил, что теплица обставлена как комната, там разве что кровати не хватает. У него там стул, стол с книгами. Оазис в джунглях, только за авиабилет платить не надо.

Лора хихикнула. Она не хотела говорить о Роберто. Она хотела снова чувствовать вкус губ Алессандро. Лора сходила с ума от его поцелуев, потому что прекрасно помнила тяжесть его тела, его ласки… Лоре хотелось сбросить с себя всю одежду, чтобы прижаться к нему своим жаждущим обнаженным телом. Она жадно поцеловала его.

Алессандро не пробовал ничего слаще губ Лоры. Он рассеянно подумал, что она обладает своим неповторимым запахом: свежим, чистым. Этот аромат действовал на него как наркотик. У нее было роскошное тело, способное свести с ума любого мужчину, но она даже не осознавала всю силу своей сексуальности. Модели, с которыми он встречался, прекрасно знали о своей привлекательности и умело ею пользовались. Они никому не позволяли забыть о своей красоте и максимально использовали свои активы.

Лора Рид недооценивала себя. Она делала все, чтобы слиться с окружающим фоном, тщательно скрывая от посторонних глаз свои прекрасные формы под мешковатыми свитерами.

Им понадобилась всего пара секунд, чтобы услышать знакомое постукивание трости, и, словно этого было недостаточно, Роберто продолжать стучать по полу, пока они не обернулись.

Лора почувствовала волну жгучего стыда. Ей снова было двенадцать, и бабушка отчитывает ее за то, что тайком спустилась вниз среди ночи, чтобы стащить шоколадную конфету. Она пригладила дрожащими пальцами волосы, но ничего не смогла сказать, язык слово присох к нёбу.

Роберто был в ярости.

– Я этого не допущу!

Он смотрел не на Лору, а на Алессандро, который так же, как и она, временно лишился дара речи, в то время как отец сердито постукивал своей тростью по полу и стоял перед ними, как судья перед приговоренными к смертной казни.

– О чем ты говоришь?

– Я знаю, как ты обращаешься с женщинами, мой мальчик, а Лора – не одна из твоих шлюшек, которых ты тащишь в постель, а потом вышвыриваешь, как пару старых башмаков!

– Не понимаю, о чем ты. – Алессандро провел рукой по волосам и посмотрел на отца.

– Ты прекрасно знаешь, о чем я! – Роберто приземлился на один из кухонных стульев и зло посмотрел на сына. – Я действительно думал, что наши отношения меняются к лучшему, сынок. Но теперь я вижу, что никогда не смогу понять тебя. – Руки Роберто заметно дрожали, он выглядел раздавленным.

– Ты все неправильно понял, – сказал Алессандро, и Роберто посмотрел на него с сомнением.

– Когда я вошел, ты делал пассы вокруг этой девочки!

– Роберто, вообще-то я здесь. – Лора наконец-то смогла что-то сказать. – И… м-м-м… танго танцуют вдвоем.

– Чушь! – отмел ее возражения Роберто, продолжая смотреть на сына. – Ты не знаешь Алессандро так, как знаю его я, – заявил он, повышая голос.

– Роберто, Роберто… – Она положила руку ему на плечо и с тревогой посмотрела на Алессандро. – Не забывайте, у вас совсем недавно был инсульт.

– Не потому ли я собираю вещички? Потому что я слишком немощен, чтобы жить в доме, в котором больше трех комнат! – Он все еще смотрел на Алессандро. – Что ты имел в виду, когда говорил, что я все неправильно понял? Объяснись, парень.

– Ты считаешь, что знаешь меня, – спокойно сказал он, пытаясь разрядить напряженную атмосферу. – Я признаю, что мое отношение к женщинам может казаться несколько… бесцеремонным…

– Казаться? – фыркнул Роберто и саркастично поднял брови.

– Но я прекрасно понимаю, что Лора не…

– Не потаскушка на одну ночь, к которым ты привык! Может, я и старый, сынок, но отнюдь не дурак.

– Я никогда и не считал тебя дураком. Я просто говорю… – Алессандро тяжело вздохнул и бросил быстрый взгляд на Лору, прежде чем взглянуть в глаза отцу. – Я хочу сказать, что сейчас все по-другому.

У Лоры отвисла челюсть.

– У нас с Лорой особая связь. Она не одна из девиц на одну ночь.

– Особая связь? – Роберто хмыкнул и перевел взгляд с сына на Лору.

– Это серьезно, – уверенно сказал Алессандро, и Лора сделала над собой немалое усилие, чтобы челюсть окончательно не упала на пол. Алессандро подошел к ней и целомудренным жестом взял ее за руку.

– Насколько серьезно? – прищурившись, спросил Роберто.

В его голосе все еще был слышан скепсис, и Лора не могла в этом его винить. Она только надеялась, что он не станет обращаться к ней за подтверждением, потому что она понятия не имела, что происходит.

Алессандро и его отец только что заключили хрупкое перемирие после двадцати лет цивилизованного отчужденного молчания. Дверь, много лет разделявшая их, приоткрылась. Не открылась до конца, но вполне достаточно, и Лора догадывалась, что Алессандро не собирается ставить этот прогресс под угрозу. Здоровье Роберто все еще оставляло желать лучшего, и она понимала, что Алессандро попал в безвыходное положение.

– Очень серьезно.

– Что ж, в таком случае я готов сменить гнев на милость. А Эдит знает об этом? – Роберто взглянул на Лору.

– Нет, – честно ответила она.

– Тогда, если влюбленные меня извинят… я пойду позвоню ей. – Роберто поковылял из кухни, оставив их в гробовой тишине, которую первой нарушила Лора.

– Что, черт возьми, ты только что сделал?! – закричала она, отдергивая свою руку.

– Спас твою репутацию, – протянул он с таким неприкрытым высокомерием, что Лора на секунду опешила.

– Ты спас мою репутацию, притворившись, что у нас серьезные отношения? – Она коротко рассмеялась, хотя сердце предательски дрогнуло.

– Ты действительно хочешь, чтобы мой отец думал, будто ты – одна из девиц, что с разбегу прыгают в постель к парню? Не нужно быть гением, чтобы увидеть, что отец вознес тебя на пьедестал. Я бы узнал об этом намного раньше, если бы у нас были нормальные отношения отца и сына, но я даже не знал о твоем существовании до недавних пор. Но как только я увидел ваши взаимоотношения, я понял, что… наверное, так же он когда-то смотрел на свою дочь, – хрипло сказал Алессандро. Он беспокойно ходил по кухне, остановился рядом с раковиной и оперся руками о край столешницы. – Неужели ты действительно хочешь разрушить его иллюзии?

– Нет, конечно… Но нельзя же его обманывать…

– Это не совсем ложь. У нас есть отношения.

– Отношения определенного рода, Алессандро. У нас с тобой тот сорт отношений, которые закончатся, как только ты уедешь в Лондон. Мы оба знали это с самого начала. – Лора была горда собой, что голос ее был спокойным, хотя и немного хрипловатым.

– Давай оставим высокие моральные устои, – произнес он с раздражающим высокомерием. – Дело касается здоровья моего отца. Я несколько раз говорил с его лечащим врачом, и он сказал, что отсутствие стрессов – одна из важных составляющих его хорошего самочувствия.

– Забавно, учитывая тот факт, что ты приехал, чтобы выдернуть его из привычной среды.

– Когда я решил перевезти его в Лондон, – мрачно заметил Алессандро, – я не был осведомлен о его глубокой интеграции в местное общество.

– Плохо уже то, что твой отец считает, что у нас с тобой отношения, но будет еще хуже, если в это поверит и бабушка. Она так долго кудахтала надо мной, когда я вернулась в Шотландию, что теперь будет считать тебя рыцарем в сияющих доспехах, явившимся, чтобы спасти меня, – хмуро закончила она, не заметив, как помрачнело его лицо.

– Ну, дело уже сделано, – вкрадчиво сказал он. – К лучшему или к худшему – посмотрим.

– И что мы будем делать дальше?

– Как я уже говорил, давай просто плыть по течению. – Он недобро ухмыльнулся и подошел к Лоре. – Может, мы и не пройдем по церковному проходу к алтарю, но нам хорошо вместе. – В подтверждение своих слов он провел пальцами по ее щеке и с удовольствием заметил, как вспыхнули ее глаза. – Когда придет время, мы расстанемся безо всякого шума. Отношения заканчиваются, даже если начались с больших надежд… Но пока этого не случилось, давай просто наслаждаться друг другом.

Глава 9

Настоящий праздник!

Час спустя Эдит и Роберто заявили им, что они должны устроить праздник. Несмотря на снег, водитель доставил Эдит в особняк в рекордно короткие сроки.

Лора была в ужасе.

Она еще не оправилась от шока, когда Алессандро с легкостью представил их роман как нечто долгосрочное и перспективное. Для него все это имело смысл, чтобы успокоить отца. Ситуация менялась так стремительно, что Лоре казалось, что она случайно попала на «Американские горки» и теперь висит в «мертвой петле» в сотнях ярдов над землей.

Ее жизнь была такой спокойной и упорядоченной до того, как в нее вихрем ворвался Алессандро. Ей нравилась работа в школе и то, что ей по большому счету удалось преодолеть последствия своего неудачного романа. Шотландия стала для нее спасением, и она даже не задавала себе вопроса, когда ей надоест эта размеренная жизнь.

И вдруг он, сын Роберто, которого она никогда не видела, привнес с собой в ее жизнь темную страсть, от которой она поклялась держаться подальше. Даже хуже: страсть, о которой она и не мечтала. Алессандро разбил ее маленький спокойный мирок вдребезги.

Для него все было просто: он брал то, что хотел. От такого парня надо бежать без оглядки и спрятаться в самом укромном уголке. А что сделала она? Она позволила загипнотизировать себя. А может, стоит попробовать? Зачем бороться с обоюдным влечением? Зачем всю оставшуюся жизнь сожалеть об упущенной возможности? Не пора ли выйти из зоны комфорта?

Лора поддалась его влиянию и уступила ему, не подумав как следует. Она никогда не думала, что может так запутаться в собственных мыслях и чувствах. И вот куда это ее привело. Она участвует в фарсе ради спокойствия Роберто и бабушки. Алессандро на удивление легко к этому отнесся, но она сделана из другого теста.

Чувство вины грызло Лору, когда она обнаружила, что впереди ее ждут очень долгие выходные, на которые запланирован праздник в их с Алессандро честь. Лора пила горячий чай и пыталась собраться с мыслями.

– Этот твой дом, – громко разговаривал Роберто, – наделал много шума в газетах несколько лет назад. Ты купил его за гроши где-то в тропиках… Забыл где…

– На Карибах, – лаконично ответил Алессандро, все еще удивляясь, как много о нем знает отец. Он посмотрел на Лору, которая пила чай с таким серьезным выражением лица, будто от этого зависела ее жизнь.

– Держу пари, ноги твоей там никогда не было! – проницательно заметил отец.

Алессандро подумал, что обязательно отвезет туда Лору. А почему нет?

Ему не нравилось то, что он не мог перестать думать о Лоре. У него и так уже появилось немало проблем на работе, потому что перед его глазами постоянно маячил образ обнаженной Лоры, распростертой на постели. Ему необходимо каким-то образом выбросить ее из головы. Возможно, несколько дней непрерывного секса помогут. Если только Лора не вздумает чинить препятствия, а судя по ее упрямо поджатым губам, она может.

– Мне трудно выкроить свободное время, – пробормотал он несколько раздраженно. – Естественно, дом используется нечасто. Иногда я отправляю туда в отпуск своих лучших сотрудников. Знаешь, я думаю, несколько дней на море – хорошая идея, – сказал он, глядя на Лору.

– А как же переезд? Еще столько вещей нужно упаковать! – Лора с небольшим опозданием вспомнила: подразумевается, что она нашла любовь всей своей жизни и подкрепила свой отказ чарующей улыбкой. – Просто…

– Возражения не принимаются, – мягко сказал Алессандро. – Все идет гладко, переезд состоится недели через три, а что до вещей… мы уже упаковали лучшую и самую ценную их часть, так что грузчики могут уже их перевозить. Почему бы нам не дать отцу и Эдит побыть немного вдвоем, без нас в качестве дуэний.

– Я не уверена насчет одежды… там же тепло…

– Не говори мне, что в твоем гардеробе есть только зимние вещи. Ни за что не поверю, – пожал плечами Алессандро и тепло ей улыбнулся. – В Шотландии, конечно, нередко бывает холодно, но и лето раз в году наступает. Во всяком случае, на острове, если мне не изменяет память, есть пара магазинов. Уедем завтра утром, вернемся в воскресенье вечером. Что может быть лучше?

Лора подумала, что лучше было бы никого не обманывать. Она могла придумать миллион других способов приятно провести выходные.

– Такой долгий перелет ради нескольких дней. – Она слабо улыбнулась, потому что бабушка и Роберто с сомнением смотрели на нее. – Смена часовых поясов и все такое…

– Ты молодая, – отрезал Роберто, отметая ее робкие возражения. – Оставь жалобы на биоритмы таким старикам, как мы с Эдит. Поезжай, девочка, посмотри мир. – Он внимательно наблюдал за Лорой из-под седых бровей. – Тебе надо развеяться, пока ты совсем не превратилась в ископаемое. Не забывай, что ты еще очень молода. А тебе, – он посмотрел на Алессандро, – надо отдохнуть от своего компьютера! Не говоря уж о том, что я могу сделать гораздо больше, если ты не будешь путаться у меня под ногами.

В течение следующих суток Лора чувствовала, как в ней нарастает паника. Она уже не понимала, во что вляпалась.

Бабушка зажала ее в угол, как только они перешагнули порог дома, и начала болтать о помолвке, свадьбе и детях. Ее глаза заволокло мечтательным туманом, когда она подумала о крошечной правнучке. Лора была откровенно потрясена, но она старалась молча улыбаться бабушкиным рассуждениям, чтобы не сболтнуть лишнего.

Да, она понимала, почему Алессандро экспромтом выдал эту сумасшедшую идею, но она по-прежнему злилась, потому что это осложняло и без того непростую ситуацию.

Попалась. Это слово вонзилось ей в голову, как колючий шип.

Лора сама не понимала, на что по глупости подписалась. Она же серьезная девушка, которая хочет любви, постоянства и обязательств. И в то же время она наслаждалась физической связью с Алессандро и позволила себе зайти на опасную территорию. Все то время, что Лора провела в Шотландии, она боролась с собственной беспокойной натурой.

Лора услышала резкий звонок в дверь, обнялась на прощание с бабушкой и села в машину Алессандро. Снегопад в одночасье прекратился, хотя поля все еще были покрыты пушистым белым снегом, а температура находилась на отметке ниже нуля.

– Выходные будут не слишком радостными, если ты собираешься все время молчать, – сказал Алессандро, искоса взглянув на Лору.

Он съехал на обочину и заглушил двигатель.

– Что ты делаешь?

– Начинаю наш небольшой отпуск на приятной ноте.

Лора окинула взглядом его мощное мускулистое тело и почувствовала прилив желания. Почему она не может просто расслабиться и получить удовольствие от происходящего? В конце концов, она уже ничего не может изменить.

– Ты слишком глубоко все анализируешь. Мой отец уже знает о нас. Он считает, что между нами есть нечто большее, чем на самом деле. Это непреложный факт, – сухо сказал он, – но позволь мне кое-что пояснить. Я хочу тебя. Ты хочешь меня. Мы отправляемся на три дня за границу, где будем заниматься сумасшедшим сексом.

– Ты очень категоричен. Твой мир делится только на черное и белое.

– Я прагматик, – холодно сказал Алессандро.

Он ловким движением задрал ее толстый свитер и футболку до груди, доказывая, каким простым может быть секс. Хотя ее голова все еще была забита противоречивыми мыслями, она не могла противиться его рукам, быстро расстегнувшим ее бюстгальтер. Алессандро жадно смотрел на ее обнажившуюся грудь с затвердевшими сосками.

– Нам пора в аэропорт… Мы не можем… Не здесь…

– Я не собираюсь заниматься сексом в машине, – сказал Алессандро, глядя на раскрасневшуюся Лору. – Она слишком маленькая.

Алессандро наклонился и обхватил губами ее сосок. Низ живота Лоры мгновенно охватил огонь, но Алессандро не собирался облегчать ее муки, продолжая дразнить ее соски. Он отстранился и аккуратно опустил ее бюстгальтер и одежду.

– Наслаждайся тем, что есть, – сказал он, аккуратно выруливая на дорогу. – У нас есть то, что есть. Не надо слишком много об этом думать.

Лора застегнула бюстгальтер и поправила растрепавшиеся волосы, удивляясь, как он может отстаивать свою точку зрения с такой непревзойденной легкостью.

– Тебе придется снять теплую одежду, – сказал Алессандро, когда они сели в частный самолет, ждавший их на небольшом аэродроме, о существовании которого Лора даже не подозревала.

На какое-то время Лора позабыла все свои сомнения и тревоги. Она почувствовала незнакомый ей прежде запах больших денег. Путешествие было в высшей степени комфортабельным: ни суеты, ни толп народа. Алессандро с улыбкой наблюдал, как Лора с интересом крутила головой. Она едва ли услышала, как он сказал, что распорядился, чтобы на борт доставили для нее летнюю одежду. Алессандро провел ее в отдельную комнату с удобным диванчиком и указал на аккуратные стопки с одеждой. Он посмотрел на часы и попросил Лору поторопиться, потому что вылет совсем скоро.

– У меня есть свои собственные вещи. – Лора посмотрела на цветастую одежду; она о такой и не мечтала.

– Ну, значит, теперь у тебя одежды больше, чем нужно. Разве не об этом мечтают все женщины?

– Я уже говорила, что я – не все женщины. И я об этом не мечтаю. – Она взяла какую-то яркую вещь и хмуро посмотрела на нее.

– Примерь, Лора, – мягко попросил он. – Сделай над собой усилие. Встретимся через пять минут. Мне надо сделать пару срочных звонков.

Лора задумчиво смотрела ему след. Сделать усилие? Кажется, она только и делает, что пересиливает себя. Не сделай она над собой недюжинное усилие, она бы не находилась здесь… с оранжево-розовым сарафаном в руках.

Все будет в порядке.

Но она не хотела спокойной жизни! В безопасном мире нет никаких волнений, острых ощущений, нет чувства, что находишься на краю пропасти.

И нет Алессандро.

Лора тяжело опустилась на диван. Она остекленевшими глазами смотрела на яркое платье в своих руках и пыталась разобраться с путаницей мыслей.

Когда Алессандро успел стать неотъемлемой частью ее жизни? Как он смог превратиться из мужчины, которого она не понимала и не одобряла, в человека, заполнившего все пробелы в ее жизни? Когда она успела в него влюбиться? Как могла такая огромная, всепоглощающая вещь, как любовь, случиться столь быстро?

Она не чувствовала ничего подобного к Колину. Тогда это была лишь глупая связь, основанная на ее инфантильности и его лести.

Алессандро соблазнил ее чем-то куда большим. Он покорил ее своим умом, остроумием, глубиной. Она теряла голову, когда он смотрел на нее, улыбался, смеялся. Ее покорило то, как он повел себя с отцом, когда он открыл завесу тайны над его прошлым. Алессандро не играл с ее чувствами, не использовал ее сомнения в свою пользу. Он развеял ее страхи и заставил почувствовать себя красивой и сексуальной женщиной.

Не потому ли она переспала с ним? Она обманывала себя, считая, что ею движет лишь физиология, и не заглядывала глубже. Вот почему она была так напугана. Потому что это не мимолетный роман, в котором двое взрослых людей просто занимаются сексом.

Лоре совсем не нравилось, что они обманывают бабушку и Роберто, дают им ложные надежды на совместное будущее. Она была в ужасе от той трясины, в которую сама себя загнала.

– Уснула? Может, тебе нужен рыцарь в сияющих доспехах, чтобы разбудить тебя поцелуем? – Лора услышала его низкий бархатный голос за дверью и переоделась в сарафан быстрее скорости света к тому моменту, как он вошел. Она увидела легкий кардиган и набросила его сверху. – Жаль… – Он провел последние два часа с болезненной эрекцией и сейчас, увидев Лору в легком платье, которое сам для нее выбрал, лишь усугубил ситуацию. – Я жаждал поиграть с тобой в доктора…

Лора слабо улыбнулась. Теперь, когда она осознала свои истинные чувства, казалось, что он привлекает ее еще больше. Он был настолько хорош собой, что Лора не смогла вымолвить ни слова. Он переоделся в футболку и джинсы с низкой посадкой и выглядел просто неприлично сексуально. Она посмотрела вниз и заметила явное доказательство, что и ее внешний вид пришелся Алессандро по душе.

– Я знаю, – Алессандро проследил за направлением ее взгляда, – но у нас нет на это времени. Хотя я могу сказать экипажу…

– Нет! – вскрикнула Лора, когда он сделал шаг ей навстречу.

Она вспомнила, как он ласкал ее грудь в машине, и его не волновало, что их может кто-то увидеть. Он относился ко всему проще, потому что не был эмоционально подключен к ней. Лора прошла мимо него и дрожащими руками расправила сарафан.

– Вообще-то это несколько не в моем стиле.

– Ты в нем просто сногсшибательна. – Он улыбнулся. – Когда мы прилетим, ты будешь рада, что надела его. Там настоящее пекло.

Они сели на свои места, и Алессандро заботливо помог Лоре пристегнуться, но наткнулся на ее суровый взгляд, когда невзначай коснулся ее груди.

– Как ты считаешь, что твой экипаж думает… о нас?

– Не знаю, меня это не волнует.

– Тебя хоть что-нибудь в этой жизни волнует, Алессандро? – Ее неприязненный голос слегка заглушил рев двигателя самолета.

– У меня сделка висит на волоске, – ответил Алессандро удивленно, но глаза его были холодны как лед. – В данный момент это меня волнует.

– Но должно же быть в жизни что-то важнее сделок.

– Ты собираешься прочитать лекцию о моих жизненных приоритетах? – мягко спросил он, наклонившись к Лоре. – Я поглощен тем, что умею делать: работа, бизнес, деньги. А когда дело касается чувств – а как я понимаю, ты говоришь именно об этом, – я жестко контролирую их.

– Под контролем ты подразумеваешь, что не позволяешь себе что-то чувствовать по отношению к кому бы то ни было?

– С каких пор тебя интересует, что я чувствую или не чувствую и почему?

Лора густо покраснела.

С тех самых пор, как поняла, что влюбилась. Она пожала плечами.

– Все мы пытаемся понять, что движет людьми. В этом суть человеческой природы.

– Серьезно? Я до сих пор пытаюсь понять, что движет женщинами.

Только вот это было неправдой. Он наглухо закрылся от обычных человеческих отношений.

Лора выдавила улыбку. Ничего удивительного. Он спал с другими женщинами, как спал с ней, но никогда не подключался к ним эмоционально. Лоре было больно, и она ненавидела себя за это. Когда Алессандро был с ней, она чувствовала, что он полностью на ней сосредоточен, и ей претила мысль, что он точно так же вел бы себя с любой другой женщиной.

Она влюбилась в парня, который не хотел совместного будущего ни с ней, ни с какой-то другой женщиной. Она обманывала бабушку и Роберто, которого любила всем сердцем. А теперь она летела на шикарном частном самолете в компании мужчины, который своими руками создал фарс, потому что ему так проще. Ей придется приложить все усилия, чтобы Алессандро не понял ее истинных чувств.

Он будет потрясен, напуган, ошеломлен… Или его это просто позабавит. Он примет ее любовь как должное, потому что это сделает ее легкой добычей.

– Тебе никогда не хотелось более серьезных отношений, чем романы-однодневки?

– А кто сказал, что все мои отношения были поверхностными? – спросил Алессандро, ему не нравилось то, какой оборот принимал разговор. Получалось, что он ограниченный, пустой человек, а он вовсе таким не был. Он просто практичный, осторожный и хорошо владеет своими эмоциями. – Я мужчина из плоти и крови, я люблю женщин. А когда я встречаюсь с женщиной, я встречаюсь только с ней и больше ни с кем. В отличие от слизняка, с которым у тебя был роман. Какого мужчину ты предпочитаешь? Человека, который заранее с тобой честен, или того, кто будет кормить тебя обещаниями, хотя вовсе не собирается их выполнять?

Лора покраснела. Он был прав: Колин обещал ей золотые горы, но должна же существовать золотая середина в отношениях между людьми.

Лора зевнула и прикрыла глаза. Их разговор все равно никуда не приведет. Она не думала, что сможет уснуть, когда мысли в голове роятся, как назойливые мухи, но неожиданно для самой себя Лора крепко заснула и открыла глаза, только когда Алессандро легонько подтолкнул ее.

– Непривычно, что женщина засыпает в моей компании, – пошутил он, когда самолет начал снижение.

– Видимо, они слишком заняты попытками произвести на тебя впечатление.

Лора уселась поудобнее и посмотрела в иллюминатор на пронзительно-голубое небо. Ее наполнило предвкушение отдыха, и Лора отмела прочь все сомнения, терзавшие ее последние несколько часов.

– Большую часть пути они бы провели пытаясь затащить меня в соседний салон на диван.

– Дуры, – коротко сказала Лора. – Они думают, что их ужимок достаточно, чтобы заинтересовать тебя более длительными отношениями?

– Все не так однозначно. – Он все еще улыбался. – Мне хочется думать, что они получали не меньше удовольствия, чем хотели доставить мне. Серьезные отношения не входили в это уравнение.

Лора ничего на это не сказала. Ее внимание было приковано к потрясающему виду, который появился в поле ее зрения. Она понятия не имела, чего ожидать, потому что проспала весь полет и ни о чем не успела спросить.

Лора почти не бывала за границей. Два раза она ездила с бабушкой во Францию и один – с подругами в Испанию. Она еще никогда не бывала за пределами Европы, и тропический остров привел ее в полный восторг. Они добрались до виллы Алессандро, когда солнце уже почти село.

Было очень жарко. Лора сняла с себя легкий кардиган, как только вышла из самолета. Она слышала стрекот цикад, но не видела их, чувствовала влажный, солоноватый ветер, дувший с моря. Она начала засыпать Алессандро вопросами, которые задала бы в самолете, если бы не уснула.

Оказалось, что остров совсем крошечный, маленький драгоценный камешек в море, на котором жили богатые и знаменитые в своих роскошных особняках вдали от любопытных камер папарацци.

В аэропорту их встретил темнокожий парень, который болтал на протяжении всей непродолжительной дороги к вилле. Автомобиль затормозил у подъездной дорожки, по обеим сторонам которой плотно росли зеленые кустарники. Лора как завороженная смотрела вокруг, пока не увидела низкий дом, похожий на ранчо. Она едва заметила, как водитель растворился в сгустившихся сумерках, и вошла в дом. Она ошеломленно замерла на пороге.

– Почему ты никогда не приезжал сюда? – спросила она, и Алессандро пожал плечами.

– Времени не было. Еды в холодильнике полно, но, если хочешь, я могу договориться, чтобы кто-нибудь для нас готовил. Если честно, не вижу в этом особого смысла, учитывая, что мы здесь ненадолго. Может, сначала освежимся? – пробормотал он, желая, чтобы взгляд Лоры был прикован к нему, а не к окружающим красотам.

Алессандро не бывал в этом доме, но неплохо помнил его планировку по макету. И если память ему не изменяла, размеры ванной комнаты, примыкающей к главной спальне, позволяли провести там небольшую вечеринку. Он обвил руками талию Лоры и наклонился, чтобы поцеловать ее.

– Сначала я хочу осмотреть дом, – выдохнула Лора, и Алессандро застонал.

– Это просто дом. Несколько спален, бассейн, газон. Что тут смотреть? Единственная комната, которую я хочу с тобой исследовать, – это спальня.

– Жизнь не вращается вокруг одного только секса! – вспыхнула Лора.

Настойчивость, прозвучавшая в его голосе, наполнила ее жгучим желанием. Как легко он мог воспламенить ее одним только взглядом! Она собрала всю силу воли, чтобы не позволить ему увести себя в спальню. Вместо этого они действительно осмотрели дом, который оказался просто удивительным.

В каждой комнате был кондиционер, но сейчас дом продувался со всех сторон через открытые окна и двери, и воздух был наполнен ароматным бризом. Запах океана здесь был еще сильнее, и Лора догадалась, что частный пляж находится всего в паре шагов от дома.

– Дом просто потрясающий! – Лора пробежала глазами по гладкому деревянному полу и бамбуковой мебели. – Как со страниц журнала.

– Я оставил самое приятное напоследок, – пробормотал Алессандро, уводя ее в сторону спальни.

В главной спальне дома, которой мог пользоваться только сам Алессандро, через французские окна открывался вид на океан. Посреди комнаты стояла гигантская кровать с пологом из органзы. Спальня могла бы показаться чересчур женственной, если бы не постельные принадлежности темного цвета и аскетичный минимализм мебели. Алессандро за руку привел ее в самую огромную ванную комнату из всех, что ей доводилось видеть, и потянул поясок ее сарафана.

Лора беспомощно посмотрела на него. Ее изумляло, что она не может дистанцироваться от него, хотя знала, что Алессандро разобьет ей сердце. Она не могла сопротивляться, когда он касался ее, даже просто на нее смотрел. Лора стояла неподвижно, пока он медленно ее раздевал. Сарафан в мгновение ока оказался у нее под ногами, и Лора перешагнула через него. Затем пришла очередь бюстгальтера и трусиков, и теперь она стояла совершенно голая, в то время как Алессандро еще был полностью одет. Когда Лора протянула руку, чтобы расстегнуть его рубашку, он с легкой полуулыбкой остановил ее.

– Давай не будем торопиться, – хрипло проговорил Алессандро. – Я исчерпал собственные лимиты, пока смотрел, как ты спишь в самолете. Если мы займемся сексом прямо сейчас, я просто взорвусь.

Он наклонился и медленно поцеловал Лору, лаская ее груди и нашептывая ей на ухо такие вещи, от которых она стала пунцово-красной и едва могла сдерживать лихорадочное возбуждение.

Он встал перед Лорой на колени, и его рука проскользнула между ее бедер. Она расставила ноги и погрузилась в изысканные ощущения, наслаждаясь прикосновениями его языка к своему набухшему клитору. Стремительный и сильный оргазм накрыл ее жаркой волной, и громкий стон наслаждения сорвался с губ Лоры. Она открыла глаза и увидела свое отражение в зеркале: ей казалось, что она увидела именно ту женщину, которой всегда хотела быть.

Лора словно попала в параллельную вселенную, и все, что она могла делать – ждать сокрушительного удара, когда придется возвращаться к жестокой действительности. И теперь она должна была защитить себя от этого удара…

Глава 10

Лора сидела в шезлонге перед огромным бассейном. Ее кожа уже слегка загорела под солнечными лучами. Было все еще жарко, хотя часы уже показывали пять часов вечера. Завтра утром частный самолет увезет их с этого райского острова обратно, в суровую реальность.

Они с Алессандро больше не заводили разговор о так называемых отношениях, которые были придуманы ради бабушки и Роберто. Предполагалось, что они безумно влюблены и строят планы на будущее, но это лишь только в теории. Алессандро велел позабыть о Роберто и Эдит и воспринимать их небольшие каникулы как возможность отлично провести время в постели. Его власть над Лорой была так сильна, что она отбросила сомнения и тревоги и погрузилась в пучину наслаждений.

Она отошла от зоны комфорта на максимально возможное расстояние. Маленький островок был обителью сказочно богатых людей. Огромные особняки прятались за ровными рядами пальм, белоснежные пляжи простирались вдоль гор. В живописном центре городка находилось несколько ресторанов и баснословно дорогих магазинов.

Лора думала, что все происходящее с ней нереально. Казалось, что, попав на остров, она словно очутилась в вакууме: так просто было забыть обо всем, что ее беспокоило. Лора вздохнула и закрыла глаза. Открыв их, она увидела Алессандро, разглядывавшего ее поверх солнечных очков.

– Что-то ты не излучаешь радость и восторг, – без предисловий заявил он.

Лора прищурилась от яркого солнца и приподнялась на локте. Когда он был рядом, ее сердце начинало стучать быстрее, он сумел завладеть всем ее существом. Когда Лора думала о нем, все вокруг переставало существовать, ей казалось, что она смотрит в бездонную пропасть, которая наполняет ее пустотой и отчаянием.

Лора знала, что она сама во всем виновата. Алессандро не просил ее влюбляться в него. На самом деле он с самого начала дал ей понять, что слова «любовь» нет в его лексиконе.

– Я буду скучать по этому месту. – Она заставила себя улыбнуться, когда он присел на соседний шезлонг.

Его первой мыслью было то, что дом никуда не денется. Кто сказал, что они не могут снова сюда вернуться? А потом Алессандро нахмурился, потому что понял, что начал планировать отдаленные перспективы, а ведь именно этого он всегда избегал.

– Выходные на солнечном пляже не так уж нереальны, даже если ты живешь в Шотландии. – Он пожал плечами.

Лора продолжала улыбаться, хотя это был вовсе не тот ответ, который она хотела бы услышать.

– Значит, пора начинать экономить, – весело сказала она. – Зарплата школьной учительницы не такая уж высокая.

Алессандро наклонился к ней с обезоруживающей улыбкой и прикоснулся к ее руке, почувствовав легкое дрожание ее пальцев, выдававшее ее возбуждение. Она так чутко реагировала на его прикосновения, что он никак не мог ею насытиться.

– Признаю, этот курорт, пожалуй, несколько дороговат для учительницы, – пробормотал он, – если только эта учительница – не любовница олигарха средней руки. Я рад, что тебе здесь понравилось. Это место стоит того, чтобы приезжать сюда.

– Зачем ты покупаешь такие дома, если никогда ими не пользуешься?

– Это инвестиции, – с ленцой протянул Алессандро. – Этот дом существенно вырос в цене с тех пор, как был куплен, и я очень рад, что не продал его.

– Значит, ты никого сюда не привозил?

– Ты имеешь в виду…

– Женщин, которым посчастливилось с тобой встречаться.

– Предпочитаю держаться поближе к дому.

– Почему это?

– Лора, я безумно тебя хочу…

– Я заметила, что ты всегда прибегаешь к сексу, когда не хочешь отвечать.

Алессандро откинулся на спинку шезлонга и посмотрел в ярко-синее небо. Он никогда не встречал женщину, которая более бесцеремонно нарушала бы его личные границы. Она рушила его тщательно возведенную защиту и делала вид, что ее вовсе не существует.

– Мне нравится секс, – сказал он, обернувшись к Лоре. – Это лучше, чем длинные разговоры о том, что не имеет значения, – раздраженно договорил он.

– Что ж, – Лора упрямо поджала губы, – я, наверное, открою тебе Америку, но иногда люди должны вести длинные разговоры, даже если ты считаешь их скучными и не имеющими значения.

Лора не хотела заводить этот разговор. Казалось, грозовая туча сгустилась над тем, что осталось от маленького рая, в котором она провела последние несколько дней, но Лора не могла больше притворяться. Он знала, что чем больше времени проведет с Алессандро, тем болезненнее будет разрыв.

Алессандро замер. Хотел ли он это услышать? Он выпрямился и снял очки, чтобы посмотреть Лоре в глаза.

Сердце Лоры мчалось галопом, во рту пересохло. Неужели она действительно хочет собственными руками разрушить то немногое, что у них здесь осталось? Она может просто рассмеяться и сменить тему. Почему она не может принять ситуацию такой, какая она есть? Почему бы не сыграть по правилам, которые он предлагал, а потом сказать бабушке и Роберто, что у них ничего не вышло? Можно просто наслаждаться физическим удовольствием, которое они дарили друг другу, и не страдать от чувства вины.

Но сможет ли она получать удовольствие, зная, что их расставание – лишь вопрос времени. Каждый раз, как Алессандро будет касаться ее, Лора будет думать, что этот раз может оказаться последним. Каждый раз, когда она смотрела на него, то старалась не выдать своих чувств.

– Я никогда не говорил, что считаю наши разговоры скучными и не имеющими значения, – осторожно сказал Алессандро.

– Я не могу больше играть в эти игры! Я не могу обманывать бабушку и Роберто, притворяясь, что секс без обязательств – это серьезные отношения. Я знаю, ты считаешь, что будет очень просто взять и разойтись в разные стороны, когда придет время, но я… я не могу.

– Почему? – требовательно спросил Алессандро.

Он знал.

Алессандро провел пальцами по волосам и резко встал. Впервые в жизни разрыв с женщиной, которая имела неосторожность влюбиться в него, казался ему камнем на шее, тянущим на дно. А она действительно его любила.

У него были свои правила, и он никогда их не скрывал. Алессандро всегда легко расставался с людьми, которые их не принимали. Он никогда не чувствовал желания продолжать отношения с женщиной, которая хотела больше, чем он мог ей предложить. Завершение отношений никогда не было для него трудным.

Только не сейчас. Он еще не готов!

– Помимо того, что мы обманываем Роберто и бабушку…

– Каким образом мы их обманываем? – в отчаянии спросил Алессандро. – У нас же есть отношения!

– Они думают, что у нас отношения совсем иного рода.

– Мы же никому не причиняем боль, – упорствовал Алессандро, ошеломленный собственным нежеланием начать процесс расставания. Их взгляды встретились, и он помрачнел. – Просто скажи то, что хотела сказать, и давай покончим с этим, – хриплым голосом проговорил он.

Лора медлила. Она разрывалась между попыткой оставить все как есть и открыть свои истинные чувства. Часть ее все еще надеялась, что признание в любви не отпугнет Алессандро, и эта напрасная надежда тревожила ее. Она делала глубокий вдох и мужественно выдержала его взгляд, хотя внутри у нее все трепетало.

– Я слишком эмоционально привязана к тебе, Алессандро, – сказала она, тщательно подбирая слова. – Для меня это не игра, и, если я продолжу наши отношения, мне в конечном итоге будет очень больно, а я больше не хочу страдать.

– Я предупреждал тебя, что не стоит слишком… увлекаться. Я говорил, что не верю в любовь.

– Извини, что ослушалась твоего приказа! – возмутилась Лора. Как он мог просто стоять и смотреть на нее, будто она в одночасье превратилась в чужого человека? – У некоторых людей, как ни странно, бывают чувства.

– У меня тоже есть чувства, просто я могу их контролировать!

– Я так не умею. – Она встала и ушла.

Алессандро смотрел ей вслед, ему пришлось сделать над собой усилие, чтобы не пойти за Лорой. Он подождал, пока она не скрылась из вида, и размашистым шагом направился к океану.

Звуки прибоя успокоили его. Он не обращал внимания на сказочно красивый вид маленькой бухты, обрамленной высокими кокосовыми пальмами. Он сел на песок, прижавшись спиной к большому валуну, и погрузился в свои невеселые мысли.

Лора нарушила его личные границы, но никто не мог обвинить его в том, что он эти границы не обозначил. Он знал, что Лора любит его, и с удовольствием купался в чувствах, которые она ему так щедро дарила. А теперь она открыла ему свое сердце и преподнесла его на блюдечке…

Почему он по-прежнему хотел ее? Почему мысль о ее уходе наполняла его паникой и страхом? Раньше в его жизни все было таким простым и понятным… особенно отношения. Что ему теперь делать? Он думал о том, что Лора скоро исчезнет из его жизни, и чувствовал гнетущую пустоту.

Алессандро сбросил с себя одежду, побежал к океану и нырнул в бирюзовые волны.

Лора так сильно хотела, чтобы он пошел за ней, что это причиняло почти физическую боль. Гордость не позволила ей обернуться. Она яростно бросала одежду в чемодан, когда услышала звук его удаляющихся шагов, и чем дольше в доме царила тишина, тем сложнее ей было сдерживать слезы.

Она уже смирилась с тем, что Алессандро не пойдет за ней. Не о чем было больше говорить. Она понятия не имела, куда он ушел, но сразу же отказалась от идеи отправиться на его поиски, даже когда часы пробили девять вечера, а он все еще не объявился.

Впервые с момента их приезда Лора уснула в постели одна. Ночью сквозь сон она услышала, что Алессандро вернулся, и понадеялась, что он ляжет к ней в постель, но этого не произошло. Лора страдала, но понимала, что должна быть честной до конца, даже если последствия ее откровенности причинят ей невыносимую боль.

Алессандро не стал ложиться рядом с ней. Лора услышала, как он чем-то зашуршал, а потом тихо вышел из спальни.

На следующее утро молчание между ними было гнетущим. Алессандро обращался к Лоре тоном вежливого незнакомца, и она отвечала тем же замороженным голосом, стараясь не встречаться с ним взглядами. В самолете Лора погрузилась в чтение, а он – в работу на ноутбуке.

Им больше нечего было сказать друг другу, и Лора была раздавлена.

Они вернулись в зиму, с ее холодными ветрами и серым небом. Погода полностью отражала ее настроение. Почти весь путь из аэропорта домой Алессандро провел в телефонных разговорах.

– Не надо отвозить меня домой, – нарушила затянувшееся молчание Лора.

– И как ты будешь туда добираться? Собираешься идти пешком с чемоданом в руках?

– Я не хочу расставаться вот так, – дрожащим голосом призналась Лора. – Мы могли бы… ну… остаться друзьями…

– Это не мой стиль.

Алессандро решил сразу поставить окончательную точку. Меньше всего ему хотелось усложнять свою жизнь отношениями с женщиной, которая в него влюбилась, но он не мог избавиться от горького чувства. Он несколько часов бесцельно бродил по пляжу, сидел и смотрел на океан в отвратительном настроении, и с тех пор ситуация к лучшему так и не изменилась.

Его приводило в бешенство то, что он все еще ее хотел! Она сидела в самолете, погрузившись в какую-то дурацкую книгу, и не обращала на него ни малейшего внимания. Сбросила бомбу ему на голову, а он сидит и изнемогает от желания!

Он не привык, чтобы его бросали и игнорировали! А теперь она говорит о… дружбе?!

– Хорошо, – сухо сказала Лора. – Только не говори потом, что я не пыталась установить между нами шаткий мир.

Настроение Алессандро только ухудшилось.

– Полагаю, бабушка тебя ждет? – отрывисто спросил он.

– Я написала ей, когда мы возвращаемся. Послушай, будет неловко, если мы из отпуска вернемся врагами…

– Может, стоило подумать об этом чуть раньше? – Он отвел взгляд. – А как ты собираешься объявить о нашем разрыве?

– Я просто скажу, что проведенные вместе выходные показали, что мы друг другу не подходим.

– Но это ведь тоже ложь, не так ли?

– Я не готова поддерживать фарс ради других людей, – категорично сказала она. – Если бы я знала… я не думала, что все сложится именно так.

Он никогда не сможет полюбить. Он исключил из своей жизни то, что считал признаком слабости. Она сделала все, что могла, чтобы не расплакаться.

К тому времени, как они подъехали к дому Эдит, пошел мокрый снег.

– Не надо меня провожать, – сказала Лора, когда он заглушил двигатель. – Будет проще, если я сама все объясню бабушке. А ты можешь… подготовить своего папу.

– А потом, когда мы встретимся в следующий раз, мы… Что мы сделаем? Притворимся, что никогда не были любовниками? Будет непросто, потому что ты влюблена в меня и захочешь использовать со мной ближайшую горизонтальную поверхность.

– Тогда я подожду, пока ты уедешь, – резко ответила Лора.

Она открыла дверь машины и вышла на мороз. Алессандро тоже выскочил и перехватил ее у входной двери. Лора занервничала: что он собирается делать. Алессандро позвонил в дверь.

– У тебя не получится просто взять и сбежать, – проворчал он.

Лора знала, что он собирается поцеловать ее, она с легкостью могла прочесть это в его глазах. Она словно приросла к месту, и, когда их губы соприкоснулись, она пальцами вцепилась в его пальто и тихонько всхлипнула. Господи, что же она делает? Лора тонула. Она тонула и ненавидела себя за то, что не могла выбраться на поверхность и сделать глоток воздуха.

Лора заметила, как открылась входная дверь, и отпрыгнула от Алессандро. На пороге стояла бабушка.

– Это не то, что ты подумала! – выпалила она.

Алессандро молча смотрел на нее. Лора злилась: он умело манипулировал ее чувствами, потому что все еще хотел ее и не готов был отпустить. Ей хотелось его ударить…

– Роберто здесь, – прощебетала Эдит, приглашая их в дом.

Роберто действительно сидел на диване в гостиной в компании мужчины, в котором Лора с удивлением узнала местного викария. Он-то что здесь делает?

Алессандро взял Лору за руку и переплел свои пальцы с ее.

Услышанные слова вихрем крутились в голове Лоры.

Викарий как раз проходил мимо… Рад был увидеть влюбленных голубков… Нет ничего лучше, чем законный брак… Многие молодые люди просто живут вместе… Как прекрасно, что они решили сделать такой важный шаг…

Лора не решалась взглянуть на Алессандро. Он был так же шокирован, как и она? Казалось, он поддерживал разговор, смеялся и болтал, был приветлив и обходителен, в то время как Лора угрюмо молчала. Полчаса спустя они с Алессандро остались одни в гостиной.

– Что это было? – прошептала Лора и посмотрела на Алессандро, стоявшего около камина.

Лора все еще находилась в шоке оттого, что Роберто и Эдит распорядились их будущим без их на то согласия.

– А что я должен был, по-твоему, сделать? – яростно спросил он. – Я был удивлен не меньше тебя.

– Почему ты ничего не сказал?

– А ты почему молчала?

– Я была слишком ошеломлена. Я вообще не понимала, что происходит! Бабушка и словом не обмолвилась. Я не верю, что отец Фрэнк просто проходил мимо! И что нам теперь делать? – выкрикнула она.

Лора растерялась: Алессандро просто стоял и смотрел на нее. У него всегда было что сказать. Почему он просто смотрит?

– Все не так уж плохо, – пробормотал он, и Лора приоткрыла рот от удивления.

– И это все, что ты можешь сказать? Что это вообще значит?

Алессандро рассеянно провел пальцами по волосам и обошел гостиную кругом. Наконец он остановился прямо перед Лорой и задумчиво посмотрел на нее сверху вниз.

– Я не готов закончить… то, что у нас есть…

– То, что у нас есть? – Она коротко рассмеялась. – Тебе наплевать на всех, кроме самого себя. Тебе плевать, что я, как идиотка, в тебя влюбилась! Плевать, что ты ставишь меня в безвыходное положение! Ты всегда получаешь то, что хочешь. – Слезы обжигали ее глаза, и она отвела взгляд. Лора нервно сжимала и разжимала пальцы.

– Ты не понимаешь, – растерянно пробормотал он.

– Тогда почему бы тебе не объяснить?

– Ты заставила меня почувствовать себя живым. Когда я с тобой, я чувствую, что моя жизнь приобретает смысл.

Лора вздрогнула. Она не хотела надеяться. Это какая-то шутка, или она просто спит? Алессандро взял стул и сел напротив Лоры. Он уронил голову на руки в столь нехарактерном для себя жесте, что она не на шутку заволновалась. Она осторожно положила ладонь на его руку, и Алессандро, не поднимая головы, крепко сжал ее.

– Ты сказала, что не хотела в меня влюбляться, – сказал он так тихо, что Лоре пришлось напрячь слух, чтобы расслышать его. Он поднял голову и посмотрел ей в глаза. – Я оттолкнул тебя, но это была рефлекторная реакция. Я всегда следовал собственным правилам: никакой любви, никаких привязанностей. Но я не могу смириться с мыслью, что ты уйдешь из моей жизни.

– Ты не мог смириться с мыслью, что не сможешь больше спать со мной, – упорствовала Лора.

– Это больше чем просто секс.

– Странно, но ты никогда не говорил об этом до того, как я вывернула перед тобой душу наизнанку. Ты исчез на несколько часов, а потом спал в другой комнате. Где ты был, черт возьми?

– Я просто сидел на пляже и думал.

– И тогда ты решил удержать меня, потому что я еще не успела тебе наскучить?

– Я сказал себе, что нужно заканчивать наши отношения, потому что не могу оправдать ожиданий влюбленной в меня женщины. – Он тяжело вздохнул и прижал пальцы к воспаленным от бессонной ночи глазам, а потом посмотрел на Лору. – До того как я встретил тебя, я никогда не задумывался, почему люди хотят серьезных отношений. Ты заставила меня пересмотреть собственную жизнь. Я вырос в одиночестве и всегда рассматривал это как признак силы. Я считал, что из-за любви могу потерять свою силу и независимость, но…

– Но? – настаивала Лора.

– Но… я многое узнал об отце. И о себе тоже. Я начал многим делиться с тобой, хотя сам не осознавал этого. Я думал, что дело только в сексе, я привык так думать, но все оказалось совсем не так. Сегодня, по дороге сюда… – Лора затаила дыхание: она не знала, чего ждать от этого мужчины. – Мне было страшно, – признался он.

Лора колебалась. Ему страшно? Это самое невероятное из того, что ей говорил Алессандро, и, заглянув ему в глаза, она поверила.

– Это правда? – испытующе спросила Лора, и он слабо улыбнулся.

– Я не слишком хорошо умею врать. Я не вижу смысла в своем будущем, если в нем не будет тебя. Наверное, это и есть любовь? Я никогда прежде такого не испытывал. Я люблю тебя. Это не просто желание: ты нужна мне, и я не могу смириться с мыслью, что тебя не будет рядом на протяжении всей моей жизни. Ты что-нибудь скажешь? Или мне и дальше чесать языком?

– Мне нравится, как ты чешешь языком, – прошептала Лора, и он улыбнулся.

– Я не был потрясен, когда увидел здесь викария, – признался он. – Если честно, я был очень рад его видеть, потому что я хочу сделать то, чего от нас ждут Эдит и отец. Я хочу на тебе жениться. Лора Рид, ты станешь моей женой?

Она улыбнулась. Он любит ее! Ей хотелось броситься ему на шею и на весь мир закричать о своем счастье.

– Я так сильно тебя люблю, Алессандро, – вместо этого сказала она и нежно провела дрожащими пальцами по его лицу. – Да, я выйду за тебя замуж. Но я тебя предупреждаю заранее: со мной ты попадаешь в пожизненное заключение.

– Это лучшее, что только может быть…

Content

Кэтти Уильямс
Игрушка в его руках

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10