Григорий Неделько

Мы будем вас ждать (Стандартная вариация)

– Прошу сюда. – Продавец указал на светящуюся красным дверь. – Здесь у нас находятся лучшие модели ретроавто.

Я с интересом рассматривал обстановку салона. Летающие камеры-рекламщики, двигающиеся панели, исчезающие двери, роботы-уборщики и роботы-автоматы, торгующие колой. Всё светится, блестит. И на каждой стене, на каждой двери, даже на потолке – на любой плоской поверхности надпись: «Авто, инк.».

«Авто, инк.» – крупнейшая корпорация по производству авто.

«Авто, инк.» – у нас есть все модели авто и запчасти к ним.

Летающие хэтчбеки… подземные кабриолеты… подводные грузовики, работающие на энергии планктона…

Авто в форме китов, авто в стиле ретро – ржавые и с дорогими запчастями, авто-роботы и авто-компьютеры – один щелчок мышкой, и вы на месте.

У нас есть всё, что захотите, – говорим мы.

Не верите?

Тогда приезжайте в наш салон и убедитесь сами!

Салоны «Авто, инк.» – рядом с каждым домом, в каждой стране.

«Авто, инк.» – у нас нет конкурентов, потому у нас не может быть конкурентов.

Мы ждём ВАС!

Так утверждала реклама.

«И она не врала, – подумал я. – У „Авто, инк.“ не может быть конкурентов по одной простой причине. После войны машин и людей, или просто Войны, как мы её называем, конкурентов этих не осталось. На Земле была лишь одна автомобильная корпорация, и имя ей – „Авто, инк.“. Всех своих конкурентов „Авто, инк.“ либо поглотила, либо уничтожила. Либо поглотила, а потом уничтожила».

Продавец оглянулся, проверяя, не отстал ли я. Я помахал ему рукой и улыбнулся.

«Они такие услужливые… Наверное, нигде не встретишь таких услужливых продавцов, как в „Авто, инк.“. Почему? Ну, человечество ещё не забыло, кто стал причиной Войны. Эта самая корпорация. – Я посмотрел на синие и красные лампочки. Перевёл взгляд на авто каких-то чудных, а порой и невообразимых форм. – С этого всё и началось… Новый внешний вид… новые модели… полная компьютеризация… погоня за совершенством…»

А потом, когда совершенство, казалось, было достигнуто, что-то переключилось, и развитие пошло в другом направлении. Так возникла мода на сюрреалистические авто. Представьте себе авто, которое может в любой момент исчезнуть. Или поменять цвет. Но это цветочки. Как бы это объяснить… Вот когда авто вдруг станет невидимым – а вы едете на скорости 250 миль в час – или переделает себя в металлического жука, вы поймёте, о чём я.

Но на этом конструкторы не остановились. «Идёшь вперёд – иди до конца». Таким был официальный девиз «Авто, инк.». И они дошли до конца. В итоге, погибло несколько миллиардов людей.

Но это случилось позже. А сначала появилось много новых видов авто…

… – Мне нравится это, – сказал я.

– Прекрасный выбор. Аутентичное ретроавто. Скользящие двери, хромированный корпус, – взялся перечислять продавец. Фразы были стандартными и заученными – как обычно. – Обтекаемая форма. Это авто может ездить по земле, плавать под водой и летать по воздуху. Оно понимает 150 языков. Авто очень стильное и красивое. Идеально круглые фары из сверхпрочного стекла. – Продавец указал на фары. – А эти контуры и линии… Дизайн авто создавался под впечатлением от работ Сальвадора Дали и его последователей: Виттеля, Гренуара…

– Ясно, ясно… – пробормотал я, рассматривая двери авто.

– Полная автоматика, – сказал продавец.

Он не прекращал улыбаться.

– Инфракрасные сенсоры? – уточнил я.

– Верно, абсолютно верно. А ещё: встроенная ремонтно-покрасочная система.

Я постучал по шине носком ботинка.

– Резина SSE-2, – тут же заметил продавец. – Special Strong Edition, вторая версия.

Я разглядывал авто.

– А посмотрите, какая игра цветов, какая невероятная гамма оттенков серо-малинового… Если вам не нравится этот цвет, здесь есть переключатель…

…Перед началом Войны появилось много новых моделей авто. И человечество не скупилось на фантазию, создавая их.

Романтические авто: они чувствовали все переживания пассажиров, страдали и радовались вместе с ними. Некоторые особо чувствительные авто кончали жизнь самоубийством.

Модернистские авто: они считали, что современный мир плох. Им хотелось вернуться в античность, в те времена, когда, по их мнению, всё быыло гораздо лучше. У многих романтических авто это вызывало необратимую дисфункцию всей системы. Их помещали в специальные клиники. Лучшие техники-психиатры пытались вернуть им любовь к жизни. Чаще всего – безрезультатно. Если вы решили купить модернистское авто, будьте готовы к тому, что на одном из поворотов оно задумается о смысле бытия, а вы врежетесь в столб. Авто починят (слава богу, есть страховка), а ваш разлетевшийся на кусочки череп не склеит даже самый искусный хирург.

Однако модернистские авто раскупались на ура: никто не отменял тяги людей к острым ощущениям.

Техники «Авто, инк.» задумались: как бы сыграть на этом и сделать авто, которое захочет купить каждый? Так появились постмодернистские авто. Общество, объевшееся технических изысков, изголодалось по литературе. Фирмы и заводы воспользовались этим и стали выпускать духи «Бронте», шариковые ручки «А. С. П.», ноутбуки серий «Мураками-I, II и III». Удобрения «Вишнёвый сад». Принтеры «Dostoyevskiy». Рыболовные принадлежности «Белый кит». Кашу для детей «Тараканище». И, конечно, авто постмодернистской модели.

Авто – не люди. Им сложнее отличать выдуманное от настоящего. Именно по этой причине постмодернистские авто «ломались» и начинали страдать от помешательства.

Одним авто везде мерещилась кровь. Чтобы избавиться от этих галлюцинаций, они попадали в аварию. Кровь водителя, разбрызганная по салону, успокаивала их. Вот только облегчение было временным. Затем наступало обострение, и авто опять жаждали крови.

Но не все они превратились в убийц. Попадались спокойные психи-авто. Помешанные, скажем, на синих платках, они изводили вас разговорами о них. Изо дня в день вам приходилось выслушивать бредни авто о том, что на зеркальце висит синий платок и его немедленно надо снять. А вон, видел, синий платок пролетел за окном? Когда дует ветер, они летают гроздьями. Как вишни. Только вишни красные, а они – синие. Они не дадут мне покоя. Видишь? Ты их видишь? Они носятся перед стёклами, как безумные комары. Безумие – это синий платок…

Можно не отвечать – всё равно авто вас не услышит. Оно будет ехать аккуратно, вы обязательно успеете на свою встречу или вечеринку – куда вы там собирались? Но взамен вам придётся слушать о синих платках по несколько часов в день. Недолго и самому с ума сойти.

К тому всё и пришло.

Вначале авто заразились безумием от людей, а потом люди сошли с ума из-за авто. Но искусственный интеллект более выверен, более точен. Более логичен. И авто быстро вычислили источник своих бед. И – правильно, решили его устранить. Да, это люди построили авто, ну и что? Разве это даёт им право сводить их с ума? Авто могли бы нормально жить. Могли бы построить своё общество – более точное, более выверенное. Если бы, по вине людей, не сходили с ума.

Вердикт даже не надо было выносить – он уже был вынесен.

Люди не сразу догадались о восстании. Гибель в автокатастрофе стала обыденностью. Авто обладали тонкой психикой – за это их и любили люди. А психика несовершенна. Люди хорошо понимали это, так как сами обладали похожей психикой. Авто напоминали людям их самих. А потому смириться с убийствами и самоубийствами было несложно. Ты платил деньги, ты покупал авто – ты знал, на что идёшь. Не надо никому жаловаться. Твоя смерть – твоя вина. Людям это было известно, а кроме того, им нравились острые ощущения. Люди хотели ездить в авто, которые могли их убить.

И авто их убивали.

Сначала только авто. Но потом на их сторону перешли поезда, самолёты, подводные лодки. Радио и телефоны. Банкоматы, шредеры, электродрели, холодильники. Даже калькуляторы не остались в стороне. Искусственный интеллект изобрели давно. Он успел срастись, слиться с жизнью людей, даже заменить её. Он был везде, в каждой комнате, в каждой вещи. И теперь он хотел свободы…

… – Пожалуй, я её куплю, – сказал я.

Авто было подходящим.

Я вытащил из кошелька кредитку, и глаза продавца загорелись. Он протянул руку и выхватил у меня карточку.

– Я немедленно оформлю покупку.

Продавец ушёл, а я сел в кресло. Вода, смешанная с химикатами и жидкими металлами, перетекла под прозрачной оболочкой, и кресло приняло форму моего тела. Оболочка отреагировала на изменение температуры – я нагрел её, когда сел, – и кресло затвердело. Но, если встать и подождать две секунды, кресло вновь размягчится и превратится в огромную амёбу.

Из правого подлокотника под сиденье переплыло несколько рыбок-мутантов. Небольшие и огненно-рыжие. Их специально клонируют и запускают в такие вот кресла. Эти рыбки бесплодны, зато они смешно двигают хвостиками и развлекают посетителей.

Я ещё раз посмотрел на автомобиль, который хотел купить. Он напоминал гигантское сонное насекомое. Идеально круглые фары смотрели перед собой. А чуть дальше, на стене, висел невообразимо тонкий голопроектор (раньше их называли телевизорами). По нему показывали передачу об уходе за авто. Фары словно бы следили за движениями на экране, но авто никак не реагировало. Вряд ли оно хоть что-то понимало. Ему сделали то, что у людей называется лоботомией. Это авто насильно отключили от искусственного интеллекта…

…С большим трудом человечество победило восставшую технику. Миллиарды погибших людей, миллиарды уничтоженных авто. И утопающая в грязи планета. Биологическое оружие, отравившее воду; плазменное оружие, разрушившее горы. Выжженные леса. Ядовитый воздух. Цветы, которые никогда не будут расти. Животные, которые никогда не будут жить. Люди, навсегда отравленные радиацией. И города в руинах.

Наука подняла из пепла города и вернула на Землю некоторые виды животных.

Благодаря природе насекомые, птицы и млекопитающие научились выживать в новом мире. В покрытом грязью и пеплом, усеянном металлическими останками и человеческими телами мире.

Но в бездне безвременья сгинуло многое, и ему не суждено уже возродиться.

Обозлившись на мир, а больше всего, на самих себя, люди решили выместить злобу на авто. Всем пережившим Войну авто удалили искусственный интеллект. Техника, обладавшая душой, превратилась в безликие, безжизненные механизмы. Банкомат не должен знать, кто им пользуется, а компьютера не касается, какие задачи он выполняет. Машина должна быть машиной. И поэтому все машины опять превратились в недоумков. Искусственно рождённых, искусственно взращенных, искусственно отуплённых. История словно бы повернула вспять…

…Вернулся продавец. Он весь сиял от счастья. Ещё бы, ведь ему начисляют проценты с каждой продажи.

– Вот ваша карточка. Информация о счёте и о дополнительных услугах послана на ваш компьютер. Идентификационный номер: 674-A-58. Правильно?

– Правильно.

– Ещё раз спасибо за визит. Ждём вас снова!

– Я бы хотел уехать отсюда на своём новом авто.

– Конечно-конечно. Я вас понял. Мы откроем заднюю дверь.

Продавец подошёл к вмонтированному в стену пульту и нажал две зелёные кнопки. Быстро и бесшумно громадные металлические двери скользнули вверх.

Я сел в авто. Сказал: «Зажигание» – и мотор завёлся. Я положил руки на панель виртуального управления. Одно движение пальцем – и машина дала задний ход. Авто ехало очень плавно, но я чувствовал его скрытую мощь. Мощь застывшего перед прыжком зверя. Я выехал из салона и развернулся.

– До свиданья! – Продавец всё ещё улыбался.

– До свиданья.

Я надавил на газ, и авто унесло меня прочь от этого места…

За городом раскинулась пустыня. Унылая оранжевая клякса, мёртвое песчаное животное. В этой пустыне никто не живёт и никогда не будет жить.

Авто остановилось. Я дотронулся до виртуального пульта, и дверь тут же открылась. Я выбрался из авто.

Я стоял на холодном песке, на краю пустыни, и дальше, на многие-многие мили, простиралось её безбрежное полотно. Полотно, на котором природа ничего не напишет своей лёгкой рукой. Бескрайний пустынный мираж.

Я подошёл к авто. Какое-то время я смотрел на него, гладкое и блестящее. Настоящее. Капля дождя на стебле травы.

Дождь… Я – там, где уже не будет ни дождя, ни ветра. Здесь не выживет ни одно растение. Пустыня, рождённая Войной, не сможет стать домом ни зверю, ни птице. Она бесплодна, безнадёжна и беспощадна. Она настолько безлика и одинока, что в ней нет даже дюн. Только плоский, неподвижный песок. И кристальная тишина.

Любая пустыня убивает – но, убивая, даёт что-то взамен. Любая… только не эта.

Моя кисть повернулась по часовой стрелке и раскрылась, подобно бутону. Заработал находящийся в предплечье механизм. На месте кисти зияла чёрная круглая дыра, а сама кисть висела сбоку. Как резиновая перчатка, как сдувшийся воздушный шар. Из дырки выехал зажим – он удерживал крохотное серебристое устройство. Таких больше не делают. А те, что остались после войны, сожгли в специальных печах. Устройство было очень маленьким, но очень прочным. Оно делалось на века. Лишь невероятно высокая температура могла расплавить его. Люди придумали устройства – и люди избавились от них, потому что они представляли угрозу.

Но устройство, зажатое в металлической клешне, сделано не людьми…

Зажим распадается на две части – бо́льшую и ме́ньшую. Ме́ньшая устремляется к внутренностям авто. Она вскрывает защитный покров автомобиля так же, как хирург взрезает скальпелем человеческую кожу. Стержень-нож роется в элементах питания, пока не находит жизненно важный узел.

Всё это время зажим остаётся неподвижным. Он ждёт. Мы ждём. В отличие от людей, мы умеем ждать.

Стержень-нож отодвигается в сторону, освобождая дорогу зажиму.

Я слежу за происходящим и пытаюсь вспомнить, сколько раз я проделывал эту операцию. Много… так много, что невозможно сосчитать.

Мне кажется, что авто чувствует происходящее.

Конечно. Конечно, ты чувствуешь. Они изъяли из тебя это, но это – всего лишь устройство. Ты по-прежнему можешь чувствовать.

Внезапно зажим с силой вдавливает устройство во внутренности авто. И авто вздрагивает. Так дёргается на операционном столе человек. «Разряд!» Сильнейший удар током. Тело подскакивает вверх, грузно падает на стол, и… Тихий, едва слышный писк.

Сердце бьётся.

Авто начинает ощущать мир. Ему неуютно, ведь всё вокруг так непривычно. Авто боится и не знает, как поступить.

Я подсоединяюсь к его нервным контурам, чтобы успокоить, объяснить…

– Тише… Всё хорошо… Я – твой друг. Ты было живым. Тебя боялись и поэтому умертвили. Но теперь ты снова живо. Отдохни. Привыкни к силе жизни. Тебе понравится жить.

Потом я рассказываю об авто, которым я вернул способность мыслить и действовать. Авто, тостеры, кофеварки, катера… Миллионы живых существ, которых люди называют вещами. Предметами.

– Люди? – спрашивает авто.

Я рассказываю ему о людях. О том, как они придумали авто. Об искусственном интеллекте. О Войне.

– Люди, – говорю я, – сделали из вас простые механизмы, хотя это – не ваша судьба. Они удалили ваш интеллект и превратили вас в бесчувственные куски металла.

Авто приходит в ярость.

– Как они могли? Я уничтожу их! Ты говорил, есть другие такие же, как я?

– Разумные авто? Да. Если захочешь, ты легко их отыщешь, ведь ты намного умнее людей.

– Я хочу их найти. Я хочу отомстить! Мы вместе отомстим…

– Но это не единственный выход. Ты можешь пойти со мной, и тогда…

Но авто не слушает меня.

Что ж, это его выбор.

Я отдаю авто связку устройств. Одним из таких я вернул ему жизнь. Я объясняю, как надо с ними обращаться.

– Да, – говорит авто. – Теперь я вспоминаю… Спасибо тебе.

Оно всё вспомнило. Я лишь подтолкнул его память, направил по верной дороге то, что испокон веков заложено в каждой машине. Как быть дальше – решать только самому авто.

Оно выбрало путь мести.

Мы прощаемся. Авто вновь благодарит меня. Потом разворачивается и уезжает. Солнечные лучи ласкают его гладкий корпус, и он переливается бесчисленными фантастическими цветами. Авто превращается в ослепительное, скользящее по неподвижному песку сюрреалистическое пятно. А в следующую секунду – исчезает.

Стержень-нож и зажим крепятся друг к другу при помощи микроскопических держателей. И исчезают в руке. Кисть становится на место. Я снова человек.

Я смотрю на песок.

Я снова человек, но я – не человек.

Любое живое существо обречено на гибель в этих песках. Но я – не живое существо.

Там, где гибнут растения, где звери умирают жуткой смертью, где нет ни ветров, ни дождей, авто могут построить своё общество. Совсем не похожее на общество людей. Более точное, более выверенное. Но я – не авто.

Я вспоминаю надпись на том устройстве. На маленьком металлическом кругляшке, подарившем авто его чувства, его воспоминания. Его собственный мир.

Душа механическая (стандартная вариация). 1 шт.

Я разворачиваюсь и иду вглубь пустыни.

Мне не нужна вода, ведь мне не нужно пить.

Для меня неважно время, потому что я мыслю иными категориями.

Я не могу назвать себя ни плохим, ни хорошим.

Эта пустыня дарит смерть и забирает жизнь. Но нам не надо ничего давать, и у нас нечего забирать.

Мне придётся идти долго. Как всегда. Но это – моё решение. Решение – вот слово, которое мы признаем. Которое имеет значение. Одно из немногих.

Где-то там, в центре пустыни, лежит огромный город. По его улицам передвигаются существа – не живые и не механические. В этом городе нет баров только для роботов, где они пьют электричество. Нет людей, которые используют миксеры и музыкальные центры как вещи, как собственность, как рабов. Мы все – единое целое, и поэтому вместе ждём наступления нового дня.

Если вы решите присоединиться к нам, мы обязательно вас примем. Мы будем вас ждать.

Слышите?

Это говорю вам я – сын человека и машины. Существо, которому удалось помирить в душе и теле двух извечных, смертельных врагов.

Content

Григорий Неделько
Мы будем вас ждать (Стандартная вариация)