Польская Маргарита

У осени в долгу

.

У осени в долгу

Маргарита Польская

Я девушка здравомыслящая.

Немного психованная, но здравомыслящая.

С.Кинг "Безнадега"

- Солнце вышло из-за туч, до чего же я могуч! - Орала только что придуманную речевку Ведика, под аккомпанемент дождя, бодро заволакивая в дом, вывешенные на просушку, матрасы и половички. Речевка совершенно не подходила ситуации, но зато отлично поднимала стремительно падающее настроение. В кои-то веки она решила заняться домом и, наконец, избавиться от сырости, пропитавшей все белье, а тут дождь ливанул.  "Ничего!", думала девушка, "я уже столько неудобств вытерпела, что вымокшая постель не заставит меня упасть духом!"

"Кап-кап-кап". Вода мерно капала в подставленный тазик, выводя Веду из себя. Вообще вода вроде как должна успокаивать, но не зря в родном для нее мире ей пытали преступников. Каждая капля, казалось, отдавалась молоточком в голове, и уже хотелось куда-нибудь сбежать, но на улице шел ливень, а в доме хотя бы было относительно тепло и сухо.

«Кап-кап-кап». Надо все-таки починить крышу. Если бы она знала, что местный король в благодарность за спасение сына такую халупу подарит, стрясла бы с него мешок золота. Сетуя на свое не вовремя проснувшееся благородство, девушка встала из-за стола, откуда сверлила взглядом таз и злобно стуча пятками по полу, пошла на кухню. Какой-нибудь успокаивающий чай должен привести организм в норму и угомонить расшалившиеся нервы. Не иначе осень, подступающая все ближе к порогу, шутит с настроением, вгоняя в тоску.

На кухне вовсю кипела работа. Жарились в огромной сковородке оладушки, сама собой мылась посуда в большой кадушке, а метла резво собирала мусор в совок. На табуретке стояло пушистое существо, ростом с пятилетнего ребенка, и командовало утварью, размахивая поварешкой на манер дирижерской палочки.

- Привет, Веда. - существо, бывшее, конечно же, бубахом, местным аналогом домовых, спокойно посмотрело на вошедшую хозяйку зелеными блюдцами глаз. - Чего такая злая? Случилось что?

- Все в порядке, Сэн. Просто крыша опять прохудилась, завтра Джерри придется звать. - вяло улыбнулась та в ответ и усмехнулась над двусмысленностью фразы.

- Ох, беда! Опять этот пропойца чего-нибудь учудит, - всплеснул руками домовой, не жалующий соседа-плотника. – Может, я чем подсоблю?

Сэн уже деловито вытер руки кухонным полотенцем и, отряхнув передник, поставил на стол тарелку с горкой аппетитно пахнущих оладушек. Следом из воздуха появилась вазочка с вареньем и плошка со сметаной. Веда благодарно кивнула и спрятала проскользнувшую торжествующую улыбку. Приказывать бубаху она не имела права. Все дела по дому тот делал только по собственному желанию, но вот намекнуть никто не запрещал.

- Попробуй, вдруг, что и выйдет. Не хотелось бы к соседу обращаться. Денег, помимо бутылки, сдерет как за золотую черепицу, а сделает, как в хлеву.

Домовой согласно покивал лохматой головой.

- Пойду, гляну. Посуду оставь, сам помою.

Сэн повесил полотенце на дверцу кухонного шкафа и с тихим хлопком растворился в воздухе. Теперь можно быть уверенной, что крыша будет залатана по первому разряду. Магия у этих маленьких фейри надежная и сбоев не дает. Главное, таким как Веда не прикасаться, а то рухнет все. Но на крышу девушка лезть не собиралась, поэтому спокойно доела ужин и вышла на крыльцо, где дождь уже закончился, и так вкусно пахло озоном.

"Кажется, моя крыша тоже прохудилась!" - решила она. В сгущающихся сумерках было плохо видно, что происходит на берегу речушки, текущей за домом, но девушка могла поклясться, что отчетливо видела, как из воды неспешно выходил огромный черный конь. Он грациозно переставлял точеные ноги, черная шкура лоснилась и переливалась в скудном свете взошедшей луны, а глаза мерцали таинственным светом. Картина завораживала, если бы не одно но.

Забыв обо всем на свете, Ведика скатилась с крыльца и бросилась к реке. Нельзя позволить фуа уйти дальше дома, иначе утром кого-то в ближайшей деревне не досчитаются. Эти фейри обладают злобным характером и в облике жеребца заманивают наивных жертв под воду. Предпочитают почему-то мужчин, наверное, потому что мяса в них больше.

У самого берега Веда притормозила и аккуратными шагами, расставив широко руки с открытыми ладонями, демонстрируя дружелюбность, стала приближаться к коню. Тот заметил гостей и нервно дернул головой, от чего шикарная грива взметнулась волной.

- Доброй ночи, уважаемый! - заискивающе начала девушка. - Я могу вам чем-то помочь?

Конь ошарашено притормозил и уставился прямо в широко распахнутые от волнения глаза. Еще бы, он-то был уверен, что невидим для человеческого взора. А потом просто перепрыгнул через Веду и стрелой умчался в даль, ехидно взмахнув пушистым хвостом. Вот только ускакал он по направлению к городу и девушка явно не успевала его никак остановить!

Мысль по спасению несчастных мужчинок, заманенных фейри, озарила голову и обрадовала своей простотой. Фуа для жизни нужна именно проточная вода. Около города нет таких водоемов, самый близкий - Нежилка, речка за Вединым домом. При этом она имеет слишком крутые берега, и спуститься в воду можно только с мостков. Около них девушка и решила устроить засаду.

За полчаса она быстренько вернулась в дом, побросала в мешок несколько пузырьков, метелочку особой травки и пару амулетов. Сэн еще настоял на теплом пледе и фляге с чаем.

Ночь уже полностью вступила в свои права, а волшебный конь все никак не желал показываться. Стрекотали сверчки, заунывно пела какая-то ночная птица и в такт ей, ухал филин в ближайшем перелеске. Веда уже замерзла, несмотря на плед и чай, и начинала сомневаться в правильности своего решения. Если этот гад парнокопытный где еще сход в реку нашел - пиши пропало. Утащил на дно и поминай как звали.

Уже почти решив, что пора домой, и она зря тратит время, Ведика услышала шорох травы. Несколько человек пробирались к берегу, не особо беспокоясь о скрытности. Напрягая глаза до слез, она смогла разглядеть и фуа, почти сливавшегося с окружающей темнотой.

Он шел впереди, раздвигая широкой грудью камыши, а за ним след в след, уверенно, но пошатываясь и смотря вперед незрячими глазами, шли люди. Их было пятеро - четверо мужчин и мальчик лет десяти-одиннадцати. У всех отсутствующий взгляд и дурацкая улыбка на все лицо. Сейчас они слышали чудесную музыку, обещавшую исполнение всех желаний, и шли на ее зов.

Веда вскочила, опрокинув с коленей флягу, вышла на встречу, загораживая дорогу к воде. Фейри только насмешливо фыркнул и продолжил идти прямо, наступая грудью. Девушка, чертыхаясь и путаясь в завязках, выхватила из мешка связку ивовых стебельков, подожгла и выставила на вытянутой руке. Конь всхрапнул и, пятясь назад, начал трясти головой, отфыркиваясь. Фейри вообще это дерево не любят, а дым от него - лучший оберег.

Так и держа в вытянутой руке тлеющие веточки, Веда осторожно обошла коня сбоку и дотронулась до плеча первого из мужчин. Он не отреагировал, продолжая смотреть в никуда и глупо улыбаться. Еще раз ругнувшись, Веда опять полезла свободной рукой в мешок. Где-то там должны были пару листиков омелы валяться, на этих болезных хватит.

И точно, несколько плотных игольчатых листков будто сами прыгнули в руку. Девушка растерла их пальцами и сунула под нос мужчине. Тот чихнул, и в мутных глазах отразилось понимание, а затем и ужас.

- Отойди к дому и жди остальных, с крыльца не сходи. - Приказала ему, даже не посмотрев. Ей сейчас ни к чему паника и бестолковая беготня.

Через пару минут все пятеро ютились на ветхом крылечке, испуганно кося в сторону фуа. А последний, окончательно озверев от потери законной добычи, начал наступать. Он выбрасывал вперед огромные копыта, пытаясь дотянуться до ног девушки, и злобно ржал, показывая внушительные клыки.

- Э, нет, дружок. Эти мужчинки мне и самой пригодятся, - высказалась Веда на очередной выпад злобной коняги. Фуа щелкнул зубами, а за спиной испуганно вскрикнул мальчишка.

И вдруг, когда она уже не знала что делать дальше (разве что ждать до самого рассвета, пока сам не уйдет), раздался бархатный голос.

- Ты с-сломала мне вс-сю игру, с-с-смертная. Ещ-ще рас-сплатиш-шься.

Этот голос, казалось, шелестел осенними листьями, пылью дорог и сухой травой. Он завораживал и подавлял волю, приказывал подчиниться, сдаться. Колени сами ткнулись в прибрежный песок, а губы сложились в блаженную улыбку. Из груди вырвался сладостный вздох.

Что-то дернуло за руку, почти оторвав рукав рубахи, Веда раздраженно дернулась, пытаясь устранить досадную помеху, отвлекавшую от такого волшебного голоса. Она слушала бы его вечно! Но наваждение отступило, схлынуло волной, вспугнутое резким движением, и девушка очнулась. Рядом с ней стоял спасенный мальчик, а фуа исчез. На крыльце тихо обсуждали случившееся мужчины, а в ночной тиши все еще шелестела потревоженная трава. Сразу стало как-то не по себе. Веда тряхнула головой, отгоняя испуганные мысли и занялась жертвами фейрийского произвола.

Эх, знала бы она, что такие встречи неспроста бывают, сидела бы дома и нос не высовывала.

-Шелестел, говоришь, - задумчиво протянул Сэн, теребя маленькими пальчиками кружку с горячим чаем. Кружка была красной, в белый горох, подарена хозяйкой, а потому особо любима маленьким домовым. - Ой, не к добру это. Осень на пороге, скоро в силу многие опасные существа войдут. Сдается мне, что этот именно из них.

Бубах был не на шутку встревожен и не скрывал этого. Его быстрые ручки уже раскрошили половину печенья, выложенного в красивую вазочку, а сейчас превращенного в малоаппетитное крошево.

Веда сидела молча и смотрела в окно, за которым опять бушевала непогода. Уже пожелтевшие листья кружились в вальсе с ветром, гоня мелкий сор и тонкие паутинки. Дождь постоянно лил как из ведра, давая небольшие передышки, будто собираясь с силами. Крыша теперь не текла, но все равно в доме было не очень уютно, зная что оберега над дверью нет. Веночек из рябины, не пропускающий фейри в жилище, девушка сняла два года назад, когда найденный на опушке леса бубах изъявил желание жить с ней.

- И что делать? - задала она насущный вопрос, на самом деле не ожидая какого-то дельного совета.

- Рябину вешать, что еще? - немного раздраженно ответил Сэн, будто подслушав мысли.

- Но как же..

- Обыкновенно. Рябина в дом не пускает, а я уже внутри. Правда, выйти не смогу, если что, но это мелочи. Без защиты тебе нельзя. Скоро Дикая Охота, а твой новый знакомец не менее опасен. И он в своем праве.

Последняя фраза заставила девушку поежиться, глубже кутаясь в теплую вязаную шаль, наброшенную на плечи. Право! У фейри есть свой особенный кодекс чести. И если они "в своем праве", то ни один из Волшебного народа не встанет на пути. Их правила не понятны людям, да и не делятся они со смертными такими секретами.

Десять лет назад, оказавшись в этом мире, полном магии и чудес Веда, а тогда еще Вероника Грибнова, студентка исторического факультета, не испугалась. Ей было в радость сменить серый и скучный городишко на новую, полную интересных вещей жизнь.

В Эвире, мире-отражении, не было интернета и машин, зато была магия и фейри. А еще король, призвавший иномирянку из родной России, дабы та помогла избавить сына от проклятия. Нет, она не была Избранной или еще какой-нибудь особенной личностью, просто для снятия проклятья нужна была девушка из другого мира, и попалась именно Веда. Много сил задействовали королевские маги, чтобы выдернуть девушку сюда. А Ведика оказалась благодарной. Домой не просилась (просто никто там ее не ждал, и ни что не держало), истерик не устраивала. Послушно чмокнула принца, тот глаза и открыл.

Тут король хотел и свадебку сыграть, но Веда воспротивилась. Пришлось доказывать, что сама она из крестьян, ни роду знатного, ни богатого приданого не имеет. Его Величество сопротивлялся долго и упорно. Иномирянка - редкость несусветная, такая невестка честь принесет. Но девушка уперлась, и пришлось королю сдаться. Не насильно же под венец ташить.

Веда в награду же попросила всего лишь домик где-нибудь в тихом местечке, чтобы река рядом и лес. И, краснея, немного золота, чтобы обжиться на новом месте.

Сама она потом не раз себя дурой круглой обзывала за такое благородство. Домик, и правда, был в тихом месте, рядом речушка и лес. Вот только стоял он на отшибе деревеньки, что раскинулась недалеко от столицы. Раньше он местной ведьме принадлежал, и селяне не очень-то обрадовались, что у жилища новая хозяйка появилась. А если она тоже ведьма?

В Эвире женщин-магов не водилось, что-то там с энергией у слабого пола не так. Зато ведьмы, знающие травки и заговоры, были почти в каждой деревне и люди относились к ним без злобы, но настороженно. "Как к бомбе замедленного действия" сразу провела аналогию Веда.

В общем-то, место было неплохое, девушке тут нравилось. Денег едва хватило на ремонт полуразвалившегося домика и закупку необходимых вещей. Дальше нужно было как-то зарабатывать. Вот тут-то и помог родной мир технологий.

Оказалось из-за того, что на Земле магия как таковая не существовала на Веду, родившуюся и выросшую там, местная магия почти не действовала. Мелкие заклятия вообще разрушались от её присутствия. А фейри - страх и ужас местного населения - переставали быть для Ведики Гримхолл невидимыми.

Теперь жители всех окрестных деревень, да и городские тоже, обращались в дом на отшибе, чтобы девушка помогла им справиться с фейри. Видя Волшебный народ, ей не составляло труда поймать мелких пакостников или договориться с более сильными. Платили за такую нехитрую работу щедро, даже на новый дом хватило бы. Но на удивление, Веда покидать свое пристанище не пожелала и вот уже десять лет жила на радость себе. Это место стало ей родным.

Отвлекшись от воспоминаний, девушка старательно пыталась вспомнить, куда же спрятала венок из рябины. Вроде на чердаке пылился. Или все-таки в шкафу, в спальне? Сэн, заметив, что Веда ушла в размышления, тихо удалился по каким-то ведомым только ему делам.

Решив начать поиски со спальни, Ведика поднялась по шаткой лесенке на второй этаж. Вторым его, конечно, могла назвать только такая, как она, нетребовательная личность, всю жизнь прожившая в однушке, где даже диван-кровать с трудом уместился. Так вот, спальня располагалась на самом деле, на месте чердака, занимая большую его часть, и именовалась отныне мансардой, а каморка рядом была отдана непосредственно под сам чердак.

Спальня была особой гордостью Веды. Здесь она старательно воплощала в жизнь свою детскую мечту об огромной кровати, наклонных окнах и летящих занавесках балдахина, подсмотренную когда-то в модном журнале. Год за годом она старательно тащила сюда всякие милые сердцу побрякушки, коврики, вязаные салфеточки. Ныне помещение больше всего напоминало бабушкин сундук изнутри, но Веда искренне гордилась им и только тут могла полноценно отдохнуть.

Толкнув дверь, которая даже не скрипнула, смазанная заботливым Сэном, девушка, не зажигая света, прошла к старинному шкафу. Его лак давно облупился, а резьба потемнела и местами откололась, но он все еще поражал своей роскошью. Этим шкафом она гордилась особенно. Шутка ли, купить мебель из королевского дворца за два серебряных?

- С-с-странный у тебя вкус-с-с, человечка. - Раздался насмешливый голос откуда-то со стороны постели. От ужаса Веда забыла как дышать, но рука, нащупавшая в этот момент злополучный венок, сжалась на нем мертвой хваткой. Хотя, что-то подсказывало ей, рябина тут не поможет.

- Что ты хочешь, Высокий? - голос стал хриплым от волнения. Или от страха? Какая разница, если это существо может убить её одним щелчком пальцев?

- Ты ещ-ще не рас-сплатилас-с-сь за мою игру.

Он полулежал на многочисленных подушках, удобно откинувшись и согнув одну ногу в колене. Всем своим видом он демонстрировал дружелюбность, но Веда-то знала, что в бой фейри может вступить в любую секунду. Только вот боя и не будет. Либо она удовлетворит его желания, какими бы они ни были, либо распрощается с жизнью прямо тут. Не ей тягаться с Высоким.

- Что ты хочешь? - повторила она, боясь даже шевельнуться.

- Вс-сего лиш-шь поиграть. - Он улыбнулся и во тьме спальни, эта белозубая улыбка смотрелась ужасающе.

- Во что?

- В охотников на фейри. Вернее в охотницу.

Он гибким движением поднялся с постели и приблизился к замершей девушке. Теперь, в свете луны, льющей свой свет через маленькое окошко, она смогла разглядеть его. Красив до помешательства, как и все Высокие. Скуластое лицо, будто вырублено из камня, но настолько совершенно, что сложно отвести взгляд. Рыжие волосы собраны в тугой хвост, перевязанный в нескольких местах лентами. Он щекотал пушистым кончиком колени мужчины, дразня и призывая дернуть. А вот золотые глаза с вертикальным зрачком заставляли сердце биться еще чаще, грозя проломить грудную клетку и скончаться от конвульсий и… ужаса.

Фейри протянул руку и выдернул из пальцев Веды рябиновый венок. Он совершенно спокойно повертел его так и эдак, отщипнул одну засушенную и сморщенную ягодку, растер в пальцах. Веда расширившимися глазами смотрела, как бурая труха её единственной защиты осыпается на чистый пол. Он даже не обжег пальцы! Сколько же Силы в этом существе?

- С-страш-шно, правда? - опять зашелестел его сводящий с ума голос. Девушка послушно кивнула в ответ.

- Что мне нужно делать?

- Тож-ше с-самое, что и вс-сегда. Только з-с-садания теперь давать тебе буду я. А платой будет...ммм...твоя жиз-с-снь?

- С-согласна. - невольно повторила шипение Веда, понимая, что подписывает себе смертный приговор. Но так за собственное существование еще можно побороться, а откажись она и все закончилось бы уже сейчас.

- Вот и чудненько. - усмехнулся этот монстр и просто растворился в воздухе.

Ведика ошарашено крутилась на месте, пытаясь понять куда он делся. Она точно чувствовала, что он не переместился как Сэн, не использовал невидимость. Он будто распался частицами и слился с окружающим миром, исчезнув, но в тоже время, присутствуя везде и повсюду. Как будто тысячи глаз смотрят и следят за каждым твоим шагом.

Так и не найдя ответа на вопрос, она подхватила брошенный венок и поплелась вниз. Нужно найти Сэна, и вытрясти из бубаха всю правду об этом рыжем чудовище. Игра началась!

Истина открывается лишь тогда,

когда на нее совершенно случайно

наталкивают посторонние

обстоятельства.

Кадзуо Исигуро "Остаток дня"

- Что значит, ты не можешь рассказать? - орала Веда на съежившегося пушистика. Зеленые глаза наполнились неподдельным сожалением и бубах тяжко вздохнул.

- То и значит. Запретил он мне. Сказал, если такая любопытная, сама ответы найдешь.

- Но как? Или у вас тут есть список всех фейри в библиотеке, а я его за десять лет так и не нашла?!

Веда металась по небольшой комнате, заменявшей ей кабинет. Пять размашистых шагов вперед, резко развернуться, чтобы каштановая коса хлестнула по щеке, и еще пять шагов назад. Пнуть каминную решетку, вздохнуть и плюхнуться с размаха в кресло.

Стало совестно за то, что накричала на неповинного домового, но злость так быстро сдаваться не хотела, продолжая бурлить в крови. Веда вообще была девушкой довольно импульсивной, подверженной резким сменам настроения и такие вспышки злости давно никого не удивляли, особенно бубаха.

- Вообще-то есть. - скромно ответил домовой. - "Легенды Эвира" называется.

- Но это же просто сказки. Я и читать то их не стала, как только поняла, что здесь их детям в качестве страшилок на ночь рассказывают. - растеряно пробормотала девушка.

В первые месяцы пребывания в новом мире она послушно штудировала историю и географию в библиотеке, просиживая там целыми сутками. Веда справедливо считала, что тот, у кого больше знаний - защищен от всяких непредвиденных пакостей. Кстати, и список фейри на самом деле тоже имелся. Веда его даже листала. Только вот действительно полезной информации там и в помине не было. Все способы защиты, кроме пресловутой рябины, Ведика изобрела сама, методом проб и ошибок. А в "Реестре" просто были перечислены самые распространенные виды низших фейри. Пользы от этого никакой не было, поэтому девушка и не принимала эту информацию к сведению. Рыжего там точно нет, слишком силен для простых низших.

- Сказки или нет, но легенды эти появились еще во времена, когда фейри только пришли в этот мир. Многое там, конечно, выдумка, но можно и правду отыскать, если постараться. - осторожно уточнил домовой. Он был очень расстроен тем, что никак не может помочь хозяйке, но слово Высокого связывало его по рукам и ногам. Остается надеяться, что Веда послушается и все-таки прочитает эту книжку со сказками.

- Ладно. От тебя совета не дождешься. - раздосадовано махнула рукой девушка. Она решила, что завтра обязательно наведается в библиотеку и запросит все сведения о Высоких, какие там есть. Ну, не "Легенды Эвира" же ей взаправду читать? Чушь полнейшая!

Главная библиотека находилась в самом центре столицы великого Никрейского государства. Само здание было совершенно ничем не примечательным, разве что бронзовым памятником у входа, изображавшим огромную книгу, открытую посередине.

Посещать этот храм знаний могли все желающие, но редкие и запрещенные книги, а также сведения о некоторых специфических знаниях, доверялись лишь проверенным лицам. Веда, долгие годы выполнявшая не последнюю работу на благо государства, таким проверенным лицом являлась. И даже больше, по личному распоряжению Его Величества ей разрешалось забирать некоторые книги домой.

-- Госпожа Гримхолл! Рад вас видеть! Давненько вы к нам не захаживали. - Расплылся в улыбке старший библиотекарь, что не скрыло тонкого ехидства. Он всегда лично подбирал для Ведики необходимую литературу, а иногда даже удостаивал девушку комментариями по найденной информации. Этот мужчина, давно перешагнувший рубеж средних лет, был настоящим кладезем знаний. Имевший высшее звание Магистра, он был сведущ практически во всех областях, начиная от способов выдувания цветного стекла, заканчивая Высшей некромантией.

-- Да, давно. Я тоже рада встрече, господин Аспен. – церемонно поздоровалась Веда и тоже ехидно улыбнулась. Такой обмен любезностями был уже традицией.

Мужчина, не переставая улыбаться, жестом предложил Веде следовать за ним. Девушка привычно шла по коридорам библиотеки, рассматривая спину своего провожатого. Несмотря на возраст, спина эта была все еще крепка и широка, и могла вполне защитить от бед хрупкую женщину. Интересно, библиотекарь женат? Наверное, да. Хотя они и были друзьями, Веда никогда не спрашивала его о личной жизни.

Ну, не может такой мужчина, с породистым красивым лицом и такой мужественной фигурой оставаться один. По крайней мере, Ведика бы от такого мужа точно не отказалась, будь он чуть помоложе.

Непристойные мысли прервались на пороге личного кабинета господина Аспена. Вообще кабинетом это помещение можно было назвать с большой натяжкой. Груды бумаг и свитков, книг и тетрадей, валялись везде, где только можно: на столе, стульях, на ковре и подоконнике, даже на столике с напитками тоже высилась кипа книг. Ллойд Аспен небрежным жестом переместил ближайшую кучку, очистив тем самым уголок стола и стул.

-- Присаживайся. Что будешь? - Хозяин кабинета, привычно перейдя на "ты", кивнул на столик с напитками. Среди бумаг там можно было разглядеть несколько бутылок чего-то алкогольного, покрытый пылью чайник и грязную чашку с темными разводами на стенках.

-- Мятный чай, но только не из той кружки. - Указала она на столик. - Ллойд, я по делу.

-- Значит, просто так зайти к старому приятелю тебе сложно? – грозно нахмурил он брови.

Веда расхохоталась, взглянув на обижено надутые губы мужчины. В сочетании с длинными, заправленными за кожаный пояс, седыми усами -- отличительный признак Магистров -- это смотрелось настолько комично, что не рассмеяться было невозможно.

-- Прости, - еще похихикивая, извинилась Ведика. - Конечно, могу и просто так, но сегодня по делу.

-- Во что вляпалась? - господин Аспен уселся прямо на стопку книг и плеснул себе в мутный стакан какого-то темно-золотистого напитка. Потянув носом, Веда предположила, что это виски. Здесь его называли зубодробительным названием, которое девушка никогда не могла выговорить, поэтому звала так, как привыкла еще в студенческом прошлом.

-- Не могу пока рассказать. Сама не понимаю многого. Ты поможешь?

-- Конечно, куда я денусь?

Беседу прервал библиотечный бубах, принесший маленький поднос с дымящейся чашкой. В комнате сразу свежо запахло мятой. Веда испытывала какую-то необъяснимую слабость к этой траве, добавляя ее всюду. Вежливо поблагодарив домового, девушка с наслаждением втянула аромат чая и отхлебнула маленький глоточек. Библиотекарь с усмешкой наблюдал за ней, ожидая продолжения разговора.

-- Тогда найди мне всю информацию по Высоким.

-- Ясно, - посерьезнел Ллойд. - Подожди немного здесь, сейчас принесу.

Господин Аспен вышел из кабинета, больше ничего не сказав, а девушка осталась наслаждаться любимым напитком. Через полчаса Ллойд вернулся с несколькими свитками и толстой книжкой в руках. Веда была разочарована. Она-то ожидала огромных стопок с документами из архива и толстенных энциклопедий, но единственная книга оказалась теми самыми сказками, про которые говорил Сэн.

-- И это все? Ты шутишь?

-- Это все. Высокие, знаешь ли, не любят делиться своими секретами, а те, кто их встречал - редко выживали. - Ллойд был раздражен. Глупая девчонка влезла туда, куда не следовало. Высокие фейри -- не игрушки! Открутят эту симпатичную голову, и не будет больше любопытной Ведики Гримхолл.

-- У меня нет выбора, - вздохнула она. - На руки дашь?

Она подняла на него глаза и ужаснулась. Лицо друга выражало такую боль, что Веда невольно вздрогнула. Что же его так напугало? Неужели переживает?

Девушка молча встала и подошла к мужчине, положив руку ему на плечо. Ллойд Аспен, умудренный опытом и изрядно битый жизнью, смотрел на Веду глазами побитой собаки.

-- Я боюсь за тебя, девочка. Очень боюсь. - Тихо прошептал он, накрыв ее руку своей. Его ладонь была широкой и мозолистой, с чуть шероховатыми пальцами, которые ласково поглаживали тонкую женскую ладошку.

-- Не надо, Ллойд. Я справлюсь, как и всегда. А потом приду к тебе, мы напьемся этой вашей "водой жизни", и я все-все тебе расскажу. И вместе посмеемся. Обещаю.

-- Иди. - Библиотекарь отвернулся к окну, не желая смотреть на уходящую девушку. - И будь осторожна.

Ничего не ответив, Ведика подхватила свитки и книжку, и вышла вон, тихо прикрыв за собой дверь. На душе остался какой-то неприятный осадок, не дающий свободно дышать. Что-то такое было в словах старого друга, но это «Что-то» постоянно ускользало.

Дома, разложив на столе добычу, Веда зажгла светильник и села за изучение свитков. Ничего особо примечательного в них не было. Всякая ерунда о том, как распознать Высокого, о том, что ни один фейри не может себе отказать в зеленой одежде, о их боязни железа и рябины. Все это девушка и так знала, информация оказалась бесполезной.

Сэна дома не было, поэтому ужин пришлось готовить самой. Недолго думая, Веда пожарила овощи и найденный в леднике кусок мяса. Уже доедая, она вспомнила о "Легендах Эвира", оставленных в гостиной. Видимо, придется покопаться в детских сказках, раз уж больше ничего нет. Еще учась в университете, девушка заработала стойкое неприятие таких источников. То ли дело официальные летописи, сводки новостей, проверенные авторы, а это... Даже за десять лет жизни в самой настоящей сказке, она не могла избавиться от своей привычки во всем сомневаться и ничему не верить. И как тут доверять какому-то сборнику легенд, где действительно полезную информацию можно вычленить, только поделив все на десять?

Тяжко вздохнув, понимая, что других вариантов все равно нет, Веда поднялась в спальню, прихватив по дороге злополучный томик. Удобно устроившись среди подушек и укутав ноги пледом, она открыла первую страницу.

" Во времена, когда Волшебный народ еще был един, на Благословенной земле жили два принца. Один был светел сердцем и добродетелен, а в душе второго жила тьма. Старшего звали Гуинн, а младшего Вортигерн. И поселилась в сердце Вортигерна зависть, обманом заманил он младшего брата в ловушку и заточил его в подземной башне. Князь разгневался на младшего сына и изгнал его. Многие верные Вортигерну Высокие ушли за ним. Так разделился Волшебный народ на Благий и Неблагий дворы. И встал во главе Неблагого двора Вортигерн, самолично нарекший себя князем."

Веда отложила книгу, обдумывая прочитанный отрывок. Легенд было много, но именно этот кусочек заставил девушку задуматься. Можно ли считать эту историю правдой? Вероятнее всего, вымысла тут гораздо больше, но есть и крупицы истины. Нужно только отсеять их. А в этом может помочь заветная тетрадка, спрятанная в шкафу.

Стремительно сорвавшись с постели, Ведика распахнула створки шкафа и достала старую потрепанную тетрадь с полу истершейся обложкой. Только попав в этот мир, и разобравшись, с чем связалась, Веда принялась записывать все сведения о кельтской культуре, какие могла вспомнить. Местные фейри подозрительно напоминали мифологических земных. Записи не раз пригождались и спасали ее от многих проблем, связанных с Волшебным народом. Но сейчас, пролистав тетрадь от корки до корки, Веда не нашла ничего более менее подходящего, и проливающего свет на личность рыжего Высокого или на прочитанную легенду.

Расстроенная, она вернулась на кровать и, зло отбросив книгу в угол, зарылась в одеяло. Прокручивая в голове текст отрывка, она даже не заметила как уснула.

Её разбудил шелест. Тихое убаюкивающее шуршание, нежное и тягучее, обволакивающее разум, но вселяющее панический ужас. Сейчас Веда уже почти могла не поддаваться магии этого фейри, но туман в голове притуплял реакции. Она даже не заметила, как гибкое тело улеглось рядом, как по-хозяйски обняли сильные руки, притягивая ближе к крепкой груди. Всей кожей, каждой клеточкой дрожащего тела она чувствовала жар, исходящий от фейри. Он довольно хмыкнул прямо в порозовевшее ушко, когда из пересохших губ Веды вырвался протяжный стон. И наваждение исчезло в миг, растворившись в прохладном ночном воздухе.

Веда, прижимая к себе одеяло, будто оно могло стать преградой от недостойного поведения, соскочила с кровати. Ей было мучительно стыдно. Вроде не девочка уже, а так отреагировала на мужчину. И ладно, если бы он что-то такое особенное сделал. Так нет же! Прижал лишь, а она уже лужицей растеклась! Злость переплавляла стыд в решительность.

В тишине раздался мурлыкающий смех и после щелчка пальцев в декоративном камине заплясал огонь. Такой же рыжий и горячий, как и его хозяин.

- Не пугайся. Ты нужна мне живой и здравомыслящей. - и он расхохотался, видя, что девушка уже готова падать в обморок. - Пора отдавать долг.

- Я ничего тебе не должна, Высокий. - Уверенно ответила Веда. - Но за испорченную игру расплачусь, как и обещала.

Девушка рассчитывала, что признание права фейри оценит, но ошиблась. Рыжий явно разозлился.

- Я сам реш-шу, с-с-смертная. З-с-с-най свое место! - в унисон с его словами взметнулся огонь в камине, облизав полку и стоящие на ней безделушки. Неприятно запахло паленой шерстью - это затлел уголок волчьей шкуры на полу. Но огонь не распространился дальше, будто говоря, что это было предупреждение.

Отвечать что-то не имело смысла, поэтому Веда покорно склонила голову, выпустив из ослабевших рук одеяло. То скользнуло на пол, обнажив бледную кожу, покрытую мурашками. Короткая ночнушка ничего не скрывала, но Ведике было не до девичьей стыдливости. Впрочем, на фейри ее прелести тоже не произвели никакого впечатления.

- В Суэре есть старинный замок. Его еще называют Замок-на -Холме. - сменив гнев на милость продолжил рыжий, накручивая на палец кончик косы. - Там завелись какие-то пакостники, которых нужно либо заставить подчиняться Закону, либо уничтожить. Сама выберешь как поступить. Даю тебе неделю.

- Это и будет плата? - удивленно спросила Веда, посмотрев в золотые глаза. Фейри гадостно усмехнулся и покачал головой. Значит, это только начало.

- Умница. - насмешливо пропел мужчина и опять растворился в воздухе. В лицо Веде полетел ворох сухих листьев и пыли, а огонь в камине исчез, не оставив и следа. Только книжка со сказками, валявшаяся на полу, вздрогнула страницами и сразу утихла, оставшись незамеченной.

Новый день порадовал солнышком, сумевшим пробиться через хмурые тучи. Яркие лучи, оттененные синим небом, какое бывает только осенью, пронизывали стремительно желтеющую листву. Деревья за окном мирно шелестели, но этот шелест теперь вызывал у Веды приступы страха. Ей казалось, что золотые глаза неизвестного Высокого беспрестанно следят за ней, за каждым ее шагом.

Как бы не хотелось закутаться в одеяло и спрятаться там от всего мира, Веда встала и уверенно начала собирать вещи. Рыжий дал неделю, и ей совсем не хотелось узнать, что будет, если она не успеет в срок.

На дно простого рюкзака полетела смена одежды, пара мелочей типа расчески и зеркала, набор оберегов и несколько мешочков с травами.

Фейри сказал, что там, куда она едет, завелись пакостники. Кого-то опасного таким словом не назовут, значит ей не грозит ничего серьезного. Подумав так, девушка решительно отложила в сторону тяжелый железный меч. Все равно она им пользоваться не умела. А вот небольшой кинжал из того же метала очень удачно прятался под рубашку. На всякий случай.

Когда вещи уже были собраны, снизу, из кухни, донеслось ворчание. Сэн приступил к приготовлению завтрака и ругался на то, что Веда - неряха, не помыла с вечера посуду. Голос бубаха волшебным образом прогнал смутное ощущение тревоги и поднял настроение, поэтому охотница на фейри подхватила свой рюкзак и вприпрыжку спустилась с лестницы.

Бубах действительно нашелся на кухне. Гора чистой посуды высилась на столе, а сам Сэн взбивал в миске яйца для омлета. Он всегда это делал собственноручно, говоря, что магия мешает омлету подниматься. В любом случае это блюдо у него получалось просто восхитительно.

- М-м... Омлетик. Сэн, ты - чудо. - Вместо приветствия воскликнула Веда, мимоходом звонко чмокнув домового в пушистую щечку. Тот отмахнулся, но улыбка отразилась в зеленых глазах.

- Садись, через десять минут все будет готово. - Он перелил яичную массу в сковороду и запихнул последнюю в духовку. - Куда собралась? - от глаз внимательного бубаха не укрылся собранный рюкзак.

- На задание. Вчера этот, который шипит вечно, приходил. – состроила она кривую рожицу.

- И какое задание он тебе дал? - в голосе Сэна послышалось беспокойство.

- Найти какой-то замок и разобраться с пакостниками, поселившимися в нем. Ничего особенного, не ...

Она хотела сказать "Не переживай", но звон разбитой тарелки прервал на полуслове. С недоумением Веда смотрела на домового, который неотрывно смотрел на разбитую посуду, даже не порываясь собрать осколки. Его губы что-то неслышно шептали, но Веда не могла ничего различить.

- Эй, ты чего? - взволнованно спросила она, впрочем не порываясь как-то привести в чувство бубаха. Это было чревато ударом магии в порыве чувств. Сама девушка гасила такие атаки, но тонкие плети молний все же успевали проскочить и больно ужалить.

- Замок-на-Холме? - севшим голосом переспросил Сэн.

- Ага. Ты что-то о нем знаешь? - беззаботно спросила Веда.

- Знаю. Не нужно туда ехать.

После этих слов Ведика наконец обратила внимание на состояние маленького пушистика и осторожно подошла к нему, присела на корточки и внимательно посмотрела в глаза.

- В чем дело, Сэн? - строго спросила она. Если бубах так за нее перепугался, значит там действительно не все гладко.

- Я не могу сказать. Он запретил! - из огромных зеленых глаз покатились крупные капли слез.

- Что значит запретил? Опять? Да как он смеет? - не на шутку разозлилась девушка на рыжего.

Бубах в ответ только грустно всхлипнул, а потом неожиданно подбежал к Веде и крепко обнял за шею маленькими ручками. Ей ничего не оставалось, как обнять в ответ. Так они и стояли несколько минут, крепко прижимая друг друга.

- Ты же понимаешь, что я не могу не поехать. Он уничтожит меня, если я нарушу договор. И будет опять в своем праве. - тихо прошептала Веда, успокаивающе гладя мягкую шерстку.

- Знаю, но я так за тебя боюсь. Ты справишься, ты сильная. Но будь осторожна и возьми меч! - так же тихо ответил Сэн. Пришлось пообещать.

После они вместе позавтракали, и Веда засобиралась в путь. До Суэра путь не близкий, нужно выдвигаться уже сейчас, чтобы успеть до темноты снять комнату в гостинице. Она и так сильно задержалась. А еще хотела к Ллойду заглянуть! Ему пришлось написать записку с указанием места, в которое отправляется. Она всегда так делала по его просьбе. Своего рода мера предосторожности, чтобы Магистр знал, где ее искать, если что-то случится.

Попрощавшись с грустным Сэном, девушка быстрым шагом направилась к государственному тракту. Там, при удачном стечении обстоятельств, можно будет найти попутчиков с каретой или телегой. Очень не хотелось бы проделать весь путь пешком и в одиночестве. А меч так и остался сиротливо лежать в комнате.

Ллойд -- переводится с валлийского как "седой".

"Живая вода" - Английское whisky (whiskey) происходит от кельтских выражений ирл. Uisce beatha и гэльск. uisge beatha (произносится примерно как "ишке бяха"). Дословно выражение переводится как "вода жизни".

Гуинн - От валл. gwyn - "белый, чистый"

Вортигерн -- от валл. "высокий властелин".

Самое страшное - это лишить человека права

сделать собственный выбор.

Без свободы воли мы - ничто. Рабы.

Вещи, и ничего более.

Чарльз де Линт "Лезвие сна"

Суэр был крупным торговым городом, самым близким к столице. Сюда со всей страны съезжались купцы и караваны соседних государств, все ремесленники стремились торговать на рынках Суэра. Веда была здесь несколько раз и была неприятно удивлена похожестью этого города на столицу своей родины. Те же вечно спешащие люди, не замечающие никого вокруг, те же попрошайки на каждом углу и те же приторно улыбающиеся продавцы, стремящиеся «впарить» раззевавшемуся покупателю ненужный товар.

В Суэре было несколько рынков - продуктовый, ремесленный, оружейный и магический. На ремесленном можно было найти все, начиная от одежды, заканчивая кухонной утварью, а на магическом продавали в основном зелья и амулеты. Было также очень много маленьких уютных магазинчиков, обычно располагавшихся на первых этажах жилых домов.

И, конечно, здесь был рай для владельцев гостиниц. Огромный поток людей не иссякал даже в весеннюю распутицу, все стремились продать или купить. Поэтому гостиниц здесь было, как грибов после дождя.

Веда въехала в город поздно ночью и уже отчаялась найти себе место для ночлега, когда увидела скромную вывеску на перекрестке двух улиц. Постоялый двор так и назывался "На перекрестке". "Вообще, странный выбор, для мира полного фейри" - подумала она, ведь всем давно было известно, что именно на перекрестках дорог тварный мир истончался и фейри, как добрые, так и злые, оставляли на них ловушки для простаков. Обычно люди избегали таких мест, но этот постоялый двор явно пользовался популярностью. На первом этаже находилась таверна, откуда сейчас доносились веселые голоса и музыка.

Отбросив сомнения и чувствуя, что до другой гостиницы просто не дойдет, Веда уверенно толкнула массивную дверь. "Рябины нет" - отметила она про себя и взглянула на косяк двери, ножа тоже не было.1

Помещение было светлым и уютным. На массивных столах расстелены чистые скатерти, пол сияет чистотой, а аппетитный запах жареного мяса заставлял желудок жалобно урчать. Веда, изголодавшаяся за время поездки, сглотнула слюну и поспешила к стойке. Опрятный мужчина средних лет ласково улыбнулся и, молча, выставил перед девушкой огромную кружку горячего морса. Ведика благодарно отхлебнула и только потом завела разговор.

- Приветствую, уважаемый. Мне нужна комната и ужин.

- Десять серебряных. И, думаю, вы еще захотите ванну. – он понимающе смотрел на измученную девушку.

- Было бы отлично. – она выложила на столешницу плату и, получив заветный ключик поспешила наверх.

Комната была чистой и вполне достойной такой высокой цены. Скинув грязные сапоги, Веда растянулась на кровати, с удовлетворением почувствовав, как мышцы расслабляются, а ноющая боль в ногах отступает. Клонило в сон, но засыпать в грязной одежде не хотелось. Вскоре служанка позвала постоялицу мыться, и в предвкушении горячей ванны сон исчез сам собой.

Ванных комнат в гостинице было две. Одна для женщин, другая для мужчин. По опыту Веда знала, что это правило соблюдалось редко, но на случай непрошенных гостей на двери имелся крючок. Запершись, она с облегчением сняла пропыленную и пропитанную потом одежду, распустила косу и окунулась в восхитительно горячую воду. Деревянная бадья, заменявшая ванну, была достаточно велика, и девушка с комфортом вытянулась во весь рост, устроив голову на бортике. Горячая вода сделала свое дело и Веда все-таки задремала.

Разбудили ее голоса за стеной, оттуда, где была вторая комната, предназначенная якобы для мужчин. Голоса были женские, и они весело щебетали наперебой, рассказывая какую-то забавную историю. По крайней мере, мужчине с хриплым смехом она явно пришлась по вкусу. Не желая подслушивать, Ведика быстро промыла волосы и вылезла из остывшей воды. Пушистое полотенце, пахнувшее лавандой, замерло в руках, когда из-за стены донеслись стоны, а потом дикий крик. Не думая о последствиях, Веда выскочила в коридор и распахнула соседнюю дверь.

Картина, открывшаяся ей, меньше всего походила на приятные посиделки. В такой же бадье, которую она только что покинула, сидели трое. Мужчина с темными от воды волосами повернулся к ней и расплылся в кровавой улыбке.

Кровь была повсюду, на полу, брошенной одежде. Вода в бадье тоже была алого цвета.

Ведику затошнило при взгляде на разорванную шею одной из женщин. Её голова была откинута назад, лицо занавешено мокрыми блондинистыми волосами, а из зияющей раны, еще пульсируя, сочилась кровь. Её подруга лежала рядом, упираясь лбом в плечо мужчины, и тоже была мертва, потому что дышать, опустив лицо в воду, она точно не могла.

Всё это пронеслось перед глазами в долю секунды, а в следующую убийца уже легко выпрыгнул из воды и вальяжной походкой направился к застывшей Веде.

Она смотрела на прекрасно сложенное обнаженное тело и не могла отвести глаз. И то, что на ней самой не было даже полотенца, показалось таким правильным. Мужчина ласково улыбнулся и протянул руку, но в следующий миг отдернул назад и зло зашипел. Амулет на шее девушки полыхнул светом. По ладони обольстителя расползался ожог, запахло паленой кожей, а Веда очнулась и отпрыгнула назад, закрывая дверь. С обратной стороны тут же что-то врезалось с глухим стуком. Но девушка уже бежала по ступеням вверх, к своей комнате. Там, захлопнув дверь, она кинулась к брошенным сапогам, схватила кинжал, вытряхнула сумку и, отобрав пару амулетов, стремглав побежала обратно.

Удивительно, но убийца, в котором Веда распознала одного из фейри, никуда не делся. Распахнув дверь, она застала мужчину за трапезой. Тот, аккуратно приобняв одну из женщин, впился ей в шею и жадно глотал еще теплую кровь. Сейчас, когда голова очистилась от наваждения, она смогла различить в его темной гриве кончики острых ушей, а в наличии клыков даже не приходилось сомневаться.

- Кто ты? – осипшим голосом спросила Веда, выставив вперед кинжал, осторожно заходя за спину фейри.

Мужчина оторвался от женской шеи и медленно обернулся. Его глаза были странно затуманены. «Как у наркомана» - подумала Ведика.

- Смелая девочка. А я думал, ты уже побежала к трактирщику рассказывать об ужасах, творящихся в его заведении. – он мерзко захихикал, что навело Веду на причину отсутствия мер защиты на двери постоялого двора.

- Смелая. Отвечай, кто ты? – повторила она.

- Ну, раньше меня называли ганконером. – его явно забавляла ситуация. Фейри встал напротив Веды и замысловатым движением извлек из воздуха флейту.

- Тогда с каких пор ганконеры питаются кровью своих жертв? – справившись с удивлением опять спросила охотница. Она точно знала, что ганконеры в целом не безобидны, но и кровожадностью никогда не страдали. Обычно они заманивали девушек песнями и, влюбив в себя, исчезали. Питались они тоской и душевной болью этих бедняжек, которые чахли и умирали от любви к ним. Но прямое убийство, кровь? Что-то тут не так.

Больше не раздумывая и не дожидаясь ответа, Веда быстро схватила фейри за руку и крепко сжала. Ганконер сначала дернулся, но тут же осел на пол, скорчившись и тонко воя. Его магия была слишком слаба, и сейчас, под прикосновением тонкой девичьей руки, растворялась бесследно.

Теперь он не казался таким привлекательным, кожа обвисла, кривые грязные когти свободной руки беспомощно скребли пол, а грива темно-каштановых волос свалялась в колтун. Он вызывал только отвращение.

Веда спокойно бросила один из амулетов на пол и с силой топнула по нему ногой. Хрупкая глина рассыпалась песком, а посреди комнаты, разливая белый слепящий след, соткалась прекрасная женщина с длинными золотыми волосами, облаченная в легкое белоснежное платье. Маб, служанка Титании – королевы фей.

- Что на этот раз, человечка? – капризно надув губки, спросила дева.

Веда скривилась, Маб она терпеть не могла за снобизм и высокомерие, но приходилось иметь с ней дело. Убить фейри сама она не могла.

- Нашла вам нового смертника, Высокая. – скрипя зубами, Веда склонила голову в поклоне.

- И кто тут у нас?

Златовласка склонилась к существу, сжавшемуся в комок у ног Ведики, и брезгливо отодвинула волосы с его лица кончиком ногтя.

- Ты ослепла, человечка? Это ганконер. Он не опасен. В общем смысле.- возмущенно воскликнула она, отирая палец о край платья.

- Посмотри, Высокая. Он убил этих несчастных и выпил их кровь. – указала Веда на трупы женщин.

- Невозможно! – голос Маб сорвался на противный визг.

- Так мне его отпустить? – начиная выходить из себя, гаркнула во весь голос охотница. Конечно, не стоило так раздражаться, но крик возымел действие. Маб молча перехватила руку ганконера и исчезла в сиянии вместе с ним. Теперь злобного фейри предадут суду Благого двора, а Веда заимеет потом какую-нибудь нужную вещь.

Она уже давно сотрудничала с «добрыми» фейри, передавая им особо опасных и кровожадных «злых». Вся беда в том, что Волшебный народ нельзя делить на светлых и темных. Все они в чем-то злы, а в чем-то милосердны. Но эти мелочи не волновали Ведику, она безболезненно для себя изолировала кровожадных монстров, а фейри ей за это платили редкими артефактами и оберегами. Благий Двор при этом чувствовал свою добродетель и тоже был счастлив, наказывая «зло».

Убивать фейри, тем более Высоких, Веда не могла по трем причинам. Во-первых, ей бы просто не хватило физических сил. Даже лишенные магии, фейри были очень сильны и легко могли оторвать голову незадачливой охотнице. Обычно они и пытались, если успевали хоть как-то придти в себя до того, как она вызывала Маб.  Во-вторых, при убийстве одного, его друзья или родственники были в своем праве. И, используя это самое право, могли убить Ведику, не нарушив тем самым ни одного закона. Не трогая Волшебный народ, Веда была защищена от покушений на свою жизнь.  В-третьих, убить фейри в принципе невозможно. В своей смертной оболочке они уязвимы, но сама суть фейри – бессмертна. Через какое-то время он просто возродится вновь. Так что это просто не имело смысла. Вполне вероятно, что возродившийся вновь фейри может вспомнить обидчицу и отомстить.

Ведика тем временем устало села на пол и потерла глаза. Спать хотелось еще больше, но проблема с владельцем гостиницы была еще не решена. Нужно только наконец одеться и можно идти на разборки.

Решив не действовать опрометчиво, Веда спокойно, не поднимая паники, поднялась к себе. Одевшись в чистое платье и подсушив влажные волосы, она надела на шею красивую витую цепочку с маленькой подвеской из зеленого камня. Эту штучку ей давно подарил Ллойд. Амулет безошибочно определял фейри, но в руках Веды действовал только полчаса, потом его надо было отдавать на подзарядку магам. Сейчас он был ей просто необходим, чтобы разобраться с тайнами, которые скрывались в этих стенах.

Спустившись в трактир, девушка выбрала дальний столик, у окна и присела в ожидании подавальщицы. Видимо её заметил мужчина за стойкой, потому что через пару минут лично принес ранее заказанный ужин. С аппетитом поглощая жаркое, Веда внимательно оглядывала собравшуюся публику. Надетый амулет позволял видеть истинную сущность фейри, обычно скрытую смертным телом. Волшебного народа в трактире было явно больше, чем обычного. У стойки щебетала парочка банши2, выглядевшие милыми кокетками в модных платьях; за столиком справа Веда опознала баггейна3, а несколько гоблинов, смешавшись с толпой попивали эль.   Веде стало откровенно страшно, и доедала она, уже откровенно давясь. Затем нарочито спокойно встала и, улыбнувшись хозяину, полировавшему стойку, предупредила, что идет прогуляться. То, что на улице глухая ночь никого, видимо, не удивило. Опасаясь, что ее в чем-нибудь заподозрят, Ведика сразу за дверью сорвалась на бег. Неслась быстрее ветра, не разбирая дороги, но до Управления стражи все-таки добралась целой и невредимой.  В боку кололо, а дыхание вырывалось с хрипом, но это были такие пустяки! Несмотря на сковывающий страх, Веда спокойным голосом рассказала обо всем капитану и, только увидев, что ей поверили, расслабленно откинулась на спинку любезно предоставленного ей стула.

На самом деле она понимала, что вера капитана основывалась лишь на том факте, что в ее документах, которые она предоставила сразу по приходу сюда, было черным по белому написано, что она охотник на фейри. И королевская печать, заверяющая выше написанное. Будь она обычной горожанкой, да еще и приезжей, над ней бы в лучшем случае посмеялись, а в худшем закрыли бы до утра, дабы не мутила головы добропорядочным людям.

То ли капитан о ней слышал, то ли ему хватало и печати, но уже через пятнадцать минут в гостиницу «На перекрестке» выдвинулся отряд стражи, укрепленный тремя штатными магами. Надеяться на то, что они смогут схватить фейри, не стоило. Но улыбчивому хозяину явно не поздоровится.

Предположения Веды оказались верны. Уже через час в Управление притащили бессознательного владельца постоялого двора и двоих его помощников. Последние, заикаясь и всхлипывая, поведали интересную историю.

Оказывается, господин Коррин купил заведение «На перекрестке» около пяти лет назад за бесценок. Таверна не пользовалась популярностью из-за своего расположения и людских суеверий, но удачливый делец смог буквально за пару месяцев поднять ее из руин и даже открыть на втором этаже гостиницу. При этом он по какой-то причине не стал менять столь неудачное название. С тех пор дела у Коррина Брина пошли в гору.

И все бы ничего, да вот только стали пропадать постояльцы. Причем без каких бы то ни было следов. Все вещи оставались в комнатах, а сами люди исчезали бесследно. Несколько раз стражи порядка начинали расследования, но за неимением улик быстро сворачивали дела.

Чем же привлекал своих постояльцев Коррин? Всё оказалось куда проще, чем казалось. Этот ушлый гад заключил договор с фейри, в котором он обязался предоставлять людей на корм Волшебному народу, а в обмен фейри своей магией привлекали клиентов. Вот такой вот симбиоз.

Помощники рассказали, как хоронили останки постояльцев на заднем дворе, а вещи убитых делили между собой и хозяином. Платили им хорошо, а моральными терзаниями они никогда не страдали, вот и не донесли. Когда явились стражи все фейри незаметно исчезли, а хозяин долго доказывал, что он тут ни причем. Помогли маги, нашедшие в ванной комнате два замаскированных невидимостью трупа.

Когда капитан рассказал Веде обо всем этом, она отчетливо почувствовала шевеление волос на затылке, руки начали нервно дрожать, а во рту пересохло. Ведь будь она чуть медлительнее, или чуть менее удачлива в этот день, составила бы компанию несчастным женщинам в ванной. И никто бы не узнал где похоронено то, что осталось от Ведики Гримхолл.

Она сглотнула вязкую слюну и глухо спросила:

- И что мне теперь делать? Там мои вещи остались.

Почему-то барахольный вопрос сейчас волновал ее сильнее всего. Видимо, сказывался пережитый страх.

- Не беспокойтесь, госпожа Гримхолл. Мои ребята скоро принесут все ваши вещи и даже забронируют номер в проверенной гостинице.

Веда в ужасе затрясла головой. Нет, она больше ни за что не остановится ни в одной гостинице! Уж лучше в поле или под кустом, чем в подобном месте. А еще лучше, остаться в этой серой комнате с единственным стулом, до самого утра. Неудобства её сейчас не могли напугать.

Капитан с сочувствием положил руку ей на плечо.

- Госпожа Гримхолл, я понимаю…

- Нет, вы не понимаете! Если бы не мои способности, я была бы уже давно мертва. А вы бы так и не узнали про то, что творилось в «Перекрестке»  на протяжении этих пяти лет! – все же сорвалась девушка.

Кричать не стоило. Капитан сразу подобрался, его и без того не особо привлекательное лицо закаменело и он, пробурчав что-то вроде «Как пожелаете» вышел из комнаты чеканя шаг.

Веда уселась на единственный стул и принялась ждать рассвета.  С первыми лучами солнца она планировала найти Замок-на-холме, разобраться с заданием рыжего и свалить из этого города при первой возможности.

Однако, ей пришлось изрядно задержаться. Вещи принесли только к обеду, когда утомленная ожиданием и бессонной ночью девушка задремала, свернувшись калачиком в углу допросной комнаты. Её бесцеремонно растолкали, сгрузили кое-как собранную сумку в угол и усадили на стул. Нужно было по второму кругу рассказать о приключениях прошедшей ночи и своем в них участии.

Серьезная дама, с пучком на голове и морщинками в уголках глаз, целых два часа нудно задавала вопросы и быстро заполняла желтоватые листы мелким почерком.  Когда от округлых буковок и голоса дознавательницы стало темнеть в глазах, её отпустили, взяв обещание не покидать город в ближайшие три дня. Она и не собиралась уезжать, еще не закончено дело, ради которого она приехала.

Еще час ушел на поиск тихой таверны, где Ведика сытно пообедала и собралась с мыслями. В таком состоянии не стоило и пытаться лезть в Замок. Нужно выспаться, привести нервы в порядок и подготовить необходимые амулеты. Остро встал вопрос жилища. Гостиница отметалась сразу, оставались комнаты в наем ( но там всегда полно клопов) или сердобольные старушки, согласные за скромную плату приютить одинокую девушку. Последних Веда и пошла искать на рыночную площадь.

В Суэре, как и в любом популярном городе было условное место, где собирались владельцы наемного жилья. Здесь таким местом стали ступени городского Магистрата. Если верить слухам, то власти постоянно гоняли старушек и вдовушек с этих ступенек, но те всегда возвращались.

Женщины всех возрастов стояли или сидели на широких парапетах, выставив перед собой дощечки с написанной мелом ценой за услугу, Веда приметила даже пару хмурых мужчин. Обычно они предлагали ночевку на пару дней и питание, в обмен же чаще просили помочь по хозяйству. К ним обращались те, кто не мог заплатить звонкой монетой. Хотя находились и просто любители домашней обстановки, которую не найдешь даже в самой дорогой гостинице.

Веде приглянулась полноватая женщина с толстыми темными косами, убранными в корону. Хозяйка из нее явно была хорошая, хоть и жила не богато. Платье до пят из дешевой ткани, но чистое и не мятое. Руки натруженные, но ногти аккуратно подстрижены. Утвердившись в своем выборе, Ведика подошла и поздоровалась, и  уже через пару минут довольная  вышагивала следом за госпожой Аванен.

Дом Аванен находился на тихой улочке, вдали от рынков. Здесь пахло сдобой и парным молоком, а еще уютом и покоем. Хозяйка попросила за постой помочь убрать от листьев сад и укрыть растения лапником. Приближалась зима и она переживала за любимые розы, которые выращивала уже много лет.

Собственно, продажей этих самых роз она и жила все лето. А зимой вязала на продажу красивейшие шали и покрывала из тонкой шерсти, некоторые из которых были с гордостью продемонстрированы любопытной постоялице.  Жила хозяйка одна, но в столице у нее была дочь и двое внуков, которые только-только уехали от бабушки домой. Вот она и решила взять кого-нибудь в дом, в обмен на нехитрую работу.

Наконец, досыта накормленная, умытая и переодетая в чистую рубашку, Веда уткнулась носом в подушку, пахнущую сеном и крепко уснула. Уже на грани яви и сна ей привиделись затуманенные глаза ганконера. Что-то в них было не так, но что именно она уже не успела додумать, потому что унеслась в царство снов.

1Имеется ввиду способ защиты жилища от фейри, предполагающий наличие либо железного ножа в дверном косяке, либо венка из рябины.

2 Банши опекают старинные человеческие роды, издают душераздирающие вопли, оплакивая смерть кого-либо из членов семьи. Их считают вестниками смерти.

3 Баггейн - в фольклоре жителей острова Мэн злокозненный оборотень. Людей он ненавидит и всячески изводит. Баггейн способен вырастать до исполинских размеров и принимать какое угодно обличье.

- У Вас такое интеллигентное лицо…

- Для общения с некоторыми людьми интеллигентное лицо

не подходит, и возникает необходимость состроить наглую морду.

Оксана Панкеева «Поспорить с судьбой»

Утро началось с пузатой кружки молока и блинчиков. Хозяйка, ласково улыбаясь, расспрашивала Веду о жизни в столице и непрестанно подкладывала в вазочку вишневое варенье. Когда уже девушка начала опасаться, что у нее лопнет пояс брюк, варенье, наконец, кончилось.

Листья в саду убрались за пару часов и теперь аккуратными кучками лежали по углам забора. Многочисленные розовые кусты скрылись под еловыми шалашиками, плотно укрытые от холода и ветра. До весны они должны были дожить без потерь.

Веде нравился такой нехитрый труд на свежем воздухе. Летняя изматывающая жара уже прочно сменилась приятной осенней прохладой, а работа не давала продрогнуть в тонкой рубашке. С наслаждением втянув прелый запах листьев, девушка невольно вспомнила свою личную рыжую проблему. От него так же веяло осенью, и благостное настроение быстро сменилось унынием и предчувствием чего-то не хорошего.

Удовлетворенная работой, Аванен в очередной раз усадила работницу за стол. На этот раз, предложив травяной душистый чай и пирожки с мясом. Веда хвалила мастерство и ненавязчиво расспрашивала хозяйку о Замке-на-Холме, стараясь не показывать, что собирается его навестить.

Аванен рассказала, что Замок этот носит дурную славу. Будто бы жил там сам предводитель Дикой Охоты, а в слугах у него мертвецы ходили. Но лет сто назад Замок в одночасье опустел и простоял так до наших дней, постепенно ветшая и разрушаясь.  В последний год только стали люди пропадать. Были охотники, решившие, что это обитатели Замка шалят. Вот только людей он к себе не подпускает, будто прежний хозяин защитил свое жилище от непрошеных гостей.

- Идешь,  бывало по тропинке мимо него, - заговорщицким шептала  Аванен. – а тебя будто ветром каким все в сторону сносит. Словно ветер этот подталкивает, отгоняет.  Мальчишки местные сколько раз туда пролезть пытались, а все без толку. Даже до ворот не смогли добраться.

Хозяйка взмахнула пухлой рукой, как бы говоря, что и так ясно, что попытки эти изначально были обречены на провал. Веда же невольно нахмурилась. Если там такая охрана, то может статься не простые пакостники поселились в старом Замке. Да и зачем людей красть? Если только там не ферришин1 притаились.

Решив все же отправиться на разведку, Ведика договорилась с хозяйкой о еще одной ночевке и попросила приглядеть за вещами. Девушка переоделась в темную, немаркую рубашку и такие же штаны. Сапоги на шнуровке довершали костюм, «шпионский» как она сама его называла. В такой одежде было удобно куда-то пробираться и оставаться при этом незамеченной.

В многочисленных кармашках пояса спрятались маленькие склянки с порошками и травками, а на шнурочках болталась целая связка амулетов. Вот сейчас Веда искренне пожалела, что забыла дома меч. Все-таки, с одним единственным кинжалом, боязно было лезть в Замок с такой славой.

Дорогу спрашивать не пришлось. Как только она вышла на окраину города, оставив за спиной шумную суету, вдали появился внушительный холм с виднеющимися на вершине развалинами. Даже отсюда Веда могла разглядеть непролазный бурьян, которым поросли подступы к Замку. Вкруг холма вилась тропинка, уходя желтой лентой куда-то вдаль, к лесу. По ней-то она и направилась, особо не таясь, но напряженно вглядываясь в залитые солнцем склоны.

Когда тропа начала сворачивать от холма, Веда не задумываясь сошла с нее и начала пробираться к вершине. Никакого ветра, про который рассказывала Аванен, она не почувствовала. Колючки постоянно цеплялись за одежду, иногда даже заставляя останавливаться и освобождать ткань от маленьких крючочков.

В какой-то момент Веда не заметила под ногами корягу и, красиво взмахнув руками, растянулась на земле. А когда поднялась, не поверила своим глазам. Развалин не было. Как и бурьяна. А была старая, но все еще крепкая брусчатка, ведущая к массивным воротам, за которыми возвышался старый и обветшалый, но совершенно целый, Замок.

Что-то подсказывало девушке, что идти напрямик было бы глупо. И она, пригибаясь к земле, медленно побрела вдоль стены, рассчитывая найти какой-нибудь лаз или скрытую дверь. Опыт подсказывал, что в таких замках они должны быть обязательно, как и потайные ходы в стенах.

Удача улыбнулась в нескольких метрах от ворот. Серый раствор, скрепляющий камни стены, в этом месте совсем растрескался. Хватило немного покачать одну из глыб, как та, рассыпая пыль и песок, провалилась внутрь. Следом за ней обвалились еще два камня, открывая дыру, в которую Веда, обладающая довольно стройным телосложением, легко протиснулась.

Прямо за стеной находилась какая-то хозяйственная постройка. Видимо когда-то это была конюшня, потому что стойкий запах лошадиного навоза, даже спустя многие годы, не выветрился.

Осторожно ступая и держась в тени, Ведика обошла постройку и выглянула во двор. Вокруг не было ни души. Двор был явно заброшен. Тут и там на клумбах проглядывали длинные, уже пожухлые стебельки цветов. За ними давно никто не ухаживал, и они разрослись пышными кустами, вперемешку с сорняками. Брусчатка тоже вся потрескалась, и в трещинках торчали вездесущие одуванчики.

Через боковую дверь, такую же обветшалую, как и все здесь, Веда попала на кухню. Оставляя в пыли четкие следы, метнулась в сторону мышь, и притаилась за закопченным очагом. Воздух был затхлым, и сильно тянуло плесенью. Здесь она задерживаться не стала, посчитав, что даже самые низшие из фейри не стали бы жить в таких условиях.

Лестница с широкими ступенями привела охотницу на второй этаж. Тут уже было гораздо чище, но все же пыль была. И Веда, не выдержав, оглушительно чихнула. Эхо разнеслось тревожным звоном по всем закоулкам здания и через секунду перед ошалевшей девушкой стояли полукругом пять уродливых существ.

Их серая кожа вся была покрыта трещинками и морщинами, волосы невразумительного цвета заплетены в неопрятные косички, а раскосые глаза светились зелеными огнями. Существа были одеты в одинаковые зеленые куртки и коричневые штаны, заправленные в высокие охотничьи сапоги. На рукаве одного из них виднелся, вышитый алой ниткой, кленовый лист.

Таких красавцев Веда уже встречала, и это не предвещало ей ничего хорошего. Спригганов чаще всего нанимают в телохранители более сильные фейри, также они не прочь и детей своровать, и пакость какую людям устроить. В среде Волшебного народа модно иметь подобную свиту. А присутствие их здесь в таком количестве говорит только о том, что где-то недалеко их хозяин.

В минуту в голове Веды пронеслись все способы защиты, но так и не найдя подходящего, она гордо выпрямилась и протянула руки вперед, демонстрируя пустые ладони. Один из телохранителей, видимо старший, криво ухмыльнулся и отступил в сторону, приглашая девушку следовать вперед.

Все происходило в полнейшей тишине, ни слова не было проронено и тогда, когда группа из пяти спригганов и человека дошла до одной из комнат. Дверь услужливо открыли и так же, молча, закрыли за спиной. В оглушительной тишине раздался звук проворачиваемого ключа и шорох удаляющихся шагов.

Больше не в силах себя сдерживать, Ведика упала на колени посреди абсолютно пустой комнаты и громко… расхохоталась. Она заливалась смехом,  а по щекам каплями текли слезы. Все напряжение последних двух дней нашло выход в этой истерике. Ну надо же было попасть из огня, да в полымя!

Через некоторое время слезы утихли и в тишине раздавались только редкие судорожные всхлипы. Только сейчас Веда поняла как продрогла в каменных стенах комнаты, не защищенных от холода шпалерами или коврами.

Оглянувшись по сторонам, она не заметила ни камина, ни жаровни. Мебели вообще никакой не было. Просто четыре угрюмые серые стены и забранное решеткой окно. На улице уже стемнело и мало что можно было разглядеть. Только вдалеке подмигивал огнями уличных фонарей Суэр.

Собравшись  с мыслями, девушка, обхватив себя руками и беспрестанно дрожа, подошла к двери. Она надеялась, что магические замки не выдержат и под воздействием её силы откроются. Но на дверях не было никакой магии. Только окованное сталью дерево, бронзовая ручка и замок, в котором, как она сейчас вспомнила, проворачивался ключ.

Попробовала кричать и стучать заледеневшими ногами в дверь, но та отзывалась гулкими ударами, расходившимися эхом далеко вокруг. И снова наступала тишина.

Утро застало Ведику в самом центре комнаты, съежившуюся в комок, со стучащими зубами. Без еды и сна, в постоянном изматывающем холоде, не привыкшая к таким условиям девушка чувствовала себя опустошенной. Не было сил даже подняться и попытаться согреться зарядкой.

Когда розовые рассветные лучи достигли порога комнаты, дверь, тихо скрипнув, отворилась. На пороге стоял тот же спригган с кленовым листом на рукаве. У него в руках был поднос, накрытый серой салфеткой и кувшин. Все это он поставил на пол перед девушкой и уже собрался выйти, когда его окликнул осипший голос:

- Зачем я вам?

Спригган остановился и посмотрел в глаза девушки, поднявшей голову и тоже впившейся в него взглядом. Но он так ничего и не ответил, развернулся и вышел, не забыв запереть дверь.

На подносе оказалась краюха серого хлеба, пару кусков солонины и два помидора. Веде казалось, что она никогда ничего вкуснее не ела. Она жадно запихивала в рот хлеб, запивая молоком из кувшина, и с удовлетворением чувствовала, как организм согревается изнутри, разгоняет по венам замерзшую кровь.

Вскоре солнышко уже немного разогрело комнату и стало гораздо теплее. Веда была почти счастлива, если бы не три обстоятельства, сильно эту радость омрачавшие.

Во-первых, у нее оставалось всего три дня на выполнение задания. И день на дорогу. Она боялась даже представить, что случится, если рыжий Высокий придет в её дом на исходе седьмого дня, и не найдет её. Оставалось надеяться, что Сэн сумеет спрятаться и не попадет под гнев фейри.

Во-вторых, в этой пустой комнате совершенно нечем было заняться, и Веда уже готова была рисовать на стенах черепком от кувшина, лишь бы не сидеть на одном месте сложа руки. Безделье изматывало сильнее, чем работа, к тому же от скуки её начинало клонить в сон, а спать по понятным причинам она тут боялась.

И, наконец, в-третьих, она элементарно хотела в туалет. Никакой ночной вазы или хотя бы дырочки в полу тут не было. И, все чаще косясь на пресловутый кувшин, Веда держалась из последних сил.

От позора её спас предводитель охраны, открывший дверь и посторонившийся, приглашая Ведику на выход. Окрыленная девушка тут же подхватилась с пола и вышла в коридор, стараясь не приплясывать на месте, шепотом поведала своему сопровождающему проблему.

У уродца удивленно расширились глаза, но потом лицо вернулось в прежнее тормознутое состояние. Зато спригган толкнул соседнюю дверь и отошел. Веда торопливо скользнула внутрь и чуть не захлопала в ладоши. Дырке в полу, украшенной потемневшим деревянным сидением, она была рада как родной. Тут же закралась мысль: «Как мало человеку для счастья надо, если у него отнять элементарные удобства».

Настроение сразу поднялось и вышла из каморки Веда уже с радостной улыбкой на губах, которая тут же померкла, когда забывшаяся девушка вспомнила где и при каких обстоятельствах находится. Дальнейшую дорогу она кусала губы и лихорадочно искала возможности сбежать.

Зал, в который её привели, скорее всего когда-то служил для проведения торжеств. На стенах сохранились обрывки знамен и флагов. Цвета и изображения разобрать под слоями пыли было невозможно. Кое-где можно было различить остатки лепнины, а у стены валялась груда нарядных подсвечников.

На небольшом возвышении в центре зала стояло кресло с витыми подлокотниками, обитое вытершимся синим бархатом. На нем, немного лениво, развалилась фигура в черном глухом плаще с накинутым по самый подбородок капюшоном. «Темный властелин!» - истерично хихикнуло Ведино подсознание.

Тем временем её подвели ближе к импровизированному трону и остановили в трех шагах. Разглядеть ничего не получалось, свет через запыленные окна почти не проникал и скрадывались даже детали одежды. Перед ней сидело просто черное пятно, в котором девушка не могла различить даже пол.

- Что ты забыла в моем замке, смертная? – голос был явно мужской, но совершенно безжизненный, не выдававший даже тени эмоций. А еще от говорившего повеяло могильным холодом, и воздух наполнился сладковатым запахом тлена.

Страшные подозрения зароились в голове Ведики. И она, дрожа уже от страха, поклонилась и тихо ответила:

- Приветствую, Высокий. В твой замок я попала случайно. Искала пакостников, которые похищают людей в городе, но теперь вижу, что поиски мои были бессмысленны.

«Все правильно, нужно прикинуться валенком, и строить из себя дурочку недалекую. Побольше почитания и пафоса и может быть меня отпустят.» - думала она, старательно смотря в пол.

- Моим подданным  без надобности живые смертные. Ты ошиблась, человечка. – голос оставался бесстрастным. Это пугало еще сильнее.

- Смиренно прошу простить меня и отпустить. Я ничего не трогала и не брала, Высокий. – последняя надежда рушилась, как карточный домик.

Мужчина, казалось, задумался, решая её судьбу. Вдруг раздался какой-то шум, напоминавший топот копыт и громкие крики. Ведика начала оглядываться в поисках звука, но застыла, как только услышала:

- Зато много видела.

После этих слов Веду схватили за локоть и быстро потащили вон из зала. Краем глаза она успела заметить, как быстро заполнялся зал фигурами в рваных черных плащах. Они парили над полом, а в дырах плащей просвечивали грязно-серые хлопья тумана.  У большинства вместо положенных голов, были только оскаленные белоснежные черепа с мерцающими красным светом глазницами. Всадники Дикой Охоты прибыли на пир к своему предводителю, с холодом в душе поняла охотница.

Ведику заперли в той же комнате, так ничего и не объяснив. Но она искренне радовалась, что сразу не убили. Хоть и не было большим прегрешением то, что она попала в этот Замок, для того, кому подчиняется это воинство оскаленных черепов, не проблема просто свернуть шею неугодному человеку. Сложно найти более равнодушных к человеческой жизни фейри, чем Дикая Охота.  Ей оставалось только ждать решения своей участи.

***

Еды больше не приносили. Ни на следующее утро, ни вечером, ни потом. К ней вообще никто не заходил больше. И даже до мушек в глазах задерживая дыхание, и напряженно замирая под дверью, напрягая слух до предела, Веда не смогла различить ничьих шагов. Будто про нее просто забыли.

Ей сильно повезло, что несмотря на решетки, в окне не было стекол и разразившийся к вечеру первого дня ливень залил комнату по щиколотку. Она жадно хватала губами холодные капли прильнув к кованым прутьям. Что-то подсказало ей снять сапоги и подставить их под хлесткие струи дождя. В итоге набралось немного, но даже капли живительной влаги были бесценны.

Ослабевшая от голода и жажды она просто лежала посреди комнаты и через полуприкрытые веки смотрела на закат. Мысли текли вяло, неохотно, постоянно крутясь на месте. Ей постоянно думалось, как там Сэн. Справился ли с разозленным фейри? Ведь по её подсчетам вчера истек срок, данный на выполнение задания.

В ответ на безрадостные мысли прямо в проеме окна из воздуха соткался силуэт. Приятно запахло осенью. Зрение подводило Веду, но она смогла различить длинную огненно-рыжую косу фейри. Хотела усмехнуться таким живым галлюцинациям, но растрескавшиеся губы не шевельнулись, не было сил.

- Ты не выполнила задание, смертная. – сурово начал он, ленивыми шагами приближаясь к Веде. Присел на корточки перед девушкой и брезгливо свернул косу вокруг руки, опасаясь запачкать драгоценные волосы об изгвазданный пол. – Но я могу простить твой долг за то, что ты сделала с «Перекрестком». Разогнать эту свору было не под силу даже Князю.

Веда хотела бы рассмеяться, но не могла. Какое ей теперь дело до всех этих игр. Скоро она просто умрет от истощения, и ей будет глубоко плевать на свои долги. За чертой все долги прощаются. Наверное.

Фейри ничего не сказал больше. Только молча поднял девушку на руки, будто она ничего и не весила,  и щелчком пальцев отворил запертую на ключ дверь. У нее не было сил удивляться, она просто потеряла сознание, свесив голову на грудь. И не видела, как Высокий шел по коридору, а встречные спригганы почтительно склонялись и прятали глаза. Тот, что с кленовым листом на рукаве, даже услужливо распахнул перед рыжим ворота.

Также не видела Веда междумирья, через которое пронес её бессознательное тело фейри, и не увидела обеспокоенных глаз маленького бубаха, встретившего эту странную пару на пороге дома. Ей просто снились сны, полные шелеста опавшей листвы и запаха мокрой земли.

1 – Ферришин -  Ростом около трех футов, занимаются тем, что крадут человеческих детей и оставляют вместо них подменышей, частенько заглядывают в дома и мастерские людей, когда хозяева ложатся спать, и тащат все, что подворачивается под руку.

Никогда и ничего не просите! Никогда и ничего, и в особенности у тех, кто сильнее вас. Сами предложат и сами все дадут!

М.Булгаков «Мастер и Маргарита»

Утро тихими шагами прокралось в спальню, его не остановили ни плотно закрытые шторы, ни легкие занавески балдахина. Солнечные лучи, как непоседливые дети, скакали по лицу Веды, то прячась в подушках, то дразня крепко сомкнутые веки.

На маленькой табуретке у изголовья сидел пушистый бубах и меланхолично вязал шарф жуткой зеленой расцветки. Уже сутки он почти не отходил от кровати любимой хозяйки. Он варил ей питательные бульоны, поил чаем с малиной и укрепляющими травами, но она послушно глотала угощение и не просыпалась. Сэн уже выстраивал в голове самые страшные картины, когда услышал, что дыхание больной изменилось.

- Проснулась, непутевая? – ворчливость голоса не смогла скрыть радостную улыбку.

Веда что-то простонала и Сэн, забыв про свой недовязанный шарф, бросился за стаканом воды. Когда ему удалось напоить девушку, она устало откинулась на подушки и слабо улыбнулась.

- Спасибо, Сэн. Что бы я без тебя делала. – голос был слабый и хриплый.

- Померла бы, знамо дело. – продолжая ворчать, домовой заботливо укутывал Веду в одеяла, то и дело взбивая подушки. Такая нервозность была ему не свойственна и девушка насторожилась. Она смутно помнила, что глюк с лицом рыжего фейри что-то ей говорил, а потом куда-то понес. Видимо он и вытащил её из Замка. Но почему?

- Что-то еще случилось? – говорить все еще было сложно. Горло царапало от каждого звука.

- Случилось. Высокий простил тебе долг за испорченную игру, но.. .– он сделал паузу и отвел глаза. – Теперь ты должна ему жизнь.

В ушах Веды зашумело. Если бы у неё тогда еще оставались хоть какие-то силы, она бы ни за что не позволила рыжему себя спасать.

Долг жизни – серьезная штука. Фактически это магические узы, которые спадут только тогда, когда она сможет спасти жизнь фейри, наложившего их.  Но учитывая обстоятельства, это почти нереально.  Остается надеяться, что Высокий сам отпустит долг за выполнение какого-нибудь поручения.

- Ты же понимаешь, что он не просто так отправил тебя в Суэр? – строго спросил Сэн. Сейчас он казался таким внушительным и рассудительным, что Веда интуитивно отодвинулась подальше.

- Думаешь? Мне казалось, что это просто стечение обстоятельств. – она и правда не понимала, что имеет ввиду Сэн.

- Трактир, который благодаря тебе разгромили стражи, очень давно не давал покоя обоим Дворам.  Но скорее всего то, что ты попала именно туда и справилась с проблемой, действительно случайность. А вот про Замок-на-Холме знает каждый, даже самый низший из низших, фейри.

- Стоп. А откуда ты знаешь, что произошло в Суэре? – сделав ударение на слове «ты», подозрительно сощурила темные глаза Веда.

- Знаю, а откуда – не важно. У меня свои источники. – важно ответил домовой и нарочито спокойно взялся опять за вязание.

- Значит, он знал, что в Замке находится Дикая Охота и живой меня оттуда выпустить не должны были. – Веда, позабыв о слабости, вскочила на кровати. – Ты понимаешь, что этот гад специально заманил меня на долг жизни?!

- Понимаю. И именно об этом тебе толкую уже битый час. Я же просил тебя не ехать туда. Вот только изменить ты уже ничего не можешь. Единственное, что остается – найти то, что ему так от тебя нужно. Тогда можно и поторговаться. - Фейри спрыгнул с табуретки и засеменил к двери. – Спускайся осторожно, ты еще слишком слаба. Скоро будет завтрак.

А Ведика осталась сидеть на разворошенной постели, зло комкая в руке край балдахина. Хотелось разнести все вокруг от терзавшей сердце досады и осознания собственной глупости и бессилия. Но Сэн был прав, она действительно не могла ничего уже изменить. Остается последовать совету бубаха и найти причину действий Высокого раньше, чем он попросит от нее невыполнимого.

***

Когда Веда наконец успокоилась и спустилась вниз, беспрестанно шатаясь и крепко держась за перила лестницы, её ждал сюрприз. Этот сюрприз сидел за кухонным столом и уплетал за обе щеки тосты с медом, шумно прихлебывая из чашки молоко.

- Привет, Ллойд. Какими судьбами? – вяло поздоровалась Веда.

- Нормально ты гостей встречаешь. Обижусь и не буду больше к тебе приходить. – картинно надул губы библиотекарь.

- Прости, я как-то сегодня не в форме. – она кисло улыбнулась и тяжело опустилась на стул. Спуск с лестницы отнял все силы.

- Я бы тебя выпорол, но на тебя и так смотреть жалко. – прихлебывая молоко, ответил Аспен. А потом аккуратно отставил чашку, встал и обойдя стол, схватил Веду за ухо.

- А-а-а… Ллойд, ты сдурел?! Мне же больно! – возмутилась Веда. Ухо сразу загорелось, радуя мучителя ярко-малиновым цветом.

- Да тебя вообще убить мало, идиотка! Какого ты туда полезла?! – орать Ллойд тоже умел.

- Рассказал все, предатель? – покосилась обиженно Веда на притихшего в углу Сэна.

Бубах в ответ только кивнул, не сводя больших глаз с пальцев библиотекаря, в которых еще было зажато многострадально ухо.

Еще минут десять Ведику отчитывали как маленького несмышленого ребенка. Ей даже в какой-то момент стало смешно, но она сдержала рвущийся наружу хохот, чтобы еще больше не задеть разошедшегося Ллойда. Наконец, ухо было отпущено, и Магистр уселся на свое место, хмуро поглядывая на девушку.

- Ллойд, не дуйся. Если ты все знаешь, то сам должен понимать, что выбора не было. – Веда спокойно намазывала на тост масло. – У меня его в последнее время что-то частенько нет.

- Что он хочет взамен твоей жизни?

Когда библиотекарь переставал дурачиться, он становился хмурым дядькой, с колючим взглядом и грозными длиннющими усами. Веде почему-то было всегда сложно общаться с ним в таком состоянии, и она постоянно сводила все к шуткам, но сегодня Ллойд Аспен не поддавался на провокации.

- Не знаю. – философски вздохнула она и с наслаждением отгрызла сразу половину тоста. Растаявшее масло потекло по пальцам и девушка поспешила их облизать. Рядом шумно втянул воздух мужчина, и Веда недоуменно посмотрела на него.

- Ладно, попробую сам разобраться. – он как-то поспешно вскочил из-за стола и пошел к выходу. Но уже на пороге обернулся. – А ты не вздумай из дома куда-то выходить. Пока я не узнаю, что это за птица к тебе по ночам является, чтобы даже шага без моего ведома не ступала. Ты все поняла?

Веда только часто-часто закивала, как послушная девочка. Она понимала, злить сейчас Ллойда непокорностью не стоит, дороже выйдет. Да и прав он в целом.

Следующие пять дней Ведика жила так, как ей предписал Магистр. Никуда дальше собственного забора она не ходила и даже не пыталась что-то узнавать о Высоком, повесившем на нее неподъемный долг.

С утра до вечера она с каким-то садистским удовольствием перекапывала грядки за собственным домом, попутно собирая оставшийся урожай. Даже Сэн уважительно присвистнул, когда в одно прекрасное утро увидел аккуратно разровненный участок земли без малейшего сорняка. Листья и ветки они на пару с бубахом  сгрузили в центр и вечером пятого дня устроили грандиозный костер.

Пламя полыхало жарко, чадя и пропитывая горьким дымом одежду, волосы, даже кожу. Ведика точно знала, что отдыху пришел конец. Каким-то шестым чувством она понимала, что именно сегодня придет рыжий. А Ллойд так ничего дельного и не узнал.

Книжка с легендами тоже не давала ответов. Веда прочитала её от корки до корки, но больше не встретила никакой полезной информации.

Костер они с бубахом оставили догорать, а сами разбрелись по дому, каждый занятый своим делом. Сэн мыл на кухне посуду, а Веда, закутавшись в плед, уселась на крыльце. Заботливый домовой принес ей чая и булочек, но девушка так и не притронулась к еде, напряженно всматриваясь в сгущающуюся темноту, надеясь разглядеть там гостя.

Он не долго заставил себя ждать. Только-только догорела последняя искра костра и шелест леса донес до Веды сладковатый аромат прелых листьев. Она сама не ожидала от себя, что так обрадуется этому знакомому запаху, хоть он и нес с собой неприятности. Она жадно втягивала носом густой аромат, и что-то внутри нее томно потягивалось, расправляло крылья.

- Меня ждеш-ш-шь? – фейри вернулся к своей шипящей манере разговора.

- Тебя. – просто ответила она и подвинулась на ступеньке, приглашая сесть рядом. Это было неслыханное нарушение этикета, но ей изрядно надоели эти придворные пляски.

Фейри не разочаровал. Он спокойно сел рядом,  даже не возмутившись нарушением субординации, перекинул волосы через плечо и принялся рассеянно их поглаживать. Сегодня он был одет как-то по-домашнему, в расстегнутую на груди светло-зеленую рубашку и мягкие черные брюки. Веде почему-то бросилось в глаза, что он был босиком.

«Из постели что ли только вылез?» - рассеянно подумала она. – «Точно, и волосы распущенные, еще немного влажные…Влажные?» Только сейчас она заметила, что одну из рыжих прядей держит в руках и осторожно перебирает пальцами. Ощущения были приятными, будто гладишь прохладный гладкий шелк, но пришлось поспешно отдернуть шаловливые руки и постараться собрать мысли в кучку.

- Давай на чистоту, что тебе от меня нужно? – устало спросила она. Конечно, честного ответа она не ожидала. Фейри не могут лгать, но вот играть словами и выкручиваться они умеют в совершенстве.

- Всего лишь небольшую услугу. – с совершенно невинным видом ответил ей мужчина, ловко заплетая свою чудесную гриву в сложную косу. Веда на пару секунд выпала из реальности, следя за тонкими бледными пальцами.

- И ради этой небольшой услуги нужно было меня так подставлять? Ты понимаешь, что я чуть не умерла? – Веда начинала раздражаться, что было не очень благоразумно с таким собеседником.

- Не умерла же. Да и не грозило тебе ничего реального. Пару дней голодовки даже полезны для человеческого хрупкого организма. – беззаботно отмахнулся фейри, будто и не расслышал гневного тона девушки.

- Что за услуга? – поняла она, что спорить бесполезно, как и взывать к несуществующей совести. – Хотя постой. Ответь мне правду на один вопрос. Твое имя Вортигерн?

Веда и сама не знала почему ей пришло это в голову. Просто вечно крутящаяся мысль не давала покоя и наконец вылилась в этот вопрос. А рыжий фейри лишь звонко расхохотался, запрокинув голову и доверчиво обнажив горло.

- Нет, девочка. Но если тебе это так нужно, я расскажу. – на его губах все еще блуждала улыбка. – Вортигерн мой… как бы тебе это объяснить. Наверное, самое близкое понятие для человека – отец.

- Что значит «самое близкое понятие»? – непонимающе посмотрела Веда на мужчину.

- То и значит. Эх, всему тебя учить надо. – фейри наконец доплел косу и теперь откинулся на ступени крыльца, глядя золотыми глазами в чернильное небо. – У нас не бывает родителей в вашем понимании. Мы рождаемся из стихии, сами являясь этой стихией. В твоем мире был такой бард, Талиесин. Так он писал чудесные стихи, послушай.

Множество форм я сменил, пока не обрел свободу.

Я был острием меча – поистине это было;

Я был дождевою каплей, и был я звездным лучом;

Я был книгой и буквой заглавною в этой книге;

Я фонарем светил, разгоняя ночную темень;

Я простирался мостом над течением рек могучих;

Орлом я летел в небесах, плыл лодкою в бурном море;

Был пузырьком в бочке пива, был водою ручья;

Был в сраженье мечом и щитом, тот меч отражавшим;

Девять лет был струною арфы, год был морскою пеной;

Я был языком огня и бревном, в том огне горевшем…1

Когда голос фейри стих, Веда еще долго не могла говорить. Она поняла, что хотел сказать рыжий. Высокие – часть природы, её душа. И рождает их сама природа.

- Тогда почему Вортигерн – отец? – недоуменно спросила она.

- Потому что, чтобы придти в тварный мир, нужно физическое тело. Чужое мы занять не можем, а сотворить из ничего материю – такое не каждый Бог может. Наши «родители» помогают нам обрести такое тело.

- Все запутано, но я вроде бы поняла. – отозвалась Веда. Понять-то может и поняла, но принять – куда сложнее.

- А раз поняла, то иди спать. – как-то грустно сказал мужчина. В темноте Ведика не могла разобрать выражения его лица, но ей казалось, что оно печально. Через миг рыжий уже начал таять в воздухе.

- Стой, а как же услуга? – поспешно выкрикнула она, вскочив со ступеней и теряя плед.

- В следующий раз. – раздалось из воздуха. И все, никого рядом больше не было.

Веда как-то остро почувствовала холод осенней ночи, пробиравший до костей. Зябко передернув плечами, она подобрала плед и направилась в дом.

Уже сидя поздней ночью в своей комнате, полная противоречивых мыслей и догадок, она вспомнила, что так и не спросила имя фейри. В ответ через раскрытое окно с порывом ледяного ветра ворвался ворох листьев и донеслось тихое :

- Мое имя – Аэд.

Веда только с улыбкой закуталась в плед, решив оставить окно открытым на ночь  и подумала про себя : « Аэд, значит – огонь».

На следующий день, когда уже зашло солнце и никаких гостей не ожидалось,  Веду навестил Ллойд.

Он влетел на полном ходу в гостиную, даже забыв снять сапоги и свой горячо любимый кожаный плащ. Этот плащ он нежно берег и каждый раз аккуратно снимал, вешал на плечики, но сегодня черная кожа была заляпана придорожной грязью, которая уже подсыхала и застывала безобразными коричневыми струпьями. Ллойд был взбудоражен, его серые глаза приобрели оттенок стали и сверкали, как у гончего пса.

- Я кое-что узнал! – выпалил он, и хлопнул об низкий столик толстой папкой бумаг.

- И я тебя рада видеть. – спокойно поприветствовала гостя Ведика.

Ее сильно удивило и взволновало такое поведение старого друга, но она не подавала виду, боясь, что азарт может и её захватить с головой. А такое состояние опасно для размышлений. Что-то подсказывало ей, что свежая голова сейчас будет очень к месту.

- Смотри, это подшивка происшествий с фейри за последние пять лет. – он торопливо развязал тесемки на папке и стал выкладывать на стол какие-то листки, исписанные мелким аккуратным почерком. – Знаешь, что их все объединяет?

- Даже не догадываюсь. – Ведика задумчиво перебирала листы, но ничего не цепляло взгляд. Ничто не наводило на мысль, которая так возбудила спокойного и непробиваемого Аспена.

- Все эти случаи произошли с фейри, которым не свойственно такое поведение. – Ллойд лучился, как начищенный котелок.

- Поясни, я не совсем понимаю.

- Например… - он пробежал глазами несколько листков. – Вот. Два года назад, на побережье, на мужчину напала банши.

- Стой. Это какая-то ошибка! Банши не нападают на людей! – Веда почувствовала, как маска спокойствия и невозмутимости дает трещину.

- А я тебе о чем? Она не просто напала, а еще и…хм…надругалась над ним. – смутился мужчина.

- Да это просто чушь! –брезгливо отодвинула она бумаги – Где ты вообще взял всю эту макулатуру?

- Это не макулатура, дорогая моя. Это – копии с дел, хранящихся в Ратуше. – Загадочный блеск серых глаз делал Ллойда моложе на пару лет, а азарт, горевший в них, превращал седоусого мужчину в мальчишку.

Ратуша была чем-то вроде привычного Веде ФСБ. Там расследовались особо важные и сложные преступления, раскрывались заговоры и прочие нарушения закона. Веда даже не представляла, чего стоило Магистру достать эти, без сомнения, засекреченные документы.

- В остальных такая же несуразица? – спокойствие утекало сквозь пальцы, как вода. Что-то было явно не так, но Веда пока никак не могла уловить мысль за хвост. За нее это сделал Ллойд.

- Именно. Это меня и насторожило. – он наконец успокоился и сел напротив. – Я искал упоминания твоего рыжего в хрониках и списках фейри, но ничего не нашел. Зато наткнулся на старую газету, в которой говорилось о ганконере, убившем пятерых девушек. Сначала я тоже посмеялся, подумал, что это просто газетная утка. Но потом вспомнил твое приключение в Суэре и перечитал статью. По всей видимости, ганконер был тот же, что и встретившийся тебе в Перекрестке.

- И ты решил поискать похожие случаи? – она еще раз окинула взглядом папку. – Смотрю, много нарыл.

- Ага. И самое главное, что такие случаи начались пять лет назад. До этого ничего подобного не было.

- И что нам это дает? – хмуро спросила Веда. Она видела, что Ллойд уже сделал какой-то вывод и мечтает им поделиться.

- Кто-то, или что-то сводит с ума обычных фейри и заставляет их идти против Закона и своей природы, убивать людей ради питания и удовольствия.

Ведика внимательно посмотрела на друга. То, что он говорил, было  фантастично, но если он прав – Эвир ожидает катастрофа.

- Ладно, допустим ты прав. Но причем тут я? Ратуша наверняка ведет расследование и мне влезать туда не зачем. – Веда упрямо сложила руки на груди, сверля взглядом собеседника.

- Ратуша никак не связывает эти дела. Я говорил с Архимагистром, но он сказал, что я надышался библиотечной пыли. – Ллойд грустно усмехнулся. – Я думаю, что твой фейри потребует разобраться с этим делом. Мы должны сами начать расследование, не дожидаясь его требования. Хотя бы доказать, что что-то происходит, тогда наши сыщики не смогут отвертеться. А там просто переложить на них это опасное предприятие.

- Ллойд, очнись! Мы с тобой не сыщики, да и вообще, зачем лезть в это? Думаешь, мне мало проблем с фейри? Не факт, что Аэд потребует именно этого.

- Я все понимаю, Веда. – он тяжко вздохнул и встал, явно собираясь уходить. – Но этими же совпадениями заинтересовались в Храме.

Веда задумалась. Храм был местным центром религиозной жизни. На Эвире люди не были сильно верующими, живя все время бок о бок с фейри, но вера в Белого Бога была весьма популярна в Никрее. Храм имел огромное влияние на политику и оказывал воздействие на людей. Что будет, если храмовники перевернут нападения фейри себе на пользу? Правильно, начнется славное время Святой Инквизиции, хорошо известное на родной Земле. А промолчат ли фейри? Вряд ли. И будет война, сравнимая с концом света, потому что этот мир един с фейри, они часть его души.

- Стой. – безжизненным голосом окликнула Ведика Магистра. - Давай попробуем еще раз проанализировать документы.

Отрывок из поэмы Талиесина «Кад Гаддеу» («Битва деревьев»).

Ты – самое лучшее, что у меня было… Но знаешь в чем проблема? Самое худшее – тоже ты.

К/ф «Кит»

Бумагам не было конца и края. Веде уже начинало казаться, что они с Ллойдом никогда не выйдут из кабинета. Сэн заботливо приносил им чай и бутерброды прямо сюда, быстро поняв, что хозяйку с гостем не выманить на обед.

В документах встречались случаи вампиризма, насилия, энергетического опустошения и еще много всего. Но все их действительно объединяла беспричинная жестокость и, чаще всего, летальный исход жертв. Веда с ужасом читала о растерзанных девушках и женщинах, выпитых до дна мужчинах, изувеченных детях. Она не хотела верить в этот кошмар, но аккуратный бисерный почерк секретаря Ратуши доказывал, что все это реальность.

- Всё. Я больше не могу. – Ведика с силой оттолкнулась от стола и встала, потерла красные от усталости глаза.

- Нужно их как-то систематизировать. – будто не слыша, пробурчал под нос Аспен. Его глаза тоже были покрасневшими, и даже поникшие усы выдавали сильную измотаность.

Веда громко и тоскливо вздохнула. Если Магистр ушел с головой в работу, вытащить его было практически не реально.

- Может по территориальному признаку? – вяло подбросила она идею.

- Это и так понятно. В основном преступления разбросаны по всей стране, но около столицы их концентрация больше. Но это может объясняться и тем, что в столице на один квартал приходится больше фейри, чем на целое провинциальное графство.

- А если дело не в фейри, а в жертвах? – еще одна идея возникла сама по себе.

- Хм… Сомневаюсь. Все жертвы имеют разное социальное происхождение, разный доход и вообще никак не связаны на первый взгляд. – отбил Ллойд.

Так они препирались еще около часа. Веда подбрасывала вопросы, а библиотекарь их анализировал и отвергал.

- А если попробовать объединить фейри? – осенило в очередной раз девушку.

- Как? – недоуменно вскинул брови её собеседник.

- Ну вот смотри… «Что-то» заставило преступников противоречить своей природе и привычкам. Значит, где-то они подверглись воздействию этого «что-то». – она на секунду задумалась. – А у фейри есть какой-нибудь клуб по интересам или ежегодная сходка?

- Если и есть, я о таком не знаю. – покачал головой Ллойд.

- Зато я знаю, у кого это можно спросить.

Сказав это, Веда почувствовала какое-то странное предвкушение. Будто перед днем рождения в детстве, когда накануне ложишься спать и думаешь, что завтра произойдет что-то необычное.

- Опять хочешь со своим рыжим побеседовать? – зло выплюнул мужчина, спустив Ведику с небес на землю.  – Я надеюсь, ты не думаешь, что он тебе просто так сведения выдаст? Готова расплачиваться? Или тебя это уже не пугает?

Веда в замешательстве смотрела на разозленного Магистра. Она никак не могла понять, что вызывает в добром и отзывчивом Ллойде такую неприязнь. С Аэдом он даже не знаком, чтобы настолько его ненавидеть.

- Что с тобой? Ты ведешь себя, как ревнивый муж! – и тут ее озарила невероятная в своей простоте мысль. – Стой, ты что, и  правда ревнуешь?

Ллойд не ответил. Он опустил глаза и вышел из кабинета, тихо притворив дверь, так будто с трудом удержался от того, чтобы не шархнуть ей о косяк.  Но из дома он не выходил, Веда отчетливо слышала, как скрипнул пол на кухне.

Когда она наконец решила спуститься, поняв что размышления над чувствами старого друга ни к чему не приведут, то застала милую картину: Сэн и Магистр спокойно глушили на кухне виски. Текла неприхотливая беседа (закончившаяся с появлением девушки), шкворчал в духовке ужин, а стол был накрыт по-мужски – полупустая бутылка в окружении двух стаканов и тарелочки с лимоном.

Веда усмехнулась и достала третий стакан. Её никто не остановил, не намекнул на то, что её общество будет лишним. Только Сэн подвинулся на лавке, уступая хозяйке нагретое местечко.

Пили молча, каждый думая о своем. Веда упорно размышляла над странными нападениями Волшебного народа. Перед её глазами постоянно вставал затуманенный взгляд ганконнера и тела девушек в бадье с водой. А ведь тот фейри не выпил их до конца, только позабавился, убив и глотнув крови! Может он просто не был голоден? Или развлекался? Мысли скакали по кругу, как лошадки на карусели. Нужно обязательно спросить Аэда, без него она не сможет связать все ниточки воедино.

- Веда, можно с тобой поговорить? – осторожно спросил Ллойд, старательно пряча руки под стол. Дрожали? Возможно.

- Конечно, пойдем на крыльцо. – она поняла, что Аспен волнуется и посчитала, что свежий воздух пойдет только на пользу. К тому же когда Ллойд нервничал, то всегда хотел курить, а на крыльце у него будет такая возможность.

Она вышла первой и уселась на ступени, невольно вспомнив ночной разговор с рыжим фейри. Интересно, если она позовет его просто по имени, он услышит?

- Прости, что накричал на тебя. – начал Ллойд, выдергивая девушку из мыслей о другом мужчине. – Я не знаю, что на меня нашло. Никогда не думал, что стану ревновать тебя, тем более к фейри.

- Почему тем более? – невпопад спросила она.

- Потому что ты не настолько глупа, чтобы влюбиться в Высокого. – как неоспоримую истину изрек Магистр.

- Ты меня любишь? – прямо спросила Ведика. Ей не нравились кружения вокруг и недомолвки, она привыкла сразу решать такие вопросы.

- Эм..- замялся Аспен. Он достал из кармана брюк аккуратный портсигар, украшенный гравировкой, и нежно погладил его пальцами. – Я сначала, когда мы только познакомились, воспринимал тебя, как младшую сестру, о которой нужно заботиться, защищать, иногда воспитывать…

- Я спросила тебя, любишь ли ты меня? – перебила Ведика.

- Да. – просто ответил мужчина и наконец, закурил, отвернувшись в сторону.

- И что дальше будем делать?

- Ничего. – Беззаботно ответил Магистр. По его цветущему виду можно было сказать, что огромная тяжесть упала с его плеч. Эти чувства тяготили его, мешали жить нормально, а теперь он высказался и мог спокойно жить дальше. Но что теперь делать ей?

- Я не могу сказать, что тоже люблю тебя. Я… - начала Веда, но теперь её перебил Ллойд.

- И не надо. Я все понимаю, девочка. Мне не нужна твоя любовь, лучше подари её более достойному мужчине. А мне достаточно того, что чувствую я. Обещаю, что в наших отношениях ничего не изменится, просто сделаем вид, что ничего не было. – он светло улыбнулся и выдохнул дым в небо.

Ведике нечего было ответить, она только попросила сигарету для себя и так же задумчиво курила в небо. Так они стояли до тех пор, пока Ведика не начала проваливаться в сон и тогда Ллойд, осторожно подхватив легкое тело на руки, отнес её в спальню. Теплое одеяло было заботливо подоткнуто, окно открыто на проветривание, а свет потушен.

- Спи, моя девочка. – ласково прошептал мужчина, убрав с лица Веды упрямый локон и не удержался - нежно поцеловал сухие губы. – Спи и ни о чем не беспокойся.

Веда проснулась поздней ночью от холода. Осень все больше вступала в свои права и из открытого окна немилосердно дуло. Зябко поеживаясь и кутаясь в одеяло, она встала и подошла, чтобы закрыть ставни. Выглянув на улицу она, повинуясь минутному порыву, тихо прошептала в темноту: «Аэд!». Она отчаянно надеялась, что фейри не слукавил и действительно  назвал свое имя, оказав тем самым высшую степень доверия.1 Ничего не произошло, и разочарованная девушка уже собралась отправиться обратно в постель, когда знакомый шелест листьев заставил её замереть.

- Звала, охотница? – весело усмехнулся фейри. Веда уже давно заметила, что он мог разговаривать и без шипения, как нормальный человек.

- Да. Рада, что ты откликнулся, Высокий. – вежливо поздоровалась она.

- Ну, рассказывай. Не просто так же ты меня посреди ночи вызвала.

Гибким неуловимым движением он переместился на кровать и вальяжно улегся там. В окружении многочисленных подушек он напоминал Ведике арабского султана, виденного ей на картинке еще в родном мире. Сравнение почему-то не обрадовало, ведь она тогда выступала полуголой наложницей, а подобное положение ей не нравилось даже гипотетически.

- Мне в руки попали некоторые бумаги… - И она сухо рассказала о том, что им удалось узнать с Ллойдом и о своих догадках.

Фейри долго ничего не отвечал, над чем-то думал, поигрывая кончиком косы. Эта его привычка одновременно и раздражала и умиляла девушку. Было в этом что-то человеческое, понятное, приближавшее её к недосягаемому и загадочному. Аэд был для нее интересной задачкой, тем самым волшебным чудом из сказки, которого ей не хватало.

Она осторожно рассматривала его совершенное лицо, жесткие губы, особенно задерживая взгляд на волосах и глазах. Золотые радужки с вертикальным зрачком, раньше напоминавшие о змеях, теперь не вызывали испуга, а наоборот завораживали. Фейри хотелось любоваться как бесценным произведением искусства.

- Ты уже поняла, наверное, что я хотел потребовать в уплату долга разобраться с этим делом. – не спросил, а констатировал факт он. – Странности в поведении некоторых фейри мы заметили давно, но не догадались связать их воедино. – покачал он головой, признавая, что что-то упустил. - Знаешь, мне сложно представить, чтобы столь разные фейри могли где-то собираться вместе. Благий двор, конечно, устраивает балы и празднества, но в описанных тобой случаях фигурируют только Неблагие. Нашему князю нет нужды тешить своих подданных, кроме как на Дикой Охоте. – на этих словах, внимательно слушавшая Веда вздрогнула. Тяжело было вспоминать Предводителя Дикой Охоты и его леденящий голос, но насторожиться её заставило совсем другое.

- Нашему? Значит, ты тоже из Неблагого Двора? – спросила она.

- Да, а что тебя так удивляет? Разве я похож на прекрасного рыцаря? – насмешливо спросил он, картинно поворачиваясь в профиль и откидывая назад косу.

- Нет, не очень. Просто мне казалось…

- Запомни, Ведика Гримхолл, нет только добра и зла. Есть еще множество граней и сторон. Самый благочестивый может совершить страшное преступление  во благо добра, а самый жестокий оказаться в момент милосердным. – резко посерьезнел Аэд. Дурашливость и ухмылка пропали бесследно.

- Наверное, ты прав. – послушно кивнула она, мысленно впрочем оставаясь при своем мнении. Фейри только покачал головой, как бы говоря, что не поверил.

- Я не знаю чем тебе помочь, но то, что ты рассказала, очень важно. Мне нужно поговорить с Вортигерном, он князь и это его непосредственная забота. Не только люди могут пострадать от таких действий Волшебного народа, но и нам самим грозит опасность. – он встал и направился к окну. Это уже становилось традицией. И не нарушая её, Аэд просто растворился в воздухе.

Хмыкнув на такую бесцеремонность и мысленно уговаривая себя, что это просто фейри и ему чужды человечески нормы приличий, Веда поплотнее укуталась в одеяло, закрыла окно и легла спать, теперь уже до утра.

Высокий больше не объявлялся и не давал о себе знать. Дни плавно текли своим чередом, Веда занималась обычными домашними делами и старалась не думать о той услуге, которую попросил Аэд, а так же о том, что, начатое было, расследование зашло в тупик. Пока не появится какая-то информация ломать голову бесполезно.

Ллойд Аспен тоже больше не показывался после того памятного разговора и Ведика начинала подумывать о том, что он все же обиделся и она потеряла хорошего друга в его лице.

Стараясь избавиться от грустных мыслей она, как и почти любая женщина, решила развеять себя покупками и съездить в столицу. Тем более, что заметно ухудшившаяся погода требовала обновления гардероба.

Столица Никреи – Атиса – была красивым, но на взгляд Веды, совершенно не подходившим для жизни, городом. Иногда ей начинало казаться, что тут собраны все возможные виды развлечений и совершенно негде просто спокойно поесть и переночевать, поэтому она никогда не оставалась в городе на ночь, спеша вернуться в тихую и родную деревню. Вот и сейчас её лицо досадливо морщилось от рябивших в глазах афиш и вывесок театров, музеев, выставок и музыкальных гостиных.

Ей не были чужды веселье и развлечения, но в Атисе это возводилось в культ и смысл жизни. Люди, постоянно живущие тут, казались ей фальшивыми и наигранными, а их эмоции, бившие через край,  причиняли почти физическое неудобство.

Свернув с центральной улице, где цены могли убить одним своим видом, девушка неспешно прогуливалась по кустарным магазинчикам и лавкам с одеждой для людей с небольшим достатком. Она искала что-то не вычурное, со стразами и вышивкой, а обычную добротную куртку и теплые сапоги.

Но природа брала свое, и в сумке уже нашли место несколько откровенного вида сорочек и просто умопомрачительное платье. Эти вещи она купила просто так, но не желая себя обманывать, признавалась самой себе, что ей хочется видеть взгляд очарованного мужчины, когда она предстанет перед ним в обновках. Вот только образ этого мужчины куда-то вечно ускользал.

Наконец, устав от шатания по магазинам, Веда решила перекусить и не нашла лучшего места, чем маленький ресторан возле Главной библиотеки. В этом заведении раньше частенько обедал Ллойд, но Веда даже не надеялась его застать сегодня. Скорее всего, библиотекарь погрузился с головой в работу, а в таком состоянии он забывает даже спать, не говоря уже о еде и гигиене.

В ресторане было спокойно и уютно, играла приятная мелодия и пахло печеными яблоками с корицей. Решив, что отличным обедом для такого отличного дня будет фирменное блюдо и бокал вина, девушка сделала заказ и в ожидании разглядывала посетителей. Их было не много. Пара купцов явно обсуждающих  какие-то дела, группа студентов с уставшими глазами и парочка влюбленных за столиком в укромном уголке.

На сцене, со скрипкой в руках, удобно устроилась на высоком табурете певица. Что-то заставляло взгляд Веды все время возвращаться к ней. Внешность девушки ничем не выделялась, прямые золотистые волосы, убранные в хвост, миловидное личико сердечком, хрупкая фигурка. Да, симпатична, но не более. От такой красоты не захватывает дух и не бьется ускоренно сердце, но почему тогда стоило ей запеть, все мужчины забыли о своих делах и обратили свои взоры на нее? Только влюбленный парень не отпускал руку своей избранницы и, казалось, вообще не замечал, что кто-то там поет.

Веда несколько раз переводила взгляд с певицы на слушателей и, только к самому концу завораживающей песни, поняла в чем дело. Девушка была Ланнон ши, «ласковой возлюбленной». Для своих поклонников она была богиней, женщиной невиданной красоты и привлекательности, но для Веды, не поддающейся магии, выглядела, как обычный человек. Если кто-то из присутствующих склонен к музыке или поэзии, то песня Ланнон ши заставит его пожертвовать жизнью, ради того, чтобы испытать прилив вдохновения, даруемый этой фейри.

Принесли заказ, и Веда неторопливо принялась за еду. Она не собиралась мешать фейри, та не делала ничего противного своей природе, и на неё не поступало жалоб. Сейчас, кто-нибудь из роняющих слюни мужиков, не сможет совладать с собой и пригласит певицу на ужин, или окажет еще какой-нибудь знак внимания и фейри получит свою жертву.

Посетители прибывали, дело шло к вечеру, и Веда начала собираться в обратный путь. Один из пришедших недавно мужчин направился к, только что закончившей очередную волшебную песню, фейри. Ведика не стала смотреть, что будет дальше и попросила счет. Но взгляд сам собой задержался на мужчине в черном пальто.

На вид ему было около сорока, темные глаза прятались под неимоверно пушистыми ресницами, а волосы цвета «соль с перцем» были собраны в аккуратный короткий хвостик. Веда назвала бы его итальянцем, если бы на Эвире такие вообще присутствовали.

Он подошел к Ланнон ши, поклонился и, вежливо придерживая даму под локоть, отвел её в сторону. Эмоции на лице певицы сменялись так стремительно, что Веда испугалась за жизнь «итальянца», потому что в глазах фейри к концу диалога явно читалась жажда убийства. Мужчина же, еще раз поклонившись, невозмутимо вышел вон, напоследок, проходя мимо застывшей столбом Ведики, обдав её смесью ароматов, главными из которых были табак и мята.

Уже уходя из ресторана и прокручивая в голове виденную только что сцену, Веда столкнулась с Ланнон ши. Певица внимательно разглядывала лицо девушки и чему-то кивнув, быстро направилась в её сторону.

- Простите, вы Ведика Гримхолл? – хорошо поставленным бархатным голосом спросила она.

- Да, разве мы знакомы? – спокойно поинтересовалась Веда. Она не была удивлена, что её узнали, в столице единственная охотница на фейри была весьма известна.

- Нет, но я вижу на вас метку фейри, значит могу вам доверять. – она ткнула аккуратным пальчиком в район Вединого плеча. - Передайте пожалуйста Аэду, что в Атисе происходит что-то неладное. Ко мне только что подходил странный человек и в обмен на мою любовь предлагал Забвение. Я прогнала его.

- С чего вы взяли, что я знаю Аэда? – непонимающе воскликнула Веда, но ответить ей было уже некому. Стройная фигура певицы быстро удалялась в направлении переулка.

- Да что здесь вообще происходит?! – возмутилась девушка, посмотрев в темнеющее небо. Нужно было срочно возвращаться домой и любыми способами вытрясти правду из рыжего интригана.

1 Для фейри назвать собственное имя – признать собеседника равным. Люди же придали этому действию сакральный смысл, считая, что имя дает власть над его хозяином.

Мы говорим с тобой на разных языках, как всегда, но вещи, о которых мы говорим, от этого не меняются.

М. Булгаков « Мастер и Маргарита»

Веда опять была вне себя от злости. Рыжий фейри не отзывался и не показывался. Зато объявился Ллойд, который и был вынужден наблюдать буйство стихии по имени Ведика.

Она носилась по гостиной, сшибая предметы и сопя от злости, как еж. Сэн притих в углу и меланхолично вязал шарфик, который уже достигал трех метров.

Вообще все знакомые Веды давно знали, если девушка находится в таком состоянии – лучше не отсвечивать и сидеть тихо. Обычно набегавшись, она успокаивалась и начинала думать трезво. Сегодня правда представление явно затянулось и Ллойд не выдержал.

- Успокойся и сядь. – спокойно сказал он. Но девушка его даже не услышала. – Сядь! – рыкнул он во весь голос.

Странно, но это подействовало. Ведика, с отсутствующим взглядом, остановилась и села прямо на пол, посреди гостиной.

- Я ничего не понимаю! – потеряно прошептала она, но Магистр расслышал.

- Тебе и не надо. – буркнул он, но продолжил, видя, что девушка подняла на него глаза. – Это уже не твои проблемы. Игра слишком серьезна для человечки. Успокойся и дай Высоким самим разобраться в ситуации. Твой фейри не такой дурак, чтобы надеяться, что ты справишься с таким заданием.

Сэн встрепенулся, отложил своё рукоделие и быстро просеменил к хозяйке. С тревогой он заглянул ей в потемневшие от гнева глаза и с тонким писком метнулся обратно. Ох, зря господин библиотекарь это сказал!

- Серьезно, говоришь, для человечки?! – взбеленилась Веда. Гнев волной накрыл ей, топя в мутной пелене все здравые мысли. – Не тебе решать, Ллойд Аспен, мои это проблемы или нет! Что ты вообще здесь забыл? Я не звала тебя!

Она вскочила и вылетела прочь, громко хлопнув дверью. С потолка посыпалась штукатурка, а стекла в рамах жалобно звякнули. Ллойд спокойно собрал с пола разбросанные бумаги, сложил их аккуратной стопкой и вышел следом за девушкой.

Искать её долго не пришлось. Как всегда, Веда повела себя, как маленькая девочка, закрывшись в спальне. Магистр с непробиваемым спокойствием поднялся по лестнице и толкнул дверь.

В темноте спальни он разглядел хрупкое девичье тело у окна. Ведика сидела под подоконником и тихо скулила. Ей было так больно, так обидно и так страшно, что справиться с эмоциями никак не получалось.

Констатировав банальную истерику, Ллойд, недолго думая, пришел к самому доступному средству. Не размахиваясь, он отвесил звонкую пощечину икающей от слез девушке. Вместо того чтобы успокоиться, та взвилась на ноги и зло посмотрела в серые глаза обидчика. «Наверное, способ был не таким уж и верным» - философски подумал Магистр, перехватывая тонкие запястья.

Веда билась в сильных руках, как рыба, выброшенная на берег. Она пыталась кусаться, царапаться, но все тщетно – мужчина крепко держал её руки, прижимая тело к себе. Борьба происходила в полной тишине, разрываемой только редкими всхлипами и злым шипением.

- Ну все, мне это надоело! – Ллойд почувствовал, что спокойствие дало трещину и он начал раздражаться.

Следующие действия никто из них не назвал бы логичными или обдуманными, но Веда развернулась в кольце сковывающих её рук и, на секунду взглянув в стремительно темнеющие глаза мужчины, подалась вперед, жадно впиваясь в его губы поцелуем. На миг он замер, то ли от неожиданности, то ли от дрожи, прошившей все тело с головы до пят. Но уже в следующее мгновение ответил на поцелуй, отпустив руки девушки и зарываясь пальцами в  её длинные волосы. Тихий стон в приоткрытые губы снес все моральные барьеры, выпустив на волю давно изголодавшегося зверя.

Летела одежда, срываемая вместе с пуговицами, поцелуи перемежались укусами, тела сплетались воедино. Затрещал по швам, задетый в темноте балдахин, и упал на пол с тихим шелестом.

Закусывая от напряжения губы, Ллойд боялся причинить боль, но тело не слушалось – он с силой прижимал Веду к себе, жадно вдыхал её аромат и готов был выть от тоски, пронзающей душу. Он прекрасно понимал, что все это только сиюминутный порыв, вызванный истерикой, но не мог отказать себе в этой слабости и не воспользоваться моментом.

А Веда вообще ничего не думала. Для нее существовали только так необходимые сейчас руки, губы, бессвязный шепот: «Моя, моя…». Ей было невыносимо хорошо и спокойно.

Когда закончилась борьба и перешла в щемящую нежность, никто из них не заметил, но взрыв, затмивший собой любые мысли, они пережили одновременно.

В темноте, среди разбросанных вещей, на разворошенной кровати, они лежали, держась за руки, и молчали. Говорить не хотелось, да и нечего было сказать. Извиняться - глупо, выражать чувства – бессмысленно. Они так и уснули рядом, рука в руке, а утро Ведика встречала уже одна.

- Сэн, зачем приходил Ллойд? – как бы между прочим спросила Веда, наблюдая как домовой запихивает очередной шедевр кулинарного искусства в духовку.

- А ты его не спросила даже? – ухмыльнулся бубах.

- Не смешно. – сухо оборвала его девушка. Она чувствовала себя виноватой перед другом, которым банально воспользовалась. Прекрасно понимая его чувства, Веда даже не пыталась с ним связаться и не ждала его скорого появления. Если он вообще теперь когда-нибудь появится.

- Ночью была буря. – так и не ответив на вопрос, сказал Сэн.

- Мда..? Не заметила. – её действительно ночью занимали совсем другие мысли и дела.

- Оно и не удивительно. Но будь добра, включи свою умную голову и подумай, отчего посреди ясного неба разыгралась почти что Дикая Охота? – маленький домовой явно что-то знал, но хотел навести хозяйку на какую-то мысль.

- Не могу. Мой гениальный ум в отпуске. – беспечно отозвалась Ведика, пьющая горячий чай.

- Хозяин злился, дубина ты бестолковая! – не выдержал бубах и всплеснул маленькими ручками.

Веда только удивлено приподняла бровь. Какой еще хозяин? И как её должно касаться, что он злился? Видимо эти вопросы отразились на её лице, потому что домовой горестно вздохнул и уселся напротив Веды.

- Ты опять ничего не понимаешь? – с безнадежностью спросил он. Получив же отрицательное качание головой, продолжил. – Ты знаешь кто такой Высокий, приходивший к тебе?

- Частично. Я знаю, что он сын князя Неблагого двора и его зовут Аэд. – четко отрапортовала девушка.

- Ага. А как ты думаешь, какая он стихия? – Сэн начал говорить с ней, как с трехлетней девочкой.

Ведика задумалась. А ведь и правда, какая? Вспомнился умопомрачительный запах прелой листвы и дождя, шелест листьев в голосе, рыжая грива волос. А еще все эти фокусы с ветром, огнем, вихрями листьев.

- Осень? – озвучила она догадку.

- Почти. Свое второе имя он тебе сам потом назовет, если захочет. Но ночная буря, отражение его эмоций. А теперь скажи мне, почему он мог быть так зол, что ветром сорвало крышу с сарая у соседей? Причем буря была только над нашей деревней, даже в лесу было все спокойно. – он внимательным взглядом прожигал дыру у Веды во лбу.

- Не думаю, что чем-то могла его настолько разозлить. Может у него какие-то проблемы на личном фронте?

- Точно, связался с одной недалекой, теперь все мучаются. – Сэн понял, что пробить такую стену непонимания он не в силах, не раскрывая того, о чем говорить не разрешалось.

- А почему ты назвал его хозяином? – полюбопытствовала Веда, переводя опасную тему.

- Потому что все бубахи принадлежат Неблагому двору, а Аэд – сын князя. Я обязан ему подчиняться. – по виду домового было заметно, что его раздражает отвечать на очевидные вопросы. – Зато у меня для тебя есть и приятная новость.

- И какая же? – кисло спросила Ведика. Она на самом деле догадывалась, что рыжий, по каким-то своим соображениям, решил, что может ей управлять, считать своей собственностью. Сыграл злую шутку долг жизни или еще что-то, она не знала и знать не хотела. Вот только сама она точно решила, что никому принадлежать не желает. То, что себе придумал Аэд, её не касается. И было бы еще лучше, если бы она смогла быть уверенной, что Ллойд тоже не пострадает из-за её необдуманных поступков.

- Высокий просил передать тебе, что настало время отдать долг! – радостно выпалил он. Ведика же его энтузиазма не разделяла, прекрасно понимая, что такой долг отдать не так-то просто.

- И когда приступать?

- А этого он мне не сказал. Просил только предупредить, что придет на закате. – пожал плечами Сэн и вернулся к готовке с чувством выполненной успешно миссии.

Надо же, даже предупредить просил. Наверное, чтобы она успела выдворить любовника до его прихода! Горько улыбнувшись, Веда допила чай и решила, что время до заката хорошо занять уборкой. А то с этими приключениями дом грязью зарос по самую крышу. Сэн, конечно, отличный помощник, но кулинария привлекала его куда больше, чем борьба с пылью и мусором. Так она и провозилась до вечера, постоянно что-то протирая и бегая с тряпкой по всему дому. А на закате в спальне её уже ждал гость.

- Привет, мне надо тебе кое-что рассказать… - начала Веда, только зайдя в комнату и заметив мужчину, сидящего на подоконнике. Он отрешенно смотрел в окно, перебирая косу.

- Ты должна будешь пойти в холмы и вынести оттуда ребенка. – перебил он её радостный тон. Его голос был сух и холоден, Веду будто пронзил порыв ледяного осеннего ветра, от которого по всей коже пробегает озноб и хочется спрятаться в теплом доме.

- Ты с ума сошел? Как я туда попаду? И даже если попаду, никто меня оттуда не выпустит просто так! – возмутилась Веда.

- Меня это не интерес-с-сует, человеч-ш-ка! – прошипел он. Глаза фейри полыхнули золотом, и Веда поняла, что он сдерживает свой гнев. Чувство опасности разлилось в воздухе густым киселем. – Выполниш-шь -  он помож-шет с рас-с-следованием.

- А если не выполню. – дерзко спросила она, смотря прямо в горящие золотым огнем глаза. Ей овладела какая-то безудержная храбрость, отрезавшая здравый смысл.

- Умреш-ш-шь. – ехидно прошипел рыжий в самое ухо девушки, обдав его теплом дыхания. Внутри что-то отозвалось на это шипение, заныло, потянулось всем существом навстречу этому опасному и страшному в своем гневе мужчине. Она ничего не смогла ответить, язык будто присох к небу. А фейри тем временем, видя покорность жертвы, продолжил.

- Хогмены украли этого ребенка, заменив его деревянной колодой. Ты должна вернуть его и оставить у себя. – перестав шипеть все так же бесстрастно сказал Аэд.

- Как это у себя? – не поняла Веда. – Разве у него нет родителей? Ребенку лучше будет с ними.

- Отец семейства сразу распознал подмену, но возвращать сына побоялся. Зато обвинил жену и выгнал из дома. Так что некому мальчика возвращать, такая семья ему ни к чему. – пояснил фейри.

- Но зачем это тебе? – испытующе заглянула в глаза рыжего девушка. Она не верила, что какой-то ребенок может помочь в выяснении причин помешательства фейри.

- Тебя это не касс-с-сается. Выполняй.

И исчез в темноте ночи, как всегда растворившись прямо на подоконнике. А ведь она так и не передала ему слова Ланнон Ши! «Будем надеяться, что время терпит» - подумала она, откладывая эту проблему в дальний ящик. Сейчас не до фейри, свою бы шкурку спасти.

Веда тяжко вздохнула, мысленно прикидывая, во что обернется миссия по спасению незнакомого ребенка, и что ей потом с ним делать.

Выходило не очень радужно. Хогмены, или холмовники, как их еще называли, существа крайне неприятные. Живут в холмах, воруют детей и женщин, мстительны и не дружелюбны к людям, особенно к магам. Забрать у них малыша будет очень сложно, если не сказать невозможно.

А Аэд знал, чем отомстить за обиду! И это не говоря о том, что даже при хорошем исходе долг не будет выплачен полностью. Если она не справится – её убьют хогмены, или просто запрут в своем холме, что, в принципе, одно и тоже, а если справится – всю оставшуюся жизнь придется заботиться о чужом ребенке, еще и побывавшем у фейри.

Последнее очень беспокоило Веду, ведь люди, побывавшие в холмах сильно меняются. Особенно дети. Чаще всего они становятся замкнутыми, многие сходят с ума, и лишь единицы обретают какие-либо знания или способности. В любом случае растить такое чадо – сущее наказание.

Размышляя об этом Ведика незаметно для себя пришла к ужасающей ее мыли: с некоторых пор её, безоблачная и приятная во всех отношениях, жизнь превратилась в чужую игрушку и сама она уже ничего не могла решать. Теперь её существование полностью зависело от прихоти наглого Высокого.

Все теории стоят одна другой. Есть среди них и такая, согласно которой каждому будет дано по его вере. Да сбудется же это!

М. Булгаков «Мастер и Маргарита»

За более подробной информацией о похищенном мальчике пришлось обращаться к Сэну. Он хитро улыбнулся, но пообещал что-нибудь разузнать. Веда подозревала, что разозленный Аэд забылся и все же не запретил бубаху помогать ей, иначе Сэн сразу сказал бы, что ничего не знает.

Домовой появился только к вечеру следующего дня и сразу приступил к докладу.

- Ребенок находится в Изумрудном Холме, что на западной окраине Атисы. Проблема в том, что в этом холме живет самая многочисленная группа хогменов в округе.

- А хорошие новости есть? – кисло спросила Веда.

- Есть. С момента похищения должно пройти ровно год и один день, тогда ребенка можно спасти. А дата эта наступит… - он задумался, подняв глаза к потолку. – Через четыре дня. У тебя будет время подготовиться.

- Хоть что-то радует. Спасибо, Сэн, ты очень помог. – с невеселой улыбкой поблагодарила девушка домового.

- Ты знаешь, что делать? – серьезно спросил он, смотря как Веда достает крынку с молоком и наливает его в огромную кружку. Молоко Сэн, как и любой фейри, очень уважал и сейчас нетерпеливо ерзал на стуле, ожидая угощения.

- Да. – сухо ответила Ведика, начавшая как раз резать колбасу для бутербродов и явно витавшая мыслями далеко от дома.

Она действительно знала несколько способов возвращения смертных из холмов, но почти во всех случаях ребенка должны возвращать родители или кровные родственники. Даже если удастся договориться с хогменами, чужому человеку они мальчика не отдадут. Что же делать?!

Неосторожное движение привело к тому, что нож, сжимаемый в руке, соскользнул, и из пореза выступило несколько капель крови. Сэн нервно сглотнул, смотря как красные капли пропитывают салфетку, спешно прижатую к ранке.

- Промой быстро, а то держать себя в руках сложновато. – хрипло попросил он. Веда, будто очнувшись, быстро сунула руку под струю воды, другой ища в ящике стола аптечку. Когда повязка была аккуратно закреплена, а испачканная салфетка сожжена, она поставила на стол тарелку с бутербродами и чашку молока, села и внимательно посмотрела на Сэна.

- У меня появились две сумасшедшие идеи. – сказала она, наблюдая как исчезает еда, а потом продолжила. – Первая и самая дикая, расплатиться за мальчишку кровью.

- Исключено. Тебе не хватит драгоценной жидкости в теле. – нервно улыбнулся он и спрятал глаза в чашке с молоком.

Веда про себя отметила, что он довольно успешно справился с жаждой крови. Неблагие фейри кровожадны по природе, и бубах, хоть и был довольно миролюбив, ничем в этом плане от них не отличался. Большинство представителей Волшебного народа с удовольствием принимают плату за услуги человеческой кровью. Главное условие – она должна быть отдана добровольно.

- Думаешь, им так много понадобиться? – полюбопытствовала Веда, впрочем, понимая, что этот вариант стоит отмести.

- Думаю, что они тебя потом точно не выпустят. Ни одну, ни тем более с ребенком.

- Хорошо, вторая идея – найти отца мальчика и провести обряд кровосмешения. Тогда хогмены посчитают меня кровным родственником, и на одну проблему станет меньше.

- А вот этот вариант не так плох. Тебе останется только придумать, чем откупиться! – с энтузиазмом воскликнул домовой.

- Мда. Всего-то ничего. – и с отчаянием принялась жевать бутерброд. – А отца мальчика как найти? Может, ты поможешь?

- Неа, мне нельзя. – покачал головой бубах.

- Холм найти значит можно, а отца, выкинувшего жену из дома и отказавшегося искать сына - нельзя?! – с возмущением спросила Веда. Значит Аэд все же дал указания домовому.

- Он боится, что ты станешь уговаривать мужика пойти самому в холм. – кого имел ввиду Сэн не вызывало сомнений. – Хозяин уверен, что это тебе удастся при должном старании, но ему нужно, чтобы ты забрала парнишку к себе, тем самым отплатив часть долга.

- Зачем ему это?

Сэн сочувствующе посмотрел на Веду и ничего не ответил. Она и сама понимала, что даже если бы бубах знал ответ, все равно не имел бы права сказать.

- Тогда придется искать самой. – решительно сказала Ведика и отправилась наверх, одеваться. Она знала того кто ей может помочь в этой проблеме, только бы он не захлопнул дверь у неё перед носом.

Ллойд Аспен нашелся на своем рабочем месте, в кабинете. С последнего визита здесь мало что изменилось, разве что кружек и бумаг, разбросанных по всей комнате, стало больше.

Ллойд спокойно поприветствовал нежданную гостью и оторвавшись от желтого, потертого свитка, внимательно посмотрел на Ведику.

- Я к тебе по очень важному делу. – чувствуя, что смущается перед этим мужчиной, Веда избрала деловой тон общения. Но Ллойд лишь усмехнулся и щелчком пальцев вызвал домового. Попросив его принести чай и сладкое, он неторопливо расчистил уголок стола от рабочих документов и подвинул поближе единственный не занятый стул.

- Присаживайся. По другому поводу я тебя и не ждал. – дружелюбно улыбнулся он, но Веда видела, что в серых глазах притаилась обида. – Опять что-то с твоим фейри?

- Он не мой! – поспешно воскликнула Веда. – И не с ним, а со мной. Мне нужно попасть в холмы и вывести оттуда ребенка.

- Даже так? – хмыкнул библиотекарь. – Занятно. А твой фейри – он с каким-то садизмом выделил это слово – не сообщил тебе, чем это может грозить?

- Это часть платы за долг жизни. – сухо ответила Ведика, понимая, что спорить с Магистром сейчас бесполезно. Ему нужно как-то отыграться за ущемленное самолюбие.

- И что тебе от меня нужно? – в голосе Ллойда прорезалось раздражение.

- Я хочу найти отца мальчика. Просто подскажи, где можно найти информацию о ребенке, которого год назад украли фейри. – примирительно подняла она раскрытые ладони.

- Зачем тебе его отец? – продолжил допытываться Аспен.

Веда замялась, боясь признаваться в своих планах. Ллойд мог неадекватно отреагировать на такое безрассудство, а ей очень нужна была эта информация, тем более что времени на поиски не так и много.

- Говори что задумала, иначе можешь прямо сейчас закрыть дверь с той стороны и больше не донимать меня. – зло бросил библиотекарь, указывая на дверь. Веда тяжело вздохнула, понимая, что отделаться малой кровью не удастся.

- Хочу провести обряд кровосмешения. – тихо сказала она.

- А не проще проинструктировать папашу и отправить его самого в холмы, добывать свое чадо? – все еще злясь, спросил он.

- Проще, но мальчика я должна забрать себе, а не возвращать его отцу. – призналась Ведика, интуитивно втягивая голову в плечи. Но взрыва не произошло.

- Ты дура, Гримхолл. – качая головой прошептал Ллойд. – Ты хоть понимаешь, что такое воспитывать ребенка, украденного фейри? А если он умом тронется? Так и будешь всю жизнь ему сопли подтирать?

- Придется. – согласно кивнула Веда. – Ллойд, у меня просто нет другого выхода. Его жизнь – плата за мое спасение. К тому же Аэд сказал, что мальчик поможет в расследовании.

Аспен мрачно смотрел на свой стол, на самом деле ничего не видя, уйдя в размышления. Он просчитывал ситуацию, ища выход, спасение, для безголовой девчонки, рушившей собственную жизнь.

- Хорошо. Приходи завтра, постараюсь найти то, что ты просишь. Но с одним условием. – он смотрел прямо в глаза девушки, ища там ответ на мучивший его вопрос и не находя его. – В холмы мы пойдем вместе.

- Нет! Если я не справлюсь, то останусь там! Не хочу, чтобы из-за меня ты пострадал! – испуганно закричала Веда, вскакивая со стула. Она неловко взмахнула рукой, и принесенный домовым поднос с чаем улетел к стене, расплескав по дороге содержимое чашек.

- Да, Ведика. Решай, либо ищи папашу сама, либо я составлю тебе компанию в этом приключении. – резко высказался Ллойд, но потом смягчился и почти ласково посмотрел на испугавшуюся девушку. – Не надо за меня переживать, я не зря ношу звание Магистра.

Ведика, взвесив все за и против, согласно кивнула, но сама себе мысленно пообещала сделать все возможное, чтобы её друг не пострадал.

На следующий день Веда с самого утра оккупировала кабинет Ллойда Аспена. Сам библиотекарь где-то пропадал, но услужливый домовой с радостью впустил девушку в кабинет хозяина и позаботился о сытном завтраке для неё.

- Ты уже тут? – приподнял одну бровь Аспен, входя в кабинет. Он явно не спал всю ночь, глаза запали, темные круги просто кричали о том, что Магистру срочно требуется отдых. – Я нашел то, что ты просила.

На стол перед Ведой шлепнулась тонкая папка со знаком Ратуши. Эти документы вряд ли были секретными, но все происшествия с фейри находились под их  контролем. Вопросительно взглянув на Ллойда и получив в ответ кивок, она осторожно открыла папку.

Пока Ведика знакомилась с материалами дела о пропавшем мальчике, Ллойд уселся в кресло и вытянул ноги. Незаметно для самого себя он уснул, расслабленно откинув голову на спинку кресла. Веда же, досмотрев не особо интересные бумаги и найдя адрес места работы потерпевшего, задумчиво рассматривала его лицо.

От Ллойда Аспена всегда веяло такой мужской силой, которой слабой женщине хотелось покориться. Ведика себя слабой не считала, но даже её в присутствии Магистра посещало желание спрятаться за его широкой спиной от всех напастей.

Он был именно тем плечом, на которое можно смело опереться, заботливым, надежным и верным другом. Наверное, он мог бы стать лучшим на свете мужем и отцом. «И станет! Если не пойдет со мной в холмы!» - подумала Веда и тихо прокралась мимо спящего мужчины к двери.

Такой обман мог, конечно, обернуться полной потерей доверия со стороны Аспена, но и тащить его за собой, подвергать опасности, Ведика не могла. Она по своему любила и ценила его, желала счастья и спокойствия, но прекрасно понимала, что пока она будет в зоне досягаемости, Ллойд не отступит и будет биться до конца. Только вот с ней у него никогда не получится построить те отношения, которых он без сомнения заслуживает.

Окончательно приняв решение, Ведика прикрыла дверь кабинета и торопливо зашагала прочь. Ей нужно было срочно попасть на другой конец города, в бедные кварталы, где работал отец пропавшего мальчика.

Нужный дом Ведика смогла найти только к вечеру. Оказалось, что Геторикса Аладу никто не знал по имени в этом районе. Всем он был известен как Башмачник. Поиски осложнились тем, что в обувной лавке, давшей ему такое прозвище и указанной в документах как место работы, он не появлялся уже несколько дней, а точного места жительства никто из продавцов соседних лавочек не знал. В деле, просмотренном девушкой, домашнего адреса тоже не было.

Повезло, что вездесущие мальчишки, пойманные на улице, за пять серебряных показали переулок, куда мужчина сворачивал после работы. Переулок этот заканчивался тупиком, а значит, скорее всего, в одном из обшарпанных домиков он и жил.

Удача улыбнулась на восьмом покосившемся строении с крышей невнятного красно-коричневого цвета. По дому было видно, что не так давно он выглядел вполне прилично, дорожки были подметены, а маленький садик ухожен. На стенах еще были видны следы побелки, а краска на резных наличниках не до конца успела облупиться.

- Чего тебе, девка? – раздался из недр дома скрипучий голос.

- Я ищу господина Аладу. – громко ответила Веда, вглядываясь в грязные окна. – Я медицинский работник.

Ведика заранее подготовила легенду о том, что Его Величество издал указ об обязательной медицинской проверке в неблагополучных районах. Якобы, все, живущие в таких районах, обязаны сдать кровь на анализ. Даже медицинский чемоданчик пришлось купить!

- Ну проходи что ли. – на пороге появился заросший бородой мужик, одетый в мятую рубаху желтоватого цвета и штопаные штаны. От него невыносимо разило перегаром, чувствовавшимся даже на приличном расстоянии. Он пошире распахнул дверь, приглашая девушку пройти внутрь.

Веда сделала предположение, что отец семейства, потерявший в одночасье эту самую семью, элементарно ушел в запой. Этим можно объяснить и запущенность дома, и его внешний вид.

- Скажите пожалуйста, господин Аладу, с вами проживают еще какие-то родственники? – Ведика достала блокнот и сделала вид, что заполняет какой-нибудь бланк или анкету.

- Неее… была жена, но она…- дальше следовали такие выражения, что даже у самых отъявленных каторжников свернулись бы уши. – В общем выгнал я её, шлюху такую. Нечего было с фейрями всякими детенышей нагуливать. Вот  как папаша этого отродья объявился, мальчишку забрал, так я её и погнал взашей. – продолжил свою обвинительную речь Башмачник.

Веда сдерживала себя из последних сил. Негодование и злость на этого идиота сотрясала все тело, и стоило огромного труда не стукнуть его головой о какой-нибудь косяк. Теперь девушка полностью была согласна, что пропавшему мальчику такая семья действительно не нужна.

- Что ж, давайте вашу руку. – Веда натянула специальные перчатки, извлеченные из чемоданчика, и приготовила иглу. Такие иглы были магически зачарованы на безболезненный забор крови у пациента и заживление оставшейся ранки. Кровь собиралась в маленькую колбочку на другом конце иглы и консервировалась там до момента снятия защитного колпачка. Перчатки на самом деле были больше нужны для того, чтобы способности Ведики не смогли повлиять на тонкую магическую настройку.

Пациент тем временем покорно закатал рукав и вытянул руку, продолжая что-то бурчать про «фейских выродков». Закусив губу, чтобы от злости не проткнуть руку мужчины, Веда осторожно погрузила иглу в вену и шепнула простенькое слово-активатор. Темно-красная жидкость послушно начала перетекать в колбочку.

Когда процедура благополучно завершилась, Ведика быстро поблагодарила Башмачника за содействие и скрылась в направлении города. С омерзением она выбросила перчатки и чемоданчик, предварительно спрятав заветный образец крови в карман,  и поспешила домой.

А дома, удобно расположившись в гостиной, закинув ноги на низкий столик и потягивая виски, её уже ждал выспавшийся и злой Ллойд Аспен.

- И как это понимать? – строго спросил он, делая глоток золотистой жидкости из бокала.

- Прости, я просто… - Веда не смогла найти слов и замялась.

- Просто ты решила побыть моей мамочкой и уберечь меня от опасности, которую я сам на свою голову навлекаю? – ехидно спросил он с едва заметной улыбкой.

- Как-то так. – сокрушенно призналась девушка. Почему-то благородные порывы, двигавшие ей, когда она бросила уснувшего Ллойда в его кабинете, сейчас казались смешными и глупыми. Ведь и правда, он взрослый опытный мужчина и только ему решать рисковать ли собственной жизнью ради безголовой девчонки, ввязавшейся в смертельно опасную игру.

- Ладно, забыли. – отсалютовал Магистр бокалом. – Достала кровь?

В ответ Веда кисло скривилась и достала из кармана колбочку, поставив её на столик.

- Если честно, после того что я услышала и увидела, мне омерзительно даже прикасаться к этому. – сказала она, брезгливо отирая руки об штаны. Как будто вся грязь, которую она сегодня выслушала от запойного Башмачника, прилипла к ним и не хотела отмываться.

- Отлично. – неожиданно сказал Ллойд, выпрямляясь в кресле и беря в руки емкость с кровью. – Потому что у меня есть решение для этой проблемы.

- И какое же? – недоверчиво покосилась Ведика на мужчину.

- Обряд проведем на мне. И не спорь! – жестом остановил он, собравшуюся возмутиться, Веду. – Если мы пойдем вместе, то не имеет значения, кого хогмены сочтут родственником парнишки.

- Да, и тогда у меня не останется выхода, кроме как взять тебя с собой. – констатировала она.

- Правильно. – задорно улыбнулся Ллойд и довольный собой спрятал колбу в нагрудный кармашек рубашки. – Обряд проведем в полночь. – сказал он, тем самым прекратив все возможные споры.

Дожидаясь условленного часа, Веда нежилась в душе. С некоторых пор она негативно относилась к всевозможным ваннам, и шикарная бадья с удобной скамеечкой внутри, была задвинута в дальний угол комнаты. Теперь её удачно заменяло ведерко с дырочками на дне, подвешенное к потолку. Одна беда – вода в нем быстро заканчивалась и уже через пятнадцать минут Веда варила на кухне кофе.

Сэн куда-то запропастился, и Ведика, с легким недоумением, перерывала шкафчики в поисках сахара и корицы. Ллойд, как она помнила, любил кофе именно с корицей. Наконец, искомое было обнаружено, и кухню заполнил густой кофейный аромат, смешанный с легкими нотками специй. Погрузив на поднос кофейник, пару изящных чашечек, сахарницу и вазочку с печеньем девушка направилась в гостиную.

Господин Аспен сидел у разожженного камина, все так же потягивая виски, и задумчиво смотрел в огонь. Бутылка заметно опустела с того момента, как Веда направилась в душ.

- Не соскучился? – весело спросила Веда, разбивая звонким голосом тоскливую тишину. – А я тебе кофе сварила, с корицей.

- Спасибо. А я все думаю, чего мне так хотелось? Сейчас ты про кофе сказала, и я сразу понял – вот оно! – с натянутой улыбкой ответил Ллойд.

Он, потирая ладони в наигранном предвкушении, потянулся к кофейнику и галантно разлил напиток по чашкам.

- Слушай, то, что между нами произошло… - не выдержав начала Веда.

- Не надо. Давай просто забудем. Мы оба получили то, что нам было нужно. И хватит. – строго сказал он. – Лучше расскажи мне еще раз о встрече в ресторане. Ты уверена, что это была Ланнон ши?

- Да, на меня же почти не действуют фейрийские чары. А только у Ланнон ши такой завораживающий голос. Ну, еще и у ганконеров, но та певица никак не могла оказаться одним из них. – нервно хихикнула девушка, делая изрядный глоток кофе и, обжегшись, зашипела. – А почему ты сейчас об этом спросил? Все никак не оставишь это расследование? Информации же пока никакой.

- Я не могу. Помнишь, я говорил тебе, что храмовники тоже заинтересовались этим делом? – получив утвердительный кивок, он продолжил. – Так вот, вчера один знакомый рассказал мне, что в окраинных деревнях люди в последнее время стали как-то враждебнее по отношению к Волшебному народу. На границах почти исчезли домовые духи, а одного из боуги вообще умудрились поймать и сжечь. Священным огнем, Веда! Приковав к столбу железом!

В конце своей тирады Ллойд заметно разнервничался и перешел на повышенный тон. Веда задумчиво покачивала чашкой, наблюдая, как кофейная гуща мажет белые стенки грязно-коричневыми потеками.

Да, фейри, в принципе, нельзя уничтожить насовсем, даже после физической смерти и перерождения они сохраняют воспоминания о всех предыдущих воплощениях.  Но только если не сжечь их в священном пламени. Пламени, освященном в Храме Белого Бога. А железом приковали, наверное, чтобы не сбежал?

Когда Ведика только-только попала в этот мир, ей пришлось пройти унизительную проверку в Храме, прежде, чем ей позволили подойти к принцу. Главный жрец настойчиво выспрашивал у неё подробности её рождения, личной жизни и постоянно сверлил взглядом. Позже она узнала, что этот не самый приятный мужчина – сильный маг и сама проверка заключалась как раз в этом колючем взгляде. Он искал в ауре Веды какие-то «потоки», которые выдали бы зловредного фейри. Хорошо, что не нашел, а то бы и её быстренько на костер отправили.

- Хм, а почему только на границах? – задала Веда вопрос, который ей показался очень важным.- Фейри есть и в других странах, к тому же они рассеяны и по всей нашей Никрее.

- А я думал, что ты догадливее. – хмыкнул обидно Ллойд, но было видно, что он немного успокоился и язвительные замечания – остатки злых эмоций, которые еще минуту назад бередили его душу. – В других странах Белому Богу не поклоняется столько народа, как в Никрее. Там у Храма нет влияния. А на границах, потому что, как это ни странно, чем дальше от центра, тем легковернее люди. Хотя, мне кажется, что скоро и у нас в Атисе загорятся костры.

- Думаешь все настолько серьезно? – сиплым шепотом спросила она. - Неужели Храм не понимает, что фейри устроят геноцид, если их начнут повсеместно жечь священным огнем?! Никрею же просто сотрут с лица земли! – не на шутку испугалась Ведика. Перед ее глазами полыхали жаркие костры, разносились крики, пахло горящей плотью и кровью. Ужас застилал глаза, и она сама не заметила, как по щекам потекли слезы. Чувствительность и хорошее воображение опять подвели её в самый неподходящий момент.

- Вот поэтому я и хочу расследовать это дело раньше, чем Его Величество отдаст приказ об уничтожении Волшебного народа по всей стране. – серьезно ответил Аспен, стукнув дном чашки о столик, ставя тем самым точку в этом пугающем разговоре. – Все-все, успокойся. Тише, девочка, я сделаю все, чтобы ничего страшного не случилось. Мы решим эту проблему и попутно избавим тебя от долга.

Он заботливо гладил Веду по спине, обняв и прижав её к себе. Ллойд мысленно ругал себя за то, что настолько увлекся этим разговором и не заметил, как испугал девушку. Её слезы заставляли его теряться и сомневаться, хотелось наказать обидчика. Но виновником слез был он сам, и ему ничего не оставалось, как только терпеливо гладить вздрагивающие плечи и шептать всякие успокоительные глупости.

- Ой, смотри, уже скоро полночь! – воскликнула Веда, когда смогла оторвать зареванное лицо от плеча друга. На Ллойда смотреть было стыдно из-за накатившей слабости, не ожидала она, что может настолько перепугаться собственных фантазий. «Это все нервы!» - подумала она и решительно отодвинулась от мужчины.

- Да, нужно все подготовить. – Аспен смущенно отвел глаза и принялся торопливо убирать со стола остатки трапезы.

Вскоре на столике вместо подноса с кофейником появилась глубокая чаша, бутылка красного вина и аккуратно сложенное полотенце. Последними Ллойд извлек колбочку с кровью и длинный тонкий нож, изрезанный загадочным орнаментом. Нож был ритуальным и запасливый библиотекарь принес его с собой, зная, что у Ведики таких магических атрибутов точно не водится.

- Все готово. Можем начинать. – сказал он, с удовлетворением осмотрев весь инвентарь для обряда. – Хотя, ты лучше просто рядом постой и подстрахуй на всякий случай.

Ведика не стала спорить и согласно кивнула. С её антимагическими способностями, и в самом деле, лучше в сторонке постоять. А то мало ли что!

Ллойд, взяв в руки бутылку с вином, аккуратно вылил багровую жидкость в чашу, заполнив её на треть. Сохраняя отрешенно-философское выражение лица он осторожно откупорил колбочку с кровью и вылил пару капель в вино, а затем взял в руки нож. Дальше началась настоящая магия!

Магистр что-то бормотал на красивом гортанном языке, прокаливая нож на огне камина, а потом хладнокровно полоснул себя по запястью.

Веда приглушенно охнула от неожиданности и поспешно зажала рот рукой, чтобы больше не издать ни звука. Как-то диковато ей было смотреть на истекающего кровью Ллойда и ничего при этом не делать, но она послушно стояла, не двигаясь и даже почти не дыша.

Темные струйки резво бежали по запястью и стекали в чашу с вином, звонко булькая, при соприкосновении с поверхностью. Ллойд продолжал бормотать, плавно переходя на напевный темп. На его руке, где-то внутри раны, загорелся маленький светлячок, а потом еще один, и еще. Скоро крохотные золотистые огоньки заполнили всю ранку и вместе с кровью потекли в чашу, образуя ровный круг в самом центре. Магистр аккуратно помешал жидкость ритуальным ножом и закончил напев на высокой ноте. Маленькое солнышко в чаше потухло с последним звуком заклинания.

В густой тишине, разбавляемой только потрескиванием камина, Ллойд Аспен выпил кровь, смешанную с вином и прикрыв глаза, опустился на пол. Из него будто вынули стержень, но Веда не спешила на помощь. Через пару минут напряженного ожидания Аспен открыл глаза и удовлетворенно улыбнулся.

- Вот и все. Теперь я старший в роду Аладу. – весело проговорил он, с силой перетягивая руку полотенцем. Оно уже пропиталось кровью и выглядело зловеще. Ведика, спохватившись, кинулась помогать.

- А почему старший? Как же отец мальчика? – стараясь не причинять боли, она туго завязывала бинт на руке мужчины. Хорошо, что она предусмотрительно принесла аптечку в гостиную.

- Потому что после этого обряда тот человек перестал быть его отцом. Любой маг, и даже фейри, подтвердить, что отныне я отец мальчишки. – с какой-то гордостью ответил Ллойд и печально улыбнулся. – Теперь у меня есть семья.

- Но…как? Это же… - пролепетала Веда.

- Ага. Именно, это Высшая магия крови. И да, я частично ей владею. На уровне обрядов. Самой Силы, как ты знаешь, у меня нет. – довольно ответил библиотекарь. Его глаза лучились весельем, казалось, что вся ситуация доставляет ему колоссальную радость.

- Это то, чего ты хотел? – успокоившись, спросила Веда.

- Сейчас я понимаю, что да. Мне нужен тот, кого я могу любить и заботиться. – он помолчал, не глядя на Веду. – И тот, кто будет любить меня в ответ.

- А ты уверен, что мальчик тебя примет? – она специально не произнесла слово «полюбит», чтобы не задеть размечтавшегося друга. Но он, казалось, ничего не заметил.

- Я очень постараюсь. – серьезно кивнул Ллойд.

Тихо хмыкнув и мысленно пожелав Ллойду удачи, Ведика продолжила убирать остатки магического обряда. Она, в общем-то, была рада, что друг нашел свой путь и теперь она сможет перестать себя мучить мыслями о том, что не любит этого мужчину так, как он заслуживает. Но её беспокоило то, что Аэд может быть против совместного с Ллойдом воспитания этого ребенка.

Решив, что думать о решении проблем надо по мере их поступления, она указала Ллойду на диван в гостиной и отправилась спать.  У них еще оставалось три дня до начала операции по спасению мальчика, а нужно было еще разработать план и найти то, на что фейри согласятся обменять ребенка.

Смерть легче перышка — долг тяжелее горы.

© Роберт Джордан. "Великая Охота"

Изумрудный Холм в темноте не выглядел чем-то особенным. Просто огромный земляной вал, окутанный густым туманом у подножья. Если бы Веда не знала точно, что именно тут обитают хогмены, она бы никогда сама не догадалась где их искать. Надо бы купить Сэну его любимых пряников в благодарность за информацию.

- Точно тут? – приглушенным голосом спросил Ллойд. Он стоял за спиной Веды и точно так же, как и она, задумчиво разглядывал Холм.

- Ага. Сэну в этом вопросе можно верить. – ответила она.

- И как мы туда попадем? Не вижу парадной двери и услужливых привратников. – скептически хмыкнул Магистр. Настроение у него этой ночью было отвратительным. Они так и не придумали ни одного достойного плана по вызволению ребенка и Ллойд волновался. Несмотря на все свои обширные знания, он никогда на прямую не сталкивался с такими фейри. Единственное на что хватило их коллективного разума – пять кувшинов молока, кувшин все того же виски и белоснежный барашек в венке из фиалок – любимых цветов многих фейри. Барашек был предварительно усыплен и сейчас безвольной тушкой болтался за спиной Ллойда.

- Как-то попадем. Не отвлекай меня! – зашипела Веда, сузив глаза и старательно гипнотизируя склон Холма. Аспен покорно умолк и принялся деловито копаться в сумке, ища что-то только ему известное в её недрах.

Ведика пыталась расфокусировать взгляд, чтобы увидеть вход, но пока ничего не получалось. Она знала, что обычным людям в холмы фейри не попасть, но знала и то, что её способности могут в этом помочь. Обычно фейри маскируют свое жилье чарами и если смотреть как бы сквозь, то можно увидеть эти чары. В Замке-на-Холме ей помог удар об землю, может и тут тоже надо приложиться со всего маху?

Справа от того места, где они стояли, часть склона холма подернулась рябью, засветилась тусклым светом и Веда, обрадованная, что не придется подвергать свое здоровье испытаниям, стараясь не смотреть прямо, двинулась туда. Ллойд, спохватившись, пошел следом, настороженно осматриваясь и ожидая подвоха.

Когда туман, похожий на молоко, окутал их ноги, Ведика крепко схватила Магистра за руку и потащила вперед. Достигнув свечения, она осторожно протянула руку и не встретив сопротивления, сделала первый шаг.

Для Ллойда все выглядело куда как удивительнее. Ему не было видно входа и ощущение, что они сейчас впечатаются лицами прямо в сырую землю не давало расслабиться. Столкновения не произошло, и Магистр открыл, зажмуренные по инерции, глаза, осматриваясь.

Они оказались в низком коридоре с земляным полом и выложенными серыми глыбами стенами. Путь уходил куда-то в темноту, скрываясь за поворотом. Изнутри не доносилось ни звука.

- Пойдем? – шепотом спросила Веда.

- А есть другие варианты? – усмехнулся её спутник и достал из сумки факелы. Пара искр от огнива, и веселое пламя заплясало на деревяшках, обернутых просмоленной тканью. Сразу стало светлее, но тьма все равно до конца не отступила, прячась в щелях и за неровностями стен.

- Ллойд, а как выглядит метка фейри? – задала Веда давно мучающий ее вопрос. Идти в полной тишине под несколькими тоннами земли было жутко и она пыталась разговором отогнать страх.

- Наверное, ты спрашиваешь про личные метки? – с готовностью поддержал разговор библиотекарь.

- Наверное. А бывают и другие?

- Бывают. Я тебе потом книжку дам почитать. – даже не оборачиваясь Веда знала, что он улыбается. – А личную фейри ставят на своих слуг, доверенных лиц и просто дорогих людей. А почему ты спрашиваешь?

- Та певичка сказала, что видит на мне метку Аэда. – ответила Веда,  невольно скривившись. Не отпускала мысль, что её заклеймили как ценную корову.

- Хм… Вряд ли я что-то дельное сейчас могу тебе сказать. Метку я, как ты понимаешь, не вижу, но могу поискать информацию. Когда вернемся.

Это его «когда» приятно грело душу. Ведь «когда» - это не «если».

Следующий поворот сам собой оборвал их незатейливый разговор. Перед ними из ниоткуда вынырнула зеленая долина, залитая ярким солнечным светом. Они стояли чуть на возвышенности и могли видеть разбросанные повсюду аккуратные домики, покрытые красной и зеленой черепицей, густой дым, поднимающийся от многочисленных кузниц и огромные стада лазурно-голубых коров, пасущихся на изумрудных лугах.

От неожиданности и грандиозности вида у Веды пропал дар речи. Ллойд тоже молчал, только крепче сжав руку девушки в своей ладони.

- Вот это дааа…- протянула она. – Всегда считала, что хогмены живут в норах. Пойдем, посмотрим поближе.

Тропинка извилистой змейкой уходила вниз, в долину. По ней друзья быстро спустились к деревне хогменов и в нерешительности замерли у дверей первого домика. Во дворе никого не было, и Веда уже было собралась идти к следующему дому, когда на порог выскочил сморщенный человечек в изумрудной шляпе с высокой тульей и в камзоле того же цвета, богато украшенном, вышитыми золотой нитью, рунами.

Он резко затормозил, увидев нежданных гостей, но короткие кривые ножки подвели и хогмен кубарем скатился с высокого порога, прямо под ноги Ведики. Он, кряхтя, начал подниматься, но замер в нелепой позе и стал шумно принюхиваться.

- Ммммм….человечинкой пахнет! – восторженно прикрыл он маленькие красные глазки.

- Здравствуйте, уважаемый! – громко поприветствовала его Веда, вытянув вперед раскрытые ладони в знаке дружелюбия.

Хогмен облизнулся и пристально посмотрел на девушку, будто оценивая что первым надкусить. Веда нервно передернула плечами и инстинктивно сделала шаг назад, разворачиваясь немного боком – так удобнее встречать атаку. Но сморчок-хогмен нападать не спешил, наоборот после маневров Веды его глаза сначала испуганно распахнулись, а потом в них появилось величайшее удивление, и наконец, все это сменил подобострастный блеск.

- Ой, госпожа! Не признал, не признал…. Прости, старика, слеповат стал. – залебезил он, натягивая шляпу, держась за поля.

- Эм..Ничего страшного, я не сержусь. – пробормотала сбитая с толку девушка, оглядываясь на Ллойда. Но тот тоже ничего не понимал и пожав плечами, нахмурился.

- Так вы по делу, наверное, госпожа? Я сейчас вас провожу! – и с несвойственной для его комплекции скоростью, побежал вперед по дорожке, петляя между домами. Веда собралась идти за ним, но её остановил Магистр, придержавший за локоть.

- Ты уверена? – спросил он, провожая взглядом мелькающую уже на другом конце улочки изумрудную шляпу.

- В смысле? Ты про то, стоит ли идти за ним? – отстраненно спросила Веда, тоже не сводя взгляда с хогмена, боясь потерять его из виду.

- И это тоже. Но больше всего меня интересует за какую такую госпожу он тебя принял?

- Не знаю, но это и не важно. – и сразу ответила на подозрительный взгляд, появившийся в серых глазах. – Пока он считает, что должен мне подчиняться, у нас есть шанс по быстрому схватить мальчишку и сделать ноги.

- Не нравится мне все это. Опять какой-то подставой попахивает. Но ты права, все равно у нас нет других вариантов. – вздохнул он и первым пошел вслед за хогменом, уже затерявшимся впереди.

Сморчка они догнали через пару дворов. Он ждал их на углу домика с зеленой крышей и пританцовывал в ожидании. Как только он понял, что они идут следом, он припустил дальше, периодически останавливаясь и поджидая таких медлительных людишек.

Почти на противоположном краю деревни хогмен наконец остановился и почтительно склонившись, указал рукой на дом. Хотя строение было больше похоже на старый сарай, несмотря на то, что был свежевыкрашен в голубой цвет. Судя по запаху, это был коровник, но животных во дворе не было.

Веда, все больше теряясь в догадках, прошла через аккуратный дворик, засаженный цветами и пушистой изумрудной травкой, и толкнула дверь строения. Та легко отворилась и Веда вошла внутрь. Ллойд неотступно следовал за ней, краем глаза следя за хогменом.

Коровник на первый взгляд был пуст. В загонах было чисто, пол посыпан свежей соломой, в углу стоит огромная бочка с водой. Но вот на внушительной куче сена, у дальней стены, что-то шевельнулось, и вперед, на свет, вышел мальчик.

На вид ему было около пяти лет. Он был очень худым и грязным, косточки, казалось, сейчас прорвут тонкую бледную кожу, украшенную грязными разводами. Веда озадаченно обернулась на сморчка, но того и след простыл. Во дворе никого не было.

- Здравствуй, малыш. – ласково сказала она, присаживаясь на корточки перед ребенком. Лучик солнца, заглянувший в приоткрытую дверь, осветил лицо мальчика, и Веда с восхищением заметила, что глаза у него двух-цветные. Внешняя каемка радужки была серо-голубая, а от зрачка расходились во все стороны светло-ореховые лучики. Но это если присматриваться, а если смотреть чуть издалека, то глаза мальчишки казались зеленоватыми, даже болотными. Таких глаз Веда еще никогда не встречала!

Во всем остальном это был самый обычный пятилетний мальчишка, со светло-соломенными растрепанными волосами, разве что очень щуплый. Так и хотелось его немедленно накормить.

Мальчик не ответил на приветствие, только смотрел на Ведику, и взгляд этот был каким-то обреченным, потерявшим ту непосредственность и любопытство, которые свойственны всем детям его возраста.

- Веда, надо уходить. Я не знаю, куда пропал этот сморчок в шляпе. Вдруг это ловушка и он решил позвать остальных? Ты заметила, что в  деревне нам никто не встретился? – обеспокоенно сказал Ллойд. Он смотрел на мальчика холодно, и в его глазах не было никаких чувств.

- Да, ты прав, стоит поторопиться. Разберемся со всеми странностями потом. – решила она и протянула руку малышу. – Ты пойдешь со мной?

Мальчик опять ничего не ответил, но вложил маленькую хрупкую ладошку в протянутую руку и сделал шаг вперед. Оценив это как согласие, Веда крепче сжала его пальцы и уверенно шагнула за порог.

- А ты уверена, что это тот самый мальчик? – задал очень своевременный вопрос Ллойд, когда они уже дошли до дома проводившего их хогмена.

- А ты думаешь, что тут много человеческих мальчиков? – с плохо скрытым сарказмом спросила она. – В любом случае, я его тут не оставлю. Тем более он чем-то похож на человека, поделившегося с тобой кровью.

- Тебе решать. – буркнул Ллойд и, обогнав Веду, пошел вперед. Девушка недоуменно посмотрела на его неестественно прямую спину и перевела взгляд на мальчика. Но тот вообще смотрел в другую сторону, на дом сморчка, где за занавеской в окне мелькнуло сморщенное личико с красными глазами.

Они почти дошли до входа в тоннель, когда оказалось, что Ллойд был прав и их действительно не собирались отпускать просто так.  На вид собралсь вся деревня. Хогмены стояли плотной толпой и хмуро взирали на лазутчиков, попытавшихся похитить их добычу. Один из них, самый старый на вид, вышел вперед и поклонился.

- Госпожа нарушает Закон. – веско сказал он скрипучим голосом и многозначительно посмотрел на то же плечо, куда тыкала в прошлый раз Ланнон ши. – Мальчик – наша собственность.

- Прошу меня простить. – чуть склонила голову в знак уважения Веда. – Но сегодня ровно год и один день с момента нахождения этого мальчика у вас…в гостях. – замялась она, подбирая формулировку. Обижать хозяев Изумрудного Холма не входило в её планы. – И мы в праве забрать его.

- Он в праве. – указал кривым пальцем, со вспухшими суставами, хогмен. Его желтый коготь упирался в грудь Ллойда. – Но не ты. – и добавил с ехидцей. – Госпожа.

- Что вы хотите за меня? Мы принесли дары. – и Ллойд, хмуро косясь на Ведику, выставил вперед кувшины и положил под ноги старика барашка.

Лицо хогмена заметно смягчилось, но все же не до конца.

- Этого мало. Ты сама принесешь нам больше пользы. А пока Огнегривый найдет твои косточки, мы переселимся в другой холм. И мы в своем праве. – веско сказал он, гадко хмыляясь сморщенным личиком.

Но Ллойд Аспен не собирался так просто оставлять дорогую ему женщину в лапах фейри. Заметив, что хогмены обступают и  кольцом, он крепко ухватил мальчишку за руку, другой рукой сорвал с шеи связку амулетов и бросил их под ноги фейри, загораживавших проход к тоннелю. Повалил густой дым и тонко заверещали хогмены, которым в глаза начала попадать железная пыль.

- Бежим. – выкрикнул он и с силой подтолкнул Веду в нужном направлении, упорно таща за собой мальчика, как на буксире.

Ведика не заставила просить себя дважды и припустила во все лопатки к проходу. Они бежали изо всех сил, слыша за спиной топот множества ног и грязные ругательства, но забрезживший впереди свет открыл второе дыхание и под лучи восходящего солнца они выпрыгнули из тоннеля как пробки из бутылки.

Хогмены не стали выходить на свет, разумно опасаясь за свое здоровье, и только разъяренно шипели, столпившись у входа. Ведика издевательски помахала им рукой, и устало поплелась к дому. Мстить они не будут, ведь плату она оставила внутри холма, а то, что они не посчитали её достаточной – их проблемы.

До дома Ведики они добрались в полном молчании, а там их на пороге уже ждал волнующийся Сэн, картинно вытирающий слезы счастья передником.

Через пару часов все сидели за столом, уплетая угощение, любезно выставленное Сэном, и пытались разобраться в ситуации. Мальчик спокойно пил чай, заедая его пирожком, и не выказывал ни страха, ни удивления. Только переводил внимательный взгляд с Веды на Ллойда. Он так и не произнес ни слова за все время их недолгого знакомства.

- Скажи, как тебя зовут? – все-таки спросила Веда.

Малыш удивленно вскинул на неё глаза, будто не веря, что этот вопрос был именно к нему.

- Не помню. – справившись с удивлением ответил все же он. Голос его был лишен каких-либо эмоций, что совершенно не вязалось с детским обликом.

- Может, тогда придумаем тебе имя на первое время? А потом ты вспомнишь свое настоящее. – ласково улыбнулась Ведика. Мальчик согласно кивнул, но из его глаз не пропала тень недоверия. Это странно царапнуло Веду, но она не стала заострять внимание на несвойственных ей чувствах.

- Ммм…может Хайл1? – спросила она, ориентируясь на светлые волосы парня. Он на секунду задумался, а потом отрицательно качнул головой. – Ариан2? – тоже отрицательный ответ. – Может тогда Кайн3?

- Авагду. – неожиданно выдал он, смотря в пол.

Веда хмуро посмотрела на притихшего Ллойда. «Беспросветная тьма»? Откуда у мальчика такие мысли? Магистр пожал плечами, как бы говоря, что это не его выбор и не ему решать.

- Ты уверен? – осторожно спросила она.

- Да. Меня зовут Авагду. – твердо сказал мальчик, сжимая маленькими ручками чашку. Он казался каким-то потерянным, но в то же время отважившимся на какое-то очень важное решение.

- Хорошо. – сдалась Веда. – Но оно длинное, можно я буду звать тебя Ави? – решила она хоть так смягчить не самое приятное имечко.

В ответ Ави довольно кивнул. Ллойд странно ухмыльнулся и с интересом посмотрел на своего новообретенного родственника.

- А ты помнишь, как оказался у фейри? – задал он вопрос.

Неожиданно Ави весело улыбнулся и даже хихикнул.

- Догадался? Как, позволь спросить? – весело поинтересовался он у такого же веселого Ллойда. Веда ошарашено крутила головой, переводя взгляд с одного на другого, и решительно ничего не понимала.

- Ты сахар ложкой размешивать не стал. Она железная. – просто ответил он и демонстративно начал помешивать чай маленькой ложечкой, старательно звякая о края чашки.

Ави вздохнул и посмотрел на Веду.

- Меня действительно зовут Авагду, я фейри листопада. – Ведика инстинктивно положила руку на нож для масла и чуть отодвинулась от стола. Такого она не ожидала. – Не бойся, я не причиню зла! – воскликнул он.

- Ты можешь ему верить, хозяйка. – весомо заметил Сэн, все это время наблюдающий за происходящим с подоконника.

Веда немного расслабилась и перевела настороженный взгляд на мальчика. Он демонстративно положил раскрытые ладони на стол и наклонил голову набок. «Поверишь?». Веде ничего не оставалось, как согласно кивнуть, тем более что Ллойд не выражал враждебности.

- Ты подменыш? – спросила она.

- И да и нет. – ответил Авагду. – мы с мальчиком единое целое. Нет отдельно его или меня. Но моя часть гораздо старше и мудрее, поэтому и переговоры веду я. Его часть очень боится. – пояснил он, нервно растрепав и без того лохматые волосы. – Аэд спас нас обоих, когда хогмены утащили малыша в Холм. Мальчик начал сходить с ума, а я в это время ждал возрождения. Вообще такие эксперименты опасны, но выхода другого не было. Я нужен был княжичу, а мальчика все равно уже было не спасти.

- То есть ты просто занял его тело? – прошептала потеряно Веда. Ей было до слез жаль невинного мальчишку. – Но, он же был еще жив?

- Он и сейчас жив. – твердо сказал фейри. – Он сохранил большую часть своей личности. Если бы не Аэд, то он просто свихнулся бы, а потом погиб.

- А ты? Зачем ты Аэду? И причем тут я? – отбросив неуместные сожаления, Веда решила выяснить все здесь и сейчас.

- Притом, что ты – такая же уникальная и единственная в своем роде, как и Авагду. – раздался шелестящий голос от порога. До боли знакомый голос. В воздухе сразу запахло осенью и грозой, а Ллойд громко  скрипнул зубами. Авагду же подхватил Сэна и Магистра под руки и быстро вышел вон.

1 – Хайл (валл.) – солнце.

2 – Ариан (валл.) – серебро.

3 – Кайн (валл.) – красивый.

Иногда единственное, что остается, - это пойти на отчаянный шаг.

© Терри Гудкайнд "Долги предков"

Высокий, статный и безумно красивый, Аэд совершенно не вписывался в обстановку Вединой кухни. Приятное и уютное помещение сразу начало казаться ужасно маленьким и невзрачным. Но фейри, казалось, не обращал на это никакого внимания. Он уселся за стол напротив Веды, налил в чашку, из которой до этого пил Авагду, чай и с удовольствием отхлебнул горячего напитка.

- Итак, на чем мы остановились? – миролюбиво предложил он продолжить разговор.

Веда зло посмотрела в глаза этого невозможного рыжего нахала и… устало опустила голову на руки. Силы отстаивать свою свободу и право знать о том, что творится вокруг, куда-то волшебным образом исчезли.

- Ладно, тогда я просто расскажу, а ты послушай. – с улыбкой на губах сказал он. – Всё дело в твоем даре, Ведика Гримхолл. Твоя способность убивать любую магию для этого мира уникальна, но я говорю не о ней. Твой дар заключается в принятии Волшебного народа как равных. – Веда недоверчиво оторвала голову от стола и во все глаза уставилась на Высокого. – Не надо так смотреть. Ты умудряешься относиться к нам так, как относилась бы к любому человеку, даже не замечая, что от людей мы отличаемся кардинально.

- И это повод втянуть меня в свои интриги, опасные для моей, такой уникальной, жизни? – зло прошипела девушка, не впечатленная похвалами в её адрес.

- Ну что ты! Твоей жизни совершенно ничего не угрожало. – улыбка фейри стала шире, обнажив чуть более длинные, чем у людей, клыки.

- Да?! – истерично всплеснула она руками. – А как же Замок-на-Холме? Хочешь сказать, что меня там не собирались заморить голодом?

- Ничего бы с тобой не случилось. Мне просто нужна была причина для долга жизни. – немного раздраженно бросил он, словно не замечая, как в темных глазах Веды собираются грозовые тучи, не обещающие ничего хорошего.

- То есть ты хочешь сказать, что Дикая Охота подчиняется тебе? – почти прошипела она. То, что фейри её тогда подставил, было и так понятно, но она наивно полагала, что ей действительно угрожала опасность, от которой рыжий её спас.

- Ну не мне, а моему вассалу. – протянул он, накручивая кончик косы на палец. Этот жест окончательно вывел Веду из себя.

- Авагду должен оставаться здесь. Это я поняла. – прошипела Веда. – А информации по расследованию у тебя нет?

- Да. Но…- начал он, но договорить не успел. Разъяренная фурия подлетела к нему и, ухватив за самое основание косы, потащила к двери. Растерявшись, он даже не успел сообразить, как она выволокла его за дверь и громко хлопнула ей о косяк. Посыпалась какая-то труха, а за дверью раздались громкие слова древнего заговора и острый железный нож со всего размаха въехал в косяк со внутренней стороны. Теперь ни один фейри не сможет пройти в дом, но и выйти тоже не посмеет. Даже сам Князь Неблагого Двора, если бы ему вдруг вздумалось посетить госпожу Гримхолл!

А рыжий фейри секунду смотрел на запертую дверь, а потом широко усмехнулся, в золотых глазах плясали искры удовольствия. В очередной раз он выиграл и был этим очень доволен.

- А ты не переусердствовала? – осторожно спросил Сэн, поглядывая на хозяйку зелеными глазами. Такое отношению к одному и сильнейших Высоких его напугало. И боялся он за жизнь хозяйки.

- А что, надо было его еще и поблагодарить? Он сам сказал, что я к фейри отношусь как к обычным людям, не выделяя их. Вот и поступила с ним так, как поступила бы с любым мужиком, посмевшим меня обмануть. – злобно ответила Веда. Она уже почти успокоилась и была настроена на мирную беседу, тем более что с Авагду они так и не разобрались.

- Только вот мы теперь из дома не выйдем. – вставил мальчишка, терпеливо дующий на горячий чай, пытаясь его остудить. По его виду нельзя было сказать, что он сильно расстроен отсутствием прогулок на свежем воздухе.

- И нечего тебе там делать. – заметил Ллойд. Он вообще выглядел самым спокойным из всех присутствующих.

- Хватит препираться. Авагду, ты мне так и не ответил, зачем Аэду нужно было устраивать этот балаган с твоим спасением? Я правильно поняла, что хогмены знали о том, что я приду, и собирались отдать тебя без вопросов? – с трудом собрала мысли в кучу Веда. Но они все равно разбегались в разные стороны, в голове была полная каша из догадок и фактов, никак не хотевшая выстраиваться в полную картинку.

- Мммм… - мальчик почесал затылок, опять разлохматив шевелюру. – В общем-то да, но он их не просил об этом. Ты показалась им более ценной чем я, потому что на тебе метка Аэда.

- Опять эта метка! Как она хоть выглядит? – всплеснула руками Веда, чуть не перевернув кружку.

- Как кленовый лист. Это его личная метка и только она дала тебе право безнаказанно шляться по холму. – беспечно ответил Ави.

Веда мысленно услышала, как крутятся шестеренки в её многострадальном мозгу. Кленовый лист был на рукаве сприггана, охранявшего её в Замке-на-Холме. Значит, действительно Аэд полностью контролировал происходящее. Кроме ситуации в «Перекрестке» и в ресторанчике, где она встретила Ланнон ши. Но в «Перекрестке» ганконер хотел напасть на нее, значит, метки тогда еще не было. Скорее всего, она появилась после «спасения».

- А ты мне зачем? Почему он настаивал, чтобы я тебя воспитывала? – решила расставить все точки девушка.

- Потому что Я-фейри и Я-ребенок не совсем ладим друг с другом. Разница восприятия и прочая ерунда. Но главное – я не смогу вернуться в Волшебную страну в этом теле. Тварный мир будет моим домом до тех пор, пока человеческое тело не состарится и не умрет. А я слишком давно не гулял по землям людей, могу себя выдать. С твоим отношением к моему народу тебе не составит труда подготовить меня к самостоятельной жизни. Я быстро учусь, а мой опыт позволит этому мальчику, чье тело я занял, стать великим магом. – Ави просто светился самодовольством и чувством собственной значимости.

- Ладно, пусть так. Еще решим, как устроить твое воспитание так, чтобы оно не тяготило меня. Я, знаешь ли, не горю желанием тратить все свое время на твое обучение. – вернула Веда зарвавшегося фейри с небес на землю. – Только я так и не поняла, зачем ты нужен Аэду?

- Хм, это сложно объяснить. У фейри нет понятия дружбы, но мы вместе выросли, вместе постигали меру своего могущества. Разве что Аэд не перерождался со времен Вирценгеторикса. – усмехнулся Авагду. А Веда с расширенными глазами вспоминала курс кельтской истории. – Не пугайся ты так. Да, мы оба помним переход из твоего мира в этот, только я слабее и однажды меня удалось убить. Аэд же гораздо сильнее, чем кажется. Все-таки он сын Князя Вортигерна.

- И все дело в дружбе? – недоверчиво переспросила Веда, почти справившись с потрясением. Она была права, полагая, что местные фейри как-то связаны с её родным миром. Они просто перешли из, стремительно меняющегося и забывающего своих богов, мирка в новый, более гостеприимный.

- Все дело в доверии. Я из свиты Аэда, его ближайший… соратник. Наверное, это самое подходящее понятие. – объяснил Ави. – Что-то грядет и Аэд Огнегривый собирает всю свою свиту.

- Мдаааа… - протянул Ллойд, все это время внимательно слушавший фейри. – Влипли мы с тобой, девочка, по самую…

- Не драматизируй. Как ты там говорил, дела фейри людей не касаются? Вот и забудем обо всем и продолжим жить, как жили. Я не желаю больше иметь дело с вашим Высоким. – последние слова она произнесла, смотря в двух-цветные глаза Авагду.

- Не тебе решать. – строго заметил он. – Но я понимаю твое желание и постараюсь сделать все, чтобы так и вышло. Только долг тебе вернуть все равно придется.

На этой оптимистичной ноте все решили, что ночные брожения по холмам и утренние потрясения нужно заканчивать хорошим крепким сном. Авагду и Ллойда пришлось пока положить в гостиной вместе, а сама Веда гордо удалилась в любимую спальню. И только закрыв плотно дверь, она смогла уткнуться лицом в подушку и горько разрыдаться.

Чтобы она не говорила, а к рыжему фейри она незаметно привязалась. Ей стал необходим его неповторимый запах, саркастичная манера общения. Она хотела разгадать загадку под названием Аэд, но понимала, что такие желания до добра не доведут. Кто она и кто он! Человечка, которая годится только на роль игрушки, или полезного инструмента для выполнения планов. А он – Высокий фейри, Аэд Огнегривый, сын Князя Неблагого Двора.

«Вот и ответила ты сама себе, Веда. И забудь о нем. Как о дурном сне. Просто забудь!» - шептала она самой себе, заставляя поверить и принять эти слова.

А маленький вихрь осенних листьев, незаметно для хозяйки комнаты, прошелестел от окна до шкафа, затормозил перед кроватью, завис ненадолго, а потом вылетел вон, неся своему хозяину вести.

«Боже мой, и я еще считал себя параноиком».

© Стефани Данелл Перри «Заговор Корпорации Амбрелла»

В следующие две недели жизнь Ведики сильно изменилась. Ллойд окончательно переехал к ней в дом, заняв гостиную. Срочно пришлось переделывать свободную комнату, заваленную всяким старым хламом, под спальню для Ави. Последний, кстати, сильно обрадовался, что Магистр все время будет находится рядом. По словам фейри, он чувствовал в Ллойде родственную кровь и подсознательно тянулся к нему, а переезд «папы» в зону доступности сильно облегчил его взаимопонимание с мальчиком, чье тело они делили на двоих.

Вообще день Авагду теперь делился на две части. С утра и до обеда он был ребенком, а после обеда – фейри. В «детское» время он часами сидел за какой-нибудь книжкой со сказками, вместе с Ллойдом или Сэном, или играл во дворе. Веде пришлось провести сложный обряд и расширить зону защиты от Волшебного народа. Теперь Сэн и Ави могли выбираться из дома, но покинуть пределы забора у них не получалось.

Ллойд, втянувшийся в роль папы, с каким-то маниакальным восторгом скупал в городе игрушки и тащил их в дом. Ави-мальчику это доставляло колоссальное удовольствие и смотря в лучащиеся восторгом двух-цветные глаза, Ведика тоже радовалась.

До обеда они очень напоминали счастливую семью, такую же, как показывали в рекламе майонеза в родном мире Веды. Все приторно-сладко и идеально, но все равно мило. Девушка постоянно ловила себя на мысли, что ей бы хотелось иметь настоящую семью, родного сынишку, который будет возиться в песочнице, заботливого и любящего мужа, приносящего букеты осенних цветов и ласково целующего в щеку при встрече. Но червячок сомнений постоянно шептал ей: «Это не твоя семья!». Да, Ави был чужим сыном, а Ллойд никогда бы не смог стать для неё любимым мужем. И от этого становилось горько. А ещё ей постоянно снился шепот сухих листьев и золотые глаза с вертикальным зрачком.

Вечером же в маленьком домике на краю леса все менялось. В лучистых глазах Ави появлялся мудрый блеск и личико становилось серьезно-сосредоточенным. Он усаживался в гостиной, обложившись книгами, которые ему исправно поставлял все тот же Ллойд, и мог часами просто читать, что-то изредка черкая на листках, или же пускаться в пространные рассуждения, опять же вместе с Ллойдом. Если днем Веду хоть изредка замечали, то вечером для этой парочки она просто переставала существовать.

Сэн же был странно тих и задумчив. На все вопросы он непонимающе улыбался или просто отмахивался. Веда подозревала, что бубах что-то скрывает, но рассказывать не спешит. Так же ей было предельно ясно, что разговорить его не удастся никому, особенно если молчать приказал Аэд.

Вот и сегодня вечером картина повторялась со всей возможной точностью. Сэн что-то готовил на кухне, гремя кастрюлями, Ллойд с Авагду устроились в гостиной, а Веда обнаружила себя на крыльце в задумчивости и жесточайшей скуке. В этом царстве вечно занятых мужчин ей попросту было совершенно нечем себя развлечь. Решив, что торчать дома и бесцельно слоняться из угла в угол – глупо, она недолго думая отправилась в город.

Атиса поздно вечером преображалась до неузнаваемости. Обычно чопорный и строгий днем город, фешенебельный до невозможности, с закатными лучами приобретал праздничный вид, а в воздухе витали нотки азарта, праздника и легкий флер разврата, тянущийся от Веселого квартала.

Веда редко выбиралась в столицу к ночи, но сегодня был особый случай. Ей нужно было успокоиться и перестать обижаться на, в общем-то, совсем не виноватых, мужчин. А лучше всего для этой цели подходил ночной бар в самом центре, где каждую ночь устраивали танцы и веселье за вполне приемлемую сумму. Пара бокалов вина, легкий флирт с каким-нибудь легкомысленным ловеласом, и может быть она сможет забыть прохладу и шелковистость рыжих волос в своих руках.

Заведение, куда так стремилась Веда, носило гордое название «Королевский олень». Когда-то бар был вполне респектабельным рестораном для аристократической публики, но старый хозяин умер, а его дети решили сменить антураж. От ресторана осталось только само здание и название, зато внутри появились маленькие столики и барная стойка с высокими стульями, сцена, танцпол и даже магические цветные светильники, мигавшие в такт заводной музыке. Здесь всегда было накурено, пьяно и безудержно весело, а молодежь стекалась со всех концов столицы.

Главным правилом нового «Королевского оленя» стало равноправие присутствующих. За дверьми этого заведения аристократы и простые горожане становились равны, а за нарушение этого нехитрого закона, два амбала у входа просто выкидывали на улицу возмутителей сокойствия, не считаясь с их титулами.

«Олень» встретил Ведику многоголосым гомоном и звуками ритмичной музыки, под которую, несмотря на довольно ранний час, уже двигалось несколько пар. Веда с наслаждением втянула густой запах табака, витавший в воздухе и бодро направилась к стойке. Знакомый бармен приветливо улыбнулся и выставил перед девушкой бокал с вином. Она всегда пила только вино, не размениваясь на пиво, или, наоборот, более крепкие напитки. В этом ей чудилась особая утонченность, не дававшая отпустить тормоза и пуститься во все тяжкие. А атмосфера к этому как раз располагала.

Окинув быстрым взглядом зал, Веда с неудовольствием заметила несколько знакомых лиц. Она не любила встречать знакомых во время отдыха. Почему-то это мешало ей расслабиться и получать удовольствие.

Чтобы не столкнуться ни с кем, способным испортить ей развлечение, она подхватила свой бокал и тенью скользнула в укромный уголок за барной стойкой. Отсюда её не разглядеть, мешает вечно снующий туда-сюда бармен и подвешенная к балке кадка с лохматым цветком. Зато сама Веда могла свободно наблюдать за посетителями.

Когда уже второй бокал подходил к концу, она приметила молодого мужчину за противоположным концом стойки. Он был один и с интересом оглядывал зал, постоянно оборачиваясь назад. Черты лица было не разглядеть с такого расстояния, но ей бросились в глаза короткие русые волосы и аккуратная бородка. На Эвире мужчины редко носили короткие волосы, но внимание Веды привлекло что-то другое. Она напряженно всматривалась в профиль мужчины, ища подсказку, но так и не смогла понять, что же её зацепило.

Мужчина тем временем пошарил по карманам просторной черной куртки и вытащил сигареты, чиркнул огонек, в свете которого блеснуло кольцо на указательном пальце правой руки. Он курил медленно, сильно и с наслаждением затягиваясь, прикрывая глаза и выпуская дым тонкой струйкой. Неожиданно он скосил глаза на Веду и она испуганно отшатнулась. Что-то было в черных глазах, показавшихся знакомыми, что напугало до смерти. С трудом удалось успокоиться. А когда она вновь выглянула, собравшись с духом, никого не увидела. Только  в пепельнице тлела недокуренная сигарета.

Ну конечно! Сигарета! Вернее даже не она, а зажигалка. Он точно пользовался зажигалкой! Веда стремительно вылетела из своего укрытия и подбежала к бармену. Тот, недовольный, что его отрывают от работы, рассказал девушке про клиента, сидевшего тут пару минут назад. По его словам мужчина - частый гость, всегда приходящий один и не задерживающийся надолго.

Выбежав на улицу, Веда задумалась. От «Оленя» было две дороги, по какой из них пошел странный незнакомец с земной зажигалкой? Ведь на Эвире таких штучек не было, это она знала точно. Доверившись удаче, она зашагала в сторону центральной площади. Основной поток посетителей «Оленя» шел именно оттуда.

Почти у самой площади удача Веде все же улыбнулась и в толпе гуляющих горожан она заметила сутулую фигуру в черной приметной куртке. Вот она, скорее всего, и привлекла изначально внимание девушки. Теперь она смогла более придирчиво рассмотреть одежду незнакомца. Покрой был не совсем свойственный для местной одежды. Люди в Атисе и окрестностях если и носили такие куртки, то обычно они были длиннополыми и имели застежку на пуговицах. А Веда, прокрутив в голове воспоминания из бара, отчетливо видела на куртке незнакомца металлические кнопки.

Мужчина свернул с площади на тихую улочку, потом еще на одну. Веда спокойно шла за ним, не прибавляя шага, и размышляла. Собственно, зачем она за ним пошла? Банальное любопытство? Не каждый день встретишь иномирца там, где уже десять лет считаешься единственной гостьей из другого мира. Но почему тогда не окликнула?

На этот вопрос у Веды ответа не было, но она продолжала упорно идти за человеком в черной куртке и не заметила, как на очередном повороте за ней пристроилась тень. Густая, черная, она скользила по мощеным тротуарам, не отставая ни на шаг от девушки.

Веда уже подумывала остановиться, потому что погоня завела в не самый благопристойный район, но что-то тяжелое, упавшее сзади на голову, лишило её какого-либо выбора. Темнота накрыла, унеся с собой сознание и последнюю связную мысль: «Вот дура!».

В себя Ведика приходила мучительно долго. Веки слиплись и не хотели открываться, пахло пылью, и было жутко холодно. Где-то вдали раздавались голоса, но вспомнив обстоятельства предшествующие пробуждению, она решила не звать на помощь.

Кое-как удалось открыть глаза. Она лежала на узкой койке в темной комнате. Справа у кровати стоял стул и тумбочка с какими-то подозрительными пузырьками. Веда прислушалась к своему организму, но кроме тянущей боли в затылке, никаких изменений не заметила. Может пузырьки не для нее?

Она огляделась. В комнате было еще треснувшее зеркало на стене, в тяжелой кованой раме и такая же треснувшая раковина с железным рукомойником, с которого беспрерывно капала вода. Вся имеющаяся скудная обстановка была старой и ветхой, даже шторы на окнах уже разменяли не первый десяток лет. За окном, кстати, все еще было темно, значит, она пролежала без сознания не так уж и долго.

Голоса за стеной не стихали, даже наоборот приобрели отчетливые нотки спора и даже назревающей ссоры. Сомнений, что это её похитители у Веды не было. Оставалось надеяться, что спорить они будут долго. Нужно только как можно дольше оставлять их в неведении о её пробуждении и срочно придумать как отсюда выбраться.

Веда осторожно встала, но голова сразу закружилась, во рту появился неприятный привкус. Беглое ощупывание многострадальной головы выявило огромную шишку на затылке и ссадину на ней же. Вроде ничего серьезного, отчего же так мутит? Она с сомнением опять покосилась на пузырьки, ровными рядами стоящие на тумбочке и насмешливо поблескивающие острыми гранями в скудном свете, падающем из окна. Опоили чем-то? Скорее всего, да.

Опираясь рукой о стену, она неторопливо обошла комнату. Дверь, как ни странно, была не заперта. Видимо спорщики за стеной были уверены, что жертва не проснется в ближайшее время. Повезло, что организм оказался сильнее одурманивающих настоек.

Нужно было что-то придумать и быстро. Но в гудящую голову мысли вообще не лезли. Окно? В таком состоянии обязательно свалится и похитителям не придется думать, что с ней делать. Мокрая лепешка под окном – и все дела. Может попробовать тихо проскочить через дверь?

В комнате запахло листьями, и порыв ветра отворил неплотно закрытые рамы окна. На подоконнике из воздуха соткался до боли знакомый силуэт.

- Помочь? – насмешливо спросил он. Сегодня он был одет в белоснежную рубашку с широкими рукавами, подчеркивающими его необычайно тонкие руки с длинными чуткими пальцами, и в черные штаны с широким наборным поясом. Неизменный зеленый был только в ленте, перевязывавшей косу.

- Катись к черту. – зло бросила Веда, отворачиваясь и упорно шагая к двери. Вот сейчас она тихонечко приоткроет дверку, выглянет, и если путь открыт, то также тихо выйдет.

Фейри, удобно устроившийся на подоконнике, глухо хмыкнул.

- Далеко собралась? – все также насмешливо спросил он. Веда не ответила, посчитав вопрос риторическим. – Там за дверью двое здоровых мужиков и пройти мимо них незамеченной тебе не удастся.

Веда, уже приоткрывшая дверь, осторожно закрыла её обратно и посмотрела на рыжего насмешника.

- А ты значит предлагаешь меня отсюда вывести. – прищурившись спросила она. Аэд согласно кивнул и наклонил голову по-птичьи, изучая девушку. – И чего мне это будет стоить? Опять долг припишешь?  Знаешь что?! Мне твоя помощь не нужна! Лучше меня тут убьют, но в должники к тебе я больше не хочу. И так хватает!

- Не вопи, человечка. – прошипел фейри. Сейчас он потерял свой благожелательный облик, превратившись в хищного, разъяренного зверя. Плавно он соскользнул с подоконника, стремительное движение и его пальцы сомкнулись на тонкой девичьей шее. Он наклонился и жаркое дыхание опалило щеку. – Тебе не кажетс-ся, ч-ш-што ты наглееш-ш-шь?

Дыхание вырывалось с трудом, поэтому даже кивнуть или помотать головой Ведика не могла. Горячие пальцы на шее причиняли боль и ей казалось, что они, несмотря на всю свою изящность, легко сломают хребет, как сухую ветку. Она подняла глаза и встретилась с расплавленным золотом, в котором плавали змеиные зрачки.

- Мне от тебя ничего не нужно и долг я тебе не припишу. Ты права, тебе и так хватает.  – сухо сказал он, отпуская Веду и брезгливо отирая руки друг о друга. Как будто прикоснулся к чему-то мерзкому. Это задело Веду и она, отбросив все тормоза и осторожность, широко размахнулась.

Но пощечина не получилась, Аэд молниеносно перехватил её руку и дернул на себя. Не удержавшись на ногах, девушка начала падать, но затормозила о грудь фейри, попав щекой как раз в распахнутый ворот. Рыжий вздрогнул от прикосновения к голой коже и шумно втянул воздух. Чувство опасности, разлитое в воздухе и накалявшее обстановку, схлынуло, будто его и не было.

Веда озадаченно подняла голову и наткнулась на такой же удивленный взгляд. Но потом в  глазах его отразилось упрямство, смешанное с долей азарта. Аэд медленно наклонил голову и коснулся губ Веды в легком изучающем поцелуе. Его губы были жесткими и сухими, невыносимо жаркими. Ведика, забыв испугаться, заворожено приоткрыла рот и впустила горячий нетерпеливый язык. Поцелуй все длился и длился, а она, забыв обо всем, сгорала в осеннем костре из чувств и эмоций, переполнявших её.  Под рукой гулко билось гордое сердце фейри, а у неё в груди в унисон с ним колотилось её собственное.

Сквозь прикрытые веки пробился тусклый свет, и Ведика распахнула глаза, сразу почувствовав, что в этот же момент исчезли такие желанные губы. Она стояла у своей собственной калитки и смотрела на горящие огни в окнах. А рядом никого не оказалось. Может ей вообще все приснилось? И похищение, и поцелуй? Она упрямо тряхнула головой и пошла в дом.

Утром все было как всегда. Холодное осеннее солнце заливало двор, громко каркала ворона на ветке старого дуба, уже почти полысевшего, стыдливо прикрывшего узловатые корни ворохом сухих листьев. У подножия дуба сидел Ави, наряженный в смешную шапочку с помпоном и теплую куртку. Он что-то ковырял палочкой на земле, то ли рисовал, то ли просто что-то копал.

- Ллойд, нужно поговорить. – позвала Веда с порога. Мужчина встал с низкой лавочки, откуда наблюдал за мальчиком, и подошел ближе.

- Не о том ли, куда тебя вчера носило? – хитро спросил он.

- Я думала ты не заметил. – пожала плечами она. Вчера ей было не до объяснений. Поднявшись в комнату, она просто разделась и упала в постель, старательно стирая из памяти горечь полыни на губах рыжего фейри.

- Я и не заметил. – потупил Магистр глаза. – Авагду почувствовал силу своего княжича. Ты опять с ним была? – голос его стал обвинительным, с легким оттенком обиды.

- Не совсем. Пойдем в дом, расскажу. – и ушла на кухню, не оборачиваясь.

Ллойд пришел вместе с Ави через пятнадцать минут. Все расселись за столом, Сэн заботливо налил чай, выставил вазочку с печеньем и пирожками. Ави радостно схватил угощение и принялся уминать сладости за обе щеки.

Ллойд, наблюдающий за ним, странно улыбнулся. Такую улыбку Веда у него не замечала. Она была светлой, нежной и какой-то интимной, не для чужих глаз. Будто подсматриваешь в щелку за чужой лично жизнью.

- Меня вчера ударили по голове и похитили. – выплюнула она, разбивая эту семейную идиллию, от которой завистливо сводило зубы. По-детски, но она не могла по-другому. Хотелось обидеться на всех и сбежать, спрятаться.

- Что значит похитили? Кто? – сразу стал серьезным Ллойд. В серых глазах плеснуло беспокойство, приятно согревшее Ведину душу. Эгоистичное чувство вскружило ей голову, и только с трудом она удержалась от торжествующей улыбки. Что это с ней такое? Саму себя она ангелом, конечно, не считала, но и такие эмоции были ей совершенно не свойственны.

- Не знаю. Но я видела в баре мужчину… - на рассказ о странном человеке ушло минут десять. Ллойд дотошно выспрашивал все подробности.

- Ты уверена, что видела именно эту твою…как ее там…разгорелку? – спрашивал он, потирая пальцами виски.

- Зажигалку. – поправила его Веда, слегка улыбнувшись. – Да, уверена. Это предмет из моего мира. А еще эта его одежда. Она не слишком похожа на местную.

- Может он и не местный. Ты же не видела другие страны, не знаешь, что там носят. А эту штуку он вообще мог купить у какого-нибудь другого иномирянина. Ты ведь не единственная. – рассуждал Магистр.

В принципе он говорил верно. На Эвире бывали и другие иномирцы, в разное время, из разных стран. Но в Никрее она такая сейчас была только одна. Купил у коллекционера? Вполне может быть. Такие вещички иногда всплывают, стоят дорого и считаются эксклюзивом. Но интуиция подсказывала, что похитители и мужчина с зажигалкой связаны. А еще она была на сто процентов уверена, что незнакомец и сам был из другого мира. Что-то в нем  просто вопило об этом.

- Может ты и прав. – примиряюще подняла руки Веда. – Но все же посмотри по своим каналам, были ли в последнее время у нас гости из других миров. – упрямо продолжила она.

Ллойд скептически поджал губы, но все же согласно кивнул. Веда так и не рассказала о том, кто и при каких обстоятельствах её спас, отговорившись только тем, что ей повезло выбраться незамеченной. Авагду продолжал жевать печенье, переводя светлый детский взгляд с одного собеседника на другого. А Сэн загадочно молчал, натирая по пятому разу чистую тарелку полотенцем и старательно делая вид, что его все происходящее вообще не касается.

Интереса без опасности не бывает.

©Алекс Кош "Огненный факультет"

Поиски в архивах, затеянные Ллойдом ничего не дали. В последние тридцать лет единственным переселенцем из другого мира была сама Веда. Никаких данных не нашлось и по другим государствам. Там вообще уже лет сто никого не выдергивали из родного мира.  Ниточка оборвалась, даже не начавшись.

- Ты все-таки думаешь, что он иномирец? – спросил Ллойд, когда, обсудив всю нарытую информацию, они уселись на крыльце. Жареные тыквенные семечки в кулечке, выданные Сэном, помогали разнообразить разговор. Сам бубах мыл окна снаружи дома и все слышал, но пока молчал, не высказывая  своих мыслей.

- Я в этом почти уверена. – ответила задумчиво Веда, выковыривая зернышко из шелухи и отправляя его в рот. Она зло потерла виски и неожиданно вскочила, рассыпав семечки по крыльцу. Что-то не давало покоя, заставляло прокручивать постоянно в голове события в баре и последующее за ними похищение. – Не понимаю, даже если он иномирец, то почему о нем не знают? Скрывается? Тогда глупо светить нездешними вещами на людях. Он не создавал впечатления прячущегося человека. Наоборот, бармен сказал, что он постоянный клиент.

- А это мысль. – поддержал её Ллойд. – Можно же пойти туда еще раз и посмотреть на него внимательнее. Может даже удастся проследить.

- Я уже один раз пробовала. – кисло заметила девушка, потирая голову. Шишка все еще не сошла.

- А кто сказал, что ты пойдешь одна? – лукаво улыбнулся Ллойд.

Спорить не было смысла, да и, признаться честно, Веда побаивалась идти одна. Вдруг в этот раз Аэд не появится и ей придется на себе почувствовать все прелести положения похищенного человека?

- Ладно, сегодня и пойдем, чего тянуть? – хлопнула по бедрам Веда, ставя точку в обсуждении.

Бар как всегда был полон народу. Подвыпившая молодежь разошлась не на шутку, устроив целое представление с драками, карточными играми и откровенными танцами. Ллойд, смотрящий на это безобразие, невольно скривился, когда особенно ретивая девушка в коротком платье завлекательно выставила голую ножку, приподняв подол выше любого разумного предела.

- Мда, и как тебя сюда занесло? – философски пробормотал он, стараясь не потерять спутницу из виду в многоликой пьяной толпе. А Веда, уподобившись волнорезу, прокладывала себе путь к излюбленному столику в углу.

Тот же бармен любезно принес им напитки и легкую закуску, и согласился дать знак, если появится господин, о котором Веда давеча спрашивала. Друзья неторопливо потягивали вино в ожидании, но разговор не клеился. Веда чувствовала неловкость, а Магистр не спешил уверять её в том, что все в порядке.

Через пару часов, наконец, бармен принес очередной бокал вина и сообщил, что искомый человек пришел и как всегда сидит за барной стойкой.

- Сиди здесь и не высовывайся, не надо чтобы он тебя видел. – быстро проговорил Ллойд и пошел к стойке. Из своего укромного местечка Веда могла видеть, как он нарочито нетрезвой походкой дошел до стойки, грузно уселся на шаткий высокий стульчик и жестом подозвал бармена.

«Иномирец» сидел чуть дальше, в той же куртке, что и при первой их встрече, и все также курил, пуская дымные кольца в потолок. У него был скучающий вид, но глаза сверкали азартом и предвкушением. Даже с такого расстояния Ведика чувствовала его нетерпение.

Тем временем Ллойд, обхватив свой бокал, подтащил стул ближе к незнакомцу. Тот скривился вначале, но потом справился с лицом и поддержал беседу. О чем они говорили, Веда не слышала, но Ллойд махал руками и жестикулировал, что-то показывая мужчине, а тот задумчиво кивал головой в такт.

Из толпы отдыхающих вышел молодой парнишка и прямиком направился к «иномирцу». Тот, то ли задумавшийся, то ли действительно увлеченный разговором с библиотекарем, не сразу его заметил, но когда, наконец, обратил внимание, разозлился. Ллойд скользнул взглядом по парнишке и быстро ретировался под предлогом посещения туалета.

Парнишка и незнакомец перебросились парой фраз и направились к выходу, а Ведика, похожая на гончую, взявшую след, собралась идти следом. Но стоило ей подняться из-за толика, как крепкая рука друга ухватила её чуть выше локтя и усадила обратно.

- Не надо. – просто сказал он. Глаза его были серьезны, а брови сурово нахмурились. – Следить за ним не надо. Я узнал все что нужно, а лезть к нему неосмотрительно и опасно, я думаю.

- Ты что-то узнал? – с нескрываемым любопытством в голосе спросила Веда. Её так увлекла эта загадка, что она, забыв об осторожности, готова была сорваться прямо сейчас с места и бежать за незнакомцем, чтобы уличить его… А вот в чем уличить, она и сама не знала. Ведь не было никаких доказательств, что это он стоял за ее похищением. Как и не было ничего, указывающего на причастность странного мужчины к каким-нибудь незаконным делишкам. Но Веда готова была поклясться жизнью в том, что «иномирец» в чем-то замешан, и это что-то касается на прямую её.

- Не здесь. Тут любопытные уши из всех щелей торчат. – он указал глазами на официантку, чересчур тщательно протиравшую соседний стол. – Давай еще немного посидим, чтобы не вызывать подозрений.

Веде, почти лопнувшей по швам от любопытства, пришлось смирить свой энтузиазм и покорно просидеть в «Олене» еще добрых полчаса. Только после этого Ллойд разрешил собираться и ехать домой, где их уже ждал сюрприз в виде рыжего фейри.

Он сидел в гостиной, вместе с Авагду и Сэном, и пил виски из широкого бокала. Рыжий водопад волос вольготно рассыпался по спинке кресла и полу вокруг, а свободная от бокала рука, ласково поглаживала обивку подлокотника. На секунду Веде даже захотелось, чтобы этим подлокотником была её щека… или плечо…или..

Предатель-Сэн хлопотал вокруг своего господина, то поправляя тому подушку под спиной, то подливая  в бокал еще «живой воды». Авагду же, наоборот, лихорадочно листал многочисленные книги, раскиданные по всему помещению, благодаря Ллойду, приобретшему сходство с его же кабинетом в библиотеке. На вошедшую Веду никто внимания не обратил.

- А что, мой дом стал проходным двором? – громко спросила она, старательно сдерживая прорывавшуюся в голосе злость. Бесцеремонность рыжего бесила.

- Да ты проходи, присаживайся. Чего на пороге стоять? – добродушно предложил фейри, издевательски улыбаясь и делая широкий жест рукой.

- У тебя совсем совести нет? – вздохнув, спросила девушка. Она уже поняла, что бороться с этим невозможным мужчиной просто бесполезно. – И как ты вообще сюда попал? Я же защиту ставила. – и подозрительно покосилась на хлопочущего Сэна. Нет, он точно не мог снять барьер.

- Так твоя защита на месте. – в наигранном удивлении приподнялись огненные брови. В золотых глазах бесенята отплясывали безумный танец. – От осени не скрыться ни за какими дверями, Ведика. – и она вспомнила рябиновый венок, небрежно растертый в пальцах при их первой встрече.

- Нашел! – неожиданно завопил Ави, воздев к потолку руку с зажатым в ней свитком. Бумажонка была старой и ветхой, того и гляди рассыплется.

- Давай сюда. – сразу посерьезнел рыжий, требовательно протягивая руку за находкой. Авагду, смешно нахмурив бровки на детском личике, протянул свиток и встал за спиной Аэда, подсматривая в текст.

Лицо фейри по мере прочтения принимало сосредоточенное выражение. В уголках губ притаилась досада, и Веде мучительно хотелось провести по ним пальцами, стирая это выражение. Но она в очередной раз тряхнула волосами, прогоняя неуместные мысли.

- Мне кто-нибудь объяснит, что здесь за балаган творится? – строго спросил Ллойд, возникший за спиной Веды, которая так и не отошла от двери, застряв в проходе как вкопанная.

- Если бы я знала. – пожала она плечами.

- Мы нашли интересный ритуал, который может пролить свет на то, что происходит с фейри. – пояснил Ави.

- И мы тоже кое-что узнали. – признался Магистр. – Давайте сначала мы расскажем, а потом вы.

Все согласно кивнули, рассаживаясь вокруг низкого столика. Веде места не хватило, потому что она замешкалась, пропуская в комнату Ллойда. Фейри провокационно похлопал по подлокотнику своего кресла, как-то особо похабно ухмыляясь. Он явно ожидал, что она откажется и просто хотел подразнить. Не желая доставлять ему такого удовольствия, она аккуратно присела на предложенное место. Ллойд неодобрительно хмыкнул, будь его воля и Веда бы на километр не подошла к рыжему соблазнителю.

- В общем, на Веду напали пару дней назад. – все были в курсе, поэтому понимающе кивнули в знак согласия. – Но до этого она следила за человеком, предположительно переселившегося в Никрею из её родного мира.

- А с чего, радость моя, ты решила, что он из твоего мира? – мурлыкающим голосом спросил Аэд, ненавязчиво проводя длинным пальцем по коленке девушки и внимательно следя за реакцией на это Ллойда. Она с шипением отбросила шаловливую руку.

- С того, что у него был предмет из моего мира. И предугадывая ваши вопросы, ни в каких списках его нет. Но я чувствую, что он не из этого мира.

- Я говорил с этим человеком сегодня в баре. Его зовут Даниил. Он действительно не очень похож на коренного жителя Эвира. Но самое важное я узнал, когда к нему подошел тот мальчишка. Веда, ты его видела? – девушка согласно кивнула. – Так вот, он начал отчитываться перед Даниилом и успел проболтаться о каком-то клиенте, который готов отдать силу. Его сразу оборвали, но было видно, что Даниил разозлился на подчиненного, сболтнувшего лишнее.

- Даниил значит? – со смешком спросила Веда. – Это имя моего мира. Здесь я похожих не встречала. Он даже не скрывается! – возмутилась она.

- Меня больше интересует о какой силе он говорил. – спросил у Ллойда Аэд. Тот в ответ пожал плечами. Зато Веда встрепенулась, припомнив один важный эпизод.

- Я же так и не рассказала тебе. – она обернулась через плечо, смотря на Аэда. – В Атисе я встретила Ланнон ши, она просила передать тебе…м.мм..что-то такое… вспомнила! «В Атисе происходит что-то неладное.» Кто-то предлагал ей Забвение в обмен на её любовь! На силу! Это точно был Даниил. – Ведика взмахнула руками и обязательно упала бы со своего неустойчивого насеста, если бы сильные руки не придержали аккуратно за талию. – Я его видела там, только волосы были другого цвета и кожа смуглая. А что такое Забвение?

- Ланнон ши…- задумчиво протянул Аэд, будто не услышав вопроса и не убирая рук с девичьей талии. Его пальцы рассеянно поглаживали кожу сквозь ткань тонкой рубашки, пуская полчища мурашек по всему телу. Веда почти забыла о своем вопросе и вообще обо всех присутствующих, когда фейри неожиданно отпустил её. – Забвение – мечта любого долгоживущего фейри. Возрождаясь в новом теле, мы всегда помним наши прошлые жизни. От самого начала до конца. Память фейри совершенна и мы не забываем ни одной детали.

- Так это же хорошо?- спросила девушка.

- Как посмотреть. Я помню еще племена Туата де Данан, помню Вирценгеторикса, помню как пришли сыновья Миля и еще многое другое. Я умирал только один раз, Веда. Во время вашей Второй мировой войны, когда наш князь решил уйти в этот мир. – Веда огромными глазами смотрела на фейри. Значит и правда они пришли из одного и того же мира. Сколько же человеческих жизней прожил этот молодой и такой привлекательный мужчина? Такую прорву лет сложно было даже представить, не говоря уже о том, чтобы поверить в это. – Рано или поздно к нам приходит желание очистить память, стереть все прошлые жизни и долгие века, оставив чистый лист. Забвение – древний ритуал, который был утерян около тысячи лет назад, и именно он мог подарить, измученному воспоминаниями, разуму желанный отдых.

- Тогда откуда у этого человека потерянный ритуал? – спросил Ллойд. Его рассказ тоже сильно впечатлил, глаза возбужденно блестели, а руки не находили места, прыгая от одной пуговице к другой.

- А это и есть основной вопрос. Я не знаю на него ответа. – покачал головой фейри.

- Слушай, Аэд. Тогда все сходится! – напомнил о себе Авагду. – В этом свитке, - он кивнул на бумажку на столе. – описан еще один ритуал. Добровольной передачи силы фейри человеку.

В гостиной повисла тишина. Все обдумывали свежие факты, собирая картинку воедино.

- Получается, что какой-то Даниил, попавший в Эвир нелегально, захотел обрести магию и раздобыл где-то оба этих ритуала. Он предлагает сильным фейри Забвение в обмен на их силу. – начала рассуждать вслух Ведика. – Но это не объясняет странного и несвойственного поведения фейри.

- А ты не замечала за собой странного поведения? – спросил Огнегривый, всматриваясь в лицо девушки, будто ища там какие-то симптомы тяжелой болезни. – Может необычные мысли?

Веда на секунду задумалась, но тут же кивнула в знак согласия. Ведь и правда, после похищения её мучили не свойственные ей эмоции, злоба и зависть.

-На столике в той комнате были какие-то пузырьки. – прошептала она. – И странный привкус во рту.

- Скорее всего, это был наркотик. Но вот зачем этому Даниилу опаивать своих клиентов, а тем более тебя?

Ни у кого не было ответа на этот вопрос.

- Ладно, уже поздно. Вам всем пора ложиться спать. – встал Аэд из кресла, оправляя одежду и закидывая копну рыжих волос на плечо. – Я постараюсь кое-что узнать у князя. Ллойд, - он внимательно посмотрел на мужчину. – у меня к тебе просьба. Не давай этой полоумной никуда лезть. Привяжи, опои снотворным…в общем, делай, что хочешь, но чтобы она в это дело больше не вмешивалась.

Не успела Веда возмутится таким беспардонным поведением фейри, как тот растворился в воздухе, оставив один единственный кленовый листок, плавно спланировавший ей на колени. «Ага, типа извинился? Или, наоборот, щелкнул по носу?» - подумала она, но ответить было уже некому.

Кирпич ни с того ни с сего никому никогда на голову не свалится.

М. Булгаков «Мастер и Маргарита».

Конечно, дома сидеть Ведика не стала. Тем более, что как раз подвернулся хороший заказ.

Взмыленный мальчишка на еле переставляющем ноги коньке прискакал на рассвете. Он, с безумными глазами, свалился прямо под ноги Веде, вышедшей подышать воздухом, и отказался разгибать спину, пока она не согласится его выслушать. Пришлось пообещать, что не погонит мальчишку со двора, пока тот не изложит суть дела.

Кинан был работником купца первой гильдии. Его хозяин, Саэрикс Златомудрый, имел в столице славу честного и справедливого дельца, сколотившего свое состояние на продаже и перекупке антиквариата, старинных книг и прочих редкостей.

Саэрикс не так давно приобрел старинный особняк в самом центре Атисы. Достался он ему за сущие копейки, не смотря на то, что являлся ранее собственностью титулованного семейства Трианов. Последний граф Триан разорился около семи лет назад и дом стоял пустым, зарастая пылью и паутиной, пока Саэрикс не решил расширить собственные владения за его счет.

Семья у купца была большая, в дом он переехал вместе с женой и тремя дочерьми. Все разместились, начали привыкать к новому месту, но неделю назад под крышей стали раздаваться душераздирающие вопли.

- Будто плачет кто, госпожа. Я сам слышал! – уверял Веду Кинан, часто-часто моргая глазами. – Господин Златомудрый велел вас звать, чтобы вы эту банши оттуда выдворили.

- Ладно, мне все равно пока заняться нечем. Поехали, посмотрим на твою банши. – легко согласилась Веда. На самом деле ей не очень-то хотелось куда-то ехать и гонять бедную фейри по всему дому, но в пику Аэду и Ллойду, ревностно выполнявшему наказ рыжего, она готова была сбежать из дома хоть на край света.

Веда прекрасно осознавала, что забота фейри о её невмешательстве в опасное дело, скорее продиктована охраной ценного экземпляра. «Человечка необыкновенная, дар отрицания» - усмехнулась она про себя. Этот-то дар и был нужен Аэду. А какой самый легкий и действенный способ подчинить женщину? Правильно, влюбить её и сделать так, чтобы она думала, что чувства взаимны.

Такая игра Ведике была знакома и понятна. Это так напоминало поведение людей на её родине, где подобные отношения давно вошли в норму, а рыцарский кодекс соблюдался разве что только в книжках. Только поэтому она все еще не растеклась покорной лужей у ног Высокого и не стала послушной куклой. Зная цель врага, можно бороться, даже если сила не на твоей стороне, а желание сдаться – противоречит разуму.

В усадьбе Трианов их встретил сам хозяин, выехав к воротам на статном черном жеребце. Господин Саэрикс был высоким мужчиной лет сорока - сорока-пяти. Но ни морщины, избороздившие рано постаревшее лицо, ни упрямые складки у рта, ни полностью седая голова, не могли скрыть молодого и задорного блеска голубых глаз.

- Добро пожаловать, госпожа Гримхолл. Рад, что вы приняли приглашение и все же решили помочь. Позвольте представиться, Саэрикс Златомудрый. – он легко склонился в седле, выражая почтение. Да, это не зазнавшийся купчишка, вырвавшийся  из низов. Это сильный делец, знающий цену себе и другим, но не чуждый уважению и почтению, даже к людям ниже себя по достатку.

- Рада познакомиться. – Веда оглянулась, но Кинан уже куда-то пропал. Наверное, пошел ставить лошадь в конюшню.

- Приглашаю вас на обед, а там и расскажу о деле, которое способствовало нашему чудесному знакомству. – он галантно подал руку, помогая Ведике спуститься с лошади. А когда ее ноги коснулись земли – поцеловал руку.

Веда была не привычна к таким великосветским манерам, и слегка покраснела, смущенно опустила глаза. Саэрикс по-мальчишечьи хохотнул и, положив ее руку себе на локоть, повел  к дому.

Они шли через сад, проходили мимо беседок, увитых виноградом и плющом. Сейчас они были похожи на сказочные золотые шатры, усыпанные кроваво-красными листьями со свисающими до самой земли черными гроздьями ягод.

Саэрикс непринужденно болтал о каких-то столичных сплетнях, довольствуясь кивками Веды в качестве ответов. Сама девушка заворожено разглядывала предстающий перед ними дом.

Это был не просто жилой дом, пусть и огромных размеров для такой простой девушки, как она. Это был миниатюрный дворец! Высокие резные башенки украшали ломаную крышу, покрытую зеленой черепицей. Стены, обновленные и частью отстроенные заново, слепили глаза, сверкая белизной в ярком осеннем солнце. Бывший владелец имел хороший вкус и любил простор. Он в свое время украсил дом панорамными стрельчатыми окнами и витражами, изукрасил лепниной арки и колонны, поддерживающие игрушечный балкончик. Этот дом был настоящей сказкой для принцессы, коей сейчас себя ощутила Ведика. Не хватало только принца на белом коне.

«Да, только вот НЛО и снежного человека хоть кто-то видел. Чего не скажешь о принцах на конях.» - съязвила она про себя, возвращая размечтавшиеся мысли на землю.

- Вот мы и пришли. – вырвал её из размышлений голос нового хозяина этого чуда. – Как вам понравился мой дом?

- Он прекрасен. – искренне улыбнулась Веда, поднимаясь по ступенькам вслед за Саэриксом.

Слуга в зеленой ливрее распахнул перед ними двери столовой, где уже собралась вся семья Златомудрых. За длинным, накрытым к обеду, столом сидели четыре женщины. Самая старшая, супруга Саэрикса, приветливо улыбнулась и встала, приглашая гостью устраиваться за столом. Трое дочерей, похожих как цветы одного и того же дерева, тоже скромно улыбнулись, стреляя любопытными глазами. Они различались только оттенками светлых волос и цветами простых домашних платьев.

- Добро пожаловать, госпожа Гримхолл. Я Йола, а это мои дочери, Меди, – в ответ на слова матери кивнула рыжеватая девушка в зеленом бархатном платье. – Гвен, - улыбнулась еще шире золотистая блондинка в персиковом наряде, - и самая младшая Эйра. – девушка с убранными в прическу пепельно-белыми волосами, искрящимися как снег, что полностью соответствовало её имени.1

- Мне очень приятно. Я – Ведика Гримхолл. – отрекомендовалась Веда.

- Давайте, наконец, закончим со всеми этими манерами и нормально поедим. – весело предложил хозяин, присаживаясь во главе стола и подавая пример остальным.

Обед был превосходен. Пища была, как ни странно, простой и сытной. Веда ожидала, что кухня в таких домах такая же как и во дворце короля, то есть красивая, но абсолютно не съедобная. Еда в усадьбе Златомудрых её приятно удивила и порадовала. Настолько, что к концу трапезы она подумывала о том, как незаметно ослабить пояс дорожной юбки.

- Думаю, что теперь можно перейти и к делу. – сытый Саэрикс стал казаться еще моложе. Он встал из-за стола, поцеловал в щеку жену, и предложил Веде пройти за ним.

Они оказались в кабинете. Комната была чисто мужской, деловой, наполненной духом серьезности и ответственности. «Именно в таких помещениях и нужно обсуждать дела.» - подумала Веда, садясь в удобное кресло.

Хозяин расположился в таком же кресле за своим рабочим столом, но не откинулся на спинку, а сложил руки в замок и серьезно посмотрел на Веду.

- Неделю назад в моем доме стали происходить странные вещи. Кто-то воет и стонет по ночам, плачет, всхлипывает. Это сильно пугает моих дочерей и я хотел бы избавиться от этого призрака.

- Призрака? Но ваш посыльный сказал, что в доме завелась банши. – удивилась Веда.

- Мальчик сам это придумал. – покачал головой Саэрикс. – Лично я никого не видел, ни призрака, ни банши. Только слышал стенания и вой. А вот Гвен – моя средняя дочь – видела пару ночей назад силуэт женщины в белом платье. Она сказала, что это был призрак и я склонен ей доверять. – он тяжело вздохнул. – В любом случае, кто бы это ни был, ему не место в моем доме. Я прошу вас найти это существо и прогнать его.

Веда задумчиво потеребила кончик косы, перекинутой через плечо. Сама того не замечая, она постоянно копировала жесты и привычки Аэда. Именно эта манера трепать волосы, сейчас помогала ей думать.

- Хорошо. Я посмотрю, кто тут у вас людям спать не дает. Но обещать, что изгоню его – не буду. – наконец, строго ответила она.

- Но… - непонимающе вскинулся купец.

- Никаких «но», господин. Я понимаю, что для вас важно обеспечить своей семье безопасный и уютный дом. И все же, не зная с чем столкнусь, я не могу обещать уничтожить это.  – нахмурив брови, объяснила свои принципы девушка.

Саэриксу ничего не оставалось, как согласиться и пообещать предоставить Веде любую помощь в поисках и наказании нарушителя спокойствия.

Для начала Ведика решила осмотреть дом при свете дня, чтобы после свободно ориентироваться в пространстве. В роли экскурсовода выступала старшая из дочерей Саэрикса - Меди. Девушка оказалась хорошим собеседником и несколько часов в её компании прошли незаметно, оставив после себя приятное впечатление.

Веда отметила для себя несколько комнат, заброшенных и все еще не отремонтированных. Они находились в дальней части особняка и вполне подходили под обиталище призрака. Если, конечно, это был именно он.

Под вечер, вымазавшись в пыли и паутине, со всклокоченными волосами, Ведика приняла ванну, поужинала со всеми и улеглась в постель. Предоставленная ей для ночлега комната, по её просьбе, находилась недалеко от пустующих комнат. Саэрикс сначала удивился столь необычному пожеланию гостьи, но уступил, вспомнив о своем обещании.

План девушки был прост как таблица умножения. Она рассчитывала, что призрак, почувствовав живую душу поблизости, обязательно не устоит и заглянет к ней. Притвориться спящей не составит труда, особенно с настойкой бодрости, которую она предварительно выпила. А тут она уже решит на месте, что делать с неспокойным привидением. «Только бы это было привидение!» - думала она, накрываясь одеялом и закрывая глаза.

Лежать в темноте просто так было невыносимо скучно. Настойка сделала свое дело, и напоенное бодростью тело требовало действий. Веда, не удержавшись, ерзала и крутилась на постели, перекладывая подушку. Она надеялась, что со стороны эти её метания сойдут за приснившийся кошмар.

Около трех часов ночи по дому разнесся первый тоскливый вой, заставивший Ведику подскочить на кровати. В чем-то она просчиталась и призрак начал свой обход с первого этажа – именно оттуда доносился звук. Быстро накинув рубашку и брюки, она босиком, осторожно ступая по древним каменным плитам, кралась на крики и стоны, доносившиеся со стороны столовой.

Домочадцы, предупрежденные главой семейства, тряслись от ужаса за дверями своих комнат, но выходить не смели. Слуги поступили так же. Звук становился все ближе, но неожиданно оборвался на высокой ноте и пропал. В растерянности Ведика остановилась и огляделась.

Ночная темнота была не полной из-за яркой луны, не скрываемой облаками. Мягкий серебристый свет обрисовывал каждый выступ коридора, в котором остановилась девушка, делая малейшую тень глубже и темнее.

В особо ярком луче, бьющем через проем окна, быстро мелькнуло маленькое пушистое тельце, замеченное насторожившейся Ведой. Крыса юркнула вдоль стены и засеменила в столовую -  её манили запахи еды, оставшиеся там после ужина. Еле слышный цокот маленьких коготков странным образом успокоил расшалившиеся нервы девушки и она вздохнула от облегчения. Но, видимо, рано расслабилась.

За спиной раздалось тяжелое дыхание и мягкая поступь. Боясь даже предположить, кто там крадется, Веда всем телом прижалась к стене и всмотрелась в темноту. Никакого призрака там не наблюдалось и в помине. Всего лишь хозяйская собака почувствовала, что кто-то ходит по коридорам и вышла проверить.

Рассмотрев собаку детальнее, Ведика все же задумалась. Псина была кипенно белой, а темень сначала не позволила разглядеть особенности окраски. Когда животина проходила по той же полосе света, что и крыса, Ведика смогла явственно различить необычные красные уши. Такие собаки были спутниками фейри!

Стараясь не привлекать внимания, Ведика двинулась вслед за своим белым проводником. Куда бы они ни шли, фейрийский пес тут оказался не просто так.

Гуськом они вошли в столовую, но на пороге собака остановилась и повела удлиненной мордой, принюхиваясь. Последовал стремительный прыжок. Ведика, как в замедленной съемке, смотрела на поджарое белое тело, растянувшееся в прыжке; на огромные острые клыки, звучно клацнувшие в темноте зала; на красные капли, украсившие веснушками морду хищника. Раздался смачный хруп и мерзкое, выворачивающее душу наизнанку, чавканье.

«Всего лишь крыса. Это была всего лишь обычная крыса.» - мысленно успокаивала себя Веда. Но руки предательски дрожали, а сердце колотилось в груди, грозясь выскочить наружу. Слишком реальной казалась всплывшая перед глазами картина её собственной шеи, так же хрупнувшей под жуткими зубами пса.

Расправившись с добычей, собака повернула голову к девушке, облизнулась длинным языком, убирая неэстетичные пятна со шкуры, но потом, будто потеряв интерес, отвернулась и вышла из столовой. А Веда, обессиленная переживаниями, истерично хихикая, сползла на пол по стене. Охота на призрака не удалась.

Утром Ведика не стала рассказывать о своих ночных приключениях, отговорившись от любопытных вопросов универсальной фразой: «Все под контролем». Весь день она провела как на иголках, мысленно подгоняя время к вечеру, но в тоже время и безумно страшась его наступления.

В надежде скоротать время и отвлечься от тягостных мыслей, она приняла приглашение Гвен и Меди на прогулку. Девушки, звонко смеясь и переговариваясь, уверяли её, что нет ничего лучше пикника на свежем воздухе.

Пикник, действительно, удался на славу. На красочной полянке, усыпанной желтыми и красными листьями, разложили большое покрывало, уставили его снедью и напитками. Даже заметно похолодевшая погода не испортила отдыха -  слуги принесли подушки и одеяла.

Еще приятнее было потом усесться в мягком кресле, закутавшись в плед, и пить глинтвейн у камина, слушая рассказы сестер. А рассказывали они очень занимательно, начав со сказок и волшебных легенд, а закончив милыми девчачьими секретами.

Так незаметно вечер все же наступил и, распрощавшись с девушками и пожелав им сладких снов, Веда отправилась к себе в комнату – собираться на новую охоту.

Сегодня она не стала притворяться спящей, поняв, что это бессмысленно. Нет, этой ночью, Ведика решила быть во всеоружии. Натянула на себя удобный облегающий костюмчик из мягкой оленьей кожи, такие же мягкие сапожки, призванные скрадывать шаги, обвешалась амулетами и заткнула за пояс почти весь запас зелий и травок, имевшийся у неё с собой. Кем бы там ни был призрак, сегодня она обязана его поймать. Или хотя бы поговорить.

Знакомые со вчерашней ночи крики и стоны начались в середине ночи, когда весь дом погрузился в сон. Веда, не раздумывая, сорвалась с места и бросилась бегом на звук, думая только о том, как бы успеть вовремя и не сломать по дороге ноги в темноте.

На этот раз погоня за призраком привела её в сад, окутанный лунным светом. Крадучись, она прошла вдоль деревьев, стараясь не сильно шуршать опавшей листвой, и остановилась у беседки, где на небольшой лужайке стояла высокая фигура в белом саване.

Веда осторожно выглянула из-за резного столбика, увитого виноградом и прищурившись, разглядывала ночную плакальщицу. То, что это несомненно дух, было видно сразу, так как холодный лунный свет свободно проходил через стройную женскую фигуру, очерченную таким же эфемерным саваном. Она была похожа на обычную женщину, только с очень длинными волосами, касавшимися земли. За её правым плечом постоянно мигал какой-то огонек.

Вот только это был никакой не призрак, и даже не банши, так напугавшая мальчика-посыльного. Кергерайт, а это была именно она, неожиданно прекратила свои стенания и обернулась, смотря пустыми провалами глазниц прямо на Веду. За её плечом мигнул и опять пропал эллилдан – бродячий огонек, всегда сопровождающий эту вестницу беды.

- Иди сюда, смертная. Тебе нечего боятся. Мой пес заметил тебя еще вчера.  – прошелестел её бесчувственный голос. И Веда, не смея ослушаться, вышла из своего укрытия.

- Приветствую тебя, Высокая. – почтительно склонила она голову.

Кергерайт были вестницами катастроф и эпидемий, различных бедствий, при которых обычно должно было погибнуть огромное количество живых существ. Они не принадлежали ни одному из Дворов, но несмотря на это, являлись Высокими фейри, обладающими огромными силами. Только силы эти были направлены на провиденье будущего.

- Я дождалась, теперь могу уходить. – не обратив внимания на приветствие, прошептала фейри. – Передай своему хозяину, - это слово неприятно резануло слух, но Веда прекрасно поняла, кого она имела ввиду. - Что грядет беда, которая унесет жизни многих фейри и даже ему, сыну Вортигерна, не удастся избежать её. Но есть и другой путь. Пусть откажется от себя, тогда появится шанс.

Нестерпимым светом разгорелся эллилдан, пронзая лучами все вокруг и растворяя в своем свете плакальщицу. Веда зажмурила глаза, а когда открыла их, в саду уже никого не было. Только белоснежный пес с кроваво-красными ушами пристально посмотрел на неё с другого края лужайки и, махнув хвостом на прощанье, скрылся вслед за своей хозяйкой.

Слова кергерайт отпечатались в мозгу несмываемым пятном, которое мучило и жгло девушку. Веда, наплевав на все обиды, позвала Аэда. Нужно было как можно скорее рассказать все фейри, но на призыв противный рыжий не явился.

Немного успокоившись и изрядно продрогнув на холодном воздухе, Веда решила, что дождется утра, успокоит хозяев усадьбы, и сразу же отправится домой. Сэн уж точно сможет найти своего господина и расскажет ему о предупреждении кергерайт. А там всесильные князья что-нибудь придумают, чтобы спасти свой народ, а заодно и род человеческий. Потому что без фейри этот мир не выживет.

1 – Эйра – в переводе с валл. «снег».

Удивительно, как часто мы не сразу замечаем  тот перекресток, на котором наша жизнь делает резкий поворот.

Карин Альвтеген. «Стыд»

Дорога до дома заняла рекордное количество времени. Веда летела как на крыльях, нещадно погоняя лошадку. Её торопило странное чувство неправильности происходящего и нездоровый азарт, бурлящий в крови, как пузырьки игристого вина.

Первое легко объяснялось встречей с кергерайт. Подозрительно, что плакальщица сообщила столь волнующие новости обычной человечке, хотя, тому же Вортигерну предсказание услышать было бы куда важнее. Но фейри есть фейри и копаться в причинах их поступков неблагодарное занятие, можно запутаться так, что вовек не распутаешь.

«А может, кергерайт увидела, что именно я смогу повлиять на события?» - эгоистично помечтала Веда, но тут же отбросила глупую мысль. Кто она такая? Обычная человечка, без дара, без особых возможностей и умений. Явно, что не ей восстанавливать пошатнувшееся равновесие.

А вот азартное нетерпение Ведика так просто объяснить не могла. Что-то подзуживало её, свербело внутри, не давая расслабиться. То ли тревога, то ли предвкушение неприятностей, но точно что-то не самое радужное из возможного.

Частично мучавшее с самого пробуждения чувство объяснилось необычной гостьей, которую хозяйка домика у леса встретила в собственной гостиной.

Женщина подскочила с диванчика, как только уставшая и взмыленная Ведика переступила порог комнаты. Веда в недоумении разглядывала слегка полноватую, миловидную даму средних лет, теряясь в догадках, где она могла её видеть раньше. Она точно встречала прежде эти светлые волосы, свитые в тугую косу, эти высокие скулы… Точно! Глаза! У незваной гостьи были двух-цветные глаза, голубые с ореховыми лучиками!

- Кто вы? – внезапно охрипшим от долгого молчания голосом спросила Веда.

- Простите, что я тут без вашего дозволения, госпожа. Господин Аспен сказал, что все уладит и я не подумала… - она, смутившись, опустила глаза и начала теребить пальцами подол светло-голубого платья.

- Ллойд? А он тут причем? – приподняла бровь Веда. Тонкая иголочка ревности больно кольнула сердце. Любовница библиотекаря? Он совсем обнаглел?!

Нет, Веда понимала, что не любит и никогда не сможет полюбить Ллойда, но присущее всем женщинам чувство собственности громко вопило «Прочь! Мое!». Каким-то десятым чувством, на уровне животного инстинкта, Веде нравилось, что её беззаветно любят и самолюбие тешилось осознанием этого.

- Как вас зовут? – получилось слишком сурово. Может она и не любовница вовсе, а няня Ави, например? Хотя, эти глаза…

- Альда, госпожа. – женщина так и не подняла глаз. Зато щеки покрылись ровным густым румянцем, омолодив её лет на десять.

- Не пугай гостью, Веда. – раздался голос Ллойда, неслышно подошедшего со спины. Девушка обернулась и впилась взглядом в мужчину.

«Ну точно, любовница! Иначе, почему Аспен так вырядился и надушился?» - оскорбленное самолюбие не хотело униматься, смотря на подтянутого мужчину, упакованного в элегантный костюм. «Сапоги начищены, усы причесаны…» - ворчало ехидно подсознание, пока ноздри жадно втягивали аромат вербены, исходивший от мужчины.

- Объясни. – сухо бросила хозяйка дома, проходя вглубь комнаты и стягивая куртку. Женщину, сгорающую от неловкости, она решила мстительно не замечать и всячески игнорировать.

- Альда – мама нашего Ави. – просто сказал Магистр и успокаивающе погладил женщину по плечу. Веда с раздражением заметила, как та в свою очередь расслабилась и доверчиво шагнула ближе к мужчине, от которого за версту тянуло безопасностью.

- В смысле? Мама? – ошарашенная новостью Ведика чуть не села мимо кресла, но справилась со ставшим в миг непослушным телом и все же чинно опустилась на сиденье.

- В прямом. Когда ты исчезла, – его взгляд полоснул острым лезвием, говоря, что тему внезапного отъезда они еще обсудят. – на следующее утро пришла Альда. Мальчик сразу же узнал её.

- Постойте, а откуда вы вообще узнали, что Авагду у нас? – подозрительно спросила девушка, обращаясь к женщине.

- Я… - она сглотнула, будто собираясь с силами. – Я никуда не уехала после того, как муж… выгнал меня из дома. Я не могла уехать, оставив моего сына неизвестно в чьих руках! – она неожиданно подняла глаза и Веда разглядела в необычных радужках такое огромное горе и вместе с тем желание сражаться до последнего, что невольно прониклась уважением к бедной матери, потерявшей единственного ребенка. – У меня не было денег, но одна ведьма согласилась помочь в поисках, взамен на услугу.

- Что за услуга? – дотошно уточнила девушка. Уважение уважением, а просто так поверить она не могла.

- Кровь. Для обряда. – призналась Альда и вновь опустила глаза в пол, но Ллойд поймал её ручку в свои ладони и стал успокаивающе поглаживать.

Мысленно шикнув на глухую ревность, будоражащую кровь, Веда посмотрела на библиотекаря. Аспен был спокоен, как гранитная скала, возвышаясь над женщиной и как бы ненароком, заслоняя её плечом. Видимо, он уже был в курсе всей истории и, самое главное, верил в неё.

- Ведьма нашла мальчика и указала на твой дом, поэтому Альда и пришла. Я взял на себя смелость и разрешил ей жить здесь. – взял на себя объяснения Ллойд.

От прозвучавшей наглости у Ведики выбило дух. Разрешил? Он обнаглел?! Да кто он такой, чтобы распоряжаться в её… ЕЁ… доме?!

То ли в темных глазах Ведики полыхнуло пламя, то ли просто Ллойд слишком хорошо знал подругу, но он спокойно подошел к ней, взял за руку и молча потащил на кухню. «Решил, наверное, устроить разборки подальше от чужих ушей.» - злорадствовала Веда.

Но Аспен с убийственным спокойствием налил в любимую чашку Сэна ромашковый чай и достал из буфета корзиночку с пирожками. «А кстати, где Сэн?» - вяло удивилась Веда, заметив, что домовой до сих пор не встретил хозяйку.

- Успокойся и выслушай. – мягко начал Магистр, усевшись напротив и сложив руки на столе. Веда, решив повременить с праведным гневом, уткнулась носом в чашку и приготовилась слушать.

История, рассказанная Аспеном, оказалась совершенно обычной. Альда, удрученная потерей сына и мужа, не нашла ничего лучше, как обратиться к местной ведьме. Денег, чтобы расплатиться, у неё не было, и ведьма предложила поделиться кровью в качестве оплаты.

Добровольно отданная кровь имела просто колоссальные свойства и запасы энергии, необходимые для сложных ритуалов. Но дураков, готовых отдать драгоценную жидкость сомнительной тетке с магическими способностями, естественно находилось крайне мало. А тут такая удача!

Альда нацедила стаканчик крови, а ведьма, по условиям сделки, нашла её сына. Обычный магический поиск сразу указал на дом Ведики Гримхолл, которую в округе не знал разве что глухой и слепой калека.

На самом деле несчастной матери повезло, что к этому времени, мальчик уже находился вне холмов и поиск дал результат. У фейри его бы не отыскал даже самый сильный маг.

В общем, окрыленная удачей, Альда направилась в указанный дом, но хозяйку не нашла. Зато, Ллойд, как всегда, наблюдавший за играющим во дворе ребенком, сразу обратил внимание на женщину, трущуюся у калитки. Стоило мальчишке заметить её, как он тут же сорвался с места и бросился в объятия женщины, но вот беда, не смог выйти за пределы участка. Ведь теперь он делил тело с сильным фейри, а ритуал, проведенный Ведой поставил границу, которую не мог пересечь никто из Волшебного народа. «Никто, кроме Аэда» - подумала Веда.

Ллойду ничего не оставалось, как пригласить женщину в дом. Там выяснилось, что она действительно мама Авагду-ребенка и Магистр не нашел ничего лучше, как предложить ей остаться в доме вместе с сыном.

- Мда… - протянула Веда, прихлебывая остывающий чай. Ситуация получалась не самая благоприятная. Ей конечно было искренне жаль Альду и она сильно привязалась к мальчику, но и делить собственное жилье с незнакомой и чужой женщиной не хотелось. И так места нет, а тут еще новые жильцы появились.

- У тебя есть другие варианты? – напряженно спросил Ллойд, гадая о мыслях, бродящих в темноволосой голове подруги.

- Пока нет. Подумаю об этом позже, может, найдется другой выход.– ответила девушка и потерла глаза. – Я устала и хочу спать. Но прежде мне нужен Сэн, где он?

Ллойд на секунду замялся и отвел глаза. Такое несвойственное поведение библиотекаря насторожило и даже немного напугало Веду. Сэн для нее был членом семьи и близким существом, поэтому если с ним что-то случилось…

- Он куда-то пропал. – все-таки ответил Аспен.

- Как это пропал? По всему периметру участка стоит барьер, который Сэн точно не мог преодолеть! – возмутилась Веда, лихорадочно соображая куда мог подеваться бубах. – Если ему только кто-то не помог! – осенило её.

- Думаешь, Аэд? Но почему тогда не показался? – нахмурился собеседник.

- Больше некому. – уверенно заявила девушка. – Только у него достаточно сил на такие выверты. Даже Авагду не смог бы пересечь границу, а он далеко не из слабых.

- Может не стоит так беспокоится? У Сэна могут быть важные дела. Завтра вернется как ни в чем не бывало. – осторожно спросил Ллойд, опасаясь новой истерики. Ему было совсем недосуг справляться с девчонкой, если её опять понесет. Да и перед гостьей стыдно. Что подумает Альда о женщине, которой доверили её ребенка?

- Может ты и прав. – внезапно успокоилась Ведика, будто почувствовав нелестные мысли друга. – Кстати, а твоя Альда в курсе, что от сынишки только половинка, да и та сейчас немного не в себе? – ехидно спросила она.

- В курсе. И она не моя. – как-то желчно бросил Ллойд.

Ведика задумчиво смотрела на закрывшуюся за спиной друга дверь и явственно чувствовала, что, сама того нехотя, попала в точку. Ллойду, несомненно, нравилась матушка Ави, к которому библиотекарь так привязался. Вот только чем это грозит ей самой?

Утром Сэн не объявился, зато с кухни аппетитно пахло блинчиками. За накрытым столиком в гостиной нашлись все обитатели дома. Ави, перемазанный сгущенкой до самых ушей, уплетал очередной блин, Ллойд о чем-то оживленно беседовал с Альдой, а на столе высилась горка лакомства.

Блины были действительно очень вкусными, обоняние не обмануло хозяйку, и угощение немного примерило её с действительностью нахождения посторонних в доме. Ради таких завтраков многое можно стерпеть. Вот только Сэн вряд ли обрадуется конкурентке.

Что же с ним могло случиться? И зачем рыжий фейри забрал его? Может, дал какое-то задание?

Вопросы крутились в голове, порождая все новые и новые догадки, но ответы почему-то находиться не желали. Логика Высоких в таких вопросах Веде была не понятна, и она надеялась только на то, что Аэд не похож на жестокое существо, способное причинить вред подчиненному. «Если только этот вред не принесет колоссальную пользу» - мрачно подумала она и, не желая дальше развивать упадническую тему, вышла из дома.

На крыльце дышалось легче и свободнее, а сырой осенний воздух, особо пропитанный ароматом прелых листьев, будоражил мысли. Ведика вдохнула полной грудью и раскинула руки в стороны, будто пытаясь обнять весь мир. Душа наполнялась ликованием и уверенностью в своих силах.

От идиллического воссоединения с природой девушку отвлекло подозрительное шебуршание у калитки. Присмотревшись, она различила какое-то мелькание между досками забора. За границей участка кто-то был и он не мог войти. Фейри!

Наверное, нужно было позвать Ллойда, как единственного половозрелого мужчину, способного защитить и решить проблемы. Но такая, логичная в общем-то мысль, не пришла ей в голову. Наоборот, девушка уверенным шагом двинулась в сторону нарушителя границ, совершенно ничего не опасаясь. Если не выходить за забор, фейри не сможет причинить никакого вреда.

Какого же было её удивление, когда за калиткой обнаружился мокрый и продрогший домовой, укутанный в зеленый шарф по самые глаза и жалобно хлюпающий носом. Растроганная и обеспокоенная Веда подхватила бубаха на руки и одним движением руки смахнула всю защиту, данную сложным и кропотливым ритуалом. «А и черт с ним! Все равно того для кого это все ставилось, она не задержит!» - подумала она и, кудахча над своей ношей, как курица над яйцом, потащила Сэна в дом.

Маленький домовой долго оттаивал в тепле кухни, пригревшись под боком у хозяйки, не спускавшей его  с рук. Когда Веда только внесла его в дом, все подхватились и озабоченно забегали вокруг: Ллойд принес тазик с теплой водой, чтобы Сэн отогрел ножки, Альда в секунду заварила горячий чай с малиной. Даже Ави, впечатленный всеобщей суматохой, принес окоченевшему бубаху любимого мишку.

Сэн, немного согревшись, сбивчиво рассказал, что Аэд забирал его для особого задания.

- Нужно было попасть в дом к Даниилу и обосноваться там в качестве домового. – сиплым голосом рассказывал он, прихлебывая чай.

- Зачем? Бубахи ведь не могут предать хозяина? – приподняла брови Альда. Домовой не выразил удивления её присутствием, значит знал, кто она. И это почему-то особенно расстроило Веду.

- Во-первых хозяйка у меня уже есть. – он сверкнул любящими глазами в сторону Ведики. – А во-вторых многие люди знают, что бубах не может рассказать ничего о хозяине другим людям или фейри, но немногим известно, что Князь и его наследник имеют высшую власть над любым фейри Неблагого двора. Так что, какую бы клятву я не дал, стоило Аэду только спросить, и я бы выложил все до последнего слова.

- Но почему именно ты? Бубахов навалом! – возмутилась Веда, почесывая Сэна за ушком. Домовой, разнежившись, гулко замурчал.

- Доверяет, наверное. – туманно ответил фейри, но увидев скепсис на лицах людей, продолжил. – Ведика моя хозяйка, она вовлечена в это дело и точно находится на стороне княжича, а я не смогу пойти против её интересов.

После этих слов многое все равно осталось непонятным. Но Веду приятно грели слова о доверии. Значит и ей он доверяет. Хотя, метка, скорее всего, не только пропуск в холмы и знак собственности для других фейри. Может она и передатчиком каким-нибудь работает.

- Но если ты здесь, значит что-то пошло не так? – насторожился Ллойд. Все время рассказа он хмуро таращился в окно и, казалось, совсем не слушал разговор, но Веда знала, что в такие моменты он как никогда напряжен и сосредоточен, обдумывая возможные варианты развития событий.

- Угу. – кивнул Сэн. Его глаза резко потускнели, и взгляд опустился на дно кружки, рассматривая кружащиеся в кипятке чаинки. – Этот… человек… что-то заподозрил и выкинул меня на улицу. Я хотел попасть домой, но из-за щита над домом мне это не удалось. Никто не выходил в последние два дня и я… - он неожиданно всхлипнул. Веда сразу же крепко обняла домовенка, прижала к груди. Бедненький, он двое суток сидел под калиткой, ожидая, когда она явится и впустит его домой. А она в это время в гостях развлекалась.

Веда сразу же забыла о том, что в усадьбе Златомудрых она не веселилась, а гонялась ночами за призраком, оказавшимся вестницей беды. Ей было стыдно и больно за то, что маленький пушистый комок целых два дня чувствовал себя ненужным и брошенным.

- Почему рыжий тебе не помог? – еще более хмуро спросил Ллойд. По его стальным глазам было видно, что он уже сделал некоторые выводы и очень сильно ими не доволен.

- Потому что он исчез. – камнем упали слова бубаха, придавив Веду похлеще могильной плиты.

Алия, ушедшая вперед, вынырнула из снежной круговерти:

- У меня для вас две новости - одна хорошая, другая плохая.

- Давай хорошую. - прохрипел Аэрон.

- Я нашла довольно теплое место.

Лейя приподняла голову:

- А плохая?

- Это берлога медведя.

Мария Вересень "Высшее образование для сироты, или родственники прилагаются"

В голове Веды проносились сотни мыслей и догадок. Так вот почему рыжий не откликнулся на зов! Что же могло случиться?

- Я не знаю. – отвечал на все вопросы Сэн и виновато моргал зелеными глазищами. По его рассказу выходило, что Аэд привел его к дому Даниила и оставил. Когда Сэна выгнали, он звал своего господина, но тот не ответил.

- И самое поганое, что я его не чувствую. – сказал окончательно расстроенный бубах.

- То есть как? – всполошилась Веда. Если домовой не чувствует княжича, значит он…

- Вот так. – пожал плечами бубах. Но увидев мрачное лицо хозяйки, поправился. – Ты не поняла, я его ВООБЩЕ не чувствую. Если бы он умер, я бы заметил.

Это объяснение немного успокоило девушку, но не надолго.

- И что же теперь делать? Нужно же как-то его найти?

- Нужно. Но не тебе этим заниматься. – оборвал тягу к приключениям Ллойд. Мужчина был необычайно серьезен и собран. Веда готова была биться об заклад, что он что-то знает, но пока не уверен и поэтому молчит.

- Ты прав. – кивнула покладисто. – Наверное, Вортигерн уже ищет сыночка.

- Подождем до обеда. Нужно поговорить с Авагду, он правая рука Огнегривого. Тогда и подумаем как быть дальше. – решил Аспен.

Время до вечера тянулось, как неизвестная этому миру резина. Ведика слонялась по дому, постоянно поглядывая то на часы, то на мальчика, спокойно складывавшего вместе с мамой  домик из конструктора в углу гостиной.

Сэн на удивление спокойно отнесся к появлению в доме еще одного претендента на его кухню. Даже отпустил язвительное замечание, что теперь хоть одна женщина в этом доме будет выполнять свои прямые обязанности. За такие слова он был нещадно бит полотенцем и отправился печь очередной шедевр во искупление грехов.

Ллойд засел за книги и свитки, скрупулезно копошась в древних хранилищах знаний. Что он там искал, непонятно, но на все вопросы  отмахивался и просил не мешать.

Как бы томительно не было ожидание, время обеда все же наступило. Как по мановению волшебной палочки, светлые и чистые глаза Ави-мальчика сменились на пронзительные и серьезные Авагду-фейри. Домик был сразу же забыт, а обескураженная мать только хлопала глазами.

- Никак не могу привыкнуть, что он так резко меняется. – грустно улыбнулась она, проходящей как раз мимо Веде. Та в ответ хмыкнула, не захотев развивать тему. Она упорно не желала налаживать общение с посторонней женщиной. Причиной тому глупая ревность или еще что-то, Веда не задумывалась.

- Авагду, ты нам нужен. И срочно! – бросила она, даже не взглянув в его сторону, и отправилась на, ставшее привычным, место собраний – кухню.

Когда все собрались и расселись вокруг стола, а кружки наполнились горячим чаем, Ллойд решил первым взять слово.

- В общем так. – выложил он на стол толстенный фолиант. – Тут написано, что Высокого фейри может отыскать носитель его метки. Какие будут соображения?

- Никаких. – честно призналась Веда.

- Личная метка Аэда сейчас есть только на Веде, но она не обладает даже крупицами магии, чтобы воспользоваться ей. – высказался Сэн, параллельно выставляя на стол угощение.

- Я его тоже не чувствую. Как глухая стена, через которую не пробиться. – покачал головой Авагду. Он сидел рядом с Альдой и вежливо позволял ей гладить себя по волосам.

- Вообще-то есть одна идея, но… я боюсь, что это почти фантастично. – Ллойд почему-то пристально смотрел в глаза Веде, будто ожидал ее одобрения. И она машинально кивнула. – Мы можем провести обряд вливания магии.

- С ума сошел?! – взорвался негодованием Авагду, отчего Альда интуитивно отшатнулась от него. Да, сейчас он не её сын, а один из Высоких, пусть и в теле малыша. – Она абсолютно амагична. Во-первых её тело может не выдержать такой боли, а во-вторых где мы найдем такую прорву сил?

- Что значит «не выдержит»? – глухо спросила Веда.

- При переливании твой анти-дар будет выжигать частицы магической силы, а это причиняет невыносимую боль. Я сам не пробовал, но читал. Не уверен, что ты выдержишь. Все-таки человеческое тело слишком слабо. – разъяснил Ави.

- Но могу и выдержать. – упрямо посмотрела она на Ллойда. Он бы не стал просто так рисковать её жизнью. Или… Взгляд невольно метнулся к Альде. «Теперь все иначе» - грустно подумала она, в душе уже согласившись на любые авантюры, лишь бы найти рыжего насмешника.

- В любом случае, мы не найдем настолько сильного донора. – покачал головой Авагду.

- А ты? Ты же сильный фейри? Высокий! – продолжала допытываться Ведика.

- Если я отдам столько силы, то вылечу из тела мальчика. – он обернулся к вздрогнувшей на этих словах Альде. – Не надейся, тогда он либо умрет, либо останется сумасшедшим.

Прозвучало жестоко, но правдиво. Альда смущенно потупила глаза. Да, она хотела бы избавить сына от незваного сожителя, но рисковать его жизнью не решилась бы.

- Сэн? – перевела взгляд Ведика.

- Нет, на ритуал уйдет вся его сила, даже жизненная. И то не факт, что хватит. – отрезал очередную возможность безжалостный Ави. Рисковать любимым домовым девушке не хотелось.

- Я правильно понимаю, что на боль ты уже согласилась? – ухмыльнулся Ллойд. Недобрая вышла у него усмешка, какая-то обреченная. Веда в ответ смогла только кивнуть. – Значит дело только в доноре. С этим я смогу помочь.

- Как? Ты же не маг. – спросила девушка, уже зная, что Аспен нашел выход и просто ломает комедию.

- Увидишь. – лукаво улыбнулся он. – Но есть еще сложность. Магия будет очень быстро уничтожаться в твоем организме, значит времени на поиск будет ничтожно мало. Можно попробовать создать портал, как только ты почувствуешь место нахождения Огнегривого. Но может не хватить силы… Я все просчитаю и тогда дам ответ. – он размышлял вслух, на самом деле ни к кому конкретному не обращаясь, и с задумчивым видом вылезал из-за стола. Никто ему не мешал, и в полной тишине библиотекарь удалился в кабинет, корпеть над расчетами.

- Я все равно считаю, что это безумие. – подвел итог собранию недовольный Ави, а Сэн только тяжело вздохнул и начал мыть посуду.

Следующие два дня для Веды прошли в постоянном напряжении. Она металась по дому, хватаясь за текущие дела, но все валилось из рук. Волнение и беспокойство за рыжего фейри грызли её изнутри, не давая сосредоточится и мыслить здраво. Вполне осознавая всю опасность предстоящей авантюры, она все же ни за что не отказалась бы от этого безумного поступка.

Незаметно Аэд Огнегривый занял в её сердце огромное пространство, вытеснив даже присущую ей осторожность. Раньше Вероника Грибнова ни за какие коврижки бы не стала рисковать своей жизнью ради парня, пусть даже очень симпатичного. Но Аэд… Он был чем-то иным, чем просто привлекательный мужчина. В нем она чувствовала силу, способную защитить и уберечь её от всего мира. И эта сила манила Ведику, как пламя манит ослепшего мотылька.

Ведика давно перешагнула возраст, в котором мечтают о принцах и шикарных свадебных церемониях. На вопрос о том, какой она видит свою семью, она бы, не задумываясь, ответила: «Спокойной». Да, спокойствие с некоторых пор она стала ценить гораздо выше материальных ценностей. И если уж совсем размечтаться и представить себе мужа и пару детишек, то ей хотелось бы видеть их в собственном доме на опушке леса, подальше от городской суеты, живущих тихой и размеренной жизнью.

Конечно, из розово-мечтательного возраста она выросла, вот только одурманенное сердце никак не хотело признавать, что с Высоким фейри ей ничего не светит. Максимум, что она от него получит – пару незабываемых ночей. А потом будет всю оставшуюся жизнь лелеять эти воспоминания глубоко внутри. И останется навсегда одна. Ведь ни один смертный не сможет превзойти фейри.

Но что-то подсказывало, что стоит только Аэду намекнуть и она забудет обо всех предосторожностях и шагнет навстречу. И пусть потом сотню раз пожалеет, но как говорил в её мире кто-то известный и умный: «Лучше сделать и пожалеть, чем не сделать и жалеть об этом всю оставшуюся жизнь». Женская гордость в этом вопросе её совершенно не интересовала. Потому что такому мужчине хочется и нужно подчиняться безоговорочно.

Вот так, витая в околофилософских рассуждениях, госпожа Гримхолл и провела все два дня, которые Ллойд Аспен высчитывал последствия ритуала переливания силы. Ведика не представляла, где библиотекарь найдет источник такой огромной силы, но верила, что у него есть какой-то план. Иначе он не стал бы даже заикаться о возможности проведения ритуала.

Во время вынужденного ожидания Веда часто наблюдала за Альдой и Ави. И приходила к выводу, что с самого начала была не права в её отношении. Да, эта женщина без спроса влезла в её уютный мир, стала наводить тут свои порядки, прибрала к рукам Ллойда и Авагду. Последний даже в своем фейрийском состоянии много времени проводил с матерью своей человеческой сущности, позволял гладить и обнимать себя.

Веде открылась другая сторона этой маленькой, но отважной женщины. Она часами наблюдала, как Альда готовит завтраки и обеды, весело перебрасываясь колкостями с Сэном. Её глаза, когда она сервировала тарелку для Ави, светились просто всепоглощающей любовью. А как она преображалась, когда Ави-мальчик подсаживался к ней под бок и слушал сказку!

В чем же её отвага? В том, что она не побоялась вот так вот влезть в чужой дом и жизнь только ради своего сына, который теперь наполовину и не является им. Но даже если бы его там осталась одна восьмая, она сравняла бы Ведин домик с землей, не пусти её Ллойд внутрь. Веда теперь отчетливо понимала это и даже была благодарна Аспену. Авагду не найдет себе лучшего защитника и советчика, чем эта женщина. Аэд ошибся, когда решил, что только Веда сможет подготовить его к долгой жизни в смертном теле.

Ведику немного раздражало то, что её дом превратился в проходной двор, и посторонняя женщина стала в нем хозяйкой, но она и понимала, что такая тяга к всеобщему контролю и заботе, всего лишь натура Альды. Она не была интриганкой или обманщицей, наоборот, мать Ави была открыта всем и каждому, стремилась для всех стать «мамой» и поделиться теплом.  А некоторая наглость легко объяснялась её низким происхождением, где такое поведение являлось нормой.

Именно это открытие натолкнуло Ведику на поступок, который она в другое время иначе, чем умопомешательством не назвала бы. И в котором она не призналась никому, кроме Сэна. Она поехала в Атису и написала завещание, оставив его душеприказчику. В завещании госпожа Гримхолл отдавала,  в случае своей безвременной кончины, все свое имущество, за исключением нескольких пунктов, Ллойду Аспену и Альде Аладу. Но только в том случае, если они заключат брак.

Сэн этот поступок никак не прокомментировал, только улыбнулся и подмигнул. Веда решила, что он одобрил её решение и успокоилась. Не пропадать же добру, если она не переживет ритуал? А так хоть пользу принесет хорошим людям.

Ллойд выполз из кабинета на третий день, когда за окном уже сгустились черничные осенние сумерки и все сидели в гостиной перед камином. Он был сильно помят, а под глазами залегли густые тени, ясно говорящие о бессонных ночах. Все эти дни он даже почти не ел, Альда приносила на кухню едва тронутые тарелки.

- Господа, у меня для вас две новости. Плохая и очень плохая. С какой начать? – мрачно попытался пошутить он, яростно растирая лицо руками, чтобы прогнать сонливость.

- Давай с самой плохой. – кисло попросил Авагду. Он упорно не одобрял идею Аспена о переливании силы и открыто это демонстрировал.

- По моим подсчетам боль от ритуала будет невыносимой, но выжить Ведика сможет. – он говорил, не смотря на девушку. Ему было стыдно? Да вряд ли, скорее они оба понимали, что другого выхода просто нет и жертвовать чем-то все равно придется. А не смотрел, потому что уже перевел её в разряд подопытных пациентов и отключил любые эмоции, связанные с ней. Чтобы не ошибиться в самый ответственный момент, чтобы не дрогнула рука.

- Чудненько. – усмехнулась девушка, ничуть не задетая поведением друга. Она его понимала и не хотела усугублять еще больше тяжесть на его сердце ненужными придирками. – А вторая новость?

- Открыть портал ты не сможешь. Не хватит времени и умения. Если перенестись нужно будет на большое расстояние, то ты просто выбросишь силу в никуда, рассеяв её. – охотно ответил он, присаживаясь за столик и с благодарной улыбкой принимая у Альды тарелку, полную мяса и жареной картошки. Работа окончена, теперь можно и подкрепиться.

- И что тогда делать? – растерялась Веда. Она настолько привыкла, что Ллойд всегда все занет и может решить любые проблемы, что признание несостоятельности первоначального плана выбило её из колеи.

- Придется подключить Авагду. – невнятно ответил Магистр, тщательно разжевывая жареное мясо.

- Но я же говорил… - начал было Ави, но был остановлен властным жестом библиотекаря.

- Не перебивай. – сверкнул он глазами на мальчишку. – От тебя потребуется только ткнуть пальцем в место, где можно выйти на Межу.

- Свихнулся? – от удивления фейри даже выронил вилку, которой до этого ковырял тортик на блюдечке. – Она человек! Если её поймают на Меже, она уже не сможет вернуться. Это, во-первых. А, во-вторых, она там просто заблудится. Чтобы ходить по Меже, нужны годы тренировок и огромная сила. Сэн вот, например, не может там путешествовать. – объяснил он свое возмущение.

Сэн согласно кивнул головой и перевел взгляд на хитрого библиотекаря, уминавшего ужин за обе щеки.

- Ага. Силу я достану, причем нам удастся сохранить большую часть, не уничтожив её даром Веды. А проводником на Меже будет метка Аэда, она не даст сбиться с пути.

- Открыть проход может только Высокий. – опять возразил Авагду.

- Вот ты и откроешь. Завтра Самайн, а значит грань между мирами истончится. Тебе нужно будет только указать место выхода на Межу, а Веда, накачанная силой сможет пройти. На Меже ее никто не тронет, не думаю, что у твоих соплеменников хватит смелости обидеть собственность княжича.

Ведика сидела молча, слушая пикировку друзей. Её немного царапнуло звание собственности рыжего фейри, но она отбросила эту мысль, как ненужную. Метка есть? Есть. Тогда против правды не попрешь, она действительно его собственность. Но настораживал один нюанс.

- Мы кое-что не учли. – глухо проговорила она, смотря в огонь. И в нем ей чудились золотые глаза, смотрящие с нежностью и страстью. Наваждение какое-то. – Ну, найду я его, выйду к тому месту, где он находится. А дальше что? Если его кто-то похитил, то он уж точно позаботился, чтобы Аэд не смог сам уйти. Может он ранен или еще что… - она боялась продолжать мысль, потому что воображение уже рисовало картину истерзанного тела.

- Я это предусмотрел. С собой возьмешь одну хорошую настоечку, она даже мертвого поднимет. – тепло улыбнулся Ллойд. – ну сил прибавит, это уж точно. Только сама не пей, сердце может не выдержать после ритуала еще и такую нагрузку.

- То есть я Огнегривого подлатаю, а сама ему балластом на шею повисну? – уточнила девушка.

Магистр Аспен только развел руками, как бы говоря, что тут он бессилен.

- Дам тебе какое-нибудь средство, чтобы совсем трупом не валялась. Но на большее не рассчитывай. Что-то сильное прикончит тебя на месте. Будем надеяться, что не все так печально и княжич, набравшись сил, тебя не бросит.

Такой исход сумасшедшей авантюры даже не приходил в голову Ведики. А что если и правда, бросит и уйдет? И сама себе тут же ответила: пусть так. Главное, спасти его. И дело даже не в том, что рыжий стал бесконечно дорог её сердцу. Вернее, не только в этом. Просто, если они не спасут его, то начнется война. Ничего не сделать для спасения единственного шанса на мирный исход и потом корить себя в смерти невинных людей? Так поступить Веда просто не могла.

- Смотрю, все согласны? – обвел всех покрасневшими от недосыпа глазами Ллойд. – Тогда идем по кроваткам, а завтра начнем ритуал. – поставил он точку во всех сомнениях.

Осталось дождаться завтрашнего дня.

- ... А к нам сюда возвращается не так уж много героев.

- Большинство героев вообще никуда не возвращаются.

Энн Маккефри "Майор запаса"

- У тебя руки-крюки! А еще Высокий! – зло шипел Ллойд на Авагду на следующий день. Мальчик старательно выводил мелом на полу расчищенной от мебели гостиной какой-то сложный рисунок, но Магистр считал его усердие недостаточным. И совсем его не беспокоило, что этот самый мальчик еще и Высокий фейри.

До обеда все бегали по каким-то неведомым делам, избегая Ведику. В воздухе витало неприятное чувство вины и обреченности. А Веда, наоборот, истерично хихикала про себя.

«Как к похоронам готовятся» - веселилась она, в душе понимая, что так оно и есть. Подсчеты подсчетами, но непредвиденные факторы никто не отменял. Есть огромная вероятность, что, даже найдя фейри и напоив его настойкой, придающей силы, она просто упадет замертво от истощения и боли. Если не свалится раньше, так и не дойдя до цели.

После обеда к ним присоединился Авагду и работа по подготовке ритуала закипела. Ллойд носился с каким-то огромным свитком, постоянно сверяя с ним рисунок на полу. Мужчина заметно нервничал и старался скрыть это, постоянно срываясь на фейри.

Ави же, понимая причину такой придирчивости, старался держать себя в руках, но фейрийская гордость иногда поднимала голову и в адрес библиотекаря летели гневные взгляды и отборная ругань.

Альда морщилась от слов, вылетавших из уст сына, но молчала, в бешенном темпе накручивая пельмени на кухне. Для чего она их запасала, Веда не знала, но мрачный юмор подсказывал, что так женщина готовится к поминкам. Её так и подмывало посоветовать еще и киселя сварить, но она не знала, принят ли в таком случае этот напиток на Эвире. Как-то не доводилось ей еще напрямую связываться с похоронными обрядами.

Только Сэн не скрывал своих эмоций и бродил по дому тусклой пушистой тенью. Его глаза были полны непролитых слез, а маленький носик постоянно всхлипывал. Веде очень хотелось обнять и утешить домового, но она понимала, что тем самым разорвет плотину и её затопит водопадом слез. А это сейчас было бы не к месту.

К вечеру обстановка накалилась и любое неосторожное слово или действие могло привести к взрыву. Девушка уселась на крыльце и старалась не попадаться на глаза печальным друзьям. Ей казалось, что стоит только намекнуть, что она передумала, и Ллойд сразу же свернет ритуал.

На улице пахло прелыми листьями. Этот запах прочно закрепился у нее в голове с обликом рыжего Высокого и сейчас вселял в душу уверенность в успешном исходе авантюры. Веда вспоминала вечер, когда они с Сэном жгли костер во дворе. И на душе становилось легко, сомнения и страх ушли, оставив решительность и светлую грусть.

- Пойдем, нужно тебя подготовить. – Мрачно позвал ее Ллойд, и Веда пошла за ним с удивительно легким сердцем.

Её попросили вымыться, для чего натащили воды в огромную бадью. Скрепя сердце и стараясь не поддаваться панике и воспоминаниям, Веда залезла в ванну и послушно выполнила задание.

Альда принесла маленькую баночку из темного стекла с какой-то травяной мазью, которую нужно было втереть в кожу. Мазь была маслянистой, жирной, и совершенно не впитывалась в кожу. Было не очень приятно, но Веда терпела, понимая, что все это не просто так.

Облачилась в мешковатый балахон, напоминающий больничную ночнушку из родного мира, которая тут же прилипла к телу, создавая еще больший дискомфорт.

Наконец, Ллойд проводил её в гостиную и поставил в один из трех кругов, нарисованных на полу. Пока Магистр готовился, Ведика осмотрелась в изменившемся до неузнаваемости помещении.

Исчезла вся мебель, ковер, даже шторы с окон сняли. Из пержней обстановки остался только камин, но с него открутили решетку. Наверное, потому что она была железной, а это могло помешать ритуалу.

На дощатом полу были вычерчены три круга, перекрывающие краями друг друга. По их окружности и в местах пересечений густо расположились меловые знаки и символы. Для Веды, совершенно незнакомой с символикой, они выглядели странными закорючками. Еще в каждом круге стояло по свече, которые кто-то уже зажег, и лежало по веточке омелы.

Ллойд положил какой-то предмет в соседний с Вединым круг, а сам встал в оставшийся третий. При ближайшем рассмотрении предметом оказался абсолютно ровный шарообразный камень, красивого сиреневого цвета. Больше всего он напоминал цельный кусок аметиста, с мелкими золотыми искорками внутри, которые просвечивали через толщу камня и ритмично пульсировали.

Теперь в комнате остались только Ведика, Ллойд и камень. Остальные вышли, бросая на девушку тоскливые взгляды, а Сэн опять начал всхлипывать. Хотелось всех утешить и приободрить, но ей и самой было страшно. Поэтому Веда только с трудом сглотнула вставший в горле ком и отвела глаза.

- Стой ровно и не шевелись. – попросил Ллойд чужим, таким холодным голосом. – Даже когда начнется боль.

Веда смогла только кивнуть, тяжело вздохнув и мысленно попросив терпения. У кого просила и сама не поняла, но перед мысленным взором вспыхнули змеиные глаза фейрийского княжича.

А потом началась боль. Нет, не так. Началась БОЛЬ!

Ллойд завел какие-то песнопения на незнакомом языке. Его глаза были закрыты, голова запрокинута назад, а руки распахнуты в стороны. И с каждым словом в теле девушки нарастало невыносимое напряжение, будто что-то распирало изнутри. Последнее, что она успела заметить, был светящийся сиреневый камень, протянувший золотистые лучи в её сторону.

Сначала начало выкручивать суставы на руках и ногах. Больно, но вполне терпимо. Затем жаркой волной прокатилась судорога, скрутившая предплечья и ноги, а потом жар дошел и до позвоночника, выгибая стройное тело дугой. Рот распахнулся в немом крике, ногти впились в ладони, но Веда стояла ровно, боясь даже дышать. Все её существо сосредоточилось только на одной мысли: «Стой!».

Когда боль начала атаковать голову, её мечтой было провалиться в беспамятство, но она понимала, что в таком случае упадет на пол и ритуал не получится. Оставалось царапать ладони и терпеть.

Ей казалось, что в сосуды насыпали битого стекла и маленькие осколочки, царапая и разрывая тонкие стенки, бегут по венам. Когда они доберутся до сердца, оно не выдержит и разорвется. Не смотря на все усилия и попытки молчать, звериный скулеж все же вырывался через плотно сжатые зубы.

- Думай об  Аэде. Вспоминай его во всех подробностях. – донесся откуда-то издалека голос Аспена. И Ведика начала вспоминать.

Длинные огненные волосы, заплетенные в сложную косу с кокетливым хвостиком на конце, золотые глаза с вертикальными змеиными зрачками, тонкие музыкальные пальцы и чарующий голос. Но главное – запах. Аромат осени, ветра и дождя, мокрой земли и прелых листьев. И даже боль, казалось, отступила под силой воспоминаний.

Что-то кольнуло в сердце. «Наверное, стекло» - заторможено подумала Веда и посмотрела слезящимися глазами на своё плечо, выглядывающее из глубокого выреза балахона. На бледной коже ожогом проступал кленовый лист, от которого по коже уже тонко струилась кровь. Метка! Ритуал работает! У неё получилось удержать и направить силу!

От радости она чуть не упала, на секунду потеряв контроль над измученным телом. Но справилась, развернула гордо плечи и открыла глаза, смотря на вошедшего Авагду.

В её кругу бесновался ветер, трепал её балахон, путал волосы. Рядом на четвереньках тяжело дышал Ллойд, периодически натужно кашляя и выплевывая алые сгустки крови прямо на пол. А камень потускнел, покрылся трещинами – он отдал всю силу, заключенную в нем. «Если выживу, надо спросить Ллойда, откуда он взял такой аккумулятор» - отстраненно подумала Веда.

Белобрысый мальчишка со взрослыми нечеловеческими глазами подошел к стене, игнорируя живописную группу в центре комнаты. Он слепо ощупывал стену, скользя по ней кончиками пальцев, и что-то шептал. Наконец он остановился, с болью посмотрел на только ему ведомое место и шепнул: «Здесь», но Веда его расслышала и подошла ближе. Как только она покинула круг, держать тело прямо стало гораздо сложнее, будто ветер поддерживал её, не давая упасть. Камень рассыпался в песок с тихим шелестом. А Ллойд без сознания упал на измазанные мелом и кровью доски.

Первым порывом было броситься на помощь другу. Но здравая мысль отрезвила: «Я ни чем не помогу. И тогда потеряю шанс помочь еще и Аэду. Нужно выбрать. И выбрать верно»

Веда подошла к стене, как во сне. Ей казалось, что от её метки, жгущей кожу, протянулась тонкая струна, которая тихо звенела в напряжении и тянула ее за собой прямо в стену. Не задумываясь, что делает, девушка положила руку на указанное ранее Авагду место и почувствовала, что рука проваливается. Всего шаг, и она будет рядом с невыносимым рыжим фейри, укравшим её сердце. Но в последний момент кто-то дернул её за руку и вложил ремень от рюкзака. На благодарность не было ни сил, ни желания, поэтому она просто шагнула, не оглядываясь и ни о чем не думая, кроме как о цели пути.

Сам выход на межу напоминал прорыв пленки мыльного пузыря. Вот радужная поверхность натянулась, легко пружиня, и совсем неощутимо напряглась. А в следующий миг лопнула, и мир заполнился щебетом птиц, солнечным светом, одуряющим ароматом спелых яблок. Здесь всегда царил день и вечное лето.

Веда, стискивая зубы, от всё еще гуляющей по телу боли, и стараясь не упасть, от накатывающей слабости, упрямо шагала по лесной тропке. Лес, а вернее березовый перелесок, искрился всеми оттенками изумруда. Приветливо улыбалось солнышко в прорехи между листьями, но почему-то совершенно не грело. Наоборот, становилось все холоднее, и девушка зябко обняла себя за плечи.

Только сейчас она вспомнила про сумку, которую так и тащила за собой по тропе. Останавливаться и рыться в содержимом, было бы глупостью – она бы рухнула от усталости на месте, поэтому Ведика подтянула сумку и открыла, прямо на ходу изучая припасы.

Заботливая Альда положила в опасное путешествие все необходимое: смену одежды, обувь, хлеб и сыр, завернутые в полотняную салфетку, пару яблок и флягу с водой. Во внутреннем кармашке нашлась восстанавливающая настойка, помеченная кленовым листочком. Значит она для Аэда. А вот маленький пузырек с рубиновыми капельками, наверное, для неё. Но сейчас она его пить не станет, силы еще есть. Выпьет, когда совсем припечет.

Хлебнула воды, показавшейся вдвойне сладкой и прохладной, и пошла упрямо дальше. Перелесок сменялся полянками, небольшими лужайками, а потом из-за небольшого холма вынырнул звонкий ручеек. Струна, натянутая от фейри к человеческому сердцу, запела звонче и Веда послушно пошла вдоль ручья.

На Меже нет времени и расстояний. Можно всю человеческую жизнь идти прямо и никогда не закончить путь, а солнце может так и не сесть. А бывает, что идешь-идешь, вроде бы день вокруг, а еще шаг – и уже сумерки и поют ночные птицы.

Веда потеряла счет времени, просто шла и шла вперед, смотря под ноги и изредка отпивая из фляги пару глотков. Был соблазн умыться и хлебнуть водички из ручья, но она вовремя вспомнила про легенду о фейрийской воде.

Говорят, что тот кто выпьет из источника на Меже, никогда не найдет дорогу в тварный мир, но и не станет частью Волшебной страны, оставшись на Меже на века, без дома, без родины, без смысла… Стало страшно. Если она застрянет тут, то некому будет помочь её рыжему фейри.

За свой долгий, почти бесконечный путь, Веда постоянно, тысячу раз, прокручивала в голове все минутки, связанные с Аэдом Огнегривым, боясь, что как только она перестанет о нем думать, струна оборвется, и она потеряет направление. Эти мысли дали свои плоды. Она уже без внутреннего протеста называла рыжего своим, совершенно не понимая, как она могла жить без него все эти годы. Плюсом таких размышлений стало то, что она догадалась о втором имени Аэда. Она была полностью уверена, что он – Осенняя буря. Надо бы спросить, когда они встретятся…

А еще сердце наполнял животный страх, когда она думала о том, что будет делать, когда княжич забудет о ней. А ведь он точно забудет, как только отпадет потребность в человечке с необычными способностями.

В таких противоречивых думах она и дошла до незаметной издалека резной дверки. Дверка эта стояла прямо посреди тропинки, не опираясь на стены или другие строения. Просто висела в воздухе, преграждая путь и притягивая внимание. Без тени сомнения Веда толкнула узорчатую створку и вновь почувствовала пленку мыльного пузыря.

А когда та лопнула, сумка с глухим стуком упала на каменный пол, потому что девушке пришлось зажать рот руками, чтобы не закричать.

Картина, открывшаяся ей после перехода, ужасала своей неправильностью. На холодном каменном полу сидел мужчина, его руки были подняты над головой и закреплены массивными металлическими браслетами, вмурованными в стену. Ничего больше разглядеть не удалось, потому что голова было безвольно опущена, а грязные, потускневшие огненные волосы разметались, укрывая пологом и его и большую часть пола. Это выглядело так дико, так не правильно, что Веда смогла только глухо всхлипнуть и упасть на колени, так и не сделав ни одного шага.

Тот, кто любит, должен разделять участь того, кого любит.

М.Булгаков «Мастер и Маргарита».

Сколько она так просидела, ей было неизвестно. Ноги затекли и холод каменных стен впитался под кожу. Прямо у её лица пролегла трещинка в полу, лежало пару сухих травинок и небольшой слой песка. Каждую песчинку она разглядела с маниакальным интересом. Ведика боялась поднять глаза и вновь увидеть страшную картину. Её заполнила детская уверенность, что если ты чего-то не видишь, то этого просто нет. И было до ужаса страшно убеждаться в обратном.

Нужно было собраться, достать из сумки настойку, напоить Аэда… Но у неё просто не было на это сил. А еще вернулась боль. Она накатывала волнами и скручивала внутренности, выбивала слезы, которые капали в трещинку на полу и мочили песчинки, делая их темнее.

Из коматозного состояния её вывел звук шагов. Кто-то подошел совсем близко и присел рядом на корточки. Веда видела только массивные сапоги из грубой черной кожи, украшенные бляшками.

- А это что тут за птичка у нас? – раздался над ухом мужской голос. Хриплый настолько, что девушка невольно захотела откашляться. Она по инерции подняла голову на голос и столкнулась с ничего не выражающим взглядом голубых, почти прозрачных глаз. На вид ему было где-то сорок, заросшие щетиной щеки, рваный шрам над бровью, рассекающий лоб. Типичный вояка, каких она видела десятки на улицах столицы. Обычно такие люди были стражниками или конвойными. Что он делает здесь?

- Ты кто? – просто спросил он.

- Веда. – также ответила она.

- Ясно. Пойдем, Веда. Этому ты уже не поможешь. – и он кивнул на тело у стены, так и не изменившее положение за все прошедшее время. «Не помогу? Это значит…» И она банально упала в обморок, обвиснув на вовремя подставленных руках воина.

Очнулась Ведика в каком-то зале, с очень высокими потолками, отделанном в красно-золотых тонах. Она сразу вспомнила, что заставило её потерять  сознание. На душе было горько и сердце терзала тупая боль, но мозг отказывался верить. Ведь Авагду почувствовал бы, и Сэн тоже, да и сама она потеряла бы связь через метку, если бы он… Даже про себя ей было тяжело произнести слово «умер».

Тем временем мозг методично отмечал детали окружающей обстановки. Зал был пуст, за исключением двух кресел с высокими спинками, стоявших почти посередине. В одном из них сидела она сама, а другое пока пустовало. Напротив – дверь, окованная красивыми золотыми завитками и полосами. На стенах, обитых шелком, не было ни картин, ни каких-то других украшений. Просто ало-золотая гамма ковра, стен и даже тех самых кресел. И больше ничего.

Как только Вед собралась встать, дверь открылась и  в комнату вошел человек. Его она узнала сразу. Верховный жрец Храма был очень высок и худощав, его морщинистая кожа было туго натянута на кости, и складывалось впечатление, что у него вообще нет мышц. Только скелет и кожа. Черные глаза цепко осматривали девушку, вынуждая ежиться и нервничать под тяжелым взглядом.

- Добрый вечер, госпожа Гримхолл. – вежливо улыбнулся он. А Веде почудился в этой улыбке волчий оскал.

- Здравствуйте, преподобный. – она, как положено, склонила голову и поднесла раскрытую ладонь к сердцу, приветствуя духовного лидера страны.

- Думаю, что вы догадываетесь, почему оказались здесь. – продолжал улыбаться он, намеренно говоря ласковым, убеждающим тоном. «Как с душевно-больной» - подумала Веда. И это отрезвило разум, ушедший в коматозное состояние.

- К сожалению, нет.

- Неужели?! – деланно возмутился он  и всплеснул руками-веточками. Его узловатые пальцы быстро пробежали по золотым пуговицам алого церемонного одеяния. И как она сразу не догадалась, кому принадлежат покои в такой психоделической гамме. – А я думал, что вы пришли за государственным преступником.

- Что, простите? – поперхнулась воздухом Веда. Это Огнегривый-то – государственный преступник? Они тут все из ума выжили?

- Вы меня слышали. Тот фейри, что вы видели по прибытии сюда – преступник. По его приказу фейри Неблагого Двора совершали жуткие вещи. Убивали ни в чем не повинных людей, насиловали женщин, детей. – эта змея продолжала нести чушь, гадко улыбаясь. У Веды не укладывалось в голове, что все это действительно происходит с ней.

Она начинала понимать, что Верховный Жрец знает, кто на самом деле стоит за всеми преступлениями, но ему выгодно обвинить Аэда. Вот только зачем? Чтобы развязать войну? Разве он не понимает, что это уничтожит не только Волшебную Страну, но и человеческие земли?

- Вы умная девушка, Ведика. Или Вероника? Как вам больше нравится? – вопрос был риторическим, но Веда отметила для себя, что Жрец как-то слишком уж осведомлен. Её настоящее имя знали единицы и достать документы с его упоминанием было почти нереально. – Вы должны понимать, что фейри не место среди людей. Они противоречат Божьему Закону одним своим существованием. Не зря они ушли из вашего мира в наш. Но этой заразе скоро придет конец!

- Вы понимаете, к чему это может привести? – сама не узнавая своего голоса, сипло спросила девушка.

- Вы о том, что фейри связаны с душой нашего мира? – хохотнул он. – Это чушь, милочка. Бог – душа мира. Он создал Эвир и людей по своему образу и подобию, а фейри – захватчики.

- Ваш Бог дал им тут место! – выплюнула она, желая доказать этому человеку, что он слеп. Но как? Он все равно не услышит даже самых рациональных доводов.

- Чушь. – повторил он. Веде жутко хотелось стереть с костистого лица самодовольную улыбочку, даже ладони чесались.

- Что вы собираетесь делать?

- Тебе это знать не нужно. – улыбка пропала. А девушка так надеялась, что упивающийся своей значимостью Жрец поведется и выложит план на тарелочке. – Лучше ответь мне на один вопрос. Ты ведь уже знакома с Даниилом?

- Пару раз видела. – ответила она, начиная кое-что подозревать.

- Я хочу предложить тебе выгодную сделку. Ты поможешь своим даром нам в этой войне, а мы оставим тебя в покое после победы. Никаких гонений, никто не назовет тебя ведьмой… - вкрадчиво начал он, но Веда, не выдержав, расхохоталась.

- У Даниила нет такого же дара, как у меня, несмотря на то, что он пришел из моего мира. – поняла она. – Но и я вам помогать не стану, потому что не будет никакой победы, и никакого «после». Ваш мир полетит ко всем чертям! И на здоровье! – не сдержала она прорывающуюся истерику. Нужно было промолчать или соврать, что поможет, но это было выше её возможностей. Даже тупая боль, сейчас свернувшаяся клубком у сердца, улеглась. Жаль, она не узнала, при чем тут этот Даниил.

- Что ж… я предполагал такой ответ. Может ты еще передумаешь. – он не спрашивал, он утверждал. И уверенность в его голосе навевала страх.

По щелчку пальцев в зал вошли трое воинов в плащах Храма. Они, не церемонясь, подхватили Ведику и потащили обратно.

Теперь она смогла разглядеть, что вели её по каменному коридору, уходящему по наклонной вниз. В тюрьму? Скорее всего, Жрец решил поморить её голодом для сговорчивости. Ей с трудом удалось сдержать хохот, потому что вспомнилось пленение в Замке-на-Холме. Там её тоже морили голодом и жаждой, но она справилась. Значит и сейчас… Вот только рыжий глюк не явится на помощь…

Мысли оборвались и улетели стайкой вспугнутых воробьев, когда открылась тяжелая дверь, и Веда поняла, в КАКУЮ камеру её привели. Стражи давно ушли, уже стихли шаги их грубых сапог, а она все боялась поднять глаза и увидеть у стены истерзанное тело Аэда. Жрец оказался поистине жесток, оставив её тут. Сколько она выдержит рядом с тем, что осталось от прекрасного фейри? Как скоро будет согласна на все, лишь бы не видеть, не чувствовать?

- Может, все-таки подойдешь? – громом среди ясного неба раздался еле слышный хриплый шепот, и Ведика сама не поняла, как в секунду преодолела расстояние до стены.

Она взяла его лицо в ладони и, не веря, вглядывалась в золотые глаза, старалась охватить взглядом каждую родную черточку. Жив! ЖИВ!

- Да живой я. Пока… - губы потрескались и пересохли, поэтому он почти не шевелил ими. Ведике пришлось наклониться к самому лицу фейри, чтобы расслышать.

Холод новой волной сковал сердце. Сумки не было там, где она её уронила. Хотя и не стоило надеяться. Наверняка, стражник, нашедший её здесь, забрал сумку для проверки. Настойка, дающая силы, пропала. Вместе с одеждой и провиантом. Как-то сразу стало неуютно в балахоне, совершенно голой.

Она упала на колени рядом с фейри и с отчаяньем заглянула в его глаза. Он улыбался, тепло и радостно. Чему он радовался, чудной? Им не выбраться отсюда живыми.

- Я все потеряла. – сокрушенно прошептала она ему.

- Но жизнь-то осталась? Значит не все. – еще шире улыбнулся он. Губа лопнула и по подбородку потекла тонкая струйка алой крови.

Ведика не знала, что точно имел ввиду рыжий, но окрыленная внезапной идеей, протянула руку и коснулась металлических браслетов. Как она и предполагала, те были зачарованы и от легкого прикосновения распались половинками, высвободив измученного фейри.

Она осторожно положила его голову себе на плечо, подперев тяжелое ослабевшее тело и смело приставила к его губам собственное запястье.

- Или из шеи удобнее? Прости, но кружки тут нет, придется прямо так. – вяло пошутила она, чувствуя, как во рту все пересыхает от волнения.

Аэд только пристально взглянул на неё, как бы спрашивая, уверена ли она в своем решении. Веда согласно кивнула и отвела глаза. Не важно, этого хотел от неё хитрый Огнегривый, или просто так сказал про жизнь. Сейчас она была готова отдать ему всю свою кровь, лишь бы он выжил и остановил эту нелепую войну.

Мгновение ничего не происходило, а потом Веда почувствовала резкую боль в запястье, дернулась, но тонкие пальцы держали на удивление крепко. Через секунду боль сменилась приятным теплом и легким потягиванием. Сознание постепенно уплывало в туманную дымку, видимо, измученный организм отказывался дальше воспринимать действительность.

Ведика отстраненно радовалась, что из её крови еще не успела уйти вся накачанная артефактом магия. Это должно было дать дополнительные силы мужчине, сейчас жадно припавшему к её руке.

Она не успела заметить, как тепло от кисти переползло выше, спустилось к сердцу и ниже, и замерло пушистым уютным комочком внизу живота. Ощущение было знакомым, но было немного неуместным, и девушка распахнула глаза.

Оказывается, за время своего донорства, она успела сползти головой на колени к фейри, а тот, наоборот, набравшись сил, выпрямился и довольно смотрел на неё сверху вниз. Их укрывал шатер огненных прядей, которые искрили от полученной силы, и Веде очень хотелось зарыться в них пальцами и не отпускать.

Аэд осторожно протянул руку к её лицу, будто боясь спугнуть, и легко касаясь кончиками пальцев, обвел линию бровей, сбежал по скуле к губам, погладил, обласкал шею и ключицу. Веда смотрела на него, не отрываясь, боясь спугнуть такой зыбкий момент наслаждения. Несмело потянулась навстречу.

Это не был поцелуй, как таковой. Они оба жадно скользили губами по лицам друг друга, запоминая каждую черточку, каждую морщинку. Горячие губы фейри нежно поцеловали глаза девушки, пересчитали каждую ресничку.

Шквал эмоций переполнил Ведику и она глухо застонала. Этот стон стал спусковым крючком, запустившим безудержную страсть, сжигавшую обоих изнутри. Нежность исчезла, оставив после себя щемящее чувство в душе. Они оба пили друг друга и не могли утолить жажду, сливались воедино, стремились раствориться друг в друге.

Исчезло чувство неправильности происходящего. И что тут неправильно? Каменный грязный пол? Ну и пусть. Не важно, ничего не важно. Кроме его кожи и крепких рук, горячего языка, скользящего по телу. Нет ничего, кроме них двоих.

Они танцевали древний танец тел, подаваясь навстречу друг другу и отстраняясь, чтобы снова встретиться. Веда изгибалась в руках фейри, кричала и стонала от переполнявшего наслаждения. Мужчина двигался в ней быстро, забыв об осторожности, впиваясь пальцами в мягкие бедра, а она в ответ принимала его, подаваясь на встречу.

Веда была права, что после рыжего она не сможет смотреть ни на одного мужчину, потому что этот фейри стер из её памяти всех предыдущих и всех будущих.

Все закончилось также быстро, как и началось. Напряжение было сброшено и пришло чувство неловкости. Ведика растерянно пыталась собрать разорванный ворот балахона, но это было бессмысленно, тряпочка окончательно потеряла и без того непрезентабельный вид. На все еще масляную от мази кожу налипла пыль и песок, размазалась, легла потеками. И такая чушка надеялась на любовь фейри? Даже стыдно стало за подобные мысли.

Аэд, напротив, выглядел спокойным, непоколебимым. Его лицо закаменело, скрыв под маской все эмоции и это особенно огорчило. Несмотря на понимание и безысходность своих чувств, она так надеялась, что стала хоть на полшага ближе к этому непостижимому существу.

- Нужно выбираться отсюда. – спокойно сказал мужчина, будто ничего и не произошло здесь пять минут назад. – И, спасибо за силу, она очень кстати.

«Вот и все, девочка.» - мысленно успокаивала себя Ведика, - «Получила, что хотела? Теперь расслабься и забудь. А если выберешься живой из этого ада, будешь тешить себя в старости воспоминаниями». Осталось только кивнуть, принимая благодарность, сделать моську кирпичом и шагать вслед за полуголым Аэдом. И ни взглядом, ни словом, ни жестом, не показать бури эмоций, снедающих душу.

— А где вы успели нажить себе так много врагов?

— Для этого не надо быть гением. Делай свое дело, говори правду, не подхалимствуй — и этого вполне достаточно, чтобы любая шавка облаяла тебя из-под каждого забора.

© Валентин Пикуль "Честь имею"

Удивительно, но за дверью никого не было. Ни охранников, ни стражей Храма в алых плащах. Позже Веда поняла, почему Аэд пропустил её вперед в дверях. Это был не джентльменский порыв, отнюдь. Просто на входе висели охранные чары, а девушка, даже не заметив их, прошла и сняла магическое воздействие.

Они шли по каменному коридору вверх. Мимо проплывали абсолютно одинаковые двери камер, но из-за них не доносилось ни звука, и было не ясно, есть там кто-то или они пустуют. Пахло сыростью и тленом. Наверное, так и должно пахнуть в тюрьме. Света было мало, только редкие пятна чадящих дешевых факелов, и девушка постоянно смотрела под ноги, боясь оступиться в полумраке.

- Почему ты сразу не перенесешь нас? – спросила Веда. Интерес был не праздным, она ужасно устала, тело, все еще помнящее о страшной боли, ломало и выкручивало, мышцы налились свинцом. Еще немного и она упадет от истощения прямо на пол. К тому же еды она не видела уже почти сутки и желудок подводило от голода.

- Потому что сил, отданных тобой, недостаточно. Лучше поберечь их на случай, если придется защищаться. – сурово ответил фейри, недовольно покосившись на неё.

- А куда делись твои собственные? Я не заметила каких-то серьезных ран. – не отставала Веда. Ей просто нужно было слышать родной голос, чтобы оставаться в сознании.

- Ран и не было. Они просто высосали магию кандалами, которые ты так изящно сломала. – раздраженно бросил он. Его что-то заметно беспокоило, и отвлекающая человечка была сейчас лишней. А еще бесило, что он – княжич Неблагого Двора – теперь должен жизнь обычной человеческой девчонке. Хотя, она ведь тоже должна была ему. Значит квиты? Только вот сама она об этом, похоже, даже не задумывается.

- Но зачем? – Веда действительно не понимала. Смысл лишать силы одного из сильнейших фейри, при этом оставлять его в живых? Или они хотели расправиться с ним позже? А может, планировали шантажировать Вортигерна?

- Глупая. Из-за тебя. – просто констатировал он, невольно втягиваясь в беседу и успокаиваясь. – Жрец хотел моим жалким видом воздействовать на тебя.

- Ты знаешь, что это был Верховный Жрец?! – удивилась Ведика. – Он предлагал, чтобы я помогла им в войне с фейри.

- Я в курсе. Даже кандалы не смогут высосать магию из меня, не убив при этом физическое тело. Я и есть магия. – усмехнулся рыжий, но Веда не увидела, так как шла сзади.

- Как они вообще смогли тебя поймать? – возмутилась она.

- Тебе знать не обязательно. – опять разозлился он. Надолго повисла тишина, нарушаемая только шаркающими шагами девушки. Сам Огнегривый двигался совершенно бесшумно.

Ну, не мог он признаться ей, что попался по глупости. Сам сдал себя в руки врага, понадеявшись, что отец быстро разберется в ситуации и вытащит его. Просто не предвидел, что Храмовникам был необходим именно он, для шантажа обычной человечки. Смешно будет рассказывать все это отцу.

Вот только даже Вортигерн не узнает, что сдался он из-за неё. Мерзкий Жрец сказал, что её уже поймали, в усадьбе Златомудрых. И только от него зависит, убьют госпожу Гримхолл или оставят в живых. Он знал, что она поехала туда. Лично незаметно проводил до ворот усадьбы.

И он покорно сам надел на себя жгучие железные кандалы, лишь бы уберечь её. То, что Жрец солгал, он понял позже, когда почувствовал радость Сэна от встречи с девчонкой. А кандалы закрыли его от всех, кто мог бы почувствовать, где его держат. Только она смогла найти. Слабая, без магии, но смогла. И чувства благодарности и нежности боролись в нем с оскорбленным самолюбием.

- А тебе не кажется странным отсутствие людей вокруг? – не могла угомониться Веда.

- Не кажется. Здесь на всех дверях магические охранки, так что надобности в страже нет. – он на секунду замолчал и будто принюхался. -  Но что-то мне подсказывает, что мы уже не одни. – фейри весь подобрался, как перед прыжком. – Встань за мной и не двигайся.

Ведика послушно спряталась за широкую спину, даже осторожно прижалась лбом к лопаткам мужчины, боясь лишний раз вздохнуть. Рыжий что-то колдовал, Веда чувствовала магию, выстраивающую вокруг них кокон, и не шевелилась, боясь неаккуратным движением уничтожить плетение.

Из-за угла быстрым шагом вышли трое мужчин. Впереди шел стражник, нашедший её в камере после перехода с Межи. Его лицо было нахмурено и решительно. Наверное, кто-то заметил, что заклинания охраны на камере исчезли и этот маленький отряд отправился на проверку.

С замиранием сердца Веда смотрела, как мужчины промаршировали мимо, даже не повернув головы в сторону парочки, укрывшейся в тенях у стены. Шаги стихли за следующим поворотом, и только тогда девушка почувствовала, что фейри расслабился.

- Можно двигаться дальше. Только очень быстро, они скоро вернуться. – бросил через плечо Аэд и подавая пример заторопился вперед. Веда, собрав оставшиеся силы, бросилась следом. Она не сомневалась, что если отстанет, фейри за ней возвращаться не будет.

К сожалению, она так и не смогла увидеть, как они выбрались, потому что потеряла сознание на середине пути. Истощение дало о себе знать, и измученный организм просто отключился. Ведика даже не успела испугаться, что останется одна посреди коридора тюрьмы – когда фейри, почувствовавший неладное, подхватил её у самого пола, она уже была в глубоком обмороке.

Ведика с трудом разлепила тяжелые веки. В глаза будто насыпали песка, все мышцы ныли, как после кросса, а во рту пересохло. Она осторожно, боясь лишний раз шевельнуть головой, повернулась. Прямо перед ней было окно, плотно занавешенное темно-коричневыми шторами. Ткань была старой, с потрепанной бахромой по краю и полуистершимся печатным рисунком. Таких штор она видела десятки, в дешевых гостиницах маленьких городков. Как она тут оказалась?

В памяти медленно всплывали ужасы тюрьмы в Храме, костлявое лицо Верховного Жреца и жаркие объятия рыжего фейри. Щеки предательски загорелись, когда перед мысленным взором пронеслись откровенные картины. Следующие события остались отрывками, прятки от стражников в коридоре, её вопросы Аэду, а потом темнота.

Значит не бросил? Вытащил? Или она у храмовников? Последний вопрос вызвал неконтролируемую панику, отчего девушка подпрыгнула на кровати и рывком села. Голова тут же закружилась и Веда с болезненным стоном упала обратно.

Сильная рука обхватила её за плечи и губ коснулись края чашки. Простая вода показалась живительным эликсиром. Даже хватило сил снова открыть глаза и посмотреть на обеспокоенное лицо рыжего фейри, а потом опять навалилось беспамятство. Но уже не такое глухое и мрачное – знакомое лицо успокоило расшалившиеся нервы.

Второй раз повезло больше. Веда чувствовала себя отдохнувшей, тело перестало выкручивать, а голова больше не кружилась. Противные шторы были раздвинуты, и комнату заливал тусклый серый свет из давно немытого окна. Было слышно, как по жестяному подоконнику стучат капли дождя. Сэн когда-то говорил, что осенью погода сильно зависит от настроения Огнегривого. Интересно, этот грустный дождь – его рук дело?

Рядом раздался вздох, и Веда повернула голову. Аэд дремал в кресле у её постели, откинув голову на спинку и сложив руки на подлокотниках. Его лицо расслабилось, и Ведика залюбовалась совершенными чертами. Зная, что все фейри очень чуткие, она боялась спугнуть эту идиллию неловким движением, и лежала, затаив дыхание.

Час прошел или пятнадцать минут, девушка потеряла счет времени, лаская взглядом губы, скулы, обнаженную шею, так доверчиво открытую. Но вот веки дрогнули и в миндалевидных глазах зажглись два ярких золотых солнышка. Она улыбнулась, открыто и приветливо, и княжич не смог не ответить.

- Как себя чувствуешь? – хриплым ото сна голосом спросил он, не меняя положения тела, только наклонив голову набок, будто к чему-то прислушиваясь. Тембр его голоса запустил жаркую волну по телу девушки, пальчики судорожно сжали тонкое одеяло, а дыхание сбилось.

- Хорошо, очень есть хочется. – смутилась Веда. – Спасибо.

- За что? – искренне удивился Аэд.

- За то, что не оставил там. – зябко поежилась она, вспомнив сырой запах подземелья. Аэд в ответ громко расхохотался.

- Я должен тебе жизнь, смертная. – все еще задорно улыбаясь ответил он, но заметив, как помрачнело лицо Веды, серьезно добавил: - Но я бы не бросил тебя там в любом случае.

Девушка благодарно кивнула, чувствуя, как иррациональное счастье затопило сердце и едва не выплескивается из ушей.

- А где мы? – спросила она, чтобы отвлечься от волнующих эмоций.

- В Тивре. Это городок к северу от столицы. – и, предугадывая поток вопросов, продолжил, не дав Веде и рта открыть. – Пришлось вычерпать резерв и перенестись по Серым Тропам.

Веда почувствовала, как её глаза вылезают из орбит. Серые Тропы были легендой, впрочем, как и все, связанное с загадочными жителями Волшебной Страны. По ним могли ходить только фейри, мгновенно переносясь из одной точки пространства в другую, не выходя на Межу. Но и сил они требовали очень много, потому что находились в тончайшей прослойке между реальностями, даже Межа была более материальна, чем Тропы.

- А почему не через Межу? – все-таки не справилась она с любопытством. – Ведь столько сил пришлось потратить!

- Потому что выйди я из Тварного мира, как меня тот час бы почувствовали сородичи. А я полностью уверен, что среди подданных Неблагого Двора завелся предатель. Мне пока нельзя светится, именно по этой причине я до сих пор не позвал никого из своих и вообще никому не давал знать, что выбрался. – объяснил рыжий.

Веда задумчиво теребила край одеяла.

- Почему ты думаешь, что это кто-то из ваших?

- Потому что только Неблагий мог знать, кто из Высоких желает Забвения. И сводил их с Даниилом. Тот пудрил мозги, забирал дар и поил фейри наркотиками.

А про себя, Аэд еще добавил: «Только наш мог знать, что человеческая девчонка мне дорога. Кто-то следил, отмечал мои промахи и поблажки ей. Найду – выпотрошу гада!»

Веда же молча смотрела, как сжимаются сильные руки на подлокотниках кресла, как крошится хрупкое дерево, опадая на крашеные доски пола мелкой щепой. Ей было немного стыдно, что именно её соотечественник оказался таким подлецом.

- Ты смог узнать что-то конкретное? – серьезно спросила она. Но фейри неопределенно качнул головой, отчего яркие рыжие пряди свесились на глаза, и порывисто встал.

- Тебе нужно поесть и привести себя в порядок. Служанка скоро придет. – сказал он, направляясь к двери. – Расскажу все позже.

Ведике ничего не оставалось, как кивнуть в ответ.

Молодая девушка в застиранном передничке принесла кувшин с водой, полотенце и простое темно-серое платье. Она помогла Веде умыться, стереть с тела пыль и грязь, и переодеться в чистое. Обедала Ведика в одиночестве, задумчиво посматривая в окно и прокручивая в голове минувшие события. Аэд сказал, что теперь должен ей жизнь. Но и она была в долгу у него. Смешно. Быть в долгу у осени – что может быть безнадежнее и глупее. Но она, получается, смогла отдать долг? Они квиты? Ох, уж эти фейри. Можно голову сломать, пытаясь высчитать кто кому и что должен и сколько раз кому спас жизнь. Стоит заметить, что по объективным подсчетам, фейри все же лидировал, но напоминать ему об этом Веда не собиралась.

И как же связан Даниил и Жрец? Они такие полярно разные, из разных миров, с разными приоритетами в жизни и целями тоже. Жрец мечтает уничтожить фейри и сделать веру в Белого Бога главенствующей. Чего добивается соотечественник девушка понять не могла, не хватало информации. Но что-то же есть у них общего, что заставило их объединиться?

- Тяга к власти. – ответил Аэд на невысказанный вопрос. Он вошел в комнату неслышно, мягко ступая по полу. Веда завистливо вздохнула, под её весом в старой гостинице скрипела каждая доска.

- Что ты имеешь ввиду? – она старательно вытирала пальцы салфеткой, не смотря на мужчину. Иногда он слишком верно угадывал её мысли, и она на всех основаниях полагала, что их чтение - вполне доступный ему дар.

- Даниил попал в этот мир случайно. Его никто не вызывал и не переносил. Такое бывает, хоть и редко. – пояснил он. – Как он встретился со Жрецом, я не знаю. Но результатом встречи стал договор на крови, по которому Жрец не мешал парню растить свое личное могущество, а тот в обмен помогал преподобному избавиться от фейри.

- Но зачем?! – всплеснула руками Веда. Она упорно не желала понимать, почему нормальный (с виду) человек может желать смерти целому народу и при этом отказываться верить, что это повлечет за собой уничтожение всего мира.

- Мы отнимаем у него паству. – усмехнулся он, но видя непонимание на лице девушки, продолжил. – Очень многие люди, видя героев легенд и сказок воочию, теряют веру в Белого Бога, потому что его, в отличие от нас, не видел ещё ни один человек. А так как наши контакты с людьми очень часты, то и паства Верховного сильно редеет. А это умаляет его политический вес, а вместе с ним и влияние на короля.

- Хм… Неужели, только ради этого стоит изничтожить целый народ?

- Иногда я поражаюсь твоей наивности. Для человечки ты уже не в том возрасте, чтобы верить в непогрешимость и альтруизм людей. – гаденькая ухмылочка исказила прекрасное лицо рыжего. Но Веда не обратила внимания на открытую провокацию. Да, она уже не девочка, а почти тридцатилетняя тетя, но все же… Ведика искренне верила в то, что пока существует хоть один человек, верящий в добро, мир будет стоять твердо.

- Ладно, что ты собираешься делать? – твердо спросила она.

- Для начала нам нужно добраться до столицы.

- Зачем?

- Там змеиное гнездо, которое мне бы хотелось выжечь дотла. Осень скоро кончится, нужно поторопиться.  – в золотых глазах мелькнуло зарево осенних костров.

- Как? Мы не сможем ни в чем обвинить Верховного Жреца! – Веда пропустила последнюю фразу мимо ушей.

- Мы – нет. Зато Вортигерна послушает король. – он уселся на край кровати, а потом закинул руки за голову и развалился на ней в полный рост.

- Но ты же сам сказал, что не хочешь светиться.

- Нам всего лишь нужно попасть к тебе в дом. Все остальное сделает Авагду. – фейри прикрыл глаза и по его губам зазмеилась удовлетворенная улыбка.

- Чудесно. Мой дом сначала стал приютом для беженцев, а теперь еще и ставкой главнокомандующего. – тихо пробормотала про себя девушка.

- Давай лучше поспим. – потянулся он на постели, как сытый кот. Огромный рыжий котяра!

- Спи. Только в своей комнате. – сурово сдвинула брови Веда, отворачиваясь. Её нервировало совершенное тело напротив, которое так соблазнительно демонстрировало свои достоинства.

- Это и есть моя комната. – ласково прошептал он, молниеносно оказавшись за спиной.

Веда замерла испуганной ланью, всем телом чувствуя фейри. А он, будто матерый хищник, играющий с добычей, подбирался все ближе. Его горячая кожа ощущалась сквозь тонкую ткань платья. Руки  с музыкальными длинными пальцами играли свою мелодию – левая нежно отвела волосы с шеи, правая легла на живот.

- Ты против? – хриплый шепот обжег чувствительное ушко.

- Нет. – не задумываясь ответила она и с головой ушла в блаженство, щедро даруемое его руками. Ответом стал щелчок пальцами и платье просто исчезло, будто оно никогда и не существовало.

Настойчивая рука сползла с шеи по оголенному плечу, направилась к груди, её сменили горячие сухие губы. Вторая наглая конечность отправилась в путешествие вниз. Ведика дышала через раз, забывая, как это делается. Она просто стояла на подгибающихся ногах и превращалась в один огромный оголенный нерв.

К обнаженной коже сзади прижалось такое же совершенно голое тело, в воздухе витал сладкий аромат осени, с чуть горьковатыми нотками дыма. Голова кружилась и очень хотелось повернуться, но Аэд не позволил, уверенно сжав упругое полушарие груди. Его пальцы мягко играли с напрягшимися сосками, то лаская их, то легко пощипывая.

- С-с-сладкая. – прошипел фейри, прокладывая дорожку из поцелуев по плечу и шее.

Вторая рука в это время дошла до самого чувствительного места и кончиками пальцев пробежалась по увлажнившимся складочкам. Будто крылья бабочки, они порхали, возбуждая до того предела, когда в глазах темнеет, а дыхание вырывается через стон.

- Да, я должен с-с-слышать, как с-сс-сильно ты этого хочеш-ш-шь. – шептал искуситель, так и не давая повернуться. Веда отчетливо ощущала поясницей его желание и боролась с собой, чтобы не прогнуться и не показать ему свою готовность. Почему-то ей было важно не подчиниться ему в этот раз.

Она ловко просунула одну руку между ними, упершись костяшками пальцев в живот мужчины. Он вздрогнул от неожиданности и прохлады пальчиков, скользнувших вниз и начавших ласкать его достоинство.

- Ш-шалиш-шь? – полувыдохнул он.

В ответ Веда потерлась о него попкой, с удовлетворением услышав как участилось его дыхание. Руки Аэда уже не касались нежно, они прижимали с силой, мяли и немного потягивали, выражая страсть, владеющую фейри.

Наконец Веде удалось извернуться и оказаться лицом к лицу со своим мучителем. Она, не спуская с него внимательных глаз, взяла его за руку и повела за собой к креслу. Сама села на постель, напротив.

Пришлось вспомнить все приемы из небогатой сексуальной жизни, чтобы красиво сесть и, изящно разведя ножки в стороны, начать ласкать себя. Иногда она бросала взгляд на Аэда, с торжеством отмечая полыхающие желанием золотые глаза.

Фейри не выдержал долго, сорвавшись с кресла и подхватив девушку на руки, опустился вместе с ней на кровать. Еще щелчок пальцев и длинные рыжие волосы сами заплелись в косу.

В этот раз не было торопливости. Была страсть, но не грубая, животная, а тягучая, как лава вулкана. Волны удовольствия уносили их, мягко покачивая, пока мир не потерял краски, исчезнув в пелене наслаждения. А потом все просто перестало существовать. Все, кроме двух тел, сплетенных в единое целое.

... даже то, что кажется очевидным, не всегда оказывается правдой, если тому нет адекватных доказательств.

© Ричард Матесон "Я - легенда"

В гостиничном номере царил приятный полумрак. Золотые солнечные зайчики весело прыгали в тонкой полоске света, пробивавшейся через неплотно задернутые шторы, кружили вальс с пылинками. На смятой постели лежали двое – темноволосая девушка спала, свернувшись уютным клубком, а мужчина с длинными рыжими волосами, подперев голову рукой, грустно разглядывал её из-под полуопущенных ресниц.

Аэд был откровенно растерян. В его неизмеримо долгой жизни было много женщин, всех возрастов и различной внешности. Но только сейчас он чувствовал странное единение с этой маленькой человечкой.

Она была для него чем-то новым. Не боялась спорить, иногда даже дерзить. Была смелой и открытой всему миру. Настоящей. Для фейри такое поведение было в новинку, ведь все кто был до неё, готовы были отдать жизнь за минуты проведенные с княжичем Неблагого Двора. Фейри всегда были привлекательны для женщин. Во все времена, в любом из миров.

А эта была не такой. Он прекрасно видел, что в начале их знакомства, ей было на него плевать. Нет, интерес был, но другого рода. Скорее она была заинтригована загадкой, которую он для неё представлял. Потом уже появились чувства, но не то желание обладать, которым светились глаза других женщин! Веда скрывала их даже сама от себя. Она сама хотела принадлежать ему, не прося ничего взамен, не ожидая от него ответных чувств. И именно это привело его в тупик.

Он просто не знал как быть дальше. Она стала дорога ему, но назвать это любовью… К сожалению, тысячелетний рыжий фейри не знал, что такое любовь. Или думал, что не знает…

Ведика сонно потянулась всем телом, бесстыдно демонстрируя обнаженное тело. В темно-карих глазах плескалось удовлетворение и шальная радость. Аэд молча любовался своей человечкой и не знал, как начать неприятный разговор.

- Доброе утро. – ясно улыбнулась она. Удивительно, но Веда не искала никакого чувства в золотых глазах Огнегривого! Она не волновалась, не смущалась и не выискивала одобрения, или наоборот, недовольства в лице любовника.

- Доброе. – растерянно ответил он, так и не найдя ответов на свои вопросы.

- Какие у нас планы на сегодня? – она встала и непринужденно, на цыпочках, плавно покачивая округлыми бедрами, прошла к креслу за одеждой. Аэд отметил, что она опять поступила не как все – выбрала не его рубашку, а накинула на голые плечи платье, принесенное служанкой накануне.

- Мне нужно будет кое с кем встретится, а ты в это время замаскируешься и пройдешься по магазинам. Нужны некоторые специфические ингредиенты для зелья. – посерьезнел фейри.

- Какое зелье? – спросила Веда. Ей куда больше хотелось  бы узнать о том, с кем собрался увидеться Аэд, но она понимала, что он ей про это вряд ли расскажет.

- С помощью него мы сможем найти Даниила. – рыжий внимательно следил за ней глазами, отмечая каждую эмоцию, каждый взгляд. – В нем сейчас собрано столько разных магических сил, что это не составит труда.

- А потом? – все-таки она задала тот вопрос, которого так ждал Аэд.

- Потом мы устраним проблему с Храмом. И всё. – и опять он жадно следил за её реакцией. Но Веда его разочаровала. Она только пожала плечами и направилась в ванную.

Обескураженный фейри так и остался лежать на постели, смотря в потолок и загадочно улыбаясь.

Кода девушка вернулась в спальню, там уже никого не было, а на столе стыл завтрак на одну персону и лежал список нужных покупок, рядом с бархатным мешочком. Веда взвесила его на руке, оценив по достоинству щедрость фейри.

Она спокойно, не торопясь позавтракала. Настроение было отличным. Каким-то лениво-умиротворенным даже. А вспоминая прошедшую ночь, девушка лукаво улыбалась и за спиной будто вырастали крылья.

Веде не пришлось особо стараться, чтобы замаскировать себя для выхода в город. Из подручных средств ничего, к сожалению, не было. Пришлось подключить горничную, надеясь, что та не подумает лишнего. У Веды была вполне заурядная внешность, поэтому обошлись серо-голубым платком на волосы и серым платьем. Скромно и не заметно.

Она ушла за покупками, так и не встретив Аэда. Хотела сначала предупредить горничную, чтобы та сообщила мужчине о её уходе, но передумала, посчитав это лишним. Они уже обо всем договорились, зачем его отвлекать?

Тивр был действительно небольшим городком. Всего несколько широких строгих улиц, одна единственная площадь в центре, да несколько кварталов, где дома теснились хаотично, как грибы. Торговые лавки, естественно, находились на площади, туда и пошла Веда.

В просмотренном за завтраком списке были и специфические травы, и некоторые совершенно обычные продукты. Поэтому сначала Веда решила посетить аптекаря.

Аптекарская лавка нашлась сразу. Она была первой в череде маленьких магазинчиков, кольцом опоясывающих главную площадь. Немного мрачное помещение, как ни странно, понравилось девушке. В основном из-за густого травяного запаха, который, казалось, пропитал все вокруг. Этот целебный воздух можно было пить, как лекарственный сироп.

Молодой парень в сером застиранном халате и смешной шапочке вежливо отмерил ей нужное количество вербены, положил в мешочек по веточке бузины и терновника. На вопрос, правильно ли были собраны ингредиенты, аптекарь возмущенно засверкал на неё глазами, и Веда поспешила уйти, чтобы не оскорбить еще больше впечатлительного парня своими вопросами.

Дальше по списку был ювелирный магазин. Там тоже все прошло как по маслу. Приторно-вежливая дама с пальцами, унизанными дорогими кольцами, без лишних вопросов продала ей три небольших камешка яшмы и серебряную ложечку. Такие ложечки на Эвире, как и на родине Веды, дарили детям в честь появления первого зубика.

Потом Ведика пробежалась по продуктовым лавкам, заскочила в магазин готовой одежды, чтобы прикупить кое-что для себя лично и, весело размахивая корзинкой, полной покупок, направилась обратно.

Сначала она подумала, что у неё обострилась мания преследования, и мужчина, следовавший за ней по пятам от лавки аптекаря, просто случайный прохожий. Но все же она свернула в проулок, и прибавила шагу, направляясь в противоположную сторону от гостиницы. Мужчина пошел за ней. А когда за следующим поворотом она сорвалась на бег, он не отставая, последовал её примеру.

Сердце колотилось в пятках от страха, не столько за себя, сколько за рыжего фейри, которого легко могли найти в этом маленьком городишке. Она обернулась на бегу и заметила, блеснувший в развевающихся полах плаща, массивный медальон, такой, какие носили только храмовники.

Они бежали долго, петляя и преодолевая низкие живые изгороди, коими были богаты домики горожан. Веда заметила, что преследователь давно смог бы её догнать, но почему-то не делал этого. Значит, либо он гонит её к засаде, либо думает, что перепуганная девушка выведет его на более крупную рыбку – Аэда Огнегривого.

Добежав до бедных кварталов, Веда решилась на маленькую авантюру. В одном из узких проулков, она сорвала с веревки какую-то темную тряпку и спрятала её за пазуху, пока не увидел, вынырнувший в это время из-за угла храмовник.

На следующей улочке послышались пьяные веселые голоса. Веда припустила туда что есть сил и успела, за минуту до преследователя, заскочить в двери дешевого бара.

Вбежавший в пивную запыхавшийся храмовник оглядел тяжелым взглядом разношерстную публику. Народ веселился, пиво лилось рекой, повсюду мужчины обжимали продажных девок, откровенно предлагавших себя. Его взгляд скользнул по всем представительницам женского пола, но искомой девушки не нашел. Быстрый опрос присутствующих ничего не дал – никто не видел девушку в светлом платке. Тогда он решил, что беглянка свернула куда-то в подворотню, и раздосадовано плюнув прямо на пол, вышел вон, чтобы продолжить поиски в другом месте.

А Веда тем временем устало стащила с волос темную тряпку и довольно грубо оттолкнула от себя выпивоху, которого секунду назад жадно прижимала грудью к стойке. Мужик сначала попытался возмутиться, но потом передумал и переключил свое внимание на более доступных девушек.

Ведика хотела упасть на стул и напиться прямо здесь, вдрызг и до розовых соплей, но понимание, что Аэд еще ничего не знает и может попасть в ловушку, отрезвило её и заставило устало поплестись на выход.

До гостиницы она добралась уже к закату. Приходилось все время прятаться и оглядываться, пробираясь по самым темным закоулкам. Еще несколько раз она проделывала фокус со сменой платка, а один раз даже удалось утянуть темно-синий плащ. Ей было стыдно за присвоенные вещи, но они не стоили жизни её ненаглядного фейри.

Когда она, наконец, поднялась на второй этаж гостиницы и толкнула дверь их номера, меньше всего она ожидала увидеть там совершенно незнакомого мужчину.

- А вот и наша спасительница. Где же вы пропадали так долго, госпожа Гримхолл? – черноволосый мужчина встал и, обаятельно улыбаясь, вышел навстречу застывшей в дверях девушке. Веда, как заколдованная, смотрела в глаза цвета беззвездной ночи и ничего не могла сказать. А незваный гость тем временем галантно склонился к её руке и коснулся прохладными губами запястья.

- Не бойтесь, я не причиню вреда. – прошептал он на самое ухо. А потом уже громче добавил. – Позвольте представиться, Вортигерн, князь Неблагого Двора. – и шутливо поклонился, подметя несуществующей шляпой пол.

Если бы Ведика за этот день не натерпелась страху во время погони, то непременно упала бы в обморок. На неё накатила волна огромного облегчения. Если Вортигерн здесь, то с Аэдом точно все в порядке. Но что он тут забыл? И как нашел? Ведь Огнегривый не сообщал никому где находится. Или это именно с ним он сегодня хотел встретится?

- Смотрю, вы уже познакомились. – в комнату вошел рыжий фейри. Он, не удостоив Веду даже взглядом, подошел к столу, смел с него какие-то бумаги и водрузил на их место огромный закопченный котел. – Ингредиенты купила? – бросил он в сторону, так и не повернув головы.

А Веда только кивнула, криво усмехнувшись. Собственно, этого она и ожидала. Но как бы ни была она готова к пренебрежению со стороны Аэда, сердце от этого меньше болеть не стало. Она быстро справилась с нахлынувшими чувствами и разочарованием, и просто согласно кивнула в ответ на вопрос. Гулкая пустота в душе плавно заполнила все существо, оставив только тупое равнодушие. Гордость подняла было голову, но Веда заглушила её, решив, что сейчас не время и не место.

Рассказ о погоне по городу она посчитала уже не важным, поэтому только внимательно слушала инструкции Вортигерна, касающиеся зелья.

Оказалось, что из всех присутствующих сварить зелье поиска может только Веда. Фейри нельзя было даже прикасаться к составляющим, чтобы не сбить магический фон. Единственное, чем помогли мужчины – развели магический костерок под котлом.

Ведика механически резала, растирала и толкла в ступке травы, отстраненно слушая разговор отца и сына. Когда к ней обращались, она только кивала или пожимала плечами. Большего от неё, видимо, и не ждали.

- Я обсудил с Королем Никреи сложившуюся ситуацию, и он признал мое Право на месть. Убить Верховного Жреца будет самым лучшим выходом, устраивающим нас обоих. Он избавится от надоевшего фанатика, покушающегося на власть, а мы устраним угрозу нашему народу. – речь Вортигерна лилась плавным потоком, как будто он говорил не об убийстве живого человека, а о погоде. Веда поморщилась, но она прекрасно понимала, что другого выхода тут нет и быть не может. В глубине души она и сама желала смерти Верховному.

- Каков план? – Аэд сидел на подоконнике, в излюбленной позе, подогнув одну ногу, и рассеянно перебирал кончик косы.

- Все проще некуда. – ответил ему отец. – Сейчас сварим зелье, а завтра найдем с его помощью этого иномирянина. На самом деле, он представляет самую большую опасность. В нем сейчас собрано столько фейрийских сил, что справиться с ним будет не просто. Но на этот случай у нас есть очаровательный козырь. – девушка почувствовала, что все взгляды устремлены на неё и передернула плечами, не переставая отсчитывать капли виноградного вина, которые в этот момент добавляла в зелье.

- Веда, вы же нам поможете? – вкрадчиво спросил князь.

- А у меня есть выбор? – философски возвела она глаза к потолку.

- Выбор есть всегда. – серьезно ответил Вортигерн.

- Тогда помогу. – согласилась Ведика, считая эти вопросы чистой формальностью. – Что нужно будет делать? Боец из меня никакой, уж извините.

- Ну, что вы! Никто не будет просить вас лезть в самое пекло. Аэд максимально ослабит этого Даниила, а вам лишь останется приложить свои чудесные ручки и уничтожить в нем магию. Он сейчас настолько зависит от силы, что её потеря просто убьет его. – ласково разъяснял план фейри.

Веда отложила длинную ложку, которой помешивала зелье и замерла. План действительно был до гениального прост. Она была согласна, что использовать её анти-дар будет самым лучшим вариантом, но вот то, что от этого умрет человек, её не радовало. Она подспудно считала Даниила земляком, кем-то близким и родным в этом совершенно чужом мире. И убить? Своими руками?

Да, она не видела от этого сумасшедшего мужчины ничего хорошего, но все же ей не хотелось убивать его. Жаль, что другого выхода ей не предоставят.

- А какова ваша роль? – нагло спросила она, смотря прямо в черные глаза. Вортигерн улыбался, но в страшных глазах, впитавших в себя всю тьму этого мира, улыбка не нашла отражения.

- А я возьму на себя Жреца. Этот человечишка слишком задолжал мне. – хищно улыбнулся он в ответ.

- О, да! Вам же не впервой! – желчно ответила Веда. Она не хотела говорить об этом, но как говорится: «Волос долог – ум короток.»

Князь, как ни странно, не разозлился. Лишь заинтересованно наклонил голову набок, показывая, что внимательно слушает. Аэд чему-то задумчиво кивнул и вышел, оставив их наедине.

- Я так полагаю, вы, леди, хотите обсудить увлекательный местный фольклор? – сарказм в его голосе мог отравить целое море.

- Мне всего лишь интересно, что в этих сказках правда. – пожала она плечами, уже сильно пожалев о своей несдержанности. Но Вортигерн вроде не злится, почему бы и не узнать ответ на один из миллиона вопросов, раз уж представился случай.

- Что ж….

Как бы ни хоронили мы свои воспоминания – историю своей жизни не сотрешь.

© Харуки Мураками "Бесцветный Цкуру Тадзаки и годы его странствий"

- Что ж. Эта история, как и любая другая, имеет свое начало. Все в этом мире (и других без исключения) имеет свое начало. Началом фейри стали два Истока. – голосом сказочника начал Вортигерн. -

Из Вечного Хаоса родился Исток Света и Исток Тьмы. И Хаос поставил над ними наместников, ответственных за использование этой Силы. Одного из них звали Вортигерн, что значит «Властелин», а второго Гуинн – белый, чистый. Но нет света без тени и добра без зла.

Гуинн был добродетелен, таков отпечаток Силы, накладываемой на своего хозяина, и он создал себе помощников-фейри, разделив Исток поровну между ними, отмерив им сил столько же, сколько и себе. А потом предложил Вортигерну поступить так же. Но Вортигерн был не так благороден и, последовав совету Гуинна, создал фейри,  но Силы им дал по десятой доле от своей.

Гуинн был до глубины души возмущен такой несправедливостью и, желая всем воздать по заслугам, изводил себя этими мыслями. Постепенно они отравили чистую душу, и он решил отобрать помощников у Вортигерна силой, наделив их частью из своего Источника. Фейри, рожденные из Источника Тьмы, естественно погибли, не вынеся смешения Сил. Так отразилась злая сторона души чистого Гуинна.

А Вортигерн, наоборот, пожалел невинно убитых фейри и переродил их заново. Так отразилась доброта в темном Властелине.

Увидели оба Первых, что произошло и (слава Хаосу!) извлекли урок. Тогда взяли они каждый под свою руку народ фейри и стали именовать себя Князьями, а дворы свои Благим и Неблагим.

Такая история тебя устраивает?

-  Стало не многим понятнее. – пожала плечами Веда. – Но я хотя бы поняла, что никто никого не предавал.

- Фейри, знаешь ли, отличаются от людей не только безбашенным поведением. – шутливо надул губы Вортигерн. – Есть еще одно важное качество, переданное нам Истоками. Мы не можем предать, обмануть, соврать на прямой вопрос.

- Зато недоговаривать вы мастера. – улыбнулась Ведика.

- Этого не отнять. Но именно поэтому мы так привлекательны для людей. Ведь неизведанное и непонятное пугает, но в то же время вызывает желание обладать. Вспомни, ведь в твоем мире была магия.

- Была, наверное. А потом еще была Инквизиция.

- Да, ты уловила суть. – покровительственная улыбка расползлась на губах Князя.

- Но что же получается, вы не братья? – оживилась Веда.

- Нет. Но ты это знала и без меня. Аэд же рассказывал тебе, какие нас связывают отношения. Я «отец» всех Неблагих. Но Аэд ближе, чем остальные, так как я вложил в него и часть себя самого, а не только наделил силой Истока. Поэтому можно назвать его моим сыном.

- Сложно все это… - Веда задумчиво накручивала на палец волосы.

- Не сложнее, чем ваши, человеческие отношения. Просто мы разные. И это стоит уяснить. – строго сказал Князь, смотря в глаза Веды.

Девушка согласно кивнула, а про себя отметила, что последняя фраза была похожа на приказ не тешить себя глупыми надеждами и не забивать голову Огнегривого ненужными чувствами. Хотя, это и вряд ли бы удалось.

Вортигерн ушел за полночь. Зелье было доварено и теперь настаивалось все на том же столике. А с уходом старшего фейри в комнате наступила неловкая тишина.

- Нам надо поговорить? – полуутвердительно спросил фейри.

- Наверное. – пожала плечами Веда, оттирая руки полотенцем от едкого сока полыни. – Если считаешь нужным.

- Считаю. – серьезно кивнул рыжий, опять взобравшийся на подоконник.

- Хорошо, говори. – девушка села в кресло, еще хранящее тепло князя, и посмотрела на мужчину.

- Я должен извинится за то, что произошло в тюрьме. – начал он, но Веда рассмеялась и перебила его.

- За что? За то, что спасла тебе жизнь? Не надо было? – весело спросила она, внутренне ожидая, что княжич сейчас взорвется негодованием от её тона.

- Нет. За то, что не сдержался. Твоя кровь снесла барьеры и я не смог остановится вовремя. Я должен был спросить твоего согласия. – будто и не заметил насмешки Аэд.

- Я была согласна. – серьезно ответила она.

- Хорошо. – он замялся, будто подбирая слова. – И то, что произошло сегодня ночью…

- А вот за это точно извиняться не надо. Мне было хорошо, тебе вроде тоже. Но было и прошло. Забыли. – легко улыбнулась она удивленному фейри.

Аэд пристально смотрел на человечку и действительно не находил слов. Мяться и подбирать выражения не в его стиле, но он очень не хотел обижать девушку. Она все-таки была другой, не такой как все, виденные им до этого. И дело не во внешности или манерах. Дело в душе. Он только сейчас это понял.

Нет, она не была какой-то особенной, если не брать во внимание её редкий дар. Самая обычная усталая от одиночества женщина. Но ему хотелось бы, чтобы именно эта женщина нашла свое счастье. Даже жаль, что он не мог ей его подарить. Она заслужила его.

- Как скажешь. – все-таки согласился он, хоть и заметил тень боли в темно-карих глазах. Если ей так проще, пусть последнее слово будет за ней. – Нужно отдохнуть, завтра сложный день. Ложись спать.

Он встал и собрался выйти. Оставаться рядом с Ведикой не было смысла. Её будет тяготить его присутствие. Но у порога она все же спросила:

- А ты? Разве тебе не нужно ложиться спать? – прозвучало как-то потерянно.

- Я скоро приду. – ответил он через плечо, про себя решив действительно вернуться, но только тогда, когда она заснет. Просто посидеть рядом, охраняя её сон.

Одно дело — поразить копьем тигра, другое — раздавить каблуком жабу: даже на бойне существует своя эстетика.

Роберт Льюис Стивенсон "Уир Гермистон"

Следующий день начался задолго до рассвета и сразу с суматошной беготни.  Несколько раз приходил Вортигерн, появляясь из воздуха прямо посреди комнаты и не особо утруждая себя приличиями. Сначала он застал Веду в чем мать родила в момент переодевания, а потом его взор услаждала торчащая из-под кровати пятая точка девушки, залезшей туда за сапогами. Князь ничего не сказал по поводу пикантного зрелища, но его глаза задорно блеснули, когда Веда попыталась воззвать к его воспитанию и высокому титулу.

Князь с сыном о чем-то коротко переговаривались, что-то рассматривали на разложенной карте и постоянно спорили. Ведика не вмешивалась, споро собирала вещи для поездки в столицу. Ехать было не долго, к вечеру они уже должны были прибыть в город, но стоило подготовиться.

В первую очередь как-то запаковать котел с зельем. Оно должно было настояться как раз к закату, а пока его нельзя было переливать в другую, более удобную для перевозки, тару. Решение нашлось, когда Вортигерн сказал, что привел трех лошадей. Две должны были понести на своих спинах Аэда и Веду, а третья оставалась под поклажу. Хитроумно переплетя ремни переметных сумок, девушка закрепила на спине палевой лошадки котел, предварительно укрыв его прочной холстиной и перевязав веревкой. Выглядело странно, зато надежно. Насколько это возможно при таких условиях.

Следующим шагом стал сбор вещей. Но это было куда проще. Одежды и прочих мелочей было совсем немного – только то, что Веда успела купить в свой единственный поход по магазинам.

Как только первые лучи восходящего солнца позолотили крыши Тивира, фейри и человеческая девушка начали путь. Дорога почти не отложилась в памяти Веды, ей постоянно хотелось спать, и она клевала носом, прикладывалась щекой на  шею лошади. Аэд постоянно одергивал её, но в итоге не выдержал и после короткого привала в обед, пересадил к себе. Пригревшись и доверившись опытному наезднику, Ведика сладко продремала до самой Атисы.

В город они въезжать не стали, по предварительно обсужденному плану, сразу поехали в дом Веды. Солнце уже садилось, и нужно было поторопиться, зелье подействует только, если использовать его в нужное время.

Дом был тих и спокоен, в окнах горел свет и мелькали тени. Её тут никто не ждал. Странно царапнуло сердце непонятной обидой. Домочадцы и не могли знать когда она вернется и вернется ли вообще. Подумать только, они же до сих пор не знают, жива она осталась после ритуала или нет. Но все равно было обидно.

Аэд мягко спрыгнул с лошади, заботливо подхватил неуклюжую девушку и, не выпуская её руки, повел в дом. « Как будто к себе в гости привел» - подумала с горечью Веда. Но что-то подсказывало ей, что этот дом она уже не сможет считать родным, как раньше. Для себя она сразу же решила, что как только закончится эта эпопея с фейри, уедет подальше и купит там себе новый домик.

Из гостиной доносился приятный аромат мятного чая и свежих булочек, и слышались тихие голоса. Рыжий отступил в сторону, приглашая Веду войти первой и она несмело толкнула дверь.

На диванчике уютно устроился Ллойд, попивая вино из пузатого бокала, на его плече лежала голова Альды, удобно устроившейся с чашкой чая и подогнувшей ноги, укрытые пледом. На полу, окруженный очередными свитками и книгами, лежал маленький светловолосый мальчик и, с несвойственным его возрасту, серьезным взглядом, быстро перелистывал страницы толстенного гримуара.  Донесшийся с кухни грохот обозначил местоположение Сэна. Он-то и обнаружил присутствие Веды и её спутника. С криком «Хозяйка!» он бросился ей на руки и начал тереться пушистой щечкой о лицо девушки. Веда умилённо смотрела на бубаха, почесывая его за ухом, и думала, поедет ли он с ней в новый дом или пожелает остаться в этом, привычном?

Все в комнате синхронно повернули головы на голос домового, и на их лицах отразилась искренняя радость. Даже Альда, от которой Веда меньше всего ожидала душевной теплоты, вскочила и бросилась обниматься. Потом отошла, смущенно опустив глаза, и уступила место Ллойду. Он говорил что-то, но Ведика не слышала, упиваясь чувством нужности и того, что она настолько оказалась дорога этим людям.

Последним был Авагду. Он сухо поприветствовал Веду и крепко обнял. А потом так же крепко обхватил, тихо стоявшего в сторонке, Аэда. Не сказав больше ни слова, фейри вернулся к своим книжкам. И что он там вечно читает?

- Давайте оставим все расспросы на потом и перейдем к делу. Время сейчас дорого как никогда. – серьезным тоном остановил Аэд людей и домового, наперебой начавших выспрашивать подробности произошедшего. Ведика бросила взгляд за окно  и мысленно согласилась с фейри – солнце догорало последние свои минуты, нужно было торопиться.

Из ниоткуда появилась старая потрепанная карта Никреи, маленькая метелочка из незнакомого пушистого растения и черная каменная мисочка. Все предметы рыжий расставил на столе и отошел, выжидательно посмотрев на девушку. «Почему он ничего не говорит? Может я должна сама догадаться как это использовать?» - подумала Веда. Она сначала не поняла, что от неё хотят, но уже в следующую секунду побежала во двор за котлом.

Стащить котел с лошади и не расплескать содержимое помог вовремя подоспевший Ллойд. Ему, в отличие от фейри, трогать ценное зелье было можно. Мужчина торжественно водрузил посудину на стол, с краю от карты, и отошел в сторону, пропуская Веду.

Девушка взяла в руки мисочку, посмотрела на фейри. Тот согласно кивнул и ободряюще улыбнулся. Уже более уверенно Веда зачерпнула немного зелья, поставила так же с краю от карты. Потом взяла метелку и хорошенько смочила её в зелье из миски. Кинула опять взгляд в окно, и на последнем луче заката резким движением встряхнула метелку над картой. Темные капли расплескались равномерно по всей поверхности Никреи, но приглядевшись, Ведика заметила, что в районе Главного Храма образовалось самое густое скопление капелек, а одна крупная капля накрыла собой схематичный значок Храма.

- А теперь полетаем! – громко крикнул фейри, стремительно хватая Веду за руку и утягивая  к окну.

Дальше происходило что-то по истине фантастичное. Аэд Огнегривый пропал, а вместо него девушку подхватил шелестящий вихрь осенних листьев. Они, окутывая своим терпким ароматом, закружили вокруг неё, упругой волной поднимая все выше и выше, унося от обеспокоенных лиц Ллойда и Альды и бесшабашно веселого Авагду.

Было страшно, но вместе с тем, из глубины души поднимался всеобъемлющий восторг, от которого хотелось кричать в небо, задрав голову и расставив руки на манер крыльев. И кружиться, кружиться, кружиться…

Полет, к сожалению, закончился довольно быстро и неожиданно. Ведика просто вывалилась из вихря прямо на каменные широкие ступени Храма, но не дав ей удариться, её вовремя поймал материализовавшийся фейри. Она даже не успела как следует испугаться, а уже её держат теплые надежные руки самого дорого на свете существа.

Её очень аккуратно опустили на последнюю ступеньку, будто фарфоровую статуэтку – такую же хрупкую и ценную. На мгновение ей даже показалось, что Аэд не хотел убирать руки с талии, но может это были только игры воображения. Через секунду они просто стояли рядом и смотрели друг другу в глаза.

Фейри чуть склонился вперед и все так же, не отводя золотых глаз, тихо прошептал:

- Ни при каких обстоятельствах не выходи из-за моей спины. Только если я сам не попрошу. – он все же обхватил Веду за плечи и не сильно сжал. – Обещай.

- Хорошо. – согласно кивнула девушка. – Я не собираюсь геройствовать, если ты об этом.

- Мне будет тоскливо, если ты погибнешь. – неожиданно признался он. И Веда поняла, что такое признание для фейри сродни признанию в любви. Ни один из Высоких не терпит тоски и скуки, для них это самое настоящее наказание.

В ответ она легко улыбнулась и первой повернулась к зияющему темнотой входу в Храм. Это массивное строение наводило некую жуть, особенно сейчас, когда уже стемнело, и огни города освещали темные стены блеклыми рыжими языками пламени.

Ведика, с самого своего появления в этом мире, только один раз бывала здесь. И впечатление осталось не самое приятное. Храм напоминал скорее монументальную крепость, способную выдержать многодневную осаду, чем жилище Бога. Особенно угнетали темно-серые камни и узкие, зарешеченные окна.

Они, не таясь, но все же стараясь вести себя максимально тихо, прошли по гулкому коридору, ведущему, как помнила Веда, в основную часть святилища. Никого не было вокруг, не было слышно ни звука, кроме их тихих шагов, но впереди веяло чем-то жутким, потусторонним.

Ведика тяжело сглотнула ком, вставший в горле. Что-то было не так! Здесь не должно было быть такой силы! Даже Даниил не мог излучать настолько жуткие эманации смерти, боли и ужаса. Хотелось убежать, спрятаться и больше никогда не возвращаться сюда. Но теплая рука вовремя обхватила её ладонь, и сердце перестало вырываться из груди.

- Это просто охранный круг. – ободряюще улыбнулся Аэд, чуть сжав ладонь.  – Храмовники ставят его на ночь, так как дверей в Храме по обычаю быть не должно, а ценности здесь хранятся все-таки не маленькие.

Веда шумно выдохнула от облегчения, и только сейчас заметила, что не дышала все это время. Если бы их ждал кто-то с такой ужасающей силой, то они не справились бы даже с помощью всех Высоких вместе взятых.

«А, кстати! Почему рыжий не позвал еще кого-нибудь из подданных на помощь? Вместе было бы проще.» - несвоевременно задумалась девушка. И озвучила шепотом свои сомнения.

- Потому что мы не можем сейчас никому доверять. Нужно убрать опасность, пока есть такая возможность, а обезглавив заговор, можно будет заняться и остальными действующими лицами. – с легким раздражением ответил фейри. То ли его взбесил сам вопрос, то ли сомнение в его силах, для Веды осталось непостижимым. – и помолчи, пожалуйста. Мы все-таки не на прогулке. – упрекнул её Аэд, впрочем совсем уже беззлобно.

Ведика послушно прикусила язык. Что-то она и вправду разболталась, а обстановка не располагает к задушевным беседам. Потом все выспросит. Если, конечно это «потом» наступит.

Коридор закончился и впереди забрезжил свет. Круглый зал с неимоверно высоким потолком, теряющимся в темноте, был освещен несколькими тяжелыми подсвечниками на пять свечей. Было мрачновато и пахло воском. Этот запах Веда недолюбливала еще с детства и сейчас досадливо поморщилась.

Из-за спины Аэда, куда Веда послушно юркнула, как только они вошли в зал, было хорошо видно алтарь в самом центре и склонившихся над ним двух мужчин. Один, как и ожидалось, был Даниилом, а второй – Верховный Жрец. Последний выглядел совсем неважно – кожа еще больше натянулась, балахон болтался на костистых плечах, а под глазами залегли густые тени.

На вошедших никто не обратил внимания и скоро Ведика поняла почему. Мужчины были заняты ритуалом изъятия силы из несчастного фейри, растянутого на алтаре веревками. Последний явно был из Высоких – слишком правильные черты скуластого лица, длинные волосы, сейчас скрученные жгутом, чтобы не мешались, и подавляющая аура силы. Он бился в оковах, как пойманный в капкан зверь, что-то мычал через кляп во рту и смотрел на Аэда с надеждой. Как-то не похоже было, что фейри добровольно расстается с магией.

Рыжий вежливо кашлянул, привлекая к себе внимание. Даниил обернулся мгновенно, а Жрец только скосил глаза, не отрываясь от своего занятия. Видимо ритуал нельзя было прерывать.

- А вот и гости. – спокойно констатировал иномирец, шутливо распростав руки в подобии объятий. – Простите, что не встретили.

- Прекрати ритуал. – прошипел Аэд.

- А если нет, то что? Убьешь меня? – пакостливо улыбнулся наглец. – Не хватит сил. Даже тебе, княжич.

Дальше разговаривать не имело смысла. Аэд одним слитным движением бросился вперед, на ходу извлекая прямо из воздуха тонкий узкий кинжал. Длинная коса взметнулась плетью и хлестнула кончиком уклонившегося Даниила. На его щеке тут же выступила кровь. А фейри уже наносил следующий удар. Рыжая молния сновала вокруг человека, но никак не могла его ужалить, каждый раз отбрасываемая плотным коконом магии.

Неожиданно Веда заметила, что скорость фейри заметно снизилась, замедлился огненный вихрь и через секунды три Аэд просто застыл на месте воинственной скульптурой. Как муха в янтаре. Ведика быстро перевела взгляд на остальных присутствующих и поняла, что время остановилось и для Жреца, и для его жертвы, но только не для Даниила, небрежно перекинувшего рыжую косу через плечо Огнегривого. Человек похлопал снисходительно фейри по плечу и усмехнулся, переведя глаза на девушку. Только он и еще Веда могли двигаться.

Видимо, иномирец воспользовался одной из возможностей отнятых сил, но на Веду фейрийская магия как всегда не подействовала.

Думать о рациональности поступка не было времени и подчиняясь инстинкту Веда сделала быстрый шаг вперед, крепко хватая Даниила за запястье. С ним не происходило никаких видимых изменений, но мужчина не пытался вырваться и начал оседать на пол. Девушка не выпускала руку, пытаясь контролировать дар. Ей не хотелось его убивать, но выхода не было.

- Отпусти. – прохрипел иномирец.

- Не могу. – покачала упрямо головой девушка. – Но есть вариант. Расскажи все самого начала и я обещаю оставить тебе жизнь.

- Глупая. – горько усмехнулся он. – Без магии мне эта жизнь не нужна.

- Почему? Ты не был рожден магом, откуда такая привязанность к силе? – ухватилась за оговорку Веда, стараясь вытянуть мужчину на разговор.

- Я попал сюда не так как ты. Меня убили, но почему-то я не попал в наш хваленый Ад, а очнулся в этом мире на пыльной обочине. Меня тут никто не ждал, никто не объяснил где я и как тут оказался. – все же начал рассказывать он. И Веда с замиранием сердца слушала историю мужчины, которого попытались растоптать и унизить, но он нашел другой выход.

Знание — опасно. Пока люди остаются в неведении, они невинны и добродетельны, но обретения знания влечет за собой соблазны и новые возможности, которые ведут к греху и разрушению.

Айзек Азимов "В начале"

Даниил действительно оказался на Эвире совершенно случайно. Таких казусов почти никогда не происходило, поэтому его никто и не искал. Перемещения между мирами никак не отслеживались, потому что считалось, что переместиться можно только по желанию здешних магов и с очень серьезной подготовкой с их стороны.

Он очнулся на дороге, весь в пыли и с распоротым боком. Последнее, что он помнил перед перемещением, как двое амбалов прижали его в подворотне и резкую боль в левом боку, а потом белый слепящий свет. Он умирал там, лежа в луже собственной крови, перемешивающейся с пылью тракта.

Наверное, можно сказать, что ему повезло. Какой-то сердобольный мужик, везший товар в город на продажу, подобрал его и отвез в лечебницу. Спасти-то его спасли, но Даниил чуть не лишился рассудка, когда понял, что все это не сон.

Лучшим, что пришло ему в голову, было притвориться контуженным. Он мастерски сыграл амнезию, но просчитался. Из лечебницы его сразу забрали в какую-то лабораторию.

И не важно, что магические опыты на людях запрещены во всех государствах Эвира. Он был обычным человеком, без силы и памяти о том, кто он. Можно было попытаться сбежать, но он не знал языка, не имел денег и связей, зато имел ошейник с порядковым номером, по которому его быстро бы нашли. Снять эту прелесть можно было только будучи магом.

Даниил оказался в замкнутом круге. Череда постоянных опытов и издевательств почти отбила волю к свободе и к жизни. Все чаще он задавался вопросом зачем было оставлять ему жизнь, если она стала такой? В своей прошлой жизни он не был добропорядочным человеком. Нет, он был кем угодно – гениальным химиком, бабником, прожигателем жизни, успешным торговцем наркотой в конце концов, но никак не милым и добрым парнем. Может это наказание за грехи? Аналог Ада? Или это и есть Ад?

Спасение пришло неожиданно. Одной из его обязанностей была уборка в библиотеке. Хозяин лаборатории справедливо полагал, что не умеющий читать псих не сможет ничего натворить, а уж тем более что-то украсть. Но Даниил был охотником до знаний, особенно когда других способов отвлечься не существовало. За два года он смог с горем пополам выучить язык и даже стал понемногу читать.

Свиток с ритуалом изъятия силы попал к нему в руки не случайно. Он целенаправленно искал в библиотеке всю информацию о возможности обрести магию и избавиться от ошейника. И способ, наконец, нашелся. Оставалось разыскать фейри, готового отдать свою силу.

Как ни странно и эта часть безумного плана ему удалась. Вместе с ним в лаборатории было еще два человека и, как раз таки, нужный фейри. Убедить, что ему есть что предложить в обмен на вожделенную силу, было делом техники. Так он узнал о Забвении и придумал свой план.

Сажать на наркотики людей у него раньше получалось виртуозно, а фейри в этом смысле от них ничем не отличался. Никакого забытого ритуала он не знал, но, естественно, сообщать об этом своему донору не имело смысла.

Даниилу было даже интересно посмотреть, как повлияет на загадочное существо обычный медицинский амфетамин. Его он, кстати, сварил тайком в злосчастной лаборатории, благо ингредиенты в этом мире были знакомые.

Фейри его не разочаровал – принял пару доз и под воздействием наркотика полностью уверился в том, что это и есть истинное Забвение. Силу он отдал охотно и с радостью. Дальнейшая судьба донора Даниила больше не интересовала и он с легкостью распрощался с этой страницей своей жизни, не испытывая угрызений совести.

Снять ошейник, как и незаметно сбежать из лаборатории получилось на удивление легко. Пара убитых охранников не сильно отягчила его совесть.

Но нужно было решать, что делать дальше, как жить?  Он решил идти по пути наименьшего сопротивления, тем более, что первая победа пьянила голову. Так началась ловля на живца.

Если есть спрос, то всегда будет предложение. Эту истину Даниил знал с пеленок и умело ей пользовался. Его талант химика очень помог и вскоре он смог заполучить достаточно сил, чтобы считаться довольно хорошим магом. Но о еще одной истине он забыл: нужно было воремя остановиться.

Сил становилось все больше, но ему хотелось еще и еще. Незаметно для себя он и сам подсел на наркотик - магию. Именно тогда он и встретил Жреца. Верховный Жрец предложил ему прикрытие, ведь скоро Высокие заподозрили бы неладное – отдавшие силы фейри сходили с ума и начинали творить несвойственные им вещи. А взамен попросил содействия в захвате власти. Эта идея заинтересовала Даниила и он начал сотрудничать с Храмом.

Потом ему встретилась Веда. И с этого момента все пошло наперекосяк. Он сразу понял, что она из его родного мира и сначала хотел просто познакомиться, пообщаться. Но, благодаря своим новым возможностям, понял, что она не так проста. Её дар мог очень помочь в их с Жрецом деле и Даниил решил во что бы то ни стало заполучить девушку себе.

Сначала было похищение, но не имея  в этом опыта, он упустил добычу. Затем они схватили княжича Неблагого Двора, удивительно легко сдавшегося. Но и тут Ведика их обставила. Да еще и не согласилась на их предложение. Конечно, вернуть назад они бы её не смогли, как обещали, но не это было главным. Она даже слушать не захотела! А Даниил бы много отдал, лишь бы вернуться домой. Там ему было лучше. Поэтому и судил по себе.

Остался последний козырь – накопленные силы. Его ошибка была в том, что зная о даре Веды, он не учел, что и сам может стать её жертвой.

- Теперь ты понимаешь? Я в этом мире бесполезен! У меня нет навыков для выживания здесь, я не смогу жить без магии. Она дает мне все необходимое – власть, деньги, могущество. – фанатично говорил Даниил, глядя сверху вниз в расширенные зрачки Ведики. А её терзали противоречивые чувства. Хотелось собственными руками свернуть шею этому гаду, но и врожденный гуманизм тоже никуда не делся. Руки пачкать не хотелось, это точно, но и оставить жить эту мразь Веда не могла.

- Ты заслужил то, что выпало на твою долю. – глухо сказала она и усилием воли выпустила дар на полную мощь.

Мужчина застонал, задергал рукой, все еще крепко сжимаемой женскими пальчиками. Потом как-то по-детски всхлипнул и закатил глаза. На пол упало уже безжизненное тело.

В тот же миг все вокруг пришло в движение. Аэд элегантно завершил свой выпад и, чуть смутившись, посмотрел на девушку.

Жрец тоже начал шептать свой ритуал, но подняв на миг глаза, увидел, что что-то изменилось. Вот его немного затуманенный взгляд обежал зал, споткнулся о труп сообщника и замер на подавленной девушке. Ненависть и бессильная злость отразилась в его глазах всего на секунду, а в следующую он прервал уже бесполезный ритуал и в Веду полетел ритуальный кинжал, уже изрядно запачканный фейрийской кровью.

Рыжая молния мелькнула перед глазами и столкнулась с летящим оружием. Звон стали сопровождался парой ярких искр, а потом два бесполезных осколка просто упали на пол. Аэд начал медленно приближаться к Жрецу, поигрывая своим клинком и сумасшедшее улыбаться.

А Веда огромными глазами смотрела, как позади шепчущего что-то над телом Жреца, соткался из воздуха Вортигерн. На его губах сияла точно такая же широкая улыбка. Резкий взмах руки и алая кровь из разрезанного горла окрасила алтарь и лежащего на нем фейри широким веером. Князь, ничего не сказав, шутливо поклонился и исчез вместе с трупом Верховного. В зале стало пусто. Только фейри на алтаре спокойно дышал – ему больше ничего не грозило. Наверное…

Аэд Огнегривый подошел к привязанному Высокому и начал с ним беседовать на каком-то певучем языке, предварительно вытащив кляп. Его лицо становилось все суровее с каждым словом, слетевшем с разбитых губ пленника. Заиграли желваки, сощурились гневно золотые глаза, а в воздухе запахло грозой. Видимо, предателя больше искать не нужно.

Девушка, седьмым чувством поняв, что сейчас произойдет, резко отвернулась. А за спиной несколько минут раздавался дикий крик, треск молний и мерзкий хлюпающий звук.

Аэд появился перед ней как оживший кошмар. Лицо и руки перепачканы в крови, волосы взъерошены, а одежда стала ярко-алой. В одной руке у него была отрезанная голова предателя, которую он небрежно держал за волосы. Крупные темные капли шлепались на пол, оставляя безобразные следы. И все это в полной тишине наводило такой страх, что колени не просто дрожали, а вообще отказывались повиноваться.

Девушка прекрасно была осведомлена о традиции наказания предателей у фейри и эта жестокость была ей вполне понятна. Но одно дело знать и понимать, и совсем другое – видеть воочию.

Тошнота подкатила к горлу, но собрав всю силу воли Веде удалось сдержаться. «Интересно, он просто крови врага напился или сердце слопал?» - истерично пронеслось в пустой звенящей голове.

- И что? Это все? – устало спросила Веда, из последних сил сдерживая истерику, подступавшую к горлу.

- Все. – просто ответил Аэд и мгновенно переместил Ведику домой, где её ждали переживающие друзья.

- Много у тебя было женщин?

- Достаточно.

- Достаточно для чего?

- Чтобы ты оказалась последней.

© Валиуллин Ринат "Где валяются поцелуи"

Осень как-то резко перетекла в зиму. Долгую и холодную. А самое главное, бесконечно одинокую. Ведика постепенно приходила в себя после пережитых приключений, но в её потускневшем взгляде Сэн все чаще ловил обреченность. Маленький домовой безумно переживал за свою непутевую хозяйку, но не мог ничего изменить. Веда гасла, как огонь на зимнем ветру.

Авагду тоже изменился с наступлением зимы. Он просто перестал быть собой. Сэн быстро успокоил переполошенную мать и отчима, объяснив, что осенние фейри, состоящие в свите княжича, уходят на остальную часть года в Волшебную Страну. И возвращаются с первым днем осени.

Веда, случайно подслушавшая этот разговор, грустно усмехнулась про себя. А она гадала, почему не появляется в её доме больше рыжий насмешник? Хотя, может он и не захотел бы больше приходить, даже будь у него возможность. Горький поцелуй с привкусом полыни и чужой крови на пороге её дома, в ночь убийства Даниила, расставил все точки, четко дав понять, что он был прощальным.

Ллойд и Альда все-таки поженились. Ведика была за них искренне рада, но на свадьбу не пошла, отговорившись неотложным заказом. На самом деле она просто уехала за город и весь день проходила по лесу, бездумно вытаптывая на снегу дорожки. Счастливая пара переехала вместе с Ави, на время ставшим обычным мальчишкой, в съемный домик неподалеку. Но Веда не торопилась заходить в гости, и к себе тоже не приглашала.

С некоторых пор она начала ненавидеть зиму, весну и даже лето. А любимый и родной ранее дом, стал для неё тюрьмой. Она бродила по комнатам и постоянно натыкалась взглядом на пустые подоконники. Сэн только тяжело вздыхал и усердно кормил хозяйку сладкими булочками.

В начале лета Ведика не выдержала и все же уехала. Дом продала, хотела сначала по старой задумке отдать его Ллойду, но тот отказался, сказав, что ей нужны будут деньги на новый. Она не стала спорить, хотя её сбережений вполне хватало на неплохую виллу. Сэн не захотел расставаться с хозяйкой и переехал вместе с ней.

Новое жилище было  с противоположной стороны столицы от старого. Этот домик привлек её огромным садом, с тонкоствольными березами и стройными кленами, которые должны были украсить своими осенними листьями двор и хоть так утешить измученное сердце.

Госпожа Гримхолл все чаще ловила себя на мысли, что каждое утро выглядывает в окно и ждет первых пожелтевших листочков. А еще считает дни до наступления осени. Чтобы отвлечься и не сойти с ума, она решила заняться уютом и дни напролет таскалась по лавкам и магазинчикам, фанатично закупая все от посуды до занавесок и полотенец. Уюта в доме, конечно, прибавилось, но хозяйку не радовало даже это.

А первый осенний день она провела на пороге крыльца, больными глазами смотря в пустоту и крутя в руках первый желтый лист. Чего она ждала, она и сама не понимала. Огнегривый точно не придет, ему это не нужно. Но сердце замирало при каждом шорохе и с надеждой все равно ждало.

Надежда умерла, когда солнце скрылось за верхушками деревьев. Грустный Сэн положил на озябшие плечи хозяйки теплую шаль и увел её в дом, заварив душистый мятный чай. Он ничего не говорил, но было видно, что бубах тоже разочарован.

Стук в дверь не вызвал ничего в душе, кроме глухого раздражения. У неё тут душевная драма, а кому-то не спится. И, сердито стуча пятками о пол, Веда резко распахнула дверь. Хотелось сорвать злость на собственную глупость на случайном визитере, но слова застряли в горле.

На ступенях крыльца стоял рыжий фейри с золотыми змеиными глазами, в которых девушке почудились отголоски её собственной тоски. Его чудесные волосы были неровно обрезаны по лопатки и косыми прядями закрывали часть лица.

- А я тебя нашел. – глухо сказал он и с шальной улыбкой шагнул вперед. – От осени не спрячешься.

Ведика только улыбнулась в ответ и молча отошла, пропуская гостя. Человеческая жизнь коротка, но ей бы хотелось провести все счастливые минуты этой жизни с насмешливым фейри, а не в одиночестве. Пусть хотя бы только осенью. И если он пришел сам, то у неё нет причин не пускать его.

А Сэн огромными глазами проводил довольную парочку в гостиную, налил им чаю и ушел к себе на кухню. Он никак не мог поверить, что его гордый господин добровольно отказался от силы, обрезав волосы, и решился прожить обычную человеческую жизнь своего материального тела. Интересно, знает ли его хозяйка о таком нюансе? Скорее всего нет. Тем приятнее будет сюрприз. Только сам он раскрывать эту тайну ей не будет. « Бывают же чудеса» - довольно прошептал он и исчез, оставив двоих влюбленных наедине.

Конец.

Content

Польская Маргарита У осени в долгу