Radiant

Связанные дружбой

- Ха! Клубничная маска тоже не работает. Повсюду одни вруны. Чтоб я еще раз повелась на рекламу, - бормотала я, разглядывая свое лицо в зеркале.

Лицо как лицо. Симпатичное, я бы сказала. Даже курносость не портит вид. Но эти веснушки! Мягко сказать, задолбали. Я их пытаюсь вывести вот уже восемнадцать лет... Ну, ладно-ладно, чуть меньше - десять.

Когда была маленькой, мне было на них чхать, но, взрослея, понимала, что надо по-быстрому решать эту проблему. И вот уже десятилетие я не сдвинулась ни на шаг. Обидно. Конопушки не только не хотели сводиться, но даже элементарно поблекнуть не изъявляли ни малейшего желания. Чего я только не перепробовала, а толку ноль. Вчера вычитала в интернете новый рецепт маски из клубники. С утра поскакала в супермаркет за ягодками. И что вы думаете? Там их не оказалось! Мне пришлось ехать в недавно открытый в нашем городке торговый центр "Алмаз". Очень подходящее названьице - цены там ого-го! Потратила я все свои кровные, а в результате у меня так и остались эти тысяча семьсот двадцать шесть (наверное, их больше, просто я со счета сбилась) рыжих точек на лице.

У меня веснушки и на плечах есть, но там они бледные, почему-то. Их почти не видно - и то радость.

- Та-а-ак, - зловеще протянула я, - а это у нас что-то новенькое.

Так бы и треснула себе не в бровь, а в глаз. Вернее, в веко, на котором, кажется, появилась еще одна конопушка.

- Ну, ничего, - приговаривала я, нанося коричневые тени толстым слоем, - сейчас я тебя закрашу. Вы мне всю жизнь испортили, сволочи. Однажды я от вас все равно избавлюсь.

Высказать все претензии и угрозы мне не дали стук в дверь и зычный ор брата.

- Майка, вылазь давай. Ты там уже два часа сидишь.

- Минуточку, - прокричала я в ответ.

Осмотрела себя в зеркало. Красивая. Даже с веснушками красивая, а Миха никак не хочет замечать. Эх, пусть и не красивая в его понимании, но уж точно милая. Ведь не стал бы он со мной общаться эти четыре года, если бы не считал меня симпатичной. Миха точно бы не стал. Я его вдоль и поперек изучила за несколько лет нашей дружбы. Только кнопочку "Влюбись в Майю" так и не нашла.

Глупо - скажете вы, узнав, что я влюблена в своего лучшего друга. А я с вами соглашусь. Я глупая, если продолжаю видеться с ним, дружить, иногда обсуждать его очередную пассию. Я иначе не могу. Мне жизнь без Мишки - не жизнь. Не могу заставить себя отдалиться.

Пробовала я быть с ним врозь, да ничего хорошего из этого не вышло. Уехала прошлым летом на море. Провела там две недели. Не звонила, хотя изредка послать смску позволяла себе. А он отправлял сообщения каждый день, спрашивал, почему так редко пишу. Я в ответ врала, мол, связь плохая, и не включала телефон дня по три, чтобы не было соблазна начать переписку.

Когда с моря приехала, через день умотала к бабушке в деревню.

Там такая красота, такая глушь. Ни интернета, ни мобильной связи. Поселок расположен в низине, и, чтобы позвонить с сотового, надо либо лезть на крышу, либо на гору. А обычного домашнего у бабули нет.

Две недели в дали от цивилизации отнюдь не притупили моих безответных чувств к другу, а наоборот - я уже кусала себе локти и лезла на стены от глупости этой авантюры.

Вернувшись в город, первым делом позвонила Михе. Увидев его, такого родного и любимого, не сдержалась, полезла обниматься. В щеку чмокнула и чуть не разревелась от счастья, но кто-то, проходивший мимо, громко заметил, что мы очень красивая пара. Я аж поперхнулась, а Мишка, идиот, заржал. Нет бы, посмотрел на меня повнимательней и наконец понял, что я та, кто ему нужен. Он и посмотрел, но, жаль, увидел во мне лишь друга, тут же начал мне рассказывать, как у них с Леночкой (тогдашней гелфрендой) все хорошо. А я сидела напротив, ела мороженое и улыбалась. Даже не через силу, мне слишком радостно было от свершившейся встречи, чтобы расстраиваться из-за очередной девушки. Они все у него были приходяще-уходящими, а я оставалась на постоянной основе, хоть и в качестве друга. Но лучше так, чем совсем без него.

Кстати, Мишка с Леночкой разбежались на следующий день, как я вернулась домой. На мой вопрос "Что случилось", друг угрюмо сказал, что они не сошлись характером. Я, заметив его нежелание говорить на эту тему, перевела все в шутку.

- Прям как в ЗАГСе. Причина развода - не сошлись характерами, - прогнусавила тогда я.

И Мишка улыбнулся такому, на мой взгляд, глупому поведению подруги.

Дверь в ванную снова подверглась атаке.

- Майка, ну сколько можно?! Сказала минуту, а сама там уже все пятнадцать!

- Не ври, - запротестовала я в ответ, - одиннадцать. Я засекала. Сейчас, только косметику соберу.

Через пять минут я вышла в коридор.

- Матрас, я все, - прокричала я и поспешила скрыться в своей комнате.

За это прозвище можно и затрещину схлопотать. Братец не посмотрит на то, что я уже совершеннолетняя, и постарается воспитать, как он считает нужным. Вообще-то, у него нормальное имя - Тарас. А матрасом я его называю в отместку - а не надо меня майкой называть, скоро панталонами наречет.

От праведного гнева родственника я успела спрятаться. Глянула на часы. Понадеялась, что Миха сегодня добрый.

Из автобуса я буквально вылетела и, не сбавляя скорости, понеслась к "нашему" с Михой месту. Друга я заметила издалека. Он сидел на парапете, склонив голову, и бренькал на своей шестиструнке. Длинные, как всегда растрепанные волосы скрывали глаза голубого цвета. Парень не замечал моего приближения, давая возможность одной влюбленной дурочке полюбоваться на предмет мечтаний. Миха сегодня был одет в белую рубашку. Рукава которой он закатал до локтей. Низ джинсов истерся от частой носки до бахромы, но друг не хотел выбрасывать штаны ни в какую и продолжал носить чуть ли не ежедневно. На ногах обычные черные кроссовки. Рюкзак валялся у Михиных ног.

- Хей, приятель! - решилась я объявить о своем прибытии. - Как жизнь?

Он поднял голову, не переставая перебирать струны. Поглядел на меня, нахмурился.

- Почему так долго?

- Не бухти, зануда, - посоветовала я другу.

Устроила сумку на парапете, на нее белый пиджак, чтобы не замарался. Провела рукой по месту рядом с Михой, проверяя годность насеста.

- В рюкзаке худи. Возьми, подстелешь, - парень следил за моими манипуляциями и решил помочь. - Куда ты так вырядилась?

- Тебя хочу соблазнить.

Я задорно улыбнулась и поиграла бровями, чтоб понял - я пошутила. Хотя, все сказанное было чистой правдой. Светло-бежевое короткое платье и темно-коричневые туфли на высоких каблуках были надеты с одной целью - понравиться Михе. Только результат получился отличным от того, который бы я хотела. Растягивая губы в улыбке, нашарила кофту в рюкзаке друга.

- Она ж белая, - я недоуменно уставилась на парня.

- И?

- Она замарается, Мишка!

Друг прекратил наигрывать у посмотрел на меня как на человека, которому уже никакие психиатры не помогут.

- А ты собралась голой жопой на бетоне сидеть?

- Почему голой? - возмутилась я слабым голосом и непроизвольно начала оттягивать подол стейчевого платья.

- Замараешь - постираешь, - флегматично изрек этот гад и снова забренькал. На этот раз более быструю мелодию.

- Редиска, - прошептала я, но добротой парня воспользовалась.

Чтобы сесть на парапет, пришлось поизображать молодую горную козочку и прыгать. Потому что даже с дополнительными десятью сантиметрами в качестве каблуков, выбранный насест был выше уровня моего мягкого места. Просидев пять минут и не дождавшись от Мишки никаких действий, поинтересовалась:

- Зачем звал?

Мелодия стала тише и плавнее. Парень посмотрел на меня.

- Просто так.

- Ла-а-адно, - осторожно протянула я, - и чем займемся?

- Чем хочешь, - безразлично пожал плечами друг.

"Ох, чем я хочу заняться, ты не захочешь", - с грустью подумала я и отвела глаза. Провела рукой по кофте, на которой сидела, наткнулась на что-то. В кармане оказалась пачка Мальборо Лайт. Машинально вытянула сигарету. Зажигалка нашлась тут же. Прикурила.

- Опять? - гневный вопль над ухом вывел меня из состояния задумчивости.

Миха забрал у меня сигарету. Я проводила курительную трубочку завороженным взглядом. Я ведь даже не поняла, из-за чего поступила так, как поступила. Я некурящая. Пробовала год назад. Опять же из-за Мишки. Он выгонял меня из компании, если там много курили. И я посчитала тогда, что если обзаведусь этой плохой привычкой, то и с другом, соответственно, буду проводить больше времени.

С Мишкой мы поссорились. По крупному. Он накричал на меня. Сетовал на то, что мне еще рожать, а я, Балда Балдеевна, дурью маюсь. Из врожденной упертости я прекращать начатое отказывалась. В итоге с Михой мы не разговаривали две недели. Хотя он сам потом пришел извиняться. Я к тому времени уже не обижалась, так как уже сама планировала просить у парня прощения. А еще через две недели я перестала курить. За месяц не успела втянуться, да и не понравилось мне это занятие. С чего я вдруг сегодня начала? Непонятно.

Миха с каким-то наслаждением затягивался отобранной у меня сигаретой и прожигал меня глазами.

- Чего зенки выпучил? - спросила я. - Зажал сигарету для единственного человека, который тебя терпит.

- Какая же язва, Майка. Кто кого еще терпит? Хочешь? - он протянул мне Мальборо, скуренную наполовину.

Я демонстративно сморщила нос.

- Фу, ты ее обмуслявил, теперь мне пытаешься пихнуть. Знаешь, - задумчиво продолжила я, - если я ее возьму и прикоснусь губами, то значит поцелую тебя.

- А? - не понял Миха.

Я ему стала объяснять. Мол, в школе, мы так говорили: если один человек попил, например, из бутылки, а после него кто-то другой, то получается тот второй поцеловал первого.

Мишка смотрел на меня круглыми глазами, а потом, запрокинув голову, заржал.

- Дурак, - решила я обидеться на друга и отвернулась в противоположную строну.

Там катались скейтеры и роллеры. Я начала наблюдать за трюками, выполняемыми этим веселым народом. Миха тоже катался на агрессивных роликах. Но видела я его только однажды, а все потому, что друг стеснялся от чего-то демонстрировать мне свои способности.

Вот какой-то скейтер неудачно запрыгнул на специально здесь стоящую трубу. Парня стало жалко. Но он бодренько вскочил на ноги, даже не отряхнулся, оглядел доску и внезапно посмотрел в нашу сторону. Глаза отводить было поздно, потому я улыбнулась незадачливому спортсмену. Он махнул мне рукой и, встав на скейборд, покатил в нашу сторону.

- Ты его знаешь? - донеслось из-за моей спины.

Пришлось повернуться к другу. Тот, сощурившись, рассматривал приближающегося парня.

- Нет, не знаю. Сейчас познакомимся, - я бросила взгляд на скейтера, до нас ему оставалось буквально два метра.

- Майя, - хриплым голосом позвал меня Миша.

Я повернулась обратно. Лицо друга оказалось близко. Что потом произошло, стало неожиданностью. Миха! Мой Миха меня поцеловал! Я не успела никак отреагировать, так быстро он отстранился, самодовольно ухмыляясь.

- Вот, блин, - вздохнул кто-то разочарованно сбоку, но мне было плевать.

- Э-э-э? - самое умное, что пришло на ум.

- Парней будешь клеить, когда меня рядом нет, понятно? Я твоей дуэньей не нанимался.

Весь смех из голубых глаз друга испарился в считанные мгновения. Его место заняла злость.

- Слушай, парень, - раздраженно произнесла я, спрыгнув с парапета, - не знаю, что с тобой сегодня произошло, но ты мне не нравишься. У тебя крыша едет, - понесло меня. Обида, накопленная за последние два года из-за невнимания Мишки к моей персоне, вдруг прорвалась наружу. - По-твоему, это смешно? Ты меня позвал. И сидишь песенки на своей балалайке наяриваешь. Что я, по-твоему, должна сидеть рядом, ничего не делая? И зачем так жестко шутить, зачем ты полез целоваться, а? - я перескакивала с одного на другое, хотелось высказаться по каждому поводу, от чего получался сумбур.

Злость клокотала, но я смогла сдержаться и не перейти на крик. Схватила сумку. Пиджак упал. Быстро подобрав его, я поспешила уйти.

- Май! - понеслось мне вслед. - Майюшка! Подожди!

Сзади послышались торопливые шаги. Я попыталась идти быстрее, но все оказалось бесполезным. Сильные руки сомкнулись у меня на животе, не позволяя двигаться дальше.

- Да подожди же ты!

Миха уперся лбом мне в затылок.

- Я не хотел тебя обижать. Шутка не вышла.

- Дурацкая шутка. Дурацкий ты, - тихим голосом начала перечислять претензии я, - и целуешься ты дурацко.

Мишка засмеялся, а быстро заморгала, стараясь загнать откуда не возьмись выступившие слезы. Только позорно разреветься мне не хватало.

Совсем нервы ни к черту. Надо на воды махнуть (или куда там ездят), душевное здоровье поправить. А то стыдно за свое поведение. Хоть и Мишка виноват, но откуда ему, опять же, знать, что в моих воспаленных мозгах творится.

- Майюшка, не дуйся, - залебезил этот гад, а я почувствовала, как кожа на шее покрывается пупырышками от дыхания парня, и передернулась.

Миха, видимо, принял мои телодвижения на свой счет, словно мне неприятна его близость, или я слишком зла, потому так и реагирую. Дурак. Он немедленно меня отпустил, обошел и стал ко мне лицом.

- Май, ты что реально обиделась? Ну, хочешь, я пойду тебе телефон этого шныря возьму? - спросил он усмехаясь.

Я же говорила, что мой друг дурак. Я уже хотела Миху помиловать, то есть простить, но его несколько брезгливая гримаса вывела меня из себя.

- А что, очень не дурная мысль! - посмотрела на парня, как на двоичника, впервые принесшего "пятерку". - Возьми, Мишенька, возьми. А я тебя здесь подожду.

Друг постоял минуту, всматриваясь в мое лицо. Не знаю, что он там пытался найти, но в итоге, скрипнув зубами (хотя может мне почудилось), побрел к тому месту, где мы сидели несколько минут назад. Собрав свои вещи, Миха подошел к тому скейтеру. Парни о чем-то коротко переговорили, Миха, пошарив по карманам, извлек какую-то бумажку и ручку из рюкзака, что-то быстро застрочил.

- Не мог в телефон забить? - недовольно заворчала я. - Теперь каракули еще придется его разбирать.

Я лукавила - почерк Михи, наверное, лучше моего. На душе было тоскливо. Вроде сама согласилась на эту авантюру с номером, но в тоже время расстраивалась, что друг не отказал, что привел свою "угрозу" в действие.

- Держи, - Миша протянул небольшой листочек. - Больше не дуешься?

- Не дуюсь.

Бросила взгляд на скейтера, он беззаботно катался, совершенно забыв о странной паре, то есть о нас.

- Как хоть спортсмена зовут?

Миха хохотнул:

- Да как-то забыл поинтересоваться.

Мы побуравили друг друга глазами, а потом синхронно засмеялись.

- Позвонишь и познакомишься, - успокоил меня парень, немного отсмеявшись. - А теперь пошли отсюда, пока тебе еще какая-нибудь ерунда в голову не стукнула.

- Ах, это мне ерунда в голову стукает? - возмутилась я.

- Да, - спокойно ответил мерзавец, ловко притворяющийся моим другом, - и ты всех окружающих ей заражаешь.

Я аж поперхнулась. Конечно, я была не понаслышке знакома с наглостью Михи, но, признаться к своему стыду, так и не научилась достойно парировать подобные заявления.

- Пошли ко мне. Мама сегодня должна испечь пирог.

Я чуть слышно застонала.

- Уйди искуситель. Мы еще не разобрались у кого в голове ерунда, а у кого мозги!

Мишка картинно закатил глаза.

- Я и так знаю у кого что. Хватит трепаться, пошли ко мне.

Парень свободной рукой поймал меня за запястье и потянул вперед.

- Эй, помедленнее! - запротестовала я. - Каблуки!

Друг подло улыбнулся и ускорил шаг.

До Мишкиного дома мы добрались за пятнадцать минут. Пешком. У меня было чувство, что еще метр и мои ноги отвалятся. Но стоны о моей несчастной судьбе, пославшей мне друга-изверга, прекратились, стоило нам оказаться в лифте. Замкнутое пространство поспособствовало всяким фривольным мыслишкам заполнить мою голову. Усталость в ногах моментально забылась. Мелькнула мысль, что каблуки очень полезная вещь в хозяйстве. Ведь я теперь была почти одного роста с Михой - ему бы не пришлось нагибаться, чтобы меня поцеловать. Но не успела я пожелать, чтобы лифт вдруг застрял, как он (лифт) замедлил свое движение и через несколько секунд, окончательно остановившись, раскрыл створки. Разочарованный вздох мне удалось сдержать.

В квартире Комаровых витали умопомрачительные запахи. На встречу нам выбежал (хотя точнее будет сказать: вылетел) младший брат Миши, шестилетний Костя и тут же закричал во всю мощь своих легких (а они у него ого-го, меня после подобного ора всегда тянет проверить стекла - вдруг треснули).

- Мама, Майка пришла!

- Мелкий, не ори, - Миша демонстративно похлопал по ушам.

Костя в ответ задорно рассмеялся и побежал на кухню, откуда к нам уже спешила Роза.

Роза - Мишина мама. Она просила меня называть ее только по имени. На мои попытки величать ее по имени отчество или тетей Розой обижалась, со временем я привыкла к такому обращению и не чувствовала неловкость как поначалу.

- Привет, Майюшка.

Женщина расцеловала меня в обе щеки.

- Ты совсем к нам не заходишь, - с искренним сожалением посетовала она, мне тут же стало стыдно, и, кажется, даже щеки покраснели. - Ну ладно, ладно. Давайте разувайтесь, мойте руки и за стол. С минуты на минуту должен Витя подойти. А потом ты мне расскажешь, где пропадала.

Роза подмигнула и вернулась на кухню, бросив напоследок, что мои тапочки на прежнем месте. Миха уже скрылся в комнате. В прихожей я осталась одна, но это меня ничуть не беспокоило. Комаровы стали мне настолько близкими людьми, что я чувствовала себя в их квартире, как дома.

Не успела я переобуться, как в прихожую ввалился глава семейства.

- О, какие люди, - Виктор Сергеевич удивился. - Ты где была, пропащая душа?

Честно, я всегда робела в присутствии Мишиного отца.

- Здрасьте, - пролопотала в ответ. - Да я тут...

От дальнейших объяснений, где была моя "пропащая душа" спасло появление друга.

- Что, сын, привел невесту? - гаркнул дядя Витя (так я к нему обращалась).

- Батя, ты чего? - Миха выпучился глаза. - Это ж Майка!

- Я вижу что не трусы, - пробасил отец, хмурясь, - ты, сын, меня за идиота держишь? Думаешь я твою девушку узнать не в состоянии.

Я растерянно переводила взгляд с дяди Вити на Мишу и обратно.

- Мальчики, не ссорьтесь, - послышался голос Розы с кухни. - Давайте все сюда.

Я так и не поняла, что за сцена произошла в прихожей. Но все размышления покинули голову, стоило моему бренному телу оказаться на светлой кухне Комаровых. Одно из качеств, за которые я любила Розу - это ее тяга к кулинарии. На ближайшие полчаса я была потеряна для общества, пока не набила желудок.

Развалившись на стуле и радуясь, что платье стрейчевое и не лопнет по швам, я разглядывала семью Михи. Все было как обычно. Роза оставалась, такой же ухоженной, чуть полноватой. Миша, кстати, был копией матери, за исключением носа. Свой "орлиный клюв" он унаследовал от отца.

А вот Костя был копией Виктора Сергеевича: светловолосым, сероглазым. И, как мне думалось, что вырастет мальчуган высоким, в отличие от Мишки.

Засиделась я у Комаровых допоздна. Сначала долго болтала с Розой. Она классная женщина, можно сказать, она моя лучшая подруга. И еще мне кажется, Роза догадывается о мои чувствах к Михе, но молчит и даже не намекает. Посидели мы с ней как две кумушки. Еще я успела поиграть с Костиком. Остаток вечера провела с Мишкой. Занимались музыкой. Хотя это громко сказано.

Друг пишет стихи, на мой взгляд, неплохие (хотя я, наверняка, сужу предвзято). К стихам Миха сочиняет музыку. От меня же толку мало - в основном слушатель-критик, вечно дающий советы.

В тот вечер мы пытались положить музыку на новое сочинение друга. Или правильно сказать: положили стихи на музыку? Неважно... Текст мне нравился за исключением единственной строки, которая, по моему мнению, портила всю картину. Миха же отказывался переписывать. Поспорив немного, я все же сдалась первой.

Что ж текст утвержден - самое время заняться музыкой, и тут я обращаю, наконец, внимание на поведение друга. Он нервничает, постоянно взлохмачивает волосы, трет лицо и даже не делает попытки расчехлить гитару.

Когда Мишка наворачивал десятый круг по комнате, я не выдержала: поймала его за руку и усадила рядом на диван.

- Муза ушла в загул? - сочувственно поинтересовалась.

- Почти что, - с тоской ответил парень.

- Да не расстраивайся ты так, - постаралась приободрить, - вернется, твоя гулящая подруга.

- Майка, я такой дурак!

Погладила Мишку по плечу.

- Я всегда тебе об этом говорила, а ты не верил! - патетично воскликнула я. - Теперь твои глаза открыты... - поток слов иссяк, стоило мне обратить внимание на абсолютно "пустое" лицо друга. - Эй, ты чего?

Я не на шутку испугалась, подобное поведение для Михи не свойственно. Кто-кто, но меланхолик из него никудышный. Я осторожно потрясла парня.

- Не бери в голову, - встрепенулся тот. - Давай лучше собирайся, я тебя домой отвезу.

Хотелось узнать, что происходит с товарищем, но что-то (думаю, интуиция) удерживало от вопросов. Я покорно кивнула и поднялась с дивана.

Уже обувшись, стояла в прихожей. Миха попросил у отца ключи, чтобы отвести меня домой. Дядя Витя вышел вслед за сыном в коридор, давая напутствия типа: "не поцарапай" и "никого не сбей".

- А ты, невеста, не забывай про нас, заходи, - это уже Комаров старший напутствовал мне.

- Будет-будет, - отмахнулся Миха и отворил передо мной дверь.

- До свиданья, - пискнула я и вылетела на площадку, не дожидаясь, когда меня запишут в законные супруги.

Лифт снова не застрял, успешно довез нас до первого этажа. Уже на улице я решилась задать мучивший вопрос:

- Чего это с ним сегодня? С твоим папой?

Мишка только пожал плечами.

- Не, серьезно! - не отставала я. - Такое ощущение, что он собрался нас поженить. Согласись.

Друг шел впереди, и лица я его не видела. Показалось, что он рассердился, так как его следующая реплика была сказана раздражено.

- Ну что ты пристала? Никто тебя в ЗАГС насильно же не тянет. Забудь, - и глухо добавил, - пожалуйста.

Я в который раз за день удержалась от расспросов.

До дома доехали без происшествий. Не разговаривали. Миша тихо подпевал радио, а я наслаждалась звуками его голоса. Дорога закончилась быстро - все же жили мы не так далеко друг от друга. Парень осмотрел темные окна - в нашем подъезде, как обычно, не горел свет на нижних этажах.

- До квартиры тебя проводить?

- Не надо, - отказалась я, - не так уж и поздно, да и у маньяков нет привычки прогуливаться по нашему подъезду. Пока.

Я выскочила из машины и поспешила домой, молясь не переломать ноги в темноте. Маньяков действительно не обнаружилось, потому я почти беспрепятственно добралась до своей комнаты, выглянула в окно, благо то выходило во двор. Миха курил, усевшись на капот. Открыв створку окна, позвала друга (третий этаж даже голос напрягать не пришлось):

- Комаров, - дождавшись, когда парень заметит меня, продолжила, - я дома, можешь ехать.

- Из окна не вывались, - было не ответом. Какая забота. Миха выкинул окурок в кусты и, махнув на прощанье рукой, забрался в машину.

Отойдя от окна, я улыбнулась. Наверно, лицо мое было как у блаженной, потому что заглянувший в комнату папа вопросительно поднял бровь. Я лишь отмахнулась и начала стягивать пиджак.

- Пойдем есть, - открыл причину визита родитель.

- Спасибо, но я уже поела.

Папа фыркнул. Мол, когда это я от еды отказывалась. А что я? Я ничего, я не виновата, что у меня такой метаболизм. Это все гены виноваты, о чем сообщила визитеру.

- Ладно, передумаешь приходи на кухню, - папа скрылся.

Хороший у меня родитель. Готовит замечательно. Конечно, это не главное, но согласитесь, немаловажное! Не поддамся на уговоры и не пойду забивать желудок на ночь. Хотя... Кружка чая с ватрушкой не возбраняется ведь?

- Пап, сделай мне чай пожалуйста. Я приду сейчас, - крикнула я, выглянув в коридор.

Быстро сняла одежду, бросила ее на стул, напялила пижаму и шерстяные носки - мерзлячая я. По пути на кухню заглянула в ванную и смыла косметику. На столе меня ждала полулитровая кружка чая с мятой.

- Спасибо, - поблагодарила я родителя.

Классный у меня папа, не устану повторять.

- Где Тарас? - поинтересовалась я, дуя на кипяток.

- В гараже, скорей всего.

Брательник был помешан на технике. Мог круглыми сутками копаться в машинах, мотоциклах и тому подобном.

- Понятно, - кивнула я, присматривая какую печенюшку взять первой.

- Они все одинаковые, - разгадал родитель причину моего "прицеливания", - одного размера.

- Не порти малину, - укорила я отца, - дай помечтать, что урвала кусок побольше, ведь это так приятно!

Родитель засмеялся. Никогда не могла понять, почему все мужики, которых я люблю (Тарас входит в их число), вечно надо мной потешаются.

Папа продолжал похрюкивать, не решаясь продолжать трапезу, видимо боялся подавиться. Нашел клоунессу!

- Какой же ты еще ребенок?

Обижаться не имело смысла. Пусть по закону я и могла покупать пиво и сигареты, но в душе оставалась подростком, да и поведение было детским. Следовало бы прекратить заниматься ерундой и начать взрослеть, что абсолютно не хотелось.

"Может, если я буду вести себя серьезней, Миха обратит на меня внимание?" - мелькнула мысль.

- Па-а-ап?

- М-м?

- А я красивая?

- Конечно красивая, - заверил меня родитель, - вся в меня!

Я прыснула. На кого я точно не походила, так это на моего отца. От него я унаследовала только зеленый цвет глаз, а вот Тарас, наоборот, имел сильное сходство с отцом. Родитель был высоким шатеном. В сорок семь лет он выглядел на удивление молодо: шевелюра почти без седины, лицо гладкое, морщинки в основном вокруг глаз, подтянутая фигура. Мой отец никогда не молодился, не скрывал истинный возраст, но, тем не менее, имел современные взгляды. Может причиной того стало, воспитание нас с Тарасом без какой либо поддержки со стороны. Он всегда старался быть с нашим другом. Хотя когда один из нас приносил двойки, что было не так часто, папа трансформировался из понимающего друга в строгого родителя.

Вскоре чай закончился, темы для разговоров иссякли, и мы разошлись по комнатам. Время перевалило за полночь, но спать не хотелось. Посмотрела на нетбук, но желание зайти в сеть подавила на корню, так как обычно посиделки в чатах и на форумах могли затянутся на несколько часов. В итоге, оглядев полки, завалилась на кровать с книгой.

Я очень люблю мех. Он мягкий. Можно потереться о него щекой. Так, а что тут? Лес? Снег? Зима? Как зима? Ведь на дворе июнь! Ничего не понимаю. Ага, фонарный столб - что-то знакомое.

Я стояла посреди небольшой заснеженной поляны рядом с фонарным столбом. Я понимала, что это чушь. Так же как и то, что я стояла в коротком бежевом платье и в коричневых туфлях на высоких каблуках, но при этом совсем не мерзла. Мало того моим ступням было очень жарко.

Что-то не вязалось во всем этом. Но что конкретно, я понять была не в силах. От попытки разобраться в происходящем меня отвлекло чье-то появление.

- Батюшки!

- Ого! - думаю, я не совсем эстетично выпучила глаза.

В шага десяти от меня стоял... Миха. Но поразила меня не сама встреча, а одеяние друга. Голый торс, вокруг шеи обмотан ядовито-зеленый шарф, на ногах любимые потертые джинсы и ролики. Картину маслом завершали зонтик в цветочек, припорошенный снегом, и хвост, нервно дергающийся за спиной парня. А парня ли? Тут пришло озарение: передо мной фавн! Ну, я не будь дурой (хотя это с какой стороны посмотреть) спросила:

- А рога у тебя есть?

- А ты мне их успела наставить, дочь Евы? - ответил Миха, зло щурясь.

- Не успела, - брякнула я, не подумав.

- Я твоей дуэньей не нанимался, - друг сделал шаг по направлению ко мне, - снимай платье!

- Да сей...

Договорить я не успела, Миха подошел вплотную и потянулся ко мне рукой-копытом. Я отшатнулась и, не удержавшись на ногах, шлепнулась. А затем... проснулась.

На моей подушке спал безродный перс Пушок. Это об него-то я терлась щекой. Шикнула на кота - завел привычку спать на моей кровати.

- Брысь, кому сказала?

Пушок открыл один глаз, но приказ проигнорировал. Слезла с кровати так и не расправленной на ночь. Кое-как стянула носки. Подняла книгу с пола.

Хочешь увидеть во сне сказку - почитай Клайва Льюса. Хочешь увидеть кошмар - плотно поешь и почитай Клайва Льюса.

М-да, никогда бы не подумала, что "Нарния" станет основой сна-ерунды.

Поставила книгу на полку, а сама поплелась в ванную.

Весь день провела за подготовкой к последнему экзамену, который должен состояться через два дня. Заниматься было лень, мозг уже успел расслабиться, хоть сессия и не закрыта. Пересилив себя все же перечитала лекции.

Вечером ко мне в комнату завалился Тарас с предложением погулять. На завтра была только консультация после обеда, поэтому я согласилась.

Миха пропал из моей жизни на целых четыре дня. Увидела я его только в среду, после экзамена. Так как мы оба были студентами одного учебного заведения, то и пересекались достаточно часто. Вот и теперь я заметила друга в компании гогочущих парней. На Михином локте висла какая-то ст... кхм... студентка, в общем. Я подошла, хлопнула друга по плечу свободному от поклажи.

- Всем привет, - поздоровалась я.

В ответ раздались нестройные приветствия.

- Ну как? Сдала? - сразу же поинтересовался Мишка, разворачиваясь корпусом ко мне. Девице пришлось отцепиться. Я обрадовалась такому повороту событий и, широко улыбнувшись, сказала:

- Сдала! Отлично!

Вот, и никто не догадается о истинной причине моего веселья.

- Это дело надо отметить, - воскликнул Миха и спросил друзей: не желает ли кто с нами в кафе.

Как ни странно, но пойти согласилась только девушка, которую, как оказалось, звали Люда. Так мы и шли вниз по улице, в сторону ближайшего приличного кафе. Люда снова висла на руке Мишки и бросала на меня снисходительные взгляды. По случаю экзамена я надела серую юбку-карандаш, черную трикотажную кофточку с высоким воротом и короткими рукавами, того же цвета балетки. Слишком уныло, чтобы привлечь внимание парня.

Поэтому она на меня так смотрит? Почему-то я уверена в этом на девяносто девять процентов. И зуб даю: Люда внутренне торжествует. Бедная, не догадывается, что не интересна я Михе как девушка. Лучше вообще не думать на эту тему, а то вся радость от получения "пятерки" скоро затрется моими душевными переживаниями.

Я как смогла отвлеклась от невеселых мыслей. В это время наша небольшая процессия добралась до кафе. Внутри было многолюдно. Я заметила одногруппников, тоже решивших отметить конец сессии. Нам повезло - освободился столик у окна, который мы и поспешили занять. Миха ушел делать заказ, предварительно поинтересовавшись, что мы хотим. Я порывалась помочь, но друг погрозил кулаком и посоветовал не подниматься со стула. Разговаривать с Людой желания не возникало, потому я бездумно уставилась в окно. Что-то яркое мелькнуло по ту сторону стекла. Потом еще и еще. А через мгновение в кафе завалилась небольшая группа экстрималов. Мои губы самовольно растянулись в улыбке. Мне показалось, что я увидела парня, чей номер телефона, написанный на клочке бумаги, лежал у меня дома. Могла конечно и ошибиться, в этой пестрой компании индивидумом, все были на одно лицо. Но радовалась я недолго. Парни, осмотрев зал, недовольно загалдели и гурьбой направились к выходу. А я снова уставила на город сквозь стекло. Настроение стало еще хуже, чем было до этого.

Миха принес два подноса, груженные едой. И как только умудрился? Я вяло поковырялась в тарелке, краем уха слушая болтовню Люды.

- Чего куксишься? - спросил у меня Миха, когда девушка прервала рассказ.

- Да так, - пожала плечами. - Слушай, я пойду, а?

Посмотрела жалобно на друга.

- Вместе пойдем, - отрезал парень.

- Ну, медвежонок, - подала голос замолчавшая было Люда, а я чуть не выплюнула сок и посмотрела на Миху, тот лишь закатил глаза. А новая знакомая тем временем продолжала:

- Отпусти девочку, раз ей так хочется. Ну, что ты к ней пристал? Хочет человек уйти - пусть идет.

После этих слов, мое тело повело себя странно. А именно: расхотело куда-либо идти и появилось острое, почти нестерпимое желание насолить одной дамочке, сидящей напротив.

- Знаешь, медвежонок, - я старалась не очень сильно гнусавить, - ты прав. Куда мне спешить? Сессия закрыта, и тебя я не видела долго. Расскажи, чем занимался все это время.

Миха еще раз закатил глаза, но покорно начал перечислять, чем занимался. Люда злобно зыркала. Я мысленно похихикивала.

- Ты звонила своему кавалеру? Скейтеру? - вдруг без всякого перехода задал вопрос друг. Только рассказывал что-то про Костю и резко сменил тему. Я растерялась поначалу.

- Нет, не звонила, - пожала плечами, - а что?

- Мне кажется, ты ему понравилась?

Попыталась удивленно поднять бровь, как обычно делает мой папа, но, видимо, не получилось. Потому выразила скепсис словами.

- А я так не думаю.

- Ну и зря, - безразлично сказал Миха.

На этом тема была закрыта, а я поставила мысленную галочку: найти номер скейтера и связаться с ним сегодня же. Ведь не просто так он мне на глаза попался. Или все-тако то был не он? Да и Миха вспомнил... Хотя друг видел толпу экстрималов.

Попав домой, я первым делом выпотрошила сумку. Бумажки с номером в ней, конечно, не оказалось. Значит, листок я, скорей всего, сунула в карман пиджака. А пиджак я просила отца отдать в химчистку. Я бросилась в ванную, надеясь, что пакет с одеждой еще там. Но и здесь меня ждала неудача.

- Насвязывалась? - тихо спросила сама у себя.

Ничего поделать было уже нельзя, поэтому я решила поесть. А то под взглядом Людиных глаз мне кусок в горло не лез. Отправилась на кухню - исправлять.

Вечером ко мне заглянул родитель.

- Майка, пляши.

- С какой радости? - пришлось отвернуться от экрана нетбука, чтобы посмотреть на веселящегося отца, развалившегося в кресле.

- Вот спляшешь, и тогда узнаешь, - не захотел раскрывать свои секреты хитрый родственник.

- Давай лучше спою? - предложила я компромисс.

- Э-э, нет, - пошел на попятный папа, прекрасно знавший о моих вокальных данных. - Я тебе так все отдам, только не пой!

Родитель достал из кармана рубашки крохотный листок. Я, не веря своему счастью, подорвалась с места. Да, я не ошиблась, на бумажке был номер.

- Спасибо. Я думала потеряла его.

Листок перекочевал ко мне в руки. Комбинация цифр показалась забавной, будет легко запомнить номер.

"И что же ты ему, Майя, скажешь, когда позвонишь?" - задумалась я.

- Эй, дочь, я еще не ушел, а ты уже про меня забыла, - возмутился папа.

- Ничего не забыла, - не моргнув глазом, соврала я.

- Ты про день рождения помнишь? - отец подозрительно сощурил глаза.

- Помню, - подавила желание показать язык.

- И когда пойдешь подарок покупать?

Я опешила.

- А почему я?! Бабушка не только моя родственница, между прочим.

- Я занят, мне некогда.

- А Тарас?

Папа ухмыльнулся.

- Думаешь, бабушке понравится набор отверток или гаечных ключей?

Я сразу сдулась. Возразить было нечего. Братец мог и не такое учудить. Пришлось сдаваться и менять все планы на завтра. Родитель, осчастливленный моим согласием, тут же ретировался.

"Даже про экзамен не спросил", - мелькнула мысль.

- Май, а экзамен-то как?

Отец все-таки телепат!

Я уже минут пятнадцать вертела в руках бумажку. Стрелки часов показывали приближение полуночи.

- Эх, - вздохнула я, - была не была!

Я сидела на кровати, слушала гудки в телефонной трубке и разглядывала фотообои на противоположной стене.

- Алло?

Я нажала на "отбой". Это вышло совершенно случайно. Я задумалась и поэтому не успела среагировать правильно. Телефон "ожил", заиграл веселый мотивчик. Пока решала отвечать или нет, мобильник заглох. По прошествии десяти минут никто не позвонил и не написал, поэтому самолично набрала короткое смс.

"Привет, я Майя. Мы с тобой виделись несколько дней назад".

Перечитала получившийся текст - глупое сообщение, но ничего другого в голову не шло. Отправила и только потом заметила, что мои пальцы едва заметно подрагивают. От чего я так разволновалась?

Ответа пришло ждать долго. Было полпервого, когда телефон тренькнул.

"Привет, Мая. Да, я тебя помню. Как дела?"

Я разулыбалась, не обратив внимания на ошибку в моем имени. Знание того, что меня помнят, подняло настроение, даже немного успокоило. И я бойко начала набирать следующий текст, что у меня все замечательно; что удачно сдала сессию; что завтра пойду выбирать бабушке подарок. В общем, выложила все как на духу. С чего я так разоткровенничалась, задумываться не стала. Возможно, нервное перенапряжение дало о себе знать. Тем не менее, поток информации не испугал нового знакомого. Он меня поздравил и дал пару советов, что не стоит дарить бабушкам.

Очнулась я, когда телефон начал сообщать о невозможности отправления сообщений. Проверила баланс и, не сдержавшись, застонала вслух. На счету был минус. Что делать я не знала. Идею с одолжением у Тараса или папы мобильного откинула сразу - не очень вежливо будить кого-то в три часа ночи. Повздыхав немного и погнотизировав взглядом телефон, сдалась: выключила ночник и забралась под одеяло. Только оказавшись в кровати, поняла, что последние три часа напряжение так меня и не покидало. Мышцы поясницы неприятно тянуло. Это оттого, что я сидела в позе лотоса, сгорбившись.

Дав себе наказ положить завтра денег на телефон, я скоро заснула.

Открыв глаза, первым делом нашарила телефон. На дисплее красовались конвертик и цифра "два". Первое сообщение гласило: "Мая, ау" (опять ошибся); второе, пришедшее с интервалом пять минут, оказалось более содержательным: "Я не знаю, почему ты вдруг замолчала, но надеюсь, я тебя ничем не обидел, а ты просто уснула. Желаю крепких снов".

Я как идиотка разулыбалась. Всегда поражалась, как немного нужно человеку для счастья.

Бодро вскочив, я раздернула шторы. Погода порадовала. Солнце светило ярко. День начался отлично.

На кухне хозяйничал Тарас. Он как раз наливал себе кофе, когда я там появилась.

- А мне? - заканючила с порога. Брат был полный профаном в приготовлении пищи. Но умение варить кофе компенсировало нулевые результаты в кулинарии. К слову сказать, ни я, ни отец никогда не заморачивались с зернами (потому что не умели) и пили быстрорастворимый.

Тарас смерил меня задумчивым взглядом. Наверняка, примерялся, что бы с несчастной сестренки стрясти взамен. Хитрец. Но не на ту напал.

- Эй, я, между прочим, кушать готовлю в этом доме и ничего за это не прошу!

- Турку мой, - фыркнул братец.

- Готовь двойную порцию, - сказала я, когда чистая и насухо вытертая посуда оказалась на плите.

Тарас начал свое колдовство, а я сграбастала чашку брата - не пропадать же добру. Потом достала две чистые чашки.

- Опять мой кофе выдула? - спросил Тарас, не поворачиваясь.

- А как ты догадался? - деланно удивилась я в ответ.

Брат лишь фыркнул. Подобное хищение напитка повторялось всякий раз, когда мне удавалось уговорить Тараса сварить кофе.

- Кстати, там деньги на столе отец оставил.

Несколько купюр были прижаты сахарницей. Пересчитала - негусто. Я хотела на телефон закинуть пару сотен, а тут как бы самой добавлять не пришлось.

- Тара-а-асик, - постаралась мило улыбнуться.

- Чё?

Какой у меня брат невоспитанный.

- Ничё, - не удержалась, передразнила. - Дай денежку, - и снова улыбка очень хорошей девочки.

- Волшебное слово?

Прямо как детском саду, ей богу.

- Пятьсот.

- Что? - не понял "волшебства" брат, зато заговорил нормально.

- Пятьсот рубликов, говорю, дай, - пришлось пояснять.

- Ты чё, офигела?

Вот он опять чёкает. Ну что за человек?

- Зажал, да?

Попытка пристыдить оказалась провальной.

- Не дам.

- Мне на подарок надо. Тут папа мало оставил, вдруг не хватит. Я, если останется, тебе верну, - сделала честные-пречестные глаза. Ой, кажется, переборщила, Тарас подозрительно сощурился, всматриваясь в мое лицо.

- Дам триста.

Я кивнула. Тут главное дать согласие. Начинать канючить по-новой надо, когда кошелек у брата в руках будет. Там, глядишь, и больше пяти сотен вытрясу.

Так и получилось: Тарас обнищал не просто на обещанные триста, а на два раза по триста. Вы же не подумали, что мой брат мягкотелый? Он у меня ого-го! Я просто уже давно подобрала ключи к родственнику.

Открою секрет: я, как обычно, пообещала погулять с их компанией. А все дело в том, что существует некий Олег. Близкий друг Тараса. Здоровый бугай. Я ему прихожусь аккурат подмышку. Не знаю, что уж этот парень нашел во мне, но, с недавних пор, оказывает знаки внимания не как, младшей сестре товарища. Конечно, это льстит, только я кроме дружеской симпатии к Олегу ничего не чувствую. Короче, парень достает Тараса расспросами обо мне. И брат теперь несказанно счастлив, если я отдыхаю с их компанией.

***

Настроение мое постепенно понижалось. Единственно что хоть как-то меня взбадривало, это редкие сообщения моего нового знакомца. Я положила две сотни на телефон, и как только они поступили на счет, написала смс-объяснение ночному прекращению переписки. Скейтер - имя я вчера не спросила, а сегодня было неловко задавать такой вопрос. Оставалась надежда на то, что парень сам как-нибудь представится. Итак: Скейтер посылал мне разные сообщения, поднимая настроение. Я успела обойти большое количество магазинов, но с подарком так и не определилась. Заглянув в очередной сувенирный закуток, я отчаялась. Следовало бы дома обмозговать, но опять понадеялась, что меня посетит дельная идея где-нибудь в дороге. Но нет, не вышло.

Набрала Скейтеру, вдруг пожалеет.

"Не могу выбрать подарок для бабушки" - в конце поставила плачуший смайл - парни нервичают при виде слез.

Тут же пришел ответ. Парень интересовался, что моя бабушка из себя представляет. Я написала, мол, она у меня бойкая старушка, педагог, мой папа ее единственный сын, и все в таком духе. Нажав кнопку "Отправить", я задумалась, почему не предпринимаю другой попытки позвонить. Ведь после завязавшейся переписки у меня даже не возникло мысли снова набрать номер. Сразу же решила, что следует это дело исправить, но пришедшая смс отвлекла. А я по инерции напечатала ответ, что книга рецептов не актуальна, и бабушка сама ходячая энциклопедия по кулинарии.

- Тьфу ты! - в сердцах плюнула я. Но было поздно, сообщение ушло. - Да и ладно, - уселась на скамейку, до которой добрела.

Сидела с минут десять, щурясь на солнце. Флегматично представляла, сколько новых конопушек у меня появится после принятия этой ванны. Видимо, я слегка озадачила собеседника, раз так долго не отвечает. Наконец мобильник коротко просигналил. Очередной текст гласил:

"Цифровая фоторамка".

Думала я недолго. Спустя час я стала счастливой обладательницей техники и несчастной владелицей пустого кошелька. Но деньги не самое важное, главным была уверенность, что подарок придется по душе.

- Хм, - задумчиво протянул отец, вертя в руках фоторамку, - а ты уверена, что ей понравится?

- Конечно понравится! - заверила я, не отрывая взгляда от монитора.

Последние три часа я разбиралась с семейными снимками. Они оказались везде. Пришлось проверять кучу всяких дисков, флэшек и прочих носителей информации. На моем рабочем столе появилось пять новых папок. И проблема заключалась в их организации.

- Фу-у, нужен перерыв, - выдохнула я.

- Давай пойдем перекусим, - поддержал идею родитель.

Но на кухне нас ожидал сюрприз: пустой холодильник и гора грязной посуды. Папа, обозрев безобразие, изрек:

- Я готовлю, ты моешь.

- Все мужики в этом доме заставляют меня мыть посуду, - пожаловалась я потолку.

Свою часть работы я выполнила быстро и, забравшись с ногами на диванчик в углу кухни, стала наблюдать за отцом. Кто там говорил, что можно бесконечно долго смотреть на пламя, воду и мужчину в фартуке? Не могла не согласиться с этим высказыванием.

- Помочь не желаешь? - осведомился родитель.

- Не желаю, - покачала отрицательно головой, - но давай помогу. Чего уж там.

Хитрый родственник тут же подсунул мне доску с луком. Овощ оказался "ядерным". Не прошло и минуты, а я толком ничего не видела - глаза заслезились моментально. Дорезать (слово-то какое)... Дошинковать луковицу я не успела, кто-то позвонил и еще для надежности пару раз стукнул по двери. Мысленно проклиная визитера, пошла открывать. На лестничной площадке стоял Миша. Парень внимательно осмотрел меня с головы до ног. Занимательная, наверно, картина: я в домашних шортах, линялой, вытянутой футболке, шерстяных носках, с ножом и зареванным лицом. Друг, так и не двинувшись с места, спросил:

- Ты что, кого-то зарезала?

- Не успела, - буркнула я недовольно. Глаза продолжало щипать, от чего я щурилась.

- И поэтому плачешь?

- Заходи уже, умник.

Я вернулась на кухню. Из коридора донесся щелчок замка, и Миха скоро заглянул в помещение.

- Здрасьте, Пал Николаич, - поприветствовал он моего родителя.

- Привет, Михаил. Извини, руку подать не могу, - отец криво усмехнулся, - приходится кашеварить даже при наличии женщины в доме.

- Вчера была ребенком, сегодня - женщина? Как удобно! Да, пап? Да кто ж этот лук купил?!

Оставив нарубленный едкий овощ на столе, я помчалась в ванную. После долгого умывания, разглядела себя в зеркало и приуныла. Миха, конечно, видел меня и в более убогом состоянии, но это отнюдь не радовало.

Глаза заслезились - наверное, действие лука не прошло окончательно. Вздохнув, плеснула последний раз в лицо водой и, поборов желание переодеться, поплелась на кухню.

- Ты выглядишь сегодня... - Миха сделал эффектную паузу, - необычно.

Друг закусил губу. Я закатила глаза.

- А ты галантен как всегда.

Села рядом с парнем, уставилась отцовскую спину. Родитель, видимо, почувствовал мой взгляд и, повернув голову, подмигнул. Подперла щеку кулаком и стала смотреть в окно.

- Ой! Больно же! - вскрикнула я, получив тычок под ребра.

- Доска стиральная, - Миха наградил меня еще одним сомнительным комплиментом за сегодняшний день.

- Это называется: не в коня корм, - провозгласил родитель, потрясая половником. - Ест за двоих, и нигде не прибывает.

- Не ври. Я ем как птичка!

- Как птичка-страус, - включился в дискуссию друг. Хотя, какой он друг после этого?

- Сам ты индюк! Ты зачем, кстати, пришел? - грубовато спросила я.

Хотела еще сказать, что Миху тут совсем не ждали, но наткнулась на заинтересованный взгляд отца.

- Всегда поражался, как вы дружите, - задумчиво проговорил он, - ни разу не видел, чтобы вы не препирались. Вы мирно жить не пробовали?

Мы с Мишкой переглянулись и синхронно пожали плечами. Отец хохотнул и вернулся к своим кастрюлями.

Я стругала салат. Миха с родителем разговаривали о своем мужском. Я к ним не лезла - думала о Скейтере: мысленно восстанавливала его портрет. Выходило плохо, черты получались смазанными, нечеткими - видела-то я его дважды, да и то не уверена, что во второй раз это был действительно мой Скейтер.

"Интересно, он мне что-нибудь написал".

От грез о полуночном чате меня оторвал звук отворяемых дверей. Брат пришел, и судя по копошению в прихожей и негромкому разговору - не один. Тарас через какое-то время зашел на кухню, поздоровался, пожал Мишину ладонь, обозвал меня страхолюдиной и попросил-приказал срочно привести себя в порядок. Я только вздохнула, делая вид, что недовольна. Хотя была рада предлогу переодеться.

В коридоре, как раз перед дверью в мою комнату, я налетела на что-то и выругалась в голос. Это что-то подозрительно тренькнуло. Чехол с гитарой повалился на пол.

- Кто тут чего понаставил?

Возмущалась я только потому, что испугалась за сохранность инструмента.

- О, Майка! Растяпа! - Миха был тут как тут. Я же, не отошедшая от испуга, сказала, мол, нечего раскидываться дорогими вещами. Парень, не обращая на мою тираду внимания, расчехлил гитару, осмотрел со всех сторон. Тем временем, на шум из комнаты брата вышли Тарас с Олегом.

- Ой, привет, Олег, - не дожидаясь ответного приветствия, я юркнула к себе в комнату.

Еще раз осмотрев лежащую на середине кровати гитару, я вышла из комнаты. Инструмент отделался легким испугом, я, впрочем, тоже.

На кухне было оживленно. Отец накрывал на стол. Тарас мешался рядом. Миха сидел на прежнем месте.

- О, ты как раз вовремя, - обрадовался брат. - Пойду Олега позову, - прокричал он уже из коридора.

Я помогла папе сервировать. Хотя там сервировкой, как такой, и не пахло: салат и хлеб в центр, тарелки с супом пять штук и ложки в том же количестве. Плюхнулась рядом к другом.

- Извини за гитару. Я нечаянно, - шепнула парню виновато.

В это время на кухне появились новые действующие лица. Олег смерил нас тяжелым взглядом. Наверно, решил, что я непозволительно близко наклонилась к "постороннему" парню.

Миха часто обедал или ужинал у нас, и я была привычна к трапезам в кругу трех мужчин. Но сегодня чувствовала себя неловко из-за присутствия Олега. Возникло острое желание разбавить наши посиделки женским обществом.

Начало ужина просидела, уставившись в тарелку. Остальные внимали разглагольствованиям Тараса о каком-то мотоцикле. Прислушалась и я.

- ... короче, классная машина, осталось только... - часть терминов благополучно пролетела мимо ушей. - А потом, Олег, будешь ласточкой летать.

Я фыркнула, вспомнив наши сегодняшние препирания с Мишей - не кухня, а курятник, все сравнения с птицами.

Тарас замолк, посмотрел на меня.

- Чей мотоцикл хоть? - спросила я, в надежде отвлечь брата.

И по смешку сбоку поняла, что лучше б молчала. Скосила глаза вправо, Миха старался сделать вид, что подавился.

- Мотоцикл Олега, - недовольно пояснил брат, - ты чем слушала?

Реплику "Я не слушала вообще" проглотила и уставилась на молодого человека напротив. Никак не могла представить такого богатыря верхом на мотоцикле. Ему бы подошло водить "джип" или танк.

- Вау! Круто! - не удержалась.

Покашливание сбоку вдруг перестало быть наигранным. Я услужливо похлопала друга по спине.

- Никогда бы не подумала, - продолжила высказывать свои мысли, - ну, ты же такой... большой.

Олег приосанился, явно довольный моей похвалой. Теперь он принялся рассказывать о двухколесном друге, а я пожалела, что вообще открыла рот. Болтовню Тараса можно было спокойно игнорировать. С Олегом же все обстояло куда сложнее. Пришлось слушать, вежливо кивая и стараясь не зевать.

Первым из кухни ушел родитель, сославшись на какую-то важную работу. Тарас тоже сбежал под предлогом покурить, Миха ретировался следом за ним.

- А ты что же, не куришь? - спросила у оставшегося в кухне Олега. Честно силилась вспомнить видела ли я его когда-нибудь с сигаретой.

- А тебе не нравятся курящие?

- В принципе, не важно. Конечно я не за курение, но, как бы, и не против, - пожала плечами.

Открыла воду - опять мойка досталась мне.

- Хочешь, я помогу с посудой? - поступило неожиданное предложение.

Посмотрела на Олега через плечо и, улыбнувшись, отказалась. Возникла пауза. Я чувствовала, что собеседник хочет что сказать, но ни как не решится. Стало смешно - такой большой дядя стесняется меня, такую маленькую. Олег все же спросил:

- Майя, а что ты делаешь в эту субботу?

Мне повезло, что я мыла ложки. Если бы тарелка выскользнула из моих рук, то, наверняка, разбилась. Просто вопрос удивил.

- Мы едем к бабушке. Семейное торжество.

- Помочь с посудой? - раздалось со стороны входа на кухню.

Миха стоял прислонившись к косяку. Интересно, как долго он тут находится?

- С посудой помочь? - друг повторил вопрос.

От чего они сегодня все такие отзывчивые?

- Не надо, я почти закончила.

Миха пересек помещение и уселся на подоконнике. Теперь два взгляда буравили мне спину. Положение спас брат. Он позвал Олега, и друзья покинули не только кухню, но и квартиру. Я выдохнула с облегчением.

- Он тебя достает, - неправильно понял мою реакцию Миша.

- Вовсе нет. С чего ты взял? Пойдем лучше покажешь с чем пришел.

Друг замялся на мгновение.

- Май, мне надо идти. Дела.

Миха ретировался. А я решила продолжить работу с фотографиями. Но перед этим проверила мобильник. Никогда так не радовалась обычным сообщениям. Скейтер прислал целых три смс. Еще одно сообщение было от Михи, от него же один пропущенный звонок. Ага, хотел предупредить о своем визите. А Скейтер (как же неудобно не знать имени!) интересовался: купила ли я подарок; не заснула ли, так долго не отвечаю. Текст третьего сообщения гласил:

"Я понимаю, что я чужой тебе человек и хочу это исправить. Пойдем в субботу в кино? Это свидание".

И без того хорошее настроение поднялось до заоблачных высот. Я мысленно дала себе пинка - смысл радоваться, если все равно не смогу пойти. Заметно приуныла. Но знание того, что Скейтер пригласил на свидание продолжало греть душу. Стала сочинять ответ. Пришлось повозиться, чтобы он не выглядел, словно я "продинамила" ухажера. Вышла простыня, которая была переписана четыре раза, и то конечный результат не очень меня удовлетворил.

В тот вечер я так и не села за компьютер. Сначала долго ждала сообщения от Скейтера, валяясь на кровати и бездумно пялясь в окно. Пробовала читать, даже порисовала какие-то рожицы, послушала радио. Делала все, чтобы скрасить ожидание, а ответ все не шел.

Когда я полулежа в кресле следила за мерным бегом стрелки настенных часов, кто-то все-таки обо мне вспомнил и позвонил. На дисплее мобильно отображалось "Мишаня". Я была рада другу и одновременно чувствовала разочарование.

- Да, - приняла вызов.

- Майка, завтра идем в кино. Я уже билеты взял, - бодро прокричал Миха.

- Это свидание? - вяло поинтересовалась я, вспоминая сообщение забывшего меня Скейтера.

- В смысле свидание? - не понял друг. - Нет, пойдем только ты и я, вдвоем.

Стало больно от его слов. Посмотрела на экран мобильного, где светилась Мишкина фотография, прикрепленная к номеру. Она была двухгодичной давности. Снята в тот день, когда у меня наконец открылись глаза, и пришло понимание, что чувства к Мише давно переросли в нечто большее, чем дружба. Тот день стал началом моих страданий.

Сколько еще я буду мучится? Надо либо признаться, либо постараться разлюбить.

"Признаюсь! - решила я. - Не прямо сейчас. Дам себе последние две недели. А потом будь, что будет!"

- Эй, ты уснула? - отвлек меня от размышлении недовольный голос из трубки.

- Ничего я не уснула, - пробубнила в ответ, - просто задумалась.

- Ладно. Будь завтра готова к пяти. И, пожалуйста, надень юбку подлиннее.

- Как хочешь. Все, пока, - попрощалась я.

- В смысле, пока? - опешил собеседник. - Я еще не все сказал.

- Ну, так говори, чего хотел. Я, вообще-то, жду звонка. Важного.

- Важного? - передразнил друг. - И кто же тебе важный должен позвонить?

- Не твое дело, - не захотела я рассказывать Михе про Скейтера-склерозника.

- Ну, раз так, тогда бывай.

Парень отключился. Мне показалось, или я действительно услышала обиду в его голосе? Хватило меня на пять минут (знаю, слабохарактерная), позвонила Мише и, как только тот взял трубку, законючила:

- Ну, что ты обижаешься? Ну, не обижайся, а? Я жду сообщения от скейтера, у которого ты взял телефон. Помнишь? Он меня на свидание пригласил, а я отказала, а он не пишет, - протараторила я и, услышав зычный Мишкин смех, уточнила, - ты больше не обижаешься?

- И не думал даже! - хмыкнул парень.

- А, ну ладно, - и про себя добавила: "Мне-то уж не ври". - Ты мне так и не сказал про... - я на мгновение замялась, не знала ведь, про что друг хотел поведать, - про что-то там, короче.

- Да ничего особенного. Мама просила привет передать. Ладно жди своего кавалера. Спокойной ночи.

- Передавай Розе привет, - успела прокричать в трубку перед тем, как Миха второй раз отключился.

Посмотрела на часы и решила лечь спать. Умылась, потом зашла к отцу перекинуться парой слов. По возвращении в комнату увидела долгожданное сообщение.

Надо ли говорить, что уснула я далеко после полуночи? Никогда раньше не знала, что интересуюсь разного рода трюками.

- Где тебя черти носят?

- Я девушка, мне положено опаздывать, -оправдывалась я перед разгневанным Михой.

- Ну не на час же, Май, - простонал друг.

- Извини. Я не спала полночи. А потом эти соседи нас залили, - в ванной с утра бы потоп, потому меня отец и разбудил. - Я проснулась рано, а после обеда вырубилась. А телефон вчера сел.

Постаралась сделать виноватое лицо. Не помогло. Миша только больше нахмурился.

- Давай, я куплю билеты на следующий сеанс? - сделала следующую попытку.

Друг отрицательно покачал головой.

- А давай, ты перестанешь на меня уже обижаться, а? Надоело перед тобой лебезить! - не могу долго вымаливать прощения.

Миха хмыкнул и, взяв меня за руку, потянул в сторону парка аттракционов, что располагался рядом с кинотеатром. Я тут же забыла любое недовольство. Заплатив за вход, парень направился к "Комнате Страха" - мой любимый аттракцион. Отстояли длинную очередь. Миха все это время держал меня за руку, но не разговаривал. Я тоже не произнесла не звука, предвкушая развлечение. И не разочаровалась. Когда "ужасный" коридор остался позади, я вывалилась на воздух, безумно хохоча. Миха поддерживал меня, не давая сесть на землю, и извиняющеся улыбался работникам аттракциона.

Сгрузив меня на скамейку, парень куда-то ушел, но вскоре вернулся с бутылкой минералки.

- Спасибо, - всхлипнула я и закусила губу, чтобы не рассмеяться по-новой.

- Никак не могу понять, почему ты вечно начинаешь ржать в этой комнате, - изрек друг, откидываясь на спинку.

- Сама толком не знаю, - призналась я. - Еще разок?

- Нет уж, уволь! Второй твоей истерики я не переживу.

- Ну и ладно. Пошли еще куда-нибудь!

Конфликт забыт. Больше нет напряжения между нами. Все как раньше, только сомнения вернулись: а стоит ли признаваться. Ведь нам так хорошо вместе. Может, не стоит рушить гармонию откровениями?

Мысли, сомнения, неверие, надежда - все смешалось в моей голове, омрачая радость.

- Миш, мне домой пора, - сказала печально и увидела отражение своей грусти в голубых глазах. От чего в груди стало теплее.

- Пойдем, провожу.

Какую уже по счету ночь я ложусь поздно, а просыпаться приходится рано. Засиделась за компьютером, но сделала фоторамку на совесть. Скейтер меня опять подбадривал разного рода позитивными сообщениями - тоже полуночник, но я этому рада. За несколько дней его смски стали для меня чем-то большим, нежели обычные, ничего порой незначащие фразы. Я чувствовала, что нужна кому.

- Майюшка, просыпайся уже, - отец заглянул уже третий раз, пытаясь меня разбудить.

- Уже встала, пап, - сонно пробормотала я, плотнее укутываясь в одеяло. Какой-то умник открыл форточку в моей комнате. Свежий воздух, однако, не бодрил, а сильнее усыплял.

- Подъем! - "добрый" родитель стянул с меня одеяло.

Слабый сквознячок тут же атаковал не укрытую более кожу, заставляя ту покрыться пупырышками. Я поежилась и наконец подняла свое бренное тело с постели.

- Давай быстрее, быстрее, - поторапливал отец.

После умывания стало немного лучше, но глаза все равно полностью не открывались. И я походила на рыжеволосого азиата.

- Майя! Я тебя сейчас пну для ускорения, - папа начал злится, что бывало очень редко.

Я прибавила скорости и через десять минут обувалась в прихожей. А еще через пять вышла из подъезда. Первым я увидела Миху. Он был одет в широкие брюки цвета хаки. Знаете, у таких еще тысяча карманов в самых неожиданных местах? Завершали прикид дуга черные футболка, кепка и кроссовки.

- Ты куда собрался-а-а? - не удержалась и позевнула, а потом до меня дошло. - Ты куда собрался?! Ты с нами что ли?!

- И тебе доброго утра, Майя, - Миха немного склонил голову, приветствуя меня. - Да, я с вами.

Подъехал Тарас. И почти в тоже время из подъезда вышел отец.

- Ты почему ничего не сказал? Слушай, а ты вообще чей друг?

Миха задорно улыбнулся, проигнорировав оба мои вопроса, поздоровался с папой. С меня аж сон слетел.

- Майя, это не эстетично - стоять с открытым ртом, - заметил родитель.

Миха подхватил мой баул и погрузил его в багажник, потом уселся на заднее сиденье и жестом позвал меня присоединится. Я стряхнула оцепенение и забралась в машину. Поездка началась. Так как время было раннее, а день выходной, по полупустым дорогам мы скоро оказались за чертой города. До поселка, где жила бабушка, всего пятьдесят километров, смысла спать я не видела. Поприставала к Михе с расспросами, зачем он поперся с нами, и почему об этом я узнала последней. Друг в ответ лишь веселился и беспокоился о сохранности моего носа, приводя в пример небезызвестную Варвару с ее тягой к "знаниям". Я посмотрела на кончик своего носа, скатив, как в народе говорят, глазки в кучу. Отметила, что отрывать-то там и нечего почти, и так маленький. Перевела взгляд на потешающегося Мишку.

- Не хочешь говорить, и не надо. Я у папы спрошу!

- Спроси, спроси, - покивал парень, не переставая ухмыляться.

- Ну, что тебе трудно сказать?

- Май, скажи честно, тебе хуже от моего присутствия, - я отрицательно покачала головой. - Вот, и отлично, - подвел итог Миха.

К чему эти тайны? Не понятно. Любопытство никуда не делось, но я отстала от парня с расспросами, решив все узнать у отца. Стала смотреть на экран мобильного, временами нажимая на кнопку с красной трубкой, чтобы тот не гас. Сначала "антенна" была полной, затем резко осталось одно деление, а потом и вовсе связь пропала полностью. Мысленно попрощалась со Скейтером на два дня. Хотя я его предупредила, что буду вне зоны доступа эти выходные, чтобы не терял меня, не беспокоился. Хотелось верить, что он станет волноваться, если я не буду отвечать. Со вздохом сунула телефон в карман кофты. Что-то дернуло меня посмотреть на Миху. Парень внимательно следил за моими действиями.

- Что? - одними губами спросила я.

- Звонка ждешь? - друг взглядом указал на мой карман.

- Нет, - криво усмехнулась. - Да здравствует цивилизация, мобильной связи нет.

Миха кивнул, видимо, помнил, как месяц не мог со мной связаться прошлым летом.

Скоро мы остановились у небольшого дома. Я первой выскочила из машины и зашагала к калитке. Бабушка вышла нас встречать на крыльцо. Посыпались приветствия, поздравления, обнимания. Даже Михе досталось.

- Помню, молодой человек, помню. Вы кавалер нашей Майюшки.

Мишка смущенно улыбался, но не опровергать сказанное не спешил. С каких пор он стал скромным?

- Бабуль, это Миша. И он друг, а не кавалер, - возразила я. - И на "ты" к нему обращайся, а то зазнается скоро, - послала парню ехидную улыбку.

Бабушка нас накормила и, дав нам полчаса на отдых, распределила на работу. Мужская часть дружно отправилась в огород, мы же на кухню - готовить салаты и закуски на праздничный стол.

День прошел в хлопотах. Я узнала кучу новых рецептов. Тарас с Мишей обгорели на солнце, видимо решили соблазнить местных девок голыми торсами. Папа шепнул мне на ухо, что больше не будет есть картошку. В общем, было весело. А потом начали подтягиваться гости, приехали еще родственники. Было шумное застолье. Вручение подарков. Тосты. Пожелания.

Но у всех празднований есть обратная сторона. Горы грязной посуды, устройство гостей на ночлег, ну и похмелье по утрам.

Проснулась я рано и, едва умывшись выскочила на улицу. Потянулась. В голову пришла идея размяться, и я бодро начала выполнять разные наклоны-повороты, делала зарядку, в общем.

- Отлично смотришься, - крикнул откуда-то сверху насмешливый Мишкин голос, стоило мне наклониться вперед, касаясь ладонями земли. Я тут же вскинулась и стала озираться.

- Вверх посмотри, - подсказал друг.

Миха сидел на крыше дома, рядом с дымоходом.

- Ты зачем туда забрался? - удивилась я.

- Дозвониться пытаюсь.

- И как? Удачно? - навострила уши.

- Дозвониться - не дозвонился, а вот сообщение отправить получилось.

- Ух ты! Здорово! Я сейчас.

Забежала в дом и, найдя мобильный, поспешила наружу.

- Эй, аккуратней. Не торопись, - посоветовал друг, наблюдая, как я быстро карабкаюсь по лестнице. Потом подал руку, помогая. Я уселась рядом и стала водить рукой из стороны в сторону, пытаясь поймать сеть. Тщетно.

- Не ловит, - огорчилась я. - Почему у тебя ловит, а у меня нет.

- У меня мобила круче, - похвастался парень и помахал перед моим носом трубкой.

- Новый, да? - руки сразу же потянулись к игрушке. - Слушай, классный, - похвалила я, возвращая аппарат владельцу.

- Хорошо здесь, - задумчиво изрек Миха.

Не могла с ним не согласиться. С крыши вид на поселок открывался изумительный. Мы сидели молча, упиваясь красотой природы, и каждый думал о своем. Я размышляла о Скейтере. А о чем друг - мне было неизвестно, но судя по слабой улыбке, о чем-то хорошем.

- Будем спускаться? - спросил Миха. Одновременно с ним я задала свой вопрос:

- Ну что, вниз?

Оба рассмеялись. Я поспешно отвела глаза, в груди опять защемило.

- Кому ты смску послал? - поинтересовалась я, когда мы оба оказались на земле.

- Девушке.

Ну, достаточно получила, Майя, за любопытство?

- Очередная пассия? - не смогла удержаться от очередного вопроса.

Друг глубоко вздохнул и признался:

- На этот раз, я надеюсь, что все серьезно, - огорошил меня Миха, а потом, видимо, решил добить и тихо добавил, - я ее люблю, кажется.

Я смотрела, на Миху широко распахнутыми глазами. Вопрос "А как же я?" так и не сорвался с губ. Дотянула?! Вот тебе и две недели и признание в чувствах! Изобразила интерес на лице.

- И кто... - договорить два слова: "эта смертница" мне не дал оклик.

- Майя?

Повернулась к так не вовремя появившемуся... парню. С минуту думала, кто такой.

- Леша, ты что ли?

Парень, стоявший за калиткой, несмело улыбался. Мы с ним познакомились, можно сказать, сдружились прошлым летом. Когда я добровольно сбегала от цивилизации к бабушке. Алексей из того же города, а в этот поселок приезжал к родственникам. Только помнила я его как низенького, белобрысого очкарика. Теперь же передо мной стоял высокий, голубоглазый, загорелый блондин.

- Да, Майя, это я, - с ноткой самодовольства ответил Леша.

- Как ты изменился, - надеюсь, никто не заметил моего ехидства.

Хоть и старалась приветливо улыбаться, мне не было никакого дела до блондина. Все мои мечты мгновение назад ухнули в пропасть, и осталось одно желание забиться куда-нибудь в угол и от души поскулить. А этот? Приперся тут, отвлек. Без него было тошно, с ним стало только хуже.

- Знакомый? - прошептал на ухо Миха.

- Ага, рассказывала я тебе про него прошлым летом. Помнишь?

- Помню.

Мне показалось, что друг рассердился. На кого только, не понятно. Но мне в тот момент было не до анализа поведения Миши.

- Май, будь другом, вынеси мне сигареты на улицу. Они в худи, худи на вешалке в коридоре.

Я безропотно согласилась, желая хоть на какое-то время остаться одной.

- Леш, я сейчас, - махнула блондину, чтобы не выглядеть совсем уж невоспитанной. Парень кивнул, мол иди, подожду.

Я быстро зашла в дом. В прихожей кофты не оказалось. Она нашлась в комнате, где ночевали "мои мужики": папа, Тарас и Миха, соответственно (скоро, наверное, последнего придется вычеркнуть из этого списка). От пронесшейся мысли я расстроилась пуще прежнего. Нашарила пачку в кармане худи и вышла из дому. Ни одного из парней во дворе не находилось. Я вышла за калитку, посмотрела влево, вправо, дорога так же оказалась пуста. Ничего не понимая, вернулась к крыльцу. Я не чувствовала обиды от того, что парни неизвестно куда подевались. Даже была от части рада повороту событий, мне надо было подумать.

На огромном, на мой взгляд, бабушкином участке можно без труда потеряться. На краю ее огорода растет раскидистая черемуха. Под ней можно спрятаться не только от жары, но и от любопытных глаз.

Туда-то я и направилась. Уселась на кособокую лавку - что бы я не говорила об отце, какой он классный, плотник из него еще тот. Вытянула сигарету из пачки. Нет вы не подумайте, мне не хотелось курить, просто позлить Миху, в отместку.

Друг нашел меня, когда вторая сигарета истлела наполовину.

- Зараза, - высказал мнение Миха, забрав свое имущество, в том числе и прикуренное, сел рядом.

- Хорошо тут, - с идиотской улыбкой пробормотал парень.

Он явно не имел ввиду виды (простите за тавтологию), так как мы сидели в эдакой зеленой клетке: позади росла черемуха, она же накрывала сверху, словно навес; с трех других сторон были заросли малины и вишни.

- А ты что, больше меня ругать не будешь? - опасливо спросила я, так и не дождавшись реакции друга.

- За что? - удивился Миха, распахивая глаза, которые до этого щурил.

- За сигареты, - я опустила взгляд и лишь тогда заметила, что друг надел кофту и один из рукавов был натянут на кисть, видны были только кончики пальцев. Я уже хотела спросить, в чем дело, но парень меня опередил.

- Пусть отец тебя ругает.

- То есть, пусть ругает? - не поняла сразу к чему он клонит. - Что?! - меня озарила догадка. - Ты ему не скажешь! Ведь не скажешь? - умоляюще попросила я.

Миха ничего не ответил. Снова разулыбался и сощурил зенки. Гад! Слабо пнула его в голень - ноль реакции.

- Мишка, я на тебя обижусь и не буду с тобой год разговаривать! - в запале прокричала я.

Парень лениво открыл один глаз (что-то он мне напоминает зажравшегося кота) и... снова сощурился. Блин, нашла с кем дружить.

- Май, не пыхти. Ничего я не скажу. Ладно пошли.

Друг поднялся, я последовала за ним. У дома нас встретил родитель.

- Доброе утро, Пал Николаич!

- Ай-яй-яй, ребятки, с утра по кустам, - пошутил отец-пошляк, - что о вас люди подумают, - покачал он головой в притворном осуждении.

Миха довольно заржал и в один прыжок оказался на крыльце, а в следующие мгновение скрылся в доме. Мне повторить его маневр не удалось. Я почти прошмыгнула мимо родителя, когда отеческая рука схватила меня за шиворот. Папа меня обнюхал.

- Курила?

- Нет, - соврала, не моргнув, - Мишка курил, я рядом сидела.

Родитель наклонился ближе к моему лицу. Вдруг выражение его глаз поменялось. В мгновение ока передо мной стоял не строгий и злой, а добрый папа с понимающей, немного снисходительной улыбкой.

- Почисти зубы, дочка, и побрызгай, - отец махал руками перед моим лицом, - духами, что ли? Знаешь ли, бабушка может не понять.

Я, бросив все силы на то, чтобы не моргать от удивления, пошагала в дом. Перед самой дверью оглянулась на отца, тот продолжал улыбаться и даже подмигнул, увидев, что я обернулась. Ванная, к счастью, оказалась свободная. Тщательно намылила руки, стараясь смыть запах табака.

- Все, последний раз брала в руки сигарету, - зареклась я и посмотрела на свое отражение.

Догадка ударила, словно молния в голову (хорошо еще череп не разломила). Когда я успела искусать себе губы, что они так припухли? Зуб даю, папандр подумал, что мы Михой целовались! Я горько рассмеялась и... разревелась. Сползла по стеночке на пол, подтянула к груди колени и уткнулась в них лицом.

Истерика закончилась быстро. Через пять минут я только всхлипывала. Умылась распустила волосы, чтобы те хоть немного скрыли лицо.

На выходе из ванной меня перехватил Миха. Заметил покрасневшие глаза и все понял... совершенно не правильно.

- Попало? - сочувствующе спросил он.

В ответ я лишь опустила голову. Друг притянул меня к себе, обнял. Кажется даже в макушку поцеловал. Хотя в том состоянии могла и нафантазировать.

- Извини, Май, но ты сама виновата, - успокаивающе прошептал он, а я от этого чуть снова не разревелась. Истеричка.

Когда я отстранилась от Михи, то успела заметить отцовскую спину. Наверно, не захотел нам "мешать", и теперь уж точно уверился, что отношения между мной и Михой перешли на новый уровень. Н-да, ситуация...

Другу я ничего не стала объяснять, ушла в комнату к бабушке, где и провела все время, вплоть до отбытия. Все, конечно, поняли по-своему. Бабуля списала мое состояние на мигрень, она, кстати, оказалась от части права - голова болела. Папа решил, что я прячусь от него: перед загрузкой в машину он мне шепнул, что не стоит стесняться, и что рано или поздно все бы все равно узнали о нашей с Михой "дружбе". Он сделал та-акой акцент на слове дружба, что не оставалось сомнений, какое значение он подразумевал.

Миха же считал, что я страдаю от полученной взбучки. И старательно отводил глаза.

А Тарас... А Тарас, кажется, даже и не заметил ничего.

Как только мы выехали из деревни, появилась сеть, у всех ожили мобильники. На мой пришло три смс, которые я решила не открывать до дома, но они мне согрели душу - мой Скейтер меня не забывал. Я украдкой улыбнулась и почувствовала: все будет хорошо, надо только поверить.

Бросила взгляд на Миху. Проворонила любовь, ну и поделом мне. Так, а это что у нас? Вот что ты, друг, от меня прятал! Интересно, где он костяшки сбить успел. Осторожно тронула парня за плечо. Дождавшись, когда он обратит на меня внимание, мотнула головой в сторону его руки, мол, откуда это. Миха, поняв, что спалился, досадливо поморщился.

- Потом, - единственное, что сказал он и вновь уставился в окно.

Домой мы приехали около шести. Тарас почти сразу смылся. Звал и меня, но я сослалась на усталость, а сама засела в комнате с телефоном. Милый Скейтер, я вернулась!

Кажется, с той короткой истерикой я выплеснула весь негатив. Чувствовала себя легко, и было почти радостно. Конечно, где-то на периферии сознания мелькал образ Миши, но веселые смски Скейтера умело разгоняли грусть. А еще он снова позвал меня в кино! Да, вы правильно поняли, я согласилась. Поход намечался на среду. Скейтер сказал, что уточнит время позже. В то воскресенье я засыпала со счастливой улыбкой. Мою радость не могло омрачить даже вынужденное прерывание переписки. Мой баланс опять "радовал" минусом.

Опять же, думаю, не стоит описывать мое удивление по утру или мою упавшую челюсть, когда я увидела оповещение от оператора о пополнении счета. Почему-то даже не возникло сомнений, кто такой благородный.

Думаете, что я стала писать Скейтеру пламенные речи о том, что не стоило тратить на меня деньги? Можете считать меня алчной, но я лишь отравила короткое сообщение: "Спасибо! Надеюсь, ты не разорился, и в кино мы все-таки пойдем". И в конце текста поставила подмигивающий смайл.

Только отправив смску, мне пришла идея попросить номер аськи у Скейтера.

"Может, хоть его ник как-то прояснит ситуацию, может, узнаю его имя. Да и деньги сэкономим", - вспыхнула у меня надежда. И я бодро заколотила по кнопкам, набирая текст. Увы, парень меня обломал, ответив, что у него нет аккаунта айсикью. Незадача.

День прошел напряжено. Я перемерила все наряды и поняла: одеть абсолютно нечего! Потом подумала, что Скейтер видел меня лишь однажды. И остановила выбор на легком платье до колен, с рукавами-фонариками, бледно-персикого цвета. Наряд мне понравился - в меру красивый, в меру строгий. Я осталась довольна и успокоилась, чтобы на следующий день перебрать весь гардероб заново и мучиться выбором.

В итоге в среду я стояла перед кинотеатром в светло-зеленой тунике и прямых черных брюках. Скейтер опаздывал. Нет, Скейтер задерживался. Не хотелось признаваться даже самой себе, что стоило единственный раз придти на свидание вовремя, и самой ждать парня. Теперь поняла от чего Миха постоянно бесился - при встрече не забыть бы извиниться.

Когда я пятидесятый раз проверяла время, пришло смс. Которое отнюдь не успокоило.

"Мая, тут авария. Извини, я задержусь, ты можешь меня подождать?"

Мои ладони вспотели, и я с большим трудом набрала ответ: "Ты в порядке?"

Только прочитав: "Со мной все в порядке. Но придется повозится с ментами", я успокоилась и пошла вниз по проспекту. Туда, где располагалась одна из моих любимых пиццерий города. На ходу напечатала: "Я буду ждать".

В ресторане мне опять не повезло. Встретившая меня хостесс сказала, что свободных столиков нет.

- А может, я к кому-то подсяду? - с надеждой спросила я.

Все же я, немного-немало, пятнадцать минут стояла перед кинотеатром, потом еще пешком шагала метров пятьсот. Ноги начинали ныть. Хоть я и носила часто туфли на десятисантиметровом каблуке, это не значило, что обувь становилась удобнее. Я сделала скорбное лицо и начала переминаться с ноги на ногу. Стоявшая передо мной девушка, кажется, знала непонаслышке все "прелести" красивых туфель.

Хостесс немного посомневалась, а потом сказала:

- Знаете, в зале сидит один парень. Но он сказал, что ждет девушку. Пойдемте спросим, может, повезет.

- Пойдемте. Ну, на крайний случай, может освободятся другие места, - пробормотала я.

Еще не дойдя до столика, я уже знала к кому меня решили подсадить. И мне это очень не понравилось.

- Извините, молодой человек, Вы не будете против, если к Вам подсядет девушка, пока не освободится какой-либо столик?

Миха удивленно посмотрел на хостесс, на меня. Я оскалилась, друг усмехнулся.

- Садись, - кивнул он мне, - но если испортишь мне свидание, собственноручно придушу.

- Я тоже рада тебя видеть.

- Это и есть девушка, которую Вы ждали? - спросила хостесс, наблюдавшая все это время за нами.

- Нет, должна прийти другая, но и эта сойдет.

Девушка укоризненно посмотрела на парня и отошла, не сказав больше ни слова.

- Знаешь, не очень приятно слышать такие слова от друга, - обиделась я.

- Извини, погорячился. Мне, знаешь ли, тоже не нравится, когда друг мне врет, - едко заметил Миха и уткнулся в телефон, в котором что-то печатал, пока мы его не отвлекли.

- Это когда я тебя обманывала?! - вознегодовала я, попутно пытаясь вспомнить, какую неправду и когда брякнула.

- Год назад. Но об этом позже, сейчас я настроен на романтический лад.

- Нет, ты мне скажи, что я тебе наврала!

- Потом, Май. Тема зак-ры-та! - последнее слово друг произнес по слогам, видимо, чтобы лучше дошло.

Миха закончил печатать и швырнул телефон на стол. Я хотела посмотреть, кому он там писал, но стоило взять в руки мобильник, как его у меня забрали.

- Личное, - отрезал Миха, - я же в твой телефон не лезу.

- Так на, посмотри, - тут же достала свою трубку из сумки и протянула другу.

Миха взял его в руки, повертел.

- Тебе настолько интересно сунуть нос в мои дела, что ты готова разрешить всякому читать собственную переписку?

- Ты не всякий! - возразила я и удачно прикусила язык, пока не брякнула: "Ты единственный!"

- Не надо, Май, - друг вернул мне телефон, - там, кстати, смска.

- Да? - обрадовалась я.

Скейтер написал, что сделает все, что в его силах, чтобы я не разочаровалась в нем.

- Неужели выиграла миллион?

Я подняла глаза на непризнанного мастера сатиры. Миха щурился, еще и руку козырьком ко лбу приставил. На мой непонимающий взгляд пояснил:

- Да ты так светишься, что смотреть больно.

- Вы будете заказывать? - подошел к нашему столику официант. Очень вовремя, не хотелось напрягать мозги, придумывая язвительный ответ другу.

Я, не открывая меню, перечислила все, что съем. Если бы стала перечислять все, что хотела, то бы и пары столов не хватило, чтобы мой заказ расставить. После препираний с Михой, мы стали разговаривать более мирно, как всегда бывало. Михе принесли его еду. Друг милосердно поделился со мной. Как вы, наверное, поняли, я не отказалась. Я порой бываю безотказной.

А потом наша идиллия была бессовестно развеяна. Потому что пришла "она". Эта ст... студентка, в общем.

- Медвежонок!

На крикливую девицу обернулась большая часть посетителей (надеюсь, никто не поперхнулся от внезапного "воя сирены"). Неужели Миха в нее влюбился? Да как он посмел! Я так и чувствовала, как моя самооценка катится вниз.

Пусть, это прозвучит самолюбиво, но я считаю себя более подходящей Мише парой. Любовь зла? Нет. Она жестока!

Пока я недоумевала, как такое могло случится, Люда подсела к моему (так и хочется сказать парню, эх!) другу и устремила недовольный взгляд умело подведенных глаз на вашу покорную слугу, то есть на меня.

- А это что здесь делает?

- Люда, это, как ты выразилась, мой друг, - жестко проговорил парень, ставя на место девушку, что мне было несомненно приятно, и возникли подозрения, что она не его "единственная и неповторимая".

"Может, Миха, как я, влюблен безответно?" - появилась мысль, и я сочувствующе посмотрела на друга.

- Но у нас свидание!

- Свидание, - согласился друг, - двойное. Майя ждет своего кавалера.

Не поняла. Откуда он узнал, что я кого-то ждала. А по лицу ничего прочесть не смогла. Все таки себя выгораживал, наверное, решила я и оставила вопросы на потом, чтобы вдруг не испортить конспирацию.

Потом принесли мой заказ. И все отвлеклись от неприятной темы. Ненадолго.

- Это все тебе одной?!

И почему Миха выбрал такую крикливую особу?

- Если что-то останется, можешь доесть, - милостиво предложила я.

Девушка сморщила нос и сказала, что ей достаточно "салатика". Я флегматично пожала плечами.

Мы с Мишкой начали обсуждать песню, музыку которой он так мне и не сыграл. Люда пыталась участвовать в беседе, но скоро оставила это гиблое дело. По прошествии получаса, она заскучала окончательно и начала ныть, мол, с тобой Миха скучно, да где бродит парень рыжей, меня то есть. Я тут же полезла в телефон - пусто. Написала сообщение, недолго подождала ответа. Решила позвонить, но никто трубку не брал. Друг следил за моими действиями, когда я посмотрела на него, склонил голову набок.

- Что действительно кого-то ждешь?

- Жду, - печально вздохнула я.

До Люды дошел смысл нашего диалога. Она подозрительно сощурила глаза и отрыла рот, чтобы что-то сказать. Парень ее опередил.

- Минуточку, - убедившись, что девушка молчит, повернулся ко мне. - Ты жди здесь, никуда не уходи. Хорошо? - кивнула. - Так, а ты пойдешь со мной. Сумку возьми.

Как только эти двое скрылись с виду, я тут же схватила Мишкин телефон, так непредусмотрительно оставленный на столе. Стоит сразу сказать, что я заподозрила, а вернее понадеялась, что Скейтер и Миха - один и тот же человек. Спросите откуда такие подозрения? Я поясню. В воскресенье вечером, прочитав полученные сообщения, я выяснила, что время отправления последнего как раз совпадает с временем, когда Миха куковал на крыше в деревне. Подозрительно, согласитесь. А в приглашение в кино? Сначала Скейтер меня пригласил, а потом Миха. И в тот раз я видела, что друг записывает что-то на листочке, но я же не слышала ни единого слова. Короче, появились у меня некие подозрения и я намерилась их проверить. Хорошо, что не поставил код на телефон. Надо лишь разблокировать клавиатуру... И вуал... Хм, вуаля говорить рано. Это хитрец настроил телефон на английском. Но английский не японский - разберусь как-нибудь.

Я лихорадочно просматривала сообщения, звонки в попытке найти хоть что-то обличающее Мишу. Я так увлеклась, что не заметила, как кто-то подошел к столу.

- Нашла, что-нибудь интересное? - поинтересовался друг.

Я ойкнула, вздрогнула, выронила телефон. Тот, стукнувшись о край стола, полетел на пол. Чувствуя, что за порчу имущества по голове не погладят, потянулась за мобильником. Миха в тоже время наклонился за трубкой. В лучших традициях жанра мы встретились лбами. Получился такой романтический момент: наши лица так близко - здесь герой должен поцеловать героиню. Миха, наверное, не читал любовных романов. Парень, сделав мне комплимент о чугунности моей головы, поднял телефон и устроился на своем месте.

И не поцеловалась, и шишку набила, и заработала выговор от друга, а доказательств не нашла.

- Где Люда? - спросила прежде, чем Миха успел открыть рот.

- Поймал такси, отправил домой, - поморщился парень.

- Что-то не видно, чтобы ты свою девушку любил сильно.

- Девушку? Любил? - насмешливо переспросил он. - Нет. Она мне не девушка.

Я запуталась и ничего не поняла. Ну, а Миша с готовностью стал объяснять. Его друг (а их у него немерено) однажды не иначе как сошел с ума и закрутил интрижку с небезызвестной Людой. Вскоре они расстались, без ссор, истерик и тому прочим. А не так давно Михин друг стал встречаться с другой девушкой, разительно отличавшейся от предыдущей. Тут Люда и активировалась, стала его поджидать то тут, то там. Закатывала сцены ревности. Миху друг попросил о помощи: отвлечь назойливую поклонницу.

- И что, ты сразу согласился грудью на амбразуру? - усмехнулась я.

- Почти, - нехотя подтвердил парень и, словно оправдываясь, добавил, - у друга все серьезно с той девушкой, а эта идиотка все портит.

- Да ты романтик, - удивленно протянула я.

- Да причем тут это? Я просто себя на его место поставил. Я бы не захотел, чтобы какая-нибудь дура лезла ко мне и к моей девушке.

Я почему-то сразу представила на месте дуры себя, как я пристаю к Михе и угрожаю расправой его любимой. Тут же отогнала подобные мысли. Подалась вперед и, сгорая от чисто-женского любопытства, спросила:

- Слушай, а какая она? Единственная и неповторимая.

Парень, чуть нахмурив брови, начал перечислять:

- Ну, высокая, светленькая. Глаза, кажется, голубые... хотя может зеленные...

Что-то мне совсем не понравилось это описание. Нет, я не завидовала белобрысой незнакомке с голубыми глазами. Меня напрягло отсутствие эмоции у друга, с которой он описывал свою любовь.

- Подожди, ты сейчас о ком? Я тебя про твою девушку спрашиваю, - ох, все-таки у меня есть тяга к мазохизму.

- А-а-а! - понял парень, что от него хотят. - Она красивая и умная, и веселая, часто смешная, - Миха заулыбался, а я поспешила отодвинуться, а друг все продолжал перечислять качества своей избраницы.

Судя по описанию я этой счастливице и в подметки не гожусь. Но что делать, сама спросила, вот и приходится выслушивать.

Скоро друг перешел на более безопасную тему, и мое настроение сразу стало улучшаться. Я тайком посмотрела на телефон. Оказалось не заметила пришедшее смс. Открыла - лучше б не замечала его совсем. Текст был не очень оптимистичным.

"Милая, извини. Надо же было столкнуться с какой-то козой. Не жди. СЛМ".

Обращение безусловно порадовало, меня так только папа называл. А остальное жутко расстроило. Свидание закончилось, не начавшись.

Достала кошелек. Под гневным взглядом голубых глаз, сунула обратно в сумку.

Миха предложил пойти к нему в гости, я отказалась. Но приняла предложение подвезти.

Друг остановил машину напротив моего подъезда.

- Миш, - я смотрела вперед, собираясь с духом, чтобы признаться парню о наболевшем. - Я хочу тебе кое-что сказать. Это долгий разговор, - предупредила я.

Парень проникся важностью момента, заглушил двигатель и повернулся ко мне.

- Какое совпадение, мне тоже есть, что тебе сказать. Я...

- Я первая, - быстро перебила Миху и, пока не растеряла остатки храбрости, выпалила: - Миша, я хочу... - вздохнула, - я хочу, чтобы ты научил меня кататься на роликах. Потому что давно об этом мечтала.

По мере того, как я говорила, лицо друга вытягивалось от удивления. Мое, кстати, тоже. Ведь я планировала сказать, совсем другое, но непослушный язык продолжал говорить абсолютно отличные слова от тех, что были на уме.

Струсила. Опять.

- Это все, что ты хотела сказать? - уточнил парень.

- Пока, да. Ты подумай, потом скажешь согласен или нет. Пока.

Я позорно сбежала, так и не узнав, о чем хотел поведать Миха.

Дома стояла тишина. Я, не разуваясь, прошмыгнула к себе в комнату, выглянула в окно.

Миша ходил вокруг машины, курил. Минут через десять все-таки сел в машину. У меня заиграл телефон.

- Да?

- Ты дома?

- Конечно, я дома, ты же сам меня только что привез.

- А почему свет не включаешь?

- Так я это... - лихорадочно соображала, что сказать, - в ванной.

- А, ну ладно, - отключился.

Друг завел машину.

Такое чувство, что я сама себе напридумывала проблем, и теперь мучаюсь. Надо воспринимать Миху как друга. Не сошелся же белый свет на нем клином. Хотя, вру. Мой мир на нем точно сошелся. Может, надо отвлечься? Решено! Завтра же напрошусь в Тарасову компанию. Конечно, там Олег. Но что поделать, других вариантов я пока придумать не могу. Не так много у меня близких друзей.

С такими мыслями я уснула и не слышала, как мой телефон дважды коротко тренькнул.

С утра накрапывал дождь. Я, толком не продрав глаза. подошла к окну, уткнулась носом в прохладное стекло. Никогда не любила мокрую погоду. Я же солнечный человек, и мое настроение зачастую зависело от погоды. Со вздохом отлипла от окна, побрела на кухню. Там взгляд невольно притянул желтый стикер на микроволновке. Послание гласило: "Решил восполнить дефицит солнца". Нетерпеливо заглянула в печь и нашла тарелку с блинчиками. Невольно заулыбалась.

После плотного, даже для меня, завтрака я вернулась в комнату, нашарила под кроватью телефон. Это стало привычкой, находить текстовые сообщения на мобильном по утрам. Одно было от Скейтера - предсказуемо, согласитесь.

"Чувствую себя предателем, - стояло аж три печальных смайла, - ты сильно на меня обиделась?". Он еще спрашивает. Да, я понимаю, что обстоятельства сложились не лучшим образом, но от этого не легче.

В ответ написала: "Не обиделась". Перечитала свою ложь и удалила напечатанный текст. Решила какое-то время его игнорировать. Слишком уж легко он стал управлять моим душевным состоянием. До этого только Миха так мог.

Второе сообщение меня порадовало еще меньше первого. Я тут же набрала отца и, как только тот ответил, застонала:

- Пап, ты знаешь, что тетя Катя приезжает.

Кажется, отец выбросил трубку в мусорку. Я, кстати, так же хотела поступить, да пожалела.

- Когда? - голос отца звучал угрюмо.

- В пятницу!

- В следующую? - с надеждой спросил родитель.

- Завтра, пап, - как бы мне не хотелось расстраивать отца, неправду говорить было бессмысленно. - Она тебе, я так понимаю, ничего не сообщила, - я не спрашивала, утверждала.

- Ничего. Ладно, Май, дома поговорим, мне сейчас некогда.

Н-да, неприятные известия, к нам едет ревизор. Тетушка Катерина двоюродная сестра моей мамы. Из моего рассказа понятно, что мама с нами не живет. Очень давно. Мы особо не общаемся с родственниками по материнской линии. Но тетушка Катя ежегодно навещает нас. Визит ее может длиться от двух недель до месяца, в течение которого она воспитывает нас троих, отца включительно.

Несколько лет назад родитель не выдержал и сказал, что мы уезжаем всей семьей, и нас в городе не будет. И мы, собрав вещи, укатили к бабуле. Вернулись мы домой через две недели отдохнувшие от городской суеты. Но нас ждал сюрприз. Неприятный. Тетушка не поверила в наш отъезд и все-таки прибыла с визитом. Найдя запертую дверь она не отчаялась. Напросилась к соседям по лестничной клетке на ночевку, а на следующий день вызвала слесарей, которые вскрыли нашу дверь.

Вы представляете наше удивление, переросшее в негодование, когда оказалось, что замки поменяны, и ни один ключ не подходит. Пока мы втроем куковали на лестничной клетке, вышел наш сосед и рассказал как было дело. С тех пор мы не принимали попыток сбежать.

Первую половину дня я провела, прибирая квартиру. Вторую - приводила себя в порядок. Дождь кончился и меня появилась надежда хорошо провести вечер. Я и так собиралась, сделать что-нибудь эдакое. А скорый приезд родственницы только подстегнул, так как минимум две недели придется изображать святую невинность.

Около пяти появился Тарас, но такой разбитый, что хватило его только на душ. Потом он завалился спать. Я на цыпочках прокралась к нему в комнату и потрогала лоб брата, тот оказался горячим. Растворила пакетик жаропонижающего, потом растолкала братца и чуть ли не силой заставила выпить.

Когда я прикрывала дверь в комнату брата, домой зашел отец. Я приложила палец к губам. Родитель вопросительно поднял бровь.

- Тараска заболел, - я потрясла пустой кружкой и пошла в кухню разогревать папе ужин.

- Ты куда-то собралась?

Отец уселся за стол, я устроилась напротив.

- Собиралась, - поправила я. - Вот только никуда не пойду, - расстроенно призналась я.

- Вот и зря, - вдруг жестко отреагировал папа, - эта мегера завтра приедет, с ней не загуляешь. Сходи дочка, развейся.

Ого, как отца-то проняло! Обычно, говорит, что меня дома вечно нет, а тут сам отправляет. Пользуясь случаем, выпросила у него денег на "развеяться".

Куда податься стало следующей проблемой. После долгих раздумий позвонила единственному человеку, с которым хотела проводить как можно больше времени. На мой вопрос, что он делает вечером, Миха ответил:

- Я иду в клуб с друзьями.

- А меня не позвали, - обиженно протянула я.

Все-таки со многими друзьями Михи я приятельствовала, и на всякие празднования меня нередко приглашали.

Комаров ничего не отвечал, поэтому я продолжила говорить.

- Ну ладно меня не пригласили, но ты мог мне сказать, что куда-то собираешься. Ты последнее время стал каким-то скрытным. Может, тебя наша дружба напрягает.

- Да.

- Что, да? Тебя дружба напрягает, - в животе завязался узел.

- Да. Нет. То есть, тебя тоже приглашали, - сказал друг.

- На неужели?! Что-то не припомню, - не удержалась от шпильки я, Миха горестно вздохнул и признался:

- Я должен был тебя позвать. Но не стал.

- Интересно, - проговорила я по возможности вежливо. - Можно узнать от чего не стал?

- Ты слишком маленькая для подобных заведений.

- Вот, значит, как. Ты, между прочим, даже на год меня не старше. Ну да ладно, хорошо провести время, друг, - вложила весь яд, что накопился за время разговора, в обращение, - мне тоже надо собираться.

Я отключилась так, как это любит делать Миха, не прощаясь. Мобильник зазвонил через считанные секунды.

- Да?

- Куда ты собираешься?

- Не знаю. С Тарасом куда-нибудь, - соврала я, стараясь, чтобы голос звучал как можно равнодушней.

- И там, конечно, будет... - Миха не договорил. - Будь готова к пол-одиннадцатому, я за тобой заеду, - тоном нетерпящим возражения сказал он и отключился.

Я оскалилась своему отражению. Все-таки мужики ужасные собственники. И даже если им не нужно что-то, они все равно не станут делиться.

Решила не нервировать Миху длиной (хотя я бы лучше сказала короткостью) своего наряда, одела черное платье, расшитое паетками - удачный выбор для клуба. Оно доходило почти до колен, но декольте было глубоким. Наклоняться в таком платье категорических запрещалось, если конечно не стояла цель продемонстрировать окружающим нижнее белье.

На укладку потратила больше часа. Вытянула надоедливые кудряшки, и волосы стали казаться чуть ли не в полтора раза длинней.

Когда Миха позвонил и сказал, что стоит во дворе, я была полностью готова. Накинув темно-бордовый палантин и взяв в тон ему клатч, я покинула квартиру. Отца я предупредила, что буду с Михой, на что родственник многозначительно похмыкал.

Миха окинув меня одобрительным взглядом, распахнул дверцу такси - джентльмен. Сам устроился на переднем сидении, назвал водителю адрес и начал меня посвящать в детали.

Как оказалось, ехали мы на день рождения. Сразу встал вопрос с подарком. Друг сказал, что уже подарил и от себя и от меня.

- От меня? - удилась я.

- Чувствовал, наверно, что так будет лучше. Нас уже воспринимают как супружескую пару, - раздраженно пояснил парень, - мы всегда и везде вместе.

- А тебе это не нравится, - осторожно поинтересовалась я.

- Почему не нравится? Если бы не нравилось, я бы не общался с тобой.

Он опять меня неправильно понял. Я спрашивала о его отношении к слухам.

Мы приехали в клуб с "оригинальным" названием Black-and-White. Хотя до названия мне не было никакого дела. В подобных заведениях я отдыхала всего несколько раз. И могла пересчитать на пальцах одной руки количество посещенных мною клубов. Поэтому мне было интересно.

Клуб занимал два этажа. На первом располагались большой танцпол и бар, на втором - чилаут. В интерьере, что было понятно из названия, преобладали белый и черный цвета.

Когда мы приехали, внутри было не многолюдно, поэтому я ошибочно решила, что клуб не популярен. Мы расположились за двумя круглыми столиками. Компания собралась человек из двадцати. Среди которых я заметила и незнакомых людей. Миха посадил меня рядом с собой и заказал... апельсиновый сок. Но после слов о том, что я не хочу становиться белой вороной или любоваться на пьяные хари будучи трезвой, друг смилостивился. Мне было разрешено выбрать самой, но под чутким присмотром.

- Знаешь, если бы мне нужен был присмотр, я бы папу с собой привела, - с улыбкой сказала я Михе, и тот сразу смутился, понял что чрезмерно опекает.

Когда танцпол заполнился, Таня - веселая компанейская девушка и подруга именинника - потащила меня и еще насколько человек танцевать. Разгоряченные алкоголем и заводной музыкой мы отплясывали как дикое племя в какой-нибудь глубинке Африки. Когда ноги устали на столько, что колени начали дрожать, я улизнула обратно за столик. Шлепнулась рядом с Михой на черный кожаный диван, отвлекая друга от беседы.

- Это твое? - ткнула в запотевший стакан с чем-то, выглядевшим как кола.

Миха в ответ кивнул. Я тут же схватила прохладный напиток и жадными глотками начала пить, пока не отметила странный вкус колы. Хотела спросить, что я умудрилась попробовать, когда глаза наткнулись на красное пятно в толпе. Это пятно приближалось с большой скоростью.

- Она что здесь делает? Тоже на день рождения приглашена? - рявкнула я другу в ухо.

- Кто? - не понял он. Я указала в направлении Людмилы.

Миха сказал неприличное слово, затем добавил еще пару.

- Май, ты же мне друг. Ты мне поможешь? - его лицо выражало такую печаль, что я, не задумываясь, кивнула.

Парень резко встал, подал мне руку. Миха повел меня куда-то сквозь толпу танцующих. Идя на "привязи" я мелкими глотками опустошала стакан, который не успела поставить на столик. Когда мы остановились у стены, друг поставил меня к стене, сам встала передо мной, заслоняя от всех, и наклонился близко-близко.

- Вчера я Люде сказал, что мы не можем быть вместе, потому что я тебя люблю, - я не успела разлиться мерзкой лужицей от привалившего счастья, следующие слова вернули на землю, - извини, Май. Но если она появится, можешь поизображать пылкие чувства?

Я непроизвольно бросила взгляд за спину Миши.

- Она уже появилась, - спокойно сказала я.

Друг положил одну руку мне на поясницу, притягивая к себе. Я понадеялась, что мое ускоренное сердцебиение он спишет на недавние пляски. Обняла свободной рукой парня за шею и сама потянулась к губам. Удивленный взгляд проигнорировала, сам напросился. Миха замер, я чуть укусила за нижнюю губу, парень очнулся. Хотел пылких чувств? Так мне изображать ничего не понадобилось. А то, что лобызаться полезла - можно на соответствующую атмосферу списать.

Целовались мы, по ощущениям, две секунды. Романтичность момента испортила Люда. Таки появилась. Хотя, когда я выглядывала из-за Мишкиного плеча, ее алого платья на горизонте видно не было.

- Ах вот значит как?! - Людин крик без труда перекрыл грохот музыки. - А сказал, что вы просто друзья! - она обвинительно тыкала в сторону друга красным ноготком.

- Как видишь, - равнодушно отозвался парень. Он говорил, не повышая голоса, потому ответ я скорей прочитала по губам, нежели услышала.

- Ах ты!

Миха покачал головой, Люда резко развернулась и затерялась в толпе. Друг хотел отстраниться, но я не позволила.

- Ноги устали, - сделала скорбное лицо.

Парень понимающе кивнул (хотя что он там понимал?) и обнял меня второй рукой.

- Ты хорошо целуешься, - прокричала ему на ухо.

- Понравилось? - кивнула. - Еще хочешь? - опять кивнула, никак не иначе, по инерции.

В общем, думать по каким причинам я дала согласие, не было никакого желания. Целовались мы на этот раз дольше, по моим ощущениям - три секунды.

- От тебя пахнет виски, - со страным выражением лица сказал он и забрал у меня пустой стакан. - И твое платье колется. Пойдем.

Миха отстранился и, крепко сжав мою ладонь, повел обратно через толпу. В клубе мы пробыли еще примерно с полчаса. Сказав, что нас ждет такси, друг попрощался с именинником и кое-кем из друзей и повел меня на улицу. Я не расстроилась от того, что мы так рано уходили. Все же была не привычна к таким местам. Миха сел со мной на заднее сиденье, назвал мой адрес и всю дорогу смотрел в окно. У моего дома парень вышел, расплатившись с водителем. На мой недоуменный взгляд пояснил:

- Пешком пройдусь.

Друг сопроводил меня до дверей квартиры, все так же в молчании. Когда я нашарила ключ, Миша заговорил:

- Май, пообещай, что никогда не пойдешь в подобное место одна...

- Да как бы и не собиралась, - начала заверять я.

- Пообещай, - с нажимом попросил Миша.

- Ладно, ладно! Обещаю, если для тебя так важно.

- Если для меня важно? - грустно улыбнулся парень. - Спокойной ночи, Май.

Миха стал медленно спускаться по леснице.

- Позвони, когда доберешься до дома, - попросила я. Меня несколько... да что врать? Меня сильно напрягала эта ночная прогулка.

- Ложись, Майка, спать, - посоветовал друг.

- Комаров, я буду ждать! - припечатала я и, открыв дверь, скрылась в квартире.

Скинув в прихожей туфли, я на цыпочках проскользнула к себе. Уселась на подоконнике и наблюдала, как дорогой сердцу человек неторопливо курит, стоя у моего подъезда. Когда окурок полетел в кусты, Миха поднял голову, посмотрел на мое окно. Я помахала, хотя друг вряд ли увидел.

Когда фигура парня скрылась за поворотом, я пошла в душ. Вернувшись из ванной проверила телефон, но нашла лишь одно сообщение от Скейтера, которое пришло около полуночи. Он спрашивал, почему я не отвечаю. Набрала в ответ, что была занята. Опять завязалась переписка. Я рассказала, что ходила в клуб. Скейтер признался, что и ему доводилось там бывать.

Той ночью я была более внимательна и время от времени проверив баланс на счету. Когда денег осталось не так много, я написала:

"Мне очень нравится с тобой общаться, но у меня мало денег. И я жду звонка от друга. А если он мне не позвонит ближайшие полчаса, мне самой придется звонить. Не обижайся, вынуждена прервать переписку".

Перечитав текст, поняла, что получилось слишком откровенно, но не стала ничего исправлять. Пусть даже Скейтер подумает, что я коротала время в его "компании".

"Ждешь звонка от просто друга? В полпятого?" - пришло сообщение. Я ничего не написала в ответ, возникло ощущение, что он меня попросту провоцирует потратить все, что осталось на счету.

Через несколько минут пришла новая смска: "Хочешь я тебе денег на телефон закину?"

Опять промолчала.

И еще одна: "У меня в доме есть банкомат внизу. Могу прям сейчас".

Какое совпадение. В доме, где живут Комаровы, тоже есть банкомат. Правда каких домов по городу куча.

Когда часы показывали почти пять, а я собралась уже звонить Михе, на телефон пришло сообщение - все-таки этот Скейтер чрезвычайно щедрый парень. Я улыбнулась и решила сначала позвонить другу. Миха быстро ответил, после первого гудка.

- Да?

- Нет, - рявкнула в ответ, я сердилась. - Ты почему не звонишь? Я же волнуюсь, вдруг тебя кто-нибудь в подворотне торкнул по твоей дубовой башке, - только сказав это, поняла, что действительно волновалась.

- Думаешь я не могу за себя постоять? - спросил парень.

- Нет. Я думаю, что ты дурак! Спокойной ночи, гад бессердечный!

Отключилась. Напечатала Скейтеру: "Спасибо, но я все. Пошла спать. Спокойной. И да, не просто друг, а самый лучший" - последнее получилось как-то двусмысленно. Дождавшись отчета о доставке, выключила телефон. Укутавшись в одеяло, скоро уснула. И снилось мне что-то жутко романтичное. Проснувшись, я так и не вспомнила что именно. Да и не до романтики мне, надо признаться, было. Приехала наша "долгожданная" родственница, да еще и не одна. Весело...

Разбудили меня громкие голоса, доносящиеся из прихожей. Поняв, что поспать больше не удастся, я растрепанная со сна выползла в коридор, дабы навести порядок. Но там и без меня справлялись. Тетушка Катерина расспрашивала отца, как мы тут поживали. На просьбы родителя, пройти хотя бы на кухню, она никак не реагировала. За теткиной спиной маячило еще два тела.

- Батюшки! Маичка, на кого же ты похожа?! - запричитала родственница, едва заметив меня.

- Здравствуйте, - просто сказала я, не поняв, меня только что похвалили или поругали.

- Это где видано, чтобы молодая девица спала целый день!

Я заглянула в себе в комнату. Часы показывали почти три - неплохо поспала.

- Ну, ничего, тетка Катя о тебе теперь позаботится. Бедная сиротинушка! - хочу заметить: оба мои родителя живы и здравствуют.

Если бы я не отвернулась, то не проворонила приближение родственницы. А так попалась я в крепкие, реброломающие объятья. Хотя кости мне удалось сохранить невредимыми. Нюх тетки оказался таким же сильным как и хватка. Катерина отстранилась и с укором посмотрела на отца.

- Что же ты, Паша, за дитем не следишь? Пьянствует твой ребенок. Ну, ничего, тетка Катя все исправит.

- Давайте, Екатерина, за своими детьми я сам послежу. Вы лучше следите за своими, - терпеливо сказал папа.

- Ах, да. Девочки подойдите, познакомьтесь с вашей сестренкой.

Те два "тела" оказались миловидными девушками-подростками. Кузин я не видела лет десять. Старшей Гале было пятнадцать. Младшей Лизе должно было исполниться пятнадцать этой осенью. Обе походили на мать - невысокие кареглазые шатенки. Их поселили ко мне в комнату, я даже обрадовалась девичьей компании, ведь подруги меня долго не выдерживали, потому я сблизилась в свое время с Михой.

Тетушка поселилась в отцовской комнате. Папа переехал к Тарасу. Сам брат в приеме гостей не участвовал - отлеживался с температурой. Катерина порывалась вылечить "маленького бедняжку" собственными проверенными методами, но отец грудью встал на защиту здоровья старшего чада, аргументировав тем, что уже приезжал доктор и прописал лечение.

Тетка как только расположилась с удобствами, тут же атаковала кухню с намерениями откормить нас оголодавших. Она так мне и сказала, что я под угрозой "дистрофии" и меня срочно нужно оттуда извлечь, из-под угрозы то есть.

Родитель покинул нашу развеселую компанию. Он отпросился с работы лишь для того, чтобы встретить родственников на вокзале и сопроводить их домой.

С кузинами я закрылась в своей комнате. Девчонки оказались то, что надо. Болтушки-хохотушки наперебой рассказывали о своей жизни. Мы повспоминали, как в детстве вместе играли, в то время, мама еще жила с нами, и мы поддерживали связь с родственниками с ее стороны.

Наш небольшой девичник прервала Катерина.

- Там какой-то парень пришел, говорит к тебе, Маичка.

- Ага, спасибо, - поблагодарила я тетку и поспешила к входной двери, по пути соображая, как умудрилась не услышать звонок. В прихожей никого не оказалось. Я в растерянности заглянула на кухню. На плите что-то варилось, жарилось, шкворчало и булькало. На подоконнике безмятежно спал кот. И ни намека на какого-то парня. Нахмурилась. Пошла к Тарасу. Брат лежал на кровати и листал "Топ Гир".

- Привет. Ты как себя чувствуешь? - с этими гостями забыла про него совсем, стало стыдно, что я такая непутевая сестра.

- Жить буду, - прокаркал Тарас, - сваргань, Майка, чаю, а?

- Хорошо, сейчас. А тут к тебе никто посторонний не заходил?

Брат оторвался от разглядывания увлекательных картинок.

- Утром доктор был. Отец заходил. Ну, и Катерина заглядывала, но я притворился, что сплю.

- Ага, - пролопотала я, все больше недоумевая, куда запропастился некий визитер.

- Про чай не забудь, - напомнил брат, когда я закрывала за собой дверь.

Зашла к себе в комнату. Катерина поучала дочек, те смирно сидели, ручки на коленках, и внимали матери.

- Теть Кать? А где парень-то, - отвлекла я женщину от разглагольствований. Она непонимающе уставилась на меня.

- Какой? А, - тетушка хлопнула себя по лбу, я бы рассмеялась в тот момент над комичностью, если бы не чувствовала себя идиоткой, - я его в дом не пустила, - простодушно отозвалась родственница.

Я бросилась обратно в прихожую. Открыв дверь, увидела пустую площадку.

- Вот, блин! - высказала вслух мнение о ситуации.

Уже хотела захлопнуть дверь когда услышала, что кто-то позвал меня по имени. Миха сидел на ступеньках. Дверь в нашу квартиру открывалась так, что заслоняла вид на лестницу, ведущую вниз. Из-за чего я и не заметила друга. Обув папины тапки, вышла на площадку, захлопнула за собой дверь. Приглашать Миху внутрь, когда там тетушка, я не собиралась.

- Не ушел, - вместо приветствия сказала я парню, дебильно улыбаясь.

- Доброе утро, - Миха смотрел на меня снизу вверх, от чего становилось не удобно. Чтобы выровнять как-то наши позиции, решила сесть рядом. Но не успела я устроиться, как была в буквальном смысле содрана со ступеньки и усаженная на Мишкины колени.

Вот, парень вроде худощавый, хотя до меня ему далеко, но в нем силы прорва. Сорок пять кило хоть и немного, но тоже вес, который поднять требуются силы, к тому же в сидячем положении.

- Ой, - пискнула я, но вспомнив, что жеманства не в моей репертуаре, тут же возмутилась, - ты чего творишь? А ну поставь, где росло!

- Не верещи, - взмолился друг. - Либо тихо сидишь тут, либо не сидишь вообще.

Громкость голоса я убавила, заметив темные круги под глазами парня, но, подозрительно сощурившись, уточнила:

- Вчера не наобнимался вдоволь, решил сегодня восполнить?

- Ты как всегда блещешь умом, милая, - ехидно пропел Миха, а потом серьезным голосом добавил, - я о твоем здоровье, болван, пекусь, что бы ты на бетоне не сидела, это раз.

- А "болван" ко мне относится? - влезла я.

- Нет, - улыбнулся друг так, что я радостно оскалилась в ответ, - болван это я.

- Хорошо, - покивала я. - А что два?

- А два это то, что у тебя обнимать не-че-го!

Я замерла на мгновение, решая обидеться и устроить Комарову бойкот, или возмутиться и блеснуть знаниями в бранной речи. В итоге лишь спросила, зачем его Наглое Высочество пожаловало. С колен парня я так и не слезла, в принципе было удобно... и в груди расцвел цветик-семицветик - цветок семи разных чувств: восторг, нежность, радость, грусть, ревность, неверие и любовь. Пока я анализировала свое состояние, Миха собрался с мыслями и заговорил:

- Я пришел извиниться.

- Молодец, хороший мальчик, - тут же похвалила я, вспомнив сколько потратила нервов ожидая его звонка...

- То что случилось в клубе, я не должен был... - стоп, о чем это он? - пользоваться нашей дружбой. Забудь все пожалуйста.

Ага, размечтался! Как же, забыла! Да это, возможно, был один из счастливейших моментов мой жизни!

Наклонилась к лицу друга, заглядывая тому в глаза. Миха взгляд не отвел, но дыхание его участилось.

- Комаров, ты что думаешь, что нашей дружбе придет каюк из-за каких-то поцелуйчиков?!

Парень кивнул, все-таки я его продолжала понимать. А то уж начала думать, что связь потеряна. Ан нет, просто, видимо, произошел какой-то сбой в системе после того первого поцелуя. И, как я поняла, вчерашний - все вернул на свои места. Я улыбнулась.

- Комаров, я тебя люблю! Ты же мой друг, неужели ты думаешь, я стану к тебе относиться хуже после такой ерунды! - я понадеялась, что Миха не заметил, как мой голос дважды дрогнул. После моих слов он облегченно выдохнул, от чего я заподозрила, что друг знает о моих истинных чувствах.

- Ты любишь меня? - развеселился парень.

Я осторожно поднялась, спустилась на несколько ступенек вниз, не только для того, чтобы наши с Мишей глаза оказались на примерно одном уровне, но и увеличивая расстояние между нами.

- Почти так же как Тараса, - не стала говорить всей правды, но и не соврала.

- Как брата, значит?

- Можно узнать причину твоего веселья? - я подняла недоуменно брови.

- Да так, проехали, - Миха посерьезнел. - Кто та вежливая дама, что разрешила мне подождать снаружи? - с сарказмом спросил он.

- Катерина, - выдохнула я, внутренне радуясь, что мы оставили тему отношений.

- Я так и понял, - друг тоже поднялся, небрежно отряхнул джинсы, - ну, раз ты не обижаешься, я, пожалуй, пойду.

Миха начал спускаться вниз. Проходя мимо, щелкнул меня по носу. Я машинально потерла свой орган обоняния.

- А тебе не мешало бы пойти домой, а то в пижаме по подъезду... - он многозначительно замолчал.

Я оглядела подол длинной футболки, в которой обычно спала. Рука тут же потянулась к волосам. Умыться-то, я умылась мало-мальски, а вот причесаться не соизволила. Я же не думала, что кого-то принесет нелегкая.

- Миш, а ты предупреждать о своем приходе не пробовал? - едко спросила я, пока парень не скрылся из виду. Комаров остановился, вернулся ко мне.

- У тебя телефон отключен, а домашний постоянно занят.

- А, ну да, - захотелось хлопнуть себя по лбу, как недавно это проделала тетушка.

- Что у тебя с ним? - резко спросил Миха, я аж отшатнулась слегка. Удивленно распахнула глаза.

- С кем?

- С кем у тебя было назначено свидание, - пояснил друг уже нормальным голосом.

- Ничего, - равнодушно ответила я. - Пока ничего. А с чего такой интерес?

- Ну, как же я же тебя тоже люблю... - Комаров странно улыбнулся, как-то зло, - братской любовью. Вот и беспокоюсь.

Больше ничего не сказав, Миха развернулся и сбежал по лестнице. Я поплелась домой. Все-таки с нашей дружбой последнее время творилось что-то непонятное.

Прошла в свою комнату, не обращая внимания на вопросительные взгляды кузин, дошагала до окна. Выглянула - оказалось утром был дождь - я все проспала. Миха стоял у подъезда. Открыла створку.

- Комаров, ты достал засорять наш двор окурками! - гаркнула я.

Миха поднял голову, оскалился. Появилось чувство, что парень специально вечно останавливается покурить у нашего подъезда, чтобы проверить, не покажусь ли я в окне.

"Нашел Джульетту без балкона, блин!"

От возникшей мысли я хихикнула.

- Ромео недоделанный, - вполголоса пробормотала я и уже более громко добавила, - иди-иди, сори в своем дворе.

- Прикольный, - раздалось сбоку. Обе кузины пялились на Миху сплющив носы о стекло. Парень тоже заметил нежданных зрителей, мотнул головой, мол, кто такие.

- Я тебе вечером позвоню, - сказала я.

Друг кинул.

- Тогда до вечера, - Миха махнул сестрам и пошел восвояси или куда-то еще. Девчонки захихикали.

- Это твой парень? - спросила Лиза.

- Друг, - поморщилась я, откуда-то появилась ревность.

- А почему ты его Ромео назвала? - удивилась Галя.

- Да так, - не стала я ничего объяснять сестрам. Взяла одежду со стула и сбежала в ванную под предлогом переодеться.

Оказывается, если просыпаешься после обеда, то не замечаешь, как быстро пролетает день.

Вот и я вроде не давно проснулась, а уже надо идти набоковую. Кузины заснули быстро, устали все-таки с дороги, а днем не отдыхали совсем. Их я пустила спать на кровать, сама же устроилась на кресло, благо то раздвигалось. Недавно включенный телефон радовал несколькими сообщениями. Я прежде, чем отвечать на них, настроила мобильник на беззвучный режим, даже вибрацию отключила. Стала открывать одно за другим сообщения:

"Эй, ты куда?! Так не пойдет, мы только начали!"

"Майя, выходи." - он написал мое имя без ошибки, что удивило.

"Ты разбила мне сердце". Плачущий смайл в конце.

"Я понял! Ты все еще обижаешься на то, что я тогда не пришел. Дай мне загладить свою вину. Называй свое время и место. Я приду туда за день до назначенного часа, поставлю палатку и буду ждать тебя".

Последнее смс меня особо повеселило. Я задумалась, куда бы его позвать, но как назло ничего не шло в голову. Кино я сразу забраковала, дважды мы туда не попали, так что пытаться третий раз не хотелось.

- Ну не в театр же его звать, - еле слышно простонала я, кто-то из девчонок заворочался, а я решила за лучшее заткнуться.

"Может просто погуляем?" - напечатала, все еще сомневаясь в правильности выбора, но тем не менее нажала на "отправить". Ждать ответа пришлось недолго. Скейтер написал много всякой милой чуши и спросил, где и когда мы встретимся.

"Как насчет места, где мы впервые увиделись?"

В этот раз ответ пришел не так быстро. "Давай там. А когда?"

Прикинув, что завтра-послезавтра улизнуть из дома - будет минимум невежливо по отношению к гостям, а понедельник день тяжелый, я предложила встретиться во вторник. Скейтер согласился.

Два следующие дня, я провела с сестрами. Они замучили меня вопросами о моем парне, в отсутствие которого они дружно не верили. О Михе девчонки тоже интересовались, но видя, что я начинаю злиться, скоро прекратили попытки узнать что-либо. К тому же в воскресенье, когда мы втроем возвращались домой, вышеупомянутая персона встретилась нам по дороге.

- Привет, - буркнула я, заметив странный блеск в глазах что у одной, что у другой сестричек.

- Привет, я Михаил, - парень ослепительно улыбнулся, и если бы я не была в него уже влюблена, то точно бы влюбилась в тот момент.

- Это Галя, а это Лиза, - представила я девчонок, - мой сестры.

- Очень приятно. Милые девушки, вы ведь не обидитесь, если я украду ваши сестру на несколько секунд?

"Ты еще поклонись им!" - мысленно злилась я на галантного со всеми, кроме меня, друга.

Галя с Лизой синхронно кивнули. Миха, взяв меня под локоть, отвел в сторону.

- Как дела? - не к месту спросил он.

Я удивленно подняла брови. Миха в ответ закатил глаза.

- Ты за этим меня отвел?

- Нет, конечно! - фыркнул он. - Что, нельзя узнать, как у тебя дела? - парень посмотрел в сторону шушукавшихся сестер и улыбнулся. Я тоже на них глянула, недобро так. Девчонки захихикали. Только непонятно, надо мной они потешались или кокетничали с Мишей.- Мог позвонить, поинтересоваться, как дела, - недовольно буркнула я, склонив голову.

- Ладно, в следующий раз, если увижу тебя на улице, не стану подходить, - не мешая, выдал парень.

- Говори, Комаров, что хотел, - махнув в сторону сестер, добавила, - видишь, развлекательная программа у нас?

- Зайти ко мне на неделе сможешь?

Я пожала плечами.

- Может, я тогда зайду?

Посмотрела исподлобья на Миху. Он хитро улыбался, знал, что домой я его не приглашу до отъезда тетки. Потом я перевела взгляд на девчонок, усердно делающих вид, что не пытаются сократить расстояние между нами. Прикинув, что во вторник я все равно собиралась на встречу, то вполне могла заскочить и к Михе после.

- Послезавтра вечером тебя устроит?

- Вечером, во вторник, - задумчиво пробормотал парень, словно вспоминал намеченные планы. - А во сколько?

Я задумалась: может, мне Скейтер в реале не понравится, а, может, я опять потеряю счет времени. На всякий случай сказала:

- Часиков в семь.

- Нет, я буду занят, - уверено отказал Миха, - давай или раньше, или позже.

- Давай тогда в два? - решила я зайти перед свиданием.

Комаров опять на мгновение задумался. Потом кивнул - согласен.

- Ну, иди, развлекай кузин, - парень махнул девчонкам и развернулся с намерением уйти.

- Как? - опешила я. - Это все? А зачем мне к тебе приходить, не скажешь?

- Это сюрприз, - бросил Миха через плечо.

- Ненавижу сюрпризы, - проворчала я, возвращаясь к сестрам. Те тактично молчали всю оставшуюся дорогу до дома. Но стоило нам троим оказаться в комнате, тут же посыпались вопросы. Я упиралась, говорила, что Миха просто товарищ, и нас ничего не связывает кроме дружбы, и он никогда ни на что не намекал.

- А давно ты в него влюбилась? - романтично закатив глазки, спросила Лиза.

- Странно, что он тебе еще не признался, - одновременно с младшей проговорила Галя задумчиво.

Чьё высказывание повергло меня в больший шок, я до сих пор не могу решить. Только немного придя в норму, я возмутилась.

- Да что за чушь вы несете?! Я ни в кого не влюбилась! И в чем он должен признаться?

- В любви, конечно.

Девчонки прыснули, а я убежала прятаться в ванную, к своему стыду. Когда я вернулась в комнату, кузины сидели за компьютером и не обращали на меня внимания. Я тихонько выскользнула обратно в коридор, раздумывая чем бы заняться. Как таковой домашней работы не было, ее всю переделала тетка. Я постучалась к Тарасу и, не дожидаясь разрешения, вошла. Брат был не один. Я слышала бубнеж еще из коридора, но подумала на отца. В комнате же оказался Олег и миловидная брюнетка. Не успела я обрадоваться, что "богатырь" нашел себе другую даму сердца, как парень расплылся в широкой улыбке при виде меня. Надежда была удушена.

- Здрасьте, - бодро поприветствовала я компанию. - А папы нет? - думала смыться, оправдав визит тем, что искала родителя, а его не оказалось.

- Привет, сестричка! - радость в голосе Тараса была не поддельной, что я затормозила, так и не выйдя из комнаты. - Вот познакомься, это Оксана, - незнакомка смущенно улыбнулась.

- Привет, - промямлила я, разглядывая девушку. До этого момента я ее ни разу не видела.

- Ну, вы потом поближе познакомитесь, - прокаркал брат, - а пока сделай, Майюшка, чаю, - и столько мольбы в глазах, - а Олег тебе поможет. Да, Олег?

Последний только кивнул и поднялся. Пока он выталкивал меня из комнаты, я чуть шею не свернула, оглядываясь на Тараса и Оксану.

- Пойдем-пойдем. Они взрослые люди, им нужно какое-то время побыть наедине, - мягко пожурил меня Олег.

Признаться, мне стало стыдно. Но совсем немного, и желание узнать подробности не угасло. Выжидательно уставилась на парня, как только включила электрический чайник. Олег мой взгляд игнорировал, пришлось озвучивать.

- Что у Тараса с Оксаной?

Парень ухмыльнулся и покачал головой. Не захотел рассказывать, надо же. А я думала, что мужики жутки сплетники. Наверно, мне в тот день голову напекло, иначе от чего я вдруг решила пустить в ход весь свой шарм. Кстати говоря, я до этого и не знала, что таковой у меня имеется - пользоваться им не доводилось.

- Ну, Олежек! Ну, что тебе трудно удовлетворить мое любопытство? - погладила по богатырскому плечу. - Мне Тарас все равно признается, - улыбнулась.

- Вымогательница, - проворчал парень, но все впечатление смазало выражение блаженства на его лице.

В общем, Олег недолго ломался. Я только вошла в раж, а он уже все детали отношений брательника с новой гелфрендой выдал. Тарас встречался с Оксаной около двух недель. Где они познакомились, история умалчивала. Верней Олег сознался, что не в курсе, потому что сам видел девушку пару раз. Брат отчего-то не хотел вводить ту в свою компанию - это уже интересно. Еще богатырь поведал, что Тарас попросил друга привести к нему Оксану, так как она стесняется прийти одна. А так же девушка всю дорогу нервничала и практически не разговаривала. Так, Олег поведал всю ведомую ему информацию.. А я поставила себе заметку: испытать новый способ дознания на Михе.

Чайник пришлось вскипятить по-новой. Вернувшись в комнату, мы застали голубков смирно сидящих. Я с подозрением осмотрела гостью. Помады на губах не обнаружилось, но ее и не было до нашего ухода. А зачем, вы думаете, я себе шею выворачивала? Детали подмечала. А вдруг бы, Тарас девушку заразил. Сделала вывод, что эти двое не целовались - хорошо. Это значило, что брат думает об Оксане. Также я заметила румянец на щеках девушки и чуть прямо не спросила, чем они тут занимались.

Все разобрали чашки, расселись. Я с ногами забралась в кресло, такое же как у меня в комнате. И начала бестактно рассматривать визитершу. Она, чувствуя мой взгляд, смущалась и все больше опускала голову.

- Май! - прорычал Тарас. Хотя, может, из-за его больного горла получилось так угрожающе.

- Что? - перевела взгляд на него.

Брат сделал "страшные" глаза. А я себя еще мысленно пнула. Вот уж не ожидала, что поведу себя так невоспитанно.

- Кхм, - прочистила я горло. - Оксаночка, - сама поморщилась, так приторно прозвучало, поэтому тут же исправилась, - Оксана, а сколько Вам лет?

Девушка нерешительно подняла на меня глаза, глянула на Тараса, тот чуть кивнул, подбадривая.

- Семнадцать, - прошептала она, но взяв голос под контроль, повторила громче, - семнадцать.

Я, только что глотнувшая чаю, выплюнула напиток обратно в кружку. Пискнув "горячо", поспешила выйти. На кухне сполоснула кружку, заварила новый чай. И чего я вдруг обалдела? А того, что Тарасу в августе исполнялось двадцать четыре, и получалась, что и этих двоих разница в семь лет, которая мне казалась чудовищно большой. А еще знакомые мне подружки брата были всегда его ровесницами. Так что же произошло? Почему он переключился на малолеток? Хотя не мне называть Оксану малолеткой, самой не так давно стукнуло восемнадцать.

Прекратив лихорадочное метание по кухне, вернулась в Тарасову комнату. Извинилась. Засунув всякие мысли куда подальше, улыбнулась Оксане. Стоило во всем разобраться, не спеша.

- Извини. Ты не выглядишь на семнадцать, - я не врала. - На двадцать, скорей.

- Я... - начала Оксана что-то говорить. Кстати, щеки ее стали более пунцовыми.

- Какая тебе разница, - разозлился на меня брат. Он осторожно приобнял девушку за плечи и в то же время старался говорить в сторону.

Я подперла щеку и внимательно разглядывала эту идиллию. На гнев Тараса у меня давно выработался иммунитет, так что я не волновалась. Оксана, чувствуя поддержку со стороны, с вызовом посмотрела мне в глаза. Все-таки наблюдалась в ней храбрость, что заслуживало уважения. Я дружелюбно оскалилась. Брат, видя, что сестра адекватна и не намерена нападать на гелфренду, отпустил девушку и поспешно отодвинулся. Олег все это время безуспешно изображал мебель. Наверное, косил под шкаф.

Дальше чаепитие продолжалось в мирной атмосфере. Но стоило закончиться всему съестному, как я тут же подскочила. Олег последовал моему примеру.

- Сиди, Олежек. Мне Оксана поможет, - я посмотрела на девушку и мотнула головой в сторону двери. Получилось аля-гопник "пойдем выйдем". От возникшей ассоциации меня разобрал смех. Пришлось закусить губу, чтобы не расхохотаться в голос. Тарас сразу же напрягся.

- Не съем я твою девушку. А ей надо проветриться, у тебя столько бацилл здесь летает. Не жалко тебе ее? А с Олегом ничего не случится, ведь он такой здоровый, - брат кивнул, а Олег расплылся в улыбке. Видимо, опять не понял двойственности комплимента.

На кухне весь страх из глаз Оксаны пропал. Передо мной стояла решительная, уверенная в себе девушка. И я бы поверила, если бы ее голос не дрожал, когда та заговорила.

- Я его люблю! И пусть он старше, - взволнованно начала она.

- Кто ж сомневается? - хмыкнула я, сгружая чашки в мойку.

Оксана замолчала. А мне пришлось, ей объяснить, что я хочу просто познакомиться, в присутствии Тараса это провальная идея. А сколько ей лет, мне не важно - я чуть покривила душой, не понимала пока, что в девушке особенного. Оксана горестно вздохнула и, забрав у меня губку, стала намыливать чашки. Молча мы перемыли посуду. Я не стала ее ни о чем расспрашивать, лишком уж девушка была напряжена. Потом Оксана помялась и попросила мой номер. Я проводила ее к Тарасу, тот облегчено выдохнул. Чудак. Я улизнула от их распечальной компании.

Первую половину понедельника провела у отца в офисе. Я третье лето помогала ему (пока секретарь была в отпуске), за что получала зарплату. Время после обеда провела дома.

Во вторник решила не заморачиваться с нарядом, тем более, на улице было пасмурно и ветрено. Одела брюки цвета хаки, черную футболку с абстрактным рисунком, сверху легкую кожаную куртку, на ноги обула кеды. За спину рюкзак. Подумав немного, нацепила темно-зеленую бейсболку, сворованную однажды у Михи. Папа неодобрительно поцыкал, увидев, в чем я собралась на работу, но так ничего и не сказал. Мой дресскод не был оговорен, а так я выглядела вполне прилично... для прогулки.

Ровно в два часа по полудню я нажала на кнопку звонка в квартиру Комаровых. Мысленно отметила, что становлюсь пунктуальной. Тоже самое сказал Миха, открывший дверь. Помог снять куртку, я смотрела на него ошалелыми глазами. Комаров забрал у меня бейсболку, покрутил немного в руках и со словами "знакомая вещица" водрузил ее обратно на мою голову. Он провел меня в комнату, предложил чаю-кофе. Я заподозрила что-то неладное, прищурилась.

- Что-то мне все это не нравится. Слишком уж ты галантен, мой дорогой друг.

- Майка, да брось, - отмахнулся парень, взяв гитару, уселся на кровать, напротив меня. - Послушай.

Миша сыграл мне грустную песню. Текст, которой не так давно давал мне прочитать. Я заметила, что непонравившуюся мне строчку он изменил. А еще я ожидала совсем другой мотив, более яростный, не такой печальный. Чувствуя, что скоро начну разводить сантименты, я как можно более небрежно сказала:

- А в этом доме меня не покормят?

Комаров улыбнулся.

- Ты неисправима, - он пошел в сторону кухни, я поплелась следом.

- Она красивая, только грустная, - сказала я парню в спину, от чего постеснялась сказать в лицо. Он ничего не ответил.

- Мих, кажется телефон звонит, - прислушалась я. Мы сидели за столом и неспешно пили кофе, заедая черничным пирогом.

- Ага, - друг подскочил и припустил к себе в спальню.

Скоро оттуда донеслись обрывки фраз: "у меня", "скоро буду", "подожди" - это все что мне удалось расслышать. Миха вернулся в кухню с просветлевшей рожей.

- Майк, мне надо идти, извини, - и ни капли сожаления в голосе. А светится от того, что от моей компании, наконец, избавится?

- Да мне, наверно, тоже пора, - грустно сказала я. Эмоции скрывать не стала, а Миха, смотря на мое кислое лицо, тоже подрастерял былой энтузиазм. Взгляд машинально зацепился за часы, когда мы вышли в прихожую. Я, не сдержавшись, взвизгнула. Пятнадцать минут четвертого, а встреча со Скейтером назначена на три. Что я там говорила, становлюсь пунктуальной? Из кармана куртки донесся сигнал о принятом сообщении. Кто бы сомневался, писал Скейтер, что ждет меня.

- А-а-а! Я иду, уже иду, - сказала я телефону. - Че ржешь, конь педальный? - рявкнула я на Миху, который, нисколько не стесняясь, потешался надо мной. Я, наверно тоже посмеялась бы, увидев кого-то на своем месте. - Я на свидание опаздываю!

Реакцию друга я не увидела, потому что побежала за своими вещами.

- Может, тебя подвести, - спросил Комаров, следя за тем, как я зашнуровываю кеды.

- Было бы круто! - распрямилась я и с надеждой уставилась на парня. - Ты на колесах? А дядя Витя как?

- Сколько вопросов, - ехидно сказал Миха. - Я думал, ты торопишься, и тебе нет дела до всего на свете.

Благоразумно прикусила язык, пока не ляпнула, что-то вроде "Готова ради тебя забить на всех скейтеров мира".

Услышав, куда я направляюсь, друг вопросительно приподнял бровь (никак от моего папы нахватался). Я никак не стала комментировать. Миха быстро довез меня до места. Скейтера я заметила из далека, вернее понадеялась, что узнала правильно. Он стоял с группой экстрималов, только на этот раз сильно отличался от толпы. Не был так ярко одет и в руках держал букет - мило.

- Спасибо, - поблагодарила я Миху.

Признаться, чувствовала я себя неловко. Это мягко говоря. На самом деле, все происходящее казалось неправильным, даже абсурдным. Как я позволила любимому человеку вести меня на свидание с другим. Поздно дошло, и уютный салон расхотелось покидать. Но я все-таки открыла дверцу.

- Если что, звони мне.

Я оглянулась на друга. Он смотрел на парня с цветами и даже не пытался скрыть недовольства.

- Окей, позвоню, если что, - натянуто улыбнулась я и выскользнула из автомобиля.

До места, где стоял Скейтер было метров сто. Уже пройдя половину пути, я оглянулась. Машина Комаровых была там же. Я остановилась, поняв, что не могу приблизиться к другому парню, пока Миша за мной наблюдает. Друг, видимо, понял причину моей заминки, и через минуту седан скрылся в плотном потоке транспорта. Я вздохнула - так намного лучше, спокойней - и продолжила свой путь. Скейтер меня заметил и пошел навстречу.

- Майя?

Я кивнула, нерешительно улыбаясь. Передо мной стоял не очень высокий шатен. Симпатичный (Миха красивее, конечно, кто бы сомневался). Он не улыбался, скорей ухмылялся, и это мне уже не нравилось. Склонив голову набок, продолжила беспардонно разглядывать парня. Пауза затягивалась, становилось неловко. "Клиент" начал нервничать, Скейтер перестал ухмыляться. Таким он мне нравился больше.

- Э-э, я не такой тебя представлял, - признался парень.

- Разочарован? - спросила прямо.

- Нет, нет, - он поспешно начал заверять меня в обратном. - Вот, кстати, держи. Это тебе, - протянул букет.

- Спасибо. А ты можешь сказать мне имя? - смущаясь, спросила я.

- Чье имя? - Скейтер непонимающе уставился на меня.

- Твое, чье ж еще? - вздохнула я. Неужели он на столько глуп, что не смог понять простой вопрос?

- Ах это! - парень улыбнулся, даже плечи расправил. - Саша. Александр, то есть. Можно Алекс.

- Мне первый вариант больше нравится.

- Неужели я не представился? - засмеялся парень, в ответ я отрицательно покачала головой. - Ну раз мы, наконец-то, познакомились, то пойдем куда-нибудь.

Скейтер с беспокойством посмотрел на небо. Я тоже подняла глаза. Свинцовые тучи не предвещали ничего хорошего, поэтому мы отправились в ближайшую кафешку. Только мы заняли место на втором этаже, начал накрапывать дождь. Мы сделали заказ. Я, не зная как начать беседу, смотрела в окно.

- Любишь дождь? - поинтересовался Саша.

- Терпеть не могу! - призналась я, переводя взгляд на собеседника. Тот сидел, облокотившись на стол, и подпирал подбородок ладонью. Я непроизвольно скопировала позу Скейтера.

- Ага, вижу, - улыбнулся парень, - ты дитя солнца. Вон сколько веснушек!

Я сморщила нос, нашел о чем поговорить - о моих врагах.

- А ты дождик любишь? - спросила я, стараясь увести беседу подальше от рассуждений о конопушках.

Разговор завязался. С темы погоды мы незаметно перескочили на кинематограф. Рассказывали друг другу какие фильмы предпочитаем, какие посмотрели и все в подобном роде. Далее были спорт, книги, музыка. Скейтер оказался интересным собеседником не только по переписке, но и вживую общение с ним приносило удовольствие.

Дождь, точнее ливень, давно прошел. После третьей чашки чая и четырех пирожных я почувствовала, что скоро лопну.

- Может, пойдем пройдемся? - предложила я, заметив не первый недобрый взгляд обслуживающего персонала.

Снаружи солнышко то появлялось, то его снова скрывали облака. Перепрыгивая через лужи и переговариваясь, мы просто брели по немноголюдной улице. Дошли до проспекта, не сговариваясь свернули и скоро уже были на набережной. Когда разговор зашел о личной жизни (до этого мы говорили только об интересах) у Саши зазвонил телефон.

- Извини. Мама. Надо ответить.

Парень отошел на пару метров.

- Да, мамуля, - сказал он в трубку, мне почудилось ехидство в голосе. Но решив, что это не мое в общем-то дело, сама сделала несколько шагов, увеличивая расстояние. Не хотелось невольно подслушать. Достала мобильный, набрала сообщение: "Как обстановка? Катерина дома?". Потом стала искать номер брата в телефонной книге. Так как Тарас находился почти в конце списка, то я начала двигаться снизу вверх, а не наоборот. Мой телефон последнее время вредничал, некоторые кнопки приходилось нажимать по нескольку раз, из-за чего и случился следующий конфуз. Когда я добралась-таки до имени братца, я нажала два раза на "Ок" подтверждая отправку смс. Но мобильник засвоевольничал: темная полоска на экране, выделяющая выбранный номер, вдруг прыгнула вверх на два деления, аккурат на Скейтера. Сообщение было удачно отправлено. Анти-удача какая-то переследовала меня с утра! Посмотрела на парня, продолжающего разговаривать. Вздохнула. Наделала делов. Отправила сообщение повторно, теперь не торопилась. Через несколько минут Тарас написал, что дома никого нету, а наши гостьи куда-то "свалили".

Подошел Саша, я выдавила печальную улыбку.

- Кто такая Катерина?

- Извини, я по ошибке отправила смску. Телефон старый, кнопки заедают, - для наглядности продемонстрировала мобильный.

- Да, нужен новый телефон. Я даже могу посоветовать пару.

Прогулка возобновилась. А мы с полчаса спорили о телефонах. А потом я буквально сбежала от Скейтера, потому что вдруг почувствовала - этого человека слишком много для одного дня. Торопливо попрощалась и, отказавшись от предложения проводить, уехала домой.

- Ну, и как прошло твое свидание? - позвонил вечером Миха.

- Замечательно, - похвасталась я.

- Рад за тебя, - буркнул друг.

- За этим только позвонил? - поинтересовалась невинным голосом.

- Да, - он отключился.

Миха ревнует! В этом я уверена на сто процентов. Может, еще не все потеряно? Зря я руки опускаю, надо бороться за свое счастье! Остается только узнать, с кем придется бороться. Как говорится, врагов нужно знать в лицо. Ну, возлюбленная Михи, берегись!

С такими мыслями и, подозреваю, наиглупейшей улыбкой я уснула. Во сне я бегала за какой-то девушкой, но никак не могла поймать. Из-за "салочек" проснулась усталая. До обеда проходила кое-как, а придя домой завалилась на кровать, разбирать кресло сил не было. Проспала до тех, пор пока не появился отец. Потрогал лоб, ушел куда-то, вернулся с градусником. Вяло отнекивалась, пока мне под мышку, совали термометр.

- Что же вы у меня летом оба заболели? - сокрушенно спросил родитель, проверяя градусник. Еще раз потрогал лоб, словно наощупь мог определить температуру точнее. - Покажи-ка мне горло.

- Оно не болит, - просипела я, - только голова раскалывается.

- Так ладно, сейчас сделаю тебе молоко с медом.

Отец поднялся, но направился не в сторону двери, а подошел к шкафу.

- Эй! Па, тебе туда нельзя! - слабым голосом возмутилась я, когда родитель начал шариться в моих вещах. - У меня там, знаешь ли, всякие женские штучки.

- Майка, в кого ж ты такая глупая растешь?

Папа вернулся к кровати и вручил мне фланелевую пижаму.

- Переодевайся, я тебе сейчас молоко принесу.

Я лишь сморщила нос, знала спорить бессмысленно - отец мог и насильно влить противную жидкость.

Утром заходил дядя Гена - папин близкий друг. Он работал в "скорой" и лечил, когда возникала надобность, наше семейство. К Тарасу, кстати, тоже он приходил. Вколол мне что-то в... (опустим подробности). Я задремала, продрыхла до обеда. Когда проснулась, то чувствовала себя значительно лучше. Пошла в туалет. Меня почти не шатало, но я все-таки подстраховалась - держалась за стеночку. В прихожей столкнулась с Тарасом.

- Ты куда? - удивилась я. Брат, конечно, выглядел бодрым, но я знала, что болезни он переносит намного хуже меня.

- Проветриться.

- К Оксане, - я не спрашивала. - Вылечись сначала, Ромео недоделанный, а потом уж на свидания ходи.

- Тебе не понять, - патетично воскликнул Тарас, разглядывая свое отражение. - Вот вырастешь, влюбишься...

Оп-па, оговорочка!

- Влюбишься?! - я навалилась на стену, затянувшийся квест до уборной несколько утомил.

От объяснений брательника спас звонок в дверь. Пришел Миха. Я тут же отлипла от опоры. Не хотелось показаться ему слабой. Кому угодно, только не ему.

- Привет! Какими судьбами? - радостно улыбаясь, встретила я друга.

- Спасибо, Мих, я твой должник. Я быстро вернусь, - не дал ответить парню Тарас.

- А? - я ничего не поняла.

- Отец, просил не оставлять тебя одну, - нетерпеливо начал объяснять брат.

- А Катерина, что? Никто?

- Катерина еще утром укатила, сказав, что не хочет рисковать здоровьем своих девочек. Май, мне некогда, потом расскажу, - родственник выскочил за дверь, оставляя нас с Михой наедине.

Ну, отъезд тетки не мог не обрадовать. А вот с кузинами, я бы еще пообщалась.

- Ты как? - подошел ко мне друг, пощупал лоб.

- Нормально, только близко не подходи. Я в туалет.

Миха ждал меня в комнате. На столе стояла тарелка с чем-то дымящимся, она так же ждала меня.

- Ты теперь мой персональный Айболит? - пошутила я, проверяя, что мне принесли.

- Это бульон, - Миха отодвинул кресло к шкафу и теперь сидел в дальнем от меня углу, то ли послушался моих слов, то ли боялся заразиться.

- Спасибо, - поблагодарила я, усаживаясь за стол. - А как ты здесь оказался? - подула на варево.

- Тарас позвонил.

Ах да! Они, что такое говорили там, в коридоре. Доев (хотя, точнее сказать, дохлебав) бульон, я понесла тарелку на кухню, но на полпути была перехвачена. Посуду у меня Миха забрал и указал на постель. Я смирно села. Друг вернулся через пять минут с термометром. Я застонала.

- Мне не нужна сиделка!

- Тебя никто не спрашивает. Сама градусник поставишь, или помощь нужна, - парень поднял вопросительно бровь. Я попыталась скопировать мимику, но, как обычно, ничего не вышло.

- Давай сюда.

Забралась под одеяло. Миха подкатил стул к кровати, я поглубже зарылась в одеяло, только глаза оставила снаружи.

- Заразишься! - получилось глухо.

Парень фыркнул и отодвинулся... сантиметров на тридцать. Меня умиляла такая забота, но в тоже время я очень не хотела, чтобы Миша заболел.

- Это Тарас тебя болячкой наградил? - недовольно поинтересовался друг.

- Не совсем, - призналась я. - Конечно, тут, наверно, все вместе. И Тарасова простуда, и прогулка по лужам.

Миха кивнул.

- Под дождем позавчера гуляли? - спросил он, хмурясь.

- Нет, в кафе сидели. А потом гуляли. Но кажется у меня дырки в подошвах кед, - жалобно улыбнулась, но друг этого не увидел, так как я продолжала кутаться в одеяло по самый нос. - Короче, ноги промокли.

- А куда этот твой идиот смотрел?! - разозлился парень.

- А откуда ему знать, что у меня с ногами творится?! - в тон Михе ответила я, друг тут же успокоился, или сделал вид.

Оказалось, что температуры нет. Комаров вдохнул с облегчением.

Он развлекал меня до тех пор, пока не вернулся Тарас. Брат поблагодарил друга, спросил не умаялся ли тот нянчиться со мной. Миха отказался уходить. Тарас приволок из своей комнаты маленький столик. И мы втроем играли в карты. Позже к нам присоединился папа. Сидя на кровати, укутанная в одеяло, как в кокон, чувствовала уют и умиротворение - вот моя семья, в полном составе. Настроение поднималось, с ним температура. Я ни разу за вечер не проиграла, мои мужики поддавались. Потом мы все вместе поужинали. Тарас отнес меня на кухню на руках, не распеленывая. Так я сидела в коконе, вяло жуя и пропуская мимо ушей шуточки о своем аппетите.

Михе досталась "честь" нести больную обратно. Мне начинал нравится сей способ транспортировки, и я только сильнее убеждалась в важности владения таким "грузчиком".

А Скейтер в тот день молчал.

Я, признаться, тоже о нем не вспоминала.

Следующий день прошел скучно, большую часть его я проспала. Поэтому к полуночи сна не было ни в одном глазу. Тут-то меня и выручил мобильный. Кстати, имени "Скейтер" в моей телефонной книге больше не существовало, на его месте появилось "СС".

На мое "Привет. Как дела?" Саша ответил быстро, но совсем не то, что я ожидала. Он собирался спать. А чего я хотела? Привыкла, что парень переписывается со мной в любое время дня и ночи. Слегка пристыдив свое эго, пожелала Скейтеру спокойной ночи. Через минут пятнадцать пришло:

"Эй, ты еще там? Мне не спится. Поговори со мной".

"Давай поговорим. О чем?" - напечатала я, развеселившись от того, что появилась возможность скоротать время в приятной "компании". Но посыпавшиеся смски приглушили возникшую было радость.

"Не знаю, что мне делать, чтобы обратить внимание одной девушки на себя".

"Появись перед ней голым!" - напечатала я, начиная злиться. Это была не ревность, не подумайте. Романтики мне в тот момент совсем не хотелось.

"Я серьезно! Дай мне какой-нибудь совет, ведь ты же девушка".

Я в раздражении сунула трубку под подушку, отвернулась к стенке. Но желания спать так и не появилось. Через какое-то взяла телефон снова в руки. Повертела и отложила в сторону. Ничем я парню все равно помочь не могла - в своей бы личной жизни разобраться, чтобы другим устраивать. Возможно мне самой стоило попросить у кого-нибудь совета.

Все-таки я набрала Скейтеру смс о том, что никудышный из меня помощник в амурных делах, так как сама безответно влюблена.

"В кого?" - поинтересовался он.

"Не твое дело", - вышло грубо, признаваться Саше я не хотела.

На этом наша переписка заглохла, а я так и не смогла уснуть до утра. Следующие три дня прошли спокойной. Тарас вышел на работу. Днем ко мне заглядывал Миха, разгонял тоску. Сама я из дому пока никуда не выходила, тем более погода окончательно испортилась, непрестанно шел дождь. Я пересмотрела кучу фильмов, шаталась по форумам, даже начала вязать новую пару носков.

В понедельник выглянуло солнышко, а я чувствовала себя намного лучше. Миха пришел как по расписанию к одиннадцати часам. И вовсе не поджидала я его, сидя на подоконнике, а на солнышке грелась.

- На, это тебе.

Я взяла протянутый мне пакет и чуть было не уронила, тот оказался тяжелым. Глянула внутрь - персики. Появилось настойчивое желание расцеловать Мишку, но я сдержалась.

- Ты меня пугаешь, - дурашливо прижал руки к груди друг и округлил глаза. - Сделай лицо попроще, а то я в дурку позвоню, - заржал он.

- Эх, умеешь ты момент испортить, - покачала я головой, направляясь на кухню с целью, как можно быстрее попробовать гостинец.

Фрукты оказались сочными, но немного кислили. Я навернула сразу три штуки. Миха отказался. Флегматично пожала плечами, мол, не хочешь - как хочешь, мне больше достанется.

- Я смотрю, ты почти поправилась, - друг перестал дурачится и стал походить на вполне адекватного человека. Я его даже чаем напоила. Миха пробыл в гостях не больше получаса. Я расстроилась, когда он засобирался. Казалось моя зависимость им с каждым днем увеличивалась. Чтобы не впасть в уныние воспользовалась единственным, способным меня отвлечь от грустных мыслей - написала Скейтеру смс. Забавно, кстати, когда я не знала его имени, мне было неловко называть его Скейтером, пусть даже мысленно. Теперь я знала его имя, но, видимо, привыкла к прозвищу... или я сошла с ума: я делила его на двух человек. Первый - Скейтер, веселый, интересный собеседник, и общение с ним посредством смсок привносило какую изюминку в мою жизнь. Второй - Александр, симпатичный молодой человек, но совершенно обычный, с которым я могла бы стать приятелями, не больше.

Набрав обычный текст-приветствие, отравила его. В ожидании ответа уселась на подоконнике и только потому заметила приближающихся Тараса и Оксану. Я, немного озверевшая от скуки, понеслась в прихожую встречать голубков. Хорошо, что ожидая визита Михи, я привела себя в порядок и выглядела прилично.

- Здрасьте!

Я так широко улыбнулась, что вошедший первым Тарас отшатнулся. Оксана тихо сказала: "Привет".

- Мы только поедим и уйдем. Не отсвечивай, - грозно велел мне брат.

- А можно я с вами? Мне так ску-у-учно, - плаксиво попросила я и посмотрела на девушку. Та в свою очередь на Тараса.

- Ты болеешь, - отрезал он.

Брат, приобняв подругу за плечи, повел ее на кухню. Вы же не подумали, что я, покорно склонив голову, отправилась обратно к себе? Конечно, я пошла следом.

- Матрас, - назвала родственника ненавистным детским прозвищем, сделать-то он мне все равно ничего не мог в присутствии девушки.

- Чего тебе? - недовольно буркнул он, с важным видом изучая содержимое холодильника. - Я, кажется, просил не отсвечивать.

- Ты, между прочим, сам не полностью вылечился. А я не буду мешать, я в уголке посижу, - сложила молитвенно руки.

Брат лишь вдохнул, как-то подозрительно быстро он сдался. А Оксана положительно на него влияет, от чего мне нравится больше. Пока Тарас колдовал у плиты, я разглядывала девушку. На этот раз она глаза не отводила, спокойно встречала мой взгляд. Было во внешности Оксаны что-то кукольное, делавшее ее милой.

- Майк, ты есть будешь?

- Немножко, - согласилась я, хотя голода не чувствовала, но, кажется, за последние дни я сбросила пару килограмм, поэтому пыталась исправить. - А почему вы домой кушать пришли? - задала я мучивший вопрос.

- Это была моя идея, - сказала Оксана.

- Плохая идея, - тут же вставил Тарас.

Оксана нахмурилась, и брат поспешил исправиться.

- Зато в следующий раз не совершим подобную ошибку.

Девушка продолжала хмуриться, а Тарас замолчал, чтоб не брякнуть еще чего-нибудь. Он поставил перед Оксаной тарелку, себе взял вторую, а про любимую сестричку забыл.

- А мне? - возмутилась я несправедливости.

- Самообслуживание, - все-таки в чем-то брат остался неисправим.

Мне пришлось самой развлекать сотрапезников, ведь они не горели желанием идти на контакт. Оксану я разговорила. Тарас играл в молчанку, видимо, дулся на меня за, то что помешала его уединению с девушкой. Совесть меня в тот день покинула, поэтому я не мучилась ее угрызениями. Когда эти двое засобирались, я решилась.

- А вы сейчас куда? - осторожно поинтересовалась.

- Я на работу, Оксану провожу до дому, ответил брат.

Я посмотрела на девушку.

- А ты свободна, или тебе срочно нужно домой?

- М-м, да свободна, кажется, - пожала она плечами.

- Можешь остаться со мной? - выпалила я, боясь, что снова останусь в одиночестве.

Оксана недоуменно захлопала глазами. Не поняла, с какой радости я попросила не уходить. Помощь пришла с неожиданной стороны.

- Останься. Майке просто скучно одной. Если надоест, уходи, - сказал Тарас.

- Ну, если ты хочешь, - посмотрела на меня Оксана.

Я очень хотела. Оставив брата с девушкой в прихожей миловаться, я побежала на кухню, чтобы помыть персики и угостить гостью.

Усадив девушку в кресло в моей комнате, я от чего-то заволновалась.

- Мы можем кино посмотреть, а еще я могу фотографии показать. Или можно еще чем-то заняться. А вот, знакомься, наш Пушок, он полуперс, - схватила я кота, так неудачно для него забредшего "на огонек".

Оксана засмеялась. А я почувствовала, что намного младшее ее. Что в душе большой ребенок, а она взрослая не только внешне. Я перестала мельтешить и села на кровать.

- А как вы с моим братом познакомились, Оксана?

- Называй меня Ксана или Ксеня, меня так друзья зовут. И отпусти кота, ты его скоро задушишь.

Я отпустила полупридушенного питомца. Пушок обиженно мявкнул и унесся прочь от ненормальной хозяйки. Оксана рассказала, что ничего романтичного в ее знакомстве с Тарасом не было. Он просто подошел на улице и попросил номер телефона. Я с недоверием посмотрела на гостью. Девушка, конечно симпатичная и милая, но не знойная красотка. Она, заметив мой взгляд, тихо рассмеялась.

- Сама поражаюсь, что он во мне нашел, - улыбаясь сказала Оксана. Нет, Ксеня - ведь я решила стать ее другом. Девушка поведала мне много о их с Тарасом отношениях, а я, наконец, поняла, что ее отличает от других, предыдущих подруг брата. Ксения была сама доброта, потому к ней все тянулись, в том числе и я. Выяснилось, что не на много она меня и младше, всего на четыре месяца, и в августе ей исполнялось восемнадцать.

Чуть позже я все-таки принесла большой семейный альбом из папиной комнаты. Мы похихикали над голож... э-э, над Тарасом, необремененным ползунками. Оказалось, это очень здорово иметь подругу (Оксана, правда, была еще не в курсе, что занесена в список моих близких друзей). В общем я ей рассказала, про Миху, пыхтя, краснея и смущая, выложила всю правду. И от этого стало легче.

- И что, он ни о чем не догадывается? - спросила она.

- Я не знаю, - простонала я, закрыв лицо руками. - Иногда он способен видеть меня насквозь, но иногда не может понять очевидного.

Дискуссию пришлось отложить, так как вернулся отец. Зашел ко мне, поприветствовал Оксану. Я их познакомила, но упоминать то, что она скорей подруга Тараса, чем моя, не стала. Появился и брат, который увел от меня девушку, пошел ее провожать. Родитель поинтересовался, с каких пор Тарас провожает моих друзей. В ответ я потребовала меня покормить. От всех переживании проснулся аппетит, а отец убедился, что дочь действительно идет на поправку и благополучно забыл про необычное поведение сына.

Еще два дня я не решалась гулять, хотя выходила на улицу на полчаса посидеть во дворе. Миха исправно приходил в одиннадцать, так же исправно уходил через тридцать минут. Его родители уехали на море, взяв Костю с собой. А их старший отпрыск остался в городе и, наверное, не терял зря времени, пользуясь свободой и пустой квартирой. Я зло сжимала зубы, когда Миха уходил от меня, представляя куда тот сейчас направляется и чем намерен заняться. Скейтер тоже молчал, он так и не ответил на последнее сообщение. Спасала только Ксеня, иначе бы я бы пала жертвой депрессии.

В четверг Миха выглядел радостным и просидел у меня дольше получаса. Пришли Оксана с Тарасом. Последние дни это стало ритуалом - брат приходил на обед и приводил подругу, которая до самого вечера оставалась у нас. Сегодня я не захотела оставаться дома, потому позвала Ксеню погулять. Она согласилась и, сказав, что подождет меня внизу, ушла с Тарасом.

Я неторопливо переодевалась, давая тем самым больше времени голубкам. Подал сигнал мобильник. Скейтер вспомнил обо мне, извинился, что долго не писал. Я, памятуя о последней нашей переписке, напечатала, что если ему все еще нужен мой совет, то я предлагаю во всем признаться возлюбленной.

"Наверное, ты права", - пришел ответ.

- Конечно, права! - самолюбиво хмыкнула я.

Захлопнула входную дверь, закрыла на оба замка, начала спускаться, одновременно набирая сообщение, которое Скейтер не получил. А все потому, что пришла смска, и я решила сначала ее прочитать.

"Майя, я тебя люблю!"

Я споткнулась, телефон выпал и пересчитал оставшиеся шесть ступенек до лестничной клетки.

- Обалдеть, - только и сумела выдавить я.

Кинулась собирать разлетевшийся на три части мобильный. Включила. Экран засветился и тут же погас. Повторила операцию - результат тот же. Спустилась вниз, продолжая жать на несчастную кнопку, теперь даже дисплей перестал светиться.

- У, Скейтер, чтоб тебя... - добавила непечатное слово.

- Майя, как некультурно.

Я подняла глаза на Ксеню, качавшую головой в притворном осуждении.

- Да я это, я не ругаюсь матом обычно, - покаялась я, - телефон, короче, сломала. А Тараса нет? - заозиралась по сторонам в поисках брата.

- Нет, он ушел уже.

- Эх, ну ладно потом раскручу его на новый телефон, - беззаботно отозвалась я, Оксана покраснела и опустила голову. - Эй, ты чего? - тронула подругу за плечо.

- У меня самой не давно телефон упал, - поморшилась она, потом, глубоко вздохнув, продолжила: - Тарас мне купил новый. Я, правда, его не просила и даже сначала не хотела принимать такой дорогой подарок. Но Тарас... он умеет уговаривать, - все это она говорила, не поднимая головы. - Я его тебе отдам.

Я только закатила глаза, как любил делать Миха.

- Оставь. Ксень, я говорю оставь!

Я забрала протянутый мне мобильник и сунула его обратно в сумку девушки. Потратила несколько минут, убеждая подругу, что все в порядке, и это не ее вина, что я осталась без связи. Вот и проявилась плохая сторона доброты. Как бы комично не звучало, но и у добра есть минусы. Успокоив совесть Оксаны, мы отправились гулять. Прошли почти два квартала, когда девушка вдруг спросила:

- А хочешь посмотреть, где я живу?

Я согласно кинула. Мы свернули в какой-то двор. Подошли к девятиэтажке. Напротив подъезда, к которому вела меня подруга, целовалась какая-то влюбленная парочка. И чем ближе мы подходили, тем увереннее я становилась в своей догадке. Парень стал отстраняться от девушки, а я схватила Оксану за руку и нырнула в кусты сирени, посаженные рядом с подъездом.

- Это кто? - зашептала я на ухо подруге.

Оксана постаралась разглядеть парочку сквозь кусты.

- Кажется, Лариса с шестого. А что? Мы от них прячемся?

Пока мы сидели в засаде я поведала подруге о Скейтере, который меньше, чем полчаса назад, признался мне в любви и из-за которого, я грохнула свой телефон. Оксана с осуждением косилась на кусты, вернее сквозь них. Через долгих десять минут, парень ушел. Как только за девушкой закрылась дверь подъезда мы вылезли из кустов.

- Вот и показала, где живешь, - нервно хихикнула я.

- Не понимай, зачем ему это все надо, - нахмурилась Оксана, с беспокойством следя за моей реакцией.

- Не знаю, не знаю. Ну, куда теперь.

Прогулка вышла какой-то смазанной, мне никак не давало покоя поведение Скейтера. Все казалось полным абсурдом. Лишенными всякого смысла действиями. Зачем было признаваться мне влюбви, а потом идти целоваться с другой. Мне, в принципе, все равно, как своего потенциального бойфренда я его не видела, но происходящее мне не нравилось. Отвлечься от мыслей не получалось, и скоро я, распрощавшись с подругой, отправилась восвояси.

Дома было пусто. Я прошла к себе в комнату, отыскала старенький мобильник. Вставила в него сим-карту.

- Ура! - воскликнула я, когда увидела приветствие (хм, кстати, не очень приличное, хорошо, что папа этого не видел).

Телефон подал сигнал о разрядке батарей и тут же зазвонил. На дисплее высветилось "Миха".

- Аллё, - пропела я, осчастливленная удачей.

- Ты мне не ответила, - глухо сказал друг.

- В смысле не ответила? - не поняла о чем речь, телефон снова подал сигнал, прося подзарядки, - Мих, а что у тебя с голосом. Блин, сейчас у меня телефон сдохнет, - простонала я, одной рукой разгребая завалы в столе в поисках зарядного.

- Откуда... Когда ты узнала? - последнее что я услышала, батарея села окончательно. Что за неудача преследовала меня сегодня?

Зарядное устройство нашлось только тогда, когда Тарас появился дома, около одиннадцати часов.

- Кушай, маленький, кушай, - приговаривала я, наблюдая за изображением наполняющейся батарейки на дисплее.

Убедившись, что телефон заряжается, я со спокойной душой пошла выпрашивать у брата спонсорскую поддержку. О незаконченном разговоре с Михой я вспомнила лишь на следующее утро.

У вас когда-нибудь было такое, будто что-то вытолкнуло из сна? Спали-спали себе спокойно, никого не трогали, возможно смотрели чудной сон, а тут раз - вы уже лежите с открытыми глазами и пытаетесь понять, что упустили. Бывало такое? Вот и я проснулась с чувством, что что-то забыла. Посмотрела на будильник и застонала - семь утра. Повернулась на другой бок, но сон не шел. А какая-то настойчивая мысль продолжала грызть мозг. Миха! Я ему вчера так и не перезвонила. Пришлось плестись за телефоном, который до сих пор стоял на зарядке. Зевая и потирая слипающиеся глаза, включила мобильный. Краем сознания опять отметила, что стоило бы сменить приветствие.

Вернулась на кровать, стала искать номер друга в телефонной книге. "Миха" нашелся. Я снова позевнула и "подавилась" зевком, когда внимательней рассмотрела список дальше. У меня оказалось три Михи! Точнее первый абонент был "Миха", второй - "Миша", третий - "Мишаня". С последним все понятно: два года назад, когда мне подарили новый мобильный, я так подписала номер друга. Комаров еще возмущал, чего это я его так "стремно обозвала". Из всего выходило, что этот номер был в памяти сим-карты. Поверила оставшиеся два абонента. "Миша" - тот же номер, что и "Мишаня", только находился в памяти телефона. А вот "Миха" от другого оператора. И еще я заметила несколько пятерок, что мне кое-что напомнило. Медленно пролистала телефонную книгу вниз, как я и думала, ни "СС", ни "Скейтера" в списке не оказалось. На это у меня был один ответ: тот номер, был в памяти угробленного вчера мобильника.

Догадки и подозрения продолжали расти. Память услужливо подкинула момент: счастливый Комаров заявляется в школу с новыми мобильным и хвастается, что обзавелся новой симкой и первые сто смс бесплатные, а еще, что номер у него классный - сплошные пятерки.

Я открыла сообщения. Здесь моя неряшливость сыграла на руку. А конкретно то, что я не удаляю смски сразу после прочтения. Конечно не все сообщения влезли на сим-карту, но часть точно. Перечитала смс, посланные Скейтером, теперь их отправителем являлся "Миха". Интересно, не правда ли? Кстати, я наткнулась на один весьма любопытный текст.

"Милая, извини. Надо же было столкнуться с какой-то козой. Не жди. СЛМ".

Я его получила в тот день, когда мы с Михой и Людой сидели в пиццерии. В тот раз я не поняла значение аббревиатуры на конце и хотела подумать об этом после, но забыла. Сейчас все становилось боле-менее понятным. Если верить вчерашнему признанию друга-предателя, то СЛМ - ни что иное как: С Любовью Миха. От чего же на душе стало так... сладко-горько?

Подавила желание позвонить и устроить разнос по-полной, поняла, что это меня не удовлетворит. Я хотела узнать историю из первых уст. Кое-как дождавшись, когда отец с братом уйдут на работу, быстренько умылась и надела одежду темных тонов. Так, на всякий случай. Вдруг не удержусь и прибью мерзавца, так хоть кровь незаметно будет на черном.

Долго жала на звонок в квартиру Комаровых. Никто не торопился мне открывать.

"Спит, зараза! Кто спит в полдевятого утра на каникулах?!" - нелогично возмущалась я про себя.

Перестала трезвонить, прислушалась к происходящему в квартире. Тихо. Через минуту хриплый со сна голос Мишки спросил:

- Кто?

- Открывай! - гаркнула я и мысленно добавила: "Бить буду".

- Май? - удивился друг.

Дверь распахнулась, и Миха предстал передо мной во всей "красе": в домашнем трико, босой... Я думала, что он совсем худой, а оказалось, что у парня пресс не хилый (так, главное не отвлекаться!). Комаров, щурясь, смотрел на меня, в квартиру, видимо, приглашать не хотел. Но я не гордая - пошла на таран. Хотя парень отступил, и "любезно" отодвигать его не пришлось. А так хотелось, аж руки чесались!

- Ты здесь как? - Миха продолжал удивляться моему столь раннему визиту.

Открылась дверь в ванной, и в коридор вышла девушка в полотенце, уставилась на нас большими глазами.

- Я вам помешала? - спросила я у Михи, вышло зло.

Развернулась и хотела дать стрекача, но входная дверь перед моим носом захлопнулась - Комаров вроде сонный, но реакция отменная.

- Она не моя, - сказал Миха в свое оправдание. - Лариса, уйди уже, - шикнул он на замершую девушки, та засеменила мимо, когда она подошла к спальне Мишкиных родителей, я с облегчением отметила, что не к другу в комнату. Но не успела я перевести дух, навстречу Ларисе вышел знакомый парень.

- Доброе утро, Саша, - радостно поприветствовала появившегося и, наверное, от той же радости встречи пнула Комарова по голени.

- Ауч! Ты совсем обалдела?! - взвыл друг. - Ребят, вы идите, пока вам тоже не досталось.

Алексариса (как я мысленно обозвала парочку) сочла за лучшее последовать совету.

- Ты свари нам кофе! - обиженно рявкнул Миха и, схватив за руку, потащил меня на кухню. Парень немного прихрамывал, кажется, сильно я его приложила.

- Я не умею варить кофе, - сказала я в пустоту - друг, даже покалеченный, передвигался быстро и, втолкнув меня в кухню, тут же исчез из поля зрения.

Нашла в шкафчике быстрорастворимый. Пачка оказалась нетронутой, проверив срок годности, успокоилась и принялась за приготовление. К моменту появления Михи, на столе дымились две чашки горячего напитка, а я искала молоко, безуспешно.

- Где-то там должен быть пакет, - парень указал на кухонный стол.

- Какой ты гостеприимный, - съязвила я, открывая дверцы.

Коробка стерилизованного молока нашлась. Я плеснула в чашку чуток, остальное убрала в холодильник - друг пил только черный кофе.

- Пошли ко мне, разговор предстоит долгий.

Шагая по коридору, я заметила легкую походку Михи.

- Комаров, ты забыл прихрамывать, - напомнила.

- Ах, да!

Парень тут же заковылял - клоун. Происходящее выглядело комично, что я даже удержалась от повторного пинка. Оказавшись в комнате, я уселась на стул возле компьютерного стола. Миха, кое-как застелив постель, расположился на диване и уставился на меня. Я молча смотрела на парня, цедя маленькими глотками кофе и ожидая объяснений.

- Ну, с чего начать? - друг почесал затылок. - Думаю, надо извиниться. Только скажи, как ты узнала.

- Ничего не скажу, пока не извинишься, - отрезала я, хмурясь, злость не прошла.

- Так, я же только...

- Ты не извинился, - перебила, - ты сказал, что думаешь извиниться, - в душе появилось мерзкое желание поиздеваться в отместку.

- Май, прости, я дурак! - покаялся парень, а мне стало грустно, что уподобилась этому болвану.

- Прощу, если скажешь, зачем все это затеял, и причина покажется мне убедительной, - тихо пообещала я.

- Что ж! - бодро улыбнулся Миха. - Тогда стоит начать с са-амого начала.

- Может, ты того... оденешься? - попросила я, смутившись.

- Стесняешься? - расплылся в ехидной ухмылке парень и вольготно развалился на диване.

- Комаров, ты еще не наигрался? - хмуро поинтересовалась я.

Друг молча поднялся, подошел ко мне, стянул со спинки стула, на котором я сидела, футболку и напялил на себя. Вернулся на диван, так и не сказав ни слова.

Я подалась вперед, очень хотелось наконец разобраться в ситуации.

- Это правда? То что вчера написал? - тут голос меня подвел. - Ты меня действительно любишь?

- Да. Давно.

- Давно? - округлила я глаза. - Но почему...

- Давно-давно, - перебил он. - Но просто послушай. Помнишь, как мы с тобой подружились?

Я кивнула. В школе Миха меня ужасно раздражал. Худой, носатый, в широких джинсах, не менее широкой черной толстовке - я бы и не обратила на него внимание, мало ли подобных ему. Но это парень постоянно собирал вокруг себя толпу. Извечные песни под гитару на переменах создали некую репутацию Михе. Постоянно вокруг него кто-то крутился: друзья, приятели, поклонницы. Я бесилась, сама не зная из-за чего. Позже поняла, что завидовала, то ли Мишке и его популярности, то ли этому стаду вокруг него. Самой стать одной из "толпы" не позволяла гордость.

Однажды я задержала в библиотеке и шла по пустынным коридорам, когда услышала перебор гитарных струн. Из чистого любопытства заглянула в закуток, где учились начальные классы. Миха сидел на подоконнике и наигрывал незнакомую мне мелодию. Я пошла и села рядом.

- Ты хорошо играешь и поешь, но все эти песни не твои, чужие, - честно сказала я, что думала.

Парень перестал перебирать струны, посмотрела на меня из-под капюшона.

- У меня есть свои песни, - возразил он, - но я их никому не показывал. Хочешь посмотреть.

Я согласилась. На следующий день Миха принес мне тетрадку со стихами. Мы вновь сидели в начальной школе. А когда решили расходиться по дома, я вспомнила, что не представилась.

- А меня Майя зовут.

- Я знаю. У нас в классе тебя зовут Майка-бунтарка.

Я тогда была немало удивлена прозвищем.

- Но не такая уж ты и бунтарка, - задумчиво сказал тогда парень. Мы стали друзьями. Не лучшими, нет. Просто хорошими.

Я улыбнулась воспоминаниям. С тех пор Миха несколько возмужал. В прежнего задохлика я бы вряд ли влюбилась.

- Я вижу, ты помнишь, - сказал улыбавшийся друг, наверно, сам прокручивал воспоминания в голове.

- Помню, - признала я.

- А помнишь, как спустя полгода я отдирал тебя от шевелюры Тани Ереминой? - я опять лишь кивнула, пытаясь скрыть улыбку. - Бессовестная! - патетично вскинул руки вверх Миха (артист, блин). - По закону жанра, это она должна была тебя бить, а не ты ее.

- Она дура! Ты всегда себе подруг-идиоток выбирал. Она тебя ко мне приревновала! Тебя. Ко мне. Абсурд! За что и поплатилась, - оскалилась я.

Миха заржал, пролил на себя кофе, чертыхнувшись, начал стягивать футболку.

- Эй, хватит стриптиз показывать! - возмутилась я, сглотнув, что-то гормоны разыгрались, раз спокойно не смогла смотреть на переодевания парня, отвела глаза.

- Я тогда за тебя больше испугался, - друг вернулся на свое место в чистой футболке. - Таня тебя на голову выше была.

- Из-за этого ты с ней тогда расстался? Боялся, что она меня покалечит? - я снова смогла смотреть на парня.

- Нет, она поставила меня перед выбором: либо она, либо ты.

- А что, ты уже тогда... - голос дрогнул (какая-то я нервная последнее время), вопрос завершить не удалось, но Миха понял.

- Любил ли я тебя уже тогда? Не знаю, не думаю. Просто выбрал дружбу. Когда мы учились в десятом классе, ко мне стали, подходить парни и из твоего класса, и из моего, даже некоторые одиннадцатиклассники. Спрашивали, что между нами происходит. Встречаемся мы, или можно оказывать тебе знаки внимания.

- Что?! - возмутилась я. - Они спрашивали у тебя разрешения? Обалдеть!

- Я тогда на тебя начал злиться, сам не понимал от чего. Парням сказал, что ты с кем-то на стороне встречаешься. И надо же, мои слова оказались пророческими, - грустно улыбнулся друг, - ты кого подцепила.

- Младший брат одного из друзей Тараса, - машинально поведала я. Игорь - единственный с кем у меня были серьезные отношения или их подобие.

- Слушай, твой брат не устал поставлять тебе женихов? - раздражено осведомился Миха.

- Ревнуешь? - подленько ухмыльнулась я.

Парень проигнорировал вопрос, продолжил.

- Но самое интересное началось год назад, когда ты укатила на море. Не звонила, не писала. Что я должен был подумать? Что ты нашла кого-то. И как оказалось, был прав - нашла. Но только не на море, а у бабушки в деревне.

- Ты про Лешку что ли? - прыснула я в кулак.

Друг нахмурился - не одобрял моего веселья.

- Ты вернулась такая радостная, а я как дурак скучал. А ты прям светилась своим счастьем. До этого ты только фыркала, когда я тебе про очередную свою девушку рассказывал. А тут просто улыбалась. Что мне оставалось думать? Я решил, что у тебя наметились новые отношения. Тогда-то я и понял, что не хочу тебя терять. Только, видимо, опоздал с выводами. С Леной в тот же день поругался из-за тебя...

- Вот только на меня валить ничего не надо, - я все-таки смогла возмутиться, хотя была на столько шокирована откровениями Михи, что думала не смогу языком пошевелить, тот словно одеревенел.

- Из-за тебя, из-за тебя, - покивал Миха. - Сейчас я тебе кое-что покажу.

Парень подошел ко мне, развернул к столу, включил ноутбук. Пока компьютер загружался Миха стоял за моей спиной, раздражая меня близостью.

- Ты же не видела Лену, - утвердительно произнес друг.

Открыл папку в фотографиями. Через минуту я рассматривала снимок девушки, удивительно схожей со мной внешностью. Те же рыжие волосы, веснушки, только глаза карие, а так мы могли и за сестер сойти.

- А я думала, тебе блондинки нравятся, - почему-то заметила я.

- Ага, было дело, - шепнул мне на ухо он, от чего по шее пробежали мурашки.

Миха пощелкал мышкой. Я увидела папку с названием "Майя", в ней оказалась куча моих фотографий. Забрав у парня мышь, начала рассматривать их. Я одна, с Михой, с друзьями. Один из последних снимков заинтересовал больше всего: я сижу за столиков в кафе и смотрю через прозрачную стену на улицу. Фото сделано в день последнего экзамена. Когда только Мишка успел?

Друг снова сидел на диване и наблюдал за мной. Развернувшись к нему, я спросила:

- Ну, с вступительной частью мы покончили. Перейдем к главному? - вопросу вторил мой желудок. Это он рычал от злости, а вовсе не просил есть.

Миха рассмеялся.

- Пойдем поедим.

Ну как я могла отказать, а? Поплелась следом за парнем. Кто бы подумал, что завтрак ляжет на мои плечи? Комаров дал мне полное право распоряжаться кухней. Нахал! Сварганив на скорую руку омлет, уселась напротив друга.

- Ну-с, продолжим? - спросила я.

Миха тщательно жевал - время тянул. Но все-таки заговорил, медленно.

- Я тогда решил, что, все! Ты, если не влюбилась, то кто-то понравился тебе настолько, что ты позволила... - он замялся, отвел глаза и сжал вилку с такой силой, что побелели костяшки пальцев.

Я смутилась, вспомнив, что год назад рассказывала другу по возвращении домой. Все мои темы сводились к Лешке. Я говорила о том, какой он веселый и интересный. Упоминать, что он ниже меня ростом, носит очки в "модной" оправе и, ко всему прочему, младше на год, я не стала. А еще как-то, якобы вскользь, намекнула, что побывала с ним на сеновале. О чем тогда подумал Миха, я догадывалась. Только настоящей причиной являлась пропажа бабушкиной курицы. Вот именно поисками птицы мы с Лешей и занимались на сеновале, кстати, удачно. Ряба свила гнездо в сене и трудилась над улучшением демографического роста птичьего населения.

Миха успокоился и продолжил трапезу, но говорить не спешил. Моя несдержанная натура заставила поторопить парня.

- Ну? Почему ты за этот год, так ничего и не сказал? Не намекнул? Неужели, так сложно? - делано поразилась я, хотя понимала, порой трудно даже самому себе признаться в чувствах.

- Как только представлял, что ты ответишь на мое признание, так сразу всякое желание признаваться пропадало, - изобразив на лице равнодушие, ответил Миха и, не меняя тона, пояснил, - сама посуди, за предыдущие три года я услушал кучу шуток о моей внешности. Признаюсь, мне самому по началу было весело, но незаметно они начали меня раздражать. Конечно, в течении последнего года, я не слышал от тебя колкостей.

Стыдно! Оказывается, я его все это время обижала (пусть Миха сказал иначе, "обида" звучит не по-мужски, недостойно, то ли дело - "раздражение"). Что с нами не так? Почему мы ходим вокруг да около столько лет? Разве мы оба такие хорошие актеры, что ни разу не дали реальным чувствам вырваться на волю. Может, мы путаем дружескую симпатию с любовью или наоборот? И родство между нами - это не встреча двух половинок, как принято говорить, а лишь результат продолжительной дружбы? Столько вопросов... а ответ один. Стоит лишь посмотреть в голубые глаза, я понимаю, что люблю человека, сидящего напротив. И это глупое чувство, что заняло самое ранимое место в груди, делает меня дурой. Возможно с Мишей происходит тоже...

От романтических мыслей отвлекло появление незваных гостей.

- А на нас приготовили? - Саша бесцеремонно уселся за стол и почему-то уставился на меня. И с чего он начал меня так раздражать, ведь раньше казался нормальным парнем?

- Что вылупился? - грубо спросила я. - У тебя девушка вон есть, пусть она тебе и готовит.

- Злишься, что не я оказался твоим тайным почитателем? - рассмеялся он.

Краем глаза, заметила как хмурится Миха.

- Поаккуратней, Саня, - вышло угрожающе. Друг, как и всегда, встал в позу, если кто-то пытался меня обидеть. Хотя прекрасно знал, что у меня есть "зубы", и если не удастся покусать в переносном смысле, то сделаю это я в прямом.

- Ладно-ладно, - Саша поднял руки вверх, словно сдавался. - Лара, сделай чего-нибудь пожевать, - попросил он у до сих пор стоявшей без дела девушки.

- И когда вы с ним спелись? - спросила у Михи, показав на второго парня, смысла скрывать что-либо от присоединившейся пары не было. Эти двое, как казалось, знали куда больше меня.

- Давно, - нехотя ответил друг.

- То есть, ты хочешь сказать, что там у драма ты его уже знал? - решила уточнить я.

- Нет.

Миха опасливо смотрел на меня исподлобья. Саша ухмылялся. За спиной хихикнула Лариса. Что-то осталось "за кадром", и эта недосказанность прямо-таки витала вокруг меня.

- Что? Договаривай, - нетерпеливо попросила я.

- Саня не тот скейтер с площади, у которого я якобы брал телефон, - на мой озадаченный взгляд друго-предатель пояснил, - я надеялся, что ты не запомнила того чувака в лицо, и попросил Саню сходить на встречу с тобой.

Вы сталкивались когда-нибудь с выражением "глаза налились кровью"? Со мной в тот момент происходило что-то похожее. Двойной обман, разве это не чудесно? И этому человеку я доверяла? Захотелось заколоть Миху вилкой, которую сжимала в руке. Насмерть. Злость с новой силой начала разгораться. Стиснув зубы, молча поднялась из-за стола.

- Ну, и дрянь же ты, Михаил, - прошептала я и направилась к выходу с кухни.

Случайно заметив улыбку на губах Ларисы, я сорвалась. Немного. Все равно она мне с самого начала не понравилась. А тут и "благородная" причина нашлась. Я встала напротив девушки, всего в двух шагах, склонила голову набок, делая вид, что мне жутко интересно рассматривать ее лицо. Дождавшись, когда улыбка исчезнет, поинтересовалась:

- Думаешь, это смешно? Когда тебя разыгрывают? А?

Лариса молчала, я, почувствовав безнаказанность, продолжила.

- А если бы твой парень так с тобой поступил?

Для убедительности хотела показать пальцем в сторону Саши, но уткнулась в Михину грудь. Я не заметила, когда он подошел.

- Они здесь ни при чем, - сказал друг и, аккуратно обняв за плечи, повел меня прочь из кухни. На самом выходе я, все-таки сумев извернуться, бросила.

- Ну, Лариса, чтобы ты стала делать? Так же тупо ржать?! - такой злости даже я сама от себя не ожидала. Последнее, что я увидела, это сбледнувшего с лица Сашу. Как же мое маленькое представление должно было выглядеть со стороны, что даже его проняло? Ярость немного отступила, позволяя разжать стиснутые кулаки и дышать спокойней. Стала я какой-то неуравновешенной, надо нервишки подлечить.

- Не злись на них, - попросил Миха, усаживая меня на диван в своей комнате, я тут же вскочила и отошла подальше, устроилась на подоконнике. - Это только моя вина, они здесь ни при чем.

Благородный какой выискался! Взял все на себя. Отчасти Миха был прав. Нет, я считала тех двоих причастными к розыгрышу, и соответственно за ними вина. Но сердилась я исключительно на Комарова, а злость на нем срывать не хотела. Опять же глупая любовь спутала все карты - я даже на Миху толком накричать не могла.

В молчании провели минут десять. Первым сдался он. Подошел, протянул руку, которую я проигнорировала. Продолжала сидеть в той же позе: поставив ноги на батарею и обняв колени.

- Май, перестань капризничать, я хочу рассказать все до конца, здесь ты сидеть устанешь.

- Не устану, - буркнула в ответ.

- Ты сама меня вынудила, - пробормотал Миха. Он схватил меня в охапку (думаю, это как раз так со стороны и выглядело), отнес меня на диван, посадил рядом с собой. Попробовала отодвинуться, но меня остановили следующие слова:

- Всегда хотел обнять тебя не как друга.

Я замерла, а в следующее мгновение была прижата к мужскому телу, не такому и тщедушному, как считала ранее. Миха отстранился, положил мои ноги поперек своих, накрыл неизвестно откуда взявшимся пледом. Волшебник чертов. Прекрасно знал, что десяти минут на холодной батарее вполне достаточно, чтобы мои ступни задубели. Придушила проснувшуюся нежность к этому манипулятору. Комаров снова притянул к себе, обнял, положил подбородок мне на макушку. Через какое-то время, тяжело вздохнув, сказал:

- Расслабься, Май, сделай вид, что и тебе приятно.

Вы подумали, что я начала возмущаться? Вы ошиблись. Я не стала артачиться, а последовала совету. Расслабилась, уткнулась лбом Михе в шею, подавила желание помурлыкать. Но из вредности сообщила:

- С тобой приятно только потому, что у тебя одеяло. Теперь говори, - не удержавшись, добавила: - гад!

Комаров тихо рассмеялся и наконец вернулся к рассказу.

- Я не планировал тебя разыгрывать. Все вышло спонтанно. Пока чехлил гитару, в голове словно щелкнуло.

Друг замолчал.

- О чем же ты тогда разговаривал с тем парнем?

Обнимающие меня руки на мгновение напряглись. Понадеялась, что то было реакция на мое дыхание - не одному же Михе играть, я тоже умею шептать в непосредственной близости от кожи.

- Я спросил, где он скейтборд купил, - признался он.

- Знаешь, что еще мне интересно? - опять подула на шею парня, понаблюдала за "гусиной" кожей.

- М?

- Ты так хорошо помнишь тот старый номер? Сколько лет у тебя пролежала симка?

- Ну, номер, это самое простое, - хмыкнул Миха, - это пароль к одному из почтовых ящиков. Кстати, если бы ты решила позвонить в первый же день, то не дозвонилась бы.

- Почему? - поинтересовалась я. Пупырышки исчезли, поэтому снова подула на шею.

- Майка, перестань, - поежился друг, - щекотно. Я потратил два дня, чтобы найти сим-карту. Пока искал, - продолжил исповедь Миха, - думал, что буду делать, если позвонишь. Признаться сразу или разыграть тебя.

- Решил поглумиться, - пробурчала я. Недовольство было наигранным, потому что я уже успокоилась и не чувствовала больше злости.

- Нет, посмотреть какая ты с другими. Я честно не хотел затягивать. Думал, несколько дней, и скажу правду. Всю правду, понимаешь?

Кивнула. Снова устроила голову на плече Михи, так как смотреть на его лицо в такой близости и бездействовать становилось все труднее. Но желания засунула куда подальше, я еще не проучила этого шутника.

- Потом появился твой ухажер. Я тогда не заметил у тебя особой радости от встречи, но все равно... - парень заухмылялся, - решил обозначить свою территорию.

- Пф-ф-ф, - фыркнула я. - Как я поняла, территорию обозначил успешно. А с Олегом, что будешь делать? Тоже попробуешь морду набить?

- Думаю, ты преувеличиваешь мои способности, - засмеялся Миха, ничуть не обидевшись на вопрос-провокацию. А я про себя порадовалась, что он не стал корчить из себя супермена. - Ладно, слушай дальше. Пообщавшись с блондинчиком, я решил, продолжить наше смс-общение. Позвал тебя на свидание от имени твоего нового друга. Сам отправился в пиццерию. Я знал, куда ты пойдешь.

- Так уж и знал? - недоверчиво спросила я.

- Окей, я был на девяносто пять процентов уверен, что ты из всех кафе выберешь именно пиццерию.

- Мишка, Мишка, - устало вздохнула, - никогда бы не подумала, что в тебе столько притворства.

Парень осторожно потянул меня за хвост, отстраняя мое лицо. Потом посмотрел в глаза и серьезно сказал:

- Я может не договаривал что-то, но, Май, я тебе ни в одной смс не соврал.

- А как же насчет аварии... - начала я и тут же вспомнила, что прямо перед пиццерией в тот день видела ДТП. Водители чуть не дрались, выясняя кто из них "козел", а кто "тормоз". В тот момент, я не задумывалась об этом, важнее всего было найти место, куда бы сесть. Вот ведь, выкрутился. А если бы так не "повезло" с аварией, что бы тогда он придумал? Озвучила возникший вопрос, Миха только пожал плечами в ответ. Далее парень поведал, что Люда была приглашена лишь для отвода, глаз. Боялся, что я, умная (так и сказал!), могла что-нибудь заподозрить.

Также я узнала, что сначала Миха использовал один телефон. Тот новый с двумя сим-картами, но после случая на крыше у бабушки, решил на рисковать и стал слать сообщения со старого мобильника. И когда провожал (извините, выпроваживал) Люду из пиццерии, то совсем не случайно забыл смартфон на столе, предполагал, что я суну нос.

Мне лишь оставалось поражаться его предусмотрительности.

Так же он поведал, как просил друга сходить со мной на свидание. Саша был один из немногих Михиных друзей, которых я не видела. Оказалось, что Комаров потратил целый день дожидаясь настоящего "Скейтера", потом договаривался с ним, чтобы тот не появлялся на площади на время "нашего" свидания. И как не хотел, чтобы я шла на встречу. И был рад, что я в тот день засиделась у него, совершено забыв про то, что меня ждут. Миха признался, что немного расслабился после этого. Так же оказалось, он звонил Саше, спрашивал в чем дело, и злился, так как свидание, по словам Комарова, затянулось. Он чуть не пошел разбираться с другом, когда услышал от меня, что свидание прошло замечательно, и не хотел больше продолжать переписку. Но желание узнать, кому принадлежит мое сердце пересилило, и парень решил добиться своего.

- Вот, ты хитрец! - не удержавшись, воскликнула я.

Интриган! Как же он все продумал, но все равно спалился. Словно прочитав мои мысли, Миха попросил:

- Теперь расскажи, как ты меня вычислила.

- О! Это было просто, - нагло заявила я, будто сама догадалась, кто настоящий автор смсок. - Я сломала телефон.

Я высвободилась из объятий друга, встала с дивана, прошлась по комнате взад-вперед, разминая немного затекшие конечности.

- Я жду продолжения, - поторопил наблюдавший за моими передвижениями Комаров.

- Денег, на телефон пока не собрала достаточно, пришло пользоваться старьем. Помнишь, у меня была раскладушка? - он кивнул. - Так вот в памяти того телефона остался твой номер, - развела руки в стороны, мол, все гениальное просто.

Миха с полминуты смотрел на меня пораженным взглядом, а потом захохотал. Так заразительно, что я сама не удержалась от улыбки.

- Блин, надо же. Спалился-то как глупо. Теперь, мы, кажется, все выяснили, ты меня простила, и мы можем перейти к более приятному...

- Эй-эй-эй! - осадила я разошедшегося парня. - С чего ты взял, что я тебя простила. Я еще подумаю, - вышло несколько пафосно, но мне было плевать.

- Ладно, подумаешь, - легко уступил Миха. - Опустим пока этот пункт, перейдем к приятному.

Он тоже поднялся, подошел ко мне вплотную. Стоя перед ним без палочек-выручалочек (то есть без десяти-сантиметровых каблуков), мне приходилось смотреть снизу вверх. Я когда-нибудь упоминала, что с богатырем Олегом чувствуешь себя как с бодигардом? Так вот, пусть Миша не был таким большим, сильным и брутальным, но с ним я чувствовала себя не только защищено, но и уверенно. Друг не подавлял меня своими размерами.

- Я тебе признался. Я тебя люблю, - сказал он нежно.

Я ошалело хлопала глазами, как-то не успела привыкнуть к Комарову-романтику, а именно таким он и выглядел, это выбивало из колеи и, признаться, немного пугало. Влюбилась я в своего смешного оболтуса-друга, а не в это восторженное нечто. Но боялась я зря. Миха, не дождавшись ответа, пришел в норму и спросил недовольным тоном:

- Ну, давай. Твоя очередь.

- Какая очередь? - кажется, я не эстетично вытаращилась, не понимая, что от меня требуют.

- Теперь, ты должна мне признаться! - заявил Миха. - Хочу услышать, как сильно ты меня любишь! - припечатал он, а я даже моргать перестала - уж лучше бы он оставался восторженным нечмом... (сорри, сорри, опечатка) нечто.

В дверь постучали, в кои-то веки нас прервали так вовремя. В комнату просунулась голова Александра.

- Мих, мы ушли.

- Какого ж хрена ты голову здесь оставил, если вы уже ушли? - расстроился друг, что ему помешали услышать признание в большой и светлой.

- Пока, мелкая, - попрощался Саша со мной и скрылся за дверью.

- Мы еще не закончили, - сказал Миха мне - прозвучало как угроза - и тоже вышел из комнаты, наверно, чтобы закрыть за "постояльцами". Когда друг вернулся в комнату, увидел не ждущую с нетерпением возлюбленную, рвущуюся признаться в романтических чувствах, а неадекватную девицу, устроившую "карусель". Я крутилась на стуле, это всегда мне помогало собраться с мыслями. Пока окружающий мир размыт и потерял очертания, мой внутренний мир приобретал четкие границы, многое вставало на свой места, становилось понятным. Стул замер, Миха навис надо мной, опираясь на подлокотники.

- Я тебя пока не простила, дай мне время подумать, - спокойно сказала я, поражаясь тому, как ровно звучал мой голос. Потом, подавшись эмоциям, притянула парня за шею к себе и поцеловала в щеку. - Мне пора, я, пожалуй, пойду, - проскользнула под рукой, пошла в коридор. В теле чувствовалась странная легкость. Миха пришел следом, протянул мне прозрачную пластиковую коробочку с CD-диском и mp-3 плеер.

- Что это? - спросила я.

- Сюрприз, - улыбнулся парень. - Послушаешь на досуге.

- Хорошо, - положила диск в сумку, а плеер решила послушать тут же, но Комаров не позволил.

- Погоди. Не здесь.

Пожала плечами. Открыв входную дверь, почувствовала желание рассказать правду про сеновал.

- Миш, не было ничего, - на недоуменный взгляд друга пояснила, - между мной и Лешей, ничего не было.

- Я знаю, - оскалился парень.

- Он, тебе сказал после того как ты ему лицо начистил, - понимающе покивала я.

- Нет, он мне все рассказал до тогo, как я ему вмазал, - ухмылка Миши стала шире.

- Что?

- Он мне сказал, что ты две недели не прекращала трещать обо мне.

- За что тогда ты его бил?

- Это была моральная компенсация, - улыбка несколько угасла, но не пропала.

Я лишь хмыкнула и пошла к лифту. Комаров стоял на пороге квартиры, оперевшись о косяк плечом, и смотрел на меня. Я с трудом подавила желание пригладить волосы.

- Я буду ждать, - успел сказать он перед тем, как створки лифта сомкнулись.

Выйдя на улицу, я достала плеер, нашла альбом "Для Майи", в нем оказался всего один трек. Нажав на "плэй" с радостью услышала знакомую мелодию - теперь я знала, где проводил последнее время Миха.

Дорога до дому заняла полчаса пешком. Все это время я крутила одну и ту же мелодию, наслаждаясь звуками любимого голоса. Войдя в квартиру, я была твердо уверена, что скоро увижу Мишу.

Может мне удастся дотерпеть до завтрашнего дня, или хотя бы до вечера. А когда я его увижу, то наконец скажу ему эти три заветных слова: "Я тебя люблю!"

С днем рождения, Миха!

Небольшой бонус-рассказ к истории Майи и Михи. Как обычно романтично, глупо, немножко смешно.

- С-с-с, больно! И холодно, - прохныкала Майя.

- Терпи! - отрезал Миша. - Что на тебя нашло вообще? Я думал, ты давно выросла из драк. Но ты опять умудрилась показать себя во всей красе. На виду у всего универа. Браво, Майя!

Девушка зашипела в бессильной злобе и попыталась убрать с лица пакет с замороженными овощами. Комаров не позволил, и ледяная упаковка так и осталась прижатой ко лбу Майи. Злилась девушка не столько на парня, сколько на саму себя, а также на девицу, посмевшую дотронуться до Михи. Злилась - не то слово. Майя была в ярости. Девушка и не подумала, что такая ревнивая. Как только они с Мишей стали встречаться, это негативное чувство возросло раз в пять. Майя и раньше мучилась, а теперь стало совсем невыносимо. Хотелось повесить на парня ярлык с единственным, но таким емким словом "Моё"! Сегодня увидев нахалку, обнимавшую бойфренда, девушка не сдержалась. Подлетев к парочке, она зловеще сказала:

- Ты, швабра, руки от моего парня убрала!

"Швабра" удивленно воззрилась на возмутительницу спокойствия. Это оказалась одна из бывших Комарова. И все бы ничего, но девушка не признала Майю и пренебрежительно фыркнула. Обладательнице вспыльчивого характера этого хватило, чтобы завязать драку. Михе кое-как удалось оттащить разъяренную подругу. А таких слов из уст Майи парню еще не доводилось слышать. Пришлось ловить машину и везти девушку к себе, осматривать боевые ранения. Пострадал лоб, по нему пришлось сумочкой противника. И Майя немного припадала на левую ногу, получив в голень каблуком.

Убедившись, что девушка смирилась с пакетом и сама теперь прижимает его к лицу, Миша стал готовить чай, как показывала мама - волшебница на кухне. Скоро перед Майей дымилась кружка. После первого глотка девушка, казалось, успокоилась окончательно. И, задорно улыбнувшись, поинтересовалась:

- А круто я ее отделала, да?

Миха нахмурился и отвернулся к окну. Майя поняла, что ее напускная веселость не передалась парню, и тоже загрустила.

- Извини, - прошептала она еле слышно.

Комаров вздохнул, посмотрел на понурившуюся подругу. За взгляд побитой собаки можно было простить все, даже драку на виду у всего универа. Тем более Майя не злоупотребляла своим "непобедимым оружием", и Миха никак не мог выработать хоть какой-то иммунитет. Печальные зеленые глаза убивали всякую охоту обижаться на эту рыжую чертовку.

- Май, ты помнишь какой сегодня день?

Девушка очень правдоподобно удивилась заданному вопросу.

- Конечно. Среда.

Миха хмыкнул.

- Май, сегодня мой день рождения, - устало проговорил он.

- Я знаю, - как ни в чем не бывало сказала Майя.

- Да ты что! Поэтому утром ты проскочила мимо, бросив "Привет"? Я весь день ждал, что ты вспомнишь, появишься. Черт возьми, хотя бы в щеку поцелуешь, - он не хотел, но все-таки повысил голос. - Ты весь день словно скрывалась от меня. Даже Машка, с которой я не виделся фиг знает сколько, вспомнила. А ты?!

Майя выдержала гневный взгляд парня, а потом упорно повторила:

- Я помню, какой сегодня день.

Миха понял, что они не далеко от ссоры. Решил за лучше промолчать, снова отвернулся к окну. Порой он начинал жалеть, что их отношения с Майей перешли на новый уровень. Раньше было на много проще. Конечно, теперь появились свои плюсы. Например, он имел полное право врезать тому хмырю, посмевшему "облизываться" на его девочку. А еще ее можно было обнимать, и не бояться, что может не удержать и поцеловать ее - ведь поцелуи тоже входили в перечень "плюсов". Хорошего много, но как известно на всякое действие существует противодействие. Майя его ревновала, хоть и ловко притворялась, что все замечательно, нет никаких претензий. Появилась ответственность - Миха не мог безнаказанно пропадать надолго, да и не хотел. С Майей все было по другому, не так как с остальными девушками. По-особенному. Ведь ни одну из своих бывших Комаров ни разу не хотел придушить... А с подругой это чувство возникало дважды на дню! И тем не менее Миха ее любил. Любил так сильно, что самому становилось страшно.

А сегодняшняя выходка! Миша не хотел спускать Майке такое с рук.

- Отвезешь меня домой? - парня вывела из раздумий робкая просьба. Он кивнул. Всю дорогу не произнес ни слова и с садистским удовлетворением заметил, как девушка начала нервничать, кусать губы и украдкой на него поглядывать. Остановившись у подъезда, Миша демонстративно смотрел вперед, мол, дело сделано - я тебя довез и мне пора.

Майя тяжко вздохнула и открыла дверь, нарочито медленно. Вышла из машины. А когда встала на левую ногу, вскрикнула от боли. Но до того не правдоподобно, что парню пришлось отворачиваться, чтобы девушка не увидела его улыбку.

"Решила выпросить прощения", - решил Миха и, заглушив двигатель, выскочил из машины. С криком "Подожди, болезненная" бросился за ковылявшей к двери подъезда Майей. Помог подняться до лифта. Девушка ничего не говорила. И он решил последовать за ней до квартиры.

В прихожей было темно.

- Миш, я действительно не забывала, какой сегодня день.

Майя разулась и прошла к себе. Парень, ожидая дальнейших объяснений, поплелся за ней. Но на пороге комнаты так и обомлел. Помещение выглядело... необычно. Привычного беспорядка и след простыл. На всех горизонтальных поверхностях стояли свечи, пока не зажженные. Места, свободные от свеч, заняли цветы. Кровать застелена чем-то темным, точней не разобрать - окна занавешены, в комнате царил полумрак. А поверх покрывала большая коробка.

Майя взяла открытку вручила имениннику и выпихала ошеломленного парня не только из свой комнаты, но и из квартиры.

- А туфли? - только и спросил Миша. Обувь тут же появилась на лестничной площадке.

- Надеюсь, ты мне поверил, - с чувством выполненного долга девушка захлопнула дверь.

С минуту поморгав, Миха наконец ухмыльнулся. Потом его ухмылка переросла в смех. Сунув ноги в туфли, парень заглянул в открытку. Мельком прочитал стихотворение - оно его мало интересовало. Куда ценней показалась короткая подпись внизу: "Люблю тебя, заразу, и ничего не могу с собой поделать. Майя."

Миха вылетел на улицу, ему срочно требовался перекур. Парень не переставал улыбаться, придумывая предлог, чтобы вернуться. Он был счастлив, не потому что Майя решилась еще на один шаг в их отношения (дальше поцелуев у пары на заходило, Миша не торопил подругу), а потому что она не забыла, приготовила особенный подарок и ничем себя не выдала. Зная, какая Майя нетерпеливая, сложно было представить, как она выдержала целый день.

- Наверно, специально от меня бегала, - пробормотал парень и снова рассмеялся.

Идея пришла неожиданная и совершенно глупая, но Миха не сомневался в ее эффективности. Выкинув окурок в кусты, парень прокашлялся и затянул:

Я люблю тебя до слез -

Каждый вздох, как первый раз.

Вместо лжи красивых фраз -

Это облако из роз.

Лепестками белых роз

Наше ложе застелю.

Я люблю тебя до слез,

Без ума люблю... [1]

Парень отчаянно фальшивил и подвывал, да так, что откликнулось несколько бродячих собак, подпев неудачливому донжуану. Прохожие косились, кто с неприязнью, а кто и с одобрением: "Парень старается, пусть ни слуха, ни голоса не имеет". Майя наконец выглянула, на эти жуткие завывания. Мимо Михи как раз проходили три школьницы, парень не долго думая бросился им наперерез.

- Девушки, девушки! Вы посмотрите какое безобразие! - наигранно возмущался он. - Я объясняюсь ей в любви, а она слушать не хочет.

Школьницы слаженно заахали, заохали. Видимо, они не слышали, как он только что пел. Сомнительно, что кому-нибудь захотелось слушать такое признание. Окно на третьем этаже распахнулось.

- Комаров, ты совсем что ли? - вознегодовала Майя.

- Пусти меня, о свет очей моих! - Миха картинно бухнулся на колени.

Девчонки, стоящие за его спиной, прониклись еще большей симпатией к этому чудаковатому парню, а на Майю посмотрели укоризненно. Та в свою очередь обращала мало внимания на случайных свидетелей своего позора.

- Проваливай, Комаров!

- Ни за что! Я тебе сейчас еще спою.

Девушка не сомневалась, что парень выполнит угрозу.

- Поднимайся!

Миха бодро подскочил и бросился обратно в подъезд. Про школьниц он благополучно забыл. А те смотрели парню вслед, и каждая из них мечтала, что когда-нибудь и ей повезет на такого безбашенного бойфренда.

- Что ты там устроил? - злилась Майя, но не торопилась открывать дверь.

- Ты обещала, что впустишь, - парень не хотел объясняться, пока между ними существовала преграда, причем двойная: металлическая и деревянная - ведь так намного сложнее достучаться до сердца!

Через пять минут дверь открылась. И Миха второй раз за день растерял все слова. Его Девушка (да, с большой буквы) успела за несколько минут преобразиться. Она вырядилась в короткое золотистое платье и туфли на шпильке, вместо потертых джинсов и кроссовок, что были на ней с утра в университете. Волосы Майя распустила, тем самым скрыв последствия драки.

- Вау! - только и смог выдавить Миша.

Девушка постаралась не улыбаться, она была довольна произведенным эффектом. Схватив парня за рукав, втянула в прихожую.

- Прощу, если пообещаешь не выть больше под моим окном. Мне больше нравится, когда ты не придуриваешься и поешь нормальным голосом.

Майя пошла в комнату. Миха, как привязанный, последовал за ней. Свечи на этот раз горели.

"Романтика. Как по-девчачьи. Но мне нравится!" - решил про себя именинник.

- Вот твой подарок, - девушка кивнула в сторону кровати, на которой лежала коробка.

- Я бы предпочел увидеть там тебя, - сдавленно прошептал Миша.

Мая хихикнула. Даже при свете свечей было видно, как она покраснела.

- Это лучший подарок, Май! Спасибо!

Миха притянул подругу и нежно поцеловал, чувствуя, что напряжение постепенно отпускает их обоих.

"Ведь это же, Майя! Самый дорой мне человек!"

"Ведь, это же Мишка!"

...

_________________________________________

1 Слова песни Александра Серова

Content

Radiant
Связанные дружбой