Балакин Андрей В.

Судьба грязнокровки.

Грейнджергадство разрывает шаблон круче Драконяшки. Заход стандартный: Гаррипот шарясь по коридорам Хогвартса, подслушивает разговор «лучших друзей», которые оказывается, дружат с ним по приказу Дамби. О, ужос!!! Гаррик в слезах убегает и замышляет страшную мстю…

Начальные обстоятельства цельнотянуты из наилучшего образца фанфиков на данную тему «Французская магия» (хотя фигли французская? Такая же самая…) и развиты оригинальным образом ибо автор дальше скучное мартисью с элементами лицемерия выдает на–гора. Сириус там клянется Дамби изничтожить, а сам ни фига не делает в этом направлении, а наоборот несколько раз спасает Дамби жизнь.

— Гарри мне все рассказал! — всхлипывал на плече Римуса Сириус: — Дамблдор им манипулировал! Он давал ему зелья дружелюбия! А Рон вообще друг на зарплате…

— И что ты собираешься делать с этими «друзьями»? — свирепо спросил оборотень.

— А что делать? — пожал плечами Сириус: — Они же дети! Хотя насчет Гермионы удивлен. Я думал они вообще с Гарри поженятся, как Джеймс с Лили… Как она могла его предавать? Я ей ничего делать буду, просто в глаза её бесстыжие посмотрю! Вот гадина!!!

***

Родители Гермионы лежали оглушенные, а сама девушка стояла сжавшись в страхе перед ворвавшимся Сириусом.

— Сириус! Зачем ты напал на папу с мамой? — пролепетала Гермиона растерянно: — Ты с ума сошел?

— Я для тебя не Сириус, грязнокровка! — презрительно процедил Сириус: — Я Лорд Блек!

— Как скажете… лорд Блек. Но в чем дело? В чем мы провинились перед вами?

— Они просто могли помешать нашему разговору, — равнодушно глянул Сириус на лежащих маглов: — А мне нужно с тобой поговорить, предательница.

— Вы о чем, сэр? Когда я вас предала? Моя фамилия Грейнджер, а не Петигрю, — побледнев, напомнила Гермиона.

— Ты предала не меня, ты предала Гарри! — заявил Сириус: — И я хочу понять ЗАЧЕМ? Ты же была его другом?

— Может, вы объясните, в чем дело? — подобралась Гермиона: — Я не могу понять суть претензий.

— Не крути хвостом, сучка маленькая! — рявкнул Сириус: — Гарри подслушал ваш разговор с Уизли. Как вы по приказу Дамблдора подружились с ним. Как Рон берет за эту дружбу деньги. Как Молли Уизли подливает ему приворотное зелье, а Дамблдор стирает ему память… Я все теперь знаю про ваши грязные делишки!

— Вы ни разу не упомянули, в чем Я виновата, — ровно сказала девушка: — Почему вы не пошли к Рону, если ОН берет деньги, или к директору, если ОН чистит память. Или к миссис Уизли? Почему вы ко мне пришли с претензиями? Может дело в том, что я просто самая беззащитная среди них? И вы пришли к тому, кого можно пнуть без опаски? Даже если моей вины в этом нет?

— Ты тоже виновата! — яростно прошипел Сириус, краснея от гнева: — Ты МОЛЧАЛА! Ты могла бороться за друга с ними!

— Простите? — распахнула глаза Гермиона, тоже слегка покраснев от гнева: — Вы, представитель могущественного семейства, который уже тридцать лет верно служит Дамблдору, предъявляете претензии к беззащитной несовершеннолетней грязнокровке, что она не вступила в единоборство с лидером магического мира? Это как? Вы не попутали? Я полностью в его власти! Когда девочка ничего не знающая о мире магии впервые приезжает в Хогвартс, она встречает могущественного директора Дамблдора. Человека, которому доверяет весь магический мир абсолютно! Верховного судью! Человека, которому все волшебники отдают самое ценное, что у них есть — своих детей! На девять месяцев в году! Почему я должна ему не верить, если ему верят ВСЕ?

— Ты должна думать своей головой! — прорычал Сириус.

— Но я думаю сэр! — воскликнула на полтона ниже Гермиона: — И даже гораздо быстрей вас! Вам понадобилось отсидеть в Азкабане 12 лет и прожить за третий десяток лет, чтобы дойти до того, же, что я поняла уж на втором курсе!

— Ну и что же ты поняла? — презрительно спросил Сириус, поигрывая палочкой перед безоружной девушкой.

— То, что вы мне сказали сразу, войдя в мой дом! — бесцветно ответила Гермиона: — Я грязнокровка! Дело не в том, что я человек второго сорта. Дело в том, что я беззащитна перед вами. Поэтому мой удел смиренно подчиняться сильным мира сего.

— Ты просто жалка! — процедил Сириус, смерив её взглядом: — А ведь ты могла стать женой главы рода Поттер!

— Может вы явите мне пример своего величия лорд Блек? — тон Гермионы похолоднел: — Вы явились в Хогвартс, защищенный древним родом, родовой магией, артефактами! У вас с детства были учителя и библиотека рода. Ритуалы, делающие вас сильней. Но вы тоже полностью попали под влияние Дамблдора на многие годы. Если я из своего ничтожества не смогла высоко воспарить, то, как оценивать вашу жизнь сэр? Ведь это вы в угоду директору отреклись от своего рода и родителей? А потом спокойно сидели в Азкабане, игнорируя нужды своего крестного? Это наглость с моей стороны, так говорить, лорд Блек, но вашими дарами, я бы смогла распорядиться лучше вас.

Сириус побледнел, но не нашелся, что сказать кроме как «Я был дурак!»

— А насчет женитьбы с Гарри… — продолжила холодно Гермиона: — Директор еще на третьем курсе, когда мы с ним… гм… весьма сблизились, пытаясь создать ему телесный патронус, так вот, Дамблдор четко дал понять мне, чтобы я об этом не мечтала. И что Гарри женится на Джинни Уизли. Принцессе, которую спас от смерти. Я в сценарии не предусмотрена. После чего он почистил память Гарри от наших свиданий. Теперь я ему только друг.

— Ты не друг! Ты предательница! — завелся опять Сириус: — Знаешь, почему я не пошел разговаривать с Роном? Потому что он идиот! С ним бесполезно говорить. А ты умная!..

— «Горе от ума» — кивнула Гермиона: — А вы все–таки лорд Блек зря напали на мою семью. У вас видно тоже с умом не очень? Ведь я вам дважды жизнь спасала! Долг Жизни, однако. А вы себе откаты такие зарабатываете! Вон Снейп, из–за жалкого поползновения отца Гарри спасти его от Римуса, уже во втором поколении охраняет Поттеров от смерти, а вы? Так нагло напасть на свою законную спасительницу? Откат может быть жутким. Вы поосторожней палочкой машите…

Блек застыл и прислушался. Раздались хлопки аппарации. Он сразу аппарировал сам. Гермиона устало присела на стул, размышляя. Ну вот я и предательница! Вначале Гарри предала Дамблдору, потом Дамблдора и Уизлей Гарри. Потом всех их Сириусу. А теперь предам Сириуса аврорам. А фигли? Не брать же на себя вину за оглушенных родителей? Вон уже ломятся в дверь…

— Спасите меня, господа авроры! Это был Сириус Блек! — прорыдала девушка: — Он напал на мою семью! Он угрожал мне!..

***

— Значит Гарри не хочет возвращаться? — задумчиво спросил директор скорей сам себя, нервно тарабаня пальцами по столешнице, закончив ковыряться в памяти Гермионы.

— Да, директор Дамблдор! — смиренно ответила Гермиона, потупив взор.

— М-да… а вот твоя речь с Сириусом мне очень не понравилась! — недовольно заметил Дамблдор: — Как–то ты не уважительно отзывалась обо мне. И не пыталась опровергнуть поклеп.

— Ну, я фактически была заложницей, — тихо ответила Гермиона, пожав плечами: — Я была обязана соглашаться во всем с Сириусом. Как иначе? Он не был настроен на дискуссию. Он ведь напал на родителей! Это была далеко не встреча друзей. Кроме того…

— Что? — поднял взор Дамблдор: — Договаривай, девочка моя!

— Кроме того, моя принципиальная позиция уже не существенна, — выдохнула девушка: — В отсутствии Гарри я не так важна в ваших планах. Кому важно мнение обычной маглорожденной школьницы? А Гарри считает меня предательницей теперь…

— Все не так просто! — поморщился Дамблдор: — Гарри все равно найдется со временем. Кроме того, ты не обычная школьница, а староста Гриффиндора! Оплота моего влияния в школе! И это как раз в тот момент, когда, министерство под меня копает!

— А может не копает?

— Копает, копает…

Дамблдор встал из–за стола и начал, размышляя, прохаживаться туда–сюда.

— Я пойду? — робко спросила Грейнджер через минуту паузы.

— Да, иди, — небрежно бросил Дамблдор «не повернув головы кочан» и продолжая строить планы. Девушка быстро вскочила и шмыгнула из кабинета директора наружу. На бегу она тоже строила радужные планы. Планы, что больше не будет частью чужих планов. В конце концов ведь Гарри нет? Значит, есть надежда слиться с фоном и не отсвечивать. Кому нужна грязнокровка без избранного?

Мне даже Дамблдор ни разу память не стирал, чтобы не объяснять все десять раз как Гарри. Зачем? Чтобы скрыть мелкие ошибки? Для грязнокровки и так сойдет. Все равно буду помалкивать… Хоть бы директор не вообразил, что это я специально «проболталась» в коридоре, чтобы информировать Гарри. Там все удачно получилось — болтал в основном Рон, а я помалкивала… Кто заподозрит в грифиндорке коварство? Чай, не слизеринка, какая?

А все–таки, как сложно и страшно жить. Ну, почему этот старик не живет проще? Без интриг и сценариев? Несет меня как невесомый листок среди ветров противоборства сил. Так трудно сохранить себя, не имея тыла. Хотя старик такой упертый, что и любого чистокровного сломает, вместе со всеми соклановцами. Ну, зачем мне эта сила волшебная явилась? У маглов все попроще в политике.

***

— Сириус! Она и тебя предала! Вот гадина! — Гарри с раздражением бросил на стол «Ежедневный пророк» со статьей, о налете Сириуса Блека на дом подружки Гарри Поттера.

— Ну, строго говоря, тут правда все написано, — смущенно ответил Сириус: — Я действительно оглушил Грейнджеров, чтобы не вопили. Погорячился малость.

— Да причем тут это? — отмахнулся Гарри: — Она могла бы и соврать! Ведь умная же и должна понимать, что теперь, даже после нахождения Питера Петигрю тебе не отмазаться. Могла бы придумать что–то! Прикрыть тебя! Ведь прикрывала же нас с Роном в прошлые годы? Хватало ума на ходу сочинить версию. Нет Сириус! Она тебя специально утопила, гадина! Знала, что я тебя люблю как отца и все же лишила шанса на оправдание! Блин, я её теперь ненавижу больше, чем Дамблдора! У меня теперь даже патронус не выходит от этого.

— Кстати, насчет патронуса… — заметил Сириус: — Это ведь она тебе его ставила. У вас там вроде какие–то шуры–муры были на третьем курсе? Чтобы создать тебе хорошие воспоминания.

— Чо ты гонишь? — удивился Гарри: — Ничего у нас не было с этой заучкой!

— Она сказала, что Дамблдор все потом подтер, чтобы женить тебя на Уизли–младшей.

— И хорошо, что подтер! — решительно кивнул Гарри: — Если я с ней целовался, то лучше этого не помнить! Даже подумать отвратительно. Сириус, у меня теперь Флер! Мне больше никто не нужен. Она само совершенство!

Гарри мечтательно закатил глаза. Сириус усмехнулся.

— Ну, значит, скоро у тебя вновь появятся хорошие воспоминания.

— Это не просто, — покраснел Гарри: — Делакуры строгая семья. Вначале придется жениться, потом допускать вольности. Флер не грязнокровка какая!

— А она не против?

— Отец не против. Да и Флер вроде тоже улыбается благосклонно.

***

— Гермиона, ну чего ты ломаешься? — ворчал Рон, пытаясь затащить подругу в нишу для метел: — Немного обнимашек для настроения! А то я засну на уроках. И успеваемость моя снизится!

— Отстань! — решительно отбивалась грифиндорка: — Твоя успеваемость и потребности меня не касаются! Поищи другой объект для подобных предложений. Не смей меня лапать, а то прокляну прыщами на весь год!

— Вот значит как? — обиженно засопел Рон: — Тоже мне, недотрога! Как Краму или Гарри так тебя можно лапать? А я рылом не вышел?

— Думай что хочешь! Мне нужно учиться, а не женихов искать, — сухо ответила Гермиона и побежала дальше по коридору.

— Ну и не жди, что наш клан за тебя заступится, грязнокровка! — прошипел ей в спину Рон: — Строит из себя…

***

Серебряное Трио (Драко, Кребб, Гойл) пыхтя затаскивали парализованную Грейнджер в пустой класс.

— Слышь, это, Драко, — осторожно спросил Гойл, помогая укладывать девушку на столе: — На фиг тебе это? Все–таки стремно… Она же староста! И Дамблдор её крышует. Попалимся! И Уизли прохода не дадут…

— Заткнись болван, если ничего не знаешь! — усмехнулся Драко, свирепо разглядывая тело беспомощной грязнокровки лежащей на столе с выражением ужаса в глазах: — Гарри Поттер её считает предательницей! Он Лонгботтому все написал про нее! И Директор к ней охладел. А с Уизли она рассорилась. Так что никто за нее не впишется, можем развлекаться сколько угодно! Кребб, оживи её, только придерживайте. А то с окаменевшей одежду хрен стащишь. Да и удовольствия никакого…

— Вы что творите? — взвизгнула Гермиона очнувшись, и пытаясь отбиваться: — Это же преступление! Не смейте!

— Заткнись мугородье! — заржал Кребб, схватив её своей лапой за горло и прижав затылком к столу. Драко сразу запустил руку под юбку и начал снимать с нее трусы.

— Кребб! Гойл! Ноги придержите, брыкается стервь! — прикрикнул Драко, отскочив от девушки с трофеем в виде белых трусиков. Те послушно зафиксировали её тело. Драко насмешливо приподнял подол платья и начал разглядывать сокровенное.

— Ну, анатомическое устройство грифиндорок, такое же как и у слизеринок, — постановил Драко, полюбовавшись на нее: — Осталось выяснить как там изнутри.

После чего он бесцеремонно всунул её между ног указательный палец, на котором был перстень наследника. Он сразу покрылся кровью.

— Целочка? — удивился Гойл. А дальше девушка вдруг изогнувшись от боли закричала: — Кровью своей ведьминской проклинаю вас насильники! Пусть вы кто держите меня будете слышать только мой крик! Пусть кто вторгся в меня больше не даст потомства. Пусть род твой исчезнет!

Кребб и Гойл отшатнулись и схватились за уши. Из их ушей пошла кровь и они замычали от боли. А Драко завопил от боли махая окровавленным пальцем, который на глазах чернел и усыхал. Гермиона вскочив со стола нашла свои трусы и быстро одела, после чего, поправив одежду, выбежала из класса.

***

— Как вы могли так поступить с мальчиками мисс Грейнджер? — неодобрительно качал головой Дамблдор: — Вы использовали против них темную магию! Мистер Гойл и Кребб теперь не смогут учиться! Они навсегда оглохли. И вылечить это невозможно. А мистеру Малфою теперь трудно писать, у него палец почернел и не гнется. Такое поведение неприемлемо!

— А то, что они меня насиловали не является мне оправданием? — бесцветно спросила девушка, стоя у стола директора напротив. Он был сердит, и даже не предложил ей сесть и попробовать лимонных долек.

— Они всего лишь шутили! — с досадой ответил Дамблдор: — С вами ничего бы страшного не произошло! Мадам Помфри вас бы подлечила за полчаса! А вы им судьбу искалечили! Мистер Малфой утверждает, что вы наложили на весь их род родовое проклятье! Разве так можно из–за ерунды поступать? Мистер Малфой–старший в ярости требует над вами уголовного суда! Откуда вы взяли эту темномагическую гадость, что использовали против них?

— Из сборника детских сказок, — тихо прошептала Гермиона, отвернувшись: — Третья полка на втором стеллаже слева: — Ведьмины сказки.

— Ну вот, — скорбно вздохнул директор, качая головой: — Теперь еще и сборники сказок придется вычитывать, чтобы найти упоминания темных ритуалов и изымать. Как же с вами трудно мисс Грейнджер! Сами понимаете, что в суде я вам ничем помочь не смогу…

***

— Ну, че–как? — спросил Забини, вернувшегося Малфоя из медицинского блока. Тот продемонстрировал свой черный усохший палец. Кольцо наследника на нем не держалось уже.

— Да… — сочувственно протянул Забини: — Ты конкретно попал. Твои родители забыли в твоем имени одну букву добавить.

— Какую?

— Букву У. Ты не Драко, а Дурако! — усмехнулся Забини: — Кто тебе вообще подсказал, что ведьму–девственницу можно безнаказанно изнасиловать? Да еще такую сильную как Грейнджер? Радуйся, что это не тот палец, что между ног.

— Не доставай Блейз! — заплакал Драко: — Тот тоже не работает уже. Твари! Ненавижу! Всех…

— Ты это о ком? — осторожно спросил Забини. Драко неопределенно махнул рукой.

— Всех! И мугородье тупое, и разных трепачей, что подначивают, что грязнокровки ни хрена колдовать не могут. О Мерлин, какой я идиот…

— Да ты чего вообще скис? — скривился Забини: — Твой папахен отомстит этой сучке! Держись бодрей!

— Я все–таки не до такой степени идиот, что бы не понимать, что месть ничего не изменит! — прошипел Драко: — Проклятье это не снимается НИЧЕМ! Теперь её можно на ремни порезать, только хуже себе сделаем. И ведь эта сука из простой детской сказки проклятье взяла! Прячем–прячем от мугородья знания, а они все равно расползаются…

— Слава Мганге, не все такие как Грейнджер вумные! — заявил спокойно мулат: — Она такая одна на тысячу. Остальные все реально тупые. Ты просто реально рамсы попутал! Надо же было знать на кого прыгать можно. Хрена ль ты полез к лучшей ученице между ног своим пальчиком шаловливым? Где твои мозги слизеринские? Оприходовал бы тупицу какую, вроде Лаванды. Эх–хе–хе…

— Вот жеш Грейнджер гадина!

***

— Мисс Грейнджер! — важно пропищала Амбридж девушке, встретив её в коридоре: — Вы совершили ужасное преступление! Министерство потому и запрещает колдовать маглорожденным, что вы не умеете разумно и взвешенно использовать свои способности. Зайдите сегодня ко мне на отработку!

Вечером Гермиона впервые познакомилась с действием кровавого пера. А дама–то с садистскими наклонностями! — подумала про себя Гермиона, пряча кровавое перо себе за пазуху и доставая обычное, наложив на него чары иллюзии, чтобы не отличалось с виду. И дальше продолжила уже писать обычными чернилами. Но после десяти строчек, в кабинет Амбридж вошли авроры и повели девушку сразу в министерство через директорский камин.

Там она просидела всю ночь в КПЗ, а с утра сессия Визенгамота приговорила её к месяцу Азкабана, за превышение самообороны.

— Это ничего! — шептал незнакомый адвокат: — Вам повезло! Вам посочувствовали! А то могли и больше дать, по другой статье.

У Гермионы отняли палочку и отправили тюремным односторонним порталом в Азкабан.

***

Беллатрикс Лейстрендж с изумлением смотрела, как в соседнюю камеру авроры волокли школьницу пятого курса в гриффиндорской форме и со значком старосты. Когда они ушли, она истерично засмеялась и крикнула:

— Эй, грифиндорка! Ты не глюк? Ко мне по соседству действительно школьницу посадили? Или у меня галлюцинации начались?

— А кто спрашивает? — хмуро спросила Гермиона, оглядывая камеру Азкабана.

— Предпочитаю сохранить инкогнито. Я просто леди по соседству.

— Ну, тогда и я просто школьница по соседству, — ответила Гермиона, услышав еще взрыв смеха после.

— И за что тебя кинули в Азкабан дитя? — просюсюкала Беллатрикс: — Ты не выучила уроки? Не написала эссе для Макгонагал? Взорвала котел у Снейпа?

— Я первая ученица, — сухо ответила Гермиона: — И с учебой у меня без проблем.

— Ну да, ну да, — кивнула Беллатрикс: — Я заметила значок старосты. Так не томи, ответь, в чем твоя вина? Ты же меня всю заинтриговала! Первый раз вижу здесь школьницу! Дамблдора убила? Ну порадуй меня! Ты убила старого мерзавца?

— К счастью нет, — ответила Гермиона: — Иначе бы меня сразу к дементору отправили. Я здесь за изнасилование.

Беллатрикс закатилась пятиминутным смехом.

— Ты меня уморишь! — сказала она сквозь слезы смеха: — Кого ты изнасиловала грифиндорка? Филча? Флитвика? Хагрида?

— Леди вы ошиблись, — ровно ответила Гермиона: — Это меня насиловали. Втроем. Слизеринцы.

— О, да! Это они могут! — хмыкнула Беллатрикс: — Правда это уже не так забавно. Весь кайф обломала. Слышь, но по прежнему непонятно, почему ты здесь? Ты их убила?

— Нет, все живы, я их просто прокляла кровью ведьмы. Теперь двое глухих на всю жизнь, а один детей иметь не сможет.

— Сурово! Я бы ограничилась часом круциатуса. Какие вы грифиндорки безбашенные!

— За круциатус меня бы пожизненно упекли сюда, а так только на месяц.

— Какая ты расчетливая! — усмехнулась Беллатрикс: — Тебе надо было на Слизерен идти.

Потом разговор увял, так как Гермиона не ответила. А ночью когда пришли дементоры Беллатрикс разбудил дикий вопль грифиндорки.

— Ты что мне спать не даешь, баньши малолетняя? — зло начала выговаривать Гермионе поутру Беллатрикс, когда дементоры разошлись: — Горло что ли луженое? Не удивительно, что те парни оглохли на всю жизнь. Ты и меня оглушить собралась?

— Страшно, — прохрипела Гермиона сорванным горлом.

— Окклюменции надо учиться! — наставительно сказала Беллатрикс: — Давай я тебя учить буду, а то ты меня укатаешь своими воплями!

— Давай! — обрадовалась Гермиона.

— Для начала вспомни свои дни рождения в обратной последовательности. Тебе это не трудно, мало еще прожила.

— Трудно, дни рождения скучные были, — тоскливо сказала Гермиона, осиливаясь вспомнить безликие дни, приходящиеся на школьную учебу: — У меня не было друзей. Никто не дарил подарков, кроме родителей.

— Ну вспоминай иные памятные даты, — в раздражении крикнула Беллатрикс: — А потом заполняй пространство воспоминаний между ними. Это важное начальное упражнение…

Так протянулись два дня круглосуточных ментальных упражнений в окклюменции. В редкие перерывы, Гермиона с тоской оглядывала стены камеры и глядела на море. Читать было нечего. Только странные надписи незнакомых рун на стене. Хотя некоторые были знакомы. Она пыталась расшифровать, подобно археологу. Жалко лишь было, что кроме кровавого пера, пишущего по телу, не было иных принадлежностей. Авроры не особенно старались обыскать, и перо в лифчике так и сохранилось при ней.

На третью ночь, Гермиона порадовала свою учительницу тем, что больше не кричала при визитах дементоров в коридор. Кроме того, окклюменция сильно помогало в скорости мышления и анализа. Теперь девушка чувствовала, что запоминать все стало легче. Хотя она и раньше на память не жаловалась.

— Ты прямо уникум! — похвалила её Беллатрикс: — Первый раз вижу, такой прогресс за два дня. Я месяц возилась. Правда на воле. Там многое отвлекает. И стимулов мало.

Покончив с окклюменцией, Гермиона заняла себя расшифровкой незнакомой системы рун, которыми были исписаны две стены камеры находящиеся в тени, и потому надписи не были удалены тюремщиками. Их просто не заметили. Иногда Гермиона обращалась за советом к соседке по значению различных рун. Это оказалась славянская система. Соседка знала её плохо и дала только несколько советов.

— Ни ночь, ни день, огонь погас… — лихорадочно бормотала Гермиона, разбирая текст: — Гм… сумрак какой–то?

Через три недели она начала понимать, что эти надписи в русской школе магии могли служить защитой от дементоров. Некоторые тексты были комментариями, а некоторые имели ритуальную силу.

— Занятно. Если отсюда до сюда читать, то «свет», если от сюда до сюда «тепло», а если от середины до конца, то «скорость»… — разбирала она сложно составленную фразу рун, пытаясь понять её значение.

— Это наверное Долохов понаписал, — вдруг отозвалась соседка из–за стены: — У него с окклюменцией было плохо. Мечтал рунную защиту выстроить против дементоров.

— И куда он делся? — поинтересовалась Гермиона.

— Перевели в камеру понадежней, — усмехнулась Беллатрикс: — Он из этой как–то выбрался один раз. Изловили в коридоре. А эту камеру занесли в разряд ненадежных. Но решили…

— …что для школьницы сойдет! — закончила за нее Гермиона, не отрывая взгляд от стены: — Знаете, леди, мне непонятно, как он активировал эти руны? Палочек–то нет у зека?

— Кровью, как еще? — фыркнула Беллатрикс.

— Видимо вот эта руна в виде капли обозначает «кровь»? — спросила Гермиона: — А я думала вода…

— Вода это волнистая черта! — сварливо рявкнула Беллатрикс: — Капля это кровь! Чему вас учат только?

— Ну уж точно не кровной магии, — проворчала Гермиона. Она попыталась представить технику активирования рун и поежилась. Грызть зубами свою руку и потом макать в рану палку и писать ей не хотелось. Тут она вспомнила про кровавое перо. Это же идеальный инструмент начертания кровавых рун! Правда потом все тело в шрамах будет… Гермиона уже установила, что раны возникают на том участке тела, который мысленно указываешь сам. А если этого не сделать, то по умолчанию на левой руке.

Шрамов будет много. Какой участок тела не жалко пожертвовать?

— Леди, вы не подскажете как дама, на какой участок тела лучше наносить множество шрамов, чтобы не сильно себя изуродовать? — спросила Гермиона соседку.

— Интересные ты вопросы задаешь грифиндорка, — хихикнула Беллатрикс: — Это зависит от глубины шрамов. Если калечащие, это одно, царапины другое.

— Царапины! — подтвердила Гермиона.

— Ну, тогда лучше на живот, — рекомендовала Беллатрикс: — У женщин спина важней для демонстрации. Даже купальники есть, закрывающие живот. А с изуродованной спиной, ты себя точно лишишь многих возможностей. Да и на животе легче их контролировать. Ты что решила на себя руны наносить? Ты с этим поосторожней!

— Нет, я просто… не важно. Хочу кое–что попробовать… если решусь. Мне кровь откуда–то брать надо, — сбивчиво ответила Гермиона не желая говорить о том, что у нее есть кровавое перо.

— Даже если ты активируешь руны, толку будет мало, — ответила Беллатрикс: — Кровь быстро высохнет. Эффект не больше часа. Если бы можно было сделать что–то долгоиграющее рунами, я бы сама уже что–то себе наколдовала. Обогрев в камеру, например. Мерзну постоянно…

Гермиона сама также решила активировать на пробу те участки рун, которые вполне разобрала и была уверена в их смысле. Она начала старательно обводить рунную цепочку, которая была эквивалентом патронуса. Она могла и камеру слегка согреть и дементоров отпугнуть.

При помощи окклюменции, Гермиона вызвала в своей памяти самый радостный день в свой жизни — первый день, когда она увидела Хогвартс с лодки. Хотя сейчас она понимала, что это было весьма не радостно, попасть в магический мир, но окклюменция позволяла отделить первое светлое впечатление от последующего негативного опыта. И в приподнятом настроении, игнорируя боль на животе, она закончила обводить своей кровью все руны. Те по окончании вспыхнули и в камере сразу стало светлей и теплей.

— Сработало! — радостно выдохнула она: — У меня теперь теплей в камере! Леди, спасибо за советы! Нелепо звучит, но вы мой самый лучший преподаватель. В Хогвартсе нас не баловали высоким уровнем преподавания. Все приходилось постигать самой…

Беллатрикс что–то неразборчиво буркнула, чувствуя легкую зависть к соседней школьнице и сжалась у себя на нарах, пытаясь согреться. Но потом и до нее слегка дошли согревающие чары из–за стены. Сильная ведьма! — подумала Беллатрикс. Интересно, из какого она рода?

***

Пригревшись в камере Гермиона стала неожиданно болтливой и начала рассказывать свой незнакомой соседке как она провела лето. Сработал эффект «незнакомого попутчика». Вначале рассказала о своей поездке в Болгарию в гости к Краму. Хотя не пересказывала свои тайные надежды вырваться из под опеки Дамблдора и перевестись в Дурмштранг. Но та и так поняла недосказанное, судя по едким комментариям.

— Значит родителям Крама ты не приглянулась? Бывает… — добродушно заметила Беллатрикс.

Потом Гермиона рассказывала, как провела некоторое время в штабе «Ордена Феникса». Поскольку сама она в Ордене не состояла и тайн их деятельности не раскрывала, она посчитала, что допустимо рассказать историю про забавный кричащий портрет и роман старого оборотня и юного аврора. Соседку почему–то история весьма заинтересовала.

— Все–таки я не понимаю Нимфадору, — сплетничала пригревшаяся Гермиона: — Как можно увлечься оборотнем? Хотя она его не видела в полнолуние…

— А ты видела?

— О, да!!! — хихикнула Гермиона: — Он меня и Гарри Поттера гонял целый час по Запретному лесу. Чуть не сожрал гад. Это было так жутко! И ведь убивать его было нельзя, типа друг его семьи, и самой быть сожранной не хотелось. Кошмар какой–то…

— А в облике человека он красавчик?

— Да, нет, не сказала бы, — рассеянно ответила Гермиона: — Римус, он скорей замухрышка. И одевается как нищий. Не знаю, как им можно увлечься. Разве что…

— Что замолчала? На зелья приворотные намекаешь? — ехидно спросила Беллатрикс.

— Ну, в общем, есть такое увлечение у великого старца, — смущенно призналась Гермиона: — Любит он браки устраивать своим сторонникам. Даже боюсь представить кого он мне готовит в постель… Если даже девушке из рода Блек он подкладывает оборотня!

— Что?!! — возмущенно завопила Беллатрикс: — Так ты про мою племянницу говорила? Малышку Нимфи? Убью тварь мохнатую!

— Э… так вы леди Лейстрендж? — запоздало догадалась Гермиона, кто её наставница по зоне. Вот черт! Опять предательницей стала. Теперь и Римуса предала.

— А ты сама–то кто? И какого Мордреда являешься сторонницей Дамблдора, если он тебе не нравится?

— Видите ли, леди Лейстрендж, — осторожно начала отвечать Гермиона: — Мне выбирать не приходилось. Шляпа меня распределила на Гриффиндор, и я по умолчанию являюсь сторонницей Дамблдора. Иначе просто не вижу способа выжить.

Господи, только бы она пьесу Шварца не читала, про «Убить дракона» — думала Гермиона. А то ведь достанет приколами, «Вас учили плохому? Но почему ты стала первой ученицей?». Беллатрикс не стала разводить интеллигентских подколок, а просто пообещала всех закруциатить, когда её господин вытащит из камеры.

***

Дверь камеры Гермионы среди ночи вдруг разлетелась на куски и к ней вошла Беллатрикс с палочкой в руках. «Все, мне конец!» мелькнула мысль у сжавшейся девушки.

— Привет гриффиндорка! — усмехнулась Беллатрикс: — Не бойся, я детей не мучаю. У меня принципы есть! Темный лорд нас решил наконец освободить, зашла попрощаться. А то, может с нами пойдешь?

— Меня и так завтра должны освободить, — осторожно ответила Гермиона, пряча глаза: — Зачем мне становиться беглой преступницей?

— Логично, — кивнула Беллатрикс и захихикала: — Думаешь, почему я тебя не убиваю, хоть ты и сторонница старого пердуна? С такими сторонниками и врагов не надо! Чао детка, ты меня хорошо согревала и развлекала последние дни. Хотя я не поняла, как тебе удалось создать столь долгоиграющие руны. Впрочем теорию я не особо люблю. Я практик. Извини, что дверь сломала. Дементоры могут наведаться теперь прямо в камеру к тебе и подарить последний поцелуй. Ну, да ты девочка умная. Что–нибудь придумаешь…

Когда Беллатрикс ушла, Гермиона бросилась к стене и начала обводить кровавым пером еще несколько групп рун. Причину долгоиграющих рун она поняла только вчера. Настенные руны выдыхались как положено. За час. Но вот руны на животе продолжали потреблять её внутренние резервы. Неснимаемый баф. Она добавила себе руны здоровья и силы, которые быстро сжигали калории, делая её тело не хуже мужского по мощи и повышали уровень регенерации. Наверняка, рассерженные охранники захотят сорвать на ней зло. Значит будут побои.

Потом она нерешительно смотрела на не вполне ясную группу рун несколько минут, думая, стоит ли так рисковать. Но плюшки обещались неплохие. Она могла изменить свою конфигурацию магическую, под рашен–стайл. С палочкой колдовать будет трудней, но зато без палочки станет проще колдовать. И еще проще будет аппарировать. И не только аппарировать, но вообще находиться некоторое время в сумраке, прячась там.

В сумрак первого слоя она и сейчас могла уйти, благо дементоры и так туда всех затягивают. Именно этим объясняется резкое похолодание при их присутствии. В реальности дементоров нет, они сумеречные существа. И первый слой сумрака характерен высоким холодом. Но на второй и третий слой Гермиона уже не могла проникнуть без нужного ритуала.

Наконец, пожав плечами, хмыкнув «а что мне терять?» девушка начала копировать и последнюю группу рун. Главной выгодой она считала возможность уйти из любой тюрьмы по третьему слою сумрака. Азкабан по первому слою пройти было невозможно. Да и по второму. Мощные магические щиты.

Активировав последнюю руну, Гермиона упала без сил на нары. Магическое истощение. Нужно ждать пока ранки подсохнут и силы восстановятся. Хорошо, что в течение часа, её защищает настенная живопись. А там и внутренние силы активируются.

***

— Здравствуй Длакусик! Иди поздоровайся со своей тетей! — просюсюкала Беллатрикс, умиротворенная после ванны и чистой одежды, увидев своего племянника. Драко вздрогнул и подошел к ней, терпеливо снося, что его треплют за щечку.

— Здравствуйте тетя, — сухо ответил он: — Рад вас видеть.

— А чего так грустно? Приболел? Ой! А что это с твоей ручкой малыш?

— Проклятье получил, — скрипнул зубами Драко. После чего скупо поведал о своих бедах. Беллатрикс истерично засмеялась.

— А ведь я сидела в соседней камере с той грифиндоркой, что обидела Длакусика! — поведала она.

— И что тут смешного? — нахмурилась Нарцииса.

— Ах она грязнокровая гадина! Обидела моего племяшку! — продолжала ернически возмущаться Беллатрикс: — Надо было мне её все–таки заавадить! Уж прости Длакусик, я же не знала, что это мой племянник тот самый идиот, который полез её насиловать. Я ведь думала, что моя сестренка тебя достойно воспитала. А ты значит в папу удался?

Драко покраснел и выбежал из зала к себе.

— Что же нам сестренкам Блек, так не везет с детьми? — скорбно спросила Беллатрикс Нарциссу, сменив тон: — У меня еще до рождения убили сына, у тебя сын идиотом вырос, у Анди тоже с дочкой не все благополучно.

— А что у Анди? — криво улыбнулась Нарцисса, наливая себе в бокал вина: — У нее вроде девка шустрая. Аврором стала уже.

— Да вроде она с оборотнем каким–то шашни завела, — присоединилась к выпивке Беллатрикс: — Теперь со стаей породнимся! Будут у нас мохнатые родственнички…

— Не может быть! — удивлено вскрикнула Нарцисса, поперхнувшись вином: — Вот откуда ты все знаешь? Только же из тюрьмы? Как Анди допустила? Это же абсурд, выходить замуж за того, кто по закону приравнен к животным! Её же из аврората выпрут и отовсюду уволят! И дети её станут неполноценными гражданами. Поражение всех прав! Она что, совсем идиотка?

— Может быть, — пожала плечами Беллатрикс: — Оборотни говорят неутомимые любовники…

— Это того не стоит! Если бешенство матки, можно вибромассажер купить! А жить–то как? Безумие…

— Это мне та грифиндорка напела, которая не захотела твоему балбесу дать. Она мне много чего еще напела, пока мы рядом чалились, — прервала сестру Беллатрикс: — Там среди сторонников Дамби все не просто. Дедок любит устраивать браки своим сторонникам. Приворот льется рекой. Поттера прочат к Уизлетте, Нимфи к Люпину. А проживает этот светлый бордель, между прочим в нашем родовом гнезде на Гриммо.

— Сириус сука! — прошипела Нарцисса: — Небось на родительские капиталы их и содержит? Люциус уже говорил, что в лавках Лютного стали часто появляться товары с нашими родовыми гербами. А чего та грязнокровка с тобой откровенничала?

— Надо полагать, обиделась, что Дамблдор её не прикрыл от Азкабана, — пожала плечами Беллатрикс: — Сегодня вечером её должны выпустить.

— Не выйдет! — хищно улыбнулась Нарцисса: — Люциус дал на лапу одному человечку. Ей случайно организуют встречу с дементором, ведя наружу. Хоть мой сын и идиот, но он будет отомщен!

***

Хотя дементоры пытались войти через гостеприимно распахнутую дверь камеры, но все же не смогли. Зато через час наведались авроры и бесцеремено разбудили её оплеухами, допрашивая почему она не сбежала со всеми остальными пожирателями. Гермионе пришлось разбитыми губами долго внушать им странную мысль, что она осталась здесь добровольно, так как является законопослушной гражданкой.

А утром её срок заключения истек, и за ней пришел сопровождающий аврор, которые повел её коридорами вниз к КПП, с сопроводительными документами. По дороге он расспрашивал, не знает ли она куда направились пожиратели. Гермиона припомнив все разговоры с Беллатрикс и крики в коридорах, при побеге, уверенно посоветовала навестить поместье Эйвери. Аврор тут же поотстал, чтобы послать патронуса с сообщением в аврорат. А Гермиона продолжая двигаться дальше наткнулась на дементора в коридоре.

Она вскрикнула, но аврор равнодушно ответил, что его патронус еще не вернулся. Дементор метнулся к Гермионе как законной добыче, пытаясь выпить её душу, но она машинально перешла в сумрак, став сама похожей на патронуса. Аврор, подкупленный Малфоем с изумлением смотрел, как девушка засветилась всем телом и дементор испуганно от нее шуганулся.

— Ты кто такая? — изумленно спросил её аврор, направляя на нее палочку. Поняв, что дементор не сработал, а деньги отрабатывать надо, он начал бросать в нее боевые заклинания, надеясь потом все списать на попытку к бегству. Гермиона сразу рискнула и перешла впервые на второй слой сумрака, став невидимой для аврора и побежала сама вниз по коридору, вспоминая маршрут, которым пришла.

На втором слое, стены ей еще были видны, а вот двери уже отсутствовали. Поэтому она спокойно добежала до ворот Азкабана. Хотя с точки зрения наблюдателей она аппарировала, настолько быстрей для нее шло время.

День без предательства прожит зря! В начале предала пожирателей аврору, а сейчас предам киллера закону, подумала Гермиона увидев другого аврора. Она вышла из сумрака и начала со слезами жаловаться ему:

— Господин мужественный дежурный! Страшная опасность угрожает аврорату! У вас завелся аломундирный оборотень! Он сейчас пытался меня убить прямо в коридоре, когда вел сюда! Его наняли злобные пожиратели смерти, желающие мне отомстить, за то что я, честная гриффиндорка, не позволила себя насиловать.

Нахмурившийся дежурный пытался вставить хоть слово, но Гермиона взахлеб продолжала жаловаться и цитировать статьи уголовного права, пока не прибежал её преследователь.

— Вот он! — завизжала в страхе Гермиона: — Он нас сейчас убьет, чтобы скрыть свои преступления!

— Что за дела Джон? — спросил дежурный, настороженно держа его на прицеле палочки: — О чем эта истеричка орет? Ты правда продался Малфою?

Аврор Джон Смит побагровел, не зная, что сказать, потом все же ожил:

— Да кого ты слушаешь? Она чокнутая! Рехнулась за месяц с дементорами. Вот её сопроводиловка. На берегу её встретит её декан и сопроводит в Хогвартс.

— Я не поеду с ним одна в лодке! — истерично закричала Гермиона: — Он меня убьет!

— Не беспокойтесь барышня, с вами еще опера будут возвращаться, — урезонил её дежурный, подозрительно поглядывая на Джона Смита.

На берегу их встречала Макгонагал.

— Здравствуйте профессор, — улыбнулась Гермиона, чувствуя спиной прожигающий взгляд ненависти от аврора Смита: — Как мило, что вы меня встречаете здесь. Спасибо.

— Не вижу повода для радости! — проворчала старуха: — Какой позор для гриффинора! Староста в тюрьме весь октябрь провела! Немыслимо!

— Разве я еще староста? — удивилась Гермиона.

— А кого я еще назначу? Остальные еще хуже! Мне и так пришлось Уизли лишать значка, и отдавать его Невиллу Лонгоботтому. Рон совершенно не желал работать.

— Рон в ярости?

— Я обещала его на следующий год сделать капитаном сборной по квиддичу, и он утешился.

— Боюсь вместо меня вам тоже придется искать старосту, — печально поведала Гермиона: — Я не смогу вернуться в Хогвартс.

— Почему?!

— Потому что меня там убьют. Меня даже сейчас пытались убить, выводя из тюрьмы. Дважды, — вздохнула Гермиона.

— Что за чепуха? — возмутилась декан Гриффиндора: — Вам это померещилось! Если бы авроры хотели убить школьницу, они бы её убили. И кроме того, вы не можете покинуть Хогвартс просто так! Вы все еще под опекой директора и вынуждены соблюдать магический контракт.

— Для того, чтобы посадить меня в Азкабан, контракт был расторгнут, а меня эмансипировали на год раньше и отчислили решением попечительского совета.

— Это спорный вопрос! Вам все равно нужно вернуться в Хогвартс, посетить лечебное крыло и привести себя в порядок. Беритесь за портал, — скомандовала Макгонагал.

***

Здравствуй мой дорогой несуществующий друг. Пишет тебе зека Грейнджер, откинувшаяся неделю как из Азкабана. Я пишу тебе потому, что больше некому, уж извини. Еще недавно у меня было много друзей, но потом я прослыла предательницей. В камере я познакомилась еще с одним хорошим другом и наставником. Но она сбежала из тюрьмы и стала маньячкой. И я на нее сразу настучала.

Я как откинулась, сразу была отправлена подхарчиться–подлечиться в Хогвартс профессором Макгонагал. Она надеялась, что я помогу выиграть кубок школы гриффиндору, но я и её предала. Так как меня отчислили, меня распределили по новой. И Шляпа заявила, что для гриффиндора я стала слишком труслива, для Хафлпафа неверна друзьям, для Слизерина рыл… кровью не вышла, и остались у меня только мозги для равенкло. Но равенкло — факультет одиночек. И это хорошо! Некого предавать. Хотя иногда поговорить хочется, но от меня как от чумной шугается даже факультетская дурочка Лавгуд, говоря, что у меня слишком много мозгошмыгов.

Но дело не в мозгошмыгах (я их тоже вижу на втором слое сумрака, ака заслуженная дурочка гриффиндора), ей Гарри Поттер тоже написал письмо про то, какая я предательница и не велел дружить со мной. Он хоть и отдыхает на пляжах Латинской америки, но все равно держит руку на пульсе Хогвартса, и не забывает бывших друзей обосра… вспомнить. И, знаешь, я в одиночестве абсолютно счастлива… была. Целую неделю.

А потом я решила предать своего преподавателя по ЗОТИ, профессора Амбридж. Я написала в министерство, где оклеветала порядочную женщину, что она пытает школьников на отработках. Меня отконвоировали опять в министерство, где предъявили обвинение в клевете и хищении у профессора орудия пыток. По совокупности меня осудили на два месяца Азкабана. А потом добавили заочно еще три года за побег из зала суда. В общем ПРОЩАЙ АНГЛИЯ! Следующее письмо напишу из Франции.

Великанша зашла в кабинет и вздрогнула. В запечатанном кабинете сидела на стуле незнакомая девушка и ждала её.

— Мадмуазель? Как вы сюда попали? — строго спросила мадам Олимпия Максим.

— Я хотела поступить на обучение к вам, — потупив взор сказала Гермиона: — Меня зовут Гермиона Грейнджер.

— Припоминаю, — кивнула головой Олимпия: — Почему вы покинули Хогвартс и зачем пробрались в мой кабинет?

— Я подумала, что все равно нужен экзамен, чтобы вам иметь представление о способностях ученицы. Потому и проникла в зачарованный кабинет, — скромно ответила Гермиона: — А Хогвартс я покинула потому что в этом году сразу после моего дня рождения меня там изнасиловали. А когда я, защищаясь, прокляла насильников, меня посадили в Азкабан на месяц. После месяца отсидки, меня попытались убить подкупленные авроры. Но я смогла убежать. Далее в Хогвартсе со мной никто не дружил, но меня это устраивало. А когда наша преподаватель ЗОТИ начала устраивать пытки на отработках, я написала жалобу в министерство. За что меня опять осудили на два месяца Азкабана, чтобы научить смирению. А когда я сбежала из зала суда, меня осудили еще на три года. В общем, прошу политического убежища.

— Какие жуткие вещи ты говоришь! Разве это возможно?

— Я стараюсь никогда не лгать насчет фактов. Это бессмысленно. Лишь иногда интерпретирую информацию в выгодном для себя свете. Это мое право.

— Ну, хорошо… а почему именно к нам?

— Я хорошо знаю французский язык, я эмансипирована и не связана детскими магическими контрактами на острове, у вас есть чисто женские факультеты, на которых могут даже вейлы без проблем учиться, а я сейчас с трудом перевариваю общество парней…

— Понятно. На какой факультет ты хочешь сама попасть?

— Небесные ласточки. К ним вообще парней не допускают. И у них сильная теоретическая подготовка. Я не люблю спорт.

— Но у «Небесных ласточек» много часов хореографии! Это тот же спорт!

— Это мне подходит. Танцы не порождают ненависть и зависть. Танцы умиротворяют.

— Хорошо мисс Гермиона Грейнджер, я вас возьму, но под другим именем. Мне не нужен скандал с английским авроратом, который вас ищет. Какое имя вы хотите?

— Катерина Долохова.

— Но Долохов тоже в розыске! Вас будут спрашивать…

— На это и расчет. Никому не придет в голову, что под именем одного разыскиваемого скрывается другой. Как только установят, что я не родственница тому Долохову, про меня забудут.

— Как–то слишком хитро… но я согласна. Пусть будет по–вашему, вижу вы все продумали. Я беру вас, прежде всего потому, что наслышана о ваших учебных успехах в Хогвартсе. Талантам везде рады. Но, надеюсь, что от вас проблем не будет. Иначе придется сразу вас выставить.

— Благодарю вас мадам Максим!

***

— Мадемуазель Долохова! — в ужасе воскликнула медичка, увидев живот Гермионы на осмотре: — Что это за безобразие? Зачем вы изрезали живот?

— Это сибирская система рун, мадам Крюшон, — вежливо ответила Гермиона: — Защитный и согревающий комплекс. В Сибири морозы до 50 градусов!

«Какой я молодец! Ни слова не солгала, а обманула женщину».

— Это варварство! — проворчала медичка: — Вы прелестная молодая девушка, а так себя изуродовали.

— Сибирь не тропики, там голопузыми не ходят, — прокомментировала Гермиона, одеваясь: — И, по–моему, эти руны придают моему животу индивидуальность.

— А еще они вам придают магическое истощение регулярно! — отрезала мадам Крюшон: — Они высасывают из вас силы.

— Я еще не стабилизировалась как ведьма. Я юный растущий организм! Нагрузки мне только на пользу.

— Ладно, растущий организм, у вас заметно некоторое истощение. Плохо питались? Возьмите укрепляющее зелье и идите, вас ждет ваш декан, мадам Хиронделла.

— Мерси, мадам!

***

— Мадемуазель Долохова! — строго заговорила мадам Хиронделла: — Не думайте, что на наш факультет попасть легко! У нас строгий фейс–контроль и требования по физической подготовке. Ваше счастье, что вы не уродливая толстуха. Но у нас еще высокие требования по дисциплине и толерантности. Только на нашем факультете учатся вейлы. Вы не страдаете ксенофобией?

— Нет мадам, у нас в России, даже суккубы учатся в академии Мальпупунер. Мы русские очень толерантны.

— Я слышала, что месье Антонин Долёхов весьма нетолерантен. Он не ваш родственник?

— Нет, мадам, даже не однофамилец.

— Тогда вы не против, если я вас поселю в комнату с двумя вейлами? Спальни у нас рассчитаны на троих, а на пятом курсе учатся только две вейлы. Все–таки толерантность большинства девочек не заходит так далеко, увы.

— Без проблем. Лишь бы не вампиры.

— Вы еще не купили все необходимое? Понятно. Вот список с указанием лавок и многоразовый портал на Монмартр. Там увидите проход в волшебную часть Парижа.

***

— Алле? Мам–пап? Вы у тети Розы на Сен–кло? Там и сидите. Мы пока не увидимся. Я на Монмартре, по магазинам пройдусь волшебным. Да, меня взяли в школу! Туда куда и хотела. Под другим именем. Нет, денег не надо. Я же говорила, что научилась клады искать? Так что денег у меня навалом. Все целую, пока! — Гермиона повесила трубку и пошла к порталу на тайную улицу имени Жанны Дарк.

Гермиона, изучая сумрак, натолкнулась на интересный феномен — неподвижные вещи начинают проявляться на втором слое. И это как правило клады, потерянные вещи. Но при этом их видно. Поэтому она имела возможность находить разные закопанные и замурованные в стены ценности и извлекать их оттуда. Все она тут же помещала в пространственный карман.

Вначале она хотела сделать себе безразмерную сумку, но потом сообразила своим тюремным опытом, что сумку могут отнять, и сделала себе просто рунами сумку на животе как у кенгуру. То есть самой сумки не было, но была рунная вязь, создающая вход в подпространственный карман, куда можно напихать сколько угодно вещей. И работал он только на её руку и желание. Теперь даже голой, она не останется без багажа. И почему раньше никто не придумал? Это же так элементарно просто! Нет нужды использовать магические материалы для сумки, достаточно написать правильно руны на коже.

Монеты она сдала в скупку еще вчера и имела только евро. Но французские волшебники не выпендривались и торговали за евро без проблем, в отличии от английских снобов. Скупив все по списку — школьную форму ласточек (голубое платье + белая шляпка) и прочие гимнастические комбидрессы и тапочки, она пошла покупать палочку. Выбор был долгий и трудный. Палочки слушались плохо.

— Мадемуазель, может вам нужно кольцо прикупить? — посоветовал продавец: — Я их не продаю, но в соседней лавке сидит ювелир.

— Зачем кольцо? — удивилась Гермиона, представив себе обручальное: — Я замуж еще долго не собираюсь… пропало желание.

— Я про магический манипулятор, — пояснил продавец: — Палочки вам плохо даются. Сильного колдовства не получится. А вот с кольцом может выйти. Я вам конечно продам ту, что вам лучше всего подошла, но все же рекомендую альтернативу рассмотреть.

— Странно, а я думала, что кольца с гербами только родовая знать носит, — задумчиво сказала Гермиона, разглядывая товар в лавке ювелира.

— Ой! Что вы говорите! Кольцо в наследство это снобизм и варварство! Это все равно что палочкой родителей колдовать. Может не подойти. Везде нужен индивидуальный подход! — радостно заговорил ювелир: — Я могу вам прекрасная мадемуазель подобрать отличное колечко и с теми функциями, какие захотите. Конечно, дороже палочки, но товар каков! Получше, чем у какого–нибудь лорда, который только и может, что использовать свою гайку на пальце, как портал. И герб нанесу, какой изволите.

— Есть спецификация вариантов услуг? — спросила Гермиона: — Мне читать проще, чем разговаривать. Быстрей выходит.

— Все для удобства клиентки! — обрадовался ювелир и дал ей тонкую книжку с картинками. Гермиона погрузилась в чтение, быстро перелистывая страницы.

— Сразу видно моего клиента! — расплылся в улыбке ювелир: — Кольца функционально доступны только волшебникам с высокоорганизованным разумом. Окклюменцией владеете?

— Началами, — буркнула Гермиона продолжая анализировать предложения услуг, и после паузы продолжила: — Все ясно. Значит, остановлюсь на следующем варианте, подвешенный щит ментального действия + парализатор ментального действия + универсальный манипулятор чар. Насчет герба я подумаю еще.

— И все? — огорчился ювелир: — Всего три камня? А портал или кошелек не нужен? Невидимость?

— Это мне без надобности. Баловство ненужное, — сухо ответила девушка: — Сама справлюсь. Руны на гербе можно использовать?

— Конечно! Даже полезней, когда герб функциональную нагрузку имеет. Лишнее свойство волшебное получится.

— Тогда вот такое сочетание, — Гермиона нарисовала глаз и слезу.

— Веселая вы мадемуазель! — сыронизировал ювелир: — Я так понял, руна Бог и Кровь? Даже не соображу, что получится… гм…

Гермиона знала, что в сумме получится «предатель», но не стала пояснять. По её расчетам, с таким рисунком на кольце, она сможет различать правду и ложь без легилименции.

***

Здравствуй мой дорогой несуществующий друг! Возможно пишу последний раз тебе. Кажется у меня появляются друзья в большом количестве. У Небесных ласточек я становлюсь популярной, и это несмотря на то, что танцую как корова. Подозреваю, что все из–за моих рун здоровья и силы, которые пережигают мои калории на мускулы. До бодибилдерши мне еще далеко, но изголодавшиеся по мужскому обществу девочки все чаще залипают взглядом на моей мускулистой заднице, когда мы в гимнастических костюмах упражняемся.

Хорошо, что я еще не на мужских гормонах сижу. Все–таки сохраняю женственные черты. Впрочем, по версии моих соседок по комнате Софы и Клио, их привлекает моя аура из согревающих чар. Они меня всегда облепляют, «для сугрева» и не хотят отлипать, мешая читать. Кое–как удается их выгонять из кровати, потому что для меня это форменное удушение. Я и так не знаю, как избавиться от избытка тепла. Меня прозвали Катя–печка, потому что я в декабре хожу в одном платье на занятия и без чулок. В теплой одежде сразу потею. Но все думают, что это национальная особенность сибирячки, так что играет на мою легенду.

Для маскировки я нанесла чары иллюзии на волосы. Теперь у меня более темные волосы. Блондинкой быть не захотела, не зачем привлекать самцов. Зато пользуюсь широко вуалью вейл. Они их носят, чтобы снизить ауру шарма, а я, чтобы лицо не примелькалось. Так меня уже тоже числят вейлой остальные ученики. А более близкие подруги меня считают своим носильщиком и консультантом, широко юзая мою память и пространственный карман. И печкой. Ах, да, про печку я уже писала…

Боже, как здесь комфортно и мило! По сравнением с Шармбатоном, я не вижу существенной разницы между Хогвартсом и Азкабаном. Два тюремных замка, только для разных возрастов. А какие там в Хогвартсе ужасные каменные свиньи украшают замок? Как вспомнишь, так культурный шок. Здесь же все так… вкусно, изыскано. Надо бы лучше, да нельзя.

***

— Катя! Ты только погляди что пишу в «Семейной ведьме»! — яростно крикнула Гермионе Клио, вбежав с журналом в спальню: — Они хотят лишить вейл гражданских прав! Вот смотри, статья «Не ходите вейлы замуж!». Это возмутительно! Ух, найти бы эту сучку Риту Битлз, да поджарить за такие статьи!

Гермиона спокойно взяла и журнал и пробежала глазами статью, особо не вчитываясь. А чего вчитываться? Она сама её и написала, где слила всю информацию о вейлах, полученную из первых рук, от соседок по спальне.

— Разделяю твое возмущение, — сказала Гермиона, обняв и усадив возмущенную вейлу: — Но в принципе все еще не так плохо. Это довольно умеренная статья, в которой есть и конструктив. Могло быть и хуже. Ну, успокойся красотуля моя. В чем шум? Основная мысль в том, как я поняла, что вейлы это не женщины. Разве это не так?

— И ты с ней? — опять разозлись вейла, начав вырываться из объятий.

— Ты не так поняла меня! — примирительно заговорила Гермиона: — Вейлой, на мой взгляд быть совсем не плохо! Я бы сама не прочь стать вейлой. Это же круто! Ты столько мне рассказывала о ваших способностях, что я слюнями захлебывалась. Просто эти способности нужно еще уметь использовать выгодно. Вот что тебя больше всего возмутило в статье?

— То, что там предлагают запретить браки между вейлами и людьми! — яростно прошипела вейла. Гермиона кивнула и улыбнулась.

— Ну и наплюй! Оно тебе надо?

— Что ты несешь? Да каждая девушка мечтает о своем принце! О семейном очаге! О детях… — заплакала вейла: — А ты говоришь наплюй?

— Погоди, ты изложила какое–то магловское идеальное понимание о браке, — вздохнула Гермиона: — Но разве ты магла? Ты даже не ведьма! Ты вейла! Так думай как вейла. И живи как вейла!

— Ты о чем вообще? — растерянно спросила Клио: — Что ты вообще о нас знаешь?

— Только то, что вы мне говорили, — хмыкнула Гермиона: — А дальше додумала головой. Вот смотри, я буду рассуждать, а ты скажешь, когда я не права. Идет?

— Идет! — кивнула вейла, уже привыкшая к интеллектуальному доминированию подруги. Тут вошла вторая вейла Софа и тоже начала заинтересованно прислушиваться к дискуссии.

— Вейлам не важно мужское семя! Они рожают при взаимодействии магии во время секса. Это так? — начала Гермиона и вейлы кивнули: — Что это значит? Это значит, что с маглами вы не сможете зачать ребенка, а с магами, то даже от Дамблдора столетнего сможете. Далее, вы рожаете только вейл–девочек. Это факт? Факт. Что это значит? Что вы еще меньше близки к людям, чем оборотни. Потому что оборотни, хотя бы могут рожать оба пола детей. И не всегда их дети ликантропы. А вейлы ближе к суккубам…

— Да как ты смеешь! — хором завопили вейлы возмущенно: — Мы не суккубы!

— Девочки, девочки! — подняла руки Гермиона: — Я вполне терпимо и к суккубам отношусь. Но считаю разумным, что они не выходят замуж за единственного мужчину. От моногамии всем плохо в этом раскладе межрасовом — мужики дохнут раньше времени, а вдовы недополучают поддержки магической. Вы вейлы просто делаете все мягче и тоньше, чем суккубы. Сил берете немного, на людей более похожи, внешность не такая экзотичная, как у рогатых… но принцип все равно тот же — моногамный брак вам на фиг не нужен. Он же вас закабаляет! Больно смотреть, как вы себя сдерживаете, чтобы не злить окружающих женщин и мужу не изменить! Ну что такое муж для вейлы? Еще один слюнявый идиот из множества. Зачем себя лишать свободного выбора? А если у него магия изменится? Вам же красота мужика не важна, вам сильного мага подавай! А брак это «пока смерть не разлучит вас»…

— Ты что, предлагаешь согласиться с мнением этой сучки, что предлагает нас всех в бордель отправить? — свирепо спросила Софа: — Извини, но нас не так воспитывали!

— Вот в этом и беда! — кивнула, понимающе Гермиона: — Вы воспитаны в традиционалистких семьях, с христианской моралью. Это все равно, что дракониц воспитывать дойными коровами. Нелепо и глупо. Каждый должен соответствовать своей природе.

— Слушай, какое тебе вообще дело? — ядовито спросила Клио: — Как хотим, так и живем! Я думала ты нам подруга, а ты такая же как все! Предательница!

— Стоп! Погоди приговор выносить, — откликнулась Гермиона: — Это не так! Я в первую очередь беспокоюсь о вас как о подругах.

— Пожалел волк кобылу…

— Просто я вижу у вашей проблемы в будущем только два типа решения, которые примут политики. Один это умеренная культурная сегрегация, второй вариант нулевой. То есть вас всех убьют. И мне бы этого очень не хотелось. Я люблю вейл как удивительные волшебные существа с высокими способностями к магии и вообще с хорошими мозгами.

— Это почему мы не можем жить как сейчас? Создавать семьи, воспитывать детей…

— Но я же уже назвала причины. Если хочешь сделаю за вас прогноз развития, хотя вы сами умницы. Вейлы более плодовиты чем маги, как только ваша популяция достигнет угрожающих размеров, чтобы вызвать дефицит женихов, начнется война с вами. На уничтожение. Паранойя превозможет любой шарм. Таких вещей лучше изначально избегать, не запуская процесс.

— Может ты и права, но… мне не хочется в бордель! — заплакала Софа: — Сам иди туда работать, если хочешь!

— У меня такое ощущение, что я одна читала «Энциклопедию магических существ» в трех томах, — зашептала, обняв плаксу Гермиона: — Ну, что ты несешь? Какой бордель? На территории Франции восемь экстерриториальных анклавов вейл! И там девочек воспитывают в духе вейловских традиций и специфической магии. Там территория свободной любви, куда много заезжает секстуристов–магов. Это не бордель, а соискатели благосклонности полубогинь. Они там не ходят зажавши свою ауру, а живут свободно, согласно природе.

— Тебе мы неприятны, что ты нас выживаешь в резервацию? — всхлипнув спросила Софа.

— Что за чушь? — возмутилась Гермиона: — Я совсем про другое! Я в глобальном смысле, о судьбе вашей расы! Вы двое погоды не делаете. Ваши матриархи и сами все это понимают. Поэтому никогда не допустят массового семейного строительства вейл и магов. Они позволяют возникать только отдельным семьям, когда вопреки рассудку и природе двое любящих хотят жить вместе. Ваши семьи такие же. Но вы не должны забывать о своей природе и становиться клушами–маглами, которые обречены идти в стойло брака. Для вас моногамия это лишь отдельное извращение. Почему бы нет? Но лучше не рисковать свободой. Иначе все клуши магического мира соберутся в армию и пойдут отбивать своих «порабощенных» женихов. А отдельный адюльтер они легко переживут.

— И ты клуша? — криво усмехнулась Клио, схватив за ухо Гермиону.

— Нет, я эмансипе, — гордо ответила девушка: — Мне семья пофиг.

***

Привет Гарри! Пишет тебе твой друг Невилл. У нас в Хогвартсе неважно стало без тебя. Амбридж не учит ни чему, поэтому я с помощью бабушки нанял репетитора по ЗОТИ, который по выходным дает мне уроки. Бабушка тоже сейчас преподает в Хогвартсе историю. Но еще несколько ребят, узнав о моих уроках, напросились организовать группу дополнительных вечерних занятий по ЗОТИ. Правда Амбридж что–то пронюхала и сразу повесила приказ о запрете всех групп. Просто сумасшедшая тетка!

Кстати, недавно она читала нам статью из «Семейной ведьмы» про то, что вейлы не должны выходить замуж за людей и очень хвалила. И даже говорила, что наше министерство скоро примет такой закон. Я сразу вспомнил тебя и испугался. Ведь ты ухаживаешь за Флер, если я правильно понял одно упоминание в твоем письме. Будь готов, что твой брак с ней не признают в Англии, как и всех детей от нее.

Давай, держись Гарри! Мысленно с тобой твой друг Невилл. А также привет с Луны! Только не подумай лишнего…

***

— Гарри это все правда! — сердито сказал Сириус, когда прибыл в поместье Делакур, проведать на каникулах Гарри: — Министерство с ума сошло! Как можно становиться на пути твоей любви? И ведь обложили как! Здесь во Франции, ты лишь на иждивении Делакур. А капиталы в Англии, как и имущество. И титул. И наследные места в Визенгамоте и прочее… Просто беда. Флер будет считаться лишь твоей любовницей, а не женой. Вот гадина, эта Рита Битлз! Как не вовремя статью свою тиснула! Такой резонанс получился. Там в министерстве давно готовили сегрегационные законы.

— Как же так? — спросил Гарри со слезами на глазах и лупя по столу кулаком: — Я же люблю Флер!

— Да закон не про любовь, — отмахнулся Сириус: — Люби на здоровье. Кстати в той поганой статье пишут, что любовь к вейле это голимая химия. Аура шарма. Типа люди всегда в них влюбляются. Так что такой довод как любовь даже никто рассматривать не будет всерьез.

— Это не химия! — упрямо набычился Гарри: — Я уважаю Флер как индивидуальность! Аура тут не причем.

— Эй! Щеночек! Я на твоей стороне, — ответил Сириус: — И полностью тебе верю. Всяко бывает. Я лишь говорю, чего ждать в будущем. Такие дела. Как твоя учеба?..

***

Привет тебе опять несуществующий друг! Лишь с тобой я могу быть откровенным все же. Вроде живу правильно, исповедую верные принципы, но подлинно откровенной быть боюсь. Не поймут. Взять хоть мою борьбу за эмансипацию вейл из шор христианской морали. Вроде все правильно, но мои подруги вейлы охладели ко мне. Сторонятся. Что–то подозревают.

Кстати, пацаны с факультета «каменный легион» прозвали меня Катька Т-34. Это думаю произошло после того, как я одному кулаком челюсть сломала. Там они игру придумали в тесном коридоре, где стоит нейтрализатор магии. Когда наши ласточки идут на совместный урок по чарам с ними, они там устраивают тесную толкучку, и чисто «случайно» толкают девчонок в лапы других пацанов. Те прикидываются вежливыми, и помогают не упасть, но при этому успевают всю облапать в интимных зонах. И щит не наложить. А если девчонки отбрыкиваются «гранбатманом» в пятак, то они только почесываются и ржут, заглядывая под юбки. А я попользовалась своей рунной силой, которую нейтрализовать нельзя и помахала кулаками, положив всех хулиганов. А потом испугалась, что отчислят. Но слава богу обошлось. Пацаны все же адекватные, не то что гавнюки слизни. По–тихому полечились и с тех пор, когда идет мой 5 курс, в коридоре всегда пусто. Хотя не все девочки одобрили мое поведение. Некоторым игра в «мац–мац» нравилась.

Так что моя популярность начала падать. Особенно после рождественского бала, где я была нарасхват с пятью вейлами, из–за своей вуали и атлетической фигуры. Некоторые выговаривали, что я не должна притворяться вейлой. Ибо нечестное преимущество получаю…

***

— Кати! Проводи меня через мац–мац коридор! — заскулила Габи–вейла, ухватив Гермиону за руку: — Я боюсь!

— У пятого курса сейчас зелья, мне в другую сторону, — попыталась отбиться Гермиона от третьекурсницы.

— Умоляю, спаси! — захныкала Габриэль Делакур, теребя подол Гермионы: — Там толпа огромная четверокурсников в засаде! А я ауру шарма не контролирую еще. Меня там просто замнут и порвут на ленты! Я и так уже один раз чары из–за этого прогуляла…

— Ладно пошли только быстро, — вздохнув, взяла её за руку Гермиона. Когда они подходили к коридору раздался свист и возглас:

— Атаньсьен! Танковая атака. Мамзель Долохова идет.

Но все разбежаться либо не успели, либо не захотели и просто испуганно прижались к стенам коридора, давая широкую улицу грозной руссоласточке. Гермиона почти благополучно дошла до конца коридора, но все же неуправляемая аура Габи сильно врезала по гормонально неустойчивым подросткам и один самоубийца решился подставить ножку юной вейле.

Только Гермиона хотела дать самцам отведать силушки балетной, как с другой стороны появились пара пятикурсников с того же факультета. И один сразу подхватил Габи. Гермиона уже прицелилась ему в нос, думая, что он будет лапать девочку, но тот лишь галантно поднял её и сказал:

— Не бойся сестренка! Ты под защитой Гарри Бриттона!

«Гарри Поттер!!!» мелькнула серым мышонком мысль у Гермионы, погружая её в ступор. Вот попадос! Что он делает в Шармбатоне? Говорили же что он в америке? Волосы осветлены и пострижены. Шрама нет. Очков нет (кстати надо самой завести очки для маскировки). Но все равно трудно не узнать дружка, за которым таскалась четыре года как нянька. Милого всегда можно узнать по походке и голосу. Да и рожа та же! Только наглым стал, и самоуверенным. Смотрит свысока. Силой веет от него. Ой мамочки! Сейчас узнает! Даже вуаль не спасет.

Гермиона резко развернулась и теряя репутацию бой–бабы потрусила в другую сторону, считая, что её миссия выполнена, а палиться перед Гарри не с руки. Хоть бы не узнал, хоть бы не узнал… Ну что он не мог в другом месте учиться? Гадство какое!

***

К вечеру у Гермионы было полное досье на Гарольда Бриттона, он же Поттер. Габи и многие другие были очень разговорчивы. Поттер не ездил в америку, а столовался у Делакуров, юзая долг жизни за Габи. Но это тс–с–с! Тайна! А еще подбивал клинья насчет поджениться на Флер. Ай, Гарри, как я тебя подставила этой статьей своей про вейл! Мы уже почти в расчете. Ты сломал мое прошлое, а я твое будущее. А еще как верный агент Дамби, лила воду на мельницу его планов. М-да…

Насчет агента Дамблдора, эта фишка точно прилипнет ко мне, фиг отмоешься. Как только Гаррик опознает девушку, так ей сразу придется валить из пансиона. Ну, только ведь жизнь налаживалась! Что за наказание мне с этим Гарриком? За что я карму так прогневила? Мое будущее все еще под угрозой. Как бы мне себя внешне замаскировать? В принципе очки можно таскать артефактные, они сразу лицо меняют. Ну, а походка и фигура у меня и так поменялись, балет не пропьешь! Надо только при его избранном высочестве рот не разевать, чтобы голос не узнал. Или акцент какой русский изобразить? Или простуду. С насморком. Опять же разные там помады и тени с тушью, которым никогда не пользовалась.

В принципе мы с ним благополучно сосуществовали полгода, может и обойдется?

Не обошлось. Габриэль заложила, что одна руссоласточка им интересуется. А парень весь на паранойе. Его уже несколько раз приворотами травили уже здесь. А он потом на дуэлях дрался. Ибо не захотел обесчестить сестру! Ах, мерзавец! Дуэль до смерти! Какой–то местный Рон наверное, за местную Джинни обиделся.

Выследил Гарри Параноер бедную русскую девушку и цоп за руку, а я ему рефлекторно хук с правой. Ой! Извините! И тут он меня по удару опознал с ходу. Никакой грим не помог… Возглас с уровня пола:

— Гермиона?!!

— Моя–твоя английский не понимай! Я простой русский девочка Катя! Не сметь меня хватать!

— Гермиона хорош придуриваться! Я слишком хорошо тебя знаю, чтобы спутать с кем–то.

— Мало тебя старик обливейтил… Что тебе от меня надо? Мы больше не друзья! Ты и так меня уже на весь Хогвартс опозорил скотина, что сюда бежать пришлось.

— Заслужила, получи.

— Получила и расписалась. Прощай! Век тебя больше не видеть бы (валим скорей, пока не началось!).

— Врешь ты все! (ну началось!) Ты на Дамблдора шпионишь тут! Выследила меня? Все равно не сдамся!

— Бе–бе–бе! Слышать ничего не хочу! Что ты там писчишь? Мне наплевать! Моя–твоя не понимай! Бриттонов развелось, шагу ступить не куда…

За поворотом Софа перехватила руку плачущей Гермионы.

— Это кто там был? Твой бывший? — озабоченно спросила подруга.

— Вроде того, — буркнула Гермиона, уткнувшись в её плечо: — Ой, подруга, мне кирдык. Придется из школы уходить, задницей чувствую. Интересно, в Дурмштранге хороший хореограф?

— Не знаю… а зачем уходить?

— Там сложные обстоятельства…

— А мы его в компостной кучке зароем в саду, вместе с обстоятельствами! — с энтузиазмом предложила вейла: — Будет больше удобрений! Цветы ярче расцветут!

М-да… В тихом омуте Небесных ласточек (небо), такие ЧЕРТИ водятся! Куда там остальным трем факультетам. Как–то: Каменный легион (скала), Несгораемые ведьмы (море), адские гвардейцы (огонь). Остальные все на дуэлях мастерство оттачивают, турниры проводят. А мы все — балет, балет… А как на тремудрый турнир ехать — кого взять? Правильно! Только ласточки поехали. У остальных кишка тонка.

— Нет, увы, нельзя его валить, — со вздохом сожаления отвечает Гермиона: — Он, мать его, Избранный герой! У него великая миссия. Пусть корячится дальше. Я лучше турне по Европе устрою. В сторону Азии. Пора усовершенствовать русский язык.

***

И пошла красна–девица Гермиона путешествовать за три–девять земель, ибо мадам Максим не были нужны проблемы в Шармбатоне, раз инкогнито её вскрылось. Вначале черкнула Гермиона письмо Виктору Краму, мол «друг любезный, нельзя ли у тебя чулочки просушить, отсидеться, ибо гонятся за мной менты с самого острова…». Но Витя оказался на гастролях и вообще в Дурмштранг не берут грязнокровок.

Так и докатилась девица до чужедальней подмосковной деревни, на чужую дачу, где её лихоманка непонятная и прихватила. Лежит девица, хворает болезная, голова плохо соображает, а тут перед ней, откуда ни возмись, появилась другая волшебница. Тоже краса–девица.

— Ты что ли Гермиона Грейнджер?

— Да я, — настороженно прохрипела Гермиона, пытаясь придти в себя: — А вы кто?

— Я из Ночного Дозора. Гремислава Гессер. Целитель 7 класса.

Гермиона сразу вспомнила, не давно прочитанную информацию о местных авторитетах — Глава местных светлых сил, великий волшебник Гессер. Родственница наверное? Она трепыхнулась встать, но не смогла.

— Здравствуйте госпожа Гессер. Чем могу служить?

— Ой, умора! Чем ты мне можешь послужить? Лежит тут на чужой даче, помирать собралась… — фыркнула Гремислава.

— Я не собиралась…

— Поняла–поняла, — отмахнулась Гремислава и начала диагностировать её руками, а потом наложила заклинание, от которого Гермионе сразу стало легче. Она тут же соскочила и поклонилась Гремиславе.

— Благодарю вас госпожа Гессер.

— Да чего ты тут политесы разводишь? Я тебе не госпожа, — удивилась Гремислава: — Прямо японку из себя строит. Хотя… в Англии вы там тоже с тараканами в голове. Сословное общество. Но у нас можно держаться попроще. Без напрягов.

— Но вы ведь из благородного рода?

— На деда моего намекаешь? Типа я тоже принцесса? — хмыкнула Гремислава: — У нас протекционизм не приветствуется. Все строго исходя из способностей подруга. Так что зови меня… нет Греми не походит. Ты ведь сама Герми? Как–то похоже, запутаемся. Я буду тебе Слава, а ты…

— Я буду Катя, — быстро сказала Гермиона: — Я уже привыкла. Меня так во Франции звали. А как ты Слава меня нашла?

— Деду доклад из вычислительного центра прогнозов послали. Одним из прогнозов было, что здесь на даче через месяц найдут труп иностранной девушки–волшебницы, умершей от истощения. Вот он меня и послал посмотреть, что за дела, — ответила Гремислава: — И почему ты тут помирать собралась. И подлечить, если что… Как тебе тут вообще у нас? Осмотрелась? Или сразу с копыт свалилась?

— У вас хорошо. Общественное устройство прогрессивное, Темные к темным, светлые к светлым, сквибы к инквизиторам. Хотя непонятно как сохраняется баланс. По логике давно вялотекущий конфликт должен перерасти в войну.

— Просто чудом балансируем! Что ни год, то новую интригу плетем, лишь бы не было войны. А ты я смотрю вумная? Ажно вся задница в арифметике?

— Нет, только живот, — сухо ответила Гермиона.

— Кажи свой живот, — скомандовала целительница. Гермиона послушно задрала майку.

— Ох! Ё… Ты что тут понарезала? — всплеснула руками девушка: — А я голову ломаю, куда у тебя силы утекают так быстро. Ты учти, я тебя временно подзарядила своими силами. На дальнейшую халяву не рассчитывай. Я не бездонная бочка. Вериги будем снимать. Раздевайся и ложись животом кверху.

— Вообще то, это моя система защиты, — робко заметила Гермиона: — Мне нельзя быть слабой. А что такое вериги в вашем контексте?

— Вериги, это система отягощения магии, для динамичного развития потенциала волшебника. Отличается от насоса тем, что качает магию из волшебника в его пользу. А насос качает в чужую пользу магию. И главная проблема в том, что и вериги и насос не должны превышать естественный прирост магии. Если превышают, то вначале расходуется жизненная сила, как у тебя сейчас, а потом кома и смерть. Кстати, о насосах, у тебя есть волшебные палочки от Олливандера? Если есть, сдавай. Это темномагический артефакт 2 класса, подлежащий на территории России к изъятию и уничтожению.

— Почему? — изумилась Гермиона.

— Потому, что волшебная палочка Олли, это насос, качающий из волшебников жизненную силу. Именно поэтому английские волшебники живут как маглы. Мой дед, например, уже миллениум отпраздновал!

Гермиона нехотя достала из пространственного кармана свою первую палочку, которую удалось выкрасть в министерстве при побеге. Гремислава брезгливо взяла её двумя пальцами и дунула на нее. Та рассыпалась прахом.

— А в чью пользу качается сила? — поинтересовалась Гермиона, прикидывая масштабы перекачки по всей Англии.

— Это вам лучше знать, — пожала плечами Гремислава: — Мы не знаем. Давай уже укладывайся на спину и расслабься. Будем убирать твои левые бафы, чтобы ты не подохла молодой. Тебе уже скоро 17 лет, и организм уже не такой выносливый. Трусики тоже приспусти, а то, я смотрю, ты и в зону бикини залезла со своими рунами.

— Но…

— Спокуха, я не буду все подряд чистить, не ссы! Кое–что оставим. Ну вот зачем тебе система согревающих чар? Убираем. Сейчас лето. Итак жара.

— Да, за это спасибо, я и правда запарилась. В холодной камере Азкабана мне это казалось хорошей идеей. Да и в сумраке легче находиться.

— Сугрев всегда можно чарами кинуть на время, а вечно париться это маразм.

— Согласна.

— Постоянную регенерацию тоже на фиг! Лишнее. Учи чары лечения, если не знаешь.

Гремислава поводила пальцами по ненужным рунам в виде шрамов и они постепенно начали исчезать. Гермиона ощутила некоторый прилив сил и жар начал спадать.

— Ну, судя по ауре вроде баланс восстановлен, самые энергоемкие вериги отключили. А это у тебя откуда? — начала вчитываться далее Гремислава, как бы машинальна положив руку на киску Гермионы.

— Э… Слава? Ты что сейчас делаешь? — смущенно спросила Гермиона, ощутив руку девушки в интимном месте.

— А? — отвлеклась от чтения рун Гремислава: — Не бойся я не лесби. Просто девственность твою восстанавливаю. Молодая ты еще. Замуж пойдешь, мужу приятно будет тебя раскупорить самостоятельно. Ты против? Когда уже успела?

— Э… меня не спрашивали, когда двое держали за ноги, а один совал пальчик. Я потом их прокляла, за что и в тюрьму попала.

— Беспредел какой–то. Тогда тем более целка пригодится. Кто еще сунется без разрешения, опять проклянешь, отозвалась нахмурившись Гремислава: — Слушай, по–моему эти руны только спецотряд носит. Откуда они у тебя? Это нелегально, однако… Ладно не буду пока тебя выдавать. На четвертый слой сумрака лазила? Рисковая ты девка! Учить тебя только надо. Значит так, больше ничего пока стирать не буду, но через три месяца придется еще что–то убрать из вериг. Либо пространственный карман девочки–кенгуру, либо спецподдержку в сумраке. Либо суперсилу. Ты становишься старше, и потенциал роста снижается. Скоро опять начнется бессилие накатывать. Ты к тому времени обучись сама их снимать с себя. Ясно?

— А где можно учиться? — оживилась Гермиона.

— Расклад такой, — уселась Гремислава в кресло: — Ты светлая волшебница, и можешь учиться без проблем на факультете Премудрых Василисок Академии Дозоров.

— Василисков? — испуганно спросила Гермиона, вспомнив свою встречу с означенным зверем.

— Хи–хи! — прыснула в ладошку Гремислава: — Не василисков, а факультет имени Василисы Премудрой. Это вроде суворовского училища при Академии для светлой стороны. В центровую школу магии на Урал тебя не возьмут. Там кондовые все места заняли, да и дорого. А при Дозорах бесплатно учат всех, кто силенку имеет подходящую. И темных и светлых. А сквибов инквизиторы сами учат. Про них я ничего не знаю.

— А в чем… гм… фишка? Чем расплачиваются потом за учебу?

— Службой в Дозоре! — усмехнулась Гремиславе: — Записываясь на обучение, принимаешь присягу дозорного, соблюдаешь устав. Как–то так… Не меньше пяти лет контракт, не считая времени обучения. Но многие веками служат уже. Приросли как–то.

— А ваш великий светлый… — осторожно начала подбирать слова Гермиона: — Он не слишком любит манипулировать людьми?

— Еще как манипулирует! — гордо призналась Гремислава: — Мой дед тот еще интриган! Вашему Дамблдору до него далеко. У моего деда постоянно многослойные комбинации крутятся. И ты тоже будешь в них участвовать, куда деваться? Таков путь всех великих волшебников. Если бы не крутился, Темный Завулон давно бы его сожрал с потрохами…

В дверь постучались.

— Откройте, Дневной Дозор! — вежливо сказал мужской голос из–за дверей

Гремислава суеверно поплевала через левое плечо, проворчав «помяни только черта! И он навстречу!» и пошла открывать дверь дачи где они раположились.

— Здравствуйте дамы! — улыбнулся… вампир: — Проводим внеплановые добрые дела с населением? Нарушаем баланс?

— Где ты тут население видишь, кровосос? — возмутилась Гремислава: — Здесь только две светлых волшебницы, я и моя подружка Катя. Чего приперся? У нас свои девичьи дела, вашего ведомства не касаются.

— Не бери на бас Славка, — усмехнулся вампир: — Мы тоже в будущее глядим и сводки имеем. Это Гермиона Грейнджер, светлая волшебница, которая должна была стать трупом, а ты её отходила. Чем нарушила баланс в пользу светлых сил. Не порядок. Босс будет не доволен.

— Вот пусть боссы и разбираются Миша, — сладко улыбнулась Гремислава вампиру: — Меня сюда дедушка послал помочь человечку. Еще не факт, что она останется на просторах России. Иностранка же.

— Хорошо, пусть разбираются, — хмыкнул вампир и сразу ушел, узнав что хотел.

— Фу-х! — выдохнула Гремислава присев: — Теперь Темные будут иметь новый повод для торговли из–за тебя. Лицензии на злобные злодейства. А если в штат Дозора тебя возьмем, вообще вой подымут. Они нам еще Светлану не простили.

— Может мне тогда уехать? — робко спросила Гермиона: — Раз такие проблемы?

— Я тебе уеду! — пригрозила шутливо Гремислава: — Великий Гессер никогда не ошибается в интригах. Раз сказал тебя спасти, значит, ты уже часть многоходовой комбинации. Пошли, что ли, я тебя устрою на летние курсы при Академии. Тебе сейчас надо резко пользоваться моментом и учиться, пока тебя мой дед не разменял с Заву… темным в каком–то компромиссе. В бега всегда успеешь податься.

***

Привет Слава! Ты надолго там застряла в своей экспедиции в Омске? Надеюсь к моему дню рождения вернешься? У меня все просто замечательно! За неполных четыре месяца мне удалось освоить годовую программу Василисок. А еще мою творческую работу по рунам премировали. Уже в сентябре наш ментор обещал мне предоставить классность взрослого дозорного. Я смогу не только учиться, но и работать в патруле. Хоть как–то буду пользу приносить обществу. А то чувствую себя неловко. Поговаривают, что темные силы весьма были неудовлетворенны успехами нового адепта света в моем лице. И из–за меня было много проблем с балансом сил. Все как ты и предсказывала. Может мне стоило не слишком стараться? Поскромней себя вести? Хотя мы с тобой на эту тему уже говорили, и я заранее помню твой ответ: «Свет не играет в поддавки». Ладно, целую, успехов в вашей миссии (что бы ты там не делала). Надеюсь скоро увидимся в Москве. Твоя подруга Катя Грейнджер.

Гремислава тихо вошла в спальню подруги, которая еще отсыпалась.

— Привет Катюха! С добрым утром! Я пришла первая тебя поздравить с днем рождения! Вставай волшебница, тебя ждут великие дела!

— Славка! — радостно завизжала Гермиона, выпрыгивая из под одеяла и обнимая старшую подружку: — Хорошо, что ты успела вернуться! Сегодня гуляем на мою премию!

— Не-а! Банкет я сама приготовлю. Ты только приходи в 15–00 к кафе «Ласточка».

— А что так рано? Детское время…

— У тебя сегодня высочайшая аудиенция у Великого Гессера в 19–00. Так что сильно напиваться не будем. Дедуля тебя лично поздравит в штабе.

— Э… не иначе как задание для меня будет?

— От тебя ничего не скроешь. Скорей всего. В чем суть я не знаю, но очень на то похоже. Я уже давно жду, когда он тебя в какую–нибудь интрижку всунет. Пошли пока со мной позавтракаем, выходи через час ко входу. Я тут еще кое–кому, кое–что передам. Там встретимся, когда приведешь себя в порядок.

Помывшись и позавтракав с подругой, Гермиона узнала некоторые обстоятельства приключений Славы, которая подлечивала жертв монстрика, которого ловили, остальные члены группы. Потом она сходила в библиотеку, доработать свою вторуюб конкурсную работу по чарам, а в три часа в кафе, она вместо одной подруги встретила целую толпу сокурсников, которые выкупили банкетный зал на три часа. Сюрпрайз!!! Гермиона была растрогана.

— Первый раз так пышно гуляю свой день рождения! Спасибо ребята!

— Ну, так ты же рубеж магического созревания проходишь! Взрослой волшебницей становишься! — крикнула Гремислава: — Твое здоровье!

Потом Гермионе пришлось много танцевать, потому что парней было больше, чем девчонок. Даже двое с темного факультета пришли, попить на халяву. Те к которым Гермиона относилась терпимо — шаман Егелдык, и некромант Гаврила. Она с ними сошлась на теоретических спорах о природе магии. Гермионе вообще нравилась терпимая атмосфера между темными и светлыми. Никто из светлых не закатывал истерик при виде демонов или вампиров. Правда эта терпимость обеспечивалась довольно суровыми законами Дозоров, которые все вынуждены были соблюдать.

— Катя, ты вериги–то снимала лишние? — заботливо спросила Гремислава после банкета: — Не свалишься опять?

— Все нормуль, Слава, — кивнула Гермиона: — Я теперь не супердевочка.

— И правильно! Мы девушки должны быть слабыми и нежными! — одобрила Гремислав: — Особенно при твоих успехах в чарах! Зачем носы ломать? А то свернешь парню шею при поцелуе и не заметишь.

— Ни с кем я целоваться пока не собираюсь! — отвергла инсинуации Гермиона: — Я девушка серьезная.

— Ну, иди серьезная девушка, к серьезному дедушке! — усмехнулась Гремислава: — Глава Светлых тебя ждет к семи в своем кабинете.

— А он меня угостит лимонными дольками? — озорно спросила Гермиона.

— Вряд ли, он ведет здоровый образ жизни, кушает травку. Тысяча лет старичку — шутка ли? Моего отца Вавилу, он зачал, когда ему уже 800 лет было. Прикинь?

— А тебе самой–то сколько? — с подозрением спросила девушка подругу.

— Не боись, я не старуха. Мне всего 20 лет, — усмехнулась Гремислава: — На фоне моих предков мы ровесницы.

***

— Мисс Гермиона Грейнджер? Проходите, присаживайтесь, — поманил сидящий за столом лысый мужчина лет пятидесяти на вид: — Поздравляю вас с днем рождения! И успехи в учебе ваши тоже порадовали! Вы талант.

— Вы уверены? — робко спросила Гермиона: — Мне казалось я нарушаю баланс чрезмерным усердием…

— Чепуха! — отмахнулся Гессер: — Этого от вас и следовало ожидать. Рожденный летать не может ползать. Внучка вас очень полюбила. А она не ошибается в людях, хотя и молода сама. Завтра вы пройдете аттестацию досрочно. Получите классность и станете одним из дозорных. Начнется работа по контракту. М-да…

— Что–то не так? Сложная миссия есть для меня? — заволновалась Гермиона.

— Кому как… кому–то архисложно, а вам может и не очень сложно будет этим заняться, — неопределенно помахал пальцами Гессер: — Нелепо звучит, но мы вас пошлем своим агентом в Англию. Учиться в Хогвартс. На шестой курс.

— О, не–е–ет! — вскликнула в отчаяние Гермиона: — Только не в Хогвартс! Зачем я вам там? Я же… я же вообще там в розыске как преступница! Меня же сразу в Азкабан бросят! На весь срок контракта! Зачем вам агент в тюрьме?

— Не бойся девочка, мы своих не бросаем! — строго сказал Гессер: — Твои проблемы с законом я решил уже. У тебя нет больше никаких проблем. Ты оправдана по всем пунктам обвинения. Это во–первых. Во–вторых, ты туда едешь как легальный член Ночного Дозора. И будешь обладать дипломатическим иммунитетом для авроров. Что тебе там может угрожать от них? Палочку сломают? Ты её не носишь все равно. Визенгамот? Не имеют права, ты не подсудна. Конечно, это не значит, что ты можешь там нарушать закон. Потому что все твои ошибки мы уже здесь будем судить. А ты знаешь, что светлых судят темные? Так что старайся быть осторожной. Хотя конечно, насчет нарушения баланса не заморачивайся. Наш баланс их не касается. И помни, что твой особый статус дозорного ученикам не должен быть известен. О нем будет знать только аврорат и Дамблдор. Ни к чему лишний шум.

— Но в чем смысл моей миссии? — удивленно посмотрела на него Гермиона: — Чему я ТАМ научусь? Они погрязли в средневековье! Палочками тупыми машут.

— Причин в твоей поездке много. Целая куча! Одна из них в том, что твои успехы оказались слишком раздражающи для Дневного дозора. Ты права была, когда упомянула это. И твой отъезд уместен, для снижения накала переговоров о годовом балансе сил Тьмы и Света. Если ты останешься еще на пару месяцев, то Завулон поднимет пару высших вампиров и потребует лицензии на охоту кровососов. Кроме того, в Хогвартс возвращается Гарри Поттер. Верней вернулся уже. И Дамблдору зачем–то ты позарез понадобилась. Не думаю, что ты там так уж важна, но Дамблдор упрям как осел и не любит когда его бывшие статисты исчезают без его воли. Думаю он будет тебя мирить с Гарри твоим.

— О, нет! Этого я и боюсь! — простонала Гермиона. Гессер понимающе усмехнулся.

— Девочка, ты уже не такая слабая грязнокровка, какой себя чувствовала раньше. Ты теперь дозорная. Так что если будут проблемы, покажешь им маму товарища Кузьмы. Сил у тебя хватит, чтобы разогнать полХогвартса. А другую половину построить квадратно–гнездовым способом повзводно… хотя конечно, соблюдай устав НочногоДозора, и сама на проблемы не нарывайся.

— Гессер, хватит мне вешать лапшу на уши! — сухо ответила Гермиона: — В чем конкретно ВАШЕ задание? Что там себе будут темные и Дамблдор думать и ждать от меня наплевать и забыть. Это лишь приятные бонусы попутного груза.

Гессер одобрительно кивнул и усмехнулся.

— Ты действительно серьезная девушка, Гремислава тебя верно охарактеризовала. Хорошо, скоро будет серьезная развилка в развитии Англии магической. Высока вероятность захвата Воландемортом министерства уже следующим летом. Нас решительно не устраивает полная победа темных в Англии. Ибо Волди это не Завулон. Волди это сумасшедший мальчишка, начитавшийся плохих книг, и воображающий себя богом. Он рискует зайти далеко и создать проблемы для всего мирового сообщества. К лету подъедет группа поддержки от нас. А ты будешь нашим резидентом в Хогвартсе. Собирать информацию, помогать умеренно светлой стороне, чтобы они слишком быстро не слились. Воландеморт должен быть разрушен! Кстати Дневной Дозор тоже не возражает. Для них Волди это провокатор, выставляющий темных слишком в неприятном свете. Так что в группе поддержки будет несколько темных.

Гермиона тяжело вздохнула и встала, понимая, что отмазаться от миссии не получится.

— Все понятно, разрешите идти?

— Иди девочка моя! — усмехнулся Гессер и подмигнул. В её руках вдруг оказалась коробка с мармеладом «Лимонные дольки»: — С днем рождения!

***

— Гриффиндорр, отлюби всех Буратино! — закричала Шляпа: — Но если, Альбус, я еще раз буду эту девочку распределять и на седьмом курсе, я её сразу в директоры зачислю! Меня достало твое небрежное обращение с учениками! Пусть она сама с вами разбирается. Сколько можно принимать и отчислять?

Гермиона под хихиканье большого зала, прошла к столу грифов. Аплодисментов не было. Быстро бросив взгляд, Гермиона оценила расклады сил и альянсы факультета. Гарри сидел отдельно от Рона, рядом с Невиллом и Симусом, и презрительно косился на нее. На губах многих девчонок блуждала ехидная улыбка. Гермиона села за край стола, рядом с первокурсниками и начала есть, хотя стол еще не был накрыт и команда Дамблдора «жрите!» не подана. Гермиона достала из небытия пространственного кармана пластиковый стаканчик с чаем и бутерброд, и не спеша начала его поглощать, под завистливые взгляды других.

Дамблдор пробубнив о необходимости в трудные времена сплотить все силы, скомандовал «жрите», и на столах появилась еда для прочих смертных магов. Гермиона, поскольку в дискуссию с ней никто не вступал, покончив с бутером, пошла из зала, хотя все только начали свой ужин. С Дамблдором она уже переговорила, как и с деканом. Так что она направилась в библиотеку, чтобы как–то убить время, поискать легкое чтение, вроде нецензурных сказок с элементами некромантии.

Кроме того, ей хотелось перечитать свою работу о сумеречных чарах. То есть способе наложения чар из первого слоя сумрака. Она предлагала использовать сумрак как среду–носитель чар, чтобы их распространение получалось в шесть быстрей и дальше радиус действия. Недостатком такого способа было двойная затрата волшебных сил.

— Привет! — подсела к ней Луна: — Почему на равенкло не захотела распределяться?

— Чтобы легче было шпионить за Избранным, — буркнула недовольно Гермиона: — А ты чего не ешь свой любимый пудинг в Большом зале?

— Понятно, — протянула Луна, рассеянно наматывая пальцами свои волосы: — Мне не понравилось, что в пудинге было зелье дружелюбия. Я решила сесть на диету. Я и так слишком дружелюбна сегодня.

— А что это за интересные чары? — спросила она через минуту, заглянув в её тетрадь.

— Шпионишь за шпионкой? — усмехнулась Гермиона и достала из пространственного кармана бутерброд: — На, ешь! Тебе вредно сидеть на диете, и так тощая. Это экологически чистый продукт.

— Я тоже люблю шпионить, — заговорила Луна, прожевав часть бутерброда: — Иной раз всю ночь брожу по замку и шпионю за нарглами. А они за мной.

— Мне кажется все же, перенапрягаться не стоит, — сухо отозвалась Гермиона: — Профессиональный шпион должен уметь распределять свое время, чтобы успевать отдохнуть.

— Я не профи, — вздохнула Луна: — Я лишь любительница. Спасибо за угощение, я пойду. А то сюда идет Гарри и у него много мозгошмыгов в твой адрес.

— Зачем ты сюда вернулась? — сурово спросил Гарри Поттер, подойдя к ней.

— Чтобы шпионить за тобой, — равнодушно ответила Гермиона, кинув на него быстрый взгляд: — Разве есть иной смысл в моей жалкой жизни?

— Пусть твой Дамблдор не рассчитывает, что его зелье дружбы с тобой на меня подействует! У меня есть противоядие! — зло заявил Гарри, покраснев.

— Почему бы тебе не сообщить об этом самому Дамблдору? Я вам с Сириусом не сова, чтобы передавать ваши претензии директору.

— Хочешь сказать…

— Хочу сказать ОТВАЛИ!!! — крикнула Гермиона, приходя в раздражение.

— Молодые люди! — возмутилась мадам Пинс: — Еще один крик и я вас выгоню отсюда. Здесь библиотека, а не форум.

Гарри замолк и сел за стол напротив, сверля Гермиону взглядом. Гермиона начала невозмутимо делать заметки в тетради.

— Что пишешь? Донос на меня? — тихо прошипел Гарри. Гермиона усмехнулась одними губами.

— Нет, это эротический рассказ, в котором ты побеждаешь Волди силой любви.

— У тебя извращенная фантазия! — покраснел Гарри: — По себе судишь?

— Естественно, — пожала плечами Гермиона: — Все авторы по себе судят. Да ты не переживай, в рассказе я главная героиня. Хочешь расскажу сюжет?

— Любопытно, — кивнул Гарри, нехотя ухмыльнувшись.

— Ты проигрываешь финальную битву с Волди, и тогда я меняю внешность и устраиваюсь продавщицей в секс–шоп. Там я торгую дилдо с формой твоего пениса, который так и рекламируется «дилдо Избранного». И туда заходит Беллатрикс, чтобы купить себе игрушку. А потом показывает её Волди. Тот её берет в руки ради интереса, и тут его настигает смертельное проклятье, так как проклятье фараонов было наложено мной на игрушку с активацией кровью Гарри Поттера. А в его жилах течет твоя кровь. И он начинает потихоньку чернеть и усыхать, теряя силы. А поскольку все метки пожирателей являются насосами сил, качающих поддержку для Волди, то все они также усыхают в течение трех месяцев и благополучно освобождают мир от своего присутствия. Так ты своим пенисом, силой любви, побеждаешь всех упиванцев и самого босса…

— Что за мордредову херню ты тут несешь грязнокровка? — яростно заорал Малфой, который до этого подслушивал, прячась за соседним стеллажом с книгами: — Ты больная извращенка!

— Мистер Малфой! — вскрикнула мадам Пинс: — Быстро покиньте библиотеку! Здесь нельзя кричать и ругаться!

— А откуда ты знаешь, как выглядит мой пенис? — изумленно спросил Гарри Поттер, когда Малфой удалился.

— Я же шпионка? — усмехнулась Гермиона: — Хотя, кому какое дело, как он выглядит? Главное, это бренд. И проклятье, которое я умею накладывать на вещи.

— Я рад, что ты готова за меня отомстить, — криво усмехнулся Гарри: — Хотя мой план, победить самому.

— Это банальный ход, — равнодушно ответила Гермиона: — Все так делают. Читателю это не интересно.

— Сириус говорил, что ты говорила, что между нами, что–то было?

— Фу, как коряво выражена мысль! Прямо Рон Великолепный! Что было то прошло и памяти исчез след.

— Я так и сказал ему, что хорошо, что не помню твоих поцелуев. Меньше боли от твоего предательства.

— Я рада за тебя! Хотя никаких поцелуев и не было. Не парься.

— А что было?

— Я тебе разок сделала минет.

— Издеваешься? — покраснел Гарри от смущения: — Шуточки у тебя…

— Почему? Это правда! — серьезно ответила Гермиона: — Иначе бы ты умер. Это было необходимо.

— Затрудняюсь представить ситуацию, в которой минет спасает жизнь, — хмыкнул Гарри, пристально разглядывая Гермиону, пытаясь понять степень её издевательства над собой.

— Э… дело было так! — понизила интригующе голос Гермиона и наклонив голову через стол: — Когда ты попытался спасти Сириуса от дементоров на третьем курсе, у тебя не вышло создать патронус телесный. И твоя жалкая попытка была обречена на провал. Но тут с другого берега старицы прискакал телесный патронус в виде оленя и разогнал всех дементоров. И там стоял мужчина похожий на твоего отца…

— Ну помню! — буркнул Гарри: — Это я и был! Ты меня вернула во времени, чтобы помочь…

— Это ты сейчас понял, Гаррик, — сладко шепнула Гермиона: — А тогда ты как баран твердил, что это твой папа тебя спас. Только я тогда сразу все поняла. Ибо мужчины похожего на твоего отца нет кроме тебя. И патронус соответствует родовым признакам. И было очевидно, что тебя надо назад возвращать во времени. Но была одна проблема…

— Какая?

— Один мальчик–олень не умел создавать телесный патронус, — посуровела голосом Гермиона: — И от того, что я тебя вернула бы, толку было чуть. И мне пришлось в форс–мажорных обстоятельствах придумывать план, чтобы у тебя появились офигенные воспоминания и прилив бодрости доходящий до эйфории. Мне пришлось возвращать тебя в прошлое на час и перед твоим эпичным выходом, демонстрировать себя обнаженной, давать тебе меня мацать, а потом еще доводить до оргазма при помощи губ. Так что я точно знаю как выглядит твой дружок. Я же его минут десять сосала! Вся в белом соке уделалась! А ты быстрей всех на курсе смог телесного патронуса вызвать. Иначе никак. Ты ведь бедненький в чулане рос. Откуда в тебе взяться светлым воспоминания? А потом Дамблдор «для общего блага» весь этот порноролик стер из твоей памяти.

— А из твоей не стер почему? — ревниво спросил Гарри.

— А кому я нужна со своими воспоминаниями? Я же грязнокровка! Замуж ты меня бы все равно не взял. А просто так болтать себе дороже. Стыдно же? Хоть я тебя и спасла от смерти…

— Значит у меня перед тобой долг Жизни?

— Забей, я прикололась, — засмеялась тихо Гермиона: — Это еще один сюжет для порнорасказа. Чтобы тебе дрочилось веселей в спальне. Не было ничего.

— Ну, знаешь! Ты просто шалава! — возмущенный парень вскочил и убежал.

Гермиона облегченно вздохнула и продолжила размышлять над способами стабилизации сумеречных чар.

***

Шпионка Хогвартса Луна, кралась рано утром, чтобы увидеть танцующую фею зари. Когда она вышла на берег озера, она в восторге замерла, все было как в том видении — восходящий, багровый шар солнца и прекрасная танцующая девушка в облегающем костюме. И пение птиц.

— Фея, можно у вас взять интервью для «Придиры»? — робко попросила Луна, когда та кончила танцевать: — Или хотя бы познакомиться с вами? Меня зовут Луна.

— Мы с тобой знакомы Луна, — хмыкнула Гермиона, увидев полоумную блондинку: — Ты не замерзла? Сейчас довольно свежо. Я‑то согревающие чары на себя кинула.

— Гермиона? — удивилась Луна: — А зачем ты притворяешься феей Зари? У тебя опять шпионское задание? Внедряешься среди фей? Можно я про это напишу?

— Ты можешь писать все что угодно, — отмахнулась Гермиона, делая дыхательную гимнастику: — А если тебя интересует правда, то я просто привыкла в Шармбатоне к гимнастическому канону. На факультете небесных ласточек мы так каждое утро всей толпой скакали поутру, встречая солнце. Только под хорошую музыку. Чудесное место там было… пока Гарри не приперся.

— Ты не любишь Гарри? — удивилась Луна.

— Он не хрестоматия всех знаний, чтобы я его любила, — усмехнулась Гермиона: — Обычный мальчишка. Который меня уже достал, к тому же.

— Он Король всех гномов! — уверенно сказала Луна: — Люди подземного мира пред ним преклоняются.

— Откуда информация?

— Сама видела, когда подглядывала через забор на огород Уизли два года назад. Гномы портящие посевы не слушаются никого, кроме Гарри. Стоит ему туда придти, как они разбегаются. Я думаю Уизли поэтому Гарри постоянно приглашали к себе. Для обезгномливания!

— Понятно, а я‑то думала, зачем они его к себе таскают! — протянула иронично Гермиона, надевая мантию: — Пошли назад уже?

— А больше не зачем, — улыбнулась Луна: — Они ведь его не любят.

— Я в курсе, — кивнула Гермиона: — А гномы Гарри боятся из–за темной ауры и знания языка змей. Змеи главные враги гномов, так как могут залезть в любую норку. И Змееуста гномы чуют по ауре и сразу убегают, чтобы он на них не наслал змей.

***

— Директор! Почему вы раньше не рассказывали мне про кресстражи? — возмущенно кричал Гарри Поттер в кабинете Дамблдора: — Зачем было тянуть? И зачем задавать тупые вопросы Слизнорту, на которые он не хочет отвечать? Все же и так ясно по факту возрождения Волди. Кресстражи есть и их надо искать.

— Мальчик мой! Я не хотел делать тебе больно! — патетично ответил Дамблдор.

— Что за чушь? Если бы вы этого хотели, то не отправили меня к Дурслям в детстве! — возмутился Гарри еще больше: — Я, может, не настолько умен как Гермиона, но не настолько туп как Рон. Судя по количеству боли, что я вынес по вашей вине, вы просто садист какой–то. Так что отмазка про мое обезболивание не катит!

— Мальчик мой…

— Я, мать вашу, лорд Поттер уже! Кольцо видите? Зовите меня как положено! Если хотелось со мной сюсюкать, раньше надо было это делать, когда я по стол пешком ходил. В то время, когда меня звали «урод ненормальный», я бы с удовольствием принял ваше нынешнее обращение. Сейчас уже поздно.

— Хорошо, лорд Поттер, поговорим как мужчины, — поморщился Дамблдор: — Хватит ныть про прошлое, в таком случае. Что, да, почему я делал, то мое дело. Давайте смотреть в будущее. Я вам изложил факты про кресстражи, показал в думосбросе, что за типом в молодости был Том. Что вам еще? Устроить уроки окклюменции у Снейпа?

— Нет, уж, спасибо! — фыркнул Гарри: — Я уже освоил её еще позапрошлым летом, благодаря урокам у Делакур. С вейлами трудно сосуществовать без оной. А их в доме целых три было. Не будем доставлять Снейпу такого удовольствия. Я попрошу своих союзников заняться поиском оставшихся кресстражей.

***

Занятные дела. Гарик помирился с Дамблдором, шушукается с ним часто. Рончик тоже выпросил у него прощение, и уже принят в команду по квиддичу. Одна Грейнджергад по–прежнему ему ненавистна, и он шугается от нее как от чумы. Ну, да оно и к лучшему. Раньше мы были «только друзьями», а теперь и этого нет.

Так размышляла Гермиона, идя по коридору на занятия по зельям. Вдруг её остановил резкий командный окрик «Грейнджер, стой!». Гермиона остановилась и обернулась. Рядом стоял Гарри Поттер, который видно было, потянулся схватить её за плечо, но спохватился, не желая получать хук справа.

— Было или не было? — свирепо спросил он. Гермиона мысленно усмехнулась, глядя на его измученное лицо. Провокация удалась. Мальчик захлебывается в фантазиях о несбывшемся.

— Мистер Поттер, — строго ответила Гермиона: — Мы с вами больше не друзья, чтобы так бесцеремонно задавать бестактные вопросы. Спросите у своего дружка Дамблдора, который вам память стирал. Вы же с ним постоянно общаетесь? С Роном, я смотрю, вы тоже подружились? Совет да любовь.

— Было или не было? — упрямо повторил Гарри.

— Вот пристал… силенцио тебя приложить? О чем ты? Я же сказала что пошутила! Мне просто хотелось отплатить тебе тем же хамством. А по жизни я порядочная девушка и ничего лишнего себе не позволяю. Все что тебе обломилось это один поцелуй в губы. И судя по твоим нынешним впечатлениям, он был не лучшего качества. Так что забудьте… сэр. И вообще это школа, сосредоточьтесь на учебе. А захотите любви, у вас найдется немало готовых на все кандидаток.

***

Снейп мрачно оглядел грифиндорцев и слизеринцев.

— Господа, у вас было мало практики в пошлом году, — проскрипел он как лицо хронически страдающее запором: — Поэтому, чтобы вновь не начали появляться подпольные бойцовские клубы, мы в этом году будем много практиковать дуэли. Сейчас я вызову первого из вас на помост, а потом он уже бросит вызов другому. Поттер, к барьеру!

Гарри Поттер выскочил уверенно улыбаясь и начал обводить взглядом всех остальных. Он стал абсолютным чемпионом Шармбатона по дуэлингу в прошлом году, и все лето тоже не бездельничал, принимая уроки у лучшего аврора Франции. Наглый как его отец! — замироточил желчью облик Снейпа. Ему страстно захотелось, чтобы Поттер его самого вызвал к барьеру.

— Гермиона Грейнджер! К барьеру! — наконец остановил он взор.

— Это лишнее, я слабая девушка и заранее сдаюсь! — пискнула робко Гермиона, потупив взор: — Пусть Лорд выберет достойную себя кандидатуру.

Слизеринцы захихикали.

— Что Поттер? Боишься сражаться против мужчины? — ухмыльнулся Нотт, презрительно кинув взгляд на грязнокровку. Поттер даже не повел взглядом, продолжая смотреть на Гермиону.

— Грейнджер, к барьеру! — рявкнул Снейп: — Это вам не дуэль, а урок! Здесь отказываться не принято. Минус десять баллов с гриффиндора, за задержку урока. Гермиона вздохнув вышла к барьеру.

— Грейнджер! Пообещайте, что не будете мне поддаваться! — предупредил Гарри.

— Хорошо, обещаю, — сухо ответила Гермиона, закатив глаза от раздражения.

— Мисс Грейнджер? Где ваша палочка? — ожил Снейп.

— Девушкам природа палочек не дала, — хмыкнула Гермиона.

— Десять баллов с Гриффиндора за неуместные шутки! Доставайте палочку.

— Сэр, я не имею палочки, так как она запрещенный артефакт в России, где я училась ранее, — пожала плечами Гермиона: — Поэтому я обучилась иным видам магии. В любом случае я в состояние себя защитить без ваших палок.

— Как знаете! На счет три! Раз, два, три!..

Гарри молниеносно послал разоружающее заклинание невербально, а вокруг Гермионы загорелся щит. Потом она быстро оказалась у него за спиной и выхватила его палочку рукой. С криком «брось каку!» она отшвырнула её далеко в зал. Поттер быстро развернулся к ней лицом и получил быстрый удар в лоб ладошкой, от которого сел на задницу. На его лбу, после шрама, расцвела розовая надпись «идиот».

— Извините лорд Поттер, но вы сами меня загнали в эти рамки, — улыбнулась Гермиона, глядя на его ошалевшее лицо: — А так, я бы с удовольствием вам поддалась. Не люблю быть в центре внимания.

— Так нечестно! — вякнул Рон Уизли: — Это какая–то темная магия! В Хогвартсе нельзя аппарировать.

— Несомненно вы мистер Уизли главный специалист в темной магии? — ядовито спросил Снейп: — Десять баллов с Гриффиндора за идиотизм! Победила мисс Грейнджер.

И он одобрительно посмотрел на девушку сходящую с помоста. Она исполнила его потаенные желания в отношении Поттера.

— Но это действительно нечестно… — завелся Нотт, но мрачный взгляд Снейпа прервал его. Снейпу не хотелось снимать баллы со слизерина по тому же поводу.

— Я понимаю, благородные господа, что честной в ваших глазах является только ваша победа, — сухо ответила Гермиона: — Но я ведь заранее сдалась, чтобы все было «честно». Так что претензии не ко мне, а к лорду Поттеру, который потребовал у меня победить его.

***

— Гермиона, стой! Ты должна меня научить аппарировать в Хогвартсе! — догнал девушку в коридоре Гарри: — И колдовать без палочки! И…

— Лорд Поттер! — оборвала его Гермиона: — Вы меня спутали с кем–то из преподавателей? Я вам ничего не должна. Я всего лишь ученица, которая много пропустила из–за вас занятий. И имела много проблем из–за общения с вами. Тот факт, что я была вашей бесплатной нянькой первые четыре года здесь, не является основанием, что я стану вашей нянькой пожизненно. Вы прекрасно со всем справляетесь сами. У вас есть средства для найма репетиторов.

— Я заплачу и тебе!

— Боюсь это невозможно, — покачала головой Гермиона: — Мне просто неприятно вас обучать. Вы тот человек, кто весьма грязно меня оскорбил. Хотя мстить я вам и не буду, но и общаться с вами мне не хочется. Это мне дорого обходится.

— Как снять надпись? — крикнул ей в спину Гарри с надписью «идиот» на лбу.

— К ночи сойдет сама. И кстати, — Гермиона ехидно улыбнулась на прощанье: — По старой дружбе я вам дам совет. Никогда не пытайтесь обезоружить в дуэли того, у кого нет палочки. Это глупо. Хоть я машинально и использовала щит, но, он мне в принципе был не нужен при такой атаке. Я просто ждала от вас чего–то более убойного, судя по тому, как вы меня ненавидите.

— Я не… — Гарри осекся и пошел.

***

— Гермиона ты дашь мне интервью о жизни вампиров? — спросила Луна, подсев в библиотеке к ней.

— Это тебе надо у вампиров брать интервью, — рассеянно ответила Гермиона, листая книгу: — Я с ними не очень на короткой ноге. Лишь парой слов перекидывалась.

— Разве ты сама не вампир? Странно… — задумалась Луна: — Неужели Рон солгал?

Гермиона с интересом обернулась к ней.

— Рон распускает слух, что я вампир? Это занятно. И с чего такая честь?

— Он говорит, что только вампир может быть таким стремительным и ходить по теням. И только вампир может победить Гарри Поттера на дуэли. А еще, то что ты отказываешься учить своей силе даже за деньги, говорит о том, что этому научиться невозможно, иначе как стать вампиром.

— Рон осилил силлогизмы? Прогресс! Спасибо Луна, я уже готова принять тебя в братство шпионов, — погладила её по руке Гермиона: — Хочешь пирожок за информацию?

— Хочу! — улыбнулась Луна: — Только тот с зеленой травой.

— С щавелем? А ты сладкоежка! Держи.

Гермиона регулярно получала посылки от Гремиславы с пирожками, так что могла вполне жить на сухом пайке.

***

Драко Малфой получил письмо от лорда. После того как его отец попал в Азкабан, пойманный на краже пророчества из Отдела Тайн, Драко должен был искупить вину рода и убить… Дамблдора. Драко обделался от страха, когда узнал характер миссии. Он, школьник, должен сделать то, что ссыт сделать сам Темный Лорд. Вот попадос! И отказаться нельзя, потому что Темному Лорду на самого Драко сил точно хватит. Он почувствовал себя примерно так же как чувствовал себя Добби, когда Драко ему давал абсурдные невыполнимые задания — и отказаться нельзя, и сделать невозможно. Только щемить себе пальцы печной дверцой Драко очень не хотелось. И вот ПИСЬМО.

Драко! Концепция поменялась. Твоя информация об эротических фантазиях грязнокровки меня сильно возбудила. Теперь она твоя главная цель. Дамблдор пусть самостоятельно дохнет. Если справишься, то тебя ждет великая милость, я дам тебе поцеловать свой правый ботинок и не буду круциатить один раз. Такой чести удостаиваются самые избранные рыцари моего круга.

ТЛ.

Драко в радости запрыгал. Вот свезло, так свезло! Приморить грязнокровку! Это же его главное желание по жизни. Воландемот крут, но он справедлив! Воландеморт любит его! Трепещите грязнокровки! Драко идет проводить линию чистой крови. Страх и ужос воцарится в стенах древнего замка! Надо только подумать хорошенько, как её достать…

Проклятую вещицу купить и подбросить! Это не сложно. Драко большой специалист по шопингу в Лютном. Главное выбраться в магазин на выходные. А что еще придумать лучше? Лучше денег ничего не бывает. Деньги решают!

Камень отлег от души Драко. И он разогнул спину и почувствовал себя опять крутым перцем. Кого бы обосрать пойти? Уизли? Пусть трепещет рыжий урод!

Когда Драко вернулся в гостиную слизерина с синячком под глазом, все отводили глаза с легкой улыбкой. Громко смеяться уже всем надоело. Этот принц–идиот постоянно находил себе люлей раз в неделю. На него уже ставки заключали — сможет или нет Малфой в эту неделю огрести люлей? Ставки шли три к одному, за «огребет».

***

— Грейнджер! С тобой можно поговорить? — подкатила к Гермионе Гринграсс старшая.

— Леди Дафна? Слушаю вас, — кивнула Гермиона приветливо. Она и так не старалась людям хамить, но особо уважала людей с мозгами. Дафна была одной из лучших учениц.

— Что у тебя с Поттером? — прямо начала в лоб Гринграсс: — Ты играешься с ним, или действительно дала ему отставку?

— Имеете виды?

— Имею вопрос.

— Задавайте.

— Если он тебе не нужен, то все равно ты главный эксперт–поттеровед.

— Сомнительная честь, но предположим.

— Каковы качества идеальной жены для Поттера? Что ему нужно?

— Гм… я как–то не задумывалась в этом контексте. Со стороны. Ну, попробую прикинуть…

Девушки шли некоторое время молча.

— Думаю он змееуст! — торжественно резюмировала Гермиона.

— И что? Я в курсе. Что это значит для семьи?

— Значит, что ему для гармонии нужна змея.

— Что значит «змея»? Говори ясней!

— Леди Дафна, я считала вас умнейшей… после себя, — ухмыльнулась Гермиона: — Посмотри на свою эмблему, что там?

— Змея, — сухо ответила Дафна, прищурив глаза: — Круг сужается до всего факультета? Или что–то конкретней скажешь?

— Ты уверена, что все ваши слизеринки Змеи? — скептически спросила Гермиона: — Ему нужна подлинная змея, а не чистокровная корова, которую привели и поставили в змеиное стойло силой. Ему нужна восхитительная змея — прекрасная и опасная, гордая и независимая, теплая, но не назойливая, мудрая и спокойная.

— Себя описываешь? — усмехнулась Дафна.

— Ну что вы леди, — скромно хихикнула Гермиона: — Я кошка. Ласковая и слишком назойливая. Липучка просто!

— Что–то непохоже…

— Ну, кошки иногда могут шипеть как змеи, — ответила Гермиона вздохнув: — Когда рассержены. Но ты же понимаешь, что шипеть всю жизнь для кошки невозможно. Семья это не война. Мне хочется когда–то и помяукать.

— Благодарю за консультацию, — тихо, но церемонно ответила Дафна: — В качестве ответной любезности скажу, что наш факультетский дурачок с платиновыми волосами сегодня целый день ходил и бормотал под нос, как он расправится с одной милой кошечкой. Сезон на кошек открыт. И это не шутка.

Дафна тут же пошла в сторону и затерялась среди других учеников.

***

Луна Лавгуд, увидев, что директор вышел из кабинета, тут же подошла к горгулье и назвала подслушанный пароль «тульский пряник». Горгулья её попустила. Девочка скользнула в кабинет и сразу схватила и одела себе на голову Распределяющую Шляпу.

— А? Что? Кто тут? А это ты… чего тебе надобно скорбная разумом Лавгуд? Я же тебя уже распределил на факультет гениев, — проворчала Шляпа.

— Уважаемая Шляпа, не согласитесь ли вы дать мне интервью? — заговорила Луна, поглаживая нежно поля Шляпы.

— М–м–м… приятно, продолжай дальше гладить, — распорядилась Шляпа: — Смотря какие вопросы. Я некоторые тайны выдать не могу. Профессиональная этика не позволяет. Чего ты хочешь?

— Понимаете, я хочу создать хогвартский клуб дурачков, в котором буду председателем. Мне нужно знать, кто сейчас на Хафлпафе является факультетским дурачком. Я у них спрашивала, но они смеются и говорят, что своих не выдают.

— А остальные факультеты ты уже знаешь?

— О, да! На нашем факультете это я, — начала непосредственно перечислять Луна: — На гриффиндоре это Рон Уизли, на слизерене это Драко Малфой… а вот кто на хафлпафе я не знаю.

Шляпа долго издавала крякающие звуки старческого смеха, а потом заговорила:

— Понимаешь, дитя, факультетским дурачком хафлпафа является… Невилл Лонгботтом!

— О? — удивилась Луна и застыла задумавшись: — По–моему он учится на гриффиндоре? Или это было в другой жизни?

— В том–то и дело, дитя! — с восторгом зашептала Шляпа: — Что Невилл оказался настолько глуп, что распределился на гриффиндор! Ха–ха–ха! Сам захотел! Ну не дурак ли он после этого?

— Понятно, — заулыбалась Луна: — Теперь второй вопрос. А кто на факультетах самые супер–пупер? Лучшие из лучших? Лидеры? Ведь для равновесия придется создать и клуб гениев, а то мир погрузится в хаос, если будет работать только клуб дураков. Я сама не в состояние оценивать гениальность. У меня её нет.

— Хорошо, помогу, — хихикнула Шляпа: — Лидер Грифиндора это Гарри Поттер!

— Что, правда? — удивленно разинула рот Луна: — Дурачок и гений друзья? Как это возможно?

— Чтобы ты понимала? — фыркнула Шляпа: — Так всегда обычно и бывает. Дурачок и гений дружат, тянутся друг к другу. Как полюса магнитов.

— А, понятно, — кивнула Луна: — А на равенкло меня почему–то ни к кому не тянет… Кто наш гений?

— Потому что ваш гений это Гермиона Грейнджер! — заржала Шляпа.

— Но… она же… это странно! — залепетала запутанная Луна.

— Да, она настолько гениальна, что тоже распределилась на гриффиндор! Чтобы там легче было сверкать среди идиотов! — резюмировала Шляпа.

— Тогда понятно почему меня к ней тянет, — согласилась Луна: — Это работает. А слизеринский гений кто? Кребб? Или Гойл?

Шляпа закатилась от смеха так, что феникс перегорел.

— Умеешь ты посмешить, обожаю тебя дитя! — похвалила Шляпа Луну: — Гений слизерена это Дафна Гринграсс!

— Та девочка, которая ходит за Малфоем хвостиком? И все время надменно улыбается? Да, похоже на то. А кто гений хафлпафа?

— Сьюзен Боунс. Вся в тетушку пошла, — буркнула Шляпа.

— Ну, тоже сходится, — кивнула Луна: — Невилл постоянно на нее поглядывает задумчивым взглядом. Он наверное хочет с ней подружиться но стесняется. Надо ему помочь! Плохо когда друзья на разных факультетах. Спасибо дорогая Шляпа! Я побегу, а то мозгошмыги говорят, что скоро придет директор.

— Беги милая, беги! Счастливо тебе! — усмехнулась Шляпа: — Родит же бог такое чудо? Сто лет так не смеялась…

***

Драко Малфой получив записку «Вы приглашены для участия в тайном закрытом клубе «Креативного Хаоса Оплот». Явка обязательна, место и время на обороте», явился в назначенное место, сгорая от любопытства. В пустом классе сидела только Луна Лавгуд в темных очках. Пока Драко настороженно оглядывался, сзади ввалились два гриффиндорца, Рон и Невилл, отрезая ему путь к отступлению. «Засада!» запаниковал Драко, схватившись за палочку.

— Все в порядке, мистер Малфой, — заговорила строго Луна, голосом медиума: — Это не засада, а встреча друзей.

Трое парней зависли, сращивая шаблон.

— Вы все трое Избранные! — продолжила Луна.

— Бабушка мне что–то об этом говорила, — шмыгнул носом Невилл: — Да и Дамблдор тоже…

— Я всегда в это верил! — оскалился Рон: — Но причем тут Малфой?

— Малфои всегда были избранным обществом! — рассердился Драко: — В отличие от вас нищебродов! Кто вас вообще избрал?

— Прошу пока отложить ссоры, пока вы не получите разъяснения господа. Присаживайтесь за ритуальный Стол коварных планов, — поманила девочка их рукой.

— С этим уродом я за стол не сяду! — капризно зыркнул на Малфоя Рон, тогда как Невилл спокойно уселся. Малфой тут же уселся назло Рону.

— Рон Уизли! — строго сказала Луна: — Ты лицо и представитель своего факультета! Будь же его достоин! В клубе есть представители всех факультетов! То, что вы в конфликте, это так и задумано Гением Места Силы.

— Невилл тоже может представить наш факультет! — буркнул сердито Рон, но все же сел.

— Я консультировалась со Шляпой! — важно заявила Луна: — Она избрала всех вас для этого клуба! И Невилл по её мнению, должен представлять Хафлпаф, а не Гриффиндор. Так что тут представители всех факультетов.

— И что дальше? — начал терять терпение Драко после паузы.

— Вы должны вначале ДОБРОВОЛЬНО надеть ритуальные клубные шапочки, чтобы быть посвященными в тайны! — пафосно сказала Луна, передав каждому по остроконечному колпачку. Парни с отвращением напялили на себя колпаки и выжидательно посмотрели на Луну.

— Вы сидите неправильно, — заметила Луна: — Невилл, поменяйся с Драко местом. Да, теперь правильно. Первое заседание КХО объявляю открытым, председатель Луна Лавгуд. Первый вопрос, это доклад председателя об причинах и правилах клуба. У каждого из нас есть своя миссия. Клуб создан для того, чтобы мы помогли друг другу эту миссию осуществить. Но только если мы все вместе согласимся с миссией большинством голосов.

«Прикольно, может эти идиоты помогут мне прикончить Грейнджер?» подумал Малфой, саркастически улыбнувшись.

«Они помогут мне разбогатеть?» удивился Рон, и с вожделением посмотрел на богатенького Малфоя. «А что? У Малфоя денег куры не клюют…»

«Неужели они мне помогут вырастить Глициану Кембрийскую?» задумался Невилл.

— Власть наша велика будет, если мы не будем нарушать Правила! — торжественно продолжила Луна: — Надев добровольно колпаки, вы заключили между собой магический контракт взаимопомощи.

Парни вздрогнули, осознав, что все не так просто.

— И какие Правила? — осторожно спросил Малфой.

— Правило номер 1. В Хогвартсе кроме оплота Хаоса, существует Оплот Порядка. Мы никогда не должны на него нападать, иначе вселенная сплющится! — строго сказала Луна: — Это важно для равновесия.

— Что еще за Оплот Порядка? — ревниво спросил Рон.

— Это тоже четыре представителя своих факультетов, которые также Избранны Шляпой. Их имена я раскрою вам после их первого заседания в Оплоте Порядка Авторитетного. Правило номер 2. Каждый член Оплота Хаоса может дружить только с одним членом Оплота Порядка и использовать его для шпионажа. Правило номер 3. Рон и Драко являются официальной оппозицией и всегда должны быть в ссоре, а Невилл всегда должен их игнорировать. Я же как председатель всегда должна с уважением относиться ко всем столпам Оплота Хаоса. Нарушение правил приведет к потере удачи всеми нами.

— Все? — снисходительно хмыкнул Малфой.

— Еще нет, — улыбнулась застенчиво Луна: — Приятные бонусы для всех. Мне было видение, что с тебя Драко можно снять родовое проклятье, если ты займешься сексом со своим злейшим врагом. Но ты можешь меня не слушать. Это просто весть, а не предназначение. Также было видение, что скоро у Рона появится много личных средств, если он преодолеет свое отвращение к грязной работе. Невилл, у тебя будет «все пучком», даже не знаю, что это значит…

— Правда? — обрадовался Невилл: — Значит побеги рассады свяжутся? Спасибо Луна!

***

«А ведь эта дурочка очень похожа на пророчицу…» размышлял Драко, идя по коридору. «Но кто мой злейший враг? Грейнджер? Дамблдор? Поттер? Первые два варианта отпадают технически, а последний невозможен…» Драко вгляделся в идущего недалеко Рона. Тот тоже о чем–то размышлял.

— Уизел, а ведь это ты мой злейший враг! — тихо шепнул он ему, расплывшись в улыбке.

— Э? Ты чего хорек? — испугался Рон: — Малфои меня не возбуждают!

— А по–моему очень возбуждают, — коварно сказал Драко: — Ты только представь картину, обнаженный Малфой посыпает твое тело золотыми галеонами. Возбуждающая картина?

Рон задумался. Картина была действительно очень возбуждающей.

***

Рон и Драко поймали Луну на следующий день и затащили в каморку.

— В чем дело Лавгуд? — прошипел Драко: — Почему мое проклятье не спало? Я уже занимался сексом со злейшим врагом! А палец по прежнему черный!

— О? — задумалась глубокомысленно Луна: — А вы с Роном случайно не полюбили друг друга? Правило номер 3! Вы должны ненавидеть друг друга.

Рон и Драко покраснели.

— Мы ненавидим! — хором сказали они, переглянувшись.

— Это было омерзительно! — скривился Рон.

— Я потом два часа отмывался! — подтвердил Драко.

«Вроде почти взрослые, а в сказки верят» удивилась по себя Луна, разглядывая парней.

— Тогда возможно вам нужно сделать еще несколько попыток, а потом ваши воспоминания должна увидеть та, кто наложила проклятья, — уверенно сказала Луна.

«Ладно, придется пока не убивать Грейнджер» скрипнул зубами Драко. «Походу я еще галеонов заработаю» подумал Рон.

— Слушай, а может она нас разводит? — спросил задумчиво Драко, глядя вслед уходящей Луне.

— Эта дурочка? — усмехнулся Рон: — Вряд ли. Вылитая Трелони. Надо больше стараться, но учти, прошлый раз ты как–то жидко посыпал меня золотом…

— Тебе нищему хватит!

— Ненавижу!

— Взаимно!

Они бросились в объятия друг друга и начали изображать борьбу нанайских мальчиков, пока их не разнял проходивший мимо Снейп.

***

Вы приглашены на заседание клуба избранных Хогвартса «Оплот Порядка Авторитетного». Место встречи бар «Три метлы» в Хогсмите. Воскресенье, в три часа.

Гарри Поттер с удивлением прочел и задумался. Ловушка Пожирателей? Вряд ли… Игры разума Дамблдора? Или Слизнорт? Нет. Нюхом чую, тут как–то Грейнджер связана… ладно схожу. Поглядим, что там за Оплот.

Луна встретив Гарри у входа отвела за столик на четверых, где уже сидели три девушки. Дафна Гринграсс, Гермиона Грейнджер, и Сьюзан Боунс, которые с интересом посмотрели на него. Гарри Поттер смутился. Это походило на какое–то свидание. Женить его что ли собрались?

Сама Луна не села за столик, а встала рядом, за спиной Гермионы, положив ей руки на плечи.

— Рада, что Оплот Порядка собрался в полном составе, — сказала Луна: — Самые авторитетные представители факультетов в наличии.

— А ты чего не присоединяешься? — спросил Гарри.

— Мне нельзя, — ответила Луна: — Я лишь даю разъяснения а не участвую в заседании. Если я сяду рядом с вами, меня будет плющить. У меня нет такого авторитета как у вас.

— Тогда кто представляет твой факультет? — удивилась Сьюзен.

— Гермиона. Она тайная равенкловка. Просто у нее шпионская миссия на гриффиндоре! — интригующим шепотом ответила Луна. Все усмехнулись.

— Весьма интересная теория, — сказал Гарри: — А почему среди авторитетных учеников такой перекос в сторону девушек?

— Таков рок! — ответила Луна: — Они не виноваты, что умней парней. Радуйся, что хоть среди гриффиндорок не нашлось никого умней тебя. Ты не бойся Гарри, это не свидание. Это встреча столпов порядка Хогвартса.

«По мне так это неплохой способ сойтись с Поттером поближе» улыбнулась своим мыслям Дафна.

— И что нам делать? — спросил Луну Гарри, осознав, что инициатива исходит от нее. Хотя ему было смутно подозрительно, что она прячется за Гермиону.

— Вы должны осознать себя, и принять Правила, и решать будущее Хогвартса. Шляпа вас избрала на эту роль. Ваша власть при единстве мнений будет велика.

— И что за правила? — похлопала Гермиона Луну по руке на своем плече.

— Правило номер 1. Не вступать в борьбу с Креативным Оплотом Хаоса. Правило 2, каждый из вас должен иметь среди них своего подопечного. И угощать его печеньками.

— Это кто такие? — оживилась Сьюзен.

— Подопечный гриффиндора это Рон Уизли, подопечный слизерена это Драко Малфой, подопечная равенкло это я, спасибо Гермиона за пирожок, а подопечный хафлпафа это Невилл Лонгботтом.

— Почему Лонгботтом? — смутилась Сьюзен: — Он, увы, гриф.

— Шляпа сказала, что он на самом деле хафлпафец, просто случайно забрел к грифам.

— Со шпионской миссией?

— Нет, просто по глупости. Мы подопечные очень глупы, вы за нами присматривайте.

— Ждем следующие правила, — напомнила Гермиона.

— Правило номер 3. Гермиона и Гарри должны быть в оппозиции, а Дафна благожелательно и скептично их терпеть. А Сьюзен должна быть председателем и равно уважать всех членов ареопага мудрейших.

— Ты знакома с теорией Юнга? — удивилась Гермиона.

— А юнга водится в Запретном лесу? — неуверенно спросила Луна.

— Понятно, — кивнула Гермиона: — Еще что–то скажешь?

— Вы должны надеть вот эти короны, а председатель взять вот этот молоток и стукнуть по столу. Тогда первое заседание можно считать начавшимся и я смогу спокойно уйти, — меланхолично сказала Луна, доставая из сумки четыре короны с эмблемами факультетов.

— Ты уверена? — спросила Гермиона, почуяв знакомые чары на них. Луна решительно кивнула.

— Хорошо Луна, я тебе доверяю, — сказала Гермиона и решительно надела корону равенкло на голову (это не кресстраж, а просто дешевая игрушка — замечание от автора). Остальные, смущенно улыбаясь присоединились. Сьюзен взяла в руки деревянный молоток и тихонько тюкнула по столу.

— Заседание открыто, — сказала она и оглядела остальные улыбающиеся лица.

Луна облегченно вздохнула и пожав плечи Гермионы убежала из кафе.

— Забавно мы выглядим, наверное, — хмыкнул Гарри, покосившись на остальных посетителей кафе.

«Да уж…» размышляла Сьюзен оглядывая цепким взглядом детектива остальных. «Гарри Поттер судя по пятну на штанах недавно нарушил параграф 78 устава школы о рукоблудии. Гринграсс явно срочно ищет себе жениха, чтобы её папаша не выдал за старика Макмерфи, Гермиона похоже работает на иностранную разведку. Вечер обещает быть томным».

«Может это все–таки разработка Дамблдора? Вариант «Гарем для Избранного»?» размышлял Гарри. «По крайней мере Гринграсс выглядит весьма зовущей и манящей…»

«Удружила мне Луна. Сказать им сразу по магический контракт о взаимопомощи, наложенный на короны? Или пусть сами доходят? Мне–то это только на руку…» размышляла Гермиона.

«Весьма удобная инсценировка получилась. Весьма элегантно и тонко. Оплот Порядка! Заседание! Отличное прикрытие для свиданий…» думала Дафна.

— Судя по затянувшейся неловкой паузе, сейчас где–то родился аврор? — смущенно пошутил Гарри: — О чем говорить будем?

— Поскольку ты единственный мужчина, начнем с тебя, — сказала Дафна: — Такой вопрос, как твоя помолвка с Флер Делакур? Состоялась?

— Увы, — нахмурился Гарри: — Они не захотели выдавать её за англичанина. Очень не вовремя вышел закон о вейлах.

— Закон 1378\4. «Ограничение брачных прав с магическими существами», — подтвердила Сьюзен Боунс. Гермиона потупила смущенно взор, начав разглядывать чашку с кофе.

— Теперь моя очередь, — сказал Гарри и повернулся к Гермионе: — Ты точно не вампир?

— Есть сомнения? — фыркнула Гермиона: — Тебя зациклило на моих сосательных способностях?

— Нет, я просто хочу знать, как ты уходишь в тень.

— Прямо киножурнал «Хочу все знать!», — недовольно нахмурилась Гермиона: — Пару лет назад, я бы прыгала от восторга от любознательности моего друга Гарри Поттера. На прошлой неделе я уже говорила, что это закрытая информация. Я слишком слаба и уязвима, чтобы раскрывать секреты своей защиты кому попало. Будем посмотреть на ваше поведение.

Гарри Поттер развел руками недовольно. Гермиона же посмотрела на Сьюзен вопросительно:

— Мисс Боунз, вы знаете все законы наизусть?

— Это невозможно, — усмехнулась Сьюзен: — Только наиболее актуальные статьи. А вы мисс Грейнджер на какую иностранную разведку работаете?

— Без комментариев, — улыбнулась Гермиона в ответ: — Я все буду отрицать. И сейчас очередь Дафны отвечать на вопрос.

— Хорошо, — кивнула Сьюзен, повернувшись к слизеринке: — Мисс Гринграсс, вам нравятся змееусты?

— Я от них тащусь как змея по стекловате, — томно выдохнула Дафна, покосившись на Гарри Поттера: — Змееусты, они таки… змееусты.

Девушки дружно захихикали, а Гарри кисло улыбнулся.

После второго круга вопросов–ответов прибежала вновь Луна и с загадочным видом вытащила из сумки омут памяти из кабинета директора.

— Совсем забыла, — сказала рассеянная блондинка: — Вам надо это посмотреть и принять решение. Это поможет нормализации в работе Креативного Хаоса Оплота.

Она начала перебирать пальчиками руны на буртике чашы.

— Так… это муть про темного лорда, это тоже… вот! Здесь воспоминание которое вы должны просмотреть.

Луна активировала руну нужного кластера памяти и предложила всем смотреть. Ареопаг гениев переглянувшись нырнули в омут. Когда через 15 минут они вынырнули, они выглядели ужасно покрасневшими.

— Фу! Луна! Что за гадость? — возмущенно зашептала Гермиона: — Чем тут помочь им?

— Со свечкой постоять? — хихикнул Гарри.

— Нарушение статьи семь–девять школьного устава, — печально выдохнула Сьюзен: — Вплоть до отчисления…

— Безобразие какое–то! — выплюнула Дафна: — Мальчики содомией развлекаются, а прекрасным девушкам приходится за стариков замуж идти! Зачем я все это видела? Наложите Обливейт на меня!

— Это не обычные мальчики, а ваши подопечные! — строго ответила Луна: — Мы в ответе за тех, кого приручили. Кроме того они это делают не из любви к процессу, а по необходимости!

Ареопаг захрюкал, в тщетных попытках сдержать смех.

— Поясни, — простонал Гарри, закрывая лицо руками.

— Я сказала Драко, что если он займется сексом со злейшим врагом, то родовое проклятье, наложенное Гермионой спадет, — невозмутимо заявила Луна, вызвав бурный взрыв смеха.

— И как я его сниму? — сквозь смех спросила Гермиона: — В принципе, я еще в обиде за месяц в Азкабане и два покушения на убийство и попытку изнасилования, но… пожалуй он старательно искупает свою вину. Кстати, а Рон–то в чем провинился?

— За Роном тоже есть косяки, — простонал сквозь смех Гарри: — Но почему он добровольно на это пошел?

— Рон просто зарабатывает на новую метлу, — пожала плечами Луна: — Если вы готовы снять проклятье с Драко, то вы должны просто проголосовать за это, а Гермиона сказать, что отменяет проклятье с рода Малфоев. Может и сработает. Если не сработает… тогда мало старались.

Оплот Порядка опять вздрогнул от смеха.

— Хорошо, попробуем, — сказал Сьюзен: — Кто за то чтобы прекратить мучения Драко? Прошу сказать «ня»!

— Ня! — раздалось четыре возгласа.

— Только из уважения к заступничеству… так сказать во имя Луны, — заговорила Гермиона: — Я Гермиона Грейнджер снимаю свое проклятье с рода Малфоев!

От кольца Гермионы полетели разноцветные искорки.

***

— Гарри отвали со своими подкатами! — отрезала Гермиона, когда Гарри начал хвалить её внешний вид при встрече: — К Дафне подъезжай, она любит змееустов. А мы с тобой даже не друзья!

— Да ладно ты! — огорчился Гарри: — Ну че ты все время злишься? Согласись, глупо же выглядит? Я уже и с Роном помирился и с директором сотрудничаю… а ты все как неродная!

— Я не принадлежу к родовой знати Англии, и естественно, что я тебе неродная, — ответила сухо Гермиона: — Кроме того я жутко злопамятная стала. Даже не знаю почему. Может Азкабан на меня повлиял? Мы с тобой только сотрудничаем в рамках борьбы с Волди и только. Компанию для пустой болтовни поищи в другом месте. Не хочется снова чувствовать себя предательницей не понятно в чем.

***

— Луна, привет как дела? — поздоровалась Гермиона с блондинкой. Та хмуро кивнула и пожала плечами.

— У нас в клубе Дураков что–то тупик получается, — пожаловалась она: — Мы не можем набрать большинство голосов для любого решения. Каждый голосует за свой проект и отвергает другие проекты.

— Это было вполне предсказуемо, — усмехнулась Гермиона: — Разве ты не для этого создала клуб?

— В общем да, — согласилась Луна: — Но в глубине души я надеялась что мы все вместе поедем искать морщерогих кизляков. А Драко вместо этого предлагает тебя убить. Дурачок не желает соблюдать правило номер один. Рона интересуют только коммерческие проекты, а Невилл зовет копаться в навозе. Тупик.

— За то у нас все проекты проходят единогласно, — улыбнулась Гермиона: — Я тебе очень благодарна за организацию нашего клуба. Даже премиальный торт тебе купила. Держи, попьете в своем клубе чай, чтобы не слишком кисло было.

— Торт я и сама попью! — обрадовалась Луна: — Такие вещи Рону лучше не показывать. В крайнем случае прикормлю Невилла, может он согласится поддержать мой проект…

***

— Что–то не везет мне в последнее время, — размышлял Дамблдор, идя по коридору Хогвартса: — Кучу денег потратил на киллеров, а они уроды до сих пор не смогли Сириуса завалить. Все нужно делать самому… Эта еще девчонка грязнокровая совсем от рук отбилась! Доклады саботирует, пишет всякую чушь в отчетах. Надо её в Мунго отдать для опытов…

Вдруг его в шею кольнуло что–то и все тело онемело. Это Гермиона кинула в него дротик с зельем паралича. Очнулся директор привязанный к столу в незнакомом помещение. Судя по неприятному холоду сзади, он был обнажен.

— Здравствуйте директор! — поприветствовала его Гермиона: — Это я вас сюда привязала.

— Это хулиганство! — возмутился директор: — Получишь 15 суток отработок! Ты мне за что–то мстишь? За что, девочка моя? Мстить вообще не хорошо! Это на темную сторону ведет!

— Это не месть, а научный эксперимент, — ответила Гермиона: — Вы изволили мне говорить, что в насилии нет ничего страшного. И что мадам Помфри может все поправить за полчаса. Я и решила проверить ваше утверждение на практике. Сейчас вот этот аппарат, будет совершаить в вашей тостой кишке возвратно–поступательные движения фаллоимитатором в течение 30 минут. С частотой один герц.

— Что это? — с ужасом взвизгнул Дамблдор оглянувшись на машину: — Что это за магловское орудие пыток?

— Нет, это не орудие пыток, это наоборот продают в магазине для доставления удовольствия. БДСМ, так сказать.

— Что Такое БДСМ? — спросил Дамблдор. Гермиона пожала плечами.

— Точно не знаю. Возможно это значит «быстрей долби светлого мага»? Я не искушена в таких вопросах.

— Девочка моя, ты же понимаешь, что это тебе так с рук не сойдет? — с угрозой спросил Дамблдор. Гермиона усмехнулась и вытащила из его кармана Старшую палочку с интересом рассматривая её.

— Я ваша верная ученица, профессор! — наконец отозвалась Гермиона: — Вы неплохо продемонстрировали как надо стирать память о неугодных вам событиях. Так что скоро вы проснетесь рядом с коридором в медпункт с изрядно натруженным задним проходом. И ничего больше не будете помнить. А теперь я вам советую расслабиться и получить удовольствие.

— Надеюсь ты вернешь мне мою палочку? Я ведь у тебя ничего не крал! — спросил директор.

— Во–первых, вы у меня украли несколько лет жизни и месяц свободы, — заговорила холодно Гермиона: — Во–вторых, ничего личного. Как действующий член НД, я просто обязана изъять и уничтожить темномагический артефакт у вас.

— Как ты смеешь? Мы в Хогвартсе и ваши законы здесь недействительны. И это палочка Светлого волшебника! — завопил в отчаяние Дамблдор.

— Это вампирская палочка, которая высасывает жизни магов по всей Англии. Наконец я нашла точку слива всех насосов, что продает Олливандер. Это нелегально во всем мире! Вампиризм должен быть лицензирован светлой стороной.

— Он лицензирован! — запричитал Дамблдор: — Министерство в курсе! Это необходимо для общего блага, чтобы я жил! Я пострадал на гриневальдских фронтах! Это небольшой налог жизненных сил в пользу заслуженного человека!

— Хм… думаю вы злоупотребили своей властью, иначе бы все знали о подобном налоге! — безапелляционно заявила Гермиона и с треском переломила палочку: — А теперь я запускаю прибор. Наслаждайтесь

— Жаль я не прикончил тебя раньше сучка! Повезло тебе с троллем… — закряхтел Дамблдор, чувствуя резкую боль сзади.

Девушка, не желая слушать вопли старика отошла в другой конец Выручай–комнаты и спряталась среди вещей, размышляя, правильно ли она поступает. Логика говорила ей, что она должна ради баланса еще посадить циничного мерзавца в Азкабан на месяц, но в душе было неприятно. Мучить людей она не любила.

Этим временем, Драко Малфой вел свою группу поддержки в Хогвартс через сквозной шкаф. Беллатрикс шла недовольной. Она бы с большим удовольствием убила Дамблдора, чем гоняться за школьницей. Но Драко настаивал на убийстве Гермионы. С ними ради такого пустяшного дела пошли только Снейп и Сивый. Снейп лучше ориентировался в Хогвартсе, а Сивый обожал убивать девочек. Это была его слабость.

Картина которая перед ними предстала в Выручай–комнате заставила их застыть от изумления. Потом Беллатрикс нервно засмеялась.

— Я это тоже вижу? Или у меня галлюцинация? — спросила она, указывая пальцем на голого Дамблдора привязанного к столу и со стонами совокупляющегося с трудолюбивым моторчиком.

— Северус, мальчик мой! Хелп ми! — простонал Дамблдор, увидев Снейпа.

— Извините директор, — смутился Снейп: — Я не по этим делам. В этом я не помощник.

— Даже круциатус накладывать противно, — кисло поддержала Беллатрикс Снейпа: — Драко! Авадь его и пошли дальше!

— А почему я? — нерешительно спросил Драко, заворожено глядя на машинку.

— А кого Темный Лорд озадачил его валить? — напомнила тетя.

— Он отменил задание! — заспорил Драко.

— Ты просто жалкий идиот! — разозлилась Беллатрикс: — Он лишь отложил задание, зная что ты не справишься. А тут такой удобный случай отличиться! Вали его я сказала!

— Нет, я не смогу! — со слезой на глазу заныл Драко: — Боязно…

— Северус! — повернулась к Снейпу Беллатрикс: — Тогда ты вали! Тебе тоже надо очки зарабатывать. Верность доказывать. И ты обещал Драко помогать в миссиях. Действуй!

— Авада Кедавра! — решительно сказал Снейп и тело старика обмякло, сотрясаемое только толчками машинки.

— Он умер счастливым, старый пидорас, — криво усмехнулся оборотень: — Даже завидно…

— Ты что тоже? — подозрительно спросила Беллатрикс его. Фенрир замахал руками:

— Я не в этом смысле! Мне счастье умереть на девочке! Я натурал!

— Ты педофил! — с отвращением пробурчала Беллатрикс и бомбардой разнесла машинку. В комнате сразу стало тише.

— Ну что, пошли Грейнджер искать, чую что она где–то рядом… — заговорил оборотень и вдруг обмяк и свалился без чувств.

— Даже ближе чем вы думаете, — сказала Гермиона выйдя из сумрака за спиной Беллатрикс. Она сразу схватила её за волосы и приставила к горлу кинжал.

— Ночной Дозор! Всем стоять–бояться! — рявкнула Гермиона, глядя на Снейпа и Малфоя из–за спины Беллатрикс: — Палочки бросили, а то я вашей спутнице горло перережу! Драко, пожалей тетю! Извините леди Лейстрендж, ничего личного…

— Понимаю, — усмехнулась Беллатрикс, морщась от боли: — Сама бы так сделала. А чем ты оборотня приложила?

— Иголку серебряную воткнула в шею. Через пять минут сдохнет, если будете тянуть, — ответила Гермиона: — Время идет!

— Да и Мордред с ним! Он все равно не адекватен, — проворчала Беллатрикс.

— Редукто! — в отчаяние крикнул Драко и направил палочку на Гермиону. Заклинание не прошло.

— Ты маленький мерзавец! — зашипела Беллатрикс: — Ты мог убить свою тетю!

— А почему не сработало? — удивился Драко, смотря на свою палочку.

— Ну, я, примерно, догадываюсь о причине, — усмехнулась Гермиона: — Ты нарушил правило номер один. Теперь ты сквиб.

— Что за чушь? — заорал Драко, пытаясь вызвать люмоса. У него не получалось.

— Дело в том Драко, — начала пояснять Гермиона: — Что недавно я сняла с тебя родовое проклятье и значит у Малфоев в отношении меня родовой долг. В принципе это не обязательный контракт, но магия при таком раскладе трактует все договоры уже в мою пользу. А ты недавно обещал не нарушать правило номер один своего клуба идиотов. Вот и получил откат.

— Какого еще клуба идиотов? — заинтересовался Снейп, поглядев на Драко с удивлением.

— Никаких не идиотов! — обиделся Драко: — Это клуб служителей Хаоса! Постой… разве ты состоишь в Оплоте Порядка? А почему я не знал?

— Надо было спросить у вашего председателя, — пожала плечами Гермиона.

— Мисс Грейнджер, — скрипнув зубами, заговорил Снейп: — Вы же понимаете, что я вам не сдамся? Мне еще охота пожить. Предложите иное приемлемое решение.

— Ну, хорошо, — после краткого размышления ответила Гермиона: — Вы приносите обет больше не нападать на меня лично, после чего я позволяю вам свалить обратно в шкаф, и даже палочки не буду требовать отдать. Но оборотня вы отдадите мне как трофей. Должна же я хоть кого–то сдать аврорам, за убийство директора?

— Это приемлемо, — быстро согласилась Беллатрикс: — Мне не хотелось тебя валить. Все же в соседних камерах чалились. Я за!

Снейп кивнул и принес обет. После чего это сделали Беллатрикс и Драко. Перед уходом Беллатрикс осмотрела место, куда нужно втыкать иглу в оборотней, чтобы вырубить их.

— Интересный способ, грифиндорка, — усмехнулась она: — Пригодится. В России научилась?

— Ага!

***

Драко рыдал на плече отца.

— Ничего сынок, — утешал Люциус: — Тебе не нужно самому колдовать. У нас достаточно домовиков и денег. Пойдешь учиться в бизнес–колледж! Больше толку будет! Младшая Гринграсс все равно за тебя пойдет, обручение уже было. Род продолжится. А той грязнокровке я отомщу…

— Заткнись! — рявкнула Нарцисса: — Мститель нашелся! Только благодаря грязнокровке с него снято проклятье! Не смей рисковать! Хватит идиотизма.

— Так ведь она его же… — возмутился Луциус но его прервала Беллатрикс:

— Мститель, тоже мне! Тот аврор, которого ты нанял, уже уволен из аврората!

— И наплевать! Другого найму…

— Идиот! Теперь у тебя никто не возьмет! Его друзья злы на тебя. Наоборот подставят. Я сумасшедшая со справкой и то больше тебя понимаю в политике! — захихикала Беллатрикс: — Хотя у меня постоянно галлюцинации! Представляете, мне все время мерещится, будто на месте нашего обожаемого Темного Лорда сидит ящерица! А ведь он самый красивый мужчина на свете! Вот до чего довел меня Азкабан… Но даже моим свихнувшимся мозгам очевиден идиотизм мужской половины Малфоев. Лучше ты бизнесом своим занимайся, раз можешь, и не лезь в политику. И сына учи бизнесу, а не террору, а то оглянуться не успеешь, как он еще и головы лишится.

***

— Почему ты отпустила убийц Дамблдора? — сурово спросил у Гермионы Гарри Поттер на похоронах старца.

— Кого смогла, того задержала, — равнодушно ответила та: — Хоть Фенрира взяла, пусть твой Ремус порадуется.

— Его вчера убила Беллатрикс! — сухо ответил Гарри: — Которую ты между прочим отпустила. Так что он не может порадоваться никак.

— Сочувствую, но твои обвинения не по адресу, — твердо ответила Гермиона: — Если уж твой любимый оборотень с ней не справился, почему я должна была с ней справиться? Я что тут? Главная супер–девочка с моторчиком? За все и всех в ответе? Почему ты к Рону с претензиями не лезешь или к Сириусу?

— Ты умней!

— И что? Если кто–то сделал что–то хорошее, то его нужно поощрить, а не наезжать, что он мало сделал. Другие еще меньше делают. Если ты хочешь подчеркивать мой избранный статус, то тогда ты должен вместо наездов, проявлять ко мне особую учтивость. Откуда вообще взялась эта абсурдная идея, что если человек умен и силен, то каждый обормот имеет право в него тыкать пальцем и предъявлять требования с высока? Извини, это нонсенс. Если мой статус выше, ты должен мне только кланяться. Если ниже, то не фиг предъявлять ко мне завышенные требования.

— Ты мне голову не морочь! Я уверен, что ты могла их всех там положить. Почему отпустила?

— Во–первых, это не так. Во–вторых, даже если у меня есть силы убивать, это еще не повод мочить всех подряд. Я не маньяк. В России меня приучили в такой штуке как баланс сил. Знаю, что в Англии это не существенно, но… это работает и здесь. Стоит мне начать геройствовать, как меня твое же министерство опять в Азкабан кинет по надуманному предлогу.

— Струсила?

— Твои методы манипуляции годятся только для детсада, — усмехнулась Гермиона: — Не провоцируй меня на смех, мы все же на похоронах находимся. Дамблдор был козел, но все же приличия надо соблюдать. И вообще иди с Дафной шепчись, а то ты ставишь меня в неловкое положение. Все уже пялятся на нас. Надеюсь, ты не слишком в большом горе из–за смерти манипулятора и оборотня–эгоиста?

— Почему это Ремус был эгоистом? — рассердился Гарри.

— Ну, он был друг твоих родителей. Они много сил и средства потратили на помощь ему в школьные годы. А он потом НИ РАЗУ тебе не помог, и не вспомнил тебя. Это как?

— Он помогал… — покраснел Гарри.

— Только по приказу Дамблдора пару раз, — беспощадно ответила девушка: — По своей воле ни разу. Он предпочитал, чтобы это с ним всегда все нянчились. Он эгоист был. Даже в лохмотьях специально ходил, чтобы все его жалели. Особенно бабы. Бабы они жалостливые…

Когда надувшийся Гарри отошел, Гермиона облегченно вздохнула. Его претензий она опасалась больше всего. Авроры вполне были удовлетворены её объяснениями и даже похвалили. Кстати, осматривая место происшествия нашли кресстраж Воландеморта в виде короны Равенкло.

***

— Мисс Грейнджер? — Гермиона остановилась, так как путь ей перегородила черная трость с серебром.

— Лорд Малфой? — учтиво кивнула Гермиона: — Чем обязана?

— Наш род вам кое–что задолжал, — с ненавистью сказал Люциус: — А Малфои не любят быть в долгу. Поэтому позвольте преподнести вам презент.

Люциус достал бархатную коробочку для ювелирных украшений.

— Проклятая вещь? — понимающе улыбнулась Гермиона, не спеша брать в руки коробку.

— Клянусь своей магией, что там нет проклятья. Это дорогое украшение, которое имеет полезные чары. Это магический накопитель. Очень полезное добавление для практикующих магию без палочки, — надменно процедил Люциус.

— Не пойму, чем я заслужила такие подарки? — осторожно ответила Гермиона, разглядывая Люциуса.

— Это очевидно. Вы простили моего сына и сняли проклятье. Род продолжится. Вы лишили его магии, но в данной политической ситуации это только на пользу ему. Больше шансов, что он выживет, если не будет вмешиваться в боевые операции магической войны. Так что приз вы вполне заслужили.

— Что ж, если вы считаете, что это так, я приму ваш подарок, — кивнула Гермиона и взяла коробку. Там было симпатичное колье, которая она сразу примерила. Это был действительно накопитель, который она давно хотела купить. В сочетании с кольцом, он вдвое увеличивал её магический потенциал.

— Портус! — неожиданно сказал Малфой и они перенеслись в некий зал, где собрался весь внутренний круг Пожирателей Смерти. Гермиона оказалась перед троном Воландеморта.

— Готичненько тут у вас… — протянула Гермиона, оглядевшись и первой прервав паузу. Вглядывавшийся в нее Воландеморт страха не заметил и это его напрягло.

— Ай, лорд Малфой! Как нехорошо обманывать школьницу! — повернулась к Люциусу девушка: — А говорили–то! Долг! Подарок!

— Я лишь обещал, что там нет проклятья, — усмехнулся злорадно Малфой: — А насчет портала я ничего не говорил.

— Да я сама догадывалась, — беспечно отмахнулась Гермиона: — Только к накопителю такой мощности можно присобачить эвакуационный портал достаточной мощности, чтобы преодолеть защиту Хогвартса.

— Тогда зачем надела? — зловеще прошипел Воландеморт: — Не боишься меня?

— Э… мои внутренние чувства никому не интересны, полагаю, мистер Ридл, — сухо ответила Гермиона: — Чему обязана вашим приглашением?

— Будь повежливей девчонка! — рассердился Воландеморт.

— Я предельно вежлива, мистер Ридл, и обращаюсь к вам согласно этикету, — пожала плечами Гермиона: — Не понимаю вас. Вы хотите, чтобы я вас называла согласно выдуманным вами титулам? Или псевдонимам? Это уже требует от меня особого дружеского отношения, каковых у нас нет.

— Темный лорд, это не выдуманный титул! — рявкнул Воландеморт, а внутренний круг возмущенно зашумел.

— Несомненно, — кивнула Гермиона: — Но причем тут вы? Вас должны короновать на международном конклаве темных сил, чтобы получить данный статус. Этого же не было? Извините, но вы самозванец, которого ни один темный лорд на порог не пустит пока. Кстати, российский темный лорд очень вами недоволен, и скоро вас приедут обнулять его люди. Так что пишите завещание побыстрей. Вы позорите звание темного лорда своим поведением!

— Авада… — закричал было Воландеморт, но осекся. Грязнокровка была слишком спокойной. Это внушало беспокойство. Как там Поттер магичит? — Экспеллиармус!

Из рук и одежды Гермионы ничего не вылетело.

— Почему у тебя нет палочки? — удивился Воландеморт. Гермиона усмехнулась и ответила игриво:

— Это мальчиков есть волшебные палочки. А у девочек есть волшебные дырочки!

После чего помахала пальцами рук, на которых блестело три кольца–концентратора. Беллатрикс нервно хихикнула, но сразу затихла под тяжелым взглядом Воландеморта.

— Ага! — кивнул Воландеморт и замолк, не зная что сказать.

— Надеюсь вы меня пригласили не для уроков по магии? — напомнила Гермиона: — Что вы хотели от меня?

— Ты столь нагла, что я уже и забыл что хотел, — проворчал Воландеморт, а потом рявкнул пожирателям: — Что мы хотели?! Ась?!

— Милорд, — смущенно напомнила Беллатрикс: — Вы хотели узнать, почему она пишет про вас рассказы фривольного содержания.

— Точно! — кивнул Воландеморт: — Э… да вспомнил. Слушай, грязнокровка, ты чего такая озабоченная? Как смеешь ты писать про меня всякую чушь? Даже Дамблдор себе такого не позволял!

— Мистер Редлл, — сухо ответила Гермиона: — Вас кто–то ввел в заблуждение. Я приличная девушка и порнуху не пишу. Впрочем я догадываюсь, кто распространяет подобную чушь. Малфой–младший? Он лишь один раз подслушал мой разговор, где я в шутку сказала, что имею такое намерение. Но мне в голову не приходило, что вы все воспримете слишком серьезно. Впрочем, чего ждать от человека, который верит в предсказания Трелони? Эта чокнутая по десять раз на дню пророчит всем смерть, однако никто не умирает.

Беллатрикс опять нервно хихикнула. А Воландеморту опять захотелось заавадить грязнокровку.

— О силы тьмы! — скрипнул зубами Воландеморт: — Ты испытываешь мое очень маленькое терпение.

— Сильно маленькое? Мудрые женщины говорят, что размер не имеет значения, — хихикнула Гермиона: — Главное темперамент. Все, молчу–молчу…

Воландеморт бешено посмотрел на нее, поняв, что его провоцируют, а потом осторожно спросил:

— Что ты там говорила про группу киллеров из России по мою душу? Когда они прибудут?

— Во–первых, я точно не знаю, а во–вторых, философы считают, что лучше не знать день своей смерти. К чему лишние беспокойства? Лучше с достоинством прожить последние месяцы жизни, — безмятежно ответила Гермиона.

— Ну ты–то меня не переживешь! — яростно заорал Воландеморт: — Круцио!

Гермиона аппарировала с криком «граната!». На её месте осталась только лимонка в рубчатой рубашке.

— Что она сказала? — тупо спросил Гойл. Только Долохов отпрыгнул в сторону и залег, а Беллатрикс крикнув «депульсо» отбросила гранату из внутреннего круга в угол зала, подальше от темного лорда. Отлетая граната попутно повстречалась с черепом Луциуса Малфоя, который упал оглушенный. Половина других также решили через секунду улечься на пол, а Беллатрикс поставила щит, встав перед троном.

— Гм… — начал через 15 секунд вставать Долохов: — Милорд, по–моему граната не настоящая.

— Какого мордреда не наложили антиаппарационный щит? — возмутился Воландеморт: — И в следующий раз вводить ко мне людей только обыскав!

— Щит был милорд, просто она умеет его обходить, — прохрипел Малфой с пола.

— Круцио! — поблагодарил его за справку Воландеморт: — Если все русские киллеры будут такими же, то мне точно нужно подумать о завещании… И с достоинством встретить очередную смерть. Проклятье!

Эпилог. Копец какие друзья!

Наступил последний месяц обучения в Ховартсе и Воландеморт зашевелился, проявляя активность. В Запретном лесу начались скапливаться дивизии Упсов.

— Шеф! — осторожно заговорил на военном совете Малфой: — Может подождем до 22 июня, а потом нападем? Сейчас там экзамены все–таки… детишек куча. Зачем нам эти лишние заморочки? Пусть разъедутся на каникулы…

- 22 июня нападать дурная примета! — отрезал Воландеморт: — Нападем в мае, пока русские не понаехали. Опять же наши доблестные армии сожрут слишком много, если будут месяц топтаться на границе с Хогвартсом. И авадить учеников и насиловать учениц, это же дополнительный стимул для армии! Ты об армии подумал идиот? Круцио!

Атака началась в начале мая. 9 мая, если точно. Воландеморт специально выбрал день, когда русские все будут пьяными и не смогут прибыть на разборки, как грозила грязнокровка. Но русские все–таки прибыли в лице своих прекрасных половинок. Гермиона после экстренного вызова приняла через портал отряд поддержки чисто женского состава от дневного и ночного дозоров. Ведьмы, анимаги, волшебницы…

Старшекурсники, ставшие свидетелями прихода русских дам, были в большем шоке, чем когда являлись француженки три года назад. Слюней и восторгов было много. Русские дамы не зря славились красотой. К Гермионе подошли две красавицы (брюнетка и блондинка) и представились.

— Привет, я Алиса–ведьма, старшая над командой Дневного Дозора, — представилась брюнетка: — Особая способность, могу массово бафить песнями союзников. Я певица.

— Привет Я Светлана–волшебница, — обняла Гермиону блондинка: — В качестве особой способности могу наложить массовое проклятье неудачи на врагов. А по профессии я библиотекарь

— Как неожиданно… — удивилась Гермиона: — Темные благославляют, светлые проклинают? Вы не попутали ориентацию? Прямо высокие отношения!

Светлана и Алиса переглянулись и хихикнули.

— Ладно, пошли девочки, а то там упсы уже големов доламывают из передней линии обороны, — махнула рукой Гермиона русским девушкам из Дозоров: — Будем коней на скаку останавливать…

— А что? Разве кентавры тоже на стороне Воландеморта? — испуганно спросил отирающийся рядом Рон.

— Тебе не понять… — отмахнулась Гермиона.

Битва была остановлена через час в виду явного преимущества русских дам. Они сначала вошли в горящую избу Хогвартса, а потом остановили на скаку всех коней Воландеморта.

Гарри осталось только эпично сразить загнанного Воландеморта в дуэли. И он исполнил свой долг, в окружении группы поддержки, под музыку и танцы.

Но дальнейшее празднование дня Победы, плавно перетекло в некий сериал с участием Гарри и Гермионы, который дамы всех возрастов смотрели с большим воодушевлением.

— Гермиона! Я тебя давно простил! И понял, что ты мой самый лучший друг! — воодушевленно крикнул Гарри.

— Ты уверен? — с кривой усмешкой спросила Гермиона: — Это большая честь для меня.

— Даже более того! Я понял, что я тебя люблю! — признался Гарри Поттер: — И прошу тебя стать моей женой!

— Ну уж нет! — возмутилась Гермиона, утратив самообладание: — Мы только друзья! Никакой любви! Этого я просто не выдержу уже…

— У меня нет ни одного шанса заслужить твою любовь? — печально спросил Гарри.

— Зачем? — пожала плечами Гермиона: — Мы будем хорошими друзьями. Этого вполне достаточно. Я тебе буду слать открытки на день рождение. Извини Гарри, но грязнокровки не могут портить кровь благородного сословья.

— Что ты говоришь? Это не правильно. Я… хотя я понял. Ты просто смеешься надо мной? Мне вспомнился какой–то спектакль про любовь. Там мужчина любил женщину, но не смог на ней жениться. И тогда он женился на нелюбимой и она родила ему сына. А та женщина тоже вышла замуж и родила дочь. И они передали свою любовь своим детям. И уже их дети смогли полюбить друг друга.

— Ты к чему это? — подозрительно спросила Гермиона: — Я помню этот спектакль, не пересказывай.

— Ну, я надеюсь, что мой сын сможет все–таки унаследовать мою любовь к тебе и жениться на твоей дочери. Раз уж у меня нет шансов.

Окружавшие их женщины томно вздохнули, а Гермиона покраснела от гнева.

— Если ты женишься на Джинни, то специально выйду за Рона! — прошипела она злобно: — Чтобы наши дети были кузенами и не смогли жениться!

— А я тогда женюсь на Дафне! — задиристо сказал Гарри: — У нее нет братьев!

— Зато у нее есть симпатичный отец–вдовец! — отрезала Гермиона: — Так что никаких тебе любовей и в следующем поколении.

— Он не вдовец!

— Значит станет им скоро!

— Почему ты так беспощадна?!! — взвыл Гарри, схватившись за волосы.

— Потому что мы копец какие друзья! — яростно крикнула Гермиона: — На любовь даже и не рассчитывай!

***

— Грейнджер! — окрикнула Гермиону Дафна Гринграсс: — Ни я, ни сестра за Поттера не пойдем! Так что не смей покушаться на нашего отца! Оставьте в покое нашу семью!

— Знаешь Гермиона, — подошел к девушки задумчивый Артур Уизли и тихо заговорил взяв под локоток: — Если Гарри все же женится на Джинни, то имей в виду, что Рон не единственный мой сын. Есть и получше варианты. Да что там… ради тебя даже я готов стать вдовцом. Если сыновья не устроят…

Постэпилог. 5 лет спустя…

— Привет подруга! — радостно улыбнулась Гермионе Светлана, взяв её документы и бегунок на подпись: — Отмотала контракт? Теперь куда? Мужа искать будешь? Пора уже… Кстати, как там твой Гарри Поттер? Женился уже?

— Ага! Женился. На Дафне Гринграсс, уже давно, — кивнула Гермиона.

— Погоди, она же грозилась не выходить за него? — удивилась Светлана.

— Я её заверила, что не буду покушаться на её семью, — усмехнулась Гермиона: — Это была просто неудачная шутка. Мне наплевать с кем он живет.

— Вот оно как… И что? Какие планы? Где будешь искать настоящего мужчину? Помнится запросы у тебя не слабые. Всех кто подкатывал обломала.

— Увы, — пожала плечами Гермиона: — Мне нужно чтобы и умный был и симпатичный, и сильный волшебник…

— …чтобы не пил и не курил! — засмеялась Светлана: — Помню! Это просто нереально сужает выбор. Как ты выкрутишься?

— Проведу ритуал вызова теневого мужа. А что еще остается? Я весь последний год к этому готовилась, — призналась Гермиона.

— Припоминаю такой ритуал, — кивнула Светлана: — Но он требует нереально много сил. Хватит силенок?

— Должно хватить! — твердо ответила девушка: — Зато сразу получу то что наилучшим образом мне подходит по мнению магии. Удовлетворит все мои запросы.

— Не факт, — с сомнением покачала головой Светлана: — Там ведь выбор тоже не широкий. Только среди волшебников, не оставивших потомства и умерших насильственной смертью. А такие, как правило не красавцы, раз потомков не оставили при жизни.

— Внешность не самое главное, хотя такое условие я тоже поставлю, чтобы отсеять уродов.

— Отчаянная ты! Обязательно пригласи меня на ритуал. Тебе помощь понадобится. Сил может и не хватить! — предупредила Светлана: — Я бы не решилась на такое. Ведь сразу магия вас обвенчает. Хорошо хоть возраст будет одинаковый, но все же…

***

Ритуал вызова мужа из тени двигался к завершению. Наконец в пентаграмме появился кудрявый молодой человек. Лицо его Сваетлане показалось смутно знакомым.

— Принимай товар! — хихикнула она Гермионе: — Надеюсь все как просила ты — умный, сильный волшебник, любящий читать, без вредных привычек. На вид вроде не страшный, только мелкий какой–то. Карманное издание.

— Он почти одного со мной роста, — отрезала Гермиона: — Ты дылда не пялься на моего маленького суженного! Сейчас я его прикрою.

Она его прикрыла и подождала, когда он проснется.

— Вставайте муж! Вас ждут великие дела! — сказала девушка, когда веки мужчины затрепетали: — Помните как вас зовут? Если помните, то представьтесь.

— Э… Вовка я, — приходя в себя ответил молодой мужчина: — Владимир Ильич. Из рода Ульяновых.

— Копец!!! То–то я смотрю лицо знакомое… — ошарашенно произнесла Светлана и продекламировала: — «Когда был Ленин маленький с кудрявой головой…»

— Да уж! — судорожно выдохнула Гермиона: — Свезло, так свезло… Свет? Ты поможешь мне сварить зелье от облысения? Мне его кудри нравятся.

Content

Балакин Андрей В.
Судьба грязнокровки.

Эпилог. Копец какие друзья!

Постэпилог. 5 лет спустя…