Сухова Екатерина Михайловна

Обрести крылья

Обрести крылья.

Я попала в страшную аварию или я попала в волшебный мир?

И то и другое.

Каким образом этот мир оказался моим родным? Как же тогда я очутилась на Земле?

На эти вопросы еще нужно найти ответы.

И что это за мир?

Здесь не просто волшебная магия, а магитехнологии. Здесь знают полеты в космос и исследуют миры. При этом умеют летать на своих собственных крыльях. Здесь фейрины, демоны и драконы мирно уживаются в свободном обществе. И они будут бороться за меня.

А что же я?

Я буду бороться с негодяями, с подлостью и обстоятельствами, чтобы встретить свою истинную любовь и обрести крылья.

Пролог.

Двадцать три года назад.

Звездолет разгонялся для прыжка сквозь пространство. Все полулежали в своих каютах, впаянные в антиперегрузочные кресла. Конечно, мы волновались - впереди неизведанное. Портал, ведущий в параллельную вселенную - червоточину, открыли восемь лет назад. И вот теперь мы первопроходцы, исследователи.

Син ругал меня ужасно, вчера я призналась, что беременна. Орал на весь звездолет, что не взял бы меня в экспедицию, если бы знал. Еще бы, дорогой муженек, конечно, не взял бы, поэтому и не сказала. Я готовилась к этому путешествию шесть лет, и никакая беременность не помешает мне, я не упущу свой шанс.

Даром что ли я создала лингватор, мое детище. Сколько раз в бессонные ночи, когда молодые ростки лингва в очередной раз гибли, я мечтала, что мы найдем новый мир, что встретим разумную жизнь. В конце концов, лингватор научился внедряться в речевые центры коры любого разумного, транслируя напрямую в мозг наш словарь. При этом нанолингвы действовали и в моторных зонах, помогая точно воспроизводить фонетические уклады чужого для существа языка.

То есть, если нам посчастливится встретить разумную жизнь в другом мире, то я смогу быстро обучить этих существ нашему языку. Ну и я надеялась в течение трех-пяти дней набрать достаточно чужого речевого материала, чтобы запрограммировать лингватор для нас.

Мягкий голос моего личного помощника предупредил о минутной готовности к переходу. Но минута истекла, а никаких особых ощущений не последовало.

"Переход признан состоявшимся" - вновь ожил в голове Брон, - "Двадцать минут на торможение, и можно будет покинуть АПГ-кресла".

И тут же в сознание ворвался возглас Синиона вместе с его взволнованным изображением:

- Крис, ты как себя чувствуешь, как малыш?

Я с трудом сдержалась, чтобы не рассмеяться, до того забавным выглядел мой любимый блондин:

- Да со мной все в порядке, Син, успокойся. А что сделается малышу, точнее его зародышу, которому всего-то месяц. Он отлично защищен мамочкиным животиком.

- Все равно, когда АПГ откроются, пойдешь к Эгу, пусть посмотрит.

- Что теперь, будем дергать бедного Эга каждый час? - во мне начинало подниматься раздражение.

Муж с тревогой всматривавшийся в мое лицо, сразу заметил нахмуренные брови:

- Не сердись, фея, зачем еще в экспедиции исцелитель. И ему радость и мне спокойней.

- Ладно, пусть посмотрит. Ты мне лучше скажи, куда мы попали?

- Сейчас, сейчас, милая, будем работать. Это же другой мир, может другая вселенная, нужно осмотреться.

Четверо суток ушли, на предварительное исследование, хотя изучать тут надо годами. Все пробы и наблюдения подтвердили первоначальный вывод - это совершенно другой мир. То, что космос здесь был наполнен вакуумом - было знакомо, но вот характеристики этого вакуума отличались. Наш эксперт Пени сделала открытие, что энергетические показатели имеют существенные различия с нашим миром, и это таит возможные проблемы. Какие, пока трудно было судить.

Сегодня решали дальнейшую судьбу экспедиции.

Наш командир и пилот по совместительству констатировал некоторое падение потенциала звездолета.

Звездолет, по сути, практически живое существо. Он выращивался при непосредственном постоянном участии нашего пилота и еще троих. Так что управлять им могут только эти четверо. Лир Рисп буквально объединялся разумом с Звездным Скитальцем, они становились единым целым, так и решались различные задачи по управлению. И сегодня Илиштар почувствовал нехватку энергии у звездолета так, как будь-то свое собственное недомогание:

- Решаем, либо возвращаемся прямо сейчас, либо садимся на планету для пополнения энергии.

- Я за посадку, - тут же воскликнула я.

Сразу после счастливого избавления от АПГ Синион обнаружил, что мы вышли из портала рядом со звездной системой. Вокруг центральной звезды вращались аж целых девять планет. И, о Великая Мать, третья планета была обитаема.

За двое суток мы приблизились достаточно, чтобы рассмотреть красивый голубой шар собственными глазами. Еще через сутки начали вращаться по орбите, жадно вглядываясь в изображения, которые личные помощники выводили прямо на глаза. На ночной стороне отчетливо были видны огни больших городов. Вокруг планеты мельтешило множество механических предметов, явно технического назначения. Долго спорили, но в итоге согласились, что один из предметов является космической станцией и ничем другим.

- Они осваивают космос, это развитая цивилизация. У них должен быть высочайший энергетический потенциал, иначе в космос не попадешь, - приводила я аргументы.

Столько пройти, вплотную приблизиться к мечте, и уйти ни с чем, даже не попытавшись.

- Пойми, Кристиника, - терпеливо обратился ко мне Эгдар, - Мы представители другой цивилизации. Мы не можем вот так запросто заявиться на планету, нас могут не так понять, воспринять как агрессию. Для посадки необходимо время, переговоры. Хоть воздух по анализам и пригоден нам для дыхания, неизвестно какие там микроорганизмы, вода. Это все нужно предварительно изучить. Думаю, в этот раз ничего не выйдет. Нужно возвращаться.

Син не допускал даже малейшего риска для беременной жены, поэтому к моей досаде без колебаний заявил:

- Поддерживаю. Я за возвращение.

Пени тоже поддержала своего мужа (вообще не припомню, чтобы она когда-нибудь возражала Эгу). И получилось, чтобы не решил командир, я все равно в меньшинстве.

Я сердито фыркнула и ушла страдать в свою каюту. Сина откровенно послала, я не Пениона, могу и злиться на мужа, тем более я беременная, мне капризничать положено.

Командир Рисп объявил суточную готовность. Через двадцать часов уйдем на разгон к порталу и домой.

Но ничьим планам не дано было осуществиться. Ровно через половину отпущенного времени у Скитальца вновь произошло падение резерва, но в этот раз резкое, критическое. Илиштар был в слиянии с звездолетом, когда это случилось, поэтому теперь он пребывал в глубоком обмороке с энергетическим истощением.

Через час Эгу удалось привести его в чувства. Осторожно прощупав все системы, командир добил нас выводом, что звездолет почти мертв. И будет чудо, если он сумеет его посадить на тех крохах энергии, что в нем остались.

Мы опять впаялись в АПГ. Почти неуправляемый Скиталец снижался. Син лихорадочно пытался вычислить какое либо безопасное место для посадки, не хотелось бы разрушить какое-нибудь поселение. Скорость по-прежнему была велика, и внешняя обшивка загорелась, соприкоснувшись с атмосферой планеты. Теперь-то уж точно население планеты было наглядно оповещено о прибытии гостей.

Невероятным усилием на грани нового обморока командир Рисп сбросил скорость до приемлемой и чуть-чуть скорректировал направление. На большом материке мы видели обширные зеленые массивы, предположительно растительные, и похоже мало заселенные. Это был шанс.

Пропахав многокилометровую просеку, обгоревший корпус замер. АПГ спасли нас от сотрясений и переломов, но сам Скиталец был мертв.

Мы выбрались из кресел. Илиштар не подавал признаков жизни. Все таки крушение не прошло для нас бесследно. Все буквально пошатывались и имели бледный вид. Слава Великой Матери, Илиштар очнулся. Смерть корабля едва не добила его самого.

В помещении было темно, постепенно становилось душно, никакие системы не работали. Нужно было срочно искать выход, пока мы не задохнулись.

Через час удалось пробраться по искореженному нутру к аварийному люку. Теперь уже микроорганизмы там или нет, пришлось выходить.

Нас встретила ночь. Син аккуратно спустил меня вниз. Я осторожно принюхалась, вкусный ароматный ветерок окутал, немного разгоняя тяжелую хмарь в голове.

Мы отошли примерно на километр от поверженного гиганта, откуда смогли оценить масштаб катастрофы. Вообще не понятно, как мы выжили? Хвала тем, кто разрабатывал так нелюбимые мной ранее АПГ.

Посовещались и решили идти дальше по просеке, как по дороге. Все равно какие-то службы должны среагировать на падение инопланетного звездолета - будет контакт, о котором я когда-то так мечтала.

Честно говоря, далеко мы не ушли, спутники мои начали буквально задыхаться и падать. У меня тоже голова кружилась, но все остальные валились с ног. Присели под каким-то раскидистым деревом.

- Син, ты как?

Я с тревогой всматривалась в бледное лицо любимого. Он откинул голову на шершавый ствол, глаза закатывались, по телу проходила мелкая дрожь.

- Это все сана. Ее нет - прошептала Пени, - Разве ты не чувствуешь, здесь нет ни одного источника.

- Как нет?! О, Великая Мать, а как же... - у меня подкосились ноги, и я плюхнулась рядом с мужем.

Действительно, я как будь-то сейчас осознала сосущую пустоту где-то внутри себя. Как будь-то хочешь вдохнуть, а не можешь. Только в животе у меня горело маленькое неистовое пламя. Я мысленно потянулась к этому теплу, окуталась им, приласкала, мне даже легче стало дышать. Я открыла глаза, все мои спутники то ли спали, то ли были без сознания. Вокруг стояла гнетущая тишина. Я растерялась, не зная, что же делать. Почему никто не приходит, может, они смогут помочь.

Вдруг, откуда-то справа раздались звуки. Из-за деревьев показалась странная конструкция. Животное тащило площадку, которая не летела как нам привычно по воздуху, а катилась по поверхности на огромных колесах. Животным управляло еще более странное существо. Оно имело вид человека, но было чрезвычайно безобразно. В темноте, конечно, я не очень разглядела, но уродливая сморщенная внешность и странное ободранное облачение вызывали брезгливое недоумение. Мне привыкшей к гармоничной эстетике и красоте населения нашего мира непросто было без жалости смотреть на такое.

Местный абориген подошел и заговорил со мной на певучем языке. Он осветил меня и моих товарищей каким-то фонариком и что-то спросил, указывая на покореженный остов звездолета.

Я кивнула, быстро извлекла из внутреннего кармана лингватор и приложила к виску мужчины. Он дернулся от меня, но потом улыбнулся и опять что-то заговорил, указывая на бессознательных ребят.

- Им плохо после крушения, нужна помощь - объяснила я.

Человек снова дернулся и застыл с открытым ртом, глядя на меня.

- Я... Я понимаю, и говорю? Вы что-то сделали да? - он говорил медленно и неуверенно, словно подбирая слова.

Если бы не обстоятельства, я бы возликовала, лингватор действовал. Но сейчас мне было не восторгов:

- Вы можете нам помочь?

- Давай, перевезем их в дом, дочка. Вы упали в глухую тайгу, пожара нет. Кто-то прилетит, возможно, только утром, когда рассветет.

Я согласилась, мы вместе погрузили ребят на платформу, которую Петр Асаныч называл телега.

Я села на сухие травы на дне и положила голову Сина себе на колени. Мое сердце плакало горючими слезами и сжималось от ужаса при мысли, что он может не очнуться.

Мы долго тряслись под скрип колес, когда за деревьями показались дома.

Вскоре все лежали на кроватях в теплом уютном помещении. Это какая-то база, как объяснил Петр Асаныч, а он сторож. Он применял местные понятия, но больше лингваторов не было, и для меня эти слова оставались непонятными.

Я стала поправлять мужа и ужаснулась, он был голым, его личный помощник, который отвечал за связь, терморегуляцию, и за генерацию облачения в том числе, был мертв. Я в ужасе мысленно обратилась к своему:

-" Брон, отзовись, что происходит?"

Слабым прерывающимся шепотом Брон отозвался:

- "Полное отсутствие саны. Энергии нет, источники не обнаружены. Все мои собратья не отвечают, возможно, мертвы. Боюсь, хозяйка, ты не сможешь развернуть здесь свои крылья, - я вздрогнула, а Брон продолжал, - Все носители без энергии скоро угаснут".

- "Сколько им осталось?" - я закусила губы, чтобы сдержать рвущийся наружу вой.

-"В моей памяти есть исторические сведение о энергетических казнях, применявшихся в смутные времена, когда перерезали каналы, и жертва погибала через несколько часов".

- Великая Мать! Нет! Си-и-ин,- я уже не сдерживала дикого воя.

- Почему? Почему он умирает, а я нет. Я хочу умереть вместе с ним! - я кричала вслух.

- "Беременность, - прошелестел угасающий голос, - Куколка внутри тебя имеет богатый запас внутренней саны, которого хватит и на тебя... но не на меня".

Я залезла на эту же кровать, подняла голову Сина и поцеловала закрытые веки, безжизненные губы, в которых еще теплилось слабое дыхание:

- Я выношу твоего ребенка, слышишь, Син, а потом пойду за тобой, ты только дождись меня, ладно. Я буду молить Великую Мать, чтобы вернула наше дитя в родной мир, но нам с тобой суждено остаться здесь. Любимый мой, родной, я с тобой. Брон, ты меня слышишь?

Но никто не отозвался.

Сторож базы, принадлежавшей одной богатой сибирской корпорации, ставший свидетелем крушения, пенсионер Петр Александрович, вернулся в коттедж с аптечкой для пострадавших космонавтов и застал странное зрелище. Все космонавты лишились своей одежды и лежали совершенно голые. Красивые безжизненные лица, тренированные тела вроде и не имели травм и ран. Но взор мужчины был прикован к потрясающе красивой юной женщине, которая сидела на кровати и баюкала на руках беловолосого юношу. Горькие слезы капали прямо на его лицо, но она не замечала ничего, продолжая что-то шептать.

В этот момент ее блестящий космический комбинезон словно бы растворился, открывая взору обалдевшего пенсионера совершенное прекрасное тело. Сила, удерживающая длинные волосы в сложной прическе, как будто так же перестала действовать, и светлая тяжелая волна распустилась до пояса, укрывая плащом и незнакомку и того парня.

Петр Александрович нерешительно подошел к девушке и протянул ей покрывало:

- Вот, я принес лекарство, может, поможет?

Она подняла на него страшный пустой взгляд, деда аж покачнуло от волны отчаянья из ее глаз:

- Не поможет, Петр Асаныч. Как у вас погребают тела умерших?

Глава 1

Пробуждение.

Темнота. Медленно, как бы нехотя бесконечная тьма сменилась серым полумраком. Вяло текли мысли:

"Что произошло?

...Автобус!.. Кажется, я куда-то ехала. О! экзамен. Я ведь сдала на четыре. Чего мне это стоило... Так, мы с ребятами отмечали это дело на базе за городом. Кажется, мы поругались с Владом, и я уехала. Несмотря на позднее время оставаться там я не могла".

В душе поднялся гнев: "Этот мерзавец и лучшая подруга..."

В дороге я задремала, сказался недосып перед экзаменом и выпитое шампанское.

Вдруг резкий рывок, и я ослепла от яркого света фар. Удар, скрежет и огонь!

Я вздрогнула и открыла глаза. Сердце бешено колотилось.

"Видимо мы попали в аварию, и я выжила. Но вот как я оказалась здесь? И где это здесь?"

Попыталась пошевелиться, и тот час раздался мелодичный звон, помещение мягко осветилось. Я не увидела источник света. Казалось, он исходил золотистым сиянием из всех стен. Опустила глаза на себя. Я на кровати, но укрыта чем-то вроде желтоватой паутинки, так мне показалось. Это что же за больница такая? Попробовала поднять руку, та легко прошла сквозь паутинку, не сломав и не потревожив её. Пощупала голову. Так, кажется, голова забинтована чем-то гладким и шелковистым.

Обвела глазами свою палату. И ничего. Просто ничего: ни окон, ни шкафов, ни выступов, ровные светящиеся стены, а напротив меня прямоугольный контур без свечения.

В душе похолодело: " Где же я?" Все выглядело необычным, было таким чужим, я судорожно сглотнула, отчаявшись что-либо понять.

Внезапно дверь исчезла, как бы свернулась валиком вверх и её не стало. В палату зашел мужчина. Наверное, врач, решила я. Только, опять же, странный какой-то, одет в желтоватый комбинезон из фольги что ли.

Подняла глаза вверх и остолбенела. Мужчина был молодой, высокий, красивый и у него были мощные крученые рога!

"Все, у меня глюки", - подумала я, заворожено уставившись на это чудо, которое, кстати сказать, отнюдь, не портило красавчика и, похоже, не мешало ему.

Врач удивленно вскинул бровь, слегка качнул головой и наваждение исчезло. Я сглотнула.

- И рер крот-та ло? - раздался приятный голос, - Ас ме-та ло?

Я тупо смотрела на него и соображала. Язык звучал странно. Я не смогла даже предположить языковую группу.

- А-а? Я... не понимаю, - наконец выдавила из себя, - Где я?

Доктор опять вскинул бровь:

- Ан тма? Истрена кайл ло, - улыбнулся он.

Я слабо улыбнулась в ответ, пожала плечами и покачала головой.

Мужчина протянул руку, и его кисть погрузилась в золотистый шар, неизвестно откуда взявшийся. Тут же рука появилась вновь с черной иголкой в пальцах.

Я вся сжалась. В голове пронеслось: "Меня похитили инопланетяне". А что, вот пишут и по телевизору показывают, что некоторые люди, вроде как, были похищены НЛО. Может и мне так супер не повезло. Сейчас на мне будут ставить опыты.

Доктор шагнул ко мне, наклонился, я зажмурилась и почувствовала странный аромат, от которого захотелось сделать глубокий вдох. Вдруг его рука бережно легла мне лоб. Я подумала, что пальцы у него твердые, но теплые, и поняла, что мне совсем не страшно.

- Ну, что, как вы? Можете открыть глаза, - сказал мой врач, убирая руку.

Я с изумлением открыла не только глаза, но и рот.

- Я... вас... понимаю. Как это?

- Это прекрасно. Действует лингватор, - ответил доктор улыбаясь.

Он по-прежнему говорил на своем языке, но я как бы сама себе переводила.

- Вы теперь имеете полный словарный запас, будете все понимать. Говорить вам будет сложнее, но постепенно научитесь.

- Где я?- вновь задала мучавший меня вопрос.

- В моем доме, - последовал ответ.

- Вы же ... м-м ... исцелитель? - моя память услужливо подсказала новое слово.

- Нет, - усмехнулся мой собеседник, - У исцелителей вы провели 3 дня. Теперь вы у меня. Я гармонизатор сущностей.

"Прекрасно", - подумала я. Все, что говорил этот гармонизатор, я переводила на русский. Но абсолютно не понимала, что бы это значило.

"Ладно, будет доктором", - решила я.

- Давайте знакомиться, - продолжал мой "доктор", - Как вас зовут? Из какого вы рода? Через пару дней, когда восстановится ваша сана (у меня не нашлось перевода) ваши родственники найдут вас.

"Что за ерунду он несет?" - подумала я, но все же сказала:

- Я Стефания. Называйте меня Стэфа. А что за род? Вы фамилию имеете ввиду?

- Стэ-фа, - по-слогам повторил мой собеседник, - Ну, каков ваш род по происхождению: ильва, дисса или агнита?

"Фея, драконица или демоница", - послушно перевел мне мой мозг.

Я уставилась на стоявшего рядом человека: "Кажется, я угодила к психу", - была первая мысль.

Но он невозмутимо продолжил:

- Я агнит Астьенбиткааш лир Аттак.

"Все, я попала. Как себя нужно вести с ненормальными? Нужно не перечить, а со всем соглашаться", - все эти мысли лихорадочно пронеслись у меня в голове.

Я неуверенно улыбнулась и призналась:

- Я не помню, кто я по роду. Что у меня с головой?

- Неудивительно, что вы не помните. Впрочем, есть предположения...Вас нашли в тьескуле, в самом мощном потоке. Вы очень пострадали. Сана предельно истончилась, тело изломано, волосы обгорели, на голове глубокая ссадина. Вы можете сказать, что произошло?

- Я вообще не понимаю, про что вы говорите! - возмущенно воскликнула я, забыв, что только что решила не перечить, - Я первый раз слышу про какую-то тьескулу, всякие там потоки и саны.

Внезапно голос сел и я прошептала:

- Что происходит и где я на самом деле?

Доктор очень внимательно посмотрел на меня и как бы про себя пробормотал: "Это имя, язык, это незнание, неужели?.."

Но мне он сказал:

- Знаете, Стэфаника, - он как-то по-своему переиначил мое имя, - Думаю, что все разъяснится. А сейчас мы с вами попробуем встать.

"Что ж, ладно. Все такое странное. Я как буд-то в дурном сне", - подумала я. "Хоть он и говорит что-то несуразное, но вроде добрый и неопасный. Пожалуй, этот агнит не такой уж и демон и не причинит мне зла".

- Хорошо, агнит Астьен..бит..а, - я смущенно умолкла, - Простите, мне трудно выговорить ваше имя.

- Зовите меня Астьен, - усмехнулся мой собеседник.

- Где же моя одежда? - уже спокойней спросила я.

- Одежда? - удивился мужчина.

Видимо слово одежда я произнесла по-русски, с удивлением осознав, что не нахожу в памяти перевода этому понятию.

- Ну, ... покрытие для тела, - неуверенно произнесла я.

- А-а, - засмеялся мой доктор, - так вам уже дали лимбу. Это ваш личный помощник, коммуникатор, защитник и хм, облачение для тела.

Видя, что я тупо смотрю на него, лир Астьен продолжал:

- Лимбы это симбионты в нашем мире. Это существа, которые могут активно жить только в союзе с каким либо разумным существом, - и он показал мне небольшую янтарную каплю с ноготь мизинца, - Ваша лимба крепится за правым ухом и обтекает вас своей энергией. Она будет напрямую взаимодействовать с мозгом и примет тот вид, какой вы пожелаете. Так как сейчас у вас нет контакта, то она и выглядит вот так.

Я опустила глаза на себя. "Паутинка! Так это лимба!" Подняла руку и осторожно потрогала за правым ухом. Пальцы наткнулись на теплое гладкое вздутие. И тот час по руке пошла приятная волна. Я улыбнулась, почувствовав, что это существо не мешает, и очень-очень радо мне.

Лир Астьен взял меня за одну руку, а другой приобнял за плечи, помогая встать. При этом он оказался настолько близко, что я опять почувствовала его странный пьянящий запах, невольно сглотнула. Я неуверенно встала на теплый шероховатый пол. Хотя мои ноги и были визуально покрыты той же желтоватой невесомой на вид паутинкой, но я чувствовала себя босиком.

- Давайте я помогу вам, Стэфа.

Мужчина прикоснулся своими теплыми пальцами к лимбе у меня за ухом и сделал шаг назад. Я ничего не ощутила, но, опустив глаза, с удивлением обнаружила себя в таком же комбинезоне, какой был одет на докторе, только голубого, а не желтого цвета, блестевшем как фольга. Я осторожно погладила рукав. Теперь ткань не казалась невесомой, а была очень комфортной к телу и гладкой на ощупь. Ноги уже не ощущались босыми, а были обуты в какие-то ботинки мягкие и пластичные по ощущениям. Я потопталась на месте - удобно. И тут же ощутила волну удовольствия, похожую на довольное мурчание, исходившую от лимбы. Я даже опешила: "Буду звать тебя Муркой, раз ты так мурчишь", - подумала, обращаясь к лимбе. И тот час новая волна удовлетворения с порцией мурчания пришла ко мне в ответ, а перед глазами возник образ маленькой полосатой кошечки. Я засмеялась от удивления и радости.

Доктор с интересом наблюдавший за мной проницательными удивительно синими глазами, усмехнулся и сделал приглашающий жест рукой:

- Что ж, Стэфа, пойдемте, в более удобное место. Я думаю, вы хотите есть и у вас много вопросов.

Да вопросов было очень много. И теперь, когда он напомнил о еде, я поняла, что просто умираю с голода. Но когда мужчина шагнул в коридор, я вдруг споткнулась, поймав мысль, которая как-то царапнула сознание в ходе разговора, но оформилась только сейчас - доктор сказал: "...в нашем мире..."

Я судорожно вздохнула, боясь думать дальше, и на ватных ногах сделала шаг из комнаты.

Глава 2

Знакомство.

Я стояла у абсолютно прозрачной стены и смотрела на город внизу. Дом демона стоял на небольшом холме и давал отличный вид на столицу. Ничем она не была похожа на земной мегаполис. Во-первых, город был невероятно красив. Каждое здание было произведением искусства, на мой взгляд. Но при этом не было чувства хаотичности. Все гармонировало. У каждого был свой цвет, своя фактура, свой материал. Геометрические перетекающие друг в друга формы, башенки, арочки, колонны и просто витые канделябры. А во-вторых, каждый такой дом был живым. Я конечно читала в научной фантастике про квазиживые технологии, но здесь они были магиживые. Я поняла так, что "архитектор, инженер и строитель" в одном лице выращивал такой вот дом. Но не с помощью заклинаний, а как бы направляя рост в задуманном ключе, подпитывая "росток" магией или саной планеты. И в-третьих - это сады. Каждый жилой дом имел свой сад из особых деревьев тайнаров. Не понимаю как, но пространство в этих садах превосходило реальный объем в разы, позволяя хозяевам полетать в крылатой ипостаси, не смущая своим видом соседей.

Да, да - крылатая ипостась. Невероятно, но демоны, драконы, феи - это оказалось не пустым звуком. Эти три расы мирно сосуществовали на своей планете и за счет ее магической энергии могли принимать крылатую форму. По утверждению моего хозяина, все они могли летать, более того постоянно это делали.

Но я-то пока никого крылатого не увидела, люди как люди, хотя дракона посмотреть захотелось.

Короче голова кругом. То, что я находилась в другом мире, я приняла как факт. Пришлось принять. Иначе пришлось бы принять факт моего сумасшествия.

Я по-прежнему пыталась все объяснить себе исходя из земных понятий. Многое в эти понятия не укладывалось, но были и вполне определенные ассоциации. До сих пор прибывала в шоке от местного варианта интернета и сотовой связи. Это оказалась та же лимба.

Странные существа питались в магическом поле планеты, но для этого им был нужен хозяин носитель. А хозяин, в свою очередь, получал доступ в это самое поле. Все лимбы могли легко получить интересующую информацию из этого источника или найти и общаться с любым своим собратом.

Подумав о лимбе, я невольно хихикнула, вспомнив, как доктор учил меня облачаться.

- Сосредоточься и просто представь себя в чем-то.

Я послушно закрыла глаза и представила себя на свадьбе у моей подруги Ольги в прошлом году. И тут же услышала изумленный возглас.

Открыв глаза, обнаружила себя в обтягивающем фигуру черном платье до колен с откровенным вырезом. Фигура у меня была хорошая, поэтому такие наряды мне очень шли, подчеркивая и длинные ноги, и тонкую талию, и высокую грудь.

Лир Астьен смотрел на меня взглядом, в котором зажегся странный огонь. У меня аж мурашки побежали от этого взгляда, отнюдь не от страха, поэтому я поспешила представить себя в джинсах и футболке.

Оказалось, в этом обществе не принято было оголять ноги, это было недопустимо. Приличная одежда - это комбинезоны, либо платья до пола. Я снова хихикнула, представив, как выглядела в глазах местного мужчины. Правда не понятно, что означал тот огонь во взгляде: то ли гнев, то ли ...

"Так, - прервала я себя, - Что за мысли. О чем вообще я думаю! Попала в другой мир. Теперь пойди - разберись, кто я для них, может подопытный кролик. И что теперь делать? Жить как то нужно".

Мои мысли прервал голос хозяина дома:

- Стэфа, у нас гость. Это мастер поиска истины дис лир Таон.

Я повернулась, во все глаза глядя на вошедшего мужчину. Судя по приставке к имени, это должен был быть дракон. Он оказался так же молод как лир Астьен и обладал какими-то нереальными золотистыми волосами до плеч, когда как у первого моего знакомца были вполне "земные" черные волосы до лопаток, которые обычно были завязаны в хвост. Но к моему разочарованию кроме цвета волос ничего "драконьего" я не увидела.

Видимо все это отразилось на моем лице, потому что вошедший рассмеялся и объяснил:

- Дракон это вторая, магическая моя сущность. Здесь, не принято разгуливать, обернувшись во вторую ипостась. Это, как бы вам сказать, кхм... довольно интимное дело. Или используется во время брачных турниров. Вы ведь и лира Аттака не видели в его демоническом облике.

- Рога! - воскликнула я, - Я видела его рога!

У моего собеседника вздернулись брови, и он как то странно посмотрел на демона, а тот, мне показалось, даже смутился.

- Клянусь, лир Таон, хотя это совершенно невозможно, но когда лирея очнулась и впервые увидела меня, она каким-то образом заметила рога. Хотя даже мои родители не могли этого сделать с тех пор, как мне исполнилось десять лет.

- Да, - рассмеялся наш гость, - Возможно лирея еще не раз удивит нас.

- Скажите, Стэфа, а вы не заметили чего-то необычного в моем облике?

- Нет, - я смутилась, - Ничего такого, просто...

- Да. Что же просто?

- Ну, мне показалось вначале, что у вас золотистые волосы с металлическим отблеском, но сейчас я вижу обычный цвет... - я смущенно умолкла.

- Потрясающе! - воскликнул мой собеседник. - Это цвет моего дракона. И видеть его может и должна только моя жена Сольфита лирея Таон.

Я залилась краской.

- Возможно, у нашей гостьи редкий дар - видящей суть, - обратился он к моему "доктору".

Я тоже посмотрела на него и встретилась взглядом с его глазами. Обычно ярко синие вдруг как-то потемнели до густого индиго, стали невероятно глубокими, и в них опять горел этот странный огонь. Я подумала, что сейчас утону в этих озерах, но лир Астьен отвел взгляд и наваждение прошло. Я даже испытала некоторое разочарование.

Разговор наш продолжился за едой. Уже четвертый день я жила в доме у демона и в его задачу, как оказалось, входило "гармонизировать мое состояние", короче психотерапия. А я вот ловила себя на мысли, что, кажется, начала терять душевный покой. И что мне с этим делать? Не знаю...

Задумавшись, я не услышала, что мне сказали.

- А, простите, я задумалась.

- Я говорю, - повторил дракон, - Судя по тому, что вижу я, и что рассказал мне уважаемый лир Аттак, вы, Стэфа, не попали в чужой мир, а наоборот, вернулись из чужого мира домой.

Я застыла с открытым ртом, просто пытаясь переварить услышанное. Да, я воспитывалась в приемной семье. Не скажу, что мне плохо жилось, но мои приемные родители усыновили двенадцать детей. И чтобы контролировать такую ораву держали нас в строгости, часто наказывая за малейшую провинность. Поэтому, когда я выросла, без особого сожаления уехала в институт. Мы поддерживали теплые отношения со всеми моими приемными братьями и сестрами, особенно близки были со старшим Сергеем. У меня были в свое время попытки узнать что-то о настоящих родителях, но они закончились ничем.

- Как я маленьким ребенком могла очутиться в том мире, и кто тогда мои настоящие родители?

- А вот это самое интересное, дорогая лирея. У меня есть предположение, но сначала нужно его подтвердить. Для этого прошу вас согласиться на исследование памяти. Заодно мы узнаем подробности о том мире, откуда вы явились, а это важно для ученого сообщества.

- Что вы имеете в виду? - рассеянно спросила я, жуя какой-то кисло-сладкий серенький плод, напоминавший земной персик.

- Я объясню. Лир Аттак, прошу у вас разрешение на использование зрительной стены.

Хозяин вроде и ничего не сделал, но одна стена напротив нас протаяла в глубину, и возникло изображение города Тальтоны - столицы Сертаи, снятое с высоты птичьего полета. От этого зрелища у меня возник эстетический экстаз. Но изображение ушло в сторону, и приблизился какой-то лес. По мере увеличения картинки я как-то интуитивно поняла, что это летательные аппараты.

- Это космодром, - подтвердил мою догадку демон.

Я поперхнулась "персиком":

- В земном мире есть сказки о драконах, феях, демонах. Это всего лишь сказки, но в них эти персонажи живут и действуют в средневековье. А здесь космодром?..

- Ну, рассмеялся мой "психотерапевт", наша цивилизация насчитывает не одну тысячу циклов. Давно уже пройдены расовые войны, циклы объединения и прорыва. Сейчас планетой правит выборный объединенный Большой Совет, и уже где-то пару циклов мы исследуем космос и параллельные миры через порталы. В прошлом цикле я и сам участвовал в одной операции.

- Предположительно вы дитя членов одной такой экспедиции, - добавил дракон.

- В прошлом цикле... - пробормотала я. Я уже знала, что цикл составляет примерно 200 земных лет.

- Сколько же вам лет, лир Астьен? - спросила я с замиранием.

- Хм, пятьсот тридцать шесть, - усмехнулся демон, - А уважаемому дракону девятьсот семьдесят, скоро круглая тысяча, очень важная дата.

"Пятьсот тридцать шесть лет! С ума сойти! А я еще думаю о нем. Мурашки бегают. Да он же древний. Я для него, поди, младенец со своими двадцатью двумя. Ну откуда же тогда этот огонь в глубине синих глаз?"

- Так, вот, Стэфаника, - продолжил дракон, - Как видите, у нас очень развитые магические технологии. И как вы на счет обследования памяти, оно совершенно безопасно?

- Что ж, я согласна.

Глава 3

Что скрывает память.

Уже третий день я жила в местном научном центре, где изучали мою память. Процедура была довольно простая. На запястье крепился браслет, который конечно тоже был живым (какой-то родственник лимбы) и мне задавались различные вопросы. Иногда, казалось, я совершенно не знала ответ. Но мастер лир Таон утверждал, что много информации оседало в глубинах памяти, хранилось в подсознании, и мнетоник мог считать ее. Например, я мало что могла рассказать о химических элементах Земли - ну не сильна в химии - тогда от меня требовалось расслабленно лежать и вспоминать, например, воду: ее вкус, фактуру, ощущения и тому подобное.

Память исследовали пластами, уходя вглубь. И завтра мы должны будем добраться до моего рождения и что-то узнать о моих родителях. Я безумно волновалась, боясь, что выяснится какая-то банальная правда, и последует разочарование. Мне даже не с кем было поговорить. После окончания процедуры считывания мнетоник забирали, и я отправлялась в свою комнату.

Здание научного центра состояло из 8 этажей. Но это были не земные этажи. В разных частях здания они могли быть разной высоты. Кое-где залы объединяли в себя сразу по три этажа, образуя что-то вроде амфитеатра для большой аудитории. Лестниц не было, а были пологие пандусы и местные варианты лифтов. Прозрачные полые колонны изгибались и пронизывали все здание в самых разных направлениях.

Я пока не рисковала бродить по этому живому чуду в одиночестве. Поэтому молодая невероятно хорошенькая фея с розовыми волосами, "лаборантка", как я ее прозвала, провожала меня до моей комнаты и убегала по своим делам.

Надо сказать, что комната эта появилась прямо у меня на глазах из пустой стены.

С помощью моей лимбы Мурки я "поговорила" с домом и оказалась обладательницей уютных апартаментов с шикарной кроватью с кучей подушек, у оконной стены стояло глубокое удобное кресло и рядом круглый стеклянный столик. В ванне я вообще разошлась и организовала себе джакузи и зеркало во всю стену.

Если первые вечера я наслаждалась своей квартиркой, балдела в джакузи, с увлечением смотрела "телевизор" - зрительную стену, впитывая информацию о новом мире, то сегодня меня разбирала злость и досада. Я металась по своей комнатке, чувствуя себя в клетке.

В этот момент в сознании возникла кошечка и мяукнула:

"Хозяйка, лир Астьен просит разрешение на общение".

Сердце екнуло и забилось чаще, и я мысленно воскликнула: "Да, я согласна!"

Перед глазами возник демон. Облачен на этот раз он был в обтягивающий комбинезон по виду из темно-серого трикотажа.

"Вот это намного лучше, чем из фольги", - подумала я, бесцеремонно разглядывая высокую широкоплечую фигуру.

- О, Стэфа, - демон сглотнул, пожирая меня горящим взором, от которого сладко заныло внизу живота, - Пожалуйста, смени облачение, иначе я не смогу нормально разговаривать тобой.

И тут до меня дошло. Оставшись одна, я сменила надоевшие джинсы на свой любимый домашний вариант: коротенькие шортики и маячку на тонких бретельках.

В глазах местного жителя это, должно быть, выглядело сверх неприлично, и я поспешила вернуть джинсы.

- Извините, прошу вас, я не думала, что кто-то меня увидит.

- Ничего, - усмехнулся мой "психотерапевт", - Я получил удовольствие...

Я почувствовала, что мои уши пылают. Вообще-то я не была монашкой, но от этого мужчины краснела как девчонка.

- Дорогая лирея, я хотел предложить вам прогулку по Тальтоне, если не возражаете?

Конечно, я не возражала. На улице стояла теплая погода, должно быть лето. Я задумалась и решила сменить облачение.

Стоя перед зеркалом, придирчиво рассматривала отражение. Когда три дня назад у меня с головы сняли повязку, я обнаружила себя лысой. Это был шок. Мои волосы сгорели при пожаре во время аварии. Но сейчас они стали расти с невероятной скоростью и уже не топорщились ежиком, а лежали густой светло-русой шапкой сантиметров семь длиной. Здешний мир почему-то не знал косметики, и по зрелом размышлении я поняла, что она и мне не была нужна. Кожа была гладкой и свежей, на щеках нежный румянец. Зеленые глаза обрамляют густые ресницы. Губы четко очерчены и выглядят ягодно и естественно.

Я засмеялась - здорово было ощущать себя такой красивой. Поэтому я решила "надеть" платье из полупрозрачного шифона жемчужного цвета. Юбка практически до пола играла и струилась от каждого движения. Верх как корсет обтягивал и поддерживал грудь, треугольный довольно глубокий вырез и короткие рукава-фонарики. На ногах плетеные босоножки на низкой подошве.

Я осталась довольна. Судя по взгляду демона, он тоже.

- У вас, Стэфа, нестандартный подход к облачению. Наши женщины так не делают, но выглядит это потрясающе!

Я улыбнулась в ответ, и мы спустились по прозрачной трубе-лифту к выходу.

Тальтона была удивительна. Дорог в земном смысле не было, а всю землю покрывала синеватая упругая короткая трава. Ходить было мягко и удобно, как по резине. Говорят, во время дождей эта штука поглощала лишнюю влагу, и здешние города не знали грязи.

Никаких машин или другого наземного транспорта в принципе не существовало.

Погуляв по улицам и площадям, мы устроились в местном "кафе".

Меня переполняли впечатления. Кругом было множество народу. Все молодые, невероятно красивые. Глаза и волосы всех цветов радуги. Похожие на ангелов дети. И ни одного старика.

На мой недоуменный вопрос об этом агнит объяснил:

- Наша планета, Сертая, живая, как и все, что её населяет. Главное её качество - гармония. Все насыщает животворная магия. Достигнув пика своей формы, живые существа остаются такими навсегда. Далее они будут совершенствовать внутреннюю гармонию.

Но, соблюдая баланс, источники магии разделены. Мы, агниты-демоны, черпаем из огня и света, ильвы-феи из земли и вод, а диссы-драконы из воздуха и эфира.

Пока мы так сидели и болтали, вокруг наших кресел начали прорастать какие-то вьюны, и к концу разговора уже покачивались нежные бутоны. С этим мужчиной было удивительно легко, и мы как-то незаметно перешли на ты.

Лир Астьен предложил посмотреть на закат.

Мы поднялись по изящной витой лесенке на крышу кафе, и там обнаружилась посадочная площадка местного транспорта - крыльев.

Я уже видела неспешно пролетающие в разных направлениях на высоте где-то пятидесяти метров полупрозрачные крылья, похожие на настоящие птичьи. Это был транспорт местного значения. А высоко в небе яркими бликующими росчерками проносились крылья дальнего следования.

Мы выбрали золотящееся на свету крыло и уселись в удобные креслица, которые располагались в основании конструкции.

Это, конечно, было магиживое существо, и когда агнит сунул руку в желтый кристалл, то оно сразу встрепенулось, доброжелательно "посмотрело" на нас, окутало прозрачным защитным полем и плавно поднялось вверх.

Как недавно в доме у моего спутника я испытала невероятное эстетическое удовольствие от вида столицы. Но вот город остался позади, и я во все глаза рассматривала проносящиеся внизу поля и затем лес. Деревья напоминали русские осины и лиственницы только голубоватого оттенка (как знаменитые голубые ели в Кремле).

Вскоре мы пересекли неширокую речку с синей водой и тихо опустились на отлогом холме с круглыми пушистыми метелочками каких-то трав.

Закат был классный. Густо-синее небо посерело и зажглось золотыми и оранжевыми сполохами. Заходящее светило бросало последние лучи на этот необычный мир, который как-то быстро стал мне родным. Я даже думать начала на местном языке, а прошлая жизнь казалась полузабытой сказкой.

Об этом я и сказала Астьену.

Мы сидели в траве. Асинга угасла и ушла за горизонт. Спустились серебристые сумерки. Какая-то местная птица издавала протяжный мелодичный звук, который вдруг резко обрывался и начинался вновь.

Астьен взял меня за руку и легонько провел большим пальцем по запястью, от чего у меня быстрее забилось сердце.

- Этот мир близок тебе, потому что он и есть твой родной. И завтра это подтвердится. Мне же не нужно подтверждение. Только истинная дочь Сертаи может быть столь красива. Он приблизил ко мне лицо. Я почувствовала его необыкновенный пьянящий запах и заглянула в невероятную глубину глаз, потемневших, отражающих ранние звезды.

Если бы он поцеловал меня сейчас, я не смогла бы сопротивляться. Да и не хотела. Но он не поцеловал. Тихонько провел пальцем по моим губам и сказал:

- Я благодарю Мать Сертаю за то, что ты нашла путь домой.

А я так ничего и не ответила, оглушенная этой маленькой лаской и бурей, которую она вызвала.

***

Утром, облачившись с помощью лимбы в уютный трикотажный на вид и на ощупь костюм серого с салатными вставками цвета, я еле успела позавтракать, как пришла моя провожатая фея - "лаборантка". После приветствия она восхищенно заявила:

- Лирея, Стэфа, я видела вас вчера в необычном облачении. Это было нечто! У меня сегодня встреча с подругами в Цвентариуме. Пожалуйста, помогите и мне поразить их.

- Да не вопрос. А как это сделать?

- Все просто. Прикасаетесь к моей лимбе и представляете, что облачаете меня, а не себя.

- Договорились. Сделаем это после обследования.

Мастер лир Таон встретил меня доброжелательной улыбкой.

- Дорогая лирея, сегодня считываем первую память после вашего рождения. Сознательное погружение в этот возраст невозможно, поэтому мы используем гипнотический сон.

Я согласно кивнула.

Дракон легонько коснулся моего лба, и я провалилась в сиреневое мерцание.

...Тепло и уютно. Чьи-то ласковые руки держат меня. Это мама. Неясное лицо склоняется ко мне, зеленые глаза излучают любовь. Мне светло и хорошо...

Я очнулась. Лир Таон выглядел довольным.

- Стэфа, все подтвердилось. Информации много и она разная. Сейчас я забираю мнетоник. А после обеда мы с вами поговорим.

Во время еды ко мне присоединилась сияющая фея Элиника:

- Поздравляю, лирея. Результаты превзошли все ожидания.

- Может поясните?

- Нет, мастер лир Таон сделает это лучше меня. А как насчет моей просьбы?

- Да. Но сначала объясните мне, что это за цвентариум и с чем его едят?

- Это... - фея задохнулась от эмоций, - Театр цветов. Цвентаристы с помощью своего дара, используя разные растения, разыгрывают целые спектакли и представления, побуждая цветы расти, зацветать, переплетаться, бороться, источать аромат, увядать. И еще можно получить мастер-класс по такому магиделанию.

- Это здорово, - искренне восхитилась я. - Нужно непременно тоже побывать.

Я оглядела юную фею. Высокая точеная фигурка облачена в обтягивающий комбинезон из бликующей гладкой ткани. Нам часто встречалась подобная одежда во время прогулки по столице.

Немного подумав, я прикоснулась к гладкому утолщению за шелковистыми розовыми локонами. Сразу услышала приветливый отзыв чужой лимбы, сосредоточилась и послала ей задуманный образ. Отступила, залюбовавшись результатом. Длинные ножки Элиники были обтянуты белыми легинсами. Сверху белый топ. И в довершении накидка-жилетка из белого прозрачного шифона. От плеч до пояса она была собрана в широкие плотные складки, эффектно обтягивающие грудь. А от пояса до щиколоток свободно развивались невесомые полы. Тонкую талию охватывал белый кожаный ремень с золотистой пряжкой. Ступни обулись в белые плетеные сабо с золотыми колечками.

Сиреневые глаза феи засияли от восторга. Она хотела даже обнять меня, но постеснялась.

- Это... Это... У меня нет слов. Спасибо вам!

И упорхнула к выходу, собирая множество взглядов.

А мне вдруг показалось, что за ее спиной переливаются и вспыхивают искорками огромные двухметровые двойные крылья, как у стрекозы.

У меня аж дух захватило...

Для разговора мастер лир Таон пригласил меня в свой рабочий кабинет. Кроме него там присутствовал лир Астьен и незнакомая мне красавица с абсолютно белыми волосами, уложенными в замысловатую прическу. Я бросила взгляд на демона и встретила его ответный странный взгляд. Мы уселись в излюбленные креслица и дракон сказал:

- Уважаемая лирея Стэфа, все наши ожидания подтвердились - вы дочь ныне, к сожалению, погибших ильвов Кристиники и Синиона лир Саони. Вы ильва, то есть урожденная фея Стэфаника лирея Саони из древнего уважаемого рода. И разрешите представить вам, дорогая, - он указал жестом на блондинку, - ильва Цинтиника лирея Саони, мать твоего отца.

- Ты очень похожа на Кристи, твою маму, произнесла моя бабушка и приветливо улыбнулась, - Зови меня Цинтия.

"Что ж, я фея из древнего рода. О-БАЛ-ДЕТЬ!" - подумала я и тихо ушла в обморок.

Глава 4

Семья.

Мой обморок как-то смешал планы по радостному семейному воссоединению.

Мне помогли прийти в себя, и Цинтия (язык не поворачивался назвать эту молодую красавицу бабушкой) забрала меня домой.

Все произошло так быстро, что я и словом не успела обмолвиться с Астьеном. Но надеялась, что он "позвонит" через лимбу или приедет в гости.

Мы пролетели через всю столицу на частном крыле и совершили посадку на крыше шикарного особняка, принадлежащего роду Саони. На первый взгляд он был из стекла. Но на самом деле дом не был прозрачным, а имел такие стены, которые, казалось, вспыхивали в глубине искрами, создавая ощущение прозрачности. При приближении хозяйки у входа раскрылись цветы и стены полыхнули золотистым. Я заходила в это жилище с открытым ртом. Внутри дом производил не меньшее впечатление. Стены излучали приятный свет, а при каждом шаге на полу оставались и постепенно угасали подсвеченные следы. Мы прошли через холл в круглую гостиную, где вдоль стен стояли низкие диванчики и под потолком неспешно кружили сиреневые шары. Как я узнала позже, это была библиотека, а шары - это "книги", то есть хранители информации.

Фейрин Листаир, мой дедушка, оказался веселым "молодым" парнем под стать бабуле. Высокая широкоплечая фигура, золотые волосы до пояса, желтые тигриные глаза. Он легко поднялся с диванчика и крепко обнял меня, потрепал по волосами и сказал:

- Ничего, через неделю отрастут, вихрастик. С возвращением домой, дорогая.

А Цинтию он взял за руки и нежно поцеловал кончики пальцев. Я прямо увидела, как пару окутывает золотистая дымка взаимной любви.

- Где она? - раздался звонкий голос, и с ним появилось юное нечто. Две золотистые косы до колен и золотистые же глаза, фигурка богини, плотно обтянутая в голубой комбинезон. Девушка как ураган промчалась через всю комнату и так порывисто обняла меня, что ее косы захлестнулись вокруг нас.

Ее сходство с Листаиром бросалось в глаза, что и подтвердилось.

- Мали, ты же задушишь ее. Знакомься, Стэфа, это наша дочь Малиника. Формально она приходится тебе тетей, но вы одного возраста. Ей скоро исполнится тридцать, и она как и ты вскоре должна обрести крылья.

- Да, но мне не тридцать, а всего лишь двадцать два, - смеясь, возразила я. - А как это обрести крылья? Неужели и у меня будут крылья?

Мали закружила меня по комнате и весело затараторила:

- Понимаешь, мне папа объяснил, что та планета, где ты родилась, двигается по орбите с другой скоростью и немного дальше от звезды. Поэтому по времени Сертаи тебе тоже через четыре месяца исполнится тридцать, и ты сможешь обрести крылья! - она радостно захлопала в ладоши.

Да времени маловато, нужно еще успеть найти тебе избранника для турнира. Я знаю парочку драконов, которые хотят с тобой познакомиться.

Я опешила:

- Подождите, какой турнир? Я не собираюсь пока замуж.

Цинтия взяла меня за руку и усадила на диванчик:

- Боюсь, дорогая, это неизбежно. Возможно, ты не знаешь, но на Сертае мальчики рождаются сразу с привязкой к магическому источнику своего рода. А девочки не имеют такой привязки. Им с рождения дан внутренний источник сана, которая полностью иссякает к тридцати годам.

В этот момент девушка должна пройти гармоничное слияние со своим единственным избранником, получить от него привязку к родовому источнику и обрести крылья.

- О-о... - только и смогла выдавить я, - И где я возьму единственного избранника? А бывает, что девушка его не находит?

- Бывает. Такие девушки остаются жить в храмах Силы, построенных прямо в источниках. И остаются серебряными куколками без крыльев, возлюбленными самой Матери Сертаи, ее служительницами. Но это не потому, что не встретили избранника, а потому, что сами сделали такой выбор. Это очень уважаемо и почетно. Ну и еще..., - бабуля замялась, - Есть храмы Серебряной любви. Там куколки проходят особый обряд, после которого уже не смогут обрести крылья, но смогут стать женщинами.

- Неужели, они торгуют телами?

- Нет, все не так просто. Это великий и древний культ. Во многих семьях девочек с детства готовят к посвящению. И ты же не думаешь, что мужчины, не имеющие избранницу, смогут обходиться без женщины столетиями, - ответил мне Листаир.

- Лист, перестань забивать девочкам головы, - зашипела на него бабуля, - А ты даже не думай об этом, обязательно найдешь своего единственного, вот увидишь.

- Этого лир Аттак мне не объяснил...

Глаза Цинтии полыхнули гневом.

- Мне так жаль, детка, что тебе пришлось общаться с этим демоном. Ну теперь все позади и ты в безопасности.

- Как это? Почему он опасен? - севшим голосом спросила я.

- Это длинная и неприятная история. Когда-нибудь ты все узнаешь.

Ну а теперь Мали поможет тебе создать твою комнату.

Когда этот вихрь, Малиника, наконец, убежала, я устало опустилась на диванчик. В висках ломило: "Что же получается, Астьен оказался негодяем, от которого лучше держаться подальше, про родителей так ничего и не узнала и в довершении всего нужно срочно выйти замуж, причем не известно за кого, если не хочешь застрять монашкой в каком-то храме".

Я потерла лоб над переносицей. "Сейчас бы таблеточку аспирина".

И тот час же перед глазами возникла моя "кошечка" Мурка: "Таблетки не понадобятся", - промурлыкала она, и я почувствовала мягкую лапку у себя на лбу. Боль сразу отступила, я облегченно откинулась на подушки.

Пока мы с моей юной тетей "выращивали" и создавали мою комнату, мебель, обустраивали уютные мелочи, я попыталась выяснить, что не так с моим демоном.

С сожалением улыбнувшись, Мали сказала:

- Он в свое время был избранником твоей матери.

- Вот как?

- Говорят, на турнире у него были бы хорошие шансы, но он на него не явился. Мама не может ему простить такого бесчестья и того, что был соперником Синиона (твоего отца).

- Подожди, - перебила я, - Ведь брачный турнир проходит в тьескуле (месте силы) и девушка увидит свою истинную пару. Невозможно ошибиться! Если мама выбрала отца, значит, он и был ее парой.

- Кто знает, - возразила девушка, в это время движением руки создавая квадратный столик по виду из какого-то желтого камня, - Что было бы явись на турнир Астьенбиткааш.

И еще, почему он не сообщил нам о тебе? Мама полагает, что он сразу узнал тебя, ведь ты невероятно похожа на Кристи. Что он хотел от тебя?

Во рту появилось чувство, как буд-то я съела что-то очень горькое, и этот вкус предательства было ничем не смыть. Но я все равно цеплялась за любую возможность как-то оправдать его:

- Почему же злодейством считается борьба за свою единственную избранницу, даже если это ущемляет интересы чьего-то сына? Мало ли по какой причине он не явился на турнир.

- Не все так просто, - Малиника погрустнела и серьезно добавила, - У него дурной дар. Вот у меня дар ритмичности, я танцую, у отца дар к вычислениям, он математик, а у него дар внушения. У демонов это встречается.

Я слышала, что лет триста назад несколько из их братии на спор внушали девушкам чувство ложной гармонии. Потом, правда, на брачный турнир они не являлись. Было несколько скандалов. Говорят, лир Аттак входил в эту кампанию. Некоторые бестолковые личности, - девушка возмущенно поджала губы, - Восхищаются этой историей и завидуют сомнительному дару. Имеет ощипанные крылья и возомнил себя атрактовым драконом, - она презрительно фыркнула.

Я поняла, что кому-то в ее кампании приходится не просто от этого острого язычка.

- Ладно, племяшка, - она хихикнула, - Отдыхай, я побежала.

Она порывисто вскочила, только косы взметнулись...

Вспомнив этот разговор, я подумала: "Так вот что означал этот странный огонь в его глазах - всего лишь внушение. Увидел во мне замену моей матери и решил вспомнить молодость. Вот блин, как обидно. Ну его к демонам этого демона! Придется его забыть и начать сначала".

Вот и пусть для начала будет ванна, решила я и пошла осваивать свое новое джакузи. Сделала себе пену из какого-то шарика, которых Малиника притащила целую корзинку. Розовые предназначались для пены, голубые для мытья волос, красные - гель для душа, белые втирались в кожу как крем и так далее.

Только я погрузилась в блаженные пузырьки как оживилась Мурка: "Лир Астьен просит разрешение для общения".

"Вот, черт, - я запаниковала, - Вот как его прикажете забыть".

"Сделай так, - обратилась я к лимбе, - Чтобы он меня не увидел, а только слышал и я его видеть не хочу".

"Хорошо, хозяйка", - отозвалась моя киска.

- Слушаю, - коротко сказала я.

- Э-э... Стэфа, приветствую, - с некоторым замешательством раздался его голос.

- Ты что-то хотел?

- Можно увидеть тебя? Почему ты скрыла лицо?

- Нельзя, я в ванной.

- Понятно. Стэфа, я поздравляю тебя с обретением семьи.

- Ну, для тебя это не сюрприз, я так понимаю.

- Да, я догадывался из какой ты семьи, но, понимаешь... - он смешался.

- Я все понимаю, Астьен, больше чем ты думаешь.

- Давай встретимся лично, поговорим. Я тебе все объясню. Я хочу увидеть тебя.

Он говорил с такой настойчивостью, что я готова была сейчас же бежать к нему. Но вспомнила о его даре внушения и сжала зубы:

- Нет. У меня началась новая жизнь и к тебе она не имеет никакого отношения. Все, не ищи меня, прощай.

Я прервала связь. С ним я старалась говорить ровно и даже равнодушно, но при этом по щекам ползли слезы. Когда же разговор прекратился, у меня случилась отменная истерика. Я рыдала и билась в ванне целых полчаса. Все события прошедших двух недель выливались из меня форменным потопом: авария, перемещение в фантастический мир, демон этот, семья новая. Мне было обидно, что попав сюда, я так сходу влюбилась в такого же козла, как и мой бывший парень на Земле. Ужасно злилась на него, что он такой красивый и безумно притягательный, на себя, что повелась на это и раскисла теперь.

Потом еще целый час понадобился, чтобы прийти в себя после слез. Не хотелось ненужных вопросов от Цинтии.

Перед ужином я зашла в библиотеку, застав там моего деда.

- Листаир, пожалуйста, расскажи мне что-нибудь о моих родителях. Я ничего о них не знаю. Как я очутилась в том мире?

- Вопросов много. Все подробности ты узнаешь через несколько дней на Большом Совете. Но что-то я могу тебе рассказать и сейчас.

Гибко поднявшись, фейрин по каким-то признакам из совершенно одинаковых на вид шаров-хранителей выбрал один и поманил меня к себе.

- Вот, вложи сюда руку.

Я послушно выполнила просьбу. Рука легко вошла в невесомую сферу, и перед глазами возникло изображение пары. Это был молодой парень, похожий на Цинтию и я. Ну то есть, конечно, не я, а моя мама Кристиника с моим отцом. У меня снова навернулись слезы. Дело грозило новой истерикой. Но я подышала глубоко и постаралась взять себя в руки:

- Как странно увидеть их только вот так. Жаль, что я не узнаю их никогда.

- Почему не узнаешь? - возразил Лист. - Ты посмотришь все их изображения, ты услышишь все наши рассказы о них, ты познакомишься с семьей Кристи, и ты обязательно узнаешь своих родителей.

Я вытерла слезы:

- Какие они были?

- Замечательные. Им не сиделось на месте. Сина всегда влекло неизведанное. Когда они с Кристиникой обрели друг друга, то облетели всю планету. Не было мест, где они не побывали. Но потом собиралась новая экспедиция на поиски обитаемых миров и, конечно, космос позвал их. В первой экспедиции были открыты два новых портала в другие миры. И в следующей они отправились исследовать один из порталов. Вот из той экспедиции они уже не вернулись.

Листаир помолчал.

- Их все любили. И то, что ты вернулась из того мира - это дар Матери Сертаи нам. Понимаешь, во время их перехода портал открывался из космоса. А вернулась ты с поверхности планеты. Я рассчитал, что Сертая определила место нахождения своих детей и открыла портал для тебя. Жаль, конечно, но для остальных было уже поздно.

- Но почему? Почему другие погибли?

- Это непростые вопросы. Я и сам не знаю до конца. Думаю, на Совете мы все узнаем. А сейчас пойдем ужинать. Цинтия с Мали уже ждут нас.

За ужином мы собрались всей семьей в столовой. Это был зал неправильной геометрии. Стены плавно изгибались. И все здесь было такое же изогнутое, витое. Цвета были белые с неожиданными красными украшениями или элементами. Мне понравилось, было и празднично и одновременно уютно.

На ужин ели какой-то суп-пюре и очень вкусные палочки (аналог нашей рыбы - вылавливались в водоемах).

Приготовление пищи на Сертае в отличие от всего остального не имело к магии никакого отношения. Готовили из натуральных продуктов вполне "земными" способами. Многие питались в ресторанах или кафешках, но семья Саони всегда старалась собираться на ужин дома. Хотя здесь и имелась кухня, часто всю еду привозили на заказ. Ведь в ресторанах работали те, у кого был к этому дар, способности и желание.

После еды, когда допивали теплый напиток, напоминающий горячий шоколад с какой-то пряностью, Мали загадочно улыбнулась и сказала:

- Сегодня пойдем гулять в рист-парке.

- Что это? - заинтересовалась я.

- Это отличное место. Огромная территория засажена ристами. Там очень красиво, много развлечений. Можно отдохнуть и повеселиться.

- Здорово. Раз идем веселиться, то, может, сменим облачение?

- Да? А на какое?

Ну вот хотя бы на такое, - и я представила себя на вечеринке в одном земном клубе, куда мы ходили в прошлые каникулы. Тогда я надела обтягивающие велюровые легинсы леопардового цвета и легкую шелковистую тунику черного цвета с коротким рукавчиком. Босоножки тоже черные на невысоком каблучке с открытыми пальцами. Довольно удобно, что бы танцевать всю ночь, и при этом стильно, чтобы не стыдно показаться в клубе.

Малиника пришла в восторг, пощупала ткань, покрутила меня и сразу же воссоздала на себе точно такое же облачение.

Я засмеялась:

- Зачем нам быть одинаковыми? Давай тебе чуть-чуть поменяем.

С этими словами я прикоснулась к ее лимбе. Теперь ее легинсы стали черными с серебристыми разводами, а туника серой с серебристым отблеском. Золотистые косы прямо заиграли на таком фоне.

Малинника закружилась, оглядывая себя:

- Стэфа, это здорово! Как ты это делаешь?

Цинтия с интересом рассматривая нас, заметила:

- Я слышала от лира Таона, что ты уже применяла необычное облачение не один раз. Похоже у тебя особый дар.

- Нет, - возразила я, - Мастер-дракон сказал, что дар у меня видящей суть. А эти наряды я не придумываю, я когда-то уже носила или видела их.

- Да, - неожиданно подтвердил Листаир, - Я разговаривал с Иштаном об этом. В этом мире все обладают совершенными телами. Наша культура не развивалась по пути их дополнительного украшения. Тела же жителей стэфиной планеты несовершенны, слабы, не имеют магической подпитки и даже симбионта лимбы. Лимба дает нам облачение, защиту от неблагоприятных условий и так далее. А жители Земли на протяжении своей истории были вынуждены изобрести множество отдельных предметов облачения из разных фактур и разного назначения - одни для защиты, другие для украшения тела. Я прав, Стэфа?

- Еще как прав. И поверьте мне, это занимает очень много места в жилищах и играет очень важную роль в жизни, особенно женщин.

- Мать Сертая, - ужаснулась Малиника, - Так ведь это как в тюрьме! Не иметь лимбы, а облачаться с помощью листьев сультака.

- Наша культура предполагает функциональное удобство. И большинство облачается в привычные комбинезоны или в торжественные дни в традиционные же платья.

Стэфа же видела, носила и отлично помнит множество необыкновенных для нас нарядов и фактур, поэтому с легкостью воспроизводит их. А так как у нее прекрасный вкус, ее облачения воспринимаются нами как красивые и гармоничные.

Цинтия обняла меня:

- Девочка моя, я думаю, твои идеи скоро станут очень популярны, они произведут настоящую революцию среди женщин.

- А как насчет мужчин? - хитро спросила я и прикоснулась к лимбе за ухом у моего молодого деда.

Листаир ошарашено стоял, вместо привычного шелковистого отблескивающего металлом комбинезона оглядывая на себе темно синие джинсы с заниженной талией и сорочку на выпуск в мелкую клеточку почти черную снизу и постепенно белеющую к плечам. Обут был в кроссовки.

Цинтия засмеялась:

- Да, и среди мужчин тоже. Лист, я хочу чаще видеть тебя в таком облачении.

Ладно, девчата, идите, веселитесь. А мы с мужем давно не летали, - она лукаво улыбнулась ему, - Хочу размять крылья.

Мужчина подхватил свою фею на руки и понес в сторону сада. А мы с Малиникой побежали на крышу, уселись в голубое крыло и стартовали вверх.

И когда огибали дом, я заметила под пушистыми кронами тайнаров нашего сада мелькнувшие в стремительном полете две тени.

Глава 5

Новые друзья.

Рист-парк был огромен. Только подлетая к нему с высоты птичьего полета можно было оценить масштабы. Даже Малиника, местный житель, не знала, по ее словам, всех его секретов и закоулков.

Ристы - высокие деревья с ярко синей корой и кроной, напоминающей земной ковыль. Только метелочки эти вздымались на тридцати метровую высоту. Во всех направлениях от посадочной площадки расходились разноцветные дорожки. Это была та же упругая трава-покрытие, но здесь буйствовали краски.

Малиника уверенно выбрала сиреневое направление.

- Мы хотим для начала приятную беседу, - пояснила она, - Спроси у лимбы.

"Мурка, если я хочу танцевать, куда идти?" - мысленно обратилась я к своему помощнику.

Пред глазами возникла объемная схема парка и выделились зеленые дорожки.

- Ага, понятно, - сказала я. - А почему вокруг столько народу, а совсем не слышно голосов, шума, музыки, а только птицы и ветер, как в лесу?

Все места отдыха и развлечений накрыты пологом безмолвия, а некоторые и пологом невидимости. Никто никому не мешает.

И точно, едва мы подошли к беседке - нашей цели, как зазвучала приятная мелодия. Внутри на мягком полу были наставлены большие шары, которые оказались сиденьями. Мы выбрали себе по одному и уселись в них.

- Хочу тебя познакомить со своими избранниками.

- Как, сразу с двумя? Они же соперники, - удивилась я.

- Нет, они друзья, - засмеялась Малинника.

- А как же они ладят, ведь они оба любят тебя, а достанешься ты одному?

- Пока мужчины, которых я избрала для турнира, стараются завоевать меня, они оба влюблены в меня. Да и я влюблена в них, - она мечтательно улыбнулась, - Они оба такие классные, я не могу пока определиться. Я смогу это сделать только на турнире. Как только с одним избранником произойдет слияние, то для второго я перестану существовать как женщина. И в дальнейшем он сможет найти свою единственную избранную. Да, еще с ними придут двое друзей.

На дорожке появились фигуры, но ни шагов, ни речи не было слышно - действовал полог. Как только молодые люди пересекли невидимую границу, так сразу раздались голоса и смех.

Вошедшая кампания из четырех парней представляла примечательную группу "с обложки журнала". Я уже начинала привыкать к необыкновенной внешности населения Сертаи, но каждый раз встречая новые лица, восхищалась разнообразием и совершенством воплощения их красоты.

Кто из четверки избранники Малиники не осталось тайной дольше трех секунд. Двое красавчиков прямиком устремились к ней, поцеловали в щечки со словами:

- Мать Сертая, как ты красива сегодня!

- Я ужасно скучал, куколка! Вот это облачение, никогда не видел подобного!

Малиника слегка порозовела, с нежностью поглядела на одного, потом на другого и, смеясь, сказала:

- Вот невежды, я сегодня не одна. Вы что же никого не замечаете вокруг себя?

Парни уселись с двух сторон от Мали. Один поймал ее золотую косу, другой взял за руку, и только после этого они обрели способность воспринимать что-то кроме возлюбленной.

Все засмеялись. Двое других ребят нашли свои сиденья-шары и Мали сказала:

- Знакомьтесь, наконец. Это моя племянница, вернувшаяся на Сертаю из другого мира, куколка Стэфаника. Ей через несколько месяцев предстоит обрести крылья, а у нее еще нет избранника - имейте ввиду! - она засмеялась.

Я сверкнула на нее глазами - мол, уймись. Но она не обратила на это ни малейшего внимания.

- Эти два олуха, что раздирают меня на части (на что олухи только ухмыльнулись) фейрин Линдииз лир Ульсин и демон Зольхаш лир Филлак.

Сероглазый светловолосый ильв дружелюбно кивнул головой в знак приветствия. И как противоположность черноглазый и с черной косой до пояса смуглый Зольхаш привстал, не отпуская косу Мали, свободной рукой коснулся моего лба - знак доверительного дружеского приветствия.

- А это, - продолжала Малинника, - Братья драконы. Старший Вогнар лир Леркут и младший Рогнар. Он единственный нам с тобой настоящий ровесник - ему всего сорок лет. Остальные постарше, Вогнару так уже двести семнадцать.

Я оторвала взгляд от влюбленной троицы и посмотрела на братьев. Вогнар мощный спокойный и уверенный имел очень короткие волосы и сиреневые глаза. А вот Рогнар, совсем не похожий на брата, был поджарым и гибким. Практически белые волосы со стильной стрижкой небрежно разметались по плечам. Глаза же были фиолетовые.

Я встретила его заинтересованный взгляд и улыбнулась в ответ. Он улыбнулся, отчего его глаза посветлели и стали как у брата и сказал приятным голосом:

- Мы слышали о вас, Стэфаника, в информационных потоках рассказывалась кратко ваша история. Очень жаль ваших родителей.

- Спасибо. Для друзей я Стэфа и, думаю, можно на ты. А сегодня не хотелось бы о печальном. Я впервые в этом парке, и Мали обещала потанцевать.

- Хорошо, будем танцевать, - он снова улыбнулся, одним гибким движением поднялся с шара и подал мне руку.

Все встали. Золь откуда-то извлек корзинку с прессованными пирамидками. Это оказались любимые конфеты Малиники. Мне они тоже понравились. Так весело болтая и грызя пирамидки, мы немного прошли по зеленой дорожке и очутились в большом танцевальном шатре, купол которого образовывали цветущие вьюны. Когда мы шагнули под него, сразу зазвучала ритмичная музыка. Меня удивило, что музыка не показалась мне чуждой и, думаю, понравилась бы и современной земной молодежи.

Здесь уже двигались несколько пар, и наша шестерка весело присоединилась к ним. Золь и Линд танцевали вокруг своей возлюбленной. А девушка как профессиональная танцовщица, доставляла эстетическое удовольствие своими движениями. Я действительно убедилась, что у нее такой дар. Я тоже умела танцевать не как корова на льду, но особо не выпендривалась, просто танцуя для удовольствия. Вогнар несмотря на кажущуюся тяжеловесность двигался легко и свободно. А Рогнар танцевал не хуже моей Мали.

Потом зазвучала медленная мелодия. Линду первому удалось завладеть Малиникой, и Золь отошел к стене с напитками и угощениями. Различные емкости стояли в небольших нишах, сохраняясь охлажденными и свежими, откуда их брали все желающие. Демон уселся с соком на скамеечку, поглядывая на танцующую пару. Вогнар присоединился к другу, а мне достался Рогнар.

Он был высок, так что я макушкой доставала ему только до подбородка. Приобняв меня сильными руками, молодой дракон уверенно закружил меня по шатру. Я и думать забыла про все остальное, отдавшись движению. Его близость отчего-то волновала. Я подняла голову и встретилась с его серьезным взглядом. Глаза опять потемнели до фиолетового. Он вдруг сказал:

- Я благодарю Мать Сертаю, что вернула тебя домой.

- Я уже слышала такие слова недавно.

- Тебе они неприятны?

- От тебя приятны.

- Ну тогда я снова повторю, что твое возвращение домой провидение самой Матери.

Дальше мы танцевали молча, но глядя друг на друга. И в этом молчании было больше, чем в любых разговорах.

Ближе к полуночи мы решили лететь домой. Линд и Золь по-очереди нежно поцеловали Малинику в алые губки. Мне было странно наблюдать такую идиллию в трио - сказывалась земная психология. Я попрощалась со всеми на словах, а Рогнар поцеловал мне кончики пальцев на руке и спросил:

- Можно общаться с тобой через лимбу?

Я согласно кивнула и улыбнулась ему.

Мы полетели с тетушкой в своем двухместном крыле, а мужчины сопровождали нас в пятиместке. Когда мы высадились на крыше особняка, они снизились, помахали нам на прощанье и умчались в мерцающие огни Тальтоны.

Когда я, наконец, улеглась в свою новую постель, подумала: "Ну и денек..."

Вспомнила, пока летели домой, Мали лукаво посмотрела на меня и спросила:

- Ну, как тебе дракон?

- Который?

Она засмеялась:

- Да не прикидывайся, белый, конечно. Я видела, как он весь вечер смотрел на тебя, а ты на него. Кроме того, о Вогнаре вообще речи быть не может.

- Почему?

- Мне Золь рассказывал, где-то около ста пятидесяти лет назад у Вогнара была возлюбленная Яниша лирея Пирра из древнего рода демонов. И перед самым турниром она исчезла.

- Как исчезла?

- А, мутная история. Примерно за неделю она пошла в храм Силы за благословением и не вернулась оттуда. Сообщила всем, что турнира не будет, она остается серебряной куколкой и будет служить Великой Сертае. До дня рождения, пока она могла свободно передвигаться, Яниша улетела в неизвестном направлении в какой-то другой храм. Вот так вот.

- Но Вогнар искал ее, пытался переубедить?

- Конечно искал. И Золь тогда тоже участвовал в поисках и еще несколько друзей, и ее родня. Но находиться в местах силы мужчины могут только в магической ипостаси. А в храмах служат монахини. Понимаешь, не могли они там разгуливать в таком виде.

Вот их и попросили оттуда: "Мол, решила посвятить жизнь служению, вот и уважайте ее решение".

- А что же Вогнар?

- А он так и любит ее. Она ведь не умерла, не избрала другого на турнире - она остается для него единственной. Поэтому он по определению не мог тебя заинтересовать. А вот младший братик вполне. Сделаешь его избранником?

- Не торопи события. Посмотрим...

Вспомнив о Рогнаре, я улыбнулась. В душе было сладко от какого-то хорошего предчувствия.

"Сплю на новом месте - приснись жених невесте", - на русский манер загадала я засыпая. И точно, во сне опять танцевала с молодым драконом.

А под утро мне приснился синеглазый демон Астьен.

Глава 6

Дис Рогнар лир Леркут.

Я, приняв магическую сущность, носился по старинному саду в нашем городском доме. Ветер приятно овевал разгоряченное тело. Мощные крылья рассекали упругий воздух.

- Что, опять нет? - раздался снизу знакомый голос.

Я сделал еще один вираж и приземлился рядом с Вогнаром уже в человеческом обличье.

- Нет. Я не достоин стать ее парой. Я слишком молод, она никогда не изберет меня, - злость и отчаянье попеременно накатывали волнами.

- Не забывай, куколка из другого мира, возможно, там так принято, еще есть время, будь терпелив.

Мне хотелось верить брату, но, сколько я уже ухаживал за девушкой "на расстоянии". Вон, Линд и Золь вслед за ним в свое время получили поцелуй от Мали через пару дней. Если серебряная куколка почувствовала влечение, то сразу дает это понять своему избраннику, дает ему возможность полноценно ухаживать за ней, проявлять чувства, говорить о своей любви.

А я из кожи вон лезу уже две недели, и ничего. Я сжал кулаки в бессильной злости на самого себя, на свою глупость и свои желания.

Ах, нежная куколка. Еще первый раз, увидев ее в той беседке, пропал. Девушка немного смущалась в ответ на острые шуточки Мали, казалась скованной и ранимой. Острое желание защитить ее захлестнуло с головой. И это желание только усилилось, когда я обнял хрупкие плечики во время танца. В моих руках она оттаяла, расслабилась и сказала, что ей приятны мои слова. Мы танцевали, я смотрел в зеленое мерцание глаз, а в душе рождалась буря. Тело тоже недвусмысленно реагировало на особую красоту Стэфы, пришлось приложить немалые усилия, чтобы девушка ничего не заметила.

С тех пор навязчивые образы преследовали меня и во сне и наяву. Какие у нее должно быть сладкие губки. Каждый раз, находясь рядом, все труднее сдержаться и не схватить ее в объятья, зацеловать, вырвать стон из манящих пухлых губ. А ее запах... Впервые, почувствовав тонкий нежный аромат, я чуть не обернулся. Дракон во мне рвался наружу, заставлял схватить свою избранницу и не отпускать.

За свои сорок лет я познал женщину один раз. Когда в тридцать наступило мое совершеннолетие, приятели уговорили меня посетить храм Серебряной любви. Прекрасная жрица сама выбрала меня и была очень нежной и умелой, так что я вполне не ощущал себя сосунком.

На следующий день я похвастался успехами брату, за что схлопотал жесткий удар в челюсть.

Оклемавшись, получил объяснения.

Вогнар был значительно старше меня, и я очень ценил и уважал его. Он вообще был моим примером во всем. Особенно вдали от дома, от отца в столице брат стал моим ориентиром. Но оказывается, я многого не знал о самом близком мне существе.

Это была несчастливая история с его избранницей Янишей. Их страсть была столь сильна, что они не захотели или не смогли ждать брачного турнира. Незадолго до него Вогнар сделал девушку своей. У нее не было другого избранника, у брата не было соперников и сомнений. Их страсть была сладка, но принесла горькие плоды. Вместо традиционного благословения в храме Силы, она услышала нечто такое, что заставило ее бежать от турнира, от избранника, уйти в храм.

Вогнар участвовал в тщательном расследовании, но все было без толку. Но в одном он был уверен точно, что ее нет в храмах Силы. Лишенную невинности куколку заманили в храм Серебряной любви и сделали жрицей. Десять лет дракон метался по всей Сертае, но все оказалось тщетно, Яниша пропала. От одной мысли, что ее сжимали в объятиях чужие руки, целовали чьи-то похотливые губы, он терял рассудок и готов был крушить все подряд. Со временем ярость поутихла, осталась только неизбывная тоска. Теперь, где бы ни оказался, дракон Леркут всегда наводил справки в надежде хоть что-то узнать о возлюбленной. Но прошло уже больше века, а о ней так ничего и не известно.

Тогда он взял с меня обещание, что я никогда больше не переступлю порог ни одного храма Серебряной любви. Ошеломленный, я твердо обещал это и так же то, что свою будущую избранницу не подведу, не буду слабым, сохраню ее чистой и неприкосновенной до самого турнира, не дам кому-то ни единого шанса отнять ее.

И вот десять лет я спокойно обходился без женщины, Великая Мать Сертая позволяет так распределять потоки, что физическое напряжение легко сбрасывается в твоем истинном магическом облике. Стремительный полет в могучем теле пьянил не хуже секса с красавицей жрицей.

Но сейчас контроль над желанием был полностью утрачен. Никакой полет не приносил желанного облегчения. Только ее тело могло бы утолить эту жажду. Зарташ! Как же дожить до турнира, если меня вообще на него допустят!

Первую неделю после нашего знакомства мы встречались со Стэфой каждый день. Иногда вместе с друзьями, но чаще одни. Девушка охотно общалась со мной, позволяла легонько приобнять, коснуться руки. Сама она казалась веселой, бросала на меня заинтересованные взгляды, но ни разу не сделала попытки поцеловать. Щемящая нежность смешивалась с разочарованием всякий раз, когда прощался с ней вечером на пороге ее дома и уходил ни с чем.

Сегодня решил повести ее на концерт. Выступали мои любимые музыканты, их музыка заставляла и плакать и смеяться.

Я ждал у крыла, когда она вышла. Каждый раз поражался ее вкусу и воображению. Моя красавица всегда выделялась даже среди прекрасных жителей Сертаи. На ней была необыкновенное воздушное платье салатного цвета с белыми цветочками. Полукруглый вырез соблазнительно намекал на ложбинку, заставляя свернуть мысли на проторенную дорожку.

- Привет. Что у нас сегодня? - улыбнулась мне девушка.

Я поцеловал тонкие пальчики, задержавшись чуть дольше, чем нужно, и вдыхая аромат куколки:

- Музыка. Рой Рох самые классные современные музыканты, на мой вкус, конечно. Надеюсь, тебе тоже понравится.

Я подсадил Стэфу в крыло, не упустив возможность подержать малышку за тонкую талию.

Через пятнадцать минут совершили мягкую посадку на крышу концертного холла. Я специально сделал круг над высоким куполом. Куколка с горящими глазами рассматривала ажурную конструкцию, словно состоящую из цветных секций. Я забронировал места в мой любимый белый, где был самый хороший звук.

Специально не стал пользоваться лифтом, а провел девушку по наклонным пандусам, открыто любуясь ее реакцией. Наши места были в нише, нависающей над сценой, я предвкушал момент, когда Стэфу окутает звук волшебной музыки Рой Рох. И не ошибся. Когда полились чарующие звуки голоса Рой, девушка широко улыбнулась мне, ее глаза заблестели:

- Рогнар, но где музыканты?

Я тихонько приподнял голову Стэфаники пальцем за подбородок вверх. Она подняла глаза и ахнула от удивления. Рох эффектный золотой дракон в магическом обличье бесшумно парил на своих крыльях, а Рой спокойно стояла на нем, как на земле и пела. Ее блестящие черные волосы плащом реяли за стройной высокой фигурой. Глубокий красивый голос, кажется, проникал в самое сердце.

- Я не понимаю слов, - шепнула Стэфа мне в ухо, пощекотав своим дыханием.

Я наклонился к самому ее розовому ушку, что бы ответить:

- Это древнейший язык агнитов.

Стэфа повернулась ко мне что-то сказать, и оказалась очень близко к моим губам. Девушка замерла, глубоко вздохнула, но не отпрянула, а посмотрела мне прямо в глаза. Время как будто остановилось, мерцающие зеленые глаза, волшебная музыка и магический голос Рой. Я ожидал - вот он, ее долгожданный поцелуй, но она вдруг смутилась, опустила взгляд и снова отвернулась к сцене. Я не дал себе разочароваться, так как отчетливо почувствовал сейчас ее влечение, ее волнение, ее приятие.

Ей действительно нужно немного времени - я готов ждать столько, сколько потребуется.

Глава 7

Избранник.

Рогнар оказался отличным парнем. Прямо идеал. С ним было легко, весело и надежно.

Мы встречались каждый день. Иногда с друзьями, иногда вдвоем. Малиника заявила, что друзья должны помочь мне узнать родной мир.

Белый дракон работал на энергетической станции. О принципах и источниках получения этой энергии даже не спрашивайте. По словам Рогнара, это был увлекательный процесс, требовавший от его участников ловкости, быстроты реакции и определенных навыков.

Сегодня, пока мой парень был занят, Мали решила познакомить меня со своим мастером-учителем.

На Сертае не было привычных на Земле учебных заведений и системы образования. После школы, в которой дети учились до двадцати лет, молодые сертаянцы вольны были выбирать, чем они хотят заниматься в дальнейшем. Определившись, нужно было выбрать самого лучшего мастера в этом деле, и под его руководством постигать будущую профессию сразу на практике.

Моя тетя уже второй год осваивала все тонкости работы "архитектора-строителя". На местном эта профессия называлась живитор.

В том, что ее учитель мастер-живитор я убедилась еще на подлете к его дому. Земные архитекторы, строившие венецианские дворцы, повесились бы от зависти.

Дом был изящен, красив, и он жил. Все время возникали и попадали какие-то детали, башенки, арочки, колонны, вырастали мосты, возводились галереи, переходы, пандусы. Все переливалось, текло и, казалось, состояло из воды.

Оценив мой взгляд, Мали сказала:

- На такой уровень я еще не способна.

- Да это же настоящий дворец Нептуна! - воскликнула я.

- Кого?

- Это Земной повелитель воды.

Она согласно кивнула.

Мы спустились и вошли в дом. Вопреки моим ожиданиям сырости нигде не было. Текучие снаружи, внутри стены выглядели застывшими ледяными.

Старый по возрасту (ему уже за тысячу), но не по виду агнит Чи лир Чиалис встретил нас в ледяном гроте - в холле.

Ничто не указывало на столь почтенный возраст мастера: гибкое молодое тело, каштановые вьющиеся волосы, которым позавидовала бы и любая девушка. И только заглянув в мягкие серо-зеленые глаза, ты понимал, что там мерцает неведомый нам опыт и мудрость.

После знакомства мы пошли в мастерскую. Простое круглое помещение с множеством круглых столиков. На каждом лежит кирпич, как мне показалось вначале. Конечно, это были не кирпичи, а те самые живисы, из которых выращивались дома.

Мастер-живитор здесь в мастерской создавал как бы проект, миниатюрную копию будущего жилища или административного здания. Прорабатывал все детали и параметры своей задумки, а живис запоминал. Затем его забирал заказчик, и на месте за несколько дней это магиживое существо вырастало в полноценное здание или дом, полностью воспроизводя проект.

Оказалось, поместье Саони, поразившее меня в первый день знакомства с семьей, тоже создавал лир Чиалис. Именно тогда юная Мали была настолько поражена искусством мастера, что решила и свою жизнь связать с этой профессией.

Она сразу подошла к одному из столиков, положила руку на "кирпич", и он тот час же развернулся в объемную модель двухэтажного особняка из желтого камня. Девушка сосредоточилась, и я увидела, как оконные проемы слегка изменили форму, на крыше четко обозначилась и проявилась посадочная площадка для крыльев.

- Ну а вы, юная лирея, хотите попробовать?

От неожиданности я даже вздрогнула.

- Да что вы, я не сумею!

- Я думаю, что сумеете, - возразил демон, - У вас прекрасные способности в программировании нестандартного облачения. Здесь тот же принцип.

Я задумалась ненадолго, потом решилась. Подошла и положила руку на живиса. Он показался мне бархатистым и теплым на ощупь. Тихонько позвала, но он не откликнулся как лимба, хотя я почувствовала, что существо живое.

Действительно, оказалось не трудно. Повинуясь моему воображению, над столиком появился полуметровый двухэтажный коттедж, в котором я каждое лето проводила со своей приемной семьей.

- Что это за материал? - заинтересовался лир Чиалис.

- Это древесина - очень распространенный материал для строительства на планете, где я родилась.

Домик был как настоящий, и мастер, а вместе с ним и Малиника с увлечением гладили бревнышки, рассматривали высокое крылечко.

- Хорошая работа, - похвалил меня учитель, - Если пожелаете, с удовольствием приму вас в ученики.

Я поблагодарила мастера, хотя и не собиралась "выращивать" дома.

После этого Мали захотела показать мне дом, который рос по ее собственному проекту. Я, конечно, согласилась - интересно было посмотреть на это действо в реальности.

Мы приземлились в одном из окраинных районов столицы. На "строительном" участке уже возвышались стены и медленно, едва заметно для глаз, росла крыша.

Мы уселись на соседний бугорок и полюбовались на захватывающую картину. В очередной раз я искренно восхитилась магиживой технологией.

- Слушай, а как туда будет подводиться вода, энергия? - вдруг заинтересовалась я.

- Так ведь дом растет не только вверх, он одновременно прорастает и в глубину, соединяясь с системой водоснабжения и энергетических коммуникаций.

- Ух ты! - только и могла вымолвить я.

В это время рядом опустилось еще одно крыло, и из него выпрыгнул Рогнар. Я радостно вскочила ему на встречу.

- У меня для тебя приглашение, - сказал он.

- Да? Куда?

- Сегодня в рист-парке пройдут соревнования по полетам на крыле. Хочешь посмотреть?

- Конечно хочу! А вы, Мали, пойдете с ребятами?

- Думаю, да, Золь залетит за мной, - ответила девушка.

Рогнар радостно кивнул нам и сделал шаг обратно к крылу:

- Отлично. Увидимся вечером. Я хотел повидать тебя и пригласить лично. А сейчас мне пора на станцию, - с этими словами он сел в крыло и умчался.

Я с весёлым недоумением обернулась на Малинику, мол, что это было? Как он нашел нас?

Она засмеялась:

- Конечно я сказала. Он отличный парень, и, похоже, без ума от тебя. Ты так и не избрала его для турнира, а ведь время уходит. Неужели он не нравится тебе?

- Очень нравится, - призналась я, - Но какой-то он нерешительный. За это время он даже ни разу не поцеловал меня.

- Зарташ! - в сердцах воскликнула Мали, хлопнув себя по лбу, - Он и не поцелует. Все время забываю, что ты родилась в другом мире и не знаешь разных тонкостей. Это всего лишь формальность, но право выбора принадлежит девушке. Мужчина не имеет возможности полноценно ухаживать за своей возлюбленной, пока она не избрала его.

- О чем ты говоришь?

- Поцелуй избранницы. Ты сама должна поцеловать Рогнара и сказать традиционную фразу: "Дай мне крылья" - это будет значить, что вы станете парой.

- Мали, я боюсь. Что если я ошибаюсь, и Рогнар не моя истинная пара. А вдруг я поцелую его, а он, может, и не собирался бороться за меня.

Малиника обняла меня:

- Глупенькая Стэфа, такова магическая природа Сертаи. Ты почувствуешь влечение к потенциальному партнёру. И это влечение обязательно будет взаимным, потому что вы близки по магической энергии. Таких потенциальных партнеров может быть несколько. А вот во время турнира, когда они предстанут перед тобой в магической ипостаси, ты безошибочно почувствуешь истинную гармонию. Остальных избранников ты забудешь, а они забудут тебя.

Ближе к вечеру Рогнар зашел за мной, чтобы лететь на соревнования. Я решилась. Молча провела его в свою комнату, он сделал шаг за порог и остановился. Я медленно приблизилась, глядя в его потемневшие фиолетовые глаза, встала на цыпочки, нежно поцеловала в губы и сказала:

- Дай мне крылья, белый дракон.

Рогнар несколько мгновений смотрел на меня, а потом схватил и впился в мои губы как жаждущий путник к источнику.

Это было сладко. Не могу сказать, что у меня подкосились ноги, но целоваться с драконом оказалось чертовски приятно.

Мой избранник прижал меня к себе и зашептал прямо в волосы:

- Стэфа, куколка моя серебряная. Я так долго ждал твоего поцелуя. С первой встречи я чувствую к тебе непреодолимое влечение, но ты не хотела избрать меня, может, считала недостойным. Благодарю тебя за твой выбор, и если на то будет воля Великой Матери, буду счастлив, подарить тебе крылья. Я не разочарую тебя.

Я буквально таяла в сильных руках, все мои сомнения улетучились. Он был сильным и надёжным, как никогда я почувствовала в нём дракона. Я обняла его за шею и снова поцеловала. Он ответил. Мы пили этот поцелуй и не могли напиться друг другом.

С трудом оторвавшись от меня, он сказал охрипшим голосом:

- Нам пора, нас ждут.

Я кивнула, и мы вышли из комнаты, держась за руки.

Малиника буквально расцвела в улыбке, увидев нас, подмигнула мне и за спиной Рогнара показала сцепленные мизинчики - знак одобрения, эквивалент земного поднятого большого пальца.

Мы вышли в холл. Листаир и Цинтия поджидали нас. Рогнар решительно направился прямо к ним:

- Лирея Стэфа избрала меня для турнира. Для меня будет великой честью подарить крылья куколке из рода Саони, - сказал он, обращаясь к моим родственникам.

Листаир ответил:

- Достойный выбор, лир Леркут. Будем рады увидеть Стэфанику с драконьими крыльями.

Обменявшись традиционными фразами, мы все обнялись. А бабушка тихонько шепнула мне на ушко:

- Тебе повезло, детка, белые драконы большая редкость, а стать его драконицей - великая удача.

В этот момент в дверь вошел демон Зольхаш. Малинника радостно порхнула к нему в объятья.

- Извините, не будете возражать, если я похищу у вас злотовласку?

- Мы тоже идем, - сказал Рогнар. И мы вчетвером вышли из дома, при этом молодой дракон все время держал меня за руку.

Та парочка полетела на своем крыле, а мы на крыле Рогнара. Когда приземлились в рист-парке, Золь радостно обнял друга и поздравил нас, безусловно, во время полета его просветили о последних новостях во всех подробностях.

На этот раз мы пошли по белой дорожке, которая упиралась в самый настоящий стадион. Когда мы пересекли линию безмолвия, то сразу окунулись в музыку, шум голосов. Вокруг было множество народа, все гуляли, рассаживались, смеялись. Со всех сторон по белым дорожкам подходили новые и новые лица.

Мы прошли вдоль рядов и по пандусу поднялись на уровень второго этажа. На нас обращали внимание, ведь мы с Мали выгодно выделялись своим облачением. Мне до смерти осточертели брюки и легенсы. Я так соскучилась по мини, но этикет категорически не позволял голые ноги. И сегодня меня осенило - плотные колготки! Я создала с помощью своей лимбы Мурки непрозрачные серые колготки с черным рисунком вдоль внешней стороны ноги, простую короткую черную юбочку и белую блузку с голубыми цветочками.

Хоть и незатейливый наряд, но он привел Малинику в восторг, и она потребовала облачить ее в аналогичный. Что я и сделала, изменив цвета и посоветовав ей закрутить косы в две тугие шишки по бокам головы.

Мы заняли свои места. Фейрина Линда не было, оказалось, он участвует в одном из пролетов.

Соревнования начались. Это было захватывающе. На пути участников все время возникали физические и магические препятствия: то вырастали скалы, то с неба извергался водопад, то магическая паутина, в которой увязли многие спортсмены. В третьем пролете мы болели за Линдииза. Оказалось, с помощью все той же лимбы можно приблизить себе изображение любого участника и следить за ним, как буд-то летишь рядом.

Линд здорово прошел трасу, чем вызвал бурный восторг своей избранницы.

Объявили участников четвертого пролета, и я ушам своим не поверила, в нем должен лететь агнит Астьенбиткааш лир Аттак.

Даже не задумываясь, что делаю, я тут же с помощью Мурки нашла его голубое крыло и весь полет затаив дыхание следила за ним. Сердце ухнуло, когда его крыло неожиданно затянуло в туманную петлю, но он сумел вырваться и, даже, выиграл.

На Сертае соревнования проходили не за какой либо приз, медаль или первое место. Просто в них участвовали те, кто хотел показать свое мастерство, свой дар магического управления или просто сбросить стресс.

Вскоре к нам присоединился Линд и был вознагражден за свой успех очень "французским" поцелуем Малиники и последними новостями, что "Стэфа и Роджик наконец-то пара".

Когда все пролеты закончились, мы спустились вниз и у стрельчатой арки выхода буквально столкнулись с Астьеном.

Мое сердце неожиданно пропустило удар (что же я так реагирую?). Я встала как вкопанная, боясь поднять глаза. Но его голос прозвучал ровно:

- Приветствую вас, уважаемые куколки Саони, и их спутники.

Все поздоровались. А Малиника добавила:

- У моей любимой племянницы появился избранник - белый дракон Леркут.

- Вот как? Поздравляю, - теперь его голосом можно было резать сталь.

Я даже вздрогнула и подняла на него взгляд. Синие глаза как буд-то подернулись льдом и метали холодные молнии.

Рогнар немного отстранил меня и поинтересовался не менее холодно:

- Может, хочешь что-то сказать?

- Только то, что если лирея выбрала юного дракончика, ничто не помешает ей выбрать еще кого-то - более достойного.

Глаза Рогнара потемнели от гнева:

- Что ж, демон, тебе-то без внушения девушке ложной гармонии ничего не светит.

- Во-первых, Стэфа не поддается внушению, во-вторых, ты здесь ничего не решаешь.

Я задохнулась от негодования:

- Как ты смеешь такое говорить?! А что значит, я не поддаюсь внушению? Ты что, пробовал мне что-то внушать?

- Это было частью терапии, но видящему суть невозможно что-либо внушить.

- Больше никогда и не пытайся, - практически выкрикнула я, - Примени свой дар на себе, внуши себе хорошие манеры.

С этими словами я резко развернулась, схватила Рогнара за руку и потащила прочь. Остальные молча последовали за нами. Астьен остался стоять, а я успела заметить, что его демонический хвост с черной кисточкой буквально хлещет траву позади него.

Настроение было испорчено, хотелось домой, посидеть, может быть выпить вина, успокоиться.

У моего избранника были на этот счет другие планы. После того, как мы стали парой он никак не хотел расстаться со мной. Но тут неожиданно выручила Малиника. До этого молчавшая, она вдруг решительно отстранила всех жаждущих общения мужиков и заявила:

- Мальчики, все, мы со Стэфой доберемся сами, сегодня нужно отдохнуть. Увидимся завтра.

Я улыбнулась Рогнару, поцеловала его и быстренько запрыгнула в крыло. Мы взлетели.

Мали немного помолчала, управляя машиной, и вдруг спросила:

- Что у тебя с этим демоном?

- Да ничего!

Она лишь ухмыльнулась и заявила:

- Он твой второй избранник!

Я даже поперхнулась:

- Какой избранник, о чем ты говоришь? Я его убить готова!

- Только слепой не заметил бы искры, которые проскакивают между вами, - возразила она, - Не нужно отказываться от избранника, которого посылает тебе Мать Сертая, ведь он может оказаться истиной гармоничной парой.

- Малиника, ну о какой гармонии может идти речь, после того, что ты рассказывала о нем, после его выходки.

- Признайся, не смотря на все это, тебя к нему влечет?

Я немного помолчала и нехотя призналась:

- Да, очень...

- Ты должна его поцеловать! - решительно сказала она, - Со всем остальным разберешься.

Я посмотрела на нее. Моя тетя выглядела очень довольной.

- Чему ты так радуешься? Если я сделаю это, то у твоего друга - дракона появится соперник на турнире.

- Так какой же это турнир, если нет соперников? К тому же, ты как-то скованно мыслишь. Любая серебряная куколка на этой планете будет только рада новому избраннику. Чем их больше, тем лучше. У моей подруги Нулли из рода агнитов совершеннолетие только через год, а у нее уже четверо избранников.

Дальше мы летели молча. Я рассеянно наблюдала за вечерними огнями Тальтоны, а Малиника бросала на меня заинтересованные взгляды и хитро улыбалась своим мыслям.

Оставшись одна в своей комнате, я забралась на диванчик с ногами, не активируя освещение, и задумалась: "Может быть, Мали и права. После того, как я сама признала это вслух, не было смысла себя обманывать. Этот мужчина влечет меня с самого нашего знакомства.

А что же Рогнар? - спросила я сама у себя, - Вот это да! И он меня привлекает не меньше. Странно все это.

Ладно, - решила я, - Не буду, как говорится, гнать коней, если судьба мне поцеловать Астьена, то такой шанс еще предоставится. Сама с ним встреч искать не буду, все таки злюсь еще на него за сегодняшнее".

Я пошла в спальню и обнаружила на кровати маленькую корзинку с розовым кристаллом внутри. Взяв в ладонь бархатистый на ощупь камень, я вдруг почувствовала тонкий аромат, именно тот, который заставлял чаще биться мое сердце и испытывать странное сладкое томление.

Это был запах туалетной воды синеглазого демона.

Глава 8

Большой Совет.

Сегодня мы завтракали всей семьей. Цинтия разбудила всех очень рано, ни чего не объясняя. Все кушали молча. Хотя это было не напряженное молчание, а, скорее, молчаливое взаимопонимание.

Наконец, Листаир сказал:

- Стэфа, на сегодня не строй планов, сразу после завтрака отправимся на Большой Совет.

- Как? Почему же ты вчера не предупредил?

- Ты бы разволновалась раньше времени. Извести Рогнара, что сегодня встретиться не удастся. Вылетаем через сорок минут, опаздывать на Совет не принято.

Я забежала в свою комнату, присела на диванчик и позвала: "Мурка, киска моя, вызови Рогнара".

Через пару мгновений возникло изображение дракона в спальне. Он имел заспанный вид и был совершенно голым. Я невольно загляделась на открывшееся впечатляющее зрелище. Рогнар спохватился и тут же оказался в комбезе.

Я хмыкнула и протянула:

- Отличный... пресс. Доброе утро, - не выдержала и засмеялась.

Дракон, кажется, ничуть не смутился (уж не специально ли он это сделал?) и ответил:

- Действительно, доброе, если меня будишь ты. Я соскучился.

- Я тоже, но сегодня Большой Совет, так что увидимся только завтра.

Рогнар даже не пытался скрыть разочарование:

- Жалко, но Совет очень важен. Вечером, когда освободишься, вызывай меня через свою Мурку.

- Хорошо, обещаю, - я послала ему воздушный поцелуй и прервала связь.

Для Дома Совета не подошел бы легкомысленный наряд, поэтому я облачилась в прямые зауженные брюки темно синего цвета, белую блузку и жакет в тон брюкам. И тут отлично подошли классические туфли на шпильке.

Мои родственницы оценили облачение, особенно Цинтии понравились туфли. Я помогла ей воспроизвести такиеже. Она очень ловко двигалась в них как заправская фотомодель, как буд-то всю жизнь ходила на таких каблуках.

Листаир прервал наше увлекательное занятие, сказав, что пора вылетать.

Оказалось, Дом Совета находился за пределами столицы на высоком холме, окруженном с трех сторон стелющимися полями, а с юга рекой. Само здание было похоже на раковину улитки, увеличенную в тысячи раз. Вершиной "раковины" самой тонкой частью Дом опирался в холм, а далее в небо раскручивалась спираль. Вся конструкция держалась без каких-либо видимых опор. Никаких окон я не увидела, везде, где хватало глаз, сверкал розоватый перламутр. На высоте, примерно, сорока метров витки заканчивались широким входом. И там где в живой раковине должна быть улитка здесь совершали посадку многочисленные прибывающие крылья.

Оценив при подлете величественную панораму Дома Совета с холмом и сверкающим отражением восходящей Асинги на крученых изгибах, я невольно прониклась трепетом к предстоящему делу.

Внутри здание повторяло геометрию раковины улитки, но оценить это оказалось сложнее. Прозрачная труба транспортера перенесла нас прямо в нашу ложу, после того как мы назвали свои имена. Оказавшись на месте, я во все глаза разглядывала происходящее вокруг. Все стены зала были испещрены нишами с такими же сиденьями, которые предназначались нам. Из подлокотника каждого сиденья как бутон вырастал коммуникатор. Я приложила его к руке, и сразу же включилась в "нервную" систему этого магиживого Дома. Причем, этот бутон не нужно было все время держать на руке. Лимба установила с ним дистанционную связь.

То и дело лифты выносили к своим местам все новых и новых участников Совета. Не смотря на отсутствие окон, было светло, казалось, освещение исходит ото всюду одновременно.

Когда все прибыли, председатель открыл заседание.

Это был фейрин Кимарик лир Пурут. Несмотря на то, что ему уже исполнилось полторы тысячи лет, он не потерял юношеской стройности.

- Сегодня заседание Большого Совета посвящено новому миру с обитаемой планетой Земля, его удивительным и странным особенностям, приведшим к гибели пятерых наших соотечественников. Здесь присутствуют все, кто имеет отношение к изучению параллельных миров, эксперты по магижизни, родственники погибших и свидетель, родившаяся на Земле, но вернувшаяся на Сертаю, серебряная куколка из рода Саони.

Председатель находился в нише довольно далеко от меня, но когда он начал говорить, Мурка приблизила мне изображение лира Пурута, так что я и видела и слышала его хорошо.

Сначала выступил докладчик, который поведал всем об организации той злополучной экспедиции.

В ее состав кроме моих родителей входил пилот космического корабля и командир экспедиции - агнит Илиштар лир Рисп, эксперт по магижизни - дисса Пениона лирея Вижи и исцелитель дис Эгдар лир Вижи. Мой отец был астронавигатором, а мама - контактером. То есть, предполагалось, в случае обнаружения разумной жизни, именно моя мама попыталась бы вступить в контакт. Это она разработала и создала лингватор, который и мне позволил освоить местный язык.

До портала в мир Земли Звездный Скиталец добрался за два дня, используя межпространственные технологии. Эта невидимая простым глазом червоточина между параллельными мирами располагалась от системы Асинги в двух перелетах, привязанная к нейтронной звезде, вокруг которой кружилась всего одна безжизненная планета.

Как я поняла из слов докладчика, эти червоточины вовсе не были предназначены, чтобы существа из разных миров гуляли туда-сюда, как им вздумается. Они каким-то образом соединяли, или, может, скрепляли ткань пространства Большой Вселенной. Ух! Голова кругом...

Но любознательные жители Сертаи решили, что им все дозволено, и полезли-таки, исследовать другие миры. Оказалось, что экспедиция моих родителей не первая пропавшая. До этого в другую червоточину ушла и не вернулась еще одна. Это случилось за два года до нашего случая.

С тех пор контактные исследования в этой области были под запретом, так как экспедиции считались пропавшими без вести. Пока не появилась я.

Следующим выступал мастер лир Таон. Я искренне обрадовалась знакомцу и вся замерла в ожидании, ведь сейчас я узнаю правду о своих родителях.

Лир Таон представил всем меня, объяснил присутствующим, каким образом считывалась информация и попросил меня подтверждать или уточнять те факты о Земле, которые он будет излагать.

Сначала дракон решил обрисовать тот мир, в который отправилась экспедиция, что бы всем было понятно, с чем столкнулись исследователи. Я наблюдала за присутствующими. Все слушали оратора затаив дыхание. Лир Таон даже предоставил слушателям довольно похожее изображение Земли, только темноватое, на мой взгляд, о чем я и сказала. Картинку подправили, и у меня даже навернулись слезы, все-таки я родилась на Земле и считала ее своей родиной.

Всех удивило, что в том мире живет только одна раса - это люди.

- Но человечество искусственно разделило свою планету на части, - продолжал мастер лир Таон, - Считает, что в каждом таком государстве живет своя раса, хотя суть, это один и тот же вид, у каждой свой язык и свои законы. Они строго контролируют свою территорию, и, даже, воюют между собой. Аналог такого поведения встречается на нашей планете у коллективных насекомых слютов.

Но самое главное отличие наших миров в том, что там совершенно нет саны, такая энергия в принципе отсутствует в ткани того мира. Как следствие, магическая трансформация не знакома жителям Земли, у них нет питающих родовых источников, и продолжительность жизни не более ста лет.

Он умолк, в зале воцарилась полнейшая тишина. Я взглянула на своего деда, сидящего рядом, даже он был ошеломлен.

Помолчав, дракон продолжил:

- Да. Мы настолько естественно, как дыхание воспринимаем магическую энергию нашего мира, нашей планеты Матери Сертаи, что не могли и представить себе, что где-то она может отсутствовать. Мы с коллегами просчитали все параметры случившегося и вот выводы:

Как только космолет попал в мир Земли, он был обречен. Ведь вся наша техника магиживая и нуждается в подпитке своей саны. В случае с космическим кораблем у него был ограниченный запас, так как корабль рассчитан на некоторое автономное пребывание в космосе, вдали от источников магии. Этой энергии кораблю хватило, чтобы поддержать жизнь экипажа и совершить посадку на обитаемой планете. О возврате уже не могло быть и речи.

Не получив необходимой подпитки, разум корабля погиб и его ткань быстро распалась на составляющие элементы. Погибли лимбы, скорее всего, не работали лингваторы, только пища, не имеющая магического компонента, оставалась пригодной.

Все члены экипажа, кроме лиреи Саони умерли без корабля через считанные часы.

Мастер лир Таон сделал паузу, тяжело вздохнул и сказал:

- Почему же фея Кристиника прожила на Земле еще почти год по исчислению Земли?

Мы можем лишь догадываться, какое душевное горе испытывала она, потеряв все, что имела и любила: мужа, друзей, свой родной мир и, даже, шанс на возвращение. Какую тяжесть испытывала фея, лишившись своих крыльев. Но она вынесла все это, потому что была беременна. Она не погибла сразу, так как ее сану подпитывали еще нерожденные серебряные куколки, ее дочки. Так если бы она вынашивала мальчиков, они погибли бы вместе с ней сразу, как и остальной экипаж.

Именно ее дочери дали ей шанс выжить, но сразу после их рождения она угасла в эти же сутки.

- Как дочери!? - воскликнула я, вскочив с места. - Вы хотите сказать, что на Земле у меня осталась сестра?

- Да, - подтвердил дракон, - Сомнений нет, все это четко считалось с твоей ранней памяти. Кристиника поведала вам с сестрой всю свою историю, думая, что вы сможете обратиться к этим воспоминаниям, когда повзрослеете, и узнаете правду.

- Но моя сестра не вернулась, я даже не знала о ее существовании. На Земле нет технологий, позволяющих прочесть раннюю память. Моя мама об этом не подозревала. Но скажите мне, что будет с сестрой, когда ее сана иссякнет? - я боялась услышать ответ, хотя и так знала его.

- Она умрет. И у нас нет никакой возможности помочь ей.

В зале воцарилась полнейшая тишина.

Я села совершенно оглушенная этим приговором. Листаир взял меня за руку:

- Мне так жаль, малышка. То, что портал открылся для тебя с поверхности планеты, а не из космоса, где вышел космолет, это и так большая удача.

- Портал! - я снова вскочила, - Ведь этот портал до сих пор работает. До нашего совершеннолетия еще есть время. У моей сестры есть шанс! Ее можно спасти!

- Боюсь, что нет, - ответил низкий голос.

Я посмотрела в сторону говорившего. Это был член Большого Совета дис Мирлиш лир Ки-ки-ти с зеленой шевелюрой, серо-зелеными глазами и бледной зеленоватой кожей. Он был невероятно древним, ему уже перевалило за четыре с половиной тысячи лет. Он родился еще в эпоху разделения и принадлежал к древнему роду драконов с архипелага на юге планеты. В те времена ни о каком смешении рас не было и речи. Законными признавались только чистокровные союзы. И на этом архипелаге такой цвет кожи и волос был, в общем-то, типичным.

Как мне потом объяснили, даже и сейчас, в эпоху объединения, отдаленные поселения ведут довольно архаичный образ жизни - это не столица. Если в семье сын, то нет проблем - соединяйся с куколкой любого рода. Но дочерей строго охраняют, стараясь, чтобы не ушла в другой род.

Древний дракон со странной фамилией лир Ки-ки-ти был могучим представителем своего рода, его голос раскатывался по залу безо всяких усилителей:

- Ее нельзя спасти, - повторил он, - Вы, юная куколка, вероятно, не услышали, что любой совершеннолетний представитель нашего мира умрет в том мире, не сделав и нескольких шагов. То есть, мужчины там не могут выжить по определению, а посылать несовершеннолетних девушек с такой миссией в незнакомый мир в высшей степени неразумно. Кроме того, слишком мало времени осталось.

Я не хотела сдаваться:

- Я только что узнала, что у меня есть сестра-близнец. Ей грозит неминуемая скорая смерть. Как я смогу жить, если не сделаю всего возможного для ее спасения? Мне никогда не обрести гармонии без этого. Я сама отправлюсь за ней! - у меня на глазах блестели слезы, но я говорила твердо.

- Нет, - возразил зеленый дракон, - Мы не станем рисковать серебряной куколкой, чудом вернувшейся домой. Это совершенно исключено. На любые проникновения в параллельные миры наложен запрет, он распространяется и на юную лирею.

Я была в отчаянии. Что могла я, сущий ребенок, противопоставить таким патриархам.

- Я думаю, это возможно! - раздался уверенный громкий голос.

Я вздрогнула и повернулась, ища глазами того, кто это сказал. Справа от меня и чуть выше по изгибу витка стены сидел ни кто иной, как агнит Астьенбиткааш лир Аттак собственной персоной. Ну конечно, он ведь то же имеет отношение к изучению параллельных миров.

- Это возможно, - повторил он, - Портал, приведший лирею в наш мир, очень устойчив. Ученые провели расчеты и уверены в его стабильности. То есть серебряная куколка, имеющая запас внутренней магии, может без риска для жизни побывать в том мире и вернуться. Безусловно, эта спасательная операция рискованна и опасна, так как это совершенно незнакомый нам мир. Для успешной миссии спасения мало иметь сану, необходимо хорошо ориентироваться, владеть языком, навыками и особенностями общения в том мире. И всем этим в совершенстве обладает лирея Саони. Она прожила в том мире двадцать два года по местному времени, и все знает о нем.

Если кто-то может спасти нашу обреченную на гибель соотечественницу, то это только вот эта серебряная куколка.

Мы сейчас узнали об ужасающей участи экспедиции. Полагаю, мы должны использовать любой шанс на спасение второй дочери Кристиники.

- Вы осознаете, какой это риск для куколки? А если она не успеет вернуться до инициации? - возразил чей-то голос.

- Да, риск есть. Необходимо учесть, что время на Земле более растянуто, и там вместо наших пятнадцати проходит десять суток, - демон помолчал и закончил, - Я лишь прошу уважаемый Совет не отметать все доводы сразу как несостоятельные, а провести точный расчет и прогноз спасательной миссии.

Я затаила дыхание. В огромном зале стояла тишина и вдруг каждая ниша стала вспыхивать золотистыми огнями. Это был знак одобрения. Вскоре весь зал сверкал как новогодняя елка.

- Большой Совет одобряет решение на расчет и прогноз спасательной операции, - подвел итог председатель лир Пурут, - В этом должны принять участие все компетентные лица, включая лирею, которая предоставит подробный план действий на Земле в случае, если миссия состоится.

Сейчас первая часть Большого Совета объявляется закрытой. После перерыва ученые с помощью свидетельницы лиреи Саони представят нам подробные сведения о параллельном мире Земли. Лица, заинтересованные в подобных знаниях, приглашаются на вторую часть.

Все задвигались. Встали и мы. Труба лифта вынесла нас в подземную часть ракушки. Я и не подозревала, что под холмом скрыта точное отражение верхней части здания. Именно здесь располагались различные технические, коммуникационные узлы, огромная столовая и, даже, жилые модули.

Я повертела головой, но Астьена нигде не увидела.

Мы с дедом и бабушкой заняли свободный столик. На его поверхности всплывали виртуальные изображения различных блюд. Мы сделали заказ, и через минуту из середины столика выдвинулись аппетитно пахнущие тарелки и кружки.

Ели мы молча, все были подавлены услышанным. На глазах у Цинтии виднелись засохшие слезы:

- Милая, - обратилась она ко мне, - Ты должна подумать. Ведь это так рискованно. Я не могу потерять тебя, после того как чудесным образом обрела, когда уже не было надежд.

Я хотела решительно возразить, что я плевала на риск, когда речь идет о жизни моей сестры, но взглянув на страдания бабули, лишь молча кивнула ей соглашаясь.

Тут сзади раздался чей-то мощный голос:

- Ну что, ильвы, крылья повесили?

Все обернулись. Листаир и Цинтия радостно поднялись и стали обниматься с высоким русоволосым красавцем с богатырским разворотом плеч.

- Стэфа, познакомься, - сказал дед, - Это твой второй дедушка, отец Кристиники агнит Михтинкааш лир Беккат.

Я встала, во все глаза рассматривая нового родственника.

- Мать Сертая, - воскликнул демон, - Как буд-то Кристи вернулась. Ты обязательно должна прилететь к нам, познакомиться с бабушкой Киришей. После исчезновения дочери, Кира почти не летает, думаю, твое появление вернет ее к жизни.

Мы обнялись. Я сразу почувствовала особое расположение к Михтину. Было ощущение, что мы с ним знакомы тысячу лет.

Агнит присел к нам за столик, сделал свой заказ и продолжил разговор:

- Тебе, Стэфа, должен понравиться наш родовой замок на берегу моря.

- У моря? Так это довольно далеко от Тальтоны?

- Да, не близко. На стратосферном крыле шесть часов лету. Кира потому и не полетела на Совет. Сейчас понимаю, что она была права. Не знаю, Цинтия, как ты выдержала все эти подробности. Если бы Кириша услышала, как мучилась и страдала Кристи, то... - он внезапно замолчал, покачав головой, - А ты, Стэфа, неужели всерьез отправишься на поиски сестры?

- Я сделаю это. Я предполагаю, где ее нужно искать и, думаю, поиски не затянутся. А в случае неудачи, я всегда успею вернуться одна.

- Не сомневайся, Михтин, я тщательнейшим образом проведу расчеты сам и перепроверю прогнозы других, - сказал Листаир, - Если будет хоть малейший прогноз неудачного исхода, она никуда не пойдет.

Я строптиво взглянула на деда, но смолчала, поняв, что это решение от меня не зависит. Я решила сменить тему:

- Михтин, я, наверное, смогу погостить у вас только после совершеннолетия. Ведь сейчас мне нужно предоставить план поиска для Совета.

- Нет, нет, нет! Никаких возражений. Лететь нужно именно сейчас. А план Совету передашь через лимбу, связь с Домом Советов у тебя есть. И твоего избранника, приглашаю тоже.

- Лети, погости на море, - поддержала Цинтия, - Дней пять. Но полетите послезавтра, переночуешь у нас, демон. Мы так давно не виделись.

Бабуля с Михтином собрались к нам домой, а Листаир оставался, чтобы поддержать меня и поучаствовать во второй части Совета.

Мы уже заканчивали обед, когда появился Астьен. Он кивнул головой:

- Приветствую, ильвы, Стэфа.

А с Михтинкаашем они обнялись как старые друзья.

Я радостно встала ему на встречу:

- Спасибо, что поддержал меня.

- Не за что, я ведь понимаю как это важно для тебя.

- Он понимает, - неожиданно с плохо скрываемой злостью сказала Цинтия, - Хочешь проявиться перед Советом. Это важно для нее. Ну а опасность, которой она подвергнется! Тебе все равно плевать на это.

- Мне не плевать, - с нажимом произнес демон, - Но связь между близнецами магического порядка, у них даже сана излучает практически одинаково. Если один близнец погибнет, второй потеряет часть себя. Стэфа должна попытаться.

- Что ты можешь знать об этом, - похоже, что фею невозможно было переубедить, - "Потеряет часть себя", - она передразнила интонацию, - Играешь на чувствах юной девочки. Ведь в этом ты мастер.

Астьен ничего не ответил Цинтии, хотя я видела, что он еле сдержался:

- Извините, мне пора, - он снова кивнул всем присутствующим, задержал на мне пристальный взгляд, - Стэфа. Михтин, - повернулся и исчез в толпе.

Я была в шоке:

- Цинтия, зачем ты так?

- Да. Ты не права, фея, - неожиданно поддержал Михтин, - Он действительно знает, о чем говорит. Похоже, ты так и не простила его за тот турнир.

- Он оскорбил и твою дочь и Синиона и третьего ее избранника, не явившись на турнир. Что может поменяться в моем отношении к такому бесчестью?

- Ты просто не знаешь всей правды, Цинтия.

- Какой правды?

- История запутанная, и была засекречена, но по прошествии времени я могу кое что рассказать. Все это было связано с Хелитаей.

- Это вторая колонизированная наша планета? При чем здесь она?

- При том, что примерно за два года до совершеннолетия Кристиники на Хелитае случился мятеж. Поселение на планете было еще совсем небольшим. Конфликт произошел между двумя самыми крупными городами. За два года конфликт разросся, один город осадил второй, в попытке завладеть ценными ресурсами.

- Что-то я не слышала о мятеже на Хелитае.

- Конечно, не слышала, кому выгодно разглашать такие вещи, все это засекретили. Ну а в первом городе забаррикадировались и послали на Сертаю призыв о помощи. Мятежникам удалось нарушить связь, но сигнал уже ушел. И вот Совет оказался без возможности контакта с осажденными. Жители престали кого-либо впускать, после того, как под видом правительственных парламентеров в город проникли диверсанты, и случилась резня. Над поселением нависла угроза полного уничтожения.

Нужно было решение, и этим решением стал Астьенбиткааш. На Хелитае в осажденном городе жил его брат-близнец Истьенбиткааш.

Расчет был, что Истьен узнает брата, его пропустят в город и наладят контакт, ну и так далее. Отправляться нужно было немедленно, а ведь приближался турнир.

Астьен явился к Кристи, позвали меня, и он все объяснил. Он колебался. Нужно было спасти брата и целый город, но причинить боль любимой тоже было для него невыносимо.

Кристиника отпустила его. Она благословила его на помощь Хелитае. Она сказала тогда: "Астьен, ты очень дорог мне, я буду страдать без тебя на турнире, но мы сможем забыть друг друга, когда я изберу другого. Если ты не поможешь брату, ты будешь страдать всю оставшуюся жизнь, и никогда этого не забудешь".

Конечно, на турнир он не успел, но на той планете все прошло успешно. Насколько я знаю, Истьен до сих пор живет там.

Цинтия помолчала и сказала:

- Да, я действительно, не могла и предполагать такого. Я даже не знала, что у лира Аттака есть брат-близнец. Ну почему ты не сказал об этом раньше? Похоже, очень достойный демон был незаслуженно лишен уважения.

- Мы вынуждены были молчать, говорю же, это до сих пор засекреченная информация. Я рассказал лишь потому, что Астьен и Истьен сыновья моего лучшего друга, и я не хочу, чтобы о них плохо думали.

В это время прозвучал мелодичный сигнал сбора на вторую часть Совета. Мы расстались со своими спутниками до вечера и отправились с Листаиром в зал заседаний.

Я была в полном смятении чувств. Все мои сомнения на счет синеглазого демона исчезли, если бы не Совет, я готова была прямо сейчас бежать и поцеловать его.

Но реальность такова, что мы проторчали на заседании до самого вечера. Я устала так, что ни о каких поцелуях уже не было и речи. Я мечтала лишь о своей кровати.

Дома меня ждал семейный ужин с новым дедом Михтином, веселое щебетание Малиники по поводу предстоящей поездки на море и цветы от Рогнара.

Я так вымоталась, что не могла даже пообщаться со своим избранником, как обещала. Послав ему через лимбу спасибо и поцелуй, я уснула, как только доползла до подушки.

Глава 9

Ох, уж эти мужики.

Сегодня я выспалась, даже понежилась в постельке, отстраненно вспоминая и прокручивая вчерашние события, пока из такой полудремы меня не вытащил вызов лимбы. Пушистая лапка тронула за руку и промурлыкала: "Рогнар соскучился и спрашивает, можно ли увидеть возлюбленную куколку?"

Я, полагая, что это запрос на "видеозвонок", ответила согласием. Но тут открылась дверь, и на пороге явился дракон собственной персоной. Я очень обрадовалась ему, но изобразила возмущение:

- Это что такое? Я даже не умывалась! Живо отвернись!

Ухмыляясь до ушей, Рогнар уселся на диванчик, а я прошмыгнула в ванную. Не изменяя своей привычке, утром я как всегда облачилась в уютный пушистый халатик нежного персикового цвета до колен. Когда в таком виде я появилась из ванны, у молодого мужчины загорелись глаза:

- Ух ты! Стэфа, какое одеяние! Он поймал меня за руку и усадил к себе на колени.

Я и не подумала удлинить халатик и прикрыть ноги, во-первых, это моя комната, во-вторых, мой парень.

Рогнар провел ладонью по мягкой ткани и, не останавливаясь, перешел на мои голые коленки.

- Что это вы делаете, белый дракон?

- Наслаждаюсь, - ответил этот наглец, уткнувшись носом в район груди, и плавно запустил руку под халатик на мои бедра.

Так как я сидела на его коленях, то буквально почувствовала, что он действительно наслаждается.

Мы поцеловались, потом еще раз. Я запустила пальцы в его непокорные вихры, откинула их назад и нежно укусила мочку уха. Потом стала целовать его в шею. Парень даже вздрогнул и застонал от удовольствия. Я наткнулась рукой на его лимбу за ухом, почувствовав мгновенный отклик, послала приказ сменить облачение. Теперь Рогнар оказался в джинсах и расстегнутой рубахе. Я провела ладонью по рельефной груди. Кожа была гладкая и показалась мне прохладной.

Он немного отстранил меня от себя:

- Что мы делаем? - дракон тяжело дышал, взгляд был затуманен желанием. Да и меня его сильные руки не оставили равнодушной. Вообще уже сказывалось отсутствие классного мужика, я завелась с пол оборота.

- С тех пор, как увидела тебя голым, очень хотелось потрогать твой... пресс, - ответила я игриво и поцеловала твердый сосок. В это время его руки были где-то в районе моей попы.

Рогнар снова застонал и, вдруг, резко ссадил меня с колен и отодвинулся немного назад.

- Нужно остановиться сейчас, через минуту я уже не смогу. Ты такая... - он покачал головой, не находя слов. Но по его горящему взору поняла, какая я.

- А может и не надо останавливаться? - ответила я, снова пододвигаясь к нему.

Он поймал меня за руки и поцеловал их:

- Ты потрясающая женщина. И после турнира, я не отпущу тебя, но сейчас нельзя, ведь крылья...

Я не стала у него выяснять, что там не так с крыльями, и почему нельзя сейчас. Решила потихоньку выспросить у Мали, ведь девственницей я не была.

А пока я улыбнулась своему избраннику и снова ушла в ванную. Понадобилось некоторое время и контрастный душ, чтобы успокоиться и прийти в себя - так ведь и стервой недолго стать с их целомудренными нравами.

Освежившись, я сменила облачение на удобные джинсы и футболку и улыбнулась, увидев, что Рогнар оставил на себе мой вариант облачения, только сделал рубашку застегнутой.

Мы пошли завтракать. Как ни странно, ели мы вдвоем. Все мои родственники разлетелись с утра по делам. У Мали заканчивал рост ее дом, и она сдавала его заказчикам, Листаир и Цинтия улетели в научный институт, заниматься расчетами будущей спасательной операции на Земле. Ну, заниматься-то, конечно, будет дед, а Цинтия хотела провести консультации с другими специалистами о возможных проблемах. А Михтин пошел в любимый клуб, раз уж оказался в столице.

- Ты должна знать, - серьезно сказал Рогнар, - Я безумно волнуюсь тебя отпускать обратно на Землю, но поддерживаю. Оставить там на гибель твою сестру будет преступлением. Вогнар не близнец мне, но я бы полетел и на край вселенной ради него.

- Спасибо, - я улыбнулась парню, - Как там твоя работа? Полетели со мной на море, Михтин пригласил.

- Не смогу. Станция работает циклично, сейчас пиковый латационный цикл, мы все работаем в авральном режиме. Мне сегодня заступать к часу.

- В каком режиме? Ничего не поняла, кроме того, что ты очень занят. Ну я там пробуду дней пять, может, вырвешься на денек?

- Не обещаю, но через лимбу от тебя не отстану.

Мы засмеялись.

Идти никуда не хотелось. И мы пробыли с драконом до самого его отлета у меня в комнате. Болтали о разных вещах, узнавали друг друга, нежно целовались, не переходя очерченную грань.

Время пролетело незаметно, и после его ухода, я осиротела и заскучала. Переговорили с Малиникой и договорились встретиться с ней в Черном ресторане, когда она освободится через три часа.

По ее словам все в этом заведении должно быть черным и никаким другим. Поэтому я преобразовала облачение в черные стрейчивые джинсы с пайетками на обводах карманов и черную блузку обманчивого бесформенного кроя, косо лежащую на бедрах. Черные туфли на шпильке, но с платформой превращали этот наряд из спортивного в стильный и изящный. Платформа на туфлях нивелировала каблук, и ходить в них было очень удобно.

Дома я уже насиделась и решила погулять по городу. Бездумно бродила по улицам и переулкам, пока неожиданно для себя не оказалась перед знакомым домом. Стояла и тупо соображала, как я умудрилась прийти именно сюда, и нужно бы уйти, пока не поздно...

- Лирея Саони, какой сюрприз. Вы ко мне? - раздался уверенный голос позади меня.

Я заволновалась, как буд-то меня застали на месте преступления, но взяла себя в руки и повернулась вполне уверенно:

- Лир Аттак, мы теперь опять на вы?

- Следуя вашему приказу, я учусь хорошим манерам.

- Извините, похоже, разговор не клеится, мне лучше уйти, - я сделала движение, чтобы обойти его.

- Нет, Стэфа, это ты меня извини, - его тон совершенно изменился, - Ты ведь, наверное, по делу. Прошу, проходи в дом.

Я поколебалась, но все же решилась, и мы вошли в мягкую гостиную, где я провела первые дни после своего появления на Сертае.

Демон принес моих любимых фруктов и присел рядом со мной на диванчике. Он не делал попыток приблизиться, но синие глаза, казалось, проникают в самую душу. Я не знала, куда девать свои глаза и как себя вести.

- Астьен, я на самом деле оказалась у твоего дома случайно, но раз уж мы встретились, хочу извиниться за Цинтию.

- Я привык к такому отношению.

- Подожди, выслушай меня. Для меня действительно неоценима твоя поддержка на Совете. Мне важно твое мнение и наши добрые отношения. Михтин все рассказал нам о Хелитае, и Цинтия теперь сожалеет, что так думала о тебе.

- Что ж, мнение Цинтии важно, как твоей родственницы. Но для меня имеет значение лишь то, что думаешь ты.

Он пододвинулся ближе, протянул руку и взял прядку моих волос. Они отросли уже ниже лопаток и лежали тяжелыми волнами. Медленно пропустил прядку сквозь пальцы по всей длине:

- Какие шелковые... Я мечтал об этом со дня нашего знакомства.

Я не выдержала и фыркнула:

- В день нашего знакомства у меня не было волос. Ты мечтал погладить меня по лысине?

Мы засмеялись.

- Нет, я именно так представлял тебя, - он еще раз завладел прядью.

- О чем ты только думал?

- О! Я думал о многом, но расскажу тебе, когда ты дашь разрешение, - он придвинулся еще ближе, - И покажу.

Я снова ощутила его волнующий запах. Меня бросило в жар:

- Подожди, Астьен, - я немного отодвинулась назад, - Ты знаешь, Рогнар...

Демон сжал губы, глаза его сверкнули, но ответил он спокойно:

- Да, белый дракон - достойный выбор. Но он всего лишь один из избранников. И сейчас ты не с ним, а со мной.

- Понимаешь, все не так просто. Ты должен понять, я воспитывалась в другом мире, в другой культуре. Мне трудно перешагнуть через себя и поцеловать мужчину, когда еще утром я целовалась с другим.

- Да, объясни. Я действительно не могу понять, в чем проблема. Ты чувствуешь влечение ко мне, я это знаю. Я готов на все ради тебя. Так что же тебя останавливает, почему ты отталкиваешь меня всякий раз?

- Астьен, если у тебя появилась избранница, можешь ты выбрать еще одну девушку?

- Конечно, нет! Это исключено. Встретив избранницу, я уже не могу думать о ком-то еще.

С этими словами он снова пододвинулся ко мне поближе. Но так близко я разговаривать не могла, так как сразу теряла контроль, поэтому вскочила на ноги и заходила по пушистому ковру:

- Вот видишь, для тебя существует только одна девушка, почему у меня не так? Зачем мне этот выбор? Я воспитана так, что если, избрав одного, я посмотрю на другого, то я совершаю предательство.

- Но в этом мире все по-другому. Ты вправе сделать любой выбор. Ты чиста, ты серебряная куколка. Ты выбрала дракона, я безумно ревную к нему, но не испытываю гнева к тебе. Даже если ты изберешь еще троих, я ни в одной мысли не осужу тебя. Ведь я верю и надеюсь на свою победу в турнире.

- Поверь, мне, Астьен, если бы ты стал первым моим избранником, то тебе не понадобился бы никакой турнир, я бы не посмотрела ни на кого другого. Когда я думаю о тебе, я хочу поцеловать тебя, но когда доходит до дела, мне трудно переступить через воспитание. Подожди, дай мне время.

- Время, Стэфа! Сколько тебе еще нужно время?! Ты такая желанная, но не подпускаешь меня к себе. Ты невероятно упряма! Это сводит меня с ума!

От романтического настроения не осталось и следа. Всегда не выносила, когда на меня давят. В большой семье рано учишься отстаивать свои права у многочисленных братьев и сестер.

- Мне нужно столько время, сколько нужно! Я лишь просила, понять меня. Мы даже еще не пара, но уже не находим общего языка.

Демон подошел ко мне вплотную, почти не касаясь, взял меня ладонями за лицо и с невероятным чувством прошептал:

- Стэфа, один поцелуй...

Но я не хотела так. Не хотела, чтобы этот поцелуй был каким-то вырванным. Хотела поцеловать его сама, чтобы он понял, что меня не нужно упрашивать, что это и для меня будет счастьем. Поэтому продолжала стоять, не отвечая на его призыв, не зная как ему все это объяснить.

- Хорошо, - мужчина сделал резкий шаг назад, - У тебя будет достаточно времени. Будет столько времени, что можно все успеть понять. Ведь до твоего совершеннолетия его еще полно.

В его словах звучала горькая усмешка:

- Думай на здоровье, куколка. Я не потревожу тебя. Мне пора.

С этими словами он развернулся и быстро вышел из дома.

Я осталась стоять с чувством потери чего-то очень ценного, с чувством, которое все время усиливалось.

Оглушенная этой мыслью, я вышла из опустевшего дома и побрела в Черный ресторан на встречу с Мали.

Ресторан находился всего в трех кварталах от дома Астьена, поэтому я быстро нашла это удивительное место. В первую очередь вас поражало само здание. Оно было выращено из черного пламени. То есть на месте стен и кровли бушевал неугасающий огонь, и я подумала, что это самое подходящее место для моего настроения.

Внутри оказалось очень уютно, и, действительно, было все черное. Исключение составляли белоснежные цветы на каждом столике, которые лишь подчеркивали бархатную черноту скатертей. Кругом было светло. Ярчайшие огоньки на потолке отражались в зеркальной полировке черного же каменного пола. И все посетители были в черных комбинезонах, кроме нас с Мали, конечно. Наше облачение сразу привлекло внимание, но меня это не радовало. Я очень хотела оказаться невидимкой на необитаемом острове.

Отчаявшись развеселить и разболтать меня, Малиника напрямую спросила, что со мной происходит.

Я поколебалась, но все же решилась рассказать:

- Астьен... До нашей встречи я была у него дома.

Мали с предвкушением заулыбалась:

- Ах, Астьен! Значит, тебя можно поздравить?

- Не с чем. Как-то так вышло, что мы начали с ним выяснять отношения и поругались. Я так и не поцеловала его и, похоже, оскорбила. Короче, он ушел, и я боюсь, что навсегда.

- Ну, что ты, милая, - Малиника погладила меня по руке, - Конечно не навсегда. Куда он от тебя денется? Ведь он влюблен в тебя, а милые бранятся, только тешатся. В прошлом году мы так поругались с Линдиизом, что я аннулировала свой выбор.

- Что это значит?

- Ну, послала его подальше и сказала, что отныне он не является моим избранником. Но через два мучительных дня мы помирились. Поверь мне, Стэфа, Мать Сертая обязательно вас сведет.

Ты только помоги ей немного. Давай-ка прямо сейчас пошли ему сообщение и назначь встречу. А потом целуй сразу, пока не разругались, - она рассмеялась.

Я решила так и сделать, поговорить с ним завтра. Не хотелось уезжать на море с таким грузом на душе. Я вышла в сад за рестораном и надиктовала Мурке сообщение для демона.

Когда я вернулась к моей спутнице, при виде меня улыбка тут же сошла у нее с лица:

- Что случилось, Стэфа?

- Мали, я не смогла отправить ему сообщение.

- Почему?

- Его нет на Сертае. Час назад стартовал звездолет на Хелитаю и лир Аттак находится на его борту.

Глава 10

Агнит Астьенбиткааш лир Аттак.

Я пожалел, что улетел в ту же секунду, как стартовал звездолет. Впаянный в антиперегрузочное кресло, я мог только бессильно ругать себя на все лады.

"Я идиот! Все время забываю, что она росла в другом, чуждом нам мире. Моей малышке трудно, а я вместо того, чтобы поддержать ее, быть все время рядом, дать ей время, как она просила, сбежал. Зарташ! Дернуло брата прислать этот вызов именно сейчас. Ну родился племянник, прилетел бы я позже".

Я вспомнил, когда в первый раз увидел Стэфанику. Сходство с Кристиникой поразило, я даже подумал, что это она. Но потом понял, что неуловимые отличия присутствуют. Бессознательная девушка была бледна, но врожденную красоту это не портило, скорей подчеркивало.

Я продолжал сравнивать ее с бывшей избранницей ровно до того, пока она не проснулась.

Моя лимба Рэт оповестила меня, что гостья очнулась. Я зашел в комнату и утонул в ее глазах. Девушка тоже рассматривала меня. Вдруг ее глаза округлись, и взгляд застыл над моей головой. Я прислушался к себе - невероятно! - она каким-то образом увидела мои рога.

С этого момента про Кристи я даже не вспоминал, все мои мысли занимала она - Стэфа. Нужно было ей все объяснить, что был знаком с ее матерью, но сразу не сделал, потом не мог выбрать подходящего момента, в итоге любимая оттолкнула меня, не захотела избрать.

"Идиот! - продолжал заниматься самобичеванием я, - Нужно было еще первый раз целовать ее самому. Ну ладно тогда, а сегодня что? Почему сегодня я упустил ее? С ней разум отказывает мне. Как представлю, что этот драконий птенец целует и обнимает мою куколку, так хочется порвать его на клочки..."

Хелитая встретила мягким дождем. Посадку совершали ночью. Никогда не уставал любоваться на эту удивительную планету. Во время предпосадочных витков по орбите хорошо было видно, что она еще мало освоена - это дикий потрясающий мир. За триста лет колонизации появилось всего восемь больших городов и около тридцати малых поселений на центральном материке, на нем и виднелись яркие огни. Еще два довольно больших материка были малоисследованны и пока не обжиты.

Все местные города разрослись вдоль побережья и немного вглубь суши в зоне с чудесным мягким климатом. Собственно два городка являлись курортами. Местное море обладало высокой соленостью и легко держало на воде. Из-за населяющих его мельчайших водорослей, вода имела розовый цвет. Вполне безопасные для здоровья, они создавали необыкновенный эстетический эффект. Вдоль береговой линии песчаные пляжи так же окрашивались насыщенным розовым, и только дальше вглубь суши розовый бледнел, превращаясь в привычный бело-золотистый песок.

Купание на розовых пляжах Хелитаи уже давно стало любимым отдыхом жителей Сертаи.

Истьен жил в местной столице Ринбау. Космопорт распологался от нее в сорока километрах севернее. К услугам пассажиров были многочисленные транспортные крылья, но я предпочел свои.

За что я любил эту планету, так за более свободное мышление и отсутствие комлексов по поводу расовых различий. Так вышло, что тайнары - эти чудо-деревья Сертаи, образующие сады с закапсулированным под ними пространством, не прижились на новой планете. И поселенцы, отбросив предрассудки, свободно использовали магический облик в повседневной жизни.

Не обращая внимания на теплые струйки дождя, я расправил крылья и с удовольствием взмыл в ночное небо.

Через час я уже обнимал брата и его жену Лисандру. Не смотря на все мои проблемы, все-таки стоило прилететь сюда. Общение с братом-близнецом, возможность свободных полетов - это лучший отдых. А трехмесячный племянник Колин вообще отдельное чудо.

Здесь я всегда отдыхал душой. Но не в этот раз - сердце рвалось к любимой, и полностью расслабиться не получалось.

- Возвращаюсь первым же рейсом.

Мы сидели в шезлонгах на палубе небольшой прогулочной яхты Истьена. Брат держал курс на уединенную бухту подальше от городских пляжей. Лисадра с сыном отдыхали в каюте.

- Рад за тебя, брат. Ты давно достоин избранницы.

- Да, достоин ли? Она до сих пор не избрала меня.

- Так, возможно, куколка не приняла тебя. Если этого до сих пор не произошло, может, оставишь ее в покое. Не торопись, отдохни, и наваждение пройдет.

- Нет, она принимает меня, но ей трудно, мешает иномирное мировоззрение.

- Тогда лети, и потом пригласи на турнир, давно я не был на Сертае, - он хитро подмигнул.

Мой брат буквально превзошел себя, устроив мне классный отдых, но я считал дни до отлета. Истьен только качал головой и улыбался своим мыслям.

Накануне запланированного старта они с женой повели меня в новый ресторан, выращенный из живиса, как гигантское крыло. Мы замечательно посидели, отмечая мой отлет. А на утро пришли дурные вести. Вакуумная буря - все полеты отложены на неопределенный срок, связь невозможна.

Это была КАТАСТРОФА!

- Истьен, ты понимаешь, ей ведь скоро предстоит сложнейший поход в другой мир за сестрой, - я со стоном обхватил голову руками, - Она не знает, куда я исчез. Я тогда просто ушел, и ничего ей не объяснил, она решит, что я отказался от нее. Не смогу ни поддержать ее, ни проводить. О, Великая Мать! Если по возвращении с Земли Стэфа хотя бы заговорит со мной - это будет чудо.

- Зачем же ты улетел? - мягко спросил меня брат.

- Потому что, я идиот, - с обреченностью вновь констатировал я печальный факт.

Глава 11

На море

- Он прилетит! - Малиника хоть и была моей ровесницей, но в тот памятный вечер стала мне настоящей тетушкой. Я рыдала у нее на груди как маленькая девочка.

- Не плачь, глупышка, - гладила она меня по волосам, - Он обязательно вернется. К тому же и на Хелитаю можно отправить сообщение. И у тебя есть Рогнар, семья, ты не одна. Слетаешь на море, отдохнешь. Обещай, на море не думать о демоне.

Я вытерла глаза и решительно кивнула головой:

- Если судьба, он вернется до турнира. Обещаю, на море не думать о нем...

...Но легче сказать, чем сделать. Сегодня уже третий день, как я гостила у деда Михтина и бабушки Кириши.

Они были чудесной парой. Кириша тоненькая как тростинка с длинными черными волосами и проницательными черными глазами совсем не имела со мной общих черт. Моя мама Кристиника пошла в отцовскую линию, и я в ту же породу.

Несмотря на внешнюю непохожесть, мы ощутили настоящее духовное родство. Кира буквально воспряла к жизни после моего появления. Мы проводили с ней много времени, рассматривая сохраненные изображения моей мамы до ее совершеннолетия.

Я сама, не заметив, поведала ей все свои тайные мысли, заботы и переживания. Кира обняла меня за плечи:

- Это демон, Стэфонька, демон. Они нетерпеливы, упрямы и горячи. Астьен замечательный агнит. Когда он был избранником Кристи, мне очень хотелось, чтобы он стал нашим зятем, но Мать Сертая решила иначе. И через время становится ясна ее мудрость. Ведь именно Синион оказался ее истиной парой, Астьен спас брата и всю Хелитаю, а теперь получил в награду дочь Кристиники, то есть тебя.

- Как ты говоришь, получил? Он был оскорблен моей нерешительностью настолько, что улетел с планеты, чтобы не пересечься со мной больше.

- Нет, не думаю. Он сделал это сгоряча, и вернется назад при первой же возможности. Ты послала ему сообщение, как собиралась?

- В том-то и дело, что нет, - я тяжело вздохнула, - Контактный межпланетный центр находится в Тальтоне, а день перед отъездом я провела с Рогнаром, и о сообщении даже не вспомнила.

Понимаешь, в чем дело, когда я с моим драконом, я не думаю ни о чем и ни о ком другом. Мне хорошо и легко с ним. Но, когда я остаюсь одна, я тоскую по Астьену. Меня прямо разрывает на части.

Кира засмеялась:

- Не переживай, через это проходят все серебряные куколки перед совершеннолетием. Во время турнира тебе все станет ясно. Ну а когда вернешься в столицу, отправь все-таки сообщение на Хелитаю.

Тут послышался звук шагов, и вошел Михтин:

- Ну, что, готовы, девочки?

Мы встали. Сегодня дед обещал показать мне свою "ферму". Оказалось, что мой демонический дедушка с успехом разводит лимбы. Когда они отпочковываются, то в их колонию не заглядывает даже хозяин. Но, по его словам, сегодня можно уже безбоязненно входить.

Мы не воспользовались крылом, а пошли вдоль берега моря пешком. Это была моя просьба. Дело в том, что я с первого взгляда и навсегда влюбилась в это море. Одно из девяти гигантских морей планеты, самое теплое, кстати сказать. Местные жители называли его Море Покоя. Вода имела густой синий оттенок, приятно ласкавший взгляд.

Действительно похожий на замок особняк Михтина и Киры стоял немного в стороне от города, на берегу у высокого обрыва и казался продолжением скалы, чудом природы. Зеленоватые камни вдруг поднимались, образуя стены и изящные башенки, делаясь все светлее и светлее, и заканчивались совсем белой закругленной крышей. Ферма располагалась дальше по берегу, примерно, в километре от дома. Мы шли, и я наслаждалась теплым солоноватым ветром, шумом прибоя и свистом каких-то морских животных, приплывающих к берегу, чтобы кормиться.

В этот момент я отчетливо поняла, что хочу жить именно здесь. Столица со всей ее удивительной эстетикой не могла сравниться с первозданной энергетикой и красотой этого места.

Примерно на полпути мы поднялись на возвышение, с которого открылся вид на все здешнее поселение. Небольшой городок Линос стоял на прибрежных холмах. По негласному договору или по традиции все дома здесь имели белые крыши, от чего казались яркими и нарядными.

Тем временем вдалеке показалась "ферма", точнее сказать, колония-матка, где появлялись новые поколения лимб. Я уже убедилась, что лимбы настоящие симбионты для жителей Сертаи, без них не было бы ни одежды, ни связи, ни личного секретаря, ни еще многого другого. Но и лимбы отлично сосуществовали со своим носителем, питаясь через него саной, энергией.

Здесь же прямо на склоне обрыва росла огромная с автобус лимба-матка. Она имела особую связь с Михтином, моим дедом. После достижения им совершеннолетия у молодого тогда демона проявился редкий дар, он мог сознательным усилием прокачивать через себя какие угодно потоки саны. Это пришлось очень по вкусу его лимбе. Получив такой неограниченный доступ к энергии, она смогла перейти на новый уровень жизненного цикла, сильно выросла и стала мамашей.

По словам деда, таких маток существовало не более ста по всей планете, поэтому продукция его фермы была более чем востребована.

По мере приближения к переливающейся янтарной капле моя Мурка за ухом оживилась, слегка нагрелась и начала неистово мурчать.

"Неужели это твоя мама?" - мысленно поинтересовалась я у своей лимбы.

"Да, я родилась в этой колонии, моя матка приветствует нас".

"Как это?"

"Вот послушай".

Перед внутренним взором возник калейдоскоп огней, и загудело низкое урчание, напомнившее мне звуки земных китов.

Я помотала головой: "Хватит, хватит, аж голова закружилась".

С боку обнаружилось отверстие, и мы вошли внутрь. Лимба оказалось полой и очень красивой, солнечные лучи проникали сквозь янтарные своды, окрашивая все медовым свечением - сразу захотелось облизнуться. Примерно, на треть от пола все стенки были покрыты капельками - теми самыми знакомыми нам лимбами.

- У меня для тебя сюрприз, - сказал дед, аккуратно снимая маленькую капельку и подавая мне, - Ты производишь революцию своим облачением везде, где появляешься. Не хочешь попробовать программировать на лимбах свои удивительные наряды и сделать это своим занятием и профессией? Предрекаю тебе неиссякаемый спрос на такую продукцию.

- А что будет с лимбами, когда их используют по назначению?

- В этом и весь секрет. Я предварительно поговорил с Портушь, и она предложила отличное решение - это будут не развитые интеллектуальные лимбы, а молодые, недавно отпочковавшиеся особи. В первой стадии своего развития они мало чем отличаются от архитектурных живисов, не имеют разума, самостоятельности, активности, ничего, кроме восприимчивости к программированию.

При естественном развитии матка сама учит и программирует своих деток, пока через четыре недели они не приобретут привычные тебе вид и функции. Если лимбу снять сразу, то она так и останется пустой.

Мне пришло в голову сравнение с неоплодотворенной икрой у земных рыб.

- Попробуй запрограммировать облачение, а Кира использует, - продолжал Михтин.

Я сжала теплую капельку в ладони и почувствовала слабый отклик, действительно никаких признаков интеллекта.

- Как это сделать? На себе что ли?. . А! Кажется, есть идея.

Я сосредоточилась, представила манекен и приказала лимбе принять этот облик. Она отреагировала и у меня в руках оказалась большая пластмассовая кукла. Я поставила болванку на пол, не отрывая от нее руку, и начала одевать ее в разные наряды. Перебрав несколько вариантов, остановилась на шикарном атласном платье в пол лилового цвета с глубоким вырезом на спине. Оставшись довольной, приказала лимбе запомнить платье и свернуться на время. Манекен исчез, и я передала капельку Кире.

Моя черноволосая красавица бабуля прикрепила молодую лимбу на запястье, немного постояла и, вдруг, оказалась одетой в то самое платье. Михтин даже присвистнул:

- Потрясающе! Тебе нужно носить подобные облачения, моя агнита. Стандартные комби, определенно, скоро отомрут.

Поэкспериментировав, мы определили, что новорожденная лимба запоминает не более пяти образов одновременно. Если программировать дальше, то из ее памяти стирается первый образ. Мы пришли к выводу, что это отлично подходит для нашей задачи. Использовав первые пять вариантов облачения, клиент может вернуть лимбу на перепрограммирование.

Вечером я с увлечением придумывала гардероб для Кириши. Использовав пять капелек, я обеспечила ее разнообразными нарядами по ее вкусу и желанию. Пятая лимбочка стала особенной. Я запрограммировала на ней очень сексуальные полупрозрачные, воздушные сорочки и пеньюары. Когда я увидела силуэт фигурки Киры сквозь тончайшее кружево во время примерки, и как загорелся ее взгляд, я поняла, что это именно то, что ей нужно. Михтин как-то упоминал, что Кира совсем перестала летать, после потери дочери, и я надеялась, что сегодня мои потрясающие бабушка и дедушка вновь обретут друг друга.

Следующий день вымотал меня до предела. Дело в том, что меня вызвал Дом Совета, мы установили связь, и я подробнейше излагала свой план по розыскам сестры на Земле. Каждый предполагаемый мой шаг подвергался сомнениям, и я доказывала его целесообразность. На том конце присутствовал и Листаир. Он странным образом и поддерживал меня, но и придирался больше всех.

Я и злилась и нервничала, но волю чувствам не давала, понимала, что если сейчас не докажу, что могу найти сестру и вернуться, то меня вообще никуда не отпустят.

В конце концов, план был принят и председатель Совета лир Пурут сказал, что судьба спасательной миссии решится завтра на итоговом заседании.

А вечером меня ждал сюрприз, прилетел Рогнар. Всю мою усталость как рукой сняло. Я поняла, как сильно соскучилась.

Рогнар всех очаровал. Мы с бабулей вышли на террасу, и она спросила:

- Ты была в родовом гнезде?

- Где?

- Сент Пант - город драконов или родовое гнездо. Древнее поселение, основанное много циклов назад, до сих пор сохраняет дух драконов. Из уважения к этой исторической жемчужине демоны и феи практически не селятся там. И именно в Сент Панте расположен самый мощный родовой источник диссов. Высеченный в горах, город первый встречает рассвет, который зажигает золотом его остроконечные вершины. В этом городе здания специально выращены под драконью стать и во многих местах можно спокойно находиться в своей магической ипостаси.

- Вы так говорите, как буд-то жили там, - сказал подошедший Рогнар.

- Так и есть, я родилась в этом городе. Мои родители драконы лир Верны.

- Мое почтение, - Рогнар склонил голову, - Я тоже родом из Сент Панта. Лир Верны очень уважаемый род. Лично мы не знакомы, но я, конечно, слышал о них.

Работа на энергостанции почти не оставляет свободного времени. И Стэфе предстоит важное и опасное дело. Но она должна вернуться со своей сестрой как минимум за две недели до турнира. Вот тогда мы обязательно полетим в Сент Пант. Стэфа познакомится с моими родителями и вдохнет воздух родового гнезда. А самое главное, прикоснется к атрактовой чешуйке.

- К атрактовой чешуйке? - удивилась я.

Кира странно улыбнулась и кивнула, а мой дракон продолжал:

- Чешуйка самого великого дракона, который когда-либо рождался на Сертае.

- А почему только чешуйка? Сам-то он где?

На Сертае в двойной ипостаси существа живут, примерно, шесть тысяч лет. Именно столько времени им необходимо для развития внутренней гармонии. По достижении этого возраста, магическая или гармоническая часть существа становится полной и основной.

- То есть, это значит...

- Да. Полностью и навсегда приняв свою магическую ипостась, мы уходим из этого мира, как это сделал великий атрактовый дракон двенадцать тысяч лет назад.

- Умер?

- Конечно, нет! - воскликнула Кира. - Достижение гармонии - это не повод для смерти. Он был допущен в иной мир, которого стал достоин.

- Ясно, - сказала я, а сама подумала: - "В любом мире есть свои представления о рае. Или это нечто большее, чем верования?"

- Чем же он так велик, что его чешуйка хранится двенадцать тысяч лет?

- Ты уже знаешь, что дар дракона зависит от его цвета. Вот мой белый цвет определяет волю и энергетическую стойкость. Еще грани дара могут определяться оттенками цветов, их глубиной и насыщенностью.

- Да, знаю. Но что это за атрактовый цвет? Я такого не видела.

- Это не один конкретный цвет, а все цвета мира.

- Радужный дракон!?

- Все сложнее. В радуге семь цветов, а атрактовый объединяет все цвета. Или лучше сказать принимает все цвета. Это трудно объяснить, нужно увидеть.

- Какой же его дар?

- Благословение! Поговорив с ним, любой добивался успеха, получал удачу и обретал счастье.

- Понятно. Но неужели за столько времени не родился еще такой же?

- Пока нет. Но его появление предсказано. Оно произойдет скоро и станет новым благословением не только для всего рода диссов - драконов, но и для фей и для демонов.

- Да, здорово. Прикоснуться бы к этой чешуйке до похода на Землю. Благословение и удача мне понадобятся.

С этими словами мы вернулись в дом. Это был мой последний вечер на море Покоя, и я хотела провести его с любимыми людьми, не думая о грядущих трудностях.

Глава 12

Брачный турнир Малиники.

- Послезавтра турнир?

- Да! Я сойду с ума! - Малиника кружила по комнате, совершенно неспособная усидеть хоть минутку.

Вот уже пятый день как я вернулась с моря, но мою тетушку я сначала дома не застала. Оказалось, что она летала в Храм Силы, где сама сестра-настоятельница серебряных куколок благословила ее на турнир. Она жила в городе Прилучка, который разросся вокруг этого древнего храма, и только сегодня утром появилась дома.

- Нужно придумать тебе классное облачение.

- Нет, не нужно, для этого есть традиционное платье.

- Покажи, - заинтересовалась я.

Мали приостановилась и через мгновение оказалась в потрясающем наряде. Материя, не имеющая аналогов земным тканям, вспыхивала изнутри белым серебром. Гладкий, облегающий фигуру сверху фасон, к полу расходился волнами. Девушка сделала несколько шагов, ткань заструилась, создавая впечатление живой воды, окутывающей гибкий стан.

- Это магический цвет серебряных куколок. Именно в таком платье приходят на турнир все девушки на Сертае. Это традиция.

- И мы не станем ее нарушать. Платье обалденное, - искренне восхитилась я.

Волшебный наряд исчез, и прежняя Малиника вдруг перестала ходить и присела ко мне на диванчик:

- А ты скоро отправляешься на Землю? Отец сказал, что все решено. Не представляю, как твои избранники переживут разлуку?

- Избранник у меня один - это Рогнар. Он понимает и поддерживает меня.

- Ну это пока один. Скоро вернется Астьен и будет второй.

- Он не успеет.

- Так. Постой. Транспорт с Хелитаи приходит каждую декаду. Успеет в аккурат.

- Я не только не увижу его до ухода на Землю, но и весточку не смогу отправить, как хотела.

- Почему?

- Я, как только вернулась в Тальтону, первым делом помчалась в коммуникационный центр, но сама Мать Сертая против нашей встречи. Оказалось, что началась вакуумная буря. Что это я не знаю, но только такое бывает раз в три - четыре года, и на две недели полностью лишает нас связи и транспортного сообщения с колониями.

Малиника обняла и прижала меня к себе:

- Мне так жаль, Стэфа, милая. Не грусти, ведь после твоего возвращения домой до турнира будет время. Я верю, что вы встретитесь. А теперь расскажи, как отдохнула на море?

- Замечательно. И у меня для тебя сюрприз. Мой дед Михтин будет снабжать меня новорожденными лимбочками, а я буду программировать на них облачение для всех желающих. И вот мой подарок тебе к турниру, - я протянула на ладони светлую капельку.

Мали с интересом повертела ее в руках и приложила к запястью. Мгновенье спустя она предстала передо мной во всем совершенстве своей фигуры, облаченной в тончайшую кружевную грацию, спелого малинового цвета, как ее имя.

Замерев на миг с открытым ртом, девушка зарделась от смущения так, что ее щеки могли посоперничать в цвете с бельем. Справившись с потрясением, она быстро вернула себе привычные джинсы и толстовку:

- Стэфа! Что это было? Как ты придумываешь такое, и где это носить?

- Это женское белье. И носить ты будешь это перед своим единственным избранником. Поверь мне, он это оценит. А на Земле такое сексуальное облачение очень распространено.

- Уф, давай остальные я попробую у себя в комнате!

- Хорошо, - мы засмеялись.

А теперь нужно переделать еще кучу дел до турнира. Поможешь мне?

- Конечно. С чего начнем?..

...Время промелькнуло как одно мгновение, и сегодня мы встали с рассветом. Действо должно начаться, когда Асинга взойдет на три четверти над горизонтом, и никто не хотел опаздывать.

Если невеста отправится на турнир в традиционном наряде, то для гостей правил нет, поэтому я запрограммировала для нас с Цинтией шикарные вечерние платья - винное шелковое для себя и черное бархатное для нее. Деда Листаира я нарядила в настоящий смокинг, в котором он смотрелся как принц - здорово получилось.

В этот момент из комнаты вышла Мали. Она была немного бледнее, чем обычно, и, похоже, всю ночь не сомкнула глаз. Девушка буквально проплыла в своем чудо-платье через комнату, а за ней струилась золотая волна распущенных волос.

Цинтия, едва сдерживая эмоции, обняла дочку и усадила в креслице перед собой. Жестом фокусника извлекла откуда-то тонкую красную палочку - местный универсальный стайлер. Она прикасалась к прядям, и те завивались в гладкие локоны. Точными движениями палочки поднимала и сплетала в замысловатую сеть длиннющие тяжелые волосы. В итоге получился настоящий шедевр, который легко держался на голове без какого-либо лака или заколок. Тут, конечно, не обошлось без помощи лимбы.

Листаир поднял Малинику за руки с креслица и тихо сказал:

- Что ж, нам пора, милая, сегодня мы узнаем, что тебе больше к лицу: витые рожки или заостренные ушки?

Мы все засмеялись и вышли из дома. У входа закачались цветы, приветствуя хозяев.

- Подождите, - закричала я. Сорвала нежный белый бутон и вставила в локон прически Малиники, - Вот так, теперь ты полное совершенство.

Лететь пришлось довольно долго, около сорока минут. Турнирный храм располагался в тьескуле - месте силы. Здесь бурно разросся лес, и архитектор-живитор придал строению такой вид, как буд-то деревья сами срослись, образуя стены и сводчатую крышу из своих крон.

Внутри было просторно, как на стадионе. Места для гостей находились у самой стены. Здесь воздействие силы было минимальным и позволяло всем удерживать человеческий облик. В центре арены бил мощный энергетический поток, и находиться там было возможно только в магической ипостаси. Сегодня туда выйдут избранники Малиники, чтобы показать ей свои крылья.

Мы расселись на мягкие диванчики. Здесь же присутствовали родственники Линда и Золя. Они тепло приветствовали невесту, и она торжественно прошла в глубину зала, где для нее стояло изящное витое кресло. По мере ее продвижения, человеческий облик девушки изменялся. Постепенно она засветилась тем уникальным светом чистоты и невинности, из-за которого юные девушки Сертаи и назывались серебряными куколками. Сплетенные особым образом волосы, короной засияли на голове.

Зазвучала красивая и стремительная музыка, и в самый центр зала на своих трехметровых крыльях вылетел фейрин Линдииз. Я даже рот открыла от изумления. По сути, я впервые видела существо в ином облике, можно сказать волшебное существо из сказки. Ведь остальное время все жители Сертаи выглядели по-человечески.

Тело Линда вытянулось, стало более поджарым, лицо заострилось как и уши, кожа приобрела голубоватый оттенок. Облачение изменилось - остались только трико, а на голом торсе играли витые мышцы.

Он завис в воздухе напротив Малиники, и в музыку вплелся тонкий звон от движения огромных прозрачных двойных крыльев. Фейрин исполнил несколько фигур высшего пилотажа на крыльях. Он кружился спиралью и вихрем взмывал вверх, стремительно проносился по залу, резко меняя направление и скорость, в конце плавно опустился на пол перед возлюбленной. Крылья сложились за спиной и отбрасывали солнечные зайчики вокруг.

Я была поражена красотой, изяществом и скоростью полета, но Мали что-то сказала, и Линд, сверкнув крыльями, стремительно умчался за дальний конец арены.

Наступила тишина, и в этом безмолвии раздались мощные взмахи совсем других крыльев. Из-под самого свода потолка вертикально вниз неспешно спускался демон.

Я замерла от восторга. Пожалуй, только сейчас я в полной мере осознала волшебство моего родного мира. И удивилась мысли, как в мире Земли существовали сказочные представления о таких вот существах. Каким-то образом информация попадала в другие миры, доказывая, что Большая Вселенная единый организм.

Рост демона особо не изменился, но лицо... Черты его стали более жесткими и резкими. Черные распущенные волосы как живые вились по плечам и спине, а глаза полностью почернели, практически, на всю глазницу. На голове возвышались, изгибаясь лирой, огромные черные рога. Но это еще не все, сзади виднелся длинный хвост с черной кисточкой на конце.

Его крылья не отбрасывали никаких зайчиков, так как были огромные кожистые по виду бархатистые. У основания спины они были телесного цвета, но выше темнели, становясь совсем черными на краю.

Тем временем агнит Зольхаш, не долетев до пола пары метров, завис в воздухе и направил взмахи крыльев вниз, прямо на песчаный пол. От этого движения возник маленький смерч, который подхватив золотистые песчинки, начал танцевать, выделывая пируэты. В какой-то момент вихрик подпрыгнул и сложился в птичку, которая сделав пару кругов, приземлилась к ногам девушки и снова рассыпалась простым песком.

И тут до меня запоздало дошло, это ведь была птичка мич. На Сертае именно она служила символом любви, как сердечко на Земле. В поисках своей пары мич на своих маленьких крыльях пересекала моря и земли. А когда пара воссоединялась, то хранила друг другу трепетную верность. С тех пор самец и самка всюду следовали вместе и делали все на удивление синхронно.

Золь также как и его соперник опустился перед Малиникой, что-то выслушал и молча на ногах отошел к середине арены, где к нему присоединился Линд.

Малиника встала и сказала звонко и четко:

- Я сделала свой выбор.

Я вся замерла, мне казалось, что мое сердце стучит на весь храм...

- Мой единственный избранник фейрин Линдииз лир Ульсин. Я принимаю крылья феи!

С этими словами ильв сорвался с места, подхватил ее на руки, и, кружась, взвился в воздух.

Золь же издал какой-то болезненный полу рев, полу стон, развернулся и исчез в дальнем конце зала.

- Не волнуйся, - услышала я голос Цинтии, - Как только у Мали произойдет трансформация, демон забудет свою любовь к ней, они останутся друзьями. Через некоторое время у него появится новая избранница.

Тем временем родители Зольхаша то же встали, поздравили всех с обретением крыльев и появлением новой феи и тихо ушли.

А счастливая пара, даже ни на кого не оглянувшись, скрылась за красивой резной дверью.

- Это брачные апартаменты, - пояснила Цинтия, - Сейчас у Мали с Линдом будет первое слияние, которое подключит ее к родовому каналу ильвов, и она обретет крылья феи.

- Здорово, а мы куда?

- А мы выйдем из храма, а то магическая сущность все время рвется наружу, ты вон уже серебришься.

Мы все вышли на улицу. Погода начала меняться. По небу наползали тяжелые тучи. Но это все равно никому не испортило настроение. Мы обошли храм по белой упругой дорожке, и справа за стеной обнаружилась большая крытая беседка. Там нас ждал гости, не родственники, которые не могли присутствовать в храме, угощение и танцы.

Фейрин лир Ульсин, отец Линда объявил:

- В нашей семье появилась прекрасная фея Малиника лирея Ульсин!

Зазвучали радостные поздравления. Рогнар обнял меня, и я ему шепнула на ушко:

- Первый раз я видела ильва и агнита в истинном облике. Теперь поскорей хочу увидеть дракона.

Мой избранник посмотрел на меня таким взглядом, что я вся потекла, как мед.

Все встали в круг, послышалась легкая ритмичная музыка, и мы начали общий танец обретения крыльев. Это было такой же освященной веками традицией, как и турнирное платье. Движения были простыми, и я без труда повторяла за остальными. И старшее и молодое поколения танцевали и кружились вместе - все одинаково свежие, юные и потрясающе красивые.

После первого танца начался следующий. Это ничуть не походило на земную свадьбу: во-первых, не было жениха и невесты, у которых уже началась, так сказать, первая брачная ночь, во-вторых, не было тамады и разудалого веселья. А были ритуальные танцы, целью которых было помочь Мали трансформироваться. Через некоторое время все как-то неуловимо изменилось, все задвигались свободно, звучала совсем другая музыка, и мы, стали танцевать уже для собственного удовольствия.

Когда начался медленный танец, мой дракон крепко обнял меня и прижал к себе. Я положила голову к нему на плечо и только сейчас заметила, что на улице идет дождь. Так хорошо было медленно кружиться в объятьях любимого мужчины под звуки музыки и быстрых капель. На моих глазах водяная завеса истаяла, и вновь выглянуло солнце, играя солнечными зайчиками на траве и листьях.

- Пойдем, что-то покажу, - сказал Рогнар.

Мы вышли из беседки и прошли немного вдоль стены храма, пока не оказались у неприметной дверцы.

- Это комната истины. Такая есть в любом храме. Здесь можно увидеть свою сану. У каждого существа она абсолютно уникальна, даже у близнецов будут некоторые отличия.

Мы вошли в обычную с виду комнату, одна стена которой представляла собой зеркало. Мы приблизились к нему, но в зеркале сначала не отразились. Рогнар взял мою руку и приложил к холодной поверхности, рядом прижал свою ладонь.

Вдруг контур моей ладошки обежало свечение и как бенгальский огонек побежало дальше, очерчивая мою фигуру. Рядом огонек рисовал Рогнара.

Теперь можно было отойти. Перед нами сияли два радужных отражения. Они повторяли все наши движения, но состояли из потоков света. Теперь стало очевидно, почему нас с Рогнаром сразу потянуло друг к другу, и он стал моим избранником. Моя сана сверкала золотистыми и голубыми сполохами. Если приглядеться, можно было заметить, что происходит непрерывное замкнутое движение золотистых потоков. Где то они текли прямо, а на месте энергетических центров и важных органов завивались в красивые спиральки. На месте левого уха красиво пульсировала желтая искра - это была лимба.

У дракона цвет саны был намного белее, но тоже имел голубые просверки. А вот движение потоков было принципиально другим - начиналось оно сверху, буд-то белые лучи входили ему в голову, путешествовали по всему телу и устремлялись вниз из ног и из пальцев рук. Особо мощные вихри завивались у Рогнара на спине - это были его крылья, догадалась я.

- Вот видишь, я получаю энергию из воздуха и эфира - это наш родовой источник. У фей поток идет снизу вверх из земли и вод, а демоны черпают из огня, который входит им прямо в сердце, а выходит через глаза.

- Ух ты! Это здорово! Никогда не видела ничего подобного. Посмотри, как мы с тобой синхронно вспыхиваем.

Рогнар приложил свои ладони к моим. Наши отражения повторили движение, и ладони немедленно окрасились в голубой цвет и засияли еще ярче. Мой избранник наклонился и нежно поцеловал меня в губы. Краем глаза я заметила, что на месте наших губ в отражении вспыхнул настоящий голубой салют.

- Думаю, нам пора возвращаться, это ведь не наш турнир, - с некоторой досадой сказал дракон, и мы вышли из комнаты истины. На пороге я обернулась и увидела, что наши отражения еще на месте, но потихоньку начинают таять и исчезать.

На улице от туч не осталось и следа, снова ярко сияла Асинга. Мы вернулись как раз вовремя.

Оказывается высоко над крышей беседки в стене храма находились широкие двери, которые я поначалу даже не заметила. Двери были как минимум шесть метров в высоту. Ведь здесь венчались и драконы. Под торжественную музыку они распахнулись и перед нами предстали молодые. Я не могла оторвать глаз от моей юной тетушки. Малинника преобразилась: тело ее вытянулось, стало сказочно утонченное, появилась просто осиная талия. На лице необыкновенным золотом лучились огромные удлиненные глаза. А главное, за ее спиной сверкали как россыпь брильянтов нежные крылья. Они были не такие большие, как у ее избранника, но все равно впечатляли своим размахом и филигранной красотой. Корону на голове она распустила и снова сделала свои привычные косы, турнирное платье поменяла на серебристый комбинезон.

Я подумала: "Вот откуда эти наряды. В магической ипостаси комбинезон из блестящей фольги был вполне уместен".

Линд возвестил:

- Первый полет феи Малиники!

С этими словами под радостные крики всех гостей Мали взлетела. Сначала она зависла в воздухе, поддерживаемая своим молодым мужем. Видно было, что ее крылья движутся с невероятной скоростью. Немного повисев и привыкнув к новым ощущениям, девушка отпустила руку и сделала несколько кругов над беседкой, после чего плавно опустилась вниз. Следом опустился и счастливый Линд. Тут же они оказались в человеческом облике. Не было никаких трансформаций, просто вдруг перед нами стояли обыкновенные бескрылые существа, необыкновенной красоты.

Все принялись поздравлять молодую пару. Я тоже обняла Малинику:

- Ты фея потрясающей красоты. Я так рада за вас!

Мали наклонилась ко мне и прошептала на ухо:

- Ты была права, то кружевное облачение свело Линда с ума, - она покраснела. - Это было что-то...

Мы все принялись праздновать дальше. Теперь уже всех ожидал шикарный пир. Примерно через два часа появился Золь. Он спокойно вошел в беседку, и весело поздравил молодоженов.

Похоже, никто из них не испытывал смущения. Линд и Мали держались за руки и все время нежно смотрели друг на друга, а Золь веселился с остальными друзьями и гостями.

- Ты как? - похлопал его по плечу Вогнар, брат Рогнара.

- Я бы вернулся раньше, - засмеялся демон, - Но пока у Малинники не выросли крылья, я успел улететь за горизонт.

Ближе к вечеру все стали расходиться. По традиции молодая жена отправлялась жить в дом к своему мужу, пока они не заимеют свой. Мали уже запрограммировала в живиса основной проект их будущего дома. Но так как она не знала, кто станет ее истиной парой - фейрин или демон, то детали решила доделать после турнира. Я думаю, не далее как через месяц, к моему возвращению с Земли, у них уже будет собственное жилье.

Рогнар отвез меня домой на своем крыле. Мы долго целовались под сенью цветов на нашем крыльце. Мое тело живо реагировало на его прикосновения. Поцелуй становился все более страстным. Его язык вовсю хозяйничал в моем рту, навевая на меня такие мысли, что я сама краснела.

- Это был отличный день, - сказала я, тяжело дыша - Именно его я буду вспоминать на Земле, если мне будет грустно и одиноко.

На этом мы, наконец, оторвались друг от друга, и я пошла спать.

Праздники закончились, и осталось всего два дня до моего похода на Землю.

Глава 13

На Земле.

- Пожалуй, все нормально.

- Вы уверены? Что-то не очень похоже, что у вас все нормально, - дрожащим голосом сказала немолодая женщина, склонившись надо мной.

- Что случилось? - я помотала головой, пытаясь сообразить, где я и что происходит.

- Мы вас сбили, - женщина тревожно заглядывала мне в лицо, - Вам, наверное, нужно в больницу?

Я обнаружила, что лежу в траве на обочине дороги. Рядом стоит с включенными аварийками белая иномарка. Мимо проносятся машины.

Я села, прислушалась к своим ощущениям - вроде, ничего не болит - и сказала:

- Правда, все нормально.

- Может вас подвезти? - женщине очень хотелось мне как-то угодить, что бы, возможно, избежать вызова полиции.

Я поняла, что сама оказалась у нее на пути, когда вышла из портала. Эта женщина, по сути, не была виновата, но двигалась она явно с превышением скорости, поэтому, я не стала переубеждать ее и воспользовалась предложением.

Когда я встала, то поняла, что авария все-таки не прошла бесследно, сразу заболело правое бедро, наверняка, вздуется огромный синяк.

Мне помогли усесться на заднее сиденье, и я облегченно откинулась на мягкий подголовник. С переднего пассажирского места на меня испуганно глядели бусинки глаз худенькой девчушки лет четырнадцати, видимо, дочка хозяйки машины, подумала я.

- В больницу? - спросила женщина, заводя двигатель и выезжая с обочины.

- Нет. Мне и правда не нужно в больницу, пожалуй, поеду домой, - и я назвала адрес общежития, в котором жила все пять лет обучения в институте.

Мне кажется, при этом я даже услышала облегченный вздох с водительского места.

Ехали мы молча, и у меня было время подумать.

То, что я на Земле, я поняла, как только у меня прояснилось зрение. Голубое земное небо значительно отличалась от глубокого синего Сертаи. Плюс к этому деревья, звуки и, даже, запахи. У меня кольнуло сердце, надо же, как приятно снова оказаться на родине. Я в этом себе не признавалась, но когда я рвалась спасать сестру, то в душе очень хотела снова побывать в этом мире, в котором родилась, который был моим домом двадцать два года.

После выхода из портала, я подняла голову к небу, да так и замерла с непонятными слезами на глазах, пока резкий удар не отбросил меня в кювет.

На Сертае сразу же рассчитали, что точка выхода портала на Земле совпадет с местом гибели автобуса, в котором я когда-то ехала, но я, почему-то, никак не подумала, что появлюсь на Земле прямо посередине плотного потока машин. Моему воображению рисовался затаенный лесок. Ведь иначе как объяснить, что через этот портал не проскочил еще кто-то.

То, что портал на месте, я убедилась, своими глазами видела голубоватую дымку над дорогой...

Тут от раздумий меня отвлек голос моего горе-водителя:

- Простите, а что вы делали в сорока минутах езды от города совсем одна, без вещей, в обгоревшей одежде? Вы уверенны, что вас никто не обидел... - тут она немного замялась, - Кроме меня? Может вам нужно не в больницу, а в полицию?

Я поняла, что объяснений не избежать, но легенду заготовила заранее:

- Здесь произошла авария автобуса.

- Да, да, я слышала, ужасный случай, - закивала женщина.

- Здесь погиб дорогой мне человек, я хотела побыть на этом месте... Ну понимаете...

- Мне очень жаль, - женщина глянула на меня через зеркало заднего вида.

Далее мы снова ехали в тишине. Я вспоминала свое прощание со всеми на Сертае.

Портал был привязан к мощной тьескуле в городке Прилучка, и туда слетелись и вся моя родня и члены Большого Совета и друзья. Все произносили пожелания об удачной миссии, давали полезные советы. Но что советы, все уже было десять раз рассчитано и обсуждено. Через месяц по времени Сертаи я должна буду вернуться с сестрой или без нее.

Рогнар прощался со мной последним. Не стесняясь никого, крепко поцеловал меня в губы и сказал:

- Я тебя люблю, Стэфаника, пожалуйста, вернись ко мне.

- Вернусь, - твердо ответила я и решительно шагнула в слабо светящуюся дымку портала. В глазах потемнело, к горлу подступила минутная тошнота и вот я уже на Земле...

Вспомнив о моем избраннике драконе, невольно заулыбалась. Последние два дня мы провели вместе, казалось, что мы полностью дополняем друг друга и в мыслях и в действиях. Я могла бы подумать, что он и есть моя истинная пара, настолько с ним было хорошо. Его ласковые руки и губы многое обещали в будущем, пробуждая у меня фантазии "детям до 18 лет запрещено"... Но! Если бы не ночи.

Да, в дневное время в моей жизни властвовал белый дракон, но ночью наступало время демона. Нет, мне так и не удалось ни увидеть его, ни даже послать сообщение до ухода на Землю, но каждую ночь он приходил ко мне во сне. Мы с ним общались, что-то делали, ласкали друг друга, целовались. Его ласки поднимали во мне такую волну желания, что я просыпалась со стоном разочарования. У меня не было ни одного изображения Астьена, но я помнила каждую его черточку, тонула в его синих глазах, чувствовала пьянящий запах. Кстати, тот бархатистый розовый камушек - подарок демона, хранивший его аромат - был единственной вещью, которую я взяла с собой на Землю. Это был простой минерал, не имевший никакой магии, поэтому и не пострадал при переходе. Я сжала камень в кармане. Лимбу пришлось оставить - она сразу же бы погибла. А что бы не разгуливать по улице голышом, я надела старую местами обгоревшую одежду, в которой была во время аварии в автобусе.

За этими мыслями я и не заметила, что мы уже въехали в город. Через пару кварталов машина мягко затормозила у высокого крыльца моей общаги. Женщина еще раз напоследок осыпала меня извинениями и, наконец, уехала.

Я глубоко вздохнула и решительно шагнула вперед. Я понимала, что будет не просто. Даже совершенно постороннему человеку пришлось объяснять свой внешний вид и прочее, а что говорить о знакомых людях. Ведь я отсутствовала два с лишним месяца - расспросов не избежать...

На вахте дежурила баба Маша. Замечательная старушка, которая любила всех студентов-лоботрясов, словно это были ее родные внуки. Она сидела и вязала, когда появилась я. Вязание выпало у нее из рук. Она вскочила и с причитаниями ринулась ко мне:

- Стэфания, деточка, вернулась голубушка! Где ж ты пропадала? Тебя и полиция искала и родители, и брат твой Сережа и ребята.

- Я в порядке, баба Маша, - засмеялась я, мягко высвобождаясь из ее объятий. - Просто я сильно болела и лечилась в другом городе, не могла даже позвонить. Но теперь все хорошо. Можно я пройду в свою комнату. Маринка здесь или укатила к себе в Лесной?

- Да нет никого почти, все сессию посдавали, да разъехались. Почитай в июле всегда так, - рассказывала старушка, подавая мне ключи.

Я взбежала по ступенькам на третий этаж и очутилась перед знакомой немного потертой зеленой дверью. В этой комнате я жила третий год. Собственно мне пора было освобождать ее, я ведь закончила институт, но с моим исчезновением не были выполнены разные формальности, и комната пока числилась за мной. Я не собиралась задерживаться здесь, ведь в моем распоряжении было около трех недель, но мне нужны были вещи и деньги.

А вот с этим вышел облом - вещей не было: ни одежды, ни ноутбука. Шкаф встретил меня зияющей пустотой. Пока я озадаченно пялилась на голые полки, пытаясь сообразить, что делать дальше, в двери постучали.

- Войдите.

Это была баба Маша. Она притащила мою огромную спортивную сумку, в которой с трудом поместились все мои пожитки.

- Вот, деточка, на радостях-то забыла про вещички твои. А компьютер твой Сережа забрал, сказал, чтоб не украли, мало ли чего. Вот я и расписку у него взяла, - старушка протянула мне тетрадный лист.

- Спасибо, баба Маша, к Сереже я уж завтра поеду, а сегодня здесь переночую.

- Ты заходи ко мне в комнату, - пригласила та, - Чайку попьем.

- Хорошо, баба Маша, - засмеялась я, - Зайду попозже.

Понятно было, что старенькая вахтерша страшно скучала летом в практически пустом общежитии, а тут появилась возможность пообщаться и узнать какие-нибудь студенческие сплетни.

Приняв душ и полюбовавшись огромным фиолетовым синяком у себя на бедре, я села на кровать и задумалась о своих дальнейших планах. Вода с мокрых волос стала стекать на пол и на постель, и я встрепенулась, решила, что планы пока подождут.

Откопала в сумке фен и предалась сушке волос. Подпитываясь энергетикой Сертаи, они за это время выросли почти до пояса. Хотя на Земле я никогда не отращивала ниже лопаток. После сушки кончики слегка завились, и светлая шелковистая волна отвечала на любое мое движение.

Я сидела совершенно обнаженная, окутанная только волосами, когда дверь резко открылась, и на пороге возник парень. Спустя всего мгновенье общего шока он со сдавленным криком: "Стэфа!" кинулся ко мне.

- Эй, эй, Влад, успокойся, да это я, - я безуспешно попыталась высвободиться из крепких объятий.

Да, уж встретить своего бывшего парня совсем не входило в мои планы.

- Что ты тут делаешь? - первым моим побуждением было восстановить облачение с помощью лимбы. Вот засада! - а никакой лимбы то и нет, - Отвернись, дай одеться!

С глупой счастливой улыбкой и ворчанием: "Что? Я видел все ни один раз..." - высокий белобрысый парень, наконец, отпустил меня и отвернулся.

Я лихорадочно выудила из сумки первое попавшееся платье и натянула на себя, после этого уже спокойней надела трусики:

- Как ты тут очутился? - повторила я свой вопрос.

- Я заскочил за вещами - уезжаю на сборы, а баба Маша сказала, что ты приехала, - он уставился на меня с непонятным выражением лица, - Стэфонька, ты живая, - он опустился на колени и так на коленках передвинулся ко мне, обнял меня за ноги и заглянул снизу вверх мне в глаза:

- Прости меня, дорогая, прости, я такой идиот! Я ведь уже не смел надеяться, что ты жива, а ты вернулась, такая красивая, здоровая... я так обидел тебя, но тот поцелуй был единственный. У меня нет и ничего не было ни с Мариной, ни с кем другим. Ну не молчи, пожалуйста, Стэфонька, скажи, что прощаешь. Я так люблю тебя! Я так скучал...

- Встань, Влад, прошу тебя, - я подняла его за руки и усадила в кресло напротив себя.

Что тут сказать, Влада я конечно когда-то любила. Атлетическое сложение, искрометное чувство юмора, как говорится, душа компании, спортсмен - он никогда не был обделен вниманием женского пола. Мы с ним познакомились на третьем курсе. Мне понравился веселый парень, но строить отношения с ним я не собиралась. У Влада на этот счет были другие планы. Через полгода красивых ухаживаний я решила, почему бы нет, и согласилась на романтическое свидание. Что и говорить, в постели он оказался на высоте. Мы продолжили встречаться, и однажды я поняла, что уже не могу без него. Было с ним надежно и хорошо, и мы даже подумывали после окончания института съехаться и начать жить вместе.

Тем больнее было предательство. В тот вечер на базе шампанское и другие горячительные напитки лились рекой. Подруга моя Марина всегда отличалась стервозным характером, но наша дружба уравновешивалась моим спокойным и веселым нравом. С первого курса мы жили в одной комнате, делили, так сказать, и слезы и веселье. Влад перевелся в институт и попал именно в ее группу на соседний с моим факультет, и она долгое время старалась завоевать его внимание. Когда стало ясно, что он сделал свой выбор, Марина легко с этим смирилась, и даже начала встречаться с Алексом Курдибиным, общеизвестным покорителем женских сердец. Длинноногая черноволосая красавица Марина и чернявый смуглый Алекс стали самой знаменитой парой в институте.

Но, ничто не вечно под луной, и с окончанием учебы, закончились и их отношения. Поэтому на той злополучной базе Мариночка не ограничивала себя в алкоголе, лечила, свое "горе". Изрядно напившись, она подошла к моему парню, уселась к нему на колени и показала ему "что такое настоящий поцелуй". В это время как раз я и зашла в комнату. Что характерно, Влад не отбивался решительно от приставаний подвыпившей девицы, а вкушал "французский поцелуй", при этом его руки покоились гораздо ниже спины оной девицы...

- Что... что ты молчишь? Скажи что-нибудь, прошу, - Влад снова сделал попытку приблизиться ко мне.

Но я решительно остановила его жестом:

- Сядь, посиди, Влад, ты должен понимать, наши с тобой отношения разбились на базе, а потом они окончательно сгорели в том автобусе.

- Как?.. Что произошло с тобой, где ты была столько времени? Тебя все искали. Я тебя искал. Когда в обломках нашли твою сумку с документами, мир рухнул. Но среди тел погибших тебя не оказалось, и тогда забрезжила надежда. Неясно было, куда ты пропала, все опасались самого худшего.

- Меня выбросило из автобуса, и я хорошенько приложилась головой. В состоянии шока я шла по трассе, не осознавая, что делаю. Дальше меня подобрали на попутке и отвезли в больницу. Мое состояние было таково, что срочно нужна была операция, и меня переправили в Москву. Документов не было, а я ничего не соображала.

- Ты была в Москве?

Я врала, умышленно называя такие места, где меня точно не стали бы искать, и мое исчезновение на столь долгий срок можно было объяснить.

- Да, но я как в хорошем сериале потеряла память. Кто я! Что я? Где? Все как в тумане. Но, как ни странно, происшествие это имело удивительное и счастливое продолжение - я нашла свою настоящую семью.

- Правда! Стэфа, я очень рад. Как это получилось? - Влад прекрасно знал, что это одно из заветных моих желаний.

- Что бы идентифицировать мою личность в больнице сделали анализ ДНК и загрузили данные в специальную программу. И вот, нашлась моя родня. Представляешь, две бабушки, двое дедушек, и родная тетя.

- Здорово, Стэфа!

- Это еще не все. Они иностранцы. Мои родители путешествовали по России, когда погибли при несчастном случае, а я и моя сестра близнец остались здесь, в детском доме. Мои родственники не смогли найти нас.

Да, ты не ослышался, у меня, оказывается, есть сестра. Собственно, я и вернулась, чтобы найти ее. Еще нужны мои документы. После этого мы уедем. Очень скоро, через пару недель.

- Сестра... Уедете? Далеко?

- Далеко. Новая Зеландия.

- Что? Новая Зеландия? - Влад с отчаяньем закрыл глаза и с силой потер лицо ладонями.

Опять пришлось выбрать место за тридевять земель от России, чтобы не вызвать ни у кого даже мысли последовать за мной.

- Я бы приехала раньше, но память вернулась недавно, и не принесла мне хороших воспоминаний о нашей последней встрече. Подожди, - я увидела, что мой собеседник хочет что-то сказать, - Все что сделано, то сделано. У нас с тобой было прекрасное время вместе, оно закончилось. В конце концов, я должна быть тебе благодарна. Если бы ни этот случай, то я бы не уехала с базы, не села в этот автобус...

Давай поставим на этом точку. Я не откажусь от новой родни. Уверена, приемная семья меня поддержит, а больше здесь ничего меня не удерживает. Выбор сделан. И тебе лучше уйти, не надо мучить ни себя, ни меня.

Влад тяжело встал с кресла. Я тоже поднялась. Он медленно приблизился, крепко обнял меня, очень сильно, до боли поцеловал и сказал:

- Я уйду, но ты знай, я безумно рад, что ты жива. Я рад, что смог сказать тебе - прости. Я рад, что смог еще раз сказать, что люблю тебя, - он нежно заправил мне прядку за ухо, - Пусть у тебя начинается новая жизнь. Выбор сделан, но... не мной.

С этими словами он повернулся и тяжело пошел к двери. На пороге обернулся:

- Я бы выбрал тебя. Будь счастлива.

- И ты, - только и успела ответить я закрывающейся двери.

Я без сил опустилась обратно на кровать. Меня потряхивало, на душе кошки скребли, но мне нужно было рубить все узлы. Я чувствовала, что этот узел был не последний.

Глава 14

Все еще на Земле.

- Боже, какой пирог! Наташа, обожаю твои пироги!

Я сидела на уютной кухне и уплетала кусок пирога с картошкой, приготовленного моей невесткой Натальей, женой Сережки.

Я гостила у них второй день. Вернулась на Землю я в субботу - повезло. Переночевав в общежитии, я на утро, проклиная необъятную сумку с вещами, и с тоской вспоминая лимбу, взяла такси и приехала к своему брату. В сумке к счастью нашлась моя банковская карточка и деньги были.

Сережа с Натальей оказались дома - говорю же - повезло, и последовала немая сцена на пороге, достойная Большого театра. Бросив осточертевшую сумку, я с визгом бросилась на шею к брату - это был один из не многих человек, по которому я действительно скучала.

Сводный брат был на три года старше меня, но усыновили нас одновременно, поэтому мы были очень близки, хотя совершенно не похожи. Он был невысокого для мужчины роста, метр семьдесят, крепкий, плотненький, и имел какие-то азиатские черты. В прошлом году он женился на милой веселой девчонке. Наташа миниатюрная кареглазая брюнетка, веселая хохотушка и отличная стряпуха, сразу покорила моего братца. Девушке досталась от бабушки квартира, куда молодые и переехали после свадьбы. Наташины родители души не чаяли в "рукастом" зяте. У Натальи уже заметно круглился животик, к зиме должен родиться их сын, и я была очень счастлива за брата.

Сергей после свадьбы хотел, чтобы я жила вместе с ними, а не в какой-то общаге, но я, конечно, наотрез отказалась. Тогда с меня взяли клятву, что я буду приезжать в гости на пироги. С тех пор это стало нашей хорошей традицией.

После моего неожиданного возвращения, по такому радостному случаю, пироги стряпались каждый день. На Сертае я и забыла, как это вкусно, и упивалась каждым кусочком, понимая, что вскоре лишусь этого навсегда.

Конечно, пришлось объяснять свое исчезновение, и я повторила ту же легенду, которую рассказала для Влада. История была довольно сомнительной, и если бы мне начали задавать разные вопросы, она тут же бы развалилась. Но все были так рады моему возвращению, и обманывать мне своих родных, вроде бы, причин не было, поэтому мое объяснение приняли как есть.

Пришлось провести настоящую видеоконференцию с родней. Нас, вылетевших из гнезда, детей было пятеро, с родителями жили еще семеро. Оказалось, все безумно волновались. Родители тоже приезжали на мои поиски. Но мелких ведь не оставишь на долго, поэтому недавно они вернулись в пригородный Лисим. Там с государственной помощью многодетной семье был выстроен приличный коттедж.

Мы связались по скайпу и я весь вечер проговорила с мамой. Она в отличие от брата Сергея очень настороженно отнеслась к новой родне.

- А как же мы, детка? Неужели мы теперь тебе не семья?

- Ну что ты, мама, - искренно воскликнула я, - Конечно семья! Но согласись, я имею право узнать и кровных родственников. Тем более биологические родители мои погибли - и ни папу, ни тебя мне никто никогда не заменит. Да, и в той стране побывать интересно. А если мне там не понравится, то вы мой надежный тыл, куда я всегда могу вернуться!

При этих словах я отчетливо почувствовала привкус песка на языке от невероятного количества вранья, которое приходилось говорить.

В подростковом возрасте я с юношеским максимализмом ненавидела своих приемных родителей за строгость, в которой нас воспитывали. И после школы радостно улизнула из-под жесткого родительского контроля и опеки. Ах, общага! Ну и оторвались же мы там, но все-таки воспитание сделало свое дело - за определенную грань я никогда не заходила. Даже первый сексуальный опыт был только на втором курсе и не после сомнительной гулянки, а с красивым парнем после потрясающего романтического свидания.

Теперь же в сложившихся обстоятельствах я поняла, насколько мне дорога эта немолодая уже худощавая женщина, заменившая мать. Она была очень удивлена, когда узнала о существовании моей сестры-близняшки и решительно заявила, что поможет ее искать. Начать мы решили с того детского дома, где находилась я, и мама сегодня после обеда должна была приехать и привезти документы.

Сергей был на работе, а Наташа засобиралась в женскую консультацию на прием, поэтому я осталась одна. Наевшись пирогов, я завалилась на диван, на котором ночевала и сама не заметила, как задремала.

"Я стояла босиком на пушистом ковре и рассматривала затейливый узор на нем, как вдруг почувствовала чьи-то сильные руки на своей талии. Сердце сразу же дало сбой и забилось в два раза быстрее. А руки тем временем нежно поглаживали мне спину и плечи. Проводя по моим рукам, мужчина как бы невзначай легонько касался моей груди. Эти невинные прикосновения действовали на меня как удар током. Я не выдержала и обернулась, оказавшись в сильных объятьях. С загадочной улыбкой на меня смотрел мой демон Астьен. Я тонула в синих глазах, казалось, в них бушует неистовое пламя. От этого взгляда у меня сладко заныло внизу живота. - Сейчас я, наконец, поцелую тебя, - шепчу я. Меня сводит с ума предвкушение сладостного поцелуя. Но агнит ничего не говорит, а наклоняется ко мне и начинает целовать шею, руками продолжая ласкать спину и поглаживая волосы. У меня вырывается стон, я выгибаюсь к нему на встречу, прижимаюсь всем телом, чувствуя его желание. Мысленно посылаю приказ своей лимбе и оказываюсь в блузке с глубоким треугольным вырезом и наполовину расстегнутыми пуговицами. Издав неопределенный звук, демон тут же начинает прокладывать своими губами дорожку к моей груди. Желание сжигает меня..."

Я открыла глаза. Моя грудь вздымалась от бурного дыхания, внизу живота сладко ныло. Из губ вырвался стон, когда я поняла, что это опять лишь сон. Почти каждую ночь синеглазый мужчина приходил ко мне во сне. Его ласки сводили с ума. Я хотела, но никогда не могла поцеловать его губы. Даже здесь, на Земле, он не оставил мои сны, а Рогнар пока ни разу не приснился.

Я помотала головой, отгоняя наваждение, когда раздалась решительная длинная трель звонка. Кто-то звонил в дверь, именно первый звонок выдернул меня из сладкой грезы. Я побежала открывать - мама приехала!

Вот уже два часа мы с мамой перелопачивали архив в городском Доме Малютки ?2, откуда меня удочерили. Должны были остаться какие-то записи, как я поступила в это учреждение. Меня пронзила страшная мысль, что все напрасно, ничего не найдем, и больше зацепок нет. Но в этот момент мама издала победный крик. Я выглянула из-за пыльной полки, мама торжествующе держала в руках тоненькую папку. Мы разложили документы на маленьком столике в углу архива под тусклой настольной лампой и склонились над бумагами. Чернила двадцати двух летней давности подвыцвели, но все отлично читалось. Вот моя местная медицинская карта, различные документы на усыновление, постановление суда, справки и вот, наконец, справка из роддома о моем рождении. В ней ни слова не упоминалось о сестре, кроме фразы "второй плод". То есть, это я была второй плод. Я почувствовала, как забилось сердце - у меня теперь есть номер роддома и точная дата, а у них должны быть в архиве данные о распределении новорожденных.

Добиться разрешения на работу в медицинском архиве было куда сложнее. Я потеряла еще неделю, и только в четверг пришел ответ на наш запрос в Областное Управление Здравоохранения, дающий нам право искать нужные сведения.

Чтобы не сходить с ума в бездеятельном ожидании я решила съездить в Лисим, повидать отца и младших ребят. Все мелкие были на каникулах, поэтому дом звенел от детских голосов, смеха, небольших братских потасовок, споров, ссор и бурных примирений. У меня даже голова кругом пошла, я как буд-то вернулась в собственное детство. Я помогала маме готовить, немного прибрала гостиную и детскую комнату у самых младших детей - это были мои сводные братья Алешка и Женька, которые перешли во второй и третий класс. Я уехала из дома, когда Алешке было всего три годика, но они прекрасно знали всех старших. Когда я появилась на пороге, меня облепили со всех сторон, радостно вопя: "Стэфа приехала!" Я не стала заморачиваться с подарками, современным детям трудно угодить, так что купила им по подарочному сертификату в местный торгово-развлекательный центр. Это пришлось всем по душе, и младший состав с родителями дружно отбыл обналичивать подарок. Две мои сестры уже перешли в старшие классы, поэтому и дома не сидели, а где-то гуляли с друзьями.

На пару часов в большом доме установилась блаженная тишина. Я уселась в гостиной на диване прямо с ногами и открыла свой ноутбук. Рядом со мной уютно устроилась наша старая собака белый пуделек Мэгги. Мне нужно было организовать еще одно важное дело.

Целый час я просматривала информацию о фирмах, занимающихся специфическими услугами по предоставлению алиби неверным женам и мужьям. У меня была идея, чтобы с их помощью создать себе легенду о моей поездке в другую страну к родне. Я готова была на все, лишь бы уменьшить горе и переживание родственников, которое возникнет после моего повторного исчезновения.

Мне понравилась одна фирма с неброским названием "Тень". Я связалась с их администратором, дала предварительное задание, договорилась о встрече. Мне скинули реквизиты счета, и я внесла небольшой задаток.

Просмотрев сообщения на электронной почте, обнаружила там положительный ответ на запрос. Все, пора ехать в медицинский архив. Время только перевалило за три часа, поэтому я, никого не дожидаясь, вызвала такси и рванула в центр. По дороге созвонилась с мамой и предупредила.

Медицинский архив располагался в современном здании, занимая полуподвальный и первый этажи. Оказалось, что вот уже несколько лет информацию активно отцифровывают, создавая электронный каталог.

Милая девушка лет двадцати, сидевшая за стойкой регистрации, вызвалась мне помочь:

- Ваш год рождения уже занесен в компьютер, сейчас посмотрим.

Ее пальчики запорхали по клавишам компьютера, и через пару минут она радостно заявила, что информация найдена.

- И все? Так быстро? - я была просто в шоке, - Неделю ждать запрос и отыскать все за две минуты?!

Девушка рассмеялась:

- В вашем разрешении на пользование архивом был и код доступа. Вам вообще не нужно было приезжать, вы могли и сами найти все, не сходя с дивана.

Мне распечатали справку о рождении и медицинскую карту моей сестры. Не в силах ждать я тут же устроилась в кабинке для посетителей, огороженной с трех сторон ширмами из матового стекла. Справка гласила, что первый плод многоплодной беременности родился с асфиксией, то есть острой нехваткой кислорода из-за обвития пуповиной. Девочка была помещена в реанимационный блок. Далее из медицинской карты я поняла, что моя несчастная сестренка прямо из роддома была переведена в Детский Клинический Центр, где провела под наблюдением врачей целых три месяца. Тогда как меня сразу из роддома выписали в Дом Малютки. Стало понятно, почему наши пути разошлись. Ведь никому не было никакого дела, что сиротки двойняшки вырастут и будут единственными родственницами друг у друга. Совершенно не задумываясь ни о чем, мою сестру распределили в другой детский дом и сдали карту в архив.

Я негодовала на такое безразличие и равнодушие людей, но самое главное - адрес ее сиротского приюта я достала.

Меня переполняло нетерпение, поэтому решила съездить в этот приют сразу. Понимала, что опять нужно будет искать по архивам, но хоть с кем-то, может, поговорю.

Такси с шуршанием остановилось у высокого металлического забора. Я прошла в ворота и замерла, разглядывая четыре огромных пятиэтажных корпуса детского дома, построенных из красного кирпича. Это был не какой-то районный Дом Ребенка для новорожденных, а настоящий детский городок, где воспитывались дети от рождения и до своего совершеннолетия. Территория городка утопала в зелени, а позади всех зданий сверкали позолоченные купола местной часовни.

Я неторопливо прошла по дорожке, разглядывая разноцветные шторы на окнах. Детей было мало - ясное дело, всех школьников на каникулах отправляли в летние "пионерские" лагеря. А детсадовских еще не вывели на прогулку. Но все-таки я выловила худенького пацаненка, спешащего по своим делам и он, сверкнув глазами и внимательно оглядев меня цепким взглядом, показал, где найти директора. Я дала ему тридцать рублей на мороженое. Он быстренько и деловито спрятал мелочь в карман и поинтересовался:

- А может сигаретой угостите?

Я оторопела:

- Какая сигарета! Я не курю и тебе не советую!

Он хмыкнул в ответ и поспешил дальше, а я вошла в прохладное после уличной жары помещение. В холле витали запахи детдомовской кухни. Я прошла по длинному коридору, увешанному плакатами по оказанию первой медицинской помощи и, постучав в дверь с табличкой "Директор", сразу же вошла.

Я оказалась в приемной, где за столом сидела полноватая молодая женщина, видимо секретарь, которая со скучным лицом печатала что-то на компьютере. Повернувшись на стук и увидев меня, она просияла улыбкой на все лицо и воскликнула:

- Полина! Привет! Тебя уже выписали? Почему не позвонила?! Проходи, чего встала!

А я застыла на месте, не в силах вымолвить ни слова - похоже, я нашла свою сестру.

Глава 15

Сестра.

Мы целый час проговорили с Юлией. Когда я вновь обрела способность к речи и объяснила, что я вовсе даже не Полина, а Стэфа, ее сестра близнец, то тут уже у девушки секретаря случился ступор.

Как оказалось, Полина действительно выросла в этом детском доме, потом закончила художественное училище и вернулась сюда работать с дошкольниками - вела у них кружок рисования. Жила девушка здесь же в административном корпусе. С этой Юлей они были в хороших дружеских отношениях, но как коллеги, а не как закадычные подружки. Поэтому девушка, чуть смущаясь, сообщила мне, что Полина вот уже месяц лежит в больнице, но она ее ни разу не навещала, так звонила пару раз.

На мой вопрос, чем же болеет целый месяц моя сестра, Юля как-то виновато пожала плечами и сказала:

- Кажется, у нее больное сердце.

Я взяла номер телефона Полины, узнала в какой она лежит больнице и попрощалась с пухленькой блондинкой.

К моему великому разочарованию сегодня я уже никак не успевала в больницу к сестре. Больничный городок находился на другом конце города, уже начался час пик, и пока бы я смогла добраться до него, часы посещений уже закончатся.

Переночевав у Сергея, я уже к десяти утра была в больнице. Стандартный унылый холл с привинченными скамейками вдоль стен заставил меня передернуться. За стеклянной перегородкой сновал персонал в белых халатах, и неспешно прогуливались пациенты в халатах, как буд-то отмеченные печатью "болезнь": небрежно причесанные волосы, заросшая щетина, мятая одежда и унылое выражение лиц.

Я изучила списки пациентов и с бьющимся сердцем три раза перечитала запись "Орлова Полина Владимировна палата ? 43, t 36.8, сост. удовлетв".

Я огляделась, дежурного не было, коридор опустел, и решила прошмыгнуть без регистрации. Чтобы никому не попасться лишний раз, я пошла по лестнице. На четвертом этаже было пусто. Я остановилась, прикидывая в какой стороне нужная мне палата, и в это время раскрылись двери лифта, и прямо мне навстречу вышел высокий широкоплечий парень с шикарным букетом цветов. Одного взгляда было достаточно, что бы понять, что на нем очень дорогая одежда, на шее небрежно переплелись три внушительные золотые цепочки, и на пальце руки с букетом массивная печатка.

Упакованный субъект, не раздумывая, шагнул ко мне и с масляной улыбочкой проговорил:

- Что ж, доктор прав, Полина, выглядишь гораздо лучше.

Я невольно заулыбалась, поняв, что меня опять спутали с сестрой, по-видимому, мы действительно были очень похожи. И только я раскрыла рот, чтобы объяснить ситуацию, как тут же захлопнула его.

Мужик взял меня за подбородок и, усмехнувшись, заметил:

- М-м-м... Так гораздо, гораздо лучше. Надоело быть букой, и правильно. Пойми, смирившись, ты выиграешь намного больше. Альберт Николаевич любит покладистых девушек. Сумеешь ему понравиться, и он оставит тебя себе на некоторое время. А потом... - он сделал паузу и медленно провел большим пальцем по моим губам, - Потом тебя заберу я. Если же не понравишься хозяину, то сразу отправишься в бордель. А такое б/у мне не нужно. Впрочем, я и в борделе пару раз тебя навещу.

Сказать, что я была в шоке, ничего не сказать. Я просто потеряла дар речи. А это самоуверенное чудовище сунул свой букет мне в руки и деловито закончил:

- Завтра в двенадцать за тобой заедет Александр. Тебя ждет салон красоты и незабываемое свидание. Альберт Николаевич и так слишком долго ждал, если бы не твое сердечко... Но хозяин привык заботиться о своей собственности, а ты, поверь, не дешево обошлась на аукционе. Пришло время ему получать дивиденды от своих вложений, - его губы скривились в жестокой усмешке.

С этими словами он развернулся и исчез в недрах больничного лифта.

Я еще некоторое время тупо стояла, пытаясь осознать, что это было такое, и до меня словно в замедленном кино доходило, что моя сестричка в беде, в настоящей ужасной беде.

Вдруг осознав это, я ринулась в сорок третью палату. Тихонько приоткрыв дверь, я негромко постучала. Моя дорогая несчастная сестренка стояла у окна, прислонившись к стеклу лбом. На мой стук она вздрогнула и порывисто обернулась, явно не ожидая увидеть ничего хорошего. Выражение тоскливой обреченности на ее лице медленно сменилось сначала от изумления и недоверия до несмелой радости. Похоже, в первый раз за долгое время ее бледное лицо тронула улыбка:

- Как... как такое может быть?

И я, отшвырнув проклятый букет, бросилась вперед и обняла худенькую фигурку:

- Полина, я твоя сестра-близняшка. Меня зовут Стэфа. Я нашла тебя, сестренка, нашла.

И мы обе заплакали. Ее плечи буквально сотрясались от рыданий. Наконец, она немного успокоилась, отстранилась от меня, покосилась на букет на полу и сказала:

- Стэфа, сестра. Боже мой! Слишком поздно, но я рада, что ты нашла меня, хотя не понимаю как такое возможно. Сюда может кое-кто прийти, тебе лучше уйти, - она замолчала и бессильно уронила руки.

- Если ты про того упакованного козла с букетом, то сегодня он уже не появится.

У Полины в страхе расширились глаза, и она снова посмотрела на букет так, как буд-то он был мерзким опасным существом, которое может накинуться и укусить. Я поспешила объяснить:

- Мы столкнулись в коридоре. Он принял меня за тебя. Я не стала сильно разубеждать его и он наговорил мне... В общем, достаточно, что бы я поняла, что завтра до двенадцати тебя здесь быть не должно. А должна ты быть со мной подальше отсюда и в безопасности.

- В двенадцать значит, - безжизненным голосом повторила моя сестренка, - Стэфа, боюсь, ты не понимаешь. Это очень страшные всемогущие люди. Для меня нет безопасных мест в этом городе, да и в этой области тоже. А если узнают про тебя, то и тебе проблем не избежать. Уходи скорей. Мне будет легче, теперь я знаю, будет кому помолиться за меня.

Я взяла Полину за плечи и ощутимо потрясла:

- Ты не представляешь, откуда я вернулась, чтобы найти тебя. Я тебя не брошу и вытащу отсюда. У нас есть с тобой родня. Наши родители умерли, - при этих словах девушка вздрогнула, - Но есть две удивительные бабушки, два потрясающих деда, замечательная тетушка, сестра отца, но наша с тобой ровесница, которая недавно вышла замуж. Всю эту родню я обрела совсем недавно, после того, как попала в аварию, и от них узнала о твоем существовании. И самое главное, что живут они далеко, очень далеко от России, где не достанет ни один вот такой козел.

Пока я говорила, в глазах у моей сестренки появился проблеск надежды, но в конце она снова опустила голову и глухо произнесла:

- Далеко от России? Но ведь туда нужно как-то добраться. А ведь все мои документы у них. Куда я сунусь? Пока сделаю новые, меня уже десять раз поймают.

- Полина, - твердо сказала я, - Верь мне. Сейчас, нужно придумать, как выбраться из больницы, чтобы подольше не хватились. Потом мы отправимся к моим приемным родителям. И, думаю, завтра-послезавтра, исчезнем из этого города.

И Полина поверила, может что-то такое в моих словах заставило ее поверить. Она распрямила спину, вскинула голову, сверкнув зелеными глазами. И только в эту минуту я действительно как буд-то увидела свое отражение. Она тоже что-то такое почувствовала, потому что на этот раз мы вместе засмеялись.

Мы проговорили два часа. Когда заходил доктор на обход, я спряталась в туалете, слушая этого прикормыша всевластных бандитов, я поняла, что от него помощи и сочувствия ждать нечего:

- Полина, милая, - сладкоречиво вещал этот немолодой холеный дядька в безукоризненном халате, - Ваше сердце в полном порядке. Вам следует благодарить Альберта Николаевича, что он оплатил такое дорогостоящее лечение. Замечательный человек. Рад за вас, что вы имеете такого серьезного покровителя. Думаю, что он уже скучает по такой милой девушке, ничего, завтра в полдень я отпущу вас к своей судьбе.

При этих словах меня аж передернуло. Наконец-то мерзкий докторишка убрался, и я вышла из своего укрытия:

- Полина, кто еще зайдет к тебе сегодня?

Моя сестра сидела на кровати с застывшим лицом, на мои слова она вымученно улыбнулась и как бы отгоняя наваждение медленно произнесла:

- В четыре часа моют палату, потом никого не должно быть.

- Все, решено. Часов в шесть будем вытаскивать тебя отсюда. Так, связь? - я задумалась. Полине нельзя было звонить со своего. Подумав, я скопировала свои контакты на одну сим-карту и вынула ее из телефона. А сам телефон со второй симкой оставила сестре, объяснив ей свою задумку. Она очень скептически отнеслась к моей затее, но до шести было еще далеко, я обещала все проверить и перезвонить ей. На этом мы крепко обнялись, и я потихоньку улизнула из больницы. Причем вышла через служебный вход, который был за лестницей и охраной в холле не просматривался.

Вдруг, я отчетливо поняла, что не нужно ждать вечера, ни в коем случае не нужно ждать вечера, нужно уходить немедленно. Не раздумывая, я вернулась обратно и так же незамеченная поднялась к сестре. Она сидела на кровати, там, где я ее оставила и бережно поглаживала мой телефон, как свидетельство ее надежды, свидетельство того, что я ей не привиделась.

Быстренько притворив за собой дверь, я подскочила к ней и горячо заговорила:

- Поленька, я сейчас легко вышла и вернулась через служебный ход. Это шанс, который нельзя упускать. Боюсь, до вечера возникнут какие-нибудь проблемы. Давай уйдем прямо сейчас.

Девушка вскочила и лихорадочно заметалась по палате:

- Сейчас, соберусь...

- Подожди, оставляй все. Пусть думают подольше, что ты здесь, просто вышла куда-то.

Полина растеряно осмотрелась вокруг, посмотрела на себя (она была одета в легкий халатик) и решительно шагнула к шкафу. Быстро переоделась в голубые джинсы и белую футболку. На ногах оставила сланцы, туфли не надела, чтобы сбивали с толку. А халатик тщательно сложила и убрала между вещей.

Мы спустились по лестнице, благополучно никого не встретив. Внизу я осторожно выглянула в коридор. Охранник лениво сидел на стуле лицом ко входу, на нас не смотрел. Пациенты больницы тоже куда-то все рассосались, только в конце длинного коридора виднелись две фигуры в белых халатах.

- Все, уходим. Идем спокойно, не дергаемся. В случае, если какой знакомый, роняй телефон и наклоняйся за ним, пряча лицо.

Мы выскользнули на улицу из служебного входа и сразу столкнулись с какими-то молодыми ребятами и девушками в халатах. Оживленная стайка молодежи курила и весело смеялась, очевидно, какие-то практиканты. Полина замерла и напряглась, но я твердо взяла ее за руку и решительно направилась вперед. Тут двое мальчишек скинули халаты, сказали, что сейчас сгоняют "за попить" и решительно направились к выходу за территорию больницы. Я тут же подстроила наш с Полиной шаг к будущим докторам, особо не приближаясь, но так, что бы в видеокамерах казалось, что мы вместе. То, что видеокамеры есть, я не сомневалась. И потом их вероятно будут просматривать, увидят меня, как я выходила и заходила, и подумают на Полину. Когда мы были с ней вместе я постаралась скрыть лицо, все время, отворачиваясь от подозрительного глазка.

За воротами больницы была тенистая аллея и мы быстренько свернули. Я умышленно не стала ловить такси, а села в первый попавшийся трамвай, даже не глянув на номер маршрута. Через три остановки мы вышли и пересели в маршрутку. Через час сидели у Сергея на кухне (мама тоже была здесь, вернулся и брат), ели Наташкины пироги и слушали Полинину историю.

Оказалось, что, несмотря на детдомовское воспитание, моя сестра сохранила потрясающую наивность, доверчивость и чистоту. Обладая красотой и хрупким здоровьем, она вызывала у мужчин немедленное желание ее защищать, поэтому в детском доме у нее хватало заступников и верных друзей. Девушка смотрела на мир даже не через розовые, а какие-то радужные очки, видела всех добрыми и ждала светлой любви. И первый парень, к которому она потянулась сердцем оказался редкостным негодяем. Узнав, что она девственница, он ее просто продал. Девочке не повезло нарваться на "соблазнителя". Этот смазливый обаятельнейший тип знакомился с девушками, влюблял в себя, выяснял жизненные обстоятельства, и если жертва была одинока, не из этого города, то забирал ее паспорт и несчастная оказывалась в борделе. Полине "повезло" оказаться невинной, поэтому она попала на торги, где ее купил этот Альберт Николаевич. Девушку уже доставили к нему в натуральный замок, так выглядел его дом за трехметровым металлическим забором, нарядили в развратнейшее белье, и тут случился "благословенный" сердечный приступ.

На вопрос, пробовала ли она сбежать, ведь вроде ее никто не охранял, она разрыдалась и сквозь слезы рассказала, что, как только смогла ходить, ушла из больницы и обратилась за помощью к своему детдомовскому другу Лехе Метенкову. Через два дня ее забрали, а Леху на ее глазах избили до полусмерти. Вот тут ей снова стало плохо. Больше попыток убежать она не делала - документов и денег нет, бежать некуда, друзей она подставлять больше не могла.

Мама с Наташей ревели, не сдерживаясь, Сергей сжимал зубы и кулаки в бессильном гневе, а я содрогалась от мысли, что успела в последний момент выдернуть сестру из этого кошмара.

Теперь нам следовало быстро исчезнуть. Я не хотела даже думать, что будет с моей родней, когда бандиты найдут нас. А то, что найдут, я не сомневалась. Ведь в детском доме я разговаривала с секретарем, и эти звери быстро отмотают веревочку, по которой и я нашла Полину. Нужно было уходить на Сертаю - прошло уже почти две недели из трех отпущенных мне на Земле. Лучше уж вернуться с запасом.

Теперь встало две проблемы: объяснить все Полине, так, чтобы она не сочла меня сумасшедшей и оставить неопровержимые свидетельства, что мы отправились в Новую Зеландию для родителей и бандитов. Плюс еще Сергей собрался провожать нас с сестрой до ворот посольства, где нас, якобы, ждет наш дед Михтин.

Мы переночевали у брата. Спали плохо, Полина металась и вздрагивала во сне, я всю ночь думала, как отказаться от опеки брата. После ночи мучительных раздумий, я не придумала ничего лучше, как довериться Сергею. Если он мне поверит, то создать убедительную легенду для всех остальных будет несравненно легче.

На следующий день Наталья с мамой пошли в магазин закупать продукты нам в дорогу, а я усадила брата с сестрой на кухне, сделала глубокий вдох и выпалила:

- Сергей, Полина, все это время пока меня не было, я не теряла память, не лечилась в Москве, а была в параллельном мире, куда меня выбросило в момент автокатастрофы с автобусом. Именно оттуда были наши с Полиной биологические родители, которые погибли здесь на Земле в исследовательской экспедиции. Мне угрожала неминуемая гибель в том автобусе, поэтому меня выдернуло в родной мир. Там я действительно встретила родственников, узнала о существовании сестры. Это еще не все. В целом наши миры похожи, но там существует дополнительная энергия, без которой не может прожить ни одно взрослое существо более десяти часов. До совершеннолетия, которое для нас с Полиной наступит в день рождения, девочки имеют внутренний запас такой энергии. В момент совершеннолетия девушка получает привязку к энергетическому источнику на планете. Если к этому времени мы не вернемся с Полиной на Сертаю, мы неминуемо погибнем , - я сделала паузу и внимательно посмотрела на брата, - Да, Сережа, меня отпустили на Землю только ради сестры после Большого Совета - это орган управления целой планеты. Если бы не Полина, вы бы никогда больше не узнали о моей судьбе.

Я окончательно замолчала и вглядывалась в их лица, пытаясь предугадать реакцию на свои слова. Сергей помолчал, потом улыбнулся и задумчиво произнес:

- А ведь теперь, пожалуй, все сходится: твое исчезновение, когда все остальные тела были на месте, внезапное появление. Твой родной мир пошел тебе на пользу, ты же никогда не отращивала волосы ниже лопаток. Я еще удивился мимолетно, когда это ты успела отрастить такую шевелюру до талии, твоя кожа словно светилась изнутри. А еще во сне ты разговаривала на чужом языке. Теперь все это понятно, - он посмотрел мне в глаза, - Я верю тебе, Стэфа. Ну а что теперь?

- Да, что теперь? - повторила моя сестренка, - Мы возвращаемся в тот мир? Ведь день рождения у нас очень скоро.

Я посмотрела на нее и поразилась, впервые с момента нашего знакомства в ее глазах горела надежда. Кажется, она ни на минуту не верила, что сумеет скрыться от бандитов где-то на Земле.

- Да, нам нужно срочно уходить, и больше мы никогда не вернемся, Сережа. Но мне невыносима мысль, что родители будут страдать, а сказать правду я не могу, сам понимаешь. Есть одна идея.

После обеда мы с братом вдвоем улизнули из дома и сейчас в одной неприметной кафешке разговаривали с молодым парнем, представившемся Алексей, сотрудником той самой фирмы "Тень". Сергей придирчиво рассматривал запечатанный конверт, со всеми штампами и марками, который пришел из Новой Зеландии от меня. Именно такой предварительное задание я дала фирме. Конверт был пухленький, плотный желтый. На нем латинскими буквами отлично читалось мое имя, название страны отправителя, и абсолютно неразборчивый адрес. По моей задумке, эта фирма в течение трех лет должна будет присылать моей родне вот такие заранее написанные мной письма. Послать ответ мне не смогут, и переписка постепенно угаснет.

Сергей вскрыл конверт, в нем лежал чистый лист с надписью тест и моя фотография на фоне аэропорта. Чуть ли не обнюхав печати, брат хмыкнул и признал, что все выглядит более чем убедительно. Обговорив детали, мы заключили контракт на имя моего брата. Теперь мне было спокойней, во-первых, он проконтролирует эту фирму, во-вторых, будет постепенно оплачивать ее услуги, в-третьих, мы нафоткаемся с Полиной на его телефон и фирма сделает фотошоп на фоне новозеландских пейзажей и наших новых родственников. Заплатив внушительный аванс и отдав первые четыре письма, мы расстались с Алексеем.

Решено было отправляться на Сертаю завтра ночью. Мы уйдем в портал, а Сережа съездит все-таки в Москву - и сам отдохнет, родителям спокойней будет, а бандюгам ложный след. Мы зашли еще в несколько магазинов, в банк и вернулись домой. Больше до завтрашней ночи я на улицу показываться не хотела.

Вечером приехал мой приемный отец. Мама с Наташей устроили настоящую прощальную вечеринку, наготовили и настряпали, как на новый год. Родители все расспрашивали Полину о ее жизни и сетовали, что не смогли удочерить нас обеих. Я сидела и впитывала всю эту атмосферу, знала, что она навсегда отложится в моей душе и в памяти.

Следующий день пролетел слишком быстро. Вечером мы распрощались с родителями, обнялись с Наташей, поплакали дружно на дорожку и уселись в Сережкину "Калину". Никаких подозрительных лиц или машин мы не заметили. Через три недели должно прийти первое письмо из Новой Зеландии и обеспечить наше алиби.

Ехать до места аварии автобуса и соответственно до портала было около часа. Сережа попетлял по городу и выехал на трассу, посмотрел на меня хитро и сказал:

- Стэфа, расскажи нам про эту твою Сертаю. Когда еще предоставится случай узнать что-то о параллельном мире. Я полуобернулась на переднем сиденье, чтобы видеть и брата и сестру и протянула:

- С чего же мне начать..? Ну что, начну с того, что вся природа там синяя...

...Вот такие три расы там и живут, а мы с Полиной родились в семье фей.

Сергей плавно притормозил у обочины, невдалеке виднелся крест по погибшим в той страшной автокатастрофе. Уже опустились мягкие сумерки и зажигались первые робкие звездочки. Я внимательно пригляделась и увидела голубоватое мерцание над дорогой - у меня прямо отлегло от сердца, все-таки я боялась, что портал куда-нибудь исчезнет. Полина пригляделась и подтвердила, что тоже видит сияние. А вот Сережка, сколько не вглядывался, видел только темную ленту дороги и все:

- Похоже, этот проход только для фей, а мне его увидеть не дано, - он печально усмехнулся.

Мы вышли из машины и выгрузили две наши небольшие спортивные сумки. Брат крепко обнял меня и тихо прошептал:

- Я всегда знал, что ты необыкновенная волшебная фея. Я рад, что ты стала моей сестрой, и всегда буду вспоминать тебя, - он привлек к себе и Полину, - Жаль, что тебя не было с нами все эти годы. Будьте счастливы, мои девчонки.

Я закусила губу, чтобы не разреветься в голос, решительно взяла сестру за руку. Мы с ней подхватили сумки, подождали, пока проехали все машины, и трасса на какое-то время опустела, оглянулись на одиноко стоящего мужчину и шагнули в голубое мерцание.

Там на Земле дорога опустела, и угасло невидимое никому волшебное сияние, а у нас перед глазами немного потемнело, а потом зрение прояснилось, и мы увидели высокие светлые стены храма на месте энергетического источника. Сквозь абсолютно прозрачный потолок виднелось глубокое синее небо, расчерченное рассветными лучами Асинги.

Мы вернулись домой.

Глава 16

Прилучка.

Портал располагался прямо в центре потока силы, поэтому мы с сестрой немедленно засверкали серебряным светом. Полина недоуменно посмотрела на себя, на меня и засмеялась. Кажется, у нее была настоящая истерика, похоже, она так до конца и не осознавала, что все рассказанное мною - правда. Вначале помещение было абсолютно пусто. Я взяла сестру за руку и повела к выходу. Тут открылась дверь, и в зал буквально ворвался наш дед Листаир. За ним заходили еще несколько человек. Как выяснилось позже, здесь в ожидании моего возвращения дежурили и исцелители и представители Большого Совета и мои родственники. Молодой красивый юноша - это который наш дедушка, внимательно нас оглядел и обнял меня:

- С возвращением, Стэфа, детка. Слава Сертае, ты вернулась и нашла нашу вторую внучку. Давай, познакомь нас скорее.

С этими словами он протянул мне иголочку лингватора, чтобы быстренько обучить мою сестру языку. После того, как иголочка всосалась ей в висок, дед повторил свою просьбу.

- Внучку! - Полина уставилась на деда с открытым ртом, - Вот этот юноша наш дедушка?

Я засмеялась:

- Да, Полина, - это наш дедушка Листаир. Кажется, ты не поверила, что здесь все, не смотря на возраст, выглядят потрясающе юными и невероятно красивыми. Очень трудно привыкнуть. Ты еще не видела нашу бабушку!

Тут засмеялись уже все. Мы веселой гурьбой вышли из храма. Здесь уже ждали крылья, и вся компания полетела в местную гостиницу. Полина с расширенными глазами и открытым ртом оглядывалась во все стороны. Невероятная архитектура этого городка Прилучки потрясла ее. Здесь все дома выращивались в единой концепции. Главное, чтобы внешний вид напоминал круглую башню, цвет стен - разные оттенки желтого и оранжевого и прозрачная крыша. Каждый жилой дом окружен традиционным густым садом разных оттенков синего. На многих домах крыши были увиты цветами. Вот и посадочная площадка нашей гостиницы утопала в нежных синеватых ростках с желтыми цветочками под цвет стен.

Нас проводили в комнату и все вышли, кроме деда. Он уселся в низенькое кресло и сказал:

- Давайте, располагайтесь, девочки. Вот твоя лимба, Стэфа. Вот лимба для Полиники. Вам нужно отдохнуть, я так понял, что на Земле сейчас наступает ночь. Полине нужно освоиться и многое узнать. Давай объясняй ей все, отдыхайте. Когда будете готовы общаться, позови меня через лимбу. А пока я буду охранять ваш покой - никто вас не потревожит, - с этими словами он вышел из комнаты. Дверь свернулась валиком и снова восстановилась на место.

- Ух ты! Голова кругом от впечатлений, - проговорила Полина по-русски, - Хорошо, что ты мне многое рассказала, а то я бы с ума сошла.

- Ну что, начнем с лимбы. Это невероятное существо.

Я скинула всю свою одежду, знаком показав сделать сестре тоже самое. Приложила янтарную капельку за ухо и немедленно почувствовала теплую волну радости и узнавания с неистовым мурчанием: "Хозяйка, как мне было одиноко. Как мне хорошо, что ты опять со мной".

Я воспроизвела на себе точно такую же одежду, которую только что сняла. Полина в очередной раз открыла рот от удивления. Наверное, в первые свои дни на Сертае я выглядела точно так же. Я взяла вторую капельку и, откинув тяжелые пряди, приложила ей за ухо. Глаза у сестры раскрылись еще больше, хотя казалось, что больше уже невозможно.

Следующие полчаса я учила ее пользоваться лимбой, менять облачение, связываться с любым "абонентом", мы потренировались на мне из соседней комнаты, находить информацию в общем информационном поле, взаимодействовать с домом, чтобы вырастить нужную мебель или предмет. После этого Полина отправилась отдыхать. Но я поняла, что она едва ли уснет. Она легла на кровать и прикрыла глаза, но было ясно, что она сейчас общается со своей лимбой, впитывая информацию о новом мире.

Я тоже присела на диванчик в соседней комнате и откинулась на мягкую спинку: "Мурка, вызови для общения Рогнара".

Рогнар ответил немедленно:

- Стэфа, Великая Мать Сертая! Стэфа, любимая, ты вернулась! - мой дракон, похоже, был где-то на своей работе. Я поняла, что страшно соскучилась по нему:

- Привет, Рогнар, мой дракон. Когда сможем увидеться? Мы пока будем в Прилучке. До дня рождения восемь дней, нужно посетить Храм Силы и пообщаться с сестрой-настоятельницей.

- Моя смена до семи вечера, пока долечу, в Прилучке будет десять. Это будет самый длинный день в моей жизни. Как же я рад тебя видеть! - он сделал движение рукой, как буд-то хотел прикоснуться ко мне.

- Я тоже скучала.

В этот момент послышался мелодичный перезвон и на мгновенье вспыхнул фиолетовый свет.

- Мне пора, - не скрывая сожаления, произнес мой избранник, - Увидимся вечером.

Его изображение исчезло. Я некоторое время сидела с глупой улыбкой на губах, прокручивая в уме наш разговор, его искреннюю радость и мысли, что через восемь дней что-то будет...

Вдруг одна внезапная мысль резко согнала с меня улыбку: "Полина! Всего восемь дней. Как же успеть найти ей избранника? Того, кого она сможет полюбить, того, кому сама станет необходимой как воздух. Ведь учитывая обстоятельства, она совершенно не доверяет мужчинам. Неужели она обречена остаться в храме, остаться серебряной куколкой на всю нашу долгую жизнь?" Я вскочила и начала ходить по комнате. Вдруг еще одна мысль заставила меня остановиться. Я судорожно вздохнула, так как у меня перехватило дыхание: "Рогнар!" Я вдруг отчетливо осознала, что Полину нужно познакомить с Рогнаром. Да, с моим белым драконом, единственным избранником.

Чем больше я об этом думала, тем все крепче утверждалась в идее, что он единственный мужчина, кто ей подойдет: добрый, сильный, уравновешенный, невероятно красивый, сексуальный, такой надежный. Я вдруг увидела глаза Рогнара в драконьем обличие. Никогда еще мне не являлась его магическая сущность, а тут на меня смотрел большой немного вытянутый глаз обрамленный белыми, словно лаковыми чешуйками. Фиолетовая радужка со вспыхивающими золотистыми искорками разлилась на весь глаз и была перечеркнута пульсирующим вертикальным зрачком. У меня даже дух захватило от этого видения. Я поняла, что и мне он стал бы прекрасной парой на всю жизнь, но для мой сестренки он станет парой идеальной. Осталось только убедить в этом самого Рогнара, а сделать это будет не так просто.

Приняв решение, я почувствовала невероятное облегчение. Теперь я собиралась встретиться и поговорить с Астьеном. Несмотря на то, что я прожила на Сертае не один месяц, я так и не смогла полностью принять идею о нескольких избранниках, с которыми ты общаешься одновременно. Ну не могла я переступить через себя. А сейчас, хотя формально дракон еще был моей парой, я уже мысленно видела его со своей сестрой, и между мной и демоном не существовало препятствий.

Я позвала лимбу и вдруг заволновалась, стало страшно, что он не простил меня, что не захочет общаться. Но что толку медлить? "Мурка, пошли Астьену устное сообщение: Я вернулась на Сертаю со своей сестрой. Хочешь встретиться и поговорить?"

Практически немедленно пришел ответ: "Лир Астьен просит разрешения для общения".

"Давай", - послала я мысленный приказ. Сердце неистово заколотилось. Я сжала в руке розовый кристалл, его подарок и, наконец, увидела его.

Мы оба молчали. Я рассматривала такое знакомое и красивое лицо, а он с непонятным выражением лица всматривался в меня. О Боги!, почему я никогда не могу разгадать его?

- Привет, - наконец я прервала затянувшееся молчание, - Ты далеко от Прилучки?

- Да, - последовал спокойный ответ, - Очень далеко. Мы на Ротэ́. Вулкан пробудился, величайшее событие.

Я припомнила, что Ротэ - это огромный полуостров на юго-западе Южного континента, единственного в южном полушарии. Когда как в северном находилось три более маленьких по размеру материкака. И мегаполис Тальтона - объединенная столица всей Сертаи, и городок Прилучка располагались примерно в центре континента Соолан в средних широтах. Город Линч, где жили дед наш Михтин с бабушкой Киришей, располагался гораздо южнее, на побережье, который омывало море Покоя. Здесь заканчивались, и как бы обрывались в море великие горы Хост-Ил-Дис, опоясывающие Соолан на востоке. На русский язык лингватор переводил их название как Хребет Дракона.

Полуостров Ротэ исторически принадлежал демонам. И они же и составляли его основное население, проживающее в городе вокруг древнего вулкана в самом центре полуострова. Этот вулкан Ротэ - Сила, давший название и всему полуострову, возвышался на самом мощном огненном родовом источнике демонов, Астьен рассказывал мне о нем, еще тогда, когда я жила в его доме в свои первые дни в этом мире.

- Стэфа, это потрясающая мощь, - мой собеседник улыбнулся, - И уникальный шанс для любого демона. Но для обеспечения безопасности города, он накрыт силовым щитом, поэтому выбраться отсюда пока нельзя. Извержение продлится еще три-четыре дня, - он сделал паузу, - Я рад, что у тебя все получилось, и ты нашла сестру, - он опять замолчал и только смотрел на меня.

- Астьен... Я... У меня... - такое впечатление, что я разучилась говорить, - У нас совершеннолетие через восемь дней. Ты... прилетишь?

- Если ты этого хочешь, - синие глаза загадочно мерцали.

- Да, я хочу, - я улыбнулась.

Вдруг совсем рядом с демоном послышался певучий женский голос:

- Дорогой, ты с кем разговариваешь? Сильно занят?

У меня оборвалось все внутри: "Дорогой! Я опоздала, у него другая избранница". Но я попыталась сохранить улыбку на лице и ровно произнесла:

- Ты там не один. Тебе, видимо, некогда.

Поле обзора лимбы резко увеличилось, и я увидела подходящую к сидящему на диване Астьену высокую черноволосую красавицу, затянутую в бликующий черный комбинезон. Она по-свойски приобняла его сзади за плечи и чмокнула в макушку, оглядела меня насмешливыми синими глазами и спросила:

- Неужели это та девушка, о которой ты мне рассказывал? Познакомишь?

- Конечно, - лицо мужчины оставалось спокойным, - Это Стэфа, путешественница, вернувшаяся с Земли и спасшая свою сестру. А это, - он накрыл своей рукой узкую ладошку, лежащую у него на плече, - Элиана лирея Аттак.

У меня даже потемнело в глазах. Я испугалась, что не выдержу и самым позорным образом разревусь. Поэтому я быстро буркнула, что мне приятно и пора бежать и поспешно прервала соединение.

Я сидела на своем диване с закрытыми глазами. Никогда еще я не чувствовала себя такой дурой. В душе поднималась волна обиды и гнева. "Лирея Аттак - у нее его фамилия. Все кончено, он уже подарил свои крылья этой... Конечно, красивая, как и все здесь на Сертае. Они даже похожи - настолько идеальная пара. Ну зачем я его пригласила? - вот идиотка. Никогда демон не простил бы мне того отказа. Я оттолкнула его. Но он быстро утешился. Еще и рассказывал ей про меня. Ненавижу! Ненавижу его!"

Я заплакала. Безмолвно и горько. Я чувствовала, как горячими расплавленными слезами у меня из глаз вытекает сердце, а на его месте остается пустота, серая пустота.

"Хозяйка, - послышался мысленный зов моей лимбы, - Агнит Астьен снова просит разрешения для общения".

"Никакого общения! На вызовы не отвечать. Даже не упоминай мне, если будет вызывать".

Я встала и поплелась в душ. Долго стояла под теплыми сильными струями, пока слезы не закончились. Больше не было слез.

Я решительно вышла из ванны - "У меня ничего не вышло, но Полининого счастья я добьюсь. Моя сестренка заслужила лучшей доли после всего пережитого на Земле. Ни одной слезинкой я не испорчу ей впечатления от нового мира".

Время уже было к обеду. Полина вышла из своей комнаты, одетая в нежное зеленое платье с широким подолом до колен.

- Полиночка, никаких открытых ног, - засмеялась я, - Сделай длину до косточек, а то все мужское население попадает в обморок.

Сестра замерла, и платье вдруг удлинилось до пола. Вместе с этим вокруг шеи возник белый воротничок, талию обнял тонкий белый ремешок.

- Классное платье. Ты уже видела в обзорных файлах, как они все одеваются. Наша одежда неизменно производит фурор. Я даже думаю сделать это свое профессией - программировать лимбы нарядами и женским бельем. У тебя тоже получится. У нашего деда ферма, он предоставит нам сколько угодно лимбочек.

- А есть у них тут художники? Я ведь художница. Интересно, как тут рисуют, какие материалы. Жаль, ты не видела, у меня на Земле осталось несколько картин.

- Да, жалко, что не видела. Но тут есть какая-то живопись. Сегодня же все узнаем.

Тут дверь свернулась и в комнату ворвалась Малиника, наша золотоволосая фея. Следом заходили и ее молодой муж фейрин Линд, наш дед Листаир и бабушка Цинтия.

Мы все перезнакомились, переобнимались, а женская половина наревелась от радости. Мали просто светилась, Линдииз все время держался рядом, старался приобнять, прикоснуться к возлюбленной, она отвечала ему нежными взглядами.

- Наш дом уже вырос, - вдохновенно рассказывала Малиника, - Сад практически тоже. Но саду все-таки еще потребуется целый год, чтобы войти в полную силу.

- В какую силу? - поинтересовалась сестра.

- Магическую, - охотно пояснила тетушка, - Домашние сады выращивают из особых магических деревьев. Видишь ли, у нас не принято просто так летать в крылатой ипостаси. Но как можно отказаться от полетов, когда у тебя есть крылья! Для этого есть сады. Эти деревья - тайнары, когда достигают зрелости и смыкаются кронами, создают особое пространство под собой. Оно намно-о-го больше внутри, чем кажется снаружи, и покрыто пологом невидимости. Там достаточно места, чтобы почувствовать, что такое настоящий полет.

Мы все отправились в ресторан обедать. Было невероятно хорошо. Это была наша семья. Полину безоговорочно приняли и полюбили так же как и меня. Сейчас она все время улыбалась. Наверное, только начала осознавать, что страшное прошлое позади.

К вечеру Мали с мужем улетели в Тальтону. Бабуля с дедулей ушли в свой гостиничный номер. Полина засела за местный "интернет", задавая лимбе множество вопросов.

Я волновалась. Сейчас должен прилететь Рогнар. Предстоит непростой разговор. Действительно, входная дверь свернулась, и на пороге возник белый дракон. Мгновение смотрел на меня, потом бросился, подхватил и закружил. Не выпуская из объятий, стал целовать мне лицо, губы.

Боже, как с ним было хорошо! Я мгновенно забыла все обиды и проблемы. Хотелось остаться с ним навсегда, чтобы никуда не отпускал, чтобы дал мне свои крылья. Но я вспомнила о сестре и сглотнула ставшую вязкой слюну.

- Здравствуй, любимая, - нежно проговорил парень, - Как же я скучал. Без тебя этот мир был совершенно пустой и серый, - он обнял меня и уткнулся носом в мою макушку.

Я тихонько высвободилась из его объятий и, взяв за руки, усадил на диванчик:

- Рогнар, мне нужно с тобой поговорить.

- Конечно, Стэфа, - на его губах играла счастливая улыбка.

- Рогнар, это касается мое сестры.

- Да, я так рад за тебя, что ты сумела ее спасти!

- Подожди, выслушай меня. Помнишь, мы с тобой в храме смотрели нашу сану, и ты тогда сказал, что именно похожее сияние внутренней энергии сближает влюбленных. У близнецов сана похожа, хоть и имеет свои отличия. То есть, моя сестра должна быть привлекательна для тебя, так же как и я.

- Мне не нужен никто кроме тебя, - Рогнар принял мои слова за сомнения в его верности, - Я полюбил тебя с первой нашей встречи. Никто не может привлечь меня, кроме.., - он запнулся, - Только если на турнире ты изберешь другого. Только после этого.

- Рогнар, ты самое лучшее, что случилось со мной на этой планете. Ты верный и надежный. Ты можешь стать для меня замечательной парой.

Дракон широко улыбнулся на мои слова. А я продолжала:

- Но я думаю, что с моей сестрой вы станете парой идеальной. Она твоя избранница.

Улыбка исчезла с его лица:

- Стэфа, как ты можешь такое утверждать? Ты не можешь этого знать. Я не хочу отказываться от тебя. Ты моя идеальная пара.

- Не забывай, каков мой дар. Я вижу суть. Мне открылось, что именно она твоя истинная пара. Подожди, - я остановила парня, увидев, что он хочет возразить, - Я очень ценю тебя и мне больно отказываться от тебя. Но моя сестра. Она пережила страшные вещи на Земле. В последний момент она избежала жуткой судьбы. Когда-нибудь она сама расскажет тебе, если захочет. Восемь дней до турнира. Восемь дней, Рогнар. Она застенчива и ранима, ей не найти избранника. Я не имею права заставлять тебя, поэтому я прошу тебя как друга. Мне больше некого попросить. Дай ей шанс. Она заслуживает крыльев, а не жизни взаперти в храме.

- Что же ты хочешь от меня? - голос был холоднее льда.

- Сейчас я отказываюсь от твоих крыльев, Рогнар лир Леркут.

При этих словах молодой дракон дернулся как от удара и сжал зубы.

- Я прошу тебя просто побыть рядом с моей сестрой. Просто пообщаться с ней, немного помочь узнать этот мир. Ей сейчас нелегко, по себе знаю. Два дня. Если через два дня ты скажешь, что нет отклика в твоем сердце и в душе, я снова назову тебя избранником и стану твоей драконицей. Пожалуйста, Рогнар, только два дня.

Дракон сузил глаза, на лице ходили желваки. Я видела, что он еле сдерживается от гнева. Но он нашел в себе силы довольно спокойно сказать:

- Я понимаю, ты хочешь лучшей участи для сестры. Но если я останусь с ней, то с кем будешь ты?

Я молчала.

- Демон. Он твой второй избранник. Я прав? - скорее утверждая, спросил Рогнар. - Я видел, как он пожирал тебя глазами.

Что я могла сказать. Я тоже думала, что демон мой избранник, но он уже обзавелся другой. Тем не менее я солгала:

- Да, ты прав. Если я ошиблась и моя сестра не пара тебе, то ты сразишься с демоном на турнире за меня.

Рогнар опустил голову, потом снова поднял на меня взгляд и, криво усмехнувшись, сказал:

- Ты знаешь, что я готов на все ради тебя. Даже на такое безумство. Понимаю, что не будешь счастлива, если не сделаешь все для своей сестры. Пойдем, познакомишь нас.

Я благодарно улыбнулась ему и провела в гостиную. Время уже было вечернее, и Асинга почти скрылась за горизонтом, раскрасив небо золотыми, оранжевыми и багряными сполохами. На этом фоне особенно отчетливо вырисовывались башенки зданий Прилучки, остроконечные и плоские стеклянные крыши сверкали, отражая небесный пожар.

Сегодня днем во время прогулки Цинтия завела нас в художественный салон, где Полина в полном экстазе растворилась во всевозможных красках, карандашах, пастелях и всем прочем, в чем я совершенно не разбиралась. Ей был немедленно куплен гловер, конечно дальний магический родственник лимбы. Он содержал в себе невероятные возможности для художника, которые ограничивались только его талантом и воображением. Толстенькая массивная металлическая на вид палочка, длиной с карандаш с удобными выемками для пальцев легко ложилась в ладонь. Гловер устанавливал с хозяином магический мысленный контакт, как лимба, и, повинуясь воле хозяина, воспроизводил любые материалы, фактуры, покрытия, на что хватит фантазии. Можно было рисовать хоть золотом, хоть жидким огнем, хоть бриллиантовой пылью, или... простым карандашом.

В данный момент Полина использовала именно простой карандаш. Она стояла в пол оборота от входа, глядя в окно. В одной руке держала плотный лист на какой-то подложке, а правой рукой гловером наносила четкие уверенные штрихи. Прямо у нас на глазах появлялась точная копия графичного пейзажа за окном. Быстро меня цвета и ширину покрытия, в несколько мазков художница зажгла небо на своей картине. Услышав шаги, девушка обернулась к нам. У нее был такой отрешенный затуманенный взгляд, легкая невесомая улыбка, она все еще жила там, в своем рисунке. В этот момент художница была непередаваемо красива, даже я затаила дыхание.

Рогнар же неосознанно подался вперед и с силой втянул воздух через ноздри, как буд-то дракон почувствовал непреодолимый волнующий запах. А Полина уже заулыбалась нам, одним движением пальца стерла рисунок и как-то стесняясь призналась:

- Вот, гловер осваиваю, потрясающая штука.

Рогнар посмотрел на меня совершенно растерянным взглядом. Я ободряюще сжала его пальцы и весело сказала:

- Полина, познакомься, это мой замечательный друг Рогнар лир Леркут. Он настоящий дракон...

Глава 17

Храм Силы.

Какое-то время мы общались в гостиной втроем. Я замечала, что Рогнар время от времени бросает на меня все такой же растерянный взгляд. И я поняла, что права. Дракон почувствовал к девушке влечение. Его натура уловила зов саны, внутренней энергии серебряной куколки. И от этого он сейчас прибывал в шоке. Ведь это нонсенс, невозможно. Он уже зафиксировался на мне. Влечение к какой либо другой куколке в принципе не могло возникнуть, пока внутренняя магическая трансформация не разорвала связь с проигравшим избранником. Не могла, но возникла.

Через час, изобретя какой-то предлог, я сбежала на улицу. Странно, но я испытывала некоторую ревность к дракону и сестре - все-таки связь существовала. Мне было плохо, просто плохо и пусто. Я брела по улочкам города, не замечая спешащих или наоборот неспешно прогуливающихся существ. Как так получилось, что обретя новый мир, новую родину, я вдруг утратила себя. Где я, Стэфания, веселая задорная девушка, которая любила читать, ходить в походы, сплавляться по рекам. Где я? Я какая-то куколка. Теперь все свои мысли я должна направлять на поиски будущего мужа. Не хочу ничего. Вот бы попутешествовать, увидеть реки и горы Соолана, его дикую природу. А теперь, похоже, мне светит заточение в храме.

Вдруг перед моими глазами замерцало маленькое почтовое крыло. Оно сияло зеленым цветом, значит, несло частную посылку. Эти магитехнологичные создания могли найти адресата в любой точке планеты. Я протянула руку, крыло сбросило мне на ладонь красную коробочку и быстрым росчерком умчалось в темное небо.

Я задумчиво повертела посылку в руках, не спеша открывать. Впереди показался центральный парк Прилучки. Отыскав свободную беседку, я присела и открыла коробочку. В ней лежала черная по виду обсидиановая капля. Обманчиво прозрачная структура внутри вспыхивала красными искорками. Под камнем лежала записка. Я развернула и прочитала послание, написанное твердым уверенным почерком: "Стэфа, не знаю, по какой причине ты опять отказываешься говорить со мной. Ты не простая, но самая удивительная девушка, которую я знаю. Ты не подарила мне поцелуй, не признала избранником, но я демон, Стэфа, а демоны всегда добиваются своего.

Это очень редкий камень Слеза Ротэ - застывшая огненная сила, воплощение демонической энергии. Сам вулкан выбросил несколько своих слез, когда пробудился. Через четыре дня я найду тебя, моя серебряная куколка, и после турнира объясню и... покажу в чем сила Слезы.

Прятаться от меня бессмысленно, я отыщу тебя. Жди меня дочь феи. Астьен".

Я перечитала записку, потом еще раз. Сказать, что я была удивлена, ничего не сказать. С бьющимся сердцем и спутанными мыслями я пыталась соображать, что все это значит. Неужели я ошиблась, и та женщина не жена ему? Почему тогда такая же фамилия? Сестра? Мать? Вообще-то эта женщина могла быть и его бабушкой и даже прабабушкой. Послание оставило после себя сладкое томление и предвкушение чего-то, на моем лице невольно расцвела улыбка.

С этой же дурацкой улыбкой я вернулась в гостиницу. Рогнар невольно нахмурился, кажется, подумал, что я гуляла с его соперником. Когда он собрался уходить, условившись встретиться завтра, тихонько шепнула ему: "Демона здесь нет, он на Ротэ". Он внимательно посмотрел на меня, не очень весело улыбнулся, кивнул и ушел.

- Ну как? - я спросила имея ввиду Полинины впечатления о новом мире. А она ответила:

- Красивый чело... хм, дракон, я бы его нарисовала.

- Я думаю, нарисуешь еще. Понравился? - я хитро посмотрела на сестру.

Она немного покраснела и пожала плечами. Я понимала, что ей трудно довериться вообще кому-либо мужского пола.

- Этому дракону можно доверять, - ободряюще улыбнулась я.

И мы пошли спать.

Через четыре дня мы в сопровождении Цинтии и Листаира отправились в Храм Силы.

До этого был разговор с сестрой. Я первый раз видела, как она злится. Ей объяснили, что такое серебряная куколка, обряд обретения крыльев и все такое. Я высказала свое мнение, о ней и Рогнаре, упомянула, кем он является для меня, вот тут и испытала всю силу ее гнева:

- Как ты можешь, так распоряжаться чьими-то чувствами. Я так понимаю, что он безусловно привязан к тебе, как могла ты оттолкнуть его?! - она сорвалась на крик.

- У меня такой дар, Полина, извини. Когда состоится турнир, я не выберу его, у меня другой избранник. А остаться с ним другом будет большой честью для меня. Вы более подходите друг другу, он твоя пара.

Полина зашипела от негодования, но я устало добавила:

- Просто пообщайся с ним, дай ему и себе шанс.

Полина злилась еще, но больше ничего не сказала.

И вот мы в сопровождении деда и бабушки пошли в храм. Он отличался от того, в котором был портал с Земли. Я видела этот храм издалека на подлете к городу. На противоположном его конце возвышались четыре башни, напоминающие средневековый замок на Земле. Но в отличие от земного аналога эти башни не выглядели тяжеловесными, а легко устремлялись вверх, увенчанные высочайшими стеклянными шпилями.

В этом храме принимала Верховная Сестра, древняя служительница храмов, которая, говорят, разменяла уже третью тысячу. В те давние времена она добровольно решила служить Матери Сертае, отказавшись от крыльев. Считалось, что получить ее благословение на свадебный турнир - большая удача.

Вокруг храма раскинулся обширный парк. Крылья близко не подлетали, высаживая пассажиров за пределами ажурной ограды. До входа в западную башню мы прошли по упругой на этот раз желтой дорожке.

Для этого мероприятия мы не стали вызывающе облачаться, а сотворили с помощью верной лимбы строгие черные и серые брючки, шелковые стильные блузки, нежно салатовую мне и персиковую сестре. На голове строгая укладка. Обувь - удобные туфли на среднем каблучке.

Но, все равно, мы невероятно похожие и необычно одетые девушки привлекали множество взглядов.

Дед с бабулей остались в беседке на улице, а мы вошли в храм. Западная башня внутри была нарочито грубо отделана. Напротив входа у противоположной стены вверх уходил витой наклонный пандус, аналог земной лестницы. На полах лежали темно бардовые ковры, вдоль стен располагались грубые коричневые двери по три с каждой стороны. В центре зала находилось цилиндрическое возвышение с углублениями, такой вариант скамейки. Мы встали и осмотрелись. Полина уставилась на меня с распахнутыми глазами, кажется, ясно почему - наши лица и руки начали тихонько мерцать, реагируя на поток силы в храме.

Из крайней правой двери появилась послушница-куколка. Она была в свободном белом одеянии и с надвинутым на глаза капюшоном, на руках белые перчатки. Из-под капюшона раздался мелодичный голос:

- Лирея Полина Саони, прошу за мной. Лирея Стэфаника Саони, прошу обождать.

Мы с Полиной переглянулись, я ей одобрительно улыбнулась, и они скрылись за дверью. Я уселась на центральное сиденье, оно оказалось теплым, и погладила Слезу Ротэ в кармане. Показалось, что камень отозвался легким покалыванием. Я улыбнулась своим мыслям: "Астьен, мой неуловимый демон, скоро я увижу тебя". "Мурка", - позвала мысленно лимбу - "Пошли сообщение Астьену: Не терпится узнать, в чем сила Слезы". Через пару минут лимба вновь заговорила: "Сообщение от лира Астьена: Не терпится показать тебе ее силу".

Я сидела и глупо улыбалась, когда Полина вышла из другой двери. Она была необычно задумчива и, кажется, ошеломлена.

- Ну как? - спросила я одними губами.

- Потом, - так же беззвучно ответила она.

- Лирея Стэфаника, прошу за мной, раздался тот же голос.

Я быстренько поднялась и отправилась за белой фигурой в первую дверь. Мы очутились в узком недлинном коридорчике, в конце которого была еще одна дверь. Моя провожатая, не оборачиваясь, отворила дверь и проскользнула внутрь. Я последовала за ней. Моему взору предстал обычный кабинет: на полу серый круглый ковер, рабочий стол по виду из красного дерева, изящные стулья в тон. Серо-красные портьеры. У задней стены стилаж с фиолетовыми шарами - "книгами". За столом сидела та самая Верховная Сестра. То что ей за три тысячи перевалило было не похоже, такое же точеное лицо, подсвеченное серебристым мерцанием, гладкие тонкие ручки, пышные черные волосы без единого седого волоска. В отличие от другой монашки-куколки Верховная не скрывала лицо и руки. Красивая женщина, но в первый момент я споткнулась, натолкнувшись на ее взгляд. Мне показалось, что на меня смотрели с неприкрытой ненавистью. Правда в следующее мгновение на меня уже лучились терпение и доброта. Я помотала головой от наваждения и прошла к предложенному стулу.

- Дай руку, куколка, - произнесла Верховная сестра неожиданно низким голосом.

Я, преодолев странное внутреннее сопротивление, протянула ей руку. Она взяла мою ладонь, крепко стиснула и закрыла глаза. Через несколько мгновений отпустила и уставилась на меня, склонив голову на бок:

- Ты не чиста, серебряная куколка, - это был не вопрос, а именно утверждение.

- Гм... Вы же знаете, что я вернулась из другого мира. Там у меня был муж, поэтому да, я не чиста.

- Ты не получишь крылья.

- Что? Почему?

- Ты не чиста, - повторила она, - Крылья обретают чистые куколки во время первого слияния.

- И что... что же мне делать?

- Ты станешь послушницей Великой Матери Сертаи. Стань ею добровольно до турнира, тогда твоя семья избежит позора.

- Позора? Почему?

- Представь, будет торжественный турнир, ты выберешь мужчину, вы проведете ритуал, а в итоге ничего не произойдет. С кем вылетит несостоявшийся муж из Больших врат? Он будет держать тускнеющую, задыхающуюся куколку без крыльев. От такого позора семье не отмыться. А если их дочь выбрала праведное служение, то это почет и уважение от всех.

Ее низкий голос чарующе разливался вокруг меня, но мне казалось, что я как муха в патоке увязаю в этом голосе. Казалось, что она зачитывает мне приговор.

Вдруг, она встала из-за стола и подошла ко мне, взяла за руку и повела к мягкому диванчику, стоящему слева от двери и ранее мною незамеченному. Усадив меня, она села и снова заговорила:

- Это не просто, юное дитя. Хочешь ли ты позора для своей семьи?

Я отрицательно покачала головой.

- Я помогу тебе. Не легко отказаться от мира и остаться в Храме Силы, твоя связь с избранниками пока сильна, поэтому нужно оказаться как можно дальше и от семьи и от избранников, от всех знакомых. Нужно отрезать прошлую жизнь, вырвать с корнем. Великая Мать Сертая дарует тебе смирение и покой. Ты получишь радость от своей службы. Это правда. Тем, кто сумел оторвать от себя одно, Сертая даст взамен другое. Ну конечно нужно некоторое время, и кто-то может слишком бурно реагировать, рваться наружу. Когда-то были попытки уйти из Храма, вернуться в семью, но ведь это самоубийство. И семья вынуждена привозить несчастную беглянку обратно.

Поэтому, только полный разрыв и новая жизнь, будущая моя сестра.

От этих слов меня передернуло. Я сидела и понимала, что это как болото, оно затягивает меня и не выбраться никак.

- Что же мне делать? - снова спросила я.

- Попрощаться. Мой совет, скажи всем, что почувствовала откровение и уходишь в храм. Избранникам отправь сообщения. Они не будут отпускать тебя, они твои путы. Завтра приходи сюда, проведем обряд, и ты улетишь в другой храм, пока можешь свободно перемещаться.

- Как завтра, ведь у меня еще есть пять дней до дня рождения. Я хочу провести их со своей семьей, ведь попрощаюсь я с ними навечно.

Казалось, что на меня по-прежнему изливается вселенская доброта:

- Хорошо, дитя, даю тебе два дня, на третий рассвет ты должна быть здесь. Честь твоей семьи и твоя в твоих же руках, - она отпустила меня, давая понять, что аудиенция окончена.

Я была в полном ступоре. Мои родные списали это на впечатления от Храма. Я весь день просидела в комнате одна. В голове царила пустота, вяло пробегали разные мысли: "Вот, что значила та фраза Рогнара про крылья", "Моя миссия была спасти сестру", "Хорошо, что отказалась от дракона раньше", "Надо уйти до возвращения Астьена, если увижу его, не смогу уйти"...

Под вечер я позвала Полину:

- Сестренка, скажи честно, что ты теперь думаешь о Рогнаре. Прошу тебя, скажи правду.

Полина опустила глаза, немного покраснела, сделала глубокий вдох и призналась:

- Это очень странно, но за эти два дня он стал мне необходим.

Я порывисто обняла сестру:

- Боже, какое счастье, что я не ошиблась в вас, вы будете счастливы. Сегодня же поцелуй его и скажи ритуальную фразу, он станет твоим официальным избранником. Обещай, что не будешь тянуть с этим, просто стань счастливой, стань самой счастливой за себя и за меня, - я не выдержала и заревела.

- Стэфа, если ты любишь Рогнара, то...

- Нет, - я помотала головой, - Я люблю другого, но мне ничего не светит. У меня большие проблемы...

Мы сидели в гостиной, Цинтия и Листаир были тут же, Рогнар сидел с Полиной. Мы объявили об изменении наших отношений, и что теперь дракон избранник Полины. На законное недоумение бабули по этому поводу, я изобразила вдохновенное лицо и заявила, что мне не нужен отныне никакой избранник, я остаюсь куколкой и послезавтра ухожу в храм.

После моих слов наступила полная тишина, короче, все выпали в осадок. Рогнар даже побледнел. Ему явно было неловко, но он все же сказал:

- Стэфа, не делай поспешных решений. У тебя же есть избранник, ты обрекаешь его на вечное страдание. Поверь я знаю, мой брат, он... А ведь это чувство у истиной пары взаимно. Ты обрекаешь на вечное страдание себя.

Сглотнув вязкий ком, я с тем же фальшивым вдохновенным блеском в глазах возразила:

- Тот, о ком ты говоришь, не является моим избранником. Сама Великая Мать Сертая была против наших отношений, которые так и не сложились, а затем привела меня в этот храм. Я не хотела даже уходить. Это мой путь, именно там я буду счастлива. А вы будьте счастливы с Полиной.

Цинтия встала и обняла меня:

- Если ты все решила, то что нам остается, кроме как отпустить тебя. У тебя еще есть время, дождись своего демона, может, ты изменишь решение.

Я слегка удивилась:

- Ты знаешь о нем?

- Конечно знаю, у вас с первых дней искры проскакивают. Он сумеет сделать тебя счастливой.

- Это только лишние нервы для всех, - возразила я, - У меня есть завтрашний день, что бы увидеть Мали и пообщаться с дедом Михтином и бабулей Киришей. Затем обряд потребует от меня отказаться от мира на некоторый неопределенный срок. У нас у всех долгая жизнь. Когда-нибудь я достигну определенной ступени, и тогда мы снова сможем увидеться в Храме.

Я решительно улыбнулась, изобразила вдохновенное лицо и жизнерадостно провозгласила:

- Я счастлива, как никогда не была, Великая Мать ждет меня. Порадуйтесь и вы за меня.

Видимо, я была неплохой актрисой, потому что все, даже Рогнар невольно улыбнулись мне в ответ, и только моя любимая близняшка Полина сидела с грустным лицом, украдкой смахивая слезинку.

Глава 18

Серебряная куколка.

Следующий день как-то слишком быстро пролетел в охах, ахах родни, сборах. К вечеру я чувствовала себя как чумная, изображать фанатичный блеск в глазах становилось все трудней с каждой минутой. Несколько раз приходили послания от Астьена, даже не стала активировать, что толку душу рвать. Но, обрекая его на извечную тоску по избраннице, хотела, чтобы он понял, почему все вышло так, а не иначе. Что же делать?

Последнюю свою свободную ночь я провела с сестрой. Мы рассказывали друг дружке о своем детстве, мечтах, тайнах, влюбленностях и заботах. Мы как буд-то впитывали друг друга, старались узнать, наверстать всю прошлую жизнь.

Я не захотела, чтобы меня провожали. Мы попрощались дома, я всех расцеловала и ушла. Рассветная Асинга ярко играла на стеклянных крышах, жизнерадостно пели какие-то птички в зачарованных садах за домами. Население Прилучки в основном еще спало, так что на встречу попадались редкие прохожие.

Сегодня мне велено было прийти в Южную башню храма. Я постояла у входа, пытаясь смириться с неизбежным, сделала глубокий вдох и вошла. Дверь тихо затворилась за моей спиной, мне показалось, что я вхожу в склеп, что хороню всю свою жизнь.

На самом деле интерьер Южной башни был светлым и уютным. В отличие от мрачноватой и грубой Западной здесь была отделка светлым янтарным деревом, везде на окнах стояли цветы, на стенах висели картины. Меня уже ждали. Такая же "монашка", как и в прошлый раз, вся закутанная в белое одеяние, но сейчас капюшон был откинут, и хорошо было видно серебряное сияние куколки. Впрочем, я сама сейчас сверкала как светодиодная лампа. Мне приветливо улыбнулись и проводили в комнату. Небольшое уютное помещение, мебель в бежевых тонах, стол, пара стульев, мягкий ковер.

В комнату стремительно вошла Верховная Сестра:

- Рада, что ты приняла верное решение. Ела?

От неожиданности я не сразу ответила на вопрос:

- Нет, не хочется.

- Нужно было поесть, тебе предстоит далекое путешествие. Меня зовут сестра Осолана. Можешь обращаться ко мне по имени, - меня одарили теплой улыбкой, - Не грусти, все пройдет. На новом месте ты начнешь новую жизнь. А теперь дай мне свою лимбу.

- Что?

- Снимай лимбу, - в голосе прорезался металл.

- Но почему? Я что голая полечу?

- Я же говорила, полный разрыв с прошлым. Лимба останется здесь, а ты получишь другую.

Я огляделась, не нашла места, чтобы уединится для переодевания и вопросительно уставилась на Осолану.

- Переодевайся здесь, меня можешь не стесняться.

Я сжала зубы и отвернулась. Мысленно попрощалась с Муркой и сняла ее. Другая лимба была какая-то странная на вид, что и подтвердилось - это была неразумная новорожденная лимбочка, не имеющая разума. Я оказалась в таком же белом одеянии, какое было на других сестрах.

Мне вручили фиолетовый шар с рекомендациями на счет меня настоятельнице другого храма. Я протянула руку и шарик расплылся и свернулся браслетом вокруг моего запястья. За неприметной дверцей оказался выход во внутренний двор храма, где меня ожидало необычное крыло. В отличие от стандартных это было покрыто сверху непроницаемым зеркальным полем, в котором весело отражались рассветные лучи. Внутри сидел мужчина, судя по приставке к имени фейрин. Мне пояснили, что зеркальное поле - это та же технология, что и в космических кораблях, позволяющая без привязки к сане планеты путешествовать между храмами. Но мое оживление по этому поводу быстренько загасили, объяснив, что дорогая техника только для высших сестер и настоятельниц храмов.

Ну что сказать, не смотря на нервное возбуждение, через пару часов бесшумного полета с неразговорчивым спутником я все-таки уснула. Даже не знаю, сколько я проспала. В эргономичном подстраивающемся кресле крыла было комфортно. Я рывком проснулась от крутого виража, заходящего на посадку аппарата. Все что я успела разглядеть, это блеснувшую гладь моря, песчаный берег, строения какого-то города далеко впереди, и обзор заслонили стены храма. Здесь он имел вид песчаного замка. Конструктор придал стенам фактуру белого песка. Множество переходов и замысловатых башенок вокруг основной центральной башни создавали одновременно и чувство монументальности и легкости. Мне понравилось мастерство живитора, сотворившего такую красоту. По крайней мере, снаружи мое будущее жилище радовало глаз. И, похоже, восточная сторона направлена к морю - виды здесь должны быть потрясающие.

С волнением шагнула внутрь. Центральное помещение храма внутри было очень красивым, гладкие светлые стены, шелковистые жемчужные полы и потолки с продолговатыми разноцветными светильниками. На всех стенах огромные арочные окна с нанесенным на них полупрозрачным золотистым рисунком. При взгляде прямо он был незаметен, а начинал золотиться под определенным углом или в лучах Асинги. У стены по обеим сторонам от входа стояли мягкие кожаные диванчики и низенькие стеклянные столики. Вообще в этом зале было тихо, и витал приятный свежий аромат.

Пока я стояла и оглядывалась, бесшумно открылась одна из дверей и появилась местная монашка в таком же одеянии как у меня, только слегка голубоватого оттенка.

- Приветствую тебя, новая сестра, в храме Лиисаллы. Мы извещены о твоем появлении. Я настоятельница сестра Мирта. Дай свои рекомендации и следуй за мной, - "юная", как и все жители планеты, светящаяся куколка улыбнулась мне и повернулась, даже не сомневаясь, что я последую за ней.

Мы некоторое время шли по коридорчикам и наклонным пандусам, пока не оказались в одной из малых башенок, к сожалению не восточной. Беглый взгляд в окно показал, что там видно не море, а ближайший город, видимо ту самую Лиисаллу. Открыв одну из многочисленных дверей, Мирта пригласила меня пройти вперед. Я вошла и огляделась, небольшая уютная комната примерно три на четыре все в тех же светлых тонах. Посередине приличного размера кровать, застеленная белоснежным бельем и золотистым покрывалом. У одной стены диванчик со столиком, на полу шикарная шкура из красного меха, какого-то неизвестного мне зверя. В тон к ней легкие полупрозрачные шторы и подушечки на диванчике и кровати.

- Это твое новое жилище, сестра Стэфа, - с улыбкой проговорила Мирта.

- Ух ты! - только и могла выдавить я. Я ведь подспудно ожидала, что здесь будет келья, аскетизм. Похоже, вынужденное затворничество в храмах не подразумевает отказ от всех благ цивилизации. Мне чуть-чуть полегчало.

- Вот купальная комната, - тем временем продолжала настоятельница, указав на дверь в глубине, - А теперь, пойдем в столовую, познакомишься с сестрами, и пообедаем. После этого побеседуем в кабинете.

Опять поплутав по коридорам, мы вышли в столовую. Хм! Я бы назвала это место приличным рестораном. Шикарно. Именно такая характеристика подходила для этой "столовой". Уютные столики, застеленные скатертями, вазочки с живыми цветами, изящные стулья, богатая сервировка. Приятное впечатление произвело довольно богатое виртуальное меню.

При нашем появлении из-за столиков встали примерно двадцать женщин. Все в одинаковых одеяниях, но с откинутыми капюшонами и без перчаток со светящимися лицами и руками. Мягкое серебристое сияние нисколько не мешало рассмотреть красоту всех присутствующих. Сестра Мирта представила меня и попросила всех постепенно познакомиться со мной и помочь освоиться первое время. Все молча заулыбались, кивнули в знак согласия и вернулись к прерванной трапезе.

Наш обед тоже прошел в молчании. Так же, не говоря лишних слов, настоятельница встала и направилась на выход.

В этот раз мы попали именно в восточную башню. Прежде чем сесть в предложенное кресло я выглянула в окно, как я и ожидала, от открывшегося вида захватило дух - синее море накатывало тяжелые волны к белому песчаному берегу, где они разбивались зеленоватыми бурунами. Над водой кружили какие-то огромные черные птицы. Долго глазеть было неприлично, поэтому я с сожалением оторвалась от окна.

Мирта понимающе улыбалась:

- Да, Стэфаника, вид хорош, вижу, понравилось.

- Очень, - я не стала скрывать восхищения.

- Ну, что ж, в храме есть созерцательные площадки, еще успеешь налюбоваться. А теперь поговорим о тебе. Твое совершеннолетие состоится послезавтра. Вместо слияния ты пройдешь обряд инициации, который завяжет все ненужные каналы, и ты будешь питаться от храмового источника. Завтрашний день и ночь ты проведешь в святилище в молитвах и медитации, чтобы Великая Мать Сертая приняла тебя и даровала скорейшее забвение от прежней жизни и легкость духа.

Я разочаровано кивнула, потому что надеялась в свой последний свободный день сходить посмотреть ближайший город.

- Сейчас отдыхай, осваивайся, сестра Яни покажет тебе все.

Я обернулась, у двери стояла одна из "монашек". Я поняла, что аудиенция закончена, встала и последовала за своей провожатой.

Едва мы оказались в коридоре, как та повернулась и с улыбкой сказала:

- Юная Стэфа, ты очень красива, в тебе есть что-то неуловимо притягательное, думаю, ты быстро приобретешь... - она на мгновение запнулась и закончила явно не так как собиралась - благосклонность Великой Матери.

Я посмотрела на собеседницу, ее тоже красотой не обделили: молочная кожа, неистовая грива темно рыжих вьющихся волос, болотные колдовские глаза на изящном утонченном лице. Фигура не особо просматривалась, но узкие ладони с тонкими пальчиками предполагали хрупкое телосложение. Этакая нимфа.

- Прости, Стэфа, до посвящения я не могу говорить тебе о многих вещах, сегодня я покажу тебе весь храм и отвечу на те вопросы, на какие смогу.

- Хорошо, я понимаю, - согласилась я, - Давай показывай, что у вас тут к чему. А ты давно уже в этом храме?

- Да, прилично уже, сто сорок восемь лет и семь месяцев.

Я только хмыкнула, услышав столь точный срок.

- Раз уж мы в восточной башне, давай начнем отсюда, здесь только служебные помещения, жилых комнат нет...

Я прилегла на свою шикарную мягчайшую кровать. Сегодня был очень насыщенный день. Еще утром у меня была другая жизнь: семья, сестра, возлюбленный, а сейчас шикарная комната в тюрьме с пожизненным сроком без права на помилование. Яни показала мне далеко не весь храм. Многие двери мы миновали, не открывая. Но зато познакомились с теми здешними обитательницами, которые повстречались нам во время экскурсии. Все были приветливы, но фактически я так ничего и не узнала о жизни в этом храме. Чем тут они вообще занимаются, годами сидя безвылазно в большом, но ограниченном пространстве?

Вспомнив семью и сестру, затосковала, хотелось выть от опустошающего одиночества. Об Астьене я вообще запретила себе думать, так и в петлю не долго. Часа два не могла уснуть, выспалась сегодня в полете, но потом все-таки забылась тревожным сном.

Кажется, только сомкнула глаза, как меня разбудил настойчивый стук в дверь. За окном стыли предрассветные сумерки. За дверью в сером полумраке стояла Мирта с какой-то незнакомой мне еще сестрой. Без лишних разговоров они велели мне умываться и следовать за ними. В коридорах горели мягкие серебристые ночники. Мы долго спускались по пандусам, и явно оказались уже ниже уровня первого этажа. Коридор привел к широким массивным дверям, инкрустированным драгоценными камнями. При нашем приближении двери бесшумно распахнулись, и за ними ярко вспыхнул свет в большом зале.

Я как застыла на пороге, открыв рот, да так и стояла. Создатель храма не поскупился на убранство этого места. Настоящее святилище. Стены были инкрустированы искуснейшими узорами и картинами из драгоценных камней и металлов. Казалось, сами камни источают чистый свет. Полы сделаны из ограненных самоцветов, образующих причудливый узор. Но затмевая все это великолепие, в центре зала безо всякого постамента стояла, наверное, трехметровая статуя. Если бы не ее размер, я бы подумала, что она живая. Стоя на коленях, протягивая к нам руки ладонями вверх, мягко серебрилась обнаженная абсолютная красота.

- Это редчайший металл карилит. Его естественный цвет так напоминает сияние серебряной куколки, правда потрясающе? - заговорила Мирта.

- Да, нет слов, - согласилась я, - Это сама Великая Мать?

- Нет, это одно из ее воплощений, первая жрица любви, уже ушедшая за грань.

До меня медленно доходило:

- Жрица любви? Вы хотите сказать, что это храм... - голос отказал мне.

Две мои собеседницы переглянулись:

- Да, - подтвердила мои худшие опасения Мирта, - Это храм Серебряной Любви, и завтра ты тоже станешь его жрицей.

- Нет, нет! - закричала я, - Это какая-то ошибка. Меня здесь не должно быть, я должна служить в обычном храме.

- Никакой ошибки нет, - спокойно проговорила до сих пор молчавшая вторая женщина, - Ты прибыла с рекомендациями от самой Верховной сестры Осоланы. Тебе даются сутки, что бы слиться с воплощением Сертаи. Здесь ты найдешь еду и питье, - она указала на какой-то ящичек в правом углу, - Прими свою судьбу и Великая Мать защитит тебя.

С этими словами, не взирая на мои вопли и протесты, две стервы покинули зал и захлопнули дверь, оставив меня внутри.

Глава 19

Святилище.

После того, как я осталась одна, я затравленно огляделась. Ничего сверхъестественного не произошло. Все так же ровно светились стены, все так же была прекрасна и неподвижна статуя, стояла полная тишина, нарушаемая моими тихими шагами.

За пару часов я досконально изучила помещение, облазив каждый сантиметр, сопровождая все ругательствами и проклятиями. Но пришла к выводу, что двери открываются снаружи, а запасного выхода нет.

"Что ж, придется провести здесь сутки. Что подразумевалось под слиянием? - трудно сказать. Хотя, возможно в воде и пище будут наркотики, вот тогда слияние точно произойдет. Похоже, придется поголодать", - вот примерно так я рассуждала сама с собой, когда в углу раздался мелодичный звон.

Приглядевшись, поняла, что в изящном ящичке на гнутых ножках появилась обещанная мне еда. Посмотрела, даже понюхала, - вроде ничем подозрительным не пахнет, но есть и пить все же не рискнула.

Не знаю, сколько времени я провела в этом замкнутом помещении, судить могла только по собственной усталости и нарастающему чувству жажды. Долго мучилась и обнюхивала воду, но в итоге решила хотя бы смочить губы. Вода как вода, прозрачная без запаха, но все-таки, я правильно сделала, что не стала пить. Я поняла это не сразу. Постепенно в глазах как-то помутилось - видимо расширись до предела зрачки, ноги отяжелели, показалось, что цветные камни на стенах и в полу пришли в движение. Но так как доза наркотика была минимальной, способность более-менее соображать у меня осталась.

- Вот, сволочи! - с чувством сказала я по-русски, - Так и знала! Бли-ин, все плывет. Что теперь делать?

Голова нешуточно кружилась, а тут не было даже скамеек. А на ограненных камнях пола было сидеть очень жестко - я уже пробовала. Вдруг мой мутный взор остановился на прозрачном, словно стеклянном ложе, на тонкой практически невидимой ножке. Откуда оно взялось, не знаю, но магитехнологии и не такие фокусы позволяли. Нетвердым шагом я подошла к креслу. Эргономичная форма приняла меня как колыбель. В полулежащем положении, я прикрыла глаза и прислушалась к своим ощущениям. Тело было как не свое, но голова работала. Подозреваю, что пища была пересоленной, и если бы я поела, то сейчас уже выпила бы полный бокал отравы. Ладно, хоть лежанку предоставили. Я открыла глаза и обнаружила, что лежу прямо напротив статуи, которая, казалось, смотрит прямо на меня. Показалось, или действительно она мне подмигнула? Вот если бы выпила весь наркотик, то сейчас уже, наверное, во всю бы разговаривала со статуей. На нее и так хотелось смотреть не отрываясь, глубокие синие глаза затягивали, как в омут.

Я усилием воли закрыла глаза и стала размышлять. "Вот проклятые твари. Надеюсь, такие посвящения единоразовые акции, и они тут не являются поголовными наркоманами. Что же делать, ведь этот храм законный государственный бордель. Неужели действительно в каких-то семьях девочек готовят к этой участи с детства. Нужно поговорить с главной сестрой, убедить ее как-то, что я не смогу. Наверное, в храме тоже кто-то наводит порядок, - лучше я стану прислугой, чем шлюхой".

Похоже, я сама не заметила, как погрузилась в сон. Снова вынырнула из забытья от тихих голосов над своей головой:

- Так, сандрию она приняла, но недостаточно, - я почувствовала, как кто-то взял меня за подбородок и вглядывается в лицо, - Завязка не произошла, инициации нет. Не знаю, что решит Осолана. Возможно, будет жесткий вариант.

- Думаешь, будут резать? - раздался другой, испуганный голос.

Я разглядела перед собой две фигуры, лица расплывались.

- Не знаю. Верховная прибудет через три дня, она и решит. Давай, ее в комнату.

Я почувствовала, что мое ложе движется, мимо проплывали коридоры, и я снова тихо провалилась в сон.

Следующее пробуждение было более осознанным, но и более болезненным. Я открыла глаза и, превозмогая пульсацию в висках, села на кровати.

- Не торопись, - раздался звонкий голос, - Вот держи, попей.

Ранее незамеченная мною Яни, поднесла мне стакан. Увидев, как я отшатнулась, быстро добавила:

- Это простая вода, чистая, можешь пить. Ту дрянь только в святилище дают.

Я выпила два стакана, прежде чем почувствовала облегчение.

- Яни, пожалуйста, расскажи мне правду, что здесь происходит.

Девушка села на диванчик напротив моей кровати, тяжело вздохнула и спросила:

- Ты ведь не готовилась к инициации, ты оказалась в храме в силу каких-то непреодолимых обстоятельств?

- Да, я не девственница.

- Зарташ! Я так и знала, - Яни сердито поджала губы, - Не представляю, как ты догадалась не пить воду. Хотя, лучше бы ты выпила, - она помолчала и продолжила, - Все жрицы проходят инициацию, то есть им перевязываются три энергетических потока: дис, агнь, иль. Для этого принимают сандрию, и в святилище с полностью раскрепощенным сознанием и с безвольным телом артефакт - это глаза Первой Жрицы - мягко перевязывает куколке ненужные потоки.

Я в свое время оказалась на твоем месте и иль мне не перевязали, а отрезали в полном сознании. Поверь мне - это очень неприятно. После мне удалось уговорить Верховную Сестру на обряд - дис и агнь мне перевязали с помощью сандрии. Сутки приходила в себя, но если выбора нет, то зачем тогда лишняя боль.

- Значит, выбора нет?

- Нет, - раздался от порога уверенный голос Мирты, - Яни, ты свободна.

Молодая жрица поднялась, стрельнула на меня глазами и бесшумно выскользнула.

Я молча смотрела на настоятельницу. На языке крутились сплошь непечатные выражения, но я понимала, что сейчас не в том положении, чтобы качать права. Нужно попытаться быть хорошей и договориться.

- Пойми, Стэфа, здесь живут и служат жрицы серебряной любви. Храм не может содержать прихлебателей, - насмотревшись, вновь заговорила настоятельница.

- Но ведь должна же быть какая-то работа по хозяйству, на кухне, я согласна на все. Я просто не смогу, я не готова стать жрицей.

- Нет, живис, из которого выращен храм, очень мощный - ведь мы прямо на источнике - он имеет сложнейшие программы, в том числе и бытовые. Ни уборщиков, ни прачек здесь не требуется. Твое предназначение одно - нести радость любви и утешение твоим гостям, которых ты скоро сможешь выбирать сама. Мужчины будут покорно ждать, когда такая прекрасная жрица обратит на них свой взор. Они будут добиваться твоего расположения. Тебе нужно смириться. На счет повторной инициации будет решать сама сестра Осолана, она пребывает в четверг, - с этими словами она развернулась к выходу.

У самых дверей Мирта обернулась:

- Да, поздравляю с днем рождения, сестра Стэфа. Ты стала совершеннолетней.

Глава 20

Храм Серебряной любви.

После того, как все вышли, я снова откинулась на свои подушки. Мысли почему-то роились вокруг моей сестренки. "Полина к этому времени уже обрела крылья и стала настоящим драконом, вот бы увидеть. Думаю, что они с Рогнаром по-настоящему счастливы. Да, повезло, что сестра оказалась девственницей, хотя детдомовской девчонке не просто было сохранить себя. Девственность..."

Какая-то мысль все время ускользала от меня. Что-то тут не то. Не хватало информации. Я решительно встала с намереньем найти местных и узнать, наконец, правду.

Жилой коридор был пуст, я решила спуститься в столовую.

Угадала к ужину. За несколькими столами сидели небольшими группами обитательницы храма. Царила непринужденная атмосфера, слышались разговоры и негромкий смех. Я огляделась, и, кажется, поняла причину такой раскованности - в зале не было старшей сестры Мирты.

Пока я раздумывала, куда сесть, увидела машущую мне Яни, и направилась за ее столик. Вместе с ней здесь ужинали еще пять женщин. Две мне были уже знакомы - это жрицы Далила и Ринка, еще троих мне сразу представили: Со, Свена, Кира.

- Это истинные жрицы, обладающие даром, не как мы, - пояснила Яни, пока я выбирала из меню блюда.

- О каком даре идет речь?

- Дар утешения, конечно, - приятным низким голосом ответила мне Свена.

- Боюсь, не знаю что это.

- Сестры, Стэфа воспитывалась в другом мире, многое для нее вновинку, - пояснила для подруг Яни, - Свена, объясни лучше сама о своем даре, как его носитель.

- Этот дар довольно редок, и самым наилучшим образом он реализуется в служении жрицей Храма Серебряной Любви. Как ты знаешь, храмы являются хранителями глубокой культуры: богатейшие коллекции произведений искусства и литературы. То есть, по сути своей храмы источник духовности, а не только саны в чистом ее виде. У девочек, проявивших дар, примерно с десяти лет начинается серьезнейшее образование. Практически каждая жрица прекрасно разбирается в живописи, архитектуре, музыке, литературе. Мы являемся эмпатами, то есть способны чувствовать эмоциональный настрой собеседника. Нам легко открывают душу, изливают проблемы, просят совета, мы даем утешение, приближаем собеседника к гармонии.

- То есть, это не просто секс?

Сестры переглянулись.

- Мы не обижаемся на тебя, так как чувствуем твою растерянность, недоумение, недоверие и боль. Наши храмы - это древняя традиция, освященная самой Великой Матерью Сертаей. Многие мужчины в этом мире не имеют своей пары долгие годы, даже столетия. Это может пагубно сказываться на духовном развитии индивида. Именно в храме они получают все, чего им недостает. Это не только секс, а часто, это вообще не секс. Это общение, принятие личности такой, какая она есть. Но и физическая любовь нам не чужда. Хотя без согласия жрицы гость никогда не коснется ее.

- Честно, я потрясена, - вымолвила я, - А зачем нужен обряд завязки каналов?

Девушки засмеялись:

- Милая, ты как наивная птичка, - проговорила Со, - Наше общение с гостями может быть долгим, длиться годами, но оно рано или поздно закончится. А если произойдет привязка к каналу после первой же ночи в храме, то какая же ты после этого жрица. Да и случайные дети нам не нужны.

- Так, постойте, постойте, так что же, девственность не является условием для привязки? - пересохшими губами спросила я.

Сестры снова переглянулись.

- Твой страх и гнев даже физически ощущаются, - серьезно сказала Далила, - Давай расскажи, как получилось, что ты оказалась здесь.

По мере моего взволнованного рассказа жрицы все больше хмурились и мрачнели. Даже с соседних столиков стали тревожно оглядываться на нас, будучи эмпатами, улавливая наши отрицательные эмоции.

- Да, скверно, - после некоторого молчания произнесла Далила, - Ты бы спокойно обрела крылья со своей парой. Зачем Осолане понадобилось завлекать девушку сюда? Тем более у нее нет дара, она не обучена, если только... - она осеклась и растеряно поглядела на подруг.

Но тут вдруг они все резко отстранились, надев на лица маски спокойного равнодушия. Я обернулась и увидела, что в столовую входит старшая сестра Мирта в сопровождении трех мужчин. Два фейрина в полной трансформации и дракон в промежуточной. Я слышала от Рогнара, что при желании, да и во время брачного ритуала дракон может удерживать человекообразную форму.

Вот и сейчас я совершенно неприлично уставилась на вошедших. Крылатых ильвов я уже видела, а вот дракона рассматривала во все глаза. Волосы исчезли, вместо этого на голове был шипастый гребень, покрытый бронзовыми с металлическим отблеском чешуйками. Частично чешуйки переходили и на лицо, были и на руках, сохранивших пальцы. На двухметровой фигуре перекатывались могучие мышцы, сзади тянулся толстый чешуйчатый хвост с гребнем. Золотистая радужка с вытянутым зрачком заливала весь глаз. На губах играла хищная улыбка. Человекообразный ящер производил странное впечатление и испуга и восторга одновременно.

- Не смотри так пристально на дракона, он решит, что ты избрала его, - быстро сказала Яни.

Я опустила взгляд, но было уже поздно. Золотистые глаза впились в меня, и улыбка стала еще шире.

Тут из-за одного столика поднялась высокая синеволосая жрица, кажется, мне ее вчера представили как Лис. Плавной, гибкой походкой, которую не скрывал даже бесформенный балахон, она приблизилась к вошедшим, взяла за руку красавчика-фейрина и нежным тонким голоском сказала:

- Уважаемый лир сегодня мой гость.

Мужчина поклонился, не скрывая своего восхищения, вдруг подхватил жрицу и взмыл в воздух. Я проследила за парой взглядом. Фейрин перенес свою драгоценную ношу на балкон, опоясывающий по верху обеденный зал. Там они скрылись за широкими дверями.

- Галерея, - кратко пояснила Яни.

Я опустила взгляд и вздрогнула, бронзовый дракон стоял прямо передо мной.

- Прекрасная жрица сделала свой выбор, - скорее утверждая, чем спрашивая, пророкотал могучий голос.

Я испуганно замерла, не зная, что делать:

- Прошу меня простить, уважаемый лир, только сегодня наступило мое совершеннолетие, я первый день в храме и неосторожным взглядом ввела вас в заблуждение относительно моих намерений.

Тут же на помощь мне пришла Далила. Она послала мужчине чарующую улыбку, посмотрела прямо в глаза и нежно проворковала:

- Уважаемый дракон в первый раз посетил наш храм. Сегодня вы будете моим гостем, она выделила слово "моим".

Человекоящер посмотрел на меня долгим взглядом и ответил Далиле с легким поклоном:

- Я польщен, прекраснейшая. Но я оставляю за собой право в дальнейшем добиваться внимания юной жрицы, - он наградил меня еще одной хищной улыбкой, и, повинуясь Далиле, ушел за ней через центральный выход.

Оказалось, что второй ильв тоже исчез с какой-то жрицей. Мирта быстро подошла к нашему столику:

- Стэфа, тебе лучше уйти в свои покои, ты не инициирована, могут быть еще гости, нам не нужны недоразумения.

Вот с этим я была согласна на все сто процентов, поэтому без возражений ускользнула из столовой к себе в комнату.

Оказавшись в безопасности, я опустилась на красную шкуру на полу, обхватила голову руками и завыла. Завыла как раненная волчица:

- За что?! За что?! Почему я оказалась здесь! Зачем?! А-сть-ен... Где же ты, Астьен? Сможешь ли ты меня найти...

Сколько я провыла, не знаю, но постепенно слезы закончились, в душе установилась глухая чернота, и я провалилась в нее, как в омут.

Очнулась я от легкого прикосновения к плечу:

- Стэфа, вставай, детка, это я, Яни.

Я подняла тяжелую после рыданий голову. Вокруг была темнота, похоже, уже наступила ночь, а я так и лежала на шкуре калачиком.

- Пойдем, - потянула меня Яни, - Тебе нужно встретиться с Алисишей, она стара и мудра - ей пять тысяч лет, не меньше.

Я безвольно встала и побрела за девушкой, чернота не отпускала меня, мне не хотелось жить.

Через два поворота коридор привел нас в тупичок с скромной дверью. За ней были апартаменты, а ни как у меня одна спальня. Здесь имелась уютная гостиная с мягкими диванчиками и зеркальными столиками. На стенах висели бра, кругом на полочках были расставлены вазочки с цветами, статуэтки, шкатулки. В комнате находились четверо жриц, присутствовавших сегодня при разговоре в столовой, не было только Далилы. При нашем появлении мне на встречу встала хозяйка, та самая, старая и мудрая Алисиша. Гладкая смуглая кожа, подчеркнутая серебристым сиянием, черная шелковая волна волос, отражающая блики от светильников, проницательные карие глаза с золотистыми крапинками. Такая же юная внешне, как и тридцатилетняя я.

- Я Алиса, - представилась жрица, усаживая меня рядом с собой.

Со подала мне стакан с чем-то ароматным и горячим. Я выпила, чувствуя, как внутри разливается животворное тепло.

- Теперь поговорим, - серьезно сказала Алиса, - Нужно решить, как тебе помочь освободиться из этой западни.

Глава 21

Жрица.

Мы проговорили, наверное, целый час, когда пришла Далила.

- Утешить нечем, - с порога заявила она, - Стэфа зацепила дракона, он не станет помогать, ему нужно, чтобы она осталась здесь.

-Ты ему все рассказала? - с ужасом воскликнула я.

- Ну что ты? Конечно, нет. Ему даже не интересен был секс со мной, но я и сама бы не допустила, он пришелся мне не по нраву. Лучше тебе, девочка, избежать встречи с ним.

- Ну, я же вправе не выбирать его.

- Боюсь, что у тебя пока нет никаких прав, - мягко возразила Алиса, - Мирта может настоять. Ведь гости преподносят храму богатые дары. Зачастую гость предоставляет выбор жрицам, так как его выберет та, что лучше почувствует. Но если у мужчины особые пожелания, ему идут на встречу.

У меня заныло под ложечкой от дурного предчувствия.

- Тем более, - продолжала Алиса, - Прилетит Осолана. Она жестока и коварна. Что же делать? Нужно, чтобы Стэфа оставалась в храме, пока нам не удастся передать весть о ней. Нужен надежный гость.

- А вы не можете кого-то пригласить? - робко поинтересовалась я.

- Нет, - возразила Со, - У нас у всех неактивные лимбы, кроме Алисы. Но все ее контакты строго контролируются. И Стэфе еще желательно оставить развязанные каналы, хотя бы агнь.

- Неужели этот процесс необратим. А если жрица встретит своего истинного избранника, они так и обречены?

- Ах, девочка, - печально улыбнулась Алиса, - Это самая красивая и любимая легенда среди храмовых жриц. Не так давно, всего столетие назад, жрица полюбила своего гостя, и он ответил ей взаимностью. Этот гость стал постоянно посещать храм, а она всегда избирала его. Их любовь достигла наивысшей точки, когда двое не в силах расстаться друг с другом ни на минуту. И тогда жрица привела любимого в святилище, туда, где были перевязаны ее каналы, взмолилась Матери Сертае и отдалась избраннику и телом и душой. И тут произошло чудо - истинное слияние. Спустя час они покинули храм рука в руке на своих собственных крыльях.

- Боже, как красиво. Но почему это только легенда? Может, это правда. Значит, что-то все-таки может развязать канал.

- Видишь ли, Осолана стала Верховной уже давно, и ведет политику отречения от мира. Информационная изоляция это часть нашей жизни. Поэтому точной информации нет. Но время от времени жрицы меняют храмы, и так из уст в уста родилась легенда.

А развязать канал может только одно.

- Что?

- Любовь. Истинная любовь.

Все притихли, переваривая услышанное.

- Что ж, ладно, время позднее. Давайте спать. За три дня, до прибытия Верховной, придумай хороший повод задержаться здесь, умоляй об отсрочке. Веди себя примерно, при малейшем подозрении тебя опять перевезут неизвестно куда. А мы при первой же возможности передадим фейрину Линдиизу лир Ульсину сообщение "Хорошая малина поспела в Лиисалле". Он точно поймет, что это от тебя?

- Да, малина - это земная ягода, и только я называла свою тетю Малинику, его жену, ягода-малина. Он поймет.

Мы тихо разошлись по своим комнатам. Я легла в свою постель, но долго не могла уснуть под впечатлением от сегодняшнего знакомства. Я полностью и навсегда поменяла свое представление о жрицах любви. Эти удивительные, умные и чуткие женщины действительно не торговали своим телом. Они несли утешение тем, в чем больше всего нуждался их гость. Алисиша вообще поразила меня, когда сказала, что так долго как она в храмах жрицы не служат. На Сертае достаточно сильных источников, где выращиваются дома для жриц "пенсионерок". Но Алиса не захотела покидать храм.

- Я его люблю, - с мягкой улыбкой сказала она, - Храм мой дом. Здесь мои девочки, здесь мои апартаменты, здесь мои картины. Куда я уйду? У меня есть два гостя, которые скрашивают мой досуг.

У меня брови полезли на лоб. Тетеньке пять тысяч! лет, а ей еще два гостя скрашивают досуг!

Оказалось, что первый - ее верный друг, который давно имеет избранницу.

- Только он в совершенстве знает поэзию четвертого цикла. Знала бы ты, как он читает Ришальда, - мечтательно протянула жрица, - А к юному демону я привязалась как мать. Его родители погибли, мальчик пришел как-то в храм, и я почувствовала его тоску по матери, находясь в другом помещении. С тех пор он мне как сын.

Мне стало стыдно за свои низкие мысли...

Я достала из-под подушки черную каплю слезы Ротэ. Это единственное, что мне удалось взять с собой из прошлой жизни. Сначала я не доставала камень, чтобы меньше думать об Астьене. Но сегодня надежда вернулась ко мне. Я сжала слезу в ладонях и мысленно взмолилась: "Астьен, любимый мой, найди меня, я тебя жду". Показалось, что камень вдруг ответил - нагрелся и слегка запульсировал. А может, его нагрело тепло моих рук. Так, думая о своем мужчине, я тихо заснула.

Следующие три дня прошли спокойно. Мирта меня не трогала. В храме один раз были гости, но не у моих подруг, сообщение так и не передали.

Вчера ночью Алиса с помощью своей активной лимбы показала, где мы находимся. На стене высветилась физическая карта. Зеленой звездочкой мерцала столица Тальтона. Восточнее огромного Соолана располагались два малых северных континента, соединенных цепочками маленьких и больших островов. Почти одинаковые по форме и размеру, они как буд-то держались за руки, и назывались Восточный Брат и Западный Брат. Лиисалла скромно замигала красной звездочкой на одном из островов перешейка. Шанс, что меня обнаружат случайно, был ничтожно мал.

Я посмотрела картинную галерею и скульптурный зал - действительно впечатляло, настоящий музей. От библиотеки вообще пришла в ступор: бесконечные ряды фиолетовых шаров-хранилищ. Прямо у лица мерцал шар-каталог. Я ради интереса сунула в него руку. Шар развернулся, показывая жанры местной литературы разными цветами. Я наугад ткнула в поэзию. Тут же развернулся список авторов. Зацепившись взглядом за знакомую фамилию, выбрала Ришальда. Опять перед глазами возник внушительный список его произведений, но уже красного цвета. Огляделась вокруг - нужные мне шары теперь сияли красным - не ошибешься.

Отменила Ришальда, выбрала историю Сертаи. За время моего пребывания в этом мире, я знала лишь обрывочные сведения из случайных разговоров. Теперь захотелось разобраться толком. Прикоснулась к двум зеленым шарам: "История древнего мира" и "Эпоха Объединения". Шары свернулись дымчатыми браслетами вокруг запястий.

Мне понравилась верхняя смотровая площадка восточной башни, выходящая на море. Я подолгу сидела и смотрела на бескрайний простор, подставляя лицо соленому ветру. Потом разворачивала книгу и читала. Без лимбы управлять книгой было тяжело, страницы перед внутренним взором листались медленно и неохотно. Но я не жаловалась, жадно впитывая историю своей исторической родины.

Очень интересно было, как три таких различных расы сумели объединиться в единый народ, да еще управляемый не деспотичным монархом, а Большим Советом.

На самом деле эпоха объединения длилась две тысячи лет. Конечно, сопровождалась вооруженными конфликтами. Недовольных хватало. Малые независимые образования не спешили расставаться со своим суверенитетом. По сути, существовало три больших государства, по числу рас. Но внутри они делились на межераты, организованные по территориальному признаку. Каждый управлялся своим князем, имел свои местные трактовки законов. Ни о каких высоких свободных отношениях между полами речи не велось. Серебряная куколка предназначалась с детства определенному мужчине своей расы.

По этой причине разгорелась первая межрасовая война. В составе демонской дипломатической миссии на территориях драконов работал молодой агнит, сын правителя крупного межерата. Он повстречал свою истинную пару - серебряную куколку, предназначенную в гаремную стаю влиятельного дракона. Дипломат выкрал свою нареченную и пересек с ней границу территорий драконов и ильвов. Там в первом же храме он подарил ей крылья.

Разгорелся жуткий скандал, демонов с позором выкинули из государства драконов, фейринов обвинили в пособничестве. Все схватились за оружие. Десять лет кровопролитных войн, тысячи жертв и осознание, что нужно меняться.

Тогда и возникли первые Храмы Силы и Храмы Серебряной Любви. Считается, что Мать Сертая благословила на это. Несчастные серебряные куколки, назначенные в гаремы нелюбимым, могли скрыться в храме и получали неприкосновенность. А жрицы привносили гармонию в жизнь мужчин, неудовлетворенных и озлобленных, не имеющих истиной пары.

Именно в храмах начала проповедоваться и распространяться идея межрасовых браков, поиска идеального избранника. Агрессия мужчин направлялась на священный брачный турнир, менялось отношение к женщине, постепенно отдавая право выбора ей. Со временем стало очевидно, что таким образом создаются прекрасные крепкие счастливые союзы. Всем захотелось иметь не просто покорный гарем, а свою идеальную пару. Так хорошая идея превратилась в традицию и затем в непреложный закон.

Примерно семьсот лет назад главы трех государств, наконец, сели за стол переговоров. Они и вошли в костяк нынешнего Большого Совета. Итогом стал договор об объединении. Сначала открыли границы межератов на Соолане, сделав континент свободной территорией. В центре заложили новую столицу Тальтону. Принципиально стали выращивать жилища только под человеческую форму, подчеркивая единство всех рас. И за каких-то полтысячи лет демонстративно являть свою магическую расовую сущность стало дурным тоном.

Строго говоря, городов, подобных столице, было не так уж много, по четыре, пять на малых континентах, да девять на Соолане. В архитектуре же более древних городов легко прослеживались расовые особенности. Вот стеклянные крыши той же Прилучки, например, яркая черта архитектуры ильвов, издревле устраивавших на верхних этажах гаремные сады. Сейчас, это уже просто сады.

Кстати, было интересно, куда и как расформировались гаремы. Ведь с такой продолжительностью жизни все участники тех событий должны быть живы.

Во взятых мною книгах, я пока не нашла вразумительного ответа. Нужно поспрашивать старших, либо поискать другую литературу.

Тем временем день "Х" неотвратимо настал - в храм прилетела Верховная сестра Осолана. Это событие ознаменовалось торжественной встречей прибывшей в круглом нижнем холле, плавно перешедшей в торжественный обед.

Я себе места не находила от волнения, но меня она вызвала уже под вечер.

- Ты меня разочаровала, сестра, - без всяких предисловий заявила Осолана, - Что это за фокусы, почему не прошла инициацию?

Я скромно потупила глаза и с самым покаянным видом заговорила:

- Сглупила. Самая большая ошибка. Была напугана, растеряна, ничего не поняла. Но пообщавшись с сестрами, я поняла, что путь истиной жрицы - это самое лучшее для меня.

- Хм, - скептически хмыкнула Верховная, - Допустим, я поверю. Но путь истиной жрицы нужно заслужить и отработать, - она сделала ударение на последнем слове, - Тебе предназначено отслужить пару десятков лет в особом храме, и ты туда полетишь вскоре. Там главное слово остается за гостями и им принадлежит право выбора. А задача жрицы принести утешение своему гостю наилучшим способом.

От того, как были сказаны эти слова, у меня все похолодело внутри - вот это уже настоящий бордель, но я постаралась не выдать своих эмоций.

- Я прошу не гневаться Великую сестру, но я могу предложить другую отработку.

- Да? И что же? - кажется, она была поражена моей наглостью.

- Программирование нового облачения для истинных жриц. У нас стандартные недоразвитые лимбы. У меня богатый опыт в этой сфере. Каждая может удерживать одновременно пять образов.

- Поясни, а лучше покажи, - похоже, Осолана заинтересовалась.

Я заметила, что Мирта и ее ближайшая помощница Улиана то же подались вперед.

Я сосредоточилась на своей лимбочке и представила шикарное вечернее платье, которое видела лишь по телевизору на Земле на одной из звезд. Все оно как буд-то состояло из маленьких бриллиантов и сверкало при каждом движении. Глубокий вырез являл миру соблазнительную ложбинку. Длина хоть и была до пола, но разрез практически до середины бедра при движении сексуально оголял правую ногу. Все это удерживалось тонкими бретельками и дополнялось босоножками аля "Золушка" на высоченной шпильке.

- В таком платье, - прокомментировала я, - Жрица может встречать гостя в столовой, общаться с ним, посещать галерею. Ну а если она пожелает разделить с ним ложе, то можно использовать сексуальное белье. Я снова сосредоточилась и предстала перед зрителями в черном кружевном белье, бюст, стринги и кокетливая подвязочка.

- Это не обычно, - наконец преодолев изумление, изрекла Осолана, - В этом что-то есть. Наверное, мужчинам понравится, особенно белье.

- Очень понравится! - раздался хриплый раскатистый бас за моей спиной.

Я подпрыгнула от неожиданности, одновременно разворачиваясь и возвращая себе белый балахон. На меня с плотоядной ухмылкой взирал давешний бронзовый дракон, - Юная жрица еще более совершенна, чем я мог вообразить.

Я зарделась от смущения и готова была немедленно убежать, но тут вмешалась Осолана. Абсолютно медовым голосом она проворковала:

- Что уважаемый лир сегодня делает в храме, день посещений только завтра?

- У меня важный разговор, прекрасная сестра. Мои дары храму не терпят до завтра.

- Что ж, я уделю вам все свое внимание через десять минут, а пока жрица, - она махнула рукой Улиане, - Скрасит ваше ожидание в гостиной.

Дракон молча поклонился, наградил меня плотоядным взглядом и вышел вслед за Улианой.

- Так, хорошо, будем считать, что ты меня заинтересовала, - Верховная обратилась ко мне совершенно другим тоном, начисто лишенном "сладкого", - В момент совершеннолетия время для инициации не играет роли, но теперь тебе придется подождать месяц до нужной последовательности планет для удачной завязки каналов. Посмотрим, за этот месяц, на что ты способна. Завтра на открытом обеде перед гостями все жрицы должны блистать - не разочаруй меня снова.

Я пулей вылетела из кабинета. В коридоре меня перехватила Яни. Когда выслушала мой сбивчивый рассказ, обняла меня и с облегчением выдохнула:

- Молодец. Плохо, что опять повстречала бронзового, но будем надеяться, обойдется без последствий. А что это за идея насчет необычного облачения?

- Пойдем к Алисише, собери девочек, я там вам все покажу.

Глава 22

Коварная удача.

Ожидаемо, необычное облачение произвело фурор, особенно белье. Я решила особо не изгаляться с вечерними платьями, в данном случае любое облачение выгодно отличалось от белого балахона. Правда для предстоящего вечера пришлось запрограммировать тридцать пять лимбочек, за что я удостоилась благосклонного кивка Верховной и жуткой головной боли.

Правда оно того стоило. Я украдкой подсмотрела с верхней балюстрады в столовой - сегодня все жрицы сияли в прямом и переносном смысле, а гости неизменно впадали в шоковое состояние, стоило им пересечь порог зала. Думаю, что еще больший шок ожидал счастливчиков в спальнях - все девушки непременно решили опробовать белье.

На следующее открытое посещение пришло вдвое больше мужчин, похоже, наш храм получил рекламу. Если так пойдет и дальше, то популярность зашкалит. Мне это, безусловно, на руку - слава о необычном облачении храмовых жриц должна вывести на мой след.

Почему я думала, что меня ищут? Ведь я отлично сыграла спектакль с вдохновенным уходом в храм. Но я уверена, что Астьен ищет, не может быть иначе, должен искать, иначе мне не жить...

Новое облачение пришлось Осолане по вкусу, я ей запрограммировала пять лимбочек в личное пользование. Верховная сестра была в восторге, Мирта сияла - ведь всего за декаду подношения в храм от гостей увеличились в разы.

Я ходила, скрестив пальцы на удачу. И удача улыбнулась.

- Что ж, такая отработка нам вполне подойдет, особый храм подождет, по крайней мере, пока, - заявила Осолана.

Я внутренне возликовала - еще бы, удалось избежать борделя. Но, коварная удача тут же показала свои зубы, когда она продолжила:

- Думаю, ты напрограммировала достаточно лимбочек, чтобы жрицы долгое время могли радовать своих гостей, готовься, через шесть дней летим в другой храм - там займешься тем же. Вообще, останешься при мне. Будем планово облетать храмы, и ты будешь спокойно отрабатывать - пора вывести жриц на новый достойный уровень.

- А много вообще храмов, сестра? - рискнула спросить я.

- В северном полушарии три тысячи восемьсот. В южном меньше, но южное подождет. Все, - она властно махнула рукой, давая понять, что разговор окончен.

Я вышла в коридор, давясь слезами. Шесть дней, а сообщение так и не отправили. Скоро увезет меня Верховная ведьма к черту на кулички, и потом ищи меня.

Сквозь слезы не заметила и чуть не столкнулась с Яни.

- Ты чего, опять проблем? - забеспокоилась она.

- Да, вот...

Но мою речь прервал гневный оклик из кабинета:

- Сестра Яниша, сколько еще ждать!

Меня как буд-то током поразило - Яни - Яниша:

- Яниша Пирра! - воскликнула я.

Девушка дернулась как от удара:

- Откуда... Откуда ты... - одними губами прошептала она.

Но новый вопль погнал ее в кабинет, а я, забыв про собственные слезы, побрела по коридору.

"Это она, Яниша Пирра, потерянная возлюбленная Вогнара, старшего брата Рогнара. Все сходится, Мали говорила, что она пропала около ста пятидесяти лет назад, и девушка не истинная жрица, то же была завлечена обманом. Нужно поговорить, обязательно нужно поговорить".

Яни пришла через полчаса. Бледная и взволнованная она прикрыла за собой дверь и схватила меня за руки:

- Стэфа, откуда ты, ради Великой Матери, знаешь мое имя? Ты знакома с моей семьей, как они?

- Нет, семью твою я не знаю, но Рогнар лир Леркут стал мужем моей сестры-близняшки Полины в тот же день, когда я тут валялась в наркотическом сне. Вогнар теперь мне практически родственник и уж точно хороший друг. Да, Рогнар его младший брат - ему всего сорок.

При моих словах Яниша побледнела еще больше, отпустила мои руки и без сил начала оседать прямо на пол. Я едва поймала ее и усадила в кресло.

- Во-огна-ар, - простонала девушка и потеряла сознание.

К счастью обморок длился не долго. Я дала несчастной воды, она села и заверила, что ей уже лучше.

- Расскажи мне о нем... Женился? - Яни с трудом выдавила это слово.

- Да что ты милая, он любит тебя, хотя и почти утратил надежду. И вижу, ваше чувство взаимно. Ты должна найти его, вашей любви хватит для полного слияния, ты обретешь крылья!

- Нет!

- Если мне удастся выбраться, я расскажу ему о тебе.

-Нет! Послушай же меня! - Яниша почти выкрикнула, и тогда я озадаченно замолчала, - Ты не сделаешь это. То есть, ты, конечно, выберешься, но не скажешь ему обо мне. Ни единого слова, ни намека! Обещай!

- Но почему?

- Стэфа, я не хочу с ним встречаться именно потому, что слишком люблю. Он благороден и чист душой, уверенна, что за эти годы он ни разу не посетил ни одного подобного храма, ни разу не коснулся другой женщины. А я... Через меня прошли... многие... - она помолчала, слова давались ей с трудом, - Такого не пожелаешь любимому человеку. Он меня не упрекнет, но это всегда будет стоять между нами. Я ведь отрабатывала в особом храме, ты понимаешь, что это значит? Поверь, я долгое время боролась, старалась сохранить себя для него. Но, у Осоланы есть средства убеждения и бездна времени. Однажды я сломалась...

Нет. Пусть помнит меня юной чистой девчонкой. И я сохраню память о его любви - она лучшее, что было у меня в жизни.

Яниша ушла. Мне очень не понравился ее взгляд, я боялась, что она что-нибудь с собой сделает.

Но у моей "удачи" еще не закончились сюрпризы на сегодня. В обед в столовой меня позвала для разговора Мирта. С дурными предчувствиями я снова поплелась в кабинет.

- Один известный тебе дракон проявляет к тебе особое внимание, - без лишних слов заявила настоятельница, - Для плавной завязки каналов не время, поэтому ночью пройдешь укороченный вариант. Да, процедура немного неприятная, но тебе обрежут только дис. А завтра будешь принимать гостя. Приготовься, сделай себе какое-нибудь особое облачение.

Я была в ужасе. Я сидела у Алисиши и рыдала. Девочки утешали меня как могли. Но что мы могли сделать. Около полуночи в дверь постучала Улиана:

- Мое почтение, сестра. Я знаю, что Стэфаника у вас. Она должна идти. Обещаю, она получит экстракт вуи, я прослежу, - она протянула мне маленький пузырек с голубой фосфорицирующей жидкостью, - Выпей обезболивающее.

Я нерешительно взяла пузырек, но Алиса ободряющее кивнула, и я залпом выпила терпкое питье.

Улиана вновь привела меня к святилищу, а перед дверью резко прикрепила к моему запястью очередную магитехнологическую штучку, начисто лишившую меня воли. Как механическую куклу Улиана подвела меня к давешнему прозрачному ложу и уложила. Я только и могла смотреть на Первую жрицу. Чувствовала, что неудобно подвернулась рука, но поправить не было сил.

Вскоре появилась Осолана. Она двигалась и говорила что-то позади меня, но я не могла повернуть голову и посмотреть.

Она показалась перед моими глазами со странным голубым камнем, из такого же были глаза статуи. У камня был сколот один край, и поверхность остро поблескивала.

- Стэфа, тебе будет... э-э... неприятно, но ты будешь молчать. Перережем драконий канал дис, он заходит через макушку. Ты выпила экстракт вуи? Значит, все быстро пройдет. Начнем.

Она снова зашла за мою голову и низким тягучим голосом начала какое песнопение. Голос все повышался, и на самой пронзительной ноте я уловила резкое движение у себя над головой. И тут же самую мою сущность пронзила молния. Я не могла закричать, но кричала моя душа. Через несколько мгновений боль утихла. Но что это были за мгновения, иногда они могут длиться вечность.

- Все, - насмешливо произнесла Верховная ведьма, - Можешь развлечься с драконом без последствий. Он очень настойчив, а ты заслужила.

С этими словами она удалилась, а Улиана сняла с меня парализатор. Я поднялась на дрожащие ноги и, ни слова не говоря, поплелась к себе в комнату. Это было противоестественно, отвратительно, ужасно.

В комнате меня ждала Алиса. Я по-прежнему молча упала на кровать и зарыдала. Алиса долго сидела со мной и гладила по голове. Как я провалилась в сон, не помню, наверное, Алисиша пробыла со мной всю ночь. Возможно, если бы не она, я совершила бы свой первый и единственный полет со смотровой площадки... без крыльев. Но мудрая жрица внушала мне: "Тебе есть ради кого жить, он ищет тебя", и я ей поверила.

Глава 23

Гость.

Утром я не пошла завтракать, так и сидела в комнате до обеда, пока не явилась Улиана.

- Где красивое облачение? Что за уныние? Давай, пошли, тебя ждет гость.

Я мрачно посмотрела на нее, не двигаясь с места.

- Так, ясно, - протянула жрица, - У тебя есть выбор: пойти самой и поучаствовать в веселье, или пойти в блокирующем браслете безвольной куклой - выбирай.

Если бы взглядом можно было зажигать огонь, то мерзкая Улиана сейчас уже бы испепелилась под моим ненавидящим взором. Но, она была целехонька, а я встала и поплелась за ней.

Облачение назло не сменила, так и осталась в белом балахоне. Жрица только хмыкнула и подтолкнула меня к двери.

Гостевые покои в южной башне были шикарны, конкретно эти были оформлены в черно-белом стиле. Игра контрастов будоражила. В таком интерьере невозможно было бы жить постоянно, но принимать гостей - самое то.

Я постаралась унять бьющееся сердце и с независимым видом села в кресло, отгородившись от дракона столиком.

Бронзовый молча с довольной ухмылкой на губах, придававшей ему хищное выражение, открыл бутылку и разлил по бокалам напиток, аналог некрепкого вина на Земле.

- За прекраснейшую жрицу Лиисаллы!

Я выпила, что бы избавиться от предательской дрожи в руках.

Одним плавным движением дракон переместился на подлокотник моего кресла. Теперь это кресло стало для меня ловушкой. Человекообразный ящер наклонился и шумно принюхался к моим волосам:

- Божественно... Ты пахнешь еще лучше, чем я представлял.

Его пальцы заскользили по моим волосам, потом он не больно, но настойчиво потянул меня за зажатый пучок, и я невольно запрокинула голову. Губы обжег горячий поцелуй. От неожиданности я выдохнула, и его язык тут же проник в мой рот. Вторая рука плавно очерчивала грудь через одежду, а ноги обвил мощный хвост.

Я забилась, силясь прервать нежеланную ласку. Он тут же выпустил меня и позволил отойти. Сам небрежно развалился в моем кресле, с интересом глядя на меня.

- Лир, я не желаю подобных отношений. Лучше вам это понять, и не настаивать на наших встречах, - я постаралась придать голосу как можно больше уверенности.

- Достаточно того, что я этого желаю, - последовал насмешливый ответ, - Иди ко мне крошка, и покажи мне то умопомрачительное черное облачение. Ты свела меня с ума, я хочу тебя... и возьму.

- Меня так просто не взять, - пришедший гнев приглушил страх.

Дракон опять оказался рядом, он был огромен, неожиданно я ощутила его своеобразный запах, невольно втянула воздух - пахло приятно. Я выставила руки и уперлась в гладкую кожу у него на груди. Резко поднырнула под руку и опять отскочила за кресло.

- Сопротивление. М-м, как забавно. Мне нравится. Как надоели эти послушные шлюхи, вот настоящая дерзкая самка, - он издал низкий рык, узкий зрачок расширился, дыхание участилось, - Давненько я не участвовал в свободной охоте.

У меня похолодело внутри. Ведь он сейчас говорил о старинной забаве высокородных драконов, когда они, обратившись, налетали на какую-нибудь деревню и отлавливали молодых девушек для своих гаремов. А часто и до гарема дело не доходило - позабавившись с несчастными, гнусная кампания улетала восвояси.

Я понимала, что у меня нет шансов против двухметрового явно старого дракона, раз помнит свободную охоту, но я решила продавать себя дорого.

Бронзовый резким движением бросил меня на кровать и сам прижал сверху. Одной рукой он легко удерживал обе мои руки, а второй неожиданно нежно провел мне по щеке и хрипло сказал:

- Твое тело я могу взять легко, но я поохочусь на твой ум, твое сердце, твою душу. Я сделаю так, что ты будешь изнывать от желания и ждать каждой нашей встречи, твои помыслы будут только обо мне, я стану твоим наваждением.

- Очень самоуверенно, - с насмешкой заявила я.

Но мой рот накрыл поцелуй. На этот раз он был нежным, долгим и чувственным. Дракон явно использовал весь свой тысячелетний опыт. Через некоторое время я вдруг осознала, что отвечаю ему и резко начала выворачиваться. Но мужчина по-прежнему крепко удерживал меня. Сверкнул на меня своими золотыми глазами и начал исследовать губами шею, потихоньку спускаясь все ниже и ниже.

Через некоторое время я опять поняла, что мое тело предает меня, я с томлением жду, когда же его губы коснутся, наконец, моей груди, а в животе скрутился тугой комок желания. Я закусила губу, чтобы не застонать и не выдать себя.

- Нет, нет, остановись, - хрипло воскликнула я.

- Зачем? Я ведь только начал, - опять усмехнулся дракон, провел горячим языком от виска до груди и слегка прикусил сосок. Я не выдержала и застонала, невольно выгибаясь под мужчиной.

Мое тело и разум пришли в страшное противоречие. Физически я желала этого дракона как никого другого, а разумом ненавидела и его и себя за такую слабость. В какой-то момент разум пересилил, и я забилась с новой силой. Бронзовый, видя, что фактически победил, неосторожно ослабил хватку, и я беспорядочно начала бить его кулаками и пинать. Дракон опешив, не удержал разъяренную фурию, и, выворачиваясь с кровати, я случайно с силой заехала мужику по самому причинному месту пяткой. Так как это место было в полной боевой готовности, там что-то подозрительно хрустнуло, и, издав жуткий драконий рык, мужчина скрутился на кровати в позе эмбриона.

Я не стала ждать, когда он будет меня убивать и вылетела в коридор.

На свою беду я не сумела добежать до своей комнаты, и за очередным поворотом буквально влетела в Осолану. По моему растрепанному виду и безумному взгляду, она отлично поняла, что произошло.

- Вернись к гостю!

- Нет, - я отчаянно замотала головой.

- Марш к себе, после поговорим, - Верховная злобно поглядела на меня и заторопилась в южную башню, откуда раздавались отборные ругательства.

Наверное, прошло не больше получаса, хотя мне в тревоге показалось, что не меньше двух, когда за мной пришли Мирта с Улианой.

- Браслет нужен?

Я отрицательно помотала головой, понимая, что все равно не справлюсь с ними двумя.

- Пошли, - устало махнула рукой Мирта, - Зря ты, девочка, разозлила Осолану. Давно я не видела Верховную в таком бешенстве.

Мы спускались по наклонным пандусам северной башни, пока не оказались у неприметной дверцы, ведущей во внутренний двор храма. Не смотря на гнетущее беспокойство, я удивилась - ведь думала, что ведут меня в кабинет на судилище, ну или в святилище.

О существовании сада во внутреннем дворе я даже не подозревала - здесь росли самые настоящие вековые тайнары. Значит, не смотря на маленькую площадь садика снаружи, под деревьями скрыт огромный объем пространства.

Мы некоторое время продолжали двигаться по извилистой тропинке, пока не уперлись в огромный валун. Мирта нажала на какой-то выступ, и часть камня исчезла, являя идущие вниз ступеньки. Настоятельница первой начала спускаться, Улиана подтолкнула меня вперед, и пошла следом. За глубоким спуском, я машинально насчитала сорок ступенек, оказался длинный коридор, теряющийся в полумраке. Мирта, не задерживаясь, продолжила движение. По ощущениям, мы прошли не менее ста метров, и явно вышли за пределы храма. Темнота сгустилась, сияние, исходившее из наших тел, приугасло и еле виднелось.

- Заходи, тебе сюда, - посторонилась Мирта, пропуская меня в комнату.

Сразу же зажегся мягкий свет. Проморгавшись, я огляделась, обычная комната: кровать, диванчик, столик, изящный ящичек в углу, кажется, в таком появляется еда. Единственное отличие от нормального помещения - отсутствие двери. В зияющем проеме стояли настоятельница с помощницей, и последняя злорадно улыбалась.

- Ты остаешься здесь, - сказала Мирта, - Думаю, Верховная навестит тебя. Еда будет появляться один раз в сутки.

После этого они развернулись и ушли. Я попробовала выйти - не тут-то было - дверной проем закрывал невидимый барьер.

"Да это же тюрьма, - запоздало сообразила я, - Настоящая камера, только с комфортом".

"А плевать, - подумала я со злостью, - Подумаешь, сменила большую камеру на маленькую".

Я завалилась на свою кровать и бездумно уставилась в потолок. Напряжение последних часов как-то отступило, и осталась тяжелая пустота.

Кажется, я незаметно задремала, когда раздался знакомый голос:

- Устроилась?

Я приподнялась и уставилась на Осолану.

- Как самочувствие? - ехидно поинтересовалась жрица.

Я неопределенно пожала плечами, недоумевая такой трепетной заботе к заключенной.

- Ну ладно, шутки в сторону. Ты посмела оскорбить гостя, да еще нанесла ему физические повреждения. Твои полеты по храмам со мной отменяются. Посидишь в изоляции. Это место хорошо прочищает мозги. Ты уже без сомнения почувствовала все прелести нехватки энергии - головокружение, апатия, слабость. На первый раз обойдемся без самых дальних апартаментов. В них крох энергии хватает лишь на поддержку жизни. С тебя пока хватит и этих. Некоторые жрицы ошибочно полагали, что перетерпят и останутся при своем. На самом деле всегда бывает по-моему, просто у каждой своя меря страданий. Вот, Яниша, например, упрямилась целых двадцать лет, но и она сломалась. Надеюсь, ты не так глупа и тебе хватит месяца.

Ненавистная Верховная ведьма ушла, и я вновь осталась одна. Прислушалась к звону в ушах. То, что я приняла за эмоциональный откат, оказывается, являлось реакцией организма на нехватку энергии.

Почему-то с тоской вспомнила свою маму Кристи, представила, как она угасала после родов на Земле, лишенная животворной энергии Сертаи.

Потянулось время. Я почти все время лежала, сил не было, чувствовала себя как при тяжелой болезни. Когда тоненько звякнул ящик, оповещая о прибытии пищи, даже не хотела вставать.

- Лучше покушай, - раздался мягкий голос.

Я с трудом приподняла чугунную голову и увидела Алисишу.

- Это ты или у меня уже бред?

- Это я, милая. Осолана совсем озверела, уже сто лет как не использовали энергетические пытки. Сюда-то мы можем войти, а вот выход из апартаментов запечатан ее печатью, не пробиться. У меня для тебя хорошие новости - передали твое сообщение.

Я слабо улыбнулась:

- А он меня найдет в этом подвале?

- Ты права, нас уже всех предупредили, что в случае расспросов о тебе, мы должны молчать. Под тайнарами подземелье найти практически не возможно, а ослушавшиеся станут твоими соседями. Но не отчаивайся, - быстро проговорила Алиса, увидев мои слезы, - Мы найдем способ.

Мне пора, пока Улиана ничего не заподозрила. Ты обязательно ешь, иначе совсем ослабеешь.

Старая жрица в облике молодой прекрасной девушки ушла, и я все-таки сползла с постели и кое-как проглотила еду.

В следующий раз из тяжелого забытья меня выдернул голос Яни:

- Стэфа, очнись. На вот, пока возьми конфеты - сладкое поможет, - она резким движением протолкнула мне мои любимые пирамидки, - Что тебе еще принести? Может почитать?

- Ничего не надо. Спасибо, Яни. Хотя, постой, у меня в комнате должен быть камень под подушкой, принеси его. Больше ничего не надо.

Яниша виновато посмотрела на меня и сказала:

- С тобой тут хочет кое-кто поговорить.

К моему великому изумлению к проему подошел мужчина. Приглядевшись, узнала бронзового дракона собственной персоной только в человеческом обличие.

- Что он здесь делает?

- Это я привела, - вышла из тени Далила, - Не удивляйся, вспомни, что я эмпат и чувствую истинные эмоции. Его беспокойство и переживания искренни, выслушай его.

Я молча отвернулась, не желая даже глядеть, а не то что бы разговаривать.

- Стэфа, - начал дракон. Его человеческий голос был приятным и мелодичным, - Стэфа, я теперь знаю твое имя. Хочу, что бы и ты знала мое. Я дис Зилан лир Шид.

Видя, что я никак не реагирую на его слова, он продолжил:

- Мне бесконечно жаль, что ты оказалась в подобном месте.

- Так я оказалась здесь по твоей вине! - не выдержала я.

- Я знаю, и поверь, это доставляет мне боль. После твоего ухода, я был зол, но когда успокоился, то понял, что сам виноват. Я не должен был заставлять, я потерял контроль. Такого вообще-то никогда не случалось. Внезапно я понял, что мои собственные желания не волнуют меня, а значение имеют лишь твои. Я был в ужасе, когда узнал, какое наказание тебя ожидает. Знай, что я сделаю все, чтобы вытащить тебя отсюда как можно быстрее. Поверь, мне есть, что предложить храму.

Он помолчал и продолжил:

- Я клянусь, что не коснусь тебя без твоего согласия. Я не понимаю, что со мной, но я даже физически не смогу причинить тебе какую-то боль, мне достанется больше. Я и сейчас чувствую твое опустошение. Мне так жаль... - он с мукой и мольбой посмотрел на меня.

А я удивленно перевела взгляд на Далилу, не понимая, что стряслось с тем наглым и самоуверенным Бронзовым, которого я знала.

- Это связь, - правильно поняла мой немой вопрос жрица, - Если бы вы встретились при других обстоятельствах, то лир Шид мог стать твоим избранником, и, возможно, подарил бы тебе свои крылья после турнира.

Мы оба с отвисшими челюстями уставились на Далилу.

- Избра-а-нница, - задумчиво протянул дракон, - Вот как.

- Да, вот так вот. Поцелуй скрепил потенциальную связь, ведь ритуальные фразы только формальность. Думаю, ты тоже должна была что-то почувствовать, влечение...

Я вспомнила свою реакцию на ласки Зилана и залилась краской.

- Милая, я должен улететь на континент. Постараюсь вернуться в три дня и вытащу тебя отсюда.

Я только покачала головой в ответ на его обращение и промолчала, а что толку говорить.

Все посетители ушли.

Еще через некоторое время вновь появилась взволнованная Яни. Она принесла мне камень, протолкнула сквозь барьер и воскликнула:

- Откуда это у тебя? Это же настоящая слеза!

- Да, слеза Ротэ. Подарок любимого.

- Потрясающе. Это большая редкость. Я ведь родилась в семье демонов и знаю, о чем говорю. У отца с мамой была такая пара. Он подарил тебе такую вещь до турнира, даже не зная, выберешь ли ты его. Невероятно! - девушка захлебывалась от эмоций.

- Он знал, - тихо возразила я.

Яниша еще восторженно щебетала какое-то время, а потом снова ушла. Опять наступила тишина, но теперь я не была одна. Через этот теплый черный камень как буд-то со мной был Астьен. Мне казалось, что когда я сжимала его в руке, то становилось легче дышать, и прояснялась тяжелая голова.

Шло время, ко мне почему-то больше никто не приходил. Несколько раз появлялась пища, но у меня не было ни сил, ни желания встать и поесть.

Постепенно, черный спасительный мрак надвинулся и распростер мне свои объятья, и я отдалась ему, прячась от отвратительной реальности.

Глава 24

Агнит Астьенбиткааш лир Аттак.

Я смотрел на багровую с желтыми сполохами реку лавы лениво текущую между двух холмов. После первого взрыва Ротэ утихомирился, и сила истекала плавным, мощным неудержимым потоком.

Вулкан извергался уже пятые сутки, впереди еще три - четыре дня вынужденной изоляции острова. Хоть я и изнывал от невозможности вырваться в Прилучку, быть поближе к порталу, откуда должна вернуться моя куколка, но решение полететь к родовому источнику было верным. За свою пятисотлетнюю жизнь я несколько раз бывал на извержении Ротэ, но впервые мне повезло найти пару слез - его самых редких уникальных и ценных даров. Я погладил теплые камушки у себя в нагрудном кармане.

Отвлекся от созерцания величественной картины и присел на диван, когда лимба сообщила: "Астьен, лирея Стэфа прислала сообщение - Я вернулась на Сертаю со своей сестрой. Хочешь встретиться и поговорить?"

Сердце дало сбой - "Она вернулась, она на Сертае - благодарение Великой Матери!"

Тут же предложил зрительное общение. "Согласится или нет?"

Стэфа ответила, перед глазами появилась немного бледная такая желанная, хрупкая девушка.

Я всматривался в знакомые черты, сожалея лишь о том, что не могу прикоснуться, обнять, прижать к себе и не отпускать. Наконец Стэфа прервала молчание:

- Привет. Ты далеко от Прилучки?

- Да, - ответил с сожалением, - Очень далеко. Мы на Ротэ́. Вулкан пробудился, величайшее событие. Стэфа, это потрясающая мощь. Это уникальный шанс для любого демона. Но для обеспечения безопасности города, он накрыт силовым щитом, поэтому выбраться отсюда пока нельзя. Извержение продлится еще три-четыре дня, - я помолчал, - Я рад, что у тебя все получилось, и ты нашла сестру.

- Астьен... Я... У меня... - Она задумалась, закусила в волнении губу. Я чуть не застонал - этот ее неосознанный жест выглядел так чувственно, - У нас совершеннолетие через восемь дней. Ты... прилетишь?

Сердце ликовало - моя нежная куколка не отказалась от меня:

- Если ты этого хочешь.

- Да, я хочу, - на ее губах расцвела улыбка.

Вдруг в гостиную вошла моя мать. Собственно, это она убедила меня в этот раз полететь на Ротэ. Увидев меня с отрешенным видом, она спросила:

- Дорогой, ты с кем разговариваешь? Сильно занят?

Взгляд девушки неуловимо изменился, исчезла теплота и появилась настороженность:

- Ты там не один? Тебе, видимо, некогда.

Я мысленно приказал лимбе увеличить зрительную передачу в объеме комнаты. Мама подошла сзади и певучим голосом поинтересовалась:

- Неужели это та девушка, о которой ты мне рассказывал? Познакомишь?

- Конечно, - я был рад, что могу познакомить мать с избранницей, - Это Стэфа, путешественница, вернувшаяся с Земли и спасшая свою сестру. А это - Элиана лирея Аттак.

Но видимо, рано радовался. Пробормотав какое-то невразумительное прощание, Стэфа отключилась.

На мой повторный вызов пришел ответ, что вызовы запрещены, устные сообщения не принимаются.

- Импульсивная девушка, - весело изумилась мама.

- Боюсь даже представить, что она себе вообразила, - досадливо поморщился я, - Вот видишь, как с ней непросто.

Мама от души засмеялась:

- Тебе повезло. Она именно та, кто тебе нужен. Не опускай крылья, добивайся.

- Будь уверенна, добьюсь.

Я метался по своей комнате, приняв магический облик. Я заперт на острове, а моя малышка там опять со своим драконом. Как же достучаться до ее сердечка? Как же придать ей уверенности в моих чувствах?

Слеза Ротэ! Решение пришло мгновенно. Я отправлю Стэфе камень. Возможно, она по незнанию полностью не оценит его уникальность, но без сомнения, почувствует энергию агнитов, почувствует мой зов.

На миг закралось сомнение - вдруг куколка изберет дракона? Но потом всплыли ее слова, которые как мантру я повторял в минуты сомнений и отчаянья "Поверь, мне, Астьен, если бы ты стал первым моим избранником, то тебе не понадобился бы никакой турнир, я бы не посмотрела ни на кого другого". Я сел, быстро написал записку, вложил в коробочку камень и отправил с почтовым крылом. Для доставки необходимо минут тридцать. Пока не пришел отчет о получении, я, кажется, почти не дышал.

Четыре дня ходил сам не свой, пока не пришло сообщение: "Не терпится узнать, в чем сила Слезы".

Сердце ликовало, моя серебряная куколка приняла камень, она приняла меня. Осталось два дня, и я увижу ее, а после турнира не отпущу ни на миг! Но Ротэ сыграл со мной злую шутку. Извержение затянулось. Я готов был отправиться вплавь, но к счастью защитный купол сняли, и я рванул в Прилучку. Все последние дни я не находил себе места. Моя неуловимая избранница опять не отвечала на вызов. Но ничего, даже если бы до турнира оставалось два часа, я все равно успел бы в храм и завоевал ее, а сейчас еще уйма времени.

...Прилучка встретила ярким светом и синевой неба. Но неясное предчувствие не давало радоваться, заставляло спешить. Я знал, где гостиница, но в пустынном холле меня дожидалось маленькое почтовое крыло с запиской.

"Астьен, знаю, что такое трудно понять и принять, и любовь нашу мы пронесем через всю жизнь, но порознь друг от друга. Теперь я принадлежу Великой Матери. Ты имеешь право знать, почему. Так сложилось, что у меня не осталось другого выбора - я не невинна, и крыльев мне не видать. Верховная сестра предложила выход. Я только обрела семью, и не хотела бы стать их общим позором. Мне удалось всех убедить, что я почувствовала великий священный зов. Но тебе я не могу лгать. Люблю тебя больше жизни, но отныне от тебя мне остается только твой подарок - слеза.

Правду еще знает моя сестра Полина. Кстати, Рогнар оказался ее истиной парой, они будут счастливы.

Прощай, синеглазый демон. Хочется еще много сказать, но что толку в словах..."

Я не мог поверить. Смысл не укладывался в голове. "Да что же это такое? Как они ее отпустили? Почему, почему меня не было рядом?"

Я метнулся в храм. Величественные башни со сверкающими шпилями невозмутимо возвышались над городом. Открытая для посещений Восточная башня, была пуста.

- Что привело агнита в Храм Силы? - раздался тихий вопрос.

Я увидел белую фигуру в надвинутом капюшоне и плотных перчатках. Сквозь плотное облачение не пробивалось и малейшее свечение. Я же, напротив, под влиянием силы принял магический облик.

- Хочу поговорить с вашей главной настоятельницей, - в демоническом облике голос прозвучал резче, чем я хотел.

- Верховная сестра покинула храм, но вы можете побеседовать с нашей местной настоятельницей, - серебряная служительница сделала знак следовать за ней и повела меня по переходам и коридорам до кабинета.

Эта женщина не скрывала своего лица и рук, сияя утонченной красотой. Казалось, сама Великая Мать одухотворяет ее. Воинственный пыл как-то приугас, и я устало спросил:

- Уважаемая сестра, принимали ли вчера или сегодня в храм новую куколку. Если да, то где она и как я могу ее увидеть?

- Сожалею, лир, вчера на рассвете девушка покинула храм на экранированном крыле. Позже, вечером того же дня улетела и Верховная. Сестра Осолана не сообщает нам о своих планах. Мы лишь в последний момент узнаем, если она решила посетить нас. Это случается не часто.

Сказать, что я был разочарован - ничего не сказать, но, все же пересилив раздражение, я довольно спокойно спросил:

- Значит, ее забрала Верховная Осолана. Каков шанс, что Стэфа станет служить в храме Силы?

- Таких шансов нет. Боюсь, девушку определят в храм Серебряной любви.

После этого разговора я бесцельно бродил по улице. В голове мелькали навязчивые картины, как Стэфа в белом облачении берет за руку какого-то мужика, ласково улыбается ему и ведет в свои покои. Зарычав от бессилия, я помотал головой, отгоняя наваждение. Нужно лететь в Тальтону, все-таки поговорить с родственниками, возможно, они обладают дополнительной информацией.

При подлете к цветущему особняку ильвов Саони я увидел на посадочной площадке несколько крыльев, похоже, у них гости.

Моему появлению особо не удивились. С диванчика сразу поднялся мой приятель Михтин. Он по-медвежьи обнял меня и пророкотал:

- Сожалею, друг, твоя избранница решила покинуть нас.

Я выбрался из объятий друга и поздоровался с остальными. В гостиной присутствовали все - слетелись на брачный турнир. Но вот настроение царило совсем не праздничное. Листаир и Цинтия сдержано поздоровались. Причем во взгляде Цинтиники теперь читалось не откровенное презрение, а вполне искреннее сочувствие. Кириша, жена Михтина тоже тепло приветствовала меня. Я перевел взгляд в сторону, и сердце на мгновение остановилось: золотистый водопад волос, яркий зеленый взгляд, точеная фигурка - это она, моя Стэфа. Но в следующую секунду понял, что нет, не она, видимо это и есть ее сестра-близняшка. Похоже, мне не удалось скрыть разочарование, и в тоже время девушка встала и стэфиным голосом заговорила:

- Да, я не она, я ее сестра Полина. Вы вероятно лир Астьен, приятно познакомиться, - она протянула мне руку для рукопожатия.

Я с тоской узнал характерный жест приветствия, который использовала и Стэфаника.

Я увидел белого дракона Леркута. Теперь этот щенок обхаживал сестру, а Стэфа неизвестно где. Захотелось как следует вмазать ему по смазливой роже. С усилием сдержав порыв, я бросил дракону со злостью:

- Почему ты ее отпустил? Почему?

- Это был ее выбор. Она казалось такой одухотворенной.

- Это не ее выбор, - я чуть не кричал, - Это выбор Верховной ведьмы Осоланы. Ей уже не одну сотню лет удается заманивать куколок в храмы, и все это сходит ей с рук.

Леркут заметно побледнел, видимо до глупца начало доходить. Ведь у его брата так же пропала возлюбленная.

- Не было никакого вдохновения, она старалась оградить семью от позора, потому что на Земле у нее был мужчина, и она не была девственницей. Осолана умело сыграла на этом, задурив девочке голову.

Женщины вскрикнули и заохали. Михтин перекрывая все голоса, громко провозгласил:

- Тихо! Будем облетать Храмы Силы и найдем малышку!

- Какие храмы Силы, ты о чем? - с отчаяньем возразил я, - Для них-то как раз и нужна невинность. Ее заманили в Храм Серебряной любви и сделают жрицей.

- Что еще за Храм Серебряной любви? Объясните, - раздался тонкий голосок Полины.

Воцарилась глубокая тишина. Кириша тихо сказала:

- В этих храмах жрицам перевязывают энергетические каналы, и девушки служат утешением мужчинам в духовном и физическом плане. Есть шансы выручить ее? - обратилась она ко мне.

- Я сделаю все от меня зависящее, но храмов много. Без помощи мне не обойтись.

Михтин решительно поднялся:

- Я с тобой. Пошли немедленно. Мой старинный товарищ работает в "Справедливости", нужно встретиться с ним.

- Я вызову Вогнара, - заявил Леркут, - Он искал Янишу, его опыт может помочь.

Не говоря лишних слов, мы с Михтином быстро вышли.

Глава 25

Дис Рогнар лир Леркут.

Голова шла кругом, столько всего произошло, за каких нибудь семь дней все перевернулось с головы на хвост.

Тягучее ожидание возвращения Стэфы с Земли немного скрашивалась работой. Необходимость сосредотачиваться и контролировать латационные пики на энергетической станции на время позволяла отрешиться от постоянной тревоги за избранницу.

Когда любимая наконец-то вернулась, я, как назло, был на дежурстве, хотя все свободное время проводил в Прилучке. Ее вызов вернул меня к жизни, расправил крылья. Я с трудом дождался конца смены и помчался в этот городок.

Но даже в страшном сне не мог предположить того, что услышал. Моя Стэфа выглядела немного усталой и скованной. Мне нестерпимо захотелось обнять ее и оградить от всего мира, избавить от тревог. Я с упоением поцеловал сладкие губы и вдохнул душистый аромат волос.

Но девушка отстранила меня и решительно заявила такое, что у меня оборвалось все внутри.

Я не поверил собственным ушам, она решила отказаться от меня. Более того стала утверждать, что именно ее сестра является моей парой.

Что я тогда испытал? Все: и гнев, и страх, и отчаянье, и боль, и ревность, я ведь понимал, что у нее остается тот демон, и решимость, в конце концов:

"Если такова воля любимой, то я ее исполню. Тем более, что Стэфа в случае ошибки обещала вновь принять меня как своего избранника".

Что произошло дальше, я не могу объяснить до сих пор. Мы вошли в комнату. Стэфина сестра Полина стояла и что-то рисовала гловером. Я толком даже не разглядел что. Девушка была необыкновенно хороша в своем вдохновении. Но даже не это и не удивительное сходство сестер поразило меня. Дракон мгновенно уловил нежнейший сладостный аромат, исходивший от Полины, я невольно втянул воздух. Сердце дало сбой и забилось с удвоенной силой, захотелось подойти и коснуться гладкой кожи. Я недоуменно обернулся на Стэфу: "Как подобное возможно. Еще минуту назад я был уверен, что никогда не почувствую влечение к другой, а в тот момент..."

Но, кажется, моя уже теперь бывшая избранница как раз и не удивилась, а лишь улыбнулась, как бы подтверждая собственные мысли.

Следующие дни мы много проводили вместе, общались. Полина была другой, такой ранимой и нежной. Стэфа сказала, что в последний момент вырвала девушку из лап страшной беды. Я не расспрашивал, но дракон во мне рычал, когда мое воображение рисовало то, что бы случилось, если бы она не успела.

Стэфа просила меня присмотреться к Полине два дня, и когда они прошли, я с удивлением осознал, что уже не мыслю жизни без этой девушки. Моя дорогая подруга и сестра, как я теперь воспринимал Стэфу, оказалась права. Сейчас я отчетливо понимал, что к первой сестре меня влекло именно физическое желание, а с Полиникой я ощутил необыкновенное родство сердец.

В тот день, когда сестры отправились в храм, я работал. Сердце иногда вдруг замирало от страха, что Полина не изберет меня, а я не мог позволить себе потерять ее.

Но на утро меня ждал сюрприз. Полина застеснялась, покраснела, но потом решительно подошла ко мне и невесомо коснулась губ в самом легком на свете поцелуе: "Дай мне крылья, Рогнар". Эти слова сладчайшей музыкой прозвучали в моих ушах. Я держал хрупкую куколку в своих объятиях и точно знал, что никакие силы не отнимут ее у меня.

Но дальше произошло неожиданное, Стэфа заявила, что уходит служить в Храм Силы, отказывается от крыльев. Мы все отговаривали ее, Полина казалось подавленной, но ее сестра была удивительно вдохновленной. Возможно, все мои мысли были заняты возлюбленной, но тогда я поверил девушке, тем более, что демон так и не появился, значит, действительно не был ее избранником.

После ухода Стэфы ни у кого не было ни сил, ни настроения оставаться в Прилучке. Тем же днем мы улетели в Тальтону. Полина выглядела расстроенной, я как мог утешил ее и скрепя сердце улетел домой.

На следующее утро я уже был у Саони. Из Линча прилетели Михтин и Кириша. Завтра, уже завтра я подарю Полине крылья. Демоны тепло поприветствовали меня, хотя всем было грустно из-за отсутствия Стэфы.

И тут в гостиную ворвался Аттак. Он был бледен, лицо заострилось, глаза метали молнии. От его слов у меня все оборвалось. "Как же так? Я ведь не прикоснулся к Стэфанике, как и обещал брату. Видимо, мало тот бил меня по морде, если я так глуп, ведь она же из другого мира и уже принадлежала мужчине". Некстати промелькнула мысль, что может быть и Полина то же... Я мотнул головой, усилием воли прогоняя непрошенную ревность.

Михтин властно сказал:

- Тихо! Будем облетать Храмы Силы и найдем малышку!

- Какие храмы Силы, ты о чем? - выкрикнул демон, - Для них-то как раз и нужна невинность. Ее заманили в Храм Серебряной любви и сделают жрицей.

- Что еще за Храм Серебряной любви? Объясните, - вдруг тревожно воскликнула моя куколка.

В тишине отчетливо прозвучал голос ее бабушки:

- В этих храмах жрицам перевязывают энергетические каналы, и девушки служат утешением мужчинам в духовном и физическом плане.

При этих словах Полина заметно вздрогнула и начала дрожать, вскоре ее всю трясло. Я, удерживая девушку в руках, предложил вызвать Вогнара, что мысленно и сделал.

Демоны еже ушли, когда брат отозвался. Я объяснил ему ситуацию. Его взгляд помрачнел, и я впервые в жизни услышал, как мой брат может ругаться:

- Ты глупец! Разве ты не знаешь, что случилось с Янишей!

- Я не прикоснулся к ней, если ты об этом. Верховная Осолана обманула ее. Мы все заблуждались.

- Виноват прежде всего ты, - Вогнар тяжело ронял слова, - Ты и никто иной предполагал, чем это может грозить, ты должен был остановить ее. Теперь мы врятли сумеем ее найти, но я вылетаю немедленно, - брат, не прощаясь, прервал связь.

Я оглушенный сидел на диване, понимая, что он прав, полностью и абсолютно прав.

- Рогнар, пожалуйста, объясни мне все, - раздался дрожащий голос моей куколки.

Я поведал ей историю моего брата, и виновато опустил голову, казалось, Полина не простит мне, того, что я не уберег ее сестру.

- Я тебя не виню, - как буд-то угадав мои мысли, проговорила Полиника. Она положила холодную ладошку мне на руку, - Я ведь знала правду, сестра мне все рассказала. Но ты не знаешь всего. Стэфа попала в тот же капкан, из которого в последний момент вырвала на Земле меня. Невинность, - Полина покраснела, - Ценится и в том мире, и меня продали богатому мерзавцу. Но прежде чем, он смог причинить мне... что-то... появилась сестричка и спасла меня, увела в этот мир к тебе. Я ведь знаю, что до этого вы были парой, но она поняла истину о нас с тобой раньше, чем мы поняли это сами. Она принесла столько добра, за что же судьба с ней так? - Полиночка не выдержала и горько заплакала.

От всех ее слов все внутри переворачивалось. Если бы я смог, я бы отправился на Землю и убил всех ее обидчиков. Каждый заплатил бы сполна. Но сейчас я лишь крепко прижимал любимую, гладил по шелковистым прядям, и поклялся себе, что из чешуи вон вылезу, но моя женщина никогда не будет страдать.

Вечером пришлось улететь домой, невеста должна ночевать в родительском доме. От поисковой группы вестей не было. Но я и правда понимал, что шансы найти девушку ничтожны. Ночью почти не спал.

Вогнар связался со мной утром, извинился за вчерашние слова, и спросил, прилетать ли ему на турнир.

- Ищи ее, хотя мне и важно твое присутствие, но это дело важней. Скоро прилетят родители, они поддержат меня.

Мы прилетели в знакомый храм в тьескуле. Семейства Саони еще не было. Я отправился внутрь. Там меня встретила служительница и показала, где ожидать. Минуты тянулись невыносимо медленно, но вот раздалась красивая мелодия - время пришло.

Я подошел к краю широкой площадки и посмотрел вниз. Там сидела тоненькая сверкающая фигурка. Сердце сжалось от нежности и любви, крылья сами распахнулись и легко подняли мое могучее тело. Со свистом вспарывая воздух, я сделал три круга и бесшумно приземлился перед Полиной. Девушка с благоговейным восторгом глядела на меня. Она подошла и погладила гладкие чешуйки у меня на лбу, что вызвало сладкую щекотку.

- Рогнар, я тоже стану такой?

Я сделал частичный оборот, который позволял поток силы. В драконьем облике я бы причинил девушке боль, а так в почти человеческом виде я собирался принести ей наслаждение.

- Ты принимаешь мои крылья?

- Да, - выдохнула Полина.

Я подхватил ее на руки и бережно, как настоящее сокровище понес в апартаменты.

В уютной зале стояла большая кровать, убранная красными шелковыми простынями. Везде горели свечи, на столике стояла бутылка вина, два бокала и фрукты.

Моя избранница погладила меня по гребню и улыбнулась:

- Дракон. Надо же, а я не смела о подобном и мечтать.

- Хочешь вина? - я поставил светящуюся куколку на пол, не размыкая объятий.

- Нет, - она помотала головой, - Стэфа завещала мне быть счастливой... Я ...

- Ты обязательно будешь счастливой. Сегодня твой день. Я верю, что твою сестру найдут, обязательно найдут. Но сегодня не думай о плохом, сегодня - только о хорошем.

Я наклонился и медленно прикоснулся к манящим губам. Время перестало существовать, наконец, эта женщина моя, моя дисса...

В момент, когда Полина воспарила к Асинге, я почувствовал, как магическая энергия, потоком устремляется к моей избраннице, привязывая ее к источнику силы, связывая нас в единое целое...

Девушка открыла сияющие глаза. Теперь ее свечение угасло, а тело, повинуясь мощному потоку тьескулы, начало быструю трансформацию. Мгновение и в зале, рассчитанной на драконов, стояла изящная дисса, с гладкой бесцветной чешуей. Большие зеленые глаза с восторгом смотрели на меня.

- Еще, еще, мгновение, и мы узнаем, какого цвета ты будешь.

При этих словах чешуйки словно засверкали и вспыхнули.

Я не верил своим глазам и своему счастью. Такого не видели на Сертае уже многие тысячи лет.

Мой торжествующий рев потряс храм до основания.

Теперь я точно знал, что Стэфу найдут, ведь с такой драконицей, как моя Полиника лирея Леркут по-другому просто не может быть.

Глава 26

Агнит Астьенбиткааш лир Аттак.

"Справедливость и Возмездие".

Старинная организация, отвечавшая на Тальтоне за соблюдение всех законов, занимавшаяся розыском преступников и обеспечивающая им достойное наказание, размещалась в огромном здании в центре столицы.

Михтин уверенно провел меня коридорами, прозрачная труба транспортера доставила нас на тихий этаж следовательского отдела.

Высокий худой ильв с пышной лимонно-желтой шевелюрой уже ждал нас. Мы познакомились.

- Досоир лир Вириони. Можете звать меня Дос, - представился фейрин.

Выслушав нашу историю, он с сожалением покачал головой:

- Боюсь, мне нечем обнадежить вас. Девушку, наверняка, спрятали подальше от столицы. Я не удивлюсь, если она вообще покинула Соолан. Верховная использует экранированные крылья, передвижение которых не отслеживается. А сама она, регулярно посещая все свои храмы на трех материках, запрограммировала свою лимбу на прием и передачу через храмовые источники. То есть, сигнал ее лимбы исходит одновременно из сотен храмов. А жрицы, напротив, активных лимб лишены. Боюсь, придется искать в каждом храме.

- Это тоже не поможет, - раздался уверенный голос от порога.

Мы обернулись, в дверях стоял старший из братьев Леркут. Дос пожал Вогнару широкую ладонь как старому приятелю.

- Даже если девушка будет в храме, ее спрячут, а вам от ворот поворот. Вы даже не узнаете, что были рядом. Нужно получить право на обыск.

- Это практически не возможно, - возразил следователь, - Большой Совет не даст добро. Ведь официально куколка добровольно пошла в храм, преступления не совершала. Никто не захочет сориться с Осоланой.

Тут Михтин странно посмотрел на меня и тихо спросил:

- Слушай, Дос, а поиски вообще имеют смысл? Ведь жрицам перевязывают каналы. Они все равно не смогут быть вместе.

- Смогут. Если конечно агнит истинная пара куколки, - ильв остро глянул на меня, - Были случаи. Слияние с истиной парой развязывает канал, и девушка обретает крылья.

Я давно занимаюсь этим вопросом. Началось все где-то сто восемь лет назад. В горах в маленьком домике была обнаружена мертвая пара. Причем, оба в демоническом облике, оба с переломанными крыльями, со следами жестокой насильственной смерти. Мужчину опознали сразу, а вот женщина идентифицировалась, как серебряная жрица. Мы не могли поверить глазам: жрица и с крыльями. Как такое возможно?

Проводилось расследование. И действительно, все подтвердилось. Жрица обрела крылья месяц назад и с возлюбленным покинула свой храм, "забыв" предупредить Верховную.

Все наши выводы говорили о том, что именно ведьма причастна к смерти пары. Но доказательств не было никаких.

Как выяснилось в ходе следствия, за всю историю жрицы обретали крылья несколько раз, но найти их не удалось. Понимаете, бывшие жрицы неразговорчивы, и скрывают свое прошлое. Настоящие жрицы никогда не называют имен. Похоже, Осолана всех крепко держит за горло, нам нечего предъявить ей. Нам будет невероятно трудно найти вашу девушку.

- Поэтому и нужно официальное разрешение на обыски, - снова подал голос Вогнар.

- А повод? - возразил следователь.

- Ну не убийство конечно. Кража! Объявим, что она украла нечто ценное и скрывается в храме.

- Верховный Совет затребует проверки памяти заявителя с мнетоником. Без веских доказательств они не пойдут нам на встречу.

- Слеза Ротэ! - воскликнул я, - Стэфа взяла ее с собой. Я, конечно, ее подарил, она не крала камень. Но если задавать правильные вопросы, то моя память выдаст нужные образы.

- Слеза? - удивился Дос, - Пожалуй, есть шанс. Расскажи мне все. Сейчас продумаем вопросы.

Мой друг дис лир Таон, признанный мастер поиска истины согласился нам помочь. С его подачи для Совета все выглядело так, что Стэфа, так и не признав во мне избранника, присвоила редчайший артефакт Слезу Ротэ и скрылась в храме. Заявитель требует вернуть похищенное и наказать преступницу.

Зная истинное положение дел, один из членов Большого Совета, близкий друг Листаира, горячо поддержал заявление. И Совет с перевесом всего в пару голосов все-таки выдал разрешение на обыск храмов. Эта была маленькая победа.

К этому моменту прошло уже четыре дня.

Я даже не подозревал, что у нас столько храмов. Мы действовали по схеме. В храм заходили как гости, непринужденно общались с жрицами, выясняли, не появлялась ли у них новенькая. Если что-то вызывало подозрение, то проводили обыск.

Верховная жрица на контакт не выходила, хотя ей, безусловно, доложили о происходящем.

Поиски велись удручающе медленно. По ночам я не мог уснуть от мысли, что моя Стэфаника возможно обнимает и целует других мужчин. Это сводило с ума. Вогнар понимающе посматривал на меня, он прошел через тоже самое, только так и остался ни с чем. Я подозревал, что он надеется встретить свою бывшую возлюбленную, хотя мы об этом не говорили.

Через десять бесплодных дней мы решили разделиться. Я с Досом. Михтин с другим следователем, Вогнар с Зольхашем, его давним другом.

Мы с Досом, обследовав в пустую очередной храм в маленьком городке у Южного побережья, остановились в гостинице. Привычно связались с другими группами, привычно услышали: "Ничего нет".

С тяжелым сердцем я опустился в кресло и сидел, поглаживая свою слезу. Камень отзывался теплым покалыванием, делясь энергией.

Вдруг раздался вызов от лира Ульсина, молодого мужа Малиники:

- Приветствую, лир Аттак, - произнес фейрин, - Стэфа подала весточку. Мы знаем, где она. Лети в Лиисаллу.

Глава 27

Спаси меня.

- Вот это я и подозревал, - ворчал следователь все время полета, - Затащила ее Верховная ведьма на перешеек между Братьями. Мы бы и за год сюда не добрались.

Храм Лиисаллы горделиво возвышался на побережье.

- Действуем по плану, сначала поспрашиваем, - уточнил Дос.

Мое сердце колотилось в груди, я готов был разнести этот храм по камушкам, но, тем не менее, кивнул, соглашаясь с опытным другом.

Обеденный зал был почти пуст, несколько жриц в своих белых одеяниях, не обращая на нас внимания, сидели за столами.

- Добрый вечер, уважаемые гости, - раздался сзади чарующий голос, - Чем могу помочь?

Говорившая была великолепна: красные локоны, смуглая кожа, яркие, словно вишни глаза. Пухлые губы чувственно изгибались в улыбке. Казалось, она источала соблазн.

- Прекраснейшая жрица, - склонился в легком поклоне преобразившийся фейрин. Медовые глазищи спорили в сиянии с крыльями, - Хотим побеседовать с Верховной настоятельницей вашего храма.

- Сожалею, Золотой, но настоятельница занята с гостем. Я ее ближайшая помощница и с удовольствием отвечу на ваши вопросы. Может, пройдем в кабинет?

Я с нетерпением оглядывался вокруг, вдруг за спиной красноволосой жрицы взгляд зацепился за что-то необычное. Жрица стояла и пристально смотрела прямо на меня. Ясные глаза, пышные каштановые волосы. Но что не так? Облачение! На девушке переливалось изумрудными искрами длинное струящееся платье. Высокий разрез провокационно приоткрывал стройную ножку.

Только моя Стэфа могла запрограммировать такое. Мы не ошиблись, она здесь!

Жрица, убедившись, что я ее заметил, кивнула и исчезла в коридоре.

Тем временем красноволосая повлекла фейрина к выходу:

- Вы с нами? - обратилась она ко мне.

Я отрицательно покачал головой:

- Не буду мешать вашей беседе.

Дос остро глянул на меня, кивнул, и они вышли.

Я метнулся в соседний коридор, где скрылась незнакомка в зеленом платье. Я не сразу узнал ее в традиционном белом балахоне в темной нише в конце коридора. Она снова кивнула и поманила к себе.

Я подошел:

- Где она?

- Она в беде, - быстро оглянувшись, заговорила жрица.

Вдруг она вздрогнула. Я обернулся. В дверях стоял Дос и что-то говорил, но красноволосая пристально смотрела не на него, а на мою собеседницу. Девушка нервно сглотнула и прошептав: "Ищи под тайнарами. У нее слеза", быстро исчезла.

- Жрица вас оскорбила, уважаемый лир? - голос источал мед.

- Ну что вы. Она была мила. Друг мой, твоя девушка скучает, - лениво протянул я вслух и быстро шепнул на ухо, - Отвлеки ее.

Тот взял красавицу под локоток:

- Прекраснейшая, я еще не видел вашу знаменитую галерею.

Когда пара скрылась, я быстро пошел по коридорам, пытаясь отыскать выход во внутренний двор. Это оказалось не просто. Неприметная дверца обнаружилась только через полчаса.

За ней я замер в нерешительности. Двадцатиметровый по реальному периметру дворик, образовывал под тайнарами километровое пространство с сетью тропинок, полян и укромных мест. Разрастаясь в мощном магическом потоке храма, деревья достигли небывалой силы. Как отыскать здесь девушку?

Я сжал в руке камень и сосредоточился на нем. Сразу почувствовал отдачу. После этого пошел вперед, прислушиваясь к ощущениям в руке. Через двести метров легкое жжение толчком усилилось. Камень отреагировал на свою пару, но поляна была пуста. Я в отчаянье огляделся. "Зарташ! Где же она?"

Через некоторое время судорожных метаний по чертовой поляне, я методом "тепло-холодно" определил, что больше всего моя слеза Ротэ реагирует на невзрачный серый валун. Еще полчаса ушло, чтобы найти скрытый механизм.

Когда я собирался вступить на проявившиеся ступени, показался Досоир со знакомой мне красноволосой и еще одной жрицей. Вид у обеих был довольно пришибленный. Дос жестко сказал:

- Молитесь, чтобы с девушкой все было в порядке. Только после вас, - добавил он с издевкой, поклонившись и предлагая дамам начать спуск.

- Я сам, - мне было не до представлений. После открытия прохода слеза тепло пульсировала в ладони и звала вперед.

Я преодолел спуск и бросился по темному коридору. Вдалеке замерцал слабый свет.

Кажется, мое сердце остановилось, я забыл, как дышать, ноги подкосились. На кровати без сознания лежала Стэфа, в руке была крепко зажата пульсирующая слеза. Волосы спутались, лицо заострилось и источало слабое сияние. Когда я это осознал, дыхание вернулось. Раз светится, значит жива.

Но как, зарташ, войти в эту камеру! Я зарычал от бессилия и начал когтями кромсать стену.

- Спокойно, - мне на плечо легла изящная ладонь ильва, - Мы с официальным допуском. Вскроем любую печать для обыска помещения.

Мужчина приложил ладонь к невидимому барьеру и тот, вспыхнув, исчез. Я бросился к кровати. Моя любимая замерзла и явно испытывала обезвоживание. Я осторожно поднял и прижал хрупкое тело к своей груди. Сверху бережно укутал ее своими крыльями и метнулся прочь из жуткого подземелья. Только услышал позади:

- Дамы, потрудитесь придумать убедительные оправдания. У нас будет долгий разговор.

Снаружи, под ярким светом, в центре магического потока тело Стэфы вновь засияло, вбирая живительную энергию. Через пару минут ее веки затрепетали, и девушка открыла глаза. Некоторое время непонимающе смотрела на меня, а я крепко держал ее и не мог вымолвить ни слова. Горло сдавил какой-то спазм. Потом взгляд моей малышки прояснился, и она хрипло прошептала:

- Ты нашел меня. Я знала, что найдешь.

И снова лишилась чувств.

Глава 28

Обрести крылья.

Последнее, что запомнилось, это наползающая холодная темнота. Яркими обрывками мелькал какой-то сон, как буд-то Астьен нашел и спас меня.

С закрытыми глазами прислушалась к своим ощущениям: мне тепло, голова не болит, не кружится и вновь легко дышится. Я лежу на чем-то гладком - наверное, шелковые простыни. Я подушечками пальцев провела по приятной поверхности, потерлась щекой. Не хотелось просыпаться из этого чудесного сна, возвращаться в убогое подземелье к холоду и одиночеству. И решила, что ни за что не проснусь.

Снова отдалась ощущениям: во всем теле отдавался какой-то мерный звук. Прислушалась, хотелось слушать этот ритм вечно. Снова провела пальцами по гладкому шелку, и принюхалась, рассчитывая почувствовать аромат кондиционера для белья, но... этот запах... Этот запах я никогда не спутаю ни с чем! Астьен!

Тут уж я резко распахнула глаза. Сна, как не бывало. Невероятно, это был не сон. Мой любимый демон в своем великолепном обличие полусидел в кресле, откинув голову на спинку, и спал. Я располагалась у него на коленях, положив голову на грудь. Его руки крепко держали меня, а сверху бережно укрывали крылья. То, что я приняла за шелковые простыни, была обнаженная кожа.

Перевела взгляд наверх. Мне были видны разметавшиеся густые черные пряди и так впечатлившие меня при первой встрече матово-черные лирообразные рога. Заскользила взглядом вниз и натолкнулась на ответный. Синие с пульсирующим черным зрачком глазищи смотрели прямо на меня.

- Привет, - почти беззвучно прошептала я.

Он нежно провел пальцами мне по контуру лица и улыбнулся:

- Здравствуй, - и смущенно добавил, - Не хотел отпускать тебя и заснул. Последнее время почти не спал. Ты как?

Он аккуратно развернул крылья в стороны и поднялся с кресла, легко удерживая меня на руках. Я во все глаза смотрела на двухметровые бархатистые полотнища, которые сложились за спину, напоминая плащ.

- Кажется, я в порядке. Может, поставишь меня, - осторожно заикнулась я, - Хочу увидеть тебя со стороны.

Астьен хмыкнул и бережно, словно хрустальную вазу опустил на пол. Сам сделал пару шагов назад.

Я осмотрелась, мы были в храме в моей комнате. Здесь мужчина находился во всем великолепии магического облика. Черты лица немного заострились, стали более жесткими. Форма черепа так же поменялась с учетом тридцатисантиметрового украшения. Обычно умеренная мышечная масса значительно увеличилась, рельефно выделяясь под кожей. Рост тоже стал много выше, теперь мне приходилось задирать голову, чтобы смотреть ему в глаза. Пальцы заканчивались внушительными черными когтями. Тут я опустила взгляд и не сдержала восторженного - О!

Сзади виднелся длинный хвост, оканчивающийся густой кисточкой, которая сейчас плавно помахивала из стороны в сторону.

- Ну как? Нравлюсь?

- Нравишься. А хвостом легко управлять?

Демон захохотал. Не выдержал, снова схватил меня в объятия и закружил:

- Смотри.

Черная кисточка поднялась и провела мне от плеча до запястья, оказалась в ладони. После этого опустилась вниз, нагло проникла под подол и очень медленно стала продвигаться вверх, словно обжигая обнаженную кожу. Дыхание перехватило.

- Астьен!

Кисточка исчезла:

- Еще вопросы?

- Да, один, - я собралась с духом, - Ты подаришь мне крылья?

Он вдруг стал очень серьезным. Встал на одно колено, взял мою руку в обе свои и поцеловал каждый пальчик. Продолжая большими пальцами поглаживать тонкую кожу на запястье, огненно посмотрел на меня и сказал:

- Для меня, Стэфа, великая честь подарить тебе крылья агниты.

Все во мне отзывалось на него: на его слова, на его прикосновения и маленькие ласки, на сверкающий взгляд, на особенный аромат, на него, на демона, на моего мужчину - на истинного избранника.

- Милая, у тебя перевязан канал агнь? - я видела, хоть вопрос он задал спокойно, но кончик хвоста выдавал волнение.

- Мне насильно перерезали дис. Агнь и ильв не тронуты, - объяснила я. И видя, что именно его беспокоит добавила, - Хотели устроить встречу с одним гостем. Но гостю пришлось залечивать свое...хм... достоинство, а мне отбывать за это наказание в подземелье.

Астьен в бессильной ярости заскрежетал зубами, но мне виновато сказал:

- Прости, прости, моя куколка, что заставил тебя вспомнить.

Он взял меня двумя руками за лицо и стал покрывать поцелуями.

Но я резко отстранила его:

- Подожди. Знаешь, о чем я мечтала долгое время? - он отрицательно покачал головой, - О том, что нужно было сделать еще на первом нашем свидании. И что я сделаю прямо сейчас.

Я обняла его за могучую шею, притянула голову и, наконец, поцеловала. Вопреки моим давним снам Астьен не отстранился. Со стоном он ответил на мой поцелуй. В мгновение разгорелся такой пожар, что стало трудно дышать - наши губы и языки стремились слиться воедино.

Не знаю, сколько прошло времени, но когда мы оторвались друг от друга, у меня буквально подкосились ноги, и я бы упала, если бы демон не удержал.

Тут до меня как сквозь туман вдруг дошло, что мы ведь в храме, и это, по сути, наша свадьба и сейчас должно все произойти. А я... а я черти сколько не мылась в этом подземелье, одета в какой-то бесформенный балахон, на голове пакля. Боже! Это совершенно не возможно. Я решительно соскочила с кресла на пол. И как я оказалась на кресле?..

- Астьен, я хочу принять душ, немного привести себя в порядок. Подождешь?

Он с улыбкой кивнул, и я проскользнула в ванную.

- Подожди, - крикнул он вдогонку, - Вот возьми, это сюрприз для тебя, - и у меня в руке оказалась гладкая янтарная капелька.

- Лимба. Это моя Мурка?! - я взвизгнула и, подпрыгнув, повисла у него на шее. Его губы оказались так близко...

Вторая попытка пойти в ванну оказалось более успешной. Я постояла под душем, смывая с себя остатки дурного прошлого. Потом решительно вытерлась, и прикрепила за ухо Мурку.

Столько мурчания я еще не слышала, думала, она меня оглушит.

С помощью своей родной лимбы я быстро высушила волосы и закрутила на затылке свободной петлей, оставив длинный конец свисать вдоль спины. Для Астьена запрограммировала умопомрачительное сексуальное черное белье с кокетливым красным бантиком между чашечек и на самом интересном месте на стрингах. Решила сразить жениха полностью и наповал, поэтому сверху "надела" короткое черное же платье с глубоким декольте, на ноги тончайшие чулочки и красные бархатные туфли на шпильке.

Когда я появилась из ванны, Астьен собирался наливать в бокал вино. Увидев меня, он округлил глаза и уронил бокал, который не разбился чудом, попав на шкуру.

- Стэф-фа, - демон сдавленно зарычал, отбросил бутылку и схватил меня. В глазах его бушевало такое пламя, что стало понятно - вино отменяется.

- Ты такая... невероятная, - прохрипел он, покрывая горячими поцелуями мое лицо и шею, - Останови меня, если для тебя слишком быстро...

Еще чего, этого и добивалась. Я выгнулась, прижимаясь к мужчине еще ближе. Оставаться безучастной к такому напору было невозможно, и я тоже стала целовать его за ухом и вниз по шее, скользя губами и языком по шелковистой коже. Он отозвался глухим стоном, жадно оглаживая мою фигуру через платье. Его губы оказались в декольте. Язык скользнул по ложбинке, а руки добрались до попы. А что вытворял в это время хвост!.. Я не успевала следить за всеми его конечностями, кажется, он целовал и ласкал меня всю одновременно.

Я почувствовала тугой комок желания внизу живота. Томление заставляло стонать и выгибаться навстречу любимому. В какой-то момент мне надоело это препятствие между моей разгоряченной кожей и его губами, и я скомандовала лимбе, убрать платье, оставшись в белье, чулках и в туфлях. Когда демон осознал, что он видит, он остановился и немного отстранился, пожирая меня глазами. Я стояла на кровати на коленях. Его руки провели вдоль кружева на груди, потом очертили трусики спереди. Ведя вдоль бретелечек двумя руками по бедрам, демон на ощупь обнаружил, что такое стринги...

Хриплый рык вырвался из горла мужчины. Я в это время руками обследовала, откуда у него растет хвост, и тут же обнаружила, что препятствий к изучению не осталось. От обтягивающих штанов не осталось и следа. Увиденное впечатлило. Мне до этого казалось, что я горю желанием, но сейчас все скрутилось так, что казалось, меня разорвет, если он не удовлетворит эту жажду.

Я запрокинулась назад на кровать, увлекая Астьена на себя, и избавляясь от белья. Но чулочки оставила...

Проникновение было быстрым и сильным. Он остановился, тяжело дыша мне в шею, и давая привыкнуть. Но я задвигалась, побуждая к действию. Мы двигались, как единое целое. Мой идеальный мужчина во всем соответствовал мне идеально. Такого сильнейшего оргазма я не испытывала никогда. Ощущения все длились и длились, накатывая цунами, грозя затопить, поглотить, погрести под собой.

В конце я обессилено откинулась назад, не понимая, где заканчивается мое тело, а где начинается его.

- Это называется слияние, агнита Стэфа, - раздался его тихий голос где-то у меня над головой.

Астьен сел, посадил меня к себе верхом на колени и осторожно откинул назад разметавшиеся волосы. Мы молча улыбались друг другу, все еще пытаясь отдышаться.

Он провел руками по моей груди, лаская и изучая. Я почувствовала, как мягкая кисточка щекотит меня вдоль позвоночника. Я хитро взглянула на него и тоже решила что-нибудь пощекотать. Это что-то не осталось равнодушным. Игривый поцелуй в губы быстро стал сильным и страстным.

Через минуту я почувствовала, как демон приподнял меня за бедра, и мы вновь стали одним целым. Я застонала и начала двигаться, в стремлении постичь моего мужчину еще больше.

Он взял меня за талию и немного придержал:

- Смотри мне в глаза. Сейчас агнь привяжется к своей стихии, ты пройдешь первую трансформацию. Энергия войдет через сердце.

Продолжая удерживать мой взгляд, теперь уже он стал задавать определенный ритм . Я двигалась все быстрее, чувствуя, как сворачивается пружина в груди. В момент наивысшего наслаждения в тело хлынул огонь. Не обжигающий, не злой, а родной, животворный. Из сердца этот поток стал растекаться по каждому сосудику, по каждой клеточке, меняя и перестраивая их. Вытягивались кости и мышцы, заострились коготочки, скачком увеличились резкость и четкость зрения, в нос ударило множество запахов, самый сильный и желанный из которых, запах моего мужчины. Я повела головой и почувствовала необычный вес. Провела рукой - так и есть - в первую брачную ночь обзавелась рогами. Я счастливо засмеялась не понятной для этого мира шутке. Астьен тоже засмеялся мне в ответ.

- У тебя жемчужные рожки, тебе идет.

- Хочу посмотреть, - воскликнула я и, вскочив, подбежала к зеркалу.

На меня смотрело незнакомое существо. Рост стал намного выше. Теперь можно было поцеловать Астьена не подпрыгивая. Глаза увеличились, радужка расширилась, заняв почти все пространство. Черты лица стали какими-то хищными. Рога действительно были жемчужные. Я провела от основания до изогнутого острого кончика. На ощупь они были гладкие и состояли из множества кольцевых сегментов. Я покачала головой из стороны в сторону, ощущения были странные, но не неприятные.

Мой теперь уже муж подошел сзади:

- Попробуй, расправь крылья.

Я взволнованно сглотнула, прислушалась к себе. За спиной ощущался легкий вес. Попробовала пошевелиться, крылья легко отреагировали, чуть подавшись в стороны. Я сознательно сказала себе: "Расправить". В то же мгновение за моей спиной развернулись великолепные бархатистые тонкие крылья - золотистые, как цвет моих волос. Я свернула и развернула их вновь. Я прекрасно их чувствовала, они были моими как руки и ноги. И через пять минут я уже, не задумываясь, разворачивала и складывала их, как человек, не задумываясь ходит или бегает.

Это было необыкновенно, потрясающе, фантастично! Это была я, но какая-то другая, новая, пока незнакомая. Нужно было привыкать к новому телу, знакомиться с ним, узнавать.

- Ты потрясающе красивая агнита, - с улыбкой сказал Астьен, - Спасибо, что выбрала меня.

- А как же иначе? Ведь ты моя истинная пара.

- Ну а теперь скажи, легко управлять хвостом?

- Хвост! - я даже подпрыгнула и завертелась вокруг себя, как маленький щенок за хвостиком.

Такого ржания в этом храме точно еще не слышали. Астьен упал на кровать и содрогался в приступе безудержного смеха. Потом он еще долго бессильно всхлипывал, пока я училась управлять этой пятой конечностью. Кисточка у меня была золотистая, как и крылья. Она легко слушалась и была довольно чувствительной.

Когда я захотела пощекотать хвостом Астьена, он поймал ее и нежно погладил. Это было приятно." М-м-мр..." Я то же завладела его кисточкой, и следующие полчаса мир снова перестал существовать...

Когда мы вновь отдышались, демон спросил:

- Может, все-таки выпьем вина?

Я засмеялась:

- И поедим, - при взгляде на приготовленные им закуски, побежали слюнки, и заурчал живот, напоминая, что я не ела несколько дней.

- Прости, любимая, - виновато хмыкнул муж, - Нужно было сначала накормить тебя, а я не смог устоять. Это твое облачение...это... это... у меня нет слов.

- Все хорошо, - я погладила его по щеке, - Я этого и добивалась.

Мы засмеялись и начали есть. Все было холодное, но потрясающе вкусное. Я ела и не могла нарадоваться простой еде, своему мужу, новому облику, вообще жизни. Было приятно просто молчать, глупо и счастливо улыбаясь, или разговаривать обо все на свете, узнавая друг друга.

Увидев, что я более-менее насытилась, Астьен тихо спросил:

- Хочешь полетать?

Я даже поперхнулась от волнения:

- Хочу. Но боюсь. Вдруг не получится, - я непроизвольно расправила крылья.

Мой синеглазый любимый демон встал и крепко обнял меня:

- У тебя все получится, даже не сомневайся. Это умение врожденное, и проявится само, как первый вдох при рождении. Я буду с тобой, поддержу, подстрахую и помогу.

- Хорошо.

-Ну, тогда вперед, моя золотая агнита, - Астьен подал мне руку.

Я кивнула головой, и смело шагнула за ним... ну, пока в коридор...

Глава 29

Первый полет.

Мы направились вниз, в столовую.

Я с удовольствием облачилась в любимые джинсы и белую футболку с косой надписью на русском языке РOK. Волосы просто забрала в косу. Не удержалась и запрограммировала Астьену кожаные черные штаны с заклепками и такую же жилетку. В демонической ипостаси да в таком облачении выглядел он очень сексуально. Я решила про себя, все, больше никаких комбинезонов, будет всегда "одет" у меня с иголочки.

Похоже, уже наступил вечер, все жительницы храма собирались на ужин, поэтому наше появление встретили радостными возгласами, объятиями и поздравлениями.

Я крепко обняла Янишу, Далилу, Алисишу:

- Спасибо, спасибо вам, вы спасли меня.

Алиса улыбнулась, глядя на меня снизу вверх:

- Это тебе спасибо, юная агнита. Ты привнесла в нашу жизнь нечто новое, напомнила нам, что такое любовь. Показала, что нет ничего невозможного. Ты будешь счастливой, ты это заслужила.

Теперь, когда храм перестал быть для меня тюрьмой, я не тяготилась им. Наверное, мне будет везде хорошо, если рядом Астьен. Он крепко держал меня за руку, мы с ним так и ходили, не желая расстаться даже на мгновение. К нам подошел высоченный желто золотистый фейрин.

- Стэфа, познакомься, это ильв Досоир лир Вириони. Он следователь, помогал искать тебя. Еще две группы поисковиков прилетят сегодня-завтра.

- Мое почтение, лирея Стэфаника, поздравляю с обретением крыльев, - узкие изящные пальцы коснулись моего лба в дружеском приветствии, - Но у меня к вам есть вопросы. Когда мы сможем поговорить?

- Мы уже поели, можно прямо сейчас, - я вопросительно глянула на столик, предлагая присесть.

- Нет, лучше пройдем в кабинет.

Мы прошли по знакомым коридорам в восточную башню и уютно расположились в кабинете настоятельницы Мирты. Кстати, ни ее самой, ни Ульсины нигде не было видно.

- Арестованы, изолированы, - ответил на мой вопрос ильв.

- Итак, лирея, что вы готовы рассказать о своем пребывании в храме?

- Все, - честно говоря, я удивилась, такой постановке вопроса.

- Я должен вас предупредить, что сейчас будут браться официальные показания, записываться в шар-хранилище и использоваться во всеуслышание на Большом Совете.

Я посмотрела на Астьена, он ободряюще кивнул мне:

- Понимаешь, милая, Верховную Осолану подозревают во многих грехах, но еще ни разу не удалось это доказать. Жрицы привязаны к храмам и полностью в ее власти. Они никогда не называют своих имен, неохотно что-либо рассказывают. И тем более не станут выступать с обвинениями на Большом Совете. Там могут законно потребовать подтвердить показания с помощью считывания памяти. Сама понимаешь, жрицы некоторые аспекты своей жизни выставлять отказываются.

Так, что ты, чуть ли не единственный шанс "Справедливости" свершить свое "Правосудие".

- Я все поняла. Начну с того, что в Прилучке нам с сестрой не повезло нарваться на саму Осолану...

Во время моего повествования муж скрипел зубами от гнева. Когда я рассказывала, как меня обездвижили и перерезали энергетический канал дис, он начал хлестать хвостом стулья и стол. Я изловчилась и поймала его черную кисточку своей. Наши хвосты тут же переплелись.

- Прости, - тихонько шепнул мне Астьен, - Трудно оставаться спокойным, слушая такое.

- Ну и еще, - добавила я в конце, - Мне кажется, что здешняя настоятельница выполняла указания Верховной из страха, а вот ее помощница Улиана, та делала все из удовольствия.

- Я уже прижал эту красноволосую красотку, когда еще искали тебя. Она начала юлить, но я доходчиво объяснил, что грядут перемены, и лучше ей сотрудничать со мной.

- Скажите, лир Вириони, каковы шансы, что все изменится? Сколько еще куколок были завлечены в эти сети. После всего, что они пережили в особых храмах, по сути, публичных домах, смогут ли они отыскать свои пары?

- Теперь да. Изменится все однозначно. Осолана у меня в руках, - он хищно подкинул шар с записями моих показаний, - Я это так не оставлю. Обещаю, что особые храмы будут закрыты. Но скорого результата не ждите. Сначала Большой Совет должен сделать официальные выводы и распоряжения. Полагаю, будет создано несколько рабочих групп - ведь храмов очень много. Будем проверять каждый. Все виновные получат возмездие.

Мы вновь спустились вниз. На этот раз, чтобы попрощаться. Решили, что переночуем в Лиисалле, дождемся моего деда и завтра полетим в Тальтону.

Когда все слова были сказаны и слезы утерты, я еще раз шепнула Янише:

- Ты не передумала на счет Вогнара?

- Нет, - резковато одернула она, - Не начинай. Пошли, мы хотим увидеть твой первый полет. Проходя через нижний холл, я резко остановилась. У стены стоял и с ироничной печальной улыбкой смотрел на меня Бронзовый. А я и забыла про него. Поняв, что замечен, он отделился от стены и приблизился к нам:

- Вижу, что меня опередили. Мои поздравления, агнита Стэфаника лирея... - он вопросительно поднял бровь.

- Лирея Аттак, - подсказала я.

Астьен странно посмотрел на меня:

- Так, ты и тут нашла себе дракона? Стоит оставить тебя без внимания, как вокруг начинают виться драконы.

"Это еще что такое? Ревность?" - удивленно подумала я, но вслух сказала:

- Астьен, кого я нашла? Ты чего? Это тот самый дракон. Если бы вы вовремя не успели, то он тоже обещал вытащить меня из темницы. Он невольно стал моим избранником. Ты же знаешь, связи избранников невозможно противостоять.

- Ах, тот самый дракон, - демон зарычал, отодвигая меня себе за спину, - Тот похотливый самец, из-за которого несчастную девушку изуродовали в святилище и подвергли энергетической пытке.

Он схватил Зилана за отвороты комбинезона:

- Сделай полное обращение, дракон, я вырву тебе крылья, - демон был страшен. На его рычание в зал сбежались все жрицы. Но следователь почему-то не спешил вмешиваться.

- Спокойно, демон, - ответил Бронзовый, безуспешно пытаясь сбросить с себя руки Астьена, - Причем здесь я и святилище? Жрицам всегда перевязывают каналы.

- Из-за тебя, урод, дис ей перерезали!

От этих слов дракон отшатнулся и заметно побледнел. Никаких попыток сопротивляться он больше не делал и, даже, не смотрел на Астьена, его взгляд был прикован ко мне.

- Пе-рере-зан, - он с трудом выговорил это слово, - Я не знал, я даже не предполагал... Прости меня, если сможешь, агнита. Получается, у меня не было даже шанса завоевать тебя на турнире. Я не смог бы дать тебе крылья.

- У тебя не было этого шанса, Зилан, в любом случае. У меня особый дар - видеть суть - я знала, кто мой избранник давно и безо всякого турнира.

Астьен брезгливо оттолкнул от себя бронзового красавчика:

- Вали отсюда, и лучше тебе никогда не попадаться на моем пути.

Дракон отступил, по-прежнему глядя только на меня:

- Будь счастлива, Стэфа. Обещаю, что больше не переступлю порог ни одного храма. Прощай, - после этих слов он выскользнул за дверь.

Астьен повернулся и вдруг подхватил меня на руки, я даже тихонько взвизгнула.

- Прости, любимая, этот гад не испортит тебе первый полет. Пора.

С этими словами он чуть ли не бегом побежал по коридорам и переходам к смотровой площадке, выходящей на море.

Оказавшись на верху, Астьен бережно поставил меня на пол. Я взволнованно огляделась. Уже спустились легкие сумерки. На небе зажигались первые робкие звездочки. Довольно свежий ветерок задувал с моря, но я не ощущала холода. Своим обострившимся демоническим обонянием я чувствовала сильный горьковато соленый запах моря, с мерным шумом накатывающего свои волны на песчаный берег. Все мои подруги были рядом. Внизу нас поджидали преобразившийся в человека следователь Дос и с ним кто-то еще. Я пригляделась, да это же мой дед Михтин, а с ним и Золь и Вогнар, все успели, умнички, на мой первый полет. Я радостно помахала.

Вдруг сзади раздался сдавленный вскрик. Я обернулась. Бледная как полотно Яниша стояла, вцепившись в Алису и смотрела вниз. Я перевела взгляд, там так же, не мигая, впился в нее взглядом Вогнар.

- Вот это да, - я обняла свою подругу, - Яни, тут уж я ни при чем. Сама Мать Сертая устроила вашу встречу. Не отталкивай его, дай вам шанс. Да я думаю, теперь он отсюда без тебя не улетит.

В это время Астьен громко объявил:

- Первый полет агниты Стэфаники лиреи Аттак.

Я подошла к краю и расправила свои великолепные бархатистые крылья. Почувствовала, что сердце сейчас выскочит из груди.

- Давай, - легонько подтолкнул муж.

И я, зажмурившись, сделала шаг в пустоту. Тут же рефлекторно взмахнула крыльями, и еще раз и еще. Мой организм сам знал, что делать. Я чувствовала, как крылья отталкивают вниз упругую массу воздуха, удерживая меня. Рядом завис Астьен, с улыбкой глядя на меня:

- Ну, вперед, лети!

И я полетела.

Это был восторг! Упоение!

Сильный ветер ласкал мое разгоряченное тело. Я неслась к морю. Из горла вырывался крик.

Но тут Астьен немного обогнал меня и прямо в воздухе перехватил на руки, я еле успела сложить крылья.

- Куда ты, птичка моя? Тебе еще рановато летать над водой.

- Пусти, - завозмущалась я, - Я сама хочу.

Муж немного подкинул меня, я снова расправила крылья, и мы вместе полетели обратно к песчаной громаде храма, где плавно опустились вниз к поджидающим нас мужчинам.

- Подумай о том, как ты выглядишь человеком, просто представь себя обычной бескрылой, - тихо шепнул мне мой демон на ухо.

Я послушно представила, закрыв глаза. По телу прошла легкая волна, а когда глаза открыла, обнаружила, что я снова человек. Даже потрогала, рожек нет, да и хвоста, как не бывало.

Но тут мне стало не до рожек, я попала в объятия деда, потом Зольхаша. Немного бледный Вогнар поздравил меня и замер, не зная как спросить, бросая быстрые взгляды на смотровую площадку.

Я быстро отвела парня за руку в сторону:

- Вогнар, мы с тобой теперь почти родня, твой брат и моя сестра... Знай, она любит тебя, но ей пришлось многое пережить. Ее двадцать лет буквально пытали, пока не сломали. Она боится, что это всегда будет стоять между вами. Только от тебя зависит, преодолеть эту стену.

При упоминании о пытках Вогнар стиснул зубы и кулаки. А в конце решительно закивал:

- Я покину этот храм только с Янишей. Если надо поселюсь прямо в центральном холле, там как раз поместится дракон.

- Я не сомневаюсь, брат, - мы обнялись.

Белый дракон решительно пошел в храм, а мы дружной компанией отправились искать гостиницу в Лиисалле, огни которой весело перемигивались впереди.

"Все, прочь, прочь отсюда. Пора лететь домой".

Глава 30

Дом.

В тот вечер связаться с Полиной не удалось из-за разницы в часовых поясах. К тому моменту, как мы устроились в гостинице, в столице уже были предрассветные часы - самый глубокий сон.

После такого тяжелого дня мы сразу завалились спать. Астьен прижал меня к себе и заснул. Я немного полежала, слушая его теплое дыхание у себя в волосах, и тихо уплыла во сны.

Утром, проснувшись, обнаружила, что муж немного разметавшись, крепко спит, при этом его хвост обвивает мою талию, а мягкая кисточка уютно устроилось между грудей.

Я усмехнулась, послала лимбе приказ сменить облачение на полупрозрачную короткую сорочку темно синего цвета и кружевные шортики в тон. После этого начала нежно гладить мое пушистое украшение, потом ладошкой повела вверх по бархатистой шкурке. Астьен издал во сне стон и распахнул глаза. В затуманенном взоре плескалось желание.

- Я думал, что это опять всего лишь сон, - хрипло сказал он, притягивая меня к себе.

Ощутив под руками прохладный шелк, он снова отодвинулся, рассматривая меня жадным горящим взором.

- Опять сон? - подразнила я, - Ты видел обо мне сны?

- Каждую ночь, Стэфа, каждую. Я сам себе не верю, что теперь ты здесь со мной настоящая. И сейчас я сделаю все, что хотел сделать в тех снах. Хм... Но такого облачения я не мог вообразить даже во сне. Сейчас я досконально изучу это чудо.

И он изучил губами и руками каждый сантиметр синего шелка. К тому моменту, когда он закончил свою исследовательскую деятельность, я уже сгорала от желания. Каждое его прикосновение вызывало стон, заставляло умолять о большем, пока демон не сжалился и не подарил мне то, чего я так хотела.

Вобщем, к завтраку мы спустились где-то, через час, там нас уже ждали родственники и друзья. Следователь Досоир со своим коллегой оставались в Лиисалле еще на пару дней для бесед, как они сказали.

- Передайте привет Вогнару, - сказала я на прощанье, когда они уходили.

Мы спокойно позавтракали и отправились в путь. Михтин взялся за управление, а мы с мужем уютно устроились в пассажирских креслах. Окутавшись силовым защитным полем, стратосферное крыло резко взмыло вверх, набирая свою высоту. Никаких диспетчерских служб не существовало. Магиживые крылья обладали определенным разумом, и никогда не допускали столкновений со своими собратьями или препятствиями. Точно так же как вы бы никогда не услышали о попавшей в авиакатастрофу вороне. Когда включился "автопилот", дед присоединился к нам. Пару часов мы общались и разговаривали на разные темы, не касаясь храмов. Михтин рассказал, что как только появился Астьен, до всех дошло, что я в беде. С тех пор все живут в Тальтоне, и Кира, моя бабуля, и Полина с Рогнаром и Малиника с мужем ожидают результатов поиска. Сегодня, когда доберемся, в столице уже будет вечер, думается, нас ожидает шумная встреча.

Я не стала вызывать сестренку на видеосвязь, но отправила сообщение: "Я уже лечу. Покажешь драконьи крылышки взамен на демонические?"

Тут же пришел ответ: "Могу даже покатать, ты только прилетай скорей".

Я засмеялась от радости. Только сейчас в полной мере осознав, как скучала по своей близняшке, как она мне необходима.

- Астьен, как же вы с братом живете так далеко друг от друга? Я безумно соскучилась по Полине.

Он нежно посмотрел на меня и кивнул головой:

- Очень тяжело. Хелитая необыкновенная планета, очень красивая и свободная. Я часто думал, поселиться там поближе к Истьену. Но что-то держало меня здесь. Теперь знаю, что. Точнее, не что, а кто - я ждал тебя.

Потом мы все незаметно задремали, монотонный многочасовой полет над океаном здорово убаюкивает.

Как и предсказывал Михтин, в Тальтоне нас ждала бурная встреча. Как только крыло опустилось на крышу особняка Саони, тут же выбежала моя сестра. Мы обнялись и дружно разревелись.

- Возьмите и меня, - раздался звонкий голосок.

В следующую минуту мы уже рыдали втроем с Мали, которая самозабвенно присоединилась к нашему потопу.

- Ну все, хватит, - громко провозгласил дед Листаир, - Затопите крышу. Дайте и другим обнять нашу малышку.

Все засмеялись, и спустились в гостиную. Здесь я действительно переобнималась со всеми родственниками. Рогнар тоже обнял меня, взял за плечи и тихо произнес:

- У тебя великий дар, сестренка. Ты правильно почувствовала про нас с Поли, спасибо тебе. Она невероятное чудо. Спасибо тебе за нее. Я рад, что демон нашел тебя, впрочем, я не сомневался. Ты заслуживаешь счастья.

Я обняла его в ответ:

- Береги ее, драконище, и жди вестей от Вогнара.

- Неужели... это то, о чем я думаю?

- Да, он нашел ее.

- Стэфа, это потрясающе! - Рогнар схватил и закружил меня.

- Поставь мою жену на пол, Леркут, - раздался недовольный возглас Астьена.

Дракон бережно опустил меня и серьезно сказал:

- Нам с тобой нечего делить, демон, у меня свое сокровище, - с этими словами он прижал к себе Полину.

Мужчины какое-то время пристально смотрели друг другу в глаза, потом Астьен кивнул и они пожали друг другу руки.

Мы с сестренкой заговорщицки друг другу улыбнулись.

- Все, мои хорошие,- раздался красивый голос Цинтии, - Прошу к столу, Стэфа получила крылья, это нужно отметить.

Во время веселого ужина я была счастлива. Это была моя настоящая семья, моя родня, мои самые близкие люди.

Насытившись, я вышла подышать на цветочную террасу, тут уже была моя черноволосая красавица бабуля Кириша. Ее глаза озорно блеснули:

- Ну как, твой демон, оправдал надежды?

- Более чем, - засмеялась я, - А мое белье оправдало?

- О-о-о, - закатила глаза Кира, - Так оправдало, что вскоре к одной молодой тете у тебя добавится дядя.

- Да ладно! - восхитилась я, - У вас снова будет ребенок?

- Да, - ее глаза светились счастьем.

- Кира, я ее похищаю, - высунулся из дверей Астьен, - Была трудная дорога, пора отдыхать.

- Конечно, дорогой, - понимающе усмехнулась Кириша.

Опять долго со всеми прощались, я пригласила Полину завтра утром в гости. Наконец, мы с мужем улетели под веселые напутствия и пожелания.

Дом Астьена, то есть теперь наш дом встретил тишиной. Я прошла в полутемную гостиную, освещенную огнями с улицы. Почувствовала на своей талии сильные руки. Откинулась назад, прислонившись к сильному телу. Горячие губы коснулись нежной кожи за ухом, вызывая дрожь.

- Астьен, - хрипло прошептала я, с неохотой отстранившись от мужа, - Я на минутку.

Быстро забежала в ванну, прихватив с собой один сверточек. Наскоро умылась и облачилась в короткий шелковый халатик.

Вернувшись, я застала Астьена сидящим на диване. Ноги были широко расставлены, руки раскинуты по изголовью. Меня обожгло таким желанием в его взгляде, что моментально подкосились ноги. На ослабевших конечностях дошла до дивана и упала прямо в объятия мужа. Быстро коснулась капельки за ухом, и он оказался в одном белье.

- М-м, - прошептали мне на ухо, - Как ловко, я тоже так хочу.

Демон нарочито медленно откинул назад мою гриву, наклонился и начал своими губами и языком прокладывать дорожки от ключицы и до уха. Пальцы, обжигая кожу, двинулись по бедрам под халатом. Добравшись до лимбы, Астьен так же оставил меня без верхней одежды.

- Великая Мать! Стэфа, что ты делаешь со мной, - он сорвался на хриплый шепот, проводя руками по белому кружеву бюстгальтера. Тонкая ткань трусиков практически не составляла преграды под натиском его желания, я ощущала почти все подробности, но почти - этого мало. Наклонившись, я провела языком по его губам и попыталась проникнуть внутрь. Застонав, мужчина прильнул к моим губам, и теперь уже его язык хозяйничал у меня во рту. Я снова покомандовала его лимбой, лишив остатков одежды. Моя ладошка скользнула вдоль его желания, вызвав очередной хриплый стон.

Зарычав, Астьен вновь нашел мою лимбу и послал приказ убрать облачение. В следующее мгновение он удивленно уставился на меня, белое кружево было на месте. Глаза туманило такое желание и страсть, что я плавилась от одного только взгляда.

- Это мой подарок тебе, - прошептала я тяжело дыша, - Настоящее эксклюзивное белье с Земли, я привезла, когда уходила за Полиной, - в его взгляде отразилось изумление, - Его нужно каждый раз надевать. Но его преимущество в том, что его можно снимать, - и я медленным движением приспустила бретельку с плеча.

Издав какой-то полу стон полу рык, Астьен вновь притянул меня к себе:

- Снимать говоришь? Сейчас попробуем...

Утром меня разбудил поцелуй. Муж был уже собран и собирался уходить:

- Мне нужно в Дом Совета. Досоир вернулся из Лиисаллы. Кажется, у них есть сведения, в каком храме скрывается сама Верховная Осолана. Сегодня начнутся предварительные беседы с юристами. Но тебя пока не будут трогать, отдыхай.

Он снова поцеловал меня. Я поймала любимого за шею, и поцелуй слегка затянулся...

Через полчаса Астьену все-таки удалось уйти, и я решила позавтракать. Устроилась на широком подоконнике, который дом любезно вырастил по моему заказу. Пила ароматный чай с бутербродами и любовалась видами, когда пришла Полина.

Мы проболтали с ней, наверное, часа два, она рассказала о своей свадьбе, которая получилась не очень-то веселой без меня, о том, что они временно живут с Рогнаром в столичном доме его брата. У Рогнара дом в Сент Панте в родовом гнезде, и скоро пара отправиться туда жить.

- Слушай, так мне и не довелось увидеть, каков истинный облик белого дракона, - обиженно протянула я.

- Очень хорош, - тут же отозвалась сестра. Она быстро извлекла свой гловер и раскладывающийся бумажный планшет. Я наблюдала, как под уверенными штрихами появляется красивая морда, могучее тело с распахнутыми крыльями, тяжелый хвост, увенчанный острым шипом. Белые лаковые чашуйки обрамляли фиолетовые глаз.

- Ух, ты, - я была впечатлена, - дракон был как живой, чувствовалась его сила и красота, - Ты тоже такая огромная драконица?

- Нет, - Полина засмеялась, - Я намного меньше. Пойдем в ваш сад, я же обещала показать.

Мы выбежали под тайнары. Этот сад был достаточно древним и разросся под кронами до нескольких сотен метров. Посередине нашлась обширная поляна. Встав на нее, Полина замерла на мгновение, и передо мной появилось чудо. Небольшой с крупную лошадь дракончик. Все в Полине - драконе было изящно, от узкой морды до лап и кончика хвоста. Но самое красивое - это была ее чешуя. Каждая чешуйка, казалось, играет своим цветом, вбирая и отражая самые свежие и сочные краски это мира.

Я тоже обернулась во вторую ипостась и обошла сестричку вокруг, с восхищением проводя по гладким бокам.

- Ты невероятна, от тебя глаз не оторвать!

- Ты тоже, - раздался мурлыкающий бас.

- Слушай, а ты разве не стала белой драконицей как муж?

- Нет, он сказал, что я этот... как там... атрактовый, что ли.

- Атрактовый! - у меня перехватило дыхание,- Ты тот самый атрактовый дракон, появление которого ждут уже двенадцать тысяч лет!

- Ох, Рогнар мне все время что-то такое говорит, но я особо не вникала, пока тебя искали, вообще не до того было.

Я быстро подошла, обняла сестру за шею и поцеловала в гладкую переливающуюся морду:

- Ах, сестренка, как же я тебя люблю. Полетаем?

Вместо ответа прекрасная драконица легко поднялась в воздух. Я с земли полюбовалась на завораживающий сильный полет, расправила свои крылья и тоже взмыла вверх.

Мы с упоением носились под могучими тайнарами этого удивительного мира, который дал нам новую жизнь, любящую семью, истинных возлюбленных и подарил самые настоящие крылья.

Эпилог.

С террасы нашего особняка хорошо просматривалось море. Астьен, лапуля, поддержал меня, и мы переехали из столицы в Линос. У самого берега виднелся замок Михтина и Кириши. А наш дом находился в центре города, и раньше принадлежал родителям моего мужа, собственно, близнецы здесь и родились. Элиана и Тирмиаш лир Аттак постоянно путешествовали и в настоящее время обосновались на Ротэ.

Я влюбилась в море Покоя и в этот городок еще во времена своего первого приезда, но когда увидела дом, я пропала. Светлый просторный, с окнами до самого пола, спланированный как студия - мечта! А вековые тайнары образовывали шикарный сад километра полтора в поперечнике.

Правда, за последние полгода спокойно пожить здесь удавалось мало. Постоянно проходили заседания Большого Совета.

Я усмехнулась, вспомнив вчерашний. Все события, произошедшие со мной в храме, всколыхнули общество Сертаи. Поднялась нешуточная информационная волна. Оказалось, что в храмы против воли были завлечены сотни девушек. Бывшая Верховная жрица Осолана была признана виновной и сослана в маленький отдаленный храм под специальным надзором. Когда зачитали ее приговор, я почувствовала настоящее облегчение, что с этой историей, наконец, будет покончено.

И тут председатель совета лир Пурут объявил слово диса Мирлиша лира Ки-ки-ти.

Этого зеленокожего дракона я хорошо помнила еще с первого своего Совета. Он встал, подошел ко мне и вдруг опустился на одно колено. Я обалдела, не зная как реагировать.

- Уважаемая лирея Аттак, - обратился он ко мне, - От имени всей расы драконов на Сертае выражаю вам глубочайшее признание и благодарность. Ваша храбрость, самоотверженность и любовь вернули в родной мир прекраснейшего атрактового дракона, коим оказалась ваша сестра. Все диссы планеты считают себя вашими должниками и почтут за честь выполнить любую просьбу в любом месте и в любое время, когда вы того пожелаете, лирея. Примите от нас этот почетный знак.

Мне на грудь прилепили маленького серебряного дракончика с изумрудными глазками, который оказался высшей наградой "За заслуги" у драконов.

Я покосилась на Астьена, этот демонюка, судя по довольной улыбке, заранее знал о награждении, а мне не сказал.

Хоть дело и объявили закрытым, три комиссии до сих пор продолжали облет храмов, выявляя жертв деятельности Верховной ведьмы. Двадцать особых борделей были закрыты, и серебряные жрицы распределялись по нормальным храмам.

Моя дорогая Алисиша согласилась стать Верховной. Ее доброта и мудрость без сомнения изменят положения в храмах по всей Сертае к лучшему.

К моей несказанной радости Яниша решилась отпустить свое прошлое и довериться Вогнару. Через пять дней после моего возвращения прилетели и они. Сияющий Вогнар зашел в дом ведя за руку свою нимфу. В первый момент я и не узнала ее, настолько счастье преображает. Они оба как буд-то сбросили тяжкий груз и были очень красивой парой.

Яни возглавила особую комиссию при Большом Совете, которая занималась судьбами обманутых Осоланой жриц. Все родственники или потерявшиеся возлюбленные в поисках девушек обращались именно в эту комиссию. Если имя девушки обнаруживалось среди жриц, то Яниша лично сама связывалась с ней. Выбор оставили за жрицами, вспомнить, хотя бы, как сама Яни боялась прошлого или огласки. Многие девочки предпочли остаться в храмах, но были и воссоединившиеся пары.

Я начала активно пользоваться дедовой фермой и программировать облачение на лимбочках. У меня даже появилась первая ученица. Все чаще на женщинах можно было видеть не стандартные комбинезоны, а стильные и модные вещи.

Стукнула входная дверь, отвлекая меня от раздумий, кажется, вернулся мой синеглазый демон.

- Привет, любимая, я скучал, - проворковал он, нарочито медленно приближаясь ко мне.

- И я, - ответила я, заставляя свою лимбу облачить меня в то самое короткое черное платье, которое получилось у меня при первой ее примерке.

- М-м-м, то самое платье. Когда увидел тебя в нем первый раз, думал, с ума сойду.

- А я решила тогда, что ты на меня рассердился.

- Я был близок к тому, чтобы схватить тебя и сделать своей там же на ковре.

- Уау, какая страсть. На ковре? А это мысль...

Мои губы накрыл жаркий неистовый поцелуй:

- А что у тебя было тогда под платьем? - Астьен выпустил хвост и вместе с руками заставлял меня выгибаться от наслаждения и все возрастающего желания.

- Тогда ничего не было, - между поцелуев прошептала я, - Но сегодня...

Изучив своими умелыми губами красный шелк и доведя меня до исступления он хрипло выдохнул:

- Каждый день новое, это невероятно...

- Моей фантазии хватит на все шесть тысяч лет, если я прямо сейчас не умру от желания!

В тот же миг я почувствовала, как любимый заполняет всю меня, всю без остатка, все мое тело, всю мою жизнь, все мое сердце, всю мою душу.

И мир взорвался фейерверком тысячи огней...

Content

Сухова Екатерина Михайловна
Обрести крылья

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30