Михаил Ланцов

Погранец повышенной проходимости

© Ланцов М., 2016

© ООО «Издательство «Яуза», 2016

© ООО «Издательство «Э», 2016

Пролог

Виктор всегда считал себя везучим.

Бедная семья и тяжелое детство не помешали ему поступить на бесплатное отделение в престижный московский вуз. Факультет радиоэлектроники и лазерной техники, конечно, не был пределом мечтаний, но вполне оправдывал его ожидания. С таким образованием не пропадешь. А потому Витя исправно, со всем возможным рвением, вгрызался в гранит науки, словно бурундук в печеньку. Итог закономерен – красный диплом бакалавра и поступление в магистратуру.

И все бы шло хорошо, если бы не одна маленькая слабость – женщины. О да! Виктор их любил, а они, что самое интересное, как правило, отвечали взаимностью. Что свободные, что замужние. Был в нем какой-то шарм, манящий представительниц слабого пола, словно яркий свет мотыльков. Энергетика, харизма. Ну и внешность подходящая.

Так вот. Пока наш «юный падаван» законопослушно охотился на студенток, аспиранток и прочих «молодых и свободных», все складывалось как нельзя лучше. Даже скандалы как-то умудрялся заминать, оставаясь в хороших отношениях со своими бывшими пассиями. Но ему этого было мало. Хотелось пощекотать нервы. Поиграть с огнем. Вот Витя и оказался застукан в постели Ирины – юной прелестницы, которая совмещала в себе должность парадно-выходной супруги молодящегося из последних сил ректора и любовницы начальника городского комиссариата. Аккурат за пару недель до защиты дипломной работы…

Не то чтобы Виктор планировал уклоняться от призыва. Нет. Он и в магистратуру не очень хотел идти, считая, что нужно «сбегать» в армию, «по-быстрому» отслужить и идти уже заниматься нормальными делами, а не груши околачивать в вузе. Но все равно неприятно. Ведь получается, что это не он сам, а его, и в качестве наказания. Тем более что «забрили» его не в школу сержантов радиотехнических войск, а в пехоту, простым солдатом в обычную мотопехоту. Уж военком постарался. Причем не где-нибудь, а в Сибири.

У-у-у! Сайберия! Водка, балалайка и брутальные мужчины в ватниках и шапках-ушанках, доедающие медведя… живьем… По крайней мере, именно так шутили парни, отправляясь туда по распределению.

Но и в этой ситуации Орлов не растерялся. Показал себя в ходе КМБ[1] и поехал учиться на сержанта. Не по профилю, конечно. Но тоже ничего. Все лучше, чем простым бойцом плац топтать. А потом началась служба, которую Виктор потом не раз вспоминал с блуждающей улыбкой на лице. Непыльная должность при штабе бригады[2] давала массу свободного времени. Хочешь – по бабам бегай, хочешь – подрабатывай. Что, собственно, он и делал, совмещая.

Однако случилось непредвиденное. Просто беда. Буквально за неделю до дембеля к нему заглянул «на огонек» старый знакомый – майор-пограничник. Как-то пересеклись с ним в штабе бригады, языками зацепились, с тех пор и приятельство поддерживали. Лишь позже выяснилось, что майор целенаправленно присматривался к кандидатам на вербовку, занимаясь своего рода межведомственной «охотой за головами». Так вот. Подошел он, значит, к Виктору Ивановичу и поведал со всей своей «пролетарской совестью», что негоже помогать боевым товарищам в обзаведении потомства. Даже когда они на дежурстве, а их жены скучают дома. Сами справятся, ибо дело это интимное, семейное, но никак не общественное. Тем более при таком размахе. Это ведь Витя не одному и не двум офицерам «рога наставил» с последствиями. Что там полагается за такие «успехи»? Медаль «отец-героин»? Нет, конечно, оказаться папой сразу толпы детишек Орлову было бы приятно. Только вот что делать с мужьями тех девиц, он не знал. Совсем. Да и как прокормить такую ораву, ежели его обложат алиментами, тоже. Поэтому подписал он контракт на сверхсрочную службу в пограничных войсках чуть ли не с радостью в глазах. А куда деваться? Предложение, которое ему сделали, было из разряда тех, от которых не отказываются. Даже несколько лет жизни, проведенные на какой-нибудь Богом забытой заставе где-нибудь в Алтайских горах, и то выглядели интереснее встречи со «слегка» рассерженными мужьями. Впрочем, именно в такое глухое место он и попал. А что? Кто-то должен был и там служить. Особенно в таких обстоятельствах…

Прошло два года.

Виктор перевернулся на другой бок и вновь уперся в свой фаблет[3], читая очередной том фантастики, благо что ее легко можно скачать в Интернете. А что еще делать в этом богом забытом месте? Скучно. Безумно скучно. Да, конечно, он не тратил время зря и старался развиваться. Однако не больно-то тут и развернешься. Вон уже даже верхом нормально ездить научился, хотя оно даром было не нужно. Хорошо, хоть «наниматели» не обманули. Вчера звонили. Обещали через месяц направить на офицерские курсы. Ну, или чуть дольше – как замену найдут в эту глушь…

– Застава! Подъем! – раздался зычный голос дежурного…

В легкой полутьме стоял худощавый мужчина возле небольшого шара и с живейшим интересом наблюдал за происходящими событиями. Вот стрелковое отделение Орлова пробирается по горной тропе, преследуя нарушителей. Фантомы, разумеется. Ага. А вот начинается совершенно неожиданный обвал, который едва не накрывает людей, и Виктор отпрыгивает в ближайшую, так удачно подвернувшуюся пещеру. Ее засыпает… И все. Ловушка захлопнулась.

– И зачем тебе все это? – совершенно внезапно возник голос Ариэль.

– Хочу немного пошутить… – чуть вздрогнув, ответил Локи.

– Глупая шутка. Ты надеешься с ее помощью спровоцировать демиурга?

– Попытка не пытка, – пожал плечами Бог обмана и озорства.

– Какая она по счету? – усмехнулась Богиня любви.

– Я уверен, что демиург все еще наблюдает. Сами мы открыто вмешаться и поставить этот мир на уши не можем. Сама знаешь. Но если привести смертного…

– Так приводил уже. И что толку? Они у тебя в основном дохнут как мухи.

– Но некоторые живут долго. Предпоследний экземпляр так и вообще умер своей смертью.

– Забившись в угол и тихо коротая дни.

– Но этот не такой.

– В самом деле? – усмехнулась Богиня. – Ах да… иногда забываю, чему ты покровительствуешь.

– Хочешь поспорить? – лукаво улыбнулся Локи.

– Только не с тобой, – фыркнула Ариэль.

– Ты же знаешь, споры я никогда не проигрываю.

– Пока не проигрывал, – поправила его дама, напоминая, что демиурга он так и не смог вывести из равновесия.

– Что поделать, – театрально развел руками Локи, игнорируя намек, – пока мне везет. Хочешь уличить в сговоре со мной Эль-Сари?

– И что ты намерен делать дальше? – спросила, проигнорировав его вопрос, Ариэль.

– А ничего. Просто наблюдать. Хочу посмотреть на то, как наша подопытная мышка себя проявит…

Тем временем Виктор, осторожно пробираясь в кромешной мгле с помощью фонарика, нашел выход. Вывалился на свежий воздух и замер в ступоре. Все было не так. И деревья, и трава, и небо, и ручей… вообще все. Словно он по этой короткой пещере смог пройти от горного Алтая до какого-нибудь Брянска или Тулы.

Пару минут ему потребовалось, чтобы осознать обстановку, очень необычную, надо сказать. Потом Виктор резко развернулся, намереваясь бежать обратно. Но за спиной мирно лежал покатый склон холмика вместо скалы. Не говоря уже о пещере. Даже следы его обрубались, словно он прямо с неба упал на землю именно в этом месте.

– Приплыли, – тихо сказал сам себе Виктор…

Часть I

Вежливый мужчина

А д м и р а л: Так что же вы думаете, мистер Додж?

Д о д ж: Я думаю, что получу по заднице, сэр.

А д м и р а л: Не будь таким книжным! К черту все! Забудь про устав! Думай, как пират! Мне нужен мужик с татуировкой на!.. Я нашел такого мужика?

Д о д ж: По странному совпадению, да, сэр.

к/ф «Убрать перископ»

Глава 1

Проверив связь по рации и фаблету, Виктор как-то приуныл, ибо ее не было вообще.

«Куда же я попал?» – подумал он, начав устраиваться на ночлег недалеко от места, где появился. Разложил костер. Затеял ужин. Правда, решил не начинать три комплекта ИРП[4], лежавших в рюкзаке. Черт его знает, насколько он застрял в этой дыре. Они могут еще пригодиться. Поэтому перекусил парой «сникерсов», которых по привычке прихватил изрядно.

Тут нужно отметить, что эти легкие, компактные и очень калорийные батончики использовала вся застава, получая за положенные им ИРП на складе деньги. Неофициально, разумеется. И получалось недурно. А главное – лишний вес тащить не приходилось. Конечно, долго на таком рационе не просидишь, но походы не так часто, так что мало кто отказывался. Поговаривают, что первыми такой метод открыли боевики в Чечне, предпочитая брать максимум боеприпасов вместо продовольствия. И оттуда тема потихоньку расползлась по таким вот окраинам.

Так что и в этот раз, тяжело вздохнув, Витя принялся жевать приторно сладкий батончик, запивая водой из фляжки. После спалил обертку и завалился спать у костра в надежде, что утром это наваждение пропадет и он сможет попытаться вернуться домой…

Утро принесло только легкий туман. «Труп» последней надежды и констатацию факта – он попал. А куда – одна Кхалиси[5] знает. Ну, или кто еще из волшебных чудиков. Почему волшебных? Потому что с точки зрения здравого смысла и физики объяснить произошедшее он не мог.

Виктор, конечно, расстроился, но отчаиваться не стал. В конце концов, он жив и здоров, а могло и камнями завалить. Да и не впервой ему из переделок выбираться.

Еще раз попытавшись связаться со своими, он провозился минут тридцать. Но безрезультатно. Спутники и вышки мобильной связи как будто под землю провалились. Радиоэфир был пуст, и лишь редкое потрескивание атмосферных помех убеждало его в том, что рация исправна. Осмотрелся. Покрутил на фаблете карту местности, где проходил его отряд, но ничего даже отдаленного на подобную долину не нашел.

– Как это мило… – раздраженно прошипел Виктор. – Куда же я попал?..

Если бы он был не один, то да, возможно, получилось бы выпустить пар и раздражение от странной ситуации, но… вокруг только лес. Разве что улитку какую или лягушку ловить да высказывать ей в сердцах все, что ты думаешь об этой истории. Поэтому, взяв под контроль свои эмоции, Виктор остыл и как-то сразу протрезвел. Ведь эмоции хуже водки и наркотиков иной раз затуманивают разум людей. Вот и сейчас – как только успокоился, сразу пришел здравый подход к делу. Попал? Попал. А раз попал – нужно выбираться. Что для этого главное? Правильно. Выжить. Это раз. Понять, куда тебя занесло. Это два. И не вляпаться ни в какие местные разборки. Это три. Так что, проглотив еще один сладкий батончик, он занялся ревизией того барахла, что он тащил с собой.

Автомат, пистолет, куча патронов, продовольствие, нож… и многое другое[6]. Однако самым ценным, кроме недельного запаса продовольствия, оружия с боеприпасами и аптечки, был фильтр для очистки воды. Специально приобретал в свое время, чтобы покрасоваться перед коллегами[7]. Это только в сказках бывает, что, попадая в какой-нибудь глухой край, можно спокойно пить воду из ручья. Дескать, она чистая. Ага. Только уберет тот труп какого-нибудь оленя выше по течению или еще какую-нибудь гадость и сразу станет чистой. Отчего, кстати, в реальных Средних веках и античности аборигены предпочитали пить либо какую-нибудь бурду с небольшим содержанием алкоголя, либо напитки в духе молока. Подметив, что от алкоголя, смешанного с грязной водой, отравлений меньше, чем от грязной воды просто. Поэтому с помощью этого чудодейственного зелья питие и обезвреживали. Оставалось еще молоко и прочие подобные продукты. Да, такие напитки можно было пить так, без предварительной обработки. Но только в парном виде, пока они еще не успели испачкаться. Да и с возрастом оно не всеми нормально усваивалось, помогая иной раз облегчить кишечник похлеще грязной воды. Так что, по роду службы, часто сталкиваясь с такими нюансами, Виктор посчитал фильтр для воды самым ценным своим имуществом в сложившейся ситуации.

Впрочем, мы отвлеклись. Завершив беглый осмотр имущества, Виктор еще раз вздохнул и решил спускаться вдоль ручья вниз по течению. Мало ли – дорогу встретит или поселение. Да и к источнику воды поближе. Не сидеть же на попе ровно, пока еда не кончится?

Сказано – сделано.

Надев под шлем тонкую «балаклаву»[8], дабы спастись от мошкары, вечно лезущей в лицо, он надвинул на глаза очки и двинулся вперед. Не очень удобно. Жарко. Но что поделать. Еще не хватало от какой-нибудь летающей гадости заразу подцепить. Места-то незнакомые. Кто его знает, что тут летает… и зачем. Кроме того, спешить особенно было не нужно. Иди себе не спеша по невысокой траве, укрываясь от солнышка в тени деревьев. Благо берег без буераков, да и лес просматривается далеко.

Пока шел – посматривал по сторонам.

Нет, конечно, Виктор никогда не был большим знатоком ботаники, однако деревья и кустарники, что ему встречались, он никак не мог опознать. Ну, как не мог. Елка и елка. В смысле хвойное что-то. А вон то лиственное. Только ни за что знакомое глаз никак не мог зацепиться. Словно оказался на другом континенте, где совсем иная флора. С живностью дела обстояли получше. Но лишь потому, что Виктор в ней разбирался еще хуже. Ну белка и белка. Шустрая мохнатая хрень, лазающая по деревьям, – вот и вся порода в его понимании.

Незаметно для него прошел день.

Несколько привалов, на которых он экономно «грыз» батончики и думал о своей судьбе. Пытался, по крайней мере. Потому как вопросы кружили вокруг его головы, словно стая назойливых комаров, никак не желая упорядочиваться в систему. И что самое примечательное – ни на один из вопросов не получалось ответить. Вообще. Даже на самый глупый. Скорее наоборот – каждый из них, словно редкостный вредитель, порождал еще с десяток своих товарищей.

Вечер входил в свои права, и Виктор уже собирался устраиваться на ночлег, когда до него донесся аромат костра. Да, да. Именно аромат, иначе он оценить его и не мог. Ведь костер могли жечь только люди. То есть «то, что доктор прописал». Ибо блуждать по глухим лесам – немного не то, о чем он мечтал всю свою жизнь. Конечно, это могли быть и какие-либо злоумышленники, но маловероятно. Участок границы у него был тихий. Там даже если кто и нарушал, то какой-нибудь дикий пастух, случайно попутавший меридианы…

«Хотя стоп, – пронеслось у него в голове. – Какой границы? Я ведь в какую-то… попал».

Всего каких-то пять минут рефлексий, и он сообразил, что подходить к людям надо, не радостно крича и размахивая руками, а предельно осторожно. Кто их знает? Может, там либералы или того хуже. Хотя, с другой стороны, что может быть хуже? Поэтому, точно определив направление и ступая так, чтобы даже ветка не хрустнула, Витя двинулся вперед, стараясь держаться против ветра. Дабы тот сносил в сторону звуки и запахи. Ну и деревьями пользовался…

Когда Виктор достаточно близко приблизился к неизвестным – ему стало как-то не по себе, потому что компания выглядела более чем странно.

Во-первых, костер. Разве честные люди будут его так прятать? А тут горел, весьма скромный, да еще в ямке.

«От кого они прячутся? – подумал Орлов. – На ярых борцов из числа «зеленых» не похожи. Странно. Очень странно».

Во-вторых, одежда. Грязная, грубая ткань. Рубище. Много заплаток. Местами ободранные, разлохмаченные края.

«Прямо модники… – мысленно усмехнулся Виктор. – Тут явно чувствуется рука известного модельера из числа авангардистов. Такая же безвкусица. Интересно, сколько они за это рванье денег отдали?»

Кроме того, от странных субъектов ощутимо несло таким «амбре», что Орлов только у самых матерых бомжей имел возможность вдохнуть. Да и то – по большому блату в жаркий летний день.

Под стать образу были и «железки», чем-то неуловимо напоминавшие Средневековье. Грубое, кустарное. Даже жареное мясо с вертела отхватывали какими-то чудовищно убогими ножами.

«Ролевики, что ли? – фыркнул про себя Виктор. – Откуда они тут взялись?» – Но не стал спешить с выводами, решив понаблюдать да послушать. А потому стал приближаться дальше.

Эти мужчины разговаривали не таясь. Он прислушался. Тарабарщина какая-то. Поначалу Витя подумал, что это проблема местного произношения. Так иногда бывает – на первый взгляд бред, а потом прислушаешься – и все нормально. Однако, по мере того как он подползал, речь внятной не становилась. Ни слова не понятно. Вообще. Бред какой-то. Конечно, он не лингвист, но на слух мог довольно приличный спектр языков идентифицировать. Что европейских, что азиатских. На границе на всякий случай обучился. А то, бывало, и с Непала какого гости заглядывали. Редко, но бывало. Вот и готовился, дабы лицом в грязь, как говорится, перед начальством не упасть.

Шли минуты. Виктор слушал и наблюдал. Но чем дальше он выжидал, тем меньше ему хотелось идти знакомиться. Что только усугублялось полным отсутствием следов цивилизации. Ладно, надели костюмы и сидят на природе с аутентичным инвентарем. Но ведь какие-то средства связи нужно прихватить? Лекарства? Да и зубы. Их у многих не хватало, а оставшиеся гнили бурно и цветисто. Так, словно стоматолог им был явно неизвестен.

Час, наверное, Орлов лежал за старым поваленным деревом и наблюдал, выглядывая сбоку, в путанице корней, внимательно подмечая все детали. Нет. К кому-кому, а к этим парням он точно не пойдет…

Поэтому он плюнул и начал аккуратно отползать. Но как в такие моменты и бывает – произошло непредвиденное: на лагерь этих странных людей напало какое-то чудовище. Иначе и не скажешь. Да, гуманоид, но пяти метров «в холке». Очень коренастый. Крупные черты лица с явными признаками полного отсутствия интеллекта. Никакой одежды нет, если за таковую не считать весьма густую и длинную шерсть с кусками какого-то мусора и комками невразумительной дряни. Зато в руках дубина – длиной метра три, не меньше. Да и диаметром изрядна.

Все закончилось очень быстро.

Несмотря на свои габариты, ночной гость двигался на удивление быстро. Мужчины попытались вскочить, дабы отразить нападение. Но не тут-то было. Взмахом дубинки от отправил троих на край полянки. Переломанными, разумеется. Еще взмах. И бойцов осталось только двое. Оценив свои шансы, они попытались спастись бегством, но, на свою беду, отправились в забег очень кучно. Шагов через пять-шесть их нагнала огромная дубина, сбив, как кегли.

Минуты полторы отделяли жизнь от смерти этих незадачливых путешественников. Не больше.

По большому счету это нападение Виктора не касалось. Передрались и передрались. Их дело. Но очень уж опасным выглядел ночной гость. Так ведь и его прибьет, придя ночью «на огонек». Поэтому Орлов вскинул автомат[9], переключился на одиночные, передернул затвор и громко свистнул, привлекая внимание. Великан отреагировал ожидаемо – повернулся всем корпусом в сторону шума с явным недоумением на лице. Но ничего не успел понять или предпринять – пуля калибра 5,45 мм вошла ему аккуратно в глаз.

Громила даже сразу и не понял, что уже умер. Так, чуть-чуть вздрогнул от толчка в голову. И лишь спустя несколько секунд как-то нехотя осел на колени и упал лицом прямо в костер. Заливая тот обильно потекшей кровью.

– М-да… – тихо произнес Виктор и направился к месту боя, надеясь оказать помощь хоть кому-то из пострадавших. Однако не выжил никто. Очень страшные раны – открытые переломы, обильная кровопотеря.

Орлову же оставалось только поужинать жареным мясом и завалиться спать.

Беспечность? Может быть. Но какой у него был выбор? Бдеть всю ночь? Ради чего? Громила явно пришел один и теперь лежал в центре поляны, отпугивая от нее всех возможных конкурентов своей чудовищной вонью. Так что, разместившись поближе к вонючему трупу, Витя заснул, посчитав, что сюда точно не полезет зверье.

Так и вышло.

И ладно сюда. Даже к разбросанным по поляне телам никто, кроме мух, не подступился.

Поэтому, позавтракав остывшим жареным мясом, Орлов принялся за дело. Ему предстояло понять – кто эти люди и откуда. По большому счету он цеплялся за надежду найти рациональное объяснение произошедшему или хоть какие-то следы современной цивилизации. Но тщетно. Немного кустарно сделанного оружия. Видавшая виды кольчуга, с дырами, явно появившимися перед смертью предыдущего владельца. Ну и куча всякой мелочи.

Особенно Виктора привлекли монеты – никогда подобных не видел. И да – язык непонятен. Но разбираться он не стал. Нет и нет. Не самая страшная проблема.

Поразмыслив, он пришел к выводу, что нужно гарантированно зачистить свой тыл от подобных сюрпризов. Поэтому, прихватив подобранную мелочовку, он отправился по следам ночного гостя. Благо такая масса впечатывала грунт основательно, и не заметить их мог только слепой.

Идти пришлось недолго. Час, может быть, чуть больше.

Следы уходили в глубокий и просторный овраг, явно пробитый весенними водами. А там, внизу, притаился внушительных размеров вход в нору, зажатый со всех сторон хламом. Натуральные горы костей и экскрементов! Ну а что? Все как у людей. Ничего необычного.

Виктор остановился и прислушался.

Было тихо. Не считая, конечно, обычных лесных звуков и назойливого жужжания мух в этой рукотворной клоаке.

Выдержав добрую минуту, он едва заметно пожал плечами, включил тактический фонарик, закрепленный под стволом его автомата[10], и осторожно стал продвигаться в жилище крупногабаритного аборигена.

Амбре там стояло такое, что глаза натурально щипало. Даже повязка на лице не могла его приглушить хотя бы немного. На полу то и дело попадались обглоданные кости с фрагментами мяса, обрывки одежды, какие-то мелкие предметы.

«А малыш-то людоедом, оказывается, был», – присвистнул про себя Виктор, аккуратно перешагивая какой-то по счету человеческий череп.

Идти пришлось недалеко. Буквально через полсотни метров крупногабаритная нора превращалась в просторную пещеру, в потолке которой даже имелось небольшое отверстие, через которое и поступал свежий воздух. Ну и чуток света.

Виктор осмотрелся.

В углу находилась лежанка. В другом – куча небрежно обглоданных человеческих костей. Или гуманоидных, точнее Витя сказать бы не смог. Потому что одна Кхалиси знает, кто здесь водится.

Более детальный осмотр помещения показал, что весь пол усыпан не только останками людей и животных, но и всякой мелочью вроде монет, пуговиц, заколок и так далее. Бросать такие находки – расточительство. Особенно когда ты в незнакомых краях без гроша в кармане. Пришлось нашему герою поползать, аккуратно все собирая в этом кошмарном месте. Лишь к полудню удалось выйти на свежий воздух, от которого даже голова слегка закружилась…

– Да, дела… – произнес Виктор, обращаясь сам к себе. – Куда же я попал?

В голову лезли разные мысли, одна дурнее другой. Все происходящее явно намекало на фантастику, однако верить в нее не хотелось. Совсем…

Как ни странно, но дурные мысли победила вонь. Очень уж от него разило, что явно бросалось в глаза по контрасту со свежим лесным ветерком. Пришлось идти к ручью и приводить в порядок себя и свою добычу…

А пока мыл – думал. Монет было много, хотя новых среди них не наблюдалось. Все затертые. Что говорило о том, что их используют по прямому назначению, а не просто как игрушки время от времени носят. Ладно, то, что надписи он прочесть не может, – не беда. Мало ли? Но и чеканка явно примитивная. Чем-то напоминает античные или монеты Средневековья, виденные им не раз в музеях. Те же уродливые рожи и невнятные каракули. И на шутку все это совсем не похоже. Вон сколько трупов. С таким не шутят…

Глава 2

Прошло три дня с того момента, как Виктор оказался в этом странном лесу.

После той «дивной» встречи в лесу все шло довольно спокойно и размеренно. Птички поют. Солнышко, сволочь, светит. Могло бы прибрать яркости. Ручеек журчит. Не поход – сказка. Только одна беда – признаков цивилизации на горизонте как не было, так и нет.

Конечно, во время службы Вите приходилось читать фантастические романы о том, как люди попадали в другие миры или эпохи. Иногда он даже ставил себя на их место, прикидывая, что бы сделал сам. Но одно дело читать о таких приключениях, и совсем другое – вляпаться в оное по самые ягодицы. А то и глубже. Тем более что, положа руку на сердце, участвовать в очередном героическом путешествии «попаданца» ему не хотелось совершенно. Привык он к благам цивилизации, да и туалетная бумага потихоньку заканчивалась…

Вот так, идя и обдумывая историю, в которую вляпался, он шел вдоль ручья. Лес потихоньку становился реже. Все чаще стали попадаться полянки. А к обеду так и вообще он вышел к небольшому притоку ручейка. Едва заметному. После него начиналось поле – огромное, слегка холмистое и уходящее вдаль настолько, насколько хватало взгляда. Разве что вдоль ручья то тут, то там продолжали «всплывать» небольшие «пучки» деревьев, разделенные чем дальше, тем большими разрывами.

В очередной раз, взобравшись на дерево и осмотревшись с помощью бинокля, Виктор не обнаружил ничего интересного. Дикая природа, больше напоминавшая Тульскую область, чем Алтай. Преобладание лиственных деревьев. Мягкие грунты. Лесные массивы перемежаются большими просторными полями. Но это полбеды. С тем, что Орлов вляпался в какую-то неприятную историю, он уже смирился. В сущности, Виктора все больше и больше волновало то, что он никак не мог найти никаких следов развитой цивилизации. Ни дорог, ни электрических столбов, ни жилья. Вообще ничего. Даже какой-нибудь брошенной покрышке от автомобиля он сейчас бы обрадовался просто до слез. Или окурку…

– Плохо, очень плохо, – бросил он сам себе, спускаясь на землю. Но идти дальше не решился. Нужно было нормально отдохнуть и привести себя в порядок. То есть сделать большой привал. Да и ручей тут разливался с пологим каменистым спуском, располагая к этому. Поэтому весь остаток дня Виктор мылся, брился, сушился, чистил оружие и отдыхал, млея у костра. В конце концов, спешить уже было некуда…

На ужин Виктор наловил десятка три довольно крупных двухстворчатых моллюсков в ручье. Гадость, конечно. Но белок. Да и носимый провиант позволяет поберечь. Когда еще пополнить запасы получится?

Ночь прошла хорошо, тихо. Если не считать за беспокойство настоятельные домогательства самок комара, что не отставали от него с предложением любви и ласки до самого утра. Только лишь туман смог их немного разогнать.

Утро же принесло сюрприз. Навернув новую порцию пресноводных «устриц» на завтрак, Орлов полез в который раз осматриваться. Мало ли, диспозиция за ночь изменилась? Или вчера от переживаний он чего не разглядел? Бензоколонку там или свалку. Любой островок разумной жизни. Да и вообще – без разведки не дело выступать. Но то, что предстало перед взором Виктора, поразило его до такой степени, что он даже присвистнул, едва не свалившись с сука.

Вдали, километрах в пяти, двигалась группа людей. Десяток или около того, с такого расстояния толком не разглядеть, даже несмотря на бинокль. И это было бы мелочью, если бы от них не отставала на пару сотен метров натуральная толпа в пару сотен «лиц». Но главное – бежали они строго на него, то есть к месту стоянки.

Нет, конечно, Виктор хотел выйти к людям. Однако это место и время встречи выглядели очень подозрительно. Вряд ли ему обрадуются. А принимать бой, ввязываясь в какую-то местную разборку, ему очень не хотелось. Да, у него в активе были автомат с шестью сотнями патронов, да пистолет с сотней, да почти десяток гранат. Так что теоретически он мог положить всю эту толпу. Только зачем?

Однако срываться и поспешно отступать в глубь леса Орлов не стал, решив аккуратно обустроиться в кустиках на опушке. Само собой, чуть в стороне от замеченного им вектора движения гостей. Благо что его экипировка обладала прекрасными камуфляжными свойствами. Да и сам он кое-что умел в плане маскировки. Пограничник, как-никак.

Улегся. Достал из подсумков пару магазинов на случай боя. Перевел автомат в режим одиночных выстрелов. Передернул затвор. И затих.

Обе группы двигались довольно энергично. Этакой рысью.

И чем ближе они подбирались, тем больше смущали своим видом.

Первый отряд, который Виктор уже окрестил «белым» из-за светлых тонов снаряжения и длинных светло-пшеничных волос, выбивавшихся из-под шлемов, выглядел очень изящно. Стройные тела, явно астенического типа. Рост под метр восемьдесят, плюс-минус. И доспехи. Очень интересные, а главное, качественно сделанные латы, навевающие какие-то мотивы в духе «Властелина колец». Но не сильно. За плечами у всех виднелись луки. На поясах мечи и кинжалы. Их качество оценить было сложно, но вряд ли хуже доспехов. Открытых участков тела, считай, что и нет. Даже кисти в тонких кожаных перчатках.

Второй отряд стал соответственно «черным». Ребята были того же роста, но костью явно шире, да и крепкая мускулатура явно имелась в наличии. А вот с доспехами все было очень плохо. Большая часть бойцов вообще на себе имела только грязный, почти черный стеганый халат, перетянутый широким поясом. И все. Ни шлема, ни обуви. Лишь десяток гордо несли поверх таких же засаленных тряпок видавшую виды кольчугу. Волос на лице нет – черепа у всех выскоблены налысо. Лица простые, грубые, с крупными чертами. Кожа странного оттенка, больше напоминающая зеленоватую болотную жижу. Может быть, от грязи, а может, и от природы. Кто их знает?

Обе группы двигались молча, стараясь не сбивать дыхания. Виктор даже засмотрелся на эту ритмичность и слаженность. Спортсмены не спортсмены, но ребята явно сильно мотивированы и неплохо тренированы.

Но вся эта легкоатлетическая идиллия рассыпалась в прах буквально метров за сто до леса. Орлов уже и дух перевел, отметив, что вся эта гоп-компания пробежит в двадцати-тридцати метрах от него, благополучно скрывшись в лесу. Но не тут-то было. То ли «черные» чего испугались, то ли им бегать надоело. Однако один из тех персонажей, что имел кольчугу, вдруг сорвал с груди какой-то амулет и с невнятным выкриком бросил его на землю. Результат не замедлил себя ждать – «белые» хором споткнулись и покатились кубарем по земле. Но ловко так. Да и вскочили споро. Хотя дальше уже не побежали, ибо парочка явно хромала. Видимо, ногу потянули от неожиданности.

В общем, развернулись они в шеренгу, выхватили луки и встретили преследователей так, как полагается честным людям – градом стрел. Которые, как это ни странно, очень быстро закончились. В кинофильмах обычно все не так. Там и револьверы стреляют без перезарядки несколько часов, и лучники с жиденьким колчаном выбивают сонмы врагов. А тут минуты полторы не прошло, и все кончилось.

Потом пятеро «белых» просто и незамысловато метнули в нападающих огненные шары. Ну, или что-то похожее. От удивления Виктор даже челюсть уронил. Магия? Точно магия? Не спецэффекты? Все сомнения развеялись, когда эти необычные сгустки огня влетели в толпу, поджигая «черных» не хуже огнемета. А за ними полетели еще, еще и еще. И так до тех пор, пока дистанция не оказалась слишком маленькой для таких игр, и пришлось хвататься за мечи.

Схватка пошла горячо и энергично. Отличаясь от преследования массой звуков, явно матерного содержания. Орлов не понимал ни слова, но на всякий случай старался запомнить самые приятные для уха обороты. Это не высокий слог, это обязательно пригодится.

Важным моментом всего боя стало то, что «белые» не стояли «нерушимой стеной», а работали очень гибко и мягко, оперативно отступая, дабы не допустить окружения.

Чувствовалось, что и подготовка у них на голову выше, и доспехи не из картона. Но чудовищное численное преимущество сложно компенсировать. То один, то другой «белый» падал под ударами наседающих противников. И ему уже не давали подняться, добивая. Чтобы наверняка. Но и сами «черные» гибли с невероятной скоростью…

И вот, когда против двух десятков оппонентов остался только один «белый», боец решил, что пора и честь знать. А потому развернулся и бросился бежать со всех ног. Да не куда-нибудь, а в сторону лежанки Виктора. Старший сержант, как и раньше, предпочитал не вмешиваться в местные разборки, по крайней мере, пока не начнет понимать происходящее. Кто его знает, кто у них правый, кто виноватый… Поэтому Витя постарался буквально замереть и вжаться в землю, дабы бегуны не заметили его замаскированную тушку. На что были все шансы. Вдруг беглеца убьют раньше или он, как заправский заяц, резко сиганет в сторону, меняя траекторию движения?

Однако не судьба. Когда уже оставалось шагов десять, «белый» бегун, явно жутко уставший, зацепился ногой за кочку и ласточкой полетел на землю. Даже чудо как он успел сгруппироваться и приземлиться словно кошка – «на четыре ноги». Но шлем слетел, и… глаза Виктора встретились с широко распахнутым взглядом девицы. Да, да. Именно так. Девицы.

Спустя пару секунд он открыл огонь, инстинктивно стремясь защитить девушку от нападающих. Случись это не так спонтанно, может быть, и сдержался. А так… он просто аккуратно выжимал спусковой крючок, улучшая вентиляцию черепным коробкам преследователей. Благо с десяти-двадцати метров это было совершенно не сложно. Хорошо еще девушке хватило ума прижаться к земле и зажать руками уши. А могла и запаниковать, заметаться. Небось не каждый день у нее поверх головы стреляют из автомата, пусть и одиночными.

Затвор ушел на задержку… и вместе с тем последний из преследователей, бодро пораскинув мозгами, упал на траву.

«Вовремя», – отметил Виктор и наработанным до автоматизма движением сменил магазин. «Эх… знать бы, куда вляпаюсь, больше бы патронов прихватил…»

Он встал и осмотрелся.

Кое-где постанывали раненые. «Белые» явно старались не столько убивать, сколько минусовать клинки, всеми правдами и неправдами сокращая чудовищное численное превосходство. И что делать с ними, Орлов не знал. По всему выходило, что добивать. Но это как-то не укладывалось у него в голове. Хотя брать в плен и возиться с такой толпой казалось еще более диким занятием.

Тяжело вздохнув, он подошел к девушке, которая как упала на землю, так и не шевелилась.

Присел.

Проверил пульс. Кто его знает, как местные реагируют на огнестрельное оружие? Может, от разрыва сердца умерла? Но нет, жива. Вон и зашевелилась. Пытается сесть. Помог. Благо что девица очень легкая. Даже удивительно. Сидит, вся такая чумазая. Лицо мокрое, грязное.

Достал фляжку.

Куда и делась былая слабость? Вцепилась и с каким-то остервенением, жуткой жадностью выпила все до последнего глотка. Потом как-то виновато посмотрела на Виктора и вернула емкость.

«Да уж… дела… сколько же она не пила?» – пронеслось в голове у Орлова, и он, хмыкнув, достав из рюкзака ручной фильтр, направился на ручей за новой порцией чистой воды. А когда вернулся – вздрогнул. Грязь и ссадины куда-то пропали с лица девушки. Даже волосы больше не выглядели спутанными. И хоть ручей находился буквально в трех шагах, это ничего не объясняло. Ведь она сидела на том же самом месте, что и раньше. Видимо, даже не пытаясь встать.

Чуть помедлив, он вновь протянул ей фляжку, которую она охотно приняла. Но отпила всего несколько глотков и без прежней спешки. А Виктор только сейчас обратил внимание на ее внешность. Весьма изящное, утонченное лицо с нежной, чуть кремовой кожей и большими, живыми глазами янтарного цвета. Да чего уж там – практически золотыми. Но это мелочь по сравнению с тем, что из длинных, прямых волос светло-пшеничного цвета пробивались острые кончики чуть подрагивающих ушей.

Впрочем, особенно удивляться Орлов уже не мог. У него было время, чтобы обдумать сложившуюся ситуацию и смириться с фактом «попадания» в какую-то… Хм. Куда-то очень далеко от дома. Так что к появлению эльфа после пятиметрового чудовища-людоеда его психика была готова.

Вот так они и зависли. Девушка с явным интересом изучала спасителя, пытаясь понять, кто же это такой. А он висел, переваривая информацию. Но эльфийка отошла первой – протянула флягу и что-то прощебетала на каком-то птичьем языке.

Виктор, приняв на автомате практически полную емкость, спохватился. Установленный контакт требовалось развивать, и ничего умнее он придумать не смог, как залезть в рюкзак и торжественно вручить ей «сникерс». Причем девица явно не понимала, что это такое. И вместо того чтобы открыть и грызть, стала настороженно рассматривать надписи. Вряд ли что-то понимала, но все одно – с интересом вглядывалась.

– Ты что, калории высчитываешь? – удивленно ахнул Виктор.

Но девушка лишь нахмурилась, явно не понимая. После чего разродилась целой тирадой на своем языке, размахивая «сникерсом», как дирижерской палочкой. Как ни сложно догадаться, Орлов не понял ни слова. Поэтому он вздохнул, взял у нее из рук батончик и, открыв его, вернул. А потом с каким-то умилением наблюдая за тем, как она смешно морщит носик, обнюхивая.

Сам же Виктор принялся снимать с себя лишнее снаряжение, понимая, что на сегодня они тут совершенно точно зависли. Скорее даже застряли. Ибо работы предстоит много, и она ни разу не приятная…

Снимал с себя верхнюю одежду, а сам думал, что девица может это как-то не так понять. Мало ли? Однако даже не попытался изменить свое намерение. Чего это ему рядиться перед девчонкой? После перспективы смерти то, о чем она может подумать, – не самое страшное. А потому минут через пять Витя уже был одет только в высокие ботинки на шнуровке, брюки и футболку. Под мышкой разместилась сбруя с пистолетом. На поясе нож. За спиной автомат. Этакий минимальный джентльменский набор.

После удовлетворенного осмотра снаряжения себя любимого Витя осторожно обернулся, ожидая от девушки каких-либо неадекватных поступков и… хрюкнул, едва не заржав в голос. Потому что вся эта милая, глубоко аристократичная мордочка была перепачкана шоколадом. Но и это еще не все – девушка с особым старанием вылизывала упаковку, зажмурив глаза от удовольствия.

– Сластена… – беззлобно сказал Виктор, а девица открыла глаза и скосилась на него. Дескать, чего надо? Не видишь, я тут делом занята. А потом как-то резко спохватилась и, проведя рукой перед лицом, разом навела чистоту, и с каким-то вызовом посмотрела на своего спасителя.

– Виктор, – приложив кулак к груди, произнес Орлов.

– Ализэль, – чуть кивнув, ответила эльфийка, после чего снова залопотала на своем языке. Но недолго. Буквально несколько фраз. Заметив, что ее совсем не понимают, переключилась на другой. Потом еще, еще и еще. Итого Виктор насчитал двадцать семь языков. А толку ноль. Ничего не понятно, даже незнакомо. Все языки словно с другой планеты… «Хотя почему словно?»

Разговор явно не клеился.

Немного помолчав, девушка извлекла небольшой мешочек и, высыпав на узкую ладонь какие-то разноцветные кристаллы, стала с ними возиться. Причем, что удивительно, они были явно не стекляшки. Даже более того, Виктору чудилось, что они переполнены чем-то. Но додумать он не успел – эльфийка оживилась.

Улыбнувшись, она жестом попросила сесть рядом. А потом, крепко зажав один из кристалликов в левой руке, правую приложила Виктору к виску и закрыла глаза. Несколько секунд ничего не происходило. Потом от ее пальцев пошло тепло пульсирующими волнами. Приятное, надо сказать… А вот дальше он так и не понял, что произошло. Словно перед глазами разом прокрутили несколько сотен кинофильмов. Секунд за несколько, то есть с какой-то чудовищной скоростью. Причем он умудрился при этом увидеть и запомнить каждый «кадр».

Но поразмышлять над своими ощущениями Орлову не удалось – эльфийка свалилась, уткнувшись в него головой. Расфокусированный взгляд. Прерывистое дыхание. Легкое подергивание всего тела. Однако этот синдром продлился всего несколько минут, которые Виктор просто не знал, что делать. А потому просто аккуратно держал ее, постаравшись устроить удобнее.

Все закончилось так же быстро, как и началось: девушка вдруг выгнулась дугой и резко, глубоко вздохнула. После чего к ней явно вернулось сознание и самоконтроль.

Сев напротив, она с минуту молчала, рассматривая старшего сержанта, видимо, собираясь с духом.

– А теперь тебе понятны мои слова? – поинтересовалась эльфийка.

Самым неожиданным для Орлова стало то, что говорила она явно не на русском языке, но он ее понимал.

– Да… но как это возможно? – ответил Виктор на той же тарабарщине.

– Амулет магии разума. Я передала тебе знание древнего имперского языка, который все называют общим и используют повсеместно. Даже самые глухие дикари и то несколько фраз на нем знают.

– Спасибо, – кивнул Виктор. – А то уж думал, что придется годами местный язык учить.

– Это самое малое, что я могу сделать.

– В смысле?

– Ни у меня, ни у моих сородичей не было ни малейшего шанса спастись. Мы уже даже смирились со смертью.

– Странно. Мне показалось, что у вас были все шансы победить. Пусть и большой ценой.

– Если бы, – тяжело вздохнула она. – Вот эти четверо, – указала она рукой на ребят в доспехах, – были шаманами. Полными сил и увешанными амулетами. Ты думаешь, почему они выжили, избежав и стрел, и магии, и мечей? С такими просто так не справишься. Я не знаю, что у тебя за артефакт, но он их защиту пробил. А это серьезно.

– Но вы ведь тоже маги.

– Истощенные…

– А из-за чего драка? Они ведь не просто так вас преследовали.

– Ты прав, – покладисто кивнула эльфийка. – Пять дней назад на наш город напали. Прекрасный Ондостомен пал. Алтарь Аматерона разрушен. А все его жители оказались вырезаны… кроме меня.

– Я был впечатлен тем, как вы сражались, – вполне искренне произнес Виктор. – Сколько же было врагов?

– Много. Но не это главное. Они напали в день, единственный за несколько веков, когда сила солнечного Бога Аматерона слаба настолько, что покидает алтари. Ненадолго, но все же. Так бывает…

– Но если вы знали, то почему не готовились?

– Мы готовились, – фыркнула, нахмурившись, эльфийка. – Но как устоять против ТАКИХ сил? – Она тяжело вздохнула и безвольно уронила голову на грудь.

– А бежали вы куда?

– Куда глаза глядят. Просто пытались оторваться и спастись.

– И что теперь будет с городом?

– Его разграбят, разрушат, осквернят и покинут. Так же, как и с другими городами солнечных эльфов. Когда-то в незапамятные времена, если верить легендам, была двадцать одна твердыня моего народа. Но раз в несколько столетий один из них падает под ударами врага. И никто ничего с этим поделать не может. Сейчас осталось только десять… то есть девять.

– А объединить силы с другими городами?

– Никто не знает заранее, на кого нападут.

– Да. Грустная история, – согласился Орлов. – А теперь ты куда пойдешь? В другой город?

– Нет. Меня туда не примут. А… – махнула она рукой. – Это долго рассказывать. Для своего народа я умерла вместе с разрушением алтаря.

– Странно.

– Это просто традиции, которым не одно тысячелетие, – усмехнулась Ализэль. – Но их блюдут неукоснительно. Говорят, что их установил сам Аматерон.

– А другие эльфы? – спросил наугад Виктор. Ведь девушка упомянула, что она солнечный эльф, а значит, есть и другие виды. В противном случае вряд ли применялся какой-то эпитет.

– А им-то я зачем нужна? – удивилась она. – Без благословения Аматерона я всего лишь маг, причем ниже среднего. Их Богу поклоняться не стану, да и он меня не примет. Нет… – покачала она головой. – Так, в гости заходить можно. Но не очень часто.

– И куда ты пойдешь?

– А почему ты спрашиваешь? – чуть прищурившись, поинтересовалась Ализэль.

– Я в этих краях новичок и был бы признателен, если бы ты стала моим проводником.

– Новичок? – удивленно переспросила эльфийка.

– И рад бы объяснить, но и сам не понимаю, как сюда попал, – пожал плечами Виктор. – Прошел через странную пещеру. А она взяла и исчезла. Так что мы с тобой, можно так сказать, в похожей ситуации. Моих родичей, конечно, никто не убивал. Но они для меня недосягаемы. А я для них. Не удивлюсь, если на Родине меня объявили пропавшим без вести или погибшим.

– Пещера? – оживилась Ализэль. – Теперь понятно, почему ты такой странный.

– Ты что-то о ней знаешь?

– Только то, что ни один смертный дважды по ней не проходил. Это древняя шутка Локи, которая сбивает людей с пути. После каждого прохода она перемещается в другое место, прокладывая новый путь. И он, по легенде, никогда не повторяется.

– Значит, домой мне не добраться никогда… – грустно отметил Виктор, припомнив все, что он слышал об этом Боге в легендах своего мира. Может, это и не он. Но похож. А на таком где сядешь, там и слезешь. В общем, картина маслом, как любил говаривать Давид Гоцман.

– Если и сможешь добраться, то уж точно не с помощью этой пещеры. Если так случится, что ты сможешь войти в нее снова, что само по себе еще никому не удавалось, то вряд она приведет домой. Всегда будет новое место.

– Обнадеживающая перспектива. А если у этого Бога попросить вернуться?

– Ох… не связывался бы ты с ним. Локи – это Бог обмана и озорства. От такого лучше держаться подальше.

– Ладно, – решил сменить тему Виктор. – Что будем делать с ранеными орками?

– Слушай, – тронула его за плечо Ализэль. – Я тебе должна. Много. Считай, что сегодня я родилась заново. Так что не переживай, я помогу. Расскажу, что здесь и как. Отведу в столицу. Мне ведь и самой идти некуда.

– Ты серьезно?

– Обещаю. А орки… так добить их нужно. Пойдем. Заодно, может, чего интересного с них возьмем. Если что ни тебе, ни мне не понадобится, то продадим. Я подскажу нормальные цены. Те же амулеты шаманов нам точно не пригодятся. Если, конечно, ты не решил посвятить себя служению их духам. Вот, я тоже так думаю. А деньги… деньги нам нужны совершенно точно.

– Нам? – несколько удивился постановке вопроса Виктор. Его всегда настораживало, когда девушка переходила с «я и ты» на «мы», особенно так быстро и без видимых причин.

– Мы же вместе будем путешествовать, – невинно хлопая глазами, заявила Ализэль. – До столицы королевства далеко. И вот еще. Весь этот твой наряд очень необычен и сильно бросается в глаза. Тебя нужно переодеть во что-то менее приметное. Хм. Местное.

– А мою одежду куда? Выкидывать?

– Зачем? По всему континенту имеются банки клана Атагат. Эти цепкие дварфы уже не одно тысячелетие держат свое дело. Сдадим им на хранение в ближайшем городе. Потом, как получится обустроиться, заберем. – Пожала она плечами. – Но с собой носить явно не стоит. Вон, если что, подгоним на тебя эльфийские доспехи.

– А человек в эльфийских доспехах – это обычно?

– Отнюдь, но хотя бы похоже на правду. Особенно если где-то поблизости буду я.

– Ты доверяешь дварфам? Разве они не могут обмануть?

– Репутация не позволит. Их не раз уже пытались подвинуть. Но только они выдерживают испытание веками, как раз за счет репутации. Честь имени для них не пустой звук.

В общем, беседа дальше пошла веселей. Ализэль охотно рассказывала буквально обо всем, что интересовало Виктора. А сама не задавала лишних вопросов. Вряд ли ей было неинтересно. Скорее наоборот. Просто понимала – оно подождет. Им еще не одну неделю вместе идти.

Причем разговоры шли без отрыва от дела. Так, например, под обсуждение местной мужской моды они добивали раненых орков и обыскивали их тела.

Девушка оказалась покладистой и от работы не отлынивала, что приятно удивило Орлова. В книжках он в свое время вычитал совсем иную манеру поведения эльфов. Конечно, может быть, эльфийка просто не отошла от шока. Не каждый же день гибнут все, кто тебе близок и дорог, а ты оказываешься на улице. В любом случае, Виктор не мучал себя этим вопросом. Не отошла и не отошла. Тем даже лучше.

День пролетел незаметно.

Поужинали распакованными Орловым ИРП, очень удивившими девицу. Как содержимым, так и упаковкой. Но она держалась в рамках приличия и больше не срывалась как тогда с батончиком «сникерса».

Под финиш дня Виктор сделал удивительное открытие. Оказалось, что каждая эльфийская стрела является артефактом. А та самая знаменитая эльфийская точность – не что иное, как магия, которая перестает работать, если стрелка выжать досуха как мага. Ведь каждая стрела «заряжается» и получает параметры наведения непосредственно перед выстрелом.

По этой причине отряд магически истощенных эльфов выпустил триста стрел, но только четвертая их часть смогла хотя бы ранить орка, в которого попала. Даже несмотря на все их таланты и мастерство. Большинство же просто застряло в крепких стеганых халатах, надежно защищающих от таких неприятностей.

Глава 3

Вот уже неделю старший сержант пограничных войск Виктор Иванович Орлов находится в этом странном мире. Непривычно, конечно, но потихоньку привыкал. В конце концов, какой смысл дергаться, если никаких вариантов вернуться не наблюдается? Не гимназистка же он румяная, чтобы стенать ради образа?

Кстати, о девицах. Сопровождающая его эльфийка с каждым днем вызывала все больше и больше подозрений. Слишком уж она странно себя вела.

С одной стороны, такой покладистой особи женского пола он не встречал никогда в жизни. Конечно, Виктор мог допустить, что это нормально для эльфов… ну или как минимум солнечных эльфов. Да еще вкупе с благодарностью за спасение. Но даже в этом случае подобное поведение казалось чем-то противоестественным. Кроме того, поведение Ализэль отличалось явно выраженной эротичностью. Весьма и весьма провокационной. Вот и сейчас она плескалась в заводи, образованной разливом мелкой речушки, до которой за эти километры подрос ручеек. Причем не просто так, а нагишом и явно заигрывая. То на спинке проплывет, демонстрируя небольшую, но упругую, прямо-таки точеную грудь. То нырнет, вильнув такой же изящной попкой. На его искушенный взгляд, все это напоминало примитивы. Аналогичные попыткам девицы, одетой в один-единственный фартук, принести кастрюлю наваристого борща. Его очевидно обрабатывали, хоть и слишком грубо, видимо, ориентируясь на его возраст.

Это все, конечно, было очень приятно и немного непривычно. Но с другой стороны, явно говорило о какой-то заинтересованности. Любовь с первого раза… ох… простите, взгляда? Нет, он в такие вещи не верил. Что-то тут не так. Да и для благодарности за спасение как-то уж слишком… пошло, что ли. Очень маловероятно, что у местных тут так принято.

Поэтому Виктор игре Ализэль особо не мешал. Даже подыгрывал под настроение. Вот и сейчас, сидя на берегу заводи и загорая на солнышке в одних трусах, он ни в коем случае не стеснялся крепкой такой эрекции. Естественная же реакция. Даже специально старался выставить все это дело напоказ, с интересом и насмешливым лукавством поглядывая не девушку. Хотя… какую девушку? Сколько ей лет, он не знал. Может, уже не одно столетие, а там, в Ондостомене пал ее муж, дети, внуки, правнуки, праправнуки и так далее. С эльфами, если верить всем байкам, что о них писали в фантастических книжках, в таких делах не угадаешь.

Кроме того, Орлова волновал еще один вопрос морально-этического толка.

Дело в том, что он не мог понять: эльфы – это еще одна человеческая раса вроде негров или другой, конструктивно близкий биологический вид? Ну… как тигры и львы, к примеру. Ведь в первом случае ситуация еще более-менее. Секс с дамой, которая старше тебя на несколько столетий хоть и не укладывался в голове у Виктора, но не вызывал принципиального отторжения. Ну… подумаешь, утешил старушку. А вот во втором случае… что же это получается? Зоофилия? Или как еще можно квалифицировать секс с другим биологическим видом? В общем, все было очень непросто.

Но несколько дней игры затянулись. Все стало слишком навязчиво и однообразно. Требовалось выводить ее на новый уровень. Захотелось, чтобы появилась интрига, да и провокации перестали быть такими откровенными.

– Слушай, – обратился он к Ализэль, когда та, покачивая обнаженными бедрами, вышла и улеглась на траву рядом. – Ты ведь дразнишь меня. Зачем?

– А тебе не нравится? – наигранно обиделась она.

– Почему же? Довольно приятная игра. Помогает не думать о грустном.

– Теперь ты понимаешь, зачем я флиртую? Это дает много приятных эмоций и позволяет не думать о том, что случилось.

– Кто там у тебя погиб? – после небольшой паузы поинтересовался Виктор. – Муж? Дети? Внуки? – Ализэль повернулась и с интересом посмотрела на мужчину. Большие золотые глаза выглядели завораживающе. – Что? Я спросил что-то не то?

– Почему же…

– Просто мне показалось, что ты многое недоговариваешь. Поначалу твое поведение вполне укладывалось в мое представление о юной девушке. Ну… с поправкой на то, что я никогда в своей жизни не видел эльфиек. Но чем дальше, тем больше я замечал странности. Так юные девицы себя не ведут.

– Так ты же сам говоришь, что ничего об эльфах не знаешь.

– Только то, что поведала мне ты. Поправь меня, если я ошибся, но эльфийки лет до ста ведут в основном затворническую жизнь у себя дома. Учатся. Тренируются. А ты столько всяких подробностей знаешь о мире: цены, моду других народов, байки. А города? Ты так о них рассказываешь, что мне кажется, будто сама там бывала. И не раз. Трактиры, опять же. Торговцы. Для юной особы, сидящей под надзором родителей, это все нереально. Кроме того, форма игры. Для тебя явно не вновь соблазнять.

– Может быть, у меня талант, – пожала плечами Ализэль, без малейшего даже намека на стыд или смущение.

– Возможно. Но оставим его за скобкой. Я допускаю, что эльфы иначе ведут себя. Но юная девушка не станет так играть. Для нее сексуальное возбуждение еще слишком интимно. Она полна грез. А потому если и станет соблазнять, то иначе. Например, ночью прижмется вроде как случайно. И вообще, станет действовать исподволь, наблюдая за реакцией. Ей ведь больше нужен не столько физический секс, сколько душевная близость. Одно другого не исключает, но…

– А я?

– А ты действуешь как опытный хищник, прекрасно контролирующий свое тело и эмоции, что говорит об опыте и зрелости.

– Интересное определение зрелости, – усмехнулась Ализэль. – Иные люди и в больших годах… все еще не в силах себя обуздать.

– Тут сложно спорить. Не ко всем с возрастом приходит мудрость и зрелость. Кто-то так зелепушкой и умирает.

– Зелепушка? Что это?

– Шутливое название незрелого яблока. Кроме того, – продолжил Виктор. – Ты очень странно отреагировала на мои слова о пещере. Да, на твоем лице не дернулся ни один мускул. Но это и удивительно. Получилось неестественно. Если эта пещера такая странная, то наверняка с ней связано много легенд. Да и то, откуда я пришел, тебя мало интересует. Что еще удивительнее.

– Тебя очень занятно послушать, – произнесла Ализэль ровным тоном, откинувшись на траву. Да, по сути, распластавшись на ней, как морская звезда на морском дней, и с удовольствием принимая теплые, нежные солнечные лучи.

– И в чем я ошибся?

– Все верно. И про мой возраст, и про пещеру.

– Может, расскажешь тогда?

– А зачем? – повернула она голову и улеглась вполоборота.

– Мне сложно доверять человеку… хм… разумному существу, мотивы которого я не понимаю. Может, ты меня ведешь на какой-нибудь алтарь в жертву приносить.

– Ну ты даешь… – покачала она головой. – Солнечный эльф ведет человека приносить в жертву…

– Не забывай, что я не в курсе, что здесь к чему, и пока о мире знаю только с твоих слов. Что тебе мешает представиться солнечным эльфом, будучи, к примеру, каким-нибудь демоном? Или еще кем. Я ведь вас не различаю. Да и по большому счету даже не знаю, какие еще эльфы бывают, кроме солнечных. Что эльфа, что орка я впервые увидел только здесь. Да и огра тоже.

– Странная у тебя Родина, – задумчиво произнесла девица. – Или ты жил затворником?

– Отнюдь. Но у нас их просто нет. Остались только в легендах и сказках. Даже больше скажу, до недавнего времени я думал о том, что ни эльфов, ни орков вообще не существует.

– Ты серьезно? – неподдельно удивилась Ализэль.

– Более чем. Кроме того – в моем мире нет магии. Ну… нигде, кроме сказок.

– Но ты так на нее спокойно отреагировал….

– А что мне еще оставалось делать? – пожал плечами Виктор. – Мы привыкли ничему не удивляться. Когда каждые несколько лет происходит какой-то новый прорыв в технике, незамедлительно врываясь в твою жизнь, сложно реагировать иначе. Вот, – он достал фаблет. – С помощью этого устройства там я мог связаться со значительной частью людей всей планеты. При желании. В любой момент времени. Причем не просто поговорить и послушать, что мне там скажут, но и посмотреть друг на друга. И воспользоваться огромными библиотеками книг, музыки, фильмов, карт и так далее. – С этими словами Виктор, произвольно тыкнул в приложение для чтения и полистал перед ошалевшей Ализэль страницы. – А еще десять лет назад о таких вещах никто и не мечтал. А тут какая-то магия, эльфы, орки… – тихо закончил он, выключая фаблет и убирая его в чехол и пряча в карман брюк.

– Что-то подобное я и предполагала, – после паузы в несколько минут произнесла эльфийка.

– Спасибо, что поделилась, – раздраженно буркнул Орлов.

– Ты прав, я совсем не молода, – произнесла она, осторожно положив руку ему на плечо. – Мне тысяча двести лет. Для более диких эльфов это уже много. Но для нас, для солнечных, в норме вещей. Я и три тысячи лет смогу прожить без особых трудностей. Говаривали, что можно больше, но ни у кого не получилось.

– Становилось скучно?

– Если бы, – усмехнулась Ализэль. – Просто убивали. Или интриги, или войны. Мы очень сильны и могущественны, но не Боги. Далеко не Боги. Даже жрицы Аматерона, что слывут самыми сильными.

– То есть ты жрица?

– Была ей. После того как алтарь оказался разрушен, моя связь с Аматероном прервалась и я потеряла всю силу, которой он меня когда-то пожаловал.

– А что тебе мешает прийти в другой город солнечных эльфов и вернуться в лоно служения своему Богу? Не поверю, что традиция. Если вас так мало осталось, то должны держаться за каждого.

– Ранг, – усмехнулась эльфийка. – Я ведь была не простой жрицей. А в одном городе двух верховных быть не может.

– Поэтому тебя и другие Боги не примут?

– Верно. Это не принято. Я слышала, что темная Богиня Ллос изредка принимала чужих верховных жриц к себе. Но ничем хорошим это не заканчивалось. Да и связываться с такими чудовищами, как она, – глупо. На такое только темные эльфы могут пойти.

– А меня ты зачем соблазняешь? Ведь соблазняешь же. Это слишком очевидно.

– Вариант с приятными эмоциями тебя не устраивает? – усмехнулась Ализэль.

– Верховная жрица и такая сентиментальная? Ай-ай-ай. Ты сама-то веришь в свои слова?

– И много ты знавал верховных жриц, чтобы такое говорить?

– Ни одной. У меня дома религия вообще служит только для сбора денег и политической борьбы. Если когда-то Боги и были, то давно ушли, не выдержав такой насмешки. Но это не мешает мне понимать тот уровень ответственности, который появился бы, окажись я на твоем месте. Вряд ли Богам есть дело до наших переживаний. Поэтому на такие посты, скорее всего, выдвигаются самые стойкие духом. Способные выдержать любые потрясения и не сломаться.

– Ты необычный, – после вновь затянувшейся паузы отметила Ализэль.

– И что с того?

– Ни один человек в этом мире не станет так рассуждать. Никогда.

– Тогда получается, что я не из вашего мира, – пожал плечами Виктор. – По крайней мере, это прекрасно объяснит, куда делись спутники с орбиты. Да и форма материков, что ты рисовала, мне не знакома.

– Разумные создания из других миров иногда приходят к нам. Всегда разные. Так что, скорее всего, ты прав. И каждый раз их приводит Локи. Зачем – никому не известно.

– Неисповедимы пути Бога, особенно если это тот Локи, о котором…

– Так вот, – перебила его Ализэль. – Все произошло не просто так. Нападение на мой город. Бегство. Твое появление. Перебирая события в голове, я раз за разом прихожу к выводу, что столько совпадений – это слишком. Я ведь должна была погибнуть еще там, в городе. Только чудо спасло меня от смерти. Причем не один раз. А твое появление? Или ты думаешь, что я осталась последней живой в отряде потому, что самый опытный боец? Как бы не так. Мне просто повезло. Воля слепого случая.

– Допустим, Локи захотел, чтобы мы встретились. Но ведь это Бог обмана и шуток… Он что, захотел надо мной пошутить? Не в жизнь не…

– Во-первых, – вновь перебила его эльфийка, – ты уверен, что он решил подшутить именно над тобой? Твое самомнение поразительно, но ты – всего лишь человек. Даже не жрец, я бы почувствовала. Ради простых смертных Боги бровью не поведут просто так. Во-вторых, с чего ты взял, что это именно Локи все устроил?

– Но ведь ты сама сказала… – опешил Виктор.

– Я только пояснила, что пещера его. Однако ничто не мешает ему оказать кому-то услугу.

– Прекрасно… – подвел итог Орлов. – Мы знаем, что ничего не знаем.

– Как-то так, – подтвердила его выводы Ализэль.

– Но ты-то тогда зачем пыталась меня соблазнить? А если я поддался?

– Ты думаешь, тебе бы не понравилось? – вполне искренне удивилась девушка… эм… весьма уже не молодая девушка.

– Я говорю о ребенке.

– А, – махнула она рукой, мило заулыбавшись. – Магия жизни – мой основной дар. Ниже среднего, конечно, но никаких случайных беременностей точно быть не может. Все под моим контролем.

– Вот именно. Под твоим контролем. Вряд ли такая женщина, как ты, захотела просто развлечься. Ведь ты старательно уходишь от ответа на мой вопрос.

– Ухожу, – охотно призналась она. – Потому что сама многого не понимаю. Да и тебя вводить в заблуждение не хочу. Там все так путано было написано.

– Погоди-ка, – насторожился Виктор. – Ты как-то связываешь мое появление с какой-то древней легендой или пророчеством? А потому хочешь как-то привязать меня к себе, пока все не выяснишь?

– Ну… – немного помявшись, произнесла Ализэль и нехотя кивнула.

– Прекрасно. А мне сказать было нельзя сразу?

– А что я тебе скажу? Пошли – я покажу тебе твою судьбу? Смешно же. Тем более для такого человека, как ты.

– Хм… меня бы это заинтересовало, – пожал плечами Виктор.

– Ну, конечно, – скептическим тоном произнесла эльфийка.

– Хорошо. Допустим. Но тебе какое дело до этого пророчества?

– Это моя надежда на прекращение этих чудовищных нападений. Но о пророчестве не спрашивай. Там так все путано и невнятно, что за несколько тысячелетий наплодилось невероятное количество вариантов трактовок. Какая из них ближе к истине, я даже не догадываюсь. Да и никто не знает.

– Спасибо, обрадовала… – очень холодно произнес Орлов.

– Ты расстроился? – забеспокоилась эльфийка.

– Нет. Счастлив, – сердито буркнул Виктор и повернулся на бок, спиной к Ализэль. Но та не растерялась и через несколько секунд прижалась к нему сзади. Уткнулась носом в шею и тихо шепнула:

– Прости.

– Прости ее! Ладно, спас. Бывает. Все совершают глупости. Потратил кучу патронов, которых тут нигде не найти, вместо того чтобы просто осторожно убраться с дороги. И что я получаю в награду? Меня тупо решают использовать! Мечты сбываются!

– Честно, я хотела все рассказать, когда сама разобралась бы. Если хочешь, я дам тебе амулет правды. Он подтвердит искренность моих слов. Боялась напугать. Ведь для меня ты надежда… на месть всем этим… И то, что я была верховной жрицей, совсем не говорит, что мне не больно потерять близких и родных. Они мне снятся по ночам! Все! Пожалуйста… прости… Мне очень нужна твоя помощь, – произнесла Ализэль, и из ее глаз потекли слезы, капая на шею Орлову. Теплые такие и мокрые. А сама стала вздрагивать от всхлипов, вроде как случайно потираясь сосками о его спину.

«Вот, так уже лучше… – пронеслась мысль у него в голове. – А то, понимаешь ли, как с мальчиком. Прям даже как-то обидно…»

Сам же, подыгрывая этой милой инсценировке, повернулся и прижал ее к себе. Пусть уж порыдает, уткнувшись в волосатую мужскую грудь.

«Боже ты мой… – думал Виктор, поглаживая ее по мягким волосам. – Тысяча двести лет! Мне б так жить!»

Глава 4

И вот на горизонте показался первый населенный пункт этого мира – город Анкрок. Что о нем можно было сказать? Типичный средневековый городок, окруженный тонкой каменной стеной «с зубчиками», высотой от силы метров пять. Внутри домик на домике. Узкие улочки, мощенные грубым булыжником. Помои, выливаемые со второго этажа прямо на проходы. В общем – классический средневековый натюрморт. Всего же в нем проживало около трех тысяч человек, что по местным меркам, со слов Ализэль, было изрядно. Ведь город стоял на оживленном торговом тракте с незапамятных времен и кормился с обслуживания транзита, что требовало определенных «мощностей» как гостиничного сектора, так и торгово-ремесленного. И, как следствие, наличие персонала. Но главным достоинством этого местечка являлось отделение банка Атагат…

Как изначально Виктор и предполагал, городок с удобством разместился на берегу небольшой речки. Как раз той, вдоль которой они с эльфийкой и спускались. Ну… изначально-то речка была ручьем, но за две недели пешего перехода преобразилась в нечто более серьезное. Тут местные даже небольшие плоскодонные баржи использовали. Но не купались, хотя недалеко имелось очень милое местечко с пляжем. Но оно и понятно. В Средние века вообще сторонились водоемов, опасаясь заболеть чем-либо или заразиться. Тем более что они сами сюда и сбрасывали мусор, сливали помои, спускали испражнения. Ну и так далее. Воду же брали тоже отсюда, но выше по течению. Потом отстаивали и пускали в дело. Но пить открыто опасались, разбавляя слабеньким алкоголем. Классика.

Но мало того, что люди откровенно побаивались плескаться в речке, так ведь они вовсе не мылись. Разве что украдкой. Но не более того. Ни одной общественной бани или купальни у них не наблюдалось. Да и со стиркой грусть-печаль. И, как следствие, все население рассекало по городу, источая «нежнейшие ароматы» пота, испражнений и прочих ноток зловония.

– Грязь не сало, потер и отстало… – тихо прокомментировал увиденное Виктор своей спутнице на эльфийском, которому она недавно его обучила. Ну, не вообще эльфийскому, а тому, на котором говорили высокие эльфы, также называемые солнечными.

– И не говори, – усмехнулась Ализэль.

Надо сказать, что у них на входе не спросили ничего. Вообще ничего. Лишь проводили круглыми глазами и отвисшими ртами. Виктор же не спешил интересоваться обстоятельствами такого поведения и, будто так и надо, спокойно прошел в город вслед за Ализэль. А потому таким же уверенным шагом он двинулся к постоялому двору «Упитанный пони», причем следуя не за своей спутницей, а как бы ведя ее. Очень уж хорошо она описала дорогу. Девица было замешкалась на площади, раздумывая, куда именно пойти, но, как только Виктор уверенно зашагал, сразу последовала за ним.

– Чего это они все на нас так смотрели? – поинтересовался Орлов, когда получилось, наконец, сбросить на пол рюкзак и с удовольствием растянуться на лежанке в их комнате. Да, да, именно так. Потому что постелью это непотребство назвать язык не поворачивался. Большая такая широкая лежанка для двоих из грубых досок, укрытая жидким соломенным тюфяком. Но это лучшее, что тут было. Хорошо хоть Ализэль каким-то плетением разогнала живность, с нетерпением ожидавшую свою двуногую трапезу. Да и вообще, дезинфицировала помещение.

– А ты забыл, как ты выглядишь? – усмехнулась эльфийка.

– Ты про одежду?

– Поверь, она не такая уж и странная. По крайней мере, на первый взгляд. Некоторые маги могут и похлеще вырядиться. Тут люд привычен к необычным одеяниям. Это дальше, ближе к центру королевства, могут возникнуть проблемы. А здесь, только если позволить им все ощупать. Таких тканей в нашем мире нет. Да и швы. Но все это может отметить или специалист, или любой местный обитатель при близком знакомстве.

– Которого, как я понимаю, не было. Ну, не считая тебя.

– Верно. И поверь, лучше от такого знакомства не станет. Я уверена, что они могут подумать о каких-то древних артефактах или еще о чем. А значит, попытаются ограбить. Предварительно убив. Свидетели-то им не нужны. Понятно, что верховную жрицу Аматерона, пусть и бывшую, не просто упокоить. Да и ты слабым не выглядишь. Но не стоит недооценивать людскую жадность и глупость.

– Понятно, – кивнул, соглашаясь с ней Виктор. – Тогда на что они обратили внимание?

– Ты заметил, какого роста местные люди?

– Невысокого, – как-то неопределенно пожал плечами Виктор.

– А там, на поляне? Ну, где на них огр напал. Они ведь такие же были. Я права?

– Да. Но что с того?

– Солнечных эльфов нередко называют высокими именно из-за их роста. Мы – самая рослая раса среди двуногих разумных этого мира. Да еще зеленые орки, которые чуть-чуть нам уступают.

– А огры и тролли?

– Их обычно к разумным не относят.

– Но и животными не считают.

– Да, но это не суть. Они стоят как бы между.

– Кхм. А люди что, никогда до такого роста не вырастают?

– Нет.

– А полукровки?

– Они всегда ниже что солнечных эльфов, что зеленых орков. Кроме того, твои волосы. Они практически белые.

– Таких тут тоже не бывает?

– Только у темных эльфов. Но ты на них совсем не похож, не говоря о том, что они обычного человеческого роста.

– Что еще не так?

– Черты лица. Глаза. Да все. Таких людей не бывает.

– Понятно, – кивнул Виктор. – Я просто не укладываюсь в их картину мира.

– Можно сказать и так.

– И что будем делать дальше?

– Для начала тебя нужно переодеть в местную одежду. Как я уже отметила – твоя нынешняя одежда может стать слишком большой проблемой. Одно дело – странный человек, непохожий на прочих, и совсем другое – редкие артефакты. Поэтому ты жди здесь, а я схожу к знакомому портному. Посмотрим, что мастер Грэгор сможет нам предложить…

Спутница ушла, а Виктор, скинув все лишнее, направился в общий зал. Как говорится – себя показать, на людей посмотреть, да и покушать хотелось. Футболка, брюки, ботинки на шнуровке, вкупе с приятной тяжестью «кольта»[11] под мышкой и ножа на поясе – вполне нормальный, на его взгляд, облик. Тем более в сумерках главного зала таверны. Да и не воспринял он слова Ализэль слишком серьезно. Грабить и убивать из-за тряпок? У него это в голове не укладывалось. Скорее Виктор переживал из-за того, что не знает здешних правил. Да и как заказывать еду, дабы не выделяться из общей толпы, тоже не знал.

Однако стоило ему спуститься по лестнице и сделать пару шагов не к выходу из таверны, а в глубину общего зала, как словно из-под земли материализовался владелец заведения. Рост «метр с кепкой» в самом прямом смысле и… какой-то странный. Умеренно острые ушки, черты лица и кудрявые волосы довольно сильно резонировали с типичной внешностью местных людей. Впрочем, Орлову до расовой принадлежности этого «человека» не было никакого дела. Да, именно расовой, потому что он на всякий случай решил для себя считать все это «видовое разнообразие» просто разными расами. На чем и закончил морочить себе голову «морально-этическим аспектом секса с эльфийкой». Ну, потенциального.

– Господин желает покушать? – вкрадчиво поинтересовался хозяин таверны.

– Как звать? – покровительственным тоном спросил Виктор.

– Мастер Бэрдис, господин.

– Что у тебя есть свежего да готового, мастер Бэрдис? Не хочу долго ждать.

– Жареный поросенок, господин. Только-только испекли.

– Вот и неси. Нет, всего не надо. Выбери кусок получше и неси. Я доверю твоему вкусу. И к нему еще чего на свое усмотрение.

– Будет исполнено, господин, – поклонился этот странный «человек» и засеменил в сторону кухни. А Виктор же, окинув взором зал, направился к наиболее удобному, на его взгляд, месту. Чтобы и зал весь видеть, и сзади никто подкрасться не мог.

Ждать и правда пришлось недолго.

Большое глиняное блюдо, больше напоминающее поднос. На нем куски приятно пахнущей свинины и какие-то овощи. Изрядно так. А рядом увесистая кружка с напитком. Судя по вкусу – какое-то поганое, сильно разбавленное вино. Обычное местное пойло.

Но не прошло и четверти часа после начала его неспешной и весьма приятной трапезы, как в таверну с шумом ввалилась компания. Крепкие парни. Явно чувствовалась мускулатура. Движения плавные, экономные. И это несмотря на то, что прикидываются «принявшими на грудь».

«Начинается…» – с раздражением подумал Виктор, будучи уверенным в том, что те явно по его душу.

Так и было.

Подошли и буквально нависли над столом.

– Это мое место! – с ходу заявил явный лидер этой гоп-компании.

– Кто первым встал, того и тапки, – равнодушно пожал плечами Орлов.

– Ты че, не понял? Это мое место! – после небольшой паузы повторил лидер группы и смахнул рукой со стола блюдо с едой Виктора, нависнув еще сильнее да уперев обе руки в центр стола.

– Какой-то ты не прожаренный… – все тем же спокойным голосом заявил Орлов и воткнул вилку в правую ладонь оппонента. Остальные немногочисленные присутствовавшие работали только ножом и с интересом и удивлением поглядывали на эту странную «штучку» в руках незнакомца. Даже хозяин таверны обратил на нее внимание. В общем, необычная и непривычная вещь, а потому явно не была учтена в манере поведения.

Так вот, Виктор воткнул вилку в ладонь незнакомца, после чего с совершенно невозмутимым видом потянулся ножом, намереваясь отрезать кусочек.

– А-а-а-а-а! – взревел лидер этой гоп-компании, постаравшись отдернуть руку, спасая ее от пожирания этим странным гостем.

– Мастер Бэрдис, – громко крикнул Виктор. – Замените мне блюдо. И в этот раз прожарьте получше своего поросенка. А то что-то он громко орет, да и крови немало. Явно сыроват.

– Ты покойник! – прошипел лидер гоп-компании, отступая за спины своих ребят, выхвативших ножи весьма внушительных размеров.

– Минус один, – усмехнулся Виктор и толкнул довольно массивный стол вперед. Но не сдвигая, а опрокидывая. Причем сделал это так, будто неудачно встал. Для него с его ростом и весом подобный маневр оказался несложен. А вот один зазевавшийся громила получил кромкой стола по ступне. – Минус два.

Получился этакий барьер, ограниченный по флангам колоннами. Поэтому ближайший нападающий постарался пырнуть ножом, надеясь зацепить. А то еще обходить куда-то. Но Виктор хоть и не был профи в рукопашном бою, но кое-чему научился во время службы в пограничных войсках. Поэтому, легко перехватив руку с ножом, принял бородатое лицо на локоть. Сильно так. От души. А потом, чуть довернув кисть, позволил ей сломаться под весом падающего тела.

– Минус три, – равнодушно отметил он и окинул совершенно безразличным взглядом двух оставшихся бойцов и полное ненависти лицо лидера за ними.

Ребята решили не рисковать и стали синхронно обходить Виктора с двух сторон, поигрывая своими ножами. Широкий, тяжелый стол, завалившись на бок, доходил им до груди. Поэтому перепрыгивать его они не собирались, как и перелезать. Все равно, по их мнению, Орлову никуда не деться. Зажали. И теперь обласкают сталью.

Но не тут-то было.

Виктор сделал полшага назад и легко перескочил стол. Очень сказалось преимущество в росте. Ему-то он был по пупок. Нет «манки», конечно, не вышло. Паркуром он никогда не занимался. Но классический «парапет»[12] был исполнен легко. Благо что этот вид прыжка повсеместно применяется даже обычными подростками во дворе. Мягко приземлившись прямо перед лидером гоп-компании, он прописал ему в лицо кулаком, грамотно отработав корпусом.

Все. Больше тот не источал яды. Ну, по крайней мере до тех пор, пока не очнется. Все-таки преимущество в массе великое дело. А тут оно выходило почти двукратное. И совсем не за счет жира.

Чего Виктор этим добился? Да ничего, в общем-то. Тот кадр все равно был не боец. Просто сделал себе приятное, ну и вышел на «оперативный простор», получив возможность маневрировать.

– Что здесь происходит? – вдруг из-за его спины раздался голос Ализэль, холодный и властный. Виктор аж сам вздрогнул, сразу поняв, что слова о верховной жрице какого-то там Бога были не шуткой.

Ножи, которыми ребята поигрывали вот буквально пару секунд назад, исчезли. Нет. Испарились. А сами они как-то сникли и съежились.

– Милая, мы тут с мальчиками немного упражняемся.

– В самом деле? – со скепсисом в голосе переспросила она, чуть поддав ногой осколок блюда.

«А ее тут боятся. Явно знают, кто она такая. Или, может быть, все так на солнечных эльфов реагируют?»

– Конечно. Не переживай.

– Ну как знаешь, – бросила она, пожав плечами, и направилась в комнату.

Однако больше ножи никто не доставал.

– Ну что, все еще хотите посидеть на моем месте?

– Нет, – осторожно отметил тот мужчина, что был справа. Самый старший в их группе и опытный.

– Ну как знаете, – хмыкнул Виктор. – Мастер Бэрдис! Повтори!

После чего подошел к своему столу и легко вернул ему нормальное положение. Делая это демонстративно и не напрягаясь.

Дальнейший обед прошел куда спокойнее. Посетители не лезли к нему и вели себя довольно пристойно. А кушанье, поданное этим странным коротышкой с эльфийскими ушками, оказалось еще вкуснее, чем раньше. Разве что служанки, прибежавшие убирать-накрывать, бросали на него многообещающие взгляды да демонстративно покачивали бедрами. Впрочем, возбуждало это мало. Виктор прекрасно понимал, что у них под юбками триппер не триппер, но плантация всякой мелкой живности уж точно изрядная. И знакомиться с этим боевым зоопарком он совсем не стремился. С гигиеной в этом мире была беда…

Когда старший сержант уже доел и собрался было уходить к себе, дверь в таверну вновь открылась, и на пороге появился новый гость. Окинув взором зал, он взглянул на Орлова, вежливо улыбнувшись, направился к нему.

– Вы позволите? – кивнул мужчина на лавку, напротив.

– Пожалуйста, – ответил Виктор, внимательно рассматривая собеседника. Прощупывание продолжалось.

Умный взгляд нового собеседника располагал к себе. Выражение уже не молодого лица не выдавало никаких эмоций, кроме формальной вежливости и обходительности. То есть являлось рабочей маской. Одежда тоже была довольно интересна: добротно скроена и сшита, просто стежок к стежку. Да и ткань по местным меркам неплохая. Однако внимания к себе не привлекает осторожностью фасона и цветов.

«Неужели местный начальник пожаловал?»

– Вы уж извините моих ребят… – развел он руками.

– Понимаю, у всех своя работа, – понимающе кивнул Орлов.

– Что мы должны вам за беспокойство?

– Ну что вы, как можно? Никакого беспокойства, – вполне искренне улыбнулся Виктор. – Напротив, я был даже рад немного размяться. Надеюсь, я не сильно задел ребят?

– Они уже в порядке.

– Вот и замечательно, – кивнул Орлов, вставая. – Или у вас есть еще какие-то вопросы ко мне?

После чего выслушал заверения в дружбе и вернулся в комнату.

– Что на тебя нашло? – с порога поинтересовалась Ализэль. – Такой спокойный, а чуть я за порог, сразу драку затеял.

– Как сходила? – не собираясь оправдываться, поинтересовался Виктор.

– Вечером мастер Грэгор придет вместе со своими помощниками. Все пошить обещают за семь дней. На примерку тоже будут сюда носить.

– А мы так и станем здесь сидеть?

– Да. Потому что ты привлекаешь слишком много внимания. Твое появление везде обсуждают. Так что не сомневайся – на тебе рассмотрят каждую нитку.

– Хорошо, – после небольшой паузы ответил Виктор. – Но мне скучно будет сидеть и ничего не делать, – попытался он торговаться.

– Я буду рядом, и ты сможешь расспрашивать меня обо всем, что тебе интересно.

– Монополия на информацию? – усмехнулся Орлов, произнеся эти слова по-русски. – Допустим, – перешел он вновь на язык солнечных эльфов. – Ты владеешь мечом?

– Не так чтобы хорошо, – пожала плечами Ализэль. – Верховным жрицам Аматерона это не очень нужно.

– Понимаю, – охотно согласился он. – Но я не владею мечом совершенно. Ножом – еще туда-сюда. Но сама понимаешь, это не дело.

– Понимаю. Я поговорю с мастером Бэрдисом. У него просторный задний двор, которым он редко пользуется. Тихое местечко. Высокие заборы. Да и к ним непросто подобраться.

– Кстати, а кто он? Он ведь не человек.

– Верно. Хоббит. Это такой народ… – начала эльфийка свое повествование, затянувшееся минут на двадцать. Выходило, конечно, не то, что Виктор в свое время читал, но очень в духе. Точнее так. История их происхождения и местообитание никак не пересекались с ортодоксальной версией одного известного британского ученого. От слова совсем. А вот свойства и качества характера – очень даже. За исключением, пожалуй, той детали, что проходимцев и путешественников среди них было всегда изрядно. Как и воров.

Глава 5

Наконец закончилось это вынужденное заключение в таверне.

Виктор прохаживался по комнате в своем новом «обмундировании», привыкая к ощущениям, которые, кстати, были неважные. По сравнению со старой экипировкой он чувствовал себя зажатым. Однако Ализэль была вполне довольна проделанной работой. Еще бы – одела мужчину так, как хотелось ей, причем ссылаясь исключительно на местные традиции. Дескать, так ходят самые-самые. А тому и возразить нечего, сам-то Витя об этом мире почти ничего не знает. Хорошо хоть тут еще лосины не в моде или там плюмажи в форме куриной жопки.

Но это он так, ворчал. На самом же деле прекрасно понимал, что его спутница сделала если не невозможное, то что-то близкое к этому. Очень уж разительно отличался его костюм от одежды аборигенов. Не в том смысле, что из другой эпохи или мира. Нет, как раз все вполне типичное. Просто качество ткани, раскройки и пошива впечатляло на фоне остальных. Принц не принц, но явно стильный малый. И состоятельный.

– Милая, – нарочито подыгрывая ей, произнес Виктор. – А во сколько обошлась нам эта красота?

– А, – махнула она рукой. – Сущие пустяки. Не переживай.

– И все же. Ты обещала все мне рассказывать. Помнишь?

– Всего-то семь золотых. Не так уж и много для этой дыры. Хотели больше, но я сторговалась.

– Погоди-ка, – напрягся Виктор, – а сколько мы смогли выручить от продажи трофеев?

– Если не считать эльфийских доспехов и оружия, которые я пока положила на хранение, то двенадцать золотых и тринадцать серебряных монет.

– Что?! Ты потратила больше половины наших денег на какие-то тряпки?! – просипел Виктор, у которого от осознания этого факта перехватило дыхание.

– Нет! Нет, что ты, – поспешила успокоить его спутница. – Наши деньги я совсем не тратила, – мягко, чуть ли не урча, произнесла Ализэль. Ей ужасно нравилось, когда Орлов говорил «мы» и «наши» про них.

– Тогда как это понимать? Или за одежду еще не уплачено?

– Все хорошо, – улыбнулась Ализэль. – Не беспокойся, я все оплатила. У меня есть некоторые сбережения в банке Атагат. Вот и решила сделать тебе подарок.

– Подарок? Но… в честь чего?

– Моя благодарность за спасение не знает границ, – лукаво заметила она. – И костюм – самая малость.

– Малость? Если я тебя правильно понял, когда ты рассказывала о ценах, на один золотой можно спокойно жить в этой таверне полгода и в ус не дуть. Да еще и служанки будут по первому намеку заглядывать в комнату, чтобы… хм… «убраться».

– Тебе не нравится мой подарок? – наигранно надула губки девушка.

«Черт! Проклятье! Какая она, к бесам, девушка?! Все никак не могу привыкнуть к тому, что это милое создание – старая стерва, возрастом свыше тысячи лет».

– Ну что ты, – поспешил ее утешить Виктор. – Но там, откуда я родом, для мужчины неприлично и постыдно жить за счет женщины.

– Но это же просто подарок…

– Который стоит больше, чем все состояние, которым я владею.

– Это если не считать артефактов, которые ты привез из своего мира, – подмигнула ему Ализэль.

– Безусловно, – кивнул Виктор. – Но, если верить твоим словам, их нужно держать подальше от людских глаз. А если и продавать, то только тогда, когда обрету достаточное влияние. Иначе вместе с деньгами я получу массу проблем от серьезных людей. А значит, у меня денег практически нет, и ты меня банально покупаешь.

– И что ты предлагаешь? Деньги уплачены, костюм пошит. Его продажа не даст и трети, так как у тебя очень нестандартная фигура для этих мест.

– Семь золотых из моей доли наших денег теперь твои.

– Так не пойдет, – покачала головой эльфийка.

– Почему?

– Потому что эти деньги наши, а не твои или мои. Ими и останутся. Ты не в силах вернуть мне семь золотых, по крайней мере, в ближайшее время. И оно не нужно. Это мой подарок. Или ты думаешь, что за тысячу лет я ничего не скопила? Зря. Денег у меня достаточно. И для меня такой подарок просто знак внимания. Кроме того, мне хочется, чтобы тот, кто рядом со мной, выглядел соответственно. Так что это подарок не только тебе, но и мне.

– Ясно, – хмуро произнес Виктор. – Значит, буду должен.

– Как знаешь, – пожала она плечами. – Но я это долгом считать не стану.

– Мы еще вернемся к этому вопросу, – с холодом в голосе заявил он.

– Я не думаю, что это разумное решение, – покачала она головой. – По крайней мере не в нашем положении. Да и вообще, тебя какие-то странные вопросы волнуют.

– А какие вопросы должны меня волновать?

– Ты уже столько дней в мире, полном магии и сказочных для тебя существ, явлений. А все морозишься. Я ведь вижу интерес в твоих глазах, когда мои плетения очищают нас от грязи и пота. Но что мешает тебе поинтересоваться? Неужели гордость?

– Скорее рациональность мышления, – пожал плечами Виктор. – У меня нет способностей к магии, поэтому и знать о ней ничего лишнего мне нет смысла. Достаточно принимать сам факт ее существования и учитывать.

– До инициации, мой мальчик, – съязвила весьма уже немолодая эльфийка, – никто не может сказать, есть ли у него способности или нет. Не говоря уже о том, какие они.

– Инициация? Что это такое?

– Тебе кратко или подробную лекцию прочитать?

– Кратко.

– Раскрытие способностей, данных тебе от рождения. Есть много теорий на эту тему, но все в конечном счете сводится к тому, чтобы прочистить тебе внутренние энергетические каналы. После инициации не все становятся магами. Кто-то начинает чувствовать зверей, получая возможность с ними общаться. Кто-то обретает возможность по много часов находиться под водой. И так далее. Никто не уходит без подарка. Не скажу, что все они полезны и приятны, но сути это не меняет.

– А где можно пройти инициацию?

– Она стоит денег. И не малых. Из-за этого абсолютное большинство магов нашего мира относятся к состоятельным семьям. Даже людям среднего достатка это не всегда по карману, тем более что результат всегда не предсказуем. А уж бедняки и подавно.

– Но как быть с первыми магами? Они тоже кому-то платили? – постарался поймать на противоречии Ализэль.

– Никто не помнит те времена. Теоретики, изучающие историю магии, считают, что первоначально происходили только стихийные инициации. Они и сейчас бывают. Но очень редко. Там масса условий. Кроме того, они требуют очень больших природных способностей.

– И это единственный способ для бедняков стать магами?

– Верно. Но он мало что дает, потому что нужно не только инициироваться, но выучиться. А учеба стоит просто безумных денег. Ну… по меркам простых людей.

– Очень мило… – усмехнулся Виктор. – И каков порядок цен?

– Он имеет довольно большой разброс: от тысячи золотых в Калемхате до двухсот тысяч в любом из городов солнечных эльфов. За год. А требуется от трех до десяти. Кроме того, будущий маг должен еще оплатить проживание и все сопутствующие расходы, те же ингредиенты для опытов. Поэтому лучшее магическое образование получают только дети Императоров Калхалы и самые влиятельные сановники. Бедняки же из числа стихийно инициированных, как правило, живут недолго: или сами гибнут, не справившись со своей силой, или их убивают из-за чрезмерного вреда для окружающих.

– То есть минимальная стоимость обучения где-то в районе тысяч золотых?

– Где-то так. Но знаний в Калемхате особенных нет. Просто скромный минимум, чтобы маг по дурости не навредил окружающим.

– Это безумие… просто безумие… – покачал Виктор головой.

– Смирись! – хохотнула эльфийка.

Ализэль откровенно наслаждалась бурей эмоций, которые ее спутник сейчас испытывал. Ему интересно, безусловно интересно. С другой стороны, чувство долга и болезненная реакция на финансовую зависимость от женщины. Она была более чем довольна, наконец-то нащупав небольшую брешь в защите Виктора. Теперь оставалось подкидывать дрова в этот костер и ждать, когда «клиент спечется».

Но, несмотря на этот разговор, особенно рассиживаться в комнате они не стали, так как пришли нанятые ими еще с вечера носильщики. Ведь именно сегодня они собирались сдать практически все артефакты из мира Орлова на хранение…

На очередном повороте их ждала знакомая гоп-компания. Все пятеро.

Виктор встретился глазами с их предводителем. Удивительно, но никакой злости. Чуть кивнул, приветствуя. В конце концов, драка в трактире еще не повод ругаться. Ну, выпили, ну, подрались. С кем не бывает? Как ни странно, тот ответил. Так же сдержанно.

«Нормальный парень, – отметил Витя. – Не путает дело с личными отношениями».

Они пошли дальше. А он продолжил усердно крутить головой. И не просто так. Конечно, солнечную эльфийку тут явно побаивались. Но, как она сама говорила, не стоит недооценивать степень глупости и жадности людей.

Вдали показались ворота, ведущие к весьма эффектному особняку, больше напоминающему маленькую цитадель. Практически идеально подогнанные друг к другу каменные блоки серого цвета. Тщательно выверенная геометрия всей конструкции. И так далее. Прямо-таки осколок иной, значительно более развитой цивилизации в этом Богом забытом месте. Но Виктор не расслаблялся, понимая, что как раз тут самое опасное место.

Впрочем, обошлось.

Уже в воротах он обернулся и обвел взглядом оставшуюся за спиной улицу. Да какую улицу – так, тупичок, длиной метров тридцать. Их явно вели. Вон как нервно дернулись в сторону несколько человек, стремясь укрыться от взгляда.

– Они просто наблюдали, – шепнула ему на ухо Ализэль на языке солнечных эльфов.

– Не нравится мне все это…

– Мы уже вошли в ворота. Здесь никто и никогда не посмеет напасть на нас. Ругаться с кланом Атагат себе дороже. Пожалуй, нет в нашем мире более безопасного места, чем их банки. Редкие дураки, пытающиеся это оспорить, живут очень недолго.

– За их голову назначается хорошая цена?

– Зачем? – удивилась эльфийка. – Это слишком расточительно. Клан просто прекращает любое обслуживание короны тех земель, на которых произошло нападение. И ровно до тех пор, пока виновных не накажут. Обычно достаточно смерти.

– А правители не пытались сами разграбить банки дварфов на своей территории?

– Пытаться-то они пытались, только кто им позволит? – улыбнулась Ализэль. – У всех состоятельных людей деньги хранятся в банке. Вот и представь. Решил, значит, король забрать их себе. Они будут рады? Лично я в это не верю. А чтобы ни у кого не было мыслей о том, что он берет не их деньги, а чьи-то еще, банк прекращает все операции на территории этой короны до полного возмещения ущерба. Во-первых, за каждую украденную монету нужно вернуть десять. Во-вторых, возместить полную стоимость возведения всех отделений, которые подвергались нападению. Даже если в них ничего не повреждено и не разрушено. А это от двухсот до пятисот тысяч золотых. За каждое. В-третьих, выплатить штрафы в пользу семей всех погибших или раненых дварфов. И поверь – они очень серьезны.

– О как! – удивился Виктор. – И что, их никто не послал в пешее эротическое путешествие?

– Банк всем выгоден. Особенно тем, у кого есть какая-никакая, а монета. Поэтому даже если какой правитель захочет напасть и разграбить их отделение, то его люди на это не пойдут. Это не считая того, что, скорее всего, даже до этого не дойдет – сановники сами придушат дурачка в уголке.

– Кстати, а если владелец счета умрет? Деньги отойдут банку?

– Все зависит от контракта и наличия завещания, – пожала плечами эльфийка.

– Хорошо. Спрошу конкретнее. Вот вырезали город солнечных эльфов. Как ты уже заметила, денег за свою долгую жизнь они скопили немало. Куда все это денется?

– Так ты прицениваешься к приданому? – усмехнулась Ализэль, лукаво прищурившись.

– А хоть бы и так?

– Тогда я тебя обрадую. Дело в том, что у клана Атагат с каждым домом солнечных эльфов заключен очень непростой договор. Очень дорогое удовольствие, кстати. В него внесен весь список членов дома. Для каждого сделан амулет, с помощью которого всегда можно узнать, жив ли тот, для кого его делали, и в каком он состоянии. Даже если он умер, это можно достаточно легко определить…

– Что позволяет вам применить какой-то хитрый список наследования? – перебил ее Виктор.

– Да. Так вот. В первый же день я посетила отделение банка, удостоверила свою личность и, уплатив пятьсот золотых, запустила тотальную проверку, ссылаясь на нападение. Причем просила выяснить, выжил ли кто еще. Хотя это и было формальностью. Вчера ее закончили, опросив все отделения банка по магической связи. Кроме меня, не выжил никто. И теперь я законный обладатель всего состояния, что накопили члены Дома Ондостомен за три с половиной тысячи лет его существования. Само собой, за вычетом десяти процентов из числа наличных средств, которые отходят банку в качестве платы. Согласись – завидная невеста.

– И сколько там? – осипшим от удивления голосом поинтересовался Виктор.

– Поверь, хватит, чтобы обучать в любой из школ солнечных эльфов на выбор, жить там в роскоши и… не сильно ударить по сбережениям. – Ализэль откровенно наслаждалась состоянием своего спутника, подбросив в костер не несколько поленьев, а половину леса. Перед таким соблазном мало кто сможет устоять. Конечно, у Виктора был несколько непонятный для нее кодекс чести, но…

– Ну ты и хомяк… – покачал головой Орлов. – А я еще думал, что это дварфы так цепко держатся за деньги.

На этой фразе они и вошли в отделение, минуя еще несколько контрольно-пропускных шлюзов, работавших либо в автоматическом режиме, либо с дистанционным управлением.

Сказать, что сотрудники банка удивились, увидев старшего сержанта, значит ничего не сказать. Обычно сдержанные и угрюмые работники, выглядывающие цепким, жестким взглядом из густых волос, были поражены до изумления.

– Атерас… – наконец выдавил из себя мастер-дварф, руководивший сменой.

Повисла неприятная тишина.

– За кого они меня приняли? – поинтересовался Виктор у эльфийки на ее языке.

– За представителя давно вымершего народа, – буднично ответила та.

«Опять она не договаривает…» – отметил для себя Виктор и обратился к дварфам:

– Уважаемые, доброго вам дня. Я хотел бы оставить у вас на хранение некоторые вещи. И деньги. Сами понимаете, времена сейчас беспокойные.

А дальше пошел уже обычный рабочий разговор. Обсуждали условия, проценты и прочее, прочее, прочее. Это было родной стихией клана, так что они быстро оттаяли. Но все равно оставалась какая-то недосказанность и странность во взглядах.

– Почему вы меня назвали атерасом? – поинтересовался Орлов, собираясь уже уходить.

– А как же тебя называть? – пожал плечами бородач. – Атерас и есть.

– Спасибо. Доброго вам дня, – вежливо попрощался с ними Виктор и, кивнув спутнице, направился в город. Им предстояло посетить еще несколько мест.

Прогулка прошла буднично и спокойно. Все владельцы лавок и мастерских встречали их приветливо и охотно отвечали на вопросы. Что странно. В какие-то моменты Орлову даже казалось, что их ждали специально, готовясь загодя, за несколько дней. Но он гнал эти глупости из головы. А то он и так уже подозревал свою спутницу в таком количестве смертных грехов, что и не пересказать.

Вернулись в таверну лишь под вечер.

С огромным удовольствием сбросили с себя всю одежду и развалились на лежаке голышом. Само собой, доверив эльфийке магическую очистку территории и тел. Поэтому сено, набитое в тюфяк, пахло сеном, а не потом. Да и тела сразу ощутили какую-то легкость.

– Милая, – после нескольких минут расслабленного лежания, обратился к спутнице Виктор подчеркнуто ласковым тоном.

– Что, дорогой, – в тон ему ответила эльфийка.

– Мне нужно с тобой серьезно поговорить.

– О! Так тебя заинтересовало приданое?

– Оно, конечно, хорошо. Настолько, что голова кружится. Но я хотел поговорить о другом.

– О чем же? – поинтересовалась она, запустив руку в волосы у него на груди и начав поигрывать с этими кудряшками. Было приятно. Очень приятно. Настолько, что мешало собраться с мыслями. Столько дней откровенных пыток не могли никак не сказаться. Он все-таки не железный. Да и по месту службы с женщинами была беда – перед тем злополучным походом почти три месяца у него никого не было.

– Давай поговорим о пророчестве, – спустя несколько секунд заявил он. – Чем дальше, тем больше мне кажется, что ты ведешь какую-то игру у меня за спиной. А ведь ты обещала меня не пытаться использовать втемную. И, если ты помнишь, я, в свою очередь, пообещал тебе помочь. Так что я не понимаю твоего поведения. В конце концов, я могу и уйти. Вряд ли я один смогу выжить в незнакомом мире, но это лучше, чем попасть в густую паутину такой опытной интриганки, как ты.

– Странная логика, – пожала она плечами. – Я тебе не нравлюсь? Или, может быть, делаю что-то неприятное?

– Ты – очень красива, соблазнительна, обольстительна. Ведешь себя так, как мечтал бы если не каждый мужчина, то очень многие. Но… В общем, давай по новому кругу это обсуждать не будем?

– Хорошо.

– Итак. Пророчество. Ты сказала, что оно слишком путано. Однако предпринимаешь какие-то скрытые шаги. Внешне я вижу только твое стремление к близости со мной. Не могу оценить, насколько все серьезно, но какая-то цель все же просматривается. И учитывая упорство, я полагаю, не малая. Скорее всего, есть и что-то укрытое от моего понимания.

– И что с того? – невозмутимо поинтересовалась Ализэль, устраивая свою голову у него на груди. Причем не прекращая поглаживаний и прочих форм заигрывания.

– Какое отношение имеют представители этого древнего, вымершего народа ко мне, тебе и пророчеству?

– Только начало пророчества можно трактовать однозначно. Ну, по крайней мере, все сходятся на этой мысли. Звучит оно так: «Наступят дни, когда осколок белого огня возьмет себе в супруги умершее солнце…»

– Так. Ты говорила, что после разрушения алтаря в Ондостомене ты умерла для остальных представителей твоего народа?

– Да. Дом Ондостомен умер. Единственный путь воскреснуть – войти в другой дом. Теоретически. Что же ждет меня на практике, ты уже знаешь.

– Отлично, – кивнул Виктор. – Значит, «умершее солнце», согласно пророчеству, вполне можешь быть ты. Тем более что ты являлась верховной жрицей Бога-Солнца Аматерона. Самая что ни на есть подходящая кандидатура.

– Верно, – с мягкой, блуждающей улыбкой произнесла Ализэль, продолжая смущать Орлова своими нежностями.

– А что такое «осколок белого огня»?

– Белый огонь – это родовой символ правящего семьи атерасов. Про осколок теперь понятно?

– Странная аллегория, но понятно. Почему не капля или всполох? Впрочем, не суть. Итак, осколком белого огня должен быть потомок этой семьи?

– Да, атерас, имеющий кровное родство с последними законными правителями.

– И ты считаешь, что им являюсь я?

– Именно.

– А тебя не смущает, что я из другого мира? И там ни моя морда лица, ни волосы, ни рост не являются чем-то необычным. Да, нечасто можно встретить настолько «жгучего» блондина. Но можно.

– Ты похож на кого-то из своих родителей?

– На отца. А что?

– А он на своего отца?

– Да… – несколько растерянно ответил Виктор, припоминая, что и бабушка, и мама были брюнетками с восточными чертами. А что он, что отец, что дед словно под одну копирку делались.

– Вот и ответ, – промурлыкала Ализэль, услышав это пояснение.

– Но как так может быть?

– Все очень просто. Тот, кто отправил твоих предков в тот мир, наложил плетения крови. Очень сильное и древнее. Я о нем только слышала. Его смысл заключался в том, чтобы сохранить род даже в такой непростой ситуации. Если плетение наложено на мужчину, то женщины от него станут рожать только мальчиков, но не полукровок, а чистокровных представителей рода мужа. Если плетение наложено на девочку, то она станет рожать только девочек своего рода, от кого бы она ни понесла. К сожалению, даже солнечные эльфы таким плетением не владеют.

– Это все хорошо, но в моем мире нет магии, – заметил Виктор.

– Мира, в котором магии нет, просто не может быть. А вот то, что по какой-то причине упал ее фон, это факт. В нашем мире тоже однажды такое было. Очень давно. Древние атерасы построили накопители, в которых собирали целый океан магической энергии. Миллионы и миллионы эргов[13]. Но тогда им это было нужно для большой войны, которую они вели где-то за пределами планеты. Да-да, я не такая дикарка, как ты думаешь. И в курсе того, что планета круглая, вращается вокруг своей оси и так далее.

– А как магия вернулась в ваш мир?

– Страшное поражение в войне. Нападающие разгромили накопители и уничтожили практически все города атерас. Ну и их самих в придачу.

– А когда эта война отгремела?

– Пятнадцать тысяч лет назад.

– Ого! Как же тогда сохранилась память об атерас?

– Уцелел небольшой город атерас в горах. Лишь три тысячи лет назад он пал от страшного удара небесного тела. Эти последние представители своего народа жили изолированно и ни с кем практически не общались. Торговля им тоже была не нужна. Все необходимое у них было свое. Однако кое-какие контакты поддерживали. Вот через них мы и узнали о старых эпохах. Белый огонь был символом их бессменного предводителя. Многих манили богатства и знания Дол Амона. Не раз разные народы стремились завоевать древний город, но неизменно терпели ужасные поражения. Мне кажется, что пожелай атерас восстановить свою власть над планетой – никто бы и пикнуть не посмел. А кто попытался – был бы уничтожен походя, не напрягаясь. Но поражение в войне их сломало, они больше ничего не хотели, лишь покоя. А может быть, было еще что-то мне неведомое.

– Хм. И ты считаешь, что я потомок тех атерас?

– Да.

– Вообще-то три тысячи лет назад в моем мире люди были очень дикими. А мужчина или женщина моего типажа казались не менее дикими, чем здесь. Мы быстро развиваемся. Но…

– У древних было много секретов, – лишь пожала плечами эльфийка.

– И как это можно проверить?

– Ну то, что ты атерас, и так видно. Поэтому в общем смысле уже являешься осколком белого пламени. Это можно трактовать не только как потомок правящего дома, но и как потомок кого-либо из подданных, представитель народа. А все остальное я надеюсь выяснить по приходе в столицу королевства. Там сохранился древний храм еще с тех времен, когда магии в нашем мире практически не было. Я не знаю почему, но чувствую, что там ты сможешь найти ответ на свой вопрос.

– Хм… Мило.

– Видишь, я честно отвечаю на твои вопросы. Не утаивая от тебя ничего. Как и обещала.

– Ты и не утаиваешь?! – усмехнулся Виктор. – Я уже слишком хорошо тебя знаю. Наверняка сказала минимум и опустила те детали, на которые не стоит обращать внимание.

– Если хочешь, я расскажу тебе все об атерас. Это не так уж и много. Вообще все, что знаю.

– Хм. Не стоит. Пока не стоит. Главное я выяснил. Поправь меня, если я ошибся. Ты хочешь, чтобы я тебя взял в жены, дабы пророчество начало действовать?

– Все верно.

– И тебя не смущает разница в возрасте?

– Нет.

– То, что мы… эм… немного разные?

– Нет.

– Что, прямо вот так?

– Пойми меня правильно. Спасать своих родичей я не горю желанием. В конце концов, именно дурацкие традиции моего народа привели к этой трагедии. А вот отомстить обидчикам хочу. Как ты верно заметил там, на берегу речушки, я прожила весьма приличное количество лет. У меня было много детей, внуков, правнуков. Целый клан. И все они погибли. Последние дети пали в том бою на поле.

– Так это были твои дети? – удивился Виктор. – Прости. Я не знал.

– Тебя не за что прощать. Я знаю, что ты мог вмешаться раньше, и хотя бы несколько из них смогли бы жить. Но это не твоя война. Тебе вообще стоило отойти подальше и наблюдать за сражением издалека.

– Серьезно. Знал бы – вмешался, – произнес Орлов, загребая эльфийку в объятия и прижимая.

– Я верю, – ответила она, заглядывая в глаза каким-то таинственным взглядом.

– На что ты готова пойти ради мести?

– На все.

– Даже на то, чтобы я завел себе еще несколько жен?

– Слушай, не наглей.

– А что?

– Тебе и меня одной будет вполне достаточно.

– Если б я был султан, то имел трех жен. И тройной красотой был бы окружен. Но с другой стороны, при таких делах, столько бед и забот – ах спаси Аллах! – продекламировал Виктор фрагмент старой песни.

– И это тоже.

– А если это потребуется для твоего… нашего дела?

– Нашего? – удивленно подняла бровь Ализэль.

– Если я возьму тебя в жены, то все погибшие в Ондостомен твои дети, внуки и так далее станут моими родственниками. Как ни крути. Пусть заочно. Но это не суть. Конечно, в моем мире уже давно развитые народы не применяют право кровной мести, но для такого случая я забуду, что не дикарь.

– Кровная месть… – медленно произнесла эльфийка, словно пробуя на вкус это слов. – Хорошее название.

– Итак?

– Да, если это потребуется для пользы нашего дела, я соглашусь на других жен.

– А что будет потом?

– В смысле?

– Когда мы отомстим.

– Не знаю, – пожала она плечами. – Попробуем жить дальше. Растить детей-внуков. Эльфы способны рожать в любом возрасте. Да и ты, под трепетным вниманием пусть и плохонького, но мага жизни, стареть еще долго не будешь.

– Мне кажется все происходящее похожим на сказку.

– Поверь, в сказке не бывает таких неприятностей, которые ждут нас впереди… – усмехнувшись, ответила она.

– Нас… – тихо произнес Виктор, вслушиваясь в это слово. – Неприятности – это когда ты вечером побрился, а утром встал и у тебя опять щетина, а тебе 12 лет, и ты девочка! А вообще, у меня все неприятности в жизни из-за женщин. Я как-то даже уже привык, – отметил старший сержант и с чувством поцеловал эту многосотлетнюю девицу…

Утро следующего дня наступило в обед. И первая мысль, которая посетила его многострадальную голову, была та, что у мага жизни имеются и недостатки. Еще никогда у него не было ТАКОЙ потенции. Да и силы не покидали до самого утра. Явно эльфийка постаралась. Зверюга! Садистка! Но как же ему было приятно вновь вляпаться в проблемы… такие симпатичные, такие приятные на ощупь, такие… А, не важно. Не в первый раз.

Глава 6

Пользуясь сложившимися обстоятельствами, Ализэль решила не откладывать в долгий ящик их бракосочетание. Справедливо полагая, что старший сержант может одуматься и удрать в окошко. Конечно, он о таких маневрах еще не помышлял, просто не успев отойти от шока ночи любви. Но, как говорится, хорошая мысля приходит опосля. И это эльфийке было отлично известно.

В общем, приведя изрядно помятого за ночь жениха в порядок с помощью магии, одев и покормив, она отправилась с ним под ручку «погулять». Именно так – под ручку. А то уж очень тоскливые нотки стали проскакивать в его взгляде. Видимо, начало потихоньку приходить осознание.

Как ни странно, но пошли они к банку…

– Они что, еще и браки регистрируют? – неподдельно удивился Виктор.

– Почти угадал, – мило улыбнулась Ализэль. – В подвальных помещениях каждого отделения банка Атагат находится зал с некоторым количеством малых святилищ. Непосредственно здесь – семь. Это их дополнительная защита от нападения. Даже более того – изначально они начинали именно с них, дабы не вызывать лишних вопросов. Но это было так давно, что практически никто и не верит.

– Все святилища действующие?

– Да. Иначе зачем их держать? Количество святилищ зависит от местности и нужд. В главном отделении Империи двадцать три. В некоторых степях всего три.

– Милая, а мы что, вот так и поженимся? А как же красивое платье, гости, пьянка, мордобой?

– А кого мы приглашать на свадьбу станем? – усмехнулась эльфийка. – Попросим некромантов поднять моих родичей, а Богов пригласить твоих? Или, может, тех громил, с которыми ты в таверне дрался?

– Но хоть платье-то?

– Переживу, – произнесла Ализэль и кивнула в сторону ворот банка. Дескать, давай, топай.

– Слушай, можно интимный вопрос?

– Конечно, – невозмутимо кивнула девица.

– У меня был хотя бы один шанс?

– Нет, – с мягкой, доброй улыбкой ответила она.

«Ну я и попал…» – пронеслась у него мысль. Ну, раз обещал так обещал. Чего он этой ночью только не пообещал. Эх… Вспомнился даже старый анекдот:

– Ты на мне жениться обещал!

– Мало ли чего я на тебе обещал…

Но тут такой номер вряд ли прокатит.

Впрочем, позориться и идти с кислой мордой лица на собственную свадьбу Виктор не считал правильным. Тем более невеста красива, умна, богата, даже в какой-то мере покладиста. Такую еще поискать. Поэтому собрал свою волю в кулак. Расправил плечи. Втянул живот. Выдвинул челюсть вперед. Вперился бараньим взглядом в ворота. Решительным жестом подтянул к себе невесту. И пошел вперед, напевая про себя мотивы в духе: «Это есть наш последний и решительный бой…» Бодро поздоровался с дварфами, пожелав им доброго утра и приняв аналогичные ответы. Параллельно отметив небольшие складки кожи возле внешней стороны глаз. Они явно ржали. Тихо так. В бороду. Гады. Но ничего, он им это еще припомнит.

Боковой проход. Спуск по довольно просторной винтовой лестнице метров, наверное, на двадцать вниз. Поворот направо на небольшой площадке. Коридор шагов двадцать. Новый спуск, уже по обычной лестнице. Еще один поворот направо. И вот перед Виктором вырастают довольно массивные ворота из какого-то необычного дерева, окованные металлом. Он остановился, не решаясь их открыть. Даже ему, не магу, хорошо была заметна какая-то мистическая сила, идущая от них легким туманом.

Ализэль чуть подтолкнула его в спину. Дескать, не робей. И Виктор, мысленно выругавшись в самом лучшем армейском ключе, толкнул створку, дабы они с невестой смогли пройти.

Странное место.

Сразу от ворот ступеньки уходили круто вниз полукругом. Метров на десять не меньше. Но их не видно из-за густого молочного тумана. Его вообще здесь было много. Очень.

Виктор огляделся.

Вдаль уходил зал метров тридцать длиной и восемь шириной. Ну или около того. Высоту сводов не определить, так как она утопала в молочном тумане. Так, просвет в три-четыре метра виден, а все, что кроме него, – скрыто. Вентиляции не чувствовалось, но ощущение было такое, словно ты в свежем лесу, сразу после дождя. Он пригляделся. По левую руку вдоль стены стояло семь светильников на высокой подставке, в которых горел мягкий, зеленый огонь.

– Зеленый свет символизирует благоприятное расположение Божества. То есть можно войти, – прокомментировала немой вопрос Ализэль. – Вот, видишь, напротив каждого светильника дверь с барельефом.

Он кивнул и осторожно сделал шаг, нащупывая ногой невидимую ступеньку. Потом еще. Еще. Еще.

– Я слышу знакомые шаги! – вдруг раздался голос откуда-то сбоку.

Виктор резко остановился и медленно повернул голову на источник звука. Перед его взором на ступеньках сидел худощавый старик в довольно потрепанной одежде. Хотя нет. Скорее даже просто выцветшей, но все еще крепкой и чистой. А вот его лицо вызвало у Орлова легкий холодок, предательски пробежавший по спине и устремившийся в ноги, делая их ватными. На мгновение. Нет, конечно, он видел людей, которые лишились зрения по той или иной причине. Заросшие глазницы и все такое. Но тут… было такое впечатление, что даже теоретически место для глаз не подразумевалось. Никаких глазниц. Вообще. Сквозь полупрозрачную кожу хорошо и отчетливо можно было увидеть кость. Ну и тонкую паутину сосудов с капиллярами.

– Старый друг! – вполне радостно поприветствовала это необычное существо Ализэль. – Я рада тебя видеть. – С этими словами она бросила ему золотую монету. Удивительно, но он ее поймал одним быстрым и ловким движением.

– Ты не одна… очень интересно… – тихо произнес он, принюхиваясь к воздуху. – Кто твой спутник? Мне кажется…

– А кто ты, чтобы спрашивать это? – с растущим раздражением перебил его Виктор, стараясь гневом выдавить из себя предательский страх. Хорошо поставленный голос старшего сержанта загудел в этом подземном зале так, словно тот использует как минимум мегафон.

«Видимо, какая-то магия», – пронеслось у него в голове.

Это странное существо вздрогнуло и как-то съежилось под его окриком. А потом встало на своих кривых ножках и, отмахивая какие-то чудные поклоны, залепетало на незнакомом языке. Причем пятясь. Шаге на пятом он просто пыхнул клубами тумана во все стороны, сливаясь с обстановкой.

– Плата принята, – вдруг раздался тихий шепот как будто из ниоткуда. – Проходите.

– Куда теперь?

– Вон туда, – указала изящной ручкой эльфийка на дверь с красивой женщиной на барельефе. – Это святилище Ариэль. Она засвидетельствует наш союз.

Продолжая накачивать себя гневом и злостью, дабы не струхнуть в самый неподходящий момент, Орлов уверенным, почти чеканным шагом направился ко входу в нужное святилище. Энергичным движением открыл дверь и переступил через порог.

Здесь внутри все было совсем иначе, чем в зале. Пахло какими-то благовониями явно цветочного происхождения. Молочный туман сюда не проникал. Что открывало вид на полированные красные плиты какого-то камня, которыми было отделано все: пол, стены, потолок. В глубине же небольшого прямоугольного помещения стояла бронзовая статуя женщины, выполненной с запредельным качеством. Казалось, что вот еще мгновение… и она оживет.

Виктор так и остался стоять истуканом, завороженно смотря на статую. Ализэль же вышла из-за его спины и мягкой походкой направилась вперед.

– Ну что же ты стоишь? – шутливо спросила она. – Только что был таким смелым…

Орлов вздрогнул и последовал за ней.

Во всем теле чувствовалось какое-то опустошение. И чем ближе он подходил, тем сильнее у него подламывались колени.

– Это нормально, – глядя на него, усмехнулась спутница. – Ариэль любит преклонение. Не каждый мужчина может устоять возле статуи. – Подбросила девица дров на пылающее самолюбие жениха. Гнев новой волной стал наполнять его тело, очищая разум от пустых и глупых страхов. А шаги становились все уверенней и тверже. Когда же он подошел к статуе почти в упор, встав на одну из заранее отмеченных площадок, в его взгляде уже горел вызов.

Но стоять и тупо лыбиться в мерцающие глаза статуи долго не пришлось. Ализэль достала какой-то изящный нож и сделала надрезы ему и себе на нескольких пальцах.

– Милый, возьми ее за ладонь, – кивнула эльфийка на ладони статуи Ариэль.

Виктор протянул руку и коснулся идола. Бронза показалась теплой и приятной на ощупь. На вид такая гладкая и твердая, но ощущение от прикосновения просто вопило о том, что это все обман зрения, а там кожа… мягкая, нежная, шелковистая. От неожиданности Орлов даже уставился на ладонь, пытаясь понять, что же там не так? Да нет, бронза. Обычная бронза. Странно.

– Назовите свои имена, – донесся приятный женский голос откуда-то сверху.

– Ализэль… – затянула полное имя эльфийка. Виктор задумчиво вслушивался, медленно поднимая голову. А ведь он никогда даже не интересовался полным именованием своей невесты. Тот еще женишок…

– Хорошо, – вновь произнес женский голос. – Твое имя принято. Теперь ты.

В этот момент он, наконец, поднял голову и… встретился с внимательным взглядом статуи. Да, да. Она смотрела на него так, словно была живой женщиной. А свет, что раньше едва заметно мерцал у нее в глазах, сменился уверенным и мощным потоком. Словно вместо аварийного освещения включили дневное. Этакие два глаза-прожектора. Хотя нет. От вида этого света он не слеп. Просто фиксировал сам факт буквально сжиженного света у нее в глазах. Очень необычно… и необъяснимо для него.

Вот на ее губах появилась едва заметная усмешка.

– Ты… не ожидала тебя здесь увидеть, – произнесла статуя. – Впрочем, раз пришел, то я приму твою клятву. – Он завис. Эта Богиня явно что-то знала. И ему вдруг захотелось спросить о том, как он сюда попал, зачем и так далее. Столько вопросов… Но мысли никак не хотели собираться в хоть какие-то внятные формы. А время шло.

– Имя, назови свое имя, – тихо прошипела Ализэль. – Не раздражай Богиню.

– Виктор Иванович Орлов, – кратко рапортовал он. По сравнению с эльфийкой, разумеется.

– Хорошо, – едва заметно кивнула статуя. – Я принимаю вашу клятву. – После чего ее голова и лицо вернулись в изначальное состояние. А свет вновь стал слабым, мерцающим.

Новоявленная супружеская пара отошла на несколько шагов от статуи и бессильно уселась на теплые каменные плиты.

– А как же плата? Или тот золотой она и есть?

– Платой является сам факт нашего союза. А тот золотой требовался для входа.

– Золотой?!

– Каждый дает столько, сколько может. Бедняк, желающий обратиться к Богам, вполне может обойтись медяком.

– Да, тут явно не маги делами заправляют, – усмехнулся Виктор. Гнев потихоньку уходил, оставляя возможность страху вновь завладеть им. – И что теперь? Как мы узнаем, что пророчество начало действовать?

– Я не знаю, – покачала головой его супруга. – В любом случае нам нужно в столицу королевства. А там видно будет.

– Ты знаешь, мне показалось, что она что-то знает о том, как и зачем я сюда попал.

– Возможно. Боги много всего знают, но не спешат этим делиться.

– Кстати, а у Бога Локи тут есть храм? Я у тебя уже спрашивал?

– Нет. У него вообще нет храмов. По крайней мере, известных мне. Можно поискать древние алтари, но не стоит. Слишком он не предсказуем. Да и вообще. Пошли отсюда. Гостеприимство Богов не безгранично, и вряд ли ей интересны наши досужие разговоры…

Худощавый мужчина сидел в легком плетеном кресле и едва заметно покачивался, думая о чем-то своем.

– Полагаю, ты видел это… – раздался слегка взволнованный голос внезапно материализовавшейся фигуры Ариэли.

– О да… Но ты сама виновата. Нужно было за языком следить. Или ты думала, что я взял первого попавшегося парня?

– Так он что, правда тот, кем его считают? Внешность бывает так обманчива…

– Что за глупые вопросы? Не ты ли приняла клятву крови от него?

– Сам же знаешь, что она запечатана. А становиться покровителем неизвестно кого я не желаю.

– Как знаешь, – безразлично пожал плечами Локи. – Как говорится, не очень-то и хотелось.

– Сволочь ты…

– Как меня только не называли, – небрежно отмахнулся он от ее обвинения. – И, кстати, ты пропустила самый сочный момент. Как он на бедного Цэари гаркнул. Просто песня!

– И тот не стал огрызаться?

– С какой стати? Поначалу мне показалось, что вообще чуть в обморок не упал. Сама подумай, столько тысячелетий прошло.

– Понятно, – фыркнула Ариэль. – Ты в курсе, что он ищет встречи с тобой.

– Цэари?

– Виктор.

– Да. И мне кажется, что нам с ним пора пообщаться.

– Прямое вмешательство?

– Разговор, просто разговор. Причем я не стану представляться. К тому же с тобой он уже пообщался. А то, что ты не пожелала этим воспользоваться – не моя проблема. Ведь отошла от стандартных ритуальных фраз. Кто тебя за язык дергал?

– Хорошо… – сквозь зубы бросила Ариэль. – Но только один раз. Я буду следить! Не вздумай мухлевать!

– Ну что ты! Когда я тебя обманывал?

– Лучше бы вспомнил, когда играл честно, – фыркнула Ариэль и удалилась.

А худощавый мужчина еще долго сидел и с блуждающей улыбкой смотрел в пустоту. Прошло несколько часов, прежде чем он растаял, а на дороге примерно в пяти километрах от Анкрока появился ничем не примечательный всадник. Он спокойной рысью достиг ворот. Честно оплатил въезд. И направился в «Упитанного пони» устраиваться на постой…

Виктор проснулся и ощутил прижатое к себе тело супруги. Такое нежное, такое приятное. Дурные мысли, попытавшиеся было ворваться в голову, отступили на второй план. Неужели она серьезно станет его супругой и все это не очередная игра? Но нет. Богиня-то вчера была вполне настоящая. А с такими вещами шутить как-то не с руки.

Он чуть прикусил ее за длинное ушко, от чего она довольно замурчала, словно кошка, и постаралась получше устроиться в его объятиях. Нахлынули воспоминания о сексе. Странно. Вроде бы ничего необычного. Все как всегда, только много и долго. Но в голове витали только мысли о каких-то гиперболизированных ощущениях. Сильные. Яркие. Мощные. На несколько голов превышающие все лучшее, что было у него раньше. А главное – всю ночь как заведенный. Виктор был полностью уверен в принципиальной невозможности такого явления. Опыт-то был, и назвать себя слабым или невыносливым он никак не мог. Но…

«Да уж… магия жизни – сильная штука…» – думал он, прислушиваясь к дыханию супруги. Супруги! Боже! В той жизни, там, по ту сторону этой проклятой пещеры, мало какая особа смогла бы его так быстро и ловко развести на брак. В сущности, раньше тридцати пяти – сорока он не собирался даже задумываться о таких вещах. А тут… Не как ребенка, конечно, но у него действительно не было шансов. Это древнее, коварное чудовище оказалось слишком опытно и могущественно.

Однако Ализэль уже не спала. Минут пятнадцать понежились в объятиях друг друга. Привели себя в порядок. Оделись. Пошли завтракать… ведь первый прием пищи за день, это именно завтрак, вне зависимости от часов. В зале таверны было тихо и спокойно. Немногочисленные посетители спокойно кушали, что-то обдумывая.

Пока исполняли заказ, Виктор приобнял свою новоявленную супругу и заглянул ей в глаза.

«Поразительно… она даже смотрит теперь иначе… как-то мягче и теплее…»

Орлов прислушался к своим ощущениям. Ализэль была красива и стройна. Но не как роковая женщина, вызывающая бешеную страсть. Нет. Скорее, как нечто ангелоподобное и утонченно-мимимишное. Он понимал, что внешность обманчива и эта женщина хитра, коварна и смертельно опасна, но думать об этом не хотелось…

– Вы позволите? – вкрадчивый голос незнакомца вырвал Виктора из задумчивого созерцания супруги и ее прямо-таки божественных золотых глаз…

– Да, конечно, – чуть мотнув головой, дабы сбросить наваждение, ответил Орлов.

Гость с виду был вполне обычным. Худощав. Довольно типичной для местных внешности. Разве что одежда чистая. Словно он надел ее всего несколько часов назад. Немного пыли… и все. Подозрительно. Ну и рыжий, таких тут мало.

– Я в городе проездом. Узнал, что тут остановилась такая удивительная пара, как вы, и посчитал своим долгом засвидетельствовать вам свое почтение. Атерас и солнечная эльфийка. Это так необычно… и красиво. Вы прекрасно смотритесь.

– А что, уже весь город судачит о нашей свадьбе?

– Конечно! Это главная новость! Дварфы уже успели пустить сплетни… по секрету, разумеется. Очень необычная свадьба. Ее еще долго будут обсуждать.

– Понятно, – кивнул Виктор и скосился на супругу, которая молчала и с некоторым напряжением рассматривала незнакомца.

«Ясно… – пронеслось в голове у Орлова. – Начинается».

– Вы не против, если я угощу вас вином?

– Вином? – переспросил Виктор и постарался вглядеться в гостя. Худощав. Правильные, аристократические черты лица. Густые, огненно-рыжие волосы. Тонкие губы разошлись в услужливой, но явно хитроватой улыбке. Какое-то странное, практически звериное чутье, выплывшее из глубин подсознания, стало вызывать давно забытые картинки в памяти. Отрывки текста. Звуки. Казалось, что он смотрел в глаза своего собеседника целую вечность, но на деле прошло несколько ударов сердца.

«Так вот ты какой, северный олень?» – отметил Виктор, сам же поинтересовался:

– Так вы путешествуете?

– Еду по делам. Хотя не спеша, и оттого можно сказать, что путешествую.

– А много ли легенд слышали?

– Изрядно, – кивнул гость, едва заметно запрягшись.

– Тогда, может быть, вы сможете нам помочь? Дело в том, что мы с супругой поспорили о том, как выглядело одно животное, давно канувшее в вечность.

– О, я о многих таких наслышан. С радостью вам помогу, если это будет в моих силах, – ответил рыжий гость, но, явно не расслабившись, а напротив, как будто сгруппировавшись. – О ком пойдет речь?

– Слейпнир, – от этого слова он вздрогнул. – Восьминогий конь. Мне кажется, что у него ноги срослись попарно и с виду он был обычным конем, только очень крепким. А супруга полагает его чуть ли не сороконожкой.

– Очень интересный вопрос, – произнес гость, пристально и с каким-то вызовом глядя на своего собеседника. – Но правда в том, что это обычное прозвище. Мальчик просто очень быстро бегал. Да и сами подумайте, какая бы женщина его согласилась рожать?

– Поговаривают, что его отец отличался особенной любвеобильностью и охаживал не только смертных и Богов, но и разных животных.

– Навет! Наглый навет!

– А откуда же тогда легенды, будто на Слейпнире верхом ездили?

– Соедините в одном сосуде невежество и самомнение истинно Божественного масштаба и легко получите и не такие бредни.

– И Мировой змей – это тоже прозвище?

– Конечно. Он имел наглость ловко примирять стороны в самый неподходящий момент. Очень неудобное качество, когда Асы напились и хотят подраться для развлечения. Примитивные дикари. Что я могу сказать? – пожал он плечами.

– О чем вы говорите? – наконец не выдержала Ализэль, слушая этот диалог с нескрываемым удивлением.

– Сам представишься? – поинтересовался Виктор.

– Как-то неприлично. Не по статусу.

– Локи, – коротко бросил Орлов. Эльфийка побледнела, крепко сжав руку мужа под столом. Но самообладание сохранила. Все-таки несколько столетий в роли верховной жрицы сказывались. Это он – дите техногенного века воспринимал Богов просто как один из видов разумных. А ее бедная головка сейчас испытывала очень серьезное потрясение.

– Ну же, девочка, не пугайся. Мы просто вспоминали старые добрые времена, – заметил рыжий мужчина с улыбкой, а его глаза на пару мгновений подернуло поволокой, той самой, возникающей при самых сладких и любимых воспоминаниях…

– А как ты убежал? Или это все глупая легенда?

– «Только не бросайте меня в терновый куст», – ехидно заметил собеседник.

– То есть ты смог разорвать свои путы?

– Конечно. Но этим болванам о том знать было не нужно. Правда, ваш мир пришлось покинуть. Хотя я до сих пор туда заглядываю из любопытства.

– Позволь вопрос по существу?

– Я на него не отвечу. Таковы правила игры.

– Хм. Я смогу когда-нибудь вернуться?

– Кто знает? – пожал он плечами. – Я не провидец. Сейчас ты слаб и юн. Кто знает, что будет в будущем? Может быть, ты погибнешь, а может – обретешь силу и влиятельных друзей. Одно могу сказать точно – о родных своих не думай. Даже если ты когда-нибудь в тот мир и вернешься, то они все давно будут мертвы. На обретение могущества нужны столетия. А простые люди в том мире, практически лишенном магии, долго не живут. Старость неумолима.

– Хоть что им написали?

– Что ты погиб, спасая солдат своего отделения. Тело обнаружить не удалось, так как завал был очень сильный. Это все, что ты хотел узнать? – с хитрой улыбкой поинтересовался Локи.

– Я тебе нужен для чего-то. Не отрицай, – перебил было открывшего рот Бога Виктор. – Иначе бы не пришел. На что я могу рассчитывать? Могу ли я обращаться к тебе за поддержкой? Полагаю, что впереди меня… нас с супругой ждут серьезные испытания и совет такого умного Божества, как ты, мне будет очень полезен.

– К сожалению, я вынужден отказать. Хоть мне и лестна такая оценка. Не часто эту сторону моего характера замечают.

– Правила игры?

– Они самые. Пока – это единственная наша встреча, и новых не предвидится. Возможно, в будущем… – развел он руками. – Впрочем, я засиделся. Меня уже зовут. Приятно было познакомиться, – произнес Локи и растаял в воздухе как призрачная дымка.

– Ну вот и началось, – усмехнувшись, произнес Виктор, обращаясь к супруге.

– Надеюсь, ты не собираешься спешить и делать необдуманные поступки? Нужно завершить подгонку доспехов и дождаться каравана. Это все может быть простой провокацией.

– Разумеется.

Глава 7

Локи ушел, и жизнь продолжила идти своим чередом, размеренным и немного жутковатым в своей непреклонности.

Они просыпались часов в десять. Эльфийка приводила их в порядок с помощью магии, и они шли тренироваться. Виктору в эти минуты очень хотелось кушать, поэтому он злился и легко заводился. Супруга прекрасно видела, что злость очищала его сознание, придавала силы, ясности и изворотливости. Вот ее и провоцировала. А это, в свою очередь, позволяло Виктору выкладываться на тренировке даже не на сто, а на все двести процентов. Потом «чистка перьев» с помощью магии и застолье, в ходе которого Орлов съедал, нет, сжирал какое-то чудовищное количество еды. И уже в подобревшем и размякшем настроении выдвигался под ручку со своей супругой по магазинам и мастерским. Так как наступал черед примерок и прочих подобных ковыряний, включающих непременный атрибут – споры о деньгах. А вечером после не очень сытного, но вкусного ужина и бутылки вина их ждала ночь страсти. Ну, не совсем ночь. Как в первый раз, Ализэль уже мужа не выжимала, но часа четыре он отрабатывал точно. А местами и все пять.

И так каждый день, непрерывно и неукоснительно. Как раб на галерах.

Но всему когда-нибудь приходит конец.

И вот, на исходе пятой недели пребывания Виктора в этом мире они отправились в дальний путь, прибившись к отряду дварфов-наемников. Те шли к нанимателю в Белую скалу – столицу местного королевства Эдорас. Причем, что интересно, эльфийка умудрилась сторговаться с командиром отряда за роль лекаря во время перехода. Для дварфов это было очень щедрое предложение. Настолько, что дварфы гордились тем, как ловко смогли убедить мага жизни такого уровня идти с ними и не требовать платы за свои услуги. Ведь это по эльфийским меркам она была средненьким магом жизни, а по представлениям других народов – очень неплохим. Впрочем, Ализэль не спешила им рассказывать о том, какой угрозе дварфы подвергаются, принимая под свою защиту эту парочку. Зачем смущать людей? Пусть порадуются своим грезам. А если повезет, то и удаче.

Так что два эльфа ехали в походном обозе дварфов и старались не отсвечивать. Хотя, кого я обманываю? Двух эльфов в толпе дварфов сложно не заметить. Тем более таких. Почему двух? Да потому как Виктор был выряжен в полный эльфийский доспех, который слепили ему из трех стандартных комплектов, оставшихся после битвы на поле[14]. Той самой, в ходе которой он спас свою будущую супругу. И все бы ничего, только вот на эльфа, даже в таком снаряжении, он походил не больше, чем жираф на дельфина. Почему? Ну, причина была очень проста. Дело в том, что у эльфов был очень слабо выражен половой диморфизм[15]. То есть что мальчики, что девочки у них грацильные. Кость узкая, мышцы растут медленно и плохо, зато гибкие и ловкие. Да и эльфийские лошади были им под стать, чем-то напоминая стройных, прямо-таки изящных арабских скакунов. Вот от того дварфы отряда реально и заржали в голос, когда увидели выезжающий из-за угла «эльфийский шкаф» верхом на весьма изящном коне, что терялся на его фоне. Причем не одного такого клоуна, а в компании совершенно обычного солнечного эльфа в полном снаряжении, коим была его супруга.

– И все равно, я не понимаю смысл этой маскировки. Курам же на смех, – в очередной раз пробурчал Орлов.

Ализэль же в этот раз не смолчала, а решила разъяснить «политику партии и правительства», ибо понимала, что игры играми, но от мужа можно и по ушам получить. Да, да, по этим самым длинным, наглым ушкам. Поэтому, немного подразнив мужа, она решила спустить ему пар, а заодно и подбросить дров в его черепную коробку в надежде, что нестандартное и непривычное мышление человека из другого мира сможет найти решение застарелой задачи. Ну, или хотя бы найдет зацепку.

– Ты хочешь сделать меня вдовой? – удивленно спросила Ализэль с какими-то наигранно плаксивыми нотками в голосе.

– А ты думаешь, так меня никто не узнает? – с усмешкой поинтересовался муж.

– Во-первых, хоть какая-то маскировка лучше ее отсутствия. Поверь, пусть эти бородатые пеньки и ржут, глядя на тебя, но даже среди них не все знали о том, что таких эльфов не бывает. Несколько комков шерсти были в курсе, вот и порадовали своих соратников. А ведь они весьма и весьма образованны. Много повидали. Больше двадцати лет в походах. Да и дома у дварфов не принято неучами расти. Во-вторых, даже если кто и поймет, что здесь что-то не так, то какова будет его мысль?

– Еду я?

– Ты себя любишь, и это хорошо. Но с какой стати все в округе должны только о тебе думать?

– Ну…

– Они знают, что зеленые орки примерно такого же роста, что и солнечные эльфы. Да, ты немного меня выше. Но это не суть. Мало ли я доходяга, а ты особенно отожравший образец их рода? Это как раз будет нормально. Вот о нем они и подумают. Тем более что ты и без того был крепким мужчиной. А за месяц тренировок с помощью магии жизни окреп еще больше, то есть вполне похож на стройного орка.

– Хорошо. Подумали случайные прохожие о том, что я орк. И что с того? Ведь очень странно его увидеть в компании солнечной эльфийки и в таких доспехах.

– Вот пусть и поломают голову, придумывая оправдания.

– А что плохого в том, что я поеду как есть?

– Ты полагаешь, что я одна о пророчестве знаю? – усмехнулась Ализэль. – Чем позже на тебя начнется охота, тем лучше. А еще лучше – чтобы никто не знал, где ты на самом деле находишься.

– На меня? – удивился Виктор. – Почему только на меня?

– На нас, конечно же. Но на мое место может стать другая. Еще есть как минимум девять верховных жриц Аматерона. А вот ты – один. И тебя некому заменить.

– Но ведь дварфы в курсе, кто скрывается под этими доспехами.

– Я попросила, меня услышали. Не сразу, но несколько золотых прочистили им уши. Перекупить их, конечно, можно. Теоретически. Но для этого еще нужно узнать, что оно имеет смысл. Кроме того, по прибытии в столицу я пообещала им еще десять золотых за молчание. И поверь, даже если кто предложит хорошую цену, то они придут ко мне и начнут торговаться. Да, своей выгоды не упустят, но… если есть возможность не предавать, они ею воспользуются. Характер такой.

– Но ведь все равно проболтаются.

– Конечно. Но я и договаривалась только о том, чтобы на переходе помалкивали. А потом – их дело. Для нас будет достаточно того, что на подходе к столице нас не будет ждать засада.

– Ну… не знаю. Мы ведь в городе жили открыто. А значит, вся округа знает о моем появлении. Подозреваю, что и о нашей свадьбе. Уж больно хитрые были глаза у дварфов в банке.

– Знать-то знает, только не догадывается, куда мы двигаемся.

– А это разве не очевидно? Отряд-то идет в Белую скалу.

– Это очевидно для тебя, потому что ты прямой, как сосновое бревно.

– Хм… – с легким раздражением принял комплимент Виктор.

– Не злись. Но ни один эльф так не подумает. Как и тот, кто пытается понять эльфа. Ты – великая ценность для всех солнечных эльфов. И ты в опасности. Где самое надежное и спокойное место для нас? Правильно – у себя в городах. Туда если и можно сунуться, то только с целой армией. Вот. А на полпути к столице есть развилка, которая уводит узкую, древнюю дорогу от тракта в сторону Савердиана – одного из городов солнечных эльфов. Это самый очевидный путь нашего назначения. Но никак не столица. А отряд… так, для отвода глаз. Тем более что если кто вчитается в наш договор, то он не подразумевает цели перехода. Мы в любой момент сможем отделиться от дварфов и уйти своей дорогой.

– Значит, ты считаешь, что нас станут ждать на дороге, ведущей в… эм… Савердиана?

– Да. Глухие места для таких дел намного лучше оживленного тракта.

– Допустим. Но что помешает нашим врагам попытаться ликвидировать в столице?

– Им лишний шум не нужен. Максимум – спровоцировать дуэль. Но это маловероятно. Скорее всего, в Белой скале нам ничего не угрожает. А вот за его пределами, на тракте, там да. Будут ждать… хм… грабители. Много хорошо подготовленных и дисциплинированных грабителей.

– И кто же такой щедрый? В смысле – кто наш враг? По-моему, играть в жертву не очень правильно. Патронов у меня вполне достаточно для одной серьезной вылазки. Тебе известно, кто заказчик?

– Если бы это было известно, то его или ее голова была самой желанной добычей в нашем мире. Поверь – у нас есть что предложить взамен. Золота если и меньше, чем у дварфов, то не сильно. Что-что, а копить мы умеем.

– Погоди-ка. Но ведь кто-то же на вас нападал.

– Исполнители. Не более того. Практически весь зверинец Хаоса и Тьмы, под руководством темных эльфов. Правда, скорее всего, их тоже использовали.

– А как происходит нападение?

– За тысячи лет ничего не изменилось, – пожала плечами эльфийка, а потом, видимо спохватившись, начала повествовать. – Перед самым нападением ничто не предвещает беды. Вокруг тихо и спокойно. Но незадолго до дня слабости, когда алтарь теряет силу Бога, открывается множество порталов, через которые лезет всякая гадость: орки, наги, гоблины, кобольты, огры, тролли, гноллы и так далее. Чего там только нет. Даже толпы поднятых мертвецов идут. Они стремительно уничтожают все наши форпосты, заставы, небольшие торговые поселения и стремятся замкнуть кольцо осады. Обычно никто не успевает вырваться. А дальше начинается истребление. Когда они подходят к городу, алтарь уже спит…

– Как же ты смогла прорваться?

– Схему вторжения знают все солнечные эльфы наизусть. Поэтому я, как только пришли первые сведения, собрала кулак из воинов своего народа и атаковала наиболее слабый участок. Кольцо окружения мы прорвали. Но враг как будто чувствовал это и подготовил множество засад. То один, то другой отряд оставался прикрывать наше отступление. Но все бесполезно. Если бы не ты, то я бы осталась лежать там…

– Если бы да кабы, да во рту росли грибы, – пошутил Виктор.

– А?

– Я спрашиваю, почему вы не добрались до тех темных эльфов?

– После нападения они пропадают. Словно исчезают из нашего мира. Даже Великие Дома и те не могут ничего понять.

– Им-то какое дело?

– Если вскроется их причастность, то целая коалиция выступит против них, дабы уничтожить. Полностью. До последнего ребенка. Да и они сами таких поступков не одобряют. Одно дело подраться, пустить кровь, даже поубивать немного. Но вырезать город за городом. Нет. За ними никто такого еще никогда не замечал. Вот поэтому они каждый раз проводят очень тщательное расследование. Но все тщетно.

– Если это так, то кто-то их пытается подставить.

– Возможно.

– Кстати, а как вообще узнали, что командиры нападающих темные эльфы?

– Магическая связь. Что-то вроде радиостанции, о которой ты рассказывал, только между магистрами магии разума…

После этой беседы Виктор очень серьезно призадумался, пытаясь связать в «картину маслом» все факты и оговорки, замеченные им по этому делу. Местами расспрашивая супругу, местами думая молча. И чем дальше он ломал себе голову, тем печальнее становились его выводы.

Пятнадцать тысяч лет назад завершилась война, которая разрушила практически все очаги цивилизации на планете. Не местный мордобой, а столкновение поистине космических цивилизаций. Причем чем дальше он думал, тем больше считал эту планету не метрополией, а одной из многочисленных колоний. По крайней мере, только подобное допущение позволяло объяснить тот факт, что наряду с очагами безумно высокого развития имелись откровенные дикари, во-первых, и не полную зачистку, во-вторых. Ведь городок-то один пропустили. Значит, били с орбиты и в великой спешке.

Итак, цивилизация стерта с лица планеты. Практически полностью. Местные дикари прыгают с ветки на ветку и потрясают палками. Ибо даже копья они делать не умели. Прелесть. А что же остатки старой цивилизации? Вообще бред. Сидели тихо и не высовывались без малого двенадцать тысяч лет. Почему? Что им мешало попытаться возродить свой народ? Одна Кхалиси знает. Однако когда они попытались осторожно начать передавать свои знания местным дикарям, спровоцировав их стремительное развитие, произошла катастрофа, отбросившая очаги цивилизации, созданные ими, снова в палеолит. Ну, или куда-то туда. Атерасы же вообще исчезли. А их город – Дол Амон покрылся лунным ландшафтом.

И вот теперь, когда местные народы за три тысячи лет смогли вылезти хотя бы на уровень какого-никакого, а средневековья, началась новая зачистка. Да, именно зачистка. Виктор был в этом полностью уверен, так как солнечные эльфы, по словам Ализэль, смогли сохранить и развить наибольшее количество древних знаний. А то, что при этом кто-то настойчиво подставлял темных эльфов, говорило только о том, что они на очереди, ибо тоже слишком уж разогнались.

Какие отсюда вытекали выводы? Правильно. Очень неприятные, что на вид, что на запах.

Конечно, вряд ли цивилизация, что пятнадцать тысяч лет назад разнесла в пух и прах древних атерас, присматривает за планетой. Если сразу не заняли, даже не застолбив каких-то удобных космодромов, то значит, она им была как собаке пятая нога. И тратить собственные ресурсы и время на ее охрану нет смысла. Да и стиль не похож. Обладая такой мощью, никто бы не стал играть в игрушки и ожидать столетиями подходящего момента. По-простому дали бы в ухо и отправили цивилизацию в глубокий нокаут лет этак на две-три тысячи. Значит, остаются только стражи с серьезно ограниченными возможностями. Вопрос только в том – кто они, каковы их полномочия и ресурсы…

Вот с этими мыслями Виктор и заметил на горизонте Белую скалу, столицу королевства Эдорас. Они добрались.

Глава 8

Белая скала – старый город, обнесенный весьма внушительной стеной из какого-то белого камня. Метров двадцать в высоту – не меньше. Причем, что интересно, камни были не навалены кучей, а весьма аккуратно обтесаны и неплохо подогнаны. Конечно, не качество уровня банковских стен, но тоже неплохо. Башни квадратные, выступающие слабо перед куртиной. Между ними шагов восемьдесят-сто. Да и высотой небольшой – едва-едва выше стены.

Внимательный взгляд пограничника отметил интересный факт – стена хоть и старая, но ни следов ремонта, ни отметин обстрела не имела. Как будто никто город никогда толком и не пытался взять. И ладно бы пушки, черт бы с ними. Нет и нет. Но ведь какие-никакие, а метательные машины же должны иметься. Странно, очень странно…

Однако расспрос супруги дал весьма занятный результат. Оказалось, что таки да, с осадными машинами в этих краях натуральная проблема. Кое-что еще есть в Империи, да и то не очень надежно и дельно. А у орков, с которыми королевство время от времени воюет, ничего подобного нет вообще. Самое тяжелое – несколько таранов притащат ворота вскрывать. Но и до этого обычно не доходит. Наука осады и особенно штурма крепостей в этом мире совершенно не развита. Поэтому относительно тонкие, на взгляд Виктора, но высокие стены вкупе с неплохими запасами провианта являлись более чем надежным средством обороны.

За этими размышлениями незаметно подошел их черед общаться с городской стражей. Причем не в составе отряда дварфов, а самостоятельно. Ведь формально-то они в этой группе наемников не состояли.

– Кто такие? – хмуро поинтересовался стражник в шлеме, видимо начальник поста.

– Путники, – вежливо ответил Орлов. – Идем в город. Надолго задерживаться не станем.

– С вас за проход серебряная монета, – хриплым голосом потребовал страж.

– Ого! – удивился Виктор, ведь солидная же сумма. – А чего так?

– Снимите шлем и назовите имя, – с легким холодком произнес стражник.

– Зинад, а ты не переигрываешь? – наконец подала голос Ализэль, чем вогнала этого мужчину в ступор. Однако он быстро оправился и вновь повторил свое требование, одновременно с тем махнув своим людям. Те сразу стали окружать супружескую пару и извлекли мечи.

– Милая, мы не сильно поругаемся с городскими властями, если я…

– Не стоит, милый, – ответила эльфийка и сняла шлем.

Стражник, что стоял перед ней, вздрогнул, увидев ее лицо. Даже на пару шагов назад отошел. И подал какой-то знак на башню.

– Вот видишь, ты уступила его глупому требованию, а он захотел больше, – отметил Виктор. – Зря.

– Зинад, – обратилась эльфийка к стражнику, которого явно знала, – как это понимать?

– Молчи! Мы знаем, что тебя убили!

– А ты говорила, что нам только дуэли тут грозят, – хохотнул Виктор. – Те, кто напал на город, оказались достаточно умны и хитры.

– Зинад…

– Молчи! Или я не позволю упокоить тебя миром! – прорычал этот странный стражник и выхватил клинок.

– Идиот… – тяжело вздохнув, произнес Орлов. Впрочем, никто из присутствующих ничего не понял.

– Не надо, – покачала головой эьфийка, когда увидела, что ее супруг потянулся к пистолету. – Сейчас придет дежурный маг, и недоразумение будет исчерпано.

– Молчать! – крикнул начальник караула, который начал уже нервничать.

– Послушай, малыш, – обратился к нему Виктор. – Если ты не хочешь, чтобы я вас всех положил на месте, веди себя прилично. Ты же не дикарь.

Это стало последней каплей.

– Взять их! – взревел он.

Однако все пошло не так, как он планировал. Сначала раздался какой-то громкий хлопок. Очень громкий, по мнению Зинада. И совсем рядом. И почти сразу что-то прилетело в ногу, сбив его на землю. Еще хлопок. Еще. Еще…

Сколько это продолжалось, он так и не понял. Однако когда открыл глаза, то увидел на земле всю свою смену, корчившуюся от боли. А тот странный мужчина, что прибыл вместе с этим «ожившим чудовищем», спрыгнул с лошади и деловито вязал раненых, ловко скручивая руки за спиной. А потом, о Боже, и ноги, стягивая их вместе. С классической «ласточкой» Зинад не был знаком.

– Вот, – завершив свой нелегкий труд, произнес Виктор. – Вроде все.

– И что дальше? – с легким раздражением произнесла Ализэль. – Не мог ответить вежливо?

– Милая, останови им кровь, пожалуйста. А то еще кто умрет, – проигнорировав ее упрек, попросил супруг…

Когда капитан Салис прибыл на восточные ворота, то чуть в ступор не впал от увиденной картины. Весь отряд стражи, что стоял там обычно на посту, лежал вдоль дороги связанный в какой-то необычной позе. А на начальнике поста сидел какой-то тип в эльфийских доспехах и о чем-то с ним беседовал, время от времени отвешивая подзатыльники. Но не прошло и пяти секунд, как откуда-то из-за коней вышел настоящий солнечный эльф… Ситуация была явно форс-мажорная. Чрезвычайно. Особенно в свете недавних новостей.

– Там было восемь человек, – тихо шепнул ему заместитель.

– Кто командир?

– Зинад.

– Понятно, – кивнул, скривившись как от зубной боли, капитан. Этот мог находить на свою задницу приключения буквально на ровном месте. – Ведите себя вежливо и аккуратно. Акрис.

– Да.

– Что вы скажете?

– Вон та, – кивнул он на Ализэль, – солнечная эльфийка. Сильный маг жизни, неплохой – разума. Думаю, что лет ей немало. И, как следствие, солидный статус. Не удивлюсь, если верховная жрица или что-то в этом духе.

– Серьезно? – с легким удивлением поинтересовался Салис. – Она живая?

– Вы когда-нибудь слышали о поднятых существах с даром в магии жизни?

– Не маскировка?

– Маловероятно. Кроме того, я вижу следы применения магии жизни. Нашим стражникам оказывали помощь. Слабое лечение. Видимо, только для того, чтобы не истекли кровью.

– А этот громила? Не эльф же он, в самом деле. Никогда о таких даже не слышал.

– Не знаю. Совершенно незнакомая аура.

– Он живой?

– Безусловно.

– Орк?

– Нет.

– Эльф?

– Ни в коем случае. Серьезно, я не знаю, кто он.

– Хорошо, – чуть подумав, кивнул Салис и осторожно двинулся к месту инцидента.

– Что здесь происходит? – обратился он серьезным тоном, постаравшись избежать ноток угрозы.

– На нас напали! – выкрикнул Зинад, за что получил очередной подзатыльник.

– Ваши люди? – поинтересовался Виктор нейтральным тоном, кивнув на связанных стражников.

– Мои, – покладисто кивнул Салис.

– Принимайте, – широким жестом махнул Виктор. – А то, понимаешь ли, на честных путников нападают. Деньги вымогают.

– Деньги? – удивился капитан.

– Этот потребовал с меня и супруги по серебряной монете. А когда мы поинтересовались, с какой стати у него такая жадность прорезалась, бросился с мечом.

– Вы позволите? – кивнул капитан на Зинада.

– Да, пожалуйста, – кивнул Виктор, встал и чуть отошел в сторону.

– Почему ты напал на них?

– Эта тварь, – он кивнул на эльфийку, – я знаю ее. Когда-то ее звали Ализэль. Но она мертва. Поднятая. Высшая поднятая!

– Идиот… – тихо прокомментировал это высказывание Виктор, чуть покачав головой. Капитан не знал услышанного слова, но интонации, с которой незнакомец его произнес, вполне хватило для согласия с этим утверждением. Что-то в этом духе и он хотел высказать.

– Ты вызвал нас. Это правильное решение. Но почему ты не дождался?

– Они вели себя угрожающе!

– Вот наглец! – возмутился Виктор. – Оскорбил мою супругу, а потом набросился с оружием наголо. Ну, попытался. Но ведь попытка значит намерение. И после этого мы вели себя угрожающе?

– Я капитан Салис дер Гро. С кем имею честь беседовать? – вглядываясь в очередной раз в прорези шлема, поинтересовался капитан.

– Ализэль, – вместо мужа ответила эльфийка, снимая свой шлем. Салис прищурился. Знакомое лицо. Где-то он ее видел. И не раз.

– Мы знакомы?

– Да. Встречались. Последний раз три года назад на приеме канцлера в честь рождения его дочери, – произнесла она, и на несколько секунд наступила тишина.

– Госпожа… – тихо выдохнул капитан, совершив ритуальный поклон. – Прошу прощения за непотребное поведение моих людей. До нас дошли слухи, что ваш город уничтожен и вы все погибли.

– Так и есть, – вежливо кивнула она.

– А что я говорил?! Это поднятая тварь! – снова взвился Зинад.

– Но как понимать ваше появление здесь? – несколько опешил капитан, проигнорировав выкрик сержанта.

– Вы же знаете, что после разрушения алтаря Аматерона все жители города умирают для своего народа. Нужно либо возрождение алтаря, либо новое посвящение.

– Ах вот как… – с облегчением произнес Салис. – Кто-то кроме вас еще выжил в той бойне?

– К сожалению, нет, – тяжело вздохнув, ответила эльфийка. – Если бы не мой супруг, то и я бы пала. Он отбил меня у орков.

– Да врет она вам! – вновь крикнул Зинад. – Вы же знаете, как изворотливы падшие!

– Хотя я вам уже и вернул это пьяное чудовище, но, может быть, вы позволите мне его еще разок пнуть? – попросил Виктор. Но, увидев укор в глазах супруги, продолжил: – Где вы это чудо в перьях вообще нашли? У него же с головой совсем беда.

– Зинад, ты опять напился? А ведь обещал, – покачал головой капитан, с сожалением смотря на своего подчиненного.

– При чем тут это?!

– А при том, что соображать нужно! Или ты не видишь Акриса?

– Этот недоучка? Ты шутишь? Да что он понимает?!

– У вас все подчиненные так себя ведут? – поинтересовался Виктор.

– Знакомьтесь, – махнул Салис рукой с легким раздражением, – бывший капитан городской стражи, аристократ и один из самых многообещающих юных дарований Белой скалы. Зинад дер Диз. Год назад его невеста была убита поднятым существом. Мы полагаем, что вампиром. После смерти она поднялась и чуть не убила его, ибо он не отходил от ее трупа ни на минуту. Вот он на почве горя и стал чудить. За беспробудные пьянки и непотребное поведение был разжалован в сержанты городской стражи. Даже отец не стал ему помогать, так как он достал его своими буйными выходками.

– Ясно, – коротко ответил Орлов. – А теперь что с ним станет?

– Нападение на верховную жрицу высоких эльфов – серьезное преступление. За такое могут и казнить. Но, принимая во внимание обстоятельства, скорее всего, отправят на рудники на годик-другой. Тяжелая работа без алкоголя – это последняя надежда.

– Капитан, мы тоже понимаем, в какую непростую ситуацию он попал, и не хотим его добивать. Может быть, можно забыть этот неловкий момент?

– К сожалению, это не в моих силах. Я обязан доложить. Кроме того, я обещал его отцу не спускать выходки даже по старой дружбе.

– Нет так нет, – пожал плечами Виктор. – Тогда, я полагаю, мы можем проехать?

– Конечно, – кивнул Салис дер Гро. – Но нужно соблюсти маленькую формальность. Мы доверяем вашей супруге. Но вы ведь не эльф. Да и на орка совсем не похожи. Назовите себя.

– Мне бы не хотелось…

– Милый… – чуть тронула его за руку эльфийка. – Все в порядке.

– Виктор Иванович Орлов, – чуть кивнув, ответил старший сержант, после чего снял шлем.

«И тишина, только мертвые с косами стоят…» – пронеслось в голове у Орлова, глядя на пораженного капитана и его свиту. У того парня, что стоял в каком-то странном подобии рясы, так и вообще челюсть отвисла.

– Атерас…

Конечно, никто на колени не падал, но что капитан, что его подопечные отвесили ОЧЕНЬ вежливый поклон и долго заверяли в том, что такого недоразумения больше не повторится.

– Странные люди, – прокомментировал Виктор, когда они с супругой пересекли ворота.

– А что ты хотел? – усмехнулась она. – Поставь себя на их место.

– Не вопрос. Вот пришел крупный мужик, похожий немного на представителя древнего народа, который вымер очень давно. Чего тут такого?

– Ну, конечно. Это только ты у нас такой. Даже с Богом ведешь себя так, словно это твой старый знакомый. А ведь ты знал! И все равно вел. А… – махнула она рукой.

– Так просвети меня, – пожал плечами Виктор. – Что не так-то?

– Ор Лов – это родовое имя той самой семьи, символом которой являлся белый огонь. Теперь понял? Легенду о последних днях Дол Амона знают в Белой скале все. Ну, или почти все.

– То есть… – слегка опешил Виктор от такой новости.

– Да, милый, да. Ты для них не просто атерас, но и наследный владетель Дол Амона. Если бы он еще существовал.

– И ты знала?

– Конечно. Я же не зря расспрашивала тебя о твоих родичах.

– Знала и молчала… Как ты могла?

– Хотела сделать тебе сюрприз в древнем храме, – ответила, похлопав невинными глазками, Ализэль.

– Ну, спасибо… – буркнул Виктор.

Улица прямо на глазах наполнялась зеваками. Открывались окна с любопытными мордашками. Кое-кто забирался на крыши. Ализэль посмеивалась про себя, выдерживая маску вежливой полуулыбки, прекрасно представляя, каково сейчас ее супругу, совершенно не привыкшему быть в центре внимания толпы.

«Улыбаемся и машем, улыбаемся и машем…» – повторял как мантру Виктор, стараясь как можно естественней улыбаться людям и даже иногда махать ручкой в качестве приветствия. Но получалось плохо и нервно. Слишком нервно.

Так они и ехали до небольшого анклава-поселения солнечных эльфов, где их уже встречала целая делегация.

Глава 9

Несмотря на то что солнечные эльфы встретили их приветливо и выделили весьма просторные апартаменты, Виктора сразу что-то насторожило. Он это не понимал, а чувствовал каким-то странным звериным чутьем. Да и за что цепляться взглядом, если для них с супругой выделили целое крыло особняка с поистине царской отделкой. Впервые он смог насладиться теплой, чистой водой, зависнув в просторном бассейне. Вкусная еда. Внимание. Уход. Что и говорить – все это нравилось. Имелась даже служанка, заигрывающая с ним и явно намекающая на «продолжение банкета», благо что даже обслуживающий персонал тут был из числа эльфов, а потому чистый и ухоженный. Но внутри Виктора глодал червячок.

Ализэль ушла минут через пятнадцать после того, как их заселили в апартаменты, по приглашению какого-то там местного священника. Но проходил час. Другой. Третий. А ее все не было. На расспросы Орлова постоянно вертящихся вокруг него нескольких эльфиек те отвечали только очень пространные вещи, дескать, она пошла в местное святилище и ему за нее переживать не стоит. А время шло. А червячок рос, набирая живую массу, словно дрожжи в сельском туалете летом.

В голову лезли всякие дурные мысли. Вспоминались прочитанные тексты о всяких там ацтеках, приносящих человеческие жертвы своему Богу Солнца. Он хотел отмахнуться от таких мыслей, дескать, глупости, но бурное воображение уже рисовало жуткие картины искривленного гримасой боли и ужаса лица супруги, брызги крови, а жрец держит сочащееся кровью, совершающее последние свои сокращения сердце. И это только первые ласточки. Спустя пару часов после начала просмотра фильма ужасов имени себя Виктор уже просто не знал, куда себя деть. Вот и попытался пойти погулять. Но каково же было его удивление, когда миловидная эльфийка, которая последние несколько часов вертела перед ним своим вкусным и практически оголенным задом, попросила, чтобы он не покидал апартаментов.

Несколько секунд ступора. А потом плотину сорвало…

В голове всплыла фраза супруги: «Меня могут заменить как минимум девять…» ну и так далее. И он начал орать. Разумеется, на русском языке, так как степень возбуждения была довольно сильная. Девушка слов не понимала, но интонация, жестикуляция и взгляд, с которыми Виктор изъяснялся, наводили ее на мысль, что не стоит просить перевода. Ну, вот вообще. Лучше остаться в неведении.

Но если бы только это.

Его переполняли злость и ярость. Как они посмели ТАК обойтись с ЕГО женой?! Попытаться запереть его. Причем, что примечательно, вещи тоже убрали. Позже он узнает, что их разложили по шкафам в их же апартаментах. Включая оружие. Но сейчас его переполняли эмоции, и думать не получалось. А в голову навязчиво стучался необоснованный вывод о том, что все его имущество просто забрали. И это щедро плеснуло масла в огонь. Ограбили! Фактически посадили под замок! Жену убили или собирались это сделать. Кошмар! Ужас!

И вот тут случилось то, чего никто не ожидал. Дойдя до определенной кондиции, внутри у него что-то щелкнуло и тормоза просто отвалились. Адреналин хлынул в кровь бурным потоком. Глаза расширились. Зрачки потеряли фокусировку. Дыхание стало очень частым. Вены вздулись, а за ними и мышцы. Камзол, который он надел для прогулки, просто разошелся по швам в нескольких местах. Эльфийка сжалась в комочек и отскочила в сторону, испуганно взирая на эти метаморфозы.

Уже через минуту, вслед за адреналином, в него ворвались настоящие океаны злости и ярости, наводящие порядок во всем этом буйстве эмоций. Зрачки вновь сфокусировались. Глаза прищурились. И Виктор издал дикий рев, похлеще любого орка. Ну… не совсем рев. Позже, когда разбирали ситуацию, оказалось, что Орлов призывал всех в этом «нежно любимом» городе к соитию в противоестественной форме. Но это потом, а сейчас он походя вынес дверь и ломанулся, как раненый носорог, спасать свою супругу.

Эхаяйлэль осторожно последовала за ним, понимая, что раз остановить его она не в силах, то хотя бы проследит, понаблюдает. Что должно было, по ее мнению, позже помочь понять причины этого странного поведения. И надо сказать, что она очень правильно поступала. Потому что те, кто пытался ему заступить дорогу, просто отлетали в сторону, теряя на какое-то время дееспособность. Виктор не был хорошим бойцом-рукопашником, но, следуя совету старших товарищей, отработал несколько ударов очень хорошо, почти идеально. А потому сейчас, используя двукратное превосходство в массе, бешеную энергию и отработанные удары, просто складывал своих противников, как детей. Конечно, если бы они взялись за оружие – то ему ничего не светило. Но убивать атераса никто из них не посмел. Даже ранить. В то время как попытка задержать его голыми руками оказалась за пределами возможностей весьма грацильных эльфов.

Виктор шел как танк, уговаривая всех уступить дорогу «добрым ревом и кулаком». Все слушались. Какие-то жалкие двери он просто сносил с петель, иногда вместе с косяками. Все-таки они не были предназначены для такого обращения. Причем каждые две-три минуты он оглашал окрестности ревом, в котором отдаленно можно было узнать имя его супруги.

Целые полчаса анклав солнечных эльфов трещал по швам. А Виктор все метался, пытаясь найти этот «чертов храм». Пока, наконец, не наткнулся на неприметную дверь в скромной, но изящной отделке. Раз она еще на петлях – значит, туда он не заглядывал, рассудил Орлов и двинулся пружинистой походкой к ней, потихоньку разгоняясь. Из тени появилось два солнечных эльфа в доспехах и при оружии. Но то, что они потянулись к клинкам, сыграло против них – Виктор окончательно взбесился. А его глаза стали из стальных совершенно белыми, чуть лучистыми.

Удар по балке навеса перед входом. Та выламывается и начинает падать на эльфов. Еще удар, придающий ускорения этому импровизированному снаряду. Левый эльф пытается прыгнуть с перекатом, но уже на полпути к земле встречается лицом с коленкой Виктора.

Второй отпрыгивает назад, стараясь уйти в сторону и пропустить летящее бревно мимо. Но Орлов с силой кидает обмякшее тело первого эльфа в его сторону. Дескать, лови.

Как ни странно – ловит, отбросив меч и приняв устойчивую форму. И спустя какие-то мгновения чудовищный удар отбрасывает их обоих назад.

Спина, укрытая классическим доспехом солнечных эльфов, проламывает изящную дверку и скрывается в проеме.

Виктор на мгновение остановился. Ведь впереди стена из темноты и тишины. Но уже в следующий удар сердца бросается вперед. Считая, что если где и держат его супругу, то только здесь. Ведь охраняли! От него охраняли!

Тонкая черная пленка легко пропускает его, и он влетает в просторный зал с роскошной отделкой. По полу ползет едва заметная дымка тумана. А в центре, в удобных креслах сидят солнечные эльфы и какой-то хмырь неопределенной расовой принадлежности с безумно золотыми глазами.

– Ализэль! – вновь взревел Виктор.

Но это было лишнее. Обломки двери и два стража уже смогли привлечь всеобщее внимание.

Эльфийка сглотнула подступивший комок к горлу, глядя на то, в каком виде ворвался сюда ее супруг. Мышцы неестественно раздуты. Глаза горят белым светом. Каждый выдох похож на тихое рычание. А тело! Боже! Оно все было покрыто какими-то мелкими порезами и истыкано стрелками, которые используют для усыпления. Невероятно! Два десятка желтых оперений колыхались в такт дыханию. А он не только стоял на ногах, но и готов был кулаком быка притормозить. Да не одного.

– Виктор! Я тут!

– Ты жива! Жива… – как-то странно произнес Орлов, стремительно затихая. Злость и ярость уходили так, словно все тело было в дырах. Как дуршлаг. А их место занимали покой и нежность. «Она жива… здорова…»

– Конечно же, жива… – улыбнулась Ализэль и обняла его.

Метаморфозы продолжались. Мышцы сдувались. Глаза переставали светиться, становясь обычными. Прошло меньше тридцати секунд, и вот он стоит – обычный Виктор Орлов. Тяжело дышит. И уплывает. Снотворное и чудовищная слабость от такого напряжения сил сказываются. Поэтому он по-простому падает прямо на каменный пол. Супруга едва успевает его немного придержать да наспех выдернуть стрелки, дабы глубже не ушли в тело.

– Как! – закричала Ализэль. – Как вы смогли запустить механизм защиты?! Что вы там творили?!

– Госпожа, – робко произнесла Эхаяйлэль, – мы ничего не делали.

– А это что, по-вашему?! Он выжат досуха!

– Мы… госпожа, – упала на колени, зарыдав Эхаяйлэль, – я не знаю, что с ним произошло. Сначала о вас спрашивал все чаще и чаще, мрачнея на глазах. А потом пошел было к выходу из апартаментов, но я его остановила. Сказала, что ему лучше побыть в них. И тут началось…

– Вы убрали наши вещи?

– Да, госпожа.

– А ему о том доложили?

– Нет… – как-то потерянно произнесла Эхаяйлэль.

– Идиоты… ну есть идиоты!

– Что? – переспросило то странное гуманоидное существо с безумно золотыми глазами.

– Идиот на родном языке моего супруга означает того, у кого плохо развит ум. Вроде дурака, только куда как сильнее выражено.

– Но госпожа…

– Что, госпожа!

– А действительно, почему сработала защита? – поинтересовалась одна из солнечных эльфиек.

– И эта туда же… – покачала головой Ализэль. – Неужели никто не понимает? – Она огляделась, только странный гуманоид сидел с самодовольной улыбкой, остальные ждали объяснений. – Во-первых, Виктор не раз слышал о том, что Боги Солнца требуют жертвоприношений. Даже рассказал ряд легенд. И, признаться, весьма жутких. Вырванные сердца, массовая бойня. В общем, ничего хорошего. Поэтому он вполне серьезно переживал, опасаясь того, что меня принесут в жертву. Или еще как убьют. Во-вторых, его попытались не выпустить за пределы апартаментов.

– А что здесь такого? – пожала плечами одна из эльфиек.

– Там, откуда он родом, такое называется домашний арест. Арест! Что он мог подумать? Меня на жертвенный алтарь, его под замок. Еще и вещи отобрали. Молодцы! Я почти месяц потратила, чтобы вплести в его ауру механизм последней защиты, на всякий случай. А вы смогли ее запустить за несколько часов! Поразительно! Наверное, еще и заигрывали с ним. Что молчишь? Заигрывали? Ну вот. Я так и знала. Это еще одна причина, которая подлила масла в огонь. Я ведь ему сказала, что он такой один, а меня всегда можно заменить, – произнесла Ализэль и как-то затихла, поглаживая волосы супруга на голове.

– Госпожа… – тихо прошептала служанка.

– Он там хоть никого не убил?

– Нет, госпожа. Но увечных и раненых много.

– Много, это сколько? – поинтересовался гуманоид с золотыми глазами.

– Кроме тех, кто присутствует здесь в целости, еще дюжина уцелела. Остальные с разными травмами. Большая часть мужчин так и вообще без сознания.

– Ого!

– Кроме того, он разгромил половину апартаментов. Внутренних дверей практически не осталось. Местами они вырваны вместе с косяками. Часть окон разбита. Разрушен навес, ведущий в святилище, и какое-то несчетное количество мебели…

– Хорошая защита, – усмехнулся гуманоид. – Кстати, ты обратила внимание на то, как светились его глаза?

– Да. Странно.

– Он был на грани инициации.

– То есть…

– Да. Я считаю, что он маг. И ему не хватило самого малого – нескольких нормальных ранений, чтобы стихии окончательно высвободились потоком ярости. Как ты понимаешь, хорошего от такого мало. Но обошлось. Да и без трупов к тому же…

Когда Виктор очнулся, то лежал в той самой постели, что им с супругой выделили в апартаментах светлых эльфов. В окошко пробивались лучики солнца. Щебетали птички. А рядом лежала Ализэль и поглаживала его своими мягкими, нежными пальчиками. Он попытался прижать ее к себе, но все тело было словно онемевшее.

– Лежи, лежи… – заметив его пробуждение, защебетала супруга. – Я специально наложила плетение, чтобы ты не шевелился. Ты выжег практически всю прану[16] на тот погром. Поэтому магией тебя не излечить. Придется самому восстанавливаться. А это долго.

– Ты жива… – тихо шепнул Виктор, смотря на Ализэль как-то совсем иначе. Никогда раньше он не испытывал таких странных чувств. Это его женщина. Его и только его. И плевать на все остальное.

– Конечно жива. Что со мной станется? – лучезарно улыбнулась Ализэль, заглядывая ему в глаза своим чуть ли не лучащимся взглядом. – Аматерон, кстати, тобой впечатлен. Сказал, что Локи удачно пошутил.

– Над кем? Погоди, так тот хмырь…

– Именно. Его даже твоя манера открывать двери порадовала.

– А над кем пошутил Локи?

– Этого он не сказал. Впрочем, какая разница?

– Зачем ты к нему ходила? – чуть нахмурился Виктор. – Ты же говорила, что умерла для своего народа с разрушением алтаря.

– Затем и ходила. Мертвой быть несподручно.

– В смысле?

– Мой основной талант был не в магии, а в том, что я жрица, то есть могу призывать божественную мощь. Умершая жрица – та, что лишилась связи со своим Богом. А так как я первая за всю историю верховная жрица, пережившая разрушение алтаря больше чем на сутки, то у меня был шанс с ним договориться.

– И что он тебе предложил?

– Возрождать город, – пожала плечами Ализэль. – Понимаю, что звучит дико, но это все равно нужно делать. Как донесла разведка, в этот раз враг не стал задерживаться, а очень быстро отступив, подняв все трупы в виде нежити. В том числе и могущественной. Какие-то разрушения есть, но это не существенно. Можно довольно быстро исправить.

– Допустим. А что дальше?

– Возродив алтарь, мы отобьем у врага одно очко.

– Что не даст нам ровным счетом ничего, кроме потерянного времени.

– Нет. Тебя нужно инициировать и обучать. Аматерон сказал, что ты едва не прошел стихийную инициацию во время буйства ярости. А значит, потенциал у тебя большой. В чем конкретно – не ясно. Но это и не важно. Даже магией жизни при желании можно убивать.

– А нас там не уничтожат?

– Нет. Он распорядился всем городам солнечных эльфов выделить временную стражу нам в помощь. Алтарь я за неделю возрожу. Его даже не разбили. Просто осквернили.

– Почему враг отступил так быстро?

– Я думаю, что он испугался раскрытия. За одно нападение три неучтенных фактора. Да, да. Именно три. Во-первых, мой прорыв. По словам Аматерона, никто специально на этом направлении засад и заслонов не ставил. Это были просто кольца на случай прорыва. И то, что никто в истории, кроме меня, не пытался прорваться, говорит не в нашу пользу. Во-вторых, твое появление и повсеместные разговоры о пророчестве. В-третьих, я вновь нарушила привычное течение мысли солнечных эльфов и избежала засады.

– А где был Аматерон в предыдущие нападения? Почему только сейчас поведал о том, как выстраивается армия врага?

– Так никто и не спрашивал, а существенного значения эта информация не имела. Сил в любом направлении было достаточно для надежного сдерживания нашего прорыва. И ты сам это видел. Несмотря на скоординированный удар, только твое вмешательство спасло меня.

– Отлично, – буркнул Виктор.

– И что тебе не нравится?

– Ты вновь станешь верховной жрицей и застрянешь в городе. А кто-то говорил мне весьма разумные слова о том, что врага нужно опережать, стремиться к тому, чтобы он не успевал за нами? Интересы Аматерона очевидны. Возрождение алтаря даст ему утерянные силы. Ну или хотя бы их часть. Но поставит нас в тупик.

– Нет, – вдруг от двери раздался мужской голос. Виктор скосил туда глаза, так как не мог повернуть головы, и увидел «того самого хмыря».

– Почему нет?

– Потому что алтарь даст силы не только мне, но и ей. А сидеть в городе верховной жрице совсем не обязательно. Она ментально связана с алтарем в любой точке этого мира. Или ты не слышал, как она рассказывала о посещении Белой скалы?

– Временном. Город нужно будет оберегать и возрождать.

– После восстановления алтаря – это станет моей заботой.

– А подходы?

– Их станут патрулировать отряды из других городов.

– Мало… их очень мало. Я бы на месте врага только обрадовался такому шагу и постарался воспользоваться возможностью бить их по частям.

– Что ты имеешь в виду?

– А ты не догадываешься? Это же на поверхности лежит. Если бы враг воевал против тебя, то не стремился бы не только полностью перебить всех солнечных эльфов, но и под ноль разрушить их города. Достаточно было сильного удара в момент слабости, чтобы разрушить твой алтарь, а их заставить отступить. Для борьбы лично с тобой нужны силы на несколько порядков меньшие. А задействовав ТАКИЕ силы, выбивать по несколько алтарей за раз.

– Тогда против чего враг борется? – с едва заметным раздражением поинтересовался Аматерон. Маска надменной невозмутимости стала давать трещины.

– Знания. Солнечные эльфы смогли восстановить слишком много знаний. Поэтому их как носителей зачищают вместе с гнездами. А тебе просто перепадает на орехи за компанию. Чтобы под ногами не мешался. Тебя, по всей видимости, они даже не воспринимают как угрозу или противника.

– Ты так думаешь? – после минутной паузы поинтересовался Аматерон, которому стоило больших усилий взять себя в руки. Лицо подергивалось от прорывающегося гнева. Глаза светились. Голос стал холодным. Он понимал, чувствовал, что этот атерас был невероятно нагл, заявляя подобное. В его слова не хотелось верить. Подошло бы любое оправдание, даже притянутое за уши… – Тогда почему враг не вырезает солнечных эльфов вне городов?

– А зачем? Если лечиться от поноса при простуде, толку будет ноль. Ведь столько лет прошло, а ты до сих пор не смог свести «дебет с кредитом»? А все твое самомнение. Ведь признайся, что тебе даже в голову не приходил озвученный мною вариант. Если уж разрушили твой алтарь, то значит, нападали на тебя. Ага. Как же иначе? Эльфы – это тлен. Смертные, которые просто украшают твою свиту. Наверняка ведь ломал голову над тем, кто именно из твоих старых врагов пытается ослабить твое величество. Ведь так?

– Хорошо, – уже открыто скривился Аматерон, словно от приступа зубной боли. – Что ты предлагаешь?

– Нужно подумать.

– Да будет так, – бросил он и исчез.

– Вот павлин, – фыркнул Виктор, зевнул и стал проваливаться в сон. Ализэль была не меньше Аматерона поражена и удивлена словами супруга, взглянувшего на проблемы свежим взглядом. Да и голова у него совсем по-другому соображала. Конечно, она могла сохранять маску ласковой кошечки и дальше мурлыкать у него под боком… Но это было очень тяжело. Требовалось срочно с кем-то обсудить эти умозаключения. А потому она применила плетение, чтобы супруг провалился в глубокий сон. Да оно и к лучшему – скорее в себя придет.

Глава 10

«Две недели как с куста!» – мысленно отметил Виктор, когда наконец-то смог оправиться и встать на ноги после того погрома. И все эти дни Ализэль проводила рядом с ним часов по пятнадцать – не меньше, стремясь облегчить и ускорить восстановление с помощью магии. Ну и закладывая какие-то свои сюрпризы. Куда уж без этого?

Виктор осторожно прогуливался по небольшому закрытому дворику – считай, маленькому садику, разбитому на плоской крыше одной из построек. Мимо время от времени проходили эльфы, вполне приветливо к нему относясь. Даже мужчины, а ведь супруга поведала, что он учудил и сколько откачивали этих бедолаг после «по-нашему, по-джедайски» начищенных морд. Ни обид, ни претензий.

– Почему? – удивился Орлов.

– Ты бы видел их ступор, когда я объяснила причину твоей ярости, – хохотнула Ализэль. – Таких ошалевших и удивленных лиц у солнечных эльфов я не наблюдала никогда. У них даже возмущаться не получилось. Просто хлопали ртами как рыбы. Даже Аматерон признал, что ошибался в тебе. Злость ушла, а выводы остались. Видимо, Богиня Удачи очень благоволит твоей наглости.

– Дуракам везет, – усмехнулся Виктор.

– Дуракам? Ха! Твои слова потрясли всех нас и нашли отклик. Верховные жрицы и Советы просто забурлили, да и в города, как мне сказали, кое-что уже просочилось. Но больше всего оживился Аматерон.

– Обиделся?

– Дело не только в этом. Конечно, без обиды не обошлось. Ему фактически плюнули в душу. Три тысячи лет обводили вокруг носа как мальчишку. Поверь – он не только сам теперь носом рыть станет, но и все ресурсы подключит, всех друзей и союзников, всех должников. Не завидую я нашему врагу.

– А я бы не спешил делать ставки.

– Ты что-то знаешь? – оживилась Ализэль.

– Не больше вашего. Но выводы мои неутешительны. По всей видимости, мы имеем дело с отголоском той цивилизации, что стерла атерасов с лица этой планеты.

Наступила тишина. Ализэль переваривала слова мужа. Даже икнула.

– Ладно, не трусь, прорвемся.

– Ты так говоришь, словно представляешь масштаб силы…

– Верно. Все я отлично представляю. Но дальнейшие выводы пока делать преждевременно. Кстати, раз уж я уже на ногах, может быть, отправимся в древний храм?

– Не лучшая идея, – покачала она головой. – Ты еще слаб.

– Ой, да ладно тебе.

– Тогда заодно и инициацию сделаем.

– Хм… – нахмурился Виктор.

– Не начинай, – встречно скопировала его мимику супруга. – Серьезно. Это все очень важно для нашей безопасности. Когда сработала защита, ты едва не совершил стихийную инициацию. Очень нехорошая идея, потому что при ней ты бы точно разрушил весь этот анклав и убил меня.

– Серьезно? – настороженно переспросил Орлов.

– Более чем. Поэтому, чтобы попусту не рисковать, мы пойдем и сделаем это. И заплачу я.

– Вообще-то, раз уж ты моя супруга, то заплатим мы, – подмигнул ей Виктор. – Надеюсь, ты не против считать свое состояние вкладом в наш семейный бюджет?

– Э… – ошалела от такого заявления Ализэль. Да так, что вытаращила глаза и у нее отвисла челюсть.

– Ну и я поделюсь. Все барахло, что захватил из дома, туда вложу.

– Тебе не кажется, что доли… эм… несколько несопоставимы? – выйдя из ступора, поинтересовалась эльфийка.

– Главное – все в семью. А вот если у нас будут отдельные бюджеты, то ничего хорошего из этого не выйдет.

– Ну ты и наглец… – растягивая слова, отметила Ализэль. – Нет, ты только посмотри на себя? Не далее чем месяц назад чуть ли не в истерике бился, что я заплатила за тебя, а теперь пытаешься забрать все?

– Самое ценное я уже и так взял, – лукаво подмигнул он. – А золото… это так. Гарнир к главному блюду. В конце концов, не ты ли пыталась меня купить? Причем открыто и без зазрения совести? Вот и решил эту проблему – ты меня не покупаешь, а я не продаюсь. Вместо этого – все деньги в общую кассу.

– Я подумаю над твоим предложением… – тактично ответила Ализэль. – А пока тебе следует одеться. В набедренной повязке в город выходить не стоит…

Спустя всего час супружеская пара уже выступила к древнему храму, поблескивая полным боевым облачением солнечных эльфов. Да не в одиночку, а с эскортом из двух десятков стражей анклава. Виктору это было не по душе. Но оспаривать ничего не стал. В конце концов, таких странных личностей, как Зинад дер Диз, хватало. А так – точно никто приставать не станет.

Идти оказалось недалеко. Как говорится, «пять минут позора, и ты на работе», то есть на месте. Ну, может быть, и не позора, но Орлов явно чувствовал себя не в своей тарелке из-за эскорта. Не привык еще к таким вещам.

– Нам туда, – указала супруга в сторону едва заметного фасада, над которым нависали роскошные особняки знати. Виктор присмотрелся и ничего особенно древнего не заметил. Дом как дом. Ну, чуть лучше сделан. Так и что с того?

Однако эльфийский эскорт остался у входа, что резко подняло настроение.

Пройдя по короткому коридору, супруги оказались в небольшом зале-прихожей, где их встретил служитель храма. Благосклонно принял двадцать империалов[17] и открыл перед ними узкую дверь, через которую они попали на гигантскую винтовую лестницу, ведущую куда-то глубоко вниз. Идти пришлось долго – с полчаса, не меньше. Однако, несмотря на серьезное заглубление, воздух оставался свежим, чистым и приятным. Ализэль это объяснила коротко – магия. Виктор от такого даже слегка разозлился. Что за манера везде магию пихать? Но остыл, так и не выказав свое недовольство. В конце концов, он жил в магическом мире…

Долго ли, коротко ли, но супруги добрались до основания лестницы.

И вот тут Орлов удивился по-настоящему. Впервые за время пребывания по эту сторону пещеры. Потому как перед ним сквозь пролом в монолитной гранитной стене открывался вид на какое-то странное помещение.

– Это и есть древний храм?

– Да, – кивнула Ализэль. – На самом деле мы не знаем, что это. Его нашли случайно, когда мне было всего пятнадцать лет. Сейчас в нем проходит процедура инициации магов королевства Эдорас. Никаких других функций он не несет.

– Подземный комплекс… – тихо отметил Виктор, входя и осматриваясь.

– Целый квартал. В центральный зал с колоннадой, статуями и барельефами мы только что вошли. Еще есть сорок семь прочих помещений, в основном комнат разного размера, но есть и пара малых залов и даже один бассейн.

– Похоже на то, что вы нашли древний бункер, – усмехнулся Орлов, рассматривая божественно красивые статуи и барельефы, с которых на него взирали лица мужчин и женщин с безумно знакомыми чертами лица. Мужчины так и вообще казались то ли братьями, то ли еще какими родственниками. – Это и есть древние атерасы?

– Всего лишь их изображения. Таких больше нет нигде. – На что Виктор лишь кивнул. – А что такое бункер?

– Как правило, убежище. Место, где можно укрыться от сокрушительных ударов во время войны и катастроф. Одного не пойму, зачем все эти украшательства? Непонятно…

Пройдя еще немного среди колонн, они вышли в центр зала, который был обозначен черным кругом из какого-то камня. Их уже ждали.

Указав рукой на центр круга, супруга отошла в сторонку со словами:

– Ничего не бойся, все будет хорошо…

Виктор пожал плечами и встал на указанное место.

– Вы готовы? – глухо поинтересовался один из магистров.

Помедлив несколько секунд, Орлов надел шлем, что держал на полусогнутой руке, и кивнул:

– Да.

– Выпейте это, – прозвучал голос того же человека, не совершившего ни единого действия. И тишина. Виктор осмотрелся, пытаясь понять, чего же ему предлагают выпить? Но пусто. Он уже захотел поинтересоваться, как перед ним прямо из воздуха возник небольшой прозрачный флакончик с бордовой жидкостью.

Даже не пытаясь нюхать, Орлов опрокинул содержимое в себя, словно рюмку водки, и проглотил, стараясь избежать наслаждений «тонким букетом вкусов и ароматов». Может, это и не правильно. Однако рисковать не хотелось.

Не прошло и трех секунд, как флакон с легким звоном исчез. А вокруг, прямо по радиусу черного круга, натянулась полупрозрачная полусфера молочного цвета, чем-то напоминающая мыльный пузырь. Ну, или что-то подобное.

– Какого черта? – сам у себя спросил Виктор, почувствовав, как по всему телу стал растекаться стремительно нарастающий жар. А дальше начался какой-то кошмар…

Так сложилось, что Ализэль далеко не первый раз наблюдала за процедурой инициации в древнем храме. Да и вообще – ритуал этот был ей хорошо знаком, благо что и сама его проводила многократно. Но в этот раз буквально с первых мгновений стало понятно – что-то пошло не так. Совсем не так.

Полупрозрачная скорлупа не только за какие-то секунды стала насыщенно белого цвета, но и продолжила меняться, говоря о растущем давлении. Сначала «молоко» стен подернулось розовой дымкой. За ней стремительно стали проступать алые пятна, буквально поглощающие всю поверхность, расширяясь и багровея на глазах.

– Боже… – тихо выдохнула эльфийка и бросилась на помощь явно не ожидавшим такого подвоха магистрам. Багровая стадия говорила о какой-то кошмарной, невероятной энергии стихийного выброса… И с каждым мгновением становилось хуже.

Багровая поверхность продолжила темнеть, наливаясь чернотой. По ее поверхности побежали первые робкие змейки белесых молний. Еще через пару секунд выбежал какой-то слуга из комнаты, неся пригоршню накопителей. Очень вовремя, все три магистра и эльфийка жадно стали поглощать из них магическую энергию, столь важную для удержания щита.

Минута. Полусфера вызывала дикий, животный ужас предвечной тьмой, из которой она казалась соткана. По поверхности бешено носились алые молнии, говоря о величайшем напряжении.

Накопители практически опустели.

«Это конец…» – отчетливо взвизгнула мысль у нее в голове. Такая чудовищная сила, что была выброшена ее супругом, оставит на месте города только большую воронку. Ни убежать, ни спрятаться, ни защититься. Никто не выживет.

– Все… – тихо выдохнула она, когда из нее ушли последние эрги магической энергии, и она рухнула на колени, готовясь встретить свою судьбу. Рядом стали падать магистры… первый… второй… третий…

Поверхность щита пошла белыми сполохами и лопнула со стеклянным звоном, разорвавшись на мириады мельчайших лоскутков. Однако вместо чудовищного удара дикой энергией наступила тишина.

От плиты шел пар, а Виктора не было видно.

– Что? Как? Куда он делся? – тихо прошептала эльфийка. – Виктор! – заорала она во всю мощь своих легких и ринулась вперед.

Шаг, другой, третий. Глаза полны ужаса. Сознание не хочет им верить…

Виктор очнулся на дне какой-то странной воронки идеальной формы, словно выплавленной в каменном массиве. Во всем теле ощущается странная, необъяснимая легкость и подъем сил, которого не наблюдалось даже после восстановления магией.

Теплая поверхность очень располагала продолжить валяться. Но отсутствие одежды сильно озадачило.

«Ритуал! Инициация!» – пронеслось у него в голове.

Витя быстро ощупал себя руками и хмыкнул. Ведь он лежал совершенно голым, причем никаких следов одежды или еще каких-либо материальных ценностей не наблюдалось. Словно все испарилось.

Пожав плечами, он решительно встал и потянулся. Чего уж тут стесняться?

Перед ним на четвереньках стояла вся изможденная и бледная супруга, смотрящая на него каким-то странным взглядом. А магистры с трудом шевелились на полу практически без сознания.

– У вас что, всегда так?

– Виктор… – тихо прошептала эльфийка, и у нее из глаз побежали слезы…

Прошли долгие десять минут, прежде чем ему смогли хоть что-то объяснить. И то, что он услышал, ему очень не понравилось.

Оказалось, что стандартный ритуал инициации умудрился запустить какую-то скрытую защиту. Причем Ализэль клялась, что не имеет к ней никакого отношения. И вообще – это магия крови, которой сейчас никто не владеет. Побочной реакцией стал чудовищный выброс силы. Настолько страшный, что не только магистры, но и верховная жрица Аматерона ничего такого никогда не видела.

Поговорили. Попрощались.

Магистры даже поделились одеждой, вручив какую-то чистую тряпицу, дабы обернуть вокруг бедер. Могли бы и больше, но ничего подходящего не было, сами-то они тут не жили, просто несли службу. Да и обычно таких перегрузок не происходит. Кроме того, Виктор не настаивал. Ему хотелось немного похулиганить.

Как ни странно, денег не запросили, хотя, по словам Ализэль, потратили все запасы магической энергии, которые собирали несколько лет в накопителях. Да и на него смотрели странным взглядом, общаясь вежливо и обходительно.

– Чего это они? – поинтересовался Виктор, когда они с супругой уже стали подниматься по лестнице.

– Ты атерас. Один факт того, что они провели ритуал инициации тебя, для них сам по себе невероятный подарок.

– А что, когда я зашел сюда со шлемом в руках, они не сообразили, с кем будут иметь дело?

– В их глазах ты мог быть кем угодно. Твоя кровь запечатана, аура угнетена и словно притушена. И вообще – впечатление как от неудачной попытки замаскироваться под атераса. Я и сама сразу не поверила. Подумала, что это чья-то глупая шутка. Но теперь… Ты бы видел свою ауру. Да и белый дар сам по себе великая редкость, хотя, согласно легендам, у древних он был обыденностью.

– Белый дар?

– Ты маг. Но твоя сила не имеет никаких предрасположенностей или ограничений. Ты можешь выбрать что угодно по своему вкусу и осваивать. Любую стихию, любую школу.

– А еще?

– Тебе мало? – удивилась Ализэль. – Это ведь потрясающе!

– Ты говорила, что инициация открывает не только магические, но и иные способности.

– Этого мы не сможем узнать без артефакта. Кстати, древнего. Его делали еще атерасы. Он же подскажет характер твоего дара. Ни его емкость, ни скорость восстановления магической энергии не узнать без него… либо без долгой учебы. Очень долгой.

– Понятно… – спокойно ответил Виктор, немного хмурясь. Факт осознания себя магом был ему не особенно приятен. Не укладывалось это у него в голове. А потому и воодушевления супруги он не разделял. Впрочем, та и не торопила его.

Так, не спеша перебирая ногами ступеньки, они и вышли на крыльцо.

– Господин ор Лов? – обратился к нему незнакомый мужчина в годах со странными чертами лица. Виктор чуть поморщился от местного произнесения его фамилии, но ответил:

– Да. Что вам угодно?

– Я отец Зидана. Исфар дер Диз.

– Очень приятно, – вежливо кивнул Виктор. – Я сожалею о беде, посетившей ваш дом. Чем я могу вам помочь?

– Сегодня Зидан попытался покончить жизнь самоубийством. Его едва успели спасти. Я боюсь, что потеряю сына.

– Это очень прискорбно, но я пока не понимаю, что могу сделать для вас.

– Он просил о встрече с вами, хотел принести свои извинения, но ему отказали, сославшись на ваше недомогание.

– Да, мне действительно было плохо. Передайте ему, что я не держу на него зла и принимаю извинения.

– Конечно, конечно, он будет рад услышать эту радостную весть. Но я хотел вас попросить об ином. Через два дня я даю прием, и он очень просил, чтобы вы уважили и пришли.

– А он сейчас дома?

– Да, – кивнул Исфар. – Я не могу рисковать сыном. В тюрьме и уж тем более на каторге в таком состоянии он не выживет. Мне пришлось внести штраф короне, чтобы его отпустили под мою ответственность домой. Там он и сидит все эти дни.

– Что он хочет? – прищурился Виктор.

– Я не знаю, но он очень просил.

– Милая? – обратился Орлов к супруге.

– Почему нет? Говорят у господина Исфара всегда очень интересные приемы.

– Хорошо, – кивнул Виктор. – Мы придем.

Часть II

Блек-джек

Учительница спрашивает у Вовочки:

– Почему из яйца появляется цыпленок?

– Потому что боится, что из него сделают яичницу!

Глава 1

Новости в столице королевства разлетались очень быстро. И если поначалу мало кто верил в реальность появления древнего, считая это больше глупой шуткой эльфов, то после инициации началось очень серьезное оживление. В том числе и на самом верху королевства.

– Да уж, задал он нам задачку… – покачав головой, произнес Зейнар – король Эдораса. – Вы уже опросили магистров древнего храма?

– Они сами ко мне прибежали меньше чем через час после успешно проведенной инициации, – чуть кивнув, отметил Великий магистр Марти дер Гло.

– И как все прошло?

– Только чудо спасло этот город от исчезновения. Кокон защитной сферы был такого цвета, словно соткан из первородной тьмы. А вместо знаменитого черного круга теперь выжжена полусфера. Магистры считают, что ритуал инициации задел какую-то глубинную защиту из высших кругов магии крови. Печать крови как минимум. Хотя подозревают, что целый букет. Потоки энергии восприняли их как то, что нужно выжечь…

– Он знал?

– Нет.

– Вы уверены?

– Полностью, Ваше Величество. Я стал наводить справки о странном госте, сразу, как тот вошел в столицу. Инцидент у ворот мне показался очень интересным.

– Не удивлен, – усмехнулся король. – И что же удалось узнать?

– Он совершенно не ориентируется в нашей жизни. Привычки, вкусы, манеры. Сведения из Анкрока вообще удивительны. Несмотря на то что его сопровождал маг, он требовал возможность помыться. После объяснения, что в городе нет купален, долго обзывал жителей дикарями, варварами и какими-то европейцами. Это меня заинтересовало, и я связался с городской гильдией воров.

– Марти! – возмутился Зейнар. – Я же просил тебя!

– Понимаю, Ваше Величество, но иначе я поступить не мог. Так вот. Сведения стали еще интереснее. Они взяли его под наблюдение буквально у ворот. От них я и узнал, что в город он пришел в чрезвычайно странной одежде необычной расцветки.

– Вырядился в духе этих клоунов?

– Нет. Вся одежда и снаряжение были необычными, но весьма практичными. Ворам понравилось. Причем при дальнейшей проверке оказалось, что ткани, из которых все сделано, им неизвестны. Глава гильдии даже организовал нападение для получения образцов, но ничего не вышло. Атерас смог начистить рыло трем из пяти нападающих, а остальные вынуждены были ретироваться. Одежда имела несколько надписей на непонятном и неизвестном языке. Он прислал зарисовки, но в наших архивах нет ничего подобного.

– Все это очень интересно, но к какому выводу ты пришел?

– Мы с коллегами считаем, что он очень похож на очередную жертву мерцающей пещеры. И Ализэль, его супруга, знает об этом, поэтому носится с ним как с ребенком. А так как инициация произошла здесь, получается, что там, откуда он пришел, либо очень скудный магический фон, либо он по какой-то причине не мог себе позволить этот ритуал.

– Или о нем ничего не известно…

– Это маловероятно, но да, возможно.

– А что там произошло в анклаве ушастых после его прибытия? Я слышал, был какой-то шум.

– Я пригрозил Ниэль официальным расследованием, и она мне поведала очень интересную историю. Оказывается, Ализэль наложила на атераса сложное плетение последней защиты, питающееся праной. А ее сородичи умудрились спровоцировать его активацию. В итоге Виктор смог помять их изящные лица своими кулаками, буквально разнести все двери в анклаве и ворваться в святилище Аматерона. Хорошо хоть в последний момент подействовало снотворное в стрелках, которыми он был весь утыкан. Потому что в противном случае он бы наверняка бросился с кулаками на Бога.

– О как! – довольно крякнул король. – Слушай, а парень-то ничего. Бодрый. Веселый. С огоньком!

– Самый сочный кусочек этого блюда заключается в том, что Виктор посчитал, будто эльфы собираются принести в жертву его супругу. Даже Аматерон, как говорят, был сильно удивлен таким заявлением.

– И чем все это закончилось?

– Солнечные эльфы носятся с ним как с чем-то бесценным. Ниэль не стала вдаваться в подробности, но он смог дать им ответы на многие вопросы, неразрешимые вот уже несколько тысяч лет. Причем не за счет древних знаний, а посредством совершенно иного взгляда на проблему. Но это еще не все. По разведывательным данным, из всех девяти городов солнечных эльфов вышли небольшие отряды. Они активно используют магию, помогающую лошадям избежать истощения и усталости.

– Как я понимаю, эти отряды устремились в Белую скалу. Так?

– Верно, Ваше Величество. Суммарно восемнадцать десятков. Все в полном боевом снаряжении. На заводных лошадях кое-какое имущество.

– Думаете, эскорт?

– Возможно. Вот только куда они отправятся? Виктору нужно срочно начинать занятия по упорядочиванию своего дара, дабы чего дурного не вышло.

– Мы можем предложить услуги нашей школы?

– Можем, но я не уверен, что он согласится. Точнее не так. Он-то согласится, но вот его супруга – нет. Даже если мы предложим бесплатное обучение. С деньгами у нее все в порядке. Кроме того, в эльфийских элизиумах Виктор тоже будет принят с радостью.

– Вы же знаете, что у них очень узкая специализация.

– Да. Поэтому Ализэль вполне может настоять на Имперской Академии. Нам в любом случае нечего им предложить.

– Хм, – задумчиво произнес король и на пару минут замолчал. – Есть какие-нибудь новости из Ондостомен?

– Враг отступил. Но с городом все непросто. Днем по нему бродит умеренное количество высших поднятых, которых возродили из погибших эльфов. А вот ночью из тайных убежищ выходят настоящие орды всякой гадости. Кто-то не поскупился на ловушку.

– Думаете, это ловушка?

– Да. Наши люди едва ноги унесли. Если эльфы силами в восемнадцать десятков при поддержке Аматерона атакуют днем, то смогут победить, хоть и с большими потерями. Но ближайшей ночью их ждет конец.

– Наступят дни, когда осколок белого огня возьмет себе в супруги умершее солнце. И кровь вскипит, и солнца луч опять согреет древний дом теплом… – процитировал наизусть часть пророчества. – Кровь вскипела на инициации. Это очевидно. Остается понять, что заключается в следующем акте пророчества.

– Так тут все просто, – пожал плечами Марти дер Гло. – И эльфы, по всей видимости, согласны со мной.

– Поэтому собираются отбивать Ондостомен?

– Именно, Ваше Величество.

– А разве Дол Амон не больше подходит под «древний дом»?

– Хм… – завис Великий магистр. – Мне как-то о нем мысли в голову даже не приходили.

– А зря. Ведь Виктор представитель рода ор Лов, а значит, законный наследник Дол Амон. И чей дом будет отапливать Аматерон, еще вопрос.

– Я незамедлительно пошлю наших людей на разведку в черную долину.

– Хорошо, – кивнул король. – Виктор ор Лов принял приглашение дер Диза. Я хочу, чтобы вы навестили старину Исфара и посмотрели на все своими глазами. Попробуйте пообщаться с атерасом. Составьте о нем свое мнение. И постарайтесь пригласить на прием Золотой зари. С супругой, разумеется.

– А если откажется?

– Не думаю. Ализэль сейчас нуждается в нашей дружбе и поддержке. Да она и раньше была очень дипломатична. Нам нужно время, чтобы понять, как себя вести в этой ситуации. Кроме того, требуется уточнить сведения об Ондостомен и Дол Амон.

– Ему может наскучить ожидать два месяца.

– Так займите его. В конце концов, ему нужно учиться управлять своим даром – предложите услуги школы. Если потребуется – библиотеки магистрата. Ну и прочее в пределах разумного.

– Хорошо, Ваше Величество.

Глава 2

До его первого выхода в свет остается всего ничего. А потому Виктор немного нервничает и в очередной раз осматривает себя перед зеркалом. Все ли нормально? Тем более что одежда, пошитая эльфами для него, имела фасон древних, что накладывало определенную ответственность. И не малую. Шутка ли – представлять великую древнюю цивилизацию, о которой ты совершенно ничего не знаешь. Ну, кроме различных баек и легенд, дошедших сквозь толщу веков, точнее тысячелетий. От одной этой мысли ему становилось нехорошо и как-то придавливало к земле, словно чудовищный груз давил на плечи. Очень хотелось сказать, что все фигня и он обычный человек, но, судя по всему, никто ему подобного просто не позволит. Чудо в его лице было нужно слишком многим.

Виктор едва заметно фыркнул и повернулся на одних каблуках. Одежда сидела изумительно. Поэтому все эти проверки были лишь данью нервам.

Его взгляд упал на Ализэль. Как ни странно, но она оказалась готова намного раньше его и теперь с интересом наблюдала. В конце концов, магу жизни ни укладкой, ни макияжем особенно заниматься и не нужно.

– Мне брать оружие? – поинтересовался Орлов.

– Зачем?

– А статус?

– Если у тебя за спиной два десятка солнечных эльфов в полном боевом облачении, то этого более чем достаточно. Кроме того, ты маг. А нам оружие совсем не обязательно.

– Маг? Слушай, какой из меня маг? Я же ничего не умею.

– У тебя открылся дар. Этого достаточно.

– Хм… Тогда пошли? – спросил Виктор, протягивая супруге руку, дабы помочь встать. – А то чем больше жду, тем хуже себя чувствую.

– Пожалуй, – кивнула она, благосклонно приняв помощь. Ей было приятно, что муж все-таки что-то запомнил из тех основ этикета и манер, что она ему попыталась прочитать за эти несколько дней.

Тихая прогулка по улицам города. Вечерние сумерки смазывают архитектуру и любопытные лица, коих, как и прежде, изрядно. Всем хочется посмотреть на древнего атераса своими глазами. Да и солнечная эльфийка в парадно-выходном наряде та еще красота.

Но дошли быстро и без проблем.

Эльфы эскорта рассредоточились по окрестности, а двое остановились, словно статуи, возле дверей особняка.

Тесная, узкая прихожая привела супругов в просторный зал, освещенный бесподобными магическими люстрами. Слуга стукнул массивной тростью по полированной плите пола и громко сообщил:

– Виктор и Ализэль ор Лов!

Супруга, чуть скосив взгляд, наблюдала за реакцией мужа. Ведь она никогда раньше так не представлялась. Да и вообще – среди эльфов не принято менять родовое имя после замужества. Но тот даже если и удивился, то вида не подал. Значит, понравилось.

Навстречу сразу же вышел Исфар дер Диз в парадном черном камзоле, расшитом серебряными нитями. Цвета дома. Положение обязывало.

– Рад вас видеть в моей скромной обители, – поклонился он. – Чувствуйте себя как дома.

– Но не забывайте, что в гостях? – с озорным взглядом поинтересовался Виктор.

– Пожалуй, – едва заметно усмехнулся дер Диз…

Прием был скучным мероприятием. По крайней мере, для Орлова.

По большому залу ходили разодетые люди, мигрируя от одного островка людей к другому. Обменивались сплетнями. Обсуждали какую-нибудь бессмысленную чушь. Строили глазки. Тонко, очень тонко шутили, настолько, что смысл шуток находился где-то на жиденькой, практически призрачной грани понимания. И, как следствие, такой юмор вызывал максимум вялые улыбки. В общем, ему не понравилось. Но вежливость, о которой несколько раз напоминали острые коготки Ализэль, требовала участвовать во всем этом цирке. Хотя и не охотно.

Довольно необычным оказалось то, что вокруг самого Виктора, вопреки его ожиданиям, никакого «островка» не образовалось. Приходилось идти на поводу супруги и знакомиться с теми, кого она представляла. Хотя нет никаких сомнений, что практически все обсуждали именно его. И это раздражало.

Наконец, перезнакомившись со всеми присутствующими в зале, исключая слуг и мажордома, Виктор смог сбежать на мягкий, кожаный диван в одной из ниш. Ализэль даже не сопротивлялась этому, видимо посчитав, что для первого раза он неплохо поторговал лицом. Впрочем, сама продолжила, пойдя по второму кругу, но уже более выборочно и с какими-то своими целями. Хотя оно и понятно – эльфийка здесь знала всех, причем с их рождения, и обладала немалым влиянием.

– Вы позволите? – вежливо и вкрадчиво обратился к Виктору возникший буквально из ниоткуда мужчина.

Орлов мазнул по нему взглядом. На вид лет тридцать-сорок, хотя ничего определенного сказать нельзя – маг, а с ними в этом плане сплошные трудности. Да, именно маг. Через несколько часов после инициации у него «проснулась» возможность видеть ауры живых существ. Так вот – сейчас он точно понимал – перед ним стоит маг. Хотя, какая специализация и степень развития, Виктор еще не мог сказать, так как не научился различать. Умный, цепкий взгляд спокойных карих глаз. Располагающее к себе лицо. Камзол весьма добротной и дорогой работы.

Чуть скосившись за его спину, Орлов отметил, что супруга заметила появление мужчины и чуть заметно кивнула, дескать, все нормально.

– Да, пожалуйста, присаживайтесь, – махнул Витя рукой на свободное место дивана.

– Вижу, не я один скучаю на этих приемах?

– Ну что вы, мне ужасно интересно, – как можно естественней и радостней произнес Виктор.

– Серьезно?

– Конечно! Я уснуть не могу, не узнав о какой-нибудь очередной сплетне. Это все так захватывающе! Как там говорится? Утром мажу бутерброд, сразу мысль, а как народ? И компот не льется в горло, и икра не лезет в рот…

– Тогда отчего вы расположились тут? – чуть прищурившись, поинтересовался незнакомец. Причем, судя по озорным огонькам в глазах, шутку он оценил.

– Кроме любопытства я еще довольно ленив, – с сожалением отметил Орлов. – Поэтому решил немного подкорректировать процесс. Все-таки высшее техническое образование не выкинешь из головы.

– Очень интересно, – с вежливой улыбкой поинтересовался собеседник. – И как же, если не секрет?

– Какая главная сложность в таких делах? Правильно, это перемещаться от одного источника звука к другому, разумеется, развесив уши и отмечая реакции. Сами понимаете – дело нелегкое. Иной раз так умотаешься, что ноги не держат. Вот я и решил разделить эту суровую обязанность на двоих. Чтобы легче и проще было. Супруга у меня просто легконогая лань. Она ходит, слушает. А вечером подробно все пересказывает, снабдив массой полезных комментариев. Я же тем временем, прикинувшись ветошью, наблюдаю со стороны. Минимум усилий – максимум результата.

– Вы знаете – очень интересный метод, – согласился собеседник, хохотнув. – Ох, извините мою грубость. Совершенно забыл представиться. Марти дер Гло, – произнес он, чуть кивнув. – Великий магистр Разума.

«О как! Значит, по мою душу специально пришел…» – пронеслось у Орлова в голове.

– И мне понравилась ваша шутка, – продолжил Марти.

– Как известно, в каждой шутке есть только доля шутки, – флегматично отметил Виктор. – Вы ведь по делу, не так ли?

– Вас так смутила моя специализация в магии?

– Не столько специализация, сколько ранг. Это весьма высокое положение. Что говорит о вашем социальном статусе.

– Вы правы, – кивает дер Гло. – Я уполномочен пригласить вас с супругой на прием Золотой зари.

– Признаться, понятия не имею, что это за прием, но…

– Не спешите с ответом. Посоветуйтесь с супругой. Его Величеству будет очень приятно ваше присутствие.

– Хм. И какие выводы вы сделали?

– Простите?

– Вас ведь не просто пригласить меня отправили. Это, если я правильно понимаю ситуацию, можно было сделать и проще. Что конкретно вас интересует? Спрашивайте. Не обещаю, что отвечу на все вопросы и буду честен, но это ведь лучше, чем ничего?

– Хм, – усмехнулся Марти такому повороту разговора и формулировке, но делать театральной паузы не стал. – Вас ведь все это тяготит? – кивнул он на мило щебечущих аристократов.

– Ну почему же? Не тяготит. Просто неинтересно. Это обычная игра. Она слишком тонкая для меня. Пальцы едва касаются струн, а потому и звуки на грани слышимости. Не всем такое по душе. Но посмотреть можно. Со стороны.

– И как вам?

– Скучно. Этакий шелест листвы в лесу. Одно радует – вино, которым угощает хозяин дома, – бесподобно.

– Понимаю, – кивнул Великий магистр. – Хм. Ваша супруга вам уже сказала, что, если не начинать учиться магии после инициации, могут возникнуть проблемы?

– Вы хотите предложить посещать школу королевства? К сожалению, я вынужден отказаться. Я же практически нищий. В моем кармане всего десяток золотых.

– Для нищих и один золотой – великая роскошь. Но не беспокойтесь. Никакой платы с вас никто не потребует. Его Величество подписал распоряжение принять вас за счет казны.

– Очень мило с его стороны, – подозрительно покосившись, произнес Виктор. – Но бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Что он хочет взамен?

– Что вы! Ровным счетом ничего. Сам факт того, что атерас учится у нас, сильно поднимет престиж школы.

– Это слишком обтекаемо, – чуть покачав головой, произнес Орлов. – На скольких новых студентов вы рассчитываете?

– Тут сложно угадать, – постарался уклончиво ответить Великий магистр.

– Нет, меня это не интересует.

– Но почему? – искренне удивился Марти дер Гло.

– Появление в вашей школе атераса привлечет в вашу школу как минимум полсотни новых учеников. Минимум. У вас не самая последняя школа и стоимость обучения под стать – пятнадцать тысяч золотых. Причем, насколько я успел понять, только десять процентов из этой суммы уходит на обеспечение учебного процесса. Итого – порядка ста тридцати тысяч империалов чистого дохода. И это по минимуму, и в первый год. Во второй же, вполне возможно, вы сможете перетянуть к себе еще столько же учеников, хотя я считаю, что их придет больше. Не исключено, что даже из Имперской Академии. И не только учеников, но и учителей. Сильных, амбициозных, которые пожелают иметь в своем послужном списке меня как ученика. Это Императоров и королей изрядно, а атерас один.

– Вы считаете?

– Вы и сами это знаете, – подмигнул ему Виктор. – А когда я покину стены вашей школы, то серьезно подниму ей статус и репутацию. Что продолжит приносить дополнительную прибыль еще очень долго. Хотя даже в рамках моего обучения речь пойдет о полумиллионе империалов чистой прибыли сверх ожидаемой. А вы мне предлагаете поработать на вас чуть ли не за еду. Смешно.

– И сколько вы хотите?

– Десять процентов от чистой прибыли школы за все время моего обучения и два процента после его завершения. Пожизненно.

– Кхм… – кашлянул Великий магистр. – Вы серьезно? Это же огромные деньги!

– Это всего лишь небольшой процент, – пожал плечами Виктор. – И это я не касался косвенных прибылей, которые станет приносить рост престижа школы и увеличение количества магов в столице.

– Хм… – хмыкнул Марти. – Вы так хотите денег?

– Отнюдь. По большому счету они мне не нужны. Это у меня десяток золотых в кармане, а вот моя супруга располагает весьма солидным состоянием. Что позволит мне в ближайшую тысячу лет[18] просто не думать о деньгах вообще. Но тут дело принципа. Если мне предлагают работу, то оплата должна быть подходящей. Да и бесплатная помощь развращает. Сегодня помог по доброте душевной. Завтра тоже. А послезавтра на меня эту помощь уже как обязанность повесили…

– Мы подумаем над вашим предложением… – после небольшой паузы произнес Марти дер Гло.

Так они и беседовали еще часа полтора, когда Марти дер Гло откланялся, чтобы утром следующего дня сделать подробный доклад королю.

– Ну ты и наглец! – отметила Ализэль, когда супруги уже возвращались в анклав солнечных эльфов.

– А что такого?

– Все правильно, только вот никто и никогда не просил денег за свое обучение в магической школе. Тем более СТОЛЬКО! Ты представляешь, какую сумму запросил?

– Нет.

– Ха! Вдвойне наглец! Но ничего, я пока рассказывать не стану. Сюрприз будет. Только вот что – не вздумай требовать денег за свое участие в приеме Золотой зари. Ни в коем случае!

– Почему? – искренне удивился Виктор.

– Это самый значимый праздник королевства. Приглашение на него не игнорируют даже соседние монархи, разве что по очень уважительной причине.

– Если я тебя правильно понял – мы туда пойдем. Так?

– Безусловно, – кивнула Ализэль.

– А как быть с учебой? Ты же вроде говорила о том, что местная школа так себе и нам, как разгребем основные проблемы, стоит ехать в столицу Империи.

– Слушай, если они согласятся на твое предложение, ты БУДЕШЬ учиться. Причем до тех пор, пока они тебя не попросят. Даже язык гоблинов станешь учить за ТАКИЕ деньги! Пойми меня правильно. Я не жадная, но там такие суммы, что я сама бы пошла двор мести за них. Ну, может, и не двор, но все равно – отказываться глупо.

– А если они откажутся?

– Тогда разберемся со своими делами и поедем в Империю. У нас достаточно денег, чтобы оплатить твое обучение.

– У нас? – ехидно переспросил Виктор.

– Да, у нас. Я подумала и решила, что твое предложение вполне разумно. Завтра же пойдем в банк и все оформим.

– Признаться, я все еще не очень верю в происходящее… – тихо произнес Орлов. – Каких-то два месяца назад моя жизнь была совсем другой. Я предвкушал окончание службы на заставе и офицерские курсы…

– Но пока ты неплохо справляешься, – пожав плечами, ответила Ализэль.

– Не очень, если честно. Что мне делать с этим Зинадом? Ведь на полном серьезе просил… С одной стороны, можно было бы и согласиться. Но ведь он хочет убраться отсюда, а мы, наоборот – зависнем, по всей видимости.

– Думаю, что тебе стоит согласиться.

– Почему?

– Его отец будет благодарен тебе по гроб жизни, если сможешь вытащить сына из этой пропасти. А он тебе в рот заглядывает. Проникся. Я ведь хоть и слабенький, но маг разума. Прекрасно вижу, кто врет, а кто нет. Его переполняют шок, вина и раскаяние.

– Но ведь мы в ближайшее время никуда точно не уедем.

– И не нужно. Прикажешь переселить к нам, а мы уж тут его подлечим. Привычное дело. Или ты думаешь, что эльфы за несколько столетий не сталкиваются с такими проблемами? Очень даже. Только не говори никому. Это не та услуга, которую мы хотели бы оказывать. Пропускать через себя чужие душевные терзания – занятие неблагодарное, я бы даже сказала, омерзительное. Но ради тебя одному бедолаге поможем.

– А блок на алкоголь поставить сможете?

– Не стоит. Поверь, по прошествии всего пары недель его будет уже не узнать. Он и сам не станет нажираться.

– Кстати, меня вот какая мысль посетила… – задумчиво отметил Виктор, когда они уже почти дошли до ворот анклава. – Если я поступлю в эту школу, то ее престиж взлетит до небес. Не ущемит ли это Имперскую Академию? А то от их «ануса запекануса» я вряд ли почувствую себя лучше.

– От чего?

– Излишне эмоциональной реакции на раздражитель.

– А, даже не думай, – махнула рукой эльфийка. – Ты опять замахнулся на непосильную задачу. Твоя учеба в этой школе поднимет ее статус до второго места в негласном рейтинге. Но даже чуть-чуть подвинуть Академию ты не сможешь. Там просто чудовищный разрыв. Вот королевства, у которых благодаря тебе школы обойдут, – те да, те обидятся. Но делать все равно ничего, скорее всего, не станут. Ну, я надеюсь. Империя же наверняка уже наблюдает за всем этим действом с огромным интересом. Возможно, даже поддержит чем, чтобы ты сразу не загнулся. Я уверена, что твое появление взбудоражило многие умы. Это, кстати, еще один гарант твоей относительной безопасности. Королевства не рискнут тебе открыто вредить, пока ты интересен Империи.

Глава 3

На следующий день после приема комендант анклава солнечных эльфов Ниэль по просьбе Ализэль организовала очень интересный процесс – ритуал подбора оружия. И шел он очень необычно, на взгляд Орлова. Ему давали в руки «дрын» и предлагали повторить движение за инструктором. А специальный артефакт тем временем сканировал его тело, сознание и ауру, пытаясь определить предрасположенность к виду оружия.

Так и ковырялись. Благо что оружия у этих ушастых хомяков было очень много. Перебрав все эльфийское оружие, взялись за обычное для людей. Потом дошел черед до традиционных «железок» дварфов, орков и так далее. Коллекция у коменданта анклава Ниэль была более чем впечатляющей. Но ничего не подходило. Либо совсем, либо на обычном уровне. А хотелось найти то, к которому имелась предрасположенность. И чем дальше, тем сильнее солнечные эльфы нервничали, потому что твердо знали – у каждого разумного есть талант к какому-либо холодному оружию.

После обеда третьего дня начали выносить реликтовые «железки». Если говорить точнее, то речь шла об оружии вымерших народов. Например, боевые серпы диких эльфов или косы черных. Но и тут все оказалось тщетно. Артефакт раз за разом показывал либо умеренную предрасположенность, либо неудовлетворительную, а то и того хуже.

– И что дальше? – поинтересовался Виктор, когда образцы закончились? – Может быть, я все же безнадежен?

Но Ниэль лишь фыркнула и выразительно посмотрела на одного из стоящих рядом с ней эльфов… Не прошло и пяти минут, как тот приволок непонятный сундук, откуда стал доставать какие-то древности и несуразности.

– А кто будет показывать, как ими пользоваться? – поинтересовался Виктор, разглядывая их.

– Никто. Нам не знакома техника боя ими. Разве что интуиция или озарение поможет тебе почувствовать дар. Постарайся выбрать то, к чему ты потянешься душой. Для начала.

– Сколько же им лет?

– Никто не знает. Но летопись самого молодого экземпляра начинается полторы тысячи лет назад.

Виктор внимательно смотрел на оружие, которое раскладывали перед ним. Точнее даже не оружие, а восстановленные обломки. Но все было бесполезно. Он уже было хотел плюнуть, но тут зацепился взглядом за один клинок. Обоюдоострое метровое прямое лезвие умеренной ширины. Гарды не было, зато имелась короткая рукоятка, ощущавшаяся чем-то чужеродным. Подсознательно. С виду – меч как меч. Немного нестандартных пропорций и обводов для этого мира, но все-таки ничего радикально удивительного. Однако что-то к нему манило. Даже не так. Виктору просто показалось, что этот с виду обычный клинок безумно красив. Поначалу он даже испугался этого чувства, но, вспомнив о задаче, решил пойти на поводу у эмоций. А потому, присев рядом с «железякой», совершенно неожиданно для себя стал поглаживать эту сталь. Нежно, аккуратно.

Сначала ничего не происходило. Но потом вдруг он почувствовал отклик. Словно чей-то лениво-заинтересованный взгляд и едва различимое ворчание. Этаким легким импульсом.

Сам не зная почему, Виктор извлек из ножен кинжал и быстрым движением полоснул указательный палец правой руки, сделав на нем небольшой надрез, едва прошедший кожу. После чего вновь стал поглаживать этот странный клинок, намеренно пачкая его в своей крови.

Практически сразу ему стало казаться, что клинок живой и теплый. Словно под его прикосновениями что-то ожило. Еще десяток ударов сердца, и мощной вспышкой белого света, которую видел только он, его отшатнуло. Настолько, что Орлов даже упал на задницу.

– Что? – обеспокоенно поинтересовалась Ализэль.

– Все нормально. Она… она просто расстроена, – ответил Виктор, глядя на этот странный клинок. Почему она? Просто показалось. В общем, не отвлекаясь, он мысленно обратился к «железке», вроде как успокаивая. Дескать, все хорошо, теперь она в надежных руках. Никто ее не бросит. И так далее. Орлов прекрасно понимал, что разговаривает с куском железа и это практически первые звоночки шизофрении, но продолжал, почему-то воспринимая эту сталь чем-то живым.

Как ни странно, но ощущение, будто клинок шипит и злится, ушло. Поэтому Виктор вновь к нему осторожно прикоснулся, аккуратно поглаживая… Минут пять он нежно ласкал металл, стараясь настроиться эмоционально. В какие-то мгновения ему даже казалось, что под его пальцами не сталь, а приятная на ощупь женская кожа. Мягкая, бархатистая, теплая… Короче, накрыло его основательно так. А потом вдруг, совершенно не осознавая того, приложил всю ладонь к лезвию и мгновенно погрузился в белый туман…

Ализэль, наблюдавшая вместе со всеми солнечными эльфами анклава за этим ритуалом, даже вздрогнула и испугалась, когда ее супруг вдруг положил ладонь на клинок и уставился перед собой невидящим взглядом.

– Погоди, – остановила жестом ее Ниэль.

– Но ему же плохо? Я чувствую его страдания!

– Это не его.

– Что?!

– Этому клинку не одна тысяча лет. Никто не знает, что это и откуда. По легенде, дварфы нашли только лезвие в каком-то древнем захоронении две тысячи лет назад. Уже тогда никто не знал, чье это оружие. Они оснастили клинок рукоятью и пустили по рукам коллекционеров. Триста лет назад он попал ко мне. Старый, интересный, но никому не нужный.

– И что с того?

– Это похоже на сумасшествие… но мне кажется, что твой супруг смог почувствовать клинок… как лесные эльфы деревья… и заговорить с ним…

Виктор же тем временем ощутил себя в какой-то странной комнате без пола, стен и потолка. Просто один сплошной белый свет, который, впрочем, не слепил. Он топнул. Белая пустота под ногами ничем не отозвалась.

– Ты! – злобно зашипел со спины приятный женский голос. – Кто ты такой, чтобы тревожить мой сон?!

Виктор обернулся и увидел очень красивую женщину… его народа. Ну, или кого-то очень похожего на него. Пропорции ее тела были просто идеальны, как и лицо… да все. Практически Богиня! У него от увиденного аж дух перехватило.

– Кто ты такой?! – вновь прошипела она, но менее злобно, видимо, ей понравилась реакция Орлова.

– Не знаю. А где мы? У меня галлюцинации?

– Как ты посмел разбудить меня после всего, что произошло?! – Уф… Выдохнула она со вновь накатившей на нее злостью и пошла вокруг него по кругу.

– Может, объяснишь, что происходит? И почему ты так похожа на те статуи?

– Статуи? – подозрительно переспросила она.

– Да. В подземном бункере.

– Странно… – теряя запал, заметила женщина, с нарастающим интересом разглядывая Виктора. – Я тебя не помню… но ты мне кого-то напоминаешь.

– Слушай, мне предложили выбирать оружие для начала тренировок. Под конец третьего дня, перебрав все известные образцы, принесли артефакты давно минувших эпох. Вероятно, надеясь, что мне хоть что-то удастся подобрать…

– И поэтому ты разбудил меня? – удивленно подняла бровь красавица. – Ну наглец… Ты хоть понимаешь, чем тебе это грозит?

– Да не будил я тебя!

– Да? А как же так получилось, что я проснулась? Случайно?

– Мне просто показался очень красивым клинок. Захотелось его погладить… – смутился он.

– И кровью напоить, да? Ну как же без этого? А потом, получив по шарам, еще и уговаривал, гладил…

– Да… – виновато произнес Виктор. – Не знаю, что на меня нашло. Просто показалось, что так будет правильно.

– Правильно? – фыркнула женщина и вновь заходила кругами.

– Да. Правильно! Я ведь один в этом мире. И мне твердят, что все представители моего народа давно погибли. А тут… мне показалось… Ладно, – резко собрался он и стал серьезным, отбросив эмоции в сторону. – Что ты хочешь?

– Остался один… – как-то задумчиво произнесла женщина. – А как так получилось?

– Сам хотел бы узнать. Мне сказали, что это какая-то магия крови, позволяющая сохранять род среди других народов. Что-то там запечатанное. В общем – все как-то невнятно. Видимо, сами не понимают толком.

– Ясно, – нахмурившись, произнесла женщина. – И давно остальные И’ри’тор погибли?

– И’ри’тор? – удивился Виктор. – Меня местные называют атерас.

– А’те’рас? Какая прелесть, – хрюкнула женщина, расплывшись в улыбке. – Значит, ты живешь среди тех дикарей?

– А что означают эти слова?

– И’ри’тор – это название нашего народа. Переводится примерно как «идущие во тьме». А а’те’рас – это обращение раба или слуги к нам. Если отбросить ритуальный контекст, можно перевести как «господин» или «госпожа».

– Мило… главное, им не говорить. Обидятся.

– На правду? – удивилась женщина. – Хотя…

– Почему я тебя так хорошо понимаю? Да и ты меня.

– Ой… это долго объяснять… – отмахнулась она. – Ты ведь совсем ничего ни о нас, ни о магии не знаешь.

– Так объясни. Я с радостью послушаю.

– Ты уверен, что хочешь разговаривать сейчас? – усмехнулась эта безумно красивая женщина. – Со стороны это выглядит так, словно ты сидишь на коленях перед клинком и смотришь стеклянными глазами в пустоту. А то, может, и слюни пускаешь.

– А мы сможем пообщаться позже?

– А тебе разве клинок не понравился? – усмехнулась она.

– Даже не знаю, кто больше… ты или клинок.

– Тогда я тебя сейчас отпущу. А ты запоминай, что делать… – начала красавица вещать тошнотворно точную инструкцию, словно бы он был не взрослый мужчина с хорошей головой и образованием, а какой-то олигофрен.

Спустя пять минут он очнулся.

– Виктор, что с тобой было? – участливо поинтересовалась супруга, которую, впрочем, за локоток надежно держала Ниэль.

– Беседовал, – коротко ответил он и встал, держа в руке клинок. Прямо за лезвие и схватил, сжимая достаточно, чтобы вспороть кожу на руке. Тонкими струйками побежала кровь. Причем ни единой капли не соскользнуло с металла на землю.

После чего поднял клинок на уровень глаз и сосредоточился на лезвии, стараясь передать ему часть своей силы, хотя бы два-три десятка эргов. Как это делать, он знал только теоретически, со слов этой девицы, поэтому мучился долгие пять минут… если не больше. Пока, наконец, не ощутил опустошение.

И вдруг с громким щелчком у «меча» отвалилась рукоятка, а вместо нее появилась новая… метра полтора длиной. То есть странный меч превращался в какое-то рубяще-колющее древковое оружие. И мало того, что материализовалась давно утерянная рукоятка, так и само лезвие изменилось. Слетел налет маскировки, обнажая странный металл фиолетового оттенка, сплошь покрытый незнакомыми письменами. А в центре основания проступила древняя печать в виде кольца, охватывающего пламя.

Потом его глаза вспыхнули белым светом, и он начал выполнять «шаги» упражнений с этим но’ри[19]. Медленно. Неуверенно. Словно бы кто-то вел его руку и тело. Но выполнять. Артефакт же, отслеживающий талант уже на втором «шаге», вспыхнул белым светом, показывая наивысшую предрасположенность. Причем, когда Виктор завершил пятый «шаг» и остановился, то на клинке не было ни капли его крови, а рука совершенно зажила. Ну и глаза вновь стали обычными.

– Прекрасно! – наконец выдавила Ниэль первой из эльфов. – Раз ты смог с ним договориться, то я дарю тебе этот клинок.

«А у тебя был выбор?» – ехидно, про себя поинтересовался Виктор.

«Нет, – ответил знакомый женский голос у него в голове. – Она почувствовала, что попытка отнять у тебя меня закончится смертью. Ее смертью…»

Виктор едва удержал непроницаемое лицо. Все-таки неприятно, что у тебя в голову подселяют соседа. Даже если это безумно красивая женщина. Так и шизофрению можно заработать.

– Расскажешь, что там произошло? – поинтересовалась супруга, когда они таки добрались до своих покоев.

– Да, но позже. Мне нужно самому все понять. Да и устал я чудовищно. Во всем теле слабость и какое-то опустошение. Может, поможешь?

– Вряд ли, – покачала головой Ализэль. – Ты куда-то ухнул все свои запасы магической энергии. Самое обычное магическое истощение. Теперь добрую неделю восстанавливаться.

– Сон поможет?

– Конечно, правда, не сильно. Просто облегчит неприятные ощущения.

Облегчит? Отлично. Виктор с радостью ухватился за эту идею. А потому, меньше чем за пару минут уже разделся и упал в постель с нарастающей дремой.

– Сладких снов, милая, – шепнул он ей сквозь стремительно подступающее забытье.

– Сладких снов, милый, – ответила она томным голосом и ласково улыбнулась.

«Спокойной ночи, – произнес знакомый женский голос в голове. – И спасибо… право, столько силы было не нужно. Но спасибо…»

А дальше он провалился в глубокий, спокойный сон без каких-либо сновидений и прочих раздражающих факторов.

Глава 4

Прошел месяц.

Виктор часов по шесть каждый день отрабатывал «шаги» со своей но’ри. Сто двадцать комбинаций и связок, называемых шагами, он повторял чуть ли не до изнеможения. И с каждым днем движения становились легче, естественней, быстрее, мощнее.

– А у него неплохо выходит… – задумчиво отметила Ниэль, наблюдая с балкона за упражнениями ор Лова.

– И меня это пугает… – буркнула Ализэль.

– Почему? – удивленно выгнула брови эльфийка-комендант.

– Мне кажется, что он от меня отдаляется. Шесть часов тут. Потом я его восстанавливаю, и он идет на дальнюю террасу, садится на землю странно как-то, кладет перед собой эту железку и какими-то стеклянными глазами смотрит на закат. Два часа минимум. Словно из этого мира выпадает.

– Ты приревновала его к куску железа? – усмехнулась Ниэль. – Уж не влюбилась ли ты?

– Не знаю, – честно ответила Ализэль и как-то понуро опустила голову. – Но я боюсь, что он окончательно отдалится от меня. Главное, конечно, дело, но мне очень не хотелось бы его терять. И вообще, мне иногда кажется, что в постели нас не двое, а трое.

– Второй мужчина?

– Отнюдь… – фыркнула Ализэль. – Если она умудрится вырваться из клинка и обрести тело, то… я боюсь последствий. Виктор может и уйти. У них, как мне кажется, понимания больше.

– Тогда что ты тянешь? – удивленно посмотрела на нее Ниэль. – Древний, как сам мир, метод всегда работал и будет работать.

– У Виктора уже есть дети.

– Ты не хуже меня знаешь, что одно дело, когда мужчина знает, что где-то там за горизонтом у него остались дети, и совсем другое, заполучить собственное дитя в руки, взглянуть ему в глаза, почувствовать его запах. От такого тают даже самые крепкие дубы. Вспомни лица отцов твоих детей, когда они их видели. Разве я не права?

– Допустим, – чуть подумав, ответила Ализэль. – Но когда мне вынашивать и рожать? В поход же скоро.

– Сегодня утром приходил представитель короля. В общем, в Ондостомен нас ждет ловушка. Я отправила разведчиков. Но не доверять королю нам нет оснований.

– То есть?

– Если сведения подтвердятся, то имеющихся сил нам не хватит, чтобы отбить твой город. Признаться, даже не понимаю, что делать дальше. Так что пускай он спокойно учится, а ты рожай. Не сомневайся. А если через пару лет куда соберетесь, то малютку у меня оставишь…

Так они и щебетали.

Вечером же, когда Ализэль собралась уже сделать задуманное, то застала Виктора в странном положении: он развалился на мягком кожаном диване и смотрел в потолок пустым, невыразительным взглядом. Причем «клинок» находился там, где и положено – на специальной подставке, закрепленной на одной из стен. И все это совсем не походило на их разговор.

– Милый, что с тобой? – спросила эльфийка, присев рядом и начав нежно поглаживать его по голове.

– Мне грустно… – беззвучно ответил он.

– Может быть, расскажешь? – ласково попросила она. – Я постараюсь помочь.

– Ты будешь смеяться, но я только сейчас понял, что все это – не дурная игра и шутливое приключение. А все те, кто был у меня там… исчезли. Пропали навсегда. Даже письма не напишешь. Словно я умер. Но это полбеды. Общение с Цири привело меня к… когнитивному диссонансу. Ну или как это правильно называется?

– Цири? – настороженно переспросила Ализэль.

– Да. Ее душа живет в но’ри.

– Она атерас?

– Хм… – усмехнулся Виктор, как-то странно посмотрев на Ализэль. – Ей бы понравилось такое обращение. Но нас все-таки называют иначе. И да, она из моего народа. Так вот. Общение с ней поставило меня в тупик. С самого рождения я привык считать себя представителем совсем другой культуры и национальности. Да, понимал, что несколько отличаюсь от своих сверстников, но никто меня этим не тыкал. Все принимали таким, каков я есть. Сейчас же, оказывается, что все не так. Принять свое прошлое нужно. Тем более что я живу здесь, а не там. Но я пока не знаю, как это сделать.

Ализэль тоже не понимала, что предложить мужу. Поэтому просто пригрелась рядышком, стараясь с помощью магии жизни поправить ему настроение.

Прошло полчаса. Час. Но ничего не менялось. Виктор подавленно смотрел в потолок. А супруга, прижавшись, лежала сбоку, едва слышно урча словно котенок.

Но наконец он ожил. Как-то странно моргнул, фокусируя взгляд. Хмыкнул. И полез за странным артефактом из своего мира, на котором он в свое время показывал супруге электронные книги. Блок для зарядки от солнечных батарей был вполне исправен, так что фаблет имел заряженный аккумулятор.

Вернувшись на диван, к чуть надувшей губки супруге, он заявил:

– Я знаю, что нужно! Серьезно!

– Почитать? – припомнила Ализэль факт наличия каких-то странных книг в этом артефакте.

– Отнюдь. Нужно послушать нормальную музыку! Я уже почти три месяца не касался его. Ну почти, – добавил он, хмыкнув, вспомнив, что «дневник боевых действий» он-таки вел исправно и непрерывно. За редкими исключениями каждый день запись делал, иногда и весьма развернутую. – Но метод проверенный. Когда тебе становится плохо – подбери ту музыку, что тебя тронет за душу. Лучше бы до слез. А потом спать. И наутро уже свежий и бодрый.

– Ты хочешь поплакать? – как-то скептически переспросила Ализэль.

– Нет. Я хочу, чтобы мою душу встряхнуло. Это сильно помогает. Заодно и тебя познакомлю с культурой моего мира. Хотя бы с частью ее.

– Ну…

Виктор включил фаблет. Ввел графический ключ. И быстрыми уверенными движениями пробежался по своей коллекции музыки и клипов, которых у него имелось изрядное количество. В конце концов, на удаленной заставе свободного времени много и связь с миром несколько ограниченна. А развлекаться как-то нужно. Вот и выкручивался как мог… и хотел. Не бухать же в самом деле?

Поэтому, выкрутив громкость на максимум, он решил начать со шведской рок-группы Sabaton. Что-то в их творчестве его цепляло. На уровне подсознательного. Мелодика, которая формировала очень интересную энергетику. Настолько, что он даже стал искать переводы текстов и волей-неволей выучил многие наизусть как на русском, так и на английском, а местами и на шведском.

«Руины Империи» он и включил с хорошим клипом, иллюстрирующим Полтавскую битву. И если ему прямо пахнуло какой-то вкусной, непередаваемой энергией, то бедная супруга аж побледнела, хотя и без того яркими красками лица не обладала. Глаза расширились, а в них отчетливо стал плескаться ужас.

– Что это?! – тихо прошептала она. Все-таки все эльфы обладают слишком чутким слухом и нежной душевной организацией. Им такие грубые, энергетически тяжелые музыкальные композиции казались ужасом. Кошмаром!

– Понимаешь… в том мире мое поколение обладало слишком толстокожей душой. Нежные, светлые песни туда не пробиваются. Обтекая словно капли дождя с крепостных стен. Чтобы пробиться, нужно нечто большее… – произнес Виктор и, отжав паузу, продолжил слушать то, как с тяжелой поступью каролинеров[20] пространство и время сминалось, рвалось, словно бы наматываясь на гусеницы мироздания, прущего вперед с неумолимостью тяжелого танка. Супруга же, несмотря на ощутимый дискомфорт от такой музыки, продолжила смотреть. Удивляясь все больше и больше. Особенно когда поняла, что эта жуткая музыка в Виктора как будто новую жизнь вдыхала, наполняла свежестью, силой, энергией. И всего за несколько минут помятый муж разгладился, вновь превратившись в ту «наглую, самодовольную морду», которую она встретила там… на берегу ручья.

Клип шел за клипом.

Воины разных эпох сталкивались в смертельных битвах. Надрываясь ползли танки, стремительно неслись самолеты, уверенно шли корабли. Взрывы. Выстрелы. Дым. Грязь. Боль. Все это смешалось в голове бедной Ализэль в настоящий кошмар. Большую часть увиденных вещей она просто не понимала. Но на эмоциональном уровне отклик пошел очень сильный. Все было настолько страшно, что она даже потеряла чувство времени и реальности.

А потом муж отключил фаблет и обратил свой взор на супругу.

Он был уже вновь живой. Грусть ушла. Неуверенность сменилась огнем и каким-то задором.

Виктор прижал к себе супругу, с удовольствием вдыхая запах ее кожи, ее волос. Остро ощущая тепло и нежность гибкого тела. Он просто хотел ее успокоить, помня о том, что женщинам нужны тесные объятия для достижения душевного покоя. Но спустя всего лишь минуту на него волна за волной стало накатывать желание. В конце концов, эльфийка была очень красива, да и магических плетений применила изрядно. Она же, в свою очередь, как только почувствовала желание супруга, так прямо в руках и стала оживать, стремясь усилить эффект и взять, как обычно, его под контроль.

Ну и понеслось…

Когда же спустя пару часов они лежали, засыпая, в голове Виктора опять всплыл голос Цири.

«Интересная у тебя музыка… – отметила она задумчиво, а потом уже насмешливым голосом добавила: – Папаша».

Но расспрашивать прямо сейчас он ее не хотел. Успеется. Сейчас Витя хотел только одного – сна. Благо что сбоку к нему пригрелась Ализэль и уже посапывала, всем своим естеством распространяя дрему.

Глава 5

Оставшийся месяц до приема Золотой зари прошел довольно спокойно. Ну, насколько это было возможно в такой обстановке.

На третий день после зачатия Ализэль «сдалась» мужу, поставив его в известность о ее несанкционированной беременности. Однако вместо скандала, к которому она тщательно готовилась, получила открытую и совершенно искреннюю радость. Виктор даже букет цветов ей нарвал в клумбе под окном Ниэль… Там просто самые красивые были.

Поначалу она не поняла причину такого неожиданного, на ее взгляд, поведения мужа. Но позже, аккуратно прощупав его наводящими вопросами, догадалась, что Виктор чувствовал себя безмерно одиноко в этом мире. Ведь родители, родственники и друзья остались где-то там, за гранью реальности. Даже на могилку сходить не к кому, если не считать совсем уж дальних родичей, следы которых терялись в тысячелетиях. Да и их могилки еще поди отыщи. А потому озвученная Ализэль новость его воодушевила. Ведь женщина, делящая с мужчиной постель, и женщина, которая мать его детей, – две большие разницы. Первая-то вне зависимости от «штампа» так подругой-любовницей и остается. А вторая – уже что-то куда более близкое и родное.

Но не только эльфийка прикладывала все усилия для подчинения и удержания Виктора под своим влиянием. Достойной конкуренткой ей выступила Цири. Да, будучи заключенной в оружие-артефакт, она была сильно ограниченна в возможностях. Но она не отчаивалась, работая мерно, спокойно и методично над реализацией своего плана. Хотя бы части его.

Ее задумка была проста как две копейки… ну или три.

Первый шаг заключался в том, чтобы максимально «раскачать» оружие-артефакт, открывая перед управляющей сущностью новые и весьма широкие возможности. По сути, они Цири были даром не нужны. Но без них не получалось развить и упорядочить ее информационную структуру. Ведь при заключении беднягу «обрезали» чуть ли не до говорящей головы, оставив минимум функционала. Вторым шагом следовало бы найти подходящее тело, но до него еще нужно было дожить.

Поэтому Цири пошла по пути правды. И объяснила Виктору, что если тот станет делиться с ней своей энергией и помогать, то она сможет не только улучшить его оружие, но стать его спарринг-партнером на тренировках. Разумеется, это Витю заинтересовало. Шаги-связи, это, конечно, хорошо, но по-человечески оттачивать мастерство тоже нужно. А местные методы ему очень не нравились. Шутка ли – на площадке постоянно дежурили несколько магов жизни во время таких тренировок, буквально воскрешая бойцов, а то и собирая по кускам. Оно ему надо? А со спарринг-фантомом только болевые ощущения без какой-либо опасности для здоровья. О том же, зачем это Цири, Виктор спрашивать не стал. Просто было не до того, а потому брошенной вскользь фразы о развитии вполне хватило.

Итак, процесс пошел.

Уже через неделю после начала «шаманства» над оружием-артефактом, ор Лов смог начать полноценные тренировки с фантомом, видимым только ему. К концу второй все это визуализировалось в полупрозрачную фигуру, способную к ограниченному физическому взаимодействию с но’ри и его владельцем. А позже так и вообще – виртуальная девица налилась красками, став вполне ощутима не только для Виктора, но и для всех остальных. Конечно, чтобы поддерживать такой фантом, требовалось очень много магической энергии, но у владельца оружия она была, а тренировки того стоили. Считай, получался бой в полную силу, при котором ни ты, ни тебя не могут не только убить, но и покалечить. Максимум – боль. Сильная, но быстро проходящая. Зато опыт ты получаешь бесценный…

– Что?! – возмутилась Ализэль. – Ты хочешь взять свою железяку на прием к королю? Ты серьезно?

– А что не так?

– Ты не на войну собрался! С таким оружием тебя просто не пустят.

– Меня?! – сделал удивленное лицо Виктор. – Ну ладно, а с каким пустят?

– Максимум – меч, да и то не очень большой.

«Цири, ты справишься?» – обратился он к сущности клинка.

«Не вопрос, – чуть ли не с усмешкой ответила она. – Только мне нужна будет энергия. Тысячи две эргов».

Виктор не медля взял оружие за основание клинка и щедро плеснул силы на оружие. И вот чудо – оно стало на глазах изменяться, преображаясь в аккуратный, даже в чем-то изящный адамантиновый меч. Закон сохранения массы, правда, не обманешь так просто. Да никто и не старался. Поэтому весила эта ажурная «железка» словно полноценный но’ри. Но то было и не важно.

– Такой? – поинтересовался он у супруги.

– Меч превосходный, – кивнула она. – Но нужны ножны.

– Такие подойдут? – поинтересовался фантом Цири, материализовавшись рядом. А клинок тем временем оброс простыми, но довольно аккуратными ножнами из материала, подозрительно похожего на исчезнувшую рукоятку.

– Слушай, зачем тебе это? – спросила, подозрительно прищурившись, Ализэль.

– Мне просто интересно, – с как можно более жалостливым видом ответила Цири, разве что глазками не хлопала. – Представляешь, какая скука сидеть тысячелетиями в этой железяке и ничего не видеть? Глазами Виктора я вижу, только когда он не далее ста шагов от меня. После только телепатическая связь. Так что на прием я смогу поглазеть, только отправившись вместе с ним. Ну же. Не будь букой. Неужели тебе жалко?

– Тебя? – искренне удивилась Ализэль. – Ты так и не рассказала, за что тебя так наказали.

– Милая, – произнес Виктор, – в конце концов, хоть какое-то оружие мне нужно. А то неприлично даже. Словно купец какой.

– Ну, хорошо, – после продолжительной паузы и весьма неохотно ответила эльфийка, которой эта наглая особа не нравилась совершенно. – Но не вздумай там хулиганить. Ты поняла меня? – сурово сдвинула бровки эльфийка…

Дальнейшие сборы оказались просты и незамысловаты. Стандартный эскорт из двадцатки солнечных эльфов ждал их где обычно. Получасовой проход к королевскому дворцу. И вот уже супруги поднимаются по ступенькам. Под ручку, разумеется.

В отличие от всего остального города, королевское гнездо было изготовлено с обширным применением магии, поэтому Виктора впечатлило. Все-таки тяжелые каменные блоки, идеально подогнанные друг к другу, – это солидно. Очень солидно. Конечно, не пирамида Хеопса, но мраморные монолиты массой в пару тонн со сверхточной установкой с допуском менее десятой части миллиметра тоже поражали воображение.

Поднявшись по широкой лестнице, супруги попали в весьма просторный зал с полированным полом, украшенным шахматным рисунком, и высокими потолками с легкими, ажурными магическими люстрами, усыпанными маленькими ярко светящимися шариками. А вокруг натуральные толпы людей… эм… разумных. Люди, эльфы разных видов, дварфы, гномы, орки и так далее. Не меньше тысячи разнообразных «голов».

– Виктор и Ализэль ор Лов! – громко возвестил об их прибытии мажордом, да так, что его голос, усиленный магией, облетел все, даже самые дальние уголки большого зала. А их было немало. Вместо небольших диванов в нишах здесь имелись целые комнаты для относительно приватных бесед.

В этот раз вокруг пары очень быстро собралась своя кучка-островок, которая самым наглым образом мешала Виктору тихонько прикинуться ветошью где-нибудь в углу. Нет, поторговать лицом было и можно, и нужно. Но все одно – он себя еще слишком неуверенно чувствовал в таких делах.

«Увлекательная» болтовня ни о чем шла своим чередом. Этакий классический американский «small-talk». Однако Виктор немного нервничал из-за неприятного предчувствия. Хотя вида и не показывал.

– Сери аль Сал’лех дю Ри! – громогласно разнеслось по залу.

– Кто это? – поинтересовался Виктор у супруги, удивившись нетипичному имени гостя.

– Тот, кого тут быть не должно, – вместо Ализэль хмуро ответила лесная эльфийка, стоявшая рядом.

– Древний маг, – скривившись, словно от зубной боли, добавила супруга. – Никто давно не понимает, жив ли он или это какая-то форма высшей нежити. Далекий отголосок прошлого. По слухам, он видел еще финал той войны, что отгремела пятнадцать тысяч лет назад.

– Странно, – хмыкнул Виктор. – Зачем его пригласили на такое мероприятие, раз, судя по лицам, все либо недовольны, либо испуганы?

– О! Это дань традиции. Его везде и всегда приглашают на наиболее серьезные официальные приемы. Он же всегда их игнорирует. Никто не ожидал, что он придет.

– И что теперь делать? – скосился Виктор на жену. – Он ведь явно сюда явился из-за меня. Побить его можно?

– Не советую, – тихо произнес за спиной какой-то незнакомый, немного скрипящий мужской голос.

Виктор обернулся и вдруг ощутил, как какая-то невидимая рука отодвигает всех от него и этого… эм… существа. Образуется круг, который мгновенно затягивается молочной скорлупой.

– Не хочешь, чтобы нас видели и слышали? – невозмутимо поинтересовался ор Лов.

– Да.

– Хм. Зачем ты пришел?

– Возвращение и’ри’тор – плохая идея. Вы – проклятие нашего мира.

– А может быть, все-таки не мы, а те, кто всю эту бойню регулярно устраивает? – усмехнулся Виктор.

– Они в своем праве!

– А мы?

– Нет! – жутким, замогильным шипением ответил древний маг. – Вы не вправе.

– Подумаешь, войну проиграли, – пожал плечами Виктор. – Что теперь, удавиться с горя?

– Я пришел предупредить и предложить помощь. Уходи.

– Что, вот так взять и бросить беременную жену? Да и куда уходить?

– Я могу открыть портал в твой мир. Если захочешь – заберешь и ее.

– С чего такая щедрость? – подозрительно покосился Виктор.

– Я обещал… – недовольно буркнул маг. Казалось, он даже немного смутился.

– Так это ты запечатал кровь моих предков и выкинул нас туда?

– Нет. Это сделала твоя прародительница, чтобы спасти хоть кого-то. Силы были слишком не равны. Они убивали всех. Я не и’ри’тор, и меня не трогали, пока я не лез в их дела. А ты… ты пока еще можешь уйти тихо.

Виктор уставился Сери в переносицу. Как-то рефлекторно. Но собеседник никак на это не отреагировал. Видимо, его такие вещи не пронимали.

Орлов же, под прикрытием этой игры в «гляделки», задумался.

С одной стороны, предложение выглядело заманчиво. Очень заманчиво. Плюнуть на все и свалить домой. Но что там его ждет? Да ничего хорошего. Официально его уже похоронили. Вернувшись, он попадет в жернова очень серьезной проверки, которая без труда установит факт того, что он уже не простой человек. Уж очень глобальные изменения с ним произошли. А это вряд ли чем-то хорошим закончится. И если бы он пошел один, то еще ничего. Но с беременной эльфийкой на руках подобная перспектива вообще казалась чем-то кошмарным. Их ведь в покое не оставят. Что свои, что враги. Может быть, на запчасти в лаборатории и не разберут сразу, но из-под плотного колпака выбраться не получится. Хотя, конечно, закончить свои дни на операционном столе шансы все же очень высокие. Что для него, что для супруги и их ребенка. Разве что можно попытаться скрыться где-нибудь в глухих лесах Амазонки. Но, во-первых, до них еще нужно добраться, а во-вторых, это та еще перспектива. Также никто не исключает того, что его специально отрезают от нормального магического фона, дабы без лишних проблем зачистить. Или вообще – портал будет открыт на самой глубине Марианской впадины или в жерле действующего вулкана. А что? Дешево и сердито.

Если же отказаться, то… Им явно заинтересовались. И если пока не трогают, наблюдая, то в дальнейшем точно спокойно жить не дадут. И, что самое поганое, силы настолько неравны, что тут у него тоже нет никаких перспектив. А вопрос поднимался о том, сколько он сможет продержаться.

«Цири…» – позвал Виктор свою подругу. Да, именно подругу, так как за эти два месяца бесконечных тренировок и болтовни они успели сдружиться.

«М…» – томно, словно сытая кошка отозвалась она.

«Ты что думаешь?»

«Не хочется принимать решения?» – с ехидцей поинтересовалась девица.

«Да тут, какое ни принимай…»

«Тогда чего ты ломаешься? – усмехнулась она. – Выбирай то, что больше по душе».

«И действительно…» – ответил он и улыбнулся, ударив с ходу ногой в грудь Сери. Практически как Леонид посланца Ксеркса в известном фильме. Тот отлетел шагов на пять, расширив сферу безмолвия. А Виктор выхватил клинок, вливая в него энергию, необходимую для преобразования. И уже через пару мгновений начал серию связок с но’ри, от которых древний маг едва успел увернуться.

– Ты что творишь?! Щенок! – взревел Сери аль Сал’лех дю Ри, но контратаковать не стал.

– Убирайся в свою нору и подыхай там молча. Мне не нужна твоя помощь и твои советы, – угрюмо произнес Виктор.

– Дурак! Это не твоя война! Все кончено! Твоя смерть ничего не изменит!

– Ха! Я уже три месяца как труп. Твое предложение заманчиво, но оно опоздало.

– Но война с ними безнадежна!

– Тебе-то какое дело? – усмехнулся Виктор. – Мой путь предопределен. Я погибну, но я хотя бы попытаюсь. А теперь уходи. И не испытывай мое терпение. Если не хочешь, чтобы точку в твоем жалком существовании поставил я.

Сфера молчания с легким звоном опала.

Сери аль Сал’лех дю Ри еще с минуту молча смотрел на Виктора, после чего аккуратно вытер кровь со щеки, которую все-таки зацепил клинок. И молча пошел к выходу.

В зале была тишина. Гробовая.

Виктор вновь влил в оружие силу, дабы Цири смогла ему вернуть вид меча, и невозмутимо повесил его на пояс. По завершении этого действа Ализэль не выдержала:

– Милый, что это было? Вы поругались?

– Что ты! Мы просто немного разошлись во мнениях относительно одного из мест в послании блаженного Августина.

От этих слов Сери вздрогнул и обернулся с явным удивлением в глазах. Их разделяло шагов тридцать.

– Блаженный Августин? – задумчиво произнес Марти дер Гло, находившийся совсем рядом. – Никогда о таком не слышал.

– О! Это был очень мудрый человек. – Марти глянул на откровенно обескураженное лицо Сери и едва заметно усмехнулся.

– Ужасно интересно! Может быть, вы нам поведаете то место в его послании, что вызвало спор столь уважаемых гостей?

Виктор чуть улыбнулся, продолжая смотреть прямо в глаза Сери. «А почему собственно и нет?» – пронеслась у него в голове мысль о шутке. Грубой. Неуместной. Но и черт с ним.

– Удары сердца твердят мне, что я не убит, – начал он. – Сквозь обожженные веки я вижу рассвет. Я открываю глаза – надо мною стоит Великий Ужас, которому имени нет.

Пауза. Сери поджал губы. И внимательно слушает. Пожалуй, весь зал замер. Даже в самых дальних углах затихли шорохи.

– Они пришли как лавина, как черный поток. Они нас просто смели и втоптали нас в грязь. Все наши стяги и вымпелы вбиты в песок. Они разрушили все. Они убили всех нас! – Снова небольшая театрализованная пауза. По лицу Сери видно, что он ждет подвоха и немного зол. – И можно тихо сползти по горелой стене. И у реки, срезав лодку, пытаться бежать. И быть единственным выжившим в этой войне. Но я плюю им в лицо! Я говорю себе: «Встать!»

Последнее слово Виктор рявкнул хорошо поставленным голосом сержанта, который может и роту поутру поднять. Даже Сери вздрогнул, не говоря уже об остальных.

Пауза чуть затянулась.

Губы дю Ри чуть дернулись. Он собирался что-то сказать, но Виктор опередил его, продолжив декламацию.

– Я знаю то, что со мной этот день не умрет. Нет ни единой возможности их победить. Но им нет права на то, чтобы видеть восход. У них вообще нету права на то, чтобы жить. И я трублю в свой расколотый рог боевой. Я поднимаю в атаку погибшую рать. И я кричу им – «Вперед!», я кричу им – «За мной!» Раз не осталось живых, значит, мертвые: «Встать!»[21]

– Они не встанут! – прошипел Сери.

– Ты так в этом уверен? – поинтересовался фантом Цири, за мгновение до того материализовавшийся рядом с Виктором.

– Ты жива?! – ахнул Сери, явно знавший ее когда-то. Сюрприз оказался очень эффектным. Не зря Виктор стремился сохранить в тайне тренировки с фантомом, и та на глаза никому особенно не попадалась. Далеко не все эльфы анклава даже слышали о ней. А уж за пределами этого небольшого мирка и подавно. Разве что Зинад дер Диз, но тот честно держал язык за зубами.

– Конечно, нет! – фыркнула она. – Но послание блаженного Августина меня очень заинтересовало.

Сери ничего не ответил. Просто развернулся и ушел. Прямо в окно телепорта.

Впрочем, надо отдать должное королю – несмотря на этот инцидент, прием продолжился как ни в чем не бывало. Хотя определенная напряженность чувствовалась. Да и телохранителей короля в зале стало ощутимо больше. Цири же, несмотря на недовольный взгляд Ализэль, осталась в облике фантома, принимая очень осторожное, но участие в беседах. Виктор посчитал, что ее преждевременный уход может быть воспринят психологически неправильно. Победители просто обязаны были потоптаться на том поле, где разбили врага. Пометить его своим присутствием.

Глава 6

Учеба в «Белой школе», как называлось местное учебное заведение магического профиля, началась на следующий день после приснопамятного приема Золотой зари. Поэтому Виктор ни свет ни заря был уже на месте. Нужно же было прикинуть, что к чему. Осмотреться.

Однако зря.

Дело в том, что учеба в этом мире строилась по очень странным и непривычным для Орлова принципам. Поэтому, когда началась первая лекция, он уже успел во всем разочароваться. Оказалось, что первые три месяца все поступающие должны определиться, какие направления в магии им интересны. Для чего им читают одну-две лекции в день, каждая по часу от силы, после чего дают массу свободного времени подумать. Но и это еще не все. Дальнейшее обучение строится на связке лекций и практических занятий, идущих обязательно в паре и не более одной такой связки в день. А дабы бедные студиозусы не перетруждались, каждые два-три дня вообще был отдых.

Конечно, для куцего уровня научно-технического прогресса, который наблюдался на этом участке Вселенной, и такое образование было очень недурным. Но Виктор-то хотел учиться нормально…

Так что уже на третьи сутки, не добившись ничего внятного от руководства школы, он волею божественного мата и прочих изящных словес установил для себя персональный режим занятий, который и начал претворять в реальность. Тянуть и ждать у моря погоды он не мог. Враг мог не дать ему искомых десятилетий, необходимых для подготовки по местным методикам.

Ранний подъем. Процедура оздоровления в исполнении Ализэль, наполнявшая его бодростью, свежестью и силой. Двухчасовая тренировка в небольшом парке школы. Лекция, если она вообще в этот день подразумевалась. А потом шли часы самостоятельной работы в библиотеке. Причем не в одиночку, а в компании с Цири и Ализэль. Первая оказалась просто незаменимым поисковым роботом, с изрядной скоростью просматривающей бессистемно сваленные на полки книги в поисках желаемых материалов. А вторая что могла – объясняла. Все-таки для эльфийки магия была больше факультативом, чем профилем. Как-никак жрица. В принципе, могла объяснять и Цири, но многие техники и плетения были ей совершенно незнакомы, поэтому она не лезла. Официально. На деле же вся эта возня ее забавляла и напоминала какой-то детский садик. Потому что этот уровень магии у них изучали еще в раннем детстве. Поэтому она вмешивалась только тогда, когда требовалось скорректировать какую-то очевидную системную ошибку. Свои магические техники она всегда успеет передать… но потом. Потому что для них требовался определенный уровень.

Так и жили. Изо дня в день.

Основной задачей, которую ставил перед собой Виктор в этих «посиделках», являлась попытка упорядочить общие теоретические представления о магии. Ведь ему предстоял выбор профиля. И нужно было выбрать такой, который станет самым полезным в предстоящих потрясениях судьбы. Поэтому он занимался конспектированием, набрасывал схемы, делал подсчеты и вообще вел себя совсем непривычно для магов в этих краях. Чего только стоят его выкладки по булевой алгебре, с помощью которых он пытался обобщить чудовищную кашу из высказываний и понятий, разбросанных без малейшего порядка по самым разным книгам.

Но вот пролетело три месяца.

Им всем предстояло завершение первого этапа обучения. Или, проще говоря, переход таки к обучению, хоть какому-то, потому что до того они занимались вздором.

Витя вошел в главный зал «Белой школы» и огляделся. «Молодняк» оживленно болтал и толпился. Даже те, которых с удивлением опознала Ализэль. Смешно сказать – в эту школу поступили в этом году десятка два магистров и целых три великих магистра. Явно для наблюдения за Виктором, но из общей толпы эти уже умудренные знаниями и опытом люди старались не выбиваться.

Рваться в первых рядах на распределение он не спешил. Хотел посмотреть, как и что будет происходить. Да и на реакцию зала было нелишне взглянуть. Чем вызывал нервное напряжение среди наблюдателей, которые явно планировали попасть с ним на одно и то же направление… Но немного подразнив их, все же направился к артефакту, дабы его обмерили, взвесили и так далее. В конце концов, у всех своя работа, а ему еще с ними несколько лет бок о бок существовать.

Белый дар в этом наборе был только у него. Да и по большому счету не только в наборе. Во всем мире было наперечет разумных, являвшихся счастливыми владельцами такого подарка судьбы. Но обычно это сопровождалось очень слабой емкостью дара. А вот у Орлова с этим делом все было в порядке. Даже очень. Так что после озвучивая его параметров заохали и завздыхали очень многие. Им бы такое… поле вариантов…

Но какое направление выбрать? Виктор долго думал над этим вопросом. Враг явно следил за ним. А значит, любое неловкое движение может спровоцировать цепную реакцию. Поэтому, как ни хотелось ему обратить свой взор на наиболее разрушительные направления магии, применяемой в битвах, он благоразумно отказался от дурной идеи. Да и вообще от всего, что хоть как-то можно было проассоциировать с открытой подготовкой к войне…

В общем, он не придумал ничего лучше, чем выбрать магию Жизни. Конечно, жена немного надулась, ибо он автоматически оказывался в импровизированном цветнике. Все-таки это направление выбирали преимущественно женщины. Но возражать не стала.

Впрочем, просто так уйти ему не дали. Руководство школы очень быстро оправилось от шока и постаралось навязать столь одаренному ученику еще парочку факультативов, мотивировав это тем, что емкости его дара вполне хватит для трех параллельных направлений. Но он был готов к такому повороту событий, выбрав второй и третьей специализациями Разум и Артефакты соответственно. Чем поверг общественность в еще больший шок. Дело в том, что направление магии Разума, чрезвычайно сложное и непопулярное, выбирали крайне редко. Считай единицы. Она пугала и казалась чем-то невнятным и непонятным многим. И тем выше Виктор оценил Марти дер Гло. А магия Артефактов так и вообще являлась своеобразным отстойником для неудачников, дар которых настолько мал емкостью, что им просто нет другого занятия, нежели изготавливать амулеты. Да, они пользовались устойчивым спросом. Однако полноценный боевой маг имел и социальный статус выше, и в деньгах, как правило, не нуждался вообще.

Таким образом, легким движением руки брюки превратились в элегантные шорты. То есть все без исключения наблюдатели обломались по полной программе. Ведь те, кто их сюда посылал, опирались на наиболее популярные направления магии. Конечно, на Артефакты могли записаться все, вне зависимости от дара, так как там все очень вариативно. И записались, куда уж им деваться? Но вот остальные два направления остались за кадром внимания. Чего Виктор, собственно, и добивался.

На следующий день после распределения Императору Калхалы докладывали о результатах.

– Наглец… – как-то мягко и обволакивающе констатировал Эльхар XI. – Неужели не мог немного подыграть?

– Ваше Императорское Величество, – вкрадчиво заметил советник, – так ведь он немного и подыграл. Ничто не мешало ему выбрать вместо магии Артефакта какое-нибудь еще непопулярное направление.

– Думаешь? Зачем ему все это?

– Полагаю, что он не ставил перед собой целью сбросить наблюдателей. Иначе бы сделал это. Скорее ответ нужно искать в послании блаженного Августина. Он как будто насмехается над своими врагами. Сначала чуть ли не объявляет начало войны, а потом погружается в изучение всего, что к этой войне, скорее всего, не будет иметь никакого отношения. По крайней мере, прямого.

– Думаешь, он просто любит масштабные шутки?

– Если речь идет о тех, кто уничтожил уже не один город солнечных эльфов, то не уверен, что избранная им манера поведения подходящая. Они слишком опасны.

– А как тогда понимать его чуть ли не драку с древним магом? И ведь даже смог его ранить. Да и вообще – вел себя так, будто это он хозяин положения. Все это ужасно интересно и непонятно…

– Да, – смиренно поклонился советник. – У меня постоянное ощущение, что вокруг него одни тайны. Словно смотришь на иллюзию. Та же девица-атерас. Наши наблюдатели точно смогли сказать о том, что она не являлась ни призраком, ни духом… Они вообще не поняли, что перед ними. Но позже этот вопрос прояснился. Редкое явление – сущность оружия. Кто-то давно за какие-то проступки наказал ее и заточил сознание в артефакт.

– И как же это выяснилось? – заинтересовался Император.

– Виктор ежедневно два часа тренируется в парке школы. Она составляет ему пару. Наблюдатели довольно быстро заметили, что ни она, ни ее оружие не является материальным.

– Тренируется? Очень интересно. И как его успехи?

– Надо отметить, что весьма впечатляющие. Тем более что он не только своим но’ри работает, но и время от времени – голыми руками. В том числе и против оружия. А раз в три дня сущность клинка на тренировке имитирует бой с группой противников. Обычно от трех до пяти.

– Может быть, в этом и кроется выбор направлений?

– Возможно, но Виктор очень серьезно занимается в библиотеке. Крайне странно для того, кто предпочитает рукопашный бой, такое рвение к книгам.

– Действительно… – согласился Император. – Вы общались с нашим братом о новых учениках?

– Да, Ваше Императорское Величество. Король Зейнар вместо оговоренной ранее десятикратной наценки просит в двадцать раз больше стандартной цены. Все-таки мы сами виноваты, что так неосмотрительно выбрали наблюдателей. Но за эту плату он готов принять любое количество людей, а за тридцать – даже нагов и орков.

– У вас есть кого послать?

– Уже подобрал, Ваше Императорское Величество.

– Вот и славно, – кивнул Эльхар, возвращаясь к чтению документов.

А всего через месяц Виктор, придя на очередное занятие по магии Жизни, с удивлением обнаружил ощутимое такое пополнение. Пожалуй, добрая половина группы добавилась. Кого тут только не было. Аналогично обстояли дела и в группе магии Разума, где к их небольшой тусовке из пяти учеников добавилось пятнадцать новичков. Весьма опытных новичков. Конечно, как маги Разума они были профаны, но каждый был как минимум магистром какой-либо иной области. Впрочем, на график учебно-тренировочной деятельности Виктора это никак не повлияло. За ним просто наблюдали, не особенно стремясь установить контакт.

Глава 7

Виктор продолжал жить и учиться в Белой скале. А время неумолимо бежало вперед. И с каждым часом, с каждой минутой он начинал все больше и больше напрягаться. Ведь враг не дремлет. Не мог же он просто забыть о нем и его супруге? Орлов допускал, что его противники выжидают специально, давая возможность расслабиться. Но с каждым днем ситуация становилась все щекотливее. В какие-то моменты ему действительно начинало казаться, что он зря переживает. Но он гнал от себя эти дурные мысли. И, как оказалось, не зря.

Спустя почти пять месяцев после начала второго этапа обучения в «Белой школе» это и случилось…

В один тихий, спокойный вечер Виктор шел в компании юного дер Диза из школы в анклав солнечных эльфов, дабы нормально уже выспаться. В конце концов, те чудовищные учебные нагрузки, которые он себе давал, изматывали и настоятельно требовали хоть иногда по-человечески отдыхать. Супруга же, по настоянию коменданта Ниэль, вообще прекратила выходить за пределы анклава уже несколько месяцев назад из-за ощутимо округлившегося животика. Поэтому продолжительные сидения в магической школе требовалось прерывать и ради супруги, которая все понимала, но была живым существом. И тоже хотела внимания, ласки и любви… особенно в ее положении.

И вот, на подходе к очередной небольшой площади, скорее даже площадке или двора, Виктор ощутил пристальное внимание к своей персоне. Нет, никаким особенно тонко чувствующим он не был. Просто одно из защитных плетений магии Разума, что он оттачивал с особенным остервенением.

– Крыша! – крикнул Виктор на языке солнечных эльфов и сразу стал смещаться в сторону, активировав плетение ментального тумана, мешающее любому, кто пожелает взглянуть в его сторону, сфокусировать взгляд. Со стороны эффект от такого плетения таков, будто тело расплывается в некое подобие тумана с определенной инерцией.

Эскорт отреагировал тоже очень быстро, но все равно несколько стрел достигло своих целей. Ничего страшного в этом не было. Все ранения легко лечились. Но для неожиданного нападения и этого оказалось довольно, ибо прямо сейчас выбитые бойцы уже не смогут скакать козликом по площадке в полную силу.

А потом с крыши посыпали темные эльфы. Много. Очень много.

И Виктор ушел в глухую оборону.

Да, адамантин его но’ри легко мог перерубить клинок обычной стали. Да, на его стороне был рост и более чем двукратное превосходство в живой массе, которая, несмотря на байки дилетантов, имеет очень большое значение в ближнем бою. Но их было слишком много. И навыки, которые Виктор получил за эти практически десять месяцев тренировок с фантомом, хоть и внушали уважение, однако не шли в сравнение с вековым, а то и многовековым опытом нападающих. Цири ему всячески помогала, подсказывая. Однако ситуация стремительно ухудшалась.

Сначала перебили эскорт. Все-таки солнечные эльфы, несмотря на все свои преимущества, славились больше не как бойцы полного контакта, а как маги и стрелки. Но темные оказались увешаны защитными амулетами, как новогодняя елка украшениями. Они буквально были нашиты на их одежду. Да, кое-что получилось, все-таки бойцы, сопровождающие Виктора, стоили очень много в плане мастерства. Но при таком численном превосходстве эскорт банально задавили.

Юный дер Диз лежал тяжело раненным в сторонке и не отсвечивал. Да и не мог. В его положении даже дышать было весьма непросто. Не боец. А если вовремя не оказать помощь, то и не жилец. В сущности, только амулет, подаренный Ализэль, спасал его от неминуемой гибели, поддерживая едва теплящуюся жизнь.

И вот, Виктор, расплывшись в странный туман, остался один. А вокруг враги. Много. Очень много врагов. И хотя силы в нем еще были, он понимал, что шансов нет. Ну убьет он десяток-другой. А остальные его достанут.

– Мы не хотим тебя убивать, – как сквозь сон до его ушей прорвались слова одного из темных эльфов. И одновременно с этим кольцо разжалось, удаляясь шагов на восемь-десять.

А Виктор вместо вздоха облегчения начал звереть. По-хорошему. По-настоящему. Потому что если это не покушение, то выходит – попытка похищения. А попадать в плен неизвестно к кому с неясными перспективами ему совсем не хотелось. Особенно к тем, что в свое время зачистили Дол Амон от жителей.

– Сложи оружие, мы не сделаем тебе ничего плохого, – вновь произнес тот же темный эльф, выйдя чуть вперед.

Это было сказано таким вкрадчивым тоном, что на какое-то мгновение Виктору даже захотелось подчиниться требованию. Но следом нахлынула откуда-то из глубин подсознания злость. Потребовалось всего несколько секунд, чтобы нарастающая, словно бушующий поток сильная, негативная эмоция выжгла все сомнения и мимолетную слабость, буквально испарив их.

– Сложить оружие? – с хорошо ощутимой усмешкой переспросил Виктор.

– Да, – солидно кивнул предводитель темных эльфов. – С тобой просто хотят поговорить.

– Нападение – не лучший повод для знакомства.

– Мы сожалеем, но иначе было нельзя, – невозмутимо ответил темный. – Эти, – он кивнул на трупы солнечных эльфов, – не дали бы нам поговорить. Наши повелители желают видеть тебя. Твое появление многих смутило.

– Если желают – пусть приходят. Я приму их.

– Ты не понимаешь! – Маска спокойствия и невозмутимости темного эльфа треснула. – Тебе оказывается великая честь!

– Ложные надежды, – усмехнулся Виктор, – не приносят счастья…

– Что?!

– Я знаю, кто прислал тебя, и не желаю с ними общаться… – Темный эльф скривился от гримасы раздражения и злости, но не успел ничего произнести, ибо Виктор совершенно неожиданно продолжил: – Ты просил меня сложить оружие?

– Да… – неуверенно ответил собеседник, не понимая такого резкого перепада.

– Держи! – крикнул Виктор и метнул в него гранату. Он и сам не всегда понимал, зачем он ее с собой таскает. Ведь сильный эскорт и дружественный город весили намного больше. Однако Витя ее неуклонно носил. И она пригодилась.

Темный эльф рефлекторно увернулся от странного шарика, летевшего ему прямо в глаз. Как и несколько его соплеменников за спиной. А вот последний тормознул… приняв любопытным лицом. Правда, несмотря на удар, умудрился поймать в руки и с удивлением уставился на странный предмет, прислушиваясь к едва различимому шипению.

– Ты что творишь?! – воскликнул предводитель темных эльфов. Но продолжить не успел, так как раздался взрыв, ставший полной неожиданностью для нападающих. Никто из них даже не слышал о таком виде оружия, как граната…

Виктору же только этого и было нужно, так как взрывом очень сильно проредило нужное направление, буквально пробив брешь. И он рванул вперед, стараясь убраться с площади в одну из улиц, чтобы сражаться уже не в круговой обороне, а против фронта.

Темные эльфы бросились за ним, но не сразу. Прошло несколько секунд, прежде чем они успели отреагировать. Это и определило исход боя.

Прорываясь, Виктор, вроде как толкая, прикоснулся рукой к шее оглушенного взрывом предводителя, накладывая на него плетение исцеления. Правда, несколько специфическое. Его и исцелением-то назвать можно было, только опираясь на примененные принципы и стихию магии. Эффект не замедлил себя проявить. Темный эльф, немного покачавшись, рухнул на брусчатку, теряя сознание. Да иначе и не могло быть. Ведь Виктор ему заживлял сонную артерию… ну, как мог. Поэтому ее внутреннее сечение резко сузилось и крови мозгу стало катастрофически мало. Конечно, не умрет, но потеря сознания гарантирована.

Самым главным открытием этого действа стало то, что, несмотря на серьезную защиту амулетами от магии разных видов, темные эльфы не имели блокировок от магии Жизни. Но оно и понятно, лечить-то в бою как-то нужно. Да и никому в голову не приходило раньше с ее помощью атаковать. Это Виктор, насмотревших на эскулапов своего родного мира, твердо знал, что иных уж нет, а других и долечить не грех. Вот и пошел по совершенно нестандартному пути.

Темные эльфы наседали. Как могли. Но короткие клинки, которыми они орудовали, были плохим подспорьем в преодолении натуральной стены из быстро двигающегося адамантинового но’ри. Добрый десяток принес свои жизни на алтарь осознания невозможности заблокировать удар страшного оружия Виктора.

Они попытались метать кинжалы, дротики. Даже стрелять из лука. Но куда? Тело их противника расплывалось едва ли не во всю пусть узенькую, но улицу и понять, где он сейчас находится, было чрезвычайно сложно.

А их ряды потихоньку редели. Виктор применял энергоемкое, но удобное в данном случае плетение дистанционного исцеления, подкашивая тех, кто стоял сзади. Один за другим темный эльф падал без видимых причин. И на это мало кто поначалу обращал внимание. Потом начали оглядываться. Озираться. А Виктор наседать, пожиная жизни недостаточно везучих бойцов.

Когда же остался всего десяток совершенно деморализованных темных эльфов, с дальнего конца площади вылетела толпа солнечных эльфов. Не меньше восьми десятков. Часть тех самых войск, которые выделили для отбивания Ондостомен. Позже Виктор узнал, что в момент нападения командир эскорта активировал амулет, сигнализирующий о нападении… Но это было потом. А сейчас, увидев, что поражение неизбежно, темные эльфы выхватили какие-то странные шарики и, закинув их в рот, дружно совершили самоубийство. Но тела их на брусчатку не упали, развеявшись, словно черный дым, еще намного раньше.

И все бы ничего, только перед смертью оставшиеся темные эльфы побросали на землю похожие шарики, сейчас начавшие светиться. Но, к счастью, бросали в спешке и не очень удачно. Поэтому после их срабатывания часть тел оказалась нетронута. В том числе и бессознательно валявшийся предводитель. Остальные же, задетые вспышками, развеялись черным дымом, не оставив после себя ничего.

Понимая, что промедление смерти подобно, Виктор приказал всех тщательно обыскать, отбрасывая непонятные предметы в сторону. Но успели едва. Однако главное им удалось – взять пленных из числа темных эльфов, служащих врагу. Впервые за три тысячи лет. Но это осознание пришло позже. А сейчас бедолаг, раздев донага и обшарив все по несколько раз с особым рвением, вязали. Даже погибших.

Как ни странно, городская стража подоспела тоже довольно быстро. Услышав взрыв гранаты, они сломя голову бросились на шум. Все-таки очень нехарактерный звук для этого мира. Поэтому успели застать срабатывание странных артефактов, заметающих следы нападения.

Разумеется, никакого конфликта с солнечными эльфами не было. Капитан городской стражи даже предложил помощь. И все одно оказал ее, несмотря на вежливый отказ, оцепив предполагаемый маршрут к анклаву, чтобы случайные прохожие под ногами не болтались.

– Утром я доложусь начальнику гарнизона, – сообщил он Виктору. – Думаю, еще до обеда к вам прибудут уполномоченные лица за разъяснением. Такое нападение в стенах Белой скалы – неслыханная наглость, и нам тоже будет очень интересно узнать, чьих это рук дело.

– Мы постараемся ответить на все ваши вопросы, – согласился Орлов. – Но позже. Сейчас нужно спешить. Кто знает, какие секреты сокрыты в этих разумных? И не развеются ли они черным дымом спустя пару часов.

На том и порешили…

Эдилрак очнулся, но открывать глаза не спешил. Да и вообще хоть как-то выдавать факт своего прихода в чувство. Потому как во время нападения все пошло не так, и теперь он не понимал, что происходит и где он. А также то, почему не сработал черный амулет, исправно спасавший его раньше. Но времени все обдумать ему не дали.

– Не притворяйся, – услышал он голос атераса. – Я знаю, что ты очнулся.

Эдилрак дернулся, пытаясь атаковать источник звука, но… оказалось, что он был очень жестко прикован к массивной каменной плите. Даже пошевелиться не удавалось. Но ведь он только что не ощущал этого! Как?

– Удивлен? – усмехнулся Виктор. – Это моя супруга постаралась. Магия Жизни позволяет смягчать неприятные ощущения. Ты наш гость. Вот мы и постарались сделать тебе приятное.

– Я ничего не скажу… – тихо прохрипел Эдилрак.

– Ой, да это и не нужно. Ты, вероятно, не знаком с правилами грамотного допроса. Так вот. Ты приведен в себя последним. Первыми мы опросили мертвых. Королевский некромант с радостью оказал нам эту услугу. Да и Его Величеству тоже было интересно узнать о вас пикантные подробности. Поэтому допрашивал он тщательно так. Со всем радением. Истязая души павших до тех пор, пока они не прекратили выкручиваться.

– Как?! Это невозможно! – зашипел Эдилрак.

– Ты о тех черных шариках? – усмехнулся Виктор. – Видимо, тот, кто послал тебя, расслабился. Не успел инициировать амулеты достаточно быстро. А потом… потом было уже не важно.

– Действительно, – скривился Эдилрак. – Не важно.

– М?..

– Вы узнали слишком много, чтобы этот город оставили в покое.

– О! Я понимаю твое беспокойство, – наигранно развел руками Виктор. – Но не переживай. Этому городу ничего не угрожает. Его Величество, поняв, что такие вещи слишком опасно знать в одиночку, решил поделиться с общественностью. Не всеми, конечно. Но смысла уничтожать этот город для сохранения тайны уже нет. Разве что месть. Однако она тоже лишена смысла. Пока что вы нападаете только на города солнечных эльфов и делаете это достаточно редко. Это сглаживает раздражение. Прямая же атака на поселения людей поднимет против вас всех разумных этого континента.

– И что они смогут сделать? – усмехнулся Эдилрак.

– Если бы твои господа были действительно сильны, то не стали бы выбирать столь осторожную тактику против солнечных эльфов. Поэтому вряд ли они захотят сражаться против всех сразу.

– Ты не знаешь, о чем говоришь!

– Ну почему же? – усмехнулся Виктор. – Я не знаю, как их зовут. Но я знаю, зачем их оставили здесь. И кто. Что, в принципе, уже и не важно.

– Самоуверенный дурак! – буквально выплюнул Эдилрак.

– Мне вот что интересно, – невозмутимо продолжил Орлов. – Чем они смогли тебя заинтересовать?

– Я же сказал, что ничего не скажу… – с полным презрения взглядом ответил темный эльф.

– Ну как знаешь, – пожал плечами Виктор. – По магической связи мы уже связались с Великим домом, к которому ты когда-то принадлежал. Их представители уже в пути. Нет, я, конечно, не большой знаток ваших внутренних традиций, но мне показалось, что они расстроены. Ведь ты подставил их. Так сказать, материальное доказательство их позора.

– Ты все равно ничего не узнаешь… – тихо прошипел Эдилрак. – Смертные не смогут меня заставить говорить.

– Смертные? – как-то нехорошо усмехнулся Виктор. – Возможно. Но в составе делегации едет верховная жрица Ллос.

– Шшшшто?! – с трудом выдавил из себя Эдилрак, которого едва не парализовало от ужаса. – Жрицы Ллос никогда не покидают подземных городов!

– Ради тебя, друг мой, они сделали исключение. Вы, видимо, эту красавицу основательно достали. А Ллос, по слухам, хоть и стерва, но свой народ любит и не желает ему смерти. В общем – наши с тобой беседы, если пожелаешь, могут стать единственной твоей отрадой перед нежными объятиями ее мохнатых лапок. Верховная жрица призовет ее прямо сюда. Да, Аматерон раздражен, но он согласился, отлично понимая, что лучше, чем она, никто с этим делом не справится…

В общем, Эдилрак резко проявил желание общаться, видимо, что-то поняв для себя. Конечно, темный эльф знал мало, но даже то, что он поведал, выглядело удручающе.

С одной стороны, подтвердился вывод Виктора о наблюдателях, оставленных победителями пятнадцать тысяч лет назад. Хотя, конечно, Эдилрак ничего ни о каких наблюдателях не знал, почитая их древними Богами. А с другой стороны, сильно расстраивало то, что добраться до них оказалось очень непросто по причине того, что никто не знал, где они находятся. Просто время от времени появлялись их жрецы, ищущие заблудшие души и обещающие им поддержку, приют и признание. Многие изгои с радостью соглашались на эти предложения и обретали желаемое.

Причина успеха Виктора в произошедшей рукопашной схватке крылась в том, что только Эдилрак служил древним Богам уже пару столетий, остальные же меньше года. Это был новый набор. Молодняк, так сказать, который хотели проверить в деле, ибо атераса никто за серьезного бойца не почитал. Поводов не было. Да и про адамантиновый артефакт они не знали…

– Так где, ты говоришь, размещаются эти древние Боги? – в очередной раз задал вопрос Виктор.

– Я же говорю, что не знаю, – попытался пожать плечами пленник, но ничего не получилось из-за надежных оков.

– Хорошо, но ведь вы где-то тренировались? Жили? Вас же искали по всей планете…

– Мы умеем открывать порталы в какой-то другой мир. Жуткое местечко даже для нас. Лавовые реки. Скалы. Только магия позволяет там дышать в специальных крепостях. Выход за их пределы – верная смерть.

– А ваши Боги туда не приходят?

– Я не видел ни разу. Только жрецы.

– Жрецы? А на кого они похожи? Это люди? Эльфы? Орки?

– Никто не видел. Они всегда в масках, перчатках и так далее. С виду похожи на немного сгорбленных людей, только выше ростом. Разговаривают они странно, немного с присвистом и шипением. Между собой так и вообще на неизвестном языке.

– Слушай, но ведь бред же получается… – подвел итог Виктор. – В этом мире Боги вполне материальны. Они могут спуститься к своим последователям и как-то себя обозначить. А вы своих никогда не видели. Откуда вы знаете, что они есть?

– Жизнь…

– Что жизнь?

– Они дают нам жизнь. Даже души тех, кого вы допрашивали, вернутся к ним и обретут новые тела. Как и мы все… Черные амулеты позволяют это сделать проще и быстрее. Намного быстрее. Я бы уже завтра очнулся.

– Раз так, то какого черта ты болтаешь?

– Ллос… – усмехнулся Эдилрак. – Мою душу пожрет эта стерва. Ты даже не представляешь, какой ужас ждет тех, кто ее разозлил. – Голос темного эльфа снова дрогнул. – Она будет истязать душу тысячелетиями… без пощады, без сожаления. И я… я хочу облегчить свою участь настолько, насколько это можно. Тем более что она все и так узнает, если захочет.

– И как можно облегчить твою участь, если за тебя возьмется эта красавица? – удивленно решил уточнить Орлов.

– Не говори о ней так! – скривился Эдилрак. – Это редкая тварь. Чудовище, пугающее даже нас, темных эльфов.

– Это вопрос оценок, – усмехнулся Виктор. – Итак?

– Уговори Аматерона принять меня? Он меня хотя бы просто сожжет и все.

– Хитрец… – улыбнулся Орлов и бросил взгляд на Ниэль и Ализэль.

– Вряд ли он захочет с тобой связываться, – фыркнула комендант анклава.

– Я ведь добровольно помог! И помогу еще! Только не Ллос! Молю! – Темный эльф наконец сорвался. Видимо, тот жуткий, обволакивающий ужас, который несла в себе репутация Паучьей королевы, его окончательно доконал. Тем более что он многое знал из первых уст.

– И чем же ты нам сможешь помочь?

– Я знаю, как открыть портал в одно из убежищ.

– Но ведь это верная ловушка, – фыркнул Виктор. – Если там постоянно дежурит жрец, то наше вторжение туда будет очень легко подавить, просто убрав защиту. Дышать-то нам тоже чем-то нужно.

– Верно, – попытался кивнуть Эдилрак, но кандалы крепко держали его тело. – Каждое убежище можно легко уничтожить.

– Вот видишь, ценность твоей информации ничтожна, – усмехнулся Виктор. – Чем ты можешь нас заинтересовать?

– Я готов рассказать все!

– Это я уже слышал. Кстати, – вдруг осекся он. – А зачем вам молодняк, если вы перерождаетесь?

– Мы не всегда возрождаемся… – грустно отметил Эдилрак. – Никто не знает почему. И последнюю тысячу лет это происходит все чаще.

– То есть души куда-то пропадают?

– Да, мы считаем, что они уходят в новое убежище.

– По-моему, все намного прозаичнее, – усмехнулся Виктор. – Милая, подскажи, – обратился он к Ализэль. – Что произойдет, если поглотить душу разумного? Жрецы и маги ведь так иногда делают.

– Верно, делают. Это приносит много сил. Хотя Боги не любят, когда кто-то так поступает. Конечно, если это происходит без особого размаха, то вмешиваться не станут. Но неудовольствие вряд ли быстро пропадет.

– Значит я прав, – обрадованно потер руки Орлов.

– В чем? – удивилась Ниэль.

– В том, что эти… хм… древние Боги ослабли за минувшие тысячелетия и в настоящий момент уже практически перешли на подножный корм.

– Не спеши с выводами… – нахмурилась Ализэль.

– Само собой. Но очень похоже. Кстати, – он вновь обратился к темному эльфу, – вы в город попали с помощью портала?

– Да. Прямо из убежища.

– Его можно открыть куда угодно?

– Кроме мест, находящихся под постоянным контролем одного из Богов.

– Поэтому вы не можете тихо разгромить алтари Аматерона?

– Да. В пределах действия его силы, даже временно ушедшей, мы не можем открыть портал…

– В таких местах у Богов место Силы, – вместо пленника ответила Ализэль. – И никто без их одобрения не может пользоваться ни магией, ни божественной дланью.

– Именно поэтому древним Богам не удалось забрать души павших?

– Да. Скорее всего, – кивнула Ниэль. – Души привязаны к своим телам некоторое время. После у всех свой путь. Они, вероятно, стремятся к месту силы покровителя. Но теперь их внесли в место силы Аматерона и без его согласия они не могут покинуть территорию анклава.

– Погоди-ка… – улыбнулся Виктор. – Выходит, что враг еще не знает о пленниках? Ведь к нему смогла уйти только часть погибших прямо там, на площади.

– Которые сообщили о том, что нападение провалилось, – заметил Эдилрак. – А раз мы не пришли, то в плену. Тут даже гадать не нужно.

– Но если Аматерон и Ллос, – от ее имени пленника аж передернуло, – заберут ваши души, то они не узнают, что вы смогли нам рассказать. По большому счету они вообще не будут знать, что с вами.

– Вы же сами уже все разболтали…

– В смысле?

– Чтобы защитить город, вы разболтали королю сведения допросов. А тот, в свою очередь, поделился с соседями. Это действительно лишает смысла нападать на Белую скалу. Но выдает с потрохами тот факт, что вы нас все же смогли разговорить.

– М-да… – недовольно произнес Виктор. – И что предпримет твое начальство?

– Откуда я знаю?

– Ты же говоришь, что уже двести лет с ними. Наверняка слышал о подобных ситуациях.

– Нет, не слышал. Ибо нас редко захватывают в плен. А если это происходит, то никто раньше не тащил в место силы, что позволяло нам спокойно уходить.

– И все же?

– Я бы попытался нас отбить, чтобы выяснить, чем закончился допрос. Но атаковать сейчас очень опасно. Настраивать против нас весь материк действительно никому не нужно. А древние Боги стараются действовать очень осторожно. Поэтому… нас постараются добыть какой-нибудь хитростью. Подкупом. Или еще как.

– Значит, информация о том, что вас принесли в жертву Ллос, окажется очень своевременной защитой? Ведь ты не хочешь, чтобы тебя освободили, не так ли?

– Древние Боги знают, какая тварь эта Богиня, и поймут мое желание сотрудничать, дабы избежать встречи с ней…

– Конечно, – понимающе кивнул Виктор. – Просто на несколько душ возродить меньше… Им же нужно чем-то питаться…

Но разговаривать с ним дальше не стали. Требовалось все обдумать и проконсультироваться с Аматероном. Впрочем, как и ожидалось, тот даже не хотел слушать о принятии душ этих бедолаг. Наоборот. Его переполняло воодушевление от одной только мысли, какую участь обретут они в нежных лапках Ллос. Да, он не любил свою бывшую супругу, пожалуй, даже ненавидел. Но в ее способностях «устроить веселую жизнь» этим бедолагам не сомневался ни на секунду.

В целом Виктору не было никакого дела до пленников. Убили бы и убили. Но видя такое рвение со стороны обиженного Бога, даже ему стало не по себе. Воображение пыталось представить ужас, какой ожидал их впереди. Но не получалось. Все казалось каким-то блеклым и слабым. А так как он сам не был садистом, то с каждой минутой убеждался в неправомерности такого шага. В конце концов, за что их обрекать на чудовищные мучения, которые продлятся практически вечность, он никак не мог понять. Да и не хотел.

Оставалось придумать, как все это дело провернуть. Ведь возвращать души врагам глупо. Оставлять их тут в плену – опасно…

Глава 8

Ждать делегацию темных эльфов пришлось недолго. Верхом на огромных черных пантерах они принеслись буквально через неделю, хотя на лошадях это же расстояние и за месяц не покрыть. Видимо, тоже опасались какой-то каверзы от врага… или просто очень спешили пообщаться с теми, кто их столько раз подставлял.

Однако конфликты начались сразу.

Верховный Арир, то есть жрица Ллос, буквально с порога потребовала отдать ей пленных.

– С какой стати, милая? – насмешливо поинтересовался Виктор. Но она, проигнорировав его слова, продолжила разговаривать с комендантом Ниэль.

– Вы должны их выдать! Мы сможем выжать из их памяти все! Все!

Причем эта девица настолько ярко и вычурно демонстрировала свое презрение и небрежение этому ничтожному созданию, каковым посчитала Виктора, что парня заело. Он закипел. Вспыхнул. Жахнул как маленькая фосфорная бомба. Пожалуй, будь перед ним мужчина, не раздумывая пробил бы в ухо от всей души. Для прочистки разума. Но перед ним была женщина, а потому воспитание не позволило ее ударить. Хотя и хотелось. Очень хотелось. Ибо для кого-то она, может быть, и была умудренной веками древней матроной, обладающей огромным влиянием и властью, но для него, прямо вот сейчас, она представала в образе заносчивой, распоясавшейся стервы. Да и к возрасту эльфов он еще не привык. Вон, супруге больше тысячи лет, а он ее воспринимает как ровесницу.

В общем, закипев и забулькав, Виктор сделал стремительный шаг вперед, схватил Селентис за плечо и, резко развернув лицом к себе, произнес с нажимом:

– Я не знаю, с какой пальмы ты слезла, но там, откуда родом я, – главный всегда мужчина. Конечно, если женщина достаточно красива и умна, ей не стоит особенных усилий манипулировать нами. Но она никогда не бросает открытый вызов. Даже в последние годы, когда столько криков о равноправии. Ты меня поняла? – Чуть встряхнул он ее за плечо. – Это, – махнул он неопределенно головой в сторону, а потом продолжил, натурально зарычав, – моя добыча! И только мне решать, сожрать ее самому или угостить тебя… кусочком!

После чего отпустил с силой сжатое плечо и немного толкнул от себя, дескать, свободна, можешь оправиться и покурить. Для полной целостности сцены достаточно сказать, что, начав выговаривать этой стерве, Виктор был уже очень зол, из-за чего его стального цвета глаза стали совершенно белыми и из них пошел легкий молочный туман… этакая дымка. Фирменная родовая особенность, раскрывшаяся в нем после инициации.

Спустя секунду, Верховный Арир, зашипев на каком-то ультразвуке, отскочила на несколько шагов назад и выхватила свои клинки. Ее лицо было подернуто гримасой ненависти. Ни один мужчина за все ее семьсот сорок лет не позволял себе ТАК вести с ней – могущественной жрицей Ллос. Даже когда она была еще обычной девочкой. Виктор же, все еще не остыв, рефлекторно тоже сделал пару шагов назад и легким движением руки извлек свой адамантиновый клинок, в доли секунды развернувшийся в но’ри. После чего сделал легкий взмах, вроде как пробуя баланс, и поманил пальчиками эту стерву, намереваясь дать ей то, что она пожелала. А именно хороших тумаков.

– Нет! – буквально взревела Ниэль. Настолько сильно, что оба взъерошенных петушка вздрогнули. – Немедленно прекратите!

Виктор поколебался пару секунд, после чего демонстративно и спокойно убрал оружие. А вот девица взять себя в руки не могла и от переполнявшей ее злости аж подрагивала.

– Селентис, – примирительно произнесла Ниэль. – Виктор не эльф. Он атерас.

– И что?! – прошипела темная.

– Мы дорожим нашей с ним дружбой, поэтому уважаем его традиции. Кроме того, верховная жрица Аматерона стала его супругой.

– Что?! – не поверила ее словам Селентис. – Верховные жрицы НИКОГДА не становятся женами смертных!

– Ты же помнишь о том, что умершее солнце должно стать супругой белого огня? А он спас ее. Вырвал из рук орков, перебил двух шаманов и десяток крепких бойцов.

– Он? – с пренебрежением произнесла Селентис.

– Да, он, – с уважительным кивком подтвердила Ниэль. – Кроме того, когда наш эскорт перебили нападающие, он оказался один на один с, по меньшей мере, четырьмя десятками твоих сородичей. Может быть, они были не так хороши, как ты, но их было четыре десятка. И когда подоспело подкрепление, Виктор смог три четверти перебить или вырубить магией. Все пленники – его. И только его. Мы лишь оказывали ему услугу, помогая с допросом.

Верховный Арир Ллос с раздражением зарычала, но, скривившись от злобы и досады, все же убрала свое оружие. Ее холодный, жесткий взгляд уставился прямо в глаза Виктора, принявшие уже обычный вид. Ноздри сильно вздувались в такт дыханию. Красивая, упругая грудь вздымалась при каждом вздохе. В сущности, только сейчас Орлов обратил внимание на нее как на женщину, а не на фактор раздражения. Плохо прикрытая одеждой, она как будто специально демонстрировала свою нарочитую сексуальность и соблазнительность. Тяжелую, опасную, перехватывающую дыхание страсть.

Пожалуй, продлись это разглядывание друг друга, Виктор не удержался бы от какой-нибудь пошлой шутки. Но их грубо и нагло прервали. Звонкий и безумно приятный смех откуда-то со спины.

Плавным движением уже вполне опытного мастера клинка Орлов перетек в сторону, стараясь не только развернуться к источнику звука, но не подставить спину этой психованной стерве. А когда завершил маневр, застал в одном из роскошных кресел зала безумно красивую и… полностью обнаженную темную эльфийку, вольготно разместившуюся там. Ее светло-серая кожа казалась буквально серебряной. Длинные молочные волосы выглядели совершенно невозможными. Словно живыми, чуть шевелящимися. А в глазах клубилась тьма. Настоящая, первородная тьма, чуть-чуть парящая черным туманом. И это, не говоря о теле, которое словно кто-то проектировал, стараясь вобрать все самое соблазнительное и желанное для мужчины.

Вот именно она и смеялась.

Виктор мазнул взглядом по присутствующим и понял, что ничего не понял. Солнечные эльфы нешуточно напряглись и подобрались, а на лицах темных читался ужас, перемешанный с благоговением. Впрочем, сам Орлов ничего не почувствовал. Ну, голая, ну красивая, ну ржет. Подумаешь? А что из глаз туманом тянет, так у него тоже, когда разозлится, тянет дымком. Подпекает. Правда, от нее шло еще какое-то странное черно-лиловое сияние, едва различимое. Но и что с того?

– Я не видел, как вы вошли, – наконец произнес он.

– В самом деле? – расплылась во вполне милой улыбке девица.

– Вы мне тоже нравитесь, – вернул располагающую улыбку Виктор. – Но мы не знакомы. – После чего, выдержав небольшую паузу в пару секунд, произнес: – Виктор ор Лов, – после чего чуть кивнул и щелкнул каблуками. Да, цирк. Но его ярость чуть не поставила точку в попытке установить союз с темными эльфами. И он решил немного подурачиться, чтобы снять напряжение.

– О! – произнесла, с удовольствием приняв этот жест, дама. – Очень приятно. Подданные зовут меня Ллос, – произнесла она, наблюдая с нескрываемым интересом за реакцией этого мужчины. Но он, вместо того чтобы «писаться и какаться от восторгов», лишь стряхнул несуществующую пыль с рукава и как-то подтянулся. – Неужели не боишься? – выдержав театральную паузу, поинтересовалась Ллос.

Виктор прислушался к своим ощущениям и с удивлением отметил, что единственная эмоция, которая у него есть к этой даме, отчетливо проявила себя в штанах. О чем он ей беззастенчиво и сообщил, вызвав новый приступ смеха. Причем, судя по интонациям, явно позитивного.

– Прелестно! Просто прелестно! – расплылась она в довольной улыбке, отсмеявшись. – А главное, ни капли фальши!

– Неужели вас это удивляет? – пожал плечами Виктор. – Вы красивая, очень красивая и соблазнительная женщина. Подобные слова приятно говорить таким, как вы.

– О! Если бы! – махнула она рукой. – Не понимаю, почему ты меня не боишься, но это очень приятно…

– Почему я вас должен бояться? Лично мне вы ничего плохого не сделали. Даже напротив, напугав пленников тем, что подарю их вам, получилось их разговорить. Они изливали мне душу так, что мне иногда было даже неловко заглядывать в столь сокровенные места. Пожалуй, эти бедолаги готовы сами себя начать жрать заживо, лишь бы избежать встречи с вами. Кроме того, судя по сложившейся ситуации, мы союзники. Враг у нас один. И нас всех, – он окинул взглядом зал, – ждет месть. Как говорится – одна на всех, и вряд ли мы постоим за ценой. Солнечные эльфы не успокоятся, пока не уничтожат тех, кто вырезал их сородичей. Темные эльфы – очень расстроились из-за того, что их так нагло подставили, провоцируя войну на уничтожение. Их уничтожение. Я же… мне предстоит вернуть долг тем, кто уничтожил остатки моего народа. С процентами. Очень большими процентами… – Он говорил, а на лице Ллос блуждала очень нежная улыбка. – Кроме того, вы красива, – закончил свой монолог Виктор. – А у меня есть слабость, я люблю красивых женщин.

– Наглец… – тихо прошептала Ллос, но без злобы. – Но ты мне нравишься. Ты подарил мне давно забытое чувство чистого вожделения, без примеси страха и ужаса. Это очень вкусно и приятно. И да, ты прав, у нас одна цель… месть…

Все это действо происходило в полном молчании со стороны окружающих. Даже Селентис и та смотрела на происходящее каким-то не верящим взглядом. Так не бывает! Так не может быть! Ллос и за меньшее убивала… а тут…

– Говорят, что ты бросился с кулаками на Аматерона, – после небольшой паузы поинтересовалась Ллос. – Это правда?

– Да, – чуть помявшись, ответил Виктор. – Я тогда считал, что мою жену хотят принести ему в жертву и планировал ее отбить, намяв бока всем, кто попытается этому противиться. Конечно, я не верил, что у меня выйдет хоть что-то. Но стало так обидно ее терять из-за чьей-то прихоти, что я не удержался. Если честно, я вообще не очень помню, что происходило. Какие-то обрывки воспоминаний.

– Прекрасно… – прошептала она с блуждающей улыбкой на лице. – Ты даже не представляешь, сколько приятных эмоций мне принес.

– Я рад этому, – вежливо кивнул Виктор. Он все еще не мог заставить себя ее бояться. Сексуальное желание и какая-то ментальная привлекательность этой женщины напрочь отшибли в нем чувство самосохранения.

– Пойдем, покажешь мне пленников, – произнесла она, вставая. Причем так, что у бедного Виктора комок в горле чуть не застрял. Чудовищная, демоническая соблазнительность источалась буквально каждой клеткой ее тела. – Не переживай, – усмехнулась она. – Я не заберу их силой. – После чего, томно прикусив губу, добавила с легким придыханием: – Мы вместе придумаем, что с ними сделать.

Виктор одернул одежду, стараясь привести себя в порядок, после чего выдохнул, словно перед стаканом водки, и пошел вперед. Причем, что удивительно, нашел в себе силы остановиться перед Богиней и подставить ей ручку со словами:

– Позвольте я провожу вас. Там ступеньки.

За что был одарен весьма провокационным взглядом. Уже и не понятно каким по счету. Но подставленной рукой Ллос воспользовалась. Ей понравилась эта игра. К тому же она прекрасно знала о том, что ее бывший муж – Аматерон – пристально наблюдает за происходящим.

Так они и пришли в зал, где лежали тела павших темных эльфов и ожидали своей участи пленники. Их даже развязали и относительно вольготно разместили в подвальном помещении. В конце концов, куда они денутся с подводной лодки? То есть из места силы Аматерона. Так они и сидели – тихие и присмиревшие, в ожидании своей участи. Можно даже сказать, покладистые, в строгости выполняя все, что требовали солнечные эльфы.

Но вот открылась дверь и в зал вошли четверо бойцов «светлых» в полном боевом облачении. Даже в шлемах, что скрывали их лица. А потом… появились они – Виктор и Ллос. Под ручку. Причем оба более чем довольные собой и жизнью.

«Ллос! Ллос!!!» – било набатом в голове Эдилрака. И он просто не мог поверить, что хоть кто-то из смертных может себе позволить ТАК самодовольно идти рядом с этим чудовищем!

Его братья по несчастью разделяли подобные мысли и медленно выпадали в осадок, осыпаясь на пол в бессознательном состоянии. Словно румяные гимназистки.

– Что это с ними? – несколько недоуменно спросил Виктор у своей спутницы.

– Их переполняет радость встречи… – томно ответила она. И, повернувшись к Орлову, обняла его, прижавшись и нежно поцеловав в шею. Это было настолько мощно в эмоциональном плане, что у Виктора даже потемнело в глазах. И лишь краем сознания он отметил, что упали оставшиеся пленники. Этакие глухие удары от падения на пол мешков с мясом и костями.

Чуть придя в себя и вернув контроль над телом, он обнял Ллос и постарался вернуть ей поцелуй. Но слегка переусердствовал, пройдясь по всей шее под ее довольное урчание.

– И что думаешь с ними делать? – поинтересовалась она, когда он завершил ласкать ее тело своим затянувшимся поцелуем.

– Не знаю. Думал как-то приспособить их для дела, но ничего в голову не лезет. Вон они как раскаялись. Аж пузыри пускают от усердия.

– А мне их отдать не хочешь?

– С удовольствием, но…

– М?..

– Наказать их можно и нужно. Но… в предстоящей войне нам понадобятся все силы. Даже такие заблудшие души, как эти недотепы. Поэтому я прошу твоего совета в том, как их лучше использовать.

Ллос обвила руки вокруг шеи Виктора, вновь поцеловала его, только уже в губы. После чего, озорно подмигнув, направилась довольно вульгарной походкой к этим бедолагам. Виктор последовал за ней, на ходу приводя в чувство предводителя. Магия Жизни в таких делах первейшее дело.

– Неееет… – тихим, едва различимым шепотом, полным ужаса, отреагировал он на свое пробуждение. И особенно на факт того, что рядом с ним стояла Ллос.

Он попытался дернуться, чтобы отстраниться от протягиваемой к нему изящной женской ручки с большими, острыми коготками, но Виктор зафиксировал его тело с помощью магии Жизни, парализовав на время мышцы. За что получил очередной знак внимания темной Богини – легкий кивок и очередную улыбку. А та положила руку на лоб бедолаги и замерла секунд на десять.

– Странно… – тихо прошелестел ее голос. – Его душа привязана не к месту силы, а к ритуальному камню. Так Боги не поступают. Больше похоже на магов. Сильных, могущественных, но всего лишь магов.

– Ты можешь оборвать эту связь?

– Конечно… но, пожалуй, я сделаю нечто большее. – Она игриво улыбнулась, а глаза Эдилрака вспыхнули черным светом, словно пыхнувшим изнутри. – Ты прав, говоря, что не стоит разбрасываться войсками. Нам понадобится каждый клинок, ибо могущество Бога не безгранично…

– Ты не знаешь, наши враги могут связаться с теми, кто пятнадцать тысяч лет назад уничтожил мой народ в этом мире?

– Три тысячи лет назад они это сделали. Удар был нанесен с орбиты.

– Это плохо… очень плохо…

– Вряд ли они могут это делать так легко, как кажется, – произнесла Ллос своим приятным, сексуальным голосом. – Иначе бы давно уже сделали, избавляясь от солнечных эльфов. Им нужна серьезная угроза. И мы еще очень долго на нее не сможем потянуть. Могущество Дол Амона было таково, что я общалась с их предводителем на равных, хотя он был смертным…

– Ясно, – хмуро кивнул Виктор. Мысли о Дол Амоне и гибели всех представителей его вида в этом мире каждый раз портили ему настроение.

– Ммм… Пожаловала твоя супруга, – сообщила ему Богиня, выводя из задумчивости. – Умершее солнце…

– Ализэль? – удивился Орлов, обернулся и увидел ее с уже весьма приличным животом и испуганным лицом в дверях. Ниэль же, стоящая рядом, сделала очень характерное выражение лица, дескать, это все она. Я тут ни при чем.

– Поразительно… – Ллос развернулась и с неподдельным интересом рассматривала солнечную эльфийку. – И как Аматерон позволил своей жрице выйти замуж? Ах… ну да. В тот момент она не имела с ним никакой связи.

– Милая, – обратился к супруге Виктор. – Зачем ты пришла? Тебе же уже тяжело ходить и нельзя переживать.

Но ответить ей никто не дал. Вмешалась Ллос.

– А мне нравится эта идея… – произнесла она, уже вплотную подойдя к Ализэль и положив свою ручку ей на живот. – Ммм… Ты уже знаешь, кто у тебя будет?

– Двойня… – несколько испуганно произнесла Ализэль.

– Именно! Это просто прекрасно! Решено. Селентис!

– Я здесь, моя госпожа, – склонилась темная эльфийка, с которой Виктор едва не подрался четверть часа назад.

– Хорошо. – После чего Ллос повернулась к Виктору и, таинственно улыбнувшись, произнесла: – Ты прав, ресурсами разбрасываться не стоит. И нам следует закрепить наш союз. Возьми ее в жены, и я дам тебе по три полных эша[22] от каждого Великого дома. Плюс мое благословление и поддержку. На нее, впрочем, рассчитывать особенно не стоит. Я не всегда бываю так благожелательна, – усмехнулась Ллос. – Но она будет. Точно так же, как и длань Аматерона, дающая тебе защиту в его местах силы.

Виктор поднял взгляд на Ализэль, но та не раздумывая кивнула. Дескать, соглашайся. Отказывать Богам в этом мире было как-то не принято. Даже в таких делах.

Орлов задумался, переводя взгляд между пораженной и побледневшей Селентис на Ализэль. И обратно.

– Ну, так как? – поинтересовалась Ллос. Ей довольно быстро надоело ждать, когда этот смертный уже придет в себя. Все-таки такое счастье не каждый день подваливает.

– А мои жены друг друга не поубивают? – скосившись на уставившихся друг на друга эльфиек, поинтересовался Виктор.

– Я им поубиваю, – вдруг раздался мужской голос за спиной. От чего Орлов едва не выразился на русском профессиональном, да развернуто и с деталями. Привычка Богов появляться за спиной в самый неподходящий момент ему очень не понравилась. Ну, как не подходящий. Он вздрогнул, и это было неприятно.

– А… и ты здесь, – с легким разочарованием произнесла Ллос, глядя на подходящего Аматерона.

– Хоть я с тобой и не разговариваю, – произнес Бог Солнца, – но мне твоя идея нравится.

– А ты, я вижу, соскучился…

– Возможно. Но раз мы вынуждены быть союзниками, то почему бы не насладиться тем, что мне в тебе раньше так нравилось?

– Хорошо… – загадочно улыбаясь, согласилась Ллос. – Селентис, ты слышала?

– Да, госпожа, – покорно кивнула та.

– Сегодня же идите в святилище Ариэль. Все трое. Пусть она закрепит ваш союз.

– А что будет с пленниками? – поинтересовался Виктор, даже несмотря на то, что заметил, с каким интересом смотрят друг на друга Аматерон и Ллос. Ее провокация удалась, и бывший супруг зашевелился. Мало кому нравится, когда твоя женщина, пусть и бывшая, целуется и обнимается на твоих глазах с другим. Пусть даже ты Бог, а тот мужчина смертный. Вряд ли ей удастся восстановить их отношения, но то отчуждение, которое было между ними последние тысячи лет, преодолеть удалось. Глухая стена гордости пробита.

Ллос махнула рукой, и с ее пальцев сорвались тонкие струйки черного дыма, устремившиеся к пленникам и трупам. С ходу врезаясь в их тела, они выгибали бедолаг дугой, заставляя беззвучно орать.

– Они теперь будут служить тебе и только тебе, – произнесла она, не отрываясь от глаз Аматерона. – Их души оторваны от камня ритуалов и привязаны к тебе. В жизни и смерти они останутся твоими рабами. Они все помнят. И поверь – будут искренне благодарны тебе за спасение от меня.

– А павшие?

– Хм. – Она отвлеклась от бывшего мужа и повернулась к Виктору. – Неужели ты такой жадный? Ничего не хочешь оставить для меня?

– Я не жадный, я хозяйственный.

– Ллос, – строго произнес Аматерон.

– Хорошо, – чуть поджав губы, согласилась она. И едва заметно дернула пальцами, с которых сорвались маленькие сгустки тьмы, устремившись в адамантиновый артефакт. – Теперь у тебя будет больше полноценных фантомов. Но оружие придется довести до ума. Хм… – она на пару секунд замерла. – Цири должна справиться.

– Благодарю, – кивнул Виктор. После чего, обращаясь уже к очнувшимся пленникам… бывшим пленникам, гаркнул: – На выход!

Однако его совету последовали все. Стараясь убраться подальше и оставляя двух Богов наедине. После стольких лет им было что сказать друг другу. Даже просто взглядом.

Виктор же, вручив перерожденных в руки Ниэль, направился на свою любимую террасу для медитаций. Предстояло все обдумать. Ализэль же с Селентис направились следом. И шли настолько тихо, что он их заметил, только когда плюхнулся в плетеное кресло.

– Присаживайтесь, – широким жестом он указал им на посадочные места.

Они обе сели.

– Ну что, давайте знакомиться? Милая, – обратился он к Селентис, вздрогнувшей от этого обращения, – расскажи нам о себе. – Ее от такой фамильярности со стороны мужчины аж перекосило. Приказ Бога – это, конечно, приказ, но… Вместо ответа на вопрос Виктора она обратилась к Ализэль.

– Это правда, что у тебя будет двойня?

– Да, – явно оживилась солнечная эльфийка, разговор о будущих детях ей всегда поднимал настроение. Конечно, они будут уже не первые в ее жизни. Далеко не первые. Но тех не вернуть. А эти… вот они… и живые…

– Это так необычно… – отметила Селентис.

– Как и наш союз, – с некоторым нажимом произнес Виктор, вызвав у Селентис новую гримасу раздражения. – И да. Сегодня ты всю ночь проведешь со мной. Я не хочу подводить Ллос только из-за того, что какая-та девица слишком заносчива.

Она подняла на него взгляд, полный раздражения и ненависти. Ее глаза пылали. Поджатые губы чуть подрагивали. А пальцы, впившись в подлокотник кресла, побелели от напряжения. Само собой, такая реакция разозлила Виктора, и его глаза вновь вспыхнули белым светом. А из глотки волей-неволей вырвался глухой рык.

Селентис вздрогнула. Закрыла глаза и после практически минуты внутренней борьбы кивнула:

– Хорошо. Я подчинюсь.

Глаза, впрочем, так и остались закрытыми.

– За час до заката будьте готовы. Пойдем к святилищу. Милая, – в этот раз он обратился к Ализэль. – Ты лучше меня знаешь, что делать. Подготовься, пожалуйста.

– Хорошо, дорогой, – покладисто согласилась она.

Понимая, что он тут лишний, Виктор встал и направился в апартаменты, которые некогда выделили ему с Ализэль.

Брать эту стерву в жены и ему не хотелось. Но ссориться с Ллос? Это на эмоциональном уровне она ему нравилась, да и то только потому, что она сама хотела этого. Однако умом он понимал, каким кошмаром может стать его жизнь, если он с ней начнет враждовать. Пожалуй, согласие Селентис слишком уж красноречиво говорило о том, что ему даже не стоит пытаться представить ужасы этого конфликта.

Он ушел. А у Селентис из закрытых глаз потекли слезы. Тихо, беззвучно. Она не понимала, за что ее так унизили…

– Ну же, – положила ей руку на плечо Ализэль. – Все хорошо. Ты же знаешь, какие непредсказуемые иной раз бывают Боги.

– Как ты смогла с этим смириться? – чуть хриплым голосом спросила Селентис.

– Умерев… – грустно усмехнувшись, произнесла солнечная эльфийка.

В общем – они там так и просидели до вечера, мило беседуя. Практически по-семейному.

Глава 9

И вот незадолго до захода солнца будущая семейная… эм… троица остановилась возле входа в банк Атагат. Их подземный комплекс святилищ всегда имел в своем списке Ариэль, к ней и направлялись.

Виктор глянул на Ализэль. Милая, изящная, нежная. Даже ощутимо округлившийся животик ничуть ей не вредил. Даже напротив. Этакая кавайная мамаша. Она ответила ему доброй улыбкой. Ни злости, ни раздражения. Что странно. Если среди эльфов матриархат, то их женщины должны были с большим рвением следить за своими мужчинами, почитая оных чуть ли не за собственность. А тут такая покладистость. Это настораживало. Конечно, Ализэль могла магией удерживать в равновесии свое душевное состояние, дабы не случился выкидыш или еще как не навредить детям, но… все равно как-то выходило неправильно.

Повернувшись к Селентис, Виктор увидел полную противоположность солнечной эльфийки. От напряжения девица подрагивала. А в ее глазах так и вообще открыто читалась душевная боль, смешанная с обреченностью. Что-то сродни человеку, смирившемуся с тем, что его ведут на казнь. Может, из-за этого первая супруга и довольна как слон, дорвавшийся до овощной базы? В конце концов, эти два вида эльфов давно ведут своего рода холодную войну, местами переходящую в поножовщину. Но думать о том, что все объясняется так просто, ему не хотелось. Не примитивные же макаки эти дамы.

– Ну что, девочки. Пойдем? – произнес Виктор, делая шаг вперед и решительным жестом открывая массивные двухстворчатые двери…

Дварфы, в отличие от предыдущего раза, старались не отсвечивать. Видимо, отчетливо понимая состояние Селентис. Ибо девица явно была не в себе. На взводе.

Так и дошли.

Виктор аккуратно сделал надрезы на коже и взял их за руки. Они же, в свою очередь, коснулись ладоней статуи Ариэль. И Богиня явилась.

Тишина.

Ариэль очень странно реагировала на ситуацию, начав с каким-то подозрительным прищуром рассматривать Виктора.

Тут надо пояснить, что в этом мире не существовало никакого ограничения на количество и качество супругов, объединенных в союз. Все решения принимала Ариэль, сводя, как правило, пары. Но время от времени отличаясь и весьма экзотическими сочетаниями. Как несложно догадаться, союз Виктора и двух верховных жриц был нестандартен. Во-первых, этот класс дам вообще замуж никогда не выходил. Ализэль была первой в истории. Во-вторых, атерасы не закрепляли таким образом свои браки. Никогда. Они вообще с Богами не очень дружили, что и понятно с их-то могуществом. Ну и в-третьих, сочетание. Если и не абсурд, то чрезвычайная редкость. Ариэль знала только дюжину случаев, при которых представители этих видов эльфов решались на брак, который считался мезальянсом и там, и там. Ну и так далее.

Поэтому немудрено, что Ариэль зависла, пытаясь понять, что же задумал этот проходимец Локи. Другой вопрос, что Виктор этого не понял, посчитав, что она что-то там прикидывает. И после небольшой паузы выдал ей:

– Даже не вздумай!

– Что?! – возмутилась Селентис, очнувшись как ото сна. Шок от того, что ею пренебрегут в такой ситуации, оказался сильнее всего того позора и унижения, который она испытывала от одной мысли о заключении брака с этим… этим… ну вот с этим.

– Милая, – мягко ответил ей Виктор. – Я не тебе. А вот ей, – кивнув на задумчивую моську статуи. – Явно же что-то задумала. Вот я и говорю – даже не думай. С меня хватит и двух верховных жриц.

– Что ты несешь… – покачав головой, произнесла Ариэль.

– Нет? Замечательно! Тогда приступим к делу?

– Раз уж ты отвлек меня от ритуала, то изволь объясниться. Что ты творишь? Зачем тебе ДВЕ верховные жрицы?

– Первая, – Виктор кивнул на Ализэль, – сама захотела. Ну, я и не особенно сопротивлялся. Тем более что нам обоим в этом мире некуда было податься. Родственные души. Вторая… – он задумался.

– Это приказ Ллос, – прошептала Селентис.

– И Аматерон, – добавила Ализэль.

– Они что, снова вместе? – искренне удивилась Ариэль.

– Кто их знает? – пожал плечами Виктор. – Вместе не вместе, но союзники. И это, видимо, надолго.

– Как же так получилось? – чуть подумав, поинтересовалась Богиня. – Аматерон был так на нее зол, что всячески исключал любые возможности объясниться. Тысячи лет держался.

– Моя госпожа достаточно умна, чтобы воспользоваться ситуацией, – с усмешкой отметила Селентис. – А он, – она кивнула на будущего мужа, – достаточно глуп, чтобы согласиться целоваться с ней на глазах бывшего супруга. Даже не представляю, как Аматерон сдержался.

– Ах вот оно что… – расплылась в улыбке Ариэль, как-то по-особому рассматривая Виктора.

– Слушай, сегодня был тяжелый день, и мы очень устали, – ответил Орлов совершенно невозмутимо. – Давай закончим ритуал, и мы уже пойдем отдыхать. А если захочешь подробностей или просто поболтать да посплетничать, то заходи в гости. Мы же не против. Ведь так, девочки? Вот, – ответил он, не дожидаясь их реакции. – А то у меня в голове уже все кругом от этой свистопляски.

– Виктор! – попыталась одернуть его Ализэль.

– Серьезно, – все так же нахально продолжил он. – Нам нужно день-другой отдохнуть. А потом приходи на рюмку чая. Думаю, что и Ллос с Аматероном уже все между собой выяснят и освободятся. Он пойдет отмокать и приводить в порядок распухшее хозяйство, а она охотно посплетничает с тобой. Просто если вы прямо сейчас устроите промывание костей, эти две девицы останутся вдовами. Ибо я склею ласты вместе с ушами прямо тут.

– Ладно, – неохотно произнесла Ариэль. После чего ее статуя за какие-то доли секунды перетекла в свое стандартное состояние.

– Эй! А ритуал?!

– Ваша клятва принята… – гулко ответила статуя, ярко пыхнув глазами.

Дорогу до анклава Селентис помнила смутно. Фрагментами.

Посмотреть на их процессию вывалило огромное количество жителей. Шутка ли? Такое событие! Поэтому, чтобы не позориться, она держала маску радости и удовольствия. А в душе не только скребли кошки, но и выли волки, а также какали и чирикали натурально безумные попугаи. В какие-то моменты ей хотелось выхватить кинжал и с той же фаянсовой улыбкой на лице перехватить свое горло. Но она тут же с раздражением понимала, что, во-первых, рядом с ней два мага Жизни. Они и свежего мертвяка оживят. А, во-вторых, если все-таки удастся умереть, то попадет она прямиком в заботливые лапки Ллос…

Так и дошли до анклава.

Вежливые улыбки. Поклоны. Поздравления. О да! Эти скоты – солнечные эльфы – не упустили своего и чуть ли не всем скопом вышли поздравлять. Причем ей было необходимо держать лицо и как можно меньше фальшивить… Так что, когда она вошла в покои, где ее разместили вместе с мужем и… эм… его первой женой, то не падала в обморок только лишь по какому-то чудесному стечению обстоятельств.

Обнаженная. Прекрасная. Она стояла с практически стеклянным взглядом перед Виктором.

Легкий приглашающий жест, и Селентис застывает на постели в характерной позе, призывая сделать то, на что она обречена. Виктор же мягким касанием ее попросту вырубил, отправляя в глубокий сон.

– Ты серьезно? – удивленно спросила Ализэль. Потому что она, «набрав попкорна», устроилась удобнее в кресле, дабы наблюдать за предстоящим шоу.

– Слушай, ты же сама меня не простишь, если я это все сделаю так. Лучше помоги мне ее привести в себя. Да, она стерва. Да, заносчивая дрянь. Да, горда до безумия. Но ведь где-то в глубине этого искореженного жизнью создания живет простая женщина с ее страхами, мечтами и надеждами.

– Живет, – кивнула Ализэль, задумчиво рассматривая мужа. – Но зачем тебе это?

– Никто не знает, сколько протянется эта игра. Вполне возможно, что нас перебьют уже через месяц, но не исключено, что нам втроем придется жить вместе долгими столетиями. Поправь меня, если я ошибаюсь, но банку с пауками из семьи делать не самая лучшая идея. Даже из такой необычной, как наша.

– Хм… – задумчиво произнесла Ализэль и аккуратно переместилась из кресла на постель…

Селентис проснулась от того, что лучик солнца нагло стал долбиться ей в веко.

Шевелиться не хотелось. Вообще. Потому что ощущения были бесподобные, и она боялась их спугнуть. Никогда в своей жизни она так не высыпалась. Буквально все ее существо пронизывало чувство нереальной легкости, покоя, тепла и нежности. Правда, вот беда – собраться с мыслями совсем не выходило. Точнее, все шло ни шатко ни валко. Минут через пять этого мления Селентис, наконец, соизволила открыть глаза, но только для того, чтобы встретиться с насмешливым взглядом Ализэль.

– Сволочи… – тихо выдохнула Селентис, но даже не попыталась ни вырываться из объятий мужа, ни корчить злобные гримасы.

Оно и правильно, потому что через несколько мгновений приятные ощущения и эмоции стали более острыми, да еще и Виктор принялся ласкать охотно отзывающееся тело. Мысли в голове темной эльфийки вновь запутались, непрерывно перемежаясь эмоциональными всполохами. И чем дальше, тем сильнее ее сознание уплывало, оставляя только одно лишь сексуальное желание. Все-таки два мага Жизни, из которых одна женщина с огромным опытом в таких делах, это очень серьезно. Так что, когда через два часа Виктор закончил второй этап процесса приручения, Селентис подрагивала в его объятиях, находясь в какой-то прострации. Причем не абы как, а буквально вцепившись, вжавшись в него. У женщин, в отличие от мужчин, вполне возможны множественные оргазмы, чем Ализэль и воспользовалась. Около ста минут, волна за волной, они набегали на ее психику, круша и сминая все на своем пути. И только магия да крепкие руки мужа могли хоть как-то контролировать ее гибкое тело, бьющееся в конвульсиях.

– Ну и как это понимать? – вдруг раздался голос, который после вчерашних приключений Виктор узнал бы в любом состоянии. Даже невменяемо пьяным. Он скосился и обнаружил ту же развязную, безумно обольстительную обнаженную фигуру Ллос в одном из кресел просторного зала.

– Ты просила, мы сделали, – чуть пожал плечами Виктор.

– Просила? Ха!

– Ну, ей, допустим, – Орлов едва заметно кивнул на Селентис, – ты могла приказать. А я – мартовский кот, который ходит сам по себе. Мне просто захотелось сделать тебе приятно.

– Ты меня разочаровал… – фыркнула Ллос. – Я ожидала борьбы характеров. Страсти. Бури. Ненависти. Секса как войны. А вы… взяли и разложили ее, как неопытную девчонку.

– Но ведь тебе понравилось?

– Не скрою, наслаждаться ее ощущениями было приятно, – усмехнулась Ллос, чуть скосившись на немного побледневшую Ализэль. – Что ты удивляешься? Вон, твой супруг сразу догадался. Да. А я всегда говорила, что Аматерон извращенец. Захотелось, видите ли, необычных ощущений. М-да. Ладно. Приводите уже эту кошку, обожравшуюся валерьянки, в чувства.

– Кстати, Аматерон все простил?

– Слушай, чего ты такой наглый? – прищурившись, поинтересовалась Ллос.

– Сам не знаю, – пожал плечами Виктор. – Это, наверное, защитная реакция моего организма на происходящее. Ведь там, откуда я родом, Боги давно стали сказками и поводами для вымогательства денег. Вот и не могу ни кого из вас воспринимать сакрально.

– А как можешь?

– Как простых разумных. Сильных, могущественных, другого вида, но это сути не меняет.

– Серьезно? – усмехнулась Ллос.

– С тобой еще сложнее. Дома я развлекался тем, что старался соблазнить красивых женщин. Поначалу свободных. Но это быстро наскучило. Захотелось сложности, остроты. И я пошел по замужним дамам. Подобное увлечение принесло мне массу проблем. Иногда казалось, что меня прямо сейчас убьют да прикопают под ближайшим кустиком. Вот. А ты… ты просто банка со специями. Меня так и манит влезть по уши в это приключение. Даже понимая, что оно может стать для меня последним.

– Да уж… – покачала головой Ллос, разглядывая с каким-то странным блеском в глазах Виктора. – У тебя что, совсем нет чувства самосохранения?

– Есть… Но, похоже, на мне родовое проклятие. Женщины. Через них я получил все серьезные проблемы в жизни. И я более чем уверен, что когда-нибудь именно они сведут меня в могилу.

– Вполне может быть, – усмехнулась Ллос, игриво облизнув губки.

– Где я? – робко произнесла Селентис, выплывая из забытья. Она, словно пробуждаясь ото сна, смотрела на мир сквозь приоткрытые веки. С трудом пыталась сориентироваться. Но получалось плохо. Настолько, что Виктору пришлось применить все свои невеликие познания в магии Разума, дабы добавить ясности ее рассудку. Впрочем, после срабатывания плетения, Селентис от мужа не только не отползла в сторонку, но даже не отстранилась, продолжая пребывать в его объятиях. Эмоциональный барьер, предрассудки и прочие препоны, которые в свое время она возвела в своей психике за столетия тяжелой жизни, были не то что сломаны, нет, их просто вышибло ко всем чертям тем ураганом эмоций, который еще недавно бушевал в ее душе.

– У меня в гостях, – произнес внезапно материализовавшийся Бог Солнца. – Итак. К делу. Мы решили, что пытаться отбивать Ондостомен не нужно. Вообще. По крайней мере, пока ситуация не изменится.

– Дело в том, что там масса сюрпризов, кроме засад из нежити, – добавила Ллос.

– Но неужели два Бога не могут там всем выдать маминых люлей и отцовских лещей? – удивленно поинтересовался Виктор.

– Могут, – кивнул Аматерон усмехнувшись. – Но среди Богов так не принято поступать. Нас просто не поймут. Мы действуем практически исключительно посредством простых смертных. Кроме того, даже нам удалось выяснить не все. Сложная, древняя защита. А мы, как это ни прискорбно, не всесильны.

– Помимо этого мы не хотим раньше времени спровоцировать наших врагов на вызов помощи. Если Боги выступят открыто против них, то…

– Ясно, – кивнул Виктор. – Связываться с теми, кто пятнадцать тысяч лет назад устроил здесь апокалипсис, я тоже не имею ни малейшего желания. По крайней мере, пока у меня не будет достаточно силы, чтобы высказать им всю глубину своего недовольства. А потом догнать и еще раз высказать.

– Но пророчество… – попыталась возразить Ализэль.

– В пророчестве не сказано ни слова о том, что мы должны вернуть Ондостомен, – перебил ее Аматерон. – «И солнца луч опять согреет древний дом теплом». Ондостомен, конечно, самое очевидное решение. Именно поэтому наш враг так тщательно подготовился его оборонять. Однако, как мне кажется, тут речь идет о Дол Амоне.

– Но почему? – удивилась Селентис. – Там никогда не было вашего святилища.

– Верно, – кивнул он задумчиво. – Но я просто чувствую, что разгадка кроется там.

– В порядке бреда, – начал Виктор, – рискну заметить, что Амон, в древней мифологии моей Родины, это Бог Солнца.

– Что? – оживившись, переспросил Аматерон.

– Ну, я не силен в мифологии. Помню, что когда-то давно люди почитали такого Бога. С названиями там тоже определенная чехарда. Но память подсказывает почему-то именно Амона. Понимаю, что это бред, ведь в разных мирах не обязательно должны быть пересечения. Но мало ли? Тот же Локи, к примеру, к вам попал от нас.

– Очень интересно… – задумчиво произнес Бог Солнца. – Дол Амон переводится с древнего языка как ясный дом или дом, освещенный лучами солнца.

– Да, – кивнула Ллос, – определенная логика во всем этом есть.

– Но если мы пришли к этому выводу, то и наш враг тоже мог подстраховаться, – отметил Виктор.

– Мы все проверили. Черная долина, в которую превратился Дол Амон после того страшного удара, лишена их присутствия. По крайней мере, подходы не имеют никаких признаков засады.

– Погодите. Ондостомен нам был интересен тем, что он практически не разрушен. Если верить рассказам о Дол Амон, там выжжено все. Вообще все.

– Там очень странная местность. Никто не знает, что там сейчас на самом деле. Редкие разведчики глубоко не заходят. А мы, Боги, вообще туда не можем проникнуть без приглашения хозяина этих земель. Древняя защита все еще действует. Даже посмотреть не получается. Они словно подернуты дымкой.

– И что мешает нашим врагам окопаться именно там?

– А зачем? – удивилась Ллос. – Наши враги не стремятся занять территорию и установить свою власть. А значит, смысла занимать уничтоженный город нет. Да и ловушку там ставить не на кого.

– Так вы предлагаете нам туда пойти, чтобы выяснить, что к чему? Не привлечет ли это внимание?

– Поэтому подготовкой экспедиции будете заниматься не ты со своими друзьями, а Имперская Академия. Вроде как с целью привлечь вновь к себе внимание после сенсации имени тебя. Ты же с супругами и небольшим эскортом изъявишь желание присоединиться к ним позже. Когда они пойдут мимо этого города. В конце концов, после завершения первого года обучения тебе нужно проходить где-то практику. А потом добавь сюда тот факт, что тебе вообще-то должно быть интересно побывать на земле предков. В общем, я уверена, что подобный шаг с твоей стороны мало кого удивит или насторожит. А наличие экспедиции надежно защитит от банального налета. Малыми силами ее не перебить, а большой отряд снимать с прикрытия Ондостомен они не решатся. Ведь основные экспедиционные силы солнечных и темных эльфов останутся здесь, в Белой скале.

– Я бы на их месте вообще боялся излишнего интереса к руинам. Мало ли что там осталось?

– Не ты один так думаешь, – улыбнулась Ллос. – Однако мы будем имитировать бурную деятельность по подготовке к возвращению Ондостомен. Постараемся привлечь силы прочих эльфов. Как минимум лесные и лунные должны согласиться. Может, еще с кем удастся договориться. Конечно, пророчество, атерас и интересы к тому, что не нужно видеть живым, имеют определенный вес. Но их ресурсы не так обширны, как кажется. Мы более чем уверены, что вас сочтут попыткой отвлечь их внимание.

Глава 10

Император Калхалы развалился в кресле и с аппетитом рассматривал сочный закат солнца.

– Значит, говоришь, требуется организовать экспедицию в эту проклятую землю? – задумчиво переспросил он.

– Да, Ваше Императорское Величество, – кивнул советник. – Так желают Аматерон и Ллос.

– И какое нам дело до их желаний? – усмехнулся Император, глядя на перекошенную морду лица советника. – Ладно. Ладно. Не ворчи, – пресек он попытки уговоров. – Пошлем мы экспедицию. Они не сказали зачем?

– Им нужно, чтобы кто-то сопроводил туда атераса.

– А что, эльфов они выделить не могут? – скривился Император.

– Они обещали свое благоволение в случае вашего положительного решения.

– И в чем оно будет заключаться?

– Они не сказали, – развел руками советник.

– Ненавижу Богов… вечно они лезут со своими делами. Ладно. Рассказывай, что удалось узнать?

– Атерас внешне никак не проявляет своего желание поехать в Черную долину. Даже более того – вообще не готовится ни к какому путешествию. Спокойно учится. Тренируется. Проводит массу времени в библиотеке и на полигоне. Но за фасадом скрываются определенные детали, мало заметные на первый взгляд.

– И что же это?

– Дело в том, что солнечные эльфы по своим каналам сделали довольно большие и непонятные заказы у алхимиков и магистров магии Артефакта. Какие-то невнятные кусочки металла, которые почему-то нужно копировать магическим образом. Алхимические порошки. И так далее. Виктор явно к чему-то готовится, хотя выглядит это все непонятно.

– А что супруги?

– Они теперь везде ходят парой и таскают младенцев. Тех самых, что недавно родила Ализэль. Темная стала на удивление дружна с солнечной. Что их заставило преодолеть неприязнь – не ясно. Не общая же постель. Наши наблюдатели говорят, что после свадьбы она была сама не своя. Но уже на следующий день изменилась так, словно ее подменили.

– Странно все это…

– Аматерон и Ллос, по слухам, помирились.

– И что?! – рыкнул Император. – Мне плевать на них! Меня тревожат эти алхимические приготовления. Там точно ничего не удалось понять?

– Да, Ваше Императорское Величество, – с почтением кивнул советник. – Наши специалисты по артефактам и алхимии просто не понимают, что можно собрать из всего заказанного Виктором. Кроме того, они считают, будто бы мы смогли увидеть только часть партий, отгруженных ему на опыты. Кто-то допускает, что он таким образом отвлекает внимание.

– Наше?

– Отнюдь. Скорее всего, тех, кто недавно разрушил Ондостомен. Эльфы вообще решили взяться за врага всерьез. Возобновление союза Аматерона и Ллос было, по слухам, плодом усилий Виктора. А он за собой потянул восстановление древних связей. Их послы уже ушли по родичам.

– Хорошо. Допустим, – кивнул Император. – Эльфы собирают большую армию. Впервые в известной истории. Но какого рожна этот… как его?

– Виктор, Ваше Императорское Величество.

– Да, Виктор. Какого рожна он лезет в Черную долину? Там ведь нет ничего, кроме смерти и чудовищ.

– Мы этого не знаем. Но уверены, что это звенья одной цепи. Богов, видимо, кто-то очень сильно разозлил.

– Ты имеешь в виду Аматерона и Ллос? Так их давно уже разозлили. Такому терпению даже камень позавидует.

– По словам жриц, в Белой скале повышенный фон божественных флуктуаций. Самых разных. Они считают, что там пребывают материальные воплощения не менее четырех божеств. А по некоторых оценкам – восьми, если судить не по силе, а по видам флуктуаций. Мы ориентируемся именно на восемь. И все – в пределах анклава солнечных эльфов.

– Вот как… – озадаченно произнес Эльхар XI. – Восемь Богов – это очень серьезно. ОЧЕНЬ. Сколько они хотят людей в экспедицию?

– Стандартно.

– Я согласен. Не тяните. Если все настолько серьезно, то нам не стоит противиться их воле. Но и хороших людей терять не стоит. Пройдись по личным делам. Всех, кто нам неудобен, но по той или иной причине не может быть убран, записывай в эту экспедицию. Даже если численность окажется больше обычной – не страшно. Все-таки это экспедиция в Черную долину – самое опасное место в нашем мире. Ты понял меня?

– Да, Ваше Императорское Величество, – с почетом поклонился советник.

– Прекрасно. Тогда через неделю жду от тебя предварительного списка смертников… участников.

Часть III

Рок-н-ролл

Люди часто спрашивают: кто такой рок-н-ролльщик? Я объясняю, что дело не в барабанах, наркотиках, гемодиализе. О нет. Речь про нечто большое, друг мой. Всем нравится красивая жизнь – кому-то ближе бабло, кому-то наркота. Одним секс, другим гламур, третьим слава. Но рок-н-ролльщик, он не такой. Почему? Потому что настоящему рок-н-ролльщику нужно сразу все!

Арчи, к/ф «Рокнролльщик»

Глава 1

И вот, наконец, дорога.

Больше года пришлось провести в этом городе, прежде чем вновь удалось вырваться на оперативный простор.

Впрочем, особой радости от этого Виктор не испытывал. Так как оказалось, что его участие в экспедиции стало известно всему материку еще до выхода оной из столицы Империи. Эльхар XI сделал все от него зависящее, чтобы выполнить пожелание Богов. Ну и заодно порешал кое-какие свои проблемы. Ибо фактически подвел весь состав экспедиции под убой. Конечно, все это предприятие и планировалось для имитации отвлечения внимания. Но совсем иначе. Да и времени противнику оставляя по возможности минимум. А тут такая «свинья». Так что Виктор был полностью уверен, что враг, получивший такое количество времени на подготовку, постарался на славу и проблемы в пути их ждут радикальные.

Зачем так поступил Эльхар XI, понять не сложно. Но что делать в этой ситуации Виктору – он не понимал. И отказаться нельзя, и идти не стоит. Почему нельзя? Потому что это станет ударом по репутации. Весь материк с интересом наблюдает за исходом этой авантюры, и демонстрировать свою трусость чревато. Потом не отмоешься. Даже заболеть и то не выйдет – как-никак маг Жизни. Почему не стоит? Потому что глупо так подставляться…

Прошло пять суток.

И чем дальше они продвигались, тем меньше Виктору нравилась ситуация. Последние пару дней даже разбойников маги засечь не могли. Словно вся округа вымерла. Удивительно просто. А значит, что? Правильно. Значит, их ждут. Вопрос только где, кто и когда.

Вечерело.

Они расположились на ночлег, по настоянию Орлова развернув полноценный лагерь и выставив часовых. Да, в отряде было много магов. Но и что с того? Внезапного нападения никто не отменял. Этими своими требованиями он уже стал отчаянно доставать всех окружающих, не привыкших к армейской дисциплине. Ведь Эльхар XI постарался выпихнуть на тот свет прежде всего неугодных политиков и интриганов, а не воинов. Однако Орлов плевал на их раздражение. Жить ему хотелось намного больше, чем сохранять хорошие отношения со смертниками. Так и сейчас. Он успокоился только после того, как начальник экспедиции организовал несколько смешанных постов и установил порядок смены караулов.

– Не понимаю я тебя, – с легким раздражением фыркнула Ализэль. – Нормально же все. Чего ты переживаешь?

– Разве ты не ощущаешь опасности? – удивился Виктор. – Я вот ее буквально кожей чувствую.

– Слушай – опытные маги Разума заверили нас, что в дневном переходе от нас нет никаких отрядов противника. Да и вообще – разумных вокруг раз-два и обчелся. Кое-какие наблюдатели и все.

– Разумных? – усмехнулся Виктор. – А ты разве забыла, с кем мы имеем дело? Может быть, тебе напомнить, какую ловушку нам заготовили в Ондостомен?

– Что ты имеешь в виду? – настороженно переспросила Селентис.

– В Ондостомен в земле вокруг города лежало много неупокоенных. Достаточно нам только прорваться в город, как некроманты врага поднимут нежить и она задавит нас числом. И я, если честно, не вижу причин, почему врагу не применить этот прием.

– Неупокоенных тоже искали, – пожала плечами Ализэль. – Нашли только несколько вампиров, да и те – довольно далеко. Несколько необычно для этих мест, но угрозы никакой. Вероятно, они отправлены наблюдать. Не забывай – весь материк знает об этой экспедиции. Всем хочется узнать, чем она закончится и как далеко мы зайдем.

– А трупы кто-нибудь искал? – криво усмехнулся Виктор. – Я маг Жизни, в некромантии разбираюсь плохо. Но если верить тем вещам, что я про нее прочитал, есть масса способов быстрого подъема большого количества заранее подготовленных трупов.

– Хм… – задумалась солнечная эльфийка.

– У меня предчувствие ловушки, – продолжил Орлов.

– Хорошо. Пойдем к мастеру Эсеру, – решительно произнесла Ализэль. – Он развеет все твои сомнения.

Однако ни дойти, ни проверить не удалось. Как только троица вышла из палатки – началась атака. Десятки, сотни неупокоенных существ стремительно прорывались сквозь небольшую толщу земли и с ходу атаковали позиции лагеря.

За какие-то мгновения лагерь превратился в натуральный бардак. Маги, привыкшие к размеренной городской жизни, были не готовы к отражению агрессии. Вообще. Поэтому заметались, пытаясь понять, что происходит. Стали вспыхивать плетения. Крики. Мат. Мелькание человеческих тел с перекошенными лицами. А в освещенный периметр лагеря надвигались зомби все более нарастающим потоком.

Руководство экспедиции погибло практически сразу, ибо у них прямо в палатке вылезло несколько зомби.

Виктор же, окинув взором этот бедлам, решил поступить так, как его учили – организовать оборону из хоть кого-то, кто в состоянии сражаться. И уже спустя несколько мгновений после принятия решения хорошо поставленный голос старшего сержанта разнесся зычным ревом по округе… Но толку с его попыток было немного. Слишком уж неорганизованные существа ему попались. За десять минут удалось сколотить отряд всего из тридцати «лиц», половина из которых была его – две жены да эльфы, вышедшие с ним из Белой скалы.

– Проклятье! – зарычал Виктор, в очередной раз заблокировав удар зомби. – Где некромант?!

– Там, – махнула рукой Селентис куда-то в сторону.

– Ты уверена?

– Да, – не колеблясь ни секунды, кивнула темная эльфийка.

– За мной! – рявкнул Орлов, и с удвоенной силой врубился в разреженные боевые порядки зомби, медленно наползавшие на них. Его отряд, разумеется, не отставал, втягиваясь за ним этаким расширяющимся клином.

Удивительно, но сопротивление неупокоенных существ в этом направлении очень легко было прорвано. Вероятно, на такой поступок никто не рассчитывал. Или наоборот…

Преодолев порядка сотни шагов, Виктор вывалился из кустарника на небольшую поляну, в центре которой стоял смутно различимый силуэт в балахоне.

Ализэль и другие солнечные эльфы немедля буквально засыпают того стрелками. Но тщетно. Они как будто тонут в густом и вязком тумане, окружающем незнакомца.

Несколько вампиров атакуют с флангов. Видимо, тех самых, которых приняли за наблюдателей.

Отряд останавливается, занимая оборону. Вампиры не зомби. Быстрее, сильнее, умнее.

Виктор же, плюнув на все, продолжает нестись вперед.

Вот он влетел в этот вязкий туман.

Шаг. Еще шаг. Еще.

Ощущение, словно идешь против потока воды, выталкивающего тебя наружу.

Позади метров семь или восемь. Но впереди еще не меньше двух.

Ударить но’ри? Невозможно. Виктор уже практически потерял все силы. Еще чуть-чуть, и он просто завязнет в этом магическом желе, застыв, словно муха в паутине.

Лица некроманта было не видно. Только подбородок с тонкими, чуть синеватыми губами. И они растянуты в усмешке. Еще бы! Он был доволен. Охрану перебил. А самого атераса смог захватить живьем и даже без членовредительства.

Виктору так стало обидно до слез и стыдно. Сопротивление? Как? Он разжал руку, и но’ри полетел на землю. Какой с него теперь толк? А вслед за ним стали опускаться руки. Все. Бой проигран. И, возможно, война. Но вдруг он наткнулся на кобуру с пистолетом! Точно! Как он мог забыть?! Пистолет «Colt 1911A2» под тяжелый патрон. 45ACP легко прыгнул в его руку. А губы на лице Виктора сами по себе растянулись в самую счастливую в его жизни улыбку, стряхнув усмешку с лица некроманта. Жертва вела себя неправильно.

– Аста ля виста, бейби! – с некоторым хрипом из-за вязкого тумана произнес Орлов и нажал на спусковой крючок.

Пуля, вылетевшая из ствола, стала натуральным сюрпризом для некроманта. Конечно, его защита сработала, но не справилась с мощным пистолетным патроном, пустив в черепную коробку некроманта небольшой кусочек металла. Он-то и поставил точку в этом противостоянии.

Спустя секунду туман опал. Некромант рухнул на землю, а за ним стали падать все зомби. Простейшее, наименее энергоемкое заклинание, требующее предварительного вживления амулета в каждую такую заготовку, позволяло быстро и много поднимать таких гостинцев с приличного расстояния. Но имело также и один существенный недостаток – зомби не могут действовать самостоятельно. Убери кукловода – и вся эта орда неупокоенных рухнет следом.

Стало как-то тихо. Нет, конечно, маты и стоны раненых никуда не делись. Зато рев зомби и шум битвы исчезли начисто, от чего даже как-то зазвенело в ушах.

Виктор поднял оброненный но’ри, произвел контроль, отрубив некроманту голову, оттолкнув ее в сторону, чтобы чего не вышло, и устало направился в лагерь. Ночь определенно не удалась.

Глава 2

Понимая, что теперь от слаженности работы отряда будет зависеть его жизнь, Виктор самым простым и тривиальным образом решил брать власть в свои теплые и заботливые руки. По-нашему, по-джедайски. То есть просто поставил всех перед тем фактом, что он теперь главный, предложив всем, кто против этого решения, – выйти вперед.

Как ни странно – желающих не нашлось. Репутация убийцы могущественного некроманта и вообще – единственного, кто в этой неразберихе сохранил самообладание, сделала свое дело. Ну и полтора десятка эльфов, стоящих за его спиной с оружием наголо, добавили политического веса. Тут, конечно, не страна победившей демократии, но доброе слово и револьвер все так же оказались авторитетнее обычной болтовни.

А дальше начался ад. Ну, как ад. Наведение порядков в экспедиции согласно уставам РФ, которые Орлов не только знал назубок, но имел определенный опыт заливки в подкорку новобранцев. Даже против их желания. Конечно, уставы начала XXI века с Земли в ряде мест оказались совершенно неуместными для магических реалий этого мира. Но Виктор был не дурак и довольно легко их доработал, так сказать, применив под местность. В общем, аборигенам понравилось. А для тех, кому не понравилось, всегда имелись наряды вне очереди и строевая подготовка перед сном.

Так они и двигались.

Причем, что интересно, передвигались они тоже согласно уставным требованиям, разработанным, правда, еще в лохматом прошлом. То есть с передовыми и боковыми подвижными заставами, дозорами и так далее. Что особенно доставало не привыкших к таким делам членов экспедиции. И ладно воины – они довольно быстро привыкли к подобным издевательствам. Но вот гражданские, лишенные крепкой армейской самодисциплины и стойкости, буквально взвыли на луну. Разумеется, молча, про себя, и с улыбкой на лице. Потому что Виктор любой либерализм пресекал в зародыше, твердо зная о том, что ежели кого оставить без дела – ему обязательно в голову полезут глупые мысли. А если они все же посетили дурную голову подчиненного – значит, что ему явно не хватает нагрузки… Со всеми, как говорится, вытекающими.

Маги магами, но картошку чистили на кухне обычными ножами. И ямы для сортиров копали не чем иным, как самыми простыми и незамысловатыми лопатами.

И такой подход дал свои весьма позитивные плоды. С одной стороны – за месяц пути получилось предотвратить двенадцать нападений и три засады. С другой стороны – отряд с каждым днем все больше и больше начинал напоминать воинское подразделение. Слабенькое, жиденькое, но уже управляемое. Тем более что Виктор не мудрствуя лукаво разбил вверенных ему людей на три взвода по три отделения. И начал налаживать нормальное их взаимодействие. Дошло до того, что к исходу месяца все члены экспедиции начали обращаться к нему не иначе как товарищ капитан. Ну и между собой, тоже блюдя субординацию. Конечно, повышать себя в звании было неправильно, но куда деваться? Да и, в конце концов, какая разница, кем стал российский старший сержант среди диких аборигенов?

Единственное, о чем горевал Орлов, – это форма. Вся эта пестрота в одежде сильно мешала. И если поначалу – чуть-чуть, то позже только магией и спасались от потери внятного внешнего вида.

Зато народ подтянулся. Даже заплывшие жиром «бюргеры» из числа аристократов избавились от изрядного животика и второго подбородка. Не полностью, конечно. Но и этот результат впечатлял. Даже их самих.

Спустя пять недель таким походным ордером они достигли первого пограничного препятствия – какой-то странной полосы густого тумана, отгораживающего окраину пустошей от ее центральной части.

– Приплыли, – с явным разочарованием в голосе отметил Виктор, когда один из темных эльфов попытался войти в туман, а его вытолкнуло наружу так, словно он упал на батут.

Глава 3

Предприняв несколько неудачных попыток проникновения за полосу клубящегося тумана, отряд встал лагерем в сотне метров от границы.

– У кого какие мысли? – обратился Виктор к собранному им консилиуму из подчиненных.

– Завеса совершенно непрозрачна для магии, – развел руками один из старейших и наиболее опытных магов.

– Прекрасно. И как ее пробить?

– Она полностью поглощает любое магическое воздействие… – осторожно заметил тот.

– Хм. Как думаете, она глубоко уходит в грунт?

– Что вы имеете в виду?

– Подкоп.

– Не думаю, товарищ капитан, что это реально. Такого рода завесы вряд ли можно так легко обойти.

– А вы с ними встречались?

– Нет, но если тот, кто ее поставил, смог установить такую совершенную защиту, то наивно полагать…

– Ясно, – оборвал его Виктор. – У кого-нибудь еще мысли есть?

Мыслей не было. Народ был в полной растерянности.

Добрую неделю люди, эльфы, гномы и дварфы его отряда пытались найти решение, тупо и банально перебирая все известные им способы пробивания магических завес. Но тщетно. Не удалось даже выяснить структуру защиты, ибо любые плетения развеивались при первом же контакте, а энергия, вложенная в них, втягивалась в туман с неутомимым аппетитом. Пробовали даже перегрузить контуры, но ничего не вышло – только опустошили свои запасы магических сил.

На восьмой день Виктор не выдержал. Подошел шагов на пять к завесе, достал пистолет, и с криком «Сова! Открывай! Медведь пришел!» высадил в туман всю обойму. И завеса отреагировала! Всколыхнулась. И выпустила из своих чертогов очень странную женщину с темно-синей кожей и четырьмя руками.

Ее большие, красивые глаза с бездонными черными радужками завораживали. Как и она сама. Конечно, четыре руки смущали, но они совершенно не портили ее гармоничной и даже изящной обнаженной фигуры. Такой гибкой, упругой, манящей. Вторая пара рук явно была нематериального происхождения, а потому двигалась без особой увязки с мышцами – видимо, по воле магических плетений или еще как.

– Кали… – как-то неуверенно произнес на выдохе Виктор.

Это имя было ей явно знакомо – она вздрогнула и с явным интересом уставилась на возмутителя спокойствия.

– Ты знаешь это имя… – наконец тихим, чуть шипящим голосом произнесла она. – Откуда?

– В моей стране, – перешел Виктор на русский язык, – поддерживают культурные связи с народом, поклонявшимся тебе.

Она чуть наклонила голову, всматриваясь в гостя.

– Но разве там живут И’ри’тор? – ответила Кали на весьма недурном русском. Чувствовался только едва заметный акцент, и ударения с мелодикой что-то неуловимо напоминали.

– Только мой род.

– И ты надеешься, что я тебя пущу?

– Иначе бы я не пришел, – пожал плечами Виктор. – Я слышал, что все это добро может получить наследник?

– Проверка может стоить тебе жизни, – улыбнулась она, облизнув чувственные губы ярко-алым язычком.

– И что нужно делать? – поинтересовался парень, никак не отреагировав на угрозу.

– Дать мне свою кровь. Если я сочту, что ты меня обманываешь, то убью. Таковы правила.

– А не обманешь? – усмехнулся Виктор, демонстративно рассматривая грудь девицы.

– Мне это не выгодно, – хмыкнула она. Ей явно импонировало такое уверенное и даже немного наглое поведение гостя. – Знал бы ты, как мне… сидеть в этой завесе и караулить незваных гостей.

– То есть ты сидишь тут уже три тысячи лет?

– Четыре.

– Но…

– На Земле присутствует аватар. Иначе я бы просто не выжила.

– Он и сейчас там?

– Конечно. Хотя сил, конечно, стало приходить намного меньше, нежели в былые дни.

– А что там, за завесой? – сменил тему Виктор.

– До того, как ты войдешь в права наследования, я этого не могу тебе сказать.

– Мило. А вдруг там одна выжженная пустыня? На кой она мне нужна?

– Не попробуешь – не узнаешь, – пожала плечами Кали.

Виктор внимательно на нее посмотрел и прислушался к своим ощущениям. Странно. Очень странно. Магия Разума была его вторичной специализацией, а потому такие вещи, как ложь, он уже умел определять. И получалось, что либо эта странная особа не врет, либо она маг Разума на несколько голов выше его…

Он бы сразу и с радостью дал свою кровь, если бы у него не было понимания того, что с ее помощью может сделать даже обычный маг. А тут целая Богиня, пусть и сильно ослабшая.

– Слушай, я так не могу.

– Боишься?

– Не доверяю. Ты ведь с помощью добровольно данной крови можешь меня такими кренделями завернуть, что потом ни один повар не разделает. Оно мне надо?

– Зачем мне это? – удивленно переспросила женщина.

– Кто тебя знает? Может, тебе захотелось завести сексуального раба?

– А я тебе не нравлюсь? – усмехнулась Кали.

– Нравишься, – вполне искренне произнес Виктор. – Но, во-первых, у меня уже есть две жены и мне вроде как хватает любви и ласки. А во-вторых, кто его знает, чем для меня такое приключение закончится?

– Не переживай, у меня нет таких намерений.

– Поклянись.

Кали напряглась. Однажды она уже дала клятву, которую расхлебывала до сих пор.

– В чем будет заключаться клятва?

– В том, что ты не причинишь мне вреда.

– Если ты самозванец, то я обязана тебя убить.

– Хорошо. Поклянись в том, что не причинишь мне вреда, если это не будет противоречить этой клятве.

– Этой?

– Ну, какую клятву ты упоминала?

Кали прищурилась. Ей все больше и больше не нравилась та игра слов, которую развивал ее собеседник.

– Ты просто дашь мне кровь, и я сама решу, как поступать, – с нажимом произнесла она, сверкнув глазами.

– Не нарывайся, деточка. А то возьму третьей женой, и будешь еще несколько тысячелетий наслаждаться моим обществом.

– Что?! – буквально взревела Богиня. Да, она сильно ослабла в этом плену. Но такое наглое поведение спустить не могла и дала Виктору оплеуху. Каким бы быстрым он ни был, но увернуться от удара Богини не смог. Нежная и изящная на вид лапка съездила ему по лицу так, словно поленом приложили.

Виктор вытер юшку, пущенную ему этой строптивой девицей, исподлобья глянув на распоясавшуюся даму.

– Ты все понял? – поинтересовалась Кали.

Орлов задумался. Девица как девица. Уступить сейчас – потом всю жизнь на шее ездить будет. А если и не всю жизнь, то все равно обидно. «Но сильна чертовка. С такой просто так не совладаешь. Но как ее победить? Так-с. Кто у нас из полководцев никогда не проигрывал? Правильно. Суворов. Каков был его девиз? Удивишь – победишь!»

– Лунная клизма – дай мне силы! – закричал парень, чем вызвал неподдельное удивление на лице Кали. Там прямо большими буквами читалось: «Чего?!» – плюс натурально округлившиеся глаза. Но крикнул он не просто так, а параллельно ринувшись вперед, стараясь боднуть ее головой под грудную клетку и подхватить ноги. Ведь как иначе вывести из равновесия?

Так они в туман и влетели…

Ализэль и Селентис смотрели на все происходящее широко открытыми глазами. Ничего не понимая.

Впрочем, остальные члены экспедиции тоже не сильно от них отставали. Скорее даже обгоняли, ибо эльфийки видели уже немало выходок Виктора.

А потом по туману пошли какие-то странные всполохи синевато-красноватого цвета и какое-то возмущение. Создавалось впечатление, что там – внутри завесы – бушевал шторм…

Глава 4

Виктор лежал на камне и с трудом дышал, ощущая жуткую боль во всем теле. Несколько растяжений. Куча ссадин, ушибов и рассечений. От доспехов, что были на нем изначально, не осталось даже следов. Эта буйная их буквально разорвала руками. Как и одежду. Если бы не дальновидность далекого предка, который запретил ей сознательно или несознательно наносить серьезный вред своим потомкам, то, пожалуй, и от тела ничего бы не осталось – разодрала бы в клочья голыми руками.

О да! Вот это ярость! Вот это страсть! В такой и сгореть не грех.

Самым забавным стало то, что она сама не могла понять, почему не может причинить ему вреда. Такие удары! Такие усилия! А ему хоть бы что. И натурально зверела. Лишь когда Виктор в ходе борьбы оказался на какое-то время сверху, и ей капнула прямо в раскрытый от возбуждения рот капелька крови из разбитой губы, Кали пробрало. Да так, что по всему телу пробежала судорога. Верификация прошла. Перед ней действительно был наследник. Но это Орлову не сильно помогло. Ведь это вред она не могла причинять. А приятное что – очень даже. Главное, чтобы в ее понимании это было хорошим. А тут в ней столько ярости, которую нужно куда-то спускать…

Конечно, на BDSM все последующее действо не походило. Но Виктор впервые в жизни почувствовал себя ведомым в сексе. Ведь у ярости и сексуального возбуждения одна природа. Недаром же говорят, что от любви до ненависти один шаг. Близкие вещи. А Кали в этом тумане блох ловила больше трех тысяч лет. Так что она отыгралась на Орлове по полной программе. И именно тогда он заработал и растяжения, и ушибы, и рассечения…

– И что дальше? – довольным голосом поинтересовалась Кали. Ее голова с густыми, длинными, черными волосами лежала у него на животе и чуть покачивалась в такт дыханию.

– Как я понимаю, ты признала меня наследником?

– Да. Иначе бы убила. Ты наглец, но везучий наглец.

– Я просто люблю женщин, – произнес Виктор и улыбнулся, заметив, как Кали отчетливо фыркнула на это высказывание. – Лучше расскажи, что произошло в тот день?

– Ты имеешь в виду атаку?

– Да.

– Если честно, то я очень мало чего знаю. Твой далекий предок смог хитростью заставить меня дать обещание и, воспользовавшись им, сделал фактически привратником. Я так и сидела в этом тумане, мало чего зная о происходящем вокруг.

– И все же. Ты же Богиня.

– Когда-то была… – с явной горечью произнесла Кали.

– В каком смысле?

– Когда с орбиты прилетел удар, я едва не погибла из-за того, что была магически связана с защитой. Периметр еще устоял, а вот центр оказался пробит. Я его не смогла удержать. Это все меня так опустошило, что я потеряла возможность переходить в энергетическое состояние.

– То есть ты стала простой женщиной?

– Ну, не до такой степени, конечно, но в целом да – ты прав. Я перешла на предыдущую ступень своего существования, которая была до обретения божественного могущества. Что-то среднее между просто очень могущественным магом и малым Богом.

– Ты серьезно?

– Да, – произнесла, тяжело вздохнув, Кали. – Кроме того, этот барьер меня медленно убивает, вытягивая силы.

– А что внутри? Ну, то есть в центре?

– Понятия не имею, – пожала она плечами. – Мне запрещено туда ходить. Я же страж барьера.

– А хочешь посмотреть и узнать, что столько лет охраняла?

– Только если ты прикажешь.

– Приказываю. Пошли. И да – подскажи, куда ты закинула мой клинок и пистолет? Они мне очень дороги.

– А одежда и доспехи, значит, нет? – усмехнулась Кали.

– Рядом с такой женщиной, как ты, неприлично быть одетым.

– В самом деле? – Усмешка этой необычной женщины окрасилась в явно пошлый оттенок. – И при женах повторишь свою лесть?

– Только если ты согласишься пополнить их ряды.

– Сумасшедший… ты просто сумасшедший… – произнесла Кали, покачав головой. Но явного неприятия этой мысли в ее голове уже не было. Скорее даже какая-то заинтересованность. – Ты знаешь, что я не могу быть одновременно и стражем барьера, и твоей женой?

– Хочешь предложить сделку?

– Да. Я с радостью стану твоей женой, если ты освободишь меня от клятвы, заставляющей быть стражем этой завесы.

– И детей будешь рожать? И еду готовить? И носки стирать?

– Эта завеса меня медленно убивает, – пожала она плечами. – Выжить тут у меня нет никаких шансов. Кроме того, я не уверена, что готовить еду и стирать носки ты доверишь мне. Ни первое, ни второе делать я не умею. Не забывай – я все же Богиня.

– Но когда-то давно была простой смертной.

– Это было очень давно, – небрежно махнула она рукой. – Признаться, я уже даже и не помню.

– А просто попроситься на свободу не хочешь? – хмыкнул Виктор.

– А ты отпустишь? – удивилась Кали.

– Нет, конечно.

– Вот и я о том же. Да и никто бы не отпустил. Такие женщины, как я, на дороге не валяются.

– Ладно. Пошли уже. Посмотрим, что там к чему внутри.

– А сделка? – с едва заметным волнением в голосе переспросила Кали.

– Обещаю, мы обсудим это позже. Я хочу сначала осмотреться. Не исключено, что этот барьер вообще не нужен давно.

– Позже – понятие растяжимое.

– Мы осмотрим центр и на выходе за завесу я приму решение. Такой ответ тебя устроит?

– Вполне, – произнесла Кали, вертя в руках но’ри, непонятно каким образом попавшее к ней. – Интересное у тебя оружие. Ты прямо коллекционер душ. – После чего протянула оружие ему. – Держи.

– А пистолет?

– Потом отдам. Вместе с остатками прочего снаряжения. Да и зачем он тебе – патроны-то кончились.

Виктор на это только хмыкнул. Все-таки наличие аватара на современной ему Земле очень сильно расширяло кругозор Бога.

Идти до внутреннего периметра завесы было недалеко, шагов двадцать.

Она совершила несколько движений руками, и клубящийся туман, застилавший весь центр Черной долины, стал более прозрачным, уйдя выше и превратившись в некое подобие купола, сквозь которое стали пробиваться лучи солнца. Хотя увидеть что-то сверху так и оставалось невозможным. Уж об этом-то его древние предки особенно позаботились. Впрочем, смотреть тут было не на что. Руины. Древний город лежал перед ним в первозданно разрушенном виде. То здесь, то там валялись скелеты жителей. А буквально смятые здания возвышались горками битого камня. Кое-где, правда, встречались фрагменты устоявших стен, но общей картины это не меняло. Этакий Дрезден образца 1945 года. Только бомбили тут куда как основательнее.

– Мне очень жаль… – тихо произнесла Кали.

– Да чего уж? – махнул рукой Виктор. – Я все равно никого из них не знал. Да и от орбитального удара они явно не были достойно защищены. Пойдем уже посмотрим – может, чего осталось целым?

– Ты думаешь, тут что-то могло уцелеть? – скептически повела бровью женщина.

– Если бы я строил город, то у меня, безусловно, были бы большие подвалы. Очень большие. И, судя по тому, что в приличном удалении отсюда аборигены нашли подземный бункер – мои предки думали аналогично. Ты сможешь найти здесь заваленные входы?

– Попробую… – неуверенно произнесла Кали и двинулась вперед.

Блуждали они недолго.

Уже минут через десять пути подала голос Цири, которая во время разборок с Кали старалась не отсвечивать, чтобы не попасть под раздачу.

– Нам туда, – уверенно указал Виктор на одну из куч мусора.

– Но я там ничего не чувствую, – развела руками бывшая Богиня.

– Цири бывала в этом городе и помнит, что там был один из входов в бункер.

– Цири?

– Да. Это сущность И’ри’тор, которую когда-то давно запихнули в мой клинок. За что ее так наказали – она не говорит, но и не важно.

– Ну… – неуверенно протянула Кали, скептически глядя на кучу мусора.

– Ты можешь убрать весь этот хлам?

– Конечно, – кивнула женщина и легко махнула рукой. И битый камень сместился в сторону вслед за ее движением, словно его кто-то подвинул. – Хм. Плита и плита, – пожала она плечами, рассматривая то, что открылось под хламом.

Виктор же аккуратно надрезал себе ладонь и пролил несколько капель крови на гладкий камень. И о чудо! Уже третья капля закипела, а после пятой плита чуть дрогнула и стала стремительно трансформироваться.

– Ну вот, – хмыкнул Орлов. – Цири говорит, что Дол Амон был построен на месте древнего укрепления, которое активно использовалось еще пятнадцать тысяч лет назад. Вот кое-что и осталось. Например, бункер.

– И крепкий бункер?

– Да кто его знает? Сама понимаешь – только после завершения войны он тут пятнадцать тысяч лет простоял. А сколько до того? Да еще удар с орбиты непонятной природы и огромной силы. Но спуск на вид вполне приличный, даже хламом и мусором не засыпан. Так что, надеюсь, все с ним в порядке.

Спуск затянулся. Проклятая лестница совершенно не собиралась кончаться. Волей-неволей Виктор даже вспомнил бункер в Белой скале, который применяли для инициации магов. Но после того как они с Кали прошли ожидаемую отметку – забеспокоился. Да и Цири не могла подсказать, как долго еще идти – в свое время ее сюда не пускали.

И вот, опустившись на добрые семьсот метров, они, наконец, остановились перед массивной дверью бункера. Ни ручки, ни звонка, ни глазка. Просто могучий монолит странного металла, едва выступающий из каменного массива, уходящего в грунт во все стороны. Как открывать эту штуку, Цири не знала. Не видела никогда и даже не слышала. Кали тоже. Поэтому Виктор просто подошел и приложил руку. И тишина. Совершенно никакой реакции.

– Может, этой плите тоже нужно напиться крови? – предположила Кали.

– Вряд ли, – задумчиво произнес Виктор, почесывая затылок. – Тогда бы нелогично было.

– Почему? – удивилась бывшая Богиня.

– Я понятия не имею, как думали мои предки, но лично я бы не стал делать один и тот же ключ на две двери, которые открываются одна за другой.

– Ну… – растянуто произнесла Кали. – Вообще-то звучит разумно. Только вот одна беда – никакой подсказки тут нет. Вероятно, это должно быть как-то связано с семейным секретом. Возможно, плетение какое-то или артефакт. Может, еще что-то. Да, по сути, может быть все что угодно. Нужно поискать в городе.

– Ох как не хочется снова лезть наружу… – очень недовольно произнес Виктор, с тоской смотря в круто уходящие под потолок ступени.

– Выхода у нас нет, – пожала плечами Кали. – Нужно поискать останки твоих предков. Возможно, они дадут нам подсказку.

– А ты их что, узнать сможешь? Там ведь одни только скелеты остались.

– Конечно! Поверь – твоего прародителя я смогу опознать даже по мельчайшему фрагменту кости или волоску, – усмехнулась бывшая Богиня. – Хотя, конечно, тут сильный фон. Нужно подойти поближе, поэтому придется побродить.

– Черт! Ну почему здесь нет лифта? Вот ведь засада! – бросил в сердцах Виктор и со всей дури влепил ногой по двери, да так, что умудрился не только разбить себе в кровь пальцы ноги, но и переломать их. Очень уж ему не понравилась идея снова лезть наверх эти семьсот метров. Хорошо хоть прожорливая завеса была далеко и удалось быстро и легко с помощью магии восстановить целостность конечности. Хотя радости это не добавляло.

Подъем обратно, вопреки ожиданиям, дался ему легко. Все-таки восстановление сил и здоровья с помощью магии – вещь.

– Слушай, – обратился он, глядя на очередную гору битых камней. – Нужно моих спутников предупредить, что все нормально.

– Не вопрос, – кивнула Кали и на несколько секунд закрыла глаза. – Сделано. Хотя я не уверена, что они поверили.

И они занялись поисками. В этот раз они ходили между руин, в буквальном смысле слова обнюхивая пространство. Богиня пыталась почувствовать нужную ауру. Но безрезультатно. Казалось, что останков предков Виктора в городе не было. А это очень странно. Ведь они его не покидали. Ну… обычным путем.

– Это все бесполезно… – бросил Орлов, устало присаживаясь на каменную плиту после пяти часов непрестанных поисков. – Тут ничего нет. Даже трупов не очень много. Значит, что?

– Значит, они внутри…

– Верно, – обреченно кивнул Виктор. – Ладно. Пошли обратно.

– Но ведь мы не знаем, как открывать эту дверь?

– У меня есть идея.

– В самом деле?

– Идиотизм, если честно, но…

В общем, спустились.

И Орлов под заинтересованным взглядом Кали подошел к монолиту двери. Аккуратно приложил к нему руку, закрыл глаза и прислушался к своим ощущениям. Дверь ничем не выдавала свои особенные свойства. Что и неудивительно.

А потом он очень осторожно стал в нее вливать магическую энергию, как в свое время в но’ри. И так же поглаживая. Нежно. Ласково. Словно котенка. Предварительно надрезав себе пальцы на руке. Кровь в вопросе пробуждения значила немало.

– Ты думаешь, в двери есть управляющая сущность?

– Почему нет? Клинок и завеса ее имели, а дверь в бункер нет? – усмехнулся Виктор. – По всей видимости, мои предки любили такие способы автоматизации.

Но лишь через десять минут, когда он уже хотел бросить это занятие, в могучем монолите он почувствовал какие-то реакции. Словно вялое, едва заметное шевеление и ворчание. А потом вдруг раздался легкий гул, и дверь стала выезжать вперед… открываясь. Поддавшись желанию наследника. Видимо, очнувшаяся от анабиоза управляющая сущность бросилась выполнять свои прямые обязанности.

Дверь открывалась медленно. Еще бы – она только на два метра была утоплена в глубину тоннеля. Такую даже автогеном черт знает сколько времени резать. Однако он немного разочаровался – за дверью была небольшая площадка с мягким освещением, откуда шла еще одна лестница вниз.

– Нет, они явно издеваются… – покачал головой Виктор.

– Я чувствую ауру, – произнесла Кали, потянув носом. – Они совсем рядом.

– Но ведь с закрытой дверью… хм… она что, экранировала?

– Возможно, – пожала плечами бывшая Богиня и пошла вперед.

Как она и сказала – долгого спуска не потребовалось. Лестница, которая уходила вбок, спускалась всего метров на десять. А там расширялась в небольшой зал вроде приемного предбанника, у выхода из которого сидела мумия. Ну как мумия? Виктор даже вздрогнул, взглянув на нее. Ибо, если не обращать внимания на совершенно высохшие глаза, то почти живой человек. Разве что неподвижный совершенно. В общем – труп этого И’ри’тор сохранился чудесно. Как и его одежда. И даже более того – вокруг не было практически никакой пыли.

– А он не поднимется?

– Он давно умер, – пожала плечами Кали. – Тут без некроманта никак. Но внутри периметра нет ни одного. А плетения сюда не проникнут. Завеса надежно их отсекает. Да и его никто не готовил к поднятию издалека.

– Надеюсь, ты права. Сражаться с нежитью мне не очень понравилось, – скептически рассматривая труп, отметил Виктор.

Впрочем, задерживаться не стали. Приемная и приемная. Любопытство их просто распирало от желания взглянуть, что там дальше.

Они шли и удивлялись. Довольно просторные коридоры были заставлены какими-то контейнерами. То тут, то там на лавочках, креслах и прочей мебели сидели мумии И’ри’тор разных возрастов и полов. По всему выходило, что жители города знали о предстоящем ударе с орбиты и постарались укрыться в этаком бомбоубежище. А также спасти кое-что из имущества. Но вышло у них не важно. Удар оказался сильнее защиты…

Так они прошли через несколько коридоров и довольно просторных залов, пока не добрались до небольшой комнаты, в которой находилось еще несколько мумий. Впрочем, здесь их имелось так много, что Виктора это не удивило. Лишь по взгляду Кали он понял, кто эти… хм… гуманоиды. Это были его пращуры. Он присмотрелся, и да – черты лица мужчины оказались очень узнаваемы. Отец не отец, но что-то очень близкое. Возможно, если бы не искажения, вызванные смертью и мумификацией, сходства были еще большие. Но не суть. Да и женщина Виктору показалась чем-то навязчиво знакомой. Он мог поклясться, что никогда не видел ее, но…

– Странно все это… – задумчиво произнес он, рассматривая пращуров.

– Ты имеешь в виду необычную сохранность мумий?

– И сам факт их появления. Очень странная смерть. Ты обратила внимание на то, что ни одна мумия не валяется на полу. Такое чувство, что они знали, что их убьют… Или специально, сознательно ушли в некое подобие анабиоза.

– Вряд ли. Я совсем не чувствую в них жизни. Даже самой крохотной искорки. Кажется, словно ее с них смахнули разом, не оставив в живых ни одной клетки.

– Это я тоже заметил, – кивнул Виктор. – У меня ведь основная специализация – магия Жизни. Но именно это меня и смущает. Это не правильно. Так не убивают.

– Откуда мы знаем, как убивают те, с кем столкнулись твои предки? По мне, они ударили так, что я едва не погибла. А ведь я на тот момент была вполне себе нормальным Богом. У них невероятное могущество.

– Если бы они били чем-то некротическим и очень сильным, то управляющие сущности в предметах тоже бы погибли. И в двери в том числе. Но ладно. Пойдем, посмотрим, что тут еще интересного есть.

Но уже начавший было выходить из комнаты Виктор осекся и остановился. После чего развернулся и с интересом уставился на небольшой кристалл, который лежал на столике перед его пращурами.

– Очень интересно…

– Что?! – оживилась Кали.

– Цири говорит, что это управляющий кристалл комплекса. С помощью него мой предок контролировал все в городе.

Виктор после небольшого колебания осторожно прикоснулся к кристаллу. Он был теплый и приятный на ощупь. Орлов даже не заметил, как тот со стола перекочевал в его ладонь и пригрелся, словно небольшой пушистый зверек. Но оно и понятно – тут многие из артефактов были далеко не мертвыми железками.

Немного погрев камешек, он попробовал мысленно обратиться к сущности, заключенной внутри. Получилось на удивление легко. Там явно было что-то не очень высокоинтеллектуальное, но вполне жизнерадостно виляющее хвостом. Не то собачка, не то котенок. Впрочем, на просьбу показать карту бункера сущность отозвалась адекватно и развернула перед глазами Виктора и Кали полноценную пространственную голограмму. То есть виляние хвостиком могло быть и маскировкой или, может быть, его далекий пращур наказал сущность, запретив ей говорить не по делу. Вот и выражает эмоции как может.

Так и двинулись на экскурсию.

Пока минуте на тридцатой не завопила Цири, тыкая пальцем в какой-то участок голограммы. Ради этого дела она даже вылезла фантомом из клинка.

– Сюда! Пошли сюда! Пожалуйста!

– Что там? – удивилась Кали.

– Там саркофаги заключенных.

– И?

– Я думаю, что там лежит мое тело. Я надеюсь на это.

– Но ты же говорила, что никогда сюда не ходила.

– После извлечения сущности меня вполне могли поместить в саркофаг и перевести сюда.

Виктора эта новость заинтересовала. И они пошли в указанном Цири направлении.

Это было необычное помещение. Круглый зал, в котором располагались контейнеры из какого-то белого минерала. Причем открытые сверху и парящие каким-то странным молочным туманом. Орлов заглянул в ближайший и увидел проступающий силуэт лица мужчины И’ри’тор. Потом еще. Еще. И еще. Тридцать семь капсул обойти не так-то просто. И, само собой, по закону подлости, тело Цири находилось в последнем.

А дальше начался цирк, который, впрочем, надоел Виктору уже минут через двадцать. Да и девчонка стала повторяться, пытаясь убедить его в том, что он как наследник Дол Амона должен приложить все усилия к возрождению популяции И’ри’тор. И терять такой шанс – совершенно неразумное расточительство. Но ее можно было понять. Столько лет просидеть в железяке без каких-либо шансов на освобождение, и… вот она – свобода. Буквально в паре шагов.

– Пойдем, что ли, покажемся моим спутникам? – прервал он выступление Цири, обращаясь к Кали.

– Ты хочешь выйти за периметр завесы? – подозрительно прищурившись, поинтересовалась она.

«Да уж… – подумал Виктор, переводя взгляд с Кали на Цири и обратно. – Что-то у меня слишком много жен выходит…»

– Милая, – спросил Виктор у Цири, – сколько тебе потребуется времени, чтобы реанимировать тело?

– Минуты две-три, – радостно ответила она. – Достаточно твоего приказа. Я уже полностью подготовилась к этому и запасла энергию для перехода.

– А как по законам И’ри’тор оформляют семейные узы?

– Взаимная клятва, – пожал плечами фантом Цири.

– То есть благословение Ариэль не нужно?

– Нет, конечно, – усмехнулась она. – С какой стати она должна в таких вещах участвовать?

– Хорошо, тогда дерзай, – кивнул ей Виктор в надежде, что, обретя тело, Цири постарается отказаться под каким-нибудь предлогом от брака. Надежда, конечно, была призрачной, но чем черт не шутит? Тем более что именно эта женщина очень недурно знала его изнутри и прекрасно понимала, какой он бабник. Оно ей надо с ним связываться по своей воле? – Я приказываю тебе вернуться в свое тело. Твое заключение закончено.

Фантом весь засветился от радости, а потом буквально в пару секунд растаял. Орлов прислушался к своим ощущениям, но в но’ри тихо сидели только сущности погибших темных эльфов, наблюдавшие за происходящим безмолвно. Им точно освобождение не грозило. Да и маги они были очень слабые – упорядочить и развить свою информационную структуру они попросту не могли. Да и тела их давно были разрушены. Но они не роптали, ибо альтернатива была поистине чудовищна – объятия Ллос для тех, кто подвел ее, худший из финалов.

– Ты хочешь взять ее в жены? – поинтересовалась Кали.

– Вас обоих. Хотя, если честно, я надеюсь, что она попытается отказаться.

– Почему? Ведь она единственная женщина твоего вида.

– Слушай, четыре жены – это очень много. Года полтора назад я и одной не хотел.

– Она не откажется, – хмыкнув, ответила Кали.

– А ты?

– Я тоже.

– Даже если я просто освобожу тебя?

– Хм.

– Вот видишь.

– Я не ответила, – усмехнулась Кали. – Неужели я не могу подумать?

– Предлагаешь перенести сделку?

– Ни в коем случае! Мне даже интересно, что из всего этого получится.

– Боже… – тяжело выдохнул Виктор и сполз на пол.

– М?.. Ты что-то хочешь? – поинтересовалась Кали.

Он поднял на нее глаза и осекся. Ну да, конечно. Бывшая Богиня. Впрочем, сохранившая кое-какие силы и возможности. Этакий божок местного значения.

– Ты можешь управлять своим аватаром?

– Конечно.

– Он у тебя в Индии сейчас?

– Нет. Она работает в торговом представительстве и в настоящий момент ведет какие-то переговоры в Москве.

– Я хочу передать весточку своим родителям.

– Ты уверен в том, что это хорошая идея?

– Если они будут знать, что я жив и здоров, только очень далеко, то, думаешь, они расстроятся? Ведь я их единственный сын. Больше детей у них нет.

– Пожалуй, – после небольшого размышления согласилась с ним Кали.

Спустя полчаса густой, клубящийся туман на границе Черной долины образовал портал, через который вышел совершенно голый Виктор под ручку с двумя также обнаженными красотками: Цири и Кали. Причем Цири держала его но’ри, а Кали в двух левых руках пистолет и шлем, то есть то, что целого осталось от его доспехов. Остальное-то она растерзала.

Вся экспедиция колыхнулась навстречу, не веря своим глазам. А впереди, практически на боевом коне, прискакали Ализэль и Селентис, рассматривая не верящими глазами Виктора и этих дам. Цири-то они знали, но это не спасло ее от подозрительных взглядов, не говоря уже о Кали.

– Девочки, – примирительно начал Орлов, обращаясь к эльфийкам, – в нашей семье пополнение.

– Что?! – зашипела Селентис.

– Это, – Виктор кивнул на Цири, – Цири. Но вы ее знаете. Я вернул ей ее тело. Так что она теперь вполне натуральная атерас. А это, – он кивнул на Кали, – Кали. Древняя Богиня с Земли. Ладно, девочки. Вы пока знакомьтесь, а я пойду перекушу чего. Все это приключение меня совершенно измотало. – С этими словами Виктор на всякий случай выхватил клинок с пистолетом и, дефилируя голым задом, направился к своей палатке. С совершенно невозмутимым лицом. Ну а что ему еще оставалось? Конечно, он мог пойти в отказ, но, во-первых, Кали ему была нужна для связи с Землей. Да и вообще – она сильный союзник. А Цири… ее слишком опасно было отпускать в свободное плавание. Женщина, которая у тебя копалась в голове – смертельно опасное оружие в руках врага.

Бред. Ужас. Натуральное сумасшествие. А пожалуй, и сам Маразм Петрович. Четыре жены! Но поделать ничего он не мог. Такое разрешение проблемы выглядело меньшим из зол.

Глава 5

Иван Семенович Орлов сидел в кресле и с отсутствующим видом смотрел новости по телевизору. Что-то болтали, и ладно. Трагическая смерть сына совершенно выбила его из колеи. Что только усугубилось тем фактом, что тело так и не нашли. А рядом сидела уже не молодая супруга с таким же видом. Смысл жизни угас, и они чахли.

На звонок в дверь они отреагировали очень спокойно – просто проигнорировали. Семья Орловых никого не приглашала, а незваные гости интересовали их меньше всего. Ходят там всякие. Но кто-то очень упорно названивал, и Иван Семенович, наконец, не выдержав, с раздражением направился к двери, чтобы наорать на столь настырного смертника.

Открыл дверь и несколько опешил, потому что на пороге стояла миловидного вида девушка в весьма дорогом на вид деловом костюме. Неброский макияж. Хорошая прическа. Аккуратные, изящные украшения, явно не бижутерия. Кричать на нее резко расхотелось, тем более что ее взгляд казался чрезвычайно серьезным.

– Здравствуйте, – сказала она с сильным акцентом, что только завершило образ состоятельной иностранки. Индуски, вероятно. Или кого-то из тех краев. – Вы Иван Семенович?

– Да, – с достоинством произнес старый офицер. – Чем могу помочь?

– Меня просили передать вам, – произнесла она, с трудом выговаривая слова, – что нас, коротышек, голыми руками не взять, глаз как у собаки, нюх как у орла[23].

– Виктор! Он жив?! – сразу оживился Иван Семенович.

– Да, но сейчас находится очень далеко. И вообще вся эта история сильно пропитана мистикой. – Иностранка говорила с трудом, медленно подбирая слова.

– Как я могу проверить, что вы меня не разыгрываете?

– Задайте ему вопрос о том, что знаете только вы с ним и никто больше.

– Так вы можете с ним связаться?

– Я – да. Вы – нет. Это мой телефон, – произнесла она, передав Ивану Семеновичу визитку. – Вы можете звонить в любое время. Если меня нет в России, то я включаю переадресацию на свой номер в Бомбее.

– Вы из Индии?

– Да.

– Он там?

– Нет. Вы все равно не поверите в мои слова, пока не проверите. Так что не будем тратить время друг друга. Когда придумаете вопрос – позвоните. Я ему его передам. Вас такой вариант устроит?

– Более чем, – кивнул Иван Семенович.

– Тогда я вас покину. У меня еще много дел. Приятно было познакомиться, – кивнула незнакомка и, развернувшись, направилась к лестнице.

– Как к вам обращаться? – вдогонку кинул ей старший Орлов.

– Кали.

– Просто Кали?

– Да, – кивнула женщина и быстрым шагом начала спускаться по ступенькам. А Иван Семенович стоял в двери и смотрел ей вслед, пытаясь переварить новость.

Прошло три дня.

– Милый, ты уверен, что все это не розыгрыш? – с тревогой спросила жена.

– Но это шанс узнать, что случилось с Витей. Тело же не нашли.

– Ты видел тот обвал. Все сам осматривал…

– Именно поэтому я хочу проверить. Все так неопределенно…

С этими словами он взял дешевый телефон, купленный в переходе вместе с симкой, не зарегистрированной на него, и набрал указанный на визитке номер.

– Здравствуйте Иван Семенович, – раздался в трубке знакомый голос с характерным акцентом.

– Вы… как вы узнали, что звоню я?

– Вы придумали вопрос?

– Да. Какого цвета была его первая ручка.

– Вопрос принят, – ответила индианка.

– Мне перезвонить позже?

– Нет, я сейчас уточню ответ у Виктора. Подождите, – произнесла женщина и выключила микрофон. Явно выключила, так как пропали все звуки.

Прошло секунд двадцать.

– Иван Семенович, вы меня слышите?

– Да.

– Его первая ручка была черной. Он ее утащил из вашей папки с документами. Черная паста, оранжевый корпус. Фирмы «Bic», но он сказал, что точно уже не помнит.

– Когда мы сможем с вами встретиться? – после нескольких секунд замешательства поинтересовался Иван Семенович, едва сдерживая волнение.

– Ближайшее окно у меня завтра вечером.

– Где?

– Я приеду. В восемь вечера.

– Хорошо. Жду с нетерпением, – произнес Иван Семенович.

– До свидания, – произнесла на ломаном русском языке индианка и повесила трубку.

– Ты серьезно? – с едва заметным раздражением спросила жена.

– Милая, она точно назвала то, что знать не могла.

– Может быть, она экстрасенс?

– Я навел справки. Нет. Бизнесмен из Индии. Приезжала по делам.

– Но как?

– Номер телефона, что она нам оставила. Я позвонил другу в ФСБ, он мне пробил владельца. А дальше было дело техники.

– Думаешь, Витя сбежал и укрывается где-то в горах? Что могло случиться?

– Понятия не имею. Но это в его духе. Женщины всегда ему благоволили…

На следующий день вечером строго в обозначенное время раздался звонок в дверь. В этот раз Иван Семенович подскочил с места буквально на первой секунде. Да и, пожалуй, раньше, услышав стук каблучков индуски.

– Добрый вечер, проходите. Нет, что вы, не снимайте, проходите так.

– Виктор сказал, что Елена Георгиевна очень не любит, когда гости, не разуваясь, входят на ковер, – чуть прищурившись, произнесла гостья и демонстративно сняла туфли. После чего прошла в гостиную.

– Кали, – обратился он к ней, – это ведь не настоящее ваше имя?

– И да, и нет, – мягко улыбнулась женщина. – Предупреждаю сразу – все, что я скажу, насквозь пропитано мистикой. В сущности, Виктор просил меня только оповестить вас о том, что с ним все в порядке. И я это сделала. Если вам не хочется слушать ту сказку, что я вам сейчас расскажу, то я не обижусь и уйду. Потому что прекрасно понимаю – поверить в нее непросто. Тем более вам.

– Я хотел бы выслушать вас, прежде чем делать выводы.

– Хорошо. Ваш сын во время того обвала попал в ловушку – блуждающую пещеру, которая обеспечивает связь между мирами. Это древняя шутка одного Бога. Не хочу вдаваться в подробности, ибо это долго. В нее Виктор запрыгнул, спасаясь от обвала.

– Бред какой-то, – фыркнула Елена Георгиевна, но Иван Семенович ее оборвал взмахом руки.

– Как можно определить, что это так?

– После того как блуждающая пещера пропускает через себя разумного, она схлопывается, отсекая все фрагменты материи, что находились на ее границе. В случае с обвалом там должны были остаться камни со странными срезами.

– Ты во все это веришь? – раздраженно спросила супруга мужа.

– Там действительно были камни со странными срезами. Словно их отхватили лазером или еще чем похожим.

– Серьезно? – удивилась Елена Георгиевна.

– Да, – кивнул старший Орлов. – Никто так и не смог объяснить их природу.

– Значит, он сможет вернуться? – обратилась она уже к индуске.

– Возможно. Но не с помощью блуждающей пещеры. Правда, он сильно опасается преследования со стороны спецслужб, которые, безусловно, проявят к нему свое пристальное внимание. И к его женам.

– Женам?

– У него четыре жены.

– Сколько?! – хором переспросили отец с матерью.

– Четыре. Он… хм… несколько любвеобилен.

– Он что, принял ислам?

– В том мире, в который Виктор попал, не существует ограничения на количество супругов в браке.

– А кем вы ему приходитесь? – поинтересовалась Елена Георгиевна.

– Я аватар его жены.

– И что это такое?

– Его последняя жена – богиня. Я – ее земное воплощение в этом мире. Поэтому между нами постоянно поддерживается мысленная связь. Именно с ее помощью я и передала ваш вопрос Виктору.

– Бред какой-то, – с раздражением произнесла Елена Георгиевна.

– Четыре жены… – почесал затылок отец. – Если это правда, то вполне похоже на Витю.

– Он приличный мальчик! Он не мог так поступить! – воскликнула мать, и они с мужем начали увлеченно спорить о моральных и эстетических особенностях данного поступка, совершенно игнорируя гостью.

А аватар Кали тем временем понаблюдала за ними, понаблюдала, да и пошла к выходу.

– Погодите! – сразу отреагировал на это Иван Семенович. – Простите. Мы… слишком увлеклись.

– У меня очень много дел, – спокойно ответила Кали. – Вот, – он достала из сумочки увесистую пачку долларов. – Он просил помочь вам деньгами. Виктор помнит о вас. И постарается в дальнейшем оказывать помощь. Если найдет способ, как добраться сюда, – я сообщу. В остальном же, если вам потребуется помощь, звоните свободно. – Индуска сверкнула глазами, которые на несколько секунд полностью заволокло тьмой. – Но избавьте меня от просмотра семейных сцен.

После чего молча обулась и стремительно покинула стариков. Иван Семенович только и успел, что чуть ли не бегом проводить ее.

Стук каблучков стих.

Старший Орлов подошел к жене, стоявшей на балконе с каким-то ошарашенным видом.

– Ты чего? Зачем ты это все устроила?

– Не знаю… – как-то подавленно ответила она. – Эта женщина… она очень странная. Ты тоже видел, как на время ее глаза заволокло тьмой?

– Ее ждала машина?

– Да. Вышла, бросила на меня взгляд. Села. И уехала… Сколько там? Они настоящие?

– Не знаю, – пожал плечами Иван Семенович и направился к пачке долларов. – Ого! Тут тысяч десять. И… они вроде настоящие.

– Сколько?!

– Надо пересчитать, но около десяти тысяч. Купюр сто, номиналом по сто.

– Ты что-нибудь понимаешь? – с какой-то растерянностью в глазах спросила Елена Георгиевна своего мужа.

– Если к нам сейчас не прибежит полиция и деньги не окажутся фальшивками, то…

– Это ведь безумие…

– Это Виктор. А он у нас еще тот затейник.

Глава 6

Вот уже две недели как экспедиция втянулась внутрь завесы и с интересом копалась в руинах. В бункер, понятное дело, Виктор представителей Империи не пускал. Кроме того, его все никак не отпускала мысль о том, что с мумиями что-то не так. Казалось, будто в них скрыта подсказка. Только вот какая? Иной раз он по несколько часов сидел в комнате с пращурами и всматривался в них до рези в глазах. Казалось, что еще мгновение, и они оживут. Но нет.

Под конец восьмого дня он так там и задремал, прикорнув возле стенки, едва не шлепнувшись на коленки к одной из мумий.

– Может, разбудим? – поинтересовалась Ализэль, с тревогой поглядывая на спящего рядом с мумиями мужа.

– Ему это нужно… – задумчиво произнесла Кали. – Существует поверье, что мертвые лишь крепко спят. Во сне с ними легче всего установить контакт. Особенно если так близко. Правда, только в том случае, если они сами этого захотят.

– Но если они умерли давно, то их сущности давно покинули это место.

– Мы не знаем, что тут произошло. И Виктор прав, что пытается с ними связаться.

Виктор спал и видел очень реалистичный сон, хоть и осознавая полностью свое текущее положение. Но все было таким натуральным, естественным, будто он на самом деле плыл на лодке по красивому, живописному пруду. Вокруг тишина. Даже звуков леса и тех неслышно. А по воде стелится рваными облачками туман. Он гребет не спеша. Оглядываясь. И пытаясь понять – где он и как вообще выбраться на берег. Ведь весь он поросший густым кустарником. Да так, что не подберешься.

Шло время. А длинный, извилистый водоем, казалось, нескончаем. Виктор уже чувствовал в мышцах жжение от усталости. Но все равно продолжал грести вперед, правда, без какой-либо надежды.

– Дорогой, посмотри, кто это там? – вдруг он услышал вдали совершенно незнакомый женский голос и, вздрогнув, обернулся.

– Эй! Греби сюда, – призывно ему махнул рукой какой-то мужчина. Из-за яркого солнечного света, что светил с той же стороны, Виктор смог увидеть только силуэты каких-то людей на небольшой пристани.

Легкая тревога зародилась в груди Орлова, но он, переборов этот дискомфорт, направился на голоса. В конце концов, там можно было отдохнуть и, чем черт не шутит, перекусить. А то от усталости у него уже отчетливо урчал живот, давая о себе знать самым навязчивым образом. Его лодка ткнулась носом в причал, и тот самый мужчина, ухватив ее, помогал пришвартоваться. Виктор же, хоть и поглядывал на него, но чертово солнце совершенно не позволяло хоть что-то разобрать.

Наконец ему протянули руку и легко выдернули на причал. Картинка мгновенно изменилась. Он словно попал в тень большого дерева, полную полумрака. И сразу же застыл, словно парализованный, с тревогой всматриваясь в мужчину напротив, который все еще держал его за руку.

– Какой странный сон… – после затянувшейся паузы произнес Виктор.

– Это хорошо, что ты его осознаешь, – ответил тот, серьезно взирая на своего далекого потомка.

– Мальчик устал с дороги, – произнесла женщина, разрывая вновь затянувшуюся паузу, тесно переплетенную в игру пристальных взглядов.

– Виктор, – произнес Орлов, представляясь.

– Валиар, – ответил пращур, чуть кивнув в ответ. – Пойдем к столу. Мы тебя давно ждали…

Когда Виктор открыл глаза, рядом с ним стояли все его четыре жены, пристально наблюдая.

– Долго я спал?

– Двое суток, – невозмутимо ответила Селентис.

– Сколько?!

– Мы уже хотели тебя выносить отсюда. Но Кали не дала. Сказала, что ты общаешься с предками.

– Да, все так, – кивнул Виктор, вытерев внезапно пробившийся пот.

– Что-то не так? – поинтересовалась Ализэль.

– Кто бы мог подумать, что та декламация у короля окажется пророческой, – усмехнулся Орлов.

– То есть ты…

– Да. Валиар сказал, как это сделать. И я хочу их пробудить. Так. Кто-нибудь кроме вас сюда спускался?

– Валиар… – с некоторым напряжением произнесла Кали, явственно побледнев. – Нет. Я установила надежную завесу. Только мы пятеро можем ее преодолеть. Хм. Ты уверен, что он одобрит наш брак?

– Уже одобрил. Поверь – ему я соврать бы не смог, даже если бы захотел. А уж вопрос о признании и контакте с тобой он не упустил. Ему ведь нужно было понять, какова обстановка и стоит ли вообще сейчас связываться с ритуалом пробуждения.

– Обо мне тоже спросил? – поджав губы, поинтересовалась Цири.

– Конечно. И о вас тоже, – кивнул Виктор эльфийкам. – Ладно. Давайте за дело. Мне будет нужна ваша помощь.

– Почему ты не хочешь, чтобы о пробуждении атерас узнали разумные народы Алькана? – поинтересовалась Селентис.

– Мы ничего не знаем о том, какие инструкции у наших врагов и где их шпионы. Я не исключаю того, что они в случае опасности смогут снова вызвать джаггернаут Кхетов. Ведь с орбиты по ним отработал именно он.

– Неужели они захотят сидеть здесь безвылазно? – удивилась Кали.

– Нет. Зачем? Они решили выбрать партизанскую тактику. Хм. Скрытно перебить наблюдателей и попытаться возродить, пользуясь паузой, хоть что-то. Ну и понять, что происходит хотя бы в нашей Галактике. Кхеты были очень агрессивны. Вполне возможно, что сейчас они вновь сражаются с кем-нибудь. Главное в этом деле действовать тихо и не отсвечивать.

– Но как? – всплеснула руками Ализэль. – Если они выйдут за пределы этой долины, то вряд ли смогут сохранить в секрете свое возрождение. Ладно ты и Цири. О вас уже весь Алькан знает. И вряд ли кто-то удивится тому, что вы придумали, как ей восстановить тело. Но тут их сотни две, не меньше!

– У них есть амулеты иллюзий. Сильные. Древние. Современные маги не смогут их распознать под ними. Там даже магический дар получится имитировать на тот, который нужно.

– И кем они хотят стать в глазах разумных? – поинтересовалась Селентис.

– Солнечными эльфами, – пожал плечами Виктор. – Рост подходит. А значит, действие амулетов окажется сильнее. Там чем меньше отличий от оригинала, тем лучше. Кроме того, солнечные эльфы ведут войну с нашим общим врагом. Ладно. За дело!

Пока девочки готовили площадку, Виктор пытался вскрыть тайное хранилище по памяти. Ну, насколько помнил объяснение пращура. Ведь одно дело на пальцах что-то пространное объяснять, а другое – пытаться реализовывать на практике. Тем более такому неопытному магу, каким был Орлов. Пришлось намучиться и раз десять себя лечить, оправляясь от серьезных травм. Все-таки защита стояла – дай боже. Но вот, наконец, с разодранной вдребезги одеждой он вышел в главный зал бункера, держа в руках искомые артефакты.

– Э… – удивленно отреагировала Ализэль. – Ты где лазил-то? Вид такой – будто свалился в жерло вулкана.

– А перед этим тебя долго били палками, – добавила Селентис.

– Все готово? – поинтересовался, полностью проигнорировав их шутки, Виктор. – Отлично, – кивнул он и сделал ручкой, чтобы девочки разошлись. А сам с легким трепетом вошел в нарисованную на полу весьма непростую печать, причем, что интересно, выведенную чем-то красным. Впрочем, не суть. Аккуратно войдя в центр контура, он стал медленно и осторожно насыщать контур энергией. Так, чтобы случайно не пробить хрупкий узор.

Секунды текли медленно и как-то нехотя. А руки Виктора подрагивали от напряжения. Шутка ли – столь сложное плетение впервые в жизни воплощает в жизнь. Семьдесят два накопителя. Артефакт. Божественная печать…

Ну вот наконец-то спустя полчаса все оказалось готово. И вокруг Орлова, чуть подрагивая, шевелились контуры плетения, прекрасно наблюдаемые даже обычным зрением из-за чудовищного насыщения.

Пора.

Виктор поднял странный рожок, выполненный из рога какого-то неизвестного животного, и, набрав полные легкие воздуха, пытался затрубить. Но в ответ лишь тишина. Он не заметил ни единого звука. Однако плетение зашевелилось, стремительно раскидывая изощренную сеть по всему бункеру – как бы ловя и фиксируя всех законсервированных И’ри’тор. Он вновь набрал как можно больше воздуха и затрубил во второй раз. И опять ни звука. Но контуры плетения взбухли, достигнув наивысшего напряжения. И в третий раз Виктор поднес к губам свой духовой инструмент, выдыхая в него запасенный в легких воздух…

И все.

За какие-то мгновения контуры рассыпались в мелкую, практически сразу исчезающую пыль. Наступил звенящая тишина. А в дальнем углу четыре пары женских глаз настороженно наблюдают за происходящим.

Орлов скинул с себя остатки рубахи и сполз прямо на пол, прислонившись к ближайшему контейнеру. Он чувствовал себя так, словно несколько суток подряд разгружал мешки с картошкой. Выжатый как лимон. А болит, такое чувство, будто каждая клетка тела. Даже кончики волос.

– Неужели все зря? – как-то обреченно произнес он, наблюдая за тем, как рог в его руках рассыпается в пыль и осыпается на пол.

– Нет, – решительно покачала головой Кали. – В магическом зрении, вы этого не увидите, но тут такое творится, что мне страшно… Серьезно.

– А как глянуть?

– Никак. Я могу это наблюдать только потому, что была Богом и умею работать с такой энергией. А вы – нет.

– Но… – попыталась возразить Ализэль.

– Это энергия не вашего Бога, – перебила ее Кали, – поэтому вам она недоступна. Издержки жречества, так сказать.

– Как думаешь, все получилось? – устало поинтересовался Виктор.

– Не знаю, – покачала головой Кали. – Но тут такие силы крутятся, что, если где что не так, от нас даже мокрого места не останется. Даже от меня.

Так и сидели.

Девочки в ожидании катаклизма перебрались к Виктору и прижались. Потому что уже через несколько минут в помещении начало мигать освещение и чуть-чуть подрагивать стены. Бежать, по мнению Кали, было бессмысленно. Ибо если жахнет, то на пару дней пути все в фарш превратит. Вот девчонки и нервничали, сбившись в кучу, словно цыплята. Разве что Виктор по-философски «смотрел» на все происходящее, так как пригрелся в окружении своих женщин и банально заснул. Нагло. Подло. И совершенно безответственно. Но трястись вместе со всеми сил у него уже не было. Да и желания…

Пробуждение было совсем не таким, как в прошлый раз. Да и снов никаких не снилось. Тихий, спокойный отдых.

Виктор открыл глаза, поняв, что лежит на постели, заботливо укрытый каким-то покрывалом, и на подушке. И это шло вразрез с последними воспоминаниями и холодным полом зала, на котором он отключился. Какой-то потолок. Где-то он его уже видел. Это же та самая комната… Он резко повернулся и встретился взглядом с как-то мягко, нежно улыбавшейся прапрабабушкой. Ну или сколько там поколений разделяли их? Которой, впрочем, на вид он не дал бы и двадцати пяти лет. Разве что глаза ее выдавали. По всей видимости, до консервации она прожила не одну тысячу лет.

– Доброе утро, – произнесла Арьяна.

– Доброе, – немного сконфуженный ответил Виктор. – Это мне снится или все получилось?

– Ты справился. Ты умница, – мягко и очень пластично кивнула она. – На самом деле мы не верили в успех. Ведь ты совсем не разбираешься в магии. По нашим меркам – словно ребенок. Но иного шанса у нас не было.

– Вы тогда не сказали, как вам удалось все это провернуть. Может быть, расскажешь сейчас?

– Мы знали о том, что нас собираются атаковать, – от двери произнес Валиар. – Но накопителей на всех у нас не хватало. Поэтому, отобрав наиболее одаренных, перешли в бункер. Кроме того, кто-то должен был имитировать наше присутствие. Сканеры Кхетов легко могли пробиться через завесу и обнаружить опустевший город. Без подробностей, конечно, но все же…

– Они знали, что смертники?

– Да.

– А что дальше?

– Силу удара джаггернаута мы знали и прекрасно понимали, что эта примитивная завеса ее не выдержит. Готовых стационарных щитов-то нам не досталось. А новые мы специально не разворачивали, стараясь не провоцировать их. Когда же они понадобились, оказалось уже слишком поздно.

– Поэтому, – продолжила Арьяна, – мы решили обмануть врагов, имитировав нашу смерть, использовав энергию удара для консервации.

– А он пробил бы до бункера, если бы вы не схитрили?

– Нет, – не задумываясь ответил Валиар. – Но после удара центральная часть завесы должна была практически развеяться, что позволило бы на корабле обнаружить живые объекты.

– В бункере?! – удивился Виктор.

– Для их сканеров его залегание неглубокое. Он ведь был построен еще до войны, задолго до войны. Тут даже экранов серьезных не было. Конечно, одного удара на него не хватило. Но после десятка они бы нас достали гарантированно, оставив на месте города одну большую воронку глубиной практически в километр.

– А они не могли высадить десант для контроля?

– Могли, но не стали. В любом случае это был очень большой риск.

– Всех удалось нормально вывести из консервации?

– Нет. Выжили только самые сильные. Семьдесят три из трехсот пятнадцати. Остальные рассыпались прахом.

– Ну что же – это не так плохо, – чуть подумав, произнес Виктор. – По крайней мере, семьдесят пять И’ри’тор – это лучше, чем один или два, ну, еще мой отец, если удастся его вытащить сюда.

– Мы постараемся его вытащить, – серьезно произнес Валиар. – Сейчас каждый представитель нашего народа – огромная ценность. Даже эта прохвостка Цири, которую, по-хорошему, нужно было казнить еще тогда.

– Что же она такого натворила?

– Тебе не стоит знать, – мягко произнесла Арьяна. – Но, думаю, у девочки было время подумать над своим поведением.

– Пожалуй, – хмыкнув, согласился Валиар.

Глава 7

Виктор с нескрываемым удовольствием завалился на мягкий диван в своих апартаментах в анклаве солнечных эльфов Белой скалы. Практика закончилась, а они смогли вернуться в пределы хоть какой-то цивилизации. Конечно, в Дол Амоне в будущем станет намного комфортнее, но то в будущем. А сейчас там походное положение. Даже спать приходится на крохотных постельках бункера. Да и то – не всем и не всегда…

Но отдохнуть ему не дали – сразу вломилась делегация из всех четырех жен и Арьяны, которая отправилась к своему потомку. Все-таки для них с мужем он был слишком непонятный, а потому непредсказуемый. Темной лошадкой, за которой нужен присмотр.

– Виктор, – с укором произнесла Арьяна, глянув так, что Орлов невольно подобрался и встал. Хотя никакой угрозы с ее стороны не шло. Просто он вдруг почувствовал сильный стыд… непривычно и непонятно. Странное чувство, от которого он совсем уже отвык, застало его врасплох.

– Что это я… – несколько растерянно произнес Орлов, слегка напуганно поглядывая на свою прародительницу. – Дамы, присаживайтесь. Чай, кофе, самогон?

– Сок, – мягко улыбнувшись, произнесла Арьяна.

– Фрукты, овощи?

– Они тоже будут сок.

– Хорошо, – кивнул Виктор и пулей вылетел из апартаментов, вроде как распорядиться. Но, по сути – просто отдышаться. Прародительница была чудовищно сильным магом Разума. Настолько, что ее давление в ментальном плане буквально придавливало к земле. Не помогали ни щиты, ни воля. Она не кричала, не хмурила брови. Нет. Она просто говорила, мягко, вежливо. И ты не мог отказать. Он заметил это еще во время похода, но тогда она сдерживалась, стараясь его не задеть. А тут – первый раз надавила прямо на него, ставя на место. Все-таки в этом мире слишком сильны традиции матриархата и публичная роль женщины. А тут он весь из себя красивый.

«Зря я полез в это дело… – подумал Орлов, прислонившись затылком к стене. – Родственнички. Мать их… Но их понять можно. Кто я им? Седьмая вода на киселе. Случайный попутчик, непонятный и чужой. Попользуются и бросят. Да я им уже не нужен… сразу видно – стал лишним. Мавр сделал свое дело. Мавр может уходить…»

«Прости», – вдруг отчетливо прозвучал в голове голос Арьяны, да так, что Виктор вздрогнул и стал озираться.

«Ты еще и мысли мои читаешь?»

«Да. Но я не хотела тебя обидеть. Просто забылась. Никак не могу привыкнуть, что ты мой внук».

«Вот-вот. Чужой, совсем чужой. И я слишком много знаю…»

«Виктор!»

«Вы меня убьете или посадите, как Цири, в какую-нибудь железку?»

«Как ты такое мог подумать?!» – возмутилась она.

Но Виктор ничего не ответил. Его глаза прищурились. А по всему телу стала разливаться злость. В голове чисто. Никаких мыслей. Он переключился на режим рефлексов. Выжить. Выжить любой ценой. И время пошло на минуты.

Орлов не стал размениваться на мелочи и действовал предельно быстро, благо что он после похода еще не переоделся. Выскочив из анклава давно продуманным способом, он направился в банк Атагат. Требовалось снять немного наличных монет и, прикупив пару лошадей, поскорее покинуть этот гостеприимный город.

Контакт с Арьяной разорвался в сотне шагов от анклава. Даже ее возможности были не безграничны.

Как он мог вести себя столь беспечно? «Дурак… какой же я дурак… идиот! – ругал он себя мысленно. – Как я мог так глупо вляпаться?»

Никаких препон на пути не встречалось. Да и лошади нашлись на удивление легко.

Но куда ехать?

Он задумался, чувствуя себе еще большим дураком с каждым следующим мгновением. Ведь его нигде не ждут. Он нигде не нужен. Да и вообще – он умер. А то, что он пока еще дышит, – сущее недоразумение. Ему вдруг все стало казаться таким бренным, глупым и бессмысленным… Он прикрыл глаза, погрузившись в свои мысли, которые на удивление увели его далеко от этих мест. Детство. Юность. Прелестница Ирина, из-за которой вся эта канитель и началась…

Вдруг кто-то очень осторожно и нежно коснулся его плеча.

Он вздрогнул, потому что, вынырнув из воспоминаний, сразу почувствовал… ее. Виктор обернулся:

– Из нашего казино так просто не уходят?

– Я не хотела тебя обидеть, – проигнорировав его вопрос, примирительно сказала Арьяна. – Прости.

– Я здесь действительно лишний. Слабое звено. Мне лучше уйти.

– И ты бросишь своих жен? Они ждут детей. А Кали так и вообще – двойню.

– Но…

– Не ты один силен в магии жизни, – мягко улыбнувшись, ответила Арьяна. – Ты оставишь своих жен и шестерых детей?

Виктор молча смотрел на свою прародительницу немигающим глазом. Он не знал, что ей ответить. Ведь, с одной стороны, – все так. Она права. А с другой – чистой воды шантаж.

– Что ты молчишь?

– Ты ставишь меня перед сложным выбором. Мне нужно подумать.

– В чем же его сложность? – удивленно выгнула бровь Арьяна.

– Выполнить долг сердца и стать рабом или предать, но сохранить себя. Пусть и ненадолго. Я прекрасно понимаю, что меня очень быстро убьют после потери поддержки со стороны таких серьезных сил, как солнечные и темные эльфы. Да еще вы. Вам не нужна огласка. А меня могут взять в плен и под пытками узнать много интересного. Вы не дадите мне далеко уйти. Это опасно для общего дела.

– Ты – мой внук! – с нажимом произнесла Арьяна, вновь стихийно применив ментальный прессинг. – Я никогда и никому не позволю сделать тебя рабом!

– И как тогда понимать эту сцену?

– Мне не понравилось, что ты так пренебрежительно отнесся к женам. Где твое воспитание? Так нельзя себя с ними вести! В походе – еще куда ни шло. Но…

– Это мое дело! – зарычал на нее Виктор. Холодная злость, вновь поднявшаяся из глубин его личности, довольно недурно противостояла ментальному прессингу.

– Что? Ох… – опомнилась Арьяна, убирая давление.

– Вот видишь. Ты даже не задумываешься, пытаясь меня подчинить. Указать мне мое место. Я был искренне рад кровным родственникам после практически года одиночества. Но теперь я не знаю, что и думать. Я разочарован. Вместо поддержки получать это… Спасибо.

– Не дури, – нахмурившись, произнесла прародительница. – Я научу тебя ставить щиты. Это просто, хотя местные дикари с ними и не освоились.

– Не забывай – я тоже дикарь.

– Слушай, что ты хочешь? – наконец не выдержала Арьяна. – Я перед тобой уже извинилась. Дважды! Поверь – я делаю это редко. Очень редко. Ты отлично понимаешь, что уйти ты не сможешь, верно оценив ситуацию. Неужели тебе правда хочется умереть?

– А убьешь?

– Нет. Ты не в себе. Явно сказывается усталость.

– Тогда я уйду.

– Не уйдешь, – усмехнулась Арьяна. – Я хочу объясниться с тобой по-хорошему. Так будет лучше. Но если будешь брыкаться, то применю силу. И ты подчинишься. Но ведь тебе не хочется по-плохому. Ведь так?

– Я знаю еще одно решение.

– И какое же? – заинтересованно произнесла прародительница.

– Вот такое, – Виктор аккуратно извлек из кобуры пистолет и приставил себе к виску. Еле смог. Потому что Арьяна все поняла и, применив магию, постаралась взять его под свой контроль. Она уже видела действие пистолета. Но не тут-то было. Злость, бурлящая в нем, очень помогла, хотя и не сильно. К тому моменту, когда ствол уперся Виктору в висок, рука окончательно онемела, и он вряд ли смог бы выстрелить, но лицо Арьяны подернул натуральный страх. – Ты ведь не сможешь всегда быть рядом, – холодно произнес Виктор.

– Дурак… ой дурак, – покачала головой Арьяна. – Если бы мы хотели тебя убить, то ты погиб бы во время одного из нападений. Опасных моментов было достаточно. И никто бы ничего не заметил. Погиб. Трагедия. Что поделать? Но ведь ты здесь. А я пытаюсь с тобой договориться. Не будь таким эгоистом. Дай мне шанс. В конце концов, нас разделяют три тысячи лет и пропасть культуры. Ты из другого мира. Кали говорила. У вас многое иначе. У нас с Валиаром больше никого нет. Ты – наш единственный потомок. Подумай, кем мы должны быть, чтобы убить тебя или посадить на цепь?

– А мой отец?

– Мы не уверены, что до него можно добраться в обозримом будущем. Кроме того, в нем начались деструктивные процессы, вызванные магией крови. Он начал стареть и может не пережить инициацию. Не факт, что получится его восстановить, даже если сможем его вытащить. И проблема не в старости тела, а деградации свернутой энергетической структуры.

– Шанс… – произнес Виктор, обдумывая ее слова. – Хорошо, я дам вам шанс. Но в мои отношения с женщинами вы вмешиваться не станете.

– Хорошо, – кивнула Арьяна. – Без твоей просьбы – не будем. – После чего с помощью ментальной магии разжала пальцы руки и поймала выпавший пистолет. – Если я уберу давление, твои пальцы сожмутся. Несчастный случай нам не нужен, – объяснила она.

После чего они под ручку возвратились в анклав, предварительно вернув лошадей продавцам. А Виктор почувствовал себя жутко неловко. Такая глупая выходка. Как ребенок…

Глава 8

Боги не могут все всегда держать под контролем, особенно такие слабые и никчемные, что проживали в этом необычном мире магического постапокалипсиса. Поэтому потребовалось время, дабы с ними смогли связаться, и они, в свою очередь, явились в упомянутый анклав солнечных эльфов Белой скалы. Поэтому совсем неудивительно, что к прибытию экспедиции в Белую скалу ни Аматерона, ни Ллос на месте не было. Дела. Все-таки войну готовят. Носятся ужаленными зайцами по всему материку. Зато уже вечером появилась Ллос. Материализовалась прямо в зале апартаментов. Как обычно, обнаженная и прекрасная.

Она окинула взглядом компанию и усмехнулась.

– Кого я вижу! – с наигранной радостью произнесла она. – Кали! Так ты все еще жива?

– Не дождетесь, – хмуро буркнула бывшая Богиня, сверкнув глазами.

– Ай-ай-ай, – продолжила ехидничать Ллос. – Виктор. В поход ты уходил с двумя женами, и, как мне показалось, тебе этого было достаточно. А вернулся с пятью. Не много ли?

– Четырьмя, – поправила ее Арьяна.

– Хм… – задумчиво посмотрела на нее Богиня. – А ты, значит, просто его подруга? Хотя… – Богиня присмотрелась. – Маскировка. Да. М-м-м… какая прелесть! Давненько я этих амулетов не видела. Виктор, не будь букой, представь свою гостью.

Орлов выразительно посмотрел на прародительницу. Та кивнула и потянулась к кольцу, чтобы его снять.

– Думаю, вы знакомы. Я зову ее бабушкой Арьяной, – произнес парень, отметив, как лицо Ллос явственно вытянулось в удивлении. Она резко повернулась к странной солнечной эльфийке и замерла в ступоре. Перед ней сидела И’си’тор Арьяна ор’Лов. Та самая, которую она знала в былые времена.

– Ты верна своим привычкам, – произнесла прародительница, пристально глядя на Богиню. – Так и бегаешь голышом?

– Как ты смогла выжить? – тихим, чуть подавленным голосом поинтересовалась Ллос.

– Я не думаю, что этот вопрос требует обсуждения. В конце концов, потом, если Валиар посчитает нужным, расскажет.

– Валиар?! И он жив?!

– Да. И часть наших подданных тоже. Мой внук говорил, что идею отправить экспедицию высказала ты. Спасибо. Она оказалась очень своевременна.

– «…и солнца луч опять согреет древний дом теплом», – процитировал Виктор. – Пророчество сбылось.

– Это первый стих, – возразила Ализэль.

– И единственный, произнесенный пророком, – отмахнулась Ллос. – Остальные сочинили позже, в угоду политической конъюнктуре. – Да… – медленно произнесла она, присаживаясь в кресло. – Это довольно неожиданно. Но обретение таких союзников, как вы, – приятная новость. Тем более что вы смогли сохранить инкогнито.

– А ты думаешь, мы будем союзниками? – наигранно удивилась Арьяна.

– У нас общий враг, – пожала плечами Богиня. – Нет смысла вспоминать былые противоречия. Тем более что сейчас они не имеют смысла.

– Возможно, – чуть подумав, ответила Арьяна.

– И еще я помирилась с Аматероном. Благодаря твоему внуку, к слову. Так что у меня долг перед ним.

– Ладно. Оставим это. Я слышала, вы собирали войско? Как успехи?

– Мы установили Великое перемирие среди эльфов и запретили им нападать друг на друга. Всех эльфов. Солнечные смогли выставить четыре сотни. Темные – пять. Лунные – восемь. Остальные пока не определились. Но, думаю, еще пять-шесть сотен получится собрать. Может, больше.

– А что дальше?

– Мы очистим Ондостомен от нежити и возродим алтарь Аматерона. Город возродится.

– Вы думаете, что, отбив один город, сможете выиграть войну?

– Нет. Поэтому мы и отправили экспедицию в Дол Амон в надежде узнать, что делать дальше. Мы надеялись там найти ответы или хотя бы подсказки. Нам нужно ударить по врагу, но где его искать – не ясно. Единственное, что удалось выяснить, – наличие укреплений на внешних планах. Но соваться туда глупо. Сама знаешь – их легко свернуть. Только войска положим бестолково.

– Верно. Лезть в эти ловушки глупо, – мягко, чуть урча, как сытая кошка, произнесла Арьяна.

– Погоди-ка. Ты знаешь, где их логово? – насторожилась Ллос.

– Нет. Потому что у них нет единого логова. Ты помнишь кхетов?

– Такое не забудешь… – фыркнула Ллос.

– Так вот. Эти рептилии оставили присматривать за планетой своих дальних родственников – драконов.

– Ох…

– Неожиданно, правда?

– Почему же? – пожала плечами Богиня. – Это решение лежало на поверхности. Только никому в голову не приходило.

– Вот-вот. Нам тоже. Мы с Валиаром считали, что кхеты презирают драконов, считая их неполноценными выродками, уродами, чудовищами. Но оказалось, что все не так однозначно.

– Как вы узнали?

– Незадолго до удара с орбиты к нам пришла Сиракс – супруга их лидера. Ее было не узнать даже в упор из-за амулетов вроде этих, – кивнула Арьяна на кольцо маскировки. – Казалось, что это простая разумная, которая изменила внешность, не желая быть узнанной. Так вот. Она нам и рассказала, что скоро по нам ударят.

– Но зачем? – удивилась Ллос.

– Поссорилась с мужем… Интересно, где она сейчас? Мне она понравилась.

– Сиракс погибла почти тысячу лет назад, – хмуро произнесла Ализэль. – Я ее хорошо помню. Последние годы она жила в Ондостомен. Много рассказывала о былых годах.

– Погибла? От чего?

– Она, видимо, так и не помирилась с мужем. После очередного витка ссоры он ее и убил, разрушив заодно половину города. Мы вступились за нее, но не смогли отбить. А потом было уже поздно. С откушенными головами не живут.

– Что ж, это печально, – после недолгого раздумья произнесла Арьяна. – Сиракс стала бы нашим союзником. Она ведь из-за кхетов с мужем и поругалась. Ей надоело быть в подчинении у тех, кто презирает ее и весь ее род, считая за что-то вроде домашних питомцев. Захотелось свободы и независимости.

– Много ли на этой планете драконов? – попытался сменить тему Виктор.

– Восемь, – сразу же ответила Ллос. – Мы прекрасно чувствуем их присутствие, только не можем понять, где они. Оборотни высшего порядка. Три стандартные трансформации: истинная, боевая и малая. Засечь можно только в первой. В остальных – только если они совсем рядом. Как мы их будем искать – ума не приложу, – произнесла Ллос, вскочила и в задумчивости стала прохаживаться по помещению, зазывно виляя бедрами. Причем, делая это инстинктивно, а не нарочно.

– Сиракс поделилась с нами одним способом и отдала артефакт, который украла у мужа, – произнесла Арьяна. – Она говорила, что его изготовили кхеты. С помощью него они определяли точное направление, в котором находится дракон. Правда, как им пользоваться, мы не разобрались.

– Всего лишь направление… – хмуро произнесла Ллос.

– Точное направление – это очень много, – расплылся в довольной улыбке Виктор. – Есть метод триангуляции, позволяющий вычислять не только направление, но и дистанцию до цели. У нас это малыши в школе изучают. Простейшие формулы и расчеты. Если вы дадите мне устройство, я попробую разобраться. По всей видимости – это мой профиль. Кхеты ведь техническая цивилизация. Ведь так?

– Так, – медленно кивнула Арьяна.

– Кроме того, мне нужны будут нормальные карты. Иначе определить местоположение будет очень сложно, даже зная дистанцию и направление.

– У нас есть хорошие карты, – сказала Ализэль, что, впрочем, не вызвало особенного доверия и отклика со стороны Виктора. То, что казалось ей хорошим, могло проходить по категории «совсем никуда не годится». Но все нужно было смотреть и проверять…

Глава 9

– Товарищ полковник, разрешите войти? – поинтересовался в дверях хмурый майор.

– Да, проходи. Что у тебя?

– Дело Орлова неожиданно дало ход.

– Что конкретно?

– У отца откуда-то появились деньги. По совокупности, за минувший месяц он потратил порядка восьми тысяч долларов, что, как вы понимаете, при его пенсии нереально.

– Беседовали уже с ним?

– Да. Он сказал, что одна из любовниц сына узнала о трагедии и решила помочь.

– Любовница? Вот так взяла и подарила деньги?

– Десять тысяч долларов. Она состоятельная дама. Бизнесвумен.

– Вы ее пробили?

– Конечно. Все подтвердилось – женщина средних лет. Бизнесмен. Десять тысяч долларов для нее – вполне реальная сумма. Одна беда – она не гражданка России.

– США? Англия?

– Индия.

– Хм. А пропал без вести Виктор на Алтае…

– Так точно. Прямо на границе. Хотя женщина часто бывает в Москве.

– За квартирой установили наблюдение?

– Безусловно. А также мониторим все средства связи. Мы полагаем, что Виктор жив.

– Почему?

– Иван Семенович просто посветлел лицом. Вряд ли на него так подействовали деньги. Они жили хоть и довольно бедно, но не бедствовали. Мы считаем, что у него есть какая-то информация по тому делу.

– А эта баба, значит, курьер? Не жирно ли использовать таких людей для связи? Не советские времена. Есть методы и проще.

– Она действительно приходила к Орловым. Дважды.

– Мы можем ее пригласить для беседы?

– Только неофициально и то, если согласится. Я наводил справки. В посольстве о ней знают и очень уважают. Они прямо сказали, чтобы мы ее не трогали, если не хотим скандала.

– Неужели это работа индийской разведки? Смешно же.

– Нет. Она какой-то религиозный деятель.

– Еще лучше… – буркнул полковник…

Спустя сутки.

– Госпожа Бхарти? – обратился майор ФСБ к отдыхающей в кресле зала ожидания аэропорта индуске.

– Да, – кивнула она. – Что вам угодно?

– Майор Вольнов. ФСБ, – произнес он, демонстрируя удостоверение и позволяя его внимательно изучить. – Могу я задать вам несколько вопросов? Это не займет много времени.

– Какого рода вопросы?

– Нас интересует все, что вы знаете о Викторе Орлове.

– То, что он погиб на службе? – спокойно и холодно произнесла индуска.

– Вы помогли его родителям. Это так?

– Это мое личное дело.

– Если вы откажетесь отвечать, мы посчитаем, что Иван Семенович получил десять тысяч долларов иным путем и заведем на него дело.

– Вы хотите меня шантажировать? – прищурила глаза индуска.

– Нет. Только прояснить это дело.

– Да, я помогла Ивану Семеновичу и в случае необходимости помогу еще.

– Вы знаете, где найти Виктора?

– Да, – невозмутимо ответила дама.

– Не поделитесь?

– Отчего же? – пожала она плечами. – Он в другом мире.

Майор нахмурился, но не позволил себе грубости, понимая, что его и так хотят послать подальше. Обрывать едва теплящийся контакт было не в его интересах.

– Как далеко зайдет ваша помощь семье Орловых?

– Если вы начнете их допекать, то я перевезу их в Индию, где они смогут в покое встретить старость на берегу моря или в горах. Где им больше понравится. Они и без того многое пережили. Оставьте их в покое. Виктор изменил мою судьбу. Сделал ее лучше и светлее. Дал мне надежду. И я хочу отплатить его родителям тем же. Поэтому сказала им то, что они хотели услышать. Жить с надеждой всегда легче, чем без нее. Такой ответ вас устраивает?

– Да, – продолжил хмуриться майор.

– Поверьте, – продолжила индуска, – я прослежу, чтобы вы и ваше ведомство их не притесняли.

– Не беспокойтесь, мы сами желаем Ивану Семеновичу только покоя и счастья. Но дело уж больно странное. Мы полагаем, что Виктор выжил, – произнес он, внимательно наблюдая за реакцией женщины. Та лишь бровью повела. Выдержка очень хорошая.

– Это все?

– Позвольте личный вопрос?

– Спрашивайте.

– Мне сказали, что вы как-то связаны с духовной жизнью Индии. Не просветите?

– Вы серьезно?

– Мне всегда была интересна Индия и ее духовные традиции. И поэтому я в растерянности. Ведь вы совсем не похожи на служительницу культа.

– Любая духовная традиция имеет много граней.

– Но все они как-то связаны с Богами?

– В том числе.

– Вы не хотите про это говорить?

– Господин майор, – улыбнувшись ледяной улыбкой, произнесла женщина, – вы считаете меня идиоткой?

– Что вы! Нет, конечно!

– Тогда зачем вся эта комедия? – прищурившись, произнесла Кали.

– Излишнее служебное рвение, – нашелся майор. – Нам действительно очень важно понять, что произошло там, на перевале. Может быть, Виктору нужна сейчас наша помощь.

– Если я что-нибудь о нем узнаю, то сообщу вам. У вас есть визитка?

– Да, да. Конечно, – засуетился майор…

Несколько часов спустя.

– И что ты на все это скажешь? – поинтересовался полковник, завершив прослушивание.

– Она что-то знает, – не задумываясь, ответил майор.

– Я тоже так думаю. И за ее спиной стоят очень большие силы, позволяющие ей так себя вести. В Индии в таких делах черт ногу сломит.

– Если верить ответу провайдера, то с компьютера Орловых после первой встречи с этой дамой было сделано рекордное количество запросов на индийскую тематику. Из них, по частотности, выделяется явный интерес к культу Богини Кали.

– Почему не доложил?

– Ответ на запрос пришел только за четверть часа до доклада. Сам в дороге читал.

– Кали… – задумчиво хмыкнул полковник. – А ставки-то повышаются.

– Мы не знаем, какую роль она там играет.

– Если за нее вступилось посольство, то явно не последнюю. Ладно, идите, работайте. Но это дело на моем особом контроле. Доклад ежедневно. Что же там такое произошло? И да, чуть не забыл, передай запись разговора лингвистам, пусть разберут. У меня такое чувство, что она не сказала ни слова лжи…

Глава 10

Виктор стоял на небольшом горном плато, недалеко от Дол Амона. Рядом Арьяна в облике солнечной эльфийки. Жен не было, их пришлось оставить в Белой скале, так как они все находились далеко не на первом месяце беременности. Такие приключения пока были не для них.

– Это то самое место? – задумчиво спросил Орлов, разглядывая засыпанные пылью древние руины, явно пережившие несколько удачных попаданий чего-то тяжелого, но не орбитального.

– Да. Именно отсюда я проникла в тот мир, где ты вырос.

– А что здесь случилось?

– Драконы… точнее дракон. Только Тарангер[24] мог вообще решиться на такое безумие. Разрушать порталы глупо, тем более что он вполне мог его контролировать. Дикарь.

– Мы можем его отремонтировать?

– Конечно, хотя это не просто.

– И в чем главная сложность?

– В том, что незаметно его не восстановить. Я уверена, что он оставил здесь несколько спящих наблюдателей. Ты ведь чувствуешь то, какой тут сумбурный фон. У действующего портала все иначе.

– А почему спящих?

– Потому что иначе не обеспечить слежение на протяжении тысяч лет.

– То есть, чтобы отремонтировать портал, нам нужно либо забрать отсюда эти блоки и собрать их где-то в другом месте, либо придумать, как обмануть наблюдателей?

– Скорее второй вариант, потому что попытка вывезти отсюда обломки сейчас выльется в сложную операцию с привлечением натуральной толпы. Вряд ли агентура драконов об этом не узнает.

– Ясно, – кивнул Виктор. – А если уничтожить наблюдателей? Как в старой шутке – нет человека, нет проблемы.

– Ты еще их найди… – усмехнулась Арьяна. – Видишь, какие помехи в магическом фоне.

– Что они из себя должны представлять?

– Витя, зачем тебе это? – нахмурившись поинтересовалась прародительница.

– Какая перед нами сейчас стоит задача? Быстро перебить драконов. Я прав?

– В целом – да.

– Дракон – это органическое существо с большой способностью к магии. В истинном виде обладает впечатляющими размерами, мощной чешуей, которую можно пробить только тяжелыми осадными машинами. Ну и, как «приятный» бонус, могучим щитом, замедляющим все летящие в него предметы. Все так?

– Вполне.

– Вы сошлись на совете устраивать драконам засады-приманки после обнаружения. Да такие, чтобы дракон был вынужден принять одну из своих малых трансформаций. После чего бить его коллективно и долго. А потом хоронить тех, кто не пережил сражение. Ибо в истинном виде его даже повредить будет чрезвычайно сложно, убить же имеющимися у нас средствами так и вообще нереально. У драконов в этой трансформации не только мощное защитное поле, вес и крепкая чешуя, но и в целом очень высокая устойчивость к магии. Они ее, гады, поглощают всем телом в огромном количестве. Как накопители.

– И зачем ты мне это пересказываешь? – повела бровью Арьяна с некоторым недоумением.

– А затем, что одной спаренной ЗСУ-23 хватит, чтобы взгреть дракона в любой проекции даже в истинном виде.

– Ты серьезно? – нахмурилась прародительница.

– Более чем. А если прихватим тридцатимиллиметровый автомат да зарядим его кумулятивными снарядами, то вообще – гонять их станем ссаными тряпками по округе. Да чего уж там – одного противотанкового гранатомета хватит, чтобы насовать ему счастья по самые гланды. Техника, бабуль, она не магия. Или ты думаешь, почему вас кхеты победили? Если речь идет о разрушении, то нет ничего более совершенного и могущественного, чем техника в руках дилетанта.

– Звучит бредово… – покачала она головой.

– Как устроен стандартный щит, замедляющий метательные снаряды? Фактически – это сеть. Многослойная такая сеть. Как его пробивают не маги? Бьют залпами. Зачем? Затем, что это приводит к локальной перегрузке того или иного узла.

– Щит дракона так не пробить.

– Энергия… эм… стрелы, с которой ЗСУ-23 будет бить в щит, – в полторы-две тысячи раз выше той, которой может постучаться обычная стрела из лука. И долбить эта игрушка будет с частотой двадцать – тридцать пять раз каждый удар сердца. Как ты думаешь – достучится?

– Хм… – задумалась Арьяна, серьезно задумалась…

– Поэтому, бабуль, нам нужно любой ценой восстанавливать этот портал. Ведь иначе мы рискуем потерять и без того немногочисленную популяцию И’ри’тор в драках с драконами. Это, конечно, очень благородно. Честный поединок и все такое. Но я плевать на это хотел. Ибо задача настоящего воина не умереть, а убедить испустить дух своего противника. А потом будут девочки и медовуха.

– Виктор! – осуждающе воскликнула Арьяна.

– Извини. А также мальчики и Бейлис[25]. Но это будет потом, – поспешно продолжил Виктор, не давая бабушке его отчитать. – А пока – нам нужно найти этих наблюдателей.

Эпилог

Тарангер сидел в своем особняке в Белой скале и, наблюдая за тем, как солнце уходит за горизонт, обдумывал происходящее. Один и даже два И’ри’тор не являлись проблемой. По крайней мере, для него. Как и эта армия. Что они смогут сделать? Отбить Ондостомен? Ну и пусть. Он умеет ждать и в следующее божественное затмение не повторит своей ошибки. Тем более что эльфы в любом случае понесут впечатляющие потери. Однако что-то ускользало от его внимания, и это действовало на него хуже зубной боли.

Примечания

1

К М Б – курс молодого бойца, начальная стадия военной подготовки новобранца.

2

Имеется в виду 32-я отдельная мотострелковая бригада, стоящая в Новосибирской области.

3

Ф а б л е т – разновидность коммуникационных устройств. Нечто среднее между смартфоном и планшетом.

4

И Р П – индивидуальный рацион питания. Сухой паек Российской армии, применяемый во время учений и боевых действий. Одна порция, рассчитанная на сутки, весит 1,75 кг.

5

К х а л и с и – она все знает, не зря же она стала матерью драконов.

6

На удаленной заставе в глухом углу в комплекте могло быть все что угодно. Уставное снаряжение/вооружение доставали только во время проверок. А они происходят по праздникам. В остальное время могли даже в американской или китайской форме рассекать с тем вооружением/снаряжением, которое было им удобнее всего.

7

Имеется в виду фильтр НФ-10 и комплект сменных картриджей.

8

Б а л а к л а в а – вид вязаной шапочки, полностью скрывающей лицо и шею. Имеет прорези для глаз и рта. Впервые появилась во время Крымской войны 1853–1855 годов в Крыму, откуда и название, связанное с местностью.

9

Виктор, как опытный сержант, стремился обеспечить себя только лучшим. Поэтому выбил кордовский автомат сотой серии, который имел значительное эксплуатационное преимущество перед штатным «АК-74».

10

Старший сержант Орлов был одет в полный комплект «Ратник», который смог пробить себе персонально намного раньше всей части. Причем не только одежду, но и все необходимое снаряжение, включая комплект для модернизации своего «АК».

11

Стараясь покрасоваться, Виктор достал себе знаменитый Colt 1911A2 в очень хорошем исполнении. Неуставное оружие, но кому какое дело на глухой заставе? А ему приятно.

12

«Манки» и «парапет» – виды прыжков в паркуре для преодоления вертикального препятствия средней высоты.

13

Э р г – единица измерения магической энергии.

14

По прибытии в город Ализэль наняла небольшую группу наемников, которые за долю в добыче сгоняли на лошадях к месту битвы и вьюками вывезли все «железо», оставшееся как от эльфов, так и от орков. Не пропадать же добру? В качестве наблюдателя уехал сотрудник банка Атагат, разумеется, не бесплатно.

15

Половой диморфизм – анатомические различия между самцами и самками одного и того же биологического вида, исключая различия в строении половых органов. Тела эльфов, конечно, отличались, но степень выраженности пола была намного ниже, чем у людей или орков. Так, например, у эльфов не было в принципе никакого волосяного покрова на лице. Вообще.

16

П р а н а – жизненная сила.

17

И м п е р и а л – тяжелая золотая монета из чистого золота, получена магическим путем, магией же и защищается от истирания и разрушения. Каждый империал стоит около пяти обычных золотых, отличающихся от него чистотой, размером и чеканкой.

18

А л и з э л ь – маг жизни. А значит, ее муж сможет жить столько, сколько она пожелает. Омоложение и исцеление не хилый аналог регенерации. Этакий гарант очень долгой жизни. Если, конечно, не убьют и с женой не поругается.

19

Н о’ р и – оригинальное название этого вида древкового оружия на языке народа И’ри’тор.

20

К а р о л и н е р ы – элитная шведская пехота, существовавшая в период с 1660 до 1721 года. Считалась наиболее боеспособной пехотой Европы и мира. Славилась натиском и штыковой атакой. Неоднократно побеждала численно превосходящего противника. Была разгромлена губительным огнем русских пушек под Полтавой в 1709 году. Потери были столь чудовищны, что оправиться каролинеры уже не смогли.

21

Фрагменты песни «Последний воин мертвой земли» группы «Оргия праведников».

22

Э ш – название десятки воинов.

23

Девушка намекает на известную фразу из шутливого перевода «Властелина Колец» от Оперуполномоченного Гоблина. Именно эту версию фильма Иван Семенович любил и неоднократно смотрел со своим сыном.

24

Т а р а н г е р – вождь драконов этого мира. Верный последователь кхетов.

25

Б е й л и с – сливочный ликер на основе виски. Как правило, уважаем дамами.

Content

Михаил Ланцов
Погранец повышенной проходимости

Пролог

Часть I Вежливый мужчина

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Часть II Блек-джек

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Часть III Рок-н-ролл

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Эпилог

Примечания