Севенкова Альбина

Отражение ночи

Альбина Севенкова

Отражение ночи

Глава I

Я дождусь. Снег растает, и вешняя вода унесёт мою печаль.

Огонь свирепствовал и пожирал огромный замок, уничтожая ночную мглу вокруг. Юный король мрачно усмехался, глядя на разыгрывающееся действие. В его черных глазах отражались языки пламени, а на темные длинные волосы падали крупные хлопья снега. Казалось, что он не замечал ни холода зимней ночи, ни жара догорающего прибежища лютого врага. Лица двух его подданных, стоявших рядом, словно отражали то же презрение и равнодушие.

Воины королевской охраны бросили к их ногам изможденного человека.

— Ты выходец из преисподней! Змееныш, жаль, что я не прикончил тебя тогда, когда ты был сопляком!

— Все надо делать вовремя, — насмешливо сказал монарх. — Как это у тебя не получилось? Ведь ты сильно старался.

Лицо герцога обезобразил оскал. Он сплюнул на снег кровью и с трудом встал на колени.

— Да, и не только я. Если ты хотел это узнать.

— Не утруждай себя оглашением списка, червяк, — бросил властитель, отправляя в ножны тяжелый меч. — Их всех уже почти нет. Предатели окончат свои дни в стенах «Холодной башни».

Поверженный вздрогнул, и это не укрылось от взора короля.

— Я могу просто казнить тебя.

Герцог взглянул в глаза своего врага с надеждой и мольбой.

— Скажи мне, кто этот маг?

Взгляд приговоренного потух, а в голосе его собеседника зазвенел гнев.

— Кто он? Тот, кто смог в одиночку положить целый твой легион и никого при этом не убить. Это невозможно! Но я сам видел это. Две сотни закаленных воинов! Магов! Ты ведь был там!

Окровавленные губы герцога дрогнули и сложились в кривую ухмылку.

— Ты думаешь, если бы я знал кто он, ты бы оказался на престоле? Этот кто-то обставил меня и всех последователей ордена «Золотого льва». И в стране снова правят «Вороны», и ты — щенок. Ты представить себе не можешь, сколько раз мы пытались подобраться к тебе…

Король Робин равнодушно отвернулся.

— Повесить? — спросил Артур — юноша с длинными рыжими волосами, почти не меняя надменной позы, в которой пребывал на протяжении разговора.

— В башню, — приказал король.

Артур коротко кивнул воинам.

— Нет! — закричал пленник. — Нет! — ты не можешь так поступить! Будь ты проклят! Ты уже проклят! Ты последний из рода!

Красивое лицо удаляющегося Робина ничего не выражало. Его неизменные спутники, преданные Артур и Эдвард, шли немного позади.

— Собери отряд, — бросил Робин русоволосому Эдварду. — Уезжаем.

Юноша повернулся и неожиданно был атакован, невесть откуда взявшейся седой женщиной.

— Ваше величество! — Ее резкий голос пронзил морозную тишину.

— Ты ошиблась, ведьма, — холодно сказал Эдвард и одним движением оттолкнул от себя старуху, успевшую обхватить его колени.

— Чего ты хочешь? — спросил монарх, окидывая незнакомку усталым взглядом.

— Я…, - растерялась та, — я, есть предсказание.

— Что ты можешь предсказать мне, если даже не смогла меня узнать.

— Не суди так строго, юный король. Мне осталось жить лишь несколько часов.

— Говори, — тяжело вздохнул Робин.

— Я прошу, забери отсюда мою правнучку. У нее никого не останется после того как я умру.

Мужчины заметили тень, шевельнувшуюся неподалеку. Артур шагнул вперед и вытащил из-за сугроба девушку-подростка в серых лохмотьях.

— Солдаты, — обратился король Робин к собравшемуся отряду. — Кто возьмет ее в жены?

Артур обхватил почти детское лицо рукой в черной перчатке и повернул его к свету.

— Я, ваше величество, — раздался голос из толпы.

Безликий воин подошел ближе, снял плащ и, завернув в него девушку, посадил на коня. Эдвард, поняв кивок короля, бросил воину мешок с монетами.

— Уходим, — лениво произнес Артур.

Монарх первым легко вскочил в седло своего вороного жеребца. А ведьма тем временем вышла из оцепенения, подбежала к нему и схватилась за стремена.

— Ты не выслушал меня! Есть женщина, которая сможет подарить тебе наследника! Она последняя из пришедших.

Робин молча взирал на свою странную собеседницу, демонстрируя глубокое равнодушие, и уже тронул уздечку.

— Анна Рейн. Ее имя Анна Рейн!

Всадники мчались навстречу ночи следом за своим монархом, а ведьма еще долго задумчиво смотрела им вслед.

Королевский замок, построенный из черного камня, давил на обывателей своим мрачным величием. В своей спальне Робин задумчиво смотрел на очаг, в котором свирепо играли языки пламени. Он лежал на кровати, застеленной шкурами белых медведей, и перебирал золотые волосы своей спящей любовницы.

Раздался условный стук, и дверь распахнулась. В комнату вошел Артур и протянул ему пожелтевший свиток. Тот слегка приподнялся на постели, провел рукой над головой блондинки, магически сделав ее сон глубоким, и встряхнув бумагу одной рукой, пробежался по ней взглядом.

Тем временем Артур, совершенно не обращая внимания на полуобнаженную красавицу, вальяжно занял обитое кожей кресло возле огня. Он испытующе вглядывался в лицо короля.

Робин легко вскочил с ложа и встал рядом с Артуром. В полумраке его совершенное, полное жизни тело, смотрелось особенно завораживающе. Он бросил свиток в огонь.

— Магический щитообразователь наконец-то найден, — вполголоса произнес сидящий юноша. — Это место близко. За полдня мы сможем съездить туда и вернуться обратно.

— Кому доверен ключ от пещеры? — поморщившись, спросил Робин.

— Анне Рейн.

— Кому? — В голосе короля послышались несвойственные ему нотки удивления.

— Я сам удивился, что Грей Лисборн, заработавший репутацию женоненавистника, доверил ей ключ.

— Это имя, — протянул Робин.

— Да, это о ней говорила та сумасшедшая прорицательница, — отмахнулся дворянин.

— Ты послал к ней за ключом?

— Нет, приказал ей явиться ко двору.

— Зачем? — король удивился еще больше.

— Магическая зависимость. Только она сможет открыть дверь в пещеру.

— Что-то тут точно нечисто. Что ты о ней узнал?

— Графиня Рейн. Владелица провинции. У черта на куличках. Там неплодородные земли, практически пустыни. Никуда не выезжала последние пятнадцать лет. Воспитала племянника, он уже взрослый.

— Кто племянник?

— Графство по соседству. Наследник земель Одена.

После этих слов Робину показалось, что пламя в очаге полыхнуло с несвойственной ему силой. Он перебил, говорившего Артура.

— Наследник Одена?! Я искал его, а он преспокойно рос в пустыне? Кто такая эта Анна Рейн?

— Ты его искал? — на этот раз пришла очередь удивляться Артуру. — Зачем?

— Кто такая эта Анна Рейн?

— Я уже сказал все, что о ней знаю. Данных в архиве о ней почти нет. Если только…

— Что? — в нетерпении юноша даже наклонился к собеседнику и схватился за поручни кресла.

— Твоя суженая! — расхохотался Артур. — По возрасту, она тебе в матери годится. Да еще, наверное, страшна, как смертный грех. Недаром никто замуж не взял, даже с графским титулом.

Робин снисходительно подождал, пока смолкнет гомерический смех подданного и провещал:

— А теперь заканчивай тупить. Наследник Одена, благодаря своей родословной, имеет столько же прав на престол, сколько и я.

Ответом монарху стали широко раскрытые глаза рыжего Артура и выступившие на лбу капли пота.

— А если учесть, что у него, скорее всего, могут быть дети, в отличие от меня, то сделай вывод, на чьей голове будет лучше смотреться корона!

Сказав это, Робин одной рукой смял выкованный из тяжелого металла кубок с вином, а его подданный, увидев это, поспешил ретироваться в холл. Выбегая через дверь, он на полном ходу врезался в Эдварда, шедшего навстречу.

— Что? — спросил воин-целитель, остановив друга железной рукой.

Вслед Артуру вылетела смятая посуда, и раздались ругательства.

— Он, оказывается, все это время наследника Одена искал! — прозвенел рыжеволосый. — Да, а я же должен был об этом догадаться! Я же прорицатель в третьем поколении!

Эдвард не успел ответить, как из спальни выскочил разгневанный король и прорычал:

— Вы еще здесь?! Поднять все архивы, всех допросить, чтобы завтра была нужная информация и родословная лежала у меня на столе.

— Чья? — не удержался глава клана Медведей.

Вместо ответа в них снова полетела поднятая с пола многострадальная посуда.

* * *

Утром Артур и Эдвард ждали короля в зимнем саду возле фонтана. Неяркие солнечные блики играли в рыжих волосах Артура.

— Все архивы засекречены. Я такой защиты ни разу не видел. И стоит королевская печать.

— Самого Льва седьмого?

— Да. А одно предсказание ведьмы сбылось. Подоспели как раз на ее похороны. Ее малолетняя правнучка не знает ничего.

В оранжерею величественно вошел Робин Первый.

— Доброе утро.

Главы кланов недоуменно переглянулись. Король продолжил:

— Сколько времени уйдет на то, чтобы взломать защиту?

— Не меньше недели, — отчеканил Артур.

— Когда приедет графиня?

— Ну, я дал три дня. Сам понимаешь: тетки, кареты, кринолины… Сейчас встреча с военным министром. У него много интересного накопилось.

— Да, — холодно сказал Робин. Все это интересное я знаю наизусть. Если Арения и Пиран объединятся, нас разорвут на части. И такой поворот событий — вопрос времени. Да, Линею отошли из дворца.

— Это твою последнюю любовницу? — спросил Эдвард.

— Последнюю? Типун тебе на язык, — ответил светлейший монарх.

— И что с ней делать? — вклинился Артур.

— Выдай замуж, — бросил король.

— Она уже замужем, — не сдавался рыжеволосый.

— Тогда надари подарков и отправь к мужу, — снова отмахнулся Робин.

— Да, это ты правильно, Робин, — вдруг сказал Эдвард, загадочно сияя зелеными глазами. — У тебя же теперь нареченная есть. Тебе не до любовниц.

Раздался дружный хохот, и Робин поморщился.

Пока приятели предавались веселью, в проеме появился дворецкий и обратился к первому лицу:

— Ваше величество, графиня Анна Рейн просит аудиенции.

— Что?! Она что, за ночь добралась сюда что ли?! — в один голос вскрикнули представители высшей аристократии.

— Велите пропустить, — приказал Робин.

Все трое с любопытством уставились на двери.

— Графиня Анна Рейн, — объявил дворецкий и трижды стукнул посохом в пол.

От видения, которое вскоре предстало, у всех троих перехватило дыхание.

Она была красива и юна. Однако вовсе не физическое совершенство приковывало к ней взоры. Идеальная красота среди придворных дам — не редкость. Карие глаза, темные необычно густые волосы, тонкий стан, совершенные черты лица и нежный румянец, будто отходили на второй план перед идущим от этого существа теплом. Юный король на миг вдруг потерял чувство реальности. Казалось, что пока она рядом, с ним не случится ничего плохого.

Тем временем, девушка, робко оглянувшись и вопросительно посмотрев на него, подошла ближе и сделала реверанс:

— Здравствуйте, ваше величество. Лорды.

Эдвард и Артур поклонились в ответ.

— Я привезла ключ по приказу вашего величества, — она прервалась, просунув руку в полы скромного плаща, из-под которого выглядывало не менее скромное дорожное платье.

— Мадам, вы в своем уме? — вдруг резко пронзил тишину ледяной голос короля.

Гостья испуганно и недоуменно посмотрела на монарха:

— Простите, ваше величество?

— Явиться на прием к главе государства в фальшивом магическом облике? Чем вы думали?! И как вы прошли через арку, ведающую всех? Придется вам помочь смыть это безобразие.

Робин схватил прекрасную особу за руку, и, резко крутанув вокруг оси, отправил в фонтан. От неожиданности, стоявший неподалеку дворецкий, охнул, Артур и Эдвард закашлялись, а вот Анна, оказавшаяся в воде, не издала ни звука. Толчок получился настолько сильным, что она не удержалась на ногах и села прямо в чашу. Переливающиеся серебром струи промочили ее насквозь. Смешно шмыгнув носом, графиня убрала с лица мокрые пряди и спросила:

— Мне уже можно выйти? Или ваше величество прикажет посидеть здесь еще какое-то время?

Пока король пристально изучал ее, на его лице не дрогнул ни один мускул, вот только в черных глазах зарождался странный блеск:

— Выходите, — бросил он.

Анна встала, отжимая мокрый подол, не замечая жадных взглядов молодых мужчин, направленных на нее.

— Герцог Ланберский — военный министр, — раздался зычный голос дворецкого, заставивший всех присутствующих забыть о фонтане.

Военного министра — сурового мужчину с седеющими висками часто сравнивали с ледяной глыбой, многим казалось, что он вовсе не способен проявлять эмоции. Мужчина вошел в оранжерею, как всегда подтянутый, невозмутимый, человек-айсберг, безропотный винт государственной машины, который с одинаковым выражением лица подает рапорт королю и отдает приказ солдату. Чеканя шаг, он прошел мимо мокрой дамы, даже не взглянув в ее сторону и не выказав никакого удивления.

— Рад приветствовать вас, ваше величество. Лорды. Это свежие отчеты о состоянии нашей армии на сегодняшний день, — произнеся это, герцог передал внушительную кипу бумаг подошедшему Артуру. — Здесь же мои предложения по улучшению ситуации с обороной государства.

Министр выжидающе посмотрел на своего монарха и машинально вслед за ним перевел взгляд на леди Рейн. Юноши застыли, впервые увидев эмоции на лице герцога.

— Анна! — хрипло вскрикнул Ланбергский. И в неконтролируемом порыве бросился к стоящей у фонтана женской фигуре.

— Что с тобой?! — одним магическим щелчком он высушил ее одежду и поцеловал руку. — Как ты сюда попала?!

— Я, — графиня замяла ответ, улыбаясь. — Я так рада тебя видеть Грог.

— А ты стала еще красивее и моложе, — задумчиво продолжил герцог, окидывая собеседницу долгим взглядом.

— Спасибо, — Анна смотрела прямо ему в глаза.

— Я не видел тебя столько лет, как ты?

— Мне повезло, последние годы я жила в тишине и спокойствии.

— Я рассмотрю ваши предложения, герцог, а пока можете быть свободны, — послышался холодный голос короля.

Восторженное выражение на лице военного министра медленно исчезло, уступая место прежней безжизненной маске.

— Слушаюсь, ваше величество, — произнес герцог Ланберский и, еще раз поцеловав руку дамы, вышел.

— Итак, миледи, вы привезли ключ, — снова заговорил король.

— Да, ваше величество, вот он, — Анна протянула неприметный серый мешочек.

Забирая ключ, Робин постарался коснуться ее пальцев, пытаясь задержать прикосновение, а вот графиня, намеренно быстро убрала руку. Он вдруг почувствовал едва уловимый аромат горных цветов, идущий от нее.

Криво усмехнувшись, венценосный красавец вынул ключ, который тут же заблестел при дневном свете.

— Леди Рейн, вам известно, что дверь в пещеру сможете открыть только вы?

— Да, ваше величество.

— Завтра утром вы поедете с нами.

— Как прикажет ваше величество, — Анна отвечала на одной ноте.

— Ехать придется верхом, вы готовы к этому, мадам? — вклинился в разговор Артур, одаривая гостью насмешливым взглядом серых глаз.

— Думаю, что справлюсь, милорд, ведь сюда я тоже приехала верхом.

Эдвард хмыкнул. Все трое были выше графини на голову и находились слишком близко.

— Как я уже говорил, через скалы мы доберемся до места часа за четыре, — напомнил Артур. — Но эта дорога опасна. Местные камни поглощают всю магию. В результате рассчитывать придется только на оружие. И, в случае чего… Я предлагаю ехать в окружную.

Юный король поморщился:

— Едем прямо, выступаем утром.

Он посмотрел на графиню, которая очень внимательно слушала Артура.

— Вы что-то хотели сказать, миледи? — вопрос прозвучал с издевкой.

— Если вы позволите, ваше величество.

Ответом послужил легкий кивок и пронзительный взгляд черных глаз.

— Я согласна с лордом Керном, там действительно очень опасно.

— Но вы будете под нашей защитой, графиня, или вы сомневаетесь, что мы сможем уберечь вас от беды? — в голосе Эдварда звучал сарказм.

— Что вы, — Анна опустила глаза. — Нисколько.

— Вот и хорошо, — вновь заговорил король. — Сегодня вечером состоится бал, и вы приглашены миледи.

— Благодарю вас, ваше величество. Я не люблю светские увеселения. Нельзя ли этого избежать?

— Это никак невозможно, — в голосе юного монарха снова появился сталь.

— Хорошо, как прикажете, — Анна мягко коснулась рукой горла, будто сказанное причинила ей боль.

— Бальный наряд вам принесут.

— Вы очень добры ко мне, ваше величество, я не заслуживаю такого внимания. И прошу вас не беспокоиться, я найду праздничное платье.

Робин выдержал паузу:

— Что ж, не стану заставлять вас принимать подарки, сударыня. Вы можете идти.

Поклонившись, Анна быстрым шагом покинула помещение.

Как только за ней закрылась дверь, Робин вопросительно взглянул на Эдварда.

— Никаких чар, — растягивая слова, сказал тот. — Небольшой дар исцелять и все. Пришла в своем истинном облике.

— И как такое может быть? — удивленно спросил Артур.

— Не знаю, — покачал головой русоволосый юноша, окинув взглядом бушующую тропическую зелень, так похожую цветом на его глаза. — За всю изученную мной историю целительства, не встречалось ничего подобного.

— В том, что это действительно она, сомневаться не приходится, — мрачно произнес Робин. — Вы видели этот щенячий восторг военного министра?

— Да я своим глазам не поверил, думал иллюзия, — хмыкнул Артур.

— Если ей удалось сотворить такое с ним, то, что она делает с остальными? — Эдвард задал риторический вопрос.

— Вот и проверим, — нехорошо улыбнулся властелин престола.

* * *

Анна вошла в предоставленную ей комнату — полуподвальное сырое помещение, где едва брезжил дневной зимний свет. Графиня иронично улыбнулась, увидев, как с потолка капает влага на кровать. Она вздрогнула, когда в дверь осторожно постучали и спросила:

— Кто?

— Анна, это — Геред, открой, пожалуйста.

Девушка повернула рычаг и бросилась в объятия седого старика.

— Осторожно, задушишь, — шутя сказал он, обнимая ее слабыми руками.

— Как ты? — выдохнула Анна, вталкивая его в комнату, и закрывая тяжелую дверь.

— Бывало лучше, — прокряхтел Геред, оглядываясь. — Я смотрю, тебе самые роскошные апартаменты выделили? Здесь когда-то была тюремная камера.

— Да, старые друзья не дремлют, — засмеялась графиня и сдернула с себя плащ. — Не переживай, переночую на конюшне. Там у них порядок. А здесь и простудиться недолго. Она испытующее вглядывалась в глаза собеседника.

— Несколько часов осталось, — сказал он, опуская взгляд. — Рад, что успел тебя увидеть.

Анна молчала. Старик продолжил:

— Всю жизнь отдал этому склепу. Служил-служил и ничего не заслужил, даже внучку единственную защитить не смог.

— Твой правнук родился после того, как ее обесчестили?

— Да. Мой светлый мальчик не знает ни матери, ни отца. Он очень болен, и, думаю, вскоре отправится вслед за мной.

— Я видела у ворот белокурого пажа, страдающего непроходящей чахоткой, это — он?

— Да. Целители старались, но эффект был лишь временным.

— Страдания матери не прошли для него даром. Я позабочусь о нем. А ты не думай о смерти. Отдохнешь там, наверху, и вернешься, я буду ждать тебя здесь. И это неправда, что жизнь твоя прошла напрасно. Благодаря тебе, неприметному и отчаянно смелому клерку еще существует это государство и спасены миллионы жизней, в числе которых и моя.

Лицо Гереда просветлело, он смог распрямиться и прямо посмотреть на Анну.

— Возьми, — протянул он ей свиток. — Ты знаешь, что делать с этим. Ухожу, не прощаясь.

Огромный бальный зал, освещенный факелами и свечами из белого воска, пестрел от ярких нарядов дам. Все разговаривали вполголоса, но и от этого в помещении поднялся невыносимый гул.

Облаченный в черный костюм с серебряной вышивкой, юный король стоял у большого окна, разглядывая холодные сугробы. Фон из белого снега за стеклом подчеркивал его изящный силуэт и смуглую кожу.

К окну подошел рыжеволосый Артур, не уступающий в красоте и стати своему королю. Зазвучала услаждающая слух музыка, и пары закружились по залу.

— Торжество в разгаре, а нашей гостьи нет. Она осмелилась нарушить приказ? — спросил Робин.

Его подданный презрительно хмыкнул, и, вдруг, уставился на проход. Король проследил за его взглядом и увидел женскую фигуру в неброском зеленом платье, не отличающемся откровенностью, зато подчеркивающим все достоинства фигуры. И любоваться там действительно было чем. Анна выглядела совершенно иначе, чем при первой их встрече. Гордо поднятая голова, прямой стан и холодное выражение лица приковывало к ней взоры присутствующих.

Оставивший свою партнершу по танцам Эдвард, одетый в зеленый костюм, также увидел ее и услышал восхищенный шепот:

— Кто эта юная красавица?

Все звуки слились в неразборчивый шум, как вдруг почти рядом он услышал испуганный вскрик:

— Пиранская роза!

Глава клана Соколов оглянулся, пытаясь найти говорившего, но ему это не удалось. Тем временем Анна остановилась в дальнем темном углу, стараясь не привлекать к себе внимания. Эдвард направился к ней, прислушиваясь к разговорам.

— Что это за украшения?

— Черная сосна.

— Дерево? — усмехнулся кто-то.

— Она дороже драгоценных камней в несколько раз.

Леди Рейн не обращала внимания на шепотки и смотрела перед собой отсутствующим взглядом.

— Графиня, — Эдвард появился перед ней внезапно.

— Милорд, — девушка сделала усталый реверанс.

— Вам не нравится праздник?

— Я уже говорила, что не люблю подобные светские мероприятия. Это ничем не отличается от других.

Лорд усмехнулся:

— И что, даже танец мне не подарите?

— В этом я точно могу вам отказать, — улыбнулась Анна. — Несмотря на то, что вы тоже в зеленом.

Эдвард не смог скрыть удивления:

— В таком случае простите за беспокойство, мадам.

Графиня кивнула.

* * *

Робин и Артур по-прежнему стояли у окна, наблюдая за приближающимся к ним Соколом.

— Что же ты не пригласил госпожу Рейн на танец? — иронично спросил лорд Керн.

— Она ответила отказом.

— Что?! — в один голос спросили юноши. — Тебе?

— Похоже, она вообще танцевать не планирует, — сказал Эдвард, наблюдая, как от Анны ни с чем уходит еще один кавалер.

— Это что-то интересное, — задумчиво произнес Робин.

Тем временем к Анне подошел герцог Ланберский.

— Министр? — спросил Артур. — А это что еще за сопляк рядом с ним?

— Это его сын, — ответил Эдвард, рассматривая стройного голубоглазого блондина.

— Посмотри, она пошла с ним танцевать, — продолжил Артур.

* * *

Король оглянулся и увидел образовавшуюся пару, которая сразу же привлекла к себе всеобщее внимание. Анна улыбалась партнеру тепло и искренне, что почему-то взбесило его. Вдвоем они словно летали по залу под быструю музыку.

Графиня Рейн попрощалась с герцогом и его сыном, который смотрел на нее восторженными глазами, и уже повернулась к выходу, как вдруг наткнулась на мужчину в темном. Подняв глаза, она встретилась взглядом с венценосной особой.

— Вы торопитесь уйти, миледи? — спросил король.

— Да, — коротко ответила девушка.

— Тогда потанцуйте со мной напоследок.

— Это приказ, ваше величество?

— Вам не говорили, мадам, что дерзость подданных может иметь неприятные для них последствия, — спросил Робин, сдерживая ярость в голосе.

— Говорили много раз, — Анна не отвела взгляда, нисколько не испугавшись.

Юноша рванул ее к себе, не заботясь о том, что может навредить.

— Скажите, госпожа Рейн, по каким принципам вы выбираете себе партнеров для танцев? Вы с такой легкостью отвергли первых лиц государства, которые обладают богатством и недурной внешностью.

Анна удивленно подняла брови, отчего ее лицо снова приобрело ту детскую непосредственность, которую королю пришлось увидеть накануне.

— Я даже не знаю, что ответить вам, мне в голову не приходило отбирать кавалеров по таким критериям.

— Да? И почему же вы встали в пару именно с младшим Ланбергским, его отец не оставляет ему ничего, потому что беден, как церковная мышь. Он был вашим любовником?

Робин с удовольствием проследил, как по лицу Анны пробежала тень.

— Он подарил ему честное имя, что уже немало. У этого юноши чистая душа, я уверена, что он будет счастлив в любви так же, как его отец. Благодарю за танец, ваше величество.

Музыка еще не закончилась, когда Анна прервала танец, улыбнувшись, поклонилась королю и покинула зал.

Она уверенно шла по лабиринтам замка и уже была недалеко от своей спальни, как вдруг на ее пути оказался лорд Эдвард Эреман — глава могущественного магического клана Соколов.

— Я чем-то могу вам помочь, милорд? — спросила Анна, которой не удалось пройти мимо.

— Оставим чересчур вежливый тон, — резко сказал юноша и криво улыбнулся. — Я предлагаю вам, сударыня, провести эту ночь в моей удобной спальне.

Анна снова поднесла руку к горлу, как будто оно у нее болело, и немного отступила назад.

— Милорд, вы так уверены в удобстве собственной спальни. Это вы еще моей не видели. В предоставленном мне помещении блестящее убранство. Уверяю вас, там мне будет значительно лучше.

Она поспешила пройти, но это не удалось, так как лорд снова преградил ей дорогу.

— Скажи, сколько у тебя было любовников? — спросил он, наблюдая, как Анна с трудом берет себя в руки, которые начинают дрожать.

— Я точно не помню, — она ответила так, словно делала в уме какие-то расчеты. — Но если вы подождете, сударь, я предъявлю список, он у меня дома остался.

Эдвард надвигался на нее, продолжая нехорошо улыбаться.

— В этом нет нужды, можно проверить здесь и сейчас. Вы все безмозглые куклы, умеющие только хлопать ресницами и неустанно наряжаться в тряпье.

Он вплотную прижал ее к стене, обхватив руками за талию, и, вдруг, быстро отпрянул.

Растрепанная Анна тяжело оперлась о стену, зрачки Сокола расширились, а дыхание стало тяжелым и прерывистым.

— Ну, что целитель, узнали, что я обошлась без любовников? Можно вас слезно попросить сохранить данный факт в тайне, а то если об этом узнают, меня в «Холодную башню» отправят.

Бледный юноша безмолвно смотрел на нее, тяжело дыша.

— А знаете, Эдвард, я помню вашу мать, у нее были такие же чудесные глаза изумрудного цвета.

— Не говори мне о ней, слышишь ты, ведьма, — прошипел молодой человек.

Девушка провела руками по лицу, словно пытаясь снять с него усталость, и продолжила:

— Эта «безмозглая кукла» пожертвовала своей репутацией и жизнью, чтобы спасти вас и оставить главой клана. Заранее зная, что сын, который был для нее смыслом жизни, возненавидит ее. Как страшно…

В глазах у графини мелькнули слезы, но лишь на миг.

— Что ты несешь, дрянь? Откуда ты знаешь ее?

Он схватил Анну за плечи и стал трясти, та не сопротивлялась, лишь смотрела ему в глаза из-под выбившихся прядей.

— О, это просто, меня записали после нее в очередь на эшафот.

Последовала пауза.

— Нас содержали здесь в замке. В тесном подвале западного крыла этого строения, там под большим камнем есть тайник, думаю, в нем до сих пор лежит ее переписка.

Сокол отпрянул от нее как от чумной. В его висках стучала кровь.

Анна словно отклеилась от стены и, пошатываясь, пошла прочь по серому коридору.

* * *

Робин возлежал на кровати в собственной спальне, а рядом взад-вперед ходил Артур.

— Я прекрасно понял необходимость этих стратегий, поэтому ты можешь не ночевать у меня сегодня, дорогой, — сказал король.

— И ты не обидишься? — в тон ему произнес глава клана Медведей.

Робин наклонился, чтобы снять сапоги, как вдруг дверь открылась, и влетел Эдвард.

Артур открыл было рот, чтобы отпустить шутку, но, увидев смертельную бледность на лице друга, сразу же закрыл его.

— Мне нужны магические пароли от подвалов в западном крыле.

Взглянув на него, Робин снял браслет с левого запястья.

— Вот возьми, любая дверь откроется при прикосновении.

Сокол схватил вещицу и вылетел в коридор, не заметив, что друзья последовали за ним.

Возле двери в подвал их ждал клерк с магическим определителем в руках и двое воинов, одним из которых был начальник королевской охраны.

Не выдержав прикосновения браслета, тяжелая дверь открылась, и из подвала вырвался затхлый воздух. Эдвард щелчком зажег факелы в помещении и рывком опрокинул лежавшую на полу тяжелую каменную плиту. Пошарив рукой в обнаруженном тайнике, он вытащил пожелтевшую стопку бумаг. Распечатывая конверты один за другим, дворянин передавал их клерку, а тот проверял листы и складывал в аккуратную стопку.

Когда работа была закончена, служащий твердо произнес:

— Все предъявленные письма подлинны и соответствуют заявленному авторству.

Блеск зеленых глаз Эдварда стал лихорадочным. Он кивнул начальнику охраны и тот подошел ближе.

— Лорда Элларда, графа Лиса и графа Террона немедленно арестовать и доставить во дворец. Если попытаются бежать, казнить на месте.

— Но как это возможно? Знать не одобрит этого, — запротестовал начальник охраны.

Не владеющий собой Сокол схватил военного за грудки.

— Вы не поняли приказ? — раздался тихий и оттого еще более грозный голос короля Робина.

— Нет, я все понял, — робко ответил воин.

— Выполнять, — произнес король, кивком указывая на дверь. Он подошел к клерку и, взяв у него письма, быстро их просмотрел. — Вот как…

Стоявший рядом Артур также увидел содержимое бумаг.

— Эд, ты как?

— На рассвете выступаем, — безучастным голосом произнес Сокол и ушел прочь.

* * *

В полудреме Анна лежала на душистом сухом сене и смотрела на свою подругу, возникшую в сознании.

— Если ты не вернешься в течение четырех дней, я выеду следом и разнесу этот каменный туалет на части.

— Все хорошо, не беспокойся, Рогнеда. Я скоро приеду.

— Конечно, я чувствую, что у тебя все хорошо. С кем ты там общаешься вплотную? У власти три клана, я ведаю их устремления и помыслы. Надеюсь, у них хватит ума вести себе прилежно.

Анна застонала:

— Ты сейчас дома и можешь делать, что хочешь, а мне завтра ехать через эти проклятые скалы, давай спать. Одному черту известно, что меня там ждет.

Рогда исчезла, и появился Ратмир.

— Ра, где ты? — прошептала Анна.

— Здравствуй, родная, мы тут решили немного отдохнуть.

— У меня к тебе важное дело. Есть мальчик — правнук моего друга, которому нужна помощь. Посмотри на него. Я хочу принять его в наш род. Что ты думаешь?

Десять минут Анна будто пребывала во сне, пока снова не услышала голос племянника.

— Я увидел его, и не против назвать братом. Спи…

Девушка безмятежно улыбнулась, вдыхая морозную свежесть и подмигивая звездам, заглядывающим под навес. «Бездонное небо — это к добру», — подумала она.

* * *

Худенький мальчик лет семи стоял возле свежей могилы, которую безжалостно закрывал падающий снег. Внезапно его настиг приступ кашля. Он упал на колени, и белое полотно обагрилось каплями крови.

Кто-то поднес чистый платок к его губам и обнял. Через несколько мгновений грудные звуки стихли. Ребенок полулежал на женских коленях и смотрел в излучающие тепло глаза.

— Ты кто? — спросил он.

— Я друг твоего прадеда.

Мальчишка отдохнул еще какое-то время и грубо вырвался из объятий.

— У нас не было друзей.

Анна провела рукой по своему лицу и пристально посмотрела на ребенка, в отчаянных голубых глазах которого затеплилась надежда.

— Это не так, — она запустила руку в дорожный мешок и вытащила оттуда румяное яблоко, от которого, казалось, стало веселее этим заснеженным холодным утром.

— Возьми, — протянула она дивный плод малышу.

Тот некоторое время стоял, раздумывая, потом подошел и протянул почти прозрачную руку.

— Меня зовут Анна. Сейчас я уезжаю по делам, но скоро вернусь, и мы обо все поговорим с тобой. А пока съешь его и тебе станет легче.

Мальчик надкусил яблоко. Анна еще несколько минут смотрела на него, а потом ушла, не оглядываясь.

* * *

Робин и Артур стояли возле часовни, вглядываясь в серое небо и вдыхая свежий морозный воздух. Яркий розовый горизонт возвещал о скором появлении солнца. К ним неслышно приблизился Эдвард. Все трое были одеты в черные костюмы и укутаны в темные плащи. Медведь и Сокол собрали свои длинные волосы в хвосты. Черные неровные пряди Ворона доходили лишь до плеч и рассыпались по лбу и щекам в живописном беспорядке.

— Где эта дамочка? — спросил Артур. — Бабы есть бабы, ничего доверить нельзя.

— Идем к конюшне. Распорядитесь, чтобы за ней послали, — отдал монарх приказ лакею.

В пространстве звучал заунывный погребальный колокольный звон.

— Кто-то умер? — спросил Эдвард.

— Да, начальник дворцовой канцелярии, — зевнул рыжий Артур.

Уже приближаясь к конюшне, воины увидели Анну, стоящую у входа.

Она склонилась в реверансе.

— Доброе утро, миледи, — ответил поклоном Робин, также как его сопровождающие. Он подошел к ней ближе.

— Позвольте нескромный вопрос, мадам.

— Я позволяю, ваше величество, но предупреждаю, что не на все такие вопросы отвечаю.

Ворон хмыкнул и протянул длинные тонкие пальцы к ее волосам. Анна не пошевелилась и даже не изменила позы. Пристально глядя ей в глаза, юноша вытащил из прически соломинку.

— Вы ночевали на конюшне?

— Да, — ответила графиня будничным тоном.

Такого ответа Ворон явно не ожидал:

— Вы с ума сошли? Провести ночь здесь, практически под открытым небом, без защиты?!

— У меня есть надежный защитник, ваше величество. Всю ночь он был рядом.

— Вот как. И кто же он? — глава государства постарался вложить в свой голос максимум презрения.

— Вы можете его увидеть прямо сейчас.

Все трое посмотрели в указанном направлении. На дороге гарцевал гнедой конь. Это чудесное существо не могло сдержать собственную неуемную энергию. Он бил копытом и ржал, кося карим глазом из-под длинной челки.

— Это же, — поперхнулся Артур. — Это же жеребец из породы диких лиисов. Их нельзя приручить. Самые сильные и выносливые лошади, самые умные.

— Ну почему же сразу нельзя, — послышался мелодичный голос графини. — Просто ко всем нужно найти подход.

— Если я прикоснусь к нему, он меня не затопчет? — Восторженно спросил глава клана Медведей.

Анна подошла к юноше, взяла его за руку и подвела к коню, который уже недовольно фыркал.

— Пламя, ну разреши, — попросила девушка.

Жеребец фыркнул снова, но на этот раз менее агрессивно, и Анна поднесла руку лорда к лошади. Артур не скрывал восторга, разглядывая коня.

— Вы приехали сюда на нем?

— Да.

— Они превосходят в скорости обычных лошадей в три раза.

— На самом деле больше, — уточнила графиня. — А Пламя — вожак, пока с ним не может соперничать никто из соплеменников.

Она поразительно легко вскочила на коня, на котором не было даже поводьев и, тем самым, еще раз несказанно удивила спутников.

— Пламя отлично знает дорогу, ваше величество. Если вы позволите, я поеду первой.

Робин хмыкнул, но возражать не стал. Вскоре четыре всадника скрылись за горизонтом.

Когда половина пути уже осталась позади, впереди показалось ущелье. Лошади шли не спеша. Анна вдруг остановилась. Ехавший рядом Робин вопросительно посмотрел на нее.

— Пламя чувствует опасность, — сказала Анна.

Как только кони остановились, и топот копыт перестал оглашать заснеженные просторы, ущелье окутала мертвая тишина. Даже видневшийся впереди ручей с кристально чистой водой, казалось, протекал совершенно бесшумно.

Графиня вздрогнула, когда раздался протяжный волчий вой.

— Волки из сумрака! — крикнула она.

На верхушках скал замелькали тени.

— Спешиться быстро! — прокричал король, доставая меч. — Анна, за валун!

Девушка поспешила выполнить приказ, в это же время молодые люди бросились вперед, держа перед собой оружие. Три черных коня в ужасе заметались по ущелью и спрыгнули в низину, продолжив там свой бессмысленный бег. Пламя находился рядом с хозяйкой. Первым прыгнувшего на него огромного волка встретил Робин, буквально разрубив его пополам. Подступив к возвышенности, воины расправились с двенадцатью крупными существами, которые от ударов рассыпались в пыль, не оставляя следов.

Мужчины остановились у подножия скалы и уже собрались возвращаться, как вдруг наверху раздалось рычание.

— Боже, их там сотни, — сказал Артур, подняв голову.

— Эта лощина станет нашей могилой, — мрачно произнес Эдвард, отбросив русую прядь с потного лба.

— Будем сражаться, пока сможем держать оружие, — приказал Ворон.

И тут с вершин на людей прыгнуло полчище волков. Лязг зубов, звон стали и ржанье лошадей огласило округу. Юные воины быстро оказались в изоляции и отбивались от хищников, не имея возможности помочь друг другу.

Робину удалось расправиться с парой волков, заколов одного прямым ударом и разрезав другого, но тут же, на него прыгнули еще двое. Последний из них выбил меч у него из рук. Король увернулся от зверя, пытаясь дотянуться до оружия, но уже было понятно, что второй прыжок хищника станет для него смертельным. Он, не мигая, смотрел в глаза своей смерти. Как вдруг что-то просвистело в сантиметре от него, и волк растворился в воздухе, как и пять последующих. Та же участь постигла и хищников, атакующих лордов.

Юноши оглянулись и увидели как, взобравшись на высокий валун, стреляет из лука Анна, поражая цели с невероятной скоростью.

Это зрелище ввело короля в замешательство только на три секунды, спустя которые он схватил сверкающий меч и ринулся в бой.

Из низменности послышались душераздирающие звуки. Королевского коня звери разорвали на части, и участь остальных была предрешена.

— Пламя! — вдруг крикнула Анна, не переставая стрелять. — Защищать!

Ее жеребец, повинуясь приказу, прыгнул в низменность и совершил невозможное. Двумя ударами передних копыт уничтожил огромного волка. Кинувшийся на него сзади второй тут же пал от мощного удара задних ног.

— Выводи их оттуда, Пламя! — вновь закричала Анна. — Теперь они пойдут за тобой!

Гнедой жеребец снова услышал ее и, затаптывая хищников, нашел тропинку наверх. Два коня последовали за ним.

Между тем хищники уже приближались к лучнице. Увидев это, Артур поспешил к ней на помощь. Одного из рожденных сумраком Анна пронзила стрелой в прыжке.

Верный конь уже стоял рядом с хозяйкой, вместе с двумя другими жеребцами.

— Они наступают, — закричал Эдвард, пытаясь ударить магией, которая тут же превратилась в ничто, поглощенная скалами.

Анна отыскала глазами Робина и увидела, что хищники теснят его к обрыву.

— Пламя! — снова закричала она.

Конь отозвался ржаньем.

— Вытащи его оттуда! Прошу!!!

Гнедой вожак стремительно взял забег и, взвившись над, казалось бы, непреодолимой преградой из острых скал, в мгновенье ока оказался рядом с Вороном. Одним взмахом, отрубив хищнику голову, король вскочил в седло, и могучий конь тут же унес его прочь от обрыва.

Анна вложила в лук несколько стрел сразу, и выстрелила. Тени на вершинах возникали вновь. Вдруг девушка заговорила, и невесть откуда, возникшее эхо подхватило ее слова.

— Без просьб взываю к повелевающему тьмой!

От прозвучавшего голоса молодые люди на мгновенье вздрогнули, а стоявшая на валуне девушка продолжила, опустив лук.

— Тебе не справиться с моею силой и со мной!

Получивший передышку Эдвард посмотрел на Анну широко раскрытыми глазами, продолжающую говорить.

— От одного удара загорится в ручье вода.

Находящийся у ручья жеребец, неожиданно для Робина пронзил толщу ледяной воды копытом, и та вспыхнула ярким огнем, испепеляя волков, пытавшихся переправится на берег.

— От одного порыва ветра рассеется моя беда!

Сильная вьюга, появившаяся через несколько секунд, словно живая, собралась с силами, и вихрями подхватив пожар на ручье, закружила его огромным смерчем, сметающим всех сумрачных существ.

Прошло несколько минут, и над ущельем снова воцарилась тишина. Эдвард стоял, устало опираясь на меч, Артур вытирал пот со лба, а Анна, прислонившись спиной к камню, погрузилась в глубокую задумчивость.

— Уходим, — коротко приказал подъехавший Робин. — Здесь оставаться нельзя. Привал сделаем возле пещеры, возвращаться будем окольной дорогой. Не слезая с гнедого коня, который молча покорился ему, он перегнулся и, легко подхватив Анну, усадил в седло. Друзья, сев на лошадей, последовали за ним.

* * *

Держа в руках щитообразователь, Робин смотрел на Анну, разговаривающую со своим конем, находящимся на седьмом небе от счастья.

— Копытце мое, — ворковала она. — Мой смелый вожак. Спасибо тебе, что выручил меня в очередной раз.

— Ну, вот теперь самое время подкрепиться и обсудить случившееся, — бодро сказал Артур Эдварду. На что тот не преминул ответить:

— И чем же это вы собираетесь подкрепиться, милорд? Поешьте снега, что ли? Его здесь в изобилии.

— Ты что, ничего из провизии с собой не взял?! — предъявил претензии глава клана Медведей.

— А почему я должен был что-то брать? Мы ведь за несколько часов собирались управиться!

Неизвестно, сколько еще продолжалась бы эта перепалка, если бы до молодых людей не донесся ласкающий обоняние аромат горячей чечевичной похлебки.

Король первым подошел к Анне, накрывающей стол прямо на снегу. Изобильный обед она доставала из своей холщевой сумки. Открывшееся зрелище было достойно любования: разнообразные овощи и фрукты, зелень, три горячих блюда и румяная выпечка — усиливали и без того зверский аппетит молодых людей.

Графиня подняла глаза на Ворона и впервые улыбнулась ему:

— Прошу на обед, вас, ваше величество и вас, милорды.

Артур не мог скрыть удовольствия, взявшись за ложку. Несколько минут все молча ели. Обычные на вид блюда многократно превосходили по вкусовым качествам те, которые юношам доводилось пробовать раньше. Удивление и блаженство на лицах появилось у них, когда очередь дошла до фруктов. Высшие вельможи то переглядывались между собой, то смотрели на милое личико графини, которая, казалось, по-прежнему ничего не замечала.

— Вы достали все это из сохраняющей сумы, сударыня? Говорят, такая стоит целое состояние, попытался поддержать беседу Артур.

Анна улыбнулась ему:

— Говорят, но я ее не покупала, не могла себе позволить это тогда. Пришлось сшить полезное изделие самой.

— Вот как, так вы занимаетесь изготовлением этих сумок?

— Я пробовала, — деловито ответила Анна. — Но у меня ее тоже никто покупать не стал из-за дороговизны. Так что торговля не сложилась.

Все засмеялись.

— Пора поговорить о том, чьих рук дело это нападение? — уже серьезно сказал Эдвард.

— Такой магией не владеет никто в нашей стране, — покачал головой Эдвард.

— А что думаете, вы, графиня, — внезапно спросил король.

Анна провела ладонью по своему лицу, будто не хотела отвечать.

— Способностями создавать условно живое из ничего обладают колдуны Пирана. Я знала троих, которым было по силам проделать подобное. Двоих из них уже нет в живых. А третий ни за что бы не стал использовать эту магию во зло. Если только его не заставили это сделать или…

— Или что? — уточнил Ворон.

— Или у него появился ученик, который предал его.

— Значит, Пиран, — задумчиво произнес юный король. — Там заинтересованы, чтобы Адения осталась без главы государства. По идее, Ричард Первый, при таких обстоятельствах, сам может претендовать на престол. Где вы научились так стрелять, мадам? Я знал лучших лучников-мужчин, но у них нет и десятой доли ваших умений.

— Моя мать хорошо владела луком. Я была еще маленькой, когда увидела ее за этим занятием. Тогда пускать стрелы в цель мне казалось забавным.

— А потом?

— Это смертоносное оружие. Мои родители рано погибли, мне пришлось научиться защищаться самой, вспомнить о своих навыках и усовершенствовать их так, чтобы ранить, не убивая. Лучникам, которых вы видели, нужно разить насмерть, поэтому они и достигли потолка в этом искусстве. А мне было необходимо заставить стрелы повиноваться себе и попадать в цель, даже когда мишень движется. Это происходит на уровне чувств.

— То есть, без магии? — вмешался Сокол.

Анна помолчала немного.

— Вы, как целитель, поняли, что магии у меня почти нет. Фактически, я обычный человек.

Сокол не отвел от нее глаз.

— А то, что вы смогли не просто противостоять черному колдуну, а без особых усилий уничтожить его чары, тоже произошло без магии?

— Да. Но не стоит думать, что это произошло совсем без усилий. Вера в собственное слово далась мне нелегко и не за один день.

— Заяц, — вдруг произнес Артур. — Откуда он здесь взялся? Уже убежал. Нет на свете никого, трусливее этих животных.

— Вы так думаете? — неожиданно спросила Анна.

— А в этом есть сомнения? — усмехнулся Эдвард.

Девушка помолчала немного, а потом произнесла:

— Этот зверек всегда заранее знает, когда хищник, превосходящий его во всем, выходит на след. Знает, но не спешит убегать. Он ждет до последней минуты, до того мгновения, когда зубы врага уже готовы сомкнуться на его горле. И вот тогда заяц неожиданно ускользает из смертельной ловушки. Он петляет на бегу, проявляет чудеса скорости и выносливости и, в конце концов, оставляет нападающего с носом, доказывая, что достоин жить. Так кто же, по-вашему, труслив? Заяц или тот, кто нападает на него?

Сказав это, Анна вышла из-за стола с несколькими яблоками и направилась к лошадям, стоявшим в отдалении. Зеленоглазый Сокол проводил ее долгим взглядом.

* * *

Король ел ароматную землянику, когда глава клана Медведей обратился к нему.

— Робин, отдай ее мне.

Ворон, пристально глядя в глаза другу, протянул ему чашку.

Артур взял ягоды и усмехнулся:

— Делаешь вид, что не понимаешь? Значит, сам на нее глаз положил. Что ты можешь ей дать? Сделаешь очередной любовницей? Я не позволю тебе этого.

Робин забрал ягоды обратно и медленно отправил землянику в рот, продолжая смотреть Медведю в глаза.

— А я восхищен, — вклинился Эдвард. — Эту особу вы знаете около двух суток, а уже готовы из-за нее грызть друг другу глотки. Правду говорят, бабы — самое лучшее средство для раздора.

— Можно подумать, ты остался в стороне, — огрызнулся Артур и бросил быстрый взгляд на юношу, который не выдержал и отвернулся.

* * *

По возвращению король и его приближенные были заняты весь день, а графиня Рейн так и не получила разрешения покинуть дворец и была вынуждена проводить время среди придворных дам. Ближе к полудню ей сообщили, что она должна явиться на ужин к королю. Мрачно выслушав лакея, она ответила утвердительным кивком и отправилась на поиски Августа, которые не увенчались успехом.

* * *

В столовой, ожидая последних приготовлений, неподалеку друг от друга стояли Эдвард и Артур. Король же, как это часто бывало, смотрел в окно. Никто из троих не проронил ни слова.

Пробило ровно шесть часов, и в открытую дверь вошла графиня Анна Рейн, одетая все в то же зеленое бальное платье. Она присела в реверансе и, последовав за лакеем, села за стол. После этого к ужину присоединились все присутствующие.

Робин пристально посмотрел на гостью. На этот раз ее лицо показалось ему непроницаемой маской. Девушка была холодна и собрана.

Белая строгая скатерть, сверкающее серебро приборов и каменные лица юношей, делали атмосферу, царящую в столовой, напряженной.

— Как прошел ваш день, леди Рейн? — нарушил молчание король.

— Благодарю вас, ваше величество, вполне сносно. Я ждала вашего разрешения вернуться домой.

— Вы так торопитесь покинуть нас? — спросил он холодно-ироничным тоном.

— Я не хочу отвлекать вас от важных дел.

— Вот как.

В помещении повисла пауза.

— За что вы были приговорены к смертной казни, миледи? — голос Сокола прозвучал словно гром среди ясного неба. Артур и Робин вздрогнули, а вот Анна и бровью не повела, наливая воды себе в стакан, она едва заметно улыбнулась:

— За измену короне, — сказано это было так, будто она только что сообщила, что вернулась с прогулки.

Несколько мгновений длилось молчание.

— И почему же вы до сих пор живы, мадам? — столь же ровно спросил Робин.

— Этому много причин, ваше величество и о них долго рассказывать.

— Что ж, я никуда не тороплюсь и готов выслушать вас.

— Как прикажете. Лучше бы, конечно было, если бы вы обо всем узнали из засекреченных архивов. Но, как я поняла, вы еще не успели сломать защиту.

Артур поперхнулся, а Эдвард покосился на дверь.

— Сначала меня обвинили в связи с аренийским королем.

— В какой именно связи? — спросил Сокол.

— В той, о которой вы сейчас подумали. Вторым стало обвинение в переходе графства Рейн и герцогства Оден на сторону вражеской державы. Ну и еще так, по мелочи: передача секретов магических изобретений за последние триста лет, разврат и попытка отравить монарха.

— Угу, — произнес Робин, машинально наливая себе вина. — И вы в этом во всем признались.

— Мое признание не требовалось. Мне сразу пообещали эшафот, а в Холодную башню поместили для очистки совести.

Ворон не заметил, как красное вино перелилось из бокала и расползлось пятном по белоснежной скатерти.

— Вы побывали в Холодной башне, мадам. И сколько вам удалось там продержаться?

— Потом мне сказали, что три недели. В этом заведении время летит незаметно, — равнодушно произнесла графиня Рейн.

— И вы подписались под своими обвинениями?

— Нет. По законам Адении имение аристократа, признавшего себя виновным, передается короне, и более достойного владельца выбирает совет. В итоге мои люди снова бы попали в рабство, а наследник Одена под новое опекунство. А опекунам редко бывают нужны наследники, поэтому они долго не живут. Хотя впрочем, не только опекунам, правда, ваше величество? — она многозначительно взглянула на короля, который прожигал ее взглядом.

— Это ложь, — отстраненно сказал Артур. — Женщина не может пережить пыток Холодной башни.

— Разубеждать вас не стану, — ответила Анна. — А знаете, вдруг взглянула она на Сокола. Это была распространенная схема в те времена. Вдове Эреман, заслужившей репутацию ветреной кокетки, предложили выйти замуж. Многие подозревали ее в отсутствии мозгов, но она быстро поняла, чем все это закончится для ее сына. Ее отказ имел печальные последствия. Герцогине Эреман удалось не попасть в Холодную башню, только потому, что в случае ее признания имение все равно перешло бы ее брату, на которого она в дальнейшем и оставила наследника провинции Осборн, будущего главу клана Соколов. Вскоре ее и ваш милорд родственник погиб при невыясненных обстоятельствах.

Эдвард стал белым почти таким же, как настольная скатерть.

— Как вам удалось миновать той же участи? — хрипло спросил король.

— Мне помогли друзья. Начальник канцелярии, которого похоронили накануне, занимавший тогда незначительный пост, проявил небывалую смелость и предъявил доказательства моей невиновности.

— Которые, конечно, вам сразу же помогли, — усмехнулся король.

— Да, — они не могли мне помочь. — Но что для меня значила его поддержка в том ледяном аду, вы себе представить не можете. Он улыбался мне, спасая не только мою жизнь, но и душу. Рискуя всем, мою сторону приняла семья военного министра, с его женой мы дружили с юности. Вот только казнить меня передумали казнь в последнюю минуту, благодаря графине Рогнеде Ронской, с которой мы выросли вместе.

— И как ей это удалось? — заинтересовался Артур.

— Она подняла бунт в трех провинциях. От замков четырех самых влиятельных вельмож королевства, среди которых был и брат короля, за считанные минуты не осталось камня на камне. Это был весомый аргумент. Меня срочно освободили и даже принесли извинения. Две провинции: Оден и графство Ронское оставили в покое и разрешили им мирно существовать по закону, а моя пустыня — графство Рейн осталась свободной.

— Почему вдруг стали претендовать и на ваши земли, на которых ничего не растет? Ночью там зима, а днем — раскаленное лето.

— Вы пользуетесь устаревшей информацией, ваше величество. Так было пятьдесят лет назад, когда пришедший народ и всех неугодных отправили туда, мои родители не стали искать путей возвращения. Вспомнив заветы предков, они начали облагораживать эту адскую территории. Сила, упорство и знания людей сделали свое дело. Постепенно ситуация там улучшилась. Я продолжила дело родителей, и, пережив несколько засух и голод, нам удалось превратить эту землю в настоящий рай. Плоды, которыми я угощала вас, теперь растут там.

— То есть формально, ваше графство не входит в состав королевства?

— Это так, — ответила Анна монарху. — Я прибыла во дворец, только потому, что имею отношение к Одену и чту дружбу с Греем Лисборном, которого ныне нет в живых.

— Как целитель, я вижу, что вам всего пятнадцать-шестнадцать лет, как такое возможно? Вы снова будете утверждать, что обошлись без магии, — спросил Сокол.

— Это по вашим представлениям невозможно. Среди нашего народа это обычное явление. Продолжительность жизни в бывшей Пустоши превосходит вашу в четыре-пять раз.

За столом возникло неловкое молчание.

— Ваше величество, — первой нарушила его Анна. — Я ответила на все ваши вопросы без утайки. Теперь прошу ответить на мой.

— Все, что в моих силах, графиня, пронзил ее взором черноокий красавец.

— Когда мне будет позволено вернуться домой?

— Ваше возвращение домой не планируется, — холодно ответил Ворон.

— Почему?

— Я намерен сделать вас своей любовницей.

Эдвард и Артур метнули гневный взгляд в своего монарха, что не ускользнуло от внимания Анны.

— То есть, мое согласие вам не требуется?

— А его не последует? — деланно удивленным тоном спросил Робин.

— Нет, — коротко ответила Анна.

— То есть вы предпочитаете эшафот?

— Да, тем более что для меня это не в новинку. Разрешите удалиться?

Сокол внимательно окинул графиню взглядом. Она была хладнокровна и старалась разговаривать будничным тоном. Лишь на миг ее пальцы дрогнули, и он понял, какой ценой ей удается сохранять непринужденный вид.

— Стража! — крикнул Робин.

В дверь вошли четыре воина.

— Увести, — как ни в чем ни бывало распорядился Ворон.

Уходя, Анна ни разу не оглянулась.

— Ты хорошо подумал, Роб? — глухо спросил Артур.

— Ты совершаешь ошибку, — сказал Эдвард, выходя из-за стола.

Двери снова открылись, и в столовую ворвалось полтора десятка воинов-магов.

— Ваша магия была блокирована еще за обедом, так что, без глупостей, — произнес Робин. — Посидите три дня в тихих местах и успокойтесь.

Артур и Эдвард переглянулись, оценивая ситуацию.

— Прошу сдать оружие и следовать за нами, лорды, — мрачно сказал предводитель магов.

— Я прошу тебя, не делай этого, Робин, — сказал Сокол, отдавая меч. — Никаких любовников у нее не было, слышишь.

Серые глаза лорда Керна метали молнии, и если бы они были магическими, то от его венценосного друга остались бы только дымящиеся останки.

Спустя несколько секунд король остался в столовой в одиночестве. Он сел на кованый стул и устало откинул голову назад, разглядывая потолок со старинной лепниной.

* * *

Шедшая в окружении солдат, Анна прислушивалась к скрипящему снегу, и была предельно сосредоточена. В воображении быстро пронеслись все лабиринты коридоров королевского дворца и вид сверху прилежащей к нему территории.

— Анна, — вдруг послышался детский голос.

Девушка улыбнулась Августу, продолжая идти.

— Мне сказали, что ты меня искала.

— Да. Нужна твоя помощь. Сорви, пожалуйста, ветку со старого можжевельника на заднем дворе и принеси ее в помещение, дверь которого выходит в колонный зал.

Ребенок удивленно смотрел на нее, и одновременно видел, весь план будущего передвижения в своём воображении.

— Ты должен там быть к полуночи, — она подмигнула ему.

— Я все сделаю, — донеслось ей вслед.

Внутренним зрением Анна быстро проникла в конюшню и тихо сказала:

— Пламя.

Гнедой вожак, находящийся в окружении двух конюхов, вздрогнул.

Поняв, что друг услышал ее, она произнесла:

— Домой.

Услышав это, Пламя в тот же миг ринулся к выходу.

— Эй, ты куда! — заорал мужчина, пытаясь ухватить коня за узду. Тут же к нему подбежал помощник и накинул на шею жеребцу петлю.

Через несколько мгновений толпе зевак открылось интересное зрелище. От резкого удара ворота конюшни были вынесены диким жеребцом, который вихрем мчался вперед. С криками: «Держи его!» за ним бежали потрепанные конюхи.

Но никто не посмел даже близко подойти к этому воплощению безудержной энергии. Пламя перепрыгнул через каменное ограждение замка, оставив своих преследователей с широко открытыми ртами.

— Чертов конь, — прошепелявил один из них, — сплевывая выбитый зуб.

* * *

Уже около часа Анна находилась в роскошной спальне, расположенной в гостевом королевском доме. Эта была новая постройка, отличающаяся приветливостью, по сравнению с громадным темным дворцом. В камине весело потрескивал огонь. Помещение было убрано в светлых тонах, а на столе лежали фрукты и лакомства. Бросив взгляд на огромные часы с резьбой, девушка подошла к окну.

Она слышала, как открылась дверь и в спальню вошли, но даже не оглянулась. Появившийся Ворон снял пиджак и бросил его в кресло, оставшись в белой рубашке и черных брюках, туда же он отправил снятый ремень, издавший металлический звук.

Анна продолжала стоять к нему спиной, когда он вплотную подошел к ней и обнял, скользнув ладонями по рукам и захватив в плен кисти. Ее напряжение вызвало в нем вспышку гнева, которую он подавил и спросил, шепча на ухо:

— Ты, правда, думала, что я отправлю тебя на эшафот?

— Я и сейчас думаю, что мне не миновать этой участи, — насмешливо произнесла Анна.

— Значит, ты — дура, — ровно сказал Робин, продолжая обнимать ее.

— О, не спешите с выводами, мой король.

Он отошел прочь и, почти отрывая пуговицы, снял рубашку.

— Называй меня по имени — Робин.

— Хорошо Робин, — вдруг оглянулась Анна и, едва коснувшись взглядом мужского обнаженного торса, посмотрела ему в глаза.

— Ты отвела взгляд, — усмехнулся король. — Я не нравлюсь тебе? На этой фразе он снова стал приближаться к ней.

— Нет, ну что ты, Робин, ты отлично сложен, просто я стесняюсь чужих полуобнаженных мужчин, — сказала она отступая.

Он вдруг улыбнулся по-мальчишески заразительно, отчего в глазах заиграли искорки.

— Так давай станем ближе. Поскорее.

На миг в девушке что-то отозвалось на его улыбку, и ее лицо тоже отразило нечто подобное. Но, потом выражение вдруг стало тоскливым. Он продолжал медленно наступать, пока Анна не уперлась спиной в стену.

— Подари мне свою нежность, — тихо сказал Робин, касаясь рукой ее волос. — Нам будет хорошо вдвоем. Он не удержался, наклонившись к ней, потерся носом о ее нос, попытался поцеловать, но Анна мягко освободилась.

— Да, на короткое время нам действительно может быть хорошо, а потом… — она не закончила фразу.

— А потом, — завороженный звуком ее голоса спросил Ворон.

— А потом придет горечь разочарования и жестокая расплата, которые перечеркнут все приятные воспоминания.

Анна подошла к двери и дернула за ручку, спальня оказалась заперта.

— Ну-ну-ну, — протянул молодой человек, снова обнимая ее со спины и легко поднимая на руки. — Ты станешь моей женой.

— Робин, отпусти меня, пожалуйста, — сказала Анна, заглядывая ему в глаза.

Юноша поставил ее на пол, не выпуская из объятий.

— Отпусти меня домой, — ласково произнесла она.

Робин вздохнул и снова горячо прошептал ей на ухо:

— Не могу, ты переступишь этот порог только после того, как станешь моей.

Ему было необычайно приятно держать ее в объятиях и целовать волосы. Он даже подумал, что никогда не испытывал такого прежде.

Анна снова каким-то образом вырвалась из его рук и заговорила:

— Робин, у нас есть еще несколько минут до того, как я уйду отсюда.

— Куда, моя крошка? — усмехнулся Ворон.

Она проигнорировала вопрос.

— Я хотела рассказать тебе немного о себе. Когда-то давно я любила. И сейчас тоже люблю.

Услышать от нее это молодой человек ожидал меньше всего.

— Вот как, — его взгляд стал ледяным. — И кто же он?

— Его нет в живых, — голос Анны прозвучал так, словно она находилась за тысячу миль от него. — Его нет, а огонь во мне не угасает. Почему он не сожжет меня? Почему?

Ворон молча смотрел на нее, и она ответила ему еще более пристальным взглядом. — Твои настоящие чувства, Робин, всего лишь разрушительная кратковременная страсть.

— А твои? — хрипло спросил юноша.

— Я могу показать их, но знай, что предназначены они для него, а не для тебя.

Робин на миг опустил взгляд, а подняв, увидел Анну рядом и ощутил ее прикосновение к своей руке, которое могло быть простым и ничего не значащим, но по коже вдруг прошла дрожь. Он посмотрел ей в глаза, и потерял связь с реальностью.

— Любимый мой, я так долго тебя ждала. Невыносимо долго, — на последней фразе ее голос сорвался.

Она взяла его руку в свои ладони, прижалась к ней щекой, и юноша перестал чувствовать свое тело.

— Прошу тебя, подари мне сына. Я так мечтала об этом. Увидеть его глаза, такие же, как у тебя. Я хочу смотреть на него и вспоминать о тебе. Хочу, чтобы ты всегда был рядом со мной, всегда.

Анна медленно погладила его по волосам, отчего Ворон закрыл глаза. Его охватило нечто неизведанное. Но графиня отошла от него и вместе с ней исчезли странные ощущения.

Тишину нарушил бой часов, и молодой человек вздрогнул.

— Мне пора, Робин, — произнесла девушка.

— Понятно, что я не заслужил таких слов, ведь у меня не может быть детей. Проклятие королевской династии, — бросил Ворон с горечью, толкнул ее на кровать и встал рядом на колени, удерживая руками.

— Ты веришь в проклятия? — устало спросила Анна. — Осмысли свою жизнь и жизнь своих предков и поймешь, кто виноват в случившемся, и как все исправить. Посмотри вокруг, все больше людей не могут продолжить род. Думаешь, что всех их кто-то проклял?

Она попыталась встать, но юноша не дал ей этого сделать.

— Я ведь не отпускал тебя, — сказал он с раздражением.

Анна бросила взгляд на меч, стоящий возле кровати, и Ворон увидел это.

— Королевский меч Адении. Он сам выбирает себе хозяина, его может удержать только сильнейший, а остальных это оружие обрекает на боль.

Голос монарха обрел былую твердость и властность. Он насмешливо смотрел на Анну. И даже не успел заметить, как она повернулась вокруг своей оси и в мгновение ока сверкающей молнией, приставила холодную сталь к его горлу.

Предводитель сильнейшего магического клана Воронов застыл на месте. Он не шевелился, чувствуя, как теплая струйка крови стекает по его шее.

— Да, — произнесла Анна. — Этот меч мне уже приходилось держать в руках. Может заявить права на престол? Ведь я лично тоже имею отношение к династии королей Адении. И имею больше прав быть во главе государства, чем ты, мой племянник Ратмир, которого ты так боишься, и даже больше чем покойный Лев Седьмой. Когда-то давно ему уступил власть мой дед. За что и поплатился. А ты так спокойно оставляешь эту игрушку, где не попадя, Робин. А дурой почему-то называешь меня.

— Так ты за это приставила клинок к моему горлу? — спросил король, косясь на лезвие.

— Нет. За фонтан обиделась, решила отомстить, — улыбнулась графиня.

Ворон воспользовался моментом и пустил в нее парализующее заклинание. И тут же ощутил оцепенение всего тела, поняв, что Анна отзеркалила его атаку.

Быстрым движением умелого воина она рассекла клинком воздух, вложила его в ножны и закинула за спину. Затем подняла Робина и уложила его на кровать, постаравшись устроить поудобнее с помощью подушек. Удовлетворенно оглядев неподвижного юношу и подмигнув ему, она быстро надела плащ и вышла.

Пятнадцать минут пребывания в неподвижном одиночестве показались Робину вечностью. За это время он испробовал сотни способов, чтобы избавить себя от действия собственных чар.

Неожиданно дверь слетела с петель от сильного удара, и в комнату ввалился Артур. Сказать, что он выглядел удивленным, означало не сказать ничего. На полминуты лорд Керн просто превратился в статую. Следом за ним в проем влетел Эдвард, приподняв брови, он молча встал рядом с другом и уставился на Робина. Прошло еще несколько секунд, прежде чем юноши задрожали от смеха.

Возлежащий на подушках король, казалось, не выдавал никакого беспокойства по этому поводу, вот только его черные глаза яростно сверкали на смуглом лице.

— Как ты, Робин, — издевательским тоном спросил Артур.

— Может тебе помочь? — подхватил Сокол.

— А чем мы можем помочь? — недоуменно произнес Медведь. — Может у тебя есть магия, чтобы снять этот паралич?

— У меня нет, ее заблокировали. А у тебя?

— И у меня тоже.

— Так может позвать кого-нибудь? — молодые люди явно наслаждались сложившейся ситуацией.

— Да как? Я вообще сижу под арестом и ничего не могу сделать.

— Вот и я тоже.

Король только выражением глаз мог показывать, что он думает о своих подданных. Наконец, предводитель Медведей отлучился и привел стражу. Маги быстро освободили Ворона, который тут же смог заорать:

— Где она?!

Сокол и Медведь притворно недоуменно переглянулись.

Вдруг в помещение влетел бледный начальник стражи и спешно поклонился:

— Ваше величество, графиня покинула замок на своем коне.

— Догнать и вернуть! — рявкнул Ворон.

От волнения подданный стал заикаться.

— К-к-какую из них?

— Что?!

— Шесть всадниц ускакали в разных направлениях. Мы не смогли определить, где миражи, слишком быстро все произошло.

— Преследуйте всех всадниц!

— Слушаюсь, ваше величество.

Стражники удалились. Робин быстро натянул рубашку и камзол, бесконтрольно передвигаясь по комнате взад и вперед. Зазвучавшая сирена заставила всех присутствующих напрячься.

— Взлом хранилища! — закричал Артур.

Юноши бросились бежать.

* * *

Дворцовое хранилище было защищено самыми мощными магическими чарами, которые только можно представить. Поэтому перед входом в него было безлюдно. Когда сирена возвестила, что все замки сломаны, в зале быстро появился большой отряд лучших стражей замка. Рассредоточившись в боевой готовности, они оглядывались в поисках врага.

Первым черного рыцаря на самом верху лестницы заметил капитан. В руках безмолвного незнакомца сверкнули два клинка и разрезали воздух как молнии. Проделав этот трюк, он на мгновение застыл в ожидании атаки, которая не заставила себя ждать. Потоки разрушительной энергии стеной полетели в него. Воин снова взмахнул мечами и каким-то непостижимым образом часть магии, отразившись, разметала отряд, а другая часть создала за их спинами стену. Что и увидели подоспевшие на место действия Артур, Эдвард и Робин.

Отряд тут же сгруппировался и разделился на две половины. Первая половина воинов ринулась в бой, поднимаясь по лестнице с обнаженным оружием.

Медведь и Сокол касались невидимой стены, пытаясь понять, какое заклинание ее разрушит, а Ворон вдруг отключился от реальности. В его сознании отчетливо вспыхнуло воспоминание. Ему всего семь лет. Он находится один в Зеленых угодьях. Прислуга, ухаживающая за ним и наследником Одена разбежалась. Он слышит плач малыша и видит, как последние рыцари, защищающие их, падают, сраженные мечами воинов ордена «Золотого льва». Он мал, но понимает, что их никто не пощадит.

Черный рыцарь появляется неожиданно и гладит его по голове. Он достает два клинка, отражающие ослепительный свет солнца и идет вперед, один, против двух сотен опытных солдат. Мальчик едва успевает следить за ним, уподобившимся черному смерчу, который наносит раны своим противникам, а те ничего не могут сделать в ответ.

— Это он, — глухо сказал Робин.

— Заклинание Хореста, Ворон, прочти его, и стена падет через пятнадцать минут, — спешно произносит Артур.

В это время рыцарь в черном вступил в бой. В его руках сверкало оружие, разящее противников. Ему потребовалось пять минут, чтобы оставить раненными на лестнице десять человек.

Лучшие фехтовальщики Сокол и Ворон стояли, не в силах вымолвить ни слова. Между тем, незнакомец в темных одеждах, сделав небольшую передышку, прыгнул с лестницы вниз, завертевшись волчком. Еще пять минут, и остатки отряда постигла та же участь. Оставив стонущих от полученных ранений солдат, человек в маске стремительно подошел к двери хранилища и открыл ее один ударом меча.

— Королевский меч, — выдохнул Сокол и оглянулся на Робина. — У него меч Адении.

— Да, она действует не одна. Успела передать его ему, — глухо сказал Ворон.

Через несколько минут стена исчезла, и молодые люди бросились вперед.

— Целителей сюда, быстро! — крикнул Сокол вошедшей служанке.

Вбежав в хранилище, они увидели сверкание открывающегося телепорта. Робин ударил магией, которая тут же была отражена и усилена щитом, позаимствованным взломщиком в королевской сокровищнице. Поставив щит напротив короля так, чтобы он удерживал его, рыцарь повернулся в сторону Артура и Эдварда.

— А вы крутой фехтовальщик, сударь, — презрительно бросил Сокол, обнажая меч и бросаясь на противника.

Их клинки скрестились, и лорд почувствовал на себе уверенную силу врага. Мгновение, тот совершил незнакомый ему маневр, меч, выскользнувший у юноши из рук, вонзился в стену, а сам он получил удар в челюсть и упал на пол почти в полубессознательном состоянии.

— Ну, то, что ты горазд драться на мечах, это понятно, — сказал Артур. — Может, попробуем на кулаках.

Молчаливый, словно призрак, взломщик, спокойно отложил мечи и увернулся от резкого удара Медведя. Человек в маске словно шутя, уходил от метких ударов Артура. Тот размахивал руками, а выражение его лица становилось все более растерянным. Юноша упал от одного незаметного движения соперника, которое даже замахом можно было назвать с трудом.

Оставив противников поверженными, темный рыцарь подошел к статуе-переместителю и, сняв перчатку, положил руку на ее подножие.

— Телепорт не откроется для мужчины-воина, — провещал бесстрастный голос.

Совсем немного времени осталось Робину, чтобы освободиться из плена магического щита. Медведь и Сокол тоже стали приходить в себя, потихоньку поднимаясь с пола.

— Я не мужчина, — ответил рыцарь, снимая маску.

Трое юношей увидели перед собой Анну Рейн, к которой подбегал кашляющий бледный Август, держа в тонких руках ветку можжевельника. На полпути он запнулся и упал. Было видно, что для того чтобы встать, мальчик собрал всю свою волю.

— Анна, я принес то, что ты просила, — протянул он ей зеленый можжевельник.

— Спасибо, — сказала девушка, забирая у него веточку и бросая её в синий огонь, пылающий у подножия суровой статуи.

— Телепорт открывается, — снова послышался безжизненный голос.

— Ты хочешь пойти со мной? — спросила девушка у мальчика.

— Да, — ответил он, глядя на нее огромными синими глазами.

Она потянулась к нему и взяла на руки. Робину не хватило всего полсекунды, чтобы задержать скрывшуюся в глубинах порта графиню. Бросившегося за ней его отбросило и оглушило. В хранилище воцарилась тишина.

* * *

Опустошенный Ворон медленно вышел из помещения. Кругом суетились целители, приводящие воинов в порядок, к счастью смертельно раненых и убитых среди них не оказалось. Подоспевшие маги восстанавливали защиту.

— Подумать только, — бурчал Артур. — Какая-то баба за десять минут уложила лучших моих солдат.

— Это кто угодно, только не какая-то баба, — рыкнул на него Сокол. — Проделать такое!!! Да здесь соображать за десятерых нужно!

— Она сказала, что много сил уходит на то, чтобы никого не убить, — вдруг сказал Робин так тихо, что спутники едва его расслышали. — До какого места протянут телепорт?

— До Отборна, — ответил Артур.

— Надо перенестись туда, — уже увереннее произнес Робин.

— А я предлагаю сначала узнать, с кем мы имеем дело, — раздраженно сказал Эдвард. — Иначе скоро выяснится, что она — богиня Артемида, спустившаяся с небес на землю, поиграть с нами. Я вполне серьезен, — юноша чеканил слова. — Предлагаю пройти в архив, думаю, все замки уже взломаны.

На этот раз с ним никто не стал спорить.

Сильная вьюга дула в стены черного замка неустанно, словно проверяя древнее строение на прочность, ветер выискивал щели и пытался разбить стекла. Случайные прохожие, сгорбившись, старались быстрее добраться домой, почти не дыша, потому что резкие порывы отбирали у них воздух.

* * *

Дворцовая библиотека была погружена в полумрак. Вокруг потолочного фонаря, испускающего тусклый свет, летал мотылек.

«Откуда он здесь?» — подумал Эдвард.

— Приготовьтесь слушать и задавать вопросы, — сказал Артур, сосредоточенно нажимая на рычаг.

Робин стоял у стены, скрестив руки на груди.

— Анна Рейн, — отчетливо произнося каждую букву, обратился лорд Керн к призраку.

— Анна Рейн — потомок рода пришедших и прямой потомок рода Ареерев — королевской династии Адении.

Эти слова заставили Ворона вздрогнуть.

— Прямым наследником трона был ее дед, который уступил власть Льву Седьмому из клана Воронов. Владеет магией утренней звезды, недоступной никому в трех королевствах. Лучший стрелок из лука, в совершенстве владеет мечом и всеми известными видами оружия. Опасна. Прозвище — Пиранская роза. Была осуждена на смертную казнь и освобождена после доказательства невиновности. В одиночку разбила отряд воинов «Золотого льва».

На этот раз вздрогнули Медведь и Сокол и посмотрели на Робина. Голос смолк.

— Личные связи? — переспросил Артур.

Вся семья погибла во время гражданской войны и войны с Аренией. Подруга графиня Рогнеда Ронская — обладает магией высшей разрушительной силы, прозвище — Черная молния. Племянник Ратмир — способности неизвестны. Не связаны кровными узами.

— Как?! — выкрикнул король.

— Является сыном вдовы двоюродного брата от второго брака.

— Надо же, они даже не родственники, — скептически произнес Ворон.

— Еще информация, — нетерпеливо сказал Сокол.

— Безжизненную пустыню под ее руководством за десять лет удалось превратить в богатые земли. Есть собственная армия.

— Что?! — вскрикнули все трое разом.

— Подробности, — выдохнул глава клана Медведей.

— Пятнадцать лет назад герцогству Оден, народу, изгнанному в пустыню, и крошечному графству Роден угрожала опасность, чтобы противостоять вельможам Адении народы объединились. Армия обладает мощной обороноспособностью и легионом драконов.

На этот раз друзья даже ничего сказать не смогли. В тусклом свете было видно, как и без того широкие зрачки серых глаз медведя стали еще шире.

— Это невозможно, драконы вымерли пятьдесят лет назад.

— Анне Рейн и Рогнеде Ронской удалось найти пару и создать условия для их размножения. Это дело успешно продолжил Ратмир Оденский, племянник Рейн.

— Сколько их сейчас?

— Количество неизвестно, — продолжал вещать призрак.

— Численность армии, навыки солдат, боевая способность, — выдохнул Робин.

— В трех провинциях держать оружие начинают раньше, чем ходить. С воинским искусством знакомы все, а женщины в этом деле ничем не уступают мужчинам. Даже все животные способны защищать их.

— Это какой-то бред, — прошептал король, растирая лоб.

— Значит, в Зеленых угодьях Анна спасла тебе жизнь, — вдруг сказал Артур. — Здорово ты ей отплатил.

— Заткнись! — прорычал Робин, бросив на него сердитый взгляд.

— Кстати, Ворон, на тебе приворот, — безразличным тоном проговорил Эдвард. — Еще не вступил в силу. Снимать?

Монарх внимательно посмотрел на него.

— Не смотри на меня с такой надеждой, Роб, это — не Анна, — ядовитым тоном проговорил Сокол.

— А кто? — заинтересовался Медведь.

— Бывшая любовница, третья с краю.

— Понятно, — почему-то удовлетворенно заключил Артур. — Самая глупая из всех.

— Да кто вы такие, чтобы судить меня. Здесь сборище святых, как я погляжу, — встал в позу Робин.

— Однако мы насилием не занимались, — не отводил глаз Медведь.

— Я не собирался никого насиловать, идиоты, — глухо сказал юный король. Он почему-то вспомнил Анну, представшую перед ним в первый день: растерянную, стеснительную, вопросительно заглядывающую ему в глаза. — Что это за растение — пиранская роза?

Сокол задумчиво уставился на стеллажи с книгами.

— Есть такие цветы в Пиране. Неземной красоты. Встречаются так редко, что многие почитают их за легенду. Те, кто хотел их сорвать, погибали на месте. Шипы ядовитые.

— Редкая гадость, — сказал Робин будничным тоном. — Значит сейчас она в Отборне. Нужно туда поспешить.

— Да, но зачем, что ты собираешься делать, Ворон, — Артур стоял, широко расставив ноги и скрестив руки на груди.

— Я собираюсь жениться на ней, — мягко вставая со стула, ответил Робин. — Или у тебя есть возражения.

— Боюсь, что у нее они будут, — вмешался Сокол. — Ты что же думаешь, Роб, что девушка с такой внешностью, способностями, а, главное, могуществом и богатыми землями, никого не привлекла раньше тебя. Как же, как же. Она ждала, когда ты вырастешь.

— Да, — вновь заговорил Артур. — Ждала, когда ты сделаешь ее своей любовницей.

— На ее руку претендовали два короля соседних держав. Это мне доподлинно известно.

Губы Робина презрительно скривились.

— И что же?

— А то, — ответил Эдвард. — Что никто из них положительного ответа не получил. — И не думай, что она упадет в твои объятия, как только услышит предложение о браке. Насколько я успел узнать ее натуру. Плевать она хотела на громкие титулы и казну. Практически в одиночку противостоять всей знати и не искать покровителя… Не знаю даже, что ею двигало.

— А раз для нее имена не важны, значит, у нас тоже есть шанс, завоевать любовь красавицы. Пусть сама выбирает, — вновь вклинился Медведь.

Робин опять криво усмехнулся, опустив ресницы.

— А если это будет кто-то не из нас? — спросил он. Вы об этом подумали.

— И кто, к примеру?

— Да хотя бы Ратмир.

Сокол поперхнулся.

— Ну, ты и скажешь. Тебе просто ревность застит глаза.

— Я согласен лишь с тем, что Анна может выбирать сама, но упаси вас бог, сделать какие-то поползновения в ее сторону. В Отборне рассчитываем только на магию. Никаких неосторожных движений, чтобы не навредить ей. Головой отвечаете.

Трое юношей стояли друг напротив друга, скрестив горящие взгляды. Тусклый свет падал на их волосы, а мотылек все продолжал летать вокруг фонаря.

Глава II

В восходе солнца есть неизбежность. Любовь настигнет меня.

Отборн — большой город, раскинувшийся на побережье сурового Северного моря, негостеприимно встретил главу государства и его приближенных. Одетые в костюмы простолюдинов, они поежились от резкого обжигающего ветра.

— Она еще не покинула город, — сказал Сокол, вглядываясь в колбу с прозрачной жидкостью, светящуюся фиолетовым цветом. — Двигаться нужно на юго-восток.

— Это вдоль по набережной, — произнес Артур.

На каменную улицу то и дело проливались брызги воды, переливающиеся в лунном свете. Молодые люди находились в пути уже около получаса, и в течение этого времени почти никого не повстречали. Переулок, в который они попали, был темен и мрачен. Чуткие уши Эдварда уловили подозрительный шорох. Он остановился и дал знак другим сделать то же самое.

Из темноты показалось несколько мужчин и юноши поняли, что их окружают.

— Похоже, у этих нет ни гроша за душой, — послышался низкий грубый голос.

— Ничего, сгодятся сами, на невольничьем рынке за таких дадут много.

— Тридцать человек, — почти неслышно обратился Артур к Робину.

— Ребята, мы спешим, и не хотим тратить на вас время, — заговорил Ворон. — Поэтому предлагаю вам разойтись по-хорошему.

После этого, путникам показалось, что весь переулок разразился гоготом, а в свете фонаря мелькнуло лезвие ножа.

Через мгновение пространство и лица разбойников, понявших, что к чему, осветила магия. Артур взмахнул рукой и все нападавшие остались лежать на мостовой, корчась от боли.

— Пощади, — прохрипел вожак Робину. Тот щелкнул пальцами, и лежащим полегчало. Теперь отовсюду раздавались только стоны.

— Уходим, — приказал король.

— Так-так! — злосчастный переулок снова огласил чей-то крик. — Банда кривляк отправляется в Шантенскую тюрьму!

Еще не пришедшие в себя преступники стали затравленно оглядываться.

— Полицейский патруль, — скривился Сокол.

— А это что за персоны здесь? — продолжил голос.

В ту же секунду маги зажмурились от яркого света.

— Кто такие? — спросил еще один блюститель порядка недружелюбно.

— Мы простые прохожие, — уверенно сказал Робин.

— А, значит мимо проходили, — полицейский подошел к нему вплотную и стал рассматривать снизу, потому что был намного меньше ростом. — Посидите в клетке до выяснения обстоятельств.

— Капитан, — вмешался Артур. — Ты хоть понимаешь…

— Хорошо, — перебил его Ворон. — Мы ни в чем не виноваты.

Полицейский участок представлял собой тесное помещение с клеткой из железных прутьев у стены, в которую и поместили троих друзей.

— И долго сидеть здесь прикажешь? — предъявил претензии Медведь.

— Как след? — спросил Ворон у Эдварда, игнорируя Артура.

Сокол уставился на сосуд, и, казалось, был сильно удивлен.

— Совсем близко.

За дверью раздался шум.

— Давай, я твоего пацана подержу, — сказал капитан.

— Спасибо, — поблагодарил знакомый женский голос.

Троица пленных напряглась. Дверь открылась, и их взору предстал капитан со спящим Августом на руках, а также Анна собственной персоной, облаченная в одежду простолюдинки. Полицейский вертелся вокруг графини ужом.

— Ну-ка, посмотри, может ты с этими подозрительными типами раньше встречалась.

Робин с нетерпением ждал, когда Анна обернется к клетке.

— Да-да, сейчас, вы только мальчика вот сюда на лавочку положите.

Проследив за тем, чтобы ребенку было удобно, она обратила внимание на мужчину.

— Вот сюда иди, посмотри.

Анна обернулась и сразу же встретилась с горящим взглядом короля.

— А можно поближе посмотреть? — как ни в чем ни бывало спросила она у блюстителя закона.

— Да, конечно.

Графиня ровной поступью подошла к железным прутьям и поочередно оглядела троих юношей так, словно у нее было плохое зрение.

— Впервые вижу, — наконец сказала она, обернувшись.

— Ну, я так и думал, — произнес капитан, бросив быстрый взгляд на троих задержанных, которые невинно захлопали ресницами. — Ты не передумала переправляться на материк? Путь не близок. Еще и неизвестно, как тебя родственники встретят. А здесь для тебя женихи найдутся. Хочешь, с мельником познакомлю, он парень зажиточный. И тебя прокормит и брата.

— А он симпатичный? — кокетливо улыбнулась девушка.

— Ну, не король Ворон, конечно, или его герцоги, но все же.

— А-а-а, — протянула графиня.

— Ты это, девка, брось, тоже о короле мечтаешь?

— Да вы что, господин капитан, — возмутилась Анна. — О таком, я даже мечтать не могу. Да и говорят, что он не такой уж и красавец.

— Это точно, — встрял в беседу Артур. — Я его видел как-то, — поймав сердитый взгляд Ворона, продолжил, — Издалека. Красотка, как тебе я? — он подмигнул Анне.

— Только таких проходимцев ей не хватало, — гневно сказал капитан и, погрозив юноше кулаком, хлопнул дверью.

Анна спокойно села на табурет и окинула взглядом пленных.

— Аннушка, — голос Робина звучал пугающе ласково. — Сейчас ты пойдешь с нами, и все будет хорошо.

Анна посмотрела на юношей и ощутила призыв, идущий от всех троих, от которого на миг ей стало не по себе.

— Сожалею, но это никак невозможно, ваше величество.

— Неужели вы думаете, графиня, что сможете противостоять нам, — хрипло произнес Артур.

— Вас и мальчика никто не тронет, — пообещал Сокол, сверкая бездонными зелеными глазами.

— А зачем мне вам противостоять, лорд Керн, — спросила девушка. — Ведь вы же в клетке.

Все трое улыбнулись.

— Мне нравится, когда ты играешь в дурочку, на досуге можно будет продолжить это занятие, а сейчас нет времени, — сказал Ворон, образовав сгусток энергии между ладонями и схватившись за прутья, чтобы разогнуть их.

Анна с улыбкой смотрела на его удивленное лицо, когда попытка оказалась неудачной.

— Не нужно так напрягаться, ваше величество, — ее голос звучал без издевки. — Дело в том, что прутья в этой клетке отлиты из древнего колокола Отборна, металл которого сдерживает всякую магию. Всему виной невежество и бесхозяйственность чиновников. Росчерк пера и вот — в затертом полицейском участке появилось такое сокровище.

— Даже этот металл не сможет удержать нас надолго.

— Это верно, — согласилась графиня. — Таких сильных магов он сможет удержать всего часа на три. Этого времени мне как раз хватит, чтобы уйти.

— Анна, не вынуждай меня быть жестоким, — Робин, схватившись руками за прутья, прожигал ее взглядом.

Он чувствовал, что Сокол и Медведь уже проверяют клетку на прочность и используют все способы, чтобы сломать ее быстро. Теперь нужно только отвлечь девушку.

— Никогда никого на это не провоцировала, ваше величество, — ответила графиня.

— Моя женщина покидает дворец без разрешения, взломав хранилище и уложив тройку десятков воинов. Это не провокация?

— Чьей-то себя может назвать только сама женщина, — в голосе Анны послышалась сталь.

Лицо короля исказила гневная гримаса.

. — А если это сделает мужчина?

— Без согласия женщины это будет пустым звуком, — усмехнулась графиня.

По губам Артура и Эдварда также пронеслись едва заметные усмешки.

— Даже если эти слова принадлежат королю? — спросил Ворон.

— Даже если божеству пиранских крестьян.

— В вас много дерзости и глупости, графиня, — жестко произнес Артур. — Женщина не может выжить без защиты мужчины.

— Однако мне удавалось доказывать обратное много раз, — насмешливо сказала Анна. — Я не пытаюсь навязать вам свое мнение, милорды, но считаю, что женщине мужчина не нужен вовсе.

Движение в клетке замерло.

— Да, точно также как и женщина мужчине. Мы не нужны друг другу без любви.

На некоторое время в помещении воцарилась тишина.

На лавочке зашевелился Август. Он проснулся и посмотрел на Анну.

— Август, ты есть будешь?

Тот утвердительно кивнул головой. Девушка села рядом с ним и, открыв сумку, достала оттуда овощи, хлеб и фрукты. Август выглядел уже значительно лучше и уплетал продукты с завидным аппетитом. Съев несколько добрых кусков, он заметил, что они с Анной не одни. Артур подмигнул мальчику.

— Анна, — удивленно спросил Август. — А что здесь делает король и лорды в такой одежде и за решеткой?

Графиня зевнула, прикрывая рот рукой.

— Мне их планы неизвестны. Но если они переоделись, значит, не хотят, чтобы их узнали.

— Они, наверное, хотят есть? Можно я их угощу?

— Конечно, делай, что хочешь. Только осторожно двигайся, ты еще слаб.

Ребенок взял большое блюдо и, наложив в него еды с верхом, отнес к клетке. Артур с улыбкой забрал пищу у мальчика и поблагодарил его. Август тут же обернулся и подал ему кувшин с водой.

Сокол и Медведь с жадностью набросились на еду. Робин тоже взял несколько кусков хлеба и овощи, не отрывая глаз от Анны и удовлетворенно отмечая, что запущенная ими магия начинает действовать.

— Скоро мы вернемся во дворец, сказал он Августу, — надкусывая хлеб.

В глазах мальчика застыл страх. Он обернулся к Анне.

— Мы нет, — сказала та. — Это, его величество шутит. Вот, отдай ему это, и он перестанет веселиться.

С этими словами графиня передала мальчику свиток. Иронично хмыкнув и взяв из рук ребенка развернутую бумагу, Робин побледнел. Эдвард и Артур подошли к нему и тоже заглянули в свиток.

— Да, тут и спешка не поможет, — пробормотал Медведь. Где мы найдем солдат, чтобы противостоять двум державам.

На миг огонь в глазах Ворона словно потух. Он молча передал бумагу Артуру и посмотрел на Анну, которая уже собирала вещи.

— Август, нам пора, — улыбнулась она.

Мальчик подошел и взял ее за руку. Проходя мимо клетки, Анна остановилась напротив Робина. Время вдруг остановилось.

— Если бы мне тогда только хватило сил, и я смогла бы противостоять кланам и вырвать тебя из их лап. Тогда бы все было иначе. А теперь нам всем придется трудно. Прости.

Она прикоснулась к его руке, сжимающей прут. Ворон тут же схватил ее за руку и поднес к губам.

— Не уходи. Останься со мной навсегда.

Анна одарила его долгим взглядом и неспешно отняла руку, которую юноша не хотел отпускать.

— Все будет хорошо, — на этот раз она посмотрела на всех троих так, словно хотела запечатлеть каждую их черточку.

* * *

Холодную долину приграничья снег покрывал почти сплошным ковром, проталины были заметны лишь кое-где. В королевском шатре Эдвард, Робин и Артур, спорили, склонившись над картой.

— Я вижу выход только в отступлении, — говорил глава клана Медведей — Да, если мы выставим основные силы сейчас, то, возможно, одержим победу, но какой ценой? Одна выигранная битва обернется для нас полным разорением страны.

— Этого не избежать и при отступлении, — не соглашался Робин.

— Да, но так у нас хотя бы будет шанс, — сказал Эдвард.

— Это вряд ли, — снова произнёс король, мрачно глядя перед собой. — Я согласен с герцогом Ланбергским. Лучше нанести решающий удар сейчас, а потом устроить партизанскую войну остаткам их войск.

— Очнись, Робин, после такой мясорубки уходить в партизаны будет некому.

Юный король тяжело вздохнул.

— Значит, так тому и быть. В бою магов нас постараются уничтожить любой ценой.

— Ты не будешь принимать в нем участие. Это слишком большой риск. Убьют тебя, не будет Адении.

— В Адении еще остались достойные претенденты на престол, а я не стану прятаться за спинами собственных подданных. Это никого не воодушевит, воины и так пали духом. Силы неравны.

— Будем драться и будь, что будет, — мрачно произнес Артур.

Полог приоткрылся и вошел солдат королевской стражи.

— Ваше величество, к вам лорд Мерд с важным сообщением.

— Впустить.

Вошедший сгорбившийся человек с бегающими глазами отвесил глубокий поклон.

— Приветствую вас ваше величество и вас ваше сиятельство.

— Взаимно, милорд, прошу вас без излишних церемоний. Переходите прямо к делу, — сказал Ворон.

Полог приоткрылся и в шатре оказался военный министр, став свидетелем идущего разговора.

— Ваше величество, — продолжил лорд Мерд, бросив неприветливый взгляд на вошедшего. — У меня есть все основания утверждать, что союз трех провинций предал корону и выступает на стороне наших врагов.

— Это наглая ложь! — крикнул герцог Ланбергский.

— Герцог, держите себя в руках, — тихо произнес Ворон. — Надеюсь, ваши утверждения подтверждены фактами?

— Вот, — лорд протянул королю бумаги. — Это свидетельские показания того, что армия графства Рейн приведена в боевую готовность и собирается выступать под предводительством герцога Ратмира Оденского. Разведка донесла, что в планах графини Рейн посадить на престол Адении своего племянника. Сейчас настал удобный момент. Она собирается заключить брачный союз с королем Арении.

— Тогда зачем ей возлагать надежды на племянника? Если она итак станет королевой? А Адению поделят две державы? — еще тише спросил Робин.

— Не всю Адению. Наша армия хоть и слаба, но еще может дать отпор даже двум государствам. Оба монарха понимают это. Поэтому претендуют только на часть северных земель, желая расширить свои границы. Остальное достанется Ратмиру Оденскому.

— Это похоже на правду, — прошептал бледный Сокол.

— А это новая карта трех будущих государств, ваше величество, — продолжил лорд Мерд. — У меня есть предложение, как помешать предателям.

Лицо юного короля приобрело землистый оттенок.

— Валяйте.

— По этой территории нужно нанести магический удар. У них нет щитообразователя, и поэтому они не смогут отразить его. Пустыня снова станет пустыней, как и должно быть. Ратмиру Оденскому нечего будет предложить союзникам, они откажутся от него и у нас станет на одного врага меньше.

— Ваше величество, вы обещали дать мне слово, — голос военного министра звенел от напряжения.

— Да, — у короля был вид смертельно уставшего человека.

— Все эти утверждения господина Мерда не подтверждены ни единым фактом. Это просто слова, и слова лживые!

— Ваши утверждения тоже просто слова, — голос юноши по-прежнему звучал на одной ноте.

Герцог Ланбергский неожиданно схватился за сердце. Сокол быстро подбежал к нему, уложив прямо на пол в шатре и отдавая магическую энергию. Целитель убедился, что жизни еще находящегося без сознания мужчины ничто не угрожает, кивнул охране, и те унесли его.

По-прежнему стоявший в полупоклоне Мерд ждал ответа.

Робин встал, почему-то еще раз взглянул на карту и сказал:

— Адения не станет наносить удар по собственной провинции. Вы свободны, милорд.

— Вы совершаете ошибку, ваше величество, — произнес лорд, едва сдерживая гнев. — Позвольте вам сказать, что вы еще слишком юны и не владеете ситуацией…

— Пойдите вон.

Мерд попытался было еще что-то сказать, но, наткнувшись на не обещающий ничего хорошего взгляд предводителя клана Медведей, поспешил ретироваться.

— Ты поверил ему? — спросил Сокол у короля.

— Это не имеет значения. Если армия уже выступила, то там остались только женщины и дети. Прикажешь мне стереть их с лица земли?

— Да, а войнушка будет даже веселее, чем я думал, — включился Артур.

— Надо же, избранником стал властитель Арении, — горько сказал Ворон.

Юноши отвели глаза.

Через три дня стоящая в долине дивизия была приведена в боевую готовность. Противник действовал строго по плану, который был известен, благодаря аденийской магической разведке. Войска соседних стран должны были прорвать оборону именно в этом, наиболее удобном для них месте — в Холодной долине. А вся Адения ожидала магического удара, от которого должен был защитить щитообразователь.

Ворон наблюдал за приближающейся конницей врага.

— Действуем по плану, — сказал Артур кому-то за его спиной. — Атаку с флангов начинать только по моему приказу.

Расстояние между солдатами сокращалось.

— Сейчас начнется резня, — тяжело сказал Сокол.

Робин взялся за рукоятку меча, чтобы дать команду атаковать. Но Артур неожиданно помешал ему. На лицах юношей король увидел ужас и отчаяние. На холмах долины с обеих сторон появилась многочисленная конница.

— Это ратники Одена, — сдавленно произнес Сокол.

— Труби круговую оборону, — резко выкрикнул Ворон.

Поняв, что они окружены со всех сторон, и отступать некуда аденийские солдаты заметались. В толпе послышались крики паники, которые не могли унять даже офицеры. Артур и Сокол уже приготовились использовать магию, чтобы успокоить солдат. Как вдруг сзади раздалось восторженное восклицание герцога Ланбергского.

— Смотрите, они выступают под аденийскими флагами! Союз пришел нам на помощь!

Аденийское войско разразилось дружными криками «Ура!», за которыми сразу же последовал громкий высокий и протяжный крик сверху. Робин удивленно оглянулся назад.

— Это драконы! — восторженно прокричал Эдвард.

Прекрасные существа летели низко над землей, гордо расправив крылья. Несколько десятков драконов пролетели над головами аденийцев, обдав их сильным потоком воздуха.

Наступающая вражеская конница не успела преодолеть даже половину намеченного расстояния, как была остановлена стеной из огня, извергнутого крылатыми особями. Ряды атакующих охватила паника и сумятица, почти все всадники повернули назад.

Робин услышал звуки горна с холмов и понял, что союзники ждут его приказов. Король посмотрел на Артура, который понял его с полувзгляда.

— Преследовать врагов до границы. Командующих взять в плен.

Его приказ уже повторяли горнисты.

Робин вспомнил последние слова Анны: «Все будет хорошо» и взгляд ее теплых глаз.

Через каких-то полтора часа победа была за аденийцами. Непрошенных гостей выдворили за пределы страны, а король Арении и военачальник Пирана были взяты в плен. Министры уже составили договор о капитуляции, который должен был быть подписан на выгодных для Адении условиях.

* * *

Спустя время плененный могучий маг и монарх Арении зло улыбался, глядя на юного короля и его окружение. Высокий, темноволосый мужчина был похож на матерого волка, угодившего в западню. От него веяло опасностью и едва сдерживаемым гневом.

Такие настроения были понятны Ворону, но он не чувствовал страха, встречаясь и с более могущественными врагами, поэтому с легкостью выдерживал эти тяжелые взгляды.

— Вы готовы поставить подпись под этим договором? Или предпочитаете отправиться в лучшую аденийскую тюрьму, ваше величество? — спросил он.

Мятежный монарх оторвался от изучения бумаг и зло ухмыльнулся.

— Я подписываю этот договор, скрепленный магической печатью от имени своего монарха, — произнес генерал пиранской армии и расписался на выданной бумаге, которую у него тут же забрали.

Арениец, не произнеся ни слова, сделал взмах пером на договоре и поставил на нем печать своим перстнем.

Клерк суетливо подхватил документ и положил в шкатулку, которая тут же синим светом возвестила присутствующих, что пути назад нет, а нарушивших соглашение ждет смерть.

В шатер вошел стражник и возвестил о прибытии гостей.

— Герцог Ратмир Оденский, граф Лучезар Ронский и граф Буслай Ронский просят аудиенции.

— Впустить, — немедленно приказал Робин.

В шатер вошли три юноши, внешность которых приковала к себе взгляды всех присутствующих. Все трое положили правую руку на грудь и поклонились Робину первому, который тут же поприветствовал их в ответ.

Артур и Эдвард, как и их король, внимательно и оценивающе смотрели на пожаловавших к ним.

Впереди оказался платиновый блондин с серо-зелеными глазами, которые сейчас отливали сталью, а чуть поодаль стояли молодые люди с золотистыми длинными волосами и синими глазами. Лица всех троих отличались прямо-таки девичьей свежестью, но это впечатление было обманчивым.

Придирчиво осмотрев фигуры вошедших, Артур понял, что всем им присуща недюжинная физическая сила и особенно это касалось первого юноши, которым и был Ратмир Оденский. «Такая же мощь идет от племенного молодого быка, выросшего на воле», — почему-то подумал Медведь.

Ратмир лишь успел коснуться взглядом присутствующих, как услышал хриплый смех и голос короля Арении:

— Выкормыш Пиранской розы. А ты подрос, волчонок.

Невозмутимый Ратмир и графы Ронские вздрогнули, но не произнесли ни слова. Их реакция не ускользнула от взора поверженного монарха.

— Да их и бабами-то назвать трудно. Только злобные волчицы могут так защищать своих щенков, как Черная молния и Пиранская роза. Поганые ведьмы со смазливыми мордашками.

Робин почувствовал, как красная пелена застилает ему глаза, и вдруг услышал отстраненный глубокий голос Ратмира.

— Это рот и нутро у тебя поганые.

— Как грубо, зачем ты так, а я ведь мог быть тебе папой.

— Интересно, каким образом? Твоя кандидатура не рассматривалась даже под пытками, угрозой смерти и шантажом. Ты уверен, что что-то мог? Такие как ты не могут ничего, а женщины на вас смотрят либо со страхом, либо с жалостью.

— Я убью тебя, змееныш! — вышел из себя аренийский самодержец, показывая, что удар попал точно в цель.

Ратмир легко отразил выпущенную в него убийственную молнию и, почти не размахиваясь, ударил нападающего в челюсть, от чего тот отлетел на три метра, в угол шатра. Наблюдая за этой картиной, Артур и Эдвард весело переглянулись почти также как и братья Ронские. Упавшему королю, чудом оставшемуся в сознании, никто не поспешил на помощь. Он усмехнулся, стирая с разбитых губ кровь, и вполголоса произнес:

— Ну, за это ты мне ответишь очень скоро.

Суетливые клерки быстро поднесли нужные бумаги герцогу Оденскому и графам Ронским, которые те неспешно изучили и подписали.

— Господа, я буду рад видеть вас за своим столом, — произнес Ворон. — И спешу поблагодарить за помощь в этой схватке, без которой, такая быстрая и легкая победа была бы для нас невозможна.

Ратмир посмотрел ему в глаза, словно проверяя искренность только что произнесенного и, убедившись, что в сказанном не было издевки, поклонился:

— Мы принимаем ваше приглашение, ваше величество, и будем рады разделить с вами ужин.

После этого юноши еще раз поклонились и покинули шатер.

Как только придворные разошлись, оставив короля в компании Эдварда и Артура, последний восторженно вскрикнул:

— Вы видели, как у парня удар поставлен?! А магия?! Арениец могучий колдун, чтобы шутя отразить атаку такого! Да это какой запас надо иметь?!

Робин устало потер лоб и опустил плечи, словно напряжение последних месяцев всей своей тяжестью легло на него.

— А драконы, драконы, мужики! Вы видели драконов?! — не унимался Артур.

— Ну что ты, — сказал Эдвард. — Их видел только ты. Потому что у тебя зрение особое. Да, а последний дракон окочурился пятьдесят лет назад.

— Угу, — едва слышно пробурчал Робин.

— Ой, какие вы скучные, — с сожалением закончил Медведь. — Может, хоть за ужином развеселитесь.

— Ближе к ночи телепорт открывается. Короля Арении отправляем обратно, — сказал Сокол.

— Я бы его проводил в последний путь, — мрачно добавил Артур.

— К сожалению, пока это невозможно, — бросил король.

* * *

Собираясь на ужин, Ворон взглянул на себя в зеркало. Черные брюки и белый камзол сидели на нем безупречно, вот только что-то с лицом было не так. Он нахмурился, тяжелое предчувствие сдавило грудь. Что-то шло не так, но что? «В любом случае скоро все выяснится», — подумал он.

Робин отошел от зеркала и спиной ощутил неожиданные женские объятия. Свою бывшую любовницу он узнал по сильному запаху сладких духов.

— Приветствую короля-победителя, — проворковала черноволосая Эления. — Я преодолела огромный путь, чтобы увидеть тебя.

— Кто разрешил тебе приехать? — юноша резко разомкнул ее руки и обернулся.

— Ты не рад меня видеть? — красавица обиженно надула губки.

— Нет, тем более что я вас сюда не приглашал, миледи.

— Да, и кого же вы ожидали? Неужели покорительницу сердец прошлой эпохи — графиню Анну Рейн?

Ворон быстро подошел к девушке схватил ее за подбородок и так быстро притянул к себе, что та закричала.

— Может быть, королю нужно отчитаться перед вами? Спешу напомнить, что вы не были бы даже моей любовницей, если бы не сделали приворот.

Услышав это, Эления побледнела.

— Одного этого достаточно, мадам, чтобы навсегда упрятать вас в монастырь.

Он грубо оттолкнул ее на диван и навис сверху.

— Забудьте это имя, сударыня. Забудьте также меня, иначе дорога вам туда будет открыта. А сейчас отправляйтесь домой немедленно. Стража!

Через несколько секунд в шатре оказались солдаты.

— Быстро увести и отправить миледи туда, откуда она приехала.

Уставший Робин даже не стал выяснять, как Эления попала к нему. Вероятно, это был подкуп и женское коварство, виновных он накажет позже. А еще он подозревал, что эту даму может поддерживать целый клан, преследующий свои корыстные цели.

В шатре, убранном к празднику, короля уже поджидали Сокол и Медведь. Эдвард не спеша прошелся вдоль стола с яствами, проверяя их на наличие яда и других неприятных вещей.

Ворон окинул взглядом собравшихся, Ратмира Оденского и его друзей еще не было и это ему не нравилось. Подошло время садиться за стол. Наконец, полог приоткрылся, и союзники соизволили войти. Женщины, приглашенные на ужин, и находившиеся в меньшинстве, задержали дыхание, разглядывая молодых людей. Все трое были одеты просто и привлекали внимание вовсе не нарядами. Несокрушимая сила и молодая энергия исходила от них волнами, и это не могло не чувствоваться.

Ворон первым подошел к ним.

— Буду рад разделить с вами ужин, — сказал он, протягивая Ратмиру руку.

Юноша с глазами, отливающими сталью, испытующе посмотрел на короля из-под коротких платиновых прядей. На миг, Робину показалось, что тому удалось заглянуть ему в душу. Наконец, герцог Оденский пожал ему руку.

— Простите, ваше величество, за то, что не пришли раньше. Нам нужно было разместить драконов в подходящем для взлета месте.

— Не так давно своим присутствием наш двор почтила графиня Анна Рейн — ваша тетя, — вдруг сказал Робин. — Как она поживает?

Ратмир снова пронзил его взглядом, но ничего не прочитав на непроницаемом лице, ответил:

— Благодарю вас, Анна в хорошем расположении духа, не смотря на происходящее.

Ворон понял, что юному герцогу ничего неизвестно о произошедшем во дворце.

— Она рассказывала, что ваша провинция перестала быть пустыней.

— Да, это так. И вы можете воочию в этом убедиться, ваше величество. В графстве Рейн будут рады видеть короля Адении.

Взгляд юноши был открыт, а в голосе звучала искренность. Вот только настороженность сквозила во всем его облике, и Робин понимал, что юноша не доверяет ему.

За ужином Ратмир, Лучезар и Буслай мало ели и совсем не пили вино. Придворные произносили тосты, но гости предпочитали салютовать чистой водой. К королю подошел лакей и передал какую-то записку. Едва взглянув в нее, Робин тихо встал из-за стола и направился к выходу. Вслед за ним быстро вышли Эдвард и Артур.

— Что произошло? — вдыхая морозный вечерний воздух, спросил Медведь.

— Сложности с проводами аренийцев, — буркнул Ворон.

— Может быть, взять с собой охрану? — предложил Сокол.

— Все пьяны. Да и что могут сделать три колдуна с надежно заблокированной магией. Портал мы открываем только в одну сторону, — сказал Артур.

На склоне, покрытом искрящимся в свете факелов снегом, стояли три аренийца и шесть магов Адении. Увидев Ворона, король зловеще оскалился.

— Ваше величество, — обратился к Робину маг. Телепорт не открылся в назначенное время. Мы выясняем причины.

— Что, решили задержаться у нас? — спросил Ворон у монарха.

— Да, есть неоконченные дела, — в тон ему ответил зловещий арениец. — Жаль, щенок, что ты отказался нанести по графству Рейн магический удар. Тогда бы он был двойным.

Юношей словно хлестнули бичом.

— Да, — продолжил король. — Скоро эта пустыня Рейн перестанет быть цветущей. Пиранская роза знала о том, что им грозит магический удар. И все же предпочла защитить Адению, а не собственную землю. Так не получилось у меня убить двух зайцев одним ударом. Но это пока. Жаль, что не удастся прикончить тебя лично, договор, знаешь ли. Но это ничего, зато я получу удовольствие, наблюдая, как ты сдохнешь.

Робин увидел подошедшего Мерда, на его губах змеилась улыбка. Телепорт открылся, выпуская пятьдесят магов-аденийцев, которые предали своего короля.

Шестеро сопровождающих были снесены потоком магии. Артур и Эдвард заслонили Ворона, выпуская мощный поток энергии, сразивший десять магов. Но за ними шли другие, еще более сильные, и было понятно, что юноши обречены.

— Робин, уходи, — крикнул Медведь что есть мочи. — Мы сможем их задержать.

В воображении Ворона промелькнули картины из детства и отрочества. Он вспомнил, как Артур и Эдвард защищали его, а он их. Им удалось выжить только благодаря поддержке друг друга и доверию.

Прошло всего несколько секунд. Друзья Робина уже опустились на колени, превозмогая боль. Ворон сконцентрировался и собрал всю свою магию, которая отмела сразу двадцать противников.

В глазах аренийцев промелькнуло удивление. Они не предполагали, что еще молодой глава клана Воронов обладает такой силой.

Робин заслонил собой друзей, уже потерявших сознание, и снова сконцентрировался, сжимая зубы. Двадцать магов отразили его удар, и теперь наступали, пытаясь пробить щит.

Король улыбнулся, понимая, что для него все кончено, и, закрутив энергию в вихрь, отбросил пятнадцать магов, падая на землю со стоном. Уже обездвиженный, юноша увидел подошедшего к нему аренийца в сопровождении.

— Это была неслабая попытка выжить. Даже я впечатлен. Заканчивайте с ним.

Один из колдунов создал шар. Ворон продолжал улыбаться, глядя на искрящийся смертоносный поток.

И вдруг вместо нависающих над ним воинов, он увидел звездное небо. Послышался шум быстро открывающегося телепорта и чьи-то вопли. Через несколько минут все затихло. Над Робином склонился Ратмир, с тревогой заглядывая в его глаза.

— Магический удар по твоей земле, — прошептал юный король. — Спаси Анну…

* * *

Анна сидела на полу в своем домике и горько плакала. Чем больше она пыталась совладать с собой, тем, казалось, неуемнее становились рыдания.

В ее спальне по-прежнему лежал бесчувственный Ворон, привезенный Ратмиром в пустыню неделю назад. Аденийские целители смогли вылечить его тело, но не смогли вернуть его душу. В неравном бою юноша потратил все свои жизненные силы. Понимая это, Анна перепробовала все известные ей средства, чтобы спасти Робина, но все было тщетно.

Вне опасности были жизни Артура и Эдварда, находившихся в это время в замке графства Рейн. Юноши еще были слабы, но уже пришли в сознании и поправлялись.

Ратмир и его друзья братья Ронские срочно отбыли в столицу, чтобы унять волнения, связанные с болезнью короля и его ближайших подданных.

Анна уже захлебывалась слезами, когда услышала резкий окрик:

— Немедленно прекрати истерику!

Сквозь соленую влагу она увидела свою подругу Рогнеду. Ее карие глаза гневно горели, а длинные темные волосы были всклокочены.

Девушка издала протяжный стон и прекратила плакать.

— Что? — спросила Рогда.

— С каждым часом надежды все меньше, — убитым голосом ответила Анна. — Я связалась со всеми целителями и перепробовала все, что знала сама.

— Еще есть, что попробовать, — отозвалась подруга. — Я узнала, что у нашего старого знакомого — вседержителя Пирана хранится вещица, способная возвращать магию.

— И где он ее держит?

— В своей пещере, которая нам знакома.

— Туда можно открыть телепорт? — спросила графиня Рейн, собравшись.

— А я, по-твоему, чем занималась эти дни?

— Когда мне можно будет перенестись туда?

— Хватит шутить, уж не думаешь ли ты, что я отпущу тебя одну?

— Я не шучу, это опасно. Думаю, что наши старые знакомые прекрасно осведомлены о сложившейся ситуации и будут нас там поджидать.

— А в этом никто и не сомневается, поэтому мы и отправимся туда вместе.

Анна вытерла лицо руками, встала с пола и направилась в спальню. Рогнеда последовала за ней.

Король Ворон лежал в белоснежной постели возле открытого окна. Занавеска затрепетала от порыва ветерка, открылась, и в комнату влетело несколько нежных лепестков яблони. Графиня подошла к Робину, поправила одеяло и погладила его по обнаженной руке.

— Да, — сказала Рогнеда, сдувая со лба непослушный завиток. — Довелось мальчишке хлебнуть дерьма на пути к власти.

Анна рассеянно посмотрела на подругу.

— А сколько еще впереди, у-у-у, — протянула графиня Ронская.

В спальню влетел Август и остановился возле кровати, тяжело дыша. В белокуром румяном мальчики со светящимися глазами теперь с трудом можно было узнать прежнего тщедушного ребёнка. Он легко поклонился Рогнеде, и та кивнула в ответ.

— Август, — обратилась Анна к ребенку. — Я отлучаюсь из дома и прошу тебя о помощи.

Мальчик весь превратился в слух.

— Я хочу, чтобы ты присмотрел за его величеством.

— Я понял. И уже подумал об этом, — серьезно ответил Август. — Мои друзья и соседи вызвались помочь. Мы сможем дежурить здесь неотступно. Наше имение защищено магией. И если кто-то решит пробить заслон, живое подаст сигнал. Через минуту здесь будут все воины окрестностей и драконы.

— Я знала, что могу рассчитывать на тебя, — сказала Анна, внимательно глядя ему в глаза.

Мальчик бросился к девушке, и она заключила его в объятия. Оказавшаяся рядом, Рогнеда обхватила руками обоих.

* * *

Рыжий Артур, отдыхающий в апартаментах замка, с удовольствием ел мед, стоящий на столике с продуктами, источавшими дивные ароматы.

В дверь постучали, юноша, недовольно оставляя трапезу, откинул длинные волосы назад и пошел открывать.

В спальню вошел Сокол бережно неся какой-то кувшин в руках и загадочно сверкая зелеными глазами.

— Я уже догадываюсь, зачем ты пришел, — произнес Медведь. — Твоя целительская магия ослаблена, и ты увлекся зельевареньем. А так как эксперименты ставить не на ком, решил попрактиковаться на мне. Сразу предупреждаю, пить это не буду.

— Ты что, не хочешь поскорее вернуть магию? — почти просительно произнес Сокол.

— Хочу, но это точно не поможет. Раз ты намеков не понимаешь. Говорю прямо: ты самый никудышный травник, которого я когда-либо встречал.

— Это потому, что ты мало травников знаешь, — не повел бровью Эдвард.

— Тихо, — вдруг поднес палец к губам Артур.

— Я ничего не слышу.

— Зато я слышу, через парадный холл кто-то вошел. Для прислуги сейчас не время. Надо посмотреть, кто это.

Спустя несколько минут юноши наблюдали за Анной и Рогнедой, одетыми в мужскую одежду и разговаривающими в подвале. Последняя деловито расхаживала по помещению, расставляя артефакты.

— А первый телепорт откроем отсюда до Чертовой таверны.

— Хватит выражаться, — машинально сказала Анна, засовывая кинжал за ворот сапога.

— А кто выражается? Это чертова таверна так и называется — Чертова.

Анна хмыкнула и покачала головой.

— Да, а уже оттуда откроем телепорт в пещеру. Так у нас будет шанс удрать и надрать задницу этим… — Рогнеда осеклась, взглянув на подругу. — В общем, ты меня поняла.

— Наши шансы выжить пятьдесят на пятьдесят. Шансы на возвращение души Робина после восстановления магии тоже пятьдесят на пятьдесят.

— Да, в общем, есть за что бороться. Помнишь, приходилось рисковать головой и за меньшее.

Графиня вздохнула:

— Я сделала себе восстанавливающий настой и оставила где-то, ты не видела?

— На столе в гостиной посмотри, — произнесла Рогда, не отрываясь от важных дел.

Анна решительно вышла, едва не задев притаившихся в темноте лиц, максимально приближенных к короне. Оказавшись в гостиной, она нашла сосуд с напитком и сделала три глотка. Настой сразу же подействовал на девушку, заставив сердце биться сильнее и даря энергию каждой клеточке тела.

— Так, все будет готово через час, — сказала вышедшая из подвала Рогнеда. — Ты как? Ведь последние ночи вообще не спала?

— Все хорошо, настой восстановил силы, — уверенно ответила графиня Рейн.

— Смотри, там зевать будет некогда. Уверена, что два короля уже сидят в засаде.

Анна равнодушно отвернулась:

— Пусть пока посидят, мы уже скоро.

* * *

Как только графини исчезли в проеме, Эдвард быстро подошел к столу, а Артур кинулся следом за ним.

— У нас маскировочные накидки с собой? — спросил рыжеволосый юноша.

— А как же, — ответил Сокол, отпивая из кувшина, оставленного Анной.

— Что ты хлещешь, дай сюда, много может быть вредно, — Медведь вырвал сосуд из рук приятеля и сам сделал два глотка.

Эдвард стоял и прислушивался к ощущениям.

— Да, магии стало больше, здоровья тоже.

— Двигаем за ними в отдалении, и не чихать! — громко произнес Артур.

Спустя время Рогнеда и Анна вернулись в подвал и вошли в сверкающий телепорт, не заметив две тени, скользнувшие следом.

Девушки перенеслись в безлюдный сарай рядом с таверной. Снаружи раздавались пьяные мужские выкрики и женский развязный хохот.

— Следуй за мной, я тут лучше ориентируюсь, — сказала Рогнеда, сверкнув в темноте карими глазами, и толкнула скрипучие двери.

Посетительницы, остановившиеся у стойки, сразу привлекли к себе всеобщее внимание. Пока Рогнеда разговаривала с хозяином заведения, к Анне подошел тип внушительных размеров и неприятной наружности. Мельком взглянув на его экипировку и одежду, графиня поняла, что перед ней не простой разбойник, а, скорее всего, предводитель какого-нибудь бандитского отряда.

— Эй, красавица, может хочешь выпить, я угощаю, — сказал он.

— Благодарю вас, сударь, я не употребляю спиртного, простите.

— О, а ты непростая пташка. Тогда пойдем сразу наверх. Обещаю, ты не будешь разочарована.

— Еще раз благодарю, — холодно сказала графиня. — Но и от этого тоже вынуждена отказаться.

— Вот как, а почему? У тебя что, ревнивый любовник?

— Любовников не держу, и прошу вас избавить меня от назойливого внимания.

Мужчина хмыкнул. Постоял еще минуту и выдал:

— Да что ты ломаешься, в это заведение недотроги не ходят. Лучше меня здесь тебе никого не найти. Пойдем со мной!

Он схватил Анну за руку и рванул к себе, с целью закинуть на плечо, но тут же получил удар в колено и, согнувшись от боли, был опрокинут на спину через собственную руку.

— Ах, ты, стерва, — выл он на полу.

Услышав его крик, из-за столов резко встали две пары десятков здоровенных мужиков, настроенных вовсе недружелюбно.

И тут возле подруги оказалась Рогнеда, держащая перед собой вытянутую руку со струящейся между пальцами черной субстанцией. Когда она заговорила, в зале воцарилась мертвая тишина.

— А теперь все быстро верните свои задницы на насиженные места.

— Высшая разрушительная магия, — прошептал кто-то, но так, что все присутствующие услышали.

— Ты прав, если я замечу хоть какое-то поползновение в нашу сторону или мне не понравится чей-то взгляд, от вашей дружной компании останется только пепел.

Все молча сели на свои места, а девушки быстро проследовали к лестнице, ведущей наверх.

В снятом помещении было душно и тесно. Рогнеда открыла окно, и в комнату ворвалась метель. Она сделала глубокий вдох, огляделась и прошла в центр помещения, доставая из сумки какие-то блестящие предметы. Анна взялась ей помогать.

— Обратный портал по моей задумке откроется дважды. Второе открытие через полчаса после первого. Надеюсь, мы успеем уйти.

— Все надежды лучше оставить. Если придется совсем туго, ты уйдешь одна.

Рогнеда ответила гробовым молчанием.

— И не молчи так многозначительно в ответ. Ты уйдешь, — с нажимом повторила Анна.

— Операцию начнем через три часа. А сейчас нужно расслабиться и отдохнуть. Тебе я вообще советую поспать.

Анна устало села на тахту возле стены, оглядела унылые декорации и закрыла глаза, отметив, что подруга устроилась сидя напротив. Через несколько минут ее охватил сон, и она перенеслась в странное место.

Высокий потолок мрачного роскошно обставленного зала давил на нее. Здесь совершенно отсутствовал солнечный свет, с абсолютной темнотой боролось только мерцание огня в камине и отблески свечей. Подумав немного, девушка прошла вглубь комнаты, прислушиваясь к шуму собственных шагов. За спиной вдруг раздались торопливые шаги и детский смех. Анна резко обернулась и увидела перед собой мальчика лет семи с черными волосами. Он насмешливо взирал на нее.

— Что ты тут делаешь?

Анна не нашлась с ответом.

— Что, язык проглотила? — продолжил мальчуган.

— Нет, извини, я просто сама не знаю, что тут делаю. А кто ты?

— Похоже, что ты дура, — произнес он.

Графиня немного помолчала, разглядывая малыша.

— А-а-а, теперь я знаю кто ты. Глава магического клана Воронов Робин Ран, наследник престола — заносчивый и высокомерный тип.

В темных глазах мальчишки мелькнула злость. Неожиданно он подбежал к ней, приблизившись вплотную, посмотрел снизу вверх и остановил взгляд в районе груди. Девушка следила за ним, не понимая, что он задумал. Вдруг она ощутила боль в задней части шеи и услышала треск рвущейся цепочки. Маленький Ворон зло улыбался, глядя на нее.

— Что ты сделал? Это мой родовой кулон! Верни немедленно!

— А ты попробуй, забери, — совершенно серьезно и спокойно сказал он и бросился прочь.

Оторопев, графиня не сразу последовала за ним. На бегу в мрачных коридорах она то и дело теряла мальчишку из вида, ориентируясь лишь по его заливистому смеху.

Неожиданно они вместе оказались вне замка. Парк встретил их холодным осенним ветром и редкими каплями дождя.

Робин продолжал резво бежать куда-то. Порывы ветра запутывали волосы Анны, а длинное платье мешало передвигаться. Впереди она увидела обрыв и закрученный веревочный мост, на который мальчик уже готовился ступить.

— Робин, стой! — громко крикнула она. — Не надо, пожалуйста, не ходи туда, там опасно!

Ребенок оглянулся и, посмотрев на нее в упор, прожигая глазами, прыгнул на хрупкое сооружение.

Девушка вскрикнула и снова бросилась бежать, что есть силы, которые здесь были у нее невелики.

Мост плясал под ней, и идти было трудно. Впереди появился поворот, и она не видела, что за ним. От очередной встряски Анна выпустила из рук веревки и едва не упала, взглянув в пугающую бездну. Неожиданно на ее запястьях словно сомкнулись горячие тесные капканы. Она подняла взгляд и увидела взрослого Робина, Робина — мужчину, оказавшегося на ее пути. Девушке тут же захотелось бежать назад, повинуясь каким-то первобытным инстинктам и вспыхнувшему страху, но Ворон оказался очень сильным, а она совершенно ослабевшей. Юноша подтянул ее к себе и обдал горячим дыханием.

— Робин, что ты делаешь? Отпусти, — сдавленно произнесла она.

Сердце вдруг зашлось в бешеном ритме, а дышать стало тяжело. Крепкие пальцы, сомкнувшиеся чуть выше ладоней, казалось, обжигали кожу. Анна подняла голову и встретилась взглядом с юным королем, одетым в белую рубашку и черные брюки. На его груди красовался ее родовой кулон.

— Зачем ты надел его? Он тебе не принадлежит, — сказала графиня.

— Это ты так думаешь.

— Мне нужно идти, отпусти, — повторила девушка.

— Нет, там опасно, я смогу вернуться сам, а ты должна вспомнить.

— Что вспомнить?

Она тревожно всматривалась в его лицо, на котором ветер перебирал темные пряди.

— Какая ты красивая, — печально произнес юноша и исчез.

— Робин! — крикнула Анна, оставшаяся в одиночестве. — Не уходи, вернись!

Но ей ответил только ветер и пустота. В отчаянии она рванулась вперед и оказалась в тесной комнате «Чертовой таверны».

Рогнедны не было рядом. Снизу доносились приглушенные звуки веселья, а из открытой створки окна дул холодный тоскливый ветерок. За дверью послышалась возня и громкие женские крики, которые показались Анне знакомыми. Она вскочила с тахты, подбежала к двери и толкнула ее ногой. Увиденная картина заставила её на мгновение замереть. Лучшую подругу держал на руках какой-то тип в надвинутом на лицо капюшоне, а она заливалась своим хрустальным смехом и болтала ногами. Позади Анна заметила суетливого владельца таверны, к которому она и ринулась.

— Что ты ей дал?! — рыкнула она.

Грузный мужчина, в мгновение ока отброшенный к стене, покрылся испариной и начал заикаться:

— Я…. ничего, госпожа сама взяла напиток с донной, это была случайность. Я не успел предупредить!

— Да! — крикнула Рогда. — Он тут не при чем! А этот милый юноша согласился отнести меня к себе… то есть ко мне в комнату. В общем, ты меня поняла!

Ничего не ответив, графиня распахнула дверь и жестом пригласила незнакомца войти.

Молодой человек перешагнул порог и положил свою ношу на тахту.

— Спасибо, — поблагодарила его графиня Ронская. — Вы настоящий мужчина. А мне теперь вниз надо, перенесете меня? — сказала она и снова засмеялась как сумасшедшая.

Мужчина уже было протянул руки, чтобы выполнить просьбу, но был остановлен Анной.

— Вот, выпей это, — она решительно протянула стакан подруге.

— Не хочу, — вдруг стала сопротивляться та, встав с тахты и прячась за высокой фигурой.

— Рогда, ну, пожалуйста, это вкусно! — стала уговаривать ее девушка.

— Она врет, — доверительно сообщила Рогнеда молодому человеку, смело обнимая его сзади.

Посмотрев на незнакомца, Анна увидела едва заметную улыбку, почти скрытую тканью накидки.

— Ты не веришь мне? Я тогда все сама выпью, — с этими словами девушка поднесла стакан ко рту.

— Ну, нет! — подруга подскочила к ней и, отобрав сосуд, опорожнила его.

Все трое на миг замерли. Прошло несколько секунд, и Рогнеда схватилась за голову.

— Башка раскалывается, — произнесла она. — Что со мной было? А это ты кого привела? С ума сошла что ли?

— Это я с ума сошла? — возмутилась Анна от такой наглости. — Это ты не в себе, пить что попало в незнакомой харчевне!

Молодой человек тем временем поклонился и направился к выходу.

— На! Завяжи этим голову! — снова крикнула она, кинув подруге мокрую салфетку. — А вы, лорд Эреман, так сильно торопитесь, что уже удаляетесь?

Почти перешагнувший порог юноша замер.

Рогнеда зорко посмотрела на него из-под сбившейся на лоб повязки. Молодой человек еще какое-то время постоял на пороге, а затем развернулся и снял капюшон, пронзая девушек зелеными глазами.

Первой нарушила молчание графиня Ронская:

— А где же ваш друг и спутник, милорд?

— Он здесь, неподалеку, — уверенно ответил Сокол.

— Да, я здесь, — произнес Артур, входя в комнату.

Анна поморщилась и усмехнулась:

— И, как вы сюда попали?

Артур тряхнул рыжей гривой и подошел к ней почти вплотную:

— Мы подслушали ваш разговор и перенеслись с вами телепортом, надев маскировочные плащи.

Сказав это, он поцеловал ей руку, заглядывая в глаза.

Анну неожиданно охватил жар и замешательство, что не ускользнуло от пристального взгляда Медведя. В серых глазах промелькнуло удовлетворение, когда девушка поспешно выдернула пальцы из его захвата.

— И вы, я так полагаю, собираетесь отправиться с нами? — вмешалась графиня Ронская.

— Вы совершенно правы, прекрасная Рогнеда, — отозвался Сокол.

Подруга Анны также не смогла выдержать внимательного взгляда изумрудных очей и быстро опустила ресницы, на что Эдвард улыбнулся краешком губ.

— Боюсь, ваши намерения неосуществимы, — графиня Рейн постаралась вложить в свой голос как можно больше строгости.

— Да, вы не можете нас сопровождать. Это глупость. Ваша магия…

— Почти восстановилась, — перебил её лорд Эреман.

После недолгой паузы графиня Рейн вновь обратилась к юношам:

— У меня нет времени выдумывать хитрости, чтобы оставить вас здесь, также я не могу приказывать вам. Надеюсь, вы хорошо представляете себе, что вас ждет и в состоянии оценить соотношение сил, которые у вас сейчас в недостатке.

— Я слышу снисходительность в вашем тоне, миледи, — презрительно бросил Сокол. — Но уверяю вас, что вы разговариваете не с несмышлеными мальчишками, а с мужчинами, которым довелось побывать не в одном десятке серьёзных сражений.

— Мы имеем право попытаться спасти своего друга, который знал, что отдаёт за нас свою жизнь, — добавил Артур ледяным тоном.

Анна выслушала их без слов, уставившись в пустоту за окном. Неловкое молчание пришлось нарушить Рогнеде.

— Ну что ж, раз все так счастливо разрешилось, обсудим план предстоящих действий. Прошу к столу.

Девушка разложила на скрипучем столике карту.

— Это карта пиранской придворной территории. Смотрите. Нас интересует пещера, которая расположена вот здесь. Перенесёмся мы прямо туда. Я уже говорила Анне, что обратный телепорт будет открываться два раза. Если нам не удастся уйти со второй попытки, то придется покинуть пещеру и искать укрытие здесь.

Пальчиком Рогнеда указала на лес за мостом.

— Этот лес дремучий, и мы неплохо в нём ориентируемся, — обратилась она к юношам.

— Как будем выходить из пещеры? Ведь вход, он же выход будет перекрыт намертво, — уточнил Артур.

— Об этом позабочусь я. Я проломлю стену вот с этой стороны. Через эту дыру мы и уйдем. А попутно предлагаю завалить вот эти две башни, — снова показала на карту графиня Ронская.

— Я принимаю твое предложение, — сказала Анна.

— Да, — отозвался Сокол. — В пиранской столице слишком много башен.

— Ну, а дальше, мои предположения, — продолжила графиня Рейн. — В пещере народу будет под завязку. Решающий бой магам даст Рогнеда. Я предлагаю вам прикрыть её.

— Об этом можете не беспокоиться, миледи, — подхватил Медведь.

— Простыми смертными лучниками займусь я и веренеем тоже, — вновь отозвалась Анна.

— Прошу прощения, что такое вереней?

— Это тот самый сосуд, созданный пиранскими колдунами для возвращения утерянной магической силы.

— Ты имеешь представление как он выглядит? — спросил Артур, неожиданно перейдя на ты.

Анна будто не заметила этого.

— Да, я хорошо изучила его на картинке и не перепутаю.

— Хорошо, допустим, мы укроемся в лесу и сможем продержаться там какое-то время. Что дальше?

— Вереней вернёт вашу магическую силу и вчетвером, мы сможем открыть новый телепорт без всякой подготовки и энергетических амулетов.

— В общих чертах всё ясно, но я чувствую, что без импровизации не обойдётся, — промычал Артур.

— Да, ты прав, — подтвердил Сокол, внимательно разглядывая карту.

Послышался металлический звук колокольчика. Рогнеда резко повернула голову и, поднимаясь из-за стола сказала:

— Время, через десять минут портал откроется. Выбирайте лучшие места.

Аденийские маги встали в отмеченный графиней круг и через несколько мгновений их окутало сияние, рассеявшееся в пещере.

Увидев, куда они попали, Артур на секунду зажмурился. Плотное кольцо окружения из лучников, укрывшихся за камнями и отряд магов у единственного выхода, оказались зрелищем не для слабонервных.

Лучшие колдуны Пирана безмолвно взирали на непрошенных гостей, и по их лицам было видно, что они считают их сумасшедшими.

Из строя воинов вышел высокий и статный мужчина с длинными белыми волосами и, сверкая холодными глазами, лениво произнёс:

— Ходят слухи, что Пиранская роза потеряла голову от низменной страсти и проводит ночи в объятиях молодого любовника — короля Ворона.

Анна улыбнулась и ответила:

— О, ваше величество, к сожалению, это всего лишь слухи.

— К сожалению?

— Да, юный король Адении был предан и подло сражён в неравной схватке. Но я надеюсь, что жаркие ночи у нас впереди. И поэтому пришла к вам за веренеем.

— Вот как? И вы уверены, что я сделаю вам такой подарок?

— Я не рассчитываю на подарки, ваше величество. И то, что мне нужно, возьму сама, — последняя фраза Анны эхом разнеслась по пещере. И тут же раздался тихий треск и едва заметный свет щитом окружил аденийских магов.

— Щит? — спросил Сокол, глядя на Рогнеду. — Но, здесь так много сильных чар.

— Даже все вместе они не смогут сдвинуть его с места, не то что, уничтожить. Здесь нет мага, способного противостоять мне, — ответила леди Ронская, формируя руками заряд немыслимой по мощности энергии.

Тем временем рядом с монархом Пирана встал король Арении со злой гримасой на лице.

— Я предлагаю вам сдаться. Мы заберём ваши силы, а вас, так и быть, отправим восвояси.

— О! — вдруг воскликнула Рогда. — Ты хочешь чужую магию?! Так у тебя не получится это сделать. У придворных рыцарей она ещё не восстановилась, у графини Рейн её вообще нет, а моя сила — результат моего развития. Забрать можно только то, что передалось по наследству. И всё бы вам отобрать да присвоить, работать не пробовали?

На эту тираду глава аренийского государства ответил ещё более устрашающим выражением лица.

— Я даже не упоминаю тут про твои прошлые подвиги, которые не давали нам жить, — продолжила графиня Ронская. — За то, что вероломно втянул нас в войну и подло напал на нашего короля, ты дорого заплатишь! Я уверена, что на этот раз тебе не удержаться на престоле. Аренийский народ устал от твоих интриг и пакостей!

— Лучники! — гневно крикнул темноволосый маг.

Со всех сторон в молодых людей полетели стрелы. Артур и Эдвард, закрыв собой девушек, и выставив вперёд щиты, в удивлении застыли, как и острые стрелы, буквально застывшие в воздухе. Медведь нервно оглянулся и увидел, что Анна стоит с поднятой рукой, а Рогнеда усмехаясь, смотрит на открывших рот вражеских магов.

— Начинаем, — полуутвердительно-полувопросительно произнесла она.

Голос Анны изменился и проникновенно зазвучал на всю пещеру, эхом отражаясь от каждого серого камня.

— И люди и камни пусть видят!

— Как стрелы, застыв, повернутся!

— И руки хозяев пронзят!

— Как сундуки извергнут деньги,

— И блеском монет ослепят!

Слова Анны, сопровождающиеся зловещим смехом Рогнеды, воплощались в действительность. Лучники не смогли избежать ранений собственными стрелами, которые нашли их даже за укрытиями, а сундуки с драгоценностями поднялись в воздух и, перевернувшись, высыпали своё содержимое на пол. Увидев золото, солдаты забыли обо всём и бросились его поднимать, затевая драки и сея хаос вокруг себя.

Король Пирана сделал незаметное движение рукой, и маги пошли в атаку. Рогнеда, Артур и Эдвард встретили их искрящимся шквалом энергии.

— Нужно убрать хотя бы пятнадцать! — крикнул Медведь. И тут же был услышан. Его друг прыгнул вперёд и, оказавшись на высоком склоне неожиданно для противников, метнул в них голубую сферу. Магия взорвалась на миллионы частиц и разметала колдунов, повредив их ауру. Оглушённые в своём большинстве, они уже не делали попыток подняться.

— Где вереней?! — снова крикнул Артур, обращаясь к Анне, внимательно оглядывающей окрестности. — Он в тайнике?

Лорд указал на небольшое строение в центре пещеры.

— Нет! — закричала графиня Рейн. — Он в сапоге у грозного монарха Пирана. — Я достану его!

Девушка сделала рывок в сторону, но тут же была остановлена Артуром.

— Ну, нет! За ним сбегаю я. В какой сапог он его засунул.

Шокированная поведением, а, главное, хваткой Медведя, Анна, не сразу нашлась с ответом.

— Ну! — тряхнул её молодой человек. В правом или в левом?

— В правом! — громко ответила она.

Артур стремительно отвернулся от неё и, оценив сложившуюся картину боя, пустился в бег.

Увидев это, Сокол равнодушно скользнул взглядом по девушкам и совершил ещё более невероятный прыжок вверх, поворачиваясь вокруг своей оси и выбрасывая вихрь ударной магии. Оказавшись практически под потолком, юноша стал метать энергию, расчищая путь своему другу.

Очутиться возле добычи Медведю удалось быстро. Подлетев к удивлённому неожиданной развязкой королю, он воспользовался его замешательством и ударил в челюсть. По всему было видно, что к такому светловолосый мужчина не был готов. Перед тем как упасть, он создал энергетический щит, ожидая удара на том же уровне. Но рыжеволосый наглец даже не попытался его пробить, а просто воспользовался грубой физической силой. Сняв с короля правый сапог, Артур потряс его возле уха и, услышав шум, припустил бежать обратно.

Увидев развернувшееся действие, и без того разозлённый аренийский самодержавец, взбесился окончательно, и стал орать, разбрызгивая слюни:

— Что вы делаете, идиоты?! Поставьте вокруг них заслон, чтобы они не ушли через телепорт.

Незадачливые колдуны, медленно приходящие в себя, стали группироваться. Медведь едва успел переступить щит Рогнеды, как за ним тут же образовался второй магический круг с фиолетовым сиянием. И задумка аренийца воплотилась в действительность. Анна оглянулась и увидела, как пшикнул первый телепорт.

— Чёрт, чтобы убрать заслон, мне нужно убрать щит! Это нельзя сейчас! — крикнула графиня Ронская.

Вражеские маги, вдохновлённые победой, стали наступать. Выражение лица очнувшегося короля Пирана не сулило непрошенным гостям ничего хорошего. Под его глазом красовался фингал, он прихрамывал, но не отступал, создавая энергетический поток, уничтожающий второй телепорт.

Рогнеда сжала ладони, бережно, словно гончар, формируя заряд. И когда он стал огромным, метнула его, в приближающихся колдунов.

— Пробей стену! — крикнул ей Сокол, одним прыжком спустившийся с высоты.

— Сейчас! Готовьтесь! — рявкнула она, собирая второй заряд.

Сокол и Медведь быстро переглянулись и слаженно прикрыли собой девушек, выпуская молнии. Это позволило выиграть время, и грозная Чёрная молния направила в стену разрушительный ветер, поднимающий на своём пути даже камни. Раздался взрыв, после которого в пещере на несколько мгновений воцарилась тишина. Клубы пыли стали оседать и солнечный свет озарил всех присутствующих.

— Не дайте им уйти! — раздался вопль аренийского монарха.

Сокол и Медведь улыбнулись друг другу и, схватив спутниц за руки, побежали к пробоине. На улице четвёрка оказалась в считанные секунды.

— Так, — сказала Рогда, заваливая два прохода. — Это вам, чтобы жизнь мёдом не казалась!

Артур удовлетворённо посмотрел на результат и скомандовал:

— Уходим в лес! Быстрее!

И они спешно двинулись в направлении к видневшимся вдали деревьям. За их спинами слышался треск, и нарастал гул голосов. Вскоре маги поравнялись с безлюдными башнями.

— А вот и стратегические объекты, — сказала Анна.

— Да, пусть теперь разгребают завалы, — произнесла её подруга, направляя вверх свои чёрные лучи. Два здания она разрушила поочерёдно, двигая энергию вертикально сверху вниз.

— Ну, теперь, мы точно уходим, — с насмешкой проговорил Сокол, рывком снимая Рогнеду с возвышенности, держа за талию и не обращая внимания на её удивлённый взгляд.

Оказавшись в лесу у ручья, аденийцы остановились. Сокол, Анна и Рогнеда выжидающе посмотрели на Артура, который вертел в руках сапог.

— Аннушка, — ласково произнёс он. — Надеюсь, ты не ошиблась, и вереней находится именно в этой обуви, а то, знаешь ли, мне придётся туда вернуться и оставить его величество босым.

Он засунул руку в голенище и извлек оттуда предмет, похожий на деревянную поварёшку.

— Это он, — в один голос сказали подруги.

Медведь присел, зачерпнув веренеем воду, и собирался отпить из него, как вдруг был остановлен Эдвардом.

— Подожди, надо его продезинфицировать.

Он забрал вереней и, проведя по нему ладонью, вернул.

— Давай.

В момент отпития магической воды лицо Артура был максимально сосредоточенным. Сделав несколько глотков, он посмотрел по сторонам, прислушиваясь к своим ощущениям.

— Действует, — произнёс Сокол, изучив его ауру.

— Да, теперь ты.

После Эдварда чарку восстанавливающей воды выпила Рогнеда. Она уже готова была положить сосуд в сумку, как руку к нему протянула Анна.

— А тебе-то он зачем? — удивилась графиня. — У тебя же нет магии.

— А я пить хочу, — огрызнулась подруга.

Внимательно проследив за пьющей Анной, Рогнеда издевательски осведомилась:

— Ну как, что-то новое появилось?

— Нет, всё точно также как было, — в тон ей ответила девушка.

Сокол и Медведь улыбнулись.

— Я предлагаю перенестись прямо в Пустыню, а артефакты, оставленные в Чёртовой таверне, вернут слуги, — сказал Эдвард. — Надо поторопиться, до появления охраны осталось минуты полторы.

— Хорошо, возьмитесь за руки, — произнесла Рогнеда и закрыла глаза.

* * *

Все четверо собрались вокруг кровати Ворона. Анна сидела в изголовье и держала его за руку. Медведь стоял у стены, скрестив руки на груди, пристально наблюдая за происходящим. Рогнеда ходила по спальне, а Сокол вливал вторую порцию живительной воды из веренея в рот своего друга. Результатов не было. Юный король оставался неподвижным, а его лицо уже охватывала бледность.

— Забери, — обратился Эдвард к другу. — Ничего сделать больше нельзя. Я вижу, как смерть овладевает им.

Рогнеда порывисто оглянулась. Из её глаз брызнули слёзы. Она подбежала к Соколу и, схватив его за камзол, начала трясти.

— Как же так?! Этого не может быть! Сделай же что-нибудь, ты же целитель!

Вместо ответа юноша молча обнял её, не давая вырваться.

Медведь посмотрел на Анну и испугался её ничего не выражавшего лица. Она попыталсь подняться и пошатнулась. Артур подскочил к ней и поддержал, не давая упасть.

— Уведи её отсюда, — приказал Сокол другу. — Ей плохо.

Рыжеволосый лорд в мгновение ока поднял девушку на руки и двинулся к выходу.

— Подожди, — хрипло прошептала графиня.

Артур остановился и поставил её на ноги, обнимая. Анна уставилась в пол.

— Он сказал, что вернётся сам.

Услышав это, Медведь вопросительно глянул на Эдварда, но тот покачал головой.

Артур провёл ладонями по щекам девушки.

— Анна, мы сделали всё возможное и невозможное. Всё кончено. Тебе нужно на воздух, пойдём.

Графиня остановила его вымученным, едва заметным движением и, не помня себя, вернулась к кровати. Сев прямо на пол она взяла Робина за руку и стала говорить совершенно чужим голосом.

— Робин, я знаю, ты слышишь меня. Я хочу сказать, что испытываю невыносимую боль. Я чувствую, что моё сердце замедляет ритм вместе с твоим. Ты сказал, что я должна что-то вспомнить. У меня пока не получилось, но я прошу дать мне шанс. Выполни же своё обещание, вернись.

Взгляд Сокола красноречиво вещал о бесплодности попыток графини. Рогнеда тихо всхлипывала у него на плече. Анна продолжала держать короля за руку.

— Знаете, мне ужасно холодно, — едва слышно произнесла она.

Подруга вдруг с тревогой посмотрела на неё, а потом на Эдварда. Взглянув на Анну, целитель ринулся к ней вместе с подоспевшим Медведем.

Артур обнял девушку, поддерживая со спины, а Сокол направил на неё поток магической энергии.

— Этого не может быть! — вдруг закричала Рогнеда, что есть мочи.

Но Анна не слышала вопль подруги. Её охватывал сон. «Наверх, наверх», — шептала душа. «Там так хорошо и наш любимый ждёт нас там. Нет жизни на земле. Всё прекрасное только там…» Сладостный покой охватил девушку. Закрыв глаза, она улыбнулась и обмякла в объятиях Медведя, шокировано смотрящего на неё.

Внезапно резкая боль пронзила Анну и заставила душу вернуться в тело. Словно железные тиски её пальцы сжала сильная рука Ворона. Заметив, как король повернул голову с ещё закрытыми глазами, все замерли.

Ворвавшийся в окно ветер задул свечи, и помещение озарили лучи всходящего солнца.

Робин открыл глаза и посмотрел на графиню, не отпуская её руку.

— Анна, — пробормотал он. — Вы спаслись? Магическая атака на земли союза. Где мы?

— Всё в порядке, друг, — взволнованно ответил Сокол. — Мы все в безопасности. А ты только что вернулся с того света. С чем я тебя и поздравляю.

Ворон снова перевёл взгляд на сидевшую перед ним девушку и спросил:

— Что с тобой?

— Всё хорошо, — пролепетала она. — Теперь всё будет хорошо.

— Ей очень плохо, — раздался резкий голос Рогнеды. — Перенеси её к озеру. Оно восстановит силы. — Не теряй времени.

— Так, дружок, — обратился Артур к Робину. — Отпусти её. Он попытался расцепить их пальцы.

— Что с ней? — громко спросил король, сильнее сжимая ладонь Анны.

— Мы всех спасём, — решительно произнес Сокол, магией разъединяя молодых людей. — Сохраняй хладнокровие.

Воспользовавшись моментом, Медведь быстро поднял Анну на руки и вынес из комнаты, следуя за Рогнедой.

Ворон попытался подняться с постели, с тревогой провожая их взглядом.

— Вот выпей, — распорядился целитель, поднося ему кубок. — Это местное восстанавливающее зелье. Хорошо помогает. Проверено.

Ворон стал жадно пить из поднесённого сосуда. Закончив это занятие, он смог приподняться на подушки и требовательно уставиться на друга.

— А теперь рассказывай всё и в подробностях.

* * *

— Хватит уже на меня брызгать, — раздражённо сказала Анна, останавливая подругу, зачерпывающую озёрную воду свободной рукой. Она высвободился из объятий Медведя и попыталась встать. Первая попытка оказалась неудачной, зато со второй при поддержке юноши, она смогла оказаться на ногах.

Вместо того чтобы огрызнуться, Рогнеда почему-то молчала и странно смотрела на неё.

— Анна, хватит геройствовать, — произнёс Медведь. — Я донесу тебя, куда скажешь.

— Дай мне минуту, и я тоже донесу тебя, куда скажешь, ответила графиня.

Рыжий Артур усмехнулся и подставил ей руку.

* * *

Территорию, некогда бывшую пустыней, настигла буйная красочная весна. Деревья и кустарники распускались в причудливом цвете один за другим, а ягодные растения уже приносили душистые плоды. Озорной ветерок, играя, подхватывал пыльцу и свежесть горных источников, перемешивал их в неповторимую композицию и разносил по всей необъятной долине.

Глава III

Вечно мерцанье звёзд. Всему виной — отвага.

Ворон лениво полулежал на подушках в роскошной спальне родового замка графства Рейн. С момента, когда он пришёл в сознание, прошло уже три дня, и его здоровье заметно улучшилось.

Отложив изученную кипу бумаг, Робин озорно улыбнулся, игравшей на подоконнике пичужке с пёстрым оперением. Птичка внимательно посмотрела на него блестящими глазками и, шумно взмахнув крылышками, улетела.

— Ворон, к тебе можно? — послышался из-за двери голос Артура.

— Если скажу, что нельзя, ты не войдёшь? — спросил юноша.

Белая дверь с узорами распахнулась и впустила двух юных лордов. Сокол с Медведем оглядели комнату, остановив свои взоры на столике со всевозможными аппетитными ягодами, плодами, травами и кореньями, и переглянулись.

— Я смотрю, тебе и, правда, ничего не нужно, — глубокомысленно изрёк зеленоглазый целитель.

— Да уж, — подтвердил Артур. — Всё съестное в мгновение ока доставляется из садов Анны и Рогнеды. Нашему королю остаётся только выбирать и щёлкать пальцами.

Ворон только иронично хмыкнул на это. Вдруг в окно ворвался ветер и зашевелил волосы на головах у юношей. Раздался пронзительный красивый и протяжный звук.

— Драконы! — почти с исступлением заорал Медведь и бросился к проёму.

— Смотри, не вывались! — прокричал ему вдогонку Робин.

— Вернулся Ратмир, — сказал Сокол и серьёзно посмотрел на своего короля.

Ворон поднялся с кровати, застеленной нежно-персиковыми простынями, и не спеша надел чёрную рубашку.

Спустя несколько минут они покинули помещение.

* * *

Ратмир вошёл в замок и остановился, оглядываясь. Ворон заметил его с высоты третьего этажа и решил спуститься вместе с друзьями, но внезапно раздавшийся восторженный возглас заставил его замереть, как изваяние.

— Ратмир, — кричала Анна, стремительно двигаясь к нему навстречу.

Белое с коричневыми цветами платье делало её похожей на весну. Юноша оглянулся и, подхватив графиню на руки, закружил. Они смеялись, и, казалось, не видели ничего вокруг. Наконец, Ратмир поставил девушку перед собой, и она обняла его лицо ладонями.

— Шрам? Откуда у тебя шрам? — тревожно спросила Анна, встав на цыпочки и несколько раз целуя юношу в лоб.

— Да что ты? Какой шрам? Это царапина, которая зажила неделю назад, а через три дня от неё вообще ничего не останется.

Наблюдая за этой сценой, Ворон слышал, как собственная кровь стучит в висках. Его одновременно охватили ревность, зависть и злость. Казалось, ещё секунда и эти чувства взорвут мозг. Время прошло, и дикий коктейль эмоций уступил место тоске. Он оглянулся на сопровождающих, но те были просто удивлены и не более.

Между тем, перед глазами Робина возникли картины из детства. Одиночество, равнодушие матери, когда она ещё была жива, сюсюканье нянек и холодность отца, тоже рано покинувшего их. Когда родителей не стало, он даже не ощутил потери. Ворон был наследником, а не сыном. Впервые он захотел настоящего тепла, когда увидел Анну, а она предпочла ему другого. Сейчас Робин чувствовал себя обделённым, как никогда прежде.

— Ваше величество, — громко произнёс Ратмир, кланяясь и продолжая обнимать Анну.

Вслед за ним оглянулась и графиня. На миг она встретилась глазами с юным королём, но, тут же, опустила взор и сделала реверанс. Ворон молча кивнул им.

— Я сразу поспешил к вам, как только приземлился. Вот бумаги, которые вам потребовались.

Робин принял из рук юноши свиток и, открыв его, стал читать, ничего не видя перед собой.

Тем временем Артур подмигнул Анне, а она ответила ему светлой улыбкой. Ворон передал документ Соколу, стараясь не смотреть на девушку.

— Ваше величество, — её чистый голос, подействовал на короля как удар бича.

Анна дождалась, когда Робин взглянет на неё.

— Я хотела узнать, как вы себя чувствуете?

— Чувствую? — хрипло спросил Ворон. — Вы могли бы осведомиться об этом раньше, сударыня. Прошло три дня, за это время ваш пациент мог успешно отправиться на тот свет, а вам до этого и дела было мало.

Графиня попыталась скрыть отразившуюся на лице боль, опустив голову.

— В таком случае, позвольте откланяться, — сказала она, погладив удивленного Ратмира по руке и покидая его.

— Не смею вас задерживать, — откликнулся Робин, получая садистское удовольствие от её потерянного вида.

Непроницаемый Сокол скосил на друга глаза, скрутил свиток и, поклонившись, тоже ушёл прочь.

Двигаясь по коридору дворца, русоволосый целитель ускорил шаг и чуть не сбил кого-то.

— Куда же ты летишь-то, молодец?! — перед ним возникла молодая женщина, стоящая на одной ноге, видимо потому, что вторую он успел ей оттоптать.

— Смиренно прошу вашего прощения, мадам, — поспешил извиниться Эдвард.

Румяная собеседница улыбнулась ему.

— Разрешите представиться, герцог Эдвард Эреман. Прошу позволения узнать ваше имя.

— Ух, ты! — охнула дама. — Правая рука короля. Надо же. А я нянька Анны и Рогнеды. Анея.

— Вы правы, сударыня, усмехнулся Сокол. У нашего короля две руки и обе правые — я и герцог Керн. Вот такой у нас монарх, непохожий на других. Постойте, но, неужели вы нянька? Я думал, вы им подруга и только немного постарше их.

Эдвард ещё раз внимательно посмотрел на молодую женщину.

— Что вы, — улыбнулась Анея. — По вашим меркам я им в прабабушки гожусь. Но в том, что мы подруги, вы не ошибаетесь. Дети быстро взрослеют.

— А не подскажете ли мне, куда направилась графиня Рейн. У меня срочное дело к ней.

Анея загадочно улыбнулась.

— Сейчас-то домой пошла, отсыпаться, наверное.

— А разве она не спала?

— Что вы, ваше сиятельство. Трое суток на заставе была. Сбор проводился со всего союза. Решали, как дальнейшим козням противостоять, да людей живущих по соседству спасать. Очень серьёзное было собрание. Она как вернулась сразу к вам побежала, не поела даже и платье новое надела. А тут Ратмир прилетел. Хорошо это, сейчас он много забот с неё снимет.

— Не спала, значит, — задумчиво протянул Эдвард. — Я очень рад знакомству с вами, сударыня.

Анея искренне улыбнулась ему.

* * *

Анна стояла у прозрачного озера и наблюдала за то и дело образовывающейся на нём рябью.

— Избалованные мальчишки вроде Ворона могут причинять только боль.

Девушка вздрогнула, услышав голос Рогнеды.

— Он не избалован, — сказала она, не оглядываясь.

— Всё равно, Боль — его второе имя.

Подруга подошла к ней и встала рядом.

— Где организуем ужин в честь возвращения родных? У тебя или у меня?

— Давай здесь, я приготовлю всё, что вы любите.

Рогнеда кивнула и обняла подругу.

* * *

Огромный тигр довольно урчал, держа что-то в зубах и убегая от графини Ронской. Девушка гналась за ним и в сердцах била невесомой лентой, которая едва касалась тела животного.

— Мерзавец полосатый, нахал! — кричала она. — Это были единственные булочки, которые у меня получились. Свинья ты, а не тигр!

Преследуя своего питомца, она не заметила, как с разбега наткнулась на кого-то, кто даже не шелохнулся от её внушительного толчка. Подняв голову, Рогнеда увидела серьёзного Ратмира.

— Что ты делаешь, Рогнеда? — спросил он с необычной смесью издёвки и печали.

— А что я такого делаю? — испугалась она.

— Ему же больно, — ответил юный герцог, пронзая подругу своей тети странными серо-зелёными глазами.

На миг девушка застыла под этим взглядом, как изваяние, и кто знает, сколько бы ещё простояла так, если бы рядом не раздался звонкий хохот её братьев.

— Ах, вы! — разозлилась она. — Вам бы только потешаться!

Она толкнула Ратмира, всё ещё стоявшего рядом и не изменившего предельно сосредоточенного выражения лица, и ушла прочь.

* * *

Анна и Анея уже накрыли стол под цветущими деревьями. Расставленные блюда манили к себе изысканными ароматами. Подошедшая Рогнеда принесла и поставила ещё два стула и удовлетворённо посмотрела на проделанную работу.

— Скоро садиться, а ты его величество приглашала на нашу скромную трапезу?

Графиня Рейн вздохнула.

— Да, но боюсь, он не удостоит её вниманием. Государственные дела, знаешь ли.

— Ну что ж, будем ужинать в тесном семейном кругу, так даже лучше, — сказала подруга.

— Ой, боже мой! — внезапно вскрикнула Анея.

Девушки посмотрели туда, куда она указала и увидели Августа, испачканного в грязи до самого подбородка. Мальчик попытался скрыться в кустах, но было уже поздно.

— Юноша, выходи, тебя уже все видели, — произнесла Рогда.

Тот понуро подошёл к женщинам. Анна погладила его по голове — единственной части тела, оставшейся чистой.

— Я хотел всё постирать, а потом прийти на ужин, чтобы ты не беспокоилась.

— Ничего страшного, Август. Ты положи всё в чан в прихожей. Он всё постирает. А сам переодевайся и спеши к нам.

Подошедшие Ратмир, Лучезар и Буслай с улыбками проводили ребёнка.

— О, эта грязь мне знакома, — сказал Лучезар. Закрученное озеро испытывает на прочность. Не раз приходилось там бывать.

Тем временем хозяин вечера Ратмир успел достать из-под стола сундук и открыть его, приговаривая:

— Ну что ж, настало время для подарков. Анна, это — тебе.

Он протянул ей свёрток, на который с любопытством уставилась и Рогнеда. Графиня Рейн осторожно открыла упаковку и тихо вскрикнула:

— Спасибо, родной, это — то самое платье, которое мне было нужно.

Не сдержав эмоций, она обняла и поцеловала его. Юный герцог поочерёдно вручил подарки Анее и её семье, Августу, Буслаю и Лучезару. Наконец, очередь дошла и до Рогнеды, лицо которой приняло совершенно детское выражение. Казалось, она готовилась к неприятным сюрпризам. Ратмир снова странно посмотрел на неё и вытащил из сундука горшочек с саженцем, увидев который девушка просияла.

— Голубой можжевельник. Я так долго пыталась его найти. Как тебе удалось раздобыть это растение? — обратилась она к юному герцогу с придыханием.

Но юноша только смотрел на неё, ничего не отвечая, а в его глазах играли весёлые искорки.

— Ну, вот и садиться пора, — сказала Анея. Решив призвать присутствующих к порядку.

Шумное веселье её детей и Августа неожиданно было прервано рычанием тигра. Все посмотрели в его сторону и увидели Ворона со свитой.

Юный король обнимало испуганно прижавшуюся к нему красивую блондинку и с равнодушно смотрел на грозного хищника. Сокол и Медведь выступали позади.

Анна тревожно оглядела гостей и на миг встретилась глазами с Робином, который не изменил каменного выражения лица.

Король и его приближённые облачились в самые изысканные наряды. Эдвард был одет в свой любимый зелёный костюм, Артур предпочёл чёрный цвет, а Ворон облачился в жемчужно-серый наряд. На всех троих были высокие сапоги, подчёркивающие стройные ноги.

Анна сделала незаметный знак рукой, и тигр отступил, недовольно урча. Спутница короля побледнела и он, увидев это, поднял её на руки и двинулся вперёд. Лорды, переглянувшись, последовали за ним.

— Ваше величество, я рад приветствовать вас у себя дома, — прозвучал бархатный голос Ратмира.

Все склонились перед монархом в поклоне. На что тот ответил лёгким кивком. Ворону было отдано место во главе стола, с ним рядом посадили его даму, неожиданно быстро пришедшую в себя, и Сокола с Медведем.

Застолье проходило под остроумные шутки Артура и Ратмира, Эдвард тоже иногда вставлял словцо. Рогнеда и Анея смеялись, а Анна, казалось, пребывала в другом измерении, совершенно не обращая внимания на происходящее. Юный король также не принимал участия в беседе. Его белокурая спутница что-то рассказывала ему, украдкой рассматривая Анну и сидевшего рядом с ней Ратмира, а он кивал её в ответ с отсутствующим видом.

Когда пришло время танцев, Ворон бросил взгляд на место, где сидела графиня Рейн, и никого там не обнаружил. Девушка успела неслышно покинуть пиршество. Как только раздались чарующие звуки мелодии, сливающиеся с пением птиц и шумом листвы, Герцог Оденский пригласил на танец Анею. Следом за ними в паре закружились Сокол и Рогнеда.

Робин незаметно кивнул Артуру, и тот с плохо скрываемой неохотой пошёл танцевать с сопровождающей их блондинкой. Король тем временем быстро удалился. Ласковый ветерок перебирал неровные чёрные пряди на лбу идущего Ворона, а пенье птиц услаждало слух. Он обошёл сад, но Анну не встретил и вернулся к дому. В тихих комнатах тоже никого не оказалось. Юноша уже собирался покинуть жилище, как вдруг услышал тихий шорох из подвала и направился вниз.

В нижнем помещении приятно пахло сухими травами и цветами. Тусклый фонарь на потолке освещал скромную обстановку и белоснежные стены.

— Анна, — вдруг послышался тихий голос сверху, и раздались мужские шаги.

Ворон сначала замер на месте, а затем метнулся к стеллажу и спрятался за портьеру.

По лестнице медленно спускался Медведь, озираясь по сторонам.

— Анна, ты здесь? — продолжил он вполголоса. — Нам нужно поговорить.

Никого не обнаруживший Артур уже собрался было уходить, как вдруг заметил колебание ткани и остановился. Ступая как можно тише, он подошел к портьере и отдёрнул её.

Увиденное повергло Медведя в полушоковое состояние. Несколько секунд, глядя на своего друга, он не мог вымолвить ни слова. Ворон всё это время, также молча, разглядывал его, а потом изрёк:

— Знаешь, Артур. Я не могу понять, как такой наглец, как ты смог прожить целых двадцать лет? Я исправлю это недоразумение прямо сейчас и отправлю тебя туда, где ты давно должен находиться.

С этими словами Робин замахнулся, намереваясь врезать юноше по лицу. Герцог, успев прийти в себя, резво увернулся от первого удара и от двух последующих. А потом, отступая, наткнулся на стол и великодушно позволил себя душить, хрипя:

— Робин, успокойся, тебе вредно волноваться.

За этим занятием монарха и его приближённого застал, влетевший в помещение Сокол.

— Вы что, с ума сошли?! — крикнул он. — Прекратите этот цирк!

Но его крик остался без внимания и картина «Король душит своего вассала» осталась без изменений, пока наверху не послышался мелодичный голос Анны:

— Я мороженое в подвале оставила, надо подать, как завершающий десерт. Рогда, помоги принести.

Услышанная фраза и шорох юбок подействовал на дерущихся молниеносно. Они встали со стола и спешно оправили друг на друге одежду. Графиня Рейн, придерживая платье, показалась в проёме вместе с подругой. Девушки, увидев, высшую власть у себя в подвале, на миг замешкалась.

— А-а, — протянула графиня Ронская. — Что-то случилось?

— Да, — ответил ей Сокол с каменным лицом. — У нас важное государственное совещание.

Анна и Рогнеда переглянулись, после чего первая робко сказала:

— А мы за мороженым. Можно взять?

— Раз такое дело, мы можем экстренно закончить совет и помочь вам, — уверенно заявил рыжий Артур.

— Да, покажите только, где оно? — произнёс Эдвард.

Схватив ящики, Сокол и Медведь ринулись к выходу, следуя за Рогнедой. Задумчивая Анна, опустив голову, отправилась было за ними, но была резко остановлена Вороном, преградившим ей путь. Девушка подняла подбородок и недоумённо посмотрела в глаза королю.

— Я жду тебя в лесу у озера, — вполголоса сказал он.

Графиня отрицательно покачала головой и попятилась назад.

— Не придёшь, утоплюсь, — снова произнёс Робин, глядя на неё сверху вниз, и, не дожидаясь ответа, быстро ушёл прочь.

Оставшуюся часть вечера гости танцевали и веселились. Когда пришло время завершающего танца, Ратмир подошёл к Рогнеде, которая весело щебетала с Анеей о подготовке к предстоящему большому празднику. Увидев перед собой юного герцога, девушка недоумённо уставилась на него.

— Тебе чем-то помочь, Ра?

— Да. Мне нужна помощь. Идём, — он взял её за руку и увлёк за собой.

Рогнеда шла, не сопротивляясь, всё также удивлённо глядя на него. Ратмир с самым серьёзным видом вывел спутницу на середину поляны и встал напротив. Присмотревшись, девушка заметила весёлые искорки в его глазах, которые тут же исчезли, уступив место какому-то странному, необъяснимому выражению.

— Что? — только и успела спросить Рогда, перед тем, как оказалась в руках юноши, который повёл её в танце.

Девушку охватили странные ощущения. От уверенных движений Ратмира по всему телу вдруг разлился жар. Она растерянно заглянула в его, ставшие серыми глаза, и вокруг внезапно всё исчезло. Юный герцог пристально смотрел на неё, не пропуская ни одной эмоции на лице. Казалось, он видит и понимает всё, что с ней творится. Его прикосновения обжигали и томили. Грянули завершающие аккорды и Рогнеда обнаружила, что не чувствует своего тела. Ратмир остановился, и она чуть не упала, не удержавшись на ногах. Но её снова поддержали сильные руки молодого человека. И будто издалека, девушка услышала его глубокий голос:

— Рогнеда, все расходятся, я провожу тебя.

Едва ли она понимала, что герцог сказал, когда кивала в ответ.

* * *

Ворон стоял возле могучего дерева и смотрел на гладь озера. Воздухом, насыщенным лесными ароматами было неимоверно легко дышать. Он прислушивался к каждому шороху, пытаясь различить лёгкую поступь Анны, но всё было тщетно. Залёгшая между бровей складка и усмешка, надломившая красивый изгиб губ словно рассказывали об угасающей надежде. Он резко бросил на землю травинку, которую вертел в руках и ещё раз оглянувшись, собрался уходить, когда сзади раздался голос графини.

— Робин, — позвала она.

Лицо молодого человека изменилось в одно мгновение. Чёрные глаза засияли, отражая неверие, счастье и восторг одновременно.

Проследив за этими чувствами, Анна испугалась.

Ворон подбежал к ней и заключил в объятия прежде, чем она успела его остановить.

— Ты пришла, — шептал он. — Я хотел извиниться перед тобой за ту выходку в замке. Это ревность к Ратмиру. Я…

Анна мягко высвободилась из его рук.

— К Ратмиру? Почему это пришло тебе в голову? Мы — родственники.

— Вы не связаны кровными узами, — юноше не понравилось, что она отдалилась от него.

— Робин, в жилах Ратмира, моих, а теперь ещё и Августа течёт одна кровь.

— Как это возможно? — тихо спросил он, наслаждаясь звуком её голоса.

— Это древний родовой обряд. Проводится с обоюдного согласия. Мы — одна семья. И в этом не сомневаются даже наши враги.

Дыхание юного короля было неровным и сбивчивым. Он выдержал паузу и спросил:

— Скажи, а ты ревновала к блондинке, которая меня сопровождала? Только прошу, ответь честно.

Он испытующе смотрел на неё и, ожидая услышать что-то холодное и рассудочное, кривил рот в горькой усмешке.

— Да, — тихий голос Анны прозвучал для юноши, словно грохот пушек.

Он почувствовал, как кровь запульсировала в висках, разглядывая беспомощное выражение на лице девушки и лёгкий румянец на щеках.

— Это значит, что ты любишь меня? — спросил Робин охрипшим от волнения голосом.

Девушка закрыла лицо руками и всхлипнула, и король тут же оказался рядом с ней, стремясь обнять, но ему это не удалось.

— Я не знаю, — она посмотрела на него глазами, полными слёз. — Не знаю, слышишь! Пусти!

Анна отошла от него ещё немного, стирая слёзы с лица трясущимися руками, постояла и глухо произнесла:

— Прости, я не кокетничаю, Робин. Просто не понимаю, что со мной. Но это не имеет значения. Между нами пропасть, и ты не сможешь быть счастлив со мной. Прошу, найди свою настоящую любовь.

— Ты сама это придумала, — в отчаянии сказал Ворон. — И я виноват, что допустил столько ошибок. Но все преграды падут, и мы будем вместе. Я не отступлюсь от тебя.

Графиня отшатнулась и прислонилась спиной к дереву.

Он подошёл к ней почти вплотную, прожигая взглядом.

— Видишь, я даже прикоснуться к тебе не смею.

В ответ на это Анна подняла руку и провела ею по щеке юноши.

— У тебя всё будет хорошо.

— У нас, — упрямо произнёс он.

— Ворон, — раздался знакомый голос совсем близко. — Ну, наконец-то я тебя нашёл. Там дело важное, без тебя никак нельзя.

Рыжий Артур подошёл к Робину и нагло положил руку на его плечо. Анна поклонилась молодым людям и поспешила скрыться, на что Ворон тяжело вздохнул:

— Я даже не сомневался, что найдёшь меня именно ты, и обязательно по неотложному делу.

— Да, — улыбнулся Медведь.

Король зачерпнул из озера искрящуюся воду и омыл ею лицо.

— Слушай, — продолжил беседу герцог. — А сколько времени мы ещё тут задержимся?

— Сколько понадобится, — раздражённо сказал монарх.

— Ну да, пока не выгонят, — произнёс придворный, постучав по дереву. — А у меня есть замечательная идея.

— Какая? — спросил Ворон, направляясь к замку.

— Давай перенесём сюда столицу и останемся здесь навсегда.

Скоро голоса юношей смолкли в роще.

Рогнеда возвращалась домой, не разбирая дороги. Жар ещё не покинул её. В рассеянности она два раза обошла вокруг трёх деревьев, чем немало удивила Смерча, следовавшего за ней по пятам. Промурчав что-то себе под нос, он остановился, ожидая, когда его хозяйка перестанет накручивать круги. Девушка неожиданно опомнилась, оглянулась вокруг, постояла немного, прижав ладони к пылающим щекам, и неудачно продолжила путь, запнувшись за что-то.

Она невольно вскрикнула, оказавшись в чьих-то руках, которые не дали упасть. У подняв взгляд, утонула в серо-зелёных глазах Ратмира.

— Ра? Что ты здесь делаешь? — удивлённо спросила графиня, понимая, что теряет ощущение реальности.

— Мы же договорились, что я провожу тебя, — спокойно ответил юноша. — А ты попыталась убежать.

— Когда? — спросила Рогнеда с ещё большим удивлением. — Да и зачем?

Ратмир пристально посмотрел на неё, плавно поставил на ноги прямо перед собой и аккуратно двумя пальцами убрал со лба выбившуюся прядь.

— Ты не хочешь видеть меня у себя в гостях?

— Что? — сбивчиво переспросила девушка. — Я…

— Тогда пойдём, уже совсем темно.

Рогнеда почувствовала прикосновение горячей руки к своей ладони и уверенное сжатие. И что-то снова сделало её слабой и не позволило вырваться. Она покорно пошла рядом с Ратмиром, пытаясь унять бешеный ритм сердца. Юный герцог открыл ворота её, а потом и дверь её дома, ведя девушку за собой. Могучий тигр тихо следовал за ними.

Они остановились посреди комнаты и Ратмир встав напротив, бережно взяв её вторую руку в свою, согревая взглядом.

«У тебя нет выбора!» — взорвал сознание девушки женский визг, а потом она почувствовала тупую боль и страх. Лицо Ратмира окутал туман, и всё исчезло.

Молодой человек держал бесчувственную Рогнеду на руках, а Смерч смотрел на него с подозрением. Как только Ратмир сделал шаг, зверь преградил ему путь, тихо зарычал и стал исступлённо бить себя хвостом по бокам. Герцог пристально взглянул тигру в глаза и сказал:

— Ночь тиха и темна,

— Дева дышит едва.

— Грозный страж засыпает, внимая словам,

— Моё чувство сильно, ему быть всё равно,

— Я её никому не отдам.

После этих слов тигр издал жалобный звук и осел на пол, погрузившись в тяжёлый сон. Проследив за ним, Ратмир стремительно двинулся к спальне, и ворвался туда, открыв дверь ударом ноги. Уложив Рогнеду на кровать, он провёл ладонью по её бледной щеке, всматриваясь в лицо, и, одним движением, разорвал корсаж.

Анна шла вдоль аллеи, прислушивалась к шороху листвы, и грустно смотрела на тёмное небо, на котором едва проглядывала луна. Вдруг в её воображение проскользнуло видение. Растрёпанная Рогнеда лежит на кровати, а над ней, полуобнимая, склоняется Ратмир. Графиня тряхнула головой и побежала так, что деревья замелькали у неё перед глазами.

— Анна, ты нужна мне, — прозвучал в голове голос племянника.

* * *

Девушка мчалась, не разбирая дороги, мимо озера, пробираясь сквозь толпу молодёжного схода, и, минуя пустые поляны. Время, казалось, остановилось. Наконец она добралась до сада подруги и, влетев в дом, в ужасе посмотрела на распластанного у двери тигра. В спальне она обнаружила, сидящего в изголовье Рогнеды, Ратмира, который встретил её холодным взглядом.

Анна бросилась к подруге, отмечая про себя разорванную одежду, и протянула к ней руки, пытаясь понять, что произошло. Прошла минута, и она вывела её из глубокого обморока, погрузив в сон. В комнате воцарилась тишина. Ратмир встал с постели и, подойдя к стене, опёрся о неё, скрестив рука на груди. Анна первой нарушила затянувшееся молчание:

— Что ты сделал с ней? — хрипло спросила она и подняла на него взор.

Ратмир не отвёл глаза. Он смотрел прямо, но казался чужим.

— Я не знал, что ты способна так плохо думать обо мне, — его голос прозвучал для графини, словно гром среди ясного неба.

Она вспыхнула как маков цвет и, не выдержав взгляда племянника, отвела глаза.

— Прости, — произнеся это едва слышно, девушка прикоснулась рукой ко лбу Рогнеды и замерла. Спустя время, она убрала ладонь. Её лицо не выражало удивления, но тревога и подавленность не ускользнули от внимания молодого человека.

— Что с ней? — деланно равнодушным тоном спросил он.

— Это старые раны, — усталым далёким голосом ответила Анна.

— Ты расскажешь мне, — с нажимом произнёс Ратмир.

— Я не хочу вспоминать об этом, — резко сказала графиня.

Герцог помолчал некоторое время.

— Я всё равно добьюсь её любви, как бы ты не препятствовала этому.

Анне показалось, что от его голоса стены покрылись льдом.

Она встала с кровати, подошла к юноше и встала напротив него:

— Теперь ты плохо думаешь обо мне. Я знала о твоём чувстве, ещё тогда, когда ты был ребёнком, и не чинила никаких препятствий.

Их взгляды скрестились в поединке.

— Тогда ты объяснишь мне, что случилось.

Девушка встала рядом с Ратмиром и тоже прислонилась к стене.

— Ты знаешь, что мы выросли вместе и были долгое время неразлучны, примерно до тринадцати лет. Потом, — она помолчала немного. — Потом на наш народ начались гонения, моя семья вынуждена была скрыться в пустыне и противостоять воинам Адении. В стране происходил передел имущества. Мои отец и мать погибли, родителей Рогнеды тоже убили. В пятнадцать лет она осталась одна с малолетними братьями на руках. В этом государстве женщина — никто. Первым, кто покусился на её земли, стал рыцарь Рейдан. Он уже долгое время совершал налёты на окрестности, сколотив собственную банду. Навестив её в замке, он просто поставил людей графства в известность, что их территории теперь принадлежат ему. Согласия Рогнеды выйти за него замуж никто не спрашивал. Она была уверена, что помощи ждать неоткуда и, каким-то образом, успела спрятать братьев от своего будущего мужа.

— Он? — спросил Ратмир и прервался.

— Нет, — продолжила Анна, поняв, о чем хотел спросить племянник. — По их обычаям, его не обвенчали бы, узнав, что невеста обесчещена. Поэтому он не трогал её, но избивал каждый день, пытаясь узнать, куда она дела братьев, а, следовательно, наследников, которые сильно мешали.

До свадьбы оставалось всего двое суток, когда Рогнеда, в отчаянии, отправила мне небольшую записку с голубем. Она написала: «Прекрасная льдинка, я, всё-таки, выхожу замуж первой. Прощай».

Несмышлёными девчонками мы спорили, кому из нас посчастливится первой создать семью. Мой возлюбленный отдал за меня жизнь ещё в отрочестве. А Рогнеде тогда оставалось жить всего два дня. Она решила броситься вниз из своей любимой башни сразу после свадьбы.

Письмо дошло до меня каким-то чудом. Рогнеда знала, что я никогда не получу его. И, к тому же полагала, что я ничем не смогу ей помочь. Но к тому времени я уже многое умела. Собрав лучших воинов из своих подданных, я попросила их о помощи, они согласились, не раздумывая, и мы помчались в соседнюю провинцию.

Мы разбили отряд Рейдана за считанные минуты до венчания. Рогнеда была ужасно истощена и не могла даже говорить. Вдвоём с Анеей мы долго приводили её в чувство. Постепенно она пришла в себя и всю волю направила на развитие своего магического дара, который был сравним по размеру с моим целительским.

Я хочу сказать тебе, Ратмир, что раны, которые она получила, ослабили её. Я сильнее Рогнеды, потому что мой избранник любил меня, а она познала только равнодушие, жестокость и похоть. Прошу тебя, будь осторожен с ней. Неосторожное слово или легкомысленный поступок может убить её.

— Возможно ли исцеление? — с горечью спросил юноша.

— Чистой любви это по силам.

— Где сейчас Рейдан?

— Его предали и убили свои, — холодно произнесла Анна.

— Рогда, где ты, — послышался из-за двери весёлый голос Лучезара.

Через несколько секунд в спальню вошли братья графини Ронской и, окинув взглядом присутствующих, в один голос спросили:

— Что произошло?

— Пока ничего, — глухо ответила Анна. — Рогнеда проспит до утра, не беспокойте её.

После этих слов она покинула спальню.

* * *

Робин стоял у открытого окна своей спальни и вдыхал вечерний воздух. Вошедший Сокол молча положил на кипу бумаг ещё один свиток и уже собрался уйти, как вдруг Ворон обратился к нему:

— Завтра начинаем усиленные тренировки. Мне нужно постичь искусство местного фехтования. Ты подобрал наставников?

— Да, Лучезар и Буслай согласились. Ратмир тоже сможет приходить иногда. Об Анне ты слышать не захотел.

— Анны там быть не должно.

— Понятно. По мастерству владения клинком её превосходит только Ратмир.

— Значит, его и буду считать соперником. Что с реформами?

— Лучшей программой признана твоя.

— Она требует доработки. Я этим занимаюсь. Сейчас мне нужно побыть одному.

Эдвард кивнул и удалился.

Дверь закрылась, и король устало упал на кровать, уставившись в потолок.

— Анна, — прошептал он одними губами.

Ворон погрузился в воспоминания, мысленно вернувшись в день их первой встречи. Робко заглядывающая ему в глаза юная графиня, её мягкий голос. Он понимал, что она боится сказать что-то не так и огорчить его. Тогда ему было забавно наблюдать за ней. Прошло немало времени. Король узнал, что имел дело с опасной Пиранской розой — дворянкой, перевернувшей политический расклад в стране, спасшей свой народ и превратившей пустыню в цветущую землю. До сих пор он не мог осознать, как женщина смогла проделать такое. Он по-прежнему не воспринимал её как воительницу, а видел в ней только слабость и кротость.

— Никогда, — почему-то снова прошептал король. — Больше никогда ты не подвергнешь себя опасности. Я смогу защитить тебя и превратить Адению в цветущий сад.

В помещении, насквозь пропитанном запахом трав, хлопотала Анея. В очаге весело потрескивал огонёк, а от котла, расположенного на столе, шёл густой пар. Женщина подошла к окну, взяла в охапку несколько снопов растений и, осторожно переступая, направилась к столу. Из-за густой растительности её можно было принять за копну, сложенную крестьянином на сенокосе. Ничего не видя перед собой, она наткнулась на кого-то и раздражённо вскрикнула:

— Кого это ещё принесло в неурочный час?!

Чьи-то руки раздвинули два снопа, открывая ей обзор, и она смогла лицезреть перед собой венценосную особу во всём своём величии.

— Здравствуйте, ва… — сбиваясь, она не успела окончить фразу, увидев палец, поднесённый ко рту. — Вы хотите поговорить?

Получив утвердительный кивок, ведунья выдохнула:

— В дубовой аллее можно, там в это время никого не бывает.

Всё также молча, загадочный Ворон удалился.

Через несколько минут взволнованная Анея, на ходу снимая передник и поправляя волосы, быстрым шагом направилась к назначенному месту. Ещё издали она заметила красавца-короля, стоявшего, прислонившись к могучему дереву и скрестившего руки на груди. Женщина поспешила к нему, и Ворон также пошёл к ней навстречу.

— Анея, вы должны мне помочь, — проникновенно сказал юноша, постаравшись вложить в свой голос всё своё колдовское обаяние.

Травница испуганно взглянула ему в глаза и словно утонула в черном омуте. Чтобы избавиться от наваждения хотя бы частично, ей пришлось тряхнуть головой.

— Я сделаю всё возможное, ваше величество.

— Расскажите мне о любви графини Рейн.

Услышав это, Анея грустно улыбнулась:

— Это печальная история, ваше величество. Мне больно вспоминать об этом.

— И всё же, — в голосе Ворона послышалась настойчивость и сдерживаемая горячность.

— Хорошо, — вздохнула молодая женщина и посмотрела куда-то вдаль, поверх крон зелёных деревьев. — Они выросли вместе. Анна, Рогнеда и Эдгар — мальчишка, нрав которого сравнивали с огнём. Он воспитывался в доме Рейн, поскольку остался без родителей ещё в младенчестве. Отпрыск знатного, но обедневшего рода — Эдгар, тосковал по родителя, которых почти не помнил, но виду не подавал. Анну он называл Льдом. Она обижалась на это прозвище, хотя оно ей подходит и сейчас. Их отношения с Рогнедой были ровными и дружескими, они часто шалили вместе. А вот с маленькой Рейн их мир не брал. Они соперничали во всём и цапались по каждому поводу, был случай, даже подрались.

Услышав это, Ворон улыбнулся.

— Да, но нам тогда было не до смеха, — продолжила Анея. — Их еле растащили. Два дня не разговаривали друг с другом, когда встречались, воздух искрился от напряжения. И вот, что интересно: если вдруг где-то замешивалась какая-то авантюра, то все подозревали этих двоих. Их просто тянуло затеять что-то, о чём другие не помышляли. И у них всегда получалось, несмотря на постоянные ссоры. О своих совместных делах они не рассказывали никому, верно даже под пытками не признались бы. Иногда сообща такое вытворяли… Рогнеда не поспевала за ними, наверное, потому, что у неё другой склад ума.

А потом, незаметно, как это бывает, все подросли.

Ведунья сделала паузу.

— Ничего не нужно было объяснять словами. Они продолжали ссориться, но когда встречались, согревали всё и всех вокруг своей ещё детской любовью. Эдгар не мог долго смотреть на неё, вспыхивал, словно маки в цвету. А она иногда ночами не спала от волнения.

Анея снова сделала паузу, пытаясь совладать с подступившими к горлу рыданиями. Ворон понял, что она собрала всю свою волю, чтобы не заплакать, и продолжила дрожащим голосом:

— Наёмники прибыли в поместье с целью вырезать род Рейн. Он обманул меня и Анну, отослав в подвал, доделывать магический опыт и поставил заглушку. Даже в неполных четырнадцать смог дать отпор нескольким воинам. Мы обнаружили его бездыханным с улыбкой на лице.

— А Анна? — тихо спросил Ворон.

Анея собралась с силами:

— Я до сих пор помню этот крик. В моих жилах тогда застыла кровь. Она потеряла сознание рядом. Очень сильное чувство было. Не должна была выжить. До сих пор никто не может объяснить, почему после трёх дней лихорадки вдруг пришла в себя.

Сейчас она не помнит даже его лица, память пощадила, стерев часть воспоминаний. Но огонь в ней горит до сих пор.

— Ты сказала, что Анна не должна была выжить, почему? — резко спросил юноша.

— Повторю ещё раз, очень сильная любовь, без которой жизнь не имеет смысла. В нашем народе такая встречается. А ещё мы знаем, что люди живут вечно и могут встретиться в другом воплощении.

— Воплощении? — переспросил Ворон.

— Да, но это не происходит быстро, нужно чтобы прошло два или три столетия. Если только…

Анея прервалась, увидев, что в их сторону двигается Сокол.

— Вы разрешите мне уйти, ваше величество? — глухо спросила она.

— Да, — устало ответил король.

Сокол внимательно всмотрелся в лицо проходящей мимо женщины и увидел, как она украдкой стёрла слезу. Подойдя к Ворону, он отрапортовал ровным голосом:

— Для тренировок всё готово. Расписание составлено. Режим дня продуман. Секреты раскрыты.

— Да, — протянул Робин. — Только не все.

* * *

Одетая в мужскую одежду Анна вошла в дом и повесила свои мечи на стену.

— Что, совершенству нет предела? — спросила Рогнеда, устроившаяся за её столом.

— Ты права, — ответила усталая графиня. — Ратмир превосходит меня в воинском искусстве, но это не значит, что ему можно почивать на лаврах. Я освоила ещё несколько приёмов, о которых он не знает.

При этих словах на лице девушки заиграла коварная улыбка.

— Да, — протянула её подруга. — Мне сумасшедших не понять.

Анна снова улыбнулась и обернулась на мелодичный звук колокольчика, извещавшего, что в имении гости. Она щёлкнула пальцами, разрешая кому-то пройти. Через несколько мгновений в домике появился Сокол. Он поклонился и, получив приглашение, сел за стол напротив Рогнеды.

— Как продвигаются тренировки их величества? — не стала скрывать любопытства графиня Ронская.

— Удачно, — хмыкнул Эдвард. — Наш король отличается твердол… Я хотел сказать небывалой целеустремлённостью, поэтому неизменно добивается успехов во всех начинаниях. Он прирождённый лидер.

— Как кое-кто ещё, — сказала Рогнеда, бросив быстрый взгляд на Анну, которая ставила на стол блюдо с роскошными фруктами.

Зеленоглазый герцог с удовольствием положил несколько фруктов на свою тарелку и спросил:

— Я пришёл по важному делу. Цель моего визита — узнать о магии Утренней звезды.

Рогнеда не смогла удержать своего кристального смеха. Сделав гримаску, Анна посмотрела на неё, но не добилась никакой реакции.

— Ваше сиятельство, скажите, а проживают ли в нашей стране эльфы? — вдруг спросила графиня Ронская.

— Почему вы спрашиваете? Они не проживают нигде, — произнёс Эдвард, одаривая её блеском своих прекрасных глаз.

— Да, с эльфами у нас всё в порядке. Их просто не существует точно также как и магии Утренней звезды.

Сокол вопросительно посмотрел на Анну.

— Она права, такой магии нет, — сказала графиня Рейн, отправляя в рот ягоду малины.

— Но твои способности и возможности Ратмира.

— Это не имеет отношения к магии. Я уже объясняла вам это при нашей первой поездке, помнишь?

— Да, но моему пониманию это пока не поддаётся.

— Суть в том, — проговорила Рогнеда. — Что маги не хотят признавать сил простых смертных, которые есть у всех. Они трепетно держатся за свой дар, передавая его по наследству, а, меж тем, он слабеет из поколения в поколение.

Эдвард задумался и опустил глаза.

— О! — воскликнула Анна, взглянув в окно. — Ратмир возвращается с заставы.

— Ты же сказала, что он будет только к вечеру.

В ответ графиня Рейн только пожала плечами и встала из-за стола. Следуя правилам этикета, за ней тут же поднялся Сокол, а Рогнеда подскочила без всяких правил и буквально заметалась по помещению, приговаривая:

— Мне уже пора домой. Я выйду через чёрный ход.

Она спешно побежала по коридору, прислушиваясь к неровному биению своего сердца, и резко толкнула дверь. От представшего перед ней видения Ратмира у девушки перехватило дыхание. Юный герцог снова в мгновение ока понял все её чувства: удивление, смятение, надежду, трепет и страх. Рогнеда застыла в проёме не в силах отвести от него взгляд. Молодой человек вдруг закрыл глаза и печально улыбнулся, затем порывисто схватил её руку, поцеловал и, не сказав ни слова, переступил порог.

Графиня Ронская продолжила свой путь, ничего не замечая вокруг.

Анна с тревогой посмотрела на вошедшего племянника, что не укрылось от внимательного Сокола. Войдя, Ратмир склонился в приветственном поклоне и с отсутствующим взглядом сел за стол рядом с Эдвардом.

— Вы где-то далеко, герцог Оденский, — произнёс Сокол.

Ратмир тряхнул головой, словно избавляясь от наваждения, и, наконец, увидел своего собеседника.

— Ра, я приготовила твой любимые чечевичный суп, — сказала Анна.

— Спасибо, родная, — улыбнулся юноша. — Я непременно его съем, а Сокол составит мне компанию.

— Не стану сопротивляться, — сказал Эдвард.

Вскоре графиня оставила молодых людей и вышла в сад, куда доносились лишь обрывки их беседы.

В задумчивости гуляя по окрестностям, Анна не заметила, как дошла до озера. Кристально чистая вода приветствовала её сверкающей рябью, деревья радостным шумом листвы, а птицы переливчатыми трелями. Она улыбнулась, рассматривая ромашки, растущие возле тропинки, и сделала глубокий вдох.

— Оказывается, герцог Оденский давно и безнадёжно влюблён, — донёсся до неё мужской голос.

Анна вздрогнула. Редко кому удавалось застать её врасплох. Обернувшись, она встретилась с прямым взглядом Сокола.

— Вы пытаетесь преподнести мне это, как открытие, ваше сиятельство? Между тем об этом известно многим.

Эдвард подошёл к девушке ближе и уставился на неё с высоты своего роста.

— И как относитесь к этому увлечению вы, графиня?

— Это не увлечение, — холодно ответила Анна.

— Значит, вы принимаете его чувства?

— Я принимаю все чувства Ратмира и не могу указывать ему, что делать. Тем более кого любить.

Сокол продолжал пристально изучать её.

— Значит, ты не принимаешь правила, которые диктует общество?

— Человеку с чистыми помыслами не нужны правила, — резко ответила она. — А тому, кто едва слышит голос своей совести, они тем более не помогут, только заставят лицемерить.

Юный герцог прислонился к берёзе и продолжил:

— Я пытаюсь понять тебя с первого мгновенья нашей встречи. Точнее даже не понять, а принять такой, какая ты есть.

— И какой я кажусь тебе? — спросила графиня.

— Стихия, вода, лёд, — тихо и задумчиво произнёс он.

— Не называй меня так, — вдруг поперхнувшись, попросила она.

— Как? — спросил Сокол, подойдя к ней близко и взяв за руки.

— Лёд, — сказала она, глядя в его зелёные глаза, и попыталась мягко высвободиться, но Эдвард не дал ей этого сделать.

— Выходи за меня замуж, — произнёс он, напряжённо улыбаясь.

Она только отрицательно покачала головой и сделала шаг назад.

— Почему? — спросил Сокол.

— Я люблю другого.

— Его нет в живых.

Услышав это, Анна впала в смятение. «Откуда он знает? Может быть, Робин сказал ему?» — подумала она.

— Его нет, а я здесь во плоти. Я не боюсь ни Ворона, ни Медведя и испытываю непреодолимое влечение к тебе. Притяжение, которого хватит на наш век. Будь со мной.

— Ты хочешь прожить всего лишь век, Эдвард? — спросила девушка, высвобождая ладони. Для меня этого мало. Люди могут жить вечно.

— И ты собираешься хранить ему верность? — с сарказмом спросил Сокол.

— Я никому не клялась в верности, я просто живу, как велит сердце и душа, — улыбнулась Анна. — И считаю, что любовь не может существовать без свободы.

— В таком случае, что ты испытываешь к Ворону?

Отвернувшаяся и собравшаяся уйти графиня, вдруг остановилась.

Сокол внезапно возник перед ней, преграждая путь. В его одежде сегодня преобладал чёрный цвет, подчёркивающий изумрудный цвет глаз и светло-русые волосы. На его щеках играл лихорадочный румянец, а взгляд странно мерцал. На миг Анне показалось, что перед ней демон, а не человек.

Юноша рассматривал её и криво усмехался.

— Я всё думаю, Анна, почему из нас троих ты выбрала его?

Графиня собралась возразить, но предвидя это, Сокол снова заговорил:

— Не пытайся обмануть меня. Возможно, ты ещё не отдаёшь себе в этом отчёта, но в тебе уже горит влечение к нему.

Герцог сделал паузу.

— Я всё думаю, почему из нас троих ты выбрала его? Ведь Ворон далеко не ангел. Поверь, я хорошо знаю его. Он способен причинять боль.

Молодой человек сделал шаг к ней и остановился.

— Ты ещё любишь того мальчика, Анна, но уже думаешь о Робине, как о мужчине. Вижу смятение на твоём лице, значит я прав. Следовательно, можно сделать вывод, что любовь, о которой ты говоришь, угасает. И кто сказал, что и это твоё непонятное чувство к мятежному королю не уйдёт? У меня есть все шансы, родная. Иди ко мне.

Сокол сделал властный жест, сжимая ладонь. И девушку вдруг охватили странные ощущения. Не помня себя, она приблизилась к магу вплотную и почувствовала исходящее от него тепло.

«Как приятно смотреть в его глаза», — думала она, протягивая к юноше руки в лёгком прикосновении.

Он тоже слегка наклонился к ней.

— Мой приворот имеет большую силу, Анна. Даже такая волевая натура, как ты сможет преодолеть его только через несколько лет, когда у нас уже будут дети. Ворон, подумав, что это твоё решение, отступит. Уйдёт и Медведь.

Анна лишь на мгновение беспомощно и умоляюще посмотрела не него, а потом её взгляд снова затуманился.

Эдвард ещё больше наклонился к ней и вдруг закрыл глаза и отступил. Графиня резко выдохнула, сбрасывая оцепенение, и поднесла руку к горлу.

Сокол тяжело дышал и старался не смотреть на неё. Прошло минуты две, прежде, чем они встретились взглядами. Юноша улыбнулся с горечью и обречённо сказал:

— А ведь я тоже хочу видеть в твоих глазах любовь, а не туман.

— Да, — горестно ответила ему Анна. — Любовь. Спасибо, что не сделал этот приворот, Эдвард.

— Не стоит благодарить. Я всё равно сделал подлость.

После этой фразы Сокол быстро ушёл, а графиня даже не посмотрела ему вслед.

Ратмир быстро шёл по тропинке к дому Анеи. На нём был коричневый костюм, а за спиной развивался тёмный лёгкий плащ. Приблизившись к двери, он оглянулся.

— Здравствуй, Ратмир! — выкрикнул герцогу приветствие младший сын травницы.

— И тебе здравия, Влад, — сказал юноша, легко кивнув мальчику. — У меня дело к твоей матери, ты не знаешь, где она?

— У себя в мастерской, коренья заготавливает. Ратмир, — обратился он к молодому человеку и замялся.

— Ты хотел попросить меня о чём-то? — слегка улыбнулся герцог, подбадривая своего собеседника.

— Да, нам с Ладом нужны профессиональные уроки фехтования. Ты не мог бы нам помочь.

— Я помогу вам с радостью, но только в том случае, если вы готовы их принять. Если это не так, то придётся подождать ещё год.

— Спасибо, — просиял Влад.

— Где проходят тренировки, ты знаешь, — бросил Ратмир и ещё раз кивнул ему на прощание.

В своей мастерской Анея продолжала хлопотать по хозяйству, бросая что-то в котёл, который недовольно отвечал ей шипением и выбросами густого и белого, как молоко, пара. Подняв голову, она встретилась глазами с Ратмиром, который жмурился и пытался отмахнуться от окутавшего его тумана.

— Ра? — краткое восклицание женщины выражало наивысшую степень удивления.

— Здравствуй, великая травница, в твоём тумане затерялся весь околоток, я едва нашёл тебя, — пафосно произнёс Ратмир.

— Пошутить пришёл, пострел? — спросила Анея, в сердцах кидая в котёл горсть какого-то порошка.

После этого варево вспыхнуло синим огнём и пара стало меньше.

Увидев это, Ратмир с грацией пантеры опустился на ближайший грубый деревянный стул и молча уставился на няньку.

Прошло ещё несколько минут, прежде чем ведунья управилась по хозяйству и присела рядом с юношей со словами:

— Выкладывай своё дело.

Молодой человек протяжно вздохнул и неуверенно начал:

— Впервые я не знаю что делать. Передумал всё и всякое. Очень боюсь ранить её или сделать что-то не так. Не доверяю себе, собственной силе и страсти, которая вообще может её убить.

Анея помолчала некоторое время и сказала:

— Страсть и похоть всегда убивают любовь. Ты это знаешь.

— Я не…

— Я знаю, что нет у тебя на уме дурного. Это так, напоминание для порядка. Давай попробуем подумать. Рогнеда избегает тебя.

— Да.

— Она говорила, чтобы ты её оставил, что не любит тебя.

— Нет.

— Значит, она тоже боится нахлынувших чувств и должна сама привести себя в равновесие.

— Я тоже так думал сначала, но сейчас понимаю, что она не справится с этим одна. Я должен что-то предпринять, а что — не знаю. Поэтому и пришёл к тебе, пусть хоть твой котелок подскажет, что делать.

— Котелок, значит, — сказала Анея.

— Только не обижайся, — усмехнулся юноша.

Через минуту оба стояли возле дымящейся достопримечательности. Ратмир с хулиганской улыбкой, а Анея с сосредоточенным выражением лица. Прошло ещё время и ведунья, вглядываясь в воду, подтянул юношу за руку со словами:

— Думай о своём и смотри.

Ратмир слегка склонился над котлом и простоял так минуты три. Потом вздохнул и произнёс:

— Ничего, значит, нет ответа на вопрос. В себе нужно искать и не лениться думать.

Сказав это, он легонько дотронулся до водяной глади, и по ней пошли круги. Подарив Анее озорную улыбку, он собрался уходить, как вдруг варево помутнело и булькнуло. Заметив это, юный герцог удивлённо и сосредоточенно всмотрелся в него и замер, увидев Анну в королевском замке у окна, а потом вошедшего Ворона.

— Да что-то он сегодня не работает, — запричитала Анея. — Ерунду всякую показывает…

Ещё не закончив предложение, она собралась бросить что-то в сосуд, но Ратмир остановил её железной рукой. Нянька испуганно посмотрела на него.

Между тем действие развивалось. Юноша с пылающими глазами увидел, как король обнимал Анну, а она пыталась избежать этого, что-то говоря ему.

— Ратмир, пожалуйста, — умоляюще сказала ведунья.

Он не слышал её, лишь молча наблюдал за виденьем.

Анея смотрела на его крепко сжатый рот и побледневшие костяшки кулаков и тяжело дышала. Наконец, графиня Рейн покинула королевские покои, с мечом за плечами и картинка исчезла.

— Это всё? — чужим хриплым голосом спросил молодой человек. — Больше он показывать не будет?

Анея могла только шевелить губами, как рыба, которую вытащили из воды. Одним лёгким движением, совершенно без усилий, Ратмир опрокинул тяжеленный котёл, и тот с силой врезался в дальнюю стену, разбрызгивая отвар в разные стороны.

Чуть пришедшая в себя от страшного грохота, Анея бросилась наперерез уходящему Ратмиру.

— Ра, услышь меня, прошу, гнев плохой советч…

Она не успела закончить фразу, как оказалась на самой верхней тяжёлой полке дубового стеллажа с лёгких рук герцога, водрузившего её туда за полсекунды, и вылетевшего из помещения.

Оказавшись в одиночестве, Анея оглядела свою разгромленную мастерскую и всхлипнула.

Спустя десять или пятнадцать минут, которые показались ведунье вечностью, из-за двери послышался мелодичный голос Рогнеды:

— Анея, ты где? — спросила она, ещё не переступив порог помещения.

— Я здесь, — отозвалась травница, вытирая слёзы.

Войдя в мастерскую, девушка в ужасе поднесла руку ко рту, оглядела стены и уставилась на Анею.

— Кто напал? — спросила она, собравшись, у няньки. Быстро схватила лестницу и потащила её к стеллажу.

— Ратмир, — ответила женщина, спускаясь.

— Что?! — крикнула Рогнеда. — Он что, белены объелся?!

По всему было видно, что эта мысль не укладывалась у графини в голове.

— Если бы, — уже спокойно произнесла Анея.

Успевший обыскать весь замок, Ратмир, стремительно спускался по ступенькам вниз.

— Здравствуй, Ратмир, — окликнула его миловидная девушка в переднике. — Ты кого-то ищешь?

— Здравствуй, Ли, — ответил юноша. — Да, у меня важное дело к их величеству.

— Так он на тренировке вместе с лордами, на поляне за дворцом, — весело сказала она. А ты… — девушка не успела закончить фразу, увидев, что герцога Оденского уже и след простыл.

Ещё издали Ратмир заметил Ворона, уверенно фехтующего двумя мечами. «Надо же, быстро преуспел», — презрительно подумал он. Увидев его, Буслай и Лучезар улыбнулись, а Эдвард и Артур приветственно кивнули. И только Робин остановился в ожидании, пронзая его внимательным взглядом. Он был весь в чёрном. Рубашка промокла от пота, а пряди волос прилипли ко лбу. Король улыбнулся едва заметно, краешком губ и молниеносно перевернув мечи в воздухе, воткнул их в землю.

Время замедлило свой бег. От первого замаха платинового блондина Ворону удалось увернуться. Второй пришёлся по скуле и отбросил его на несколько шагов назад. Кровь тонкой струйкой стекала из разбитой губы юноши. Он встал и стал ждать приближающегося Ратмира, который успел сделать только несколько шагов, как был отброшен магией Медведя и Сокола. За доли секунды в схватку вмешались Лучезар и Буслай, выпускающие потоки энергии. Пространство заискрилось магией. Образовывая щиты, герцог Оденский и король Робин скрестили взгляды. Посмотрев на каждого из них, Медведь понял, что перед ним заклятые враги.

Противостояние становилось всё сильнее. Ратмир удерживал Ворона только одной рукой, в другой собирая магический поток. Наблюдая за этим, король быстрее остальных понял, какой силой располагает его противник. Фактически даже тридцати магам их уровня нечего было ему противопоставить. Он в очередной раз смотрел в глаза своей смерти. Готовясь нанести удар, юный герцог случайно взглянул в сторону деревьев и услышал, как собственное сердце дало сбой. Обнимая толстый ствол дуба, на него смотрела Рогнеда. Ему показалось, что всё происходящее стремительно отразилось в её огромных детских глазах. Одним взмахом руки он просто закрыл магию короля и его подданных и те едва устояли на ногах.

— Рогнеда? — спросил герцог Оденский бесстрастно. — Как ты здесь оказалась? Пришла посмотреть на обучение? Ваше величество, я предлагаю закончить на сегодня. Если вы. Конечно, согласны.

— Я не против, — сказал едва стоявший Ворон.

— Простите, что помешала, — сказала девушка, продолжавшая держаться за дерево. — Мне уже идти пора. Простите.

Ратмир видел, что она совсем ослабела и готова упасть. Выражение его лица оставалось прежним, но Робина оно не смогло обмануть. Он понял, насколько влюблён его противник и каких усилий ему стоит оставаться на месте, а не подбежать к графине.

— Рогнеда, я тебя отвезу, — сказал Буслай, получивший знак от Ратмира.

После того как брат посадил девушку в седло и скрылся из поля зрения, хозяин Одена криво усмехнулся и посмотрел на короля.

— Оставьте нас, — холодно сказал Ворон своим друзьям.

Переглянувшись, Медведь и Сокол покачали головами.

— Это приказ, — властно бросил монарх.

Проходя мимо Ратмира, Эдвард сказал:

— Надеюсь, ты отдаёшь себе отчёт в том, что сейчас сделал, и чем это закончится.

Оставшись наедине, король и герцог некоторое время молчали. Ратмир думал о чём-то, разглядывая горизонт. Первым заговорил Ворон:

— Вы безмолвствуете, герцог, что растратили весь пыл?

— К сожалению, нет… — глухо ответил Ратмир и продолжил. — Как ты посмел тронуть её?

— …Не стану притворяться, что не понимаю, о чём идёт речь, — с горьким смехом произнёс монарх. — Посмел и, как видишь, остался жив.

— Это ненадолго, — тон герцога был отстранённым и невыраженным, но что-то было в нём, что насторожило Робина.

— Угрожаешь королю? Ты — чёртов сопляк! Скажи спасибо, что твою выходку видело ограниченное количество людей. Иначе, быть бы тебе на эшафоте уже через шесть часов. Ровно столько времени нужно, чтобы построить постамент и наточить топор.

Ратмир сделал несколько шагов прочь и, не оборачиваясь, сказал:

— Ты плохо знаешь законы своей страны, что непростительно для венценосной особы. Я равный тебе по происхождению и могу оспорить твоё положение, бросив вызов, который ты должен принять. Это не простая дуэль и ты не можешь казнить меня или отказаться от боя. Видел, ты освоил мечи? Будем драться на них. Так у тебя будет хоть какой-то шанс. Жду на рассвете в Тихом ущелье.

Ворон не видел выражения лица своего врага, когда он говорил это. Но от сказанного его охватил гнев, потом тоска, а потом навалилась усталость и безразличие. Когда блондин скрылся из вида, он тяжело сел на траву.

В большой библиотеке, ведавшей только тишину, стоял переполох. Медведь сидел на полу, обложившись стопами книг, Сокол стоял у окна с каменным выражением лица, а Ворон сидел на стуле, вытянув ноги и лениво гладя в потолок.

— Вот, — сосредоточенно сказал Артур. — В третьем источнике упоминается, что такой поединок может быть только смертным. Выживший получает право на престол.

— Сколько можно талдычить одно и то же? — спросил Эдвард. — Это ясно, как божий день.

— Это какое же оскорбление он претерпел, чтобы решиться на такое? — вдруг спросил рыжий герцог.

— О чём ты? — заинтересовался Робин.

— Я случайно слышал его разговор с Буслаем, ещё там, на поле брани.

— Ну что ты тянешь, говори, раз начал, — раздражённо произнёс Сокол.

— У них речь зашла о престолонаследии. Он сказал, что ни за что на свете не хотел бы править Аренией и сочувствует Ворону.

— Вот как? И ты молчал? — снова спросил Эдвард.

— А меня никто не спрашивал, — огрызнулся лорд Керн.

— И ты веришь в это? — дал о себе знать король. — Он знал о правилах поединка и о том, что он возможен. Значит, думал об этом и планировал его. Нужен был только повод, и он у него появился.

— А благодаря кому он у него появился? А, Ворон? Ты себя на его место поставь. На честь женщины, которая растила его, защищала ценой собственной жизни и самолично готовила ему, потому что он в детстве плохо ел, посягнул какой-то негодяй, тем более обладающий безграничной властью. Да, и не смотри на меня так. Я спросил у Анеи, как было дело. Ваше с Анной пребывание в твоей спальне он увидел без звука. Ты представляешь, как всё это выглядело со стороны? Кто-то очень вовремя спроецировал эту сцену на котел ведуньи.

— Думаешь, что это сделали намеренно?

— Можешь сходить погадать к Анее! — рявкнул Медведь. — Понятно, что Ратмир теперь не поверит никому. Ему бесполезно объяснять, что всё было не так, как он увидел, тем более, что рыльце у тебя в пуху, Роб.

— Может, переметнёшься на его сторону, Ар? Ты же видел, какая у него магия? Моя рядом не стояла! Ну, давай, пока не поздно!

Не прошло и секунды, как Медведь схватил своего короля за грудки и тряхнул, что есть силы. Ворон тут же схватился с ним, и драка почти началась, как вдруг эта пара разлетелась по углам. Сокол внимательно посмотрел на них, сидящих на полу и потирающих бока, и решил, что использованный удар, был сильнее, чем нужно. Подождав немного, он хладнокровно произнёс, обращаясь к Робину:

— В этом наш Рыжик прав, Ратмир сейчас никому не поверит. Даже если о дуэли узнает Анна и сделает попытку убедить его отказаться от неё.

— Только попробуйте сказать ей об этом, — прошипел Ворон.

— Ей может сказать Рогнеда, — отозвался Медведь, всё ещё сидящий в дальнем углу.

— О поединке ей неизвестно, — уточнил Сокол.

— Это не значит, что она дура и не догадается сама, — снова сказал Артур.

— Будем надеяться, что она не успеет этого сделать, — произнёс Ворон, вставая. — Теперь о поединке. Ратмир фехтует двумя мечами десять лет, я — две с половиной недели… Вообще шансы есть.

— Вспомни, примени отландскую технику, о которой не знает герцог Оденский. В ней твоё спасение, — вмешался в его размышления Эдвард.

— Нельзя, — покачал головой Робин. — Это слишком опасно. Я могу убить его и причинить боль… В общем, я не могу ею воспользоваться.

— И причинить боль своей любимой, ты это хотел сказать? — закончил за него лорд Эреман.

— Не лезь не в своё дело, — зло сказал король.

— Ну что ж, друзья, в таком случае вырисовывается радужная картина. Ратмир пошинкует тебя на кусочки, Ворон. Потом займёт престол и казнит нас, — изрёк Медведь, вставая с пола.

— И при чём здесь вы? — отмахнулся Робин.

— Неужели ты думаешь, что мы примем его сторону, — как можно будничнее спросил Сокол.

Юный король ничего не ответил, только отвёл глаза, стараясь не смотреть на друга.

Потерянная Рогнеда снова шагала к Анее. Войдя в Мастерскую она увидела, что наполненный котёл снова стоит на месте, а ведунья хлопочет, перебирая травы за столом.

— Вечер добрый, — сказала девушка.

В ответ нянька приветливо улыбнулась.

— А кто это у тебя порядок так быстро навёл? — продолжила её воспитанница.

— Ратмир приходил. Извинился и всё убрал.

— Вот как? — удивилась Рогнеда. — А ещё что-то сказал?

— Сказал, что Анна с обеда отбыла на заставу.

— Да-а-а, — протянула графиня. — А вёл он себя как? Ничего необычного не заметила?

— Да как всегда, шутил всё.

— Анея, Ратмир не простит королю то, что увидел. Я видела, как они учинили драку сегодня на Большой поляне. Скорее всего, дело закончится поединком. А раз Анна уехала, то будет он очень скоро.

— Так надо её известить.

— Нет, — Рогнеда сосредоточенно думала о чём-то.

— Почему?

— А ты подумай, она что, сможет его остановить? Да и пытаться даже не станет, только от переживаний заболеет и всё. Ты никому ничего не говори, а я сбегаю в библиотеку и узнаю всё о правилах поединоков, а потом… — девушка осеклась.

— Что потом? — тревожно спросила Анея.

— Пойду к Ратмиру.

— Если Анна не сможет его остановить, то как это сделаешь ты?

— Я могу ему сказать то, чего он не знает.

— Чего он не знает? Это что-то весомое?

— Весомое, но вот поверит ли он мне?

— Ты ведь никогда не обманывала его.

— Да, но в такой ситуации, — растерянно проговорила Рогнеда. — А я его в подвале запру и всё, — вдруг бодро закончила она.

— Это правильно, хороший способ, — иронично сказала Анея. — Их всех запереть надо. Толку-то всё равно никакого, одни беспокойства.

Дорога в сад Анны прошла для графини Ронской незаметно. Она настолько была погружена в свои мысли, что не заметила, как оказалась перед дверью дома подруги. Она уже собралась постучать, как дверь резко открылась и выпустила мчавшегося Августа, который едва не сбил её с ног.

— Рогнеда?! — выкрикнул он. — Анны нет, она на заставе.

— А поздороваться? — спросила девушка, держась за лоб.

— Ой, прости, здравствуй, — извинился мальчик.

— И тебе не хворать. Ратмир дома?

— Да. Он у себя в спальне, просил не беспокоить, а мне к драконам в горы разрешил… — тут Август поперхнулся от восторга.

— Ну, это конечно. В такой ситуации Ратмир разрешит тебе отправиться куда угодно.

— Что? — не понял мальчик.

— Ничего, беги, — улыбнулась Рогнеда.

После того, как Август скрылся за деревьями, она неуверенно переступила порог. Внутри было тихо. Совсем не так, как всегда. Обычно в доме Рейн было весело и шумно, причём до появления Августа этот шум удавалось создавать всего двоим.

Как можно тише набрав в грудь воздуха, Рогнеда постучала в дверь спальни герцога Оденского.

— Входи, Рогда, дверь открыта, — послышался мелодичный голос юноши.

Услышав это, девушка едва не подпрыгнула на месте, потом постояла в нерешительности около минуты, и открыла дверь.

Если взглядом можно было пронзить насквозь, то Ратмиру бы это удалось. Серо-зелёные глаза вперились в гостью, читая её сердце. Рогнеда слишком поздно опустила ресницы и не миновала непонятных чар. Тело охватили трепет и нега, а ноги снова отказались служить ей.

Через несколько мгновений Ратмир отвлёкся от неё, чтобы вложить сверкающий меч в ножны и лёгким движением отбросить его на кровать. Дрожь не отпускала Рогнеду, и она молчала. Молодой человек бросил ещё один быстрый взгляд на графиню и неожиданно для неё оказался рядом, взяв за руки. Девушка испуганно встрепенулась, и взглянула на него, не поймав взгляда. Ратмир прошептал что-то, погладив её ладони большими пальцами, и к Рогнеде пришло спокойствие. Почувствовав это, юный герцог, наконец, встретился с ней глазами и спросил:

— Зачем ты пришла?

— Пожелать тебе удачи, — твёрдо сказала графиня.

— В чём?

Рогнеда решительно освободила свои руки из плена и сделала полшага вбок, оглядывая комнату.

— Ты же решил убить короля и занять его место? У самого сильного воина и мага в трёх странах это легко получится. Анна станет королевской тёткой, а я её подругой, максимально приближённой ко двору. Ты же меня не забудешь, если что? — выговаривая это, девушка зло улыбалась.

Ратмир улыбнулся в ответ и прислонился к стене в своей излюбленной позе, скрестив руки на груди. Он пристально посмотрел на свою гостью, в который раз отдавая дань её хрупкой красоте. Рогнеда была одного роста с Анной и чем-то похожа на неё, вот только в чертах лица графини было больше озорства и детского обаяния. Она подошла к кровати и дотронулась до лежавшего на ней меча.

— Рогда, — вдруг вполголоса сказал Ратмир.

— Да, — она повернулась к нему так быстро, что тёмные локоны упали на лицо, и ей пришлось их поправлять.

— А ты не хочешь стать королевой? — сказав это, герцог выдержал паузу и продолжил, — Королевой Арении.

— Каким образом? — робко и тихо спросила Рогнеда.

— Просто. Выйди замуж за фаворита. За меня. Тебе достанется корона, власть и всё, что ты захочешь.

— Я этого не хочу! — испуганно вскрикнула девушка, отступая от Ратмира, внезапно оказавшегося рядом.

— Чего именно? — спросил он, поправляя её непослушную прядь. — Ты не хочешь стать королевой или быть моей… женой?

Во взгляде Ратмира Рогнеда увидела что-то непознанное и опасное. Её грудь тяжело вздымалась, а сердце снова забилось в бешеном ритме. Отступив от юноши ещё на шаг, она выпалила:

— Я поняла Ра, ты говоришь это, с целью скорее выставить меня отсюда и заняться своими делами. Но я не уйду так просто, мне нужно сказать тебе кое-что важное.

— Говори, — отвернулся равнодушный герцог Оденский.

— Я пришла сюда вовсе не учить тебя. Я и права-то на это не имею, — голос Рогнеды звучал печально и сбивчиво. — Честно сказать, даже не знаю, как бы я поступила на твоём месте. Это…

Она посмотрела на Ратмира, но не увидела его лица, тот отвернулся и смотрел в окно.

— Хочу, чтобы ты знал…

— Я всё знаю, — чужим голосом перебил её герцог, не оборачиваясь.

— Нет! — девушка подбежала в нему и с силой повернула к себе. — Нет.

Она говорила с пылом, совершенно не замечая, что практически обнимает молодого человека.

— Когда ты был при дворе Арении, мы пытались спасти Ворона. Ты знаешь.

Ратмир снисходительно кивнул ей.

— В общем, после того, как вереней не подействовал, и стало ясно, что Робин обречён, Анна фактически умерла вместе с ним.

Красивое лицо Ратмира выразило недоверие.

— Пожалуйста, Ра, я ведь никогда не обманывала тебя, — с горечью произнесла Рогнеда. — Тогда я не верила своим глазам… Это можно объяснить только… Я думаю, что она любит его, сама того не понимая.

— Что ты говоришь, Рогда, — раздражённо проговорил юноша.

— Только правду.

— Да как она может любить этого… негодяя.

— Единственное, о чём я прошу тебя, мой мальчик, так это не спешить с выводами, а подумать. Ты знаешь, что объективная реальность не всегда совпадает с нашими представлениями о ней.

— Как это было? — быстро спросил Ратмир.

— Я поняла, что её душа готова уйти и ничто не сможет удержать её. И вдруг случилось чудо. Ворон очнулся и вытянул Анну с того света вместе с собой.

На этот раз Рогнеда увидела, как мрачная решимость на лице юноше уступила место смятению. Однако это продолжалось всего лишь мгновение, после чего Ратмир снова превратился в саму непроницаемость.

— Я пойду, Ра, — вздохнула девушка и, убрав от него руки, шагнула к выходу.

Юный герцог опустил голову и не заметил, как графиня вернулась и, подбежав к нему, крепко обняла за плечи, прижимаясь щекой к груди.

Молодой человек закрыл глаза, не в силах пошевелиться, ощущая небывалое тепло и волнение.

— Ратмир, знай, что ты дорог мне, — тихо сказала Рогнеда.

В ответ юноша крепко обнял её, вдыхая пьянящий аромат волос, знакомый с детства. Раньше, когда он был ребёнком, этот запах ландышей и жасмина дарил ему покой и чувство безопасности, а сейчас горячил кровь и заставлял сердце биться быстрее.

Рогнеда пошевелилась и Ратмир, сжав зубы, отпустил её. Прежде чем уйти, она ещё раз пристально посмотрела на него и погладила по волосам. Волна тепла охватила юношу, и он смотрел на гостью, не мигая, стараясь сохранить в памяти её облик. Он ещё долго глядел ей вслед через окно. А потом взял меч с кровати и провёл пальцем по его лезвию. На коже показалась кровь. Ратмир мрачно улыбнулся и вложил оружие в ножны.

Глава IV

Губительна притягательная прохлада чужого леса. Берегись.

— Да, это ущелье, действительно, тихое, — произнёс Сокол, кривя губы в усмешке.

Трое юношей стояли на краю скалы и смотрели вниз.

Ворон взглянул на небо. Оно было мрачное, плотно обложенное тучами. Казалось, что солнце вовсе не заглядывало в это место.

— Прощай жизнь, ты была прекрасна, — сказал Артур, увидев приближающегося Ратмира в сопровождении графов Ронских.

— Да, похоже это последний рассвет, который нам доведётся встретить, — тихо сказал Эдвард.

— Хватит нытья, — резко сказал король. Если я паду в поединке, вы должны признать нового короля. Мёртвому монарху верноподданные не нужны.

С этими словами Робин отошёл от них, направляясь к краю обрыва.

— Конечно, — пробормотал Медведь. — Вот только лучше сдохнуть, чем стать предателем.

Сокол молча наблюдал за другом, поставив ногу на выступ скалы и заложив руки за пояс. Все шестеро молодых людей пришли в чёрных плащах.

Подав Ратмиру знак готовности, Ворон достал оружие. Герцог Оденский одной рукой сорвал с себе плащ, резко отбросил его и также мгновенно обнажил мечи. Юный король прыгнул в ущелье, на лету разрезая на себе накидку. Прошло ещё мгновение и юноши стремительно двинулись навстречу друг другу.

* * *

Ратмир молниеносно отражал атаки Ворона, даже не глядя на него. Со стороны могло показаться, что он просто исполняет какой-то танец в одиночку. Он легко поднимал и опускал тяжёлое оружие, поворачивался и отбивал клинки противника, не давая ему ни малейшего шанса приблизить их на опасное расстояние. Вскоре Робин понял, что юноша просчитывает его как минимум на три хода вперёд и увеличил натиск и скорость нападения, тесня герцога к скале. Под лязг и скрежет стали Ратмир отступал. На лбу у короля выступили бисеринки пота, а у его врага, казалось, даже не изменилось дыхание. Почти прижавшись к острым камням, блондин вдруг сделал выпад и Ворон поменялся с ним местами, оказавшись в опасном положении. Вырываясь из ловушки, он сделал сальто и перепрыгнул Ратмира, пытаясь сразу же ранить его со спины, но это ему не удалось. Фантастически быстро герцог в полоборота отразил его меч, присел и одной подножкой повалил короля на камни, тут же вытянувшись в полный рост. Секунды, которые Робину пришлось лежать на холодных скалах, показались ему вечностью. Он увидел, как сверкнуло грозное оружие в руках Ратмира.

Замах. Сверкающее лезвие приближается к нему. Для юного короля время снова замедлило свой бег. Он поворачивается вокруг своей оси, тело не чувствует боли от острых камней, и вскакивает, не выпуская клинки. Бой снова продолжается. Лицо Ратмира не выражает никаких эмоций. Вероятно, что он даже не сосредоточен на схватке, а его мысли и вовсе где-то далеко.

Присутствующим наблюдателям кажется, что поединок длится целую вечность. Рассветное солнце так и не показывается из-за туч и в ущелье царит полумрак.

— Прошло больше трёх часов, — отчаянно шепчет Медведь. — Чего он добивается? Дураку же ясно, что он могу убить Робина тысячу раз.

Напряжённый Сокол провёл руками по щекам, стараясь не моргая смотреть на битву.

— Я не понимаю, как можно выдержать столько времени? — снова сказал Артур.

— Ворон на последнем дыхании, — произнёс Эдвард.

Рыжий Артур печально опустил голову.

Делая очередной поворот с мечами Ворон заметил каплю крови, а затем почувствовал, как она сочится из губ. Тем временем Ратмир сделал выпад и они встали, скрестив мечи, почти вплотную друг другу. Испытующе посмотрев на него юный герцог криво улыбнулся, а затем легко отбросил противника на два метра, в ту же секунду обезоруживая его.

Из положения «лёжа» Ворон тут же сел, стирая перчаткой кровь со рта и поискал глазами свои клинки, которые находились слишком далеко. Неожиданно ему стало трудно дышать, но он не собирался сдаваться и метнул взгляд в приближающегося Ратмира, вставая в полный рост.

Вдруг блондин взметнул свои мечи и воткнул в землю, ответившую ему шорохом камней. Спустя мгновение все присутствующие услышали его ровный и холодный голос:

— Я не желаю твоей смерти и даю слово никогда не претендовать на корону. Что ответишь ты?

От неожиданности и боли, которая охватила внутренности, Робин заговорил не сразу:

— Я прошу прощения за нанесённое тебе и Анне оскорбление.

Слушая их разговор, сопровождающие боялись пошевелиться, чтобы не пропустить ни звука. Ратмир молчал около минуты, которая показалась им вечностью.

— Я надеюсь, ты догадываешься, чего стоит мне это прощение, — в эту фразу он невольно вложил всю боль, мучавшую его.

Взгляды юношей снова скрестились. Не отводя глаз, Ворон кивнул.

Герцог вырвал мечи и одним движением вложил их в ножны за спину.

— Постой, — хрипло произнёс король.

Ратмир снова мрачно взглянул на него.

— Я хочу задать тебе несколько вопросов.

— Изволь, только должен тебя предупредить, что у тебя обезвоживание, которое может стать необратимым и твои лёгкие просто сгорят. Иными словами каждая минута приближает тебя к смерти. Ты точно хочешь продолжить беседу? — хладнокровно спросил юноша.

— А так даже интереснее, — прокашлял Ворон.

— Тогда я слушаю.

— Ты был твёрдо намерен убить меня, я понял это там, на поляне. Почему передумал? Только предупреждаю, умирающему врать грешно.

Ратмир горько улыбнулся:

— Рогнеда поведала мне о том, чего я не знал… Она сказала, что, возможно, Анна любит тебя.

Лицо Робина выразило сначала недоверие, потом надежду и счастье.

— Я бы на твоём месте не спешил радоваться, Ворон, — продолжил Ратмир. — Ты, верно, не знаешь, как трудно обрести любовь и как легко потерять. И ты же сделал всё, чтобы получить последнее.

Робину стало тяжело стоять, и он упал бы, если бы не подоспевшие друзья, взявшие его под руки. К герцогу, в свою очередь, с обеих сторон подошли Буслай и Лучезар.

— А, знаешь, Ворон, ведь Анна долгие годы корила себя за то, что не смогла взять тебя на воспитание.

— Ты ревновал? — спросил король.

Юноша усмехнулся в ответ.

— Думаешь, что ты такой всемогущий с детства. Та невидимая рука, которая тебя хранила. Рука Анны. Она задействовала все свои связи, собрала всех сторонников, чтобы защитить тебя от тех, кто спал и видел, как отрезает тебе голову. Даже мне неизвестно, чего ей это стоило. И я не думаю, что ею двигали только политические мотивы. Нет. Она запомнила глаза беспомощного ребёнка, когда вступила в бой в Зелёных угодьях. Я понимаю, что мне повезло больше, чем тебе, потому что рядом с ней я не знал ни страха, ни печали. И ты бы превзошел меня во всём, если бы мы росли вместе, как старший и самый упёртый.

У Ворона уже начало мутнеть перед глазами.

Тут Лучезар взмахнул рукой, бросая перед собой какой-то порошок, и с насмешкой сказал:

— Забирайте своего героического короля. В библиотеке замка на полке за стеклом стоит зелье в красной бутылке, которое поставит его на ноги.

После его слов с треском открылся порт. Бледные Медведь и Сокол без возражений шагнули туда, увлекая за собой Ворона.

Оказавшись на месте, юноши посадили Робина в кресло.

— Анна ничего не должна знать, — то и дело произносил юноша в забытьи.

— Да сколько же можно повторять, — сказал Артур, подбегая к полке и приподнимая стекло.

— Да, тем более, что это бессмысленно, — пробормотал Эдвард, увидев в проёме безмятежную графиню Рейн.

— Приветствую вас, милорды, — произнесла она с улыбкой, ещё не увидев Ворона.

Сокол и Медведь в одновременно отвесили ей заученный поклон.

Прошло несколько секунд, прежде чем, Анна увидела Робина без сознания. Сокол увидел, как она замерла, а потом в шоке уставилась на него, требуя ответа.

— Аннушка, всё в порядке, — произнёс Медведь, подбегая к ней и пряча бутылку за спиной. Это он осваивал вашу технику боя и перестарался. Ты же знаешь нашего нетерпеливого короля. Оставь нас ненадолго, пожалуйста, мы окажем ему первую помощь и пусть он себе спит.

Девушка посмотрела на него так, как будто не видела, но, собрав всю волю, кивнула и вышла, закрывая за собой дверь.

Артур и Эдвард тут же бросились к королю, вливая зелье ему в рот.

— Что!!! — крикнул Медведь.

— Всё нормально, действует, — выдохнул целитель. — Теперь можно и мне поколдовать.

С этими словами он направил магию на друга. Спустя несколько минут Ворона доставили в спальню. Артур принёс его на руках, а Эдвард быстро открывал перед ним все двери. Положив друга на кровать Медведь сел в изголовье, а Сокол быстро наложил ему на грудь и лоб водные компрессы.

— Всё, вне опасности, — сказал он рыжему герцогу, устало вытирая лицо влажной тканью. — Я пока поставлю на место эту бутыль, а ты…

— Можешь не говорить, — недовольно пробормотал Артур.

Усталый Сокол вошёл в библиотеку, вернул зелье на полку и уже собрался уйти, как вдруг увидел вздрагивающую фигуру, за столом.

Анна лежала на столе, закрыв лицо руками.

Эдвард подбежал к ней, рывком поднял и обнял.

— Откуда он узнал? — спросила она сквозь всхлипы.

— Что, — спросил целитель, отстраняя её от себя и заглядывая в глаза, сжимая голову в ладонях.

Заплаканная девушка посмотрела на него так, как будто у неё сильно болела голова.

— Ратмир, кто сказал ему? Не надо меня обманывать, пожалуйста.

Сокол вздохнул и снова прижал графиню к себе.

— Ему показали это в котле Анеи. Причём с самой неприглядной стороны. Любой, кто считает себя мужчиной, среагировал бы точно также.

— Да, — сказала Анна уже тише, пытаясь совладать с собой.

Заметив это, Эдвард сказал:

— Знаешь, плакать бывает полезно. Особенно, таким, как ты. Не стоит забывать, что ты — женщина. Пойдём, я провожу тебя домой.

— Не нужно, — произнесла графиня устало.

— Нужно, — настойчиво сказал Сокол.

— Я домой сегодня не пойду, заночую здесь, в одной из спален.

— Тогда я провожу тебя туда.

Вернувшийся домой Ратмир вошёл в гостиную и устало повесил мечи на стену. В помещении было темно, несмотря на то, что вечер ещё не наступил. По небу продолжали ходить тёмные тучи и, наконец, разразилась гроза. В свете молнии он внезапно увидел женскую фигуру, стоявшую возле стола, в которой узнал Рогнеду. Щелчок его пальцев сразу же зажёг все свечи, и девушка зажмурилась от яркого света.

Лицо графини выражало напряжение и сильную тревогу. Герцог подошёл к ней почти вплотную и сказал:

— Успокойся, Рогда, все живы, а к завтрашнему утру будут ещё и здоровы.

— Ты ранил его? — тихо спросила она.

— Нет, — улыбнулся Ратмир. — Что ты, он же уворачивался.

При этих словах она почему-то заплакала. Ратмир сделал движение навстречу, но девушка отступила и взяла себя в руки. Увидев это, герцог стиснул зубы, будто от удара.

Он повернулся к графине спиной, снял камзол, оставшись в одной рубашке и брюках, и собрался уйти, как вдруг, Рогнеда остановила его, обняв за левую руку.

— Ра, я так рада, что ты не пострадал.

— Разве я мог пострадать? — тихо спросил юноша.

— Можно убить человека и уничтожить этим себя.

— Да, ты права.

Ратмир неожиданно обернулся, обнял Рогнеду и прошептал:

— Ты помогла мне.

— Знаешь, я думала, что умру здесь, ожидая развязки, — сказала она, прикасаясь к его прядям. — Какие белые у тебя волосы, они совершенно не изменились с детства.

Юноша не отрывал от неё взгляда. — В последний раз такое потрясение я получила, когда на вас напали волки сумрака, Анны не было рядом, я почти не владела своей магией, про оружие и говорить нечего, я и сейчас в нём немного понимаю.

— Но это не помешало тебе остановить их.

— Ты помнишь это? — удивлённо спросила Рогнеда. — Вы ведь были совсем маленькими.

— Волки были посланы за мной, ты могла бросить меня и спасти братьев, — неожиданно произнёс Ратмир.

Девушка с изумлением посмотрела на него.

— Как ты вообще мог подумать такое?

Вместо ответа юный герцог прижал её к себе, а потом отпустил, сделав усилие.

Девушка выжидающе смотрела на него.

— Рогнеда, ты не ответила на мой важный вопрос.

— Какой? — испуганно спросила графиня.

— Ты не сказала, хочешь ли быть моей женой?

В гостиной повисло молчание. Свечи трепетали, а Ратмир в упор смотрел на девушку, стараясь не пропустить ни одной эмоции на её лице.

Рогнеду едва удержалась на ногах от жаркой волны, которая шла от него. Ей не было спасения от этих серо-зелёных глаз. Она опустила голову и пролепетала:

— Ратмир, а ты… уверен в своих чувствах.

Юноша продолжал смотреть на неё и гипнотизировать взглядом, а Рогнеда не смогла удержать снова выступившие слёзы.

— Мальчик мой, мне кажется, что я не достойна такого счастья.

Лицо герцога выразило удивление.

— Мне так страшно, — продолжила она. Ведь я старше тебя… Подожди, не перебивай. Да, я молода телом, но мне пришлось увидеть много грязи, Ра. О таком как ты, я и мечтать не смела.

Ратмир сделал два шага и оказался рядом, продолжая вглядываться в её лицо и хрипло спрашивая:

— Это, значит, да?

Рогнеда не смогла ответить. Юноша обнял её за ноги и приподнял над собой, так, что теперь уже она смотрела на него сверху.

— Я люблю тебя, скажи мне то же самое, — попросил он.

— Я люблю тебя, — робко сказала она.

— Повтори ещё раз.

— Я тебя люблю, — сказала она едва слышно с расстановкой и слезами.

Ратмир бережно поставил её на пол, не выпуская из объятий, и снял с мизинца кольцо с голубым камнем.

— Теперь ты — моя невеста, — сказал он, надевая ей его на безымянный палец.

Рогнеда посмотрела на свою руку, как на чудо.

— Видишь, продолжил юноша, оно как раз впору.

Он поцеловал её ладонь, и она отступила немного назад, собираясь уходить.

— Побудь со мной ещё хоть немного, — взмолился юноша. — Ты постоянно убегаешь от меня.

В ответ Рогнеда подошла ближе и посмотрела ему в глаза. Юноша наслаждался теплом, исходящим от неё.

— Анна, как она воспримет всё это?

— Анна всё знает и довольно давно.

Рогнеда удивилась, а потом снова посмотрела на герцога и смешалась.

— Мы ещё не решили, где будем жить? — спросил Ратмир. — Если ты хочешь, уедем на новые земли, если нет, то можем остаться здесь.

— Мне здесь очень нравится.

— Мне тоже, — улыбнулся юноша.

Графиня сделала к нему ещё один робкий шаг, легко обняла, прижавшись щекой к плечу и сказав: «Увидимся завтра и всё решим», выбежала из дома.

Постояв ещё несколько секунд с закрытыми глазами, герцог бросил взгляд в окно и увидел, что тучи рассеялись.

* * *

Вырвавшись из трёхчасового забытья, в которое погрузил её умелый целитель, Анна вскочила с кровати и сомкнула брови, вспомнив, произошедшее накануне. Она освежила лицо в тазу с водой, встала и вышла за дверь.

Перед королевскими покоями она замерла, прислушиваясь. За дверью стояла мёртвая тишина. Помедлив ещё немного, она сделала щелчок, и дверь послушно открылась. Раскинув руки, прикрытый до пояса одеялом, Ворон спал. Графиня подошла ближе и вгляделась в его лицо. Даже во сне оно выражало тревогу. Она села на пол, взяла его руку и прижалась к ней щекой.

— Я знал, что ты придёшь, — произнёс король.

Пойманная на месте преступления, Анна вздрогнула. Юноша погладил её по щеке и приподнялся на подушках. Мгновение они смотрели друг на друга, а затем, спохватившись, девушка вскочила.

— Ты бросишь меня беспомощного и не скажешь даже ласкового слова? — в словах короля не было даже намёка на издёвку.

Было видно, что желание остаться борется в Анне с доводами здравого смысла. И на этот раз последнему был нанесён сокрушительный удар. В смятении она сделала несколько шагов к двери, а потом стремительно вернулась обратно, попытавшись снова сесть на пол рядом с кроватью. Но Ворон не дал ей этого сделать. Он встал и заключил её в объятия.

* * *

Оказавшись в его руках, Анна задохнулась от неожиданности и близости юноши. Почувствовав это, он отпустил её:

— Прости.

— Ничего, — тихо и устало сказала она.

Продолжая стоять слишком близко, он сказал:

— Я получил по заслугам.

— Ратмир мог убить тебя, — произнесла она, поникнув.

— И правильно бы сделал, — мрачно добавил Ворон.

— Нет, всё это неправильно, — покачала она головой. — Как ты чувствуешь себя?

— В меня словно вдохнули жизнь после того, как ты пришла.

Анна не смогла сдержать улыбку.

— Когда мы встретились в королевском замке, ты не прибегал к лести.

— Ты считаешь, что я обманываю тебя, — возмутился юноша.

Графиня ещё раз пристально посмотрела на него и сказала:

— Наверное, это я ошиблась. Прошу тебя будь осторожен. Твой огненный нрав подвергает тебя опасности.

Ворон как-то странно посмотрел на неё.

— То же самое я могу сказать тебе.

— Разве я отличаюсь твоей импульсивностью? — удивлённо спросила Анна.

— Нет, но ты смотришь на жизнь так же, как я. Мы похожи и поэтому не могли не встретиться.

Услышав это, девушка погрузилась в задумчивость.

— Ты считаешь, что я не прав? — спросил король.

— Я не знаю.

Ворон схватил её за руку.

— Я впервые вижу такие тонкие запястья. Как ты удерживаешь тяжёлые мечи? Это противоестественно. Женщине нельзя воевать.

Анна мягко отняла руку.

— Лучше не воевать никому, это противоестественно для всех, — в её голосе прозвучала грусть.

— Мужчина должен быть готов защищать свою семью и отдать жизнь в любой момент.

— Ну да, — Анна не повысила голоса, но Робин понял, что она вспылила. — Да, мужчинам вообще легко умирать. Думать — не их забота.

— О чём думать? — удивился Ворон.

— О том, как будут жить без них те, кто их любит. Я даже представить себе не могу, что было бы, если бы мой племянник, ставший мне сыном, убил моего… — Анна осеклась.

Юноша схватил её за плечи и встряхнул так, что волосы рассыпались по лицу.

— Моего?! Ты сказала моего?! Моего кого?! Кто я для тебя, Анна?!

Графиня непонимающе смотрела на него, пытаясь осмыслить сказанное.

Дыхание Робина стало неровным. Не отрывая от девушки глаз, он стал приближаться к её губам. Анна, словно заворожённая, стояла не шевелясь.

Вдруг хлопнула дверь, и в спальню вошёл рыжий Артур.

— Ворон! У нас срочное дело! — нарочито громко сказал он.

Этот оклик привёл графиню в чувство, она тряхнула головой и поправила причёску. Взбешённый король нехотя отпустил девушку и сказал, растягивая слова:

— Вам снова повезло, герцог.

— Да-а-а? И в чём же, ваше величество? — усмехнулся Артур, подмигивая Анне, которая тоже тепло ему улыбнулась.

— Тебе повезло, что здесь дама. Иначе ты бы уже встретился со своими блистательными огненноволосыми предками.

— Этим вы меня не удивили, ваше величество, — весело произнёс юноша. — Мы — рыжие, вообще, — везунчики.

Робин открыл было рот, чтобы прошипеть что-то в ответ, но остановился, услышав, звонкий смех Анны.

Медведь, которого, казалось, совсем не смущала возникшая ситуация, постарался незаметно подойти к ней поближе.

Входная дверь снова открылась, и в помещение быстро вошёл Сокол, бросая на ходу Артуру:

— Чем ты тут занимаешься? Робин, он сказал тебе, что у нас гости?

— И кто пожаловал? — серьёзно спросил король.

— Верхушка судейского магического совета.

— Я же велел упразднить эту лавочку.

— Да, но ты же понимаешь, что это делается небыстро, к тому же они всячески сопротивляются реформам.

Ворон молча кивнул.

— А сейчас они требуют личной аудиенции.

— Вот как? — презрительно сказал Робин. — Разнюхали, что я могу отправиться к праотцам и тотчас же прибыли на место предполагаемого действия?

— Не исключено, — задумчиво произнёс Медведь.

— Понятно, встретим их в главном зале, — сказал король, направляясь к шкафу с одеждой. — Нужно постараться разочаровать этих господ.

— Ваше величество, — неожиданно вклинилась в разговор Анна. — Разрешите мне присутствовать на встрече.

— Нет, — буднично ответил Ворон, выбирая костюм в ворохе одежды, который держал перед ним Артур. — Это маги высшей касты, которые не входят в число моих друзей. Поэтому ты останешься здесь.

Анна красноречиво и просительно посмотрела на лорда Эремена и, поняв, что он разделяет мнение своего короля, беспомощно опустила голову.

— Робин, — вдруг заговорил целитель и графиня встрепенулась.

Застёгивая рубашку, Ворон вопросительно посмотрел на друга.

— Мне кажется, ты преувеличиваешь опасность. Что они могут сделать Анне? К тому же будет лучше, если при разговоре будет присутствовать хозяйка замка.

Король ничего не ответил, но было понятно, что он раздумывает.

— Что ты мне даёшь? — раздражённо сказал он рыжему Артуру.

— А что? — спросил тот в недоумении.

— Парадный костюм? Они могут подумать, что я рад их видеть… А в этом я вообще рискую им понравиться.

Прошло ещё несколько мгновений, пока Робин застёгивал камзол. Всё это время Анна пребывала в напряжении, что не укрылось от внимания Сокола.

— Хорошо, — сказал, наконец, юноша. — Вы можете идти с нами, миледи.

При этих словах девушка просияла так, что Ворону снова захотелось отказать ей, а потом разрешить идти с ним, чтобы только вновь увидеть эту благодарную улыбку.

Спустя время король ожидал гостей, сидя во главе стола. Лорд Керн и лорд Эреман расположились по краям. Вошедшая в зал Анна направилась к месту рядом с Артуром, но была остановлена Вороном:

— Миледи, я прошу вас сесть рядом со мной.

Девушка недоумённо посмотрела на него, но решила не спорить и прошла к указанному стулу. Сокол помог ей сесть, отодвинув мебель.

Магический суд возглавляло трое мужчин, когда они вошли, в помещении стало холоднее. Все трое были одеты в чёрное. Герцоги приветствовали магов стоя, Ворон ответил на их поклон кивком головы.

Когда все заняли места за столом, первым заговорил высокий темноволосый мужчина с неприятной усмешкой.

— Ваше величество, рад видеть вас в добром здравии.

— Я слышу нотки удивления в вашей речи, милорд, — иронично сказал Робин.

Глава совета снова улыбнулся:

— Вероятно, это слухи, ваше величество, их распускают ваши недоброжелатели.

— А я рад несказанно рад лицезреть вас, леди Рейн, — вдруг вклинился в беседу маг с седыми волосами и молодым лицом.

Ворон почувствовал, как услышав его голос, Анна сначала вздрогнула, а потом твёрдо произнесла:

— А вот я не могу сказать о себе того же, лорд Вейн. Помнится, наша последняя беседа носила далеко не светский характер.

— О-о-о, протянул он, вы это запомнили?

— А я пока не жалуюсь на память, милорд.

— Да, вы по-прежнему юны, как и тогда. Сколько вам было лет, сударыня?

— Разве это имеет значение? Ведь мой юный возраст не помешал вам бросить меня в Холодную башню.

— Это дело с большим сроком давности, — слащаво улыбнулся ей третий маг со шрамом на левой щеке.

— Не стану спорить, — сказала Анна. — Только дело с нападением волков из сумрака на короля Арении и его подданных ещё свежо.

Услышав это, Сокол и Медведь вскочили со стульев.

— Вы можете доказать, что мы имеем к этому отношение? — спросил темноволосый колдун.

— Нет, но я уже отразила ваше нападение.

— Очень жаль, что вы умрёте в мучениях, миледи, снова отозвался темноволосый.

— Ратмир! — неожиданно для всех крикнула Анна.

Её голос послужил спусковым крючком. Робин, Эдвард и Артур одновременно выпустили стрелы магии в колдунов, которые, защищаясь, растворили их в воздухе.

Человек с седыми волосами исчез и неожиданно возник рядом с Анной, схватил её за волосы и пригнул к полу. И тут же был отброшен ударом Ворона, с гневным:

— Руки от неё убери, урод!

Через несколько минут «бывшие» гости были скручены и пригвождены в стене магией.

— А вот теперь, побеседуем обстоятельно, — сказал Робин.

Седой зло рассмеялся, отплёвываясь от крови, сочившейся из разбитой губы:

— Неужели ты думаешь, что это всё, что мы можем, сопляк?

Услышав это, Сокол переглянулся с Вороном, а потом посмотрел назад.

За спинами юношей появились сотни двойников верхушки судейского магического совета.

— А ты, придурок, — сказал Медведь, доставая меч. — Неудивительно, что вы еле пришли сюда. Влупить столько магии в этих матрёшек.

— Анна, быстро уходи отсюда, — произнёс Ворон, заслоняя девушку спиной. Сокол быстро открыл дверь и выдворил графиню из помещения.

— Ты надеешься спасти её, Ворон? — хрипло засмеялся темноволосый маг. — Она уже мертва.

Глаза юного короля выражали недоумение и страх, но подумать ему не дали. Отряд двойников пошёл в атаку.

Артур высоко прыгнул, перевернулся в воздухе и оказался в самой гуще толпы. Робин и Эдвард скрестили клинки с двинувшимися на них живыми призраками. Юношам пришлось сражаться не только оружием, но магией, поскольку каждый двойник выпускал в них целые столпы энергии.

— Смотри назад! — крикнул король, отбрасывая врагов от Сокола.

Отбиваясь от четверых, Эдвард сделал круговой взмах мечом и поразил их в мгновение ока. Призраки растворились в воздухе. Десятки двойников успели уничтожить Робин и Артур.

— Ворон, нужно отступать, — крикнул Медведь.

— Нельзя, за пределами замка, они наберут силу, ты же знаешь это колдовство.

В глазах связанного темноволосого мага мелькнул огонёк торжества, вдруг сменившийся удивлением, а потом злобой.

Первым появившихся в зале Ратмира, Лучезара и Буслая увидел Сокол. Он крикнул, задыхаясь:

— Может, вы нам всё-таки поможете?! Или просто постоять пришли?!

— Пусть слово моё нас избавит от бед!

Сейчас в пустоте больше магии нет!

После сказанного Ратмиром двойники перестали атаковать юношей магией, и они облегчённо вздохнули, продолжая сражаться на мечах.

Два призрака успели прижать Ворона к стене. Король прилагал неимоверные усилия, чтобы не лезвие не коснулось его горла. Рядом стремительно оказался Ратмир и легко разрубил двойников, спрашивая:

— Где Анна?

— Побудешь тут, вместо меня, а я схожу посмотрю.

Ратмир усмехнулся и кивнул. Получив согласие, Робин быстро двинулся к двери, нанося колющие удары оказавшимся на пути противникам. Несколько мгновений и юноша подбежал к библиотеке. Он пнул дверь и всмотрелся в помещение, вытирая пот с лица рукой в чёрной перчатке. Поначалу ему показалось, что графини здесь нет. Юноша зубами снял перчатку и уже собрался уйти, как, вдруг, заметил лежащую на полу возле стола фигуру. Оказавшись рядом с невероятной скоростью, он повернул к себе лежащую ничком девушку. Она едва смогла приоткрыть веки. Ворон ужаснулся, заметив бессмысленное выражение её взгляда. Рядом с ней валялась бутылка с остатками зелья. Он понял, что Анна успела выпить его, но оно не дало никакого эффекта.

— Иди ко мне, — сказал Робин, одним движением подхватывая её на руки. — Держись, счастье моё.

Когда юноша вернулся на место схватки с Анной на руках, призраков уже убавилось на треть. От короля не укрылось выражение злорадства на лицах пленённых судей, когда они увидели бесчувственную девушку. Ратмир бросил взгляд на графиню и крикнул:

— К озеру, быстро!

Услышав это, Лучезар в ту же секунду открыл телепорт, и Ворон ринулся туда.

Остановившись перед спокойной гладью воды, Робин ещё раз посмотрел на Анну и быстро вошёл в озеро. Волны сомкнулись над ними, и юноша почувствовал, как к нему возвращаются силы. В последние дни он жил на пределе своих психических и физических возможностей. Прохлада успокаивала, а мышцы наливались силой. Постояв под водой, как можно дольше он вынырнул и вышел на берег. Девушка по-прежнему не приходила в себя.

Король щелкнул пальцами и тёплый ветер осушил их одежды. Он дважды поцеловал девушку в висок и с замиранием сердца спросил:

— Анна, ты со мной?

Шли секунды, каждая из которых казалась ему вечностью.

Графиня закашлялась и открыла глаза.

— Теперь всё будет хорошо, — произнёс Ворон, крепко обнимая её и вставая с земли.

Он почувствовал, что девушка устало прижалась головой к его плечу, и ускорил ход.

— Что произошло?! — испуганно крикнула Рогнеда, встречающая их у дома Рейн.

Она забежала вперёд и открыла перед королём дверь.

— Всё скоро закончится, — отмахнулся Ворон, укладывая Анну на постель. — Мне нужно идти, присмотри за ней.

Рогнеда тревожно оглядела его, отметив разорванную одежду, и выпалила:

— Я пойду с тобой!

— Нет, охраняй Анну. И к тому же Ратмиру это не понравится, — при последней фразе он многозначительно посмотрел на кольцо, украшавшее тонкий пальчик девушки.

Рогнеда вспыхнула и пришла в смятение. Робин впервые наблюдал такую реакцию на невинное замечание.

Он ещё раз посмотрел на Анну, которая успела уснуть, поцеловал её пальцы и направился к выходу.

— Подожди, Робин, как ты доберёшься туда? — спросила Рогнеда, не отставая от него.

Юноша посмотрел на неё, размышляя, а потом услышал знакомое ржанье и фырканье. Пламя появился перед ними во всей красе. Король улыбнулся и двинулся в его сторону.

— Ты с ума сошёл! — крикнула графиня Ронская. — Этот конь признаёт только Анну. Он опасен для чужих. Отой…

Она не успела закончить фразу, увидев Ворона в седле. Пламя проделал свой любимый трюк — трижды стукнул копытом о землю и умчался.

— Ну, надо же, — задумчиво протянула Рогнеда. — Огонь ускакал на Пламени. Подобное притянуло подобное.

Уничтожив последнего призрака, Ратмир легко вложил мечи в ножны за спину. Артур и Эдвард тяжело дышали и вытирали пот. Лучезар и Буслай встали рядом с герцогом Оденским и оглядели зал.

— Этих надо убрать отсюда, чтобы не засоряли помещение, — сказал Лучезар.

Ратмир молча кивнул. Братья Ронские заломили магам руки и погнали их прочь. Лучезар легко держал сразу двух мужчин.

— Стойте, — сказал Ратмир около входной двери.

Его спутники замерли.

— Что вы сделали с Анной?

Услышав вопрос герцога, седой маг усмехнулся:

— Она виновата сама. Мы не хотели убивать её. Энергетическая атака направлялась на короля и его приближённых. Если бы она не вмешалась, они прожили бы всего три минуты.

— Вы планировали государственный переворот?

— Он должен был состояться давно. Ваша тётушка и её сторонники всегда мешали нам. А после того, как мы поняли, что вы, ваше сиятельство, оставили в живых Ворона и не собираетесь претендовать на престол, а он, в свою очередь, не желает причинять вам вред. У нас не осталась выбора. Мы не могли допустить вашего соединения.

— Какой же ты молодец, — вмешался Медведь. — Выложил всё, как на духу. Только если Анна не придёт в себя от ваших энергетических атак, это тебе не поможет.

Седой мужчина снова улыбнулся и опустил взгляд.

Тем временем за стеной послышалось ржанье. Затем в дверь бесцеремонно ударили и в проёме возник Ворон, верхом на Пламени. По его лицу юноши поняли, что с графиней Рейн всё в порядке. Артур не смог сдержать вздоха облегчения. Он прикрыл веки и прислонился к стене, так же, как и Сокол. А вот на лицах графов Ронсикх и Ратмира застыло удивление в высшей степени.

— Мне это снится? — спросил Буслай непонятно у кого. — Этот строптивый конь на протяжении всей своей жизни не подпускал к себе никого, кроме Анны. Даже Ратмира он дважды чуть не размазал по стене.

— Я не виноват, что больше ему понравился, — сказал король, выпрыгивая из седла.

— Да-а-а, — протянул герцог Оденский. — Не понимаю, чем ты ему угодил? Только в замок его не заводи, я не хочу, чтобы тут были развалины.

Ворон белозубо улыбнулся.

— Я уже вызвал охрану, Роб, через несколько минут эти господа отправятся туда, куда следует. На них опробуют их же собственные методы.

Спустя полчаса все шестеро собрались в библиотеке за столом. Братья Ронские внимательно изучали ворох государственных бумаг. Ратмир и Робин склонились над картой и спорили, а Эдвард и Артур что-то писали.

— Нам нужно позаботиться об укреплении границ вот здесь, — говорил Ворон, указывая пальцем на рисунок.

— Это можно устроить, — ответил Ратмир. Отправим туда драконов на три недели. Больше нельзя, потому что это не их среда обитания. Но за это время наши воины смогут научить местных жителей оборонятся, и выстроят грамотную систему защиты. Вот так можно создать систему оповещения. В случае нападения помощь подоспеет быстро.

— Ты прав, — сказал король, сосредоточенно разглядывая карту.

Проснувшись, Анна увидела тихо посапывающую рядом Рогнеду. Стараясь не разбудить подругу, она встала и вышла в гостиную. Во у девушки пересохло, поэтому чистая вода показалась ей невероятно приятной.

— Анна, — послышалось тихое и встревоженное сзади.

Графиня оглянулась.

— Как ты себя чувствуешь?

— Сносно, — устало ответила она.

Рогнеда выглядела потерянной и виноватой. Заметив это, Анна спросила:

— Что с тобой?

— Ничего, почему ты спрашиваешь?

— Рогда, мы ведь не первый день знаем друг друга. Говори.

Девушка опустила голову, собираясь с силами.

— Ратмир, он…

— Он сделал тебе предложение?

— Да, — в голосе Рогнеды послышалась боль.

— Ты отказала ему? — ровно спросила подруга.

— Нет, — вскрикнула графиня и закрыла лицо руками.

— Тогда почему ты плачешь? — Анна подошла к ней и обняла.

— Я не достойна его, — разрыдалась девушка.

— Это только твоё мнение, мы с Ратмиром считаем иначе.

— Ты? — Рогнеда посмотрела на неё сквозь слёзы.

— Я считаю, что моему племяннику очень повезло. Он будет счастлив в любви. И ты тоже заслужила это счастье.

Рогнеда долго не могла ничего ответить, продолжая проливать слёзы, а потом сказала:

— Поверь, я всё для этого сделаю.

— Я не сомневаюсь, — улыбнулась Анна и снова обняла её.

Анея рассматривала себя в зеркало в новом платье, когда к ней вошли Анна и Рогнеда.

— Здравия тебе и твоим близким, — сказали девушки.

— Спасибо и вам желаю того же, — улыбнулась травница.

— Ты в этом пойдёшь на праздник?

— Скорее всего, да.

— А я не знаю, что надеть, — задумчиво сказала Рогнеда.

— Я могу сшить тебе наряд, только определись, что именно ты хочешь, — произнесла Анна.

— Это-то и сложно.

— Ну, девчонки, идёмте в сад, может там, что-нибудь придумаем, — быстро проговорила Анея.

В беседке ведунья налила гостьям чистой воды и поставила фрукты. Анна легко вздохнула, наблюдая за яблонями, на которых красовались спелые плоды, а Рогнеда смотрела перед собой, задумавшись о чём-то. По её лицу прошла тень. Анея с Анной переглянулись, но промолчали.

— Торжество обещает быть грандиозным, — сказала хозяйка дома. — Нынче многие стремились участвовать в представлениях, поэтому проводился отбор. Люди сочинили прекрасные песни, поставили новые пьесы, в стороне не остались и акробаты. А, главное, нас ждут захватывающие соревнования. Готовится забег лошадей, и впервые устроят перелёты на драконах.

— Да, к тому же в этом году был небывалый урожай. Многие утверждают, что плоды уродились вкуснее, чем были. Поселенцы соберут всё лучшее. Думаю, мы весело встретим праздник земли.

— Что? — спросила невпопад графиня Ронская.

— Рогда, ты сейчас с нами? — полувопросительно произнесла Анна. — Ты витаешь где-то в облаках.

— Да, я возвращаюсь, — сказала девушка с какой-то странной улыбкой. — А король с приближёнными почтят нас своим присутствием?

— Вообще, собирались, — ответила Анея. — Мои мальчишки рассказали, что у него плотный график. Он каждый день занимается фехтованием и уже научился управлять драконом.

— То есть у него есть свой? — спросила Анна.

— Да, думаю Ратмир сделал ему этот подарок, — уточнила Анея.

— Заняты они укреплением границ, а этого недостаточно, — продолжила графиня Рейн.

— Не только, — словно очнулась Рогнеда. Я присутствовала на сходе, пока ты была на заставе. Ворон изложил жителям Пустыни свою программу по реформам в стране и попросил их о помощи. На следующем собрании ответ должен появиться.

Когда подруги возвращались обратно, Анна вдруг спросила:

— Рогнеда, что с тобой.

— У меня плохое предчувствие, может мне не идти на этот праздник?

В ответ девушка пристально посмотрела на неё и сказала:

— Ты думаешь, что дело в празднике?

— Не знаю, — произнеся это, Рогнеда поцеловала её в щеку и ушла.

В это время к Анне уже подбежал Август, которого она обняла и потрепала по волосам. Вместе они вошли в дом, отражающий розовые лучи заходящего солнца.

* * *

Собираясь на праздник, Ворон примерял третий по счёту камзол. Зеркало отражало колючий взгляд его черных глаз, а приятный ветерок дувший из открытого окна играл с неровной чёлкой. Король невольно зевнул и потянулся, ощущая прилив энергии в мышцах. Он успел заметить, что время пребывания в графстве пошло ему на пользу. Свежий воздух, весёлые тренировки, купание в холодной воде и превосходная пища сделали своё дело.

— Ваше величество, — раздался голос только что вошедшего Артура. — Вы ещё не готовы. Что, нарядов не хватает? Я могу послать за другими. Их ещё успеют доставить из королевского дворца.

— Это, по-твоему, смешно? — бросил Робин.

— Нет, я просто подумал, что ты решил стать законодателем мод.

Ворон не ответил на выпад, набрасывая и застёгивая на себе чёрный камзол.

— Анна чёрный цвет не любит, — выдал Медведь, разглядывая его.

Услышав это, юноша принялся было снимать верхнюю одежду, а потом, поняв, что его разыграли, выдохнул и оставил всё, как есть.

Лорд Керн облачился в прекрасный костюм светло-коричневого цвета, выгодно подчёркивающий его стройную фигуру и широкие плечи. В одном ухе у него красовалась серьга с розовым жемчугов в виде капли, а густая рыжая грива была собрана в хвост.

Робин осмотрел соперника и надел на запястье тонкий браслет из золота.

— Ворон, ты ничего не сказал об охране, — произнёс успевший войти Сокол. — Вызвать дворцовую стражу. Всё-таки такое скопление народа.

— Нет, охранников там будет достаточно. Ратмир позаботился, — сказал король. — Где план мероприятия?

В ответ Эдвард протянул ему свиток.

— Да, — проговорил Робин, осматривая длинную бумагу. — Не хило. Я не знал, что в пустыне с таким размахом отмечают праздники.

— Это для них знаменательная дата. Память о том, как они смогли сделать невозможное, вырастить урожай на песках.

— Ну да, сделав такое, я бы тоже радовался, как сумасшедший. А впрочем, праздников здесь и без Дня урожая достаточно. Такое ощущение, что они только и веселятся.

— Однако работать им это не мешает, — добавил лорд Эреман.

— А мы возьмём с них пример, — подытожил Ворон и направился к выходу.

Представившаяся юношам картина поражала воображение. Огромную поляну, покрытую зелёным ковром травы, мягко освещал лунный свет, мерцание мотыльков и серебристые шарики магии. И те и другие постоянно передвигались, озорничая и прячась в кустах благоухающих роз. Повсюду было множество лотков со всякой снедью, которая раздавалась бесплатно. Поселенцы, соперничая между собой и стремясь удивить народ, принесли самое лучшее, что у них было. Однако люди лишь изредка подходили к столам. Некоторые из них гуляли в лесу, расположенному по краю пространства и любовались волшебным отражением света в многочисленных ручьях, протекавших среди деревьев. Кто-то сидел на расстеленных покрывалах, а остальные проводили время у широкой реки. Посреди этой своеобразной площади красовалась скала, из которой была высечена сцена.

Сокол пронаблюдал, как король и лорд Керн взяли с лотков какую-то еду и поспешил к ним.

— Вот это, да, — сказал Медведь, надкусывая яркое яблоко.

— Да, — не смог с ним не согласиться Ворон, делая то же самое.

— Неужели вам в замке еды не хватает, — возмутился подоспевший целитель. — Я что, должен следить за вами, как за малыми детьми? Чтобы вас не накормили отравой?

Ничего не говоря в ответ, юноши подёргали его за блестящую цепочку с талисманом и отправились восвояси. Вздохнув, Сокол тоже взял с лотка яблоко и, надкусив его, сказал:

— Да.

Не спеша, Артур и Робин подошли к реке и увидели приближающуюся к берегу лодку, в которой сидели Анна и Рогнеда, а также ожидающих их Ратмира, Буслая и Лучезара. На девушках были неяркие платья, но многие оглядывались на них, не в силах сдержать восхищения. Юный герцог Оденский вошёл в воду и бережно перенёс Рогнеду на землю, его примеру последовал и Буслай, проделав то же самое с Анной, которая ослепительно улыбнулась ему.

— А наш граф забывается, — сквозь зубы проговорил король.

— Не стану спорить, — пристально наблюдая за разворачивающейся картиной, сказал герцог Керн.

Рогнеда несмело приняла предложенную Ратмиром руку, а Анну вызвались сопровождать братья Ронские.

Спустя время Анея, Рогнеда и Анна стояли возле сцены, пробуя ягодные напитки. Вдруг к сцене ринулись все мотыльки, образовав вокруг неё круг и осветив мягким светом короля, его приближённых и герцога Оденского с графами Ронскими. На поляне воцарилась необычайная тишина, и король Адении заговорил:

— Я приветствую жителей Цветущей пустыни, графства Ронского и герцогства Одена! Этот праздник — великая дата не только для ваших земель, но и для всей Адении в целом, которая преклоняется перед вашим подвигом. Я хочу поблагодарить вас за то, что вы, сделав невозможное, вырастили сады на безжизненных песках и помогли аденийцам выстоять в неравной схватке с вероломными соседями! Теперь, мы уверены, что с вашей помощью вся наша страна расцветёт садами и в ней больше не останется места для бед, болезней и лишений!

Юный монарх говорил проникновенно, казалось, что каждый произнесённый им звук достигал самых отдалённых уголков раскинувшегося пространства. Несколько мгновений после произнесённых слов на поляне продолжала стоять мёртвая тишина. И вдруг грянула буря! Собравшиеся люди аплодировали, свистели и выкрикивали приветственные слова.

Ворон отыскал взглядом Анну, которая хлопала вместе со всеми и смотрела на него со слезами восхищения в глазах. Поклонившись королю, вперёд вышел Ратмир, начав собственную пламенную речь:

— Мои добрые соседи и верные друзья! Много лет мы вынуждены были противостоять врагам, которые бросили нас умирать на безжизненных землях и жить практически без надежды, голодая, но сохраняя гордость и достоинство. За это время мы смогли не только выжить, но и показать всем, на что способны простые люди!

И слова Ратмира были также встречены радостным выкриками, превратившимися в единое, будоражащее души восклицание.

Следующим выступил Лучезар:

— В подготовке этого торжества в честь нашей победы принимали участие все, от мала да велика! Так празднуйте же, друзья мои! Веселитесь и дивитесь тому, что увидите!

После последней фразы графа Ронского сцена погрузилась во тьму. Прошло несколько секунд и озорные мотыльки ярко засветились в глубине поляны. Затем раздались звуки барабанов, мгновенно оживившие толпу, а на возвышении вспыхнул огонь факелов. Люди заворожено смотрели на двигающееся пламя, которым умело жонглировали акробаты, показывающие невероятные трюки. Это был бешеный танец первозданной стихии, не допускающий ослабления внимания даже на доли секунды.

Безумная пляска окончилась также внезапно, как и началась, а ей на смену пришла размеренная чарующая музыка, которая была мгновенно забыта собравшимися, после того, как они услышали дивную песню, заведённую чистыми и необыкновенно высокими голосами.

Отраженье ночи видел я в пруду.

И вопрос: «Зачем ты здесь?»,

Слышал я в саду.

Холодный и дерзкий был готов ответ,

До пустых терзаний

Дел героям нет.

Только вот разлуки время истекло,

И огнём воскресшим сердце отошло.

Я презрел забвенье,

С смертью пошутил,

Я твоё виденье

Снова ощутил.

В пустоте и вечности

О тебе мечтал,

И до бесконечности

Имя повторял.

На любовь решительно заявлю права,

Во плоти я снова, и она жива.

— Какая необычная песня, — рассеянно сказала Рогнеда.

Анна услышала её, но ничего не сказала. Поставив стакан с розовым напитком на стол, она отошла от подруги со странным выражением лица и почувствовала на себе чей-то взгляд. Помедлив несколько секунд, она подняла голову и встретилась с чёрными искрящимися глазами Ворона, который стоял на приличном расстоянии в своей излюбленной позе — со скрещенными на груди руками. Он был смел и дерзок, как и в первую их встречу и разглядывал её, пытаясь проникнуть в самую душу. Казалось, что между ними ничего не изменилось. Только на этот раз девушка не выдержала и отвела взгляд.

Этот поединок без слов наблюдали Медведь и Сокол. Первый хмыкнул, грустно опершись о лоток с яблоками, а Эдвард быстро проследил за Анной, скрывшейся в толпе, а потом бросил взгляд на место, где только что стоял Робин, и, обнаружив его пустым, обратился к проходящему мимо человеку, несшему что-то в бутыли:

— Любезный, что у тебя там? Морс?

И, получив утвердительный ответ, снова спросил:

— А покрепче чего-нибудь нет?

Крестьянин только отрицательно покачал головой.

— Ладно, давай сюда, — сказал подоспевший к ним Артур. — Не нести же тебе его обратно домой. Бутылку мы здесь оставим.

* * *

Анна пробиралась сквозь толпу, ругая своё длинное платье, которое мешало идти. Выбравшись к реке, она, наконец, глубоко вдохнула и направилась к деревьям, росшим вдоль берега.

Выбрав безлюдное место, она остановилась, всматриваясь в медленно текущую речную воду. Желанное одиночество длилось недолго, девушка почувствовала чьё-то незримое присутствие. На её лице не дрогнул ни один мускул, она тихо вдохнула воздух, пытаясь уловить запах подкравшегося человек, но ничего не вышло, кто-то подошёл с подветренной стороны. Приготовившись к обороне, она плавно обернулась и увидела перед собой монарха Адении, а тот, в свою очередь, увидел у неё в руках длинный кинжал.

— Ты заколешь меня? — хрипло спросил юноша.

Анна молчала, но оружие убирать не спешила.

— Хороший клинок, — продолжил Ворон. — Прочный и длинный, может легко проткнуть сердце.

— Да, — согласилась графиня Рейн, ловко и стремительно крутанув кинжал пальцами.

Юноша не в силах был оторвать взгляда от сверкающего металла. Между тем она приподняла край платья и вложила кинжал в карман на сапоге.

— Вы и здесь во всеоружии, миледи? — мрачно хмыкнул юный король, спускаясь ближе к воде.

— Что вы, ваше величество, это так, небольшой ножичек. Я его ношу по привычке, как напоминание о былом.

— А что было, Анна? — вдруг спросил Робин. — Впрочем, я догадываюсь. Две юные красивые девчонки знатного происхождения могли быть желанной добычей для многих. Особенно во время передела страны. Ты могла бы найти себе покровителя, как сделала бы любая нормальная женщина.

— Ты считаешь меня ненормальной, Робин? — тихо произнесла она.

Он не ответил, только подошёл к ней совсем близко.

— Я никогда не встречал таких, как ты.

Анна отступала, а Ворон продолжал приближаться, не замечая этого. Наконец, она остановилась у самой кромки реки, так что тихие волны коснулись её платья. Юноша сделал ещё шаг, оказавшись вплотную, и сжал её ладони. В это мгновение Анна почему-то вспомнила свой странный сон на мосту и испытывающее посмотрела в глаза королю.

— Тебе и без кинжала удалось пронзить моё сердце, — прошептал он. — Завтра я уезжаю, а сегодня хочу поцеловать тебя, и пусть Ратмир убьёт меня за это.

Он медленно склонялся к её лицу. Запах горных цветов уже окутал юношу, а зовущая нежность губ заставила забыть обо всём. Ещё мгновение и он почувствует её тепло. По щекам Анны потекли слёзы.

— Эдгар, — сказала она еле слышно.

Ворон в отчаянии закрыл глаза и с силой сжал тонкие пальцы девушки.

— Эдгар, — в забытьи повторила Анна.

Король скривил губы в горькой усмешкой и с силой прижал любимую к себе.

— Эдгар, — сказала она ещё раз, скользя щекой по его груди.

Ворон, стараясь игнорировать острую боль, погладил её по волосам.

Графиня подняла голову и посмотрела ему в глаза. Он ожидал увидеть разочарование и сожаление на её лице, но встретился с теплом и какой-то осознанностью.

— Прости, — прошептала она, прикасаясь к его лицу.

Король не успел ничего сказать. Над их головами громыхнул искрящийся фейерверк, осветив всё, как днём. За ним последовал ещё один и ещё один, а потом всё стихло.

— Мы встретимся? — вдруг спросила Анна.

— Ты хочешь этого? — в голосе Ворона звучала надежда.

— Больше всего на свете.

Такого ответа Робин не ожидал. Он тревожно вглядывался в её лицо, пытаясь прочитать мысли, но ему это не удавалось.

— Вы отправитесь телепортом?

— Нет, — встрепенулся Ворон, — услышав вопрос. — Ратмир предоставил лучших драконов. Он рад, что я наконец-то убираюсь отсюда.

— Спасибо, за то, что спас меня.

Король удивлённо посмотрел на неё:

— Спас тебя? За что благодарность? Я не могу без тебя жить.

Молодые люди продолжали стоять напротив друг друга, ничего не замечая вокруг.

— Скажи, что я нужен тебе, и ничто меня не остановит. В Адении остался последний вражеский бастион, я уничтожу его, и мы будем вместе.

Он взял её за плечи и прожёг взглядом, ожидая ответа.

— Ты нужен мне, — чётко произнесла Анна. — Ты очень мне нужен, — повторила она, запнувшись на последнем слоге. — И мы будем вместе. Всегда.

Не помня себя, Ворон обнял девушку и в восторге почувствовал, как тонкие руки скользнули вверх по его телу и обхватили за шею.

— Ты подождёшь меня ещё немного? — жарко прошептал он.

Анна отодвинулась от него. Щеки её пылали румянцем, а глаза сияли.

— Думаю, что смогу это сделать.

Юноша счастливо улыбнулся, напрочь забыв о том, что она только что назвала его чужим именем. Он видел, что любим. А того другого уже нет. И он сделает всё, чтобы от этих воспоминаний не осталось и тени.

— Проведи со мной остаток этого вечера, — попросил он, предлагая ей руку.

И Анна не отказала ему, оперевшись на подставленное предплечье. От её мягкого прикосновения он забыл о своих тревогах и предстоящих трудных делах. Вместе они решили вернуться на праздник. Они шли рядом, и Ворон ликовал. Вскоре пару увидели Медведь и Сокол. Оба, не сговариваясь, горько усмехнулись. Артур сник, глядя в стакан со своей странной розовой водой. Зеленоглазый целитель похлопал его по спине, утешая. Между тем, молодые люди приковали взгляды не только двух герцогов. Окружающие с улыбками наблюдали за ними. Чета медленно шествовала вдоль аллеи, то и дело бросая друг на друга мимолетные взгляды. Заглядывая в чёрные глаза короля, Анна, не выдерживала и опускала взор, словно обжигалась. Приветствуя их, Анея широко улыбнулась. Это была невероятно красивая пара, которой своим блеском удалось затмить большое торжество. Женственность, мягкость и задумчивость девушки оттеняли мужество и затаённый огонь Ворона.

— Выбор любви непостижим, — прошептала Анея. — Только ей под силу соединить противоположности.

А на сцене тем временем начался спектакль, поставленный по пьесе аденийского автора. Игра актёров заставляла зрителей замирать, плакать и смеяться. Анна стояла рядом с юным королём, склонив голову на его плечо. Он улыбался ей, боясь пошевелиться.

* * *

На тихой небольшой поляне, в отдалении от пира, стоял Ратмир, внимательно наблюдая за своей собеседницей — белокурой высокой красавицей Ольгой. Статная девушка сделала несколько шагов по траве и подошла к нему слишком близко. Юный герцог не шелохнулся, продолжая смотреть на неё с каменным лицом.

— Итак, ты выбрал её, — размеренно произнесла девушка. — Ты хоть отдаёшь себе отчёт в том, какой это мезальянс. Твоё происхождение. Ты — практически король, лучший маг и воин. А о том, насколько она тебя старше, я даже говорить не буду.

Ратмир продолжал невозмутимо молчать, что окончательно взбесило Ольгу. В её голосе прозвучали хриплые истерические нотки:

— Я — высокородная принцесса, наследница аренийского трона, самая сильная колдунья в своей стране и признанная красавица выстилалась перед тобой ковром… — на последнем слове её голос сорвался. — Да, я забыла о всякой гордости и с тех пор, как увидела тебя, только и делаю, что принимаю унижения и позор.

— Ольга, — устало заговорил Ратмир. — Ты действительно красива и умна, но я с самого начала сказал тебе, что люблю другую. А о твоём позоре никто не знает, если тебя это утешит.

— Достаточно, что знаешь ты.

Юноша вздохнул.

— Скажи, чем она лучше меня.

— Я вас никогда не сравнивал.

— Что?! Я даже сравнения не достойна?! — снова дёрнулась девушка и быстро заходила по поляне, намеренно наступая на цветы.

— Ольга, как только что тобою было справедливо отмечено, ты — лучшая. Поэтому и выбираешь всё соответствующее. Вот только я не уверен, что всегда буду таким, как тебе нравится. К тому же не стремлюсь к этому, а просто живу. Не в моих привычках давать советы, и всё же, прошу тебя подождать. Объявится тот, кто меня превзойдёт, и ты потеряешь ко мне интерес.

Сказав это, Ратмир собрался уходить, бросив на ходу:

— Также я рекомендую тебе поскорее покинуть Цветующую пустыню. Сейчас на празднике присутствует король Ворон и его приближённые. Не забывай, что наши государства в состоянии войны и тебе здесь не место.

— Ты прав, — неожиданно сказала Ольга, зло улыбаясь. — Но и тебе тут делать нечего. Ты пойдёшь со мной.

Герцог не ожидал подвоха от девчонки и поэтому не заметил, как она, достав из своей сумочки какой-то порошок, дунула на ладонь. Спустя полсекунды Ратмир не смог пошевелиться, застыв на месте.

— Ольга, прекрати это, ты же знаешь, что подобные трюки меня надолго не удержат.

— А долго и не нужно. Мне хватит пяти минут, чтобы перенестись отсюда.

Произнеся это, она снова дунула на ладонь со словами заклинания, и странное вещество образовало едва заметное облако.

— Это натиэль — пыльца редких аренийских незабудок, — доверительно сообщила она. — Сейчас он наберёт силу и унесёт нас туда, куда я скажу.

Ратмир напрягся и смог освободить магию в левой руке. Минута — и оцепенение будет снято. Тем временем принцесса подошла к нему, обняла и потянулась к губам. Юноша сосредоточили внимание на потоке своей магии, разрушающей оковы. После того, как девушка поцеловала его, он поднял взгляд и метрах в десяти увидел бледную Рогнеду. На её лице не было упрёка, только растерянность, печаль и обречённость. Замок сломался. Герцог резко поднял и отставил от себя Ольгу, увернувшись от облака. Он не отводил взгляда от наречённой, которая успела закрыться руками.

Поняв, что её затея не удалась и, увидев графиню, принцесса взмахнула рукой и направила блуждающее облако в её сторону с криком:

— Ты никогда не была ему нужна, жалкая старая дева!

Рогнеда тоскливо посмотрела на приближающуюся дымку и исчезла.

— Что ты сделала?! — гневно закричал герцог, встряхивая Ольгу за плечи.

— То, что давно нужно было сделать! — ответила она. — И как ты мне отомстишь? Ударишь?! Ну!

Юноша беспомощно посмотрел на неё и стукнул по одиноко стоявшему каменному валуну. Тот жалобно заскрипел и рассыпался на мелкие части.

— Ратмир, я прошу тебя, пойдём со мной, ещё не поздно, — скороговоркой произнесла Ольга. — Ты ни о чём не пожалеешь, клянусь.

Но молодой человек едва ли слышал её. Он схватил себя за голову обеими руками так, словно боялся, что она расколется.

— Так-так, кто это тут у нас? — послышался голос Ворона, заставивший замереть колдунью.

— Аренийская принцесса собственной персоной, — насмешливо выдал Медведь.

На поляне появились король, Анна и герцоги.

— Приветствую вас, ваше высочество, — ядовито сказал Сокол.

— Я бесконечно рад видеть вас на нашем скромном торжестве, — продолжил монарх. — Уверен, что ваш батюшка будет счастлив узнать, что вы согласитесь погостить у нас подольше.

Ольга попыталась ударить их волной бесцветной магии, которую аденийцы тут же превратили в ничто. Робин заслонил Анну своим широким плечом, и ей оставалось только робко выглядывать оттуда.

— Оредеон, — сказал целитель, взмахнув рукой, и принцесса тут же обнаружила, что её колдовство не действует.

В испуге она попятилась назад, ища защиты у Ратмира. Но тому было явно не до неё. Лицо юноши было бледным и выдавало напряжённую работу мысли. К нему подошла Анна и тихонько взяла под руку, пытаясь успокоить.

Окружённая Ольга закричала:

— Вы ничего не посмеете сделать со мной, тупые аденийцы. Я — наследница престола!

— Виноват, миледи, вы только что пытались похитить герцога Оденского и вас не смущало, что он туп, — снова заговорил Ворон. — Тогда у меня есть основания полагать, что и другой адениец, на которого укажу я, вполне сгодится вам в мужья.

— Вы не посмеете, — как заведённая продолжала Ольга дрожащими губами. — Я никогда не соглашусь.

— Не говорите «никогда», миледи, — буднично произнёс герцог Эреман. — Уверяю вас, я умею добиваться согласия избалованных дамочек, у меня в этом большой опыт.

От его спокойного тона Анне стало страшно. Она с тревогой посмотрела на Робина, но тот будто не заметил её взгляда.

— И чего же вы хотите, — едва слышно проговорила Ольга.

— А вот это уже другой разговор, — сказал Сокол, глядя на неё ледяными зелёными глазами. — Потрудитесь объяснить, куда вы отправили графиню Рогнеду Ронскую — подданную королевства Адении.

— Она на Истинских рудниках.

Услышав это, Ратмир вздрогнул.

— А вы сообразительны, ваше высочество. Отправить соперницу в гиблое место, блокирующее магию. Впрочем, сообразительность — не значит ум. Хочу вам напомнить, что за всякую глупость приходится дорого платить. Наш путь лежит в столицу Адении, — величественно произнёс Ворон.

— Я взываю к вашему мужскому благородству, ваше величество, и прошу меня отпустить, — пролепетала девушка.

— С чего вы взяли, что оно у меня есть, ваше высочество? Доверие человека, который действительно им располагает, вы уже бессовестно обманули. А к моей нравственности взывать бессмысленно. Это герцогу Оденскому посчастливилось вырасти среди любящих честных женщин. А я всё это время пребывал среди эгоистичных хищниц — таких, как вы. Поэтому не ищите во мне сочувствия, леди. Не тратьте время. С этого момента помните только о смирении и покорности, остальное вам не понадобится.

— Только после вас, — коварно усмехнулся рыжий Артур, уступая ей дорогу.

* * *

Спустя время Ворон был уже у дома Анны. До входа осталось несколько шагов, как вдруг из-за деревьев послышалось знакомое фырканье. Юноша весело улыбнулся, поприветствовав Пламя. Дверь распахнулась и вышла Анна. Она не плакала, но брови на её лице были мрачно сдвинуты, выдавая напряжение и боль.

Робин легко подхватил девушку на руки, закружил, опустил на землю и, продолжая обнимать, поцеловал в висок, любуясь смущением на её лице.

— Я, — она запнулась, чувствуя сильные руки у себя на талии. — Я шла проводить тебя.

— Я тебя опередил. Как Ратмир? Он вместе с Лучезаром и Буслаем готовится отправиться в поход. Телепортом нельзя, аренийцы поставили защиту.

— Ничего, мы скоро справимся с этим, — пообещал Ворон. — Я хочу поговорить с твоим племянником и по-мужски вправить ему мозги. Если ты, конечно, не против.

— Я буду благодарна тебе, мне кажется, ему сейчас нужна именно такая поддержка, — сказала Анна, опустив голову.

— Тогда подожди меня здесь, хорошо? — он быстро коснулся губами её щеки и почувствовал, как полыхнуло жаром.

* * *

Ратмир сидел за столом, внимательно изучая карту. Он уже успел облачиться в дорожную одежду и собрать сумку, которая лежала неподалёку.

— Я не помешаю вам, герцог? — спросил вошедший Робин.

Посмотрев на него, юноша молча кивнул на пустой стул.

— Когда выступаете? — задал ещё один вопрос Ворон, севший напротив.

— Уже всё готово. Я отправил братьев спать. Мне хороший сон тоже не повредит.

— Рудники тщательно охраняются. Вы уверены в своих силах?

— Всё уже просчитано. В котле Анеи я успел увидеть всех воинов и пути отступления. Шансы реальные.

— Это тебе на случай, если понадобится помощь лучших аденийских магов, — сказав это, Ворон протянул юноше браслет с бирюзовым камнем.

— Спасибо, но как вы сможете её оказать? Телепорты блокированы.

— Анна сказала мне, но с этим мы вскоре справимся, поверь.

— Собираешься нажать на короля, используя Ольгу?

— Нет, в этом нет нужды. Мы заставим его только вернуть то, что и так принадлежит Адении, плюс — соблюсти обязательства. Как только наши требования будут выполнены, она отправиться к папаше восвояси. Сюда же хода ей больше не будет. Если ты про то, что я пригрозил выдать её здесь замуж. Так это — просто блеф. У меня при дворе своих стерв хватает.

Юный герцог опустил голову. Его непроницаемое лицо снова изобразило отчаяние.

— Ты плохо знаешь женщин, — произнёс Ворон. — Может, в этом твоё счастье…

— Перед тем, как исчезнуть, Рогнеда видела, как Ольга поцеловала меня, — тихо сказал Ратмир.

Король молча слушал, ожидая продолжения.

— Я боюсь, что она неверно всё истолковала и подумала, что я предал её.

После этих слов герцог встал и опёрся о стену.

— Самое страшное не в том, что она похищена. Я найду её очень быстро. И никакие рудники аренийцам не помогут. Но если её дух сломлен, то… Она вбила себе в голову, что недостойна меня. Я чувствую, что ей плохо…

— Как давно ты любишь её? — серьёзно спросил Робин.

— Сколько себя помню, — произнёс Ратмир.

— Она не могла не чувствовать это. Поверь моему опыту. Даже самая изощрённая ложь не живёт долго в сознании, если человек думает не только умом, но и сердцем.

— Мне остаётся только надеяться.

— Ты можешь рассчитывать на меня, — сказал Ворон, протягивая ему руку.

Поколебавшись несколько секунд, герцог пожал её, и они расстались. Ещё не друзья, но уже не враги.

* * *

Ожидавшая его Анна тревожно обернулась. Робин подошёл к ней и взял за руки.

— Конечно, волноваться есть о чём, но, думаю, Ратмир сделает даже невозможное, чтобы вернуть Рогнеду. А мы ему в этом поможем.

— Я хотела попрощаться с тобой на равнине, но не желаю видеть Ольгу.

— Она уже отправлена в столицу телепортом, — выдал Ворон.

— В Холодную башню? — со страхом спросила Анна.

— Если я буду отправлять всех глупых баб… Прошу прощения, легкомысленных дам, в это заведение, то оно превратится в балаган скорее, чем нужно.

Увидев недоумение на лице девушки, он пояснил:

— Уверен, что в скором будущем эта башенка нам не понадобится. Ведь у вас, на территории трёх провинций нет тюрем.

Анна покачала головой в знак согласия, растерянно смотря на короля.

— Значит, и мы научимся обходиться без них.

— Это было бы замечательно, — вздохнула она.

— Иди ко мне, — тихо попросил Ворон, увлекая девушку за собой. — Он продолжал держать её за руки. — Мы расстаёмся, и у меня на сердце скребут кошки. Обещай мне, что не подвергнешь свою жизнь опасности.

— Я сделаю всё, что в моих силах, — сказала Анна. — Тем более, сейчас мне есть ради чего жить.

Ворон наклонился к ней, но не поцеловал, прикоснувшись только к ладони. После чего вскочил на невесть откуда взявшегося Пламя и, одарив её долгим прощальным взглядом, ускакал.

Рогнеда очнулась на камнях. Всё её тело ныло, а голова болела от неудачного перемещения, когда она, оказавшись на краю скалы, не удержалась и упала вниз. Высота не была большой, но девушка не смогла быстро собраться и прыгнуть.

Она оглянулась по сторонам. Вокруг не было ни души. Осознание действительности постепенно возвращалось к графине, и в памяти всплыла последняя увиденная сцена поцелуя Ратмира с белокурой красавицей. Тупая боль отозвалась в сердце, но Рогнеда прогнала её прочь, оглядываясь по сторонам.

Вскоре она поняла, что находится в гиблом месте Арении, которое поглощает магию. Сконцентрировавшись, девушка осмотрела окрестности внутренним зрением и решила идти в сторону посёлка, который находился вдали от рудников. Рядом с домами был даже небольшой лес, хотя растительность здесь была на редкость скудная.

Критически оценив собственный наряд, Рогнеда оторвала все украшения и укоротила подол платья, которое должно было выглядеть как модно скромнее. С праздничной причёской тоже вскоре было покончено. На голове она соорудила скромные косы, подвязав их сооружённой из лоскутков платья лентой, а на голову надела кусок ткани, заменивший косынку. В глаза бросилось кольцо Ратмира. Она посмотрела на него несколько секунд, потом сняла, привязала мёртвым узлом к шнурку на ботинке и засунула внутрь.

— Бывало и хуже, — пробормотала Рогнеда сама себе. — Хотя зачем я вру? Хуже ещё не бывало.

Пройдя несколько вёрст по солнцепёку, графиня, наконец, нашла трактир, обособленно стоявший возле дороги. Из денег у неё было только две старинные золотые монеты неизвестного происхождения, подаренные на память Анеей. Она их носила на браслете, как талисман. Теперь им предстояло помочь ей. Глубоко вдохнув, отрывая одну монетку и надёжно пряча вторую, она вошла в сомнительное заведение.

Беглый осмотр зала показал, что отдыхающих здесь было не так много. В основном, это были крестьяне и ремесленники с простыми лицами, а вот хозяин трактира не внушил девушке доверия. Тем не менее, выхода у неё не было. Она подошла к стойке и обратилась к нему на чистом аренийском языке, используя произношение, которое только что слышала от простолюдинов:

— Здравствуйте.

— Привет, красотка. Чем я могу тебе помочь?

— Мне нужно продать одну вещицу… Из золота… Вы не подскажете, кому это может быть интересно?

Упитанный трактирщик удивлённо усмехнулся.

— Может, мне покажешь?

Рогнеда нерешительно показала монету. Хозяин тут же протянул к ней руку, но она ловко убрала золотой.

— Ух, ты! А она у тебя не фальшивая?

— Нет.

— Дай хоть попробовать на зуб.

— Нет.

— Я дам тебе за него четыреста фейтов.

— Этого мало, — сказала Рогнеда, краем глаза замечая приближающуюся в темноте фигуру.

— Ну, тогда отдай мне его бесплатно, — сказал подошедший парень, оскалившись.

— Да, сынок, возьмите его даром, — заржал трактирщик.

Первому напавшему детине девушка вывихнула руку, а второму, подоспевшему на помощь брату, повредила коленную чашечку ударом ноги.

Не ожидавший такого поворота событий хозяин бросился на неё с ножом прямо через стойку. Рогнеда резко вывернула его руку. От боли он выпустил оружие и заорал.

— Нельзя быть таким жадным, — спокойно сказала предельно собранная графиня. Она выпустила его конечность и ударила головой о стойку, используя инерцию падающего тела. Понимая, что, скорее всего, семейке скоро придут на помощь, она поспешила покинуть заведение.

* * *

«Надо же так облажаться», — ругала она себя, двигаясь к лесу. «Как будто первый день на свете живу».

Идти ей пришлось ещё долго. Покружив среди деревьев, Рогнеда нашла непроходимое место рядом с ручьём и присела отдохнуть. Затылок ныл, полученная рана давала о себе знать. Девушка разложила перед собой собранные в пути съестные коренья, травы и грибы, но притронулась к ним. Решив, что всё это можно съесть и через три дня. Сейчас ей нужно было воздержаться от пищи. За это время организм должен справиться с полученными травмами. «Как телесными, так и душевными», — горько подумала она.

Вечер заканчивался. Рогнеда устроила себе постель на сухом мху и, приложив к голове подорожник, погрузилась в тревожный сон.

Все три дня девушка усиленно вспоминала все боевые приёмы, которыми владела. По мере сил она размахивала шестом, который изготовила здесь же и оборонялась от воображаемых противников.

— Как жаль, что я не умею драться так, как Анна, — вздохнула она. — Я скучаю по тебе, подруга и названная сестра. Думаю, и ты вспоминаешь обо мне. Проклятые рудники не дают мне с тобой связаться. Ну, ничего, я вырвусь отсюда. Слово Рогнеды Ронской.

За время отдыха в лесу графиня стала лучше себя чувствовать. Теперь она с удовольствием уплетала собранную снедь, запивая её водой из чистого ручья.

Посмотрев на очередной закат солнца, который ласково поприветствовал её своим розовым светом, она улыбнулась. От шишки на голове уже не осталось и следа. Она разместилась на своей лежанке и, перед тем, как погрузиться в сон, подумала о том, как ей повезло, что за это время не выпало ни одного дождя.

Девушка спала долго и безмятежно. Под утро ей приснился лес, в котором она находилась и утренний туман. Забрезжили первые лучи восхода, дымка стала рассеиваться, и в ней показался Ратмир. Рогнеда как будто в первый раз увидела его несокрушимую силу и уверенный взгляд и почувствовала себя совсем слабой.

— Рогнеда, невеста моя, — сказал он. — Я уже в пути и скоро буду рядом.

— Нет, я справлюсь сама, — ответила она и проснулась в слезах.

В реальности действительно всходило солнце. Она всхлипывала, не в силах остановиться.

— Как тебе удалось прорваться сквозь эти рудники, Ратмир? Это ведь невозможно. Но теперь ты знаешь, где я.

Она поправила подол платья. Кольцо с синим камнем нагло повисло на шнурке.

— Смотри, не потеряйся, — сказала девушка ему, словно живому. — Тебя нужно ещё вернуть хозяину.

Она сделала глубокий вдох, и поток слёз прекратился.

* * *

Ратмир встал с лежанки, бросив взгляд на Лучезара, который тоже уже проснулся. Брат Рогнеды не стал ничего спрашивать у друга, протянув ему бутыль с водой. Молодые люди передвигались по безлюдной аренийской степи, следуя прямо к рудникам.

— Я знаю, где она, — сказал юноша.

— Как тебе это удалось? — удивлённо спросил подошедший к ним Буслай.

— Это неважно, но она была ранена.

Лучезар, раскладывавший хлеб, услышав это, на мгновение замешкался.

— Серьёзно? — второй раз задал вопрос Буслай.

— Да, только сильная воля позволила ей не заболеть. К тому же там очень опасно.

— Нам остался день пути, — произнёс Буслай.

Мрачный Ратмир встал и отошёл от импровизированного стола.

* * *

За время пребывания в чаще Рогнеда успела постирать и высушить своё платье. Покидая лес, она мысленно поблагодарила его за предоставленное убежище. На этот раз она изменила маршрут, двинувшись вглубь посёлка. И здесь удача улыбнулась ей. В торговых рядах на ярмарке она смогла обменять свой золотой на приличную сумму аренийских денег. Даже по примерным подсчётам их должно было хватить, чтобы добраться до Адении. Настроение у девушки поднялось, и она решила, как можно скорее покинуть рудники, за пределами которых магия вернётся к ней.

«Там, за горизонтом магия вернётся ко мне, и я перестану быть такой уязвимой», — подумала она, купив булку хлеба, сыр, немного мёда и сочных ягод. Эти продукты она отправила в самодельную сумку, где уже лежали собранные дары леса.

Посмотрев на еду, девушка почувствовала себя богатой. Она некоторое время ещё походила вдоль рядов, а потом благоразумно ушла с рынка, на котором могли орудовать ловкие карманные воришки. Привлекать к себе внимание Рогнеде совсем не хотелось. Уже вечерело. Графиня долго бродила по улицам и присматривалась к домам. Проигнорировав деревенскую гостиницу, она попросилась на ночлег к одинокому старику. За сущую мелочь хозяин сдал ей, стоявший на отшибе сарай с душистым сеном.

Вдыхая аромат сухой травы, Рогнеда старательно гнала от себя мысли о Ратмире, пытаясь уснуть. Противоречивые чувства охватили её. Девушка осознавала, что влечение к юному герцогу почти непреодолимо.

«Я в обморок падаю, как только его вижу. Но ничего. Всё проходит. И это тоже пройдёт». Она снова вспомнила увиденный поцелуй, и слёзы навернулись на глаза.

«Ничего. Это было слишком хорошо, чтобы быть правдой».

Она закрыла глаза.

«Мужчины слабы. Их легко увлечь красотой плоти», — так сказал призрак прошлого, возникший в её сознании. «Никакой любви нет», — продолжала вещать старая аденийка — управительница её имения, которой уже не было в живых. «А выходить замуж нужно за сильного и богатого. Дети всё равно народятся, при тебе останутся деньги».

Рогнеда проследила за лучом луны, пробивавшимся сквозь щель в двери, и сказала неизвестно кому: «Нет в жизни ничего дороже любви и свободы. Не понимать этого — значит, обрекать себя и свой род на страдания». Призрак исчез, и она стала погружаться в сон.

За дверью сарая вдруг послышался шум и сдавленное мычанье. Графиня насторожилась. Дверь неожиданно открылась, и она разглядела в проёме двоих. Парень тащил в сарай отчаянно сопротивлявшуюся девушку, зажав ей рот. Рогнеда быстро перекатилась в дальний угол, спрятавшись и затаившись. Спустя минуты её опасения подтвердились. Здоровенный детина решил развлечься. Дожидаться окончания развязки девушка не стала. Она подошла к навалившемуся на жертву негодяю, и ударила его по спине палкой. А когда тот от неожиданности и боли вскочил, вырубила его этим же импровизированным оружием движением в челюсть.

Освобождённая девчонка, которой на прикидку было не больше пятнадцати лет, захлёбывалась рыданиями. Молча подождав несколько минут Рогнеда, наконец, крикнула:

— Прекрати истерику! И объясни: кто ты и как оказалась здесь с этим… Я не буду выражаться.

Не без усилий всё ещё лежавшая на полу девушка подавила слёзы и сдавленно произнесла:

— Я служанка с Дальнего хутора… Бывшая… Меня выгнали.

— За что? — строго спросила Рогнеда.

— Я облила хозяйского сына горячим чаем.

— Понятно, дальше.

— Мне некуда было идти, я выросла в приюте и решила туда вернуться… Оттуда меня тоже выгнали.

— А с этим как связалась?

— Он пообещал мне работу.

— Ну, у каждого свои понятия о работе, — резюмировала Рогнеда.

Парень застонал и зашевелился. Увидев это, девчонка вскочила и схватила свою спасительницу за руку.

— Бежим скорее, он сейчас очнётся.

— Куда ты меня тащишь? — уже вдали раздался голос Рогнеды. — Я заплатила за этот сарай.

* * *

Удивлённая энергичности этого ребёнка, графиня сопротивлялась слабо. В конце концов все её пожитки были при ней, а ночевать рядом с этим типом ей не очень хотелось. И переть его на себе с целью выбросить где-нибудь — тоже.

— Меня Лидией зовут, а тебя, — вела на ходу беседу девчушка.

— Рогнедой.

— Какое красивое имя.

— Скажешь тоже, — вздохнула девушка и пошла с ней рядом. — И куда ты предлагаешь идти?

— Здесь неподалёку есть заброшенный склад, я там живу. У меня есть немного денег.

— Да? — протянула Рогда.

— Я с тобой поделюсь, пока работу не найдём. Мне с тобой не будет страшно. Одной очень плохо.

— С чего ты взяла, что мне нужна работа?

— А разве нет?

— Нет, я собираюсь покинуть эти места.

Рогнеда закашлялась, увидев огорчённое лицо малолетней служанки.

— Знаешь, у меня была подруга, — вдруг сказала она.

— И куда она делась? — спросила графиня, чтобы поддержать беседу.

— Она красивая. Ей посчастливилось выйти за богатого мужчину. Он в годах конечно.

— И чем занимается этот богатей?

— У него своя лавка.

— У-у-у, — снова протянула Рогнеда.

— А вот мне такое счастье не светит.

— Это ещё почему? — весело спросила девушка.

— Я тощая и некрасивая. Хочу располнеть хоть немного, но не получается.

Графиня внимательно оглядела свою спутницу. Миловидное личико в обрамлении русых волос, тёплые карие глаза, старое поношенное платье, изящная фигурка. Сейчас при свете уличных фонарей она дала бы ей всего четырнадцать лет.

Словно поняв ход её мыслей, она сказала:

— Мне уже шестнадцать лет.

— Как много? — улыбаясь, сказала Рогнеда.

— А тебе разве не столько же? — обиженно спросила Лидия.

— Нет, — твёрдо сказала графиня.

— А сколько?

— Семнадцать.

— Врёшь, — выдохнула разговорчивая собеседница.

— Ещё как, — подтвердила Рогнеда.

Некоторое время они шли молча, пока не достигли убогого с виду строения. Войдя в него, девушка увидела, что внутри оно ничем не лучше.

Лидия подошла к очагу, в котором ещё тлел огонь, и подбросила туда сухих веток.

— Жаль, что ты уезжаешь, — сказала она, устраивая вторую лежанку из сухой травы.

— А ты планируешь остаться здесь и выйти замуж за лавочника?

— Зачем я ему нужна.

— Поедем со мной.

Услышав это, девчушка встрепенулась, но это быстро прошло.

— Нет, мне страшно уезжать отсюда. Я нигде никогда не была. И что я буду делать на чужбине?

— Не стану обещать тебе выгодный брак с лавочником, но кое-что предложить смогу.

— Да? — буднично спросила Лидия, устраиваясь на лежанке.

— У меня есть просторный дом, в котором я смогу тебя приютить. А потом построишь свой.

— Я? — удивилась девчонка.

— Да, соседи помогут тебе.

— А что я буду есть? У вас там работа найдётся?

— О пропитании не беспокойся. У меня богатый сад и есть козы, которые дают молоко. Выйдешь погулять сорвёшь, что тебе нужно и поешь. Мы не успеваем всё съедать и продавать. Много урожая пропадает. И молока слишком много, — пробормотала Рогнеда.

Лидия смотрела на неё широко раскрытыми глазами.

— Это правда?

— Что?

— То, что ты говоришь сейчас?

— Вообще да. Но можешь мне не верить. Дело твоё.

Лидия быстро отвернулась от неё к стене. Засыпая, Рогнеда слышала, что та ворочается.

«Раздумывает», — мысленно сказала она сама себе и погрузилась в сон.

Глава V

Пьянят воспоминания об аромате диких роз. Даже среди безжизненных камней мне тепло от них.

Проснувшись и открыв глаза, Рогнеда сразу же столкнулась с взбудораженной Лидией. Даже мельком взглянув на неё, она поняла, что та не спала, обдумывая свою дальнейшую судьбу.

— Доброе утро, — сказала девчушка. Она смотрела так, словно должна остаться на необитаемом острове, а перед ней стоит последний корабль, который вот-вот отчалит.

— Где ты живёшь, Рогнеда?

— Ой-ой-ой, — сонно простонала графиня, потирая ноющий бок. Ночью она сползла со своей лежанки и спала на твёрдом полу, поэтому утром результаты не заставили себя ждать.

Помедлив, она села, широко расставив ноги, и потянулась вперёд, касаясь пальцами пола. Лидия с нетерпением ждала, когда эти манипуляции закончатся.

— В Адении, — наконец произнесла Рогнеда, явно издеваясь над собеседницей. — Если ты, конечно, слышала про такую страну.

— Про Адению слышала, — обиделась Лидия. — Моя бабушка была аденийкой, если хочешь знать.

— Ты же сказала, что выросла в приюте.

— Да, но я не всегда была там. Это я своих родителей не помню, потому что они рано умерли от какой-то болезни. А с бабушкой я жила до девяти лет.

— А, — пробормотала Рогда.

— Что это у тебя?! — вдруг вскрикнула Лидия, внимательно разглядывая башмак подруги.

— Где?! — испугалась девушка, проследив за её взглядом.

С широко открытыми глазами бывшая служанка прикоснулась к кольцу на шнурке, которое снова выпало из башмака графини Ронской.

Рогнеда поспешила засунуть его в старое место и встать.

— Ты украла его? — спросила Лидия.

— Нет, — ответила девушка с раздражением.

— Оно настоящее, — произнесла её назойливая собеседница. — Меня бабушка научила различать украшения. Когда мы жили в большом городе, она прислуживала в одном дворянском доме.

— Это подарок.

— А почему ты его не носишь на руке?

— Жаль, что бабушка не объяснила тебе, что любопытство до добра не доводит.

Услышав это, Лидия вспыхнула и отвернулась.

— Прости, — немного помедлив, сказала Рогнеда. — В этом посёлке я в одиночестве. Здесь много алчных людей. Поэтому носить его напоказ — значит, подвергать себя большой опасности.

— А как ты оказалась здесь? — оживилась девчушка.

— Не по своей воле. Меня перенесло облако натиэля.

Лидия смотрела на неё с открытым ртом, силясь понять, что означает последнее слово.

Увидев это, Рогнеда улыбнулась.

— Это такой магический порошок.

Лидия долго молчала, обдумывая услышанное. Пообщавшись с ней совсем немного, графиня поняла, что простолюдинка была совсем неглупой. Другая на её месте не поняла бы и сотой доли из сказанного. Будто подтверждая её мысли, Лидия заговорила:

— Если тебя перенесла сюда магия, которую я никогда не видела, а знаю о ней только из историй. Значит, ты тоже обладаешь ею. И это твоё кольцо… Если ты не украла его. Ты из высшего сословия.

— Не такого уж и высшего, — беспечно проговорила Рогда, заплетая в косу непослушные волосы. Наш титул не очень значимый.

Но это высказывание не помогло. Девчушка уже смотрела на неё с благоговейным трепетом.

— А это кольцо-подарок. Это подарок от жениха? Ты такая красивая, наверное, он очень богат?

Рогнеда не выдержала и засмеялась своим неповторимым кристальным смехом:

— За «красивую» спасибо. А что, по-твоему, чем красивее невеста, тем богаче должен быть жених?

Услышав звонкие переливы, Лидия сначала опешила и растерянно улыбнулась, а потом просто кивнула головой и выдала:

— Он старый?

— Кто? — не поняла Рогнеда.

— Твой жених.

— Нет, — грустно сказала она. — Он намного моложе меня.

— Это как? — не поверила Лидия. Тебе же всего семнадцать.

— Я ведь тебе сказала что соврала. Мне гораздо больше.

Девчушка снова с подозрением уставилась на неё. Рогнеда тем временем достала из своей сумки провизию и разложила на соломе, предложив спутнице. Через минуту обе с удовольствием уплетали сыр.

— Он ищет тебя.

От этих слов графиня поперхнулась, но сказала:

— Думаю, меня ищут братья.

— У тебя есть братья? — обрадовалась Лидия — Как тебе везёт, а вот у меня никого нет… А это, правда, что ты можешь взять меня с собой?

— Было бы твоё желание, — произнесла девушка. Только предупреждаю. Рядом со мной опасно.

— Мне здесь терять нечего. Я итак долго не протяну, — грустно выдохнула Лидия. — Ты возьмёшь меня служанкой?

— Нет, мы не держим прислугу. Ты что, забыла, что я тебе предложила свой дом?

— Просто я подумала, что ты пошутила.

— Предложение действует. Ешь и набирайся сил, они нам понадобятся, — проговорила Рогнеда и вышла на улицу.

Зачерпнув воды из старого деревянного ведра, она умывалась и думала о Ратмире. «Это трусость, но я не хочу сейчас с ним встречаться. Нужно успеть добраться домой».

Рогнеда решила исследовать окрестности и в задумчивости не заметила, как оказалась далеко от полуразвалившейся времянки. Возвращаясь, она подошла к строению с обратной стороны и похолодела. Возле заднего входа стояло десять сильных лошадей. Быстро окинув взглядом их экипировку, она поняла, что перед ней лошади аренийских наёмников. «Как быстро», — подумала она. К сёдлам были прикреплены едва заметные символы восходящего солнца. Такие знаки имели право носить единицы. Самые сильные воины максимально приближённые к королю. С рядовыми аренийцами справиться просто. Рогнеда понимала, что не сможет противостоять даже одному наёмнику из этого ордена. Она — не Анна. «Да, Рогда», — сказала она себе. «Надо было развивать не только магию, теперь тебе это выйдет боком».

Девушка тихо подкралась к стене и прислушалась.

— Я ничего не знаю, — услышала она задыхающуюся Лидию. И поняла, что кто-то из них просто топил её в чане с водой. Ещё немного и начатое будет завершено. Сжав свой посох, она выдохнула и ворвалась внутрь. Ударив мужчину, державшего девочку, она быстро вынула её из воды и заслонила собой. Та была едва жива, кашель душил её.

— Рогнеда Ронская? — обратился к ней вожак, изображая на лице что-то вроде улыбки.

Графиня заняла боевую позицию, взмахнув шестом. На лицах наёмников не отразилось никаких эмоций. Отброшенный ею в кучу мусора воин поднялся, отряхиваясь.

— Собственной персоной, — холодно ответила Рогнеда, собравшись. — Чем обязана вниманию таких высокопоставленных воинов?

Задействовав внутреннее зрение, она в одно мгновение увидела всех десятерых мужчин сразу и уловила каждое их движение. А также рассмотрела измученную Лидию, которая, едва дыша, перевернулась на земле.

«Да, силы неравны», — усмехнувшись подумала она. «Но не стоит сдаваться без боя. Может, повезёт умереть. А Лидия успеет убежать».

— Взять живой, — мрачно сказал вожак, прочитав эти мысли на её лице.

Услышав это, наёмники отложили мечи. Атаку, в которой участвовала первая пятерка, Рогнеда отразила. Тут же на неё ринулись ещё четверо, легко уворачиваясь от шеста. Девушка понимала, что они играют с ней, дожидаясь, когда она выбьется из сил. Ушибленный четыре дня затылок вдруг мучительно заныл. Воины ускорили нападение. В этот раз на неё двинулись девять человек. Их предводитель бесстрастно наблюдал за происходящим. Печальная развязка неумолимо приближалась. Графиня старалась экономить силы, чтобы продержаться как можно дольше. О том, что будет с ней в аренийском плену, она старалась не думать. «Я улучу момент, чтобы лишить себя жизни», — снова сказала себе девушка.

Она сбила с ног двух воинов и не заметила, как третий накинул петлю ей на шею. Ещё двое оглушены. Верёвка натягивалась. Снять её нет возможности. Нужно сражаться с шестерыми.

— Нет, Рогнеда, нет! — раздался тоненький крик Лидии, которая подскочила к наёмнику, державшему верёвку, и полоснула его своим ножичком по руке.

На лице мужчины не отразилось никаких эмоций. Рогнеда прыгнула, перевернувшись в воздухе, и выскользнула из петли. Раненой рукой наёмник швырнул Лидию. Ударившись о стену, оглушённая, она сползла вниз, не в силах издать ни звука. Время вдруг растянулось в пространстве. Воин швырнул в досадную помеху кинжал. Как медленно летел беспощадный клинок.

«Я научу тебя перемещаться в мгновение ока», — как в забытьи услышала Рогнеда весёлый голос Анны, а потом и свой ответ. «Зачем мне это надо? Я могущественный маг». Весёлый смех продолжал звучать у неё в ушах, когда она остановила кинжал, поймав за рукоять.

В глазах главаря клана наёмников промелькнуло что-то вроде удивления. Воины поняли его безмолвный приказ. Не прошло и десяти секунд, как девушка снова была окружена.

Кровь пульсировала в висках Лидии. В горячке она услышала голос Рогнеды:

— Ты слышишь меня, Лидия?

— Да, — произнесла она только одними разбитыми губами.

Сквозь густую пелену ей удалось различить очертания своей подруги, которая продолжала оборонятся от девятерых мужчин. Отточенными движениями шеста, отбрасывая их от себя. Странно, рот Рогнеды был безмолвен.

— Ты должна уйти отсюда.

— Я не могу, — снова прошептала Лидия.

— Собери все силы, которые в тебе остались. Ты выберешься и позовёшь на помощь.

— Да, — согласилась девчушка, продолжая наблюдать за молчавшей Рогнедой. — Я смогу, — говорила она, ползком пробираясь к выходу.

Графиня поняла, что ей удалось обмануть её.

Лидия старалась передвигаться быстро, но всё получалось, как в страшном сне, когда бежишь со всей изо всех сил и стоишь на месте. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем времянка осталась позади. Взобравшись на пригорок, она запнулась о камень и скатилась в кусты, росшие у подножия.

«О, они ещё и колючие», — подумала она. «Сегодня мне везёт, как никогда». Лидия не смогла сдержать стон боли, который тут же проглотила, услышав топот копыт. В полубессознательном состоянии она посмотрела в просвет и с облегчением вздохнула. Проезжали не наёмники, а трое незнакомцев на верблюдах. Первое, что бросилось ей в глаза — отблески солнечных лучей в длинных золотых волосах первого юноши, который насторожился, едва услышал неосторожное шевеленье девушки.

Они двигались очень медленно, вглядываясь в окрестности.

— Ратмир, — сказал второй незнакомец. — Думаю, здесь её нет, надо поворачивать обратно.

Молодой человек с платиновыми волосами опустил голову и развернул своего верблюда. Лидия решилась на отчаянный поступок и прокричала:

— Помогите.

Вернее, ей казалось, что она крикнула. На самом деле её голос напоминал сейчас едва слышный писк. Тем не менее юноши услышали его. Быстро посмотрев на Ратмира, который произнёс его имя, Лучезар спешился и стремительно подошёл к кустам. Не в силах даже встать, Лидия словно растворилась в синеве его глаз. В одно мгновение оценив её состояние Лучезар срубил кусты на своём пути и очутился рядом. Девчушка в ужасе зажмурилась.

— Кто ты? И что с тобой произошло?

Стерев предательские слёзы, она ответила:

— Я — Лидия. На нас с подругой напали… Их много… Десять человек… Прошу вас, помогите ей.

На последней фразе её задушили рыдания.

Переглянувшись со спутниками, Лучезар совершенно не напрягаясь поднял её на руки, быстро усадил на верблюда и тут же вскочил на него сам.

— Покажешь нам дорогу, Лидия? — ласково спросил Ратмир.

— Их много, — повторила девушка в слезах. — А она — одна. Их очень много, прошу вас, помогите нам хотя бы сбежать.

— Как её зовут? — спросил третий путник.

— Рогнеда.

Услышав это, все трое сменились в лице. Верблюды помчались, показывая всю скорость, на которую были способны.

* * *

Тело Рогнеды ныло, а усталость брала своё. Внимательно наблюдавший за ней предводитель наёмников понял это.

«А этот приём поможет тебе драться без устали», снова всплыл в воспоминаниях голос Анны. «Я его никогда не освою», — сказала она тогда подруге и мысленно повторила себе сейчас. «Но ты запомнишь его. Только помни, применять его можно только в особых случаях, когда отступать некуда. Спустя время ты уснёшь прямо в бою, и сон будет смертельным». «Да. Это то, что мне сейчас нужно». С этими словами Рогнеда подпрыгнула, завертевшись волчком, отбрасывая всех, кто оказался на пути. А потом ударила шест о колено, ставшее железным, разломала его и молниеносно взмахнула уже двумя палками.

«Сдайся и останешься живой. Иначе сгоришь», — донёсся до неё мысленный приказ главы клана.

«Такая жизнь не для меня», — так же мысленно ответила ему графиня, нанося удары двум подступившим воинам, серьёзно повредившие им. Сдерживая стоны, они отступили. Остальные, увидев это, переглянулись. Один из них даже схватился за меч, но был остановлен жестом вожака.

Ратмир вдохнул полной грудью, когда увидел около времянки лошадей и услышал звуки борьбы. Плащи юношей развевались на ветру. Они разделились, чтобы проникнуть в сооружение с разных сторон. Лучезар оставил Лидию около верблюдов, приказав оставаться на месте.

Рогнеда сосредоточенно смотрела на атакующих, львиная доля из которых получила значительные удары палками. Окончательно выйдя из себя, один из наёмников пренебрёг приказом предводителя и напал на неё с мечом, увернуться от которого девушка смогла лишь в последний момент. Остальным воинам тоже пришлось достать клинки, чтобы противостоять трём, внезапно оказавшимся в центре боя, юношам. Молниеносно очутившийся рядом с Рогнедой Ратмир заслонил её от нападавшего и выбил оружие у него из рук. Наёмник отступил, зажав рану, из которой брызнула кровь.

Не прошло и нескольких минут, как вся группа аренийцев была повержена. Закалённые в боях воины не стонали, но раны их были серьёзными и оказывать сопротивления они уже не могли.

Предводитель клана взирал на свершившееся с кривой усмешкой:

— Ратмир Оденский, променявший Чёрную молнию на капризную и глупую принцессу? И что же ты тут делаешь?

— Я знаю, что ты достойный воин, — холодно сказал герцог, игнорируя прозвучавший вопрос. — Я предлагаю тебе поединок на мечах. Моя победа будет означать ваше отступление. Ты дашь слово не преследовать нас, согласно вашему кодексу чести.

— Ты бросаешь мне вызов, юнец? А знаешь ли ты, кто я? Эти люди не владеют и сотой долей воинского искусства, которое освоил я.

— Я знаю, что мы из одного клана, — произнёс Ратмир.

Услышав это, Рогнеда вздрогнула. «Выходец из пришедших. Воин из клана, которому принадлежит Анна».

— Тогда ты знаешь, что в мастерстве я превосхожу даже твою названную тётушку.

Вместо ответа юноша взмахнул мечом.

— Что ж, посмотрим, чему тебя научила Пиранская роза. Только знай, что я не пощажу тебя.

Мощная атака сразу же заставила Ратмира отступить. Глава аренийских наёмников двигался в два раза быстрее. Герцог едва успевал отбивать его удары. Сердце Рогнеды, которую обнимал Буслай, билось в бешеном темпе. Она боялось оторвать взгляд от происходящего. Лучезар поймал на ходу ослушавшуюся приказа Лидию, которая направлялась к его сестре. Девчушка беспомощно посмотрела на него огромными карими глазами и осталась стоять рядом.

Прошло около тридцати, юноша был ранен уже дважды. Из глубокого пореза на животе сочилась кровь, а на предплечье уже успела засохнуть. Выходец из клана пришедших не выказывал никаких признаков усталости. Ратмир тоже двигался с прежней скоростью. Рогнеда понимала, что дело было не в их физических возможностях. На этом уровне умений они практически ничего не значили. Арениец намного старше и опытнее. Его мастерство велико. В народе, именуемом «пришедшим» даже в шуточных состязаниях всегда побеждали старшие, потому, что их силы не уменьшались с возрастом, как у других людей, а мастерство росло. Юнцам рядом с дедами нечего было делать, только учиться. «Что может щенок, против матёрого волка?» — вспомнила она поговорку Анеи.

Присутствующие чувствовали, что развязка близка. И она, действительно, не заставила себя ждать. Выбив из левой руки герцога клинок, воин обернулся и разрубил ему бок. Лидия вскрикнула, а Рогнеда закрыла лицо ладонями. Кровь стучала в её висках.

— Ты доказал своё мастерство, юнец, — вдруг услышала она холодный голос наёмника. — Можешь убить меня.

Картина, которую она увидела, была мутной. Глава клана лежал обезоруженным на земле. Одной рукой Ратмир приставил меч к его горлу, а второй зажимал самую глубокую рану.

— Держи своё слово, — бросил юноша и, тяжело ступая, направился в сторону друзей.

Повинуясь невидимому знаку, все аренийцы быстро удалились, а падающего герцога подхватил Лучезар.

Рогнеда подбежала к брату и потерявшему сознание Ратмиру. Травы, собранные ею в лесу, пригодились. Она приложила их к ранам, и кровь остановилась.

— В этом проклятом месте не действует магия. Я не могу воспользоваться исцеляющим заклинанием, — произнёс Буслай. — А рубцы слишком глубокие. Он может не выжить. Нужно попробовать зашить.

— Я могу помочь, — неуверенно пискнула Лидия.

На лицах своих братьев Рогнеда прочитала недоверие к испачканному в грязи с головы до ног ребёнку. Однако графиня подбадривающее кивнула ей.

— Здесь неподалёку есть заколдованный пруд… То есть, просто я его так называю. Однажды ещё в детстве я видела, как в его воду вошёл раненый вепрь, а когда вышел, на его теле не осталось и следа крови.

— А сейчас ты где, — улыбнулся златовласый юноша. — Не в детстве.

Лидия покраснела и опустила голову:

— Нет, я… Я потом сама вылечила там ногу, которую пропорола на мельнице… Я…

— Ты покажешь дорогу, — уверенно произнесла Рогнеда.

В дороге графиня с тревогой наблюдала за бледным Ратмиром, верблюдом которого управлял Буслай, ей казалось, что время ползёт, а заветный источник всё не показывался.

Наконец, вдали блеснула полоска воды. Остановившись у самой кромки пруда, путники спешились.

Лучезар остановил намеревающегося войти вместе с Ратмиром на руках в воду брата. Тот остановился в ожидании, не держа друга на весу.

Старший граф Ронский кинжалом сделал надрез на тыльной стороне ладони и окунул её в воду. Вытащив руку, он не смог скрыть удивления: царапина исчезла без следа. Лидия таращилась на него, обеими руками держась за свисающие с верблюда поводья. Животное равнодушно жевало кусок оторванной по пути колючки.

Лучезар кивнул Буслаю и тот немедленно двинулся к воде. Спустя несколько минут исцелённый Ратмир спал на импровизированной лежанке, а Семья Ронских и их харизматичная спутница сидели у костра. Лидия с аппетитом уплетала сочные плоды из волшебной сумки, подаренной Ронским Анной, и, жадно заедала их чечевичной похлёбкой. Рогнеда заметила, что её брат — глава рода Ронских едва сдерживает смех, наблюдая за девчушкой. Пару раз ему даже пришлось отвернуться, чтобы совладать с собой.

— Заночуем здесь, — сказал первый маг, научившийся открывать магический порт в одиночку.

Увидев, как обложенная кучей продуктов Лидия тянется за хлебом, Буслай тоже улыбнулся.

«Вот же гадёныши», — подумала Рогнеда про родственников. «Посмотрела бы я на вас, если бы вы столько времени влачили полуголодное существование».

— Лидия, — обратилась она к девочке вслух.

Та вопросительно подняла на неё глаза.

— А кто ещё знает про этот пруд?

— Я никому не говорила, — задумчиво сказала она. — У нас с колдовством строго. За это могут на костре сжечь.

Братья удивлённо переглянулись.

Наконец, Лидия насытилась, робко пробормотала слова благодарности и запрокинула голову, рассматривая появляющиеся вечерние звёзды.

— Двигаться к границе сейчас нельзя. Все пути отрезаны и нас ищут. Думаю, что король Арении собрал здесь большую часть своих войск, — сказал Буслай.

— Если не всю армию, — поддержал его Лучезар. — С магией мы смогли бы прорвать блокаду, но, выбраться из рудников, рассчитывая только на силу мышц, невозможно.

Рогнеда молчала, понимая, что они правы.

— Завтра Ратмир уже будет в строю. Будем решать, как поступить, вместе, — произнёс старший Ронский.

Случайно поймав взгляд Лидии, Рогнеда поняла, что она снова до ужаса хочет что-то сказать, но побаивается Лучезара.

— Лидия, ты можешь изъясняться словами, а не только пантомимой, — проговорила она. — Лучезар не такой уж и страшный, как кажется на первый взгляд.

Их юная спутница снова вспыхнула, боясь даже взглянуть на графа Ронского, внимание которого снова привлекла.

— Я хотела спросить, почему магия здесь не действует.

— Камни, — ответил Буслай лёгким движением поднимая внушительный булыжник. — Они поглощают энергию. Такие есть и в Адении, но в незначительных количествах. Эти рудники занимают слишком большое пространство.

Сказав это, он легко бросил булыжник, который скрылся за горизонтом. В шоке от увиденного, Лидия словно проглотила язык. Довольный Буслай собирался было показать девчушке ещё какой-нибудь фокус, однако наткнулся на сердитый взгляд сестры и оставил эту затею. От услышанного далее, очередь удивляться перешла уже к семье Ронских.

— Я знаю место, где нет этих камней, — буднично произнесла Лидия, коварно завладев ещё одним плодом. — Рогнеда…

— Да, — отозвалась взволнованная девушка.

— А что такое пантомима?

— Это общение без слов, с помощью жестов и мимики, — сдерживая нетерпение, произнёс Лучезар и понял, что теперь ей интересно, что такое «мимика». — А «мимика» — это чувства, отражающиеся на лице. Где это место?

— Какое? — заворожённо смотря на графа, спросила Лидия. Девчушка снова тонула в синеве этих глаз.

— Место, где нет камней.

— Оно… — Лидия запнулась, снова покраснела и быстро отвела взгляд от юноши. — Оно в семи милях отсюда. Идти надо вон туда…

— На север? — спросил Буслай, проследив за её жестом. — Только не спрашивай меня сейчас, что такое «север», я тебе расскажу позже, хорошо?

Лидия кивнула.

— Нужно идти по деревьям. Они показывают в ту сторону, где больше мха. Мы ходили туда за грибами для богатых всем приютом. Там ещё есть развалины замка, но нас к ним не подпустили.

— Утром выступаем, — заключил Лучезар. — Буслай, разделим ночь дозором.

Брат понимающе кивнул.

* * *

Посмотрев на безмятежно спящего Ратмира, Рогнеда отправилась на свою лежанку. Она ворочалась и не могла заснуть. Завтра ей предстояло объясниться с бывшим наречённым. В памяти всплыли слова предводителя наёмников, о том, что Ратмир сделал свой выбор, отдав предпочтение принцессе Ольге. «Было бы хорошо, если бы он успел первым сказать об этом. Иначе мне самой придётся возвращать ему кольцо», — тоскливо подумала она.

Утро заиграло розовыми красками, преображая унылые степи. Ещё не проснувшись, Рогнеда услышала тихий разговор своих братьев и Ратмира. Она присела на лежанке, кивнув им в качестве приветствия, и пошла к воде умываться. Холодные брызги быстро привели её в чувство. Девушка смочила свою рану на голове и несколько порезов на руках и почувствовала облегчение. Шрамы исчезли. На протяжении всех процедур она чувствовала на себе взгляд Ратмира, но сама не смела смотреть на него.

Вернувшись, графиня быстро скрутила лежанку, ругая себя за трусость. Чтобы собраться с силами для беседы с герцогом, она скрылась из его поля зрения, зайдя за плотную ширму из колючих кустов. Оказавшись в одиночестве, девушка наклонилась и достала кольцо из ботинка. Положив на ладонь синий камень, она некоторое время грустно рассматривала его. В лучах зари он переливался тёплым светом. «Ну вот, теперь я готова», — сказала Рогнеда себе и кольцу, намереваясь идти к Ратмиру. От решимости её мышцы сначала напряглись и заныли, а потом расслабились и стали плавиться, как воск от внезапного ласкового объятия. Спиной она почувствовала твёрдое тело герцога. Он нежно сжал её ладонь, на которой лежало кольцо, и прикоснулся поцелуем к виску. От его волос, касавшихся её щеки, кровь прилила к лицу. Мысли путались, неприветливый пейзаж перед глазами стал плавать, плясать и вытворять бог весть что.

«Нужно всё сказать ему сейчас же», — подумала она, собрав всю свою волю. Но открыв рот, услышала не свой голос, а жаркий шёпот Ратмира:

— Я был обездвижен натиэлем и аренийским заклинанием. На две минуты, конечно, но ей этого хватило, чтобы чуть было не отнять у меня любовь.

Рогнеда слушала, с трудом улавливая смысл слов.

— Но, всё равно, прости меня, — добавил он.

— За что? — пролепетала графиня.

— За глупость, — серьёзно сказал он и повернул девушку к себе лицом, всматриваясь в глаза. — Я виноват, что допустил такое. Ты чуть не погибла из-за моего тугоумия.

Он взял её за руки и поцеловал кулачок, в котором Рогнеда всё ещё держала кольцо. Пальцы отказались повиноваться и разжались. Ратмир взял перстень и надел ей на палец. Снова оказавшись в его объятиях, невеста не сопротивлялась, несмело отвечая ему. Не помня себя от счастья, она не заметила брата Лучезара, который слегка улыбнулся, глядя на них, и подал знак другу.

Вернувшийся старший граф Ронский увидел одиноко сидящую на камне Лидия, которая уже успела умыться и причесаться.

— Доброе утро, — сказал он ей.

От его обращения девочка едва не упала со своего сиденья. Ответить она ему не смогла, потому что слова застряли в горле, но кивнуть сумела. Лучезар подошёл к ней поближе, и бедняжка едва не потеряла сознание.

— Поможешь мне накрыть на стол?

— А как? — заикаясь, спросила она.

— Возьми это, развяжи шнурок и разложи продукты для завтрака.

Спустя минуту Лучезар наблюдал, как Лидия с неописуемым выражением детского восторга на лице заглядывает в волшебную сумку и достаёт оттуда еду.

— Если в том месте, куда мы направляемся, нет чёрной руды, сможем телепортироваться оттуда домой, — бодро сказал Буслай, подойдя к скатерти.

Вместо ответа брат только кивнул головой.

— Верблюдов заберём с собой? — снова задал вопрос тот.

Лучезар внимательно посмотрел на жующее животное и усмехнулся:

— Если они согласятся.

— Похоже, им всё равно, — резюмировал Буслай.

* * *

Быстро позавтракав, путники покинули Заколдованный пруд, из которого Рогнеда предусмотрительно набрала воды. На этот раз она ехала с Лучезаром, а Лидию разместили впереди Буслая. Отдохнувшие животные двигались быстро, поэтому вскоре молодые люди увидели впереди развалины монументального строения.

Лучезар снял с верблюда Рогнеду, которая тут же заискрила магией, чем изрядно испугала Лидию.

— Что ж, я думаю можно отправляться, — сказал старший Ронский Ратмиру. — Откроем телепорт и оставим аренийцев с носом.

— Отправляться можно, — согласился герцог Оденский. — Вот только что-то в этом месте меня настораживает. Время терпит. Может быть, хорошенько рассмотрим его?

Окинув взглядом развалины, семья Ронских согласилась с ним.

От некогда величественного здания сегодня остался только цокольный этаж. Очистив вход от густых вьющихся растений, Ратмир вошёл внутрь. Его встретили приятный холод и лёгкий сквозняк. Следующий за ним Лучезар щёлкнул пальцами и зажёг все факелы, развешенные на стенах длинного коридора. Огни трепетали на ветру, а указываемая ими дорога вдруг стала величественной и устрашающей.

— Этот замок строили не аренийцы, — сказала Рогнеда, когда они вошли в огромный зал.

— Почему ты так думаешь? — спросил Ратмир.

— Надписи. Это — древний язык исчезнувшей цивилизации. К аренийскому не имеет никакого отношения.

— Ты понимаешь, что здесь написано? — задал вопрос Буслай.

— С большим трудом, и не всё, — покачала головой графиня.

Замыкавший шествие Буслай насторожился, услышав за спиной звук, похожий на шелест крыльев. Прямо на застывшую в ужасе Лидию из темноты неслось существо с туловищем птицы и головой льва.

Девочка закричала. На пути порождения сумрака оказался Лучезар, разрубивший его двумя ударами мечей.

— Буслай, проверь, есть ли ещё сюрпризы? — обратился он к брату.

Младший Ронский закрыл глаза и быстро исследовал пространство внутренним зрением.

— Магия сосредоточена в центре здания, в подвале. Там её очень много. Определить предназначение пока не могу.

— Так, — произнёс Ратмир. — Оставлять Лидию наверху смысла нет. Это ещё опаснее для неё. Будем присматривать. Нужно разобраться, что это за энергия.

Рогнеда обняла бледную девчушку и увлекла за собой. Пятёрка двинулась к центру строения. По мере их приближения к цели вокруг становилось всё холоднее. В заветном месте царила стужа. Стены и пол были покрыты инеем, так же, как едва различимые огромные двери в полу.

— Вот бы открыть эти симпатичные створки поскорее, — сказал Буслай. — А то у меня уже зуб на зуб не попадает.

Лучезар произнёс какое-то заклинание и щёлкнул пальцами. Вход остался запертым.

— Может быть, попробовать мышечной силой? — спросил герцог.

Находившаяся ближе всех к воротам Рогнеда, провела по ним ладонью, прочитала какую-то надпись и произнесла:

— Думаю, у меня получится это сделать.

Больше всех лютый мороз действовал на Лидию. У бедняжки уже побелели ресницы и брови, а происходящее, казалось, и вовсе перестало интересовать её. Лучезар быстро снял плащ и набросил его на спутницу. А, увидев, что и руки отказались ей повиноваться, обернул ткань вокруг тела, чуть ли не приподнимая её над полом.

— Эм усмы кинг, доле реян верен, — тихо прочитала Рогнеда, и ворота, глухо скрипнув, стали открываться, показывая крутую лестницу, покрытую снегом.

— Что ты только сейчас сказала? Переведи, — попросил Ратмир.

— «Мы пришли с добром, откройте заветную дверь».

— Что бы там ни было, нам нужно постараться скорее закончить все дела, чтобы не превратиться в сосульки, — продолжал причитать Буслай.

Ратмир стал спускаться первым, освещая дорогу магией. За ним последовала Рогнеда, которую он тут же крепко схватил за руку. Лучезар же перекинул Лидию через плечо. Шествие снова замкнул младший Ронский.

К счастью для друзей лестница оказалась недлинной, и уже через две минуты они дошли до дна. Лучезар снова щёлкнул пальцами и подвал осветили голубоватые шарики магии. Поставленную на эемлю Лидию, он обхватил руками, чтобы та не замёрзла окончательно.

— Энергия идёт от земли. Она ещё не пробудилась, но это не за горами. Думаю, что ничего хорошего ждать от этого нам не следует, — произнес Буслай.

Ратмир посмотрел на него. По его лицу было понятно, что он согласен со сказанным.

В центре подземной комнаты красовался стол на крепких ножках, а на нём ларец, возле которого уже стояла Рогнеда, пытаясь разобрать письмена. Прочитав что-то, она протянул руку, но не смогла дотянуться до тайника, наткнувшись на невидимое стекло. Стукнув по нему, она схватилась за отбитую ладонь.

— Магией лучше не пользоваться, — предупредил Буслай.

Услышав это, в дело вмешался герцог Оденский. Под ребром его ладони барьер разлетелся вдребезги. Графиня привстала на цыпочки и, дотянувшись до ларца, открыла крышку. Внутри лежал свиток, надпись на котором удовлетворила её.

— На этой бумаге мы найдём объяснение, — произнесла она. — А пока можно покинуть подвал.

— Уходим, — твёрдо сказал Ратмир, подхватив её на руки, и стремительно двинулся по лестнице.

То же самое сделал Лучезар с Лидией.

— Давно бы так, — проворчал Буслай.

* * *

Очутившись наверху, Лидия ещё долго не могла прийти в себя от холода.

— Попей своей воды, — крикнула ей Рогнеда, бросив фляжку. — А то заболеешь.

Девчушка сделала два глотка и, перестав трястись, спросила:

— А вы?

— А мы обойдёмся, — усмехнулся Буслай, подмигнув ей, от чего та зарделась.

Расположившись на камне, Рогнеда сломала печать на свитке. Оттиск издал щелчок и вспыхнул кратковременным светом. Она медленно читала, расшифровывая каждую букву. Все четверо напряжённо следили за ней. Прошло минут двадцать, прежде чем девушка отложила бумагу, её лицо выражало тревогу.

Ратмир подошёл к ней и присел рядом, спросив:

— Что там?

— Всё плохо, — произнесла она, коснувшись его руки. — Если не сказать, очень плохо.

Она выдержала паузу и продолжила:

— Под замком, возведённом исчезнувшей цивилизацией за тысячи лет до нас, находится источник могучей древней магии, несущий смерть всему живому. Среди живущих нет никого, кто мог бы им воспользоваться. Здесь написано, что он откроется, когда людей с очерствевшими сердцами станет слишком много. И по признакам, описанным здесь, это будет очень скоро.

— Аренийский король знает о нём?

— Думаю, он знает о том, что здесь есть магия. И хранит это в секрете, ища способ использовать её против своих врагов. Но о последствиях ему неизвестно. Текст составлен очень хитро. Человеку, не владеющему древними языками, могли преподнести его в ложном свете. Если он попытается завладеть этой энергией, погибнут все. И его страна в первую очередь.

— Можно ли как-то нейтрализовать эту силу? — спросил Ратмир.

— Нет, с этой стихией не справится никто. Но можно попытаться остановить её действие, запечатав ещё на несколько тысячелетий.

— Кому это позволено?

— Семи могущественным магам.

— Значит, придётся вызывать сюда венценосную особу и особо приближённых к нему, — с сарказмом произнёс Лучезар.

— Да, не думал, что придётся увидеть Ворона так скоро. Хотел отдохнуть от его физиономии, — задумчиво сказал Ратмир.

— Самое невыносимое то, что никаких инструкций тут не даётся, — сказала Рогнеда. — Придётся думать и действовать наобум. Но, в любом случае, бояться нечего, до катастрофы осталось всего несколько дней.

— Это успокаивает, — пробормотал Буслай.

Ронские и Лидия понуро сидели за столом в ожидании Ратмира. Наконец, он пришёл и сказал бодрым голосом:

— Аденийскую власть я сюда уже вызвал. А от аренийцев поставил мощный магический щит, проломить который им не удастся в течение месяца.

— Ну да, — произнёс Буслай. — Этого времени с лихвой хватит до того момента, когда нас сметёт с лица земли.

— Не будем устраивать похороны раньше времени, — бросила Рогнеда. — Нужно думать, как это всё остановить.

— Лучше всех у нас думает Анна, — с расстановкой сказал Лучезар.

— Да, — согласился с ним Ратмир. — Но Анна не маг и не сможет нам помочь.

— И всё же я связался с ней, пусть думает вместе с нами, оставаясь дома. Она не маг, но разбирается в магии лучше нас всех.

— Ты правильно поступил, — похвалила его Рогнеда.

Лидия так внимательно прислушивалась к беседе, что даже о еде забыла. Улучив момент, она обратилась к графине:

— Это, правда?

— Что? — удивилась девушка.

— Что аденийский король прилетит сюда?

— Он не прилетит, — снова вклинился Буслай. — Мерзавец не умеет летать.

Рогнеда поморщилась:

— Их величество должен прибыть сюда. Это правда.

Лидия вдруг побледнела, как полотно.

— Что случилось? — насторожилась графиня.

— Я вспомнила насколько кровожаден ваш король.

Услышав это, все присутствующие замерли, ожидая продолжения истории.

— Это да, — серьёзно подтвердил Ратмир. — Но, может быть, мы чего-то не знаем? Расскажешь?

— Он жестоко убил все своих жён.

— А у него были жёны? — снова влез Буслай и получил удар под рёбра от своего брата.

— Одну он задушил в приступе ревности прямо в спальне. Другую сжёг на костре, потому что она не умела готовить, а третью утопил…

— В фонтане, — опять послышался возглас неугомонного младшего Ронского.

— Ну, в фонтане одну он точно едва не утопил, — прокомментировала Рогнеда.

— А ещё были другие, — взахлёб продолжила Лидия.

— Да, я же говорю. Этот гад решил пережениться на всех в девушках в трёх королевствах. И откуда только силы берутся?

— А ещё он напал на нас.

— Да, на своей территории, — подытожил Буслай. — Разбил войска из двух королевств к чёртовой матери.

Подавив смешок, Рогнеда спросила:

— А откуда ты всё это знаешь?

— Хозяйке, которой я служила, каждый месяц писала сестра из столицы. А ещё король Адении — урод.

Наслаждаясь всеобщим вниманием, Лидия увлеклась и не заметила, что за её спиной что-то происходит.

— Да, ваш король горбатый, — сказала она, стягивая со стола пряник.

— А ваш? — раздался приятный мужской голос сзади.

— А наш красивый и милый. Он на площади каждый год милостыню раздаёт, — безмятежно ответила девчонка, непонятно кому.

— Ну, тогда, конечно, — произнёс ещё кто-то.

По странным лицам присутствующих Лидия поняла, что они не одни и оглянулась, посмотрев туда же, куда и все.

Её вниманием сразу же полностью завладел величественный смуглый брюнет с белозубой озорной улыбкой. Потом она увидела ещё двух крепких юношей, не уступавших в красоте первому. Огненноволосый лениво оглядывал окрестности, а русый пристально смотрел на неё загадочными зелёными глазами.

Увидев, как её друзья кланяются гостям, а те отвечают им в ответ, Лидия в испуге попыталась отползти назад, но это ей не удалось.

— Давайте знакомиться, леди, — произнёс темноволосый молодой человек, щурясь от яркого солнца. Король Адении — Робин Первый. Это — мои приближённые: герцог Керн — глава магического клана Медведей и герцог Эреман — глава клана Соколов.

Аденийцы приветственно по очереди поклонились.

От изумления глаза Лидии стали совершенно круглыми.

— Как ваше имя, юная дама? — с едва заметным смешком спросил Сокол.

— Я, — заикнулась она в ужасе.

— Имя юной дамы — Лидия, — твёрдо произнесла Рогнеда. — Спешу сообщить вам, ваше величество, и вам, лорды, что если бы не она, то у нас бы не было шансов на спасение. И это место, полное разрушительной магии уничтожило бы нас без нашего ведома.

— Я благодарю вас, Лидия, — на этот раз без тени улыбки сказал Ворон. — Мы пока оставим вас, леди. Нам нужно осмотреть территорию.

При этих словах братья Ронские и герцог Оденский встали и ушли вместе с аденийцами.

Когда молодые люди удалились, Лидия вскочила и обежала вокруг стола три раза.

— Это правда… — начала она.

— Правда, — не дала её закончить графиня.

— А его жёны?

— Я, конечно, не так разбираюсь в светской жизни, как твоя хозяйка, но мне достоверно известно, что наш король ещё не был женат.

Девчушка с аренийских рудников сначала находилась в крайней степени удивления и растерянности, а потом села на своё место и заплакала. Рогнеда подбежала к ней и обняла, утешая.

— Я такая дура, — рыдала Лидия у неё на плече.

— Ну что ты. Это неправда.

— Правда.

— Нет, ты очень сообразительна и схватываешь всё на лету. Откуда тебе было знать что-то о короле Адении? К тому же он и, правда, не ангел.

— Да? А выглядит он именно так.

— С этим я не спорю. Но это для тех, кто не знает его близко. Этого юношу часто сравнивают с огнём. Он может согреть и подарить тепло, а может спалить беспощадно без всяких угрызений совести.

— А разве так бывает? Я думала, человек может быть или хорошим, или плохим.

— О, как ты далека от истины. Хотя, может быть, это я далека от неё, — вздохнула Рогнеда.

— Скажи, магия, которая под землёй, она убьёт нас?

— Зависит только от нас.

— А я могу чем-то вам помочь?

— Ты уже нам помогла. Но, может быть, сможешь и ещё что-то, думай. Понимаешь. Главное ведь, а во внутренней силе каждого человека.

— Рогнеда, а у твоих братьев красивые невесты?

— Не знаю, — засмеялась девушка. — Они мне их не показывали. Думаю это от того, что их сердца ещё не опалил огонь любви.

«Как твоё», — подумала она, не сказав. «Ты ещё и сама не понимаешь, как сильно влюбилась, дитя».

* * *

— Да, всё это очень интересно, — произнёс Ворон, побывавший в холодном подвале.

— Замёрз, как собака, и ничего интересного, — в пику ему сказал Медведь.

— Где свиток, — спросил Эдвард.

Бумаги ему подал Лучезар со словами:

— Здесь перевод, выполненный Рогнедой.

Сокол отошёл от остальных, просматривая бумаги.

— У меня пока что один вариант, — продолжил Ворон. — Преобразовать всю нашу имеющуюся магию в огонь — противоположность холоду. И под давлением попробовать запечатать всё это безобразие.

— Это всё слишком просто, — сказал рыжий Артур.

— Если у тебя есть решения посложнее, я готов выслушать, — огрызнулся Робин.

— Я пока что не додумался ни до чего, — покачала головой Ратмир. — Но твоё предложение нужно рассмотреть. Время пока есть. Будем думать сутки. Завтра на рассвете соберёмся за столом и обсудим всё, что придёт в голову.

Ворон тяжело вздохнул, а Медведь устало закрылся ладонью от полуденного солнца. К ним подошёл Эдвард и сказал:

— В общем, перевод выполнен правильно. У меня только вопрос о противостоянии. Светлые маги и колдуны, перешедшие на сторону света должны объединиться. Как это понимать?

— Что тут непонятного, — без обиняков произнёс Лучезар. — Давно ли вы перешли на эту сторону?

— Иными словами, ты считаешь, что мы состояли в обители Зла?

— Все считают, что творят добро. Только судить надо по делам. Захватив власть в стране, вы не изменили ничего к лучшему.

— У нас не было на это времени, — бросил целитель. — Что ты вообще знаешь о власти? По-твоему, те, кто якобы управляет государством, могут сразу устроить в нём рай?

— Ладно, хватит, — сказал Ворон. — Доля истины в его словах есть. Сделать что-то существенное мы не успели. И если бы не ряд судьбоносных событий, может и не пытались бы.

— Да, и только жизнь стала налаживаться. Вдруг на тебе. Катастрофа у порога! — громко пробурчал Медведь. — Удастся ли нам выбраться из этого дерьма на этот раз? Может, скажешь, раз такой умный?

— Как оказывается, не такой уж и умный, — бросил Лучезар.

— Вот и помалкивай, а то мы так никогда не объединимся, — закончил перепалку Сокол.

Над развалинами замка заиграли лучи восходящего солнца. Приветствуя его, всё живое стрекотало, шумело и пело.

— Может быть, это — последний рассвет, который нам суждено увидеть, — думал Ворон, направляясь к месту у входа в разрушенное здание.

Жители цветущей пустыни уже поджидали его там. Даже сейчас ему не хотелось занимать голову чем-то серьёзным. Его мысли были рядом с Анной. Вот на её румяную щёчку упал непослушный локон, а вот из-под длинного платья приветливо показался башмачок. А эта улыбка… Если люди действительно проживают не одну жизнь, то даже в следующем воплощении он не сможет её забыть. Ответив лёгким кивком на приветствия, Ворон занял место во главе стола. Ведущим собрания выступил рыжий Артур.

— Я приветствую собравшихся здесь и без долгих вступлений прошу вносить предложения по очереди. Так как речь идёт не о приятном деле начнём с мужчин. Леди Рогнеду выслушаем в последнюю очередь.

Первым встал Лучезар.

— Я предлагаю объединиться и укрепить уже имеющийся барьер. Учитывая имеющийся потенциал, он продержится несколько месяцев.

— У кого-то есть возражения? — спросил Робин.

— Да, — произнесла Рогнеда. — В лучшем случае мы сможем получить отсрочку, но что она нам даст? Отсюда придётся уходить, а аренийский король не внемлет доводам рассудка. Он попытается разрушить чары и, скорее всего, сделает это.

— Я согласен с графиней, — сказал Сокол. — И хочу высказаться.

— Мы слушаем тебя, — снова сказал Ворон.

— Ещё раз внимательно изучив свиток и письмена на стенах замка, я пришёл к выводу, что воздействовать на стихию имеющейся у нас магией не имеет смысла.

— И что же ты предлагаешь, — спросил Ратмир.

— Нужно каким-то образом воспользоваться силой простых смертных.

— Это как? — решил уточнить Буслай.

— Это теми заговорами, которыми владеешь ты, Оденский и твоя тётя Анна Рейн.

Все посмотрели на Ратмира, который пребывал в задумчивости. Спустя несколько мгновений он включился в беседу:

— Я думал об этом. Для того чтобы Сила простых смертных, как вы её называете, действовала, в каждом произнесённом слове должна быть истина.

— И? — кратко спросил Ворон.

— Впервые я не знаю, что сказать и пообещать этой стихии. У меня, конечно, уже заготовлена речь, но в ней есть место сомнениям.

На сборе воцарилось молчание на долгие минуты.

— У кого-то ещё есть предложения? — произнёс Медведь.

На этот раз встала Рогнеда.

— Я согласна с тем, что нужны искренние слова, но, без чар здесь тоже не обойтись. Считаю, что в ритуале должен присутсвовать знак единства, созданный нашей силой. Пока он будет сдерживать стихию. У Ратмира будет возможность произнести речь.

Подождав, когда Рогнеда сядет и получив знак от короля, герцог Керн вновь подал голос:

— По приказу короля Арении и собственному усмотрению объявляю перерыв на два часа. За это время каждому из нас предстоит обдумать детали предстоящего обряда. Если у кого-то есть возражения, прошу предъявить их сейчас.

После этого маги и присутствующая здесь Лидия разбрелись в разные стороны.

Стараясь не мешать друг другу думать, молодые люди избегали общения всё отпущенное время. Рогнеда сосредоточенно взирала на склоняющееся к закату солнце, а Лидия полоскала ладони в прозрачном ручье.

Собравшись на прежнем месте, молодые люди обсуждали подробности. Пользуясь магией, Ворон рисовал в воздухе картину предстоящих событий, показывая каждому места, где они должны стоять и рассказывая очередность действий. Поправки вносились в ходе объяснений.

Наконец, было принято решение сразиться со стихией на рассвете. Слушавшая разговоры магов издалека Лилия, подошла к Рогнеде и обняла её.

— Я верю, что у вас всё получится, — произнесла она.

Графиня погладила девочку по голове.

— Это очень хорошо, вера нам нужна.

— Из разговоров я поняла, что наш король не хочет помогать вам. Значит, всё, что говорила о нём моя хозяйка неправда. На самом деле он злой?

— Ну, может быть, и не всё неправда. А может быть он не такой уж и злой, просто глупый. Мы все этим грешим иногда. В любом случае хорошо, что ты делаешь выводы самостоятельно. А почему ты продолжаешь называть его «нашим» королём? Ведь тебя воспитала аденийка, к тому же ты собралась уехать с нами.

Услышав последнюю фразу, Лидия просияла.

— Вы честно возьмёте меня с собой? Ты не передумала?

— Почему я должна передумать? — искренне удивилась Рогнеда.

— Я некрасивая, глупая и неумелая, — выпалила её собеседница.

Графиня Ронская отошла от неё немного и, демонстративно сощурившись, стала рассматривать.

— Что? — испугалась Лидия.

— И ты собираешься с этим что-то делать? — сдерживая смех, ответила вопросом на вопрос Рогнеда.

— А что с этим можно сделать, — уныло произнесла бывшая служанка.

— Послушай меня внимательно, дорогая. Нет ничего такого, что нельзя было бы изменить. Предела совершенству нет. Если тебе чего-то не хватает, борись за это, а ныть перестань.

— Но как я могу обрести то, что мне не дано! — вскрикнула Лидия.

— Это не всегда просто, но возможно. Например, у меня от рождения был очень слабый магический дар. Считай, его не было совсем. Никому и в голову не приходило, что магию можно развивать. По общепринятым меркам я совершила невозможное. Теперь я имею огромный энергетический потенциал, которым не может похвастаться никто. Более того я знакома со многими людьми, которые смогли обрести то, что им не было изначально дано. Плакать и презирать себя — легче всего. Научись жить!

Лидия опустила взгляд. Слова обретённой недавно подруги вызвали в ней смятение. Не владея собой, она оббежала вокруг камней и, вернувшись к ней, крикнула, сбиваясь:

— Я стану! Я буду умной, красивой и всему научусь! Он меня полюбит!

— Конечно, — усмехнулась Рогнеда вслед убегающей девчонке. — Кто бы мне такие же слова сказал? Сейчас они мне не помешают.

— Миледи, — услышала она знакомый голос, от которого напряглась.

— Да, ваше величество, — отвечая, Рогнеда даже не потрудилась оглянуться.

— Ну, зачем же так официально, — с издёвкой произнёс Ворон. — Можно по имени и на ты.

— Ты, — осеклась девушка.

— Я раздражаю тебя?

— А как ты догадался?

— И откуда такая неприязнь?

— Монарху стыдно быть таким несообразительным.

— Ты не можешь простить мне выходку с Анной и поединок с Ратмиром.

Рогнеда ответила гробовым молчанием, решив почему-то поправить шнурки на ботинках. Ворон выдержал паузу и продолжил:

— А между тем, я знаю, кому обязан жизнью. Это ведь ты убедила герцога Оденского не убивать меня.

— Напрасно ты думаешь, что я могу его в чём-то убедить. Ратмир всегда принимает решения сам, а вмешательство со стороны его только раздражает.

— Как и меня, — протянул Робин.

— Да, в этом вы похожи, — буркнула Рогнеда.

— Ты всё злишься, а Анна смогла простить меня.

— Это потому, что она — ангел. А я нет.

— Так, значит, — не отставал юноша.

— Именно. Если бы она рассказала мне о том случае во дворце, я погребла бы тебя под его развалинами!

— Твоя подруга согласилась стать моей, — почему-то тихо произнёс Ворон.

Графиня Ронская, не поверив своим ушам, резко подскочила к Робину и схватила его за лацканы одежды.

— Что ты несёшь? Что ты с ней сделал на этот раз?! — трясла она его.

Ворон улыбался.

— Ты ведь знаешь, что она любит меня.

Рогнеда убрала руки и сделала шаг назад.

— Я не была в этом уверена. Но с твоей стороны подлость — воспользоваться этим.

— Она станет моей женой.

Девушка бросила на него пронзительный и недоверчивый взгляд.

— Я спасу этот мир, а потом переверну, но так будет, — сказал Ворон.

— Только попробуй сделать что-нибудь против её воли, — прошипела Ронская, толкнув его.

Юный король только озорно улыбнулся. Рогнеда сердито ушла прочь, думая, что у мальчишки просто талант выводить людей из себя и заставлять их забывать обо всём на свете. А ещё ей не давали покоя мысли об Анне. Что это было за странное влечение к юному королю с её стороны? Они так не похожи друг на друга. Просто несовместимы. И, тем не менее, она почему-то верила в сказанное Вороном. Хотя, совместимы ли они с Ратмиром? Ещё полгода назад она не могла и думать о нём, как о мужчине. А теперь… «Что теперь будет со всеми нами?» — прошептала она.

— Всё будет хорошо, — ответил Ратмир, преградивший ей путь и ласково согревающий взглядом.

И снова Рогнеда не смогла долго смотреть на него и потупила взор.

— Не надо думать о грустном, — произнёс юноша, согревая её ладони. — Я искал тебя в надежде поговорить о нашем будущем.

— Знаешь, Ра, когда ты рядом мне так не хочется умирать, — сказала девушка со слезами на глазах.

Ратмир обнял её и увлёк за собой.

— Не будем думать о грустном, — сказал он. — Мы ещё не решили, где будем жить.

— А как хочешь ты? — спросила она.

Помолчав немного, юноша ответил:

— Лучезар и Буслай с интересом посматривают на новые земли. Думаю, что скоро они покинуть твой дом и построят свои. Я мог бы переселиться к тебе.

— Я тоже так подумала.

— Тогда по возвращению мы обвенчаемся, — твёрдо сказал Ратмир. — А теперь я тебя оставлю, нас там ждут дела.

— А я разве не могу помочь?

— Передвижение валунов, пусть даже и магическое — не женское дело, — усмехнулся герцог, поцеловав её пальцы.

За спиной Ратмира развевался плащ. Посмотрев ему вслед, Рогнеда ещё раз подивилась несокрушимой жизненной энергии, идущей от него. В это мгновение ей показалось, что для её наречённого нет ничего невозможного.

Аренийская ночь выдалась тихой. Лидия безмятежно спала на плече графини, которая наблюдала за звёздным небом. «Как это несправедливо», — беззвучно говорила она светилам. «Я только что обрела счастье и любовь. Мне хочется жить, а смерть стучится в двери. Неужели мы не выстоим? Я хочу детей похожих на любимого. Я всё сделаю, чтобы запечатать это проклятье навсегда. Слышите?»

Рогнеда так и не сомкнула глаз, пока не появились первые лучи солнца. Чудесное превращение ночи в утро встречали своим щебетом птицы. Оставив Лидию на лежанке, она встала и потянулась. Холодная вода ручья привела её в чувство. Она уже слышала голоса юношей.

У входа в замок молодые люди образовали круг. Графиня оказалась между герцогом Оденским и королём Вороном. Ближе всех к строению стояли её братья.

— Начинаем! — громко сказал Медведь и метнул молнию ввысь. Следом полетела чёрная магия Рогнеды, затем огненная стрела Робина, зелёная и белая — Сокола и Ратмира и в заключение — голубые сферы от графов Ронских.

В небе послышался треск. Подул сильный ветер. Энергия образовала знак бесконечности на фоне тёмных туч.

— Ждём! — снова крикнул Артур, постаравшись превзойти звуки ненастья.

Магическое начертание переживало метаморфозы. Сначала энергия в нём зазмеилась, расширяя образ, затем замигала и вспыхнула оранжевым огнём. В это же время из сердца разрушенного замка взметнулся холодный столб. Теперь созданный магами щит сдерживал холодную мощь, рождённую недрами.

— Ратмир! У нас десять минут! Начинай! — приказал Ворон.

Скреплённый магами могучий щит

Удержит холод смерти.

И знак единства защитит

И круг весны начертит.

Спустя несколько секунд после произнесённых юношей слов холодный столб исчез, а магический символ мигнул и засиял. Молодые люди взирали на происходящее, не двигаясь и не дыша. Прошло ещё несколько мгновений. Знак снова вспыхнул, и холодная энергия изверглась из земли с новой силой. Теперь она образовала горизонтальные лучи, один из которых ударил по магам. Рогнеда не смогла удержаться на ногах и упала. Ратмир быстро поднял её и заслонил спиной.

— Чёрт! — прокричал Ворон. — Не сработало! Нужно использовать второй вариант!

Он хлопнул в ладоши, наращивая руками огненную молнию, а потом метнул достигнувший метра в диаметре шар в сторону знака. Символ тут же поглотил его и вспыхнул пламенем. Остальные маги последовали его примеру. Сожрав их энергию, образ превратился во всепоглощающий пожар, не пропускающий разрушительную магию, но только вверх. Холод заструился над землёй с удвоенной силой.

— Нужно ставить щиты по бокам! — раздался крик Ратмира.

— Это ничего не даст нас просто снесёт! — ответил ему Артур.

И это было верно. Стихия набирала невиданные силы. Образованный наверху знак, казалось, только способствовал этому.

Мужчины с трудом выдерживали напор. Рогнеда обхватила Ратмира за спину и только так смогла удержаться.

— В любом случае выбора нет! — снова подал голос Ворон. — Создавайте щиты!

Сказав это, он призвал магию и создал заслон для себя и друзей. После этого Рогнеда смогла поймать ртом воздух.

Робину удалось сдержать один луч, однако его сила никуда не делась, а только умножила энергию за щитом, которая продолжала нарастать. Маги выставили вперёд свои заслоны, но было уже понятно, что они помогут только отсрочить неизбежное. Ворон чувствовал, как его силы убывали. Случайно оглянувшись назад, он увидел, как совсем близко сверкнул телепорт, открывающий женскую фигуру.

— Анна! — не сдержавшись, крикнул он. В этом возгласе одновременно прозвучало отчаяние, недовольство и радость, от того, что он видит её.

Девушка подбежала к Робину и схватила его за руку. Это прикосновение вернуло ему былые силы, и он выпрямился, налегая на щит. «Может это и лучше, что ты здесь», — подумал он. «Так мы встретим смерть вместе».

Слова Анны зазвучали, будто извне. Первые же произнесённые ею звуки заставили замереть стихию.

Нет магии смерти сильнее,

От холода погибнет всё, в чём нет тепла.

Но моего огня коснуться не посмеют

Льды. С ними справится любовь одна.

Вдруг от магической субстанции в небе отделились искры и полетели в сторону Ратмира с Рогнедой и Робина с Анной. Коснувшись их, они рассыпались, а потом вернулись вверх. Ворон почувствовал, как слабеет давление на его щит. Артур и Эдвард с удивлением увидели, как тает стихия. Медленно, но верно, она исчезала в никуда. Вскоре молодые люди смогли убрать заслоны. Некоторое время созданный ими образ ещё светился в небе, но вскоре развеялся, как дым, и он. Усталые маги смогли разойтись и присесть на валуны. В замок не поленился сбегать только Медведь. Возвращаясь оттуда, он улыбался.

Долгое время молодые люди не разговаривали. Рогнеду обнимал Ратмир, а от Анны не отходил Ворон. Первой нарушить молчание решила графиня Ронская:

— Как тебе удалось проломить защиту аренийцев? — спросила она у Анны.

— Не спрашивай меня об этом, — ответила она. — Я не знаю.

— Эти черти, прошу прощения, дамы, — сказал Артур. — Наши милые соседи поставили блок и отсюда.

— Мы сможем его смести? — спросил Ворон, обнимавший Анну.

— Да, Лучезар там уже сделал что-то, но это займёт часов двенадцать, не меньше. А войска скоро будут здесь.

— Какие пустяки, — лениво произнёс король. — Ты думаешь, после этого меня испугают какие-то войска?

— Вокруг нас защита, — сказал герцог Оденский. — Им не пробить. Исчезнет только тогда, когда мы перенесёмся отсюда. Всё, что могут сделать аренийцы — это воздействовать на нас морально.

— Да, — согласился Сокол.

К отдыхающим молодым людям робко подошла Лидия с ведром воды и чаркой. Глазами она искала Рогнеду.

— Ты можешь подойти, Лидия, самое страшное позади, — приветливо улыбнулась та.

Тепло поприветствовала её и Анна, на которую девчушка уставилась, открыв рот и забыв о воде.

— Леди, — обратился к ней Ворон. — Надеюсь, вы это принесли нам для утоления жажды?

Очнувшись, Лидия закивала головой и поднесла ему чарку. Робин встал и осушил её до дна, а потом зачерпнул ещё воды и протянул Анне.

— Спасибо, — сказала девушка, кивнув сначала девочке, а потом Ворону.

Робин остался стоять, скрестив руки на груди и вглядываясь вдаль, а Лидия уже предлагала воду Ратмиру и Рогнеде.

Вскоре графиня Ронская рассказывала Анне о последних событиях, а её новая подруга стояла рядом, боясь пропустить хоть слово.

Ворон усмехался, краем глаза глядя на эту картину. В лучах полуденного солнца он отметил бледность Анны и понял, что этой ночью она тоже не спала.

— Едут, — сказал подошедший к нему сзади Сокол.

Взглянув в указанном направлении, король понял о чём он. По степи стремительно двигалась конница, поднимая пыль и создавая невообразимый шум.

— Лучезар! — окликнул он графа.

Синеглазый юноша приблизился к ним и поморщился.

— Нельзя ли сделать потише это безобразие? — снова спросил Ворон.

— С удовольствием, ваше величество, — произнёс Ронский, щёлкнув пальцами.

Треск и завыванье сразу же исчезли.

— Так гораздо лучше, — сказал Сокол. — О, да тут у нас не только Аренийский самодержавец. Он с другом.

— Неразлучная парочка, — пробормотал Робин. — И когда они только успевают сговариваться?

Лучезар оглянулся вокруг и увидел за камнями бледную Лидию. Увидев приближающихся солдат, она обхватила голову руками и не находила себе места.

— Что это с девчонкой? — спросил Ворон.

— Физически здорова, — сказал Сокол.

Увидев, что Лидии хуже, старший Ронский поспешил к ней.

Девочка вздрогнула и закричала, когда он схватил её за запястья. В отчаянии она приложила все силы, чтобы вырваться.

Подошедший к ним Эдвард провёл рукой по затылку Лидии, и она затихла.

— Что это? — спросил у него Лучезар.

Целитель внимательно всмотрелся в лицо девчушки.

— Она боится солдат. Скорее всего, с ними связаны неприятные воспоминания.

Лучезар присел на валун, продолжая держать девочку.

— Лидия, ты слышишь меня? — спросил Сокол.

— Да, — сказала та.

— Тебя пугает приближающееся войско?

— Да, — её тело задрожало, а из закрытых глаз брызнули слёзы.

— Почему? — продолжал Эдвард.

— Они ворвались в наш приют и… все девочки…

— Можешь не рассказывать дальше, — поспешил перебить её Сокол. — Они причинили вред и тебе?

— Нет, я спряталась под полом. А они не успели. Их догнали на улице.

— Они ничего не сделают тебе, — медленно произнёс целитель. — Ты здесь в безопасности.

Лидия молчала. Сокол щёлкнул пальцами, и она проснулась, поспешив отойти от Лучезара. В это время к ним присоединились все остальные. Аренийская конница, увидев группу магов, ускорилась и, на полном ходу врезалась в невидимую стену. В рядах доблестной армии началась неразбериха и паника. Лошади падали вместе с всадниками. Всё это продолжалось довольно долго. Наконец, предводители смогли ругательствами и тумаками наладить что-то вроде порядка в отряде. Как только воины выстроились в ряд. Вперёд вышли маги и попробовали свои силы на барьере. Этот бой, в котором безоговорочную победу одержал щит, тоже продолжался довольно долго. Поняв, что барьер им не сломать, аренийский король переключился на незваных гостей за прозрачной стеной.

— Что это он говорит? — поморщился Робин, обращаясь к Артуру.

— Оскорбляет, — зевнул его рыжий друг.

— Я бы сделал погромче из интереса, но здесь дамы, — протянул Ворон.

— Я могу кое-что перевести, читая по губам, — произнёс Медведь.

— Валяй.

— Он говорит: сосунки, мерзавцы и тупицы. За то, что осмелились ступить на эти земли он… Дальше лучше не переводить.

— Это мы поняли, — включился в беседу Сокол.

— В общем, он уверен, что будет царствовать в Адении.

— Угу, — бросил Ворон. — Я думаю больше тут смотреть не на что. Можно пойти поужинать.

— Да, — согласился Ратмир.

Вскоре аренийцы увидели, как незванные гости бесцеремонно поворачиваются к ним спиной и удаляются. Два короля ещё долго бегали вокруг стены и раздавали приказы своим подданным.

* * *

После трапезы юноши собрались, горячо обсуждая что-то. Усталая Рогнеда уснула. Лидия сидела возле ручья, о чём-то сосредоточенно думая, а Анна отправилась изучать окрестности. Она обошла руины вокруг и решила войти внутрь замка. Факелы здесь всё ещё горели, на этот раз приветливо мерцая. Графиня внимательно читала древние письмена на стенах и не заметила, как к ней подошёл Ворон. Она оглянулась, когда он был уже на расстоянии метра.

— Не думал, что нам придётся встретиться так рано, — произнёс он, подойдя ещё ближе.

— Я тоже, — тепло улыбнулась она так, как будто ждала его очень долго. — Была серьёзная причина.

Он стоял рядом, не решаясь прикоснуться к ней.

— Пойдём со мной. За провинцией теперь присмотрит Ратмир. Опасаться нечего.

Анна опустила взор. Истолковав это по-своему, Робин продолжил:

— Если ты опасаешься за… Мы поженимся сразу, как только прибудем.

— Нет, что ты. Дело вовсе не в этом, — сказала девушка.

— Тогда в чём?

— Разговор действительно важный. Понимаешь, Робин, я не хотела бы жить во дворце.

Ворон не выказал признаков удивления. Подождав немного, Анна продолжила:

— Я очень хочу остаться там, где живу сейчас.

Прошло несколько секунд, прежде чем она услышала ответ:

— Но с тобой живёт Ратмир и…

— Рогнеда сказала мне, что после венчания они поселятся у неё. Более того, Робин, я хочу чтобы и наши дети росли в Цветущей пустыне, а не среди безжизненных камней.

Юноша глубоко задумался.

— Речь идёт о королевском роде, Анна подумай. Наследники должны постоянно находиться под присмотром.

— Ты тоже подумай и поймёшь, что нигде они не будут защищены лучше, чем у меня… У нас дома. Рядом драконы, тигры, птицы и люди. Все они будут заботиться о них.

— А что во дворце? Ты гарантируешь им безопасность там? В диких чужих джунглях лучше, чем среди аристократов. Ты же знаешь это, Робин.

— Но я, Анна. Я вынужден находиться в столице. А ты лишишь меня своего общества и общества наших детей.

— Это не так, Робин. Ты можешь управлять государством и из провинции. Подумай, как это сделать. Сломай существующие устои и действуй.

— Возможно, ты права, — сказал он. — Я сделаю это. И, как нелегко мне расставаться с тобой, пока это вынужденная мера. Придворные интриги подобны бессмертному дракону. Срубишь несколько голов, а на их месте тут же вырастают новые. Однажды из-за них я чуть было не лишил жизни друга. В провинции ты будешь в безопасности. А я скоро вернусь к тебе. Всё будет хорошо.

Анна сама обняла его и прижалась щекой к груди.

— Расскажи.

— Что? — не понял юноша.

— Эту историю с другом. Поделись своей болью.

Ворон обнял её и вдохнул аромат горных цветов.

— Ты его прекрасно знаешь. Мой друг — герцог Артур Керн — глава клана Медведей. Знаешь, Анна, ведь и я не раз проклинал свой рок и данную мне им власть. Мне пришлось драться за корону, чтобы выжить. Я слишком многим мешал просто потому, что родился. Когда вокруг тебя лицемеры и льстецы, которые только и ждут удобного момента, чтобы вцепиться тебе в глотку, дружбу ценишь особенно высоко. Артур и Эдвард полны недостатков, так же, как и я, но они не трусы и не предатели. Я благодарен судьбе за то, что они всегда были рядом и готов жизнь за них отдать.

— Однажды ты уже почти сделал это, — сказала графиня.

— Я уверен, что чтобы не случилось между нами, они сделают то же самое.

— После переговоров с пиранцами наш войска на границе с ними были полностью разбиты. За оборону там отвечал он, и переговоры тоже вёл он. На него пали подозрения. Точнее, его вина была полностью доказана особенно ретивыми придворными, которые представили мне магические записи с места происшествия. В том, что там фигурировал именно Артур сомнений не оставалось. Экспертиза подтвердила это. А наш рыжий друг только молчал. Мне ничего не оставалось сделать, как подписать приказ о смертной казни. Эшафот уже был срублен, а топор наточен. Всё происходило при свидетелях, которые ни на минуту не оставляли нас наедине. Даже Эдвард не мог к нему пробраться, чтобы поговорить. Хотя мы уже и сами поверили в его вину. Я нашёл способ отложить казнь, сославшись на праздники. Оставил вместо себя иллюзию, а сам переоделся охранником и отправился в тюрьму. Даже Сокол не знал об этом. В то тяжёлое время я начал сомневаться и в нём.

Навестив его, я понял, что охрана всячески издевается над ним. Сам чёрт велел унизить того, кто вчера находился у власти. В этом люди видят особое удовольствие. Артур никому не рассказал об этом, хотя мог. Ты бы видела его тогда. Измученный, избитый и отчаявшийся, но не сломленный и приготовившийся встретить позорную смерть.

* * *

Ворон сделал паузу. Анна молча взяла его руку и погладила её. Робин вздохнул, собравшись с силами, и продолжил:

— Как он обрадовался, увидев меня. Я посмотрел ему в глаза и понял, что он невиновен. Оказалось, что ему действительно принадлежали те высказывания, которые публично были преподнесены мне. Политика не обходится без блефа. Просто нашлись те, кто умело состряпал из этого обвинение. Никаких стратегических тайн Артур им не выдал. Кто-то сделал это за него. Он не ждал от меня помощи, понимая, что я бессилен. Но воспрял духом от того, что я верил ему. Прощаясь, я пожал ему руку.

Впереди у нас с Соколом были две бессонные ночи. Разыскать крысу и найти неоспоримые доказательства мы смогли только в последний момент, когда беднягу Артура уже вели на место казни. В общем, это было чудом. Никто из нас троих не верил, что его можно вытащить.

Ворон сделал паузу, а потом снова заговорил:

— Вот так, моя любовь. Оказывается, даже те, кто носит корону, распоряжаются не всем, а точнее — ничем. Сейчас идут реформы, которые идут вразрез с интересами многих вельмож. Они делают всё, чтобы помешать мне. И я действительно боюсь за тебя.

— Не бойся, — с улыбкой произнесла Анна. — Волков бояться — в лес не ходить. Всем им мне пришлось противостоять дольше, чем тебе. И поверь, мы — не одни. Тех, кто желает жить по-другому больше. Осталось ждать совсем немного. Мы победим.

Робин снова обнял её.

— Ты так уверенно говоришь о наших будущих детях, хотя знаешь о моём проклятии.

— Твоё проклятие — глупость. Это ты не всё знаешь. У нас родятся дети. И если хочешь, первым будет сын.

Юноша пристально посмотрел на неё, вспоминая их давний разговор. Он не хотел признаваться себе в этом, но ему было больно, когда она отвергла его. Он ревновал Анну к прошлому и завидовал тому мальчишке.

— Это моя мечта.

— Робин, — послышался голос Сокола, от которого молодые люди вздрогнули. — Простите, я не хотел прерывать вас, но порт будет открыть через десять минут. Анна идёт с нами?

— Нет, — твёрдо сказал Ворон. — Моя невеста останется в провинции.

Эдвард кивнул, но они этого не заметили. Почему-то им было трудно оторвать друг от друга взгляд. Расставание было опять медленным. Робин не хотел отпускать руку Анны. Наконец, её пальцы выскользнули из его ладони, и его губы произнесли беззвучно:

— Жди меня.

Ворон ушёл вместе с Соколом, не оглядываясь.

Лучезар открыл порт для аренийцев. Юноши кивнули всем на прощание. Не было только Анны, которая решила не провожать их. Рогнеда посмотрела на Ворона. Его лицо было мрачным, несмотря на то одержанную только что победу. И внутри снова что-то сжалось в нехорошем предчувствии. «Нет, всё плохое уже позади. Хватит», — сказала она себе. Графиня Рейн подошла к ним после того, как порт закрылся.

Лидия с трепетом наблюдала, когда за действиями Лучезара, который открывал ход в Цветущую пустыню. Она отпрянула, когда Рогнеда кивнула ей, позвав с собой. Той пришлось подойти и схватить её за руку. Несколько секунд и молодые люди оказались дома.

* * *

Анна, Рогнеда, Лидия и Анея весело смеялись, бросая в котёл травы и наблюдая за жизнью соседей. Их внимание привлёк Лот — арениец, осевший в провинции недавно. Несколько лет назад он прибыл в эти места нищим. Сегодня же он стал преуспевающим ремесленником и зажиточным крестьянином. Именно он вырезал для Анны украшения из чёрного дерева. Когда Лидия увидела Лота, убегающего от дракона, на её глазах выступили слёзы. Крылатое существо прекрасно понимало, что мужчина боится его, и было жутко этим довольно. Дракон не потрудился даже взлететь, преследуя поселенца, прыгая по земле, изредка лениво взмахивая крыльями, как курица. Он фырчал, а Лот запинался и падал и снова бежал, показывая пятки.

— Как его туда занесло? — спросила Анея.

— Наверное, за волчьими ягодами туда ходил. Он же арениец, с их помощью они проделывают какие-то обряды на удачу.

— Мало ему удачи?! — воскликнула ведунья. — Поблагодарил бы бога, что драконы мяса не едят.

Рогнеда тоже громко и заразительно хохотала.

— Ладно, хватит уже, — проворчала хозяйка. — Лидия, нейтрализуй отвар.

Поселившаяся у Анеи и ставшая её прилежной ученицей, Лидия, мгновенно исполнила приказ.

— О, да ты всё на лету схватываешь! — громко сказала Рогнеда. — Не то что мы, в своё время. Помнишь, Анна?

— А как же? — Благодаря твоему зелью этот котёл не раз на меня падал, — засмеялась та.

— Да, я самая бездарная травница, которую только можно встретить на свете.

— Когда ваше венчание? — вдруг спросила Анея.

Девушка вмиг стала серьёзной.

— Через месяц. Я хотела подождать, но Ратмир спешит. Братья уже построили себе дома пока по соседству, чтобы потом перенести их на Новые земли. Как только вернуться из очередного похода… — она замерла на полуфразе.

— Почему же ты тревожишься? — снова задала вопрос Анея.

— Не знаю, — грустно произнесла Рогнеда. — Но поводов у меня достаточно.

— Да, — вмешалась Анна. — Поводов много, но прошу тебя, думай о хорошем.

— Как долго они пробудут на Побережье?

— Там недолго, — ответила Анна. — Встретят корабль и миссия будет закончена. Но Ратмир хочет задержаться в столице. Ему нужно поговорить с нашими друзьями.

— Недавно видела Лучезара с Радмилой. Они гуляли у реки.

Услышав это, Рогнеда с Анной сделали вид, что не замечают смертельной бледности на лице Лидии.

— Конечно, это не моё дело. Но всё же, Рогнеда, он делился с тобой своими планами? Как скоро они собираются венчаться? О том, что они уже помолвлены слухи ходя со дня вашего возвращения. Я это к тому веду, что знаю, не одной девушке в нашем поселении Лучезар снится. Если придёт ко мне такая судьбу пытать, ей сказать надо, чтобы не убивалась понапрасну… Господи! — ведунья закончила свою речь криком.

Девушки подскочили к упавшей без чувств Лидии. Рогнеда стала брызгать на неё водой.

— Пустите, — в сердцах растолкала их Анна.

Она склонилась над девочкой, прошептала заклинание и у той на щеках медленно появился румянец.

— Спит? — спросила у неё подруга.

Анна кивнула и накинулась на травницу:

— Анея, что же ты сотворила-то? Не видишь что ли, что девчонка с ума по нему сходит?

До ведуньи медленно начал доходить смысл сказанного. В шоке она посмотрела на Лидию и бросилась отпаивать её зельем.

— Да смотри же много не лей, — скомандовала Рогнеда. — Заклинание Анны и твой настой могут её успокоить навсегда!

Наконец переполох стих и девочку положили на удобную скамейку с сухой пахучей травой.

— Ох, не было печали, — вздохнула Анна.

— Мне Лучезар ничего такого насчёт помолвки не говорил, — с расстановкой сказала Рогнеда. — Но если всё верно, то обнадёживать девчонку бесчеловечно. Я вообще не знаю, что делать.

— А Лучезар знает об этом? — спросила у неё подруга.

— Нет, — твёрдо ответила Рогнеда. — И я не могу ему сказать. От моего вмешательства станет только хуже.

— По-моему, лучше оставить всё, как есть, — подтвердила Анна.

Анея с Рогнедой только горько кивнули.

— А от Ворона нет вестей? — вдруг спросила Ронская.

Анна отрицательно покачала головой.

* * *

Август помогал Анне накрывать на стол. Графиня отметила, что мальчик сильно вырос, а его детская непосредственность уступила место степенности и серьёзности. В гостиную вошёл Ратмир в сопровождении братьев Ронских.

— Пообедаете с нами? — с улыбкой спросила Анна.

— Об этом могла бы не спрашивать, — живо ответил Буслай, потягивая носом.

— В наших садах пока что не выросло ничего ценного, — протянул Лучезар.

— Неудивительно, за полторы недели-то, — бросил Ратмир.

— Да, и поэтому мы ходим обедать к соседям, — нашёлся младший граф.

— И не только обедать, — подтвердил герцог.

Август подавил невольный смешок. Проходя мимо Анна потрепала его длинные светлые локоны.

— Август, а ты стричься не собираешься? — лениво задал вопрос Буслай, располагаясь за столом.

— Это ещё зачем, — с подозрением спросил мальчик.

— С этими кудряшками ты похож на красивую девочку, — в словах графа явно звучала издёвка. Он с нетерпением ожидал реакции.

Однако отвечая, Август и бровью не повёл:

— Знаешь, Буслай…

— Да…

— В детстве Ратмира тоже обзывали девочкой.

— Это мне известно. И что?

— А то, что, никого из них в живых не осталось, — вдруг крикнул малец, дергая собеседника за нос и оттаптывая ему ногу.

— Ах, ты ж! — крикнул Ронский. — Я тебя.

Он попытался схватить мальчишку, но тут быстро увернулся, успев врезать противнику кулаком в солнечное сплетение.

— Ну что? — с удовлетворением спросил Ратмир, наблюдавший эту сцену. — Теперь научился мальчиков от девочек отличать.

Глядя на брата, Лучезар захохотал.

Неожиданно в гостиную вбежал горностай со свитком в зубах и подбежал к Ратмиру.

— Что это ещё? — недовольно спросил тот, забирая у животного бумагу и разглядывая печать. — Ты молодец, — обратился он к зверьку, потрепав его по спине. Всё вовремя приносишь.

Он протянул письмо проходящей мимо Анне. Та взглянула на печать и поморщилась.

— Что там ещё? — полюбопытствовал Лучезар. — Опять светлейшего герцога Оденского сватают?

— Нет, — усмехнулась девушка. — На этот раз Августа Вейского.

— Что?! — поперхнулся мальчик стянутой со стола хлебной коркой.

Закашлявшегося мальца похлопал по спине Буслай.

— Тебе предлагают в невесты графиню Элизу Аней, — сказал Ратмир, заглядывая в послание через плечо Анны. — Сколько ей лет? Пять? Уже большая.

Все дружно засмеялись, а Август растерялся и спросил у Анны:

— Я что, теперь должен жениться?

— Обязательно, — произнёс Лучезар с серьёзной миной. — А ты как думал?

— А разве можно жениться так рано? — снова спросил он, приняв всё за чистую монету.

Юноши снова разразились хохотом.

— Они шутят, — сказала улыбающаяся Анна. — Ты можешь жениться на ком пожелаешь и когда пожелаешь. Или вовсе не жениться.

Пожевав немного, Август снова обратился к ней:

— А зачем же тогда они мне пишут?

— А это, дружок, политика, — вздохнул Ратмир. — Вступив в наш род, ты стал завидным женихом. И теперь таких посланий у тебя будет целая коллекция.

— Да, Ратмир понимает, о чём говорит. У него подобных предложений целая куча, — хмыкнул Буслай.

— А эта Элиза знает?

— Вряд ли ей кто-то об это сказал, — покачала головой графиня.

У юношей был хороший аппетит, поэтому обед проходил весело. Один Август находился в глубокой задумчивости. Наблюдая за ним, Анна отметила, как он изменился и повадками стал напоминать Ратмира. «Совсем скоро он станет взрослым», — подумала она.

Ратмир спешно закончил есть, встал и, поцеловав Анну с Августом, попрощался.

— К Рогнеде побежал, — проговорил Буслай. — Чтобы не мешать им, мы попрощались с сестрой заранее.

— А когда вы меня с собой возьмёте? — проворчал Август.

— Не спеши, скоро поездки тебе надоедят, — ответил Лучезар.

— Да, будешь заниматься этим вместо нас, — дополнил его брат.

* * *

Стоя у озера Рогнеда поначалу прислушивалась к каждому шороху. Потом зеркальная гладь воды постепенно успокоила её, и она стала наблюдать за рыбками резвящимися на фоне каменистого дна. Присев, она даже коснулась прозрачной воды, надеясь распугать их, но ей это не удалось. Обитатели озера словно понимали, что девушка ничего сделать им не сможет, и продолжали свои игры. Усмехнувшись, графиня встала стряхивая искрящиеся капли с руки. Кольцо, подаренное ей Ратмиром, засветилось синим пламенем. Она бережно протёрла его и поцеловала камешек.

— И меня, — произнёс мужской голос сзади.

Рогнеда вздрогнула, ощутив, как юный герцог обнимает её.

— Ты подошёл так неслышно, — проговорила она.

Ратмир нехотя отпустил её и положил что-то ей на ладонь.

— Это семена цветков-огоньков. Посей их у нас.

Девушка недоверчиво улыбнулась.

— Они же не растут в нашем климате.

— Ерунда. Несколько десятков лет назад здесь и климата-то никакого не было. Брось их в землю. Через месяц я вернусь и увижу их в цвету.

Юноша смотрел на неё, не отрываясь. Она привстала на цыпочки и, краснея, поцеловала его в щеку:

— Я буду ждать тебя. Я тебя уже жду.

Сердце Ратмира часто забилось, а тело опалило огнём. На прощание он поцеловал её сжатый кулачок и ушёл, не сказав больше ни слова.

* * *

Лидия, надёжно спрятавшаяся среди камней, тихонько наблюдала за прогуливающимся Лучезаром. Она старалась не шевелиться и даже не дышать. Юноша приблизился к дракону и скрылся за его могучей фигурой. Девочка некоторое время выглядывала из своего убежища, надеясь увидеть старшего Ронского, но он будто сквозь землю провалился. Выждав ещё несколько минут, она понуро поднялась и упёрлась во что-то твёрдое. Подняв голову, она увидела перед собой Лучезара во всей красе и задохнулась, снова утонув в синеве его глаз.

— Что ты здесь делаешь? — строго спросил он.

Дрожа и краснея Лидия уже придумывала какую-то ложь, вроде: «Пришла посмотреть на драконов». Несколько мгновений она не могла вымолвить ни слова. Граф возвышался над ней в ожидании и безжалостно ожидал ответа.

— Я пришла проводить вас, — выдавила она, не веря, что её голос выдал такое.

— А зачем пряталась? — криво усмехнулся Лучезар.

— Не знаю, — сказав это, девчушка закрыла лицо руками.

— Лидия, — позвал юноша, и она нашла в себе смелость взглянуть на него. — Я знаю, что нравлюсь тебе.

Последняя фраза повергла девчушку в шок. Теряя чувство реальности, она в оцепенении следила за ним.

— Да, я не слепой, — продолжил Лучезар. — Но я должен сказать, чем раньше, тем лучше, что испытываю к тебе только тёплые братские чувства. Я не хочу, чтобы ты терзалась и на что-то рассчитывала. Прости.

Щёки Лидии почему-то защипало. Она не заметила собственных слёз. Лучезар на миг закрыл глаза, не желая смотреть на это, а девочка вдруг спросила:

— Ты любишь Радмилу?

Граф удивился, но ответил:

— Нет, но это неважно.

— Да, — кивнула она головой. — Прости, что доставила тебе столько хлопот.

На сердце Лучезара словно легла тяжёлая плита, он старался не смотреть вслед удаляющейся Лидии, которая медленно шла, то и дело, сбиваясь с пути.

Переступив порог дома Анеи, Рогнеда поздоровалась и вопросительно посмотрела на неё. Та сказала, тяжело роняя слова:

— Три дня не ест и не пьёт. Слава богу, хоть по лесу гуляет, не разбирая дороги.

— Ну, да. Это уже хорошо, — пробормотала Рогнеда. — В чём причина, не говорила?

— Нет, но думаю в твоём брате.

— Не может быть, чтобы он решился на помолвку с Радмилой, не сказав об этом даже мне.

— Нет, — глухо произнесла только что вошедшая Лидия.

Анея и Рогнеда быстро посмотрели на неё.

— Он не помолвлен с той девушкой. Просто он сказал, что не любит меня. И мне рассчитывать не на что.

Её собеседницы промолчали, а девочка прошла в комнату и, налив себе воды, стала жадно пить.

Подождав немного, графиня Ронская задала ей вопрос:

— Что делать собираешься?

— Ничего, буду жить дальше, — тихо произнесла Лидия. — Твой брат правильно сделал, что не оставил мне ложных надежд. Иначе они убили бы меня. Я хочу научиться всему, что знает Анея. К тому же собственным здоровьем заняться можно. Пробыв здесь это время, я поняла, что оно у меня слабое. А ещё построю собственный дом. Ты обещала помочь мне.

— Всё правильно. А обещание своё мы сдержим, — повеселев, сказала Анея.

Лидия впервые улыбнулась.

— А ещё я не умею читать по-аденийски. Рогнеда, ты не могла бы меня научить?

— Было бы желание. Это очень быстро. Библиотека замка в твоём распоряжении.

— Спасибо, — сказала девочка, обняв их обеих.

Глава V

Живительна капля росы на зелёном листе. Не отбирай её у меня.

Ратмир сидел на берегу моря, наблюдая за приливом. Это было его любимое место. Мощь и мягкость необъятных волн всякий раз приводили его в восторг. Берег был пустынным. Отпущенный на неотложные дела месяц подходил к концу. Скоро они вернутся домой и они с Рогнедой повенчаются. Он так давно мечтал об этом. Он стремился стать лучшим воином, магом и мужчиной, чтобы завоевать её любовь и защитить её, как это всегда делала она.

Вскоре юноша заметил, как к нему направляются братья Ронские. Приблизившись, они сели рядом с ним на песок.

— Есть новости из дворца, — тяжело произнёс Лучезар.

— Что? — ещё находясь в приподнятом настроении, спросил герцог Оденский.

— Король Робин Первый женится.

Ратмир всё ещё не понял, что хотят донести до него друзья.

— Принцесса Аитлона пленила его сердце.

Направившийся было к морю герцог остановился, а затем резко обернулся.

— Что?! — на этот раз гневно и удивлённо спросил он.

— Мы узнали об этом от друга Анны — герцога Ланберского. До свадьбы осталось совсем ничего.

Ратмир побледнел и схватил свою поклажу, забрасывая сумку с мечами за спину.

— Куда ты? — устало спросил Буслай.

— Я пойду туда и потребую объяснений.

— Это — не вариант. Герцог сказал, что там кругом аитлонцы, они не пропускают никого, кто так или иначе связан с Анной Рейн.

— Мы, конечно, можем прорваться туда, — продолжил Буслай. — Но что это даст?

— Негодяй, — прошипел Ратмир. — Я знал, что примерно так всё и закончится.

— Что ещё сказал Ланберский?

— Он в полной растерянности. Пробовал поговорить с Соколом или Медведем, но те его даже слушать не стали.

— Никогда, слышите, никогда я не подам руки Ворону. И если это сделаете вы, я перестану считать вас своими друзьями.

— Ну, да, мы только и мечтаем поздороваться с ним, — зло произнёс Буслай.

— А ещё обняться и расцеловаться, — бросил Лучезар.

— Как об этом сказать Анне?

— В Цветущую пустыню отправили приглашения, — сказал старший Ронский.

— Он даже не удосужился лично уведомить её о том, что помолвка разорвана, — прозвучало от Буслая.

Ратмир бросил сумку на песок.

— Успокойся, Ра, — поддержал его старший Ронский. — Всё, что не делается, к лучшему. Если ты собираешься снова вызвать его на поединок и на этот раз прикончить, то зря. Трусливые подлецы этого не стоят. Сейчас Анна поймёт, наконец, кто он.

— Она ведь любит его, — горько произнёс Оденский.

Братья Ронские красноречиво промолчали. Ратмир снова забросил свою сумку за спину и двинулся прочь. Переглянувшись, друзья пошли за ним.

— Ну, и куда он направляется? — тихо спросил Буслай у брата.

— Это дорога в пивнушку, — также тихо ответил ему Лучезар.

— Он, что, собирается нализаться?

— Вряд ли, ты же помнишь, что вино на Ратмира не действует. Пьянит, но не расслабляет. Да вместе же пробовали однажды. Скорее всего набьёт кому-нибудь морду. Там большой выбор. Все флибустьеры и отъявленные головорезы собираются.

— Тогда надо поспешить, а то мы отстаём.

И, действительно, герцог шёл так быстро, что уже опередил братьев на добрых сто метров.

Войдя в заведение, герцог сел за свободный стол. В трактире почти никого не было. Вскоре к нему присоединились Ронские. Хозяин, увидев уважаемых клиентов, тут же подскочил к ним с вежливой улыбкой.

— Что желают лорды?

— Фруктовый сок принесите, пожалуйста, три порции, — ответил Лучезар.

— У нас только манго.

— Неси, — буркнул Ратмир.

Через несколько минут перед молодыми людьми стоял заказ и три блюда. Хозяин продолжал рассыпаться в любезностях.

— Я взял на себя смелость предложить господам фирменное блюдо моего заведения. Это овощное рагу бесплатно.

— Благодарим, но мы заплатим, — произнёс Буслай, звякнув монетами. — Сдачи не надо.

Довольный мужчина ушёл восвояси.

— Ничего, есть можно, — сказал Лучезар, глотая еду. — Хотя с нашей пищей не сравнить.

Ратмир по-прежнему напоминал тучу перед сильной грозой. Сидя за столом, он прислушивался к женской болтовне, доносящейся из кухни.

— Наш король так спешно женится на заморской принцессе, а, между тем, моя знакомая из дворцовой челяди говорила, что она вовсе некрасива.

— Ты думаешь, прекрасного Ворона очаровали?

— Нет, но…

— Хватит языки чесать, — перебил их громкий оклик хозяина. Работать, кто будет?!

— Мы можем уладить наши торговые дела как-нибудь быстрее? — нетерпеливо спросил Ратмир у Лучезара.

Тот отрицательно покачал головой.

— Ты знаешь, что оставлять сейчас наши корабли без присмотра опасно. Указ о преследовании пиратов ещё не вступил в силу.

— Да, после того, как малина для них здесь закончится, они все рванут в Арению, — сказал Буслай.

— Да, отлучаться сейчас нельзя ни на минуту, — подтвердил старший Ронский. — И смысла срочно отправляться домой я не вижу. Анея и Рогнеда поддержат Анну.

— Я хотел связаться с ней мысленно, но она не отвечает, — с горечью уронил Ратмир.

Братья снова решили промолчать.

* * *

Анея, Рогнеда и Лидия находились в библиотеке замка. Травницы сидели, а графиня ходила взад и вперёд, не находя себе места. На глаза девушки то и дело наворачивались слёзы. На секунду она остановилась и, всхлипывая, сказала:

— Только попробуйте поздороваться с его величеством при встрече, я забуду, как вас зовут.

Лидия открыла было рот, чтобы сказать что-то, но тут же закрыла.

— Рогда, что ты несёшь, никто не собирается дарить ему комплименты, — зло бросила Анея. — Я не нахожу слов, чтобы охарактеризовать поступок Ворона. Испорченный мальчишка.

— Я ходила к Анне и стучала в её дверь три часа, — снова всхлипнула Ронская. — Там мёртвая тишина. Ты смотрела что-нибудь в котле?

— Ты про короля?

Вместо ответа Рогнеда просто плюхнулась в кресло напротив и выразительно посмотрела на ведунью.

— К нему не попасть. Я подозреваю, что это чары приближённых его невесты. Хотя понятно, что с его стороны нет никакого желания общаться с нами.

— Вот же гад! — крикнула Лидия.

— Всё, закончим с этим. Пусть этот идиот спокойно женится. Супружеская жизнь станет ему расплатой за грехи. Я знаю королевский двор Аитлона. А нам нужно подумать, как поддержать Анну.

— Всё будет хорошо, — раздался тихий голос Анны.

Если бы в библиотеке что-то взорвалось, дамы не среагировали так, быстро подскочив на месте, они уставились на вошедшую

Графиня Рейн была бледна, но на её лице не было следов от слёз. На ней было надето коричневое дорожное платье, а через плечо перекинута та самая волшебная сума.

— Анна, что ты задумала? Ты хочешь отправиться в какой-то опасный поход? Я не отпущу тебя. У нас с Ратмиром скоро венчание. Неужели ты оставишь нас в такой момент. Пойми, он не стоит твоей любви и не заслуживает такой девушки, как ты, — дрожащим голосом произнесла Рогнеда.

Анна спокойно подошла к ним.

— Не беспокойся, я не собираюсь в опасное путешествие. Прости, что не открыла тебе, мне нужно было подумать.

В помещении повисла тишина. Все напряжённо и удивлённо смотрели на неё. Наконец, Ронская выдавила:

— Но ты собралась в дорогу.

— Да, я еду в столицу.

Не сдержавшись, Анея громко охнула.

— Анна! — на взводе крикнула Рогнеда. — Он ноги об тебя вытер. Он унизил тебя, даже не сообщив, что между вами всё кончено лично. Прислал приглашения. И после этого ты поедешь к нему?

— Пусть скажет, что не любит меня, глядя мне в глаза, — снова тихо произнесла Анна, рассеянно глядя в окно.

— Девочка моя, если ты думаешь, что на него сделали приворот или навели чары, ты ошибаешься, — начала Анея.

— Я знаю, — твёрдо перебила её девушка. — Сокол и Медведь очень сильные маги они не допустили бы такого. И сам Робин тоже.

Не зная, что сказать, присутствующие молчали. Неловкая пауза длилась долго.

— Я говорила с Ратмиром, — наконец произнесла Рогнеда. — Он сказал, что замок практически захватили аитлонцы, да и аденийцы стараются. Туда невозможно проникнуть, Анна.

— Зачем ты это говоришь мне, Рогнеда. Ты же знаешь, что я не признаю слово «невозможно», — улыбнулась ей подруга.

Увидев решимость на лице своей воспитанницы и силу, которая так пугала и одновременно восхищала всех врагов Рейн, Анея рухнула в кресло, тяжело дыша.

— Чем мы можем помочь тебе? — отступая спросила Рогнеда.

— Ничем, я справлюсь сама, — сказала Анна. — А о венчании можешь не беспокоиться. Я буду на нём. Вы с Ратмиром заслужили своё счастье, — сказав это, она поцеловала всех троих и быстро вышла.

В оцепенении Чёрная молния увидела, как за подругой закрылась дверь.

Анна быстро вышла из замка и оглянулась. Пламя — верный друг в мгновение ока оказался возле неё. Она улыбнулась и погладила его.

— Ты знаешь, куда мы поедем, — утвердительно сказала она.

Конь фыркнул и ударил копытом.

— Да, неси меня к любимому, быстрее ветра неси.

С этими словами она вскочила в седло, и Пламя помчался по дороге, показывая всю свою мощь.

Могучий жеребец перемещался так быстро, что перед глазами девушки мелькали деревья, но она не обращала внимания на встречающиеся красоты природы. Вожак диких лиисов отлично знал дорогу, а его наездницей завладели воспоминания.

В воображении возникло лицо Робина. Чёрные искрящиеся глаза, волосы цвета воронова крыла, его озорная белозубая улыбка и сила огня. «Я ведь знала, что ты ничего плохого не сделаешь мне», — прошептала она, вспоминая ту сцену в его спальне, и его робкие попытки поцеловать её. А потом она увидела его горящий взгляд в клетке и услышала слова: «Не уходи, останься со мной навсегда». Пламя прыгнул через огромный ров, и в правая кисть заболела. Это её рука вспомнила стальное сжатие юноши, когда он вернулся с того света и вернул оттуда её. А дальше в воображение ворвался сон на мосту. «Ты должна вспомнить», — сказал он ей там. «Я всё вспомнила», — мысленно ответила Анна. «Жди меня», — зазвучали в голове его последние слова. «Я ждала, теперь ты жди меня», — произнесла она и крепче сжала держатель. Почувствовав это, гнедой жеребец только ускорил свой бег, хотя, казалось, что быстрее скакать уже невозможно.

К вечеру Анна была уже в столице в доме Ланберских. Белокурая герцогиня угощала её чаем и тревожно наблюдала за ней.

— Муж и сын бывают во дворце каждый день. Они помогут тебе, — в очередной раз повторяла она.

— Я знаю, всё хорошо, Эмма.

— Ты уверена, что должна увидеть его, это…

— Да, я уверена.

— Господи, когда этот мальчишка стал бегать за тобой и не давать прохода, мы очень переживали. Всё-таки он облечён властью. Девард не раз пытался поговорить с ним, предлагая оставить тебя в покое. Но юный король не желал слушать разумные доводы, став словно одержимым. И сейчас, Анна. Я не могу поверить, что ты испытываешь к нему что-то серьёзное. Вы такие разные… И этот его поступок…

— Поверь мне, Эмма, это так. Всё, что я испытываю к нему очень серьёзно.

Женщина только вздохнула и опустила глаза.

— Здравствуй, Анна! — воскликнул старший герцог Ланберский, оказавшийся на пороге гостиной. Следовавший за ним сын быстро поклонился ей.

— Приветствую тебя, Девард. У меня дело к тебе, — сказала графиня, сделав ответный поклон.

— Я догадываюсь, в чём суть, — мрачно сказал герцог. — Но готов выслушать тебя.

— Хорошо, не будем откладывать разговор в долгий ящик, — улыбнулась Анна. — Аитлонцы поставили мощный заслон на весь замок. Я не могу видеть расположение охраны. И прошу тебя рассказать мне о нём.

— Ты знаешь, что для тебя я сделаю всё, что угодно. И даже прорву эту оборону, но, Анна, ты уверена, что хочешь видеть этого сопля…

— Не говори так о нём, прошу тебя, — попросила девушка.

— Хорошо, — горько вздохнул Девард.

Около двух часов представители сильного пола Ланберских и графиня Рейн продумывали план предстоящего проникновения в королевский дворец. Ничего не понимающая в подобных стратегиях Эмма, только прислушивалась к ним, и подносила фрукты.

— Это рискованно, Анна, — обратился герцог к девушке, когда та скручивала бумагу с нарисованной на ней схемой. Мы сможем помочь тебе.

Анна взглянула на голубоглазого юношу, с которым танцевала на королевском балу и, поняв, что тот разделяет мнение отца и поспешила сказать:

— Нет. Если попадусь я одна, вы сможете потом вытащить меня. Но если попадётесь и вы, вам не миновать опалы. Подумай о сыне, Девард. Со мной всё точно будет в порядке. Кроме того вы будете знать, что со мной. Действуем, как договорились. Если мне удастся уйти телепортом дашь Пламени вот это.

Она протянула мужчине косынку. Он сам найдёт дорогу домой. Ну, а если нет, то я выберусь оттуда по-другому и уеду верхом.

— Да, я хотел сказать тебе, что твой племянник и братья Рогнеды здесь. Они далеко, конечно, на окраине столицы. Но я могу дать им знать.

— В этом нет нужды, — отрезала Анна. — Ратмир пытался вызвать меня на разговор мысленно, но я не ответила ему. Он всё же очень горяч, может наломать дров. Однажды так уже было. Если что-нибудь случится, я попрошу их о помощи.

* * *

Рыжий Артур стоял возле спальни Ворона и орал:

— Робин, открой, или я выбью дверь.

За перегородкой что-то хрустнуло, и Медведь получил ответ:

— Я тебе сказал, пошёл вон отсюда.

Лорд Керн угостил кулаком косяк и сел прямо на пол.

— Что? — спросил подоспевший Сокол.

— Как видишь, — с досадой отозвался Артур. — Постой, что это там булькнуло? Он опять нажирается?

— Нет, — сказал Эдвард, пристально посмотрев на перегородку взглядом целителя. — Пил по-чёрному он всего неделю, а сейчас просто сидит, уставившись в одну точку.

— Да, подвал-то опустел, — зло произнёс Медведь.

— Скажи спасибо, что на советы выходит, — бросил Сокол.

— Это теперь так называется? Да он еле выползал туда. Я самолично усаживал его на стульчик и стоял рядом, чтобы он не свалился.

— Прошу прощения, милорды, — обратился к устроившимся на полу аристократам лакей. — Я принёс обед для его величества. Можно подавать?

— Ну, рискни, — смерил его взглядом Медведь.

— Вот тебе ключ, — с этими словами Сокол бросил ему звякнувшую отмычку.

Прислужник с подносом на руках изо всех сил старался сохранять хладнокровие, но это у него уже плохо получалось. Увидев это, Артур сжалился над ним:

— Не трусь, он тебя не убьёт, а если попробует, мы прикроем.

Приободрившись, лакей дёрнул на себя ручку и вошёл в помещение, откуда тут же послышался звон посуды и ругательства. С невероятной скоростью, несвойственной чопорной дворцовой прислуге, мужчина вылетел в коридор.

Сокол махнул ему рукой, дав понять, чтобы тот удалился восвояси, что тот и поспешил сделать.

Воспользовавшись тем, что дверь открылась и перестала быть препятствием для звуков, Медведь громко произнёс:

— Слышал, что герцог Оденский и графы Ронские гостят в столице.

Разгадав его замысел, Сокол приложил палец к губам. В спальне молчали.

Выждав ещё несколько секунд юноши поднялись и вошли в королевские покои.

Небритый Ворон сидел на полу, опираясь на спинку кровати. Рядом валялся поднос с разбитой посудой. Артур вздрогнул, увидев друга в таком состоянии. Потрёпанный вид, чёрные круги под глазами и отчаяние на лице.

Казалось, он даже не заметил, что к нему вошли. Сокол со вздохом поднял поднос на стол и сел в кресло напротив. Медведь тихо опустился на пуфик.

— Не напоминайте мне об этом уроде, — глухо произнёс король. — Представляю, как он радовался, сообщая вам приятные новости.

Услышав это, Артур отвёл глаза. Он изо всех сил старался сохранять безразличный вид, чтобы не показывать, насколько ему жаль Ворона.

— Роб, аитлонцы вовсю хозяйничают во дворце с твоего молчаливого согласия. Мы мало что можем сделать, — начал Эдвард.

— Знаешь, они уже и дату свадьбы назначили, — осторожно вставил Медведь.

— Да, не поставив в известность даже тебя.

Помолчав немного и скривив губы, король выдавил:

— Ты думаешь, мне это не всё равно, Эд? Я туда схожу и весь сказ. А теперь оставьте меня, я хочу побыть один.

— Ты один уже три недели, Робин, — попытался поспорить Сокол.

— Убирайтесь, — заключил Ворон.

* * *

Анна стояла на самой кромке каменного ограждения, которое омывала вода огромного рва. Ночь выдалась безлунной. Она тихо шагнула вперёд, и сорвавшийся камешек упал в тёмную гладь. Переодевшись в одежду охранника, под прикрытием герцога Ланберского ей удалось пробраться на территорию дворца. Теперь её воображение легко нарисовало всю панораму дворца. Выбрав целью резиденцию Сокола, она быстро двинулась к восточной стороне замка, неслышно и легко скользя по острому краю забора. В пути ей встречались охранники-аренийцы, пьяные аитлонцы и вельможи, никто из них даже не почувствовал её присутствия. В комнате герцога Эремана никого не было. Осторожно она подошла к его столу и стала рассматривать бумаги, не касаясь их. Чутким слухом она уловила, что к двери приближаются и спряталась.

Вошедший Сокол в сопровождении министра Аитлона криво усмехался.

— Не кажется ли вам, герцог, что вы не имеете права влезать в военные дела Арении. Укрепление обороны не входит в ваши полномочия.

— О, друг мой, — противно улыбнулся его собеседник. — Это временно. Скоро у наших стран будет единая политика. К тому же мы всегда были союзниками.

— Это, конечно, — отчеканил Эдвард. — Всегда, особенно когда на нас напали две державы, и мы попросили у вас помощи. А вы сделали вид, что это вас не касается.

— О, юноша, у вас слишком пылкий нрав. Такова политика и вы скоро поймёте это.

— Возможно, но сейчас я прошу оставить меня.

— О, это ваше право, — произнёс мужчина, кланяясь. — Прошу прощения за причинённое вам беспокойство.

Сокол презрительно кивнул и закрыл за аитлонцем дверь. Как только тот вышел, он в сердцах швырнул чернильницу в стену и увидел застывшую под потолком фигуру. Молниеносно среагировав, он достал меч, и тут же опустил его, рассмотрев лицо Анны, прикладывающей палец к губам. Вздох сожаления и досады вырвался из лёгких юноши. Графиня легко соскочила на пол и приблизилась к нему.

— Что ты здесь делаешь, Анна, — холодно спросил Эдвард.

Девушке удалось выдержать это пренебрежение и сохранить самообладание. Не дожидаясь ответа, целитель подошёл к столу и, налив себе воды, жадно выпил её.

Подождав, когда герцог утолит жажду, Анна тихо произнесла:

— Я хочу увидеть Робина.

— Кто тебе сказал, что он хочет видеть тебя? — с раздражением бросил Сокол.

Графиню словно ударили хлыстом. Она печально опустила голову, но потом собрала всю свою решимость и снова обратилась к целителю.

— Никто, но я очень прошу тебя спросить, не примет ли он меня?

— Анна! — с раздражением произнёс Эдвард и осёкся, увидев, как в двери поворачивается ключ.

Проследив за ним, Анна мигом скрылась за портьерой. В комнату тихо вошёл Медведь и замкнул за собой дверь, приговаривая:

— Чёртовы аитлонцы, совсем достали.

Сокол взглянул на место, где стояла Анна и Медведь, проследив за его взглядом, увидел, как она вышла из укрытия. Сначала он открыл рот от удивления, а потом воскликнул:

— Анна! Как ты здесь оказалась? Сюда же даже мышь теперь не проскочит.

Девушка только заглянула ему в глаза и молча потрепала по плечу. Паузу снова нарушил ледяной голос Сокола:

— Анна, я против вашей встречи с Вороном и предлагаю тебе убраться восвояси.

Девушка снова вздрогнула, опустив взгляд в пол. Эдвард посмотрел на друга и увидел на его лице борьбу.

— Ты что-то хочешь сказать, Артур? — спросил он ледяным тоном.

— Я предлагаю тебе не быть таким категоричным, Эд.

— Категоричным? — зло спросил Сокол. — Ты хочешь, чтобы она окончательно добила его?

Медведь колебался, сжимая и разжимая кулаки. В это время Анна подняла голову, и в её глазах он увидел отчаянную мольбу. Девушка с трудом владела собой и уже не слышала о чём говорят молодые люди.

— Я проведу тебя, — твёрдо сказал Артур.

Услышав это, Анна встрепенулась и с надеждой посмотрела на него.

— Ты слабак, Медведь. Друга подставляешь из-за красивых глаз, — снова зло бросил Сокол. — Я пойду с вами, но учти, что всё будет ещё хуже.

От его слов Медведь пригнулся и затравленно опустил взгляд.

Полчаса, за которые молодые люди пробирались к спальне Ворона, показались Анне вечностью. За всю дорогу она не произнесла ни звука. Приблизившись к королевской двери, Сокол и Медведь оглянулись по сторонам. В коридоре было тихо. Вставив в замок ключ, Артур повернул его три раза и вошёл внутрь. Туда же Эдвард втолкнул Анну. Девушка увидела Робина, сидящего в кресле. Помещение освещал только огонь в очаге и одна свеча, стоявшая рядом с ним. Он слышал, что к нему пришли, но никак не реагировал на гостей.

— Роб, — тихо позвал Артур и не дождался ответа.

Сердце Анны зашлось в бешеном ритме. Увидев Ворона, она едва удержалась на ногах. Ей пришлось самовольно выйти из-за спины целителя и обратиться к королю:

— Робин…

От звука её голоса юноша вздрогнул и с трудом повернулся к ней. Он пристально посмотрел на неё, одетую в костюм охранника и криво улыбнулся:

— Анна, зачем ты здесь?

— Я… — девушка говорила с паузами, не решаясь на длинную речь. — Я хотела увидеть тебя, Робин, и узнать, как ты?

Неожиданно Ворон поднялся из кресла и приблизился к ней вплотную, прожигая злыми глазами.

— Увидела?

— Да, — тихо прошептала она. — Я узнала, что ты женишься.

Услышав это, король немного оживился и отошёл от неё, повернувшись спиной. Он взял на столе кувшин с водой и стал пить прямо из него, не обращая внимания на стаканы. Прошло несколько мгновений. Он с грохотом поставил посуду на место, рукой вытер рот и заговорил:

— Знаешь, это очень важный союз для Адении. Мы ведём с аитлонцами торговлю. А брачный договор скрепит наши отношения во всех сферах и положительно повлияет на положение обоих государств.

Анна молча смотрела на него и слушала.

— Да, а что касается наследников. То родит их моя жена, конечно, не от меня. Я просто их усыновлю, но об этом никто не будет знать, так что королевский род продолжится.

— Да, — произнесла девушка дрожащим голосом. — Я надеюсь, что ты будешь счастлив.

Ворон снова подошёл к ней вплотную и зло произнёс:

— В этом можешь не сомневаться, дорогая.

Несколько секунд она растерянно смотрела ему в глаза, а потом медленно повернулась и, как во сне, двинулась к двери.

Она уже взялась за ручку, но вдруг оказалась в железных руках Ворона, обнимавших её со спины. От невероятного нервного напряжения Анна не могла даже сопротивляться, просто остановившись возле двери на ватных ногах.

— Уже уходишь? — проговорил Ворон. — А я ведь тебя не отпускал!

С этими словами он резко повернул её к себе лицом и тряхнул, как куклу.

— Брось его, Анна, ты слышишь? Я дам тебе всё, что ты захочешь. Останься со мной. Брось его!

Девушка с трудом сопротивлялась этому напору. Долго сдерживаемые слёзы предательски брызнули из глаз. Она освободила руки и вытерла щёки, несвязно бормоча:

— Да, я брошу, кого, Робин?

— Тебе нравится убивать меня, Анна? — спросил Ворон. — Ты даже не сказала мне, что твой Эдгар жив, и ты собираешься за него замуж, послав вместо себя Ратмира.

— Я не понимаю, о чём ты говоришь, Робин, — устало и тихо произнесла она. — Эдгар… Тело Эдгара было похоронено много лет назад. И при чём здесь Ратмир? Я ничего не понимаю.

Услышав это, Сокол и Медведь быстро переглянулись. Нависая над ней, Ворон тяжело дышал, а графиню уже душили рыдания.

— Анна, посмотри на меня. Это очень важно, — приказал Робин.

Она с трудом повиновалась.

— Медведь и Сокол видели Ратмира Оденского на побережье воочию. Он рассказал им, что мальчик Эдгар не погиб. Магия чужеземцев вернула его к жизни, он вернулся к тебе и теперь вы счастливы.

— Какая глупость, — пролепетала заплаканная и усталая Анна. — Ратмир не мог такого сказать.

Ворон метнул взгляд в Артура и Эдварда.

— Я прошу, проводите меня, — снова произнесла девушка.

Придворные не шелохнулись, глядя на Ворона.

Ослабевшая Анна не смогла открыть дверь, удерживаемую королём, и беспомощно посмотрела на него.

— Робин, мне плохо, отпусти, пожалуйста.

Он смотрел ей в глаза и понимал, что в её словах нет ни капли лжи. Она улыбнулась одними губами и, коснувшись пальчиком его носа, открыла дверь, попытавшись выскользнуть, но, тут же, оказалась на его руках.

— Истерика, — крикнул Сокол, доставая из кармана фляжку с зельем и поднося её ко рту Анны.

— Сам сначала отпей, — заревел на него Медведь. — Может, аитлонцы туда что-нибудь подсыпали, когда ты спал.

Эдвард послушно сделал половину глотка и передал сосуд Ворону, который держал Анну и беспрестанно целовал, пытаясь успокоить. Увидев, что питьё подействовало, Сокол прошептал что-то, и она перестала рыдать. Некоторое время Робин растирал ей руки, потом обнял и обратился к друзьям:

— Итак, олухи, рассказывайте заново и в подробностях, какого именно Ратмира вы там видели?

Эдвард скосил зелёные глаза на Артура, предлагая ему начать. Понимая, что от объяснений не отвертеться, Медведь, запинаясь, произнёс:

— Это звание мы заслужили, я не спорю… Но, Ворон, перед нами действительно был Оденский, комар носа не подточит. Даже Эдвард ничего не смог заподозрить, а уж он-то по оборотням специалист…

— Ты понимаешь, что вы нас чуть не угробили? — ровно спросил Робин, прижав к себе Анну. — И не только нас. А я тоже хорош, поверил в этот бред.

— Не скажи, Роб, постановка была замечательная, а атака — мощная на всех фронтах. Мы глазом моргнуть не успели, — с расстановкой сказал Сокол.

С трудом воспринимавшая действительность Анна шевельнулась, и Ворон сильнее обнял её.

— Мы видели его в порту без Лучезара и Буслая, — продолжил было Медведь.

— Конечно, чтобы достоверно слепить братьев Ронских у них просто сил не хватило, — пробормотал Эдвард с досадой. — А мы повелись, как сосунки. Здесь Анне угрожает опасность, её нужно отправить домой.

— Ты думаешь, я отпущу её куда-то в таком состоянии? — бросил король.

— Сюда можно вызвать Ратмира, — он позаботится о ней.

Робин помолчал некоторое время и сказал:

— Это хорошо, если Оденский с приближёнными появится здесь. Будут свидетелями на нашем венчании.

— Ты хочешь..? — удивлённо спросил Медведь.

— Да, и не откладывая. Приволоки сюда священника, даже если он десятый сон видит. И всё подготовь для официальной церемонии.

— А Анна? — задал вопрос Сокол.

— Ты думаешь, что девушка, которую уверили, что я предал её, и, несмотря на это проникнувшая в замок с тучей охраны, где мышь не проскочит, откажется стать моей женой? — прошипел юноша.

— Нет, — в замешательстве произнёс целитель. Но венчание окажется недействительным под воздействием магии. Я сейчас сниму с неё заклинание, чтобы она успела прийти в себя, а сам отправлюсь за Ратмиром.

— Вот и прекрасно, — криво усмехнулся Ворон. — А по дороге не теряй времени и подумай, как быстро вывести аитлонцев на чистую воду и избавиться от них.

Почти выбегая из спальни, Артур пробормотал Эдварду:

— Лучше бы избил, честное слово.

— Да, мне тоже было бы легче. Я бы сам себя избил, да времени нет.

* * *

Закрыв за ними дверь и поставив магический заслон, Ворон вернулся к Анне, которая уже почти пришла в себя, но была бледна. Он встал перед ней на колени и обнял за ноги, чувствуя, как её руки нежно коснулись волос.

— Как ты оказалась здесь? — спросил Робин.

— Пламя домчал меня. Узнал, что едем к тебе и скакал в два раза быстрее.

Услышав это, Ворон улыбнулся и посмотрел в её глаза.

— А как ты узнала?

На мгновенье Анна помрачнела.

— Я получила приглашение на твою свадьбу.

— Даже так? — Робин сжал зубы.

— И ты поверила, что я решил отказаться от тебя и жениться на другой?

Девушка погладила его по щеке.

— Знаешь, я не думала об этом. Просто решила приехать и услышать это от тебя лично.

— Ни о какой свадьбе речи не шло. Это были просто смотрины, которые случаются во дворцах сплошь и рядом. Когда я услышал эту ложь о тебе, то мне было всё равно, что происходит. Ты станешь моей женой?

— Да. И я хотела предложить тебе обвенчаться по нашим обычаям, если ты захочешь.

— Захочу, но сейчас мы обвенчаемся по нашим, — с этими словами он сел рядом с ней и обнял, вдыхая знакомый аромат горных цветов.

* * *

Оглядываясь по сторонам, Сокол зашёл в трактир, расположенный на окраине города. В этом местечке явно не принимали надушенных дамочек. Налетевшего на него из тёмного угла типа с сомнительной наружностью Эдвард успокоил ударом о стену. Магический искатель показывал, что герцог Оденский здесь. «Неужели и наш образцово-показательный мальчик пристрастился к выпивке?» — подумал он.

Пнув входную дверь, и войдя в заведение, как к себе домой, правая рука короля оглядел зал. Отдыхающие после трудного дня разбойники явно неодобрительно смотрели на него, но нападать пока никто не решался. У стены он разглядел Ратмира в компании братьев Ронских и направился к ним. Вместо приветствия он ограничился кивком и сел за стол без приглашения.

— О, кто к нам пожаловал, — с издёвкой произнёс трезвый как стекло платиновый блондин. — Могу ли узнать у его светлости, чем обязан?

Скользнув по лицам графов, Сокол понял, что они одобряют приём Ратмира, поэтому сказал коротко:

— Я по делу.

— В этом никто не сомневается, — ехидно произнёс Лучезар. — Вот только мы с недавнего времени зареклись иметь какие-то дела с приближёнными Робина Первого.

— Вот как? — притворно удивлённо спросил Эдвард. — А могу я узнать, почему?

У Ратмира Оденского было красивое лицо, похожее на ангельское, но в этот момент улыбка небожителя стала дьявольской.

— Сокол, я понимаю, что к капризам своего сюзерена ты не имеешь отношения. Но не советую тебе злить меня сейчас. Уноси ноги, пока цел.

— А знаешь, Ра, в том капризе, о котором ты говоришь сейчас, больше виноват я, чем Робин. Да и ты тоже виноват.

Брови юноши удивлённо приподнялись.

— И каким же это образом?

— Зевать надо было меньше, когда у тебя с головы волосы отрезали.

Ратмир замер и переглянулся с друзьями. Радуясь его замешательству, Сокол продолжил:

— Да, представляешь. Три недели назад в это же время я и Медведь видели тебя на побережье в порту собственной персоной.

Сидевшие за столом замерли, прислушиваясь к каждому слову Эдварда.

— Да. И там ты нам поведал удивительную историю, как твоя тётя Анна счастливо повстречалась со своей единственной любовью — выжившим и ставшим мужчиной мальчиком Эдгаром. Ты достоверно рассказал, как рад за них и как они теперь будут вместе вечно.

Ронские и Оденский продолжали безмолвно внимать ему.

— Ты был так убедителен, что два безмозглых болвана поверили тебе и заставили поверить в это своего друга. Ну, а дальше по сценарию. Неделю мы вытаскивали его из запоя, вторую неделю рассказывали сказки на ночь, а на третью он нас выгнал к чёртовой матери, а за одно и всех, кто появился в поле зрения. Пока мы проводили все эти мероприятия, успели мобилизоваться аитлонцы. О том, что они объявили о свадьбе, мы узнали недавно. Хотя это неважно, в таком состоянии Ворон без звука женился бы даже на ядовитой ящерице.

Герцог Оденский перегнулся через стол и схватил Сокола за ворот, на что тот постарался среагировать спокойно.

— Ты же целитель, Сокол и не последний. Не смог распознать оборотня.

— Не смог, — бросил ему Эдвард, глядя прямо в глаза.

Ратмир убрал руки в ожидании продолжения.

— Я не смог определить обман. Ворон не смог поехать в графство Рейн. Ты не смог прорваться в замок и потребовать объяснений. В итоге действовать пришлось одной Анне.

— Что?!

— Да, она сейчас во дворце.

— Чудесно. Я заберу её оттуда. А всех аитлонцев и аренийцев, которые будут путаться под ногами, спущу в ров, — произнёс Ратмир, вставая.

— Я даже не стал бы перечить тебе, — усмехнулся Сокол. — Но прошу не спешить. Анна пробралась туда незаметно и с Робином встретилась тайно. Если ты сейчас возьмёшь дворец приступом, нам не удастся найти заговорщиков.

— И что ты предлагаешь? — спросил Лучезар.

— Я тихо проведу вас туда.

* * *

Робин посмотрел на часы, поднёс Анне стакан с водой и ободряюще улыбнулся, поцеловав её руку. В дверь условно постучали, и он открыл её, впустив Артура в обществе странной дамы в вуали. Медведь бесцеремонно толкнул её вперёд и закрыл вход.

Ворон вопросительно смотрел на друга, а незнакомка вдруг заговорила мужским басом:

— Здравствуйте, ваше величество.

После того, как Артур снял со своей сопровождающей всё лишнее, перед молодыми людьми предстал растерянный и улыбающийся священник.

— Приветствую, графиня, очень рад видеть вас снова, — сказал он.

Анна поклонилась и тепло улыбнулась ему в ответ.

— Ваше величество, герцог Керн изложил мне суть вашего дела. Но вы знаете, что по нашим законам нужны серьёзные свидетели.

— Прошу вас не беспокоиться, они скоро будут, — твёрдо произнёс Ворон.

— Тогда с вашего разрешения я начну готовиться, — произнёс священник.

— Да, конечно, — вслух сказал ему Робин, а другу прошептал: — Что это за маскарад?

— А как бы я его сюда привёл, — прошипел ему Медведь.

Фыркнув Ворон подошёл к каминной полке, снял с неё ларец и открыл его ключом. На бархатной подкладке лежали обручальные кольца с бриллиантами. Снова улыбнувшись Анне, он протянул шкатулку священнику. Тот принял их и поставил на стол рядом с открытой книгой.

— Когда-то вы отреклись от престола, ваше сиятельство. Однако видно от судьбы не уйдёшь, и вы всё же станете королевой.

Робин и Артур с интересом прислушивались к разговору.

— Вы знаете, что я не верю в судьбу, — ответила Анна, вздохнув. — Кроме того, королева единовластная и королева рядом с королём имеют отличия, вы не находите.

— Конечно, вы правы.

Ворон смотрел на невесту горящими глазами. Бледность ещё не исчезла с её лица, но судя по улыбке, ей уже стало лучше.

— Я прошу вас, отец, сократить церемонию настолько, насколько это возможно, — произнёс он.

— Я понял вас, ваше величество.

В дверь снова постучали. На этот раз открыл Ворон. Первым в проёме показался Ратмир, он искал глазами Анну. Увидев его, девушка встала и поспешила к нему. Оденский обнял её, погладив по голове. Потом она обняла Лучезара и Буслая.

Всё это время Робин внимательно наблюдал за Ратмиром, понимая, как тот волнуется. Он встал рядом с Анной, взяв её за руку, и произнёс:

— Я понимаю, что никогда не нравился тебе, особенно, как будущий муж твоей тёти, но с этим придётся смириться. Сейчас мы станем родственниками.

— Ты прав, — хрипло ответил герцог. — Но ради счастья Анны я готов терпеть тебя.

С этими словами он протянул ему руку. Недолго думая, Ворон пожал её.

Церемония бракосочетания длилась недолго. Вскоре Робин смог надеть кольцо на тонкий пальчик своей невесты. Когда же на его руку надевала кольцо Анна, он перестал дышать, боясь, что что-то пойдёт не так.

— Объявляю вас мужем и женой, — тихо произнёс священник и также неслышно закрыл книгу.

Несколько мгновений Ворон не шевелился. Ощущение нереальности происходящего всё ещё не оставляло его. Он пришёл в себя только тогда, когда Медведь ободряюще хлопнул его по плечу и поздравил.

На щеках Анны горел лихорадочный румянец, а грудь тяжело вздымалась. Ворон взял её за руку и почувствовал, как она трепещет.

Пока юный король принимал поздравления остальных, Медведь успел вывести священника из спальни и вернуться.

— Теперь нужно обсудить, как действовать дальше, — произнёс Сокол.

— Я думаю, Анне лучше отправиться домой телепортом, который откроет Лучезар, — сказал Артур. — Находиться здесь опасно.

— Мы отправимся вместе, — уронил Ворон, несказанно удивляя всех.

— Робин, но как? — стал спорить Медведь. — Сейчас без тебя здесь не обойтись. Нужны полномочия…

— Я дал тебе полномочий больше, чем себе, — перебил его король. — Думай и действуй. Если бы ты женился, я не стал бы тебе докучать.

Услышав это, Ратмир поспешил спрятать улыбку.

— Вообще он прав, Артур, — бросил Эдвард. — Думаю, мы сможем предъявить вместо Ворона его копию, используя приём, который нам показали недавно. Сыграем комедию для аитлонцев и наших «приятелей» из других стран. Пусть он убитый горем пока якобы пребывает здесь. А на самом деле находится в провинции в полной безопасности.

— Хорошо придумано, — включился Лучезар. — Мы в это время сможем держать руку на пульсе событий. Только проводим Анну с Робином домой и засвидетельствуем ещё одно венчание.

Ворон поцеловал Анну в висок, накинул плащ и стал быстро собирать вещи.

— Через три дня мы объявимся, Ворон, — с коварной улыбкой пообещал рыжий Артур. Удачи.

Юноша также хитро улыбнулся в ответ и, обняв жену, шагнул в проход вслед за Ратмиром, Буслаем и Лучезаром.

Старший Ронский открыл путь в дом Анны. Оказавшись на поляне перед входом Ворон с удовольствием вдохнул полной грудью. После затхлого воздуха дворца этот показался ему нектаром.

— Мы спешим, — обратился Ратмир к Робину. — Поэтому венчание проведём прямо сейчас. Рогнеду и Анею я уже позвал. Надеюсь, вы не против.

— Нет, всё в порядке, — сказала Анна и устало улыбнулась.

Сад, по которому юный король успел соскучиться, приветливо встретил его. Молодых людей обдувал ласковый ночной ветерок, а аромат поспевающих плодов и цветов услаждал обоняние.

Даже внутри дома Ворону всё показалось родным. Он помог Анне снять плащ и разделся сам. Ратмир снял перчатки и оглянулся, из спальни вышел полусонный Август и удивлённо отвесил поклон королю. Робин с усмешкой кивнул ему, а Анна и Ратмир потрепали по голове.

— Август, — обратилась к нему девушка. — Мы с Робином венчаемся. Ты можешь присутствовать, если хочешь.

От удивления мальчик сначала не смог произнести ни слова. Широко открытыми глазами он посмотрел на наслаждающегося его состоянием короля и, кивнув в испуге, вернулся в спальню.

Анна поцеловала Ворона в щёку, от чего тот замер, улыбнулась и тоже вышла.

Не успел юный король принять свою излюбленную позу со скрещенными руками на груди, как в дом ворвалась Рогнеда, Анея и Лидия появились за ней. Ворон не смог сдержать хулиганской улыбки, наблюдая за подругой Анны. Сказать, что она была удивлена, значило, не сказать ничего. Она красноречиво уставилась на Ратмира, ожидая объяснений. Оденский поклонился вошедшим дамам вместе с Ронскими. Обратиться к невесте, на которую он смотрел с полуулыбкой, ему помешала вернувшаяся Анна. Девушка переоделась в лёгкое платье и подошла к Ворону, который с удовольствием обратился к вновь прибывшим:

— Позвольте вам представить мою жену и королеву Адении Анну Рейн Ран.

Услышав это, Рогнеда и Анея впали в шоковое состояние.

— Это правда? — спросила графиня у подруги, которую Робин успел взять за руку.

Вместо ответа Анна кивнула.

— А венчание? — спросила пришедшая в себя Анея.

— Сейчас, — коротко ответила королева.

— А, ну, тогда мне будет чем заняться, — посмотрев на Робина с прищуром, сказала ведунья.

Ворон удивлённо поднял бровь, но покорно последовал за Анной, которая увлекла его в сад.

Лучезар щёлкнул пальцами, и поляну осветили магические огоньки. Робин поднял голову и увидел гирлянды крупных звёзд. Молчание собравшихся длилось несколько минут. После того как король и королева встали рядом, вперёд вышла Анея и обратилась к Анне:

— Последняя из пришедших, одна решившаяся род спасти. Скажи, кого ждала всё это время?

— Ты знаешь, — ответила Анна, чётко проговаривая каждый звук. — Много лет свою любовь не предавала я.

Услышав это, ведунья сделала плавный жест рукой и свет ярче засиял над головой Ворона. Она шумно вдохнула и, сделав паузу, хрипло продолжила:

— Внимательно смотри… Достоин ли избранник твоего венца?!

Робин и Анна стояли друг напротив друга. После слов колдуньи юноша посмотрел в глаза своей суженой и растворился в их тьме. Неожиданно в его воображении пронеслись все его встречи с ней.

В этот момент все собравшиеся замерли в молчании.

— Мной избранный венец принять достоин, — уверенно и твёрдо произнесла Анна.

Внезапно после этих слов свеченья магии над Вороном усилилось. Сияющие сферы, мигнув, объединились и кольцом объяли его голову. Увидев это, Рогнеда издала звук восхищения, а Анна расстегнула свой кулон и медленно надела его на шею склонившегося перед ней юноши.

После этого выступил Ратмир.

— Кем себя считает взявший смелость объединиться с родом из пришедшего народа?

— Любимым мужем и защитником, — не колеблясь, ответил ему Ворон.

— Что будешь делать ты в дальнейшем, как строить жизнь свою?

— Мой выбор затрагивает жизни многих, — продолжил юноша. — Я не сверну с намеченной дороги. Творить продолжу свет для себя, своей любви, своих детей и для других.

— Венчание состоялось, — прошептала Анея.

Спустя несколько минут Лучезар открыл портал. Ратмир, прошептав что-то Рогнеде, шагнул в него первым. Лидия и Рогнеда, попрощавшись, тоже поспешили уйти. Анна направилась к дому, и Ворон последовал было за ней, но был остановлен Анеей.

— А вас, ваше величество, я прошу следовать за мной.

— То есть как? — опешил юноша.

Его жена, почти переступившая порог, оглянулась и сказала:

— Нам нужно отдохнуть, Робин. Я буду ждать тебя здесь через два дня.

— Но ведь это очень долго, Анна, — умоляюще произнёс Ворон.

— Ну что ты, — улыбнулась девушка. — Ты не заметишь, как они пролетят.

— Ну да, — проворчал Робин, следуя за Анеей.

* * *

Анея отвела королю комнату, окно которой выходило в лес. От приятной свежести хвойных деревьев, проникающих сюда, он быстро провалился в сон. Долгое время юноше не снилось ничего, а потом он вдруг очутился в своём родовом замке, в котором провёл детство. Он увидел себя маленьким мальчиком. К его родителям приехал грозный Лев Седьмой, который пугал его мать, а, следовательно, и его. Пока в гостиной проходил приём, он прятался за кресло у очага в кабинете отца и вытирал предательские слёзы. Силой воли подавив всхлипы, он почти успокоился и вдруг услышал, как в помещение вошли.

— Давно хотел увидеть тебя, Анна, — послышался голос монарха.

— Не могу сказать того же о себе, ваше величество, — ответил девичий голос, от которого у спящего Ворона задрожало всё внутри.

— Всё так же дерзка. Вот, что мне нравится в тебе.

Маленький мальчик услышал тяжёлые шаги совсем близко и сжался.

— Чего же вы хотите? — мелодичная речь особы, которую он не видел, успокаивала.

— Я признаю, что тебе многое удалось сделать в провинциях, Анна. Ты знаешь, что я едва удерживаю эту страну, к тому же я старею. Да, мы — аденийцы не отличаемся такой продолжительностью жизни, как вы — потомки пришедшего народа.

Сказав это, он немного помолчал и продолжил снова:

— Я по-прежнему предлагаю тебе занять престол. Ты молода, полна сил и действуешь, не раздумывая. К тому же не я должен был носить корону. По праву она твоя, а у меня не может быть наследников — проклятье рода.

— Вы можете подождать, ваше величество. Достойная смена подрастает.

— Кто? Ты знаешь, что я не одобряю клан Воронов. Я знал прадеда того, кого ты называешь наследником. Он был очень сильным магом и смелым властным человеком. Такая натура смогла бы поднять государство из руин. Но его потомки измельчали. Кого мог родить трясущийся от страха Рей Ран? Такие людишки не достойны жить, не то что, править!

Голос монарха прервался, он закашлялся. Замерший Робин услышал, как неизвестная дама налила и поднесла ему воды. Сделав несколько глотков, старый король продолжил:

— Я знаю, что ты пригрела на груди отпрыска герцога Оденского. Послушай мудрого человека, девочка. Это плохая идея. Щенки со временем вырастают в шакалов, которые грызут тех, кто их вскормил. Эта корона твоя и никаких соперников у тебя не должно остаться. Ты проявляешь несусветную глупость, защищая их… Я не зря ношу своё имя, Анна. Знаешь, что делает лев, доказавший своё превосходство над другими?

— Что? — тихо спросила Анна.

— Он убивает всех чужих львят, заботясь только о своём потомстве. В этом есть великая мудрость.

— Безжалостность и бессердечность вы называете мудростью.

— О, почему же господь так обделил умом всех баб? Как плохо, что ты — не мужчина, Анна.

— Знаете, ваше величество, в свете последних страшных событий, когда в людях очерствели сердца, я действительно мало в чём могу возразить вам. Потому что видела, как родители отказывались от детей, дети предавали родителей и братья убивали друг друга. А уж для дружбы и любви в этом аду, кажется, вовсе места не осталось. Я не знаю, как со мной поступит Ратмир, когда вырастет. Мне остаётся только верить, что он станет достойным человеком. Я дам ему всё, слышите, всё, что может дать любящая мать своему ребёнку и больше… Я не отниму у него свободу. И маленького Ворона тоже не оставлю в беде. Знаю, вам нет до него дела, поэтому вы лишили покровительства этот дом. На мой взгляд, напрасно. Но вы имеете на это право. А я заслоню его от врагов, и найдутся те, кто поможет мне.

— Глупая девчонка, — устало сказал Лев Седьмой. — Твоя тяжёлая судьба ничему тебя не научила. Знаешь, чего стоило мне оттащить тебя от плахи? Или ты думаешь, что с этим справилась одна Рогнеда?

— Я знаю, что обязана не только ей, — глухо ответила девушка.

— Время идёт, Анна. Я прошу тебя подумать, как следует, Анна, пока я ещё держусь на престоле.

Робин услышал, как монарх удаляется и закрывает за собой дверь.

Ещё минут пять он сидел в своём укрытии, ожидая, когда уйдёт неизвестная гостья. Когда послышались медленные удаляющиеся шаги, он неосторожно повернулся и ударился о спинку кресла. Шаги остановились, а потом стали приближаться к нему. Кто-то отодвинул мебель, и он зажмурился от ударившего в глаза света.

— Почему ты здесь прячешься? — услышал он тот самый голос и, открыв глаза, увидел девушку с тёплым взглядом карих глаз.

Ответ прозвучал не сразу.

— Потому… Потому, что я трус, — сказал он и закрыл лицо руками.

— Иди ко мне, — сказала вдруг она.

И мальчик непонятно почему подчинился ей и встал, оказавшись в её объятиях.

— Ты не верь тем, кто будет говорить, что ты трус. Будь, каким захочешь.

— А разве так можно? — тихо спросил Робин.

— Попробуй и узнаешь, — весело прошептала красавица. — И ещё всегда помни, что ты не один. Есть много людей, которые любят тебя и переживают за тебя.

И Ворон поверил ей, чувствуя себя в безопасности и вдыхая аромат горных цветов. Она взглянула ему в глаза, держа руками за плечи, и сказала:

— Всё будет хорошо, смелый малыш.

И ему действительно стало хорошо, когда на прощание она поцеловала его в лоб.

Он молча смотрел, как она удаляется, а потом вдруг крикнул:

— Подожди!

Анна удивлённо оглянулась.

— Ты такая красивая, я когда-нибудь увижу тебя ещё?

— Конечно, — уверенно ответила девушка, подмигнула ему и вышла.

* * *

Просыпаясь, Ворон подскочил на кровати, вытирая пот со лба. Глядя перед собой, он прошептал:

— Анна, моя любовь. Вот мы и встретились.

Солнечные лучи, светившие в окно, подсказывали, что уже далеко за полдень. Присев на кровати и разыскав свои сапоги, Робин неожиданно услышал знакомое фырчанье и озорно улыбнулся, оглядываясь на окно. Так и есть, в проёме возникла морда гнедого жеребца, который требовал немедленного внимания к своей персоне. Он подошёл к окну и, весело потрепав его по гриве, сказал:

— Рад видеть тебя, дружище!

Конь громко заржал в ответ, всем своим видом давая знать, что это взаимно.

В дверь постучали.

— Войдите! — крикнул король, продолжая улыбаться вожаку непокорных лошадей.

В спальню вошла Лидия с каким-то кувшином в руках.

— Доброе утро, ваше величество, — торжественным тоном произнесла она и присела в неумелом реверансе.

Ворон с усмешкой отвесил ответный поклон.

— Это вам Анея передала, — продолжала щебетать она, водружая кувшин на столик. — Сказала, что в сосуде очень важное зелье.

— Да? — приподнял бровь Робин и стремительно схватил кувшин, отпивая пахнущую летними травами жидкость.

Увидев это, Лидия с ловкостью и скоростью, которых от неё трудно было ожидать, буквально повисла на его руке.

— Что? — с интонацией крайнего удивления спросил Ворон.

— Анея сказала, что больше одного глотка сразу нельзя, а то…

— Что? — снова повторил Робин, чувствуя, что-то странное в своём теле.

— Можно вылететь из тела и не вернуться в него назад, — выпалила девчонка.

Юный король медленно поставил сосуд на место чуть ли не вместе с начинающей травницей и произнёс:

— Что же ты сразу об этом не сказала?

— Простите меня, ваше величество, я не думала, что вы тут же в него вцепитесь…

Не окончив фразу, она начала плакать.

— Не реви! — отмахнулся Ворон. — Я только глоток и успел выпить, ты чуть меня сама не убила, без зелья!

Лидия вытерла слёзы и уставилась на него. Робин сел, чувствуя, как кровь молниеносно растекается по жилам, а сердце выделывает невероятные ритмы. Через несколько секунд всё прошло, и он почувствовал себя заново родившимся.

Наблюдавшая за ним юная травница боялась дышать.

— Это всё? — весело поинтересовался Ворон. — Или Анея велела ещё что-то передать.

— А? Да! Она просила вас употреблять зелье только три раза в день по глотку и ещё зайти к ней.

— Ну, вот и хорошо, — засмеялся Робин, отставляя её с дороги так легко, как будто девочка вообще ничего не весила.

* * *

Анея находилась в своей мастерской рядом с любимым дымящимся котлом.

— Здравствуй, колдунья, — произнёс Ворон, переступая порог.

Ведунья вздрогнула и ответила:

— Тьфу ты, напугал… И тебе большого здоровья, юноша.

— Как поживает твой многострадальный котёл? — сострил король и подошёл к пыхтевшему сосуду, заглядывая в него, через плечо женщины.

Анея улыбнулась и, покачав головой, произнесла:

— Садись, до обеда мы успеем перемолвиться несколькими словами.

— Да, я тоже хотел спросить тебя кое о чём. Что это у вас за обычаи, вместо того, чтобы пойти к жене я должен два дня заниматься неизвестно чем.

— Два дня? — с кислой миной уронила Анея. — Ты проспал полтора суток и сам этого не заметил. Не знаю, как у вас, а у нас зачатие — дело серьёзное. Мужчина должен очень хорошо чувствовать себя в эту ночь и ни о чём не беспокоиться. Головой-то нужно соображать. Ты что, хотел в таком состоянии пойти к Анне.

Услышав это, Ворон помолчал некоторое время, раздумывая и хмуря брови. Понимая, что в словах Анеи есть здравый смысл. «Как это я мог столько проспать?».

— А тем более, ведь сына хочешь? — с хитрым выражением лица спросила травница.

— И откуда ты это знаешь? — проворчал Робин.

— О-о-о, ну, тут сложно догадаться, — засмеялась ведунья, смущая юношу, а затем вздохнула. — Анна тоже сына хотела всегда.

— А я знаю, — задумчиво уронил Ворон.

— Подойди сюда, — чуть понизив тон, попросила его Анея, и Робин повиновался, приблизившись к котлу. — Смотри внимательно.

Дым рассеялся и Ворон увидел знакомый сад, в который вышла улыбающаяся Анна, а ей навстречу бежали два малыша-погодки с чёрными, как смоль волосами.

— Сильная у тебя кровь, Ворон, — со смешком произнесла Анея. — Один в один мальчишки на тебя похожи. А ещё говорят, что тогда дети в отца рождаются, когда мать их любит его слишком сильно.

Словно заколдованный юный король не мог оторвать взгляда от котла. Прошло ещё несколько секунд, и он увидел повзрослевшего Августа, а потом и себя, соскакивающего с Пламени и подхватывающего на руки Анну вместе с детьми. После этого видение помутнело и исчезло.

— Это предопределённое будущее? — хрипло спросил он.

— Ничего предопределённого нет, — лукаво ответила ведунья. — Всё от тебя, да от Анны зависит…

* * *

Даже за обедом Ворон находился под властью увиденного, даже не замечая, что ему ложила в тарелку Анея.

— Робин, — наконец не вытерпела та. — Ты выбирай, что повкуснее, не забывай, что тебе сил набраться нужно.

Эта фраза вернула его в реальность, и он обратил внимание на пищу.

— Хочу прогуляться верхом, — сказал он, доедая хлеб. — Пламя ждёт меня у твоих ворот.

— А вот это похвально, — поддержала его ведунья.

Ворон бросил взгляд на своё оружие, а она, поняв о чём он думает, с улыбкой сказала:

— Никакая опасность тебе не грозит. За избранника Анны Рейн здесь жизнь отдадут.

— А за короля? — с удивлением спросил Робин.

— А как королю тебе ещё проявить себя надо.

— Ты права, — сказал Ворон, забирая с собой краюху вкусного хлеба. — Я не задержусь надолго.

* * *

Пламя поджидал его, гарцуя в зелени кустов и, завидев, сразу же бросился навстречу.

— Ваше величество! — Робин мгновенно оглянулся на крик и увидел Августа. Тот несмело подошёл к нему и сказал:

— Я мог бы быть вам полезен в прогулке верхом и показать окрестности, если, конечно, вы захотите взять меня с собой.

— Мы теперь родственники, Август. Ты можешь называть меня на «ты» и по имени.

Мальчик просиял:

— Как Ратмира?

— Да, — вздохнул Ворон сел на коня и посадил его перед собой.

По многолюдной улице, которая представляла собой изумрудный газон, Пламя ехал медленно. Встречающиеся им люди улыбались и кланялись юному королю, а тот, не скрывая удовольствия, отвечал им. Выбравшись за пределы поселения, вожак диких лиисов показал себя во всей красе, помчавшись во весь опор. Ворон наслаждался этой скоростью, твёрдой рукой держась за ремень, свободно болтающийся на могучей шее жеребца. Он понял, что Пламя не знал седла. Анна ни в чём не стесняла его. «Поистине это самый лучший конь, которого мне приходилось видеть», — подумал юноша.

— Куда он несёт нас? — громко спросил король у Августа.

— Мы едем к драконам, — весело прокричал мальчик. — Они живут на возвышении.

Робин улыбнулся, увидев красоты горных пейзажей и гордых существ, гуляющих среди всего этого великолепия. Пламя замедлили бег, и остановился возле сверкающего и шумящего водопада.

Юноша окинул источник восхищённым взглядом, и по лицу Августа понял, что тот разделяет его чувства. Он спешился и снял мальчика. Поняв, что его отпускают отдохнуть, Пламя тут же скрылся за скалой.

— Анна рассказала мне, что этот водопад они с Рогнедой и другими магами создали в первую очередь. С появлением этого источника началось преображение пустыни, которое давалось им трудно.

Слушая его, Ворон присел и коснулся бурлящего потока.

— Драконы живут здесь, но часто по очереди спускаются в селенья за вкусными плодами или, чтобы выполнить поручения. — Они очень долго живут и быстро учатся. Чем старше дракон, тем мудрее и сильнее.

Одно из гордых существ, увидев Августа, издало тихий приветственный звук.

— Это Лир, — пояснил мальчик. — Наш самый могучий дракон.

— Наш? — спросил Робин.

— Да, — уверенно произнёс его гид. — Мы же теперь одна семья. Сначала он принадлежал Анне и Ратмиру, а когда он вырос, то получил в подарок от Анны Стрелу — детёныша Лира. Вот он.

Август указал малыша, который теперь стал огромным.

— Теперь он принадлежит Ратмиру и Рогнеде — его невесте. Анна пообещала мне, что тоже подарит мне дракончика, которого я смогу вырастить и подружиться с ним.

— А Лир слушается тебя? — просил Ворон.

— Да, и я уже сказал ему, что у него появился новый друг, то есть ты. Он узнал тебя, когда увидел на Пламени.

— Они что же, слова понимают? — не поверил юноша.

— Ещё как, — весело сказал мальчик. — Если ты желаешь, мы можем полетать на нём. Он привыкнет к тебе, а потом ты сможешь делать это один, когда захочется.

Вместо ответа Ворон только утвердительно кивнул.

Повинуясь знаку, отданному Августом, Лир послушно опустил крыло, чтобы хозяева смогли ухватиться за него и забраться к нему на спину. Робин чувствовал размеренное дыхание животного и испытывал странные ощущения. Август предложил ему взяться за ремень, похожий на тот, что был на Пламени, но в разы больший. Убедившись, что король крепко держится, мальчик погладил Лира и тот, сделав несколько торопливых шагов, плавно взвился в небо.

— Вокруг нашего поселения, Лир! — крикнул Август. — Как можно выше!

От быстрого подъёма у Робина свело низ живота, что вскоре прошло. Поражая размахом своих крыльев, дракон стремительно поднимался вверх. Прошло несколько мгновений, и они оказались над поселеньем, которое выглядело сказочно прекрасным. Лир сделал круг над замком, который казался игрушечным, и полетел дальше. От нахлынувших удивительных ощущений юноша не мог вымолвить ни слова. Внизу приветливо качались цветущие и плодоносящие деревья, блестели озёра, ручьи и радовала зеленью трава.

— Смотри! Наш сад! — крикнул Август.

Лир немного снизился и сделал круг над домом Анны и теперь уже его домом тоже. Он увидел, что его любимая в белой сорочке купается в пруду. Заметив их, девушка замахала руками.

— Эгей! — прокричал Август, давая ей понять, что они видят её.

А дракон, между тем, поднимался всё выше. Оказавшись на высоте птичьего полёта Робин теперь едва различал детали, любуясь невероятной панорамой и наслаждаясь ветром, свистящим в ушах.

— Домой, Лир! — стараясь заглушить стихию, громко сказал мальчик.

И могучее существо послушно изменило направление полёта, взяв курс в горы.

Слезая с дракона Ворон отдавал себе отчёт в том, что прошло чуть более получаса, но какими долгими показались они ему в этот момент. Он погладил Лира, и тот заурчал, показывая, как ему приятно ласковое прикосновение.

— И ты можешь летать на нём когда захочешь? — с некоторой завистью спросил юноша.

— Да, — весело подтвердил Август. — И ты теперь можешь делать то же самое. А ещё я люблю наблюдать за лошадьми и тиграми.

— Они что вместе живут? — задал Ворон вопрос с интонацией крайнего удивления.

— Нет, отдельно, но рядом. В цветущей пустыне тигры не охотятся на лошадей. Они вообще не охотятся, питаются тем же, чем и люди и защищают их. А ты знаешь, что наш Пламя вожак лиисов?

Ворон утвердительно качнул головой.

— В настоящее время нет коня сильнее его. Но ему подрастает достойная смена. Мы можем посмотреть на них, если желаешь.

И опять Робин не стал сопротивляться. Словно почувствовав, что он нужен, Пламя был уже тут как тут.

Вскоре перед Вороном предстали живописные луга с сочной травой и табун лошадей. В Адении они видел стада, значительно превосходящие это по численности, но вид тех животных не шёл ни в какое сравнение с теми, которые царственно паслись перед ним. Почувствовав, что Пламя просит отпустить его, он соскочил с него, быстро сняв Августа. Мальчик тут же отвлёк его, сделав знак рукой. Неподалёку от этого места расположились тигры, лениво греясь на солнышке. Было видно, что они находятся в самом хорошем расположении духа. Вдруг Пламя, немного погарцевав на месте, стремглав поскакал к своим сородичам, которые приветственно заржали, едва завидев его. На эти звуки тут же отреагировали тигры. Некоторые из них насторожились, а некоторые встали, хлеща себя по бокам хвостами.

И тут произошло нечто, полностью захватывающее внимание. Оказавшись в середине табуна, гнедой жеребец встал на дыбы, потом принял горизонтальное положение и резко сорвался с места. Он поскакал по кругу, а по его следу пустились все лошади.

— Пламя красуется перед тобой и показывает, что он — вожак, — засмеялся Август.

Ворон понял его, но ничего не сказал в ответ, заворожённо наблюдая за открывшимся зрелищем. Быстрые лиисы, как выпущенные стрелы, летели по широкому кругу, показывая чудеса силы и выносливости. На этот марафон с любопытством глазели теперь уже все вставшие с земли тигры. Неожиданно Пламя взял влево и отделился от стада. Робин в испуге понял, что тот бежит к хищникам и собрался уже что-то предпринять, заискрив магией, но был остановлен рукопожатием Августа. Решив довериться ему, Ворон тревожно смотрел на разворачивающиеся события. Очутившись возле тигров, жеребец подскочил к самому крупному из них и затанцевал, вздыбливая копытами землю. Огромная кошка, находившаяся в это время на возвышении, издала грозный протяжный рык, который мог испугать кого угодно. «Но, видимо, не этого сумасшедшего коня», — подумал король. Погарцевав рядом с тигром ещё некоторое время, Пламя снова сорвался с места. Сначала опешив от такой наглости, а потом зарычав ещё громче, вожак тигров припустил за ним. После этого лень у остальных крупных кошек тоже как рукой сняло. Все тигры, разгоняясь, следовали за своим предводителем.

Ворон не мог поверить своим глазам, когда увидел, как дикие мустанги бегут наперегонки с не менее дикими тиграми. Эта дивное виденье продолжалось ещё несколько минут. Затем два вожака решили заключить ничью и не спеша разошлись, довольные собой.

— Так они ещё не играли, — с восторгом произнёс Август. — Но цель достигнута. Теперь ты смог увидеть возможности животных поселения.

Робин опять ничего не смог сказать, глотая воздух.

— Я тебе ещё не всё показал, — весело говорил мальчишка. — У нас ещё так много интересного.

— Не сомневаюсь, — пробормотал Ворон.

Пламя быстро домчал их до поселения, но Робин спешился раньше, чем они достигли дома Анеи, решив прогуляться пешком. Они с Августом медленно шли, поэтому Ворон имел возможность в деталях изучать быт поселенцев, которые никуда не торопились и не были обременены тяжёлой работой. Наблюдая за людьми, он просчитывал, сколько времени понадобится, чтобы достичь такого же устройства на территории Адении. От дум его отвлёк Август, споткнувшийся на дороге.

— Чем ты хочешь заняться, когда вырастешь? — спросил он, желая поддержать беседу.

Мальчик сначала удивлённо на него посмотрел, а потом выдал:

— Я уже этим занимаюсь. Хочу стать настоящим мужчиной, как Ратмир и ты.

— Я? — на этот раз пришла очередь удивляться Ворону.

— Да, — кивнул Август. — Ратмир говорит, что ты мог быть намного сильнее его, и что он не смог бы добиться даже половины того, чего достиг ты, если бы рос в Зелёных угодьях. Для этого нужна огромная сила духа.

— Вот как? — ещё больше удивился Робин. — А я вот как-то не думал об этом. Ты восхищаешься Ратмиром?

— Да! — воскликнул мальчик. — Он умелый воин и могучий маг и никогда не отступает от намеченных целей. Он смог многое сделать для Цветущей пустыни и завоевать любовь своей невесты. А она ведь долгое время не обращала на него внимания…

Ворон уловил грусть в последней фразе голубоглазого мальчишки и спросил:

— Ты говоришь это с печалью, почему? На тебя тоже кто-то не обращает внимания?

Август вспыхнул и потупился:

— Да, я считаю эту девочку своей невестой, только она ещё об этом не знает.

— Понятно, — протянул Робин. Он иронично отнёсся к сказанному лишь на миг, потому что в воображении всплыл сон, увиденный накануне. — Если нужна будет помощь или совет, обращайся.

Услышав это, Август просиял, а когда Ворон протянул ему руку, вообще пришёл в восторг. Он попрощался с мальчиком и направился к Анее.

* * *

В королевском замке было неспокойно. Министр аитлонцев в сопровождении из трёх человек размашистой походкой направлялся в приёмную Робина Первого. Увидев перед входом охрану со скрещенными копьями, он вышел из себя и заискрил магией.

— Немедленно пропустите, — прошипел он.

— Но его величество просили не беспокоить, — робко пропел солдат и получил удар в солнечное сплетении.

Второй служака увидев это, затравленно отступил.

Аитлонцы ворвались в кабинет. Министр сделал знак рукой, и его приближённые остались на шаг позади.

Ворон сидел за столом, вытянув ноги. Артур стоял возле очага, подставив ладони к огню, а Сокол тяжело опирался о стену.

— Как прикажете это понимать, ваше величество? — надев фальшиво-учтивую улыбку на физиономию, спросил аитлонец.

— Что именно, герцог? — поинтересовался Робин.

— Приказ о временном закрытии границ и прекращении торговых отношений между нашими державами?

— О, не волнуйтесь, милорд, — произнёс король, лениво вставая с кресла. — Это временные вынужденные меры, принятые до выяснения обстоятельств.

— Вот как? — поймав нехороший взгляд Сокола, министр решил сбавить тон. — Что ж, вашему величеству виднее. Я уверен, что всё сделанное пойдёт на благо нашему союзу и укрепит его.

— Да, — утвердительно кивнул Ворон, потеснив рыжего Артура в стремлении оказаться поближе к огню.

Его друг отстранился с недовольной миной.

— В таком случае, ваше величество, позвольте узнать дату венчания.

— Венчания? — притворно удивлённо спросил юный король, бросая взгляд на Сокола, который поленился даже открыть рот для ответа, только кивнув головой.

Ворон недовольно пихнул Медведя, который притворно возмутился и тщательно отряхнул свою одежду, и снова занял своё прежнее место, вытянув ноги.

— Сударь, — протянул он и сделал большую паузу, как будто забыв, о чём идёт речь. — Вы нашли в себе смелость объявить об этом венчании без моего ведома, так может быть и дату сами назначите.

Поймав презрительный взгляд монарха, аитлонец похолодел.

— Ваше величество, вы ведь не препятствовали… И всё это было сделано не только для вашего блага. Политика, вы же понимаете…

— Да, — перебил его юноша. Политика — грязное дело. Именно поэтому Аитлон решился предать союз с Аденией и встать на сторону Пирана и Арении.

— Да что вы такое говорите, — запнулся министр.

— Это, чтобы не быть голословными! — резко произнёс Сокол и швырнул аитлонцам свиток.

Один из них поймал его и не решился раскрыть.

— Это копия, — равнодушно сказал Медведь. — Мои шпионы приложили немало усилий, чтобы выкрасть оригинал.

Изворотливость загнанного в угол дипломата не позволила министру сдаться. Он решил врать до конца.

— Я повторю вам, лорд Эреман, что вы слишком молоды и многого не понимаете. Любая переписка при желании переворачивается так, что предателем можно объявить кого угодно…

— Это не переписка, — коротко вставил Артур. — Это магически скреплённый договор. По сравнению с вами мы, конечно, неопытны, но читать нас, всё же, научили.

Внешняя учтивость аитлонцев постепенно куда-то испарялась, уступая место отчаянной злобе.

— Ну что же, — вдруг крикнул герцог. — Я вижу, что конструктивного диалога у нас дальше не получится.

— Возможно, вы правы, — задумчиво подтвердил Ворон.

— Тогда спешу сообщить вам, что дворец, некогда бывший вашим, взят моими людьми.

Услышав это Артур и Эдвард быстро переглянулись, а Робин Первый, наконец, уделили аитлонцам внимание, пристально разглядывая их.

— И что же вы намерены делать дальше, — криво улыбнулся он. — Жените меня насильно.

— А зачем нам эта утомительная процедура? — сказал министр. — Мы просто объявим о том, что свадьба состоялась, а вы были вероломно убиты своими приближёнными.

С этими словами он бросил в Ворона хрупкий сосуд, котрый разбился о его грудь. Медведь и Сокол подняли руки и метнули в аитлонцев молнии, однако те прикрылись щитами.

— Прекратите! — заорал дурным голосом министр, едва выдерживающий атаку. — Сдайтесь или он умрёт.

Юноши замерли, и аитлонец, выдохнув, произнёс:

— Этот состав может парализовать мага из клана Воронов, а если я произнесу заклинание, то и убить.

— А-а-а, — протянул Робин Первый. — Тогда всё понятно.

Аитлонцы застыли с открытыми ртами, когда увидели, что король спокойно и брезгливо смахивает жидкость со своего камзола. Поняв, наконец, как обложался, министр поинтересовался дрожащим голосом:

— А где Ворон?

— Он только что счастливо женился. Я за него, — ответил Ратмир.

— Оденский! — вскрикнул герцог.

— Да, милорд, нам приём с оборотничеством понравился, — холодно сказал Сокол. — И мы решили побить вас вашим же оружием.

Аитлонцы попятились к выходу, но тут же отступили от него, увидев ворвавшихся в кабинет братьев Ронских.

— Что там? — коротко поинтересовался у них Артур.

— Всё в порядке. Гости и крысы с нашей стороны в надёжном месте, — ответил Лучезар. — С этими что делать? Упаковать и отправить на родину?

— Мы тут благотворительностью не занимаемся, — произнёс Сокол ледяным тоном. — За покушение на убийство короля и попытку государственного переворота по головке не гладим. В Холодную башню их без упаковки.

— Вы не имеете права и полномочий, — испуганно заверещал аитлонец.

— А вот тут вы ошибаетесь, — равнодушно бросил Артур. — Всё это у нас есть.

Ворвавшаяся стража быстро скрутила гостей и стала выводить по порядку. Когда очередь дошла до министра Эдвард вдруг спросил у него:

— Герцог, мой «глупый» король никогда не оставил бы меня в таком положении, а как поступит ваш мудрый монарх?

Услышав это, министр попытался было улыбнуться, но у него не вышло. Кабинет он покинул в полном молчании.

— Александр Аитлонский пойдёт на попятную и уверит нас, что ничего не знал о кознях своих приближённых, — задумчиво произнёс Медведь.

— К гадалке не ходи, — мрачно подтвердил Сокол.

— А что с принцессой? — спросил Буслай. — Она имеет к этому отношение.

— Нет, к счастью она глупа, — тяжёло ответил целитель. — Поэтому сегодня же отправляется домой.

— А аитлонцы не поднимут тему «поруганной чести» наследницы? — включился Ратмир.

— Это не в их интересах, — усмехнулся Артур. — Им её ещё замуж надо выдать. К тому же сейчас, когда у нас эта бумажка, — он кивнул на свиток, оставленный на полу. — Александр надолго забудет об Адении.

— И как вы только тут живёте? — с горечью спросил Буслай.

— Не всем повезло устроиться так же хорошо, как тебе, — проворчал Артур.

Услышав это, Ратмир хмыкнул и спросил:

— Ты лучше скажи, что там с нашим флотом?

— Там лучше, чем во дворце, — ответил Медведь. — Всё улажено, можете ехать домой.

— В твоём голосе я слышу неприкрытую зависть, — снова улыбнулся Оденский.

— А к чему мне её прикрывать? — сыронизировал лорд Керн. — Я тебе не кокетка.

— Ладно, я задержусь ещё на день и помогу вам разгрести эту кучу.

— Мы тоже, — вздохнули Ронские.

В этот раз Артур не стал скрывать радости.

* * *

Выпив ещё один глоток зелья, Ворон сел в плетёное кресло перед окном и сделал глубокий вдох. Солнце клонилось к закату. Он вспоминал то свой сон, то возможное будущее, показанное Анеей. Робин знал многих, кто не страдал от того, что не мог иметь детей, но сам не относился к ним и мечтал о сыне. Он знал, что те, кто был с ним одной крови, предпринимали немало попыток, стремясь продлить свой род, и все терпели фиаско. В совсем юном возрасте у него не было времени думать об этом, нужно было бороться за жизнь и власть, а потом ему доводилось переживать минуты отчаяния. Получиться ли у него создать семью? Сомнения не оставляли его. Он сжал пальцами кулон, подаренный Анной, и снова вспомнил взгляд мальчишек из виденья. Глаза старшего были один в один, как у него. Погрузившись в тяжёлые размышления, он не заметил, как сгустились сумерки. Из забытья его вырвали крики сыновей Анеи, возвращавшихся с игрищ. Они смеялись и в шутку толкали друг друга, вскакивая на крыльцо.

Повертев кулон в руках, Робин спрятал его за одеждой. Почти невесомое обручальное кольцо сверкнуло в свете свечей. Быстро собравшись, юноша решительно открыл дверь и покинул дом ведуньи. Уже издали он заметил, что окно в спальне Анны светилось. Она ждала его. Юноша ускорил шаг, позади остались благоухающие розовые кусты и шепчущие что-то дубы. Он толкнул входную дверь и без промедления вошёл в дом, чуть задержавшись у входа в спальню.

Анна стояла у окна спиной к нему. Едва переступив порог, Ворон остановился и замер. Девушка медленно обернулась. Просторный скромный пеньюар делал её ещё младше. Сердце юного короля забилось сильнее. Если за порогом он боялся проклятия, то увидев любимую, напрочь забыл о нём, поражаясь её хрупкости.

От пристального взгляда Робина, Анна дрогнула и опустила голову.

Он осторожно подошёл к ней, мягко обнял, почувствовал, как она дрожит и спросил:

— Ты боишься?

— Да, — тихо сказала она и робко ответила ему, потянувшись ладонями к плечам.

Ворон улыбнулся. Почему-то несмелость Анны придала ему уверенности в себе.

— Я буду беречь тебя и нашего сына, — прошептал он, целуя её в висок. — А ты обещай слушаться меня.

— Я обещаю, — пролепетала девушка и скользнула руками выше, сначала к его шее, а потом к волосам на затылке.

Ощутив, как нежные пальчики коснулись прядей, Ворон замер, удерживая Анну за талию, и наклонился к её губам.

В этот раз девушка не уклонилась от поцелуя. Это прикосновение затуманило рассудок Робина. Он забыл о месте, в котором находится и о том, что с ним было раньше. Тело охватила сладостная дрожь.

— Робин, — позвала его Анна. Сколько наслаждения доставило ему звучание собственного имени.

Он расцеловал её лицо и произнёс необычайно низким голосом:

— Повтори ещё раз.

— Робин, любый мой, — задыхаясь от поцелуев и, касаясь его губами в ответ, прошептала Анна.

В благодарность Ворон снова поцеловал её, осторожно поднял на руки и поднёс к кровати. Девушка уже не отдавал себе отчёта в том, что происходит, реальность для неё исчезла. Она трепетала от каждого прикосновения и, не скупясь, дарила ему ласки, целуя ладони, плечи и лицо. Робин переплёл её пальцы со своими, нежно сжимая, и внимал её словам, ставшим для него чудесной музыкой. Она восхищённо смотрела на него, слушала его дыхание и биение сердца. Жар нарастал, прекрасный и сладостный сон охватил их и растворил в своей неге.

* * *

Нехотя Анна, лежавшая на плече Робина, проснулась от первого луча солнца, скользнувшего по лицу. Несколько мгновений она любовалась его лицом, потом тихонько отодвинула несколько прядей с его лба и, осторожно, чтобы не разбудить, выбралась из его объятий. Вот только уйти ей не удалось. На краю постели Ворон крепко схватил её и вернул на место.

— Куда ты уходишь так рано? — спросил он.

Под его взглядом Анна смутилась и вспыхнула. Увидев это, он улыбнулся и прижал её к своей груди, целуя и играя волосами. Она прильнула к нему и сказала:

— Я хотела что-нибудь приготовить нам на завтрак и тихо встала, чтобы тебя не будить.

— Не надо, я сам сегодня всё приготовлю.

— Правда? — улыбнулась она.

— Да, — подтвердил Ворон, вскочил с постели, не выпуская её из рук, и закружил по комнате.

Анна звонко смеялась. Он снова вернулся на кровать, обнимая её и перебирая волосы, и неожиданно напряжённо спросил:

— Скажи, ты ненавидела меня тогда, за то, что я сделал в замке?

С этими словами он взял её за плечи и испытывающее посмотрел в лицо.

— Такого чувства к тебе я не испытывала никогда, — серьёзно произнесла Анна, ласково прикасаясь к его щеке.

Ворон с облегчением закрыл глаза и поцеловал её ладонь.

— Я не собирался заставлять тебя… — начал он и смутился.

— Я знаю, — улыбнулась она.

В порыве благодарности он снова сильно прижал её к себе и нехотя протянул:

— Я давно собирался тебя спросить и боялся это сделать… Боюсь и сейчас…

— Спрашивай, — подбодрила его Анна, погладив по голове.

— Этот мальчишка, которого ты любила и который погиб, защищая тебя… — он почувствовал как Анна вздрогнула, но нашёл в себе силы продолжить. — Я заставил рассказать об этом Анею. Скажи мне правду, ты до сих пор любишь его?

Она отстранилась, чтобы смотреть ему в глаза и произнесла:

— Я никогда не переставала любить его…

Услышав это, Ворон горько усмехнулся и закрыл глаза.

— Люблю и сейчас, — продолжила Анна. — В тебе душа того мальчишки…

Робин очнулся и увидел, что она плачет.

— Прости, что не сразу это поняла.

Он молчал и почему-то не находил никаких возражений. Так продолжалось несколько мгновений, после чего Ворон коснулся ладонями её лица и вытер слезинки.

— Мне было очень плохо без тебя, — продолжала Анна, обнимая его. — Я не знаю, как выжила.

Он утешал её и сосредоточенно смотрел в окно на колышущуюся листву деревьев.

— Теперь мы всегда будем вместе.

— Всегда? Правда, всегда? — всхлипнула Анна.

— Да, — уверил он.

* * *

Робин щёлкнул пальцами и развёл огонь в глиняной печи, чтобы поставить туда овсянку. Раньше ему никогда не доводилось готовить, но сейчас он летал от счастья и был уверен, что справится. Попив свежей холодной воды, он нашёл на столе творог, добавил в него сливки, мёд и даже порезал персик. Попробовав получившееся блюдо, он подумал, что этот творог не сможет испортить даже такой начинающий кулинар, как он.

Анна пошла за овощами, значит, можно будет сделать ещё и салат. Он случайно взглянул в окно и увидел очаровательные румяные яблоки, которые так и подзывали к себе. Он улыбнулся и ринулся к плодам.

Переступив порог, держа тяжёлые ароматные плоды, Ворон замер. За столом по-хозяйски расположились Артур и Эдвард, многозначительно уставившись на творог.

— Здравствуй, Робин, — произнёс Медведь, насмешливо его разглядывая. Эдвард кивнул. — Я понимаю, что тебе сейчас не до нас. Но мы честно предупреждали, что через через три дня припрёмся.

— Ладно, вам тоже не хворать, выкладывайте, — хмуро произнёс Ворон.

Он слушал друзей, рассказывающих ему о событиях последних трёх дней и ничему не удивлялся. Интерес вызвало только упоминание о Ратмире.

— Ратмир здесь? — спросил он.

— Да, но ты можешь не бояться, что он заявится сюда. До своего венчания он будет жить в замке, а потом перейдёт к Рогнеде.

— А братья Ронские?

— Эти уже построили свои дома.

Ворон вздохнул, хорошее настроение снова вернулось к нему и он даже угостил гостей собственноручно приготовленным творогом. Придворные с большим интересом наблюдали за своим королём и переглядывались с немым вопросом: «Он ли это? Или злоумышленники совершили подмену». Но Робин словно не замечал поведения друзей. Он почувствовал запах из печи и бросился вытаскивать оттуда кашу.

— Знаешь, Роб, я, конечно, знаю, что семейная жизнь меняет мужчин, но не ожидал, что ты превратишься в фею домашнего очага, — подколол его Артур.

Вместо ответа Ворон швырнул в него полотенцем. Дверь открылась и на пороге возникла Анна с сияющей счастливой улыбкой. Медведь и Сокол одновременно вскочили и поприветствовали её. Она кивнула им, улыбаясь, подошла к столу и поставила на него корзину со спелыми пахучими овощами и зеленью. Когда она приблизилась к Эдварду, тот изменился в лице.

— Я, наверное, вам помешала, — пропела Анна.

— Нет, что ты, — поспешил вставить Артур.

— Пойду принесу ещё фруктов для угощения, я скоро.

На миг она встретилась глазами с любимым. Румянец заиграл на её лице сильнее. От Робина и Анны словно пошла волна, от которой стало теплее Эдварду и Артуру.

Она ещё раз улыбнулась и вышла.

Ворон сел и задумался, переваривая разговор с друзьями. Артур тем временем не удержался и стащил со стола яблоко, заботливо помытое Робином. Сокол долго молчал, будто набрал в рот воды, а потом почти без эмоций сказал другу:

— Поздравляю.

Услышав это, Ворон поднял бровь, а Артур уставился на него, разжёвывая кусок сочного фрукта.

— Ну, да, Роб, хоть вы тебя уже и поздравляли в день свадьбы, а с такой женой можно поздравлять каждый день. Повезло тебе…

— Поздравляю с сыном и наследником престола, — бесстрастно выдал зеленоглазый целитель.

Медведь подавился и захлопал пышными рыжими ресницами. Ворон некоторое время также не мог выдавить ни слова. Потом вскочил, перегнулся через стол и схватил Эдварда за плечи.

— Ты уверен?!

Сокол спокойно убрал его руки и поправил одежду.

— Думаешь, я стал бы шутить такими вещами?

Робин заметался по комнате.

— Анна целительница, значит, тоже знает, — протянул Артур.

— Думаю, да, — сказал Эдвард.

В этот момент Ворон вернулся из спальни, где успел побывать в полном смятении и, подскочив к Медведю, схватил его за одежду.

— Я не знаю, как вы будете это делать, но я должен иметь возможность бывать дома каждый день! Понял меня?!

— Я всё понял, только успокойся, — ласково ответил ему Артур. — Считай, что уже сделано.

— Я должен быть рядом, слышишь, Анна не такая сильная, как кажется!

Рыжий только молча кивнул. На него обрушился шквал эмоций из восторга, страха, нежности и решимости.

— И позаботься об охране, — снова рыкнул Робин.

— Тебе не кажется, что это излишне, — вставил Сокол. — Здесь охрана только повредит.

— Не здесь! — выкрикнул король. — Пусть следят за дворцом и моими передвижениями, чтобы ни одна мышь сюда не проскочила.

— Ну, вот это уже больше похоже на дело. Только успокойся, Роб, а то мне придётся тебя вырубить заклинанием, — дружелюбно проворчал Эдвард.

Наконец, Ворон сел, и Артур поднёс ему стакан с водой. Прохладная влага привела его в чувство.

— Когда венчание Ратмира? — хрипло спросил он.

— Через три дня, — ответил Сокол. — Бракосочетание с аденийскими бумагами они уже провели. Так что, думаю, первенец Ратмира тоже не заставит себя долго ждать.

— Это к лучшему, — сказал Ворон. — Вырастут вместе здесь, а не в том аду, в котором пришлось жить нам.

Артур грустно вздохнул, а Сокол усмехнулся одним уголком рта.

— На сегодня мы оставим тебе ворох бумаг, завтра и послезавтра не побеспокоим. А там, придётся возвращаться во дворец.

Ворон коротко кивнул и взял у друга шкатулку ос свитками. Медведь и Сокол вскоре исчезли в сиянии телепорта. Ворон же, не теряя времени, быстро и внимательно просматривал бумаги, подписывая некоторые из них. Расправившись с ними, он поставил шкатулку на книжную полку и расставил на столе свои незамысловатые блюда. Увидев в окно Анну, несущую большую корзину с фруктами, он выбежал ей навстречу и вырвал плетёнку из рук.

— Пожалуйста, родная, больше никогда не поднимай такие тяжести, — проговорил он и увлёк её в дом.

— Хорошо, — сказала она и изумлённо посмотрела на его встревоженное лицо. — Что случилось?

— Я просто испугался за тебя, корзина очень тяжёлая, — сказал Ворон.

— Не переживай так, Робин, мы гораздо сильнее, чем аденийки.

Молодой человек ничего не сказал, только поставил овощи на стол и жарко обнял её. Анна ослабела, оказавшись в его руках, и пошатнулась. Он подхватил её, не давая упасть, и усадил на диван:

— А говоришь, сильнее…

Она растерялась и не нашлась с ответом. Ворон на миг обжёг её взглядом, а потом встал на колени и обнял, прижавшись головой к животу. Анна погладила его по чёрным волосам.

— Спасибо за сына, — хрипло произнёс Робин и поднял голову.

— Это тебе спасибо, — я мечтала, чтобы он был похож на тебя.

Ворон сел рядом и прикоснулся к её губам, жарко обнимая. У Анны закружилась голова.

— Хочу, чтобы вторым у нас тоже родился сын, а третий…

— Давай наш третий сын будет дочерью.

Он засмеялся:

— Это я и хотел предложить.

* * *

Ратмир торопился в дом Ронских. Войдя в сад, он увидел Рогнеду, которая сидела в тени дерева и любовалась быстрым ручейком. Её волосы были заплетены в толстые длинные косы, а светлую кожу подчёркивал терракотовый цвет простого платья. Она дунула на выбившийся из причёски локон, эту её милую привычку Ратмир помнил с детства. Он постарался приблизиться к ней незаметно. Девушка наклонилась к ручью и опустила в воду руку, с интересом разглядывая её. Когда ладонь Ратмира оказалась рядом, она оглянулась и затрепетала, встретившись с ним глазами. Юноша резко вытащил руку из воды и подбросил вверх капли воды.

— Здравствуй, — просто сказал он.

— Здравствуй, тебя не было так долго. За это время цветы, семена которых ты дал мне, успели вырасти.

— Ты покажешь их мне? — спросил он и протянул ей руку.

Как же приятно было Рогнеде касаться его ладони и опираться на его плечо. Когда они шли к поляне птицы старались петь громче, а кузнечики стрекотать веселее.

Посеянные цветы полыхали алым огнём. Ратмир любовался ими, стоя рядом с девушкой, но не прикасался к ней, стараясь уловить её лёгкое дыхание.

— Я хотел увидеть тебя до венчания, поэтому оставил совет, вопреки правилам. Думаю, они поселенцы меня простят.

— И уже уходишь?

— Да, но будь уверена, что я буду сегодня на нашем венчании, — пошутил Ратмир и увидел тревогу в её глазах.

— Ты сомневаешься во мне?

— Нет, — почти выкрикнула она. — Дело вовсе не в тебе. Просто мне так хорошо рядом с тобой и так тоскливо, когда тебя нет.

Юноша смотрел на неё и читал её душу, словно раскрытую книгу. «У такой талант с детства», — подумала она.

— Сегодня вечером мы, наконец, будем венчаны, — произнёс он, целуя её дрожащую руку. — Ни о чём больше не тревожься. Я всегда буду рядом и смогу защитить тебя и наших детей.

— Я надеюсь, что тебе не придётся этого делать, — со слезами в голосе сказала Рогнеда.

— Значит, так оно и будет, — улыбнулся он закрыл глаза и, приложив усилие, ушёл, не оглядываясь.

Рогнеда не обижалась на него за эту привычку. Она знала, что расставаться с ней ему также тяжело, как и ей.

* * *

Ворон торопился покинуть свой кабинет в королевском замке, сосредоточенно просматривая бумаги. Путём многолетних тренировок ему удалось выработать навык, позволяющий улавливать суть написанного за несколько секунд. Дверь открылась, и он увидел облачённых в праздничную одежду Сокола и Медведя.

— Уже собрались? — коротко спросил он. А мне даже поесть времени не хватило.

— Вот перенесёмся Анна тебя и накормит. Давай, закругляйся, а то опоздаем на венчание. Ты-то уже видел это чудесное мероприятия и даже принимал в нём участие, а мы ещё нет.

— Ты что, уже и план, о котором я тебя просил, написал, — изумлённо спросил Артур.

— Конечно, — подтвердил Робин, быстро надевая свой чёрный расшитый камзол. — Завтра я сюда возвращаться не планирую. Эти три дня проведу с Анной дома.

— А мы тоже заслужили двухдневный отдых, — бросил Сокол. — Надеюсь, ты нас не выкинешь из поселения. Проведём каникулы в замке.

— Как угодно, — счастливо улыбнулся Ворон.

* * *

Венчание Ратмира и Рогнеды прошло у них в саду. Жених и невеста были одеты в белое. Сокол и Медведь внимательно слушали всё, что говорили молодые, боясь пропустить хоть слово. Кроме Анеи участие в церемонии приняли Ворон и Анна. Юноши покинули сад под впечатлением и всю дорогу в замок не разговаривали.

Когда усталые они вошли в небольшую помещение, где специально для них накрыли стол, Эдвард сказал:

— В моей жизни это вторая пара людей, которые по-настоящему любят друг друга.

— Повезло им, — вздохнул Артур. — Как думаешь, повезёт ли нам также?

— Не знаю, — с расстановкой произнёс Эдвард. — Теперь я понимаю, что многое зависит от женщин и от их чистоты. Рогнеде и Анне через многое пришлось пройти, чтобы заслужить любовь. Да и Ворону тоже, а вот про прошлую жизнь Ратмира я ничего не знаю.

— А при чём тут прошлая жизнь Ратмира? — беспечно спросил Медведь, наливая себе ароматный ягодный напиток.

— Львиная доля истории прошла мимо тебя, — усмехнулся Сокол. — Впрочем, как всегда.

— Да? — протянул юноша. И чего же я не знаю.

— Того, что тот погибший мальчишка, которого любила Анна теперь и есть наш Робин.

— Услышав это, Медведь чуть не захлебнулся.

Снисходительно наблюдая, как кашляет его друг, Сокол спросил:

— Постучать по спине?

— Иди ты, садист, — ответил Артур поднимая руки вверх. Кашель прошёл, и он смог сказать. — Вот это да!

— Угу, — подтвердил Эдвард.

— Вот интересно, кем я был в прошлом воплощении.

— Кем ты был, я не знаю, но что мало изменился, это точно.

— Ой-ой-ой.

Друзья ещё долго разговаривали, подкалывая друг друга, пока их не начал одолевать сон. Усталые, они еле добрались до своих спален.

Эпилог

Собравшиеся за столом из почерневших досок Артур, Эдвард, Лучезар и Буслай стучали по нему ладонями из всех сил. Робин и Ратмир мерились силами. Уже полчаса ни у одного из них рука не дрогнула. Они только двигали мышцами вперёд-назад.

— Не знаю, как вы, а я уже горл сорвал орать! Предлагаю ничью.

— Мы согласны, — почти одновременно произнесли все присутствующие.

— Ладно, — лениво сказал Ратмир. — Признаю, что ты вырос.

— Это я тебе последний раз уступил, — бросил Ворон.

Очередная дружеская перепалка происходила в горном прибежище драконов, количество которых заметно увеличилось.

— Ну, раз всё так счастливо разрешилось, предлагаю поговорить о политике, — включился в беседу Сокол.

Посмотрев на него, Артур достал из сумы объёмный свиток и развернул его на столе.

— Ну, и что это? — хором спросили Ворон с Оденским.

— Это вражеский проект по захвату Адении, который должен быть реализован через десять лет.

Ворон прищурившись взглянул на бумагу и выдал:

— Эта идиотская задумка даже сейчас не может быть осуществима на сто процентов. А уж через десятилетие, когда Адения разрастётся на новых территориях, это вообще сойдёт за шутку. Ты у аренийцев его выкрал?

Артур довольно кивнул головой.

— В следующий раз разузнай, что у них запланировано через пятьсот лет.

— Как скажешь, — отозвался Медведь. — Думаю, у них и такое есть.

Братья Ронские засмеялись, а вслед за ними не удержались и все остальные.

К весёлой компании приблизился Август, только что прилетевший на собственном драконе. Мальчик уже стал юношей, от голубых ярких глаз которого трудно было оторвать взгляд.

— Могу я узнать причину веселья, — поинтересовался он.

— Увы, нет, мы бережём от таких историй подрастающее поколение, — съязвил Медведь.

— Артур, может быть мне сделать ещё один большой круг? — спросил Август елейным голоском.

— Зачем это? — насторожился лорд Керн.

— Может быть тогда ты, наконец, придумаешь что-то остроумное. А то в последнее время у тебя совсем с шутками плохо.

Молодые люди снова засмеялись.

— Да, молодёжь нынче за словом в карман не лезет, — промычал рыжий юноша.

Возвращаясь домой, Ворон вспомнил об увиденном в котле Анеи четыре года назад. Навстречу ему бежала Анна и двое его маленьких сыновей, которых он счастливо подхватил на руки. Король и королева Адении приложили много сил, чтобы воплотить предсказанное в действительность. И у них всё получилось. Точно так же, как у Ратмира с Рогнедой. Юного герцога с нетерпением ожидала дома жена с сыном и дочерью. Герцогиня часто выглядывала в окно, пока не заметила примчавшегося на коне супруга. Спешившись, он закружил её и внёс в дом на руках. Их дети тихо сопели в кроватках возле открытого окна.

Конец

Content

Севенкова Альбина Отражение ночи

Альбина Севенкова Отражение ночи

Глава I

Глава II

Глава III

Глава IV

Глава V

Глава V

Эпилог